Натализа Кофф

Навылет и в сердце

Пролог

— Ма, а мы можем купить белое, красивое платье? — громким шепотом поинтересовалась девочка лет шести-семи. В ее русых волосах, заплетенных в косу, играли солнечные зайчики. Глаза, цвета весенней зелени пытливо смотрели на мир. А на щечках играли ямочки, когда она улыбалась.

— А тебе зачем, зайчонок? — ласково проговорила женщина, поднимая голову.

— Ма, тут такое дело… — замялась девочка, — Мне замуж надо. Правда-правда. А платья нет.

Женщина, стараясь не рассмеяться, чтобы случайно не обидеть дочку, лукаво посмотрела на серьезное личико.

— Ну, и кто жених? — встав со стула, Анжелика подошла к дочери. Присела на корточки около нее.

— Велик, — девочка смущенно отвела взгляд.

— Велизар? — переспросила Анжелика, — А он не слишком стар для тебя?

Анжелика Андреевна очень сильно старалась сдерживать смех, видя замешательство дочери, на лице которой появилась решимость, не совсем свойственная семилетней девочке.

— Старый, — вздохнула девочка, — Но он такой красивый. А еще он в армию уезжает, вот я и подумала, если женюсь на нем, то его не пустят в армию.

— Солнышко, девочки не женятся, а выходят замуж, — подсказала мама, — И знаешь. Я поговорю с тетей Марго, что она думает по этому вопросу.

Девочка кивнула.

— Так как? За платьем поедем? — вспомнила малышка свою просьбу, на которую мама так и не ответила.

— Давай поедем, когда Велик из армии вернется, — предложила Анжелика.

Девочка призадумалась, а потом кивнула.

— Ладно, подожду, так и быть, — милостиво согласилась девочка, — Как раз подрасту, стану красивой-красивой. Мы купим мне пышное белое платье. И туфли! Красивые такие с бантиками! Ладно?

— Ладно, ладно, — рассмеялась женщина, присаживаясь в кресло и притягивая дочь на свои колени.

Как только дочка уснула в своей кроватке, Анжелика, разместившись в любимом кресле на кухне с чашкой горячего чая в руках, позвонила подруге Маргарите.

— Знаешь, Лика, было бы ведь не плохо, если бы наши дети поженились, — рассмеялась в ответ Марго. Рассказ подруги ее повеселил.

— Кто знает, — туманно пробормотала Анжелика, — Это сейчас десять лет для них разница. А когда вырастут…

Прошло два года

— Солнышко, помни, мы всегда рядом, — проговорила Марго, обнимая девушку. Летний день выдался теплым, будто назло, а может и наоборот, поддерживал хрупкую девочку, стоявшую около могилы матери. Девочка, обнимая подругу матери, закрыв глаза, плакала.

— Все хорошо, — шептала женщина, — Все будет хорошо. Мама смотрит на тебя, она все видит и любит тебя.

— Почему тогда она ушла от нас? — сквозь слезы проговорила девочка.

— Значит, так нужно, — сквозь слезы попыталась улыбнуться женщина.

В нескольких шагах от Марго и девочки, оставшейся без матери, стоял молодой парень. Он немного опоздал. Но главное, что все-таки смог приехать. Девочка, повернув голову, посмотрела на парня. И опять расплакалась. Велизар подошел. Вздохнул, не зная, что и сказать. Обнял маму и Агафью, девочку, которую знал с рождения. Дочку подруги его матери.

— Все будет хорошо, мелкая, — выдохнул он.

Спустя полчаса на кладбище появился черный тонированный внедорожник. Дверь открылась. К Марго, Велизару и Агафье подошел мужчина лет тридцати пяти.

— Здравствуй, Аркадий, — сухо поздоровалась Марго. Тот только кивнул в ответ. Его взгляд остановился на детском личике, с мокрыми от слез щеками, припухшим носом и заплаканными покрасневшими глазами.

— Ты очень похожа на мать, — сухо проговорил он, и присев на корточки возле ребенка, улыбнулся, — Я твой папа. Теперь ты будешь жить со мной. Идет?

Девочка потрясла головой. Вцепилась руками в мамину подругу и в Велизара.

— Нет! Нет! — закричала девочка, — Я хочу с Марго. Я не хочу с чужим дядькой жить! Я хочу к маме!

Мужчина тяжело вздохнул. Посмотрел на Маргариту. Та только нахмурилась еще больше. Погладив девочку по голове, глянула на Аркадия с осуждением.

— Решил поиграть в папочку? — пробормотала она, — А как же бизнес?

— Я ошибался, — сухо проговорил мужчина, — И что бы ты не говорила и не думала, Анжелику я любил. И хочу, чтобы Агафья жила со мной.

— Конечно, ведь никто не посмеет ослушаться великого Азарова, — пробормотала Марго, и присев около девочки, посмотрела в детское личико, — Солнышко, зайчонок, не плачь. Я к тебе буду часто-часто приезжать. Буду на выходные забирать, или после школы. Папа не будет 'против'. Ведь так?

Женщина вопросительно посмотрела на Аркадия.

— Не будет, — вежливо проговорил Азаров, хотел еще что-то добавить, но его перебил телефонный звонок. Поговорив по мобильному, Аркадий убрал телефон в карман.

— Пойдем, Агафья, — позвал он девочку. Маргарита подтолкнула малышку к отцу. Но девочка, стремительно развернувшись, подбежала к парню, стоявшему в сторонке. Велизар вовремя успел подхватить малышку на руки. Приподняв, обнял ее. Агафья что-то прошептала ему на ухо. И прижавшись к его груди в последний раз, выскользнула из его рук.

Когда Аркадий с дочерью скрылся в черном внедорожнике, Марго обняв сына, грустно вздохнула. Они медленно пошли в сторону дороги, где их ждало такси.

— Что она сказала тебе? — вдруг вспомнила Марго.

— Просила не забывать ее, — вздохнул молодой человек, и потянулся рукой в карман, где лежала пачка сигарет. Но вспомнив, что мать рядом, решил не курить в ее присутствии.

— Когда увольнительная заканчивается? — вздохнула Марго.

— Завтра нужно ехать, — коротко ответил Велизар.

Наутро Велизар уехал, а Марго сдержала свое обещание. Она часто забирала Агафью к себе на выходные, или после занятий. Старалась поддержать девочку, как могла, веселить, дать совет. В общем, пыталась заменить Агафье мать, которой так рано и несправедливо лишила ее жизнь. Но Марго еще и была подругой. Хорошей и мудрой.

Глава 1. Агафья

— Марго, поговори с Аркадием Петровичем, чтобы я у тебя на лето осталась, а? Ну, пожалуйста! — уговаривала я Маргаритку, самого близкого человека на всем белом свете.

— А может, разок назовешь его отцом? Так, разнообразия ради? — усмехнулась Маргарита, не отрываясь от процесса приготовления самых вкусных булочек, которые я когда-либо ела. Марго просто изумительный кулинар, странно, что от ее шедевров меня не разнесло вширь, потому как все, приготовленное ее, я съедаю до последней крошки.

— Ну, Маргоооо, — начала канючить я, и мило улыбаться. Потом, придвинулась ближе, и принялась лезть к ней со своими телячьими нежностями. Беспроигрышный вариант, это я уже давно усвоила. Марго всегда хотела иметь дочь. Но не сложилось. У нее только сын, Велизар. Муж Марго, дядя Илья, умер около десяти лет назад, а во второй раз Марго так и не вышла замуж. Так что, в моем лице подруга мамы заполучила не только проблемы на свою мудрую голову, но и почти дочку. Каждые выходные я проводила у нее, в квартире Маргариты была даже отдельная комната для меня. В общем, дом Марго стал моим домом, настоящим, а не вычурным и оформленным дизайнером, как особняк отца. Там я чувствовала себя как в клетке. Зато у Маргариты я могла делать все, что вздумается, и комнату свою я обставляла сама, а не нанятые за бешеные деньги дизайнер и архитектор.

— Хорошо, я попробую, — вздохнула Магаритка, — Но взамен поможешь мне копать грядки на даче.

— Фи, Марго, — скривилась я, — Это ведь шантаж!

— Тогда лети с отцом на все лето в свою Францию, и валяйся там на солнышке. Чего ко мне пристала? — строго проговорила Марго. Я рассмеялась.

— Французское солнце и ежедневное безделье в обмен на местный колорит, комаров, и выращивание плодовоовощных культур… — пробормотала я, приложив палец к губам и делая вид, что размышляю, — Мдааа, немного странная сделка.

— Еще и полная гармония и никаких стычек с Велизаром, — добавила Марго условие.

— А что, его Высочеству летом никуда не надо? — спохватилась я. Марго отрицательно качнула головой. Я вздохнула. Ну, чего только не пообещаешь, лишь бы не ехать с 'любимым' папочкой, которому до меня нет никакого дела.

— Договорились! — весело прокричала я, — Только ты и ему скажи, что у нас типа перемирия на все лето.

— Агафья, — рассмеялась Марго, — Да ты его ведь первой задираешь. Вот уже год, как он вернулся, и все стычки между вами только по твоей инициативе и возникают.

— Знаешь, Марго, я ведь не виновата, — начала оправдываться я, — Что рожа… эээ, пардон, лицо у твоего сына так и просит кирпича.

Вообще, Марго была права. Ну, не могу я мимо него пройти, чтобы не нахамить, нагрубить, или просто прикольнуться. А он, вместо того, чтобы покорно терпеть мои придирки, возмущается. И как-то совсем незаметно наши споры перерастают в потасовки, с элементами реслинга, бокса, боев без правил и прочих видов единоборств, где требуется махать руками, ногами, и не забывать думать головой. В общем, деремся, как правило, мы, ну, ладно, я, не честно. Но это к делу не относится!

Велик, как я называю его с детства, после службы в армии, вернулся в родной город. Поселился в отдельной квартире в соседнем с Марго доме. И взял за правило воспитывать меня. Вернее, бойцовский дух во мне. А чего его воспитывать? Он у меня о-го-го какой воспитанный! Дух, в смысле. Просто, когда все девочки просили у родителей, чтобы они отвели их в музыкальную школу, или на занятия танцами, я попросила Маргариту отвести меня в спортивную школу. Сначала мы ходили туда втайне от отца, потом и с его согласия. Велик же, вернувшись из армии, решил, что этой стороной моей жизни займется сам. Привез меня к себе в спортзал, который посещал до службы, и поручил меня доброму старикану, Льву Геннадиевичу, для друзей просто дядь Лев или Геннадич. И сам Велик тренировался там же. И как-то волей неволей я задирала его уже на мирной или нейтральной территории, когда мы сталкивались у Марго. И ведь не специально. Просто так получалось.

— Но я честно-честно не буду к нему лезть! — пообещала я, только бы Марго оставила меня у себя на лето. Не хочу я ехать с отцом заграницу. Смотреть на его очередную пассию, которая изо всех сил пытается очаровать меня, только бы отец ее не продинамил. У них у всех прям какой-то пунктик по поводу меня: доброжелательное отношение к дочери предмета обожания. Надоело, ей-богу!

— Уговорила, зайка, — ласково взъерошила мои волосы Марго, вздохнула, — Отрастила бы ты их до выпускного, девушка ведь. Из чего мы прическу на выпускной бал будем делать? Горе ты мое луковое.

— Ой, да кому он нужен, бал этот, — отмахнулась я от слов Марго, — Все равно парня у меня нет, так что идти не с кем.

— А как же Степка из параллельного? — напомнила мне Марго, — Он ведь кажется, за тобой ухаживал.

— До дома проводил один раз? А я потом его от хулиганов спасала, — подсказала я Марго, — Это теперь так называется? Ухаживания, да?

— Агафёнок, — рассмеялась Марго, — Тебе все не угодишь.

— Да нет, я ж не привередливая, — пока Марго отвернулась, стащила из тарелки еще горячую булочку и откусила кусок, — Просто хлюпиков не люблю.

В дверь позвонили, Марго пошла открывать, а я спокойно схомячила еще одну булочку, оставшуюся без присмотра.

Спустя минуту Маргарита вернулась с улыбкой на лице.

— Там к тебе гость, — стараясь скрыть смех, проговорила Марго.

— Гошть? — удивилась я, стараясь не подавиться булкой.

— Ага, в коридоре ждет, — сказала Марго. Поспешно проглотив булочку, вытерла руки о футболку и потопала на разведку. И кого это принесло. Воскресенье, забирать меня в дом Азарова еще рано. Так что, точно не водитель. А кто тогда? Подруг у меня тоже как бы нет. А все друзья только виртуальные.

В коридоре стоял Степан. Мысленно простонала. Ну, и какого, спрашивается, черта мы сюда приперлись? Парень будто прочитал сей вопрос в моих глазах, и, переступая с ноги на ногу, промямлил:

— Здравствуй, Агафья, — говорил он, — Я хотел тебя на выпускной бал пригласить.

— Хотел — приглашай, — громко проговорила я, скрестив руки на груди.

— Ну, тогда приглашаю, — сбивчиво пробормотал парень, с каждым словом его голос звучал все менее уверенно. Усмехнулась. Нет, да он от ветра шатается, ботаник, блин. И куда ему в кавалеры, а?

Уже хотела отказаться, как дверь за спиной Степана открылась. Свершилось явление Велика народу, то есть мне.

— Мдааа, — пробормотала я, а ведь выходной был таким замечательным. Принесла его нелегкая. Посмотрела на Степана. Тоже мне, недоразумение сплошное. Еще и в контрасте с Элистратовым смотрится Степка ну совсем не выгодно. Тут сплошные мышцы, плечи, да и рост такой, что парень с трудом в дверной проем проходит, по привычке наклоняется постоянно. В общем, не Степкин сегодня день. Слова отказа так и вертелись на моем языке.

— Привет, — поздоровался Велизар, и, усмехнувшись, посмотрел на Степана, — Чего надо?

— Да я… мне… я хотел… — Степан впал в замешательство еще больше.

— Это парень мой, — вмешалась я, — Мы на бал идем выпускной вместе. Да, Степан?

Тот, ошалело, кивнул. А я вздохнула. Ну, и какого, спрашивается, лешего я брякнула, не подумав? Теперь ведь придется идти.

— Парень? — спросил Велизар. Парень встал, подперев стену плечом, скрестил руки на груди. Его внимательный взгляд приклеился к фигуре Степки, который словно съежился весь. Паренька мне стало жаль. Элистратов умеет пугать народ своей внешностью и манерами. Удивляюсь, как Степка прям тут в обморок не свалился. Вот бы конфуз вышел.

— Вы чего, типа встречаетесь? — продолжал допрос Велик.

— Не типа, а встречаемся! — громко заявила я, упрямо вздернув подбородок, — Вот сегодня вечером в кино идем!

— В кино? — скептический тон Велика просто не оставил мне выбора. А Степан, молча, пялился на меня, очевидно находясь в шоке.

— Конечно, в семь вечера, на последний ряд! — поставила в известность Велика, и Степана заодно. И приблизившись к ошалевшему пареньку, улыбнулась, — Так ведь, Спепаша?

Степашка кивнул. А я, привстав на носочки, чмокнула парня в щеку. И развернув к двери, подтолкнула на выход.

— Давай, Степ, до вечера! — проговорила я, и, открыв дверь перед ним, вытолкала парня в подъезд, — Жду тебя в шесть!

Парень закивал согласно, а я, закрыв дверь, вздохнула. Нет, Велик этот, ну, совсем некстати.

Повернувшись к Велизару, который все так же стоял и подпирал стену, гневно посмотрела на него.

— И чего было так на него смотреть? — возмутилась я. Велизар пожал плечами, насмешливо хмыкнул.

— Да так, просто, — пробормотал парень, и, оттолкнувшись от стены, пошел к Марго на кухню.

Состроила рожицу его спине, и поплелась следом. Так и хотелось швырнуть в его затылок чем-нибудь, да передумала. Начнется драка, Марго нас может и булочек с чаем лишить, а они так аппетитно пахли, прямо слюнки текли.

— Ма, а ты в курсе, что к нашей мартышке женихи толпами ходят? — спросил Велик на пороге кухни.

— Женихи? — переспросила Марго, и с любопытством глянула на меня. Я, стоя за спиной Велика, активно закивала головой, мол, да-да, сто лет уже как ходят, Марго удивленно округлила глаза, — Конечно, в курсе. Ходят, — утвердительно проговорила Марго.

Велизар обернулся ко мне, посмотрел как-то странно. Хмыкнул, после чего мне захотелось двинуть ему по затылку сковородой. Рука так и потянулась к заветной утвари, но встретившись с предостерегающим взглядом Маргариты, передумала. Обещала ведь.

— И на свидание кто-то сегодня собрался, — пробормотал Велик, — А ты ее отпускаешь, ма?

— Отпускаю, — вздохнула Маргарита, — Если только в десять она будет дома, в своей постельке.

Я согласно закивала. Идти, правда, никуда не хотелось, я гораздо охотнее осталась бы дома, за компом посидела бы. Но придется доказать этому заносчивому пижону, что за мной парни ухаживают. Ну, Степана с очень большой натяжкой можно назвать ухажером, но за неимением лучшего…. В общем, во всей ситуации больше всего мне жаль Степана. Попал парень.

Сразу же после обеда и чаепития, я заперлась в своей комнате, куда было позволено входить только Маргарите. Ну, Велик-то, собственно, и не пытался ни разу. Он засел напротив телевизора и переключал каналы с таким видом, словно ему никуда и не нужно сегодня. Блииин, вот если бы он ушел, я бы могла и отказаться от свидания со Степаном. Придумала бы чего-нибудь. А так, точно не отвертеться.

— Марго, а что, его Высочеству никуда не надо? У него что, по воскресеньям дел совсем никаких нет? — с надеждой поинтересовалась я, когда Маргарита пришла в мою скромную обитель.

— Нет, не надо, — улыбнулась Маргаритка.

— Вот же… — пробормотала я, но встретившись с взглядом тетушки, прикусила язык. Обещала ведь, так что, будем терпеть.

— Поможешь мне? — вдруг спросила я Марго, — Хочу выглядеть суперски.

— Суперски? — переспросила Марго, — Знаешь, не понять мне вашего молодежного жаргона. Это как?

— Эх, старушка ты моя, — рассмеялась я.

— Ой, да ладно, — отмахнулась Марго, — Ты лучше скажи, что надеть решила.

— Не знаю даже, — призадумалась я, — Я же не в театр иду. Думаю, джинсы в самый раз.

— Агаша, ну, какие джинсы! — возмутилась Марго, — Платье, что я тебе в последний раз покупала, где?

— Тут, — показала я на шкаф.

— Вот его и наденем, — безапелляционно заявила тетушка, и взяла все в свои умелые руки. К шести часам я уже была собрана и готова к свиданию. Короткие волосы были красиво уложены, легкий макияж и маникюр тоже присутствовали. Марго заставила меня обуть туфли на небольшом каблуке, чему я противилась до последнего. Не люблю я их. По мне спортивная обувь самая удобная. Но пришлось согласиться, спорить ведь с Марго, когда она увлекается, все равно бессмысленно.

И вот, ровно в шесть часов раздался дверной звонок. О том, что парень Степан попал, он узнал, сразу же, как только Велизар открыл ему дверь. Прытко так. Вроде только сидел в гостиной, а уже у входной двери оказался. Я только шаги и услышала, сидя в своей комнате. Марго, посмотрев на меня через отражение зеркала, подмигнула.

— Ты такая красивая, — улыбнулась Марго, и грустно добавила, — На маму очень похожа.

Мне вдруг тоже стало грустно. Жаль, что ее нет со мной.

— Беги, — уже бодрее проговорила Марго, — И не опаздывай, — строго проговорила тетушка.

— Хорошо, — улыбнулась я и вышла в коридор.

Увидев немую сцену в коридоре, остановилась. Вздохнула. Пожалела, что в платье и что Марго все видит. Бросив грозный взгляд на Велика, насупилась.

— Завтра я тебя буду бить у Геннадича, — прошипела я, проходя мимо Велика. Тот кивнул, но его взгляд был прикован к Степану.

Степка все так же скромно переминался с ноги на ногу под пристальным взглядом Велизара. А этот гад стоял у стены напротив паренька и поигрывал в руке цепочкой, на которой держались ключи. И вроде ничего и не делал, но каким-то образом заставлял Степашку нервничать. Да и не сказал ни слова. Только перевел взгляд с паренька на меня, и нахмурился еще больше.

— Чтобы без опозданий! Ясно? — прогавкал этот тиран наконец. Степка даже подпрыгнул от его крика. Я улыбнулась однокласснику, и, ухватив его за локоть, потащила к двери.

— Знаешь, Степаша, — затараторила я, — Ты не обращай внимания. Его в детстве уронили, еще в роддоме, когда тетя Маргарита спала. А вообще, пойдем-ка, пока не покусал. У него особый вид бешенства, от его укуса ни одна вакцина не поможет.

Я торопливо захлопнула дверь за собой, и ободряюще улыбнулась парню.

— Ну, пойдем, — отозвался парень, — На последние ряды билетов уже не было, я на предпоследние взял, — начал отчитываться парень.

— Пойдем, Степашка, блин, — вздохнула я.

Как выяснилось, проводить время с одноклассником не так уж и плохо. Степан оказался довольно общительным парнем, с чувством юмора, еще и умным к тому же. Да, мускулатуры ему маловато, но ведь не это главное. У меня вон тоже не стальные бицепсы, а могу так перепечатать, что мама не горюй.

После кинотеатра Степка предложил посидеть в кафешке. Я согласилась. Заболтались мы, а когда опомнилась, было уже начало одиннадцатого.

— Степ, мне домой надо, — напомнила я. Парень согласно кивнул, и мы, попросив счет, вышли на улицу. По дороге домой Степка прикалывался, рассказывал смешные истории из жизни, об одноклассниках наших, или о себе. В общем, было весело. Весело перестало быть, когда мы свернули во двор. Уже издалека поняла, что неприятности будут. По десятибалльной шкале, на десяточку потянут, а может и больше. У подъезда на лавке сидел Велизар и курил.

Увидев нас, выбросил недокуренную сигарету в урну, поднялся, и, скрестив руки на груди, уставился на нас. Под его взглядом я случайно оступилась. Ну, не ожидала я увидеть Велика тут. Совсем не ожидала. Степка, среагировав мгновенно, подхватил меня под локоть, и приобнял, помогая сохранить равновесие.

— Время сколько? — рявкнул Велик, сверля Степашку взглядом.

— Чё? — переспросила я.

Тяжелый взгляд карих глаз скользнул по мне, и вновь вернулся к парню.

— Не слышу! — рявкнул Велизар еще более грозно. Не, ну не будь мы знакомы, черт знает сколько времени, я бы невесть что подумала. И испугалась бы точно. Но к счастью, мы, я, то есть, не из пугливого десятка.

— Чего орешь? — возмутилась я, — Ночь на дворе. Всех соседей разбудишь, гавкаешь тут, волкодав, блин.

Степан хотел что-то сказать, но ему никто не позволил.

— Свалил отсюда! — прорычал волкодав по имени Велик, продолжая сверлить Степашку гневным взглядом, особенно его руку, все еще обнимавшую меня за плечи.

— Но… — начал говорить одноклассник, отчего поднялся в моих глазах еще больше. Нет, хот и хлюпик, но смелый. Надо бы его в нашу секцию затянуть. Пусть парня научат кулаками махать.

— Пошел вон! — выплюнул Велик, и, наконец, посмотрел на меня. И что-то я начала немного, ну, самую капельку, пугаться. Взгляд такой дикий. Спорить расхотелось.

— Степ, завтра в школе увидимся, — улыбнулась парню, — Давай, чеши домой.

Степка посмотрел на меня, игнорируя Велизара, и кивнув, ушел. А я, развернувшись, решила пойти домой. Завтра ведь в школу рано вставать, а уже почти одиннадцать. Но у самой двери меня остановил голос Велизара.

— Подожди меня, — и уже не рычал ведь, вот умеет же спокойно разговаривать, чего раньше злого дядю строил?

— А сам дорогу не найдешь? — спросила я, остановившись.

— Я покурить хочу, — ответил Велик. Обернулась, увидела, как он вновь сел на лавку. Достал сигареты, прикурил. Свет от уличного фонаря падал на его лицо, а я стояла в тени. И Велик показался мне каким-то… не знаю даже. Будто плохо знала его все эти годы. Будто есть что-то, что он скрывает. Просто, чувство такое возникло, сама не знаю почему. Пока разглядывала его, Велик поднял глаза на меня. Не знаю, что он там увидел, но бросив сигарету, встал.

— Ты чего? — тихо спросил он, — Ты испугалась да?

Я почему-то молчала.

— Я это… пугать не хотел, — так же тихо пробормотал Велизар, — Просто мама волновалась, и я решил на улице подождать. Мало ли что случилось. У нас тут не спокойно.

Велизар говорил, а я не шевелясь, стояла и смотрела на него.

— Ну, хочешь, я извинюсь? — вдруг предложил он.

— Перед Степаном? — переспросила я удивленно.

— С какой это радости? — возмутился Велик, а я вдруг пришла в себя. Нет, устала, точно устала. Вот и всякие мысли лезут, — Перед тобой. А ему чести много будет, хлюпику твоему.

— Знаешь, Велизар Ильич, — прищурилась я, — Вот просто не хочется ехать с отцом, так бы я тебе все сказала, что думаю.

И развернувшись, потопала по лестнице вверх. Оказавшись в квартире, разулась, заглянула на кухню. Никого. Свет горел, чашка чая на столе. Прошла в гостиную. Тоже пусто. Осторожно приоткрыв дверь в спальню Марго, увидела, что тетушка спит.

— Ну, спит, так спит, — пробормотала я, и пошла к себе в комнату. Прихватив пижаму, пошла в ванную. Приняв душ и смыв косметику, вышла. В квартире было темно, только на кухне горел бра. Подумала, что этот волкодав забыл выключить свет, уходя домой. Но ошиблась. Велик стоял у окна, при тусклом свете его фигура казалась еще больше, словно высеченной из камня.

— Чай будешь? — услышала его тихий голос. Велизар стоял ко мне спиной, так и не обернувшись.

— Наверное, нет, — подала я голос, тряхнула головой, отгоняя странные мысли, — Мы в кафе попили.

— В кафе значит, — услышала тихое бормотание Велика, — Спокойной ночи, — добавил он.

— Спокойной, — сказала я, и пошла в свою комнату. Нет, странный все-таки волкодав Велик.

Глава 2. Агафья

Утром, проснувшись, позавтракав и собравшись, вышла на улицу. Во дворе уже стоял автомобиль, принадлежавший отцу. Добрый Азаров выделил для меня персональный транспорт в комплекте с водителем. Села в машину и поехала в школу. У ворот меня уже ждал Степашка.

— Степ, а давай я тебя в мой спортзал отведу? — предложила я, когда мы поднимались на второй этаж здания школы.

— Думаешь, надо? — пробормотал Степашка. Уверенно кивнула головой.

— Ну, если надо, — согласился друг, вздыхая.

— Надо, надо, — рассмеялась я. Потом вспомнила, что вечером обещала накостылять Велику. А если учесть, что почти всегда проигрывала я, а этот волкодав никогда мне не поддавался и не уступал, то перед другом как-то неудобно позориться…

— Степ, короче, завтра приходи вот по этому адресу, — сказала я, входя в класс. И сев за парту, быстро начиркала адрес спортзала Геннадича.

Занятия прошли быстро. После уроков весь класс собрался для того, чтобы обговорить проведение выпускного бала и последнего звонка. Мне было не очень интересно, но все-таки осталась, потому, как Марго говорила, что ей будет приятно, если я поступлю как мои сверстницы. Наряжусь, накрашусь, и буду танцевать до утра. Перспектива меня не радовала, но Марго огорчать не хотелось.

Усевшись за последнюю парту, краем уха слушала все обсуждения одноклассников. А сама, достав телефон, прочитала последнее входящее смс-сообщение.

'Планы меняются. Сегодня на час раньше' — написал Док. Отправив короткое 'Ок', начала думать, как теперь выкручиваться. Надо срочно лететь домой, брать амуницию, и мчаться в другой конец города. Быстренько двинуть пару раз в челюсть Велику, если допрыгну, а если нет, то хотя бы по печени, и тактично и незаметно удалиться, чтобы никто не догадался, куда я исчезла. Потом на окраину города, туда, где располагался клуб. Пострелять оперативненько, и опять домой.

Вздохнула, и как все успеть? А главное, не спалиться ведь надо.

— Степ, мне бежать пора, ты потом мне расскажи, чего решили, — пробормотала я парню, сидевшему передо мной. Тот кивнул.

Вышла на улицу, повертев головой, увидела припаркованную машину. Подошла, села, и попросила водителя везти меня домой.

В особняке Азарова было тихо. Экономка вышла мне навстречу.

— Добрый день, Аркадий Петрович дома? — спросила я.

— Нет, Агафья, его нет, — сообщила Марта.

— Отлично, — пробормотала я, поднимаясь в свою комнату. Собрала вещи и быстренько спустилась вниз. Решила перекусить на ходу после тренировки.

Оказавшись в спортзале, столкнулась в дверях с Геннадичем. Старичок весело подмигнул мне и отправил в раздевалку. Переодевшись, вышла в зал. Велика не было еще. Начала разминаться. На горизонте показался Лев Геннадиевич.

— А Велизар куда спрятался? — насмешливо спросила я.

— Был уже, но уехал, — поделился новостью Геннадич.

— Чего так? — уже серьезно спросила я.

— Сказал, что в клубе чего-то случилось, вот и помчался туда, — пожал плечами Геннадич.

— Понятно, — пробормотала я, — Лев Геннадич, а мне пораньше можно уйти? По делам нужно.

— Иди, конечно, — улыбнулся старичок, — Чего спрашиваешь-то?

Побежала в раздевалку. Приняв душ, помчалась на улицу. Села в машину и попросила водителя везти меня в сторону клуба. Остановившись в соседнем квартале, вышла. Попросила ждать меня тут.

— Если что, позвоню, — предупредила я. Юрий согласно кивнул.

Поймала попутку и доехала до клуба. Вот тут начиналось самое интересное. Мое тайное хобби, щекотавшее нервы. Потому как главная задача была не попасться. Вернее, чтобы Велик меня не увидел тут. Год назад, когда он только открыл клуб, я совершенно случайно появилась тут. Понравилось. Захотелось научиться стрелять. И вот уже год я тайно тренируюсь, играю в пейнтбол с парнями. В чисто мужской компании, так сказать. У нас уже и команда своя. Парни все, малость двинутые, но прикольные. Главное, вопросов лишних не задают. Не спрашиваю, кто, откуда, и чем занимаюсь. Тут вообще свои правила и своя жизнь. Впервые, когда только пришла в клуб, меня приняли за парня. А я и не стала отрицать. Назвалась Феней. Сначала меня определили в группу для начинающих. Потом я 'подросла', образовалась команда под предводительством Фила — громадного верзилы, которому я едва доходила до плеча. Добродушный парень, вроде как работает в каком-то банке. Еще у нас был Док, он ветеринар, очень болтливый парень лет тридцати. Все про всех вроде как знает. Веселый, в общем. Далее Дан, кто он и чем занимается по жизни — никто не знает. Да и не важно, главное, что стрелял метко, без промахов и быстро бегал. И замыкал нашу команду Эйнштейн. Занудливый, рассудительный, но тоже не плохой. Куча идей, и все вполне логичны. Ну, а самым младшим игроком была я, простой паренек Феня, молчаливый, выполняющий команды старшего и редко промахивающийся.

Обычно мы занимались на специальной площадке для спортивного пейнтбола. Но вот что-то подсказывало мне, что сегодня все измениться.

Надвинув кепку на глаза, ссутулившись, и застегнув капюшонку, потопала в раздевалку. Пока никого не было, переоделась. Маска всегда была у меня под рукой, чтобы в случае чего, прятаться от Велика. Точно знала, что он меня прогонит из своего клуба. Еще и Марго нажалуется. А тетушка однозначно расстроиться, если узнает, что я с мужиками в стрелялки играю.

Когда вся команда кроме Фила была в сборе, мы вышли на площадку.

— Почему время изменили? — спросила я у Дока, зная, что более подробного ответа мне никто из парней не даст.

— Да Фила нет, с нами Лис будет играть, — начал рассказывать Док.

— Что за Лис? — поинтересовалась я.

— Да вроде как главный тут, — пожал плечами Док, а я поспешила надеть маску. Главный? Блииин, не уже ли меня сейчас раскроют? Вот ведь трындец полный.

— А с Филом что? — вздохнула я. В нашу строну уже шел парень, одетый в камуфляжную форму. Пусть на нем хоть тонна камуфляжа будет, Велизара узнала сразу. Капец, медленно, но верно подкрадывался к моему тайному хобби.

— В больничке Фил, вроде как с сотрясом, — поведал Док. К нашей команде подошел Велик.

— Всем привет, — поздоровался он, — Я — Лис. Возьмете меня к себе, пока ваш парень не оклемается?

Мужики согласно закивали.

— Ну, тогда поехали? — Велик надел маску.

— Феня, ты чего? — прокричал Эйнштейн, когда я промахнулась в очередной раз. Сегодня все мои снаряды шли мимо цели. И все из-за этого Велика, блин! Прыгает перед глазами.

Промолчала. Только плечами пожала. Говорить было рискованно, Велик мог появиться и услышать мой голос.

В общем, адреналин бурлил, нервы почти сдавали, я была на пределе. После тренировки, не сказав ни слова, помчалась в раздевалку. Схватила свои вещи и выбежала прямо в форме на улицу. Оказавшись на трассе, ведущей в город, сняла маску. Отдышалась. Осмотревшись, поняла, что переодеваться-то негде. И что делать? Ехать в машине в таком виде? А водителю я что скажу? Достав телефон, позвонила шоферу. Значит, будем договариваться.

Как только отцовская машина показалась на горизонте, спокойно выдохнула. Автомобиль притормозил, я открыла дверцу.

— Юрик, давай договоримся, а? — предложила я, садясь в салон автомобиля. Водитель удивленно глянул на меня в зеркало заднего вида.

— Ты ничего не видел, меня сюда не возил, форму у тебя в багажнике прячем, идет? — предложила я. Парень молчал.

— И отцу ни слова, — попросила я. Юра кивнул.

— Меня тут вообще не было, я машину мыл, — лениво протянул водитель.

— Взамен чего хочешь? — поинтересовалась я.

Юрий глянул на меня в зеркало. Улыбнулся как-то странно.

— Номер телефона, — огорошил меня Юрий.

— Моего? Ты же знаешь, — удивилась я.

Юрий вздохнул.

