Шиллер Н., Осипов М. А.

Клиническая эхокардиография

Предисловие

Профессора Нелсона Шиллера можно смело отнести к числу экспертов с мировым именем в области эхокардиографии. Лаборатория, которой он руководит, — одна из ведущих в США. Результаты исследований проф. Шиллера публикуются в ведущих медицинских журналах США, докладываются на международных конференциях по кардиологии.

Из Лаборатории вышли прекрасные работы по количественным методам в двумерной эхокардиографии, неинвазивному изучению давления в легочной артерии в покое и при нагрузке, интраоперационному мониторингу сократимости левого желудочка, контрастной эхокардиографии, неинвазивному изучению коронарной анатомии, поражению сердца при синдроме приобретенного иммунодефицита. В не меньшей степени, однако, всемирная известность Лаборатории связана с учебной, популяризаторской деятельностью ее руководителя.

Проф. Шиллер ежегодно читает лекции во многих странах мира, и эти лекции всегда пользуются успехом. Данная монография в большой степени обязана своим появлением глубокому интересу проф. Шиллера к состоянию кардиологической науки и практики в нашей стране. Проф. Шиллер написал этот труд в соавторстве с московским кардиологом М. А. Осиповым, стипендиатом Американской кардиологической ассоциации, который в течение года работал в Калифорнийском Университете в Сан-Франциско.

В гл. 1 и 3 содержатся основные сведения о физических принципах и технических аспектах всех разновидностей современного эхокардиографического исследования. В гл. 2 в очень ясной форме даны сведения о стандартных эхокардиографических позициях; эту главу можно считать одной из безусловных удач книги, поскольку правильное получение стандартных позиций — необходимое условие для грамотного проведения исследования.

Гл. 4 и приложение («Стандарты эхокардиографического заключения») делают эту книгу непохожей на все ранее написанные монографии по эхокардиографии, поскольку в этих разделах суммирован многолетний опыт работы одной из ведущих эхокардиографических лабораторий мира. В гл. 4 рассказано о порядке проведения исследования, принятом в Лаборатории. В приложении содержатся унифицированные формулировки эхокардиографического заключения. Многие начинающие врачи-эхокардиографисты испытывают трудности, когда дело доходит до необходимости сформулировать результаты исследования, — набор унифицированных формулировок поможет эти трудности преодолеть. Просматривая рекомендованный набор формулировок можно лишний раз убедиться в том, насколько велики возможности эхокардиографии.

Гл. 5—14, в которых рассказано об эхокардиографической диагностике патологии камер сердца, клапанов (в том числе протезированных), перикарда, о врожденных пороках сердца, вполне традиционны для учебника по эхокардиографии. Эти главы написаны в сжатой форме, но в целом весьма информативны. Авторы дают четкие рекомендации по количественной оценке систолической и диастолической функции левого желудочка, оценке тяжести клапанной патологии (включая протезированные клапаны), диагностике тампонады сердца и констриктивного перикардита, формулируют общие принципы диагностики врожденных пороков сердца. В книге много таблиц и прекрасные иллюстрации (подавляющее большинство которых сделаны М. А. Осиповым с видеозаписей из архива Лаборатории).

Гл. 15 в основном посвящена относительно новому для отечественной кардиологии методу — эхокардиографическому изучению локальной сократимости миокарда левого желудочка при нагрузке для диагностики ишемической болезни сердца. Подробно изложена методика проведения стресс-эхокардиографии. Раздел, посвященный применению эхокардиографии во время чреспищеводной электростимуляции сердца и во время инфузии добутамина, в большой степени основан на личном опыте М. А. Осипова, который, работая во 2-м Московском медицинском институте, провел около 500 стресс-эхокардиографических исследований. Подробно изложены достоинства и недостатки метода. Представляется, что в нашей стране стресс-эхокардиография должна занять одно из ведущих мест среди неинвазивных методов диагностики ишемической болезни сердца, так как широкое применение радиоизотопных исследований сердца (конкурирующих со стресс-эхокардиографией по своей диагностической ценности) в ближайшее время вряд ли будет возможно.

Допплеровская оценка давления в легочной артерии при физической нагрузке — одно из наиболее широко проводимых исследований в Лаборатории эхокардиографии Калифорнийского Университета в Сан-Франциско. Проф. Шиллер — горячий сторонник широкого применения этого метода в повседневной кардиологической практике. С лекцией на эту тему он выступал в 1991 году на 1-м симпозиуме Всесоюзной ассоциации ультразвуковой диагностики в Москве. В гл. 15 содержится детальное описание допплеровского метода изучения давления в легочной артерии при нагрузке. Гл. 16 посвящена чреспищеводной эхокардиографии. В этой области Лаборатория проф. Шиллера занимает одну из лидирующих позиций: в ней проведено около 3000 чреспищеводных эхокардиографических исследований, включая амбулаторные исследования, исследования в блоке интенсивной терапии и в операционной. К сожалению, в нашей стране этот метод пока недостаточно распространен. Поэтому представляется очень своевременной публикация подробной методики чреспищеводной эхокардиографии с указанием сферы ее применения и трудностей, с которыми могут встретиться те, кто начнет осваивать этот метод. Эта глава особенно богата интересными иллюстрациями.

Библиография содержит 291 литературный источник, по большей части — литературные обзоры, учебники и атласы. Авторы постарались указать основные работы, необходимые для дальнейшего чтения. Большинство из них относятся к 1988—91 гг. Около 60 работ из помещенных в списке выполнены в Лаборатории проф. Шиллера; чтение их позволит лучше познакомиться с научной деятельностью Лаборатории.

Эта книга рассчитана на несколько категорий врачей.

Тем, кто намерен начать изучать эхокардиографию для того, чтобы самостоятельно проводить клинические исследования, можно порекомендовать прочитать книгу с начала до гл. 14, а к гл. 15 и 16 вернуться позже. К гл. 4 и приложению рекомендую постоянно обращаться в процессе работы.

Тем, кто не намерен самостоятельно проводить клинические исследования, но хотел бы ближе познакомиться с возможностями современной эхокардиографии, можно посоветовать начать чтение с главы 5 («Левый желудочек») и читать книгу до конца.

Тем, кто уже имеет опыт работы в качестве врача-эхокардиографиста, наиболее интересны гл. 15 и 16, разделы, посвященные цветному допплеровскому сканированию (из гл. 3), а также разделы, посвященные организации работы в Лаборатории эхокардиографии Калифорнийского Университета (гл. 4 и приложение). Опытным врачам-эхокардиографистам, особенно тем, кто занимается научной работой, будут также интересны разделы, рассказывающие о методах количественной оценки систолической и диастолической функции левого желудочка, о критериях тяжести поражения клапанов сердца, о поражении сердца при синдроме приобретенного иммунодефицита.

Думаю, что этой книге обеспечен большой успех.

О. Ю. Атьков, доктор медицинских наук, профессор,

Руководитель Отдела новых методов диагностики

Института клинической кардиологии им. А. А. Мясникова КНЦ РАМН

От авторов

История написания этой книги началась с моей поездки в Москву в ноябре 1991 года, когда я удостоился чести прочитать лекцию на симпозиуме по эхокардиографии в Кардиологическом научном Центре. На меня произвел впечатление жадный интерес российских врачей к ультразвуковым исследованиям сердца; кроме того, я узнал о нехватке современных учебников по эхокардиографии на русском языке. Я обсудил это с московским кардиологом Максимом Осиповым, работавшим в то время в качестве стажера-исследователя в Калифорнийском Университете в Сан-Франциско (UCSF), и мы решили переработать и расширить главу по эхокардиографии в учебнике «Кардиология» (под редакцией Parmley и Chatterjee), написанную мной незадолго до этого.

В течение восьми месяцев работы Осипов не только перевел мою главу на русский язык, но и дополнил ее так, чтобы настоящий труд в полной мере отражал положение дел в современной эхокардиографии. Для того, чтобы русский вариант книги соответствовал теоретическим и практическим установкам, принятым в Лаборатории эхокардиографии UCSF, мы использовали следующий метод работы: встречаясь со мной почти ежедневно, Осипов устно переводил мне текст на английский, что позволяло мне обсуждать и совершенствовать нашу книгу. Разумеется, такой метод работы был осуществим только благодаря тому, что Осипов прекрасно говорит и пишет по-русски и по-английски и обладает глубоким знанием кардиологии и эхокардиографии. Без соединения этих замечательных качеств в моем соавторе данная книга не была бы написана.

Я от всей души надеюсь на то, что эта книга, когда она выйдет в свет, усилит интерес кардиологов, читающих по-русски, к эхокардиографии и пополнит их знания. Если мои надежды не напрасны, это пойдет на пользу лечению больных и исследовательской работе.

Нелсон Б. Шиллер

Для того, чтобы появилась эта книга, понадобилась помощь многих людей.

Работа над книгой началась благодаря интересу профессора Нелсона Шиллера к России и его готовности тратить время и силы на то, чтобы появилось современное руководство по эхокардиографии на русском языке. Работать в Калифорнийском Университете в Сан-Франциско мне позволила стипендия Американской кардиологической ассоциации на 1991/92 гг.

Я благодарен сотрудникам Лаборатории эхокардиографии Университета E. Foster и R. Redberg, G. Fazio, J. Jue, T. Winslow и M. Eisenberg, проявлявшим интерес к моей работе и активно помогавших своими советами.

Я выражаю искреннюю признательность своим первым учителям по эхокардиографии, врачу Михаилу Майскому и его жене Ирине, работающим сейчас в Бостоне, которые проделали большую работу по рецензированию этой книги.

Отдельно я хотел бы поблагодарить своего друга, Михаила Харитонова, аспиранта Стэнфордского Университета, за неизменное участие и помощь.

Книга издана за счет американской фирмы ACUSON. Я благодарен сотрудникам московского представительства фирмы за большую помощь в организации издания книги.

Свой труд над книгой «Клиническая эхокардиография» я посвящаю памяти отца, писателя Александра Марьянина (Фихмана).

Максим Осипов

Глава 1. Физические принципы ультразвуковой визуализации сердца

Физика ультразвука

Ультразвук — это звук с частотой более 20000 колебаний в секунду (или 20 кГц). Скорость, с которой ультразвук распространяется в среде, зависит от свойств этой среды, в частности, от ее плотности. Скорость распространения ультразвука в тканях человека при температуре 37°С равна 1540 м/с. Звук имеет волновую природу и его распространение подчиняется таким же законам, что и процесс распространения света. Знание этих основных законов существенно для понимания принципиальных основ эхокардиографии.

Если плотность, структура и температура одинаковы по всей среде, то такая среда называется гомогенной. В гомогенной среде волны распространяются линейно. Различные среды обладают различными свойствами, из которых для нас особенно важен акустический импеданс. Акустический импеданс равен произведению плотности среды на скорость распространения в ней звука и характеризует степень сопротивления среды распространению звуковой волны. Скорость распространения ультразвуковой волны в тканях практически постоянна, поэтому в эхокардиографии акустический импеданс — лишь функция плотности той или иной ткани. Разные ткани: миокард, перикард, кровь, створки клапанов и т. д. — имеют разную плотность. Даже при незначительном различии плотностей между средами возникает эффект «раздела фаз» [interface]. Ультразвуковая волна, достигшая границы двух сред, может отразиться от границы или пройти через нее. При этом: 1) угол падения равен углу отражения; 2) из-за различий акустических импедансов сред угол преломления не равен углу падения.

Соотношение между углом падения (отражения) и углом преломления описывается формулой: n_1/n_2 = sin θ_2/sin θ_1, где n — акустический импеданс, t — угол между направлением распространения звуковой волны и перпендикуляром к границе фаз.

Чем меньше угол падения (т. е. чем ближе направление распространение звуковой волны к перпендикуляру), тем больше доля отраженных звуковых волн. Доля отраженного ультразвука определяется тремя факторами: 1) разностью акустического импеданса сред — чем больше эта разность, тем больше отражение; 2) углом падения — чем ближе он к 90°, тем больше отражение; 3) соотношением размеров объекта и длины волны — размеры объекта должны быть не менее 1/4 длины волны. Для измерения меньших объектов требуется ультразвук с большей частотой (т. е. с меньшей длиной волны).

Пространственная разрешающая способность метода [resolution] определяет расстояние между двумя объектами, при котором их еще можно различить. Например, частота 2,0 МГц дает разрешающую способность в 1 мм. Однако, чем выше частота, тем меньше проникающая способность ультразвука (глубина проникновения): тем легче происходит его затухание [attenuation]. Таким образом, важно найти оптимальную частоту, которая дает максимальную разрешающую способность при достаточной проникающей способности. В табл. 1 приведены значения «половинного затухания» для разных сред, т. е. расстояния, на которых ультразвуковые волны с частотой 2,0 МГц теряют половину своей энергии.

Таблица 1. Значения половинного затухания ультразвуковых волн с частотой 2,0 МГц в различных средах

Среда

Расстояние, см

Вода

380

Кровь

15

Мягкие ткани (кроме мышц)

1—5

Мышечные ткани

0,6—1

Кости

0,7—0,2

Воздух

0,08

Легкие

0,05

Feigenbaum H: Echocardiography, 4th ed. Philadelphia, Lea & Febiger, 1986

Структуры, в которых происходит полное затухание ультразвуковых волн, иными словами, через которые ультразвук не может проникнуть, дают позади себя акустическую тень [shadowing]; при исследовании сердца такой эффект дают кальцинированные структуры и протезированные клапаны сердца.

Ультразвуковой датчик

Датчик [transducer] — это устройство, преобразующее один вид энергии в другой. В эхокардиографии мы имеем дело с преобразованием электрической энергии в механическую и наоборот. В датчике это преобразование осуществляется специальным кристаллом — пьезоэлектрическим элементом. Пьезоэлектрический элемент изменяет свои размеры под воздействием электрического тока и, напротив, порождает электрический ток под действием приложенного к нему давления, например, со стороны ультразвуковых волн. Таким образом, пьезоэлектрический кристалл может посылать и принимать ультразвуковые волны. В датчике пьезоэлектрический элемент находится между двумя электродами (плюс и минус). Проходящий через элемент электрический ток заставляет его то расширяться, то сжиматься и тем самым генерировать ультразвуковые волны. С другой стороны, приходящие ультразвуковые волны элемент преобразует в электрические импульсы, регистрируемые катодным осциллографом. Оптимальная длина пьезоэлектрического элемента равна 1/2 длины волны. В этом случае элемент колеблется с резонансной частотой. Колебания пьезоэлектрического элемента распространяются по всем направлениям, в том числе в направлении корпуса датчика. Чтобы исключить волны, отраженные от корпуса датчика, корпус выстилают поглощающим материалом. Генерированный ультразвуковым датчиком сигнал распространяется на некоторое расстояние, называемое ближней зоной [near field], в виде пучка параллельных волн, которые затем расходятся в так называемой дальней зоне [far field]. Наилучшим образом могут быть исследованы объекты, находящиеся в ближней зоне: здесь выше интенсивность излучения и больше вероятность того, что ультразвуковые лучи распространяются перпендикулярно границе раздела фаз. Интенсивность измеряется числом волн на единицу площади. Протяженность ближней зоны (l) зависит от радиуса датчика (r) и длины ультразвуковой волны (λ): l = r/λ. Поскольку λ = V/f, где V — скорость распространения ультразвука в тканях, а f — его частота, и V = 1540 м/с, получим: l = r^2×f/1540.

Отсюда ясно, что размер ближней зоны можно увеличить, увеличив частоту или радиус датчика. Сведения, приведенные в табл. 2, могут быть полезны при выборе наиболее подходящего датчика для визуализации сердца.

Таблица 2. Сравнительная характеристика различных ультразвуковых датчиков

Параметры датчика

Преимущества

Недостатки

Малый диаметр

Датчик можно использовать при узких межреберьях, его можно сильно отклонять, дает тонкий пучок в ближней зоне

Короткая ближняя зона, большая дивергенция в дальней зоне

Большой диаметр

Длинная ближняя зона, относительно малая дивергенция в дальней зоне

Низкое латеральное разрешение из-за широкого пучка

Высокая частота

Высокая разрешающая способность, длинная ближняя зона

Низкая проникающая способность

Низкая частота

Высокая проникающая способность

Низкая разрешающая способность, короткая ближняя зона

Применив конвергирующие и рассеивающие линзы, можно удлинить ближнюю зону и уменьшить расхождение ультразвуковых лучей в дальней зоне. Конвергирующие линзы фокусируют параллельные ультразвуковые волны и используются в датчиках для сжатия пучка. Они формируют узкий пучок высокой интенсивности на коротком участке, за пределами которого лучи расходятся, но не в такой степени, как это было бы без использования конвергирующих линз. В современных датчиках фокусировка ультразвуковых лучей осуществляется не оптическими линзами, а электронными средствами.

В общем виде процесс работы эхокардиографа может быть представлен следующим образом. В некоторый момент времени датчик посылает короткий ультразвуковой импульс. Импульс линейно распространяется в гомогенной среде до тех пор, пока не дойдет до границы раздела фаз, где происходит отражение или преломление ультразвуковых лучей. Через время, равное Δt, отраженный звук (эхо) вернется к датчику, который теперь работает как приемник. Зная скорость распространения звуковой волны (1540 м/с) и время, за которое звук прошел расстояние до границы фаз и обратно (Δt), можно вычислить расстояние между датчиком и этой границей (D): D = 1540×Δt/2.

Это соотношение между временем и расстоянием и лежит в основе метода ультразвуковой визуализации сердца. Обычно в эхокардиографии используют ультразвуковые импульсы длительностью около 1 мс. Пьезоэлектрический элемент работает в режиме генерации менее 1% времени, а все остальное время — в режиме приема. При этом пациент получает минимальные дозы ультразвукового облучения.

Запись эхо-сигналов

Интенсивность принимаемого эхо-сигнала зависит от того, какая часть посланного сигнала отразилась от границы раздела фаз и вернулась к датчику. Интенсивность принятых эхо-сигналов может быть графически представлена на осциллоскопе (экране эхокардиографа) в различных режимах (рис. 1.1). Это могут быть электрические импульсы различной амплитуды; при этом по другой оси координат откладывается расстояние от датчика до исследуемых структур. Такая форма графического представления эхо-сигналов получила название А-модального режима эхокардиографии (А — от «амплитуда»). Недостаток такого режима эхокардиографии — невозможность изобразить движение. Изображение регистрирует расстояние между объектом и датчиком, измеренное данным сигналом в данный момент времени. Чтобы зарегистрировать движение какой-либо структуры, нужно представить на экране ее положение в разные моменты времени, соответствующие серии эхо-сигналов. А-модальное изображение не содержит временной оси координат и не может поэтому регистрировать движение.

Рисунок 1.1. Технические основы эхокардиографии: способы получения изображений. Вверху: парастернальная позиция длинной оси левого желудочка; датчик для М-модального исследования приставлен к грудной клетке, ультразвуковой луч направлен перпендикулярно к ее поверхности и проходит через стенку грудной клетки (CW), переднюю стенку правого желудочка (RVW), межжелудочковую перегородку (Sept), переднюю створку митрального клапана (AML), заднюю створку митрального клапана (PMV), заднюю стенку левого желудочка (LVW). Эффект раздела фаз на границе этих структур с кровью вызывает отражение ультразвукового луча, регистрируемое датчиком в период, когда он работает в качестве приемника сигналов. Давление, оказываемое ультразвуком на пьезоэлектрический элемент датчика, преобразуется в электрические сигналы, регистрируемые на экране осциллоскопа (экране эхокардиографа) по мере их поступления. В А-модальном режиме (A-mode) интенсивность принятых эхо-сигналов представлена в виде электрических импульсов различной амплитуды. В В-модальном режиме интенсивность эхо-сигналов представлена в виде яркости свечения отдельных точек. А-модальный и В-модальный режимы представляют интенсивность эхо-сигналов в реальном времени. Развертка В-модального режима по времени превращается в М-модальный режим. Внизу: различные способы получения двумерного изображения сердца. Ультразвуковой луч перемещается (сканирует) в пределах сектора, создавая изображение сердца в реальном времени. Режим двумерного изображения сердца является развитием В-модального режима: интенсивность принятых эхо-сигналов соответствует яркости точек. В датчике с фазово-кристаллической решеткой (Phased Array) сканирование достигается последовательным возбуждением кристаллов, имеющих относительно малый диаметр. В механическом датчике (Mechanical Rotation) электрический мотор вращает три или четыре датчика для М-модального исследования мимо окна, граничащего с поверхностью грудной клетки. Работа осциллирующих датчиков (Oscillation) основана на колебании одного пьезоэлектрического элемента. В линейных датчиках (Multicristal) пьезоэлектрические элементы выстроены в один ряд и посылают параллельно направленные ультразвуковые лучи, поэтому изображение и исследуемые объекты имеют одинаковые размеры. Межреберные промежутки слишком узки для использования линейных датчиков в эхокардиографии. Schiller N.В., Himelman R.В. Echocardiography and Doppler in clinical cardiology, in: Cardiology, ed. Parmley W.W., Chatterjee K., J.B. Lipincott Co., 1991, материал предоставил проф. Norman H. Silverman.

Для увеличения объема информации, содержащейся в изображении, интенсивность принятых эхо-сигналов может быть представлена не в виде амплитуды, а в виде яркости свечения точки: чем больше интенсивность принятых эхо-сигналов, тем больше яркость свечения соответствующих им точек изображения. Такой режим называется В-модальным (В — от «brightness», «яркость»).

От этого режима легко перейти к режиму развертки яркости структур сердца по времени, — к М-модальному режиму (М — от «motion», «движение»). В М-модальном режиме одна из двух пространственных координат заменена временной. Исторически М-модальное исследование было первым эхокардиографическим режимом. В М-модальном режиме на экране эхокардиографа по вертикальной оси откладывается расстояние от структур сердца до датчика, а по горизонтальной оси — время. Датчик при М-модальном исследовании может посылать импульсы с частотой 1000 с–1; это обеспечивает очень высокую частоту смены изображений (высокую временную разрешающую способность). М-модальное исследование дает представление о движении различных структур сердца, которые пересекаются одним ультразвуковым лучом. Главный недостаток М-модального исследования — одномерность.

Режим двумерного изображения сердца [two-dimensional], иначе называемый режимом изображения в реальном времени, тоже является развитием В-модального режима. Для получения двумерного изображения сердца в реальном времени производится сканирование (изменение направления ультразвукового луча) в секторе 60—90°. При двумерном изображении мы получаем на экране поперечное сечение сердца, состоящее из множества точек, соответствующих В-модальным эхокардиограммам при различных направлениях ультразвукового луча. Частота смены кадров при двумерном исследовании — от 25 до 60 мин–1. Технически в разных датчиках изменение положения ультразвукового луча (сканирование) достигается разными способами (рис. 1.1).

Легкие и ребра очень ограничивают доступ к сердцу, поэтому датчики с параллельным направлением ультразвуковых лучей, так называемые линейные датчики [linear array scanners], имеющие большие размеры, в эхокардиографии не используются. Основные два типа датчиков в эхокардиографии — это механические [mechanical sector scanners] и электронные датчики; последние называют также датчиками с электронно-фазовой решеткой [phased array sector scanners], они имеют от 32 до 128 пьезоэлектрических элементов. Механические датчики в целом обладают несколько более высокой разрешающей способностью, однако они больше по размерам и значительно менее долговечны. Превосходство датчиков с электронно-фазовой решеткой стало очевидным с появлением допплеровских исследований: оказалось, что они приспособлены для них значительно лучше, чем механические датчики. Датчики с циркулярным расположением пьезоэлектрических элементов, так называемые аннулярные датчики [annular array scanners], позволяют фокусировать ультразвуковые лучи в пространстве. Современные аннулярные датчики сочетают в себе свойства механических датчиков и датчиков с электронно-фазовой решеткой.

Настройка эхокардиографического изображения

В разных эхокардиографических системах настройку изображения можно производить с помощью разных технических средств, но есть общие способы контроля изображения и представления его на экран.

Общее усиление эхо-сигналов [gain controls] усиливает или ослабляет все эхо-сигналы, независимо от их интенсивности. Компенсация глубины [depth compensation или time-gain compensation] служит для усиления сигналов, отражающихся от удаленных структур, и ослабления сигналов, отражающихся от структур, находящихся близко к датчику. Компенсация глубины необходима потому, что интенсивность ультразвуковых сигналов падает по мере прохождения через ткани, причем ослабляется как посланный, так и отраженный ультразвуковой сигнал. Пороговый контроль [reject control] полностью подавляет сигналы, интенсивность которых ниже заданной.

С усовершенствованием цифровых методов обработки изображения и увеличением градаций серой шкалы [gray scale] улучшаются формы представления эхокардиографических изображений на экран. Обработка отраженных ультразвуковых сигналов [post-processing] устанавливает зависимость между амплитудой принятого ультразвукового сигнала и соответствующим ей уровнем серой шкалы. Регулировка эхокардиографа позволяет установить прямая зависимость между слабыми и сильными сигналами, усилить слабые сигналы и ослабить сильные, или же ослабить слабые сигналы и усилить сильные. Задержка изображения [persistence] служит для получения более «мягких» изображений: в этом случае происходит суммирование двух и более изображений на экране.

Трудно дать подробные рекомендации по настройке изображения, годные во всех случаях, но общие принципы, которых нужно придерживаться для оптимальной визуализации структур сердца, таковы: 1) регулировка усиления, яркости, контрастности должна быть произведена таким образом, чтобы соблюсти пропорции между размерами и яркостью различных структур сердца, соответствующие истинным размерам структур и их способности отражать ультразвук; 2) размеры изображения должны быть достаточными для попадания в изображение околосердечных структур; 3) следует помнить о том, что уменьшение размеров изображения ведет к увеличению частоты смены кадров, и пользоваться этим для увеличения временной разрешающей способности; 4) рекомендуется устанавливать достаточное «фоновое» усиление для того, чтобы в изображение попадали структуры, слабо отражающие ультразвук (рис. 17.12); 5) следует по возможности сохранять неизменный масштаб изображения для получения правильного представления о размерах различных структур: при исследовании взрослых пациентов с нормальными размерами сердца рекомендуемая глубина — 16 см, при исследовании пациентов с кардиомегалией — 20 см.

Глава 2. Стандартные эхокардиографические позиции

Приставив ультразвуковой датчик к грудной клетке, можно получить бесчисленное множество двумерных изображений (сечений) сердца. Из всевозможных сечений выделяют несколько, которые называют «стандартными позициями». Умение получить все необходимые стандартные позиции и проанализировать их составляет основу знания эхокардиографии.

В наименования стандартных позиций входят и положение датчика относительно грудной клетки, и пространственная ориентация плоскости сканирования, и названия визуализирующихся структур. Строго говоря, именно положение структур сердца на экране определяет ту или иную стандартную позицию. Так, например, положение датчика при получении парастернальной короткой оси левого желудочка на уровне митрального клапана может сильно варьировать у разных пациентов; критерием того, что позиция получена правильно, будет обнаружение правого и левого желудочков, межжелудочковой перегородки и митрального клапана в правильном соотношении. Иными словами, стандартные эхокардиографические позиции — это не стандартные положения ультразвукового датчика, а стандартные изображения структур сердца.

В табл. 3 мы приводим перечень основных стандартных эхокардиографических позиций сердца и анатомические ориентиры, необходимые для правильного их получения.

Таблица 3. Стандартные эхокардиографические позиции

Позиция

Основные анатомические ориентиры

Парастернальный доступ

Длинная ось ЛЖ*

а) Максимальное раскрытие митрального клапана, аортальный клапан

б) Максимальное раскрытие аортального клапана, митральный клапан

Длинная ось приносящего тракта ПЖ*

Максимальное раскрытие трехстворчатого клапана, отсутствие структур левых отделов сердца

Короткая ось аортального клапана*

Трехстворчатый, аортальный клапаны, круглое сечение корня аорты

Короткая ось ЛЖ на уровне митрального клапана*

Митральный клапан, межжелудочковая перегородка

Короткая ось ЛЖ на уровне папиллярных мышц*

Папиллярные мышцы, межжелудочковая перегородка

Апикальный доступ

Четырехкамерная позиция*

Верхушка ЛЖ, межжелудочковая перегородка, митральный, трехстворчатый клапаны

«Пятикамерная позиция»*

Верхушка ЛЖ, межжелудочковая перегородка, митральный, трехстворчатый, аортальный клапаны

Двухкамерная позиция*

Верхушка ЛЖ, митральный клапан, отсутствие структур правых отделов сердца

Длинная ось левого желудочка**

Верхушка ЛЖ, межжелудочковая перегородка, митральный, аортальный клапаны

Субкостальный доступ

Длинная ось сердца**

Межпредсердная, межжелудочковая перегородки, митральный, трехстворчатый клапаны

Короткая ось основания сердца**

Клапан легочной артерии, трехстворчатый, аортальный клапаны

Длинная ось брюшной аорты**

Продольное сечение брюшной аорты, проходящее через ее диаметр

Длинная ось нижней полой вены*

Продольное сечение нижней полой вены, проходящее через ее диаметр

Супрастернальный доступ

Длинная ось дуги аорты**

Дуга аорты, правая легочная артерия

ЛЖ — левый желудочек, ПЖ — правый желудочек

* Позиции, регистрация которых обязательна у всех пациентов.

** Дополнительные позиции.

Парастернальный доступ

Парастернальная позиция длинной оси левого желудочка (рис. 2.1 А,B)

Это позиция, из которой начинается эхокардиографическое исследование. Она предназначена в основном для изучения структур левых отделов сердца. Кроме того, под контролем двумерного изображения сердца в позиции парастернальной длинной оси левого желудочка производится большая часть М-модального исследования.

А.

В.

Рисунок 2.1. Парастернальная позиция длинной оси левого желудочка с оптимальной визуализацией митрального клапана (А) и аортального клапана (В). LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, Ao — корень аорты и восходящий отдел аорты, LA — левое предсердие, IVS — межжелудочковая перегородка, PW — задняя стенка левого желудочка, dAo — нисходящий отдел аорты, CS — коронарный синус, RCC — правая коронарная створка аортального клапана, NCC — некоронарная створка аортального клапана, aML — передняя створка аортального клапана, NCC — некоронарная створка аортального клапана, aML — передняя створка митрального клапана, pML — задняя створка митрального клапана.

Датчик устанавливается слева от грудины в третьем, четвертом или пятом межреберье. Центральный ультразвуковой луч (продолжение длинной оси датчика) направляется перпендикулярно поверхности грудной клетки. Датчик поворачивается таким образом, чтобы его плоскость была параллельна воображаемой линии, соединяющей левое плечо с правой подвздошной областью. Для получения оптимального изображения длинной оси левого желудочка часто требуется отклонение плоскости датчика примерно на 30° (центральный луч направлен в сторону левого плеча). Эта позиция рассекает левый желудочек от верхушки до основания. Аорта должна находиться в правой части изображения, область верхушки левого желудочка — в левой.

Ближе всего к датчику находится передняя стенка правого желудочка, за ней — часть выносящего тракта правого желудочка. Ниже и правее расположены корень аорты и аортальный клапан. Передняя стенка аорты переходит в мембранозную часть межжелудочковой перегородки, задняя стенка аорты — в переднюю створку митрального клапана. Кзади от корня аорты и восходящего отдела аорты находится левое предсердие. Задняя стенка левого предсердия — это в норме самая удаленная от датчика структура сердца в данной позиции. Кзади от левого предсердия часто обнаруживается эхо-негативное пространство овальной формы. Это — нисходящая аорта; овальная ее форма обусловлена тем, что срез проходит под острым углом как к длинной, так и к короткой ее оси. Задняя стенка левого предсердия переходит в атриовентрикулярный бугорок и затем в заднюю стенку левого желудочка. В области атриовентрикулярного бугорка часто видна эхо-негативная структура округлой формы; это — коронарный синус. При расширении коронарного синуса его можно ошибочно принять за нисходящую аорту. Впрочем различить эти структуры нетрудно: коронарный синус движется вместе с митральным кольцом, а нисходящая аорта, будучи структурой внесердечной, вместе с сердцем не движется. Задняя стенка левого желудочка визуализируется от уровня митрального кольца до папиллярных мышц; направив центральный ультразвуковой луч книзу, можно расширить область визуализации задней стенки левого желудочка. Верхушка левого желудочка находится на одно или несколько межреберий ниже датчика, установленного парастернально, и в срез не попадает, так что не следует пытаться судить о локальной сократимости верхушечных сегментов левого желудочка из этой позиции. Кпереди от задней стенки левого желудочка находится полость левого желудочка, в норме самая большая из всех структур в этой эхокардиографической позиции. В полости левого желудочка визуализируются передняя и задняя створки митрального клапана. Межжелудочковая перегородка, ограничивающая полость левого желудочка спереди, видна от мембранозной части до области, прилежащей к верхушке левого желудочка.

Структуры, представляющие в этой позиции наибольший интерес, — межжелудочковая перегородка, аортальный и митральный клапаны — обычно не могут быть идеально видны на одном изображении. Поэтому требуется оптимизация изображений отдельных структур. Длинная ось восходящей аорты обычно находится под углом 30° к длинной оси левого желудочка, поэтому для оптимальной визуализации восходящей аорты, корня аорты и аортального клапана нужно слегка повернуть датчик. На рис. 2.1B представлена позиция парастернальной длинной оси левого желудочка, оптимизированная для наилучшей визуализации аортального клапана. Плоскость датчика повернута таким образом, чтобы диаметр корня аорты и восходящего ее отдела был максимальным. Это позволяет исследовать размеры аорты и максимальное раскрытие створок аортального клапана.

Для оптимальной визуализации митрального клапана плоскость датчика отклоняют вперед-назад до тех пор, пока не будет получена позиция, в которой створки митрального клапана раскрываются максимально (рис. 2.1A). Плоскость сечения левого желудочка должна при этом проходить между папиллярными мышцами, так чтобы ни они, ни хорды не попадали в изображение. Эта позиция соответствует максимальному переднезаднему размеру левого желудочка на уровне его основания.

Обязательная часть эхокардиографического исследования — это М-модальное исследование, которое почти всегда проводится исключительно из позиции парастернальной длинной оси левого желудочка. На рис. 2.2, 2.3, 2.4 приведены изображения стандартных позиций М-модального исследования. Двумерное изображение помогает правильно ориентировать ультразвуковой луч для М-модального исследования.

Рисунок 2.2. М-модальное исследование аортального клапана и левого предсердия. Левая коронарная створка аортального клапана не видна, а правая коронарная и некоронарная створки в систолу образуют «коробочку». Для правильного измерения переднезаднего размера левого предсердия ультразвуковой луч должен проходить перпендикулярно его задней стенке. RV — правый желудочек, Ao — аортальный клапан и корень аорты, LA — левое предсердие, R — правая коронарная створка аортального клапана, N — некоронарная створка аортального клапана.

Рисунок 2.3. М-модальное исследование правого желудочка, полости левого желудочка, митрального клапана. Движение передней створки митрального клапана отражает все фазы диастолического наполнения левого желудочка: максимальное открытие клапана в раннюю диастолу, частичное прикрытие в фазу диастазиса, меньшее по амплитуде позднее открытие в фазу предсердной систолы. Движение задней створки митрального клапана зеркально отображает движение передней створки. LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, IVS — межжелудочковая перегородка, PW — задняя стенка левого желудочка, aML — передняя створка митрального клапана, pML — задняя створка митрального клапана.

Рисунок 2.4. М-модальное исследование полости левого желудочка. Для правильного измерения размеров полости и толщины задней стенки левого желудочка и толщины межжелудочковой перегородки необходимо, чтобы ультразвуковой луч проходил параллельно короткой оси левого желудочка. LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, IVS — межжелудочковая перегородка, PW — задняя стенка левого желудочка.

Парастернальная позиция длинной оси приносящего тракта правого желудочка (рис. 2.5)

Эта позиция предназначена для исследования правых отделов сердца, главным образом трехстворчатого клапана. Датчик устанавливается слева от грудины в третьем или четвертом межреберье. Он должен быть отодвинут как можно дальше от грудины, насколько позволяют легкие. Центральный ультразвуковой луч направляется резко вправо в загрудинную область, — туда, где находится трехстворчатый клапан.

Рисунок 2.5. Парастернальная позиция длинной оси приносящего тракта правого желудочка. RV — правый желудочек, RA — правое предсердие, TV — трехстворчатый клапан, EV — евстахиев клапан.

Плоскость датчика поворачивается на 15—30° по часовой стрелке от положения парастернальной длинной оси левого желудочка.

Трехстворчатый клапан находится в центре изображения. Вверху и слева от него — проксимальная часть приносящего тракта правого желудочка. Внизу изображения — правое предсердие. Часто визуализируется евстахиев клапан, расположенный в правом предсердии в месте впадения нижней полой вены.

В этой позиции не следует допускать попадания в изображение структур, относящихся к левым отделам сердца. Позиция парастернальной длинной оси приносящего тракта правого желудочка получена правильно, если трехстворчатый клапан находится в центре ее, хорошо видны его передняя и задняя створки и диаметр приносящего тракта правого желудочка максимален.

Парастернальная позиция короткой оси аортального клапана (рис. 2.6)

Для получения этой позиции датчик устанавливается в третьем-четвертом межреберье слева от грудины. Центральный ультразвуковой луч направляется перпендикулярно поверхности грудной клетки или отклоняется немного вправо и вверх. Датчик должен быть повернут на 90° по отношению к плоскости, в которой регистрируется парастернальная длинная ось левого желудочка. Вверху изображения оказывается выносящий тракт правого желудочка, справа и книзу от него — клапан легочной артерии и ствол легочной артерии. В центре изображения — аортальный клапан с тремя створками (левая коронарная — справа, правая коронарная — слева вверху, некоронарная — слева внизу). Положение датчика должно быть оптимизировано для получения четкого изображения створок аортального клапана. Корень аорты должен иметь строго округлую форму. Незначительные изменения положения датчика часто позволяют визуализировать ствол левой коронарной артерии и иногда правую коронарную артерию (рис. 2.7).

Рисунок 2.6. Парастернальная позиция короткой оси аортального клапана. RVOT — выносящий тракт правого желудочка, LA — левое предсердие, RA — правое предсердие, IAS — межпредсердная перегородка, L — левая коронарная створка аортального клапана, R — правая коронарная створка аортального клапана, N — некоронарная створка аортального клапана, LCA — ствол левой коронарной артерии, TV — трехстворчатый клапан, PV — клапан легочной артерии.

Рисунок 2.7. Парастернальная позиция короткой оси аортального клапана. Плоскость сканирования проходит через проксимальный отдел восходящей аорты и проксимальные отделы обеих коронарных артерий. Ao — проксимальный отдел восходящей аорты, LCA — ствол левой коронарной артерии, RCA — правая коронарная артерия.

Незначительные изменения положения датчика позволяют визуализировать инфундибулярную часть правого желудочка, расположенную над корнем аорты, клапан легочной артерии и проксимальную часть ствола легочной артерии. Дополнительно повернув датчик по часовой стрелке, можно визуализировать весь ствол легочной артерии до ее бифуркации на правую и левую легочные артерии (рис. 2.8). Эта позиция оптимальна для допплеровского исследования кровотока в легочной артерии.

Рисунок 2.8. Парастернальная позиция короткой оси аортального клапана, ориентированная для оптимальной визуализации легочной артерии. Иногда эту позицию называют парастернальной позицией длинной оси легочной артерии. Ao — корень аорты, dAo — нисходящий отдел аорты, RVOT — выносящий тракт правого желудочка, PA — ствол легочной артерии, PV — клапан легочной артерии, LPA — левая легочная артерия, RPA — правая легочная артерия.

Парастернальная позиция короткой оси левого желудочка на уровне митрального клапана (рис. 2.9)

Из множества сечений левого желудочка, которые можно получить по его парастернальной короткой оси, выделяют позиции парастернальной короткой оси левого желудочка на уровне митрального клапана и на уровне папиллярных мышц. Эти позиции предназначены для исследования левого желудочка, правый желудочек может занимать относительно большое место на изображениях только при его дилатации. Иногда выделяются еще одну парастернальную позицию — по короткой оси левого желудочка на уровне верхушки, но на практике она используется редко.

Рисунок 2.9. Парастернальная позиция короткой оси левого желудочка на уровне митрального клапана. LV — левый желудочек, RV — правый желудочек.

Для получения парастернальной короткой оси левого желудочка на уровне митрального клапана датчик устанавливают слева от грудины в третьем, четвертом или пятом межреберье. Центральный ультразвуковой луч направляют перпендикулярно поверхности грудной клетки или слегка отклоняют влево. Датчик следует повернуть на 90° по отношению к плоскости, в которой регистрируют парастернальную длинную ось левого желудочка.

Ближе всего к датчику, т. е. в верхней части изображения оказывается часть правого желудочка. Структуры, относящиеся к трехстворчатому клапану часто видны в левой части изображения. В норме межжелудочковая перегородка своей выпуклостью обращена к правому желудочку. Левый желудочек, занимающий большую часть изображения, расположен правее и ниже и имеет округлую форму. Бывает непросто рассмотреть границу эндокарда левого желудочка в области его передне-медиальной и передне-латеральной стенок. В центре левого желудочка виден митральный клапан. Позиция парастернальной короткой оси левого желудочка на уровне митрального клапана получена правильно, если полость левого желудочка имеет округлую форму и хорошо видны передняя (выше на изображении) и задняя (ниже на изображении) створки митрального клапана.

Парастернальная позиция короткой оси левого желудочка на уровне папиллярных мышц (рис. 2.10)

Для регистрации этой позиции датчик устанавливают в такое же положение, как и для получения позиции парастернальной короткой оси левого желудочка на уровне митрального клапана, но центральный луч отклоняют немного книзу, или сам датчик смещают на одно межреберье ниже.

Рисунок 2.10. Парастернальная позиция короткой оси левого желудочка на уровне папиллярных мышц. RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, AL — передне-латеральная папиллярная мышца, PM — задне-медиальная папиллярная мышца.

Правый желудочек находится еще латеральнее (левее на изображении) и занимает еще меньше места, чем в позиции короткой оси левого желудочка на уровне митрального клапана. Папиллярные мышцы расположены на уровне задне-перегородочной (задне-медиальная папиллярная мышца) и задне-боковой (передне-латеральная папиллярная мышца) стенок левого желудочка. Таким образом, задне-медиальная папиллярная мышца находится на изображении левее передне-латеральной. Позиция парастернальной короткой оси левого желудочка на уровне папиллярных мышц получена правильно, если полость левого желудочка на изображении имеет округлую форму и хорошо видны обе папиллярные мышцы.

Апикальный доступ

Существует четыре стандартные эхокардиографические позиции, регистрируемые с верхушки сердца: четырехкамерная, двухкамерная, пятикамерная и позиция апикальной длинной оси левого желудочка. Для получения этих позиций датчик устанавливают над областью верхушечного толчка, а центральный ультразвуковой луч направляются вверх, в сторону основания сердца.

Апикальная четырехкамерная позиция (рис. 2.11)

Апикальная четырехкамерная позиция сердца — одна из важнейших в двумерной эхокардиографии, так как она позволяет одновременно увидеть предсердия, желудочки, оба атриовентрикулярных клапана, межжелудочковую и межпредсердную перегородки.

Рисунок 2.11. Апикальная четырехкамерная позиция. LV — левый желудочек, LA — левое предсердие, RV — правый желудочек, RA — правое предсердие.

Чтобы правильно получить апикальную четырехкамерную позицию, нужно точно установить датчик над областью верхушки сердца, и плоскость сечения должна проходить через митральный и трехстворчатый клапаны так, чтобы регистрировалось полное их открытие: в этом случае сечение проходит через длинные оси обоих желудочков. Чтобы лучше рассмотреть отдельные структуры (легочные вены, межпредсердную перегородку в верхней ее части) или, например, направить ультразвуковой луч для допплеровского исследования точно по потоку, нужно слегка изменять положение датчика.

На изображении ближе всего к датчику расположена верхушка левого желудочка, ниже — левый желудочек (справа) и правый (слева). Межжелудочковая перегородка проходит посередине изображения. Атриовентрикулярные клапаны располагаются горизонтально в систолу и открываются в диастолу в сторону верхушки сердца. Передняя створка митрального клапана находится медиально, задняя латерально. Септальная створка трехстворчатого клапана прикрепляется к межжелудочковой перегородке (медиально), передняя створка трехстворчатого клапана (самая большая из трех створок) — к латеральной части кольца трехстворчатого клапана. Задняя створка трехстворчатого клапана в этой позиции не видна. Передняя створка митрального клапана прикрепляется на уровне верхнего участка мембранозной части межжелудочковой перегородки. Септальная створка трехстворчатого клапана прикрепляется ближе к верхушке (на изображении — выше) — на уровне среднего участка мембранозной части межжелудочковой перегородки. Поэтому на изображении трехстворчатый клапан оказывается на 5—10 мм выше митрального. Это может существенно помочь в идентификации желудочков при транспозициях магистральных сосудов (митральный клапан всегда соответствует левому желудочку, трехстворчатый — правому).

Апикальная четырехкамерная позиция — одна из основных при исследовании глобальной и локальной сократимости левого желудочка. К сожалению, эндокард в области верхушки левого желудочка в этой позиции, как и во всех других, часто виден не вполне отчетливо. На изображении левое предсердие ограничено в этой позиции митральным клапаном, межпредсердной перегородкой, верхней и боковой стенками. Легочные вены впадают в левое предсердие в области его верхне-боковой и верхне-медиальной стенки. Правый желудочек виден от верхушки до трехстворчатого клапана и от межжелудочковой перегородки до свободной боковой стенки. Слева в нижней части изображения находится правое предсердие.

Для изучения сократимости задне-базальных отделов левого желудочка плоскость сканирования нужно отклонить книзу: тогда на месте митрального клапана на изображении появятся задне-базальные отделы левого желудочка (рис. 2.12).

Рисунок 2.12. Апикальная четырехкамерная позиция с отклонением плоскости сканирования книзу. LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, RA — правое предсердие, CS — коронарный синус, IVC — нижняя полая вена.

Апикальная пятикамерная позиция (рис. 2.13)

Хотя термин «пятикамерная позиция» широко распространен в эхокардиографической литературе, его следует признать неудачным, так как аорта — не камера сердца. Правильнее называть эту позицию «четырехкамерной с отклонением плоскости сканирования кпереди».

Рисунок 2.13. Апикальная пятикамерная позиция. LV — левый желудочек, LA — левое предсердие, RV — правый желудочек, RA — правое предсердие, LVOT — выносящий тракт левого желудочка.

Для получения этой позиции центральный ультразвуковой луч датчика, установленный для получения четырехкамерной позиции, должен быть отклонен вверх. В этом случае в центре изображения появится выносящий тракт левого желудочка, аортальный клапан и проксимальная часть восходящего отдела аорты, находящаяся на изображении между предсердиями. Расположение структур сердца в этой позиции аналогично тому, что наблюдается в четырехкамерной позиции. Выносящий тракт левого желудочка на изображении сверху и слева ограничен межжелудочковой перегородкой, переходящей в медиальную стенку аорты, снизу и справа — передней створкой митрального клапана, переходящей в латеральную стенку аорты. Апикальная пятикамерная позиция применяется главным образом для двумерного и допплеровского исследования выносящего тракта левого желудочка и для исследования аортального кровотока.

Апикальная двухкамерная позиция (рис. 2.14)

Эта позиция предназначена для исследования только левых отделов сердца: левого желудочка, левого предсердия и митрального клапана. Для получения этой позиции необходимо сначала получить апикальную четырехкамерную позицию, отклонить центральный ультразвуковой луч немного влево, затем начать поворачивать датчик против часовой стрелки до исчезновения правых отделов сердца. На изображении верхушка левого желудочка находится вверху слева, в правой части изображения — передняя стенка левого желудочка, в левой части изображения — задняя стенка левого желудочка. Передняя створка митрального клапана — справа на изображении, задняя — слева. Внизу на изображении — левое предсердие.

Рисунок 2.14. Апикальная двухкамерная позиция. LV — левый желудочек, LA — левое предсердие.

Апикальная двухкамерная позиция получена правильно, если диаметр левого желудочка на уровне митрального клапана максимален, срез проходит через верхушку левого желудочка и в изображение не попадают правые отделы сердца.

Апикальная позиция длинной оси левого желудочка (рис. 2.15)

Пространственная ориентация этой позиции аналогична парастернальной позиции длинной оси левого желудочка. Рассматриваемая позиция практически не дает дополнительной информации, если удалось хорошо рассмотреть левые отделы сердца в парастернальных позициях. Если же ультразвуковое исследование из парастернального доступа затруднено, то альтернативой ему может стать апикальная позиция длинной оси левого желудочка.

Рисунок 2.15. Апикальная позиция длинной оси левого желудочка. LV — левый желудочек, LA — левое предсердие, Ao — проксимальный отдел восходящей аорты.

Направление центрального ультразвукового луча для получения этой позиции почти такое же, как и для получения апикальной двухкамерной позиции. Для перехода из двухкамерной позиции к позиции длинной оси левого желудочка плоскость датчика поворачивают приблизительно на 30° против часовой стрелки до положения, пока не будут одновременно видны аортальный и митральный клапаны. При этом в верхней части изображения — верхушка левого желудочка, ниже и правее — часть правого желудочка; аортальный клапан и проксимальный отдел аорты — в правой нижней части изображения, левое предсердие — внизу слева.

Апикальная позиция длинной оси левого желудочка получена правильно, если визуализируется верхушка левого желудочка, максимальное открытие створок митрального клапана и максимальное открытие створок аортального клапана.

Субкостальный доступ

Исследования из субкостального доступа применяют в качестве альтернативы парастернальным исследованиям у детей и пациентов с эмфиземой легких. Кроме того, нижняя полая вена, печеночные вены, брюшная аорта могут быть изучены только при субкостальном исследовании. Поэтому в Лаборатории эхокардиографии Калифорнийского Университета в Сан-Франциско (UCSF) субкостальное исследование проводят всем обследуемым.

Субкостальная позиция длинной оси сердца (рис. 2.16)

Для регистрации субкостальной позиции длинной оси сердца датчик устанавливают под мечевидным отростком и центральный ультразвуковой луч направляют вверх и влево. Плоскость датчика поворачивают таким образом, чтобы она проходила через длинную ось сердца. Эта позиция похожа на апикальную четырехкамерную позицию сердца: она позволяет рассмотреть все четыре камеры сердца, трехстворчатый и митральный клапаны. Имеются определенные трудности в получении субкостальной позиции длинной оси сердца, связанные с тем, что эта позиция, как никакая другая, требует отклонения датчика без потери контакта его с поверхностью тела.

Рисунок 2.16. Субкостальная позиция длинной оси сердца. LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, LA — левое предсердие, RA — правое предсердие, a — асцит.

На изображении правые отделы сердца оказываются ближе к датчику, — правое предсердие слева, правый желудочек справа. Правее и ниже находятся левый желудочек и левое предсердие. Субкостальная позиция длинной оси сердца получена правильно, если регистрируется максимальное открытие створок митрального и трехстворчатого клапанов. Субкостальная позиция длинной оси сердца — единственная из эхокардиографических позиций, в которой межжелудочковая и межпредсердная перегородки расположены почти перпендикулярно ультразвуковому лучу. Поэтому эта позиция оптимальна для диагностики дефектов межжелудочковой и особенно межпредсердной перегородки, которую вообще относительно трудно рассмотреть при трансторакальном исследовании.

Субкостальная позиция короткой оси основания сердца, субкостальная позиция короткой оси левого желудочка на уровне митрального клапана (рис. 2.17, 2.18)

Эти позиции получают, повернув датчик 90° по часовой стрелке из положения субкостальной длинной оси сердца. Исследования из субкостальной позиции короткой оси основания сердца служат альтернативой парастернального исследования структур правых отделов сердца: трикуспидального клапана, выносящего тракта правого желудочка, легочной артерии и ее клапана. Для перехода к субкостальной позиции короткой оси левого желудочка на уровне митрального клапана ультразвуковой луч нужно слегка отклонить книзу.

Рисунок 2.17. Субкостальная позиция короткой оси основания сердца. RV — правый желудочек, PA — легочная артерия, LA — левое предсердие, RA — правое предсердие, Ao — корень аорты.

Рисунок 2.18. Субкостальная позиция короткой оси левого желудочка на уровне митрального клапана. LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, MV — митральный клапан.

Субкостальная позиция длинной оси нижней полой вены, длинной оси брюшной аорты (рис. 2.19, 2.20)

Для получения этих позиций датчик устанавливают под мечевидным отростком, плоскость датчика должна быть направлена параллельно сагитальной оси тела. Для оптимальной визуализации нижней полой вены и печеночных вен датчик обычно приходится отклонять или смещать несколько вправо, для получения длинной оси брюшной аорты — вниз и влево.

Рисунок 2.19. Субкостальная позиция длинной оси нижней полой вены. IVC — нижняя полая вена, RA — правое предсердие, HV — медиальная печеночная вена.

Рисунок 2.20. Субкостальная позиция длинной оси брюшной аорты. В просвете аорты видны плотные, яркие образования — атеросклеротические бляшки. AA — брюшная аорта.

Супрастернальный доступ

Супрастернальная позиция длинной оси дуги аорты, супрастернальная позиция короткой оси дуги аорты (рис. 2.21, 2.22)

Супрастернальный доступ позволяет исследовать крупные сосуды: грудную аорту и ее ветви, легочную артерию, верхнюю полую вену. У взрослых пациентов эта позиция используется главным образом для допплеровских исследований. Датчик устанавливается в яремную ямку, голова пациента должна быть повернута в сторону примерно на 45°. Центральный ультразвуковой луч направляют вниз. Плоскость датчика поворачивают таким образом, чтобы регистрировалась максимальная ширина дуги аорты на всем ее протяжении. На изображении дуга аорты находится вверху, нисходящий отдел аорты занимает правый край изображения, восходящий — левый. У многих пациентов нисходящий и восходящий отделы аорты не помещаются на изображении одновременно, в таких случаях следует переместить датчик вправо для визуализации восходящей аорты или влево для визуализации нисходящей аорты. Справа вверху на изображении можно видеть левую сонную артерию, ниже — левую подключичную артерию. Под дугой аорты, в середине изображения находится правая легочная артерия. Повернув датчик на 90°, можно получить супрастернальную позицию короткой оси дуги аорты. В этой позиции в изображение попадают дуга аорты по короткой ее оси и правая легочная артерия по ее длинной оси.

Рисунок 2.21. Супрастернальная позиция длинной оси дуги аорты. Arch — дуга аорты, dAo — нисходящий отдел аорты, RPA — правая легочная артерия, LCA — левая сонная артерия, LSA — левая подключичная артерия.

Рисунок 2.22. Супрастернальная позиция короткой оси дуги аорты. Arch — дуга аорты, RPA — правая легочная артерия.

Глава 3. Допплер-эхокардиография: физические принципы и основные измерения

Физические принципы допплеровского исследования кровотока

Эффект Допплера, на котором основано ультразвуковое исследование кровотока, состоит в том, что частота звука, издаваемого движущимся объектом, изменяется при восприятии этого звука неподвижным объектом. Этот эффект иллюстрирован рис. 3.1. В 1961 году Franklin с соавт. впервые сообщили о применении допплеровского эффекта для изучения кровотока. Клиническое использование допплеровских исследований в кардиологии началось с 80-х годов.

Рисунок 3.1. Эффект Допплера состоит в том, что частота звука, издаваемого движущимся объектом, изменяется при восприятии этого звука неподвижным объектом. Применительно к ультразвуковому исследованию кровотока это можно перефразировать так: ультразвук, отраженный от движущихся объектов, возвращается к датчику с измененной частотой. На рисунке представлены пары датчиков (Т — датчик, посылающий сигналы, R — датчик, воспринимающий сигналы). А: При отражении сигнала от неподвижного объекта, частота посланного сигнала ft равна частоте отраженного сигнала fr . В: Если объект (при исследовании кровотока — эритроцит) движется в сторону датчика, то частота посланного сигнала меньше частоты отраженного сигнала. С: Если объект движется в противоположную сторону, то частота посланного сигнала больше частоты отраженного сигнала. Независимо от того, удаляется ли объект от датчика или приближается к нему, сдвиг частоты ультразвукового сигнала fd пропорционален скорости движения объекта. Feigenbaum H.: Echocardiography, 4th ed. Philadelphia, Lea & Febiger, 1986.

Применительно к кардиологии, допплеровский эффект состоит в том, что при отражении ультразвукового сигнала от движущихся объектов (эритроцитов, а также створок клапанов, стенок сердца) меняется его частота, — происходит сдвиг частоты ультразвукового сигнала [frequency shift]. Этот сдвиг представляет собой разность между между частотой сигнала датчика и частотой отраженного от эритроцитов сигнала. Чем больше скорость движения эритроцитов, тем больше сдвиг частоты ультразвукового сигнала. Если движение эритроцитов направлено в сторону датчика, то частота отражаемого от них сигнала увеличивается; если эритроциты движутся от датчика, то частота отражаемого от них сигнала уменьшается. Таким образом, измерение абсолютной величины сдвига ультразвукового сигнала позволяет определить скорость и направление кровотока. Величина сдвига частоты ультразвукового сигнала связана со скоростью кровотока следующим образом: Fd = 2f_0×V×cos θ/c, где Fd — сдвиг частоты ультразвукового сигнала, f_0 — частота посылаемого ультразвукового сигнала (обычно от 2,0 до 10,0 МГц), V — скорость кровотока, c — скорость распространения ультразвука в среде (в человеческом теле она равняется 1540 м/с при температуре 37°С и считается неизменной), θ — угол между направлением ультразвукового луча и направлением кровотока.

Эритроциты движутся и относительно посланного датчиком, и относительно отраженного сигнала. Поэтому сдвиг частоты ультразвукового сигнала происходит дважды (отсюда коэффициент 2 в числителе).

Как видно из приведенного уравнения, сдвиг частоты ультразвукового сигнала зависит от частоты посылаемого сигнала: чем она меньше, тем большие скорости кровотока могут быть измерены. Поэтому для допплеровского исследования следует выбирать датчик, имеющий наименьшую частоту (обычно 2,0—2,5 МГц). Угол между направлением ультразвукового луча и направлением кровотока не должен превышать 20° (cos 20° приблизительно равен 0,94), тогда ошибка измерения скорости кровотока не будет существенной. Это диктует необходимость направлять ультразвуковой луч при допплеровском исследовании параллельно направлению изучаемого кровотока (рис. 3.2). В эхокардиографических системах предусмотрена возможность вводить поправку в измерение скоростей кровотока, если известно точное направление кровотока, но нет возможности направить луч «по потоку»; на практике, однако, последнее случается редко.

Рисунок 3.2. Влияние величины угла θ между направлением ультразвукового луча и направлением кровотока на сдвиг частоты ультразвукового сигнала. Если ультразвуковой луч направлен параллельно кровотоку, то cos θ = 1 и скорость кровотока может быть измерена правильно. При увеличении угла θ более 20° ошибка измерений становится ощутимой. Если ультразвуковой луч направлен перпендикулярно кровотоку, скорость кровотока вообще не может быть измерена (cos 90° = 0).

Ультразвуковой сигнал, отраженный от эритроцитов, принимается датчиком и обрабатывается компьютерными программами эхокардиографа с помощью преобразования Фурье. Этот математический метод позволяет разложить сложное колебание на составляющие его простые колебания с определенными амплитудой и частотой. Затем из уравнения (1) вычисляется скорость кровотока.

Допплеровский спектр во всех современных эхокардиографах представляет собой развертку скорости по времени. Кровоток, направленный от датчика, изображается ниже изолинии; кровоток, направленный к датчику, — выше нее. Во всех эхокардиографических системах предусмотрена возможность смещения изолинии и изменения масштаба спектра (с помощью изменения частоты повторения импульсов, речь о которой пойдет ниже). Для устранения низкочастотных колебаний, связанных с движением стенок сердца и сердечных клапанов, используются различные фильтры. Кроме того, все эхокардиографы имеют звуковой выход, так что сдвиг частоты ультразвукового сигнала преобразуется не только в графическое изображение скорости кровотока, но и в слышимый звук. Звуковой сигнал позволяет точнее направить ультразвуковой луч, выбрать правильные фильтры. Не следует смешивать слышимый звук при допплеровском исследовании с аускультативными данными, это — явления разного происхождения.

Импульсная допплер-эхокардиография

Импульсное допплеровское исследование [Pulsed Wave Doppler] основано на использовании ультразвукового сигнала в виде отдельных серий импульсов. Датчик посылает серию ультразвуковых сигналов и «ждет» их возвращения от эритроцитов в виде отраженных сигналов. Поскольку известна скорость распространения ультразвука в среде (1540 м/с), создается возможность анализировать не все сигналы, возвращающиеся к датчику, а только те, которые отражены от эритроцитов, находящихся на определенном расстоянии от датчика. Место исследования кровотока, по-русски называется контрольным объемом, что не точно по смыслу: правильнее — пробный объем [sample volume]. Фактически мы регулируем интервал времени от посылки сигнала до начала приема отраженного сигнала и продолжительность приема сигнала, но практически эти параметры преобразуются в расстояние от датчика до контрольного объема и размеры контрольного объема (рис. 3.3). Длина контрольного объема обычно можно изменять от 2 до 20 мм. Возможность изучения скоростей кровотока в ограниченной области — главное достоинство импульсного допплеровского исследования. На рис. 3.4 показаны примеры допплеровского исследования нормального внутрисердечного кровотока. В табл. 4 приведены максимальные скорости нормального внутрисердечного кровотока у детей и у взрослых.

Рисунок 3.3. В импульсном режиме допплеровского исследования интервал времени от посылки сигнала до начала приема отраженного сигнала и продолжительность приема сигнала преобразуются в глубину помещения контрольного объема и размеры контрольного объема. Sample Volume — контрольный объем. Wagonner A.D., Perez J.E. Principles and Physics of Doppler, in: Doppler Echocardiography, ed. N. Schiller, Cardiology Clinics, Vol. 8(2), 1990.

Таблица 4. Максимальные скорости (м/с) нормального внутрисердечного кровотока у детей и у взрослых

Дети

Взрослые

Митральный клапан

1,0 (0,8—1,2)

0,9 (0,4—1,3)

Трехстворчатый клапан

0,6 (0,5—0,8)

0,5 (0,3—0,7)

Легочная артерия

0,9 (0,7—1,1)

0,75 (0,6—0,9)

Выносящий тракт левого желудочка

1,0 (0,7—1,2)

0,9 (0,7—1,1)

Аорта

1,5 (1,2—1,8)

1,35 (1,0—1,7)

Hatle L, Angelsen B. Doppler ultrasound in cardiology: physical principles and clinical application, 2nd ed. Philadelphia. Lea & Febiger, 1985

A

B

C

D

Рисунок 3.4. Примеры исследования нормального внутрисердечного кровотока в импульсном допплеровском режиме. A — кровоток в выносящем тракте левого желудочка, B — кровоток в легочной артерии, C — трансмитральный кровоток, D — транстрикуспидальный кровоток. E — ранний диастолический кровоток, A — кровоток во время предсердной систолы.

Частота повторения импульсов [PRF] — частота, с которой посылаются серии ультразвуковых сигналов. Частоту повторения импульсов увеличивают при уменьшении глубины нахождения контрольного объема и уменьшают при исследовании кровотока, находящегося далеко от датчика. В большинстве современных эхокардиографов изменения частоты повторения импульсов происходят автоматически при перемещении контрольного объема. Чем больше частота повторения импульсов, тем более быстрый кровоток может быть исследован. Предельная скорость кровотока, которая поддается измерению методом импульсной допплер-эхокардиографии, называется пределом Найквиста. При изучении скорости кровотока, превосходящей предел Найквиста, появляется искажение допплеровского спектра [aliasing]. Суть этого феномена иллюстрирует рис. 3.5. Если использовать датчик, имеющий частоту 2,5 МГц, максимальная скорость кровотока, которая может быть определена при помещении контрольного объема на расстояние 8 см от датчика, составляет около 2,4 м/с; при расстоянии 12 см от датчика эта скорость меньше — около 1,6 м/с.

Рисунок 3.5. Иллюстрация феномена искажения допплеровского спектра при повышении скоростей кровотока выше предела Найквиста. Движение колеса, имеющего одну спицу, регистрируется с частотой 1 кадр в секунду. Когда колесо совершает 1/4 оборота в секунду (А), кадры дают правильное представление о направлении и скорости его движения. Вдвое большая скорость движения колеса (В) соответствует пределу Найквиста. При увеличении скорости движения колеса до 3/4 оборота в секунду (С) кадры дают искаженную картину: создается впечатление, что колесо поворачивается на 1/4 оборота в секунду против часовой стрелки. При скорости 1 оборот в секунду (D) кажется, что колесо стоит. При скорости 5/4 оборота в секунду (Е) кадры дают правильное представление о направлении движения колеса, но искажают скорость движения. Таким образом, скорость колеса должна быть менее 1/2 оборота в секунду, чтобы ее можно было правильно измерить при регистрации движения с частотой 1 кадр в секунду. Hatle L., Angelsen B. Doppler ultrasound in cardiology: physical principles and clinical application, 2nd ed. Philadelphia. Lea & Febiger, 1985.

Существование предела Найквиста определяет главный недостаток импульсного допплеровского исследования — невозможность точного определения высоких скоростей кровотока. Почти любой патологический кровоток вызывает искажение допплеровского спектра. Для преодоления этого недостатка был разработан следующий режим импульсного допплеровского исследования — режим высокой частоты повторения импульсов [high PRF Doppler]. Он основан на феномене множественности уровней отражения сигнала [range ambiguity]: при помещении контрольного объема на определенную глубину (т. е. при установке определенной задержки приема посланного импульса) наряду с ожидаемым сигналом регистрируется отраженный сигнал от структур, находящихся на глубине вдвое, втрое и т. д. превышающей заданную.

Для преодоления предела Найквиста в режиме высокой частоты повторения импульсов увеличивают число контрольных объемов. Например, для исследования кровотока на расстоянии 12 см от датчика, первый контрольный объем помещают на глубину 6 см; это позволяет удвоить частоту повторения импульсов и, следовательно, вдвое увеличить предел измерения скорости кровотока. Для увеличения предела измерения скорости втрое первые два контрольных объема следует поместить на 4 и 8 см и т. д. Некоторые эхокардиографические системы позволяют увеличивать предельную для импульсного исследования частоту повторения импульсов в 5 раз, создавая, таким образом, 5 контрольных объемов. Желательно все же ограничиваться минимально необходимым увеличением частоты повторения импульсов, так как сигнал от последнего контрольного объема регистрируется в ослабленном виде.

Режим высокой частоты повторения импульсов в настоящее время имеет весьма ограниченное применение; некоторые эхокардиографические системы вообще не рассчитаны на исследования в этом режиме. Это связано с тем, что разработан другой, более надежный способ измерения высоких скоростей кровотока — постоянно-волновое допплеровское исследование [Continuous Wave Doppler].

