Михаил Ланцов

Механический волшебник 2

Пролог

Дален сидел на спине своего бронто и мерно покачивался в такт его шагам.

Он ехал чуть в стороне от основной процессии, наблюдая за тем, как отряд медленно плетется на север – к реке Дракона. Время от времени вдали появлялись малые группы порождений тьмы, но они не задерживались больше чем на минуту. Да и вообще – вели себя очень настороженно.

– Дален, – к командору под сенью его мыслей подобралась Морриган, – ты стал каким-то замкнутым после этого проклятого леса.

– У меня появилось много вопросов для обдумывания.

– Поделишься? Может быть, я помогу их разрешить, – девушка лукаво улыбнулась.

– Меня терзает тревога.

– Из-за этой эльфийки?

– Да. Ты знала о том, что эти остроухие бродяги не настоящие эльфы?

– Нет, конечно. Откуда?

– Вот и я о том же. Дело в том, что начал всплывать совершенно иной пласт мира.

– Что? – Морриган удивленно посмотрела на Далена.

– Если постелить на пол ковер, то все будут видеть только ковер. А ведь под ним находятся пол, который сокрыт от взглядов.

– Все равно не понимаю, о чем ты говоришь.

– События, которые происходили вокруг Ферелдена, носили хоть и трагичный, но локальный характер. Если бы Архитектор разгромил нас и завладел королевством, то дальше игра вышла на совершенно иной уровень. Я убежден, что ради сокрушения мора плечом к плечу вышли бы и маги Империи, и кунари, и орлесианцы. А это такая сила, против которой Мору не выстоять. Порождений Тьмы просто сметут.

– И какая связь?

– А связь в том, что у меня такое ощущение, будто Большая игра уже началась. Появление Адель не случайно. Ты представляешь ее могущество?

– Думаю, что она не сильно уступает моей маме.

– Вполне вероятно, что она ее намного превосходит. Так вот. Эта особа столетиями успешно пряталась от незнакомцев, а тут вылезла на свет. Да еще как вылезла! Кто ее просил мне проигрывать?

– Проигрывать?

– А ты думаешь, она не могла меня уничтожить? Я убежден в том, что это была игра. Зачем ей все это?

– Ты уверен в том, что говоришь?

– Нет. Это предположения. Однако могущество Адель очень велико

– Действительно, странно. Похоже на то, что мы ей для чего-то нужны.

– Или для кого-то. Мне кажется, мы попали в струю какого-то очень древнего конфликта. И это мне не нравится. Я хочу получить это королевство, а не выжженную землю после того, как на его территории столкнутся ключевые игроки Тедаса. И знаешь что самое смешное? По всей видимости, Мор, Архитектор и Архидемон окажутся в этой Большой игре обычными игроками. Одними из многих.

– Как так?

– Очень просто. На фоне вовлеченных сил они затеряются.

Часть 1

Тяжелый дебют

Глава 1

Двадцать первого числа Туманного месяца девятьсот тридцать первого года отряд командора наконец-то подошел к Гнезду Грифона. Тем самым завершился грандиозный и невероятно рисковый поход в Бресилианский лес, длившийся без малого полгода.

В небольшой долине, которая образовалась после расчистки территории перед крепостной стеной, расположился огромный лагерь. Что немного напугало разведчиков командора. Это и не удивительно. Ведь среди людей, мелькавших в этой каше из палаток, повозок и прочего то и дело мелькало оружие, создававшее впечатление подошедшей армии. Впрочем ситуация довольно быстро прояснилась. К твердыне серых стражей пришли торговцы и добровольцы, приглашенные людьми командора во время странствий.

Впрочем, долина за минувшие полгода сильно изменилась, ибо Авентус, зря времени не терял и отлично потрудился. Ведь полгода спокойной и методичной работы – это огромный срок. Поэтому изменилось практически все.

Долина перед замком преобразилась. Если раньше она была завалена булыжниками, представляя собой дикий хаос с узкой извилистой тропинкой по центру, то теперь она стала практически каменным плато. Гигантский объем каменной массы был выравнен, став слегка волнистой наклонной плоскостью протяженностью более двух километров и шириной от двухсот до пятисот метров. Голое каменное поле. Разве что вдоль отвесной каменной стены с левого края долины журчал крупный ручей, спускавшийся с далеких горных вершин. Не очень бурный, но вопрос снабжения замка водой он решал.

Внешний периметр замка тоже очень сильно изменился. Конечно, когда Дален уезжал, то оставлял за своей спиной достаточно могучую надвратную башню с тремя подъемными решетками из железа, выдвижным мостом через небольшой ров и массивные стены, сложенные из гранитных блоков. Это само по себе выглядело весьма внушительно. Однако, отбывая в поход, командор имел неосторожность посвятить Авентуса в свои планы по укреплению замка. А тот за минувшие полгода приложил все силы для реализации этих идей. Даже в ущерб работ по освоению тейга .

Надвратная башня в изначальном варианте исчезла, а вместо нее появилась любопытная конструкция с оригинальным названием – захаб . Со стороны долины этот фортификационный элемент выглядел как выступ крепостной стены, протяженностью около двадцати метров и завершался квадратной башней с подъемными мостом и решеткой. В месте пересечения захаба с куртиной стояла еще одна квадратная башня с подъемной решеткой, дальше шел внутренний рукав, полностью копирующий внешний. Разве что подъемного моста не было. Несколько громоздкая конструкция, однако, теперь ворота становились практически неприступными.

Ров изменился. Из-за появления захаба его ширина стала неравномерной и колебалась от десяти до пятнадцати метров. Но он, как и раньше, отвесно уходил вниз на семь, а то и восемь метров и был заполнен проточной водой. Да так подступал к стенам, что те буквально вырастали из водной глади, совершенно не имея никаких выступов. Впрочем, сама куртина тоже подверглась модернизации. Авентус довел ее толщину у основания до десяти метров, а внешнюю сторону отполировал, посредством ряда инструментальных заклинаний. Например, путем превращения гранитной поверхности в подобие стекла под воздействием плазматических температур. Командору пришлось потратить очень много усилий, чтобы маг-хранитель замка освоил столь сложное плетение, однако, смотря теперь на то, как переливаются в солнечных лучах стены, Дален строил довольные гримасы. Его труды не пропали даром.

Все это дополнялось четырьмя круглыми башнями, равномерно идущими вдоль всей протяженности куртины. Для полной "картины маслом" оставалось достроить машикули и крепкие крыши над стенами и башнями с добротной металлической кровлей. Ведь навесной огонь из луков никто не отменял, да и с близлежащих скал могли метать что-нибудь.

Дален смотря на всю эту красоту радовался безмерно, понимая, что такое укрепление взять обычными средствами практически невозможно. Даже примитивная артиллерия кунари или маги Империи вряд ли смогут сделать что-то серьезное при некотором противодействии защитников. А ведь Авентус, по всей видимости, даже не приступал к перестройке внутренних помещений замках, в том числе и цитадели, ради неприступности которой пришлось бы очень серьезно поработать над окружающими замок скалами. Да и вообще, требовалось срезать огромную массу горной породы, сделав каменные стены не такими отвесными. В общем, работ по совершенствованию местного ландшафта предстояло еще весьма и весьма прилично.

Тут стоит отметить важный факт. София Драйден в свое время выбрала место для создания замка "Пик Солдата" весьма разумно, так как у замков и крепостей, стоящих на каменном плато есть решительное преимущество перед их грунтовыми коллегами. Дело в том, что подкоп под подобные укрепленные сооружения было практически нереально сделать. Так что они защищали не только от пороховых мин, оные практиковали кунари, но и от внезапного нападения порождений тьмы. Ведь они не умели прорывать туннели в каменистых породах – голыми руками даже песчаник особенно не проковыряешь. Собственно этот факт и удерживал крепость Лотеринг от падения. Ведь русло реки Дракона пробило себе путь в каменистых землях, являвшихся вершиной гигантского каменного хребта, уходящего на километры под землю. По большому счету порождения тьмы, находящиеся на глубинных тропах под королевством Ферелден были отрезаны от всего остального мира. С юга проходил этот каменный хребет, с юго-запада располагалось довольно глубокое озеро, с запада – Морозные горы, с севера и востока – океан. Они даже попали в королевство по поверхности в ходе последнего мора. Если бы не этот печальный для Архидемона факт, то он никогда бы не стал штурмовать Лотеринг, превращенный Даленом в крепость. Просто приказал своим "юнитам" отрыть подземный ров и выйти на, как говорится, оперативный простор.

За этими мыслями Дален и приблизился к лагерю. Его заметили и бросились встречать. Ошибиться гости не могли. Ведь не каждый ведь день можно увидеть верховой отряд на бронто, снаряженный в прекрасные доспехи и красивую одежду.

Впрочем, у подобной радостной встречи имелось еще одно объяснение, о котором Дален узнал только за счет активного использования домена . Дело в том, что во время отсутствия командора замок посетила делегация баронов Центральных земель, собранная по инициативе наследного герцога Хайэвера Федора Кусланда, что ныне числился добровольно в ордене серых стражей.

Смысл этой летучки заключался в том, что Гнездо Грифона располагалось на землях, принадлежащих герцогству. А это порождало неудобные юридические коллизии. Поэтому, Федор перед почетным и уважаемым собранием провозгласил по праву, данному ему от рождения земли вокруг Гнезда Грифона отдельным, независимым баронством. Соответственно, согласно доброй традиции, Гнездо Грифона было преобразовано в родовой замок командора с новым названием Грифингар.

Подобный шаг ставил Далена в очень интересное положение, вызывающее острую зубную боль у его главного политического противника – герцога Логейна. Ведь возродился не только орден серых стражей, но и их предводитель получил очень высокий аристократический титул. Надо сказать, что род Амеллов и без того относился к дворянству, но мелкому. Теперь же, с обретением статуса барона все менялось очень решительно. Например, командор приобретал голос на Совете земель и право избираться королем. Милый, приятный бонус от Федора, который в своем командире души не чаял, почитая непобедимым воином. Впрочем, бароны тоже не противились такому шагу, ибо Дален оказался единственным человеком, который смог действительно остановить мор, да и вообще показал себя очень серьезным игроком. Конечно, это еще не голосование в Совете земель, но командор был очень доволен, ибо бароны весьма прозрачно намекали о своей лояльности и поддержке, ожидая, впрочем, развития событий. Никто не хотел ошибиться в своем выборе и оказаться в опале у будущего короля.

Начинался второй этап большой игры за трон Ферелдена.

Глава 2

Далена встречали не только торговцы и добровольцы.

Ежесуточные сеансы связи, которые позволяли полностью контролировать ситуацию, давали сводки всех гостей замка. Однако о прибытии этих гостей командору никто не сообщал. Как потом выяснилось, "товарищи" прибыли каким-то чудесным способом как раз в утро возвращения Далена в крепость.

Взгляд командора сразу зацепился за небольшую делегацию в слишком хороших для жителей Ферелдена одеждах. Шелк тут могли позволить себе единицы, да и то – на праздники. Гостей из Минратоса спутать с кем-то еще было очень сложно. Женщина в прекрасном шелковом платье красного цвета с дорогими золотыми украшениями, верхом на белом коне, двинулась навстречу Далену с таким чувством собственного достоинства, что и пересказать нельзя. Она так сильно "задрала нос", что казалось, будто он окажется на затылке. Ее сопровождали четыре крепких мужчины в весьма недурственных латных доспехах из сильверита. По крайней мере, даже латы короля Николая сильно им уступали по качеству.

За этой процессией следовало несколько пеших слуг, которые тащили на себе какие-то сундуки и носилки.

Дален остановил своего бронто, снял шлем и выразительно посмотрел на гостью, ожидая, пока она подъедет. В конце концов, он хозяин этих земель, а не эта колдунья. Дама продолжила ехать на тщательно вышагивающем коне и остановилась лишь тогда, когда между командором и ей осталось примерно двадцать шагов.

– Приветствую вас милорд, – незнакомка с насыщенно голубыми глазами вежливо качнула головой.

– И я вас, мадам. Мы знакомы?

– Нет, но это легко исправить. Меня зовут Сестеция. Я имею честь состоять одним из магистров при архонте Великой Империи Тевинтер.

– Безмерно рад нашему знакомству, – Дален слегка кивнул в знак вежливости. – Что вас привело в столь далекие земли?

– Мы наслышаны о Море, который обрушился на эти земли, а потому желаем помочь отважному командору, что героически сражается с порождениями тьмы.

– В самом деле? – Дален несколько удивился. – И как же?

– Мы хотим вам поднести вот этот артефакт, – Сестеция кивнула своим слугам, и они на носилках поднесли небольшой сундук из золота, покрытый необычными письменами. Дама еще раз вежливо кивнула.

– А что именно представляет собой этот артефакт? – Сказал Дален, задумчиво рассматривая незнакомые письмена.

– Это жезл могущества. Он помогает восстанавливать магическую энергию своего держателя, что многократно повышает силу мага. Мы слышали, что вы заслужили славу великого мастера магический плетений. С этим жезлом перед вами откроются горизонты.

– А в Империи этот ценный артефакт не нужен? Я слышал, что у вас идет затяжная война с кунари.

– Боюсь, что Мор намного опаснее этих свирепых, но примитивных существ. Если падет Ферелден, то наступит угроза для всего Тедаса.

– Хм. – Усмехнулся Дален. – Любезный, – обратился командор к одному из слуг, смотрящего на него с услужливостью шакала Табаки из знаменитых рассказов Килинга. – открой сундук и подай мне жезл.

Слуга посмотрел на свою госпожу и, дождавшись ее кивка, предельно аккуратно открыл сундук. Там действительно, на мягкой подушке красного цвета лежал странного рода жезл, походивший на классический символ власти Российской Империи. Разве что, двуглавым орлом не был украшен. После чего, подняв его вместе с подушкой, протянул командору. Да еще с таким видом, дескать, ему, убогому нельзя прикасаться к столь ценным вещам.

– В Минратосе слуга, прикоснувшийся к магическому артефакту, лишается головы. Даже если он сделал это случайно или, например, упав. – Прокомментировала ситуацию Сестеция, видя некоторую нерешительность Далена.

– И как, еще не бунтуют? – Усмехнулся командор и, вспомнив о диких нравах Империи, взял жезл в руки. Точнее попробовал взять, так как в момент прикосновения произошел громкий хлопок, яркая вспышка и он потерял сознание.

"Уплывая" Дален сумел почувствовать только одно – в нем что-то совершенно рвалось и разрушалось. Какие-то невидимые нити, связывающие его всего в одно единой целое, превращались в лохмотья, а магическая энергия, накопленная в его теле, стремительно уходила наружу. Так, словно она вода, налитая в дырявый бурдюк.

Но, как ни странно, очнулся Дален быстро. Начал промаргиваться, борясь со "звездочками", как от сильного удара и услышал, что где-то рядом это лживая тварь, Сестеция, призывает всех сложить оружие.

Во всем теле командора чувствовалась дикая слабость. Рецепторы сбоили, выдавая массу самых разнообразных ошибок в ощущениях, но мозг кое-как справлялся, вычленяя наиболее вероятные. Но главная беда заключалось в другом – магическая энергия практически полностью его покинула. От былого могущества, что пожаловала ему Флемет сама того не желая, не осталось и следа. То есть, Дален в плане магического потенциала вновь стал тем самым магом-неофитом, что пришел на башню Ишала в ту знаменательную битву.

Выругавшись на смеси различных языков, Дален, пошатываясь, поднялся на ноги. И сразу все вокруг замерло и затихло. Он посмотрел на Сестерцию и увидел, что у этой дамы даже рот открылся от удивления. Она, видимо, ожидала, что командор или умрет, или будет без сознания.

– Ну? Что смотришь? Меня такими фокусами не возьмешь.

– Ты… кто? – удивление этой женщины стремительно менялось на ужас.

– Как я уже говорил Адель, существ подобных мне проще называть богами. Впрочем, тебе это знание ничего не даст. Ты проявила неуважение моему гостеприимству, а потому умрешь. – С этими словами Дален сплел небольшой плазматический шарик и метнул его в женщину, но та сумела поставить защиту и отразить его в землю.

Вид огненного шарика, который с шипением скрылся в каменистом грунте, оставив после себя аккуратно оплавленную норку, только усилил ее панику. Таких температур в Империи не умел достигать никто. Впрочем, удивляться ей пришлось не долго – Дален, пользуясь замешательством, выхватил пистолет и выстрелил в Сестерцию. Она попробовала отразить выстрел, но ничего не получилось – пуля лишь замедлилась и на все еще хорошей скорости вошла ей в живот.

Женщина вскрикнула. Свалилась с лошади. А по земле рядом с ней стала быстро растекаться кровь.

Дален, пошатываясь, подошел к ней, на ходу перезаряжая пистолет. Улыбнулся. И с дистанции в пару шагов пустил женщине контрольную пулю в голову. После чего громко крикнул:

– Что встали? Задержать ее спутников!

После чего немного потрясся головой подошел к лошади этой самой Сестерции и, опершись о седло, попробовал отдышаться.

Слабость не проходила. Спустя какие-то минуты Дален услышал какие-то всхлипы рядом. Обернулся и как в тумане увидел Морриган. Ее глаза были полны слез. Впрочем, стояла она так недолго. Спустя еще несколько мгновений она бросилась его обнимать. Даже несмотря на то, что это было весьма сложно осуществимо, ведь командор был в доспехах.

– Ну же, спокойнее. Чего ты плачешь?

– Я испугалась… – девушка всхлипнула. – Подумала, что ты умер.

– Даже если и умер, тебе-то чего? – Дален решил ее немного подразнить, впрочем, она вместо ответа поджала губки и ударила его по грудной пластине доспеха. – Ты, что, меня любишь, что ли? – С притворным удивлением сказал командор. Девушка немного смутилась, заколебалась, но спустя несколько секунд посмотрела полным слез взглядом прямо в глаза Далену. Он улыбнулся и прижал ее к себе настолько нежно, насколько позволяли доспехи. Едкая и высокомерная стерва осталась где-то там, за маской для окружающих. А в его объятьях была девушка, которая с самого детства хотела немного тепла и любви в этом суровом и безжалостном мире. И, несмотря на все невзгоды, она сохранила это желание, тщательно пряча его в твердой и, на первый взгляд, совершенно неразрушимой скорлупе комплексов и предрассудков, навязанных ей матерью.

Немного так постояв, он похлопал её по спине, дабы она уж очнулась от своего мокрого счастья, и не спеша, покачиваясь, поковылял в замок. Причем, что необычно, зачем-то ухватил коня магистра под узду, а девушку за талию. Но она не сопротивлялась вообще.

За ними же устремился остальной кортеж.

Глава 3

Далену было очень тяжело. Общее впечатление напоминало эпизод из кинофильма "Терминатор 2" когда киборг сбоил, воспринимая видео- и аудио-ряд с большими помехами и искажениями. А то и вообще – фрагментарно.

Любое шевеление, даже дыхание, вызывало возмущение организма, сопровождающееся новой порцией помех. Поэтому командор старался дышать редко и глубоко. И вот, через полчаса после поединка с Сестерцией в комнату к Далену постучался Федор Кусланд, как раз в тот момент, когда Амелл сделал вдох и наслаждался некоторым, кратковременным уравновешиванием сознания.

– Там… – Федор мялся.

– Что случилось?

– Оборотни неверно истолковали ваши слова. Все спутники это стервы погибли. Я провел оперативный допрос купцов и выяснил, что с ней прибыл еще один человек, но тот как вы ее убили, вскочил на коня и бросился наутек. Нам послать погоню? Я сам не смею принять столь ответственное решение, опасаясь засады. Вдруг на некотором удалении от замка ждут подельники этой Сестерции.

– Не нужно никакой погони. Пускай доносит о случившемся. Надеюсь, он видел и слышал все. В тот момент я выглядел куда лучше, чем сейчас. Пусть думают, что на меня заклинание не подействовало или подействовало не так, как ожидали эти… – Дален зло сплюнул.

– А что с вами случилось? Что это была за гадость?

– Не знаю, но меня так встряхнуло, что практически все внутренности вывернуло, и запас моей магической энергии упал до совершенно мизерного уровня. Я ведь блефовал. Плазматический шарик в моем исполнении одно из самых экономичных заклинаний. А в ее глазах он выглядел чем-то чудовищным по затратам энергии. То есть, я пытался показать, что заклинание меня только слегка оглушило.

– Всем присутствующим так и показалось. Я спрашивал купцов, они несколько обиделись, когда я переносил ваши дела, связанные с торговлей на завтра, а то и на послезавтра. Они думали, что вы просто набиваете цену.

– Так и есть. Но не им, а в глазах лазутчиков, которые совершенно точно там присутствуют. Мне нужно отдохнуть и восстановиться после того сокрушительного удара. Не уверен, что я переживу эту ночь, но попробую.

– Все так плохо?

– Хуже некуда. Впрочем, не переживай раньше времени. Будет у вас командор не маг, а обычный воин. – Дален улыбнулся. Посреди ночи Дален проснулся от необычного чувства, будто у него на постели кто-то пристроился. Открыл глаза – так и есть, рядом, прижавшись к нему, спала Морриган, которая была обнажена и прекрасна в лунном свете. Впрочем, усталость и слабость никуда особенно и не уходили, поэтому, он вскоре вновь заснул, только уже с довольным выражением лица.

* * *

Утро наступило несколько неожиданно. Ближе к полудню.

Морриган рядом не было, а за окном вновь шумела толпа, давно пробудившаяся и активно бездельничающая.

Дален прислушался к своему телу, немного поиграл мышцами и, хмыкнув, встал с постели. Все было в порядке, разве что запас магической энергии был катастрофически мал, по сравнению с тем, что у него было до того. Он так и остался на уровне только что посвященного мага.

"Плохо. Очень плохо", – подумал Дален и принялся приводить себя в порядок.

Глава 4

Примерно в тоже время. Минратос. Одно из внутренних помещений дворца архонта.

– Ваша милость, – мужчина в пышных шелковых одеждах склонил свою голову в глубоком поклоне.

– Ты взволнован? Что, кунари опять предприняли вылазку?

– Нет, ваша милость, после последнего поражения они сидят по своим норам и зализывают раны.

– Тогда что случилось? Ты сам не свой.

– Я… Ваша милость я не знаю, как вам докладывать, – мужчина так и не поднимал головы, смиренно смотря в пол.

– Как есть, так и докладывай. Что случилось? Не тяни.

– Сестерция, она погибла.

– Да?! И как это произошло? Он расколол ее?

– Нет, – мужчина немного помялся и начал свой рассказ. – Ночью я через сны прошел по всем нашим агентам, собирая новости, однако, ни Сестерцию, ни ее ближайших помощников во сне найти не смог. Что было очень странно. За сутки до того она докладывала, что ожидает днем прибытие командора. Меня это насторожило. Я связался с демоном вашего домена и попросил найти мне всех ее сопровождающих. Нашелся только один. Я вошел к нему в сон и прочитал воспоминания. – Архонт вопросительно поднял бровь. – То, что произошло, совершенно не укладывается в мое понимание действия известного нам заклинания.

– Жезл дал сбой и взорвался? Такое иногда бывает.

– Нет, что вы, жезл сработал безупречно. Я много раз видел, как он работает. Все прошло так, как должно было пройти. Избыточный заряд даже выбил Далена из седла, сбросив на землю. После такого удара он должен был стать безвольной куклой, которая даже в туалет сама сходить не может. А он встал, пошатываясь, и уничтожил Сестерцию.

– Что?!

– Да. Он при этом как колдовал, так и использовал какой-то странный артефакт. И это несмотря на то, что на лице у него читалось успешное действие заклинаний. Эти насыщенные круги под глазами за мгновения не берутся просто так, при том, что глаза стали совершенно красными, заплыв кровью. По всем признакам заклинание на него подействовало. Но он выстоял. Да так выстоял, что быстро и без проблем уничтожил магистра магии. Я… я не понимаю… – растерянность говорящего человека была полной.

– Да, действительно, такого в истории еще никогда не встречалось. Какие-нибудь подробности по этому вопросу удалось выяснить? Я так понимаю, остальные спутники Сестерции погибли.

– Да, причем быстро. Оборотни, что шли вместе с командором растерзали их за несколько минут.

– Что еще?

– С ним действительно путешествует дочь Флемет, – архонт удивленно поднял брови. – Хм. Кстати говоря, вспомнился важный момент. Дален вел себя очень странно после поражения заклинанием. Назвал имя какой-то Адель и заявил, что он Бог.

– Бог? Вы уверены?

– Да. Совершенно точно. Я имел наглость пообщаться с вашим демоном-смотрителем, который существовал еще до войны между людьми и эльфами, – мужчина вновь смутился.

– И что же он сказал? Продолжай.

– Он считает, что учитывая такую стойкость командора к заклинанию, которое очевидно на него подействовало, но не смогло сильно навредить, вероятно, имеется в виду некая особа, которую звали Адель саль Эллианна.

– Кто это?

– Одна из немногих природных эльфов, тело которой после завершения битвы так и не нашли. Могущественный маг сопоставимый с Архитектором, если не сильнее.

– То есть, демон считает, что Дален это либо пробудившийся древний Бог, либо вылезший из норы друг этой древней особы.

– Да. Это подтвердил и первый чародей Каленхадского круга.

– О, он с вами поделился своими измышлениями? Раньше он не очень желал общаться.

– Я подписал с ним контракт на пять тысяч обычных накопителей, чтобы он приоткрыл завесу тайны преображения своего ученика.

– И что же он сказал?

– Что Дален – это не он сам, а какой-то маг, ворвавшийся в домен Ирвина незадолго до начала испытаний давно умершего Далена. – Архон вновь удивленно поднял бровь. – Он захватил сущность Далена и вселился в его тело. Кстати говоря, в плане теней он вел себя очень нагло для существа, вторгшегося на чужую территорию. И местный демон-смотритель говорит, что он не мог ему сопротивляться. Но тут есть странный момент. Этот древний маг как будто ничего не знал о магии, но в то же время являл совершенно уникальные заклинания. Ирвин подтверждает, что Дален практически не обладал навыками плетений, которые преподают в круге. Он чужеродный элемент.

– Очень интересно.

– Командор знает, что артефакт подсылали мы?

– Да. Сестерция решила играть открыто и представилась.

– Все это очень плохо. Адель… оборотни… Бог… знаете, все просто отвратительно. Никаких действий относительно командора не предпринимайте. Наблюдайте. Вы к нему в сон уже заходили?

– Никак нет. Он спит только в своем домене. Как и все его члены ордена.

– Дочь Флемет?

– Пробовал, но там стоит какая-то очень странная защита. Видимо старуха помудрила, чтобы за ней через дочку не наблюдали.

– Хорошо. Аккуратно, очень аккуратно наблюдаем за командором. Мне нужно знать, кто он.

– А что ответить герцогу Логейну?

– Пошлите его к демонам и запросите компенсацию за убитого магистра. Он не предупредил, что придется связываться со столь могущественным существом. Требуйте тройную компенсацию или убейте. Если Дален действительно неожиданное эхо из древних времен, да еще не в одиночестве, то мы попали в крупные неприятности. Еще и дочь Флемет. Дракон, древний природный эльф и … действуйте. На карте стоит не только ваша, но и моя жизнь. – Архонт недовольно поморщился и подошел к окну. – Не удивлюсь, что от этой связи с Адель у него и грифоны появятся.

– У него имеется несколько древних яиц этих созданий. Но они безжизненны.

– Вот как? Любопытно. Что-то еще интересное?

– Возможно, вас заинтересуют големы?

– И что в них удивительного? В империи их немало.

– Достоверно известно, что у Далена имеется два активных сердца. Кто внутри – выяснить не удалось, по крайней мере, достоверно. Поговаривают, что в одном заключен дух некой Софии Драйден, а в другом – Дух леса. Что это за Дух леса, я не знаю. Там какая-то заварушка была в Бресилианском лесу. Сложно сказать что именно, но наши наблюдатели убеждены, что там произошла гибель сильных магов.

– Бресилианский форпост… это любопытно. Отправьте туда экспедицию, я хочу узнать, что там произошло.

– Это самоубийственно. Насколько мне известно, там все захвачено порождениями тьмы.

– Вы убеждены в неоправданности этой операции?

– Да.

– Хорошо. Тогда вы ее и возглавите. Вы же славитесь талантом решать сложные задачи, – улыбнулся архонт, смотря на кислое лицо магистра. – Кстати, эти сердца полноценные?

– Да. Прекрасные бриллианты. По размеру позволяют создавать полностью функциональных конструктов.

– Этот командор меня все больше и больше увлекает. Задействуйте все наши ресурсы. Ступайте. Мне нужно подумать.

Глава 5

Немного приведя себя в порядок, Дален принялся выполнять обязанности владетельного сеньора Грифингара. В частности, принимать целую армаду купцов, которая уже не первый день стояла под стенами его твердыни, с надеждой продать все "нажитое непосильным трудом".

– Федор, как у нас обстоят дела с монетами? – Спросил командор у своего офицера, застав того за работой с бумагами.

– Все хорошо. Заготовки, которые вы подготовили незадолго до своего отбытия в поход мы отчеканили. Просто чудесное устройство! Никогда не думал, что без молотков и шума можно так четко и качественно делать монеты. – Оживился Федор. Он говорил о ручном винтовом прессе, который развивал очень серьезное давление. Заготовка штамповалась в холодном виде с одного захода. Причем сам труженик, за счет редуктора, особой нагрузки не испытывал, несмотря на невероятное давление – пуансон, в который укладывалась заготовка монеты сжимался с силой более тонны на квадратный миллиметр.

– Брака было много?

– Семнадцать золотых, двести пятнадцать серебряных и триста десять медных монет. Мы их отложили отдельно.

– Хорошо. – Дален задумался. Уезжая в поход на Бресилианский лес, командор оставлял подчиненным порядка одного миллиона шестисот пятидесяти тысяч заготовок, преимущественно, конечно медных. То есть, обобщая можно сказать, что у него теперь было баснословное состояние. Вероятно, даже у архонта Империи столько денег не было. – Федор, можно взглянуть на отчет?

– Конечно, – с этими словами юный Кусланд взял лист бумаги, лежащий на краю стола, и протянул его командору. Видимо он готовился к таким вопросам. Дален взглянул и улыбнулся. Двадцать шесть тысяч триста восемьдесят золотых монет по текущему курсу, большая из которых была разменная мелочь! Эта информация грела душу, тем более что из Бресилианского леса привезли материала еще на семьдесят шесть с гаком тысяч золотых монет.

– Да уж, до конца игры хватит с лихвой, – сказал командор, прикидывая расходы до конца сюжетной линии игры о которой он знал.

– Что? – Удивленно переспросил Федор.

– Я говорю, вскоре я снова наделаю заготовок, и придется вновь приниматься за штамповку монет. Вы разве не видели, сколько со мной прибыло золота?

– Нет, Морриган заставила все разгружать оборотней, стараясь держать подальше всех случайных зевак. А я особенно и не лез к ней, с вопросами.

– Это хорошо. В том состоянии она могла тебя легко покусать, – улыбнулся командор. – Со мной золота приехало на семьдесят пять тысяч монет. Да серебра немного. Плюс, я надеюсь, что горные изыскания в тейге и шахте возобновляться.

– Вы про медь?

– Да.

– Мы с Авентусом обследовали со всем радением тейг. Там не так много медной руды. Она больше использовалась для облицовки.

– Сколько ее примерно?

– Раза два к тому что мы в монеты перевели. Но это при учете того, что мы пустим на слом все, что содержит медь. Может нам стоит просто покупать медь у торговцев? Я спрашивал. Они бы и рады изготавливать монеты из нее, да очень долго и мучительно для них. У нас есть прекрасный пресс и вы, а у них только молоток и примитивные штампы. Я посмотрел на их медные монетки, послушал о том, как они их делают и просто расцвел. Они же ничего не смыслят в этом вопросе, несмотря на то, что мелкие разменные деньги им остро нужны.

– Хорошее наблюдение. Я поговорю с торговцами о закупке меди. А пока пойдем, посмотрим, что они нам привезли.

Посмотреть там было на что. Основным товаром, как несложно догадаться, было продовольствие. Тут был практически весь ассортимент – зерно разных сортов, вяленое мясо, соленая и сушеная рыба, сушеные грибы с ягодами, орехи, масла, разнообразные долго хранящиеся корнеплоды и многое другое.

Скупив, особенно не торгуясь, все, что привезли, Дален теперь был спокоен – его замок сможет "содержать" порядка тысячи ртов в течение более чем двух лет. А если в экономном режиме, то и того больше. Правда "ртов" у него в подчинении было сильно меньше – чуть более трехсот, что позволяло надеяться на бессмысленность любой осады.

К слову сказать, купцы охотно принимали новые монеты Грифингара, прекрасно отчеканенные и выдержанные размером и массой, особенно медные, коих имели острый дефицит. Идея командора сработала.

Тут нужно пояснить. В любом средневековом обществе чеканка монет считается признаком власти. Это было сложно, не очень выгодно из-за большого объема труда, но влиятельные правители не имели иных вариантов. Им требовалось демонстрировать свое могущество не только силою оружия, но и монетами. Учитывая, что раньше в Ферелдене деньги чеканились исключительно в Риме, да и то – в весьма скромных масштабах, а наибольшая денежная масса имела иностранное происхождение, то роль Грифингара одним только этим шагом взлетела до небес. Теперь он был не только центром единственной в регионе реальной военной силы, которая смогла остановить наступление порождений тьмы. Но и потихоньку обретал очертания центра власти. Ведь если так пойдет дальше, то монетный двор твердыни серых стражей легко заменит все то разнообразие монет единым стандартом. Своим. А ведь кто создает деньги, тот обществом и управляет.

Для полноты захвата реальной власти Далену оставалось только торговлю перехватить и как-то замкнуть на себя налоги. И если с налогами пока ничего толком сделать было нельзя, ибо бароны отказывались их выплачивать кому-либо, оставляя себе, то с торговлей получалось решить проблему без особенных затруднений.

– Друзья, – Дален залез на фургон так, чтобы его было лучше видно. – Видя, какая мирная и деловая атмосфера стоит в эти дни под Грифингаром, я хочу сделать вам предложение. – Наступила тишина. Все купцы насторожились, ловя каждое слово командора. – Я обнесу это плато внешней крепостной стеной, защищающей его от внезапных набегов, а внутри и поставлю торговые ряды с жилыми домами…

Иными словами, командор предложил крупным торговцам открыть под стенами крепости постоянные торговые дома, а малым – постоялые дворы и места в торговых рядах. Само собой, за символическую арендную плату. Учитывая, что в том же Риме был хаос, да и с торговлей особенно ничего хорошего не наблюдалось, то подобное предложение вызвало воодушевление. По большому счету в Тедасе хорошо с торговлей было только в Антиве . Во всех же остальных местах, торговцев притесняли и часто фактически грабили.

Что же скрывалось за предложением Далена на самом деле? Все очень просто. Командор решил создать единую для Ферелдена торговую площадку у себя под боком и, как следствие, под контролем. Дальше развить ее в биржу. Само собой, обеспечив работу личным банком, денег для которого у него теперь хватало. Казалось бы мелочь. Подумаешь, торговля какая-то, биржа и прочие глупости. Но в этом и была вся соль. Так как реальная власть всегда упирается в финансы, а банк и биржа очень быстро дадут командору полный или практически полный контроль над всеми ключевыми денежными потоками королевства. Что ему, собственно, было и нужно.

Власть? А как же корона? Да, было бы неплохо ее приобрести. Но намного лучше, когда ее возложение на голову формальность, ибо человек уже обладает реальной властью и по факту правит страной, чем наоборот. Ведь корона это всего лишь символ, не обладающий реальным могуществом.

Глава 6

Дален лежал в своем кабинете на топчане, что стоял возле окна с видом на двор, и смотрел на небо, которое красиво играла яркими красками заката, переплетающегося с последними лучами солнца. Он ни о чем не думал. Просто лежал на спине, ощущая себя тушеным баклажаном.

В дверь постучались и, не дожидаясь ответа, вошли. Командор лениво повернул голову и увидел Морриган. Она аккуратно прикрыла дверь и присела на край топчана, обеспокоено посмотрев на Далена.

– Что с тобой происходит? Расскажи. Ты же знаешь, я за тебя очень переживаю. Ты практически перестал пользоваться магией. Почему? – Она взяла в свои руки его ладонь и встретилась с ним взглядом.

– Я думал над тем, как работало то странное заклинание. Все очень странно. Они хотели взять меня в плен, да так, что… хм… я должен был стать безвольной куклой. – Морриган сосредоточено смотрела на Далена немигающим взглядом. – Меня спасло то, что моя сущность многослойна, а заклинание на это не рассчитано. Оно снесло все, что было снаружи, то есть, останки бывшего владельца этой тушки. – Командор улыбнулся. – Бедный, бедный Дален, как же ему не везет.

– А как это на тебе отразилось?

– Удар был рассчитан на то, чтобы уничтожить мое Я, сохранив память и так, по мелочи, например, относительно связную речь. Побочным эффектом такого сокрушительного заклинания должно было… хм… как бы попроще сказать… маны у меня больше не должно было быть. То есть, я оставался магом, но магом без маны. Вся энергетическая структура, что отвечала за ее накопление, разрушалась. В моем случае, удар был направлен на Далена, а не на всего меня. И тут очень помогла твоя мама. Она собрала меня весьма причудливым образом. В частности, емкость от тех двух магических накопителей, она добавила к слою Далена, а его собственную энергетическую структуру, прикрутила к Эрику. И кое-что добавила даже Артему, видимо полагая, что это просто особенность организации моей психики.

– Если честно, я не очень понимаю.

– Представь себе сундук. В нем еще сундук. А в том еще. Матрешка.

– Что?

– Игрушка такая. Вот смотри, – Дален взял лист бумаги и нарисовал силуэт игрушки, – это то, что видно снаружи. Но, внутри у этой игрушки расположена ее уменьшенная копия. А у той, в свою очередь, еще одна копия. И так можно вести практически до бесконечности. Так ясно?

– Смутно.

– Главное заключается в том, что внешний слой, которым был Дален, разрушен. Соответственно, весь магический потенциал, который был привязан к нему, тоже оказался утерян. К счастью, где-то до десятой части емкости стандартного имперского накопителя у меня привязано ко второму уровню. И менее двадцать пятой части – к самому глубокому уровню – Артема, который, на самом деле, и есть Я. Иными словами, после следующего удара подобного толка я практически потеряю все магические навыки.

– Это ужасно!

– Зато я выживу, что не может не радовать. А вот третий удар сюрприза из шкатулки я не переживу. Точнее моя психика будет совершенно разрушена. Я стану живым мертвецом без осознания самого себя. Кстати, твоя мама нам помочь не сможет?

– Она ушла со своей старой стоянки. А выследить ее… боюсь, что Флемет относится к тем существам, которых без их желания не выследить и не обнаружить. Так что, вряд ли моя мама сможет тебе помочь.

– Печально. – Дален задумался на какие-то мгновения, а потом очень хитро улыбнулся. – Тогда нам придется крутиться самим.

– Но ты же не сможешь с таким мизерным запасом маны победить Архидемона!

– Посмотрим, – командор забрал свою руку из ее ладоней и повернулся на бок, устремив свой взор в окно. Спустя какие-то секунды за его спиной послышалось шуршание одежды, а потом к его спине прижалась Морриган. Он провел рукой по ее бедру – оно было обнаженным. – Зачем ты меня провоцируешь? Ты же сама сказала, что я не смогу справиться с Архидемоном. А если я все-таки не сдержусь и … справлюсь с тобой? Твоя беременность создаст определенные трудности. – Он повернулся к ней лицом, и встретился с ее глубоким черным взглядом. Она не сказала ни слова, лишь робко улыбнувшись, обняла и принялась целовать командора, подспудно снимая ту немногую одежду, что на нем была.

Утром Дален проснулся раньше Морриган и, решив ее не тормошить, предался размышлениям в некотором покое. Бравада перед девушкой она конечно хорошо, но как реально ему выходить из сложившегося положения? Что у него имелось в сухом остатке?

Во-первых, очень глубокие, по сравнению с практически всем массивом иных магов знания на стыке магических плетений и научно-технического прогресса. Это позволяло ему творить буквально чудеса, создавая уникальные плетения повышенной эффективности, да и с бытовой магией успехи были весьма впечатляющи. Кто еще мог так быстро и толково перестроить замок с помощью магии?

В применении к магии его знания давали на текущий момент два неприятных ограничения: физические ограничения человеческого сознания и магический потенциал.

Со вторым пунктом уже все понятно – его практически не было. Конечно, он был, хоть и незначительный, что безмерно радовало. Но восстанавливался он очень медленно и не позволял использовать сложные заклинания. Например, оборачиваться другими существами. Дален ведь очень хорошо помнил, что эта школа была слабо развитой, в том числе и потому, что для нее широкому кругу магов банально не хватало этого самого пресловутого магического потенциала.

Что же касается физических ограничений, то они упирались в элементарную неспособность человеческого мозга сохранять высочайшую концентрацию при достаточно сложных или долгих плетениях.

Даже с металлами приходилось очень напрягаться и пытаться максимально упростить задачу, переводя ее в управление процессами более высокого уровня. Иными словами, работать на атомарном уровне "соло" мозг командора мог только ограниченное время, ибо очень быстро невероятно уставал. Минут пять и все, уже требовался отдых, так как начиналось рассеиваться внимание.

Почему так происходило, объяснить несложно. Дело в том, что человек, конечно, схож с кибернетической системой, только вот его вычислительный центр обладает несколько другим характером анализатора, который базируется на нечеткой логике. А ее очень сложно использовать для создания и управления классических многомерных схем, в основу которых положена совершенно иная логика, например, формальная. Это приводило к тому, что человеческий мозг просто вскипал от перегрузок.

Иными словами, если бы Дален даже и сохранил свой старый магический потенциал, то вскоре бы уперся в практически непреодолимое конструкционное ограничение собственного организма. Что-то в духе максимального уровня развития персонажа в компьютерной игре, как для себя в шутку отметил командор.

Во-вторых, очень важное стратегическое знание, полученное от Адель. А именно работа со сложными биологическими объектами. Конечно, его уровень был невероятно низок, по сравнению даже с теми фокусами, которые ему показывали, но он был и имелся широчайший задел для развития. Смысл этого учения, представлявшего собой совершенно незнакомый Дален пласт знаний, заключался в подключении к энергетическим структурам того или иного органического объекта и управление ими.

Очень сложное направление, но в потенциале оно открывало очень широкие горизонты, например, в регенерации потерянных конечностей, возрождении истлевших тел, ускорении роста, обновлении организмов и так далее.

В общем, есть куда и к чему стремиться, хотя, конечно, на текущий момент Дален смог освоить только самый примитивизм вроде подключения к энергетической структуре семян и ускорение их роста. Даже без какого либо управления, просто стихийная накачка избыточной энергией и увеличение скорости процессов деления. Однако на подобное плетение требовалось много энергии. Насколько много? Например, для проращивания семени пшеницы с получением сантиметрового ростка в течение нескольких секунд, уходило вся магическая энергия, которая у него была.

С этим нужно было что-то делать, так как с такими инструментальными возможностями командор будет осваивать это новое, перспективное направление столетиями.

Покопавшись в своей памяти, Дален наткнулся на несколько бредовую концепцию, которую продвигали в фантастических киносюжетах. А именно на идею имплантатов, обладающих теми или иными качествами, улучшающие собственные показатели человека.

Достаточно быстро командор пришел к выводу, что на себе опыты лучше не ставить, ибо чревато. Поэтому, первый шаг оказался вполне очевидным – создание какого-нибудь по-настоящему магического артефакта. Что-то вроде внешнего подключаемого модуля. Особой фантазии в этом плане у Далена не имелось, тем более, что многочисленные компьютерные игры, в которые он играл, просто вопили о создании посоха. При этом прагматичное мышление подсказывало командору необходимость создания сразу полезного в деле "девайса", например, ускоряющего восстановление его собственной магической энергии.

Осознав задачу, Дален решил действовать незамедлительно.

Заснув и подключившись к своему домену, он запросил у демона-смотрителя информацию о резонаторных кристаллах. Тех самых, которые активно использовали гномы в своих артефактах. Ему было нужно понять, как они работают.

Конечно, он мог носить с собой связку уже имеющихся кристаллов, подключившись к ним своим энергетическим контуром, но нужно было соорудить что-то более эффективное и компактное. Да и на ненужные мысли они наведут наблюдателей.

К счастью Корвин хорошо владел вопросом и в течение часа смог достаточно подробно объяснить командору, по какому принципу работают и как изготавливать подобные артефакты. Само собой, в своих объяснениях, Корвин опирался на наиболее простую, стандартную схему, имевшую широчайшее распространение вот уже не одно столетие.

Получив искомые сведения, Дален отключился от домена и очнулся в материальном мире. Причем вовремя. Морриган как раз проснулась и сладко потягивалась. Следствием такого удачного совпадения стал бодрящий утренний секс, который с лихвой заменял и кофе, и чай, и час утренней давки в метро.

Глава 7

Морриган лежала на топчане и внимательно наблюдала за тем, что делает командор. Молча, как кошка, наблюдающая за мышкой из засады, стараясь его не спугнуть и не отвлечь. Девушка снова ничего толком не понимала из того, что плел Дален и ее это злило. Она хотела разобраться, сама. Но ничего не получалось. Пока. По крайней мере, Морриган на это надеялась.

Дален же решил организовать не что иное, как местный филиал "Очумелые ручки".

Собрать сложнейшее устройство, которое он задумал, было нереально обычными способами, поэтому, он решил использовать прием, задействованный им в леднике. То есть, для каждой отдельной операции делался простой контур, поддерживающийся с помощью своего собственного резонаторного кристалла . Подобная "городуха" требовалась для того, чтобы многократно упростить общую сборку артефакта. То есть, банально сделав столь непростой процесс реальным. К слову сказать, этими замечательными камешками пользовался и сам Дален, ведь собственного запаса энергии остро не хватало. Как-то нужно было выкручиваться. Не подстраиваться же под крайне медленное восстановление своего сильно потрепанного организма?

В отличие от стандартных резонаторных кристаллов, которые выращивали по весьма мудреной технологии из кварца, командор решил пойти дальше и довести их конструкции "до ума". Дело в том, что описанная демоном-хранителем технология была сродни шаманству. Настолько неэффективна, что в выращенных кристаллах лишь один-два процента объема шли в дело, остальная же масса просто болталась балластом, то есть, являлась паразитной. Поэтому кристаллы и получилась хоть и весьма габаритными, но достаточно слабыми. Но широкие круги магов устраивало и это качество, ведь альтернатив особенно не наблюдалось.

Дален не стал повторять шаманство выращивания, больше напоминающее танцы с бубнами, а решил подойти с привычной для его технократического мышления методой. В частности, он формировал микроскопические резонаторные контуры из идеальных крупинок алмаза. А потом уже объединял их по принципу электротехники – параллельное подключение питающих элементов. Этот шаг позволял обеспечивать очень высокую насыщенность энергетического потенциала и, как следствие мощность итогового кристалла.

Прошло четыре часа. Ни Дален, ни Морриган их и не заметили. Они так бы и пропустили обед, если бы командор не закончил свое творчество, довольно крякнув.

Перед ним лежал очень аккуратный шар идеальной формы. Однако Морриган отчетливо видела, что это "яблочко" не обычный кусок золота, так как в желтой металлической массе располагались равномерные поблескивающие вкрапления. Да и по структуре этот предмет был ей непонятен. Она с помощью магического зрения отчетливо видела все нити, проходящих внутри артефакта магических потоков. Вот только они для ее сознания казались каким-то хаосом, лишенным минимальной осмысленности.

– Ты закончил? – Вместо ответа он протянул ей резонатор.

– Как тебе моя поделка?

– Странная. Что это?

– А на что похоже?

– Не знаю. Я вообще не очень понимала, что ты делаешь.

– Возьми в руку. Не бойся. – Дален протянул ей золотистый шар. Девушка взяла его в руку и вздрогнула. – Чувствуешь?

– Да. Это… это резонаторный кристалл? – Она, округлив глаза от удивления, сначала посмотрела сначала на артефакт, а потом на Далена. – Но я же ничего не делала с ним, почему он заработал?

– Я его таким создал. Прикасаясь к шару, ты замыкаешь энергетические контуры, и они начинают работать. Причем не все, а только те, которых касаешься. Чтобы запустить его весь – требуется плетение, но, по большому счету это не нужно. Попробуй задействовать какое-нибудь заклинание, держа его в руке. – Морриган хмыкнула и, сплетя заклинание, воспарила над постелью, правда, не высоко, после чего стала с все нарастающим удивлением прислушиваться к ощущениям.

– Какой интересный шарик! – Воскликнула девушка, спустя примерно минуту и обхватила шар второй рукой. Раздался какой-то треск и Морриган мягко опустилась обратно на топчан. А в ее руках лежало несколько крупных обломков и какой-то странный золотистый песок, осыпавшийся также на простыню. – Дален… я… – она несколько испугано посмотрела на командора.

– Ничего страшного. – Он улыбнулся. – Это первая поделка, которую я сделал импровизируя. По всей видимости, при создании таких артефактов простыми решениями не обойдешься. Ну же, не пугайся так. Все хорошо. А вообще идея тебе понравилась?

– Да! Очень! – Морриган как ребенок смотрела на обломки резонаторного шара искрящимися глазами.

– Это же просто чудо!

– Ну почему же чудо? Вот, смотри, – Дален взял со стола один обычный резонаторный кристалл, – я в этом шаре просто поместил огромное количество таких же, только очень маленьких. Все давно придумано до нас, – он улыбнулся. – Важно то, что я на верном пути. Эта поделка развалилась от внутренних напряжений, которые, думаю, можно будет как-нибудь компенсировать. И если все получится, то смогу начать развивать подарок Адель, с помощью которого меня можно будет немного подремонтировать. Да и грифоны теперь нам будут совсем не лишним приобретением. – Девушка мягко и игриво улыбнулась, рассматривая обломки резонатора. – Ты ведь веришь в своего командора? – Она подняла взгляд на него, встала, подошла, прижала его голову к своей груди и сказала:

– Конечно. Если бы я в тебя не верила, то давно бы убежала, поняв, в какую игру увлекает меня моя нежно любимая мама. – Он встал и, прижав ее к себе, стал целовать…. И в отличие от раннего утра, когда они проснулись, секс не стал приятной необходимостью. В конце концов, что может быть лучше для мужчины, чем понимать факт искренней веры в тебя и твои силы со стороны женщины, которая тебе самому очень нравится.

Глава 8

Требовалось проводить серьезные исследования и эксперименты, дабы получить действующий артефакт, причем, максимально сжато по времени. Причина спешка объяснялась очень просто. Дело в том, что командор серых стражей – известный могущественный маг не может внезапно прекратить использовать магию, так как это наведет на ненужные мысли наблюдателей. Нужно напротив – создать максимальное количество прецедентов публичного плетения, чтобы ни у кого не возникало сомнений, будто командор уже не тот.

Поэтому, воспользовавшись Морриган для прикрытия, Дален занялся ударным решением задачи. Выбор маскировки оказался очень удачным, так как появление в обеденной зале с девушкой под руку вызывала у членов ордена с трудом сдерживаемые улыбки. Товарищи думали, что у командора и этой ведьмы наступил "брачный период" и их командир "работает в поте лица", дабы не посрамить серых стражей перед лицом ведьмы диких земель. Отчасти это было действительно так, ибо у Далена с Морриган ударно прогрессировал роман в самой приятной его форме. Но в целом, времени для работы над артефактом у командора появилось намного больше, нежели бы он вел свой обычный образ жизни. Этим обстоятельством, кстати, объясняли и невысокую магическую активность Далена. Дескать, устает сильно, бедняга.

Чтобы еще больше сжать время, командор проводил большую часть времени в домене с его крайне полезными искажениями. Но даже там он шифровался, создав себе изолированный пространственный карман, дабы случайно задремавший член ордена не смог его уличить в чем-то.

* * *

Достаточно быстро командор пришел к выводу, что весьма несуразная форма традиционных резонаторных кристаллов не глупость, а наиболее простое решение, пригодное для получения стабильных поделок. Оказалось, что при абсорбции магической энергии начиналась вибрация элемента, и появлялись утечки. Если элементов немного – все хорошо, в противном случае происходило разрушение кристалла от резонансного колебания его составных частей. Он или давал трещины, или разваливался на фрагменты.

Для осознания всего этого командора потребовалось прослушать массу невероятно нудных лекций Корвина о фундаментальных вопросах магии. В местной интерпретации, безусловно. Итогом столь изощренного насилия над мозгом стала идея о так называемой тактовой частоте. Ее смысл сводился к тому, что включать резонаторные кристаллы нужно не одновременно, а последовательными волнами, дабы избежать пиковых перегрузок в структуре. Просто всплыла аналогия, вызванная прочитанными сведениями о работе компьютеров. Безусловно в компьютерной технике тактовая часто использовалась совершенно в других целях, но Далена это не сильно заботило.

Недостатком подобного способа организации резонаторного кристалла было то, что для его работы требовалось постоянно запущенное управляющее плетение. Программистом Дален не был, поэтому ему пришлось импровизировать и выкручиваться из сложившейся ситуации.

Собственно это управляющее плетение и стало самым емким по времени участком работы, в которой очень помог Корвин с его поразительной памятью. Если бы не он – ничего не получилось, ведь помнить, оперативно вносить поправки и анализировать плетение, было выше способностей командора. Именно в ходе столь трудоемкой задачи Дален понял всю ценность демонов и то, как они облегчают жизнь могущественным магам.

Получившееся плетение хоть и работало, но вышло невероятно громоздким. Даже Корвин отмечал избыточность конструкции и массу скольких участков, но никаких предложений по улучшению дать не мог. Да и не мог дать, ибо столкнулся с хоть и извращенной формой, но программирования впервые, в отличие от Далена, изучавшего школе все-таки изучал QBasic когда-то очень давно. Он даже не сразу о нем вспомнил.

Но все когда-то заканчивается, так и эти "танцы с бубнами" подошли к концу. К исходу восьмых суток на столе в комнате командора оказался новый шар, только уже не золотого, а серебряного цвета. Пять миллиметров этого благородного металла скрывало от глаз весьма и весьма непростую конструкцию. Центральное монокристаллическое ядро с управляющим плетением управляло навешанным на него нитевидными гирляндами из микроскопических алмазных крупинок, собранных на золотой шине. Помимо этого, внутри шара размещались куча всяких мелких поделок, вроде небольшого стабилизирующего импульсы накопителя и прочее.

Фактически получился весьма непростой прибор. По крайней мере, Морриган так и не поняла, как он работал. Даже, несмотря на попытки командора все объяснить. Слишком уж эта область знаний была ей чужда.

В этот раз конструкция работала стабильно даже при полной загрузке, однако имелся очень серьезный минус – мощность. Получившийся резонаторный кристалл хоть и превосходил на голову любые существующие аналоги, но сильно уступал первой поделки. Той самой, что развалилась в руках у Морриган. Вот там – да, там была мощь. Берешь его в руки, и по всему телу покалывание начинается, от подключения к столь могущественному источнику энергии.

Но на безрыбье, как говорится и рак сойдет. Хорошо хоть постоянного физического контакта с кристалла не требовалось для подпитки – старые схемы с подключением артефакта в собственный контур работали безотказно, впрочем, требуя дистанции не более полуметра. При резком разрыве расстояния происходил обрыв связи, и кристалл отключался от контура. Поэтому, не мудрствуя лукаво, Дален поставил полученный кристалл вместо яблока своего меча, расположив его, тем самым, в непосредственной близости. После чего увлеченно отправился поражать чудесами магии своих подданных.

Глава 9

Это же время. Рим. Королевский дворец.

– Анора, что ты от меня хочешь? – Герцог Логейн был очень раздражен.

– Я хочу, чтобы ты мне рассказал все, что там произошло. Ты мой отец и я не хочу терзаться от недоверия твоим словам. Скажи, ты действительно оставил моего мужа на поле боя?

– Анора, не было никакого поля боя. Понимаешь. Не было… – но договорить ему не удалось. В дверь постучали и герцог осекся. – Да. Кто там? – В дверь вошел слуга.

– Ваша милость, к вам гости.

– Кто? Откуда? Я же говорил, что занят, и никого принимать не желаю.

– Простите, ваша милость, но прибыл посол из Тевинтерской империи. Вы просили вам немедленно сообщить о его прибытии.

– Да. Зови, конечно, зови. – Герцог ощутимо занервничал. Спустя несколько секунд вошел незнакомый человек в свободных одеждах довольно спокойных цветов, вежливо кивнул в знак приветствия и представил.

– Меня зовут Муаммар Пустынник. Я магистр империи и прибыл, дабы обсудить обстоятельства нашей договоренности. – И выразительно взглянул на гостей герцога. Тот кивнул слуге и тот поспешно вышел.

– А этим людям вы можете доверять, у меня от них секретов нет, – сказал Логейн, покосившись на девушку. – Моя дочь и действующая королева Ферелдена Анора, и, – он указал рукой на сидящего подле него человека, – моя правая рука и друг – владетельный герцог Хоу.

– Хорошо. Архонт очень недоволен. Оформляя нашу сделку на уничтожение командора серых стражей Ферелдена, вы не дали нам о нем достоверной информации, в итоге, мы потеряли магистра и, по всей видимости, оказались в очень неудобной ситуации. – Логейн удивленно посмотрел на Муаммара. – Мы вообще чудом узнали о провале операции. Заклинание, которое мы использовали, очень редкое и обладает колоссальной мощью. Ни один маг в мире не может против него устоять. Да что маг, даже одержимые. После срабатывания любое существо, на которое направлено это плетение, превращается в безвольную куклу, лишенную даже внятной способности к речи. То есть, допрос производится магическим путем, через сны.

– Вы его хотели взять в плен, а не убить?

– Что вы, после такого заклинания человека уже нет. Он не может даже кушать. Вы же нам сообщили, что он сильный воин, а потому, мы решили подстраховаться и не вступать с ним открытый бой, дабы не терять своих людей, на подготовку которых тратим очень много времени, сил и средств. Так вот, вы нам сказали не всю правду. Заклинание сработало, но Дален Амелл встал и играючи убил магистра. Магистра, я особенно подчеркиваю. Один магистр империи сможет при благоприятном стечении обстоятельств уничтожить этот город. И я никогда не слышал, чтобы магистра можно было убить играючи. Что скажете?

– Что это за магистр? Вы, вероятно, послали зеленого новичка? – Герцог скривился.

– Милорд, совсем забыл передать, архонт потребовал утроить оплату.

– Что!?

– Вы желаете стать должником архонта?

– Вот не хотел я с вами связываться…

– Милорд, что сделано, то сделано. Вам надлежит оплатить компенсацию за недостоверную информацию, предоставленную о цели, которая привела к гибели магистра.

– Хорошо. Я заплачу. – Логейн сцедил эти слова сквозь зубы.

– Отлично. Что же касается зеленого новичка, то вы не правы в своей оценке. У Сестерции было за плечами больше ста пятидесяти лет жизни и сорок три убийства, от которых отказались даже в Антиве. Эта дама была само обаяние и расчетливость. Своего рода "улыбчивая смерть", которая сохраняла отличную форму и никогда не ошибалась. Она профессионал очень высокого уровня. Была, милорд. Ее играючи убил этот, как вы выразились, "только оперившийся птенец".

– Как это могло произойти? – Хоу решил осторожно спросить, дабы немного снять напряжение, которое установилось между Муаммаром и Логейном.

– Нам и самим очень это любопытно. И хотелось бы, чтобы в этот раз, вы нас снабдили действительно актуальными сведениями. Тем более что, судя по всему, дело принимает очень серьезный оборот.

– Муаммар, не могли бы рассказать, чего так испугался архонт? Вы ссылаетесь на какие-то сокрытые от нас сведения, но не называете их явно. Мы заинтригованы.

– Хорошо, если просит королева, я поясню некоторые детали. – Магистр вежливо поклонился, слегка играя. – Тем более что мы теперь вынужденно перешли больше в плоскость союзничества, чем контракта. Ваш отец по незнанию или не понимаю, подставил Империю под удар очень древних и серьезных сил. Мы пока не знаем, кто же на самом деле Дален Амелл, однако, нам совершенно ясно, что он не тот, за кого себя выдает. Его телом, во время ритуала посвящения в Круг магов, завладел кто-то неизвестный. Кто он, мы не знаем. Ясно только, что не демон. Однако неизвестный нам маг довольно быстро проявил себя – полноценно приручил гигантского паука, что ни у кого пока еще не получалось сделать. Спустя год он вырезал в одиночку всю охрану хранилища Круга магов, причем не обычную, а значительно усиленную, и, свалив вину на подставного персонажа, ушел из круга в виде новобранца серых стражей. Все было разыграно столь аккуратно, будто он все знал наперед. А вот потом начинаются серьезные проблемы. Например, мы знаем, что во время битвы при Остагаре произошло что-то, что позволило остаткам королевской армии отступить. Вы можете нас просветить по поводу этой детали?

– Да. – Логейн был сильно раздражен, но держался. – Николай отказывался слушать мои советы и рвался в бой, считая, что он способен уничтожить армию порождений тьмы. Даже серые стражи и те просили его поступать аккуратней. Но нет, он повел свои войска на противника, превосходящего численно в несколько раз. Большего безумия я никогда не видел. А потом мне сказали, что загорелся сигнальный огонь, то есть, мне надлежало атаковать с фланга. Но я этого делать не стал. Основные силы были уже к тому времени разбиты, а повторять его, без сомнения героический подвиг, и тупо умирать, мне не хотелось. Поэтому, я приказал отступать. Но уходя, я заметил странную вещь. На вершине башни творилось что-то необъяснимое. Мне сложно это описать, но очевидно, что кто-то плел заклинание. Достаточно долго плел и очень необычно. Мы уже смогли немного отойти, прежде чем я снова обернулся на грохот. Вершина башни была покрыта пылью, а ее кусок просто отвалился. А потом огромные, ревущие огненные шары устремились в армию порождений тьмы. Никогда прежде я не видел ничего подобного. От удара о землю шары взрывались чудовищными взрывами, разбрасывая тела порождений тьмы по округе и оставляя после себя приличные ямы в земле. Сколько точно там было шаров, я не знаю, но армия Архидемона оказалась полностью деморализована и не способна к преследованию. Чем и воспользовались остатки королевских войск, поспешно сбежав с поля боя. Говорят, что там был один единственный маг – Дален Амелл.

– Любопытно. И вы после этого зрелища говорили о том, что он "неоперившийся птенец"? Милорд, вы всегда обманываете своих союзников?

– Откуда я знаю, чему учат магов? – Скривился Логейн.

– Это одно из уникальных заклинаний, которые явил миру Дален Амелл. Никто, никогда и нигде ничему подобного не учил. По крайней мере, в Империи об этом ничего неизвестно. Впрочем, тот факт, что ему была оказана помощь одним из немногочисленных ныне живущих драконов, подтверждает предположение о том, что он не прост. Вы слышали о Флемет?

– Флемет? Но ведь это же сказки хасиндов!

– Отнюдь, Анора, отнюдь. Аша"белленар вполне существует. Она ровесница великих драконов, которые в прошлом почитались за богов. И вот такое существо оказывает Далену Амеллу помощь. Мало того – отдает свою дочь. Что вы так удивились? Вы же слышали о черноволосой девушке, которая ходит буквально по пятам командора? Это и есть дочь древнего дракона. Я думаю, дальше детали перечислять нет никакого смысла, – Муаммар вежливо кивнул Логейну, – так как количество странностей просто поразительно. Не правда ли?

– Кто же он? Я что-то не понимаю. – Слегка рассеяно пробурчал Логейн.