— Нет, Маргариты, — сухо ответил Юрий.

— Марго? — пуще прежнего удивилась я, — Юрик, ты чего это? Тебе телефон зачем?

— Агафья Аркадьевна, — спокойно ответил Юра, — Я же не спрашиваю, чего ты в девять вечера делала на трассе в камуфляже, маске, и со странными сумками в руках.

— Эх, Юра, Юра, — вздохнула я, — А все так хорошо начиналось…. Лады, вот телефон, только не говори где взял.

— Агафья Аркадьевна, — рассмеялся водитель, — Я же не самоубийца.

С этого дня моя жизнь начала медленно, но необратимо меняться. Марго договорилась с отцом, что тот оставит меня у нее на все лето. На носу были выпускные экзамены, еще и подготовка к балу отнимала много времени. Пришлось чем-то жертвовать. Поэтому мои тренировки и у Геннадича, и в клубе сократились до одного раза в неделю. Может быть, оно и к лучшему. Вероятность столкновения нос к носу с Великом на поле боя максимально снизилась. Так что я мало чем рисковала.

За месяц до экзаменов я окончательно переехала к Марго. И все бы ничего, но вот очень странным мне показалось то, что Велик затеял ремонт в своей холостяцкой берлоге. Поэтому, в один 'прекрасный' день, явился к нам с Марго домой с сумкой наперевес, и поставил нас в известность, что временно дислоцируется тут. Так что теперь мое спокойное существование стало совсем неспокойным.

Велизар полностью оккупировал гостиную, потому как спальню, принадлежавшую ему еще в детстве, занимала я. И все казалось бы вполне нормальным, пока я не столкнулась с Великом рано утром в первый же день после его переезда, когда, опаздывая, собиралась в школу.

Во-первых, не успев толком разлепить глаза, подскочила и помчалась в ванную. По дороге наткнулась на гору мышц. Впечаталась в волкодава, когда он, выходил из кухни с чашкой кофе в руках. Потерла глаза, посмотрела на Велизара.

— Ой! — пробормотала я. Велик же только хмыкнул, посмотрел на свои облитые горячим напитком шорты. Хмуро глянул на остатки кофе в своем стакане. Выбросив руку, схватился за край моей пижамы и, дернув на себя, стер тканью капли со своего живота.

Нет, это нормально, да? И это я его задираю?!! Идиот, блин!

— Придурок! — рявкнула я, и, размахнувшись, хотела нанести удар куда придется. Но честное слово метилась то я в пресс. Ага, не тут-то было. То ли я сонная еще была, то ли Велик сильнее и быстрее, но в следующее мгновение меня скрутили по ногам и рукам. Двигаться никак не получалось. Даже дышать выходило с трудом. Верхняя часть пижамы задралась, услышала то ли кряхтение, то ли рык со стороны Велика. Далее раздался приглушенный смех. И почувствовала, как этот идиот, волкодав со стажем, меня укусил в бок, не прикрытый тканью. Нет, нормально да? Взял и укусил. Нет, ну как укусил, так легонько совсем. Не больно конечно, но необычно. Раньше — то он меня не кусал. В основном только обездвиживал, или отправлял валяться на пол. И то, как правило, страдала моя гордость, и все обходилось без травм. А тут…

— Упырь недоделанный! — прошипела я, пытаясь вырваться. Как ни странно, меня из стального захвата выпустили.

— За двадцать минут соберешься — до школы подброшу, — невозмутимо проговорил упырь-волкодав.

— Куда подбросишь? — не поняла я. Раньше-то он меня никогда не подвозил. Да и не требовалась, потому, как водитель имелся. И потом, школа в соседнем дворе располагалась. Так что даже если пешком, то, так сказать, рукой подать до учебного заведения.

— Вверх, — вздохнул Велик, посмотрела на него. Парень стоял, опираясь о стену локтем. Вторая рука на бедрах. И только тут заметила, что он мягко сказать, немного не одет. В одних шортах. Без футболки. Совершенно странное, необъяснимое смущение накатило на меня. Скорее всего, даже щеки покраснели.

— Какая школа! — возмутилась я, проскальзывая мимо Велика, — Мне в травмпункт надо. Пусть мне прививку от бешенства сделают.

— Дак не поможет ведь, — раздался смех Велика за моей спиной.

Закрывшись в ванной, прислонилась спиной к двери. Сердце учащенно стучало. Стянула пижаму, посмотрела на едва заметный красный след от укуса на своем теле.

— И что это было? — задалась я вопросом, — Точно, бешенный.

Быстро привела себя в порядок. Надев халат после душа, помчалась в свою спальню, одеваться.

— Завтрак на столе, у тебя десять минут, — голос Велизара разнесся по квартире. Возражать смысла не было. Есть хотелось. А вот думать над поведением волкодава не очень.

Оделась, прихватила рюкзак и, бросив его в коридоре прямо на пол, пошла на кухню.

На столе и вправду красовалась тарелка с завтраком и чашка чая с булочкой. Странно, однако, потому как Марго вставала на час раньше меня и уезжала на работу. А за час завтрак бы точно остыл. А тут горячий вроде как…

— Осталось девять! — прокричал Велик из гостиной.

— Да ем я, ем! — прокричала в ответ.

— Жду внизу, — услышала голос волкодава из коридора. Входная дверь захлопнулась. А я быстро позавтракав, вымыла тарелку с чашкой и пошла в коридор обуваться. Рюкзака своего я не обнаружила. На всякий случай пробежала по комнатам, ну, мало ли, барабашка какой завелся? Нет. Пусто.

Закрыв дверь квартиры, сбежала по лестнице. Велик уже подогнал машину к подъезду и сидел за рулем. Увидела на переднем сиденье свой школьный рюкзак.

— Че это с тобой? — спросила я, садясь в салон 'Ауди', принадлежавшей волкодаву.

— А что со мной? — переспросил он, бросая сигарету в открытое окно и трогаясь с места, — Пристегнусь, мартышка.

— Сам такой, — огрызнулась я. Велизар включил музыку. А я, отвернувшись к окну, наблюдала за проснувшимся городом. Увидела Степана, идущего в школу.

— Ой, — торопливо проговорила я, — Давай Степашку прихватим.

— Сам дойдет! — рявкнул Велик, и только прибавил скорость. У школы Велизар притормозил. И повернувшись ко мне, как-то так странно глянул на меня.

— После занятий забрать? — тихо спросил он. Удивленно подняла брови вверх.

— Меня Юрий заберет, — честно проговорила я.

— На фига парня гонять туда-сюда? — спустя секунду проговорил Велик, — Ты ведь все равно потом к Геннадичу.

Кивнула.

— Позвони, как освободишься, — сказал Велик и тут случилось чудо. Он взял и улыбнулся. Не, не сказать, что он всегда хмурится и никогда не улыбается. Просто… Просто как-то странно так улыбнулся. Весело. Поймала себя на том, что хочется улыбнуться ему в ответ. Мысленно приказала себе остановиться. Кому я улыбаюсь? Это ведь Велик! Волкодав, упырь и идиот!

— Перетопчешься! — пробурчала я, и хлопнула дверью.

Не удержалась и, сделав два шага в сторону школы, оглянулась. Стекло с водительской стороны было опущено, и я увидела, что Велизар смотрит мне вслед. И все еще улыбается.

— Привет! — услышала голос Степашки. Отвернулась от 'Ауди' и решила о поведении Велизара подумать позже, ну, или завтра, как получится, в общем.

После занятий, как и обещала, Велику я не позвонила. Сказала 'перетопчется', значит, так тому и быть. Со Степаном договорились встретиться уже у Геннадича, потому как ему нужно было сбегать по каким-то делам. Поэтому, выйдя из здания школы и попрощавшись с другом, пошла в сторону парковки, где обычно останавливался Юрий. Застыла на месте. Рядом с Юриком, прислонившись к капоту, стоял упырь-волкодав Велик. Курил и о чем-то разговаривал с моим водителем.

Прищурилась. Нахмурилась.

— Курить вредно, — пробормотала я, приближаясь к мужчинам. Велик выбросил окурок, выдохнул дым, и серьезно посмотрел на меня.

— Как дела в школе? — вежливо поинтересовался волкодав.

— Нормально, — процедила я сквозь зубы, — Поедем, Юр. Не хочется опаздывать.

— Ко мне садись, — сказал Велизар, отталкиваясь от своей машины.

— Да я уж сама как-нибудь, — оскалилась я.

— Садись, кому говорю! — спокойно проговорил Велик, и добавил, — Сумка твоя для тренировок у меня в машине.

— Ты, чего? Ты в моих вещах копался? — искренне возмутилась я. Юрий предпочел сесть в машину. А я, отчаянно желая восстановления справедливости, рванула дверцу машины Велика на себя. Плюхнулась на пассажирское сиденье.

— Не копался, а все аккуратно сложил, — заметил Велизар. Завел двигатель и невозмутимо вырулил со школьной парковки.

— Не стыдно? — продолжала буйствовать я. Велизар бросил в мою сторону странно-лукавый взгляд, и отрицательно качнул головой.

— Нет, не стыдно, — пробормотал он.

Скрестила руки на груди. Отвернулась от нахального волкодава. Тоже мне, помощник нашелся! Можно подумать, я сама не в состоянии свои вещи собрать.

В пустом желудке неприятно и громко заурчало. Поерзала на сиденье. Попросить Велика притормозить у Макдональдса? Ага, потом еще выслушивать от него о вреде фастфуда… Пока размышляла, машина прижалась к обочине. Велизар заглушил двигатель. Отстегнул ремень безопасности, и, протянув руку, достал что-то с заднего сиденья.

— Держи, мартышка, — весело проговорил он. На моих коленях оказался пакет с чем-то теплым и ароматно-пахнущим. Развернув его, увидела полноценный обед, приготовленный Марго, из ее ресторана. Обалдела. Голод, правда, не позволил долго размышлять или отказываться от еды.

— Не отравишь? — пробормотала я, откусывая ароматный пирожок, и почти не прожевывая, проглотила его. Под внимательным взглядом Велизара, поперхнулась.

— Жуй хорошо, горе ты мое, — пробормотал он, похлопывая меня по спине.

— А ты шмотри туда куда-нибудь, — махнула я рукой в сторону дороги. Потом, подумав, вытянула булочку из пакета и предложила волкодаву. Мало ли, может быть, он голодный. А так, поест и подобреет. Велизар пару секунд размышлял. Вздохнул, но от булки не отказался. Как и от пирожка. Так мы и сидели, запивая обед горячим чаем из термоса, по счастливой случайности оказавшемся в сумке Велизара.

— Спасибо, — поблагодарила я парня, вытирая руки о влажные салфетки.

Велизар хотел сказать что-то, но зазвонивший телефон остановил его. Ответив на вызов, Велик нахмурился.

— Мать… — начал орать он, потом глянул на меня, осекся, вздохнул, — Приеду, придушу всех!

Сбросив вызов, завел двигатель.

— Торопишься? — спросил он, и, не дожидаясь ответа, вырулил машину в противоположную от спортзала сторону, — Сгоняем быстро по делам, а потом в спортзал. Идет?

Пожала плечами. Прикинула, домашнего задания на завтра не было, в основном нас готовили к выпускным экзаменам. Так что денек можно и пофилонить.

— Агаша, — сказал он, заглушив двигатель, и поворачиваясь ко мне. Удивленно подняла брови вверх. Как-то не привычно слышать ласковое обращение из уст волкодава, — Посиди тут, только не выходи, ладно? Я быстро.

Велик, щелкнув меня по носу, вышел из машины. А я, глядя вслед удаляющемуся парню, откинулась на сиденье. Пожала плечами. Странно все, как минимум. И необычно. Совсем некстати вспомнился утренний укус. Закрыла глаза. И сама не поняла, как уснула. Сквозь сон доносился какой-то шум, Велик, вроде бы вернулся, завел двигатель и мы куда-то поехали. Я провалилась в глубокий сон. Очнулась, почувствовав, как кто-то едва ощутимо проводит по моим волосам. Открыла глаза. Карие омуты волкодава смотрели прямо на меня.

— Приехали? — встрепенулась я. Повертела головой. Потерла глаза, думая, что все еще сплю, потому, как часы на приборной панели показывали семь вечера, — Я спала, да? — зачем-то спросила я очевидный факт.

— Мама звонила, на ужин ждет нас, — услышала голос Велика.

— На тренировки мы уже не попадем? — поинтересовалась я.

— А ты хочешь? — ответил вопросом на вопрос Велизар. С минуту думала.

— Наверное, больше нет, чем да, — пробормотала я, зевая и потягиваясь на сиденье.

— Тогда поедем ужинать? — Велизар завел двигатель, — Мама еще просила в магазин заехать, кое-что купить.

— Хорошо, — пробормотала я. Похлопала по своим карманам на джинсах в поисках телефона. Пусто. Странно, точно помню, что я его в правый карман положила, когда из школы выходила.

— Вон лежит, — невозмутимо проговорил Велик, кивая на приборную панель.

— Какого лешего? — пробормотала я. Схватив телефон в руки, увидела, что звук отключен. Куча пропущенных звонков от Степана и смска от него. Уже прочитана.

— Велизар Ильич? — вкрадчиво проговорила я.

— Да, Агафья Аркадьевна? — в тон мне ответил волкодав. Пока гневно сверлила его своим взглядом, волкодав невозмутимо рулил. Руки так и чесались двинуть ему в челюсть.

— До дома подожди, — спокойный взгляд карих глаз остановил меня от кровопролития, — Я ведь за рулем.

— Тебе кранты! — предрекла я. Велик только пожал плечами. Больше я ни слова не сказала, всю дорогу до магазина и потом до дома молчала, полностью погрузившись в переписку с другом. На хмурые взгляды Велизара внимания не обращала. Идет он лесом, блин!

Ужин прошел как обычно. Марго выпытывала подробности о школе. Велик молчал. А я нехотя делилась планами на выпускной бал. После ужина телефон Маргариты зазвонил. Она, вскочив, словно девочка, помчалась отвечать на вызов.

— Мне срочно нужно уехать! — прокричала она из коридора, — Вы тут без меня не ругайтесь!

Мы с Великом переглянулись. Я прищурилась, суля парню грядущую месть. А он только медленно улыбнулся.

— Конечно, мам, — крикнул он в ответ. Марго, спустя пару минут, убежала. А я, медленно встав, убрала тарелки со стола. Значит так, на кухне мстить чревато последствиями. Надо бы волкодава выпинать в гостиную. Ну а там уже мстить. Вымыла посуду. А Велик, будто прочитав мои мысли, испарился из кухни.

Убрав всю посуду, прокралась в гостиную. Теперь бы главное, чтобы волкодав никуда не засобирался. А то, мало ли, дела у человека. Заглянув в комнату, увидела, что этот упырь развалился на диване и переключает каналы на телевизоре. Прокралась в свою комнату, прихватила подушку, и направилась мстить. Подкравшись, практически бесшумно к дивану, на котором лежал Велик, прицелилась. Нет. Бросаться подушкой как-то мелковато, что ли… В общем, сделав еще шажок, со всех сил накрыла подушкой его голову. Ну, и подержала немного. Победа была так близка. Но как обычно, не моя. Руки Велизара, сильные и ловкие, метнулись вверх, ухватили меня за талию, и каким-то чудесным образом я оказалась переброшенной через спинку дивана. Одно движение, и я уже лежу на мягкой поверхности дивана, а Велик прижимает меня сверху. И обидно так, елки-палки. Вроде как месть моя, а попало опять мне.

Попыталась изменить положение. Рванулась. Получилось. Я оказалась свободной от волкодавчика, который уже поднимался с дивана. На его лице блуждала нахальная улыбка, не сулившая мне ничего хорошего.

— Бить будешь? — вкрадчиво поинтересовался я.

— Почему же? Нет, — теперь Велизар улыбался еще шире, выбросив руку вперед, попытался ухватить меня. Вовремя успела отскочить в сторону. Велизар удивленно вскинул брови вверх. После минуты прыжков и уверток мне волшебным образом удалось сделать подсечку. Велик рухнул на пол. Но мой, практически, триумф, не меньше, был недолгим. Ухватив меня за лодыжку, Велизар дернул. И я рухнула рядом, ударившись коленом о пол. Парень перекатился, прижимая меня к полу всем телом.

— Пусти, кретин! — пропыхтела я.

— А, нет, — пробормотал Вели, немного поерзав, скорее всего размещаясь удобнее на мне. Вот только если ему было удобно лежать вот так, то мне, мягко говоря, не очень. Я-то лежала, прижатая животом к полу.

— Велик, ты чего, быстро встань! — скомандовала я. Руки были прижаты вдоль тела, двигать ими не выходило, как и ногами.

Я начала ерзать, пытаясь сбросить тушу волкодавчика с себя. Тщетно.

— Не дергайся, — пробормотал Велик мне на ухо.

— Как только освобожусь, я тебя грохну! — пригрозила я, а Велик только глухо рассмеялся. Пыхтеть и барахтаться я не переставала до тех пор, пока не почувствовала, как Велик удерживая меня одной рукой, второй оттянул ворот футболки.

— Ням! — пробормотал он, и цапнул меня за плечо. Боже ж мой! Господи! Это что такое было, святые угодники?! Стремительная волна непонятного тепла пронзила меня. Я дернулась. Даже вроде как что-то простонала. А может и не я. Велик подпрыгнул, одним движением вскакивая на ноги. А я, оказавшись на свободе, схватилась рукой за плечо, и вытаращилась на парня.

Свои чувства, абсолютно непонятные, необъяснимые и какие-то новые, анализировать не хотелось. Вернее, весь тот хаос, царивший в моей голове, пока не поддавался объяснению.

Попятилась назад, изумленно глядя на парня. Уперлась спиной в стену. Дальше по стеночке начала продвигаться в сторону выхода из гостиной. Укус Велика горел, и будто бы немного пульсировал. Еще и нога разболелась, которой я ударилась при столкновении с полом. Велизар не спускал в меня взгляда, а я, в повисшей тишине, продолжала пятиться в свою спальню.

Оказавшись на своей территории, выдохнула. Закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Сердце ухало в груди, и дышать стало как-то вдруг тяжело. Подошла к зеркалу, оттянув ворот футболки, посмотрела на плечо.

— Вампирюга, — пробормотала я, разглядывая едва заметные следы от зубов.

Спустя пару минут услышала стук в дверь.

— Нет меня! — крикнула я, включая музыку. Видеть сейчас Велика или говорить с ним почему-то не хотелось. Будто я стеснялась. Хотя, с чего бы? Всю жизнь его знаю.

— Агаша, подушку возьми свою, — услышала приглушенный голос упыря. Вздохнула. Ну, моя ведь вещь, надо забирать.

— Открыто! — прокричала я. Дверь тихо отворилась, на пороге появился Велик с подушкой под мышкой и шоколадкой в руке.

— Взятка? — невозмутимо поинтересовалась я.

— Противоядие, — хмуро проговорил Велик, и положив подушку на кровать, а шоколадку на край стола, вышел из комнаты, оставив дверь открытой.

Поразмыслив пару минут, посмотрев еще разок на укус, уже не такой отчетливый, глянула на шоколадку. Огромная, блин. Сама съем — точно лопну. Взяв 'противоядие' в руку, выключила свет в комнате и пошла на кухню.

Проходя мимо гостиной, увидела, что Велик сидит на диване и что-то печатает в компьютере.

— Пойдем чай пить, упырь, — сказала я, и, не дожидаясь ответа, пошла на кухню, ставить чайник.

Позади раздался грохот, шелест, приглушенные ругательства, и спустя пару секунд на кухне появился Велизар Ильич с торчащими в разные стороны волосами, без футболки, и со странным блеском в глазах.

— Давай мириться, что ли? — предложила я, наливая чай в две кружки.

— А мы и не ругались, — заявил волкодав, садясь напротив меня. Хмыкнула, развернула шоколадку и положила ее на середину стола. Остаток вечера прошел мирно, что несколько странно для меня. Велик, в основном помалкивал, замечаний никаких не отпусках, и, как ни странно, больше не кусался.

Маргарита так и не появилась, только позвонила и предупредила, что задержится допоздна. А я, посмотрев телевизор, сидя в кресле на относительно безопасном расстоянии от волкодава, пожелала упырю спокойной ночи и пошла к себе.

Когда уже оказалась в своей постели, в голове всплыли все события сегодняшнего дня. Если честно признаться, то их многовато на сегодня для моей детской неуравновешенной пока психики. Рукой провела по плечу. Место укуса уже не болело, но вот ощущения остались. Приятные ощущения, несмотря на боль. Отвернувшись к стене, провалилась в глубокий сон.

Глава 3. Агафья

Ночью меня разбудил приглушенный вскрик и бормотание. Сев в постели, с минуту думала, что бы это могло быть. Встала с кровати, пошла на кухню. Может соседи? Мало ли, кричат так, что через стены слышно. Но на пороге гостиной остановилась. В полумраке комнаты четко слышался голос Велизара.

— Уходи вправо! Мать твою… — хрипло говорил он, потом на пару секунд в комнате повисла тишина. Пожала плечами, мало ли, что ему там снится?

Развернулась, собралась вернуться в кровать, как хриплый шепот повторился вновь, произнося какие-то слова. Смысл я не разобрала. Только из любопытства прокралась на цыпочках ближе к дивану. Велизар лежал на спине, глаза закрыты.

— Уходите, мать вашу! — разборчиво пробормотал он, нахмурился, его брови сошлись на переносице, будто он чем-то был недоволен, — Уходите, я прикрою!

Велизар говорил во сне, а я стояла и слушала, просто не находя в себе сил уйти в свою спальню. Его голос был таким глубоким, родным, но в нем чувствовалось сейчас столько горечи, что становилось страшно. Страшно за Велика.

— Кто? Кто нас сдал? — пробормотал Велизар, — Засада, *цензура*! Назад нельзя, нас положат прям тут…

Внутри все похолодело. Не думаю, что после тренировок в клубе или игровых пейнтбольных боев можно вот так бредить ночами, с такой мукой и болью в голосе. Очнулась, когда увидела свою руку на щеке Велизара. Он не проснулся, только перевернувшись на бок, прижал мою ладонь к своему лицу. И затих. Говорить перестал, шевелиться или метаться на подушке тоже. Чувствовала, как кожу ладони опаляет дыхание волкодава. Присела на корточки рядом с диваном. Мою руку Велик выпускать не собирался, судя по всему. А мне почему-то вырывать ее не хотелось. Было уютно и тепло, несмотря на холодный пол под моими босыми ступнями.

Попыталась пошевелить рукой, Велик что-то пробормотал, и только крепче прижал мою ладошку к себе. Вздохнула. Ну, и что делать?

Услышала звук проворачивающегося ключа в замке входной двери. Встрепенулась. Магро? А чего это она так поздно? Ах, да. Предупреждала ведь. Посмотрела на Велика. А если и он проснется? Как объяснить, что моя рука делает на его физиономии?

— Привет, — услышала тихий шепот Маргариты. Тетушка прокралась и замерла около меня.

— Спит? — спросила она. Я посмотрела на Марго. Она как-то странно улыбалась, переводя взгляд с моего удивленного лица на лицо Велизара. Я осторожно кивнула.

— Пойдем чаю попьем? — тихо шепнула Марго. Я согласно закивала, и попыталась в который раз вытащить свою руку из-под щеки Велизара. Тот вновь заворчал, и крепче прижал к себе мою ладошку. Уже не к лицу, а куда-то под мышку спрятал. Посмотрела на Марго. Она едва сдерживала смех.

— Поговори с ним, — подсказала подруга, — Он ответит. Только тихо, а то проснется и всем надает по шее. А потом будет разбираться, кто виноват, а кто нет.

— Велик? — тихо позвала я. Парень нахмурился, но не проснулся.

Посмотрела на Марго, она ободряюще кивнула, мол, все хорошо, так и продолжай. Вздохнула.

— Давай ты, а? — тихо попросила я. Марго покачала головой.

— Твоя же рука там, а не моя, — посмеиваясь, прошептала Маргаритка, и подсказала, — Ты только ласковее, а то мало ли…

Вот это 'мало ли' меня и напугало. Кто его поймет, упыря этого? Может, проснется, и вообще загрызет. Тогда вечерний укус мне раем покажется.

Марго осторожно ступая, вышла из комнаты, оставив меня со спящим волкодавом наедине.

Глубоко вздохнув, осторожно коснулась свободной рукой волос Велизара.

— Велизар, — как можно более ласково прошептала я, наклоняясь ближе к лицу парня, — Пустишь меня, пожалуйста?

— Неа, — выдохнул парень, — Убежишь еще.

— Нет, не убегу, — шепнула я, — Я в ванную. Быстро.

Несколько секунд Велизар молчал.

— Две минуты, — выдал он, и прежде чем выпустить мою руку из своей, поцеловал ладошку. Удивленно отступила от парня. Во все глаза уставилась на свою ладонь, которая горела огнем от прикосновения. Приехали! Это что такое было? Закралась мысль, противная и вредная: а может быть, он меня перепутал с какой-нибудь девушкой? Ну, мал ли их у него? Парень ведь красивый, и фигура обалденная! Так! Стоп! Чего это я вдруг о его фигуре говорю? Фигура, как фигура.

Велик точно грядки перепутал. Нет, с чего бы ему меня целовать? Ну, покусать может. Дак он ведь упырь и волкодав. Это для него нормально. А поцелуи… поцелуи уже как-то странно…

В общем, крадясь на цыпочках из комнаты, до последнего думала, что Велик ошибся, приняв меня за свою девушку. Вот только на пороге услышала его выдох и хриплый шепот:

— Через две минуты пойду, притащу, накажу и в школу не пущу!

Оказавшись в коридоре, пулей помчалась на кухню. Марго сидела за столом и лукаво смотрела на меня.

— Что? — буркнула я. Посмотрела на свою ладонь, центр которой, казалось, кололи тысячи иголок.

— Ничего, — покачала головой Марго, — Просто вспомнилось тут кое-что…

— Он кричал во сне, — вздохнула я, ведь надо как-то объяснить Марго мое пребывание рядом с Великом.

— Бывает, — Марго нахмурилась.

— Это воспоминания об армии? — спросила я. Марго кивнула.

— Он никогда не рассказывает о своей службе, — начала говорить Маргарита, — Вообще ни слова. Зато во сне может много чего рассказать.

Марго вдруг улыбнулась.

— Знаешь, я вспомнила, как кое-кто собирался замуж за Велика, потому что он красивый, — смеясь, проговорила Маргарита. Я скорчила рожицу в ответ.

— Это сто лет назад было, — отмахнулась я. Вдруг в коридоре раздался звук шагов. Испуганно посмотрела на Марго.

— Ты что ему сказала? — посмеиваясь, спросила Маргарита.

— Сказала, что на пару минут в туалет схожу, — торопливо ответила я.

— Твое время истекло, — предрекла Марго строгим голосом.

На кухню вошел Велизар. Волосы торчали в разные стороны. Из одежды только боксерки, которые подчеркивали… в общем, подчеркивали все, и ничего не скрывали.

Остановившись на пороге кухни, Велизар хмуро и с каким-то замешательством во взгляде посмотрел на меня, глянул на Маргариту. Подошел к холодильнику. Налил стакан сока. Выпил.

— Марш по койкам! — скомандовал он.

Нас с Маргаритой как ветром сдуло. Оказавшись в своей постели, начала прислушиваться к звукам, доносившимся из гостиной. Сама не заметила, как уснула. Снился мне мохнатый волкодав, который ласково облизывал мои руки, слегка покусывал их и игриво терся носом о ладони.

Велизар

Проснулся с ощущением, что что-то важное ускользает от меня. Словно теряю что-то, и это 'что-то' непременно, просто жизненно необходимо вернуть. Открыл глаза. Точно помню, что опять снилась последняя операция, оказавшаяся провальной. В тот день погибла вся наша команда, кроме двоих: Дана и меня. Нас с другом после госпиталя, представили к награде и отправили в запас. А мы и не сопротивлялись. Воевать устали. Да и потом, когда жизнь висит на волоске, все видится иначе. Вот и со мной так же. В тот день, полтора года назад, моя жизнь изменилась. Валяясь на больничной койке, бредил. В основном мне являлись картинки из прошлого, из детства. И главными персонажами были две мои девочки. Мама и Агафья. Вся моя семья.

Встал с дивана. Две минуты… Что за минуты? Какие, к черту, две минуты? Вздохнул. Услышал на кухне приглушенные голоса. Ну, и что за новости?

Потопал на разведку. Девчонки сидели за столом. При чем одна из них, та что постарше и приходящаяся мне мамой, улыбалась, глядя на меня. А та, что помладше — смотрела так, будто я готов вот-вот ее загрызть. Нахмурился. Выпил сока, пытаясь привести мысли в порядок. Обернулся к девочкам.

— Марш по койкам! — скомандовал я. Девчата мои быстренько разбежались. Мартышка моя даже не возникала, послушно испарилась. Подошел к окну. Открыв его, выкурил сигарету. Нет, точно приснилось что-то. Так и двинуться крышей не долго.

Закрыл окно, предварительно проветрив кухню, пошел к себе. Прилег на диван. Сна не было. Поворочавшись, встал. Решил немного поиграть в шпионов-разведчиков. Понимаю, что не пацан уже, но так и хотелось подурачиться. Прокрался в спальню к Агафенку. Она спала, раскинувшись на постели, как звездочка. Хрупкая, ранимая, но со стальным стержнем. Такая, которую трудно согнуть. Казалось, она идет наперекор всем, порой, даже самой себе. Помимо прочего, именно эта черта ее характера восхищала меня. Маленькая, а почти ничего не боится. Боится только остаться без мамы, моей мамы. Ведь свою она уже давно потеряла.

Присел на пол около кровати Агафьи. Чуть повернувшись, оперся спиной о стену. Получилось так, что сидел совсем близко. Вспомнилось свое поведение вечером. Хотелось рассмеяться. Ведь укусил ее. Сам не ожидал. Как-то все само собой получилось. Даже обдумать действия не успел. И ее этот взгляд. Удивленный, буквально, ошарашенный. И испуганный. Но точно знал, не меня она испугалась тогда. Нет, меня она не боится. Была бы ее воля, меня бы она прибила, если бы сил хватило.

А может, взять ее в клуб с собой как-нибудь? Ну, пусть, девочка душу отведет. Попадет в меня разок, пар выпустит. Точно, надо бы свозить ее на днях. И потом, гордость моя, как-никак клуб этот. И Агафья тоже. А хотя нет, не повезу. Мужиков там много, приглянется еще кто. Мне потом что делать? Там ведь мужики, а не хлюпики какие. Мне Степана этого с головой хватает выше крыши. С виду парень вроде не плохой, дохловат правда. Но это все поправимо. Вот только не та девочка ему приглянулась. Не его эта девочка.

Посмотрел на Агафенка. Она, поворочавшись в кровати, легла удобнее. Одна рука оказалась на самом краю постели. Не удержался, протянув руку, провел пальцем по ее ладошке. Стало тепло, уютно и спокойно. И еще хотелось прижаться к ладошке лицом, втянуть воздух глубоко-глубоко. Чтобы в легких остался только ее запах. Идиот я, да? Идиот…

Сам не понял, как придвинулся ближе, как носа коснулся нежный аромат, присущий только мартышке. И я уже поймал себя на том, что сижу с закрытыми глазами и словно цепной пес дышу запахом ее ладони. Точно цепной. Ни шагу в сторону. Черт, надо завязывать со всем этим.

— Она ведь выросла уже, — услышал тихий голос матери. Открыл глаза. Мама стояла на пороге комнаты, и смотрела на меня.

Осторожно встал, в последний раз посмотрел на Агафью, мирно спящую в кровати.

— Пустое все, ма, — пробормотал я, и пошел к себе.

Утром проснулся, когда мама уже выходила на работу.

— Давай отвезу? — предложил я.

— Спасибо, сынок, меня Юра отвезет, — улыбнулась мама. Кивнул.

— Привет передавай, — сказал я, и пошел на кухню пить кофе. Ну, и завтрак готовить. Чтобы Агафья не дулась. Уже давно заметил, что утром девочка имеет крайне раздражительное настроение, если не поест.

Приготовил завтрак. Принял душ. Оделся. Теперь можно и Агафью будить. Включил музыку на всю громкость. И как только малышка выскочила из своей спальни, выключил.

— Идиота кусок, — услышал ворчание Агафьи. Тихо рассмеялся.

— Завтрак на столе, я внизу жду! — гаркнул я. А сам, не дожидаясь ее ответа, схватил ее рюкзак с учебниками, который она всегда готовила с вечера и оставляла в коридоре, вышел из квартиры.

Спустя полчаса, Агафья вышла из подъезда. Хмурая, сердитая. Ну, будет ругаться…. В предвкушении так и хотелось потереть ладони. Как же мне нравится, как она ворчит и ругается!! Прямо словами не описать!

— У меня есть шофер! — пропыхтела малышка. Ну, началось!

— Юра маму повез на работу, — ровным голосом ответил я. Агаша замолчала. Кивнула. Отвернулась к окну. До школы мы добирались в тишине. Музыку включать не хотелось.

— На тренировку идешь сегодня? — невзначай поинтересовался я. Вчера ведь прогуляли. Изначально, меня отвлекли срочные дела. А потом, Агаша просто уснула в моей машине. И так сладко спала, что будить ее не хотелось. Были совершенно иные желания, которые приходится отгонять. Постоянно.

— Нет, у нас сегодня репетиция вальса, — пробормотала Агния. Вальса? Типа, танец? Это еще как понимать? И с кем это мы танцуем? Не уже ли со Степаном?

— И как успехи? — издалека поинтересовался я. Вот только ноги Степану захотелось вырвать, и засунуть их ему… глубоко, в общем.

— Пока никак, — пробормотала Агафья, — У меня две левые ноги, и полное отсутствие чувства такта, слуха и чего там еще требуется, не знаю даже.

Постарался не рассмеяться.

— Могу помочь, — предложил я.

— В чем? — не поняла девочка.

Вздохнул. Отвлекся от дороги. Посмотрел на Агафенка.

— С вальсом, — ответил я серьезно, — Попрактиковаться.

— Ты чего? Серьезно? — удивилась малышка. Кивнул. Нет, шучу.

— А ты умеешь вальс танцевать? — удивилась Агафенок еще больше.

— Нет, блин, просто так предлагаю, — рассмеялся я. Агафья прищурилась. Посмотрела на меня своими зелеными глазами.

— Хорошо, но будешь кусаться — отпинаю, — пригрозила Агафья. Ой, боюсь, боюсь.