Постоянно-волновая допплер-эхокардиография

В отличие от импульсного исследования, где один и тот же кристаллический элемент и посылает, и принимает сигналы, при постоянно-волновом исследовании эти процессы разобщены: один кристаллический элемент посылает сигналы, другой принимает их. При исследовании в постоянно-волновом допплеровском режиме отраженный ультразвуковой сигнал принимается независимо от того, когда он был послан. Таким образом, исследуется кровоток вдоль всего ультразвукового луча (рис. 3.6). Главное достоинство постоянно-волнового допплеровского исследования состоит в том, что с его помощью может быть измерена любая скорость кровотока. На самом деле при постоянно-волновом исследовании ультразвуковые сигналы посылаются не непрерывно, а в виде отдельных импульсов. Изменение частоты повторения импульсов меняет масштаб допплеровского спектра. Частота повторения импульсов при постоянно-волновом исследовании, однако, ограничена только техническими средствами, но не пределом Найквиста. Современные эхокардиографы в принципе позволяют измерять скорости кровотока, достигающие 12 м/с, что выходит далеко за пределы возможного (скорость 12 м/с соответствует разнице давлений, превышающей 500 мм рт. ст.), так что с помощью постоянно-волновой допплер-эхокардиографии можно измерять любую скорость кровотока.

Рисунок 3.6. Пример исследования аортального кровотока в постоянно-волновом допплеровском режиме при аортальном пороке сердца. Исследуется кровоток вдоль всего ультразвукового луча. На допплеровском спектре регистрируется систолический поток через стенозированный аортальный клапан (AS) и диастолический поток аортальной регургитации (AI). Максимальная скорость (Vmax) стенотической струи составляет 4,1 м/с. По упрощенному уравнению Бернулли рассчитан максимальный градиент давления (ΔPmax) между левым желудочком и аортой, который оказался равным 67 мм рт. ст. CW Doppler Transducer — постоянно-волновой допплеровский датчик, LV — левый желудочек, LA — левое предсердие, Ao — восходящий отдел аорты, Velocity — скорость (м/с), Time — время (с). Judge K.W., Otto C.M. Doppler echocardiographic evaluation of aortic stenosis, in: Doppler Echocardiography, ed. Schiller N.B., Cardiology Clinics, 8 (2), 1990.

Главный недостаток постоянно-волнового допплеровского исследования — невозможность точной локализации исследуемого кровотока. Следовательно, импульсное и постоянно-волновое исследования дополняют друг друга: при импульсном исследовании выявляется область патологического, ускоренного, кровотока, при постоянно-волновом исследовании измеряется его скорость. Постоянно-волновое исследование существенно облегчается, если ультразвуковой луч направляется под контролем одновременно выполняемого двумерного исследования. Современные эхокардиографы позволяют проводить двумерную эхокардиографию и все виды допплеровских исследований с помощью одного датчика. «Замороженное» двумерное изображение позволяет контролировать положение ультразвукового луча и контрольного объема.

В большинстве современных эхокардиографов предусмотрена возможность трехмерной фокусировки ультразвукового луча при постоянно-волновом допплеровском исследовании: это увеличивает чувствительность метода. Кроме того, современные эхокардиографы оснащены датчиком, предназначенным исключительно для постоянно-волнового исследования. Небольшая площадь поверхности этого датчика позволяет точнее направлять ультразвуковой луч при ограниченном эхокардиографическом «окне», например, при исследовании из супрастернального или правого парастернального доступа.

Основные уравнения

Сокращения приведены по-английски — в том виде, в котором они используются для обозначения допплеровских параметров в компьютерных программах современных эхокардиографов.

[Минутный объем кровотока (CO)] = [Частота сердечных сокращений (HR)] × [Ударный объем];

[Ударный объем (SV)] = [Площадь поперечного сечения сосуда (или отдела сердца)] × [Линейный интеграл скорости кровотока через данное сечение];

[Интеграл линейной скорости (FVI, или VTI)] = [Время кровотока (ET)] × [Средняя скорость кровотока (Vmean)];

[Площадь поперечного сечения (CSA)] = πD^2/4, где D — диаметр сечения.

Условия, которые должны быть соблюдены при определении объема кровотока (рис. 3.7)

1) площадь поперечного сечения сосуда или отдела сердца следует определять на том же уровне, что и линейный интеграл скорости кровотока;

2) допплеровский спектр кровотока должен иметь ровные контуры, особенно в фазу ускорения кровотока;

3) кровоток в исследуемой области должен быть ламинарным;

4) угол между направлением ультразвукового луча и направлением кровотока должен быть минимальным (менее 20°);

5) площадь поперечного сечения сосуда не должна изменяться в течение всего времени кровотока. Этому условию лучше всего удовлетворяет аортальный клапан и выносящий тракт левого желудочка.

Рисунок 3.7. Импульсное допплеровское исследование кровотока в выносящем тракте левого желудочка: расчет ударного объема. Ударный объем (SV) рассчитывается как произведение площади поперечного сечения (CSA) сосуда (или отдела сердца) на интеграл линейной скорости (VTI).

Вычисление градиента давления с помощью упрощенного уравнения Бернулли (рис. 3.6)

1. Короткий вариант вычисления: ΔP = 4V^2, где ΔP — градиент давления по разные стороны обструкции (мм рт. ст), V — максимальная скорость кровотока дистальнее обструкции (м/с)

У читателя, впервые встречающегося с уравнением Бернулли, написанным в подобном виде, эта запись (принятая в эхокардиографической литературе) может вызвать естественное удивление из-за несовпадения единиц измерения в левой и правой частях уравнения. В множителе равном 4 это несовпадение учтено.

2. Длинный вариант вычисления (должен использоваться, если скорость кровотока проксимальнее обструкции превышает 1,2 м/с): ΔP = 4(V_1^2 – V_2^2), где V_1 — скорость кровотока дистальнее обструкции, V_2 — скорость кровотока проксимальнее обструкции.

Цветное допплеровское сканирование

Цветное допплеровское сканирование [Color Doppler] — относительно недавнее достижение эхокардиографической техники. Суть этого метода состоит в наложении закодированных разными цветами скоростей кровотока на двумерное изображение сердца.

Цветное сканирование стало развитием импульсной допплер-эхокардиографии: изображение разбивается на 250—500 контрольных объемов, ориентированных параллельно ультразвуковым лучам в секторе. Главное техническое преимущество цветного сканирования по сравнению с описанными выше допплеровскими режимами — возможность более быстрого разложения сложных колебаний на составляющие. Преобразование Фурье требует для разложения сложного колебания на составляющие его простые колебания около 100 серий импульсов; при этом для достижения хорошей временной разрешающей способности требуется около 20 мс на анализ сдвига частоты ультразвукового сигнала. При цветном сканировании на анализ каждого отраженного от эритроцитов сигнала тратится примерно в 10 раз меньше времени, чем при импульсном исследовании. Это дает возможность исследовать сразу много контрольных объемов с приемлемой разрешающей способностью.

При цветном сканировании каждая точка изображения (каждый контрольный объем) внутри исследуемого сектора приобретает определенный цвет в зависимости от направления и средней скорости движения эритроцитов в этой точке. Угол сектора у большинства эхокардиографических аппаратов равен 90° для двумерного изображения и 30—45° для цветного допплеровского сканирования. Сужение угла сканирования приводит к увеличению частоты смены изображений, т. е. к улучшению временной разрешающей способности. Цветное сканирование имеет относительно медленную скорость смены изображений, так как на анализ каждого контрольного объема тратится по крайней мере в 8 раз больше времени, чем на анализ участка двумерного изображения того же размера.

С помощью основных цветов, красного и синего, обозначаются направление движения, средняя скорость, турбулентность потока в каждом контрольном объеме и наличие искажения допплеровского спектра. Установлено для всех эхокардиографических систем, что красный цвет соответствует кровотоку по направлению к датчику, синий — от датчика. Светлые оттенки красного и синего цветов соответствуют более высоким средним скоростям движения эритроцитов вплоть до предела Найквиста. Если скорости превышают этот предел, то возникает искажение допплеровского спектра и в нем появляются цвета, обозначающие противоположное направление движения. В некоторых эхокардиографах используется зеленый цвет для обозначения турбулентности потока, однако это, по-видимому, не приносит желаемого эффекта из-за невозможности избежать появления искажения допплеровского спектра при высоких скоростях кровотока. С появлением цветного сканирования увеличилась чувствительность и сократилось время, необходимое для выявления патологических потоков в сердце. Цветное сканирование представляет в каждой точке изображения средние скорости кровотока, поэтому появление всякого патологического потока сопровождается искажением спектра; в удобном для восприятия виде видны внутрисердечные шунты, клапанные стенозы и струи регургитации. Цветное изображение внутрисердечных потоков повторяются в каждом сердечном цикле, что создает подобие их ангиографической регистрации. Для аккуратного сопоставления кровотока с фазами сердечного цикла прибегают к цветному сканированию М-модального изображения.

Главное достоинством цветного допплеровского сканирования состоит в том, что оно позволяет быстро определить пространственную ориентацию потоков. Цветное сканирование хорошо дополняет постоянно-волновое исследование, так как позволяет точнее направить ультразвуковой луч или внести коррекцию при невозможности направить луч параллельно потоку. Основные недостатки заключаются в относительно низкой разрешающей способности и невозможности измерения высоких скоростей. У взрослых чувствительность цветного сканирования оптимальна при использовании датчика с относительно небольшой частотой ультразвукового сигнала (2,0—2,5 МГц).

Некоторые параметры цветного допплеровского сканирования поддаются регулировке; они перечислены в табл. 5. Усиление ультразвукового сигнала и размер сектора — два параметра, которые постоянно нужно регулировать во время исследования. Заметим, что частота смены изображений из всех регулируемых параметров зависит только от размера сектора: чем он меньше (чем меньше исследуется контрольных объемов), тем выше частота смены изображений.

Таблица 5. Регулируемые параметры при цветном допплеровском сканировании

Параметр

Влияние на частоту смены изображений

Влияние на чувствительность

Комментарий

Усиление [color gain]

-

+

Избыток усиления мешает четко различать потоки

Размер сектора [sector size]

+

+

Начинают исследование с сектора средних размеров

Фильтры [filters]

-

+

Начинают исследование с небольшого уровня фильтров

Частота повторения импульсов [PRF]

-

+

В большинстве случаев применяют максимально высокий уровень

Наибольшее значение цветное допплеровское сканирование имеет для полуколичественной оценки клапанной регургитации [125, 127, 128, 135] и внутрисердечных шунтов [174]. Поэтому клиническими областями, в которых цветное сканирование практически незаменимо, стали диагностика патологии протезированных клапанов и врожденных пороков сердца.

Следует с некоторой осторожностью относиться к количественной оценке тяжести клапанной регургитации с помощью цветного сканирования [122]. Необходимо учитывать, что на цветное изображение регургитирующей струи оказывают влияние перечисленные ниже факторы.

1. Гемодинамические факторы: разница давлений, обусловливающая кровоток; объем кровотока; частота сердечных сокращений, уровень пред- и посленагрузки, кинетическая энергия потока. Чем выше кинетическая энергия потока, тем большую площадь занимает он на цветном изображении. Это связано с тем, что часть кинетической энергии регургитирующей струи передается эритроцитам, находящимся в предсердии, и они тоже приходят в движение. При митральной регургитации кинетическая энергия потока выше, чем при трикуспидальной, поэтому струя митральной регургитации занимает большую площадь при той же степени клапанной недостаточности. Воспроизводимость цветного допплеровского сканирования тем выше, чем больше объем регургитации.

2. Настройка эхокардиографа (табл. 5).

3. Особенности различных эхокардиографических систем, не поддающиеся регулировке при выполнении исследования: алгоритмы распознавания тканей, цветного кодирования, усреднения скоростей кровотока и другие.

Глава 4. Протокол стандартного эхокардиографического исследования взрослых

Общие замечания

Во время исследования из парастернального и апикального доступа пациент находится в положении на левом боку; при исследовании из субкостального, супрастернального и правого парастернального — на спине. Исследователь находится справа от пациента, держа датчик левой рукой. М-модальные и двумерные изображения регистрируют с помощью датчика, имеющего частоту 3,5 МГц, все допплеровские записи — с помощью датчика 2,5 МГц. При идеальной визуализации всех структур сердца, возможно использование датчика 2,5 МГц для проведения всего исследования. Регистрация мониторного отведения электрокардиограммы обязательна на любом изображении. Желательно, чтобы глубина сканирования во время всего исследования была установлена на 16 см. Для оптимальной визуализации предсердий из апикального доступа и для исследования сердца из субкостального доступа глубина сканирования может быть увеличена. Скорость развертки изображения в М-модальном режиме — 50 мм/с, в допплеровском режиме — 100 мм/с. Для регистрации влияния фаз дыхания на внутрисердечный кровоток скорость развертки допплеровского изображения уменьшают до 25 мм/с. Следует регистрировать на видеопленку все перечисленные ниже изображения, не менее чем по 15 последовательных сердечных циклов на фоне задержки дыхания. Основные этапы измерений также должны быть записаны на видеопленку. Одно исследование занимает от 5 до 10 минут видеозаписи.

Этапы исследования

Двумерное и М-модальное исследование (датчик — 3,5 МГц или 2,5 МГц при хорошей визуализации)

1. Парастернальный доступ, длинная ось левого желудочка (ЛЖ)

Исследование в двумерном режиме: правая коронарная и некоронарная створки аортального клапана должны быть хорошо видны, срез должен проходить так, чтобы выносящий тракт ЛЖ имел максимальный размер. Для оценки истинной толщины межжелудочковой перегородки следует избегать попадания в изображение парасептальных структур. Для оптимальной визуализации митрального клапана в этот срез не должны попадать папиллярные мышцы и хорды.

2. Парастернальный доступ, короткая ось на уровне аортального клапана

Исследование в двумерном режиме: получение оптимального изображения створок аортального клапана, получение оптимального изображения трехстворчатого клапана, получение оптимального изображения клапана легочной артерии и ствола легочной артерии с ее бифуркацией.

М-модальное исследование аорты и левого предсердия (ЛП): получение корня аорты округлой формы и створок аортального клапана.

3. Парастернальный доступ — короткая ось ЛЖ на уровне митрального клапана

Двумерное исследование и М-модальное исследование на уровне митрального клапана.

4. Парастернальный доступ — короткая ось ЛЖ на уровне папиллярных мышц

Двумерное и М-модальное исследование. (Если исследование по короткой оси ЛЖ из парастернального доступа технически затруднено, его следует заменить исследованием по короткой оси из субкостального доступа.)

5. Апикальный доступ

·4-камерная позиция: оптимальная визуализация ЛЖ,

·2-камерная позиция: оптимальная визуализация ЛЖ,

·4-камерная позиция: оптимальная визуализация ЛП,

·2-камерная позиция: оптимальная визуализация ЛП,

·4-камерная позиция: оптимальная визуализация правого желудочка (ПЖ)

·4-камерная позиция: оптимальная визуализация правого предсердия

6. Субкостальный доступ

Двумерное исследование нижней полой вены в покое и во время форсированного дыхания.

Допплеровское исследование (датчик 2,5 МГц)

1. Парастернальный доступ, длинная ось ЛЖ

Цветное сканирование: перемещение «зоны интереса» (сектора) по экрану. При обнаружении патологических потоков — запись их на видеопленку и использование импульсного и постоянно-волнового режимов. Если патологически потоки не обнаружены — ограничиться записью кровотока в выносящем тракте ЛЖ.

2. Парастернальный доступ, короткая ось аортального клапана

·Цветное сканирование кровотока через клапан легочной артерии.

·Исследование кровотока в легочной артерии в импульсном режиме.

·Исследование кровотока в легочной артерии в постоянно-волновом режиме и измерение интеграла его линейной скорости.

·Цветное сканирование кровотока через аортальный клапан для выявления аортальной регургитации.

·Цветное сканирование и постоянно-волновое исследование кровотока через трехстворчатый клапан.

3. Парастернальный доступ, длинная ось ПЖ

·Цветное допплеровское сканирование приносящего тракта ПЖ.

·При обнаружении трикуспидальной регургитации — регистрация ее в постоянно-волновом режиме.

4. Апикальный доступ, 4-камерная позиция

·Цветное сканирование приносящего тракта ЛЖ.

·Импульсный режим: запись трансмитрального кровотока в месте, где он максимален (как правило, у места смыкания створок митрального клапана).

·При митральной регургитации — регистрация ее в постоянно-волновом режиме.

5. Апикальный доступ, 5-камерная позиция

·Цветное сканирование выносящего тракта ЛЖ.

·Импульсный режим: запись кровотока в выносящем тракте ЛЖ. Контрольный объем в выносящем тракте ЛЖ следует устанавливать в месте, где визуализируется смыкание створок аортального клапана (но не раскрытие).

·Постоянно-волновой режим — кровоток в выносящем тракте ЛЖ.

·Одновременная регистрация кровотока в выносящем тракте ЛЖ и трансмитрального кровотока в постоянно-волновом режиме (для измерения времени изоволюметрического расслабления ЛЖ).

6. Апикальный доступ, 4-камерная позиция

·Цветное сканирование приносящего тракта ПЖ.

·Постоянно-волновой режим — при наличии трикуспидальной регургитации.

Внутривенное контрастирование правых отделов сердца

Для контрастирования правых отделов сердца и усиления допплеровских сигналов трикуспидальной регургитации используют внутривенное введение физиологического раствора, содержащего пузырьки воздуха. Для появления пузырьков воздуха перекачивают физиологический раствор из шприца в шприц (рис. 4.1). Затем в вену предплечья быстро вводят 4—5 мл раствора одновременно с регистрацией двумерного изображения в апикальной 4-камерной позиции или транстрикуспидального кровотока. Пузырьки воздуха усиливают допплеровский сигнал трикуспидальной регургитации; это используется при определении систолического давления в легочной артерии по транстрикуспидальному градиенту. Кроме того, контрастирование правых отделов сердца необходимо для выявления открытого овального окна и дефектов межпредсердной перегородки: в этом случае во время контрастирования проводится проба Вальсальвы (рис. 14.4, 14.5, 14.6).

Рисунок 4.1. Методика внутривенного контрастирования правых отделов сердца: около 5 мл физиологического раствора перекачивают из шприца в шприц до появления большого количества пузырьков воздуха. После этого «активированный» физиологический раствор быстро вводят в вену; через несколько секунд на экране эхокардиографа регистрируется «тугое» контрастирование правых отделов сердца.

Компьютерная обработка и архивирование изображений

Для компьютерной обработки и архивирования изображений и результатов эхокардиографического исследования применяют оборудование и программное обеспечение Cineview Plus, Freeland Systems (Louisville, Colo., USA). Каждый эхокардиограф в лаборатории оснащен портативным компьютером, имеющим аналогово-цифровой преобразователь. Компьютерная система позволяет регистрировать серии изображений [cineloops], состоящие из 12 непрерывно сменяющихся изображений сердца в течение одного сердечного цикла. У всех пациентов производится регистрация четырех серий изображений (технически наиболее совершенных) ЛЖ: по парастернальной длинной оси, по парастернальной короткой оси на уровне папиллярных мышц, из апикальной проекции четырехкамерного сердца, из апикальной проекции двухкамерного сердца (рис. 4.2). В табл. 6 приведены параметры количественной двумерной эхокардиографии; их рассчитывают у всех пациентов.

Рисунок 4.2. По окончании эхокардиографического исследования с видеопленки (или во время исследования — с экрана эхокардиографа) производится регистрация сокращений сердца в позициях парастернальной длинной оси левого желудочка, короткой оси на уровне митрального клапана, апикальной четырех- и двухкамерной позиций на компьютерный диск в режиме непрерывно сменяющихся изображений.

Таблица 6. Параметры количественной двумерной эхокардиографии

Конечно-диастолический объем ЛЖ,

Конечно-систолический объем ЛЖ,

Конечно-диастолический индекс ЛЖ,

Конечно-систолический индекс ЛЖ,

Средняя толщина миокарда ЛЖ,

Масса миокарда ЛЖ,

Индекс массы миокарда ЛЖ,

Отношение конечно-диастолического объема ЛЖ к его массе

Напряжение стенки ЛЖ,

Фракция выброса ЛЖ,

Ударный объем,

Минутный объем кровообращения,

Сердечный индекс,

Максимальный (конечно-систолический) объем ЛП

Для расчета приведенных параметров достаточно обвести на изображении контур эндокардиальной поверхности ЛЖ и ЛП в апикальной двух- и четырехкамерной позициях, эндокардиальной и эпикардиальной поверхностей ЛЖ в парастернальной позиции короткой оси на уровне папиллярных мышц. Кроме этого, нужно ввести значения артериального давления, рост, вес пациента и частоту сердечных сокращений.

Значения всех указанных параметров вместе с сериями изображений записывают на гибкий магнитный диск (для записи каждого исследования требуется около 1 МБ компьютерной памяти), переносят на лазерный диск и пополняют базу данных эхокардиографических исследований лаборатории. Таким образом, вместе с видеозаписью врач получает информацию, записанную на компьютерный диск. Возможность вызова из памяти серий непрерывно сменяющихся изображений сердца в четырех проекциях, данных об объемах, массе, глобальной сократимости ЛЖ позволяет быстро сопоставить результаты нескольких исследования, проведенных в разное время. Серии изображений облегчают анализ локальной сократимости ЛЖ, особенно при неидеальной визуализации сердца или при высокой частоте сердечных сокращений. Можно изменять скорость воспроизведения серии изображений, что облегчает интерпретацию стресс-эхокардиографических исследований.

Глава 5. Левый желудочек

Исследование левого желудочка (ЛЖ) — пожалуй, наиболее важная область применения эхокардиографии. При технически грамотном выполнении исследования и правильной интерпретации полученных данных, М-модальное, двумерное и допплеровское исследования вместе дают подробнейшую информацию об анатомии и функции ЛЖ. Особенно важную роль играет определение глобальной систолической функции ЛЖ, самый представительный параметр которой — фракция выброса (отношение ударного объема ЛЖ к его конечно-диастолическому объему). Объем ЛЖ, толщина его стенок, сократимость отдельных сегментов, диастолическая функция ЛЖ также могут быть исследованы весьма аккуратно.

Глобальная систолическая функция

Для аккуратного изучения функции ЛЖ требуется получение нескольких позиций из парастернального и апикального доступов. Вначале обычно получают изображение ЛЖ из парастернального доступа по его длинной (рис. 2.1) и короткой (рис. 2.9, 2.10) осям. Двумерные изображения ЛЖ позволяют точно направить ультразвуковой луч для М-модального исследования (рис. 2.3, 2.4). Нужно подбирать параметры усиления таким образом, чтобы на изображении был хорошо виден эндокард ЛЖ. Трудности в определении настоящих контуров ЛЖ — наиболее частый источник ошибок в определении его функции.

Из апикального доступа визуализация ЛЖ производится в двумерном режиме в четырех и двухкамерной позициях (рис. 2.11, 2.12, 2.14). Также возможно исследование ЛЖ из субкостального доступа (рис. 2.16, 2.18).

Из параметров функции ЛЖ, получаемых с помощью М-модальной эхокардиографии, наиболее информативны следующие: переднезаднее укорочение короткой оси ЛЖ, расстояние от Е-пика движения передней створки митрального клапана до межжелудочковой перегородки [20], амплитуда движения корня аорты.

Переднезаднее укорочение характеризует отношение диастолического (совпадающего с вершиной зубца R электрокардиограммы) и систолического (окончание зубца T) размеров ЛЖ. В норме переднезадний размер короткой оси ЛЖ уменьшается на 30% и более. На рис. 2.4 приведена запись М-модального исследования ЛЖ при нормальном его переднезаднем укорочении, на рис. 5.15C — при дилатационной кардиомиопатии.

Если ориентироваться только на М-модальные измерения, можно допустить серьезные ошибки в оценке функции ЛЖ, так как эти измерения учитывают лишь небольшую часть ЛЖ у его основания. При ишемической болезни сердца сегменты с нарушенной сократимостью могут быть удалены от основания ЛЖ; при этом переднезаднее укорочение ЛЖ создаст ложное представление о глобальной систолической функции ЛЖ. М-модальные измерения размеров ЛЖ не учитывают его длины; при расчете объемов ЛЖ по Teichholz [37] длина короткой оси ЛЖ возводится в третью степень; эта формула крайне неточна. К сожалению, в ряде лабораторий она все еще применяется.

Расстояние от Е-пика движения передней створки митрального клапана до межжелудочковой перегородки — это расстояние между точкой наибольшего раскрытия митрального клапана (в фазу ранней диастолы) и ближайшим участком межжелудочковой перегородки (во время систолы). В норме это расстояние не превышает 5 мм. При снижении глобальной сократимости ЛЖ количество крови, остающейся в его полости в конце систолы, увеличивается, что приводит к дилатации ЛЖ. В то же время снижение ударного объема приводит к уменьшению трансмитрального кровотока. Митральный клапан в этом случае открывается не так широко, как в норме. Амплитуда движения межжелудочковой перегородки также снижается. По мере ухудшения глобальной сократимости ЛЖ расстояние между Е-пиком движения передней створки митрального клапана и межжелудочковой перегородкой все больше увеличивается. В Лаборатории эхокардиографии UCSF данные М-модального исследования для количественной оценки функции ЛЖ не используют, предпочитая им параметры двумерной и допплеровской эхокардиографии.

Амплитуду движения аорты у основания сердца также следует оценивать только качественно. Она пропорциональна ударному объему. Поведение аорты зависит от наполнения левого предсердия и от кинетической энергии крови, выбрасываемой левым желудочком в систолу. В норме корень аорты смещается в систолу кпереди более чем на 7 мм. Следует с осторожностью относиться к этому показателю, так как низкий ударный объем не означает непременно снижение сократимости ЛЖ. Если створки аортального клапана хорошо визуализируются вместе с аортой, легко рассчитать систолические временные интервалы. Степень открытия створок аортального клапана и форма их движения также являются показателями систолической функции ЛЖ.

В прошлые годы появлялось много публикаций, посвященных методам компьютерной обработки М-модальных изображений ЛЖ. Но мы не будем на них останавливаться, так как в большинстве клинических лабораторий эхокардиографии компьютеры для этих целей не используются, и кроме того с развитием эхокардиографической техники появились более надежные способы оценки глобальной сократимости ЛЖ.

При двумерном эхокардиографическом исследовании производится как качественная, так и количественная оценка глобальной сократимости ЛЖ. В повседневной практике эхокардиографические изображения оценивают так же как вентрикулограммы: определяют приблизительное соотношение систолического и диастолического размеров сердца. Ряд исследователей считают, что можно весьма точно оценить фракцию выброса, не прибегая к измерениям [25]. Мы, однако, сопоставляя результаты такой оценки с количественным расчетом фракции выброса при вентрикулографии, обнаружили недопустимо большое количество ошибок.

Наиболее аккуратный способ оценки глобальной сократимости ЛЖ — количественная двумерная эхокардиография. Этот метод, конечно, не лишен погрешностей, но он все-таки лучше, чем визуальная оценка изображений. По всей вероятности допплеровские исследования глобальной систолической функции ЛЖ еще точнее, но пока они выполняют вспомогательную роль.

Для количественной оценки глобальной сократимости ЛЖ принципиален выбор стереометрической модели ЛЖ [29, 31, 32, 33, 34, 39, 42, 43]. После выбора модели производится вычисление объемов ЛЖ, основанное на планиметрических его измерениях по алгоритму, соответствующему выбранной модели. Для вычисления объемов ЛЖ существует множество алгоритмов, на которых мы не будем останавливаться подробно. В Лаборатории эхокардиографии UCSF пользуются модифицированным алгоритмом Simpson, который правильнее называть методом дисков (рис. 5.1). При его использовании точность измерений практически не зависит от формы ЛЖ: в основе метода лежит реконструкция ЛЖ из 20 дисков — срезов ЛЖ на разных уровнях. Метод предполагает получение взаимно перпендикулярных изображений ЛЖ в двух- и четырехкамерной позициях. В нескольких центрах проведено сопоставление метода дисков с рентгеноконтрастной и радиоизотопной вентрикулографией. Главные недостатки метода дисков заключаются в том, что он занижает (приблизительно на 25%) объемы ЛЖ и предполагает использование компьютерных систем. Со временем стоимость компьютерных систем снизится, а качество изображений будет улучшаться; поэтому количественные методы оценки сократимости ЛЖ будут более доступны.

Рисунок 5.1. Расчет объемов левого желудочка по двум алгоритмам. Вверху: расчет объема левого желудочка по методу дисков в двух плоскостях (модифицированный алгоритм Simpson). Для расчета объема левого желудочка (V) по методу дисков необходимо получить изображения в двух взаимно перпендикулярных плоскостях: в апикальной позиции четырехкамерного сердца и апикальной позиции двухкамерного сердца. В обеих проекциях левый желудочек делится на 20 дисков (ai и bi) одинаковой высоты; площади дисков (ai × bi ×π/4) суммируются, сумма умножается затем на длину левого желудочка (L). Метод дисков — самый точный метод расчета объемов левого желудочка, так как на его результаты деформации левого желудочка влияют в наименьшей степени. Внизу: расчет объема левого желудочка по формуле «площадь-длина» в одной плоскости. Этот метод, изначально предназначенный для расчетов объемов левого желудочка при рентгеноконтрастной вентрикулографии, является наилучшим, если удается получить хорошее изображение левого желудочка только в одной апикальной позиции. А — площадь левого желудочка на изображении, L — длина левого желудочка. Schiller N.B. Two-dimensional echocardiographic determination of left ventricular volume, systolic function, and mass. Summary and discussion of the 1989 recommendations of the American Society of Echocardiography. Circulation 84(Suppl 3):280, 1991.

Ожидаемое утверждение стандартов количественной оценки глобальной сократимости ЛЖ Американской ассоциацией эхокардиографии должно привести к более широкому применению этих методов в повседневной практике.

На рис. 5.1, 5.2 изображены взаимно перпендикулярные изображения ЛЖ, которые можно использовать для расчета его объемов по методу Simpson. Обводить контуры ЛЖ следует строго по поверхности эндокарда. Нормальные значения конечно-диастолического объема ЛЖ, рассчитанные по трем алгоритмам приведены в табл. 7.

Рисунок 5.2. Компьютерная обработка изображений левого желудочка. Вверху: наложение систолического контура на диастолический в проекциях двух- (2-Ch) и четырехкамерного (4-Ch) сердца. Внизу: сопоставление диастолического контура с систолическим для количественного анализа локальной сократимости левого желудочка. По поводу того, как следует сопоставлять контуры желудочка, единого мнения нет. В данном случае оператор предпочел не совмещать длинные оси желудочка в систолу и диастолу, но совместить центр масс каждого из контуров. Компьютерные методы анализа локальной сократимости должны использоваться с большой осторожностью, так как диагностическая аккуратность их до конца не ясна. В приведенном примере рассчитаны также масса миокарда левого желудочка (Mass) по модели усеченного эллипсоида, фракция выброса по формуле «площадь-длина» в каждой из позиций (SPl EF), конечно-диастолический объем и фракция выброса по методу дисков (BiPl EF). Масса миокарда левого желудочка оказалась повышенной — 220 г. Значения фракции выброса левого желудочка (в норме она равна 0,60) существенно различались в зависимости от взятой для расчета проекции (0,61 и 0,46). Очевидно, эти различия объясняются гипокинезией левого желудочка перегородочной локализации. При использовании более аккуратного метода дисков величина фракции выброса составила 0,55 (или 55%). Конечно-диастолический объем левого желудочка оказался увеличен (147 мл), однако площадь поверхности тела пациента была равна 1,93 м^2, поэтому индекс конечно-диастолического объема левого желудочка (147/1,93 = 76 мл/м^2) оказался в пределах верхней границы нормы. Schiller N.B. Two-dimensional echocardiographic determination of left ventricular volume, systolic function, and mass. Summary and discussion of the 1989 recommendations of the American Society of Echocardiography. Circulation 84 (Suppl 3): 280, 1991.

Таблица 7. Нормальные значения конечно-диастолического объема (КДО) ЛЖ, рассчитанные по трем алгоритмам

Среднее значение КДО ± σ, мл

Конечно-диастолический индекс, мл/м^2

Алгоритм «площадь-длина» в апикальной 4-камерной позиции

Мужчины

112 ± 27 (65—193)

57 ± 13 (37—94)

Женщины

89 ± 20 (59—136)

57 ± 13 (37—94)

Алгоритм «площадь-длина» в апикальной 2-камерной позиции

Мужчины

130 ± 27 (73—201)

63 ± 13 (37—101)

Женщины

92 ± 19 (53—146)

63 ± 13 (37—101)

Алгоритм Simpson во взаимно перпендикулярных позициях

Мужчины

111 ± 22 (62—170)

55 ± 10 (36—82)

Женщины

80 ± 12 (55—101)

55 ± 10 (36—82)

В скобках приводятся крайние значения, полученные у здоровых людей

Очевидное преимущество количественного расчета глобальной сократимости ЛЖ по сравнению с визуальной ее оценкой состоит в том, что, наряду с фракцией выброса, он дает значения объемов ЛЖ и сердечного выброса. Допплеровские методы дополняют информацию, полученную при двумерной эхокардиографии: доказана высокая точность допплеровского измерения ударного объема. Ценность таких параметров как максимальная скорость и ускорение аортального кровотока еще нуждается в подтверждении, но и они, возможно, вскоре войдут в клиническую практику.

В Лаборатории эхокардиографии UCSF рутинно определяют ударный объем ЛЖ с помощью постоянно-волновой допплер-эхокардиографии аортального клапана в сочетании с М-модальным измерением его раскрытия [6, 13]. Этот метод, как и все допплеровские методы изучения объемного кровотока, основан на измерении интеграла линейной скорости кровотока и площади сечения сосуда в месте кровотока. Произведение средней скорости кровотока в систолу и продолжительности систолы — это расстояние, которое проходит ударный объем крови в течение систолы. Умножение этой величины на площадь сечения сосуда, в котором происходит кровоток, дает ударный объем. Произведение ударного объема на частоту сердечных сокращений представляет собой минутный объем кровотока.

Еще один параметр глобальной сократимости ЛЖ, значение которого может быть измерено при допплеровском исследовании, — скорость увеличения давления в полости ЛЖ в начале периода изгнания (dP/dt). Значение dP/dt можно вычислить только при наличии митральной регургитации (рис. 5.3). Необходимо зарегистрировать струю митральной регургитации в постоянно-волновом режиме и измерить интервал между двумя точками на прямолинейном участке спектра митральной регургитации. Обычно таким участком является расстояние между точками, имеющими скорости 1 и 3 м/с. Вычисление dP/dt возможно только при допущении, что давление в левом предсердии в это время не меняется. Изменение давления между точками, имеющими скорости 1 м/с и 3 м/с, равно 32 мм рт. ст. Разделив 32 на интервал между точками, получаем dP/dt.

Рисунок 5.3. Вычисление dP/dt левого желудочка: постоянно-волновое исследование митральной регургитации (MR). Интервал между точками, в которых скорость струи митральной регургитации равна соответственно 1 м/с и 3 м/с, составляет в данном случае 40 мс. Разность давлений — 32 мм рт. ст. [по уравнению Бернулли dP = 4(V_1^2 – V_2^2) = 4(3^2 – 1^2) = 32]. Таким образом, dP/dt = 32/0,040 = 800 мм рт. ст./c.

Дифференциальная диагностика причин снижения глобальной сократимости ЛЖ трудна. Если сократимость всех сегментов ЛЖ снижена примерно в одинаковой степени, можно думать о наличии кардиомиопатии. Для распознавания этиологии кардиомиопатии необходимы клинические данные, а также другие параметры, такие как толщина стенок ЛЖ, сведения о клапанном аппарате сердца. В американской литературе термином «кардиомиопатия» принято называть снижение глобальной сократимости ЛЖ любой этиологии; так, причиной кардиомиопатии может быть ишемическая болезнь сердца, гипертоническая болезнь, клапанный порок сердца, миокардит и т. д. Здесь и далее для обозначения глобального снижения сократимости ЛЖ неизвестного генеза мы будем пользоваться термином «идиопатическая дилатационная кардиомиопатия»; при идиопатической асимметрической гипертрофии ЛЖ — термином «гипертрофическая кардиомиопатия». К сожалению, наши знания об этиологии кардиомиопатий пока недостаточны; несовершенны и возможности использования эхокардиографии для их дифференциальной диагностики. Неоднородность сократимости отдельных сегментов ЛЖ свидетельствует в пользу ишемической этиологии кардиомиопатии, хотя и при идиопатической дилатационной кардиомиопатии разные сегменты ЛЖ могут сокращаться по-разному. Снижение глобальной сократимости ЛЖ в отсутствие его дилатации с большой вероятностью говорит о наличии несердечной патологии. Тахикардия, метаболические нарушения (например, ацидоз) нередко сопровождаются снижением фракции выброса в отсутствие какой-либо патологии миокарда. Лекарственные препараты могут временно снижать глобальную сократимость ЛЖ; таким действием обладают, например, средства для ингаляционного наркоза.

Форма, толщина стенок и масса

Изменения формы ЛЖ при различных заболеваниях сердца недостаточно изучены и редко обсуждаются в эхокардиографической литературе. ЛЖ при кардиомиопатиях принимает сферическую форму (рис. 5.15). В отличие от глобальных изменений формы ЛЖ, локальные его деформации, наблюдаемые при ишемической болезни сердца, изучены лучше. Локальные нарушения формы ЛЖ почти всегда указывают на ишемическую природу поражения миокарда. Аневризмы ЛЖ (локальные нарушения его формы в диастолу) затрудняют оценку глобальной систолической функции ЛЖ. Если стенки аневризмы плотные и содержат большое количество фиброзной ткани, то аневризма не растягивается и потому оказывает относительно небольшое влияние на глобальную сократимость ЛЖ. Если же аневризма растяжима, то влияние ее на глобальную систолическую функцию ЛЖ может быть весьма значительно.

В течение долгого времени по толщине стенок ЛЖ судили о наличии или отсутствии его гипертрофии [38]. Отношение толщины перегородки к толщине задней стенки ЛЖ использовалось в качестве диагностического критерия асимметрической гипертрофии ЛЖ. Как и в случае с размерами ЛЖ, эти линейные измерения служили для косвенного суждения о массе миокарда ЛЖ. Данные количественной двумерной эхокардиографии показывают, что использование линейных измерений толщины стенок ЛЖ может вести к неправильным суждениям о массе миокарда; отношение к таким измерениям должно быть пересмотрено. Например, если диастолическое наполнение ЛЖ существенно уменьшается, то толщина миокарда ЛЖ в диастолу может увеличиться при нормальной массе ЛЖ. Напротив, при дилатации ЛЖ его стенки могут быть тонкими даже при существенно увеличенной массе миокарда ЛЖ. Поэтому для суждения о наличии или отсутствии гипертрофии ЛЖ предпочтительно вычислять массу миокарда. Разумеется, методы вычисления массы миокарда ЛЖ, основанные на возведении в третью степень М-модальных измерений, так же несостоятельны, как и в случае вычисления объемов, особенно при асимметричном ЛЖ.

Основываясь на собственном опыте и данных литературы, мы рекомендуем вычислять массу миокарда ЛЖ только на основании двумерной эхокардиографии [8, 12, 29, 30]. Используемый нами метод показан на рис. 5.4. Большинство других методов измерения массы ЛЖ аналогичны приведенному и основаны на вычислении длины ЛЖ и толщины миокарда ЛЖ по короткой оси из парастернального доступа. Нормальные значения массы миокарда ЛЖ приведены в табл. 8.

Рисунок 5.4. Расчет массы миокарда левого желудочка по формуле «площадь-длина» (A/L) и по модели усеченного эллипсоида (TE). Вверху: обводят эндокардиальный и эпикардиальный контуры левого желудочка на уровне кончиков папиллярных мышц; рассчитывают толщину миокарда левого желудочка (t), радиус короткой оси левого желудочка (b) и площади, которые занимают эндокардиальный и эпикардиальный контуры левого желудочка (A_1 и A_2). Заметим, что папиллярные мышцы и кровь в полости левого желудочка исключают из расчетов. Ниже: а — длинная полуось левого желудочка, b — радиус короткой оси левого желудочка, d — короткая полуось левого желудочка, t — толщина миокарда левого желудочка. Внизу: формулы расчета массы миокарда левого желудочка, используемые в компьютерных программах. Точность этих формул примерно одинакова. Schiller N.B. Two-dimensional echocardiographic determination of left ventricular volume, systolic function, and mass. Summary and discussion of the 1989 recommendations of the American Society of Echocardiography. Circulation 84(3 Suppl): 280, 1991.

Таблица 8. Нормальные значения массы миокарда ЛЖ

Мужчины

Женщины

среднее

верхняя граница*

среднее

верхняя граница*

Масса (г)

135

183

99

141

Индекс массы (г/м^2)

71

94

62

89

* — вычислено как 90% от суммы среднего значения и стандартного отклонения

Полученные нами предварительные результаты свидетельствуют о возможности значительного снижения массы миокарда (до 150 г у некоторых больных) после протезирования аортального клапана по поводу аортального стеноза или после пересадки почки у пациентов с артериальной гипертонией почечного генеза. Аналогичные результаты получены другими авторами при исследовании пациентов, получавших длительную гипотензивную терапию.

Зная конечно-диастолический объем ЛЖ и его массу, можно вычислить их соотношение. В норме отношение конечно-диастолического объема к массе миокарда ЛЖ составляет 0,80 ± 0,17 мл/г. Увеличение этого отношения выше 1,1 мл/г связано с повышенной нагрузкой на стенку ЛЖ и означает, что гипертрофия ЛЖ не может компенсировать увеличение его объема (нагрузка на стенку желудочка прямо пропорциональна его внутреннему размеру и давлению и обратно пропорциональна толщине стенки желудочка).

Диастолическая функция

Любой патологический процесс, влияющий на систолическую функцию ЛЖ или приводящий к повышению его массы, может изменять и диастолическую функцию ЛЖ. У каждого третьего больного с явлениями застойной сердечной недостаточности сократимость миокарда не нарушена, а причина развития кардиальной симптоматики лежит в нарушении кровенаполнения ЛЖ, т. е. его диастолической дисфункции. Изменения диастолического наполнения ЛЖ появляются при большинстве заболеваний сердца раньше, чем нарушение систолической функции ЛЖ. При нормальном ЛЖ даже выраженные изменения объемов не должны приводить к заметному изменению диастолического давления, это особенно важно при физической нагрузке. Параметры М-модального исследования, позволяющие косвенным образом судить от диастолической функции ЛЖ, — это амплитуда движения корня аорты, форма движения митрального клапана и размер левого предсердия.

Наиболее информативный и точный эхокардиографический метод оценки диастолического наполнения ЛЖ — исследование трансмитрального кровотока в импульсном допплеровском режиме (рис. 5.5) [5, 11, 23]. Допплеровский контрольный объем устанавливают в приносящем тракте ЛЖ сразу над местом смыкания створок митрального клапана параллельно кровотоку.

A

B

C

Рисунок 5.5. Исследование диастолической функции левого желудочка: допплеровское исследование трансмитрального кровотока в импульсном режиме. Показаны варианты трансмитрального кровотока: нормальный (А), с преобладанием наполнения желудочка во время систолы предсердий (В), псевдонормальный (С). Е — кровоток раннего диастолического наполнения левого желудочка, А — кровоток во время систолы предсердий, DT — время замедления кровотока раннего диастолического наполнения левого желудочка.

Обязательными условиями допплеровского исследования диастолической функции ЛЖ являются: наличие у больного синусового ритма, отсутствие митрального стеноза или выраженной митральной или аортальной недостаточности. При частоте сердечных сокращений, превышающей 90—100 мин–1, оба пика сливаются, затрудняя анализ допплеровской записи или делая его невозможным (рис. 5.6). Чаще всего для оценки диастолической функции ЛЖ исследуют следующие параметры допплеровского трансмитрального кровотока: максимальные скорости раннего пика [М_1] и систолы предсердия [М_2], площади под кривыми раннего диастолического наполнения и систолы предсердия [Е] и [А], время изоволюметрического расслабления ЛЖ [IVRT]. Для определения времени изоволюметрического расслабления ЛЖ производится одновременная регистрация кровотока в выносящем тракте ЛЖ и трансмитрального кровотока (рис. 5.7). Время между окончанием кровотока в выносящем тракте и началом кровотока в приносящем тракте — это время изоволюметрического расслабления. В норме в покое оно составляет 60—70 мс.

Рисунок 5.6. Эффект частоты сердечных сокращений на исследование диастолического наполнения левого желудочка. При высокой частоте сердечных сокращений оба пика трансмитрального кровотока сливаются, затрудняя исследование или делая его невозможным. Частота сердечных сокращений в данном случае равна 95 мин–1. Е — кровоток раннего диастолического наполнения левого желудочка, А — кровоток во время систолы предсердий.

Рисунок 5.7. Измерение времени изоволюметрического расслабления левого желудочка: одновременная регистрация аортального и трансмитрального кровотока в постоянно-волновом режиме из апикального доступа. Время изоволюметрического расслабления левого желудочка измеряется величиной промежутка от момента окончания аортального до начала трансмитрального кровотока на допплеровском спектре. IVRT — время изоволюметрического расслабления левого желудочка.

Точные нормы для допплеровских индексов диастолической функции ЛЖ не установлены и не могут быть установлены. С возрастом у людей со здоровым сердцем происходит уменьшение доли кровотока в раннюю фазу диастолического наполнения ЛЖ. Кроме того, на параметры трансмитрального кровотока влияет положение контрольного объема по отношению к створкам митрального клапана, изменения положения датчика и положения тела больного и фазы дыхания.

В последние годы появилось много работ, посвященных применению допплер-эхокардиографии для исследования диастолической функции ЛЖ при отдельных заболеваниях: при артериальной гипертонии, гипертрофической кардиомиопатии, дилатационной кардиомиопатии, ишемической болезни сердца, констриктивном перикардите, экссудативном перикардитах, амилоидозе сердца. При ишемической болезни сердца изучались изменения диастолической функции ЛЖ, происходящие под действием как необратимых факторов (у больных с постинфарктным кардиосклерозом и острым инфарктом миокарда), так и преходящей ишемии (во время нагрузочных проб, ангиопластики).

Фундаментальное исследование диастолического наполнения ЛЖ при различных заболеваниях миокарда методом допплер-эхокардиографии провели Appleton с соавторами в 1988 году [3]. У 70 пациентов с заболеваниями миокарда и 30 здоровых людей производилось допплеровское исследование трансмитрального кровотока одновременно с катетеризацией полостей сердца до и после рентгеноконтрастной вентрикулографии. Было обнаружено, что у большинства больных трансмитральный кровоток отличался от нормального. Авторы выделили два типа нарушенного трансмитрального кровотока: 1) характеризующийся преобладанием кровотока во время предсердной систолы, 2) «псевдонормальный», или «рестриктивный». Первый тип соответствует начальному нарушению диастолического наполнения ЛЖ. Этот тип нарушения трансмитрального кровотока характеризуется удлинением периода изоволюметрического расслабления ЛЖ, снижением скорости и объема раннего диастолического кровотока, увеличением кровотока во время предсердной систолы (рис. 5.5B). Другими словами, происходит перераспределение трансмитрального кровотока: большая часть крови поступает в ЛЖ во время систолы предсердия. Заметим, что хотя преобладание кровотока во время предсердной систолы и свидетельствует о нарушении податливости [compliance] ЛЖ, конечно-диастолическое давление в ЛЖ при этом остается на нормальном уровне.

При дальнейшем прогрессировании заболевания происходит «псевдонормализация» диастолического наполнения ЛЖ. Переход к «псевдонормальному» (или «рестриктивному») типу диастолического наполнения ЛЖ ассоциируется с повышением давления в левом предсердии: при этом возрастает градиент давления между левыми отделами сердца в начале диастолы. Это приводит к увеличению скорости кровенаполнения в раннюю фазу диастолы (рис. 5.5C). От нормального трансмитрального кровотока «рестриктивный» отличается укороченным временем изоволюметрического расслабления, быстрым падением скорости раннего диастолического наполнения, почти полным отсутствием кровотока во время предсердной систолы. Такой тип трансмитрального кровотока ассоциируется с высоким конечно-диастолическим давлением в ЛЖ [4].

Представление о диастолическом наполнении ЛЖ можно получить с помощью цветного допплеровского сканирования. Этот метод позволяет одновременно исследовать направление кровотока в ЛЖ, в левом предсердии и легочных венах. На рис. 17.2 представлен кровоток, который регистрируется у пациентов, имеющих нормальный или повышенный сердечный выброс. Красный цвет в легочных венах, левом предсердии и желудочке говорит о том, что кровоток в них одновременно происходит в одном направлении — в сторону верхушки ЛЖ. При низком сердечном выбросе диастолический кровоток в легочных венах, левом предсердии и желудочке выглядит иначе: он осуществляется как бы короткими толчками из одного отдела в другой.

Варианты диастолического наполнения ЛЖ не являются чем-то застывшим, свойственным данному больному или виду поражения миокарда. Диастолическое наполнение ЛЖ может изменяться по мере прогрессирования заболевания или под влиянием лечения.

Ишемическая болезнь сердца и связанная с ней патология левого желудочка

Ишемия миокарда вызывает локальные нарушения сократимости ЛЖ, нарушения глобальной диастолической и систолической функции ЛЖ. При хронической ишемической болезни сердца наибольшее прогностическое значение имеют два фактора: выраженность поражения коронарных артерий и глобальная систолическая функция левого желудочка. При трансторакальном эхокардиографическом исследовании можно судить о коронарной анатомии, как правило, только косвенным образом: лишь у небольшого числа пациентов визуализируются проксимальные участки коронарных артерий (рис. 2.7, 5.8). С недавнего времени для визуализации коронарных артерий и изучения коронарного кровотока начали применять чреспищеводное исследование [252, 254] (рис. 17.5, 17.6, 17.7). Однако этот метод пока не получил широкого практического применения для изучения коронарной анатомии. О методах оценки глобальной сократимости ЛЖ говорилось выше. Эхокардиографическое исследование, проведенное в покое, строго говоря, — не метод диагностики ишемической болезни сердца. О применении эхокардиографии в сочетании с нагрузочными пробами речь пойдет ниже, в главе «Стресс-эхокардиография».

Рисунок 5.8. Аневризматическое расширение ствола левой коронарной артерии: парастернальная короткая ось на уровне аортального клапана. Ao — корень аорты, LCA — ствол левой коронарной артерии, PA — легочная артерия, RVOT — выносящий тракт правого желудочка.

Несмотря на упомянутые ограничения, эхокардиографическое исследование в покое, дает ценную информацию при ишемической болезни сердца. Боль в грудной клетке может быть сердечного или несердечного происхождения. Распознавание ишемии миокарда в качестве причины боли в грудной клетке имеет принципиальное значение для дальнейшего ведения пациентов как при амбулаторном исследовании, так и при поступлении их в блок интенсивной терапии. Отсутствие нарушений локальной сократимости ЛЖ во время болей в грудной клетке практически исключает ишемию или инфаркт миокарда в качестве причины болей (при хорошей визуализации сердца).

Локальную сократимость ЛЖ оценивают при двумерном эхокардиографическом исследовании, проводимом из различных позиций: чаще всего это парастернальные позиции длинной оси ЛЖ и короткой оси на уровне митрального клапана и апикальные позиции двух- и четырехкамерного сердца (рис. 4.2). Для визуализации задне-базальных отделов ЛЖ применяется также апикальная позиция четырехкамерного сердца с отклонением плоскости сканирования книзу (рис. 2.12). При оценке локальной сократимости ЛЖ необходимо визуализировать как можно лучше эндокард в исследуемой области. Для принятия решения о том, нарушена локальная сократимость ЛЖ или не нарушена, следует учитывать как движение миокарда исследуемой области, так и степень его утолщения. Кроме того, следует сравнивать локальную сократимость различных сегментов ЛЖ, исследовать эхо-структуру ткани миокарда в исследуемой области. Нельзя полагаться только на оценку движения миокарда: нарушения внутрижелудочковой проводимости, синдром предвозбуждения желудочков, электростимуляция правого желудочка сопровождаются асинхронным сокращением различных сегментов ЛЖ, поэтому эти состояния затрудняют оценку локальной сократимости ЛЖ. Затрудняет ее и парадоксальное движение межжелудочковой перегородки, наблюдаемое, например, при объемной перегрузке правого желудочка. Нарушения локальной сократимости ЛЖ описывают в следующих терминах: гипокинезия, акинезия, дискинезия. Гипокинезия означает снижение амплитуды движения и утолщения миокарда исследуемой области, акинезия — отсутствие движения и утолщения, дискинезия — движение исследуемого участка ЛЖ в направлении, противоположном нормальному. Термин «асинергия» означает неодновременное сокращение различных сегментов; асинергию ЛЖ нельзя отождествлять с нарушениями его локальной сократимости.

Для описания выявленных нарушений локальной сократимости ЛЖ и количественного их выражения прибегают к делению миокарда на сегментов. Американская кардиологическая ассоциация рекомендует деление миокарда ЛЖ на 16 сегментов (рис. 15.2). Чтобы рассчитать индекс нарушения локальной сократимости, сократимость каждого сегмента оценивают в баллах: нормальная сократимость — 1 балл, гипокинезия — 2, акинезии — 3, дискинезии — 4. Сегменты, недостаточно четко визуализированные, не учитывают. Сумму баллов затем делят на общее число исследованных сегментов.

Причиной нарушений локальной сократимости ЛЖ при ишемической болезни сердца может быть: острый инфаркт миокарда, постинфарктный кардиосклероз, преходящая ишемия миокарда, постоянно действующая ишемия жизнеспособного миокарда («гибернирующий миокард»). На нарушениях локальной сократимости ЛЖ неишемической природы мы здесь не будем останавливаться. Скажем только, что кардиомиопатии неишемического генеза часто сопровождаются неравномерным поражением различных участков миокарда ЛЖ, так что судить с уверенностью об ишемической природе кардиомиопатии только на основании обнаружения зон гипо- и акинезии не следует.

Сократимость некоторых сегментов ЛЖ страдает чаще других. Нарушения локальной сократимости в бассейнах правой и левой коронарных артерий обнаруживаются при эхокардиографическом исследовании с примерно одинаковой частотой. Окклюзия правой коронарной артерии, как правило, приводит к нарушениям локальной сократимости в области задне-диафрагмальной стенки ЛЖ. Нарушения локальной сократимости передне-перегородочно-верхушечной локализации типичны для инфаркта (ишемии) в бассейне левой коронарной артерии.

Инфаркт миокарда и его осложнения

Инфаркт миокарда вызывает нарушения локальной сократимости ЛЖ разной степени выраженности: от гипокинезии отдельных сегментов до истинной аневризмы ЛЖ. Структура ткани в области с нарушенной сократимостью может указать на давность инфаркта. Нередко на границе с нормальными сегментами видна резкая демаркационная линия: ее появление объясняют локальным изменением формы ЛЖ в области с нарушенной сократимостью. Граница между акинетичным и нормальным миокардом иногда хорошо визуализируется. Наличие диастолической деформации ЛЖ с резко выраженной демаркационной линией свидетельствует об образовании аневризмы. На рис. 5.9, 5.10 представлены эхокардиографические проявления инфаркта миокарда передне-перегородочно-верхушечной локализации с образованием аневризмы ЛЖ; на рис. 5.11 — передне-перегородочный инфаркт миокарда, на рис. 5.12 — задний инфаркт миокарда.

Рисунок 5.9. Акинезия левого желудочка передне-перегородочно-верхушечной локализации. Сегменты левого желудочка с нарушенной сократимостью отмечены стрелками. LAX — позиция парастернальной длинной оси левого желудочка, SAX — позиция парастернальной короткой оси левого желудочка на уровне папиллярных мышц, 4-ch — апикальная позиция четырехкамерного сердца, 2-ch — апикальная позиция двухкамерного сердца, LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, Ao — восходящий отдел аорты, LA — левое предсердие.

A

B

Рисунок 5.10. Аневризма левого желудочка перегородочно-верхушечной локализации (стрелки): апикальная позиция четырехкамерного сердца, диастола (А) и систола (В). Истончение миокарда и диастолическая деформация — признаки истинной аневризмы. LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, LA — левое предсердие, RA — правое предсердие.

A

B

Рисунок 5.11. Дискинезия левого желудочка передне-перегородочной локализации: апикальная позиция четырехкамерного сердца, диастола (А) и систола (В). Сегменты левого желудочка с нарушенной сократимостью отмечены стрелками. LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, LA — левое предсердие, RA — правое предсердие.

Рисунок 5.12. Аневризма левого желудочка задне-базальной локализации (стрелка): апикальная позиция двухкамерного сердца. Деформация левого желудочка и истончение миокарда в области аневризмы. LV — левый желудочек, LA — левое предсердие.

Эхокардиография может использоваться для диагностики и определения прогноза при остром инфаркте миокарда. Нормальная локальная сократимость ЛЖ у пациента с болями в грудной клетке помогает исключить острый инфаркт миокарда. Разработаны схемы количественной характеристики нарушений локальной сократимости ЛЖ. Показано, что индекс нарушения локальной сократимости ЛЖ при остром инфаркте служит независимым прогностическим признаком.

С помощью эхокардиографического исследования, проведенного непосредственно у постели больного, можно быстро распознать многие осложнения инфаркта миокарда. Об истинных аневризмах ЛЖ мы уже говорили. Псевдоаневризмы внешне похожи на истинные аневризмы, но причиной их появления служит разрыв миокарда. Аневризматический мешок псевдоаневризмы при внешнем разрыве состоит из перикарда и остатков разорвавшейся стенки. Только небольшие псевдоаневризмы совместимы с жизнью, поэтому у диагностированных с помощью эхокардиографии псевдоаневризм тонкий перешеек; это позволяет их отличить от истинных аневризм, у которых перешеек так же широк как и верхушка. Часто именно эхокардиография позволяет обнаружить псевдоаневризмы [22, 26]. Без хирургического лечения прогноз при псевдоаневризме ЛЖ крайне неблагоприятный.

Массивный разрыв стенки ЛЖ обычно не совместим с жизнью. При небольших разрывах стенки ЛЖ можно обнаружить эхо-негативное пространство между листками перикарда и признаки тампонады сердца. В подавляющем большинстве случаев появление жидкости в полости перикарда при инфаркте миокарда связано, к счастью, не с разрывом миокарда, а с эпистенокардитическим перикардитом или постинфарктным перикардитом (синдромом Дресслера).

Разрыв межжелудочковой перегородки приводит к сбросу крови слева направо на уровне желудочков (рис. 5.13), разрыв или дисфункция папиллярной мышцы приводят к появлению молотящей [flail] створки митрального клапана и тяжелой митральной недостаточности (рис. 5.14). У пациентов с молотящей створкой митрального клапана обнаруживается эксцентрическая струя регургитации, распространяющаяся циркулярно по периферии левого предсердия от пораженной створки [113]. При поражении передней створки митрального клапана струя направлена в сторону заднелатеральной стенки предсердия, при поражении задней створки — к межпредсердной перегородке (рис. 17.3).

A

B

Рисунок 5.13. Разрыв межжелудочковой перегородки (осложнение инфаркта миокарда задней локализации): интраоперационное чреспищеводное эхокардиографическое исследование. А — перед операцией, В — после операции ушивания дефекта межжелудочковой перегородки. Дефект межжелудочковой перегородки отмечен стрелкой. LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, t — тромб, patch — заплата.

Рисунок 5.14. Молотящая задняя створка митрального клапана — результат дисфункции папиллярных мышц (осложнение инфаркта миокарда левого желудочка задней локализации). Задняя створка митрального клапана в систолу провисает в полость левого предсердия. Несмыкание створок митрального клапана приводит к тяжелой митральной недостаточности. При цветном допплеровском сканировании струи митральной регургитации выявляется, что она направлена в сторону межпредсердной перегородки и циркулярно распространяется по всему предсердию. LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, LA — левое предсердие, Ao — восходящий отдел аорты.

При дефекте межжелудочковой перегородки контрастное исследование может выявить появление пузырьков воздуха в левых отделах сердца, с помощью допплеровского исследования можно рассчитать градиент давления между левым и правым желудочками, объем шунтируемой крови.

О тромбозе ЛЖ речь пойдет ниже, в разделе «Патологические образования в полости ЛЖ».

Кардиомиопатии

Существует три типа кардиомиопатий, каждый из которых имеет характерные эхокардиографические признаки: это дилатационная, гипертрофическая и рестриктивная кардиомиопатии.

Дилатационная кардиомиопатия

Диагностировать дилатационную кардиомиопатию на ранних стадиях ее развития удается редко. Однако, тяжелые формы дилатационной кардиомиопатии имеют яркие эхокардиографические признаки. К этим признакам относятся: сферическая форма ЛЖ, дилатация ЛЖ при нормальной или уменьшенной толщиной его стенок, систолическое движение всех сегментов внутрь ЛЖ. Практически всегда увеличено левое предсердие, нередко расширены все камеры сердца. Увеличение правых отделов сердца может быть как вторичным (из-за легочной гипертензии), так и первичным (из-за вовлечения миокарда правого желудочка в патологический процесс). Объем ЛЖ часто превышает 250 мл, а левого предсердия — 125 мл. Фракция выброса нередко оказывается ниже 20%, но чаще всего она составляет от 20% до 30%. Сердечный выброс может быть нормальным или почти нормальным. Это обусловлено тем, что, во-первых, дилатационная кардиомиопатия часто сопровождается синусовой тахикардией, и во-вторых, большой конечно-диастолический объем может обеспечивать почти нормальный ударный объем, несмотря на низкую фракцию выброса. На рис. 5.15 представлены некоторые характерные признаки дилатационной кардиомиопатии.

A

B

C

Рисунок 5.15. Эхокардиографические находки при дилатационной кардиомиопатии. Парастернальная длинная ось левого желудочка (А), апикальная позиция четырехкамерного сердца (В), М-модальное исследование на уровне митрального клапана (С). Левый желудочек принимает сферическую форму. Мерой «сферичности» служит отношение размеров левого желудочка по длинной и короткой осям (В): при дилатационной кардиомиопатии это отношение приближается к единице. Расстояние от Е-пика движения передней створки митрального клапана до межжелудочковой перегородки в норме не превышает 5 мм, при дилатационной кардиомиопатии оно значительно больше. LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, LA — левое предсердие, RA — правое предсердие, IVS — межжелудочковая перегородка.

Если кардиомиопатия диагностирована, нет необходимости в частом повторении эхокардиографического исследования, за исключением тех случаев, когда это делается для мониторинга давления в легочной артерии и параметров глобальной сократимости ЛЖ, его объемов и массы.

При допплеровском исследовании обнаруживается снижение скорости и ускорения кровотока в восходящем отделе аорты и уменьшение интеграла линейной скорости кровотока в выносящем тракте ЛЖ и легочной артерии.

Диагностировать дилатационную кардиомиопатию, особенно сопровождающуюся тяжелой сердечной недостаточностью, не составляет большого труда. Как ни парадоксально, эхокардиография предоставляет очень мало возможностей судить о генезе кардиомиопатии. В Лаборатории эхокардиографии UCSF предпринимались попытки выработать критерии дифференциальной диагностики ишемической и идиопатической дилатационной кардиомиопатии с использованием эхокардиографии и магнитно-резонансной томографии. С этой целью определяли толщину стенок, их структуру, локальную сократимость и форму ЛЖ. У пациентов с ишемической кардиомиопатией были более выражены нарушения локальной сократимости, неоднородность эхо-структуры, наличие сегментов с нормальной сократимостью, однако эти изменения были обнаружены и у значительного числа пациентов молодого возраста, не имеющих ангиографических признаков ишемической болезни сердца. Это позволяет утверждать, что эхокардиография не может быть надежным методом выявления причин дилатационной кардиомиопатии.

Все более широкое распространение сейчас получает еще один диагностический метод с применением эхокардиографии: эндокардиальная биопсия миокарда под эхокардиографическим контролем. С накоплением опыта эта изящная комбинация инвазивного метода с неинвазивным может стать стандартным методом диагностики кардиомиопатий.

В Южной Америке распространена болезнь Чагаса [Chagas]; эта болезнь сопровождается кардиомиопатией, которая может иметь сегментарный характер [1]. Причина болезни Чагаса — попадание в организм человека Trypanosoma cruzi (при укусе насекомыми-переносчиками) с массивной инвазией миокарда. Кардиомиопатия, развивающаяся при этой болезни, клинически сходна с другими далеко зашедшими поражениями миокарда. При эхокардиографии выявляется характерное сегментарное поражение миокарда, в типичном случае — аневризма верхушки ЛЖ при интактной межжелудочковой перегородке, чего почти никогда не бывает при ишемической болезни сердца. В редких случаях отмечаются аневризмы базальных отделов задней стенки ЛЖ.

Гипертрофическая кардиомиопатия

Гипертрофическая кардиомиопатия — это увеличение толщины стенок ЛЖ и его массы неизвестной этиологии; иными словами — это гипертрофия ЛЖ в отсутствие аортального стеноза или артериальной гипертонии. Гипертрофия ЛЖ может быть симметричной или асимметрической. Обычно при асимметрической гипертрофической кардиомиопатии максимально гипертрофированы базальные отделы межжелудочковой перегородки. Причины неравномерного распределения гипертрофии неизвестны, как неизвестен и сам ее генез. Удивительно то, что, хотя гипертрофическая кардиомиопатия определенно является наследственным заболеванием, локализация гипертрофии ЛЖ у членов семьи может быть разной.

Эхокардиография — надежный метод диагностики гипертрофической кардиомиопатии. В клинике этого заболевания три ведущих синдрома определяют тяжесть поражения и прогноз: это обструкция выносящего тракта ЛЖ, диастолическая дисфункция ЛЖ и желудочковые нарушения сердечного ритма. Эхокардиография, в особенности допплеровское исследование, позволяет достоверно оценить выраженность первых двух синдромов.

Классическая эхокардиографическая картина при гипертрофической кардиомиопатии такова: максимальная гипертрофия в области базальных отделов межжелудочковой перегородки, разной степени выраженности вовлеченность в процесс остальных стенок ЛЖ; передне-систолическое движение створок митрального клапана, средне-систолическое прикрытие аортального клапана, динамический градиент давления в выносящем тракте ЛЖ, нарушение диастолического наполнения ЛЖ, митральная регургитация (рис. 5.16, 5.17, 5.18, 5.19, 5.21). Кальциноз митрального кольца наблюдается при гипертрофической кардиомиопатии более чем в половине случаев [28].

Рисунок 5.16. Гипертрофическая кардиомиопатия: асимметрическая гипертрофия левого желудочка, передне-систолическое движение митрального клапана. Парастернальная длинная ось левого желудочка. Локализация гипертрофии типична для гипертрофической кардиомиопатии: это — межжелудочковая перегородка, толщина которой в диастолу достигает 20 мм. В передне-систолическое движение вовлечена в основном задняя створка митрального клапана (пунктирная стрелка). LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, LA — левое предсердие, Ao — восходящий отдел аорты.

Рисунки 5.17, 5.18. Гипертрофическая кардиомиопатия. Передне-систолическое движение митрального клапана, в котором участвуют обе створки клапана. Апикальная позиция четырехкамерного сердца. Рис. 5.17 — диастола, рис. 5.18 — систола. LV — левый желудочек, LA — левое предсердие, RV — правый желудочек, RA — правое предсердие.

