Мила Бонди

Броситься в объятия мужчины

1

- Конфеты или жизнь! - радостные крики заглушались громким стуком по двери. - Конфеты или жизнь! Конфеты или жизнь!

Дверь дружелюбно распахнулась. В его проёме появилась молодая женщина с милой улыбкой на лице. На ней была надета белая туника с золотым поясом на талии. Её лицо, шея, плечи и руки до середины локтя были украшены витиеватым рисунком - вьющаяся лоза с диковинными цветами пастельных нежных оттенков.

- Айрис! Ты восхитительно выглядишь! - воскликнула женщина в костюме ведьмы с накладным носом и длинными ногтями, загибающимися на концах и выкрашенными в яркий красный цвет.

- Ты тоже, Фрэн, - улыбаясь, ответила женщина с распущенными белокурыми волосами, в которые искусно были вплетены фиалки. - Э-э-м-м... Я даже и не узнала тебя, - несколько растерянным голосом произнесла она. - Весьма эксцентрично!

- На то и был расчёт! - широко улыбнулась "ведьма" с фиолетовыми волосами, обнажая зубы, украшенные кристаллами Сваровски.

- О! Весьма оригинально! - рассмеялась Айрис.

- Конфеты или жизнь! - громко прокричала "ведьма", вытянув вперёд руку с котелком, который уже был наполовину заполнен конфетами в разноцветных обёртках.

- Конфеты! - смеясь, произнесла Айрис и отступила в дом. - Входите.

С котелком в одной руке и с метлой в другой, "ведьма", споткнувшись о порог, буквально влетела в дом, запутавшись в своих нижних юбках. Послышалось приглушённое бормотание:

- Колдовские силы! Чертята неугомонные! Кыш! Кыш! - своей метлой, украшенной шёлковыми ленточками, "ведьма" стала выметать невидимых бесов за порог. - Преследуют нас уже больше часа! - возмущённо воскликнула она, громко хлопнув дверью и победоносно рассмеявшись в пустоту.

- А где Билли? - Айрис, уловив момент, когда её подруга подмигнула ей левым глазом, начала озираться по сторонам в поисках мальчика, подыгрывая ситуации.

- Должно быть рядом где-то.

- Где? Я его не вижу! - по-прежнему улыбаясь, воскликнула Айрис, в растерянности разведя руки в стороны.

- Ты не можешь его увидеть, - громко сказала "ведьма", и они услышали тихий детский смешок. - Билли в плаще-невидимке, - приложив руку к губам, тихо прошептала Франческа. - Так что предупреди всех своих гостей, чтобы они были внимательными и не раздавили моего ребёнка.

Послышался ещё один громкий детский смешок.

- Хорошо! - Айрис хлопнула в ладоши. - Тогда... - она вновь посмотрела по сторонам. - Билли, если ты ещё здесь и слышишь меня, - в ответ она услышала детский мягкий смех, - беги скорее на кухню, там есть большая ваза с конфетами!

При слове "конфеты" чёрный плащ, скрывавший до этого ребёнка, упал к его ногам, и пятилетний малыш с круглыми очками на носу и нарисованным шрамом на лбу в виде молнии, сияя беззубой улыбкой, с радостным воплем помчался на кухню.

- Билли! - окрикнула его Франческа, и мальчик слегка притормозил, с волнением повернул голову, посмотрев на свою мать. - Максимум десять конфет!

- Ну-у-у, ма-а-а! - молящим голосом воскликнул Билли.

- Я что сказала? - переходя на серьёзный тон и сурово изгибая правую бровь, Франческа посмотрела на сына, переминающегося с ноги на ногу. - Ты уже забыл прошлый Хэллоуин? Забыл, как сильно болел твой живот?

- Нет, ма, - обречённо вдохнув, произнёс малыш.

- Я буду за тобой наблюдать, - всё тем же тоном взрослого обеспокоенного родителя, произнесла Фрэн, при этом показав жест "глаза в глаза".

- Хорошо, ма.

- Теперь можешь идти.

- Хорошо, ма! - мгновенно меняясь в лице, улыбаясь и весело подпрыгнув на своём месте, Билли вприпрыжку помчался на кухню.

Обе женщины переглянулись с пониманием в глазах и громко рассмеялись.

- А ты не слишком с ним строга, всё же праздник?

- Поверь мне, Айрис, я просто вынуждена порой повышать на него голос. Этот ребёнок - сущее наказание, а в последнее время так вообще смахивает на отпрыска самого Сатаны!

- Не удивительно, ведь ты его часто балуешь.

- Потакать прихотям этого маленького монстра было величайшей из моих ошибок! - Франческа театрально закатила глаза к потолку и приложила ладонь к груди. - Растить ребёнка без мужа, оказывается, не совсем посильная задача, - с иронией в голосе произнесла она. - Да ты и сама это знаешь.

Айрис слегка пожала плечами и грустно улыбнулась. Случайно бросив взгляд на зеркало, и увидев в нём двух уверенных в себе и сильных женщин, её улыбка стала оптимистичнее.

- И всё же мы вполне справляемся с этой задачей, - она подмигнула подруге, которая в свою очередь потянулась к ней с объятием.

- У меня хотя бы есть моя сумасшедшая семейка, - Франческа покрутила пальцем у своего виска. - А ты же совсем одна!

- Тьфу, на тебя! - воскликнула Айрис, слегка ударив подругу по плечу. - Опять ты за старое принялась?

- За что? - "невинными глазками" Франческа посмотрела на Айрис.

- Вот только не надо так часто моргать своими накладными ресницами! - указательным пальцем Айрис задела плечо подруги. - Никаких свиданий вслепую! - секундная пауза. - Больше-никаких-свиданий-в-слепую! - на одном дыхании, делая акцент на каждом слове, произнесла Айрис.

- Но в этот раз, уверяю - он в твоём вкусе!

- И слышать ничего не хочу! - Айрис медленно развернулась спиной к подруге и направилась на кухню, из которой уже доносились радостные возгласы и детский смех.

- Но, Айрис! Честное слово, он тебе прекрасно подойдёт! Идеальный вариант! - не унималась Франческа, следуя за своей подругой. - Довольно симпатичный, высокий. Любит детей и увлекается чтением. Даже в клубе читальном состоит! Стабильный заработок, есть дом и машина...

- А номер страхового свидетельства случайно ты не выяснила? - с сарказмом поинтересовалась Айрис.

- Конечно, выяснила! Я же детектив, как-никак, - довольно улыбаясь, парировала Фрэн. - Проверила его по всем своим источникам.

В ответ - глухое рычание. Айрис ускорила шаг, а затем резко остановилась и, хмурясь, посмотрела на свою подругу.

- Я в миллионный раз тебя прошу - не смей налаживать мою личную жизнь! Мне и Арии живётся и так неплохо! Одним! - последнее слово выделила чётко и по слогам.

- Я и не спорю! Вы с ней отличная команда, но с мужем тебе было бы немного спокойнее...

- Стоп! - ладонь Айрис взлетела вверх. - Прерываем радиовещание! Обещаю обдумать это позже. Сегодня праздник! - она улыбнулась подруге, которая с прищуром посмотрела на неё, выискивая признаки лжесвидетельствования на лице Айрис.

- Ты так говоришь, чтобы я от тебя отстала! - уперев руки в бока, возмущённо констатировала Франческа.

- Нет!

- А вот и да!

- А вот и нет!

- А вот и да!

- Да нет же!

Они стояли с упрямо поджатыми губами и сверлили взглядами друг друга. Первой не выдержала Франческа - моргнув, она громко рассмеялась.

- Твоя взяла! Я перестану подыскивать тебе потенциальных супругов.

- Правда? - с подозрением поинтересовалась Айрис.

- Правда, - утвердительно кивнула Франческа. - Теперь я буду искать мужа себе! - её сияющая улыбка чуть не ослепила глаза Айрис.

- Пробьёшь их по своей базе данных холостяков? - с сарказмом спросила Айрис.

- Возможно, - задумчиво протянула Франческа, - но мой главный козырь... - она указала пальцем на подругу. - Ты!

- Я?! - глаза Айрис округлились от удивления. - Почему я?!

- Ну, а что тебе стоит? Сходишь со мной на пару свиданий...

- Значит, решила сменить тактику? - прищурив глаза, язвительным тоном поинтересовалась Айрис.

- П-фф... - фыркнула Фрэн. - Вот ещё! Ты мне нужна чисто с профессиональной точки зрения.

- Это с какой же?

- Составишь психотипы мужчин, которых я решу выбрать в качестве своего потенциального мужа.

- Но я же детский психолог, - Айрис посмотрела на Франческу, которая с невозмутимым видом стояла, опираясь на метлу.

- Мужчины те же дети, только габаритами побольше.

- Фрэн...

- Да ладно тебе Айрис! Мне нужна твоя помощь! Не хочешь искать себе мужа, так помоги с поиском мне! - она поджала нижнюю губу. - Ведь ты же уже помогала мне в расследованиях, кто как не ты сможет распознать в мужчине озабоченного маньяка? - обе женщины рассмеялись.

- Тебе известна моя почасовая оплата? - скрестив руки на груди с самодовольной улыбкой, поинтересовалась Айрис.

- Ты мне подруга или кто? - скопировав позу Айрис, тем же тоном поинтересовалась Франческа.

- И всё же, что ты можешь мне предложить взамен моей профессиональной оценки твоих потенциальных мужей?

- Всё что пожелаешь, - вымученно произнесла Фрэн.

- Договорились! - Айрис хлопнула в ладоши. - Ты станешь няней для моей дочери, пока я буду подыскивать замену прежней.

- А что случилось с миссис Робертс?

- У миссис Робертс "случился" собственный внук, и теперь я вынуждена подыскивать для Арии новую няню, а это оказалось не так просто, как я думала.

- Как хорошо, что твои поиски так удачно выпали на мой отпуск, - улыбаясь сквозь зубы, процедила Франческа.

- Да, мне несказанно повезло с тобой! - широко улыбаясь, воскликнула Айрис.

- Надо будет подкорректировать свои планы, - пробурчала Фрэн.

- Ма-а-а-а...! - послышался детский крик из кухни. - Ма-а-а! Ария кусается!

- Ма-а-а-а...! - услышав крик своей дочери, Айрис виновато посмотрела на Франческу.

- Айрис, когда ты в банке спермы выбирала биологического отца своему ребёнку, в графе характер было написано: "Склонен к агрессии"? - Фрэн приподняла правую бровь, поджав нижнюю губу.

- Там было написано: "Весьма доброжелательный"! - съязвила Айрис.

- Почему твоя дочь постоянно кусает моего сына?

- Дай подумать... - Айрис приложила палец к губам. - Может, потому что он ей нравится? - "задумалась". - Или нет... - она слегка пожала плечами.

- Ма-а-а-а...! - раздались в унисон два детских протяжных крика.

- Глубокий вдох, - скомандовала Фрэн, - и в бой!

Три недели спустя...

- Алло? - раздался приятный мужской баритон.

- Ой, простите, наверное, ошиблась, - Айрис быстро отключила телефонную связь, затем хмуро свела брови, пробормотав что-то про себя, и набрала заново номер своей подруги.

- Алло? - всё тот же мужской голос с весёлыми искрами смеха.

Айрис недоумённо начала гипнотизировать свой телефон. Она не узнавала мужской голос на противоположном конце провода.

- Алло?! Говорите! Вас не слышно! Вам нужна Фрэнки?

- Фрэнки?! - переспросила Айрис.

- Оу! Франческа! Вам нужна она? - с сильно проступающим итальянским акцентом, спросил мужчина на противоположной стороне сотовой связи.

- Да-а-а... А вы кто такой? - настороженно поинтересовалась она.

- Я её кузен, - ответил мужчина.

- Ах! Должно быть вы Пабло?

- Нет.

- Нет? Джонни?

- Не угадали.

- Джованни?

- Нет.

- Джузеппе?

- Попытка хорошая, но мимо, - на том конце провода послышался смешок.

- Аллесандро?

- Вы что, пытаетесь угадать, перебирая все возможные итальянские мужские имена? - с сарказмом поинтересовался мужчина.

- Простите, я вовсе... - смущённо начала лепетать Айрис.

- Да не волнуйтесь, - перебил её он, - я и сам у половины своих кузенов и кузин не способен запомнить имена. - На заднем фоне послышался какой-то шум, произошла секундная заминка. - Меня зовут Энтони.

- Очень приятно. Меня - Айрис.

- Красивое имя.

- Спасибо. Ну, коли мы обменялись любезностями, выяснили, как вас зовут и, что вы приходитесь Франческе кузеном, - быстро протараторила Айрис, - скажите, пожалуйста, где она? - пытаясь говорить более спокойным тоном, поинтересовалась она.

- Объясняю: я в Нью-Йорке по делам, приехал только вчера. Сегодня, проезжая мимо дома своей кузины, решил забежать к ней на минутку поздороваться. Я не видел маленькую Фрэнки со дня её свадьбы на каком-то неудачнике...

- Джеймсе, - уточнила Айрис.

- Да? - удивился Энтони. - Забыл. Впрочем, неважно, что он - полный неудачник, я ещё тогда понял. Не суть. Так вот дальше. Звоню в дверь, мне открывает Фрэнки с воплями: "А-а-а-а..!". Я ей в ответ: "А-а-а-а..!". Она: "А-а-а-а..!". Я ей: "Может, обнимемся?". Она меня начала целовать. Ну, знаете, как у нас принято в Италии?

- Да-а... - несколько растерянно ответила Айрис.

- Так вот, после она что-то начала говорить, что-то очень похожее на: "Как я рада тебя видеть!", потом бла-бла-бла... Затем ещё бла-бла-бла и бла-бла... и бла-бла-бла... И в итоге я оказываюсь на пороге с двумя детьми на руках, глупо улыбаясь, смотрю, как моя младшая кузина садится в такси и уезжает! - с нескрываем негодованием возмущался мужчина.

Поначалу Айрис не совсем поняла смысл сказанных мужчиной слов. После того, как она ещё раз прокрутила в своей голове весь монолог Энтони, Айрис не смогла сдержаться, чтобы не рассмеяться. Это получилось довольно неловко, первоначально она тихо хрюкнула, затем сделала то же самое, но довольно громко, а после во весь голос рассмеялась до слёз.

Мужчина молчал, давая возможность женщине на другом конце провода перевести дыхание. Он прекрасно понимал всю комичность его положения и в другой раз сам бы посмеялся над собой, но сейчас ему было вовсе не до смеха. Заканчивались шоколадные шарики Nesquik - единственное, что удалось ему придумать, чтобы успокоить громко плачущих детей.

- Простите, - продолжая смеяться, произнесла Айрис. - На Фрэн это не похоже, но значит вы ей сильно дороги, если она оставила вам детей.

- Ага! Настолько дорог, что она даже не удосужила себя сообщить мне, что родила второго ребёнка!?

- Что, простите, вы только что сказали?

- Понимаете ли, я всегда на Рождество присылал Билли подарок, а оказывается, что у меня ещё есть племянница! - гневно воскликнул Энтони. - Видимо это не настолько важно сообщать семье о её пополнении! - раздражённо пробурчал он.

Айрис вновь рассмеялась.

- Не вижу ничего смешного! - оскорблёно произнёс мужчина. - Да прекратите же смеяться!

- Простите.

- Вы слишком много извиняетесь.

- Простите... - и снова она громко рассмеялась. - Но это мой ребёнок.

- Какой ребёнок? - переспросил Энтони.

- Девочка. Она моя дочь, - пытаясь быть серьёзной, произнесла Айрис.

- Правда? - с недоверием в голосе поинтересовался мужчина.

- Правда, - спокойно ответила Айрис. - Я как раз ехала к Фрэн, чтобы сменить её на посту. Понимаете, мы договорились, что она побудет временной няней для моей дочери. Но сегодня её пригласили на свидание, и я отпросилась с работы пораньше. Я должна была быть уже давно на месте, но застряла в пробке! - пытаясь говорить ровно и не запинаясь на каждом слове, Айрис нервно сжимала руль пальцами.

- Оу! Понятно, - обрадовался он. - А где вы сейчас находитесь? Не поймите меня неправильно, но... как вы думаете, сколько времени ещё вам понадобится, чтобы добраться до дома Фрэнки? - с волнением в голосе поинтересовался мужчина.

- Ну, если джентльмен на лимузине впереди моей машины свёрнет на ближайшем перекрёстке, то думаю совсем немного, - улыбаясь и про себя молясь, чтобы произошло именно так, как она сказала, бодрым тоном произнесла Айрис.

- Честно, не думал, что так обрадуюсь чьему-либо звонку.

- Потерпите ещё немного, Энтони.

- Я постараюсь, Айрис. М-м-м... А вы не станете возражать, чтобы поговорить со мной до вашего приезда? - неуверенным голосом поинтересовался он.

- Конечно.

- Замечательно! - по звуку Айрис поняла, что мужчина от радости хлопнул в ладоши, тем самым нарушив баланс тишины и детской заинтересованности шоколадными шариками.

Раздался дикий плач. Дикий - означает, что вой сирены скорой помощи в значительные разы уступает такому протяжному скрипящему звуку.

- Господи-Боже-Мой! - взмолился мужчина. - Что мне делать? - прокричал он в трубку.

- Первым делом - успокойтесь. Не кричите сами, вы их пугаете, - Айрис говорила голосом опытного сапера, дающего ученику указания, как обезвредить бомбу. - Второе - включите громкую связь.

- Сделал.

- Что именно? - улыбаясь.

- Включил громкую связь, - пояснил мужчина.

- Ещё раз. Возьмите себя в руки! Успокойтесь и главное не паникуйте! Вы же мужчина! - последняя фраза прозвучала в несколько вопросительной форме.

- Вам что нужны доказательства? - огрызнулся он. - Что дальше?!

- Что они делают?

- Кто?

Айрис закатила глаза, затем глубоко вздохнула и как можно спокойнее произнесла:

- Дети. Что делают дети в данную минуту?

- Помимо того, что выносят мой мозг своим плачем?

- Помимо этого.

- Билли сидит на полу и плачет, а девочка сидит на стуле и тоже плачет! Они оба не перестают плакать! Чёрт! Да они делают это абсолютно синхронно!

- Успокойтесь! - Айрис ещё раз попыталась привести мужчину в чувства. - Дайте Билли игрушку.

- Какую? Их тут целая куча!

- Пожарная машина.

Через несколько напряжённых минут, Айрис поняла, что мужчина справился со своей задачей на "отлично". Теперь оставалось сделать самое сложное - успокоить её дочь.

- Что мне делать с девочкой?

- Дальше будьте очень осторожны. Запомните: одно неверное движение с вашей стороны и этот ребёнок вымотает вам нервы в считанные секунды.

- Вы что издеваетесь надо мной?!

- Всего лишь предупреждаю, - она усмехнулась едва слышно. - Найдите плюшевого кролика. Это её любимая игрушка. Он фиолетового цвета и без одного глаза.

- Бедолага. Кто ж его так? - тихо с сочувствием.

- Это вышло случайно, - Айрис прикусила губу, чтобы не рассмеяться. - Можно сказать - бытовая травма. - Не сдержалась, издала тихий смешок. - Этот кролик - ваша единственная надежда, Энтони, - с улыбкой на губах произнесла Айрис.

Послышалось шуршание, затем недовольное бормотание мужчины. Дочка Айрис по-прежнему не успокаивалась, начав кричать на октаву громче.

- Нашёл! - радостно воскликнул Энтони. - Что дальше?!

- Дальше постарайтесь привлечь её внимание этой игрушкой.

- Как это сделать?

- Проявите воображение, Энтони, - немного с иронией сказала Айрис.

- Понял, - ответил мужчина, словно на него возложили ответственность по спасению мира.

Через несколько минут детский плач стих, послышался смех, громкий и задорный.

- Что вы сделали? - с волнением поинтересовалась Айрис, приподнявшись на своём месте.

- Взял её на руки и дал игрушку, - словно оправдываясь, ответил мужчина.

- Она раньше никогда так быстро не успокаивалась, никогда не шла на руки к незнакомым людям, - медленно произнесла Айрис, уголки её губ затронула лёгкая полуулыбка. - Вы, наверное, с детьми очень хорошо ладите.

- Вообще-то стараюсь избегать с ними прямого контакта, - и пояснил серьёзным тоном, - детский плач вгоняет меня в сильнейшую депрессию.

- Да, я совсем забыла о тонкой мужской психике, - весело парировала Айрис.

- Эй, не грызи ухо кролика, - ласково прошептал мужчина, должно быть, обращаясь к маленькой девочке.

- Ария. Её зовут - Ария.

- Красивое имя, - мягко прошептал мужчина.

- Вы это говорите всем особям женского пола, вне зависимости от их возраста? - с иронией спросила Айрис, не переставая улыбаться.

- Конечно же, нет! Только тем, у кого действительно красивые имена.

Повисло секундное неловкое молчание.

- Айрис? - спросил мужчина.

- Да?

- У меня сейчас такое чувство дежавю возникло, словно мы уже с вами были знакомы ранее...

- Странно и у меня тоже, - смущённо произнесла она. - Но уверяю вас, если бы мы были знакомы, я непременно бы запомнила ваше имя, Энтони.

- И я...

- Я уже у дома, - перебила его Айрис. - Скоро ваши мучения закончатся!

Она отключила телефонную связь, припарковалась и ещё минуту сидела на месте, обдумывая и прокручивая в голове телефонный разговор, казалось бы, с совершенно незнакомым ей мужчиной. Ритм сердца был замедлен, дыхание - спокойное. Время расщепилось на множество составляющих, замедлив своё движение. Айрис на миг закрыла глаза и перенеслась обратно в Венецию.

Карнавал. Она в белом кружевном платье в стиле венецианской аристократии XVII века, в маске, закрывающей половину лица. Изысканная атмосфера. Бал во дворце Папафана. Танцы в сопровождении живой оркестровой музыки. Таинственная, очаровательная и несравненная ночь. Незабываемая. Ночь, где она встретила Его. Того самого незнакомца, о котором мечтает практически каждая вторая на этой планете. Высокий и широкоплечий, в ладно скроенном костюме Дон Жуана, в чёрной маске на пол-лица.

Они разделили карнавальную ночь на двоих. Два незнакомца. Мужчина и женщина. Два одиночества, скрасивших друг другу вечер.

Страсть и обжигающие поцелуи. Порванная ткань костюмов. Нитка разноцветного жемчуга, сорванная в порыве страсти, затерявшаяся где-то в глубинах гостиничного номера. Тонкое кружево чулок. Нежное прикосновение его рук к её коже. Его стон. Её ответный призыв к ласке. Невыносимая боль от прикосновений и ожидания, предчувствия скорой близости, накала и взрыва эмоций.

- Да! Да! Да! - кричала она.

А он отвечал ей невнятным бормотанием на итальянском. Айрис не понимала, что говорил ей мужчина, какие слова нежно шептал ей на ухо, покусывая её мочку, лаская и играя с ней. Она не желала понимать. Она хотела одного - разделить свою страсть с незнакомцем, забыть о своём одиночестве. Хотя бы на одну ночь.

Она проснулась раньше него с первыми лучами солнца. Утром Айрис осознала всю горькую иронию своего глупого и импульсивного поступка. Мужчина в маске был незнакомцем. Она не знала его имени и даже не видела его лица.

Айрис несколько долгих и томительных секунд боролась с искушением. Любопытство взяло вверх над желанием как можно скорее сбежать из этого номера, чтобы не проживать минуты смущения, когда мужчина проснётся и увидит её: обнажённую, но в маске, до сих пор скрывавшей её лицо.

Едва дыша, она протянула руку и чуть ощутимым касанием подушечек пальцев сняла с него маску. На её губах появилась таинственная улыбка. Мужчина обладал весьма красивой и мужественной внешностью. Короткие волосы цвета вороного крыла, немного завивались на концах. Она помнила, какими они гладкими и шелковистыми были на ощупь, когда она прижимала его голову к своей груди. Пушистые и длинные ресницы тёмным веером падали на щёки. Скулы немного заострены, отчего подбородок казался неподвижным, жёстким, словно высеченным из камня. Упрямый. Губы, слегка поджатые, лишний раз свидетельствовали в пользу упрямства их обладателя. Но в то же время нижняя губа была немного полнее и чувственнее верхней. Романтик.

А ещё он улыбался во сне. Так по-детски. И ямочка на правой щеке от улыбки - завораживала.

Айрис разглядывала мужчину из-под полуопущенных ресниц. Её щеки горели от проносившихся со скоростью света картинок у неё в голове. Её кожа до сих пор пылала. Каждая клеточка её тела в эту ночь реагировала на его прикосновения, на одно лишь его дыхание и ласковый нежный баритон голоса.

Она глубоко вздохнула, запечатлев вид незнакомого мужчины в своей памяти. Навсегда. Запомнить его. Того, кто возродил в ней уверенность в себе, кто разделил её одиночество.

Она наклонилась к его лицу, едва касаясь губами его губ, прошептала:

- Спасибо.

Через два месяца в своей квартире в самом сердце Бруклина она, весело кружась и прыгая по своей постели, кричала во весь голос:

- Спасибо! Спасибо! Спасибо!

Айрис благодарила незнакомца за ещё один подарок. Он подарил ей ребёнка, малыша, который украл её одиночество, вернув взамен счастье и чувство наполненности. Она благодарила судьбу за случайное знакомство, за то счастье, что оно принесло в её жизнь.

Посмотревшись в зеркало, Айрис заправила несколько выбившихся прядок волос обратно в хвост, подкрасила губы и пощипала пальцами свои щёки, дабы придать им румянец. Странное волнение медленной волной растекалось по её телу, словно в предвкушении чего-то таинственного и неизбежного. Она передёрнула плечами, улыбнулась своему отражению в зеркале и вышла наружу.

Ноябрь. Недавно выпал снегопад, но снежное покрывало было беспощадно растоплено лучами солнца. Природный феномен. Аномалия. На улицах Нью-Йорка в ноябре до плюс восемнадцати градусов. На фоне рождественских приготовлений цветущие деревья казались вовсе нереальными, словно из другого мира.

Рядом с домом Фрэн распустила ярко-розовые цветки сакура. Айрис несколько минут разглядывала дерево, цветение которого всегда ассоциировалась у неё с приходом весны. Возможно аромат распустившихся цветов, или сам факт того, что зимой начали цвести деревья, вдохнули в Айрис чувство, что где-то рядом притаилось волшебство. Оно невидимо, но вполне осязаемо. Достаточно лишь закрыть глаза, вдохнуть в лёгкие как можно больше воздуха, и подумать о самом приятном, о самом сокровенном желании на свете. В этот момент Айрис верила, что её желание возможно сбудется в это Рождество. Ведь оно совсем близко.

Айрис поднялась по ступенькам и позвонила в дверь. Несколько долгих минут ожидания, и дверь с тихим скрипом распахнулась перед ней.

Она замерла, задержала дыхание, не в силах даже моргнуть. Айрис растерянно посмотрела на свою дочку, которая спала на руках у мужчины.

Её дочь... Его.

Айрис - блондинка с серыми глазами, аристократическим профилем лица, бледной кожей с веснушками на кончике носа. Её дочь - полная противоположность матери. У неё - чёрные густые волосы, завивающиеся на концах. Оливковая кожа. Глаза цвета горького шоколада. Когда она улыбалась, на её правой щёчке появлялась маленькая ямочка. Точно такая же ямочка была на щеке у мужчины, улыбавшегося Айрис, и прижимавшего к своей груди её дочку. Его дочку.

Он даже не знал и не догадывался, что девочка на его руках - его дочь, точная копия своего отца.

Так не бывает, хотелось выкрикнуть ей. "Этого не может быть!".

- Вам плохо? - в его голосе было беспокойство. - Вы нехорошо себя чувствуете?

Она не могла ему ответить, боялась, что голос подведёт. Мотнула головой, отгоняя непрошеные мысли. Мужчина расценил это, как знак того, что с ней всё хорошо.

- Вы Айрис?

Она утвердительно кивнула, не сводя своего взгляда с дочери. На него посмотреть она не решалась. Боялась. Её тело лихорадило мелкой дрожью, на лбу выступили капельки пота.

- Извините, но выглядите вы совсем неважно, - он дотронулся до её руки, и словно электрический разряд прошёлся по её телу. - Вы точно уверены, что хорошо себя чувствуете?

- Да... - прохрипела она. - Это должно быть из-за потепления...

- И не говорите! Совершенно непривычная для Нью-Йорка в ноябре такая тёплая погода!

- Спасибо, что посидели с... - её язык, словно приклеился к нёбу, - ...с детьми, - еле выдавила она из себя. - Вам пора.

- Вы хотите, чтобы я уехал? Сейчас?

- Да, - Айрис протянула руки к дочери, чтобы забрать её к себе. - Вы и так потратили много своего личного времени... Должно быть спешили... Ещё раз спасибо и до свидания! - на одном дыхании сказала Айрис, каким-то чудом забрав ребёнка из рук мужчины, при этом, не коснувшись его самого.

Девочка, почувствовав, что её оторвали от тёплой мужской груди, проснулась, и начала громко реветь. По её маленьким пухленьким щёчкам ручейками побежали крупные слёзы. Она кричала так надрывно, что кошка, сидевшая на лесенке, испугавшись, подпрыгнула на месте и пулей побежала на противоположную улицу. Её рыдания причиняли невыносимую боль Айрис. Каждая капля слёз маленькой девочки, словно удар в сердце тупым предметом. Ария тянула свои ручки к мужчине, она не хотела его отпускать.

- Кажется, я ей понравился, - услышав голос Энтони, Ария на минуту затихла. - Может мне остаться и помочь вам?

- Нет! - резко выкрикнула Айрис, и от звука её голоса дочка вновь начала неистово плакать. - Дальше я справлюсь сама, - немного тише. - Всего хорошего, мистер.