– Не удивительно, милорд. Вы не знакомы со старыми играми, которые велись тысячи лет назад. Часть игроков до сих пор "в деле". Жива Флемет, жив, хоть и в безумной форме, Архидемон, живы некоторые древние маги времен первой войны людей и эльфов. Настоящих эльфов, а не этих зверушек, что у вас мусор выносят да полы драят.

– Что значит настоящих эльфов? – Удивилась королева.

– То и значит. Те, кого вы, да и мы сейчас называем этим именем, на самом деле эльфами не являются. В те времена эти ушастики представляли небольшое полудикое племя в лесах, которое, как и сейчас, кочевало в полуголом виде и занималось собирательством да охотой. Вот их и приручили эльфы, настоящие эльфы, которые представляли совершенно иной вид разумных существ, решительно отличавшийся от людей. Например, у них было два сердца. Их единственным недостатком было то, что они не могли быстро размножаться. Это, в конечном счете, их и погубило. Будучи индивидуально намного лучше подготовлены, чем любой воин или маг человеческого происхождения, они оказались не в состоянии быстро восполнять потери в боях, да и вообще – их всегда было немного. Настоящие эльфы были могущественными, сильными, красивыми и живущими по много сотен лет существами, но немногочисленными и достаточно разрозненными. Мы тупо их задавили числом.

– Никогда не слышала такой версии, – Анора задумчиво потерла лоб.

– И не услышите. О тех временах мало кто знает что-то дельное. Так вот. В ходе нашего расследования дочь Флемет оказалась мелочью. Самое интересное всплыло, когда прояснилось знакомство командора, а точнее мага, который скрывается под этой маской, с неким природным эльфом. Причем не абы каким, а весьма могущественным магом. То есть, либо он жил во времена, когда еще не были перебиты все настоящие эльфы, либо у нас нарисовался сюрприз необычайной опасности и древности.

– А он сам не может быть одним из древних эльфийских магов?

– Нет, потому как его плетения другие. Они совершенно неповторимы и очень могущественны. Мало того, есть косвенные сведения о том, что он этой древней особе заявлял, что он бог. То есть, вполне допустимо, что его уровень несравненно выше ее.

– Бог? – Хором переспросили ошеломленные Логейн, Анора и Хоу.

– Да. Но он сам себя так обычно не называет. Впрочем, судя по тому, как он легко разделался с одним из самых способных магистров Империи, в этих словах не так уж и мало правды. В любом случае, мы все, по вашей вине, милорд, попали в очень серьезные неприятности. Если хотя бы часть сведений подтвердится…

– Если он такой могущественный, то почему не сокрушит Архидемона? – попыталась возразить Анора.

– Резонно. Чтобы узнать ответ на этот вопрос, нужно понять его мотивы. Вы уверены, что он горит желанием убивать Архидемона? Или, может быть, имеет место какая-то игра? Мы не знаем, кто он и чего добивается. Но он опасен и он наш враг. Теперь наш, так как Империя вашей глупостью, милорд, оказалась втянута в эту проблему. Вы думаете, он простит попытку убийства? Вы, правда, на это надеетесь? – Муаммар расплылся в улыбке. – Вижу, что вы поняли меня. Конечно, империя может все свалить на магистра, который действовал по своей инициативе, будучи подкупленный вами, и сгладить отношения. Но, это вряд ли защитит нас от его ответных шагов. Они будут не скоро, я надеюсь, но они в любом случае будут. Такие существа ничего, никому и никогда не прощают. Если мы не сможем его убить, то он убьет нас всех. На самом деле, мы даже не знаем, какого пола и вида то существо, что вселилось в тело Далена. Поэтому, я хочу, чтобы вы мне рассказали все, вообще все, что сможете вспомнить о нем. Каждую деталь, связанную с ним или его людьми. Помните, от этого зависит ваша жизнь.

Часть 2

Мастер-ломастер

Глава 10

Спустя две недели, после успешного завершения экспериментов с новым резонаторным кристаллом, командора настигли печальные известия из Лотеринга. Однако тут нужно отметить небольшой курьез. Дело в том, что гонец, прибывший в Грифингар, оказался поражен до глубины души. Настолько, что чуть не заблудился. Ведь меньше чем за год, с его прошлого визита в этих землях изменилось очень многое. И если горы еще сохранили свои очертания, то все остальное как будто нарисовал художник на холсте. Да так, что рисунки внезапно ожили.

Например, бесплодные земли на подходе к долине с замком оказались вдруг заросшими густым лесом. Крестьянин, выросший всю жизнь среди лесов да полей не верил своим глазам. Откуда могло взяться столько могучих, дубов да сосен за столь короткое время?

Дошло до того, что побродив по этой весьма обширной лесополосе, совершенно растерялся, решив, что заблудился и сел смерти своей ждать или прохожего. Впрочем, сводный патруль из "остроухих бродяг" и оборотней, возглавляемый серым стражем, вернул его в чувство и ободрил. Да и как крестьянину не взбодриться? Ведь эти вековые дубы поднялись по воле командора серых стражей за каких-то несколько дней. Крестьянин от такой новости даже особенно и не удивлялся тому, что видел дальше. И замок весь перестроенный, и долину ухоженную, да и многие другие чудеса.

Самого командора этот незадачливый крестьянин застал в тейге, куда того по распоряжению Федора проводили дежурные. Дален совершенно неприметно ковырялся в небольшой подземной оранжерее, пытаясь добиться ее автономной работы. Не все же ему самостоятельно выращивать? А тут свежий редис да петрушка будет каждый день к столу. Главное защиту сделать для обслуги, а то не ровен час мутируют или еще хуже – погибнут от столь безобидной поделки. Командор уже разобрался в целом с тем, как выращивать более-менее простые органические объекты, даже управлять ими научился, соорудив несколько дубов-стражей рощи в форме нахмуренных человеческих лиц. Оставалось разобраться с проблемой автоматизации и переходить к более сложным объектам. Ведь цель-то стояла непростая – оживить грифонов. И он к ней стремился, прикладывая все усилия.

– Ваша милость, – крестьянин жался на пороге оранжереи, удивленно наблюдая, как на его глазах вырастает петрушка и редис, а рыцарь-командор серых стражей расстроенно на это ругается.

– Чего тебе? – Через плечо бросил Дален.

– Я из Лотеринга прибыл… – командор обернулся, внимательно на него посмотрел и, завершив свои эксперименты в оранжерее, вышел пообщаться с этим гостем и столь далеких земель.

– Как ты нашел меня?

– Сэр Теодор отправил меня сюда.

– Федор?

– Да, Теодор.

– В Лотеринге что-то случилось?

– Да, ваша милость. Беда.

Лоттеринг был подвергнут очень серьезному нападению и с большим трудом его отбил. Значительная часть укреплений оказалась сильно повреждена. Личный состав потерял больше пятой части бойцов безвозвратно, много раненных. Впрочем, порождения тьмы тоже понесли серьезные потери – все поле перед рекой Дракона буквально усеяно трупами. Мать-настоятельница писала, что боевой дух ополчения сломлен и второй подобной атаки они не переживут.

– Ты был там во время атаки порождений тьмы?

– Да, ваша милость.

– Они смогли форсировать реку?

– Что? – Недоуменно посмотрел крестьянин.

– На ваш берег порождения тьмы перебрались?

– Нет, ваша милость. Они делали плоты, но мы хорошо по ним прошлись из арбалетов. Плоты с трупами порождений тьмы течение в сторону сносило, к нашему берегу ни одного не прибило.

– А что же вам стены поломало?

– Архидемон, ваша милость. Он хватал лапами обломки из старого города и сбрасывал их нам на головы.

– Большие куски?

– Да почитай с корову некоторые были. Вот они нам все и поломали. А он еще огнем пыхал, немного. Но особого толка огнем не добился. Никого даже не ранил.

– Много кидал камней?

– Десяток бросил.

– Ты считать больше десяти умеешь?

– Конечно, ваша милость. Не сомневайтесь. Мы сами подумали, чего это дракон странно как-то камни кидал. Не перед атакой, а после, когда мы уже отразили нападение. Да недолго.

– И до чего додумались?

– Он злился. А оттого и дурил. Мне кажется, что этот дракон считал такие выкрутасы ниже себя, а потому быстро остыл.

– Любопытно. А что говорит Мать-настоятельница?

– Помощи просит. Ее ведь ранило. Ногу обломком камня оторвало. Она теперь только на вас надежды все и возлагает.

– Хорошо. Можешь быть свободен.

– Ваша милость, так что мне передать Ее светлости?

– Ничего не передавай. Отряд соберу, с ним поедешь, как проводник. Отряд лучше тебя все передаст.

Глава 11

Делать нечего, командору срочно потребовалось что-то придумывать для спасения Лотеринга. Ведь его защитники пали духом и лишились главного вдохновителя – матери-настоятельницы, которая каждый штурм проводила возле стен, в гуще ополчения. Да, Архидемон, безусловно, в ближайшие дни нового штурма не предпримет, потому что его войска сильно потрепаны, но отсрочка неизбежного падения деревушки довольно скромная. То есть, он дает понять, что нужно торопиться.

Из чего Дален сделал несколько выводов.

Во-первых, требовалось укрепить гарнизон Лотеринга, как оружием, так и людьми. То есть, без нескольких серых стражей там не обойтись.

Пользуясь этим замечательным случаем, Дален решил отправить на вполне вероятную героическую смерть несколько очень неудобных для него персонажей. Главным в списке, без сомнения, был Алистер, который одним фактом своего существования говорил о незаконности притязаний командора на королевский трон. Да и вообще – любого другого. Бастард он или нет, но прав на престол у него было много больше иных претендентов. Поэтому, героическая смерть во славу Ферелдена в его случае была лучшим решением проблемы. Уж командор позаботится о том, чтобы славное имя отпрыска короля Модеста не было забыто, увековечив его подвиги в бумаге, камне и металле. Ну а дальше шли такие особы как Нерия и Лилиана.

Первую терять очень не хотелось, но без мага там будут очень большие проблемы, особенно с восстановлением крепости. А вторая дама слишком сильно совала "свой нос в чужой вопрос", несмотря на все клятвенные обещания этого не делать. Командор не раз ловил ее на излишней любознательности в делах, никак ее не касающихся, и был убежден в том, что она продолжает шпионить для церкви Света.

Во-вторых, становилось насущным решение вопроса о продолжении "главного квеста". То есть, пора было уже завершать сбор армии для встречи Архидемона, а не тянуть кота за всякие места. Уж больно ситуация становилась неопределенной. По большому счету увеличение армии ему было особенно и не нужно, так как эльфов, оборотней и лотерингских ополченцев в принципе хватало для генерального сражения. А иного повода для реализации плана освобождения Уртэмиэля от пут Архитектора командор не видел. Но его терзали какие-то сомнения, будто бы он что-то очень важное может упустить, если не завершит собирать все элементы мозаики.

В связи с вышеупомянутыми нюансами Далену пришлось сворачивать свои эксперименты с древней магией и ударно решать внезапно образовавшиеся проблемы.

Глава 12

Уже вторые сутки командор трудился, перерабатываю ту груду камней, которую привезли ему торговцы под заказ. Экзотические минералы, что собирал Дален, казались жителям этого мира слабостью влиятельного человека. Кто-то коллекционирует картины, кто-то скульптуры, а вот командор серых стражей страдал тем, что собирал редкие камешки. Причем очень странно собирал – целыми россыпями. Факт того, что он извлекает из них массу ценных металлов, недоступных остальному миру, был известен только Морриган, Леоре и Авентусу. Но эти маги предпочитали помалкивать и особенно не распространяться на эту тему.

– Дален, зачем тебе столько металла? – Морриган задумчиво вот уже несколько минут наблюдала за тем, как командор с упорством быка создает все новые и новые слитки, выделяя их руды.

– Голем.

– Что голем?

– Я собираюсь его создавать.

– Так для него же нужен камень, а не металл, – удивилась девушка.

– Мой голем будет металлический. Там где каменный голем уже весь в труху развалится, мой только погнется.

– А огонь? Его не расплавят маги?

– Я собираюсь добавить в состав этого сплава ряд компонентов, которые очень сильно повысят стойкость голема к жару.

– А это возможно?

– Конечно. Хром, алюминий, кремний и молибден спасут сталь от высоких температур.

– Что спасет? – По лицу девушки было понятно, что он только что услышала какую-то тарабарщину.

– Не обращай внимания, я опять о своем.

– Ну почему так каждый раз?! – Она уперла руки в боки и с вызовом на него посмотрела.

– Что именно? – Переспросил Дален.

– Ты мне очень редко объясняешь то, что ты делаешь. Мне же любопытно! Что это за странные названия? Что они обозначают? Откуда ты о них узнал?

– Понимаешь, – командор отвлекся и посмотрел девушке прямо в глаза, – это огромный пласт информации. Это не магия, там все намного сложнее. Потребуются месяцы серьезной и тяжелой работы. Ну, допустим, скажу я тебе, что молибден и алюминий – металлы, которые сплавляются с железом и углем, то есть со сталью. Много ты вынесла из моей фразы?

– Погоди как, почему железо и углерод ты приравниваешь к стали?

– Потому что это так. Сталь – это сплав железа с углем, а не еще один металл, содержащийся как примесь в железе. Местные кузнецы находятся на очень примитивном уровне познания мира. Я и так все свободное время уделяю твоему образованию, но есть вещи, которые быстро не объяснить. Они, на первый взгляд, мелочь. Но чтобы понять, как они работают нужно освоить весьма приличный багаж иных знаний.

– Ладно, не хочешь – не рассказывай, – надула губы Морриган. Командор же только покачал головой и продолжил трудиться над выделением чистого металла.

При изготовлении голема Дален особым полетом фантазии не отличался. А смысл? Ведь вся поделка будет "шевелиться" только с помощью телекинеза, то есть, никаких приводов придумывать и ставить не требовалось. Поэтому самым сложным элементом конструкции оказались обычные шарнирные соединения.

Со стороны процедура изготовления голема выглядела довольно любопытно, ведь из-под пытливых рук Далена выходил "слегка" доработанный вариант терминатора. Поэтому командору приходилось "клепать" отдельно разнообразные "части тела". Своего рода Франкенштейн от металлургии. Впрочем, знаменитый киборг стал для голема всего лишь прототипом и даже визуально разительно отличался. Например, в своей модели "конструкта" Дален предусмотрел полноценно развитую систему защиты, стилизованную под готический латный доспех. Она удалась настолько хорошо, что неподготовленному наблюдателю вряд ли получилось бы догадаться о том, что за маской несколько экзотического латника скрывается голем.

* * *

Центром конструкции стала сильно укрепленная грудная клетка, в которой располагалось посадочное место под так называемое "сердце". И, как несложно догадаться, следующий шаг командора был связан именно с ним.

Согласно сведениям, полученным от Адель, для того, чтобы сердце голема заработало, требовалось соорудить что-то вроде электронной схемы. Почему электронной схемы? Сложно сказать, но иных аналогий у Далена в голове не возникало.

Впрочем, полностью выполнять инструкцию, выданную ему Адель, Дален не стал, решив доработать ее. Не зря же он потратил столько драгоценных дней на работу с артефактами, что до похода, что после него. Поэтому, полученная схема собиралась лишь по мотивам схемы. Например, резонаторный кристалл был использован не стандартный, а собственной конструкции – той самой, которую он использовал для своей личной подпитки. В разрыв между резонаторным кристаллом и матрицей сознания, Дален поставил самодельную конструкцию, напоминающую конденсатор. Его емкость была довольно умеренной, но именно она, по идее командора, должна была давать небольшой запас энергии на случай каких-либо всплесков или перегрузок. Особой нужды в нем не имелось, но лишним этот стабилизатор явно не был.

Однако играть в великого конструктора Дален мог весьма не долго, так как быстро уткнулся в одну очень серьезную проблему. Так сложилось, что Корвин не обращался внимания на второстепенные детали, а командор о них не знал. Поэтому, возникшая необходимость его несколько озадачила. Дело в том, что резонатора, замкнутого на матрицу сознания, было недостаточно для голема. Ему требовались функциональные амулеты-модули. И если зрительный, слуховой и голосовой не представляли никакой особенной сложности, то модуль движений просто поражал своей необъятной масштабностью управляющего плетения. Оказалось, что можно подключить обычный амулет и "не париться". Но этот шаг влек за собой неприятные последствия – новому голему требовалось несколько месяцев для освоения своего нового тела. А их у командора не было.

Поэтому, пришлось снова провести практически двое суток в домене, занимаясь, под чутким руководством демона-смотрителя, моделированием двигательных реакций обычного человека. Точнее даже не так. Их пытался смоделировать сам демон, так как способностей Далена остро не хватало.

Поначалу ничего не получалось, до тех пор, пока Корвин не предложил попробовать просто дублировать матрицу из поведения кого-то уже существующего. Учитывая, что людей женского пола в домене в тот момент не было, пришлось привлекаться к делу демона желаний, точнее демоницу. Подобный выбор делал "анимацию" будущего голема несколько вульгарной, но это веселило командора. В конечном счете, немного юмора никому не повредит, особенно той суровой женщине, какой была София.

К середине третьего дня, путем огромных мучений, матрица "анимации" была в целом завершена и смонтирована в общую конструкцию "сердца голема". Оставалось главное – поместить алмаз с матрицей сознания в заранее подготовленный отсек, закрыть его защитным экраном и замкнуть энергетический контур.

Но Дален медлил. Все было готово, однако командор, раз за разом проходил по конструкции, внимательно выискивая ошибки и погрешности. Ради этой задачи пришлось даже Корвина вытаскивать в обычный мир и подключать к аналитической работе. Нужно было проверить все, а в особенности плетения, так как потерять от случайного критического сбой матрицу сознания ему совсем не хотелось. Уж больно ценна она была.

И вот, двадцать первого числа, спустя девять суток напряженной работы, Дален решился на запуск всей системы.

Аккуратно закрыв защитный кожух внутренней капсулы, сплавив стык, командор вернул на место грудные бронепластины, и проверил подвижность конструкции. После чего, немного помедлив, замкнул энергетический контур управляющего модуля голема.

Послышалось легкое шипение, тело вздрогнуло, кристаллы, выполняющие роль глаз вспыхнули ярким светом и все… никаких больше реакций. Авентус, Морриган, Леора и Нерия напряженно смотрели на эту чудную, на их взгляд, поделку, которая лежала на деревянном столе в кабинете командора.

Шли минуты – ничего не происходило. Дален с помощью магического зрения тщательно прошелся по всем узлам конструкции – как ни странно, все работало. Резонаторный кристалл исправно абсорбировал магическую энергию и направлял ее в матрицу сознания, откуда та поступала на функциональные модули.

– София, тебя что-то пугает? – По легкому возмущению в цепях, командор понял, что его услышали, впрочем, отвечать не спешили. – Я знаю, что ты меня слышишь. Какие-то проблемы? Ты не можешь говорить? – И в этот раз все повторилось. Подождав пару минут, Дален выругался и заворчал, что нужно размыкать схему и снова все проверять. Однако прежде чем он принялся за дело, тело голема вновь вздрогнуло, и все услышали голос Софии.

– Я фпорятке, хшшшххфрр… тай мне фремя…

– Отлично! Я рад тебя слышать, София!

Софии Драйден потребовалось около часа, чтобы научиться кое-как пользоваться основными модулями зрения, слуха и речи, а также начать потихоньку осваивать двигательные потуги.

Ее собственное самоощущение было вполне хорошим – ничто не смущало, не болело, не раздражало. Ну, разве что, тело, которое упорно не хотело ее слушаться. Пришлось вновь вызывать Корвина и приставлять его нянькой к нашей металлической даме, чтобы он хоть как-то объяснил ей, как разобраться в своей же "городухе".

Дальнейшее участие Далена в "запуске" голема было лишним, так как демон и девочки намного лучше справлялись с длительными и довольно скучными обязанностями обучения Софии пользованию своим новым телом. Особенно в этом отличилась Эсмеральда – демоница, послужившая источником двигательных реакций для голема.

Чтобы им не мешать товарищам в столь сложном деле, а также не мучить свою психику всей этой бессмысленной возней с "ножку сюда, ручку туда и держим баланс", он занялся тяжелой и скучной рутиной, которую, впрочем, все равно нужно было делать. Поэтому, когда София, на двенадцатые сутки смогла уверенной походкой зайти к нему в кабинет, к выступлению все уже было готово.

Лотерингу требовались доспехи, оружие арбалетные болты, а также разнообразный инструмент для оперативного укрепления оборонительных рубежей. Сделать самостоятельно подобное количество разнообразного "лута" командор не мог просто физически за столь краткое время, поэтому пришлось сооружать примитивные артефакты, автоматизирующие многие рутинные участки. Так что уже на вторые сутки своей инженерно-магической самодеятельности Далену оставалось лишь контролировать качество и осуществлять сложные межэтапные операции, например, сборку. Подобная рационализация бытовой магии дала к исходу двенадцатых суток просто фантастические объемы остро необходимой для Лотеринга продукции. Да и не только для него.

Глава 13

Третьего числа шестого месяца 931 года командор Дален Амелл покинул крепость Грифингар и направился по кратчайшему пути в сторону башни круга магов. Его сопровождали Морриган, Леора, София и пять рядовых членов ордена для "массовки". Они шли налегке, дабы не терять время.

Незадолго до того, из Грифингара вышел второй отряд, в Лотеринг. Алистер вел за собой Лилиану, Нерию и десять неофитов ордена, только-только прошедших посвящение. Да плюс десятка два вооруженных слуг, которым надлежало отогнать восемьдесят два бронто обратно в замок.

Следуя доброй традиции, заведенной им же, Дален всех неофитов ордена упаковал в полноценные мифриловые доспехи. Да и с вооружением особенно не мудрил: обычные палаши да мощные арбалеты с блочными стальными луками. Впрочем, ополченцев командор тоже не обделил. Алистер вез с собой пять сотен упомянутых выше арбалетов, развивающих усилие в двести пятьдесят килограмм. Именно эти "девайсы" стояли на вооружении замка Грифингар и хранились числом в тысячу штук в Арсенале ордена. Соответственно, к столь ценным агрегатам ехало и достойное количество боеприпасов, а именно триста семьдесят тысяч цельнометаллических болтов. Ну и так, по мелочи – барбюты, кирасы, акетоны, алебарды, палаши. Всего – пятьсот комплектов. Причем доспехи имели наиболее популярные размеры, то есть, могли быть без подгонки использованы практически всеми ополченцами.

Конечно, этим перечнем весь список ценных вещей не ограничился, но та "мелочевка" уже не имела столь важного стратегического характера. Шутка ли – почти все дружины баронов Ферелдена бегают в рваных кольчугах, а тут командор ордена серых стражей переодевает толпу вчерашних крестьян в прекрасные латные комплекты. Поступок резонансный. Ведь доспехи в средневековом обществе имеют огромное социальное значение. Что-то вроде игры "в машинки" в начале XXI века, в ходе которой, состоятельные люди в основной своей массе пытаются подчеркнуть свой высокий статус дорогой "игрушкой". Так и тут – чем выше положение персонажа на его социальной лестнице, тем лучше должен быть его комплект доспехов. Поэтому редкие дружинники баронов могли себе позволить даже латный комплект из кричного железа. Ведь он стоил целое состояние! Даже видавший виды. А тут, какие-то простолюдины получают такой подарок…

Впрочем, недовольство баронов и их дружин было не единственной стороной данной медали. Этим шагом командор с одной стороны поднимал очень высоко боевой дух ополчения, выказывая ему высочайшее доверия. С другой стороны, демонстрировал свое поразительное богатство, позволяющее "сорить деньгами", что в средневековом обществе было очень уважаемо в аристократических кругах. С третьей стороны, показывал – он не забывает доверившихся ему людей. Это намекало как баронам, так и их дружинам про необходимость принять правильное решение в предстоящем политическом конфликте. По крайней мере, так мыслил Дален, ставя себя на место потенциального "электората".

Часть 3

По пути дракона

Глава 14

Долгий и скучный путь до сердца Морозных гор занял у отряда больше трех недель и прошел в весьма спокойной обстановке. Лишь в башне Круга пришлось немного задержаться, из вежливости к новому рыцарю-командору и первому чародею.

– Дален, а почему ты нас не представишь своей воинственной незнакомки? – Спросил Ирвин еще в холе башни, кивая на София. – И почему она не снимает шлема? Ее что-то беспокоит?

– София не очень любит магов и относится к ним насторожено.

– О, это неприятное недоразумение нужно непременно развеять! Ты позволишь?

– Почему нет? Попробуйте. – Улыбнулся командор и подвел Ирвина к Софии, медленно поглядывая на то, как тот придирчиво наблюдает за големом. – София, разреши тебе представить первого чародея этого круга магов – Ирвина.

– Очень рада нашему знакомству, – чуть кивнула, лязгнув металлом, металлическая дама. – София, София Драйден.

– Какое знакомое имя! Мне кажется, я о вас уже слышал. Только вот не припомню где.

– София Драйден была последним командором серых стражей перед падением Пика Солдата. – Пояснил Дален, с удовольствием наблюдая за тем, как вытягивается лицо Ирвина.

– Так вы же умерли!

– Я выжила вопреки всему.

– Такое возможно только если вы одержимы демоном! – Испугано отшатнулся от нее Ирвин.

– Или если я голем. – София хотела бы улыбнуться во все тридцать два зуба, если бы они у нее были.

– Не удивляйся, Ирвин. Я возродил Софию в этом новом теле.

– Так…

– Да. Она голем. Правда, никаких управляющих жезлов я не делал. Поэтому, София обладает полной свободы воли. И если ты заметил – ее очень сложно отличить от латника. Ведь так?

– Очень сложно…

– Почему я не слышу похвалы от своего учителя? – Лицо Ирвина перекосилось кривой улыбкой.

– Можно? – Протянул руку к телу Ирвин.

– Пожалуйста, – ответила София. И первый чародей несколько минут щупал ее доспехи, пытаясь заглянуть в стыки пластин и так далее. В общем, когда он закончил осмотр голема, на него больно было смотреть – степень растерянности зашкаливала.

– Вас что-то смущает?

– Откуда ты взял описание этой конструкции… и что это за металл?

– Сам придумал. Фантазия у меня богатая. – Улыбнулся командор. – А металл называется адамантин .

Впрочем, Ирвин сильно изменился с последней встречи и вел себя очень подозрительно под пронзительным взглядом Далена, что вызывало подозрения даже у Морриган. Первый чародей отшучивался, говоря о своем неважном здоровье, а местами явно указывая, что взгляд командора серых стражей выдержать очень тяжело. Однако, несмотря на все оправдания, осадок у Далена остался.

– Сэр Эзингер, я хотел бы с вами побеседовать… приватно.

– Что-то случилось? – Рыцарь-командор храмовников встревожено посмотрел на Далена. Тот понимающе кивнул, и они прошли в святая святых рыцарей храма, где магия не могла помочь их подслушивать.

– Сэр, у меня есть странное предчувствие. Вы за Ирвином ничего странного не замечали последнее время? Мне кажется, что он чего-то боится.

– Да, первый чародей ведет себя несколько необычно. Но я не замечал за ним ничего такого, что могло бы вызвать подозрение церкви.

– Странно. – Дален задумался.

– Что вас заставило думать о первом чародее дурное?

– На меня месяц назад напал магистр Империи. Кто-то их навел и проинформировал. К счастью, Сестерция была недостаточно подготовлена, поэтому я выжил.

– Сестерция? – Удивился Эзингер.

– Вы ее знаете?

– Да. Случалось несколько раз встречаться. Говорят, что у нее за плечами большое количество сложнейших убийств. Таких, за которые не брались даже лучшие мастера кинжала.

– Это любопытно.

– Очень. Должно быть вы где-то перешли дорогу Архонту. Без его ведома эта дама не действует.

– Не действовала. Я ее убил. – Эзингер от удивления даже округлил глаза.

– Убить магистра Империи непросто…

– Я в курсе. – Перебил его Дален. – Как тут может быть замешана Империя?

– Я не знаю.

– И я. Но странное поведение Ирвина и это событие должны быть как-то связаны.

– Хорошо. Что вы предлагаете?

– Я просто хочу вас предупредить, чтобы вы были бдительны. Если он как-то связался с Империей, то ему в скором времени должны прийти какие-нибудь подарки. Не бесплатно же он рискует.

– Погодите-ка… – Эзингер задумчиво посмотрел куда-то в стенку. – Пять дней назад ему прислали несколько ящиков со стандартными имперскими накопителями, которые мы поместили в хранилище круга. Ирвин говорил, что придет еще.

– А кто это так расщедрился?

– Он назвал несколько имен, но я не стал проверять, поверив ему на слово.

– Вот гад! – Сказал Дален и очень грязно выругался.

– Что?

– Сколько времени вам нужно для связи с верховным руководством церкви?

– Ээ…

– Это важно.

– Сутки. Они каждую ночь выходят на связь.

– Хорошо. Передайте следующее. Я считаю, что Ирвин связался с архонтом. В борьбу за корону королевства безусловно вмешается Империя. Возможно даже армией. Если успех будет на их стороне, то церковь потеряет не только Ферелден, но и серьезно укрепит позиции архонта.

– Вы уверены в этом?

– Да. Теперь мне стала ясна цель покушения. – Эзингер вопросительно посмотрел на Далена. – Если вы не в курсе, то я один из наиболее перспективных кандидатов на роль короля.

– В курсе, – улыбнулся рыцарь-командор. – Но зачем, Империи избавляться от вас? Вы же маг.

– Я слишком независимый игрок, причем достаточно могущественный. – Дален пристально посмотрел на рыцаря-командора. – Вы знакомы с игрушкой, которую называют "жезл могущества"?

– Слышал. Говорят, что ее никто не может пережить. Совершенно сокрушительное заклинание. Будто все "Я" человека выжигается.

– Я его пережил, а потом встал и уничтожил магистра Империи. В два заклинания. – Эзингер и Дален встретились глазами и смотрели так порядка пяти минут. Потом, рыцарь-командор отвернулся и подошел к столу.

– Его нельзя пережить. Это заклинание разрушает "Я" человека, используя древние божественные принципы. Империя их хранит со времен владычества древних Богов и никогда раньше они не давали сбоя. Почему я должен вам верить?

– Мне плевать верите вы мне или нет. Я вас предупредил, что делать дальше – вам решать. – Сказал командор, развернулся и вышел. Отряд уже ждал его, погруженный на корабли, поэтому более с сэром Эзингером Дален не виделся до самого отправления. То есть, оставшиеся полчаса.

Глава 15

Морриган тихо подошла к командору, когда тот стоял на носу корабля и о чем-то думал.

– Ты видел, как на тебя смотрел Эзингер?

– Как?

– Что ты ему сказал?

– А что не так было с его взглядом?

– Такой ненависти, смешанной с ужасом я никогда не встречала.

– Морриган, ты ничего не путаешь? Ненависть? Откуда ей взяться?

– Именно. Она была такой густой и сочной, что ее можно было резать ножом.

– Странно…

– Говори! – Морриган уперла руки в боки. – Дален, я должна знать, что происходит.

– Ты уверена?

– Да! Я твоя жена и… – он ей не дал договорить, приложив палец к губам. Дален уже успел пожалеть о том, что повелся на провокацию Морриган и официально оформил у служителей церкви Света свои отношения с ней. В сущности, никакой фактической пользы для него это бракосочетание не имело, однако, девушка, таким образом, получала, во-первых, статус баронессы, а во-вторых, защиту церкви, не одобрявшей прелюбодеяние и разводы. Прошло меньше недели с того знаменательного события, а командор уже заметил перемены в поведение своей избранницы. Не самых лучших изменений.

– И ты не хочешь меня потерять? Верно?

– Да, – несколько смутилась она.

– Это так предсказуемо, – улыбнулся командор. – А еще год назад ты бы вряд ли что-то подобное сказала.

– Все меняется…

– Морри, не оправдывайся. Тебе это не идет, – сказал Дален и, нежно обняв ее, прижал к себе, взглянул глаза в глаза и поцеловал.

– Что ты натворил? – Спросила с обеспокоенным взглядом Морриган, когда поцелуи закончились.

– Я перевел интриги в новую плоскость. Не люблю, когда бегают эти убийцы, да пускаются язвительные сплетни. Мне только одно непонятно, почему Эзингер меня ненавидел.

– Расскажи мне, что ты ему сказал, и я попробую ответить на этот вопрос.

– Уговорила, – улыбнулся Дален и в подробностях пересказал все реплики и антураж последнего его разговора с рыцарем-командором.

– Мне кажется, что загадка кроется в этой Сестерции. – Дален удивленно поднял бровь. – Сэр Эзингер же раньше служил в Империи и был с ней знаком.

– Ты думаешь, у них была любовь?

– Или любовь, или крепкая дружба.

– Тогда любовь, так как дружба между мужчиной и женщиной это просто одна из форм любви, когда оба партнера держат в руках свои сексуальные желания, но привязанность потихоньку растет и укрепляется. Некая ползучая форма романа. Дружбы между мужчиной и женщиной в классическом ее понимании просто не может иметь места в природе.

– Ты уверен?

– Абсолютно. Это просто красивая романтическая сказка.

– Тогда все очень печально. Ты убил его возлюбленную.

– И какой вывод ты делаешь?

– Не знаю, я в политике не сильна.

– Вывод простой – эта война становится намного интереснее. А нам нужно ускоряться, а то можем все прозевать…

Впрочем, никаких заклинаний командор не использовал для того, чтобы ускорить свой "флот". Эти три "лоханки", чем-то напоминающие популярные средневековые корабли – когги, шли по озеру Каленхад с поразительной для них скоростью – пять-шесть узлов. Но даже на ней они так надрывно скрипели, что весь экипаж и пассажиры весьма сильно переживали за свои жизни, ибо плавать умели немногие. Да и плыть несколько десятков километров даже для нормальных пловцов – нетривиальная задача.

Глава 16

Подъем в Морозные горы был довольно скучен и утомителен. Пока отряд шел по старому, заброшенному имперскому тракту – все было хорошо, но горы просто не имели дорог. Приходилось тратить много времени, чтобы просто находить путь вдоль одной из быстрых западных рек. Путь командора шел в деревню, в которой народ поклонялся древнему дракону, почитая его переродившейся древней святой – Андрасте. Там же, заодно, и располагался храм этой уникальной во всех отношениях женщины, вместе с золой ее тела, некогда сожжённого Империей. Заживо.

* * *

В одну из ночей, когда Дален как обычно, заснув, подключился к домену, Авентус отчитался ему о странном происшествии.

– Сэр Эзингер был в Грифингаре?

– Да, но недолго. Рано утром приехал и вечером уехал. Говорил, что спешит.

– Что ему было нужно?

– Он хотел взглянуть на труп Сестерции.

– Что?!

– Да, мне пришлось приказать раскопать ее могилу.

– И как вел себя этот сэр?

– Странно. Сестерция уже начала ощутимо разлагаться, но все еще хорошо узнавалась. Он на нее смотрел и чуть не плакал.

– Он забрал ее тело с собой?

– Нет. Минут пять смотрел на этот гниющий труп, отвернулся, поблагодарил меня и попросил ее снова закопать.

– Сэр Эзингер что-то делал еще?

– Лично он – нет, а вот его люди опрашивали всех кого встречали о той битве, в которой ты убил эту Сестерцию.

– Кстати, жезл ты похоронил вместе с ней, как я и просил?

– Да. Точно так.

– Когда ты извлек гроб с трупом, он был при ней?

– Конечно.

– Сэр Эзингер его видел?

– Еще бы! Он чуть не поперхнулся! Стен ведь его любопытно расположил в гробу… – несколько засмущался старый маг.

– Вот ведь извращенец! Зачем ему это?

– Когда он узнал, что это был за подарок, то, мне кажется, порвал бы Сестерцию голыми руками. А так – просто ограничился унижением. Он вообще не хотел, чтобы мы ее хоронили.

– Да уж. Добряк.

– На сэра Эзингера было больно смотреть. У меня сложилось мнение, что он эту даму очень хорошо знал…. Кхм… – улыбнулся Авентус.

– У меня тоже. Поэтому шутка Стена оказалась неуместной. Этот "товарищ" и без того ко мне относится с нескрываемой ненавистью.

– Я передам ему твое недовольство.

– Хорошо. Кстати, ты думаешь Эзингер уехал потому, что опасался ночного сеанса?

– Думаю, что да. Откуда он о нем знает, я не понимаю, – пожал плечами Авентус.

– Тут нет ничего удивительного. Церковь Света давно использует этот способ оперативной передачи сведений. А я ему сказал, что знаю об этом способе. Думаю, он не знал точно, но решил просто подстраховаться. Утром отправь по его следам отряд оборотней – пусть посмотрят, куда он поехал. Он сам вам что сказал? Что ехал в Рим?

– Да, по какому-то неотложному делу.

– Хм… Любопытно.

Глава 17

Рим. Две недели спустя.

Сэр Эзингер, нервно потирая руки, ходил по пирсу и смотрел на мутную воду, полную мусора. Его беспокойство прекратилось лишь тогда, когда он увидел еле заметного в вечерних сумерках человека, что призывно поднял руку.

– Сэр Эзингер, – Муаммар Пустынник был явно доволен встречей. – Рад вас видеть живым и здоровым.

– Давайте сразу перейдем к делам. – На исхудавшем лице рыцаря-командора отражалась такая концентрированная злость, что магистр Империи вздрогнул.

– Что с вами случилось?

– Сестерция… этот, – Эзингер зол сплюнул, – убил ее, а после надругался над трупом.

– Понимаю, нам всем было больно потерять ее.

– Но она не рожала вам детей! – Мгновенно рассвирепел рыцарь-командор. – Еще одно слово лицемерия и я вас растерзаю!

– Хорошо. К делу.

– Он имел разговор со мной. В круге магов. Дален сказал, что Империя собирается вмешаться в дела королевства самым решительным образом. Это так?

– Мы еще не созрели для таких поступков, но мысли уже крутятся. Но почему командор так думает?

– Он не сказал. Однако просил передать в Вал Руайо эти сведения. И даже более того, заявлял, что есть хороший шанс для церкви это королевство потерять, призывая сюда армии храмовников.

– Рискованный шаг. Уж не их ли руками он хочет расправиться с порождениями тьмы?

– Муаммар, вы разве еще не поняли, что Мор для него проблемы не составляет. Дален сдерживает его играючи силами небольшой горстки крестьян в Лотеринге. Я слышал, он им прислал латные доспехи. Крестьянам!

– Любопытно. А что он делал в вашем круге?

– Ехал в Морозные горы.

– А куда именно?

– Ничего конкретного.

– Это важно, попробуйте вспомнить хоть какие-то зацепки.

– Да он ничего толком и не говорил, только отшучивался. Какой-то культ почитателей древних Богов… я так и не понял, что он там забыл.

– Прах Андрасте. – С кислым лицом сказал Муаммар. – Он там забыл прах Андрасте. Только зачем он ему?

– Какой еще прах? Он что, реально существует?

– Конечно. Тело пророчицы было сожжено и отдано ее почитателям. Те, из любви к этой даме соорудили грандиозный храм в горах.

– А какая связь с поклонниками древних богов?

– Я не знаю конкретную взаимосвязь, но эти странные ребята собрались возле храма, и поклоняются каким-то пещерным ящерицам, внушительных размеров. Никакой прямой связи с храмом нет, но в Морозных горах это единственное поселение сектантов.

– Вы знаете, где оно находится? Командора нужно остановить!

– Во-первых, этого никто не знает. Во время третьего мора были уничтожены все документы. А во-вторых, чем вы будете останавливать Далена? – Улыбнулся Муаммар.

– Я же могущественный храмовник! И легко справлюсь с магом.

– Дорогой друг, он выдержал удар жезла, а потом играючи уничтожил Сестерцию. вам ли не знать, каким могущественным магистром она была. Он – не маг. Его природа Империи не понятна. Однако нам известна его связь с древними эльфами. Уверяю вас – против их магии ваша защита не сработает. Там совершенно иные плетения.

– Насколько иные?

– "Жезл могущества" создан на их основе. Он пробивает любую защиту. Что храмовника, что мага.

– Но, как такой удар пережил Дален?

– Мы сами не понимаем. Но Аша"белленар встретила его как лучшего друга, а эта древня эльфийка, так и вообще – с ним чуть ли не под ручку из пещеры вышла.

– Странно… ведь Дален, пусть и невероятно талантливый, но весьма молодой маг.

– Молодо его тело. Ирвин нам сообщил, что во время Истязания в его домен вторгся кто-то неопределенный и, завладев телом Далена, вырвался на свободу.

– Кто-то из древних магов?

– Да кто угодно. Мы сейчас даже по косвенным сведениям не смогли определить ни его пол, ни его расу… да вообще ничего. Он для нас сплошная загадка.

– Но тогда…

– Сэр Эзингер! Тогда, это может быть все, что угодно. Вплоть до возрожденных древних богов. Он отлично понимает наше замешательство, поэтому желает столкнуть Империю с церковью. Этого нужно избежать. Если это произойдет, то Дален сядет на трон королевства и… – Муаммар выразительно посмотрел на Эзингера.

– Хорошо, я вас понял. Сегодня же свяжусь с Вал Руайо, столкновение армий Империи и церкви недопустимо.

Глава 18

– Эй! Кто вы такие? – Заросший густыми волосами мужчина в меховых одеждах был явно не рад гостям.

– Мы паломники. Ищем прах Андрасте.

– Уходите! Вам здесь нечего делать! Дальше хода нет!

– Как тебя зовут?

– Это не важно.

– Значит, ты нас не пропустишь?

– Да, не пропущу.

– Тогда зови своего командира. Буду с ним разговаривать.

– Еще чего, – Дален посмотрел на Морриган тоскливым взглядом.

– Ты не хочешь их убивать? – Вместо ответа командор хмыкнул и вновь крикнул стражнику.

– Я даю тебе последний шанс. Или ты открываешь ворота, или я тебя убиваю и открываю их сам.

– Да кто ты такой, чтобы мне угрожать?

– Командор серых стражей Ферелдена Дален Амелл. – С той стороны ворот минуты две не доносилось никаких звуков, потом тот же самый мужик выглянул вновь.

– Хорошо, я позову отца-настоятеля. Как он решит, так и будет.

– Отца-настоятеля? – Удивленно переспросили София с Леорой.

– Это не церковь Света. Этот отец-настоятель тут царь и бог в одном лице.

– Командор, – из-за деревянного частокола высунулась чисто выбритая голова, – что вы хотите?

– Я хочу совершить паломничество к могиле Андрасте.

– Ее тут нет.

– Не лгите мне. Я знаю, что храм с прахом находится за пещерами, вход в которые доступен из вашей деревни. И вы это знаете.

– Так это прах, а не могила. Андрасте возродилась в виде дивного дракона! У нее нет могилы, ибо она жива.

– Это замечательно. Однако я хотел бы посмотреть на храм.

– Зачем он вам?

– Какое ваше дело?

– Это наша земля и это мое дело!

– Идет Мор. Нам нужен ее прах.

– Зачем вам эта горстка безжизненного пепла?

– Отец-настоятель, вы задаете слишком много вопросов. Вы нас пускаете миром или мы входим так, как получится?

– Вас всего девять человек, а у нас целая армия. На что вы надеятесь?

– Позвольте, я представлю свою свиту. Это – Морриган. Она ведьма Диких земель. Слышали о таких дамах? Вижу по лицу, что слышали. Рядом с ней стоит эльфийка – старший чародей Каленхадского круга магов. Вот та дама в эффектном адамантиновом доспехе – вообще голем. Эти трое – воины-оборотни. – В этот момент оборотни сняли глубокие капюшоны и лицо отца-настоятеля побледнело. – Зовут их Ангер, Делар и Брев. А те двое: Сильвар и Эдвар – эльфийские охотники. – Дален взял легкую паузу и улыбнулся Морриган. – И я – Дален Амелл, командор серых стражей Ферелден. Покоритель Пика Солдата, остановивший армию Архидемона при Остагаре и Лотеринге.

– Красиво говоришь! Но и мы не так просты, как кажется!

– Желает проверить свою удачу в бою? Если я тебя убью, твои люди мне подчинятся?

– Ха! Как воин может убить мага?

– Ты боишься поединка? Считаешь себя слишком слабым?

– Мне жаль тебя! Уходи с миром.

– Воины! Ваш предводитель отказывается от поединка!

– Нет! – Закричал отец-настоятель. – Он не отказывается!

– Так покажи этому неверному! – Стали выкрикивать из-за стены разные мужские голоса. Судя по крикам там не меньше полусотни человек уже собралось. – Уничтожь его. Прояви благословение Андрасте!

– Хорошо командор, я принимаю твой вызов!

– Если я одержу победу, то твои воины подчинятся мне?

– Да. Истинно говорю. Если ты одолеешь меня, то станешь новым отцом-настоятелем! – Воскликнул этот странный религиозный фанатик и замер. А спустя буквально секунду упал, свалившись мешком со стены.

Командор применил плетение древних эльфов на запорной балке двери, которая на глазах собравшихся воинов сгнила и просто развалилась в труху. За считанные секунды. После чего створки ворот распахнулись, и Дален въехал на своем бронто внутрь небольшого круга, окруженного со всех сторон косматыми мужиками в меховых одеждах.

– Вы все слышали последние слова этого человека? – Командор телекинезом поднял труп отца-настоятеля и положил его к ногам своего "скакуна". – Я не слышу ответа!

– Но ты же маг!

– Вы правы. Я маг. Очень могущественный маг. Вы все еще живы только потому, что я не хочу вас убивать. Даже эту сцену я разыграл для того, чтобы сохранить ваши жизни. Вы готовы выполнить последнюю просьбу этого человека? – Дален указал рукой на труп отца-настоятеля.

– Что ты с ним сделал?! – Вскрикнула какой-то "товарищ" из дальних рядов.

– Заморозил мозг. – Командор взял небольшую паузу, осмотрел всех присутствующих и повторил вопрос. – Вы готовы выполнить последнюю просьбу этого человека?

– Да… – разноголосым хором и явно чувствующейся неохотой ответила эта компания мужиков.

– Хорошо. Сколько у вас воинов?

– У нас нет воинов, только ополченцы.

– И каково их число?

– Сто двадцать три мужчины и семнадцать женщин.

– И что женщины делают в ополчении?

– Работают топором! – Жестко рявкнул низкий голос и выступил вперед. Да, это была женщина. Чисто гипотетически. Дален даже не сразу понял, что именно к нему вышло. Даже пришлось проморгаться немного. В конце концов, не каждый день видишь существ, напоминавших Конана-варвара с грудью шестого или седьмого размера.

– Отменно. А какова численность всех жителей деревни?

– Триста сорок человек.

– Кто заменял отца-настоятеля, будучи ему верным помощником?

– Я, – сделал шаг вперед крепкий детина с суровым лицом и цепким взглядом.

– Мне нужен проводник по пещерам.

– Альхар, – крикнул детина, и вперед вылез из толпы подросток. – Он знает все пещеры как свои пять пальцев.

– Тогда ты идешь с нами. А вы, – Дален специально повысил голос, чтобы его услышало как можно больше людей – готовьтесь. Мы все в скором времени отсюда уходим. С детьми, женами и стариками. Скоро тут будет отряд магов Империи, который оставит после себя только выжженную землю. Так как волей вашего прошлого предводителя вы вручены мне, то я обязан заботиться о вашем благополучии. Поэтому, я забираю вас к себе в баронство. Там, конечно, не так холодно и одиноко, но, думаю, вам понравится. – Дален вновь взял небольшую паузу. – Это все. Идите и собирайтесь. А ты, – он обратился к Альхару, – веди. Заодно расскажешь, по пути, что там, в пещерах обитает.

Глава 19

Пещеры, как ни странно оказались незаселенными и использовались деревенскими жителями как обычные склады. Благо, что они были необъятными. Как в этом хитросплетении ходов ориентировался подросток, Далену оставалось только гадать.

Недалеко от входа в древний храм пещера выходила на плато, с которого открывался поразительный вид. Обрыв, уходящий с одной стороны, этой довольно узкой площадки, прекрасно сочетался с высокими скалами. При этом дно ущелья скрывалось в густом тумане, а вершины гор – в облаках, что создавало эффект совершенно сказочный. Будто бы это плато находилось где-то на небе. В облаках. Сказочное местечко. Альхар сказал, что в этом месте всегда так и никогда прежде не было иначе. Впрочем, дальше парнишка не пошел, заявив, что боится приближаться к древнему храму. Поэтому он остался ждать возвращения Далена в ближайшей к выходу зале. Там как раз было прилично древесного хлама для разведения костра, ведь так высоко в горах температура воздуха особенно не баловала.

Подходя к довольно неприметному входу в храм, Дален на минуту остановился и огляделся. Вновь, как и в тех лесных катакомбах, ощущались магические помехи. Но намного слабее. У командора даже сложилось впечатление, что его дразнят.

– Почему ты улыбаешься? – С некоторым недоумением спросила Леора.

– Дракон за нами наблюдает. – Задумчиво произнес Дален. После чего выхватил пистолет и выстрелил в воздух. Потом еще раз. И еще.

Эхо глухим ворчанием отразилось от гор и улетело в неизвестном направлении. Минуты три все было тихо. Дален уже было хотел плюнуть и идти дальше, но в самый последний момент, боковым зрением заметил, как что-то гигантское стремительно вынырнуло из тумана и неумолимо приближалось. Весь отряд не на шутку перепугался и по приказу командора рванул во вход храма. А сам Дален сделал шаг навстречу этой гигантской рептилии. Дракон приземлился метрах в пятидесяти и заинтересованно стал его разглядывать, слегка наклонив голову.

– Что смотришь? Ты же разговаривать прилетел. Давай уже, меняй облик и начнем беседу. Тут, знаешь ли, холодно стоять. – Дракон немного помедлил, неподвижно смотря на человека, после чего последовала легкая вспышка, хлопок и на его месте появился хорошо сложенный мужчина. Правда, совершенно без одежды.

– Я видел, как ты убил этого дурного отца-настоятеля. Почему ты их всех не убил?

– Мне нужна массовка.

– Прости, что?

– Массовка – это большая группа людей, создающих декорации в театральной постановке.

– Ты собираешься открыть театр, используя этих странных людей?

– Почему нет? В конце концов, их все практически всех убьют в том спектакле.

– Ха! Да ты, как я погляжу, ценитель искусства! Что тебе нужно в этом храме?

– Вообще-то ничего. Мне был нужен ты.

– В самом деле?

– Мне нужна твоя кровь для опытов. – Незнакомец улыбнулся.

– Какая наивность. Ты даже не знаешь, кто я. Почему ты уверен, что я именно тот, кто тебе нужен.

– Ты – дракон. Мне этого достаточно.

– Ха! Допустим я дракон. И как ты собираешься брать у меня кровь?

– Через нештатное отверстие в теле. Говорят, если его проковырять, кровь отлично вытекает.

– Оу… и чем же ты его собираешься проковырять? – Незнакомца этот разговор без сомнения радовал.

– Например, вот этим, – сказал Дален и, сплетя маленький шарик плазмы, метнул его в этого незнакомца, но, в паре метров от него остановил, дабы тот мог изучить плетение.

– Ого! Какая температура! Что еще?

– А этого недостаточно? Адель я им разнес коленную чашечку. Прежде чем она успокоилась, и мы смогли нормально поговорить.

– Адель? – Удивленно и в тоже время заинтересованно произнес мужчина.

– Да. Эльфийку, что скрывается в Бресилианском лесу.

– Как интересно! – Незнакомец задумчиво потер подбородок и подошел к обрыву, где с минуту стоял молча, смотря в туман. – Для чего тебе кровь дракона?

– Тебе честно ответить?

– А можно иначе?

– Конечно можно. Я могу тебе солгать.

– Не сможешь.

– Почему же?

– Я пойму, что ты лжешь. Мне невозможно лгать с успехом. Ты ведь, не знаешь, кто перед тобой, верно?

– Имя?

– Да. Например, имя.

– Верно. Не знаю. Желаешь представиться?

– Разикале . Тебе знакомо это имя? О! Вижу, что твоя спутница его узнала. Представишь ее мне? В ней есть что-то очень притягательное и знакомое.

– Есть что-то притягательное и знакомое в любой красивой женщине…

– Я не об этом. Девочка, кто твои родители?

– Флемет. Мою маму зовут Флемет.

– Аша? Аша" белленар?

– Да.

– И ты понимаешь, кто я?

– Конечно. Никто другой бы не догадался носить такое имя. Но вы же должны быть где-то глубоко под землей, и пребывать во сне.

– Так и есть. Все это – иллюзия, порожденная моей магией. Моим "Я", которое сейчас пребывает в Фейде и наблюдает за всем происходящем в этом мире. – Сказал незнакомец и пару раз мигнул, становясь прозрачным.

– Морриган, кто это? – Удивленно спросил Дален.

– Это дракон тайн. Один из спящих богов.

– Один из двух оставшихся в живых. – Незнакомец улыбнулся. – Как ты видишь, крови моей тебе взять неоткуда. Поэтому, можешь на нее не рассчитывать. – Дален расстроено сел на камень, снял шлем и задумчиво стал наблюдать за клубящимся вдали туманом.

– Трех, – прервав затянувшуюся паузу, сказал Дален.

– Что?

– Один из трех, оставшихся в живых, древних богов.

– Уртэмиэль … Ты его имеешь в виду? Так он уже считай, что мертв.

– Отнюдь. Есть способ его спасти, вырвав не только из рук Архитектора, но и из подземного заточения. Кстати, а что вы там делаете?

– И что за способ?

– Почему я должен тебе доверять? Ведь ты можешь быть иллюзией, порожденной кем угодно. Хотя бы тем же архонтом.

– Ну ты и хватил! Да этому напыщенному индюку для таких проделок просто ума не хватит!

– В любом случае, я не буду тебе рассказывать, что к чему, пока не удостоверюсь в твоей лояльности. Даже если ты дракон Тайн, то откуда мне знать, какие у тебя были отношения с Уртэмиэлем? Может ты его ненавидел и желаешь ему смерти?

– Да я, в принципе, не настаиваю на твоих откровениях. Мне достаточно уже сказанного, чтобы понять схему. – Незнакомец улыбнулся. – Только чем ты его убивать будешь? Этими смешными шариками с необычайно высокой температурой?

– Есть способ.

– Допустим. Но мне одно не понятно, зачем тебе нужна была кровь дракона? Уж не купаться ли в ней ты задумал? В ней никакой особенной практической ценности нет. Кровь как кровь.

– Дален хочет научиться обращаться в дракона, – заявила Морриган, подойдя к нему и взяв за плечо.

– Вот оно что! – Разикале расплылся в улыбке. – Похвальное желание. Но кровь в этом деле не поможет, его миниатюрный желудок просто не сможет вместить ее столько, чтобы она подействовала. Там не меньше десятой части нужно. Дракон ведь не мышка. – Подмигнула парочке эта иллюзия.

– И что ты предлагаешь?

– Есть способ. – Заговорщицки посмотрел на Далена Разикале, передразнивая его ответ.

– Что ты хочешь взамен?

– Выбраться из своего заточения.

– Для начала я должен знать, как ты туда попал и где оно находится.

– Прямо под нами, на весьма приличной глубине. А попал… это долгая история.

– Рассказывай, чтобы понять, как открывать замок, нужно узнать, как его закрывали.

– Хм…

И иллюзия дракона рассказала довольно любопытную историю о тех временах, когда люди еще не приходили на Тедас, а эльфы бегали дикарями, едва освоив огонь. Смысл всей этой истории в том, что драконы были больны. Их раса стала стремительно вымирать от странной моровой чумы. То есть, те тысячи драконов, что некогда населяли Тедас, за какие-то сто лет буквально выкосило. Осталось всего несколько десятков. И тогда они собрались на совет, который чуть не закончился большой дракой, ибо мнения разделились.

Думат придумал способ консервации до лучших времен. Однако многие не согласились уходить на покой, тем более что на материке начиналась "движуха" в лице эльфов, ударно взявшихся за строительство своей цивилизации. В общем, никакого централизованного решения принять не смогли и каждый оказался предоставлен сам себе.

Большая часть драконов осталась в бодрствующем состоянии, маскируясь под другие живые существа, дабы обмануть поветрие. Собственно они и стали первыми оборотнями, разработавшими идеи магического плетения этой школы. Но часть все же последовала за Думатом, и погрузилась в вечную тишину. Однако дракон тишины допустил очень неприятную ошибку – защита оказалась так сильна, что самостоятельно выбраться из своего саркофага дракон уже не смог. Ни один. Именно эта причина и породила тот самый знаменитый зов, который привлекает к себе порождений тьмы.

На самом деле, звуки, которые слышат порождения тьмы, не есть зов, а лишь искаженное магией, излучение древних саркофагов. Совершенно невероятная защита, построенная на магии, создавала поразительные по своей силе помехи. Как о них узнали порождения тьмы? Да очень просто. Когда-то давно, еще на заре расцвета Империи, драконы пытались выбраться из своих ловушек. Для этого они связались с довольно неопытными магами Империи и предложили им сделку – знания в обмен на помощь. Те согласились, и Империя достигла поразительного могущества в кратчайшие сроки. Но шли десятилетия, а маги так и не начинали своих поисков, даже несмотря на то, что драконы сообщили им поразительное свойство саркофагов.

Думату с товарищами пришлось искать недооцененных отщепенцев с большими амбициями, обещая им еще большие знания. Такие, которые бы поставили их намного выше руководства Империи. Так, Архитектор с небольшой группой сподвижников узнал способ создания порождений тьмы. Но драконы не ожидали, что амбиции этих существ будут столь велики, опыт общения с магами Империи их ничему не научил. Да и не мог, ведь они цеплялись за любой шанс выбраться из своих темниц.

Как несложно догадаться, Архитектор их предал и попытался подчинить с помощью их же магии. Вот с тех времен порождения тьмы и воспринимают излучения тех самых саркофагов, как божественно приятную музыку. А потому стремятся до них добраться, создавая огромное количество подземных ходов. При этом, ситуация оказалась просто комичной – открыть саркофаг, при всей его поразительно защите, снаружи очень легко.

– Любопытно. Адель и Флемет, как я понимаю, это те самые драконы, которые остались на поверхности в облике других существ?

– Да, но не только они. Этот храм является усыпальницей для еще одной дамы моей расы.

– Андрасте?! – Воскликнула Леора?

– Она самая. Ее настоящее имя уже давно забыто. Мало кто знает, что Андрасте – это древнее прозвище, как и Флемет, и Адель… просто оно дано на столь древних языках, что их все давно позабыли.

– Радикале, давай заключим сделку. – Дракон настороженно взглянул на командора. – Я тебя достаю из саркофага прямо сейчас, а ты мне даруешь способность обращаться в дракона. Ты в состоянии это сделать?

– Не даровать, но подсказать, что для этого нужно.

– Не уклоняйся от ответа.

– В этом храме лежит прах моего сородича, пусть и в магически модифицированном виде. К нему привязана обезличенная сущность, пораженная "жезлом могущества". Я могу научить тебя поглощать такие вещи, делая их частью себя.

– Но ведь Андрасте женщина!

– Обезличенная сущность не имеет ни имени, ни пола, но несет в себе знания и особенности своего вида.

– А почему она привязана к пеплу?

– Это все шутки архонта, что правил в те дни. Она им доставила очень много хлопот, вот они и решили отомстить. Ведь в указанном состоянии невозможно вернуться в свой домен, а значит, продолжить жизнь в Фейде, либо развеяться окончательно. Архонт не знал, есть ли у Андрасте свой домен, а потому опасался ее возрождения в каком-либо ином теле.

– Он не знал, что она дракон?

– Нет, конечно. О таких вещах, мы не распространяемся.

– Ты гарантируешь обретение способности обращения в дракона?

– Да. Поглотив ее сущность, ты нарастишь себе внешний контур, вобрав в себя ее магический потенциал, знания и способности. Правда, тут есть небольшой подвох.

– В чем он заключается?

– Дело в том, что Андрасте была достойным представителем моей расы. – Радикале замолчал на несколько секунд. – Да, я думаю, что после поглощения, твоей основной сущностью, станет она, а все остальные подчинятся.

– То есть я что, стану женщиной?

– Нет, конечно. Пол сохранится, так как в обезличенной, разрушенной жезлом могущества сущности этой особенности не остается, поэтому он будет взят из иных.

– Тогда что ты имеешь в виду?

– Смысл его слов несложно угадать, – улыбнулась Морриган, обняв за шею Далена, – ты не научишься оборачиваться в дракона. Ты им станешь. А в человека будешь оборачиваться, как в одну из своих ипостасей.

– Девочка все правильно говорит. Там, в храме есть некоторое количество демонов, защищающих прах, но после Пика Солдата они тебе не станут помехой.

– То есть, я прекращу быть человеком?

– Да. Только в такой форме я могу выполнить твою просьбу.

– А ты не обманешь меня?

– Зачем? Какой смысл мне тебя обманывать? Возродить еще одного представителя моей расы, пусть и с другим сознанием, мне выгодно. Нас осталось очень мало. Слишком мало, чтобы пренебрегать такой возможностью. Тем более что ты помогаешь спасти одного из моих соплеменников, которого я уже считал погибшим.

– Хорошо. Я согласен. Ты сможешь мне дать точное расположение твоего саркофага?

– Каким образом? Он глубоко под землей.

– Вот как-то так, – Дален создал два небольших плазматических шарика и соединил их светящимся лучом, упирающимся в землю. – Мне нужно кратчайшее направление до саркофага.

– Там толща гранита!

– Это моя проблема, – сказал Дален, с вызовом смотря на Радикале несколько секунд, после чего щелчком потушил свою светящуюся поделку.

Дален поступил очень просто. Получив направление "раскопок" он создал призрачный диск, двухметрового диаметра, и, стал его медленно продвигать вниз, ориентируя центр и крены на луч подсветки, создаваемый драконом.

Ничего нового командор придумывать не стал, используя уже привычные решения сверхтонких плазматических шнуров для резки каменного массива. Правда, пришлось немного доработать плетение. В частности, в камень входило что-то вроде сеточки из тончайших плазматических лучей. А чтобы упросить выборку породы, то продвинувшись на один сантиметр, сетка проворачивалась вокруг своей оси на сорок пять градусов. Так что на поверхность с помощь телекинеза поднимались ровно нашинкованные кусочки гранитного массива и сваливались в отвал, недалеко от туннеля.

Однако процедура вышла очень утомительной и долгой. Далену пришлось серьезно ограничить скорость прохождения диска, дабы те три резонаторных кристалла, что он имел при себе, справлялись с восстановлением расходуемой энергии.

Десять миллиметров в секунду – весьма не дурная скорость, но в масштабах "бурения" – она была "ни о чем". Так как те триста метров, на которых, согласно ориентирам дракона, залегал саркофаг, требовали больше трех часов непрерывного прохода. Так что, только к исходу четвертого часа, диск достиг мощной подземной полости, что вызвало довольный возглас иллюзии Радикале.

– Да!

– Так саркофаг в обычной пещере завалили?

– Конечно. Как на такой глубине можно сделать иначе?

– Масса вариантов. Впрочем, все это мелочи. Поехали, – сказал Дален и спрыгнул в него, притормаживая себя в полете телекинезом. Внутри огромной пещеры на подиуме, стоял громадный мраморный саркофаг, выполненный в форме прямоугольного параллелепипеда. Лишь какие-то мерцающие надписи на его поверхности слегка мерцали в сумраке, слегка портили практически идеальную форму "объекта".

– Видишь вот эту печать? – Иллюзия показала на сложную фигуру на стенке. – Если ее разрушить, то защитные функции саркофага будут разрушены.

– А иным способом можно сделать проход в стенке?

– Нет, это исключено. Плетение очень мощное. Да и зачем тебе это?

– Хочу оставить ловушку для порождений тьмы.

– Так мы можем после извлечения меня снова саркофаг запустить. Это не проблема. А какого рода ловушка?

– Ядовитый газ без цвета, вкуса и запаха. – Подмигнул иллюзии Дален.