Мы договорились этим же вечером устроить первую репетицию. Так что, отвезя Агафью в школу, поехал по своим делам. Нужно все уладить до вечера, чтобы никто не мешал, не отвлекал, и не лез со звонками. Каким-то чудом мне это удалось. В клубе все было спокойно. В новом офисе, где мы с другом открывали новое охранное агентство, тоже вроде бы все было гладко. Никаких неприятностей ничего не предвещало. Поэтому вечером я, предварительно заскочив в магазин, накупил всяких вкусностей, и помчался забирать мартышку из школы. Остановился на обычном месте. Вышел, прислонился к машине и закурил. Спустя минуть пятнадцать показалась Агафья. Радом с ней шло это ее недоразумение, Степаша, блин.

— Так что, на следующей неделе жду, — услышал голос парня. Агафья кивнула, улыбнулась и помахала рукой пацану на прощание.

— Поедем, — уже перестав улыбаться, сказала Агаша, посмотрев на меня, — Есть хочу жутко.

Послушно сел в машину. Завел двигатель и повез нас домой. Мама уже приготовила ужин, на который был приглашен Юрий. Так что, время пролетело незаметно. И уютно. Даже мартышка моя расслабилась и начала задирать меня, как раньше. Потом, будто спохватившись, посмотрела на маму. Та только махнула рукой. Мол, все в порядке. Вспомнил об их договоренности, что иначе мама отправит Агафью с отцом. Ой, можно подумать, ее кто-нибудь туда, в эту Францию, отпустит. Да сама Маргарита первая под поезд кинется, то есть на взлетную полосу, только бы Агафья не улетала. Просто малышка не понимает до конца, сколько значит для нас с мамой.

После ужина перебрались в гостиную.

— Ну, пойдем, студент, — рассмеялся я, включая музыку. Мама удивленно посмотрела на меня. Заиграли звуки вальса. А я подошел к девочке и протянул руку, приглашая. Она вся сжалась, будто испугалась.

— Так и быть, есть тебя не буду, я уже сыт, — постарался пошутить я. Мама приглушенно рассмеялась, вот только мне было точно не до смеха. Агафья встала и подошла ближе. А меня словно по голове кто двинул, или по корпусу. Она такой хрупкой показалась мне, такой девочкой, маленькой, беззащитной. Что волей-неволей почувствовал себя моральным уродом. Ребенок ведь, а я тут со своими приставаниями. Один укус чего стоит.

Осторожно поместил ладошку Агаши в свою руку, второй обнял ее, и постарался отстраниться от всего. Но пока выходило не очень. Близость девушки сносила крышу. Основательно. Вальсировать вмиг расхотелось. Хотелось обнять девочку, зарыться руками в короткие волосы, прижать ее к себе, стиснуть до хруста, так, чтобы никто не смог разделить нас. И целовать. Хотелось целовать ее, так, чтобы она все поняла, чтобы запомнила, чтобы больше никого не видела кроме меня, чтобы дышала мною.

— После плотного и изумительного ужина надо бы прогуляться, — через туман в мое сознание проник голос Юры. Очень кстати, надо сказать. Потому что музыка уже закончилась, а я смотрел на Агафью сверху вниз, и понимал, что 'висну'. Клинит меня на ней, сильно клинит.

Глава 4. Агафья

Он красивый. Смотрела, запрокинув голову, на Велизара. И в голове осталась только одна мысль: 'Он красивый'. И все. И пустота. А он ведь и вправду очень красивый. Очень-очень.

Вспомнилось платье, белое и пышное, висевшее в витрине магазина, мимо которого я часто проходила, когда мама еще была жива. Вспомнила, что тогда его мы так и не купили.

В карих глазах, смотревших на меня сверху вниз, таилось что-то. Что-то, от чего замерло дыхание. Как тогда, когда волкодав цапнул меня за плечо. На теле, там, где касались его руки, появилось приятное тепло, стремительно перераставшее в жар.

Неожиданно все. И пугающе. Моргнула, отводя взгляд от лица Велизара. Посмотрела на Марго и Юру. Они, не замечая нас, о чем-то увлеченно беседовали, стоя у порога гостиной.

Почувствовала, как рука Велизара скользнула вверх, вдоль лопаток, замерла на шее. Пальцы едва заметно сжались, не сильно, не больно, но ощутимо. Или это я так остро реагировала на его движения? Не знаю…

Ощутила легкие поглаживания неприкрытой одеждой кожи шеи. Забыла, как дышать. Просто потому, что Велизар смотрел на меня. взгляд серьезный. А вот на губах легкая улыбка. Отчего я впала в замешательство. И как это все понимать?

Отпустила свои руки, которыми я вцепилась в плечо и ладонь Велизара. Отступила на шаг назад. Велизар не возражал. Глубоко вздохнув, на мгновение зажмурилась.

— Мне спать пора, — выдохнула я, — Утром вставать рано.

И не глядя на парня, торопливо вышла из гостиной. Марго и Юрий стояли на пороге квартиры, собираясь на прогулку.

— Вы с нами? — услышала голос Маргариты.

— Нет, я спать! — пробормотала я, и спешно спряталась в своей комнате. В квартире стало тихо. Наверное, и Велик тоже ушел по своим делам или прогуляться. Кто его поймет?

Включила тихую музыку и легла в кровать. В голове сотни вопросов, и все они, так или иначе, касались Велизара. Он ведь и вправду красивый, и умный, и смелый… Вздохнула. Как-то если раньше мои чувства были родственными, то сейчас… И как я не заметила этого момента? А если бы и заметила, то что тогда? А ничего…

Перевернулась набок. За окном совсем стемнело, так что, вроде как можно и поспать.

Услышала приглушенный стук в дверь. Даже не стук, а будто кто-то поскребся.

— Агафенок, ты спишь? — приглушенный голос Велизара раздался за дверью.

— Сплю, — ответила я, укутываясь в одеяло.

Велик открыл дверь, постояв на пороге пару секунд, вошел в мою комнату.

— Мне уехать надо, мамы еще нет, — тихо проговорил он, — Если что, звони мне, я приеду. Или если вдруг страшно станет одной. Идет?

Я промолчала. Ну, одна, так одна.

Увидела, как Велик положил плитку шоколада на край стола. И глянув на меня, собрался выйти из комнаты.

— Противоядие? Ты же вроде не кусался сегодня, — пробормотала я. Бросив на меня странный взгляд, Велизар улыбнулся.

— Это на завтра, — проговорил волкодавчик и вышел, закрыв за собой дверь.

То есть как 'на завтра'? Это что? Это меня завтра грызть будут?

Но почему-то вместо возмущения, появилось какое-то волнение. А что? Хочет, пусть кусает… Только ведь и я могу покусать.

Утром все повторилось уже в который раз. Громкая музыка разбудила меня. Готовый горячий завтрак. И личный водитель и волкодав, ожидающий меня у подъезда. Возмущаться не стала. Смысл? Все равно он делает по-своему. Кормит меня, и рюкзак носит с учебниками. Так что возмущаться было элементарно лень.

— На тренировки сегодня идешь? — отвлек меня от мыслей голос Велизара. Посмотрела на парня. Гладко выбрит, рубашка с коротким рукавом подчеркивала плечи и торс, джинсы сидели как влитые. И почему я раньше не замечала его? Вернее замечала, но больше как друга или старшего брата. А тут слюнями всю 'Ауди' закапала.

— Надо бы, а то совсем навык потеряю, — пробормотала я.

— Не переживай, я за тебя возьмусь, — шутливо пригрозил Велик, и бросил на меня лукавый взгляд. А я вместо обычных колкостей, улыбнулась.

'Да берись, мне не жалко' — так и хотелось проговорить, но вовремя остановила себя. Думаю, Велик будет долго смеяться надо мной, выкажи я ему свою симпатию. А что-что, но высмеянной быть не хотелось.

— Мне уехать нужно, думаю, к утру вернусь, — серьезно проговорил Велик, — Юрий маму повезет на дачу. Так что тебя сегодня мой друг отвезет на тренировки и встретит тоже.

— Зачем? Я и на такси могу, — предложила я. Велик хмуро посмотрел на меня, останавливая машину на парковке у школы.

— Не спорь, Агаша, — строго проговорил он, и, улыбнувшись, добавил, — Беги, мелкая. Опоздаешь в школу.

И щелкнул меня по носу. Нет, ну ладно бы погладил по шее, как вчера. А тут по носу. Обидно даже.

Выскочила из машины. И потопала грызть гранит науки. Степан все уроки проболтал. Предложил в кино сходить. Вздохнула. Нет, мужская психология для меня нечто непостижимое.

— Степ, скажи мне, — пробормотала я, — А я могу тебе как девушка понравиться? Не как друг?

— Можешь, — серьезно кивнул Степка. Поворочала мыслишками. Призадумалась. Ну, Степан у нас, как бы, не то чтобы показатель, но мужчина ведь.

— Степ, мы же с тобой друзья, да? — проговорила я. Степан серьезно кивнул. Пока я выдумывала следующий вопрос, как бы более тактично поинтересоваться у парня, могу ли я заинтересовать, ну, чисто гипотетически, такого мужчину, как Велизар, друг, придвинувшись ко мне, пробормотал:

— Давай после уроков пообщаемся? Поговорить нужно.

Я согласно кивнула.

После уроков мы решили прогуляться по школьному двору и посидеть на лавочке в теньке. О том, что меня должен забрать друг Велика, я даже и не вспомнила.

Как только мы присели, Степка покраснев немного, начал говорить:

— Понимаешь, подруга, тут такое дело… — начал он, замялся, потом продолжил, — Ты мне раньше нравилась. Как девушка. Я все ходил, вздыхал, а потом как-то раз я домой шел и увидел другую девушку.

— Круто! — перебила я парня, — И что дальше. Давай, друг, колись!

— Да колоться то не о чем, — вдохнул он, — Я с ней пока не познакомился. Ну, знаю, как звать и все. Я и в секцию записался, чтобы сильнее стать. В общем, ты прости, Агафья, что я тебе сразу не рассказал, просто…

— Ой, Степ, — перебила я парня, улыбаясь, — Все в порядке. Правда. Я за тебя так рада, ты давай, с девушкой-то знакомься.

— Ладно, — рассмеялся Степан, — А ты что хотела рассказать?

— Да ничего, — махнула я рукой, — Потом как-нибудь. Ты знаешь, ты ее на свой день рождения пригласи. Там и познакомитесь ближе.

— А что, — пробормотал Степа, — Можно и так.

Мы с другом болтали, сидя на лавке, пока не зазвонил мой телефон. Номер неизвестный, странно.

— Алло, — проговорила я.

— Добрый день, это Даниель, — представился мужской голос, показавшийся мне знакомым, — Я друг Велизара.

— Привет, — поздоровалась я.

— Он просил забрать тебя у школы, — продолжал говорить Даниель, — Я уже подъехал. Жду на парковке. Черный 'Мерседес'.

— Хорошо, через минуту буду, — ответила я, вставая с лавочки, — Спасибо.

И сбросила вызов.

— Ладно, Степ, — попрощалась я с другом, мне пора. Еще и спортивную форму нужно из дома прихватить.

Степка пошел домой, а я на парковку. Черный автомобиль стоял с краю, в нескольких метрах от меня. Открыв заднюю дверь, села в салон. Парень обернулся ко мне. Увидев его лицо, я пожалела, что вообще пошла в школу, не говоря уже о моем приходе на парковку.

— Привет, — пропищала я. Парень перестал улыбаться. С минуту смотрел на меня, думая о чем-то.

— Ну, привет, Феня, — пробормотал Дан, — Или ты не Феня?

Даниель, оказавшийся Даном, парнем из моей команды, смотрел на меня в упор, и даже не торопился заводить двигатель автомобиля.

— Агафья, — пробормотала я, глядя на парня. И взгляд у него такой странный, сканирующий.

— Судя по всему, брата — близнеца у тебя нет, — проговорил Дан задумчиво. Отвернувшись от меня, Даниель, наконец, завел двигатель и медленно тронул машину с места.

— Весело, — серьезно проговорил Дан. Вздохнула. Ну, Велизар меня грохнет, а не грохнет — точно загрызет.

— Обхохочешься, — пробурчала я.

— Смею предположить, что Лис не в курсе твоих тайн, — когда мы уже сворачивали во двор дома, проговорил Даниель. Я промолчала. Нет, я всегда знала, что Дан со странностями. И вот подтверждение.

— Сдашь меня? — спросила я, когда автомобиль притормозил у подъезда.

— А ты как считаешь? — парень глянул на меня через зеркало заднего вида. Продолжала внимательно смотреть на Даниеля, ожидая решения своей судьбы.

— Ты знаешь, — вдруг улыбнувшись, проговорил парень, — Нет, не сдам.

Я повеселела, расслабилась.

— Взамен, ты завтра вечером наденешь свое самое красивое и самое откровенное платье, и пойдешь со мной на свидание, — выставил свое условие Даниель. Челюсть моя стремительно отвисла, а слов попросту не было.

— Не парься, ты мне еще спасибо скажешь, — подмигнул парень, и добавил, — Агафенок.

Нахмурилась еще больше. Нет, ну каков наглец?

— Либо так, либо Велизар узнает твою маленькую тайну, — перестав улыбаться, продолжил шантажировать меня друг волкодава.

— На тренировку не пойду сегодня, — отрезала я, выходя из машины. Общаться с этим придурком совсем не хотелось. Уж лучше дома посижу, чем в его присутствии проведу полчаса.

— Завтра в пять вечера, — прокричал парень, опуская стекло, — Я заеду за тобой.

Весь вечер не могла найти себе места. Идти? Или нет? А может, все рассказать Велику? Ага, и получить от него нагоняй за все. Нет, так не пойдет. И потом, может быть, стоит поверить Дану? Сказал, не сдаст, значит, не сдаст. Ну а на свидание можно и сходить разок. Не убудет ведь с меня. Если вдруг будет приставать, так я ему покажу приемы Геннадича, и в травмпункт отвезу.

Утром с Велизаром не встретилась. Проснулась в квартире одна. На занятия пришлось идти голодной и раздраженной. Собралась и вышла на улицу. У подъезда стоял черный 'Мерседес' Дана. Сам водитель сидел в салоне, опустив стекла. Увидев меня, завел двигатель. Я села в машину.

— Ну, как, решила? — невзначай поинтересовался парень.

— Решила, — отрезала я, и отвернулась к окну. Свидания захотел? Дак получишь!

— Ты не бойся, — вдруг серьезно сказал парень, — Все хорошо будет.

Посмотрела на Даниеля. Взгляд спокойный, серьезный, ну, не похож он на маньяка какого. Кивнула.

— А тебе зачем? Не уже ли не с кем вечер провести? — полюбопытствовала я.

— Отчего же, — вздохнул он, — Просто помочь хочу.

Подняла брови вверх.

— Мне? — удивилась я.

Даниель как-то странно глянул на меня.

— Иди на уроки, мелкая, — кивнул он в сторону школы, и когда я уже вышла, и заглянула в салон, чтобы попрощаться, парень добавил, — И тебе тоже.

Не дожидаясь моего ответа, Даниель резко рванул с места. А я пожала плечами. Странный он, все-таки.

После занятий Дан встретил меня и привез домой. Велик так и не объявился. Дома его тоже не было. Уже начала беспокоиться. Ну, мало ли, случилось чего.

Дан позвонил в четыре, сказал, что через час заедет.

— Не забудь одеться шикарно, мелкая! — приказал он, и сбросил вызов.

— Говнюк, — пробормотала я. Отыскав в шкафу одно из платьев, купленных Марго, надела его. Волосы уложила. Ресницы накрасила. Ну и туфли обула, а то, как без них?

В половине пятого услышала, как дверь открывается. Нет, у него что, и ключи от нашего дома есть? Вот ведь нахал!

Вышла в коридор с намерением поругаться. Но, увидев вошедшего парня, передумала. Велизар стоял на пороге с сумкой в руках. Уставший взгляд, легкая щетина на подбородке. Но он был таким милым, прям так и хотелось обнять его. Так! Какой 'обнять'? Это ведь волкодав! А я обниматься полезу.

— Привет, — выдохнула я.

Велизар молчал. Бросив сумку на пол, разулся.

— Куда собралась, на ночь глядя? — почти прорычал парень вместо приветствия. Опешила. Это типа 'добрый вечер'? Да и не темно ведь еще. Лето на дворе, темнеет поздно.

— Никуда, — пробормотала я.

Велизар окинул меня взглядом, всю сразу, начиная от волос, заканчивая туфлями.

— И с каких это пор ты в вечернем платье по дому шлындаешь? — продолжал хамить волкодав. Прищурилась. Нет, вместо приветствия, или комплемента по поводу моего внешнего вида, этот упырь еще и оскорбляет меня!

Уже готова была выплюнуть пару ругательств в адрес парня, и чихать я хотела на запрет Марго, как в дверь позвонили.

Велизар, нахмурившись, что-то пробормотал и распахнул дверь.

— О, привет! — услышала веселый голос Дана. А дальше я не совсем поняла, что происходит, но послушно выполняла инструкции Дана.

В его руке был громадный, просто гигантский букет цветов. Не обращая внимания на разъяренное лицо, не только лицо, но и тело, Велизара, Даниель подошел ко мне, вручил букет, и, чмокнув в щеку, улыбнулся.

— Цветы в воду поставь, малыш, — весело проговорил он. Я на ватных ногах послушно направилась на кухню, почему-то избегая смотреть на Велизара.

Когда наливала воду в вазу, до меня донеслись приглушенные голоса.

— С каких пор она стала 'малышом'? — услышала громкий шепот Велика. Дан что-то тихо ответил. Услышала звук закрывающейся входной двери. В квартире все стихло. Поставив цветы в вазу, прихватила сумочку с телефоном, и вышла из квартиры. На лестничной площадке курили парни. Дан, увидев меня, начал улыбаться во все тридцать два зуба, а Велизар напротив, нахмурился еще сильнее. Прошел мимо, не обращая внимания на мое удивленное лицо, хлопнул дверью, оставив нас с Даном одних.

— Пойдем, — позвал Дан, и уже громче почти прокричал, — Малыш!

Я покрутила пальцем у виска. А Даниель только весело рассмеялся, подражая злодейскому мультяшному смеху.

— Знаешь, — сказала я, когда мы сели в его машину, — Раньше я думала что ты странный и молчаливый.

— А сейчас? — серьезно спросил парень, выруливая со двора.

— А сейчас, я думаю, ты не просто странный, — честно ответила я, — Ты двинутый на всю голову.

— Есть немного, — самодовольно заявил Даниель.

Вечер с Даном прошел быстро, интересно, и вполне приятно. И что замечательно, он не делал никаких попыток заигрывать, или намекал на что-то 'эдакое'. С ним было легко и весло.

Домой Дан привез меня около одиннадцати. Припарковав машину под окнами гостиной, Дан выключил зажигание.

— Спасибо большое за вечер, — поблагодарила я.

— Если надо, обращайся, — весело ответил Даниель. Кивнула, взялась за ручку дверцы.

— Подожди пару минут, — вдруг попросил Дан. Удивленно подняла брови.

— Что такое? — спросила я.

— Просто посиди две минуты, — тихо проговорил Дан, и глянул на меня, — Потом поблагодаришь.

С сомнением посмотрела на парня.

— Все, иди, — сказал он, посмотрев на часы. Собралась выйти.

— А, нет, подожди еще, — будто что-то забыв, торопливо сказал Даниель. Наклонившись, протянул руку к бардачку. Вынул флакон мужского парфюма, и брызнул рядом со мной.

— Ты чего? Совсем псих? — воскликнула я, отмахиваясь рукой от запаха.

— И за это тоже потом 'спасибо' скажешь, — рассмеялся Дан, убирая флакон на место.

— Идиот, блин, — пробормотала я, — От меня теперь твоим одеколоном за километр несет.

Дан только громче засмеялся и вышел из машины. Открыл дверь для меня, придержал. Достал с заднего сиденья плюшевого медведя, и проводил до подъезда.

— Завтра в кино или в ресторан пойдем? — невозмутимо поинтересовался Даниель, открывая для меня подъездную дверь.

— Ты серьезно? — удивилась я.

Дан кивнул. Глянул на меня сверху вниз, улыбнулся.

— Ага, совершенно, — парень подтолкнул меня вперед, — Только, Агафья, купи днем платье, чтобы прям 'ух'. Поняла? Минимум ткани.

— Ты псих? — на всякий случай поинтересовалась я. Даниель согласно кивнул.

— Завтра, в пять заеду, — крикнул парень на прощание. Создалось впечатление, что он кричал не мне, а в пустоту лестничной площадки. Покрутила пальцем у виска. А потом, плюнула. Нет, он ведь и сам говорит, что психованный. Зачем лишний раз ему об этом напоминать? Мало ли, обострения какие начнутся. А мне такое счастье надо?

Поднявшись на этаж, открыла дверь квартиры Марго своим ключом. В коридоре было темно. Сбросила туфли, плюшевого медведя оставила на полке, и пошла на кухню. От приторного мужского одеколона в горле неприятно запершило, решила выпить стакан воды, потом сходить в душ, и спать. Войдя на кухню, включила свет. Увидела Велизара, стоявшего неподвижно у раскрытого окна спиной ко мне. Судя по пепельнице на подоконнике, он курил. Горка окурков подсказала мне, что курил уже долго.

— Привет, — поздоровалась я. Парень даже не пошевелился, только вытянул из пачки новую сигарету и повертел ту в руке, — Чего в темноте сидишь?

Сделала шаг ближе. Его напряженная спина меня немного пугала, не так, чтобы было страшно, нет. Просто переживала немного. Может быть, у него проблемы какие. Вот и нервничает. Ведь и из города уезжал на сутки по каким-то делам.

— Велизар? — вновь проговорила я, — Случилось что-то? С Марго?

От появившейся догадки внутри все похолодело. Нет, она ведь с Юрой на даче. Что там у них могло стрястись?

— Велик! — быстро подошла к парню, и дернула его за футболку, — Ты чего молчишь? С Маргариткой что-то, да?

Не знаю, что он услышал в моем голосе, но повернулся ко мне и посмотрел так, что я упала бы, если бы не держалась за его одежду. Какая-то дикая, необузданная ярость в его глазах заставила меня затаить дыхание.

— Нет, — четко проговорил он, и вновь повернулся к окну.

— Что 'нет'? — прокричала я, взбешенная его поведением и тем, что он не говорит, что именно произошло, — Ты не можешь более подробно сказать?

Словно во сне увидела, как моя рука потянулась к его подбородку. Пальцы вцепились в его лицо, и повернули так, чтобы он смотрел на меня. Его глаза казалось, потемнели. Велизар с силой сжал мою руку. Подумала, что он хочет оттолкнуть мою ладонь от своего лица. Но нет. Его пальцы вцепились в мои мертвой хваткой, сжали почти до боли. Казалось, еще мгновение и кости треснут. Велизар наклонился ко мне, не переставая прижимать мою ладонь к своему подбородку. Я растерялась. Что он собрался сделать? Опять укусить? Или что?

— Иди спать! — почти прорычал Велизар в нескольких сантиметрах от моего лица. Выпрямился, и, не посмотрев больше на меня, вышел из кухни. Стало обидно. Ну, почему он так, а? за что? Я ведь не виновата ни в чем.

Ноги казались ватными, села на стул. Вздохнула. Спустя минутку, встала, выпила стакан воды.

— И вымойся, а то прёт от тебя не понять чем! — услышала крик Велизара. На глазах появились слезы. Упырь, блин.

Приняв душ, надела пижаму, и пошла в спальню. В квартире было тихо. А я даже и не хотела проверять, спит Велик или нет.

Ночью мне снилась мама, Марго, и лохматый волкодав с карими глазами. Мама улыбалась, Марго что-то готовила, а пес ласково облизывал мои руки, а потом, ткнувшись носом в мою шею, уснул.

Утром в квартире было тихо. Никакой громкой музыки. Только горячий завтрак стоял на кухонном столе. Пожала плечами, позавтракала, оделась, и вышла на улицу. У подъезда меня ждал Юрий.

— Привет, как дела? — поздоровался водитель.

— Привет, — ответила я, — хорошо. Как там Марго?

— Хорошо все, — улыбнулся мужчина, — Завтра выходной. Будем шашлычить на даче. Тебя забрать, или с Велизаром приедете сами?

Призадумалась. Ну, если упырь все еще не в духе, могу и сама приехать. Просто Юрия отрывать от Марго не хочется. И потом. У водителя моего уже довольно долго не было отпуска. А тут и большой босс смотался из страны, и я вроде как в услугах автотранспорта не нуждаюсь.

— Знаешь, Юр, — вздохнула я, — Ты езжай. А мы потом подъедем. Завтра днем.

Юрий улыбнулся, кивнул.

Вспомнила, что вечером еще с Даном нужно встретиться. И решила назло Велизару измениться. А что? Пусть хотя бы внимание на меня обратит. А то смотрит на меня как на пустое место. Надоело уже.

— Юр, ты меня в двенадцать забери из школы, — попросила я. Водитель согласно кивнул. А я, выйдя из машины, направилась в школу.

Как и договорились, Юрий забрал меня после занятий. Попросила отвезти меня в торговый центр. Решила ни в чем себе не отказывать. Накупила шмоток, обуви и даже одну сумочку приобрела.

Потом отправилась в салон красоты. После того, как мои волосы, лицо и ногти преобразились до неузнаваемости, поехала домой. Юрий всю дорогу погладывал на меня как-то странно.

— Все в порядке у тебя, Агафья? — поинтересовался водитель. Пожала плечами.

— Юр, — решила полюбопытствовать я, — А тебе сколько лет?

— Сорок восемь, — ответил Юрий.

— А если бы тебе было до тридцати, ты бы обратил на меня внимание? — немного покраснев, спросила я.

Юрий как-то странно улыбнулся.

— Знаешь, — вдруг выдал он, — А ты у Велизара спроси, ему как раз почти тридцать.

— Отличная идея, — оскалилась я. Мы уже подъехали к дому. Вышла из машины, схватила все покупки, и, повернувшись к Юрию, проговорила, — Сама донесу. До завтра. Марго привет!

Юрий только кивнул, а я скрылась в подъезде. На часах уже четыре, скоро приедет Даниель. Надо бы и одеться еще успеть.

Войдя в квартиру, сразу же скрылась в своей спальне. Даже если Велик дома, пусть дуется себе в свое удовольствие. А у меня свидание, между прочим!

Выбрала, как и просил Дан, самое откровенное платье. Грудь открыта, хотя, что так открывать-то? Маловата она у меня. Зато вроде как талия узкая и бедра на месте. Ну, не супер модель, но жить можно.

На ноги обула туфли с открытым носом и высоким каблуком. Главное, не упасть с этих ходулей. Плечи решила оставить открытыми. На улице вроде как тепло, в новую сумочку сложила телефон, кошелек, и всякую прочую ерунду. На губы нанесла блеск, купленный часом ранее. Вроде все, готова к выходу. Услышала дверной звонок. Тяжелые шаги из гостиной в коридор. Значит, Велик наш дома? Так это же просто отлично.

— Привет! — услышала веселый голос Дана.

— Ну, здравствуй, — проговорил Велизар и, помолчав, добавил, — Друг.

— А что рожа такая кислая? Не здоров или болит чего? — продолжал веселиться Дан. Потом какая-то возня. И приглушенный голос Дана, — Ты чего, бл..! Это для малышки.

Мне стало интересно. Глянула в последний раз на свое отражение в зеркале, и вышла в коридор. Парни замерли. Дан начал улыбаться, и подмигнул мне. Велик нахмурился. Он стоял в одних шортах, без футболки. Волосы влажные, словно недавно из душа. Щетины нет. Поняла, что не могу отвернуться. Во все глаза таращюсь на его грудь и даже как-то моргнуть не выходит.

— Держи, малыш! — услышала голос Даниеля, он, сделав шаг, протянул мне букет цветов, такой же шикарный, как и вчерашний. Кивнула на автопилоте.

— Я в воду поставлю, — вдруг вызвался Велик.

— Давай, давай, а мы пошли развлекаться, — весело проговорил Дан. И схватив меня за руку, потянул к двери. Выходя, наткнулась на взгляд Велизара. Какой-то горячий, что ли. Даже мурашки пробежали по спине.

— Молодец, — пробормотал Дан, когда мы выходили из подъезда, — Совсем немного осталось.

— До чего? — пробормотала я, поднимая голову, посмотрела на окна нашей квартиры.

— Да так, — туманно ответил Дан.

Вдруг окно гостиной открылось, и на асфальт полетели цветы.

— Какого лешего?! — возмутилась я. Но Дан только открыв дверь автомобиля, посмеиваясь, усадил меня в салон.

— Все по плану, — пробормотал он.

— Слушай, Дан, — не выдержала я, — Я устала уже. Или ты мне расскажешь, что у тебя на уме, или я…

— Не кипятись, — резко оборвал меня Дан. Возмущаться перехотелось. Взгляд Велизара так и стоял перед глазами. Устало откинулась на сиденье. Первые полчаса Дан молчал, потом начал меня развлекать. Ну а к концу нашего 'свидания' я уже смеялась над его шутками. В итоге, домой Дан привез меня около двенадцати часов ночи. Вся процедура прощания повторилась. Двухминутное сидение в машине под окнами. Мужской парфюм. Дан проводил меня до подъезда. Вот только дверь открывать не торопился. Как-то хитро глянул на меня, и, схватив меня за щеки, наклонился. Его губы прижались к моим. С силой оттолкнула его от себя. В первую секунду не вышло, парень, будто клещами, вцепился в меня. Потом выпустил. Ладонью вытерла свои губы. И размахнувшись, двинула ему в челюсть кулаком.

— Ты чего, придурок долбанный! — заверещала я. Дан только хитро рассмеялся, держась ладонью за лицо.

— Я тебе ноги переломаю, кретин! — возмущалась я, а Дан, послав мне воздушный поцелуй, откланялся.

Отвернулась от идиота и пошла домой. Нет, это надо же! Первый поцелуй и так все обгадил! Так и хотелось вернуться и двинуть ему в челюсть еще раз.

Но просто было лень спускаться вниз в новых туфлях. Ноги безумно ныли, хотелось разуться, принять душ и уснуть.

Только собралась открыть замок своим ключом, как дверь стремительно распахнулась. На пороге стоял Велизар. В руках телефон, он слушал собеседника, не проронив ни слова. А в глазах… в глазах опять жгучий блеск, ярость и какая-то злость, что ли.

— Я тебе ноги вырву, — отчеканил Велизар, и добавил, будто выплюнул слово, — Друг!

Швырнул телефон в стену. Тот рассыпался на части. Я стояла, не шевелясь. Велизар, выбросив руку вперед, схватил меня за локоть и дернул. Я, словно тряпичная кукла, влетела в квартиру. Пошатнулась и начала заваливаться. Ну, не привыкла я передвигаться на ходулях!

— И как тебе? — прорычал Велизар, удерживая меня, не давая упасть. Подтянул вверх. Услышала, как он захлопнул дверь, скорее всего ногой, потому как руками он удерживал меня над полом.

— Что как? — пропищала я. Парень прижал меня к двери спиной, удерживая, не давая вырваться, или убежать. А я почему-то и не собиралась. Его взгляд будто предупреждал, что даже и не стоит убегать. Не позволит.

— Тебе понравилось? — низким, почти чужим голосом, проговорил Велизар. Он наклонился так, что я могла с легкостью рассмотреть его ресницы, крохотный шрам на лбу, глаза, которые смотрели на меня в упор.

— Понравилось с ним? — выплюнул он. Ответить ничего не могла. Просто язык не поворачивался. И чувства, будто ниоткуда появившиеся во мне, пугали. Если Дану я двинула в челюсть, то вот Велику… Велизара я хотела обнять. Успокоить. Провести рукой по его волосам. Щеке. Попросить, чтобы не кричал и не ругался. Но так и стояла, прижатая к двери, и не шевелилась.

Велизар, выдохнул что-то, скорее всего не совсем цензурное. Я не разобрала. И наклонившись еще ближе, прижался своими губами к моему рту. Я опешила. Просто не знала что делать. А Велизар, будто не замечая меня, целовал. Грубо. Жестко. Сминая мои губы. Будто наказывал за что-то. За что? Я ведь не делала ничего? Я ведь просто поужинала в ресторане и домой пришла. Ну да, двинула его другу разок по роже. Но он ведь сам напросился. Ощущения от терзавших губ, легкой щетины, и рук, с силой сжимавших меня, были просто непереносимыми. Хотелось вырваться, убежать, спрятаться… Но в то же время не желала уходить. Что-то теплое и воздушное поднималось во мне. Как тогда, после укуса. И я, подняв свои руки, провела ими по плечам и затылку Велизара.

Волкодав мой замер. Будто каменным стал. Даже не дышал, казалось. Судорожно втянул воздух в легкие. Отстранился. Ровно на столько, чтобы заглянуть в мои глаза.

С минуту смотрел на меня. Ярость, сжигавшая его взгляд еще секунду назад, испарилась.

— Ты только не плачь, — зачем-то хрипло проговорил он. Попросил. И мне вдруг захотелось расплакаться. Своих чувств я не понимала, все смешалось, обида, злость, ярость, превращаясь в гремучую смесь. Но из всех чувств, бурливших во мне, ощутила потребность, чтобы Велизарка меня поцеловал еще раз.

— Не собиралась даже, — выдохнула я. Парень улыбнулся. Провел кончиками пальцев по моим щекам, а потом, будто прочитав мысли, наклонился ближе. В этот раз нежно-нежно. Едва ощутимо касаясь моих губ. Ласково. Осторожно. И теперь я точно знала, не перепутал он меня ни с кем. Хотел поцеловать именно меня, а не представлял кого-то на моем месте. И от этого стало легко, тепло и приятно.

Сама потянулась к нему. Сама обняла, зарылась пальцами в его волосы. Услышала стон Велизара. И он прижал меня еще сильнее, практически впечатал в дверь. Его руки прижимали, гладили, ласкали, немного жестко, а губы, наоборот, целовали нежно и бережно. Сводящий с ума контраст.

Воздуха стало не хватать. Попыталась отстраниться от парня. Не убежать, а просто сделать вдох.

— Не пущу, — пробормотал Велизар, и только крепче прижался ко мне. Потом будто нехотя, отстранился, посмотрел в мои глаза.

— Дыши, — тихо велел он. Послушно сделала первый вдох. Велизарка улыбнулся. А я улыбнулась в ответ. Его взгляд замер на моих губах. Поняла, он меня опять хочет поцеловать. Призадумалась, а моя психика выдержит такое потрясение?

Велизар глубоко втянул воздух, прижимаясь носом к моему виску. По телу пробежали мурашки от его дыхания.

