Тереза Карпентер

Подарок плейбоя

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Глава 1

Скай Миллер опустилась в бежевое кожаное кресло и устало посмотрела на адвоката. — Спасибо, что пришли, мисс Миллер, — сказал он. — Я понимаю, как вам сейчас тяжело.

Скай отвела взгляд, чувствуя, как к ее горлу подкатывает холодный, горький комок, а на глаза наворачиваются слезы. Через десять месяцев после смерти ее брата Айдена ей пришлось вновь испытать боль утраты. Несколько дней назад они похоронили жену брата Кесси, и все вокруг шептали, что бедная девушка умерла от разбитого сердца, так и не примирившись со смертью любимого мужа.

Сегодня Скай пришла в адвокатскую контору, чтобы обсудить вопрос опеки над ее осиротевшей племянницей, очаровательной малышкой, которую Скай никогда не позволяла себе по-настоящему полюбить.

— Я до сих пор не совсем понимаю, почему я здесь. Я была уверена, что опекунами Рианны станут родители Кесси.

— Я все объясню вам, как только появится… А вот и он.

На плечи Скай легли сильные мужские руки.

— Здравствуй, Скай.

Ей не нужно было оборачиваться, чтобы определить, кто перед ней, ведь этот голос она знала лучше, чем любой другой в этом мире. Ретт Салливан, лучший друг Айдена и ее первая любовь. Единственный человек, способный понять, насколько ей сейчас больно.

Человек, которого она тщетно пыталась забыть. Адвокат поймал взгляд Ретта и поспешно поднялся.

— Я вернусь через пару минут, — сказал он и вышел из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь.

— Я понимаю, как тебе сейчас одиноко, — сказал Ретт, опускаясь перед Скай на корточки, чтобы видеть ее опущенное лицо. Его знакомые до боли голубые глаза лучились теплом и заботой. — Ты ведь помнишь, что можешь в любой момент позвонить мне? Салливаны всегда считали тебя частью нашей семьи, и я сделаю все, чтобы поддержать тебя.

Ну конечно. Салливаны.

— Только… — Душившие Скай слезы не дали ей закончить фразу, поэтому она лишь молча кивнула.

— О, милая, я тоже ужасно скучаю по нему, — вздохнул Ретт, ласково отведя упавшую на ее лицо прядь.

Она закрыла глаза и глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться, но эта боль была сильнее ее. Давно сдерживаемые слезы рвались наружу.

Скай встала, собираясь пройти мимо него и спрятаться в примыкавшей к кабинету адвоката ванной комнате, чтобы наедине с собой оплакать свое горе, но Ретт не дал ей этого сделать. Поймав Скай за руку, неторопливо притянул ее к себе. Уже через секунду она была в его теплых руках, вселяющих уверенность и покой, успокаивающе скользивших по ее спине и коротким волосам.

Слезы двумя ручьями текли по щекам Скай. В его уютных объятиях держать себя в руках, скрывая от чужих глаз свою боль, было почти невозможно.

Скай не знала, сколько она так проплакала, спрятав лицо на широкой груди Ретта.

— Мне так его не хватает, — всхлипнула она. — А теперь и Кесси нет с нами.

— Я знаю, милая, — прошептал Ретт.

— До сих пор не могу поверить в то, что я потеряла их обоих.

— Они не покинут тебя, пока память о них живет в тебе.

Скай тяжело вздохнула. Она знала, что для Ретта, выросшего в большой семье и за эти годы пережившего немало потерь, это были не просто слова, но сейчас они не слишком помогли ей.

— Это не одно и то же.

— Да, — кивнул он, понимая, что больше здесь ничего не скажешь.

Одно присутствие этого высокого широкоплечего мужчины помогало ей расслабиться, успокаивало. Скай знала его почти всю свою жизнь, любила его большую часть этой жизни, но вместе они провели не слишком много времени. История их отношений была слишком сложной, чтобы сейчас им было комфортно подолгу находиться в обществе друг друга, но Скай знала, что в минуты общего горя может на него положиться, и была рада, что именно он сейчас рядом с ней.

Немалым усилием воли, Скай заставила себя сделать шаг назад, разрывая объятия.

— Все уже в порядке, спасибо тебе, — сказала она, взяв с кресла свою сумочку.

— Тебе не обязательно постоянно быть сильной, — тихо произнес наблюдавший за ней Ретт.

— Возможно, но это лучше, чем постоянно рыдать, — вздохнула Скай. — Извини, мне нужно привести себя в порядок.

Закрыв за собой дверь в маленькую ванную комнату, она тщательно вымыла лицо холодной водой. Избавление от предательской красноты вокруг глаз и растекшейся косметики, несколько минут наедине с собой и новый макияж помогли ей немного прийти в себя и скрыть все внешние следы недавних слез.

Еще больше бы ей помог ответ на вопрос, терзавший ее последние несколько минут: что здесь вообще делает Ретт? Какое он имеет отношение к удочерению Рианны?

Вернув на лицо маску спокойствия, она открыла дверь в кабинет мистера Берна.

— Ретт Салливан, дизайнер? — услышала она голос адвоката. — Из «Драгоценностей Салливанов»?

— Да, — кивнул Ретт. — Мой брат Рик занимается деловыми вопросами, а Айден Миллер был управляющим в нашем магазине.

— Я купил там обручальное кольцо для моей жены. У вас замечательные украшения, и сделаны они не так топорно, как у других.

— Спасибо, мы стараемся, — обаятельно улыбнулся Ретт.

— Простите за то, что заставила вас ждать, — сказала Скай, возвращаясь в свое кресло. — Мистер Берн, пожалуйста, объясните, почему мы здесь. Я была уверена, что опеку над Рианной передадут Глисонам, родителям Кесси.

— Возможно, это когда-то планировалось, но мать девочки изменила свое решение. Пару лет назад мистер Глисон пережил тяжелый инсульт, кроме того, он и его жена уже не молоды и вряд ли смогут справиться с ребенком, недавно начавшим ходить. Принимая во внимание все эти факторы, было решено передать опеку над Рианной вам двоим.

Скай не сразу поверила своим ушам. Как Кесси могла с ней так поступить? Разве она не понимала, что это будет настоящим предательством?

Ретт сидел всего в двух шагах от нее, и поэтому внезапно нахлынувшие воспоминания о прошлом были особенно болезненными. Разочарование, разбитые надежды, отчаяние — все это единым потоком обрушилось на нее. Еще одна ее потеря.

Нет, наверняка это какая-то ошибка. Кесси не могла этого сделать.

— Мисс Миллер? Мисс Миллер, с вами все в порядке? — обеспокоенно спросил адвокат, заметивший странное выражение ее лица. — Может быть, вы хотите кофе или воды?

— Нет, спасибо, — покачала головой Скай.

Она догадывалась, почему так заволновался адвокат. Ее лицо сейчас, наверное, было белым как снег. Скай чувствовала, как кровь отливает от ее щек. Может быть, поэтому у нее так кружится голова? Мозгу не хватает кислорода, он бастует против своей хозяйки, и вдруг возникшая необходимость взять под свою опеку ребенка брата не имеет к этому никакого отношения?

— Продолжайте, пожалуйста. Как видите, ваши слова удивили меня. Мы с мистером Салливаном не пара, и никто из нас не проводил достаточно времени с Рианной, чтобы сейчас стать ее опекуном.

— Вы должны понимать, что Кесси была единственным ребенком в семье, так что выбор у нее был не слишком большой. Но она была полностью уверена в своем решении.

— Но как это возможно? Я не знаю, как растить ребенка, а Ретту нормальный человек и золотую рыбку бы не доверил…

— Эй! — возмутился он.

— Прости, но мы оба знаем, что ты никогда раньше не имел дела с маленькими детьми.

Ретт, которому нечем было ответить на это обвинение, чуть пожал плечами.

Он не знал, что делать дальше. Айден и Кесси не должны были умереть, он не должен был стать опекуном Рианны, тем более не вместе со Скай, которой и так пришлось пережить слишком много горя.

— Кесси была уверена в своем выборе, потому что знала, что Айден одобрил бы его. Если вы откажетесь от Рианны, я буду вынужден передать ее в приют, — продолжал адвокат.

— Но Глисоны…

— Возможно, согласятся взять ее, но вряд ли наблюдатели из социальных служб утвердят их кандидатуру.

— Но… Я очень любила своего брата и ни за что не допущу, чтобы его ребенок оказался в детдоме, но у меня однокомнатная квартира. Как вы себе это представляете?

— Родители Рианны создали для нее сберегательный фонд. Вы можете воспользоваться средствами из него.

— Не нужно, у меня достаточно денег, — вмешался Ретт.

— Ты правда собираешься стать опекуном Рианны? — спросила Скай, пристально глядя на своего бывшего возлюбленного. — Ты понимаешь, что это решение изменит всю твою жизнь?

— А разве у нас есть выбор? — Ретт устало покачал головой — все эти бюрократические формальности сводили его с ума. — Глисоны славные, но пожилые люди, они не могут взять на себя заботу о таком маленьком ребенке. И конечно, я не допущу, чтобы Рианна попала в детский дом.

— Рик и его жена могут взять ее, — предложила Скай, вспомнив о брате-близнеце Ретта. — Или кто-то еще из твоих братьев…

— Нет, это должен быть я. В чем дело, Скай? Ты говоришь все это из-за того, что произошло пятнадцать лет назад?

Он мог бы и не задавать этого вопроса. Если все его мысли сейчас были о событиях пятнадцатилетней давности, то и ее тоже.

— Не важно, — отрезала она. — Судьба тогда ясно дала понять, что нам не суждено быть родителями.

— Раньше ты не была такой фаталисткой.

Ответом ему был короткий горький смешок сквозь сжатые губы. Ретт знал, что в этом году Скай через многое пришлось пройти. Он не хотел причинять ей новую боль, но похоже у него просто не было другого выбора.

— Это было давно. Может быть, за столько лет судьба передумала и послала нам весточку в лице Рианны?

— Почему это должен был быть именно ты? — почти жалобно спросила Скай.

— Что?

— Рик тоже был близким другом Айдена, и он без колебаний согласился бы стать опекуном Рианны, но ты только что сказал, что это должен быть ты. Почему?

Ретт с трудом сдержал рвущееся с губ проклятие. Она была слишком умна, чтобы не заподозрить неладное. Итак, правда или ложь? Ложь уберегла бы ее от новой боли, но нельзя было начинать их партнерство со лжи. Сейчас он должен был в первую очередь думать о Рианне.

— Потому что она моя дочь.

Глава 2

Скай, оцепенев, смотрела на Ретта. Гнев, отчаяние, боль, сожаление волнами прокатывались по ее телу. Нет, это просто не может быть правдой.

— Айден был отцом Рианны.

— Нет.

— Конечно, он был им.

— Скай… — Ретт попытался взять ее за руку, но она отпрянула. — Ты ведь знаешь, что Кесси и Айден долгое время не могли зачать ребенка?

— Да, — неуверенно кивнула Скай, боясь развивать эту мысль. — Кесси говорила, что им потребовался донор спермы. — Она глубоко вздохнула. Если она хотела пережить этот ужасный день, ей нужно было оставаться спокойной. — Ты?

— Да.

Адвокат снова поднялся, собираясь выйти из кабинета.

— Я дам вам несколько минут.

— В этом нет необходимости, — сказала Скай, вставая. — Я ухожу.

Она действительно взяла сумочку и направилась к двери, но Ретт поймал ее за руку.

— Пожалуйста, Скай, подожди, — взмолился он, преграждая ей путь к двери. — Прости, что тебе пришлось узнать об этом так. Прости, что из-за нашего общего прошлого эта новость причиняет тебе боль, но сейчас мы должны думать о более важных вещах.

— О твоей дочери.

— Да, и ты хоть представляешь себе, каково мне сейчас? Всего этого не должно было произойти.

— Бедный, бедный Ретт. Сомневаюсь, что Айден и Кесси действительно были довольны твоей кандидатурой в качестве опекуна их ребенка.

— Возможно, но сейчас я пытаюсь поступить правильно. Рианна не должна страдать из-за нашего прошлого.

Новая волна боли накрыла Скай с головой. Потеря их ребенка навсегда осталась в ее памяти связанной с потерей мужчины, который когда-то был любовью всей ее жизни и ее лучшим другом.

А теперь они были связаны обязательствами перед его ребенком, рожденным от другой женщины. Одна эта мысль ранила Скай больнее ножа.

— О господи! — Она обессиленно опустилась в кресло. — Тогда забирай ее. Я тебе не нужна.

— Нет, нужна, — покачал головой Ретт, опускаясь перед ней на корточки. — Ты была права, когда сказала, что я ничего не знаю о детях. Я никогда не проводил с ребенком больше двух часов подряд, как я смогу стать хорошим отцом? И ты нужна Рианне. Ты ведь ее семья.

— Как оказалось, это не так, — горько улыбнулась Скай. — У нас ведь нет ни капли общей крови.

Почему ей так больно сейчас, если до этого она сознательно не позволяла себе сближаться с Рианной?

— Семья — это не только общая кровь, — покачал головой Ретт. — Пожалуйста, Скай. Ты нужна мне.

Она покачала головой, не желая этого слышать. Ретт просил слишком многого. Она не сможет быть опекуном Рианны, ведь каждый раз, когда она будет видеть ее или брать на руки, память о ее собственном ребенке будет возвращаться с новой волной боли.

— Жены твоих братьев помогут тебе справиться с этим.

— У них есть собственные семьи и работа, но дело не только в этом. Ты тетя Рианны, с тобой она чувствует себя комфортно. Скай, неужели ты откажешься от дочери Айдена? Пусть в ней мои ДНК, но ведь именно он стал ее отцом.

Его слова попали в цель. Скай обожала своего старшего брата и никогда бы не сделала ничего, что могло бы его расстроить.

— Хорошо, — тяжело вздохнула она и повернулась к адвокату: — И как вы себе это представляете?

— У вас будет совместная опека: вы должны будете создать для Рианны комфортные условия, помочь ей пережить потерю родителей. Первое время вы будете находиться под надзором наблюдателей из службы социальной опеки, которые будут совершать неожиданные визиты в ваш дом, чтобы удостовериться в том, что вы справляетесь.

— Понятно, — кивнул Ретт. — Так как мой дом гораздо больше квартиры Скай, думаю, первое время Рианна поживет у меня.

— Позвольте мне дать вам совет. Сейчас у девочки сложный период, она травмирована смертью родителей и любые резкие перемены в своей жизни будет переносить очень тяжело. Постоянные переезды из одного дома в другой только травмируют ее еще сильнее. Пока она не привыкнет к вам и не начнет воспринимать вас как своих родителей, ей будет лучше иметь стабильное окружение.

— Мы поняли, — кивнул Ретт. — Значит, теперь мы официально считаемся опекунами Рианны?

— Да. Сейчас она у Глисонов, вам осталось только забрать ее.

Мобильный телефон в кармане Скай в третий раз завибрировал, извещая свою хозяйку о том, что кто-то упорно добивается ее внимания. Раньше она всегда отключала телефон во время работы, но тогда она не была опекуном полуторагодовалой малышки.

Она не сомневалась в том, что сейчас ей звонит Ретт. Это был их третий разговор за сегодняшнее утро — внезапно ставший отцом мужчина пытался выяснить, что делать с бутылочкой и чем кормить ребенка.

Прямо со встречи с адвокатом Скай поехала на свадьбу, на которой была фотографом, поэтому ее не было с Реттом, когда он забирал Рианну у Глисонов.

Все это казалось странным сном. Раньше они с Реттом месяцами не разговаривали, а теперь ее номер у него на быстром наборе.

— Алло, Ретт, я тут пытаюсь работать, — раздраженно сказала она, нажав кнопку и вздрогнула от громкого детского плача, раздававшегося на заднем плане.

— Я бы не позвонил, если бы у меня не было на то серьезной причины, — прошипел он в ответ. — Я не знаю, что делать с Рианной: она все время плачет и зовет маму.

— А чего ты ожидал от ребенка, который только что лишился родителей? Ты должен быть терпеливее.

— Мое терпение на исходе, — тяжело вздохнул Ретт. — Она сводит меня с ума.

Скай полностью разделяла его чувства. Она тоже была на пределе.

— Чем я могу тебе помочь?

— Я собираюсь поменять Рианне подгузник. Объясни мне, как это делается.

— Ты серьезно? — удивилась Скай, не понимая, что там сложного: снял грязный подгузник, вытер ребенка, одел чистый, и вся премудрость. Наверное, Ретт действительно просто устал.

Она быстро объяснила ему, как справиться с подгузником, и продолжила:

— Если Рианна все это время плакала, то, наверное, очень устала. Попробуй дать ей немного сока. Отнеси ее в полутемную комнату и укачивай, пока она будет пить.

— Думаешь, мне удастся ее усыпить? — с сомнением уточнил Ретт.

— Не узнаешь, пока не попробуешь. Если ничего не получится, позвонишь мне. Я приеду, как только освобожусь.

На другом конце провода раздался очередной детский вопль, который сменили частые телефонные гудки. Скай оставалось молиться, что Ретту все-таки удастся уложить Рианну спать.

* * *

— Черт! Черт! Черт!

Каблучки Скай стучали в такт ее словам, пока она поднималась по крыльцу большого двухэтажного дома Ретта, расположенного в пригороде Сан-Диего.

Необходимость впустить бывшего возлюбленного в свою жизнь приводила ее в полное отчаяние. На то, чтобы оправиться после их разрыва, у Скай ушло несколько лет, и у нее не было ни малейшего желания пережить это вновь.

Но раскисать было нельзя, потому что помимо внезапно появившегося ребенка у нее была масса работы, начиная с пятничного праздничного ужина и заканчивая свадьбой в воскресенье. Когда Скай пыталась представить себе, какой станет ее жизнь с появлением у нее Рианны, начинался приступ паники.

Скай не была готова к такому повороту судьбы, не могла позволить себе опять рисковать своим бедным сердцем, потому что знала, что еще одну потерю ему уже не вынести.

Что ж, она поможет Ретту найти общий язык с Рианной, обустроить ее на новом месте, а потом навсегда уйдет из их жизни.

Это уже было похоже на план, оставалось только осуществить его.

Позвонив в дверь, она приготовилась встретить хозяина дома широкой дружелюбной улыбкой, которая так и застыла на ее лице при виде хмурого небритого и полуодетого Ретта с рыдающей Рианной на руках.

— Слава богу, — с облегчением вздохнул он, увидев Скай, и первым делом всучил ей плачущую девочку.

— Здравствуй, маленькая, как ты? Все хорошо, — заворковала она, пытаясь успокоить Рианну.

— Мама? — спросила девочка, с надеждой заглянув ей за спину.

Сердце Скай сжалось от сочувствия. Она не могла сказать этой славной малышке, что ее любимая мамочка больше никогда не придет.

Рианна снова начала всхлипывать, и Скай прижала ее к себе, одновременно укачивая ее и поглаживая по спинке. Ее взгляд скользнул по комнате и остановился на Ретте — ей нужно было отвлечься хоть на мгновение от печальных мыслей, но вряд ли это стоило делать, глядя на идеально вылепленный мужской торс с рельефными кубиками пресса и широкой грудью, покрытой черными, чуть вьющимися волосками.

При взгляде на Ретта ее сердце всегда билось быстрее, но сейчас это было совершенно неуместно. Скай почувствовала, как кровь приливает к ее щекам, но, поймав взгляд Ретта, вместо насмешки обнаружила в нем только сочувствие и понимание.

— Когда я смотрю на нее, у меня сердце кровью обливается, — вздохнул он.

Ретт устало провел рукой по волосам, и без того взлохмаченным донельзя. Скай не привыкла видеть его в таком виде — обычно Ретт очень тщательно следил за своей внешностью, но время, проведенное наедине с маленьким ребенком, не прошло для него даром.

Но даже сочувствие, которое она испытывала, глядя на него, не растопило злость, занозой засевшую в ее груди с момента встречи с адвокатом.

— Нам нужно поговорить, — решительно сказала она, входя в дом.

— О чем? — напрягся Ретт.

— Ты знаешь о чем.

— Прежде чем ты начнешь кричать на меня, хочу сказать, что это не моя вина, — попытался протестовать Ретт, но Скай жестом остановила его и прошла в гостиную.

Здесь царил приятный полумрак и играла тихая музыка — видимо, именно тут Ретт пытался убаюкать Рианну. Единственным ярким пятном было окно, из которого открывался потрясающий вид на океан. Голубые стены и серебристо-серая мебель казались лишь обрамлением этого прекрасного пейзажа.

Опустившись на мягкий кожаный диван, Скай пристроила всхлипывающую малышку на колени и повернулась к Ретту:

— Итак…

— Скай, пожалуйста, выслушай меня. Не моя вина в том, что ты ничего не знала. Я думал, что Айден сам расскажет тебе о…

— О том, что жена моего брата родила от тебя ребенка? — язвительно уточнила она. — Нет, Айден, видимо, решил, что эта незначительная деталь меня не заинтересует.

— Прости, мне жаль, что тебе пришлось так об этом узнать.

— Ты сам мог бы рассказать мне правду.

— Неужели? И как бы я это сделал? Наши разговоры о детях никогда ничем хорошим не заканчивались, — сказал он, тяжело опускаясь на диван рядом с ней.

Только сейчас она заметила, каким изможденным он выглядит. На лбу и над верхней губой блестели капельки пота, а под глазами залегли темные круги.

— С тобой все в порядке? — осторожно спросила Скай, в голосе которой смешалось раздражение и беспокойство.

— В полном, — кивнул Ретт, с трудом сдерживая кашель. — Обычная простуда, с которой я никак не могу справиться.

— Идиот! — воскликнула Скай. — Если ты простужен, с тобой определенно не все в порядке. — Протянув руку, она прижала ладонь ко лбу Ретта. — Горячий. — Что ж, это объясняло, почему он ходит по дому полуголый.

— Спасибо за новость, — криво усмехнулся Ретт.

— Ты хоть таблетки пьешь, умник?

— Да, но они не слишком-то помогают, — вздохнул он, устало прикрыв глаза. — Прости, сегодня я чувствую себя не лучшим образом. По моей голове словно ежесекундно бьют отбойным молотком.

Рианна, до этого мирно сидевшая на руках у Скай, отстранилась и позвала:

— Мама? Мама! — Не дождавшись ответа, она снова расплакалась.

Скай поднялась и начала укачивать девочку, но через пять минут стало ясно, что это ни к чему не приведет.

Ретт сидел на диване, явно с большим трудом удерживая глаза открытыми.

— Тебе вряд ли понравится моя идея, но другого выхода я не вижу. Тебе придется взять себя в руки, одеться и отвезти нас покататься. — В ответ раздался мученический стон. — Это усыпит ее хоть на какое-то время, — объяснила она в ответ на непонимающий взгляд Ретта.

— Может, ты обойдешься без меня? — взмолился он. — Я провел с ней два дня, теперь твоя очередь.

— Ну уж нет. Ты ведь был готов взять на себя полную ответственность за этого ребенка. Я здесь, чтобы помочь тебе, а не заменить.

— Смилуйся, я же болен.

— Ты только что сказал, что у тебя все в порядке.

— Скай, перестань, мне нужен отдых.

— А мне сегодня днем нужно было работать, но тем не менее я здесь, так что оторви свою задницу от дивана и одевайся!

— Ну, раз уж ты так вежливо меня попросила… — недовольно вздохнул Ретт, вставая.

Скай смотрела ему вслед, уже почти раскаявшись в том, что заставила его поехать вместе с ними. Только сейчас она заметила, какими тяжелыми и вялыми стали его обычно быстрые и уверенные движения. Похоже, состояние Ретта и впрямь оставляло желать лучшего.

Но она собиралась неотступно следовать своему плану, а это значило, что Ретт должен был как можно больше времени проводить с дочерью. Только так он сможет привыкнуть к новой для него роли отца и научиться обходиться без ее помощи. Это пойдет на пользу всем, и в первую очередь, конечно, Рианне. Бедной девочке сейчас была нужна вся любовь, терпение и забота, которую он мог ей дать, а Скай оставалось надеяться, что за пятнадцать лет Ретт изменился и в критической ситуации поступит с этой малышкой лучше, чем с ней когда-то.

Скай последовала за Реттом, чтобы найти комнату Рианны и взять дорожную сумку с ее вещами и подгузниками. Она прошла по длинному коридору мимо гимнастического зала, мастерской, маленькой гостиной, заполненной разнообразной аудио-, видео— и игровой техникой, и кабинета. Все комнаты были обставлены со вкусом, присущим настоящему дизайнеру, но ни в одной из них не было даже намека на присутствие в доме ребенка. Вернувшись в гостиную, Скай еще раз осмотрелась и обнаружила сумку с подгузниками за диваном, на котором только что сидела.

К моменту возвращения Ретта, Рианна уже была переодета и готова к поездке. Скай отдала ему сумку и с малышкой на руках пошла к большому джипу Ретта, стоящему на подъездной дорожке, рядом с его любимыми спортивными машинами. Устроив девочку в детском кресле на заднем сиденье, Скай села рядом с Реттом.

Рианна продолжала плакать еще несколько минут, но, когда они выехали на шоссе, быстро заснула. Скай устроила ее поудобнее, накрыла теплым одеяльцем и повернулась к Ретту.

— Почему ты думал, что я рассержусь? — напряженно спросила она.

Он взглянул на нее, потом снова перевел взгляд на дорогу.

— Потому что, если верить Айдену, ты считаешь, что я ответствен за все мировые катастрофы, начиная с гибели «Титаника» и заканчивая нашествием на Мексику пчел-убийц.

— Это просто смешно. Тебя тогда еще и на свете не было.

Как Айден мог сказать нечто подобное? Ретт был виноват перед ней лишь в том, что разбил ей сердце. Может быть, преувеличивая ее ненависть к Ретту, Айден пытался защитить ее от новой боли?

— То же самое я сказал Айдену, — откликнулся Ретт и снова закашлялся.

— Ты выпил лекарство? — обеспокоенно спросила Скай.

— Да, я в порядке, — кивнул он и неожиданно обжег ее острым взглядом голубых глаз. — Я знаю, что новое положение вещей тебе не по душе, но мне нужно, чтобы ты наконец взяла себя в руки.

Глава 3

Слова Ретта показались Скай внезапным, а оттого еще более болезненным ударом под дых. Она медленно выдохнула, пытаясь успокоиться. Судьба-злодейка словно смеялась над ней. Каждый раз, когда Скай преодолевала трудности, оправлялась после очередного удара, почва вновь уходила у нее из-под ног.

Вот и сейчас, как и много лет назад, она чувствовала себя потерянной, разбитой, несчастной.

Но это не помешало Скай гордо вздернуть подбородок. Она не собиралась показывать Ретту свою слабость и уязвимость.

— Это говорит человек, который умолял меня о помощи? Напомни-ка мне, почему я вообще согласилась тебе помогать?

— Потому что ты любила своего брата и его здесь нет, чтобы решить эту проблему.

— Эй, Ретт, здесь только тебя съедает чувство долга.

— Значит, ты была готова отдать дочь брата в приют? — холодно поинтересовался он, и так прекрасно зная ответ на свой вопрос.

— Нет, я бы никогда не смогла этого сделать, — тихо ответила она, отвернувшись к окну, чтобы Ретт не видел ее лица.

— Тогда, пожалуйста, постарайся изменить отношение к этой ситуации, и давай начнем работать вместе. У меня есть своя жизнь и работа, но эти два дня я занимался только Рианной.

— Бедный Ретт, твое первое знакомство с тяготами отцовства оказалось не слишком приятным?

— По крайней мере, я не пытался решить все свои проблемы, выйдя замуж за первого встречного зануду, — фыркнул он, не отрывая взгляда от дороги.