- Энтони. Или вы уже забыли моё имя?

Айрис не ответила. Её голова раскалывалась на кусочки - на маленькие острые осколки. Она гладила свою дочь по волосам, пытаясь её успокоить. Безуспешно. Девочка плакала, пытаясь маленькими кулачками отстраниться от тела Айрис. Мать ещё крепче прижимала дочь к себе. Малышка кричала в истерике и тянула свои пальчики к мужчине.

Он сделал ей шаг навстречу, неловко улыбнулся. Ария замолчала, улыбнувшись ему в ответ.

"Как странно...", - подумал мужчина, заметив на правой щеке у девочки маленькую ямочку, когда она улыбнулась ему.

Дверь перед ним закрылась, а он так и продолжал по-прежнему стоять, всматриваясь в невидимую точку. В груди что-то кольнуло. Неестественное ощущение, будто бы он лишился чего-то дорогого ему, словно бы потерял часть себя.

Через десять минут в дверь позвонили. Всё это время Айрис просидела на полу. Устало прислонившись спиной на дверь, она пыталась успокоить дочь, которая с покрасневшим личиком по-прежнему продолжала тянуть свои маленькие ручки к тому, чьё существование Айрис не желала даже признавать.

Она понимала, что мужчина вряд ли её узнал, и уж тем более не смог догадаться, что Ария его дочь. Это разум подсказывал ей, но сердце... Оно трепетало в груди, готовое вырваться наружу. Айрис почувствовала себя виноватой, потому что растит дочь без отца, который даже не знает, что у него есть родная дочь. С другой стороны, она же не знала и не могла предположить, что забеременеет от мужчины, которого видела всего лишь раз в жизни и не имела малейшего понятия, как его зовут. Теперь она знала его имя - Энтони. Теперь она видела его при нормальном освещении, а не в полутенях в приглушённом свете гостиничного номера. Она слышала его голос - нежный баритон с мягкими гласными, переходящий к шипящим согласным. Но она по-прежнему ничего не знала о нём.

В дверь снова позвонили, на этот раз более настойчиво. Айрис смахнула слезу, и с огромным нежеланием поднялась на ноги. Ария немного притихла, спрятав своё личико на груди у матери. Айрис, сделав глубокий вдох, открыла дверь. Оцепенение - единственное, что она могла ощутить в данную минуту, вновь увидя на пороге Энтони. Их взгляды пересеклись, остановившись друг на друге.

- Простите, что потревожил, - с нотками вины в голосе начал говорить мужчина. - В доме остался мой портфель. Мне пришлось вернуться, так как даже расплатиться с таксистом не было возможности.

Айрис посмотрела на Энтони, затем перевела взгляд за его спину. Таксист курил сигарету, нервно поглядывая на них. Она кивнула и отступила на шаг назад. Ария, высунув своё заплаканное личико из укрытия, зачаровано посмотрела на мужчину, ловя взглядом каждое его движение. Энтони тоже смотрел на девочку, казалось намного пристальнее, чем следовало. Айрис приложила руку к голове дочери и наклонила её к себе, словно защищая малышку.

Энтони прошёл в дом и через несколько минут вернулся с портфелем в одной руке и с пальто в другой. Айрис стало неловко. Она выставила за дверь человека без денег, документов и верхней одежды. Краска смущения залила её лицо.

Поравнявшись с ней, Энтони, протянув руку, едва коснулся кончиков волос малышки. Улыбнулся.

- У меня снова возникло чувство дежавю, Айрис. Словно мы с вами знаем друг друга.

- Нет, - тихо прошептала она. - Мы не знакомы.

- Но я рад был познакомиться с вами, Айрис, - голос его был спокоен. - У вас замечательная дочь.

Он ещё постоял с минуту в нерешительности, хотел услышать её голос, но Айрис молчала, крепче прижимая дочь к своей груди. Таксист на улице нервно нажал на клаксон. Энтони последний раз взглянул на женщину с ребёнком на руках, задумчиво поджал нижнюю губу, и медленным шагом направился к машине. Айрис не отводила взгляда со спины мужчины, пока тот не сел в такси.

Садясь в машину, Энтони ещё раз посмотрел на женщину. Словно за невидимой нитью его сознание последовало по одному из самых потайных туннелей его памяти. Он словно бежал марафон, боясь упустить из рук эту тонкую едва различимую зацепку. В конце пути ему показалось, что он узнал женщину с серыми с голубоватым отливом глазами. На миг он увидел её в белом карнавальном костюме. Женщина смотрела на него. Она улыбалась ему, и её лицо не скрывала маска. В её глазах светилось счастье.

Но это не могла быть та незнакомка, которую он встретил четыре года назад на венецианском карнавале. Он был уверен, что больше никогда не увидит эту женщину. Она была призраком для него всё это время. Постоянно преследовала его в мыслях. Он ощущал её аромат на своей коже, стоило ему лишь прикрыть глаза на минуту. Та незнакомка жила в его сердце, его разуме, мыслях.

- Тяжёлый день, - прошептал Энтони себе под нос.

- Добро пожаловать в Нью-Йорк - город, где исполняются все мечты! - с иронией воскликнул таксист.

- Ария, положи на место! - Айрис резко прикрикнула на свою дочь.

Малышка посмотрела на мать таким внимательным и проницательным взглядом, что той стало не по себе, и она поспешила отвернуться.

- Кто-то сегодня явно не в духе, - пропела Франческа, с выражением посмотрев на Айрис.

- Разве у тебя плохо прошло третье свидание с Кэвином? - Айрис с напускным недоумением посмотрела на Фрэн.

- Вообще-то я имела в виду твоё настроение, но... - уловив недовольные блеск в глазах Айрис, Франческа прикусила свой язык и начала рассказывать о своём свидании. - Прекрасно! Я замечательно провела вечер! - подытожила она.

- Поздравляю, - Айрис вымученно улыбнулась подруге.

- Он пригласил меня ещё на одно свидание. В воскресенье. В "Мет"* (*"Мет" - Метрополитен-опера - музыкальный театр в Линкольн-центре в Нью-Йорке, штат Нью-Йорк, США).

- О-у!

- Как думаешь, стоит пойти или нет? - Фрэн посмотрела на Айрис, наливая в свой бокал красное вино.

- Тебя что-то смущает?

- Да, нет... Ты его одобрила со своей профессиональной позиции. Он мне симпатичен...

- Так, что тебя смущает? - с настойчивыми нотками в голосе, спросила Айрис.

- Правило пяти свиданий, - выделяя каждое слово, прошептала Фрэн. - С такими темпами я уже к концу следующей недели окажусь между простынёй и одеялом в его спальне, если не раньше... - последнее глухо пробурчала.

Айрис рассмеялась.

- Это единственное, что тебя смущает?

- Мне надоели одноразовые мужчины, - Фрэн с грустью посмотрела на свой бокал, и одним глотком допила всё его содержимое. - Мне нужна стабильность. Понимаешь? - Айрис лишь кивнула в ответ. - Нужен мужчина, на которого я смогу положиться. - Фрэн начала активно жестикулировать. - Мне необходимо найти достойного отца своему сыну. Билли растёт и ему нужно на кого-то равняться, подражать...

- А как же его отец?

- Джеймс?! - воскликнула Фрэн. - Я тебя умоляю! Да он шнурки себе не способен завязать без посторонней помощи! Чему он научит ребёнка? Как проигрывать деньги в карты?

- Он по-прежнему играет?

- Да, - опустошённым голосом произнесла Фрэн. - Я Бога молю каждый вечер перед сном, чтобы его азарт к карточным играм не передался Билли по наследству, - она нервно прикусила губу. - Всю жизнь, наверное, придётся расплачиваться за одну ошибку, - с горечью произнесла она.

- Твоей вины в этом нет, Фрэн. - Айрис участливо положила руку на плечо подруги. - Ты отлично справляешься! И к тому же у тебя есть родственники, которые на своём личном примере сформируют в твоём сыне настоящего мужчину.

- О! - глаза Фрэн засверкали. - Кстати о родственниках! - Франческа имела уникальное свойство - быстро переключаться на разные темы. - Ты сегодня столкнулась с моим кузеном Энтони, так ведь?

Они сидели в больших уютных плетёных креслах с бокалами в руках. На полу играли дети: Билли собирал мозаику, а Ария рисовала. Айрис смотрела на свою дочь, как та аккуратно пыталась своими маленькими пухленькими пальчиками вывести на бумаге карандашом какую-то невообразимую загогулину, несущую в себе только одной ей понятный смысл. От усердия девочка высунула кончик языка - умилительная картина. Глядя на свою дочь в этот момент, Айрис чувствовала себя как никогда самой счастливой женщиной на свете.

- Да, - Айрис отвела свой взгляд в сторону.

- И как он тебе?

- В каком плане?

- В плане мужчины, конечно! - Фрэн всплеснула руками. - Красавец, не правда ли?

- Не заметила, мы не особо много общались, - с неохотой ответила Айрис.

- И он нисколько не произвёл на тебя впечатления? - с округлившимися от удивления глазами чуть ли не прокричала Франческа. - Да от него сходили с ума все особи женского пола, когда ему только исполнился месяц с рождения!

- Не понимаю, о чём ты? - как можно более безразличным тоном поинтересовалась Айрис.

Втайне она мечтала как можно больше узнать о мужчине - отце своего ребёнка. Но у Фрэн была отлично развита интуиция, которая с годами работы следователем, а после и детективом в полицейском участке трансформировалась в профессиональный инстинкт. Она с лёгкостью могла вычислить неподдельный интерес Айрис к её кузену, стоило той только задать несколько вопросов о нём. Фрэн провоцировала её. Айрис сразу раскусила подругу и решила на корню пресечь дальнейшие расспросы Фрэн об её отношении к Энтони. Так или иначе, она бы поняла, что Айрис знала Энтони ещё до их сегодняшней встречи.

- Не понимаешь, значит? - Фрэн подозрительно прищурила глаза. - В таком случае тебе вовсе не интересно будет знать, что он одинок и у него прекрасная и, на мой взгляд, самая скучнейшая работа на свете, - она издала тихий смешок.

- Мне не интересно, - с холодными нотками в голосе перебила её Айрис.

- Но я всё же скажу, - тоном, не терпящим возражения, продолжила Фрэн. - Он - следователь страховой компании, занимается в основном расследованием похищений различных предметов искусства. Живёт в Венеции, предпочитает путешествовать по Европе. Практически ненавидит Штаты, в Нью-Йорке бывает только по работе.

- Исчерпывающая информация, - уголки губ Айрис приподнялись в полуулыбке.

- Которая, судя по выражению твоего лица, нисколько не произвела на тебя впечатления, - с огромным огорчением произнесла Фрэн.

Сердце Айрис бешено забилось в груди. Теперь она знала о своём незнакомце намного больше, чем четыре года назад. Теперь она могла придумать о нём историю для своей дочери, основанную на реальных фактах, а не выдуманную ею.

Нет. Айрис решила ничего не говорить Энтони о том, что у него есть дочь. Во-первых, она была уверена, что больше не встретит его, особенно после рассказа Фрэн о своём кузене. Во-вторых, она не хотела портить ему жизнь, обрушив на него такую шокирующую правду. В-третьих, она не хотела усложнять себе и своей дочери жизнь. Было ещё: в-четвёртых, в-пятых и в-десятых - всего не перечислить, но главное - Айрис боялась. Она боялась каких-либо перемен в своей жизни. Боялась, что у неё отнимут дочь и тогда она останется совсем одна. Боялась, что её осудят люди. А ещё она очень сильно страшилась рассказать всю правду своей дочери. Она не знала: поймёт ли её дочь, сможет ли простить. Но всё же надежда слабыми искрами тлела где-то глубоко у неё внутри.

- Тебе не кажется, что мы весь вечер только и делаем, что говорим о мужчинах? - Айрис приподняла правую бровь, посмотрев на подругу.

- Хм... - улыбнулась Фрэн. - Ты права... О! - воскликнула она. - Совсем забыла! Мне нужно новое платье для свидания, и ты мне просто обязана помочь его выбрать!

- Что?!

- Айрис, ну пожалуйста! - Фрэн сложила ладошки и с мольбой посмотрела на свою подругу. - Пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста! Ты единственная из всех моих знакомых обладаешь утончённым вкусом в одежде. Понимаешь, мне нужно платье совершенно не в моём стиле! Что-то такое...

- Утончённое? Изысканное? - предположила Айрис, посмотрев оценивающим взглядом на пёструю блузку Франчески.

- Да! Ты просто читаешь мои мысли! - радостно воскликнула Фрэн.

- Хорошо, я помогу тебе, но как же дети? Не возьмём же мы их с собой по магазинам.

Фрэн перевела на них взгляд, поджала нижнюю губу и несколько минут раздумывала о чём-то.

- Идея! - её лицо озарила сияющая улыбка. - Закинем их к моим предкам по пути в торговый центр. Вот они обрадуются! - она захлопала в ладоши.

- Не думаю, что это хорошая идея... - начала говорить Айрис, но её грубо перебили:

- Ты совершенно верно подметила, подруга! Эта гениальнейшая идея!

- Конечно, ведь это ты её придумала, - Айрис устало улыбнулась.

- Всё! - Фрэн возбуждённо подпрыгнула на месте. - Решено! Завтра нас ждёт шоппинг!

- Говоришь так, словно желаешь потратить целое состояние.

- Айрис! Какая же ты зануда! - Фрэн показала ей язык. - Завтра мы оторвёмся по полной! - она положила свою правую ладонь на левую грудь. - Или я не Франческа Торрегросса!

- Боже, дай мне сил, - прошептала Айрис.

Утро субботы началось весьма неожиданно для Айрис. В семь часов позвонила Франческа, она оставила голосовое сообщение на автоответчике - напоминание о планах на день, плюс те изменения, что она внесла за ночь в свой бесконечный список тех мест, которые они просто обязаны посетить. Айрис тихо прорычала себе под нос, посылая проклятья на подругу, которая, судя по всему, не спала ночь, составляя глупый план их шоппинга и расписывая его по секундам. Айрис же буквально часа два назад только смогла уснуть. Большую часть ночи она провела около постели Арии, которая ворочалась беспокойно сбоку на бок в своей кроватке. Сначала Айрис показалось, что дочь заболела, но у неё не было жара и скорее всего, просто снился кошмар. Вторую половину ночи Айрис провела в раздумьях: тяжёлые мысли не оставляли её в покое, разрывая на кусочки сознание, раскалывая сердце на мелкие осколки.

Она ещё с полчаса лежала с открытыми глазами, всматриваясь в белизну потолка. Полчаса в тишине, без мыслей и чувств. Но стоило ей лишь на секунду прикрыть глаза, как она увидела образ темноволосого мужчины с маленькой девочкой на руках: оба улыбались ей, а она улыбалась им, всем сердцем любя ямочку на правой щеке у своей дочери и её отца. Стоило ей закрыть глаза, как она начала представлять лужайку с зелёной молодой травой, клетчатое покрывало с корзинкой для пикника, наполненной разными вкусностями; она слышала детское хихиканье, мужской радостный возглас и свой смех - чистый, искристый, счастливый.

Айрис открыла глаза. Наваждение исчезло, и глупая счастливая улыбка медленно сползла с её лица. Она повернула голову влево: сквозь лёгкие занавески пробивались лучи солнца, заливая комнату утренним светом. Айрис потянулась в постели, мысленно сосчитала до двадцати пяти, а затем направилась в душ.

Приведя себя в порядок, Айрис подошла к комнате дочери. Тихо приоткрыв дверь, она посмотрела на девочку, та спокойно спала в своей кроватке, прижимая к груди плюшевого фиолетового кролика. Солнечные зайчики играли в прятки в её волосах, вызывая на лице матери улыбку.

Айрис зачаровано смотрела на дочь, и сердце её сжималось в груди от чувства вины. Она была хорошей матерью, но, сколько бы Айрис не старалась, заменить девочке отца у неё никогда не получится. Её собственный отец умер, когда ей было пять лет. Айрис до сих пор помнила его смех, когда он подкидывал её в небо на заднем дворе их небольшой фермы на востоке Техаса. Она с улыбкой вспоминала, как отец каждое воскресное утро брил бороду, напевая что-то из раннего творчества Оззи Осборна, надевал парадный костюм цвета мокрого асфальта, и вместе с ней и мамой шёл в церковь послушать хор и проповедь темнокожего священника. А после, они все вмести шли в придорожное кафе и папа покупал ей ванильное мороженое. Она так сильно любила своего отца...

Её дочь - совсем малышка, но скоро она станет старше и подозрительнее. Любопытство будет мучить её, и она начнёт задавать вопросы. Совсем скоро она спросит у Айрис: "А кто мой папа? Где он и почему он не с нами?".

И что ей ответить?

Как ей посмотреть в глаза своей дочери?

В нынешнее время очень много матерей-одиночек. Кто-то скажет, что они совсем неплохо справляются со всем, воспитывая детей в одиночку.

А кто может сказать, каково им?

Где они берут силы?

Где черпают уверенность?

Почему они воспитывают своих детей без мужей?

На эти вопросы может быть множество ответов, оправданий и упрёков. Айрис понимала это как никто другой. Она работала детским психологом и за годы своей деятельности в этой области, Айрис многое пришлось увидеть и понять. Замкнутость, агрессия, фобии, апатия... Дети - они намного чувствительнее и восприимчивее взрослых. Многие родители даже и не подозревают, как сильно страдает детская психика, если в семье по тем или иным причинам возникают проблемы. Самые тяжёлые случаи - дети из неполноценных семей.

Айрис пыталась найти своему ребёнку отца, а себе мужа. Она искренне этого желала. Ходила на свидания, знакомилась на специальных сайтах с мужчинами.

Разочарование... Одно за другим...

Айрис была слишком рациональна, чтобы во всём обвинять одну лишь себя. Ей попадались мужчины, которые были поглощены своим собственным обществом больше, чем беседой с ней. Её приглашали на свидания, но стоило мужчине узнать, что у неё есть ребёнок, точнее - "довесок", как их шик, лоск и вместе с ними галантность испарялись прямо на глазах, превращая некогда интересного собеседника в подобие живой статуи: без каких либо эмоций, кроме как расчётливой необходимости снять накопившееся за вечер напряжение, разумеется, занявшись с ней сексом. Айрис чувствовала себя пластиковой куклой. Конечно, были и вполне хорошие свидания, плавно перетекающие во второе и третье. Но отчего-то Айрис казалось, что она не на том месте, где должна быть и уж тем более не с тем мужчиной.

Подсознательно Айрис отвергала каждую мужскую кандидатуру для роли отца своего ребёнка, хотела вернуться в Венецию и попытаться найти того незнакомца. Его образ всегда преследовал её во снах. Она думала о нём часто, смотря на свою дочь, выискивая в её чертах его черты.

Она безумно любила свою дочь. Часть этой любви Айрис всегда берегла в своём сердце для того незнакомца.

Когда человек паникует, он всегда задаётся вопросом: "Что делать?". Кто-то просчитывает все возможные варианты и делает тот или иной выбор, о котором он впоследствии вполне может пожалеть или же, наоборот, обрадоваться, что в сложной ситуации поступил правильно. Другой - сделает выбор по наитию, так, как ему подскажет его сердце. Третий - освободит себя от ответственности, возложив её на другие плечи.

"Что делать?" - спрашивала себя Айрис, сидя на ступеньках перед домом.

Айрис услышала скрип тормозов, и все мысли, терзавшие её ещё минуту назад, ушли на второй план, чтобы потом, когда она останется наедине с собой, вновь накинуться на неё с уже утроенной силой. Мимолётная улыбка облегчения появилась на её лице. Она подумала, что день всё же может выдаться неплохим. Шоппинг определённо поднимал настроение любой женщине, даже если оно находилось у неё на отметке "минус" уже очень долгое время.

- Айрис?! - подруга вопросительно приподняла брови.

- Франческа?! - подражая её голосу, поинтересовалась Айрис.

- Айрис! - Фрэн встала в угрожающую позу, скрестив на груди руки. - Ты, что, только что встала с постели?

- Конечно же, нет, - попыталась отшутиться она.

- Конечно же, да! Иначе, почему ты до сих пор не собрана? - Фрэн просканировала Айрис своим профессиональным взглядом детектива.

- В каком смысле? - непонимающе переспросила Айрис.

- Хочешь сказать, что ты пойдёшь в этом? - её правая бровь изогнулась в скептическую дугу.

- А что ты имеешь против моей одежды?

- Кроссовки, джинсы и ветровка? - на тон громче спросила Фрэн. - И никакого макияжа?

- И что с того?

- А то, что на твоём фоне я выгляжу как минимум твоей безумно-помешанной на платике мамашей! - эмоционально всплеснула руками Франческа.

Фрэн преувеличивала, конечно, самую малость. Она выглядела сегодня как никогда лучше. На ней были чёрные приталенные кашемировые брюки, красная рубашка мужского покроя и лёгкое полупальто. Волосы у Франчески были распущены, каскадом крупных волн свободно ниспадали на спину. На губах - алая помада, без которой Франческа практически никогда не могла обойтись.

- Фрэни, успокойся, дорогая, - Айрис положила свою руку ей на плечо. - Ты прекрасно выглядишь... Правда! - она очень мило улыбнулась. - Пошли в дом, мне ещё Арию надо разбудить и собрать.

- Айрис, - подруга недовольно поджала нижнюю губу. - Я же тебе утром напомнила наше расписание, к этому времени ты должна была быть полностью готова!

- Да, не переживай ты так, мы всё успеем. Рано же ещё!

- Десять часов утра. Рано для тебя? - раздражённо пробурчала Франческа.

- Оу! - Айрис растерянно посмотрела на подругу. - Может, выпьем кофе? - и обезоруживающе улыбнулась.

- Я его сварю, пока ты будешь собирать Арию, - Фрэн вымученно улыбнулась в ответ. - Придётся снова корректировать все планы, - пробурчала она. - Билли!

Из-за беспокойной ночи малышка была раздражённой и капризничала, когда Айрис одевала её. Матери не хотелось в таком состоянии оставлять своего ребёнка у родителей Франчески, но подруга её убедила, что с девочкой всё будет в порядке. Родители Фрэн были замечательными людьми, для которых их семья стояла на первом месте. Они обожали маленьких детей и с удовольствием нянчились с ними.

- База вызывает Айрис! База вызывает Айрис! Приём! Приём! - возбуждённо пропела Франческа у самого уха подруги.

- Что?

- Айрис, где ты летала последние десять минут? Я не могла достучаться до твоего сознания, - в голосе Фрэн звучали встревоженные нотки.

- Я просто задумалась...

- Ага, - иронично усмехнулась Франческа. - Ты этим занятием с самого утра предаёшься. Не надоело ещё? - язвительно спросила она.

- Весьма увлекательный процесс, советую попробовать, - огрызнулась Айрис.

- О! - удивлённо посмотрев на подругу, произнесла Фрэн. - Что с тобой? Ты какая-то нервная в последнее время. Что-то случилось?

- Нет, конечно же, нет. С чего ты взяла?

- С того, что ты ведёшь себя весьма странно, - серьёзным тоном пояснила Фрэн. - Ты сама на себя не похожа. С каких это пор шоппинг тебе в тягость?

- Извини, я просто немного устала... - Айрис понизила голос. - Просто Арии всю ночь снились кошмары, и я сама уснула только под самое утро...

- Но детям часто снятся кошмары. Ты же сама мне говорила, что это вполне нормальная реакция детского организма на перемены в его жизни.

- Я знаю, но понимаешь, - Айрис растерянно посмотрела на подругу. - Это её первый кошмар...

- И ты не знаешь, чем он может быть вызван?

- Да, - устало выдохнула Айрис.

- Вполне естественно, что ты переживаешь из-за этого, - Фрэн положила ладонь на руку своей подруги. - Как вспомню, что Билли пришлось пережить после моего развода... - её взгляд затуманился старыми переживаниями. - Я так благодарна тебе, - она крепче сжала ладонь Айрис. - Ты помогла Билли преодолеть его страхи, уверена, что если Арию что-то тревожит - вы справитесь с этим. Ты справишься! - она искренне улыбнулась женщине, которая два года назад помогла её сыну не бояться его ночных кошмаров, став для неё близкой подругой.

- Я волнуюсь. Как думаешь, у них там всё хорошо?

- Они в порядке. Когда ты "медитировала", - Фрэн выделила последнее слово жестом кавычек, - я позвонила папе. Они чудно проводят время на заднем дворе, и, кажется, твоя дочь проявляет замашки диктатора.

- Что?

- Она заставила моего отца залезть на дерево за котёнком.

- Да?

- Ага! С его-то радикулитом!

Обе женщины рассмеялись, привлекая внимание двух мужчин за соседним столиком кафе, в котором они решили перекусить, тем самым сделав перерыв в своём путешествии от одного бутика к другому в поисках идеального платья для третьего свидания Франчески. Айрис опустила глаза, почувствовав себя неуверенно под заинтересованным взглядом мужчин напротив.

- Ты наелась? - спросила Фрэн. - Если не забыла, то мы ещё до сих пор не выбрали мне подходящего платья!

- Ты перемерила с десяток платьев.

- И, тем не менее, этого недостаточно! - с сияющей улыбкой воскликнула Франческа.

2

На улице уже смеркалось, когда они вышли из огромного торгового центра с пакетами различным брендов. Девушки не ограничились лишь одним платьем для свидания. Франческа потратила значительную часть своих сбережений на косметику, аксессуары, сумочки, туфли, блузки и юбки, купила два вечерних платья и разную одежду для своего сына. Айрис тоже с радостью рассталась с несколькими сотнями долларов со своего банковского счёта, правда, не так радикально, как её подруга. Она ограничилась лишь самым необходимым. Ещё Айрис купила маленькие рождественские сувениры для коллег по работе и своим знакомым.

Около одной витрины она простояла дольше всего, не решаясь войти внутрь магазинчика, в котором продавались карнавальные костюмы. Её внимание привлекли маски на витрине. Снова и снова Айрис проживала те самые волшебные минуты, которые она провела наедине с незнакомцем в карнавальную ночь в Венеции. Выходя из центра, она крепко прижимала к груди чёрную маску, копию той, что была на Энтони той ночью.

Они подъехали к дому родителей Франчески и с облегчением вздохнули. Шоппинг интересен в самой его идее, и поначалу весьма увлекательно и весело ходить из бутика в бутик, примеряя разную одежду и аксессуары, но потом - всё это ужасно выматывает.

- Я ног не чувствую, - простонала Франческа.

- Сама виновата, - пожурила её Айрис.

- Не политкорректно издеваться над человеком, который преодолел такое же расстояние, что и ты, но с дополнительным препятствием высотою в десять сантиметров.

- Не политкорректно хвастаться тем, отчего у тебя так сильно болят ноги.

- У-у-у... Тебе меня совсем не жалко, что ли? - с печальными нотками простонала Франческа.

- Жалко, очень-очень жалко! - улыбнулась Айрис. - Довольна?

- Мне кажется, немного полегчало, - вымученно улыбнулась подруга.

- В таком случае, может, мы уже выйдем из машины?

- Да... Хотя нет, давай ещё посидим здесь немного, - она с мольбой посмотрела на Айрис.

- Ты сиди, а я пойду за дочерью.

- Ладно! - всплеснула руками Франческа. - Идём вместе.

Они вышли из машины, и Айрис с загадочной улыбкой на губах стала наблюдать за походкой вразвалочку своей подруги. Франческа делала вид, что ей вовсе не больно идти по дорожке к дому, где каждый мелкий камешек с адской болью впивался в тонкую подошву её модных туфель.

На пороге они были весьма удивленны тем, что дверь в дом была открыта, а в самом помещении никого не наблюдалось. Через несколько минут они услышали весёлый смех и радостные крики, доносившиеся из столовой. Фрэн и Айрис пошли на голоса.

В центре стола стояло огромное блюдо с тушёной бараниной на мягкой поленте. Играла незатейливая мелодия с итальянскими мотивами. Несколько супружеских пар танцевали медленный танец, в том числе и родители Франчески. Отец Фрэн собственнически положил свои большие ладони на ягодицы своей жены, которая обнимала его за шею, смеясь и соблазнительно двигаясь в такт музыке.

- Ну, папа - молоток! - с гордостью произнесла Франческа.

- Да и мама ого-го-го! - послышался весёлый голос за их спинами.

- А-а-а!.. Джуллиано! А-а-а!.. - радостно воскликнула Франческа и бросилась на шею брату, начав дико целовать его.

- Легче, сестрёнка! Задушишь ведь! - постарался отстранить её сконфуженный брат.

- Джуллиано! - Фрэн упёрлась своим указательным пальцем ему в грудь. - Почему не предупредил, что приедешь? Почему не позвонил? Почему?..

- Узнаю свою сестрёнку, - перебив, мягко улыбнулся Джуллиано. - Сто вопросов за одну минуту.

За его спиной стоял ещё один из их кузенов с сияющей улыбкой на губах. В руках он держал две бутылки с красным вином.

- Вы как раз вовремя! - громогласно провозгласил он.

- Семейная вечеринка! - хлопнув в ладоши, прокричал Джуллиано.

Он подошёл к Айрис, склонил голову и поцеловал её в правую щёку, немного дольше продлив поцелуй, чем требовали того правила хорошего тона.

- Рад видеть тебя, Айрис, - с нежностью тёплого ветерка, прошептал он.

- И я, тебя, - она робко улыбнулась ему, переведя свой взгляд на стол.

- Останешься с нами? - спросил он чуть громче.

- Конечно же, да! - ответила за неё Франческа. - И это даже не обсуждается, - поспешила дополнить она, заметив сомнение в глазах подруги.

- Как скажешь, босс, - пробурчала Айрис.