Рисунок 5.19. Гипертрофическая кардиомиопатия: субкостальный доступ, длинная ось сердца, диастола. Толщина межжелудочковой перегородки достигает 35 мм в максимально гипертрофированном участке. LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, LA — левое предсердие, RA — правое предсердие.

Передне-систолическое движение митрального клапана (рис. 5.17), в которое могут быть вовлечены одна или обе створки, не служит патогномоничным признаком гипертрофической кардиомиопатии (рис. 5.20). Передне-систолическое движение митрального клапана может быть связано с удлинением хорд, иногда оно наблюдается при пролапсе митрального клапана, бывает и у здоровых людей. Однако длительный систолический контакт митрального клапана с межжелудочковой перегородкой (более 1/3 систолы) всегда сопряжен с высокоскоростным кровотоком в выносящем тракте ЛЖ: при гипертрофической кардиомиопатии, гипертоническом сердце, иногда — при аортальном стенозе. При выраженном передне-систолическом движении митрального клапана нередко обнаруживается утолщение эндокарда межжелудочковой перегородки в месте контакта с ней митрального клапана.

Рисунок 5.20. Передне-систолическое движение митрального клапана у пациентки, перенесшей реконструктивную операцию на митральном клапане (по поводу разрыва хорд). Передне-систолическое движение митрального клапана появилось после операции и привело к динамической обструкции выносящего тракта левого желудочка. Апикальная позиция четырехкамерного сердца: слева — диастола, справа — систола. LV — левый желудочек, LA — левое предсердие.

Причинно-следственная связь передне-систолического движения митрального клапана и динамической обструкции ЛЖ до конца не ясна. Считается, что высокоскоростная струя крови в выносящем тракте ЛЖ притягивает створки митрального клапана (эффект Вентури). Передне-систолическое движение митрального клапана уменьшает просвет выносящего тракта ЛЖ и вызывает его динамическую обструкцию. Контакт митрального клапана с межжелудочковой перегородкой появляется в среднем на 30 мс раньше, чем максимальный внутрижелудочковый градиент давления.

Сложнее поставить правильный диагноз атипичной, апикальной гипертрофии ЛЖ, поскольку миокард верхушки ЛЖ наименее доступен для изучения. Затрудняет диагностику гипертрофической кардиомиопатии также отсутствие обструкции выносящего тракта ЛЖ; в этих случаях необходимы специальные пробы, провоцирующие ее появление; эти пробы помогают не только выявить обструкцию, но и определить ее тяжесть. К методам провоцирующим или усугубляющим обструкцию выносящего тракта ЛЖ относятся: проба Вальсальвы, ингаляция амилнитрита (рис. 5.21, пробы с физической нагрузкой. Их следует проводить одновременно с регистрацией кровотока в выносящем тракте ЛЖ в постоянно-волновом допплеровском режиме.

A

B

Рисунок 5.21. Гипертрофическая кардиомиопатия: исследование кровотока в выносящем тракте левого желудочка в постоянно-волновом допплеровском режиме у двух пациентов. А — обструкция выносящего тракта левого желудочка в покое: внутрижелудочковый градиент давления достигает 100 мм рт. ст. В — в покое обструкция отсутствует, после ингаляции амилнитрита внутрижелудочковый градиент давления — 36 мм рт. ст. Независимо от степени динамической обструкции форма допплеровского спектра потока имеет несимметричный характер, скорость кровотока достигает пика ближе к концу систолы. PG — градиент давления.

С целью оптимизации медикаментозного и хирургического лечения гипертрофическую кардиомиопатию принято разделять на три гемодинамические подгруппы: 1) с обструкцией выносящего тракта ЛЖ в покое (внутрижелудочковый градиент давления в покое превышает 25 мм рт. ст.); 2) с латентной обструкцией (внутрижелудочковый градиент давления превышает 25 мм рт. ст. после провоцирующих проб); 3) без обструкции (нет обструкции в покое и невозможно ее спровоцировать).

При определении внутрижелудочкового градиента давления с помощью постоянно-волнового допплеровского исследования могут возникнуть трудности в дифференцировании стенотической струи от митральной регургитации, которая почти всегда присутствует при гипертрофической кардиомиопатии. На допплеровском спектре эти два потока могут сливаться (рис. 5.22). Стенотическая струя при гипертрофической кардиомиопатии имеет ту особенность, что достигает максимальной скорости ближе к концу систолы, тогда как форма кривой митральной регургитации выглядит симметрично. Увеличение скорости кровотока в выносящем тракте ЛЖ к концу систолы, патогномоничное для динамической обструкции ЛЖ, позволяет также дифференцировать гипертрофическую кардиомиопатию от аортального стеноза.

Рисунок 5.22. Гипертрофическая кардиомиопатия: постоянно-волновое допплеровское исследование из апикального доступа. Одновременно регистрируются струя митральной регургитации и кровоток в выносящем тракте левого желудочка. Струя митральной регургитации начинается в самом начале систолы и достигает пика раньше, чем кровоток в выносящем тракте левого желудочка. В приведенном примере митральная регургитация имеет скорость 6 м/с (градиент давления между левым желудочком и левым предсердием — 144 мм рт. ст.), кровоток в выносящем тракте левого желудочка достигает скорости 8 м/с, что соответствует внутрижелудочковому градиенту давления 256 мм рт. ст. MR — струя митральной регургитации, LV outflow — кровоток в выносящем тракте левого желудочка.

Митральная регургитация в той или иной мере присутствует почти у всех больных с гипертрофической кардиомиопатией. Обычно степень выраженности митральной недостаточности прямо пропорциональна выраженности обструкции выносящего тракта ЛЖ. Чаще всего регургитирующая струя направлена эксцентрически — в сторону задней стенки левого предсердия: это связано с тем, что митральный клапан отклоняется в систолу кпереди — в сторону межжелудочковой перегородки. В 20% случаев митральная регургитация при гипертрофической кардиомиопатии объясняется причинами, не связанными с обструкцией ЛЖ: чаще всего это врожденные изменения клапана или кальциноз митрального кольца.

Основная задача при лечении гипертрофической кардиомиопатии — это улучшение диастолического наполнения ЛЖ и устранение обструкции его выносящего тракта. Для контроля эффективности проводимой терапии нужно проводить повторные допплеровские исследования диастолического трансмитрального кровотока и кровотока в выносящем тракте ЛЖ, особенно при бессимптомном течении заболевания.

Рестриктивная кардиомиопатия

Рестриктивные поражения ЛЖ труднее диагностировать, чем дилатационную или гипертрофическую кардиомиопатию. Тем не менее эхокардиография и здесь дает ценную информацию. Самый частый пример рестриктивной кардиомиопатии — маленький ригидный ЛЖ при диабете [7]. У большинства больных диабетом эти изменения выражены в незначительной степени и клинически не проявляются. Существенно более тяжелое, хотя и отосительно редкое заболевание — амилоидоз сердца. Прогноз при этой патологии плохой. На поверхностный взгляд, амилоидоз выглядит как обыкновенная гипертрофия ЛЖ, так как инфильтрация амилоидом проявляется в утолщении миокарда. При внимательном изучении эхо-структуры стенок ЛЖ можно заметить специфический блеск (рис. 5.23). Утолщенный, светящийся миокард сокращается нормально или почти нормально, левое предсердие увеличено. Добавление этих данных к клинической картине (наличие хронического заболевания, нейропатия, низкий вольтаж ЭКГ) подскажет правильный заключительный шаг в диагностике амилоидоза — проведение биопсии десны, прямой кишки или миокарда. Следует заметить, что не всегда амилоидоз сердца приводит к увеличению толщины стенок ЛЖ; мы наблюдали случаи амилоидоза сердца без утолщения стенок ЛЖ, а также случаи, когда инфильтрацию миокарда амилоидом нельзя было отличить от гипертрофии ЛЖ.

Рисунок 5.23. Амилоидоз сердца: парастернальная длинная ось левого желудочка. Инфильтрация амилоидом проявляется утолщением миокарда и специфическим блеском. Диагноз амилоидоза в данном случае подтвержден результатами биопсии миокарда. RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, LA — левое предсердие.

При рестриктивной кардиомиопатии допплеровский трансмитральный кровоток имеет характерные особенности [2]: увеличен первый, ранний пик трансмитрального кровотока, уменьшено время изоволюметрического расслабления ЛЖ и замедления раннего диастолического наполнения, практически отсутствует или резко снижен кровоток во время предсердной систолы (рис. 5.5C). Этот «псевдонормальный» тип трансмитрального кровотока связан с высоким конечно-диастолическим давлением в левом желудочке.

Патологические образования

Тромбоз ЛЖ — нередкая находка при эхокардиографическом исследовании. В большинстве случаев он связан с недавно перенесенным инфарктом миокарда передне-верхушечной локализации. Эхокардиография весьма эффективна для выявления тромбов ЛЖ; это вдохновило ряд исследователей на изучение структуры тромбов, времени их образования и исчезновения, вероятности тромбоэмболий. На рис. 5.24 представлена аневризма верхушки ЛЖ, полностью заполненная тромбом. Чаще всего тромбоз ЛЖ появляется на третий-пятый день инфаркта миокарда передне-верхушечной локализации, вероятность появления тромбоза ЛЖ увеличивается с возрастом и прямо зависит от размеров поражения миокарда. Риск тромбоэмболий максимален с 5-го по 20-й дни заболевания со значительным снижением его в более поздние сроки. Тромбоз ЛЖ также встречается при дилатационных кардиомиопатиях, но гораздо реже, чем при инфаркте миокарда. При гипертрофической кардиомиопатии выраженную трабекуляцию верхушки ЛЖ бывает трудно отличить от тромбоза (рис. 5.25).

Рисунок 5.24. Осложнение инфаркта миокарда — пристеночный тромбоз левого желудочка. Слева — апикальная позиция четырехкамерного сердца. Вся верхушка левого желудочка заполнена тромбом. Справа — рентгено-компьютерная томограмма, подтверждающая эту находку. LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, LA — левое предсердие, RA — правое предсердие. Schiller N.B., Himelman R.B., Echocardiography and Doppler in clinical cardiology, in: Cardiology, ed. ParmleyW.W., Chatterjee K., J.B. Lippincott Co., 1991.

Рисунок 5.25. Гипертрофическая кардиомиопатия с трабекуляцией верхушки левого желудочка. Выраженная трабекуляция выглядит как тромбоз левого желудочка. При компьютерной томографии с контрастированием дефект наполнения левого желудочка не выявлен — тромбоз исключен. LV — левый желудочек, LA — левое предсердие. Schiller N.B., Himelman R.B., Echocardiography and Doppler in clinical cardiology, in: Cardiology, ed. ParmleyW.W., Chatterjee K., J.B. Lippincott Co., 1991.

Эхогенность тромбов и их эхо-структура зависят от давности их образования. Старые тромбы обычно имеют неяркую, гладкую границу, структура их напоминает ткань печени, иногда бывает слоистой. Вновь образовавшиеся тромбы более яркие, они имеют тенденцию находиться центральнее в полости ЛЖ. Из-за высокой мобильности и центрального расположения совсем юные тромбы бывает трудно дифференцировать от так называемого «спонтанного контрастирования» или «псевдоконтрастирования» [spontaneous contrast], появление которого связано с резко замедленным движением крови в полости аневризмы. Чем более подвижен тромб и чем более неровна его поверхность, тем выше вероятность тромбоэмболий.

Нетромботические образования в ЛЖ редки. Приблизительно 25% первичных опухолей ЛЖ злокачественны; их гистологическая характеристика такова: в 33% случаев — ангиомиосаркома, 20% — рабдомиома, 11% — фибросаркома, 10% — мезотелиома, прочие опухоли крайне редки. У детей преобладают рабдомиомы, сочетающиеся с туберозным склерозом. Среди доброкачественных опухолей чаще всего встречаются папилломы (рис. 5.26) и миксомы. Ложные сухожилия в полости ЛЖ являются вариантом нормы (рис. 5.27).

Рисунок 5.26. Папиллома левого желудочка: интраоперационное чреспищеводное эхокардиографическое исследование. Папиллома прикрепляется к хордам митрального клапана. LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, LA — левое предсердие, RA — правое предсердие.

Рисунок 5.27. Ложное сухожилие левого желудочка. Ложное сухожилие (стрелка) выглядит как поперечный тяж в полости левого желудочка и, по-видимому, не имеет самостоятельного клинического значения. LV — левый желудочек, LA — левое предсердие.

Другое состояние, подозрительное на патологическое образование в ЛЖ, — эндомиокардиальный фиброз. Эта патология чаще всего встречается в Северной Африке и Южной Америке и проявляется облитерацией верхушки ЛЖ и правого желудочка. Иногда это состояние ведет к развитию рестриктивной кардиомиопатии. Эхокардиографически эндомиокардиальный фиброз проявляется следующим образом: облитерация верхушки ЛЖ массой, содержащей большое количество кальция, нормальная сократимость остальных участков миокарда, митральная и трикуспидальная регургитация и увеличенные предсердия.

Поражение сердца при СПИДе

Все более известными становятся легочные, кожные, нефрологические, неврологические и желудочно-кишечные проявления синдрома приобретенного иммунодефицита (СПИДа). Патология сердца при СПИДе изучена сравнительно мало. С увеличением числа пораженных СПИДом все чаще и раньше распознается кардиальные проявления этой болезни: легочное сердце, миокардит, дилатационная кардиомиопатия и перикардит [16, 19, 50]. Среди больных СПИДом, имеющих кардиальную симптоматику, преобладают люди, употребляющие внутривенные наркотические вещества, женщины, а также госпитализированные больные с разнообразными инфекционными заболеваниями и низким числом Т-лимфоцитов. Поражение сердца при СПИДе редко проявляется клинически: большей частью обнаруживаются изолированные гистологические или эхокардиографические изменения; сердечная недостаточность или тампонада сердца бывают примерно у 5% больных СПИДом.

Наиболее вероятная причина дилатационной кардиомиопатии при СПИДе — инфекционный миокардит. Данные патолого-анатомических исследований показали, что фокальный миокардит при СПИДе встречается часто, но протекает бессимптомно. Выявлено множество вероятных возбудителей миокардита при СПИДе: цитомегаловирусы, микобактерии туберкулеза, Toxoplasma gondii, Cryptococcus neoformans, Candida albicans, Histoplasma capsulatum. Пока не установлена связь между конкретным возбудителем и тяжестью поражения сердца. Не исключено поражение миоцитов и самим вирусом СПИДа. Выпот в полости перикарда при СПИДе связывают с гипоальбуминемией, инфекционным поражением сердца и легких, злокачественными новообразованиями или поражением самого перикарда. Описаны поражения сердца при СПИДе, вызванные первичными неходжкинскими лимфомами средостения, дессеминированной саркомой Капоши, бактериальным, грибковым или марантическим (кахектическим) эндокардитом, легочной гипертензией с развитием легочного сердца.

Развитие сердечной недостаточности при СПИДе означает очень плохой прогноз на самое ближайшее будущее, хотя поначалу сердечная недостаточность неплохо поддается лечению обычными средствами. Выпот в полости перикарда при СПИДе почти никогда не приводит к тампонаде сердца.

При выявлении причин одышки у больного СПИДом следует всегда иметь в виду возможность поражения сердца наряду с заболеваниями легких. Проведение эхокардиографии показано всем больным СПИДом с тяжелой одышкой, не соответствующей выраженности поражения легких, и всем больным СПИДом с кардиальной симптоматикой.

Глава 6. Правый желудочек

Часто у пациентов с подозрением на заболевание левого желудочка при эхокардиографии обнаруживается патология правого желудочка (ПЖ), до того не распознанная. Например, больные первичной легочной гипертензией обычно обращаются к врачу по поводу прогрессирующей одышки. При эхокардиографии в этом случае, часто впервые, обнаруживается хроническое легочное сердце. При эмфиземе легких эхокардиография с допплеровским исследованием давления в легочной артерии дает больше для диагностики легочного сердца, чем все традиционные клинические методы (физикальное исследование, рентгенография грудной клетки и электрокардиограмма). В целом же эхокардиографические находки, связанные с патологией левого и правого желудочков почти одинаково часты.

Сократимость, объем и толщина стенок

В отличие от левого желудочка, имеющего форму эллипса и легко поддающегося измерениям, форма ПЖ затрудняет количественную оценку его функции и объемов. Стереометрической моделью ПЖ служит пирамида с треугольным основанием. Такая модель, однако, не учитывает поперечное расширение ПЖ и его выносящий тракт. Количественная двумерная эхокардиография ПЖ, имеющего очень сложные пространственные соотношения, весьма затруднена. Многие исследователи предпринимали попытки разработать надежный способ измерения объемов ПЖ, но ни один из методов не получил распространения [48, 53, 54]. В Лаборатории эхокардиографии UCSF используют два относительно простых количественных подхода к оценке размеров ПЖ. Если размер ПЖ при М-модальном парастернальном исследовании на уровне короткой оси левого желудочка превышает 2,5 см, должна быть заподозрена дилатация ПЖ (рис. 6.1B). Затем изучают два двумерных изображения ПЖ. В норме по короткой оси из парастернального доступа левый желудочек доминирует над правым, — последний занимает небольшое пространство кпереди от левого желудочка (рис. 2.9). Если ПЖ равен в этой позиции левому или больше него, то можно с уверенностью говорить о дилатации ПЖ (рис. 6.1A). При исследовании из апикальной четырехкамерной позиции верхушка сердца в норме занята левым желудочком. Если верхушка занята ПЖ хотя бы частично, то он дилатирован. При значительной дилатации ПЖ преобладает над левым в апикальной четырехкамерной позиции; в предельно выраженных случаях левый желудочек виден на изображении как узкая полоска (рис. 6.2). Если парастернальных и апикальных позиций недостаточно для суждения о размерах ПЖ, следует использовать субкостальный доступ. По нашим наблюдениям, в субкостальных позициях реже, чем в других, может возникнуть ложное впечатление о дилатации ПЖ.

A

B

Рисунок 6.1. Дилатация правого желудочка: парастернальная короткая ось левого желудочка, двумерное (А) и М-модальное исследование (В). Переднезадний размер правого желудочка составляет 45 мм. Парадоксальное движение межжелудочковой перегородки (стрелки). RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, IVS — межжелудочковая перегородка, PE — выпот в полости перикарда.

Рисунок 6.2. Дилатация правых отделов сердца: апикальная четырехкамерная позиция, диастола. Правый желудочек значительно превышает в размерах левый и занимает верхушку сердца. Межжелудочковая перегородка обращена выпуклостью в сторону левого желудочка (признак объемной перегрузки правого желудочка). Межпредсердная перегородка обращена выпуклостью в сторону левого предсердия: это свидетельствует о том, что давление в правом предсердии превышает давление в левом. RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, RA — правое предсердие, LA — левое предсердие, MB — модераторный пучок, PE — выпот в полости перикарда.

Сократимость ПЖ чаще всего оценивается визуально, без специальных измерений. Из-за того, что ПЖ имеет тонкие стенки, для изучения их толщины и движения требуется тщательная настройка усиления сигнала и, часто, — смена датчика. М-модальные изображения ПЖ, полученные из парастернального доступа, мало информативны для оценки сократимости, так как их срезы проходят через выносящий тракт ПЖ, сократимость которого может не соответствовать сократимости всего ПЖ. Напротив, М-модальное исследование из субкостального доступа — лучший способ оценки движения передней стенки ПЖ и ее толщины.

Выраженную дисфункцию ПЖ распознать всегда легко; гораздо сложнее оценить пограничные состояния, особенно при технически несовершенном исследовании. В таких ситуациях мы рекомендуем ориентироваться на движение правого атриовентрикулярного фиброзного кольца в месте прикрепления передней створки трехстворчатого клапана. Движение этой подвижной области отражает сокращение продольных мышечных волокон ПЖ и соответствует движению основания ПЖ в сторону верхушки. Оно может быть исследовано даже в отсутствие хорошей визуализации сердца. При выраженном снижении сократительной способности ПЖ амплитуда движения этой области резко снижается.

Исследовать толщину стенок ПЖ трудно. Главным препятствием являются трабекулы и модераторный пучок ПЖ, которые вносят неопределенность в измерения при М-модальном исследовании. Неясность в определении границы эндокарда ПЖ делает рутинное определение толщины его стенок невозможным, однако при наличии гипертрофии ПЖ измерения упрощаются. Мы даем заключение о гипертрофии ПЖ, если толщина его передней стенки превышает 0,5 см (рис. 6.3).

Рисунок 6.3. Гипертрофия и дилатация правого желудочка: парастернальная короткая ось левого желудочка. Гипертрофия правого желудочка высокой степени выраженности: толщина его стенки превышает толщину стенки левого желудочка. RV — правый желудочек, LV — левый желудочек.

Нарушения локальной сократимости

Наибольшее практическое значение имеют нарушения локальной сократимости ПЖ при инфаркте миокарда ПЖ. Почти всегда инфаркт ПЖ сопряжен с инфарктом миокарда левого желудочка задней локализации.

Тщательно проведенное эхокардиографическое исследование может выявить инфаркт миокарда ПЖ. С появлением множества работ, посвященных функции ПЖ при инфаркте миокарда левого желудочка задней локализации, оказалось, что инфаркт миокарда ПЖ не такая редкая патология, как считалось раньше [49]. Результаты некоторых работ свидетельствуют о том, что примерно в 40% случаев инфаркта миокарда задней локализации наблюдается разной степени выраженности дисфункция ПЖ. Существует, конечно, огромная разница между клинически слабо выраженным снижением сократимости ПЖ и тяжелой правожелудочковой недостаточностью. Обширный инфаркт миокарда ПЖ сопровождается низким сердечным выбросом; летальность при нем высокая.

Одним из основных признаков инфаркта миокарда ПЖ является расширение полости ПЖ при М-модальном исследовании. Поскольку парастернальное М-модальное исследование ПЖ проводят на уровне его выносящего тракта, судить при этом о сократимости ПЖ нельзя. При двумерном исследовании ПЖ выглядит расширенным, его передняя стенка акинетична или даже дискинетична (при формировании аневризмы ПЖ), иногда заметна граница, отделяющая нормальный миокард от некротизированного. Часто ПЖ преобладает над левым в апикальной четырехкамерной позиции. Первое подозрение на инфаркт миокарда ПЖ обычно возникает при двумерном исследовании парастернально по короткой оси ЛЖ, если обнаруживается акинезия задне-нижней стенки левого желудочка и граничащих с ней сегментов ПЖ.

Другими эхокардиографическими признаками инфаркта миокарда ПЖ являются: расширение нижней полой вены с неадекватным коллабированием (недостаточным спадением) после глубокого вдоха (признак повышенного давления в правом предсердии), уменьшенная амплитуда движения основания ПЖ (снижение глобальной сократимости ПЖ). По степени расширения ПЖ и степени коллабирования нижней полой вены можно судить о гемодинамической значимости поражения ПЖ. Эхокардиографическое исследование нижней полой вены — надежный эквивалент изучения пульсации яремных вен.

Поскольку у 20—30% людей имеется открытое овальное окно, увеличение давления в правых отделах сердца, сопутствующее инфаркту миокарда ПЖ, может привести к выраженному сбросу крови из правого предсердия в левое. Наличие такого шунта легко доказать контрастным исследованием — по попаданию пузырьков воздуха справа налево через среднюю часть межпредсердной перегородки.

Если инфаркт миокарда ПЖ заподозрен на основании клинических данных, эхокардиография позволяет быстро и надежно подтвердить этот диагноз и определить гемодинамическую значимость поражения ПЖ.

Другие заболевания, приводящие к нарушениям локальной сократимости ПЖ, — болезнь Чагаса и эндомиокардиальный фиброз, рассмотрены выше (гл. 5).

Патологические образования

Опухоли ПЖ могут быть первичными или метастатическими, доброкачественными или злокачественными. Опухоли, которые поражают ПЖ, аналогичны по гистологии опухолям левого желудочка. Исследование эхо-структуры опухоли само по себе не позволяет судить о ее происхождении, но, сопоставив данные эхокардиографии с клиникой, почти всегда можно предсказать данные гистологического исследования. Имеет значение не только эхо-структура опухоли, но и ее подвижность и место прикрепления. Среди доброкачественных опухолей чаще всего встречаются миксомы, среди злокачественных — меланомы и лимфосаркомы. Возможно также прорастание опухоли в ПЖ через нижнюю полую вену и правое предсердие. Такие опухоли чаще всего оказываются гепатомами, но опухоли почек и надпочечников могут аналогичным образом прорастать в правые отделы сердца. Злокачественные тимомы прорастают в полость правого желудочка через верхнюю полую вену и иногда создают препятствие для кровотока.

Среди образований, попадающих в ПЖ через нижнюю полую вену, наибольшее клиническое значение имеют тромбы, образующиеся в венах нижних конечностей. Подробно исследованы пути миграции тромбоэмболов [67, 68, 77]. Попав в ПЖ, они иногда прилежат к его стенке и выглядят как подвижные опухолеподобные образования. Их эхо-плотность ниже, чем у опухолей. Миновав трехстворчатый клапан, тромбы могут пройти через клапан легочной артерии и закончить свой путь в легочной артерии. Тромбы из правого предсердия могут попасть через открытое овальное в левые отделы сердца и стать причиной «парадоксальной» тромбоэмболии [67, 71, 78]. Во всех случаях обнаружения тромбоза правых отделов сердца и в большинстве случаев тромбоэмболий легочной артерии мы рекомендуем во время эхокардиографии введение контрастного вещества. Попадание пузырьков воздуха в левые отделы сердца указывает на открытое овальное окно и, следовательно, на возможность парадоксальной тромбоэмболии. Независимо от путей тромбоэмболии, все они угрожают жизни больного и требуют активного медикаментозного или хирургического лечения.

Правый желудочек при кардиомиопатиях

Первичные заболевания миокарда, поражающие только ПЖ, встречаются редко и еще реже распознаются с помощью эхокардиографии. При заболеваниях миокарда левого желудочка правый часто вовлекается в патологический процесс. Однако у некоторых пациентов необъяснимым образом ПЖ остается интактным. Пациенты, у которых к поражению левого желудочка присоединяется патология правого, имеют худший прогноз заболевания. При дилатации ПЖ и нарушении его сократимости эхокардиографическое исследование не позволяет определить, первично ли поражение ПЖ или оно является следствием легочной гипертензии.

Состояния, связанные с дилатацией правого желудочка

Дилатация ПЖ возникает под действием нескольких причин. Для того, чтобы выявить эти причины, обычно необходимы клинические сведения о больном. Однако в некоторых случаях можно обойтись и чисто эхокардиографическими данными. Так, объемная перегрузка ПЖ без легочной гипертензии возникает при дефектах межпредсердной перегородки, выраженной трикуспидальной недостаточности или недостаточности клапана легочной артерии. Во всех этих случаях может наблюдаться дилатация ПЖ с доминированием его в апикальной четырехкамерной позиции над нормальным левым желудочком (рис. 6.1, 6.2). Расширение коронарного синуса также является признаком объемной перегрузки правых отделов сердца (рис. 6.4). При этом сохранена сократимость ПЖ и стенки его не утолщены. Дефект межпредсердной перегородки отличается от клапанной патологии тем, что он приводит к расширению легочной артерии. В Лаборатории эхокардиографии UCSF принято измерять правую легочную артерию из супрастернального доступа. Если размеры правой легочной артерии оказываются в пределах нормы (т. е. меньше дуги аорты), наличие гемодинамически значимого сброса крови справа налево считается маловероятным.

Рисунок 6.4. Расширение коронарного синуса: признак объемной перегрузки правых отделов сердца. Позиция парастернальной длинной оси левого желудочка. RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, LA — левое предсердие, CS — коронарный синус.

Дефект межпредсердной перегородки можно обнаружить с помощью контрастного исследования: при этом наблюдается «негативное контрастирование» — струя крови, не содержащая пузырьков воздуха, проникает из левого предсердия в правое (рис. 14.5). У пациентов с дефектом межпредсердной перегородки также может быть обнаружено небольшое по объему шунтирование крови справа налево. Непосредственная рассмотреть дефект трудно из-за большого количества артефактов, создаваемых межпредсердной перегородкой, но иногда он виден. Бывает затруднено и допплеровское обнаружение шунтирования крови через межпредсердную перегородку.

По нашему мнению, основной вклад допплеровского исследования в диагностику патологии ПЖ заключается в точном неинвазивном определении давления в легочной артерии [47, 51, 57, 58, 59]. Возможность измерить систолическое давление в легочной артерии существует даже при минимальной трикуспидальной регургитации, которая есть почти у всех пациентов с легочной гипертензией и у большинства здоровых людей. Определение максимальной скорости регургитирующего потока позволяет вычислить транстрикуспидальный градиент (рис. 6.5). Сумма транстрикуспидального градиента и давления в правом предсердии равна систолическому давлению в легочной артерии (если нет стеноза легочной артерии). Давление в правом предсердии принимают равным 5 мм рт. ст. при коллабировании нижней полой вены после глубокого вдоха более чем на 50% (рис. 6.6) [70, 75].

Рисунок 6.5. Постоянно-волновое допплеровское исследование струи незначительной трикуспидальной регургитации (после усиления допплеровского сигнала внутривенным контрастированием): пример расчета систолического давления в легочной артерии. Максимальная скорость струи — 3,6 м/с; это соответствует транстрикуспидальному градиенту давления 52 мм рт. ст. (по упрощенному уравнению Бернулли: 4 × 3,6^2 = 52). Прибавив к этой величине давление в правом предсердии, получим систолическое давление в правом желудочке, равное (если нет стеноза легочной артерии) систолическому давлению в легочной артерии. Давление в правом предсердии было в данном случае принято равным 5 мм рт. ст., так как нижняя полая вена нормально реагировала на фазы дыхания. Таким образом, систолическое давление в легочной артерии составило 57 мм рт. ст.

A

B

Рисунок 6.6. Длинная ось нижней полой вены при спокойном дыхании (А) и после глубокого вдоха (В). После вдоха диаметр нижней полой вены уменьшился более чем на 50% — признак нормального давления в правом предсердии. Давление в правом предсердии принимают равным 5 мм рт. ст., если коллабирование нижней полой вены после глубокого вдоха превышает 50%. IVC — нижняя полая вена, L — печень.

Врожденное отсутствие перикарда также сопровождается эхокардиографическими признаками дилатации ПЖ (из-за ротации сердца). Нормальные размеры легочной артерии, нормальное давление в легочной артерии, отсутствие патологии при контрастном исследовании должно в этом случае заставить эхокардиографиста вспомнить о возможном врожденном отсутствии перикарда.

Дилатация ПЖ развивается также при выраженной трикуспидальной недостаточности и (реже) при недостаточности клапана легочной артерии. Наиболее частая причина гемодинамически значимой трикуспидальной недостаточности — дисфункция левого желудочка (посткапиллярная легочная гипертензия); другими причинами могут быть: ревматическое поражение трехстворчатого клапана, бактериальный эндокардит, высокая легочная гипертензия. Выраженная трикуспидальная регургитация отчетливо выявляется при цветном допплеровском сканировании (регургитирующая струя проникает глубоко в правое предсердие) и допплеровском исследовании в постоянно-волновом режиме (плотный спектр регургитирующего потока). Систолическая пульсация нижней полой вены, заброс в нее пузырьков воздуха при контрастном исследовании, ретроградный систолический кровоток в печеночных венах — дополнительные признаки, тяжелой трикуспидальной недостаточности. При этом, если клапанная недостаточность не является следствием легочной гипертензии (первичной или посткапиллярной), давление в легочной артерии должно быть нормальным. В случаях комбинированной перегрузки ПЖ давлением и объемом очень трудно выделить доминирующую причину дилатации ПЖ.

При хронических заболеваниях легких причиной правожелудочковой недостаточности служит повышение сосудистого сопротивления в малом круге кровообращения. Этот синдром, известный как легочное сердце, при эхокардиографическом исследовании проявляется дилатированным ПЖ, занимающим верхушку сердца [51, 60]. Степень гипертрофии ПЖ при легочном сердце может быть различной, но обычно это гипертрофия легкой или средней степени выраженности. Без лечения, по мере прогрессирования правожелудочковой недостаточности происходит расширение нижней полой вены и она перестает адекватно реагировать на фазы дыхания; расширяется легочная артерия. Если у пациента нет открытого овального окна, то контрастное исследование дает отрицательный результат. Если же пациент относится к числу 20—30% популяции, у кого есть открытое овальное окно, то при контрастном исследовании пузырьки воздуха попадут в левые отделы сердца и может создаться ложное впечатление о наличии дефекта межпредсердной перегородки. Отсутствие эффекта «негативного контрастирования», выбухание межпредсердной перегородки в сторону левого предсердия, полнокровие нижней полой вены и признаки нарушения сократимости ПЖ должны помочь дифференциальной диагностике. Наконец, на легочную патологию укажут клинические данные. Чаще всего причина легочного сердца — хронические обструктивные заболевания легких, но легочное сердце может развиться и при хронической тромбоэмболии легочной артерии, муковисцидозе, приобретенных заболеваниях соединительной ткани, саркоидозе, ожирении.

При первичной легочной гипертензии изменения в правых отделах сердца аналогичны описанным. Разница состоит в том, что более высокое давление в легочной артерии приводит при первичной легочной гипертензии к более выраженной гипертрофии ПЖ. На ранних стадиях первичной легочной гипертензии выраженность гипертрофии и дилатации ПЖ существенно заметнее, чем расширение нижней полой вены.

Легочная гипертензия при врожденных пороках сердца также имеет проявления, пересекающиеся с признаками поражения ПЖ другой этиологии. При врожденных пороках сердца, сопровождающихся легочной гипертензией, сильно выражена гипертрофия ПЖ — обычно при минимальных проявлениях правожелудочковой недостаточности. Разумеется, в этих случаях обычно нетрудно диагностировать и сам врожденный порок сердца, например, большой дефект межжелудочковой перегородки.

Изолированная дилатация ПЖ, не сопровождающаяся гипертрофией, легочной гипертензией или правожелудочковой недостаточностью, характерна для так называемой аритмогенной дисплазии правого желудочка [46, 55, 56]. При этом заболевании стенка ПЖ исключительно тонка («пергаментный желудочек» или болезнь Ула), нередки аневризмы ПЖ; у пациента и его больных родственников отмечаются пароксизмы желудочковой тахикардии, происходящей из ПЖ. В некоторых случаях при аритмогенной дисплазии ПЖ мы отмечали гиперплазию модераторного пучка ПЖ с множественными его прикреплениями к межжелудочковой перегородке и свободной стенке ПЖ (рис. 6.7).

Рисунок 6.7. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование: дилатация правого желудочка, множественные прикрепления модераторного пучка к свободной стенке правого желудочка у пациента с аритмогенной дисплазией правого желудочка. Стрелки — модераторный пучок, RV — правый желудочек, RA — правое предсердие, LA — левое предсердие.

Глава 7. Предсердия

Левое предсердие

Левое предсердие (ЛП), может быть исследовано из различных эхокардиографических позиций. ЛП выполняет функцию резервуара, трубопровода и вспомогательного насоса; при многих заболеваниях оно расширено. ЛП может быть местом роста опухолей, большей частью доброкачественных, и образования тромбов. В связи с тенденцией к дилатации ЛП (у пожилых людей и при различных заболеваниях) оно нередко становится источником возникновения мерцательной аритмии.

Объем и функция

М-модальное исследование ЛП, проведенное из парастернального доступа, позволяет измерить его переднезадний размер (рис. 2.2). В связи с особенностями формы ЛП — это наименьший его размер. Увеличение переднезаднего размера ЛП — наименее чувствительный, но специфичный признак дилатации ЛП. Из-за того, что ЛП имеет неправильную форму, определение его объема, основанное на М-модальных измерениях, весьма неточно. Предпочтительный способ определения объема ЛП, как и в случае с левым желудочком, — это двумерная эхокардиография во взаимно перпендикулярных позициях [69]. Используются те же алгоритмы, что и для определения объемов левого желудочка (рис. 5.1).

В Лаборатории эхокардиографии UCSF сопоставлены результаты измерений объемов ЛП у здоровых людей по трем алгоритмам. Результаты этих измерений представлены в табл. 9.

Таблица 9. Объем ЛП у здоровых людей

Объем (мл)

Индекс объема ЛП (мл/м^2)

Мужчины

Женщины

среднее

верхняя граница*

среднее

верхняя граница*

среднее

верхняя граница*

Алгоритм «площадь-длина» в апикальной 2-камерной позиции

50

82

36

57

24

41

Алгоритм «площадь-длина» в апикальной 4-камерной позиции

41

64

34

60

21

36

Алгоритм Simpson для 2- и 4-камерной позиций

41

65

32

52

21

32

* Вычислено как 90% от суммы среднего значения и стандартного отклонения.

Нужно сказать, что эхокардиографические измерения объемов ЛП могут давать заниженные значения по сравнению с истинными. Поэтому определение эхокардиографической нормы и сопоставление с ней результатов исследования ЛП очень важно в практической деятельности каждой лаборатории. Работы по изучению объемов ЛП в разные фазы сердечного цикла вносят вклад в теоретические представления о нормальной функции ЛП [66, 81].

Хотя изменение объема ЛП в динамике сердечного цикла исследовать несложно, тем не менее сократимость ЛП и ее клиническое значение остаются малоизученными. Сокращение передней стенки ЛП можно регистрировать в М-модальном режиме из супрастернального доступа и использовать полученную информацию для расчета времени внутрипредсердного проведения и диагностики предсердно-желудочковой диссоциации [79]. Предпринимались попытки использовать М-модальные измерения ЛП для предсказания исхода кардиоверсии при мерцательной аритмии. Мы однако не считаем, что одномерные измерения достаточны для суждения об объеме ЛП, и потому их не применяем.

Тромбы и опухоли

При трансторакальной эхокардиографии нечасто удается диагностировать тромбоз левого предсердия с полной уверенностью (рис. 7.1); еще реже удается видеть эффект спонтанного контрастирования (псевдоконтрастирования) левого предсердия (рис. 7.2). При чреспищеводном эхокардиографическом исследовании это — частые находки, особенно у пациентов с мерцательной аритмией и митральным стенозом [62, 63, 72] (гл. 16).

Рисунок 7.1. Пристеночный тромбоз левого предсердия у пациента с митральным стенозом и мерцательной аритмией. Парастернальная позиция короткой оси аортального клапана. Стрелкой помечен пристеночный тромб в левом предсердии. RVOT — выносящий тракт правого желудочка, Ao — аортальный клапан, PA — легочная артерия, RA — правое предсердие, LA — левое предсердие.

Рисунок 7.2. Спонтанное контрастирование (псевдоконтрастирование) полости левого предсердия у пациентки с критическим митральным стенозом (площадь митрального отверстия — 0,7 см^2) и мерцательной аритмией. Апикальная позиция четырехкамерного сердца. Пациенты, у которых обнаруживается псевдоконтрастирование, имеют высокий риск тромбоэмболий. RV — правый желудочек, RA — правое предсердие, LV — левый желудочек, LA — левое предсердие.

Опухоли левого предсердия чаще всего оказываются миксомами. Типичное место их прикрепления — межпредсердная перегородка. Миксомы, как правило, содержат много кальция, поэтому имеют яркую эхо-структуру (рис. 7.3, 16.13, 16.14).

Рисунок 7.3. Миксома левого предсердия: парастернальная позиция длинной оси левого желудочка. Миксома занимает большую часть предсердия и создает гемодинамически значимую обструкцию кровотока. Ao — проксимальная часть восходящей аорты, RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, Myx — миксома.

Ушко левого предсердия

Ушко ЛП легко увидеть в позиции короткой оси парастернально на уровне основания сердца и в апикальной двухкамерной позиции. Его узкая, резко заостренная форма случит ориентиром для идентификации ЛП при транспозициях магистральных артерий или изменениях положения сердца. Однако трансторакальное исследование крайне редко позволяет обнаружить тромбоз ушка ЛП.

Лучшим методом для изучения ушка ЛП является чреспищеводная эхокардиография (рис. 16.10). Многие исследователи рекомендуют обязательное проведение чреспищеводной эхокардиографии во всех случаях инсульта у больных младше 60 лет [253]. В Лаборатории эхокардиографии UCSF для исключения тромбоза ЛП и его ушка всем больным, направленным на баллонную митральную вальвулопластику, проводится чреспищеводная эхокардиография.

Межпредсердная перегородка

Вопросы эхокардиографической диагностики дефектов межпредсердной перегородки кратко изложены в гл. 14. Форма и движение межпредсердной перегородки позволяют судить о соотношении давлений в полостях предсердий. В норме межпредсердная перегородка в апикальной проекции четырехкамерного сердца расположена либо вертикально, либо обращена выпуклостью в сторону правого предсердия. Если межпредсердная перегородка обращена выпуклостью в сторону левого предсердия — это признак того, что давление в правом предсердии выше, чем в левом (рис. 6.2). При выравнивании давлений в полостях предсердий (например, при констриктивном перикардите) наблюдается волнообразное движение межпредсердной перегородки.

Правое предсердие

У здоровых людей правое и левое предсердия одинакового размера. Правое предсердие (ПП) можно рассмотреть из парастернального доступа по короткой оси на уровне основания сердца и по длинной оси правого желудочка, из апикальной четырехкамерной позиции, субкостально по длинной и короткой осям. Изменения ПП обсуждаются в этой книге в разделах, посвященных правому желудочку, нижней полой вене, трехстворчатому клапану.

Ушко ПП может быть изучено только с помощью чреспищеводной эхокардиографии; его расположение служит анатомическим ориентиром для ПП. Чреспищеводная эхокардиография, включающая цветное допплеровское сканирование, позволяет отлично рассмотреть ПП и прилежащие к нему структуры.

Тромбы правого предсердия [61, 64, 65, 73] могут образовываться как in situ, так и на поверхности катетеров (рис. 7.4). Опухоли правого предсердия (рис. 7.5) имеют в основном метастатическое происхождение.

Рисунок 7.4. Тромб в полости правого предсердия. Апикальная позиция четырехкамерного сердца. «Нежная» структура тромба указывает на то, что он образовался недавно. У данного пациента тромб возник, по-видимому, на поверхности катетера. CLOT — тромб, RV — правый желудочек, RA — правое предсердие, LV — левый желудочек, LA — левое предсердие.

Рисунок 7.5. Злокачественная метастатическая опухоль правого предсердия. Апикальная позиция четырехкамерного сердца. Первичной опухолью является рак правой почки. Опухоль прорастает в правое предсердие из нижней полой вены. MASS — опухоль, RV — правый желудочек, RA — правое предсердие, LV — левый желудочек, LA — левое предсердие.

Глава 8. Митральный клапан

Общие вопросы

Нормальные клапаны сердца так тонки и подвижны, что их не удается визуализировать с помощью большинства диагностических методов. Эхокардиография, которая фиксирует различия в акустических характеристиках между соединительной тканью и кровью, позволяет в подробностях рассмотреть клапаны сердца. Для исследования клапанного аппарата сердца применяются все существующие разновидности эхокардиографии.

Преимуществом М-модальной эхокардиографии является высокая разрешающая способность; недостатком — ограниченная зона наблюдения. Основная сфера применения М-модальной эхокардиографии — регистрация тонких движений клапанов, таких, как диастолическая вибрация передней створки митрального клапана при аортальной недостаточности или средне-систолическое прикрытие аортального клапана при гипертрофической кардиомиопатии.

Двумерная эхокардиография обеспечивает большую зону наблюдения, однако чем эта зона больше, тем меньше разрешающая способность метода; важное преимущество двумерной эхокардиографии состоит в том, что эти методом можно определить распространенность поражения клапанного аппарата, например, при склерозировании аортального клапана.

Допплеровская эхокардиография позволяет качественно и количественно оценивать кровоток через каждый из сердечных клапанов. Главный недостаток метода — в необходимости направлять ультразвуковой луч строго по потоку, чтобы избежать искажения результатов исследования. Однако такие открываемые допплер-эхокардиографией возможности как оценка гемодинамической значимости аортального стеноза и вычисление давления в легочной артерии — это почти революционные достижения, которые могут служить образцом того, что может дать неинвазивный метод.

С широким распространением эхокардиографии все большему числу пациентов проводится хирургическая коррекция клапанных пороков сердца без предварительной катетеризации сердца. Можно уверенно положиться на результаты эхокардиографической оценки выраженности порока, приведшего к тяжелым нарушениям гемодинамики. Только в двух случаях эхокардиографического исследования недостаточно: 1) если возникает противоречие между данными клиники и результатами эхокардиографического исследования; 2) если при несомненной необходимости хирургической коррекции порока требуется выяснить другие вопросы, чаще всего — наличие или отсутствие патологии коронарных артерий [87].

Нормальный митральный клапан

Исторически именно митральный клапан был первой структурой, распознанной при ультразвуковом исследовании сердца. Ориентация широкой поверхности передней створки митрального клапана по отношению к грудной клетке делает ее идеальным объектом для отражения ультразвукового сигнала. Передняя створка митрального клапана весьма подвижна, отношение длины ее края к основанию велико: это позволяет хорошо рассмотреть ее структуру и движение как при М-модальном, так и при двумерном исследовании.

Эхокардиография позволяет диагностировать практически любую патологию митрального клапана; в частности, пролапс митрального клапана. Наши знания о широкой распространенности этой патологии в популяции — следствие широкого внедрения эхокардиографии в клиническую практику на протяжении последних 15 лет.

Полноценное эхокардиографическое исследование должно включать М-модальное, двумерное и допплеровское (в импульсном, постоянно-волновом режимах и цветное сканирование) исследования митрального клапана. Допплеровские методы весьма информативны для диагностики патологии митрального клапана и для количественной оценки трансмитрального кровотока. Митральный клапан исследуют из нескольких доступов: парастернального, апикального и, реже, из субкостального.

При М-модальном исследовании видно, что движение нормального митрального клапана отражает все фазы диастолического наполнения левого желудочка (рис. 2.3). Раннее максимальное открытие митрального клапана (движение передней створки в сторону межжелудочковой перегородки) соответствует раннему, пассивному, диастолическому наполнению левого желудочка; второй, меньший, пик соответствует предсердной систоле. Между этими пиками митральный клапан почти закрывается (период диастазиса) вследствие выравнивания давлений в желудочке и предсердии. Во время предсердной систолы клапан открывается вновь, так что форма движения передней створки клапана напоминает букву М, а движение задней створки зеркально отображает движение передней, уступая по амплитуде. Закрытие митрального клапана в конце диастолы происходит в результате замедления притока крови из предсердия и начала изометрического сокращения левого желудочка.

Двумерные изображения митрального клапана зависят от позиции, из которой производится исследование. Так, при парастернальном исследовании по короткой оси митральный клапан виден как структура яйцевидной формы, а при исследовании по длинной оси он напоминает открывающиеся и захлопывающиеся дверцы, передняя из которых больше задней. На рис. 2.1 приведено изображение митрального клапана при исследовании по парастернальной длинной оси левого желудочка, на рис. 2.11 — при исследовании в четырехкамерной позиции из апикального доступа. В целом, нормальный митральный клапан должен выглядеть как подвижная двустворчатая структура, которая открывается настолько, чтобы не препятствовать наполнению желудочка, надежно смыкается в систолу, не проваливаясь при этом в левое предсердие. Нормально закрывающийся митральный клапан движется в систолу вместе с основанием сердца и участвует при накачивании крови в левое предсердие. Другими анатомическими структурами, относящимися к митральному клапану, являются хорды, папиллярные мышцы и левое атриовентрикулярное кольцо.

При допплеровском исследовании нормального митрального клапана обнаруживается, что скорость кровотока через него тоже можно изобразить графически буквой М. Иными словами, кровоток имеет максимальную скорость в раннюю диастолу, затем почти прекращается и вновь ускоряется во время предсердной систолы. Направить ультразвуковой луч параллельно кровотоку через митральный клапан удается чаще всего из апикального доступа, который и используют для допплеровского исследования митрального клапана. В норме максимальная скорость трансмитрального кровотока чуть меньше 1 м/с (рис. 3.4С).

Митральный стеноз

Митральный стеноз был первым заболеванием, распознанным при помощи эхокардиографии. В подавляющем большинстве случаев причина митрального стеноза — ревматизм. Анатомические проявления митрального стеноза заключаются в частичном сращении комиссур между передней и задней створками и изменениях подклапанного аппарата — укорочении хорд. В результате уменьшается площадь митрального отверстия, что приводит к обструкции диастолического кровотока из левого предсердия в желудочек. При митральном стенозе из-за неполного раскрытия клапана меняется траектория его быстрого двухфазного движения. Эхокардиография позволяет не только поставить диагноз митрального стеноза, но и точно рассчитать площадь митрального отверстия, так что пациент может быть направлен на операцию или баллонную вальвулопластику без предварительной катетеризации сердца. Количественную оценку степени тяжести митрального стеноза можно производить тремя эхокардиографическими методами.

1. М-модальное исследование. При М-модальном исследовании пациента с митральным стенозом видны изменения формы движения митрального клапана, выражающиеся в удлинении времени его раннего прикрытия (рис. 8.1). Можно видеть однонаправленное диастолическое движение кончиков створок митрального клапана. Наклон раннего диастолического прикрытия передней створки митрального клапана (сегмент EF М-модального изображения митрального клапана) позволяет распознать митральный стеноз. Наклон сегмента EF менее чем на 10 мм/с (в норме > 60 мм/с) на фоне задержки дыхания свидетельствует о тяжелом митральном стенозе. В настоящее время этот признак практически не используется, так как это наименее надежный из способов определения тяжести митрального стеноза.

Рисунок 8.1. Критический митральный стеноз, М-модальное исследование: однонаправленное диастолическое движение кончиков створок митрального клапана; наклон диастолического прикрытия передней створки митрального клапана почти отсутствует. RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, PE — небольшой выпот в полости перикарда, aML — передняя створка митрального клапана, pML — задняя створка митрального клапана.

2. Двумерное исследование. В норме при исследовании из парастернальной позиции длинной оси левого желудочка передняя створка митрального клапана во время максимального раскрытия клапана в диастолу выглядит продолжением задней стенки аорты, тогда как при митральном стенозе она имеет куполообразное закругление [doming] в сторону задней створки. Кратчайшим расстоянием между клапанами становится расстояние между их кончиками (рис. 8.2). Куполообразное закругление створки возникает из-за увеличения давления на незафиксированную ее часть; аналогией может служить надувание паруса. Площадь митрального отверстия следует измерять в парастернальной позиции короткой оси левого желудочка строго на уровне кончиков створок (рис. 8.3). Этот планиметрический способ оценки тяжести митрального стеноза существенно надежнее М-модального.

Рисунок 8.2. Митральный стеноз: парастернальная позиция длинной оси левого желудочка, диастола. Куполообразное выбухание передней створки митрального клапана (стрелка). LA — левое предсердие, RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, Ao — восходящий отдел аорты.

Рисунок 8.3. Митральный стеноз: парастернальная позиция короткой оси левого желудочка на уровне митрального клапана, диастола. Планиметрическое измерение площади митрального отверстия. RV — правый желудочек (расширенный), PE — небольшое количество жидкости в полости перикарда, MVA — площадь митрального отверстия.

3. Допплеровские исследования трансмитрального кровотока (рис. 8.4). При митральном стенозе максимальная скорость раннего трансмитрального кровотока увеличена до 1,6—2,0 м/с (норма — до 1 м/с). По максимальной скорости рассчитывают максимальный диастолический градиент давления между предсердием и желудочком. Для расчета площади митрального отверстия исследуют изменения этого градиента: вычисляют время полуспада градиента давления (T1/2), т. е. время, за которое максимальный градиент снижается вдвое. Поскольку градиент давления пропорционален квадрату скорости кровотока (ΔP=4V^2), время его полуспада эквивалентно времени, за который максимальная скорость снижается в √2 (ок. 1,4) раз. Работами Hatle было эмпирически установлено, что время полуспада градиента давления, равное 220 мс, соответствует площади митрального отверстия 1 см^2 [96]. Измерение площади митрального отверстия (MVA) производится в постоянно-волновом режиме из апикального доступа по формуле: [Площадь отверстия митрального клапана (MVA, см^2)] =  220/T1/2.

A

B

Рисунок 8.4. Два случая митрального стеноза: критический стеноз (А) и стеноз небольшой степени выраженности (В). Постоянно-волновое допплеровское исследование, апикальный доступ. Измерение площади митрального отверстия основано на вычислении времени полуспада трансмитрального градиента давления. Чем быстрее падает скорость диастолического трансмитрального кровотока при митральном стенозе, тем больше площадь митрального отверстия. MVA — площадь митрального отверстия.

Из всех трех названных методов допплеровский наиболее надежен, и ему следует отдавать предпочтение перед М-модальным и двумерным определением площади митрального отверстия. В табл. 10 приведен перечень измерений, которые необходимо произвести при допплеровском исследовании пациента с митральным стенозом.

Таблица 10. Параметры, определяемые при допплеровском исследовании пациента с митральным стенозом

Позиции и измерения

Максимальная скорость и наилучшего качества спектр диастолического кровотока через митральный клапан в 4-камерной позиции из апикального доступа в постоянно-волновом режиме

Расчетные параметры

1. Максимальный градиент давления между левым предсердием и желудочком

2. Время полуспада градиента давления (T1/2)

3. Площадь отверстия митрального клапана (MVA, см^2) =  220/T1/2

Цветное допплеровское сканирование позволяет видеть область ускорения кровотока в месте сужения митрального отверстия (так называемая, vena contracta) и направление диастолических потоков в левом желудочке. Цветное сканирование позволяет точнее определить пространственную ориентацию стенотической струи, что помогает установить ультразвуковой луч параллельно потоку во время постоянно-волнового исследования при эксцентрическом направлении струи.

Нужно помнить, что время полуспада градиента давления зависит не только от площади митрального отверстия, но и от сердечного выброса, давления в левом предсердии, податливости левого желудочка. Использование допплеровского метода измерения площади митрального отверстия может привести к недооценке тяжести митрального стеноза при кардиомиопатии или выраженной аортальной регургитации, так как эти состояния сопровождаются быстрым увеличением диастолического давления левого желудочка и, следовательно, быстрым падением скорости трансмитрального кровотока. Неправильный результат измерения площади митрального отверстия может дать атриовентрикулярная блокада 1-й степени, мерцательная аритмия при высокой частоте сокращений желудочков или выраженной ее вариабельности. Иногда трудно решить, какой комплекс диастолического трансмитрального кровотока взять за основу для вычисления площади митрального отверстия при мерцательной аритмии. Мы рекомендуем использовать комплексы, соответствующие самому большому интервалу RR (равному по крайней мере 1000 мс) на мониторном отведении электрокардиограммы. Еще одним источником ошибок при измерении площади митрального отверстия может быть нелинейность снижения скорости диастолического трансмитрального кровотока (рис. 8.5). В этом случае тоже трудно решить, какую часть допплеровского спектра выбрать для измерений. Hatle [95] рекомендует измерять часть спектра, соответствующую большему времени полуспада градиента давления (и, соответственно, меньшей площади митрального отверстия).

Рисунок 8.5. Митральный стеноз: постоянно-волновое допплеровское исследование из апикального доступа. Нелинейность нисходящей части допплеровского спектра стенотической струи — возможный источник ошибок при допплеровском определении площади митрального отверстия. На рисунке приведены возможные варианты расчета площади митрального отверстия; при катетеризации сердца площадь митрального отверстия оказалась равной 0,7 см^2.

Косвенные методы оценки тяжести митрального стеноза включают определение степени укорочения хорд, выраженности кальциноза створок митрального клапана, степени увеличения левого предсердия, изменения объемов левого желудочка (т. е. степени его недонаполнения) и исследование правых отделов сердца. Изучая размеры правых отделов сердца и давление в легочной артерии (по градиенту трикуспидальной регургитации), можно в каждом отдельном случае судить о последствиях митрального стеноза и о риске операции.

Обструкция приносящего тракта левого желудочка неревматической этиологии

Кальциноз митрального кольца [104, 108] — частая эхокардиографическая находка. Это — дегенеративный процесс, чаще всего связанный с преклонным возрастом пациента. Нередко кальциноз митрального кольца обнаруживают при гипертрофической кардиомиопатии, при болезнях почек. Кальциноз митрального кольца может стать причиной нарушения атриовентрикулярной проводимости [109]. Обычно кальциноз митрального кольца не сопровождающаяся гемодинамически значимой митральной недостаточностью или стенозом (рис. 8.6), но в редких случаях инфильтрация кальцием всего аппарата митрального клапана выражены настолько, что приводят к обструкции митрального отверстия, требующей хирургического вмешательства. Допплеровское измерение площади митрального отверстия — лучший способ выявить и оценить тяжесть этого редкого осложнения частой патологии.

Рисунок 8.6. Кальциноз митрального кольца: апикальная позиция четырехкамерного сердца. RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, MAC — кальциноз митрального отверстия.

Врожденные пороки, сопровождающиеся обструкцией приносящего тракта левого желудочка, редко встречаются у взрослых. К этим порокам относятся парашютный митральный клапан (единственная папиллярная мышца), надклапанное митральное кольцо и трехпредсердное сердце [cor triatriatum] (рис. 8.7). Нормальному наполнению левого желудочка может препятствовать миксома левого предсердия. Карциноидный синдром [carcinoid] может развиться у больных с метаболически активными серотонин-продуцирующими опухолями. Это редкий синдром, и при нем чаще всего обнаруживается изолированное поражение правых отделов сердца сердца (рис. 10.3). Из 18 случаев этого заболевания, наблюдавшихся в Лаборатории эхокардиографии UCSF, только в двух отмечалась патология левых отделов сердца, связанная, предположительно, с бронхогенным раком.

Рисунок 8.7. Cor triatriatum (трехпредсердное сердце): мембрана, разделяющая левое предсердие на проксимальную и дистальную камеры. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости на уровне основания сердца. Ao — восходящий отдел аорты, LAA — ушко левого предсердия, dLA — дистальная камера левого предсердия, pLA — проксимальная камера левого предсердия.

Митральная недостаточность

Стенозирующие поражения митрального клапана изменяют его диастолическое движение и легко могут быть распознаны с помощью М-модальной и двумерной эхокардиографии. Патология митрального клапана, сопровождающаяся митральной недостаточностью, часто малозаметна, и диагностировать ее сложнее. Это происходит потому, что движения митрального клапана в систолу минимальны, но если даже малая часть клапана функционирует неправильно, то возникает выраженная митральная регургитация. Тем не менее в большом количестве случаев митральной недостаточности все-таки можно выявить ее анатомические причины с помощью эхокардиографии.

Данные, приведенные в табл. 11, дают представление об основных этиологических причинах митральной регургитации. Эта таблица основана на результатах проводившейся в 1976—81 гг. работы, в которой исследовались данные эхокардиографии, ангиографии и оперативного лечения у 173 больных с митральной регургитацией [88]. Заметим, что пролапс митрального клапана оказался ведущей причиной митральной регургитации.

Таблица 11. Этиология митральной регургитации

Число случаев

Доля от общего числа, %

Пролапс митрального клапана

56

32,3

Ревматизм

40

23,1

Заболевания миокарда (дилатация ЛЖ — 11%, гипертрофия — 6%)

30

17,3

Ишемическая болезнь сердца

27

15,6

Бактериальный эндокардит

11

6,3

Врожденные пороки сердца

9

5,2

По материалам Delaye J, Beaune J, Gayet JL et al. Current etiology of organic mitral insufficiency in adults. Arch Mal Coeur 76:1072,1983

Допплеровское исследование играет очень важную роль в диагностике митральной недостаточности любой степени выраженности. Лучший метод поиска митральной регургитации — цветное допплеровское сканирование [81, 83, 97], так как оно обладает высокой чувствительностью, и его проведение не требует много времени. Цветное допплеровское сканирование дает информацию о митральной регургитации в реальном масштабе времени. Хотя представление о направлении и глубине проникновении регургитирующей струи может быть получено и в импульсном допплеровском режиме, цветное сканирование надежнее и технически проще, особенно при эксцентрической регургитации. Из апикального доступа митральная регургитация выглядит как появляющееся в систолу пламя светло-синего цвета, направленное в сторону левого предсердия (рис. 17.9). Для регистрации митральной недостаточности и определения степени ее выраженности метод цветного сканирования по чувствительности приближается к рентгеноконтрастной вентрикулографии.

Около 40—60% здоровых людей имеют митральную регургитацию, причиной которой является недостаточность задне-медиальной комиссуры митрального клапана, но это регургитация выраженная незначительно. Регургитирующая струя при этом проникает в полость левого предсердия менее чем на 2 см. Если поток проникает в полость левого предсердия более чем на половину его длины, достигает его задней стенки, заходит в ушко левого предсердия или в легочные вены, то это указывает на тяжелую митральную недостаточность. На рис. 17.9, 17.10, 17.11 представлена митральная регургитация небольшой, средней и высокой степени выраженности.

Следует иметь в виду, что при исследовании дилатированного левого предсердия происходит потеря чувствительности цветного сканирования на большой глубине, и можно недооценить выраженность митральной регургитации. Ширина формирующейся струи на уровне клапана и расхождение ее на предсердной стороне клапана также позволяют судить о степени митральной регургитации.

Как правило, если с помощью цветного сканирования митральная регургитация не обнаружена, то другие допплеровские методы для ее поисков уже не применяются. Однако при плохой визуализации сердца и цветное сканирование может оказаться недостаточно чувствительным. В случаях, когда трансторакальная эхокардиография технически трудна, а точное знание степени митральной регургитации необходимо, показано проведение чреспищеводной эхокардиографии. К обстоятельствам, затрудняющим оценку степени митральной регургитации при трансторакальном исследовании нужно отнести кальциноз митрального кольца и створок митрального клапана, а также наличие механического протеза в митральной позиции.

На рис. 17.2 представлено изображение незначительно выраженной митральной регургитации, полученное при чреспищеводном цветном допплеровском исследовании пациента с дилатированным левым предсердием. Заметим, что выбор правильного усиления привел к четкой визуализации «спонтанного контрастирования» левого предсердия, что свидетельствует о технически правильном проведении исследования и исключает недооценку степени митральной регургитации. На рис. 17.13 представлена незначительная митральная регургитация, типичная для нормально функционирующего протезированного митрального клапана. Рис. 17.14 иллюстрирует околоклапанную регургитацию высокой степени при дисковом протезе в митральной позиции. На рис. 17.15 видно, как струя митральной регургитации заходит в гигантских размеров ушко левого предсердия.

При невозможности проведения цветного сканирования степень митральной регургитации определяют с помощью допплеровского исследования в импульсном режиме. Контрольный объем сначала устанавливают над местом смыкания створок митрального клапана в левое предсердие. Мы рекомендуем проводить поиск митральной регургитации в нескольких позициях, так как она может иметь эксцентрическое направление. Тщательное допплеровское исследование с помощью современной чувствительной аппаратуры часто выявляет ранние систолические сигналы низкой интенсивности, которые соответствуют так называемой «функциональной» митральной регургитации. Низкая плотность допплеровского спектра при обнаружении такой регургитации говорит о малом числе эритроцитов, в ней участвующих. Возможно, обнаружение такой незначительной регургитации связано с регистрацией движения небольшого количества эритроцитов, остающихся в конце диастолы в преддверии митрального отверстия.

При гемодинамически значимой митральной регургитации интенсивность допплеровского спектра существенно выше. Однако из-за высокой скорости струи митральной регургитации, обусловленной большим градиентом давления в систолу между желудочком и предсердием, при импульсном допплеровском исследовании и при цветном сканировании возникает искажение допплеровского спектра. Чем больше объем регургитирующей крови, тем плотнее допплеровский спектр. Картирование допплеровского сигнала в импульсном режиме состоит в отслеживании регургитирующей струи, начиная от места смыкания створок митрального клапана и далее при перемещении контрольного объема в сторону верхней и боковой стенок левого предсердия. Этот метод определения степени митральной регургитации используют в тех случаях, когда нельзя провести цветное сканирование. Чем плотнее спектр митральной регургитации и чем глубже в левое предсердие она проникает, тем она тяжелее. С помощью постоянно-волнового исследования можно аккуратно измерить максимальную скорость митральной регургитации. Однако этот параметр мало существен для оценки степени выраженности митральной регургитации, поскольку максимальная скорость отражает большой систолический градиент давления между левым желудочком и предсердием, а он велик и в норме, и при патологии. Только при очень тяжелой митральной регургитации давление в левом предсердии в систолу достигает такой величины, что максимальная скорость регургитации уменьшается.

Для оценки степени тяжести митральной недостаточности можно применять двумерные и допплеровские методы вычисления объема регургитирующей крови. При митральной недостаточности объем крови, который поступает из левого желудочка в аорту, меньше объема, поступающего в желудочек в диастолу. Разность между значениями ударного объема, вычисленными планиметрическим (конечно-диастолический минус конечно-систолический объем) и допплеровским (произведение линейного интеграла скорости кровотока в выносящем тракте левого желудочка и площади выносящего тракта) способами, равна объему регургитирующей крови за каждый сердечный цикл. Однако эти вычисления дают большую ошибку, поскольку планиметрические измерения занижают, а допплеровские — завышают значения ударного объема.

Формула расчета фракции регургитирующего объема для оценки тяжести митральной недостаточности применяется редко в связи с высокой вероятностью ошибок. Мы все-таки считаем нужным привести способ расчета фракции регургитирующего объема (табл. 12). Заметим, что условием применимости приведенной формулы является отсутствие патологии аортального клапана.

Таблица 12. Расчет фракции регургитирующего объема (RF) при митральной недостаточности

Позиции и измерения

1. Апикальная 2-камерная позиция

2. Апикальная 4-камерная позиция

3. Раскрытие аортального клапана в М-модальном режиме парастернально

4. Аортальный кровоток из апикального доступа в постоянно-волновом режиме

Расчетные параметры

1. Площадь отверстия аортального клапана (AVA) — по диаметру его раскрытия

2. Фракция регургитирующего объема (RF):

а) Ударный объем (SVp) по Simpson

б) Допплеровское вычисление ударного объема (SVd): SVd = AVA × VTI, где VTI — интеграл линейной скорости кровотока через аортальный клапан

в) RF = (SVp – SVd)/SVp

Косвенными показателями степени тяжести митральной недостаточности могут служить размеры левого предсердия и желудочка. Выраженная митральная недостаточность сопровождается дилатацией левого желудочка из-за его объемной перегрузки. Кроме того, повышается давление в легочной артерии, которое можно оценить, измерив скорость струи трикуспидальной регургитации.

Ревматическое поражение митрального клапана, как правило, выражается в сочетанном его поражении. При этом, несмотря на наличие анатомических признаков ревматического митрального стеноза, гемодинамически значимой обструкции приносящего тракта левого желудочка часто не обнаруживается. При эхокардиографическом исследовании в М-модальном и двумерном режиме даже в отсутствии изменений гемодинамики выявляются признаки ревматического поражения в виде утолщения и склерозирования створок, диастолического куполообразного закругления передней створки митрального клапана. В дифференциальной диагностике сочетанного поражения митрального клапана и «чистой» митральной недостаточности главную роль играет допплеровское исследование.