Занудой ее бывшего мужа всегда называл Айден. Видимо, Ретт перенял от него эту привычку.

— Моя жизнь тебя не касается, — сухо ответила она.

Тем более что все это было в прошлом, включая самого Ретта и мистера Зануду, свадьба с которым оказалась не самым мудрым решением в жизни Скай. После развода она решительно отказалась от личной жизни, предпочтя ей полное погружение в работу. Смотреть на мир через объектив фотоаппарата было куда проще, чем налаживать с ним личный контакт.

— Возможно, но теперь она касается Рианны.

— Это твой ребенок, и ты отвечаешь за него, не я.

— Скай… — Ретт накрыл ее ладонь своей и чуть сжал ледяные от волнения пальцы, но она отдернула руку. — Поверь, станет легче, если мы будем действовать вместе. Только так мы сможем вернуться к нормальной жизни с прежним рабочим расписанием.

— Ты можешь нанять няню, — не сдавалась Скай.

— Могу, но не стану этого делать, — отрезал он. — Не хочу отдавать Рианну на попечение постороннего человека, особенно сейчас, когда ей в первую очередь нужна ты.

— Тебе не следует рассчитывать на меня, — покачала головой Скай. — Я всегда могу уйти, оставив тебя разбираться во всем самому… Или внезапно выйти замуж за очередного зануду.

— Я готов рискнуть, — усмехнулся Ретт, неожиданно сжав ее руку. — Она моя дочь, Скай.

— Ты продолжаешь повторять эти слова так, словно они действительно имеют для тебя какое-то значение, — поморщилась она, попытавшись освободиться, но Ретт держал ее крепко.

— Ты знаешь, что имеют. Для меня нет ничего важнее семьи.

— Для того чтобы вырастить ребенка, одного чувства долга недостаточно. Пока ты даже не нашел для нее места в своей холостяцкой берлоге. Да и как ты это сделаешь? У тебя ведь нет комнаты для гостей.

— А ты, значит, все проверила, пока я переодевался? — возмутился он.

— Я просто искала комнату Рианны, чтобы взять для нее чистую одежду и подгузники, — холодно ответила Скай.

— Да, конечно.

— Я лишь заглянула в несколько открытых комнат дальше по коридору, — обиженно повторила она, снова попытавшись высвободить свою руку.

— И все же ты считаешь, что увидела достаточно для того, чтобы начать меня критиковать?

— Вообще-то да. Я не увидела ни детской кроватки, ни пеленального столика, а сумку с подгузниками вообще обнаружила у дивана в гостиной. Ты уже задумывался о том, что будешь делать, когда лежащая в ней чистая одежда закончится?

— Я не обязан тебе ничего объяснять, но у меня в комнате есть переносная кроватка, несколько пачек подгузников и чемодан с одеждой Рианны.

— Хорошо, — холодно кивнула Скай. — А теперь отпусти! — потребовала она, пытаясь вырвать руку, но, похоже, ее попытки только развлекали Ретта.

Он покачал головой и чуть погладил большим пальцем чувствительную кожу на тыльной стороне ее запястья. По телу Скай побежали мурашки.

— Почему ты так нервничаешь? — тихо спросил он. — Тебе не нравится быть рядом со мной?

— Мне даже не нравится жить с тобой в одном штате, — обиженно ответила она.

— Поэтому ты не отвечала на мои звонки? — Ретт переместил руку ниже, сплетя ее пальцы со своими.

— Какие? — спросила она, стараясь игнорировать те чувства, которые будили в ней его прикосновения.

— После смерти Айдена я несколько раз звонил тебе, но ты не брала трубку.

— Нам не о чем было говорить.

— Мы знаем друг друга с десяти лет и не нашли бы ни одной темы для разговора?

— Мне было семь, когда мы познакомились, хотя ты никогда не обращал внимания на такие мелочи, как возраст.

— Тебе было шесть, но ты всегда хотела выглядеть старше, — улыбнулся своим воспоминаниям Ретт.

— Ну хорошо, ты доказал, что у тебя прекрасная память, а теперь отпусти меня.

— Не могу, Скай. Ты нужна мне, я не справлюсь один. Я собираюсь растить ребенка, но совершенно не представляю себе, как это делается. Тем не менее я не хочу, чтобы Рианной занималась какая-то посторонняя женщина, которую мне придется нанять в качестве ее няни, или жены моих братьев, которые будут помогать мне из жалости.

Его искренность тронула Скай, и она решилась ответить ему тем же.

— Я боюсь, что мне снова будет больно, — призналась она, не глядя на Ретта.

— Поверь мне, Скай, я никогда намеренно не обижу тебя.

— Не ты, Рианна. Я не могу позволить себе полюбить ее, не могу потерять еще одного ребенка.

— Этого не произойдет!

— Черт тебя побери, Ретт Салливан! — Сжав кулак, она с силой стукнула его по плечу, но в ответ получила лишь еще одну спокойную улыбку.

Ретт подталкивал ее к Рианне, не понимая, что если она проведет еще немного времени с племянницей, то, конечно, полюбит эту очаровательную малышку.

— Я просто не могу…

Ретт резко свернул на обочину, остановил машину и рывком привлек Скай к себе, заключив ее в объятия. В первый момент она попыталась оттолкнуть его, не желая его жалости, но, ощутив тепло, исходящее от его сильных и надежных рук, сдалась и с тихим вздохом прижалась к его груди.

— Не будь со мной таким милым, Салливан, — прошептала она. — Мне все еще кажется, что ты имел какое-то отношение к той истории с пчелами-убийцами.

Ретт только улыбнулся и крепче прижал ее к себе.

— Я простой ювелир и ничего не смыслю в пчеловодстве, — сказал он.

Скай чувствовала, что тает в этих ласковых сильных руках. Это было невыразимо приятно, но она не могла позволить себе еще раз поддаться чарам Ретта, поэтому неимоверным волевым усилием заставила себя отстраниться.

— При мысли о тебе, Ретт, на ум приходит множество разных определений, но только не «простой», — покачала головой Скай.

Зато его определенно можно было назвать скромным. «Драгоценности Салливанов» никогда не добились бы такого успеха без восхитительных украшений, дизайн которых от начала и до конца разрабатывал Ретт. Вместе с братом-близнецом Риком и его потрясающей деловой хваткой они были отличной командой, способной на все, вплоть до завоевания мира. Собственно, именно этим они и занимались, ведь ювелирный бутик, которым владела семья Салливан, уже получил мировую известность.

Ретт резко откинулся на спинку, пытаясь совладать с новым приступом кашля. Отдышавшись, он в ужасе осознал, что его кашель мог разбудить только что заснувшую малышку. К счастью, Рианна так устала от бесконечного плача, что не только не проснулась, но даже не пошевелилась во сне.

Немного успокоившись, Ретт снова завел мотор и выехал на шоссе, через пару миль вдруг свернув с него на дорогу, ведущую на восток. Сначала Скай не обратила на это внимания, но через несколько минут заметила за окном знакомые пейзажи и заподозрила неладное.

— Куда мы едем?

— На воскресный ужин.

— К Грем? — ужаснулась она.

Так все в семье называли бабушку Салливан. Не то чтобы Скай не любила ее, просто сейчас она была не готова к встрече с кланом Салливанов в полном составе, а на ее обедах традиционно собиралась вся эта дружная семья от мала до велика.

— Да. Из-за того, что Рианна все время плакала, я собирался пропустить сегодняшний ужин, но, раз уж ты предложила покататься, я решил, что это хорошая возможность познакомить Рианну со всей ее новой семьей и рассказать…

— О чем?

— О том, что она моя дочь.

— Готова? — спросил Ретт с Рианной на руках, распахнув перед Скай калитку невысокого белого забора, окружающего дом бабушки Салливан.

Тяжело вздохнув, Скай пошла туда, где на пороге большого двухэтажного коттеджа уже маячил один из братьев Ретта, махавший им рукой.

Вслед за Реттом она вошла в полную людей гостиную. Мужчины, женщины, дети и пожилая, но все еще крепкая седовласая старушка бросились к новоприбывшему родственнику с таким энтузиазмом, словно не видели его несколько лет.

Теперь все дружное семейство Салливан было в сборе. У Ретта было пять братьев. Все они были женаты и, судя по количеству детей вокруг, уже начали обзаводиться потомством.

Первым ее заметил Рик, брат-близнец Ретта. Переложив ребенка, которого он укачивал в правую руку, левой он крепко обнял ее:

— Скай, я так рад тебя видеть! Как ты? Мне очень жаль, что я не смог присутствовать на похоронах Айдена.

Никого из Салливанов не было на похоронах — в это время все они были в Европе, на открытии их первого зарубежного филиала. Никого, кроме Ретта, который прилетел, как только узнал о трагедии, пропустив ради этого и церемонию открытия, и столетний юбилей семейной компании.

— Но ты послал прекрасные цветы. Кесси была очень признательна тебе за это.

— Не могу поверить, что всего за один год мы потеряли их обоих, — сокрушенно покачал головой Рик. — Она ведь была так молода.

— К сожалению, она так и не смогла оправиться после смерти Айдена и в какой-то момент просто перестала бороться.

— Она не должна была сдаваться, — нахмурился Рик. — Не имела права, ведь в первую очередь она должна была думать о Рианне.

Скай молча кивнула. Кесси была ее подругой, но она не могла простить ее за то, что та оставила дочь одну.

— Рик? — К ним подошла красивая женщина с теплыми зелеными глазами.

— Скай, ты помнишь мою жену, Саванну?

— Да, конечно, — улыбнулась она. — Мы познакомились на прошлом дне рождения Грем. До сих пор не могу поверить в то, что ваша семья так разрослась. — Пять лет назад, когда она вернулась в Сан-Диего, все шесть братьев Салливан были холостяками.

— Я сам потрясен. Но очень счастлив, — добавил он, прижимая к себе жену и ребенка. — А это мой сын, Джо.

— Он такой милый, — улыбнулась Скай.

На вид мальчику было около года, и у него были те же прямые брови и темные волосы, как у его отца и у дяди Ретта. Сейчас она отчетливо видела семейное сходство между ним и Рианной.

Только сейчас Скай поняла, что ее малышка действительно является частью этой большой дружной семьи, которая все еще верит в воскресные ужины. Скай должна быть рада за племянницу, но вместо этого ее сердце сжалось от боли. Иногда одиночество, которым она расплачивалась за неприкосновенность своего сердца, казалось ей непомерной ценой.

Ей вдруг стало трудно дышать. Она рванула верхнюю пуговку на блузке и попыталась улыбнуться Рику.

— Прошу прощения, я, пожалуй, пойду подышу.

Не дойдя до двери всего пары шагов, она наткнулась на преграду в лице еще одного брата Ретта, который тоже хотел представить ей свою жену. Когда это произошло в третий раз, Скай поняла, что в ближайшее время ей не удастся выбраться на воздух. Оставалось расслабиться и получать удовольствие.

Ее отец двадцать восемь лет работал ювелиром в «Драгоценностях Салливанов», и Скай выросла вместе с этими парнями. Она потеряла мать примерно тогда же, когда братья лишились родителей, так что они хорошо понимали боль друг друга. Грем начала все чаще приводить Рика и Ретта в магазин, а Скай и так проводила там все свое свободное время. По будням они носились по задним помещениям ювелирного магазина, а по выходным — по полям, окружающих поместье Грем в Парадиз-Пайнс.

Когда Ретт вернулся к Скай, его младший брат Форд как раз демонстрировал ей, как выросли его близнецы.

Он подошел к ней, с улыбкой приветствуя брата, и подал Скай бокал с оранжевой газировкой. Это был ее любимый напиток, и Скай хотелось думать, что Ретт вспомнил об этом, а не угадал случайно.

— Иди-ка сюда, Скай Миллер, — услышала она и, обернувшись, попала в объятия Матильды Грем Салливан.

— Я так рада видеть вас, Грем, — радостно улыбнулась Скай, обнимая женщину, которую всю жизнь воспринимала как любимую бабушку, ведь Грем была единственной бабушкой, которую она знала.

— Иди посиди со мной, — сказала старушка, устраиваясь на широком диване. — Ты, конечно, повела себя не слишком хорошо с моим внуком, но это дело прошлое, и мы все равно очень рады тебя видеть. Я хочу, чтобы ты рассказала мне обо всем, что делала все это время. Слышала, ты сейчас работаешь фотографом?

Некоторое время Скай рассказывала Грем о портретной и праздничной фотографии, которой она сейчас зарабатывала на жизнь, но потом, не выдержав, задала мучивший ее вопрос:

— А что вы имели в виду, когда сказали, что я не слишком хорошо себя повела?

Грем чуть склонила голову, пристально глядя на Скай. На ее обычно милом и дружелюбном лице появилось осуждение.

— Не знаю, что тогда произошло между тобой и Реттом, но после вашего разрыва он очень изменился.

— Что вы имеете в виду? — Скай невольно нашла взглядом Ретта, сидящего за обеденным столом с Рианной на руках.

— Девочка, ты ведь разбила ему сердце!

* * *

— Ты хорошо все обдумал? — встревоженным шепотом спросил Рик.

Они с Реттом вышли на крыльцо, чтобы поговорить, а заодно попробовать усыпить маленького Джо.

— Она ведь моя дочь.

— Ты хоть представляешь, во что превратится твоя холостяцкая жизнь после того, как в ней появится маленький ребенок? Вечно голодный, шумный и беспрерывно устраивающий беспорядок вокруг себя. Совершенно беспомощный, но при этом безумно требовательный. Дети плачут, когда им больно, когда они устали, когда они чего-то хотят или просто потому, что плачут, и тут не угадаешь. Рианна пока еще слишком маленькая и не сможет сама сказать тебе, что не так. — Рик замер, чтобы Джо мог поудобнее пристроить головку на его плече, и снова начал укачивать малыша.

— Ты пытаешься меня запугать? — раздраженно глядя на брата, прошипел Ретт.

— Нет, просто хочу, чтобы ты знал, на что идешь. Но дело не только в том хаосе, который дети создают вокруг себя, но и в тех чувствах, которые они заставляют тебя испытывать. Ты и представить себе не можешь, как быстро и легко ты полюбишь свою малышку. Даже слишком быстро. И это будет самое искреннее и глубокое чувство из всех, что ты когда-либо испытывал в жизни. Даже немного пугающее, но в хорошем смысле. Именно ради него стоит пройти через все ужасы кормлений и смены подгузников.

— Она ведь моя дочь, — нахмурился Ретт. — Мой долг — забота о ней. Включая кормление и подгузники. Адвокат предложил альтернативный вариант — отдать девочку в приют. Неужели ты думаешь, что я мог сделать нечто подобное? Отдать Рианну чужим людям, отказавшись от какой-либо роли в ее жизни?

— Ты уже сделал это однажды, — тихо заметил Рик, за что получил ледяной взгляд брата. — Я знаю, что такова роль донора, и понимаю, почему ты согласился на просьбу Айдена, но как ты будешь делить опеку со Скай? После всего, что между вами было…

— И что ты предлагаешь? Забыть о своей ответственности перед Рианной? — Сама мысль об этом приводила Ретта в ярость.

Да, он еще не слишком хорошо знал своего ребенка — когда Айден и Кесси были живы, он проводил с Рианной мало времени, не желая усложнять и без того непростую ситуацию, но уже тогда он чувствовал связь с этой малышкой.

— Быть родителями — это тяжелая работа даже для пары, — продолжал Рик. — Не представляю, как ты сможешь справиться в одиночку. Твоя жизнь уже никогда не будет прежней. Может быть, сейчас Скай тяжело, и она сопротивляется необходимости взять Рианну под свою опеку, но она станет хорошей матерью. Тебе не обязательно брать на себя такой груз.

— Это мне говорит человек, который женился на женщине, как только узнал, что она беременна. И который чуть с ума не сошел, когда она отвергла его первое предложение.

— Это другое. Я люблю Саванну. Или ты намекаешь на то, что у тебя все еще есть чувства к Скай? — удивленно спросил Рик.

— Что? Нет, конечно нет! — вымученно рассмеялся Ретт. — Все, что между нами было, закончилось пятнадцать лет назад.

— Ты вроде бы собирался созвониться с ней после похорон Айдена?

— Да, но она не отвечала на мои звонки. Что еще раз подтверждает тот факт, что наши чувства остались в прошлом. — Он резко мотнул головой, словно пытаясь избавиться от этих мыслей, и вернулся к предыдущей теме: — Я не откажусь от своей дочери. Не могу поверить, что мой собственный брат-близнец предложил мне нечто подобное. Возможно, соглашаясь стать донором, я не планировал сам растить Рианну, но сейчас, когда я ей нужен, не оставлю ее. Это уже похоже на семейную традицию: Алекс получил опекунство над Гейбом, Форд растит рожденных не от него близнецов, Брок женился на Джесси, которая тоже носила под сердцем не его ребенка.

Обиженный на брата, Ретт повернулся к саду, откуда доносился счастливый детский визг. Близнецы Форда вытащили из сарая пластиковую тележку и теперь катали весело смеющихся малышей. Ретт был рад видеть Рианну такой счастливой.

Рик проследил за его взглядом и хлопнул брата по плечу.

— Не злись, братец, — с улыбкой сказал он. — Я просто хотел показать тебе возможные варианты. Все, что ты любишь в твоей холостяцкой жизни, исчезнет, когда ты станешь отцом. Ты готов к этому?

Пытаясь сдержать гнев, Ретт с силой сжал бортик перил. Все вокруг считали, что он не способен самостоятельно обдумать сложившуюся ситуацию и сделать выводы, что из-за того, что он долго оставался холостяком, его нельзя подпускать к воспитанию ребенка. Но на самом деле он все обдумал еще в тот момент, когда согласился стать донором. И то, что он собирался сделать сейчас, казалось ему единственно возможным и разумным вариантом развития событий.

Но ему больно было осознавать, что даже Рик не верит в него.

— Ты думаешь, что я не справлюсь? — тихо спросил он. — Ты правда хочешь, чтобы я отказался от Рианны?

— Черт побери, нет, конечно! — возмутился Рик. — Она же твоя дочь. Кем нужно быть, чтобы отказаться от собственного ребенка?

— Вот это слова брата, которого я знаю и люблю, — с облегчением рассмеялся Ретт. — Ты придурок! Зачем нужно было говорить мне все это, если ты… — И неожиданно он понял. — Скай.

— Да, — признал Рик, сочувственно покосившись на брата. — После ее ухода твое сердце было разбито на кусочки. Не хочу, чтобы это произошло снова.

— Это было давно. Сейчас мы совсем другие люди.

— Что ж, хорошо, если так, — кивнул Рик. — Забирай свою девочку, думаю, нам пора, а я пойду соберу всех в гостиной.

Ретт подошел к игравшим детям, подхватил на руки весело рассмеявшуюся Рианну и понес ее к дому.

— Тебе весело, да? — с улыбкой спросил он, при жав маленькую ручку Рианны к своей щеке.

На крыльце они столкнулись с выходящей из дома Скай.

— Удачи тебе, — сказала она.

— Может быть, пойдешь со мной для моральной поддержки?

— Нет, это семейное дело, — грустно покачала головой Скай.

— Ты всегда была для нас членом семьи, и я хотел бы, чтобы сейчас ты была рядом со мной.

— Скай красивая, — сказала Рианна, потрогав ручкой лицо Скай.

— Рианна еще красивее, — улыбнулась она, целуя маленькую ладошку. — Тебе здесь весело, да?

— Тележка, — с трудом выговорила Рианна. — Кататься!

— Хочешь еще покататься? — уточнил Ретт. — Значит, как только расскажем всем о новом члене нашей семьи, пойдем кататься, — пообещал он, и малышка радостно кивнула в ответ. Ретт перевел взгляд на Скай:

— Спасибо, что заставила меня выбраться из дома. Отправиться на прогулку было замечательной идеей. Как раз то, что было нужно Рианне — немного повеселиться и отвлечься от грустных мыслей.

— Ей было полезно побыть со своими маленькими кузенами.

Она старалась казаться веселой, но, заглянув в ее глаза, Ретт увидел там беспокойство. Она могла сколько угодно твердить, что помогает ему лишь потому, что Рианна дочь Айдена, но Ретт видел, что она не меньше его самого переживает за малышку.

— Пойдем, Скай. Я хочу, чтобы ты была рядом со мной, когда я представлю Рианну ее новой семье, — сказал Ретт и чуть посторонился, пропуская ее вперед.

Глава 4

Скай припарковала машину на подъездной дорожке к дому Ретта и повернулась к своему спутнику. Болезнь и долгий трудный день окончательно истощили его силы, так что он попросил ее сесть за руль и заснул почти сразу после того, как она завела мотор.

— Ретт… — Она осторожно потрясла его за плечо. — Ретт, проснись, ты дома.

Он даже не пошевелился.

Видя, что Ретт не торопится открывать глаза, Скай сменила тактику.

— Пойдем, Ретт. Пожалуйста! Ты должен помочь мне отнести Рианну в дом, — попросила она.

Видимо, чувство ответственности пересилило болезнь, потому что Ретт с трудом разлепил глаза и кивнул:

— Конечно, я помогу.

Скай с облегчением кивнула и, подхватив сумку с подгузниками и одеждой Рианны, направилась к дому. Ретт со спящей малышкой на руках следовал за ней. Оказавшись в спальне, Ретт уложил Рианну в кроватку, а потом сам, как подкошенный, упал на широкую, накрытую черным атласным покрывалом кровать.

— Ты серьезно? — нахмурилась Скай, переводя взгляд с его неподвижного тела на ребенка и обратно, решая, кем заняться в первую очередь.

Решив сначала уложить спать малышку, она быстро сменила Рианне подгузник и переодела ее в симпатичную розовую пижамку. Девочка уже почти спала, так что для обеих сторон этот процесс прошел быстро и безболезненно. Впервые за сегодняшний день Скай осталась наедине с Рианной, и это оказалось совсем не так страшно и больно, как она представляла. Несколько минут она просто сидела в кресле, укачивая засыпающую девочку, глядя на то, как подрагивают ее длинные черные ресницы и мерно вздымается в такт дыханию грудь.

В ее руках была маленькая, хрупкая жизнь, и Скай чувствовала, что должна охранять каждый вздох этой малышки.

Ретт признал свою дочь, Рианна стала частью семьи Салливан, получив одновременно множество любящих родственников, статус и защиту. Скай оставалось лишь порадоваться за свою маленькую племянницу, ведь она получила то, о чем сама Скай всегда мечтала, — большую любящую семью. Но вместо этого она чувствовала себя ужасно одинокой. Скай знала, что должна следовать своему плану: помочь Ретту освоиться с новой для него ролью отца, а потом постепенно уйти из их с Рианной жизни. Если не сделать этого сейчас, то на ближайшие восемнадцать лет она останется привязанной к Ретту, который, как оказалось, уже успел избавиться от рубашки, дотянуться до подушки и окончательно уснуть.

Тяжело вздохнув, Скай положила Рианну в кроватку, заботливо подоткнув ей одеяльце, и повернулась к ее непутевому родителю. Приложив ладонь к его горячему лбу, она обеспокоенно нахмурилась, почувствовав исходящий от него жар. Ретт тихо застонал и потянулся к ее прохладной руке.

— Тебе нужно принять лекарство.

Скай огляделась в поисках таблеток, только сейчас обратив внимание на то, с каким вкусом выполнен дизайн комнаты. В нем сочетались черные, серые и серебряные цвета и преобладали строгие прямые линии, без каких-либо излишеств в меблировке и оформлении. Лаконичный и безумно сексуальный дизайн, как раз подходящий такому мужчине, как Ретт.

Нет! Секс — это последнее, о чем она должна думать, находясь в комнате Ретта. До сего дня она и представить себе не могла, что однажды ей придется войти на эту запретную территорию.

Сосредоточившись на необходимости найти лекарство, Скай быстро осмотрела спальню и ванную, где на полочке у зеркала обнаружила пластинки с таблетками.

Понимая, что без воды Ретт не сможет выпить лекарство, Скай отправилась на кухню, где разжилась стаканом его любимого апельсинового сока.

Вернуться в спальню не составило труда — достаточно было идти на звук тихого похрапывания больного. За время ее отсутствия Ретт успел перевернуться на спину, закрыться одеялом и, похоже, заснуть еще крепче. На его щеках алел нездоровый румянец, сигнализирующий о высокой температуре, но даже в таком состоянии Ретт не утратил своей сексуальности.

Поставив стакан на прикроватную тумбочку, Скай осторожно отвела упавшую ему на лоб прядь, вглядываясь в лицо, которое когда-то заслоняло для нее весь остальной мир. Даже сейчас, после стольких лет, одного прикосновения было достаточно, чтобы ее сердце забилось быстрее.

Но кожа Ретта была сухой и горячей, и это напомнило Скай о том, что в первую очередь она должна думать о его выздоровлении.

— Ретт, — позвала она. — Ретт, проснись.

Наконец он медленно открыл глаза.

— Скай… — сонно улыбнулся он и, прежде чем она поняла, что происходит, одним движением притянул ее к себе и поцеловал.

Скованная изумлением, Скай не сопротивлялась, и их поцелуй стал глубже. Язык Ретта, лаская и дразня, проник за границу ее приоткрытых губ. Скай понимала, что совершает ошибку, но не могла не ответить на его ласки. Растаяв в объятиях Ретта, она не сопротивлялась, когда он, не прерывая поцелуя, уложил ее рядом с собой. Одна его рука запуталась в ее волосах, а другая скользнула под ткань ее блузки.

Именно это огнем опалившее ее кожу прикосновение вернуло Скай к реальности, в которой их с Реттом поцелуям не было места. Она резко отстранилась, разрывая объятия, и поднялась на ноги, боясь, что если немедленно не покинет постель Ретта, то поддастся искушению.

— Я не могу, — прошептала Скай, суматошно поправляя блузку.

Ретт несколько раз моргнул, похоже только сейчас осознав, что уже не спит.

— Ты все еще здесь? — Он приподнялся на локтях, с искренним изумлением глядя на Скай, которая только что была для него ночным видением, но вдруг обрела плоть и кровь.

— Я принесла тебе лекарство. — Она подала Ретту таблетку и стакан сока и тут же снова отступила на пару шагов, словно спешила выйти из зоны его досягаемости.

Скай с трудом сдерживала желание протереть ладонью рот, и вовсе не потому, что поцелуй Ретта был плох на вкус, совсем наоборот, но она так долго пыталась забыть его, а теперь воспоминания о нем были у нее прямо на губах, вызывая желание…

Нет, за эти годы она стала умнее и больше не станет слепо идти на поводу у своих чувств.

— Я уложила Рианну, — сказала она, наблюдая за тем, как Ретт расправляется с остатками сока.

— Спасибо, — слабо улыбнулся он. — За все.

Скай кивнула и, осознав, что ей больше незачем здесь оставаться, поспешила озвучить эту мысль.

— Надеюсь, ты скоро почувствуешь себя лучше, а я, пожалуй, пойду.

Ретт нахмурился и сел, пристально глядя ей в глаза. Несмотря на все усилия, взгляд Скай то и дело сползал на его обнаженную грудь и рельефный живот, по которому к ремню спускалась узкая полоска черных волос.

— Может, останешься здесь на ночь?

Скай бросила сумку на тумбочку и обессиленно упала на кровать. Какая же она размазня! Если бы она проявила чуть больше твердости, то сейчас бы уже была на полпути к своей квартире в Мира-Меса, а не укладывалась спать в комнате Ретта, уговорившего ее присмотреть за Рианной.

Но что ей оставалось? Когда Ретт признался, что боится не услышать во сне плач Рианны, Скай поняла, что у нее нет выбора.

А о том, какие чувства она испытала в тот момент, когда Ретт произнес ту роковую фразу, она старалась не думать.