— Девочка моя, — услышала его шепот, он уткнулся носом в мою шею, напоминая волкодава из моих снов. Втянул воздух, потерся носом. Почувствовала, как он легонько прикусил кожу. Вздрогнула. Руки дернулись и пальцы сами собой ухватились за его плечи. Волна какого-то глубокого чувства начала подниматься по всему телу.

Его губы начали прокрадываться к уху, отчего все внутри меня свернулось в тугой узел, будто кто-то сжал пружину внутри меня.

Запрокинула голову, чтобы ему было удобнее делать то, что он там делает. Даже и не понимала уже. Касания его губ настолько оторвали меня от реальности, что вели он мне прыгнуть в окно, я бы не задумываясь, сделала шаг.

Судорожно втянула воздух в легкие. Глаза открываться не хотели. Руки отцепляться от плеч Велизара тоже. Он прижался лбом к моим волосам.

— Быстро в душ и пижаму надень, — услышала хриплый шепот. Даже и не поняла, что он сказал. Как спать? То есть мне теперь еще и уснуть надо? А как?

Не возражая, послушно пошла ванную. Чувствовала его взгляд на себе, но боялась обернуться.

Уже закрывая дверь ванной, услышала громкий голос Велизара.

— Платье мне потом отдай, выброшу к чертям!

Возмущаться просто не было сил. Стянув несчастную тряпку с себя, открыла дверь, и в образовавшуюся щель, швырнула платье. Не знаю, подобрал ли его Велик, и выбросил ли. Только выйдя из ванной, увидела, что моей одежды на полу уже не было.

Что-то странное кругом твориться, — подумалось мне, когда легла в свою постель, — Озоновые дыры и магнитные бури, не иначе.

Начала прокручивать события последнего часа в голове. Уснула на моменте моего возвращения домой.

Глава 5. Велизар

Агафья пошла в ванную, а я, провожая ее взглядом, с трудом сдержался, чтобы не двинуться следом. Уже потянулся за ней, и шаг сделал, но вовремя опомнился. Взгляд остановился на ногах, умопомрачительных, сводящих с ума, и бедрах, округлых, затянутых в тонкую ткань платья. Слишком уж открытого платья, больше похожего на купальник.

— Платье мне потом отдай, выброшу к чертям! — прокричал я, начиная злиться опять. Нет, и она в ЭТОМ на улице была? На людях? И мужики на нее пялились и облизывались!

Дверь ванной открылась, и на пол коридора полетело платьице. В голове разом потемнело, когда представил, как она там стоит раздетая посреди ванной. Глаза блестят, а губы чуть припухли от моих, между прочим, поцелуев. Поднял платье, сжал в руке. Выбросить? Или оставить? Нет, лучше новое ей куплю, а то это запахом чужого мужика пропиталось. Посмотрел на телефон, вернее его куски, валявшееся на полу. Извлек SIM-карту, и, собрав все детали, выбросил в мусор вместе с платьем.

Девочка моя мылась, если судить по звуку льющейся воды. Надо бы из квартиры смыться на полчасика, проветриться, и мозг охладить. А то себя точно не сдержу, когда увижу ее в пижаме, ее покрасневшую после душа кожу…

Быстро одевшись, прихватил ключи от машины и вышел из квартиры. Купил новый мобильник, и, не откладывая, решил поговорить с другом.

Набрав номер, позвонил. Дан после второго гудка ответил на вызов.

— Через пятнадцать минут на Михайловском, — коротко бросил я.

— Чего, так срочно надо? — насмешливо проговорил Даниель. Сбросил вызов.

Спустя десять минут уже стоял на Михайловском проспекте. Вышел из машины, и присев на капот, начал ждать. В голове мысли путались. Елки! Я ведь ее поцеловал. Мою девочку! А она ответила. Не ударила, не убежала, а сама обняла меня в ответ. Теперь все. Теперь назад дороги нет. Только вперед. Агафенка моего я не отпущу, не зря ведь столько ждал.

Рядом с визгом притормозил 'Мерс' Даниеля. Друг вышел из машины, на лице улыбка довольная. Отбросил недокуренную сигарету.

— Привет, Лис, — весело проговорил Дан. Вместо приветствия размахнулся и двинул другу в челюсть. Так, по-дружески. Просто ревность душила, и требовала мщения.

— Да что за привычка у вас семейная, *цензура*? — сплевывая кровь, проговорил друг, — Как что, сразу по роже. Никакой оригинальности.

Удивленно поднял брови вверх. И достав сигарету, опять опустился на капот своей машины. Прикурил. Дан прислонился рядом. Протянул ему пачку сигарет и зажигалку.

— А не хрен мою девушку целовать, друг, мать твою, — пробормотал я.

Дан засмеялся.

— Девушка твоя сама кого хочешь загрызет, — пояснил он причину своего смеха. А я только улыбнулся, вспоминая о своей девочке. Да, она может.

— Удар у нее такой, что реально призадумался, идти к дантисту, или обойдется, — пробормотал Дан.

— Нафига вообще полез к ней? — начал заводиться я.

— Не, Лис, — искренне удивился Дан, — Ты бы поблагодарил для разнообразия. Я же для тебя это делал. Чтобы тебе, идиоту, ясно стало. Выросла твоя малышка. И если не я, то другой появится, пока ты будешь ждать.

— Да пошел ты, — нахмурился я.

Друг с минуту сидел, глядя в ночное небо.

— Нет, счастливчик ты все-таки, — как-то задумчиво проговорил Даниель, — Девочка хорошая.

— Сам знаю, — пробормотал я.

— Если знаешь, чего ждешь? — спросил друг, — А если и вправду кто другой нарисуется? Вон, одноклассник какой, или из спортзала мачо какой? Будешь бегать и волосы рвать на голове? Хватит уже тянуть.

— Да ей семнадцать только! — вздохнул я, — Девочка совсем.

— Девочка, — подтвердил Дан, — Но она уже взрослая. И мозг имеется.

Даниель замолчал. А я улыбнулся. Да, она такая.

— И фигурка отпад, — бросив окурок на землю, добавил Дан.

Кулаки опять зачесались. Дан очевидно, прочитав мои мысли, отскочил на шаг.

— Успокойся, — поднял друг руки вверх, — Я просто так сказал.

— Я твой веник тоже просто так тебе кое-куда засуну, — пригрозил я, — Если еще один принесешь.

— Да ладно, — отмахнулся Дан от моей угрозы, — Чего звал? Просто так, или случилось что-то?

Посмотрел на друга, ну, Дан не дурак, лезть к моей девочке не будет. Так что, конфликт, вроде как, улажен.

— Завтра на дачу едем, — сказал я, — Ты как?

— Шашлыки будут? — улыбнулся друг. Кивнул.

— Не вопрос, я только 'за', - согласился Дан.

— Тогда до завтра, — попрощался я. Дан пошел к своей машине.

— Даниель, — прокричал я, — Будешь там себя плохо вести, ноги все-таки вырву.

— Боюсь, боюсь! — крикнул друг.

— Ага, — проворчал я в ответ и сел в салон.

Можно и домой. Воспоминания после поцелуя, конечно, не стерлись. Но хотя бы возбуждение немного спало. Можно не опасаться, что увидев малышку, наброшусь на нее.

Вернувшись домой, понял, что устал зверски. Спать хотелось жутко. В квартире было темно. Судя по всему, Агафенок спала в своей комнате. Мимо ее спальни пройти было выше моих сил. Осторожно прокрался в комнату, стараясь не разбудить девочку. В полумраке спальни она казалась такой хрупкой, маленькой, совсем девочкой. Присел около кровати на пол. Уже по привычке, ухватившись за ее ладошку, сделал глубокий вдох. Все вдруг стало неважным. Мелким каким-то. Главное, что она рядом. Спит, и ни о чем не подозревает.

Потерся носом о ее ладонь. Агафья даже не пошевелилась во сне. Вспомнил, что прошлой ночью, прилег рядом, а она так и не проснулась. А что, если и сейчас прилечь? На минутку? Полежу немного. И к себе пойду.

Осторожно прилег поверх одеяла. Положил свою руку на подушку, над головой Агафенка. Второй нежно провел по спине девочки. Она поворочалась во сне и придвинулась ближе. Замер, стараясь даже не дышать, чтобы не разбудить ее. Агафья поерзала еще немного и затихла. Выдохнул. Девочка, повернувшись на бок, прижалась спиной ко мне. Сквозь ткань одеяла и одежды чувствовал каждый изгиб ее тела. Закрыв глаза, осторожно коснулся носом ее шеи. Опять ее укусил вечером. Еще немного и привыкну. А ей, судя по всему, понравилось. Вспомнил наш поцелуй, ее реакцию, несмелые прикосновения… И как мне теперь уснуть?

Потерся носом о ее шею, прикоснулся губами. Все, пора идти. Пора уходить, пока не поздно. И поспать бы надо. Думал, из-за нахлынувшего на меня возбуждения, уснуть не удастся. Ошибался…

Проснулся, когда за окном было уже светло. Посмотрел на девочку. Она спала, уткнувшись носом в мое плечо. Улыбнулся. Несмотря на узкую кровать, спать с Агафенком очень удобно и хорошо. Да я и на голой земле мог бы с ней спать. Только бы она была рядом.

Бросив взгляд на часы, понял: пора вставать. Еще кучу дел нужно сделать, прежде чем ехать отдыхать. Осторожно встал с кровати. Агафья не пошевелилась, только что-то пробормотала. Легонько погладил ее по волосам. И вышел из спальни.

Принял душ, приготовил завтрак и пошел будить девочку. И не как обычно, а так, как хотелось уже Бог знает сколько времени.

Присев около кровати на корточки, посмотрел на Агафью. Она спала, лежа на боку, подложив одну ладонь под щеку. Немного наклонившись вперед, поцеловал щеку, скользнул губами к виску. Агафья даже не пошевелилась. Улыбнулся. Вот ведь соня!

Скользнул губами вдоль скулы, переместился на шею. Чуть прикусил кожу, уже полностью отдавая себе отчет в том, что кусать девочку стало моей привычкой. Агафья чуть повела плечом, будто желая отодвинуться от меня. Беззвучно рассмеялся. Да куда уж там?! Вот я прям так и ушел отсюда.

Агафья

Легкие поглаживания осторожно вытянули меня из царства Морфея. Вернее, я вроде бы еще спала, но кто-то настойчиво меня будил. Осторожно, и как-то ласково покусывал, напоминая моего песика — волкодава из снов. Попыталась перевернуться и вновь уснуть. Но чьи-то руки удерживали меня на постели, не позволяя шевелиться. Нахмурилась. Услышала приглушенный смех, до боли знакомый. И почувствовала, как зубы волкодава прикусили кожу. И не больно, но так, что я едва не слетела с кровати. Удивленно распахнула свои очи, сонные, и никак не желающие просыпаться.

— Привет, солнышко, — увидела непомерно широченную улыбку и смеющиеся глаза. Даже непривычно видеть такую счастливую физиономию Велика.

Посмотрела в окно. Солнце и вправду светило.

— Тебя настолько глючит, что уже с солнцем разговариваешь? — пробормотала я, — Боюсь предположить, что будет дальше.

Велик как-то удивленно посмотрел на меня. Потом тихо рассмеялся, лишний раз подтверждая мое убеждение в его красоте.

— Все понял, — вздохнул он, — Срочно нужен завтрак!

— Нее, я готовить не буду, — пробормотала я, переворачиваясь на другой бок, и накрываясь одеялом с головой.

— Агаш, вставай! — позвал Велик.

— Не хочу, — пробормотала я, — Ты это… иди, а я посплю и мешать тебе не буду.

Почувствовала руки парня на своей талии, меня, как-то слишком легко, подхватили, посадили на постель и принялись отбирать одеяло.

— Фу! — пробормотала я, — Будь хорошим песиком! — попросила я, стараясь отвоевать одеяло.

В следующую секунду на меня, словно волной, нахлынули воспоминания о вчерашнем дне, вернее вечере, поцелуе, и о моих размышлениях на тему 'Велизар Элистратов'.

Окончательно проснувшись, удивленно уставилась на парня, сидевшего на полу передо мной, и с умопомрачительной улыбкой на губах, смотревшего на меня.

— Ты это… — начала я, взгляд все никак не мог оторваться от его губ, изогнутых в улыбке, — Ты в общем…

— Да? — подбодрил меня Велик.

— Как-то странно, — пробормотала я. Дальше размышлять мне волкодав не позволил. Придвинулся ближе, и, ухватив меня рукой за затылок, прижался губами к моему рту. Так, ага, а что думать-то теперь? Да, собственно, мысли-то они разбежались…. Не собрать теперь, как бы ни хотелось. А думать действительно не хотелось. Хотелось просто наслаждаться прикосновениями, то нежными, то страстными. Сама не поняла, как оказалась практически сидящей на Велизарке. В ушах оглушительно стучал пульс, разгоняя и без того хаотичные мысли. А воздуха, как и в прошлый раз, стало не хватать. Велизар отстранился, удерживая меня рукой за затылок, мягко надавливая, не позволяя ускользнуть.

— Ты очень красивая, особенно утром, — услышала немного хриплый голос Велика. Не смогла сдержать нервный смех. Теперь он точно решит, что у меня кукушка сдвинулась.

Почувствовала, как волкодав провел пальцем по моим губам. Посмотрела в его глаза. Взгляд заворожил настолько, что не разобрала, что он мне говорит. Моргнула. Велизар вновь коротко поцеловал меня.

— Нужно позавтракать и собираться, — пробормотал Велизарка.

— Куда? — на всякий случай поинтересовалась я. Шевелиться не хотелось, даже для того, чтобы позавтракать.

Велизар только рассмеялся, уже громче. Встал, потянул меня за собой. Проходя мимо зеркала, увидела свое отражение. Ой, мамочки! И это нечто целовалось только что с самым красивым парнем, которого я когда либо видела? Стало стыдно, неуютно, и вообще некомфортно. По дороге на кухню решила, что пора в жизни кое-что менять. Ведь не просто так Велизар меня целует. Значит, надо бы соответствовать. Значит, нужен совет очень мудрого человека, а еще лучше, женщины, а чтобы было совсем хорошо, и чтобы осуществить задуманное, срочно нужна Марго.

Так, стоп! Она ведь мать человека, которому хочу нравиться!

Замерла, словно истукан, не дойдя пару метров до кухни.

— Агафенок? — Велизар повернулся ко мне, — Ты чего?

Моргнула пару раз. Покачала головой отрицательно.

— Нет, все отлично! — даже мне самой мой голос показался излишне веселым, не естественным.

Велизар только пожал плечами, и потащил меня на кухню, где на столе уже стоял аппетитный завтрак.

Жевала тщательно, а сама размышляла. Велизар сидел напротив, пил кофе и как-то странно смотрел на меня. Мне даже не нужно было глядеть на его лицо, кожей чувствовала его взгляд.

— Странная ты сегодня, — задумчиво проговорил волкодав. Машинально кивнула. Потом спохватилась.

— Нет, что ты! — поспешно возмутилась я, и, улыбнувшись, добавила, — Спасибо за завтрак. Балуешь ты меня, Велизар.

— Надо же, — обронил Велик, — Официально-то как.

Торопливо подскочила на ноги и, схватив тарелки, поставила их в раковину. Мысленно начала перебирать свой гардероб. Елки, нужно, наверное, по магазинам пробежаться вместе с Марго. Пусть посоветует что-нибудь. И что я ей скажу? А если так: 'Знаешь подруга, мне твой сын нравится, сильно-сильно. Хочу ему тоже нравиться сильно-сильно. А то мы все целуемся, да целуемся, пора бы уже и выглядеть мне как девушке, а не как пацанке…'? Ну, а что, вполне логичное объяснение….

— Черт! — пробормотала я. И как я ей признаюсь? Это ведь… это ведь ни в какие ворота…. Велик, он же как старший брат для меня…

Дальше додумать не успела, мысли оборвались. Вернее, Велизар их всех разогнал. Встал позади меня, и положил ладони на столешницу по бокам, заключая меня в объятия. Вроде и не касался, вернее, касался, но не прижимался, вернее… Черт! Совсем запуталась!

— И все равно, странная ты, — услышала его голос над ухом, почувствовала его дыхание, от которого пробежались мурашки, а кожу опалило огнем. Велизару словно было мало моей реакции. Он, почти касаясь губами уха, проговорил, — Когда у тебя первый экзамен?

— В пятницу, — пробормотала я, не шевелясь.

— А второй? — продолжил допрос Велик. А я зажмурилась, настолько приятно было чувствовать его, будто бы, всей кожей.

— В среду, кажется, — пробормотала я.

— Отлично, — Велизар потерся носом о мою шею, а я почувствовала, что совсем немного и просто напросто упаду, свалюсь к его ногам. Ухватилась руками за мойку, надеясь, что волкодав мой ничего не заметит, — Тогда в пятницу вечером я тебя украду.

Это как? Это насовсем? И что значит 'украду'? В голове появились картинки, как Велик в полной боевой амуниции, в маске, с ружьем наперевес влетает в окно кабинета школы, хватает меня и исчезает.

— Нее, у Степана день рождения, — вспомнила я, когда в мыслях мы уже мчались на машине в сторону заката, как в романтических фильмах со счастливым концом.

— Плевать я хотел на твоего Степашку, — пробормотал Велизар, делая акцент на имени друга.

— Он хороший, — вступилась я за парня.

— Плевал я на твоего хорошего Степашку, — уже немного раздраженно проговорил Велизар. Почувствовала, как его губы заскользили по моей шее. Круто! Ну, и неожиданно тоже. Не привыкла я, что мой волкодав меня целует, обнимает. Совсем не привыкла.

— Велизар, он меня на свой день рождения пригласил, — торопливо начала говорить я, пока рот у Велика был занят целованием моей шеи. Нет, меня, бесспорно, все устраивало, но только ноги стали совсем ватными, — И он мой друг. А еще, он с девушкой познакомился, а мне теперь интересно.

— С девушкой? — задумчиво повторил Велизар, — Хорошо. Привезу, а через два часа заберу.

— С чего вдруг? — возмутилась я.

— С того, — выдохнул Велизар, — Два часа. Не обсуждается!

Нет, это нормально, да?

Но пока решила благоразумно промолчать.

— Я домою, — предложил Велизар, — Беги, собирайся.

Я только этого и ждала. Правда, немного неуютно стало, и как-то холодно, когда Велик выпустил меня из объятий.

Поскакала в свою комнату, стремительно распахнув дверцы шкафа, начала перебирать гардероб. Ну, и что надеть? После получасовой примерки половины всего гардероба, имеющегося в шкафу, приготовила платье до середины бедра с вырезом и на широких лямках. На кровать полетел легкий пиджачок, а на пол около кровати поставила туфли в тон. Прихватив халатик, помчалась в ванную. Приняла душ, высушила волосы, накрасила ресницы, и, посмотрев на свое отражение, удовлетворенно кивнула головой. Марго бы понравилось точно. А то ругала меня, что за собой совершенно не слежу.

Выбежала из ванной.

— Солнышко, у тебя десять минут! — прокричал Велик из гостиной.

Солнышко? Типа я, что ли? Не, ну, уговорил. Солнышко, так солнышко.

Торопливо вошла в свою спальню. И немного не то чтобы огорчилась, но кое-кого захотелось стукнуть.

— Велик! — крикнула я, останавливаясь посредине спальни. Услышала шаги. Почувствовала, как парень остановился позади меня.

— Да? — как-то слишком уж спокойно проговорил волкодав.

— Это что? — ткнула в сторону кровати пальцем.

— Кровать, — совершенно серьезно выдал упырь. Начала медленно закипать. Я тут стараюсь выглядеть красиво, а мне еще и палки в колеса суют. И кто? Именно тот человек, для которого я и пытаюсь преобразиться. Нет, это ведь подло!

— Это что? — вновь повторила я.

— Агаш, ну, одежда, — вздохнул парень.

— Вижу, — уже совсем расстроилась я, — Куда платье делось? Я приготовила, красивое такое, синенькое. Где оно?

— А джинсы чем не нравятся? — искренне удивился Велик, — Тоже синенькие. И красовочки синенькие. И курточка тоже в тон. Давай, одевайся.

— Велик! — закричала я, поворачиваясь к парню. Но не смогла договорить. Парень стоял в полуметре от меня, в одних джинсах, с оголенным торсом, и весело смотрел на мою возмущающуюся физиономию.

— А платье то потом наденешь, — подмигнул он мне, — В пятницу, после того, как я тебя от Степашки заберу.

И не слушая моих возмущений, развернулся и вышел из комнаты.

— Осталось восемь минут, — прокричал Велик из гостиной.

Вздохнула. Подошла к кровати. Надела джинсы, отбросила футболку в сторону, приготовленную Великом для меня, и, порывшись в шкафу, нашла топ. Более открытый, с вырезом, и в тон.

Набросила легкую курточку, чтобы волкодав не погнал переодеваться, когда увидит топ, и вышла в коридор.

Велизар уже стоял у дверей с рюкзаком в руках и ждал меня.

В полном молчании мы вышли из квартиры.

— Не дуйся, Агашенька, — проговорил Велик, когда мы вышли на улицу, — Тебе не идет.

К нам медленно подъехал знакомый автомобиль. Дан вышел из салона, и протянул руку Велику.

— Привет, малыш! — весело поздоровался Даниель, глядя на меня.

— Привет, — ответила я. И, не обращая внимания на парней, подошла к передней пассажирской двери, решив, что Велик поедет следом за нами. Но Велизар, обогнав меня, открыл передо мной заднюю дверцу.

— Прошу, — улыбнулся парень. Послушно села. Ну, скорее всего, едем мы в одной машине. Это даже хорошо. Будет время, развалившись на всем сиденье, поспать, пока большие и взрослые дяди будут вести нудные беседы.

Но Велизар удивил меня, усевшись рядом.

— Не дуйся, лопнешь, — весело проговорил Велик.

— Чего это стряслось, малыш? — поинтересовался Дан, — Тебя Лис обидел? Дак пойдем ко мне жить!

— Рули ровно, — раздраженно бросил Велик, и вновь повернулся ко мне. Отвернулась к окну. Ну, подумаешь, в моем гардеробе рылся. Вот возьму и отомщу, будет знать!

Почувствовала, как Велизар взял мою ладонь и аккуратно сжал. Подтянул к себе, переплел наши пальцы. Удивленно посмотрела на наши ладони. Нежные поглаживания и касания успокаивали, и отговаривали от мыслей о мести. Ладно, так и быть. Пусть живет себе спокойно, решила я.

Монотонная дорога убаюкивала, сама не заметила, как задремала. Проснулась от легких поглаживаний и щекотания.

— Просыпайся, Агафенок, — услышала ласковый голос над самым ухом, — Приехали.

Открыв глаза, увидела, что машина была припаркована у ворот дачи Элистратовых. Дана за рулем уже не было, а мы с Великом сидели в салоне вдвоем. Вернее, я практически лежала на коленях парня. Велик смотрел на меня сверху вниз каким-то странным взглядом, от которого становилось уютно и тепло, даже жарко, с каждой секундой.

— Фенок, — глухо выдохнул Велизар, и прижался губами к моему рту. Вот и проснулась. А толку? Мысли все равно разлетелись. Так что, можно сказать, что я еще сплю. И хорошо, что сплю. Потому как в реальности такого поцелуя я бы не вынесла. В хорошем смысле.

Обхватив меня за шею одной рукой, будто боясь, что убегу, Велизар ласково поглаживал мою щеку. А губы целовали, страстно, жарко, раздвигая мои. Приподняв, Велик прижал мое тело к себе, усаживая на колени. А я покорно обхватила его руками за шею, чувствуя, как его ладони сжимают мою спину, поглаживают, стискивают. Я сама уже целовала в ответ, наслаждаясь вкусом его губ. Прерывистое хриплое дыхание Велизара подбадривало меня, говоря о том, что все правильно делаю.

В какой-то момент Велик, обхватив мои щеки, заставил замереть. В голове гулко стучал пульс, а сердце готово было выскочить из груди.

Открыла глаза, посмотрела на парня. Его взгляд просто выбил почву из-под моих ног. Наверное, это и есть любовь. А что еще, если не она? Мамочки, я влюбилась! И совсем не страшно. Ну, если только капельку.

Улыбнулась. Как хорошо, что он не умеет читать мысли. Удивился бы, как минимум.

— Ты… — хрипло прошептал Велизарка, прижался лбом к моему, увидела, как он улыбается, ласково, открыто, — Такая красивая.

А я ничего не могла сказать в ответ. Голос не слушался, а мысли все еще не вернулись в мою буйную голову.

— Ребята, долго вы там еще? — услышала громкий оклик Дана, — Я есть хочу!

— Ты тоже, — провела пальцами по щеке Велика. А он только улыбнулся еще шире. Осторожно пересадил меня на сиденье, и, открыв дверь, вышел. Помог мне.

— Вы там опять поругались? — строго прокричала Марго, увидев нас.

— Ага, я бы тоже так поругался, разок другой, — услышала хихиканье Дана. Велизар что-то пробормотал в его адрес. А я, так как находилась ближе, выбросив руку вперед, двинула ему кулаком по корпусу.

— Ой, — схватился парень за живот руками, — Чего дерешься?

— Ничего, — пробормотала я, посмотрела на Марго. Постаралась высвободить руку из ладони Велизара. Но он не позволил. Только наоборот, чем ближе мы подходили к Маргарите, тем ближе и крепче он обнимал меня. В итоге, когда мы оказались в метре от Маргариты, внимательно смотревшей на нас, Велизар обхватив меня за плечи, заставил обнять его рукой за талию.

— Привет, мам, — поздоровался Велизар. А я все боялась посмотреть Марго в глаза. Было такое ощущение, будто бы я предала ее. Велизар погладил меня по волосам, поцеловал в макушку. Так и хотелось спрятаться на его груди. Но я, набравшись смелости, посмотрела в лицо подруге. Осуждения или недовольства я не увидела, скорее наоборот.

— Здравствуйте, дети, — улыбнулась Марго, — Что-то я соскучилась!

А спустя секунду мое тельце перекочевало из объятий Велика к Марго, а потом и обратно.

Глава 6. Агафья

Весь день провели на свежем воздухе. Отношения между Маргаритой и Юрием наладились. Судя по всему, у них любовь. Мой водитель постоянно находился радом с Марго, помогал ей, веселил, и сам смеялся. Хотя я всегда считала его чрезмерно серьезным. За Марго была рада, счастье она заслужила.

Даниель развлекал нас байками о прошлом, о юности, о снайперском клубе. Попросила рассказать о службе в армии, но взамен, Дан переглянувшись с Великом, сменил тему.

— Не интересно это, — коротко проговорил Велик, сидя рядом со мной. К слову сказать, сидел он около меня постоянно, или стоял, или ходил…. В общем, каждую секунду был рядом. С одной стороны это немного раздражало, а с другой, я уже привыкла к его постоянному присутствию. Еще Велизар иногда бросал гневные взгляды на Дана. В ответ на мое удивленние, Марго тихо шепнула мне: 'Ревнует'. Я растерялась. То есть, что значит 'ревнует'? А потом до меня дошло. В этот день я многое поняла. А главное, мое отношение в Велизару. Такое ощущение, словно во мне всю жизнь жила любовь к нему, просто поняла свои чувства я только сегодня.

Посмотрела на Велизара, он, сидя в плетеном кресле рядом со мной, держал мою ладонь в своей руке. Пальцами поглаживал тыльную строну, будто неосознанно, а сам смотрел на костер, горевший в нескольких метрах от нас.

Красивый, взрослый мужчина. И зачем ему такая соплячка, как я? Другая бы, может быть, отступилась от Велизара, поддалась комплексам, но не я. Вот докажу ему, что меня можно полюбить. И доказывать буду с сегодняшнего вечера. Правда, Велик об этом не знает. Не страшно. Придет время, догадается. Он у меня ведь умный.

После вечерних посиделок, мы разбрелись по комнатам. Вернее, Марго и Юрий ушли на второй этаж, где располагалась одна спальня и ванная. А мы с Великом и Даном остались на террасе.

— Поеду я, — вздохнул Дан, поднимаясь на ноги.

— Не останешься? — предложил Велик, — Места хватит на всех.

— Нет, друг, тут ехать всего полчаса, — отмахнулся Даниель, — А завтра с утра дел много. Нужно кое-что уладить.

— Ну, как знаешь, — сказал Велизарка. Мы поднялись из кресел, волкодавчик мой, обняв за плечи, повел меня вслед за Даном. Мы остановились возле машины.

— Ну, бывайте, — попрощался Дан, пожал руку Велизару. Повернулся ко мне. Раскинув руки в стороны, собрался обнять и меня на прощание. Но Велик, дернув меня к себе, обнял сзади, оплетая руками, и положил подбородок на мою макушку.

— На словах попрощаетесь, — невозмутимо проговорил Велик. Фыркнула. Дан, рассмеявшись, отвоевал мою ладонь, и коротко чмокнув ее, выпустил.

— Все, я уехал, — рассмеялся Дан в ответ на неразборчивое бормотание Велизара, — Как приеду, позвоню.

Даниель уехал. А мы с Великом вернулись на террасу. Вот только сесть в свое кресло волкодав мне не позволил. Усадил на свои колени. А я и не противилась. В сгущающихся сумерках все казалось сказочным, волшебным. Послушно обняла парня за плечи, взъерошило его волосы на затылке. В ответ Велизар погладил меня по спине, скользнул рукой к затылку.

— Знаешь, мелкая, — задумчиво проговорил он, — Пойдешь со мной на свидание?

— Ааа… — пробормотала я растерянно, — Пойду, наверное.

— Завтра? — Велизар глянул на меня, откинулся на спинку, притягивая меня к себе. Я поерзала немного, устраиваясь удобнее. Моя голова лежала на груди любимого парня, там, где билось сердце. Его ладони осторожно поглаживали мою спину. Я смотрела на огонь, и считала себя самой счастливой девушкой на земле.

— А куда? — вместо ответа спросила я.

— А куда хочешь? — поинтересовался Велизар. Пожала плечами. Велик хмыкнул, — Ладно, буду думать сам.

Приподняв голову, посмотрела на любимое лицо.

— А ты и вправду ревновал меня к Даниелю? — честно поинтересовалась я. Вот вроде бы глупый вопрос, а ответа ждала с замиранием сердца.

— Спать не хочешь? — будто не слыша моего вопроса, спросил Велик.

— Велизар! — нахмурилась я. Парень вздохнул, надавив на затылок, вернул мою голову в исходное положение.

— Правда, правда, — спустя пару минут, когда я уже и не ожидала получить ответ, проговорил Велизар.

Улыбнулась. Ну, если ревнует, значит, я ему не безразлична.

Всю следующую неделю я готовилась к экзаменам. Днем ходила на занятия, а вечера проводила с Велизаром. Он водил меня в кино, рестораны, один раз уговорила его посетить ночной клуб. Но мне не очень понравилось, я бы охотнее в его снайперский клуб съездила, но все еще боялась гнева волкодава. Дан так и не прокололся о моей маленькой тайне. За что ему большое и человеческое 'спасибо'.

В пятницу состоялся экзамен. Я жутко волновалась накануне вечером. Велизару надоело мое нервное состояние, и он, притащив меня в машину, усадил, и начал возить по городу. Потом мы остановились на каком-то холме за городом и около часа любовались на ночное небо в звездах, сидя на капоте 'Ауди'. Ну и целовались, конечно. Нежных поцелуев и касаний мне уже не хватало, Велик будто сделал меня зависимой от себя. Каждую минуту искала его взглядом, если любимого не было рядом, тосковала, нервничала, переживала. Разные мысли лезли в голову, где он? С кем? И ревновала. Ко всем. И сама себя ненавидела за это. Ведь не дает он мне повода, а все равно нервничаю. Будто не уверена в нем, и в первую очередь в себе. Противоречия разрывали меня. И как все это решить и успокоиться, я пока не знала.

Утром в пятницу Велизар отвез меня в школу. Пожелал ни пуха, ни пера.

— Как только сдашь, сразу мне звони, — попросил он. Мы стояли на школьной парковке. Велизар держал мое лицо в ладонях, и ласково смотрел на меня.

— Ты все сдашь, — будто бы давая мне установку, серьезно проговорил Велик, — Я верю в тебя. Поняла?

Кивнула. Накрыла его ладони своими, не зная, чего хочется больше, прижать их к своему лицу и спрятаться от всего мира, или наоборот, оттолкнуть и идти на экзамен, чтобы доказать, любимый во мне не ошибается.

— Я заеду за тобой, как только позвонишь, — сказал Велизар. Кивнула, потом отрицательно качнула головой.

— Мы с ребятами сразу же на вечеринку поедем, — вздохнула я, — Я тебе оттуда позвоню.

Велизар нахмурился, но поразмышляв о чем-то своем, согласился.

— Ладно, — вздохнул Велик, — Но не задерживайся там. У меня есть кое-какие планы на вечер.

— Да? — улыбнулась я, — очень интересно. А у меня?

Велизар рассмеялся, обнял меня, и на мгновение сжав, крепко-крепко, выпустил.

— У нас есть планы на вечер, — с улыбкой проговорил парень, — А теперь беги и принеси мне одни пятерки.

— Так точно! — отрапортовала я, и, привстав на цыпочки, коротко поцеловала Велизара и ушла, не оборачиваясь.

Экзамен я сдала, как и уверял меня мой волкодав, на 'отлично'. После экзамена мы со Степаном и его приглашенными друзьями, которых я знала только по именам, а некоторых и видела-то пару раз, мы поехали в кафе, расположенное недалеко от школы. Там уже был заказан столик. Родители Степана, приготовив все и отдав распоряжения, уехали, оставив молодежь развлекаться. А я, достав телефон, принялась писать сообщения Велизару. Не хотелось звонком отвлекать его от дел. Молодежь веселилась. Кто-то протащил с собой алкоголь, несмотря на запрет родителей и администрации кафе. В общем, некоторые из парней уже были немного навеселе. Спустя час мне вся эта тусовка надоела до чертиков.

— Степ, — обратилась я к другу, который сидел рядом с девушкой и флиртовал.

— Степ! — повторила я, подходя ближе, — Я поеду. Лады? Не обижайся.

— Да какие обиды, подруга! — рассмеялся Степан. Улыбнулась в ответ. И прежде чем звонить Велизару и прощаться с новыми знакомыми, решила сходить в дамскую комнату. Но так и не дошла. Путь мне преградил какой-то мужчина, с подозрительным внешним видом, перегаром, и нахальной улыбкой.

— Привет, крошка, — пропыхтел мужик, — Я все смотрю и думаю, когда ты на меня внимание обратишь.