- Пошли к столу, - Джуллиано взял её за руку.

- Сначала мне надо найти Арию, - она ловко освободила свою руку из его широкой ладони. - Ты её не видел?

- Кажется, она играла с другими детьми в детской комнате.

- Да, Билли за ней приглядывал, - сказал, подошедший к ним отец Фрэн. - Дочь, иди, помоги матери накрыть на стол.

- Я пойду, посмотрю, как там Ария, - она улыбнулась всем.

- Я с тобой, - сказал Джуллиано, положив свою руку ей на талию и подтолкнув на выход.

Они поднялись на второй этаж, где располагались спальни и детская игровая комната. Джуллиано рассказал ей, что его войсковую часть вывели из Ирака, и теперь он продолжит служить в Америке, но прежде ему надо пройти психологическую реабилитацию. Он всего на пару дней вырвался к родным, прежде чем отправиться в медицинский центр.

Они вошли в детскую, и Айрис пару минут выглядывала в темноволосых детских головках свою дочурку. Арии среди детей не было. Паника начала зарождаться где-то глубоко внутри.

- Билли, - пытаясь скрыть волнение в голосе, Айрис обратилась к малышу в круглых очках. - Где Ария?

Он пожал плечами, растерянно посмотрев по сторонам.

- Не знаю, была здесь, - тихо произнёс малыш.

- Что? - Айрис приложила ладонь к губам, приглушив всхлип.

- Успокойся, - Джуллиано отстранил её от ребёнка и присел на корточки перед Билли. - Приятель! Как давно ты видел Арию?

Малыш снова пожал своими хрупкими плечиками.

- Она играла с Кларис, - и показал на девочку лет семи, что-то рисовавшую на листках бумаги в углу комнаты.

Девочка посмотрела на них, улыбнувшись.

- Кларис, - обратилась к ней Айрис. - Ты не знаешь, где может быть Ария?

Девочка кивнула в ответ.

- А ты можешь мне показать?

Она снова кивнула, встала, расправив складки на смявшемся платьице. Подошла к Айрис и, взяв её за руку, вывела из детской комнаты. Они прошли до самого конца коридора и остановились перед уборной.

- Она испачкала краской своё платье, и я хотела ей помочь его застирать, - начала говорить девочка, - я видела, как это делает моя мама, - как бы в своё оправдание тихо произнесла она.

- Ты молодец, Кларис, ты правильно поступила, - похвалила её Айрис.

- Но платье никак не отстирывалось, и я решила принести ей новое, - голос девочки стал ещё тише. - Я оставила её здесь, а когда вернулась с платьем... её уже не было... Я... - на её глазах появились слёзы. - Я думала, она играет... Я искала её, но...

- Тшш... Ты не виновата ни в чём, - Джуллиано обнял девочку, погладив по волосам. - Уверен, она просто решила поиграть с тобой в прятки. Мы найдём её, не волнуйся.

Айрис застыла на месте. Она поддалась первобытному чувству - испугалась за жизнь своего ребёнка. Она несколько минут простояла в оцепенении, прожигая взглядом пространство, когда услышала:

- Мама! Ма-а...

Айрис взглянула в сторону, откуда раздался крик. Её малышка сидела на мужских плечах, весело размахивая своими ручками в разные стороны.

- Ария! - дикий испуганный крик вырвался из её груди.

Мужчина до этого направлявшийся к ним, остановился, с недоумением посмотрев на женщину, в глазах которой явственно читался страх.

- Смотри, Кларис, - сказал Джуллиано, чтобы разрядить в раз накалившуюся обстановку, - кажется, дядя Энтони нашёл малютку Арию.

Айрис сделала пару шагов, поравнявшись с Энтони.

- Отдайте мне моего ребёнка, - процедила она со стальными нотками в голосе.

- Она в порядке, не волнуйтесь, - тихо ответил Энтони.

Айрис не смотрела ему в глаза, сверля взглядом пуговицу на воротнике его белой рубашки. Вокруг них создалось некое подобие кокона, огородившего их от окружающего мира. Плотная пелена заглушала посторонние звуки так, что они могли слышать дыхание друг друга, как часто бились их сердца в грудной клетке.

- Почему она с вами?

- Я услышал, как кто-то плачет, - тихим, но уверенным голосом произнёс мужчина. - Я не мог не помочь. Я переодел её в чистое платье, и мы как раз направлялись в детскую комнату.

- Благодарю за помощь...

- Энтони, - добавил мужчина. - Вы снова забыли, как меня зовут, - это прозвучало в несколько вопросительной форме.

- Нет.

- То, что вы не называете меня по имени как-то связано с тем, что вы боитесь посмотреть мне в глаза? - слишком проницательным голосом спросил мужчина.

- С чего вы взяли? - сказав, Айрис наклонила голову чуть ниже.

- Скажем, у меня неплохо развита интуиция, - с иронией произнёс мужчина.

- У вас это фамильная черта, - пробурчала Айрис.

- Что вы имеете в виду?

- Ничего особенного, - быстро сказала она. - Верните мне, пожалуйста, ребёнка, - твёрдо произнесла Айрис.

Энтони поднял руки вверх, и снял со своих плеч Арию. Только вот малышка вовсе не хотела уступать своих позиций. Ей весьма хорошо сиделось на мужских плечах. Маленькая интриганка, стоило ей только перейти из рук в руки, начала свою сольную партию в мюзикле "А-а-а-а!.. Ранят прямо в душу!".

Айрис хотелось взвыть вместе с ней от той боли, что пронзила её сердце. Её дочь должно быть подсознательно тянулась к своему отцу, возможно на каком-то интуитивном уровне чувствовала связь с ним.

- Успокойся, дорогая. Мама рядом, - шептала она. - Успокойся, милая, всё хорошо, - Айрис пыталась успокоить дочь. - Тише, малышка, не надо плакать, - у самой стояли слёзы в глазах, напряжение было на пределе.

- Может, мне стоит её взять на руки? - участливо спросил Энтони.

- Может, вы просто отойдёте в сторону и позволите мне самой решать, что лучше для моего ребёнка?! - резким тоном спросила Айрис, осмелившись, наконец, посмотреть ему в глаза.

Короткая вспышка гнева. Румянец смущения на щеках. Растерянность в глазах. Этот мужчина действовал на неё уничтожающе. Одно лишь его присутствие рядом расщепляло её уверенность в себе на мелкие составляющие. Чувство вины пронизывало до самых глубин, леденя сердце, сковывая его в железные оковы.

- Простите... - отрывисто бросила она, и быстрым шагом удалилась.

Ей хотелось убежать, как можно дальше. Как можно быстрее, увеличивая расстояние между ними.

Ария продолжала плакать. Крупные слёзы бежали по её раскрасневшимся щёчкам. Маленькими кулачками она с силой сжимала футболку Айрис, которая дрожала от пронизывающей холодной дрожи.

Айрис быстро сбежала по ступенькам на первый этаж. Всё это время она даже не дышала, крепче прижимая дочь к груди. Остановилась. Сделала глубокий вдох. Медленный выдох. Стук сердца в груди набатом отдавался в ушах. Руки мелко дрожали. Головная боль и детский плач выводили нервную систему из строя.

Она прошла с Арией в гардеробную. Нашла вещи дочки и начала её одевать, одновременно пытаясь вызвать такси по телефону.

Наверное, стоило предупредить о своём уходе, но Айрис не могла сейчас ни с кем говорить. Она решила, что позвонит Франческе на следующий день. Извинится, скажет, что Ария почувствовала себя плохо. Что-нибудь придумает. Главное для неё сейчас было как можно скорее покинуть этот дом, потому что не могла контролировать свои эмоции.

Она вышла из гардеробной. Такси должно было приехать через десять минут. Айрис попросила водителя подъехать к перекрёстку, ей не хотелось привлекать лишнее внимание.

- Тук-тук-тук!..

Айрис повернула голову в сторону раздавшегося тихого мелодичного женского голоса. На пороге в дом стояла миловидная блондинка в красном кашемировом пальто и модных ботильонах, на голове - вязаный чёрный беретик. В руках она держала стильную дизайнерскую сумочку какого-то известного модельера или актрисы, запустившей свою линию аксессуаров. Лейбл был знаком Айрис, но в данную минуту она не могла вспомнить, где его видела раньше.

- Я могу вам помочь? - сипло спросила Айрис.

- Возможно, - робко ответила женщина. - Скажите, здесь живёт семейство Торрегросса? Боже, скажите, что я не ошиблась, - она смущённо посмотрела на Айрис. - Просто это уже третий дом, в котором я задаю подобный вопрос... Совершенно не ориентируюсь в этом районе...

Айрис смерила блондинку ещё одним внимательным взглядом, теперь уже подмечая мелочи, как: красиво уложенные блестящие волосы; на тончайшей плетённой золотой цепочке - бриллианты-капельки; на безымянном пальце - кольцо из платины с розовым бриллиантом; тонкие чулки с цветочным орнаментом, изящно подчёркивавшие красивые изгибы ног их обладательницы.

Эта девушка явно принадлежала району Манхеттена.

Ария немного стихла, зачарованно посмотрев на блондинку в красном пальто.

- Вы не ошиблись домом, - тихо ответила Айрис. - Проходите.

Девушка переступила порог, неуверенно посмотрев на Айрис.

- Меня зовут Эйприл, - улыбнувшись, произнесла она.

- Очень приятно. Я - Айрис, а это моя дочь - Ария.

Малышка робко улыбнулась, печаль в её карих глазках сменилась заинтересованностью новой знакомой.

- Настоящая красавица, - восхищённо сказала Эйприл. - Удивительные черты лица.

- Спасибо. - Айрис ещё раз окинула Эйприл проницательным взглядом, задумавшись, что такая роскошная девушка позабыла в этом доме. - Вы кого-то искали?

- Ох, да! Жениха, - быстро ответила Эйприл, внезапно смутившись. - Извините. Мы недавно совсем обручились, я не привыкла ещё его так называть...

- Ничего страшного.

- Я только что из аэропорта, прилетела вечерним рейсом из Вашингтона. Хотела сделать любимому сюрприз, а оказалось, что этот вечер он проводит со своими родными. Не знаю, возможно я поступила глупо, приехав сюда, но мне не терпелось познакомиться с его близкими.

- Понимаю, - произнесла Айрис, глядя блондинке прямо в её арктического цвета глаза.

- Вот ты где! - Айрис автоматически повернула голову в сторону Франчески. - Там все уже за стол сели, тебя одну ждём... Ой, а вы, кто? - Фрэн с удивлением оглядела девушку в красном пальто.

- Это Эйприл, она невеста одного из твоих кузенов, - пояснила Айрис.

- Это, какого же? - Фрэн скептично приподняла брови. - И почему я не в курсе? - недовольным тоном спросила она. - Это Джованни? - девушка покачала головой. - Джуно?

- Нет.

- Тито?! Не дай Бог, если этот негодяй осмелился скрыть от меня такую информацию! Клянусь всеми Святыми я его тогда...

- Я невеста Энтони, - робко произнесла Эйприл.

Один удар сердца в груди. Через минуту - ещё один. Затем - тишина. А после - головная боль вновь начала пульсировать в висках, распространяясь по всему телу. Айрис хотелось зажмуриться до рези в глазах, хотелось прикусить губы до крови, впиться ногтями в ладони, оставляя красные следы... Ей хотелось испариться, исчезнуть сию же минуту...

Где же это место, где все неприятности обходят стороной?

Как в него попасть? На каком автотранспорте добраться?

Айрис хотела ударить себя по щекам, чтобы очнуться. Вынырнуть из этого хаоса - омута, засосавшего её некогда счастливую стабильную жизнь. Она желала забиться в угол, просто для того, чтобы поплакать в тишине.

Франческа восторженно присвистнула, уперев руки в бока.

- Матерь Божья! Быть того не может! Ушам своим не верю!

Фрэн чуть было не кричала. Айрис зажмурилась от очередной искры боли в голове, словно к виску приложили раскалённое железо.

- А вы не скажете, где Энтони? - спросила Эйприл.

- Нам пора, - отрывисто сказала Айрис, избегая прямого контакта глаз с Фрэн.

- Куда это? Я не поняла... - Франческа вмиг переключила своё внимание на подругу.

- Ария капризничает, наверное, всё же заболела. Мы домой поедим. Такси ждёт.

Айрис посмотрела на подругу глазами, в которых та увидела пустоту, так хорошо знакомую ей. Она догадывалась, внутренним чутьём ощущала, что причина такого поведения Айрис начиналась с большой буквы "М".

- Оставьте своё сообщение после звукового сигнала...

- Айрис! - раздался взволнованный с нотками недовольства голос Франчески. - Выкинь свой автоответчик к чёртовой матери! Он совершенно не справляется со своей работой! Я практически убеждена, что он нарочно стирает мои сообщения, адресованные тебе! - Айрис улыбнулась, перелистнув страницу в книге, которую уже читала несколько дней в подряд, так и не достигнув её середины. - Развей мои сомнения, дорогая... Ты от кого-то скрываешься? Скажи честно, тебя чем-то расстроил Джуллиано? Клянусь всеми Святыми, если он только посмел...

Страстный монолог Фрэн был прерван сигналом автоответчика. Через минуту раздался новый звонок телефона, за ним последовала приветственная речь Айрис с просьбой оставить сообщение, поскольку в данную минуту её нет дома, и вновь - звуковой сигнал.

- Айрис! Нам нужно поговорить! Завтра на празднике. Если, дорогая, тебя и Арии не будет на нём... - в её голосе послышались стальные нотки. - Учти, я приеду к тебе домой и... ну, последствия ты вполне можешь себе представить...

Последствия... Это слово вот уже неделю лишало Айрис сна и покоя. Оно мучило и изводило её сознание. Издевалось над её совестью. Заставляло считать себя самым последним ничтожеством на свете. Оно медленно отравляло существование Айрис, превращая краски в тусклые размытые пятна.

Она не могла радоваться каждому новому дню, как это делала раньше. Даже ванильное мороженое, которое она очень любила, приводило её в уныние.

Сердце щемило при взгляде на дочь. Пульс учащался, стоило Айрис вспомнить тот день, когда она узнала имя отца своего ребёнка. На глаза наворачивались непрошеные слёзы от чувства безысходности.

В том, что она родила дочь от незнакомца, не было её вины. Конечно, в свои двадцать семь лет, единственное, чего она хотела больше всего от жизни - стать матерью. Айрис мечтала о том, чтобы не спать ночами от детского крика, радоваться каждой улыбке своего малыша, наблюдать за его первыми шагами... Но Айрис не планировала и не пыталась забеременеть специально. У неё был план, довольно простой: найти себе мужа или, если этот вариант оказался бы провальным, поступить, как большинство современных женщин - воспользоваться услугами банка спермы.

Стечение обстоятельств. Как глупо. Именно сейчас, когда Айрис освободилась от всех своих страхов и предрассудков, поверила в себя, нашла цель в жизни.

Последствия...

Какими они будут, если Айрис во всём признается Энтони?

Будут ли они, если она умолчит об Арии, оставив отца в неведении?

Сможет ли она жить с этим дальше?

Сотни вопросов в голове...

3

- Мамочка!.. Ма-а-а... сматли... - Ария выставила пять пальчиков перемазанных в шоколадном сиропе на обозрение Айрис. - Смааатли! - она весело рассмеялась.

- Ты похожа на грязного бурундучка, - пожурила её мать. - Думаю, нам стоит пойти и вымыть тебе ручки.

- Не-а... Я так фсссё съем!

- Неужели не наелась?

- Не-а! - девочка серьёзно покачала головой.

- Ария, - мать не менее серьёзно, даже немного с осуждением посмотрела на свою дочь. - Хорошим девочкам не пристало ходить с перемазанным в шоколаде личиком.

Малышка задумалась.

- Пачему-у-у?

- А как сама думаешь?

- Патамучта муфчинам не буду нравиться?

- Что? Каким ещё "муфчинам"? - опешила мама, услышав подобное заявление своей трёхлетней дочери.

- Да так... - тяжело вздохнула девочка и отвела печальный взгляд в сторону.

- Ария...

- Что мама? - девочка взглянула на мать, слегка улыбнувшись.

- Что ещё за "муфчины"?

В один миг глаза девчушки округлились, а улыбка стала шире. Она ловко спрыгнула со своего стульчика и чуть ли не с космической скоростью побежала к выходу из развлекательного центра, в котором Фрэн организовала день рождения своему сыну.

Айрис приглушённо вскрикнула. Её черноволосый маленький ангелочек (конечно же, в большинстве случаев сущий чертёнок) буквально вспорхнула в объятия Энтони. Он подкинул её в воздух несколько раз. Они улыбались и смеялись, смотря друг другу в глаза. Их радостный смех набатом отдавался в голове Айрис. Лишь только стук её собственного сердца порой перебивал этот шум.

Она чувствовала себя растерянной и потерянной. Резкая боль пронизывала и сковывала, оплетая вены и артерии, замораживая сознание и условные рефлексы. Она хотела подойти к ним, нет, броситься со всех ног, подбежать, забрать дочь... Но не могла...

Не могла помешать их мимолётному счастью. Не смела разрушить их тайную идиллию. Казалось, они никого не замечали вокруг. Даже то, что Ария испачкала Энтони белоснежную рубашку своими перемазанными в шоколаде пальчиками, похоже, совсем не смущало мужчину.

- Айрис, ты в порядке? - обеспокоенно поинтересовалась Фрэн.

- Что? - Айрис растерянно посмотрела подруге в глаза. - Да... - сухим голосом произнесла она. - Я в порядке.

- Нет, не в порядке. Ты сама на себя не похожа. Вон, побледнела вся...

- Фрэн, всё хорошо, - резко перебила её Айрис.

- А где Ария? Сейчас торт выносить будем.

- Мы скоро подойдём.

Она кивнула подруге и пошла в направлении мужчины и ребёнка. Пару минут они не замечали её присутствия. Ария сидела на коленках Энтони и о чём-то увлечённо ему рассказывала. Она размахивала своими ручками и улыбалась. Мужчина внимательно следил за темой их беседы, кивал и поддакивал, смеялся в ответ.

Айрис несколько раз кашлянула в кулачок, стараясь привлечь к себе внимание. Мужчина искоса посмотрел на неё, но ни каким жестом даже не проявил своего интереса.

- Э-м-м... - Айрис нервно прикусила губу. - Энтони... - с огромным усилием произнесла его имя.

- Да? - он перевёл на неё свой взгляд, улыбнувшись. - Айрис, вы наконец-то назвали меня по имени!

- Арию надо умыть, - она указала на перепачканные руки дочери. - Да, она и вас тоже всего испачкала. Простите, что так вышло.

- Снова вы извиняетесь, Айрис, - уголки его губ иронично взлетели вверх. - Это одна из ваших вредных привычек?

- Забавно, что вы один заметили её существование, - несколько едким голосом поддела его Айрис. - Скоро вынесут торт, - быстро сменила тему разговора, - я хотела привести Арию в порядок.

- Как вы удачно заметили, мне тоже не помешает привести себя в порядок, - он подмигнул Арии, которая весело захлопала в ладошки. - Я составлю вам компанию.

- Не стоит...

- Я настаиваю, - голосом с упрямыми нотками перебил он её.

Он встал, прижимая к себе Арию. Не передал девочку матери, от чего у той залегла глубокая морщинка между бровей.

- Нам лучше поторопиться, - с этими словами Айрис ускорила свой шаг.

Энтони лишь усмехнулся про себя. Эта женщина манила его, притягивала, интриговала. В ней была загадка, а он был большим охотником напрягать мозги в поисках разгадок.

Они зашли в уборную. К несчастью Айрис, там не было ни души. Она растерянно посмотрела на кабинки в надежде, что там мог кто-то оказаться. Нет. Никого. Здесь были они одни.

Он. Она. Их маленькая дочь.

Холодок пробежал по её позвоночнику. Айрис поёжилась, сделав два шага в сторону, стараясь увеличить расстояние между ними.

Пока Энтони приводил себя в порядок, точнее пока он делал вид, что приводит себя в порядок, поскольку на пятна рубашки он даже не обратил никакого внимания, Айрис вымыла руки и личико дочери.

- Ма!

- Что, солнышко?

- Снурки, - Ария указала на свои туфельки, - развязались.

- Сейчас завяжу.

Айрис присела на корточки, стала завязывать бант на правой туфельке девочки. Ария же, ухватив её волосы, потянула их вниз, громко рассмеявшись.

- Ария, прекрати немедленно, мне неудобно!

В этот момент она почувствовала прикосновение к своей коже. Лёгким касанием подушечек пальцев Энтони очертил знак бесконечности, вытатуированный у неё на шее.

Так нежно и сладко заныло под ложечкой. Горячая кровь побежала по венам. Краска смущения вспыхнула на её лице.

- Это ты... - хрипло прошептал Энтони. - Моя незнакомка...

Айрис резко встала на ноги, инстинктивно заслонив своим телом дочь. Она посмотрела на Энтони глазами, полными растерянности. До боли прикусила нижнюю губу. Закрыла глаза, стыдливо склонив голову.

Он взял её за подбородок, заставив посмотреть в его глаза. Энтони тонул в океане её взгляда, вспоминая, как его голубизна поглощала его волю в ту саму ночь в Венеции, когда они принадлежали друг другу.

Она терялась в его глазах, застыв на месте, не смея моргнуть.

Лёгкая улыбка коснулась его губ. Она засмотрелась на ямочку на его щеке. Смущённо улыбнулась в ответ.

Узнавание.

Новое знакомство.

Они не могли знать наверняка, что их притягивало друг к другу, почему они не могли заставить себя не смотреть в глаза другого. Сколько времени прошло, они не знали. Минуты и секунда замерли, застыли в бесконечном мгновении.

Они вдыхали аромат парфюма: её - с лёгкими нотками цитрусовых, его - с запахом моря и ветра.

Энтони наклонил свою голову чуть ниже, задержавшись в нескольких миллиметрах от её губ. Они манили его, просили, умоляли о том, чтобы он прикоснулся к ним, провёл кончиком языка по контуру, сжал зубами, прикусил... Искушение, которому он не смел сопротивляться. Он не смог устоять, когда её губы чуть приоткрылась, словно приглашая...

Энтони прижал свои губы к её, затем проник языком в рот, жадно исследуя и завоёвывая... напористо... отрывисто... страстно... тягуче сладко... до дрожи в коленках...

Её голова закружилась. Руки словно свинцом налились, и всё же Айрис чувствовала радость в душе. Неописуемое, неконтролируемое счастье...

Детский смех прервал их поцелуй. Энтони отстранился, словно только что поняв, что они здесь не одни.

Он посмотрел на малышку... другим взглядом...

Отметил цвет волос, которые завивались крупными кольцами на концах. Её глаза были карими, а ресницы длинными и пушистыми. Но больше всего его зачаровала ямочка на правой щёчке девочки. Звук её задорного смеха разлился приятным теплом по его венам.

Неожиданная догадка острыми шипами впилась во всё его тело. В глазах отразился испуг.

Сомнение. Неверие. Удивление.

Он посмотрел на Айрис. По её лицу медленными струйками катились крупные капли слёз.

- Ария моя дочь? - не своим голосом произнёс он, кашлянул и повторил вопрос более твёрдым тоном. - Она моя дочь?

Айрис кивнула головой, не в силах произнести ни слова.

- Боже!

Энтони запустил руку в волосы, резко выдохнул и сделал несколько шагов в сторону. Прошёлся из стороны в сторону, тихо выругавшись про себя. Вновь взглянул на Айрис, затем на Арию. Несколько раз переводил свой взгляд с одной на другую.

Закурить. Сделать хотя бы одну затяжку, чтобы развеять все сомнения. Глубоко вздохнуть сигаретный дым, чтобы подумать. Выдохнуть, чтобы успокоиться.

- Но как? Как это вообще возможно? - громко спросил он, не обращаясь ни к кому непосредственно.

Айрис было хотела что-то сказать, но ей помешал телефонный звонок. Приятная мелодия, но сейчас она раздражала.

- Ответь, - коротко бросил он.

Она трясущимися руками несколько минут искала телефон в своей сумке. Мелодия по-прежнему играла. Её подруга не намеревалась сдавать своих позиций, не услышав голос Айрис.

- Алло?

- Немедленно тащи свою задницу сюда! - сквозь зубы процедила Фрэн. - Билли отказывается задувать свечи без Арии.

- Да, сейчас, - сказав, она отключила телефон.

Айрис перевела взгляд на Энтони.

- Это Франческа звонила. Нас все ждут, - растерянным голосом сказала она.

- Хорошо, - он прищурил глаза. - После праздника я отвезу вас домой, - серьёзным тоном произнёс он.

- Но... - Айрис хотела возразить.

- Никаких "но", - с осуждением посмотрел на неё. - Нам надо поговорить.

Не удосужив её своим взглядом, плотно сжав губы, он прошёл мимо неё к Арии. Малышка протянула к нему свои ручки. Энтони обнял её, крепко прижав к себе.

Она наблюдала за ними весь оставшийся вечер. Ария ни на минуту не отходила от Энтони. Ей даже удалось втянуть его в несколько детских игр. Он лазил с ней по туннелям, играл в сухом бассейне, наполненном разноцветными мелкими шариками. Им было весело вместе.

В глазах Айрис была печаль, хотя на губах играла лёгкая улыбка. Искусственно. Наигранно. Она практически ненавидела себя за то, что приходилось притворяться, когда её сердце раскалывалось на мелкие осколки. В нём зародилось семя ревности, которое с каждой улыбкой её дочери, подаренной Энтони, зрело и увеличивалось в размерах. Айрис стало страшно, что вскоре корни этого растения прочно сожмут её сердце в тиски.

Она и представить себе не могла, что появление отца в жизни её малышки, причинит ей такую нестерпимую боль. Ей было мерзко признавать, что на самом деле она оказалась такой эгоисткой. Раньше вся любовь маленького создания принадлежала ей одной. А сейчас? Айрис буквально осязала, как эта любовь, песчинка за песчинкой, переносилась на другой объект. Мать знала свою дочь. Сердце малышки с первого мгновения, как та увидела Энтони, было отдано ему на веки. Ей было больно признавать это.

Искренняя детская любовь. Счастье, которое не каждый может осознать, увидеть, а главное понять...

Возможно, сейчас Айрис всё воспринимала слишком остро. Она понимала, что ей необходимо успокоиться. Всё взвесить и подумать, как быть дальше. Но предстоящий разговор с Энтони и их недавний поцелуй выбивали почву из-под её ног. Она больше не могла ощущать себя твёрдо стоящей на земле, скорее, Айрис пребывала в несколько подвешенном состоянии. С одной стороны, она могла облегчённо вздохнуть, потому, как Энтони узнал всю правду. Это перестало её мучить и истязать. Но с другой стороны... Появилось ещё больше неудобств. Раньше она могла сама принять решение в отношении: рассказать правду Энтони или нет. Теперь же, она полностью зависела от него. Айрис не могла знать наверняка, как он решит поступить. Она больше не контролировала ситуацию, и это её пугало.

- Подруга, ты мрачнее самой тёмной тучи, - Айрис не заметила, когда Франческа подошла к ней и сколько времени уже наблюдала за выражением её лица.

- Я просто задумалась, - коротко ответила она.

- Понимаю... Наверное, до сих пор пребываешь под впечатлением от поцелуя с моим кузеном.

- Что? - Айрис ошеломлённо посмотрела на Франческу. - Кто тебе сказал?

- Допросила очевидца с места преступления, - заговорчески прошептала подруга.

- Это просто случайность. Арии, должно быть, показалось, что он меня поцеловал, - оправдываясь, произнесла Айрис.

- Я сначала тоже так подумала, - растягивая слова, мелодичным тоном произнесла Франческа. - Но твоя реакция подтвердила все мои сомнения.

- Тебе лучше прекратить отрабатывать на мне свои навыки следователя, - в голосе Айрис появились нотки раздражения.

- Привычка - вторая натура, - Фрэн пожала плечами. - Хочешь поговорить?

- Не особо, - честно ответила Айрис.

Франческа многозначительно посмотрела на свою подругу. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять, что Айрис чем-то очень сильно озадачена. Она весь вечер не сводила своего взгляда с Энтони и своей дочери. Фрэн ещё раз внимательно оглядела подругу, подмечая едва уловимые мелочи: сведённые скулы, искусанные губы, нервные взмахи ресниц, частое перебирание пальцами. Беспокойство. Раздражение. Она практически не узнавала свою подругу.

Франческа задумалась, собирая все эти моменты, словно маленькие кусочки пазла, в одну большую картину. Её взгляд случайно упал на Энтони. Он держал Арию за руку и о чём-то увлечённо рассказывал ей. Малышка смеялась, прижав другую свою ладошку к животу.

- Он стал бы прекрасным отцом для Арии, - с горечью произнесла Фрэн.

- Что? - сухо переспросила Айрис, её сердце резко подскочило в груди, по телу пробежала нервная дрожь.

- Думаю, ты и сама об этом думала. А теперь переживаешь из-за того, что Энтони любит другую. У вас могло всё получиться. Вы были бы прекрасной парой.

- Тебе показалось. Я не переживаю из-за этого.

- Посмотри на них, - Франческа кивком указала на Энтони с малышкой на руках. - Их глаза словно светятся изнутри.

- Что ты хочешь сказать?

- Только то, что, похоже, для Энтони Ария стала много значить. Наверное, он сам того не подозревая переносит свою нерастраченную отцовскую любовь на твою дочь.

- О чём ты, Фрэн?

- Месяц назад у Эйприл случился выкидыш. Она была на шестом месяце беременности. У них должна была родиться девочка.

Айрис пошатнулась. У неё закружилась голова, стало казаться, что не хватает воздуха. Она задыхалась, но при этом старалась не подавать виду, как сильно её ранили слова, произнесённые Франческой.