Ретт ушел спать в комнату для гостей, которая, как оказалось, все-таки была в его доме, оставив свою спальню в ее полном распоряжении.

Стараясь отвлечься от мыслей о Ретте, Скай начала прокручивать в голове события дня, особое внимание уделив их разговору с Грем.

Она разбила сердце Ретта? Если бы эти слова произнес кто-то другой, это было бы похоже на предумышленное искажение прошлого. Но Скай достаточно хорошо знала Грем и понимала, что она не сказала бы ничего подобного, если бы не верила в свои слова.

А это значит, что либо Ретт блестяще разыграл перед своей семьей роль отвергнутого любовника, либо их разрыв повлиял на него сильнее, чем она думала.

Оказавшись под душем, Скай подставила лицо под горячие струи воды, надеясь, что они смоют ее сомнения. Неужели Грем была права? Скай раз за разом прокручивала в голове их разговор.

— Поверьте, вы ошибаетесь. Сердце Ретта никогда не было моим, а значит, я не могла его разбить.

— Девочка моя, может быть, я не знаю всех деталей, зато всегда вижу, когда мой внук страдает, тем более когда сердце разбито сразу у двух моих глупых мальчиков.

— У двух? — удивленно переспросила Скай.

— Да, ведь помолвка Рика сорвалась примерно в то же время. Помню, однажды он вернулся домой мрачнее тучи и сообщил, что собирается на пару дней уйти в поход, чтобы привести мысли в порядок. Я не хотела отпускать его одного, но Ретт неожиданно предложил составить ему компанию, сказав, что ему тоже есть что обдумать.

Что ж, это объясняло, где Ретт пропадал в те роковые дни и почему она не могла с ним связаться.

— Он тоже выглядел расстроенным? — осторожно спросила Скай.

— Нет, скорее задумчивым. Мне показалось, что он хотел мне что-то рассказать, но в последний момент передумал.

— По вашему описанию и не скажешь, что у него было разбито сердце.

— Пока нет. Когда близнецы вернулись, Рик сразу умчался в город, а Ретт ненадолго задержался, чтобы показать мне эскизы украшений, которые сделал в походе. Все они были великолепны, но одно сразу бросалось в глаза — прекрасное обручальное кольцо с крупным бриллиантом в центре, обрамленным россыпью сапфиров.

— Грем, пожалуйста…

— Прости, милая, я лишь хотела сказать, что, уезжая в город, Ретт выглядел очень воодушевленным. Потом ты улетела в Бостон, а он остался один и с разбитым сердцем. К слову о набросках, которые я упоминала. Он сделал их все, кроме того кольца. Думаю, для него это было особенное украшение, предназначенное специально для тебя.

Что ж, похоже, их разрыв оказал на Ретта несколько большее впечатление, чем она думала, но сейчас это уже не имело значения. Слишком много воды утекло с тех пор. Хотя воспоминания были такими яркими, словно все случилось вчера. И предложение, сделанное Реттом тогда, совсем не было похоже на порыв влюбленного мужчины. Скорее на жалкую попытку найти выход из тупика, куда его загнали чувство долга и ответственность.

Грем считала эскиз обручального кольца романтичным жестом влюбленного, но, если бы он действительно любил ее, разве позволил бы ей подняться на борт того самолета и улететь?

Скай спрятала лицо в пушистых складках полотенца. Ей было бы гораздо легче пережить потерю их ребенка, если бы для этого была хоть какая-то реальная причина — авария, падение, несчастный случай, но нет, ее тело просто отторгло плод, а доктор безучастно сообщил ей о том, что это так бывает.

Тогда Скай сбежала, чувствуя себя несчастной, потерянной и преданной. Может, на какие-то действия Ретта она отреагировала слишком остро, но кто может ждать адекватного поведения от девушки, только что пережившей выкидыш? А Ретт? Он не пытался остановить или последовать за ней.

Это сделало Скай еще более несчастной, ведь к потере ребенка добавилась потеря любимого мужчины. Это было худшее время в ее жизни, и именно тогда Скай дала себе обещание больше не впускать никого в свое сердце, ведь только если она не будет любить, ей некого будет терять.

Ретт проснулся около восьми. В его ближайших планах были горячий душ и крепкий ароматный кофе. Уколов пальцы о подбородок, он решительно добавил к этому списку свидание с бритвой.

Когда он вошел в гостиную, полностью одетая и готовая к выходу, Скай поднялась ему навстречу.

— Доброе утро, — улыбнулся он. — Спасибо за то, что согласилась остаться.

Она кивнула, принимая благодарность.

— Рианна еще спит. Будем надеяться, что, хорошенько выспавшись, она станет более покладистой. Позвони мне, если понадобится помощь.

— Подожди. Позволь в знак признательности хотя бы угостить тебя завтраком.

— В этом нет необходимости, — сухо отрезала Скай. — Мы не друзья, Ретт. Я обещала помочь тебе с Рианной, и я сделаю все, что в моих силах, но сейчас ты должен дать мне пару дней на то, чтобы немного прийти в себя.

— Скай… Так нельзя. Ты не можешь прожить всю жизнь убегая или прячась за ледяной стенкой, не страдая от холода.

— Не надо читать мне мораль, — поморщилась она, берясь за ручку двери. — Ты мечешься от женщины к женщине, исчезая, как только появится намек на серьезные отношения. Ты точно так же боишься сблизиться с кем-то, как и я, но у меня хотя бы хватает честности признать это.

Ретт зло качнул головой:

— Ты не знаешь, о чем говоришь.

— О, неужели я задела тебя за живое? — язвительно улыбнулась Скай. — Что ж, прости. Сейчас я ухожу, а тебе рекомендую созвониться с агентствами и назначить на среду собеседование с нянями — нам понадобится человек, который будет присматривать за Рианной, пока мы будем на работе.

Дверь за спиной Скай захлопнулась несколько минут назад, но Ретт так и не пошевелился. Наверное, он должен был быть зол — это стало бы нормальной реакцией на ее внезапную агрессию, но испытывал лишь сочувствие. Ретт видел потаенную боль в глазах Скай. Она потеряла всех, кого любила, и теперь панически боялась еще раз поставить под удар свое сердце. Разве он мог осуждать ее за это?

Заглянув в спальню, Ретт удостоверился в том, что Рианна все еще сладко спит, сжимая в пухлом кулачке лапу плюшевого мишки. Ее темные волосы и кремово-белая кожа напомнили Ретту о Скай. Интересно, как бы выглядел их со Скай малыш? Вчерашний разговор разбередил в его груди старую рану. Когда-то ему пришлось заставить себя перестать думать о том, что они потеряли ребенка, потому что эти мысли медленно, но верно сводили его с ума, каждый раз причиняли ему невыносимую боль.

Тяжело вздохнув и напомнив себе, что копание в прошлом не принесет ничего хорошего, Ретт шагнул под душ.

Первое, что он увидел, войдя на кухню, были стакан апельсинового сока и лежащая рядом с ним таблетка. Скай могла притворяться холодной и безразличной, но он знал, что в ее груди бьется нежное, доброе сердце.

Глава 5

Скай еще раз просмотрела резюме Алисии Смит и перевела взгляд на яркую блондинку, сидящую напротив.

— Каким был наименьший возраст детей, с которыми вы работали? — нахмурившись, спросила она.

Это было уже третье собеседование за сегодняшний день, и что-то подсказывало Скай, что оно окажется не более удачным, чем два предыдущих. Глядя на Алисию, она с тоской вспоминала поговорку о том, что женский ум прямо пропорционален красоте.

Алисия была очень красива. И не стеснялась пользоваться этим.

— Четыре года, — ответила потенциальная няня, бомбардируя Ретта завлекательными улыбками, и медленно заложив ногу на ногу, от чего ее и так не слишком длинная юбка задралась гораздо выше границы общепринятых приличий. — Это было пару лет назад. Моим последним подопечным было семь и девять.

— Значит, у вас нет опыта работы с годовалыми детьми? — с нажимом произнесла Скай, искоса взглянув на Ретта.

— Двухлетними, — поправил он. — Рианне уже почти два года.

Скай едва слышно фыркнула. За все время блондиночка еще ни разу не взглянула в сторону тихо играющей в кубики в манеже Рианны, а этот дурак, похоже, был совершенно очарован ею.

— Наверное, не просто присматривать сразу за двумя детьми. Вы хорошо ладили с обоими? — спросил Ретт, послав Алисии чувственную улыбку.

— Девочка была просто куколкой, а вот ее младший брат оказался настоящим маленьким заср… с ним нелегко было найти общий язык.

Скай покосилась на Ретта, пытаясь понять, заметил ли он эту маленькую оговорку.

— И как вы справились? — поинтересовался он.

— О, этот мальчишка проводил почти все свободное время в углу, размышляя о своем несносном поведении.

— Значит, вы предпочитаете такие методы дисциплины?

— Ну, родители запретили мне шлепать их…

Скай вытаращила глаза на эту приверженку жестких методов воспитания, но промолчала, дав возможность Ретту задать следующий вопрос.

— Почему вы покинули последнее место работы?

— У матери детей появился новый ухажер, и ей не нравилось, как он на меня смотрит, — ответила Алисия, обольстительно улыбнувшись Ретту.

Похоже, она была уверена в том, что так на нее должны смотреть все мужчины в радиусе ста ярдов.

— Думаю, мы узнали все, что было нужно, — с ледяной вежливостью сказала Скай. — Ретт, можно тебя на минутку?

— А мне она нравится, — сообщил Ретт, как только они вышли в коридор.

— Неужели? — фыркнула Скай. — Мы точно были на одном и том же собеседовании?

— Она очень дружелюбная, — вступился за потенциальную няню Ретт.

— По отношению к тебе — да, этого у нее не отнять, но она же никогда не работала с такими маленькими детьми.

— Это не значит, что она не справится.

Не в силах далее терпеть этот идиотский диалог, Скай с силой ткнула Ретта локтем в бок.

— Ай, больно же!

— Радуйся, что я не пытаюсь тебя отшлепать.

— Будешь так себя вести, окажешься в углу. Ну, кто пойдет выгонять эту фурию из моего дома?

Скай уставилась на него в полном изумлении:

— То есть все это время ты просто издевался надо мной?

— Алисия потеряла последние очки еще на слове «засранец», — рассмеялся Ретт. — Но мне очень понравилось наблюдать за тем, как ты ревнуешь, — игриво добавил он, притягивая ее к себе.

— Ну уж нет! — нахмурилась Скай, упираясь ладонями ему в грудь. — Лучше иди к Алисии, там у тебя больше шансов на успех.

— Их даже слишком много, а это скучно. Никакого духа охоты, — покачал головой Ретт. — Значит, продолжаем поиски?

— Ты еще спрашиваешь.

— Тогда иди, скажи мисс Смит, что мы не нуждаемся в ее сомнительных услугах.

Ретт задумчиво смотрел ей вслед. Ему нравилось дразнить Скай — в ярости она выглядела невероятно сексуально. Но ему не нравились чувства, которые он испытывал, находясь рядом с ней.

Увидев Скай на похоронах Кесси, такую сильную и одновременно потерянную, он сказал себе, что она не должна переживать свою утрату в одиночестве. Но он собирался просто поддержать ее, как старый друг, а те чувства, которые сейчас бурлили в его груди, не имели никакого отношения к дружеским.

Скай и суток не провела в его доме, а он уже успел попробовать давно забытый сладкий вкус ее губ. Господи, в тот момент, когда Скай была в его объятиях, она казалась такой родной, такой знакомой! Это было похоже на возвращение домой после долгой дороги.

И вот он снова играет с огнем, снова дразнит ее.

Нет, он должен остановиться. Не важно, насколько сладок был тот поцелуй. Не стоит забывать о том, что никто не может ранить его больнее, чем Скай, так что не стоит ставить себя под удар.

В пятницу вечером Скай, вооружившись фотоаппаратом, бродила среди празднично одетых гостей. Жених и невеста как раз готовились разрезать торт, но официального объявления этого торжественного ритуала еще не прозвучало, так что у стола с угрожающе возвышающимся пятиярусным кулинарным шедевром стояли только маленькие племянники и племянницы невесты, старшему из которых не было и четырех лет.

Скай улыбнулась и сделала несколько снимков малышей, завороженно рассматривающих торт. Она знала, что непостановочные свадебные фотографии потом доставят молодым много радости.

Диджей наконец пригласил всех к столу, и Скай поймала в кадр невесту с воинственно занесенным над тортом ножом. На следующей фотографии она уже кормила с ложечки своего жениха, который, похоже, немного устал от свадебной суеты, успев расстаться с пиджаком и галстуком.

Это был последний обязательный снимок, и теперь Скай могла выбирать: или присоединиться к гостям и праздновать вместе со всеми, или отправиться домой.

Она обычно выбирала последнее, но сегодня ее остановил вкрадчивый мужской голос:

— Ты всегда была очень романтичной особой, Скай. Неудивительно, что ты стала фотографом.

Ретт!

Как он здесь оказался? Скай не заметила его в толпе гостей, но это и неудивительно, ведь все ее внимание было сосредоточено на женихе и невесте.

— За эти годы у меня поубавилось любви к романтике, — сухо ответила она, поворачиваясь к Ретту.

Как Скай и боялась, одного взгляда на его чувственные губы было достаточно, чтобы ее охватили воспоминания об их недавнем поцелуе.

Скай невольно облизнула губы. Это был их первый поцелуй за последние пятнадцать лет, но ее предательское тело вело себя так, словно разделяющей их временной пропасти не было и в помине.

— С кем ты оставил Рианну? — спросила она, пытаясь отвлечься от неуместных мыслей.

— Не беспокойся, она с Риком и Саванной.

Заиграла музыка, и парочки начали собираться на танцполе.

— Потанцуй со мной.

— Я на работе.

— Сделай перерыв.

— А как же твоя спутница?

— А что с ней? — Его глаза смеялись.

— Она не будет против, что ты танцуешь с другой?

— У нас с ней не те отношения. Кроме того, это всего лишь один танец, Скай. Чего тебе бояться?

Он осторожно снял с ее шеи фотоаппарат и отдал его ближайшему официанту.

— Стой и жди, когда леди закончит танцевать, — не терпящим возражений тоном приказал он и, игнорируя жалобное «Но…», повел Скай на танцпол.

По правилам этикета ни одна девушка на свадьбе не имела права затмить невесту. К счастью, жениха это не касалось, потому что не с его внешностью было тягаться с Реттом, который, даже будучи одетым в мешок из-под картошки, а не в элегантный смокинг от Армани, притягивал алчные взгляды всех женщин в зале.

— Как у Рианны дела в садике? — спросила Скай.

По совету Джесси они отказались от идеи нанять постоянную няню и отдали Рианну в детский сад. Ее дети ходили туда уже год и были в полном восторге.

— Ей там очень нравится, — улыбнулся Ретт. — И с Гвенн они отлично поладили. — Экономка Рика порекомендовала им свою сестру, которая теперь вела хозяйство Ретта и помогала ему присматривать за Рианной. — А я наконец-то смог вернуться к работе.

— Рада за тебя.

— Вчера приезжала наблюдательница из социальной службы. Она осмотрела дом, пообщалась с Рианной и сказала, что на днях наведается к тебе.

— Пока мне никто не звонил.

— А она и не станет звонить, чтобы не дать тебе времени подготовиться, а просто приедет.

— Великолепно, — поморщилась Скай. — Она ничего не сказала насчет того, что Рианна до сих пор спит в твоей комнате? Тебе давно пора выделить ей свою комнату.

— Я это и сам понимаю, но ведь прошла всего неделя — у меня просто не было времени. Ты можешь забрать Рианну в понедельник? Помнишь, Гвенн предупреждала, что по понедельникам ей нужен выходной, а у меня поджимают сроки с последним проектом.

Скай кивнула — в конце концов, это была ее очередь.

Какое-то время они танцевали молча, но потом Ретт не выдержал и осторожно спросил:

— Ты уже примирилась с тем фактом, что Рианна моя дочь?

— Нет, еще нет, — покачала головой Скай, не глядя на него.

Как мужчина, который с легкостью отдал ребенка, может ждать от нее понимания после того, как она пятнадцать лет пыталась смириться со смертью своего малыша?

Скай осознавала, что неадекватно реагирует на сложившуюся ситуацию. Согласившись стать донором, Ретт помог ее брату и Кесси наконец завести ребенка, о котором они так мечтали, но ее сердце все равно разрывалось от боли.

Возможно, если бы пятнадцать лет назад Ретт по-другому отреагировал на известие о ее беременности, они до сих пор были бы вместе, а Рианна была бы ее дочерью.

Конечно, Скай бы никогда не решилась произнести нечто подобное вслух, поэтому предпочла сменить тему:

— Я была рада повидаться с твоей бабушкой.

— Да, я видел, как вы разговаривали.

— И она обвинила меня в том, что я разбила тебе сердце. — Слова слетели с губ Скай раньше, чем она поняла, что говорит.

На несколько мгновений между ними повисла напряженная тишина.

— Такие вещи сложно скрыть от того, кто знает тебя с пеленок.

— Что? Так ты тоже утверждаешь, что я разбила тебе сердце? — возмутилась Скай.

— Я ничего не утверждаю, ты начала этот разговор.

— Это просто смешно. Похоже, в Сан-Диего наконец создали машину времени, и кто-то активно пользуется ею, чтобы переписать историю.

— Я очень хорошо помню нашу историю.

— Тогда ты не мог забыть о том, что это ты ушел от меня.

— Я помню, что ты попросила дать тебе время подумать и я оставил тебя одну на пару дней. Когда я вернулся, все уже было кончено: ты потеряла ребенка и забронировала билет на ближайший рейс.

— Я два дня подряд обрывала тебе телефон, но ты так и не удосужился взять трубку.

— Мы с Риком были в походе, приводили мысли в порядок — та новость была для меня как взрыв бомбы.

— Ну, оказалось, что все не так уж страшно, ведь я потеряла ребенка, — зло ответила Скай.

— Мне очень жаль.

— Ну конечно, я помню, с каким воодушевлением ты воспринял новость о том, что скоро станешь отцом, — поморщилась она.

— Скай… Мне очень жаль, что ты потеряла ребенка, — начал Ретт, и по его лицу Скай видела, что он говорит искренне. — Мне очень жаль, что меня не было рядом с тобой, когда произошел выкидыш и тебе пришлось пережить все это в одиночку. Но это ты села на самолет и улетела, бросив меня. Я всегда был здесь для тебя, а теперь я буду здесь для моей дочери.

— Ради бога, прекрати ее так называть! — воскликнула Скай, из последних сил сдерживая слезы.

— А как еще я должен ее называть?

— Она моя племянница. — Хотя, как оказалось, у них нет ни капли общей крови. — Или ты собираешься сделать вид, что Айден и Кесси не имели никакого отношения к ее появлению на свет?

Ретт смущенно отвел взгляд:

— Все было бы иначе, если бы они остались в живых, но их нет, и я должен думать о том, как будет лучше для Рианны.

— О господи! Ты не расскажешь ей о них? — ужаснулась Скай, чувствуя, как тонкая ниточка, связывающая ее с погибшим братом, выскальзывает из ее пальцев.

— Конечно собираюсь, но не сейчас, а когда Рианна станет достаточно взрослой для того, чтобы понять. Ты не можешь отрицать того, что ее биологический отец я.

Да, Ретт не уставал напоминать ей об этом. К счастью, музыка давно стихла, так что она имела полное право освободиться из его объятий, не привлекая постороннего внимания.

— Я должна идти, — сухо сказала она и, буквально вырвав из рук опешившего официанта свою камеру, не оглядываясь, вышла из зала.

Закончив обработку сделанных на свадьбе фотографий и разделив их на три группы: подготовка к свадьбе, церемония и банкет, она невольно вернулась к снимку, на котором незаметно для самой себя сфотографировала Ретта. Это была фотография банкетного зала. Ретт сидел за столиком в компании восхитительной рыжеволосой красавицы. Она держала Ретта за руку и что-то шептала ему на ухо. Все в позе, взгляде, заискивающей улыбке этой девушки было сфокусировано на нем, а он сказал, что их отношения не подразумевают ничего, кроме легкого флирта.

Бедная девушка, не хотела бы она оказаться на ее месте. По крайней мере, Скай хотелось в это верить.

Скай устало потянулась, неспешно встала из-за стола и отправилась на кухню, по пути забрав скопившуюся за пару дней почту. Первым она вскрыла письмо от хозяина здания, в котором снимала квартиру, и с ужасом узнала, что он не собирается продлевать срок ее аренды и дает ей шестьдесят дней на то, чтобы найти новое жилье.

Скай тяжело опустилась на стул и закрыла лицо руками. За что ей все это? Сначала она потеряла всех, кого любила, а теперь лишится и крыши над головой.

— Пожалуйста, Господи, пусть произойдет хоть что-то хорошее! — взмолилась она, и, словно в ответ на ее молитву, в дверь позвонили.

Но за дверью оказался вовсе не посланец небес.

— Ретт? Что ты здесь делаешь? И где Рианна?

— К вечеру у нее испортилось настроение, и мы решили покататься. Она просила узнать, не хочешь ли ты присоединиться к нам?

— Она? — с сомнением переспросила Скай.

— Ну хорошо, мы.

Скай колебалась несколько мгновений, но все же кивнула:

— Я только возьму куртку.

— Буду ждать в машине. Скай хватило двух минут, чтобы надеть куртку и туфли, взять сумку и, заперев дверь, спуститься вниз. Выйдя на улицу, она сразу услышала громкий детский плач.

— Похоже, у нее сегодня не лучший вечер? — спросила она у устало облокотившегося на багажник Ретта.

— Драма за драмой, — невесело усмехнулся он. — И самое плохое, что сейчас она уже так переутомлена, что никак не может заснуть.

— Бедненькая. — Скай сочувственно посмотрела на плачущую малышку. — Странно, что она не уснула, пока ты ехал сюда.

— О, она старательно сопротивляется сну, — поморщился Ретт.

— Я сяду с ней и постараюсь ее успокоить.

— Как скажешь, — кивнул Ретт, готовый на все, лишь бы плач прекратился.

Скай устроилась на заднем сиденье рядом с Рианной:

— Привет, малышка, как твои дела? Как прошел твой день?

Стараясь отвлечь ребенка, Скай достала ключи с маленьким брелком-фонариком и начала играть с Рианной, посылая огонек гулять по салону машины. Уже через минуту малышка перестала плакать и завороженно следила за ним. Когда Скай светила на колени Рианны, девочка весело смеялась, пытаясь поймать огонек в ладошки.

Когда она поняла, что свет исходит из чего-то в руках Скай, она тут же захотела заполучить эту вещь.

Позволив Рианне играть с брелком, Скай взяла у Ретта бутылочку с соком и напоила малышку. Уже через несколько минут ее глаза начали закрываться. Дождавшись, когда Рианна уснет, Скай пересела на переднее сиденье и устало закрыла глаза. Она чувствовала себя так, словно только что участвовала в марафонском забеге.

— Как хорошо, когда тихо, — счастливо вздохнул Ретт. — Спасибо тебе.

— Что произошло сегодня?

— Я задержался на работе, и Джесси забрала Рианну. Нашей малышке так понравилось играть со своими маленькими кузенами, что она ни в какую не хотела возвращаться домой. Потом она раскапризничалась и не захотела есть. Потом начала плакать…

— Наберись терпения. Рианне нужно время, чтобы оправиться после потери матери, — вздохнула Скай.

— Я правда стараюсь, Скай, но это очень тяжело, — нахмурился Ретт.

— Ваша жизнь очень изменилась, и нужно время, чтобы она перестроилась на новый лад. Ты привыкнешь к новому ритму, и все станет как прежде и даже лучше, ведь с тобой будет Рианна. Ребенок — это лучший подарок, который может сделать человеку судьба.

— Я знаю, Скай.

— Ну, так веди себя соответствующе.

— Я ведь здесь, правда? — напомнил он. — Еду в никуда по ночной дороге, чтобы укачать ребенка.

— Эй, это ведь ты задержался на работе, а не Рианна.

— Да, и иногда это будет происходить вне зависимости от того, хочу я этого или нет.

— Вот именно.

— Что? — в недоумении переспросил Ретт.

— Я хотела сказать, что тебе нужно успокоиться. В жизни бывают хорошие и плохие дни, так уж заведено. Ты делаешь все, что можешь, так прекрати изводить себя. Для того, кто стал отцом всего неделю назад, ты прекрасно справляешься.

Ретт затормозил на светофоре и пристально посмотрел на Скай:

— Ты правда так думаешь?

— Да. Хоть мне и не просто это признавать.

Ретт улыбнулся ей и снова нажал на газ. Скай увидела, как расслабились его плечи и исчезла морщинка между бровями.

— Так как тебе удалось утихомирить нашего маленького монстрика?

— Я просто переключила ее внимание на более интересное занятие. Отвлекающий маневр работает в девяноста процентах случаев.

— Да, а что ты делала, если ситуация входила в роковые десять процентов? — заинтересовался Ретт.

— Кормила, переодевала, укачивала. Обычно Айден и Кесси возвращались раньше, чем я успевала впасть в отчаяние. Ретт, не стоит расстраиваться из-за того, что Рианна не всегда хочет идти с тобой. Дело не в тебе и, конечно, не в том, что ты ей не нравишься, просто в этот момент ты отрываешь ее от какого-то куда более интересного занятия.

— Спасибо, надеюсь, ты права. Знаешь, сегодня ты буквально спасла мне жизнь, — улыбнулся он.

— Ты тоже появился очень вовремя. У меня был тот еще денек. Утром приехала дама из социальной опеки и попросила показать ей квартиру. Из-за этого я опоздала на встречу и чуть не сорвала съемки. А в тот момент, когда ты позвонил в мою дверь, я как раз читала уведомление о выселении.

Глава 6

Ретт затормозил на очередном светофоре и резко повернулся к Скай: — Тебя выселяют? — Эта новость была для него как гром среди ясного неба. — Ты должна была сказать мне раньше. Сколько тебе нужно, чтобы выбраться из этой дыры?

— Все в порядке, Ретт, я справлюсь.

— Если тебя выселяют, все определенно не в порядке.

Скай с любопытством вгляделась в его лицо:

— Кажется, ты злишься?

— Да, черт побери! Мы друзья, мы выросли вместе. Возможно, у нас в последние годы были не самые простые отношения, и какое-то время мы не общались, но я был уверен, что ты знаешь, что всегда можешь попросить меня о помощи. А если не меня, то хотя бы Рика. Но нет, ты слишком гордая, чтобы одолжить у нас денег, и предпочла остаться без крыши над головой!

— Ретт, ты все неправильно понял, — покачала головой Скай, чуть сжав его руку, лежащую на руле. — С моими финансами все в порядке, меня выселяют вовсе не из-за того, что я не могу заплатить за аренду. Просто хозяин решил, что гораздо выгоднее сдать его целиком под офисы какой-то крупной фирмы.

— Тогда что это было? — обиженно спросил Ретт. — Проверка на вшивость? Захочу ли я помочь тебе в трудной ситуации или проигнорирую проблему, предоставив тебе возможность самой выбираться из неприятностей?

— Нет, конечно нет. Прости, наверное, мое заявление прозвучало излишне драматично. Я знаю тебя достаточно хорошо и должна была предугадать, что, услышав такое, ты тут же перейдешь в режим спасателя.

— Это сарказм? — еще сильнее нахмурился Ретт.

— Нет, конечно. Я благодарю тебя за заботу, но справлюсь сама. Просто все произошло так неожиданно. Я не была готова к подобному повороту.

— Ты отказываешься от моей помощи? То есть тебе можно мне помогать, а мне тебе нет? По-моему, это немного несправедливо.

— Спасибо, Ретт, но я предпочитаю полагаться на собственные силы.

— А как же друзья?

— У меня есть друзья, — чуть пожала плечами Скай.