— Разрешите пройти, — вежливо проговорила я. Вот только мужик не желал отступать. Схватил меня за запястье, дернул на себя. В лицо волной ударило пьяное дыхание мужика. Поморщилась от боли в руке, появившейся от хватки поклонника.

— Пустите меня, — попросила я. Мужик, не обращая внимания на сопротивление, потащил меня в сторону туалета. Внутри все похолодело. Пожалела, что не позвонила Велику. Еще и телефон оставила в сумке за столиком.

— Не верещи, кроха! — промычал мужик. Я начала упираться, двинула ему ногой в пах, потом в живот. Свобода была уже близка. Вот только силы противника я немного не рассчитала, то ли от испуга, то ли еще от чего. Но мужик, схватив меня рукой за платье, рванул на себя и как-то слишком уж резво для пьяного, развернул к себе. Увидела, как в лицо летит мужская ладонь. Щеку обожгло болью. Голова дернулась. Почувствовала, как затылок ударился о стену, и свет померк.

Очнулась от того, что кто-то хлопает меня по лицу. Поморщилась от боли. Открыла глаза. Надо мной стоял Степан и испуганно глядел на меня.

— Ты как? Ты давай, приходи в себя! — испуганно говорил друг, — Я как увидел, что ты тут лежишь, сразу же Велизару с твоего телефона позвонил. Что случилось-то?

Я села, опираясь руками о стену и пол. Голова кружилась, Степан почему-то тоже. Ответить я ничего не успела. Прочувствовала, что Велизар рядом. Просто знала, что он видит меня и идет ко мне.

Обернулась. Придвинувшись к стене, оперлась об нее спиной. И смотрела на приближающегося Велизара, такого красивого, грозного, опасного. По его глазам поняла, что кому-то прописан прямой билет в травмпункт, если не в реанимацию.

— Все хорошо, — поторопилась я успокоить любимого, как только он приблизился, — Я просто упала.

Велизар, не говоря ни слова, присел рядом со мной. И пристально так, будто сканируя, посмотрел на мое лицо. Почувствовала его взгляд на щеке, все еще горевшей от руки мужика, к слову сказать, бесследно исчезнувшего.

— Тогда это что? — требовательно рыкнул мой волкодав, осторожно ухватившись за мой подбородок, удерживая его пальцами. Вздохнула. Все равно ведь допытается. Рассказала ему про мужика, описала его внешность. Велик только кивнул. Вынув телефон из кармана, вызвал скорую. Хмуро посмотрел на Степана.

— Головой отвечаешь! — отдал он распоряжение, и, наклонившись к моему лицу, коротко поцеловал в губы.

Велизар ушел, а я посмотрела на друга.

— Вызывай-ка и ментов, — вздохнула я. Опираясь на руку Степана, встала, и, пошатываясь, пошла в зал. Есть у меня крайне подозрительное предчувствие, что кому-то будет очень плохо. Оставалось надеяться, что мужик быстро слинял из кафе.

Оказавшись в зале, увидела, что мужик линять не собирался. Как и его полутрезвые друзья.

— Жесть! — пробормотал Степашка, глядя туда же, куда и я. Мой волкодав мстил со страшной силой. И не только мужику, но и его друзьям, по неосторожности заступившимся за друга. В общем, пока я с замиранием сердца смотрела на Велизара, и безумно за него волновалась, прибыла карета скорой помощи и патруль полиции. Спустя минуту появился еще какой-то мужчина в форме. Дерущихся разняли. Вернее, Велизара попросили остановиться, а его противников соскребли с пола и увели из кафе. Мужика, обидевшего меня, увезли на скорой.

— Смотрю, и глазам не верю, — донесся до меня голос незнакомца в форме, оставшегося после того, как всю компанию задержали и увезли в отделение полиции, — Лис, ты ли это?

— Я, Сургут, я, — пробормотал мой Велик, вытирая кровь с руки о свою одежду.

— С каких пор ты в кафе разборки наводишь? — весело проговорил офицер, которого Велизар назвал Сургутом.

— С тех самых пор, — Велизар, вытерев руку, протянул ее мужчине, — Как они к моей девушке полезли.

Велизар обернулся, отыскивая меня взглядом. Улыбнулась. Я стояла не так уж и далеко от них, разговор прекрасно слышала. Вот только уже и не понимала, о чем они говорят. Глядела на Велизара и улыбалась точно чумная.

— За такую красавицу и я бы подрался, — пробормотал Сургут. А Велизар подошел ко мне, обнял.

— Нам в больницу надо, — обратился Велик к Сургуту.

— Не вопрос, домчим, — услышала голос мужчины.

Мы вышли из здания кафе. Велизар уверенно вел меня к машине с мигалками, а я удивилась, почему мы не едем на 'Ауди'. Краем глаза заметила припаркованный автомобиль Велизара. Мда, теперь понятно. Мой волкодав вписался, скорее всего, на скорости в чью-то припаркованную у входа машину. Дверь покорежена, капот помят. Посмотрела на Велизара.

— Тебе тоже нужно к врачу, — проговорила я. Велизар только отмахнулся.

— Пустяки, — пробормотал он.

Сургут, который представился Емельяном, усадил нас в автотранспорт и помчал до ближайшей больницы. Там меня осмотрели, поставили диагноз — легкое сотрясение мозга, и, прописав покой, отправили домой.

Домой нас домчал, так же быстро, без пробок и с ветерком, все тот же Емельян. Велизар коротко перебрасывался ничего не значащими фразами с Сургутом, и смотрел на меня, будто не видел лет сто, как минимум.

— Приехали, — оповестил нас Сургут, — Приятно было познакомиться, Агафья, — вежливо проговорил мужчина. Кивнула, улыбнулась. Велизар уже открыл дверцу, помог мне выйти. Попрощался с Емельяном, и повел меня в подъезд. Оказавшись в квартире, Велизар посмотрел на меня. Вздохнул, обхватил лицо за щеки, осторожно обвел контур следа, оставшегося от руки пьянчужки.

— Ведь не хотел тебя отпускать, — пробормотал мой волкодав. Вздохнула. Обняла его за шею, притянула к себе.

— Все хорошо, правда, — проговорила я.

— Я заметил, — почувствовала его нос на своем плече. Скосила взгляд на Велизара, вернее на его шею. Вдруг захотелось его укусить, так же как и он меня. Нет. Ну, он вон сколько раз меня кусал. И нежно, и ласково. Мне ведь нравилось. Думаю, и ему должно понравиться. Привстав на цыпочки, потерлась носом о его плечо. Рукой, чуть оттянула ткань рубашки. Даже облизнуться захотелось в предвкушении. И не медля, осторожно прикусила кожу. Почувствовала, как Велизарка вздрогнул всем телом. И напрягся. Потом шумно выдохнул.

— Это заразно, как я погляжу, — хрипло прошептал парень.

— Угу, — промычала я, не расцепляя зубов.

— Теперь надо поцеловать, чтобы не болело, — пробормотал Велик, стискивая меня и немного приподнимая над полом. А я послушалась. Принялась выполнять просьбу, покрывая место укуса короткими поцелуями.

— Все, все, остановись, — хрипло, почти чужим голосом, прошептал Велизар. Удивленно посмотрела на любимого.

— Не нравится, да? — потерянно спросила я. Странно, потому как мне-то нравилось.

— Глупая ты у меня еще, — Велизар прижал мою голову к свой груди, и коротко поцеловал в макушку, — Девочка совсем.

На несколько мгновений Велизар замолчал, продолжая поглаживать мои волосы рукой.

— В душ, а потом в постель, — вздохнул Велизар, подталкивая меня в сторону ванной, — Сама справишься?

— Справлюсь, — кивнула я. Головокружение уже прошло. Осталась только усталость.

— Дверь не закрывай, если что я приду, — отдал Велизар очередные указания. Вздохнула. Ну, и что мне делать с этим командиром?

Глава 7. Велизар

Все у нас было просто отлично. Да слово даже не то… И нет, наверное, подходящего, которое смогло бы выразить все, что было между нами. Каждую минуту хотел проводить с ней. Понимал, что давлю на нее, что малышка она еще совсем, но просто не мог иначе. Уже не мог. Если раньше тянул время, сторонился, пытался даже не смотреть в ее сторону, то сейчас все изменилось. Я просто не мог иначе.

Мельком взглянул на экран телевизора, и вновь взгляд вернулся к личику Агафьи. Она лежала на диване, устроив голову на моих коленях. А я, перебирал ее волосы, зарываясь в них пальцами.

И красивая она у меня, самая красивая. Вчера весь день промотался по делам, не видел ее несколько часов, и едва не свихнулся. Воображение подкидывало кучу картинок, где она знакомится с каким-нибудь парнем. Улыбается ему, смеется. А что? Ведь всякое может случиться. Видел же, как на нее прохожие смотрят, мужики оглядываются. А я только зубы стискиваю от ревности. Жуткой, сжигающей меня. Может поэтому и пытался всеми силами привязать девочку к себе, так, чтобы никто ей не нужен был. Только я. Эгоистично, не хорошо это — отбирать у нее право выбора. Но не мог я иначе. А малышка словно и не замечала моих чувств, изменилась. Гардероб весь поменяла, мальчишеские джинсы, кеды и кепки исчезли. И предполагаю, что не без вмешательства мамы. Появились платья, юбочки, кофточки, подчеркивающие ее стройную фигурку. Нет, я конечно наслаждался ее образом, вот только до того момента, пока мы не выходили на улицу. А дальше все, готов был рычать на проходивших мимо мужиков и убивать взглядом. Агаша сначала допытывалась, что стряслось. Потом вроде как привыкла. А я понимал, что поведение мое иначе как идиотским назвать нельзя, и все равно не менялся.

Вздохнул, оперся затылком о спинку дивана. Малышка поворочалась. Посмотрел на нее. Девочка моя уснула. Улыбнулся. Эти экзамены ее совсем измотали. Но она справилась, все сдала на 'отлично'. Теперь осталось только получить аттестат и можно начинать взрослую жизнь. Еще, правда, бал выпускной на носу. А она там будет такая красивая, вчера мне платье свое показывала. Кружилась по комнате, и так улыбалась радостно, что сердце замирало. Радовался за нее. Очень старался обуять свою фантазию, которая торопливо и в красках ведала мне о пьяных одноклассниках, ежеминутно старающихся утащить мою девочку в темный угол.

Даниель, видя мои мучения, только смеялся, и большей частью отпускал шуточки. Но и поддержал, сказав как-то:

— Не парься, друг, — уже серьезно проговорил Дан, — Я вижу, как она на тебя смотрит. Зря волнуешься. Не нужен ей никто кроме тебя.

Я промолчал, хотелось верить и надеяться. Очень хотелось.

Девочка моя поерзала, и легла удобнее. А меня тряхнуло так, что зубы пришлось сцепить. Уже привычное состояние возбуждения вернулось. С каждым днем у меня все больше сил уходило на то, чтобы сдержать свои чувства. Не наброситься на Агашеньку, ограничиться поцелуями. А она словно нарочно испытывала мою выдержку.

Погладил ее по волосам, пытаясь дышать ровнее. Пытаясь не замечать, как ее футболка обрисовывает грудь, а короткие шорты подчеркивают линии бедра. Попал я, ой, как попал!

От созерцания такого желанного тела моей девочки отвлек звук входящего сообщения телефона Агафьи.

Протянув руку, взял ее мобильник с журнального столика. Даже не задумался, просто открыл папку с входящими и прочел. И только потом пожалел, что вообще полез в ее телефон.

'Завтра в шесть. Илюха.'

Словно кто-то вскрыл грудную клетку и саданул в сердце со всего маха. Перед глазами все поплыло. Мысли путались. Что за Илюха? Швырнув телефон в кресло, осторожно переложил Агафью со своих колен на диван. Встал. Вышел на балкон. Руки сжимались в бессильной злобе. Что делать, мать твою так?! Первым желанием было разбудить Агафью и потребовать ответа. Потребовать признания, что она не при чем. Что 'Илюха' этот просто номером ошибся. И я бы поверил. Не могла ведь она мне изменять. Или могла?

Нет. Не могла! Она ведь такая открытая, честная. Да у нее на лице все написано, все ее чувства! И потом, чего ей не хватает? Я ведь все делаю для нее! Или все-таки недостаточно? А может, надоел ей? Может быть, устала от моего постоянного присутствия в ее жизни? Устала от меня?

Закурил, выдыхая дым в ночное небо. В голове появился план. Значит, в шесть. Лады. В шесть, так в шесть.

Докурив сигарету, вернулся в комнату. Покопавшись в телефоне Агафьи, отметил пришедшее сообщение непрочитанным. Положил телефон на место. Поднял Агафенка на руки, и отнес в кровать. Укрыл одеялом. А сам тихо вышел из ее спальни. Взяв ключи от тачки, только что отремонтированной, вышел из квартиры. После двухчасовой езды по ночному городу вернулся домой. В голове все прояснилось. Решил лечь спать. На диване. И как бы мне не хотелось посидеть около моей девочки, или даже прилечь рядом, сдержался. Только на пороге ее спальни постоял пару минут, и все. Ушел к себе.

Утром все было как обычно. Малышку разбудил. Мы позавтракали. Она осталась дома, а я засобирался в клуб. Нужно было там кое-что уладить. Еще и с открытием охранной фирмы не все так гладко было, как хотелось. В общем, дел было выше крыши.

Агафья проводила меня до входной двери. Привстала на цыпочки, обняла, поцеловала. Все как всегда. Ни о чем не стал спрашивать, а она ничего не сказала о планах на шесть часов.

Весь день старался не возвращаться домой. Даже звонил всего дважды. Просто побоялся, что приеду к ней, и все скажу о сообщении. Попрошу объяснений. Или наоборот вспылю, и окончательно все испорчу. К пяти часам подъехал к подъезду, выключив зажигание, взял в руки телефон. Вызвал абонент 'Агафенок'. Спустя два гудка, девочка моя сняла трубку.

— Привет, — радостно поприветствовала она меня.

— Привет, — как можно беззаботнее проговорил я, — Пойдешь со мной на свидание?

— Конечно, — весело согласилась Агаша.

— Отлично, через полчаса заеду, — сказал я, — Собирайся.

— Через полчаса? — спросила малышка, а я замер. В висках застучал пульс. Откинув голову на сиденье, закрыл глаза, — Велизарка, — вкрадчиво продолжила девочка, — А давай позже? Часиков в восемь. Мне нужно со Степаном по делам сгонять.

— Со Степаном? — выдохнул я.

— Ну, да, — торопливо начала говорить Агафья, а я почувствовал, что начинаю закипать. Со Степаном, значит? Я этому сопляку все ребра пересчитаю!

— Он попросил с ним сгонять, — продолжала объяснять Агаша.

— Ну, сгоняй, раз попросил, — согласился я, заводя двигатель, — Степану привет.

— Велизаркааа? — протянула малышка, — А ты там не обиделся? Голос у тебя странный.

— Нет, солнышко, — сцепив зубы, проговорил я, — Просто тут дела кое-какие нарисовались. Я тоже только в восемь освобожусь. Ты мне позвони, я тебя заберу.

— Хорошо, — согласилась малышка. Уже хотел сбросить вызов. Но девочка моя вдруг проговорила, — Я скучать буду.

— И я, — улыбнулся я, и отключил телефон.

Отогнал машину от подъезда. И как раз во время. Потому, как к дому подъехало такси и спустя пару минут из подъезда вышла Агафья с огромной сумкой наперевес.

С одной стороны меня немного отпустило. Ну, кто ходит на свидание в потертых джинсах, капюшонке, и с таким багажом? А с другой стороны, все весьма и весьма подозрительно.

Осторожно двинулся вслед за такси, стараясь держаться на расстоянии. На всякий случай позвонил Дану. Мало ли, куда мою девочку занесло. Поддержка друга не помешает.

— Помощь нужна, — коротко бросил я.

— Когда? — услышал ответ Дана. Судя по шуму, доносившемуся из телефона, друг был за рулем. Отлично, быстрее сможет подъехать.

— Сейчас, — коротко сказал я, сворачивая за такси на трассу, ведущую за город.

— Блин, Лис, чего тебя так приперло? — вздохнул Даниель, — У нас тут в коем-то веке вся команда собирается. Хотим пострелять. Точно не терпит?

— Посмотрим, — проговорил я, — Перезвоню, если что. Ты в клубе будешь?

— Да, — проговорил Дан и сбросил вызов.

Чем дальше от города отъезжало такси, тем загадочнее ситуация становилась для меня. Совсем загадочной и непонятной она стала, когда машина въехала на территорию клуба. Подождал, пока Агафья вышла из машины. Такси уехало, а я, оставив машину у заднего входа, вошел в клуб со стороны служебных помещений. За каким таким надом ее в клуб принесло? Все встало на свои места, когда увидел, как к моей малышке подскочил парень из команды Снайперов, Док, если не ошибаюсь. А ошибаюсь я редко. Почти всех членов клуба я знал в лицо и по никам. Остановив проходившего мимо Виктора, работавшего в клубе, кивнул в сторону Агафьи и Дока.

— Это кто? — тихо спросил я. Виктор, посмотрев в указанную мной сторону, ответил:

— Док и Феня, — сказал он, — Парни из Снайперов. Странно, что ты их не знаешь. Они с Даном в команде. И ты ведь недавно вместо их старшего, Фила, играл.

Ну, просто отлично все! Дан, Фил, Док, Эйнштейн и загадочный паренек хрупкого телосложения, который испарился сразу же после игры — Феня. Какова вероятность, что Агафья моя в момент обзавелась двойником мужского пола? Вот какого хрена спрашивается? В войнушки играть захотелось? На мужиков потных поглазеть? Дак я ей обеспечу все!

— Форму твою возьму? — рыкнул я Виталику, и, не дожидаясь его ответа, ушел переодеваться.

Во мне все кипело. Я, значит, тут себе невесть что вообразил. Вплоть до постельных сцен откровенного содержания. Чуть тачку не угробил ночью, пока гонял, стараясь остыть. А она в стрелялки играть вздумала!

Нацепив амуницию, прихватил маркер, и пошел на поле. Виктора попросил сообщить Филу, что Снайперы будут сегодня играть с ним. Возражений не последовало. Отлично.

Команда Фила появилась спустя минут шесть-семь. Взгляд задержался на Агаше. Вот и как я не узнал ее тогда? Как мог я так лопухнуться?

Игра началась. Играли трое на трое. Со мной оказались Фил и Эйнштейн. Постарался как можно быстрее вывести из строя противников. Все оказалось гораздо легче, чем ожидал. Скорее всего, я просто был слишком зол. Попросил Фила собрать команду в центре игрового поля. Ну, что ж, пришло время все расставить по местам.

Стянул маску с лица.

— Бл… — услышал голос Дана. Увидел, как Феня моя тихонько и бочком пытается улизнуть. Ну, на воре и шапка горит.

— Стоять! — рыкнул я. Агафья замерла, но маску не сняла, только голову втянула в плечи, сжалась вся в комок. Она что, реально считает, я ее пытать тут начну? Или бить?

— Ко мне! — скомандовал я. Агафья затрясла головой. Парни поснимали маски.

— Что за дела? — кто-то начал возмущаться.

— Помолчи, Илюх! — пробормотал Дан. И сделал шаг ко мне, — Лис, не горячись.

Повернув голову, бросил взгляд на друга. Прищурился. Значит, Даниель все знал. И мне ни словом, ни намеком!

— Да я и не горячусь! — рявкнул я, — Я вообще горячиться не умею!

И повернулся к Агафье. Маску она так и не сняла.

— Сними эту хрень! — прорычал я. Фенечка моя только отрицательно затрясла головой. Потерял терпение. Сам подлетел к ней, и стянул маску. На меня смотрели огромные испуганные глазища моей девочки.

— Фень, ты чего? — спросил Фил, и уж обратился ко мне, — Лис, брось. Парень-то что натворил? Все ведь правильно делал.

Хотелось и обнять Агафью, утешить, и в то же время отшлепать. Фил отодвинул Агафью от меня на метр. Глянул на парней, которые чуть выдвинулись вперед, будто защищая мою девочку. И от кого? От меня же, блин!

Разозлился еще больше. Да кто они такие, чтобы ее от меня защищать?!

— Лис, — предостерегающий голос Даниеля раздался где-то совсем рядом. Прищурился. Плюнул на всё. Моя она! Моя! А все эти мужики Снайперы прав на нее никаких не имеют!

В один прыжок преодолел разделявшее нас расстояние.

— Велизар! — только и успела пропищать моя девочка. А я, ухватив ее за униформу, подтянул к себе и впился в ее рот губами. Вот так! Пусть все видят, что она моя!

— Что за…? — пробормотал Фил.

— Э, парни, вы что… — услышал голос Дока, — Вы гомики?

— Заткнись, Док, — пробормотал Даниель. Агафья попыталась отстраниться, а я только крепче прижал ее к себе, удерживая ее голову, зарываясь пальцами в волосы. Мгновение, и она ответила. А я немного расслабился. Наказание подождет. На пару часов можно и отложить.

— Не. Я ничего против не имею, — продолжал разглагольствовать Док, — Просто Феня вроде как мужик. И Лис тоже.

— Вот именно, вроде как, — пробормотал Дан, — Девушка это Лиса.

— А, ну типа, кто-то пассивный там вроде как, — заметил Док, — Бывает, мужики.

— Идиот, бл…! — сплюнул Дан.

Я отстранился от Агафьи. Она хмуро смотрела на меня, но уже не пыталась вырваться. Вот только по ее взгляду понял, ждет она возмездия от меня. Ну, если ждет, зачем же девушку разочаровывать?

— Это, — Дан кивнул на Агафью, — Девушка Лиса. Звать Агафьей, а для вас просто Феня.

Агафья

Во все глаза смотрела на Велика. Вот, это ж надо было так попасть! Парни после повторного знакомства замолчали. Смотреть на них не хотела, переживала, что они ко мне будут иначе относиться во время следующей игры. Вот только вопрос, будет ли следующая игра?

— Быстро к машине! — скомандовал Велизар. По его лицу поняла, что он зол. Не просто зол, а взбешен.

— Не пойду, — проговорила я.

— Я сказал: быстро! — рявкнул волкодав еще громче. Парни перестали переговариваться между собой.

— Лис, да брось ты, — услышала голос Дана, — Ведь не сделала девочка ничего.

А Велизар будто и не слышал его слов, продолжая меня сверлить взглядом.

— Вот именно, — наконец проговорил Велизар, — Девочка!

Посмотрела волкодаву в глаза. Девочка?! Развернувшись на пятках, быстрым шагом направилась в сторону здания Клуба. Скорее всего, Велизар на машине. Вот и славненько, пусть катится на своей 'Ауди'. Вошла в здание, переоделась, даже и, не размышляя на тему, идет ли Велизар за мной. Плевать!

Вышла из клуба. Увидела у парадного входа отъезжавшее такси. Махнула, чтобы водитель притормозил. Открыла заднюю дверцу, намереваясь сесть в салон.

— Стоять! — услышала рык в метре от себя. Дверь захлопнулась. Такси отъехало. Велизар схватил меня за локоть, и потащил к своей машине. Не говоря ни слова, усадил меня в салон, и спустя пару секунд сел сам.

Отвернулась к окну, собираясь игнорировать Велизара. Зачем вообще было вести себя так? Орать при всех? Целовать? Что теперь ребята подумают обо мне?

— Какого спрашивается лешего ты приперлась в клуб? — почти прорычал Велизар, когда мы мчались по трассе в строну города, — Что за игры в шпионов? Что за фигня вообще?

Я молчала, пока Велик задавал вопросы.

— Как ты не поймешь, — продолжал говорить он, — Это ведь не шутки! Да тебя ранить могли! Ты же могла сломать себе чего-нибудь за не фиг делать!

— Что-то никто до меня ничего там не ломал! — пробормотала я.

Велизар зло ударил ладонью по рулю.

— Что за блажь такая родилась в твоей глупой детской голове, а? — спустя минут пять-шесть, вновь начал рычать Велизар. И вот тут я не выдержала. Просто накопилось. Напряжение, чувство неизвестности, неуверенности — все сплелось, заставляя идти на конфликт.

— Конечно! — почти закричала я, — Я ведь девчонка еще! Сопливая и глупая! Это ты у нас взрослый и умный. Куда уж мне до тебя, да, Элистратов?

— Да не глупая ты, — уже спокойнее проговорил Велизар, вот только я совершенно не собиралась успокаиваться.

— Отвези меня домой, — стараясь не кричать, проговорила я.

— Мы туда и едем, — Велизар бросил на меня странный взгляд, — А когда доедем, я тебя так выпорю, что месяц сидеть не сможешь! И в клуб дорогу забудешь! Придумала она, с мужиками прыгать и в стрелялки играть!

— Да пошел ты, папочка! — выплюнула я, и, не меняя тона, прокричала, — Я хочу к отцу! А ты… ты мне никто, чтобы наказывать или что-то запрещать!

Велизар резко нажал на тормоза. Посмотрел на меня.

— К отцу? — переспросил он, — Да ты к нему в жизни не хотела. Всегда у нас была. Все детство и школу у нас провела! С какого перепугу сейчас захотела!

Несколько секунд смотрела на него.

— Если я вам надоела, — приговорила я ледяным голосом, вот только внутри клокотала обида. Думала, что Велик меня понимает. А тут…

— Если надоела, нужно была давно сказать, — продолжила говорить я, отвернулась от Велизара, в глазах стояли слезы, — Не люблю навязываться. Прощай.

Открыла дверцу. Вышла из машины, и со всего размаха хлопнула дверью, оставив сумку в салоне. Осмотревшись по сторонам, поняла, что мы уже в черте города. Можно Юрию позвонить, чтобы забрал. А зачем? Он с Марго, у них там все хорошо. А я только помешаю их идиллии.

Поймала попутку, назвала адрес. Назад не оглядывалась. Не было желания проверять, уехал Велизар или ждет еще.

В особняке Азарова было тихо и пусто. Кроме экономки никого не было. Отец уехал во Францию с очередной пассией. Мамы нет. Так что, никому я не нужна.

Спустя час, когда подушка основательно промокла от слез, залезла на подоконник. Села, забравшись с ногами. За окном совсем стемнело, где-то далеко прогрохотал гром. Начался дождь. Уткнувшись лбом в колени, вздохнула. А может, зря я так с Велизаром? Наговорила ему кучу глупостей. Обидела. Сказала, что он никто для меня. Ведь неправда. Он самый близкий на свете. Самый родной.

Побродила по пустым комнатам. Позвонить? Ведь можно все исправить, или нет? Ну, хотя бы попробовать? Терять ведь уже все равно нечего.

Спрыгнула с подоконника. Взяв в руки телефон, набрала номер Велизара. Спустя пять длинных гудков, он ответил на вызов.

— Велизар, я… — начала говорить я. Велик молчал.

— Уже Велизар? — пробормотал волкодав, — Уже не 'никто'?

Я молчала. По щекам катились слезы.

— Знаешь, Агафья, — тем же спокойным голосом проговорил Велизар, — Ты бы определилась уже, кто я для тебя. Выросла. Прекратила вести себя как наивная девочка. А там посмотрим, что делать.

В трубке послышались короткие гудки. А я, швырнув телефон в пол, разрыдалась.

Глава 8. Велизар

Когда девочка вышла из машины и скрылась в доме, спокойно выдохнул. И что теперь делать? Бл…!

Потер глаза рукой, откинулся на сиденье. В окне на втором этаже зажегся свет. И сразу же погас. Эти окна я знал наизусть. Окна спальни Агафьи. Сколько раз за этот год приезжал сюда просто так, посидеть, подумать? Иногда видел, как она стоит около окна, или читает, сидя на подоконнике.

Глупая она у меня. Нет, не в смысле, что мозгов нет. Просто наивная и упрямая. Вместо того, чтобы покорно принять наказание, сама накричала, вывела меня из равновесия, которого и без того не хватало в последнее время.

Если трезво взглянуть на события, ведь и я тоже виноват. Она ведь просто скрывала, чтобы не запретили делать то, что нравится.

Как только она ушла переодеваться, ко мне подлетел Дан, злой, готовый мне — лучшему другу, по морде настучать. И за кого? За девочку мою. Сам не понял, как не вспылил. И Дан рассказал про Агафью. О том, как она с парнями стреляет, успешно, между прочим. Ребята в три голоса подтвердили. Так что, здесь я ее понимаю. Агаша просто не хотела, чтобы ее лишили любимого занятия. А я бы ведь точно запретил. Не разобравшись ни в чем, просто приказал бы сотрудникам не впускать ее и все. Погорячился бы, а потом жалел бы о своем поступке.

Начал моросить мелкий дождь. Хреново все как-то. А может позвонить? Помирится? Уже рука потянулась за телефоном. Нет, не стоит. Девочку мою я просто так не отпущу. Вот только пусть она поймет все сама. Взрослая уже, хоть и семнадцать всего.

Убрал телефон на место. Посмотрел на окна ее спальни. Вспомнил слова о том, что я для нее никто. Как-то даже обидно слышать такое от любимой девушки, пусть и сказанное в гневе и обиде.

Зазвонил телефон. Агафенок. Подождав немного, ответил на вызов. Обида все еще не прошла. Вдруг захотелось сделать ей также больно, как и она мне своими словами. Поддавшись порыву, высказался, и сбросил вызов. Вот только легче не стало. Стало хреновее вдвойне. Оказывается, делать больно любимому человеку ужасно. Представил, как она плачет, сидя в своей спальне. Одна.

— Дурак! — в сердцах проговорил я. И стремительно набрал номер телефона моей девочки. Вот только вместо гудков услышал механический голос оператора. Отключила мобильник. Значит, не судьба сегодня помириться.

Посидев еще немного, завел двигатель и поехал домой. В квартире матери было слишком тихо и неуютно. Если раньше я торопился домой только чтобы увидеть Агашу, то сегодня оставаться тут совершенно не было желания.

Побродил по комнатам. Собрал свои вещи в сумку. И решил сегодня ночевать у себя в квартире. А завтра… Завтра поползу к ней мириться. Ведь оба виноваты, а я вроде как старше, и соответственно умнее.

Вот только назавтра я девочку мою так и не увидел. К нам она не вернулась. Весь день прождал ее, не выходя из дома. Звонил. Телефон все еще был отключен. Странно. Позвонил маме. Поболтал о ничего не значащих вещах. Мама и словом об Агафье не обмолвилась. Значит, нет ее на даче. Значит, все еще в доме отца.

Поехать туда? И что сказать? Сам ведь велел ей появится только когда вырастет. А теперь на попятную?

В дверь позвонили. Подлетел. Уже обрадовался. Открыл. На пороге стоял Степан.

— Привет, — поздоровался он, — Агафья просила платье ее из шкафа взять. Выпускное.

Кивнул. Черт! Про выпускной-то я и забыл совсем.

— Сейчас принесу, — спокойно проговорил я, а в душе бушевал целый ураган. Платье попросила. Не звонит. Не возвращается. Черт! Черт! Черт!

Отдал платье Степану. Парень ушел, закрыв за собой дверь. А я, побродив еще с полчасика по квартире, ушел к себе. Выпускной завтра. Мы с Агафьей договаривались, что я ее встречу после бала. Планов у меня была куча на это день. Купил ей подарок. Решил устроить романтический вечер. А теперь все накрылось медным тазом!

На следующий день нервы были на пределе. Агафья не звонила, не приходила, не давала о себе знать никак. Сам поехал к школе, где училась Агаша. После вручения аттестатов школьники, уже бывшие, отправляются в ресторан, где и состоится выпускной бал. Вышел из машины, которую я оставил немного поодаль. Постоял, посмотрел по сторонам. Увидел автомобиль Юрия. Значит, Агаша не одна. Это хорошо. Из машины вышла мама, а следом Агафья. Задержал дыхание. Как же я по ней скучал. Всего два дня не видел, не обнимал ее, не целовал, а уже едва с ума не сошел. Все обиды отошли на задний план. Рванулся вперед, к ней, просто хотел обнять. Не нужны мне ее извинения, или разговоры какие. Ничего не надо. Только бы она была со мной. Я сам буду прощения просить, только бы она вновь улыбалась мне. И в клуб пусть ходит. Только со мной. Одну не пущу, даже если Даниель там будет. Хочет стрелять, пусть. Я ее даже из настоящей снайперской винтовки стрелять научу, если желание появится. Да запросто!

Когда до Агафьи оставалось всего пара шагов, дорогу к ней мне преградила мама.

— Сынок, — спокойно проговорила мама, — Не нужно.

Замер. Посмотрел на Агафью. Она, не обернувшись, вошла в здание школы. Значит, вот так она решила, да? Отлично!

Психанул. Не слушая, что именно кричит мне мама вслед, подошел к машине, сел, завел двигатель и рванул с места.

Домой, к себе в квартиру, вернулся поздно. Весь вечер мотался по делам, потом решил проветрить мозги, отдохнуть. Поехал к себе в клуб. Пострелял по мишеням из армейской винтовки. И уставший, выжатый как лимон, приполз к себе.

Открыл дверь. Включил свет. Дверь захлопнул ногой. Устало присел на тумбочку. Сил не было, даже чтобы разуться. Наклонившись, сжал ладонями голову. Мозг словно начинал плавиться. В голове шумело, в глазах, будто, песок насыпан.

— Значит, ремонт у тебя уже закончился? — услышал голос Агафьи из глубины квартиры. Вскинулся. Она стояла в пороге гостиной. Серьезная. В своем красивом выпускном платье. С прической. Макияжем. И в туфлях. Красавица. Вблизи, когда мог отлично рассмотреть ее, она казалась просто нереально красивой, волшебной, сказочной.

— Закончился, — ответил я. Взгляд замер на ее глазах. Не мог понять, о чем она думает в эту минуту. Если пришла — значит простила. Или нет?

— И как давно? — поинтересовалась Агафья. И выражение лица не изменилось, вот только что-то в ее голосе показалось мне… Не знаю, будто поменялось в ней что-то, а я пока не мог понять, что именно, как ни пытался.

— В том году, — честно ответил я. Агафья кивнула. Сбросила туфли с ног. Посмотрел на ее пальчики на ногах, выглядывающие из-под длинного подола платья.

— Очень хорошо, — проговорила малышка. Посмотрел в ее лицо. Она улыбалась. Таинственно. И как-то по-взрослому что ли. Будто стала на пару лет старше.

— Ты скучал по мне? — тихо проговорила Агафья. Кивнул. Малышка, не переставая улыбаться, сделала шаг ко мне. Затаил дыхание. Странно все, не похожа она на себя. Не такая, как несколько дней назад.