Пролапс митрального клапана был впервые описан как синдром, включающий клинические, аускультативные и электрокардиографические изменения, в середине 60-х годов. Тогда было показано, что средне-систолический щелчок и шум коррелируют с выявляющимся при ангиографии провисанием створок митрального клапана. Осознание важности этого синдрома произошло в начале 70-х годов, когда оказалось, что пролапс митрального клапана имеет яркие эхокардиографические проявления. И именно благодаря эхокардиографии стало ясно, насколько этот синдром распространен в популяции [114, 115]. Наибольшее значение в его диагностике имеет двумерная эхокардиография; допплеровские исследования дополняют ее, позволяя обнаружить позднюю систолическую митральную регургитацию и определить степень ее выраженности.

М-модальная эхокардиография дает около 40% ложно-отрицательных результатов, если за стандарт диагностики берется аускультация сердца. Возможно, такая низкая чувствительность метода связана с деформациями грудной клетки; показано, что до 75% пациентов с пролапсом митрального клапана имеют рентгенологические признаки костных деформаций грудной клетки. Такие деформации (например, pectus excavatum) могут сильно затруднить проведение М-модального исследования. Впрочем, гораздо важнее не помехи для эхокардиографии, а то, что скелетные изменения указывают на системный характер поражения соединительной ткани при пролапсе митрального клапана.

Диагностика пролапса митрального клапана требует обязательного сочетания М-модальной и двумерной эхокардиографии (рис. 8.8, 8.9). Двумерное исследование позволяет рассмотреть створки митрального клапана целиком и найти место их смыкания. Очевидное провисание клапанов в левое предсердие не создает диагностических проблем. Если же створки (или одна створка) доходят только до атриовентрикулярного бугорка, а не далее, это может вызвать диагностические трудности.

Рисунок 8.8. Пролапс митрального клапана: парастернальная позиция длинной оси левого желудочка, систола. Пролабируют обе створки митрального клапана (стрелки). Хорошо видно, что передняя створка имеет излишнюю, не соответствующую размерам желудочка, длину. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, Ao — восходящий отдел аорты.

Рисунок 8.9. Поздне-систолический пролапс передней створки митрального клапана, М — модальное исследование. Пролабирование передней створки митрального клапана происходит в конце систолы (стрелки).

Ряд исследователей считают, что поскольку митральное кольцо имеет седловидную форму, и верхние точки его расположены спереди и сзади, то смещение створки выше уровня митрального кольца должно регистрироваться только из тех позиций, которые пересекают клапан в переднезаднем направлении [105]. Такими позициями являются парастернальная длинная ось левого желудочка и апикальная двухкамерная позиция. Было обнаружено, что добавление допплеровского исследования к М-модальному и двумерному дает специфичность диагностики пролапса митрального клапана равную 93%. Представляется, однако, что, диагностику пролапса митрального клапана нельзя основывать на допплеровском исследовании. Учитывая распространенность незначительной митральной регургитации, это может привести к гипердиагностике пролапса митрального клапана. По нашему мнению, диагностически важным результатом допплеровского исследования для распознавания пролапса митрального клапана может считаться только обнаружение поздней систолической митральной регургитации.

Кроме изменений траектории движения створок, пролапс митрального клапана сопровождается также их утолщением и деформацией. Обычно кончики створок поражены в наибольшей степени и похожи на головку булавки с матовой поверхностью. Утолщение створок иногда распространяется и на хорды. Такие изменения клапанного аппарата называются его миксоматозным перерождением (дегенерацией). Чем сильнее деформирован клапан, тем выше шансы обнаружить утолщение эндокарда межжелудочковой перегородки в том месте, где он соприкасается с чрезмерно подвижной передней створкой (аналогичное локальное утолщение эндокарда межжелудочковой перегородки часто обнаруживают и при гипертрофической кардиомиопатии). Чем сильнее деформированы створки, тем выше вероятность клинических проявлений и осложнений пролапса митрального клапана: болей в грудной клетке, нарушений ритма сердца, бактериального эндокардита, эмболий и разрыва хорд. В предельных случаях часто невозможно отличить пролапс от молотящей створки и массивных вегетаций на митральном клапане (рис. 8.10).

A

B

Рисунок 8.10. Миксоматозная дегенерация митрального клапана, осложнившаяся разрывом хорд и молотящей задней створкой митрального клапана. Парастернальная позиция длинной оси левого желудочка, диастола (А) и систола (В). RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, LA — левое предсердие.

Бактериальный эндокардит стали существенно лучше диагностировать с появлением эхокардиографии; расширился диапазон сведений об этой болезни. Прямым и главным признаком бактериального эндокардита при поражении любого клапана служит обнаружение вегетаций. Нарушая целостность створок или хорд, вегетации препятствуют полному закрытию клапана и приводят к митральной недостаточности. Вегетации выглядят как образования на клапанах, обычно весьма подвижные. Обнаружение образований на клапанах при наличии клинических подозрений на бактериальный эндокардит почти всегда позволяет верно поставить диагноз. За свежие вегетации можно, однако, принять и миксоматозную дегенерацию митрального клапана, и старые, «зажившие», вегетации, и разорванную створку или хорду. С другой стороны, если эхокардиографическое исследование проводят вскоре после появления первых клинических симптомов бактериального эндокардита, вегетации можно и не обнаружить. Вегетации небольших размеров могут остаться невыявленными при эхокардиографическом исследовании из-за недостаточной разрешающей способности аппарата, низкого отношения сигнала к шуму либо из-за недостаточной квалификацией или невнимания эхокардиографиста. В Лаборатории эхокардиографии UCSF распознать вегетации диаметром менее 5 мм при М-модальном исследовании почти никогда не удавалось. Двумерное исследование в таких случаях обычно выявляло некоторые изменения створок, но не вегетации. В то же время М-модальное исследование больных с подозрением на бактериальный эндокардит имеет то преимущество перед двумерным исследованием, что позволяет обнаружить нарушение целостности клапана, поскольку регистрирует высокочастотные систолические вибрации, невидимые при двумерном исследовании из-за меньшей временной разрешающей способности.

Нужно иметь в виду, что бактериальный эндокардит обычно поражает исходно измененные клапаны; поэтому распознать вегетации малых размеров (менее 5 мм) на фоне имеющихся изменений клапана почти невозможно. Хорошим примером возможных диагностических трудностей может служить миксоматозная дегенерация митрального клапана с разрывом хорд (рис. 8.10). В этом случае обнаруживается большое, подвижное, пролабирующее, некальцинированное образование, дающее систолическую вибрацию. Диагностику при подобных эхокардиографических находках следует основывать на клинической картине и бактериологических исследованиях крови.

Самый надежный метод выявления вегетаций — чреспищеводная эхокардиография (рис. 16.16). Ее чувствительность при клинически подтвержденном бактериальном эндокардите превышает 90%. Мы рекомендуем проведение чреспищеводной эхокардиографии во всех случаях, когда вегетации не выявлены при трансторакальном исследовании, но имеются подозрения на наличие у пациента бактериального эндокардита.

Глава 9. Аортальный клапан и корень аорты

Исследование аортального клапана стало сильной стороной эхокардиографии со времени ее внедрения в клиническую практику в начале 70-х годов. Поначалу была показана надежность М-модальной эхокардиографии для исключения аортального стеноза и высокая чувствительность ее в диагностике аортальной недостаточности. С появлением двумерного, а затем и различных допплеровских режимов, оказалось, что эхокардиография настолько хорошо диагностирует патологию аортального клапана, что превосходит по своей диагностической ценности катетеризацию сердца и ангиографию.

Нормальный аортальный клапан и корень аорты

Исследование аортального клапана начинается с визуализации его из парастернального доступа в позиции длинной оси левого желудочка. Затем под контролем двумерного изображения, обычно по парастернальной короткой оси на уровне основания сердца, луч М-модального исследования направляется на створки аортального клапана и корень аорты (рис. 2.2). На рис. 2.6 представлен аортальный клапан из позиции парастернальной короткой оси и М-модальное его изображение. В срез М-модального изображения попадают правая коронарная и некоронарная створки аортального клапана. Линия их смыкания в диастолу в норме находится посередине между передней и задней стенками аорты. В систолу створки открываются и, расходясь кпереди и кзади, образуют «коробочку». В таком положении створки остаются до конца систолы. В норме при М-модальном исследовании может регистрироваться легкое систолическое дрожание створок аортального клапана.

Если неизмененные тонкие створки аортального клапана открываются не полностью, это обычно означает резкое снижение ударного объема. При нормальном ударном объеме и дилатации корня аорты створки клапана, раскрываясь, могут несколько отстоять от стенок аорты. При низком ударном объеме М-модальное движение створок аортального клапана иногда имеет форму треугольника: сразу после полного раскрытия створки начинают закрываться. Если створки резко захлопываются после максимального их раскрытия, следует заподозрить фиксированный подклапанный стеноз. Средне-систолическое прикрытие створок аортального клапана (частичное закрытие их в середине систолы, затем — вновь максимальное раскрытие) является признаком динамического подклапанного стеноза, т. е. гипертрофической кардиомиопатии с обструкцией выносящего тракта левого желудочка. В диастолу закрытые створки параллельны стенкам аорты. Диастолическое дрожание створок аортального клапана свидетельствует о серьезной патологии и наблюдается при разрыве или отрыве створок. Эксцентрическое расположение линии смыкания створок аортального клапана заставляет заподозрить врожденную патологию — двустворчатый аортальный клапан.

Движение корня аорты может дать ценную информацию о глобальной систолической и диастолической функции левого желудочка. В норме корень аорты смещается кпереди в систолу более, чем на 7 мм, и почти немедленно возвращается на место по ее окончании. Движения корня аорты отражают процессы наполнения и опорожнения левого предсердия; во время предсердной систолы в норме они минимальны. При уменьшении амплитуды движения корня аорты следует думать о низком ударном объеме. Заметим, что амплитуда движения корня аорты не имеет прямой зависимости от фракции выброса. Например, при гиповолемии и нормальной сократимости левого желудочка амплитуда движения корня аорты уменьшается. Нормальная или даже чрезмерная подвижность корня аорты при уменьшенном раскрытии створок аортального клапана свидетельствует о диспропорции между кровотоком в левом предсердии и в аорте и наблюдается при тяжелой митральной недостаточности.

При двумерном исследовании парастернально по короткой оси аортальный клапан выглядит как структура, состоящая из трех симметрично расположенных, одинаково тонких створок, в систолу они полностью открывающихся, а в диастолу закрываются и образуют фигуру, похожую на перевернутую эмблему автомобиля Mercedes-Benz. Место смыкания всех трех створок может выглядеть чуть утолщенным. Корень аорты имеет диаметр больший, чем остальная часть восходящего отдела аорты, и формируется из трех синусов Вальсальвы, которые называются аналогично створкам клапана: левый коронарный, правый коронарный, некоронарный. В норме диаметр корня аорты не превышает 3,5 см. Допплеровское исследование кровотока через аортальный клапан дает спектр треугольной формы; максимальная скорость аортального кровотока — от 1,0 до 1,5 м/с. Аортальный клапан имеет меньший диаметр, чем выносящий тракт левого желудочка и восходящий отдел аорты, поэтому скорость кровотока выше всего именно на уровне клапана.

Аортальный стеноз

Эхокардиография, включающая допплеровское исследование в постоянно-волновом режиме, — очень надежный метод диагностики и оценки тяжести аортального стеноза. Метод позволяет измерить систолический градиент между левым желудочком и аортой и вычислить площадь отверстия аортального клапана.

М-модальное исследование при аортальном стенозе выявляет изменения структуры и движения створок клапана: регистрируются плотные, неоднородные сигналы, уменьшается систолическое раскрытие створок. Однако уплотнение и утолщение стенок аорты и створок аортального клапана может дать сходную картину и в отсутствии гемодинамически значимого стеноза. Поэтому нельзя ориентироваться только на М-модальные измерения раскрытия створок аортального клапана. Тем не менее при невозможности проведения допплеровского исследования иногда приходится высказывать суждение о тяжести стеноза по раскрытию створок аортального клапана. При этом исходят из того, что раскрытие створок, превышающее 12 мм, почти всегда свидетельствует об отсутствии значимого стеноза, раскрытие менее 8 мм, наоборот, почти всегда свидетельствует о тяжелом аортальном стенозе; промежуточные значения (от 8 до 12 мм) могут соответствовать стенозу любой степени выраженности.

Двумерное исследование больного с предполагаемым аортальным стенозом имеет целью определение степени кальциноза корня аорты и, что еще важнее, формы и движения створок аортального клапана. Если видна четкая граница между створками и каждая из них движется в своем направлении, то тяжелый аортальный стеноз исключен. Если же, напротив, наблюдается куполообразное закругление створок и они движутся в одном направлении, то вероятность тяжелого аортального стеноза существенно возрастает.

О гемодинамической значимости аортального стеноза можно судить по таким показателям как наличие или отсутствие постстенотического расширения аорты, толщина стенок и масса миокарда левого желудочка, размер левого предсердия. Постстенотическое расширение аорты почти всегда присутствует при тяжелом аортальном стенозе. У клинически компенсированных пациентов с гемодинамически значимым аортальным стенозом обычно выявляется гипертрофия левого желудочка и повышение его глобальной сократимости. Повышенная сократимость кажется парадоксальным явлением в условиях хронического повышения посленагрузки. Возможное объяснение повышенной сократимости левого желудочка при аортальном стенозе состоит в том, что напряжение стенки левого желудочка [wall stress] у этих пациентов в покое снижено; повышенную сократимость можно рассматривать как компенсаторный механизм, обеспечивающий адекватный сердечный выброс при физической нагрузке. Если при тяжелом аортальном стенозе гипертрофия левого желудочка незначительна или отсутствует, то можно ожидать тяжелых клинических проявлений порока.

Количественная оценка тяжести аортального стеноза с помощью допплер-эхокардиографии — одна из самых эффективных областей применения метода. При постоянно-волновом исследовании для измерения градиентов давления между левым желудочком и аортой и расчета площади аортального отверстия необходимо направить ультразвуковой луч точно по потоку стенотической струи. Поэтому у каждого пациента следует искать стенотическую струю из нескольких доступов [134]: апикального, супрастернального и правого парастернального (рис. 9.1, 9.2). Наибольшую скорость кровотока через стенозированный аортальный клапан обычно удается зарегистрировать при исследовании из апикального доступа. В каждом случае мы рекомендуем использовать датчик, предназначенный исключительно для постоянно-волнового исследования: благодаря небольшой поверхности этого датчика, его луч легко направить параллельно стенотической струе, особенно при супрастернальном исследовании. Неточная ориентация ультразвукового луча (под углом к стенотической струе) приводит к недооценке тяжести аортального стеноза.

Рисунок 9.1. Аортальный стеноз: постоянно-волновое допплеровское исследование, апикальный доступ. Максимальная скорость аортального кровотока — 4,7 м/с (максимальный градиент между левым желудочком и аортой — 88 мм рт. ст.).

Рисунок 9.2. Аортальный стеноз: постоянно-волновое допплеровское исследование того же пациента, что и на рис. 9.1, правый парастернальный доступ. Как правило, исследование из апикального доступа позволяет получить наиболее высокие (самые близкие к истинным) скорости аортального кровотока; данный пример, однако, свидетельствует о том, что это не всегда верно: при исследовании из правого парастернального доступа зарегистрирована максимальная скорость аортального кровотока равная 5,4 м/с (максимальный градиент давления — 117 мм рт. ст.). В случаях аортального стеноза нужно проводить исследование аортального кровотока из всех возможных позиций (апикальной, правой парастернальной и супрастернальной).

На рис. 9.3 представлен допплеровский аортальный кровоток при аортальном стенозе и расчет максимального градиента давления между левым желудочком и аортой. Заметим, что тот градиент давления, который определяется при катетеризации сердца, не полностью соответствует градиенту, вычисляемому при допплеровском исследовании. При катетеризации вычисляют разность между максимумами давления в левом желудочке и в аорте. Кривые давления в желудочке и аорте, однако, достигают своего пика не одновременно. Допплеровские же вычисления основаны на определении максимальной скорости кровотока через аортальный клапан, а следовательно, — максимальной разности давлений между левым желудочком и аортой [101].

Рисунок 9.3. Аортальный стеноз. Кривые давления в аорте и в левом желудочке достигают максимума не одновременно: в аорте позже, чем в левом желудочке. При катетеризации сердца измеряют значения максимального давления в аорте, затем в левом желудочке и вычисляют их разность. При допплеровском исследовании измеряют максимальную скорость в аорте, которая соответствует максимальному градиенту давления между левым желудочком и аортой. Поэтому при аортальном стенозе допплеровское исследование должно давать более высокие значения максимального градиента давления между левым желудочком и аортой, чем катетеризация сердца. Ao — кривая давления в аорте, LV — кривая давления в левом желудочке, Pmax — максимальный градиент давления (измеряется при допплеровском исследовании), Ppeak-to-peak — разница максимальных давлений (измеряется при катетеризации сердца). Judge K.W., Otto C.M. Doppler echocardiographic evaluation of aortic stenosis, in: Doppler Echocardiography, ed. Schiller N.B., Cardiology Clinics, 8(2), 1990.

В целом, скорость кровотока через аортальный клапан, превышающая 4 м/с, указывает на критический, требующий протезирования клапана, аортальный стеноз; скорости ниже 3 м/с — на нетяжелый стеноз. Для суждения о тяжести порока при промежуточных значениях скорости стенотической струи (от 3 до 4 м/с) требуются дополнительные данные: площадь аортального отверстия, параметры глобальной сократимости левого желудочка и степень аортальной регургитации.

Учитывая, что максимальный градиент давления между левым желудочком и аортой зависит от преднагрузки, посленагрузки и глобальной сократимости левого желудочка, при пограничных значениях градиента бывает трудно отличить умеренно выраженный аортальный стеноз от критического. Существует три возможных решения этой проблемы.

1. Изучение формы допплеровского спектра стенотической струи. Быстрое достижение пика скорости стенотической струи указывает на стеноз скорее умеренный, чем критический. Та же максимальная скорость при медленном ее нарастании может означать критический аортальный стеноз.

2. Определение среднего систолического градиента давления между левым желудочком и аортой. В современных эхокардиографах предусмотрена возможность определения среднего градиента, который вычисляется из интеграла линейной скорости стенотической струи, зарегистрированной в постоянно-волновом режиме. Значения среднего систолического градиента точнее соответствуют данным катетеризации сердца, чем значения максимального градиента.

3. Лучший показатель степени тяжести аортального стеноза — это площадь аортального отверстия [112, 126]. Наиболее распространены способы вычисления площади аортального отверстия из уравнения непрерывности кровотока либо модифицированного уравнения Горлина (рис. 9.4). В табл. 13 приведен перечень измерений, которые необходимо произвести при допплеровском исследовании пациента с аортальным стенозом.

Рисунок 9.4. Допплеровский расчет площади отверстия аортального клапана. Измерения основаны на том, что объем кровотока (ударный объем) в аорте и в выносящем тракте левого желудочка равны между собой. SVLVOT — ударный объем кровотока в выносящем тракте левого желудочка, SVAo — ударный объем кровотока в аорте, AVA — площадь отверстия аортального клапана, CSALVOT — площадь поперечного сечения выносящего тракта левого желудочка, TVIAo — интеграл линейной скорости аортального кровотока, TVILVOT — интеграл линейной скорости кровотока в выносящем тракте левого желудочка. Judge K.W., Otto C.M. Doppler echocardiographic evaluation of aortic stenosis, in: Doppler Echocardiography, ed. Schiller N.B., Cardiology Clinics, 8(2), 1990.

Таблица 13. Параметры, определяемые при допплеровском исследовании пациента с аортальным стенозом

Позиции и измерения

1. Максимальная скорость и наилучшего качества спектр кровотока дистальнее аортального клапана в постоянно-волновом режиме в любой из позиций: апикальной, правой парастернальной, супрастернальной

2. Максимальная скорость и наилучшего качества спектр кровотока в выносящем тракте ЛЖ из апикального доступа в импульсном режиме

3. Диаметр поперечного сечения выносящего тракта ЛЖ, измеряемый в позиции длинной оси ЛЖ парастернально в двумерном режиме

Расчетные параметры

1. Максимальный и средний градиент давления между ЛЖ и аортой

2. Площадь отверстия аортального клапана с помощью модифицированного уравнения Горлина либо закона непрерывности потока:

Уравнение непрерывности потока: AVA = (CSALVOT×TVILVOT)/TVIAo

Модифицированное уравнение Горлина: AVA = (VmeanLVOT×CSALVOT)/VmeanAo

ЛЖ — левый желудочек

AVA — площадь отверстия аортального клапана

CSALVOT — площадь поперечного сечения выносящего тракта ЛЖ

TVIAo — интеграл линейной скорости аортального кровотока

TVILVOT — интеграл линейной скорости кровотока в выносящем тракте ЛЖ

VmeanAo — средняя скорость аортального кровотока

VmeanLVOT — средняя скорость в выносящем тракте левого желудочка в систолу

На точность вычисления площади отверстия аортального клапана не влияет наличие или отсутствие у пациента аортальной недостаточности. Неопределенность в вычисление площади аортального отверстия может внести мерцательная аритмия. Следует помнить о возможном сочетании субаортального стеноза с клапанным пороком: градиент давления по разные стороны аортального клапана в этом случае вычисляют не по укороченному, а по полному варианту модифицированного уравнения Бернулли (гл. 3).

Для решения вопроса о необходимости протезирования аортального клапана по поводу аортального стеноза у взрослого пациента мы рекомендуем пользоваться приведенной ниже схемой 9.1.

Схема 9-1. Схема решения вопроса о необходимости протезирования аортального клапана по поводу аортального стеноза. Judge KW, Otto CM. Doppler echocardiographic evaluation of aortic stenosis, in Doppler Echocardiography, ed. Schiller NB, Cardiology Clinics, 8(2), 1990.

Определение этиологии аортального стеноза

У большей части больных преклонного возраста с аортальным стенозом при эхокардиографии обнаруживается выраженный кальциноз корня аорты и створок аортального клапана. Эти дегенеративные процессы неспецифичны и потому не могут служить признаком, позволяющим установить причину поражения аортального клапана.

Двустворчатый аортальный клапан — самый распространенный из врожденных пороков сердца (его имеют около 2% людей) и, вероятно, главный предвестник аортального стеноза. При М-модальном исследовании этот порок выявляется по эксцентрическому расположению линии смыкания створок аортального клапана. С еще большей уверенностью его можно диагностировать при двумерном исследовании по невозможности визуализации более чем двух створок и одной комиссуры (рис. 9.5). По нашему мнению, если единственная комиссура двустворчатого аортального клапана расположена вертикально, вероятность ошибочного диагноза меньше, чем при ее горизонтальном расположении. Визуализация трех комиссур еще не является гарантией того, что аортальный клапан трехстворчатый. Одна из комиссур может быть заросшей, и клапан, на самом деле двустворчатый, будет казаться нормальным. Два признака позволяют в этих случаях распознать двустворчатый аортальный клапан: очевидная разница в размерах створок и эксцентрическое их раскрытие. В анамнезе пациентов с аортальным стенозом двустворчатого клапана часто имеются указания на выслушивавшийся в течение многих лет шум в сердце. Трудно сказать, насколько часто аортальный стеноз имеет такую этиологию: если шум появился поздно и пациент страдал артериальной гипертонией, то в основе аортального стеноза могут лежать первичные дегенеративные изменения ранее нормального клапана.

Рисунок 9.5. Некальцифицированный двустворчатый аортальный клапан: парастернальная позиция по короткой оси аортального клапана. Видны только две створки клапана: передняя и задняя. ant — передняя створка, post — задняя створка.

Ревматический аортальный стеноз похож на описанные выше анатомические формы порока, но ревматическое поражение клапана, во-первых, реже приводит к критическому стенозу, во-вторых, часто сопровождается митральным пороком сердца. При ревматической этиологии аортального стеноза больше выражена тенденция к поражению створок, чем аортального кольца, тогда как для дегенеративных процессов характерно преимущественное поражение аортального кольца с последующим распространением процесса на створки — от периферии к центру.

Фиксированный субаортальный стеноз — это сравнительно редкая врожденная патология, имеющая две анатомические разновидности. Самый частый вариант фиксированного субаортального стеноза — подклапанная мембрана [175]; при двумерном исследовании она видна сразу под аортальным клапаном (рис. 9.6). Другой вариант субаортального стеноза — длинный узкий фибромышечный канал, диаметр которого остается неизменным во время всего сердечного цикла. Степень сужения выносящего тракта трудно определить при двумерном исследовании. Допплеровское исследование стеноза проводится по той же методике, что и при клапанном стенозе.

Эхокардиографическая диагностика динамического подклапанного стеноза (обструктивной гипертрофической кардиомиопатии) обсуждается в гл. 5.

Рисунок 9.6. Врожденный субаортальный («фиксированный») стеноз: подклапанная мембрана (стрелки). Фрагмент изображения, полученного при двумерном исследовании в позиции парастернальной длинной оси левого желудочка. LA — левое предсердие, R — правая коронарная створка аортального клапана, N — некоронарная створка аортального клапана. Материал предоставил проф. Norman H. Silverman.

Аортальная недостаточность

Аортальная регургитация является частой эхокардиографической находкой и почти всегда указывает на патологию. В большинстве случаев эхокардиография позволяет выявить изменения аортального клапана или восходящего отдела аорты, ставшие причиной аортальной регургитации, и установить степень ее выраженности.

При М-модальном исследовании главным признаком аортальной регургитации служит диастолическое дрожание передней створки аортального клапана. Надежность этого симптома в течение долгого времени оставалась неясной. В настоящее время установлено, что наличие или отсутствие диастолического дрожания передней створки митрального клапана при аортальной регургитации зависит от того, какая створка клапана поражена, и это же определяет направление регургитирующей струи. Цветное допплеровское сканирование выявляет большое разнообразие направления регургитирующей струи у разных пациентов (рис. 9.7, 17.16, 17.17); когда она направлена в сторону передней створки митрального клапана, то наблюдается дрожание створки. С появлением двумерной эхокардиографии М-модальные исследования начали регистрировать не на дорогостоящей фотобумаге, а на видеопленке. Это привело к тому, что диастолическое дрожание передней створки митрального клапана стали выявлять реже, из-за относительно низкой временной разрешающей способности видеозаписи. При тяжелой аортальной недостаточности М-модальное исследование регистрирует также раннее закрытие митрального клапана [84]; эта находка свидетельствует о нарушениях гемодинамики, требующих активного медикаментозного и хирургического лечения.

Рисунок 9.7. Эксцентрически направленная аортальная регургитация: постоянно-волновое допплеровское исследование из парастернального доступа. Иногда (например, при пролабировании одной из створок аортального клапана) струя аортальной регургитации направлена эксцентрически. В таких случаях цветное сканирование позволяет правильно ориентировать ультразвуковой луч при постоянно-волновом исследовании. В данном случае струя аортальной регургитации направлена в сторону передней створки митрального клапана. AI — струя аортальной регургитации.

Появление эхокардиографии возбудило интерес к мониторированию размеров левого желудочка у больных с аортальной недостаточностью с целью определения оптимального момента для хирургического лечения [132]. Долгое время считалось, что конечно-систолический размер левого желудочка равный 55 мм указывает на необходимость операции, так как за этим пределом прогноз как естественного течения заболевания, так и результатов операции резко ухудшается. В настоящее время, однако, критическая граница указывающая на необходимость проведения оперативного лечения, отодвинулась; с разработкой новых методов интраоперационной защиты миокарда конечно-систолический размер левого желудочка, равный 55 мм, уже не представляется критическим [91, 99, 138].

Параметры, характеризующие тяжесть аортальной недостаточности, применительно к двумерной эхокардиографии разработаны не так хорошо, как для М-модального исследования. Естественно предположить, что изучение сократимости левого желудочка, его объема, формы и массы (гл. 5) может дать ценную информацию для определения тяжести аортальной недостаточности. С помощью двумерной эхокардиографии можно было бы изучать выраженность объемной перегрузки левого желудочка, отношение его объема к массе, но таких исследований проведено мало. С появлением допплеровских методов двумерная эхокардиография при аортальной недостаточности применяется в основном для выяснения ее генеза.

Допплеровскому исследованию принадлежит главная роль в диагностике аортальной недостаточности и определении ее тяжести. Импульсное допплеровское исследование и особенно цветное сканирование оказались чувствительнее всех существующих методов диагностики аортальной недостаточности, включая инвазивные методы. При выполнении импульсного допплеровского исследования контрольный объем помещают в выносящий тракт левого желудочка под местом смыкания створок аортального клапана (рис. 9.8). Этот прием повторяют из нескольких эхокардиографических позиций, чтобы быть уверенным в том, что учтены все возможные направления регургитирующей струи. Чаще всего лучшей оказывается апикальная пятикамерная позиция сердца. При обнаружении регургитации, занимающей всю диастолу на допплеровском спектре, контрольный объем перемещают по желудочку, чтобы установить глубину проникновения в него регургитирующей струи. Если струя заходит более чем на одну треть глубины желудочка, степень аортальной недостаточности редко бывает легкой. Цветное сканирование, впрочем, полностью заменяет исследования регургитации в импульсном допплеровском режиме. Цветное сканирование быстро и надежно выявляет любую регургитацию, от незначительной до тяжелой, и, кроме того, позволяет точно направить ультразвуковой луч при постоянно-волновом допплеровском исследовании [90, 117] (рис. 17.16, 17.17).

Рисунок 9.8. Аортальная регургитация: импульсное допплеровское исследование. Контрольный объем помещен в выносящий тракт левого желудочка у места смыкания створок аортального клапана. Струя аортальной регургитации появляется сразу после закрытия аортального клапана и в импульсном режиме дает искажение допплеровского спектра. AI — струя аортальной регургитации.

Аортальная регургитация при цветном сканировании выглядит как пестрый патологический диастолический поток, исходящий из аортального клапана и проникающий в левый желудочек. Этот поток отличается от регистрируемого при митральном стенозе тем, что он исходит от аортального клапана и появляется в самом начале диастолы, в фазу изоволюметрического расслабления, когда митральный клапан еще закрыт. В отличие от митральной регургитации, при аортальной максимальная глубина проникновения струи в левый желудочек и площадь, которую струя занимает, не всегда хорошо коррелируют с ангиографической оценкой степени аортальной недостаточности. Более достоверные признаки степени аортальной недостаточности — ширина струи в месте ее формирования и площадь, занимаемая ею при исследовании в позиции парастернальной короткой оси на уровне аортального клапана.

Существует несколько конкурирующих по своей надежности способов оценить тяжесть аортальной недостаточности. Самыми распространенными и, с нашей точки зрения, лучшими являются следующие два способа: 1) измерение времени полуспада (T1/2) диастолического градиента давления между аортой и левым желудочком по исследованию допплеровского спектра аортальной регургитации, зарегистрированного в постоянно-волновом режиме; 2) поиск ретроградного кровотока в нисходящем отделе аорты (из супрастернального доступа). В табл. 14 приведен перечень измерений, которые необходимо произвести при допплеровском исследовании пациента с аортальной регургитацией.

Таблица 14. Параметры, определяемые при допплеровском исследовании пациента с аортальной регургитацией

Позиции и измерения

1. Наилучшего качества спектр струи аортальной регургитации из апикального доступа в 5-камерной позиции в постоянно-волновом режиме

2. Кровоток в нисходящей аорте из супрастернального доступа в импульсном режиме

3. Кровоток в брюшной аорте из субкостального доступа в импульсном режиме

Расчетные параметры

1. Время полуспада диастолического градиента давления между аортой и левым желудочком

2. Отношение интегралов линейной скорости ретроградного и антероградного кровотока в нисходящем отделе аорты

Скорость регургитирующей струи определяется разностью давлений между аортой и левым желудочком в каждый момент времени. Чем быстрее уменьшается скорость регургитирующей струи, тем быстрее выравнивается давление между аортой и левым желудочком, и, следовательно, тем тяжелее аортальная недостаточность (рис. 9.9). В предельно выраженных случаях скорость регургитирующей струи падает до нуля. Время полуспада диастолического градиента давления, (который с технической точки зрения этот параметр измеряется при аортальной регургитации так же, как при митральном стенозе) тем ниже, чем тяжелее аортальная недостаточность, то есть чем больше объем регургитирующей крови (рис. 9.10). Если T1/2 аортальной регургитации превышает 400 мс, то она почти наверняка легкой степени. Если T1/2 меньше 200 мс, то аортальная регургитация оценивается как тяжелая. Заметим, что время полуспада диастолического градиента давления между аортой и левым желудочком зависит от податливости аорты и левого желудочка, так что в определенных ситуациях использование этого параметра дает ошибку, например, при тяжелом поражении миокарда.

Рисунок 9.9. Аортальная регургитация: постоянно-волновое допплеровское исследование. Время полуспада градиента давления — 544 мс, что указывает на небольшую степень выраженности аортальной регургитации.

Рисунок 9.10. Кривые давления в аорте и в левом желудочке при тяжелой (А) и небольшой (В) аортальной недостаточности. Заштрихованная область соответствует времени полуспада градиента давления между левым желудочком и аортой. При тяжелой аортальной недостаточности давление в аорте в диастолу падает очень быстро, в левом желудочке так же быстро возрастает, поэтому происходит стремительное снижение градиента давления между желудочком и аортой. Время полуспада градиента давления в примере А — 120 мс. При небольшой аортальной недостаточности время полуспада градиента давления существенно больше: в примере В оно составляет 700 мс. Teague S.M. Doppler echocardiographic evaluation of aortic regurgitation, in: Doppler Echocardiography, ed. Schiller N.B., Cardiology Clinics, 8(2), 1990.

Иногда при сочетании аортальной недостаточности и митрального стеноза могут возникнуть трудности в различении их спектров. Струя аортальной регургитации отличается тем, что появляется в самом начале диастолы (когда митральный клапан еще закрыт) и начальная скорость ее — около 4 м/с. Что касается стенотической струи при митральном стенозе, по ее появлению предшествует период изоволюметрического расслабления левого желудочка, а начальная скорость ее — около 2 м/с (рис. 9.11). На правильность оценки тяжести аортальной регургитации по времени полуспада градиента давления между левым желудочком и аортой не влияет наличие митрального стеноза.

Рисунок 9.11. Регистрация струи аортальной регургитации и кровотока через стенозированный митральный клапан на одном допплеровском спектре. Постоянно-волновое допплеровское исследование из апикального доступа. Аортальная регургитация имеет большую скорость и начинается раньше — сразу после закрытия аортального клапана. Началу трансмитрального кровотока предшествует период изоволюметрического расслабления левого желудочка. AI — струя аортальной регургитации, MS — кровоток через стенозированный митральный клапан, AS — систолический кровоток через стенозированный аортальный клапан.

Если ретроградный (направленный к датчику, установленному в яремной ямке) диастолический кровоток в нисходящем отделе аорты не выявляется, то можно утверждать, что гемодинамически значимая аортальная регургитация отсутствует. Если же ретроградный кровоток обнаружен (рис. 9.12A), то можно сопоставить его объем с объемом антероградного кровотока — их соотношение хорошо коррелирует с фракцией регургитирующего объема, измеряемой при ангиографии [131]. Кроме того, объем регургитации можно измерить по разности систолического кровотока в выносящем тракте левого желудочка (повышенного) и в легочной артерии (нормального).

Ретроградный кровоток в брюшной аорте всегда указывает на тяжелую аортальную недостаточность (рис. 9.12B).

A

B

Рисунок 9.12. Ретроградный диастолический кровоток в нисходящем отделе аорты (стрелки) и в брюшной аорте. При исследовании нисходящей аорты (А) нормальный (антероградный) кровоток направлен от датчика (под изолинией), ретроградный кровоток — к датчику (над изолинией); при исследовании брюшной аорты (В) — наоборот. Ретроградный кровоток в брюшной аорте указывает на тяжелую аортальную недостаточность.

Определение этиологии аортальной недостаточности

Любой патологический процесс, затрагивающий аортальный клапан, может приводить к аортальной регургитации. Самая частая ее причина — дегенерация створок аортального клапана, наблюдающаяся при артериальной гипертонии и у пациентов пожилого возраста. Кальциноз и утолщение створок в наибольшей степени выражены на границе комиссур с аортальным кольцом. Кальциноз митрального и аортального колец часто сопровождает склерозирование створок аортального клапана. Иногда одна створок теряет свою подвижность, что хорошо заметно на фоне движения остальных. Если только одна из створок становится неподвижной, то это обычно не приводит к гемодинамически значимому аортальному стенозу, и аортальная регургитация при этом тоже, как правило, невелика.

Аортальная регургитация может быть ревматического происхождения. Края створок при этом утолщаются по всей длине, аортальное кольцо не вовлекается в патологический процесс и остаются нормальными. Как правило, при ревматизме обнаруживается аортальная регургитация легкой степени, но она может быть и умеренно выраженной, и даже тяжелой.

Двустворчатый нестенозированный аортальный клапан — еще одна нередкая причина аортальной регургитации. Вопрос об эхокардиографическом распознавании двустворчатого аортального рассмотрен выше (см. раздел «Определение этиологии аортального стеноза»). Аортальная регургитация при двустворчатом аортальном клапане, не пораженном бактериальным эндокардитом, обычно гемодинамически незначима.

Бактериальный эндокардит — ведущая причина тяжелой аортальной недостаточности. При классическом варианте бактериального эндокардита обнаруживаются вегетации — плотные, пролабирующие в левый желудочек эхо-структуры (рис. 16.15). Однако, как и в случаях поражения митрального клапана, примерно в 25% случаев клинически подтвержденного бактериального эндокардита вегетаций при эхокардиографическом исследовании не обнаруживается. Мешают диагностике предшествовавшие структурные изменения клапана, ставшие мишенью для инфекции. Абсцесс корня аорты — серьезное осложнение бактериального эндокардита. При абсцессе корня аорты в области синусов Вальсальвы появляется эхо-негативное пространство, являющееся полостью абсцесса (рис. 9.13, 16.19).

Рисунок 9.13. Абсцесс корня аорты: парастернальная длинная ось левого желудочка. Стрелкой отмечена полость абсцесса. Абсцесс корня аорты — осложнение бактериального эндокардита и самая частая причина аневризм синусов Вальсальвы. RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, LA — левое предсердие, Ao — восходящий отдел аорты.

Аневризмы синусов Вальсальвы могут быть врожденными или приобретенными вследствие бактериального эндокардита; эхокардиографически это состояние проявляется несимметричным расширением корня аорты, выпячиванием дилатированного синуса в систолу. При аневризме синуса Вальсальвы тщательно проведенное допплеровское исследование может выявить и аортальную регургитацию, и внутрисердечный шунт.

Аортальная регургитация может присоединяться к субаортальному стенозу. Динамическая или фиксированная обструкция выносящего тракта левого желудочка иногда приводит к функциональной неполноценности аортального клапана из-за длительного воздействия на него стенотической струи.

Аортальная регургитация может появиться в результате миксоматозных изменений створок или как следствие поражения восходящего отдела аорты. Изредка диагностируется пролапс аортального клапана (рис. 9.14), сочетающийся с пролапсом митрального клапана. Синдром Марфана (и другие врожденные заболевания соединительной ткани) также проявляется пролапсом митрального клапана и аортальной недостаточностью. Для синдрома Марфана не характерен пролапс аортального клапана, но наблюдается изолированная дилатация синусов Вальсальвы и восходящего отдела аорты [94].

Рисунок 9.14. Пролапс аортального клапана: парастернальная длинная ось левого желудочка. Правая коронарная створка аортального клапана (стрелка) в диастолу пролабирует в полость левого желудочка. RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, LA — левое предсердие.

Аортальной регургитацией сопровождаются многие другие поражения аорты: проксимальное расслаивание аорты, аневризматическое расширение аорты при гипертонии, аорто-аннулярная эктазия (рис. 9.15), сифилитический мезаортит, расширение корня аорты при анкилозирующем спондилите. Эти заболевания не имеют специфических эхокардиографических признаков, их диагностика должна основываться на клинических признаках. Все перечисленные болезни сопровождаются расширением корня аорты и утолщением ее стенок.

A

B

Рисунок 9.15. Аорто-аннулярная эктазия. При трансторакальном исследовании (А) видна выраженная дилатация корня аорты и ее восходящего отдела. Расширенная аорта сдавливает правую легочную артерию. Максимальный диаметр аорты достигает 6 см. При чреспищеводном эхокардиографическом исследовании (В) обнаруживаются неизменный аортальный клапан, нормальные размеры дуги и нисходящего отдела аорты. RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, LA — левое предсердие, Ao — восходящий отдел аорты, rPA — правая легочная артерия, LCC — левая коронарная створка аортального клапана, RCC — правая коронарная створка аортального клапана, NCC — некоронарная створка аортального клапана.

При расслаивающей аневризме аорты трансторакальная эхокардиография иногда выявляет отслойку интимы (рис. 9.16), но для диагностики этой патологии существенно большую ценность имеет чреспищеводное эхокардиографическое исследование.

Рисунок 9.16. Расслаивающая аневризма аорты: длинная ось дуги аорты из супрастернального доступа. Расслаивание произошло дистальнее левой подключичной артерии. Как правило, для диагностики расслаивающей аневризмы аорты (особенно нисходящего отдела аорты) методом выбора является чреспищеводная эхокардиография, но иногда диагноз можно поставить и при трансторакальном исследовании. LSA — левая подключичная артерия, T — истинный канал, F — ложный канал, стрелкой указан отслоившийся участок интимы.

В редких случаях причиной аортальной регургитации может стать поражение клапана ревматоидными узелками, приводящими к появлению локальных участков уплотнения на створках. При подозрении на серьезную патологию восходящего отдела аорты, ее дуги или нисходящего отдела рекомендуется проведение чреспищеводной эхокардиографии. Патология брюшной аорты хорошо диагностируется при абдоминальном ультразвуковом исследовании (рис. 9.17, 2.20).

Рисунок 9.17. Аневризма брюшного отдела аорты: максимальный диаметр брюшной аорты составил 6,7 см. В полости аневризмы — пристеночный тромб.

Глава 10. Трехстворчатый клапан

Эхокардиографическое изучение трехстворчатого клапана, технически более трудное, чем исследование митрального клапана, позволяет обнаружить как первичные его поражения, так и изменения, связанные с другой патологией сердца. Поэтому оно составляет обязательную часть эхокардиографического исследования. Трехстворчатый клапан находится правее всех остальных клапанов сердца, на уровне края грудины. Для визуализации его из парастернальной позиции необходимо отклонить ультразвуковой луч вправо, не теряя при этом контакта поверхности датчика с грудной клеткой; опытному эхокардиографисту это удается довольно легко. У подавляющего большинства пациентов клапан можно хорошо рассмотреть из нескольких позиций.

Нормальный трехстворчатый клапан

Трехстворчатый клапан имеет переднюю, септальную и заднюю створки. Размеры и положение передней створки наиболее стабильны, тогда как септальной и задней — вариабельны. Эхокардиографическое распознавание различных створок основано на определении мест их прикрепления. В М-модальном режиме обычно удается исследовать только переднюю створку трехстворчатого клапана. В настоящее время М-модальное исследование трехстворчатого клапана используют редко, хотя оно может служить для определения фазовой структуры сердечного цикла и выявления высокочастотного дрожания передней створки при бактериальном эндокардите. Траектория движения передней створки трехстворчатого клапана, как и митрального, имеет два пика: один — во время раннего диастолического наполнения и, второй (меньший) — во время предсердной систолы.

При двумерном исследовании клапан исследуют из трех позиций: парастернально по длинной оси правого желудочка, по короткой оси на уровне основания сердца, и из апикальной четырехкамерной позиции. Эти же позиции используются и для допплеровского исследования кровотока через клапан. В норме кольцо трехстворчатого клапана расположено несколько ближе к верхушке сердца, чем митральное кольцо.

Трикуспидальная недостаточность

В 1914 году Маккензи, один из основоположников современной кардиологии, писал: «Хотя непосредственное поражение трехстворчатого клапана встречается редко, недостаточность его настолько распространена, что клапаны, способные полностью закрываться, заслуживают почтительного к себе отношения». Достижения допплер-эхокардиографии подтвердили абсолютную правоту Маккензи, так как оказалось, что у 80% здоровых людей обнаруживается незначительная трикуспидальная регургитация.

При патологии трикуспидальная недостаточность может быть любой степени выраженности — вплоть до полного отсутствия трехстворчатого клапана. Известны случаи длительной выживаемости больных после хирургического удаления трехстворчатого клапана. Эхокардиографически при трикуспидальной недостаточности можно выявить как патологию самого клапана, так и вторичные изменения, к которым относятся: дилатация правых отделов сердца, парадоксальное движение межжелудочковой перегородки, систолическая пульсация нижней полой вены (не обязательно сопровождающаяся ее расширением), уменьшение раскрытия клапана легочной артерии. При контрастном исследовании может обнаруживаться ретроградное систолическое наполнение нижней полой вены и печеночных вен.

Чаще всего выраженная трикуспидальная регургитация связана вторичными изменениями — декомпенсацией правого желудочка при легочной гипертензии, обусловленной поражением левого желудочка. Эхокардиографическое исследование трехстворчатого клапана не обнаруживает при этом каких-либо специфических изменений; иногда (в предельно выраженных случаях трикуспидальной недостаточности) выявляется несмыкание створок клапана в систолу (рис. 10.3).

Трикуспидальная регургитация в норме и при патологии при допплеровском исследовании выглядит одинаково, разница лишь в степени ее выраженности. При исследовании в импульсном режиме струю трикуспидальной регургитации можно зарегистрировать наилучшим образом, поместив контрольный объем в правое предсердие над местом смыкания створок трикуспидального клапана. В зависимости от того, насколько выражена и как направлена струя трикуспидальной регургитации, ее можно обнаружить в правом предсердии на разной глубине. Ретроградный кровоток иногда обнаруживается в нижней полой вене и печеночных венах. Цветное сканирование полностью заменяет поиск регургитирующей струи в импульсном допплеровском режиме.

Струя трикуспидальной регургитации может быть направлена по-разному, и потому искать ее нужно в разных позициях: четырехкамерной из апикального доступа, парастернально по короткой оси на уровне основания сердца и по длинной оси правого желудочка, а также в субкостальных позициях. Глубина проникновения струи и площадь, которую она занимает, служат критериями для определения степени тяжести трикуспидальной недостаточности [89]. Обратный систолический кровоток в нижней полой вене и печеночных венах служит дополнительным признаком тяжелой трикуспидальной недостаточности. Иногда при тяжелой трикуспидальной недостаточности и небольшом градиенте давления между правым желудочком и предсердием допплеровский спектр регургитации принимает форму буквы V и все более начинает напоминать нормальный ламинарный кровоток, который регистрируется, например, в аорте или легочной артерии (рис. 10.1). Такого рода тенденция к «нормализации» кровотока вообще типична для тяжелой недостаточности любого клапана сердца.

Рисунок 10.1. Тяжелая трикуспидальная недостаточность: постоянно-волновое исследование из апикального доступа. На тяжелую трикуспидальную недостаточность указывают плотность спектра и его форма, имеющая вид буквы V. Максимальная скорость трикуспидальной регургитации (TR) невелика — 2 м/с, что соответствует транстрикуспидальному градиенту 16 мм рт. ст.

С помощью постоянно-волнового допплеровского исследования измеряют максимальную скорость трикуспидальной регургитации (рис. 6.5). Это измерение — один из самых важных этапов эхокардиографического исследования. С помощью измерения скорости трикуспидальной регургитации можно вычислить систолическое давление в легочной артерии [47, 51, 57, 58, 59, 136] (табл. 15). Сумма транстрикуспидального градиента и давления в правом предсердии равна систолическому давлению в легочной артерии (в отсутствие стеноза легочной артерии). Давление в правом предсердии принимают равным 5 мм рт. ст., если нижняя полая вена коллабирует после глубокого вдоха более, чем на 50% (рис. 6.6). При неадекватном коллабировании нижней полой вены давление в правом предсердии принимают равным 15 мм рт. ст. В Лаборатории эхокардиографии UCSF рутинно проводится контрастирование правых отделов сердца для усиления допплеровского сигнала (рис. 4.1, 15.3); это позволяет измерять давление в легочной артерии практически у всех пациентов.

Таблица 15. Эхокардиографический способ определения систолического давления в легочной артерии

Позиции и измерения

1. Максимальная скорость и наилучшего качества спектр регургитирующего транстрикуспидального потока в постоянно-волновом режиме из апикальной четырехкамерной позиции или парастернальной позиции длинной оси правого желудочка

2. Нижняя полая вена по длинной оси из субкостального доступа; оценить реакцию нижней полой вены на фазы дыхания

3. При недостаточно четкой регистрации допплеровского спектра струи трикуспидальной регургитации усилить ее внутривенным контрастированием правых отделов сердца

Расчетные параметры

1. Давление в правом предсердии принять за 5 мм рт. ст., если нижняя полая вена после глубокого вдоха коллабирует более, чем на 50%; в остальных случаях давление в правом предсердии принять равным 15 мм рт. ст.

2. [Систолическое давление в легочной артерии] = [Систолическое давление в правом желудочке (в отсутствии стеноза легочной артерии)] = [Систолический транстрикуспидальный градиент] + [Давление в правом предсердии]

К числу причин трикуспидальной недостаточности, связанных с патологией трехстворчатого клапана, относятся: бактериальный эндокардит, механическая травма, ревматическое поражение клапана, пролапс трехстворчатого клапана с миксоматозной дегенерацией, карциноидный синдром.

Травма и бактериальный эндокардит могут иметь сходные эхокардиографические проявления. Характерно появление оторванных, молотящих створок трикуспидального клапана, в систолу пролабирующих в правое предсердие и дающих систолическую вибрацию при М-модальном исследовании. В случае бактериального эндокардита оторванные части клапана и вегетации имеют большие размеры и яркую эхо-структуру. Иногда массивные вегетации могут приводить к обструкции приносящего тракта правого желудочка. Часто при подозрении на эндокардит трехстворчатого клапана, особенно при возможном внутривенном пути внесения инфекции, приходится проводить чреспищеводную эхокардиографию для лучшей визуализации клапанных структур.

Ревматическое поражение трехстворчатого клапана почти никогда не бывает изолированным; обычно оно сопровождается митральным или аортальным ревматическим пороком сердца. Ревматическое поражение створок трехстворчатого клапана характеризуется их утолщением и появлением сигналов повышенной яркости от частично сросшихся комиссур. Даже при незначительном ревматическом поражении трехстворчатого клапана появляется трикуспидальная регургитация, однако, она редко серьезно влияет на гемодинамику.

Пролапс трехстворчатого клапана (рис. 10.2) тоже редко бывает изолированным, почти в половине случаев сопровождая пролапс митрального клапана. Пролапс трехстворчатого клапана редко приводит к серьезным клиническим проявлениям.

Рисунок 10.2. Пролапс трехстворчатого клапана: апикальная позиция четырехкамерного сердца, систола. Обе визуализированные створки, септальная и передняя, пролабируют в правое предсердие (стрелки). LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, RA — правое предсердие, RV — правый желудочек.

Карциноидный синдром связан с наличием метаболически активных опухолей, метастазирующих в печень и продуцирующих серотонин и серотонин-подобные вещества. Эндокард правого желудочка чувствителен к длительному воздействию высокой концентрации циркулирующего серотонина. Карциноидный синдром проявляется диффузным фиброзом и укорочением створок трехстворчатого клапана. На далеко зашедших стадиях заболевания створки находятся в полуоткрытом состоянии во все фазы сердечного цикла (рис. 10.3). Комбинация тяжелой трикуспидальной недостаточности с приобретенным стенозом и недостаточностью клапана легочной артерии практически патогномонична для карциноидного синдрома [93, 98]. Ведущее проявление этого заболевания — тяжелая трикуспидальная недостаточность с объемной перегрузкой правого желудочка. При прогрессирующей печеночной недостаточности возрастает концентрация серотонина в крови, поскольку нарушается его дезактивация ферментами печени [106]. В результате карциноидный синдром обычно быстро прогрессирует и приводит к смерти больного.

Рисунок 10.3. Трехстворчатый клапан при карциноидном синдроме: апикальная позиция четырехкамерного сердца, систола. Створки трехстворчатого клапана остаются открытыми на всем протяжении сердечного цикла, т. е. клапан практически не функционирует. Расширены правый желудочек, правое предсердие и нижняя полая вена. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, RA — правое предсердие, RV — правый желудочек, IVC — нижняя полая вена.

Аномалия Эбштейна проявляется в основном трикуспидальной регургитацией и сбросом крови справа налево через открытое овальное окно. Эхокардиография является методом выбора для диагностики этого врожденного порока сердца [184]. Лучше всего аномалия Эбштейна распознается при исследовании из апикальной позиции четырехкамерного сердца. Признаком аномалии Эбштейна служит смещение трехстворчатого клапана в сторону верхушки правого желудочка (рис. 10.4), «атриализация» части правого желудочка. Функциональные возможности правого желудочка снижаются из-за уменьшения его размеров, трикуспидальной недостаточности и шунтирования крови справа налево на уровне предсердий. Наличие ткани правого желудочка в нижней части правого предсердия приводит к тому, что эта часть предсердия сокращается в систолу. В результате происходит нарушение нормального кровенаполнения правого желудочка.

Рисунок 10.4. Аномалия Эбштейна: апикальная позиция четырехкамерного сердца. Смещение трехстворчатого клапана в сторону верхушки правого желудочка, атриализация части правого желудочка. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, RA — правое предсердие, aRV — атриализованная часть правого желудочка, TV — трехстворчатый клапан.

Допплеровские исследования при аномалии Эбштейна помогают не только установить степень трикуспидальной регургитации, но и определить место, в котором начинается струя регургитации, — глубоко в полости правого желудочка на уровне смещенного трехстворчатого клапана. Данные допплеровского исследования, подтверждающее «вентрикуляризацию» трикуспидальной регургитации, аналогичны находкам катетеризации сердца, когда электрограмма правого желудочка регистрируется там же, где и кривая давления в правом предсердии.

Стеноз трехстворчатого клапана

С помощью эхокардиографии и допплер-эхокардиографии количественно охарактеризовать стеноз трехстворчатого клапана труднее, чем митральный стеноз. Основная трудность состоит в том, что стеноз трехстворчатого клапана всегда сопровождается его недостаточностью, тяжелой или умеренно выраженной. Существуют три причины обструкции приносящего тракта правого желудочка: ревматический стеноз трехстворчатого клапана, карциноидный синдром, пролабирующие через клапан опухоли правого предсердия. Интересно, что в Лаборатории эхокардиографии UCSF стеноз трехстворчатого клапана диагностировался чаще всего у пациентов, перенесших операцию реконструкции правого атриовентрикулярного кольца за несколько лет до появления симптомов обструкции приносящего тракта правого желудочка.

М-модальное исследование при стенозе трехстворчатого клапана обнаруживает ту же особенность движения его передней створки, которая свойственна передней створке митрального клапана при митральном стенозе: уменьшен наклон раннего диастолического прикрытия передней створки. При двумерном исследовании выявляется утолщение створок и неполное их раскрытие. В отличие от митрального отверстия, площадь раскрытия трехстворчатого клапана планиметрически (при двумерном исследовании) рассчитать нельзя. При допплеровском исследовании транстрикуспидального кровотока обнаруживается увеличение начальной скорости и пологое ее снижение (как при митральном стенозе). На практике для определения площади трикуспидального отверстия используется та же формула, что и для митрального отверстия, основывающаяся на вычислении времени полуспада максимального градиента давления между предсердием и желудочком (табл. 16). Трудно судить о точности этой формулы при стенозе трехстворчатого клапана из-за недостатка опыта сопоставления ее с результатами инвазивных исследований.

Таблица 16. Допплер-эхокардиографическая оценка тяжести стеноза трехстворчатого клапана

Позиции и измерения

Максимальная скорость и наилучшего качества спектр диастолического кровотока в постоянно-волновом режиме через трехстворчатый клапан в одной из позиций: а) 4-камерной из апикального доступа, б) парастернально по длинной оси правого желудочка, в) парастернально по короткой оси на уровне основания сердца

Расчетные параметры

1. Максимальный градиент давления между правым предсердием и желудочком

2. Время полуспада градиента давления (T1/2)

3. Площадь отверстия трехстворчатого клапана (см^2) = 220/T1/2

Поражение трехстворчатого клапана при карциноидном синдроме обсуждалось выше. Хотя и считается, что классическое проявление карциноидного синдрома — это стеноз трехстворчатого клапана, но чаще приходится видеть преобладание трикуспидальной недостаточности.

Большие опухоли правого предсердия могут привести к обструкции приносящего тракта правого желудочка. При двумерной эхокардиографии в таких случаях выявляются образования, растущие из правого предсердия или полых вен и проникающие во время диастолы в правый желудочек.

Глава 11. Клапан легочной артерии

Легочная артерия и ее клапан визуализируются из нескольких эхокардиографических позиций. Лучше всего эти структуры видны при исследовании из парастернального доступа (рис. 2.6, 2.8). Иногда легочную артерию и ее клапан можно визуализировать по короткой оси из субкостального доступа (рис. 2.17). У некоторых пациентов удается рассмотреть клапан легочной артерии из апикального доступа, сильно отклонив датчик и направляя ультразвуковой луч вверх.

Патология клапана легочной артерии редко бывает приобретенной, а из врожденных заболеваний наибольшее значение в данном контексте имеют различные формы стеноза легочной артерии. Как и в случае с трехстворчатым клапаном, исследование неизмененного клапана легочной артерии (особенно с помощью допплеровских методов) может иметь большое клиническое значение для оценки гемодинамики. Как и трикуспидальная регургитация, недостаточность клапана легочной артерии может быть обнаружена у большей части здоровых людей; скорость регургитирующей струи используют для определения диастолического давления в легочной артерии по формуле: [Диастолическое давление в легочной артерии] = [Максимальный диастолический градиент между легочной артерией и правым желудочком] + [Давление в правом предсердии].

Тяжелая недостаточность клапана легочной артерии встречается редко; она диагностируется только в тех случаях, когда исключены другие причины объемной перегрузки правого желудочка. Отметим, что недостаточность клапана легочной артерии (от умеренно выраженной до тяжелой) нередко выявляется у пациентов, перенесших реконструктивную операцию по поводу тетрады Фалло.

Ценная информация о состоянии гемодинамики пациента может быть получена при исследовании нормального, систолического кровотока через клапан легочной артерии. В Лаборатории эхокардиографии UCSF рутинно измеряют интеграл линейной скорости кровотока в легочной артерии при исследовании в постоянно-волновом режиме у всех пациентов. Этот показатель позволяет судить о сердечном выбросе — объеме крови, обогащающейся кислородом в легких (рис. 11.1).

Рисунок 11.1. Измерение интеграла линейной скорости кровотока в легочной артерии: постоянно-волновое допплеровское исследование из парастернального доступа. В номере интеграл линейной скорости (VTI) кровотока в легочной артерии составляет около 15 см.

С помощью М-модального исследования редко удавалось диагностировать стеноз клапана легочной артерии, но с появлением допплеровских методов его стали все чаще распознавать у пациентов, имеющих сердечные шумы неясного происхождения. Двумерное исследование при изолированном клапанном стенозе легочной артерии обнаруживает систолическое куполообразное выбухание створок клапана, утолщение створок (от незначительного у молодых людей до выраженного утолщения и кальциноза у пожилых), постстенотическое расширение ствола легочной артерии и уменьшение его систолической пульсации, гипертрофию правого желудочка различной степени выраженности. Анализ кровотока через клапан выявляет изменения, аналогичные тем, что наблюдаются при аортальном стенозе, и позволяет вычислить максимальный градиент давления между правым желудочком и легочной артерией с помощью упрощенного уравнения Бернулли: ΔP (мм рт. ст.) = 4V^2, где V — максимальная скорость стенотической струи.

Операции на открытом сердце при клапанном стенозе легочной артерии в последнее время уступили место баллонной вальвулопластике. Гемодинамически значимым считается любой стеноз легочной артерии, при котором максимальный градиент давления между правым желудочком и легочной артерией превышает 20 мм рт. ст. Проведение баллонной вальвулопластики всегда показано при градиенте давления, превышающем 40 мм рт. ст., либо при градиенте от 20 до 40 мм рт. ст., если обнаружена гипертрофия правого желудочка.

Скорость трикуспидальной регургитации прямо зависит от выраженности стеноза легочной артерии. Поэтому при стенозе легочной артерии нельзя вычислять систолическое давление в легочной артерии без поправок по формуле, суммирующей градиент давления через трехстворчатый клапан и давление в правом предсердии. Для получения систолического давления в легочной артерии из этой суммы нужно вычесть градиент давления через клапан легочной артерии.

Подклапанный стеноз легочной артерии может быть следствием гипертрофии инфундибулярной части межжелудочковой перегородки (рис. 11.2). Инфундибулярный стеноз почти всегда сопровождается дефектом межжелудочковой перегородки и является составной частью тетрады Фалло. Другой вариант инфундибулярного стеноза может быть следствием клапанного стеноза легочной артерии, который приводит к сужению выносящего тракта правого желудочка в систолу. Случай такого сочетанного стеноза легочной артерии приводится на рис. 11.3.

Рисунок 11.2. Двойная камера правого желудочка: чреспищеводное эхокардиографическое исследование в вертикальной плоскости. Разделение правого желудочка на две камеры происходит в результате гипертрофии (стрелка) его инфундибулярного отдела (инфундибулярный стеноз). Это состояние является осложнением клапанного стеноза легочной артерии. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, PA — проксимальная часть ствола легочной артерии, pRV — проксимальная камера правого желудочка, dRV — дистальная камера правого желудочка.

Рисунок 11.3. Клапанный и подклапанный (инфундибулярный) стеноз легочной артерии: постоянно-волновое допплеровское исследование из парастернального доступа. Одновременно регистрируются два стенотических потока. Клапанный стеноз дает градиент давления (PG) равный 100 мм рт. ст., надклапанный — 64 мм рт. ст. Таким образом, систолическое давление в правом желудочке превышает давление в легочной артерии на 164 мм рт. ст.

Глава 12. Перикард

Эхокардиография является методом выбора для диагностики большей части патологии перикарда [139]. Правильно проведенное эхокардиографическое исследование позволяет обнаружить любой выпот в полости перикарда и определить его гемодинамическую значимость. Эхокардиография менее надежна для диагностики утолщения листков и констрикции перикарда, но и при этих состояниях ее использование часто приносит успех.

Выпот в полости перикарда

В 1965 году Feigenbaum с соавт. [146] сообщили о возможности ультразвуковой диагностики экссудативного перикардита, и это событие стало большим стимулом для развития эхокардиографии. В последующие двадцать пять лет эхокардиография заняла ведущее место среди методов выявления выпота в полости перикарда, придя на смену инвазивным исследованиям.

Перикард состоит из двух листков: толстого фиброзного париетального и тонкого серозного висцерального, покрывающего эпикард. Полость перикарда, заключенная между этими двумя листками, в норме содержит до 20 мл серозной жидкости. При появлении выпота в полости перикарда листки его разделяются, создавая эхо-негативное пространство. С появлением эхокардиографических аппаратов с высокой разрешающей способностью все чаще обнаруживается незначительное разделение листков перикарда, соответствующее нормальному, физиологическому количеству жидкости между листками. Отметим, что в норме этот феномен наблюдается только в систолу. Независимо от того, наблюдается ли разделение листков перикарда или нет, в разные фазы сердечного цикла они должны перемещаться параллельно друг другу. Это диагностически важный признак: при экссудативном перикардите он отсутствует, тогда как при хроническом воспалении перикарда без выпота, параллельное движение листков сохранено. С появлением двумерной эхокардиографии М-модальное исследование становится все менее существенным; однако его высокая разрешающая способность помогает в изучении движений перикарда и правого желудочка. В норме париетальный листок перикарда — одна из самых ярких структур сердца при эхокардиографическом исследовании. Если резко снизить усиление ультразвукового сигнала, на изображении останется только париетальный перикард, так как он сильнее других структур сердца отражает ультразвуковой сигнал. В норме переднезадние движения перикарда совпадают с движениями эпикарда. При экссудативном перикардите движение париетального перикарда уменьшается или совсем исчезает.

Выпот в полости перикарда дает эхо-негативное пространство кзади от левого желудочка; оно уменьшается и постепенно исчезает на уровне основания сердца (рис. 12.1). Такое распределение выпота отражает анатомические отношения перикарда и левого предсердия. Перикард прилежит к легочным венам, которые впадают в левое предсердие в средней его части. Жидкость почти не накапливается над уровнем впадения легочных вен из-за отсутствия пространства для нее, но она может накапливаться кзади от левого предсердия. Расположение эхо-негативного пространства относительно левого желудочка и нисходящей аорты в позиции парастернальной длинной оси левого желудочка — главный дифференциально-диагностический признак выпота в полости перикарда и выпота в плевральной полости. Наличие эхо-негативного пространства позади нисходящей аорты служит указанием на то, что это выпот в плевральной полости; если эхо-негативное пространство обнаружено кпереди от нисходящей аорты, то это выпот в полости перикарда. Примеры эхокардиографической диагностики выпота в плевральной полости приведены на рис. 12.2, 12.3, 12.4.

Рисунок 12.1. Небольшой по объему выпот в полости перикарда: парастернальная длинная ось левого желудочка. Выпот дает эхо-негативное пространство кзади от левого желудочка, которое постепенно уменьшается и исчезает на уровне основания сердца. В этой позиции выпот в полости перикарда всегда находится кпереди от нисходящего отдела аорты, что служит его дифференциально-диагностическим признаком от накопления жидкости в плевральной полости: последнее появляется кзади от нисходящей аорты. PE — выпот в полости перикарда, RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, LA — левое предсердие, dAo — нисходящий отдел аорты.

A

B

Рисунок 12.2. Небольшой по объему выпот в полости перикарда и большой выпот в плевральной полости. Парастернальная длинная ось левого желудочка: двумерное (А) и М-модальное (В) изображения. Париетальный листок перикарда утолщен, отмечается параллельное переднезаднее движение обоих листков перикарда (В), что является признаком адгезивного процесса в перикарде. PE — выпот в полости перикарда, Pl.eff — выпот в плевральной полости, RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, LA — левое предсердие, Ao — восходящий отдел аорты.

Рисунок 12.3. Выпот в плевральной полости: чреспищеводное эхокардиографическое исследование нисходящего отдела аорты в поперечной плоскости. Pl.eff — жидкость в плевральной полости, Ao — нисходящая аорта, L — левое легкое.

Рисунок 12.4. Выпот в левой плевральной полости, сопровождающийся ателектазом левого легкого. Датчик установлен в четвертом межреберье слева от грудины. Pl eff — выпот в плевральной полости, RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, RA — правое предсердие, LA — левое предсердие, маленькие стрелки — нити фибрина, большая стрелка — коллабированное левое легкое.

Двумерная эхокардиография — основной метод диагностики выпота в полости перикарда. Большой угол сканирования, возможность исследования в реальном времени из множества позиций, безопасность, возможность проведения повторных исследований обеспечивает двумерной эхокардиографии преимущества в исследовании перикарда перед всеми другими диагностическими методами. Главные вопросы, на которые должно ответить эхокардиографическое исследование перикарда, это — наличие выпота, его распределение и влияние на гемодинамику.