— Но в трудную минуту ты не обратишься к ним за помощью?

— Вот именно.

— Скай, что с тобой произошло? Куда делась та солнечная, открытая девушка, которой ты была? Что стало с твоей жизнерадостностью?

— Наверное, все, кого я потеряла, забирали с собой по кусочку, пока совсем ничего не осталось.

— Знаешь, прежняя Скай сказала бы на это, что нужны новые друзья, которые принесут новый смысл в жизнь и наполнят ее радостью.

Скай горько усмехнулась в ответ:

— К счастью, я стала старше и мудрее. Теперь я знаю, что появление новых людей в моей жизни означает лишь то, что мне снова есть кого терять.

Вино заплясало огнем на языке и горячей волной прошло по горлу. Ретт зажмурился от удовольствия и откинулся на спинку кресла, наслаждаясь покоем.

В ресторане царил приятный полумрак, играла тихая, неназойливая музыка, а напротив него сидела очаровательная блондинка, болтавшая о каких-то милых мелочах. Идеально. Как раз то, что нужно, чтобы расслабиться после недели попыток найти общий язык с двухгодовалым ребенком.

— Ты сегодня очень тихий, — заметила Синди, делая глоток вина.

— Мне просто нравится тебя слушать, — искренне признался Ретт.

Речь блондинки журчала ручьем, не заставляя, как в случае с Рианной, судорожно вдумываться в каждое произнесенное слово, пытаясь понять, чего же она хочет.

— Да? — Синди насмешливо изогнула идеально выщипанную бровь. — И что же я сейчас сказала?

— Знаешь, ты сегодня такая красивая. Мне сложно сконцентрироваться на чем-то, кроме твоей потрясающей внешности, — с обаятельной улыбкой выкрутился Ретт.

— Комплимент засчитан, — усмехнулась Синди. — Но мне все равно не нравится, что ты витаешь в облаках. Наши отношения нельзя назвать серьезными, но я рассчитывала, что во время свиданий ты будешь думать только обо мне.

Ретт покорно кивнул. Ни одной из своих женщин он не рассказал о появлении в его жизни Рианны и не собирался делать этого в дальнейшем. Не стоило усложнять эти мимолетные увлечения разговорами о детях.

— Прости. Почему бы нам не поехать к тебе? Как только мы окажемся в твоей спальне, я покажу тебе, каким внимательным могу быть.

Судя по соблазнительной улыбке, появившейся на губах Синди, идея ей понравилась. Но она так и не успела ответить, потому что в этот момент в кармане Ретта завибрировал телефон.

Черт!

Хорошенькое личико Синди исказила недовольная гримаска. Раньше он всегда отключал телефон на свиданиях, но у него не было маленькой дочери.

— Ты ведь не собираешься отвечать на звонок сейчас? — с ударением на последнем слове произнесла она.

— Прости, Синди, но это срочно, — сказал Ретт, вставая и выходя в коридор. — Привет, Гвенн, что случилось?

В трубке раздался обеспокоенный голос экономки, периодически перекрывавшийся надрывным детским плачем.

— Здравствуйте, мистер Салливан. Простите, что беспокою вас, но я никак не могу успокоить Рианну. Она все плачет и плачет.

— Вы пробовали включить ее любимый мультфильм?

— Я уже все испробовала, но она продолжает плакать и звать вас.

— Меня? Наверное, вы имеете в виду — она зовет свою маму?

— Нет, вас. И еще она все время повторяет слово «небо». Может быть, она боится, что вы отправились на небеса, как и ее родители?

Рианна зовет его. И Скай. Новое трепещущее чувство наполнило грудь Ретта, заглушив недовольство по поводу сорванного свидания.

— Я буду через двадцать минут.

Неделю спустя Скай вновь обнаружила себя стоящей на пороге дома Ретта. Последнее время она проводила здесь больше времени, чем в собственной квартире.

Сегодня Ретт попросил Скай помочь с обустройством детской для Рианны. Конечно, она согласилась, ведь это было прекрасной возможностью помочь Ретту еще больше сблизиться с дочерью. С дочерью, а не с ней.

Она должна быть осторожнее, ведь так легко было попасть под власть обаятельной улыбки Ретта и обжигающе страстных взглядов, заставляющих ее вновь чувствовать себя самой красивой и желанной. Желание поддаться соблазну, отдаться на волю судьбы, признать свое влечение и…

Нет, невозможно!

За те шесть лет, которые прошли с момента возвращения Скай в Сан-Диего, она встречалась с несколькими мужчинами, но разрывала отношения, как только появлялся намек на нечто более серьезное, чем легкий флирт. Ей не нужен был психолог, чтобы понять, что она совсем разучилась доверять людям. Пережив столько потерь, она боялась вновь подвергать свое бедное сердце такому риску. Тем более с человеком, который уже однажды разбил его.

Дверь открылась.

— Привет, входи, — радостно приветствовал ее Ретт. — Рианна, смотри, кто к нам пришел.

Увидев Скай, игравшая в кубики малышка широко улыбнулась и побежала к ней обниматься.

Скай подхватила Рианну на руки и крепко прижала к себе. Да, она пообещала себе держать свои эмоции под контролем, но как можно противостоять такой искренней радости?

Ей было больно думать о том, что Рианна потеряла родителей, которые так ждали ее появления на свет и любили ее всем сердцем, но сейчас она стала частью новой большой и любящей семьи, которая приняла ее с распростертыми объятиями.

Но вступление Рианны в семью Салливан означало для Скай потерю последнего члена ее семьи. Она осталась совсем одна.

Для Рианны боль от потери родителей будет недолгой, их место займут новые дяди и тети, любящий отец и бабушка, но однажды наступит день, когда ей понадобится мать, которая поможет преодолеть тернистый путь превращения девочки в женщину, с которой она сможет разделить свои милые детские секреты.

Скай начинала понимать, почему Кесси в своем завещании настояла на их с Реттом совместной опеке. Она хотела, чтобы в жизни Рианны была женщина, способная заменить ей мать. И она выбрала Скай, которая лучше всех понимала, что значит лишиться родителей в столь юном возрасте.

— Ты уже решил, какую комнату мы превратим в детскую? — спросила она, сев на диван рядом с Реттом и устроив Рианну у себя на коленях.

— А что тут решать? — удивился Ретт. — Гостевую, конечно.

— Ты с ума сошел? — возмутилась Скай. — Рианне нет еще и двух, а ты хочешь поселить ее в комнату, которую от твоей отделяет целый этаж? А вдруг она упадет или испугается? Ты даже ничего не услышишь!

— Наверное, ты права, и это не слишком хорошая идея… — смутился Ретт.

— Конечно, я права, — закатила глаза Скай, пораженная мужской несознательностью. — Тебе придется пожертвовать одной из своих комнат для развлечений. Что меньше дорого твоему сердцу: спортзал или маленькая гостиная с музыкальным центром и телевизором? — Она встала с дивана и пошла вдоль коридора, заглядывая в комнаты.

— А почему не кабинет? — спросил Ретт, шедший за Скай и смотревший на свой дом с таким видом, словно первый раз его видел.

— Я думала, ты там работаешь?

— Я же ювелир, я работаю в мастерской.

— То есть тебе все равно, какую комнату мы превратим в детскую?

— Этого я не говорил. Напротив, это очень сложный выбор. Я часто занимаюсь спортом и слушаю музыку, но и без компьютера тоже не смогу обойтись.

— Но тебе и не нужно без чего бы то ни было обходиться. Просто переставь рабочий стол из кабинета в мастерскую или в любую другую комнату. Или ты можешь отказаться от комнаты для гостей и воссоздать там ту комнату, которую отдашь под детскую.

— К сожалению, не могу, — покачал головой Ретт. — Ты ведь знаешь, какая у меня большая семья. А это значит, что комната для гостей почти никогда не пустует. Но мне нравится идея переставить стол или любую другую мебель. Итак, какую комнату ты бы выбрала для Рианны?

— Хмм… — Скай было очень приятно, что для Ретта так важно ее мнение.

Она еще раз задумчиво огляделась. Кабинет был ближе всего к спальне Ретта и находился в задней, более тихой части дома. За дверью напротив него оказалась ванная, а за следующей — маленькая гостиная, забитая различной техникой: на стене висел огромный плазменный телевизор, а под ним выстроились шеренгой несколько игровых приставок, караоке и музыкальный центр с целой горой дисков.

— У тебя что, в каждой комнате по телевизору? — удивилась Скай.

— Я люблю, когда телевизоры есть везде, — улыбнулся Ретт. — Тогда я могу смотреть любимый фильм в любой части дома.

Скай помнила, что в квартире, которую Ретт снимал вместе с братом, тоже всегда работал телевизор. Рик еще жаловался, что этот не прекращающийся ни на минуту шум напоминает ему дом бабушки, всегда полный людей и звуков.

Затем они поднялись на второй этаж, где, кроме комнаты для гостей, оказался целый зал развлечений со столом для бильярда, баром и еще одним огромным плазменным телевизором. Из больших окон открывался прекрасный вид на сад и бассейн.

Открыв очередную дверь, Скай оказалась в примыкающей к этой зоне отдыха ванной комнате, которая была воплощением мечты каждого эстета, любящего поваляться в ванне: помимо оборудованной по последнему слову техники душевой кабины, здесь было огромное джакузи из золотистого мрамора, с расставленным на полочках свечами и маленькими мешочками ароматических трав. Наверное, здесь было очень приятно понежиться после долгого трудового дня.

— Потрясающе, — вздохнула она. — Если твои родственники, оставаясь у тебя в гостях, имеют доступ ко всей этой роскоши, неудивительно, почему комната для гостей никогда не пустует.

— Ну, вообще-то там есть отдельная ванная.

— Ну конечно, — иронично улыбнулась Скай. — Знаешь, это очень большой дом для одного человека. Твой второй этаж больше, чем вся моя квартира.

— Теперь ты понимаешь, зачем мне столько телевизоров? Они составляют мне компанию.

— Тебе одиноко, Ретт? — тихо спросила Скай.

— Что? Ты, должно быть, шутишь? Помнишь, какая у меня семья? Пять братьев. И не забывай про мою безумно общительную бабушку.

— Я знаю, как вы близки, — кивнула Скай, заглянув в комнату для гостей.

Она выглядела как номер в роскошном спа-отеле. В интерьере преобладали белые и зеленые цвета, у стены расположились изящный кофейный столик в окружении двух кресел и комод из светлого дерева, а кровать с горкой золотистых подушек выглядела такой мягкой, что Скай сразу захотелось прилечь.

— Да, но еще я знаю, что все твои братья давно женаты.

— И это добавляет к моей и без того немаленькой семье еще и пять сестер.

— Они показались мне очень милыми девушками, но, Ретт, раньше ты включал телевизор, когда тебе было одиноко.

— Просто старая привычка, — отмахнулся Ретт, но Скай заметила, что, говоря это, он не смотрел ей в глаза.

— А этот огромный дом? Сейчас он выглядит как воплощение холостяцкой мечты, но, покупая его, ты, скорее всего, думал о создании семьи.

— Конечно, я всегда хотел иметь свою семью.

— И были варианты?

— В смысле кроме тебя? Нет. В отличие от тебя, я никогда не пытался связать себя узами брака.

Скай невольно поморщилась. Конечно, Айден рассказал своим лучшим друзьям о том, что она вышла замуж. И наверняка не преминул описать, каким же занудой показался ему ее жених. До свадьбы Скай еще ругалась с братом из-за этого обидного прозвища, но время показало, что оно удивительно точно описывало главную черту характера ее бывшего мужа.

Только странно, что у Ретта при таком обилии вожделеющих его красоток не было серьезных отношений.

— Итак, какую комнату ты хочешь превратить в детскую? — спросил Ретт, меняя тему.

— Тебе решать, но я бы предложила кабинет: он находится в задней части дома и ближе всего к твоей комнате. И на втором этаже у тебя столько места, что ты легко сможешь перенести туда всю технику из малой гостиной.

— А при чем здесь гостиная, если под детскую мы переоборудуем кабинет? — подозрительно уточнил Ретт.

— Ты даже не представляешь, сколько вещей нужно одному маленькому ребенку, — вздохнула Скай. — Поверь мне, будет лучше, если у Рианны будет отдельная игровая комната со всеми ее игрушками и книжками.

— Ого, похоже, нам предстоит много работы, — удивленно покачал головой Ретт, доставая из кармана телефон.

— Кому ты звонишь?

— В первую очередь Рику. Ты ведь не думаешь, что я собираюсь таскать всю эту мебель в одиночку? — На другом конце линии наконец ответили, и Ретт переключился на разговор с братом: — Эй, Рик, поднимай свою ленивую задницу с дивана и вези ее сюда, мне нужна помощь. И кошелек захвати, мы едем за покупками.

И все завертелось. Хватило всего двух звонков, чтобы у Рианны появились кроватка, комод и пеленальный столик, который она унаследовала от своих подросших кузенов. Следующий звонок избавил их от необходимости думать о том, чем кормить съезжающихся на помощь родственников — жена Брока Джесси пообещала позаботиться об этом.

— Жены братьев — это лучшая вещь на свете, лишь немногим уступающая телевизорам, — довольно сообщил Ретт. — Что теперь? Мне начинать морально готовиться к покраске стен в ярко-розовый?

— Не обязательно, — рассмеялась Скай, глядя на его обреченное лицо. — Какого цвета будет новая мебель?

— Она вся из вишневого дерева. Броку делали ее на заказ.

— Замечательно, от этого и будем отталкиваться, когда поедем за покупками.

Глава 7

Ретту казалось, что он попал в ад. Ад в пастельных тонах, заселенный феями и принцессами. Растерянно озираясь по сторонам, он шел между рядами товаров для маленьких девочек. Только сейчас он понял, до какой степени изменится его жизнь с появлением в ней Рианны. Ну почему Кесси не родила мальчика? Тогда он хотя бы примерно представлял, что его ждет.

Он дошел до конца ряда и вздохнул с облегчением — начался отдел для мальчиков.

— Ты не в том отделе! — крикнула ему Скай, выглянув из-за шкафа, на полках которого стояла армия угрожающе улыбающихся барби.

— Я знаю, но мне здесь комфортнее.

— Ну, ты же мальчик.

— Предельно традиционной ориентации, — добавил Ретт, с опаской разглядывая ближайшую к нему куклу в ядовито-розовом платье, пестрящем бантиками и бусинками.

— Но тебе-то нужно оформить комнату для девочки.

— Я знаю. Но мне не нравится розовый, — страдальчески вздохнул он.

— Тогда выбери другой цвет, — пожала плечами Скай.

— Сомневаюсь, что то, что нравится мне, подойдет маленькой девочке. А какой была прежняя комната Рианны?

— Абсолютно розовой, — улыбнулась Скай. — Это были покои маленькой принцессы с кроватью в виде волшебного замка.

— Может быть, стоит сделать нечто подобное, привычное Рианне?

— Не думаю, что это хорошая идея, — покачала головой Скай, поймав его потерянный взгляд.

— Скай, я боюсь, что не справлюсь со всем этим, — покачал головой Ретт, затравленно оглядываясь по сторонам. — Что я знаю о воспитании девочек?

— Одинокий мужчина, выросший с пятью братьями? Ничего.

— Вот именно! С чего я решил, что смогу стать Рианне хорошим отцом? — Ретт нервно провел рукой по волосам, из-за чего они встали дыбом, как иглы испуганного ежа. — Что я знаю о маленьких девочках, принцессах и розовом цвете?

— Она будущая женщина, плейбой. Это же твоя специализация.

— Очень смешно.

— А ты предлагаешь поплакать? Ретт, ты не имеешь права сдаваться. Разве не ты уговорил меня согласиться на всю эту авантюру? Возьми себя в руки, наконец! Все это нытье лишь проявление твоего страха навсегда расстаться с холостяцкой свободой, но прости, милый, этого тебе уже не избежать. Ты принял решение, оно было правильным, и я не позволю паре плюшевых мишек запугать тебя!

Ретт с силой потер глаза. Когда он отнял руки от лица, его взгляд был уже вполне осмысленным.

— Прости, просто я немного запаниковал из-за этого розового моря.

— Ретт, ты же дизайнер, ты должен уметь работать с цветом. Доверься своим инстинктам.

— Да, думаю, я справлюсь. — Лицо Ретта просветлело. — В самом начале ряда я видел что-то фиолетовое. И ярко-зеленое. С этим можно работать. — Он взял в руки маленькую светловолосую фею, рассмотрел повнимательнее и отправил в корзину вместе со всеми ее подружками-феями.

— Это Динь-Динь, — с улыбкой сказала Скай.

— Даже я знаю, кто это, и она мне нравится. Она яркая и веселая. Именно эти чувства должны возникать при входе в детскую. Посмотрим, что еще здесь может нам пригодиться.

Три брата Ретта приехали, чтобы помочь. Первым приехал Рик, за ним подтянулись Брок с Джесси и Коул. Мужчины начали двигать мебель, а Скай уложила Рианну спать в комнате Ретта и отправилась на кухню, помогать Джесси с приготовлением еды.

— Я принесла жареные куриные ножки и картошку, — сказала она, выставляя на стол пластиковые контейнеры с едой.

— Замечательно, — улыбнулась Скай. — У Ретта есть бумажные тарелки?

— Второй ящик слева, — откликнулась Джесси.

— А кухня очень хорошо оборудована, — удивленно заметила Скай, оглядываясь по сторонам. — Особенно для холостяка, который живет один.

— Ретт любит готовить, причем, в отличие от многих других мужчин, включая моего Брока, умеет не только жарить мясо. Иногда он устраивает здесь воскресные обеды и тогда один готовит на всю семью.

— Но я думала, что воскресные обеды всегда проходят у Грем?

— Так было раньше, но все изменилось, когда на последних месяцах беременности Саванне прописали постельный режим. Тогда Рик настоял на том, чтобы семейные обеды переместились к нему. Он был уверен, что Саванне будет легче переносить постельный режим в кругу семьи. С тех пор мы устраиваем обеды по очереди, но раз в месяц всегда собираемся у Грем.

Скай была уверена, что именно благодаря этим обедам члены семьи Салливан были так близки.

— Я рада, что ты здесь, — неожиданно сказала Джесси. — Ретту сейчас очень нужна твоя помощь. Только, пожалуйста, не разбивай ему сердце во второй раз. Брок рассказал мне, что после того, как ты ушла, он еще долго не мог прийти в себя.

— Я делаю все, что могу, чтобы помочь ему, — вздохнула Скай, проигнорировав очередное упоминание о разбитом сердце.

Она не могла поверить в то, что это правда. Брока тем летом даже не было в городе. Откуда ему было знать, что чувствовал Ретт?

Ей потребовалось немало времени, чтобы признать, что больше всего она хотела, чтобы Ретт сел на самолет и прилетел за ней. А когда стало ясно, что он не собирается этого делать, Скай сделала большую глупость — вышла замуж за Бреда…

Но оказалось, что она разговаривает с пустотой. Не дожидаясь ответа Скай, Джесси вышла из кухни и направилась к маленькой гостиной, откуда доносились мужские голоса и смех. Скай не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ней.

Заглянув через плечо Джесси, она увидела братьев Салливан, которые, вооружившись джойстиками и подбадривая себя воинственными криками, сражались со скачущими по экрану зубастыми монстрами.

Оглядев поле битвы, Джесси сунула два пальца в рот и пронзительно свистнула. Четыре головы с одинаково виноватыми выражениями лица одновременно повернулись в ее сторону.

— Да, дорогая? — подобострастно улыбнулся Брок, пряча джойстик за спиной.

— Сначала дело, потом отдых, — строго напомнила мужчинам Джесси. — Прежде всего перенесите мебель и технику на второй этаж, а потом опробуете ваши игрушки на новом месте.

— Я же говорил, — сказал Ретт, вставая. — Ну, кто мне поможет? — поинтересовался он, примеряясь к левому краю дивана.

Рик пристроился с другого края, и близнецы понесли диван на второй этаж, а Джесси повернулась к Скай:

— Мы привезли несколько коробок. Думаю, они пригодятся, чтобы перенести мелкие вещи. Можешь достать их из багажника, пока мы с Броком и Коулом займемся письменным столом Ретта?

— Конечно.

И все отправились выполнять поручения. Оказалось, что мужчинам для продуктивной работы не хватало именно организаторского таланта Джесси. Как только они начали получать от нее четкие указания, что и в какой последовательности им нужно делать, дело пошло на лад.

Мужчинам хватило часа, чтобы переставить мебель. Оставалось только расставить все по своим местам.

Пока Коул и Брок устанавливали музыкальный центр и игровую приставку, а Рик и Джесси расставляли на полках игровой комнаты книги и игрушки, Скай и Ретт накрыли на стол.

Рианна наблюдала за ними с детского стульчика, привезенного Джесси, и весело смеялась.

— Смешно тебе? — с улыбкой спросила Скай, пощекотав пухлый животик малышки, поставила перед ней тарелку с яблочным пюре и повернулась к Ретту: — Не могу поверить в то, что мы так быстро управились.

— Тут главное приложить настоящую мужскую силу, — ухмыльнулся Ретт, демонстративно напрягая мускулы.

— Да ладно, я знаю, что вы просто хотели побыстрее вернуться к прерванной игре, — усмехнулась Скай.

Звякнула микроволновая печь, извещая о том, что курица и картошка разогрелись и готовы быть поданными на стол.

— Наверное, нам стоит отнести еду наверх? — предложила Скай.

— Парни будут в восторге. А ты не против?

— Конечно нет. Там удобно, а после еды мы с Джесси посмотрим, как вы играете, и вознаградим победителя. — С этими словами она, словно золотой кубок, вручила ему блюдо с жареной курицей.

— Мне нравится ход твоих мыслей.

Вопреки опасениям Ретта, детская выглядела потрясающе. В интерьере преобладали фиолетовые и зеленые цвета, прекрасно сочетавшиеся с привезенной Риком мебелью из вишневого дерева. Благодаря цветовой гамме и деревянной мебели создавалось ощущение, что они находятся в волшебном лесу.

— Тебе нравится твоя новая комната, Рианна? — спросила Скай.

— Динь-Динь! — воскликнула малышка, показывая пальчиком на покрывало на кровати.

— Да, это фея, — улыбнулся Ретт, купивший кроме Тинкер Бел и шести ее кукол-подружек еще и несколько комплектов постельного белья и ковер с феями. — Тебе нравится?

— Красивая.

— А это моя любимая часть, — сказала Скай, подводя маленькую племянницу к стене, на которой Ретт всего за пару часов нарисовал огромное дерево с тяжелыми разлапистыми ветвями и обширной кроной, покрытой яркими цветами, прекрасно дополнявшее сказочную атмосферу комнаты.

На полках, которые Ретт развесил на уровне веток, сидели яркие забавные феи и бабочки.

Если бы Скай не наблюдала за процессом собственными глазами, она бы ни за что не поверила, чтобы всю эту красоту Ретт создал всего за пару часов.

— Неплохо получилось, да? — улыбнулся он.

— Потрясающе! — искренне ответила Скай, взяла с полки одну из фей и подняв руку с куклой, сделала вид, словно она летает. Яркие крылышки феи затрепетали.

— И я! И я так хочу! — воскликнула Рианна, подняв вверх пухлые ручки.

— Чего ты хочешь, малышка? — спросил Ретт, подхватывая ее на руки. — Быть как фея? Хочешь летать?

— Летать!

Ретт подкинул Рианну в воздух, а потом поднял на вытянутых руках.

— Здорово! — рассмеялась Скай и тоже развела руки в стороны, словно это были крылья.

Они гонялись друг за другом, смеясь как сумасшедшие.

Ретт кружил Рианну, и та счастливо пищала от удовольствия. Потом он с Рианной на руках гонялся за Скай, которая делала вид, что убегает от них. Когда Ретт загнал ее на кровать, она упала, смеясь до изнеможения. Ретт с Рианной плюхнулись рядом.

В этот момент они были так похожи на настоящую любящую семью.

Осознав это, Скай почувствовала острый укол боли в сердце.

— Я, наверное, пойду, — сказала она, резко садясь. — Завтра рано утром у меня назначена встреча и хорошо бы ее не проспать. Или ты хочешь, чтобы я помогла тебе уложить Рианну в кроватку?

— Нет, у нас есть своя система, — улыбнулся Ретт. — Мы по очереди купаемся, потом вместе пьем сок, вместе чистим зубки и ложимся спать.

— Звучит очень эффектно, — откликнулась Скай, усилием воли отгоняя от себя воспоминания о том, как выглядит Ретт под душем, которые услужливо подсовывала ей память.

— Пока это работало. А насчет того, чего я хочу… Скай, как насчет того, чтобы переехать сюда?

Глава 8

Скай смотрела на Ретта так, словно за пару секунд на его голове выросло апельсиновое дерево. — Что? — переспросила она, уверенная, что ослышалась.

— Эм-м-м… — В первое мгновение он выглядел так, словно не меньше Скай удивился словам, вырвавшимся у него, а после натянуто улыбнулся. — Прости, это прозвучало довольно странно, а я ведь всего лишь хотел попросить тебя об одолжении. Мне нужно поехать на конференцию в Нью-Йорк, и я надеялся, что смогу оставить с тобой Рианну. Я бы все отменил, но эта конференция проводится как бы в мою честь. Мне даже собираются вручить какую-то награду.

— Боюсь, в таком случае они заметят твое отсутствие. Когда тебе нужно уехать?

— В четверг.

— В четверг? Тот самый четверг, который будет послезавтра?

— Да… Знаю, что нельзя сообщать о таком в последнюю минуту, но за эти две недели столько всего произошло, что я сам вспомнил об этом только сегодня утром.

— Ретт, я была бы рада помочь, но вся неделя у меня расписана буквально по минутам: две помолвки, праздничный обед и несколько встреч, а ведь еще желательно свести в презентации фотографии с последних трех свадеб.

— Я знаю, что прошу о многом, но подумай: весь день Рианна будет с Джесси, а ты будешь забирать ее после работы. Она только начала привыкать к этому дому, ко мне. Я не хочу запутывать и пугать ее, опять переселяя к другим людям.

— Это разумно, — кивнула Скай, закусив губу.

— Я знаю, что прошу о многом, но Рианна знает и любит тебя. Ты та константа в ее жизни, которая помогает ей прийти в себя после смерти родителей.

— Ретт… Дело не в том, что я не хочу помочь тебе…

Нет, дело в том, что, если она согласится, ей опять придется спать в постели Ретта, потому что даже с детским коммуникатором комната для гостей слишком далеко от детской. Это, конечно, сущая глупость, но Скай не нравились мысли, которые начинали одолевать ее, как только она оказывалась в его спальне.

— Послушай, если ты откажешься, я пойму. Может быть, Рик мне поможет, — печально вздохнул Ретт, посылая ей взгляд обиженного щенка.

— О нет, это нечестно! — простонала Скай.

Ретт всегда был прекрасным манипулятором и наверняка знал, что тактика покорно принять ее отказ обязательно сработает, вызвав у нее чувство вины.

Рианна, сидевшая на руках у Ретта, уютно устроила головку у него на груди. Связь отца и дочери становилась все крепче. Ретт так старался стать для малышки хорошим отцом, и Скай почувствовала, что должна помочь ему. В конце концов, его же не будет в постели, когда она будет спать в ней.

— Что? — невинно спросил он.

— О, пожалуйста, не надо, — поморщилась Скай. — Ладно-ладно, ты меня уговорил. Если Джесси сможет забирать Рианну на весь день, я смогу забирать ее после работы. На выходные у меня не запланировано ни одной свадьбы, так что фотографии я смогу свести потом. Когда ты возвращаешься?

— В воскресенье вечером.