— Это хорошо, — шепнула она и сделала еще шаг. Почему-то не мог двинуться. Будто под гипнозом, просто стоял и смотрел на мою девочку. Тем временем она подошла вплотную ко мне. Аромат ее духов окутал меня. Подол ее платья касался моих ног. Руки начали зудеть от того, что хотел коснуться ее кожи, ладоней, лица, волос.

— Потому что я тоже скучала, — говорила малышка. Грустная улыбка скользнула по ее красивым губам, — очень сильно скучала, — добавила моя девочка.

Посмотрел в ее глаза. она отвела взгляд, будто боялась чего-то. Протянул руку, провел по ее щеке.

— Агафенок… — начал говорить я, хотел извиниться, просить, даже молить о прощении, только бы она улыбалась, не так, как сейчас, а весело, задорно, заставляя мое сердце радостно биться.

— Нет, помолчи, пожалуйста, — тихо попросила она. Скользнула руками по моим плечам, придвинулась ближе, наклонилась к уху, — Я хочу тебе многое рассказать. Пока не передумала.

Чуть повернув голову, коснулся щекой ее щеки. Втянул в легкие воздух с ароматом ее духов вперемешку с ее запахом.

— Ты сказал, что мне нужно повзрослеть, — говорила она, щекоча дыханием мое ухо, отчего по телу пробежала дрожь, а, несмотря на усталость, все тело пронзила волна возбуждения, — И я решила, что ты прав.

Мозг отключился, стирая грани между реальностью и волшебным миром, где жил только ее голос. Девочка моя шептала что-то мне на ухо, а до моего сознания никак не доходил смысл сказанных ею слов. В висках стучало, сердце готово было выскочить из груди, а руки с силой сжимались на ее платье, сминая ткань.

Почувствовал, как малышка моя чуть прикусила мочку уха, поцеловала, лизнула. А я услышал приглушенный рык, вырвавшийся из моего горла.

Закрыл глаза, понимая, что долго не смогу сдерживать дикое, просто животное возбуждение. Не сегодня, когда она такая красивая, когда сама пришла ко мне, когда мы не виделись целых два дня.

Почувствовал ее ладошки на своей груди. Юркие пальчики скользнули ниже, вытягивая ткань футболки из джинсов. Еще мгновение и я кожей живота ощутил ее прикосновение. В паху уже не то что ныло, а болело. Нестерпимо хотел прижаться к ее телу, почувствовать ее, а не ткань платья, сделать, наконец, своей.

Не открывая глаз, вновь втянул воздух, стараясь хоть как-то успокоиться. Агаша одной рукой чуть запрокинула мою голову. А я не мог ей сопротивляться. Не сейчас, когда она сама касается меня, не так, как скромная школьница, а как моя девочка-женщина. Почувствовал ее пальчики на шее, щеке, а ее голос продолжал заводить меня еще больше. Будто нарочно, испытывая мою силу воли, от которой осталось только одно название.

Пальчики скользнули вдоль ремня, напряг пресс, просто адски желая, чтобы она не останавливалась. Не знаю, я бы однозначно мог прям сейчас испытать оргазм, просто от того что она легонько касается меня, и не делает вроде ничего, поцелуи и те невинные, касания, и те ласковые и мимолетные…. Девочка моя, приподняла футболку, и легонько потерлась щекой о мою обнаженную грудь. Господи же Боже ж мой!!!

Ударился затылком о стену. Случайно. Но понадеялся, что хотя бы так возбуждение немного спадет. А, нет! Только хуже стало. Потому как девочка моя легонько поцеловала мою грудь, там, где билось, готовое вырваться из груди, сердце.

Развязка уже маячила где-то очень и очень близко. Нет, раньше я считал что этого просто не может быть. Не со мной. Не мог я опростоволоситься в первый же раз с моей девочкой. Не мог, и все тут! А оказалось что ошибался.

— Я выросла, — прошептала Агафья, и отступила на шаг, опуская руки. Я и не понял сразу, что она не касается меня больше…. Не целует…. А стоит в метре от меня и смотрит глазами, полными слез.

— Я выросла, больше нет той девочки наивной, как ты и хотел, — прошептала она, глотая слезы, отчего я просто не мог двинуться. Видя ее печаль и тоску в глазах, обиду и сожаление, не знал, куда себя деть, как все исправить, а она продолжала говорить, и голос ее уже превратился в хриплый, надломленный шепот, — Вот только теперь и ты реши, кто я для тебя. Младшая сестренка или твоя девушка.

Увидел, как Агафья схватилась за дверную ручку, рванула ее на себя, уже хотела выбежать из квартиры, прямо босиком, без туфель, которые так и лежали на полу коридора, как замерла, оглянулась:

— И еще я не пойму твоего недоверия ко мне, — горько прошептала она, — Мне кроме тебя никто не нужен, а ты…

Она не договорила, вышла и хлопнула дверью. А я стоял и не понимал, как семнадцатилетний ребенок только что расставил все по своим местам. Как? Она ведь глупая и маленькая еще совсем. Я гораздо старше ее, опытнее, но как выяснилось, не такой уж и умный. Идиот, словом. И тут до меня дошло. Моя она, моя! И не отпущу я ее никуда. Ревновать буду, но постараюсь сдерживать себя. И доверять буду. И любить буду, прямо с сегодняшней ночи.

Стремительно оттолкнулся от стены и в один шаг, преодолев расстояние до двери, рванул ее на себя, готовый бежать за своей девочкой. Догнать ее. Попросить прощения. За все. И не только за свое недоверие, ревность, и грубость.

Но далеко бежать не пришлось. Девочка моя сидела на лестничном пролете около моей квартиры, и спрятав лицо плакала навзрыд. Такая красивая, и такая печальная. В груди словно граната взорвалась, осколками снося все чувства, оставляя после себя только горький осадок и ненависть к самому себе. Кто я такой, чтобы обижать ее? Моего маленького ангела? Мою принцессу?

Упал перед ней на колени, отчаянно желая, чтобы поток ее слез прекратился.

— Прости меня, — шептал я, прижимая к себе, зарываясь руками в ее волосы, впечатывая ее тело в свое, только бы она не плакала, — Прости! Я дурак и идиот, правда. Не прав я был. Во всем не прав, — шептал я, а девочка моя только всхлипывала.

Поднял ее на руки, внес в квартиру, и, не разуваясь, пошел в гостиную. Осторожно уложил малышку на диван. Хотел сходить и принести воды, но Агафья меня не пустила. Вытерев заплаканное лицо о мою футболку, несмело улыбнулась.

— Давай больше не будем ругаться? — тихо попросила она. Господи, да я себе язык лучше откушу, чем словом обижу ее. Не хочет ругаться, да я только 'за'.

— Конечно, солнышко, — согласно проговорил я. Улыбнулся, всматриваясь в ее лицо, провел рукой по щеке, волосам.

— А если и поругаемся, то ты первый будешь мириться, — выдвинула малышка свое очередное требование, — Ты ведь старше, умнее, а я всего лишь глупая девчонка.

И девочка моя горько вздохнула. Мило скосив глазки на мою грудь, живот и взглядом скользнула ниже.

— Хорошо, — вновь согласился я. Выбора-то в принципе у мня и нет. Да и не нужен.

— А можно продолжу? — как-то хрипло и неуверенно поинтересовалась Агашенька. Сначала и не понял, о чем просит моя девочка. Но как только ее пальчики скользнули по вырезу моей футболки, касаясь горла, догадался.

— Просто мне так приятно было, гладить тебя и целовать, — совсем потерянно пробормотала малышка, и, подавшись вперед, спрятала лицо от меня на моей же груди. Закрыл глаза, наслаждаясь тем, что могу обнимать ее, целовать и заставлять хотеть меня. Приятно, значить? Это хорошо.

— Знаешь, солнышко, — тихо шепнул я, — Готов спорить, тебе будет еще приятнее.

Она только пожала плечами.

— То есть ты сомневаешься в моих словах? — удивленно и наигранно строго поинтересовался я, — Зря, солнышко, зря, — пробормотал я.

Обхватив малышку за талию, прижал к себе, и осторожно уложил на диван. На мгновение залюбовался ее личиком, с немного покрасневшими от смущения щеками, озорным блеском в глазах.

— Нужно сравнять счет, — пробормотал я. Наклонился к ее ушку, и начал повторять все то, что она делала со мной десятью минутами ранее. Руки поглаживали ее тело через ткань платья, блуждали по изгибам и впадинкам, заставляя мозг отключиться. И кто тут кого соблазняет? Блин!

— Ты прав, — шепнула моя Агафья. Моргнул, не понимая, о чем она говорит. Девочка моя, прикусив нижнюю губку, покраснела еще больше, — Ну, в смысле, приятно.

Хрипло рассмеялся. Она попыталась отвернуться от меня, вырваться из объятий. Не позволил.

— Все хорошо, солнышко, — успокоил ее я. Она, посмотрев на меня пару секунд, согласно кивнула. А я вернулся к своему занятию, самому приятному на свете. Принялся целовать ее шею, спускаясь к плечу, и ниже. В это раз старался, как мог держать свои чувства в узде. Для нее сейчас все.

Скользнул рукой к ее спине, расстегнул молнию на платье. Сдвинул бретельку, оголяя плечико. Агафья приподнялась, позволяя мне стянуть платье еще ниже. Боже! Забыл что нужно дышать. Впился ртом в ее губы, а руки накрыли ее грудь. Ощутил ладони малышки на своем затылке, под футболкой. Спину поглаживали ловкие пальчики, скользя к джинсам вниз.

— Подожди, — выдохнул в ее рот, перехватил пальчики. Поцеловал и завел их за голову, — Не торопись.

Удерживая ладонью оба ее запястья над головой, вернулся к ее губам. Прервал поцелуй. Скользнул ниже. Короткие прикосновения губ к шее, плечам, груди. Замер, переводя дыхание. И накрыл ртом ее грудь, едва ощутимо покусывая, и тут же зализывая место укуса. В моих руках девочка выгнула спину, легкий стон заставил меня улыбнуться. Но целовать и ласкать ее грудь я не перестал. Агафья высвободила свои запястья из моих рук. Зарылась пальцами в волосы. Будто и отстранить хотела, но в тоже время давила на затылок, не разрешая останавливаться. В какой-то момент она с силой дернула меня за волосы, буквально отрывая от своей груди. И впилась ртом в мои губы, целуя. А я только застонал от силы ее страсти, не уступавшей моей.

— Девочка моя, — выдохнул я в ее губы. и немного отстранившись, вернулся к ее груди. Она вновь выгнулась мне навстречу. А я начал спускаться ниже, стягивая платье с ее груди, бедер, оставляя ее в одном нижнем белье, и как выяснилось, в тонких чулках. От вида которых моя крыша вновь чуть накренилась и съехала. Руки начали поглаживать ее бедра, такие стройные, красивые, идеальные. Целовал ее грудь, живот, спускаясь ниже. А девочка моя только стонала, что-то шептала, лаская мой слух своим голосом, словно музыкой.

В какой-то момент сдернул ее трусики, Агафья стеснительно сдвинула бедра, не позволяя мне целовать ее так, как мне хотелось. Вздохнул. Зажмурился. Открыл глаза, посмотрел в глаза моей девочке.

— Верь мне, — тихо попросил я. Она кивнула. Вернулся к ее лицу, крепко поцеловал в губы, и начал спускаться ниже.

Она стонала, изгибалась, пытаясь то ли скинуть меня, остановить, то ли прижать к себе еще крепче. А я только улыбался. Первый раз моей малышке понравился. Она обессилено откинулась на подушки. Вот только я был не согласен останавливаться. Вновь начал поглаживать ее, целовать, касаться. То нежно и ласково, то настойчиво, одновременно целуя ее губы, щеки, глаза.

Расстегнул свои брюки, стянул белье. Больше терпеть просто не мог. Отчаянно хотел оказаться внутри нее, но и вместе с тем боялся сделать ей больно.

— Солнышко, девочка моя, — прошептал я, и осторожно проник вглубь, всего чуть-чуть, чтобы она немного привыкла к новым ощущениям. Но девочка моя рванулась вверх, мне навстречу. И задержала дыхание. Посмотрел в ее глаза. задохнулся от чувств, отразившихся в ее взгляде.

— Девочка моя, — выдохнул я. А она только улыбнулась. Прижался лбом к ее лбу, зажмурился, пытаясь, просто отчаянно пытаясь не двигаться, понимая, что больно ей, что приятного мало сейчас для нее в нашей близости. Это мне хорошо, это я готов уже к развязке, а она нет….

Но выдержки моей не хватило, как только Агашенька обхватила меня за плечи руками, сжимая пальцами, царапая ногтями, все барьеры пали. И я дернулся вперед, начал двигаться в ней, сходя с ума с каждым разом.

Секунду и малышка моя расслабилась, напряжение испарилось, возбуждение вернулось. Солнышко мое что-то шептала, стонала, даже кусалась. А я только крепче прижимал ее к себе, не переставая двигаться. Почувствовал, как она напряглась всем телом и что-то прокричала, пряча лицо во впадинке между шеей и плечом.

Сжал ее голову рукой, зарываясь пальцами в волосы. И все. Унесло меня, далеко и скорее всего надолго.

Только спустя вечность попытался сдвинуться вбок, понимая, что тяжело ей. Но нет. Малышка обхватила меня руками, обвила ногами.

— Не пущу, — пробормотала она. Хрипло рассмеялся.

— Я не ухожу никуда, — успокоил я ее, поцеловал с висок, скользнул к ушку, — Просто рядом лягу.

Она чуть расслабила объятия, позволяя мне выйти из ее ласкового плена. Лег рядом, обнимая ее, крепко-крепко. Прижимая ее голову к своей груди.

— Я люблю волкодава, — прошептала она. Застыл. Просто не мог двигаться, будто каждый мускул налился свинцом. Надеяться на ее любовь и предполагать — это одно, а вот услышать эти слова от нее — совершенно другое.

Обхватил ладонью ее лицо. Поднял, удерживая за подбородок. Улыбнулся.

— И я, — хрипло проговорил я.

— Любишь волкодава? — с улыбкой спросила малышка.

Рассмеялся.

— Нет, паренька Феню, — смеялся я. В ответ она улыбнулась.

Вздохнула. Устроилась на моей груди щекой. Потерлась, ложась удобнее.

— Э, да ты у нас гомосяк оказывается, — посмеиваясь, пробормотала Агафья.

— Еще какой, — вздохнул я. И вновь поднял ее голову, заставил посмотреть в мои глаза, — Люблю, — серьезно сказал я. Она, улыбнулась, провела по моей щеке рукой, лбу, кивнула.

— Моя девочка, — выдохнул я, и прижал ее к себе.

Глава 9. Агафья

Проснулась от легких укусов в плечо и шею. Не открывая глаза, улыбнулась.

— Скажи еще раз? — услышала тихий голос над ухом. Приоткрыла один глаз. Велизар смотрел на меня в упор.

— Что? — поинтересовалась я. Велизар нахмурился. Вздохнул. По его глазам поняла, что именно он хочет услышать. И не первый раз за эту ночь, между прочим. Едва ли не каждый час он будил меня, чтобы я повторила признание в любви. Права народная мудрость, что мужчины — это большие дети.

— Люблю, — пробормотала я, — А теперь можно поспать?

— Нет, — улыбнулся Велик, — Теперь можно принять ванну, и перебраться в кровать.

Грустно вздохнула. Шевелиться не хотелось. Мне и на диване нравилось.

— Не хочу, — капризно пробормотала я, и потерлась щекой об обнаженную грудь моего волкодава, — Мне лень.

— А мне нет, — рассмеялся Велизар, и, прижав меня к себе, встал на ноги вместе со мной. Даже и пикнуть не успела, как меня уже несли в ванную комнату.

— И чего ты меня раньше так не носил? — вздохнула я.

— Дурак потому что, — пробормотал Велизар, и опустил меня в теплую воду с пушистой пеной. Легла удобнее, закрыла глаза. Велизар присел рядом с ванной на кафельный пол. Знала, что он сидит и смотрит на меня, чувствовала его взгляд на себе. Улыбнулась.

— Ты такая красивая, — услышала его хриплый голос. Приоткрыла один глаз. Он сидел, опираясь локтем о бортик ванной, и смотрел на меня, — И моя.

— Твоя, твоя, — успокоила я его. Марго права, трудно мне с ним будет, вот только кроме него мне и не нужен никто, — Велизар, я хочу тебе сказать, что…

Но договорить он мне не дал. Прижал указательный палец к моим губам.

— Можно сначала я? — тихо попросил он. Кивнула.

— Я был неправ, — начал говорить он, — Обидел тебя. Вел себя, как ребенок.

Я попыталась скрыть улыбку, какой же он милый, когда извиняется.

— И праздник тебе весь испортил, — вздохнул он, — И в клубе тоже зря кричал на тебя.

Не выдержала, рассмеялась.

— Да, в клубе весело было, — говорила я, пытаясь сдержать приступы хохота, — А парни, вообще, отпад, да?

— Угу, отпад, — хмуро пробормотал Велизар. Подняв руку из воды, погладила его по щеке.

— Волкодавчик мой, — перестала смеяться я, — Мне не нужны никакие парни из клуба, ни из школы, ни из спортзала. Мне вообще никто не нужен, только ты.

Велизар глянул на меня. Кивнул. Вздохнул. Накрыл мою ладонь своей рукой, прижал ее к губам.

— Просто они все так смотрят на тебя, — проворчал Велизар. Потом вздохнул вновь, — Я честно буду стараться.

— Понимаю, — вздохнула я.

— И почему ты у меня такая умная? Все-то она понимает, — проворчал Велизар.

— Но ты ведь меня и такой любишь? — потребовала теперь и я признание.

— Конечно! — серьезно сказал Велик, — Есть сомнения?

— Нууу, — протянула я, хитро стреляя глазками. Настроение было просто замечательное, не смотря на позднее время и усталость.

— Как-то не очень осторожно с твоей стороны высказывать сомнения в мой адрес, — серьезно проговорил Велизар официальным тоном, взял в руки губку и принялся тщательно меня мыть, — Мой косяк, — вздохнул он, — Будем исправляться.

Мое купание затянулось, и все из-за волкодава, который слишком уж тщательно на мой взгляд намыливал меня, и слишком уж долго потом смывал с меня пену. А я, конечно же, старалась ему мешать. В итоге, после купания, я была сухой, чистой, покрасневшей, а вот Велик мой мокрым, с клочьями пены в волосах, на плечах и спине, но не менее довольный, чем я. В общем, подурачились мы знатно. После 'морского боя' Велизар отправил меня в спальню, закутав в свой огромный банный халат, а сам остался убирать последствия водных баталий.

Спорить не стала. Спать хотелось ужасно. Поэтому, выпив на кухне стакан воды, пошла в спальню. К слову сказать, в квартире Велизара я была всего однажды. И то, не во всех комнатах. Но если я помню правильно, то все было, как прежде. То есть ремонта никакого не было. Велизар его выдумал, чтобы быть ближе ко мне, так сказала Марго, и теперь так же думала и я. Да и Велик вчера сам признался.

Улыбнулась, остановилась в пороге спальни. Включила свет. Все в этой комнате говорило о мужчине. Каждая мелочь, мебель, стены. В голове появилась совсем глупая мысль, от которой стало немного грустно. И сколько же девушек до меня стояли на пороге этой комнаты, или хуже того, лежали на большой двуспальной кровати… И не только лежали…. Глупо, конечно, но поняла, что ревную. Теперь поведение Велизара не казалось для меня таким уж глупым, детским или непонятным. Теперь я понимала его гораздо лучше.

Обхватила себя руками. Почему-то проходить вглубь комнаты желания не было, тем более не хотелось ложиться в кровать. А может вернуться на диван? А Велику что сказать? Не хочу спать в кровати, потому что тут спали другие твои девушки? Бред полный!

Услышала тихие шаги за своей спиной. Велизар остановился позади, обнял меня за талию. Спиной чувствовала его грудь. Сильная ладонь накрыла мой живот и чуть надавила, заставляя прижаться к любимому плотнее.

— Не нравится спальня? — проговорил он мне на ухо.

— Нет, что ты, красиво у тебя тут, — поспешно успокоила я волкодава, — Просто не была здесь ни разу.

— Я знаю, — услышала в его голосе улыбку.

Велизар подтолкнул меня вперед, вздохнул. Развернул лицом к себе.

— Что такое? — серьезно спросил он. Отвела взгляд.

— Ничего, правда, — проговорила я, но сама поняла, что не слишком убедительно говорю.

— Не верится мне как-то, — вздохнул Велизар, заставил посмотреть в его глаза. Отвернулась. Велизар сел на кровать, притянул меня в себе, и, запрокинув голову, посмотрел в мое лицо. Руками обнял за талию. Потом прижался подбородком к животу. И такую моську состроил, вот прям песик домашний и ручной такой. Не смогла сдержать улыбки.

— Я спать хочу, — улыбнулся мой волкодавчик, — Так что быстро говори, в чем дело, и поспим еще немного, пока не рассвело.

Под его взглядом я сдалась. Ну, как можно не 'расколоться', когда он вот так смотрит?

— Просто, понимаешь, — вздохнула я, стараясь не смотреть Велизару в глаза. Начала выводить пальцем на его плече странные узоры, в общем, нервничала я, — Ты ведь… ну, как бы, ты ведь приводил сюда кого-то… ну до меня. И в спальне вы…. Ну, ты понимаешь…

На последнем слове мой голос совсем стих. В глаза Велизару смотреть было элементарно стыдно. Опять боялась увидеть там упрек, что веду себя словно ребенок.

Велизар молчал. Долго молчал. До тех пор, пока я не нашла в себе смелость, взглянуть в его глаза. Совершенно серьезный взгляд. Ни намека на упрек. Велизар, на миг стиснул меня за талию, крепко-крепко, и развернул к себе спиной.

— На стену посмотри, — услышала его глубокий голос. Послушно посмотрела на стену прямо перед собой. Почувствовала, как Велизар прижался лбом к моей спине. Услышала его глубокий вдох.

— Что ты там видишь, девочка моя? — голос Велизара был приглушенный из-за толстой ткани халата на моей спине, в которую он упирался лицом.

— Девушку, — прошептала я. А сама во все глаза смотрела на стену, вернее на картину во всю стену, на которую раньше не обратила внимания, в нескольких метрах от меня, и как-то не верила своим глазам. Галлюцинации? А кто тут разберет?

Велизар развернул меня лицом к себе. Подхватил под бедра и рванул вниз, заставляя сесть поверх него. Сжал меня руками, почти до боли, но я воспротивилась бы, реши он ослабить хватку.

— Там мой воздух, солнышко, этой девушкой я дышу, — пробормотал Велизар, удерживая мой затылок рукой, — Только она в моей постели. Других не будет. Слово офицера.

Внутри стало легко и воздушно как-то. Плевать, сколько их было до меня. Важно, что после меня не будет ни одной.

— Слово офицера? — улыбнулась я. Велизар серьезно кивнул.

— А теперь спать, — пробормотал он, целуя меня. Обхватила его за шею.

— Точно спать? — поддразнила я любимого. От того, как Велизар целовал меня, обнимал, поглаживал кожу, не прикрытую халатом, внизу живота появилось приятное томление. Спать уже хотелось не так сильно. Вернее, не хотелось совсем. Вот только немного саднящее ощущение все еще не ушло, даже после ванной.

— Точно, — выдохнул Велизар. И одним движением приподняв меня, уложил на подушки. Приглушенное освещение спальни создавало уютную и романтическую атмосферу. Вздохнула. Обняла Велика, устроившегося около меня. Взгляд остановился на противоположной стене.

— Не похожа я на себя, — пробормотала я, — Слишком красивая что ли. Не такая я.

Велизар рассмеялся.

— Такая, — проговорил он, вздохнул, — Спи уже.

— А кто рисовал? Еще и на всю стену, — спросила я.

— Художник. Спи уже, — вздохнул Велизар, прижимая мою голову к своему плечу.

Украдкой рассматривала свое изображение во всю стену, и под монотонный стук сердца Велизара уснула.

Проснулась, когда за окном забрезжил рассвет. Вернее, Велизар разбудил меня. Сначала подумала, что он опять хочет услышать мое признание. Но ошиблась. Он вновь бредил. Что-то бормотал. Голова металась по подушке, словно он старался избежать чего-то. И постоянно повторял 'Уходите, я прикрою!'.

— Все хорошо, милый, — начала шептать я, чуть приподнявшись в кровати. Обняла его. Пытаясь передать ему частичку своего тепла. Прижала его голову к себе, — Все хорошо.

Спустя несколько минут Велизар успокоился. Затих. Его руки, секунду назад, вцепившиеся в мою спину, расслабились. Увидела, как его веки дрогнули. Глаза открылись. Взгляд немного потерянный, неосмысленный.

— Я скотина, солнышко, — невнятно проговорил он. Вздрогнула от звука его голоса. Столько сожаления было в нем, — Я, правда, самая последняя скотина.

— Велизарка, — прошептала я, касаясь своим лбом его лица. Скорее всего, он спит еще, просто кошмар никак не отпускает, — Глупости все. Ты самый хороший во всем мире.

Велизар отрицательно качнул головой.

— Нет, — хрипло пробормотал он, — Ты девочка совсем, а я…. Я ребенка хочу от тебя. А тебе семнадцать всего. Вся жизнь впереди. Учеба. Ты вчера школу закончила, а я…. У меня крышу снесло капитально. Ты если забеременеешь, я все делать буду. Все-все. И пеленать, и сидеть дома буду, гулять. Я все-все смогу, правда. А ты учиться будешь, профессию получать.

На глаза навернулись слезы. Ну, как его можно не любить? Заботливого и сильного, любящего и самого родного.

— Я люблю тебя, — проговорила я. Велизар моргнул, улыбнулся, — Вот только с детками пока подождем.

— Как хочешь, солнышко, — проговорил Велизар, — Только, видишь ли, они ведь могут появиться после первого раза.

— Я таблетку выпила, — сказала я, — Перед тем, как к тебе прийти. Мне Марго дала.

Несколько минут Велизар смотрел на меня. И вроде бы не хмурился, но и не сказать, что радостный был.

— Не вредно это для тебя? — наконец проговорил он. Пожала плечами, — Тогда к доктору сходим. Пусть посоветует чего получше.

— Как скажешь, — рассмеялась я. Но волкодав не поддержал мой смех, — Что такое? — теперь настала моя очередь допытываться о причине его хмурого настроения.

— Все хорошо, маленькая моя, — вздохнул Велизар, — Просто, вроде как, и хочется ребенка, и рано тебе. И маме спасибо как бы сказать надо, и таблетки эти выбросить в мусор хочется. Короче, не знаю.

— Велизарка, — вздохнула я, — Все будет. Правда. И ребенок у нас будет, даже два.

— Да ты сама еще ребенок, — вздохнул Велизар.

— Но я же вырасту скоро, — возмутилась я, — Мне через два месяца уже восемнадцать стукнет. Так что, буду совсем взрослой, — стараясь не смеяться, проговорила я, — Можно и без трусиков спать….

Рука Велизара скользнула по моему бедру, поглаживая через ткань халата. Кое-где толстая ткань сбилась, открывая тело.

— Без трусиков, говоришь? — пробормотал Велизар мне на ухо, отчего сладкая боль внизу живота усилилась, и мне нестерпимо захотелось, чтобы он коснулся меня.

Закинула ногу на его бедро. Потом улеглась поверх парня. Чуть приподняла голову, посмотрела в его лицо. Взгляд, подернутый дымкой страсти, но серьезный. Губы плотно сжаты в одну линию.

— Потерпим до завтра? — хрипло проговорил он, — Тебе больно еще будет.

Нахмурилась. Как потерпим? Нет! Я сейчас хочу!

— А ты осторожно, — посоветовала я, руководствуясь своим 'колоссальным' опытом в интимных отношениях.

Прижалась к парню всем телом, пытаясь показать, что ждать я не хочу. И тем более до завтра.

Велизар вздохнул. Чуть пошевелился, подтянул меня выше, заставил приподняться, сесть. Ойкнула. Оперлась руками в его плечи. Халат на мне совсем распахнулся, обнажая грудь. А Велизар поспешил воспользоваться моментом. Накрыл мою грудь ладонью. Глаза закрылись сами собой. Приятные, просто нереально приятные ощущения захватывали. Его руки, казалось, были везде. Поглаживали, ласкали, сжимали…. Вот он приподнялся немного, удерживая меня поверх себя. Почувствовала его губы на своей груди. Вцепилась пальцами в его волосы. Поняла, что звуки, нарушающие тишину комнаты — мои хриплые стоны. В следующее мгновение уже лежала спиной на постели, а Велизар целовал меня, царапая легкой щетиной кожу груди, живота. Вернулся к губам. Со всей страстью отвечала на его поцелуи. Перед глазами все кружилось и вертелось. Во мне жила только одна жажда. Хотелось ощутить его внутри. Глубоко. И он будто почувствовал, осторожно коснулся меня пальцами. Задохнулась от его легких касаний. Услышала хриплый шепот на ухо. Почувствовала, что вновь сижу верхом на парне. Он прижимает мою голову к себе, и медленно погружается туда, где все будто горело огнем. И я перестала что-то понимать. Мое тело казалось, жило отдельно от мозга. Мыслей не было. Остались только чувства. И мой Велизар. Все вращалось, рассыпалось на крохотные кусочки, а я все крепче цеплялась за любимого, отчаянно желая раствориться в нем, в его нежности, его любви.

Шевелиться не хотелось, да и сил совсем не было. Велизар лежал подо мной, ласково поглаживал меня по спине, затылку, бедрам, и целовал в висок. От нежности его прикосновений и усталости, уснула. А когда проснулась, Велизара не было рядом. Села на постели, огляделась в поисках халата. Оделась, и, завязав пояс на талии, пошла на поиски Велика. Своего любимого волкодава нашла на балконе. Он, опираясь спиной о кирпичную кладку, стоял и курил. На улице совсем рассвело. Протянула руку, провела пальцами по его затылку. Велик, чуть откинув голову, вжался затылком в мои пальцы.

— Иди сюда, — выдохнул он, выбросив недокуренную сигарету. Обнял меня за талию, шумно втянул воздух носом, прижимаясь лицом к моим волосам.

— Проснулась чего так рано? — пробормотал он в мои волосы.

— А ты? — отстранилась немного. Взглянула в его лицо. Глаза грустные, будто думал о чем-то. Поняла, воспоминания о прошлом его не отпускают, — Грустишь тут один. И куришь. А я там скучаю, одна, и мерзну.

— Не грущу, курю, скучаю, согрею, — по пунктам перечислил Велик. Вроде бы пошутил, а как-то грустно получилось.

— Ты ночью во сне разговаривал, — прошептала я, затаив дыхание, ждала ответа. Но Велизар молчал. Только крепче прижал меня к себе.

— И что говорил? — глядя вдаль, спросил Велик.

— Говорил, любишь меня безумно, — начала сочинять я, — И еще говорил, курить бросишь.

— По первому пункту согласен, — серьезно проговорил Велизар, — А бросить курить, правда, обещал?

А я не выдержала и улыбнулась. Закивала, мол, конечно правда.

— Ну, мужик сказал, мужик сделал, — авторитетно заявил Велизар, — Пойдем завтрак готовить.

— Не, мне нельзя, — улыбнулась я, — Давай ты, а я посмотрю.

— Лентяйка ты моя, — рассмеялся Велизар и, подхватив меня под попку, понес на кухню. А я, решила чего время зря терять, когда в нескольких миллиметрах лицо любимого мужчины. Ну и принялась целовать это самое любимое лицо самого любимого мужчины.

Глава 10. Велизар

Нет, утро мне нравилось очень даже. Как и ночь. Яркая и, однозначно, самая счастливая в моей жизни. И завтрак мне нравился. Еще пару недель назад даже и не мечтал, что все так сложится. Что Агашенька будет сидеть на моей кухне, в моем халате, под которым ничего нет. Точно знал, что она без белья. И это понимание заводило меня с пол-оборота.

— Очень вкушно, — пробормотала Агаша, пережевывая завтрак.

Улыбнулся. Вот ребенок вроде, а в следующую минуту мысли такие взрослые, что страшно становится. Вот как утром. Догадалась ведь, что армия снится. И ночью видно болтал о чем-то. Слышала, поняла, наверное. Но не стала настаивать. Просто тему перевела, и отвлечь попыталась.

И красивая она у меня. Очень. Порой думаю, чем заслужил ее. Ведь не сделал ничего сверхвыдающегося. И не ангел, грехов за душой выше крыши. А тут она, девочка моя, со мной.

— Чем займемся? — поинтересовалась Агафья. А я понял, что смотрю на нее и глупо улыбаюсь. В общем, вновь меня заклинило на ней. Вот только теперь мог не скрывать этого.

— Есть пара идей, — пробормотал я, опираясь спиной о стену, и принялся изучать свой халат на моей девочке. Вернее, тело под ним.

Агаша стрельнула в меня глазками. Подперла подбородок ладонью, улыбнулась. Скопировал ее позу.

— А почему тебя Дан и ребята в Клубе Лисом зовут? — сменила она тему.

— Потому что Элистратов, от фамилии пошло, — пояснил я.

— Понятно, — улыбалась Агаша, — Нет, ты на Лиса не похож. На волкодава похож.

— Правда? — улыбнулся я.

— Агась, — закивала моя девочка, — Надо парням в Клубе подкинуть идею на новый ник.

И сказав это, Агафья в ожидании посмотрела на меня. Вроде бы и не спросила напрямую, и в то же время, поинтересовалась, пустят ее в клуб или нет.

Решил потянуть время. Глянул на часы. Агафья молчала, но с каждым мгновением видел, что ее терпение медленно испаряется. Подождал еще пару секунд.

— Надо, — согласился я, — Вот только не поймут они. Но ты можешь все равно попытаться.

Агафья подпрыгнула с места, и уселась на моих коленях.

— А мне правда можно в Клуб? — с надеждой спросила Агафья.

— Правда, — кивнул я, — Только я с вами буду играть.

Феня моя вздохнула.

— Велик, — с упреком проговорила она, — Я ведь сказала. Не нужен мне никто. Чего ты опять начинаешь?

— Феня, — в тон ей ответил я, — Я верю тебе. Просто так мне будет спокойнее. Буду знать, что с тобой в порядке все. И потом, там никто мне конкуренцию и не составит. Честно.

— Ой, хвастун, — рассмеялась моя девочка, — Да у нас там парни все спецы экстра-класса! Все, поголовно!

— Ой, да ну! — рассмеялся я в ответ, — Вечером посмотрим. Спорим?

— А давай! — задорно проговорила Агафья, — На что?

