Яков Александрович Сегель

Рассказ "Годы (телефонные разговоры)"

Апрель 1941…

– Я слушаю…

– Ем вкусное яблоко…

– Алло, не понимаю…

– Ем вкусное яблоко…

– Алло, кого вам нужно?

– Мне – вас.

– А вы кто?

– Просто девушка.

– Я вас знаю?

– Нет.

– А вы меня?

– Немного… Я вас видела два раза… Даже три… И вот решила позвонить…

– И сказать, что едите яблоко?

– Да.

– Приятного аппетита.

– Спасибо.

– У вас красивый голос.

– Спасибо.

– Нет, серьезно, очень красивый.

– Спасибо… Знаете что, давайте прощаться…

– Так быстро? Для чего же вы тогда звонили?

– Чтоб услышать…

– Что?

– Не «что», а «кого»… Чтоб услышать вас.

– И все?

– И все… И давайте прощаться…

– А если я не хочу? У вас очень красивый голос…

– До свиданья.

– Подождите! Не вешайте трубку!

– Жду…

– У вас есть еще минута? Только не бросайте трубку… Одну минуту…

– Зачем?

– У вас красивый голос…

– Я уже это слышала. Спасибо.

– Если вы сейчас повесите трубку, я вас потеряю.

– Для вас это не страшно – вы меня и не находили. До свидания.

– Подождите! Ну, еще немного подождите!

– … (молчание)…

– Алло! Алло! Вы меня слушаете?!

– Да.

– Как вас, хоть, зовут?

– Какое это имеет значение?

– Ну все-таки.

– Пожалуйста… Можно – Саша… Можно – Шура, можно – Александра, можно – Саня… Как хотите, это все равно.

– А самой?.. Как вам больше нравится самой?

– Самой?

– Да.

– Самой – Олеся.

– Олеся… Олеся… Олеся, а я смогу вам позвонить?

– Нет. Вы не знаете моего телефона.

– Вы мне его скажете.

– Нет. Не скажу.

– Ну, хорошо. Тогда позвоните мне еще раз сами. Хорошо, Олеся?

– … (молчание)…

– Алло! Алло! Вы меня слышите?!

– Да…

– Почему вы молчали?

– Просто я думала…

– Так вы мне позвоните?

– Хорошо.

– Завтра?

– Хорошо.

– В шесть часов?

– Хорошо. До свиданья.

Завтра в шесть…

– Сижу и ем яблоко… Это – я, здравствуйте…

– Я уже полчаса сижу у телефона и жду.

– Вы сказали в шесть, сейчас – шесть.

– Спасибо.

– Не за что…

– Но вы же позвонили…

– Мне самой хотелось вам позвонить.

– Олеся…

– Да…

– Сейчас я буду задавать вам вопросы, а вы отвечайте.

– Смотря какие вопросы… Спрашивайте.

– Сколько вам лет?

– Шестнадцать. Почти шестнадцать. А вам семнадцать и вас зовут Миша… И вы живете на Петровке, дом двадцать три…

– Откуда вы знаете?

– Знаю… Просто я знаю о вас все… почти все.

– У нас неравное положение.

– Почему?

– Вы знаете обо мне все, а я – ничего. Вы высокая?

– Среднего роста.

– Красивая?

– Очень средняя.

– И, конечно, учитесь в средней школе?

– Да. И давайте прощаться.

– Опять! А когда вы мне позвоните снова?

– А это нужно?

– Обязательно! Когда?

– Не знаю…

– А можно все-таки я сам вам позвоню? Какой ваш телефон?

– … (молчание)…

– Вы опять думаете?

– Я уже надумала. Записывайте: 5-26-89.

Тот же день, шесть десять…

– Справочная?

– Справочная, пятый…

– Справочная! Будьте любезны… Я уже знаю нужный мне номер телефона – 5-26-89, а хочу…

– Зачем вы нам звоните?

– Подождите. Я уже знаю номер телефона, а теперь хочу по нему узнать адрес.

– Таких справок мы не даем.

– Но мне очень нужно. Только адрес!

– Мало кому что нужно…

– Как же мне быть?