— О… Ну хорошо. Но ведь в воскресенье…

— День рождения Рианны? Я знаю. Мы отпразднуем его на следующей неделе сразу после моего возвращения. — Он посмотрел на малышку. — Похоже, наша девочка уже заснула. Думаю, не стоит ее тревожить. Искупать ее я могу и утром.

— Конечно. Я, пожалуй, пойду. Если я собираюсь вернуться сюда в четверг, нужно хорошенько поработать. Хочешь, пока тебя не будет, я займусь организацией праздника для Рианны?

— Позволь мне позаботиться об этом, — сказал Ретт, осторожно вставая. — Спасибо за сегодня. Без тебя я бы не справился.

— Справился бы, но вот бедняжке Рианне, скорее всего, пришлось бы делить комнату с гигантским телевизором. Увидимся послезавтра, Ретт.

Уложив Рианну в кроватку, Ретт принял душ и почистил зубы. Взяв из шкафа чистую футболку и пижамные штаны, он присел на корточки и, раздвинув коробки с обувью, открыл спрятанный за ними сейф.

В его глубине скрывалась маленькая бархатная коробочка. Открыв ее, он с тяжелым вздохом уставился на кольцо: большой круглый бриллиант в окружении россыпи сапфиров — словно любимая в его объятиях. Может быть, излишне пафосная задумка, но он был влюблен, и ему было все равно.

Когда Скай, лишившись ребенка, улетела на Восток, Ретт сказал себе, что это лишь временное помутнение и она скоро вернется. Ладно, стоит признаться, что известие о ребенке шокировало его и предложение прозвучало не слишком искренне, но ведь Скай и так знала, что он любит ее. А значит, через пару месяцев, максимум через год, она одумается и вернется, и он будет готов повторить свое предложение, держа в руках кольцо, в которое он вложил всю свою любовь.

Но Скай исчезла на девять лет, и Айден сообщил ему, что его сестра не хочет иметь с ним ничего общего.

Конечно, ему было больно, но жизнь продолжалась, и Ретт предпочел забыть о Скай. И о ребенке, которого они потеряли.

Но, даже спрятав кольцо за кодовым замком сейфа, Ретт не смог прекратить думать о Скай. Только сейчас он понял, как ему не хватало ее все эти годы, ведь Скай была не только его первой любовью, но и его лучшим другом. Она понимала его лучше, чем кто бы то ни было другой, иногда даже лучше, чем он сам.

Именно благодаря ей они управились всего за несколько часов. Конечно, в глубине души он до сих пор оплакивал свою легкую холостяцкую жизнь, с которой ему пришлось проститься, но ему, как ни странно, нравились те изменения, которые произошли в его доме с появлением в нем Рианны. Скай была права — ребенку необходимо личное пространство, и Ретт был рад, что комната, которую он создал, понравилась не только малышке, но и Скай. Все труды этого долгого дня стоили их счастливых улыбок.

В тот момент, когда они играли в детской, они были похожи на настоящую семью. Но это был всего лишь момент, а ему хотелось, чтобы так было всегда.

Предложение переехать к нему словно само сорвалось с губ Ретта, и ему пришлось экстренно придумывать ему рациональное объяснение. К счастью, конференция оказалась отличным прикрытием, и не важно, что изначально он собирался попросить о помощи Рика и Саванну.

Так будет лучше. Просто просьба о дружеской помощи, ничего особенного.

Пытаясь избавиться от мыслей о Ретте, Скай погрузилась в работу.

Парк Бальбоа был ее любимым местом проведения свадебных съемок, вот и сейчас на фото улыбалась симпатичная молодая пара. Свадьба была запланирована на следующий месяц, но невеста решила провести съемки заранее.

Скай вспомнила, что дома ее будет ждать Рианна, и невольно улыбнулась. Ей нравилось проводить время с племянницей. Даже больше, чем она была готова признать. Сначала Скай боялась, что новость о том, что Рианна дочь Ретта, повлияет на ее чувства к малышке, но этого не произошло. Напротив, ее любовь и привязанность к Рианне становились сильнее с каждым днем.

Это пугало ее. Слишком часто любовь для Скай заканчивалась болью. Поэтому за прошедшие годы Скай научилась никого к себе не подпускать, выстроив вокруг своего сердца неприступную стену.

Но Рианна с ее веселым смехом и детской непосредственностью с легкостью преодолела все ее внутренние барьеры.

И теперь Скай со страхом размышляла о том, что не сможет всегда быть рядом с малышкой. Однажды Ретт женится, и Скай сомневалась, что сможет стать подругой будущей миссис Салливан, а значит, не сможет проводить с Рианной много времени. Ей нужно смириться с мыслью, что малышка не всегда будет частью ее жизни, и попытаться дистанцироваться от нее прежде, чем Рианна слишком привыкнет к ее присутствию.

И до того, как Рианна станет слишком нужна ей самой.

Сначала Скай прогоняла молодоженов через стандартные позы, так они постепенно расслаблялись и начинали чувствовать себя более свободно.

Она снова поймала в кадр счастливую пару. Теперь невеста стояла спиной к жениху, а он обнимал ее за талию. Мужчина прошептал ей что-то на ухо, и она звонко рассмеялась. Скай успела сфотографировать эту маленькую семейную сцену и улыбнулась — влюбленные будут рады этому снимку.

Жаль, что сама она вряд ли когда-нибудь выйдет замуж. В ее жизни было слишком много потерь, чтобы еще раз подвергать свое сердце такому риску.

Наверное, именно поэтому она так старалась всегда держать дистанцию с Реттом.

Сейчас эти свадебные съемки были единственной частью ее жизни, в которой осталось место романтике. В остальном рациональное мышление неизменно властвовало над чувствами. За это приходилось расплачиваться одиночеством, зато она обезопасила себя от внезапных ударов судьбы.

Когда такси притормозило около дома Ретта, было еще темно. Расплатившись, он подхватил свою сумку и вышел из машины.

Ретт специально отменил дополнительные встречи, чтобы уехать сразу после вручения награды. Он сам удивился тому, как сильно стремился попасть домой, как хотел, чтобы первый день рождения Рианны в ее новой семье они провели вместе.

Вчера, когда они со Скай разговаривали по телефону, она еще раз предложила устроить для Рианны праздник, но Ретт не планировал приглашать гостей. Он хотел провести день со своей дочерью. И со Скай.

Ретт сам от себя не ожидал, что будет так скучать по ним обеим.

Бросив сумку в прихожей, он заглянул в детскую. Рианна сладко спала, сжав в кулачке край одеяльца. Ее темные кудряшки рассыпались по подушке, а ресницы оставляли на щеках длинные тени — она несомненно была самым очаровательным ребенком из всех, что он когда-либо видел.

Ретт подоткнул ей одеяльце и, не удержавшись, поцеловал в пухлую щечку.

Сонные голубые глазки на мгновение приоткрылись.

— Спи, спи, малышка. Все хорошо.

— Папочка…

Ретт замер, не веря своим ушам. К этому он не был готов. Несколько минут он просто стоял без движения, глядя на свою дочь.

Свою дочь. С ума сойти!

Но правда была в том, что, хотя Рианна была с ним всего месяц и уезжал он только на пару дней, он скучал по малышке так, словно прошла целая вечность. Ему не хватало ее солнечной улыбки, ее радостного смеха, общения с ней.

Стараясь смирить внезапный приступ паники, он вышел из детской, бесшумно прикрыв за собой дверь. Почувствовав скопившуюся за последние дни усталось, Ретт направился в свою спальню, мечтая только об одном: как можно скорее упасть на кровать, и, только открыв дверь, осознал, что она уже занята.

Скай спала, свернувшись калачиком. Из-под одеяла выглядывали только очаровательная головка в облаке черных локонов да длинная изящная ножка. Одного взгляда было достаточно, чтобы пальцы Ретта заныли от желания прикоснуться к ее нежной коже.

Правильнее всего было бы, как с Рианной, поправить Скай одеяло и идти спать в гостевую комнату, но желание, охватившее Ретта, камня на камне не оставило от его самоконтроля.

Все, чего он сейчас хотел, — это оказаться в постели с этой женщиной.

Его женщиной.

Да, он всегда думал о Скай как о своей женщине, и ни годы, ни расстояние, ни даже ее брак не изменили этого.

Снимая джинсы и забираясь в кровать, Ретт продолжал твердить себе, что у него все под контролем, и он просто ложится спать. Но, оказавшись под одеялом и почувствовав такой знакомый, такой родной аромат, исходящий от тела Скай, он не смог не прикоснуться к ней. Притянув к себе спящую, ощутив тепло ее нежного, податливого во сне тела, Ретт уже не мог остановиться. Проложив дорожку из поцелуев от обнаженного плеча к шее, он чуть прикусил нежную мочку уха:

— Просыпайся, милая, — промурлыкал он, прижимаясь к ней всем телом. — Я дома.

Скай снился прекрасный сон, в котором Ретт вернулся домой раньше и тайком пробрался в ее кровать. Сладко улыбнувшись, она перевернулась на другой бок и уперлась ладонями в горячее мускулистое тело. И это уже был совсем не сон.

— Ретт?

— Я здесь, моя милая, — прошептал он, и Скай почувствовала, как его язык скользнул по нежной ложбинке ключиц.

— Но…

Слабый протест Скай остался незаконченным, потому что уже через мгновение ее губы оказались в плену томительно сладкого поцелуя. Изощренные ласки его языка лишали Скай воли, соблазняли и дразнили ее.

— Подожди, — прошептала она, пытаясь отстраниться, чтобы хоть немного прийти в себя. — Что происходит? Почему ты здесь?

— Я скучал по моим девочкам, — промурлыкал он, и Скай увидела страсть, пылающую в его голубых глазах.

— Я не твоя, — автоматически открестилась она.

— Ты всегда была моей, — покачал головой Ретт и доказал это, вновь завладев ее губами.

Поцелуи Ретта стали глубокими, властными, требовательными. Вкус его губ, прикосновения были такими знакомыми, родными. Они переносили Скай в полузабытое прошлое, наполненное счастьем и любовью. Эти воспоминания соблазняли ее не меньше, чем сам Ретт.

А потом его пальцы скользнули ниже, заставляя Скай выгнуться навстречу его ласкам.

Ретт заставлял ее чувствовать себя любимой, желанной. Ритмичные движения его умелых рук, прикосновения губ и языка к ее вдруг ставшей такой чувствительной коже сводили с ума, подавляя малейшее сопротивление, вознося на вершины удовольствия. И Скай знала, что эта ночь только начинается.

Скай проснулась в кольце рук Ретта. За прошедшие годы она много раз мечтала об этом, но никак не ожидала, что однажды ее фантазия воплотится в реальность. Все происходящее было настолько невероятным, что Скай, недолго думая, ущипнула спящего рядом мужчину.

— Ай! — воскликнул он, просыпаясь. — За что?

— Только не строй из себя оскорбленную невинность. Это ведь ты пробрался под покровом ночи в постель к спящей женщине.

— Но это моя постель, — возмутился Ретт.

— Когда я в ней — нет, — отрезала Скай, попытавшись отстраниться, но Ретт лишь крепче прижал ее к себе.

— Особенно когда ты в ней, — промурлыкал он, целуя ее в затылок.

— Почему ты дома? — спросила Скай, стараясь не обращать внимания на руки Ретта, бесстыдно скользящие по ее коже, вызывая в памяти картины вчерашней ночи, заставлявшие ее щеки пылать, а кровь быстрее нестись по жилам.

— Я же говорил, что соскучился по моим девочкам.

— И все же, что произошло? — спросила она и, не в силах сопротивляться желанию, провела кончиками пальцев по его рельефной груди.

Она знала, что должна встать, принять душ, одеться и начать новый день. Чем дольше она остается в одной постели с Реттом, тем сложнее ей будет убедить себя в том, что это был сон, ничего не значащая минутная слабость.

— Что тебя так удивляет? Разве не ты постоянно напоминала мне о том, что сегодня день рождения Рианны? Я решил, что не могу пропустить такое знаменательное событие.

— Как мило.

Ну конечно, он приехал ради Рианны. К ней это не имело никакого отношения.

Господи, почему она так злится? Разве она не должна радоваться тому, что их родственные узы становятся крепче?

— Я ничего не подготовила к празднику, потому что ты просил меня подождать, — сказала Скай, садясь на кровати. — Но думаю, мы можем заказать пиццу или пригласить всех и устроить барбекю.

— Скай… — Ретт поймал ее за руку, но она высвободила ее и отстранилась.

— Итак, пицца или барбекю?

— Ни то ни другое, — покачал головой Ретт. — Я хочу провести день только втроем. Это будет наш праздник. — О, неужели ему обязательно быть таким милым? — Как насчет пикника на пляже?

— Идеально. — Скай не сомневалась в том, что их малышка будет в восторге от этой идеи. — Кстати, я купила ей подарок: тележку вроде той, в которой она каталась у Грем. Мы можем взять ее с собой на пляж.

— Замечательно. А что мне подарить ей? Что нам еще нужно? — спросил Ретт, целуя ее в плечо.

«Нам?» Сердце екнуло в ее груди.

— У Рианны есть все, — чуть улыбнулась она. — Вчера приезжали твои невестки и устроили мне вечеринку в честь появления ребенка. Как ты знаешь, она обычно сопровождается дарением целой кучи полезных подарков.

— Да?

— Надеюсь, ты не обидишься из-за того, что они сделали это, не дожидаясь тебя.

— Конечно нет. Они молодцы.

— Да, они все такие милые.

— Я рад. Скай, пожалуйста, посмотри на меня.

— Мне правда нужно в душ, — ответила она, отодвигаясь. — Рианна скоро проснется.

— Это важно. — Поймав ее за талию, Ретт опрокинул ее на спину и снова заключил в объятия. — Перед тем как войти к тебе, я заглянул в детскую. И Рианна назвала меня папой. — Его голос чуть дрогнул, выдавая переполняющие его эмоции.

— В первый момент это шокирует, правда?

— Да, черт побери.

— Привыкай.

— А ты? Как ты отнесешься к тому, что она будет звать меня папой?

Скай закрыла глаза, пережидая боль, когтями впившуюся в ее сердце. Ей было страшно думать о том, что ее маленькая племянница никогда не узнает Айдена. Но правда была в том, что маленькая девочка скоро забудет о нем, а Ретт будет растить ее, значит, он заслужил право называться ее отцом.

Было ли ей больно? Да, конечно. Но Скай точно знала, какие чувства испытал Ретт, услышав слово «папа» из уст малышки.

— Пока ты был в отъезде, Рианна пару раз назвала меня мамой, — призналась Скай. — Я, конечно, поправила ее, но предпочла не заострять на этом внимание.

Но это стало для нее новым напоминанием о том, что пора отойти в сторону.

А их с Реттом ночное приключение только еще раз подтвердило это.

— Конечно, не стоит этого делать. Она ведь все равно пока не поймет разницы. Это не значит, что она забыла свою настоящую мать, — мягко добавил он, видя печаль на лице Скай. — Просто ты делаешь вещи, которые раньше делала для Рианны Кесси, поэтому неудивительно, что она видит тебя в роли мамы.

— А тебя в роли папы. Ретт притянул Скай ближе и заглянул в глаза.

— Знаешь, я тут подумал…

— Динь-Динь, Динь-Динь, маленькая звезда! — пропел звонкий детский голосок. — Высоко в небесах.

Скай встретилась взглядом с Реттом и улыбнулась.

— Наша девочка проснулась, — прошептал он, словно употребив множественное число, от которого по коже Скай побежали мурашки.

— Похоже на то, — кивнула она. — Ты хотел что-то сказать?

— Да… Я тут подумал…

— Мама! Мама! — раздалось из детской, и Скай знала, что сейчас малышка стоит в своей кроватке и трясет ее.

— Прости, — вздохнула она со смешанным чувством облегчения и разочарования.

— Иди в душ, я обо всем позабочусь, — улыбнулся Ретт, вставая и быстро натягивая джинсы. — Поговорим позже.

Он вышел из комнаты, а Скай упала на спину, бездумно глядя в потолок и пытаясь прийти в себя. Что она натворила? С каких пор занятие любовью стало способом держать дистанцию?

Стоп. Они занимались сексом! Ни о какой любви речи не шло.

— Привет, малышка, — раздалось воркование Ретта из детской. — Ретт… Папочка дома. Ты по мне скучала?

Папочка… Все происходило так быстро.

За эти несколько дней, проведенных наедине с Рианной, Скай было все сложнее противостоять ее детскому обаянию. Малышка потеряла двоих самых близких ей людей, но, в отличие от нее самой, не утратила способности радоваться жизни.

Скай одновременно сочувствовала девочке, восхищалась ею и безумно хотела защитить ее от той пустоты в сердце, которая терзала ее саму. Но разве этим должен заниматься не Ретт? Она сделала все, что могла, чтобы укрепить его связь с дочерью. Теперь они смогут обойтись без нее. И это хорошо. Просто великолепно!

А теперь она должна уйти, отступить, пока это еще возможно.

И о чем Ретт только думал, забираясь в ее постель? Она хотя бы спала, а у него какое оправдание? Зачем было все еще сильнее усложнять?

Объятия Ретта подарили ей давно забытое ощущение близости и семьи, перенесли ее в те времена, когда она была любима, полна надежд и свободна от страхов. Он прикоснулся не только к телу Скай, но и к тем уголкам ее души, которые были скрыты от мира…

Но только потому, что она позволила ему это сделать, открылась ему. И о чем она только думала?

И почему, скажите на милость, она до сих пор валяется в постели Ретта, вместо того чтобы идти в душ? Может, надеется, что он вернется и продолжит с того места, на котором они прервались, или предложит принять душ вместе?

Эта мысль быстро поставила Скай на ноги. Она отбросила простыню и отправилась в ванную. Оставалось надеяться, что несколько литров холодной воды избавят ее от будоражащих кровь воспоминаний о прошедшей ночи.

Глава 9

Пока Скай была в душе, Ретт успел переодеть Рианну, и справился с этим как настоящий дизайнер, нарядив малышку в сиреневые джинсы, розовый свитер и темно-сиреневую жилеточку, расшитую цветами.

За завтраком они обсуждали планы на день.

— Дедушка и бабушка Рианны хотели увидеть ее сегодня, — сказала Скай.

— Мы можем заглянуть к ним перед тем, как ехать на пляж.

— Не мы, а только вы вдвоем, — покачала головой Скай. — Не думаю, что мне стоит ехать вместе с вами, — покачала головой Скай, взглянув на радостную, жующую персик малышку. — Вряд ли им понравится, если она назовет меня… словом на букву «м».

— Наверное, ты права, — вздохнул Ретт. — Тогда я позвоню им, и мы с Рианной поедем в гости прямо сейчас. Ты можешь пока немного поработать, а мы заедем за тобой по дороге на пляж.

— Звучит неплохо.

Глисоны оказались только рады раннему визиту, так что Ретт начал собираться в дорогу.

— Позвони мне, когда будешь подъезжать, — попросила Скай. — Я достану подарок для Рианны.

— Хорошо. И не беспокойся о еде для пикника. Мы заедем в супермаркет и купим все, что покажется нам вкусным.

Ретт подхватил девочку на руки и скрылся за дверью.

Пока их не было, Скай собрала вещи, которые брала с собой на время своего временного переезда к Ретту, и отнесла сумку в машину — так в конце дня они смогут избежать долгих сборов и прощаний, а чем меньше времени она проведет в доме Ретта, тем меньше шансов на то, что она опять окажется в его постели.

Отбросив на время печальные мысли, Скай вытащила из кладовки подарок для Рианны — ярко-красную пластиковую тележку и поставила ее перед дверью, так чтобы Рианна увидела ее, как только войдет в дом.

Потом Скай сварила себе кофе и отправилась в кабинет Ретта, который на эту неделю стал и ее рабочим местом. Опустившись в мягкое кожаное кресло и открыв первый файл с фотографиями, она с головой погрузилась в работу.

Когда зазвонил телефон, она недовольно поморщилась. Неужели они уже вернулись? Как это возможно, если прошло всего лишь… Два часа!

Скай удивленно покачала головой и взяла трубку:

— Алло?

— Мы будем через три минуты, — сообщил Ретт. — Или мне дать тебе время и немного поколесить по кварталу?

— Не нужно, я уже готова. — Трех минут было вполне достаточно для того, чтобы сохранить свои файлы и отнести ноутбук в машину.

Прихода Ретта с малышкой Скай ждала в коридоре. Увидев свой подарок, Рианна радостно запищала от восторга и бросилась к тележке. Устроившись поудобнее, малышка помахала Ретту:

— Папочка, кататься!

— Вот, значит, как? — притворно нахмурился он. — Ты получаешь всю славу, а мне остается лишь тяжелый физический труд?

Скай весело рассмеялась.

— Кататься! — скомандовала Рианна, подпрыгивая в своем новом транспортном средстве. — Ну, папочка!

— Она быстро привыкла к этому новому обращению, — заметила Скай.

— У нее была возможность попрактиковаться. — В глазах Ретта на мгновение мелькнула паника, но она тут же сменилась виноватой улыбкой. — Я прокачу ее по коридору и обратно, и можем отправляться. Поговорим обо всем на пляже, хорошо?

— Обязательно, — с ноткой угрозы в голосе пообещала Скай.

Ретт ответил ей обаятельной улыбкой, но Скай лишь гордо вздернула подбородок. Приняв решение постепенно самоустраниться из жизни Рианны и Ретта, она почувствовала себя почти в безопасности от его чар.

За такие дни Скай и любила Сан-Диего. Где еще в мире в конце ноября вы найдете безоблачное голубое небо и яркое теплое солнце.

На пляже они устроились на солнышке, расстелив плед почти у самой кромки прибоя.

— Кататься, — потребовала Рианна, знавшая, что в багажнике машины ее ждет заветная тележка.

— Обязательно, но после обеда, — сказал Ретт и, чтобы на время отвлечь Рианну, пока Скай распаковывает сэндвичи, дал ей пакетик сока.

— Птички! — воскликнула Рианна, углядев степенно прохаживающихся по пляжу больших черных птиц.

Через секунду она уже бежала к ним, вызвав в стае вожделенных пернатых нешуточный переполох.

— Ретт!

— Я за ней присмотрю, — кивнул Ретт и поспешил за Рианной.

Пока отец и дочь наслаждалась общением с живой природой, Скай выложила на клетчатый плед три больших аппетитных сэндвича, пластиковые контейнеры с двумя видами салатов и на десерт шоколадное печенье.

Когда все было готово к их маленькому торжественному обеду, Скай села поудобнее, обняв руками колени, и стала наблюдать за Реттом и Рианной, гонявшимися друг за другом по пляжу. Малышка вообще любила бегать. Даже дома она могла целый час носиться сломя голову. У нее был отработанный маршрут: из детской в гостиную, оббежать вокруг кофейного столика, потом по коридору до кухни и назад в детскую. Но здесь на пляже, где, куда ни глянь, простиралась бесконечная полоса песка, простая беготня превращалась для Рианны в путь постижения окружающего мира.

Скай улыбнулась, почувствовав, как ее сердце сжалось от нежности.

Наконец Ретт поймал маленькую проказницу и принес ее назад к Скай.

— Мы проголодались, — сообщил он, обводя алчным взглядом выложенную еду.

— Проголодались! — маленьким улыбчивым эхом повторила Рианна.

— Обед стоит один поцелуй, — сказала Скай, пощекотав животик Рианны.

Малышка захихикала и звонко чмокнула Скай в щеку.

Скай рассмеялась и усадила малышку перед собой.

Ретт опустился рядом с ними на плед и неожиданно притянул Скай к себе.

— Моя очередь! — прошептал он, опалив шею Скай поцелуем.

Она отстранилась, послав ему одновременно удивленный и предостерегающий взгляд. В ответ Ретт только подмигнул ей и вгрызся в яблоко. Усилием воли выбросив из головы этот маленький инцидент, Скай сфокусировала внимание на Рианне. Скай разрезала для нее сэндвич на маленькие кусочки, чтобы ей было удобнее есть.

— Кстати, у меня хорошие новости, — сказал Ретт, разливая сок по пластиковым стаканчикам. — Представители социальной опеки закончили наблюдение и подтвердили наши права на опеку.

— Замечательно! — с облегчением улыбнулась Скай. — Значит, теперь все официально?

— Да, теперь она наша.

Скай молча кивнула, смешанные чувства переполняли ее сердце. Она была счастлива, но ее горло сжимала тоска. Все закончилось. Теперь она свободна.

Но нужна ли ей такая свобода?

Убедившись, что все наелись, Скай аккуратно упаковала остатки еды в пластиковые контейнеры. Ретт в это время улегся на спину и, похоже, задремал. Сидевшая рядом с ним Рианна удивленно подергала его за палец и спросила:

— Папочка спит?

— Да, — кивнула Скай. — Мы взяли с собой твои игрушки. Хочешь поиграть?

Малышка просияла и, мгновенно вскочив, побежала к машине.

— Подожди меня! — воскликнула Скай, устремляясь за ней.

Оказалось, что не так-то просто поймать энергичную двухлетнюю малышку. Следующие полчаса они гонялись друг за другом и за птицами, играли в мячик, строили песчаные замки — в общем делали все, чем можно занять на пляже маленького, но очень активного ребенка. Энергия Рианны была неисчерпаема, и, увидев Ретта, приближающегося к ним с тележкой, Скай вздохнула с явным облегчением.

— Кататься! — воскликнула малышка, бросаясь к отцу. — Вперед, папочка! — Девочка уже сидела в тележке, понукая Ретта, как ленивую лошадку.

Они медленно шли по парку, который начинался сразу за пляжем, наслаждаясь замечательным осенним днем. Ретт вез за собой тележку с постепенно засыпающей Рианной.

Когда они подошли к информационному центру парка, Скай показалось, что ее окликнули. Обернувшись, она увидела невесту, чью свадьбу снимала месяц назад.

Оказалось, что невеста хочет познакомить ее со своей подругой, у которой перед Новым годом тоже будет свадьба, так что Скай сказала Ретту, что догонит его, и повернулась к девушкам. Ей всегда было приятно узнать, что клиенты довольны ее работой, а эти девушки в один голос восхищались сделанными Скай снимками и подготовленной ею презентацией.

Они договорились созвониться на следующей неделе. Поговорив с ними еще пару минут и уточнив детали грядущей церемонии, Скай попрощалась и бросилась догонять Ретта и Рианну.

— Извини, — сказала она, поравнявшись с ними. — Это были мои бывшие и потенциальные клиенты.

— Вижу, тебе нравится твоя работа? — улыбнулся Ретт.

— Очень, — кивнула Скай. — Я занимаюсь свадебными и портретными съемками. Каждая свадьба уникальна, ведь все зависит от того, какой невеста представляет свою идеальную церемонию, а я стараюсь на фотографиях запечатлеть процесс того, как мечты девушек воплощаются в реальность.

— Уверен, с таким воодушевляющим подходом у тебя отбоя нет от клиентов.

— Да, обычно новые клиенты узнают обо мне от тех, с кем я уже работала. А еще каждой паре полагается сертификат на портретное фото в их первое Рождество вместе. Всем приятно получить бесплатный праздничный снимок, а войдя во вкус, они почти всегда просят сделать больше одной фотографии. Кроме того, таким образом я напоминаю клиентам о том, что занимаюсь не только свадебными съемками.

— Умно, — широко улыбнулся Ретт.

Скай почувствовала, как вспыхнули ее щеки, словно искреннее восхищение Ретта согрело ее изнутри.

С ними поравнялась симпатичная пожилая пара.

— У вас такая замечательная семья, — сказала женщина, тепло улыбнувшись Скай. — Мы прогуливались и видели, как вы играли с дочерью на пляже.

— А… Ну… — смутилась Скай, не зная, что сказать.

Она не хотела ни обманывать милую старушку, ни прямо указывать ей на ее ошибку.