— Не придумал еще, — ответил я, — У тебя есть идеи?

— Есть, — кивнула малышка.

— И какие? — полюбопытствовал я.

— Вот как проиграешь, так и скажу! — лукаво проговорила Агафья и слезла с моих колен. Мда, теперь точно придется проиграть, ведь не признается просто так.

Вспомнил о подарке, который приготовил ей по случаю выпускного бала. Встал со стула, подхватил Агафью и вместе с ней пошел в спальню.

— Куда идем? — невинно полюбопытствовала малышка. Рассмеялся. Нет, я, конечно, хочу ее всегда и безумно сильно, но ведь понимаю, что непривычно для нее все. Мелькнула мысль. Ведь не испугалась, не отстранилась. Так что можно бы взять выходной, забросить все дела и весь день проваляться в кровати.

— Вот, — проговорил я, после того, как сел на край кровати и вынул из тумбочки футляр.

— Это мне? — радостно вздохнула малышка.

— Угумс, — улыбнулся я. Агафья открыла футляр с прочной цепочкой и подвеской в форме лисенка.

— Красиво, — проговорила Агаша, — Я теперь Лиса, да?

— Нет, ты еще Лисенок, — рассмеялся я. В ответ получил хмурый взгляд исподлобья. Улыбнулся. Хотел взять слова обратно, не предполагал, что мои слова ее могут обидеть. Просто она ведь для меня всегда будет малышкой, и в семнадцать, и в тридцать. Но Агафья вдруг, спрятав лицо в ладони, рассмеялась.

— Знаешь, Велизарка, — сквозь смех, проговорила Агаша, — Марго тут идею высказала по поводу твоих укусов.

Удивленно поднял брови вверх.

— Ну, она просто увидела у меня на шее след, — начала оправдываться Агафья, — Вот я и сказала, что ты кусаться любишь. А Марго и говорит, что ты так свою территорию метишь. Теперь вот лисенка подарил. Чтобы уж наверняка, да?

— Интересно, чего еще моя мама тебе сказала? — полюбопытствовал я.

— Ничего, — как-то уж слишком быстро ответила моя девочка. Нахмурился.

— Я ведь и позвонить могу, она мне точно не соврет, — пригрозил я. А сам принялся тянуть за пояс халата. Если не признается, буду пытать, пока не услышу ответ. И пытки ей точно понравятся, уверен.

Ласково провел рукой по спине, пробрался под халат. Чуть сдвинул ворот. Потерся носом о ее плечико.

— Сказала, что трудно с тобой будет, — торопливо начала сознаваться малышка после первого укуса, ласкового и нежного.

— Дальше, — потребовал я, пряча улыбку. Агафья чуть наклонилась, подставляя шею и плечико, чтобы мне было удобнее ее целовать. Знал, что так ей очень нравиться.

— Говорила, что ты любишь меня, — уже тише и с придыханием, пробормотала малышка. От ее голоса вмиг завелся. Какая тут работа? Сегодня выходной и точка!

— Угу, — промычал я, не переставая 'пытать' мою девочку.

— И все, — выдохнула она.

— Не правда, — пробормотал я, — Что еще?

— Всё, — выдохнула малышка, когда добрался до ее ушка.

— А если подумать? — прошептал я, приподнял ее. Прижал к себе так, чтобы она чувствовала мое возбуждение. Помедлил секунду, давая ей время подумать. Агафья, скользнув руками в мои волосы, сжала пальцы. Мгновение смотрела на меня, улыбнулась, и стремительно подалась мне навстречу, целуя, страстно. Сомнений не осталось, и все планы не день сами собой разрушились.

— Телефон звонит, — услышал легкий шепот Агафьи. Мы лежали на постели. Вернее, лежал я, устроив голову на коленях моей девочки, а она сидела, перебирала мои волосы, гладила лицо кончиками пальцев. Закрыв глаза, лежал и наслаждался жизнью. Вот он кайф! Правда, курить хотелось. Но я, верный данному слову офицера, держался. С самого утра не курил. Если очень хотелось, брал руку Агафенка и глубоко вдыхал запах ее ладони. Пока помогало.

Еще и девочка моя, будто чувствовала, что мне курить хочется, отвлекала от мыслей о сигаретах. То у нее халатик с плеча съедет, то ей спинку почесать, то ножку погладить…. В общем, из спальни мы даже и не пытались выйти. Телевизор не включали. Только ходили на кухню, и вновь возвращались в комнату. Хотя, и мелькали у меня в голове картинки, что можно и на кухне предаваться любовным забавам, вот только пока боялся девочку мою напугать.

— Пусть звонит, — пробормотал я, повернулся на бок и уткнулся лицом в ее живот. Агаша только рассмеялась.

— Мой телефон звонит, — проговорила она, поглаживая мою спину ладошкой, — Может быть, Марго звонит. Надо ответить.

Вздохнул. Надо, так надо.

— И где он? — спросил я, чуть раздвигая полы халата и осторожно пробираясь к животику девочки моей. Так и хотелось целовать ее, облизывать, кусать…. Всегда хотелось, и безумно.

— В коридоре в шкафу, — ответила Агафья. Кивнул. Поцеловал любимый животик, и пошел на поиски телефона. Обнаружив мобильник Агафьи, принес его в спальню.

— И кто там? — поинтересовалась Агафья, пожал плечами. Не посмотрел даже. Хоть и было любопытно, но надо ведь начинать свое перевоспитание. Вот с телефона и начнем.

Передал мобильный Агафье, она, посмотрев пропущенные вызовы, нахмурилась.

— Все хорошо? — спросил я. Ответить девочка моя не успела. Телефон вновь позвонил.

— Да, — ответила она, — Добрый. Да, сдала. Да, хорошо. Прошел вчера. Нет, я не жалею, что тебя не было.

Агафья замолчала, а я понял, что звонит отец. Иначе, с кем ей еще говорить в таком тоне. С Азаровым она никогда не ладила. Даже фамилию взяла двойную, хоть и скандалить пришлось с отцом, и мама вмешалась.

— Скажи пожалуйста, ты в жизни не интересовался моими делами, а тут вдруг из-за границы звонишь? — насмешливо проговорила Агафья, протянув руку, сжал ее ладонь. По глазам видел, нервничает она, переживает, хоть и старается казаться равнодушной, — Что тебе конкретно от меня надо, Аркадий Петрович?

Агафья вновь замолчала, слушая собеседника.

— Посмотрим, если занята не буду, — отрезала она, и сбросила вызов, — Урод, блин! — пробормотала она, швыряя телефон на кровать.

— Расскажи, — попросил я. Агафья, обняла меня за шею, перебралась на мои колени.

— Да нечего рассказывать, — вздохнула моя девочка, — Папочка решил вернуться из Франции, у него тут дела какие-то срочные, и сподобился меня почтить своим присутствием. Велизар, а может, поедем на дачу к Марго, скажем, что там дел по горло? Давай, а? Не хочу я его видеть. Правда, не хочу.

— Как хочешь, солнышко, — проговорил я. По мне, так девочку мою я вообще отпускать от себя и на шаг не хочу.

Некоторое время Агафья сидела, прячась на моих руках словно от всего мира. Потом кивнула своим только ей известным мыслям, подняла лицо ко мне.

— Нет, поеду, послушаю, что он мне сказать хочет, — вздохнула Агаша, — Поедешь со мной?

— Конечно, если хочешь, — согласился я, — И когда?

— Да он тут уже, в городе, — пробормотала Агафья, — Через два часа, в особняке ждет меня.

Посмотрел на Агафью.

— Нам бы тебя переодеть нужно, — пробормотал я, вспоминая вечернее красиво платье, которое выглядело изрядно мятым, и немного не целым. В общем, было платье красивым, еще вчера утром. А сейчас от него одни воспоминания.

— А я прихватила одежку кое-какую, — хитро улыбнулась моя девочка.

— Какая ты у меня предусмотрительная, — похвалил я Агафенка.

— Ну, так покорять мужчину шла, — развела она руками.

— Да мужчину твоего и покорять не надо, — рассмеялся я, — Он и так твой.

Одевшись, мы вышли из квартиры. На улице уже начинало смеркаться. Сели в машину, припаркованную на стоянке около дома, и поехали в особняк Азарова. Меня занимал один вопрос, вернее два. Чего хочет Азаров от моей Агафьи, и как он отреагирует на новость о том, что его дочь встречается со мной. И что-то мне подсказывало, что реакция отца будет не самой спокойной.

В особняке Азарова во всех окнах первого этажа горел свет.

— Вечеринку закатил, что ли? — пробормотала Агафья, — Хорошо. Быстрее разговор закончится, — обрадовалась она, и посмотрев на меня, спросила, — Можно я пару вещей возьму из комнаты?

— Можно все, что хочешь, — улыбнулся я, паркуя машину.

Мы вышли из 'Ауди' и направились ко входу в особняк. Открыл дверь перед Агафьей. Пропустил ее вперед. Она ласково улыбнулась. В холле нас встретил Азаров. Кивнул мне. Посмотрел на Агафью.

— Здравствуй, дочь, — поздоровался он. Так и хотелось двинуть этому напыщенному индюку по морде. Ну кто так здоровается с дочерью, единственной и по логике любимой, после месячной разлуки? Нет, с нашими детками все будет иначе. Я буду самым замечательным отцом, таким, о котором Агафья моя и не мечтала.

— Добрый вечер, Аркадий Петрович, — поздоровалась Агаша.

— Пройдем в кабинет, — коротко проговорил он, игнорируя меня. Агафья пошла следом за отцом, вцепившись в мою ладонь, и не выпускала ее, до самой двери. Понимал, что ей нужна моя поддержка. Сжал в ответ ее хрупкие пальчики.

Вот только в кабинет меня не пустили.

— Пусть твой друг подождет снаружи, — коротко приказал Азаров. Агафья глянула на меня.

— Все в порядке, я тут, — утешил я малышку. И выпустил ее ладошку из своей руки. Перед моим носом Азаров захлопнул дверь кабинета. Рядом с дверью нарисовался охранник, дородный детина юношеского возраста с хмурым выражением лица и жаждой баксов во взгляде.

Стоя в метре от двери, голосов, доносившихся из кабинета, было не разобрать. Посмотрел на часы. Уже пять минут. Когда прошло пятнадцать минут, начал волноваться. Заволновался еще больше, когда услышал звук бьющегося стекла, и крики моей девочки.

Быстренько обезвредил охранника и, открыв дверь практически пинком, вошел в кабинет. Кто тут у нас такой смелый, чтобы девочку мою обижать?

Взгляд остановился на Агафье. Она стояла в паре метров от отца, держалась рукой за стремительно краснеющую щеку, и с ненавистью смотрела на Азарова. В кабинете, как выяснилось, сидел еще один зритель семейных разборок.

Перевел взгляд на Азарова. Что было написано на моем лице, не знал, вот только вида его отец Агафьи испугался.

— Агафья? — проговорил я, — Все в порядке?

— Да, Велизар, мы уходим, — девочка моя подошла ко мне ближе, стараясь не показывать пострадавшую щеку. А я понял, что вот-вот разнесу тут все.

— Хорошо, солнышко, — постарался как можно спокойнее проговорить я, — Ты ведь хотела что-то взять из своей комнаты? Сходи быстренько. Лады?

Агафья хотела возразить, но передумала. Поняла, наверное, что спорить со мной бесполезно.

Малышка вышла из кабинета, а я посмотрел на незнакомца, все еще сидевшего в кресле, и перевел взгляд на Азарова.

— Могу поинтересоваться, почему Вы ударили Агафью? — спокойно проговорил я.

— Не твое дело, — ответил Азаров, — Моя дочь, и я имею полное право ее воспитывать.

Нет, не стоило говорить этому выродку такое, еще и в моем присутствии. Ой, не стоило!

В один прыжок преодолел расстояние между нами. Двинул в челюсть, перехватил руку, и завел за спину.

— Я Вам, господин Азаров, все пальцы переломаю, если еще раз повториться подобное, — спокойно проговорил я, — И плевать, сколько у вас охраны.

— Да что ты себе позволяешь, щенок?! — пропыхтел Азаров, — Кто ты вообще такой, чтобы вякать?!

— Я Ваш зять, — спокойно проговорил я, — Любить меня не нужно, а вот бояться можно.

Выпустил Азарова из хватки, взгляд вновь вернулся к зрителю. Мужчина около тридцати, судя по внешности, крутик какой-то. Взгляд не понравился. Страха не было в нем.

— И как так получается, Аркадий Петрович? — спокойно поинтересовался незнакомец, — А Вы ведь говорили, что школьница Ваша дочь. Только-только выпускной прошел. А тут уже замуж вышла. Чудеса, да и только.

— Велизар, я готова! — на пороге кабинета стояла моя Агафья. Не прощаясь, вышел. Вот только мужика надо бы пробить. Не по себе как-то стало. А чутье меня не подводило еще ни разу.

Взял малышку за руку, ее сумку забросил на плечо, и повел на улицу.

Когда сели в машину, посмотрел на ее лицо. Плакала у себя в комнате. По глазам видел, что плакала.

Завел двигатель, отогнал машину как можно дальше от особняка, съехал на обочину. Расстегнул ремень безопасности Агафьи, перетянул ее на свои колени.

— Что там произошло? — спросил я. Но в голове уже прокручивались возможные варианты событий.

— Папа лохонулся в бизнесе, решил долги раздать, — начала плакать моя девочка. Руки сами собой сжались в кулаки. Знал бы, грохнул бы урода прямо там в кабинете.

— А тут дочка взрослая, чем не валюта? — девочка моя рыдала у меня на груди, а я старался успокоить ее как мог.

Когда слезы стихли, вытер мокрые щеки Агафьи. Начал целовать ее лицо, пытаясь успокоить.

— Я тебя никому не отдам, поняла? — почти прорычал я. Агафья улыбнулась, кивнула.

— Я так рада, что ты есть у меня, — всхлипнула малышка. Прижал ее голову к себе. Надо что-то придумать, срочно. Ведь не зря незнакомец тот сидел в кабинете Азарова.

— Ты мужика того знаешь? — спросил я, не переставая поглаживать спину Агафьи.

— Нет, Азаров его представил как Кулаковский, — ответила малышка.

— Разберемся, — пообещал я.

— Поехали домой, — попросила моя девочка, и перебралась на свое сиденье, — Нет, поедем лучше к Марго на дачу. Можно?

— Конечно, солнышко, — пообещал я.

Глава 11. Агафья

К Марго мы приехали довольно быстро. Юрий тоже был на даче. Вчетвером решили устроить посиделки на террасе. Как могла, прятала свою щеку от глаз Марго, на которой вырисовывался синяк от руки отца. Спустя десять минут нашего пребывания в гостях, Юрий отозвал Велизара в сторону. О чем говорили мужчины, я не слышала, вот только когда они вернулись, Юрий улыбался, Велик мой тоже.

— Милая, я нынче безработный, — весело сообщил Юрий, — А вообще, у меня есть кое-какие сбережения. Думаю, не расширить ли нам твой ресторан?

Посмотрела на Марго. Вообще-то она давно хотела, но все не хватало то сил, то времени, то средств.

— А давай! — согласилась Маргарита. Велизар сел рядом со мной, поцеловал в висок, ласково взъерошил волосы на затылке.

— Агаша, пойдем, поможешь мне, — позвала меня Маргарита. Согласно пошла за ней в дом. И как только дверь на террасу закрылась, подруга обернулась ко мне, скрестила руки на груди, и хмуро посмотрела на мой синяк.

— Сомневаюсь, что дело рук моего темпераментного сына, но если это все-таки он, то я его голыми руками в бараний рог…, - закончить Марго не дала, обняла подругу и рассказала о плане отца продать меня по бросовым ценам. Марго слушала, тихонько закипала, и скорее всего, планировала пристукнуть моего 'любимого' папочку.

— А Велизар ему по морде двинул, я видела, — всхлипнула я.

— Правильно сделал, — одобрила Марго поведение сына, — Он ничего не сломал ему?

— Не знаю, — продолжала плакать я, — Нет, кажется.

Несколько минут я плакала, вытирая слезы об одежду Марго, а потом успокоилась.

— Солнышко, — сказала Маргарита, когда я перестала плакать, — Ты мне лучше скажи, как у вас с Велизаром дела?

— Хорошо, кажется, — улыбнулась я, вздохнула, вспомнила сегодняшний день, который мы, практически весь, провели в пределах спальни, захихикала, глупо, и как-то по-детски, — Хорошо, — повторила я.

— Всего-то 'хорошо'? — раздался с порога грозный рык волкодава, — 'Хорошо', и все что ли? — продолжал рычать мой Велик. Марго закатила глаза к потолку. А Велизар, уперев руки в бедра, начал надвигаться на меня с наигранно грозным и серьезным видом.

Завизжала. Подпрыгнула на месте, и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, помчалась прятаться от праведного гнева моего волкодавчика.

Оглянувшись назад, увидела, что Велик что-то проговорил Марго, получил подзатыльник, и пошел меня переубеждать, доказывать, что у нас все не просто хорошо, а замечательно. После того, как волкодав меня поймал, крепко поцеловал во все доступные места, потребовал очередное признание от меня, мы вернулись на террасу. Юрий и Марго о чем-то спорили на повышенных тонах. Как только мы появились, Марго замолчала, а Юрий пошел курить.

— Что у вас стряслось? — вздохнул Велизар.

— Ничего, — поспешно ответила Маргарита, — Просто мнения не совпали.

— Просто мать ваша упрямая слишком, — раздался громкий голос Юрия, который стоял в нескольких метрах от нас и курил, — Она, видите ли, считает себя старой для ЗАГСа!

— Юр, ну, что ты как ребенок, а? — вздохнула Марго.

— Ритуль, да ты сама, как ребенок, — взорвался Юра, — Я тебя, можно сказать, всю жизнь ждал! Какая к черту разница, сколько нам, двадцать или пятьдесят? Сказал, забей на возраст! Трудно, что ли?

Мы с Велизаром переглянулись.

— Юр, мы ведь решили все, — проговорила Маргарита, начиная разводить бурную деятельность вокруг стола, только бы не вести разговор с Юрой.

— Это ты решила! — посмотрела на Юру, он, выбросив сигарету, вернулся к нам, — А я не согласен с твоим решением. В общем, так, Рита, — грозно и совершенно серьезно продолжал говорить Юрий, — Вот тебе ультиматум: либо брак, либо разбегаемся!

Посмотрела на Марго, она, опустив голову, так, что из-за волос не было видно ее лица, продолжала что-то расставлять на столе.

Юрий вздохнул, что-то пробормотал. Посмотрела на Велизара, он не спускал глаз с Маргариты.

— Рит, — вновь заговорил Юра, уже не так гневно, гораздо спокойнее, — Рит, ну, как ты не поймешь, милая? Я не хочу быть случайным гостем в твоей жизни. Хочу проснуться утром, а ты рядом. Хочу гарантий, что не убежишь, что со мной будешь и завтра, и послезавтра. Понимаешь?

Юра замолчал. И Марго так и не сказала ни слова, продолжая прятать лицо от нас.

— Хорошо, Маргарита, — вздохнул Юра, отошел от Марго на пару шагов, вынул сигарету из пачки, но не прикурил, развел руками в стороны, — Ладно, я все понял. Не ко двору, короче, пришелся.

И не говоря больше ни слова, развернулся и направился в сторону калитки. Велизар молчал, только продолжал сверлить Марго недовольным взглядом. А она замерла, но лица не подняла. Мое терпение иссякло. Нет, ну кто-нибудь ведь должен что-то делать!

— Да что за фигня, а?! — закричала я так, что Марго вздрогнула и посмотрела на меня. Велизар провел ладонями по лицу.

— Солнышко, не лезь, — тихо проговорил он, — Пусть сами разберутся.

— Да какой 'не лезь'? — закричала я, — Марго! Ты ведь любишь Юру. В чем проблема? Ты сама мне говорила поступать по-взрослому и нести ответственность за свои поступки. А сама что делаешь? Он ведь уйдет, а ты?

Маргарита устало опустилась на стул. Спрятала лицо в ладони. А я все не унималась.

— Марго, если дело в Велике, — продолжала говорить я, — Он ведь не против. Правда!

Посмотрела вопросительно на Велизара. Он качнул головой. Вот и правильно, пусть только будет 'против'!

— Не 'против'! — повторила я, и уже спокойнее, — Марго, ты не переживай, я о Велизаре позабочусь. Честно! А ты о себе подумай. Сколько можно быть одной? А Юра? Он ведь такой славный. И любит тебя. Любит ведь?

Марго зарыдала, а Велизар погладил меня по спине ладонью, скорее всего поддерживая.

— Любит, — услышала я голос Юры. Он вернулся. Остановился около плачущей Маргариты, — Ритуль, хватит сырость разводить, — пробормотал он. А Маргарита зарыдала только еще горше. Юра сел на стул рядом с Марго, перетянул ее к себе на колени. Она обняла его за шею и спрятала лицо на его груди.

— Иди сюда, — пробормотал Велизар, — Какая ты у меня грозная, Феня.

Хотела возмутиться, но Велизар не позволил. Усадил меня на свои колени.

— И как ты обо мне заботиться надумала? — прошептал он мне на ухо.

— Ну, как, как обычно, — смутилась я, — Рубашки буду тебе гладить. Ужин готовить. Ну и все что нужно буду делать.

— А ты умеешь? — с сомнением поинтересовался Велизар. Нахмурилась. Прикинула, обижаться или нет. Потом посмотрела в глаза Велизару. Вот гад, но любимый самый. Сидит тут, смех едва сдерживает, и меня дразнит.

— А ты сомневаешься? — вздернула брови вверх. Он пожал плечами, а я покачала головой, — Ой, и зря же ты во мне сомневаешься, волкодавчик мой.

— Пожалею? — предположил Велизарка. Уверенно кивнула. Он наигранно горько вздохнул, — Ну, значит, буду бояться твоего гнева. Уже начинать?

Так мы и дурачились весь вечер. Ближе к полуночи вернулись в город, в квартиру Велизара, а Марго и Юрий остались на даче обсуждать приготовления к свадьбе. Они решили просто и тихо расписаться, и поехать на недельку на море.

— Поедем завтра в клуб? — спросила я у Велизара, когда мы, наконец, добрались до кровати. От усталости даже шевелиться не хотелось. Велизар укрыл меня, прижал к себе, вздохнул.

— Ближе к вечеру, днем нужно по делам помотаться, — пробормотал Велик.

— Хорошо, — ответила я, уже засыпая. Легкое дыхание Велизара шевелило тонкие волоски на виске. Тепло его рук успокаивало и усыпляло.

— Люблю тебя, — услышала тихий шепот. Улыбнулась. Обычно он не признавался первым. Ждал, когда признаюсь в любви первой и говорил просто 'И я'. В этом весь он. Не главное для него на каждом углу кричать о своих чувствах. Куда важнее показывать их, подтверждать своими прикосновениями, поступками, делами. И мне этого хватало. Я просто знала, что он любит меня.

Глава 12. Велизар

Проснувшись в шесть, как обычно, несколько минут лежал и смотрел, как она спит. Маленькая совсем, девочка моя. Нежная, и неожиданная, ей удается удивлять меня, когда, казалось бы, я ее разгадал. Вроде бы все понятно, а потом, хоп, и сюрприз очередной. Как вчера вечером. Заботиться обо мне собралась. Нет, приятно, конечно, даже больше, чем просто приятно. Но ведь это я должен о ней заботиться, а тут она решила. Пусть, конечно, если ей так хочется. Пусть делает, что желает. Хочет гладить и готовить, да ради Бога! Не хочет, может вообще ничего не делать.

Осторожно выпутался из ее цепких объятий. Она пошевелилась во сне, недовольно сморщила носик. Погладил ее по щеке. Агаша улыбнулась во сне, и затихла.

Пошел в душ, потом на кухню. Приготовил завтрак. На экране телефона, лежавшего на кухонном столе, высветилось входящее сообщение от Даниеля.

'Михайловский. Через пятнадцать минут. По поводу вчерашнего субъекта.'

Отлично. Значит, Дан нашел кое-какую информацию.

Пошел будить Агафью. Вообще, уезжать не хотелось, у меня было стойкое желание повторить вчерашний день. Но дела не терпели отлагательств. Если вчерашний незнакомец мог хоть как-то навредить Агафье, следовало действовать как можно быстрее.

Агашенька моя нехотя просыпалась. Открыв один глаз, улыбнулась. Переползла по кровати на мои колени, словно сонный котенок, и вновь начала засыпать.

— Солнышко, — прошептал я, — Мне нужно по делам. Как только закончу все, сразу же вернусь. Ты пока дома посиди, идет?

— Угу, — пробормотала Агаша, так и не просыпаясь окончательно. Только потерлась головой о мой живот, и вздохнула. Тихо рассмеялся.

— Девочка моя, — прошептал я, приподнимая ее, и прижимая к себе, так, чтобы ее сонное личико оказалось на одном уровне с моим лицом, — Позавтракать не забудь.

— Угу, — пробормотала она, улыбаясь с закрытыми глазами. Вздохнула, закинула руки на мои плечи, стиснула, прижалась крепче. Уходить от нее хотелось с каждой минутой все меньше и меньше.

— Я постараюсь быстрее вернуться, — прошептал я, начиная целовать ее лицо, губы, глаза, ушко.

— Люблю, — пробормотала Агафья, а у меня, как и каждый раз от ее признаний, замерло сердце на миг, и забилось с удвоенной силой.

— И я тебя люблю, — прошептал я.

Агафья, открыв один глаз, улыбнулась, кивнула, и медленно перебралась на подушку. Соблазнительно так, одеяло то и дело оголяло плечико, грудь. Глубоко выдохнул. Нет, и как мне теперь уйти от нее?

— Уходишь? — лукаво поинтересовалась моя девочка. Мельком взглянул на часы. Думаю, Дан меня поймет, и слишком ругать не станет, если опоздаю.

— Чего морда такая довольная? — проворчал Даниель, когда я вышел из машины. Друг что-то смотрел в телефоне, сидя за рулем 'Мерса', - Садись, давай.

Я послушно сел в салон. Настроение зашкаливало. А все потому, что одна милая особа никак не хотела меня отпускать от себя. А я был всеми руками 'за'. И не только руками.

— Субчик тот темный, — начал рассказывать Дан, — Денег одолжил Азарову. Прилично так одолжил. А Азаров все профукал, вернуть не может. Его на счетчик поставили. Он взамен Феньку предложил. Вроде как, слияние компаний, если официально. Азаров приобретает зятя в лице Кулаковского, а Кулаковский подгребает все фирмы азаровские, недвижимость, ну, все, чем Азаров еще владеет, что профукать не успел.

Руки сжались в кулаки, а хорошее настроение пропало.

— Урою, падлу, блин, — прорычал я. Дан согласно кивнул.

— Только без помощи не справимся, — тонко намекнул друг. Вздохнул.

— Придется просить, — сказал я, и вышел из машины.

Достал телефон из кармана джинсов. Секунду подумал, взвесил все 'за' и 'против'. Выход один.

Спустя полчаса, я уже подъезжал к ресторану, в котором была назначена встреча с господином Азаровым. Прошел мимо охраны, тщательно обыскавшей меня на предмет оружия. Идиоты, блин. Можно подумать я их без пушки не завалю.

Азаров ждал меня, сидя за столиком на открытой площадке ресторана.

— Замечательный день, не находите, господин Элистратов? — вежливо поинтересовался он.

— Аркадий Петрович, — сказал я, игнорируя приглашающий жест Азарова присесть, — Коротко и по делу. Агафья моя. Плевать, что Вы ее отец. На ваши проблемы мне тоже плевать. Вы просто отстанете от девочки, и дадите ей жить так, как она хочет.

— Знаешь, Велизар, — спокойно проговорил Азаров, — За тебя просил один человек, которому не могу отказать. Но мне, знаешь ли, гарантии нужны.

С трудом сдержался, чтобы не сломать ему пару нужных частей тела.

— Гарантии? — ледяным голосом переспросил я, — Как на счет вашей жизни?

Чуть сдвинулся в сторону, открывая просмотр снайперу, засевшему на крыше здания напротив. Красный огонек скользнул по столу, перепрыгнул на руку Азарова. Отец Агаши испуганно уставился на него, словно на смертоносную гадюку, как в принципе оно и было. Одно неверное движение, и Азаров мог готовить место на кладбище.

— Аркадий Петрович, — спокойно проговорил я, — Попрошу мою семью впредь не беспокоить.

— Вообще-то, — обрел голос Азаров, — Агафья моя дочь. Она Азарова как-никак.

— Через два месяца она будет Элистратовой, — спокойно возразил я, — Как только выйдет за меня замуж. Надеюсь, все понятно?

— Предельно, — ответил Азаров, и ухмыльнулся, — Тем более за нее прилично заплатило наше дружное государство.

Игнорируя предупреждение Дана, рванулся к Азарову. С ходу нанес ему удар в лицо.

— Она тебе не товар и не валюта! — заорал я, выведенный из себя словами отца моей любимой девочки, — Урод, ***!

Охранники, увидев мордобой, подбежали на помощь шефу. Вот только помогать передумали, как только в нескольких метрах от них начала биться посуда. Дан, с оптикой на крыше, все держал под своим контролем.

Из здания ресторана я вышел спокойно. Никто не останавливал меня. Спустя двадцать минут мы встретились с Даном на окраине города. Я рассказал, как все прошло. Да он, в принципе, и сам все видел и слышал.

— Думаешь, отстанет? — спросил Дан. Уверенно кивнул. Завтра одной из фирм, принадлежавшей Азарову, дадут разрешение на выполнение госзаказа. За счет этого, весь его бизнес вновь станет процветать. Долг Кулаковскому он вернет. Тот тоже согласен подождать пару месяцев. И на Агафью видов иметь не будет. Когда просят такие люди, как наш с Даном знакомый, отказаться нельзя. Опасно для дальнейшего существования. Это Азаров понтовался, просто потому, что он знает, сколько Агаша значит для меня. Скорее всего, рассчитывал, что я ему, как ее отцу, ничего не сделаю. И он, по сути, прав. Убить его я бы не смог. Не потому, что мне слабо. Нет. Просто потом не смог бы смотреть в глаза любимой, не смог бы жить с осуждением в ее взгляде. Каким бы ни был Азаров, он ведь ее отец, пусть и гнилой до мозга костей.

— Спасибо, друг, — пожал я Дану руку.

— Пустяки, — отмахнулся Даниель, — Свидетелем я буду?

— Конечно, — рассмеялся я, — Осталось только невесте сообщить, что у нее свадьба через два месяца.

— Ну, удачи тогда, — заржал Дан. И сев в свою машину, укатил. А я позвонил человеку, которому теперь обязан по гроб жизни.

— Как прошло? — спокойный голос собеседника раздался в трубке после первого же гудка.

— Все отлично, — отчитался я, и, помедлив, добавил, — Спасибо Вам.

— Не за что, — ответил собеседник, — На свадьбу позовешь?

— А Вы придете? — стараясь скрыть улыбку, проговорил я.

— Думаю, нет, — честно ответил мой друг, — Но выпью за ваше здоровье стаканчик другой.

Абонент сбросил вызов. А я засмеялся. Мда, старик формы не теряет.

Сел в машину. Завел двигатель и помчался к своей девочке. Соскучился ужасно по ней. Теплый летний ветерок трепал волосы, а я, сидя за рулем 'Ауди' вспомнил тот день, когда понял, что Агаша моя. Вернее, должна быть моей. Столько времени прошло с тех пор, а казалось, что всего пара дней. В тот день я приехал домой. Вернулся из армии, после лечения в госпитале, после ранения, после тихого увольнения в запас. Приехал с сумкой за плечами. Дверь открыл в квартиру мамы, а там она стоит, чудо мое. Волосы торчат в разные стороны. В одной футболке, которая едва прикрывала округлую попку. Такая все растрепанная, сонная, соблазнительная. А я стоял, пялился на нее, и не мог понять, что к чему.

— Тьфу ты! — облегченно пропищала Агаша, — А я думала, что за принц из сказки, красивый и мускулистый, а это всего лишь ты, Велик!

Меня словно ушатом холодной воды окатило. Вот так-то. Не принц я, а 'всего лишь Велик'.

Помню, как что-то промычал в ответ, и завалился спать на диван. Потом пришла мама, устроила праздничный обед по случаю моего возвращения. А я все украдкой смотрел на помогавшую ей Агафью и думал, когда она успела вырасти?

— Ты соскучился по всему женскому полу, или именно по Агаше? — спросила меня в тот день мама. А я промолчал, так и не зная ответа. Ответ, окончательный и единственно верный, появился вечером, вернее ночью. Мы с Даном забурились в ночной клуб. Там мне, в пьяном состоянии, начала мерещиться моя Агафья. Дан ржал, высказывал желание познакомиться с моей девочкой, а я только рычал от злости. Потом вернулся домой, изрядно пьяный, злой. Завалился спать. А когда проснулся, понял, что сплю в своей комнате на полу. Вернее, ранее принадлежавшей мне комнате. А теперь это была спальня Агафенка. Агафья спала на кровати, и даже не проснулась от моего храпа. И вот тогда я понял. Люблю ее. И хочу. Вот только на хрена ей нужен отставной солдат, который ни черта, кроме как бегать и стрелять не умеет? Еще и маленькая она совсем, шестнадцать всего. Да и во мне видела только старшего брата.

Зато теперь все иначе. Теперь мы вместе, и никто ее у меня не отнимет. Особенно ее папаша.

Открыв квартиру своим ключом, замер. Тихая музыка доносилась из гостиной. Разулся, пошел искать мою девочку. До жути хотелось обнять ее, поцеловать, убедиться, что все в порядке с ней. В гостиной было пусто. Ну, и где она? Свою пропажу обнаружил в спальне. В такой, мягко говоря, пикантной позе. Короткие шортики ладно обтягивали округлую попку, торчавшую к верху. Сама хозяйка попки и моего сердца по совместительству стояла на коленях, и, упираясь ладонями в пол, что-то выискивала под кроватью.

— Иди, говорю, сюда! — приказала она. Удивленно приподнял брови. Ну, и что она там забыла?

Ответ появился спустя минутку. Нечто пищащее и облезлое выкатилось из-под кровати.

— Наш хозяин придет, а мы еще не готовы, — ворчала моя девочка, — А нам нужно вымыться, иначе он не согласится тебя оставить, — выговаривала Агафья, а я пытался, очень сильно пытался не смеяться.

Агафья в руках с крохотным облезлым колобком обернулась, собираясь выйти из спальни.

— Ой, — проговорила она, улыбнулась, потом, опомнилась, спрятала зверюшку за спину, — А я скучала!