Наличие эхо-негативного пространства между листками перикарда — главный признак выпота в полости перикарда. Нужно помнить, однако, о том, что эхо-негативное пространство может давать не только выпот, но и жировая ткань. Количество жировой ткани в полости перикарда — один из изменчивых вариантов нормы. Обычно жировая ткань находится на передней поверхности сердца. Признаки, позволяющие отличить ее от выпота в полости перикарда, следующие: жировая ткань никогда не располагается за задней стенкой левого желудочка и левого предсердия, она не нарушает нормального переднезаднего движения перикарда, и, пожалуй, главный признак — жировой ткани не бывает над правым предсердием в апикальной четырехкамерной позиции (рис. 6.2). Напротив, выпот накапливается над правым предсердием; наш опыт показывает что именно в этой области его можно обнаружить чаще всего. Кроме того, небольшой по объему выпот выявляется за задней стенкой левого желудочка при исследовании по короткой оси парастернально (рис. 6.1, 8.3). Иногда это единственная позиция, в которой можно обнаружить выпот; заметим, что из из нее удобно проводить М-модальное исследование перикарда. М-модальное исследование следует проводить потому, что это — единственный способ обнаружить снижение амплитуды переднезаднего движения висцерального листка перикарда, типичное для небольшого количества жидкости. Когда объем выпота существенно увеличивается, его видно из любой позиции.

Эхокардиография надежно выявляет выпот в полости перикарда, но не позволяет проводить количественный анализ объема выпота, поскольку нет позиции, из которой был бы виден весь перикард. Нельзя также судить о происхождении выпота: транссудат, экссудат и кровь выглядят одинаково. Можно заподозрить наличие хронического процесса, если в полости перикарда обнаруживаются нити и перегородки.

Тампонада сердца

Объем выпота в полости перикарда варьирует вплоть до нескольких литров. Гемодинамическая значимость выпота прямо пропорциональна его объему и скорости накопления. Если выпот накапливается медленно, то и при большом объеме он может мало влиять на гемодинамику; быстрое же накопление выпота может привести к тампонаде сердца. Многое зависит от давления в полости перикарда. Квалифицированно проведенное эхокардиографическое исследование позволяет дифференцировать «напряженный» перикардит от скопления выпота гемодинамически незначимого. Гемодинамически значимое накопление жидкости в полости перикарда всегда требует проведения экстренной пункции перикарда и эвакуации жидкости. Для суждения о влиянии выпота на гемодинамику необходимо измерить размеры правого предсердия, правого желудочка и нижней полой вены и изучить их в разные фазы дыхания.

Термин «тампонада сердца» определяют по-разному: от артериальной гипотензии, связанной с высоким давлением в полости перикарда, до (менее угрожающего) выравнивания диастолического давления в разных полостях сердца. Не вдаваясь в терминологическую дискуссию, определим тампонаду как динамическое состояние, при котором нарушается кровенаполнение сердца за счет скопления выпота в полости перикарда, и остановимся на основных ее проявлениях. Из-за снижения кровенаполнения сердца размер его камер также уменьшаются. Исключение могут представлять случаи, когда появлению тампонады предшествовала дилатация всех полостей сердца. В таких ситуациях даже небольшое ухудшение наполнения чувствительной к изменениям преднагрузки камеры может оказаться достаточным для того, чтобы вызвать тяжелые нарушения гемодинамики. Эхокардиография позволяет диагностировать тампонаду сердца, развившуюся на фоне предшествующих нарушений гемодинамики, в частности при кардиомиопатиях или легочном сердце.

При тампонаде правые отделы сердца очень чувствительно реагируют на фазы дыхания. На вдохе кровенаполнение правых отделов увеличивается, что приводит к увеличению их диастолических размеров. На выдохе, наоборот, приток крови к правым отделам уменьшается, давление в них падает до уровня давления в перикарде и ниже. Это приводит к коллабированию правого предсердия и желудочка, что проявляется инвагинацией (прогибанием внутрь) их свободных стенок [142, 145, 147, 150, 156, 157, 152]. При двумерной эхокардиография наблюдается динамическое изменение выпуклости передней стенки правого желудочка (рис. 12.5) и вдавливание передне-верхней стенки правого предсердия (рис. 12.6), в норме имеющей закругленную форму. М-модальное исследование при тампонаде сердца выявляет зависимость диаметра правого желудочка от фаз дыхания. Если при М-модальном исследовании правого желудочка субкостально на уровне чуть ниже атриовентрикулярного отверстия выявлено уменьшение его полости менее чем до 1 см, то это должно вызвать сильные подозрения на тампонаду сердца. (рис. 12.5). Правое предсердие более податливо, чем правый желудочек, поэтому коллабирование правого предсердия — более чувствительный, хотя и менее специфичный, признак тампонады. Описанные эхокардиографические признаки часто предшествуют появлению клинических симптомов, так что эхокардиография позволяет распознать тампонаду сердца на ее очень ранних стадиях.

A

B

Рисунок 12.5. Выпот в полости перикарда, сопровождающийся коллабированием правого желудочка (стрелки). Парастернальная длинная ось левого желудочка: двумерное (А) и М-модальное (В) изображения. PE — жидкость в полости перикарда, RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, LA — левое предсердие, Ao — аортальный клапан.

Рисунок 12.6. Выпот в полости перикарда, сопровождающийся коллабированием правого предсердия (стрелка), — самый чувствительный, но малоспецифичный признак тампонады сердца. Апикальная четырехкамерная позиция. PE — жидкость в полости перикарда, RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, RA — правое предсердие.

В то время как правые отделы на выдохе спадаются (коллабируют), левый желудочек увеличивается. Эти реципрокные изменения приводят к симптому, известному как pulsus paradoxus. Механизм увеличения размеров левого желудочка таков: напряженный выпот в полости перикарда оставляет ограниченное пространство для кровенаполнения сердца, в результате при уменьшении объема правого желудочка (на выдохе) левый желудочек увеличивается и, наоборот, при увеличении правого желудочка (на вдохе) левый желудочек уменьшается.

Изучение размеров нижней полой вены и их зависимости от фаз дыхания позволяют судить об объеме циркулирующей крови и диастолическом давлении в правом желудочке (давлении в правом предсердии, центральном венозном давлении). Увеличение центрального венозного давления ведет к уменьшенному по сравнению с нормой коллабированию нижней полой вены после глубокого вдоха — менее чем на 50%. В Лаборатории эхокардиографии UCSF проводилось сопоставление реакции нижней полой вены на фазы дыхания по данным эхокардиографического исследования с результатами катетеризации сердца [150]. Была обнаружена сильная связь между давлением в правом предсердии и поведением нижней полой вены. При коллабировании ее менее, чем на 50%, вероятность того, что давление в правом предсердии превышает 10 мм рт. ст., достигала 87%; при нормальной реакции нижней полой вены на фазы дыхания вероятность того, что давление в правом предсердии ниже 10 мм рт. ст., составляла 82%.

В норме отрицательное давление в плевральной полости на вдохе создает градиент давления между правым предсердием и нижней полой веной, благодаря чему кровь из нее поступает в правое предсердие, а сама вена спадается. При начинающейся тампонаде сердца увеличение давления в полости перикарда препятствует наполнению правого желудочка и, следовательно, нормальному коллабированию нижней полой вены. Этот феномен появляется тогда, когда давление в полости перикарда достигает трансдиафрагмального градиента, но еще ниже диастолического давления в правом желудочке. Поэтому — это первый признак развивающейся тампонады сердца: недостаточное коллабирование нижней полой вены появляется еще до спадения правых отделов сердца на выдохе. Недостаточное коллабирование нижней полой вены исчезает последним после пункции перикарда и эвакуации жидкости. Пациенты с выпотом в полости перикарда, у которых нижняя полая вена спадается после глубокого вдоха менее чем на 50%, имеют больший объем выпота, более высокую частоту сердечных сокращений и более выраженные нарушения гемодинамики, чем те, у кого этого симптома нет. По сравнению с коллабированием правых отделов сердца, нарушенная реакция нижней полой вены на фазы дыхания — более чувствительный, но менее специфичный признак тампонады сердца. Ложно-положительные результаты можно получить при правожелудочковой недостаточности, патологии дыхательной мускулатуры, тяжелой дыхательной недостаточности, невозможности глубокого дыхания (например, при плеврите). Если после эвакуации жидкости из полости перикарда нормальное коллабирование нижней полой вены не восстанавливается, это означает наличие большого остаточного выпота или констрикцию перикарда.

Недостаточное коллабирование нижней полой вены как высокочувствительный признак тампонады сердца особенно важно в случаях обследования пациентов, перенесших операцию на грудной клетке. Наличие спаечного процесса после перикардиотомии, легочной гипертензии и трудности с визуализацией сердца иногда не позволяют обнаружить коллабирования правых отделов сердца при тампонаде. Эхокардиографическое исследование из парастернального или апикального доступов может быть затруднено из-за наличия крови или воздуха в средостении, дренажных трубок, искусственной вентиляции легких и малой подвижности пациента.

Как указывалось выше, недостаточное коллабирование нижней полой вены после глубокого вдоха не является специфическим признаком тампонады сердца, поэтому при его использовании всегда нужно учитывать клиническую ситуацию (например, наличие большого количества жидкости в полости перикарда в отсутствие правожелудочковой недостаточности). Однако недостаточное коллабирование нижней полой вены — очень чувствительный признак тампонады. Отсутствие этого признака практически исключает тампонаду сердца.

При допплеровском исследовании тампонада сердца характеризуется выраженной зависимостью скоростей внутрисердечного кровотока и времени изоволюметрического расслабления левого желудочка от фаз дыхания. Для диагностики тампонады требуется регистрация фаз дыхания одновременно с допплеровским спектром. Изменение скоростей кровотока в разные фазы дыхания при тампонаде сердца обусловлено респираторным влиянием на кровенаполнение сердца [141, 143]. Зависимость допплеровских параметров от фаз дыхания наблюдается и при других состояниях, сопровождающихся pulsus paradoxus: острой тромбоэмболии легочной артерии, обструктивных заболеваниях легких, остро развившейся объемной перегрузке левого желудочка, инфаркте правого желудочка. Кроме того, при тахикардии и аритмиях нелегко исключить влияние позиционных (связанных с дыханием) изменений сердца на регистрируемые допплеровские параметры, и только высокая квалификация эхокардиографиста позволяет избежать искажений.

Итак, для решения вопроса о наличии или отсутствии тампонады сердца в случаях обнаружения жидкости в полости перикарда, мы рекомендуем прежде всего обратить внимание на степень коллабирования нижней полой вены после глубокого вдоха. Если диаметр ее уменьшается более чем на 50%, то вероятность тампонады очень мала и мы не рекомендуем проводить экстренной пункции перикарда. Если нижняя полая вена коллабирует недостаточно, то следует искать другие признаки тампонады: коллабирование правых отделов сердца и выраженную респираторную зависимость скоростей внутрисердечного кровотока. В отсутствии этих признаков тампонада сердца маловероятна. Исключение составляют послеоперационные больные, у которых визуализация сердца затруднена, но обнаруживается выпот и неадекватное коллабирование нижней полой вены. Мы рекомендуем в этих случаях проводить катетеризацию сердца для решения вопроса о необходимости экстренной пункции перикарда.

Утолщение листков перикарда

Это — нередкая эхокардиографическая находка, но гемодинамически значимое утолщение листков перикарда встречается редко. Утолщение листков перикарда часто сопровождается их диффузным или локальным слипанием (адгезией) и приводит к характерным эхокардиографическим изменениям, помогающим это состояние распознать. Эхокардиографически утолщение листков перикарда без их слипания с уверенностью диагностировать трудно, поскольку диагностика основывается на обнаружении участков слипания, разделяющих осумкованный выпот. М-модальное исследование с большей чувствительностью, чем двумерное, выявляет типичные для слипания листков перикарда нарушение его движения. Главным диагностическим признаком, позволяющим говорить об утолщении листков перикарда, является параллельное переднезаднее движение обоих листков и эпикарда (рис. 12.2). Если при выпоте в полости перикарда это движение сглажено или вообще отсутствует, то при утолщении листков перикарда оно сохранено. Дифференциальная диагностика между нормой и утолщением листков перикарда основана на том, что при утолщении листков перикарда, в отличие от нормы, видна граница, отделяющая оба листка перикарда от эпикарда. Таким образом, при утолщении листков перикард движется, как в норме, но структура его оказывается такой же, как при выпоте небольшого объема. Пространство низкой эхогенности, отделяющее перикард от эпикарда, заполнено плотной склеивающей массой, заставляющей перикард двигаться нормально при сокращениях сердца.

У больных, перенесших кардиохирургическую операцию, типичная динамика эхокардиографических изменений такова: экссудативный перикардит (выпот и отсутствие движения париетального листка перикарда) сменяется утолщением листков перикарда, затем наступает разрешение процесса с небольшим остаточным утолщением. Если разрешение процесса не наступает, то утолщение листков перикарда переходит в хроническую фазу.

Констриктивный перикардит

Утолщение листков перикарда без констрикции и констриктивный перикардит имеют много общего, но тщательно проведенное эхокардиографическое исследование обычно позволяет разграничить эти состояния. Как и в случае дифференциальной диагностики выпота в полости перикарда и тампонады сердца, вопрос сводится к тому, насколько гемодинамически значимо поражение перикарда. Нет однозначного определения того, что считать констриктивным перикардитом. По аналогии с тампонадой сердца, определим констриктивный перикардит, как динамическое состояние, при котором нарушается кровенаполнение сердца за счет утолщения листков перикарда. Эхокардиографическое исследование должно ответить на вопрос, имеются ли у пациента нарушения гемодинамики, связанные с утолщением листков перикарда. Диагностика констриктивного перикардита, как и диагностика тампонады сердца, должна в большой степени опираться на клинические данные.

М-модальное исследование дает существенные сведения для диагностики констриктивного перикардита. Параллельное переднезаднее движение перикарда и эпикарда, о котором говорилось выше, — признак утолщения листков перикарда, который обязательно присутствует при констриктивном перикардите. Если при М-модальном исследовании не обнаружено параллельное движение перикарда и эпикарда, то можно исключить констриктивный перикардит. К числу М-модальных признаков констриктивного перикардита относятся: характерная зазубрина (выемка) в раннюю диастолу при регистрации движения межжелудочковой перегородки; отсутствие движения миокарда левого желудочка после короткого, урезанного, раннего диастолического наполнения; уменьшение раскрытия митрального клапана во время предсердной систолы; преждевременное открытие клапана легочной артерии. Ни один из этих признаков не является патогномоничным для констриктивного перикардита.

Следует также иметь в виду, что М-модальном исследовании не всегда возможно направить ультразвуковой луч перпендикулярно поверхности перикарда. Кроме того, при длительно существующей адгезии пространство, отделяющее перикард от эпикарда, фиброзируется. Эхо-негативное пространство между перикардом и эпикардом в таких случаях исчезает, и это может дезориентировать исследователя.

Двумерное исследование — важнейшая часть эхокардиографической диагностики констриктивного перикардита. Как и М-модальное, оно позволяет обнаружить ряд характерных, хотя и не патогномоничных признаков констрикции. При двумерном исследовании утолщение листков перикарда выявляется по неоднородности отражения ультразвукового сигнала от разных его участков. При подозрении на констриктивный перикардит двумерное исследование должно быть нацелено на поиск участков адгезии. Для этого нужно изучить движение эпикарда относительно перикарда. Поскольку эпикард при эхокардиографическом исследовании не виден, но известно, что он движется вместе с миокардом, то принято говорить о движении миокарда относительно перикарда. Оптимальные участки для наблюдения — выносящий тракт правого желудочка (парастернально) и боковая стенка левого желудочка (из апикальной четырехкамерной позиции). В норме миокард «скользит» вдоль перикарда, не «подтягивая» его за собой во время сокращений. Если миокард тянет перикард за собой, не влияя на эхо-негативное пространство между ними, — это признак адгезии. Когда весь перикард окружен эхо-негативным пространством, наблюдается феномен «гало». Обнаружение распространенных участков адгезии (за задней стенкой левого желудочка при М-модальном исследовании, перед выносящим трактом правого желудочка и за боковой стенкой левого желудочка при двумерном исследовании) свидетельствует о генерализованном утолщении листков перикарда, которое ведет к развитию констриктивного перикардита. Заметим, что возможна и локальная констрикция перикарда, не приводящая к классическому, генерализованному, констриктивному перикардиту. Локальные участки констрикции, чередующиеся с участками осумкованного перикардита, наблюдаются иногда в послеоперационном периоде и обусловлены постперикардиотомическим синдромом.

Парадоксальное движение межжелудочковой перегородки, которое дает характерную выемку при М-модальном исследовании, часто является первым признаком, заставляющим подумать о возможном констриктивном перикардите. Некоординированное движение межжелудочковой перегородки в средней ее трети напоминает те нарушения сокращения-расслабления миокарда, которые наблюдаются при блокаде левой ножки пучка Гиса или электростимуляции правого желудочка. Объяснение парадоксального движения межжелудочковой перегородки следующее: констриктивный перикардит характеризуется выравниванием диастолического давления во всех камерах сердца; однако начало диастолы желудочков наступает неодновременно и сопровождается очень коротким периодом неодинакового давления в их полостях; это и приводит к быстрому некоординированному движению межжелудочковой перегородки в раннюю диастолу.

Если при эхокардиографическом исследовании обнаружено утолщение листков перикарда и парадоксальное движение межжелудочковой перегородки, необходимо исключить (или подтвердить) констриктивный перикардит. Следующим шагом в диагностике должно быть исследование нижней полой вены и ее коллабирования после глубокого вдоха. За исключением случаев резкого снижения объема циркулирующей крови, нормальное коллабирование нижней полой вены почти наверняка исключает констриктивный перикардит.

При констриктивном перикардите желудочки обычно нормальных размеров, а предсердия (в отличие от наблюдаемой при тампонаде сердца картины) увеличены. Кроме того, констриктивный перикардит часто сопровождается асцитом и гидротораксом, что тоже выявляется при эхокардиографии.

Итак, наиболее ценными эхокардиографическими признаками для распознавания констриктивного перикардита являются: 1) адгезия перикарда с отсутствием «скольжения», 2) парадоксальное движение межжелудочковой перегородки в раннюю диастолу, 3) коллабирование нижней полой вены после глубокого вдоха менее чем на 50% [151]. Эти три признака позволяют провести дифференциальную диагностику констриктивного перикардита с гемодинамически незначимым утолщением листков перикарда и с рестриктивной кардиомиопатией. Адгезия перикарда и недостаточное коллабирование нижней полой вены — наиболее чувствительные признаки, тогда как парадоксальное движение межжелудочковой перегородки — наиболее специфичный признак констриктивного перикардита.

Допплер-эхокардиография при констриктивном перикардите обнаруживает изменения [148] аналогичные тем, что наблюдаются при тампонаде сердца: выраженное влияние фаз дыхания на трансмитральный и транстрикуспидальный диастолический кровоток (рис. 12.7), обратный кровоток в нижней полой вене и печеночных венах.

Рисунок 12.7. Трансмитральный кровоток при констриктивном перикардите. Обнаруживается выраженная зависимость скоростей кровотока от фаз дыхания: на вдохе трансмитральный кровоток резко уменьшается. EXP — выдох, INSP — вдох.

В табл. 17 суммированы эхокардиографические признаки, отличающие констриктивный перикардит от состояний, сопровождающихся аналогичными клиническими проявлениями.

Таблица 17. Эхокардиографическая дифференциальная диагностика констриктивного перикардита

Признак

Констриктивный перикардит

Рестриктивная кардиомиопатия

Тампонада сердца

Инфаркт миокарда ПЖ

Утолщение листков перикарда

есть

нет

нет

нет

Выпот в полости перикарда

нет

нет

есть

нет

Размеры ПЖ

обычно нормальные

обычно нормальные

обычно уменьшены

увеличены

Толщина миокарда

нормальная

обычно увеличена

нормальная

нормальная

Коллабирование ПП и ПЖ

нет

нет

есть

нет

Увеличение раннего наполнения ЛЖ

есть

есть

нет

обычно нет

Выраженное влияние фаз дыхания на кровоток

есть

нет

есть

нет

ЛЖ — левый желудочек, ПЖ — правый желудочек, ПП — правое предсердие

Обнаружение констрикции перикарда не всегда требует хирургического лечения. Например, фаза разрешения экссудативного перикардита часто сопровождается коротким этапом констриктивных изменений перикарда, обнаруживаемых эхокардиографически и клинически.

Опухоли и кисты перикарда

Локальное утолщение листков перикарда или экссудативный перикардит могут быть результатом опухолевого процесса в перикарде. Обычно невозможно отличить нити и скопления белковых структур, часто обнаруживаемые в экссудате, от участков опухолевого роста. Большие опухоли, прорастающие в перикард, при эхокардиографии выявляются как плотные неподвижные структуры. Неподвижность этих опухолей во время сердечного цикла — их главный эхокардиографический признак [149].

Кисты перикарда — редкая находка рентгенологических исследований грудной клетки. С помощью трансторакальной эхокардиографии кисты перикарда обычно не распознаются, так как они находятся вне области оптимальной разрешающей способности. Для их выявления более эффективна чреспищеводная эхокардиография.

Отсутствие перикарда

Полное или частичное отсутствие перикарда эхокардиографически проявляется дилатацией правого желудочка, парадоксальным движением межжелудочковой перегородки [140]. По этим проявлениям отсутствие перикарда похоже на состояния, сопровождающиеся объемной перегрузкой правого желудочка, такие, как дефект межпредсердной перегородки или трикуспидальная недостаточность.

Глава 13. Протезированные клапаны сердца

Типы протезов

В течение последних 30 лет протезирование клапанов сердца стало одним из самых распространенных кардиохирургических вмешательств. Идеальный протезированный сердечный клапан должен удовлетворять следующим требованиям: 1) эффективно функционировать подобно нормальному естественному клапану; 2) сохраняться в неизмененном виде на протяжении всей жизни пациента; 3) не оказывать негативного воздействия на клеточные и молекулярные компоненты крови, в частности не стимулировать тромбообразование. К сожалению, ни один из имплантируемых в настоящее время клапанов не может удовлетворить всем перечисленным требованиям. Два типа протезированных клапанов сердца, используемых в настоящее время, — механические и биологические, имеют свои достоинства и недостатки (табл. 18).

Таблица 18. Достоинства и недостатки механических и биологических протезированных сердечных клапанов

Тип

Достоинства

Недостатки

Механические протезы

Высокая прочность в течение длительного времени; Стандартность производства

Необходимость постоянного приема антикоагулянтов; Неестественная форма; Недолговечность некоторых моделей

Биологические протезы

Меньшая необходимость в приеме антикоагулянтов; Центральный кровоток через клапан

Долговечность до конца не выяснена; Относительно высокий трансклапанный градиент давления; Подверженность дегенерации

Все механические протезы имеют запирательный элемент [occluder], вокруг которого должна протекать кровь. Открываясь, запирательный элемент должен создавать возможность максимального кровотока в антероградном направлении и, закрываясь, препятствовать регургитации через клапан. Однако даже при нормальном функционировании любой механический протезированный клапан создает гемодинамически незначимый стеноз, а клапаны небольших размеров могут создавать значительные препятствия для антероградного кровотока. Кроме того, каждый нормально функционирующий протез имеет небольшую клапанную недостаточность. [162, 166, 169, 170]. Различают два вида клапанной регургитации: 1) при закрытии клапана [closing regurgitation]; 2) при закрытом клапане [leakage regurgitation].

Существуют три вида механических протезированных клапанов, различающихся запирательными элементами: шаровой [caged-ball], дисковый [tilting disk] и двустворчатый низкопрофильный [bileaflet, или hinged low-profile] (табл. 19).

Таблица 19. Виды механических протезированных сердечных клапанов

Вид протеза

Запирательный элемент

Кровоток через клапан

Наиболее распространенный протез

Шаровой

Шарик

Периферический

Старра—Эдвардса

Дисковый

Поворачивающийся диск

Квазицентральный

Бьёрка—Шайли

Двустворчатый низкопрофильный

Двойной диск

Центральный

Сент-Джуд Медикл

На рис. 13.1 изображен кровоток через механические протезированные клапаны каждого типа. В протезе Старра—Эдвардса [Starr-Edwards] запирательным элементом является силиконовый шарик, который находится в центре отверстия клапана и перемещается в рамках металлической клетки. В антероградном направлении кровь течет по периферии клапана. Недостатком этой конструкции является относительно большой вертикальный размер клапана. Из-за этого клапан в митральной позиции может соприкасаться в систолу со стенкой левого желудочка, особенно при небольших размерах последнего; в результате могут возникать нарушения ритма и внутрижелудочковой проводимости, возможен разрыв миокарда левого желудочка. Протезирование аортального клапана шаровым протезом может приводить к клапанному стенозу. Кроме того, металлическая клетка протеза создает помехи нормальному кровотоку через него.

Рисунок 13.1. Схема кровотока через механические протезы: а — кровоток через шаровой протез, b — кровоток через дисковый протез, c — кровоток через двустворчатый низкопрофильный протез. Replacement Cardiac Valves, ed. E. Bodnar, R. Frater, Pergamon Press, 1991.

Преимущество дискового протеза Бьерка—Шайли [Bjork-Shiley] — меньший вертикальный размер и квазицентральный кровоток через клапан. Диск поворачивается на 60—85°, разделяя отверстие клапана на две неравные части: большое и малое полуотверстия, через которые течет кровь в антероградном направлении.

Двустворчатый низкопрофильный протез Сент-Джуд Медикл [St. Jude Medical] — наиболее совершенный механический протез. Запирательный элемент клапана состоит из двух дисков, разделяющих клапанное отверстие на три части. Большой угол раскрытия клапана делает обструкцию нормальному кровотоку минимальной. Регургитация при закрытии тоже минимальна, но центральная щель между дисками оставляет возможность регургитации через закрытый клапан.

Среди биопротезов наиболее распространен клапан Карпентье—Эдвардса [Carpentier-Edwards], изготовляемый из аортального клапана свиньи. В последнее время для создания биопротезов все шире используется перикард быка. Схема кровотока через биопротезы представлена на рис. 13.2. Основной недостаток биопротезов в том, что они достаточно надежны только в первые 5—7 лет после протезирования, а в дальнейшем почти неизбежно подвергаются дегенерации [171, 172].

Рисунок 13.2. Схема кровотока через биопротезы: а — кровоток через биопротез, сделанный из аортального клапана свиньи, b — кровоток через биопротез, сделанный из перикарда быка. Replacement Cardiac Valves, ed. E. Bodnar, R. Frater, Pergamon Press, 1991.

Нормально функционирующие протезированные клапаны

Эхокардиографическое исследование, включающее М-модальную и двумерную эхокардиографию и различные варианты допплеровского исследования, стало в последние годы методом выбора для диагностики дисфункции протезированных клапанов сердца. Все виды эхокардиографии имеют свои сильные стороны и ограничения при исследовании протезированных клапанов (табл. 20) [165, 166, 169].

Таблица 20. Диагностические возможности отдельных видов эхокардиографии при исследовании протезированных клапанов сердца

М-модальное исследование

Амплитуда раскрытия клапана

Временные интервалы раскрытия-закрытия клапана

Двумерная эхокардиография

Движение и структура клапана

Большие тромбы и вегетации

Обструкция выносящего тракта левого желудочка

Повреждение стенки сердца протезированным клапаном

Импульсное и постоянно-волновое допплеровское исследование

Обнаружение клапанной регургитации

Скорость кровотока через клапан и трансклапанный градиент давления

Вычисление эффективной площади отверстия клапана

Цветное допплеровское сканирование

Изучение кровотока через клапан

Полуколичественная оценка тяжести клапанной регургитации

Дифференциальная диагностика клапанной и околоклапанной регургитации

Чреспищеводная эхокардиография

Преимущества в визуализации структуры и движения клапана

Выявление вегетаций и тромбов небольших размеров

Качественная и полуколичественная характеристика клапанной регургитации (особенно существенно при протезированном митральном клапане)

Nanda N. et al. Echocardiographic Assessment of Prosthetic Valves. Circulation, 84(3):228—39, 1991

Протезированные клапаны сердца служат препятствием для прохождения ультразвукового луча, создавая позади себя акустическую тень (рис. 13.3). Однако квалифицированный исследователь почти всегда может отличить клапанные структуры от артефактов. При исследовании в М-модальном режиме нормальное движение запирательных элементов механических протезов и створок биопротезов должно иметь вертикальное направление и большую амплитуду. Максимальное раскрытие клапана полезно сопоставить с нормой для данной модели и размера клапана, если она известна. При М-модальном исследовании важно также определить, не происходит ли задержка открытия клапана. Для этого регистрируют движение протезированных клапанов на протяжении 20—30 последовательных сердечных циклов, так как задержка раскрытия клапана может быть преходящей. Створки биопротеза при М-модальном исследовании должны выглядеть тонкими и не дрожать в закрытом состоянии. В целом, однако, для изучения работы протезированных клапанов М-модальное исследование не имеет самостоятельного значения.

A

B

Рисунок 13.3. Акустическая тень позади дискового механического протеза в митральной позиции: парастернальная длинная ось левого желудочка (А) и апикальная позиция четырехкамерного сердца (В). LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, LA — левое предсердие, RA — правое предсердие, Ao — восходящий отдел аорты.

Двумерное эхокардиографическое исследование позволяет рассмотреть протез и окружающие его структуры, если использовать все эхокардиографические позиции. У пациентов с шаровым протезом можно наблюдать движение шарика и соприкосновение его с верхушкой металлической клетки (рис. 13.4). Двумерное исследование позволяет оценить соотношение размеров протеза и камер сердца. Протез в митральной позиции не должен заметно уменьшать полость левого желудочка. Изменяя положение датчика, можно зарегистрировать движение поворачивающегося диска в протезе Бьёрка—Шайли, если удастся направить ультразвуковой луч параллельно направлению движения диска. В протезе Сент-Джуд Медикл движения каждого из двух дисков могут быть исследованы по отдельности. У пациентов с имплантированным биопротезом часто удается рассмотреть движение всех трех створок клапана; створки должны быть тонкими, подвижными и не должны пролабировать (рис. 13.5). В течение многих лет при протезировании митрального клапана производилась резекция папиллярных мышц, поэтому нередко при исследовании пациентов с протезом в митральной позиции обнаруживается только одна папиллярная мышца или полное их отсутствие.

Рисунок 13.4. Нормально функционирующий механический шаровой протез в митральной позиции, хорошо визуализируется клетка протеза. Апикальная позиция четырехкамерного сердца, систола. LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, LA — левое предсердие, RA — правое предсердие.

Рисунок 13.5. Нормально функционирующий биопротез в митральной позиции. Апикальная позиция двухкамерного сердца. В приносящем тракте левого желудочка — стойки биопротеза (большие стрелки). Створки биопротеза выглядят тонкими, не пролабируют в левое предсердие (маленькие стрелки). LV — левый желудочек, LA — левое предсердие.

Импульсное и постоянно-волновое допплеровские исследования дают ценную информацию о скоростях кровотока через клапан и наличии или отсутствии клапанной регургитации. Допплеровское исследование показано всем пациентам с протезированными сердечными клапанами, и оно должно быть проведено как можно раньше после имплантации клапана. В ряде клиник измерение скоростей кровотока через протезированные клапаны проводят интраоперационно, с помощью чреспищеводного эхокардиографического исследования, для оценки функции клапана in vivo. Во всех случаях протезирования клапана рекомендуется проводить эхокардиографическое исследование до выписки пациента из клиники. Это необходимо для последующего наблюдения за функцией протеза.

Постоянно-волновое допплеровское исследование бывает необходимо для измерения скоростей кровотока через протезированные клапаны почти всегда, поскольку эти скорости всегда выше, чем через неизмененный естественный клапан. Нормы скоростей кровотока отличаются для протезов разных типов, неодинаковы они и для разных размеров протезов одного и того же типа: чем меньше размер протеза, тем выше скорости кровотока через него. В табл. 21 и 22 приведены функциональные параметры наиболее распространенных типов протезов.

Таблица 21. Параметры кровотока и площадь клапанного отверстия для различного типа клапанов в митральной позиции

Тип клапана

Максимальная скорость, м/с

Максимальный градиент давления, мм рт. ст.

Средний диастолический градиент давления, мм рт. ст.

Площадь отверстия, см^2

Сент-Джуд Медикл

1,6 ± 1,3

11 ± 4

5 ± 2

3,0 ± 0,6

Бьёрка—Шайли

1,6 ± 0,3

10 ± 3

5 ± 2

2,2 ± 0,4

Старра—Эдвардса

1,8 ± 0,4

13 ± 5

5 ± 2

2,1 ± 0,5

Биопротезы

1,5 ± 0,3

10 ± 3

5 ± 2

2,0 ± 0,5

В таблице приведены средние значения параметров ± стандартное отклонение

Nanda N. et al. Echocardiographic assessment of prosthetic valves. Circulation, 84(3):228—39, 1991

Таблица 22. Параметры кровотока и площадь клапанного отверстия для различного типа клапанов в аортальной позиции

Тип клапана

Максимальная скорость, м/с

Максимальный градиент давления, мм рт. ст.

Площадь отверстия, см^2

Сент-Джуд Медикл

2,3 ± 0,6

22 ± 12

12 ± 7

Бьёрка—Шайли

2,6 ± 0,5

27 ± 9

14 ± 6

Старра—Эдвардса

3,2 ± 0,2

40 ± 3

24 ± 4

Биопротезы

2,1 ± 0,5

19 ± 9

11 ± 5

В таблице приведены средние значения параметров ± стандартное отклонение

Nanda N. et al. Echocardiographic assessment of prosthetic valves. Circulation, 84(3):228—39, 1991

Следует отметить, что в отдельных случаях нормально функционирующих протезированных клапанов трансклапанные градиенты существенно превосходят средние значения для данной модели и размера. Поэтому всегда нужно сопоставлять результаты измерений с данными предыдущих исследований пациента.

Протезированные клапаны всегда сопровождаются незначительной регургитацией (рис. 17.3), которая может быть обнаружена при помещении допплеровского контрольного объема непосредственно под клапан [162, 163, 164, 170]. Следует иметь в виду, что акустическая тень от металлических частей клапана препятствует проведению допплеровского исследования точно так же, как она препятствует оптимальной визуализации клапана. Поэтому судить о степени тяжести клапанной недостаточности при протезированных клапанах сердца (особенно — в митральной позиции) следует всегда с большой осторожностью.

Цветное допплеровское сканирование помогает определить структуру клапана и исключить гемодинамически значимую клапанную регургитацию. При шаровом протезе могут быть одновременно обнаружены две эксцентрических струи. Кровоток через протез Сент-Джуд Медикл состоит из трех потоков: одного центрального и двух периферических. Однако даже при нормально функционирующем протезе такая картина наблюдается не всегда. Одновременное обнаружение всех потоков через клапан зависит от технических условий визуализации сердца и квалификации исследователя; невозможность одновременного обнаружения всех потоков при цветном допплеровском сканировании еще не означает клапанной дисфункции.

Применение цветного сканирования вместе с М-модальным исследованием может помочь дифференцировать регургитацию при закрытии от регургитации через закрытый клапан.

Дисфункция протезированных клапанов

Основные причины дисфункции протезированных клапанов сердца — околоклапанная регургитация, бактериальный эндокардит, нарастание соединительной ткани, дегенеративные изменения, тромбоз.

Если при М-модальном исследовании шарового протеза не выявляется вертикальное движение открытия-закрытия клапана, то следует заподозрить его обструкцию тромбом или вегетациями. Однако следует иметь в виду, что амплитуда движения запирательного элемента может быть снижена при низком ударном объеме. В протезе Старра—Эдвардса иногда наблюдается «залипание» [sticking] шарика. Задержка раскрытия клапана — также признак обструкции, но временные интервалы работы каждого клапана в большой степени зависят от частоты сердечных сокращений, пред- и посленагрузки и ритма сердца, поэтому точные временные интервалы открытия-закрытия протезированных клапанов каждого типа и размера не установлены. Утолщение створок биопротезов и уменьшение амплитуды их движения, выявляемые при М-модальном исследовании, — чувствительные, но малоспецифичные признаки клапанной обструкции.

Двумерное исследование предоставляет больше возможностей для выявления дисфункции протезированных клапанов, чем М-модальное, но и оно имеет ограничения. Чувствительность двумерной эхокардиографии для выявления тромбоза или вегетаций на механических протезированных клапанах невелика, если только эти образования не достигают больших размеров и не пролабируют в полости сердца или крупные сосуды. Тем не менее с помощью двумерного исследования можно выявить дискордантное движение клапанного кольца протеза и окружающих структур, а также повреждение механическим протезом стенки левого желудочка, которое часто ведет к тяжелым нарушениям ритма и проводимости, разрыву стенки желудочка. Биопротезы — более удобный объект для исследования в двумерном режиме, так как металлические компоненты в них содержатся только в клапанном пришивном кольце [sewing ring] и стойках [stents]. Выраженное пролабирование створок биопротезов — достоверный признак тяжелой клапанной недостаточности (рис. 13.6). При подозрении на пролапс створок важно дифференцировать их от свободных концов швов, утолщенных из-за наложения фибрина, — для этого нередко приходится прибегать к чреспищеводному исследованию.

Рисунок 13.6. Молотящая створка биопротеза в митральной позиции (стрелка). Апикальная позиция четырехкамерного сердца, систола. Створка биопротеза целиком пролабирует в полость левого предсердия. Это состояние сопровождается тяжелой митральной недостаточностью.

М-модальное и двумерное исследования размеров камер сердца у пациентов с протезированными клапанами позволяют судить о тяжести клапанной дисфункции только на основании сопоставления с результатами предыдущих исследований. Если такое сопоставление невозможно, то судить о функции клапанов крайне трудно, поскольку протезированию клапанов всегда предшествуют нарушения гемодинамики и изменение размеров полостей сердца.

Допплеровское исследование в импульсном режиме не позволяет диагностировать обструкцию протезированных клапанов, так как и при нормальном их функционировании скорости кровотока через клапаны обычно превышают предел Найквиста и вызывают искажение допплеровского спектра. Функция протезированных клапанов количественно оценивается теми же методами, что и естественных. Степень выраженности обструкции клапана определяют максимальный и средний градиент давления по разные стороны клапана и площадь клапанного отверстия. В специальных исследованиях были сопоставлены величины трансклапанных градиентов давления, вычисленные по данным постоянно-волнового допплеровского исследования и по данным катетеризации сердца, и выявилась их почти идеальная корреляция (особенно среднего градиента давления). На практике оказывается, что корреляция хотя и высокая, но не идеальная. По-видимому, дело в том, что в отличие от научных исследований, в практической деятельности допплеровское исследование проводится не одновременно с катетеризацией сердца, а трансклапанные градиенты давления меняются при изменениях гемодинамики. Площадь клапанного отверстия — наиболее стабильный параметров, характеризующих тяжесть обструкции; она вычисляется так же, как и при стенотических поражениях естественных клапанов. На площадь клапанного отверстия нужно ориентироваться всегда, когда возникают сомнения в степени выраженности обструкции. Невысокие трансклапанные градиенты давления иногда могут ввести в заблуждение: например, у больного с тромбозом протезированного аортального клапана и резко сниженной глобальной сократимостью левого желудочка может быть обнаружена почти нормальная скорость кровотока через клапан при значительной обструкции клапанного отверстия.

Основное преимущество цветного сканирования при исследовании протезированных клапанов заключается в том, что оно дает возможность определить пространственную ориентацию стенотической и регургитирующей струй. При обструкции механического протезированного клапана кровоток часто направлен эксцентрически. Цветное сканирование помогает направить ультразвуковой луч при постоянно-волновом исследовании параллельно кровотоку. Показано, что диаметр струи в проксимальной ее части (сразу под клапаном), составляющий менее 0,8 см, — чувствительный диагностический признак обструкции биопротеза; при механических же протезах проксимальная часть струи видна редко, поэтому применение этого признака ограничено биопротезами.

Цветному допплеровскому сканированию принадлежит главная роль в диагностике клапанной недостаточности у пациентов с протезированными клапанами. С помощью цветного сканирования можно относительно легко отличить околоклапанную регургитацию [paravalvular leak] от трансклапанной [transvalvular] и определить степень ее выраженности (рис. 17.13, 17.14); при ангиографическом исследовании сделать это труднее. Околоклапанная регургитация (рис. 17.14) возникает при потере плотного контакта кольца протезированного клапана с теми тканями сердца, к которым клапан прикрепляется. Появление околоклапанной регургитации вскоре после операции может быть следствием несостоятельности швов или технической ошибки хирургов. Несостоятельность швов нередко возникает после протезирования клапанов у пациентов с абсцессами клапанного кольца (при бактериальном эндокардите), миксоматозной дегенерацией клапанов, либо выраженным кальцинозом митрального или аортального кольца. Поздняя околоклапанная регургитация появляется из-за дегенеративных изменений тканей на границе с клапанным кольцом протеза. Хирургически околоклапанная регургитация лечится иначе, чем трансклапанная: при околоклапанной регургитации производится подшивание кольца протезированного клапана (если нет бактериального эндокардита), при выраженной трансклапанной регургитации меняют протез.

Цветное сканирование позволяет полуколичественно оценить тяжесть клапанной недостаточности. При митральной и трикуспидальной регургитации вычисляют соотношение площади, которую занимает струя регургитации, и площади предсердия в апикальной четырехкамерной позиции. Если регургитирующая струя занимает менее 20% площади предсердия, то клапанную недостаточность определяют как небольшую, если 20—40%, то — как средней тяжести, если более 40%, то — как тяжелую. При недостаточности протезированного клапана в аортальной позиции, площадь, которую струя регургитации занимает в левом желудочке, не позволяет достоверно определить тяжесть аортальной недостаточности; диагностическое значение может иметь диаметр поперечного сечения проксимальной части струи. Впрочем, для оценки тяжести аортальной недостаточности существуют более надежные способы: измерение времени полуспада давления спектра аортальной регургитации или поиск ретроградного кровотока в нисходящем отделе аорты.

Вопросы применения чреспищеводной эхокардиографии для исследования протезированных клапанов сердца изложены в гл. 16.

Глава 14. Врожденные пороки сердца у взрослых

Общие вопросы

Среди болезней, которые приходится диагностировать и лечить у взрослых пациентов, все чаще встречаются врожденные пороки сердца [174, 181]. Успехи сердечно-сосудистой хирургии привели к тому, что все больше детей с врожденными пороками сердца доживают до зрелого возраста и все больше женщин с врожденными пороками сердца могут иметь детей [182]. Для правильного распознавания врожденных пороков нужно хорошо знать не только их проявления при естественном течении заболевания, но и те анатомические и функциональные изменения, к которым приводит хирургическое лечение. Некоторые врожденные пороки сердца, не имеющие серьезных проявлений в детском возрасте, дают о себе знать у взрослых: например, двустворчатый аортальный клапан может кальцинироваться и стать причиной тяжелого аортального стеноза, дефект межпредсердной перегородки может привести к декомпенсации правого желудочка к 40—50 годам. Ухудшить состояние больного с врожденным пороком сердца могут приобретенные заболевания.

Вероятность обнаружения при эхокардиографическом исследовании взрослого пациента того или иного врожденного порока сердца зависит от распространенности порока, от того, проводилось ли его оперативное лечение, и от вероятности достижения пациентом взрослого состояния. В табл. 23 приведены сведения, позволяющие судить о распространенности различных врожденных пороков сердца у взрослых при естественном течении заболевания.

Таблица 23. Врожденные пороки сердца, классифицированные по их распространенности и вероятности того, что пациент доживет до взрослого состояния при естественном течении заболевания

Частые пороки, вероятность дожить до взрослого состояния велика

Пороки без цианоза, без шунта

Двустворчатый аортальный клапан

Коарктация аорты

Стеноз клапана легочной артерии

Пороки без цианоза, с шунтом слева направо

Дефект межпредсердной перегородки типа ostium secundum

Открытый артериальный (боталлов) проток

Рестриктивный дефект межжелудочковой перегородки

Редкие пороки, вероятность дожить до взрослого состояния велика

Пороки без цианоза, без шунта с поражением левых отделов сердца

Врожденная митральная регургитация

Врожденный субаортальный стеноз

Четырехстворчатый аортальный клапан

Пороки без цианоза, без шунта с поражением правых отделов сердца

Аномалия Эбштейна

Аномалия Ула (аплазия или гипоплазия миокарда правого желудочка)

Идиопатическая дилатация ствола легочной артерии

Недостаточность клапана легочной артерии

Подклапанный стеноз легочной артерии

Надклапанный стеноз легочной артерии

Пороки без цианоза, с шунтом слева направо

Дефект межпредсердной перегородки типа ostium primum

Дефект межпредсердной перегородки типа sinus venosus

Частичное аномальное впадение легочных вен в правое предсердие или полую вену

Аневризма синуса Вальсальвы

Коронарная артериовенозная фистула

Цианотические пороки с внутрилегочным шунтом

Врожденная легочная артериовенозная фистула

Разное

Situs inversus или situs solitus с декстрокардией

Врожденная полная атриовентрикулярная блокада

Врожденная корригированная транспозиция магистральных артерий

Аномальное впадение полой вены в левое предсердие

Частые пороки, вероятность дожить до взрослого состояния низка

Нерестриктивный дефект межжелудочковой перегородки

Пороки типа Фалло

Редкие пороки, вероятность дожить до взрослого состояния низка

Пороки без цианоза, без шунта с поражением левых отделов сердца

Врожденная обструкция кровотока в левом предсердии: обструкция легочных вен, врожденный митральный стеноз, cor triatriatum (трехпредсердное сердце)

Одностворчатый аортальный клапан

Надклапанный аортальный стеноз

Пороки без цианоза, с шунтом слева направо

Надгребешковый дефект межжелудочковой перегородки (дефект перегородки, ограничивающей выносящий тракт левого желудочка)

Аномальное отхождение аорты и легочной артерии от правого желудочка с дефектом межжелудочковой перегородки

Аномальное отхождение левой коронарной артерии от ствола легочной артерии

Аортолегочное окно

Цианотические пороки с патологией сосудов малого круга

Аномальное отхождение аорты и легочной артерии от правого желудочка с дефектом межжелудочковой перегородки, локализующимся под клапаном легочной артерии (типа Taussig-Bing)

Общий аортолегочный ствол (truncus arteriosus)

Общий желудочек сердца

Полная транспозиция магистральных артерий

Атрезия трехстворчатого клапана с нерестриктивным дефектом межжелудочковой перегородки

Цианотические пороки с нарушением положения сердца

situs inversus с левокардией

Цианотические пороки с высоким объемом легочного кровотока

Полное аномальное впадение легочных вен

Общее предсердие

Цианотические пороки с нормальным или низким объемом легочного кровотока

Атрезия трехстворчатого клапана со стенозом легочной артерии

Общий желудочек со стенозом легочной артерии

Отхождение аорты и легочной артерии от правого желудочка со стенозом легочной артерии

Полная транспозиция магистральных артерий с дефектом межжелудочковой перегородки и стенозом легочной артерии

Тетрада Фалло с отсутствием клапана легочной артерии

В этой главе мы не ставили своей задачей подробно описать эхокардиографические проявления каждого из врожденных пороков сердца, мы лишь остановимся на общих вопросах их диагностики и несколько более подробно — на диагностике наиболее распространенных пороков. Некоторые врожденные пороки рассматривались выше.

Внутрисердечное шунтирование крови

Причиной внутрисердечного шунтирования крови могут быть дефекты межпредсердной или межжелудочковой перегородок, разрыв аневризмы синуса Вальсальвы, незаращение боталлова протока, аномалии коронарных артерий [173, 174]. Чем больше размер шунта (говоря о размере шунта, мы имеем в виду объем шунтируемой крови, а не анатомический размер дефекта), тем лучше виден дефект при двумерном эхокардиографическом исследовании; чем меньше шунт, тем большее значение имеют допплеровские исследования. Двумерная эхокардиография с внутривенным контрастированием сердца позволяет эффективно выявлять сброс крови справа налево и иногда — слева направо. Цветное сканирование дополняет контрастирование сердца, особенно при дефектах, сопровождающихся высокоскоростными внутрисердечными потоками (кровоток, имеющий низкую скорость, может остаться незамеченным).

Непосредственное измерение размеров дефекта обычно не производится. Размер внутрисердечного шунта оценивают по его влиянию на гемодинамику, размеры и функцию камер сердца. Отношение легочного кровотока к системному [QP/QS] — наиболее распространенный параметр для характеристики размеров шунта. Для допплеровского измерения объема кровотока за один сердечный цикл через каждый клапан производится умножение площади его поперечного сечения на интеграл линейной скорости кровотока через клапан. При шунтах различной локализации приходится производить измерения на разных уровнях. В табл. 24 представлены сведения о том, какой кровоток использовать при том или ином дефекте в качестве легочного и системного.

Таблица 24. Выбор места исследования кровотока для определения объема внутрисердечного шунтирования крови

Дефект межпредсердной перегородки

QP = трехстворчатый клапан, легочная артерия, QS = митральный клапан, аорта

Дефект межжелудочковой перегородки

QP = митральный клапан, легочная артерия, QS = трехстворчатый клапан, аорта

Открытый артериальный проток

QP = митральный клапан, аорта, QS = трехстворчатый клапан, легочная артерия

Child J.S. Echo-Doppler and color-flow imaging in congenital heart disease, in Doppler Echocardiography (ed. Schiller N.B.). Cardiology Clinics 8(2):289—313, 1990

Быстро, но приблизительно размеры шунта можно оценить по соотношению максимальных скоростей кровотока в аорте и легочной артерии. Отметим, что, как и всегда при допплеровском измерении объемов кровотока, предпочтительнее исследовать кровоток в крупных сосудах или выносящем тракте левого желудочка, а не кровоток через атриовентрикулярные клапаны: площадь поперечного сечения атриовентрикулярных клапанов сильно меняется во время кровотока через них, и это вносит большую неопределенность в измерения. К числу недостатков допплеровского метода относится то, что при сочетании внутрисердечного шунта с обструктивными поражениями клапанов он применяться не может. Хотя и показано, что допплеровское исследование обычно позволяет правильно различить шунты с QP/QS больше 2:1 и меньше 2:1, не следует основывать заключение о тяжести порока только на этом показателе; всегда нужно внимательно изучать размеры и функцию камер сердца.

Дефект межпредсердной перегородки

Дефекты межпредсердной перегородки (ДМПП) классифицируют в зависимости от их локализации. ДМПП типа ostium primum составляет часть атриовентрикулярного канала, в который входит также дефект межжелудочковой перегородки, соединение нижней части межпредсердной перегородки с базальной частью межжелудочковой, слияние передней створки митрального клапан с септальной створкой трехстворчатого клапана (рис. 14.1, 14.2).

A

B

Рисунок 14.1. Атриовентрикулярный канал (дефект атриовентрикулярной перегородки): апикальная позиция четырехкамерного сердца (А) и чреспищеводная позиция четырехкамерного сердца в поперечной плоскости (В). Составными частями порока являются дефект межпредсердной перегородки типа ostium primum и перимембранозный дефект межжелудочковой перегородки. Атриовентрикулярные клапаны находятся на одном уровне, передняя створка митрального клапана и септальная створка трехстворчатого клапана соединены между собой и образуют единую створку. LA — левое предсердие, RA — правое предсердие, RV — правый желудочек, LV — левый желудочек.

A

B

Рисунок 14.2. Дефект межпредсердной перегородки типа ostium primum: апикальная позиция четырехкамерного сердца. А: передняя створка митрального клапана и септальная створка трехстворчатого клапана образуют единую створку (стрелка). В: аневризма межжелудочковой перегородки (стрелка), образовавшаяся в результате спонтанного закрытия дефекта межжелудочковой перегородки. LA — левое предсердие, RA — правое предсердие, RV — правый желудочек, LV — левый желудочек.

ДМПП типа ostium secundum (рис. 14.3, 14.4, 14.5, 14.6) — наиболее распространенный ДМПП, он характеризуется отсутствием ткани в области fossa ovalis в середине межпредсердной перегородки. Следует отличать ДМПП типа ostium secundum от варианта нормы — открытого овального окна (рис. 14.7). Синдром Лютембаше — редкое сочетание ДМПП типа ostium secundum с приобретенным митральным стенозом. Широкое распространение транссептальной катетеризации левых отделов сердца привело к появлению пациентов с приобретенным синдромом Лютембаше (приобретенный ДМПП с приобретенным митральным стенозом) (рис. 17.8).

Рисунок 14.3. Атрезия трехстворчатого клапана со стенозом легочной артерии и отсутствием клапана легочной артерии у 20-летней пациентки, не подвергавшейся хирургическому лечению: апикальная позиция четырехкамерного сердца. На месте трехстворчатого клапана — мембрана. Большой (нерестриктивный) дефект межжелудочковой перегородки, большой дефект межпредсердной перегородки типа ostium secundum (стрелки). LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, RA — правое предсердие, RV — правый желудочек.

A

B

Рисунок 14.4. Большой дефект межпредсердной перегородки типа ostium secundum с шунтированием крови справа налево через дефект. Апикальная позиция четырехкамерного сердца: до (А) и во время (В) контрастирования правых отделов сердца. Из правого предсердия часть пузырьков воздуха попадает в правый желудочек, часть — в левое предсердие (стрелка). LA — левое предсердие, RA — правое предсердие, RV — правый желудочек, LV — левый желудочек.

Рисунок 14.5. Большой дефект межпредсердной перегородки типа ostium secundum с шунтированием крови слева направо через дефект. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости в позиции четырехкамерного сердца: негативное и позитивное контрастирование. Струя крови из левого предсердия попадает в правое (стрелка), освобождая прилежащую к перегородке область правого предсердия от пузырьков воздуха (негативное контрастирование). Небольшая часть пузырьков проникает из правого предсердия в левое (позитивное контрастирование). LA — левое предсердие, RA — правое предсердие, RV — правый желудочек, LV — левый желудочек.

Рисунок 14.6. Большой дефект межпредсердной перегородки типа ostium secundum с шунтированием крови слева направо через дефект. Апикальная позиция четырехкамерного сердца: феномен негативного контрастирования. Струя крови из левого предсердия попадает в правое (стрелка), освобождая прилежащую к перегородке область правого предсердия от пузырьков воздуха. LA — левое предсердие, RA — правое предсердие, RV — правый желудочек, LV — левый желудочек.

Рисунок 14.7. Вариант нормы — открытое овальное окно. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости в позиции четырехкамерного сердца, датчик повернут по часовой стрелке для оптимальной визуализации межпредсердной перегородки. При контрастировании правых отделов сердца с выполнением пробы Вальсальвы выявлено попадание единичных пузырьков воздуха в левые отделы сердца. Открытое овальное окно может приводить к парадоксальной эмболии. LA — левое предсердие, RA — правое предсердие, RV — правый желудочек, FO — овальное окно.

Наиболее трудной для эхокардиографического распознавания разновидностью ДМПП является дефект типа sinus venosus (рис. 14.8), расположенный высоко в межпредсердной перегородке в области впадения верхней полой вены (редко — нижней полой вены). ДМПП типа sinus venosus часто сочетается с аномальным впадением легочных вен в правое предсердие или верхнюю полую вену.

Рисунок 14.8. Дефект типа sinus venosus — редкий вариант дефекта межпредсердной перегородки. Субкостальный доступ (изображение «перевернуто»: ближайшие к датчику структуры — внизу). Этот дефект встречается в 2—3% случаев дефектов межпредсердной перегородки и часто сопровождается частичным аномальным впадением легочных вен (правой верхней легочной вены). Дефект межпредсердной перегородки отмечен стрелкой. LA — левое предсердие, RA — правое предсердие. Материал предоставил проф. Norman H. Silverman.

Самый редкий вариант шунтирования крови на уровне предсердий — септальный дефект коронарного синуса со сбросом крови в него из левого предсердия.

Объем крови, шунтируемой через ДМПП, зависит от размеров дефекта, системного и легочного сосудистого сопротивления и податливости желудочков. Тщательное двумерное эхокардиографическое исследование, проведенное из субкостального и парастернального доступов, обычно обнаруживает отсутствие части межпредсердной перегородки. ДМПП типа ostium primum распознать легче всего. В этом случае атриовентрикулярные клапаны прикрепляются на одном уровне, часто обнаруживается расщепленный [cleft] митральный клапан (рис. 14.9) и обструкция выносящего тракта левого желудочка. Для визуализации ДМПП типа sinus venosus нужно при субкостальном исследовании отклонить ультразвуковой луч в сторону передней части межпредсердной перегородки, в область корня аорты и место впадения верхней полой вены. Трудности визуализации ДМПП составляют одно из показаний к проведению чреспищеводной эхокардиографии. При чреспищеводном исследовании хорошо видно всю межпредсердную перегородку. ДМПП часто бывают фенестрированными, т. е. состоящими из нескольких мелких дефектов. Это создает неопределенность в интерпретации результатов двумерного исследования. Цветное сканирование позволяет в этих случаях уточнить размеры дефекта.

Рисунок 14.9. Расщепленный митральный клапан у пациента с оперированным дефектом межпредсердной перегородки типа ostium primum: парастернальная короткая ось левого желудочка на уровне митрального клапана. LV — левый желудочек.

По размерам цветного допплеровского потока на уровне дефекта можно довольно точно определить размер шунта: у взрослых пациентов диаметр потока на уровне дефекта, равный 15 мм, приблизительно соответствует отношению QP/QS, равному 2:1. Площадь, которую поток занимает в правом предсердии, — менее надежный параметр; его использование может привести как к завышению размеров шунта (из-за слияния спектров кровотока в правом предсердии с кровотоком через дефект), так и к занижению их (из-за низкой скорости кровотока через дефект).

Для допплеровского исследования в импульсном режиме контрольный объем помещают в правое предсердие напротив места предполагаемого дефекта. Кровоток через дефект из левого предсердия в правое начинается в середине систолы желудочков, достигает пика в раннюю диастолу, затем быстро уменьшается, но продолжается в середине диастолы; систола предсердий еще более снижает кровоток, а в раннюю систолу желудочков может наблюдаться короткий период изменения направления кровотока.

Методы изучения функции правого желудочка, определения давления в легочной артерии и реакции нижней полой вены на фазы дыхания были изложены в гл. 6. Следует заметить, что иногда при импульсном допплеровском исследовании кровоток в нижней полой вене принимают за кровоток через ДМПП. Исправить ошибку может цветное сканирование. Кроме того, кровоток в нижней полой вене имеет выраженную зависимость от фаз дыхания, а на межпредсердный шунт при ДМПП дыхание почти не влияет. Независимо от результатов цветного сканирования мы рекомендуем всегда при подозрении на ДМПП проводить контрастное исследование, которое способно выявить феномен «негативного контрастирования» (рис. 14.5, 14.6) и небольшое количество пузырьков воздуха, попадающих в левые отделы сердца («позитивное контрастирование»). Исследование с контрастированием не следует проводить из субкостального доступа, так как пузырьки воздуха дают акустическую тень и ухудшают визуализацию левых отделов сердца, расположенных позади правых. Контрастирование правых отделов сердца следует дополнять пробой Вальсальвы.

Дефекты межжелудочковой перегородки

Дефекты межжелудочковой перегородки (ДМЖП) могут быть самостоятельной патологией или составной частью комбинированного врожденного порока сердца (транспозиции магистральных артерий, пороки типа Фалло, общий артериальный ствол, отхождение аорты и легочной артерии от правого желудочка, атрезия трехстворчатого клапана). Анатомически межжелудочковая перегородка имеет мембранозную и мышечную части. Мембранозная часть перегородки находится сразу под аортальным клапаном, поэтому ее также называют субаортальной. Мышечная часть перегородки (если рассматривать ее со стороны правого желудочка) состоит из трех отделов: 1) трабекулярного, 2) ограничивающего приносящий тракт желудочков, 3) ограничивающего выносящий тракт правого желудочка (иначе этот отдел называют инфундибулярной перегородкой). Все отделы мышечной части перегородки граничат с мембранозной ее частью. Чаще всего (примерно в 80% случаев) ДМЖП находятся в мембранозной перегородке (рис. 14.10); эти дефекты распространяются на прилежащие мышечные отделы, поэтому их называют перимембранозными. На втором месте по частоте обнаружения — изолированные дефекты трабекулярной части межжелудочковой перегородки; еще реже бывают изолированные дефекты приносящей части межжелудочковой перегородки, которые ранее относили к разновидности атриовентрикулярного канала. На последнем месте по частоте обнаружения — изолированные дефекты инфундибулярной части перегородки (ранее их называли надгребешковыми дефектами), которые могут сопровождаться пролабированием створок аортального клапана через ДМЖП в выносящий тракт правого желудочка и аортальной регургитацией (рис. 14.11). Примерно у 5% пациентов с ДМЖП аортальная регургитация оказывается главным фактором, влияющим на гемодинамику и клинические проявления порока.

Рисунок 14.10. Рестриктивный мембранозный дефект межжелудочковой перегородки (стрелка): парастернальная короткая ось на уровне аортального клапана. Ao — корень аорты, RA — правое предсердие, PA — легочная артерия, RVOT — выносящий тракт правого желудочка, VSD — дефект межжелудочковой перегородки.

Рисунок 14.11. Изолированный дефект инфундибулярной части межжелудочковой перегородки (надгребешковый дефект межжелудочковой перегородки): парастернальная короткая ось аортального клапана. Дефект сопровождается пролабированием правой коронарной створки аортального клапана (стрелка) в выносящий тракт правого желудочка и аортальной регургитацией. LA — левое предсердие, RA — правое предсердие, RVOT — выносящий тракт правого желудочка. Материал предоставил проф. Norman H. Silverman.

Перимембранозные и трабекулярные ДМЖП со временем могут уменьшаться в размерах и иногда полностью закрываются. ДМЖП, ограниченные исключительно мышечной тканью, в целом проявляют тенденцию к спонтанному закрытию. Спонтанное закрытие ДМЖП может происходить в результате закрытия дефекта створкой трехстворчатого клапана (чаще всего), разрастания фиброзной ткани, пролиферации эндокарда, смыкания краев дефекта. Эхокардиографические исследования (включая цветное допплеровское сканирование), повторяемые через определенные промежутки времени, позволяют выявить случаи спонтанного закрытия ДМЖП. На месте закрывшегося перимембранозного ДМЖП часто видна аневризма межжелудочковой перегородки, хотя сама по себе аневризма еще не означает спонтанное закрытие дефекта (рис. 14.2B).

Функциональные нарушения, связанные с ДМЖП, зависят от размеров дефекта и легочного сосудистого сопротивления. Функционально ДМЖП разделяются на рестриктивные и нерестриктивные.

Рестриктивными называют ДМЖП, сопровождающиеся высоким систолическим градиентом давления между желудочками; при допплеровском исследовании таких дефектов выявляется высокоскоростной систолический кровоток из левого желудочка в правый (рис. 14.12). В диастолу же кровоток из левого желудочка в правый имеет небольшую скорость, а в период изоволюметрического расслабления левого желудочка он отсутствует или даже на короткое время меняет направление. Наличие диастолического кровотока через дефект при рестриктивных ДМЖП указывает на то, что легочное сосудистое сопротивление нормальное.

Рисунок 14.12. Кровоток через рестриктивный дефект межжелудочковой перегородки: постоянно-волновое допплеровское исследование из апикального доступа. Градиент давления между левым желудочком и правым желудочком — 85 мм рт. ст. Измерение скорости кровотока через дефект межжелудочковой перегородки позволяет рассчитать систолическое давление в правом желудочке (равное систолическому давлению в легочной артерии в отсутствие стеноза последней): [Систолическое давление в правом желудочке] = [Систолическое артериальное давление] – [Градиент давления между желудочками]. VSD jet — поток через дефект межжелудочковой перегородки, PG — градиент давления.

Нерестриктивные ДМЖП характеризуются выравниванием систолического давления в полостях правого и левого желудочков и отсутствием высокоскоростного кровотока через дефект (рис. 14.3). У пациентов с большим ДМЖП повышено легочное сосудистое сопротивление и возможно шунтирование крови справа налево (синдром Эйзенменгера).

ДМЖП больших размеров (обычно нерестриктивные) нетрудно увидеть при двумерном эхокардиографическом исследовании, тогда как небольшие (обычно рестриктивные) дефекты трабекулярной или перимембранозной локализации, особенно фенестрированные, часто удается выявить лишь с помощью допплеровских исследований. Цветное допплеровское сканирование помогает обнаружить все участки сообщения между желудочками при фенестрированных ДМЖП.

Разнонаправленное шунтирование крови в разные фазы сердечного цикла может наблюдаться как при синдроме Эйзенменгера, так и при комбинированных врожденных пороках сердца, включающих обструкцию выносящего тракта правого желудочка или стеноз легочной артерии. При разнонаправленном шунтировании крови через ДМЖП скорости кровотока существенно ниже, чем при рестриктивных дефектах; кровоток имеет двух- или трехфазный характер: в раннюю систолу наблюдается кровоток слева направо (давление в левом желудочке растет быстрее), в позднюю систолу и раннюю диастолу — справа налево (давлении в правом желудочке падает медленнее), в середине систолы кровоток почти отсутствует, в середине и конце диастолы может наблюдаться кровоток слева направо, если правый желудочек более податлив, чем левый.

Поскольку величина легочного сосудистого сопротивления очень важна для решения вопроса о целесообразности хирургической коррекции ДМЖП, при больших дефектах нужно проводить допплеровское измерение давления в легочной артерии и отношения QP/QS до и после ингаляции кислорода (вазодилататора малого круга кровообращения); это дает возможность выявить пациентов с сохранившейся реакцией легочного сосудистого сопротивления на вазодилататоры.

Разрыв аневризмы синуса Вальсальвы

Эхокардиография позволяет диагностировать разрыв аневризмы синуса Вальсальвы. Иногда разрыв правого коронарного синуса Вальсальвы со сбросом крови в приносящий тракт правого желудочка или в правое предсердие выглядит как перимембранозный дефект с аневризмой межжелудочковой перегородки. Постоянно-волновое допплеровское исследование позволяет дифференцировать разрыв аневризмы синуса Вальсальвы от перимембранозного дефекта межжелудочковой перегородки: в отличие от кровотока через дефект межжелудочковой перегородки, высокоскоростного в систолу и низкоскоростного в диастолу, при разрыве аневризмы синуса Вальсальвы кровоток через дефект происходит постоянно и имеет высокую скорость и в систолу, и в диастолу.

Открытый артериальный проток

Артериальный (боталлов) проток — часть нормальной системы кровообращения плода. Он соединяет легочную артерию (в месте ее бифуркации на правую и левую ветви) и нисходящий отдел аорты (сразу под местом отхождения от нее левой подключичной артерии). Объем шунтируемой крови при открытом артериальном протоке определяется разностью давлений в аорте и легочной артерии и шириной просвета протока. При изолированном открытом артериальном протоке у взрослых пациентов давление в легочной артерии, как правило, нормальное и потому сброс крови происходит слева направо. Если при наличии широкого артериального протока пациенту удалось дожить до взрослого состояния, то у него обычно наблюдается двунаправленное шунтирование через проток или сброс крови справа налево из-за высокого легочного сосудистого сопротивления.