– Не знаю, абонент. Возьмите телефонную книгу и ищите.

– Так я год по этой книге искать буду!

– Не знаю, абонент, не знаю…

Через два дня…

– Будьте любезны, Олесю.

– Кого-кого?

– О-ле-сю…

– Олесю какую-то… Здесь нет таких.

– Как – нет? Ей примерно шестнадцать…

– Шестнадцать… Так, может вам Шуру?

– Видите, значит, все-таки есть такая! Конечно, можно Шуру.

– А то придумали Олесю какую-то… Шура! Шура Градова! Шура – к телефону… Идет.

– Я слушаю.

– Здравствуйте, Олеся! Это – я!

– Здравствуйте, я уже догадалась.

– Я просил Олесю, а они даже не знают, что вас так зовут.

– Это знаете только вы. Это моя тайна. Могу я иметь тайны?

– Конечно. Мне приятно, что я один знаю вашу тайну. А теперь я еще знаю вашу фамилию: Градова, правильно?

– Правильно.

– И я сейчас позвоню в справочную, назову вашу фамилию, имя и мне скажут ваш адрес и телефон…

– … А дальше?

– Даже если мне дадут несколько адресов, я узнаю ваш по номеру телефона.

– Не делайте этого… Я прошу.

– Почему?

– Так… Не надо… Хотя… Хотя, можете. Вы хорошо придумали, но у вас все равно ничего не выйдет.

– Почему?

– Очень просто. Телефон не на мою фамилию.

– Ну и что? Тогда я пойду в справочный киоск и мне дадут ваш адрес. Я же знаю, как вас зовут и фамилию…

– Не дадут. Там нет моего адреса – я получу паспорт только через два месяца. Мне же будет шестнадцать только через два месяца.

– Хорошо… Тогда… Тогда я буду ждать. Я дождусь.

– Зачем?

– У вас красивый голос.

– Ну и что?

– Я хочу вас видеть. У вас красивый голос – я хочу видеть, какая вы.

– Я же говорила – очень средняя.

– Это неважно.

– Нет, правда, очень средняя… Даже очень-очень средняя… До свидания.

Еще через несколько дней…

– Будьте добры, Олесю.

– Кого-кого?

– То есть Шуру… Шуру Градову.

– Другое дело. А то какую-то Олесю выдумали… Шуры нет дома.

Еще через несколько дней…

– Будьте добры, Шуру Градову.

– У них заперто, все ушли.

Еще через несколько дней…

– Будьте добры, Шуру Градову.

– Это говорит ее мама. Сашенька уехала на все лето в деревню, к бабушке. Я буду ей писать на днях… Как передать, мальчик, кто звонил?

– Напишите – Миша, но это не имеет значения…

Конец июня 1941 года…

– Будьте любезны Шуру Градову.

– Ее, кажется, нет…

– Тогда ее маму.

– Хорошо. Сейчас посмотрим… Градовых кого-нибудь!!

– Я слушаю.

– Здравствуйте… Это мама Шуры Градовой?

– Да… Что-нибудь случилось с Шурочкой?!

– Нет… Это… Помните, я вам звонил? Спрашивал Шуру.

– Ах, это тот мальчик… А Сашенька приезжает из деревни завтра. Позвоните ей завтра.

– Завтра я не могу… Я уезжаю…

– В эвакуацию?

– Нет, наоборот…

– На войну? А почему вы смеетесь, мальчик?

– Я не над вами… Извините… Просто вы сказали «на войну», и мне почему-то стало смешно… Извините… Завтра я ухожу на фронт… А Саше передайте от меня привет… И все… И будьте счастливы!

– И вы будьте, пожалуйста, счастливы, и здоровы, и … А как вас зовут, мальчик?

– Миша.

… И прошло четыре с лишним года…

– Будьте любезны Шуру Градову…

– Кого-кого?

– Градову Шуру…

– Какую-то Градову Шуру… Нет у нас таких.

– Ну, тогда может быть, Сашу, или Александру, или Саню…

– Таких тоже нет.

– А может, вы не знаете?.. Может, раньше жила?.. Перед войной?..