– Шутник. – Усмехнулась иллюзия.

– Как снять печать?

– Я же говорю – разрушить.

– Это я понял. Как разрушить?

– Да ударьте чем-нибудь. Это не проблема.

– Ну как знаете, – Дален поднял телекинезом камень с пола и, разогнав его вращением, ударил по печати. Раздался громкий треск, надписи потухли. Крышка медленно сдвинулась и упала на пол, каким-то чудом не сломавшись. А из саркофага повалил какой-то туман.

Наступила тишина, которая длилась минут пять. Туман, словно молоко переливался через края саркофага и стекал на пол. Вдруг послышался легкий шелест, и над туманом плавно выросла голова дракона. Настоящего, а не иллюзорного. Раздалось довольное урчание, после которого показалось и все остальное тело. Довольно ловко выбравшись из саркофага на пол пещеры.

Пока дракон приводил себя в порядок, дергая лапками, крылышками и прочим, Дален поднял свое тело телекинезом и заглянул внутрь саркофага. Внутри оно напоминало скорлупу яйца, точнее, его половину, в которой в позе эмбриона размещался дракон.

– Да, любопытное зрелище, – из-за спины раздался довольно раскатистый голос. Дален обернулся и увидел, что дракон уже принял обличие человека, представ в облике того же самого человека.

– Хватит сил подняться по колодцу?

– А мы не будем ставить ловушку?

– К демону ее. Я очень устал, если честно. И мне хотелось бы просто поспать, подведя черту под этим делом.

– Я, все же, закрою саркофаг. Нельзя информировать Архитектора о том, что я освободился. – С этими словами Разикале подошел к своей тюрьме и сплел какое-то очень странное плетение. Крышка закрылась. Надписи загорелись вновь.

Часть 4

Дракон

Глава 20

Дален открыл глаза. В голове все гудело, а картинка расплывалась и очень странно отображалась. Непривычно широкий угол обзора давал резко неприятный эффект – командора мутило. Приходилось закрывать глаза и несколько секунд приходить в себя, а потом повторять снова попытку осмотреться. Но помогало это плохо. Не лучше обстояло дело со слухом и другими ощущениями. Да и вообще, состояние напоминало утро после тяжелейшей попойки, в которой ни в чем себя не ограничивали.

– Как он?

– Тяжело. Я вообще не был уверен, что у него получится. Почему он не сказал, что такой слабый маг? Он вообще умереть мог.

– В каком смысле?

– В прямом. Магического потенциала практически нет. Я сразу и не заметил, что он ловко пользуется резонаторными кристаллами, прикрывая этим свои скромные возможности. Знал бы – ни за что не предложил подобное решение.

– Это он недавно таким стал, после поражения жезлом могущества.

– Что?!

– Это долгая история.

– Думаю, мы не спешим. Он сейчас почти как новорожденный, ему еще долго вот так валяться.

– Откуда ты знаешь?

– Да это же видно. Две чужеродные сущности взаимно проникают друг в друга. Что получится на выходе, сложно сказать, но старого Далена больше нет. Так что там за история?

– При Остагаре он смог остановить наступление армии Архидемона, дав шанс остаткам разбитой армии короля отступить. – Радикале удивленно поднял бровь.

– В одиночку?

– Да. Он забрался на башню и…

– Я слышал об этом. Думал, что это легенда.

– Нет, он на самом деле это сделал. Я сама не видела, но мама была очень впечатлена. Она его с бастардом короля Модеста и спасла оттуда. Дален повел себя так, будто он совсем недавно даже для человека столкнулся с магией.

– А круг магов?

– Да, его там должны были учить и про это рассказывать, но он как будто родился заново и ничего подобного не знал. Все его плетения не походили на то, к чему я привыкла и что когда-то видела. Он был настолько чужеродный и необычный, что я постоянно поражалась тому, откуда он такой взялся.

– Я согласен с тобой, у меня аналогичное ощущение.

– Его внутренняя структура была сильно повреждена посредством полного истощения. Поэтому маме пришлось его собирать буквально по кусочкам, ориентируясь на наиболее яркие позитивные моменты его памяти. История путаная, но смысл заключается в том, что мама здорово ошиблась, сильно улучшив командора. Как ей это удалось – даже она сама понять не смогла, хотя и делала вид, что "так и быть", пользуйся.

– Зачем он ей понадобился? Никогда бы не подумал, что Флемет будет так печься о человеке.

– Все заключалось в плетении. Там на башне он сплел полдюжины шаров непонятного характера, которые с диким ревом полетели в армию порождений тьмы, производя в их рядах поразительные опустошения. Они взрывались! Как знаменитые бочки кунари! Только намного сильнее, оставляя после себя большие ямы. Порождения тьмы, оказавшиеся рядом с местом попадания, разлетались тряпичными куклами по округе. Мама сказала, что никогда ничего подобного не видела. Даже во время знаменитой войны людей и эльфов. Поэтому она заинтересовалась этим человеком. Для своих целей.

– Уртэмиэль?

– Да, но она скрыла от меня свой первоначальный план! Она настолько горела желанием его освободить, что готова была пожертвовать своей дочерью!

– Девочка, – дракон тайн улыбнулся, – ты должна понять важную вещь. – Морриган настороженно на него посмотрела. – Для драконов все, кто не относится к их расе… – Радикале выразительно поднял бровь и кивнул, предлагая ведьме закончить фразу.

– То есть, я для нее ничто?!

– Я думаю, что да. Просто одна из многих отпрысков. Инструмент, который она родила для решения своих задач. Если бы она родила тебя от дракона, то относилась бы совершенно иначе. Она тебя даже как дочь не воспринимает. Так. Вспомни, как она к тебе относилась. Разве хоть раз проявила любовь? Она ведь тебя воспитывала так, будто ты просто девочка со стороны, которую она подобрала из жалости. – Морриган потерянным взглядом посмотрела в окно.

– Зачем я Далену? Получается, что он меня спас.

– А ты как думаешь?

– Не знаю. Дело в том, что он настоял на моем выживании, зная меня всего лишь несколько часов. А Дален не тот человек, что будет тешиться особенными душевными страданиями. Да на его глазах хоть тысячу человек распотроши, даже бровью не поведет.

– А что сказала твоя мать?

– Ничего. Она со мной с его пробуждения практически не разговаривала.

– Неужели Флемет было стыдно?

– Вряд ли. Мама была так озадачена Даленом, что буквально локти себе хотела укусить. Мне показалось, что она его даже боится. А потом, в Бресилианском лесу убедилась в этом. – Радикале вопросительно на нее посмотрел. – Да, точно, она его боялась. Жутко. Адель сказала, что Дален пришел к нам из другого мира… – В этот момент девушка осеклась, поняв, что сболтнула лишнего, и испуганно посмотрела на дракона.

– Не переживай. Она мне уже рассказала.

– Адель?

– Да. Сразу как вы ушли, она связалась со мной и поведала о любопытном госте. Или ты думаешь, что я вот так первому встречному взял и предложил стать одним из нас? – Радикале улыбнулся. – Его разум и способности будут очень полезны для моей вымирающей расы. Возродить он ее может, и не возродит, но он дает нам шанс. Ты ведь знаешь, что драконов осталось очень мало. В первую очередь из-за вражды с эльфами и людьми. Мы не можем с вами конкурировать, ибо наша численность мала и нет никакой возможности ее увеличить быстро. Хотя бы в рамках нескольких тысяч лет. Ты загрустила?

– Я первый раз в своей жизни кого-то полюбила. – Морриган посмотрела на Радикале глазами полными слез. – А теперь…

– Какая трагедия… – нарочито издеваясь, покачал головой дракон тайн. Морриган спокойно и холодно посмотрела на него и тихо сказал:

– Надеюсь, ты будешь умирать в жутких мучениях.

– Ты этого не дождешься, – подмигнул ей Радикале. – Я, в отличие от людей, очень живучий. Вы низшие, ничтожные существа.

– И все-таки мы вас уничтожаем. Одного за другим.

– Он эту проблему исправит, – указал Радикале на Далена.

– Если я хорошо его знаю, а я его знаю неплохо, то он делает только то, что ему нужно. Ему, а не кому-то еще. И если Дален хотел стать драконом, то уж точно не для того, чтобы самоотверженно бороться за возрождение их былого величия. – Морриган зло поджала губки, выдержала небольшую паузу и, посмотрев на Радикале с нескрываемой ненавистью, пошла к Далену, что лежал на полу в позе эмбриона и слегка качал головой, борясь с тяжелым аффективным состоянием, вызванным той модификацией, которой он подвергся. Подойдя, она села рядом на пол, обняла эту чешуйчатую махину за шею и тихо заплакала.

Глава 21

Логейн вышагивал по залу и молчаливо думал. Каким бы он злодеем ни слыл, но со здравым смыслом и стратегическим расчетом никаких проблем не имел.

– Ваше величество, – обратился к нему герцог Хоу, сидевший рядом и наблюдающий за этим челноком уже довольно долго.

– Я – не величество.

– Но…

– Меня не короновали. И, насколько я могу судить, никогда не коронуют. Так что оставь эту лесть и говори по делу.

– Ваша светлость. Вы все переживаете по поводу этого мага?

– А ты нет? Если он получит власть, то ты – труп. Разве твоя память стала такой слабой? Ты забыл, что его сподвижником является сын герцога Хайэвера?

– Нет, ваша светлость, такое не забывается, – поник головой герцог Хоу, наигранно, правда.

– Что нам дальше делать? Куда ни шагни – одни потери!

– Вы считаете, что Дален…

– Да! – Криком перебил Хоу Логейн. – Я считаю, что этот проклятый Дален единственный реальный кандидат на престол королевства!

– Тогда нам нужно с ним примириться.

– И что мы получим? Он имеет все доказательства того, что ты совершил убийство законного герцога Хайэвера и присвоил его титул. А это эшафот. Без вариантов. А я? А я написал то злосчастное письмо в круг магов. За него меня, вероятнее всего, обрекут на пожизненное заключение в какой-нибудь церкви, дабы я замолил грехи. У нас нет никаких шансов сохранить свое положение, в случае его победы. Да что положение – даже выжить – и то не факт, что мы сможем.

– Тогда что? – Хоу преданно смотрел на Логейна глазами шакала из советского мультфильма Маугли.

– Муаммар. Я думаю, что нам нужен союз с Империей. Вплоть до признания вассальной верности архонту.

– Но это же маги!

– Плевать! Нам иных шагов просто не остается. Империя – наш последний шанс. Церковь уже сейчас делает ставку на Далена. А если он сможет разбить порождений тьмы, то и подавно. Какой смысл им ставить на нас? Мы заперты в этих северо-восточных прибрежных городах и носа не высовываем. Наши дружины сильны, но Дален легко их сможет разбить. Он реальная сила, причем уважаемая простыми людьми. Он, а не мы. А церкви нужен кто-то, на кого она сможет опереться для последовательного насаждения веры. Нет лучше кандидата, чем Дален.

– Но как они с ним будут сотрудничать? Он же маг!

– А сейчас как сотрудничают? Совместный штурм башни магов говорит о многом. Или то, как церковь сейчас преподносит его усилия по обороне Лотеринга? Ты думаешь, они не найдут лазейку в догмах? Да даже если не найдут – ее всегда можно придумать. Власть и влияние того стоят. Ведь Ферелден до сих пор находится очень условно под влиянием церкви. Сильной королевской власти тут не было никогда. Вон как бароны буйствуют и своевольничают. – Логейн замолчал на некоторое время и подошел к открытому ночному окну. – Да. Империя – наш последний шанс. И, думаю, Муаммар это отлично понимал, когда рассказывал нам совершенно лишние подробности той неприятной истории с Сестерцией.

– Но как нам оформить этот союз? Ведь в народе к магам относятся очень плохо.

– Относиться простолюдины могут как угодно. Главное одно – выступят они против нас или нет. Империю боятся как огня. Боятся, Рэндом! Поэтому будут роптать, но слушаться. А большего мне и не нужно. Надеюсь Муаммар еще не уехал. Озаботься тем, чтобы мы с ним смогли встретиться как можно скорее. Спустя два дня. Тот же зал.

– Ваша светлость! – Хоу вошел в зал и поклонился Логейну. За ним шел Муаммар с непередаваемой улыбкой, играющей самодовольством и хитростью.

– Да, я вижу. Давайте говорить прямо и по делу, – Логейн вопросительно посмотрел на дипломата Империи.

– Как вам будет угодно, ваша светлость.

– Я хочу корону.

– Похвальное желание, но какое отношение к этому вопросу имеет Империя?

– Я готов принести вассальную присягу архонту, если он поддержит меня в борьбе за престол. В том числе и войсками, если это понадобиться.

– Зачем архонту Ферелден? – Муаммар самодовольно улыбался, буквально дразня своим видом Логейна.

– Как только будут завершены все разборки в моем королевстве, архонт сможет рассчитывать на мою поддержку в его кампаниях против кунари.

– Герцог, у вас отменное чувство юмора. Вы думаете, что сотня, может быть две сотни плохо снаряженных солдат заставят архонта вмешиваться в столько непредсказуемую авантюру?

– Дален – наш общий враг. Империя все одно будет с ним сражаться, а разбив – сажать на престол Ферелдена своего человека. И я хочу им стать, поэтому, уже сейчас, не дожидаясь победы, предлагаю сделку.

– Похвальная вера. Хорошо, я передам ваше предложение архонту.

Глава 22

Морриган сидела в весьма просторной зале храма Андрасте и задумчиво смотрела на миску с едой. Дален уже неделю находился в бреду, и конца-края этому было не видно. Да и его излечение от последствий поглощения сущности ничего ей хорошего не сулило. Поэтому она находилась на гране срыва, нервного срыва.

– Маленькая ящерка тоскует? – Радикале так тихо подошел сзади, что девушка вздрогнула.

– Проваливай! – Она попыталась ткнуть его вилкой.

– Может дракон Тайн скрасит твое одиночество? Уверяю тебя, он ничуть не хуже Далена.

В общем, утонченно издевался Радикале над девушкой с упоением. Ему нравилось то, как она плачет, забившись туда, где ее, казалось бы, никто не видит. Он упивался ее слезами, страданиями и болью. Впрочем, садизм, доставляющий удовольствие любому представителю его рода, был вполне оправдан – он пытался избавить девочку от любви к Далену. Считая, что ни к чему хорошему, сцены страстных истерик не приведут. Облегчая тем самым жизнь себе, ведь Дален, раздраженный неадекватным поведением девицы, будет не самым лучшим образом сотрудничать. Вот и в этот день, Радикале начал утро с того, что навестил тоскующую девушку, и с упоением стал выговаривать ей гадости, пользуясь своей неуязвимостью.

– Слушай, ты, – от дверей донесся раскатистый голос, произносящий на каком-то незнакомом для слушателей языке, сложные обороты, интонацией сильно напоминающие грязные ругательства. – Морриган и Радикале обернулись и увидели Далена…

– О! Друг мой! Я вижу, что ты пришел в себя! – Обрадовался дракон Тайн. – Как тебе новые ощущения? Нравиться быть богом? – Вместо ответа, Дален утробно зарычал и стремительно зашагал к новому сородичу. Тот несколько растерялся, пытаясь понять, что происходит. Поэтому не успел и глазом моргнуть, как командор схватил его за горло и, протащив еще десяток шагов на вытянутой руге, впечатал в стену.

– Как ты посмел?! Уничтожу! – Ярость, наполнявшая Далена, не знала передела. У него разве что пар из ноздрей не валил. Командор вообще ощутимо изменился. Слияние сущностей, прошедшее с рядом огрехов привело к весьма необычным последствиям. Например, старая базовая форма, позаимствованная еще из прошлой жизни, изменилась. Тело сохранило габариты, а вот мускулатура сильно укрепилась и высохла. Да еще и глаза стали не человеческие.

– Какие у тебя интересные глаза! – Прохрипел Радикале, и выдавил из себя улыбку. Насколько это было возможно в столь неудобном положении.

– Что? – Несколько опешил Дален. – Что ты несешь?! – Однако хватку ослабил и поставил Радикале на пол.

– Слияние прошло не совсем правильно. У твоей человеческой сущности теперь глаза как у дракона, с замечательным вертикальным зрачком.

– И что это дает?

– А ты погляди по сторонам.

– Смотрю, – Дален быстро провел глазами по округе и вернулся обратно к дракону.

– Ничего не заметил?

– Нет.

– А зря. Вертикальный зрачок дает поразительное качество, недоступное обычному человеческому зрению. Для тебя это стало настолько естественно, что ты даже этого не замечаешь. Одна беда – сам глаз тебя выдает. Там ведь не только форма зрачка изменилась.

– Как ты посмел издеваться над моей женщиной! – Вернулся к начатому разговору Дален и снова впечатал Радикале в стену.

– О! У тебя и зубы изменились! – Дракон Тайн снова растекся в улыбке. Но продолжить разговор им не дали. Морриган подошла сзади и обняла командора. Он отпустил, зло сверкая глазами на Радикале, повернулся и прижал к себе.

– Я… я уже не знала что думать. Он мне говорил, что когда ты придешь в себя, я тебе буду уже не нужна. – Дракон Тайн стоял сзади, поэтому услышав такое, Дален не смог не отреагировать и лягнул того пяткой в коленку. Та, подобного обращения не вынесла и жалостливо хрустнув, заставила Радикале завалиться на пол, громко ругаясь. Физическая сила и ощутимо увеличившаяся масса нового тела были поразительны.

– Не волнуйся. Я слышал каждое слово, что ты говорила. Видел, как ты вела себя. Все эти дни.

– Но ты же стал драконом…

– Частично. Слияние прошло лишь частично. Ты знаешь почему я так долго был без сознания?

– Я думала, что все пошло не так…

– Да, все пошло не так и… – Дален улыбнулся, – я смог смять Андрасте и сделать ее своим третьим контуром. – Морриган настороженно посмотрела на командора.

– То есть, ты все еще человек?

– К сожалению, я уже не человек. Моя природа сильно изменилась, так как влияние дракона было невероятно могущественным. Но, я и не стал полноценно драконом, как говорил Радикале. В мне сплелись эти две природы во что-то единое, взаимно дополнив друг друга.

– Да… я вижу… – Морриган влюбленным взглядом смотрела на Далена и своими маленькими, нежными ручками гладила его по лицу. – Глаза, зубы…

– А что зубы?

– Обычные человеческие клыки, чуть заметные у простых людей, у тебя сильно укрепились и заметно укрупнились. Да и вообще все зубы стали ощутимо крепче… массивнее.

– Какая прелесть. – Дален улыбнулся, нарочно оскалив клыки. Получилось несколько аляповато и смешно, поэтому Морриган звонки рассмеялась и продолжала хихикать даже после того, как командор снова прижал ее к себе. После чего начал гладить и аккуратно целовать в плечи и шею.

– Я вижу у вас тут любовная идиллия, – в самый неподходящий момент вмешался Радикале.

– Что тебе? – Зарычал Дален.

– Вот так всегда. Я стараюсь, а потом во всем виноват. – Командор не отреагировал никак на эти слова, продолжая внимательно смотреть на дракона Тайн невыразительным взглядом. – Хорошо. Давай к делу. Ты пробыл без сознания больше недели. Нужно завершать начатое дело.

– Ты об освобождении Уртемиэля?

– Именно о нем.

– Думаю, эта проблема сущая мелочь, по сравнению с теми, которые нас ждут.

– В самом деле? – Радикале загадочно улыбнулся.

– Боюсь, что вскоре нам придется встретиться с объединенной армией Тедаса. – Улыбку с лица дракона Тайн как будто чем-то сдуло. – Да, дорогой мой шутник, скоро кое-кто придет по наши души. За мною, прежде всего, а потом и за тобой. Ты ведь мертвый бог. А потому намного полезнее в почившем виде. Как барон Мюнхгаузен.

– Кто? – Удивился дракон.

– Да был один любопытный персонаж. Рассказывал байки, совершал чудеса. А потом решил уйти от дел, чтобы отдохнуть от суеты. Он умер для окружающих и те стали сочинять о нем истории, в том числе настолько сумасбродные, что барон не усидел в покое. Решил вернуться и все поправить. Но окружающим он был нужен мертвым… – Дален улыбнулся. – Вы им живыми не нужны. Адель тоже, как и ее мама, как и прочие драконы.

– Почему ты считаешь, что Империя и Церковь уже знает о возрождении драконов?

– Сэр Эзингер знает, что я отправился в Морозные горы. Как вы думаете, что об этой новости подумают в Империи? Что я стал коллекционировать редкие горные грибы и вековые сосульки?

– Думаете, они пустят кого-то по вашему следу?

– Вряд ли. Просто сделают выводу и начнут нервничать. И, как следствие, пытаться договориться с Церковью. А дальше, когда мы объявимся, характерные изменения в моей внешности вызовут просто цепную реакцию. Нам же нужно будет совершить визит вежливости в круг магов на обратном пути, да к графу одному заглянуть. Причем на обратном пути из подгорного трона.

– А там-то мы что забыли?

– Как же? А армию против архидемона собирать? – Улыбнулся Дален.

– А если серьезно?

– Там можно взять несколько големов. Остались с древних времен. Думаю, они нам очень пригодятся. Быстро переделать их во что-то подобное моей спутнице вряд ли получиться. Однако даже неповоротливая каменная махина – очень приличная сила. Боюсь, что даже в Империи количество големов можно пересчитать по пальцам.

– Не сомневаюсь. А в круг магов для чего требуется заходить? Специально посветить своими личиками?

– Нужно одному старику провести пересчет ребер. – Улыбнулся Дален.

– Ирвину?

– Этот нехороший человек сдал меня Империи, поделившись информацией за подкуп. Помимо этого, я считаю, что круг магов попросту больше не нужен. Всех, кто согласиться, придется забрать в орден серых стражей, остальных же ждет уничтожение. Подставлять так спину крайне опасно. Маги там конечно убогие, но навредить смогут основательно. Да и архив круга мне нравиться. Думаю, библиотеку и склад артефактов можно и нужно перевезти в Грифингар.

– А как отреагирует Церковь? Не боитесь, что вы ускорите события?

– Нет, не боюсь. Думаю, когда мы подойдем к кругу магов, Церковь Света уже примет решение поддержать Империю и уничтожить меня. А заодно и остановить мор. Более того, к тому моменту будут уже либо собираться армии в Орлее и Империи, либо уже двигаться к границам королевства.

– Звучит все весьма реалистично. Я могу чем-нибудь помочь?

– Во-первых, запомни – никогда больше не смей лезть к моей жене. Еще раз замечу за тобой эту оплошность – сам убью, не дожидаясь врагов. – Радикале усмехнулся. – И не ухмыляйся. Ты не просто так умрешь, а пойдешь ей на новую сущность. Вот. Тот же. С кислой миной ты мне больше нравишься. Во-вторых, отправляйся к Адель и уговори ее выйти из леса на соединение со мной. Со всеми своими чудиками, что она взяла под свою опеку. Оружием и доспехами я их обеспечу. Наверное. В-третьих, попытайся связаться с Флемет. Боюсь, что нам понадобиться ее помощь. Четвери дракона лучше, чем три. Особенно против армии всего Тедаса. Я не исключаю, что Империя сможет пригласить даже служителей Куна немного помахать острыми предметами.

– Хорошо. Я немедленно отправляюсь. – Радикале кивнул с совершенно серьезным видом и попытался было уже пойти, но Дален взял его за плечо и придвинувшись шепнул на ухо.

– И, в-четвертых, подумай над тем, как сделать ее драконом. Ты умный. Ты придумаешь. Ведь я прав?

– Ты получился даже интереснее, чем я думал, – Радикале улыбнулся, – дракон Войны. Да, я подумаю над твоей просьбой. – Радикале и Дален встретились друг с другом глазами и смотрели так несколько минут. До тех пор, пока дракон Тайн вежливо не кивнул и, мягко отойдя в сторону, поклонился. После чего развернулся и стремительно зашагал и залы, дабы в более просторном месте обернуться своей основной формой и полететь с максимально возможной скоростью на юг – в лес Брессилиан.

Часть 5

Подгорный престол

Глава 23

– Мне обязательно нужно попасть на прием к королю! – Не унимался мужчина в одеждах аристократа. – Это государственное дело!

– Дорогой, ну что ты нервничаешь? Короля еще не выбрали. И до тех пор, пока выборы идут, вход в эту дверь для всех чужеземцев закрыт. Подожди недели две-три.

– Я заплачу!

– Вай! Дорогой! Обижаешь! – Улыбнулся дварф. – Мы здесь не за деньги стоим.

– Погоди. А сколько он даст? – Вмешался другой стражник.

– И как ты его появление объяснишь Адельгарду? Он нас в порошок сотрет за неподчинение приказу. – Ответил старший стражник Ингвар своему подчиненному, после чего обратился к настырному человеку. – Иди своей дорогой. Проход закрыт.

– Слушай, а если он даст денег и для Адельгарда? – Не унимался младший стражник-дварф. – Эй! Какова будет твоя благодарность?

– Я дам вам по десять серебряных монет, – кивнул он стражникам. – Лично вам, – перевел он взгляд на старшего стражника, – пятьдесят. А Адельгарду – два золотых. – С этими словами аристократ протянул Ингвару мешок с монетами. – Тут суммарно пять золотых. Чтобы хватило всем. – Старший стражник посмотрел на аристократа подозрительно, но мешочек с деньгами взял.

– Ты понимаешь, что пытаешься сделать? Взятку стражникам Орзамара дать?

– Нет, что вы! Это не взятка. Это подарок. Чтобы ваша тяжелая, но, безусловно, благородная служба стала чуточку легче.

– Ха! Хорошо, я побеседую с Адельгардом.

Спустя минут пять Ингвар вернулся.

– Комендант Орзамарских ворот Адельгард приносит вам свою благодарность за подарок и желает долгих лет счастливой жизни.

– Так я теперь могу пройти?

– Нет.

– Почему!?

– А на каком основании? – Удивился Ингвар. – Я же уже объяснил что, пока короля не изберут – чужеземцам проход закрыт.

– Я же заплатил!

– В самом деле? А кому? Ребят, что он вообще такое несет? Иди отсюда, мил-человек, пока мы не подумали, что ты пытаешься нас оскорбить. – Подвел итог недолгого разговора Ингвар, нахально скалясь. В то время как аристократ скривился как от зубной боли, но выдавил из себя улыбку, чуть поклонился и совершенно подавленный отошел от заставы.

– Смотри! – вскрикнул один из стражников и указал в сторону дороги, идущей из глубины Морозных гор. Оттуда приближалась целая процессия. Аристократ, тоже заприметив группу всадников, решил далеко не отходить и понаблюдать за развитием событий. Мало ли, вдруг получится за компанию попасть в Орзамар?

– Какие странные гости. Слушай, Бьерн, ты когда-нибудь видел, чтобы бронто позволяли на себе ездить верхом?

– Никогда. Слышал, правда, что кое-кто изредка добивался подобного. Но очень редко. Поэтому, всегда считал это сказками.

– По всей видимости, нам с этой сказкой придется столкнуться. Ты тоже видишь это знамя?

– Это Серые Стражи Ферелдена, предавшие своего короля на поле боя, – вмешался в их разговор, стоящий недалеко аристократ.

– Ты глупости-то не говори. Мы тоже слышали этот бред умалишенных. Серые стражи никогда на соглашения с порождениями тьмы не пойдут. Это заявления из разряда желания кошки дружить с мышкой. Серые стражи непримиримые враги порождений тьмы. Уж мы их за свой век видели немало. Они к нам на глубинные тропы умирать приходят, дабы не чахнуть в старости и дряхлости.

– Но король Логейн сказал…

– Дурак твой Логейн, если сказал подобное. Серые стражи – последний рубеж обороны от порождений тьмы. Скорее твой король пошел на сговор с этой гадостью, а теперь порочит доброе имя уважаемых стражей.

– Как вы можете такое говорить? – Попытался возмутиться аристократ. На что Ингвар вытащил из перевязи свой топор и угрожающе посмотрел на него.

– Мы серых стражей уже многих в деле видели. Они всегда сражаются до последнего. Как наш мертвый легион. Только в легион отправляют в качестве наказания, а они на это идут добровольно. Если ты, … еще раз в моем присутствии откроешь свой рот и скажешь какую-нибудь гадость в их адрес, я лично тебе отрублю язык. Вместе с головой. – От такой агрессивной реакции аристократ отшатнулся и замолчал. В конце концов, те четыре наемника, что составляли его эскорт, вряд ли могли защитить его в случае нападения.

– Ингвар им жизнью обязан, – вмешался Бьерн. – Если бы в свое время не появился серый страж, то наш командир погиб вместе с семьей. Да и вообще – в Орзамаре очень уважают серых стражей. Не то вы место выбрали, чтобы против них речи вести. Многие им жизнью и здоровьем обязаны или своим, или родных.

– Что кривишься? Бьерн правильно говорит. Тут ложь твоего короля не сможет пустить ростки. – Впрочем, процессия подъехала довольно близко. Подъем к заставе был весьма не простой, однако, бронто уверенно карабкались. Им не мешала ни их внушительная масса тела, ни всадник. Первым въехал на площадку головной всадник – какая-то женщина в доспехах полностью закрывавших ее. Настолько, что она казалась целиком сделанной из хорошей стали. Именно она держала знамя. За ней въехал бронто командора, как и всадник защищенный доспехами. Поравнявшись с дварфами, Дален спрыгнул на землю и снял шлем, тем самым вызвав легкий шепот в рядах стражников.

– Здравствуйте, – Дален улыбнулся, от чего стражники просто онемели. – Я Дален Амелл, командор серых стражей Ферелдена.

– Командор, а сколько лет прошло с момента проведения ритуала? – Робко спросил Ингвар.

– Меньше двух лет. На мои глаза и зубы не обращайте внимание. Это не из-за скверны. Я маг. Вот в ходе одного эксперимента и задел сам себя. Видимо последствия ритуала сказались и исказили ход опыта. Выгляжу, конечно, страшно, но зато зрение очень хорошее получилось. Да и зубы вышли крепкими, да острыми.

– Дивно… – покачал головой Ингвар.

– А откуда ты знаешь про ритуал? Стражи о нем особенно не распространяются.

– Меня в свое время спас Дункан. Он был ранен после тяжелого боя, его моя семья выхаживала, которой он спас жизнь. Многое в горячке поведал.

– Добрая ему память. – Слегка кивнул Дален. – Он погиб при Остагаре, сражаясь с королем плечом к плечу.

– Вы были там?

– Я один из двух стражей, которые смогли пережить ту бойню. Вы слышали о человеке, который метал огромные огненные шары с башни?

– Это были вы?

– Да. Правда, чуть не погиб. Плетения выжали меня практически досуха. Если бы не помощь ведьмы диких земель, я бы умер. – У всех дварфов брови взлетели ввысь, а глаза округлились от удивления, так как они считали Флемет такой же сказкой, как и верховых бронто.

– Хм. Что же там случилось? Ходят очень разные слухи.

– Ничего особенного. Юный король был слишком неопытен в плане борьбы с порождениями тьмы. Он жаждал славы, а потому ослеп и не видел реальности. Логейн и Дункан отговаривали его от этой битвы, но он все равно на нее решился. Серые стражи были вынуждены идти на острие атаки, ибо это их долг. Поэтому их перемололи во много раз превосходящие силы порождений тьмы. Король погиб так быстро, что даже не смог ничего осознать. Логейн же, командуя резервом, решил в бой не вступать, посчитав его проигранным. А потом просто решил оправдаться. Сложно претендовать на трон с репутацией труса. – Усмехнулся командор.

– А когда вы метали те огромные шары?

– Я, вместе с сыном почившего короля Модеста Алистером, должен был прорваться на крышу башни Ишала и зажечь в нужный момент сигнальный огонь, дабы Логейн смог атаковать из засады. Но достигнув своей цели, я обнаружил, что войска герцога отходят, а нашу основную армию добивают порождения тьмы. Вот тогда я и решил помочь тем немногим, кто еще был на тот момент жив. Мои огненные шары сильно испугали врагов и дали небольшой горстке воинов, остаткам некогда большой королевской армии, отступить.

– Ты все слышал? – Обратился Ингвар к аристократу. – Вот это – реальная история.

– А что, он рассказывал сказки о том, будто серые стражи спелись с порождениями тьмы? – Улыбнулся Дален, оскалив свои острые зубы, которые у него появились после первых управляемых обращений в дракона и обратно. Что-то вроде остаточного эффекта. От подобной улыбки аристократ побледнел, опустил глаза и прикрыл руками область гениталий, приняв подчиненную позу, ибо очень сильно испугался. В его голове лихорадочно носились мысли о том, как именно его будут сейчас убивать, но вбитая за столько годы гордость не позволяла ему обратиться в бегство, ради спасения собственной жизни.

– Да. Этот аристократ вел себя очень вызывающе. – Ингвар немного помолчал. – Командор, в Орзамар сейчас пройти нельзя, там идут выборы короля.

– Мне не нужен сам Орзамар, я хочу пройти на глубинные тропы, ведущие в Кэл Хирол. Думаю, дварфы не откажут в уже традиционной просьбе серых стражей?

– Но вы собираетесь вернуться? Это ведь не путь в один конец?

– Конечно. Мне нужно найти кое-какие артефакты. Заодно я очищу для Орзамара эту крепость от порождений тьмы, что серьезно укрепит его позиции.

– Вы серьезно? – Насторожено спросил Ингвар.

– Более чем. Я Дален Амелл, командор серых стражей Ферелдена, барон твердыни Грифингар и правитель тейга под ней, – в этом месте лица дварфов вытянулись, – остановивший порождения тьмы при Остагаре и Лотеринге. За мной идет ведьма диких земель Морриган, дочь Флемет, – командор кивнул на черноволосую девицу в сверкающих доспехах и вежливо-циничной улыбкой на губах. – Это Сильвар – эльфийский охотник. А они, – Дален кивнул на парочку, сидящую на бронто, – воины-оборотни Ангер и Брев.

– Оборотни? – Несколько подозрительно переспросил старший Бьерн. На что, Ангер и Брев скинули свои капюшоны и предстали перед всей толпой двумя мордочками "анубисов" с совершенно не выразительными лицами. И вновь наступила такая тишина, что хоть топор вешай.

– Да. Они были призваны в армию серых стражей по договору, заключенного с духом Бресилианского леса.

– Хм… – Хмыкнул непробиваемый Ингвар, что сделало в очередной раз честь психике дварфов, готовой невозмутимо встречать любые неожиданности. – А Грифингар это где?

– Это новое название старой крепости Пик Солдата. Я ее отбил от демонов. Может быть, слышали о том, какие под ней богатые рудники? Мы уже смогли достать столько железа, что навесили на его ворота цельнометаллические решетки. Кстати, я забыл представить вам Софию Драйден, – Дален кивнул в сторону железной леди. – Сейчас она, правда, голем, но некогда была последним командором Серых стражей, погибнув в сражении с демонами.

– Она голем? – Удивился Ингвар. – А с виду просто женщина в хороших доспехах, которая почему-то скрывает свою внешность. В духе некоторых дам Империи.

– Это моя собственная поделка. Я специально сделал ее тело не классическим, чтобы в бою она была менее заметна и более эффективна. – С этими словами командор кивнул Софии и та, слегка повозившись, сняла шлем-армет, представим лику дварфов свое металлическое лицо и шею, выглядящее похожими на человеческий скелет. Только с доработками. – Я же говорю, что маг, только очень могущественный. Мои опыты простираются много больше, чем у большинства неофитов. Я изготовил собственноручно этого голема, все эти доспехи, – он махнул рукой в сторону своих воинов, – приручил бронто и так далее. Уверяю вас, у порождений тьмы нет никаких шансов даже выжить, от вас будет требоваться только после зачистки занять легендарный тейг и выстроить там нормальную оборону. – Наступила пауза, которую, спустя минуту прервал командор. – Или вы не хотите вернуть себе древнюю кузницу дварфов?

– Вы правы, командор. Не пустить вас на глубинные тропы я не имею права не только как старший стражник, но и как дварф. – Он покачал головой, после чего добавил. – Пойдемте, я представлю вас начальнику Адельгарду, думаю, он будет рад сказанному вами и соберет в помощь отряд добровольцев. Жители Орзамара на многое пойдут ради возвращения этой твердыни. Даже на время прекратятся распри и интриги у трона.

– А я? – Вскрикнул аристократ, заметив, как ворота заставы открылись, пропуская командора и его спутников прямо верхом на бронто.

– Ты хочешь пойти с нами на глубинные тропы? – Спросила его ласковым голосом Морриган. – Давайте возьмем его с собой? По виду он вполне упитан. Он нам может пригодиться, если начнутся проблемы с едой. – Аристократ снова побледнел и отшатнулся от девушки, а стражники хором захохотали.

Глава 24

– Командор, – косился на странную внешность Далена Адельгард, – вы действительно хотите предпринять штурм Кел Хирона? Признаюсь, я не очень верю вам. Как можно атаковать таким малым числом тейг?

– То есть, вы меня пускать не хотите? – Улыбнулся командор, оскалив свои острые зубы, от чего Адельгард слегка скривился.

– Выходы на глубинные тропы сейчас закрыты из-за этих чертовых выборов. Мне нужно согласие совета старейшин, чтобы приказать их открыть.

– А почему выборы затянулись? Ну, убил Белен своего одного брата, подставив другого. Что в этом такого? Мне казалось, что это нормально для вашего города. Как и отравление родного отца.

– Его вина не доказана. – В этот момент Адельгард осекся и подозрительно посмотрел на командора. – А откуда вы все это знаете? События произошли совсем недавно и на поверхность их еще не могли вынести.

– Его на это побивал его старый друг – герцог Логейн. Мне в руки попалась часть их переписки. Сложить два плюс два несложно.

– Вот как, – задумался Адельгард. – В любом случае, факт того, что вы все знаете, не изменит ситуации. Совет должен согласиться выступить в поход на Кел Хирон. Вы же не думаете, что вас отпустят туда одного? Желающих поучаствовать в этом знаменательном событии будет очень большое количество. Целая армия!

– А вы сетовали на немногочисленность моего отряда, – улыбнулся Дален. – У вас сейчас проводят Испытания?

– Хотите воспользоваться правом чемпиона? Вряд ли это поможет. Совет, конечно, выслушает вас, как чемпиона Орзамара, но решать все равно будет сам. А уступать первенство освобождения священного для дварфов города чужеземцу для нас постыдно.

– А у вас есть варианты? В конце концов, я уже освободил один тейг, нанеся поражение отряду порождений тьмы, что его охраняла. Да и доспехи у меня очень добротные.

– Боюсь, что действительно, никто не сможет устоять перед воином в таких доспехах. – Адельгард постучал по грудной пластине кирасы командора. – Кстати, а что это за эксперименты вас так обезобразили? Если не секрет, конечно.

– Слышали о культе странных людей, что поклонялись драконам?

– В Морозных горах, которые?

– Да. Именно о них. Так вот. Я завладел их деревней, а после ставил опыты с теми гигантскими ящерицами, что живут в пещере за ней. – Адельгард подозрительно посмотрел на командора.

– Как вы нашли этот культ? Насколько я знаю, они тщательно хранят секреты своего поселения.

– Вон та девушка умеет обращаться птицей. Мы знали общее направление движения, а она проводила разведку. Они не могли укрыться от нас.

– Она действительно ведьма диких земель? – Недоверчиво переспросил Адельгард.

– И моя возлюбленная, – расплылся в улыбке Дален. – Я ведь тоже маг. И весьма не слабый маг. Мы, как говорится, нашли друг друга.

– Так вы пытались научиться оборачиваться в больших ящериц?

– Своего рода. – Усмехнулся Дален. – В самую большую из них.

– И как, получилось? – Повел бровью комендант городских ворот Орзамара.

– Конечно, правда, из-за некоторых накладок изменилась моя внешность. А чего вы переживаете?

– Если бы не глаза, то я бы подумал, что вами овладевает скверна. У серых стражей так бывает. Они даже какое-то время сохраняют рассудок, но потом все равно становятся порождениями тьмы, только куда более опасными и страшными, чем обычные.

– Не переживайте. Мне до этой стадии еще очень далеко. Мы в Грифингаре смогли доработать ритуал и теперь можем жить более полувека после инициации, а то и больше. Маг же, который смог все это придумать, так и вообще прожил свыше двухсот лет.

– Поразительно! Впрочем, не будем терять время. Мое любопытство удовлетворено. Поэтому предлагаю направиться к залу Испытаний. Только очень вас прошу не использовать магию. И особенно не превращаться в больших ящериц. Это может стать основанием для оспаривания вашего чемпионства. Вы вообще мечом владеете? Или топором? Может вместо вас выступит кто-нибудь из ваших спутников?

– Не стоит. Я и сам не дурно сражаюсь. Я конечно, маг. Но любовь к своему телу заставила меня развиваться разнопланово. Так что, не переживайте.

– Хорошо. Буду надеяться на ваш успех.

– А у вас не будут проблемы из-за того, что вы пустили меня? А то, я смотрю, вы нервничаете?

– Нет. Я поступил строго по закону. Отказать серому стражу, желающему отправиться на глубинные тропы, я не могу. Поэтому вы и ваши спутники находитесь в Орзамаре на вполне законных основаниях. Меня беспокоит совершенно иное. Вы не могли бы показать мне эти письма герцога?

– Вы желаете их представить на Совете?

– Да. Признаюсь, изгнанный брат Белена мне нравился много больше, чем этот скользкий и заносчивый тип. Хотелось бы не допустить его восшествия на трон, потому что, если все это правда, то …

– Не переживайте, так приходит к власти большая часть правителей в мире. Редкий король имеет руки без крови близких родственников на них.

– И все же.

– Я подумаю над вашим предложением. – Улыбнулся Дален. – Откуда я могу знать, кто вы? Может быть вы друг Белена, который желает овладеть этими письмами и уничтожить их?

– Верно. Не можете знать. Хорошо, отложим пока наш разговор.

Глава 25

Испытания прошли довольно спокойно. По крайней мере, никто не рвался победить командора Серых стражей. Очень странное поведение, насторожившее Далена, но дальше излишних переживаний дело не пошло, так как командор пришел к выводу, что ему банально кто-то помогает и решил не портить шоу. Можно сказать, что Дален, все осознав, стал получать даже некоторое удовольствие от подобного спектакля.

Впрочем, ощущение спектакля и лжи не оставляло его и в Совете. Казалось что даже камни залы и те – что-то скрывают, недоговаривают или откровенно врут. Поэтому, командор избавил себя от этого мучения и перешел к довольно продуктивным кулуарным беседам, благо, что проявила себя группировка, помогавшая ему на Испытаниях.

* * *

– Вы поймите, я, конечно, знаю, что политика чистыми руками не делается, но убивать отца и брата – это слишком. Кроме того, он ведь и второго брата еще оклеветал, фактически подведя под смертный приговор. Я не знаю, как делаются дела у вас, но я считаю, что после того, Белен не заслуживает никакого доверия. Он ведь уже предал тех, кто ему доверял.

– Почему вы так считаете? Ведь нет никаких улик.

– Вы о них просто не знаете. Кроме того, я маг и мне доступны куда более интересные источники информации.

– Например, какие?

– Это не важно. Вы ведь понимаете, что я не могу раскрывать своих секретов?

– Но ваше слово не может быть доказательством!

– Послушайте. Мне плевать на то, что у вас считается доказательством, а что нет. Виновность Белена для меня неоспорима. Работать с ним я не буду. Если трон займет Белен, то Орзамар потеряет всякую поддержку и уважение Серых стражей.

– Лично я верю вам. Но Совет нуждается в куда более серьезных аргументах.

– Например?

– Этой своре, по большому счету, не нужны никакие доказательства. Ведь версия, озвученная вами, далеко не неожиданна. Или вы думаете, что в Совете сидят дураки? – Улыбнулся Авен. – Нет. Все отлично понимают ситуацию. А все споры, на самом деле всего лишь торг.

– Вы предлагаете мне подкупить Совет? Боюсь, что у меня, несмотря на весьма впечатляющее состояние, таких денег нет. Ведь жадность Совета бездонна.

– Безусловно, она не знает границ. Но их можно и нужно купить другим. – Авен лукаво улыбнулся. – Комендант городских ворот, как вы, наверное, уже догадались, принадлежит к той же партии, что я. Ваша идея вернуть Кел Хирон в лоно Орзамара нас заинтересовала. Тем более что слухи о вас ходят весьма впечатляющие. Если вы сможете совершить задуманное, то наша партия получит очень серьезную поддержку среди жителей города, и мы сможем заставить остальную часть Совета принять наши условия.

– Идея мне понятна, но возник вопрос. Как давно средний сын почившего короля был изгнан на глубинные тропы?

– Около года назад. Почему вы спрашиваете?

– Если я его случайно встречу и верну, лорд Харроумонт уступит ему трон?

– Но он был изгнан…

– Если я вернусь с победой, Белен будет признан виновным в убийстве отца, брата и лжесвидетельстве на другого брата. Он не должен уйти безнаказанным.

– Но это смертная казнь!

– А что вы хотели? Он убил трех ближайших родственников, причем, двое из них ему доверяли. Так что, пока меня не будет, подготовьте для этого почву.

– Я не уверен, что получится. Белен уважаемый человек…

– А вы постарайтесь. В конце концов финансовые интересы могут и потесниться перед вопросами политики. Ведь так?

Глава 26

– Итак, командор отправился на глубинные тропы, – лорд Харроумонт в некоторой нерешительности потеребил свою бороду, – и оставил нас всех в очень недоубном положении. Что нам делать? Ведь Совет с огромным треском и скрипом смог позволить ему выйти во главе импровизированного отряда на штурм Кел Хирона.

– Питер, а разве у нас есть выбор? Поддержав эту авантюру командора, мы выбрали свой путь, – Авен развел руками. – Он ведь не скрывал своего отношения к Белену. Теперь мы либо идем до конца, либо теряем все, ведь став королем, младший Эдукан не простит нам подобного поведения и потихоньку вырежет всех.

– А до конца, это как? – Поднял вопросительно бровь Питер Харроумонт.

– Я имел долгий разговор с командором перед его выступлением и убежден, что если он вернется, будет вооруженное столкновение. Он даже оговорился относительно того, что собирается искать Дюрана, изгнанного на глубинные тропы год назад.

– Он давно мертв, – отмахнулся Питер. – Вы выяснили, зачем Дален вообще ввязался в это предприятие? Надеюсь, никто из присутствующих не питает иллюзий в отношении того, что только честь и совесть двигают командора? – Лорд Харроумонт с вызовом бросил взгляд на Авена.

– У вас есть соображения?

– Нет. Никаких. Командор настолько загадочное существо, что я теряюсь даже предположить, что же он на самом деле хочет.

– Да уж. Его глаза и зубы… встретив его на глубинных тропах, я бы подумал, что передо мной стоит порождение тьмы.

– А может уже переродился?

– Не порите чушь! – Встал Леонард Айво. – Если бы Дален был порождением тьмы, то с ним бы не путешествовали живые люди. Это исключено! Кроме того, он не обезумел и не потерял речь. Да, его внешность чрезвычайно экзотична, но я убежден, что причина совершенно в ином. – Леонард сделал небольшую паузу, обводя взглядом всех присутствующих. – Вчера по дороге из Морозных гор пришла небольшая группа бродяг. После допроса мы смогли выяснить, что они бежали от людей командора, которые собирались переселить их деревню куда-то на равнину.

– Какую еще деревню? В тех местах нет никакой деревни!

– Старая легенда о поклонении драконам ожила, – с легкой улыбкой сказал Леонард.

– Что?! – Питер резко встал с кресла, потрясенный и возбужденный.

– Да, дорогой друг, это все оказалось не сказкой. Люди свидетельствовали об огромных ящерах в пещерах и гигантском драконе, который сторожил древний храм. Командор совсем недавно обладал нормальной внешностью, а эти уродства приобрел после проведения в храме нескольких недель.

– Я думаю, дракон, это просто легенда, – покачал головой Харроумонт.

– Все беглецы клянутся, что видели его своими глазами и не раз. Они считали его переродившейся Андрасте и поклонялись.

– Сумасшествие какое-то…

– Именно. Я не знаю, что там Дален делал, и почему его внешность так исказилась, но боюсь все совсем не просто.

– А что там за дракон жил? Его имя не известно?

– Нет. Никто ничего не знает. Но в архивах я смог найти упоминание о том, что где-то в горах действительно был построен древний храм для погребения праха Андрасте.

– Давайте не будем гадать? А то мы так договоримся до того, что он сам дракон. В сложившейся ситуации нужно решить, что делать нам. Этот странный командор, я думаю, нас должен волновать в последнюю очередь.

– Поводя итог сказанного выше, я считаю, что нужно начинать готовиться к столкновению с оружием в руках. За нами половина Совета и чернь.

– Вы предлагаете вооружать бедняков?

– Да. Мы дадим им шанс на лучшую долю, а сами получим пусть плохих, но солдат. А когда все закончится, всегда можно будет завершить их жизненный путь, отправив на войну с порождениями тьмы. Заодно и с перенаселением беднейших районов Орзамара разберемся.

– Не боитесь? Они ведь могут и против нас оружие обратить.

– А у нас есть выбор? Мы либо погибнем в этой борьбе, либо победим. Думаю, всем присутствующим умирать пока еще не хочется. Или кто-то думает иначе?

– Питер, где вы планируете брать оружие и доспехи для бедноты?

Глава 27

После выступления Далена Амелла перед Советом Белен безвылазно поселился в своем крыле дворца. Этот совершенно не вовремя пришедший командор смог спутать все его карты. Даже более того, опасность разрешения проблемы престолонаследия через его убийство становила реальностью и серьезно мешала спать. В конце концов, Белен являлся далекой от идеала фигурой претендента на трон Орзамара. Его финансовые игры, конечно, держали довольно серьезную политическую партию в кулаке, но он, будучи вполне трезвым дварфом, отлично понимал, что шанс измены с целью банально избавиться от долгов, рост с каждым днем. А так как время играло против него, Белен решил работать на опережение.

– Брен, ты все понял? – Лицо начальника охраны Белена было полно суровости и холода.

– Да, конечно, господин. Я немедленно поднимаю всю свою банду.

– И смотри у меня, – погрозил кулаком Артур, – второго шанса я тебе не дам. Хоть всю банду положи, но командор должен умереть.

– Но как я буду дальше жить, если погибнет вся банда? Я же разорюсь и не смогу верно служить своего господину. – Артур грозно глянул на Брена.

– Если ты сделаешь все, что нужно, то я дам тебе сто золотых монет. Это хватит, чтобы нанять и вооружить целую армию тех отбросов, что ты используешь.

– Спасибо, господин. Не пожалею ничего ради выполнения вашего задания. – Брен поклонился в пояс и попятился назад. Его переполнял восторг и нетерпение. Таких денег он не зарабатывал и за несколько лет, а тут – разовая оплата. Ради подобного куша можно было рискнуть если не всем, то очень многим.

* * *

– Итак, перед нами стоит задача убить этого чертового командора. Совет запретил кому-либо из жителей Орзамара следовать за командором, поэтому с ним всего несколько проводников из числа неприкасаемых.

– Но, он же могучий маг? Что мы сможем сделать против него? – Робко спросил Ферин. – Кроме того, с ним эта…

– И что? Ты бабы испугался?

– Она ведь ведьма Диких земель… про них такие страшные легенды ходят.

– Их всего четверо. Если мы атакуем их из засады, то сможем перебить из арбалетов раньше, чем серые стражи что-то смогут предпринять. Кроме того, тому, кто убьет командора, я отсыплю пять золотых монет сверх установленной оплаты. Пять золотых! Ну? Что? Есть еще сомнения? – От заявленной награды банда ощутимо оживилась. Что значит пять золотых для неприкасаемых? Даже для бойцов Брена эта сумма представляла собой доход лет за десять, потому что обычно они просто находились на содержании главаря, что выступало их платой. Пять золотых давали шанс на то, чтобы очень серьезно улучшить жизнь своей семьи и дать шанс для некоторых на лучшую долю, что для неприкасаемых являлось смыслом жизни. Вырваться из жуткой нищеты и вечного унижения – одна единая мечта всех жителей Нижнего города. Сказка, которая лишь для единиц становилась былью. А тут вот он – шанс.

Смотря на то, как у бойцов банды загорелись глаза, Брен был доволен. Теперь то они не станут трепетать, ведь им дали шанс. Никто из них его не упустит. Никогда. Даже если этот шанс столь опасно граничит со смертью, что многие назвали бы его самоубийственным. Здесь и сейчас это стало совершенно пустыми словами. Этих маленьких дварфов охватило воодушевление и надежда, легким лучиком пробившаяся из-за штормовых туч бытия.

Глава 28

– Знаешь, – Дален обратился к Морриган, – я думаю, нам уже пора остановиться и встретить преследователей. Как тебе эта зала?

– Каких преследователей? – Смутилась девушка.

– Ты что, серьезно думаешь, что Белен, после моего выступления, оставит все так, как есть? Будь уверена – он послал за нами убийц.

– Так давайте я их встречу, – вмешалась София, – а потом вас догоню.

– Просто вырежешь?

– Конечно. А что с ними нянчиться?

– Нет. Нужно, кроме всего прочего, их запугать. Нужно сломить волю Белена. А то ведь этот мелкий пакостник еще какую-нибудь гадость учудит в самый неподходящий момент.

– И как ты это собираешься сделать? – Спросила Морриган и вопросительно взглянула на командора, а тот в ответ таинственно улыбнулся. – Дракон?

– Именно.

* * *

– А зачем ты сам пошел? – Поинтересовалась Шали, "правая рука" Брена у своего "патрона".

– Это очень ответственное дело.

– Справились бы. Мы разве тебя когда-нибудь подводили?

– Ты не понимаешь, – задумчиво сказал Брен, – судя по поведению Артура и предложенному гонорару, исходом нашего похода заинтересовались на самом верху. Они наняли нас и если мы подведем столь высокопоставленных покровителей, то они нас сотрут в порошок.

– Сколько же он предложил?

– Сто золотых, – улыбнулся Брен, – но, боюсь, я не получу ни медяка. Нас отправляют на убой с сумрачной надеждой на счастливый арбалетный болт, который сможет поставить точку в жизненном пути командора. Признаться, риск нашего предприятия чрезвычайный.

– Это понятно. Просто обычно ты не рискуешь сам.

– Если вы погибнете, то я довольно быстро последую за вами, так как стану неудобным свидетелем, да и вообще – бесполезным для Артура и его господина. Ни людей, ни ресурсов. Я ведь вложил в этот поход почти все свои накопления. Мне разумнее пойти с вами и умереть, если что-то пойдет не так, чем остаться в городе и трястись от каждого шороха в ожидании убийц.

– Мне это все не нравится, – покачала головой Шали.

– А, думаешь, мне нравится? – Скривился Брен.

– Если дела такие важные, то, что мешает Артуру нас перебить силами городской стражи после дела? Такие важные свидетели… и ведь для него это станет не только несложно, но и выдающимся успехом. Уничтожение столь крупной банды – редкая история в Орзамаре.

– Думаешь?

– Зачем мы будем нужны Белену после смерти командора? Это ведь очень большой риск!

– Проклятье! – Брен остановился и потер руками лицо. – А ведь похоже на то, что ты права. Я бы поступил именно так… Но их разговор был прерван разведчиком.

– Брен, там впереди большая зала, – сообщил взволнованный дварф.

– И что? – В недоумении поднял бровь главарь.

– Там… там все очень странно. Я аккуратно глянул, но заходить не решился. У залы несколько глубоких ниш, в которых можно прекрасно устроить засаду. От входа они не просвечиваются.

– Засада? Ты уверен?

– Нет, но…

– Брен, – вмешалась Шали, – давай не будет рисковать и проверим? В конце концов, это займет всего несколько минут.

– Ладно. Ферин! Бери своих пылеглотов и разведай залу. Аккуратными шагами, буквально тайком небольшая группа дварфов отделилась от отряда и потихоньку стала втягивать в залу. Вдруг, когда Фрерин уже достиг центра этой просторной подземной пещеры, с противоположной стороны громко каркая, влетела ворона. Все притихли.

– Шали, откуда тут взялась ворона? – Удивленно спросил Брен, стоя у самого входа в залу и с огромным любопытством ее рассматривая. Ворона же, сидя на своем камне, тоже с интересом их разглядывала.

– Не знаю. Никогда их на глубинных тропах не встречала. Они ведь в темноте практически ничего не видят. Может кто-то взял себе в качестве декоративной птички и она сбежала?

– Ворону? Ты верно шутишь.

– Как иначе объяснить ее появление тут? – На беседу Брена и Шали обернулись все, даже Фрерин с товарищами.

– Может быть, я смогу ответить? – Раздался громкий и довольно томный незнакомый голос из каменной залы. Все резко замолчали и устремили свои взгляды на то место, где раньше сидела ворона. Но, вместо пернатого создания увидели там ту самую девушку, которой Фрерин так опасался. Она сидела совершенно голой и нагло улыбалась.

– Ты! – Лишь смог промычать Фрерин, дико вращая глазами.

– Я. Успокойся. Давай вдох-выдох, вдох-выдох. Твой топор висит на другом боку. Вот. Правильно. Молодец. – Потом вокруг нее с легким хлопком образовалась практически прозрачная сфера и она обратилась к Брену. – Я полагаю, ты удивлен?

– Ведьма диких земель, зачем ты нас тут поджидаешь?

– Мой господин сказал вас предупредить.

– О чем?

– Вас же послали его убить. Вы думаете, об этом не полнятся слухами глубинные тропы? – Морриган обворожительно улыбнулась.

– А почему сам командор не вышел к нам навстречу? Он что, боится дварфов? – С явным пренебрежением в голосе сказал Брен и сплюнул на каменный пол.

– Он не очень хочет вас пугать. Вы ведь такие хрупкие.

– Ха! Да он просто боится, что случайный болт из арбалета его убьет!

– Вы уверены, что хотите с ним встретиться лицом к лицу? – Еще сильнее стала улыбаться Морриган. – Надеюсь, вы рассказали своим бойцам, с кем им придется столкнуться? А… вижу, что нет.

– Хватит! Пусть выходит! У меня есть к нему дело.

– Дело? В самом деле? – Морриган звонко засмеялась, после чего повернула свою голову к одной из ниш, и чувственно прикусив нижнюю губу кивнула. В ответ на этот жест раздалось утробное урчание, заставившее проступить холодному поту у всех дварфов-наемников. А потом, буквально в несколько шагов из ниши вышел огромный дракон иссине-черного цвета.

Вместо того чтобы бежать, дварфы ушли в ступор, встав как вкопанные и отвесив нижние челюсти. Дален же, глубоко вдохнул и обрушился на группу Фрерина потоком чрезвычайно горячего пламени. Чего, как вы понимаете, они не пережили, наполнив помещение залы сладковатым запахом жженого мяса. Подобная выходка Далена резко отрезвила остальную банду – они рванули наутек, побросав оружие. А вдогонку их подстегивали утробное урчание дракона и чрезвычайно звонкий смех ведьмы.

* * *

– Что ты мне показываешь эту погань? – Артур был сильно раздражен.

– Посмотри на то, как они умерли.

– Какое мне дело до того, как они умерли? Почему ты не выполнил мое задание? – Артур перешел на крик и побагровел.

– Потому что ты послал нас убивать дракона!

– Что за чушь ты несешь?

– Посмотри на него. Этот обугленный кусок мяса – Фрерин. Он стоял со своими ребятами в двадцати шагах от этого монстра, и вот что с ними стало за несколько мгновений. Или ты думаешь, я специально жарил ребят в горне? Да. Да. Артур. Этот проклятый командор на самом деле гигантский дракон, как будто вылетевший из легенды.

– Ты опять лириума объелся?!

– Ни я, ни мои ребята никогда даже не приблизятся к нему. Мы все это видели. Демон с ними, с этими неудачниками. Но я реально боюсь, что это чудовище обрушится на Орзамар. Теперь я верю во все вещи, что про него рассказывают.

– Хватит нести этот бред! Драконы давно погибли!

– Видимо не все. Да и про Архидемона ты забываешь. Он ведь тоже гигантский дракон. Если ты мне не веришь, то опроси всех, кто ходил со мной и выжил.

– Если это дракон, то почему он вас всех не убил?

– Думаю, чтобы испугать. Ведь убитые не приносят новостей. – Артур раздраженно фыркнул, посмотрел на изуродованный труп и ушел, не говоря больше не слова.

* * *

– Какой еще дракон? – Белен был в ярости. – Что ты такое городишь?

– Командор Серых стражей Дален Амелл на самом деле не человек, а дракон. Я поговорил с людьми Брена, никто из них даже следить за командором не хочет, даже когда я им предлагал вперед пять золотых за это. От одного его имени этих неприкасаемых накрывает дикий страх. Я не знаю, что там на самом деле произошло, но явно что-то очень нехорошее. Мне кажется, мы случайно столкнулись с чем-то чрезвычайно опасным.

– Ты уверен в своих словах?

– Да. Все участники похода не могли так помешаться.

– Сговор?

– Вряд ли. Я и мои люди поработали персонально с этими ребятами, пытаясь угрозами и подкупом выяснить, что же там на самом деле произошло. Но они все были непреклонны.

– А ты уверен, что этот дракон не был иллюзией?

– Вряд ли. Иллюзии не убивают. Вот, – Артур протянул принцу сильно оплавленный шлем. – Этот шлем был на голове одного из погибших. Я очень сомневаюсь в том, что иллюзии могут так портить металл. Причем быстро.

* * *

Герцог Логейн с кислой миной сидел за столом, когда в зал вошел встревоженный Муаммар.

– Что-то случилось?

– Да. Вот, – герцог протянул ему небольшую бумажку, по всей видимости, от голубиной почты: "Обстоятельства изменились. Командор оказался драконом. Сейчас он на глубинных тропах что-то ищет. Попробую до его возвращения занять трон".

– От кого письма? – Глаза Муаммара стали сосредоточенные и холодные.

– От принца Белена. Хотя какая разница? Теперь я понимаю, почему этот странный ученик среднего пошиба из Каленхадского круга творит такие чудеса.

– Это еще достоверно не известно. Принца могли ввести в заблуждение.

– Почему? Что живого дракона они от мертвого отличить не смогли? Они ведь спят, загнанные Андрасте в свои могильники. Что мешает им проснуться?

– Вы что, серьезно верите Белену? – Наигранно удивился Муаммар.

– Он лгун и мерзавец, но в данном случае ему нет никакого смысла нас вводить в заблуждение. Да что нас, ему самому силовой вариант захвата власти очень неудобен. Если он на него решился, то совершенно точно дела его обстоят неважно.

– Может быть Белен просто пытается оправдаться?

– Зачем? – Логейн улыбнулся. – Я могу многого не понимать, но, зная Белена, можно быть уверенными в том, что это письмо практически вопль о помощи в надежде, что мы сможем отомстить за его гибель.

– Хм… Если он прав, то многое объясняется. Остается только понять, что именно это за дракон. Отправьте своего курьера к принцу за подробным отчетом. Боюсь, что столь незначительной отпиской, мы не обойдемся.

* * *

– Ну и зачем ты это сделал? – София была явно раздражена и недовольна. – Ты ведь одним своим появлением разворошил улей.

– Я создал легенду.

– И ты думаешь, что эта легенда не достигнет ушей архонта?

– Не только его. Я очень надеюсь, что кроме архонта о моем эффектном выходе узнало еще и руководство церкви Света.

– А что, твое появление сильно изменит намерения той же Империи?

– Да, я считаю, что очень сильно, – Дален таинственно улыбнулся.

– Боюсь, что текущее положение дел всех устраивает. В том числе и архонта. Я не верю в том, что он сойдется лбами с церковью ради твоего одобрения.

– Вот поэтому их позиция сильно и изменится. Думаю, они даже кунари смогут привлечь в этот поход. Или ты думаешь, что я собираю армию для отражения мора? Нет. Все намного интереснее.