- Я сожалею... - тихо выдавила из себя Айрис.

- Энтони не подаёт виду, но я вижу, как ему больно, - в уголках глаз Франчески появились капельки слёз. - Я знаю, как сильно ты оберегаешь свою дочь, но прошу тебя... как подругу... - она дотронулась до руки Айрис. - Не отрывай её от него сейчас. Мне кажется, общение с Арией поможет Энтони пережить это горе.

- Фрэн, ты даже не понимаешь, чего требуешь от меня, - обречённым тоном прошептала Айрис.

- Я прошу тебя. Хотя бы не принимай поспешных решений.

- Я подумаю...

К концу праздника Айрис буквально чувствовала себя разбитой, эмоционально истощённой. Ей хотелось сбежать из этого душного помещения, наполненного смехом и улыбками. Она не могла радоваться всеобщему веселью. Айрис была растеряна. Снова и снова она возвращалась к терзавшему её ранее вопросу: "Что делать?". Казалось, что с каждой минутой её положение усугубляется всё новыми и новыми обстоятельствами.

Наконец она приняла твёрдое решение - ничего и никому не рассказывать. Мысленно она уже построила план своего разговора с Энтони. Она решила взять инициативу в свои руки, показать ему, что его мнение не играет большой роли. Он должен уяснить всё с самого начала. Айрис не хотела портить чьё-либо счастье. Она прекрасно осознавала, как может воспринять новость о ребёнке невеста Энтони. Особенно после того, как она потеряла своего. Но главное, Айрис ни за что на свете не стала бы делить своего ребёнка с другой женщиной. Это было её право матери. Она никогда не согласится на то, чтобы другая женщина влияла на воспитание её дочери. Потому Айрис хотела сократить к минимуму какое-либо общение Энтони с Арией. Она была убеждена, что всё это только к лучшему. Осталось только в этом убедить самого Энтони.

Эта задача казалась ей непосильной...

Мир Энтони перевернулся с ног на голову. Снова. Но теперь этому способствовали отнюдь не печальные известия, а самые что ни на есть радостные.

Он отец!

У него есть дочь!

Маленький ангелочек с черными кудряшками на голове и удивительной ямочкой на щеке.

Ария... Его малышка... Кровь и плоть... Его дочь...

Он узнал об этом всего каких-то несколько минут назад. Или час? Неважно сколько времени прошло. Он радовался каждой секунде, проведённой рядом с дочерью. Возможно, Энтони ещё не совсем адекватно воспринимал всю ситуацию в целом, но он был твёрдо убеждён, что любит эту маленькую девочку всем сердцем. За какой-то краткий миг её улыбка залечила все его раны. Боль от потери своего нерождённого ребёнка от любимой женщины притупилась, перестала так сильно разрывать на части душу. Он не мог думать о последствиях. Не сейчас! Не в данный момент, когда его дочурка так проникновенно смотрела ему в глаза, забавно сморщив свой маленький носик.

Она такая красивая! Его дочь...

Он видел в ней свои черты лица, мог уловить едва заметные, одному ему понятные и привычные жесты.

Её смех был весёлым, искрящимся с задорными нотками. Носик слегка вздёрнут вверх, а на его кончике Энтони насчитал семь маленьких веснушек. В её тёмных глазах плясали искры. Они были обрамлены длинными густыми ресницами. Лицо хорошей формы, ни круглое, ни угловатое, немного широкие скулы и маленький аккуратный ротик с чуть выдвинутой вперёд нижней губой.

"Как у её матери", - промелькнуло в голове у Энтони.

Он перевёл свой взгляд с малышки на толпу в поисках Айрис. Блондинка стояла примерно в двадцати метрах от них, и её взгляд одновременно обжигал и пронизывал арктическим холодом. В них он увидел печаль и решимость.

Энтони инстинктивно прижал ближе к себе дочь, положил руку ей на голову. Его губы плотно сжались, скулы заострились.

Это была война взглядов. Они нападали и отражали атаки друг друга. Их силы были равны. Но у Айрис было преимущество. Она растила свою дочь четыре года одна. А Энтони через месяц должен был жениться на другой женщине. Женщине, которая не сможет пережить правду о том, что у её любимого есть дочь от другой.

Энтони тяжело вздохнул и отвёл свой взгляд в сторону.

Айрис облегчённо вздохнула, мысленно поблагодарив Бога за то, что дал ей силы противостоять взгляду Энтони.

Вечер неумолимо близился к своему логическому завершению. Напряжение Айрис возрастало с каждой минутой. Она нервно перебирала пальцами край своей блузки, постоянно оглядываясь по сторонам. Её пугал предстоящий разговор с Энтони. Не столько тема этого разговора, а сам факт, что они будут говорить и обсуждать будущее их дочери. Столько лет она была единственной, кто принимал участие в жизни её дочери. Она сама знала и понимала, что будет для неё лучше. А теперь у девочки появился отец, который тоже имел право голоса.

Конечно же, Айрис хотела, чтобы у малышки был отец. Но на постоянной основе. Энтони на такую роль не подходил по всем определениям.

- Айрис... - Энтони мягко произнёс её имя.

Она буквально подпрыгнула, испугавшись его внезапному присутствию рядом.

- Извини, не хотел тебя напугать.

- Я просто задумалась. Не видела, как ты подошёл, - оправдываясь, быстро произнесла она.

- Я даже догадываюсь, о чём ты размышляла.

- Неужели мысли читаешь? - язвительно поинтересовалась Айрис.

- Поверь, мне это ни к чему даже. У тебя и так всё на лице написано, - в ответ он язвительно усмехнулся ей.

- А ты я смотрю, физиогномист великий, - повысив голос, выпалила она.

- Специфика работы, - безразлично ответил он. - Ты хочешь начать выяснять отношения прямо здесь и сейчас? - его правая бровь приподнялась вверх. - На глазах у всех?

- Конечно же, нет, - злясь на саму себя, пробурчала Айрис.

- Тогда я провожу вас до машины, и поеду следом, - твёрдым тоном сказал Энтони, посмотрев Айрис в глаза.

- Договорились.

Она резко развернулась, подошла к столику, взяла свою сумочку. Пыталась найти в ней ключи от машины. Безуспешно. Пришлось высыпать всё содержимое сумочки на стол. Айрис чертыхнулась. Провозившись несколько минут, она нашла ключи. Затем собрала вещи дочери. Она старалась, чтобы её действия выглядели, как обычно. Фрэн не спускала с Айрис своего проницательного взгляда. Это ещё больше раздражало её. Она улыбнулась подруге. Вышло несколько криво. Франческа прищурила глаза.

Энтони подошёл к Франческе. Поцеловал её в щёку, небрежно потрепал Билли по макушке и медленным грациозным шагом направился к выходу из развлекательного центра.

Ария подбежала к матери. Обхватила её за ноги, закинув голову назад.

- Хорошо провела вечер, милая? - с улыбкой спросила Айрис.

- Дяяя! - звонко воскликнула девочка. - А где Тони? - она стала озираться по сторонам. - Он зэ тут был! - в её голосе Айрис расслышала нотки недовольства.

- Он ушёл.

- Куда?

- У него дела.

- Какие? - с наивностью поинтересовалась Ария.

- Должно быть очень важные.

- Но он не папрасяялся со мной дазэ... - нижняя губка девочки обиженно выдвинулась вперёд.

- Он просто не мог тебя найти, - Айрис присела на корточки и дотронулась указательным пальцем до кончика носа своей дочери. - Уверена, ты скоро с ним встретишься.

- Знаю, - Ария довольно улыбнулась. - Он сказал, что приготовил сюплиз для меня, - она приложила ладошку к ротику и прошептала последние слова на ухо матери.

- Что ж... Я рада... - осипшим голосом прохрипела Айрис. - Пойдём попрощаемся с именинником и пойдём домой. Нам ещё столько дел надо сделать.

- Какие дела? - Ария с удивлением посмотрела на мать.

- Как? Забыла? Ты же обещала прибраться в своей комнате.

- Я-я-я?

Маленькая актриса вошла в раж. Её длинные пушистые ресницы часто-часто заморгали, губки удивлённо приоткрылись.

- Ну не я же! - всплеснула руками Айрис. - Я не перенамерила с десяток платьев, раскидав их по всей своей комнате, - на её губах появилась улыбка.

- Ну я зэ далжна была быть класивой, мам! - логично констатировала маленькая девочка.

- А ещё ты должна быть у меня аккуратной, поэтому, когда приедем домой, ты приберёшься в своей комнате.

- Но...

- А заодно и игрушки расставишь по своим местам, - твёрдо произнесла Айрис.

- Халасо, ма... - пробурчала Ария.

- Не слышу в твоём голосе особого энтузиазма.

- Холосо, ма! - Ария улыбнулась во все свои семь с половиной зуба.

Полчаса спустя Айрис припарковала свою машину около дома в стиле американской колониальной архитектуры с многочисленными каскадами крыш и большими окнами с массивными ставнями. Она взглянула на спящую дочь. Малышка прижимала к себе своего плюшевого кролика. Затем Айрис посмотрела в зеркало заднего вида. Чёрный мотоцикл припарковался в нескольких метрах от её машины. Мужчина в короткой чёрной кожаной куртке снял шлем. Айрис прикусила нижнюю губу. Энтони выглядел чертовки сексуально, в её голове невольно начали появляться картинки их близости. Она помотала головой из стороны в сторону. Сожмурила глаза и начала медленно считать до десяти, восстанавливая спокойное дыхание. Это наваждение: каждый раз, находясь с ним рядом, вспоминать о той ночи.

В окно машины постучали. У неё не оставалось выбора. Так или иначе, но она не могла прятаться от разговора с Энтони всю свою оставшуюся жизнь, тем более, делая это, находясь в машине. Она резко открыла дверь со своей стороны. Энтони не ожидал столь резкой реакции, потому не успел вовремя отойти в сторону. Удар пришёлся на правую коленную чашечку. От пронзившей ногу боли он громко вскрикнул.

- Тише, - шикнула на него Айрис. - Разбудишь Арию.

- Ты меня нарочно ударила? - процедил он сквозь зубы.

- Конечно же, нет, - фыркнула она. - И в мыслях даже не было, - она невинно улыбнулась ему в ответ.

- Не слышу в твоём голосе и сотой доли искренности, - съязвил он.

- В таком случае, рекомендую обратиться к врачу, - съязвила она в ответ.

- Непременно внесу этот ценный совет в свою записную книжку, - Энтони мило улыбнулся ей.

Айрис вернула ему аналогичную ухмылку.

- Почему в гараж не заехала? - поинтересовался он, обходя Айрис и направляясь к задней пассажирской двери.

Она хотела сказать ему, что в состоянии сама отнести свою спящую дочь в её спальню. Но Энтони уже открыл дверь машины и аккуратно, чтобы не тревожить сон девочки, освободил её из детского сиденья. Что-то тихо прошептал по-итальянски, прижав её к своей груди.

Затем он перевёл взгляд на неё.

- Так ты ответишь на мой вопрос?

- А тебе на самом деле интересно это знать? - несколько уставшим голосом спросила она.

- Я просто проявляю учтивость, так сказать стараюсь поддержать разговор.

Энтони достал сумку из машины. Они направились по дорожке к входным дверям. Айрис шла следом за Энтони. Она едва смогла сдержать себя, чтобы не нагрубить ему в ответ. Учтивость? О какой учтивости может идти речь, если через каких-то пять-десять минут они, возможно, будут кричать друг на друга, отстаивая свои родительские права?

- Пару дней назад ворота заклинило, - стараясь быть "учтивой" пробурчала она.

- А почему мастера не вызвала?

- Как раз собиралась сегодня отметить это в своём ежедневнике, - с мягкими язвительными нотками пробубнила она.

Айрис не разбиралась в электрике. Если у неё ломался электрический прибор или происходило замыкание электросети, из-за чего "вышибало" пробки, она могла обратиться к своему соседу. Пожилой мужчина, проработавший электриком на швейной фабрике, всегда с радостью приходил на помощь одинокой матери. Взамен Айрис угощала его чаем с черничным пирогом. Не так давно мистер Томас слёг с гриппом и Айрис не хотелось беспокоить его по пустякам.

- Знаешь, - Энтони развернулся к ней вполоборота, - я мог бы...

- Нет. Спасибо. Не стоит, - резко перебила его Айрис.

Он пожал плечами, мол, как знаешь. Затем Энтони с нескрываемым любопытством посмотрел на Айрис и спросил:

- А как ты справляешься со всем? Одна? - последнее слово он выделил более чётко и громко, до этого они говорили в полголоса, чтобы не разбудить малышку.

- Со временем привыкаешь ко всему, - пробурчала Айрис, открывая входную дверь. - Спальня Арии на втором этаже, - она решила перевести внимание Энтони с себя на дочь, ей не нравились подобные расспросы с его стороны.

Айрис шла впереди, а Энтони следом за ней. Мужчина разглядывал стену с правой стороны. Она была украшена фотографиями его дочери: её первый день жизни, первая улыбка, смех, первый зубик, первый шаг...

Он пропустил столько занимательных и важных моментов в жизни своей дочери!

Он мог присутствовать при каждом... но судьба распорядилась иначе.

Его сердце билось чаще в груди, готовое вырваться наружу, словно птица, прожившая в неволе несколько лет. С каждой новой фотографией его сердце пропускало один удар.

- Эй... Ты в порядке? - Айрис нежно прикоснулась к его плечу. - Ты уже несколько минут смотришь на эту фотографию, - тихо произнесла она.

Энтони оторвал свой взгляд от небольшой фотографии, с изображением маленькой Арии, задувающей одну свечу на торте в форме сердца, украшенного лепестками роз.

- Её первый день рождения, - в голосе Энтони слышалась боль и тоска.

Айрис проглотила ком в горле.

- Это был прекрасный день. Один из самых счастливых в моей жизни, - она улыбнулась воспоминаниям, что навеяла эта фотография.

- Ужасно в этом признаваться, но я завидую тебе, Айрис.

- Так или иначе, но ничего уже не изменишь, - несколько резко произнесла она.

Энтони тяжело вздохнул, но от Айрис не укрылось выражение его глаз: кое-что он был способен изменить.

Они вместе уложили Арию в её постельку. Айрис по привычке накрыла дочь одеяльцем, закутав её плотно. Положила рядом на подушку плюшевого кролика. Смахнула прилипшие к лицу прядки и поцеловала дочь в кончик носика. Энтони с нежностью и некоторой робостью, смешанной со стеснительностью, провёл тыльной стороной руки по щеке девочки. Из его лёгких вновь вырвался тяжёлый вздох. Он в полголоса произнёс что-то по-итальянски. Затем развернулся и быстрым шагом вышел из комнаты.

Айрис замешкалась, но взяв себя в руки, обречённо последовала за ним следом.

"Однако этот тип быстро сориентировался в моём доме", - подумала Айрис про себя, застав Энтони в своей кухне за приготовлением кофе. Её правая бровь удивлённо приподнялась.

- Я спиной чувствую твоё недовольство, - сказал Энтони, повернув голову вполоборота к Айрис. - Злишься, что самой не пришло в голову приготовить нам кофе?

- Нам? - переспросила она.

- Честно, я бы не отказался ещё и перекусить, - уголки его губ обворожительно приподнялись вверх, - на празднике мне даже крошки не удалось перехватить.

Айрис была сбита с толку. Она смотрела на него, не моргая, пытаясь понять: серьёзно он говорит или просто издевается над ней.

- Серьёзно. Я очень голоден, - твёрдо произнёс Энтони. - Ты спросила об этом вслух, - улыбаясь, пояснил он.

Айрис плотно сжала губы, мысленно ругая себя.

- В холодильнике есть лазанья, - процедила она сквозь зубы.

- Обожаю лазанью! - хлопнув в ладоши, воскликнул Энтони.

Он достал из холодильника блюдо с лазаньей, взял тарелку с полки и начал накладывать себе огромную порцию макарон.

Живот Айрис предательски заурчал: она сама с утра ничего не ела. Энтони посмотрел на неё с непонятными ей искорками в глазах, молча достал вторую тарелку, для неё.

Айрис присела на стул, так и не понимая своего отношения ко всему происходящему. Он сам накрыл на стол. Казалось, Энтони знал её маленькую кухоньку не хуже самой хозяйки дома. Он буквально предугадывал заранее, где что лежит. Через несколько минут перед Айрис стояла тарелка с лазаньей, от которой исходил дивный запах.

- Моя бабушка всегда говорила, что лазанья, да и вообще любое блюдо из макарон, станет намного вкуснее, если добавить базилика. В твоём холодильнике его не оказалось, поэтому я осмелился посыпать сушеные листья. Надеюсь, ба не узнает про это, - с иронией произнёс Энтони.

Айрис улыбнулась в ответ. Ей показалось забавным то, что такой здоровый и крепкий мужчина, как Энтони, может испугаться маленькой старушки. Она взяла вилку в руку и поднесла её к тарелке.

- Что ты делаешь? - спросил Энтони.

- Мой желудок не насытится, глядя на блюдо с едой, - с долей цинизма произнесла она.

- Ты разве не молишься перед едой?

- Нее-е-ет, - растягивая слога, произнесла Айрис.

Не спрашивая больше ни о чём, Энтони взял обе её руки в свои. Закрыл глаза и начал тихо произносить молитву:

- Спасибо тебе Господи, за то, что у тебя есть чувство юмора. Не так далее я оценил его сполна, - уголки его губ приподнялись. - Спасибо тебе за тот дар, что ты преподнёс мне. Это сделало меня самым счастливым человеком на свете, - он сделал паузу. - Благослови эту еду и эту женщину напротив, что приготовила её. Аминь.

- Да, благослови Бог твою кузину! - с энтузиазмом воскликнула Айрис. - Женщину, с которой меня свело не иначе как само провидение.

- Мне показалось или в твоих словах я услышал двойной подтекст? - прищурив глаза, спросил Энтони.

Айрис с лукавым взглядом посмотрела на него. Загадочно пожав плечами, она приступила к еде.

- Ты не ответила.

- Твоя ба разве не говорила, что за едой вредно разговаривать? Не дай Бог, поперхнёшься!

- Для этого случая моя бабуля обучила меня приёму Геймлиха, - парировал Энтони.

- Подкован во всём? - Айрис серьёзно посмотрела на него.

- Стараюсь. Никогда не знаешь, какие навыки и умения могут пригодиться в жизни.

Айрис и Энтони не заметили, как быстро текло время вокруг них. Ужин прошёл за приятной беседой. Они разговаривали на различные темы, высказывая своё личное мнение на вопросы, которые, как, оказалось, были им одинаково близки. Между ними было много общего. Где-то глубоко на задворках своего сознания каждый понимал это, но признать вслух - сейчас - было практически невозможно. Они чувствовали притяжение друг к другу - тонкую, едва уловимую материю. Они тянулись друг к другу: этому свидетельствовали наклоны их тел, лёгкие случайные касания пальцев, взгляды, брошенные из-под полуопущенных ресниц. Со стороны они смотрелись прекрасной парой, но между ними была огромная пропасть. Они словно прогуливались по каньону, он - с одной стороны хребта, она - с другой. Они кричали что-то друг другу, но не слышали ответ... а сорокаградусная жара ещё больше накаляла обстановку между ними...

- Всё-всё-всё! Тайм-аут! - Айрис сложила обе руки в Т-образном жесте. - Я больше не могу смеяться, - на выдохе произнесла она.

Энтони рассказывал Айрис про смешные и нелепые случаи кражи картин и его расследованиях по их поимке. У Айрис даже голова закружилась от такого количества, выделившегося в её кровь допамина (прим. гормон радости, удовольствия).

Айрис взяла бокал, отпила красного сухого вина Тосканы. Нельзя путешествовать по Италии, не вкусив главной достопримечательности этой страны, и не привезти домой сувенир - вино особо высокого качества с трёхлетней выдержкой. Айрис купила несколько бутылок Chianti Classico в бутылках бордоского типа с эмблемой "чёрного петуха", потому что ей хотелось в один особо одинокий вечер, сидя перед камином с бокалом этого вина, вспомнить, какое приятное послевкусие оно оставляло после поцелуя с мужчиной, которого она встретила в карнавальную ночь.

Айрис закрыла глаза. Сейчас, прижимаясь к её плечу, рядом с ней перед камином сидел тот самый загадочный мужчина в чёрной маске. Они пили красное сухое вино и разговаривали ни о чём. Они много смеялись, но всё же в каждом звуке их голосов можно было расслышать нотки грусти и печали.

- Молодец, Энтони! - Айрис похлопала его по плечу. - Не так я планировала начать наш с тобой "серьёзный", - она жестом показала кавычки, - разговор.

- Ты была сильно раздражена. Нам обоим нужно было немного расслабиться. Вино всегда этому благоприятно способствует.

- Да, ты прав... - она устало вздохнула.

- По-моему, сейчас самый подходящий момент обсудить... - начал говорить Энтони.

- Никто не должен знать, что ты - настоящий отец Арии, - резко перебила его Айрис. - Нет, подожди, дай мне закончить, - она жестом остановила его попытку противоречить ей. - Мы оба понимаем, чем это грозит - нам обоим - рассказать правду... Я знаю о том, горе, что выпало тебе и Эйприл, - она прикусила до боли губу, увидев в глазах Энтони невыносимую тоску. - Фрэн рассказала мне сегодня. - Айрис сделала паузу. - Твоя невеста никогда не сможет признать Арию, а я ни за что не признаю её участия в жизни моей дочери, - каждое слово давалось ей с трудом. - С моей стороны было бы нечестно отказывать тебе в твоём праве, как отца... Ты даже представить себе не можешь, как разрывается моё сердце... - по её щеке одиноко скатилась слеза.

- Айрис, - он нежно прикоснулся к её щеке, смахнув слезу. - Я не жалею о той ночи... - она посмотрела на него таким взглядом, что сердце его пропустило несколько ударов. - Ария - самый чудесный ребёнок на свете. Я горд быть её отцом... - его голос был искренен. - Айрис... я не смогу притворяться, словно не знаю о её существовании...

- Что нам делать?

- Мы должны придумать, как будет лучше поступить в этой ситуации, но чтобы мы не решили, главное, чтобы это никоим образом не отразилось на Арии.

- Есть идеи?

- У меня, в отличие от тебя, не было столько времени на обдумывание этой ситуации, - с некоторым укором произнёс Энтони.

- Мне не стыдно за это решение. Если бы ты ничего не узнал, мы бы не оказались в этой ситуации.

- Но ты мучилась бы с этим всю свою жизнь.

- Вот уже четыре года, как я каждый день мучаюсь с ответом, что сказать дочери, если она спросит кто её отец... Поверь, я бы с правилась с этим тоже...

- Она ещё не спрашивала тебя об этом?

- Нет, но я вижу, с каким взглядом она смотрит на отцов своих друзей. Я знаю, что скоро она меня об этом спросит...

Несколько минут она молчала, а Энтони не стал её тревожить. Он видел, что Айрис необходимо выговориться, и он не торопил её с этим. Он просто налил ей ещё вина в бокал и выпил свой залпом.

- Я никому не говорила, что забеременела, переспав с незнакомцем. Для меня это не свойственно... такие поступки... - на её лице отчётливо проступил румянец. - Я оказалась в Венеции совершенно случайно. Моя жизнь в какой-то момент остановилась, я поняла, что её однообразность и монотонность просто медленно отравляли мой организм. Я стала безразличной ко всему... Подумала, что отдых мне не помешает, - она улыбнулась, закрыв глаза. - Венеция покорила меня своей красотой. Каждый день был словно в сказке... - Айрис задумалась на несколько секунд. - А потом в толпе я встретила тебя, точнее я встретила незнакомца в маске. Не знаю, что на меня тогда подействовало, но я нисколько не жалею о той связи. Я отдавала себе отчёт в том, что эта встреча будет мимолётной и ничего не значить для тебя.

- Ты ошибалась.

Айрис резко взмахнула головой, посмотрев в глаза Энтони.

- Я хотел проснуться утром рядом с женщиной, которая заставила моё сердце встрепенуться, хотел увидеть её лицо... Я несколько дней отчаянно искал тебя в толпе прохожих. Надеялся, что провидение не окажется столь слепо и сведёт нас вновь вместе... Не думал, что пройдёт несколько лет и моё желание сбудется - он иронично улыбнулся уголками губ.

- Я уехала в тот же день, - прошептала Айрис.

- С моей стороны было глупо искать женщину в разгар карнавала в Венеции.

- Весьма опрометчиво.

- Согласен. Но у меня была ориентировка, - он лукаво подмигнул ей.

- Интересно какая?

- Во-первых, я знал, что незнакомка, скрывающая своё лицо под маской, американка. Во-вторых, я знал, что она блондинка, у неё серый цвет глаз, приятный и мелодичный смех.

- Таких полно на нашей планете.

- Но не у всех есть татуировка на шее - знак бесконечности. Это был мой главный козырь.

- Хочешь сказать, что каждую блондинку, встретившуюся на твоём пути, ты спрашивал, не проводила ли она с тобой ночь?

- Было весьма забавно спрашивать у девушек, если у них тату на шее!

- Мне кажется, тогда ты стал ещё более популярен среди женского населения, - Айрис рассмеялась.

- Благодаря этому случаю я познакомился с Эйприл.

Веселье Айрис стихло также быстро, как и возникло. Оказывается, что именно она стала причиной знакомства Энтони с Эйприл. Ирония судьбы не иначе. Горькая и одновременно кислая на вкус.

- И влюбился в неё с первого взгляда? - в её голосе было наигранное равнодушие.

- Мы полюбили друг друга и всё было хорошо... до недавнего времени... - в его голосе проступила боль.

Айрис сочувственно сжала его руку.

- Вы справитесь со всем. Ваши чувства друг к другу помогут вам пережить совместное горе.

- Спасибо тебе, Айрис. За понимание...

Время застыло в мгновении. Они смотрели в глаза друг другу.

- Энтони... - Айрис кашлянула. - Время уже много, а мы так ничего и не решили.

- Это непростое решение.

- Но его необходимо принять. И чем дольше мы будем тянуть с этим, тем сложнее нам будет принять его.

- Что ты хочешь сказать?

- Только то, о чём мы уже оба подумали, но так и не произнесли вслух.

Айрис посмотрела на него, в её уголках глаз появились слёзы.

- Я хотела перемен в своей жизни, но не планировала беременность. Для меня это было полной неожиданностью... И в то же время - счастьем. Ребёнок перевернул мою жизнь с ног на голову, изменил её в лучшую сторону. Со временем я поняла, какую ответственность возложила на себя, решив воспитывать дочь самостоятельно. Я хотела найти ей отца - мужчину, который бы её любил, как собственное дитя, которому я смогла бы доверять... Но к сожалению, такого я ещё не нашла и если честно, я разочаровалась в этой идее... - она тяжело вздохнула. - Быть матерью одиночкой вполне естественно в наше время, никто уже не осуждает женщин за это, никто не интересуется: как и каким образом она забеременела, почему решила оставить ребёнка...

- Тебя никто не спрашивал об этом?

- Спросил... - Айрис улыбнулась. - Точнее допросил с пристрастием.

- Фрэнки.

- Да, - Айрис кивнула в подтверждении догадки Энтони. - Единственное, что я тогда смогла придумать, так это то, что я забеременела, воспользовавшись услугами банка спермы.

- Вполне себе правдоподобная версия.

- Именно её я и хотела озвучить Арии, когда она подрастёт.

- Но теперь на вашем горизонте появился я...

- Совсем скоро ты женишься на Эйприл, у вас родятся свои дети...

- Но это не значит, что я забуду о своих обязанностях по отношению к Арии, - возмутился Энтони. - Она моя дочь и я намерен принимать участие в её жизни в независимости нравится это тебе или нет.

- Ну, пойми же Энтони. Так будет лучше! Я буду продолжать воспитывать свою дочь...

- Нашу, - он резко перебил её.

- А ты... - хотела продолжить Айрис, но вновь её речь была резко пресечена на корню:

- Уясни же себе, наконец, упрямая женщина! Я не откажусь от своего ребёнка!

Энтони вскочил на ноги. Сделал несколько шагов из стороны в сторону. Затем буравящим взглядом посмотрел на неё.

- И как ты себе это представляешь? Будешь навещать дочь раз в месяц по воскресеньям? Дарить подарки на день рождения? Забирать её на две недели каждое лето в Италию? Как, по-твоему, это скажется на её психике? А ты подумал о своей невесте? Что будет с ней? Она будет видеть, с какой любовью ты относишься к своему ребёнку. Каждый раз, глядя на Арию, она будет видеть в ней свою неродившуюся дочь! Она будет ревновать и вскоре начнёт ненавидеть тебя и что хуже всего - нашу дочь! - Айрис тоже вскочила на ноги, она смело посмотрела ему в глаза. - Я ни за что не соглашусь на эту учесть для своей дочери. Я видела последствия у детей в результате развода родителей... А ты подумал каково будет мне? - она вздохнула глубоко, успокаиваясь. - В тебе сейчас говорят эмоции, но никак не разум!

- Ты права... - он с тяжестью сел на диван, опустил голову на руки. - Ты права, Айрис... Я должен был подумать, каково будет Эйприл, когда она узнает об Арии. Тем более, сейчас... И я совсем не думал о твоих чувствах... Прости...

- Энтони, я не возражаю против того, что бы ты присутствовал в жизни Арии, но сейчас это невозможно. Мы должны думать о последствиях...

- Что ты предлагаешь?

- Оставить как есть. По крайней мере, на какое-то время. Мы будем жить, как и прежде. Со временем ты всё расскажешь Эйприл.

- Она возненавидит меня за то, что я скрывал от неё правду.

- Ты будешь скрывать правду для её же благополучия. Она поймёт это... и простит тебя...