— Спасибо, — ответил вместо нее Ретт, принимая комплимент. — Вы тоже прекрасная пара. Надеюсь, через тридцать лет мы сможем вот так же держаться за руки.

— Сохраните в своем сердце ту любовь и радость, которую испытываете сейчас, и все получится.

— Спасибо за совет, — кивнул Ретт, вежливо распрощавшись с пожилой парой и продолжив прогулку.

— Зачем ты обманул этих милых стариков? — возмутилась Скай, догоняя его.

— Именно потому, что они были такими милыми.

Глядя на нас, они пришли к очевидному выводу, ничего удивительного. И их предположение заставило меня задуматься.

— О чем? — насторожилась Скай.

Ретт остановился и пристально посмотрел ей в глаза:

— Мы уже настоящая семья, Скай: у нас есть ребенок, а совместная опека связала нас на ближайшие восемнадцать лет. Осталось только сделать наше положение официальным.

— Официальным? — Сердце Скай болезненно сжалось.

Нет! Это невозможно! Он не сделает этого снова!

— Нам нужно пожениться.

Скай показалось, что ее сердце пропустило удар.

Вот и оно — самое неромантическое предложение руки и сердца в истории. Второе в хит-параде ужасных предложений, сделанных Реттом за время их отношений.

Ощущение дежавю сопровождалось сокрушительным чувством разочарования и обиды. На несколько секунд Скай даже утратила способность дышать, а как только пришла в себя и воздух снова начал поступать ей в легкие, резко развернулась и пошла прочь.

— Куда же ты! — крикнул ей вслед Ретт. — По-моему, нам стоит это обсудить. Разве тебе не кажется, что брак — это прекрасный выход из положения. Мы должны думать о благе Рианны…

Скай застыла и, не оборачиваясь, горько произнесла:

— Ретт, ну как ты не понимаешь? Я не хочу выходить замуж, руководствуясь только чувством долга. Не на таком основании должна создаваться семья.

Услышав, что Ретт идет за ней, она сорвалась с места и бросилась бежать, не желая, чтобы он видел ее слезы, и бежала все быстрее, словно надеясь, что нарастающая дистанция между ней и источником ее страданий уменьшит терзающую ее боль.

Глава 10

Скай остановилась на холме, со всех сторон окруженном деревьями, и в изнеможении опустилась на траву. Ветер, пахнущий океаном, влажной землей и жареными хот-догами, запутался в ее волосах и осушил соленые дорожки, оставленные слезами.

Она любила этот холм, откуда было видно, как край неба тонет в водах залива, а вдалеке слышался шум прибоя, но сегодня злость Скай не смогла охладить даже красота этого места.

Раньше она часто приводила сюда пары для предсвадебных фотосессий: красота природы казалась ей прекрасным фоном для обета вечной любви, который собирались принести влюбленные.

Но сегодня Скай пришла сюда одна, чтобы оплакать предложение Ретта, которое он опять сделал, руководствуясь не любовью, а чувством долга. Хотя с позиции здравого смысла Скай понимала, что Ретт хотел поступить правильно, ее сердце не было готово его простить.

Скай давно приучила себя не обращать внимания на слова и поступки окружающих, но это было выше ее сил. Сейчас она злилась даже не на Ретта, а на то, как сильно задели ее его слова.

Много лет назад, когда Скай еще верила в любовь, она убедила себя в том, что незапланированная беременность — это подарок судьбы, который сделает их настоящей семьей. Конечно, им будет непросто, но ведь они любят друг друга, а значит, смогут преодолеть любые трудности.

О, как же она ошибалась! Сухое предложение Ретта, сделанное из чувства долга, было похоже на ведро ледяной воды на голову: неприятное, но отрезвляющее. Оно показало, как обстоят дела на самом деле. Оказалось, что то, что было между ними, даже с натяжкой нельзя было назвать любовью.

Скай услышала шаги, и через секунду на траву рядом с ней опустился Ретт.

Она предпочла проигнорировать его появление, надеясь, что он уйдет. По крайней мере, попыталась: не так-то просто игнорировать мужчину ростом в шесть футов, который вдруг оказывается так близко, что при желании можно почувствовать жар его кожи и ощутить манящий пряный аромат его тела.

Она услышала шорох и, чуть скосив глаза, увидела, как Ретт лег на спину и уставился на проплывающие над ними облака. Он просто лежал рядом, ничего не говоря. Его неподвижность раздражала, но Скай не могла не признать, что даже в этой расслабленной позе он выглядел невероятно сексуально. Он был мужчиной в полном смысле слова и не пытался этого скрывать.

Прошло десять минут, потом пятнадцать. По непробиваемому спокойствию Ретта Скай поняла, что он уложил Рианну спать и все оставшееся время собирается посвятить разговору с ней.

Едва слышно фыркнув, Скай села к нему спиной. Уже через двадцать секунд она поняла, что совершила ошибку. Теперь она не просто думала о нем, но и терзалась вопросом, здесь ли он.

Конечно, Ретт не мог никуда уйти. Хотя Скай и увеличила дистанцию между ними, она все равно чувствовала его присутствие. Кроме того, он был слишком упрям, чтобы уйти, не получив ответа.

Она подождала еще несколько минут, давая Ретту понять, что не хочет его видеть, потом обернулась, собираясь высказать ему все, что она о нем думает, прямо ему в лицо… Но его там не оказалось.

Боль, которая пришла с осознанием того, что Ретт просто встал и ушел, развеяла иллюзию ее самоконтроля и безразличия. Вместо них остались только горечь и злые слезы, которые ручьем хлынули из глаз Скай. Она спрятала лицо в ладонях и разрыдалась, не в силах больше сдерживать эмоции, оплакивая потерю Ретта, их ребенка и неизбежное расставание с Рианной.

Но вдруг позади нее послышались поспешные шаги, и уже через мгновение Скай оказалась в кольце сильных мужских рук. Ретт одним движением привлек ее к себе и зашептал:

— Я здесь, здесь, милая, прости. Я никуда не делся. Прости, я должен был проверить, как там Рианна. — Переносная кроватка со сладко посапывающей малышкой стояла неподалеку, как живое подтверждение его слов.

Сама того не осознавая, Скай обняла Ретта за талию, крепче прижимаясь к нему. Слезы продолжали ручьем течь по ее лицу.

— Прости, — повторял он, гладя ее по спине. — Я знаю, что сглупил с этим предложением, что должен был сделать его совершенно иначе. Но это произошло лишь потому, что у меня в голове наша семейная жизнь — это давно свершившийся факт. Это ведь так логично, Скай. Мы оба любим Рианну, а она любит нас. Мы уже семья, и я очень надеюсь, что мое неумение выбрать подходящий момент и правильные слова не помешает тебе принять мое предложение.

— Ретт, это какое-то безумие, — покачала головой Скай, отстраняясь.

— Я знаю, что ты боишься снова испытать боль, но, Скай, поверь, я никогда намеренно не сделаю тебе больно. Я предлагаю тебе шанс получить семью без риска для сердца.

— Это невозможно.

— Все возможно, Скай. Мы и так вместе заботимся о Рианне, а наш брак просто сделает это более официальным.

— Есть только одна проблема — для этого мне нужно выйти за тебя замуж.

— Эй! — возмутился Ретт. — Еще утром ты была совсем не против моей компании.

— Это другое, — покачала головой Скай.

— Может быть, хотя бы поговорим об этом как взрослые люди?

— А сейчас мы разговариваем как кто?

— Я не хочу спорить с тобой, Скай. Когда я делал тебе предложение, я был совершенно серьезен. Я знаю, ты любишь Рианну, так поговори со мной хотя бы ради нее.

Черт, зачем он вмешивает во все это Рианну? Хотя это логично, ведь Ретт сделал ей предложение только ради малышки. Скай снова почувствовала укол обиды и отвернулась.

Но в одном Ретт был прав. Она не могла просто забыть обо всем и уйти. Если она примет предложение Ретта — Скай не могла поверить, что даже думает об этом, — ей не придется отказываться от Рианны.

— Ты так говоришь, будто это легко, — вздохнула Скай.

— Так и будет, — улыбнулся Ретт, накрыв ладонью ее руку. — Ну же, Скай. Рианна уже потеряла мать, поэтому ее тетя необходима ей, как никогда.

— Но я не… — Скай колебалась. Еще пару минут назад она пыталась найти в себе силы навсегда проститься с Реттом и Рианной, а сейчас он предложил ей выход.

— Ты — да! И по закону, и в своем сердце ты ее тетя. Не отрицай этого.

Скай медленно кивнула.

— Ты нужна Рианне, Скай. Ей нужна мать. Знаешь, пока ты общалась с клиентками, Рианне понадобилось на горшок. Это выбило меня из колеи, но ведь я одинокий отец, и это моя работа, так что я взял себя в руки и отвел ее в мужской туалет. Кстати, здесь он совершенно ужасен. — Ретт умоляюще посмотрел на Рианну. — Пожалуйста, избавь меня от необходимости делать это регулярно.

Это было так неожиданно, что Скай невольно рассмеялась.

— Я не собираюсь выходить за тебя только ради того, чтобы Рианна больше никогда не попала в мужской туалет.

— Это был просто пример. Ей действительно нужна мать. Ты должна это понимать лучше, чем кто-либо другой.

Скай отвела взгляд — это был аргумент, которому ей нечего было противопоставить. Ее собственная мать погибла в автокатастрофе, когда Скай не было и семи, и хотя ее отец сделал все, чтобы у нее было счастливое детство, ей все равно ужасно не хватало мамы, с которой можно было бы поговорить, поделиться секретами, задать те вопросы, которые не задашь мужчине.

Скай не хотела, чтобы Рианна прошла через все это.

— Мы нравимся друг другу, — сказал Ретт, пристально глядя ей в глаза.

— Мы причинили друг другу много боли.

— Да, но Рианне нужна мать, и я хочу, чтобы ею стала ты. — Он сплел свои пальцы с ее. — Мы были друзьями с самого детства, мы через многое прошли вместе. Да, у нас непростая история, но нас тянет друг к другу. Это может сработать, Скай.

Она отдернула руку и покачала головой:

— По-моему, ты упрощаешь нашу историю. Неужели ты забыл, что разбил мне сердце?

— Мы можем начать с чистого листа.

— Мы потеряли ребенка, Ретт. Невозможно просто забыть об этом.

— Это так. Потеря нашего ребенка — это шрам, который останется на наших сердцах на всю жизнь, — опустив голову, кивнул Ретт. — Но он не должен мешать нам жить дальше.

— Может быть… Не знаю. — Ради Рианны Скай на эти несколько недель забыла о своей обиде на Ретта, но это не значило, что сейчас она готова выйти за него замуж.

— Мамочка! — раздался из переносной кроватки голос Рианны. — Я проснулась.

— Замечательно, — улыбнулась Скай и взяла малышку на руки.

Рианна тут же обняла ее своими маленькими ручками и положила ей голову на плечо.

— Нельзя жить прошлым, Скай. Сейчас ты нужна этому ребенку.

Когда Скай наконец добралась до своей квартиры, она чувствовала себя совершенно измотанной. Достав из сумки ноутбук, она бросила ее на пол и в изнеможении упала на диван.

Так хорошо было наконец оказаться дома… Но нет, эта привычная фраза не нашла должного отклика в сердце. По правде говоря, последние недели она проводила все свое время в доме Ретта, после которого ее собственная квартирка выглядела пустой, холодной и слишком тихой.

Она сказала Ретту, что подумает над его предложением. Ее голова требовала сказать ему твердое «нет», но сердце хотело другого. Нет, конечно, она не искала любви. Скай с возмущением отбросила эту мысль, едва она пришла ей в голову. Той восторженной девочки, которой она была когда-то, больше нет. Она стала сильной, независимой женщиной, полагающейся только на себя, не собиравшейся обзаводиться семьей, потому знавшей, что только одиночество спасет ее от новой боли.

Но Рианна… Рианна легко преодолела все ее внутренние барьеры, став единственным светом в жизни после смерти Айдена и Кесси, и Скай не хотела ее терять.

А Ретт предлагал выход. Глупо было обманывать себя: если она хотела, чтобы Рианна осталась в ее жизни, ей нужно было смириться с присутствием в ней и Ретта.

Если она откажет Ретту, ее общение с Рианной резко ограничится. Она не сможет бороться с ним за право полной опеки над малышкой, ведь он ее отец — все суды будут на его стороне, а после того, как он женится, их отношения изменятся навсегда.

В неизбежной женитьбе Ретта сомневаться не приходилось: если уж в его голове поселилась мысль о том, что Рианне нужна мать, он найдет подходящую и более сговорчивую женщину, которая без колебаний примет даже самое неромантичное предложение. Да и кто в здравом уме откажет самому Ретту Салливану?

Что же ей делать? С ним и… с собой?

Последние несколько недель инстинкт самосохранения твердил ей о том, что с Реттом необходимо держать дистанцию, но сегодня утром она проснулась в его объятиях. Неужели это было так ужасно? И да и нет.

Да, потому что рядом с ним она становилась уязвимой и беззащитной. Нет, потому что ей это понравилось: прикосновения его рук делали ее живой и счастливой.

Скай взяла пульт и начала бездумно щелкать каналы, желая отвлечься от хаоса, творящегося сейчас в ее голове. В конце концов эмоциональное истощение взяло над ней верх, и она уснула, пристроив голову на подлокотнике дивана.

Через час Скай проснулась от адской боли в затекшей шее, с бурчащим от голода желудком и принятым решением. Рианна уже заняла место в ее сердце, а чувства к Ретту прошли много лет назад и больше не представляют для нее опасности.

Что ж, брак без любви ее полностью устраивал.

Но для начала Скай должна была удостовериться в том, что они действительно смогут оставить прошлое в прошлом. Когда она получит ответ на этот вопрос, она согласится выйти замуж за Ретта. Или уйдет навсегда.

Глава 11

Ресторанчик традиционной мексиканской кухни в старой части города, который Скай выбрала для встречи с Реттом, оказался милым и уютным местечком. Здесь с потолка свисали расписанные диковинными узорами бутылки из-под вина, в воздухе пахло пряностями, а с маленькой сцены, расположенной около барной стойки, лилась тихая приятная мелодия.

Теоретически они встретились для того, чтобы обсудить сделанное Реттом предложение, но пока Скай об этом и словом не обмолвилась. По крайней мере, с Реттом.

Зато она успела поболтать с официантом и с парой за соседним столиком, обсудив местную кухню и группу, играющую на сцене сальсу.

Ретт наблюдал за ней со спокойной улыбкой ювелира, привыкшего часами заниматься огранкой алмазов. Он умел быть терпеливым.

— Ты нервничаешь, Скай. Неужели я тебя пугаю?

— Конечно нет.

— Тогда почему ты прячешь глаза и разговариваешь со всеми вокруг, кроме меня?

В ответ она лишь чуть пожала плечами.

— Знаешь, у тебя выработалась дурная привычка оставлять мои предложения висеть в воздухе.

— Что ж, я не слишком хорошо справляюсь с этим.

— С чем?

— С принятием предложений.

— Просто скажи «да», Скай.

— В том-то и дело. Я не могу просто сказать тебе «да». У меня есть условия.

Ретт откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

— И почему я не удивлен?

— Ты злишься? — нахмурилась Скай.

— Нет, скорее немного огорчен.

— Но ты готов обсудить мои условия?

— Я думал, ты собираешься принять мое предложение.

— Собираюсь. Ты ведь знаешь, как я люблю Рианну. Но мне нужно знать, что мы с тобой сможем быть вместе.

— Я думал, что утро воскресенья стало этому прекрасным подтверждением.

Щеки Скай порозовели от смущения.

— Отношения состоят не только из секса.

— Да, но это их важная часть.

— Могу с этим поспорить. Например… — В обычной ситуации Скай могла до бесконечности поддерживать дискуссию на любую тему, но в этот раз не смогла сразу найти достойный аргумент.

— Ты хочешь брак только на бумаге? Прости, такого варианта нет в меню.

— Нет, это было бы непрактично.

— Не могу не согласиться.

— Но мне нужно время. Испытательный срок, который покажет, можем ли мы жить под одной крышей, подходим ли мы друг другу.

— Мы оба знаем, что подходим.

— Это было раньше. За прошедшие годы мы оба изменились.

— Не настолько.

— Прошу тебя, Ретт. Будет только хуже, если через год-два мы разбежимся, потому что не сможем жить вместе. Да, нас влечет друг к другу, но у нас позади непростая история, которая может встать между нами. Кроме того, мы еще никогда не жили вместе и не знаем, каково это будет.

— И сколько будет длиться этот испытательный срок? Потому что, если ты скажешь «да», я готов прямо завтра вступить с тобой в брак.

— Вот видишь, я знала, что ты будешь торопить события, захочешь простую и быструю свадьбу.

— Но я думал, это то, чего хочешь ты.

— Нет, Ретт, я хочу настоящую свадебную церемонию, в кругу семьи, с белым платьем и венчанием у алтаря. Я думаю, именно отсутствие традиционного ритуала бракосочетания стало первым гвоздем в крышку гроба моих отношений с первым мужем. У нас была простоя необременительная церемония, не оставившая в душе чувства значительности произошедшего события, которое дала бы яркая и запоминающаяся церемония.

Что ж, хотя Ретту не слишком понравилось упоминание о первом муже, он не мог винить ее за то, что она хочет избавиться от призраков прошлого.

— Сколько тебе нужно времени?

— Не знаю. — Похоже, Скай не ожидала такой быстрой капитуляции и не подготовила достойного ответа. — Несколько месяцев?

— Как насчет нескольких недель?

— Недель! — испуганно воскликнула она.

— Ну хорошо, два с половиной месяца, но я хочу объявить семье о нашей помолвке в День благодарения. Тогда у тебя будет время до конца года, чтобы подготовиться к свадьбе.

Решение было принято, и не желавший терять время Ретт настоял на том, чтобы Скай немедленно переехала к нему.

Переезд произошел так быстро, что Скай не успела до конца понять, как это произошло. Невзирая на все ее протесты, уже на следующий день он нанял грузчиков, которые до конца недели переправили все вещи Скай в дом Ретта, который отдал в ее полное распоряжение комнату для гостей.

Она все еще напоминала Скай номер в дорогом отеле, куда она приехала отдохнуть на недельку, но, расставив по полкам свои вещи и накрыв постель любимым лоскутным покрывалом, почувствовала себя увереннее.

На следующий вечер после ее официального переезда в дом Ретта Рик с женой пригласили их отметить это знаменательное событие праздничным ужином.

Саванна пообещала позаботиться о еде, но Скай все равно вызвалась помочь.

— Поздравляю тебя, — с улыбкой сказала Саванна, подняв взгляд от кастрюли, в которой кипело чили. — Тебе очень повезло: Ретт такой заботливый, он станет замечательным мужем.

— Спасибо, — кивнула Скай.

Она должна была догадаться, что Ретт первым делом доложит обо всем своему брату-близнецу. Она хотела сказать, что их помолвка пока не объявлена официально, но, увидев счастливое лицо Саванны, прикусила язык.

— Наверное, он торопил тебя с ответом? — участливо спросила Саванна. — Эти братья Салливан понятия не имеют о том, что такое терпение, и, когда хотят чего-то, идут напролом. А по Ретту сразу было видно, что он положил на тебя глаз.

— Да, он был очень настойчив, — кивнула Скай, нарезая тонкими ломтиками помидоры. — Но я бы предпочла, чтобы он дал мне больше времени. Только так мы смогли бы убедиться в том, что наше общее прошлое осталось позади и мы готовы начать жизнь с чистого листа.

— Ты любишь его?

Этот вопрос застал Скай врасплох.

— Я люблю Рианну, — не поднимая глаз от разделочной доски, ответила Скай. — Но боюсь, что на нее ушла вся любовь, что осталась во мне после смерти близких.

— О, Скай! — Саванна порывисто обняла ее. — Я не могу даже представить, как тебе сейчас страшно, но, как и в случае с Рианной, однажды родившаяся любовь не станет обращать внимание на твои страхи. Поверь, я тоже не собиралась связывать свою жизнь с безнадежным трудоголиком. Даже забеременев, я пыталась сопротивляться своему влечению к Рику, но быстро поняла, что в этой битве мне не победить, ведь на его стороне сражалась моя любовь. Мне оставалось лишь признать очевидное.

— Я давно оставила надежду на то, что у меня когда-нибудь будет своя семья, — тихо сказала Скай, ужаснувшись тому, как жалко это прозвучало.

— И ты думаешь, что это твой последний шанс?

— Да.

— Нет, я не могу в это поверить. Человеческое сердце способно излечиться от любой оставленной судьбой раны, просто позволь ему это сделать. Прислушайся к нему, надежда и любовь приходят из сердца, а не из головы. Думаю, если бы ты не держала свои эмоции под таким строгим контролем разума, то давно бы уже открыла Ретту свое сердце.

— О господи, — вздохнула Скай, тяжело опускаясь на ближайший стул.

— Что с тобой? — обеспокоенно спросила Саванна, заглянув ей в лицо. — Ты вдруг вся побледнела. Вот, выпей. — Она быстро налила стакан воды и протянула его Скай.

— Спасибо, все в порядке, — заверила она испуганную Саванну. — Это был всего лишь маленький приступ паники, ничего больше.

— Тебе нечего бояться. Открой свое сердце Ретту, и все будет хорошо.

— Я? Не Ретт?

— Ретт уже знает, чего он хочет, это ты не даешь ему перевести ваши отношения на новый уровень. Но тебе больше нечего бояться, ведь ты теперь не одна. Ты Салливан.

— Пока еще нет.

— Ретт уже уговорил тебя переехать к нему. Он уже не отступится.

Следующее утро Скай решила провести в домашнем тренажерном зале Ретта.

Запах свежесваренного кофе, витавший в воздухе, заставил ее улыбнуться и свернуть на кухню. Было так странно видеть на столе кружку кофе, сделанного специально для нее. Она так долго жила одна, что совсем забыла о том, как это приятно.

Ретт прекрасно знал ее вкусы, поэтому кофе был сдобрен сливками, а рядом стояла сахарница. Размешав в ароматной жидкости две ложки сахара, Скай сделала глоток и улыбнулась. Утро обещало быть чудесным.

Взяв с собой кружку, она отправилась в тренажерный зал, по пути заглянув в комнату Рианны. Малышка еще сладко спала, так что Скай только поправила ей одеяльце и тихо вышла, прикрыв за собой дверь.

Зал был залит солнцем, проникающим через стеклянные двери на веранду. Вдоль стен, сверкая стальными деталями, выстроились разнообразные тренажеры, а прямо напротив двери висел традиционный экран телевизора.

Немного размявшись, Скай включила беговую дорожку, поставив ее на средний режим. Она собиралась побегать, пока не проснется Рианна, но, подняв глаза, чуть не упала от удивления. Чтобы прийти в себя, даже пришлось выключить тренажер — ей уже было не до тренировок.

На стене в окружении других фотографий висел снимок, который она сделала пару лет назад. Тогда Скай экспериментировала со светом и тенью и сфотографировала себя с маленькой Рианной на руках в лучах солнца. Два силуэта на фоне неба, мать, нежно целующая дитя, — почти Мадонна с младенцем. Айден влюбился в этот снимок, как только увидел его, так что Скай увеличила его, подобрала к нему подходящую рамку и подарила брату на день рождения.

Но как он оказался на стене в доме Ретта? Знает ли он, что это она на фотографии?

— Доброе утро!

Скай чуть не подпрыгнула от неожиданности и резко обернулась:

— Господи, Ретт, нельзя так подкрадываться!

— Прости. Ты сегодня рано.

— Да, решила немного размяться. Кстати, сегодня я работаю дома, так что могу присмотреть за Рианной.

— Я уже обсуждал это с Джули, воспитательницей из детского сада, и она настаивала на том, чтобы Рианна появлялась там регулярно — маленьким детям нужен стабильный распорядок дня.

— Что ж, думаю, это неплохая идея, — кивнула Скай.

— По пути на работу я отвезу Рианну в садик, но вечером у меня назначено несколько важных деловых встреч, так что я буду благодарен, если вечером ее заберешь ты.

— Договорились, — кивнула Скай и, не выдержав, спросила: — Откуда у тебя эта фотография?

— Она висела в кабинете Айдена, и после его смерти я попросил Кесси отдать ее мне в память о нем.

— Кесси здесь очень хорошо получилась…

Ретт насмешливо изогнул бровь.

— Неужели ты думала, что я не узнаю тебя, Скай?

— Это могла быть Кесси.

— Возможно, но это не она. — Его взгляд переместился на фотографию. — Прекрасный снимок.

— Спасибо. — Ну все, хватит вежливых разговоров, ей нужен был ответ. — Почему?

— Что «почему»? — невинно переспросил Ретт.

Скай вспомнился совет Саванны быть более открытой, но как отважиться на это, если сам Ретт не желает отвечать даже на прямые вопросы?

— Почему именно эта фотография? И почему здесь?

На первый вопрос она могла легко ответить и сама. Это была фотография его маленькой дочери, которой он мог любоваться, не афишируя своей привязанности к чужому, в сущности, ребенку, ведь на месте силуэта могла оказаться любая другая девочка. Но зачем было вешать снимок в тренажерном зале — в комнате, где он тренируется почти каждый день? Тем более если он знал о том, что на фотографии Скай.

— Я уже сказал, что это прекрасный снимок.

— Да, но это не совсем та фотография, которую ожидаешь увидеть в тренажерном зале.

— Для меня это очень личный снимок, а этой комнатой никто, кроме меня, не пользуется. То есть раньше не пользовался.

— Прости, я не думала, что ты будешь против.

— Конечно нет. Это теперь и твой дом, в котором ты можешь делать все, что захочешь. Я просто еще не привык к…

— Тому, что надо делить с кем-то личное пространство?

— К виду, — ухмыльнулся Ретт, окинув взглядом ее фигурку, обтянутую спортивной маечкой и лосинами.

— Очень смешно, — нахмурилась Скай. — Я пойду приму душ. Когда должна проснуться Рианна?

— В любое время, — откликнулся Ретт, взглянув на часы. — Не беспокойся, я обо всем позабочусь.

— Я быстро, — пообещала Скай и поспешила наверх.

Приняв душ и переодевшись, она замерла перед зеркалом, проверяя, все ли в порядке, и отправилась на кухню, где уже вовсю кипела жизнь.

— Мама! — воскликнула Рианна, радостно помахав ей измазанной в яблочном пюре ложкой. — Я ем!

— Ты умница, — улыбнулась Скай, целуя малышку в щечку. — Доброе утро, мой маленький зайчик.

— Я не зайчик, я фея, — гордо заявила Рианна. — Летать!

— Сначала доешь, а потом уже летай, — сказала Скай и повернулась к Ретту: — Она говорит все лучше.

— Да, Джули сказала, что будет лучше, если мы станем говорить с ней как с взрослой, не заостряя внимания на ее речевых ошибках.

— Похоже, у Джули по каждому вопросу есть свое мнение, — нахмурилась Скай.

— Ревнуешь? — просиял Ретт и, обойдя стол, обнял ее.

— А стоит?

— Нисколько, — ответил он, подтверждая свои слова нежным поцелуем.

— А чем так вкусно пахнет? — смущенно спросила Скай, желая перевести разговор на нейтральную тему.

Хотя и этот вопрос был двусмысленным, ведь сейчас лучшим на свете ей казался аромат, исходящий от кожи Ретта, заставляющий ее желать большего, чем простой поцелуй.

Похоже, Ретт подумал о том же, потому что вместо ответа он чуть прикусил мочку уха Скай, заставив ее задрожать всем телом. Но Ретт словно и не заметил ее реакции и, как ни в чем не бывало, вновь вернулся к своей тарелке.

— У нас есть яичница с беконом и бисквиты, — сообщил он, наливая ей стакан апельсинового сока.