Глава 29

Архонт вот уже несколько минут сидел погруженный в глубокий транс и растерянность.

– Ваша милость? – Вопросительно произнес, привлекая внимание, магистр.

– Эта новость… я не знаю, как на нее реагировать. И если честно, мне хочется, чтобы она оказалась глупой шуткой. Вы смогли что-то из сказанного Муаммаром проверить?

– Только некоторые моменты. Этой ночью мы смогли попасть в сон Белена и немного его потрясти расспросами.

– И?

– Понимаете, информация, полученная от него очень противоречива. Он сам не знает, как поступать, а его люди в панике. Дело в том, что люди банды некоего Брена сильно пострадали. Часть его отряда оказалась зажарена заживо. Причем таким горячим пламенем, что немного оплавились железные части доспехов. Белену показывали испорченный жаром шлем, который пах жженым мясом.

– Так это мог сделать кто угодно. Почему собственно дракон? Да и если дракон, то, что помешало ему уничтожить остальных?

– Думаю, желание проинформировать нас о своем присутствии, – пожал плечами Альберт. – Ведь он демонстративно сжег нескольких дварфов, а остальных отпустил. Даже более того, довольно скоро покинул место столкновения, дав им возможность забрать трупы.

– Что-то мне это все не нравится, – покачал головой архонт. – Вы понимаете, какая волна пойдет по Империи, если люди узнают, что наши Боги ожили?

– Но мы не знаем, кем именно является Дален. Если смотреть на древние трактаты, то он не подходит ни под одно описание. Ведь у драконов, которым мы раньше поклонялись, была чешуя мутного темно-зеленого цвета, а у Далена иссиня-черная. И она блестит так, будто это и не чешуя вовсе, а кристаллы какого-то минерала. Я специально опросил наших архивариусов – никто не слышал о таком драконе.

– Вот как? Это уже любопытно. Насколько я знаю, драконы заснули, чтобы избежать какой-то беды. Причем к тому моменту, как они погрузились в сон, их оставалось не так много. Настолько, что мы знали их всех наперечет…

– Да. При этом живыми мы их никогда не встречали. Только мысленный контакт с уже спящими драконами.

– Расскажите мне, а с Даленом никаких странных вещей не происходило? Из депеши Муаммара ничего не ясно. Белен вам ничего не рассказал любопытного?

– Мы на этом вопросе не акцентировали внимание. Во сне принц показал нам картинку командора Серых Стражей весьма искаженную. У него странные глаза с вертикальным зрачком и острые зубы, больше подходящие какой-нибудь хищной рептилии.

– И чем было вызвано такое изменение внешности? – Заинтересовался архонт.

– Мнение магистра, который беседовал с принцем, заключалось в том, что тот просто стал потихоньку сходить с ума. Его начали мучать галлюцинации.

– А по версии самого Белена?

– Он озвучил легенду о том, что где-то в Морозных горах, в затерянном храме Андрасте Дален проводил какие-то опыты с рептилиями, дабы улучшить себе зрение и пострадал.

– Хм. Вы даже не представляете, как это любопытно, – загадочно улыбнулся архонт и замолчал на пару минут под алчущим объяснения взглядом магистра. – Вы понимаете, в чем дело, – сказал, очнувшийся от размышлений архонт. – В Морозных горах действительно есть затерянный храм Андрасте, в котором покоятся ее останки. Покоились, – спустя несколько секунд, поправил он сам себя. – Это место было ее склепом. Во время одного из боевых столкновений мы потеряли карту с местом расположения храма.

– А что такого удивительного в Андрасте?

– Во-первых, она была магом чрезвычайной силы. Мы смогли ее поразить только жезлом могущества, да и то, случайно. Во-вторых, по легенде, возле тех мест поселились крупные рептилии, которых потомки строителей храма из ближайшей деревни, стали называть драконами. Это, безусловно, глупость, но факт крупных, я бы даже сказал огромных рептилий, действительно имеет место быть.

– То есть, Дален мог не лгать?

– Вполне. Имеются ли более подробные описания внешнего вида дракона, который поджарил дварфов?

– Нет. Только то, что он очень большой. Все произошло так быстро и на таких эмоциях, что никто ничего не смог толком заметить. Хорошо подготовленная засада.

– И как она происходила?

– В большую подземную залу, которую осматривали, чуть выдвинувшиеся вперед разведчики, влетела ворона, обратившаяся обнаженной ведьмой. Она предупредила дварфов оставить свое намерение. Те не послушались, после чего появился дракон и убедил их. Разведчиков.

– Ведьма умела оборачиваться вороной?

– По всей видимости.

– Это любопытно… и многое объясняет, – архонт загадочно улыбнулся.

– Вы считаете, что Дален не дракон, а маг, освоивший… – с вопросительным выражением лица застыл Альберт.

– Да. Я думаю, что командор смог научиться обращаться в крупную рептилию, но в ходе создания слепка что-то пошло не так и его немного повредило. Он могучий маг, но не дракон. А то, что поиграл на публику, всего лишь попытка нас запугать. Ведь если бы он оказался настоящим драконом, мы должны были преклонить перед ним колени. А так… – архонт улыбнулся. – Он нас не смог провести.

– И дал еще один повод выступить против него?

– Именно.

– Я имел смелость провести предварительные консультации с представителями кунари, – чуть потупив взор, сказал Альберт.

– В самом деле? – Удивленно поднял бровь архонт.

– Да. Им была предложена версия о том, что в Ферелдене творятся какие-то чудовищные дела. Группа сумасшедших магов под руководством Далена Амелла творит богопротивное даже для Империи волшебство и угрожает после разгрома мора развернуться на просторах Тедаса.

– Они поверили?

– Да. Я им нарисовал ужасные образы безумия одержимых, которыми стали Дален Амелл и его люди, прикрываясь знаменем Серых стражей. Даже более того, показал им образ кунари, служащего у командора. В общем, эти тупоголовые дикари не только готовы заключить с нами перемирие на время войны с Даленом, но и выделить вспомогательный отряд. Вы знаете их отношение к магии, особенно к ее ужасающим и наиболее мерзким формам.

– Это очень хорошо. Еще бы согласовать свои действия с церковью Света.

– Зачем? Неужели мы не справимся с одним магом?

– Во-первых, не одним. Или ты думаешь, он армию собирает против мора, который может остановить сам? Во-вторых, а ты уверен, что он просто маг? Я вот – нет. Косвенная информация говорит нам о том, что он есть нечто древнее, что проснулось и сразу начало свою игру. Или у тебя есть объяснение тому инциденту, который произошел в башне Каленхадского круга? Дален – это только оболочка. Я не уверен, что он даже человек. Вполне возможно мы имеем дело с мощным демоном, либо сущностью, которая обрела природу демона после смерти.

– Кто-то из древних магов?

– Да. Просто – древних. Некоторые его плетения настолько нам непонятны, насколько это возможно. Мы никогда с этими принципами магии не сталкивались. Поэтому, лучше подстраховаться и организовать в поход против него всех, кого мы только сможем поднять. Поэтому, начинайте предварительные консультации с церковью Света.

– А что сказать Святой Матери?

– То же самое, что вы скажете магистрам Империи. – Альберт вопросительно повел бровью. – Дален Амелл есть какой-то древний маг, который хитростью завладел телом несчастного ученика Каленхадского круга. Никаких драконов не оживало. Научившись оборачиваться в крупную ящерицу, Дален нанес оскорбление Империи, посягнув на наши святыни. Кроме того, он умудрился осквернить могилу Андрасте, занимаясь в ее пределах чудовищными опытами по обращению в рептилий. Поэтому не только Империя обязана собрать свои силы в единый кулак и обрушить их на этого нечестивца, но и вообще – любой честный человек…

Глава 30

Тихо прогуливаясь по небольшой комнате, принц Белен был в панике, хотя внешне это никак не проявлялось.

– Ваше Высочество! – В комнату аккуратно заглянул слуга.

– Что случилось? – С огромным трудом, сдерживая себя от излишней эмоциональности, спросил принц.

– Вернулся командор серых стражей. Он… он…

– Что он? Хватит жевать слова! Говори как есть! – Белен в ярости ударил кулаком по стене.

– Он вернулся не один. С ним вернулся ваш старший брат Дюран и весь дом Бранки. Кроме того… с ним идут големы во главе с … Каридином !

– Кем?! – Белен чуть не поперхнулся, услышав знакомое с детства имя из легенд.

– Каридином. Причем с ним пришли и другие. Всего двенадцать големов.

– А что там за шум? – Насторожился Белен. – Там что, бой?

Слуга обернулся, удивленно пытаясь понять, что же там происходит и какой такой шум услышал его господин. Но в следующее момент крепкая рука зажала ему рот и в спине, чуть выше поясницы очень сильно заболело. А дальше наступила темнота.

* * *

– Кто это? – Спросил Дален, войдя в покои принца и увидев на полу какой-то труп.

– Мы предполагаем, что Белен, по крайней мере – одежда совершенно точно его. Только лицо кто-то сильно изуродовал. Не узнать.

– Вот как… – задумчиво почесал подбородок командор. – Кто же его так?

– Да желающих хватало. Принц много кому в последнее время смог на мозоль наступить.

– Любопытно. Хм. Так. Всем выйти из помещения. Ничего не трогать руками. На входе выставить охрану и без моего разрешения никого не пускать.

– Что-то случилось? – Удивленно осведомился Харроумонт.

– Да. Я думаю, что это не принц. Кто из слуг имел доступ в эту комнату? Все они на месте?

– Во время штурма дворца двое погибли и один пропал. Кроме них – все на месте.

– Найдите мне тех, кто хорошо знал пропавшего слугу. Желательно женщин, что помнят его тело без одежды. Кем он был?

– Личный слуга принца. На него мы и подумали.

– Он был похож на него по комплекции?

– Вы считаете, что…

– Да. Посмотрите на пальцы этого бедняги. У него грязь под ногтями. Не похоже на принца, который, по отзывам был белоручкой. Допустимо, но нехарактерно.

Минут десять прошло за этой милой беседой, в которой Дален демонстрировал всем присутствующим странные детали. Параллельно он думал о том, кому было нужно принимать за чистую монету откровенную липу. Такую очевидную, что поверить в нее можно лишь преследуя какую-то цель. "Или Белен все сам импровизировал?"

– Командор, там подошла проститутка, которую слуга любил приглашать к себе в покои.

– Отлично. Пропустите ее…

Даже краткий осмотр тела показал, что в покоях принца был обнаружен пропавший слуга. Начиная, хотя бы с нижнего белья, которое никто не переодевал. А оно диссонировало с чрезвычайно дорогой верхней одеждой. Не сильно, но глаз цепляло.

– Что вы собираетесь предпринять для того, чтобы разыскать сбежавшего принца? – Дален сурово смотрел на Пирала.

– Ничего. – Увидев крайнее удивление на лице Далена, Пирал продолжил. – Мы объявим его погибшим и похороним со всеми подобающими почестями. Скажем, что он сражался до последнего вздоха не желая сдаваться на милость победителей. Тем самым – мы обрежем Белену возможности для легализации. Для всех он – дварф вне касты, который пытается изображать из себя самозванца. Он жив, но это для него ничего не меняет.

– А его связи? Насколько мне известно, Белен имел очень тесные связи с преступными элементами в городе. Они не окажут ему поддержки?

– Вряд ли. Связь осуществлялась через руководство стражи дворца, которая вся погибла при штурме. Его в лицо никто из этих пылеглотов не знает. Да и, если честно, он не пойдет к ним. Вы думаете, они его примут с распростертыми объятьями? С какой стати. Раньше он имел вес и возможность стереть их в порошок, физически. Да и платить мог вполне свободно. А что сейчас? Без имени, без влияния и без денег. Он бездомный бродяга с громким прошлым. Я более чем убежден в том, что если он подастся в банды, то там его схватят и приведут к нам, дабы установить хорошие отношения с новой властью. Им лишний раз обострять отношения с Советом не нужно.

– Хм. Разумно. Так значит, вы и поспособствовали тому, чтобы эту инсценировку убийства принимали за чистую монету?

– Да. Все так очевидно?

– Более чем. Однако свидетели этого происшествия могут испортить все дело.

– Не испортят. На месте гибели Белена были только мои бойцы, вы, несколько преданных мне членов Совета и эта проститутка. Если вы не станете распространяться, то сведения о том, что погиб не Белен дальше этой комнаты не уйдет.

– А проститутка?

– Она уже повесилась с горя.

– Так переживала?

– Эта бедняга хотела родить от слуги, желая войти в его дом и вырваться из оков касты неприкасаемых. Ее мечты разбились. Вот и не выдержали ее нервы, – улыбнулся Харроумонт.

– В этот раз хоть без столь грубой работы? – Кивнул на труп слуги Дален. – Синяков и следов борьбы на теле "самоубийцы" не осталось?

– Обижаете. Мои люди так грубо не работают. Кроме того, слугу убил сам принц. Мы даже удивились первоначально. На него это было не похоже, хотя все улики говорили о том, что он начал паниковать и, решая спасти свою жизнь, пошел на столь нехарактерное для него дело. Он ведь, как вы верно заметили, был белоручка.

– Ладно. Это дело решили. Как быть с его старшим братом? Формально он находится в статусе осужденного и изгнанного, то есть, находиться в городе не может.

– Я сегодня же соберу Совет, и мы оправдаем его, согласно вновь открывшимся обстоятельствам. Хм. Может вы хотите дать какие-либо показания в его пользу? – Пирал хитро улыбнулся.

– Вы имеете в виду письмо?

– Да.

– Хорошо. Сделаю. Оно, конечно, косвенная улика, но в сложившихся обстоятельствах и ее будет достаточно.

– Ну вот и ладно. А то я уже даже и не знал, как все проворачивать в Совете. Дураков там нет, все понимают, что происходит. Но формальная сторона вопроса должна быть соблюдена.

– Отлично. Тогда я, пожалуй, пойду отдыхать. Путь был не близкий. Да и штурм города, весьма утомил меня.

– Всего вам наилучшего. Когда вопрос с Дюраном разрешится, я пошлю вам гонца.

– Отлично. – Сказал командор и, собрался было уходить, но заметил некоторую недосказанность. Как будто Харроумонт мнется, желая что-то спросить. Поэтому пришлось немного задержаться. – Я вас внимательно слушаю. Вас что-то тревожит?

– Да… вы позволите задать личный вопрос?

– Смотря какой. Что вас беспокоит?

– Вы что, действительно дракон? И… куда делись ваши ужасные глаза с зубами?

– А разве я без зубов и глаз?

– Сейчас они нормальные, а когда уходили на тропы, то выглядели сущим чудовищем. Вы нашли способ вылечиться?

– Нашел. – Улыбнулся Дален. – Это все?

– Вы же не ответили… – Пирал несколько смутился.

– А что вам даст мой ответ? Я воздержусь от него. До поры до времени ни вам, ни кому бы то ни было, не стоит знать истину. А чуть позже, когда в эти земли придет воинство Империи и Церкви, вы все узнаете.

– Древние Боги проснулись, – совершенно подавленным шепотом сказал Пирал.

– Они, мой друг, никогда и не спали, – все с той же улыбкой ответил Дален. После чего кивнул, развернулся и ушел в свои покои отдыхать.

Глава 31

– Ну и зачем он нам? – Сказал кряжистый дварф с недовольным выражением лица. Аккуратно после того, как дверь хлопнула, пряча от глаз миниатюрную процессию.

– А ты хочешь пустить его под нож?

– Можно и сдать собственному брату. Он нам может за него заплатить, чтобы насладиться пытками. Он ведь теперь последний представитель Эдуканов. Глава дома и первейший кандидат на престол. А тут такой подарок.

– Ты уверен? – Его собеседник улыбнулся какой-то совершенно зловещей улыбкой.

– А разве нет? Им нужен этот… – Имени он не произнес, сплюнув на пол в сторону двери. – Как его?

– Зачем он им? Ты разве не слышал, что во дворце нашли его труп. Все – он умер. Если мы притащим этого живчика, то его-то, конечно, тихо придушат, может быть даже с пытками, но и нас просто так не оставят. Мы ведь живое олицетворение их обмана. Вырежут весь клан и даже не поморщатся. У нас с тобой в этой ситуации только один путь – или самим ему нож под ребра засунуть, или использовать в своих интересах. А парень этот, хоть и не наш человек, но с доброй головой на плечах.

– И что? Как нам помогут его ухватки решать дворцовые дела? Да и проиграл он. Неудачник. Парни не оценят.

– Ты видел, с кем он столкнулся? И ведь живым ушел. А ведь там во дворце все было серьезно. Его ведь шли убивать и шансов, по идее, у него не было.

– Допустим. А нам он как поможет?

– Во-первых, этот живчик имел много очень любопытных дел, в том числе не совсем легальных. Мы и сами на него не раз работали.

– Что? – Коренастый дварф сильно удивился.

– То. Я ведь об этом не сильно распространялся. Так вот. И каждый раз нам присылали письмецо, в котором говорилось, что да как делать. Все там было продумано за нас, да так толково, что дела проходили гладко и чисто. Кто там эти письма придумывал, не известно. Но то, что он был в курсе всего происходящего – совершенно точно. Так что он нам живым очень даже полезен.

– Неожиданный поворот… ты что, хочешь расширить наше дело?

– А ты против? – Улыбнулся поджарый дварф со шрамом на лице.

– Нет… но кого подминать?

– Да всех. С такой головой, – он кивнул на закрытую дверь, – мы сможем подчинить себе все тени Орзамара. А это уже совсем другие расклады.

– Рискованно, – покачал головой его собеседник.

– Ты хочешь упустить такой шанс? – Кряжистый взглянул в глаза своему собеседнику со шрамом и понял, что он или согласится на эту игру, или умрет. Уж больно его старому другу захотелось власти и денег… Алчность буквально весь разум застила.

– Я обеими руками тебя подержу… – сказал кряжистый дварф и замялся.

– Что? Говори!

– Почему командор Серых стражей так хотел убрать этого живчика? Может у него какие-то личные счеты?

– Кто знает. Но он, насколько мне говорили, вполне доволен ситуацией. Вряд ли он интересуется делами орзамарских подворотен. Какое ему дело до нас?

– Никакого. Но все равно, страшно с ним связываться.

Глава 32

Пирал Хаурромонт задумчиво вышагивал перед троном, на котором восседал новый король Орзамара Дюран Эдукан.

– Что ты мечешься?! – Не выдержав, чуть ли не криком, произнес Дюран.

– Не нравиться мне все это…

– Что именно? – Недоумевающие спросил Дюран. – Волнения в Орзамаре улеглись. Мой младший брат куда-то убежал, оставив после себя подставной труп, а потому уже не может претендовать на престол, из-за чего различные фракции при Совете примирились. Наше экономическое положение стабилизировалось из-за того, что к Орзамару силами командора было прирезано еще два заброшенных тейга. Да так, что пораждения тьмы теперь туда и сунуться не смогут. По крайней мере, первое время. Что тебя смущает?

– Командор и смущает.

– Почему?

– А вы думаете, Ваше Величество, что такой могущественный маг как он, не справиться с Архидемоном? Зачем ему наше невеликое воинство? Что он с ним делать будет? Пошли втроем и вырезали весь тейг, забитый под завязку порождениями тьмы. Втроем! Причем, судя по всему, не сильно напрягаясь. По крайней мере, Бранка отзывалась о нем с особым трепетом. Кроме того эти слухи…

– О драконе?

– Да. Слухи о том, что он дракон, которые Дален сам и распустил, впрочем, не особенно спеша подтверждать. Понятно, что это игра, но зачем? И главное, как он создал ту иллюзию?

– Это так важно? – Недоумевал Дюран. – Нагоняет он страху на нас, что же тут непонятного? Хочет получить большее уважение в наших глазах. Все ведь совершенно ясно.

– Нет, не ясно. Во-первых, откуда у него оказалось письмо, написанное рукой герцога Логейна? Допустим, он действительно перехватил гонца. Своевременно. Но чует мое сердце – письмо подделка. Слишком чисто оно написано. Я ведь вел переписку с Римом и не раз видел визы герцога на "трудах писцов". Признаться, его происхождение дает о себе знать – он не только пишет как курица лапой, но и помарок делает великое множество. А тут – хоть и его убогий почерк, но без единой ошибки. И ведь знаете что… именно по этой причине, герцог практически никогда сам не пишет большие тексты. Только заметки, визы или какие-то свои личные записи. А тут целое письмо, да еще весьма и весьма значительное. Кроме того, не забывайте – составитель письма был чрезвычайно осведомлен о тайных делах в Орзамаре. Вас это не смущает?

– Это допустимо. Что мешает ему иметь на содержании несколько дварфов, которые будут совать свой нос в разные дела и информировать его обо всех новостях и слухах?

– Даже тех, которые происходят во дворце? Щедрый герцог… очень щедрый. Вы же знаете, что ради сохранения своих тайн принц Белен не жалел денег. Признаться, о многих деталях того происшествия я смог узнать только из бумаг принца, которые были обнаружены в тайнике. Усидчивый дварф – так кропотливо фиксировал свою бухгалтерию, – покачал головой Пирал. – И вот эти секретные бумаги оказались известны тому, кто составлял письмо. Странно. Очень странно.

– А откуда эти сведения мог получить командор, если считать, что письмо – его подделка?

– Оттуда же, откуда он почерпнул сведения о Кел Хароре и ряде других весьма любопытных вещах. Боюсь, что он не обычный маг.

– Вы тоже это заметили?

– Да. Тоже.

– Но не дракон же?

– Это, конечно, вряд ли. Тем более что я никогда не слышал о способности драконов к обращению в людей. Но что-то тут не так. Зачем мы ему? Сколько он уже сил потратил на то, чтобы успокоить волнения в нашем доме, укрепить его и расположить к себе. Ради чего? Как воины мы ему даром не нужны. Сколько мы можем выставить? Сотню пеших бойцов в тяжелом снаряжении.

– Хорошо. Что вы сами предполагаете?

– Не знаю. Честно. Но совершенно ясно, что Дален ведет сбор армии не для борьбы с Архидемоном, которого удерживает силами обычных крестьян на границе баронств. Убежден, что ему ничто не мешает его уничтожить уже сейчас. Однако он ведет какую-то игру. Причем ее масштаб выходит далеко за пределы королевства.

– Империя?

– Почему вы о ней вспомнили?

– Он же маг. Они все очень тепло отзываются о тех землях.

– Это ничего не значит в нашем случае. Он слишком сильный и умный маг, чтобы смотреть страждущим взглядом в те края. Будучи чужаком он не сможет занять солидное положение в имперском обществе, а какие-то условности его вряд ли устроят. Нет. Никаких союзов с Империей у него быть не может.

– Союзов… хм… Если он такой могущественный маг, то может быть дело идет совсем не о союзе? Что мешает ему побороться за власть там?

– Или здесь…

– В смысле?

– Вы навели меня на очень любопытную мысль. Судя по слухам, командор ударными темпами отстраивает Грифингар, да не просто так, а превращая его в неприступную крепость. Зачем ему нужна эта твердыня, если он собирается уйти?

– А тут она ему зачем?

– А если он собирается остаться?

– Тогда зачем ему армия? Имеющихся Серых стражей и положения в обществе вполне будет достаточно.

– Для чего? Для тихого сидения в своей крепости? А вы думаете, что это именно то, чего жаждет Дален?

– Корона?

– Да. Я думаю, что командор подготавливает почву для того, чтобы захватить корону Ферелдена. Вот только армия, все равно не вписывается. Если командор убьет Архидемона, то на волне популярности его легко выберут бароны. Герцог Логейн ничего не сможет ему сделать. Он слишком слаб, да и легитимность власти уважает, именно по тому до сих пор и пытается добиться от баронов признания.

– Но сто воинов это не так и мало… – Покачал головой Дюран.

– Но и не так и много. Допустим, столько же дали ему эльфы с оборотнями. Еще полсотни он возьмет у графа. Сотню можно будет отобрать из крестьянского ополчения. Да два десятка стражей. Без малого четыре сотни. По меркам Ферелдена – очень большая армия. Однако идти на тот же Орлей – не хватит. Туда меньше чем тысячей и соваться не стоит. Не понятно.

– А может быть идут к нам?

– Кто?

– Та же Империя.

– И что, четыреста бойцов смогут ее остановить? Нет. Не верю.

– Тогда я не понимаю…

– И я о том же. Все настолько странно, что поведение командора кажется бессмысленным. Однако же он действует, причем не просто так, а быстро и уверенно. Так, будто он все хорошо продумал.

– И что ты предлагаешь?

– Не спешить, и, сославшись на необходимость подготовить и снарядить бойцов, потянуть с их отправкой. А сами, тем временем, будем пытаться понять, что же на самом деле происходит.

– Добро…

Глава 33

Орзамар оживился как-то быстро и стремительно. Как будто некий кудесник взмахнул своей палочкой, и пыльные каменные улицы вдруг оживились самым решительным образом. Секрет был прост – два новых тейга и обширные коммуникации, полученные городом в подарок от командора Серых стражей, требовали не только освоения, но и давали возможность для самореализации и роста многим беднякам. Да и не только им. Можно сказать, что подземная цивилизация дварфов получила что-то вроде нового дыхания.

* * *

– Сто воинов, – задумчиво покачал головой Пирал, косясь на короля, – командор, мы не можем пока их вам предоставить.

– Насколько я помню, вы лично обещали это сделать. – Дален был невозмутим и спокоен.

– Да. Обещал. Не спорю. Но понимаете в чем дело… у нас очень много проблем в городе. Кроме того новые территории требуют рабочих рук, которых из-за длительной осады порождениями тьмы у нас осталось не так много.

– Вы хотите, чтобы у вас стало еще больше проблем? – Тем же спокойным голосом спросил Дален.

– Командор, вы нам угрожаете? – С хорошо наигранным удивлением спросил Пирал.

– Не похоже?

– Хм… – Встал со своего трона Дюран. – Командор, позвольте, я вам объясню ситуацию.

– Пожалуйста.

– И город вообще и я в частности вам очень благодарны за все, что вы сделали, но прямо сейчас мы не можем выделить вам войско.

– Понимаю, – кивает Дален. – Но это ваши проблемы. Или обещания товарища, – командор вновь кивает, но в этот раз уже предметно, на Харроумонта, – оказались блефом? Вы мне врали?

– Нет! – Аж взвился Пирал. – Но кто мог предположить, что вы такую кашу заварите? Новые территории. Кардинальная смена власти в городе. Один штурм дворца чего стоит. Вы же в курсе, что Совет уже не тот?

– Я бы вообще его вырезал на вашем месте.

– Что?! – Удивляются оба.

– Не делайте такие лица. Вы лучше меня знаете, что застой и запустение, сопряженные с многочисленными провалами на глубинных тропах связаны с тем, что не было единого центра управления с последовательной долгосрочной программой. Любой Совет, подобный тому, что вы тут устроили, только трепаться да перетягивать одеяло и способен.

– Как бы то ни было, Совет такой какой он есть и нам с ним работать, – развел руками Пирал.

– Ваш подарок очень по вкусу Орзамару, – сказал Дюран, слегка потупив взор, – но он чрезвычайно сильно изменил обстановку в городе.

– Чем же? – Скептически скривился Дален.

– Видите ли. Последнюю сотню лет город находился в неподвижном состоянии. Каждый был на своем месте и никаких проблем не имелось. Королевская стража контролировала ключевые точки, позволяющие управлять ситуацией. Из-за долгого спокойствия, которое смущали только порождения тьмы, да и то, без особенного рвения, армия, подчиняющаяся королю, очень сильно сократилась. У нас сейчас всего полторы сотни бойцов, две трети из которых вы хотите забрать.

– А что, пятидесяти вам не хватит?

– Ни в коем разе. Дело в том, что город по факту контролируют банды, находящиеся в тени и не располагающие силами, способными взять штурмом дворец. Полторы сотни бойцов их пусть и с трудом, но остановят. А вот полсотни – нет. Если мы сейчас отдадим вам желаемое, то сами спустя несколько недель погибнем, либо окажемся заложниками положения.

– Сколько всего в городе вооруженных бандитов?

– Сложно сказать, так как редкий дварф совсем уж далек от этих дел. Постоянно и хорошо вооруженных около тысячи.

– Ого!

– Да. Но они разбиты на мелкие банды по десять – двадцать рыл. Есть несколько по полсотни.

– Не боитесь, что кто-то догадается их организовать?

– Кто? – Усмехнулся Пирал. – Они друг друга органически не переваривают. Не договорятся.

– А вас не смущает Белен?

– Нет. Я уже говорил, что он вряд ли переживет встречу с бандитами.

– Мне бы вашу уверенность, – улыбнулся Дален. – Я вот почему-то думаю, что он будет принят с распростертыми объятьями. У него недурно варит голова, что делает принца находкой в руках бандитов. Убежден, что через какое-то время он лично возглавит одну из банд и начнет подминать под себя остальные.

– Почему вы так считаете?

– Потому что бандиты не все лопухи и тупые вышибалы. Мы ведь говорим не о громилах возле кабака, что подлавливают сильно выпивших гуляк.

– Нет… – потупив глаза сказал Пирал. – Не громилы.

– Тем более что Белен – калач тертый и вряд ли пойдет к тем "кадрам", которые имели на него зуб. На самоубийцу он не похож.

– Вот видите, – развел руками Пирал. – Судя по всему, нам тут всем скоро станет довольно жарко.

– Нашли еще одно оправдание тому, почему не нужно выполнять свое обещание? – Улыбнулся Дален.

– Вы поймите…

– Я все понимаю. Сколько вам нужно времени?

– Хм… Мы планируем потихоньку давить банды, набирая из их числа бойцов в королевскую гвардию.

– Бандитов? Вы с ума сошли?

– Их все равно нужно убирать, так почему бы не воспользоваться ситуацией? Тем более что ребята умеют держать оружие и служат в основной своей массе за деньги. Да и то, только потому, что это их единственный заработок.

– Хорошо. Допустим. Сто наспех сооруженных бандитов. Вы понимаете, что это несколько не то, что я хочу получить? Как я с ними Архидемона буду разбивать?

– А они вам разве для этого нужны? – Пирал удивленно поднял бровь.

– Вы сомневаетесь?

– Да. – Сказал Дюран, прямо смотря Далену в глаза. – Я видел как вы работали в тейгах и убежден, что даже имеющимися силами, вы можете одолеть Архидемона и перебить порождения тьмы, пришедшие с ним. Зачем вам дварфы?

– Зачем? Чтобы сражаться.

– С кем? На просторах Ферелдена нет сил, которые способны вам противостоять. Вообще нет.

– А кто вам сказал, что они тут должны наличествовать?

– То есть?

– В скором времени на земли королевства обрушится армия Империи. Кроме того, вероятно, церкви Света. Вы давно видели несколько сотен паладинов? Особенно таких, которых в атаке поддерживает масса полновесных магов. М?

– Честно говоря, я никогда не видел, чтобы Церковь и Империя действовали вместе. Да и зачем им?

– Империя стремится захватить королевство, а Церковь пала жертвой обмана. Я считаю, что они бояться моей слишком высокой эффективности. Им страшно, что в любой момент я превращусь из их союзника в противника, а потому будут дергаться.

– Но причем тут Орзамар?

– А вы думаете, они вас обнимут и по голове погладят? Вы меня разве не поняли? Империя идет сюда, чтобы возвращать свою власть над этими землями. То есть, Орзамар станет имперским городом. А вы… вы и сами знаете, как Архонт относится к дварфам и всем тем, кто не умеет плести заклинания.

– Разве сто дварфов остановят Империю?

– Во-первых, они будут не одни. Во-вторых, я их нормально вооружу.

– Это радует, но… признаться, я не вижу перспективы в данной затее. Империя слишком могущественна, чтобы открыто с ней сражаться.

– В самом деле? – Насмешливо спросил Дален.

– Что вы смеетесь? – Пирал был не на шутку перепуган.

– Я сам спровоцировал это нападение, чтобы просто никуда не бегать. Хочу заявить о себе миру.

– Вы?!

– Я.

– Но… это же самоубийство!

– Самоубийством будет не выставить мне обещанных ста воинов. Вот это – совершенно точно. А с Империей не все так страшно. Она уже давно не та. Кроме того, у меня есть тузы в рукаве. Очень серьезные тузы. Боюсь, что Империи им будет противопоставить нечего.

– Зачем тогда вам дварфы?

– Это вас не должно беспокоить. В свое время узнаете. Так что, жду через полгода в Грифингаре отряд из Орзамара. И не вздумайте играть со мной – я ведь и вернуться могу. – Дален холодно посмотрел на Пирала Харроумонта и короля Дюрана Эдукана. После чего развернулся и, не прощаясь, вышел.

Глава 34

Командор Серых стражей вышел из ворот Орзамара ранним утром пятого дня одиннадцатого месяца тридцать первого года века Дракона. Было тихо. Безветренно. Даже провожающая делегация молчала. Да и что она могла сказать, глядя в спину такому человеку? И человеку ли? Никто точно ответа на этот вопрос уже не знал. Аккуратно выстроенная линейка личных гвардейцев короля во главе со своим сюзереном и небольшая группа высоких сановников – вот и все. Больше никто не пришел провожать Далена Амелла, несмотря на такое количество самых позитивных дел, которые он совершил во благо города. Теперь, когда "мавр сделал свое, мавр может уходить", так как никому больше нет до него дела.

– У меня очень странное ощущение, – Морриган остановила своего бронто подле "скакуна" командора. – Что-то не так…

– Ты права. Орзамар мы проиграли. Я просто не рассчитывал на то, какие существа тут живут. Человеческие нравы оказались неприменимы к этому народу.

– И они не пойдут за тобой?

– Да. Видишь вот этот мост? – Командор указал на мощный каменный мост, который шел через очень глубокое ущелье, шириной порядка пятидесяти метров. – Я совершенно убежден, что уже сегодня этот хитрец начнет его разбирать или готовиться к чему-то подобному.

– Но зачем? Он разве не понимает, что в одиночестве город не выстоит?

– Понимает. Но их смущает честный бой. Они боятся принять ту или иную сторону окончательно. Обрати внимание на то, что нам они дали обещания предельно пространные, несмотря на мое давление. И, если мы, вдруг, начнем выигрывать, то они с огромным удовольствием постараются их выполнить. Но только в случае нашей победы. "Опоздав" к генеральной битве. В случае же, если Империя одержит верх, то Орзамар не моргнув глазом встанет под их знамена. Или ты думаешь, они зря просили отсрочки? Им нужен любой повод для того, чтобы не вступать в битву до ее завершения.

– Какие мерзкие создания…

– Их можно понять. Армия ничтожна, королевская власть слаба, экономика на ладан дышит… да и численность жителей весьма и весьма скромна. Пирал стремится сохранить свой народ, так как его осталось очень мало.

– Но ты дал им такой подарок!

– Я им дал слишком большой кусок. Уверен, что они его не смогут проглотить именно из-за того, что популяция ничтожна. Если ты обратила внимание – у этого горного народа только один город и тот полупустой.

– Мне в глаза бросилась не столько их малочисленность, сколько нищета.

– И это тоже. Орзамар медленно умирал до нашего вторжения.

– А теперь? – Морриган вопросительно подняла бровь. – Что теперь с ним будет?

– Если честно, то мне их хочется прямо сейчас уничтожить.

– И что тебе мешает? – Улыбнулась ведьма.

– Пресловутое общественное мнение. Я ведь хочу стать правителем Ферелдена, а потому должен поступать хоть и сурово, но справедливо, чтобы не было никаких претензий по существу. Думаю, им нужно будет помочь сделать неправильный выбор.

– Но как? Ведь они хотят погреть руки за чужой счет.

– А что нам мешает прислать им весточку о том, что в битве верх одержала Империя?

– А нам поверят? – Скептически спросила Морриган.

– У них разве есть выбор? – Улыбнулся Дален. – Пришлем гонца после битвы, который поведает о том, что нас разбили в поле и заперли в Грифингаре и теперь надежда только на них. Думаю, этого окажется вполне достаточно для того, чтобы они проявили себя самым подходящим образом. Как ты считаешь?

– Хм. Посмотрим. Мне кажется, что они вообще хотят избежать потрясений.

– Не придут?

– Да. Зачем им это? При любом раскладе – они окажутся в положении зависимого от магов города. Ведь ты – маг, как и архонт. Что в лоб, что по лбу, как ты сам любил выражаться.

– Тоже вариант. Но, боюсь, им нужны ресурсы для развития города и новых территорий. А победа может принести кое-какие трофеи, возможно даже весьма серьезные.

Часть 6

"Новые приключения Шурика"

Глава 35

Командор ехал на своем бронто в довольно подавленном настроении. И даже красивые виды предгорья, что близко подходило к Каленхадского озеру, не могли скрасить его грустных мыслей. Северный пушной зверек неумолимо приближался, по крайней мере, именно его аромат улавливался Даленом в воздухе после ухода из Орзамара.

– Ты все еще переживаешь из-за провала в этом подземном городе? – Морриган тихо подъехала на своем бронто к Далену, погруженному в тяжелые раздумья.

– Понимаешь, раньше все эти земли, – он обвел рукой, – принадлежали Империи. Включая дварфов и местных баронов. И ситуация складывается таким образом, что сейчас, потеряв своего правителя Ферелден сам ложится на курс возвращения в лоно своих старых владельцев, под "гнетом" которых он пережил немало веков.

– Думаю, ты слишком сгущаешь краски. Просто дварфы захотели всех обмануть и не более того. Зачем так принимать это близко к сердцу? Завершим войну – вернемся и отомстим.

– Дело в том, что они не одни в этом рвении. Вспомни ситуацию с кругом магов – ведь Ирвин пошел на контакт с Империей и даже получил очень приличный подарок. Ты даже не представляешь себе сколько стоит то, что ему прислали. То есть, круг, несмотря на декламируемую поддержку ее не окажет. Вообще. Помнишь как совсем недавно в круг пришло много юных адептов из разных мест? Сколько их, ты помнишь?

– Да. По последним сведениям, которые нам передали через фейд, там имелось чуть больше ста гостей, которых принялись самыми ударными методами обучать. Подробностей у нас нет, потому как наш наблюдатель внутрь башни забраться не мог.

– Обрати внимание – их гоняли в том числе и храмовники. По крайней мере физическая подготовка проводилась на берегу озера именно этими ребятами. У магов башни в кой-то веки ввели физическую подготовку и стали хорошо кормить. Ты представляешь? На мой взгляд, из них тупо готовят солдат. Из магов! Разве церковь когда-нибудь шла на такие резкие шаги?

– Хм. Насколько я знаю, они всегда старались максимально прижать магов к ногтю.

– Вот именно. А тут такое странное рвение.

– Ты думаешь…

– Я убежден, что церковь и Империя пришли к полному взаимному пониманию. Природу такого взаимного рвения я пока не понимаю, но факт его существования от этого не менее реальный. И…

– И?

– И нам это ничего хорошего не обещает. На данный момент, на мой взгляд, совершенно оформилась коалиция в лице церкви Света и Империи, которая прямо сейчас либо уже выдвигает войска к границам Ферелдена, либо проводит вспомогательные мероприятия для этого. Совершенно точно к архонту примкнул круг магов и, возможно, герцог. Первые надеются изменить свое положение в обществе и обрести больше свободы. Логейн же предполагает сохранение жизни и какой-никакой а должности в имперской структуре, которую, безусловно, развернет Империя на территории Ферелдена. Не правитель, но и то хлеб. Всяко лучше той судьбы, что уготована ему мной.

– Ты думаешь, он догадывается?

– Уверен.

– А теперь еще и дварфы…

– Теперь ты понимаешь, что меня тревожит? Я думаю что они каким-то образом оказались проинформированы о том, что происходит и сделали свой выбор.

– Но они все-таки пообещали прийти. Зачем?

– Страх. Ты понимаешь в чем дело, – Дален улыбнулся. – мы до сих пор остаемся для архонта и его союзников темной лошадкой. Они не знают наши реальные возможности, а потому не могут оценить. Кое-какие предположения, конечно, имеются, но не более того. Именно по этой причине они будут собирать максимально большую армию. Уверен в том, что они выжмут все из своих ресурсов.

– И сколько воинов они пришлют?

– Не знаю. Даже предположить боюсь. Но уж точно не одну и не две тысячи.

– Как в старых легендах? – Усмехнулась Морриган.

– Вряд ли. Уровень развития транспорта и связи не позволит им сконцентрировать в одном месте больше двадцати-тридцати тысяч. Но даже и эта армия для нас может оказаться фатальной. Я конечно могущественный маг, но у всего есть пределы. Разверзнуть землю, дабы она поглотила врагов мне не под силу.

– Тридцать тысяч… – медленно произнесла Морриган, пробуя на вкус эти слова.

– Даже если придет десять тысяч, нам от этого станет не сильно легче. Кроме того, не забывай о неживых существах и магах.

– В каком смысле?

– В распоряжении архонта имеется огромное количество магов. Не безумное, конечно, но несколько сотен, а то и тысячу, он наберет легко. А это значит, что в его возможностях будет призвать слабых демонов в виде, например, каких-нибудь скелетов. Я не исключаю призвания еще каких-нибудь гадостей пострашнее. Кроме того, в Империи много големов старой закваски. Думаю, сотни две-три. А это уже весьма серьезно. Не говоря уже о том, что для войны такая могущественная коалиция может привлечь и каких-нибудь прирученных или очарованных животных. В общем – проблем будет много. Очень много.

– Но зачем им тебя уничтожать? Ведь они именно это хотят сделать!

– Я для них чрезвычайно неудобен. Всем им. Могущественный, независимый маг, имеющий армию, твердыню и достаточно обширные ресурсы для них всех чрезвычайно опасен, ибо неуправляем и непредсказуем. Это мина, которая может привести к изменению геополитических раскладов.

– Чего? – Удивилась Морриган.

– Геополитика – это политика в масштабах всего мира, в которой учитываются только тенденции и детали, имеющие общемировое значение.

– Испугались за свои престолы?

– Не исключаю.

– Какая-то тупиковая ситуация получается… нам только бежать и остается.

– Почему же?

– А как ты планируешь сражаться против такой грандиозной армии?

– Можно помозговать. Но одно совершенно точно – играть будем от обороны. В открытом поле они нас сомнут как тиски скорлупу.

– Поэтому нам нужно как можно скорее закругляться с этой игрой и начинать серьезно готовиться к войне, ибо времени у нас осталось мало. Год, может быть полтора или два. Вряд ли больше.

– Как думаешь, моя мама поможет нам? – Спросил Морриган спустя небольшую паузу.

– И не только она. Думаю, мы нормально поиграем с этими вояками. Выиграть, может и не выиграем, но к миру сведем. По крайней мере, я на это надеюсь.

Глава 36

Преподобная мать-хранительница бездыханно сидела в своем кресле и стеклянными глазами смотрела на мир.

– Зачем? – Совершенно невозмутимо спросил гроссмейстер храмовников, глядя на юную особу в рясе.

– Она отказывалась выступить единым фронтом с Империей против этого богопротивного создания.

– Она была в своем праве, – сказал Рамирэс, сверкнув холодными глазами. – И ты должна была подчинится. Разве нет? Или я ошибаюсь и клятва, данная тобой, не подразумевает подобной ситуации?

– Подразумевает, – слегка потерялась Элисандра. – Но на то были обстоятельства.

– Безусловно. – Понимающе кивнул Рамирэс. – Стать самой молодой преподобной матерью, держащей в своих руках всю церковь Света – самое что ни на есть важное обстоятельство.

– Нет! – Элисандра весьма эффектно возмутилась. – Я легко уступлю престол любой достойной служительнице церкви. Ведь ты знаешь это не хуже меня.

– Тогда что тебя подвигло на это преступление? Жажда личной мести? Ведь Дален Амелл никакой серьезной опасности для святого престола не представляет. Мало того – он с ним активно сотрудничает, укрепляя наше влияние в Ферелдене.

– Это не так. В последнее время он распустил один очень опасных слух…

– О том, что он дракон? – Улыбнулся Рамирэс.

– Да.

– Так публично он его так и не подтвердил. Просто улыбается и все, посмеиваясь над шутниками.

– Не в этом дело. Слух пущен. А его успешность в делах сделает все намного лучше, чем публичные признания. Ты понимаешь, что народ его признает проснувшимся драконом?

– Ты так уверенно об этом говоришь?

– Сэр Эзингер докладывал…

– Сэр Эзингер пытается отомстить за гибель своей тайной жены! – Резко перебил девушку гроссмейстер.

– Что?!

– Сестерция, погибшая при Грифингаре, была не только магистром Империи, весьма заслуженным, хочу заметить, но и женой сэра Эзингера. Мало того, у них есть дети. Или ты думаешь, почему он так хорошо ладил с архонтом и магами?

– Вы это и раньше знали?!

– Конечно. Пока нам было это выгодно, мы закрывали глаза на подобные вывихи. Но сейчас, когда он ослеплен чувством мести, нам нельзя забывать о такой детали.

– Хм… – Элисандра растеряно посмотрела на спокойное лицо гроссмейстера и спустя мгновение выронила кинжал и испуганно сделала два шага назад. – Вы меня убьете?

– Надо бы. – Усмехнулся Рамирэс. – Никогда не думал, что из тебя вырастет подобная мерзость.

– Сэр…

– Ты хочешь оправдываться дальше?

– Но…

– Ты совершила преступление, которое нельзя иначе квалифицировать как нарушение клятвы и предательство, сопряженное с убийством своего сюзерена. Тебя ждет не просто холодное железо. Нет. Порядки тебе знакомы самой. – Усмешка на лице гроссмейстера стала еще более мечтательной.

– Рамирэс!

– Что, Рамирэс? Я никогда не пойду на предательство. Зачем мне это? Что я получу с того?

– Я ведь тебе нравлюсь?

– И что? За красивые глаза подставлять свою голову? Ты в своем уме?

– Зачем же только глаза? – Уже с легким элементом томности сказала Элисандра и достаточно быстрым движением скинула с себя рясу, под которой было тонкое, практически прозрачное шелковое белье, и интригующе красивое молодое женское тело.

– Храмовнику и преподобной матери нельзя состоять…

– Мы вправе поменять это правило. Ведь это в наших силах?

– Хм. – Сказал Рамирэс, оценивающе рассматривая весьма и весьма красивое тело Элисандры. – В наших.

– И у тебя есть на примете тайные парочки, которые нас поддержат?

– Есть.

– Вот и отлично, – сказала Элисандра, и, плавно покачивая бедрами, направилась к нему. – Решайся. Где ты еще найдешь себе такую женщину? – Гроссмейстер не сопротивлялся ее приближению. И даже обнял ее сам, прижимая к себе. Однако меча не выпускал.

– Ты даже не представляешь, как активно мое желание тебя убить, борется с похотью. Такая змея… – покачал он слегка головой. – У меня даже руки слегка подрагивают, порываясь заломить тебе голову и перерезать горло.

– Представляю, – улыбнулась Элисандра и, не дав ему ответить, впилась в него поцелуем. – Ты ведь хочешь стать патриархом церкви? А я… Хм. Мне будет довольно быть подле тебя в качестве владетельной жены. Или все те мечты, что ты вынашивал о реформе остались в прошлом?

– Какая же ты дрянь, – скривив губы, сказал Рамирэс, уронил меч и крепко обнял девушку.

– Но ты согласен? – Лукаво улыбнулась Элисандра.

– Я тебе говорю в первый и последний раз. Запомни это очень хорошо. – Рамирэс смотрел ей прямо в глаза все еще ледяным взглядом. – Если ты только попытаешься вести за моей спиной какие-то интриги, то я даже выяснять ничего не стану.

– Даже если я рожу тебе детей?

– Перережу глотку своими руками. Медленно. Смотря прямо в глаза. Я не прощу измены. Ни в каком виде. Ты меня поняла?

– Да, мой господин, – томно сказала Элисандра…

* * *

– Вы уверены? – Архонт удивленно выгнул брови. – Странно. Новая преподобная мать-хранительница. Откуда ей взяться? Ее предшественница была вполне здоровой.

– Преподобная мать-хранительница и гроссмейстер храмовников погибли при очень странных обстоятельствах.

– Даже так? Что там произошло?

– Мы точно не знаем, но они оба были найдены в личных покоях матери-хранительницы. Причем, гроссмейстер лежал обнаженным на постели ее преосвященства.

– О! Мать-хранительница тоже была обнажена?

– Да, именно. Правда, ее смерть настигла в нескольких шагах от постели, возле заваленного стула. Она получила двадцать семь ударов кинжалом. В их крови там было измазано вся комната.

– Еще какие-то подробности?

– Нет. Новая преподобная мать-хранительница Элисандра распорядилась начать расследование по факту убийству. Кроме того, начались проверки, направленные на выявление тайных парочек, нарушающих устои церкви.

– Хм… – Архонт ухмыльнулся. – Какая ушлая девочка.

– Да, ваша милость, вы не ошиблись в ней. Элисандра оправдала все наши надежды.

– Не все. Она еще не развернула армию церкви против этого стража.

– Развернула. Она обвинила Далена в убийстве, опираясь на письмо с угрозами, которое она якобы видела. Теперь весь аппарат церкви разворачивается для Священного похода на командора.

– А как же его сотрудничество с рядом церковных иерархов в самом королевстве?

– Их уже отлучили, призвав покаяться и вернуться в спасительную обитель. Так что, единства в их рядах не предвидится.

– Превосходно! Ну что же, тогда нас ничего больше не останавливает в подготовке вторжения.

– Да, ваша милость. И я уже имел смелость начать переговоры, направленные на формирования складов продовольствия по ходу следования наших войск. В самом Ферелдене аналогичные вопросы решает присягнувший вам на верность герцог Логейн.

– Вы считаете, что он нам нужен?

– Он спасает свою шкуру. А вы для него последний шанс, так что как временная мера он нам даже выгоден.

– Хорошо.

Глава 37

Мать-настоятельница Лотерингской церкви, уже больше года выполняла функции своего рода замполита укрепленного района, который сдерживал натиск порождений тьмы, которые пытались прорваться через реку Дракона во внутренние земли королевства Ферелден.

– Ваше преподобие, – рыцарь-командор Альрик, последний месяц выполнявший функцию командира этой импровизированной крепости пребывал в довольно задумчивом состоянии. – Вы позволите? – Спросил он, стоя на пороге ее покоев.

– Да, конечно. Вам что-то нужно?

– Я понимаю, что вам тяжело принять сказанное мною, но…

– Дело не в том, тяжело мне или нет, а в том, что я видела своими глазами. Мне абсолютно все равно, кто и какие доносы писал преподобной матери-хранительнице святого престола. Это все меня не касается. Я видела командора серых стражей Ферелдена в деле и готова поручиться за него лично. Да, он чрезвычайно необычный человек, но он полезен церкви и сделал очень многое для ее укрепления в этих землях. Кроме того… – преподобная мать-настоятельница замолчала, жуя губы.

– Вам не нравятся обстоятельства, при которых …

– Да. Я считаю, что в деле занятия поста матери-хранительницы очень много мутных моментов. Слишком много.

– Это не нам судить, – покачал головой рыцарь-командор.

– Нам. Потому что, эта особа хочет от меня богопротивных вещей.

– …

– Что? Вам не нравиться мое мнение? Отчего же?

– Я верный рыцарь церкви…

– И поэтому закрыли глаза на подлое убийство матери-хранительницы и гроссмейстера вашего ордена? Что? Зубы болят? Так вырвите их. С вашим характером самое то молочко из мисочки пить.

– Что вы себе позволяете?! – Не на шутку разозлился Альрик.

– Когда вы прибыли?

– Месяц назад.

– Вот именно – месяц назад. И не видели последней атаки порождений тьмы. А в том бою, так, к слову, погибли три серых стража, командовавших обороной до вас. И половина храмовников. Не считая трети гарнизона, что ожесточенно держался, не желая уступать этим исчадиям ни шага нашей благословенной земли. Вы знаете, почему так произошло? Почему вчерашние крестьяне не дрогнули и не побежали?

– Они не очень похожи на вчерашних крестьян…

– Уверяю вас – года полтора назад они возделывали поля и пасли коз! Вы понимаете это? И вот когда настал суровый час для всего королевства, Дален пришел нам на помощь. У него не было армии. У него не было влияния при дворе и поддержки церкви, которая смотрела на него как на чудовище. Он просто пришел и сделал свое дело. Все эти крепостные сооружения, что раскинулись на левом берегу реки Дракона – его рук дело. Именно он смог спроектировать и построить, обладая крошечными силами. Все эти солдаты, в которых вы не хотите увидеть вчерашних крестьян, были им из своего кармана вооружены и его людьми обучены. Безвозмездно! Вы понимаете меня? Я это особенно хочу подчеркнуть. И теперь, после всего того, что он сделал, я должна верить какой-то там молоденькой вертихвостке, убившей собственную мать-хранительницу, алча занять ее престол? Не будьте смешны.

– Вы так убеждены в том, что Элисандра совершила двойное убийство? Отчего?

– Потому что я знала погибшую мать-хранительницу. Это умная и крепкая духом женщина. Кроме того, она презирала гроссмейстера за то, что тому не хватало разума болтать поменьше о своих планах по реформированию церкви. Они не могли быть любовниками и это ясно любому, кто хоть немного знал эту парочку. Никогда, ни при каких обстоятельствах, мать-хранительница не уступила бы любовным порывам гроссмейстера. Если только тот ее бы не взял силой. И не вам, молодой человек, пытаться меня переубеждать.

– Пожалуй, – зло зыркнув, сказал рыцарь-командор. – Вы понимаете, что я просто обязан донести о ваших словах куда следует?

– Конечно. Это ваша работа. А моя, – мать-настоятельница пристально и холодно посмотрела в глаза Альрику, – заключается в том, чтобы сохранить вверенных мне крестьян Лотеринга. Или погибнуть вместе с ними. Я поклялась в этом и не отступлю от своей клятвы.

– Хм… – усмехнулся Альрик. – Сколько патетики. Не думал я, что вы будете защищать этого ничтожного мага. – Сказал рыцарь-командор и скривился, едва удержавшись от того, чтобы сплюнуть.

– Боюсь, что этот ничтожный маг вам не по зубам.

– Вы думаете? – Снова усмехнулся Альрик.

– Вы решили пойти на него войной? – Скептически подняла бровь мать-настоятельница.

– Именно так.

– …

– Что? Вас эта новость испугала?

– Конечно.

– Боитесь, что мать-хранительница покарает вас даже в столь отдаленном приходе за клевету?

– Нет. Что вы. Я не боюсь расплаты, ибо уже не молода. Годом раньше, годом позже. Могу сама на меч броситься.

– Тогда что? – Удивленно, спросил рыцарь-командор.

– Мне жалко тех несчастных, что выйдут на бой против командора Серых стражей Ферелдена. Он ведь набирается могущества день ото дня. И уже сейчас, спустя год после своего подвига под Остогаром, может самостоятельно разгромить армию порождений тьмы.

– Что же удерживает от этого поступка? – С ехидцей спросил Альрик.

– Архидемон. Я убеждена, что ему нужно не только порождений тьмы уничтожить, но и победить Архидемона. Именно для этого он создает армию.

– Я вам не верю. Все мы отлично знаем, что этот ничтожный маг больше хитростями достигает своего.

– Не городите чушь! Я общалась с сестрой Дианой Суан, которая вместе с ним штурмовала Каленхадскую башню магов и видела его в бою. Более опасного и могущественного мага она за свою жизнь никогда не встречала.

– Сестра Суан? – Не на шутку удивился Альрик. – А что она тут делала?

– Сестра Суан на момент посещения Ферелдена была инквизитором, направленным для инспекции положения дел в церкви королевства вообще и перспектив сотрудничества с Даленом Амеллом в частности. Ко мне она заехала после штурма башни магов и была полна восторгов, рекомендуя всячески налаживать взаимодействия с командором.

– В самом деле? – Альрик даже немного опешил от услышанного, потому как знал – после возвращения из командировки в Ферелден, инквизитор Суан была серьезно повышена и вошла в ближний круг почившей матери-хранительницы. О ней ходили самые разнообразные слухи. Да и сейчас, сестра Диана, несмотря на смену матери-хранительницы, оставалась чрезвычайно влиятельной особой, не только сохранив свое положение, но и упрочив его.

– Вижу, что вы удивлены.

– Да. Я ведь никогда не слышал того, что вы сказали. Но… ведь сейчас именно Диана Суан занимается вопросами сбора армии.

– Оу…

– Церковь смогла поднять не только практически всех своих храмовников, но и привлечь к походу тяжелую кавалерию Императрицы Орзамара. Правда, я не понимаю, почему.

– Да? – Скривилась мать-настоятельница. – Потому, что сестра Суан правильно оценивает этого "ничтожного мага". Хорошо еще кунари не пригласили в этот поход. Кстати, какая официальная его цель?

– Разгром Архидемона и порождений тьмы. Мать-хранительница призвала в этот святой поход даже кунари и … архонта. Мне чудно, конечно, видеть такое необычное сотрудничество, но для прикрытия истинной цели похода, подобное решение вполне уместно. Кроме того, ей удалось поднять на эту борьбу все командорства ордена Серых стражей.

– Вот как… – глаза матери-настоятельницы потухли, а она села совершенно опустошенная обратно на свое кресло.

– Видите, сила матери-хранительницы такова, что у Далена нет никакого шанса устоять перед ней.

– Вы молоды и глупы, Альрик. Впрочем, за это вас нельзя винить. Более я вас задерживать не могу. Займитесь вашими прямыми обязанностями – командуйте гарнизоном. Вы же, насколько я знаю, еще не встречались со своими новыми подчиненными.

* * *

Спустя два часа.

– Ваше преподобие! Ваше преподобие! – В келью матери-настоятельницы вбежал растрепанный сержант. – Случилась трагедия!

– Что конкретно? Почему ты так выглядишь?

– Рыцаря-командора солдаты подняли на копья. Они отказались признавать те обвинения, что тот произнес в адрес Далена Амелла.

– А что с остальными храмовниками?

– Их тоже убили. Повесили. Я пытался их остановить, но ребята как будто взбесились.

– Ничего страшного. Снимите трупы храмовников, разоблачите и бросьте на правый берег реки. А к вечеру соберите людей на сход. Я произнесу речь. Нужно им сообщить, что на самом деле произошло…

* * *

"… Вы все видели, что для нас сделал рыцарь-командор Серых стражей и лучше меня понимаете, что если бы не он, то вы все погибли бы под ударами порождений тьмы…

… Нас бросили на произвол судьбы все бароны и герцоги. Даже святая церковь не нашла в себе сил прислать сюда храмовников, чтобы помочь ее пастве. Но он, ничем вам не обязанный, самоотверженно трудился над возведением этой крепости, помогая добрым советом, оружием, доспехами и многим другим….

… В сердце святой церкви закралась змея предательства и измены. Архонт – руководитель остатков древней Империи Тевинтер, смог хитростью сменить руководство церкви Света и поставить подлую изменницу вместо матери-хранительницы…

… и вот эта огромная армия, опасаясь честного рвения Далена Амелла в желании разгромить Архидемона, выступает в сторону Ферелдена. Они идут разрушить крепость Грифингар и убить того, кто сделал нам больше добра, чем все владетельные сеньоры вместе взятые. Им было плевать, когда вы умирали под ударами порождений тьмы. Но когда появился кто-то, способный жить самостоятельно, и по совести заботиться о слабых людях, они испугались….

… а потому я спрашиваю вас, как вы поступите? Признаете обвинения лживой шлюхи, что заняла престол матери-хранительницы хитростью, или пойдете за тем, кто спас вам жизнь, не прося ничего взамен…"

В общем, речь удалась, так как фактически, мать-настоятельница озвучила мысли и так витающие в головах вчерашних крестьян Лотеринга и всех тех, кто плечом к плечу с ними сражался на этом рубеже обороны против порождений тьмы. А потому, следующим утром мать-настоятельница отправила слуг, что сопровождали рыцаря-командора Альрика, восвояси, да не просто так, а с письмом, в котором просила больше лживых наветов на Далена Амелла ей не присылать.

"Только моменты наивысшего напряжения сил перед лицом грядущей опасности показывают истинную сущность человека. Кто-то пасует, не выдерживая прохладное дыхание смерти, но некоторые люди готовы идти ради своих убеждений и ценностей до конца, чего бы им это ни стоило".

Именно этой фразой пояснила письмо матери-настоятельницы Лотеринга, ее непосредственная начальница в Риме, переправляя дальше по инстанции.

* * *

– И что она этим хотела сказать? – Вопросительно подняла бровь Элисандра, дочитав письмо из Рима. – Я никак не могу понять, одобряет она поступок этой сумасшедшей или нет. Архонт, уже месяц гостивший в чертогах святой церкви Света для согласования похода, внимательно посмотрел в глаза Элисандре и задумчиво уставился в окно, откуда доносился гам мирской суеты.

– Не думал, что этот хитрец так основательно пустит свои корни в Ферелдене.

– То есть? – Все также удивленно спросила Элисандра.

– То и есть. Твои подопечные в этом королевстве верят ему больше, чем тебе. И я не уверен, что они пойдут за тобой в бой.

– Рим выставляет пятьдесят рыцарей храма, правда, наспех вооруженных и снаряженных.

– В самом деле? – Улыбнулся Архонт. – Великое воинство.

– У них за последние два года имелись очень большие потери. Во время сражения при Остагаре погибло десятка полтора храмовников. При Лотеринге до трех десятков. Полсотни при Каленхадском круге. И так – по мелочи. Суммарно свыше ста человек. Причем умудренных опытом, хороших бойцов. Орден при Ферелденском отделении церкви Света сильно прорежен. Даже эти пятьдесят человек – и то, новобранцы, которые едва обучены. Им просто некого больше выставить.

– И что, они уже перешли в ваше распоряжение? Или это только обещания?

– Они сосредоточены в Риме и ждут приказа к выступлению.

– Но находясь в чертогах преподобной матери Рима?

– Да. Все именно так и должно быть. Я ей поставила задачу гонять этих новобранцев, дабы укрепить боевые навыки. Что не так?

– Все так. Просто я уверен, что когда наша армия выгрузится в Ферелдене, эти пятьдесят храмовников под каким-либо предлогом постараются избежать участия в битве.

– Она заплатит головой, если попытается играть со мной.

– Безусловно. Но Ферелден сейчас очень и очень неоднозначная страна. Никто не знает, кто кого победит в предстоящей битве. По моим сведениям, в некоторых баронствах даже поговаривают о сборе ополчений, против завоевателей, что идут войной на их доброго короля.

– Короля? – Вновь удивилась Элисандра. – Это они Далена Амелла называют королем?

– Именно так. Памятуя о том, что он сделал в Лотеринге. Да и слухи о его благородстве в Орзамаре уже пересекли пределы каменного чертога. Разгромить несколько сотен порождений тьмы ради того, чтобы вернуть два крупных подземных города дварфам – не такая мелочь, чтобы ее можно было замолчать.

– Но ведь он купил их верность?

– Какую верность? Вы о чем? В глазах всего Ферелдена, дварфы были обязаны выставить свою армию на войну с порождениями тьмы по первому требованию. И то, что сделал командор, выглядит не более чем жест доброй воли.

– …

– Я бы на вашем месте не рассчитывал на Римский стол. Кроме герцога Логейна никто в Ферелдене не выступит на нашей стороне. Даже ваши подопечные.

– Тогда после разгрома Далена, они поплатятся.

– Безусловно. – Загадочно улыбнулся Архонт.

Глава 38

Путь от Орзамара до Грифингара давался тяжело. Не спасало даже то, что отряд двигался верхом на довольно мощных и выносливых "скакунах" – бронто. Особенно из-за проблем с дождями, которые совершенно залили баронства, превратив дороги в локальные филиалы болот. Доходило до того, что приходилось ехать по лесу на некотором удалении от этой грязевой полосы, даже несмотря на сильно изрезанную местность и буйную растительность. В общем – внутренние земли королевства встречали командора Серых стражей довольно негостеприимно.