- Айрис, - он с мольбой посмотрел на неё. - Обещай мне, что не станешь отказываться от моей помощи.

- Обещаю, Энтони.

- Обещай, что не станешь препятствовать моим встречам с дочерью.

- Я... - у неё пересохло во рту. - Мне кажется, эта плохая идея...

- Обещай, - с нажимом произнёс Энтони.

- А ты не слишком много просишь? - разозлилась она.

- Обещай, Айрис, что не станешь препятствовать моим встречам с Арией, - Энтони медленно повторил сказанное ранее.

Он немного склонил голову влево, уголки губ слегка приподнялись в полуулыбке, отчего появилась ямочка на щеке, а в глазах его светилась такая мольба...

- Не-а! - Айрис резко вытянула руку, покачав из стороны в сторону указательным пальцем. - Этот приём не пройдёт со мной.

- Не совсем понимаю, о чём ты? - удивлённо поинтересовался Энтони.

- Об этом!

- Ты только что показала на меня всего.

- Да, именно так, - утвердительно кивнула Айрис.

- Но я так и не понял, что же ты имела в виду?

- Этот приёмчик мне хорошо известен, - процедила Айрис. - Я не куплюсь на него, - сказала она твёрдым голосом, хотя у самой сердце бешено начало стучать в груди от понимания того, что этот "бой" был проигран ею ещё задолго до его начала.

- Боже праведный! - Энтони наигранно закатил глаза к потолку. - Ну почему ты не наделил меня экстрасенсорными способностями?! Ей-богу, я не понимаю, в чём эта женщина обвиняет меня, - в подтверждение своим словам он растерянно пожал плечами.

Айрис цокнула языком. Чем больше времени она проводила с Энтони, тем больше сходства с ним находила в своей дочери.

- Зато Арии, кажется, по наследству от папочки перешли способности к убеждению. Минутой назад ты посмотрел на меня точно так же, как она, когда что-либо хочет... Так и думала, что на ней сказываются отцовские гены, а теперь убедилась в этом, - она обречённо вздохнула.

Энтони едва заметно улыбнулся, и Айрис даже показалось, что в его глазах светилась гордость. Она ещё раз тяжело вздохнула.

- Означает ли твой вздох, что ты не будешь препятствовать нашим встречам? - осторожно поинтересовался Энтони.

- Да.

- Но?.. - он выразительно посмотрел на неё.

- Но у меня есть условия.

- Огласишь их сейчас? - иронично поддел он.

- Да, с радостью, - она лучезарно улыбнулась ему в ответ.

- Хорошо. Я тебя слушаю, - сказав, Энтони уселся в кресло, удобно устроившись в нём.

Айрис же была как на иголках. Она нервно бросила на него взгляд, но потом предпочла смотреть на каминную полку с фотографиями дочери. Так она немного успокоилась и ровным тоном начала говорить:

- Я буду присылать тебе фотографии и видео с Арией. Ты не должен искать дополнительных встреч с ней, особенно наедине. Ты не должен уделять ей больше внимания, чем другим детям. Это вызовет лишние подозрения... Ещё я не хочу, чтобы ты делал ей дорогостоящие подарки. - Она на минуту замялась. - Когда Ария родилась, я открыла на её имя счёт в банке, - Айрис начала нервно теребить край своей блузки, - ну там на всякий случай, откладываю каждый месяц небольшую сумму на будущее. Ты можешь тоже это делать... Если конечно захочешь... - она впервые отважилась посмотреть ему в глаза.

Энтони кивнул, не сказав ни слова.

- Когда будешь приезжать в Америку по делам, мы можем видеться, скажем, в парке... или в каком-нибудь торговом центре...

- Словно мы случайно встретились, - Энтони высказал вслух то, что подразумевала Айрис, но не решалась произнести вслух.

- Да, - тихо произнесла она.

Энтони поднёс руку к лицу, медленно потёр подбородок, на котором уже проступила щетина. Несколько минут он молчал, задумавшись. Айрис замерла, словно пригвождённая к месту. Когда Энтони хлопнул рукой по подлокотнику кресла, она чуть было не подпрыгнула на месте.

- Я выслушал тебя и принял решение, - он сделал паузу, внимательно всматриваясь ей в глаза. - Не хотел говорить тебе заранее, но я и Эйприл подыскиваем себе дом в Нью-Йорке, так что наши "случайные" - он жестом выделил кавычки на последнем слове, - встречи будут проходить как можно чаще, чем ты планировала, - Энтони лучезарно улыбнулся. - Я хочу узнать свою дочь поближе.

- И как ты это себе представляешь? - фыркнув, спросила Айрис.

- Ты ведь в курсе, какие итальянские семьи? - его правая бровь приподнялась вверх. - Мы очень любим собирать всех членов нашей огромной и дружелюбной семьи вместе каждое воскресенье за одним столом. Мы любим делиться о своих переживаниях и новостях за неделю...

Кажется Айрис начала догадываться, какие слова последуют далее. Она скрестила руки на груди - своего рода защитный барьер, чтобы скрыть своё поражение.

- Франческе покажется странным, если я и Ария станем появляться там часто.

- Тебе самой там не обязательно находиться. Я же сказал, что хочу узнать свою дочь ближе, в твоём присутствии мне это вряд ли удастся.

- В таком случае я настаиваю, чтобы в моё отсутствие также отсутствовала и Эйприл, - сквозь зубы процедила Айрис. - Ты ведь это задумал? Хочешь, чтобы твоя невеста подружилась и полюбила Арию, тогда ей будет легче простить твою ложь?

- Ты уловила суть, но слишком всё драматизируешь.

Наглец даже не старался оправдываться! Это возмутило Айрис.

- Я думаю тебе пора уходить, Энтони, - еле сдерживая себя, чтобы не накричать на него тихо произнесла Айрис. - А то невеста может уже беспокоится за твоё долгое отсутствие.

Стрела, выпущенная ею, попала точно в цель. Айрис заметила, как изменилось его лицо: взгляд стал суровее, глаза потемнели, на скулах заходили желваки. Энтони молча встал и, больше не смотря на неё, направился к выходу. В дверях он произнёс:

- Завтра днём я заеду починить ворота.

Айрис резко развернулась, готовая дать ему отпор, но дверь за Энтони захлопнулась. Она лишь ошеломлённо смотрела сквозь матовое стекло на удаляющуюся мужскую фигуру.

- Нет, ну надо же, какое самомнение, - профырчала она, - размером с Эйфелеву башню, не меньше!

- Подруга, тебе срочно нужно найти себе мужика! - кивая головой в подтверждение своим словам, произнесла Франческа.

- Зачем?

- Хотя бы за тем, чтобы он помогал тебе по хозяйству. Ну, там гвоздь прибить, полку повесить... Что там обычно ещё входит в их обязанности? - обращалась она в пустоту.

- Мне и без мужика вполне комфортно живётся.

- Так я и не спорю! Но Бог создал тело женщины не для того, чтобы оно дряхло и увидало без мужских ласк и заботы, - несколько пафосно произнесла Франческа. - Поверь, если бы Всевышний хотел, чтобы женщина была одинока, он бы научил её управляться с молотком.

Айрис покачала головой, улыбаясь про себя. Она вылезла из-под шкафчика с мойкой, стряхнула руки и вытерла их об задние карманы джинсов.

- К слову сказать, я умею управляться с молотком, - она улыбнулась сияющей улыбкой. - И даже в состоянии прочистить сифон.

- Да ты просто героиня, - улыбаясь сквозь зубы, процедила Франческа. - Хоть ты и мастер на все руки, в постели ты никогда не сможешь ублажить себя настолько хорошо, как если бы это сделал настоящий мужчина, - она покрутила указательным пальцем в воздухе.

- Ну, сие смелое заявление вполне можно аргументировано поставить под сомнение.

Айрис, смеясь над реакцией подруги, подошла к ящику для инструментов, положила в него разводной ключ. Она взяла силикатный клей, чтобы замазать им стык между сифоном и отстойником. Живя одной, приходится приспосабливаться ко многому. Айрис не могла себе позволить лишние траты на замену старых труб новыми, поэтому ей практически каждый месяц приходилось их "латать". Воистину, герметик творит чудеса!

- Подруга, мои уши покраснели от твоего такого смелого заявления! - Франческа указала пальцем на Айрис. - Это лишний раз подтверждает мои слова. Тебе нужен мужик! Настоящий такой самец...

- Да, как раз на днях хотела сходить в зоопарк, - улыбаясь, парировала Айрис.

Франческа словно маленькая высунула язык.

- Ладно, проехали. Тебя не переубедить, - она безразличным жестом махнула рукой в сторону.

Айрис включила кофемашину. Очевидно, в этот день были геомагнитные бури. У неё с самого утра голова раскалывалась. Она машинально достала из аптечки таблетку от головы, поморщилась немного от перспективы приёма антибиотика и смело запила лекарство водой.

Франческа, до этого увлечённо смотревшая сводку криминальных новостей по телевизору, повернула голову в сторону Айрис.

- Ты уже собрала вещи?

- Да. Остались кое-какие мелочи.

- Вот и славно. Тогда я заеду за тобой завтра в девять.

- Договорились.

Айрис тихо вздохнула. Ей с дочерью предстояло провести все рождественские каникулы в загородном доме семейства Торрегросса. Впрочем, выбора у неё как такового не было. Если бы она не согласилась добровольно на эту поездку, Франческа бы её силой затолкала в машину и увезла в неведомом ей направлении. Одно радовало Айрис - Энтони не было в городе. Неделю назад, как и обещал, он пришёл к ней, чтобы починить ворота в гараже. Устранив неисправность, он сказал, что уезжает в Италию вместе с Эйприл. Рождественские каникулы они планировали провести в кругу семьи Энтони.

Айрис мысленно порадовалась за них, точнее радость исходила из-за желания как можно дольше не видеть и не слышать мужчину, от взгляда на которого её сердце каждый раз замедляло удар.

4

- Ма-а?

- Да, солнышко?

- А где тётя Фрэни?

Айрис посмотрела на свою дочурку, сидевшую на стульчике в кухне. Малышка держала в одной руке красное яблоко, надкусанное с разных сторон, в другой - свою любимую игрушку. Она улыбнулась, подошла поближе к дочери, присев на корточки, дотронулась рукой до выбившихся из хвоста прядок волос девочки. Заправила их обратно в причёску.

- Скоро появится, наверное, её что-то задержало.

Айрис начала понемногу волноваться. Франческа никогда не опаздывала. Даже, если она задерживалась на пять минут, непременно звонила и предупреждала. Уже как с полчаса она должна была приехать, но ни её самой, ни звонка от неё не было. Айрис сама звонила ей на мобильный, но звонок автоматически перенаправлялся на голосовое сообщение. Оставив с десяток сообщений, Айрис решила подождать ещё немного. А когда Франческа, наконец, объявится, она устроит ей допрос с пристрастием в духе самой же подруги. Айрис улыбнулась, интересно будет наблюдать за реакцией Фрэн, когда они поменяются ролями.

Раздался звонок в дверь. Айрис сразу же убрала улыбку с лица и постаралась придать ему самое строгое и недовольное выражение.

Открыв дверь, она удивилась. Улыбка сама собой появилась на её лице.

- Вижу, что ты приятно удивлена, - вкрадчиво произнёс мужской голос. - Но мне бы понравился пронзительный визг и крепкое объятие, - мужчина широко улыбнулся, от чего черты его лица смягчились и он стал ещё очаровательнее.

- Джуллиано, как же я рада тебя видеть! - она кинулась ему в объятия.

Мужчина, обхватив её за талию, поднял в воздух. Айрис громко рассмеялась, обнимая руками его за шею.

- Вот это я понимаю, радушный приём, - сквозь смех проголосил Джуллиано. - Не то, что в прошлый раз, - несколько обиженно произнёс он.

Айрис немного отстранилась назад и с укором посмотрела на него.

- Ты же прекрасно понимаешь, что в эмоциональном приветствии твоя сестра даст любому фору. Не могла же я следом за ней повиснуть у тебя на шеи.

- Да, сестрёнка тогда так вцепилась в меня, что с трудом смог сбагрить её с себя, - улыбаясь, произнёс Джуллиано. - Но я смертельно оскорблён тем, что моё появление тогда не вызвало у тебя радости.

- Дурачок! Знаешь же, что я обрадовалась. Просто день выдался тяжёлым, тем более я была сильно удивленна твоим появлением. Я растерялась!

Они, казалось, не замечали, что так и стоят на пороге её дома. Она в его объятиях, он - крепко прижимающий её хрупкое тело к своему крепкому. Айрис соскучилась по нему и была так рада его видеть, что слова были просто не нужны. Все эмоции отражались в мимике лица, они светились в её глазах.

У них были странные отношения. На грани от дружбы до крепкой привязанности. Но между ними не было страсти, того фейерверка эмоций, который Айрис чувствовала, находясь рядом с Энтони. Их отношения были другими, настоянными на многолетней дружбе, заботе друг о друге.

- Так бы и продолжал держать тебя всю оставшуюся жизнь в своих объятиях.

- Это очень мило с твоей стороны, - она положила свои ладони ему на грудь, - но мне нравится ощущать гравитацию земли, поэтому будет лучше, если ты поставишь меня на ноги.

- Боишься, что твои престарелые соседи начнут судачить? - он иронично улыбнулся.

- Вообще-то, да, - серьёзно произнесла она.

Айрис задумалась, осмотревшись по сторонам.

- А как ты вообще здесь оказался?

Джуллиано аккуратно, даже с нежностью, поставил её на землю. Посмотрел за своё плечо и, кивнув кому-то, прокричал:

- Приятель, вылезай!

Из машины выбежал Билли. Айрис с интересом наблюдала за происходящим.

- А где Фрэн?

- Её срочно вызвали на место преступления. Так что на меня возложена миссия по доставке вас в загородный дом.

- А как же Фрэн?

- Она приедет позже. Может завтра.

- Понятно. В таком случае проходите в дом. Мне понадобится пять минут, чтобы окончательно собрать все вещи.

- Прекрасно. Я бы не отказался от чашечки кофе, - Джуллиано мило улыбнулся.

- Я как раз сварила свежий.

Погрузив вещи в багажник и рассадив детей по местам, они тронулись в путь. Ехать предстояло, по меньшей мере, семь часов. Айрис надеялась, что всю дорогу дети будут спать. Но её надежды не оправдались. Эти дети в отдельности - маленькие бедствия, а вместе - настоящая катастрофа. Сначала они долго не могли определиться, кто с какой стороны должен сидеть. Потом игрушки одного оказались на половине другого. Началась война за территорию. В атаке приветствовалось всё: визг громкостью сто двадцать децибел, щипки, укусы, наматывание волос на кулак. Айрис пыталась их успокоить, но её авторитет явно не превышал давние противоречия между детьми. Развернувшись и заметив на лице Джуллиано довольную ухмылку, она кулачком заехала ему по плечу. Резкая боль отдалась в её руке. У этого мужчины мышцы были словно стальные тросы - крепкие и сильные.

- Успокой их, у тебя получится, - с нажимом произнесла она.

- Сама лучше успокойся, - спокойно произнёс он.

- Но они же поубивают друг друга!

- Уверен, до этого не дойдёт, - он снова широко улыбнулся.

- Не вижу здесь ничего забавного, - обиженно сказала Айрис.

- Да ладно тебе. Они же дети. Подерутся, выплеснут энергию, и всю оставшуюся дорогу будут мирно спать.

- Не уверенна, - она в пол-оборота наблюдала за тем, как Ария в данный момент тянула Билли за волосы.

- Тогда просто поверь на слово тому, у кого кузенов и сестёр больше, чем друзей. Ещё как минимум час и они успокоятся.

Айрис пыталась успокоиться, но это давалась ей с большим трудом. Эта поездка была первой, для неё самой и её дочери. Им предстояло прожить семь дней с людьми, которые являли собой настоящую крепкую и дружную семью, которые приняли одинокую мать с дочерью в свой круг. Давно Айрис не чувствовала себя частью чего-то такого грандиозного. Где-то глубоко внутри она радовалась тому, что это Рождество будет справлять в тёплом семейном кругу. Её дочка будет окружена другими маленькими детишками. Ей не будет одиноко и тоскливо. Она будет улыбаться и веселиться. Ради этого Айрис была готова поступиться всеми своими страхами и переживаниями.

Джуллиано оказался прав. Выдернув пару волосинок и оставив несколько синяков, дети успокоились и мирно посапывали, склонив головы друг к другу. Айрис облегчённо вздохнула, переведя свой взгляд на мужчину за рулём.

- Что и требовалось доказать, - усмехнувшись, тихо произнёс Джуллиано.

- Ты как всегда оказался прав. Ненавижу тебя за это, - улыбаясь, не всерьёз пробурчала она.

- Тебе бы и самой не помешало отдохнуть. Поспи.

- Что я настолько ужасно выгляжу? - с иронией поинтересовалась она.

- Тёмные круги под твоими глазами и следы зубов на нижней губе вполне явно свидетельствуют о том, что ты чем-то обеспокоенна, - вполне серьёзно произнёс Джуллиано.

- Как всегда слишком наблюдателен.

- Извини, сказывается военная подготовка, - с горькой усмешкой сказал он. - Так я прав?

Айрис неопределённо пожала плечами.

- У меня много поводов для беспокойства. Я ведь мать одиночка.

Джуллиано не услышал в её голосе искренности. Он чувствовал, что её беспокойство связанно с чем-то другим. Возможно, в этом был замешан мужчина.

- Ты самая красивая, умная и умопомрачительная женщина, которую я знаю. Почему ты до сих пор одинока?

В его вопросе таилось множество подтекстов. Он с нетерпением ждал её ответа. Тон её голоса, мимика лица, наклон туловища и положение рук - он внимательно следил за этим.

- Наверное, как наивная дурочка, до сих пор жду своего принца, - попыталась отшутиться она.

Джуллиано заметил, как дёрнулось её правое плечо, голова чуть наклонилась в сторону, и взгляд свой она отвела от него. Снова по привычке закусила нижнюю губу, стала теребить край своей кофты.

- Ты изучаешь меня. Я чувствую твой взгляд, - закрыв глаза, тихо произнесла она.

- Просто пытаюсь понять, почему ты так несчастлива.

- Я счастлива, - тон её голоса противоречил словам. - У меня есть Ария.

- Но у тебя совсем нет личной жизни. Ты одинока, как женщина.

Айрис не понимала, каким образом их шутливое, приподнятое настроение сошло на нет, как быстро они перешли на запретную тему. Джуллино слишком хорошо понимал Айрис: он как никто мог чувствовать и каким-то образом улавливать все тональности её настроения.

- Ты тоже одинок, - ей также хотелось задеть его за живое.

- О! Хочешь сказать, мы с тобой идеальная пара? - он лучезарно улыбнулся.

- Мы с тобой слишком разные, - улыбаясь, парировала она. - Даже болеем за разные команды.

- Твои "Янкиз" в подмётки не годятся "Ред сокс", - шутливо поддел он её.

- Да как бы ни так! "Янкиз" как следует надрали задницы красным гетрам в прошлом матче! - немного повысив голос, сказала Айрис.

- Дорогая, обожаю, когда ты так грязно выражаешься, так возбуждает... - смеясь над её мгновенно покрасневшим лицом, пошутил Джуллиано.

- Следи за дорогой, - пробурчала она, скрестив руки на груди.

Айрис понимала, что Джуллиано лишь сменил тему их разговора. Он специально поддел её, зная как сильно она болеет за свою любимую баскетбольную команду. Порой ей даже казалось, что он стал болельщиком "Ред сокс" лишь ей назло.

"Хочешь сказать, мы с тобой идеальная пара?" - эта фраза прокручивалась в её голове, словно заезженная пластинка. Что он этим хотел сказать?

Айрис искоса посмотрела на его профиль из-под полуопущенных ресниц. Джуллиано сосредоточено вёл машину, казалось тоже, погрузившись в раздумья.

Она знала его, кажется, целую вечность. Они познакомились в колледже на первом курсе при весьма странных обстоятельствах. Джуллиано спас её от хулиганов. Она поздно вечером возвращалась из библиотеки в кампус. Решив сократить путь, Айрис пошла через парк. Глупейшая идея.

Трое подвыпивших молодых людей появились из ниоткуда. Сначала они дразнили её, затем перешли к толчкам и подножкам. Когда она упала на землю, один из парней схватил её за волосы и резко потянул на себя. Айрис до боли сжала губы, ей не хотелось доставлять ещё большее удовольствие компании, начав кричать и просить сжалиться над ней. Она понимала, что её слова уже ничем не помогут ей. Она совершила глупость, за которую пришлось расплачиваться. Айрис лишь молилась про себя, чтобы всё закончилось как можно быстрее. Она надеялась, что из-за её пассивности и безразличия они потеряют к ней интерес. За то время, что они возились с её одеждой, разрывая ткань в клочья, Айрис внимательно разглядывала своих обидчиков, пытаясь запомнить их лица и голоса в мельчайших деталях. При них она не заметила ни ножа, ни верёвки, ни даже пустой бутылки. Это обстоятельство, как ни странно порадовало её. Она надеялась, что эта троица не являлась серийными насильниками, убивающими свою жертву. Так как двое просто стояли в стороне и наблюдали за всем происходящим, Айрис сделала вывод, что подобное было для них впервые. Что ж это обстоятельство вызвало в её душе весьма противоречивые эмоции. От таких можно ожидать что угодно. Когда её ударили по лицу, она не могла сдержаться от боли и громко выкрикнула, прося кого-нибудь придти на помощь. Троё насильников заржали в голос, наконец, дождавшись от девушки должной реакции.

Смех их продолжался не долго. Они поплатились сполна: выбитой челюстью, переломанными рёбрами и руками, а также гематомами по всему телу. Разобравшись с ними и оставив их на земле, скорчившимися от боли, Джуллиано подбежал к Айрис. Девушка припала к груди своего спасителя, тихо повторяя, снова и снова, слова благодарности. Он бережно прикрыл её голое тело своей курткой. Айрис стало так тепло и безопасно в его объятиях, что она закрыла глаза. Она не знала: уснула ли от того, что согрелась, прижимаясь к телу Джуллиано, или просто потеряла сознание от пережитого страха, но когда Айрис открыла глаза, то лежала на кушетке скорой помощи. Когда она приподняла голову, то увидела молодого симпатичного парня, разговаривающего с офицером полиции.

- Завидую я тебе, - томным голосом произнесла молодая парамедик, сидевшая рядом с ней, - твой спаситель настоящий красавчик.

В этот момент парень повернул голову в их сторону. Он улыбнулся Айрис. Она улыбнулась ему в ответ. У него была самая потрясающая и обаятельная улыбка в мире.

- А теперь тебе нужно поспать. Сладких снов, милая, - парамедик ввела ей успокоительное.

Очнулась Айрис в палате. Она была очень рада увидеть своего спасителя рядом. С тех самых пор они стали очень дружны. Их отношения развивались стремительно и Айрис даже хотела сделать первый шаг навстречу серьёзным отношениям, но... Джуллиано всё испортил! Он признался ей в любви, вот только не к ней самой, а к своей Родине! Он, родившийся в чистокровной итальянской семье, говорил о своей любви к американскому государству. Айрис отказывалась признавать его выбор. Джуллиано хотел отправиться в Ирак для защиты своей Родины. Для Айрис его слова были бредом полнейшим. Она пыталась его остановить, отговорить, но Джуллиано обладал очень упрямым характером. Вместо того чтобы продолжать своё обучение в полицейской академии, он отправился служить в другую страну.

Айрис вспомнила день их расставания. Она плакала. Каждая её слеза оплакивала его судьбу. Она боялась за его жизнь. Она боялась за него. В этот момент она поняла, что любит Джуллиано, но сказать ему так и не решилась. Он тоже молчал. Зато его глаза были красноречивее слов: в них была забота и светилась любовь. На прощание он ей прошептал:

- Время вдали от тебя будет идти бесконечно долго.

Она отпустила его. Прижимая ладонь к щеке, где он оставил свой последний поцелуй, она смотрела, как самый близкий ей человек удалялся всё дальше и дальше от неё. В её сердце поселилась пустота. С каждым днём одиночество становилось невыносимым. С каждым годом надежда, что Джуллиано вернётся домой целым и невредимым увядала. С каждой минутой тоска из-за разлуки разъедала её любовь к нему.

В редкие моменты, когда позволяла связь и обстановка, они общались по скайпу. В эти моменты Айрис не могла заставить себя сказать и слова. Она просто смотрела него, в его глаза. Она искала в них ответ на мучившие её вопросы: любит ли он её по-прежнему, дорога ли она ему.

Джуллиано тоже обычно молчал. Он смотрел на её лицо, стараясь запечатлеть каждую морщинку. Её улыбка, воспроизведённая в его памяти в самые тяжёлые моменты, не раз спасала ему жизнь. Она сама значила для него жизнь. К сожалению, понадобились годы, чтобы понять это. Джуллиано боялся, что упустил момент. Он мог ей признаться во всём ещё раньше. Должен был, но струсил. Побоялся, что не готов к серьёзным отношениям. Испугался, что она не ответит ему взаимностью. Не хотел разрывать их дружбу. Когда Айрис рассказала ему о своей беременности, он обрадовался и в то же время сильно огорчился. Точнее после он злился, круша всё, что попадалась ему под руку. Понадобилось несколько бойцов из его команды, чтобы его успокоить. Он тогда врезал одному по челюсти, не совсем понимая, что делает. Получил в ответ удар в голову.

Что его тогда так разозлило? Женщина, которую он любил, носила ребёнка под сердцем, не от него. Он должен был стать опорой для Айрис, боготворить эту женщину, воспитывая с ней своих детей. Вместо этого он воевал в богом забытой стране, непонятно за какие идеалы.

Ему понадобилось ещё несколько лет, чтобы смириться и осознать, насколько он глуп. Он больше не мог быть вдали от Айрис. Джуллиано попросил о переводе. За все годы он зарекомендовал себя в войсках с лучшей стороны и успешно продвинулся оп карьерной лестнице. Он попросил перевести его в управление в Нью-Йорке. Он готов был посвятить всю свою оставшуюся жизнь бумажной работе, лишь бы снова не упустить момент. Джуллиано больше не мог находиться вдали от Айрис. Эта женщина была для него всем. Он любил её дочку и знал, что станет для неё прекрасным отцом, и даже, когда у него и Айрис появятся общие дети, он по-прежнему будет любить Арию, как родную.

Пройдя реабилитацию и устроившись на новом месте, Джуллиано направился к своей сестре. Так случилось, что Франческа подружилась с Айрис. Она знала её очень хорошо. Джуллиано нужно было знать, что с ней произошло за те годы, что они провели в разлуке: с кем она встречалась, как долго, но самое главное - влюблена ли она в кого-нибудь сейчас. Интуиция Франческу не подвела и она сразу же раскусила замысел своего брата. Торжественно положив ладонь на правое полушарие груди, его сестрица произнесла клятву: всеми доступными средствами и противозаконными ухищрениями помочь ему покорить сердце Айрис. План решено было осуществить на рождественских каникулах. В его первую стадию входила совместная поездка до загородного семейного дома. Правда Фрэн надеялась поехать тоже и наблюдать за процессом самолично, но ей пришлось отправиться на работу. Посылая проклятья начальству, она передала свои ключи от машины Джуллиано, сказав, что приедет позже на такси. Напоследок проинструктировав братца, она крепко обняла его и, поцеловав, пожелала удачи.

Удача ему не помешает, горько про себя подумал Джуллиано. Глядя на Айрис, он понимал, что завоевать её сердце окажется намного сложнее, чем штурмом взять здание с боевиками, вооружённых до зубов.

Чем сложнее была задача, тем интереснее её было решать. Джуллиано, бросив взгляд на Айрис, начал подпевать Элвису Пресли, голос которого доносился из динамиков:

Love me tender (Люби меня нежно),

Love me sweet (Люби меня милая),

Never let me go (И никогда меня не отпускай).

You have made my life complete (Ты сделал мою жизнь полной),

And I love you so (И я так тебя люблю)...

Айрис поёжилась в кресле. Постепенно под звуки голосов Пресли и Джуллиано она уснула.

Айрис проснулась от того, что почувствовала на себе чей-то мягкий ласкающий взгляд. Ещё не открыв глаза, в полудрёме, она улыбнулась. Затем потянулась, разминая затёкшие мышцы.

- Долго я спала? - тихо спросонья спросила она.

- Точнее было бы спросить: давно ли ты спала?

Сон, как рукой сняло. Айрис резко подскочила в постели. Осмотрелась, не веря своим глазам. Она находилась в комнате, а не в машине. Допустим, она крепко спала и Джуллиано заботливо перенёс её в дом, но одного Айрис не могла понять... Как в этой комнате оказался Энтони? Как он вообще оказался здесь, если должен был сейчас находиться совершенно в другом месте?

Айрис ущипнула себя. Никакой реакции. Она ещё раз сделала это.

- Ауч!

Ей хотелось бы думать, что она до сих пор спит. Ей это снится. Снится, что Энтони стоит всего в нескольких шагах от неё. На нём чёрная водолазка с высоким воротом, брюки цвета хаки, подчёркивающие длину его ног, золотые часы на левом запястье и лёгкая улыбка на загорелом лице. Ей снится, что запах, стоящий в комнате, - аромат его парфюма, едва уловимый с нотками бриза.

Ещё один очередной сон о нём...

- Впервые вижу тебя такой растерянной и одновременно милой.

Айрис повернула голову в сторону того, кто, как ей думалось, ей снился. Обычно в её снах Энтони молчит или произносит односложные фразы. А это видение мало того, что обладало очень чёткими очертаниями, нагловато ухмылялось, так ещё и говорило целые предложения. Айрис задумчиво свела брови.

- Мне это снится или ты на самом деле стоишь здесь и разговариваешь со мной?