— С ума сойти. Я обычно завтракаю йогуртом или тостом.

— Завтрак — это самая важная пища дня, — напомнил Ретт.

— Тогда, пожалуй, я буду всего понемножку, — улыбнулась Скай.

За завтраком они обсуждали планы на неделю, и Скай с удивлением узнала, что Ретт собирается отрегулировать свое расписание таким образом, чтобы возвращаться домой одновременно с ней. Его готовность изменить свой обычный образ жизни ради нее и Рианны стала для Скай приятной неожиданностью. Похоже, он действительно хотел, чтобы у них все получилось.

Это давало надежду на то, что она приняла правильное решение.

После завтрака Скай быстро искупала и переодела Рианну. Проводив их до двери, она поцеловала малышку в щечку и повернулась к Ретту:

— Хорошего тебе дня.

Но вместо того чтобы эхом повторить эту вежливую фразу, Ретт одним движением привлек Скай к себе и поцеловал так, что ей тут же захотелось, чтобы он вернулся как можно скорее, а лучше вообще не уходил.

— До вечера, дорогая, — промурлыкал он и закрыл за собой дверь.

Глава 12

Незаметно пролетели несколько недель, развеяв опасения Скай об их с Реттом неспособности сосуществовать под одной крышей. Но самое тяжелое испытание для их отношений было еще впереди. Глисоны давно просили привезти им внучку на выходные, и вот этот роковой день настал. Сумка с вещами Рианны была упакована, оставалось забрать девочку из садика и отвезти к бабушке с дедушкой.

Но это значило, что их с Реттом ждали первые выходные наедине. Конечно, уложив малышку спать, они тоже на некоторое время оставались вдвоем, и да, Ретт мог в полной мере использовать это время, чтобы руками, губами или любой другой подходящей частью тела добраться до Скай, но при этом, следуя их негласному соглашению, не заходил дальше легких ласк.

Скай была уверена, что не последнюю роль в его сдержанности играла спящая в соседней комнате Рианна. Она была своеобразным буфером между ними, и Скай не знала, как изменится поведение Ретта с отъездом малышки.

Припарковавшись на стоянке перед детским садом, Скай вышла из машины и отправилась за Рианной.

Джули оказалась симпатичной полненькой женщиной с теплой улыбкой и безграничным терпением. Неудивительно, почему она так нравилась Рианне.

Скай с облегчением подумала о том, что они с Реттом все-таки приняли еще одно правильное решение, что, кстати, давало надежду на то, что и решение пожениться окажется удачным.

В конце концов, те недели, которые она прожила вместе с Реттом, были вовсе не так ужасны, как она себе в панике представляла. Подтвердились слухи о его кулинарных талантах, в которые Скай сначала не поверила, потому что в юности пределом его возможностей был заказ пиццы по телефону, но обнаруженные ею кулинарные книги с пометками Ретта и те блюда, которыми он радовал ее по вечерам, говорили сами за себя.

Скай и сама любила готовить, особенно когда было для кого — это добавляло кулинарному процессу особую радость. Ужины стали временем, когда их маленькая семья собиралась вместе, и в эти моменты Скай чувствовала себя по-настоящему счастливой.

После того как Рианна засыпала, у них была еще пара часов, чтобы заняться своими делами. Для того чтобы побыстрее наладить отношения, Скай согласилась поставить свой рабочий стол в кабинете Ретта. Здесь же случилась их первая бытовая ссора: она предпочитала работать и читать в тишине, а Ретт не мог существовать без шумового фона в виде музыки или телевизора. Но этот маленький конфликт был быстро разрешен с помощью беспроводных наушников. При совместном просмотре телевизора тоже проблем не возникало: если по какому-нибудь каналу не шло спортивное событие, которое Ретт жаждал увидеть, то он предоставлял Скай полную свободу выбора.

— Мама! — радостно воскликнула Рианна, подбегая к ней. — Динь-Динь летит по цветочкам и вверх!

— Похоже, тебе было весело? — рассмеялась Скай, обнимая малышку.

— Да!

— Сегодня мы смотрели новый фильм про фею Динь-Динь, и оказалось, что ваша дочь настоящая фанатка.

— Да, она очень любит фей.

— Я фея! — тут же заявила Рианна, дергая Скай за руку.

— Конечно, ты фея, — кивнула Скай и улыбнулась Джули: — Ей здесь очень нравится. Вы прекрасно поработали.

— Вы с мистером Салливаном тоже можете собой гордиться — чувство безопасности и комфорта у ребенка рождается не здесь, а дома, в семье.

— Мы стараемся. Я хотела предупредить вас о том, что Рианна на пару дней уезжает в гости к бабушке с дедушкой.

— Спасибо, что дали мне знать, — кивнула Джули и резко обернулась на пронзительный детский вопль. — Метью! Метью, немедленно отпусти ее волосы! Простите, мне нужно идти. Увидимся на следующей неделе.

— Да, — сочувственно кивнула Скай.

Судя по тому, как деловито малыш Метью дергал за волосы свою подружку, лекция о поведении для маленьких джентльменов вряд ли сможет повлиять на него.

— Пойдем, Рианна, у меня для тебя сюрприз. Ты едешь в гости к бабушке и дедушке.

— Бабе?

— Да, тебе же нравится у них?

— Деда!

— Да, дедушка там тоже будет.

Явно обрадованная новостью, Рианна побежала вперед. Скай улыбнулась и последовала за ней — ей будет не хватать этой маленькой непоседы.

И что они с Реттом будут делать, когда окажутся одни в доме? Закроются каждый в своей комнате? Одна ее часть боялась грядущего вечера, но другая дрожала от предвкушения.

После долгих душевных терзаний Скай все же решила попытаться быть открытой и посмотреть, что из этого выйдет.

Вечер прошел даже лучше, чем Скай ожидала. Сначала они вместе готовили ужин, болтая обо всем на свете. Потом она перебралась в кабинет, а Ретт отправился в тренажерный зал. Вечер закончился дуэлью в компьютерном файтинге. Ретт победил с разгромным счетом и получил в награду долгий жаркий поцелуй, от которого кровь вскипала в жилах и подгибались колени, а все существо Скай умоляло о большем.

Вместо этого она пожелала Ретту спокойной ночи и малодушно спряталась в своей комнате. Она надеялась, что холодный душ вернет ей душевное спокойствие, но жар желания не оставлял ее всю ночь. Это могло стать серьезной проблемой.

В доме было слишком тихо. Через пару часов после того, как Ретт уехал по делам, тишина начала нервировать Скай. Сначала она пыталась работать за столом в кабинете Ретта, но тишина большого опустевшего дома поглощала все ее вдохновение. В конце концов она сдалась и включила обожаемый Реттом классический рок.

Если бы Ретт узнал об этом, он бы еще неделю насмехался над ней, ведь обычно его любимая музыка вызывала лишь гримасу на ее лице. Но до возвращения Ретта оставалось еще несколько часов, а значит, Скай не о чем было беспокоиться.

Она быстро сформировала из фотографий две свадебные презентации и отправила их клиентам, обновила информацию на своем сайте и утвердила место встречи со следующими клиентами. Район, в котором они договорились встретиться, был ей незнаком, так что она распечатала себе карту и погрузилась в изучение маршрута.

— Похоже, мои музыкальные пристрастия заразны.

Скай чуть не подпрыгнула от неожиданности и, обернувшись, увидела ухмыляющегося во весь рот Ретта.

— Признавайся, тебе просто нравится меня пугать! — воскликнула она. — В следующий раз постарайся при ходьбе производить хоть какие-нибудь звуки!

Стремительно преодолев разделявшее их расстояние, Ретт взял ее лицо в ладони и нежно поцеловал.

— Чтобы дать тебе время скрыть следы преступления, то есть выключить музыку?

— Чтобы спасти меня от сердечного приступа, — сердито ответила Скай, отталкивая его.

Взглянув на часы, Скай с изумлением отметила, что уже шесть. Время пролетело совершенно незаметно. Может быть, Ретт прав и ей стоит чаще работать под музыку?

— Нет, этого я не допущу, ведь, если я потеряю тебя, мне придется растить Рианну в одиночку.

— Не смешно, — нахмурилась она.

— Прости, неудачная шутка, — покаянно улыбнулся он. — Просто это был очень долгий и тяжелый день. Давай сегодня поедем в город, развлечемся, поужинаем в хорошем ресторане, может быть, сходим потанцевать?

— Соблазнительно, учитывая, что мы в своем роде пропустили весь период романтических свиданий и сразу перешли к матримониальной части.

«Открыться, открыться, открыться», — безмолвно твердила она, словно мантру, а потом вслух предложила:

— Может, сходим в кино?

— На какую-нибудь слезливую мелодраму? — подозрительно уточнил Ретт.

— Если ты настаиваешь, то, конечно, но я бы предпочла посмотреть недавно вышедший боевик.

— О, Скай, я тебя люблю! — широко улыбнулся он, обнимая ее.

А Скай так и стояла, парализованная его словами. Нет, он говорил несерьезно. Она хотела, чтобы он говорил серьезно.

Вступая в эти отношения, она ожидала равноправного партнерства, дополненного жарким сексом, ведущего к созданию семьи и, возможно, даже братика или сестры для Рианны. Но любви в этом уравнении не было. Скай просто не могла еще раз пойти на этот риск.

Почувствовав, что пауза затягивается, она отстранилась и заставила себя беззаботно рассмеяться:

— Тебе слишком легко угодить. Давай так, ты закажешь нам столик, а я выберу фильм.

«Успокойся! — повторяла она про себя. — Успокойся! Он не имел в виду, что действительно любит тебя, это просто слова!»

Она не ждала от Ретта любви, но эта фраза прозвучала так знакомо, так естественно, что всколыхнула глубины ее памяти, на мгновение вернув ее в их с Реттом общее прошлое.

— Я знаю одно подходящее местечко, — с готовностью сказал он, доставая телефон.

— Заказывай столик на девять, не раньше: мне нужно время, чтобы принять душ.

— Договорились. Тогда я тоже помоюсь, — сказал он и вышел из комнаты.

Прошла минута, и Скай поймала себя на том, что продолжала неподвижно стоять, глядя на давно закрывшуюся дверь. Образ обнаженного Ретта, покрытого мыльной пеной, под горячими струями воды так и стоял перед ее глазами.

Похоже, она окончательно сошла с ума.

Конечно, он выбрал «Леон». Расположенный в пригороде уютный семейный ресторанчик с великолепной мексиканской кухней когда-то был излюбленным местом их романтических свиданий. Страшно представить, сколько часов они провели за столиками этого зала, болтая или целуясь.

— Ты часто приходил сюда? — спросила Скай, сражаясь с внезапно нахлынувшими воспоминаниями.

— Без тебя? Нет.

Скай нервно прикусила нижнюю губу. Похоже, пятнадцать лет назад она совершила ужасную ошибку. Она была слишком молода, глупа и поглощена своей обидой, чтобы думать еще и о чувствах Ретта. Шокированный внезапно обрушившимся на него отцовством, он сделал предложение инстинктивно, следуя чувству долга, но, хоть он и не сказал, что любит ее, тогда она верила в то, что это так.

— Сколько же времени мы провели здесь?

— Слишком много, чтобы можно было сосчитать. Хорошие были деньки.

— Да…

Она помнила все так, словно это было вчера, — смех, долгие разговоры, объятия. Тогда она была влюблена и совершенно счастлива.

К их столику подошла миниатюрная брюнетка в форменном красном переднике.

— Здравствуйте, меня зовут Ирен, и сегодня я буду вашей официанткой. Что вам принести?

Следуя традиции, Ретт сделал их обычный для этого ресторана заказ: салат на двоих, две порции спагетти под сыром моцарелла и большую корзинку чесночных хлебцев.

— Помнишь те времена, когда Форд пытался привлечь внимание девчонки из команды болельщиц и сломал себе руку, тренируясь делать колесо?

— Да, вы потом еще долго над ним подтрунивали, — расхохоталась Скай.

— И до сих пор подтруниваем.

Они погрузились в воспоминания школьных лет.

За ужином и разговорами время пролетело незаметно. Но в конце концов разговор все же свернул на запретную территорию.

— Почему же ты улетела в Бостон? Почему так далеко?

— Мне было слишком больно. Казалось, что, если я уеду достаточно далеко от тебя, боль утихнет.

— Помогло?

— Нет, не совсем. Тогда я с головой ушла в работу, стараясь забыться. А потом встретила Бреда.

— С первого дня было очевидно, что этот брак обречен на развод, — фыркнул Ретт.

— Неужели? Потому что это был не ты?

— Да. Тебе не суждено было переехать в Бостон и встретить его. И уж конечно, тебе не было суждено выйти за него замуж.

— Он, по крайней мере, сделал мне настоящее предложение, и сделал его потому, что хотел быть со мной, а не потому, что так было правильно или практично!

— Что ж, прости меня за то, что я хотел позаботиться о тебе и о нашем ребенке. Мне жаль, что мое предложение показалось тебе недостаточно романтичным. Меня оправдывает только шок, который я испытал в первые минуты, узнав, что стану отцом. Это важно, знаешь ли. По крайней мере, для меня.

— Конечно, это важно, и я была шокировна не меньше. И напугана до смерти. Но я верила, что ты останешься рядом со мной.

— Неужели? Когда я сделал тебе предложение, ты выглядела скорее разочарованной.

— Потому что я не хотела предложения, сделанного из чувства долга. Я думала, что между нами есть нечто большее…

— Так и было, но ты не дала тому, что было между нами, ни шанса. Вместо этого ты сбежала и выскочила замуж за первого мужчину, который проявил к тебе интерес.

Ретт был прав во всем. Скай только сейчас поняла, что своими руками разрушила их отношения.

И если они с Реттом хотели построить общее будущее, то должны были простить друг другу все старые ошибки, забыть о прошлом и двигаться дальше.

— Послушай, если ты ждешь признания, что брак с Бредом был самой ужасной ошибкой в моей жизни, то его не будет. Я…

— Не нужно. Думаю, этим все сказано, — холодно ответил Ретт, резко вставая.

Он бросил на стол несколько купюр, потом добавил к ним ключи от машины.

— Подожди, Ретт. Ты не понял. Я хотела сказать…

— Я слышал достаточно. Возьми машину, я хочу немного прогуляться.

Скай оставалось лишь смотреть ему вслед, проклиная его ослиное упрямство. Если бы он подождал хоть пару минут, дал ей закончить, все было бы совершенно иначе.

Но раз Ретт не захотел выслушать ее, значит, он не заслуживает тех слов, которые она хотела ему сказать.

Глава 13

Когда Рик привез Ретта домой, было уже больше часа ночи. — Спасибо, брат, — сказал Ретт. — И за то, что подвез, и за то, что предоставил жилетку, чтобы поплакаться.

— В любое время, — усмехнулось его ожившее отражение, сидевшее за рулем машины. — Ты сделал бы для меня то же самое.

— Я люблю тебя, братишка. Маленький совет: отложи все разговоры со Скай до завтра. Подожди, пока не успокоишься и не возьмешь себя в руки, иначе наломаешь дров, а потом будешь жалеть.

Ретт взглянул на темные окна дома.

— Не беспокойся, света нет, так что, скорее всего, Скай уже спит. Спокойной ночи, Рик. — Он помахал брату на прощание и направился к дому.

Конечно, сегодня он повел себя как обиженный мальчишка. Нельзя было так уходить, бросив девушку посреди ресторана. Но ему была невыносима сама мысль о том, что Скай когда-то принадлежала другому мужчине, не говоря уже о том, что она была чьей-то женой, и ее сегодняшнее нежелание признать свой брак с этим проходимцем ошибкой вывело его из себя.

Только тогда Ретт понял, насколько сильно любит ее. И наверное, любил всегда. Днем это признание вылетело у него почти неосознанно. Оно было совершенно искренним и естественным, но потому, как замерла Скай, он понял, что она еще не готова услышать эти слова, и обратил все в шутку.

Вспомнив, что Скай сказала о муже, он невольно поморщился: «Он, по крайней мере, сделал мне настоящее предложение, и сделал его потому, что хотел быть со мной…»

Ее слова резали ножом, потому что были правдой. Его предложение было ужасным. И что еще хуже, он умудрился дважды наступить на одни и те же грабли. Одно сухое и неромантичное предложение — ладно, но два? Неудивительно, что оба раза он так и не получил ответа.

Его братья в один голос твердили, что перед ним не может устоять ни одна женщина. Куда же девалась его хваленая неотразимость в те моменты, когда нужно было задать главный вопрос любимой женщине?

Он должен все исправить! Должен сделать настоящее романтичное предложение, которое Скай будет помнить до конца своих дней. Но для этого ему нужно кольцо.

Ретт вставил ключ в замок и недовольно нахмурился — дверь была не заперта. Скай могла сколько угодно злиться на него, но это ведь не повод пренебрегать своей безопасностью.

Войдя в гостиную и включив свет, он увидел Скай, свернувшуюся калачиком на диване. Со взъерошенными волосами и ставшим во сне детским и беззащитным лицом, она выглядела совершенно очаровательно.

Услышав его шаги, Скай проснулась и села. Через секунду на ее сонном лице появилось решительное выражение, говорящее о том, что на этом диване она спала с вполне конкретными намерениями.

И все же Ретт попытался воспользоваться мудрым советом брата.

— Боюсь, сейчас не лучшее время для того, чтобы разговаривать. Я немного выпил.

Скай чуть пожала плечами и поднялась ему навстречу. Судя по ее лицу, она не собиралась дать ему ускользнуть, не выслушав все, что у нее накипело за время его отсутствия.

— Нам лучше поговорить обо всем утром, — мягко повторил Ретт, но Скай не дала ему закончить.

— Брак с Бредом был ошибкой, — начала она, и Ретт обратился в слух. — Но не самой большой ошибкой в моей жизни. Хуже всего было то, что я потеряла тебя, Ретт. Именно об этом я сожалею больше всего на свете. Даже больше, чем о смерти нашего ребенка. Я любила тебя так сильно, что наше расставание разрушило мой мир.

На лице Ретта мелькнула счастливая улыбка.

— Тебе не обязательно было уходить.

— Тогда мне казалось, что обязательно. — Скай взяла его за руку, переплетя его пальцы со своими. — Мне очень жаль, Ретт. Я была молода и искала того, кого можно обвинить во всех грехах.

Когда она потеряла ребенка, ей действительно было все равно, кого обвинять. Разочарование и обида на весь мир поглотили ее. Именно тогда она потеряла надежду и веру в себя. Она сбежала, чтобы похоронить все те чувства, которые, по мнению Скай, делали ее уязвимой, в глубине своей памяти и никогда не вспоминать о них. К сожалению, вместе с ними в забвение отправилась и ее любовь.

— Я тоже был молод, — кивнул Ретт. — И не понимал, что делать. Но знай, я просто хотел позаботиться о своей семье.

— Сейчас я начинаю это понимать, — вздохнула Скай. — Жаль, что я поставила перед тобой невыполнимые условия.

— Как видишь, не совсем невыполнимые, — слегка улыбнулся он. — Просто на их выполнение ушло чуть больше времени. Пятнадцать лет, если точнее, но вот я наконец здесь.

— Прости меня, Ретт. Прости, но, боюсь, я уже не могу предложить тебе любовь.

— Скай…

— Нет, — покачала она головой, отступив на шаг. — Что-то важное сломалось во мне тогда. Может быть, из-за того, что то, что произошло между нами, случилось сразу после похорон отца. Во мне больше не осталось любви.

— Но наши отношения… У нас ведь все начало получаться. Ты любишь Рианну и хочешь, чтобы мы стали семьей. Ты не можешь еще раз бросить все и сбежать.

— Я не знаю, что делать. Я правда хотела, чтобы у нас все получилось. Вы для меня важнее всех на свете. — Она опустила голову. — Я просто не знаю…

— Я знаю. — Ретт притянул ее к себе и крепко обнял.

Может быть, сама Скай этого и не замечала, но Ретт видел, насколько сильно последние несколько недель изменили ее. Между ней нынешней и той потерянной, скованной горечью очередной утраты женщиной лежала пропасть. Она стала более открытой, искренней, любящей. И он не позволит ей отступить. Только не сейчас.

— Последние несколько недель мы были настоящей семьей. У Рианны наконец началась нормальная жизнь, я сжился и начал справляться с ролью отца, но все это только благодаря тебе. Ты нужна нам, Скай.

— Я боюсь, что мне снова будет больно, — покачала она головой, с трудом сдерживая слезы. — Боюсь сделать больно тебе.

— Этого не произойдет. Ничего ведь не изменилось. Мы все еще два старых друга, которые собрались пожениться, потому что одной маленькой девочке нужна семья.

— Но ты сказал…

— Что?

— Что любишь меня.

Ретт нахмурился, обдумывая свой ответ: он знал, что правда испугает ее, но лгать больше не имело смысла.

— Что, если так? Скай, ты мне небезразлична, иначе я бы не попросил тебя стать моей женой.

— Но…

— Никаких но. Ты хочешь быть частью жизни Рианны, мы доказали, что прекрасно ладим друг с другом, так давай сделаем это, давай станем настоящей семьей.

Страх сковал Скай, но она не могла не признать его правоту. Она действительно хотела растить Рианну, и ей действительно был небезразличен Ретт.

Скай с сомнением заглянула в его голубые глаза. Вряд ли Ретт, говоря о своей любви, имел в виду какое-то серьезное чувство. Он просто отметил, что их взаимная симпатия является хорошей основой для крепкого брака. А если в деле не замешана любовь, ей не придется опять рисковать своим сердцем.

Все должно получиться.

— Алкоголь добавил тебе убедительности, — чуть улыбнулась она.

— Значит, мои уговоры действуют? — широко улыбнулся он.

— Ну, немного…

— Хорошо.

Глаза Ретта сияли голубым пламенем, заставляя сердце Скай биться быстрее. Он наклонил голову, и она, сама того не ожидая, поднялась на цыпочки и потянулась к его губам. Через мгновение они уже слились в страстном поцелуе.

Язык Ретта скользнул по ее губам, и она с готовностью приоткрыла их, с жаром ответив на поцелуй, который с каждым мгновением становился все более жарким. Застонав, Скай обвила руками его шею и притянула ближе. Сейчас она была готова на все и не протестовала, когда Ретт подхватил ее на руки и отнес в свою комнату.

— Ты используешь запрещенные приемы убеждения, — прошептала она, когда он опустил ее на постель.

— Если ты скажешь «да» прежде, чем я начну тебя пытать, то нет, — стягивая с ее плеча ворот футболки лишь для того, чтобы впиться в нее поцелуем.

— Да, — прошептала она, глядя на него потемневшими от страсти глазами.

— О, милая, — выдохнул он, покрывая лицо и шею Скай поцелуями и постепенно опускаясь все ниже. — Я хотел услышать это каждую минуту с того самого момента, как мы последний раз проснулись в одной постели.

— Я тоже, — призналась Скай. — Но я имела в виду «да, я выйду за тебя», Ретт.

Искренняя улыбка на лице Скай стала подтверждением того, что она поступает правильно.

— Обещаю, ты не пожалеешь! — прошептал он, обжигая жарким дыханием ее ухо. — Я сделаю тебя самой счастливой на свете!

— Просто займись со мной любовью, — взмолилась Скай, оплетая ногами его тело. — Это как раз то счастье, которое мне сейчас нужно!

— Мы со Скай собираемся пожениться!

Объявление, сделанное за обедом в честь Дня благодарения, потонуло в поздравлениях, радостных возгласах и звуках отодвигаемых стульев, ведь каждый Салливан счел своим долгом лично обнять жениха и невесту.

Следующей волной стали вопросы о том, когда и где они собираются провести церемонию, звучащие одновременно сразу с нескольких углов стола. Ретту пришлось постучать ложкой по бокалу, чтобы хотя бы на время завладеть всеобщим вниманием.

— Вы не дали мне закончить. Скай хочет настоящую свадебную церемонию, а я хочу пожениться как можно скорее. В качестве компромисса мы выбрали Рождество.

Со стороны мужчин послышались раздосадованные стоны, но их заглушили вздохи их более романтично настроенных жен.

— Рождественская свадьба, что может быть прекраснее! — воскликнула Грем, обнимая Скай. — Добро пожаловать в семью, моя девочка. Я так рада, что после стольких лет вы двое все же взялись за ум и решили быть вместе.

Скай обняла старушку. Официальное приглашение стать членом этой большой дружной семьи много значило для нее.

— У тебя совсем немного времени на подготовку. Нужно начать прямо сейчас! — воскликнула Саванна, требовательно дернув за рукав сидевшего между ними мужа, чтобы тот немедленно уступил ей место.

— Декабрь — самое загруженное время, — напомнил всем более прагматичный Рик, вставая. — Скай, может смилостивитесь и передвинете свадьбу на начало года?

— Эй, братец, разве я жаловался, когда ты уехал на медовый месяц сразу после открытия лондонского филиала? — мрачно поинтересовался Ретт, заставив своего близнеца смущенно отвести взгляд. — Вот именно. Я не собираюсь ждать. Боюсь, что, если у Скай будет слишком много времени на раздумья, она передумает и опять сбежит от меня.

Теперь настала очередь Скай краснеть.

— Так вот в чем дело! — расхохотался Брок. — Ты боишься, что к ней вернется разум? Может, нам стоит прямо сейчас отвести вас в церковь?

— Не нужно подавать ему такие идеи, — запротестовала Скай. — Я и так потратила целый день на то, чтобы уговорить Ретта не тащить меня узаконивать отношения сразу после того, как у меня хватило глупости сказать «да».

— Но это же отличная идея! — просиял Ретт, обнимая ее за талию. — Вся семья уже в сборе, церковь рядом, и отец Поль наверняка согласится обвенчать нас прямо сегодня.

Скай повернулась к своему будущему мужу и ласково поцеловала его в щеку.

— Нет уж, мой дорогой, этого не произойдет. У нас пока даже нет разрешения на брак.

— Это будет первое, что мы сделаем в понедельник, — откликнулся Ретт, целуя ее в ответ.

— Сядьте все, поешьте, — скомандовала Грем развеселившимся родственникам. — Мы можем обсудить все это и после обеда.

— Ты точно не хочешь изменить дату свадьбы? — шепотом спросил Ретт, садясь рядом со своей невестой. — Это осчастливит Рика.

— Это же моя свадьба. Кого ты предпочтешь видеть счастливым: Рика или меня? — обиженно поинтересовалась Скай. — Нет, если хочешь, мы можем отложить свадьбу даже на год. Я никуда не денусь, и церемония тоже…

— Ну уж нет, мы договорились на Рождество, — запротестовал Ретт. — Дольше ждать я не намерен.

— Почему-то я так и подумала, — подмигнула ему Скай, потом повернулась к остальным членам семьи и попыталась объяснить, почему так настаивает на своем: — Я знаю, что перед Рождеством у всех масса дел, но в этот день вся семья в любом случае соберется вместе, и в любом случае все мы отправимся в церковь, так почему бы не добавить к этой праздничной программе еще и свадьбу?

— По-моему, это отличная идея, — улыбнулась Саванна. — Похоже, у тебя уже есть какие-то идеи? Расскажи мне все! Ты уже определилась с цветами?

— Наверное, выберу цвета Рождества. Сейчас я думаю о цвете слоновой кости для платья и темно-бордовом для аксессуаров и платья подружки невесты.

— Подождите, мне отсюда ничего не слышно, — вмешалась Джесси. — Поменяйся со мной местами, — скомандовала она мужу, подсаживаясь поближе к Скай.

Скоро эта часть стола оказалась во власти шушукающихся женщин, обсуждающих грядущую церемонию.

Ретт улыбнулся чуть смущенной от всеобщего внимания Скай и ободряюще сжал ее руку.