Да и не только они. Вся дорога домой слилась в одно сплошное испытание.

А началось все с того, что в порту на западном берегу озера, по какому-то дикому стечению обстоятельств, не оказалось кораблей, способных уверенно взять небольшой отряд Серых стражей с их "скакунами" к себе на борт. Только мелкие рыбацкие лодочки, которые безбожно скрипели на каждой волне, всем своим видом выдавая тайное желание развалиться.

Причем никакого просвета в решении транспортного вопроса не имелось. Особенно в свете того, что за неделю до прибытия командора кто-то подрядил весь наличный транспортно-грузовой флот для каких-то перевозок у южных берегов озера. Да не просто на словах, а с хорошими задатками. Так что все северо-западное побережье озера оказалось лишено подходящих транспортных средств и командору нужно было, по словам трактирщиков, рассчитывать лишь на удачу – вдруг какой невезучий капитан просто оказался не в курсе подряда, а потому плавал как обычно.

Ожидание было чрезвычайно томительным и гнетущим, потому как подобных "чудес" просто так не происходит. Кто-то влиятельный и богатый очень не хотел ускорять возвращение командора в свою крепость и не жалел для этого никаких средств.

* * *

Корабль, пришедший в этот богом забытый порт, оказался чрезвычайно мутным. Добрый и радушный капитан, не слышавший ничего об этом странном заказе, привез груз пшеницы, закрывая контракт. Как несложно догадаться – после сдачи груза, капитан и его корабль оказались предоставлены сами себе о чем он и поведал в таверне Далену, подсев вечером в его компанию.

Понятное дело, что информация о том, что некий могущественный человек ищет корабль и готов за него хорошо заплатить, встретила капитана еще в порту. Но даже Морриган почувствовала какой-то подвох в этой ситуации. Слишком уж она гладко да ладно складывалась. Поэтому командор решил немного схитрить, благо, что экипаж этой парусной лоханки насчитывал всего десять человек.

– Так куда вы собрались? – Не унимался капитан.

– Какая вам разница? Вы же все равно свободны.

– Что значит, какая разница? В зависимости от дальности плавания я буду набивать трюмы едой и водой.

– А мы что, в другие порты заходить не будем?

– Уважаемый, вот сколько вы плавали на корабле? Пару раз, да и то пассажиром! А я с детства по этим волнам хожу, и мне лучше знать как подготавливать корабль к дальнему переходу. – Дален улыбнулся, вспоминая свои несколько морских рейдов, что он совершил в далеком средневековье еще в прошлой жизни, но перечить не стал.

– Хорошо. Мы плывем на юг. Меня интересует самая ближняя гавань, на подступах к твердыне Эамона. Вас устраивает такой контракт?

– Вполне.

– Только там будет деталь. – Дален сделал небольшую паузу, внимательно посмотрев в глаза странному капитану, после чего продолжил. – Нужно будет сделать небольшой крюк.

– И куда же вы хотите зайти? – Со скучающим видом спросил капитан.

– В башню магов. Там меня ждут несколько подарков для графа. Боюсь, что будет большой скандал, если я не окажу уважаемым людям столь незначительную услугу.

– Конечно, конечно. Вы правы. Да и времени это у нас отнимет всего ничего.

– По рукам. – Улыбнувшись, сказал Дален, вставая и направляясь на второй этаж постоялого двора, в кабаке, при котором они с капитаном и сидели. – Мне пора собираться, надеюсь, к утру вы будете готовы отплыть?

– Конечно. Но вы не оставили задатка…

– Золотой монеты хватит? – Сказал командор, кинув капитану грифингарский золотой.

– Вполне. Жду вас с рассветом на борту моего корабля. – На этом разговор закончился и все начали готовиться к отправке в путешествие по самому большому озеру Тедаса. По крайней мере, формально. Однако ситуация получила свое развитие, причем самое неожиданное, ибо уже спустя пару минут после завершения разговора из открытого окна постоялого двора вылетела черная ворона, тихой тенью скользнувшая за странным капитаном.

Слежка дала весьма неприятный результат.

– Альберто от постоялого двора действительно направился к порту, – сказала Морриган, с удовольствием нежась в неглиже на большой постели. – Однако, поняв, что за ним нет слежки, он незадолго

до причалов свернул и глухими переулками направился на другой конец города. Причем обходя наш постоялый двор по самому дальнему маршруту, как будто боялся, что мы его из окошка заметим.

– Его там ждали?

– Да. Несколько человек в одежде паломников. Признаться, я вначале подумала, что он вспомнил о каком-то неотложном деле. Письмо там какое передать или еще что. Однако уличная беседа развеяла мои предположения. Да и потом, шушукаясь у окна, они только убедили меня в том, что я не ошиблась.

– Этот капитан сдавал наш маршрут?

– Ну что ты. – Лучезарно улыбнулась Морриганн. – Этот замечательный капитан – рыцарь-командор храмовников, а его экипаж в обычное время носят совсем не одежду моряков. Как я поняла – ребята тертые и опытные. В общем – вся эта затея одна большая ловушка, которую раскинули на тебя.

– Как ты думаешь – это проказы новой матери-хранительницы?

– А кто еще может вести такие игры? – улыбнулась Морриган.

– Почему он докладывал в эту хижину? Насколько я знаю, в церкви принята магическая форма связи. Достаточно было дождаться сна и обо всем поведать своим кураторам-сноходцам.

– Я не очень поняла точно, но, кажется, этот храмовник защищен от проникновения в его сознание во сне. Как и все его люди. Это обусловлено характером операций, которые они проводят, дабы хранить многие вещи в секрете. Мне показалось, что он использовал этих "паломников" в качестве связных.

– Хм. Любопытно. Если мы завтра утром отплываем, то эти ребята получат самые последние сведения. И, судя по всему, до выхода этих молодцов на связь, последние.

– Нас будут ждать в башне магов, – с совершенно серьезным видом сказала Морриган. – Как я поняла, Альберто нервничал, потому что операция пошла не так. Мне он и сам не ожидал такого сюрприза. Думаю, изначально они планировали нас всех убить во время плавания по озеру, но теперь, из-за нашего желания зайти в башню магов, ребята задумали нас брать живыми. Ты действительно хочешь посетить башню? Насколько я знаю, ничего хорошее нас там не ждет.

– Не переживай, зай, я не хочу посещать никакую башню магов. По крайней мере, сейчас. Альберто я специально вводил в заблуждение. Из чисто спортивного любопытства. Не понравился он мне. А теперь все складывается как нельзя лучше – нас доставят до нужного берега.

– А дальше? Как мы обойдем башню магов? – Спросила София.

– … – Дален улыбнулся только уголками губ, но все присутствующие все поняли. В конце концов "валить" врагов не зазорно, особенно, если намереваются это сделать с вами.

Дальше события развивались довольно быстро.

Рано утром, за пару часов до отплытия, Морриган зафиксировала выход Альберто из того самого домика, в котором большая часть обитателей решила немного поспать сразу после его ухода. С этим было нужно бороться самым решительным образом! На дворе ведь ранее утро!

В общем, когда от их дома стала дурно попахивать через несколько дней – их смерть обнаружили соседи, пришедшие ругаться из-за не самых приятных запахов. Спешно организованное расследование ничего не дало – следов насильственной смерти не имелось. По крайней мере, какие-то следы кратковременной заморозки части мозга они не смогли обнаружить. Поэтому дом посчитали проклятым, а смерть – наказанием Андрасте за их грехи.

* * *

– Куда пропал ваш отряд? – Элисандра была в ярости.

– Группа наблюдателей на связь не вышла. Вся. Мы не знаем, что с ними произошло. Выясняем.

– Думаете, их убили?

– Быстрее всего. Потому как такое время проводить без сна они вряд ли смогут.

– Кто? Командор?

– Не исключено, хоть и маловероятно. Зачем ему связываться с этими паломниками? Хотя, если честно, я склоняюсь к тому варианту, что их убили разбойники или грабители.

– Выясните этот вопрос. Ненавижу, когда в серьезных вопросах такая неопределенность.

– Конечно. – Вытянулся по струнке новый гроссмейстер. – Будет исполнено. Мы ближайшей же ночью погуляем по снам всего руководства городка. Надеюсь, если случился хоть какой-то инцидент, они будут в курсе.

* * *

Необычайно густой туман, спустился на вторые сутки плаванья на озеро Каленхад ранним утром и совершенно смутил Альберто. Поэтому, опасаясь двигаться дальше, он распорядился бросить якорь и ждать более благоприятной погоды.

Дален не создавал туман, да и не умел это делать. Все-таки не Бог же он, в самом деле, чтобы ворочать такими масштабными вещами. Однако этому явлению природы очень обрадовался и решил сыграть на ситуации.

– София, – шепнул он, – будь начеку. Я попробую поиграть. Как ситуация выйдет из-под моего контроля – атакуй и бей их на поражение. Пленные мне не нужны.

Зная, что все двенадцать храмовников недурно вооружены и еще лучше защищены от магии, вариантов для действий не оставалось, кроме как попытаться их поссорить. Или, хотя бы, посеять кратковременный хаос. Так что, аккуратное плетение телекинеза, слегка толкнувшее матроса-храмовника тогда, когда за его спиной шествовал другой, вызвало правильный эффект. Один член экипажа упал в воду, подернутую туманом. Начался крик и выяснение отношений, которые только усилились после извлечения купальщика на палубу.

Ну а дальше – больше.

Короче говоря, усилив легкий толчок телекинезом, Дален добился того, чтобы один из храмовников снова вывалился за борт. И понеслось. Оружие, они, конечно, побросали, чтобы друг друга не зацепить, но дрались от души. Видимо сказалось напряжение. И время от времени выбрасывали друг друга за борт. В то время как командор Серых стражей, с помощью заклинаний телекинеза тихо их там притапливал. Благо, что в запале драки на это никто не обращал внимания. Можно было бы, конечно, использовать стандартный прием по замораживанию мозга, но, к сожалению, эта братия "морячков" оказалась покрыта защитными заклинаниями со свойством зеркала. Из-за чего командор опасался использовать прямое воздействие, а не опосредованное – через окружающую среду.

Когда же Альберт понял, что происходит что-то не так, ситуация изменилась уже кардинально – из двенадцати храмовников в живых осталось только четверо, да он сам. Впрочем, шансов у них уже не было, так как София оказалась для них всех сюрпризом. Они ведь, несмотря ни на что, считали ее человеком со странностями, но никак не големом, против которого и вооруженные люди в доспехах не факт что выстоят хоть сколько-нибудь, а уж в одних штанах и с голыми руками – так и подавно.

…– А теперь что? – Морриган махнула рукой в сторону воды. – Они могут прибиться к берегу и… – Не прибьются. София, спускай шлюпку. Будем собирать этих пловцов. …

В общем, аккуратно собрав утопленников на судно, Дален с помощью своих спутников, магии и какой-то матери смог выбрать якорную цепь, развернуть парус и обойти башню магов по довольно приличной дуге. Туман туманом, но рисковать не очень хотелось.

Однако все обошлось. И вот уже отряд из трех Серых стражей шел по грунтовой дороге в сторону Грифингара. В то время как корабль храмовников спокойно отдыхал на дне озера в нескольких милях от берега. Причем весь его экипаж был аккуратно собран в трюме, связан и привязан к нескольким якорям. Чтобы случайно не всплыли или штормом к берегу не прибило. Ловушка поглотила сама себя.

Глава 39

Задерживаться в своей твердыне Дален не стал, а потому, собрав большую часть своей армии, отправился в Лотеринг так быстро, как это было только возможно. Пора было ставить точку в этой игре с Архидемоном и переходить к следующей задаче.

* * *

Спустя четыре месяца. Лотеринг.

…– Едут! Едут! – Мальчишка с криком бежал по улице новоиспеченной крепости, извещая всех о прибытии командора Серых стражей с армией. О ней заранее известили голубиной почтой, а потому все обитатели Лотеринга радовались как дети этому событию. Радовались и ждали. Наконец-то завершались их мучения и казавшаяся вечной осада.

Мать-настоятельница вышла во главе делегации навстречу медленно приближавшейся колонне армии. Точнее тому, что в этих местах было принято называть армией. В глазах же Далена Амела эта горстка людей от силы могла именоваться пехотной ротой, да и то – облегченного состава.

Впереди всех ехал головной дозор из пяти конных эльфов в довольно недурственных латных доспехах.

За ними, на удалении двухсот шагов, двигался основной массив колонны.

Сначала шла тяжелая кавалерия во главе с самим Даленом Амелом. Тяжелее ее не сыскать было во всем Тедасе. Чего стоили одни ее "скакуны" – бронто, каждый из которых весил от полутора до двух тонн и был покрыт толстой кожей с многочисленными костистыми наростами. Да и само снаряжение не подкачало. Мощные латные доспехи, тяжелые палаши, арбалеты, глефы . Тут их набралось аж двадцать пять "рыл", потому что незадолго до выступления получилось провести обряд инициации новых добровольцев.

За ними топтала пыль легкая эльфийская пехота. Приталенные бригантины. Бацинеты. Облегченные варианты латного прикрытия рук и ног. Арбалеты. Фальшионы . Большие щиты – павезы . Всего – шестьдесят восемь бойцов.

После двигался отряд тяжелой пехоты, укомплектованный оборотнями. Особые физические данные, порожденные крепкими телами позволили навесить на них полноценные латные доспехи и вооружить глефами да фальшионами с маленькими щитами – ударными тарчами. Их получилось не очень много, но даже полсотни таких "кабанов" выглядели очень внушительно.

Колонну замыкал сводный отряд арбалетчиков, набранных из числа людей в таком же снаряжении, что и у легкой эльфийской пехоты, разве что цвет гербовых кот отличался, как и личное знамя. Этот момент нужно особенно отметить – каждому из трех отрядов, что сопровождали Серых стражей, Дален придумал не только собственные названия, но и уникальную расцветку униформы, личное знамя и прочие атрибуты самостоятельного воинского подразделения. Поэтому выглядело это все очень любопытно – в духе красивых апокрифических образов Средневековья, что иногда рисовали себе томные дамы в мечтах, читая куртуазные романы.

Ну и напоследок нужно отметить еще несколько небольших конных отрядов в латных доспехах, набранных из числа эльфов, что занимались боевых охранением арьегарда, флангов и обоза с двумя диковинно выглядящими полевыми кухнями.

Таким образом, армия, которую привел Дален Амелл имела сто девяносто восемь строевых и сорок шесть единиц обслуживающего персонала. Впрочем, командор выгреб не всю свою армию, так как еще сорок пять бойцов осталось в Грифингаре, да с ними еще пять десятков практически необученных новобранцев-добровольцев, "помирающих" от напряженных тренировок на полосе препятствий и плацу.

* * *

– Рад вас видеть в здравии, – Дален кивнул, приветствуя преподобную мать-настоятельницу.

– И я тебя. Вы вовремя прибыли.

– Вы выглядите озабоченно. Что-то случилось?

– Да… Нам нужно это все обсудить. Но позже. Сейчас вас ждут люди. Вы для них надежда на спасение и победу.

– Вы преувеличиваете. Я смотрю, бойцы гарнизона выглядят весьма неплохо.

– И все же. Вы должны побыть на виду какое-то время. Разместите своих воинов. Поговорите с жителями. Уделите им внимание и время. Вы даже не представляешь на что они пошли ради вас.

– Что-то серьезное произошло?

– Да. И настолько, что я даже не знаю, как мы все вывернемся. А теперь ступай. Не смею вас больше задерживать.

* * *

Праздное шатание по городу, совмещенное с проверкой постов, осмотром укреплений и места последнего сражения, беседы с женщинами на кухне и раненными в полевом госпитале отняли у командора практически весь день. Поэтому к матери-настоятельнице он вернулся глубокой ночью. Но она его ждала.

– Так они растерзали храмовников после того, как те стали выдвигать публично обвинения против меня? – Покачал удивленно головой Дален. – Невероятно. Не могу поверить в это. Чем же я заслужил столь страстную любовь крестьян?

– Тут нету никакой хитрости или чуда, – улыбнулась усталой улыбкой мать-настоятельница. – Понимаете, вы первый владетельный господин, который обошелся с ними по человечески, а не как с ничтожными тварями. Думаете, почему я их поддержала и даже более того – перешла на их сторону?

– Вы?!

– Да, я. Я не хочу возвращения старых порядков. Мне нравиться то, как вы ведете свои дела. За года полтора запустелый Пик Соладат превратился по слухам в самую могущественную твердыню во всем Ферелдене, а то и Тедасе. Люди идут к вам. Бегут. Да посмотреть только на Лотеринг. Здесь сейчас сосредоточено свыше трех тысяч человек. Никогда, я это особенно подчеркиваю, никогда здесь не жило столько людей. Причем не просто прибежали под вашу руку, а активно вливаются в дела общины. Одних только рыболовных лодок в озеро выходит свыше сотни каждый день. Да и других полезных дел совершается огромное количество.

– Почему вы говорите, что они идут под мою руку? Ведь Лотеринг мне не принадлежит.

– Он ваш. И все бароны уже давно это признали. Негласно, разумеется. Даже бывший господин этих мест пошел на службу к герцогу Логейну, совершенно оставив все свои помыслы по возращению этого лена.

– Любопытно, – Дален задумался и замолчал минут на пять. Мать-настоятельница ему не мешала думать.

– Как-то странно все получается…

– Почему? Разве вы не хотели одеть на себя корону?

– Хотел. Но тут возникает очень сложная коллизия. Я бы даже сказал – неразрешимая.

– Так поделитесь ей со мной, возможно я помогу вам ее разрешить.

– Понимаете, если все то, что вы говорите правда, то уже сейчас мы имеем проблему – неудовольствие баронов. Они никогда не выберут меня своим королем, разве что из страха.

– И что вас смущает? Возьмете власть силой и будете держать их в страхе. Эка невидаль.

– Да все, если честно, меня смущает. В постоянном внутреннем напряжении государство долго не сможет простоять. Мало того – если конфликты, породившие этот страх и неудовольствие не будут решены, то королевство развалиться под ударами внутренних противоречий сразу после моей смерти. Я ведь не бессмертный. Или того хуже – будет поглощено соседями: Империей или Орлеем. В любом случае за быстрым взлетом последует еще более быстрое падение.

– Все верно. Я тоже думаю, что примерно так все и будет. Если, конечно, ты не сможешь преодолеть эти противоречия.

Дален встал и подошел к окну, за которым, несмотря на поздний час, продолжались работы. Вчерашние крестьяне трудились не за страх, а за совесть, таская на себе нелегкий фураж для бронто и помогая армии командора разместиться с максимальным комфортом.

И в этот момент Дален понял, что ему впервые за долгую жизнь стало по-настоящему как-то больно и противно от созерцания происходящего. Сразу всплыли свежие воспоминания обхода позиций, когда вчерашние крестьяне смотрели ему в глаза с яркой, просто таки лучащейся надеждой. А он в очередной раз ими всеми пользовался для того, чтобы утолить свои амбиции и свое тщеславное желание повоевать…

– А что там на самом деле произошло? Почему они убили храмовников? – Сказал Дален, не оборачиваясь, и продолжая наблюдать за трудящимися крестьянами в окно.

– Вы действительно хотите это знать?

– Да. Я ведь спрашиваю.

– Мне показалось, что вы, командор, пытаетесь заполнить паузу моим повествованием. Что с вами? Я же вижу, как у вас переменился взгляд.

– Переменился? Пожалуй. Вы понимаете, со стороны Империи в Ферелден идет очень большая беда, по сравнению с которой Мор – детский лепет. Архонт поднял свои войска и призвал союзников. Даже Святая церковь и та… – махнул рукой Дален и замолчал.

– Так что же? Вы испугались?

– Я? – Дален ухмыльнулся. – Вы даже не представляете, как я долго живу. Нет. Я не боюсь смерти и готов к ней. Даже более того – скажу прямо, я сам спровоцировал этот поход. Мое безмерное тщеславие желает великих битв и потрясений.

– И это странно? Отнюдь. Таких как вы, командор, было очень много. Правда, редко кто из ваших предшественников преуспевал также.

– Моих предшественников? – Дален обернулся и слегка вздрогнул. Перед ним стояла Флемет в одеждах матери-настоятельницы. – Хм. Как я понимаю, мать-настоятельница отправилась в страну Вечной охоты?

– Куда? – Удивленно выгнула бровь Флемет. – Впрочем, не важно. Она мертва. И уже давно.

– Насколько?

– Когда ты пришел в Лотеринг, отступая из Остагара, я уже заменила мать-настоятельницу, долго болевшую до того и чудесным образом исцеленную прохожей паломницей. – Флемет лукаво улыбнулась.

– А тело ты куда дела?

– Какая тебе разница? – Хмыкнула она, вновь превращаясь в мать-настоятельницу. – Набираешься полезных советов?

– Учиться никогда не поздно.

– Верно. – Флемет сделала паузу, твердо смотря в глаза Далену и, спустя несколько секунд спросила. – Насколько я слышала, ты смог стать драконом. Это правда?

– И от кого слышала?

– Сорока на хвосте принесла.

– Сорока была чешуйчатая?

– Возможно. Хм. Это правда?

– Да. Я смог слить свое "Я" и остаточную сущность Андрасте под чутким присмотром Радикале.

– И как тебе?

– Ты знаешь… – Дален задумался, – я изменился. Сильно.

– Это я вижу. Ты стал совершенно новым существом. Ты выбрал себе имя?

– В смысле?

– Каждый из нашего рода проходит посвящение. Радикале, например, дракон тайн, это его имя, отражающее внутреннее состояние, дух, самую сущность. Кем стал ты?

– Снусмумрик.

– Кто? – Удивилась Флемет. Как переводится это слово? Что оно означает? Я такого языка не знаю.

– Честно говоря, я тоже понятия не имею, но в детстве, когда читал одну сказку, там был один смешной мохнатый персонаж, который вызывал у меня умиление.

– Ты издеваешься? – Покачала головой Флемет. – Я серьезно.

Дален посмотрел на нее, открыл рот, но остановился. По какой-то неведомой причине, его задумчивое настроение смахнуло рукой, а вместо него нахлынул поток веселья. "Разрешите представиться, дракон Василий" или "Трепещите, жалкие людишки, перед вами дракон Иннокентий!" В общем, стоял он перед Флемет минут десять и давился от смешков под ее укоризненным взглядом.

– Ну как ребенок!

– А что я могу поделать?

– Попробуй почувствовать свое предназначение. После перерождения оно должно само проявиться в тебе, не сразу, конечно, но прошел и не один день.

– Понимаешь, изначально мне показалось, что я дракон войны, – Флемет от услышанной версии ощутимо побледнела. – Что? Глупее ничего не мог сказать?

– Я таковым себя ощущал. Да и черная чешуя сильно резонировала с Радикале.

– Черная? – Задумчиво произнесла Флемет. – Странно.

– А что тебя смутило в версии дракона войны?

– То, что если ты им действительно являешься, то этому миру осталось недолго. Последний такой "умник" смог развязать войну между людьми и эльфами и положить в могилу больше половины населения Тедаса. Не самое приятное приобретение для нашего и без того не очень многочисленного племени.

– Почему? Могущественный вариант.

– Конечно, только если люди об этом узнают, то приложат все усилия к его уничтожению. А заодно и всех нас. Кроме того, сказанное тобой не похоже на дракона войны. Там другая энергетика. Он вспыльчив и несдержан. А ты… ты другой. Понимаешь, в тебе тоже очень много энергии и силы, только она какая-то тяжелая и непонятная. Совсем непонятно. Смотришь на тебя и ничего не понимаешь. Для меня это чудно и непривычно, особенно помня о том, сколько сил я потратила, собирая тебя после битве при Остагаре. Ты какой-то стал непрозрачный.

– А какой дракон ты? Как я понимаю, что Флемет, что Аша"беленар – это всего лишь прикрытия.

– Ты верно понимаешь.

– Тогда кто?

– А ты как думаешь? – Флемет улыбнулась.

– Давай посвятим наше невеликое время другим делам. Назови себя.

– Не поверишь – я посвящена исцелению. Впрочем, способность лечить других, всегда можно повернуть и для их ускоренного умерщвления. – Улыбнулась Флемет. – Однако без этой способности тебя было бы не восстановить.

– Это очень любопытно! – Дален оживился. – Ты изначально знала, что я гость?

– Нет. Но сразу заинтересовалась странным человеком. Ты ведь чрезвычайно необычно дебютировал. Мы все, оставшиеся в живых драконы, с огромным любопытством обсуждали ту битву и твое заклинание. Да, да, мы все после полноценной инициализации имеем между собой телепатическую связь, которая позволяет нам свободно общаться на любом расстоянии.

– И как совершить эту инициализацию? Кстати, кроме телепатической связи, что еще даст инициализация?

– У тебя начнут развиваться способности, приобретенные при рождении.

– Что нужно делать?

– Хм. – Флемет подошла к нему. – Пойдем. Нам нужно отойти подальше в темноту и обратиться в драконов.

Они отъехали в глубину внутренних земель Ферелдена под предлогом проверки постов, что обеспечивали определенный периметр, но на полпути свернули, тем более что ночь стояла довольно темная.

В паре миль от дороги, привязав своих бронто к крепким дубам, Дален и Флемет сошли на землю и, раздевшись, пошли дальше – на облюбованную в паре сотне шагов большую поляну, что не так давно выкосили жители Лотеринга.

Обернувшись один за другим, они взлетели и устремились в ночное небо, практически лишенное звезд. Впрочем, драконам это не мешало – видели они все потрясающе хорошо даже в сплошной темноте.

Он летел и ничего не понимал. Флемет или как ее по-настоящему зовут, сразу стала плести какие-то странные чары совершенно непонятного характера. Они затягивали, погружали его в какие-то чудные потоки, отрешая его от реального мира. Прошло каких-то несколько минут, и Дален полностью отключился, механически повторяя виражи "ведущего". Еще несколько мгновений и включилось нечто непонятное и необъяснимое. В него ударил поток света, несущий в себе сгущенную, концентрированную информацию, стремящуюся его разорвать от дичайшего ее объема. Прошло еще несколько секунд, и он потерял сознание, буквально захлебнувшись в этом океане свет, что пытался ворваться в него.

– Ты как? – Первое что услышал Дален после какой-то слишком уж звенящей пустоты, что его окружала. Он открыл глаза. Перед ним стояла Флемет в своем настоящем облике и внимательно разглядывала. Он попытался ответить, но вместо этого получилось издать только леденящий кровь крик. – Отвечай мысленно. Мы теперь слышим друг друга.

– Вот так? – Подумал Дален, представив в своем воображении лицо Флемет и, как будто бы, обращаясь к ней.

– Да, – ответил представляемый им образ. – Теперь ты по-настоящему один из нас. – Дракониха довольно проурчала.

– Это потрясающе. А что, я теперь простых людей тоже так видеть, как ты смогу?

– Нет. Подобная способность есть далеко не у всех. Даже не у всех драконов.

– Печально.

– Отнюдь. Поверь мне, это не самое приятное качество.

– А откуда ты знаешь, что у меня его нет?

– Ты бы не стал задавать вопросов. Там весьма интересное восприятие живых существ. Всех без исключения. Это ни с чем не спутаешь.

– Ну и демон с ней, с этой способностью.

– Кто ты? – С особой важностью произнесла Флемет. – Каков твой путь? Прислушайся к себе.

Дален закрыл глаза и расслабился. Ощущения были непередаваемые и ни с чем несравнимые. Как будто за минувшие часы его наполнила целая Вселенная. И эта внутренняя тишина, которая не отвлекала глупыми вопросами и размышлениями, так умиротворяла.

– Попробуй почувствовать, к чему тебя тянет. Ощути свои желания. – Прозвучал откуда-то издалека голос Флемет.

И он почувствовал. Точнее, потянувшись подсознательно к чему-то приятному, был поглощен диким потоком воспоминаний его обеих прошлых жизней. Минут десять его трясло всем гигантским телом, а изо рта шла пена пока все, наконец, не кончилось. Ему вдруг почудилось, что он снова маленький ребенок – Артемка, сидящий с горящими глазами перед телевизором по которому показывали старый советский фильм "Александр Пархоменко". Точнее даже не его, а знаменитый фрагмент с песней "Ты ждешь Лизавета".

"Что за чертовщина?" – Подумал Дален. "Неужели вот эта песня и есть мое предназначение? И как его понимать?"

– Это будет то, что спрятано где-то в самой глубине тебя, – донеслось откуда-то издалека.

Дален задумался, наблюдая за собой же в воспоминаниях, которые, вместо того, чтобы снова нестись безудержным потоком остановились и зафиксировались на этом совершенно непонятном ему эпизоде. "Почему? Что во всем этом такого?"

* * *

Спустя минут двадцать, на большой грунтовой дороге, ведущей в Лотеринг со стороны внутренних владений Ферелдена.

– Не понимаю, – донесся до Далена телепатический шепот Флемет. – Как такое вообще возможно?

– Говорю же, нет у меня никакого предназначения. Я, видимо, перегорел за минувшие жизни.

– Так не бывает. Любой дракон имеет какой-то особенный талант, по которому его и именуют. Ты изменился. Сильно. Можно сказать, что рядом едет совершенно непонятная и незнакомая мне личность.

– Флемет, пойми, я не ощутил ничего. А тот эпизод, когда поток воспоминаний остановился, просто не понимаю. Чего ради мне было его смотреть? Что я смог вынести из той песни?

– Тебе лучше знать. Он – ключ к пониманию. Именно это замедление воспоминаний и показывает обретенную сущность. Почему ты увидел именно его? Такое событие действительно было в одной из твоих прошлых жизней или это фантазия?

– Было. Я бы даже сам никогда его и не вспомнил, но оно было. Дело в том, что я всю жизнь жил для себя. Ради собственного тщеславия и удовольствия даже Империю построил, утопив предварительно в крови огромное количество народа.

– Насколько много?

– Сложно сказать… Я вырезал несколько городов. Полностью. Да так, по мелочи, в полевых баталиях сколько-то погубил. Как своих солдат, так и чужих.

– Хм. Судя по твоему былому характеру, это не удивительно.

– Да. Хотя, ты не поверишь – всегда и везде я очень ценил своих людей, особенно тех, которые были толковы. Но кровь, боль и страдания шли за мной весь мой жизненный путь вне зависимости от воплощений. Пообедать в теплой компании, а потом отравить и ограбить ради добычи потребных средств – нормальный, я бы даже сказал обыденный поступок моего прошлого. Я живое олицетворение человеческих пороков.

– Поверь мне, во времена величия Империи Тевинтеров были удальцы, которым ты со своими поступками показался бы святошей. Ты хотя бы просто убивал ради той или иной цели. А те – наслаждались пытками. Их просто забавляло смотреть на то, как человек страдает и умирает. Теперь добавь к этой страсти очень солидную власть и представь тот масштаб ужаса, который эти магистры создавали. Даже драконам становилось не по себе от их проделок, несмотря на то, что мы весьма стойкие в этом плане создания.

– В самом деле? Тогда почему меня так корежит? Можно сказать, что выворачивает. Ты понимаешь – какая-то боль, стыд и обида… никогда ничего подобного не было. Хочется все исправить, но я не знаю как. Вон, – Дален кивнул в сторону небольшого бивака, где отдыхали часовые у костра, – их ведь скоро убьют. И опять из-за моих амбиций.

– Их уже давно бы убили, если бы не твои амбиции.

– Ты так считаешь? – Дален удивленно посмотрел на Флемет.

– А ты думаешь, что заставило тебя сооружать эту крепость? Вооружать их? Заботиться о снабжении? Ты всегда хотел, хочешь и будешь хотеть славы.

– Не хочу. Веришь? Ты знаешь, что я стремился к короне Ферелдена. Но я не хочу ее. Она мне не нужна.

– Почему? – Удивленно подняла бровь Флемет. – Ведь она практически у тебя в руках. Протяни их и вот она. Никто не скажет ничего против – ты лучший кандидат.

– Потому что я не хочу, чтобы они все – гибли. Они ведь доверились мне.

– Ты думаешь армия Империи их может уничтожить?

– Понимаешь, ладно Архонт. Пусть даже мы разобьем те тридцать-сорок тысяч бойцов, которых он собрал в союзную ватагу и ведет на нас. Но разве на этом все успокоится? Бароны недовольны мной. Ты сама это сказала. А почему они недовольны?

– Ты устанавливаешь странные и непривычные им порядки. Они-то думали, что разбив своих врагов…

– Я сохраню и приумножу их вольницу?

– Да. Именно так. Им нравится то, что собрание земель играло и играет до сих пор ключевую роль в жизни королевства.

– Классическая шляхта, – зло усмехнулся командор.

– Прости, что?

– Да не важно. Долго рассказывать. Просто этот подход довел до "ручки" не одно государство, съедая его изнутри.

– Почему? И как?

– Это происходит, когда интересы небольшого сословия ставятся выше интересов государства. В нашем случае бароны получаются главной бедой Ферелдена. Они ведь и раньше не допускали сильной королевской власти. А во время правления последнего монарха так и вообще – послали его в далекое эротическое путешествие с военным походом, занимаясь фактическими своими делами.

– Да, очень похоже на то. Но какое это имеет отношение к делу?

– Если я им со своими порядками не нравлюсь, значит они будут стараться уничтожить всех, кто мне доверился после поражения в войне.

– Поражения?

– Флемет, я могущественный маг, но не Бог. Тридцать-сорок тысяч – это очень серьезно. Полнокровный армейский корпус, который мне не разбить той полутысячей, что имеется у меня. Даже если я их в сталь одену – все равно не вариант. Есть определенный шанс, обусловленный тем, что войска идут не общей колонной, а отдельными отрядами по несколько тысяч. Но… это будет такая победа, против которой еще не известно, нужно ли было сражаться или разумным в той ситуации являлось отступление.

– Но с тобой я и еще два дракона. Плюс… – Флемет слегка запнулась.

– Ты считаешь, что Морриган каким-то образом быстро родит ребенка, который окажется лишь новой оболочкой для старого развитого сознания?

– Да. Пять драконов – это немало.

– И не много. Мы не знаем какие артефакты есть у Архонта, но я абсолютно убежден в том, что они безусловно будут и в большом количестве. Ты ведь знаешь о том, что они пытались меня убить жезлом могущества.

– Знаю, – кивнула Флемет. – И согласна с тобой, артефакты будут.

– У них может быть что-нибудь опасное для драконов на расстоянии?

– Да. В войне между эльфами и людьми участвовало много драконов и против них разработали магические артефакты, способные убивать наших сородичей на расстоянии. Не уверена, что они остались в распоряжении Архонта, но если Империя их сохранила, то они гарантированно прибудут с ними. А вообще, несмотря на то, что Империя поклонялась драконам, уничтожила она их весьма приличное количество.

– Вот видишь. Пять драконов. Пять сотен бойцов, пусть даже в хороших доспехах. Пусть десяток големов, хотя, не уверен, что я осилю создать пяток. Да и мощные, древние души для них нужны. У меня пока в запасе только две.

– София, а еще кто?

– Кроме нее. Одну я вытащил из говорящей статуи, куда заточили предсказательницу времен расцвета Империи. А вторая – древняя эльфийка Луэро, дух которой обитал в Бресилианском лесу до недавнего времени в облике хозяйки оборотней.

– О! – Удивилась Флемет.

– Ты ее знаешь?

– Конечно. Очень толковая девица была. Я думала, что она тогда погибла. Но… как тебе удалось убедить ее довериться тебе?

– У нее не было выбора. Либо умирать и отправляться обратно в одинокий, пустой домен, где ее ждала вечность одиночества, либо довериться мне. Этот хитроумный лесной эльф смог обхитрить и меня, и ее, отомстив за обиду. Впрочем, то, как сложились дела мне даже понравилось. Но мы отвлеклись. Пять драконов, пять сотен бойцов, от силы, это я хочу особенно отметить. И два-три голема. Если получится, то четыре-пять. И все. Больше у нас ничего нет. И как эти силы будут противостоять гигантской, по меркам этого мира, армии, насыщенной большим количеством непредсказуемых артефактов? Это еще не считая кунари, которые, вполне возможно, тоже могут проявить определенное рвение. Да и бароны. Они поддержат Империю, ибо боятся.

– И что ты планировал предпринять?

– Дать бой. Залить все кровью и свинтить куда-нибудь. В конце концов я дракон и, если будет очень нужно, могу на собственных крыльях удрать куда подальше. Мне хотелось создать красивую легенду.

– Закрепив ее в сердцах людей десятками тысяч трупов?

– Да. Я хотел… но больше не хочу. Ты знаешь, мне как-то очень не по себе от происходящего. Как будто я долго спал и проснулся. Да так, что захотелось все исправить. Правда, смотря на минувшие дни, я понимаю – слишком поздно. Механизм запущен и огромные массы людей приведены в движение. Никто просто так уже не остановится. Ни Архонт со своими приспешниками, ни они, – Дален вновь кивнул на вчерашних крестьян, которые вповалку спали возле костра во внутреннем периметре лагеря. Уже слишком поздно что-то менять.

– Ну, пожалуй, – покачала головой Флемет. – Какую, однако, ты заварил кашу. Таких великих событий в истории Тедаса не было со времен "пришествия Андрасте".

– Вот вам ее второе пришествие, – грустно улыбнулся Дален.

– И ведь эти крестьяне и городские рабочие поверили в тебя. Удивительно. Просто удивительно.

– Как, как ты говоришь? Рабочие и крестьяне? – Дален удивленно посмотрел на Флемет.

– Да. Именно так. Гарнизон Лотеринга практически полностью укомплектован именно ими.

– И как много их может в меня поверить? – Повел бровью командор, когда они уже практически подъехали к "штабу гарнизона", как окрестил этот домик Дален.

– Крестьяне и рабочие? Да практически все. К нам постоянно бегут из разных сел и деревень отдельные добровольцы, рассказывая не самые лестные отзывы о своих правителях.

– Ха! – Дален улыбнулся. – Умирать так с музыкой!

– Что?! – Дико уставилась на него Флемет. – Чего ты несешь?

– Ты ждешь, Лизавета, от друга привета, ты не спишь до рассвета, все грустишь обо мне. Одержим победу. К тебе я приеду на горячем боевом коне. Одержим победу. К тебе я приеду на горячем боевом коне…. – Дален зло улыбнулся и поехал дальше, распевая в голос эту песенку, оставив совершенно пораженную Флемет стоять в полном обалдении. "Я вам, …, черти, покажу Кузькину мать!" – думал про себя Дален, от души растягивая слова знакомой с детства песни. "Рабоче-крестьянская красная армия советской социалистической республики Ферелден" – пронеслось у командора в голове. Он запнулся и замолчав на несколько секунд. А потом продолжил с новой силой и еще более одухотворенным и злым лицом. "Хорошо звучит! Никогда не был коммунистом, но… черт побери, хорошо звучит!" Солдаты и прохожие удивленно смотрели на командора, что пел довольно приятную и благозвучную песню на незнакомом им языке. Ночь же на дворе. Что же такого могло случиться, чтобы всегда серьезный и сдержанный Дален Амелл так себя повел? Никто ответа на этот вопрос не знал. Кроме Флемет, которая буквально кожей почувствовала весь масштаб грядущих тектонических изменений Тедаса, по сравнению с которыми выступление армии Архонта – заурядная прогулка на пикник. От песни и поведения Далена на нее пахнуло чем-то совершенно незнакомым и могущественным.

Часть 7

"Дален в октябре"

Глава 40

Всю ночь командор провел за бумагой, насилуя свой мозг в попытках вытащить "на свет божий" лозунги и идеологические конструкции когда-либо слышанные им в своей первой жизни. Никогда прежде Дален не проводил политические митинги и никогда не собирался, но теперь он этого страстно желал. В нем проснулось какое-то дикое, неуемное желание к этому совершенно глупому занятию.

Что бы изменило его выступление? Да ровным счетом ничего. Крестьяне и рабочие вряд ли бы смогли быстро организоваться в отряды и взяв власть в свои руки атаковать армию Архонта. У них не было ни сил, ни времени, ни ресурсов для быстрых действий.

Но командора это не волновало. Он уже закусил удила и пер вперед к лишь одному ему видимой цели как слепой фанатик. Иногда в голову Далена приходили мысли о всей комичности и несуразности ситуации, но он их отметал быстро и решительно. Появилось даже какое-то странное чувство нехватки времени, будто бы еще несколько дней и все, он умрет, а его дело останется забыто и оплевано.

Поэтому он начал работать с дикой, невероятной энергией. Благо что новая сущность дракона очень сильно ему в этом помогала.

Под утро он позвал к себе Флемет, которую все еще называл матерью-настоятельницей для конспирации, и все рассказал.

Эффект превзошел все ожидания. Никогда в жизни он не видел более дезориентированного и задумчивого существа.

– Зачем тебе это? – Спустя несколько минут очнулась Флемет. – Ты думаешь, это что-то изменит? Бароны ведь не примут и не признают предложенного тобой устройства общества. А крестьяне…

– А что крестьяне?

– Они ведь не в состоянии полноценно сражаться. Даже эти, – она махнула куда-то рукой. – И то, несмотря на подготовку, остались крестьянами. Куда им против баронов и их дружинников?

– Ты знаешь, из своей первой жизни я знаю много примеров того, что крестьяне, сражающие за что-то доброе и светлое, оказываются намного крепче профессионалов. Видел многомиллионные армии вот таких обиженных людей. Ими, конечно, пользовались в своих целях, но это уже другой вопрос. Важно то, что они оказались в состоянии встать и смять своих хозяев.

– Не фантазируй! Здесь тебе не твой мир. Люди – другие. Они не готовы вставать на дыбы, словно молодые кони.

– Почему же тогда Логейн смог поднять их на борьбу с Орлеем? Или меня обманывали? Что ты молчишь? – Флемет замолчала, внимательно смотря в глаза Далену. Спустя минуту она медленно, тщательно проговаривая каждое слово, спросила:

– Ты уверен?

– Да. У нас есть шанс поднять полномасштабное восстание и построить совершенно новый тип государства в этом мире. Несколько торговых республик не в счет.

– Почему ты считаешь, что Империя и Церковь не раздавят нас? Что им мешает?

– В Империи очень много рабов. А мы предложим им это, – Дален положил руку на кипу исписанных листков. – Конечно, я не самый талантливый идеолог и государственный строитель, но вот тут описана в кратких чертах концепция, перевернувшая мой первый мир. Ее появление и успешное продвижение изменило все вокруг до неузнаваемости.

– А ты сможешь эту идею реализовать на практике?

– Попробую. В любом случае – для нас это пока что остается единственной возможность закрепиться и легализоваться. В противном случае нам придется бежать и жить тайно. Так же, как мы жили многие столетия. Радикале мне пел песни о том, что мечтает о реабилитации рода драконов, который проиграл эту безумную гонку за выживание. Сейчас – последний шанс.

– Хорошо. – Твердо сказала Флемет. – Я с тобой. Надеюсь это твое сумасшествие хоть на сотую долю себя окупит.

– Ты не веришь в успех?

– Нет. Но мне любопытно. Я буду тебя всемерно поддерживать до конца. Надеюсь, ты не задумал положить свою жизнь на алтарь этого безумства и мы вовремя сможем исчезнуть?

– Хм. В таком случае у меня для тебя есть дело. Ты ведь хорошо разбираешься в людях и умеешь при необходимости с ними разговаривать, вправляя мозги на место?

– Есть такое дело. Не люблю, правда. Ощущение, что с детьми недоразвитыми возишься.

– Придется. Я хочу подойти к делу проведения восстания со всей серьезностью, – сказал Дален и улыбнулся. – Мне понадобится батальонный комиссар.

– Что? – Удивленно подняла брови Флемет. – И что это еще за корпуса и батальоны?

– Наименования воинских подразделений из того мира, в котором я родился. Там военная культура на порядки более развита, чем здесь.

– А что будет входить в обязанности этого самого батальонного комиссара?

– Поддержание боевого духа бойцов. Беседы с ними. Наставление на путь истинный. То есть, практически все то же самое, чем занимается служитель церкви Андрасте, только в военно-полевых условиях. Но при этом, комиссар не мешает руководить войсками командирам, а напротив, помогает им в этом. Это ясно?

– В общих чертах. Думаю, по ходу дела разберусь.

– Вот и хорошо, вот и ладненько. – Улыбнулся Дален. – Одной проблемой меньше. Только тебе нужно будет подобрать себе несколько помощников и начать их подготавливать. Потому что по мере развития восстания армия будет расти как и твоя должность и ты уже физически везде не успеешь.

– С этим не будет проблем. – Улыбнулась Флемет. – Да и дочку свою к делу пристрою.

– Морриган? Ты шутишь? Из нее лекарь человеческих душ, как из меня святой!

– Я поработаю с ней. Тем более, что Радикале передавал твою настойчивую просьбу обратить ее в дракона. – Лукаво улыбнулась Флемет.

– И вы выполните ее?

– Конечно. Но для этого девочке нужно расти и развиваться. Абы кто такого перерождения может и не пережить.

Глава 41

– Товарищи! – Дален стоял на своем собственном бронто и декламировал перед импровизированным митингом, на который собрались все разумные существа Лотеринга, выученную наизусть речь.

Командор был окружен плотным кольцом слушателей, которые молча и внимательно слушали его слова. Даже несмотря на то, что половину вещей они ровным счетом не понимали. Да и не половину, а большую часть. Но главную суть они уцепили очень верно. Каждый из них – будь то солдат или крестьянин, человек или оборотень – они поняли, что командор Серых стражей предлагает полностью и бесповоротно изменить все.

Когда спустя час Дален закончил на площади наступила тишина. Все стояли и смотрели на командора не понимая что и как им сейчас делать. Да и вообще… люди пребывали в состоянии близком к шоку. Впрочем, прочесть краткий курс истории ВКП(б) в свободном изложении жителям Средневековья и встретить другую реакцию совершенно невозможно. Никто бы и не стал воспринимать слова оратора в серьез. Но тут было особое дело – люди верили Далену, считая его успешным и толковым феодалом и воином, который заботится о своих людях. А потом слушали его речь и пытались в ней разобраться. Что-то им нравилось, что-то они просто не могли осмыслить. Но в любом случае – запала командору не хватило, чтобы раскачать совершенно неготовую к этому толпу.

Именно по этой причине, ожидая столь трагичного варианта развития событий, Дален заготовил небольшой флэш-моб. И, выждав минутную паузу, командор крикнул:

– Да здравствует первые в мире Советы рабочих и крестьян! Ура!

– Ура! – Поддержали заранее проинструктированные члены ордена Серых стражей.

– Ура! – Потянули солдаты, приведенные командором из Грифингара.

– Ура! – Наконец-то грянули жители Лотеринга, зараженные этим позитивным развитием событий.

А дальше пошло по куда более простой схеме: командор сыпал популистскими лозунгами из обоймы "Старика " и иных большевиков, более-менее понятными простым ребятам, стоявшим перед ним. После чего члены ордена раскачивали волну громогласного "Ура!"

Так, потихоньку, получилось к третьему часу завести и немного прокачать толпу, дабы можно было ее отпустить переваривать услышанное.

Первый шаг был сделан. Конечно, точки невозврата командор еще не достиг, но она уже явственно замаячила на горизонте.

Глава 42

– Ты понял, о чем нам командор толковал? – Спросил задумчивый десятник Валли у старшего брата, после того как они вернулись домой c митинга.

– Не очень, если честно. Вообще то, что произошло там, на площади меня сильно озадачило.

– Меня тоже. Командор говорил какие-то непривычные вещи. Чудные даже.

– Но мне они понравились. По крайней мере, возвращаться к барону Станису мне не хочется.

– Да, эта свинья заслуживает в лучшем случае ножа в живот. А в худшем…

– Валли, не стоит. – Прервал его брат. – Нас могут услышать.

– И что с того? Если командор нам не врал, то теперь все поменяется.

– Врал он или нет, я не знаю. Но лучше лишнего не болтать. Кто его знает, как все повернется. – Задумчиво произнес старший брат десятника и уставился на играющие огоньки в очаге. – Не все согласятся с предложенным командором укладом. Не все.

– Конечно не все. Бароны так и вообще – за оружие схватятся.

– И придут к нам.

– И мы их встретим. Крепко встретим.

– Так где мы, а где бароны с их дружинами?

– Мы остановили своими руками несколько атак порождений тьмы, которые гнали эти хваленые дружины как малых детей. – Валли смотрел на брата твердым и решительным взглядом. – Мы остановили. И этих сомнем. А все почему? Потому что прав командор. Я не большого ума и не понимаю многого из того, что он нам рассказывал, но я верю ему. Верю, ты понимаешь?

– Понимаю, брат, понимаю. Да и как тут не понять, ведь никто и не слышал о том, чтобы владетельный господин так пекся о своих подданных. – И чуть подумав, добавил. – Чудные времена настали. Как бы чего не произошло…

Глава 43

Прошел месяц с того момента, как барон Грифингара и командор Серых стражей Ферелдена Дален Амелл провозгласил начало революции. Ни люди, ни эльфы, ни дварфы, ни кто бы то ни было еще, никогда, ни о чем подобном в этом мире, не слышали. Эти совершенно удивительные слова казались всем чрезвычайно неуместными и даже колючими. Поначалу.

Но вот прошел месяц, который командор потратил не только на реорганизацию всех подручных войск в некое подобие полноценной воинской части – батальона, но и проводил усиленную идеологическую работу среди своих же солдат и крестьян. И это дало определенный результат.

* * *

Завершая утренний обход постов внешнего периметра, Дален шел к зданию штаба батальона, который по совместительству выполнял функцию Революционного Военного Совета. Да, да. Именно так – Реввоенсовета. Он старался ничего особенно не выдумывать, хватая из памяти готовые шаблоны и сразу пуская их в дело. Способы, опробованные на практике – хорошие способы. Во всяком случае, он считал их лучше всякой мутноватой импровизации. Да и кому какая в этом мире разница, сам выдумывает "сошедший с ума" командор Серых стражей эти дикие названия и идеи или заимствует у кого-то.

И не только идеи, но и песни. О да! Песни прижились. Достаточно было потратить несколько дней в компании с музыкантами, чтобы на свет родились кривые подобия знаменитой Варшавянки и Интернационала. Само собой, требующие доработки и в весьма вольном переводе на местный язык, так как некоторые слова были абсолютно непереводимы из-за банального отсутствия подходящих явлений или объектов материальной культуры. Впрочем, такие детали мало кого интересовали. Смысл текста и общая мелодика воспринялась населением очень благосклонно. А потому не раз, обходя вечером посты, командор замечал как несколько солдат дежурной смены, отдыхавших у костра от вахты, негромко пели:

Вихри враждебные веют над нами,

Темные силы нас злобно гнетут.

В бой роковой мы вступили с врагами,

Нас еще судьбы безвестные ждут.

Командор не раз останавливался и, не приближаясь, слушал эти напевы от которых ему становилось не по себе, аж до мурашек. Особенно в контексте того, как слова резонировали с картинкой. В конце концов революционные песни XIX-XX века было чрезвычайно сложно связать со средневековыми бойцами в доспехах, "да еще и не абы каких, а из фэнтезийного мира". "Да какое это к черту фэнтэзи?!" – зло про себя произнес Дален, сплюнул и пошел прямо к костру, потому как бойцов нужно было ободрить и поддержать. Каждый из них должен твердо знать, что их командир с ними, рядом, все видит и все понимает. Как родной отец, а то и лучше. По крайне мере, Дален решил избрать именно такую манеру поведения в сложившейся ситуации и мало-помалу к ней стал привыкать.

* * *

Сильнее всего идеи социализма и коммунизма, озвученные Даленом заинтересовали эльфов. Эти остроухие черти буквально искрились от классических лозунгов вроде "Свобода! Равенство! Братство!" Что и не удивительно, так как многие столетия угнетения и существования либо в категории практически бездомных бродяг, либо в качестве натуральных унтерменшенов, живущих в резервациях внутри крупных городов и находящих на самой нижней ступени социальной лестницы, сказались самым простым и очевидным образом. Можно даже сказать, что они посходили с ума, зацепившись за ту хрупкую лозу, которая, как им казалось, должна была вытащить их племя из того ужасного болота, в которое эльфов забросила судьба.

С остальными жителями Лотеринга, конечно, дела обстояли не так радужно, однако тоже неплохо. Особенно в свете тех новостей, которые доносились из баронств. Да и собственные воспоминания не дурно помогали товарищам становиться все более и более политически грамотными и сознательными коммунистами.

Все это, конечно, звучало дико. Настолько, насколько только можно было предположить.

Дален ухмыльнулся, рассматривая штаб батальона, украшенный большим красным знаменем и транспарантом "Вся власть советам!"

– Что? Любуешься? – Дален обернулся на знакомый голос и увидел мать-настоятельницу Клименту, роль которой уже приличное время исполняла Флемет.

– Честно?

– А смысл врать?

– Действительно, незачем. – Улыбнулся командор. – Я умиляюсь от увиденного. Оно у меня просто в голове не укладывается. Когда я месяц назад решил устроить эту провокацию, то думал, будто лотерингские крестьяне меня не поймут и уже тем более не примут совершенно чуждые им идеи. А тут… – он вздохнул. – Не поверишь, я просто не знаю, что с этим делать. На меня тогда как будто какая-то одержимость нашла. И понесло. Я загорался с каждым днем, кипел. Но вот вроде все стало налаживаться и пришло понимание неправильности, я бы даже сказал, противоестественности происходящего.

– Испугался? – Усмехнулась Флемет.

– Да. И ладно бы эта деревня. Ну, посходили они с ума вслед за мной немного. С кем не бывает? Но вот та одержимость… она пугает. А ну как я где еще какую идею так же начну продвигать? Такая страсть. Я не мог ей сопротивляться.

– Ты хочешь все бросить? – Подняла бровь Флемет.

– Не знаю. По большому счету мне плевать. Чувствую себя просто не в своей тарелке. Не хочется ровным счетом ничего. Просто растерянность и желание уже прекратить этот спектакль. – Дален закрыл глаза и замолчал, дожидаясь реакции. Но, спустя минуту, видя, что Флемет не отвечает, от повернулся к ней и с грустным взглядом выдавил из себя: – Я хочу домой. Понимаешь? Осточертело мне все. Если бы знал, что умерев, гарантированно вернусь домой, то незамедлительно покончил бы жизнь самоубийством.

– Ты пробовал выспаться?

– Думаешь, что я просто устал?

– Да. И по тебе это очень хорошо видно. Ты за последний месяц в сутки спишь хорошо если два-три часа. С таким режимом долго не живут. Пора отдыхать. Хотя бы несколько дней. А все это твое нежелание… – Флемет снова усмехнулась. – Оно пройдет. Ты сам будешь себя ругать за произнесенные мне слова стыдясь минуты слабости. – Она взяла паузу. – Так что же тебя так развеселило?

Дален посмотрел на нее и задумался. Перед ним стояла немолодая женщина, в одежде, которую командор специально для нее заказывал. Ради смеха, но сама Флемет этого не знала, а потому отнеслась ко всему со всей серьезностью.

Плотная юбка до колен. Кожаные сапоги чуть выше щиколотки. Блуза. Кожаная же куртка, выполненная в стиле знаменитой кожанки чекистов. И завершал этот образ красный платок, повязанный совершенно непривычным для местных жителей способом. И это все в обстановке Средневековья. Было от чего как минимум улыбаться. Но как объяснить комизм ситуации Флемет? Да и остальным? Вон, таких комиссаров уже десятка два ходит. И не важно, что у большинства уши длиннее обычного, а глаза раскосые – комиссар и точка. "Ротный комиссар Леголас, блин" – подумал Дален и едва не усмехнулся, но сдержался, лишь слегка скривив губы. "И откуда вас на мою голову принесло так быстро?"

Впрочем, нужно было отвечать, а в голову как назло ничего не лезло.

Командор перевел взгляд с Флемет с на крыльцо Реввоенсовета. "Черт! Ну и как ей объяснить, что все это – бред сивой кобылы, то есть плод моего извращенного чувства юмора?" Он зло сплюнул. "Неужели вляпался?"

– Ничего. Красиво тут стало. Необычно и красочно. Что, уже и улыбнуться зазорным является?

– Ну как знаешь. Думала, ты не будешь скрывать подобные вещи от меня. – Он повернулся и встретил внимательный взгляд Флемет.

– Послушай, я не могу всего объяснить. Не все в этом мире так, как было в моем. И люди другие. Да они местами и не люди вовсе. Сама глянь. Вон, прапорщик Огонек, оборотень между прочим, ведет свой взвод, укомплектованный людьми и эльфами на занятия. Там, откуда я родом, такого не было. С одной стороны мой мир был на порядки более развит, с другой стороны – там такой аляповатой пестроты просто не имелось. Как я на нее должен реагировать? Да я вообще чуть с ума не сошел, когда пришел в сознание тут. Что ты от меня хочешь?

– Два года. Мог бы уже и привыкнуть, – поджав недовольно губы, произнесла Флемет.

– К чему привыкнуть? К тому, что я постоянно меняюсь? К тому, что вокруг меня магия, которой я никогда не знал и считал вымыслом? К тому, что я больше не человек? И прошу заметить, вообще не человек! У меня нервный срыв, понимаешь? Два года я работал не давая себе отвлечься и расслабиться. И только это и спасало меня от срыва. … Ааааа… Да иди ты к демону! – Махнул рукой Дален и направился в штаб. "Крышу" у него последние дни стало шатать основательно. И прежде всего из-за его же неудачной, как он уже считал, идеи устроить социалистическую революцию в отдельном взятом фантастическом мире.

– Как ты думаешь, он справится? – Морриган, наблюдавшая за всем этим разговором в виде вороны обернулась в человека и спросила мать-настоятельницу. Та посмотрела на нее, смерила взглядом и, как ни в чем не бывало заявила:

– Девочка, оденься. Еще простынешь, создашь ему проблем.

– Мама, прекрати! – Морриган грозно сдвинула свои черные брови. – Я все знаю.

– Все? – Флемет лишь повела бровью, выражая удивление. – Что именно входит в твое "все"?

– То, что ты – Флемет, которая добила эту старую курицу Клименту и заняла хитростью ее место.

– Он рассказал?

– Да.

– Хм. И что он еще рассказал?

– Ничего толком. Он пытался рассказывать про сложившуюся ситуацию. И тогда мне показалось, что он пошутил, а теперь не знает, что делать со своей выходкой.

– Все это шутка? – Флемет с недоверием посмотрела на свою дочь. – Если все это всего лишь шутка, то …

– Ничего мама, ничего. Даже если это шутка, то она очень удачная. Ты видела как загорелись крестьяне, эльфы и оборотни? Даже хасинды и те, посчитали озвученные Даленом мысли здравыми и разумными. Это очень серьезная шутка – пострашнее самого могущественного заклинания. Слишком серьезная, чтобы быть шуткой. Если он завершит свое плетение, то содрогнется весь Тедас, отряхивая с себя вековую пыль. И ему нужно помочь в этом деле.

– Ну так переспи с ним. Расслабь и отвлеки. В чем проблема?

– Не помогает. Ему плохо. Он устал. Очень устал. Я не знаю, что делать. Мне кажется что он как-то сник, потух и ничего не хочет. Даже ест без особенного аппетита, просто заставляя себя усилием воли.

* * *

Дален быстрым шагом прошел в свой кабинет и закрылся. А попытавшийся было постучаться адъютант был послан в дальнее эротическое путешествие грубыми словами. Он сидел за письменным столом, обхватив голову руками, и думал. Мысли никак не могли успокоиться. И очень хотелось выпить. Чего-нибудь крепкого. И закурить. Никогда не курил, а сейчас захотелось. Видимо нервы шалят.

– Дален, ты там? – Раздался знакомый голос и в дверь постучались.

– Иди к чертям свинячим! Я не хочу ни с кем разговаривать! – Крикнул он и запулил в дверь чернильницей, испачкавшись сам и обрызгав ими приличную часть комнаты.

– Это очень важно. – Флемет не теряла надежды.

– Ты не поняла? – Спросил Дален и, не дожидаясь ответа, разразился ветвистой матерной репликой.

– Я сама войду.

– …

– Ты слышишь? Открой!

– … – В общем, мать-настоятельница Климента, она же Флемет, не стала долго упрашивать и заклинанием выжгла участок двери. Как раз там, где был засов. – Вот зачем ты меня заставляешь портить ценное имущество?

– Что тебе нужно? Не видишь, мне плохо?

– Так. – Властным тоном сказала Климента, – всем выйти. Ты и ты, лично отвечаешь, чтобы по коридору никто не блуждал.

– А если кто в свой кабинет пойти решит? – Робко переспросил дежурный.

– Остановишь и скажешь, что временно это невозможно. Как мы освободимся, я дам тебе знать. Иди. И вы все – идите. Не мешайте. Видите, человеку плохо. – Последние слова Флемет произнесла с еле сдерживаемой улыбкой. "Человеку? Да он чудовищем был и до обращения, и пострашнее некоторых драконов".

– Итак, ты их прогнала… что тебе нужно?

– Дален, что с тобой происходит? Что? Ты сам не свой. – Ее глаза изменились, превратившись в глаза дракона, только масштабом поменьше. А вопрос задавался ей как вслух, так и телепатический. Он буквально загудел в его голове, вызывая в командоре приступы ярости. Но он сдержался.

– Помнишь, ты испугалась дракона войны? Посчитав, что люди, узнав о появлении столь опасного существа, попытаются его уничтожить. А заодно и без того небогатую популяцию других драконов. Чтобы уж наверняка никто больше таких чудовищ на свет не порождал.

– Да. И что? Это тебя напугало?

– Нет. Это все детский лепет по сравнению с тем призраком, что я выпустил на свободу.

– Призраком? – Удивленно переспросила Флемет.

– Призрак это остатки сущности умершего существа. Но это не важно. Так вот… – Он посмотрел ей в глаза. – Я все-таки дракон войны. Но не той примитивной войны, где дикари бегают друг на друга с дубинками, – Дален усмехнулся. – А настоящей войны, когда противоборствующие силы готовы сражаться до последней капли крови, не щадя ни себя ни врага. – Флемет смотрела на него спокойно, лишь лицо немного посерело. – Война не людей, а столкновение куда более масштабных вещей – классов, идей, концепций, которые доводят цивилизации до такой степени накала, что брат идет на брата, отец на сына. Один поэт в свое время очень точно сказал: "Мировой пожар в крови! Господи, благослови!".

– Ты уверен? – Медленно и как-то нерешительно спросила Флемет.

– А ты думаешь с какого рожна у меня срыв? Я тогда загорелся мыслями о том, что наконец смогу уйти от преследующего кровавого рока, когда за мной стелется густой след могильного ужаса из убитых и раненных тел. Хотел принести людям что-то доброе и светлое… но сделал это так, что теперь и не знаю, что с подобным даром делать. Ты понимаешь, что если все это вырвется за пределы Лотеринга, то остановить эту волну будет уже не возможно. В моем мире коммунизм возник как закономерная реакция на весьма далекое от справедливости общество. И не просто так возник, а в условиях жесточайшего противодействия на всех уровнях. Но даже этого не хватило, чтобы он не перевернул планету. Всю планету. После него мир стал уже другим. Совсем. И при этом людей полегло великое множество по обе стороны баррикад. А тут коммунизму просто нечего противопоставить. Этот мир не готов к таким энергетически мощным встряскам. Дикий крестьянский бунт, требующий свободы от феодальных поборов – это детский лепет и святая наивность по сравнению с коммунистическим взрывом. Он сметет весь старый мир как пожар в престарелом лесу. Если мы конечно его выпустим из Лотеринга. – Дален решительно посмотрел Флемет в глаза и замолчал, ожидая реакции.

– Ты хочешь, чтобы я приняла за тебя решение?