При двумерном исследовании часто удается визуализировать открытый артериальный проток у детей и редко — у взрослых. Визуализацию протока и допплеровское исследование кровотока в протоке и в легочной артерии проводят из супрастернального доступа или парастернально по короткой оси. Если кровоток через открытый артериальный проток осуществляется слева направо, то при цветном сканировании обнаруживается высокоскоростная струя, которая берет начало в нисходящей аорте (обычно — со стороны левой легочной артерии) и распространяется вдоль боковой (редко — медиальной) стенки ствола легочной артерии в направлении клапана легочной артерии (рис. 17.1). Постоянно-волновое исследование этого потока показывает, что он появляется в начале или середине систолы, достигает максимальной скорости в начале диастолы и почти исчезает к концу диастолы (рис. 14.13). Этот поток частично совпадает по времени с антероградным кровотоком в легочной артерии и всегда регистрируется вместе с ним.

Рисунок 14.13. Открытый артериальный проток: исследование кровотока в легочной артерии в импульсном допплеровском режиме из парастернального доступа. Контрольный объем установлен в легочной артерии ближе к ее боковой стенке. Поток появляется в середине систолы, достигает максимальной скорости в начале диастолы и к концу диастолы почти исчезает. PDA — открытый артериальный проток.

При высоком легочном сосудистом сопротивлении, когда направление шунта меняется, сброс крови справа налево можно зарегистрировать при допплеровском исследовании кровотока в нисходящей аорте, непосредственно в области артериального протока; при этом обычно сохраняется небольшое по объему шунтирование слева направо.

Аортолегочное окно (дефект аортолегочной перегородки)

Это — редкий порок, проявляющийся сбросом крови из восходящего отдела аорты в ствол легочной артерии. Его удается диагностировать, как правило, лишь с помощью допплеровского исследования, используя следующий критерий: при этом пороке патологический высокоскоростной кровоток обнаруживается в легочной артерии, и направлен он (в отличие от того, что регистрируется при открытом артериальном протоке) антероградно.

Аномалии коронарных артерий

Врожденные аномалии коронарных артерий могут сопровождаться ишемией миокарда и шунтированием крови слева направо. Двумерное исследование обычно не позволяет наверняка диагностировать врожденные аномалии коронарных артерий и используется скорее для опровержения, чем для подтверждения этого диагноза: если удается визуализировать коронарные артерии, нормально расположенные, отходящие от левого и правого синусов Вальсальвы и не расширенные, это почти исключает какую-либо их врожденную аномалию.

Хотя эхокардиография и не может заменить коронарную ангиографию для диагностики патологии коронарных артерий, при некоторых врожденных пороках (тетрада Фалло, полная транспозиция магистральных артерий) предоперационное эхокардиографическое исследование, особенно чреспищеводное, может указать на сопутствующие врожденные аномалии коронарных артерий и повлиять на объем операции и ее результат.

При аномальном отхождении левой коронарной артерии от легочной артерии [190] допплеровское исследование выявляет патологический кровоток в легочной артерии; основной объем крови шунтируется в диастолу.

Фистулы коронарных артерий могут соединять их с правым предсердием, желудочками, легочной артерией или коронарным синусом. Эхокардиографические признаки фистул коронарных артерий — дилатация проксимальных отделов коронарных артерий и патологический кровоток в тех отделах сердца, куда поступает кровь из коронарного русла [187].

Стенотические поражения и клапанная недостаточность

Вопросы диагностики наиболее частых врожденных состояний, связанных с обструкцией приносящего и выносящего трактов правого и левого желудочков, коротко изложены в соответствующих разделах книги. Здесь мы остановимся только на коарктации аорты.

Коарктация аорты

Типичная локализация коарктации аорты — в ее перешейке, находящемся сразу под местом отхождения от аорты левой подключичной артерии и артериального протока. При трансторакальном двумерном исследовании можно увидеть место сужения аорты у детей и редко — у взрослых. Допплеровское исследование кровотока в нисходящем отделе аорты обычно оказывается информативным даже в отсутствие хорошей визуализации (рис. 14.14). Как и при любом стенотическом поражении, импульсное исследование и цветное сканирование позволяют выявить ускоренный кровоток [189], а постоянно-волновое исследование — измерить его скорость и вычислить градиент давления по разные стороны стеноза. Наличие антероградного кровотока в диастолу подтверждает гемодинамическую значимость обструкции аорты.

A

B

Рисунок 14.14. Коарктация аорты: двумерное (А) и допплеровское постоянно-волновое (В) исследования из супрастернального доступа у пациента 35 лет. Двумерное исследование не позволяет рассмотреть сужение аорты. При постоянно-волновом исследовании обнаруживается высокоскоростной поток в нисходящем отделе аорты, максимальная скорость которого соответствует градиенту давления 45 мм рт. ст. Кровоток в нисходящем отделе аорты не прекращается на протяжении всего сердечного цикла (маленькими стрелками отмечен диастолический кровоток), что является дополнительным свидетельством гемодинамической значимости коарктации аорты. dAo — нисходящий отдел аорты, Peak PG — максимальный градиент давления.

В диагностике коарктации, как при любой другой патологии нисходящей аорты, чреспищеводное исследование имеет несомненные преимущества по сравнению с трансторакальным: при чреспищеводном исследовании можно точно определить локализацию коарктации и измерить диаметр аорты в месте сужения. Выявляется также дилатация аорты сразу выше и ниже места сужения.

Коарктации аорты часто (примерно в половине случаев) сопутствует двустворчатый аортальный клапан. К другим сопутствующим врожденным порокам относятся: открытый артериальный проток, дефекты межжелудочковой перегородки, врожденная патология митрального клапана. Порок, близкий к коарктации аорты по своему эмбриогенезу и являющийся, по сути, крайним проявлением коарктации, — незавершенная дуга аорты.

Комбинированные врожденные пороки сердца

Комбинированные врожденные пороки сердца (большей частью цианотические) обычно включают дефект (дефекты) межжелудочковой или межпредсердной перегородки в сочетании с различными обструктивными поражениями, клапанной недостаточностью, транспозициями магистральных сосудов. Примерами таких пороков служат: тетрада Фалло (рис. 14.15), транспозиция магистральных артерий (рис. 14.16), общий аортолегочный ствол, пороки с единственным желудочком (атрезия трехстворчатого клапана, общий желудочек) (рис. 14.17), полное аномальное впадение легочных вен в правое предсердие, отхождение аорты и легочной артерии от правого желудочка. Длительность жизни больного при естественном течении заболевания зависит главным образом от объема легочного кровотока и соотношения его с системным. Так, при большом объеме легочного кровотока развивается легочная гипертензия; стеноз легочной артерии может предохранять легочные сосуды, но выраженный стеноз сопровождается низким легочным кровотоком и шунтированием крови справа налево, что влечет за собой цианоз и эритроцитоз.

Рисунок 14.15. Тетрада Фалло: парастернальная позиция длинной оси левого желудочка. Этот порок включает в себя дефект межжелудочковой перегородки, стеноз легочной артерии, дексторопозицию аорты (аорта «сидит верхом» на межжелудочковой перегородке), гипертрофию правого желудочка. На рисунке хорошо виден дефект межжелудочковой перегородки и «сидящая верхом» на ней аорта. LA — левое предсердие, RV — правый желудочек, LV — левый желудочек, Ao — проксимальная часть восходящего отдела аорты. Материал предоставил проф. Norman H. Silverman.

A

B

Рисунок 14.16. Корригированная транспозиция магистральных артерий: апикальная позиция четырехкамерного сердца (А) и чреспищеводное исследование в поперечной плоскости в позиции четырехкамерного сердца (В). Наличие модераторного пучка (стрелка) позволяет идентифицировать желудочки: левое предсердие сообщается с анатомически правым желудочком (от него исходит аорта), правое предсердие — с анатомически левым желудочком (от него отходит легочная артерия). Клапаны соответствуют анатомическим желудочкам, поэтому справа — трехстворчатый клапан, слева — митральный. Трехстворчатый клапан, как и в норме, находится ближе к верхушке, чем митральный. LA — левое предсердие, an. LV — анатомически левый желудочек, RA — правое предсердие, an. RV — анатомически правый желудочек, MB — модераторный пучок, MV — митральный клапан, TV — трехстворчатый клапан, е — зонд-электрод.

Рисунок 14.17. Единственный желудочек у пациента 56 лет: апикальный доступ. Основная камера сформирована по типу левого желудочка. Аорта и легочная артерия отходят от основной камеры. Кроме того, имеется транспозиция магистральных артерий и клапанный стеноз легочной артерии. V — желудочек, RA — правое предсердие, LA — левое предсердие.

При эхокардиографическом исследовании необходимо учитывать влияние каждой аномалии, составляющей комбинированный порок, на деятельность сердца; например, чем более выражен стеноз выносящего тракта правого желудочка при тетраде Фалло, тем больше крови шунтируется справа налево через дефект межжелудочковой перегородки, а потому скорость кровотока через стенозированный участок будет ниже, чем при изолированном стенозе той же степени выраженности.

При транспозициях магистральных артерий (рис. 14.16) двумерное и допплеровское исследования позволяют определить анатомическое положение крупных сосудов, соответствие желудочков отходящим от них сосудам и выявить сопутствующие поражения: дефекты межжелудочковой и межпредсердной перегородок, открытый артериальный проток. При врожденной корригированной транспозиции магистральных артерий часто обнаруживают патологию левого атриовентрикулярного клапана, напоминающую аномалию Эбштейна и сопровождающуюся регургитацией. Анатомически этот клапан — трехстворчатый, поскольку положение атриовентрикулярных клапанов всегда соответствует положению желудочков, к которым они относятся; ошибочно считать в этой ситуации трикуспидальную регургитацию митральной.

При общем желудочке сердца — пороке, имеющем множество анатомических вариантов, — важно определить давление в легочной артерии и размер бульбовентрикулярного окна (отверстие, соединяющее основную камеру с рудиментарной, выносящей), так как это — основные параметры, определяющие возможный эффект наиболее радикальной хирургической коррекции порока, операции Фонтена. Сократимость общего желудочка, выраженность стеноза легочной артерии, функция атриовентрикулярных клапанов, аортолегочного шунта (если проводилась паллиативная операция) — все это может быть с большой точностью определено при эхокардиографическом исследовании.

Оперированные врожденные пороки сердца

Все оперативные вмешательства, кроме закрытия артериального протока и ушивания дефекта межпредсердной перегородки типа ostium secundum, оставляют после себя патологические изменения или создают новые. Мы подробно не будем их рассматривать. Наиболее распространенные остаточные явления и последствия хирургического лечения врожденных пороков сердца перечислены в табл. 25.

Таблица 25. Оперированные врожденные пороки сердца: остаточные явления и последствия хирургического лечения

Остаточные явления

Двустворчатый аортальный клапан (коарктация аорты)

Расщепленный митральный клапан (дефект межпредсердной перегородки типа ostium primum)

Остаточная обструкция выносящего тракта правого или левого желудочка

Недостаточность атриовентрикулярных клапанов (операция Фонтена по поводу атрезии трехстворчатого клапана или единственного желудочка)

Артериальная гипертензия (коарктация аорты) и легочная гипертензия (шунтирование крови слева направо)

Неспособность правого (транспозиции магистральных артерий) или общего желудочка выполнять функцию левого желудочка; длительная перегрузка давлением или объемом, длительное воздействие гипоксемии/эритроцитоза на коронарный резерв и сократимость миокарда

Последствия операции

Механические повреждения желудочков (вентрикулотомия)

Нарушения ритма и проводимости сердца: предсердные аритмии и слабость синусового узла (закрытие дефекта межпредсердной перегородки или операция Мастарда), блокада правой или передней ветви левой ножки пучка Гиса закрытие дефекта межжелудочковой перегородки), желудочковые нарушения ритма и нарушения внутрижелудочковой проводимости после вентрикулотомии

Клапанная патология: клапанная недостаточность (вальвотомия), митральная недостаточность или стеноз (реконструктивная операция на расщепленном митральном клапане)

Повреждения протезных материалов: дефекты заплат (после ушивания дефектов межжелудочковой перегородки), загиб, перекручивание или обструкция аортолегочных шунтов, дисфункция протезированных клапанов

Child J.S. Echo-Doppler and color-flow imaging in congenital heart disease, in Doppler Echocardiography (ed. Schiller N.B). Cardiology Clinics 8(2):289—313, 1990

Глава 15. Стресс-эхокардиография

Для неинвазивной диагностики ишемической болезни сердца используют нагрузочные пробы в сочетании с различными методами распознавания ишемии. Наиболее распространенным методом выявления ишемии миокарда является изучение изменений сегмента ST электрокардиограммы при физической нагрузке. Однако, некоторые факторы ограничивают диагностическую ценность электрокардиографических методов диагностики ишемической болезни сердца; к этим факторам относятся: женский пол, измененная электрокардиограммы в покое, однососудистое поражение коронарных артерий, низкая распространенность ишемической болезни сердца в исследуемой группе.

Существенно большей диагностической ценностью обладают изотопные методы исследования сердца в сочетании с нагрузочными пробами (радиоизотопная вентрикулография и сцинтиграфия миокарда с таллием-201). Еще одним способом выявления ишемии миокарда служит стресс-эхокардиография — регистрация нарушений локальной сократимости миокарда левого желудочка с помощью двумерной эхокардиографии при нагрузке.

Впервые эхокардиография во время физической нагрузки была применена Wann с соавт. в 1979 году. В те годы эхокардиографическая аппаратура была не настолько совершенна, чтобы сразу обеспечить широкое клиническое применение этого метода. В настоящее время благодаря улучшению разрешающей способности двумерной эхокардиографии и внедрению компьютерных методов анализа изображений стресс-эхокардиография стала хорошей альтернативой более дорогим изотопным методам диагностики ишемической болезни сердца. В условиях, когда проведение изотопных исследований невозможно или затруднено, стресс-эхокардиография является лучшим неинвазивным методом диагностики ишемической болезни сердца.

Виды нагрузочных проб

В табл. 26 перечислены виды нагрузочных проб, которые применяют в стресс-эхокардиографии. Каждая из этих проб имеет свои преимущества и недостатки.

Таблица 26. Виды нагрузочных проб в стресс-эхокардиографии

Характер нагрузки

Вид пробы

Динамическая физическая нагрузка

Тредмил

Велоэргометрия в сидячем положении

Велоэргометрия в лежачем положении

Электростимуляция сердца

Чреспищеводная предсердная стимуляция

Фармакологические пробы

Проба с добутамином

Проба с дипиридамолом

Проба с аденозином

Динамическая физическая нагрузка

Основное достоинство проб с динамической физической нагрузкой — их физиологичность, т. е. способность воспроизводить реальную ситуацию, приводящую к ишемии миокарда у пациента. Пробы с физической нагрузкой проводятся по стандартному протоколу. Недостаток их — в трудности визуализации левого желудочка во время проведения пробы, поскольку любая проба с физической нагрузкой сопровождается изменениями положения тела пациента и одышкой, что препятствуют оптимальной визуализации сердца. При вертикальном положении больного (тредмил и велоэргометрия в сидячем положении) эхокардиографическое исследование практически невозможно, поэтому его проводят не во время нагрузки, а сразу по окончании ее (не позже, чем через одну минуту после окончания). В течение 90—120 c после прекращения физической нагрузки индуцированные нарушения локальной сократимости не исчезают, так что проведение двумерной эхокардиографии сразу после окончания максимальной нагрузки — достаточно аккуратный метод распознавания ишемии миокарда [213]. Велоэргометрия в лежачем положении позволяет проводить эхокардиографическое исследование во время нагрузки и прекращать проведение пробы в случае появления новых нарушений локальной сократимости левого желудочка, что повышает безопасность процедуры. Недостаток этой пробы состоит в том, что в большинстве случаев не удается достичь максимальной частоты сердечных сокращений, — раньше наступает мышечная усталость.

Диагностическую точность исследования локальной сократимости левого желудочка при нагрузке улучшают компьютерные методы анализа изображений: сокращения сердца записываются на компьютерный диск в режиме непрерывно сменяющихся изображений, состоящих из 12 отдельных кадров, в позициях парастернальной длинной оси левого желудочка, короткой оси на уровне митрального клапана, апикальной четырех- и двухкамерной позиций. В каждой позиции регистрируют по одному сердечному циклу, в покое и на максимуме физической нагрузки (рис. 15.1).

Рисунок 15.1. Регистрация сокращений сердца в позициях парастернальной длинной оси левого желудочка, парастернальной короткой оси на уровне митрального клапана, апикальной четырех- и двухкамерной позиций с записью на компьютерный диск в режиме непрерывно сменяющихся изображений. Регистрируют по одному сердечному циклу в каждой позиции, в покое и на максимуме физической нагрузки для последующего анализа локальной сократимости левого желудочка.

Чреспищеводная электростимуляция сердца

Хорошей альтернативой пробам с физической нагрузкой как методу индуцирования ишемии миокарда служит чреспищеводная предсердная стимуляция сердца [199—202]. В отличие от не имеющих диагностической ценности электрокардиографических проб в сочетании с чреспищеводной стимуляцией, двумерная эхокардиография в сочетании с чреспищеводной стимуляцией является одним из самых точных неинвазивных методов диагностики ишемической болезни сердца.

Преимущества чреспищеводной стимуляции по сравнению с физической нагрузкой:

· эта проба может быть проведена у пациентов, не способных к выполнению физической нагрузки,

· пациент во время исследования не совершает движений (возможность получения изображений лучшего качества),

· проба более безопасна по сравнению с пробами с физической нагрузкой (частота сердечных сокращений возвращается к исходной немедленно после прекращения стимуляции, хорошо контролируется локальная сократимость левого желудочка во время пробы, существенно меньше вероятность возникновения желудочковых нарушений ритма и возможно купирование пароксизмальных наджелудочковых тахикардий стимуляцией),

· чреспищеводная стимуляция не сопровождается гипертонической реакцией.

Недостатки чреспищеводной стимуляции: нефизиологичность пробы, некоторый дискомфорт для пациента при проведении стимуляции и — примерно у трети пациентов — развитие атриовентрикулярной блокады 2-й степени во время стимуляции с частотой 160 имп/мин, что требует внутривенного введения атропина.

Начальная частота стимуляции составляет 100 имп/мин в течение 2 минут, затем ее увеличивают на 20 имп/мин каждые 2 минуты до достижения максимальной частоты стимуляции 160 имп/мин. Если развивается атриовентрикулярная блокада 2-й степени, внутривенно вводят 1 мг атропина. Можно использовать короткий протокол чреспищеводной стимуляции: с частотами 100 имп/мин и 160 имп/мин по 3 минуты.

Возможно сочетание двумерной эхокардиографии с эндокардиальной стимуляцией сердца, но этот метод не получил широкого распространения из-за своей инвазивности; иногда его применяют в лабораториях катетеризации сердца и ангиографии для оценки функциональной значимости поражения коронарных артерий или эффективности реваскуляризации.

Фармакологические пробы

Из фармакологических проб, применяемых в сочетании с двумерной эхокардиографией, наибольшее распространение получили две: проба с добутамином и проба с дипиридамолом. Эти препараты имеют разный механизм действия: дипиридамол вызывает дилатацию коронарных (и периферических) артерий и синдром «обкрадывания» участков миокарда, кровоснабжающихся стенозированными коронарными артериями; добутамин обладает положительным инотропным действием на сердце и увеличивает потребность миокарда в кислороде. Действие внутривенно введенного аденозина аналогично действию дипиридамола. В настоящее время аденозин применяется все чаще для индуцирования ишемии миокарда. По сравнению с дипиридамолом применение аденозина, возможно, более безопасно, так как продолжительность его действия короче.

Пробу с дипиридамолом [211, 212] проводят следующим образом: одновременно с двумерным эхокардиографическим исследованием в течение 4 минут вводятся дипиридамол в дозе 0,56 мг/кг. Если в течение 4-х минут не выявляются эхокардиографические признаки ишемии миокарда, вводят еще 0,28 мг/кг дипиридамола в течение 2-х минут. Показано, что тест достаточно безопасен даже у больных с нестабильной стенокардией и недавно перенесенным инфарктом миокарда. В случае возникновения побочных эффектов, внутривенно вводятся эуфиллин (антидот дипиридамола). Имеются сведения об опасности применения дипиридамола у пациентов с выраженной гипертрофией миокарда.

Все более широкое клиническое применение получает в настоящее время добутаминовая стресс-эхокардиография — двумерная эхокардиография на фоне инфузии добутамина [205, 218]. Помимо диагностики ишемической болезни сердца у этого метода есть еще две области применения: исследование резерва глобальной сократимости левого желудочка при кардиомиопатиях и выявление жизнеспособного миокарда в зоне нарушенного кровоснабжения.

Инфузию добутамина для индуцирования преходящей ишемии миокарда проводят следующим образом: начальная доза составляет 5 мкг/кг/мин, дозу увеличивают на 5 мг/кг/мин каждые 3 минуты. Критерии прекращения пробы: достижение максимальной дозы — 40 мг/кг/мин, достижение субмаксимальной частоты сердечных сокращений, появление явных признаков ишемии миокарда или выраженных побочных эффектов. Побочные эффекты, из которых наиболее часто встречаются желудочковые аритмии, тошнота, тремор, гипотония и гипертония наблюдаются редко и проходят самостоятельно через 1—3 минуты после прекращения инфузии.

Жизнеспособный миокард с нарушенной сократимостью («гибернирующий» миокард) может восстановить сократимость после реваскуляризации (в результате аорто-коронарного шунтирования, баллонной ангиопластики и других эндоваскулярных методов лечения ишемической болезни сердца). Имеются сообщения об успешном выявлении гибернирующего миокарда при использовании двумерной эхокардиографии на фоне введения малых доз добутамина (5—10 мкг/кг/мин).

У пациентов с ишемической болезнью сердца наблюдается двухступенчатая реакция на введение добутамина: сначала, на фоне малых доз, происходит увеличение сократимости миокарда левого желудочка, в том числе сегментов с исходно нарушенной сократимостью, если они содержат жизнеспособный миокард; затем, на фоне средних и высоких доз, появляются нарушения сократимости миокарда левого желудочка, кровоснабжающегося стенозированными коронарными артериями.

Анализ двумерного изображения

Подходы к интерпретации записанного на видеопленку стресс-эхокардиографического исследования почти не зависят от вида применявшейся нагрузочной пробы. Следует только иметь в виду, что пробы с физической нагрузкой и проба с добутамином вызывают гиперкинезию сегментов левого желудочка, имеющих нормальное кровоснабжение. Главная цель анализа данных стресс-эхокардиографического исследования — сравнение локальной сократимости левого желудочка перед проведением нагрузочной пробы и на максимуме нагрузки.

Двумерная эхокардиография остается методом преимущественно качественного анализа сократимости левого желудочка, так как способы автоматического определения границ эндокарда пока находятся в стадии разработки. В связи с этим при любом компьютерном анализе изображения большая роль принадлежит исследователю, устанавливающему границы эндокарда для последующего автоматического определения сократимости отдельных сегментов левого желудочка. Большая зависимость результатов теста от квалификации исследователя, будь то врач или техник, — главный недостаток стресс-эхокардиографии.

Предварительный анализ изображения проводится непосредственно при его получении. По окончании исследования можно просмотреть видеозапись в замедленном режиме, записать отдельные фрагменты исследования на компьютерный диск в виде непрерывно сменяющихся изображений. При оценке локальной сократимости левого желудочка следует учитывать движение и степень утолщения миокарда в отдельных сегментах.

В разных лабораториях прибегают к делению миокарда левого желудочка на разное число сегментов — от 12 до 20. Американская ассоциация эхокардиографии рекомендует деление миокарда левого желудочка на 16 сегментов (рис. 15.2).

Рисунок 15.2. Деление миокарда левого желудочка на 16 сегментов, рекомендованное Американской ассоциацией эхокардиографии для количественной оценки нарушений локальной сократимости левого желудочка. RV — правый желудочек, BASE — базальные сегменты, MID — сегменты средней части желудочка, APEX — верхушечные сегменты, А — передняя локализация, AL — передне-боковая локализация, AS — передне-перегородочная локализация, IS — задне-перегородочная локализация, I — задняя локализация, IL (PL) — задне-боковая локализация, S — перегородочная локализация, L — боковая локализация.

При оценке результатов пробы тоже руководствуются разными критериями: чаще всего проба считается положительной, если при нагрузке ухудшается сократимость по крайней мере двух сегментов левого желудочка. Для количественного выражения степени ухудшения локальной сократимости левого желудочка рассчитывают индекс нарушения локальной сократимости в состоянии покоя и для максимуме нагрузки. Чтобы рассчитать индекс нарушения локальной сократимости, сократимость каждого сегмента оценивают в баллах: нормальная сократимость — 1 балл, гипокинезия — 2, акинезии — 3, дискинезии — 4. Сегменты, недостаточно четко визуализированные, не учитывают. Сумму баллов затем делят на общее число исследованных сегментов.

Достоинства, недостатки и диагностическая ценность стресс-эхокардиографии

Достоинства и недостатки стресс-эхокардиографии в обобщенном виде представлены в табл. 27. Большей частью они связаны с особенностями собственно эхокардиографии.

Таблица 27. Достоинства и недостатки стресс-эхокардиографии

Достоинства

Широкий спектр возможностей в изучении работы сердца

Мобильность эхокардиографической аппаратуры

Относительно невысокая стоимость исследования

Возможность оценивать степень утолщения миокарда

Безопасность исследования

Возможность проведения многократных исследований

Неинвазивность

Недостатки

Трудности количественной оценки результатов теста

Большая зависимость от квалификации исследователя

Технические трудности в 5—10% исследований

Оценка не перфузии миокарда, а проявлений ишемии

Armstrong W.F. Stress echocardiography for detection of coronary artery disease. Circulation 84(3 Suppl):43—9, 1991

Одно из основных достоинств стресс-эхокардиографии состоит в том, что этот метод позволяет, наряду с выявлением преходящей ишемии миокарда, оценить деятельность всех камер и клапанов сердца, изучить внутрисердечный кровоток. Мобильность эхокардиографической аппаратуры позволяет проводить исследования непосредственно у постели больного, или, например, в лаборатории катетеризации сердца. По сравнению с радиоизотопными методами диагностики ишемической болезни сердца стресс-эхокардиография требует меньших затрат как на приобретение оборудования, так и на его эксплуатацию; кроме того, она не сопровождается воздействием на пациента ионизирующей радиации и потому может проводиться многократно. Контроль за сократимостью левого желудочка во время исследования обеспечивает большую безопасность стресс-эхокардиографии по сравнению с другими методами диагностики ишемической болезни сердца.

Главный недостаток стресс-эхокардиографии — в ее относительной «субъективности», т. е. значительной зависимости результатов от квалификации исследователей, как тех, кто регистрирует изображения, так и тех, кто интерпретирует их.

Другой недостаток стресс-эхокардиографии по сравнению со сцинтиграфией миокарда с таллием-201 состоит в том, что при стресс-эхокардиографии оценивается не перфузия миокарда, а вторичные проявления патологии коронарных артерий, выражающиеся в нарушениях его сократимости при нагрузке.

По данным разных исследователей чувствительность метода колеблется от 75% до 95%, специфичность — от 80% до 90%. Предсказательная способность стресс-эхокардиографии, как и любого другого диагностического метода, зависит от распространенности заболевания среди исследуемой группы пациентов [192, 215, 217]. Результаты стресс-эхокардиографии совпадают с результатами сцинтиграфии миокарда с таллием-201 с нагрузкой в 85—95% случаев. Диагностическая аккуратность стресс-эхокардиографии практически не зависит от вида нагрузочной пробы, применяемой для индуцирования ишемии миокарда. Относительно невелика ценность метода для предсказания количества пораженных коронарных артерий.

Кроме диагностики ишемической болезни сердца, стресс-эхокардиография может с успехом использоваться для определения прогноза после перенесенного инфаркта миокарда [199, 214] и эффективности операции аорто-коронарного шунтирования [219] или баллонной ангиопластики [194]. Отрицательный результат теста (даже ложно-отрицательный) сопряжен с достоверно лучшим прогнозом, чем положительный [216].

Стресс-эхокардиография еще не стала рутинным методом, который применялся бы первым среди неинвазивных тестов для диагностики ишемической болезни сердца. Это исследование назначают главным образом пациентам, у которых стандартные нагрузочные электрокардиографические пробы не могут быть проведены, дали сомнительный результат или не доведены до диагностических критериев. Стресс-эхокардиография также рекомендуется пациентам с безболевой депрессией сегмента ST при нагрузке. Наконец, известно, что после проведения коронарной ангиографии остается неясной функциональная значимость поражений коронарных артерий; в этих случаях стресс-эхокардиография может помочь определить гемодинамические эффекты стенозов. На схеме 15.1 приведен алгоритм для выбора тактики ведения больных со стенокардией напряжения 1—3 функционального класса и пациентов с болями в грудной клетке невыясненного генеза.

Схема 15-1. Место стресс-эхокардиографии среди методов диагностики ишемической болезни сердца. Child J.S., Use of echocardiography for patient management in chronic ischemic heart disease. Circulation, 84(3 Suppl): 66—71, 1991

Стресс-допплер-эхокардиография

Допплеровское исследование еще больше расширяет спектр диагностических возможностей стресс-эхокардиографии. Применение допплеровских методов во время нагрузочных проб позволяет определить изменения глобальной систолической и диастолической функции левого желудочка при нагрузке. Сами по себе эти изменения обладают низкой специфичностью для диагностики ишемической болезни сердца, но могут служить дополнительным признаком преходящей ишемии миокарда в тех случаях, когда при двумерном исследовании во время нагрузки не удается получить хорошее изображение левого желудочка [200, 202].

Наиболее распространенный метод изучения глобальной систолической функции левого желудочка при физической нагрузке — это исследование параметров аортального кровотока в постоянно-волновом допплеровском режиме [193, 195, 196, 206, 208]. Оно проводится из супрастернального доступа; кровоток в восходящем отделе аорты регистрируют на каждой ступени нагрузки. Основными параметрами глобальной систолической функции левого желудочка служат максимальная скорость и максимальное ускорение аортального кровотока, сердечный выброс. У здоровых людей численные значения этих параметров возрастают на каждой ступени нагрузки, тогда как у пациентов с тяжелым, многососудистым поражением коронарных артерий прирост их замедлен. Появление при нагрузке митральной регургитации, регистрируемой с помощью цветного допплеровского сканирования, тоже свидетельствует в пользу многососудистого поражения коронарных артерий [221].

Диастолическая функция левого желудочка тоже страдает от преходящей ишемии миокарда. Для оценки изменений можно исследовать трансмитральный кровоток после прекращения физической нагрузки, в постстимуляционном периоде (при использовании электростимуляции сердца в качестве нагрузочной пробы) или во время проведения фармакологических проб.

Стресс-допплер-эхокардиография используется не только в диагностике ишемической болезни сердца. При гипертрофической кардиомиопатии допплеровское исследование кровотока в выносящем тракте левого желудочка позволяет выявить его латентную обструкцию. Но, пожалуй, самым важным применением допплеровского исследования при нагрузке является неинвазивное измерение систолического давления в легочной артерии [197, 198].

Для неинвазивного измерения систолического давления в легочной артерии при физической нагрузке, как и в покое, проводится исследование транстрикуспидального кровотока в постоянно-волновом режиме (рис. 15.3). Регистрацию трикуспидальной регургитации существенно облегчает контрастирование правых отделов сердца. В Лаборатории эхокардиографии UCSF стресс-допплер-эхокардиография стала рутинным методом; она проводится, главным образом, в тех случаях, когда необходимо объяснить происхождение одышки, возникающей при физической нагрузке. Считаем нужным коротко изложить методику этого исследования.

A

B

Рисунок 15.3. Стресс-допплер-эхокардиографическое определение влияния физической нагрузки на систолическое давление в легочной артерии: регистрация трикуспидальной регургитации в постоянно-волновом режиме в покое (А) и на максимуме физической нагрузки (В). Для усиления допплеровских сигналов внутривенно введен физиологический раствор, содержащий пузырьки воздуха. Давление в правом предсердии в данном случае было принято равным 5 мм рт. ст., так как нижняя полая вена адекватно реагировала на фазы дыхания. Давление в легочной артерии в покое: 4 × 2,25^2 + 5 = 20 мм рт. ст.; на максимуме нагрузке: 4 × 3,50^2 + 5 = 54 мм рт. ст.

Для проведения велоэргометрической пробы больной ложится на спину на специально сконструированную кушетку, которую наклоняют приблизительно на 30°, чтобы облегчить визуализацию сердца из апикального доступа. Нагрузку ступенчато увеличивают на 33 Вт каждые 3 минуты. На каждой ступени нагрузки в течение 2 минут регистрируют локальную сократимость левого желудочка, кровоток в выносящем тракте левого желудочка и трансмитральный кровоток; в течение 3-й минуты регистрируют трикуспидальную регургитацию в постоянно-волновом допплеровском режиме. Для усиления сигнала трикуспидальной регургитации внутривенно через катетер вводят 4—6 мл физиологического раствора, содержащего пузырьки воздуха. Критерии прекращения пробы — стандартные для велоэргометрии.

В норме давление в легочной артерии в ответ на нагрузку постепенно повышается, но не более чем до 50 мм рт. ст. на максимуме нагрузки. У больных с хроническими заболеваниями легких быстрое увеличение систолического давления в легочной артерии выше 50 мм рт. ст. — ранний признак формирующегося легочного сердца. Аналогичный ответ давления в легочной артерии на нагрузку наблюдается при левожелудочковой недостаточности и при декомпенсации клапанных пороков сердца.

Глава 16. Чреспищеводная эхокардиография

Трансторакальная эхокардиография, безусловно, достигла больших успехов. Однако в ряде случаев ее проведению мешают акустические препятствия на пути ультразвукового луча, которые локализуются вне сердца (ребра, легкие, мышцы, подкожно-жировая клетчатка) или в самом сердце (протезированные клапаны, кальциноз). Кроме того, при трансторакальном исследовании взрослых для достижения нужной проникающей способности ультразвука приходится применять датчики с частотой 2,5—3,5 МГц, что ограничивает разрешающую способность метода. Использование чреспищеводного ультразвукового доступа позволяет преодолеть все эти трудности: пищевод непосредственно прилежит к левому предсердию (расположенному кпереди от пищевода) и нисходящему отделу аорты (расположенному кзади от пищевода). Поэтому чреспищеводная эхокардиография получает все большее клиническое применение для распознавания опухолей и тромбов в предсердиях, патологии протезированных клапанов, бактериального эндокардита, болезней аорты, врожденных пороков сердца, а также для интраоперационного мониторинга функции левого желудочка. Разумеется, чреспищеводное исследование не так легко выполнимо технически, как трансторакальное; чреспищеводное исследование имеет уже полуинвазивный характер. Поэтому его проведению всегда должно предшествовать тщательное трансторакальное исследование.

Оборудование

Первый чреспищеводный датчик был разработан Frazin с соавт. в 1976 году и позволял проводить только М-модальное исследование. Современное оборудование позволяет исследовать сердце в двумерном режиме, импульсном и (с недавнего времени) постоянно-волновом допплеровском режиме, а также проводить цветное сканирование; сейчас на смену одноплоскостному [monoplane] датчику приходят двухплоскостные [biplane]. Оборудование, необходимое для проведения чреспищеводной эхокардиографии, включает стандартный эхокардиограф (с программным обеспечением для чреспищеводного исследования), эндоскоп (без световой оптики) и прикрепленный к нему ультразвуковой датчик (датчики). Датчики генерируют ультразвук частотой 5,0—7,5 МГц. Толщина стандартного эндоскопа вместе с датчиком — 9—11 мм, длина 60—100 см, датчик содержит 48—64 кристаллических элемента (появляются датчики со 128 кристаллическими элементами). На поверхность эндоскопа нанесены отметки, позволяющие определять глубину, на которую введен датчик. С помощью двух ручек управления можно поворачивать конец эндоскопа вправо-влево (внешняя ручка) и сгибать-разгибать его (внутренняя ручка) для оптимальной визуализации отдельных структур сердца. Угол сканирования датчика — 90°. Двухплоскостные датчики позволяют производить исследование в горизонтальной и сагитальной плоскостях, но их датчики содержат вдвое меньшее число кристаллических элементов, что несколько ухудшает разрешающую способность. Большинство эндоскопов снабжены дополнительно термочувствительными датчиками для защиты пищевода от повреждения; при повышении температуры в пищеводе выше 42°С они автоматически отключаются (это иногда создает помехи при исследовании лихорадящих больных). Кроме того, большинство эндоскопов имеют ограниченные возможности сгибания-разгибания.

Техника проведения исследования

Подготовка к исследованию. Относительными противопоказаниями к исследованию являются заболевания пищевода: злокачественные новообразования, дивертикул пищевода, фистулы, стриктуры, варикозное расширение вен пищевода, эзофагит при системной склеродермии, кровотечение из верхней части желудочно-кишечного тракта. В течение 4—6 часов перед исследованием пациент должен голодать. Съемные зубные протезы и назогастральные зонды для кормления должны быть удалены. Следует установить катетер в периферическую вену. Наготове должно быть оборудование для ингаляции кислорода, удаления слюны, измерения артериального давления и стандартный реанимационный набор. Мониторное отведение электрокардиограммы регистрируется на протяжении всего исследования.

Профилактика бактериального эндокардита. В разных лабораториях этот вопрос решается по-разному. Эндоскопические процедуры не сопровождаются бактериемией, если не производится биопсия. Тем не менее, некоторые исследователи рекомендуют внутривенное назначение антибиотиков пациентам, имеющим высокий риск развития бактериального эндокардита (например, при протезированных клапанах сердца или комбинированных врожденных пороках сердца). Американская кардиологическая ассоциация относит чреспищеводную эхокардиографию к числу процедур, связанных с низким риском бактериального эндокардита и не требующих его профилактики. По-видимому, можно ограничиться назначением пероральных антибиотиков широкого спектра действия в случаях высокого риска бактериального эндокардита.

Премедикация. Перед исследованием внутривенно вводят транквилизаторы (например, диазепам от 2 до 5 мг) и иногда наркотические анальгетики: последние улучшают переносимость процедуры, но потенциально опасны при заболеваниях легких, и потому их следует назначать с осторожностью. Также с осторожностью нужно назначать антихолинергические препараты (атропин 0,2—0,5 мг внутривенно) для уменьшения секреции слюны.

Интубация пищевода. Для уменьшения рвотного рефлекса производят поверхностную анестезию глотки (аэрозоль лидокаина 10%). Следует помнить о том, что избыточное количество лидокаина может провоцировать желудочковые аритмии. При интубации пищевода пациента лежит на левом боку. Датчики на конце эндоскопа смазывают гелем для ультразвуковых исследований. Во избежание повреждения эндоскопа зубами, на него надевают загубник. Двумя пальцами левой руки врач придерживает язык пациента, правой рукой медленно продвигает эндоскоп в глотку до появления препятствия на его пути (приблизительно на глубине 10 см). Затем пациент должен сделать глоток, и эндоскоп почти беспрепятственно вводится в пищевод. В случаях, когда возникают затруднения с интубацией пищевода, в процедуре должен участвовать анестезиолог.

Общее время нахождения эндоскопа в пищеводе обычно не превышает 15—20 минут. Все исследование должно регистрироваться на видеопленку от начала до конца. Усиление ультразвукового сигнала устанавливают таким образом, чтобы в полостях сердца были в небольшом количестве видны артефакты. Нельзя поддаваться искушению получать более «красивые» изображения и устанавливать слишком низкий уровень усиления: при этом можно пропустить, например, эффект «псевдоконтрастирования» (рис. 17.12) или не определить истинные границы эндокарда.

Осложнения. При гастроскопии вероятность перфорации пищевода считается равной 1:3000. При чреспищеводной эхокардиографии она еще меньше, так как исследованию не подвергают пациентов с какой-либо патологией пищевода. К другим осложнениям чреспищеводной эхокардиографии относятся: предсердные и желудочковые нарушения ритма сердца, вагусные сосудистые реакции, гипоксемия. При назначении седативных препаратов не исключена их индивидуальная непереносимость.

Эхокардиографические позиции

Чреспищеводное эхокардиографическое исследование начинается с введения эндоскопа с обращенным кпереди датчиком в пищевод на глубину 25—30 см от края зубов. В результате датчик оказывается позади левого предсердия. Смена эхокардиографических позиций производится путем незначительных изменений глубины введения датчика (при исследовании в горизонтальной плоскости) и вращения его влево-вправо (при исследовании в вертикальной плоскости). Сканирование в горизонтальной (поперечной) плоскости проводят из следующих позиций [228, 230, 232, 245—247]:

1. Поперечная короткая ось на уровне основания сердца (рис. 16.1). В этой позиции видны створки аортального клапана, корень аорты, проксимальная часть восходящей аорты, верхняя полая вена, проксимальная часть ствола легочной артерии, ушко левого предсердия, легочные вены и проксимальные сегменты коронарных артерий.

Рисунок 16.1. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости: поперечная короткая ось на уровне основания сердца. LA — левое предсердие, L — левая коронарная створка аортального клапана, R — правая коронарная створка аортального клапана, N — некоронарная створка аортального клапана, RA — правое предсердие, PA — ствол легочной артерии, RV — правый желудочек.

2. Продвижение эндоскопа на 1—2 см позволяет визуализировать выносящий тракт левого желудочка (рис. 16.2) по длинной оси, левое предсердие, левый желудочек и митральный клапан.

Рисунок 16.2. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости: позиция длинной оси выносящего тракта левого желудочка. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, RA — правое предсердие, LVOT — выносящий тракт левого желудочка.

3. Разгибание конца эндоскопа (отклонение датчика кзади) позволяет получить 4-камерную позицию (рис. 16.3): правый и левый желудочки, правое и левое предсердия, межжелудочковую и межпредсердную перегородки, митральный и трехстворчатый клапаны.

Рисунок 16.3. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости: позиция четырехкамерного сердца. Эта позиция напоминает перевернутую апикальную позицию четырехкамерного сердца. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, RA — правое предсердие, RV — правый желудочек.

4. Продвинув эндоскоп глубже, в желудок, можно получить трансгастральную короткую ось левого желудочка (рис. 16.4).

Рисунок 16.4. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости: трансгастральная короткая ось левого желудочка. Из этой позиции производится интраоперационный мониторинг локальной и глобальной сократимости левого желудочка. Ближайшая к датчику стенка левого желудочка — задняя, слева на изображении — межжелудочковая перегородка, внизу — передняя стенка левого желудочка, справа — боковая стенка левого желудочка. IMPM — задне-медиальная папиллярная мышца, ALPM — передне-латеральная папиллярная мышца.

5. Поворот эндоскопа на 180°. позволяет визуализировать, по мере извлечения эндоскопа, нисходящий отдел аорты, дугу аорты, восходящий отдел аорты (рис. 16.5) в их поперечном сечении. Левая главная и промежуточная ветви бронхов нередко закрывают часть восходящего отдела аорты и ствол легочной артерии.

Рисунок 16.5. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости: нисходящий отдел аорты (dAo) в его поперечном сечении.

Применение двухплоскостного датчика позволяет получать сечения сердца в вертикальной (сагитальной) плоскости. Это дает возможность исследовать сердце из следующих позиций:

1. Вертикальная короткая ось на уровне основания сердца (рис. 16.6): видны правое и левое предсердия, нижняя и верхняя полые вены.

Рисунок 16.6. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование в вертикальной плоскости: вертикальная короткая ось на уровне основания сердца. LA — левое предсердие, RA — правое предсердие, IVC — нижняя полая вена, SVC — верхняя полая вена.

2. Двухкамерная позиция из наддиафрагмального доступа (рис. 16.7): видны левый желудочек и левое предсердие, верхняя правая и верхняя левая легочные вены.

Рисунок 16.7. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование в вертикальной плоскости: вертикальная двухкамерная позиция. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек.

3. Трансгастральная длинная ось левого желудочка (рис. 16.8): видны левое предсердие и левый желудочек с «усеченной» верхушкой.

Рисунок 16.8. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование в вертикальной плоскости: трансгастральная длинная ось левого желудочка. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек.

Амбулаторная чреспищеводная эхокардиография

Протезированные клапаны сердца

Среди показаний к проведению чреспищеводного эхокардиографического исследования исследование функции протезированных клапанов сердца занимает первое место [150, 161, 168, 169, 250]. Механические протезы дают выраженную акустическую тень, поэтому при трансторакальном исследовании механический протез в митральной позиции препятствует изучению левого предсердия и митральной регургитации, а протезированный аортальный клапан — задней стенки корня аорты. Чреспищеводное исследование позволяет визуализировать структуры сердца со стороны левого предсердия и потому широко применяется для изучения протезированных клапанов, особенно митрального клапана. Для выявления митральной регургитации, дифференциальной диагностики околоклапанной и трансклапанной регургитации, распознавания бактериального эндокардита протезированных клапанов и его осложнений чувствительность цветного допплеровского сканирования при чреспищеводной эхокардиографии приближается к 100%. По опыту Лаборатории эхокардиографии UCSF примерно у половины пациентов с протезированными клапанами чреспищеводная эхокардиография становится источником новых данных (по сравнению с трансторакальным исследованием), существенных для дальнейшего лечения.

Тромбоз предсердий

Появление тромбоза левого предсердия связано с дилатацией предсердия, наблюдаемой при многих заболеваниях. Тромбоз левого предсердия, по данным разных исследователей, встречается в 10—25% случаев ревматического поражения митрального клапана. Распознавание тромбоза левого предсердия необходимо перед проведением оперативного лечения митрального порока сердца, баллонной вальвулопластики, восстановления синусового ритма. Назначение курса антикоагулянтов на 2—3 недели перед кардиоверсией существенно уменьшает риск тромбоэмболии.

Имеются противоречивые сведения о том, какова чувствительность трансторакальной эхокардиографии для выявления тромбоза левого предсердия. Тромбы левого предсердия чаще всего находятся в его ушке; их очень трудно визуализировать при трансторакальном исследовании. Поскольку тромбоз левого предсердия сопряжен с высоким риском эмболических осложнений, нужно пользоваться более надежным методом выявления тромбов. Чреспищеводная эхокардиография в последние годы стала методом выбора для диагностики тромбоза левого предсердия [233]. Безвоздушное пространство между датчиком и левым предсердием, а также возможность использовать датчик с частотой ультразвука 5,0—7,5 МГц обеспечивают разрешающую способность, достаточную для распознавания тромбов любых размеров и любой локализации (рис. 16.9, 16.10). Кроме того, при чреспищеводной эхокардиографии можно выявить эффект псевдоконтрастирования полости левого предсердия, который нередко обнаруживается при митральном стенозе, мерцательной аритмии, низком сердечном выбросе (рис. 16.10). Этиология этого эффекта до конца не ясна, по-видимому, он связан с замедленным движением эритроцитов, тромбоцитов или комплексов тромбоцитов с нейтрофилами. Однако установлено, что пациенты, у которых обнаруживается псевдоконтрастирование, имеют высокий риск тромбоэмболических осложнений.

Рисунок 16.9. Тромбоз левого предсердия у пациентки с митральным стенозом: чреспищеводное исследование, поперечная короткая ось на уровне основания сердца. Визуализируются два тромба: в полости левого предсердия и в его ушке. LA — левое предсердие, LAA — ушко левого предсердия, LV — левый желудочек, Ao — корень аорты, t — тромб.

Рисунок 16.10. Тромб и спонтанное контрастирование в полости левого предсердия у пациентки с митральным стенозом: чреспищеводное исследование, позиция четырехкамерного сердца. Эхогенность крови в левом предсердии выше чем в других камерах сердца, при исследовании в реальном времени можно наблюдать перемещение по предсердию мельчайших эхо-позитивных структур — это эффект спонтанного контрастирования. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, RA — правое предсердие, RV — правый желудочек, t — тромб.

Тромбоз правого предсердия тоже распознается при чреспищеводной эхокардиографии с большой точностью. Проведение чреспищеводной эхокардиографии рекомендуется для определения источника тромбоэмболий легочной артерии. Большинство тромбов попадают в правое предсердие из вен нижних конечностей, но возможно их образование в правом предсердии in situ и на поверхности катетеров.

У пациентов с массивной тромбоэмболией легочной артерии при чреспищеводном эхокардиографическом исследовании могут быть выявлены тромбы в стволе легочной артерии и ее ветвях (рис. 16.11).

Рисунок 16.11. Тромбоэмболия легочной артерии: чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости, датчик расположен высоко (базально) в пищеводе. Визуализируется тромб (стрелка) в правой легочной артерии. LA — левое предсердие, RPA — правая легочная артерия, SVC — верхняя полая вена.

Опухоли сердца

Со времени своего появления чреспищеводная эхокардиография применяется для распознавания опухолей сердца [240]. Из-за опасности эмболических осложнений, обструкции кровотока или злокачественности опухоли сердца в подавляющем большинстве случаев удаляют хирургическим путем. Трансторакальное исследование позволяет надежно диагностировать гемодинамические изменения, вызванные опухолями сердца, но иногда оно недостаточно информативно для определения структуры опухоли и места ее прикрепления. Рис. 16.12, 16.13, 16.14 иллюстрируют возможности использования чреспищеводной эхокардиографии для распознавания миксом.

Рисунок 16.12. Миксома левого предсердия: чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости в позиции четырехкамерного сердца. Широким основанием опухоль прикрепляется к межпредсердной перегородке. Миксома практически не кальцифицирована и очень мобильна. Такой тип миксом часто сопровождается эмболическими осложнениями. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, RA — правое предсердие, Myx — миксома.

A

B

Рисунок 16.13. Миксома левого предсердия: трансторакальное эхокардиографическое исследование из парастернального (А) и апикального доступов (В). Создается впечатление, что миксома прикрепляется к митральному клапану. Ao — восходящий отдел аорты, LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, RA — правое предсердие, RV — правый желудочек, Myx — миксома.

Рисунок 16.14. Миксома левого предсердия у той же больной, что на рис. 16.13: чреспищеводное исследование, позиция четырехкамерного сердца. Видна узкая полоска, отделяющая опухоль от передней створки митрального клапана. Опухоль прикрепляется к межпредсердной перегородке и имеет яркую эхо-структуру (ярче, чем все мягкие ткани), что свидетельствует о содержании в ней большого количества кальция. Яркая эхо-структура и прикрепление к межпредсердной перегородке — характерные признаки миксом. Наличие пространства, отделяющего опухоль от митрального клапана, позволили определить объем операции и провести ее из субкостального хирургического доступа, используя косметический разрез. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, MV — митральный клапан, RA — правое предсердие, RV — правый желудочек, Myx — миксома.

Бактериальный эндокардит

Как уже указывалось в гл. 8, 9, при трансторакальном эхокардиографическом исследовании практически невозможно выявить вегетации размером менее 5 мм. В целом, трансторакальное исследование выявляет вегетации лишь в 50—60% случаев обнаружения их при патолого-анатомическом исследовании или во время операции. Распознавание вегетаций имеет важное диагностическое и прогностическое значение. Так, вегетации на митральном клапане размером более 10 мм, создают более высокий риск эмболических осложнений, чем вегетации меньших размеров. Кроме распознавания вегетаций (рис. 16.15, 16.16, 16.17, 16.18), чреспищеводная эхокардиография при бактериальном эндокардите позволяет диагностировать абсцесс клапанного кольца (рис. 16.19), перфорацию створки, внутрисердечную фистулу.

Рисунок 16.15. Бактериальный эндокардит: чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости; позиция выносящего тракта левого желудочка по длинной оси. Вегетации на всех трех створках аортального клапана, пролабирующие в выносящий тракт левого желудочка. LA — левое предсердие, LVOT — выносящий тракт левого желудочка, RV — правый желудочек.

Рисунок 16.16. Бактериальный эндокардит: чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости; позиция выносящего тракта левого желудочка по длинной оси. Вегетации на обеих створках митрального клапана. «Свежие» вегетации имеют нежную эхо-структуру. Вегетации всегда прикрепляются с предсердной стороны створок митрального клапана. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, Ao — корень аорты, veg — вегетации.

Рисунок 16.17. Бактериальный эндокардит: вегетации на трехстворчатом клапане. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости, эндоскоп повернут по часовой стрелке для оптимальной визуализации правых отделов сердца. На предсердной стороне трехстворчатого клапана обнаружены плотные подвижные структуры — вегетации (стрелка). RA — правое предсердие, RV — правый желудочек, PE — небольшой выпот в полости перикарда.

Рисунок 16.18. Бактериальный эндокардит: вегетации на клапане легочной артерии. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование в вертикальной плоскости, модифицированная позиция двухкамерного сердца. На клапане легочной артерии — массивные вегетации (стрелка), пролабирующие в выносящий тракт правого желудочка. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, RV — правый желудочек, PA — ствол легочной артерии.

Рисунок 16.19. Осложнение бактериального эндокардита: абсцесс корня аорты. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости: позиция выносящего тракта левого желудочка по длинной оси. Поражен весь корень аорты, что практически лишает возможности протезировать аортальный клапан. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, AoV — аортальный клапан, RA — правое предсердие.

Чреспищеводная эхокардиография высоко чувствительна для диагностики бактериального эндокардита [237], но без учета клинических данных может оказаться относительно мало специфичной. Чисто эхокардиографическими способами довольно трудно дифференцировать свежие вегетации от старых, заживших. Трудно также отличить миксоматозную дегенерацию митрального клапана от бактериального эндокардита. Несмотря на эти ограничения, чреспищеводная эхокардиография в сочетании с клиническими данными и результатами бактериологического исследования крови — лучший способ диагностики бактериального эндокардита [248, 249].

Заключая изложение вопроса о диагностике образований (под термином «образования» имеются в виду опухоли, тромбы и вегетации) в полостях сердца, приведем перечень структур (табл. 28), которые ошибочно могут быть приняты за такие образования при чреспищеводном эхокардиографическом исследовании (рис. 16.20, 16.21, 16.22, 16.23, 16.24, 16.25).

Таблица 28. Сердечные структуры, которые ошибочно могут быть приняты за образования при чреспищеводном эхокардиографическом исследовании

Левое предсердие

Ткани, отделяющие легочные вены от ушка левого предсердия

Трабекуляции в ушке левого предсердия

Левая коронарная артерия

Аневризма межпредсердной перегородки

Рудиментарная «заслонка» овального окна

Правое предсердие

Сеть Хиари, евстахиев клапан (клапан нижней полой вены)

Рудиментарная заслонка sinus venosus

Ушко правого предсердия

Ткани, разделяющие коронарный синус и верхнюю полую вену

Накопление жировой ткани в межпредсердной перегородке (липоматоз)

Катетер или зонд-электрод

Левый желудочек

Папиллярные мышцы

Ложные хорды

Трабекуляции

Аортальный клапан

Узелки в месте смыкания створок клапана (узелки Арентиуса)

Митральный клапан

Нормальные или удлиненные хорды

Неровные края (зубцы) створок клапана

Протезированные клапаны

Шовный материал клапанного кольца

Рисунок 16.20. Нормальные структуры сердца, которые ошибочно могут быть приняты за образования при чреспищеводном эхокардиографическом исследовании: перегородка (стрелка), отделяющая легочные вены от ушка левого предсердия. В ушке левого предсердия хорошо визуализируются трабекуляции, которые ошибочно могут быть приняты за тромбы. Поперечная короткая ось основания сердца, эндоскоп повернут против часовой стрелки для оптимальной визуализации ушка левого предсердия. LA — левое предсердие, LAA — ушко левого предсердия, LUPV — левая верхняя легочная вена.

Рисунок 16.21. Нормальные структуры сердца, которые ошибочно могут быть приняты за образования при чреспищеводном эхокардиографическом исследовании: перегородка (стрелки), отделяющая легочные вены от ушка левого предсердия. Поперечная короткая ось основания сердца. LA — левое предсердие, LAA — ушко левого предсердия, Ao — корень аорты, LCA — ствол левой коронарной артерии.

Рисунок 16.22. Нормальные структуры сердца, которые ошибочно могут быть приняты за образования при чреспищеводном эхокардиографическом исследовании: зубцы створок клапана, левая огибающая коронарная артерия (стрелки). Вертикальная двухкамерная позиция. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, LAA — ушко левого предсердия, circ — левая огибающая коронарная артерия.

Рисунок 16.23. Нормальные структуры сердца, которые ошибочно могут быть приняты за образования при чреспищеводном эхокардиографическом исследовании: рудиментарная заслонка венозного синуса (в правом предсердии), рудиментарная заслонка овального окна (в левом предсердии). Поперечная короткая ось основания сердца, эндоскоп повернут по часовой стрелке для оптимальной визуализации перегородки и правого предсердия. LA — левое предсердие, RA — правое предсердие.

Рисунок 16.24. Липоматоз межпредсердной перегородки: накопление жировой ткани в межпредсердной перегородке в виде «гантелей» (стрелки). Поперечная позиция четырехкамерного сердца, эндоскоп повернут по часовой стрелке для оптимальной визуализации межпредсердной перегородки. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, RA — правое предсердие, RV — правый желудочек.

Рисунок 16.25. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование пересаженного сердца: место соединения предсердий донора и реципиента (стрелка). Поперечная позиция четырехкамерного сердца. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, RA — правое предсердие, RV — правый желудочек, PE — небольшой выпот в полости перикарда.

Митральная регургитация

Чреспищеводная эхокардиография позволяет с высокой разрешающей способностью визуализировать митральный клапан со стороны левого предсердия. Допплеровское чреспищеводное исследование, особенно цветное сканирование, — надежный метод диагностики митральной регургитации: акустическая тень от протезированного клапана или кальцинированного митрального кольца не мешает в этом случае исследованию (рис. 17.4, 17.12, 17.13, 17.14, 17.15).

В последнее время все протезирование митрального клапана все больше уступает место реконструктивным операциям. Самыми частыми показаниями к их проведению служат миксоматозная дегенерация и молотящая створка клапана. Чреспищеводная эхокардиография с большой точностью диагностирует эту патологию и позволяет определить этиологию митральной недостаточности на сокращающемся сердце перед хирургическим вмешательством. Интраоперационное определение адекватности оперативного лечения по поводу митральной недостаточности стало одной из областей рутинного применения чреспищеводной эхокардиографии. По нашему мнению, каждая операция на клапанах сердца должна сопровождаться эхокардиографическим контролем ее эффективности сразу после отключения искусственного кровообращения и восстановления самостоятельного кровообращения. При обнаружении средней или тяжелой клапанной регургитации можно возобновить искусственное кровообращение и произвести повторную реконструкцию клапана или его протезирование.

Расслаивающая аневризма аорты

Чреспищеводная эхокардиография служит надежным методом распознавания как острой, так и хронической расслаивающей аневризмы аорты [225, 236]. Основной диагностический признак расслаивающей аневризмы аорты — отслойка участка интимы с образованием истинного и ложного каналов (рис. 16.26). С помощью цветного сканирования можно выявить место отслойки интимы и затекания крови в ложный канал, дилатацию аорты и аортальную регургитацию. Двухплоскостные датчики позволяют визуализировать аорту в продольном сечении на большом протяжении. Чреспищеводная эхокардиография обладает большей чувствительностью для диагностики расслаивающей аневризмы аорты (более 90%), чем рентгеноконтрастная ангиография и по своей диагностической ценности не уступает компьютерной томографии. При подозрении на расслаивающую аневризму аорты чреспищеводная эхокардиография выполняется непосредственно у постели больного, что может сэкономить время в экстренной ситуации [222]. Несмотря на полуинвазивный характер исследования, чреспищеводная эхокардиография хорошо переносится такими пациентами, особенно при назначении более высоких, чем обычно, доз седативных препаратов, предотвращающих гипертоническую реакцию на интубацию пищевода.

A

B

Рисунок 16.26. Проксимальная расслаивающая аневризма аорты: чреспищеводное эхокардиографическое исследование дуги аорты (А) и восходящего отдела аорты (В) в поперечной плоскости. Участок отслоившейся интимы обозначен стрелкой. Ложный и истинный каналы распознаны с помощью цветного допплеровского сканирования. F — ложный канал, Т — истинный канал.

При исследовании аорты также следует обращать внимание на строение ее стенки и атеросклеротические бляшки. На рис. 16.27 приведены изображения атеросклеротических бляшек, обнаруженных при чреспищеводном эхокардиографическом исследовании.

A

B

Рисунок 16.27. Атеросклеротические бляшки в нисходящем отделе (А) и в дуге аорты (В). Чреспищеводное эхокардиографическое исследование аорты в поперечной плоскости. PLAQUE — атеросклеротическая бляшка.

Врожденные пороки сердца

Чреспищеводное исследование в ряде случаев может стать важным дополнением к трансторакальной эхокардиографии в диагностике врожденных пороков сердца. Чреспищеводную эхокардиографию можно проводить не только у взрослых, но и у детей: для исследования детей младше 7 лет разработаны специальные эндоскопы (диаметром 7 мм). Двумерное чреспищеводное исследование позволяет хорошо визуализировать дефекты межпредсердной и межжелудочковой перегородки, а контрастное исследование и цветное сканирование — определить гемодинамическую значимость внутрисердечного шунтирования крови. Чреспищеводная эхокардиография является методом выбора для дифференциальной диагностики дефектов межпредсердной перегородки типа sinus venosus и ostium secundum. С помощью чреспищеводного исследования хорошо диагностируется коарктация аорты.

Интраоперационная чреспищеводная эхокардиография при врожденных пороках сердца [179] имеет преимущества перед эпикардиальной эхокардиографией: она не заставляет прерывать операцию и позволяет непрерывно следить за функцией левого желудочка, а также контролировать закрытие дефектов межпредсердной и межжелудочковой перегородки [185]. Мониторинг функции левого желудочка особенно важен при оперативном лечении коарктации аорты: дилатация левого желудочка и ухудшение его глобальной сократимости требуют срочного вмешательства в ход операции.

Чреспищеводная эхокардиография в блоке интенсивной терапии

Все большее распространение получает применение чреспищеводной эхокардиографии в кардиологических блоках интенсивной терапии и реанимационных терапевтических и хирургических отделениях. Чреспищеводная эхокардиография эффективно заменяет трансторакальное исследование в ситуациях, когда последнее затруднено или невозможно [241, 243].

Контроль эффективности лечения тяжелых кардиологических больных часто основан на измерении давления заклинивания легочной артерии как эквивалента конечно-диастолического давления левого желудочка. По этому показателю судят об уровне преднагрузки на левый желудочек, иными словами, о конечно-диастолическом объеме левого желудочка. Однако известно, что при резких изменениях податливости левого желудочка, конечно-диастолическое давление в нем может достигать высоких цифр при нормальном или даже пониженном объеме. Это несоответствие давления объему особенно ярко проявляется после применения искусственного кровообращения. В такой ситуации ориентация на давление заклинивания легочной артерии может привести к неверным клиническим решениям. С помощью чреспищеводной эхокардиографии удается гораздо полнее и точнее исследовать функцию сердца.

Кроме того, чреспищеводная эхокардиография позволяет быстро диагностировать осложнения инфаркта миокарда: разрывы миокарда, митральную регургитацию.

Интраоперационная чреспищеводная эхокардиография

Чреспищеводная эхокардиография нашла широкое применение для мониторинга локальной сократимости левого желудочка и функции сердца во время кардиохирургических и других вмешательств [226, 234, 239, 244, 251]. Особенно важна ее роль при высоком риске оперативного лечения из-за: сопутствующей патологии, преклонного возраста пациентов, ишемической болезни сердца, исходно нарушенной глобальной сократимости левого желудочка или заболеваний периферических артерий. Интраоперационная чреспищеводная эхокардиография гораздо чувствительнее для распознавания ишемии или инфаркта миокарда, чем изучение давления заклинивания легочной артерии или изменений сегмента ST электрокардиограммы. Все большее число анестезиологов осваивают чреспищеводную эхокардиографию. Непосредственно во время операции качественно оценивают изменения сократимости левого желудочка на уровне папиллярных мышц из трансгастрального доступа (рис. 16.28). В отличие от клинической практики, большинство научных исследований, посвященных интраоперационному применению чреспищеводной эхокардиографии, основано на изучении видеозаписей. Все исследователи согласны в том, что интраоперационная эхокардиография имеет высокую специфичность (около 90%) для выявления ишемии миокарда, но чувствительность метода колеблется между 46% и 100%. Ограничения метода связаны с тем, что левый желудочек исследуется только по короткой оси, поэтому в срез не попадают верхушечные сегменты, и нельзя оценить движение основания сердца. Кроме того, быстрое распознавание новых нарушений локальной сократимости может быть затруднено из-за наличия сегментов с исходно нарушенной сократимостью или глобальной систолической дисфункцией левого желудочка. Преодолеть эти трудности помогут двухплоскостные датчики, цифровая эхокардиография и методы автоматизированной количественной оценки сократимости.

Рисунок 16.28. Интраоперационный мониторинг функции левого желудочка: чреспищеводное исследование перед включением (PRE) и после отключения искусственного кровообращения (POST). Слева — трансгастральная короткая ось левого желудочка (в поперечной плоскости); справа — трансгастральная длинная ось левого желудочка (в вертикальной плоскости).

Интраоперационная чреспищеводная эхокардиография позволяет изучать не только сократимость левого желудочка, но и его объемы. Выше мы говорили о важности определения конечно-диастолического объема левого желудочка и о ненадежности такого показателя, как давление заклинивания легочной артерии, для выбора лечебной тактики. Интраоперационное эхокардиографическое исследование диастолических размеров левого желудочка по его короткой оси обнаруживает изменения преднагрузки с такой высокой чувствительностью, что на этой основе можно корректировать введение жидкости и вазоактивных препаратов.

Цветные рисунки

Рисунок 17.1. Парастернальная короткая ось аортального клапана: цветное допплеровское исследование кровотока в легочной артерии при открытом артериальном протоке. Кровоток, направленный из нисходящей аорты через открытый артериальный проток в легочную артерию, имеет пестрый вид и накладывается на нормальный антероградный кровоток в легочной артерии, который окрашен в синий цвет. При цветном допплеровском сканировании кровотоку, направленному от датчика, присваивается синий цвет, а направленному к датчику, — красный. Кровоток, скорость которого превышает предел Найквиста (в данном случае этот предел равен 0,69 м/с), имеет пеструю окраску. MPA — ствол легочной артерии, PDA — открытый артериальный проток.

Рисунок 17.2. Апикальная позиция четырехкамерного сердца: цветное допплеровское исследование раннего диастолического наполнения левого желудочка. Регистрируется однонаправленное движение крови в легочных венах, левом предсердии и левом желудочке в сторону верхушки сердца. LV — левый желудочек, LA — левое предсердие, RV — правый желудочек, RA — правое предсердие, RSPV — правая верхняя легочная вена.