Она сидела в окружении женщин, из которых так и сыпались советы и идеи, и не понимала, что ей делать. Человеку, который много лет потратил на то, чтобы запереть свое сердце под замок, не так-то просто вспомнить, каково быть членом большой и дружной семьи, где для каждого найдется теплое слово, совет и поддержка, и принять это.

Поймав на себе обеспокоенный взгляд Саванны, Скай поняла, что молчит слишком долго, глубоко вздохнула и попыталась расслабиться. Они теперь ее новые сестры. Кроме того, глупо отказываться от их участия, если ее саму разрывает от желания обсудить все до мельчайших деталей.

Но перед этим у нее было еще одно важное дело. Она положила руку на ладонь Грем, и та ответила ей теплой улыбкой.

— Да, моя милая?

— Грем, я хочу попросить вас об одолжении. Вы отведете меня к алтарю?

Глаза пожилой женщины заблестели от слез.

— Конечно, Скай. Это честь для меня.

Стараясь не шевелиться, Ретт сидел на диване, глядя на экран, где мелькали последние кадры рождественской комедии. Скай спала, свернувшись калачиком в его объятиях.

Когда на экране засветилось слово «Конец», он выключил телевизор и осторожно провел кончиками пальцев по коротким, взъерошенным волосам Скай.

Ретту нравилось касаться ее, прислушиваясь к ровному дыханию, ощущая ее теплое податливое тело в своих объятиях.

Сейчас Скай нужно было хорошенько выспаться — последние недели совершенно вымотали ее. Кто мог знать, что все вокруг захотят пожениться именно в декабре? Но, даже несмотря на бесконечные съемки, подготовку к наступающему Рождеству и к их собственной свадьбе, Скай всегда находила время для него и Рианны.

За те пять лет, которые Ретт прожил в этом доме, он никогда не ставил елку. В этом году их было две — одна перед большим окном гостиной и одна в комнате отдыха на втором этаже. Он невольно улыбнулся, глядя на весело подмигивающее огоньками дерево, которое они украшали все вместе. Среди его пушистых ветвей скрывались игрушки и конфеты, а на полу, среди мишуры и блесток, стоял Санта-Клаус с мешком подарков.

Да, его холостяцкая берлога все больше напоминала настоящий семейный дом, но Ретт ни о чем не жалел. Он полюбил Рианну с первого взгляда и уже не представлял своей жизни без этой маленькой непоседы. Рик был прав, когда говорил о всепоглощающей любви к ребенку. Ретт и представить себе не мог, что может испытывать такие глубокие отцовские чувства.

Не говоря уже о тех чувствах, которые он испытывал к Скай. Даже признаваясь себе и ей в своих чувствах, он еще до конца не понимал, что именно испытывает, но сейчас, когда каждый день, проведенный рядом со Скай, только укреплял его чувства к ней, он понял, как сильно любит ее. Любит и никогда не переставал любить.

Но ему не нравилось видеть Скай такой уставшей. Она все время работала и не хотела ничего слушать об отдыхе, не говоря уже о медовом месяце, от которого наотрез отказалась, наверное, из-за того, что считала их брак не совсем настоящим.

Как же она ошибалась.

Для Ретта их брак был более чем настоящим, и он бы с радостью похитил ее и увез на какой-нибудь отдаленный остров, где они смогли бы провести время только вдвоем, сосредоточившись лишь на желаниях друг друга. Конечно, они будут скучать по Рианне, но взрослым иногда нужно уделять время только друг другу.

Ретт нежно поцеловал Скай в приоткрытые губы. Все их последние ночи были незабываемы, прекрасны, если бы не одно но. Ретт чувствовал, что в ее душе всегда оставалось место, куда путь ему был закрыт. Ощущение скрытой дистанции сохранялось даже в те моменты, когда Скай засыпала в его объятиях.

Он знал, что, руководствуясь паническим страхом потерять очередного любимого человека, Скай убедила себя в том, что если закроет свое сердце для любви, то ей больше не будет больно. Умом Ретт все понимал, но его сердце требовало большего.

Сначала он надеялся, что ему будет достаточно просто жить вместе со Скай, быть одной семьей, но чувство, что он не может полностью обладать ею, убивало его. Ему нужно было ее сердце, полностью и безраздельно. Он слишком любил ее, чтобы довольствоваться меньшим.

А значит, он должен был узнать, готова ли Скай ответить на его чувства.

Уже две попытки сделать настоящее романтическое предложение разбились об их несовпадающие расписания, так что Ретт продолжал носить кольцо с собой, дожидаясь подходящего момента.

Но время шло, до Рождества, а значит, и до свадьбы оставалось всего два дня, а момента все не было. Ретт понимал, что в ночь перед свадьбой, которую они проведут в доме Грем, ему не дадут даже приблизиться к Скай, а значит, он должен был спешить.

Ему необходимо было узнать, любит ли она его, до Рождества, потому что, если ответ будет «нет», никакой свадьбы не будет.

— Все будет хорошо, — сказала Саванна, обнимая Скай. — Боже, не могу поверить, что ты смогла подготовить эту свадьбу меньше чем за месяц.

— Мне было кому помочь, — улыбнулась Скай своей подружке невесты.

Конечно, шафером Ретта стал Рик, и, так как близнецы много времени проводили вместе, Скай и Саванна тоже постепенно сблизились. Неудивительно, что именно ее Скай попросила стать подружкой невесты и помочь ей с организацией свадьбы.

— Ты почти все сделала сама, — покачала головой Саванна. — Кстати, идея совместить свадьбу с празднованием Рождества была гениальна: сначала торжественная рождественская месса, потом свадьба, ваша брачная ночь и рождественское утро в кругу семьи с приятным дополнением в виде свадебного торта.

— Я всегда мечтала о такой свадьбе, — смущенно улыбнулась Скай.

— Тогда тебе очень повезло. Когда точно знаешь, чего хочешь, проще воплотить свою мечту в жизнь. Слава богу, мы все успели. Не знаю, как ты пережила последние пару недель, твое расписание было просто ужасным.

— Ничего, главное, что мы справились.

— И как себя чувствует наша невеста?

— Мне до сих пор кажется, что все это происходит не со мной, — улыбнулась Скай.

Она не могла описать все переполнявшие ее эмоции: страх в один момент мог обернуться радостью, а еще через секунду восторгом.

Ретт пообещал, что сделает ее счастливой, и сдержал слово. Даже слишком счастливой. Они снова, как пятнадцать лет назад, были близкими друзьями, говорили обо всем на свете, вместе смеялись над шутками, которые были понятны только им двоим. И при этом он оставался заботливым отцом для Рианны и потрясающим любовником, совмещая в себе все качества, о которых только могла мечтать женщина.

Взяв с собой Рианну, они подолгу бродили по украшенным к Рождеству магазинам, покупая подарки. Судя по тому, сколько всего они накупили, этим рождественским утром Рианна проснется самой счастливой девочкой на свете. Сейчас мужчины как раз раскладывали под елкой завернутые в красивую бумагу подарки, собирали велосипеды и кукольные домики.

Все было идеально. Даже слишком идеально.

Мечты становились реальностью, но это только сильнее пугало ее. Она боялась, что цена за это счастье станет для нее непомерной.

Саванна обняла ее на прощание.

— Грем так счастлива, что ты попросила ее отвести тебя к алтарю. Это было очень щедро с твоей стороны.

— Ну что ты, Саванна, это честь для меня, ведь у меня нет семьи, а Грем была единственной бабушкой, которую я знала.

— Еще немного, и я расплачусь, — всхлипнула Саванна, вытирая выступившие слезы.

— Не нужно, тогда и я заплачу, а мне нельзя идти к алтарю с красными глазами и распухшим носом.

— Ничего, вместе мы будем выглядеть вполне органично, — улыбнулась Саванна.

— Это радует. А пока расскажи мне, что нам еще осталось сделать до церемонии?

— Почти все уже готово. Цветы доставят в церковь в два часа, торт в три, а у тебя будет время, чтобы привести себя в порядок перед церемонией. Так что единственная сложность, которую я пока вижу, — это сберечь торт от детей и мужчин до рождественского утра.

— Надеюсь, все будет так просто, как ты говоришь, но мой опыт подсказывает, что нам стоит морально готовиться к самым разнообразным накладкам, — вздохнула Скай. — В любой момент что-то может пойти не так.

— Ну и что? Трудности делают жизнь интереснее! Это будет настоящее приключение.

— Хмм… Не уверена, что слова «свадьба» и «приключение» хорошо соотносятся.

— Ты что, не знаешь, свадьба — это главное приключение в жизни каждой девушки.

— Мое сердце только что упало в пятки, — побледнела Скай.

— У вас с Реттом все будет хорошо, — рассмеялась Саванна, обнимая ее. — Ваша дружба станет прекрасной основой для крепкого брака.

— Как ты можешь быть так уверена? Вдруг этого будет недостаточно?

— Мы ни в чем не можем быть уверены, но вы должны просто доверять друг другу, а остальное приложится, — улыбнулась Саванна. — А теперь я, пожалуй, пойду спать. Тебе тоже лучше ложиться, иначе все-таки придется идти к алтарю с красными глазами.

— Не беспокойся, я так устала, что засну, как только окажусь в постели. Спокойной ночи, Саванна.

— Спокойной ночи, сестренка, — кивнула она, обнимая Скай. — Мы ведь теперь семья, помнишь?

Глава 14

Семья. Для Салливанов это было не просто слово, она не знала ни одной другой настолько дружной семьи. Наверное, причиной такой сплоченности была смерть родителей братьев, когда мальчикам не было и десяти. А любовь Грем объединяла их.

Скай сидела на кровати в доме Грем, нанося на лицо увлажняющий крем. Это была ее последняя ночь перед свадьбой. По такому случаю ее новые сестры украсили ее комнату цветами и расставили на комоде ароматические свечи. На двери висел рождественский венок, украшенный лентами и крошечными колокольчиками. Обожавшая Рождество, Грем постаралась, чтобы в каждом уголке дома чувствовалось наступление праздника. Для Скай это было живым подтверждением того, как Грем заботится о своих внуках.

Сегодня все комнаты в доме были заняты: Грем выделила отдельные комнаты для Ретта и Скай, большую спальню для Рика, Саванны и маленького Джо, а Рианну на сегодня уложила спать у себя. Похоже, ей безумно нравилось вновь ощутить себя прабабушкой. Завтра утром народу станет еще больше: из города со своими семьями приедут Алекс, Коул, Брок и Форд, которые тоже останутся на Рождество. Традиционно рождественские подарки Салливаны открывали всей семьей, а потом все вместе садились за праздничный стол. Свадьба станет замечательным дополнением к этому удивительному семейному празднику.

Скай не знала, как Грем удается быть такой любящей и открытой для всех, ведь чем больше людей она впустит в свое сердце, тем большей опасности подвергнет его. Судьба не дает гарантий, и боль утраты может настигнуть ее в любой момент. Скай даже о своей привязанности к Ретту и Рианне не могла думать без страха.

Странный звук, раздавшийся за окном, чуть не заставил Скай подпрыгнуть от неожиданности. Наверное, птица села на окно. Но тихий стук по стеклу раздался вновь.

Что же это такое?

Скай подошла к окну и осторожно отдернула штору.

— Ты что здесь делаешь, сумасшедший? — удивленно спросила она, увидев балансирующего на подоконнике Ретта. — Пытаешься сделать меня вдовой еще до того, как я стану женой?

— Я должен был поговорить с тобой, и это единственный способ, который я смог придумать, чтобы остаться наедине с тобой.

— Но так нельзя, — шутливо возмутилась Скай, пытаясь за улыбкой скрыть внезапно охватившее беспокойство. — Ты не должен видеть меня до свадьбы, это дурная примета.

— День свадьбы наступит через четверть часа, так что еще осталось немного времени. А еще я верю в свою удачу. Кстати, это одна из главных причин, почему сейчас ты видишь меня на своем подоконнике.

— Кстати, об этом… Входи скорей: если ты и не упадешь отсюда, то точно замерзнешь и будешь завтра мешать священнику проводить церемонию безудержным кашлем, — сказала Скай, поспешно открывая окно.

— Не бойся, падения со второго этажа нет в моем романтичном плане.

— Романтичном? — с удивленной улыбкой переспросила Скай. — Ты ведь не собираешься предложить мне сбежать вдвоем? Думаю, с этим ты немного опоздал.

— Ты ведь знаешь, я готов жениться на тебе когда угодно и где угодно, но ты сказала, что хочешь настоящую семейную свадьбу, так что я подожду до завтра, — обаятельно улыбнулся Ретт.

И только сейчас Скай поняла, что в этом-то и была настоящая романтика. Конечно, пробраться под покровом ночи в ее комнату — это очень романтичный жест, но куда важнее была готовность Ретта воплотить ее мечту об идеальной свадьбе в реальность.

— Будет еще романтичнее, если ты наконец войдешь и поцелуешь меня.

— Ты меня убедила, — широко улыбнулся он, спрыгивая на пол и закрывая за собой окно.

Уже через мгновение Скай оказалась в его объятиях и получила обещанный поцелуй.

— Так гораздо лучше, — прошептал он в ее губы и отстранился. — Но на самом деле я пришел сюда, чтобы попросить у тебя прощения за все свои неуклюжие предложения, в которых было так мало романтики. Я не думал о романтике, потому что для меня наши с тобой отношения были свершившейся реальностью — каждый раз я был уверен, что мы с тобой уже и так семья.

— О, Ретт…

Он осторожно взял Скай за руку и поочередно поцеловал каждый тонкий пальчик.

— Я люблю тебя, Скай Миллер. Пожалуйста, выходи за меня замуж.

Скай потрясенно смотрела на красивое и такое родное лицо Ретта. В его голубых глазах сияли любовь и искреннее желание провести всю жизнь вместе с ней. Это было идеальное предложение, такое, о котором она всегда мечтала. Но это было совершенно бессмысленно.

— Ретт, я ведь уже согласилась выйти за тебя замуж, — растерянно напомнила она.

— Нет, Скай. Ты согласилась стать моим партнером в воспитании Рианны, моим другом, согласилась разделить со мной постель. Я сам предложил тебе этот путь, но в последние дни понял, что для меня, для нас этого недостаточно. Я люблю тебя, Скай, и прошу тебя принять мою любовь и разделить со мной твое сердце.

— Ретт, пожалуйста…

— Я знаю, что тебе страшно, но прошу рискнуть. Ради меня. Ради нас.

— Ретт, ты знаешь, ты мне небезразличен, но…

— Нет, Скай, ты любишь меня точно так же, как любишь Рианну, просто боишься признаться в этом. Боишься, что, впустив меня в свое сердце, снова окажешься перед лицом потери, но жизнь в страхе — это не жизнь.

— Пожалуйста, Ретт, не делай этого со мной.

— Мы заслуживаем счастья. Пятнадцать лет назад я сглупил, позволил своему упрямству и гордости не дать мне последовать за тобой в Бостон, но сейчас я здесь и не собираюсь дважды повторять одну и ту же ошибку. — Ретт опустился на одно колено и протянул Скай маленькую бархатную коробочку. — Я люблю тебя. Пожалуйста, выходи за меня замуж.

— О господи!

Там на маленькой атласной подушечке лежало то самое кольцо. Скай сразу узнала его по описанию Грем: большой бриллиант в окружении сапфиров. Грем сказала, что Ретт так и не сделал это обручальное кольцо, но оказалось, что это не так.

Сердце Скай забилось быстрее. Неужели это кольцо ждало ее все эти годы?

— Это прекрасно, — вздохнула она, чувствуя, что ее глаза наполняются слезами. — Но я не уверена, что могу дать тебе то, чего ты хочешь, я не справлюсь…

— Зато я знаю, — уверенно сказал Ретт. — Ты самая сильная женщина из всех, кого я знаю. Тебе через многое пришлось пройти, и ты справилась, хоть и закрыла свое сердце для окружающих, но, даже несмотря на это, ты пришла на помощь Рианне, когда она нуждалась в тебе.

— Боюсь, я не выдержу, если потеряю тебя, — опустив голову, прошептала Скай.

— И не потеряешь. Конечно, судьба не дает гарантий, и я не могу пообещать тебе, что никогда не умру, но обещаю, что все отведенное нам время мы будем счастливы.

Он положил коробочку с кольцом на подоконник, обнял Скай и нашел губами ее рот. Сомнения все еще одолевали Скай, поэтому прошло несколько мгновений, прежде чем ответить на поцелуй. Но когда она наконец приоткрыла рот, позволив его языку проникнуть внутрь, поцелуй стал сладкой демонстрацией любви и желания, переполняющих Ретта.

— Я хочу быть с тобой, Скай, и не хочу, чтобы моя будущая жена боялась жизни и любви. И я уверен, что ты совсем не хочешь, чтобы Рианна выросла такой трусишкой.

Скай медленно кивнула. До сих пор она никогда не задумывалась о том, как ее страхи влияют на Рианну.

— Я знаю, как больно терять любимых, но я бы никогда не отказался ни от одной минуты, проведенной с дорогими мне людьми, ради того, чтобы избавиться от боли потери.

Скай смущенно отвела взгляд. Были времена, когда она мечтала не знать Ретта, ведь тогда ее сердце никогда не было бы разбито. Сейчас она понимала, что это было лишь еще одно проявление ее малодушия.

— Я верю в нашу удачу. Мы должны благодарно принимать каждую минуту счастья, которую нам может дать судьба. — Он осторожно приподнял ее лицо за подбородок и заглянул в сияющие от слез глаза. — Скай, я уверен, что мы были созданы друг для друга. Я всегда буду любить тебя и знаю, что ты чувствуешь то же самое. Если наши отношения закончатся сегодня, это будет невероятно больно. Какая разница, когда испытать эту боль — сейчас или в момент, когда смерть разлучит нас?

— Ретт…

— Нет, — покачал он головой, прижав палец к ее губам, — не отвечай ничего. Завтра я узнаю твой ответ у алтаря. Надеюсь, что твоя любовь ко мне — не плод моего воображения, и ты придешь туда, даже зная о моих настоящих чувствах.

Поцеловав ее на прощание, Ретт вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Скай обессиленно опустилась на кровать, прижав руку к пылающим губам. Ее потерянный взгляд скользнул по комнате и остановился на бархатной коробочке с кольцом. Кольцом, которое Ретт сделал только для нее.

Вопреки всем мрачным прогнозам синоптиков, обещавших снег с дождем, канун Рождества был ясным и морозным. Дом Грем временно превратился в штаб-квартиру подготовки невесты, в то время как мужская часть семейства Салливан готовилась к церемонии в доме Коула. Так как их подготовка заключалась лишь в необходимости одеться и вовремя приехать в церковь, на них были переложены все обязанности по сбору и оформлению детских новогодних подарков. Но это значило, что дети остались на попечении матерей, внося посильную лепту в царивший в доме хаос.

С одной стороны, Скай нравилась вся эта предпраздничная суматоха вокруг невесты, с другой стороны, она до сих пор не знала, пойдет ли сегодня к алтарю, и была рада, что ни у кого нет времени ее расспрашивать.

Вначале слова Ретта повергли ее в отчаяние. Какой же дурой она была, веря в то, что может контролировать свои эмоции! Оказалось, что Ретт знает ее куда лучше, чем она сама себя. Он был прав во всем: между ними давно уже не просто влечение или дружба.

Это любовь. Она любила его всем сердцем, но, как испуганный ребенок, отрицала свои чувства, ведь, признав свою любовь, ей нужно будет вести себя соответственно. Принимать предложение Ретта или убегать прочь.

Честно говоря, первым желанием Скай было убежать, ведь, осознав свои истинные чувства, она ощутила себя совершенно беззащитной перед лицом злодейки-судьбы, гораздой на разные пакости.

Через час после ухода Ретта Скай стояла перед кроватью, глядя на чемодан, в который она в панике покидала свои вещи. Он был полупустым, и через мгновение Скай осознала, чего в нем не хватает: одежды и игрушек Рианны.

Только сейчас Скай поняла, что именно такой будет вся ее оставшаяся жизнь, если она пойдет на поводу у своей фобии, — пустой, только тень настоящей жизни, а не реальность.

Она не села на ближайший самолет и не улетела, но и не распаковала чемодан.

Скай стояла в своей комнате, зачарованно глядя на свое отражение в большом зеркале. Дом был тих и пуст. Все члены семьи Салливан, за исключением Грем, уже отправились в церковь, дав невесте немного времени, чтобы морально подготовиться к предстоящей церемонии, и Скай была благодарна им за это.

Весь день она действовала почти на автопилоте, поглощенная своими мыслями. При мысли о предстоящей свадьбе Скай охватывал страх.

Она должна рискнуть всем или потерять все.

Нет, конечно, Скай не сомневалась в том, что Ретт не будет препятствовать ее общению с Рианной, но их отношения будут как после развода, когда бывшие муж и жена с ледяной вежливостью спорят о том, с кем на этот раз ребенок проведет выходные.

Но зато эти отношения будут совершенно безопасными. Разве не этого она хотела?

Пытаясь отвлечься от этих панических мыслей, Скай глубоко вздохнула и заглянула в зеркало. О господи, она выглядела просто потрясающе! Подвенечное платье цвета слоновой кости с длинными рукавами и квадратным вырезом облегало ее точеную фигурку. Ее волосы украшали заколки с маленькими розочками, удерживающие расшитую крошечными жемчужинками фату.

Она была похожа на настоящую принцессу.

Внезапно она поняла, что больше всего на свете хочет узнать, как изменится лицо Ретта, когда она будет идти к нему по проходу в этом сказочном наряде. И с этим желанием пришел ответ на главный вопрос. Да, ведь ее жизнь наполняется счастьем и смыслом, только когда в ней есть Ретт.

Раздался деликатный стук, и в комнату заглянула Грем. На ней был элегантный бордовый костюм с юбкой до колена, идеально подходящий по цвету к платью подружки невесты и букету бордовых роз, ожидающему Скай на столе.

— Моя девочка, ты прекрасна, — тепло улыбнулась Грем.

— Спасибо, — сказала Скай, обнимая ее.

— Наш Ретт очень везучий парень. — Грем лукаво заглянула ей в глаза. — Он ведь везучий, да?

Конечно, Ретт предупредил свою бабушку о том, что его невеста в любой момент может сбежать, а она целый день хранила тактичное молчание, ожидая, когда Скай примет решение. Или он известил о своем шатком положении всю семью, и члены семейства Салливан тихонько перешептывались за ее спиной.

Заметив ее смущение, Грем ободряюще сжала ее руку.

— Нет, моя милая, Ретт поговорил только со мной, а я умею хранить секреты. Члены нашей семьи очень близки, но мы уважаем личную жизнь друг друга. Иногда это бывает очень полезно. Итак, каким был твой ответ?

Скай крепко обняла Грем.

— Это не Ретт, это я самая удачливая женщина на свете, ведь я выхожу замуж за мужчину, который стал не только моим лучшим другом и знает обо всех моих страхах и недостатках, но все равно любит меня. Такой, какая я есть. — Скай из последних сил сдерживала слезы, стараясь не моргать, чтобы не испортить макияж. — А я люблю его.

— Я никогда не сомневалась в этом, милая, — понимающе улыбнулась Грем, доставая из кармана пару бумажных платков. — Вытри слезы. Если ты сейчас расплачешься, во время венчания твои глаза будут такого же цвета, как и твой букет.

— Этого ни в коем случае нельзя допустить, — звонко рассмеялась Скай и осторожно промокнула глаза уголком салфетки, стараясь не смазать тушь.

— Я тоже так думаю, — кивнула Грем. — Ну что, пойдем? Алекс ждет нас внизу и, наверное, уже переживает, не сбежала ли невеста.

— Ни за что на свете, — покачала головой Скай, чувствуя, как сжимается от восторга ее сердце. — Я готова!

Маленькая приходская церковь была до отказа забита людьми. Рождественская служба подходила к концу, и Скай с Грем, Алексом и Саванной остались позади, в то время как все остальные члены семьи Салливан сидели в первых рядах вместе с Реттом.

Зал церкви с куполообразным потолком, сформированным тремя рядами арок, был украшен цветами и еловыми венками, несущими в себе цвета и запахи праздника. Золотистый свет множества свечей, оставляющий на фресках длинные танцующие тени, отражался бликами в разноцветных стеклах витражей, заставляя их сиять, как драгоценные камни.

Когда служба закончилась, из холла, в котором они с Грем и Саванной ожидали начала церемонии, было видно, как Ретт, такой неотразимо красивый в черном, сшитом на заказ костюме, встал и подошел к алтарю, став по левую руку от священника. Одного взгляда на него было достаточно, что сердце Скай наполнилось любовью.

Ретт назвал ее сильной, а сегодня она и сама поверила в это. Теперь она была готова к любви, была готова с радостью принимать каждый миг, дарованный ей судьбой. Не важно, сколько времени им было уготовано судьбой, она не станет ни о чем сожалеть. Потому что возможность быть рядом с Реттом стоила любого риска.

Служба закончилась, но никто из прихожан не встал со своих мест, кроме членов семейства Салливан, принимающих участие в церемонии, да и их места тут же заполнились радостно улыбающимися людьми, часть из которых Скай знала с детства, а часть видела впервые, но все равно была рада разделить с ними свое счастье.

Отец Поль воздел руки, и зал наполнили звуки свадебного марша.

— Вот оно, — прошептала Саванна, подавая Скай букет бордовых роз. — Не волнуйся: церковь выглядит потрясающе, ты самая прекрасная невеста на свете, и мужчина, который ждет сейчас у алтаря, тебя обожает.

Порывисто обняв ее, Саванна развернулась к залу и начала медленно, торжественно идти по проходу. К замершей у входа Скай подошла Грем и взяла ее под руку:

— Ну, моя девочка, ты готова?

— Абсолютно, — широко улыбнулась Скай, чуть сжав ее ладонь. — Я даже чувствую неожиданное нетерпение. Хочется пробежать по проходу и сказать «да»!

— О нет, моя дорогая, я все-таки предпочту идти.

— Тогда не будем терять ни минуты, — улыбнулась Скай.

Шагнув в освещенный тысячами свечей зал церкви, Скай встретилась взглядом с Реттом. Она шла по проходу, словно в тумане, не видела ничего, кроме голубых глаз Ретта, сияющих восхищением и абсолютной ошеломляющей любовью.

А уже через мгновение она стояла перед Реттом, который взял ее за руку и подвел к священнику.

— Ты все-таки пришла, — счастливо улыбнулся он.

— Я тоже всегда любила тебя, — просто ответила она, сжав его руку, как самое драгоценное сокровище в мире.

Глаза Ретта вспыхнули страстью. Казалось, сейчас Ретт поцелует ее, не дожидаясь брачных клятв, но музыка стихла и вперед выступил отец Поль:

— Мои дорогие возлюбленные, мы собрались здесь…

— Простите, святой отец, — неожиданно прервал его Ретт. — Есть кое-что, что я должен сделать до начала церемонии.

Прежде чем Скай успела спросить, в чем дело, Ретт рывком привлек Скай к себе и все-таки поцеловал, без слов продемонстрировав ей, как сильна его страсть и радость оттого, что она все-таки набралась храбрости и пришла.

Зал разразился аплодисментами и радостными криками. Саванна захихикала, Рик шикнул на засвистевших братьев, и даже отец Поль усмехнулся в усы.

Наконец Ретт оторвался от ее губ.

— Вот это было очень романтично, — тихо рассмеялась Скай.

— Я только вхожу во вкус, — улыбнулся он и кивком попросил священника продолжать.

Отец Поль кашлянул, прочищая горло, и начал сначала:

— Мои дорогие возлюбленные, мы собрались здесь сегодня, чтобы соединить Скай Миллер и Ретта Салливана священными узами брака.

Content

Тереза Карпентер
Подарок плейбоя

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14