– Не знаю… Сейчас спрошу… Сейчас. Тетя Рая! Тут какую-то Шуру спрашивают, какую-то Градову… Вот иди сама к телефону, расскажи…

– Тетя Рая слушает. Вам кого?

– Я прошу Шуру Градову.

– Хватились! Она уже года четыре тут не живет. Как эвакуировались, так и не возвращались…

– Значит она не в Москве?

– Зачем не в Москве? В Москве. Только как отца ихнего убили, они на эту квартиру не стали возвращаться. Шурочка к мужу переехала, родила там, и маму ее они к себе взяли…

– Спасибо…

– А чего – спасибо? Мне разве трудно сказать?.. Сейчас все дружка дружку ищут, кто живой остался после войны… Вы погодите, я посмотрю, тут на стенке ихний теперешний телефон был записан, если не затерли… Вот: И-3-01-68… Они теперь где-то около сельскохозяйственной выставки живут.

В тот же день…

– И-3-01-68?

– Да.

– Будьте любезны, здесь живет Александра Градова?

– Только она теперь не Градова, она – Земцова. Это – я. Здравствуйте, Миша.

– Как вы меня узнали?

– Узнала…

– Прошло больше четырех лет, почти пять…

– А я узнала… Я очень рада, что вы…

– Живой?

– Да… и что вы позвонили…

– У вас такой же голос…

– Неужели прошло четыре с половиной года?

– Больше, почти пять… Теперь вы – Земцова…

– Я замужем.

– Я понял. Вернее, я знаю. И что у вас есть ребенок, знаю, и что вы живете где-то у сельскохозяйственной выставки, и что ваша мама – с вами… Ну, и это… Ну, что вы замужем…

– Все правильно. Теперь вы знаете обо мне все, а я о вас – ничего.

– А что обо мне? Я – как все. Воевал. Два раза был ранен…

– Сильно?

– Один раз сильно. А в общем зажило. Как на собаке. Ну, что еще? Демобилизовался, вернулся – оказывается, вырос, мама все сохранила: и костюм, и рубашки, и туфли – все мало. Прямо смешно: костюм в обтяжку, туфли не лезут, у рубашек воротнички не сходятся… Вырос… Смешно…

– Почти пять лет…

– А в костюме старая записная книжка, а там ваш старый телефон… Я месяца три все не решался… Потом позвонил, и мне какая-то тетя Рая дала этот номер.

– Это наша старая соседка…

– Ну, вот и все… А теперь звоню вам…

– Спасибо…

– И вы теперь замужем…

– Так прошло почти пять лет!

– Вы так говорите, как будто извиняетесь.

– Это случайно.

– Вы любите своего мужа?

– Очень. Он тоже сильно ранен. И сына очень люблю. И они – меня…

– Олеся…

– … (молчание)…

– Олеся, можно я вас увижу?

– … (молчание)…

– Вы не отвечаете потому, что думаете?

– Нет, я уже все надумала.

– У вас такой же красивый голос.

– Тем более… нам не надо встречаться.

– Почему?

– Вот вы сказали, красивый голос… И мне это очень приятно… Ну, как вам это объяснить? Понимаете, вы сказали, красивый голос и представляете меня, наверное, какой-нибудь особенной… Вы меня понимаете? Понимаете?

– Не очень…

– Когда-нибудь поймете. А сейчас пусть все будет , как тогда, давно: жила-была девочка Олеся с красивым голосом.

– … (молчание)…

– Вот видите, а теперь вы молчите…

– А теперь я думаю…

– Будьте счастливы, Миша! Будете?

– Не знаю, постараюсь…

– Будьте. Давайте прощаться.

– Олеся, скажите мне напоследок что-нибудь хорошее.

– Ну, что именно?

– Что хотите… Самое хорошее…

– Ем вкусное яблоко…

Content

Яков Александрович Сегель
Рассказ "Годы (телефонные разговоры)"

Апрель 1941…

Завтра в шесть…

Тот же день, шесть десять…

Через два дня…

Еще через несколько дней…

Еще через несколько дней…

Еще через несколько дней…

Конец июня 1941 года…

… И прошло четыре с лишним года…

В тот же день…