Рисунок 17.3. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости, систола. Исследование в двумерном режиме (А) и цветное допплеровское сканирование (В). Молотящая задняя створка митрального клапана целиком пролабирует в полость левого предсердия, что приводит к несмыканию створок (стрелка). При цветном допплеровском сканировании выявляется эксцентрическая струя митральной регургитации, направленная в сторону межпредсердной перегородки и циркулярно распространяющаяся по всему предсердию. LV — левый желудочек, LA — левое предсердие, Ao — корень аорты, aML — передняя створка митрального клапана, pML — задняя створка митрального клапана.

Рисунок 17.4. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной (горизонтальной) (Т) и продольной (вертикальной) (L) плоскостях. Митральная регургитация, степень тяжести ее — от небольшой до умеренно выраженной. Митральная регургитация имеет небольшой диаметр на уровне створок митрального клапана (у места формирования струи) и не достигает стенки левого предсердия. LV — левый желудочек, LA — левое предсердие, MR — митральная регургитация.

Рисунки 17.5 и 17.6. Цветное допплеровское исследование коронарного кровотока. От ствола левой коронарной артерии отходят левая огибающая (на изображении вверху) и передняя нисходящая артерии (на изображении внизу). Ao — восходящая аорта.

Рисунок 17.7. Кальциноз левой огибающей артерии, диагностированный при чреспищеводном эхокардиографическом исследовании и подтвержденный компьютерной томографией с контрастированием. Слева в центре: чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости на уровне основания сердца, двумерное и цветное допплеровское исследования. Кальциноз и неровность просвета левой огибающей артерии у места ее отхождения от ствола левой коронарной артерии. Справа: компьютерная томограмма (изображение ориентировано иначе, чем при чреспищеводном исследовании). Данные компьютерной томографии подтверждают эхокардиографические находки. Ao — проксимальный отдел восходящей аорты, Do — нисходящий отдел аорты, LA — левое предсердие, LM — ствол левой коронарной артерии, LCx — левая огибающая артерия, PA — легочная артерия, PV — легочные вены, SVC — верхняя полая вена.

Рисунок 17.8. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости, цветное допплеровское сканирование. Небольшой дефект межпредсердной перегородки, образовавшийся в результате транссептальной катетеризации сердца. Узкая полоска синего цвета соответствует небольшому по объему шунтированию крови из левого предсердия в правое. LA — левое предсердие, LV — левый желудочек, RA — правое предсердие, RV — правый желудочек, ASD — дефект межпредсердной перегородки.

Рисунок 17.9. Апикальная позиция четырехкамерного сердца. Цветное допплеровское исследование, систола. Митральная и трикуспидальная недостаточность небольшой степени выраженности. Спектр регургитирующих потоков имеет пеструю окраску, так как скорость этих потоков превышает предел Найквиста, вызывая искажение допплеровского спектра. Оба регургитирующих потока имеют очень небольшой диаметр на уровне створок атриовентрикулярных клапанов, не достигают противоположной стенки предсердий и занимают менее 20% площади предсердий — эти признаки характеризуют регургитацию небольшой степени выраженности.

Рисунок 17.10. Апикальная позиция четырехкамерного сердца. Цветное допплеровское исследование, систола. Умеренно выраженная митральная недостаточность. По сравнению с предыдущим примером диаметр струи на уровне створок митрального клапана больше, поток достигает противоположной (верхней) стенки левого предсердия, занимает большую площадь в предсердии, отмечается ускоренный кровоток (искажение спектра) над створками митрального клапана — эти признаки характеризуют умеренно выраженную митральную регургитацию.

Рисунок 17.11. Апикальная позиция четырехкамерного сердца. Цветное допплеровское исследование, систола. Тяжелая митральная недостаточность. Струя имеет большой диаметр на уровне створок митрального клапана, поток достигает противоположной стенки левого предсердия, занимает практически все левое предсердие и заходит в легочные вены — эти признаки характеризуют тяжелую митральную регургитацию.

Рисунок 17.12. Ревматический митральный порок сердца, значительное увеличение левого предсердия («гигантское» левое предсердие): чреспищеводное эхокардиографическое исследование в поперечной плоскости в позиции четырехкамерного сердца. Слева: правильно установленный уровень усиления ультразвукового сигнала позволяет выявить эффект спонтанного контрастирования (псевдоконтрастирования) в левом предсердии. В центре: небольшое уменьшение уровня усиления ультразвукового сигнала приводит к тому, что спонтанное контрастирование на изображении не регистрируется. Справа: незначительно выраженная митральная регургитация. При умеренно выраженной или тяжелой митральной регургитации эффект спонтанного конрастирования отсутствует. LV — левый желудочек, LA — левое предсердие, RV — правый желудочек, RA — правое предсердие.

Рисунок 17.13. Дисковый протез в митральной позиции: чреспищеводное эхокардиографическое исследование в вертикальной плоскости. Две струи трансклапанной митральной регургитации. Выраженность митральной регургитации соответствует нормальному функционированию дискового протеза. LV — левый желудочек, LA — левое предсердие.

Рисунок 17.14. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование: околоклапанная митральная регургитация (стрелки) высокой степени выраженности, связанная со смещением клапанного кольца механического протеза. LA — левое предсердие.

Рисунок 17.15. Чреспищеводное эхокардиографическое исследование при тяжелой митральной недостаточности. Слева: исследование в двумерном режиме. Видно гигантских размеров ушко левого предсердия. Справа: цветное допплеровское сканирование. Струя митральной регургитации проникает в ушко левого предсердия; это — признак тяжелой митральной регургитации. LA — левое предсердие, Арр — ушко левого предсердия, Ao — корень аорты, RVOT — выносящий тракт правого желудочка.

Рисунок 17.16. Аортальная регургитация, степень выраженности — от небольшой до умеренной. Цветное допплеровское исследование из парастернальной позиции длинной оси левого желудочка. Пестрый регургитирующий поток начинается на уровне смыкания створок аортального клапана. LV — левый желудочек, LA — левое предсердие, RV — правый желудочек, Ao — восходящий отдел аорты, AR — аортальная регургитация.

Рисунок 17.17. Аортальная регургитация небольшой степени выраженности. Цветное допплеровское исследование из апикальной пятикамерной позиции. Регургитирующая струя имеет пеструю окраску и смешивается с диастолическим трансмитральным кровотоком, окрашенным в красный цвет.

Приложение. Эхокардиографическое заключение

Каждое эхокардиографическое исследование заканчивается написанием заключения. Это заключение должно отвечать нескольким требованиям: 1) полно и точно отражать результаты исследования; 2) содержать термины, понятные для врача, не владеющего эхокардиографией; 3) содержать унифицированные формулировки для стандартизации заключений и хранения их в компьютерном банке данных лаборатории.

Для того, чтобы эхокардиографическое заключение удовлетворяло всем этим требованиям, нужны наборы стандартных формулировок для его составления. В Лаборатории эхокардиографии UCSF такой набор формулировок был создан. По мере развития эхокардиографической техники он пополнялся новыми формулировками и в настоящее время может использоваться для написания заключения по результатам обследования, включающего М- модальное, двумерное, все виды допплеровского, чреспищеводное и стресс-эхокардиографическое исследования.

Ниже приводится несколько измененный набор стандартных формулировок Лаборатории эхокардиографии UCSF.

5.10 Вид исследования:

.1 М-модальное исследование

.2 двумерное исследование

.3 двумерное исследование с контрастированием правых отделов сердца

.4 импульсное допплеровское исследование

.5 постоянно-волновое допплеровское исследование

.6 цветное допплеровское сканирование

.7 чреспищеводное эхокардиографическое исследование

.8 стресс-эхокардиография

5.20 Исследование проводилось

.1 в лаборатории эхокардиографии

.2 у постели больного

.3 в операционной

5.30 Интраоперационное чреспищеводное эхокардиографическое исследование перед включением искусственного кровообращения

5.40 Интраоперационное чреспищеводное эхокардиографическое исследование после отключения искусственного кровообращения

Левый желудочек

10.10 Нарушений структуры и функции левого желудочка не выявлено

10.20 Размеры полости левого желудочка — в пределах нормы

10.30 Глобальная сократимость левого желудочка нормальная (фракция выброса — около 60%)

10.40 Гипертрофии левого желудочка (увеличения его массы выше нормальных значений) не выявлено

10.50 Утолщения стенок левого желудочка (более 1,1 см в диастолу) не выявлено

10.60 Глобальная сократимость левого желудочка увеличена (фракция выброса — более 60%)

.1 Это свидетельствует о возможном медикаментозном эффекте или повышении метаболизма (например, при лихорадке, тиреотоксикозе)

10.70 Глобальная сократимость левого желудочка

.1 снижена, фракция выброса — … %

.2 находится на нижней границе нормы (фракция выброса — около 55%)

.3 резко снижена, фракция выброса — менее 20%

10.80 Для расчета объемов левого желудочка использовался алгоритм

.1 «площадь-длина» в двухкамерной позиции

.2 «площадь-длина» в четырехкамерной позиции

.3 Simpson для двух- и четырехкамерной позиций

.4 … [дополняется текстом в произвольной форме]

10.90 Конечно-диастолический объем левого желудочка — … мл

10.100 Индекс конечно-диастолического объема левого желудочка — … мл/м^2

10.120 Масса миокарда левого желудочка — … г

10.130 Индекс массы миокарда левого желудочка — … г/м^2

10.150 Увеличение отношения конечно-диастолического объема к массе миокарда левого желудочка более 1,1 мл/г свидетельствует о том, что гипертрофия левого желудочка не может компенсировать увеличение его объема

10.160 Ударный объем левого желудочка, вычисленный на основании данных

.1 планиметрического измерения объемов,

.2 допплеровского исследования кровотока в выносящем тракте левого желудочка,

.3 … [дополняется текстом в произвольной форме], равен … мл

10.170 Минутный объем кровотока, вычисленный на основании данных

.1 планиметрического измерения объемов,

.2 допплеровского исследования кровотока в выносящем тракте левого желудочка,

.3 … [дополняется текстом в произвольной форме], равен … л/мин

10.180 Сердечный индекс, вычисленный на основании данных

.1 планиметрического измерения объемов,

.2 допплеровского исследования кровотока в выносящем тракте левого желудочка,

.3 … [дополняется текстом в произвольной форме], равен … л/мин/м^2

10.190 Значение dP/dt (показатель глобальной сократимости левого желудочка), вычисленное по форме допплеровского спектра митральной регургитации при исследовании в постоянно-волновом режиме, составляет … мм рт. ст./с

10.200 В полости левого желудочка визуализируется дополнительная хорда

10.210 Гипертрофия левого желудочка

.1 концентрическая

.2 асимметрическая

.3 эксцентрическая

.1 небольшой степени выраженности, толщина стенок 1,2—1,4 см

.2 умеренно выраженная, толщина стенок 1,4—1,6 см

.3 выраженная, толщина стенок 1,6—2,0 см

.4 высокой степени выраженности, толщина стенок превышает 2,0 см

10.220 Хотя утолщения стенок дилатированного левого желудочка не выявлено (средняя толщина миокарда — менее 1,1 см), увеличение массы миокарда левого желудочка позволяет говорить о его гипертрофии

10.230 Систолическая облитерация полости левого желудочка

10.240 Левый желудочек

.1 незначительно дилатирован

.2 умеренно дилатирован

.3 значительно дилатирован

.4 уменьшен

.5 уменьшен, что свидетельствует о гиповолемии

.6 уменьшен, что свидетельствует об уменьшенной преднагрузке

10.250 Можно предполагать застойную (дилатационную) кардиомиопатию в связи с

.1 диффузной гипокинезией и дилатацией левого желудочка

.2 диффузной гипокинезией и дилатацией левого желудочка при нормальной толщине его стенок

.3 диффузной гипокинезией и дилатацией левого желудочка при нормальной толщине его стенок, увеличением левого предсердия

.4 дилатацией всех камер сердца, что свидетельствует о вовлечении в патологический процесс правого желудочка

10.260 Нарушение глобальной сократимости левого желудочка вызвано, по-видимому,

.1 первичным поражением миокарда

.2 ишемической болезнью сердца

.3 длительным гипердинамическим состоянием

.4 декомпенсированным пороком сердца

.5 … [дополняется текстом в произвольной форме]

10.270 Сферическая форма дилатированного левого желудочка указывает на давний, далеко зашедший патологический процесс.

10.280 Дилатация обоих желудочков

.1 и обоих предсердий

10.290 При М-модальном исследовании обнаружены признаки снижения ударного объема левого желудочка, которые могут быть связаны со сниженной глобальной сократимостью левого желудочка:

.1 увеличение расстояния от Е-пика движения передней створки митрального клапана до межжелудочковой перегородки (более 5 мм)

.2 уменьшение амплитуды движения корня аорты (менее 7 мм)

.3 уменьшение раскрытия неизмененных створок аортального клапана

.4 уменьшение раскрытия неизмененных створок митрального клапана

10.300 Обнаружены признаки диастолической дисфункции левого желудочка (снижение податливости левого желудочка):

.1 преобладание наполнения левого желудочка во время предсердной систолы над ранним диастолическим наполнением при допплеровском исследовании трансмитрального кровотока

.2 уменьшение амплитуды раннего диастолического движения корня аорты

.3 уменьшение амплитуды раннего диастолического открытия митрального клапана

.4 увеличение левого предсердия

10.310 При допплеровском исследовании трансмитрального кровотока обнаружено

.1 нормальное соотношение между ранним диастолическим наполнением левого желудочка и предсердной систолой

.2 преобладание наполнения левого желудочка во время предсердной систолы над ранним диастолическим наполнением. Этот тип трансмитрального кровотока свидетельствует о снижении податливости левого желудочка и о нормальном конечно-диастолическом давлении в левом желудочке

.3 преобладание наполнения левого желудочка во время предсердной систолы над ранним диастолическим наполнением. Учитывая пожилой возраст пациента, это — вариант нормы

.4 значительное преобладание раннего диастолического наполнения, резкий спад скорости раннего диастолического наполнения и укорочение времени изоволюметрического расслабления левого желудочка. Это — изменения рестриктивного характера, свидетельствующие о повышении давления в левом предсердии (диастолического давления в левом желудочке)

10.320 Гипертрофическая кардиомиопатия

.1 с обструкцией выносящего тракта левого желудочка в покое

.2 с латентной обструкцией выносящего тракта левого желудочка, выявляемой при

.1 проведении пробы Вальсальвы

.2 ингаляции амилнитрита

.3 физической нагрузке

.3 без обструкции выносящего тракта левого желудочка

10.330 Постоянно-волновое допплеровское исследование, проведенное при пробе

.1 Вальсальвы

.2 с ингаляцией амилнитрита

.3 с физической нагрузкой не выявило обструкции выносящего тракта левого желудочка

10.340 Максимальный внутрижелудочковый градиент давления, определяемый при допплеровском исследовании в постоянно-волновом режиме, равен … мм рт. ст.

10.350 Асимметрическая гипертрофия левого желудочка. Локализация максимально гипертрофированного участка миокарда

.1 типичная, это

.1 базальные сегменты межжелудочковой перегородки

.2 базальные сегменты межжелудочковой перегородки и соседние с ними сегменты передней стенки

.2 атипичная, это

.1 верхушка

.2 задняя стенка

.3 боковая стенка

.4 правый желудочек

10.360 Межжелудочковая перегородка имеет сигмовидную форму. Учитывая пожилой возраст пациента, это вариант нормы

10.370 Парадоксальное движение межжелудочковой перегородки, связанное с

.1 блокадой левой ножки пучка Гиса

.2 синдромом предвозбуждения желудочков

.3 констриктивным перикардитом

.4 объемной перегрузкой правого желудочка

.5 электростимуляцией правого желудочка

10.380 Асинхронное сокращение-расслабление левого желудочка, характерное для синдрома предвозбуждения. Участок, возбуждающийся раньше других, локализуется в

.1 передней стенке левого желудочка

.2 межжелудочковой перегородке

.3 задней стенке левого желудочка

.4 боковой стенке левого желудочка

.5 правом желудочке

10.390 Рестриктивная кардиомиопатия заподозрена на основании обнаружения нормальных размеров левого желудочка, увеличенного левого предсердия и

.1 нормальной

.2 незначительно сниженной

.3 умеренно сниженной

.4 резко сниженной глобальной сократимости левого желудочка

10.400 Предполагается связь рестриктивных изменений левого желудочка с сахарным диабетом

10.410 Повышенная эхогенность миокарда левого желудочка позволяет заподозрить инфильтративное поражение сердца, например амилоидоз

10.420 Эхо-структура верхушки левого желудочка соответствует, по-видимому, выраженной трабекуляции. Однако нельзя полностью исключить тромбоз верхушки левого желудочка

Ишемическая болезнь сердца

15.10 Нарушений локальной сократимости левого желудочка не выявлено

15.20 Изменения локальной сократимости левого желудочка с большой вероятностью говорят о наличии у пациента ишемической болезни сердца

15.30 В анамнезе — операция аорто-коронарного шунтирования

15.40 Локальная сократимость левого желудочка характеризуется

.1 гиперкинезией

.2 нормальной сократимостью

.3 гипокинезией

.4 акинезией

.5 дискинезей

.1 базального передне-перегородочного

.2 базального переднего

.3 базального передне-бокового

.4 базального задне-бокового

.5 базального заднего

.6 базального задне-перегородочного

.7 среднего передне-перегородочного

.8 среднего переднего

.9 среднего передне-бокового

.10 среднего задне-бокового

.11 среднего заднего

.12 среднего задне-перегородочного

.13 передне-верхушечного

.14 верхушечного бокового

.15 верхушечного заднего

.16 перегородочно-верхушечного

сегментов левого желудочка

15.50 Учитывая данные клиники, обнаруженные нарушения локальной сократимости левого желудочка

.1 связаны с инфарктом миокарда указанной локализации

.2 связаны с ишемией или инфарктом миокарда указанной локализации

.3 связаны с преходящей ишемией миокарда указанной локализации

.4 являются проявлением гибернирующего миокарда (жизнеспособного миокарда, находящегося под действием постоянной ишемии)

.5 связаны с поражением миокарда неишемического генеза

15.60 Индекс нарушения локальной сократимости левого желудочка — … (0 — гиперкинезия, 1 — нормальная сократимость сегмента, 2 — гипокинезия, 3 — акинезия, 4 — дискинезия)

15.70 В связи с тем, что сократимость указанных сегментов улучшилась

.1 после приема нитроглицерина,

.2 на фоне введения добутамина,

.3 спонтанно во время исследования,

диагностирована преходящая ишемия миокарда этих сегментов

15.80 Аневризмы левого желудочка не выявлено

15.90 Истончение стенки и более яркая эхо-структура сегментов с нарушенной сократимостью свидетельствуют о рубцовых изменениях левого желудочка указанной локализации.

15.100 Аневризма левого желудочка

.1 небольших

.2 средних

.3 больших размеров

.1 верхушечной

.2 задней

.3 боковой

локализации диагностирована в связи с обнаружением диастолической деформации левого желудочка указанной локализации

15.110 Исследование верхушки левого желудочка дает основания думать об операции иссечения аневризмы в анамнезе

15.120 Диффузная гипокинезия левого желудочка, особенно выраженная в его

.1 верхушечных сегментах

.2 базальных сегментах

15.130 Наличие региональной акинезии и диффузной гипокинезии левого желудочка дает основания думать об ишемической кардиомиопатии

15.140 В большинстве случаев нарушения локальной сократимости левого желудочка являются проявлением ишемической болезни сердца, однако нельзя полностью исключить первичное поражение миокарда, типа идиопатической дилатационной кардиомиопатии или миокардита

15.150 Разрыв миокарда левого желудочка

.1 задне-перегородочной локализации

.2 передне-перегородочной локализации

.3 передней стенки левого желудочка

.4 задней стенки левого желудочка

15.160 Псевдоаневризма

.1 задней стенки левого желудочка

.2 передней стенки левого желудочка

.3 верхушки левого желудочка

15.170 Дисфункция или разрыв

.1 передне-латеральной папиллярной мышцы

.2 задне-медиальной папиллярной мышцы

с появлением молотящей (болтающейся)

.1 задней

.2 передней

створки митрального клапана и тяжелой митральной недостаточности

15.180 Дефект межжелудочковой перегородки, образовавшийся в результате ее разрыва. Объем шунта из левого желудочка в правый представляется

.1 небольшим

.2 средним

.3 большим

15.190 Дефект межжелудочковой перегородки, образовавшийся в результате ее разрыва. Максимальный градиент давления между левым и правым желудочком, определяемый при постоянно-волновом допплеровском исследовании, равен … мм рт. ст.

Коронарные артерии

20.10 Проксимальные отделы

.1 левой коронарной артерии

.2 правой коронарной артерии

не изменены

20.20 Аневризматическое расширение

.1 ствола левой коронарной артерии,

.2 проксимального отдела правой коронарной артерии,

позволяющее заподозрить

.1 болезнь Кавасаки

.2 врожденный порок сердца — фистулу между коронарной артерией и одной из камер сердца или легочной артерией

20.30 Признаки стенозирующего поражения ствола левой коронарной артерии

20.40 При чреспищеводном эхокардиографическом исследовании выявлены признаки кальциноза

.1 ствола левой коронарной артерии

.2 передней нисходящей левой коронарной артерии

.3 левой огибающей коронарной артерии

.4 правой коронарной артерии

Правый желудочек

25.10 Нарушений структуры и функции правого желудочка не выявлено

25.20 Размеры полости правого желудочка — в пределах нормы

25.30 Глобальная сократимость правого желудочка нормальная

25.40 Гипертрофии правого желудочка (утолщения его свободной стенки более 5 мм) не выявлено

25.50 Правый желудочек дилатирован

.1 незначительно

.2 умеренно

.3 значительно

и

.1 занимает верхушку сердца

.2 делит верхушку сердца с левым желудочком

25.60 Правый желудочек уменьшен в размерах

.1 из-за гиповолемии

.2 из-за уменьшения преднагрузки

.3 из-за нарушения его кровенаполнения

25.70 Глобальная сократимость правого желудочка снижена

.1 незначительно

.2 умеренно

.3 значительно

25.80 Учитывая клинические данные, увеличение правого желудочка и правого предсердия при нормальных размерах левых отделов сердца свидетельствует о

.1 формирующемся легочном сердце

.2 сформировавшемся легочном сердце

25.90 Гипертрофия правого желудочка. Толщина свободной стенки правого желудочка составляет … см

25.100 Выявлены нарушения локальной сократимости правого желудочка, указывающие на инфаркт миокарда его

.1 задней стенки

.2 передней стенки

.3 верхушки

25.110 Инфаркт миокарда правого желудочка с формированием аневризмы

25.120 Хотя выраженных нарушений локальной сократимости правого желудочка не выявлено, но обнаружение

.1 дилатации правого желудочка

.2 расширения нижней полой вены

.3 уменьшения амплитуды движения основания правого желудочка

с большой вероятностью говорит об инфаркте миокарда правого желудочка

25.130 Катетер или зонд-электрод

.1 визуализируется в области верхушки правого желудочка

.2 визуализируется в полости правого желудочка

.3 не визуализируется

25.140 Признаки перфорации правого желудочка

.1 не обнаружены

.2 обнаружены

25.150 Учитывая наличие пароксизмальной желудочковой тахикардии и семейный анамнез пациента, обнаружение

.1 изолированной дилатации правого желудочка

.2 аневризмы свободной стенки правого желудочка

.3 гиперплазии модераторного пучка с множественными его прикреплениями к свободной стенке желудочка

дает основания предполагать аритмогенную дисплазию правого желудочка

Предсердия

30.10 При исследовании

.1 левого предсердия

.2 правого предсердия

.3 предсердий

патологических изменений не выявлено

30.20 Максимальный (конечно-систолический) объем левого предсердия — … мл

30.30 Для расчета конечно-систолического объема левого предсердия использовался алгоритм

.1 «площадь-длина» в апикальной двухкамерной позиции

.2 «площадь-длина» в апикальной четырехкамерной позиции

.3 Simpson для двух- и четырехкамерной позиций

30.50 Левое предсердие

.1 не увеличено

.2 незначительно увеличено

.3 умеренно увеличено

.4 значительно увеличено (конечно-систолический объем — более 100 мл)

.5 достигает гигантских размеров (конечно-систолический объем — более 300 мл)

.6 уменьшено (объем — менее 20 мл)

30.60 Максимальный объем правого предсердия — … мл

30.70 Правое предсердие

.1 не увеличено

.2 незначительно увеличено

.3 умеренно увеличено

.4 значительно увеличено (конечно-систолический объем — более 100 мл)

.5 достигает гигантских размеров (конечно-систолический объем — более 300 мл)

.6 уменьшено (объем — менее 20 мл)

30.80 Увеличение обоих предсердий

30.90 Тромбоз

.1 левого предсердия

.2 правого предсердия

.1 не обнаружен

.2 не обнаружен, но не может быть исключен

.3 присутствует с большой вероятностью

.4 диагностирован

30.100 Визуализируется клапан нижней полой вены (евстахиев клапан)

30.110 Зонд-электрод или катетер визуализируется в правом предсердии

30.120 Межпредсердная перегородка обращена выпуклостью в сторону левого предсердия, что свидетельствует о значительном повышении давления в правом предсердии

30.130 Парадоксальное движение межпредсердной перегородки свидетельствует о выравнивании давлений в предсердиях

30.140 Незаращение овального окна обнаружено при контрастировании правых отделов сердца. Это состояние встречается у 20—30% здоровых людей, но может приводить к парадоксальной эмболии

30.150 Увеличение обоих предсердий, типичное для пересаженного сердца

30.160 Расширение коронарного синуса, выраженное

.1 незначительно

.2 умеренно

.3 в большой степени. Значительная дилатация коронарного синуса часто вызвана сбросом в него крови из верхней полой вены

Вены

35.10 Нижняя полая вена нормальных размеров и нормально реагирует на фазы дыхания. Это дает основания считать, что давление в правом предсердии нормальное и не превышает 5 мм рт. ст.

35.20 Печеночные вены не расширены

35.30 Уменьшение диаметра нижней полой вены, свидетельствующее о гиповолемии

35.40 Нижняя полая вена расширена, коллабирует после глубокого вдоха менее чем на 50%. Это дает основания считать, что давление в правом предсердии составляет приблизительно … мм рт. ст.

35.50 При исследовании нижней полой и печеночных вен обнаружены признаки недостаточности трехстворчатого клапана:

.1 систолическая пульсация нижней полой вены,

.2 попадание пузырьков воздуха при контрастировании правых отделов сердца

.1 в нижнюю полую вену

.2 в нижнюю полую и печеночные вены

.3 обратный систолический кровоток

.1 в нижней полой вене

.2 в нижней полой и печеночных венах

35.60 Оценка давления в правом предсердии затруднена из-за того, что нижняя полая вена нормальных размеров, но неадекватно реагирует на фазы дыхания

30.70 Допплеровское исследование кровотока в легочных венах:

.1 кровоток не изменен

.2 обратный систолический кровоток в легочных венах свидетельствует о тяжелой митральной недостаточности

.3 преобладание диастолического кровотока над систолическим указывает на повышение давления в левом предсердии

Митральный клапан

40.10 Патологии структуры и функции митрального клапана не выявлено

40.20 Митральный клапан не изменен

40.30 Патологические изменения митрального клапана связаны с

.1 пролапсом митрального клапана

.2 ревматическим поражением клапана

.3 разрывом хорд

.4 бактериальным эндокардитом

.5 марантическим (кахектическим) эндокардитом

.6 кальцинозом митрального кольца

.7 волчаночным эндокардитом (эндокардитом Либмана—Сакса)

.8 врожденной патологией клапана

.9 карциноидным синдромом

.10 миксомой

.11 механической травмой

.12 неспецифическими изменениями створок клапана

.13 … [дополняется текстом в произвольной форме]

40.40 В анамнезе

.1 операция митральной комиссуротомии

.2 реконструктивная операция на митральном клапане

40.50 Митральный стеноз. Площадь митрального отверстия — … см^2

40.60 Митральный стеноз. Степень тяжести порока определяется как

.1 незначительная (площадь митрального отверстия превышает 2,0 см^2)

.2 небольшая (площадь митрального отверстия — 1,6—2,0 см^2)

.3 умеренная (площадь митрального отверстия — 1,1—1,5 см^2)

.4 высокая (площадь митрального отверстия — 0,8—1,0 см^2)

.5 критическая (площадь митрального отверстия менее 0,8 см^2)

Это суждение основано на

.1 качественной оценке площади митрального отверстия

.2 на результатах планиметрического измерения площади митрального отверстия

.3 на результатах допплеровского исследования трансмитрального кровотока

.4 на результатах планиметрического измерения митрального отверстия и допплеровского исследования трансмитрального кровотока

40.70 Возможный эффект от проведения баллонной ангиопластики митрального стеноза у данного пациента оценивается как

.1 благоприятный

.2 умеренный

.3 неблагоприятный

40.80 Сочетанное поражение митрального клапана (стеноз и недостаточность)

40.90 Утолщение створок митрального клапана, выраженное

.1 незначительно

.2 умеренно

.3 в высокой степени

и распространяющееся

.1 на обе створки

.2 главным образом на переднюю створку клапана

.3 главным образом на заднюю створку клапана

40.100 Подвижность базальной и средней части створок митрального клапана

.1 не нарушена

.2 умеренно снижена

.3 значительно снижена

40.110 Подклапанное укорочение хорд

40.120 Куполообразное диастолическое выбухание передней створки митрального клапана

40.130 Кальциноз митрального кольца, выраженный

.1 незначительно

.2 умеренно

.3 в высокой степени

.4 в высокой степени и приведший к формированию митрального стеноза неревматической этиологии

40.140 Эхо-признаки кальциноза

.1 кончика задне-медиальной папиллярной мышцы

.2 кончика передне-латеральной папиллярной мышцы

.3 кончиков обеих папиллярных мышц

40.150 Митральная регургитация

.1 незначительная, функциональная и не имеет клинического значения

.2 небольшой степени выраженности (1-й степени)

.3 от небольшой до умеренно выраженной (2-й степени)

.4 умеренно выраженная (3-й степени)

.5 от умеренно выраженной до тяжелой (3—4-й степени)

.6 тяжелая (4-й степени)

.7 не обнаружена

.8 обнаружена, но степень ее выраженности не установлена

.9 степень ее выраженности не установлена, но тяжелая митральная недостаточность исключена на основании того, что кровоток раннего диастолического наполнения левого желудочка имеет невысокую скорость

.10 степень ее выраженности не установлена, но обнаруженный ускоренный кровоток раннего диастолического наполнения левого желудочка в отсутствие митрального стеноза свидетельствует о выраженной митральной недостаточности

40.160 Митральная регургитация диагностирована на основании

.1 косвенных находок при двумерном исследовании

.2 обнаружения ретроградного систолического трансмитрального кровотока при допплеровском исследовании

40.170 Митральная недостаточность; объем крови, возвращающейся в диастолу в левый желудочек, приблизительно составляет … % от общего ударного объема левого желудочка

40.180 Площадь, которую занимает струя митральной регургитации в левом предсердии при цветном допплеровском сканировании, составляет … % от площади левого предсердия

40.190 Степень выраженности митральной регургитации при трансторакальном исследовании не может быть точно определена из-за акустической тени, создаваемой

.1 протезированным митральным клапаном

.2 кальцинированным митральным кольцом

40.200 Пролапс митрального клапана

.1 не обнаружен

.2 не может быть исключен

.3 с большой вероятностью обнаружен

.4 диагностирован

.5 обнаружен, но в присутствии выпота в полости перикарда, эта находка может не иметь диагностического значения

40.210 Пролапс

.1 передней

.2 задней

.3 обеих

створок митрального клапана, выраженный

.1 незначительно

.2 умеренно

.3 в высокой степени

40.220 Характер утолщения створок митрального клапана позволяет предполагать миксоматозную дегенерацию митрального клапана

40.230 Передне-систолическое движение кончиков створок митрального клапана и соединений их с хордами,

.1 выраженное в минимальной степени

.2 заметно выраженное

40.240 Передне-систолическое движение

.1 передней створки

.2 задней створки

.3 обеих створок

митрального клапана. Эта находка

.1 по-видимому, обусловлена ускорением кровотока в выносящем тракте левого желудочка без его динамической обструкции

.2 ассоциируется с физиологической реакцией и связана с ускорением кровотока в выносящем тракте левого желудочка в условиях повышенного симпатического тонуса и гиповолемии

.3 ассоциируется с гипертрофической кардиомиопатией и динамической обструкцией выносящего тракта левого желудочка

40.250 Судя по продолжительности контакта створки (створок) митрального клапана с межжелудочковой перегородкой и/или по средне-систолическому прикрытию аортального клапана, выраженность обструкции выносящего тракта левого желудочка

.1 минимальная

.2 небольшая

.3 умеренная

.4 значительная

40.260 Бактериальный эндокардит с поражением митрального клапана

.1 не обнаружен

.2 не может быть исключен

.3 с большой вероятностью обнаружен

.4 диагностирован

40.270 Бактериальный эндокардит. Вегетации на

.1 передней створке

.2 задней створке

.3 обеих створках

митрального клапана. Размер вегетаций:

.1 небольшой (менее 5 мм)

.2 средний (6—10 мм)

.3 большой (более 10 мм)

40.280 Ультразвуковая характеристика образований на митральном клапане при М-модальном исследовании указывает на

.1 старый, кальцинированный процесс

.2 свежие вегетации

40.290 В связи с трудностью эхокардиографического распознавания вегетаций небольших размеров полностью исключить бактериальный эндокардит нельзя

40.300 Достоверные признаки бактериального эндокардита не обнаружены, но измененный митральный клапан с большой вероятностью служит мишенью для инфекции

40.310 Акустическая тень от протезированного митрального клапана не позволяет с уверенностью исключить наличие вегетаций

40.320 При М-модальном исследовании выявлена систолическая вибрация митрального клапана, что указывает на наличие вегетаций или разрыв створки

40.330 Разрыв хорд, проявляющийся молотящей

.1 передней

.2 задней

створкой митрального клапана

Аортальный клапан

45.10 Патологии структуры и функции аортального клапана не выявлено

45.20 Аортальный клапан не изменен

45.30 Аортальный стеноз; максимальный градиент давления через аортальный клапан незначителен (менее 10 мм рт. ст.)

45.40 Аортальный стеноз; максимальный градиент давления через аортальный клапан — … мм рт. ст.

45.50 Аортальный стеноз; средний систолический градиент давления через аортальный клапан — … мм рт. ст.

45.60 Аортальный стеноз; площадь отверстия аортального клапана составляет … см^2. Измерение основывалось на использовании

.1 модифицированного уравнения Горлина

.2 уравнения непрерывности потока

45.70 Аортальный стеноз; выраженность обструкции

.1 незначительная

.2 от незначительной до умеренной

.3 умеренная

.4 от умеренной до критической

.5 критическая

45.80 Этиология аортального стеноза

.1 не установлена

.2 врожденный порок сердца — двустворчатый аортальный клапан

.3 ревматическое поражение клапана

.4 неспецифические дегенеративные изменения клапана

.5 … [дополняется текстом в произвольной форме]

45.90 Утолщение, склерозирование створок аортального клапана без формирования аортального стеноза

45.100 Двустворчатый нестенозированный аортальный клапан

.1 не может быть исключен

.2 весьма вероятен

.3 диагностирован

45.110 Аортальная недостаточность

.1 не обнаружена

.2 не может быть исключена

.3 диагностирована по диастолическому дрожанию передней створки митрального клапана

.4 обнаружена при допплеровском исследовании

45.120 Аортальная недостаточность; выраженность ее

.1 небольшая (1-й степени)

.2 от небольшой до умеренной (2-й степени)

.3 умеренная (3-й степени)

.4 от умеренной до тяжелой (3—4-й степени)

.5 тяжелая (4-й степени)

.6 трудно определить

.7 трудно определить из-за снижения глобальной сократимости левого желудочка

.8 тяжелая. Остро развившаяся тяжелая аортальная недостаточность заподозрена из-за обнаружения раннего закрытия митрального клапана

45.130 Суждение о степени выраженности аортальной недостаточности основано на

.1 исследовании времени полуспада давления при постоянно-волновом допплеровском исследовании струи аортальной регургитации

.2 допплеровском исследования кровотока в нисходящем отделе аорты и в брюшной аорте

.3 измерении диаметра струи аортальной регургитации при цветном допплеровском сканировании

45.140 Аортальная недостаточность; объем крови, возвращающейся в диастолу в левый желудочек, приблизительно составляет … % от ударного объема левого желудочка

45.150 Этиология аортальной недостаточности

.1 не установлена

.2 врожденный порок сердца — двустворчатый аортальный клапан

.3 ревматическое поражение клапана

.4 неспецифические дегенеративные изменения клапана

.5 бактериальный эндокардит

.6 молотящая створка клапана вследствие бактериального эндокардита

.7 марантический (кахектический) эндокардит

.8 пролапс аортального клапана

.9 заболевание соединительной ткани

.10 патология корня аорты

.11 механическое повреждение протезированного аортального клапана

.12 околоклапанная регургитация

.13 дисфункция протезированного аортального клапана

.14 … [дополняется текстом в произвольной форме]

45.160 Сочетанное поражение аортального клапана — стеноз и недостаточность

45.170 Этиология сочетанного поражения аортального клапана

.1 не установлена

.2 врожденный порок сердца — двустворчатый аортальный клапан

.3 ревматическое поражение клапана

.4 неспецифические дегенеративные изменения клапана

.5 бактериальный эндокардит

.6 дисфункция протезированного аортального клапана

.7 … [дополняется текстом в произвольной форме]

45.180 Пролапс аортального клапана, пролабирование

.1 правой коронарной створки

.2 пролабирование левой коронарной створки

.3 некоронарной створки

45.190 Бактериальный эндокардит с поражением аортального клапана

.1 не обнаружен

.2 не может быть исключен

.3 весьма вероятен

.4 диагностирован

45.200 Вегетации на аортальном клапане обнаружены на

.1 левой коронарной створке

.2 правой коронарной створке

.3 некоронарной створке

Размер вегетаций:

.1 небольшой (менее 5 мм)

.2 средний (6—10 мм)

.3 большой (более 10 мм)

45.210 Ультразвуковая характеристика образований на аортальном клапане при М-модальном исследовании указывает на

.1 старый, кальцинированный процесс

.2 свежие вегетации

45.220 Выявлено диастолическое дрожание аортального клапана, что указывает на разрыв створки или наличие вегетаций на клапане

45.230 Образования на аортальном клапане пролабируют в выносящий тракт левого желудочка

45.240 Акустическая тень от протезированного аортального клапана не позволяет с уверенностью исключить наличие вегетаций

45.250 Достоверные признаки бактериального эндокардита не обнаружены, но измененный аортальный клапан с большой вероятностью служит мишенью для инфекции

45.260 Неспецифическое систолическое дрожание створок аортального клапана, ассоциирующееся с функциональным систолическим шумом и совпадающее с ним по времени

45.270 М-модальное исследование аортального клапана выявило

.1 неспецифическое систолическое дрожание створок аортального клапана, как правило, не имеющее диагностического значения

.2 раннее систолическое закрытие аортального клапана, указывающее на фиксированную подклапанную обструкцию

.3 средне-систолическое прикрытие аортального клапана, указывающее на динамическую обструкцию выносящего тракта левого желудочка

Корень, восходящий отдел, дуга и нисходящий отдел аорты, брюшная аорта

50.10 При исследовании

.1 корня аорты

.2 восходящего отдела аорты

.3 дуги аорты

.4 нисходящего отдела аорты

.5 брюшной аорты

патологии не выявлено

50.20 Увеличена амплитуда движения восходящего отдела и дуги аорты, возможно, из-за аортальной недостаточности или других причин, связанных с повышенным ударным объемом левого желудочка

50.30 Уплотнение и кальциноз корня аорты,

.1 выраженное минимально

.2 генерализованное

.3 представленное атеросклеротическими бляшками

.4 ограниченное аортальным кольцом

.5 ограниченное кольцом и комиссурами аортального клапана

50.40 Расширение корня аорты, наблюдаемое при врожденных заболеваниях соединительной ткани (например при синдроме Марфана) и выраженное

.1 в незначительной степени

.2 умеренно

.3 в высокой степени

50.50 Аневризматическое расширение

.1 корня и восходящего отдела аорты

.2 дуги аорты

.3 нисходящего отдела аорты

.4 брюшной аорты

.1 начальной степени

.2 умеренно выраженное

.3 высокой степени выраженности

50.60 Постстенотическое расширение аорты

50.70 Абсцесс корня аорты

.1 небольших

.2 больших

размеров,

.1 сопровождающийся внутрисердечным шунтированием крови или аортальной недостаточностью,

.2 не сопровождающийся внутрисердечным шунтированием крови или аортальной недостаточностью

50.80 Расслаивающая аневризма аорты

.1 не обнаружена

.2 не может быть исключена

.3 диагностирована

50.90 Расслаивающая аневризма аорты заподозрена в связи с

.1 обнаружением структуры, возможно, представляющей участок отслойки интимы

.2 обнаружением структуры, возможно, представляющей ложный канал, заполненный тромбом

.3 формой и локализацией дилатации аорты

50.100 Расслаивающая аневризма аорты, распространяющаяся на

.1 восходящий отдел аорты

.2 дугу аорты

.3 нисходящий отдела грудной аорты

.4 брюшную аорту

.5 корень аорты и сопровождающаяся

.1 аортальной недостаточностью

.2 выпотом в полости перикарда

.3 инфарктом миокарда

50.110 Аневризма

.1 правого

.2 левого

.3 некоронарного

синуса Вальсальвы

.1 небольших размеров

.2 средних размеров

.3 больших размеров

50.120 Плотные образования, представляющие атеросклеротические бляшки, обнаружены в

.1 восходящем отделе аорты

.2 дуге аорты

.3 нисходящем отделе аорты

.4 брюшной аорте

Трехстворчатый клапан

55.10 Патологии структуры и функции трехстворчатого клапана не выявлено

55.20 Трехстворчатый клапан не изменен

55.30 В анамнезе — реконструктивная операция на трехстворчатом клапане

55.40 Ревматическое поражение трехстворчатого клапана, которое гемодинамически характеризуется

.1 преобладанием стеноза

.2 преобладанием недостаточности

.3 сочетанным поражением клапана

55.50 Стеноз трехстворчатого клапана. Площадь отверстия клапана, определяемая при постоянно-волновом допплеровском исследовании диастолического транстрикуспидального кровотока, равна … кв. см

55.60 Трикуспидальная регургитация

.1 незначительная

.2 небольшой степени выраженности (1-й степени)

.3 от небольшой до умеренно выраженной (2-й степени)

.4 умеренно выраженная (3-й степени)

.5 от умеренно выраженной до тяжелой (3—4-й степени)

.6 тяжелая (4-й степени)

и

.1 связана с правожелудочковой недостаточностью

.2 связана с легочной гипертензией

.3 связана с клапанной патологией

.4 связана с наличием зонда-электрода в правом желудочке

.5 имеет функциональный характер

.6 … [дополняется текстом в произвольной форме]

55.70 Систолическое давление в легочной артерии, вычисленное как сумма систолического транстрикуспидального градиента давления и давления в правом предсердии, составляет … мм рт. ст.

55.80 Измерения максимальной скорости струи трикуспидальной регургитации проводились

.1 без внутривенного контрастирования правых отделов сердца

.2 во время внутривенного контрастирования правых отделов сердца

55.90 Изменения трехстворчатого клапана с большой вероятностью связаны с наличием карциноидного синдрома. Гемодинамически поражение трехстворчатого клапана характеризуется

.1 преобладанием стеноза

.2 преобладанием недостаточности

.3 сочетанным поражением клапана

55.100 Пролапс трехстворчатого клапана

55.110 Утолщение створок трехстворчатого клапана,

.1 имеющее неспецифический характер

.2 связанное с ревматическим поражением клапана

.3 связанное с их миксоматозной дегенерацией

.4 свидетельствующее о возможном наличии вегетаций на клапане

55.120 Бактериальный эндокардит с поражением трехстворчатого клапана

.1 не обнаружен

.2 не может быть исключен

.3 с большой вероятностью обнаружен

.4 диагностирован. Размер вегетаций:

.1 небольшой (менее 5 мм)

.2 средний (6—10 мм)

.3 большой (более 10 мм)

55.130 При М-модальном исследовании выявлена систолическая вибрация трехстворчатого клапана, что указывает на наличие вегетаций или разрыв створки

55.140 Достоверные признаки бактериального эндокардита не обнаружены, но измененный трехстворчатый клапан с большой вероятностью служит мишенью для инфекции

Клапан легочной артерии

60.10 Патологии структуры и функции клапана легочной артерии не выявлено

60.20 Клапан легочной артерии не изменен

60.30 Интеграл линейной скорости кровотока в легочной артерии равен … см. При нормальном сердечном выбросе, частоте сердечных сокращений и диаметре легочной артерии значение этого параметра — около 15 см

60.40 Ранний пик допплеровского спектра кровотока в легочной артерии, указывающий на легочную гипертензию

60.50 Стеноз клапана легочной артерии

.1 не обнаружен

.2 не может быть исключен

.3 с большой вероятностью обнаружен

.4 диагностирован при допплеровском исследовании

Обструкция

.1 минимально выраженная

.2 небольшой степени выраженности

.3 умеренно выраженная

.4 тяжелая

60.60 Стеноз клапана легочной артерии. Максимальный градиент давления через клапан легочной артерии составляет … мм рт. ст.

60.70 Изменения функции клапана легочной артерии

.1 врожденного характера

.2 связаны с карциноидным синдромом

.3 связаны с бактериальным эндокардитом

.4 связаны с легочной гипертензией

.5 … [дополняется текстом в произвольной форме]

60.80 Признаки легочной гипертензии обнаружены при М-модальном исследовании клапана легочной артерии (W-образная форма движения клапана)

60.90 Недостаточность клапана легочной артерии

.1 незначительная и имеет функциональный характер

.2 небольшой степени выраженности (1—2-й степени)

.3 умеренно выраженная (3-й степени)

.4 тяжелая (4-й степени)

60.100 Диастолическое давление в легочной артерии, вычисленное как сумма диастолического градиента давления через клапан легочной артерии и давления в правом предсердии, равно … мм рт. ст.

60.110 Бактериальный эндокардит с поражением клапана легочной артерии

.1 не обнаружен

.2 не может быть исключен

.3 весьма вероятен

.4 диагностирован. Размер вегетаций:

.1 небольшой (менее 5 мм)

.2 средний (6—10 мм)

.3 большой (более 10 мм)

60.120 Диагностика бактериального эндокардита основана на обнаружении

.1 подвижного образования на клапане легочной артерии

.2 диастолической вибрации клапана легочной артерии

.3 утолщения створок клапана легочной артерии

Легочная артерия

65.10 Ствол легочной артерии и ее ветви не изменены

65.20 Дилатация

.1 ствола легочной артерии,

.2 правой легочной артерии,

свидетельствующая о возможной перегрузке правого желудочка объемом или о легочной гипертензии

65.30 Постстенотическая дилатация легочной артерии

65.40 Периферический стеноз легочной артерии

65.50 Образование в легочной артерии, свидетельствующее о возможной массивной тромбоэмболии одной из главных ее ветвей

65.60 В легочной артерии визуализируется структура повышенной эхогенности, по-видимому, катетер

Тромбы и опухоли сердца

70.10 Тромбов и опухолей сердца не обнаружено

70.20 В

.1 левом предсердии

.2 ушке левого предсердия

.3 правом предсердии

.4 правом желудочке

.5 левом желудочке

.6 нижней полой вене

.7 легочной артерии

.8 брюшной аорте

.9 … [дополняется текстом в произвольной форме] обнаружено

.1 подвижное образование (образования)

.2 неподвижное образование (образования)

70.30 Это образование представляет собой

.1 тромб

.2 опухоль

.3 миксому, поскольку кальцинировано и прикреплено к межпредсердной перегородке

70.40 Диаметр образования равен …мм

70.50 Образование

.1 препятствует нормальному кровотоку

.2 не препятствует нормальному кровотоку

70.60 Обнаружен эффект псевдоконтрастирования (спонтанного контрастирования)

.1 полости левого желудочка

.2 полости аневризмы левого желудочка

.3 левого предсердия

.4 правого предсердия

.5 … [дополняется текстом в произвольной форме]

Этот эффект, по-видимому, обусловлен образованием агрегатов эритроцитов и ассоциируется с повышенным риском тромбоэмболий

Перикард

75.10 Выпота в полости перикарда не обнаружено

75.20 В анамнезе — перикардиотомия

75.30 Обнаруженное эхо-негативное пространство кпереди от правого желудочка, по-видимому, соответствует эпикардиальной жировой ткани

75.40 Обнаруживается небольшое эхо-негативное пространство, разделяющее висцеральный и париетальный листки перикарда. Это может быть накоплением нормальной серозной жидкости или небольшим, но патологическим выпотом в полости перикарда

75.50 Выпот в полости перикарда. Объем жидкости в полости перикарда

.1 небольшой (до 100 мл)

.2 средний (до 500 мл)

.3 большой (более 500 мл)

75.60 Правый желудочек

.1 уменьшен в размерах

.2 нормальных размеров

.3 увеличен

Это свидетельствует

.1 в пользу наличия тампонады сердца

.2 против наличия тампонады сердца

75.70 Обнаружено коллабирование правого предсердия вследствие сдавления его выпотом в полости перикарда.

.1 Это свидетельствует о возможной тампонаде сердца.

.2 Этот чувствительный, но малоспецифичный для диагностики тампонады сердца признак. Нормальные размеры правого желудочка и нормальная реакция нижней полой вены на фазы дыхания свидетельствуют против тампонады. Необходимо сопоставление этих находок с клиническими данными

75.80 Распределение выпота свидетельствует о наличии осумкованного выпота в полости перикарда

75.90 Утолщение листков перикарда

.1 не обнаружено

.2 весьма вероятно

.3 обнаружено

и локализуется в области

.1 правого предсердия

.2 левого предсердия

.3 правого желудочка

.4 задней стенки левого желудочка

.5 передней стенки левого желудочка

.6 верхушки левого желудочка

75.100 Слипание листков перикарда

.1 не обнаружено

.2 весьма вероятно

.3 обнаружено

и локализуется в области

.1 правого предсердия

.2 левого предсердия

.3 правого желудочка

.4 задней стенки левого желудочка

.5 передней стенки левого желудочка

.6 верхушки левого желудочка

75.110 Обнаруживаются участки адгезии и осумкованной жидкости в полости перикарда. Если это не хронический процесс, а следствие недавней перикардиотомии, то эти находки не имеют клинического значения

75.120 Обнаружены неподвижные структуры, прилежащие к перикарду. Возможно, это опухоль средостения или легкого

75.130 Расширение правого желудочка и парадоксальное движение межжелудочковой перегородки, возможно, связаны с отсутствием перикарда

75.140 Обнаружено локальное накопление жидкости в полости перикарда. Возможно, это гематома в полости перикарда или в средостении

75.150 Расширение нижней полой вены в присутствии

.1 выпота в полости перикарда — признак тампонады сердца

.2 утолщения листков перикарда — признак констриктивного перикардита

75.160 Коллабирование правого желудочка на выдохе в присутствии

.1 выпота в полости перикарда — признак тампонады сердца

.2 утолщения листков перикарда — признак констриктивного перикардита

75.170 Выраженная зависимость параметров внутрисердечного кровотока от фаз дыхания в присутствии

.1 выпота в полости перикарда — признак тампонады сердца

.2 утолщения листков перикарда — признак констриктивного перикардита

75.180 Выпот в плевральной полости обнаружен

.1 слева

.2 справа

.3 с обеих сторон

Объем выпота

.1 небольшой

.2 умеренный

.3 большой

75.190 Асцит; объем жидкости

.1 небольшой

.2 умеренный

.3 большой

Врожденные пороки сердца

80.10 Признаков врожденного порока сердца не выявлено

80.20 Из анамнеза известно, что проводилось оперативное лечение врожденного порока сердца

80.30 В анамнезе хирургическое лечение по поводу врожденного порока сердца:

.1 коарктации аорты

.2 открытого артериального протока

.3 дефекта межпредсердной перегородки

.4 дефекта межжелудочковой перегородки

.5 транспозиции магистральных артерий

.6 аномального впадения полой вены в левое предсердие

.7 врожденного аортального стеноза

.8 аномалии Эбштейна

.9 стеноза легочной артерии

.10 аневризмы синуса Вальсальвы

.11 тетрады Фалло

.12 аномального отхождения магистральных сосудов от правого желудочка

.13 аномального отхождения коронарной артерии от легочной артерии

.14 аортолегочного окна

.15 общего аортолегочного ствола

.16 атрезии трехстворчатого клапана

.17 полного аномального впадения легочных вен

.18 общего желудочка

.19 … [дополняется текстом в произвольной форме]

80.40 В анамнезе хирургическое лечение по поводу врожденного порока сердца, включавшее

.1 закрытие дефекта межпредсердной перегородки

.2 закрытие дефекта межжелудочковой перегородки

.3 закрытие артериального протока

.4 наложение аортолегочного анастомоза

.5 сужение легочной артерии

.6 вальвотомию

.7 инфундибулоэктомию

.8 операцию Фонтена

.9 … [дополняется текстом в произвольной форме]

80.50 При

.1 двумерном исследовании

.2 допплеровском исследовании

.3 контрастировании правых отделов сердца

.1 выявлены признаки

.2 не выявлено признаков

шунтирования крови слева направо

.1 на уровне предсердий

.2 на уровне желудочков

.3 из левого желудочка в правое предсердие

.4 на уровне магистральных артерий

.5 … [дополняется текстом в произвольной форме]

80.60 При контрастировании правых отделов сердца выявлены признаки шунтирования крови справа налево. Объем шунтируемой крови

.1 незначительный

.2 небольшой

.3 умеренный

.4 большой

80.70 Внутрисердечное шунтирование крови. Отношение легочного кровотока к системному [QP/QS] составляет …/1

80.80 Внутрисердечное шунтирование крови, объем шунта

.1 незначительный

.2 небольшой

.3 умеренный

.4 большой

80.90 Незаращение овального окна

80.100 Дефект межпредсердной перегородки

.1 не обнаружен

.2 не обнаружен, но не может быть исключен

.3 весьма вероятен

.4 диагностирован

80.110 Обнаружен дефект межпредсердной перегородки типа

.1 ostium primum

.2 ostium secundum

.3 sinus venosus

80.120 Фенестрированный дефект межпредсердной перегородки

80.130 Аневризма межпредсердной перегородки

80.140 Общее предсердие

80.150 Дефект межжелудочковой перегородки,

.1 рестриктивный (с высоким градиентом давления между желудочками)

.2 нерестриктивный (без высокого градиента давления между желудочками)

80.160 Рестриктивный дефект межжелудочковой перегородки. Транссептальный градиент давления — … мм рт. ст.

80.170 Дефект межжелудочковой перегородки, локализующийся в

.1 мембранозной части перегородки

.2 трабекулярной части перегородки

.3 приносящей части перегородки

.4 инфундибулярной части перегородки (надгребешковый дефект)

80.180 Перимембранозный дефект межжелудочковой перегородки

80.190 Дефект мышечной части межжелудочковой перегородки

80.200 Аневризма межжелудочковой перегородки в мембранозной ее части

80.210 Большой дефект межжелудочковой перегородки с развитием синдрома Эйзенменгера

80.220 Дефект межжелудочковой перегородки, сопровождающийся аортальной регургитацией в связи с пролабированием

.1 правой коронарной

.2 левой коронарной

.3 некоронарной

створки аортального клапана через дефект

80.230 Фенестрированный дефект межжелудочковой перегородки

80.240 Дефект атриовентрикулярной перегородки (атриовентрикулярный канал или дефект эндокардиальных подушек)

.1 типа А

.2 типа В

.3 типа С

80.250 Прикрепление хорд

.1 трехстворчатого клапана

.2 митрального клапана

к обоим желудочкам

80.260 Аневризма

.1 правого коронарного

.2 левого коронарного

.3 некоронарного

синуса Вальсальвы,

.1 сопровождающаяся сбросом крови

.1 в выносящий тракт правого желудочка

.2 в приносящий тракт правого желудочка

.3 в легочную артерию

.4 в правое предсердие

.5 в левое предсердие

.6 в левую коронарную артерию

.2 не сопровождающаяся сбросом крови из аорты

80.270 Фистула между

.1 левой

.2 правой

коронарной артерией и

.1 правым желудочком

.2 левым желудочком

.3 правым предсердием

.4 легочной артерией

80.280 Аномальное отхождение

.1 левой

.2 правой

коронарной артерии от легочной артерии

80.290 Аортолегочное окно

80.300 Открытый артериальный проток

.1 с шунтированием слева направо.

.2 с шунтированием справа налево

.3 с меняющимся направлением кровотока по протоку в разные фазы сердечного цикла (признак выравнивания давлений в аорте и легочной артерии)

80.310 Открытый артериальный проток со сбросом крови слева направо. Градиент давления между аортой и легочной артерией — … мм рт. ст.

80.320 Аортальный клапан имеет

.1 одну створку

.2 две створки

.3 три створки

.4 четыре створки

80.330 Врожденный

.1 субаортальный стеноз мембранозного типа

.2 субаортальный стеноз мышечного типа

.3 клапанный аортальный стеноз

.4 надклапанный аортальный стеноз

80.340 Врожденный субаортальный стеноз мембранозного типа, сопровождающийся аортальной регургитацией

80.350 Коарктация аорты диагностирована на основании

.1 визуализации места сужения в нисходящей аорте

.2 допплеровского исследования кровотока в нисходящей аорте

Степень выраженности обструкции представляется

.1 минимальной

.2 умеренной

.3 высокой

80.360 Коарктация аорты. Сужение аорты локализуется

.1 в типичном месте, ниже артериального протока

.2 выше артериального протока

80.370 Максимальный градиент давления по разные стороны обструкции — … мм рт. ст.

80.380 Незавершенная дуга аорты. Локализация порока:

.1 между правым брахиоцефальным стволом и общей левой сонной артерией

.2 между общей левой сонной и левой подключичной артерией

.3 ниже левой подключичной артерии

80.390 Декстропозиция аорты

80.400 Двойная дуга аорты

80.410 Врожденный

.1 подклапанный (инфундибулярный) стеноз легочной артерии

.2 клапанный стеноз легочной артерии

.3 надклапанный стеноз легочной артерии

80.420 Отсутствие клапана легочной артерии, ассоциирующееся с тетрадой Фалло

80.430 Идиопатическая дилатация легочной артерии

80.440 Расщепленный

.1 митральный клапан

.2 трехстворчатый клапан

80.450 Аномалия Эбштейна

.1 с шунтированием

.2 без шунтирования

крови справа налево на уровне предсердий

80.460 Атрезия трехстворчатого клапана

80.470 Врожденная обструкция приносящего тракта левого желудочка:

.1 стеноз митрального клапана

.2 cor triatriatum (трехпредсердное сердце)

.3 обструкция легочных вен

.4 парашютный митральный клапан (единственная папиллярная мышца)

.5 надклапанное митральное кольцо

80.480 Визуализируется одна папиллярная мышца

80.490 Визуализируются две папиллярные мышцы

80.500 Тетрада Фалло

80.510 Расположение органов брюшной полости

.1 обратное

.2 нормальное

.3 неопределенное

80.520 Праворасположенное

.1 правосформированное сердце

.2 левосформированное сердце

80.530 Леворасположенное

.1 правосформированное сердце

.2 левосформированное сердце

80.540 Срединно-расположенное

.1 правосформированное сердце

.2 левосформированное сердце

80.550 Аномальное впадение

.1 нижней

.2 верхней

полой вены в левое предсердие

80.560 Неполное аномальное впадение легочных вен в правое предсердие

80.570 Полное аномальное впадение легочных вен в правое предсердие

.1 через систему верхней полой вены

.2 через коронарный синус

.3 поддиафрагмального типа

.4 смешанного типа

80.580 Полная транспозиция магистральный артерий

80.590 Врожденная корригированная транспозиция магистральных артерий

80.600 Аномальное отхождение аорты и легочной артерии от правого желудочка

.1 с дефектом межжелудочковой перегородки

.2 с дефектом межжелудочковой перегородки, локализующимся под клапаном легочной артерии (типа Taussig-Bing)

80.610 Общий аортолегочный ствол

.1 тип I

.2 тип II

.3 тип III

.4 тип IV

80.620 Аномальное отхождение

.1 правой

.2 левой

легочной артерии от аорты

80.630 Единственный желудочек. Морфологически основная камера соответствует

.1 левому желудочку

.2 правому желудочку

с отхождением

.1 аорты и легочной артерии от выносящей (рудиментарной) камеры

.2 аорты от выносящей камеры

.3 легочной артерии от выносящей камеры

.4 аорты и легочной артерии от основной камеры

Протезированные клапаны сердца

85.10 Протезированный клапан в позиции

.1 аортального клапана

.2 митрального клапана

.3 трехстворчатого клапана

.4 клапана легочной артерии

85.20 Это

.1 механический протез

.2 биопротез

85.30 Это

.1 шаровой протез

.1 типа Старра—Эдвардса

.2 дисковый протез

.1 типа Бьерка—Шайли

.3 двустворчатый низкопрофильный протез

.1 типа Сент-Джуд Медикл

.4 … [дополняется текстом в произвольной форме]

85.40 Структура протеза представляются неизмененной; при допплеровском исследовании скорости кровотока через клапан соответствуют норме для данного типа и размера протеза, гемодинамически значимой регургитации не выявлено

85.50 Выявлена патология протезированного клапана, выражающаяся в

.1 обструкции клапанного отверстия

.2 смещении опорного кольца

.3 появлении околоклапанной регургитации

.4 гемодинамически значимой трансклапанной регургитации

.5 развитии бактериального эндокардита

.6 утолщении створок биопротеза

.7 разрыве створки биопротеза

.8 … [дополняется текстом в произвольной форме]

85.60 Трансклапанный градиент давления превышает норму для данного вида и размера протеза. Это может быть обусловлено

.1 высоким сердечным выбросом

.2 неадекватным размером протеза

.3 дисфункцией протеза

85.70 Достоверно судить о структурных изменениях протезированного клапана не представляется возможным

85.80 Допплеровское исследование кровотока через протезированный клапан выявило клапанную обструкцию. Максимальный трансклапанный градиент давления — … мм рт. ст.

85.90 При допплеровском исследовании протезированного клапана выявлена

.1 трансклапанная регургитация

.2 околоклапанная регургитация

Выраженность клапанной недостаточности

.1 незначительная

.2 небольшая

.3 умеренная

.4 тяжелая

.5 нельзя определить из-за акустической тени, создаваемой протезом

85.100 Обнаружены признаки бактериального эндокардита с поражением протезированного клапана в виде

.1 вегетаций на клапане

.2 околоклапанной регургитации

.3 смещения опорного (пришивного) кольца

.4 абсцесса клапанного кольца

85.110 Створки биопротеза

.1 не изменены

.2 утолщены, но раскрываются нормально

.3 утолщены, раскрытие их уменьшено

.4 утолщены, кальцинированы, раскрытие створок уменьшено

85.120 У пациента с протезированным митральным клапаном

.1 отсутствует одна папиллярная мышца

.2 отсутствуют обе папиллярные мышцы

85.130 Кольцо Дюрана (опорное кольцо для аннулопластики)

.1 в митральной позиции

.2 в позиции трехстворчатого клапана

Мониторное отведение электрокардиограммы

90.10 Во все время исследования отмечался нормальный, синусовый ритм. Нарушений ритма сердца не зарегистрировано

90.20 Во время исследования отмечалась синусовая

.1 тахикардия

.2 брадикардия

с частотой сердечных сокращений около … мин–1

90.30 Исследование проводилось на фоне мерцания/трепетания предсердий со средней частотой сердечных сокращений около … мин–1

90.40 Исследование сопровождалось нарушениями ритма сердца, проявлявшимися

.1 редкой предсердной экстрасистолией

.2 частой предсердной экстрасистолией

.3 непароксизмальной (автоматической) предсердной тахикардией

.4 пароксизмальной суправентрикулярной тахикардией

.5 пароксизмами мерцания/трепетания предсердий

.6 редкой желудочковой экстрасистолией

.7 частой желудочковой экстрасистолией

.8 пробежками желудочковой тахикардии

.9 пароксизмальной желудочковой тахикардией

.10 … [дополняется текстом в произвольной форме]

90.50 Исследование проводилось на фоне навязанного ритма, соответствующего

.1 электростимуляции правого предсердия

.2 электростимуляции правого желудочка

.3 бифокальной стимуляции

90.60 Исследование сопровождалось нарушениями проводимости сердца, проявлявшимися

.1 атриовентрикулярной блокадой 1-й степени

.2 атриовентрикулярной блокадой 2-й степени типа Мобитц I

.3 атриовентрикулярной блокадой 2-й степени типа Мобитц II

.4 атриовентрикулярной блокадой с проведением 2:1

.5 полной атриовентрикулярной блокадой

90.70 Изменения желудочкового комплекса мониторного отведения электрокардиограммы соответствуют

.1 блокаде левой ножки пучка Гиса

.2 блокаде правой ножки пучка Гиса

.3 синдрому предвозбуждения желудочков

.4 … [дополняется текстом в произвольной форме]

Стресс-эхокардиография

100.10 Проводилось двумерное эхокардиографическое исследование в покое и во время нагрузочного теста. Вид нагрузки:

.1 физическая нагрузка:

.1 тредмил

.2 велоэргометрия в лежачем положении

.3 велоэргометрия в сидячем положении

.2 чреспищеводная электростимуляция сердца

.3 медикаментозная проба

.1 с добутамином

.2 с дипиридамолом

.3 с аденозином

.4 …[дополняется текстом в произвольной форме]

100.20 Максимальный уровень физической нагрузки — … Вт

100.30 Общая продолжительность проведения нагрузочной пробы — … мин

100.40 Общая доза

.1 дипиридамола

.2 аденозина

— … мг/кг

100.50 Максимальная доза добутамина — … мкг/кг/мин

100.60 Исследование не сопровождалось болями в области сердца

100.70 Частота сердечных сокращений:

.1 исходная — … мин–1

.2 максимальная — … мин–1

100.80 Артериальное давление:

.1 исходное …/… мм рт. ст.

.2 максимальное …/… мм рт. ст.

100.90 Ишемические изменения электрокардиограммы не зарегистрированы

100.100 Зарегистрированы изменения желудочкового комплекса электрокардиограммы: … [дополняется текстом в произвольной форме]

100.110 Нарушений ритма сердца во время исследования не зарегистрировано

100.120 Исследование сопровождалось нарушениями ритма сердца, проявлявшимися

.1 редкой предсердной экстрасистолией

.2 частой предсердной экстрасистолией

.3 пароксизмальной суправентрикулярной тахикардией

.4 редкой желудочковой экстрасистолией

.5 частой желудочковой экстрасистолией

.6 пробежками желудочковой тахикардии

.7 … [дополняется текстом в произвольной форме]

100.130 При исследовании

.1 в покое

.2 на максимуме нагрузки

нарушений локальной сократимости левого желудочка не зарегистрировано

100.140 При исследовании

.1 в покое

.2 на максимуме нагрузки

локальная сократимость левого желудочка характеризуется

.1 гиперкинезией

.2 нормальной сократимостью

.3 гипокинезией

.4 акинезией

.5 дискинезей

.1 базального передне-перегородочного

.2 базального переднего

.3 базального передне-бокового

.4 базального задне-бокового

.5 базального заднего

.6 базального задне-перегородочного

.7 среднего передне-перегородочного

.8 среднего переднего

.9 среднего передне-бокового

.10 среднего задне-бокового

.11 среднего заднего

.12 среднего задне-перегородочного

.13 передне-верхушечного

.14 верхушечного бокового

.15 верхушечного заднего

.16 перегородочно-верхушечного

сегментов левого желудочка

100.150 Индекс нарушения локальной сократимости левого желудочка

.1 в покое — …

.2 на максимуме нагрузки — …

(0 — гиперкинезия, 1 — нормальная сократимость сегмента, 2 — гипокинезия, 3 — акинезия, 4 — дискинезия)

100.160 Систолическое давление в легочной артерии, вычисленное как сумма систолического транстрикуспидального градиента давления и давления в правом предсердии,

.1 в покое — … мм рт. ст.