- Я на самом деле стою здесь и недоумеваю, что с тобой случилось? Ты часом не заболела? Выглядишь весьма странно.

- Странно выгляжу? - саму себя переспросила Айрис.

- Нет, на самом деле, ты выглядишь очень мило, - улыбаясь, произнёс Энтони.

Брови Айрис взлетели вверх, наконец, реальность всего происходящего начала просачиваться сквозь туманную пелену в её сознание.

- Каково чёрта ты здесь делаешь? - вскрикнула она.

- Полегче на поворотах, девочка, - предупреждающе произнёс он. - Плохие слова никогда не украшали женщин, - Энтони иронично приподнял правую бровь.

- Каково чёрта ты здесь делаешь? - тише прошипела она.

- Вообще-то это моя комната, - он сделал шаг назад и облокотился на подоконник, заполнив тем самым всё пространство в комнате.

Айрис впервые почувствовала себя страдающей клаустрофобией. Ей стало казаться, что стены начали сдвигаться, кислорода катастрофически не хватало. Досчитав до десяти, ей удалось взять себя в руки, успокоиться.

- Каково чёрта ты здесь делаешь? - поджав нижнюю губу, вновь переспросила она.

- Я уже ответил, - он безразлично пожал плечами.

- Нет, не ответил.

- Тогда, может, пояснишь конкретно, что тебя интересует?

- Меня интересует, что ты здесь делаешь, когда должен находиться в Италии со своей семьёй и невестой?

Айрис мысленно начала ругать себя за свою несдержанность. Ну, вот зачем она упомянула его невесту?

- Эйприл тоже здесь.

Энтони скрестил руки на груди.

- Вы, значит, решили перенести свои итальянские каникулы?

- В некотором роде.

- Понятно.

- Я не знал, что ты тоже будешь здесь, - Энтони серьёзно посмотрел на неё.

Айрис уже встала с постели и начала заправлять её. Она поправила одежду на себе, попыталась привести волосы в порядок, но поняв, что это бесполезно, оставила их, как есть: распущенными, немного спутанными.

- Меня Фрэн пригласила. Я не могла отказаться, - словно в оправдание пояснила она.

- Значит, Ария тоже здесь?

- Разумеется.

Их взгляды встретились. Они смотрели друг на друга всего каких-то несколько секунд, но обоим это время показалось вечностью. Айрис первая отвела свой взгляд в сторону.

В углу комнаты стояли её чемоданы с вещами. Дверь была приоткрыта и она заметила в коридоре другие чемоданы, должно быть они принадлежали Энтони и Эйприл.

- Вы здесь надолго?

Ей хотелось прояснить всю ситуацию прямо здесь и сейчас, пока никто их не беспокоил. Обстоятельства так сложились. Они не должны в дальнейшем подстраиваться под них, поэтому Айрис хотела изначально оговорить ход их игры. Им обоим предстояло впервые сыграть на публике. Каждый должен был выучить свою роль, ведь в этой пьесе у них главные партии.

- На неделю. А ты?

- Тоже.

- Что будем делать?

- Тоже, о чём договорились ранее.

- Ясно. Будут ещё условия?

- Только одно.

- Какое?

- Давай постараемся не портить друг другу праздник.

- Ты имеешь в виду, как можно реже видеться и по возможности не разговаривать.

- В точку, - она кивнула.

- Это распространяется на Арию тоже?

- Мне бы это очень хотелось, но, к сожалению, я понимаю, что не смогу тебе запретить общаться с ней. Просто постарайся не привлекать к этому всеобщее внимание.

- Договорились.

Наступила неловкая пауза. Айрис не знала, что ещё сказать ему, а Энтони, казалось, не собирался никуда уходить, да и говорить тоже, он просто внимательно смотрел на неё.

- Кажется, меня с Арией поселили в этой комнате, - наконец, произнесла она, стараясь, чтобы её голос не дрожал. - Я попрошу выделить нам другую.

- Не стоит. Оставайся здесь.

- Но это же твоя комната. Ты сам так сказал.

- Ничего страшного, в доме наверняка полно пустых комнат. Я и Эйприл найдём себе подходящую.

И вновь в комнате повисло напряжение. Айрис и Энтони стояли друг напротив друга. Она чувствовала его взгляд на себе, ощущая лёгкую дрожь по всему телу.

- А где все? Кажется, я и вправду долго спала.

- Должно быть, пошли на каток. Я никого ещё не видел.

- А где Эйприл? - Айрис невольно скосила глаза на дверь.

- Ей нужно было зайти в уборную. Она плохо переносит дальние поездки на машине.

- А-а-а...

"Что ещё сказать?" - думала про себя Айрис. Она недоумевала, почему Энтони до сих пор не уходил.

"Почему я не могу уйти?" - задавал себе вопрос Энтони, глядя, как щёки Айрис медленно начинают алеть от смущения. Разница в часовых поясах, долгая и утомительная дорога до этого места, нудная кантри музыка по пути - всё это вызывало усталость и навевало сонливость. Он мечтал о горячем душе и мягкой постели. Но он не ожидал встретить в своей постели Айрис. О сне не было и речи...

Он запустил руку в волосы и тяжело вздохнул.

- Я... - начал он говорить, но голоса, доносящиеся из коридора, прервали его мысль.

Энтони и Айрис одновременно повернули головы в сторону дверей.

- Вот ты где, милый, - заглядывая внутрь и улыбаясь, несколько обеспокоенным голосом произнесла Эйприл. - Я искала тебя на первом этаже, - с некоторым упрёком произнесла она, подходя к нему ближе. - Если бы не твой кузен, я и сама могла потеряться в этом огромном доме, - она повернула голову и только теперь заметила Айрис, неловко переминавшуюся с ноги на ногу. - О-у! Привет. Айрис, кажется? - Эйприл вопросительно посмотрела на неё.

- Да, верно. Айрис, - кивнула она.

Рядом с ней поравнялся Джуллиано. Он незаметно, каким-то естественным и привычным жестом положил свою ладонь ей на талию. Айрис в разы почувствовала себя увереннее рядом с ним.

- Энтони, рад тебя видеть! - Джуллиано дружелюбно улыбнулся. - Мы не знали, что ты приедешь, поэтому мама и решила поселить Айрис в этой комнате.

- Да, мы как раз говорили об этом, - ответил Энтони.

- Я думаю, мне стоит переехать в другую комнату, - Айрис обратилась непосредственно к Джуллиано. - Ты поможешь перенести мои вещи?

- С радостью, солнышко.

- Вы можете остаться здесь, Айрис.

Голос Энтони ввёл её в оцепенение. Ей хотелось быть сейчас где угодно, но только не здесь и уж точно не спать целую неделю в комнате, которая принадлежала ему.

- Не стоит. К тому же мои вещи ещё не разобраны, и меня нисколько не затруднит переехать в другую комнату.

- Она права, дорогой, - Эйприл ближе прижалась к своему жениху. - К тому же я устала, и смерть как хочу спать.

- В таком случае, не будем вам мешать. Вам обоим надо отдохнуть с дороги, - Джуллиано посмотрел на Айрис. - Комната рядом с моей свободна, - произнёс он. - Я отведу тебя.

- Ты такой милый, - Айрис искренне улыбнулась другу.

- Я могу быть не только таким, - с самодовольной усмешкой произнёс Джуллиано.

5

Переехав в другую комнату, Айрис начала распаковывать свои и дочкины вещи из чемоданов. Джуллиано полулежал на кровати, наблюдая за ней. Он каким-то образом раздобыл яблоко и сейчас с удовольствием уплетал его.

- Знаешь, когда мы вошли в комнату, мне показалось или обстановка между тобой и стариной Тони была несколько напряжённой?

- Что? - Айрис не нашлась с ответом.

- Я говорю, что мне показалось некоторое напряжение между вами, - прожевав яблоко, чётко произнёс Джуллиано.

- Мне просто стало неловко от того, что я заняла его комнату.

- Не думал, что он приедет.

- Да? - Айрис хотелось понять причину, почему Энтони оказался здесь.

- Он собирался провести праздники со своими родителями и невестой в Италии, но должно быть снова поссорился с отцом и решил приехать сюда.

- У них плохие отношения?

- Не самые лучшие.

Айрис заметила, что Джуллиано не хотел распространяться на эту тему, потому не стала расспрашивать его дальше. В любом случае, взаимоотношения Энтони с его отцом её не касались. Её больше тревожили их собственные взаимоотношения. Встряхнув головой, она прогнала не прошеные мысли и повернулась к Джуллиано. Встретившись с ним взглядом, она словно окунулась в океан. Его глаза были глубоко оттенка: от тёмно-синего до насыщенного зелёного. В те моменты, когда он был счастлив, они приобретали нежно-голубой оттенок. Её завораживал его взгляд. Когда он смотрел на неё, как сейчас, с лаской и нежностью, Айрис чувствовала себя в безопасности. Её внутренний мир становился воплощением целостности и гармонии. Рядом с Джуллиано Айрис не ощущала страха и беспокойства.

- Солнышко, ты сейчас мечтаешь о том, чтобы поцеловать меня? Потому что ты так смотришь на меня, что я невольно начинаю краснеть, - дружелюбно улыбаясь, с нотками лёгкой иронии в голосе, произнёс Джуллиано. - Знай, что я всегда к твоим услугам, милая.

- Шутник, - невнятно пробормотала она.

- Да я серьёзен, как никогда!

- Я бы поверила, если бы на твоей физиономии не красовалась эта улыбочка, - она пальцем показала на него.

- Условный рефлекс. Не могу не улыбаться, глядя на тебя. Наверное, выгляжу, как полный болван?

- Мне нравится твоя улыбка, - искренне призналась она.

- В таком случае я буду улыбаться ещё шире, - в подтверждение своим словам Джуллиано улыбнулся, сверкая голубыми глазами.

Айрис громко рассмеялась. Недавнее напряжение, сковавшее её тело, испарилось. Сейчас она чувствовала себя легко и невесомо. Ей было весело в компании Джуллиано. Рядом с ним она могла не думать о другом мужчине. Мужчине, с которым по воле коварной судьбы, её всякий раз сталкивал случай.

- А где сейчас все? В доме так тихо.

- Ненадолго, - Джуллиано скривил лицо в забавной гримасе. - Родители забрали всю ораву на каток. Остальные разъехались кто куда: кто в город за продуктами и подарками, кто отправился на прогулку "подышать свежим воздухом", - на последних словах он многозначительно подмигнул, выделив жестом слова в кавычки.

- А ты чем был занят?

- Чинил в сарае снегоход, хотел после обеда позвать тебя на прогулку, - в его глазах заплясали весёлые искорки, на губах расплылась загадочная улыбка.

- А-а-а... воздухом свежим подышать? - Айрис лукаво посмотрела на него.

- Ну, и это в том числе.

- Наглец, - поддела она его.

- Я просто не скрываю своих намерений, - на мгновение его взгляд стал серьёзным.

- И каковы же они? Твои намерения в отношении меня?

- Самые что ни на есть...

Его прервал стук в дверь. Айрис открыла её, так как была ближе всего к выходу. На пороге стоял Энтони. Он посмотрел ей за спину, на кровать, на которой полувальяжно лежал Джуллиано. Айрис показалось, что глаза его потемнели, а губы плотно сжались. Но затем Энтони улыбнулся и, обращаясь непосредственно к Джуллиано, произнёс:

- Извините, если помешал, но я искал тебя, брат.

- И ты нашёл меня! - Джуллиано лучезарно улыбнулся. - Чем могу быть полезен?

- Поговорить хотел, мы с тобой давно не виделись.

- Я думал, ты с невестой отдыхаешь.

- Эйприл уснула, а я не так сильно устал. Думал пропустить с тобой стаканчик, другой, как в старые добрые времена, - Энтони облокотился о косяк двери, скрестив руки на груди. - Что скажешь?

- С радостью, брат, но после обеда я и Айрис решили прокатиться до озера. Отложим на вечер?

- Нет, проблем, - он кивнул Джуллиано, а затем перевёл свой проницательный взгляд на Айрис. - Не буду вам мешать...

Энтони грациозно повернулся и скрылся из виду. Айрис смотрела ему в спину, закусив нижнюю губу. Один лишь его взгляд в её сторону и сердце бедняжки начинало бешено биться в груди. Она опустила глаза, прикрыла дверь и, повернувшись, посмотрела на Джуллиано. Всматриваясь в его глаза, она вновь почувствовала гармонию со своим внутренним миром.

Семейство Торрегросса исчислялось десятками голов разных возрастных категорий. Обеденный стол буквально ломился от еды. Все друг с другом разговаривали, перекрикивали, смеялись... Айрис сидела поражённая, не понимая, как человек с одного конца стола мог отвечать на вопрос своего родственника, находящегося на противоположном конце, когда она даже рядом сидящего не могла расслышать.

Дети обедали отдельно от взрослых. За ними присматривали две нянечки. Их стол находился неподалёку от стола взрослых. Айрис могла наблюдать за дочерью, не беспокоясь о ней каждую минуту.

Но не только она наблюдала за Арией. Энтони, сидевший напротив неё, так же как и она, украдкой смотрел на маленькую девочку. Всякий раз, как Айрис перехватывала его взгляд, её сердце переставало биться, а затем, видя, как её дочь смотрит на него и улыбается ему, её сердце начинало выплясывать кульбиты.

Дети были весьма довольны утренней прогулкой, не отрываясь от еды, они продолжали хвастаться друг перед другом своими успехами в фигурном катании. Айрис заметила, что рядом с её дочерью сидел Билли. Его маленькая ладошка лежала на плече Арии. Мать улыбнулась, ведь совсем недавно эти двое были готовы поубивать друг друга, а сейчас... Её лицо исказилось, рот удивлённо приоткрылся, глаза расширились... Её маленький ангелочек... доченька, схватив с тарелки кусок торта, припечатала его в лицо мальчишки...

- Бог ты мой... - прошептала Айрис.

Билли не растерялся и ответил взаимностью. Он перепачкал лицо Арии кремом от торта. Но малышка была не так проста, как казалось с первого взгляда. Она не расплакалась, а лишь игриво улыбнулась. Вскоре на голову Билли был пролит сок. Затем она толкнула его в грудь. Мальчик пошатнулся, но успел ухватиться рукой за её волосы. Ария вскрикнула.

Айрис не поняла, чья реакция оказалась быстрее, но и она и Энтони одновременно подбежали к дочери. Айрис лишь на доли секунд успела первой схватить дочь на руки. Энтони, распутав из кулачка Билли волосы Арии, взвалил мальчика себе на плечи.

- Ария, что ты себе позволяешь? - повысив голос, мать обратилась к дочери. - Что всё это значит?

- Он певый начал, ма.

- Не ври мне, я же видела, что это ты первая испачкала его.

- Не плавда! - возразила малышка. - Он певый начал! - она с обидой надула губки.

- Так больше продолжаться не может! Ты перестанешь его задевать и попросишь прощения, - со строгими нотками в голосе, сказала Айрис.

- Нет! - выкрикнула девочка.

- Нет? Ну, это мы ещё посмотрим, - в её голосе малышка расслышала угрозу и невольно поёжилась под взглядом матери.

- Айрис, не думаю, что вы правильно поступаете, - тихо произнёс Энтони.

- Ваше мнение меня не касается, - резко отрезала она.

Поняв, в каком тоне и что она только что сказала Энтони, Айрис стало стыдно. Она была расстроена поступком дочери, но не имела права срываться на другом человеке, тем более на Энтони.

- Я не то имела в виду... - прошептала она, так что только он один мог её услышать. - Извини...

- Всё в порядке.

- Надо умыть их, - громче произнесла она, стараясь не смотреть ему в глаза.

- Тебе помочь? - спросил подошедший к ним Джуллиано.

- Нет, спасибо. Возвращайся за стол. Мы ненадолго.

Айрис, держа Арию на руках, пошла в туалет. Энтони последовал за ними. Зайдя в помещение, они поставили детей на пол. С перемазанными в креме лицами малыши сверлили взглядом друг друга. Ария упрямо поджала губы. Билли недовольно скрестил на груди руки. Айрис и Энтони невольно соприкоснулись плечами.

- Ну, и кто из вас первым осмелится попросить прощения? - спросил Энтони у детворы.

Ария перевела свой упрямый взгляд на него. Энтони на мгновение испытал гордость за дочь. Сейчас она напоминала ему его самого в детстве, когда его отец заставлял мальчика делать то, чего он не желал. Он прекрасно знал, о чём говорит этот взгляд. Никогда его дочь не уступит своему характеру. Она всегда будет идти напролом, если в чём-то убеждена.

Айрис тоже хорошо был знаком этот взгляд дочери. Она тяжело вздохнула.

- Билли, ты же мальчик, попроси прощения первым, докажи этой упрямице, что это не так сложно сделать, - обратилась она к мальчику, но была удивлена, встретив аналогичный вызов в его глазах. - Прекрасно, - она всплеснула руками. - У нас здесь оказывается два глупых упрямца.

Рядом послышался смешок. Энтони, прикрывая рот ладонью, тихо посмеивался.

- Что в этом забавного?

- Ничего, - сквозь смех произнёс Энтони.

Затем он как-то странно посмотрел на неё. Его улыбка стала шире и лучезарнее.

- У тебя... э-э-э... вот тут, - он указал пальцем на её лицо, - на носу...

- Что там?

- Там... э-э-э... немного... м-м-м... крема...

Айрис поднесла руку к носу, потерла его, ощутив, как пальцы стали липкими.

- Всё? - спросила она у Энтони.

- Не совсем. Дай я сам уберу.

Он наклонился к ней и пальцем провёл по краю носа. Повторил движения несколько раз. Всё это время он смотрел ей в глаза. Энтони находился так близко от неё, что Айрис казалось, будто бы он слышит каждый удар её сердца в груди. И снова время замерло между ними.

- Ма! - недовольно воскликнула Ария. - Ма!

Голос дочери вернул Айрис в реальность происходящего. Она посмотрела на свою чумазую малышку, улыбнулась. Включила воду и начала бережно вытирать лицо дочери от остатков крема. Щёчки Арии раскраснелись. Она с интересом рассматривала, как Энтони отмывает лицо Билли. Айрис заметила, что бровки девочки свелись в одну линию, губки недовольно поджались, а в глазах запылал огонь.

- Что с тобой, милая?

- Почему Тони помогает ему?

- Потому что я занята тобой, - пояснила Айрис.

- Хочу, чтобы он меня умыл, - выпалила девочка.

- Я уже тебя умыла.

- Тогда я хачу к нему на лучки, - упрямо произнесла она.

- Почему? - растеряно спросила Айрис.

- Патамучто он мой! Мой, а не Билли!

- Ария, что ты такое говоришь? - прошептала Айрис.

Девочка не стала её слушать, она подбежала к Энтони. Обняв его за шею, она повисла на нём. Энтони встал на ноги, подхватив Арию, чтобы она не упала.

- Ты отнесёшь меня в спальню? Я спасть хачу.

- Конечно, малышка.

- А пачитаешь сказку?

Девочка не стеснялась использовать своё самое грозное оружие - она часто захлопала длинными пушистыми ресницами, сопроводив сие действие застенчивой полуулыбкой.

- Маленькая провокаторша, - пробурчала про себя Айрис.

Энтони засмеялся.

Сердце Айрис упало вниз. Эти дни станут настоящим адом для её душевного спокойствия...

Отвернуться...

Не смотреть на них.

На него...

Не видеть, с какой нежностью он убирает прядь волос с её лица; как шепчет ей на ухо; она улыбается, закрыв глаза, прижимаясь к нему ближе...

С какой лаской, заботой, любовью он смотрит на неё.

Как меняется цвет его глаз, когда он слышит её смех.

Айрис сделала глоток вина. Рубиново-красная жидкость, терпкая, прохладная прокатилась по языку. Ещё один глоток, чтобы заглушить предательские воспоминания. Вновь и вновь, стоило ей лишь на миг закрыть глаза, как она видела его: в чёрной маске на пол-лица, с чуть приоткрытыми влажными губами... Она мысленно слышала его стоны, когда они оба испытывали наслаждение, лаская тела друг друга. Им было хорошо тогда вместе. Их тела были одним целом, будто созданы друг для друга, словно они не были чужими... незнакомцами... Подобно цепной реакции... стоило ему дотронуться до её кожи, как начинало полыхать всё тело. Каждое прикосновение, словно мука... сладкая, томительная, невыносимая...

По телу Айрис прошла дрожь. Дрожь возбуждения...

Она открыла глаза. Энтони целовал свою невесту.

Мазохистка!

За весь вечер он ни разу даже не посмотрел в её сторону. А она изводила себя...

Зачем?

Айрис не знала ответа на этот вопрос. Одно она знала наверняка, этот мужчина лишал её спокойствия, рядом с ним она переставала быть самой собой.

- Ты снова грустишь? - сидя рядом с ней, прошептал Джуллиано.

- Нет, что ты.

- Лгунья, - дразнящим голосом произнёс он. - Я же вижу, что тебе скучно.

- Как ты это понял? - она осмелилась посмотреть ему в глаза.

- Ты уже второй бокал вина прикончила, - улыбаясь, ответил он. - По мне так можешь выпить целую бутылку... - улыбка приобрела ироничный оттенок. - С радостью уложу тебя в твою уютную постельку, - на тон тише сказал он, - даже колыбельную спою.

- Размечтался, - с вызовом сказала она.

- Ну, уж и помечтать нельзя, - наигранно надув губы, произнёс Джуллиано.

Айрис громко рассмеялась, привлекая внимание всех сидевших в гостиной. Каждый вечер, уложив малышей спать, взрослые обычно спускались в гостиную посидеть перед камином с бокалом хорошего вина, виски или бренди. Они проводили время за приятной беседой, забавными шутками и случаями из прошлого. Это были настоящие семейные вечера. Айрис забыла, что так бывает. Просто поделиться со всеми одними общими воспоминаниями. Она подолгу могла наблюдать за родителями Фрэн и Джуллиано. Любовь и уважение между ними были буквально осязаемы. Она отметила про себя, что Джуллиано был больше похож на мать, а Франческа - на отца. Подруга так и не смогла приехать, она была вынуждена остаться в Нью-Йорке, расследуя крайне важное дело. Айрис огорчилась, узнав, что Франческе не удастся приехать даже в ближайшие дни. Ей не хватало их задушевных бесед, а ещё... рядом с подругой она смогла бы проводить больше своего времени, которое сейчас делила с Джуллиано. За пару дней они странным образом сблизились. Айрис и не заметила, что везде и всегда появлялась с ним. Он встречал её утром у комнаты, заряжая бодростью на целый день одной лишь своей улыбкой. Джуллиано провожал её вечером, желая сладких снов, целуя нежно в висок... Он был заботлив и внимателен. Рядом с ним Айрис чувствовала себя, как за каменной стеной.

За это время Джуллиано сблизился не только с ней, но и с её дочерью. Он был так внимателен к её малышке, что всякий раз, когда она смотрела на них вместе, её сердце сжималось от боли.

"Ну почему он не её отец? Почему?" - спрашивала себя Айрис, понимая, как глупо звучат её слова.

Энтони чуть ниже наклонился к Эйприл, что-то прошептал, она кивнула. Через пару минут, держась за руки, они попрощались со всеми, пожелав спокойной ночи, и поднялись на второй этаж.

Айрис пыталась заставить себя не смотреть в их сторону, но у неё это плохо получалось. Она проследила за ними взглядом... и не ожидала встретиться глазами с Энтони. Задержавшись на одной из ступеней, он смотрел прямо на неё. Словно их тела были связаны тонкой нитью, ей показалось, что она почувствовала его раздражение. Его взгляд спустился чуть ниже. Она проследовала за ним... Рука Джуллиано лежала на её бедре, нежно поглаживая. Она даже не заметила этого ранее. На лицо Энтони упала тень, возможно, ей показалось, что глаза его сузились, а губы плотно сжались.

- Хочешь прогуляться перед сном? - спросил её Джуллиано.

Она отвлеклась, посмотрев на него. Улыбнулась, слегка кивнув в ответ. Перевела взгляд на лестницу. Его уже не было. Вздох вырвался из её груди.

На улице шёл снег. Крупные пушистые снежинки медленно и грациозно, словно в венском вальсе, кружились в воздухе. Лёгкие Айрис наполнились холодным воздухом. Улыбка сама собой появилась на её лице от ощущения безмятежности и бесконечности временного промежутка, в котором она находилась.

- Тебе здесь нравится? - вкрадчиво поинтересовался Джуллиано.

- Очень. Волшебное место, - её глаза искрились весельем.

- Оно и вправду необычное.

- Чем же?

- Вот уже три поколения мужчины из нашей семьи делают предложения руки и сердца своим возлюбленным под этим деревом.

У Айрис пересохло во рту. Видимо все эмоции разом отразились на её лице, потому как Джуллиано, усмехнувшись, произнёс:

- Не бойся, я вовсе не зову тебя замуж... - сделав многозначительную паузу, добавил - во всяком случае, пока...

- Почему не сейчас?

Айрис не знала, откуда в ней такая дерзость. Она провоцировала его?

- Потому что я старомоден, - улыбаясь, ответил он. - По правилам я должен ухаживать с тобой как минимум месяц.

Айрис рассмеялась. Джуллиано был таким мужественным и сильным, но выглядел сейчас по-детски наивно. Она приложила ладошку ко рту, а он сделал шаг к ней на встречу. Серьёзно посмотрел ей в глаза.

- Ты позволишь мне ухаживать за тобой?

Его глаза приобрели удивительный оттенок синевы, загадочный с искорками озорства.

- Я должна подумать, - "подыгрывая" ситуации, прошептала она.

- Только недолго, - он подмигнул ей. - Не забывай, что в моих жилах течёт итальянская кровь, а мы, знаешь ли, народ нетерпеливый, вспыльчивый...

Айрис вновь не смогла сдержать своего смеха. Ей было так хорошо рядом с ним, так весело, но... не было той искры страсти, её сердце не подпрыгивало в груди, волоски на затылке не вставали дыбом, ноги не подкашивались от дрожи в коленках... И всё же рядом с Джуллиано она ощущала некое притяжение. Его забота и тепло притягивали её.

Она положила ладонь ему на щеку. Кожа тёплая и приятная на ощупь. Гладкая. У Энтони не такая...

Она посмотрела ему в глаза. Не карие, а тёмно-голубые.

Она провела рукой по его волосам. Коротко стриженные, каштановые... не завиваются на концах, как у Энтони.

Он не предпринимал попытки обнять её. Позволял ей исследовать его.

Айрис прикрыла глаза, вдыхая аромат, исходящий от мужчины. Терпкий, с нотками цитрусовых, он смешивался с прохладой зимней ночи.

Его губы приоткрылись. Мягкие, полные... манящие... такие притягательные...

Устоять невозможно... Ей необходимо было поцеловать его, почувствовать вкус его губ... сравнить поцелуй...

Другой.

Лёгкий. Почти дружеский... но... жадный, просящий...

Джуллиано неожиданно обхватил её за голову, прижав к себе ближе. Айрис буквально впечаталась в его тело, чувствуя сквозь одежду жар, исходящий от него. Он глотал каждый её вздох, сминая губы, играя с языком. Его рука гладила её спину, посылая по телу волны удовольствия. Рассудок помутился, а время потеряло исчисление. Казалось, всё кругом вертелось вокруг них, а они были центром притяжения.

Она пила каждый его вздох, наслаждаясь поцелуем...

Занавеска на втором этаже опустилась.

- Дорогой, ты идёшь?

- Да, милая, - сдавленно произнёс он.

Мужчина недоумевал, от чего в груди так сильно защемило, стоило ему увидеть целующуюся пару. Он понимал, что к этому всё шло. Ведь он видел, как они смотрели друг на друга. Едва уловимые знаки и жесты, выдавали их с головой. Рядом с Джуллиано она всегда улыбалась. А стоило ей посмотреть на него, как глаза её в мгновение тускнели и затуманивались печалью. Ещё она часто злилась на него. Это он точно мог распознать, даже если их разделяли десятки метров и несколько человек. Обычно она злилась, когда он появлялся рядом с Арией. Она словно львица охраняла своего детёныша. Ему редко когда удавалось побыть наедине с дочерью. Зато Джуллиано стал чаще бывать с девочкой, вывозя мать и дочь на природу. Они обычно каждое утро ходили пешком до озера. Энтони смотрел на них и глаза его наливались злостью. Эйприл беспокоилась, не понимая причин его такого странного поведения. Она думала, что он до сих пор переживает из-за ссоры с отцом. Пустяки. Он привык к ним за все годы. Но Энтони наивно полагал, что оба уже взрослые, чтобы продолжать этот фарс. Нет. Отец не успокаивался. Он продолжал навязывать ему своё мнение. Сын должен возглавить фирму своего отца, должен жениться на приличной девушке, которая непременно должна родить ему наследника. На миг, Энтони задумался над тем, что сказал бы ему отец, узнай он, что у него уже есть внучка. Он был уверен, что этой маленькой девочке удастся, как никому другому, растрогать чёрствое сердце его отца.

Джуллиано сблизился с Айрис, подружился с его дочерью.

Энтони ревновал к ним обеим. Понимал, что так нельзя, что не имеет права, но не мог ничего сделать...

Он разрывался, впервые не понимая в полной мере, какие испытывает чувства...

Всякий раз, как Джуллиано держал на руках его дочь, ему хотелось подойти и задушить своего кузена. За какие-то доли секунд он переставал контролировать себя. Именно в такие моменты он стал понимать Айрис. Теперь он знал, почему она была против того, чтобы сводить Арию и Эйприл вместе. Он не предполагал, что родительская любовь может быть настолько сильной и всепоглощающей.