– Нет. Я жду реакции. Ты же боялась появления дракона войны… и твои самые большие страхи сбылись. Я пришел. Причем не такой примитивный, как мой коллега, погибший когда-то в прошлом. Не боишься?

– Думаешь, я наброшусь на тебя, пытаясь убить, дабы сохранить собственную жизнь?

– Почему нет? – Сказал Дален и качнул головой в сторону странного прибора, лежащего на столе.

– Что это?

– Та самая электромагнитная пушка о которой я тебе говорил. Для выстрела на нее нужно установить десять стандартных имперских накопителей, вложить метаемый предмет и включить активацию. Через минуту после которой оружие готово к выстрелу.

– И что, оно действительно может убить дракона?

– Хочешь проверить? – Зло усмехнулся Дален.

– Можно. Выстрелишь по скале?

– У меня мало накопителей…

– Я принесу. У меня в запасах их несколько ящиков. – Она хитро посмотрела на командора.

– Хорошо. Пойдем.

Он взял со стола свою поделку, которую впору было бы назвать ЭМ-винтовка. Снарядил ее накопителями. Установил снаряд, выполненный из стали, содержащей в себе вольфрам. И они вышли на улицу. Пострелять.

Необычный вид электромагнитной пушки в руках командора привлек внимание многих случайных прохожих, поэтому, когда Дален с Флемет вышли на небольшой холм, в пригороде Лотеринга, открывавший прекрасный вид на одиноко торчащую из земли скалу, за ними собралось человек двести зевак. Которых, впрочем, никто не отгонял. Дален поднял свое оружие и сосредоточился, сформировав сложное плетение телекинеза, выполняющее роль упора для оружия. Ведь отдача должна получиться очень значительной – как-никак скорость разгоняемого снаряда выходила по предположительным прикидкам совершенно дикая.

И выстрелил.

Эффект превзошел все ожидания. Флемет отбросило ударной волной, образованной вылетевшим снарядом, которая, заодно подняла весьма приличное облако пыли. Самого Далена, кстати, тоже уронило, несмотря на амортизирующее плетение. Правда не просто так, а сильно контузив. Да и вообще – не боец он был после такого выстрела, разве что сознание не потерял.

Но самое интересное было со скалой. Попадание дико разогнавшегося снаряда с импровизированного рельсотрона буквально взорвало ее. Эта небольшая скала на глазах более чем двухсот зевак просто разлетелась на ошметки, засыпав осколками камня весьма приличную область.

– Что это? – С плохо скрываемым ужасом спросила Флемет, когда смогла прийти в себя, подняться и подойти к Далену.

– Облегченная версия электромагнитной пушки. Но дракону хватит. Видишь как скалу развалило. – А потом подумав, добавил. – Теперь понимаешь, почему я не хотел устраивать развлекательную стрельбу из этого оружия? Мне пару дней теперь в себя приходить. Если не больше.

– Это… ужасно. Дален…

– Ха! Впечатлило?

– Еще бы!

– Так то! Знай драконов войны. – Усмехнулся Дален, а потом вдруг спросил ее с совершенно серьезным лицом. – Ну что, драконы не испугаются такого родства?

– Нет, не испугаются.

– Даже если я приведу нас всех к гибели?

– Это не важно, – сказала Флемет, спокойно смотря в глаза командору. – Ты теперь один из нас. Хороший ты или плохой, но ты наш.

– Умирать, так с песнями? – Усмехнулся Дален. – Ладно. Не все так плохо. Может быть и правда мировая революция выгорит. Но запомни главное – чтобы не сгореть в топке того пожара, что я разожгу, мы должны будем его возглавить. Адель и Разикале готовы к этому?

– У них нет выбора. И, по большому счету, никогда не было.

– Почему? – Удивленно поднял бровь Дален.

– Потому что последние несколько сотен лет они прятались по закоулкам, боясь носа показать. Они не рискнуть выступить против тебя или противиться твоей воле. Духа не хватит.

– Ты в этом уверена?

– Я их знаю уже не первую тысячу лет и смогла уже оценить, что это за кадры. Что один, что другой забились в свои норы и дышали через раз, боясь привлечь к себе чье-либо внимание. Ведь та война… она многих прибрала. А теперь им некуда бежать. Есть ты. И рано или поздно всплывет информация о том, что Дален Амелл не человек, а дракон. Как следствие Империя встанет на дыбы, да и не только она, и на Тедасе не станет места, в который бы не засунули свой нос искатели драконов. Кто-то в надежде обрести знания, кто-то стремясь их уничтожить. В любом случае – нас не оставят в покое. Мир уже переменился. – Она твердо смотрела в глаза командору. – Та чума, о которой ты говорил, уже вышла за пределы Лотеринга и стала пронизывать жителей Тедаса своими невидимыми щупальцами. Нам уже не получиться спасти этот мир. Он обречен на перерождение. Как лес после пожара.

Глава 44

Минратос. Резиденция Архонта. Спустя месяц.

– Как проходит подготовка к выступлению нашей армии? – Архонт скучающе взглянул на собранный им совет. Ничего нового и необычного не должно было произойти, а потому он следовал традиции, а не насущной необходимости.

– Ваша милость, – взял слово магистр Эльгар, – наши войска разделены на пятнадцать отдельных отрядов, которые сейчас собираются согласно плану – в предписанных им городах. Никаких серьезных проблем, связанных с обеспечением этих отрядом едой и кораблями не имеются. Антива, после проведенных почтенным Альваром переговоров, любезно согласилась вступить в союз с нами, и обещала предоставить весь свой флот для перевозки и снабжения армии. Кроме того, мы смогли заключить договора с рядом городов Вольной марки.

– Вольная марка? А она нам зачем? – Удивился Архонт.

– Целиком она нам и не нужна, но, например город Криквол очень удобен в качестве перевалочного пункта. Остальные города, которым мы благосклонно позволили снабжать армию вашей милости, выбраны по тому же принципу. Само собой, после консультаций с Антивой. Нам ведь нет нужды нанимать никчемные прибрежные деревни, которые лишь по какому-то дикому недоразумению зовутся вольными приморскими городами.

– Я вас понял. Думаю, такой подход оправдан. Много они запросили за свои услуги?

– Мы заключили с ними союзный договор, согласно которому обязались помочь этим жалким, ничтожным людям, в случае, если на них нападут.

– И вы что же, считаете, что Империя действительно будет им помогать? – Снова удивился Архонт.

– Конечно же, нет. Дело в том, что в договорах не указан объем помощи. То есть, дабы не выглядеть клятвопреступниками мы вполне сможем отослать им всего лишь одну мелкую медную монету. Формально – этого будет достаточно для признания договора выполненным. Все остальное – за отдельную плату, – магистр Эльгар улыбнулся. – Они все понимают и согласны, потому как у других городов нет даже этого. Как уже бывало не раз, мы попросту перебьем их делегацию, заявив об оскорблении, которое они нанесли своим варварским поведением на приеме.

– Хорошо. Меня это устраивает. Что еще? – Он вопросительно взглянул на Эльгара. – Неварра не желает предоставить нам ни одного отряда усиления?

– Они очень хотели, но сославшись на малочисленность своей армии, обещали помочь нам луками и стрелами к ним в большом количестве.

– Прибедняются, – скептически отозвался со своего места магистр Альвар. – У них достаточно войск, чтобы отправить с нами в поход – не меньше тысячи. Однако там творится сущий хаос и постоянные стычки между кланами. Никто не даст ни одного бойца, потому как ведет войну против нескольких соседей и войск не хватает всем игрокам. Король просто не вправе так рисковать. Проблема в том, что отправив свои войска, он вполне рискует получить штурм собственного дворца каким-нибудь отважным авантюристом.

– Все настолько плохо? – Заинтересованно спросил Архонт.

– По большому счету эти владения сейчас практически никем не управляются. Орлесианцы чрезвычайно удачно старались последние годы, сея недовольства и распри на этой земле. И, если я правильно догадался о замысле вашей милости, то да, мы вполне сможем завоевать Неварру после разгрома этого безумца.

– Вы обрадовали меня, – кивнул Архонт Альвару и перевел взгляд на Эльгара. – Что еще вы можете мне сообщить? Кого получилось еще привлечь к походу?

– Рассказав легенду о сошедшем с ума могущественном маге, который массово приносит в жертву младенцев и купается в крови девственниц, мы смогли заключить временный союз с племенами Тирашана и гор Охотничьего рога. В совокупности они выставили нам две тысячи стрелков. Само собой – практически без доспехов и снаряженных только простыми луками, но их две тысячи и они с детства практикуются в стрельбе. – Архонт слегка скривился и кивнул. Никаких иллюзий относительно качества этих бойцов, которое, по его мнению, было никакое. Не дисциплинированный, отвратительно снаряженный и практически ничему не обученный сброд, имевший, впрочем, совершенно заоблачное самомнение. Да, подкараулить на лесной дорожке и перестрелять из засады небольшую группу путешественников, они вполне могли, но вот в открытом бою не стоили ничего. Вообще.

– Андерфелс отозвался?

– Да. Мы смогли призвать под свои знамена всех Серых стражей Андерфеласа, которые сильно расстроились происходящему в Ферелдене. Всего двести пятнадцать пеших, хорошо снаряженных и обученных бойцов. Кроме того в Андерфеле провели сбор добровольного ополчения, которое уже выдвигается в Талло для переброски морем в Ферелден. Точная общая численность ополчения пока не известна, но мы ориентируемся на три тысячи пеших бойцов. Ядро ополченцев составляют копейщики и легкие стрелки. Но качество последних ощутимо выше лесных и горных братьев.

– Это радует. – Усмехнулся Архонт. – Итак. Остался Орлей и Пар воллен.

– С куннари мы ведем постоянные переговоры, держа их в курсе событий. Само собой, показывая их с нужной точки зрения. На текущий момент они не только готовы поддерживать с нами мир на время этой войны, обозначив свое одобрение небольшим отрядом, но и выступить самостоятельно. Уж больно им не понравились новости из Орзамара, которые мы им пересказали. Маг-оборотень, способный оборачиваться в огромных ящериц и испепелять целые отряды случайных прохожих им очень не понравился. Особенно в свете того, что он не простой бродяга, а занимает солидный пост в иерархии королевства.

– Сколько? – Перебил Эльгара Архонт, несколько переживая от нетерпения.

– Они выдвигают три тысячи бойцов, включая две сотни сарибазов . Страх перед разбушевавшимся магом, вышедшим из под какого-либо контроля очень сильно помог склонить их на нашу сторону. Именно по этой причине, они выставят двадцать своих пушек для осады Грифингара.

– Прекрасно, – удовлетворенно кивнул Архонт. Это усиление его армии было чрезвычайно серьезным, не оставляющим Далену никакого шанса укрыться за высокими стенами Грифингара, как он, по всей видимости, надеялся.

– Орлей, поднятый на уши матерью-хранительницей церкви Света, готовится выставить до тысячи тяжелых кавалеристов и десять тысяч пеших бойцов разного толка. Это не считая пяти тысяч рыцарей храма.

– А магов они выставят?

– От Орлея такой информации не поступало, – снова вмешался магистр Альвар, – а вот церковь выставит без малого шесть сотен сестер и братьев, обученных плетению.

– Прилично! Это сколько у нас будет совокупно магов? – Обратился Архонт к Эльгару.

– Если пренебречь уровнем и могуществом, оценивая только количество, то вместе с нами, союзная армия будет насчитывать практически две тысячи магов. – Увидев что, Архонт продолжает вопросительно смотреть, магистр Эльгар продолжил подводить итог. – Таким образом, наша армия будет насчитывать сорок две тысячи бойцов. Из которых две тысяч магов, две тысячи тяжелых кавалеристов и семнадцать тысяч тяжелой, хорошо снаряженной пехоты. Это что касается ядра войск. Кроме того, мы будем иметь в своем распоряжении тысячу легких кавалеристов, семь тысяч пеших стрелков. Остальные войска – разнообразные пешие бойцы со скудным или очень скудным снаряжением.

– Не дурно. – Удовлетворенно покивал головой Архонт. – Давненько Империя не собирала такой армии.

– Последний раз это случилось во время восстания Андрасте, – вставил свои пять копеек магистр Сильвиус, выполняющий функцию архивариуса Империи и хранителя всевозможных документов.

Услышав подобное, не самое удачное сравнение, Архонт задумался и минуту молчал, прищурив глаза и о чем-то сосредоточенно думая. После чего обратился к магистру Скорпени.

– А что вы молчите? – Он прямо посмотрел ему в глаза. – Вам нечего нам поведать?

– Если говорить по войскам, то у Далена нет никаких шансов. На текущий момент его армия насчитывает полтысячи бойцов. Еще столько же при определенном желании он сможет привлечь под свои знамена до подхода нашей армии. Да, они все неплохо снаряжены и вооружены, но преимущественно пешие. Кроме того, многие из его воинов вчерашние крестьяне, что накладывает определенный отпечаток. Как вы понимаете, тягаться им с опытными бойцами нет никакой возможности.

– Что-то вы темните… – задумчиво произнес Архонт, с вызовом глядя на магистра.

– По поводу войск – все так и есть. Если не считать важной деталью то, что в его армии порядка ста оборотней. Причем они сражаются в своем человеческом обличье, будучи облаченные в тяжелые доспехи.

– А если говорить не о войсках?

– То я скажу, не таясь – там творится что-то ужасное. Настолько, что я пребываю на грани паники. Вот. Ознакомьтесь. Мне только вчера вечером эту песню передали мои разведчики.

– Песню? – Удивленно и с сильным оттенком пренебрежения спросил Архонт. Впрочем, листок, который оперативно лег на стол перед ним он прочел, не воротя носом. Прочел и, как говорится, завис. Лишь спустя несколько минут, реагируя на встревоженные голоса магистров, вернулся на землю и процедил сквозь зубы: – Это еще что за мерзость? Кто посмел такую вещь написать?

– Дален Амелл. – Не мигнув даже глазом, ответил магистр Скорпени. – Последние месяцы над Лотерингом держится какое-то блокирующее заклинание. Оно не позволяет проникать в сознания простых смертных сноходцам. Поэтому приходиться пользоваться обычными шпионами, что не так-то просто. Но, в конечном счете, нам это удалось. И… – он сделал паузу. – И мне кажется, что командор сошел с ума.

– Да уж, не удивлюсь. Здоровый человек такого не напишет. А что люди? Они то хоть понимают, что подобные слова – сплошной вздор?

– Нет, Ваша Милость. – Магистр потупил взор.

– Как это, нет? Почему?

– Не могу знать, Ваша Милость. – Магистр взял небольшую паузу, ожидая реакции, но, не дождавшись, продолжил. – По сведениям нашего разведчика, одного из десяти, кстати. Остальные перешли на сторону командора или погибли, ситуация там очень сложная. Поначалу все в Лотеринге находились в натуральном шоке. Люди не могли поверить своим ушам. Барон, командор Серых стражей самолично призывал к полномасштабному крестьянскому восстанию. Вы понимаете? Да никогда еще такого не было. Но потом, потихоньку к ним стало приходить что-то вроде заинтересованности. Они стали обсуждать эти вопросы на улицах, дома, на рынке… в общем, загорелись. И как-то само собой втянулись. Сейчас все население Лотеринга разделяет взгляды, описанные в песне. Полностью. Мало того, оно воодушевлено настолько, что не страшится нашей армии, примерную численность которой знает. Уже знает.

– Это плохо. Вы меня понимаете? Это очень плохо, – сказал Архонт, сделав акцент на слове "плохо". – Каким образом он смог выяснить сведения, которые мы сами только смогли получить? Он что, провидец? Да и как вообще понимать эту его выходку?

– Ваша Милость, – снова встал магистр Эльгар, – количество войск, которые мы сможем собрать, сможет предположить любой, хоть немного интересующийся военным делом и политикой. Не с точностью до бойца, конечно.

– Спасибо. Успокоили. – Скривился Архонт. – А что делать с этим? – Он кивнул на листок пергамента, исписанный чьим-то аккуратным подчерком.

– Надеяться, что эта чума не вырвется за пределы Ферелдена. – Ответил с места магистр Альвар. – И действовать быстрее, пока командор не догадается послать своих эмиссаров во все концы Тедаса.

– А вы прочли песню? – Подозрительно прищурившись, спросил Архонт.

– Нет, мне ее содержимое пересказал перед совещанием любезный Скорпени.

– И что хочет, по вашему мнению, добиться командор этим ужасом?

– Если отбросить версию о повреждении рассудка, то самым очевидным является его стремление поднять масштабное восстание. – Все замолчали, переваривая сказанное Альваром. Однако на двадцатой секунде лихорадочной работы мозговых шестеренок в головах у всех присутствующих, вновь очнулся Имперский архивариус – магистр Сильвиус:

– История повторяется.

– Что? – Переспросил слегка растерянный Архонт.

– Я говорю, что история повторяется. Могущественный маг поднимает восстание.

– Вы имеете в виду Андрасте? – Пораженный собственному предположению спросил Альвар?

– Да. Только с поправкой – восстание намного обширнее и опаснее, а самого мага не берет жезл могущества. Впрочем, мы, так же как и в случае с Андрасте, не знали, откуда он пришел и чего хочет. Темные игроки, идущие к какой-то только им известной цели.

– Добавлю в копилку этой версии тот факт, что Андрасте использовала непривычные для нас магические плетения, – задумчиво прокомментировал сказанное Сильвиусом магистр Отгард. – И, как заметил уважаемый Сильвиус, степень незнания плетений в нашем случае много значительнее, чем в случае с Андрасте.

– Хорошо хоть армию большую собрали, – произнес сквозь зубы Архонт, откидываясь на спинку кресла. – Хватит ли нам ее?

– А нужна ли нам она? – Спросил Сильвиус.

– В смысле?

– Мы ведь просто идем в лоб осаждать Грифингар. Что мы о нем знаем? Да по большому счету ничего. Старая крепость, приведенная в порядок командором. И все. Ни схему укреплений, ни их особенности. Да и война, судя по всему, будет далекой от классической формы. Я практически уверен в том, что Дален Амелл не даст нам открытого сражения. Зачем ему играть в самоубийцу? – Боюсь, уважаемый Сильвиус слишком сгущает краски. – Улыбнувшись, сказал Архонт. – Один серьезный маг даже при тысяче хорошо вооруженных и обученных бойцов не сможет устоять перед сорока двумя тысячами. Это не реально. Вы понимаете? Мы придем и будем не сильно выдумывая, давить, выжигать и вырезать все, что хоть каким-то образом относится к нему. Против силы, настолько превосходящей противника, никакая хитрость не может. – Архонт взглянул на свой совет и не увидел в их глазах и лицах одобрения и восторгов. – Что вы скисли? Малыша испугались? – Ваша милость, – пояснил позицию всех Эльгар. – Дело не в том, что мы испугались. Нет. Что вы. Дело в том, что ситуация сквозит чем-то нам совершенно не понятным. Мне кажется, что мы сталкиваемся с чем-то незнакомым и нам просто неясно что делать. Мы в растерянности. Мы все, включая вас. – Что?! – Попытался было возразить Архонт, но, уже вставая, остановился, успокоился и сел. – Да, вы правы. Иначе бы никто из нас так не перестраховывался, собирая армию… Ладно. Будь что будет. По крайней мере, сидеть и бездействовать мы не можем. Под лежачий камень вода не течет. А эту чуму, – он схватил и потряс листок с вольным переводом Интернационала, – нужно выжигать каленым железом, чтобы она случайно где-нибудь не прижилась. …

Глава 45

Лотеринг. Пятое число пятого месяца тридцать второго года века дракона .

Командор сидел за столом и задумчиво изучал сводки, полученные из самых разных концов мира. Они откровенно не радовали, потому как обстановка накалялась с каждым днем. Хотя кое-что обнадеживало.

С юга, неспешно надвигалась армия Архидемона. Ее ожидали раньше, но затянувшиеся холода привели к определенной задержке. Да и сам Архидемон, видимо пытаясь дать лишнее время на подготовку защитникам Лотеринга, оказывал им медвежью услугу, так как стремительно уменьшал зазор по времени между предполагаемой финальной битвой с порождениями тьмы и началом серьезных боевых действий с отрядами союзников.

Ситуация накалилась настолько, что командор даже планировал выступить навстречу Архидемону своими невеликими силами, дабы побыстрее завершить эту битву. И лишь здравый смысл заставлял его не вылезать из крепости, дабы не терять решающего тактического преимущества в предстоящей битве. Поэтому ограничивался лишь глубокой разведкой, которая сопровождала отряды порождений тьмы, наблюдая за их колоннами издалека. Шутка ли – почти десять тысяч одержимых бойцов в каких-никаких, а доспехах под руководством вполне здравых лидеров, перешедших на сторону Архитектора добровольно.

Армия Архидемона шла не сильно поспешая, однако даже в этом случае, уже через две недели она должна была достигнуть укреплений Лотеринга и начать подготовку к штурму. А то, что он будет никто из руководства Реввоенсовета и штаба батальона не сомневался. Десять тысяч порождений тьмы! Огромная армия! Которая ежесуточно потребляет огромный объем продовольствия и рвется вперед, будучи взвинчена эмоционально. Хорошо если они продержатся пару суток после прибытия, ожидая подхода "хвостов" и обозов, включая осадные машины. Но ни командор, ни Флемет, ни кто другой не исключал того, что передовой отряд может провести разведку боем и попробовать штурмовать сходу, рассчитывая на военную удачу.

Впрочем, командор мало волновался относительно штурма, так как над укреплениям Лотеринга очень душевно потрудились. Например, расчищая русло реки, что выступала в качестве могучего крепостного рва, заполненного так не любимой порождениями тьмы водой. Да еще глубокой и проточной. Да и древесно-земляные укрепления, что возвышались сразу на левом берегу реки тоже внушали доверие, имея два ряда толстых стен идущих вертикальным уступом. Причем все они были обильно утыканы башенками и прочими фортификационными сооружениями, позволяющими обороняющимся не только находиться под интенсивным обстрелом легким стрелковым вооружением, но и отвечать, например, простреливая всю куртину между башнями. Но больше всего его радовали бойцы вновь созданного батальона, которые должны были встать на эти замечательные стены.

Весь рядовой состав был укомплектован приталенными бригантинами, бацинетами и простыми латными "руками/ногами". Младшие офицеры щеголяли в полноценных латных доспехах, а старшие, наравне с членами ордена Серых стражей, были облачены в прекрасные мифриловые латы, равных которым не было во всем Тедасе. Не хуже обстояли дела и с вооружением. Одних только арбалетов имелось свыше четырехсот штук, которые ждали своего часа, чтобы обрушиться на порождения тьмы. Да не простые, примитивные поделки, а мощные, стапятидесятикилограммовые изделия блочной компоновки. Конечно, пришлось повозиться, но эффект превзошел все ожидания руководства Реввоенсовета, никогда ничего подобного в руках не державших.

Да и с иным оружием проблем не имелось. Совны, алебарды, фальшионы, кукри – всего было в достатке и даже кое-какие запасы располагались в Арсенале Лотеринга. Даже с одеждой и обувью, и то получилось решить все затруднения. Все пятьсот сорок шесть строевых красноармейцев и командиров Рабоче-крестьянской красной армии Ферелдена были "упакованы" максимально возможным образом. Даже гвардия Архонта и то была снаряжена хуже и пестрее. Две полнокровные роты тяжелых стрелков, рота тяжелой пехоты, составленная практически полностью из оборотней и дварфов и взвод тяжелой кавалерии, представлявший, фактически орден Серых стражей. Кроме того, имелся небольшой походный оркестр из десяти музыкантов и пара сотен нестроевых, которых командор не долго думая одел в суконные шинели и буденовки. Эльф в буденовке, чистящий лук рядом с повозкой полевой кухни, что может поднимать настроение больше чем созерцание этого абсурда?

Но не все выглядело так радужно.

Бароны, испугавшись того веяния, что донеслось из Лотеринга собрались и выступили со своими дружинами в сторону Рима под руку герцога Логейна, которого они открыто теперь именовали не иначе королем. А это около тысячи дружинников. Пусть не очень толково снаряженных, но это, с одной стороны усиливало и без того мощную армию Архонта, а с другой стороны, позволяло нормально прикрыть Рим – главный плацдарм, на который будут прибывать союзные армии.

Конечно, несколько баронов еще думали, как лучше поступить, но орды крестьян, проявлявших массово непослушание и открыто распевающие местную вариацию Интернационала и Варшавянки, не добавляли им сильного позитива. Даже более того, они вгоняли в натуральный ужас баронов и их дружинников, настолько, что только страх перед слухами о том, что Дален Амелл восставший дракон, заставлял их опасаться открытого присоединения к Логейну.

Время стремительно утекало, играя против главнокомандующего РККА – товарища Далена. И мир буквально на глазах переходил от векового покоя к войне. Большой, страшной и неумолимой, готовой стереть старые деревья в угоду молодым росткам. И первые искорки уже уверенно перерастали в маленькие очаги открытого пламени.

– Ваша милость, – на пороге появился адъютант.

– Товарищ командир, а не милость! – Автоматически поправил адъютанта командор. – Что случилось?

– Подошел отряд добровольцев. Человек сорок. Они с обозами. Везут тридцать подвод зерна. Желают вступить в ряды вашей армии.

– А что их семьи?

– Там только молодежь, старше восемнадцати лет никого нет.

– Хорошо. Сейчас я выйду, поприветствую их, а вы пока распорядитесь их разместить и сообщить командиру учебной части. Все ясно?

– Так точно ваша… товарищ командир! – Козырнул адъютант и, развернувшись на каблуках, вышел. Первое добровольное пополнение в Рабоче-крестьянскую красную армию Ферелдена прибыло.

– Ты доволен? – Спросила Флемет, после того, как шаги адъютанта прекратили скрипеть лестницей.

– И что мне с ними делать? Необученные, не вооруженные, лишенные каких-либо доспехов и полезных на войне навыков… Головная боль, а не пополнение.

– Они пришли сражаться за тебя и твою идею. Они первые.

– Я это понимаю… и знаю, что придут еще. Но я не знаю, что с ними делать…

– Вооружать и обучать. В любом случае – других солдат у тебя не будет. Твоя находка с арбалетами оказалась весьма любопытной. Может пустить всех новобранцев на формирование стрелковых рот?

– Боюсь, что других вариантов у нас не будет. – Дален задумчиво потеребил голову. – Как думаешь, сколько их придет?

– Не могу даже предположить, – она пожала плечами. – Это непредсказуемо. А ты хочешь собрать побольше?

– Конечно. Чем больше, тем лучше. – Задумчиво произнес командор. – Боюсь, что нашей армии после разгрома Архидемона и его воинства придется пройти по баронствам довольно извилистым путем. Ничто так не мотивирует колеблющихся крестьян, как шествие победителей. Заодно и митинги проведем, песенки споем и прочее. Глупо, конечно, но без подобной агитации толку не выйдет.

– Смотри сам, тебе виднее.

– Я-то смотрю, но что видишь ты?

– Тебе пока все удается. Хоть ты и вляпался в знатную историю, но нет никаких оснований считать, что ты из нее не выпутаешься. Поживем-увидим.

Глава 46

– Завтра прибудут первые порождения тьмы, – Морриган занимала привычную ей позу на постели, наблюдая за мужем, сосредоточено изучавшего карту местности и о чем-то думавшем.

– Ты уверена? – Спокойным голосом спросил Дален, не отрывая взгляда от карты.

– Да. Передовые отряды в десяти милях от крепости.

– Как думаешь, они встанут ровно там, где мы и планировали?

– Понятия не имею. Но меня одна вещь смущает, – Морриган замолчала, играя желваками. – Я не видела Архидемона, но заметила странную группу в глубине построения порождений тьмы. Какой-то маг ехал верхом на пораженном скверной бронто. Рядом же двигались огры в неплохих доспехах.

– Какие-нибудь приметы?

– Я попыталась приблизиться, чтобы рассмотреть эту группу, но вдруг все маги, идущие среди порождений тьмы начали плести всевозможные заклятия. Хорошо что я была далеко и сразу отреагировала.

– Как? – Оторвался от карты и посмотрел на жену командор.

– Камнем полетела вниз, набирая скорость, завернув на лету за холмик, скрывающий меня от магов. Не видя цели они плести заклинания не смогли. Правда, оттуда пришлось очень быстро убегать, так как спустя несколько минут, за холмом появился отряд порождений тьмы, явно ищущий меня.

– Заметили значит.

– Да. Я впервые с подобным сталкиваюсь.

– Что скажешь? – Дален обратился к Флемет, которая создавала видимость легкой древы, развалившись в кресле. – Это Архитектор?

– Вполне возможно, – не открывая глаз сказала мать-настоятельница.

– Почему не видно Архидемона?

– Думаю, что он шествует вместе со всеми в облике человека.

– Зачем? – Поднял бровь Дален.

– Архитектор знал, что у вас есть моя девочка, способная оборачиваться вороной. Зачем предупреждать противника о своих истинных планах?

– Не понимаю, – покачал головой Дален. – Чего он может от нас скрыть? Численность армии? Это не принципиально. Цель нападения? Тут есть какие-то варианты? Не понимаю. Да и зачем он сам выступил? Что не так? Он больше не доверяет Архидемону?

– Возможно. Но, думаю, в нашем случае все проще. Архитектор желает прорвать оборону любой ценой, потому как узнал, по всей видимости о союзной армии Империи. Если она разобьет тебя, то и его раздавит в тонкий блин. Шутка ли – тяжелые кавалеристы орлесианцев смогут очень многое в открытом поле. Именно по этой причине порождений тьмы в этой стране немного. Попросту не выживают.

– То есть, он хочет смять нас и нахватать материала для создания новой армии?

– Мне кажется, что именно так Архитектор и планирует поступить. А вторгшуюся в Ферелден армию Архонта бить по частям, благо что внутренняя сеть нор и ходов дварфов, что к северу от реки Дракона, дает довольно широкие просторы для маневрирования. То есть, исход этой войны будет иметь очень неоднозначный характер. А Архидемон, я думаю, действительно шествует рядом с Архитектором, выступая в качестве его полевого командира. Не сам же он, в самом деле, будет соваться на поле боя?

– Какой жук… – задумчиво произнес командор.

– А ты думаешь, если бы он не был осторожен, то смог бы прожить так долго?

– Кстати, ты не в курсе – если убить Архитектора, моры прекратятся?

– Да. Остатки порождений тьмы развалятся на отдельные отряды и перестанут представлять серьезную опасность для мира.

– Хм. Это любопытно, – задумчиво произнес командор и вновь склонился над картой.

Глава 47

Это утро наступило как-то по особенному. Даже туман, что поднялся от реки был гуще обычного. Впрочем, никто в крепости уже не спал. Все бойцы и командиры ждали на своих местах. Подносчики болтов стояли в некотором удалении, укрывшись в нишах от возможного обстрела. Три медпункта были перекрыты пятью накатами толстых бревен и землей, представляя собой довольно надежные укрытия для раненных и десятка знахарок, выполнявших роль медицинского персонала.

Даже Дален с Флемет и те уже были на ногах и внимательно наблюдали с помощью магического зрения за тем, как, прикрывшись туманом, к реке подходят отряды порождений тьмы, несущих на своих руках плоты и лестницы. А на дальнем холме стоял одинокий странный маг противника и наблюдал, будучи, впрочем, готовый в любой момент скрыться за холмом.

Первые лучи солнца выступили из-за леса и как раскаленные шпаги врезались в молочный туман древней реки, растапливая его и обнажая порождений тьмы, уже накопившихся на берегу числом до тысячи. Принесших с собой с полсотни всевозможных приспособлений для форсирования реки и штурма стен.

Предательское солнце поспешило со своим появлением, что поставило порождения тьмы в неудобное положение – не успев полноценно накопиться перед рывком они оказались на ровном как ладонь поле перед укреплениями. А потому слегка замешкались. И именно в этот момент со стен прозвучало в несколько голосов:

– По врагу. Беглым. Бей!

Три минуты спустя четыре сотни арбалетов прекратили эту попытку штурма "сходу". Порождения тьмы откатились, потеряв больше шестисот "голов" на поле под Лотерингом. Но никакого особенного ликования со стороны защитников не было. Над полем была тишина, прорываемая только ветром и стоном умирающих порождений тьмы.

* * *

– Они сегодня еще атакуют? – Спросила Морриган у Далена, напряженно вглядываясь в даль, все еще подернутую дымкой.

– Нет, – ответила вместо командора Флемет, указав рукой на Архитектора, который стоял на дальнем холме и наблюдал за происходящим с безопасного расстояния. – За день он подтянет колонны и атакует завтра или послезавтра на рассвете. Либо вообще ночью, потому как порождениям тьмы темнота не помеха. Вряд ли он оставил без правильного вывода точность и гибельность нашего обстрела.

– Значит это была разведка боем… – Задумчиво произнес командор. – Хорошо. Бегун, – кивнул от одному из своих штабных офицеров Дален, – командуй отбой. Только без лишнего шума. На стенах оставить дежурных. Смена каждые два часа. Остальным отдыхать.

– И все? – Удивленно спросила Флемет.

– Нет конечно. Поднимать Морриган в воздух опасно. Могут убить. Так что будем просто ждать. И готовиться. Распорядись чтобы крестьяне оснастили пять сотен стрел паклей. В случае ночной атаки подсветим себе цели. Все равно нестроевые к делу не пристроены во время боя.

– А не потушат? – Скептически произнесла Флемет.

– Пять сотен стрел? Вряд ли. Заодно может кого-нибудь убьем. Доспехи там или что, а все одно – зацепить можем.

Глава 48

Вторые сутки Лотеринг находился в осаде. Вторые сутки порождения тьмы не проявляли никакой особенной активности, лишь изредка появляясь на горизонте. И вот, в полночь, освящая наступление третьих суток, из-за холма вылетела каменная глыба, упавшая с недолетом в реку.

– Товарищ командир! – В штаб батальона влетел вестовой. – Они начали обстрел стены. Уже три раза выстрелили.

– Чем? – Невозмутимо спросил Дален.

– Не знаю. Из-за холма прилетают крупные камни.

– Хорошо. Передай войскам – покинуть стену. Оставить только наблюдателей. Всем остальным отойти в укрытия. … Все понял?

– Так точно! – Вытянулся по стойке смирно и взял "под козырек" вымуштрованный эльф. На что Дален улыбнулся кончиками губ.

– Выполняй.

Обстрел шел уже третий день. Небольшие ядра легких требуше (а именно так окрестил их командор) с определенной регулярностью прилетали по крепости, но разрушений производили очень мало. Такой обстрел носил скорее психологический характер. То где-то крышу пробивало ядром, то деревянный зубец стены сносило. Были, правда, и жертвы, но очень незначительные. Не шедшие ни в какое сравнение с теми потерями, что понесли порождения тьмы во время своего спонтанного штурма.

– Как думаете, они атакуют сегодня? – Спросил Федор Кусланд.

– Почему ты так решил?

– Дождь. А ведь в этом случае стрельба из арбалета станет менее эффективна, да и подсветить нам не получится. – Дален поднял голову и посмотрел на небо. Парило настолько, что все без исключения чувствовали приближение грозы.

– Да, наверное ты прав. Позови всех командиров батальона в штаб. Я хочу посоветоваться.

– Товарищи, враг умен. Он не лезет как в прошлые разы в лоб, желая любой ценой взять нашу крепость. Он ждет удобного случая и, насколько я понял, готовит штурмовое снаряжение: плоты и лестницы. Два дня обстрела повредили наши стены, сделав их неудобными для обороны, ибо зубцов и укрытий практически не осталось. И враг попытается воспользоваться этим, навалившись максимальным числом. – Дален обвел всех взглядом и спросил. – У кого есть вопросы? – Но все промолчали, лишь играя желваками и сурово смотря перед собой. – В таком случае я не смею вас больше задерживать. Идите в свои части и займитесь подготовкой личного состава. Этой ночью нас ждет серьезное испытание, которое не каждому будет дано пережить.

* * *

В сумерках с неба стали падать первые капли. Одновременно с которыми из-за холма начали выдвигаться первые порождения тьмы, построенные в аккуратные колонны. Они несли с собой лестницы и плоты, да в таком количестве, что издалека напоминали какой-то строительный отряд.

Командор внимательно рассматривал их с помощью магического взгляда, видя как спокойно и глубоко они дышат. Как будто бы никто из них и не предполагает, что он может умереть в этом безумном штурме.

Но вот Дален столкнулся со взглядом какого-то очень странного человека, в котором все казалось знакомым. А рядом с ним… стоял Архитектор, с совершенно бездонным черным взглядом. Стоял и ухмылялся, видимо, понимая, что его замысел хоть и раскрыт, но ничего противопоставить ему командор не может.

Прошло полчаса. Темнота все плотнее укрывала своим одеялом поверхность земли, скрадывая от наблюдателей силуэты армии порождений тьмы, которой становилось все больше и больше. А продолжал усиливаться, норовя превратиться в сплошную стену воды, что бурными потоками снижала и без того невеликую видимость практически до нуля.

Спустя полчаса стало не видно даже силуэты. А дождь совершенно распоясался, порождая натуральные реки на улицах Лотеирнга, да такие, что прохожим приходилось идти по колено в бурлящей грязной воде. Соответственно отреагировала река Дракона, буквально кипевшая от летящих сверху капель и устремляющихся в нее потоком и ручейков. Бойцы и офицеры устали стоять на стене в ожидании атаки и порядком промокли, но еще держались. Однако порождения тьмы по какой-то необъяснимой причине не атаковали ожидая чего-то.

Народ начал уже переживать.

– Ну что, Элрон, подсобим ребятам? – Обратился Дален к близстоящему сержанту.

– Как товарищ командир? – Непонимающе пожал плечами молодой эльф-унтер-офицер.

– Запевай. – Командор и сержант встретились глазами. Элрон был не готов к такой просьбе, а потому растерялся. Еще секунд десять длилась тишина. Потом Дален топнул ногой по деревянному настилу крепостной стены. Спустя три секунды еще раз. И еще. Слева справа ему стали вторить. Спустя секунд сорок отбивала ритм уже вся крепостная стена, занятая чуть больше, чем пятью сотнями солдат. За ними стали подтягиваться нестроевые и гражданские, что не спали в столь поздний час и стояли в проходах между домами, желая помочь раненным или встретить прорвавшихся порождений тьмы совнами и топорами на импровизированных баррикадах. И вот, три минуты спустя все население Лотеринга и его гарнизон, отбивало четкий ритм по деревянным настилам, по камням, по грязи…

Дален вновь улыбнулся сержанту, который уже воодушевленно оглянулся и запел: "Вихри враждебные веют над нами, Темные силы нас злобно гнетут"… И с каждым новым словом к нему присоединялись новые голоса, пока в конце второго куплета эта песня не звучала в три тысячи глоток. Даже в нескольких сотнях метрах, несмотря на сильный дождь, ее хорошо слышали как Архидемон, так и его господин – маг со странным прозвищем Архитектор.

– Анжей, – обратил командор к стоящему рядом командиру стрелковой роты, – распорядись принести мне то оружие из моего кабинета.

– Архидемон тут? – Удивленно переспросила Морриган.

– Он близко. И мы должны быть готовы. Анжей, – кивнул он капитану, – вопросы есть?

– Нет. – Вытянулся он.

– Исполняй.

– Так точно, – козырнул Анжей и развернувшись на каблуках удалился в сторону штаба, прихватив с собой несколько бойцов. Дален улыбнулся ему вслед, вспоминая, что еще пару лет назад этот бравый командир был обычным крестьянином, живущим на ферме к югу от Лотеринга. И лишь потрясения позволили ему измениться. Потеряв все – семью, ферму и прочее имущество он с остервенением схватился за новый шанс – шанс отомстить тем, кто уничтожил все, чем он дорожил. Такое рвение сказалось самым позитивным образом. Да еще крайне удачно совпав с личной преданностью командору – человеку, который подарил ему этот шанс. Им всем.

Дален повернулся в сторону противника и с помощью магического зрения оглядел их позиции. Они были построены и готовы. И абсолютно никак не реагируя на песню. Лишь их лидеры, не потерявшие сознания, слегка нервничали, ибо никогда не встречались с таким духовно крепким войском.

На том месте, где на закате стоял один Архитектор теперь уже собралась целая делегация, которая внимательно и задумчиво вглядывалась в крепостные стены. "Кто-то из них Архидемон" – подумал Дален и стал проверять. Самым банальным способом – пытаясь к каждому из членов делегации обратиться тем же способом, каким он беседовал с Флемет, когда нужно было избежать лишних ушей. То есть, телепатически.

Бессмысленные фразы, раз за разом отправляемые реципиентам не давали никакого результата. Пока вдруг один из них заинтересованно не выгнул бровь и устремился своим взглядом прямо в сторону командора.

– Кто ты? – Так же спросил Уртемиэль.

– Рагнарок, – улыбнулся Дален, – дракон войны. – Наблюдать за тем как исказилось лицо Архидемона было особенно приятно. Такой гаммы чувств он еще никогда не видел. Но он быстро собрался – не прошло и трех секунд, поэтому ни Архитектор, ни кто бы то ни было, не сумели ничего заметить.

– Как тебя звали раньше?

– Ты меня должен помнить под именем Дален Амелл. Помнишь ту поляну?

– Помню. – Произнес Уртемиэль и усмехнулся лишь уголками губ. – Я так понимаю, ты готов?

– Готов. Пускай своих в атаку. Нечего Архитектору переживать.

– Ты предупредишь когда произойдет условленное?

– Конечно. Не отходи от Архитектора далеко. Я хочу его тоже захватить ударом.

– Ты уверен?

– Абсолютно.

Уртемиэль не стал никак кивать головой, после чего, спустя несколько секунд порядки порождений тьмы дрогнули и пошли вперед.

– Батальон! – Закричал Дален, пытаясь перекричать песню, которая практически сразу прекратилась. – Возвышение сорок пять. Готовсь! – По всей стене прошла волна вскидываемых наизготовку арбалетов, равняющихся в своем возвышении на руки унтер-офицеров поднятых под углом сорок пять градусов. – Бей! – Крикнул Дален и кривоватая волна из разбитых болтами капель дождя устремилась в направлении боевых порядков порождения тьмы.

Стояла кромешная темнота, лишь закрытые масляные лампы подсвечивали немного внутренний двор крепости, давая крохи света защитникам, так необходимые им для координации. Волна за волной уходили арбалетные залпы в кромешную тьму, порождая после себя то крики и стоны раненных и умирающих порождений тьмы. Да едва различимое рычание.

– Командир, – Дален обернулся на окрик и увидел Анжея, который принес на вытянутых руках его поделку – электромагнитную пушку типа рельсотрон. А помощники, взятые им из боевых порядков, тащили на себе четыре контейнера в каждом из которых располагалось по набору стандартных имперских накопителей и болванками, необходимых для выстрела. – Четыре выстрела, – медленно произнес Дален. Улыбнулся и принял из рук Анжея свое оружие. Пора было ставить точку в этом бою. Он взглянул на Морриган, внимательно наблюдавшую за ним и кивнул. Он тревожно сглотнула слюну и чуть помедлив также кивнула ему в ответ. Все были готовы.

Снизу доносился шум от порождений тьмы. Они энергично сооружали из плотов что-то вроде наводимых мостов, стремясь подвести их прямо под стены, дабы можно было поставить лестницы. Бойцы же били из арбалетов хоть и бегло, но практически наугад. Что сильно снижало потери нападающих, даже несмотря на то, что на самом берегу их собралась натуральная толпа.

Дален зарядил первый выстрел в облегченный, ручной рельсотрон и поднявшись телекинезом на высоту тринадцати метров над стеной и сосредоточился, формируя сложное плетение для компенсации "отката". Завершив, он так же телепатически шепнул Уртемиэлю:

– Хватай Архитектора и крепко держи его. Чтобы одним выстрелом я сразу накрыл вас обоих.

– Я не удержу. Мое тело подчинено ему.

– Пробуй, мы не должны его упустить, – сказал Дален и сосредоточился на выстреле. Несмотря на магическое зрение ему было достаточно тяжело видеть происходящее в четырехстах метрах от себя. Но он смог. Все-таки нужно было тщательно прицелиться.

Уртемиэль повернулся к Архитектору лицом и успел сделать только один шаг. По всей видимости его господин что-то заподозрил или почувствовал, а потому повернулся и резко активировал давно наложенные плетения. Уртимиэль остановился и слегка задрожал. А из ушей, глаз и носа у него потекла кровь. Архитектор улыбнулся. Ласково так. Уртимиэль же оскалился окровавленным ртом и сделав над собой усилие схватив господина за плечи, попытался прижать к себе. Но ничего путного не получалось, так как дракон стремительно слабел. Вот у него подкосились ноги. Вот он упал на колени, немного разворачивая своим телом Архитектора так, чтобы оказаться между ним и Даленом.

– И чего ты хотел этим добиться? – Спросил слегка удивленный Архитектор. – Любишь боль?

– Прощай. – Уртемиэль расплылся в кровавой, дикой ухмылке, выставляя напоказ все свои тридцать два зуба с обильно кровоточащими деснами.

– Что? – Совершенно ошарашено переспросил Архитектор и почувствовал что-то не то, поднял голову, всмотревшись магическим зрением в сторону стены Лотеринга.

Они встретились взглядом с командором ровно в тот момент, когда Дален Амелл активировал выстрел и небольшая, но очень прочная болванка уже начала разгоняться электромагнитным полем по направляющим до совершенно дикой скорости, создавая мощную ударную волну, очень хорошо видную в такую погоду.

Эффект от попадания превышал все ожидания Далена. Тела практически распылило на кровавые брызги, убив, заодно, почти всю компанию, что стояла возле Архитектора, также их охранение, что по недоразумению стояло слишком близко к точке столкновения снаряда с препятствием. Хорошим, крепким препятствием, укрепленным магией до такой степени, что ни один арбалетный болт не смог бы даже воткнуться. А тут… плетения сыграли командору на руку.

Но на этом шоу не закончилось. Проведенный ритуал породил странный визуальный эффект – огромная белая молния вырвалась из того места, где только что стоял Архидемон и ударила в командора, попутно сжигая всех на своем извилистом пути. Далена окружило дикой волной каких-то белых, шипящих нитей, и держало в воздухе с минуту. Пока, наконец, не ухнуло прямым разрядом в Морриган. Впрочем, Дален сохранил сознание и смог удержать плетения левитации, поэтому на пол упала только его жена, лишившись чувств. Ее сразу же подхватили на руки и отнесли в пункт сбора раненных.

Все затихло. И порождения тьмы и бойцы командора, стоявшие на стенах. Произошедшее очень сильно поразило.

– Бей по врагу! – Заорал Дален, приводя в чувство свою армию. Очнувшись командиры резко зашевелились и энергично стали перехватывать управление растерявшихся бойцов. И вот уже вновь послышались залпы, уходящие куда-то в темноту.

А Дален, сделав еще три выстрела по наиболее густым скоплениям порождений тьмы, совершенно опустошенный вернулся в штаб. Ему требовался отдых и восстановление энергии. Тем более что порождения тьмы больше никакой серьезной опасности не представляли – по инерции продолжая накатываться в поле перед рекой и переть на укрепления. Но спустя пару часов все закончилось.

Растерянные и дезорганизованные одержимые существа, лишившиеся зова Архидемона и потерявшие контроль, который поддерживал над ними Архитектор, резко превратились в человекоподобных животных. Причем не самых разумных и довольно трусливых. Даже несколько разумных лидеров – и то не спасло армию от паники и рассеивания. Однако бойцов Рабоче-крестьянской красной армии Ферелдена и их командиров это не волновало – они не видели ничего из происходящего на поле, а потому продолжали до самого рассвета прочесывать его залпами из арбалетов.

И некому было им подсказать, потому как практически все маги покинули боевые порядки, отправившись к Морриган или командору. То есть, туда, где их помощь была важнее всего.

Утренние лучи прорываясь сквозь густой туман, осветили поле битвы. Огромное количество раненных да убитых порождений тьмы. Тут их было несколько тысяч. Никогда прежде бойцы не видели такого. Особенно у среза реки – там трупы лежали в несколько слоев.

Бойцов же переполняло чувство ликования. Да, они были чрезвычайно уставшие. Практически валились с ног. Да, они не досчитались некоторых своих боевых товарищей. Но враг был разбит. А Архидемон – убит. Мор кончился. Они – победили его. Они! А не какие-то там бароны или дружинники. Четыре сотни арбалетчиков сделали свое дело и теперь заслуженно считали себя героями.

Часть 8

Междуцарствие

Глава 49

Прошло три месяца с того момента, как армия порождений тьмы была разбита под стенами Лотеринга. Эта новость с огромной помпой пошла гулять по всем землям и весям Ферелдена, разносимая голубиной почтой, сарафанным радио, сноходцами и прочими способами.

Архонт выхаживал перед окном, раздраженно посматривая на присутствующих в зале. Преподобная мать-хранительница святой церкви Света сидела потупив взор и думала о чем-то своем. Императрица Орлея молча и внимательно следила за шагами Архонта. Впрочем, главы других делегаций занимались не более осмысленными делами.

– Это правда? – Внезапно для всех начал разговор командор Серых стражей Андерфелса.

– Что именно? – Переспросила Элисандра.

– Что? Вы разве не в курсе? Командор Серых стражей Ферелдена, барон Грифингара и владетельный господин Лотеринга смог используя собранное и снаряженное им ополчение разбить армию порождений тьмы и убить Архидемона. Об этой новости судачит уже весь город.

– Верьте больше слухам, – недовольно скривился Архонт.

– Слухи просто так не берутся. – Парировал командор. – Я и все остальные присутствующие хотят знать – ради чего вы собрали эту огромную армию? Сумасшедший маг не пойдет сражаться против порождений тьмы. И уж тем более не будет так любим крестьянами. С чего бы вдруг? Они у нас люди суеверные. Магов боятся и лишний раз не связываются. А тут – какого торговца не спроси – одни восторги. Как все это понимать? Вы нам умышленно врали? – Командор встретился взглядом с сильно разозлившимся от услышанных слов Архонтом, но последний промолчал. Быстро окинул взглядом зал и понял, что подобный вопрос ему хотят задать многие.

– Да, уважаемый Архонт, – прервала тишину Императрица Орлея, – вы что, вводили нас в заблуждение? – Вместо ответа он скрипнул зубами и отвернулся. Сказать ему было нечего.

– Командор Дален Амелл сделал огромное дело. Малыми силами. Вас не наводит это ни на какие мысли? – Нарушил новую тишину представитель Антивы. – Как он смог так легко справиться с Мором и Архидемоном?

– Так значит все эти слухи ложь? – Уже откровенно злился командор Андерфелса.

– Почему же? – Мягко улыбнулся антиванец. – Судя по сведениям, которыми мы владеем, командор действительно совершил подвиг, который ему приписывают и разбил армию порождений тьмы числом в десять тысяч "голов" или около того, имея в распоряжении только пять сотен бойцов да небольшую крепость из земли и дерева. Согласитесь – это подвиг достойный героя.

– Вот видите, – улыбнулась Императрица Орлея. – Зачем нам идти в Ферелден? Мор нам больше не угрожает. А сумасшедший маг, как его называл Архонт, оказался героем. Что мы там забыли? Или вы хотите предложить Орлею долю в этом пироге? Иначе как завоеванием я назвать этот поход не могу. Да и для завоевания, на мой взгляд, слишком много воинов мы с вами собрали. Там некому им противостоять.

– Вы уверены? – Подал голос Архонт. Он уже был спокоен, решив вывалить своим союзникам всю правду, дабы они поняли глубину того ужаса, который на них обрушится. В своей обработке, разумеется. – Задумайтесь над тем, кто такой этот Дален Амелл. Сын одной из аристократических семей Криквола, отданный в детстве в башню магов Каленхада для обучения. Никакими особенными талантами и успехами в учебе он не обладал. По крайней мере так отзываются его учителя. А потом, вдруг, все изменилось.

– И что? Вы завидуете его славе? – Улыбнулась Императрица.

– Если бы было все так просто. – С усмешкой произнес Архонт. – Помогая сбежать двум не очень разумным молодым людям Дален Амелл – молодой, я бы даже сказал неоперившийся маг, едва прошедший инициацию, берет штурмом хранилище реликвий башни, находящиеся под усиленной охраной храмовников. Прошу отметить – в одиночку! – Особенно подчеркнул Архонт. – При этом все, кто защищали хранилище реликвий от непрошенных гостей погибли. Да, да. Вы не ослышались и поняли меня правильно. Маг-неофит смог вырезать с помощью магии пару десятков храмовников. Вас это не удивляет? – Обратился Архонт к Императрице.

– Любопытно, – задумчиво произнесла она. – Продолжайте. Мы вас внимательно слушаем.

– Дальше стало еще любопытнее. В битве при Остагаре он смог остановить армию порождений тьмы. В одиночку. Могущественными плетениями он внес в ряды этих бесстрашных и безумных существ полное расстройство и, как говорят очевидцы, немалые потери. Потом был Лотеринг. Я специально беседовал с верховным чародеем Ирвином – в библиотеке Каленхадского круга очень мало сведений по фортификации. И описанного там явно недостаточно для того, чтобы под чутким руководством этого внезапно и обширно одаренного юноши была выстроена не самая плохая крепость. Мои шпионы, побывавшие в ней, дают поразительные сведения. Да, она из земли и дерева, но по могуществу укреплений она даст фору многим укрепленным городам Империи. Как у вас это укладывается в голове? Дален Амелл никогда не сталкивался с укреплениями, но легко даст фору любому Архитектору в их планировании. Ха! И если бы только это. Пик Солдата очищенный от демонов двумя магами! И мне что-то подсказывается, что ведущую роль в той связке сыграл именно этот юноша. А ведь сколько попыток предпринималось! Помните? А Каленхадский круг, в котором он навел порядок железной рукой, буквально смяв восставших… магов, демонов… они все перед ним были сущим ничтожеством. Новичками. Неофитами. – Архонт замолчал, обводя всех взглядом. – Что? Простой маг-герой?

– Он не совершил ничего, что должно было нас встревожить, – сухо констатировал командор Серых стражей Андерфелса. – Что-то случилось и он обрел дар, равный которому еще ни у кого не было. Самородок. Который не пустился во все тяжкие, а служит во благо людей и борется со злом. Причем вполне успешно. Очистка Пика Солдат от демонов это плохо? Или наведение порядка во взбунтовавшейся башне магов, которая, безусловно, была переполнена всякой нечистью?

– Кто из вас знает, что такое жезл могущества? – Спросил Архонт, обращаясь к присутствующим.

– Древний артефакт, который может уничтожить любого мага, превращая его в безвольное и бесхребетное создание, лишенное напрочь любой магической силы и собственной воли, – произнес для всех представитель Антивы.

– Герцог Логейн, – Архонт кивнул на него, – попросил нас помочь решить ему затруднения политического характера. В связи с чем магистр Империи, весьма многоопытный в таких делах, использовал жезл могущества, чтобы уничтожить командора. Ведь он был и есть главный конкурент уважаемого герцога.

– А этот бастард… как его? – Перебила Архонта Императрица.

– Он был всегда в тени Далена Амелла, а потому никто даже не предполагал, что он займет трон. Впрочем, все это не важно. Так как командор не только выжил после поражения его жезлом, но и встав с земли, магией уничтожил магистра. – В зале повисло тяжелое молчание. – Вы понимаете?

– Если кто не понимает произошедшего, то я поясню, – подала голос преподобная мать-хранительница. – Этим жезлом была поражена Андрасте. Именно он позволил ее схватить и казнить войскам Империи.

– Андрасте – это большая сказка, – медленно и вдумчиво произнес представитель косситов, составляющих ядро культа Кун.

– Отнюдь, – ответил ему Архонт. – Это факт истории. В Морозных горах покоится ее прах. Покоился…

– Что вы этим хотите сказать? – Вопросительно подняла бровь Элисандра.

– Мои советники считают, что командор Серых стражей осквернил ее покой.

– Что?! – Эхом прокатилось по залу.

– И, по всей видимости, использовал ее прах для каких-то своих экспериментов. По крайней мере из Орзамара доносились слухи о том, что он научился оборачиваться ящером. – Архонт замолчал и отвернулся к окну. Он ждал реакции. Впрочем, ему пришлось продолжить выступление, спустя несколько минут, потому как реакция оказалась весьма неоднозначная. Кто-то поддержал "праведное возмущение" Архонта, кто посчитал его глупостью. В ход шло все. В том числе и хоровое исполнение Варшавянки, для которого специально был приглашен небольшой хор. Однако, несмотря ни на что, союзники не пришли к единому мнению. …

Глава 50

– Где Морриган!? – Дален не то, чтобы кричал. Нет. Он ревел так, что тряслись стены Грифингара, а все его обитатели предпочитали прятаться по коморкам. – Где я вас спрашиваю моя жена!? – В очередной раз взревел владетельный барон и зашелся таким сапожным матом, что даже имей София уши, то и те возжелали бы завязаться узелком и ничего подобного не слышать.

– Командир, – перед распаленным яростью Даленом возник Федор Кусланд. – Командир!

– Где моя жена!? – Заорал на него командор.

– Не приходил караван в крепость. Ни ее, ни мать-настоятельницу никто не видел даже в окрестностях.

– Что ты несешь!? Как не приходил!? Куда он мог деться!?

– Может его ограбили и захватили в плен? У вас много недоброжелателей. Какой-нибудь барон совершенно спокойно мог попытать счастье. Ведь при караване всего десяток солдат охранения ехало. – У Далена шел пар из носа и ушей, но он остановился и сдержался.

– Я шел за караваном с отставанием в несколько дней, да петлял изрядно, посещая деревни и городки. Никаких следов боя я не заметил. Ни я, ни мои бойцы. Свыше пятисот рыл никак не могли бы прозевать несколько трупов недалеко от обочины. Они, знаешь ли, воняют. Ладно… – махнул рукой Дален и молча, но энергично зашагал в свой кабинет.

"Неужели я потеряю Морриган?" – пронеслось у него в голове и он скривился как от зубной боли, однако, спустя несколько мгновений Дален решительно тряхнул головой и уже с жестким, холодным взглядом двинулся дальше. Жизнь продолжалась.

Попытка связаться телепатически с кем-то из знакомых ему драконов в очередной раз провалилась, причем с треском. Он чувствовал, что они его слышат, но молчат. "Удрали, трусы… решили бросить меня умирать в этой канаве, одного…" – сквозь зубы цедил командор, едва сдерживаясь от того, чтобы не начать все ломать и крушить. Холодная, черная злоба кипела жутким варевом в его груди. Даже алкоголь не действовал успокаивающе, лишь сильнее раздражая.

Прошло три дня после его возвращения в свою столицу, но он не чувствовал покоя. Ненависть и злоба переполняла его так, будто полноводная река стремится уместиться в небольшое корытце. Хотелось мести и крови. "Так меня обвели вокруг пальца! Как щенка!" – пульсировало в голове у Далена. И эта ярость требовала выхода. Чтобы командор просто на просто не взорвался и не пошел крошить свой ближний круг, который не только свято в него верил, но и был на самом деле не при чем.

* * *

– Товарищи, – Дален оглядел всех присутствующих спокойным, холодным взглядом. – Враг у ворот. Архонт собрал огромную армию, намереваясь раздавить нас и задушить все те благие дела, что мы пытаемся нести людям. Победа над Архидемоном окажется пустым делом, ибо вместо него придет другая – еще более опасная нечисть.

– Но что мы можем противопоставить сорокатысячной армии? – Развел руками Федор Кусланд.

– Они еще не смогли переправить на материк даже десять тысяч. Да и то – эти отдельные отряды находятся вдалеке от Грифингара. В вопросе предстоящей осады нашей твердыни Архонт будет пользоваться двумя опорными пунктами: Римом и Пристанью на озере. Оба эти порта готовы принимать антиванские суда. Лишив союзников этих транспортных узлов, мы серьезно затрудним снабжение их колоссальной армии.

– Но мы не сможем взять штурмом Рим, – возразил капитан Анжей. – Там, по сведениям разведки несколько тысяч бойцов. Плюс маги. Да и крепостная стена нешуточная.

– Тогда мы атакуем башню магов, которая контролирует пристань на озере, – улыбнулся Дален. – Кроме того Ирвин мне кое-что должен. – Видя удивленные взгляды соратников, командор продолжил. – Этот человек, сотрудничая с Архонтом, способствовал тому, чтобы тот собрал армию и выступил на Ферелден. Провоцировал это событие так сказать. Поэтому его следует наказать. Да и вообще, в башне в последние годы произошло слишком много гадких событий. Пора поставить точку в этой вакханалии.

– Но там ведь есть юные неофиты и послушники. Они ведь не при чем.

– Я предложу всем желающим сдаться. После чего попросту разрушу башню, дабы не подвергать риску, как вас, так и ваших подчиненных. Мне дорога жизнь каждого верного нашему делу бойца. Запомните это очень хорошо и не разбрасывайтесь жизнями тех, кто вам вверен.

* * *

Ирвин ходил, нет, просто носился как угорелый по своей комнате, будучи не в состоянии найти себе места. Через два часа истекал ультиматум, после которого командор Серых стражей Ферелдена собирался штурмом взять башню магов, "погрязшую в скверне и нечестивых делах".

В библиотеке, где сейчас шло собрание, звучали такие слова, что в былые времена за них можно было очень серьезно наказать. Вплоть до заточения в тюрьму для магов или казни. А сейчас все эти люди сцепились языками как свора собак и лают друг на друга, изрыгая потоки словестных нечистот. "Люди?" – зло усмехнулся Ирвин и пошел вниз. В библиотеку, чтобы хоть как-то подбодрить своих студентов и членов круга в столь нерадостный час, да попытаться потушить нарастающую драку.

– А чего вы боитесь? – Задирал рыцаря-командора юный маг-неофит, еще довольно далекий до посвящения. – За вами что, какие-то преступления есть?

– Заткнись, щенок!

– Вот видите. – Не унимался юноша. – Он преступник. Мясник. И теперь прикрывает свой жирный зад нами – ни в чем не повинными людьми… и эльфами. Тебе не стыдно? Ты – храмовник! Ударная сила святой церкви! А теперь ты боишься выйти и умереть в бою с тем, кого считаешь одержимым? Ты трус! Трус, привыкший резать беззащитных людей. И на большее ты не способен! – Последние слова юноша сопроводил плевком, попавший его оппоненту аккуратно на сапог. Ярость залила рыцарю-командору глаза, и он извлек клинок.

– Щенок! Я тебе прямо сейчас кишки выпущу! Да так, чтобы ты их по полу ползал и собирал обратно в живот. И умирать, видя, как я своими сапогами их топчу! Ты ничтожество! Как ты вообще посмел рот на меня открыть? – Он порывался действительно зарезать этого юношу, но несколько храмовников схватили командора за руки, удерживая от греха.

– Хватит! – Взревел Ирвин. И все, на несколько мгновений затихли. А рыцарь-командор вообще оскалился в злобной усмешке.

– Что? Выродка защищаешь?

– Если ты немедленно не прекратишь истерику, я велю пристрелить тебя из арбалета. – Спокойно, тщательно выговаривая каждое слово, произнес Ирвин. А из-за его спины показались несколько старших чародеев с совершенно недвусмысленно взведенными "игрушками", точно такими же, что у храмовников.

– Откуда они у тебя? – Кивнул рыцарь-командор на арбалеты.

– Ты многого не знаешь. – Улыбнулся Ирвин. – Твой предшественник очень сильно навредил Далену и теперь нам всем за это отвечать. Что? – Наиграно округлил глаза верховный чародей. – Ты не в курсе?

– Конечно, нет. – Скривился рыцарь-командор. – Насколько я знаю, мой предшественник был назначен сюда после того, как Григория осудили за халатность.