.2 на максимуме нагрузки — … мм рт. ст.

100.170 При исследовании на максимуме физической нагрузки (или сразу после ее прекращения) по сравнению с исходным уровнем отмечалось

.1 увеличение глобальной сократимости левого желудочка

.2 снижение глобальной сократимости левого желудочка

.3 незначительное увеличение митральной недостаточности

.4 значительное увеличение митральной недостаточности

.5 появление легочной гипертензии

.6 появление нарушений диастолического наполнения левого желудочка

.7 … [дополняется текстом в произвольной форме]

100.180 Проба прекращена

.1 по достижении максимальной частоты сердечных сокращений

.2 по достижении заданной частоты сердечных сокращений

.3 после введения максимальной дозы препарата

.4 из-за нарушений ритма сердца

.5 из-за ишемических изменений электрокардиограммы

.6 из-за побочных эффектов препарата

.7 из-за усталости пациента

.8 в связи с отказом пациента от продолжения исследования

.9 из-за гипертонической реакции

.10 из-за гипотонии

.11 из-за ангинозных болей

.12 из-за появления новых нарушений локальной сократимости левого желудочка

.13 … [дополняется текстом в произвольной форме]

100.190 Результат стресс-эхокардиографии: проба

.1 отрицательная

.2 положительная

.3 сомнительная

.4 не доведена до диагностических критериев

Разное

110.10 При эхокардиографическом исследовании патологии не выявлено. Камеры сердца имеют нормальные размеры и сократимость. Фракция выброса левого желудочка — около 60%. Клапаны сердца не изменены и нормально функционируют. Перикард и крупные сосуды — без патологии

110.20 Исследование затруднено из-за неоптимальной визуализации сердца,

.1 поэтому совершенно неинформативно

.2 ряд структур визуализировать не удалось

.3 но в целом информативно

110.30 Отсутствие оптимальной визуализации не позволяет с уверенностью судить о

.1 локальной сократимости левого желудочка

.2 наличии тромбов в полостях сердца

.3 размерах нижней полой вены и ее реакции на фазы дыхания

.4 наличии вегетаций

.5 … [дополняется текстом в произвольной форме]

110.40 По сравнению с предыдущим исследованием

.1 изменений не выявлено

.2 выявлены незначительные изменения

.3 выявлены существенные изменения

110.50 Выявленные по сравнению с предыдущим исследованием изменения заключаются в … [дополняется текстом в произвольной форме]

110.60 При чреспищеводном эхокардиографическом исследовании были обнаружены структуры, которые ошибочно могут быть приняты за патологические образования, но представляют варианты нормы:

.1 ткани, отделяющие легочные вены от ушка левого предсердия

.2 трабекуляции в ушке левого предсердия

.3 левая коронарная артерия

.4 рудиментарная «заслонка» овального окна

.5 сеть Хиари

.6 рудиментарная заслонка sinus venosus

.7 ушко правого предсердия

.8 ткани, разделяющие коронарный синус и верхнюю полую вену

.9 накопление жировой ткани в межпредсердной перегородке

.10 ложные хорды

.11 трабекуляции в левом желудочке

.12 узелки в месте смыкания створок аортального клапана

.13 неровные края (зубцы) створок клапанов

Рекомендации

120.10 Рекомендовано повторное эхокардиографическое исследование через … мес

120.20 Суждение о наличии или отсутствии

.1 вегетаций

.2 тромбоза

.3 выраженной митральной недостаточности

.4 патологии протезированного клапана

.5 … [дополняется текстом в произвольной форме]

не может быть высказано с полной уверенностью. С учетом клинических данных рекомендуется проведение чреспищеводной эхокардиографии

120.30 При наличии клинических показаний рекомендуется проведение радиоизотопного исследования сердца

.1 для оценки гемодинамической значимости внутрисердечного шунта

.2 для верификации обнаруженных изменений локальной сократимости левого желудочка

120.40 Рекомендуется проведение стресс-эхокардиографии для изучения локальной сократимости левого желудочка во время нагрузки. В качестве нагрузочного теста рекомендуется применить

.1 пробу с физической нагрузкой

.2 чреспищеводную стимуляцию сердца

.3 пробу с добутамином

.4 пробу с дипиридамолом

120.50 Рекомендуется проведение стресс-допплер-эхокардиографии для изучения реакции давления в легочной артерии на физическую нагрузку

120.60 Рекомендуется

.1 допплер-эхокардиографическое исследование

.2 чреспищеводное эхокардиографическое исследование

.3 МР-томография сердца

.4 компьютерная томографии

.5 коронарная ангиография

.6 аортография

.7 катетеризация сердца для определения гемодинамической значимости выявленных изменений

.8 проведение дополнительных исследований для уточнения диагноза и тактики лечения

.9 … [дополняется текстом в произвольной форме]

Литература

1. Acquatella H., Schiller N.B. Echocardiographic recognition of Chagas' disease and endomyocardial fibrosis. J. Am. Soc. Echo. 1:60, 1988

2. Acquatella H., Rodriguez-Salas L.A., Gomez-Mancebo J.R. Doppler echocardiography in dilated and restrictive cardiomyopathies. Cardiol. Clin. 8:349, 1990

3. Appleton C.P., Hatle L.K., Popp R.L. Relation of transmitral flow velocity patterns to left ventricular diastolic function: new insights from a combined hemodynamic and Doppler echocardiographic study. J. Am. Coll. Cardiol. 12:426, 1988

4. Appleton C.P., Hatle L.K., Popp R.L. Demonstration of restrictive ventricular physiology by Doppler echocardiography. J. Am. Coll. Cardiol. 11:757, 1988

5. Bessen M., Gardin J.M. Evaluation of left ventricular diastolic function. Cardiol. Clin. 8:315, 1990

6. Bouchard A., Blumlein S., Schiller N.B., Schlitt S., Byrd B.F. 3d, Ports T., Chatterjee K. Measurement of left ventricular stroke volume using continuous wave Doppler echocardiography of the ascending aorta and M-mode echocardiography of the aortic valve. J. Am. Coll. Cardiol. 9:75, 1987

7. Bouchard A., Sanz N., Botvinick E.H., Phillips N., Heilbron D., Byrd B.F. 3d, Karam J.H., Schiller N.B. Noninvasive assessment of cardiomyopathy in normotensive diabetic patients between 20 and 50 years old. Am. J. Med. 87:160, 1989

8. Byrd B.F. 3d, Finkbeiner W., Bouchard A., Silverman N.H, Schiller N.B. Accuracy and reproducibility of clinically acquired two-dimensional echocardiographic mass measurements. Am. Heart J. 118:133, 1989

9. Child J.S., Perloff J.K. The restrictive cardiomyopathies. Cardiol. Clin. 6:289, 1988

10. Crawford M.H., Petru M.A., Amon K.W. et al. Comparative value of 2-dimensional echocardiography and radionuclide angiography for qualitative changes in left ventricular performance during exercise limited by angina pectoris. Am. J. Cardiol. 53:42, 1984

11. DeMaria A.N., Wisenbaugh T.W., Smith M.D., Harrison M.R., Berk M.R. Doppler echocardiographic evaluation of diastolic dysfunction. Circulation 84(Suppl 3):I-288, 1991

12. Diethelm L., Simonson J.S., Dery R., Gould R.G., Schiller N.B., Lipton M.J. Determination of left ventricular mass with ultrafast CT and two-dimensional echocardiography. Radiology 171:213, 1989

13. Gardin J., Dabestani A., Matin K. et al. Reproducibility of Doppler aortic valve blood flow measurements: Studies of intraobserver, interobserver and day to day variability in normal subjects. Am. J. Cardiol. 54:1092, 1984

14. Gardin J., Dabestani A., Takenaka K. et al. Effect of imaging view and sample volume location on evaluation of mitral flow velocity by pulsed Doppler echocardiography. Am. J. Cardiol. 57:1335, 1986

15. Gibson D.G. Measurement of left ventricular volumes in man by echocardiography — comparison with biplane angiography. Br. Heart J. 33:614, 1971

16. Himelman R.B., Chung W.S., Chernoff D.N., Schiller N.B., Hollander H. Cardiac manifestations of human immunodeficiency virus infection: a two-dimensional echocardiographic study. J. Am. Coll. Cardiol. 13:1030, 1989

17. Izumi S., Miyatake K., Beppu S., Park Y.D., Nagata S., Kinoshita N., Sakakibara H., Nimura Y. Mechanism of mitral regurgitation in patients with myocardial infarction: a study using real-time two-dimensional Doppler flow imaging and echocardiography. Circulation 76:777, 1987

18. Kuecherer H.F., Kee L.L., Modin G., Cheitlin M.D., Schiller N.B. Echocardiography in serial evaluation of left ventricular systolic and diastolic function: importance of image acquisition, quantitation, and physiologic variability in clinical and investigational applications. J. Am. Soc. Echo. 4:203, 1991

19. Levy W.S., Simon G.L., Rios J.C., Ross A.M. Prevalence of cardiac abnormalities in human immunodeficiency virus infection. Am. J. Cardiol. 63:86, 1989

20. Massie B.M., Schiller N.B., Ratshin R.A., Parmley W.W. Mitral septal separation: New echocardiographic index of left ventricular function. Am. J. Cardiol. 39:1008, 1977

21. Moulinier L., Venet T., Schiller N.B., Kurtz T.W., Morris R.C. Jr, Sebastian A. Measurement of aortic blood flow by Doppler echocardiography: day to day variability in normal subjects and applicability in clinical research. J. Am. Coll. Cardiol. 17:1326, 1991

22. Natello G.W., Nanda N.C., Zachariah Z.P. Color Doppler recognition of left ventricular pseudoaneurysm. Am. J. Med. 85:432, 1988

23. Nishimura R.A., Abel M.D., Hatle L.K., Tajik A.J. Assessment of diastolic function of the heart: background and current applications of Doppler echocardiography. Part II. Clinical studies. Mayo Clin. Proc. 64:181, 1989

24. Nishimura R.A., Callahan M.J., Schaff H.V. et al. Noninvasive measurement of cardiac output by continuous-wave Doppler echocardiography: Initial experience and review of the literature. Mayo Clin. Proc. 59:484, 1984

25. Rich S., Sheikh A., Gallastegui J. et al. Determination of left ventricular fraction by visual estimation during real-time two-dimensional echocardiography. Am. Heart J. 104:603, 1982

26. Roelandt J.R., Sutherland G.R., Yoshida K., Yoshikawa J. Improved diagnosis and characterization of left ventricular pseudoaneurysm by Doppler color flow imaging. J. Am. Coll. Cardiol. 12:807, 1988

27. Sahn D.J., DeMaria A., Kisslo J., Weyman A. Recommendations regarding quantitation in M-mode echocardiography: Results of a survey of echocardiographic measurements. Circulation 58:1072, 1978

28. Sasson Z., Rakowski H., Wigle E.D., Popp R. Echocardiographic and Doppler studies in hypertrophic cardiomyopathy. Cardiol. Clin. 8:217, 1990

29. Schiller N.B. Two-dimensional echocardiographic determination of left ventricular volume, systolic function, and mass. Summary and discussion of the 1989 recommendations of the American Society of Echocardiography. Circulation 84(Suppl 3):I-280, 1991

30. Schiller N.B. Considerations in the standardization of measurement of left ventricular myocardial mass by two-dimensional echocardiography. Hypertension 9:II-33, 1987

31. Schiller N.B., Acquatella H., Ports T.A. et al. Left ventricular volume from paired biplane two-dimensional echocardiography. Circulation 60:547, 1979

32. Schiller N.B., Shah P.M., Crawford M., DeMaria A., Devereux R., Feigenbaum H., Gutgesell H., Reichek N., Sahn D., Schnittger I. Recommendations for quantitation of the left ventricle by two-dimensional echocardiography. American Society of Echocardiography Committee on Standards, Subcommittee on Quantitation of Two-Dimensional Echocardiograms. J. Am. Soc. Echo. 2:358, 1989

33. Schnittger I., Gordon E.P., Fitzgerald P.J., Popp R.L. Standardized intracardiac measurements of two-dimensional echocardiography. J. Am. Coll. Cardiol. 2:5, 1983

34. Silverman N.H., Ports T.A., Snider A.R., Schiller N.B. et al. Determination of left ventricular volume in children — echocardiographic and angiographic comparisons. Circulation 62:548, 1980

35. Simonson J.S., Schiller N.B. Descent of the base of the left ventricle: an echocardiographic index of left ventricular function. J. Am. Soc. Echo. 2:25, 1989

36. Starling M.R., Crawford M.H., Sorensen S.G. et al. Comparative accuracy of apical biplane cross-sectional echocardiography and gate equilibrium radionuclide angiography for estimating left ventricular size and performance. Circulation 63:1075, 1981

37. Teichholz L.E., Kreulen T., Herman M.V., Gorlin R. Problems in echocardiographic volume determinations: Echocardiographic-angiographic correlations in presence or absence of asynergy. Am. J. Cardiol. 37:7, 1976

38. Trail T.A., Gibson D.G., Brown D.J. Study of left ventricular wall thickness and dimension changes using echocardiography. Br. Heart J. 40:162, 1978

39. Wahr D.W., Wang Y., Schiller N.B. Left ventricular volume determined by two-dimensional echocardiography in normal adult population. J. Am. Coll. Cardiol. 1:3, 863, 1983

40. Weiss J.L., Eaton L.W., Kallman C.H., Maughan W.L. Accuracy of volume determination by two-dimensional echocardiography: Defining requirements under controlled conditions in the ejecting canine left ventricle. Circulation 67:889, 1983

41. White R.D., Cassidy M.M., Cheitlin M.D., Emilson B., Ports T.A., Lim A.D., Botvinick E.H., Schiller N.B., Higgins C.B. Segmental evaluation of left ventricular wall motion after myocardial infarction: magnetic resonance imaging versus echocardiography. Am. Heart J. 115:166, 1988

42. Wyatt H.L., Haendchen R.V., Meerbaum S., Corday E. Assessment of quantitative methods for 2-dimensional echocardiography. Am. J. Cardiol. 52:396, 1983

43. Wyatt H.L., Meerbaum S., Heng M.K. et al. Cross-sectional echocardiography. III. Analysis of mathematic models for quantifying volume of symmetric and asymmetric left ventricles. Am. Heart J. 100:821, 1980

44. Zhang Y., Nitter-Hauge S., Ihlen H., Myhre E. Doppler echocardiographic measurement of cardiac output using the mitral orifice method. Br. Heart J. 53:130, 1985

45. von Bibra H., Hartmann F., Petrik M., Schlief R., Renner U., Blomer H. Contrast-color Doppler echocardiography. Improved right heart diagnosis following intravenous injection of Echovist. Z. Kardiol., 78:101, 1989

46. Child J., Perloff J., Francoz R., Yeatman L., Benze E., Schelbert H., Laks H. Uhl's anomaly (parchment right ventricle). Clinical, echocardiographic, radionuclide, hemodynamic and angiocardiographic features in two patients. Am. J. Cardiol. 53:635, 1984

47. Currie P., Seward J., Chan K., Fyfe D., Hagler D., Mair D., Reeder G., Nishimura R., Tajik J. Continuous wave Doppler determination of right ventricular pressure. A simultaneous Doppler-catheterization study in 127 patients. J. Am. Coll. Cardiol. 6:750, 1985

48. Gibson T., Miller S., Aretz T., Hardin N., Weyman A.E. Method for estimating right ventricular volume by planes applicable to cross-sectional echocardiography. Correlation with angiographic formulas. Am. J. Cardiol. 55:1584, 1985

49. Goldberger J.J., Himelman R.B., Wolfe C.L., Schiller N.B. Right ventricular infarction: recognition and assessment of its hemodynamic significance by two-dimensional echocardiography. J. Am. Soc. Echo. 4:140, 1991

50. Himelman R.B., Dohrmann M., Goodman P., Schiller N.B., Starksen N.F., Warnock M., Cheitlin M.D. Severe pulmonary hypertension and cor pulmonale in the acquired immunodeficiency syndrome. Am. J. Cardiol. 64:1396, 1989

51. Himelman R.B., Struve S.N., Brown J.K., Namnum P., Schiller N.B. Improved recognition of cor pulmonale in patients with severe chronic obstructive pulmonary disease. Am. J. Med. 84:891, 1988

52. Klein A.L., Hatle L.K., Burstow D.J., Taliercio C.P., Seward J.B., Kyle R.A., Bailey K.R., Gertz M.A., Tajik A.J. Comprehensive Doppler assessment of right ventricular diastolic function in cardiac amyloidosis. J. Am. Coll. Cardiol. 15:99, 1990

53. Lange P., Seiffert P., Pries F., Wessel A., Onnasch W., Hahne H., Heintzen P. Value of image enhancement and injection of contrast medium for right ventricular volume determination by two-dimensional echocardiography in congenital heart disease. Am. J. Cardiol. 55:152, 1985

54. Levine R., Gibson T., Aretz T., Gillam L., Guyer D., King M., Weyman A.E. Echocardiographic measurement of right ventricular volume. Circulation 69:497, 1984

55. Manyard D.E., Klein G.J., Gulamgusein S., Boughner D., Guiraudon G.M., Wyse G., Mitchell L.B., Kostuk W.J. Arrhythmogenic right ventricular dysplasia. A generalized cardiomyopathy? Circulation 68:251, 1983

56. Marcus F.I., Fontaine G.H., Guiraudon G. et al. Right ventricular dysplasia. A report of 24 adult cases. Circulation 65:384, 1982

57. Moreno F., Hagan A., Holmen J., Pryor T., Strickland R., Castle C. Evaluation of size and dynamics of the inferior vena cava as an index of right-sided cardiac function. Am. J. Cardiol. 53:579, 1985

58. Popp R., Yock P.G. Noninvasive intracardiac pressure measurement using Doppler ultrasound. J. Am. Coll. Cardiol. 6:757, 1985

59. Schiller N.B. Pulmonary artery pressure estimation by Doppler and two-dimensional echocardiography. Cardiol. Clin. 8:277, 1990

60. Starling M.R., Crawford M.H., Sorensen S.G., O'Rourke R.A. A new two-dimensional echocardiographic technique for evaluating right ventricular size and performance in patients with obstructive lung disease. Circulation 66:612, 1982

61. Armstrong W., Feigenbaum H., Dillon J. Echocardiographic detection of right atrial thromboembolism. Chest 87:801, 1985

62. Black I.W., Hopkins A.P., Lee L.C., Walsh W.F. Left atrial spontaneous echo contrast: a clinical and echocardiographic analysis. J. Am. Coll. Cardiol. 18:398, 1991

63. Castello R., Pearson A.C., Labovitz A.J. Prevalence and clinical implications of atrial spontaneous contrast in patients undergoing transesophageal echocardiography. Am. J. Cardiol. 65:1149, 1990

64. Felner J., Churchwell A., Murphy D. Right atrial thromboemboli. Clinical, echocardiographic and pathophysiologic manifestations. J. Am. Coll. Cardiol. 4:1041, 1984

65. Goldberg S., Pizzarello R., Goldman M., Padmanabhan V. Echocardiographic diagnosis of right atrial thromboembolism resulting in massive embolization. Am. Heart J. 108:1371, 1984

66. Gutman J., Wann Y., Wahr D., Schiller N.B. Normal left atrial function determined by 2-dimensional echocardiography. Am. J. Cardiol. 51:337, 1983

67. Higgins J.R., Strunk BL., Schiller N.B. Diagnosis of paradoxical embolism with contrast echocardiography. Am. Heart J. 107:375, 1984

68. Keidar S., Grenadier E., Binenboim C., Palant A. Transient right to left atrial shunt detected by contrast echocardiography in the acute stage of pulmonary embolism. J. Clin. Ultrasound. 12:417, 1984

69. Kircher B., Abbott J.A., Pau S., Gould R.G., Himelman R.B., Higgins C.B., Lipton M.J., Schiller N.B. Left atrial volume determination by biplane two-dimensional echocardiography: validation by cine computed tomography. Am. Heart J. 121:864, 1991

70. Kircher B.J., Himelman R.B., Schiller N.B. Noninvasive estimation of right atrial pressure from the inspiratory collapse of the inferior vena cava. Am. J. Cardiol. 15, 66:493, 1990

71. Langholz D., Louie E.K., Konstadt S.N., Rao T.L., Scanlon P.J. Transesophageal echocardiographic demonstration of distinct mechanisms for right to left shunting across a patent foramen ovale in the absence of pulmonary hypertension. J. Am. Coll. Cardiol. 18:1112, 1991

72. Obarski T.P., Salcedo E.E., Castle L.W., Stewart W.J. Spontaneous echo contrast in the left atrium during paroxysmal atrial fibrillation. Am. Heart J. 120:988, 1990

73. Rosenzweig M.S., Nanda N.C. Two dimensional echocardiographic detection of circulating right atrial thrombi. Am. Heart J. 103:435, 1982

74. Schabelman S., Schiller N.B., Silverman N.H., Ports T.A. Left atrial estimation by two-dimensional echocardiography. Cath. Cardiovasc. Diagn. 7:165, 1981

75. Simonson J.S., Schiller N.B. Sonospirometry: a new method for noninvasive estimation of mean right atrial pressure based on two-dimensional echocardiographic measurements of the inferior vena cava during measured inspiration. J. Am. Coll. Cardiol. 11:557, 1988

76. Spirito P., Bellotti P., Chiarella F., Spagnolo S., Vecchio C. Right atrial thrombus detected by two-dimensional echocardiography after acute pulmonary embolism. Am. J. Cardiol. 54:467, 1984

77. Starkey I.R., DeBono D.P. Echocardiographic identification of right-sided cardiac intracavitary thromboembolus in massive pulmonary embolism. Circulation 66:1322, 1982

78. Strunk B.L., Cheitlin M.D., Stulbarg M.S., Schiller N.B. Right-to-left interatrial shunting through a patent foramen ovale despite normal intracardiac pressures. Am. J. Cardiol. 60:413, 1987

79. Wann Y., Zatzkis M.A., Schiller N.B. Noninvasive measurement of interatrial conduction time and atrial contraction time. J. Cardiovasc. Ultrasound 3:3, 1984

80. Agatston A., Chengot M., Rao A., Hildner F., Samet P. Doppler diagnosis of valvular aortic stenosis in patients over 60 years of age. Am. J. Cardiol. 56:106, 1985

81. Appleton C.P., Hatle L.K., Nellessen U., Schnittger I., Popp R.L. Flow velocity acceleration in the left ventricle: a useful Doppler echocardiographic sign of hemodynamically significant mitral regurgitation. J. Am. Soc. Echo. 3:35, 1990

82. Becher H., Schlief R. Improved sensitivity of color Doppler by SH U 454. Am. J. Cardiol. 64:374, 1989

83. Blumlein S., Bouchard A., Schiller N.B. et al: Mitral regurgitation quantitation by Doppler echocardiography. Circulation 74:306, 1986.

84. Botvinick E.H., Schiller N.B., Wickramasekaran R., Klausner S., Gertz E. Echocardiographic demonstration of early mitral valve closure in severe aortic insufficiency. Circulation 51:836, 1975.

85. Bouchard A., Yock P.G., Schiller N.B., Blumlein S., Botvinick E.H., Greenberg B., Cheitlin M., Massie B.M. Value of color Doppler estimation of regurgitant volume in patients with chronic aortic insufficiency. Am. Heart J. 117:1099, 1989

86. Carabello B.A. Timing of surgery in mitral and aortic stenosis. Cardiol. Clin. 9:229, 1991

87. Cheitlin M.D. Valvular heart disease: management and intervention. Clinical overview and discussion. Circulation 84(Suppl 3):I-259, 1991

88. Delaye J., Beaune J., Gayet J.L. et al. Current etiology of organic mitral insufficiency in adults. Arch. Mal. Coeur. 76:1072, 1983

89. Diebold B., Touati R., Blanchard D., Colonna G., Guermonprez J.L. Peronneau P., Forman J., Maurice P. Quantitative assessment of tricuspid regurgitation using pulsed Doppler echocardiography. Br. Heart J. 50:443, 1983

90. Fan P.H., Kapur KK., Nanda N.C. Color-guided Doppler echocardiographic assessment of aortic valve stenosis. J. Am. Coll. Cardiol. 12:441, 1988

91. Fioretti P., Roelandt J.R., Bos R.J. et al. Echocardiography in chronic aortic insufficiency. Is valve replacement too late when left ventricular end-systolic dimension reaches 55mm? Circulation 67:216, 1983

92. Fisher E.A., Goldman M.E. Simple, rapid method for quantification of tricuspid regurgitation by two-dimensional echocardiography. Am. J. Cardiol. 63:1375, 1989

93. Forman M.B., Myrd B.F., Oates J.A., Robertson R.M. Two-dimensional echocardiographic features of carcinoid heart disease. Am. Heart J. 107:801, 1984

94. Freed C.R., Schiller N.B. Echocardiographic evaluation of aortic root enlargement in mitral valve prolapse in patients with Marfan's syndrome. West J. Med. 126:87, 1977

95. Hatle L.K. Doppler echocardiographic evaluation of mitral stenosis. Cardiol. Clin. 8:233, 1990

96. Hatle L.K., Brubakk A., Tromsdal A., Angelsen B. Noninvasive assessment of pressure drop in mitral stenosis by Doppler ultrasound. Br. Heart J. 40:131, 1978

97. Helmcke F., Nanda N.C., Hsiung M.C., Soto B., Adey C.K., Goyal R.G., Gatewood R.P. Jr. Color Doppler assessment of mitral regurgitation with orthogonal planes. Circulation 75:175, 1987

98. Himelman R.B., Schiller N.B. Clinical and echocardiographic comparison of patients with the carcinoid syndrome with and without carcinoid heart disease. Am. J. Cardiol. 63:347, 1989

99. Henry W.L., Bonow R.O., Borer J.S., Ware J.H., Kent K.M., Redwood D.R., McIntosh C.L., Morrow A.G., Epstein S.E. Observations on the optimum time for operative intervention for aortic regurgitation. 1. Evaluation of the results of aortic valve replacement in symptomatic patients. Circulation 61:471, 1980

100. Isaaz K., Munoz L., Ports T., Schiller N.B. Demonstration of postvalvuloplasty hemodynamic improvement in aortic stenosis based on Doppler measurement of valvular resistance. J. Am. Coll. Cardiol. 18:1661, 1991

101. Judge K.W., Otto C.M. Doppler echocardiographic evaluation of aortic stenosis. Cardiol. Clin. 8:203, 1990

102. Kitabatake A., Ito H., Onoue M. et al. A new approach to noninvasive evaluation of aortic regurgitant fraction by two-dimensional Doppler echocardiography. Circulation 72:523, 1985

103. Kratz J. Evaluation and management of tricuspid valve disease. Cardiol. Clin. 9:397, 1991

104. Labovitz A., Nelson J., Windhorst D., Kennedy H., Williams G. Frequency of mitral valve dysfunction from mitral annular calcium as detected by Doppler echocardiography. Am. J. Cardiol. 55:133, 1985

105. Levine R.A., Stathogiannis E., Newell J.B., Harrigan P., Weyman A.E. Reconsideration of echocardiographic standards for mitral valve prolapse: lack of association between leaflet displacement isolated to the apical four chamber view and independent echocardiographic evidence of abnormality. J. Am. Coll. Cardiol. 11:1010, 1988

106. Lundin L., Norheim I., Landelius J., Oberg K., Theodorsson-Norheim E. Carcinoid heart disease: relationship of circulating vasoactive substances to ultrasound-detectable cardiac abnormalities. Circulation 77:264, 1988

107. Masuyama T., Kitabatake A., Kodama K., Uematsu M., Nakatani S., Kamada T. Semiquantitative evaluation of aortic regurgitation by Doppler echocardiography: effects of associated mitral stenosis. Am. Heart J. 117:133, 1989

108. Nair C.K., Aronow S., Sketch M.H. et al. Clinical and echocardiographic characteristics of patients with mitral annular calcification. Am. J. Cardiol. 51:992, 1983

109. Nair C.K., Aronow W.C., Stokke K., Mohiuddin S.M., Thomson W., Sketch M.H. Cardiac conduction defects in patients older than 60 years with and without annular calcium. Am. J. Cardiol. 53:169, 1984

110. Nishimura R.A., McGoon M.D., Shu C., Miller F.A., Ilstrup D.M., Tajik A.J. Echocardiographically documented mitral valve prolapse. Long-term follow-up of 237 patients. N. Engl. J. Med. 313:1305, 1985

111. Nitta M., Nakamura T., Hultgren H.N., Bilisoly J., Tovey D.A. Progression of aortic stenosis in adult men. Detection by noninvasive methods. Chest 92:40, 1987

112. Otto C.M., Pearlman A.S. Doppler echocardiography in adults with symptomatic aortic stenosis. Diagnostic utility and cost-effectiveness. Arch. Intern. Med. 148:2553, 1988

113. Pearson A.C., St. Vrain J., Mrosek D., Labovitz A.J. Color Doppler echocardiographic evaluation of patients with a flail mitral leaflet. J. Am. Coll. Cardiol. 16:232, 1990

114. Perloff J.K., Child J.S. Mitral valve prolapse. Evolution and refinement of diagnostic techniques. Circulation 80:710, 1989

115. Perloff J.K., Child J.S. Clinical and epidemiologic issues in mitral valve prolapse: overview and perspective. Am. Heart J. 113:1324, 1987

116. Perry G.J., Bouchard A. Doppler echocardiographic evaluation of mitral regurgitation. Cardiol. Clin. 8:265, 1990

117. Perry G.J., Helmcke F., Nanda N.C., Byard C., Soto B. Evaluation of aortic insufficiency by Doppler color flow mapping. J. Am. Coll. Cardiol. 9:952, 1987

118. Pflugfelder P.W., Landzberg J.S., Cassidy M.M., Cheitlin M.D., Schiller N.B., Auffermann W., Higgins C.B. Comparison of cine MR imaging with Doppler echocardiography for the evaluation of aortic regurgitation. Am. J. Roentgen. 152:729, 1989

119. Pflugfelder P.W., Sechtem U.P., White R.D., Cassidy M.M., Schiller N.B., Higgins C.B. Noninvasive evaluation of mitral regurgitation by analysis of left atrial signal loss in cine magnetic resonance. Am. Heart J. 117:1113, 1989

120. Rahimtoola S.H., Cheitlin M.D., Hutter A.M. Jr. Cardiovascular disease in the elderly. Valvular and congenital heart disease. J. Am. Coll. Cardiol. 10(Suppl 2A):60A, 1987

121. Robertson W.S., Stewart J., Armstrong W.F., Dillon J.C., Feigenbaum H. Reverse doming of the anterior mitral leaflet with severe aortic regurgitation. J. Am. Coll. Cardiol. 3:431, 1984

122. Sahn D.J. Instrumentation and physical factors related to visualization of stenotic and regurgitant jets by Doppler color flow mapping. J. Am. Coll. Cardiol. 12:1354, 1988

123. Sahn D.J., Maciel B.C. Physiological valvular regurgitation. Doppler echocardiography and the potential for iatrogenic heart disease. Circulation 78:1075, 1987

124. Sanfilippo A.J., Picard M.H., Newell J.B., Rosas E., Davidoff R., Thomas J.D., Weyman A.E. Echocardiographic assessment of patients with infectious endocarditis: prediction of risk for complications. J. Am. Coll. Cardiol. 18:1191, 1991

125. Simpson I.A., Valdes-Cruz L.M., Sahn D.J., Murillo A., Tamura T., Chung K.J. Doppler color flow mapping of simulated in vitro regurgitant jets: evaluation of the effects of orifice size and hemodynamic variables. J. Am. Coll. Cardiol. 13:1195, 1989

126. Skjaerpe T., Hegrenaes L., Hatle L.K. Noninvasive estimation of valve area in patients with aortic stenosis by Doppler ultrasound and two-dimensional echocardiography. Circulation 72:810, 1985

127. Smith M.D. Evaluation of valvular regurgitation by Doppler echocardiography. Cardiol. Clin. 9:193, 1991

128. Smith M.D., Grayburn P.A., Spain M.G., DeMaria A.N. Observer variability in the quantitation of Doppler color flow jet areas for mitral and aortic regurgitation. J. Am. Coll. Cardiol. 11:579, 1988

129. Stamm R.B., Martin R.P. Quantification of pressure gradients across stenotic valves by Doppler ultrasound. J. Am. Coll. Cardiol. 2:707, 1983

130. Teague S.M. Doppler echocardiographic evaluation of aortic regurgitation. Cardiol. Clin. 8:249, 1990

131. Touche T., Prasquier R., Nitenberg A., Zuttere D., Gourgon R. Assessment and follow-up of patients with aortic regurgitation by an updated Doppler echocardiographic measurement of the regurgitant fraction in the aortic arch. Circulation 72:819, 1985

132. Vandenbossche J.L., Massie B.M., Schiller N.B., Karliner J.S. Relation of left ventricular shape to volume and mass in patients with minimally symptomatic chronic aortic regurgitation. Am. Heart J. 116:1022, 1988

133. Veyrat C., Lessana A., Abitbol G., Ameur A., Benaim R., Kalmanson D. New indexes for assessing aortic regurgitation with two-dimensional Doppler echocardiographic measurement of the regurgitant aortic valvular area. Circulation 68:998, 1983

134. Williams G., Labovitz A., Nelson J., Kennedy H. Value of multiple echocardiographic views in the evaluation of aortic stenosis in adults by continuous-wave Doppler. Am. J. Cardiol. 55:445, 1985

135. Wong M., Matsumura M., Suzuki K., Omoto R. Technical and biological sources of variability in the mapping of aortic, mitral and tricuspid color flow jets. Am. J. Cardiol. 60:847, 1987

136. Yock P.G., Popp R.L. Noninvasive estimation of right ventricular systolic pressure by Doppler ultrasound in patients with tricuspid regurgitation. Circulation 70:657, 1984

137. Yoshida K., Yoshikawa J., Shakudo M., Akasaka T., Jyo Y., Takao S., Shiratori K., Koizumi K., Okumachi F., Kato H. Color Doppler evaluation of valvular regurgitation in normal subjects. Circulation 78:840, 1987

138. Zile M.R. Chronic aortic and mitral regurgitation. Choosing the optimal time for surgical correction. Cardiol. Clin. 9:239, 1991

139. Diseases of the pericardium. Cardiol. Clin. 8, 579-716, 1990

140. Altman C.A., Ettedgui J.A., Wozney P., Beerman L.B. Noninvasive diagnostic features of partial absence of the pericardium. Am. J. Cardiol. 63:1536, 1989

141. Appleton C.P., Hatle L.K., Popp R.L. Cardiac tamponade and pericardial effusion: respiratory variation in transvalvular flow velocities studied by Doppler echocardiography. J. Am. Coll. Cardiol. 11:1020, 1988

142. Armstrong W.F., Schilt B.F., Helper D.J., Dillon F.C., Feigenbaum H. Diastolic collapse of the right ventricle with tamponade. An echocardiographic study. Circulation 65:1491, 1982

143. Borganelli M., Byrd BF. 3d. Doppler echocardiography in pericardial disease. Cardiol. Clin. 8:333, 1990

144. Burstow D.J., Oh J.K., Bailey K.R., Seward J.B., Tajik A.J. Cardiac tamponade: characteristic Doppler observations. Mayo Clin. Proc. 64:312, 1989

145. Eisenberg M.J., Schiller N.B. Bayes' theorem and the echocardiographic diagnosis of cardiac tamponade. Am. J. Cardiol. 68:1242, 1991

146. Feigenbaum H., Waldhausen J.A., Hyde S.P. Ultrasound diagnosis of pericardial effusion. J.A.M.A. 191:107, 1965

147. Gillam L.D., Guyer D.E., Gibson T.C., King M.E., Marshall J.E., Weyman A.E. Hydrodynamic compression of the right atrium. A new echocardiographic sign of cardiac tamponade. Circulation 68:294, 1983

148. Hatle L.K., Appleton C.P., Popp R.L. Differentiation of constrictive pericarditis and restrictive cardiomyopathy by Doppler echocardiography. Circulation 79:357, 1989

149. Himelman R.B., Abbott J.A., Schiller N.B. Diagnosis of mediastinal lesions by echocardiography. Echocardiography 5:219, 1988

150. Himelman R.B., Kircher B., Rockey D.C., Schiller N.B. Inferior vena cava plethora with blunted respiratory response: a sensitive echocardiographic sign of cardiac tamponade. J. Am. Coll. Cardiol. 12:1470, 1988

151. Himelman R.B., Lee E., Schiller N.B. Septal bounce, vena cava plethora, and pericardial adhesion: informative two-dimensional echocardiographic signs in the diagnosis of pericardial constriction. J. Am. Soc. Echo. 1:333, 1988

152. Horowitz M.S., Schultz C.S., Stinson E.B. et al. Sensitivity and specificity of echocardiographic diagnosis of pericardial effusion. Circulation 50:239, 1974

153. Labib S.B., Udelson J.E., Pandian N.G. Echocardiography in low pressure cardiac tamponade. Am. J. Cardiol. 63:1156, 1989

154. Leimgruber P.P., Klopfenstein S., Wann L.S., Brooks H.L. The hemodynamic derangement associated with right ventricular diastolic collapse in cardiac tamponade: An experimental echocardiographic study. Circulation 68:612, 1983

155. Reydel B., Spodick D.H. Frequency and significance of chamber collapses during cardiac tamponade. Am. Heart J. 119:1160, 1990

156. Schiller N.B., Botvinick E.H. Right ventricular compression as a sign of cardiac tamponade. Circulation 56:774, 1977

157. Williams G.J., Partridge J.B. Right ventricular diastolic collapse: An echocardiographic sign of tamponade. Br. Heart J. 49:292, 1983

158. Assey M.E., Spann J.F. Jr. Indications for heart valve replacement. Clin. Cardiol. 13:81, 1990

159. Chaudhry F.A., Herrera C., DeFrino P.F., Mehlman D.J., Zabalgoitia M. Pathologic and angiographic correlations of transesophageal echocardiography in prosthetic heart valve dysfunction. Am. Heart J. 122:1057, 1991

160. Dittrich H., Nicod P., Hoit B., Dalton N., Sahn D. Evaluation of Bjork-Shiley prosthetic valves by real-time two-dimensional Doppler echocardiographic flow mapping. Am. Heart J. 115:133, 1988

161. Dzavik V., Cohen G., Chan K.L. Role of transesophageal echocardiography in the diagnosis and management of prosthetic valve thrombosis. J. Am. Coll. Cardiol. 18:1829, 1991

162. Flachskampf F.A., O'Shea J.P., Griffin B.P., Guerrero L., Weyman A.E., Thomas J.D. Patterns of normal transvalvular regurgitation in mechanical valve prostheses. J. Am. Coll. Cardiol. 18:1493, 1991 163. Jones M., Eidbo E.E. Doppler color flow evaluation of prosthetic mitral valves: experimental epicardial studies. J. Am. Coll. Cardiol. 13:234, 1989

164. Kapur K.K., Fan P., Nanda N.C., Yoganathan A.P., Goyal R.G. Doppler color flow mapping in the evaluation of prosthetic mitral and aortic valve function. J. Am. Coll. Cardiol. 13:1561, 1989

165. Labovitz A.J. Assessment of prosthetic heart valve function by Doppler echocardiography. A decade of experience. Circulation 80:707, 1989

166. Nanda N.C., Cooper J.W., Mahan E.F. 3d, Fan P. Echocardiographic assessment of prosthetic valves. Circulation 84(Suppl 3):I-228, 1991

167. Nellessen U., Masuyama T., Appleton C.P., Tye T., Popp R.L. Mitral prosthesis malfunction. Comparative Doppler echocardiographic studies of mitral prostheses before and after replacement. Circulation 79:330, 1989

168. Nellessen U., Schnittger I., Appleton C.P., Masuyama T., Bolger A., Fischell T.A., Tye T., Popp R.L. Transesophageal two-dimensional echocardiography and color Doppler flow velocity mapping in the evaluation of cardiac valve prostheses. Circulation 78:848, 1988

169. Mahan E.F. 3d, Nanda N.C. Echocardiographic evaluation of prosthetic cardiac valves. Cardiol. Clin. 8:369, 1990

170. Vandenberg B.F., Dellsperger K.C., Chandran K.B., Kerber R.E. Detection, localization, and quantitation of bioprosthetic mitral valve regurgitation. An in vitro two-dimensional color-Doppler flow-mapping study. Circulation 78:529, 1988

171. Weintraub W.S., Clements S.D., Dorney E.R., Corrigan V.E., Cohen C.L., Hendren W.G., Perkins J.V., Jones E.L., Craver J.M. Clinical, echocardiographic, continuous wave and color Doppler evaluation of bioprosthetic cardiac valves in place for more than ten years. Am. J. Cardiol. 65:935, 1990

172. Wernly J.A., Crawford M.H. Choosing a prosthetic heart valve. Cardiol. Clin. 9:329, 1991

173. Barron J.V., Sahn D.J., Valdes-Crux L.M. et al. Clinical utility of two-dimensional Doppler echocardiographic techniques for estimating pulmonary to systemic blood flow ratios in children with L to R shunting ASD, VSD and PDA. J. Am. Coll. Cardiol. 3:169, 1984

174. Child J.S. Echo-Doppler and color flow imaging in congenital heart disease. Cardiol. Clin. 8:289, 1990

175. Friedman D.M., Schmer V., Rutkowski M. Two-dimensional color Doppler in discrete membranous subaortic stenosis. Am. Heart J. 115:688, 1988

176. Hagler D.J., Tajik A.J., Seward J.B., Schaff H.V., Danielson G.K., Puga F.J. Intraoperative two-dimensional Doppler echocardiography. A preliminary study for congenital heart disease. J. Thor. Cardiovasc. Surg. 95:516, 1988

177. Hess L.W., Hess D.B., McCaul J.F., Perry K.G. Fetal echocardiography. Obst. Gyn. Clin. N. Am. 17:41, 1990

178. Kleinman C.S., Huhta J.C., Silverman N.H. Doppler echocardiography in the human fetus. J. Am. Soc. Echo. 1:287, 1988

179. Muhiudeen I.A., Roberson D.A., Silverman N.H., Haas G., Turley K., Cahalan M.K. Intraoperative echocardiography in infants and children with congenital cardiac shunt lesions: transesophageal versus epicardial echocardiography. J. Am. Coll. Cardiol. 16:1687, 1990

180. Meyer R.A., Hagler D., Huhta J., Smallhorn J., Snider R., Williams R., Kleinman C., Silverman N.H. Guidelines for physician training in fetal echocardiography: recommendations of the Society of Pediatric Echocardiography Committee on Physician Training. J. Am. Soc. Echo. 3:1, 1990

181. Perloff J.K. Congenital heart disease in adults. A new cardiovascular subspecialty. Circulation 84:1881, 1991

182. Perloff J.K. Pregnancy and congenital heart disease. J. Am. Coll. Cardiol. 18:340, 1991

183. Perloff J.K., Rosove MH., Child J.S., Wright G.B. Adults with cyanotic congenital heart disease: hematologic management. Ann. Intern. Med. 109:406, 1988

184. Ports T.A., Silverman N.H., Schiller N.B. Two-dimensional echocardiographic assessment of Ebstein's anomaly. Circulation 58:336, 1978

185. Roberson D.A., Muhiudeen I.A., Silverman N.H., Turley K., Haas G.S., Cahalan M.K. Intraoperative transesophageal echocardiography of atrioventricular septal defect. J. Am. Coll. Cardiol. 18:537, 1991

186. Sahn D.J. Applications of color flow mapping in pediatric cardiology. Cardiol. Clin. 7:255, 1989

187. Sanders S.P., Parness I.A., Colan S.D. Recognition of abnormal connections of coronary arteries with the use of Doppler color flow mapping. J. Am. Coll. Cardiol. 13:922, 1989

188. Silverman N.H., Schmidt K.G. The current role of Doppler echocardiography in the diagnosis of heart disease in children. Cardiol. Clin. 7:265, 1989

189. Simpson I.A., Sahn D.J., Valdes-Cruz L.M., Chung K.J., Sherman F.S., Swensson R.E. Color Doppler flow mapping in patients with coarctation of the aorta: new observations and improved evaluation with color flow diameter and proximal acceleration as predictors of severity. Circulation 77:736, 1988

190. Swensson R.E., Murillo-Olivas A., Elias W., Bender R., Daily P.O., Sahn D.J. Noninvasive Doppler color flow mapping for detection of anomalous origin of the left coronary artery from the pulmonary artery and for evaluation of surgical repair. J. Am. Coll. Cardiol. 11:659, 1988

191. Armstrong W.F. Stress echocardiography for detection of coronary artery disease. Circulation 84(Suppl 3):I-43, 1991

192. Armstrong W.F., O'Donnell J., Ryan T., Feigenbaum H. Effect of prior myocardial infarction and extent and location of coronary disease on the accuracy of exercise echocardiography. J. Am. Coll. Cardiol. 10:531, 1987

193. Bedotto J.B., Eichhorn E.J., Grayburn P.A. Effects of left ventricular preload and afterload on ascending aortic blood velocity and acceleration in coronary artery disease. Am. J. Cardiol. 64:856, 1989

194. Broderick T., Sawada S., Armstrong W.F., Ryan T., Dillon J.C., Bourdillon P.D., Feigenbaum H. Improvement in rest and exercise-induced wall motion abnormalities after coronary angioplasty: an exercise echocardiographic study J. Am. Coll. Cardiol. 15:591, 1990

195. Harrison M.R., Smith M.D., Friedman B.J., DeMaria A.N. Uses and limitations of exercise Doppler echocardiography in the diagnosis of ischemic heart disease. J. Am. Coll. Cardiol. 10:809, 1987

196. Harrison M.R., Smith M.D., Nissen S.E., Grayburn P.A., DeMaria A.N. Use of exercise Doppler echocardiography to evaluate cardiac drugs: effects of propranolol and verapamil on aortic blood flow velocity and acceleration. J. Am. Coll. Cardiol. 11:1002, 1988

197. Himelman R.B., Stulbarg M., Kircher B., Lee E., Kee L., Dean N.C., Golden J., Wolfe C.L., Schiller N.B. Noninvasive evaluation of pulmonary artery pressure during exercise by saline-enhanced Doppler echocardiography in chronic pulmonary disease. Circulation 79:863, 1989

198. Himelman R.B., Stulbarg MS., Lee E., Kuecherer H.F., Schiller N.B. Noninvasive evaluation of pulmonary artery systolic pressures during dynamic exercise by saline-enhanced Doppler echocardiography. Am. Heart J. 119:685, 1990

199. Iliceto S., Caiati C., Ricci A., Amico A., D'Ambrosio G., Ferri G.M., Izzi M., Lagioia R., Rizzon P. Prediction of cardiac events after uncomplicated myocardial infarction by cross-sectional echocardiography during transesophageal atrial pacing. Intern. J. Cardiol. 28:95, 1990

200. Iliceto S., Amico A., Marangelli V., D'Ambrosio G., Rizzon P. Doppler echocardiographic evaluation of the effect of atrial pacing-induced ischemia on left ventricular filling in patients with coronary artery disease. J. Am. Coll. Cardiol. 11:953, 1988

201. Iliceto S., Papa A., D'Ambrosio G., Amico A., Sorino M., Coluccia P., Rizzon P. Prediction of the extent of coronary artery disease with the evaluation of left ventricular wall motion abnormalities during atrial pacing. A cross-sectional echocardiographic study. Intern. J. Cardiol. 14:33, 1987

202. Iwase M., Yokota M., Maeda M., Kamihara S., Miyahara T., Iwase M., Hayashi H., Saito H. Noninvasive detection of exercise-induced markedly elevated left ventricular filling pressure by pulsed Doppler echocardiography in patients with coronary artery disease. Am. Heart J. 118:947, 1989

203. Labovitz A.J., Pearson A.C., Chaitman B.R. Doppler and two-dimensional echocardiographic assessment of left ventricular function before and after intravenous dipyridamole stress testing for detection of coronary artery disease. Am. J. Cardiol. 62:1180, 1988

204. Lazarus M., Dang T.Y., Gardin J.M., Allfie A., Henry W.L. Evaluation of age, gender, heart rate and blood pressure changes and exercise conditioning on Doppler measured aortic blood flow acceleration and velocity during upright treadmill testing. Am. J. Cardiol. 62:439, 1988

205. Lane R.T., Sawada S.G., Segar D.S., Ryan T., Lalka S.G., Williams R., Brown S.E., Armstrong W.F., Feigenbaum H. Dobutamine stress echocardiography for assessment of cardiac risk before noncardiac surgery. Am. J. Cardiol. 68:976, 1991

206. Maeda M., Yokota M., Iwase M., Miyahara T., Hayashi H., Sotobata I. Accuracy of cardiac output measured by continuous wave Doppler echocardiography during dynamic exercise testing in the supine position in patients with coronary artery disease. J. Am. Coll. Cardiol. 13:76, 1989

207. Martin GR., Soifer S.J., Silverman N.H., Dae M.W., Stanger P. Effects of activity on ascending aortic velocity in children with valvular aortic stenosis. Am. J. Cardiol. 59:1386, 1987

208. Mehdirad A.A., Williams G.A., Labovitz A.J., Bryg R.J, Chaitman B.R. Evaluation of left ventricular function during upright exercise: correlation of exercise Doppler with postexercise two-dimensional echocardiographic results. Circulation 75:413, 1987

209. Mehta N., Boyle G., Bennett D., Gilmour S., Noble M.I., Mills C.M., Pugh S. Hemodynamic response to treadmill exercise in normal volunteers: an assessment by Doppler ultrasonic measurement of ascending aortic blood velocity and acceleration. Am. Heart J. 116:1298, 1988

210. Mitchell G.D., Brunken R.C., Schwaiger M., Donohue B.C., Krivokapich J., Child J.S. Assessment of mitral flow velocity with exercise by an index of stress-induced left ventricular ischemia in coronary artery disease. Am. J. Cardiol. 61:536, 1988

211. Picano E., Lattanzi F. Dipyridamole echocardiography. A new diagnostic window on coronary artery disease. Circulation 83(Suppl 5):III-19, 1991

212. Picano E., Severi S., Michelassi C., Lattanzi F., Masini M., Orsini E., Distante A., L'Abbate A. Prognostic importance of dipyridamole-echocardiography test in coronary artery disease. Circulation 80:450, 1989

213. Presti C.F., Armstrong W.F., Feigenbaum H. Comparison of echocardiography at peak exercise and after bicycle exercise in evaluation of patients with known or suspected coronary artery disease. J. Am. Soc. Echo. 1:119, 1988

214. Ryan T., Armstrong W.F., O'Donnell J.A., Feigenbaum H. Risk stratification after acute myocardial infarction by means of exercise two-dimensional echocardiography. Am. Heart J. 114:1305, 1987

215. Ryan T., Vasey C.G., Presti C.F., O'Donnell J.A., Feigenbaum H., Armstrong W.F. Exercise echocardiography: detection of coronary artery disease in patients with normal left ventricular wall motion at rest. J. Am. Coll. Cardiol. 11:993, 1988

216. Sawada S.G., Ryan T., Conley M.J., Corya B.C., Feigenbaum H., Armstrong W.F. Prognostic value of a normal exercise echocardiogram. Am. Heart J. 120:49, 1990

217. Sawada S.G., Ryan T., Fineberg N.S., Armstrong W.F., Judson W.E., McHenry P.L., Feigenbaum H. Exercise echocardiographic detection of coronary artery disease in women. J. Am. Coll. Cardiol. 14:1440, 1989

218. Sawada S.G., Segar D.S., Ryan T., Brown S.E., Dohan A.M., Williams R., Fineberg N.S., Armstrong W.F., Feigenbaum H. Echocardiographic detection of coronary artery disease during dobutamine infusion. Circulation 83:1605, 1991

219. Sawada S.G., Judson W.E., Ryan T., Armstrong W.F., Feigenbaum H. Upright bicycle exercise echocardiography after coronary artery bypass grafting. Am. J. Cardiol. 64:1123, 1989

220. Watters T.A., Botvinick E.H., Dae M.W., Cahalan M., Urbanowicz J., Benefiel D.J., Schiller N.B., Goldstone G., Reilly L., Stoney R.J. Comparison of the findings on preoperative dipyridamole perfusion scintigraphy and intraoperative transesophageal echocardiography: implications regarding the identification of myocardium at ischemic risk. J. Am. Coll. Cardiol. 18:93, 1991

221. Zachariah Z.P., Hsiung M.C., Nanda N.C., Kan M.N., Gatewood RP. Jr. Color Doppler assessment of mitral regurgitation induced by supine exercise in patients with coronary artery disease. Am. J. Cardiol. 59:1266, 1987

222. Adachi H., Omoto R., Kyo S., Matsumura M., Kimura S., Takamoto S., Yokote Y. Emergency surgical intervention of acute aortic dissection with the rapid diagnosis by transesophageal echocardiography. Circulation 84(Suppl 5):III-14, 1991

223. Alam M., Sun I. Transesophageal echocardiographic evaluation of left atrial mass lesions. J. Am. Soc. Echo. 4:323, 1991

224. Alam M., Sun I., Castello R., Pearson A.C., Fagan L., Labovitz A.J. Spontaneous echocardiographic contrast in the descending aorta. Am. Heart J. 120:915, 1990

225. Ballal R.S., Nanda N.C., Gatewood R., D'Arcy B., Samdarshi T.E., Holman W.L., Kirklin J.K., Pacifico A.D. Usefulness of transesophageal echocardiography in assessment of aortic dissection. Circulation 84:1903, 1991

226. Cahalan M.K., Lurz F.C., Schiller N.B. Transesophageal two-dimensional echocardiographic evaluation of anesthetic effects on left ventricular function. Br. J. Anaesthesia 60(Suppl 8-1):99S, 1988

227. Foster E., Kusumoto F.M., Sobol S.M., Schiller N.B. Streptococcal endocarditis temporally related to transesophageal echocardiography. J. Am. Soc. Echo. 3:424, 1990

228. Fisher E.A., Stahl J.A., Budd J.H., Goldman M.E. Transesophageal echocardiography: procedures and clinical application. J. Am. Coll. Cardiol. 18:1333, 1991

229. Kuecherer H.F., Kusumoto F., Muhiudeen I.A., Cahalan M.K., Schiller N.B. Pulmonary venous flow patterns by transesophageal pulsed Doppler echocardiography: relation to parameters of left ventricular systolic and diastolic function. Am. Heart J. 122:1683, 1991

230. Kuecherer H.F., Lee E., Schiller N.B. Role of transesophageal echocardiography in diagnosis and management of cardiovascular disease. Cardiol. Clin. 8:377, 1990

231. Kuecherer H.F., Muhiudeen I.A., Kusumoto F.M., Lee E., Moulinier L.E., Cahalan M.K., Schiller N.B. Estimation of mean left atrial pressure from transesophageal pulsed Doppler echocardiography of pulmonary venous flow. Circulation 82:1127, 1990

232. Lee E., Schiller N.B. Ambulatory and intraoperative transesophageal echocardiography. Cardiol. Clin. 7:511, 1989

233. Lee R.J., Bartzokis T., Yeoh T.K., Grogin H.R., Choi D., Schnittger I. Enhanced detection of intracardiac sources of cerebral emboli by transesophageal echocardiography. Stroke 22:734, 1991

234. Leung J.M., Schiller N.B., Mangano D.T. Transesophageal echocardiographic assessment of left ventricular function. Intern. J. Cardiac Imaging 5:63, 1989

235. Mays J.M., Nichols B.A., Rubish R.C., O'Meara K.W., Koverman P.A. Transesophageal echocardiography: a sonographer's perspective. J. Am. Soc. Echo. 4:513, 1991

236. Mohr-Kahaly S., Erbel R., Rennollet H., Wittlich N., Drexler M., Oelert H., Meyer J. Ambulatory follow-up of aortic dissection by transesophageal two-dimensional and color-coded Doppler echocardiography. Circulation 80:24, 1989

237. Mugge A., Daniel W.G., Frank G., Lichtlen P.R. Echocardiography in infective endocarditis: reassessment of prognostic implications of vegetation size determined by the transthoracic and the transesophageal approach. J. Am. Coll. Cardiol. 14:631, 1989

238. Mugge A., Daniel W.G., Klopper JW., Lichtlen P.R. Visualization of patent foramen ovale by transesophageal color-coded Doppler echocardiography. Am. J. Cardiol. 62:837, 1988

239. Muhiudeen I.A., Kuecherer H.F., Lee E., Cahalan M.K., Schiller N.B. Intraoperative estimation of cardiac output by transesophageal pulsed Doppler echocardiography. Anesthesiology, 74:9, 1991

240. Obeid A.I., Marvasti M., Parker F., Rosenberg J. Comparison of transthoracic and transesophageal echocardiography in diagnosis of left atrial myxoma. Am. J. Cardiol. 63:1006, 1989

241. Oh J.K., Seward J.B., Khandheria B.K., Gersh B.J., McGregor C.G., Freeman W.K., Sinak L.J., Tajik A.J. Transesophageal echocardiography in critically ill patients. Am. J. Cardiol. 66:1492, 1990

242. O'Shea J.P., Southern J.F., D'Ambra M.N., Magro C., Guerrero J.L., Marshall J.E., Vlahakes G.V., Levine R.A., Weyman A.E. Effects of prolonged transesophageal echocardiographic imaging and probe manipulation on the esophagus — an echocardiographic-pathologic study. J. Am. Coll. Cardiol. 17:1426, 1991

243. Pearson A.C., Castello R., Labovitz A.J. Safety and utility of transesophageal echocardiography in the critically ill patient. Am. Heart J. 119:1083, 1990

244. Roizen M.F., Beaupre P.N., Alpert R.A., Kremer P., Cahalan M.K., Schiller N.B. et al. Monitoring with two-dimensional transesophageal echocardiography: Comparison of myocardial function in patients undergoing superceliac-infrarenal, or infraenal aortic occlusion. J. Cardiovasc. Surg. 1:300, 1984

245. Schiller N.B., Maurer G., Ritter S.B., Armstrong W.F., Crawford M., Spotnitz H., Cahalan M., Quinones M., Meltzer R., Feinstein S. Transesophageal echocardiography. J. Am. Soc. Echo. 2:354, 1989

246. Seward J.B., Khandheria B.K., Edwards W.D., Oh J.K., Freeman W.K., Tajik A.J. Biplanar transesophageal echocardiography: anatomic correlations, image orientation, and clinical applications. Mayo Clin. Proc. 65:1193, 1990

247. Seward J.B., Khandheria B.K., Oh J.K., Abel M.D., Hughes R.W. Jr, Edwards W.D., Nichols B.A., Freeman W.K., Tajik A.J. Transesophageal echocardiography: technique, anatomic correlations, implementation, and clinical applications. Mayo Clin. Proc. 63:649, 1988

248. Shapiro S.M., Bayer A.S. Transesophageal and Doppler echocardiography in the diagnosis and management of infective endocarditis. Chest 100:1125, 1991

249. Shively B.K., Gurule F.T., Roldan C.A., Leggett J.H., Schiller N.B. Diagnostic value of transesophageal compared with transthoracic echocardiography in infective endocarditis. J. Am. Coll. Cardiol. 18:391, 1991

250. Taams M.A., Gussenhoven E.J., Cahalan M.K., Roelandt J.R., van Herwerden LA., The H.K., Bom N., de Jong N. Transesophageal Doppler color flow imaging in the detection of native and Bjork-Shiley mitral valve regurgitation. J. Am. Coll. Cardiol. 13:95, 1989

251. Urbanowicz J.H., Shaaban M.J., Cohen N.H., Cahalan M.K., Botvinick E.H., Chatterjee K., Schiller N.B., Dae M.W., Matthay M.A. Comparison of transesophageal echocardiographic and scintigraphic estimates of left ventricular end-diastolic volume index and ejection fraction in patients following coronary artery bypass grafting. Anesthesiology 72:607, 1990

252. Yamagishi M., Miyatake K., Beppu S., Kumon K., Suzuki S., Tanaka N., Nimura Y. Assessment of coronary blood flow by transesophageal two-dimensional pulsed Doppler echocardiography. Am. J. Cardiol. 62:641, 1988

253. Zenker G., Erbel R., Kramer G., Mohr-Kahaly S., Drexler M., Harnoncourt K., Meyer J. Transesophageal two-dimensional echocardiography in young patients with cerebral ischemic events. Stroke 19:345, 1988

254. Zwicky P., Daniel W.G., Mugge A., Lichtlen P.R. Imaging of coronary arteries by color-coded transesophageal Doppler echocardiography. Am. J. Cardiol. 62:639, 1988

255. Cardiac imaging and image processing; ed. Collins S.M., Skorton D.J., New York: McGraw-Hill, 1986.

256. Clements F.M., de Bruijn N.P. Transesophageal echocardiography. 1st ed. Boston: Brown and Co, 1991

257. Color Doppler flow imaging and other advances in Doppler echocardiography; ed. Roelandt J.R. Dordrecht, Boston: Martinus Nijhoff, 1986.

258. Congenital heart disease: echocardiography and magnetic resonance imaging; ed. Higgins C.B. et al. New York: Raven Press, 1990

259. Contrast echocardiography; ed. Meltzer R.S., Roelandt J.R. Boston: Martinus Nijhoff, 1982.

260. Digital techniques in echocardiography; ed. Roelandt J.R. Dordrecht, Boston: Martinus Nijhoff, 1987

261. Doppler echocardiography; ed. Goldberg S.J. et al. 2nd ed. Philadelphia: Lea & Febiger, 1988

262. Doppler echocardiography; ed. Schiller N.B. Philadelphia: Saunders, Cardiology Clinics 8:1, 1990

263. Doppler echocardiography in heart disease; ed. Berger M. New York: Decker, 1986

264. Echocardiography and Doppler in cardiac surgery; ed. Maurer G., Mohl W. New York: Igaku-Shoin, 1989

265. Echocardiography in coronary artery disease; ed. Visser C., Kan G., Meltzer R. Boston: Kluwer Academic Publ., 1988

266. Echocardiography in coronary artery disease; ed. Kerber R.E. Mount Kisco, New York: Futura Publ., 1988

267. Feigenbaum H. Echocardiography. 4th ed. Philadelphia: Lea & Febiger, 1986

268. Foley D. Color doppler flow imaging. Boston: Andover Medical Publ., 1991

269. Hagan AD., DeMaria A.N. Clinical applications of two-dimensional echocardiography and cardiac Doppler. 2nd ed. Boston: Little, Brown, 1989

270. Hatle L.K., Angelsen B. Doppler ultrasound in cardiology. 2nd ed. Philadelphia: Lea & Febiger, 1985

271. Intraoperative use of echocardiography; ed. DeBruijn N.P., Clements F.M., Philadelphia: Lippincott, 1991

272. Iwase M., Sotobata I. Clinical echocardiography. Dordrecht, Boston: Kluwer Academic Publ., 1989. Developments in cardiovascular medicine, v. 95.

273. Kisslo J.A., Adams D.B., Belkin R.N. Doppler color flow imaging. New York: Churchill Livingstone, 1988

274. Labovitz A., Williams G.A. Doppler echocardiography: the quantitative approach. 2nd ed. Philadelphia: Lea & Febiger, 1988

275. Myocardial contrast two-dimensional echocardiography; ed. Meerbaum S., Meltzer R.S. Dordrecht, Boston: Kluwer Academic Publ., 1989

276. Nanda N.C. Atlas of color Doppler echocardiography. Philadelphia: Lea & Febiger, 1989

277. Nanda N.C. Clinical echocardiography. Saint Louis: Mosby, 1978

278. Noninvasive cardiac imaging: recent developments; ed. Meltzer R.S., Vered Z., Neufeld HN. Mount Kisco, New York: Futura Publ., 1988

279. Perez J.E. Doppler echocardiography: a case studies approach. New York: McGraw-Hill, 1987

280. Phillips J.H. Practical quantitative Doppler echocardiography. Boca Raton: CRC Press, 1991

281. Redel D. Color blood flow imaging of the heart. Berlin, New York: Springer-Verlag, 1988

282. Reed KL. Fetal echocardiography: an atlas. New York: Liss, 1988

283. Salcedo E.E. Atlas of echocardiography. 2nd ed. Philadelphia: Saunders, 1985

284. Silverman N.H. Snider R. Two-dimensional echocardiography in congenital heart disease. New York: Appleton-Century-Crofts, 1982

285. Echocardiography in pediatric heart disease; ed. Snider R., Serwer G.A. Year Book Medical Publ., 1990

286. Textbook of adult and pediatric echocardiography and doppler; ed. Sutton M., Oldershaw P. Boston: Blackwell Scientific Publ., 1989

287. Textbook of color Doppler echocardiography; ed. Nanda N.C. Philadelphia: Lea & Febiger, 1989

288. Two-dimensional echocardiographic atlas; ed. Seward J.B. New York: Springer-Verlag, 1987

289. Two-dimensional echocardiography and cardiac Doppler; ed. Schapira J.N., Harold J.G., 2nd ed. Baltimore: Williams & Wilkins, 1990

290. Ultrasound in coronary artery disease: present role and future perspectives; ed. Iliceto S., Rizzon P., Roelandt J.R. Dordrecht, Boston: Kluwer Academic Publ., 1991

291. Weyman A.E. Cross-sectional echocardiography; Philadelphia: Lea & Febiger, 1982

Content

Шиллер Н., Осипов М. А.
Клиническая эхокардиография

Предисловие

От авторов

Глава 1. Физические принципы ультразвуковой визуализации сердца

Глава 2. Стандартные эхокардиографические позиции

Глава 3. Допплер-эхокардиография: физические принципы и основные измерения

Глава 4. Протокол стандартного эхокардиографического исследования взрослых

Глава 5. Левый желудочек

Глава 6. Правый желудочек

Глава 7. Предсердия

Глава 8. Митральный клапан

Глава 9. Аортальный клапан и корень аорты

Глава 10. Трехстворчатый клапан

Глава 11. Клапан легочной артерии

Глава 12. Перикард

Глава 13. Протезированные клапаны сердца

Глава 14. Врожденные пороки сердца у взрослых

Глава 15. Стресс-эхокардиография

Глава 16. Чреспищеводная эхокардиография

Цветные рисунки

Приложение. Эхокардиографическое заключение

Литература