В детстве Энтони не ощущал отцовской любви. Поэтому его сердце разрывалось на части. Он мог отдать всю свою любовь без остатка, подарить её своей дочери. Он хотел этого больше всего на свете. Но обстоятельства были против этого. Правда могла сделать несчастной его любимую. Он бы не смог стать тем, кто разрушит её, сломает... ведь она перенесла такое горе... Энтони тоже потерял ребёнка, но мужчина чувствует всё иначе. Он не носил дитя под своим сердцем шесть месяцев, не ощущал толчки внутри, не засыпал, представляя личико младенца... Его боль была смягчена, притуплена известием о том, что у него есть трёхлетняя дочь. Эйприл пришлось намного хуже...

Энтони вновь взглянул на окно. Светила полная луна. Снег крупными хлопьями кружился в воздухе. Он перевёл взгляд на постель. Эйприл, такая милая и нежная, с чуть приоткрытыми глазами, улыбаясь, смотрела на него.

- Я люблю тебя, - прошептал он.

- И я тебя, - чуть слышно ответила она.

Айрис разорвала яркую обёрточную бумагу, приоткрыла коробку и от неожиданности охнула. Краска смущения подступила к её щекам. Она стала пунцовой, сливаясь цветом лица со своей кофточкой. Перевела взгляд на Джуллиано. Мерзавец нагло усмехался. Его глаза блестели.

- Айрис, деточка, с тобой всё хорошо? - обеспокоенно поинтересовалась мать Джуллиано.

- Да, Маддалена. Я в порядке, - едва раскрывая губы, произнесла она.

- Уверена? - спросил кто-то из родни. - Вид у тебя мягко горя удивлённый.

- Джуно, что ты подарил бедной девочке? - спросила одна из кузин. - У неё такой вид, словно это что-то непристойное.

- Более того, - ухмыляясь, ответил он. - Оно очень непристойное.

Краска схлынула с её лица, сделав её совершенно бледной.

- Джул...

- Не терпится тебя в нём увидеть, солнышко, - лучезарно улыбаясь, он смерил её взглядом полным вызова.

Сменив растерянность на решительность, Айрис достала из коробки провокационный подарок Джуллиано, приложив его к своему телу. Наряд дьяволицы. Ультракороткое мини с многочисленными вырезами, кожаными вставками, шнуровкой по бокам и откровенными вырезами в области грудей.

- Матерь Божья, - вырвался вздох у Маддалены.

- Ух, малыш, ты просто секси. Я сражён, - Джуллиано, как заправский актёр, драматично схватился за сердце.

Айрис приподняла правую бровь, а затем звонко рассмеялась. Вчера они ездили в город за подарками. Обратную дорогу Джуллиано, тяжело вздыхая, загадочно посматривал на неё. Теперь она догадывалась почему.

- Твоя очередь открывать мой подарок, - теперь в её голосе звучал вызов.

- Надеюсь это не носки, - проворчал он, - видит Бог, пять пар это уже перебор.

Развернув обёртку и приоткрыв коробку, он громко рассмеялся.

- Солнышко, кажется, наши мысли совпадают, не находишь? - двусмысленно поинтересовался он.

Джуллиано достал из коробки подарок Айрис - боксеры с изображением маленького чертёнка на самом пикантном месте, а на обратной стороне - ангельских крыльев. Его белозубая улыбка осветила всё вокруг. Родственники рассмеялись, подмигивая друг другу.

- Ужас, ну и молодёжь пошла, - полушутя, возмутился отец Джуллиано.

- Да, ладно, па причитать. По-моему, ни для кого не секрет в этой комнате, какие чувства я испытываю к Айрис.

- Мог бы их не так однозначно выставлять напоказ, - пожурил отец.

- Ой, простите, за годы в армии совсем забыл, как ухаживать за девушкой, - с иронией парировал Джуллиано. - Айрис, я обидел тебя? - серьёзным тоном поинтересовался он у неё.

- Нет, - робко ответила она.

- Тогда, может, поцелуешь меня?

Она не могла решиться. Не при всех. Она стеснялась. А ещё ей почему-то не хотелось целовать Джуллиано, когда в нескольких шагах от неё стоял Энтони.

- Милая, мы стоим под омелой, - Джуллиано взглядом указал наверх.

Она улыбнулась и сделала шаг в его объятия. Губы Джуллиано накрыли её. Она почувствовала горечь от недавно выпитого им виски. Он улыбнулся, проводя рукой по её волосам.

Все вокруг захлопали. Мать Джуллиано даже прослезилась. Она с гордостью посмотрела на своего сына, молясь про себя о его счастье с этой девушкой. Ей нравилась Айрис. Она уважала её как мать. Одно лишь не нравилось ей... порой она замечала, с каким печальным взглядом Айрис смотрела на Энтони... Сначала Маддалена думала, что это обыкновенная женская зависть, но не так давно она случайно заметила обмен взглядами между Энтони и Айрис. Что-то было между ними, они скрывали это ото всех, какая-то тайна окутывала этих двоих. Маддалена ощущала это каким-то внутренним чутьём. Она незаметно ото всех перекрестилась.

- Дай Бог, все будут счастливы...

Айрис почувствовала лёгкое жжение в области затылка. Едва уловимое покалывание медленно начало опускаться ниже: по позвонкам до поясницы. Волна дрожи обхватила всё её тело. Зачем она вообще надела это платье с открытой спиной? Весь вечер она ощущала на себе чьи-то взгляды: липкие, похотливые, грязные. Но этот отличался ото всех остальных...

Она немного повела правым плечом. Сделала глоток мартини из своего бокала. Очень осторожно Айрис подняла свой взгляд на зеркало напротив. В нём она увидела отражение Энтони. Его лицо тронула улыбка: мягкая, добрая, нежная. Ямочка на правой щеке была отчётлива заметна. Он казался несколько уставшим, но в целом - просто потрясающе красивым. Энтони был одет в серый костюм и белую рубашку, расстёгнутую на верхние три пуговицы. Пиджак идеально подчёркивал изысканную ширину его плеч, брюки - длину ног. Его волосы стали длиннее, почти до плеч. Их кончики завивались в крупные кольца. Загар на лице был чуть темнее, чем она помнила.

Айрис за доли секунд оценила перемены в мужчине. Больше всего её привлёк его взгляд, который обжигал, опаляя кожу, проникал внутрь, от чего кровь в её жилах начинала закипать. Он разжигал в ней желание... снова и снова...

Энтони казался удивлённым при виде её, но глаза его светились изнутри радостным весельем.

Она смутилась. Отвела взгляд. По привычке закусила нижнюю губу.

Судьба? Или может быть роковое стечение обстоятельств?

Айрис не знала что наверняка, но что-то вновь свело их вместе.

Они оба оказались за тысячи километров от дома. Случай свёл их в баре в эту ночь... карнавальную ночь...

Ей хотелось закричать... или просто громко рассмеяться...

- Айрис...

Погрузившись в раздумья, Айрис лишь через какое-то время услышала его голос: тихий, с лёгкой хрипотцой, с растянутыми гласными.

- Энтони...

- Признаться, не ожидал тебя здесь встретить, - он провёл пальцем по подбородку, улыбнувшись, попросил бармена налить ему виски.

- Я тоже...

- Давно мы не виделись... - задумчиво проговорил он, вопросительно посмотрев на Айрис. - Кажется со свадьбы Фрэнки?

Зачем он спрашивает, если прекрасно помнит день их последней встречи?

- Да, - сквозь ком в горле, произнесла она. - Полгода, наверное.

- Как время летит, - с грустными нотками в голосе. - Как Ария?

- Хорошо, - она скосила глаза на него. - Я же недавно совсем выслала тебе её новые фото и рассказала последние новости.

- У меня не было возможности проверить почту, - пояснил он.

- Ясно...

- Так как поживает моя малышка? - с нотками волнения в голосе.

- Чудесно, - с улыбкой произнесла она. - Ни дня не проходит без скандалов.

- Хм-м... - усмехнулся он. - В её возрасте я был сущим наказанием. Мать постоянно ставила меня в угол за плохое поведение.

- Свой угол Ария изрисовала разноцветными маркерами. Наверное, от скуки, - с лёгкой улыбкой, сказала Айрис.

- Сказываются гены моей матери. Она художница, - с сыновьей гордостью и любовью, произнёс Энтони, сделав большой глоток виски. - Может, стоит отдать её в художественную школу?

- Вообще-то я склоняюсь к балету. Я тебе уже говорила.

- И я ответил, что против этой затеи. Моя дочь не будет всю жизнь голодать ради роли умирающего лебедя.

- Ты утрируешь, Энтони. Балет дисциплинирует, учит преодолевать препятствия...

- Все балерины - анорексички, - перебив её, Энтони состроил забавную гримасу. - В Арии течёт итальянская кровь, а наши женщины априори не могут быть костлявыми.

- В ней также течёт и моя кровь, а я, как ты знаешь, американка, - с нотками вызова в голосе произнесла Айрис.

- Уверена, что у тебя нет итальянских корней? Темперамент на лицо, - он улыбнулся. - В общем, как ни крути, твоё стремление всё и всех держать под чутким контролем, вряд ли чем-то можно оправдать. Просто ты такая, какая ты есть.

- Не поняла... Ты сейчас комплимент мне сказал?

Она задумалась. Контролировать всё и всех? Находясь рядом с ним, ей никогда это не удавалось делать. Контроль? Смысл этого слова терялся для Айрис в присутствии Энтони. Она не могла контролировать свои желания, а также поступки.

Мужчина пожал плечами, мол, понимай, как хочешь.

- Ставлю сто баксов, ты уже записала Арию в ближайшую от твоего дома балетную школу.

- Вот ещё! - фыркнула она. - Я не играю в эти игры.

- Значит, я прав и ты проиграла.

- А вот и нет! - она сделала паузу. - Школа в трёх кварталах от моего дома, недалеко от твоего, - и словно оправдываясь, пояснила: - Это самая лучшая школа в Нью-Йорке. Ты даже представить не можешь, каких мне стоило усилий записать её туда.

- А ты Арию хотя бы спросила? Хочет ли она заниматься балетом? - скептически поинтересовался он.

- Не выставляй меня тираншей, Энтони. Конечно же, я прежде поинтересовалась, хочет ли она сама заниматься балетом.

- Извини, не хотел тебя обидеть. Из меня сегодня плохой собеседник, - он устало вздохнул. - Наверное, мне стоит удалиться.

Он привстал, доставая из внутреннего кармана пиджака двадцатку. Кинул её на барную стойку. Айрис рефлекторно схватила его чуть выше локтя.

- Не уходи. Поговори со мной... мне так скучно...

Она не понимала, что так на неё подействовало: его присутствие рядом или же выпитое спиртное ранее. Она знала одно - ей необходимо было поговорить с ним. Они давно не общались. Айрис соскучилась по его голосу.

Снова это острое желание быть с ним рядом. Оно всегда превалировало над доводами разума.

Айрис понимала, что вновь проиграла своим принципам, стоило ей лишь раз взглянуть ему в глаза. Он разжигал в ней огонь. Это пламя не угаснет, пока оба не насытятся близостью друг друга. Мучительно больно... но ещё больнее быть далеко от него, не слышать его голос, не ощущать его губы на своей коже...

Энтони как-то по-особому посмотрел на неё.

- А ты умеешь быть убедительной, Айрис, - с ухмылкой на лице сказал он.

- Только сильно не обольщайся, Энтони, - с несколько язвительными нотками парировала она.

- Вот и схлынуло всё обаяние, - улыбаясь, заключил он.

Энтони пальцем указал бармену, чтобы тот обновил им порции спиртного. Достал из кармана сигарету.

- Не возражаешь? - просто ради приличия поинтересовался он.

Айрис безразлично пожала плечами, взяв бокал в руку. Энтони сделал затяжку. Выпустил облачко дыма. Айрис заметила морщинки вокруг его глаз, и несколько - поперёк лба.

- Трудный выдался денёк? - поинтересовалась она.

- Месяц, - с тяжестью ответил он. - Гоняюсь за одной картиной Рембрандта. Должен был здесь встретиться со своим информатором, но, кажись, он меня продинамил.

- Давно не спал?

- Двое суток почти, - сказал он, затянувшись. - Как назло ни в одной гостинице нельзя снять номер. Ты бы знала, как я мечтаю о душе... и мягкой подушке...

Айрис опустила глаза на свои руки. Ей стало жаль Энтони. Наверное, ему приходилось всё это время есть, спать и даже чистить зубы в своей машине.

- Как ты здесь оказалась? - голос Энтони вывел её из задумчивости.

Он сделал глоток, посмотрев на неё. В его глазах она заметила странный блеск - ироничные искорки весело кружились в танце.

- Совмещаю приятное с необходимым.

- Это как?

- Ну... - она загадочно улыбнулась. - Я всегда мечтала побывать в Орлеане в разгар Марди Гра. Так совпало, что конференция, на которой я была вынуждена выступать, проходила в соседнем городе. Так что я заранее заказала номер в этом отеле. Хочу провести здесь пару дней, сходить на экскурсии, послушать настоящий джаз, ну и так далее...

- Ты уже осмотрела город?

- Нет, ещё... Я только сегодня днём заехала в номер. Хочу завтра начать исследовать местность. Планировала посетить Французский квартал.

- Могу стать твоим гидом, - неожиданно предложил Энтони.

- Правда? - смущённо переспросила она.

- Да. Я всё равно застрял в этом городе, как минимум на неделю... Мне не будет трудно провести тебе экскурсию по здешним местам.

- Здорово! - обрадовалась она.

- Но предупреждаю - я могу быть весьма надоедливым и дотошным...

- Это не важно, - заверила она его. - С тобой я точно не потеряюсь и заодно сэкономлю на экскурсиях. Так что совмещу приятное с полезным.

- А вот теперь прекрасно стали заметны твои американские корни. Вы - американцы - всегда ищите выгоду для себя.

- А разве это так плохо? - хлопая ресницами, Айрис "невинно" посмотрела на него.

Энтони слегка рассмеялся, окинув её внимательным взглядом. Его глаза стали теплее, темнее по цвету... ещё более притягательными...

- В свою очередь, я разрешу тебе переночевать в своём номере...

Айрис осеклась, подумав, что только что ляпнула что-то весьма недвусмысленное.

- Я имею в виду, что ты не должен спать в своей машине, ведь номер в гостинице не получится снять. Ты же сам говорил...

- Айрис, не стоит так смущаться, - он положил свою ладонь на её руку. - Ты же не предложила мне лечь в свою постель, - уголки его рта приподнялись. - Спасибо тебе, что не ущемила мою мужскую гордость. Признаться, я был весьма близок умолять тебя дать мне возможность воспользоваться душем в твоём номере. А уж после я бы свалился на близстоящий диванчик и даже залпы пушек не были бы в состоянии меня разбудить.

- Я просто не хочу, чтобы ты думал... будто бы я...

- Расслабься, Айрис. Я тебя правильно понял, к тому же я сам практически навязался к тебе в гиды.

Она улыбнулась. Его рука по-прежнему лежала на её, согревая своим теплом.

- В свою очередь обещаю, что не стану покушаться на твою невинность, - с ухмылкой произнёс он.

- Мамочка любит тебя, солнышко, - улыбаясь, сказала Айрис, сидя перед ноутбуком. - Мама очень по тебе скучает.

- Я тоже соскучилась, мамочка.

Ария вертелась перед экраном, постоянно пропадая из кадра.

- А мне вот так почему-то не кажется.

Ария удивлённо посмотрела на мать, захлопав длинными пушистыми ресницами.

- Ты что такое говоришь, ма? Я тебя очень-очень люблю! Больше всех на свете! - радостно воскликнула девочка, зажмурив глазки.

- Больше всех говоришь? - передразнила Айрис. - Так почему же всё время смотришь поверх экрана, а не на меня?

Щёчки дочурки в мгновение покрылись алым румянцем.

- На что ты там смотришь?

Ария посмотрела из стороны в сторону. Затем смущённо опустила глаза.

- На тётю Фрэн и её мужа.

- И что они делают?

- Он гладит её живот, - Ария прикусила нижнюю губу. - Мам?

- Да, солнышко? - у Айрис засосало под ложечкой.

- А у тёти Фрэн в животике спит малыш?

- Да, солнышко.

- Она скоро станет мамой?

- Да, моя хорошая.

- А её муж станет отцом малыша?

Бровки Арии свелись в одну линию, на лбу проступили две морщинки. Она с осторожностью подбирала слова.

- Да, - Айрис тяжело вздохнула.

- У них будет малыш, потому что они поженились?

Такого вопроса от своей дочери Айрис не ожидала услышать, и несколько растерялась с ответом.

- Ты правильно рассуждаешь, милая.

- А поженились они, потому что любят друг друга?

- Да-а...

Ария внимательно посмотрела на мать. Её верхняя губа чуть подрагивала, казалось, девочка решалась, стоит ли ей задавать свой следующий вопрос.

- А ты тоже была замужем, а потом появилась я?

Айрис почувствовала лёгкое головокружение. Раньше ей довольно легко удавалось уходить от подобных вопросов, но её дочь стала старше. У малышки острый ум, и она была весьма наблюдательной.

- Нет, милая.

- А ты любила моего отца?

- Ария... я...

Мать не знала, как ей смотреть в глаза дочери. Она растерянно перевела взгляд в сторону. В проёме двери стоял Энтони. Он был в джинсах, без майки и на босу ногу. Его лицо практически ничего не выражало - одни лишь глаза выделялись на загорелом фоне кожи. В них было сочувствие и понимание. В них она увидела поддержку.

- Мне надо идти, солнышко. Давай отложим этот разговор? Я вернусь домой и мы с тобой поговорим об этом. Что скажешь?

- Я не должна была тебя об этом спрашивать... - грустным тоном тихо прошептала Ария. - Если не хочешь говорить...

- Я хочу... Просто раньше не понимала, какая ты уже у меня взрослая, - она улыбнулась дочери.

- Для тебя я всегда буду маленькой, ма, - засмеявшись, ответила Ария.

- Да, моя радость, - улыбаясь, ответила Айрис. - Я люблю тебя, доченька...

- Я тоже тебя, ма! Ой, тётя Фрэн меня зовёт за стол, - она состроила страшную гримаску. - Снова она это рагу приготовила, бэ-э-э...

- Не кривляйся.

Ария сделала тяжёлый вздох, театрально закатила глаза, положив руку к сердцу.

- Приезжай скорее, ма. Иначе тётя Фрэн превратит меня в вегетарианку.

Айрис рассмеялась чувству юмора своей дочери. Они ещё минут пять прощались, затем Айрис закрыла крышку ноутбука. Она устало опустила голову на руки и глубоко вздохнула.

- Как долго мы будем скрывать правду ото всех, Энтони?

Он подошёл к ней тихо, незаметно. Присел рядом на край кровати. Обнял её, прижав к себе. Нежно провёл рукой по голове, поцеловав волосы. Она потянулась к нему, слегка приподняв голову. Их губы нашли друг друга. Словно путники в пустыне, долго шедшие под солнцепёком, наслаждаются живительной прохладой влаги, они наслаждались близостью вновь возникшей между ними.

Он целовал её нежно и самозабвенно. Руками прижимал к себе крепко. Одно желание - слиться с ней воедино. Вновь почувствовать её кожу под своими ладонями. Ощутить поцелуи на своём теле. Забыться в её аромате...

- Остановись, Энтони... Мы не можем...

Она пыталась отстранить его от себя, но сама же тянулась к нему ближе. Энтони одним движением перекинул её, посадив себе на колени, задрав подол платья. Его пальцы сжали её ягодицы. Айрис громко вскрикнула. Прикусив нижнюю губу, она выгнулась в спине. Его руки медленно забрались под лиф платья, начав массировать её груди, сжимая и перекатывая их. Он играл пальцами с её сосками. Она жаждала, чтобы он поцеловал их. Словно читая её мысли, Энтони резким движением скинул бретельки с хрупких плеч. Голодным, полным страсти взглядом стал смотреть на два белых полушария. Тёмные соски выделялись на фоне её светлой кожи. Длинные волосы Айрис в беспорядке разметались по плечам. Ему было приятно касаться их кончиков, пропускать сквозь пальцы пряди её волос.

Они несколько минут смотрели друг на друга. Слова были ни к чему, за них говорили их тела.

- Чёрт, - выругался он. - Ты же знаешь, что это уже не остановить... Мы пытались...

В уголках её глаз появились капли слёз. Одна заструилась по щеке. Энтони смахнул её нежно, затем припал губами к лицу Айрис и провёл языком по солёной дорожке. Дрожь удовольствия пробежала по её телу. Спина изогнулась. Энтони начал целовать её шею, тыльной стороной ладони очерчивая путь ниже к складкам платья...

- Скажи, что хочешь меня, - хрипло прошептал он. - Скажи, что скучала...

- Ты же знаешь... ты всё понял ещё в баре... - простонала она.

Он проглотил её очередной стон своим поцелуем. Энтони целовал Айрис с какой-то одержимостью, стараясь губами покрыть каждую клеточку её тела. Она отвечала ему с тем же забвением. Руками исследовала его: плечи, грудь и спину. Она прикусила мочку его уха. Услышав тихий полувздох-полустон, не сдержалась, чтобы не прикоснуться к его возбуждённому естеству. Ладонью провела вверх и вниз. Закрыла глаза, представляя себе его голым.

Они не могли больше сдерживать свои чувства. Необходимо было освободиться от скопившегося напряжения. Выплеснуть эмоции, чтобы потом медленно исследовать тела, покрывая короткими поцелуями каждый участок кожи.

Утром она проснётся в его объятиях. Будет крепко прижимать свою голову к его груди. Его рука будет лежать на её бедре. Волосы разметаются по подушке, а восходящие солнце станет слепить глаза, пробиваясь сквозь занавески на окне. Айрис знала, что снова ощутит себя опустошённой. Она вновь почувствует вину за свою слабость перед мужчиной; вновь увидит в его глазах то же самое чувство вины.

Они любили друг друга, но не могли признаться в этом... даже самим себе...

Они искали оправдания своим чувствам. Но не могли дать ясного ответа.

Они хотели всё исправить, но всякий раз, находясь рядом, не могли сдержаться.

Каждый раз их страсть оборачивалась виной во взгляде.

Энтони провёл подушечками пальцев правой руки от мочки её уха, нежно спускаясь ниже по изящной шее, на доли секунд задержавшись на тонкой линии ключицы. Затем его пальцы стали рисовать витиеватые узоры на её груди. Он едва касался кожи. Горячим дыханием разжигал огонь внутри неё. Он дул на вершинки затвердевших сосков. Айрис тихо постанывала, прикусив нижнюю губу. Это была игра. Пытка. Искушение. Он сводил Айрис с ума, и казалось, оргазм был уже близок от одного лишь его взгляда на её припухшие губы.

В его глазах пылала страсть. Она чувствовала её даже кончиками своих волос. Тело Айрис выгибалось ему навстречу. Его щетина царапала нежную кожу её груди, но от этого ощущения казались ещё острее, на самом пике. С её губ попеременно срывались, то тихие стоны, то громко - его имя. Всякий раз, когда он слышал своё имя, слетевшее с её раскрасневшихся губ, уголки его рта приподнимались в дьявольской улыбке. Её голос, как песня - чистая и звонкая - расслаблял и в то же время усиливал его внутреннее напряжение. Энтони был уже близок к разрядке, но, глядя на Айрис, ему хотелось замедлить это мгновение, продлить его как можно дольше, чтобы видеть, как расширяются её зрачки при каждом его толчке, ощущать, как сжимаются её пальцы на его спине, как они царапают ему кожу.

Да, это была его женщина! Она отдавалась ему целиком, без остатка... Её чувства были искренними, такими чистыми, что он буквально осязал их своей кожей. Её улыбка останавливала биение сердца. Её стоны вновь возрождали его к жизни.

- Сладкая моя, - шептал он ей нежно.

Энтони обнимал её, крепко прижимая к себе. Запахи их тел объединялись в один. Оба глубоко дышали, пытаясь выровнять дыхание.

Волосы Айрис разметались по подушке, щёки раскраснелись. Веки были полуприкрыты. Её тело трепетало под его тяжестью.

Они сливались в единое целое. Нерушимое.

Энтони глубоко входил в неё, останавливаясь на мгновение, растягивая сладкую муку. Она кричала от удовольствия, предчувствуя скорое освобождение. Только с этим мужчиной она могла позволить себе такое искренне проявление чувств. Только он мог по-настоящему удовлетворить её сексуальный голод. Только он был её тем самым единственным...

Они не были любовниками. Нет.

Айрис и Энтони не назначали друг другу тайных свиданий в гостиничных номерах. Они никогда не планировали тайных встреч. Наоборот, Айрис как можно чаще старалась не пересекаться с ним. Но, так или иначе, совсем видеться у них не получалось. Судьба словно сталкивала их лбами, а они, как упрямые дети, не хотели замечать и признавать своих чувств друг к другу. Они цеплялись за свои привычки и принципы. Энтони не мог уйти от Эйприл, даже после того, как оба почувствовали, что отношения между ними остыли. Айрис не хотела стать той, кто разрушит семейное счастье.

Находясь на людях, они улыбались, перекидывались парой фраз, были дружелюбны и милы. Но стоило их взглядам пересечься, как желание волной охватывало обоих.

Айрис хотелось забыть об Энтони в объятиях Джуллиано. Она всем сердцем желала этого. Но дружба между ними оказалась сильнее выдуманной любви. Джуллиано верил, что любит её, потому что она как никто была близка ему. Ей он мог доверить своё сердце, но не отдать в вечное пользование. Айрис же хотелось верить, что она любит Джуллианно. Они не были безразличны друг другу, но как друзья, а не любовники.

Это было забавно. Их неловкие попытки снять друг с друга одежду; робкие взгляды при виде обнажённого тела; смущение, выразившееся румянцем на щеках. Откинув прочь смятение, они попытались приблизиться ближе, дотронуться до голой кожи; поцеловаться. Смех вырвался из их груди одновременно. Поцелуи в губы - это одно, а вот переспать... Они не могли. Этот инцидент не расстроил их дружбы, а наоборот, укрепил. Они всегда с улыбкой вспоминали момент, как спешно пытались надеть одежду, большую часть из которой перепутали: Джуно пытался влезть в джинсы Айрис, а она - в его. Они стали ещё ближе. Айрис даже открыла ему свой самый страшный секрет. Она рассказала Джуллиано об Энтони и Арии, даже призналась, какие на самом деле испытывает к нему чувства. Ей нужно было с кем-то поделиться таким грузом, слишком тяжело было переживать всё одной. Поначалу Джуллианно сильно злился на своего кузена, называя "слабохарактерной тряпкой", но со временем Айрис удалось его убедить, что так было лучше. Лучше для всех, но не для неё.

Джуллианно был вынужден хранить их секрет. Из вредности он продолжал играть на публике её возлюбленного, особенно, если в зрительном зале присутствовал Энтони. Он без зазрения совести признавался Айрис в любви, даря ей страстные поцелуи. Женщина начинала ненавидеть этого мужчину...

Энтони же ревновал её всем сердцем, хотя даже самому себе боялся признаться в этом. Но стоило ему увидеть, как она нежно прижимается к телу кузена, чтобы согреться, или как целует его в губы, прикрыв глаза... В нём поднималась волна гнева, необоснованная и непонятная, но очень сильная, которая причиняла боль.

Энтони женился на Эйприл. Свадьба была шикарной. Невеста планировала её несколько месяцев, и всё прошло идеально. Она была в платье-русалка со шлейфом от Веры Вонг. Ассиметричные большие банты и блеск шёлкового атласа создавали неповторимую грацию, подчёркивая неповторимый вкус невесты. Глаза Эйприл светились счастьем, она улыбалась. Он должен был радоваться, выбрав себе в жёны такую удивительную женщину. Вместо этого сердце Энтони сжималось от тоски. Он чувствовал, что поступает неверно. Ему хотелось отметить церемонию, но было уже поздно.

Произнося клятву перед алтарём, он смотрел в глаза своей невесте, но мысленно представлял совсем другую женщину. Айрис волновала его мысли. Она сидела в третьем ряду. Он на миг перевёл свой взгляд на неё. В уголках её глаз стояли слёзы. Возникло острое желание подойти к ней и высушить ненавистные капли своими поцелуями. Энтони крепко сжал челюсть. В этот момент он ненавидел и презирал себя, как мужчину.

Айрис смотрела только на него одного, не видя больше никого вокруг. Рядом с ней сидел Джуллиано, держа её ладонь в своей. Она так крепко сжимала пальцы, когда Энтони произносил клятву, что не почувствовала даже, как глубоко впились ногти в кожу.

Её сердце разрывалось от боли. Она любила этого мужчину, но отпустила. Не стала бороться за него, думая, что с другой он будет счастлив. Но ведь он не был счастлив с Эйприл... иначе не стал бы смотреть на неё таким взглядом, словно Айрис была его единственной, словно он её любил также сильно, как и она его. Но было уже слишком поздно. Они оба сделали свой выбор.

Айрис смутно помнила оставшийся вечер праздника. Шампанским хотела заглушить боль и мысли, что не давали ей покоя, упрекая за слабость. Ей стало дурно. Громкая музыка и кружащиеся в танце люди, шумные разговоры со всех сторон, воздух, пропитанный сладким ароматом цветов. У Айрис заболела голова. Она сделала несколько шагов в направлении дома. Затем ускорила шаги, буквально вбежав по ступенькам на верхний этаж. Забежала в уборную. Став перед зеркалом, разрыдалась. Воздух со свистом вырывался из лёгких, обжигая горло. Руки непроизвольно тряслись, всё тело пробивала мелкая дрожь.

Она закрыла глаза и несколько минут стояла, пытаясь сконцентрироваться. Всхлипы стали тише. Биение сердца замедлилось.