– Эту халатность ему устроил Дален Амелл, вырезав единолично больше половины гарнизона храмовников. Но халатность Григория – цветочки. Сэр Эзингер, ваш предшественник, был тайным мужем одной любопытной дамы – Сестерции, которая, по случайному совпадению числилась магистром Империи Тевинтер. Ха! Не знали? Знайте! Ее убил Дален Амелл во время наивной попытки этой особы применить очень древний и мощный артефакт, дабы покончить с командором. Вы про жезл могущества слышали? Вижу, что слышали. Так вот. Артефакт сработал, но Дален выстоял. Выстоял! Вы понимаете? После чего быстро уничтожил эту "назойливую муху". Магией. Как вы понимаете, рыцарь-командор Эзингер очень сильно расстроился и начал мстить, но не сильно преуспел. Разве что настроил командора против обитателей башни.

– И теперь Дален тут… – подвел черту Альберт. – Но ведь лично я ему ничего дурного не сделал.

– Сделал я. – Твердо произнес Ирвин. – Так сложилось, что сэр Эзингер смог склонить меня на свою сторону и привлечь в его авантюры. Дален пришел за мной. А вы все – случайные жертвы. Так получилось. Извините старика. Я не должен был вас всех так подставлять.

– Но зачем ему убивать нас? – Воскликнул все тот же юный неофит.

– Да ему плевать на всех вас. Он натуральное чудовище, которое, не удивлюсь, если обложит башню дровами и испечет нас всех заживо. Его радуют мучения и страдания людей. Более извращенного живого существа Тедас не знал никогда. Архидемон по сравнению с ним – овечка, которая просто вышла немного пошалить. Упаси Андрасте попасть к нему в руки.

– И что тебя заставляет так думать? – Подозрительно произнес Альберт. – Ты-то ладно, ты лично ему гадил. Но причем здесь мы?

– Дален Амелл одержим каким-то могущественным демоном. – В зале повисла густая, можно даже сказать, вязкая тишина, которую смог нарушить только рыцарь-командор.

– Ирвин, вы оправдываете себя. – Рыцарь-командор смотрел уже совершенно ледяным, лишенным всякой ярости взглядом на Ирвина.

– Нет, что вы, – вскинул руками верховный чародей.

– Ирвин, прикажите своим людям сдать арбалеты. Я не хочу их убивать. – Их взгляды снова встретились, а все храмовники, и без того напряженные, опустили забрала своих шлемов и обнажили мечи. Ситуация стремительно накалялась.

– Сдайте арбалеты, – кивнул Ирвин своим сопровождающим. – А то мы и правда, друг друга резать кинемся.

– Вот и хорошо, – кивнул Альберт. – Теперь я пойду и побеседую с твоим одержимым. И молись всем известным тебе богам, если это окажется твоей очередной ложью. – С этими словами рыцарь-командор развернулся и зашагал в сторону выхода из башни, на ходу убирая свой меч в ножны.

* * *

Еще когда к пристани подходила одинокая гребная лодка с экипажем из семи человек, командор Серых стражей Ферелдена улыбнулся. До окончания ультиматума оставалось меньше часа и эти ребята, по всей видимости, хотели его обсудить или отсрочить. "Смелые" – подумал Дален.

Рыцарь-командор храмовников вышел на берег, оставив своих сопровождающих в лодке на всякий случай, и направился прямо к расположившемуся недалеко от берега войску.

Сплошной ров, с отсыпанным внутренним валом огораживающий стоянку с многочисленными палатками вызвал у Альберта удивление. Никогда прежде он не встречал подобного решения. И не представлял, как бойцы, уставшие после перехода, начнут возводить что-то подобное, вместо того, чтобы как можно быстрее приготовить себе пищу и завалиться спать. Да, посты выставить нужно, но чтобы так трепетно относиться к вопросам внезапного нападения? Очень странно. "Да и кому тут нападать на них?"

Недалеко от входа в лагерь Альберта остановил пост и послал вестового в лагерь, дабы сообщить о прибытии переговорщика.

Дален выехал к рыцарю-командору на своем закованном в стальную броню бронто. Мощное животное в таком обвесе выглядело чрезвычайно эффектно. Казалось, что разогнавшись, такой вот всадник мог смять любые построения. И даже копья его не должны были остановить, так как могучие стальные пластины было невозможно ничем пробить. Да и сам всадник выглядел внушительно. Перед Альбертом был явлен прекрасный образец готического доспеха, выполненный из сложнолегированной стали, созданной на базе химически чистого железа. Да еще и украшенный химическим воронением в иссиня-черный цвет местами разбавленный вставками витиеватого орнамента серебристого оттенка. Само собой, часть "картинки" скрадывалось гербовой коттой со знаменитым гербом Грифингара, но даже того, что рыцарь-командор увидел, хватало для оценки. Весьма неприятной для него. Таких шикарных доспехов он не видел даже у гроссмейстера.

За спиной Далена Амелла выстроилось еще два десятка всадников на бронто, облаченных в доспехи попроще, впрочем, тоже выполненные весьма и весьма на уровне. Да что говорить о всадниках!? Даже рядовые бойцы оказались облачены в снаряжение более толковое и качественное, чем то, которыми Альберт гордился последние пару лет. Шутка ли – только рыцари-командоры могли получить от церкви такой прекрасный комплект, меркнущий на фоне простых пехотинцев этого нечестивца.

– Кто ты? – Начал разговор Дален.

– Я сэр Альберт – рыцарь-командор храмовников, приставленный святой церковью Света к этой башне магов для поддержания в ней порядка.

– Значит Эзингер сбежал, – задумчиво произнес Дален, совершенно игнорируя ответное представление.

– А кто вы?- С некоторым вызовом произнес Альберт.

– Меня зовут Дален Амелл, в некотором прошлом я был магом круга в этой башне. В настоящее время являюсь командором Серых стражей Ферелдена, бароном Грифингара, владетельным сеньором Лотеринга и верховным главнокомандующим Рабоче-крестьянской красной армии Ферелдена. Последняя, впрочем, перед вами, – махнул Дален в сторону лагеря. – На данный момент – это самая сильная армия в мире.

– Вы разве не в курсе, что в Ферелден идут войска Архонта?

– Я жду их. Они ведь идут, чтобы уничтожить меня и моих людей. Такое не знать преступно. Если желаете, могу вам озвучить откуда и сколько "голов" они взяли. Или вы доверяете моей осведомленности?

– Доверяю, – кивнул рыцарь-командор, внимательно вглядываясь в спокойное и даже скучающее лицо Далена. Выработанное за годы службы чутье его еще никогда не подводило, но сейчас он не знал что думать. Командор Серых стражей не выглядел одержимым. Мало того, он специально взял с собой амулет, но и он ничего не показал – абсолютно никак не реагируя на командора.

– Что это у вас в руке? – Слегка кивнул Дален на нервно сжимаемый амулет.

– Это… – Альберт задумался, не понимая, что ему говорить командору.

– Какой-то амулет?

– Да.

– И для чего он вам здесь и сейчас? – Вопросительно выгнул бровь Дален, а его спокойные глаза встретились с глазами Альберта.

– Я… – рыцарь-командор на несколько секунд закрыл глаза. – Верховный чародей Ирвин назвал вас одержимым. Я должен был проверить.

– И что бы вы сделали в случае, если бы я оказался одержимым? Убили бы меня?

– Это вряд ли… – усмехнулся Альберт. – Просто попытался отступить в башню и изыскать способ сообщить об этом в Рим.

– А раз вы мне об сообщаете, то…

– То Ирвин меня обманул. Вы не одержимый – мне этого достаточно.

– И что вы теперь предпримете? – Чуть улыбнувшись спросил Дален.

– Я хочу обсудить с вами условия сдачи башни. Судя по всему, – Альберт кивнул в сторону бойцов командора Серых стражей, – у нас нет шансов. Ирвин виновен и должен понести наказание.

– Ирвин? Так вы в курсе? – Удивленно переспросил Дален.

– В курсе чего? – Еще более удивленно уставился на него Альберт.

– А… – махнул командор Серых стражей. – Тогда это былые дела.

– Договаривайте. Если вы что-то знаете, что порочит этого человека, я хочу, чтобы вы мне сказали. Он уже заслуживает смерти и я своей рукой обязан привести приговор в исполнение.

– Тем более. Больше одной смерти он испытать не сможет. – Сказал Дален, небрежно покачав головой, но видя, что Альберт просто говорит от любопытства, решил, все же пролить свет. – Ну хорошо. Так и быть. Облегчу старику совесть, ведь он сам вам об этом вряд ли расскажет.

– Я весь внимание!

– Вы, надеюсь, в курсе, что у каждого верховного чародея есть свой небольшой домен, в котором живет несколько демонов?

– Домен? – Задумался Альберт. – Мы называем это по другому, но в целом – да, я в курсе подобных дел. Верховные чародеи вынуждены так поступать, чтобы мы могли проводить процедуру инициации новых магов.

– Так вот, Ирвин использовал свой домен для хорошо известных вам событий прошлого года. Вы же о восстании слышали? Так вот – лидер восстания был одержим демоном-смотрителем домена.

– Откуда вы это знаете?

– Начнем с того, что каждый уважающий себя маг имеет свой домен, в котором живут демоны. Таких могущественных чародеев, безусловно, немного, но они есть и я вхожу в их число. А во-вторых, я не только уничтожал этих одержимых своими руками, но и проходил инициацию, то есть, хорошо знаком с демоном-смотрителем домена Ирвина. Так сказать – старые друзья. – Улыбнулся Дален.

– Это серьезное обвинение.

– А вы сами подумайте о том, кто еще мог устроить что-то подобное? Туда ведь были призваны сотни демонов самого разного толка. Вы никогда не сражались с зомби?

– Нет, но слышал, что это крайне неприятная вещь.

– Вы правы, приятного в этом мало. Погибшие люди захватываются демонами и прут на тебя, желая уничтожить. При этом они крайне живучи и погибают только при сильном разрушении тела.

– И вы их разрушили? Чем?

– Можно, конечно, изрубить на мелкие куски, но я пошел другим путем и попросту их сжег мощной молнией. Вы, я думаю, видели повреждения первого этажа – те замечательные норки в каменных стенах. Это следы от заклинания.

– Не понимаю, как вам удалось оседлать молнию, и не хочу, по правде говоря. – Покачал головой Альберт.

– Это действительно не важно.

– Кроме Ирвина кто вас интересует?

– Да мне и Ирвин особенно не нужен. Старый, гадкий старик, который оказался настолько слаб, что пал жертвой мелких интриг. Он сам себя наказал и будет теперь до конца жизни трястись от страха, опасаясь любой тени.

– Его жизнь будет недолгой. Церковь не обладает таким милосердием в отношении столь злостных преступников. На его руках сотни невинных жертв. За такое ему не будет прощения. Но… Хм… Если вам не нужны конкретные виновники, зачем вы пришли?

– Мне нужна башня. Я хочу ее разрушить.

– Но зачем? – Удивился рыцарь-командор.

– В предстоящей войне с армией Архонта эта пристань и эта башня станут очень важным опорным пунктом для обеспечения продовольствием их армии. Они ведь собираются осаждать Грифингар. И я хочу максимально им затруднить это далекое от благородства дело.

– Понятно, – задумчиво произнес рыцарь-командор. – А как вы поступите с обитателями башни?

– Приму от них клятву никогда не поднимать оружия против меня или моих людей и отпущу на все четыре стороны. Само собой, предварительно собрав оружие. Мне невинные жертвы не нужны. Я ведь могу и прямо сейчас обрушить башню. Вместе с ее обитателями, но не хочу пускать о себе дурную славу.

– Можете обрушить? – Удивленно спросил Альберт.

– Если желаете, то можете со своими людьми остаться и посмотреть.

– Буду вам очень признателен, – кивнул рыцарь-командор. – А теперь я вынужден вернуться. Сколько вы дадите мне времени на сборы?

– Трех часов вам хватит?

– Мало, конечно, но думаю, должно хватить. Только вот с транспортными средствами у нас беда – быстро всех обитателей на берег вывезти не получится.

– Тогда поступим так. Через три часа вы отправляете на берег первую партию, а потом лодки, у вас ведь они, начинают без лишних промедлений курсировать между башней и берегом.

– Очень хороший вариант, – кивнул рыцарь-командор и засобирался.

– И помните, никакого оружия и доспехов. Никаких артефактов и какого-либо ценного имущества. Только личные вещи, одежды, еда, не более пары серебряных монет на человека и простой бытовой нож. Кто попробует вынести что-то, что не входит в указанный список будет убит на месте.

– А документы?

– Сожгите, если не хотите, чтобы я их прочел. Но уносить их нельзя.

– Филактерии?

– Они будут уничтожены. Меня мало тревожат отношения между церковью и магами-недоучками. – Вместо ответа рыцарь-командор кивнул и спокойным шагом отправился к лодке. Больше вопросов у него не было.

* * *

Процедура принятия коллективной клятвы и досмотр не занял много времени. После чего, практически все обездоленные маги и ученики кучками и поодиночке рванули во все стороны. Прыснули будто тараканы от тапочка. Остались только храмовники и несколько старших чародеев, ожидающих обрушение башни. Они хотели увидеть это своими глазами.

– Внутри кто-то остался?

– Вроде нет, – покачал головой рыцарь-командор. – А если кто и остался, то сам виноват.

– Хорошо. Раз такое дело, то я думаю будет разумно вывезти артефакты из хранилища.

– А библиотеку? – В разговор вмешалась старшая чародейка Винн.

– Там есть что-то полезное? Сомневаюсь.

– Там много древних манускриптов, – сказала стоящая рядом Леора. – Их ценность не в содержании, а в древности. Они смогут украсить любое собрание.

– Ты хочешь с ними повозиться?

– Я хочу спасти библиотеку. Возможно тебе… нам она не нужна. Но в Грифингаре есть много других обитателей, для которых подобный подарок станет бесценным сокровищем. И не только для обитателей крепости, но и прилегающего тейга.

– Это задержит нас на несколько дней.

– Ничего страшного. – Покачала головой Леора, – в Риме еще не скоро смогут хоть как-то отреагировать на произошедшее. Мы успеем все выгрести и вернуться в Грифингар намного раньше.

– Мне бы твою уверенность, – покачал головой Дален. – Они что, по твоему, сноходцами не пользуются? – Он взглянул на закусившую губы Леору и продолжил. – Но так и быть, уважу тебя. Библиотека башни не самое ценное приобретение, однако, бросать ее и уж тем более уничтожать действительно не нужно.

Ожидающим обрушения башни зевакам пришлось задержаться на трое суток, потому как аппетит пришел во время еды. То есть, в ходе ревизии, которую провели в башне, выяснилось, что забрать можно не только "несколько ящиков имперских накопителей", но и еще много чего. Даже картины и гобелены, украшавшие некоторые стены башни и то аккуратно демонтировали в надежде повесить их в каких-либо помещениях Грифингара.

Рабочих рук решительно не хватало, потому как вопросы безопасности требовали поддержания достаточно крепкого и хорошо защищенного лагеря. Поэтому пришлось даже привлечь зевак, благо что они, принципиально не противились.

Единственным неприятным моментом, который серьезно действовал на нервы всем участникам этой экспроприации материальных ресурсов, оказались трупы, тихо пролежавшие около стены в зале первого этажа все то время, что потребовалось там возиться. Восемь обезглавленных магов, включая Ирвина и двенадцать храмовников, погибших при захвате верховного чародея. Ситуацию усугубляло то, что стояла жара и к исходу вторых суток трупы стали источать далекие от приятных запахи. Что, впрочем, сильно стимулировало "трофейные команды" работать энергичнее, дабы побыстрее избавить себя от подобной пытки.

Батальон снялся с лагеря и построился в походную колонну, взяв в своего рода кольцо сильно разросшийся обоз, в котором шли практически все бронто, что были в наличии. Разве что командорский "скакун" был избавлен от этой печальной участи. Вьюками много не увезешь, поэтому подошли к вопросу иначе – соорудив из дерева волокуши – летние варианты саней, которым предстояло пройти довольно приличный путь. Батальон увозил с собой все, что можно было открутить и демонтировать в башне. Библиотеку, ящики с артефактами и имперскими накопителями, резонансные кристаллы, продукты питания, ткань и многое другое. Даже старые доспехи и оружие храмовников, и те, уезжали вместе с батальоном.

Когда большая часть отряда уже удалилась достаточно далеко от берега, Дален слез со своего бронто и подошел к самому срезу воды. Перед ним на земле лежало восемь полных имперских накопителей. Светить рельсотроном перед потенциальными осведомителями врага не очень хотелось, поэтому командор решил подойти к проблеме обрушения башни по старинке.

Закрыв глаза он плавно поднялся в воздух, зависнув в трех метров от земли в позе лотоса. Его окружил полупрозрачный шар, слегка поблескивающий в лучах солнца так, словно он мыльный пузырь. Потом от земли стали отрываться накопители и вставать строго в отведенные им места на узоре, начавшем пульсировать по поверхности этой пленки. Следом за ними устремились куски земли, камня, дерна, песка – словом все, что имелось под ногами командора, и собиралось во все сильнее закручивающийся водоворот этой каши, "варящейся" на поверхности сферы.

Прошло каких-то секунд сорок, как вместо командора Серых стражей в воздухе висела раскаленная и полыхающая жаром сфера из бешено вращающейся плазмы. Но со стороны ни рыцарь-командор, ни другие храмовники или маги не понимали, что же происходит и просто заворожено смотрели за этим чудесным плетением.

К исходу третьей минуты Дален стал формировать их плазмы шар, закручивая его сразу в двух плоскостях и собирая в него всю ту раскаленную массу, что имелась на поверхности первичной сферы. Да не простой шар, а создавая его под весьма высоким давлением. Из-за чего, довольно приличный объем вращающегося объекта превратился в шарик размером едва ли больше крупного апельсина.

И вот, на четыреста сорок второй секунде между командором и основанием башни вспыхнула тонкая нить, формирующая направляющий канал для снаряда и в ту же секунду по ней устремился ослепительно сверкающий шар, слегка раздуваясь в полете.

Взрыв получился оглушительно громкий, да и облако из обломков, пыли и водяных брызг впечатлило даже самого командора, поднявшись на весьма впечатляющую высоту. Впрочем, проявились и другие эффекты, вроде свечения разными цветами тех самых водяных брызг.

После попадания этого импровизированного снаряда башня стремительно накренилась и обрушила в озерную пучину.

Вспоминая видео о том, как обрушились башни Всемирного торгового центра в Нью-Йорке, Дален едко улыбнулся. Промышленный снос здания у командора оказался не самым любимым предметом, поэтому башня рухнула как ей и полагается вкось да вкривь. Зато шоу удалось на славу. Ведь ему ведь не нужно было переживать за целостность соседних построек.

Под тонну в тротиловом эквиваленте – констатировал про себя Дален, повернулся и не обращая внимания на отвисшие челюсти храмовников и магов круга, поехал нагонять батальон. Кроме того уже стало не комфортно дышать пожар на остатках озерной пристани и прилегающих постройках разгорался все сильнее и сильнее, затягивая всю округу едким дымом.

За спиной же, на острове, что некогда держал на своих плечах башню магов, располагалась живописная груда камней, сквозь которую то тут, то там пробивалась небольшая молния. Первое в истории магическое заражение местности получилось само собой. Слишком уж большая концентрация энергии получила высвобождение в столь крохотном пространстве и так быстро, что повлекло за собой определенные аномалии. В первые несколько секунд команду захотелось проверить, что же за эффект породила его шалость, но здравый смысл и чувство самосохранения взяли вверх над любопытством столь стремительно, что те просто не успели внешне никак проявиться.

Глава 51

– Что он сделал? Архонт округлив глаза уставился на рыцаря-командора храмовников Альберта. Вы с ума сошли! Это невозможно!

– Я и все мои люди видели это своими глазами. Опросите их они подтвердят мои слова. Сквозь зубы произнес рыцарь-командор, глядя прямо в глаза Архонту. Свою ненависть к Империи и этому человеку он никогда не скрывал, да и сейчас не особенно стремился к этому.

– Альберт, – обратилась к нему Элисандра, – держите себя в руках.

– Почему этот маг, смеет вам указывать?

– Он собрал коалицию. Собрал и возглавил.

– Коалицию против кого? Порождения тьмы разбиты. Зачем здесь собралась такая армия?

– Это не твоего ума дела, – Элисандра скривилась. Кроме того, ты еще не ответил за сдачу башни этому одержимому.

– Он не одержимый. Я проверил. Это обвинение навет Ирвина. Он еще тот гад оказался. Поднял восстание, которое было подавлена Даленом, а теперь пытается его опорочить. Вы ведь выдвигаете свое обвинение в одержимости на основании показаний покойного Ирвина?

– Не только.

– Кто еще свидетельствовал об этом?

– Сэр Эзингер.

– Если мне не изменяет память, сэр Эзингер, предпоследний рыцарь-командор Каленхадского круга магов, ведь так?

– Совершенно верно, – с достоинством ответил Архонт.

– Он же муж Сестерции, которая, будучи магистром Империи погибла при попытке убийства Далена Амелла? Ведь так? Архонт немного побледнел, но не ответил.

– Откуда вам это известно? Спросила Элисандра.

– От Ирвина. Перед казнью я его допросил. Верховный чародей много что поведал. Например то, что его милость, – рыцарь-командор кивнул в сторону Архонта, – переслал ему большое количеством имперских накопителей. При осмотре хранилища реликвий искомые накопители были обнаружены. Их даже не распаковали они так и стояли опечатанные имперскими печатями.

– Это правда? Спросил Первый страж, обращаясь к Архонту.

– Кому вы верите!? Воскликнул владетельный господин Империи Тевинтер. Какому-то рыцарю без роду и племени.

– То есть, вы считаете, что сэр Альбер врет?

– Да. Я убежден в этом.

– Зачем ему это делать?

– Ясное дело выгородить себя, показать в выгодном свете.

– И чем ему должно было помочь это признание? Он поступил правильно перебил наиболее опасных магов-преступников, потенциально опасных для всех нас, и отступил, сохранив своих людей к основным силам. Зачем ему выдумывать все это? Тем более, что за сэром Альбертом раньше подобных замашек никто не замечал. Ведь так, сэр Креон?

– Совершенно верно. Сэр Альберт честный и ответственный человек, преданный делу церкви, – кивнул головой гроссмейстер храмовников.

– А что вы можете сказать про сэра Эзингера? Вам известен факт того, что он сожительствовал с леди Сестерцией?

– Во времена правления предыдущей преподобной матери-хранительницы, – сэр Креон покосился на Элисандру, – имела широкое распространение практика сожительства. Многие старшие храмовники позволяли себе иметь любовниц, а то и тайных жен. Это было нормально. Конкретно про сэра Эзингера мне известно, что он провел очень много времени в Империи, являясь нашим представителем. И да, до меня доходили слухи об их сожительстве. Злые языки даже имена их общих детей называли.

– Вот видите, – обратился Первый страж к Архонту. Факты говорят не в вашу пользу. Вы опять нам врете. Причем самым наглым образом.

– И что вы предпримете? Спросила Императрица Орлея.

– Серые стражи Андерфелса не выступят против Далена Амелла. Мы считаем, что собрав эту армию Архонт Империи пытается решить какую-то свою задачу. Мне все равно – какую именно, но совершенно однозначно, она никак не связана с деятельностью нашего ордена.

– Антива поклялась обеспечить морским транспортом только союзные войска, – вкрадчиво, с улыбкой, произнес их представитель. – То есть, чтобы добраться до дома вам придется заплатить. Вам назвать сумму?

– Не нужно, сами доберемся. – С этими словами Первый страж вышел из зала совещаний и отправился к своим бойцам, дабы подготовить отряд к выступлению.

– Кто следующий? – Спросил преподобная мать-хранительница. – Кто еще хочет нас покинуть в столь грозный час?

– Не велика потеря, – скривился Архонт. – Эта ничтожная кучка глупцов не испортит могущества нашей армии.

– А что вы молчите? – Обратилась Элисандра к сэру Альберту. – Вы хотите что-то добавить?

– Никак нет, – спокойным и уверенным голосом ответил Альберт. После чего кивнул всем присутствующим и удалился в полной тишине.

– Вы не накажете этого нахала? – Спросила преподобная мать-хранительница.

– За что? – Удивился гроссмейстер. – Он честно выполнил свой долг и сообщил важную информацию. Милорд нас вводит в заблуждение. Вам этого мало? По моему, сэра Альберта нужно наградить.

– Вы серьезно? – Искренне удивилась Элисандра.

– Вполне. – Твердым и холодным взглядом посмотрел на нее сэр Креон. – Кроме того, ваше поведение будет подробнейшим образом освещено в моем докладе сэру Ламберту ванн Ривсу. Думаю, что Искатели заинтересуются столь неоднозначными поступками с вашей стороны. – Преподобная мать открыла рот, намериваясь возмутиться, но вовремя остановилась и выдохнула. Сохранив тишину. Лишь глаза наполнились трудно скрываемой ненавистью.

– Что вы хотите этим сказать? – Вмешался в разговор Архонт.

– Храмовники не будут поддерживать вас в предполагаемой битве. Как минимум. Потому что сложившееся положение вещей вызывает очень много вопросов. Слишком много, чтобы быть случайностью. – После чего гроссмейстер молча вышел, презрительно глянул напоследок на преподобную мать-хранительницу.

– Похоже партия разваливается? – Лукаво спросила у Архонта Императрица Орлея.

– Вы, я надеюсь, не уступите всем этим провокациям?

– Что вы, любезный милорд, конечно нет. Я изначально предполагала, что вы нам лжете. Мои интересы в Ферелдене вполне прозрачны и, я думаю, вы в курсе того, чего я хочу.

– Все земли королевства к западу от озера, включая Редклифф?

– Именно так. А уж какие причины побудили лично вас собирать эту армию – мне не важно. У каждого из нас есть свои тайны. Мне не нужно знать столь щекотливые подробности. Вопрос только в том, кто еще готов без великой цели честно и без иллюзий подойти к этому делу. – Императрица оглядела озорным взглядом всех присутствующих. – Командор очень силен лично. Как маг. Это мы, я надеюсь, усвоили из донесения сэра Альберта. Лично я не считаю, что этот наивный и прямой как деревянное полено солдафон нам врет. Он просто не обладает столь изысканными навыками, поэтому ему вполне можно верить. Кроме того, в распоряжении командора пять сотен прекрасно снаряженных бойцов, прошедших через горнило серьезных боев с мором. Это суровые и крепкие люди. Не думаю, что их нужно списывать со счетов. Плюс крепость. Даже две. Но Лотеринг, вряд ли стоит рассматривать серьезно как опорный пункт командора. Грифингар же, по донесениям лазутчиков, неприступен.

– Антива хочет получить острова. Если Архонт и Императрица согласны, то мы участвуем.

– Андерфелс?

– Нет. Мы не участвуем. Антива ведь предоставит нам корабли? – Представитель Андерфелса посмотрел на хитроватого пирата таким взглядом, что тот невольно вздрогнул. Эти ребята были, конечно, не такие опытные воины, как бойцы ушедшего ордена, но стоили много и сталкиваться с ними Антиве не хотелось совершенно.

– Да. Конечно. Мы предоставим вам корабли. Это будет справедливо.

– Почему же вы не сказали это же сэру Генриху?

– Мы надеялись на торг, но… – он развел руками. – Передайте ему, что Антива приносит свои извинения и готова переправить достойнейших мужей Андерфелса домой. Причем совершенно бесплатно.

– Хорошо, – глава делегации поклонился и вышел. Императрица молча проводила его взглядом, а потом повернулась к дикарю в весьма колоритных одеждах и спросила:

– А как поступит Тирашан?

– Так же как прочие дальние пределы, – сказал седой, но еще довольно крепкий и жилисты мужчина в дорогих одеждах, а ему закивали остальные, стоящие рядом дикари, как их называл Архонт. – Мы уходим домой. Тем более, что кроме небольшой делегации никто из наших воинов так и не прибыл в Ферелден.

– Неварра?

– Мы едем домой. Если вам понадобятся порты для снабжения своей армии, то мы к вашим услугам.

В общем, кроме Империи, Антивы и Орлея никто толком не пожелал остаться для сражения с непредсказуемым исходом. Оставались правда дети Кун, но их было слишком мало на общем фоне. Так что, складывающееся положение дел очень сильно ослабляло армию, сокращая ее едва ли не вдвое.

Особенно болезненно ударил по союзу фактический выход церкви Света. Конечно, Элисандра была готова поддержать Архонта, но риск вмешательства Искателей очень сильно ее напугал. А лидеры храмовников так и вообще – послали даму в далекие края, назвав весьма непристойными словами. Мало того – вновь был поднят вопрос о том, как погибла предыдущие мать-хранительница и гроссмейстер. Уж больно странно все там произошло. Настолько, что сэр Креон прямо обвинил преподобную Элисандру в их убийстве. В общем – коалиция передралась раньше, чем вступила в бой. Хотя сильно лучше от этого Далену Амеллу не стало – двадцать тысяч воинов с не менее чем тысячей магов, не такая и мелочь. Особенно памятуя о той огромной массе артефактов, которые везли с собой отряды Империи.

Глава 52

Разикале нес на руках бессознательное тело Морриган. Так уже сложилось, что ее тело оказалось совершенно не готово к принятию человеческой формы Уртэмиэля. Рядом с постными лицами шли Флемет и Адель.

– Может быть ну его эту затею? – Спросила Аша"беленар у остальных.

– И как ты будешь объяснятся с Даленом? – Ехидно улыбнулся Разикале. – Ты думаешь он простит тебе обман?

– Какой обман? – Удивленно вскинула руки Флемет. – Ну не получилось у нас. Подумаешь какая невидаль. Мало ли девочек на свете бегает. Еще найдет.

– Он хочет конкретно эту.

– Честно говоря, не представляю себе Далена в ипостаси дракона. – Задумчиво произнесла Адель. – Он сильно изменился?

– Порядочно.

– Кстати, ты нам не сказала, каким драконом он стал.

– Правда? А мне показалось, что я уже все поведала.

– Нет, что ты. – Снова улыбнулся Разикале. – Это не она, а я рассказывал. Мне показалось, что Дален после перерождения стал очень агрессивен и излишне напорист. Дикая, варварская природа едва им сдерживалась. Хотя, возможно, это особенности первых дней после перерождения. Мало ли кто как себя ведет в таких условиях. Опыта у нас очень мало.

– И ты кого предполагаешь?

– Не хочу, конечно, накаркать, но мне показалось, что он похож на дракона войны. Только какого-то неправильного.

– Ты уверен? – Озабочено переспросила Адель.

– Нет, конечно. В таких вопросах просто так не угадаешь. Но я помню последнего дракона войны и … есть что-то в этом парне похожее.

– Ты прав, есть. – Разикале и Адель остановились и посмотрели на Флемет. – Что вы так уставились? Да, Дален Амелл дракон войны. Только всплыла деталь – двух одинаковых драконов не бывает. Даже если они посвящены одной стихии. У каждого свой профиль и свои особенности. Вот и наш новичок оказался непохожим на предшественника. Впрочем, дело свое он хорошо почувствовал и уже сейчас работает над совершенно дикими народными волнениями. Не уверена, что они получатся, но, если все пойдет так или почти так, как он хочет – весь Тедас кровью умоется. Нашествие кунари на этом фоне покажутся жалкими играми детишек с котятами.

– И как он себя назвал?

– Уртэмиэлю он представился Рагнароком. Возможно это шутка, на которые он стал особенно щедр. Но и правды подобное заявление не исключает.

– Странное имя.

– Он его принес из своего прошлого. Из другого мира. И что оно означает, я понятия не имею.

– Девочки, – перебил их Разикале, – давайте уже решим, что будем делать дальше.

– Боюсь, что у нас нет вариантов. Ругаться с драконом войны я не горю ни малейшим желанием. Он ведь может уйти забрав с собой всех нас.

– Ты думаешь?

– А у вас есть сомнения?

– Тогда поспешим. Не хватало еще Лусакану догадаться о своей участи. Он ведь к вам тоже уже стучится.

– Да они с Даленом уже достали, – фыркнула Флемет.

– Может, все-таки попробуем девочку привести в чувство и воспользоваться традиционным способом?

– У меня не получается, – отрезала Флемет. – И никто из вас не сможет сделать больше и лучше, чем я в этом вопросе. У нас не слишком обильный выбор: или девочку бросать на пожирание Уртэмиэлем, или обращать в драконы, жертвуя Лускананом. Других вариантов у нас нет. Разикале, ты как?

– Я считаю, что принести в жертву Лусакана вполне разумное решение. В конце концов, он уже третий дракон ночи на моей памяти. Одним больше, одним меньше.

– Раз решили, так пошли. – Улыбнулась Адель. – Неси ее, нам осталось всего чуть-чуть.

– Кстати, а откуда ты знаешь, где он лежит?

– Я как-то с ним беседовала, – улыбнулась Адель, – и он по глупости сообщил мне место размещения своего саркофага.

Глава 53

Ранее утро 29.10.932, граница баронства Грифингар.

Удивляться Грифингару Первый страж начал еще задолго до появления в прямой видимости знаменитой на весь Тедас крепости, то есть, на старом Имперском тракте. Впрочем, там бы любой оказался впечатлен. Шутка ли? Выбитые многочисленными ногами и копытами древние камни узкой дороги, построенной еще "до исторического материализма", упирались в небольшой, но добротный каменный мостик через ручей. Сразу же переходивший в довольно большую площадь – под тысячу шагов в периметре. А вдали, с противоположной стороны этого плаца, выползал другой конец, внезапно оборвавшейся убогой дороги древнего тракта. В то время как с правой руки лежал новый тракт – уходящий куда-то идеальной прямой стрелой. Да и с шириной там дела обстояли получше. Дополняли картину "первого знакомства" три вещи: небольшой постоялый двор "Три поросенка", с десятка два разнообразных построек импровизированной деревушки, что разместились слева от нового тракта, а также большая мраморная стела с надписью "Грифингар", стоящая на могучем постаменте напротив постоялого двора.

– Послушай, незнакомец, – обратился Первый страж к вышедшему на улицу дородному дварфу, – а что это?

– И вам доброго дня. Эта штука называется стела, – произнес дварф с едва проскакивающими нотками самодовольства. – Она поставлена здесь нашим господином – Даленом Амеллом, дабы обозначить начало владений его баронства.

– А зачем эта площадь?

– Тут время от времени проходит дальний торг. Так уже сложилось, что вопросы о поставках того же дерева или еще чего габаритного, решаются вот тут. А контракты обсуждаются и заключаются у меня в постоялом дворе. Иногда торговцы назначают это место для встреч и каких-то своих сделок, но, как правило, эта площадь используется для удобства заключения крупных сделок с господином бароном или его управляющими.

– Странно, – покачал головой Генрих. – А зачем все это? Почему бы торговцам сразу не направляться в Грифингар?

– Тут граница владений господина барона. Вон в том здании располагается начальник таможни. Вон то крепкое знание – небольшое отделение банка Грифингара, где любой желающий может поменять любые монеты на твердый образец баронства. Вон там…

– А что такое таможня? – Перебил дварфа страж-командор Андерфелса Андрес.

– Я толком и сам не знаю, вам лучше самим поспрашивать, – замялся дварф. – Но все крупные партии товара не пропускаются в баронство без досмотра и согласования с начальником таможни.

– Не пропускаются? Так где же стража? – Спросил Генрих.

– Вон их сторожка, – махнул он на крепкую каменную постройку с высоким крыльцом и могучей дверью, которую, по всей видимости, просто так не выбить. Узкие окна с решетками и мощными ставнями дополняли картину.

– Крепкая постройка.

– Ото ж. Я вам больше скажу – даже если нападут бандиты и обложат ее хворостом, дабы выкурить стражников, ничего у них не получится.

– Да? Почему?

– У них там подземные помещения обширные. Этот домик – единственное что торчит из земли. В глубину же уходит еще несколько этажей. Там же склад с продовольствием, собственный колодец, камеры для задержанных и многое другое. Говорят, что даже кое-какие магические артефакты есть, но я не очень верю болтунам. Так что, невзрачная на вид сторожка не так проста, как кажется.

– Любопытно. А что, они так и сидят там все время закрывшись?

– Почему? Нет конечно. Обычно они патрулируют окрестности. Но заметив ваше приближение, укрылись в сторожке и ждут как дальше дело пойдет. Такие крупные отряды не каждый день сюда захаживают.

– То ли еще будет.

– Будет или нет, то дело будущее. Вы вот они. С миром пришли? А то ходят слухи нехорошие, знаете ли.

– С миром, – улыбнулся Первый страж. – Я местному барону получаюсь командиром, а вот он, – Генрих кивнул на Андреса, – коллега, тоже командор Серых стражей. Судьба нас забросила в эти края, так что не зайти в гости было бы невежливо. – Дварф подозрительно на них посмотрел, но секунд двадцать спустя продолжил.

– Ну раз не шутите, – сказал дварф и чуть кивнул головой, отошел в сторонку. А потом, спустя несколько мгновений повернулся в сторону сторожки и помахал им рукой. Мощная, тяжелая дверь как-то нехотя открылась, выпуская на крыльцо трех латников в чистых коттах, на которых красовался герб Серых стражей. Генрих и Андрес удивленно переглянулись, пожали плечами, и, не спеша, направились на встречу.

– Доброго дня, – сказал впереди идущий боец и сделал непривычный для гостей жест – козырнул. Приглядевшись, Генрих заметил, что несмотря на внешнее сходство снаряжения, которого не наблюдалось даже у его лучшей десятки, бойцы отличались какими-то нашивками. У того, кто шел впереди, на воротнике имелось две красные полоски, на каждую из которых было прикреплено по два золотистых треугольника. У тех же бойцов, что шли за ним, полоски были чистыми.

– И вам доброго дня.

– Сержант Таурен. Кто вы такие? Почему на вас и ваших людях гербы ордена? Я раньше вас в городе не видел.

– Первый страж, – улыбнулся и чуть поклонился собеседник Таурена. – Зовут меня Генрих. Я глава ордена. Все эти люди, – махнул Генрих в сторону конной колонны, – серые стражи.

– Ого! – Искренне удивился сержант и понимающе закивали головы его сопровождающих.

– А почему на вас герб ордена?

– Грифингар – столица и твердыня Серых стражей этого королевства. И барон… командор, распорядился сделать герб ордена – гербом баронства. Поэтому все воины и слуги, что служат командору, вне зависимости от принятия их в орден, носят этот герб.

– И много вас?

– Сожалею, сэр, но эти вещи я рассказывать вам не могу. Такие вопросы вы сможете лично задать командору.

– Вот как, – удивленно сказал Генрих, – в таком случае мы пожалуй поедем. Нужно соблюсти какие-нибудь формальности?

– Нет, сэр. О вашем прибытии я передам в крепость.

– Пошлете курьера?

– Зачем? – Улыбнулся сержант. – У нас есть прямая связь. Уже через несколько минут доклад о вашем прибытии окажется в крепости у начальника службы охраны.

– И эта связь работает ночью?

– Странные вопросы вы задаете, сэр. – Подозрительно прищурился сержант.

– Так интересно же.

– Да, связь работает и ночью. Она вообще всегда работает. Но подробности я вам рассказывать не буду. Не имею права. Думаю, наш разговор затянулся. Вы немедленно отправитесь в крепость или задержитесь?

– Вы правы, нам наверное нужно ехать. Хм. А почему вы не хотите рассказать побольше о вашей службе, о городе?

– Это вопросы безопасности, сэр. Даже если вы достойный человек, то это еще не значит, что не проболтаетесь случайно. У нас строгий порядок с этими вещами.

– И правильно. Вы большая умница, сержант. – Кивнул ему, улыбаясь, Первый страж. На что сержант вновь "взял под козырек" и, развернувшись, направился вместе со своими людьми к сторожке, откуда за происходящим наблюдали несколько пар глаз.

Первый страж вернулся в седло, подождал пока ему компанию составит страж-командор Андерфелса и не спеша двинулся вперед, уводя свою колонну по ровной как стрела дороге в сторону Грифингара. Справа и слева от этого удивительного тракта шла посадка фруктовых деревьев и выложенные камнем сливные канавы.

Долина же по обе стороны от дороги была занята посевами, лугами, паром, небольшими лесными опушками, явно искусственной посадки и прочими сельскохозяйственными объектами. Кое-где даже мелькали аккуратные пруды с густо поросшими берегами.

– Слушай, – обратился Генрих с Андресу после получаса молчаливой поездки, – тебе тоже кажется, что все вокруг какое-то неправильное?

– По слухам, которые я слышал в Риме, здесь пару лет назад была весьма запущенная и совершенно дикая местность. Ведь в Пике Солдата обитало большое количество демонов и люди панически боялись даже приближаться к этим местам.

– Да, я слышал тоже самое. Правда, вот эти яблони тут растут ну никак не меньше десяти лет. Согласись, это очень странно.

– А дорога вас не удивляет? Я нигде даже битых каменных блоков не увидел. Такого качества я даже возле Минратоса не встречал. Такую тоже выложить быстро не получится. Год? Два? Три? Не знаю, но памятуя о том, сколько у нас ремонтировали тракт до Вейсхаупта, боюсь, что это может растянуться на десятилетия.

– Странно все это, – Генрих смотрел куда-то вбок. – Смотри как аккуратно растут деревья. Вон та посадка, например. Я не большой знаток лесов, но мы с тобой две недели ехали мимо совершенно других лесов.

– Согласен. Тут все выглядит так, будто это морок. Наваждение. В жизни так не бывает. Даже эти стражники. – Покачал головой Андрес.

– Тебе в них что конкретно не понравилось?

– Все. Ведут себя уверенно. Смотрят подозрительно. Говорят так, словно равные нам, хотя к ордену не имеют никакого отношения. Да и жест этот смутил. Зачем он руку к голове прикладывал? Что это за нашивки такие красные? И главное – откуда у простых стражников такие качественные доспехи?

– Ха. Тоже заметил?

– Конечно! Да у них качество выделки тех же наплечников на голову выше, чем у нас с вами. По сравнению с этими сторожами дверей мы выглядим голодранцами и бродягами. Хотя вы не хуже меня знаете, что доспехи нашего отряда были лучшими в союзной армии Архонта.

– Да… – задумчиво ответил Генрих. – Это все очень и очень странно.

* * *

Но на этом удивления гостей из Андерфелса не закончились.

Ранним утром второго дня пути перед Генрихом и его спутниками из-за очередной посадки леса выглянула крепостная стена внешнего периметра, перед которой лежало аккуратно выкошенное поле шириной в пару сотен шагов.

Семь метров высоты, пять в основании. А через каждые сто пятьдесят шагов торчала большая круглая башня. Да и ворота были не абы какие, а с подъемными решетками и выносным барбаканом в сторону, за счет чего образовывалась своего рода "кишка", через которую можно было пройти или проехать против воли стражи только под жесточайшим обстрелом.

Генрих слез с коня и встал на небольшой каменной площадке рядом с начальником смены – лейтенантом, которому подчинялись не только все бойцы на стене, но и отряд стражи, стоящий на границе.

– Солидные у вас укрепления, – оценивающе сказал Первый страж. – Не каждой армии по зубам. Только непонятно, а где дома? Тут я вижу только какие-то вспомогательные постройки. Жители крепости где живут?

– Сэр, что вы, это не крепость, – слегка смутился лейтенант.

– Как не крепость? – Опешил Генрих.

– Эта стена – внешний периметр обороны баронства. Крепость там, – он махнул в сторону довольно густого утреннего тумана. – Сейчас ее не видно, сами видите, что творится. Но ждать недолго осталось. Сейчас солнце разгонит эту муть и крепость с командорской башней предстанет во всей красе.

– А тут всегда такие густые туманы?

– Последнее время – да. Наш командор занимается какими-то экспериментами с травой и деревьями. Вот как начал, так и стали подниматься туманы по утрам. Но вы не волнуйтесь – они теплые. На ночь укрывают всю землю внутри этого периметра. А утром развеиваются.

– И что, помогает?

– Мне сложно судить, сэр. Я не маг. Но растительность внутри периметра очень сочная и здоровая. Да и воздух всегда теплый.

– Ясно. – Кивнул Генрих. – Но мы пожалуй поедем. Больше двух недель в дороге. Хотелось бы немного отдохнуть.

– Как знаете, – кивнул лейтенант.

– Мы по такому густому туману не заблудимся?

– Никак нет. Езжайте по этой дороге и не сворачивайте. Вам осталось всего три мили ехать.

Отряд вновь оседлал своих коней и поехал под сенью высоких дубов, идущих небольшой рощицей вдоль дороги. А густой, практически молочный туман скрывал все, что располагалось от наблюдателя далее чем на двести шагов. Впрочем температура была комфортной, дышалось легко и лошади не переживали. Поэтому Генрих ехал уверенно и спокойно. Ровно до того момента, как из-за горы пробились первые лучи солнца, буквально смявшие в течение пары минут практически весь туман, стыдливо обнаживший все, что скрывал в себе.

Перед отрядом, хором отвесившим челюсти, открылся вид на Грифингар. Точнее на то, во что его превратил за два года неугомонный Дален со своими сподвижниками. Особенно в пару последних месяцев, когда он пытался потопить свое раздражение от потери Морриган в работе. Самопальная "строительная магия" и древние эльфийские плетения не то чтобы изменили город. Нет. Они создали что-то уникальное и неповторимое на базе первоначальной "бытовки", одиноко стоящей в горах.

– Это та самая небольшая крепость Пик Солдата? – Спросил Андрес, взглянув не верящими глазами на Генриха.

– Бред какой-то. Если это не морок… Хм. – Первый страж достал из небольшого мешочка амулет – перстень, снимающий с того, кто его наденет все наваждения. – Нет, ты знаешь, не морок.

– Но как?

Впереди, в паре миль перед отрядом обнажилась совершенно фантастическая конструкция крепости. Остатки тумана еще скрывали детали и нюансы, но даже сейчас было хорошо ясно, что стены, высотой более сорока метров были неприступны. Разве что их могли разрушить пушки народа Кун, но тогда в силу вступал гигантский ров с кристально чистой водой. Почему гигантский? Потому что Первый страж когда ехал по гулкому металлическому мосту оценил его шагов в восемьдесят. А были в его отряде стражи, которые и добрую сотню давали.

Под стать стене и рву были башни, мост, барбакан и многое другое.

А вдали, в туманной дымке возвышалась цитадель – главная башня крепости. Она казалась Генриху невероятно высокой. Просто чудовищной. Особенно из-за того, что ее вершина скрывалась не то в тумане, не то в облаках.

* * *

В это утро Далена разбудил не самый приятный трубный звук. "Что за чертовщина? Враги взломали оборону периметра и подошли к крепости? Но почему меня не предупредили?" Он вскочил со своей постели в чем был, то есть, нагишом и бросился к окну. Вдали, у дубовой рощи двигалась колонна каких-то всадников и, по всей видимости, шумели именно они. Командор воспользовался магическим зрением, решив рассмотреть гостей поближе. И сразу же охнул. "Их еще тут не хватало!"

– Анжелика!

– Да, мой господин, – с постели встала поблескивая красноватой кожей демоница страсти. Да, да. Далену тоже нужно было как-то решить вопрос с собственными физиологическими потребностями. А тут и вдоволь, и без каких-либо последствий. По крайней мере, ни одна живая душа об этом не знает.

– Не попадайся на глаза наших гостям.

– Да, мой господин, – томным голосом сказала девица.

– Не дразни меня. – Дален с холодным взглядом повернулся к ней. – Вот они, – махнул командор рукой в окно, – проблема. Серьезная проблема. Такое количество серых стражей вместе просто так не собирается. Ты меня хорошо поняла? А теперь проваливай! Когда понадобится, я тебя вызову. – Демоница кивнула головой, качнула на прощанье бедрами и дематериализовалась, оставив после себя лишь небольшую горстку пыли, которую немедленно развеял очень своевременный легкий сквознячок.

* * *

Генрих ощущал себя подавленным. Эта крепость казалась настолько могущественной и неприступной, что он представлял себя в сравнении с ней каким-то мелким сором, пылинкой, которая оказалась волею судьбы не на своем месте.

Дален Амелл вышел их встречать на крыльцо гигантской башни – цитадели. В доспехах, но пешком. Благо что на долгие поездки никто и не рассчитывал. А рядом с ним, за спиной, стояли все Серые стражи Ферелдена, все тридцать пять "голов" в блистательных мифриловых латах готического стиля. И тут же, рядом, располагались уступом три голема, один из которых держал бархатное знамя ордена. Они казались одинаковые во всем, кроме нагрудной пластины, на которой у каждого голема был свой знак. У Софии – молот, у Луэро – дерево, у Эленай – каменная колонна, обвитая плющом.

– Я, Дален Амелл, командор Серых стражей Ферелдена, барон Грифингара и владетельный сеньор Лотеринга рад приветствовать вас в нашей скромной обители, – Дален чуть наклонился в знак уважения. Шлем и подшлемник был зажат в руке стоявшего рядом оруженосца или просто слуги, Генрих толком понять не мог, а потому гладко выбритая лысина ярко отсвечивала в лучах утреннего солнца.

Спустя пару часов, завершив все формальные ритуалы и представления, а также "перекусив" в общей столовой цитадели, личный состав прибывших стражей стали распределять по многочисленным комнатам крепости. Их руководство же собралось в кабинете командора для приватной беседы, благо, что ее необходимость все отлично понимали.

– Как я понимаю, вас привело сюда любопытство? – Спросил Дален, хитро улыбнувшись.

– Своего рода. Вы, наверное, в курсе, что Архонт смог собрать очень большую армию для уничтожения Мора и вас, сославшись на то, что "какой-то сумасшедший маг вступил в сговор с Архидемоном и творит бесчинства". Что про вас только не рассказывали. Даже про то, что вы завтракаете запеченными младенцами.

– Признаться, я не удивлен. Архонт меня боится, а потому должен достаточно изощренно подходить к задаче моего уничтожения.

– Боится? – Задумался Генрих. – Вполне возможно. Чем же вы его так удивили?

– Много чем. Не каждый день в мире появляются маги сравнимые со мной в могуществе.

– Кстати о магах, а почему вы в доспехах? В той же Империи такой практики нет.

– Это их проблемы. Ведь я не только маг, но и неплохо орудую белым оружием. Да и лишняя защита тела от случайной стрелы очень даже пригодиться. У меня все маги ордена "упакованы" в доспехи. Да и с их физическим развитием все обстоит неплохо. Правильно питание, регулярные упражнения и спарринг на мечах и копьях не проходят бесследно.

– Очень необычно, – покачал головой Генрих.

– Да, необычно и крайне занятно, – поддержал его Андрес. – Но, боюсь, в Андерфелсе такого нам никто не разрешит. Слишком сильны позиции церкви и ненависть к магам.

– О, вы бы еще больше расстроились, если бы узнали, что в самой церкви есть довольно приличное количество этих самых "богопротивных созданий". Вспоминайте о духовных сестер самого разного профиля.

– Но ведь там не магия, а духовная сила и божественное просветление! – Возразил Генрих.

– Давайте вы доверитесь профессионалу? – Улыбнулся Дален. – Как магию не назови, она ничем другим не станет. Если вы желаете, то я могу вам прочитать лекцию о природе магии и доказать, что никакое духовное просветление творить чудес не может. А природа силы любых божественных существ мало чем отличается от природы примитивных фокусов мага-неофита. И даже более того – очень часто духовные сестры заключают сделки с разнообразными демонами, то есть, вполне осознанно становятся одержимыми.

– Что!? – Привстал из кресла Генрих.

– Сядьте, сядьте мой друг. Все не так страшно. В мире теней очень много самых разных демонов. Среди демонов встречаются как чрезвычайно опасные и хаотичные создания, так и весьма любопытные вроде демона Доблести, демона Справедливости или демона Веры. Магическая традиция называет их духами, но на самом деле они ни чем не отличаются от демонов кроме… хм… специализации. Дело в том, что каждый демон зациклен на какой-то своей ипостаси. Один на похоти, другой на гордыне, третий на справедливости. Как вы понимаете, каждая из ипостасей не имеет меры в стремлении самореализоваться. Если эта гордость, то демон будет стремиться направить дела попавшего в его сети человека так, чтобы удовлетворять его гордыню. Если это Голод, то человек падет жертвой банального чревоугодия. Но скажите мне, чем принципиально плоха доблесть? – Дален снова улыбнулся. – Вот духовные сестры частенько и заключают сделки с этими духами, то есть демонами относительно позитивных, на наш взгляд, ипостасей. И то, что вы об этом не знаете, совершенно не удивительно. Работа с демонами – удел очень опытных магов, которые не стремятся делиться своими знаниями со случайными людьми. Для всех остальных же достаточно страшилок, дабы отгородить от чрезвычайно опасного мира теней.

– Вы говорите… очень необычные вещи. Но, пожалуй, я соглашусь с вами. Потому как не раз слышал о церкви подобные отзывы, особенно от магистров Империи. Они ее часто называли конкурентами.

– Так и есть. Империя и церковь Света – конкуренты в плане эксплуатации магии.

– … мы отвлеклись, – сказал Генрих задумчиво и смотря куда-то в окно.

– Что вас конкретно интересует? – Соглашаясь, кивнул Дален. – Я знаю устав ордена и отлично понимаю, что Первый страж вправе знать секреты любого командора.

– Как так получилось, что вы обрели столь поразительное могущество? Ведь в юности ваши магические таланты, по отзывам наставникам, были весьма скромны.

– На первом этапе никаких чудес и не было – я просто украл в хранилище несколько стандартных имперских накопителей и вынес их за пределы башни с помощью беглецов.

– Но это не объясняет тот факт, что вы смогли уничтожить весьма приличное количество храмовников.

– К сожалению, вас там не было, и вы не могли оценить их бдительности и готовность вести бой. Эти разгильдяи просто дрыхли на своих постах. Повозиться пришлось только с несколькими.

– Но они все были облачены в доспехи, заговоренные от магии. Да, от серьезного специалиста, такая защита бы не спасла, но вы-то были новичком.

– Шлемы. – Улыбнулся Дален. – У них у всех не было шлемов. Им, видите ли, жарко было стоять на посту в шлеме.

– И что?

– А дальше мне очень помог факт того, что я был неучем и банально не знал многих вещей. Из-за чего пришлось импровизировать. Знаете, если плести морозный шарик как обычно, то моих способностей на тот момент вряд ли хватило бы для серьезного повреждения хотя бы одного храмовника. Но я, дуралей, сообразил, что место фокусировки этого шарика может быть потенциально любое. Традиционно его делают рядом с ладонями и тысячами, а то и десятками тысяч упражнений запоминают плетение превращая его во что-то подсознательное. А я взял и сообразил сфокусировать шарик в голове у этих храмовников. Попробовал. Получилось. Они умирали от того, что я им банально замораживал мозг.

– Поразительно! – Удивленно посмотрел на Далена Андрес. – И шлема, который они не надели, не смогли отразить плетение?

– Совершенно верно.

– Но ведь вы не могли знать, что храмовники ведут себя так халатно?

– Нет, конечно, хотя их поведение было предсказуемо. В остальной части башни оно мало чем отличалось. Впрочем, если бы ситуация оказалась другой, я тоже что-нибудь придумал. Я шел побеждать или умирать, дальнейшее жалкое существование в башне магов меня не устраивало.

– Хорошо. Допустим. – Внимательно смотря в глаза командору, произнес Генрих. – А что случилось на следующем этапе? Ваша современная магическая мощь колоссальна.

– Все очень просто. Посетив гробницу Андрасте, я смог освободить Разикале, – лица обоих стражей побледнели, – и тот, в качестве награды, помог мне стать драконом.

– Что!? – Медленно, по буквам, произнес Генрих. – Как это вообще возможно?

– Вам нужны подробности? Или довольно будет краткого рассказа той истории?

– …

– Хорошо, тогда расскажу кратко. Гробница Андрасте – самая известная реликвия церкви Света, утерянная по халатности магистров Империи когда-то давно в Морозных горах. Точнее они потеряли карту, на которой было нанесено ее местоположение и путь. Мне был нужен ее прах, который, по легенде мог вылечить любого, а мне требовалось идти к неизлечимо больному графу в Редклиф. Как ни странно – вычислить дорогу к гробнице проблемы не составило, так как трактов в совершенно безлюдных Морозных горах практически нет, и в особенности таких, по которым когда-то ездили многочисленные повозки. Ведь саму гробницу, по легендам, соорудили весьма и весьма обширную. Превратив ее практически во дворец.

– Почему тогда другие искатели пропадали или возвращались не солоно хлебавши?

– Потому что они либо бросали на поиски на полпути, либо плохо работали головой, будучи неспособными анализировать те крохи сведений, что имелись, либо разворачивались возле селения драконопоклонников. А ведь именно оно и находилось на базе лагеря древних строителей, что возводили усыпальницу.

– Вот как? – Удивился Андрес. – А почему вы так решили?

– В горах, которые окружали их поселение, было много выработок, в то время как деревня была застроена деревянными домами. Вывод очевиден. Никому в здравом уме тащить из такой дали камни не пришло бы в голову, ведь до ближайшего крупного поселения было много десятков миль извилистого пути. В общем, я с ними договорился, подспудно убив их лидера, и стал продвигаться по технологической пещере к усыпальнице, возле которой, по легенде местных жителей жил дракон. Именно его они и считали перерождением Андрасте.

– Ого! – Генрих был потрясен услышанной новостью. – А мне из святого престола отписывали совершенно другую версию о той деревне. Дескать, там поселился последний в Ферелдене культ почитателей древних богов.

– Больше им доверяйте. – Улыбнулся Дален и продолжил свой рассказ. – Дракон, как несложно догадаться, явился точно тогда, когда нам оставалось всего ничего до входа в усыпальницу. Но он на проверку оказался обычным миражем, который насылал Разикале, находящийся замурованный в толще скалы под гробницей. В общем, мы с этим миражом очень мило побеседовали и заключили сделку. После чего я принялся за ковыряние дырки, пригодной для того, чтобы пробраться в его магическую усыпальницу. И надо вам сказать, пришлось очень постараться. Хорошо хоть резонансные кристалл были под рукой, а то я там бы неделю провел, если не две, ковыряя этот колодец.

– А что он там вообще делал? И почему он захотел на свободу?

– Почему он там оказался мне не известно, а его объяснение выглядит в высшей степени натянуто. Ведь кроме закрывшихся в саркофагах нескольких драконов по земле продолжало ходить их значительное количество. В облике людей, разумеется. После той страшной войны между древними эльфами и Империей очень много драконов, принявших в ней участие, погибло, а оставшиеся в живых, решили прятаться по глухим местам и избегать лишней огласки.

– Вот вы говорите, что их много бродило в облике людей, но я о таком не слышал.

– Вы сегодня услышали много того, о чем раньше и не догадывались. И еще услышите. Например, хорошо вам известная Андрасте была одним из древних драконов, который решил избавить мир от гнета Империи.

– Хм. После сказанного вами я почему-то не удивляюсь, – скептически произнес Генрих.

– Именно благодаря этому факту, я и смог стать драконом. Разикале соединил мою сущность с остатками того, что было некогда Андрасте. – Генрих и Андрес вытянулись лицом и на некоторое время замолчали, пытаясь переварить услышанное. И лишь спустя пару минут очнулись.

– Вы понимаете, что нам хотелось бы увидеть доказательства, сказанные вами. Все это звучит так невероятно. Вообще все. От начала до конца. Да и как я могу поверить в то, что вы дракон? Они давно все вымерли. Андрасте была пророком и обычным человеком, который вел людей к чему-то более светлому и доброму, чем давала ему Империя. А тут… вы…

– Я рву шаблоны. – Улыбнулся Дален. – Это отлично видно по вашим лицам. Однако вы хотели услышать правду, и я ее вам сказал. А доказательства… хм… пойдемте за мной. – Дален встал и направился к выходу из кабинета. Около двери он вопросительно посмотрел на своих гостей. – Так мы идем?

– Куда?

– Тут очень тесное помещение. Сейчас мы пройдем в верхнюю ритуальную залу, где я обращусь в дракона. Думаю, этого доказательства вам будет достаточно?

– Вполне, – каким-то потерянным голосом произнес Генрих и медленно, как-то нехотя направился следом за Даленом.

Ритуальная зала была действительно весьма обширна, несмотря на то, что находилось далеко не на первом этаже цитадели. Дален прошел в ее центр и жестом отправил Первого стража и стража-командора в угол. Дескать, не мешайтесь тут. После чего спокойно сбросил с себя одежду (доспехи он снял еще перед застольем) и, будучи совершенно голым, повернулся к ним с улыбкой.

– Ну что, вы готовы?

– Да. Вполне. – Вновь скепсис прозвучал в голосе Генриха. Дален хмыкнул и раздался легкий хлопок обращения. А на месте небольшого человека вырос силуэт огромного дракона, который стал стремительно обретать черты и материализовываться. Так что спустя еще какие-то десять секунд перед, в самом прямом смысле наложивших в штаны, Генрихом и Андресом красовался полнокровный дракон из сказок. Тех сказок, которые им рассказывали в детстве и которые они за давностью времен уже начинали считать выдумками.

Дален сделал пару шагов вперед и практически уткнулся своим носом в их бледные лица. Фыркнул. Облизал лица этих перепуганных людей своим огромным раздвоенным языком и отошел назад – на центр площадки, где встал на дыбы, раскрывая и демонстрируя крылья. А дальше… видя, как его гости уже едва держатся на ногах от страха, точнее дикого ужаса, который их охватил, он обратился обратно в человека.

– Ну как? Я убедил вас в моих словах? – С ухмылкой спросил Дален, принявшийся одевать аккуратно сваленную на пол одежду.

– Д… да… – с огромным усилием выдавил Генрих, все еще бледный как поганка.

– Я прикажу слугам проводить вас ваши покои, дабы вы смогли прийти в себя. А наш разговор мы продолжим позже. Вы ведь не против? – Вместо ответа они оба решительно замотали головами, выражая полное, абсолютное согласие со словами Далена.

Глава 54

– Они ушли? – Спросила невзрачного человека Императрица Орлея.

– Да, Ваше Величество. – Кивнул тот. – Все Серые стражи Андерфелса ушли. Они направились по старому имперскому тракту на запад.

– Значит в гости…

– Скорее всего. – Снова кивнул невзрачный человек. – Ходят слухи, что Первый страж очень сильно обиделся на Архонта.

– Как думаешь, они останутся и укрепят собой гарнизон?

– Таких вещей я не знаю. Это зависит от того, как пойдут переговоры.

– А их испортить нельзя?

– Мне это не под силу, потому как охрана Цитадели слишком хороша.

– Вот как… – задумчиво сказала Императрица и погрузилась в свои мысли.

Андерфелс ее волновал очень давно и прежде всего тем, что слишком влиятельны там были Серые стражи и церковь. Да, со святым престолом связываться было опасно, но вот стражи… В сложившейся обстановке они очень сильно ослабли. Оставив свою твердыню – Вейсхаупт, перебрались на другой конец материка. И теперь можно было с ними творить все что угодно, потому как помощь одержимому магу трактовать как предательство не смог бы только убогий или чрезвычайно глупый человек.

Что это ей давало? С одной стороны несколько добротных крепостей в Андерфелсе и некоторое упрочнение положения короны. С другой – неприязнь местных жителей, те ведь стражей разве что только не боготворят.

– Ваше Величество, – робко осведомился невзрачный челок, привлекая ее внимание. – С вами все хорошо?

– Да, вполне. Попробуй выяснить, насколько хороша крепость Грифингар и доставь мне сведения из Андерфелса.

– Вас интересуют какие-то конкретно сведения?

– Как население отреагирует на выставление Серых стражей предателями.

– Это я и сейчас могу сказать, моя госпожа.

– И как же? – Вопросительно подняла бровь Императрица.

– Население поднимет восстание, и мы будем вынуждены силой оружия принуждать их к покорности. Сколько на это потребуется времени и сил мне неизвестно, но вполне вероятно, что уйдут годы, прежде чем снова поднимем флаг Орлея над их городами и крепостями.

– А если кто-то вмешается в этот конфликт, мы потеряем этот регион?

– Безусловно. Архонту будет достаточно просто и не обременительно им помогать.

– Только Архонту?

– Там больше некому влезать в этот конфликт.

– Зачем ему так поступать?

– Потому как слабое, гордое но независимое государство, обиженное на нас ему выгоднее в плане сотрудничества, чем полунезависимый регион, дела с которым приходится часто скрывать от всевидящего ока Вашего Величества.

– И что, обширные дела?

– Архонту будет выгодно даже вложить свои личные средства в дело восстания Андерфелса.

– Хорошо. Ты свободен. – Кивнула ему Императрица. – Но все равно, поинтересуйся обстановкой. Может быть, за последнее время что-то изменилось.

Невзрачный человек вышел, а Императрица Орлея осталась сидеть в задумчивости. Ситуация с каждым днем складывалась все менее радужно, чем в начале этой авантюры. Мор прекратился чрезвычайно не вовремя и не от той руки. Серые стражи практически с доброй половины Тедаса собрались в могучей крепости, готовые ее отстаивать до последнего бойца, а в то, что Генрих поехал в Грифингар для совершения визита вежливости она не верила. И теперь для того, чтобы Империя выступила против Серых стражей, засевших в Грифингаре, нужно было придумать какое-то оправдание. Так как в противном случае, в глазах всего остального мира это становилось похоже на обыкновенный разбой и влекло за собой восстание как минимум в Андерфелсе. Карточный домик рушился еще на стадии строительства.

– Артур! – крикнула Императрица одного из своих приближенных слуг.

– Да, Ваше Величество, – ответил близкий голос слуги. "Он всегда где-то поблизости" – пронеслось в голове у Императрицы.

– Позови сэра Ольгерда.

– Сэр, Ольгерд, Ваше Величество, – торжественно произнес Артур, пропуская сквозь дверь гостя.

– Ваше Величество, я слышал, вы искали меня? – Склонился крепкий мужчина в не малых летах с цепким, умным взглядом.

– Да, друг мой. Вам предстоит отправиться в Грифингар для проведения переговоров от моего имени.

– Переговоры? С одержимым? – Наиграно удивился Ольгерд.

– Да он такой же одержимый как мы с вами. Просто Архонту так удобно его называть.

– И что мне ему предложить?

– Мир в обмен на Морозные горы. Он как будущий правитель Ферелдена вполне сможет пойти на такой договор. Если он его подпишет, то обещайте ему все, в том числе и военную помощь.

– Но зачем нам Морозные горы?

– Для соблюдения формальности. Мы не хотим ударить лицом в грязь. Такой грандиозный поход не должен закончиться пустотой. Нам нужно получить хоть что-то.

– А если они предложат что-то другое? Например, совместный военный поход?

– Обсуди это и если предложение будет дельным – соглашайся. Вариантов много. Но главное – это получить какую-то публичную выгоду. Империя не должна отступить просто так перед горсткой воинов в крепости.

– Да, Ваше Императорское Величество, я Вас ясно понял.

Часть 9

"Фабрики крестьянам, земли рабочим"

Глава 55

Сознание медленно возвращалось, по крайней мере, та звенящая пустота, которая практически довела Морриган до безумия, уступила место гамме новых и совершенно непонятных ощущений. Ее буквально лихорадило. Да и сами подумайте – одних только ног она у себя насчитала четыре шутки. И что самое забавное – все шевелились. С тем же успехом можно было напиться до состояния изумления и представить себя медузой или сороконожкой.

Мысли о том, что еще немного и она сойдет с ума, снова противно застучались в черепную коробку девушки. Или безумие уже вошло и вежливо кашляло, напоминая о себе?

Она открыла глаза. Не может же так быть, чтобы степень сумасшествия была столь запущенной? Чистое голубое небо обрадовало и немного успокоило сбитое было дыхание.

"Как ты себя чувствуешь, моя девочка?" – Прозвучал у Морриган в голове знакомый голос. Она попыталась что-то сказать, но вместо этого, сквозь странный, мутный туман непривычных ощущений до ее ушей донесся какой-то жутко страшный рев. "Неужели мне так плохо, что собственный голос так искажается? Странно, а почему я не услышала, откуда доносились слова…" Она попыталась покрутить головой, оглядываясь по сторонам и практически сразу замерла – перед ней на каменистом плато расположились четыре огромных дракона. Таких же как Дален после обращения.

Морриган дернулась, пытаясь вскочить на ноги, но тело совершенно не хотело ее слушаться, оказавшись каким-то непривычным. Чужим. Она разнервничалась и периферийный зрением увидела, что где-то рядом, буквально за спиной, кто-то машет огромными кожистыми крыльями.

Мир замер… Морриган погрузилась в глубокий обморок.

"Девочка, чего ты боишься?" – прозвучало в голове у Морриган. Придя в себя девушка не решила открывать глаза и постаралась прикинуться обморочной. "Мы выполнили просьбу твоего мужа – ты теперь дракон".

"Что?!" – Вспыхнуло диким, неудержимым пламенем в ее голове. "Какой дракон?!" Она вся встрепенулась, доверяя инстинктам и буквально через пару секунд уже стояла на ногах, смотря прямо перед собой – на тех же самых драконов. Огляделась по сторонам. Горы. Где-то высоко в горах.

Вокруг снег и камень. Да глубокие пропасти, по которым гуляет время от времени завывающий ветер. Ни одной живой души. Кроме них.

Морриган аккуратно пошевелилась, стараясь доверять только инстинктам. Бегло глянула на себя. Фыркнула. Лизнула огромным раздвоенным языком. И внезапно сорвавшись с места побежала к ближайшему обрыву.

Шаг. Другой. Третий. "Что-то не так" – пронеслось у нее в голове. И, понимая, что она уже не успеет затормозить перед стремительно приближающимся краем плато, она закрыла глаза, готовясь к неминуемой смерти. Но и в этот раз ее спасли инстинкты, запустив магическое плетение, которое сплошным узором проходило через ее тело.

"Я лечу!" – чувство ужаса в одно мгновение сменилось восторгом. Диким, детским, неудержимым восторгом, который только что узнал какую-то потрясающе интересную и необычную вещь. Или получил вожделенную игрушку о которой уже и не мог мечтать… стал лучше любимого героя, от подвигов которого у крошки захватывало дух.

"Девочка, хватит уже. Возвращайся. Нам стоит поговорить", – вновь прозвучал в ее голове хорошо знакомый голос, который подсказывал ей что и как делать в полете. Поэтому огромный, практически черный дракон, сделав последний кульбит вокруг одиноко стоящей скалы, на бреющем полете зашел на посадку. Благо что каменное плато было весьма обширным.

Шаг. Другой. Третий. "Что-то не так" – пронеслось у нее в голове. И, понимая, что она уже не успеет затормозить перед стремительно приближающимся краем плато, она закрыла глаза, готовясь к неминуемой смерти. Но и в этот раз ее спасли инстинкты, запустив магическое плетение, которое сплошным узором проходило через ее тело.

"Девочка, хватит уже. Возвращайся. Нам стоит поговорить", – вновь прозвучал в ее голове хорошо знакомый голос, который подсказывал ей что и как делать в полете. Поэтому огромный, практически черный дракон, сделав последний кульбит вокруг одиноко стоящей скалы, на бреющем полете зашел на посадку. Благо что каменное плато было весьма обширным.

* * *

– Ну так что, ты довольна? – Спросила Флемет свою дочь, когда вся компания расселась перед костром в пещере у подножия горного массива, после более чем часового перелета.

– Вы ведь не хотели меня обращать. Судя по тому, что произошло в Лотеринге я должна была умереть.

– Не хотели. – Лукаво улыбнулся Разикале. – Но сталкиваться с твоим мужем нам совершенно не желательно. Дракон войны, это, знаешь ли, не самое безобидное создание в этом мире. По крайней мере, доброе его отношение стоит того, чтобы приложить немного усилий и выполнить его личную просьбу.

– А я кто теперь? Оборотень. Человек, который умеет оборачиваться в дракона?

– Что оборотень, то верно. Все драконы владеют этой способностью. А вот насчет человека, я бы так опрометчиво не заявлял.

– Вы сделали тоже самое, что с Даленом?

– Нет, но результат от этого не поменялся. Ведь Лусакан был жив и вполне здоров. И даже более того – он не желал собственной гибели. – Улыбнулась Адель. – Нам его пришлось убеждать.

– Убедительные вы мои, – покачала головой Морриган. – Убили своего сородича. И кто вы после этого? Что, уже погибших не было для этих целей?

– Ты нас будешь отчитывать? – Заносчиво спросила Флемет, но сразу осеклась.

– Девочка, а что нам оставалось делать? Мы не смогли справиться с ситуацией, контроль над которой, казалось, был в наших руках. Так получилось, что после принятия сущности Уртемиэля ты…

– Что я?

– Не ты. В общем, все пошло не так как нам хотелось и Уртемиэль попал в тебя в форме не человека, а дракона. Мы, видимо, что-то напутали с плетением. – Недовольно покривился Разикале. – Так напутали, что даже на этой стадии ты потеряла сознание, а контроль за жизненно важными органами перехватил твой новый сородич. Нам ничего не оставалось как обращать тебя в дракона любой ценой, иначе твоя гибель становилась неминуемой.

– А почему для этого нужно было убивать своего сородича? – Морриган вопросительно выгнула бровь и с изрядным скепсисом посмотрела на новоявленных родственников.

– Потому что это был единственный вариант. Ты без сознания, да еще и не готова, так что понадобилась бы твоя воля и наша помощь. Мертвую сущность поглотить без этой связки не получится. А живую, очень даже.

– Хм. Лусакан, у нас был драконом ночи… А я теперь кто?

– Дракон ночи. Живая сущность передается целиком, а не как у Далена – в виде первородной заготовки.

– И что это мне дает? Дален рассказывал о том, что у каждого дракона есть какие-то особенные способности.

– Ничего, – мило улыбнулся Разикале. – У тебя одна из тех многочисленных ипостасей, что совершенно бесполезна. Ты простой, обыкновенный дракон со всеми вытекающими способностями и недостатками. Ничего необычного твоя ипостась не дает.

– Как жаль… Дален после перерождения очень сильно изменился. А почему она так называется?

– Просто красивое название. – Продолжил говорить с той же хитренькой улыбочкой Разикале.

– Тогда почему я именно дракон ночи, а не, допустим, дракон рассвета?

– Мы же уже сказали, – тяжело вздохнула Флемет. – Потому что при том способе перерождения сущность копируется полностью. Если Лусакан был драконом ночи, то и ты стала таким же вариантом дракона.

– А никаких изменений, вызванных моим бессознательным состоянием, не могло появиться? Вот, Дален какой необычный, по твоим же словам, драконом войны стал.

– У него другая ситуация была…

– Возможно, – перебил ее Уртемиэль. – Возможно, что в данном случае имело место мое влияние. Ведь к моменту обращения я был частью девочки.

– И? – Она вопросительно на него посмотрела.

– Думаю, что есть шанс обретения каких-то талантов дракона красоты, но тут ответ нам даст только время. В любом случае, наше слияние в момент твоего перерождения не должно остаться без последствий.

Глава 56

Сэр Ольгерд, в сопровождении двух десятков рыцарей Орлея, ехал к Грифингару.

По словам провожатого, выпрошенного из числа таможенных служащих, оставалось меньше дневного перехода. Но это не спасало. Новоявленный дипломат просто не мог найти себе места от раздирающего его любопытства. Он никогда не видел таких ровных и хорошо уложенных дорог. Таких аккуратных садов, лесов, полей. Особенно полей. Они его вгоняли в умопомрачительное состояние своей чрезвычайной искусственностью. Как будто их какой-то бог создал в насмешку над людским мнением, считавшим эти земли проклятыми. Даже ручей, идущий вдоль дороги, не просто так журчал в канавке, пробитой им в земле, а был уложен в аккуратное каменное русло.

Сэр Ольгерд и его эскорт были заворожены. Уж больно все увиденное ими не походило на едва обустроенную дикую землю, которая в руках барона была не более двух лет. А расспросы провожатого ни к чему толком не приводили, потому как тот говорил что-то безумное. Его послушать, так все эти чудеса совершил один барон при поддержке нескольких своих магов-помощников.

* * *

– Но зачем тогда Архонт выступил против вас? – Генрих никак не унимался, пытаясь собрать мозаику этой огромной политической картины, в которой он, волею судьбы, оказался одной из крупинок.

– По всей видимости, он испугался того, что я действительно дракон. Слухи ведь об этом идут со времен моего похода в Орзамар, где пришлось сталкиваться с весьма неоднозначной внутренней жизнью и применять силу.

В этот момент в дверь постучались и, спустя несколько секунд заглянули.

– Срочное донесение с границы, – сообщил адъютант, держащий в руках сложенный в несколько раз лист бумаги, являющейся в этом мире безумной роскошью.

– Неси. – Кивнул Дален, прерывая беседу. – Сам что-то слышал?

– Никак нет, – вытянулся по стойке смирно адъютант. Да так и простоял, пока Дален читал бумагу.

– Хорошо. Ступай. – Кивнул ему командор, оторвавшись от чтения по третьему разу небольшого листка.

– Что-то случилось? – Обеспокоено произнес Андрес.

– Да, можно считать, что случилось. – Ухмыльнулся Дален. – Императрица Орлея прислала для ведения переговоров своего человека. И, как я понимаю, для разведки.

– Странно, – совершенно ошарашено произнес Генрих. – Императрица производила впечатление женщины, абсолютно уверенной в словах Архонта.

– Она могла выступить от его лица?

– Вы считаете, что у Архонта недостаточно уважаемых и умных слуг, чтобы прибыть к вам на переговоры? Нет. Она действует самостоятельно. Только вот зачем ей это? На данный момент она в союзе с Империей Тевинтер обладает огромной армией, способной взять штурмом Грифингар.

– В самом деле? – Лукаво улыбнулся одними лишь уголками губ Дален. – Вы в этом уверены?

– А вы сомневаетесь? – Генрих вопросительно поднял бровь. – У вас есть какие-то сюрпризы для наших гостей?

– В принципе, даже без моих сюрпризов, крепость Грифигара неприступна.

– Даже если Архонт не приведет народ Кун с их пушками, у крепости слишком мало защитников, чтобы устоять против общего штурма. Просто-напросто не хватит людей. Они у вас прекрасно снаряжены, но их нужно ощутимо больше. Как минимум вдвое. Даже с учетом стражей, что пришли со мной.

– Внешнюю стену, допустим, вы правы, они могут взять. Но как они будут штурмовать стены основной крепости Грифингара? Вы видели ее высоту?

– Тараны не решат их затруднений?

– Каким образом? Вы ров видели? Так вот мост над ним – полностью втягивается. Они будут производить засыпку землей столь большого рва под постоянным обстрелом? Ха! Да с этим успехом им проще будет закидать его трупами – их хватит. Плоты тоже не вариант, потому что, во-первых, очень неустойчивые, а во-вторых, нам ничто не мешает скидывать на них что-нибудь тяжелое или горящее.

– Лестницы?

– И как они их будут ставить? Лестницу для такой высокой стены не только сложно сделать, но и чрезвычайно затруднительно установить, особенно под обстрелом.

– А если они пойдут подкопом?

– В скале? Вперед. – Ухмыльнулся Дален.

– Хм. Но ведь шанс у них все же есть? – Вопросительно спросил Генрих, с некоторой надеждой смотря на командора.

– Никакого. Если они придут под стены Грифингара без армии народа Кун, а точнее их пушек, то скорее всего не преодолеют даже внешний радиус укреплений. Взять же основную крепость или фортификационное прикрытие входа в тейг у них не будет никакого шанса. Единственный шанс на успех им дают только пушки Кун, но даже в этом случае – их потери будут невероятно большим.

– Вы так в этом уверены?

– А вы думаете, зачем едет этот гость от Императрицы? Пугать нас? Вряд ли. После огромной армии порождений тьмы и Архидемона с Архитектором, напугать меня вряд ли кто-то сможет.

– Архитектора? – Удивленно поднял бровь Андрес. – А кто это?

– Древний маг Империи Тевинтер, родившийся еще до войны с эльфами. Именно этому существу мы обязаны появлению порождений тьмы. Он их создатель. Правда, ныне покойный. Он погиб под Лотерингом.

– Но… это…

– Давайте опустим эти детали. Мора больше не будет. Никогда. А что, как и почему – это очень длинная история с не самыми красивыми деталями.

– И все же, командор, мне хотелось бы знать подробности. Для меня, признаюсь, эти факты звучат парадоксально.

– Извольте…

И Дален рассказал без особенной спешки все, что знал об Архитекторе и истинной природе порождений тьмы. Зачем они были нужны и как задумывались. Он откровенно скучал, повествуя об этих делах давно минувших дней и иногда даже позевывал. А вот Первый страж и командор стражей Андерфелса слушали его едва ли не открыв рот, так как на их глазах очень многие неточности и шероховатости в церковной теории исчезали, уступая место холодящим кровь подробностям. Мир в очередной раз оказался циничным, чуждым высоких и восторженных мотивов.

* * *

– Сэр Ольгерд! – Торжественно произнес слуга, куртуазно уступая перед небольшой делегацией благородных воинов. Дипломат Империи Орлей прошел в центр небольшой, но аккуратной залы.

– Приветствую вас! – Дален, не вставая со своего места, кивнул в знак приветствия. – Что привело вас в мою скромную обитель?

– Скромную обитель? – Ольгерд искренне удивился. – Господин барон изволит шутить? Более могущественной крепости я не видел даже в Минратосе. Эти невероятно высокие стены вызывают трепет одним своим видом.

– Сэр Ольгерд, я рад, что вам понравились укрепления Грифингара, но Ее Императорское Величество прислала вас, насколько я могу полагать, с вполне конкретным делом?

– Да. – Дипломат уверенно кивнул. – То недоразумение, которое произошло между нашими государствами …

– Позвольте, сударь, – перебил его Дален. – Ваше государство мне известно, а какое представляю я?

– Королевство Ферелден, – ни моргнув, ни глазом, произнес Ольгерд. – Вы же фактический его правитель.

– Вас, видимо, кто-то ввел в заблуждение, но я не являюсь не только королем, но и правителем Ферелдена. Во-первых, в Лотеринге, ожидая вашего вторжения, я провозгласил создание республики, которую и возглавил. На текущий момент в ее составе находится только земли Грифингара и Лотеринга. То есть, крохотная часть Ферелдена.

– Ваша милость, – вкрадчиво начал Ольгерд. – Давайте говорить начистоту. Вы использовали провозглашение республики, как задел для продолжительной борьбы с превосходящими силами союзников. Но сейчас такой необходимости нет. Ее Императорское Величество прислала меня договориться. Она не желает сражаться с вами.

– Вот как? Совсем недавно ее желание было полностью противоположным. Насколько я слышал, они с Архонтом даже поделили между собой материковую часть королевства. Она хочет заключить со мной мир, взамен на эти земли? Морозные горы, если я не ошибаюсь?

– Вы правы, изначально, Ее Императорское Величество планировало получить Морозные горы. Эти земли именно та плата, которой с ней собирался расплатиться Архонт.

– А что изменилось?

– Изменилось то, что сэр Генрих перешел на вашу сторону. И Ее Императорское Величество не желает сражаться со своими подданными из-за каких-то там камней. Тем более что у Архонта совершенно непонятные мотивы. Он ведет себя странно и не вызывает доверия.

– Странно, – задумчиво произнес Дален. – Если это правда, то почему вы об этом так открыто говорите? Вы слышали о магах, которые ходят во снах?

– Конечно, Ваша Милость. – Кивнул Ольгерд. – Но решение проблемы не терпит отлагательств. Согласно заключенным соглашениям, войска Империи продолжают переправляться в королевство. И, вскоре возникнет коллизия. Архонт непременно пожелает обложить Грифингар осадой.

– И Императрица желает прояснить ситуацию? – Улыбнулся Дален. – С кем, так сказать, ей дружбу водить.

– Именно так, – проглотил грубую шутку Ольгерд.

– Хорошо. Допустим, я соглашусь, но что желает Императрица? Она ведь не уйдет просто так.

– Вы правы, кое-что Империя желает приобрести. Но наша просьба будет в ваших интересах. – Дален удивленно поднял бровь. – Мы хотим разгромить армию Империи Тевинтер и уничтожить как можно больше магистров. Если повезет – самого Архонта.

– Чтобы после окончания конфликта в королевстве, двинуться к ним в гости?

– Я не в курсе этих планов. Мне известно только то, что я вам сказал.

– Императрица выступит вместе с нами в этом походе на армию Архонта?

– Да. Будьте уверены. Думаю, Ее Императорское Величество еще и храмовников поднимет на эту войну. – Дален внимательно посмотрел на Ольгерда с минуту, никак не реагируя на его речь, пока, наконец, не подвел итог:

– Хорошо, вы можете погостить у меня неделю. Мне нужно подумать над вашим предложением. – После чего кивнул, демонстрируя тем, что аудиенция окончена.

Глава 57

– Сэр, – обратился к задумчиво сидящему Ольгерду его помощник и старый друг Геральд, – почему вы так странно вели переговоры с этим наглецом?

– А вы хорошо смотрели по сторонам, когда мы ехали в его владениях?

– Да, конечно.

– И что вы увидели?

– Вы имеете в виду крепостные стены? Так мы их с помощью пушек народа Кун легко разобьем.

– Мне бы вашу уверенность, – усмехнулся Ольегрд. – Я участвовал во многих кампаниях и могу твердо сказать, крови будет чрезвычайно много. И очень не факт, что мы сможем преуспеть. Вы видели какая у стен высота? Как далеко с них можно будет отправлять стрелы или арбалетные болты? Да и каменные ядра такую крепкую стену даже из пушек будет очень сложно разрушить. Толщина то вона какая.

– Ольгерд…

– Не перебивайте! Во-первых, эта крепость неприступна. Во-первых. Во-вторых, все эти грандиозные постройки были сооружены за пару лет, да и то – не полных, потому что командор проводил весьма приличное время в разъездах. Как? У вас есть ответы? У меня нет даже предположений. Мне очевидно только одно – мы столкнулись с чем-то очень могущественным и далеким от нашего понимания. Вы же не хуже меня понимаете, что столь быстро такие огромные крепости построить просто невозможно. Гарольд, чего это вы приуныли?

– Да какие-то безрадостные вещи вы говорите. К тому же сам командор… он ведь тяготился нашего общества и плохо скрывал свои эмоции. Как все это неприятно выглядит… в совокупности.

– Вот! – Поднял палец вверх Ольгерд. – Ему плевать, выступим мы на его стороне или нет. О чем это говорит?

– О том, что у него достаточно сил?

– Именно! А еще вспомни людей, которых мы видели. Обитателей баронства. Как вы думаете, эти пойдут за Даленом?

– Не знаю, – честно ответил Геральд.

– Пойдут. Поверьте мне. И стоять будут до последнего бойца на стенах. Они приютил у себя всякий сброд, дав им защиту, кров и приставив к делу. Кому, как ты думаешь, были нужны эти бродячие эльфы или изгнанные дварфы без гроша в кармане? А оборотни? Они все в него поверили – он для них стал последним шансом на хорошую жизнь. Боюсь, что для завоевания владений барона нам придется его в крови буквально утопить. Прежде всего своей. А у меня стоят совершенно другие задачи.

Глава 58

Шел пятый день, отведенный бароном Грифингара на размышления, когда произошло одно неожиданное событие – объявилась преподобная мать-настоятельница. Да не одна, а с компаний и очень хорошими новостями. Она с командором телепатически связалась еще от границы, после столь продолжительного хранения молчания.

"Почему?! Почему ты не отвечала?!"

"Так было нужно…"

"Что значит нужно?! Ты похищаешь мою жену и убегаешь как какой-то наглый вор! Что тебе было нужно? Подождать, пока ее Уртемиэль изнутри разорвет?"

"Слушай, подожди нашего возвращения."

"Нашего?"

"Да. И не надо на меня орать. Это, по меньшей мере, неблагодарно, так как я выполняла твою просьбу. Понимаешь? Твою."

"И Морриган…"

"Да, с ней все хорошо. Жива и здорова."

Впрочем, покоя эта таинственность Далену не принесла. Как и остальным гостям и обитателям крепости – возвращение преподобной матери-настоятельницы стало одной из главных новостей, обсуждаемых на каждом углу слугами и солдатами.

Но больше всего в этой ситуации переживал Ольгерд. Никаких подробностей о той истории собрать у него и его людей не получалось, потому что никто из слуг не желал изливать душу и максимум отшучивался. Да и вообще – стараясь избегать гостей из Орлея. А у Далена спрашивать было очень неудобно. И, как следствие, он сидел в своих апартаментах и ломал голову над тем, куда же преподобная мать-настоятельница ходила и чем же там занималась в столь странной компании.

* * *

Вход колонны гостей, а их прибыло немало, мог впечатлить даже самого скептически настроенного человека.

– Командор, – обратился Генрих к Далену, – а почему на этих эльфах такие странные доспехи? Они…

– Вы бывали в лесу Арлатан? – Вместо Далена ответил, стоящий рядом Ольгерд.

– Нет, а что? – Несколько озадаченно переспросил Генрих, развернувшись к посланнику Орлея лицом.

– Я бывал. И вы знаете, там местами лежат древние скульптуры вот с такими же доспехами. Не ручаюсь, что они тех времен, но сделаны, безусловно, очень похожими.

– Арлатан… – тихо и задумчиво произнес Андрес. – Они восстали из мертвых?

– Сейчас узнаем, – решительно произнес Дален, жестом пресекая всякую болтовню. Преподобная мать-настоятельница подошла уже слишком близко.

– Доброго вам дня, – кивнул барон, приветствуя делегацию, но таким тоном, будто он осведомлялся у загулявшего ребенка, где его черти носили до трех часов ночи.

– Мы, – преподобная мать-настоятельница махнула рукой в сторону Разикале, Уртемиэля и Адель, – смогли исцелить твою супругу и привести помощь твоему войску.

– Я вам премного благодарен в этом. – Командор демонстративно и вежливо поклонился. – Но отчего вы отправились на излечение моей супруги в такой спешке, что даже не удосужились поставить меня в известность когда и на какой срок отбываете?

– У нас не было для этого никакой возможности.

– В самом деле? – Скепсис в голосе Далена сквозил их всех щелей. А параллельно, телепатически, он спрашивал: "Старая карга! Почему ты не отвечала на мои вопросы? Почему хранила молчание?"

– У нас не было ни одной лишней секунды. Любое промедление могло стоить ей жизни. – А мысленно: "Мы не могли отвлекаться ни на секунду. Иначе Морриган могла умереть. Что-то пошло не так и плетение начало ее убивать. Мы тратили все силы на то, чтобы поддерживать в ней жизнь".

Дален посмотрел суровым взглядом на преподобную мать-настоятельницу и они оба какое-то время молчали. Со стороны это выглядело так, будто они играют в гляделки, желая подавить своего оппонента в беседе, но на самом деле, шла бурная телепатическая беседа.

"Почему?! Ты же обещала!!!"

"Мне не все подвластно. Да и способ уничтожения Уртемиэля ты избрал не самый лучший. Зачем вместе с ним ты убил Архитектора? Он умирая очень сильно исказил все плетение из-за стихийно освободившейся магической энергии".

"Что сделано, то сделано… Как она?"

"Мы принесли в жертву последнего спящего бога. Теперь она дракон ночи…"

"…"

"Что? Не ожидал?"

"Я не думал, что это возможно…"

"Вот видишь, мы выполнили все свои обещания, а ты так неприветливо нас встречаешь…"

Дален улыбнулся и переключился на нормальную речь.

– Прошу извинить мою ярость, – он снова поклонился. – Я слишком переживал за свою супругу. – И мысленно, уже Морриган, добавил:

"Иди ко мне, любимая". Девушка улыбнулась и произошла краткая, но довольно красивая встреча. О ней, никто никаких легенд не слагал, но от нежности, с которой Морриган смотрела в глаза своему мужу, мог бы растаять даже крокодил.

– Преподобная мать, – спустя несколько минут Дален продолжил разговор, – почему на этих бойцах доспехи давно погибшего народа?

– Потому что среди нас есть их представитель, который нам любезно предложил помощь.

– Кто же это? – Шагнула вперед Луэро, казавшаяся в облике стального голема совершенно невероятной статуей. Будто бы ожившие латные доспехи решили подать голос и слегка пошевелиться. – Кто пережил ту страшную бойню?

– Адель, – показала рукой преподобная мать-настоятельница на свою спутницу, которая сняла капюшон и сделал шаг вперед.

– Ты!!! – Не верящим, насколько это было возможно для голема, голосом произнесла Луэро. – Но как? Я видела, что в тебя попало несколько стрел и ты должна была вскоре умереть. Там, в руинах под деревом.

– Кто ты? – Удивленно выгнула бровь Адель.

– Луэро. Ты помнишь меня?

– Луэро? – Адель замолчала внимательно рассматривая голема. – Но как ты оказалась внутри этого металлического чудовища? Что случилось?

– Меня убили. И командор мне предложил альтернативу вечному заключению в пустом домене.

– Ты же всегда так боялась этого…

– Страх вечного одиночества оказался сильнее. – Ответила Адель, кивнув головой и как-то потупившись взглядом, видно вспоминая что-то свое.

– Может быть вы представите нам всех своих спутников? – Заполнил внезапно возникшую тишину Ольгерд, обращаясь к преподобной матери-настоятельнице.

– Сын мой, мы с вами знакомы?

– Сэр Ольгерд, рыцарь Империи Орлей, владетельный сеньор крепости Эдельвейс на границе Довэнских равнин. Прибыл к его милости барону Далену для переговоров о сотрудничестве и дружбе. Моя госпожа была введена в заблуждение Архонтом и до недавнего времени считала милорда одержимым. Но слова Первого стража Генриха и ряда ее разведчиков позволили ей избавиться от этого заблуждения. И теперь, видя, что Архонт желал чужими руками захватить себе Ферелден, а его честных и доблестных защитников уничтожить, она решила, что помощь милорду будет первым шагом в установлении мира между нашими странами. – Ольгерд специально воспользовался сложившийся обстановкой, чтобы поиграть на мнении толпы и подстегнуть барона к положительному решению.

"Это правда?" – Спросила Флемет Далена телепатически.

"Да. По всей видимости, Императрица опасается того, что Архонт поднимет восстание в Андерфелсе и заберет его у нее. Сил-то после штурма Грифингара у нее не будет. Вот она и решила переиграть ситуацию, оставляя в дураках Архонта".

– Я очень рада, сэр Ольгерд, что наши соседи с благословления Андрасте имеют столь мудрую повелительницу, – и завершив фразу, вежливо кивнула головой в знак уважения. Ольгерд ответил тем же, но любопытство с его лица не прошло.

"Что делать? Назвать их настоящие имена?"

"Назови", – у Далена в уголках губ появилась легкая улыбка. – "Если он привезет в Рим известие о том, что драконы проснулись, то позиция Архонта пошатнется еще сильнее. Я не хочу большой бойни. Ты же помнишь".

– Мои гости, вероятно, должны быть вам знакомы, – преподобная мать-настоятельница по доброму улыбнулась и посмотрела Ольгерду прямо в глаза. – Его, – указала она на светловолосого, крепкого красавца, – зовут Уртемиэль, а его, – махнула преподобная мать в сторону второго мужчины в свите, – Разикале. Вам знакомы эти имена?

На площади внутренней крепости наступило молчание, казавшееся настолько ощутимым и густым, что даже дышать стало тяжело. Воздух застревал в глотке у многих.

– Спящие боги? – Не узнавая свой голос спросил преподобную мать Ольгерд, после того, как разменялась уже вторая минута гробовой тишины.

– Да. Древние, могущественные драконы, которые приняли веру в Андрасте и пришли на помощь к славному командору.

– Но… Уртемиэль…

– Меня очень сложно убить. Командор убил меня, но это не помешало, позже провести ритуал и возродить. Освободив от власти Архитектора – древнего мага, который весь этот ужас с порождениями тьмы и начал.

– А разве не магистры Империи, возгордившиеся своим могуществом?

– Он и был одним из магистром. Только вот легенда про черное солнце полная выдумка. Порождениями тьмы становились в специальных машинах, построенных Архитектором. Например, поймали его прихвостни человека, поместили в машину, и, если выжил – стал гарлоком. Дварфа? Генлоком. Коссита? Огром. И так далее.

– Вас тоже помещали в эти жуткие машины? – Со скепсисом спросил Ольгерд.

– Нет, – усмехнулся Уртэмиэль. – но есть ритуал, который может любого из дракона обратить в архидемона.

– А вы нас не обманываете? – С еще большим скепсисом спросил Ольгерд.

– Ха. Хотите демонстрации?

– Федор, освободите площадь, – кивнул Дален стоящему рядом лейтенанту ордена Серых стражей. – Пусть люди отойдут шагов на тридцать назад. И ваши тоже, – кивнул командор преподобной матери-настоятельнице.

Уртэмиэль улыбнулся, увидев эти "телодвижения" и стал не спеша снимать с себя одежду, чтобы не повредить при обращении.

Обращение прошло тихо, аккуратно и без особенных эксцессов. Если не считать полностью подавленного состояния обитателей Грифингара. Точнее тех из них, кто все это наблюдали. Огромный дракон, с могучими крыльями и ледяным взглядом глубоко посаженных глаз выглядел так, что становилось невероятно страшно. Особенно в такой близости. Что и отразилось на лицах, ставших бледными как полотно. Ну и запах, заполнивший площадь, злодейски выдавал испуг даже тех, кто отвернулся или скрыл лицо в капюшон. Невозмутимыми стояли только Дален, Морриган, Адель, Разикале и преподобная мать-настоятельница, являющаяся по совместительству Флемет. Да Генрих с Андресом неплохо держались, будучи уже слегка привыкшие к таким страшилкам.

Уртэмиэль немного поурчал, поводил головой, потопал ногами, пошевелил крыльями, лизнул своим огромным, раздвоенным языком бледное как полотно лицо Ольгерда, и, приняв снова человеческий облик, начал одеваться. Без особенной спешки.

– Итак, сэр, – произнес Урэмиэль, затягивая завязки на куртке, – вас устроила демонстрация?

– В… в… вполне. – Сглотнул Ольгерд.

– И вы приняли на веру мои слова?

– Д… да.

– Отлично. В таком случае, я думаю, мы можем приступить к заселению новоприбывших бойцов.

– А…

– Что? У вас есть какой-то еще вопрос?

– А они как-то связаны с древним Арлатаном?

– Никакого родства с древними эльфам у них нет. Они представители совершенно другого народа, который по какому-то странному вывиху истории стали именовать старым, давно забытым именем. Настоящие эльфы – это давно вымерший древний народ, который имел совершенно другие корни, происхождение и только внешне обладал сходством с современными разновидностями разумных народов. Ни современные эльфы, ни дварфы, ни люди, ни косситы не имеют никаких природных корней, роднящих их с настоящими эльфами. Но эти бойцы снаряжены в древние доспехи, специально изготовленные для них. И их обучали по старым манускриптам. Поэтому, определенная связь с древним Арлатаном, безусловно присутствует. Я ответил на ваш вопрос?

– А она? – Растеряно спросил Ольгерд, указывая на Адель. – Она ведь назвалась представителем того народа.

– Она старше Арлатана, – улыбнулся Уртэмиэль, мысленно сказав Далену "Гулять так гулять", – Адель это дракон высокого леса. Покровитель всех лесных существ. Она видела зарождения цивилизации древних эльфов. Жила вместе с ними. И приняла бой за них, который едва ли не погубил ее.

– Еще один дракон?! – Ошарашено произнес Ольгерд.

– Мы все пришли по зову командора, – улыбнулся Уртэмиэль. – Признав его главенство.

– Все? Главенство? – Удивился Ольгерд и посмотрел на Далена, который с несколько кислым лицом смотрел на Уртэмиэля. Ему не очень нравилось, что тот говорит, но он его не перебивал, лишь смотрел с укоризной.

– Да.

– А он… он, что?

– Сэр Ольгерд, – обратился к нему Дален. – Что вас так смутило? Древние боги, которых называли еще спящими богами, проснулись и приняли учение Андрасте. Что может быть лучшим доказательством правоты пророчицы? Отчего же вы тогда испугались?

– Но… драконы…

– И что? Мы что, бегаем по улице и пожираем людей, которые не успели спрятаться?

– Мы? – Лицо Ольгерда перекосилось.

– Да, мы. Я тоже дракон. Грифингар находится под защитой шести древних драконов. Или вы думали, что чудеса с крепостями могли себе позволить простые маги, едва вышедшие из круга? Не будьте таким наивным.

– Но вы же Дален Амелл…

– Дален Амелл не прошел испытание в мире теней и погиб. Давно погиб. Я пользуюсь только его именем, чтобы не смущать умы. Да и вообще – спросите тех, кто знал Далена раньше, похож ли я на него внешне? Вот, кстати, Леора – бывший старший чародей в круге магов озера Каленхад. – Он кивнул на стоящую эльфийку.

– Дален…. Он говорит правду. До истязания он был другим человеком.

По толпе прошла волна шепота, но быстро успокоилась.

– Драконы…

– Мы вернулись, чтобы остановить Мор и сделать мир лучше. Жизнь простых людей, которые прозябают в голоде. Нас осталось мало и мы хотим оставить после себя не только страшные сказки, которыми будут пугать людей. Или вы думаете, что мне так нужна была власть для утоления своего тщеславия? Вы что, верите, что существа моего уровня могущества будут заниматься такими глупостями?

– …

– Вы боитесь нас и это нормально. – Дален уже обращался ко всему населению Грифингара, которое было представлено довольно большой толпой на площади. – Теперь все открылось. Каждый из вас волен принимать свое решение самостоятельно. Если кто- не желает дальше идти со мной плечом к плечу, то я не буду его удерживать. Можете спокойно и ничего не опасаясь покинуть территорию баронства.

– Если ты не Дален Амелл, то как твое настоящее имя? – Спросил Ольгерд, слегка оправившийся от пережитого ужаса и шока.

– У меня много имен, как и ипостасей.

– Как зовут ту, что является драконом?

– Не испугаетесь, если я представлюсь?

– Куда уж больше? – Усмехнулся Ольгерд.

– Я Рагнарок, дракон последней битвы. – Он посмотрел Ольгерду в лицо и улыбнулся. – Не переживай. У каждого дракона своя ипостась. Дракон последней битвы – это одна из вариация дракона войны. Мы приходим в этот мир для того, чтобы обновить его. Разрушить старое, отжившее свое и дать шанс молодым росткам пробиться к солнцу.

На площади снова наступила гробовая тишина. Люди были в шоке. Прошла минута, вторая, третья. Все молчали. Никто не решался сказать ни слова. Даже дышали люди необычайно аккуратно.

Наконец, Федор Кусланд вышел вперед на площадь с красным знаменем, забрав его подспудно у одного из бойцов, аккуратно выстроившейся "коробочки" тяжелой роты батальона РККА, и повернувшись лицом к Далену произнес:

– Я не понимаю многого из того учения, что ты нам дал там, в Лотеринге. Я не знаю, как нам можно будет изменить этот мир. Но я знаю, что я хочу в этом участвовать. Не желаю сидеть в уголке и трепетно вздрагивать от каждого шороха. Мне нету пути назад. Никто не поймет и не простит. И прежде всего я сам.

Спустя минуту новой тишины Федор запел:

"Вставай, проклятьем заклейменный, голодный, угнетенный люд!"

И вот уже оживились некоторые Серые стражи из числа старых соратников, подхватив:

"Кипит наш разум возмущенный и смертный бой вести готов".

И с каждой строчкой сила песни увеличивалась, наполняясь голосами. Не зря командор потратил столь сил на агитацию. Да, среди крестьян и рабочих, которых он встречал по пути в Грифингар, не получилось зажечь искру, но те, что пережили с Даленом последнюю битву под Лотерингом, горели крепким, ярким пламенем, воспламеняющим сердца тех случайных жертв, что подходили слишком близко. И вот, уже на первом припеве подключилась уже добрая половина площади:

"Это есть наш последний

И решительный бой;

С Интернационалом

Воспрянет род людской!"

* * *

– Ваше Императорское Величество, – Ольгерд преклонил колено перед сюзереном, с любопытством и нетерпением ждущим новостей от своего верного слуги.

– Я рада, что вы вернулись живым, сэр Ольгерд. Признаться, мне рассказывали разные вещи, одна чудовищнее другой. Мне не хотелось бы потерять такого верного рыцаря.

– Мне очень лестно слышать такие отзывы Ваше Императорское Величество, – он склонился еще ниже.

– Что вы смогли выяснить? Этот бунтарь уступит Империи Морозные горы?

– Ваше Императорское Величество, – Ольгерд выглядел каким-то не от мира сего, – я очень вам благодарен за то дальновидное решение, что вы совершили, отправляя меня в Грифингар.

– Ольгерд. Что с вами? Вам плохо? Возможно мы поговорим завтра, после того, как вы сможете хорошо выспаться?

– Со мной все хорошо, Ваше Императорское Величество… просто я принес такие новости, от которых сам еще не отошел.

– Так рассказывайте! Не томите! Я уже места себе не нахожу от нетерпения и не понимания того, что происходит.

– Грифингар неприступен. Мы никогда не сможем его взять даже если объединимся с народом Кун. Но это все неважно… – Ольгерд закрыл глаза, упал на оба колена и схватился за голову.

– Что с тобой?!

– Спящие боги… они проснулись.

– Что?! Какие еще спящие боги?

– Уртэмиэль воскрес… и… я с ним разговаривал. Он смог избавиться от скверны при перерождении. В Грифингаре сейчас шесть драконов, включая Далена… Рагнарока.

– Ольгерд, вы перегрелись на солнышке?

– Опросите моих людей. Они все слышали и видели. Это… ужасно. Я там чуть рассудка не лишился от страха. Драконы, оборотни, древние эльфийские доспехи, которые только в руинах Арлатана и можно увидеть… на обломках статуй. Гигантская крепость, возникшая буквально из неоткуда. Я… я не знаю, что сказать, кроме слов благодарности Ваше Величеству. Если бы не ваше мудрое желание договориться, то Орлей этой битвы мог не пережить.

– Вы серьезно?

– Конечно. Ведь этот Дален, на самом деле дракон войны, да не простой, а обновляющей мир. Дракон последней битвы. Теперь вы понимаете, откуда взялись все эти магические чудеса? Шесть драконов. Семьсот прекрасно снаряженных воинов, почти все из которых вооружены, кроме всего прочего, арбалетами, которые бьют точнее и дальше, чем знаменитые долийские луки…

– Дракон войны? – Ошарашено переспросила у Ольгерда Императрица.

– Да, Ваше Императорское Величество, именно так. А с ним, например, Адель – дракон Высокого леса, которая сражалась с Империей во время тех битв, что древние эльфы вели со своими соседями.

– Вы уже кому-нибудь об этом говорили?

– Нет, конечно, нет. Даже своих людей запер у себя в апартаментах.

– Хорошо. Возвращайся к ним и готовься выступить сегодня же вечером.

* * *

– Артур! Артур!

– Да, Ваше Величество, – вновь, как будто из ниоткуда возник ее верный помощник.

– Сколько у нас войск в Риме?

– Три сотни ваших гвардейцев и два десятка людей сэра Ольгерда.

– Распорядись, чтобы они вечером были готовы выступать. Большого обоза брать не будем – только ценные вещи и небольшой запас провианта.

– А что сказать людям Архонта? Они ведь заинтересуются приготовлениями.

– Скажи, что я собираюсь к барону Иолаю, намереваясь склонить его к выступлению на нашей стороне. Именно по этой причине большого провианта не беру, да и вещи свои, в основном оставляю в столице.

– Все сделаю, Ваше Императорское Величество, – кивнул Артур, ступая спиной к двери.

* * *

– Ваша милость! – Магистр Сильвиус был встревожен.

– Что тебе?

– Вы слышали, что Императрица со своей гвардией выехала из города?

– Да, конечно. Не понимаю, что на нее нашло, но пускай попробует. Лишняя баронская дружина нам не станет обузой.

– Мои люди проследили за ее отрядом. Они проехали поворот к барону Иолаю и направились по старому имперскому тракту в сторону Грифингара.

– Что? – Тихо переспросил Архонт.

– По всей видимости Императрица покинула нас, перейдя на сторону этого одержимого.

– Вот ведь …., – Архонт так грязно выругался, что магистр Сильвиус, привыкший к разному, даже покраснел. – Как вы думаете, почему она на это пошла?

– Переговоры… я же говорил, что этот Ольгерд ездил в Грифингар не на разведку, как твердила эта лживая женщина, а на переговоры. И приехал обратно он сам не свой.

– Демоны! – Воскликнул Архонт. – Ну где, где мне взять честных союзников?

– …

– Сколько у нас войск в Риме?

– Тридцать пять сотен, ваша милость. Преимущественно наемная тяжелая пехота.

– Догнать Императрицу реально?

– Нет, милорд. Она уехала слишком давно и налегке. А у нас конных воинов мало, да и качество их не в пример хуже гвардейцев Императрицы, что удалились вместе с ней. Даже если они догонят беглецов, то, скорее всего бесславно погибнут. Это пустая затея, – развел руками Сильвиус.

– … – Архонт зарычал нечеловеческим голосом и впал в истерику, круша все, что ему попадалось под руку. Мощные, пульсирующие эмоции буквально переполняли. А жажда разрушений и крови настолько однозначно проступала на лице, что Сильвиус поспешил мышкой вынырнуть из зала и предупредить гвардейцев о приступе бешенства у их господина.

Глава 59

Спустя полгода. Рим.

Архонт уже третий раз прибывал "в этот отвратительный" город, занимаясь решением тех или иных вопросов, связанных с вялотекущей войной. Никто не проявлял особенной активности, но и не стремился заключить перемирие или хотя бы хоть как-то договориться.

Самой большой встряской стало подтверждение известия о том, что Спящие боги проснулись. Более гадкого удара ниже пояса Архонт просто и представить не мог. Впрочем, факт того, что драконы действительно не вымысел больного воображения небольшой группы сумасшедших, в голове помещался еще хуже. Он долго, слишком долго не мог поверить донесениям. И этих дней хватило, чтобы Императрица Орлея, лично посетившая Грифингар и, вернувшись в Вал Руайо, организовала восстание в южных пределах его владений. Да и ситуация в Андерфелсе, после возвращения туда пятидесяти стражей, во главе с лидером ордена, изменилась кардинально.

Империя рушилась и он это видел невооруженным взглядом.

Одно радовало Архонта – народ Кун, узнав по своим источникам, кому они должны были противостоять, как будто с ума сошел. Прибывший посол едва сдерживал себя, объясняя, какой позор взял на себя правитель Империи Тевинтер, укрывая от своих союзников такую важную информацию. И, если не вдаваться в подробности, то Пар Воллен просто встал на дыбы, стремительно собирая ополчение, дабы выжечь эту ужасную заразу – драконов. И не только на словах. Прекратив временно поставки войск и продовольствия в Рим, флот Антивы практически в полном составе выступил в сторону армии косситов, дабы доставить их в Ферелден. Да и сами они недурственно приготовились, мобилизовав для этого похода все что могло плавать.

"Удержать натиск этих сумасшедших никто не сможет", – ухмылялся Архонт, перечитывая донесения своих агентов из Пар Волен, которые находились там для координации.

– Ваша милость, – в зал зашел слуга, – к вам герцог Логейн.

– Что ему надо?

– У него какое-то срочное донесение.

– Пусть войдет.

Слуга кивнул и вышел. Спустя пару минут он пропустил через дверь уставшего и осунувшегося от недосыпания герцога.

– Что вам нужно? – С практически не скрываемым презрением спросил Архонт.

– Я доставил вам отчет о текущем состоянии римского гарнизона и приписанных к нему войск.

– И все? – Фыркнул Архонт. – Могли бы и передать с секретарем. Не нужно было утруждать себя.

– Не все, – несмотря на дикую усталость, Логейн смотрел на Архонта спокойным, твердым взглядом. – Если все так, как я себе представляю, то у нас очень серьезные проблемы?

– В самом деле? – Ухмыльнулся Архонт. – Ну так разберитесь с ними. Меня ваши соображения не интересуют. Свою партию вы проиграли и отлично продемонстрировали свои стратегические способности. А теперь ступайте, я вас не задерживаю. – Логейн посмотрел на Архонта все тем же невыразительным взглядом и молча вышел, не рискуя вступать в полемику с этим сумасшедшим.

* * *

– Ну как прошел разговор? – Поинтересовалась дочка, когда герцог вернулся домой.

– Никак. Этот самодовольный индюк заявил, что в моих соображениях не нуждается.

– Вот как, – задумчиво произнесла дочь. – Что думаешь делать?

– А у меня… нас есть выбор? После ухода орлесианцев и восстания к северу от Вейсхаупта положение Архонта в Ферелдене стало очень сложным. Если не считать баронских дружин, которые уже ропщут, у нас едва ли насчитывается тысяча бойцов.

– Ропщут? – Усмехнулась дочь.

– Хорошо, не ропщут, а выражают открытое неудовольствие. Я вообще удивлен, как эти бароны смогли удержать в повиновении своих людей. Натуральное чудо.

– Ты считаешь, что дружинники оставят своих сюзеренов?

– Убежден. Они не ушли к этому дракону, только потому, что опасаются за свою жизнь и здоровье. Никто ведь им его не гарантирует. Да и строгая система дисциплины в рядах этой сумасбродной Рабоче-крестьянской красной армии их не радует. Это им не у баронов за бабами бегать да пиво пить сутки напролет.

– А ты не думал, что нам нужно последовать доброму примеру Императрицы?

– И что мы скажем? Извини, не признали, владыка наш чешуйчатый? Несерьезно. Он казнит нас и все. А то и того хуже.

– Ты предлагаешь нам тихо сидеть и ждать, когда эта рептилия прилетит и оторвет нам головы?

– У тебя есть предложения?

– Конечно. Я хочу жить. Понимаешь?

– Понимаю. И я хочу. Но что мы можем сделать? Архонт в своих мечтах уже совершенно заигрался. Если его тут порвут – демон с ним. Но что делать нам?

– Поехали в Вольную марку? У нас есть деньги. Много. В любом из этих городов мы сможем купить роскошный дом, представившись кем угодно, и жить с того, что давать деньги в рост. Да и торговать можно чем-нибудь. Или там купить несколько ферм в округе. Не все ли равно тебе? Это намного лучше, чем умереть.

– Нас будут искать. – Покачал головой герцог. – Он не простит нам такого поступка. После бегства Императрицы он готов лично убить любого, кто попытается дезертировать.

– Нам же это поместье больше не нужно будет, если мы уедем?

– Да.

– Вот и воспользуемся тем, что уйдем под прикрытием большого пожара. Главное, чтобы у тебя в кабинете нашли труп твоей комплекции, желательно сильно обгоревший. И такой же – у меня в покоях.

– А как вывозить ценности? Вдвоем мы много не унесем на себе. Да и ограбят на по дороге.

– У тебя есть человек двадцать лично преданных тебе дружинников, которые могут держать язык за зубами?

– Двадцать? Думаю, найти можно. Не очень уверен, что им даже алкоголь не развяжет язык, но они, во всяком случае, будут стараться.

– Ты уверен в их верности?

– Конечно. Я их вытащил из самой грязи – они из беднейших крестьян. Парочка вообще рабами была у кого-то из магов Империи.

– Хорошо. Тогда приглашай их сюда завтра к вечеру. А я позабочусь о слугах. Нужно отобрать тех, кто поедет с нами. И решить вопрос с теми, кто останется в особняке, – усмехнулась Анора.

– Ты их хочешь убить?

– Да, чтобы не разбежались. Твои ребята их всех тихо и придушат, пока мы с остальными слугами будем уходить дворами в сторону западной дороги.

* * *

– Ваша милость, – слуга аккуратно заглянул к Архонту.

– Что тебе? – Не отрываясь от чтения очередного донесения спросил он у этого слишком назойливой мухи.

– Там такое дело… герцог…

– Я же просил не беспокоить меня из-за этого полоумного? – С явно выраженным раздражением произнес Архонт.

– Дело в том, что он погиб.

– Что? – Оставив чтение глава Империи Тевинтер поднял свой взгляд на слугу. – Как погиб?

– Ночью загорелся его особняк. Пламя очень быстро охватило все здание и не позволило никому из обитателей выбраться наружу. Вместе с ним погибла его дочь, полсотни слуг и сорок стражников.

– Вы опознали герцога?

– Это затруднительно. Он очень сильно обгорел. Местами даже часть костей превратилась в прах. Но труп нашли в кабинете и по комплекции он вполне подходит. Кроме того, перстни, цепь и прочие безделушки, которые постоянно видели у герцога, находились на трупе или рядом с ним.

– Ну, что же, туда ему и дорога, – совершенно спокойно глядя на слугу, сказал Архонт. – У тебя все?

– Да, ваша милость.

– Хорошо, – сказал он и снова углубился в чтение. Гибель таких малозначительных пешек его мало интересовала и трогала. Тем более, не обладающих никакими интересующими его способностями. На горизонте маячило приближение Великой армады судов, забитых косситами, которые, по донесениям должны были через две недели показаться на горизонте бухты. Лучшие воины мира – косситы, обратили свой гнев против этой злобной ящерицы, посмевшей выбраться из своей норы и угрожать честным людям самим фактом своего существования.

Глава 60

Архонт стоял на башне королевского дворца и с восторженными глазами наблюдал за тем, как где-то вдалеке из-за горизонта начинали выплывать едва заметные темные точки – союзный флот. Его прибытие должно было поставить точку в войне с этим порождением бездны и высвободить ресурсы для окончательного подавления восстания в Империи. Да и с Орлем нужно было поквитаться. "Да, эти фанатики решат все его проблемы", – от этой мысли он зажмурился и слегка поежился, от распиравшего нетерпения и удовольствия. "Да, теперь он сможет выйти из столь плачевной ситуации с высоко поднятой головой, косситы лягут под стенами Грифингара…", а он, вынырнув под финиш сражения поставит жирную точку в этом фарсе. Его время пришло. Его шанс настал.

И тут, внезапно, в эту идиллическую картинку вторглись какие-то странные элементы. Архонт сразу и не понял даже, что это такое. А потом, когда пригляделся, обомлел – высоко в небе, далеко за пределами поражения магией и имевшимися в его распоряжении артефактов, летела огромная масса крылатых существ. Впереди темными монстрами мерно взмахивали крыльями шесть гигантских драконов, а за ними, вился густой рой белокрылых пернатых созданий – давно вымерших грифонов.

* * *

Дален летел впереди этой импровизированной эскадрильи и его душа пела. Последние несколько месяцев они с новоявленными сородичами-драконами прикладывали просто титанические усилия для того, чтобы возродить популяцию грифонов.

Очень непростая, надо сказать, получилась задача. Во-первых, пришлось искать по миру теней отдельные блуждающие души этих древних созданий. Во-вторых, оживлять давно пересохшие яйца, купленные когда-то командором у случайного прохожего. А дальше начался натуральный ад – все шесть драконов занимались ударным плетением древних эльфийских заклинаний, ускоряющих рост органики. Потом взрослые грифоны откладывали яйца по долгому внушению своих спасителей, и вся эпопея начиналась заново. Очень уж не хотелось командору создавать грифонов с юными, девственно чистыми и неокрепшими сознаниями. Поэтому все оживленные таким образом небесные создания оказались старыми, опытными и весьма разумными представителями своего вида.

Впрочем, для создания полноценной эскадрильи потребовалось заняться обучением "летчиков", то есть, наездников грифонов.

Но и с этой проблемой все сложилось просто замечательно, потому как Первый страж, решился на оптимизацию ритуала, который, в конечном счете, привел к тому, что все две сотни серых стражей пополнили контингент обитателей домена. Это породило много всевозможных "фишек". Особенно учитывая тот факт, что всех грифонов в обязательном порядке связывали с доменом и, ложась спать, они автоматически туда подключались, как и более двухсот Серых стражей.

Этот подход позволило всем "летчикам" пройти очень интенсивный курс обучения и привыкнуть к своим небесным "скакунам", проводя в нормальном мире всего по десять-пятнадцать часов налета, хотя в мире теней каждый имел свыше трехсот. А добавляя к подобному подходу многоопытность грифонов, Дален просто млел – результат превосходил все ожидания Первого стража. Шутка ли – сто семьдесят пять небесных наездников, способных к довольно виртуозному управлению своими грифонами.

* * *

Старшина Элестар уверенно вел своего грифона, не зря его считали одним из лучших наездников ордена, уступая, разве что драконам, которые и обучали стражей этому непростому делу. Но драконам уступали все, так что Элестар по праву считал себя лучшим.

Вот где-то внизу стали наплывать, стремительно приближаясь, утлые суденышки, забитыми под самую завязку пассажирами, когда Элестар отвлекся от своих грез, заметив, как драконы перестраиваются в боевой ордер. А за ними потянулись и остальные отряды.

Время для старшины замедлилось настолько, насколько это было только возможно. Даже звуки стали какими-то размытыми.

Вот какой-то дракон, а он их так и не научился отличать, нырнул в пике, параллельно начиная плести заклинание огненного шара. Вот он "отбомбился", точно попав в корабль, и стал уходить на вираж, забирая вверх и влево. За ним на флот обрушился второй дракон, третий, четвертый… и как только шестой пошел на вираж, выходя из пикирования, первый подготовился к новому заходу.

Вся эта непонятная возня с пикированиями очень сильно не нравилась Элестару, однако, правила установленные командором нарушать он не желал. Тем более что они чисто теоретически должны были защитить небесных всадников от успешных стрелков. Дескать, по пикирующему грифону или дракону попасть сложнее, чем по тому, что летит ровно и аккуратно.

Завертелась смертельная карусель. Внизу уже пылали огромными кострами первые корабли и стали доноситься дикие, полные ужаса крики. Но наблюдать за подобной красотой с большой высоты никто не собирался. Видя, что уже пора, старшина единственного в этом мире военно-воздушного флота повел свое звено на первый заход пикирования. Выбрав цель, Элестар достал из сумок небольшую зажигательную бомбу, с начинкой, сделанной на базе белого фосфора, и понесся вниз, норовя ее отправить прямо в палубу качающегося на волнах судна.

* * *

Архонт стоял на башне королевского дворца и дикими, полными ярости и безумия глазами смотрел на то, как в море занималось зарево из сотен костров. Надежда его уже оставила. Как раз в тот момент, когда он увидел то невероятное количество грифонов, идущих вслед за драконами топить флот. Он не знал, как небесный наездник может утопить корабль, но понимал, что эта проклятая ящерица придумает что-то…. И она придумала.

Правитель Империи Тевинтер не видел, сколько прошло времени, прежде чем эти "крылатые …" снова построились в небе и двинулись обратно, видимо, завершив свое черное дело.

Они летели высоко. Слишком высоко, чтобы можно было чем-то их зацепить. Ни магия, ни метательное оружие, ни артефакты, не действовали на таком гигантском удалении. Вот если бы они снова, как на корабли пошли на штурмовку, вот тогда – да, их можно было бы сбить, сжечь, превратив в куски обугленного мяса, пойди они на такой самоубийственный шаг.

Архонт смотрел на этих гордых, наглых "летунов" и у него от бессильной злобы скрежетали зубы, норовя сломаться или раскрошиться. И этот ящер, как будто специально стараясь довести его до безумия, сплел какое-то странное заклинание… доводящее всех, кто видел произошедшее буквально до приступов неуправляемой агрессии. Бессилие и злоба, нет, скорее ненависть, тесно переплелись в этих людях с бурлящей, буквально выплескивающейся изо всех щелей яростью.

* * *

Дален ухмылялся. Ничего принципиально сложного в этом не было – четыре взаимосвязанных плетения поддерживались мозгом дракона довольно легко. Поэтому создать в воздухе три плоских диска из плотно сжатого воздуха и заставить их синхронно вибрировать – оказалось просто. Зато какой эффект!

Переводить старый добрый "Марш авиаторов" командору было лениво, а потому из этих трех импровизированных динамиков лился мощный, громкий и до слез знакомый поток русской речи под не менее близкие Далену звуки Юрия Хайта.

Мы рождены, чтоб сказку сделать былью,

Преодолеть пространство и простор,

Нам разум дал стальные руки-крылья,

А вместо сердца – пламенный мотор.

Эпилог

Война закончилась для Архонта совершенно бездарно. Восставшие жители Рима, к которым присоединились воины Империи, самым банальным образом обложили дровами и ветлой королевский дворец и сожгли его. После чего сдались на милость драконов.

Потом было несколько воздушных походов в Неварру, приведших к захвату ряда плацдармов для строительства в них неприступных крепостей ордена. Так же бессчетное количество боевых вылетов в Антиву, которую орден после известных событий стал использовать для обучения бойцов бомбометанию и стрельбе из арбалетов по наземным целям.

Андерфелс в конечном итоге обрел независимость, так как Императрица Орлея так и не справилась с чувством дикого страха перед воздушными налетами авиации ордена.

Империя Тевинтер пала под ударами восстаний и оказалась разделенной между Андерфелсом, Неваррой и орденом Серых стражей, который добился поразительного влияния и могущества на территории всего Тедаса. Чему способствовал огромный флот небесных наездников, превышающий пятьсот "голов" и ведомый древними драконами, которые этот орден и возглавили. И это только спустя пять лет.

Мир изменился. Кардинально.

Спустя сто лет после той большой войны командор смог перестроить народное хозяйство и очень сильно изменить менталитет населения, с упорством бульдозера занимаясь насаждением социализма в отдельно взятой стране. В бывшем королевстве появились первые фабрики, наполненные средствами производства магического и механического характера. Имелись многочисленные сельскохозяйственные предприятия, обеспечивающие страну продовольствием. Школы, училища, институты, библиотеки, больницы, поликлиники, музеи и многое другое. Дален передавал этому миру все то лучшее, что он знал и умел, стремясь сделать его лучше.

* * *

В 107 году новой эры случилось то, чего никто не ожидал. Бессменный правитель ордена Серых стражей и Советской социалистической республики Ферелден умер. Совершенно неожиданно для всех. Просто в одно весеннее утро его нашли бездыханным на троне. Он смотрел в окно, на восход. А его тело уже не то, чтобы остыло, а даже закаменело.

Таким его и похоронили, посадив прямо на его троне в спешно сделанную усыпальницу глубоко в горах.

* * *

Боль в голове прошла и темнота, которая заполнила все вокруг несколько минут назад, стала потихоньку рассеиваться. Проступая местами молочно-густым туманом.

Он еще посидел на своем троне с минуту, пытаясь понять что происходит, но, наконец, не выдержал, встал и… понял, что под ногами у него не пол, а земля.

Дален повернулся, желая сесть обратно на свой трон, но его уже не было. Шаг, другой. Пусто. Лишь земля и молочно-густой туман.

– Ты не меня ищешь? – Дален повернулся на звук и замер – перед ним была небольшая полянка самого унылого вида, покрытая пересохшей практически до каменного состояния и почерневшей землей. А в центре, на небольшой причудливой коряге сидел какой-то странный человек в сером, покрытом пылью и паутиной балахоне с гигантским капюшоном. Кисти его рук были укрыты в складках этой странной одежды, а ноги прятались в густом тумане, который, именно у коряги не до конца развеялся.

Начал писать 25.05.2012. Том завершен 03.08.2013.

Content

Михаил Ланцов
Механический волшебник 2

Пролог

Часть 1 Тяжелый дебют

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Часть 2 Мастер-ломастер

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Часть 3 По пути дракона

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Часть 4 Дракон

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Часть 5 Подгорный престол

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Часть 6 "Новые приключения Шурика"

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Часть 7 "Дален в октябре"

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Часть 8 Междуцарствие

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Часть 9 "Фабрики крестьянам, земли рабочим"

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Эпилог