Айрис почувствовала, как кто-то обнял её сзади за плечи. Робко с огромной нежностью прислонил к своей груди, прижавшись щекой к её волосам.

Тяжёлый вздох.

Её хрупкое тело в сильном кольце объятий.

Надёжность. Умиротворение.

Грусть. Печаль.

Радость от того, что он был рядом.

Сожаление...

- Я совершил ошибку, Айрис, - прошептал он тихо. - Я женился не на той женщине.

Сказанные им слова одновременно возвысили её до самых небес и скинули обратно в ад, в котором она находилась до этого.

Он был для неё потерян. Оставалось только пережить это и попытаться стать счастливой с другим мужчиной.

Энтони развернул Айрис лицом к себе. Нежно провёл рукой по мокрой щеке. Наклонился ниже к её губам. Поцелуй был лёгким и едва уловимым. Затем Энтони усилил напор, переплетая свой язык с её. Он целовал Айрис, держа её лицо в своих ладонях.

Это был прощальный поцелуй...

Их первая близость случилась спустя год после свадьбы Энтони.

В час ночи раздался звонок на мобильный. Айрис пробормотала ругательства, не понимая откуда доносился протяжный звон. Но стоило ей открыть глаза и посмотреть на часы, как сон в мгновение испарился. Страх пронзил тело. Она вскочила с постели и буквально подлетела к креслу, на котором лежала её сумка. Никто не звонит так поздно, если не случилась беда. Руки Айрис тряслись, пока она судорожно искала мобильный в своей огромной и необъятной дамской сумочке. Стоило ей его найти, как мелодия звонка стихла.

Айрис посмотрела на экран - пропущенный звонок. Адресат - Энтони. Она растерянно смотрела на телефон, медленно приседая на подлокотник кресла.

Её мучило любопытство: зачем Энтони звонил ей так поздно?

Она несколько минут решалась: перезвонить ему или нет.

Любопытство взяло вверх.

Энтони ответил ей с первого гудка:

- Прости, что разбудил, - его голос был тихим, ей послышались нотки боли.

Сердце сжалось от плохого предчувствия. Энтони было плохо.

- Что случилось? - спросила она.

- Ты одна?

- Да... - растерянно ответила она.

- А где Ария?

- Ночует у своей подружки. Что случилось, Энтони? Твой голос меня пугает.

- Мне нужно с кем-то поговорить Айрис, иначе я просто сойду с ума...

- Где ты находишься?

- В паре кварталов от твоего дома.

- Я сварю кофе, - сказала она и повесила трубку.

"Ненавижу тебя!"

"Будь ты проклят!"

"Ненавижу!"

Слова Эйприл, сказанные в порыве ярости, до сих пор отдавались эхом в голове Энтони. Он устало прикрыл глаза, невольно вспоминая очередную ссору между ним и его женой. Хотел бы забыть... её взгляд: зрачки расширены, красная сетка из лопнувших сосудов... искры безумства... ярость... злость...

Какие-то доли секунд...

"Прости!"

"Не уходи!"

"Останься со мной... Ты нужен мне!"

"Я люблю тебя..."

Её признание в любви, как нож в сердце. Холодное лезвие с зазубренными краями. Рваная рана, которая не заживает уже очень долгое время.

Тяжесть в груди, словно изнутри что-то давит. Предчувствие, что дальше будет только хуже...

Он не знал, где черпать силы, как набраться терпения. Не знал, во что и в кого верить... Он исчерпал все свои душевные ресурсы.

Чёрт! Энтони был готов ко многому, но не к тому, что случилось... и в этом он чувствовал вину за собой.

"Я ненавижу тебя! Будь ты проклят!"

Слёзы душили её, она задыхалась. Он хотел ей помочь. Притянул к себе. Эйприл сопротивлялась. Отчаянно. Затем, словно маленький ребёнок, всхлипнула и прижалась к его груди, моля о помощи.

И снова очередная вспышка ярости. Неконтролируемый поток слов. Эйприл не отдавала себе отчёта, как сильно её слова ранят его. Один Бог ведал, каких ему стоило усилий сдерживать себя. Не накричать. Не нагрубить. Не сделать ей ещё больнее.

"Тише, милая..." - успокаивающе шептал Энтони, нежно касаясь её волос. "Я рядом... с тобой..."

Её дыхание становилось ровным. Тело уже не так сильно сотрясала дрожь.

Энтони обнимал свою жену, ласково убаюкивая в своих объятиях. Он подхватил её на руки. Эйприл прижалась своей мокрой от слёз щекой к его груди, маленькой ладошкой обхватила его за шею. От неё исходил приятный аромат сандалового дерева и цитрусовых. Её любимый запах. Он всегда будет ассоциироваться у Энтони с этой женщиной.

Он наблюдал за тем, как она засыпает. Веки, словно наливались свинцом, тяжелели. Мокрые прядки волос прилипли ко лбу. Она сопротивлялась действию морфина. Во взгляде была просьба - перестать её мучить. Если бы он только мог...

Когда Эйприл наконец уснула, Энтони ещё долгое время не отходил от её постели. Сердце сжимала такая невыносимая тоска.

Страх.

Если он потеряет её... когда...

Он не хотел об этом думать.

Холодный воздух в лицо. Скорость мотоцикла сто сорок километров в час. Рёв мотора, заглушающий мысли в голове Энтони. Желание включить шестую передачу... убрать руки с руля... оно было столь сильным, на доли секунд, пока перед глазами Энтони не предстал образ его дочери.

Он плавно нажал на тормоза. Стрелка на спидометре сменила направление вращения. Энтони припарковался на обочине дороги. Устало вздохнул. Запрокинул голову назад и закрыл глаза. Он вдруг почувствовал себя ужасно одиноким. Не было никого рядом, чтобы быть просто с ним. Ему так хотелось с кем-нибудь поговорить. Да просто помолчать... лишь бы рядом был кто-то...

На каком-то подсознательном уровне Энтони достал свой мобильный из куртки. По памяти набрал номер сотового Айрис. Каких-то несколько минут он казалось совсем не дышал, с надеждой ожидая, что она возьмёт трубку. Айрис не ответила. Разозлившись, он, было, хотел выкинуть телефон в сторону, но вдруг дисплей на экране телефона показал входящий звонок. Она перезвонила ему. Энтони почувствовал облегчение.

Она была его спасением. Айрис - единственная, кто мог ему помочь, хотя бы на время забыть ту боль, что разрывала его сердце.

Айрис открыла дверь перед Энтони. Испугавшись, инстинктивно сделала шаг назад. Его лицо было бледным, под глазами тёмные круги, во взгляде - дикая агония, боль и печаль. Его практически было не узнать.

- Что случилось? - с тревогой спросила она.

- Могу я войти? - неловко поинтересовался он. - Не хотелось бы начинать разговор на пороге твоего дома.

- Да, конечно. Проходи.

Он кивнул. Зашёл в дом, сразу же направился на кухню, по пути сняв с себя кожаную куртку. Он не мог объяснить почему, но на душе у него стало намного легче. Словно тяжёлый груз перестал давить на его плечи. Его взгляд случайно упал на фотографию, прикреплённую к дверце холодильника. На ней была его дочурка на свой пятый день рождения. Девочка прижимала к себе огромную с её рост плюшевую игрушку. Её любимый кролик - точная копия, увеличенная в несколько раз. Его подарок дочери. Игрушка была сделана на заказ. Ручная работа. Для своей малышки отец был рад потратить любую сумму, лишь бы на её лице появилась улыбка. Жаль, что он не мог лично присутствовать на празднике, чтобы увидеть её счастливое личико. Айрис прислала ему видео со дня рождения. Он был рад хотя бы этому.

Айрис наблюдала за ним из-под полуопущенных ресниц. Сняв куртку, Энтони остался в одной чёрной футболке. Он заметно похудел. Её стал мучить вопрос, что этому способствовало.

- Энтони? - тихо позвала она его. - Ты в порядке?

Он повернул голову, посмотрев ей в глаза. Слегка усмехнулся.

- Сказать правду или приукрасить? - несмотря на насмешливый тон голоса, в глазах его читалась печаль и скорбь.

- Зачем ты пришёл?

Он задумался на несколько секунд, явно подбирая слова в голове.

- Я... Мне одиноко, Айрис...

- Но, почему я?

- Ты единственная о ком я подумал... - он смущённо прикрыл глаза. - Ты единственная о ком я думаю постоянно.

Айрис растерялась. Со дня его свадьбы они ни разу не говорили о своих чувствах друг к другу. Поцеловавшись с ним, она вдруг осознала, что он принадлежит другой женщине. Для неё он был потерян. Навсегда. Айрис жалела, что так поздно поняла, какие на самом деле испытывает чувства к Энтони. Возможно, если бы она осознала это раньше... Но к чему гадать? Уже ничего нельзя было изменить. Она посмотрела на него холодным равнодушным взглядом, попросив его забыть всё, что было между ними.

В данный момент он вновь смотрел на неё тем же взглядом, каким провожал её тогда... с надеждой и любовью...

Всего пара шагов и он оказался рядом. Она могла чувствовать аромат его кожи. Видела, как бьётся жилка на его шее.

Костяшками пальцев Энтони нежно провёл по её щеке. Медленно склонил свою голову к её лицу. Почти соприкоснулся губами с её.

- Не прогоняй меня, Айрис... Ты очень сильно мне нужна...

Его голос. Взгляд. Нежные прикосновения. Приоткрытые губы в миллиметре от её. Горьковатый аромат парфюма.

Айрис не смогла противостоять. Приподнялась на носочки, прижавшись к его груди. Обняла за талию, положив голову на его плечо. Энтони прижал её крепче, отрывая от пола. Подхватил на руки. Её стройные ноги обхватили его за талию. Грудь Айрис оказалась практически на уровне его лица. Она выгнулась в спине. Твёрдые соски манили. Он склонил голову к её груди, губами пленяя набухший сосок. Их стоны вырвались одновременно. Оба были поражены теми чувствами, что вспыхнули между ними от одного лишь прикосновения. Даже их сердца бились в одном такте.

Словно не было всех этих лет. Словно они снова оказались в номере отеля в Венеции. Одни лишь чувства. Голый инстинкт - принадлежать любимому, быть его частью, стать одним целым.

Айрис проснулась с первыми лучами солнца. Она лениво потянулась в постели, разминая затёкшие мышцы. Не открывая глаза, улыбнулась, чувствуя себя как никогда лучше. Ощущение длилось недолго. Резко сев в постели, она стала озираться по сторонам. На кресле валялись чёрная мужская футболка и джинсы, на полу - мужские ботинки, а на прикроватной тумбочке - часы марки Ulysse Nardin. Она буквально взвыла сквозь стиснутые зубы, от чего у неё сильно заболела голова. Дверь ванной комнаты приоткрылась, и из неё показался Энтони в одном лишь полотенце, обёрнутым вокруг его бёдер. Капли воды соблазнительно стекали с его волос, проделывая себе дорожку сквозь поросль на груди к мягкой ткани полотенца. Айрис невольно проследила путь нескольких таких капель. Затем перевела взгляд на Энтони. В его глазах отражались теплота и умиротворение. Он был таким... домашним...

- Когда Ария должна вернуться домой?

- Я собиралась забрать её завтра, - машинально ответила она.

Он кивнул, задумчиво посмотрев на свою одежду.

- Можно я останусь у тебя ещё на одну ночь?

Неожиданный вопрос. Смысл его не сразу дошёл до Айрис.

- Можно обсудить это... Только чуть позже. Сперва я бы хотела принять душ.

- Я мог бы приготовить завтрак.

Она кивнула. Пауза. Неловкое молчание. Айрис застенчиво прикрывала голую грудь простынёй, неловко переводя взгляд по комнате.

- Тебя что-то смущает?

- Конечно же, нет, - раздражённо фыркнула она.

- Почему тогда ты не смотришь на меня?

Она собралась с мыслями. На языке вертелось резкое замечание. Ей хотелось отсчитать его за поздний визит, за поцелуй и взгляд, против которого она не смогла устоять. Ей в большей степени хотелось отсчитать себя за глупость и слабость, за то, что не смогла противостоять первобытной физической потребности.

Айрис закусила губу. Перевела на него взгляд, в котором он отчётливо увидел сожаление и раскаяние. Словно эта ночь была ошибкой. Возможно, так оно и было. Им не стоило поддаваться страсти. Ему не стоило приходить к ней, просить о помощи... Он лишь всё усложнил...

Энтони запустил руку в волосы, нервно проведя по затылку. Не решаясь больше взглянуть в сторону Айрис, он быстро схватил свою одежду, пробормотав, что будет ждать её на кухне.

Она несколько минут сидела в нерешительности. Хотела всё обдумать, но мысли никак не желали становиться в ряд. Всё было спутано. Впервые она была одновременно счастлива и разбита.

Энтони почувствовал её присутствие рядом по едва уловимому аромату в воздухе. Свежие, искрящиеся цветочные ноты. Он глубоко вдохнул, прежде чем развернуться к ней.

Стол был накрыт. На ярко оранжевых тарелках красовалась яичница с беконом. Энтони подошёл творчески к оформлению блюд, придав им вид забавных, позитивных рожиц. Он налил кофе, взглядом указывав Айрис, чтобы она села напротив него. Наблюдая за ним из-под полуопущенных ресниц, Айрис присела на стул. Его движения были грациозными и такими естественными. Он не смотрелся лишним в её маленькой кухне. Вообще, казалось, таким привычным завтракать с ним наедине. Она мечтала об этом. В тайне даже от самой себя, боясь признаться, в такой слабости, как желание быть зависимой от сильного мужчины.

Он пил чёрный кофе без сахара. Не сводил с неё своих тёмных глаз, окружённых чёрными длинными ресницами. Ей хотелось заурчать от неги, что приятной волной разливалась по её телу. Она буквально таяла под его взглядом.

Энтони отставил свою чашку в сторону. Взял её руку в свою ладонь. Она инстинктивно хотела её отдернуть, но он мягко удержал тонкое запястье. Провёл нежно большим пальцем по линиям на внутренней стороне ладони. Айрис глубоко вздохнула.

- Я не могу без тебя... - едва пошевелив губами, произнёс Энтони.

Айрис напряглась, как струна. Мотнула головой, подумав, что ей послышалось.

- Ты нужна мне, Айрис, - на тон громче произнёс Энтони.

На её лбу отразилась глубокая складка. Она резко выдернула свою руку из его. В её глазах мелькнули искры гнева.

- В Эйприл ты тоже нуждаешься? - её голос надломился.

Он не знал, что ей ответить. Изнутри его пожирала боль, разрывая сердце на мелкие кусочки. Разумом Энтони понимал - насколько он двуличен. Нельзя любить двух женщин, пусть и не в равной степени. Не правильно желать заботиться о них обеих. Но он не мог иначе... Энтони не мог уйти от Эйприл. Оставить её одну, без поддержки, внимания и заботы... Он бы ненавидел себя всю свою жизнь. Он нуждался в Айрис, нуждался в женщине, которая заботилась бы о нём самом. Её голос успокаивал и придавал сил. Её тело сводило его с ума. Она была матерью его единственного ребёнка. С ней он был счастлив, забывая о боли и одиночестве.

- Почему ты до сих пор одна, Айрис? Почему не вышла замуж за Джуно?

- Это тебя не касается, - ощетинилась она.

- Я думаю, что ты до сих пор одна, потому что ни один мужчина не может сравниться со мной.

- Самомнения тебе не занимать, - цинично перебила она его, - в этом точно ни один мужчина не сравнится с тобой.

Проигнорировав её колкость, Энтони продолжил:

- Признайся, что я тебе не безразличен.

- Это не имеет значения.

- Прошлую ночь мы занимались с тобой любовью, - с нажимом на каждом слове произнёс он.

- Половой акт, совершённый под сложившимися обстоятельствами.

- В экстазе ты выкрикивала моё имя, - на тон глубже произнёс он.

- С таким же успехом я могла выкрикивать любое другое мужское имя.

Её слова задели его, но Энтони ни показал вида.

- Думаю, на такую страсть ты способна лишь только со мной.

- Это не говорит о том, что я люблю тебя.

- Нет, - растянуто произнёс Энтони, - но твои глаза не могут лгать. Ты любишь меня. И нуждаешься в моей помощи.

- Помощи? - переспросила она.

- Позволь мне позаботиться о твоих проблемах, Айрис. Я могу тебе помочь.

Он решил сразу перейти в наступление, не дав ей шанса к отступлению. Она бы никогда не призналась в своих проблемах, тем более - просить помощи от кого-либо не было её особенной чертой характера. Айрис - упрямая и гордая. Он любил эту женщину, особенно сейчас, наблюдая за противоречивыми чувствами, так отчётливо читаемыми на её красивом лице.

- Мне не нужно оказывать никакой помощи, - раздражённо процедила она сквозь зубы.

- Если через неделю ты не заплатишь по закладной, у тебя заберут дом. Я видел уведомление.

- Какого чёрта? - возмутилась Айрис, прожигая его своим взглядом. - Ты не имел право рыться в моих личных вещах!

- Ещё как имею, - спокойно ответил он. - Ты мать моего ребёнка. Ты дорога мне и я хочу тебе помогать. Перестань упрямиться и позволь мне позаботиться о тебе.

- Позволить себе стать твоей любовницей?

Её слова резанули по самому живому. Энтони, тяжело вздохнув, прикрыл глаза рукой.

- Айрис, я больше, чем кто-либо устал ото всей этой лжи. Поверь, я пытался всё рассказать Эйприл, но... - его голос оборвался, в глазах была такая грусть, словно он сейчас вспоминал самый худший день в своей жизни. - Это было ужасно. Она разволновалась, стала кричать на меня, а потом замолчала, так долго ничего мне не говорила. Просто сидела и смотрела в одну точку и плакала. Её слёзы просто убивали меня.

Айрис внимательно слушала его. У неё самой стояли слёзы в глазах от предчувствия чего-то ужасного. На Энтони вообще лица не было, словно бы он полностью ушёл в себя, заново проживая тот разговор с Эйприл.

- Потом с ней случился приступ. Я даже не понял сначала, что произошло. Она просто сидела, а затем резко упала на пол. Её тело словно парализовало. Я растерялся... Боже, я думал, что сойду с ума... - он закрыл лицо ладонями. - Чёрт, я был таким идиотом. Она жаловалась на головные боли и тошноту. У неё случались нервные срывы. Я должен был понять, что это не простое заболевание, - на его лице отразилось чувство вины. - Позже... после всех этих грёбанных анализов врачи диагностировали опухоль спинного мозга, - он тяжело вздохнул, словно набираясь сил для следующих слов. - Сегодня стало известно, что опухоль злокачественная, - его голос оборвался.

У Айрис ком встал в горле. На её лице появилось выражение сочувствия, жалости к молодой женщине. Это несправедливо! Эйприл ничем не заслужила такое! Почему она?

- Она не помнит того разговора... Если бы я...

- Энтони не смей себя винить в том, что случилось с Эйприл. Это не твоя вина...

- Конечно же, моя, Айрис, - грубо перебил он её. - Я один во всём виноват и мне с этим жить...

Айрис обняла Энтони за плечи. Ей хотелось согреть его, дать почувствовать, что он не один. Она - рядом. Она поможет ему не думать о плохом. Она заберёт часть его боли себе.

Энтони с благодарностью поцеловал её в волосы. Ласково, едва касаясь, провёл пальцами по щеке. Он всматривался в её лицо, поднятое к нему. Её глаза светились нежностью. Улыбка едва тронула уголки её губ. Она была рядом. Он мог обнять её, не боясь причинить вреда. Мог поцеловать, зная, что в ответ она поцелует его со страстью, свойственной ей одной. Она была его раем, и ему хотелось здесь задержаться настолько долго, насколько сможет. И пусть потом муки совести, голос чести будут пытать его каждую секунду, он всё стерпит. Всё что угодно, лишь бы задержаться в её объятиях на какое-то время.

- Ты тоже мне нужен, Энтони...

Её шёпот. Чуть приоткрытые губы. Доверчивые и понимающие глаза.

Он не заслуживал любви этой женщины, но он так нуждался в ней...

Несколько лет прошло с того разговора. Их дочь уже пошла в школу. Девочка росла и с каждым днём всё больше напоминала Айрис своего отца. Любой отец мог бы гордиться такой дочерью, как и любая дочь - любить такого отца. Иногда Айрис казалось, что Ария догадывается о своём происхождении. Она была весьма наблюдательной девочкой, мало что могло остаться без её внимания. Чувство вины стало повседневным спутником Айрис. Как бы оно её не тяготило, со временем она привыкла к его присутствию рядом.

Энтони пошевелился, затем перевернулся на другой бок. Открыв глаза, он увидел Айрис, сидящую рядом со скрещенными ногами. Её взгляд был затуманен. По щекам струились капли слёз. Она казалась отсутствующей, задумчивой.

- Что с тобой? - он коснулся её руки. - Тебе плохо?

Она повела плечом, наклонив голову в его сторону.

- Всё нормально, - с печалью произнесла она. - Я просто немного устала...

Он притянул её ближе к себе, заключив в крепкие объятия.

- Эйприл угасает с каждым днём... Она уже никого не узнаёт... Боль такая сильная, что никакие лекарства не могут помочь...

- Почему тогда ты здесь, а не с ней рядом?

- Потому что я трус, Айрис. Не могу смотреть, как моя жена умирает в муках...

Эти полгода, что они не виделись, Энтони проживал, словно в аду. Круглосуточное самоистязание. Ежесекундные мучения от неспособности помочь своей жене... хотя бы как-то облегчить её страдания.

Радиотерапия изначально помогала сдерживать рост раковых клеток, уменьшала ряд неврологических симптомов. Но опухоль становилась всё больше и больше. Попытка радикального удаления опухоли хирургическим методом с последующей рентгенотерапией не помогла. Эйприл испытывала боль, не поддающуюся медикаментозному лечению.

Он, как и все остальные близкие ей люди, не мог смириться с её кончиной. Эйприл не заслуживала смерти... не такой... Она была так молода, полна энергии и сил... Но после болезни стала лишь телесной оболочкой. Глаза были пусты, безжизненны... Энтони хотел, чтобы последние дни своей жизни она провела дома, чтобы она могла умереть в своей постели, на простынях, что она с такой заботой и любовью выбирала сама... а не на больничной койке, с проводами и иголками в венах, подающих в её кровь морфин, поддерживающих в ней жизнь, продлевающих её дни.

Её родители были против. Они не желали расставаться со своей дочерью... не могли её отпустить...

- Соболезную, сын...

Бернардо положил свою широкую ладонь на его плечо. Притянув к себе, обнял сына. Энтони не стал сопротивляться. Ему вообще не хотелось, чтобы кто-либо до него дотрагивался. Но это был его отец. Он и мать прилетели на похороны Эйприл.

Его жена умерла...

Её больше нет...

Но в его воспоминаниях она всегда останется живой, ранимой, любящей...такой милой... с запахом сандала и цитрусовых...

Она была частью его жизни. Она навсегда останется в его сердце.

Он будет скучать по её смеху... по тому, как она будила его по утрам - нежно шепча на ухо слова любви ... обнимая и целуя его в шею...

Отец что-то говорил, но Энтони его не слышал, полностью погрузившись в свои мысли.

- Энтони?

- Да? - услышав своё имя, он посмотрел на отца невидящим взглядом. - Ты что-то сказал, отец?

- Мы решили задержаться в городе на неделю. Приходи завтра поужинать с нами, не дело тебе оставаться одному в этих четырёх стенах.

- Хорошо, отец, - Энтони кивнул и отошёл в сторону.

Скорбь витала в воздухе. Он был буквально пропитан ею. Она впивалась в каждую клеточку, разъедая изнутри.

Энтони вырвался наружу. Ему хотелось сбежать подальше ото всех этих сочувствующих взглядов. Он поймал такси, попросив таксиста ехать прямо. Взглянув на Энтони, молодой человек не стал задавать лишних вопросов, нажав на педаль газа.

Проехав несколько кварталов, Энтони вышел, решив пройтись пешком. Он не смотрел на дорогу, практически не различая, куда идёт. Он не знал, сколько прошло времени, когда остановился, услышав знакомый смех. Энтони повернул голову в сторону искристых ноток. Только этот смех мог вызвать на его лице улыбку в такой день. Только он смог вытеснить на какое-то время в его сердце боль. Смех его дочери.

Ария со своими подружками - тринадцатилетними сверстницами - устроили пикник в парке. Четыре молодые балерины, стройные и грациозные. Они выбивались из общей картины своими гибкими подтянутыми телами, классическими причёсками, пуантами. Девушки репетировали какой-то номер, наверное, готовясь к экзамену в балетной школе.

Он наблюдал за дочерью. Как обычно, скрываясь. За эти годы он научился быть незаметным. Но в этот день ему хотелось поступить иначе. Когда они стали собирать свои вещи, он подошёл к ним ближе.

Энтони позвал дочь по имени.

Ария повернула голову на звук его голоса. Улыбнулась так, что на её правой щеке выступила ямочка. Его сердце пропустило удар.

- Тони?

- Привет... - он неловко махнул рукой, растеряно улыбнувшись в ответ. - Я просто проходил мимо, увидел вас... Вы прекрасно танцуете.

- Спасибо.

Девочки засмеялись, смущёно прикрыв глаза. Ария потянула за лямки своего рюкзака. Она казалась такой хрупкой, а рюкзак таким тяжёлым. Ещё чуть-чуть и тяжесть рюкзака могла пересилить, потянув за собой девочку на землю.

- Позволь тебе помочь, - он протянул руку к её рюкзаку. - Можно проводить тебя до дому?

Она сомневалась несколько секунд, взвешивая "за" и "против".

- Конечно, - кивнула подружкам, попрощавшись с ними.

Пока они шли до её дома, Ария болтала без умолку. Рассказывала о своих занятиях в художественной школе, о балете, о совмещении того и другого с учёбой. Он так сильно гордился своей малышкой... так сильно её любил...

Энтони и не заметил, что с его лица не сходила улыбка, пока он слушал болтовню своей дочери. Она была такой весёлой, забавной... полной жизни и энергии...

Её голос возрождал его к жизни.

Впервые помимо скорби он стал чувствовать что-то ещё.

Энтони не заметил, как быстро пролетело время. Проводив её до дома, он остановился, всматриваясь в лицо дочери.

- Спасибо тебе.

- За что?

- За то, что помогла мне забыть кое-что на время, - ответил он.

- У тебя такой взгляд грустный, - тихо произнесла девочка. - Случилось что-то ужасное?

- Сегодня я похоронил свою жену, - сдавлено произнёс он.

Энтони не ожидал подобной реакции от девочки. Она кинулась ему в объятия, крепко обняв. На своём плече он почувствовал мокрое пятно. Малышка плакала, ещё крепче обнимая его. Растеряно, он прижал её ближе, проведя рукой по волосам. По его щеке скатилась слеза. Утешение дочери нашло отклик в его сердце. На миг ему стало легче.

Ария отстранила своё заплаканное лицо. Посмотрев ему в глаза, сказала:

- Можешь завтра снова проводить меня до дома.

Он кивнул, не в силах сказать что-либо.

- До завтра, - она поцеловала его в щёку.

Он отстранился в сторону, на миг задержав прядь её волос в своей руке.

- До завтра, малышка.

Энтони смотрел на свою дочь, пока та не закрыла дверь в дом. Затем он развернулся, быстро зашагав в сторону проезжей части, чтобы поймать такси.

Эпилог

- Ароматы ромашки, сена... немного фруктовых ароматов, - она поводила жидкость во рту. - Не яркое, но гармоничное. С чуть заметной миндальной нотой. Это несомненно Гави да Гави ла Толенада! - возбуждённо воскликнула девушка.

- Хм... Недурно... Очень даже, недурно, молодая леди, - с самодовольными нотками произнёс мужчина. - А что скажешь насчёт этого вина?

Он вложил в её руку бокал. Девушка наклонила голову к бокалу с вином, первоначально оценив его цвет, взболтнула его, чтобы запах вина появился в воздухе. Глубоко вздохнула букет напитка. Сделала глоток, подержав его во рту. Все её вкусовые рецепторы мгновенно активировались, различая малейшие тонкости.

- Яркий, но в тоже время строгий вкус, - у неё в голове появилась ассоциация - сигареты, дым, дорогая кожаная мебель. - В аромате чувствуются кедровые орешки и сухофрукты.

- Верно.

- Барбареско котта? - спросила она, неловко прикусив нижнюю губу.

- Умница! - воскликнул мужчина. - Моя внучка! Мои гены!

Старик чуть ли не в пляс подался, обнимая девушку. Через несколько минут он всё же танцевал с ней, смеясь громко, так что даже на отдалённых участках винной плантации рабочие слышали его голос.

- Бернардо, отпусти бедную девочку! Ты задушишь её в своих объятиях! - выходя из дома с подносом еды, произнесла женщина с чёрными волосами, которые к её шестидесяти годам едва были задеты седыми прядками.

- Молчать, женщина! - в шутливом тоне передразнил её муж.

- Дед... ну, правда, отпусти, - попросила девушка. - Тебе же нельзя поднимать тяжести.

- Тяжести? - переспросил он. - Это кто у нас тут тяжёлый? Ты что ли, мешок с костями?

- Я? Мешок с костями? - возмущённо воскликнула девушка.

- Ну не я же, - старик довольно похлопал себя по выступающему животу, опустив внучку на ноги. - Вон, одни кожа да кости, - он указал на неё.

- Ничего подобного, - перебила его жена. - У Арии очень красивое и женственное тело.

Старик лишь фыркнул на её высказывание, но спорить не стал продолжать. Это была их вечная тема для препирательств. В этот раз он решил отступить. Ужин остывал.

Content

Мила Бонди
Броситься в объятия мужчины

1

2

3

4

5

Эпилог