— Зубы не заговаривай, — строго проговорил я, — Что за жильцы у нас в доме?

Агафья удивленно захлопала глазами. Мило так, и очень соблазнительно.

— У нас? Дома? — переспросила она, — То есть, у тебя и у меня? В смысле, у нас, да?

Стоял и думал, она как себе представляла нашу дальнейшую жизнь вообще? Она у Марго будет жить, а я тут? Ни хрена чет я не понял ее мыслей. Но на всякий случай кивнул, глядишь, и прояснится чего.

Она моргнула еще пару раз. По ее глазам понял, плакать собралась. Вздохнул.

— У нас, в НАШЕМ доме, — четко проговорил я, — А ты не рыдай только. Поняла?

Агафья кивнула. Вроде и плакать передумала. Вмиг полегчало. Облезлый комок в ее руках издал звук, крайне отдаленно напоминавший собачий лай.

— Это кто? — потребовал я ответа. Несколько секунд Агафья просто смотрела на меня. Вздохнул. Подошел ближе, сбросил скулящий комок с ее рук на пол. Обнял свою девочку, — Агаш, если тебе волкодава мало, да пусть этот, — глянул на комок шерсти, — живет ради Бога, только не плачь, хорошо?

Она кивнула.

— А ты, правда, думаешь, что мы тут вдвоем… — скромно проговорила Агафья.

— Солнышко, — вздохнул я, и смеяться хочется, и вроде как порычать на кого-то нужно, — А как иначе? Ты моя.

— А ты? — Агафенок запрокинула голову, заглянула в мои глаза.

— А я твой, — уверенно проговорил я. Она улыбнулась, приподнявшись на цыпочках, поцеловала меня. Под ногами что-то опять тявкнуло.

— А Волчара? — лукаво проговорила Агаша, — Он наш?

И с надеждой так во взгляде проговорила, и как тут отказать? Да нет у меня и шанса ей перечить.

— Это точно кобель? — с сомнением поинтересовался я, — Как-то сомнительно он выглядит.

— Не знаю, — пожала плечами Агафья, — Но 'Волчара' мне нравится. Грозный такой.

— Мдаа, — протянул я, видя, как крохотный черный комок пытается выгнать блох из своей облезлой шерсти, — Грозный.

— Велик, он крохотный совсем, — начала говорить Агаша, — Места много не займет. Я его выкупаю, и выгуливать буду. Честно-честно!

Агафья, отстранившись от меня, схватила щенка и прижала к груди.

— Ты глянь только какой красавец! — с гордостью продолжала она.

— Угумс, вижу, — с сомнением проговорил я, рассматривая облезлого щенка, — Но если этот твой… Волчара, будет гадить в мои ботинки — сброшу с балкона.

Агафья рассмеялась. Очевидно, моя угроза на нее должного эффекта не произвела. Хмыкнул, и пошел на кухню. Пора бы и пообедать.

Агафья со своим зверюгой скрылась в ванной. Спустя пару минут услышал смех и визг. Вздохнул, пошел на помощь.

— Что стряслось? — строго проговорил я. Агафья, вся мокрая с головы до пят, стояла посреди ванной. Комок шерсти, уже больше похожий на щенка, сидел у ее ног на моем полотенце.

— Я чуть-чуть случайно облилась, — смеялась Агаша. Щенок звонко лаял, и старался стряхнуть воду с мокрой шерсти, отчего брызги летели в разные стороны. Ну, вернее, в основном на пол. Но солнышко мое звонко смеялось, не оставляя и меня равнодушным. Помимо воли на лице появилась улыбка. Агафья, присев на корточки, начала насухо вытирать пса. А я, скрестив руки на груди, наблюдал за картиной.

— Мы всё, самые чистые! — с гордостью сообщила Агафья.

— Тогда зверя можно и покормить, — сказал я, и посторонился, пропуская живность. Волчара, виляя хвостом, вышел из ванной, и безошибочно отыскал дорогу на кухню, где на полу уже стояла чашка с молоком и мясом. Агафья, проводив щенка и убедившись, что он ест, вернулась в ванную, чтобы убрать последствия купания зверюги.

— А ты есть будешь? — спросила она, начиная вытирать пол. Скользнул взглядом по ее бедрам, попке, обтянутой мокрыми шортами.

— Да знаешь, как-то перехотелось, — задумчиво пробормотал я. Видя, как малышка в мокрой одежде суетится вокруг меня, понял, что мысли о еде отодвинулись на второй план.

Закрыл дверь в ванную, чтобы зверюга не мешал, и решил, что пора бы поставить Агашу в известность о нашей свадьбе. Вот только как? Еще и мысли собрать не получалось, потому как перед глазами мелькали такие любимые и желанные части тела моей девочки.

— Агафенок, — хрипло сказал я, потом прочистил горло, — В общем, я люблю тебя, и…

Она замерла. Обернулась. Внимательно посмотрела на меня.

— Что-то случилось? — тихо проговорила она.

— Нет, нет, — улыбнулся я, взгляд скользнул по ее футболке, мокрой и прилипшей к груди, — Все хорошо, правда.

Она кивнула. Улыбнулась. А я шагнул ближе, одновременно стянул свою футболку и бросил ее на пол. Отчаянно хотелось почувствовать прикосновения моей девочки. Здесь и сейчас.

В один шаг преодолел расстояние между нами. Подхватил ее под бедра и прижал к стене. Любимая начала целовать меня. Короткие поцелуи сводили с ума. Отстранившись, стянул ее мокрую футболку, под которой ничего не было.

— И я люблю тебя, — услышал ее прерывистое дыхание, заглянул в глаза. Понял, хочу ее, отчаянно хочу. Начал целовать ее, впиваясь губами в нежную кожу. Руки скользнули к ее ногам, стянул ее короткие шортики, под которыми оказались крохотные трусики.

— Красивая штучка, — пробормотал я, накрывая их ладонью. Агафья хохотнула, немного хрипло, и как-то нежно. Ее ручки касались моей спины, то порхали, то с силой впивались в кожу, царапая ногтями, — Ты у меня такая красивая! — выдохнул в ее губы.

Агафья вновь что-то прошептала, понял, сомневается моя девочка. Рывком развернул ее спиной к себе. Начал целовать шею, плечо.

— Смотри, — шепнул я, приподнимая ее голову, так, чтобы она видела свое отражение в зеркале, расположенном на стене у двери. Агафья открыла глаза. Потом вновь зажмурилась.

— Я не могу… — пробормотала она, — Мне стыдно.

Скользнул руками вдоль ее тела, ладони накрыли грудь, не переставал целовать ее шею.

— Не страшно, солнышко, — прошептал я в ее ухо, — Будем бороться с этим.

Агафья

Велизар целовал меня, гладил, ласкал. А я стояла к нему спиной, зажмурившись. Перед глазами все еще была картинка, секунду назад увиденная мною в зеркале. Немного боялась открыть глаза. Вернее, не боялась… просто…. Не знаю, мысли совсем запутались…

Чувствовала спиной его обнаженную грудь, шеей — его дыхание. Он что-то говорил мне на ухо. Вот только слова я не понимала. По спине пробежали мурашки, замирая где-то внизу живота. Рука Велизара скользнула по моим бедрам, раздвигая их, лаская. Плотная ткань его джинсов начала раздражать меня. Стремительно обернулась к нему, чувствуя, как комната кружится, и ноги совсем не держат. Скользнула руками по его животу, ухватилась за ремень. Начала расстегивать его. Велизар не переставал целовать меня. Его руки ласкали мою грудь. А мне хотелось уже большего. Внизу живота ныло, нестерпимо хотелось почувствовать любимого глубоко в себе. Вот только ремень все никак не поддавался. Велизар, что-то рыкнув мне на ухо, одной рукой дернул за пряжку, помогая мне раздеть его. Джинсы со стуком свалились на пол. А я вскарабкалась на любимого, обхватив ногами за бедра. Чувствовала, как его возбуждение упирается в меня. И понимала, что не хочу сейчас долгих и мучительно-нежных ласк, а хочу чего-то другого. Облизнула губы, и, обхватив любимого за шею, впилась в его рот. Начала целовать, страстно, стремительно. А Велизар отвечал. Почувствовала, как он вновь прижимает меня спиной к стене. Застонала, когда почувствовала, как он входит, медленно и осторожно. Резко подалась вперед, прижимая его бедра к себе.

— Девочка моя, — простонал он хрипло в мои губы, — Моя девочка.

Дальше я не понимала ничего. Только чувствовала его тело глубоко во мне, его руки, крепко почти до боли сжимавшие меня, его губы, отбирающие дыхание. Только его, моего любимого волкодава.

— Ты любишь меня? — хрипло требовал он ответа, двигаясь во мне, и каждый толчок приносил нестерпимое наслаждение.

— Да, — почти кричала я, пряча лицо в его шее.

— Ты моя? — все так же требовал он, а я не понимала, чего он хочет. Ведь знает ответ, — Скажи!

— Да! — выкрикнула я, цепляясь за плечи любимого, отчаянно желая раствориться в нем.

— Ты выйдешь за меня? — потребовал он ответа, и замер.

— Да, да, да! — то ли застонала, то ли заплакала я. И Велизар, продолжил свои движения. Унося меня далеко-далеко.

— Спасибо, — хрипло проговорил Велизарка, когда нес меня в спальню. Идти сама я не могла. Как и думать, или говорить. Сил ни на что не было. Приятная истома разлилась по всему телу.

В ответ только улыбнулась. Велизар прилег рядом, укрыл нас одеялом. Поцеловал в плечо.

— Ты так и не пообедал, — пробормотала я.

— Успею, — отмахнулся он, — Я вообще-то думал, что ты огреешь меня по голове чем-нибудь, когда о свадьбе услышишь. А тут вон как все вышло.

Рука Велизара скользнула по моей груди, к бедру и обратно.

— Я на дуру похожа? — пробормотала я, — Отказываться от замужества с любимым мужчиной? Перебьешься!

— Вот и славненько! Будем готовиться к свадьбе, — самодовольно проговорил Велик. Подняв голову с подушки, столкнулась с радостным взглядом любимых глаз.

— Нет, Велик, — возразила я, — Давай не будем готовиться?

Он нахмурился. А я начала пояснять:

— Я хочу скромно так, по-тихому, — отвела взгляд в сторону, — Просто, не хочу я пышное торжество. Чтобы только самые близкие, и все. И если можно, в твоем Клубе. Можно?

— Уверена? — спросил Велизар. Кивнула головой, — Хорошо, как скажешь, солнышко, так и будет.

Остаток дня мы провели дома. Как и вчера, почти не выползая из спальни, правда, прерываясь на обед и ужин. Вечером пошли выгуливать Волчару. А вернувшись домой, легли на диван в гостиной, включили какой-то фильм, под который я благополучно уснула.

Проснувшись ночью, села, осмотрелась по сторонам. Поняла, спим мы уже в кровати.

— Что случилось, Агафенок? — проговорил Велизар, поглаживая меня ладонью по спине.

— Ничего, — пробормотала я, — Просто… просто подумала об отце… А вдруг ему еще что взбредет в голову.

— Не беспокойся, — сказал Велизар, — Все будет хорошо. Я все уладил.

Несколько секунд смотрела в его глаза. Кивнула. Легла рядом, и крепко-крепко прижалась к любимому. Если он говорит, что все будет в порядке, значит, будет.

Глава 13

Наутро Велизар отвез меня в квартиру Марго и коротко велел собирать вещи. Только удивленно подняла брови вверх.

— Ты ведь не думала, что мы будем дружить сидя в своих квартирках? — насмешливо поинтересовался Велик, — Или мне у мамы жить до свадьбы?

— А как на счет повстречаться там? Подумать? — решила позлить своего волкодава я. Велизар только хмыкнул. Посмотрел на часы.

— У тебя шестьдесят минут на сборы, — коротко изрек он, — Не успеешь собраться, я не виноват.

— Тиран! — пробормотала я.

— Не исключено, — парировал Велик, идя на кухню, — Но, во-первых, ты меня таким и полюбила, а во-вторых, у нас игра через полтора часа. Не успеешь собраться, сегодня стрелять не будем.

Меня как ветром сдуло. Свои вещички я быстренько сложила, и уже через сорок минут стояла на пороге с чемоданом в руках.

От Велизара мне достался ласковый одобрительный взгляд, поцелуй и очередной приступ ревности, как только мы въехали на территорию Клуба. Парни, увидев нас, заулыбались. Посыпались шутки и приколы со всех сторон, особенно на тему моего внешнего вида. И фразочки типа: 'Феня, да ты мужик! А юбку дай поносить?' Велизар только хмурился, а я мило улыбалась. Но любимым гордилась, потому как видела, свою ревность он пытается обуздать и у него неплохо выходит.

Дни летели незаметно, потому, как забот было выше крыши. Отец не появлялся, да я и не скучала по нему. Велизар, Марго и Юра были моей семьей. Еще и Волчара, который рос как-то слишком уж быстро. Если при первой нашей встрече со зверюгой я говорила Велизару, что песик маленький и места много не займет, то сейчас все изменилось. Песик оказался волкодавом, об этом мы узнали, когда принесли его на прием к ветеринару, чтобы сделать все нужные прививки. Вот там нам и сообщили принадлежность нашего Волчары к не самой мелкой породе собак. В ответ я громко смеялась, врач долго думал над причиной моего неуместного веселья, а Велизар только вздохнул и коротко пробормотал свое веское 'Мдааа'.

Марго с Юрием поженились, и уехали на неделю на море, полежать на пляже, поплескаться в теплой водичке. А мы с Велизаром все заботы о ресторане, о квартире Юры и Марго взяли на себя. Наша свадьба была назначена на август месяц на день моего восемнадцатого рождения, двойной праздник, так сказать. Как раз и Марго с Юрой вернутся из своего медового месяца. К тому же, охранное агентство Велизар планировал открыть до нашей свадьбы, чтобы потом можно было уехать на пару недель и спокойно отдохнуть.

Все было просто замечательно. Каждый день начинался с уже ставшего традиционным завтрака, ласковых поцелуев, объятий. Я перестала гавкать и хмуриться по утрам, в чем была полностью заслуга Велика. Ну, а как тут хмуриться, когда любимый будит ласково и нежно по утрам, еще и завтраком кормит? Так что я была самой счастливой на всем белом свете. Правда, иногда мы с Велизаром спорили. Нет, не так, чтобы ругались, или посуду били, нет. Пару раз просто не сошлись во мнениях. Одной из таких спорных тем была моя учеба в университете. Я хотела поступать в вуз, чтобы и от дома не далеко и по карману сильно не било, потому как платить придется Велизару. Вот и выбрала специальность соответствующую. Но только забыла учесть реакцию Велика, и то, что меня он знал как облупленную.

— Какого хрена?! — взорвался он, потом выдохнул, хмуро посмотрел на меня, и уже спокойнее добавил, — Агафья, какого лешего? Ты кем хочешь быть? Решила?

Я кивнула.

— Тогда берешь документы и с песней! Нет — сам все сдам и без тебя!

Я попыталась возразить, но Велизар только нахмурился еще больше. Пришлось согласиться.

Второй конфликт назрел за пару недель до свадьбы. Так как само торжество решили проводить в Клубе, то и тематику вечеринки я хотела сохранить. Чтобы никакого официоза, черных костюмов с галстуками и пышных платьев. Вот только Велизар опять был не согласен. Правда, в этот раз он не кричал. Только вздохнул грустно. Но мне сразу же стало гадко на душе.

— Ты ведь хотела белое пышное и красивое-красивое платье, — хмуро проговорил Велизарка.

— А ты откуда знаешь? — нахмурилась я, — И потом, это было сто лет назад!

Велизар промолчал, вышел на балкон, и проторчал там минут двадцать, пока я не остыла. Нет, ну если хочет он костюм и белое платье, да ради Бога!

Подошла к Велизару, встала рядом.

— Велик, а, Велик? — заискивающий взгляд и виноватая улыбка сделали свое дело, Велизар едва заметно улыбнулся. Обнял меня, поцеловал в висок.

— Я согласен на тихую свадьбу и минимум гостей, — проговорил он, — Но с живой музыкой, тамадой, и со всеми традициями. Букетик там бросать будешь, парни туфли украдут, или что там делается? Идет?

— Конечно, волкодавчик мой, — закивала я как китайский болванчик.

— Волкодав у нас Волчара, — засмеялся Велизар.

На том и сошлись. Свадьба скромная, но по правилам, с белым платьем, выкупом, и торжественной регистрацией.

Платье мы выбирали с Марго, причем я волновалась, а она с трудом сдерживала слезы.

— Ты такая красивая, — всхлипнула она, — И на маму так похожа.

Так мы и стояли, обнявшись и рыдая, посреди свадебного солона. Правда потом от наших мальчиков мы получили нагоняй, потому как из салона вышли с покрасневшими носами и заплаканными глазами. Велизар внимательно рассматривал меня, и потребовал ответа. А мне пришлось долго убеждать его, что ничего не стряслось, просто женская душа, она такая, от счастья плачем, и по пустякам ругаемся. Мое объяснение его не вдохновило, но хмуриться он перестал.

— Не могу, когда ты плачешь, — пробормотал он, выруливая с парковки, — Сразу прибить кого-то хочется.

— Хорошо, плакать больше не буду, — шмыгнула я носом, и улыбнулась. Велизар кивнул, сжал мою ладошку, подтянув к себе, поцеловал пальчики.

— Хорошо, — только и сказал он. Как всегда, коротко и ясно.

И вот настал, как выяснилось, долгожданный и самый важный день в моей жизни. День нашей с Велизаром свадьбы. Маргарита настояла на моей ночевке в ее квартире. Но вот только от моего волкодава оказалось не так просто отвязаться. В общем, после недолгих препирательств с Марго, он пришел вечером в мою комнату, закрыл дверь и улегся в мою постель.

— Спокойной ночи, — коротко пробормотал он, игнорируя мое возмущенное пыхтение и всякие предрассудки о том, что нельзя видеть невесту до свадьбы. Наутро Велизар проснулся, как обычно, раньше меня. Долго будил, целовал, обнимал, потащил завтракать и, спустя полчасика убежал в нашу квартиру, выгуливать Волчару.

А я попала в цепкие руки Маргариты, визажиста, парикмахера, и подруги Степана Вероники, исполнявшей обязанности подружки невесты. И вот тут я начала безумно волноваться, переживать по поводу и без такового. Марго даже пригрозила позвать Велика обратно. Но я ограничилась телефонным звонком. Как только услышала голос любимого, мне сразу же стало легче. А когда он появился на пороге квартиры, весь такой красивый, высокий, сильный, красивый… Такс, это уже было… Но он и правда, очень-очень, красивый, нервничать и переживать я перестала окончательно. Он со мной, через час мы станем мужем и женой, и все у нас будет отлично.

Под взглядом любимых глаз растерялась. Велизар был совершенно серьезным, ни намека на улыбку. В руках букетик цветов для меня. Рядом Дан, тоже красивый и высокий, правда, веселый еще. И эта идиотская улыбка на лице, но это не важно. Важен был только Велизар, он один имеет для меня значение. Пока я размышляла о высоком и важном, мой жених подошел ближе. Поднялась ему навстречу. Ноги не держали, еще и высокий, пусть и удобный, каблук подвел. Пошатнулась. Велизар поймал меня, не позволяя упасть. И я поняла, вот так и будет всегда. Он- моя опора и защита от всего и от всех. Будь то отец, или чужак, горести и невзгоды, или наоборот, радость и счастливые события. Он будет со мной, всегда рядом, всегда поддержит и не осудит, поможет и подскажет.

Велизар откинул вуаль с моего лица. Улыбнулся. И все так же, молча, поцеловал. Хотела сказать, как сильно люблю его за все, что он сделал для меня, и просто так люблю, не за что, просто потому что это он, мой единственный. Но ком в горле мешал говорить. Но Велизар все понял и без слов. Поцеловал мою ладонь, и, повернувшись к гостям, громко проговорил:

— Быстро в ЗАГС!

Народ поспешил выполнять указания. А я нервно рассмеялась.

— И так уже тянули, хрен знает, сколько времени, — проворчал Велизар тише, но я расслышала. И смех мой превратился из нервного в счастливый.

Регистрация прошла тихо, да и запомнила я мало чего. Только лицо Велизара четко сохранилось в памяти. А все остальное ведь не важно?

После регистрации весь наш эскорт отправился в Клуб. Там уже собрались все парни, работники Клуба и близкие друзья Велизара. Так что, как я и хотела, торжество было скромным, но веселым.

В середине вечера, когда Велизара отвлек тамада, парни, которых я прежде не видела в Клубе подхватили меня под руки и повели в сторону служебных помещений.

— Что, уже пора, да? — спокойно поинтересовалась я.

— Пора, — так же спокойно ответил один из парней. Я послушно поправила платье и не создавала лишних проблем. Ну, так ведь положено. Невест всегда крадут, а потом выкупают за шуточные пожелания, или, как правило, стриптиз друга.

Меня вывели на улицу. В метре от нас притормозила тонированная 'Жигули', задняя дверца распахнулась и совершенно бесцеремонно парни, минуту назад любезно шедшие рядом, впихнули меня в салон. Услышала треск, один из швов на юбке разорвался. Один из парный смачно выругался. Я хотела возмутиться, мол, что за произвол. Да муж мой вас всех найдет и накажет! Но не успела. Следом в машину влез незнакомец, оторвал кусок юбки, и выбросил тот на асфальт.

— Вы чего делаете, парни? — громко возмутилась я, — Перебор это, не находите?

— Заткнись! — выплюнул водитель, и от его голоса мне стало не по себе. Голос незнаком, вот только интонация очень угрожающая.

Машина мчалась с территории Клуба, увеличивая расстояние между мной и мужем, и с каждым мгновением я понимала, что эта часть совсем не планировалась тамадой. А кем-то другим. И уж точно, не в качестве развлечения гостей и молодожен.

— Что за хрень? — закричала я. Мне никто не ответил. Только неприятно и резко пахнущая тряпка была прижата к моему лицу одним из похитителей, и я отключилась.

Глава 14. Велизар

Слушал тамаду, а слова, будто, мимо сознания пролетали. И вроде спокойно все, хорошо, свадьба ведь у нас. И Агаша теперь моя законная жена. А все равно, смутное чувство тревоги не отпускало. Только с каждой секундой крепло. Отмахнулся от надоедливого мужика.

— Иди к гостям, — коротко гавкнул я, взглядом отыскивая девочку мою. Дан стоял в паре метров от меня и о чем-то беседовал с парнями.

— Агафью не видел? — коротко спросил я.

— Да тут была где-то, — ответил Даниель. Друг понял меня без слов, — Лис, не парься. Найдем. Да все в порядке с ней. Это же твой клуб, что тут произойдет?

Мне тоже хотелось так думать. Вот только успокоюсь я, когда увижу мою девочку целой и невредимой, и не дай Бог она сидит где-то и плачет. Урою всех!

Спустя десять минут, когда малышки не оказалось ни в уборной, ни в каких-либо других подсобных помещениях, уже начал волноваться, серьезно так начал. Под руку попался все тот же тамада.

— Нам скоро по сценарию невесту воровать, — проговорил мужик. Меня переклинило, впал в ступор, чувствуя, что начинаю звереть.

— Да ее и так найти не могут, — услышал голос Дана рядом, — Колись, уже спрятали? И лучше бы тебе сказать сразу, где она. Жених у нас нервный на эту тему.

Тамада побледнел, покраснел, прочистил горло.

— Да нет, я не причем, — неуверенно пробормотал он, — Да она сама может сбежала, кто их разберет невест этих нервных?

Меня будто волной накрыло. Стремительно схватил мужика за горло.

— Моя девочка не может от меня убежать! Ясно? — рявкнул я.

— Лис, Лис, легче, — примирительно проговорил Дан. Тамада кивнул, и сполз по стеночке на пол.

— Парни, мы тут нашли кое-что, — прокричал кто-то со стороны черного входа в Клуб.

— Иди к гостям и весели там всех! — рявкнул я мужику. Тот послушно побежал в зал, а я стремительно помчался к выходу. На асфальтированной площадке лежал кусок белой ткани. Поверх нее телефон. Подошел ближе, поднял. Мобильник зазвонил. С силой сжал клочок платья Агафьи в кулаке. И ответил на вызов.

Мозг лихорадочно работал, вот только чувства мешали воспринимать действительность. Все казалось каким-то не реальным, киношным. Нет, все не так! Обернусь, и Агафья выйдет из Клуба, улыбнется, нахмурится, спросит, чего это столько парней слиняли из зала.

А голос в трубке все расставил по местам. Все это реальность, липкая и мерзкая.

— Передай Азарову, пусть готовит шесть лямов зелени за дочурку, — услышал незнакомый мужской голос, — Звонок не отслеживай. К ментам не ходи. Завтра сам позвоню, скажу, куда Аркадий Петрович должен деньги привезти.

Сказать ничего не успел, абонент сбросил вызов. Стоял посреди парковки Клуба и даже боялся представить, где сейчас моя девочка. Судьба урода, пожелавшего разбогатеть промышляя киднепингом, меня мало заботила. Ему прямая дорога на кладбище. Вот только выбрать, умирать ему легко и быстро, или мучительно и долго, он может сам. Но в любом случае, не ту жертву он выбрал.

Жажда мести, липкий страх за малышку, звериная злоба и ярость смешались во взрывоопасный коктейль. Мозг лихорадочно работал, выискивая правильные варианты и выходы.

— Велизар? — тихо проговорил Дан. Моргнул, один раз, второй.

— Мне нужны записи камер, все тачки, чужие особенно, — резко заговорил я, и, не останавливаясь, побежал в комнату охраны.

— Лис, мать твою! — заорал Дан, — Что случилось?

Уже у входа в комнату охраны, оглянулся и посмотрел на друга. По взгляду он все понял.

— И сколько? — только и спросил он.

— Шесть миллионов до завтра, — проговорил я. Дан только кивнул.

— Баксов? — спросил кто-то из парней.

— Нет, блин, банок пивных! — рыкнул Дан. Он, как и я понимал, что за сутки мне столько не достать. За неделю можно, за сутки маловероятно.

Начали просматривать камеры. Тонированные 'Жигули'. Девочка моя, спокойно идущая в сторону машины. Потом увидел, как ее впихнули в салон. А она даже и не сопротивлялась, наверное, думала, что все по сценарию. А тут…

Дан срисовал номера тачки, распечатал фотки парней, похитивших Агафью, и начал вызванивать своих знакомых. А я развязал галстук, понимая, что следующие сутки будут самыми тяжелыми в моей жизни.

— Велизар, что случилось? — услышал голос мамы. Замер. Черт, не уже ли трудно было ее не пускать? Мне за Агафью переживаний предостаточно! Только матери не хватало!

— Мам, все хорошо будет, — пробормотал я, понимая, что больше уговариваю себя, чем ее.

— А Агафья где? — поинтересовалась мама. Смотреть ей в глаза сил просто не было. Не уберег. А еще и волкодав называется.

Дан, видя, что говорить я не в состоянии, коротко пересказал маме всю ситуацию. Она расплакалась. Стиснул зубы. Убью подонков, голыми руками придушу!

— Позвони ему, — всхлипнула мама. Тяжело посмотрел в ее глаза, — Не Азарову. А ему.

Кивнул. Опять придется просить. Опять буду должен. Но ради Агафьи я готов ползти к старику на коленях, только бы помог.

Вышел на улицу. Солнечный теплый день. День нашей свадьбы, День ее рождения. А тут подарочек. Стиснул зубы. Рядом оказался Дан с сигаретой в руках.

— Машину нашли на обочине в десяти километрах отсюда, — спокойно проговорил он, — Сработано четко. Ни следов, ни-че-го.

— А фотки? — коротко спросил я.

— Пока тоже пусто, — коротко ответил Даниель, — Я Сургуту позвонил. Обещал помочь.

Кивнул. Дан вздохнул, хлопнул меня по плечу.

— Надо бабки готовить, — сухо проговорил он.

— Понял уже, — пробормотал я. Дан кивнул. Протянул мне сигарету. Отмахнулся. Бросил ведь, и малышке обещал не курить. Вот только курить хотелось зверски. Но еще больше хотелось обнять Агафенка, закопать тех уродов заживо, и уехать куда-нибудь далеко и на пару месяцев.

Вынул свой мобильник. Набрал номер по памяти. После третьего гудка услышал знакомый голос старика.

— Подарок не понравился? — насмешливо вместо приветствия проговорил старик.

— Понравился, — хрипло ответил я, — Я звоню о помощи попросить.

— Попросить? — переспросил старик, — Опять Азаров тревожит?

— Мою жену только что похитили, — коротко ответил я.

— Приезжай, — коротко пробормотал старик и сбросил вызов.

Посмотрел на Дана.

— Поехали, — только и сказал он.

Спустя полтора часа мы уже подъезжали к загородному дому с кучей охранников и всего одним жильцом. Нас впустили без обыска, даже документов не спросили. Один из охранников глянул на меня, и коротко проговорил:

— Лев Ильич ждет вас.

Нас проводили в кабинет. Шикарно обставленный дом, в котором царила просто гробовая тишина.

Старик сидел в кресле у окна, попивал вискарь и равнодушным взглядом рассматривал меня, игнорируя Дана.

— Значит, потерялась девочка, — только и изрек дед.

— Не потерялась, — возразил я.

— Ты не досмотрел, — обвинил меня старик, — Свое нужно хорошо охранять.

Согласно кивнул.

— Раз ко мне пришел, — старик встал из-за стола, поставил стакан на подоконник, и отвернулся от нас с Даном, — Значит, идти тебе больше некуда.

— Поможете? — напрямую спросил я. Старик промолчал.

— Мне на колени встать? — рявкнул я, теряя терпение. Понимал, что криком не поможешь, но просто не мог уже иначе от безысходности.

— Ты ведь знаешь, что помогу, — спокойно проговорил дед, — Всегда помогал. Потому как других наследников у меня нет.

— А я и не наследник, — возразил я.

— Велизар, — спокойно проговорил дед, — Твоего отца уже давным-давно нет на этом свете. Я свои ошибки признал. И с этим грузом живу вот уже двадцать лет. Пора бы вам с матерью простить меня.

Я молчал. Во мне боролись противоречивые чувства. Давняя обида не отпускала, грызла изнутри. Вот только страх за Агашу был сильнее во сто раз.

— Что ты хочешь? — спокойно спросил я.

— На самом деле хочу я мало, — дед повернулся ко мне лицом, — Ты станешь владельцем всего, что у меня есть. Вся власть перейдет к тебе. А я уйду на покой.

Дед сверлил меня взглядом. Не хотел я всего этого. Я хотел спокойной жизни рядом с женой, хотел детей, хотел просыпаться утром, и любимая рядом. Не хотел переживать и гадать, вернусь я с очередной 'сделки' живым, или в закрытом гробу принесут.

— А если откажусь? — предположил я.

— Откажешься — станешь вдовцом, — спокойно проговорил дед, — Помогать не буду. Одним грехом больше, одним меньше, какая разница?

Вот так. Все предельно ясно. Выбор не большой. Либо дед передает мне все свои 'дела', включая политику, криминал, наркоту, и прочие прелести, либо Агафью просто напросто грохнут. Потому как шесть миллионов я не найду, даже если продам все, что у меня есть, а Азаров точно помогать не станет.

Выбора у меня не было.

— Вот и славно, — улыбнулся дед, — Другого ответа я и не ждал.

Старик улыбнулся. Подошел к сейфу, спрятанному в стене.

— Сколько? — как бы невзначай поинтересовался он.

— Шесть миллионов, — коротко ответил я.

Дед кивнул. Открыл сейф, вынул деньги, сложил в кейсы, и передал мне.

— Там чуть больше, на расходы, — коротко проговорил старик, — И передай нерадивым парням, нельзя похищать женщин Элистратовых. Пусть это будут последние слова, которые они услышат.

Кивнул. Вот только последние слова для них у меня уже были припасены.

Мы с Даном вышли из дома деда. Сели в машину.

— Не решил, поздравить тебя, или пожалеть, — серьезно проговорил Дан, — Ты у нас теперь криминальный авторитет.

— Да какой…! — не сдержался я, потом вздохнул. Даниель знал о моей семье почти все, особенно историю, связанную с моим отцом и дедом.

— Ты ведь знаешь все, — уже спокойнее проговорил я, — Какого хрена, когда папка умирал в военном госпитале, дед не явился? Не помог? Теперь-то конечно, вину он признал. Раскаялся! Вот только где он раньше был? Мочил кого-то за углом? Или наркоту толкал? Отец от него в армию и смотался, только бы во всю эту грязь не лезть. И с меня слово взял. А я предал его!

С силой саданул рукой об дверь 'Мерса'. Дан молчал.

— За Агашку ведь, не просто так, — спокойно проговорил Дан.

— За нее, — прошептал я, вздохнул, — Вот только с этого дня она каждый день будет под прицелом. Каждый гребаный день!

— Прорвемся, — только и пробормотал Даниель.

Весь вечер и ночь мы провели, мотаясь по городу. Спать я просто не мог. Только закрывал глаза, и появлялась картинка, как Агафенка моего держат связанной в подвале, избивают или и того хуже…

Утром зазвонил телефон.

— Деньги Азаров приготовил? — услышал все тот же голос.

— Я сам привезу, — возразил я.

— Ты не понял, — прервал меня похититель, — Азаров должен лично привезти деньги на Дальнюю свалку. Ровно в двенадцать дня. Или девку получите по почте.

Звонок вновь прервался. А я посмотрел на Дана. Ну, что ж, придется наведаться к Азарову.

К Азарову я пошел один. Дан правда прикрывал меня, выбрав отличную позицию. Но я не думал, что Аркадий Петрович рискнет навредить мне.

Охрана проводила меня к хозяину. Как только я вошел в гостиную, Азаров отошел от окна. А я только хмыкнул. Боится, гад. Жить хочет.

— Мне нужно, чтобы вы в двенадцать часов появились в одном месте, передали кое-что, и вернулись домой, — спокойно проговорил я.

— С чего вдруг? — вскинулся Азаров, — Я тебе ничего не должен. Все что хотел, ты получил, и дочь мою в том числе. Вы же вроде как поженились вчера, а меня даже и не пригласили.

Стиснул зубы. Так и хотелось двинуть тестю в морду, чтобы кровь по всей комнате. Но не мог. Не для того пришел.

— Ее похитили, требуют ваше присутствие, — коротко проговорил я.

— А может тебе и денег в долг дать? — насмешливо предположил Азаров.

— Нет, — ответил я, стараясь сохранять спокойствие.

— Я занят, — пожал плечами Азаров, — Уезжаю через час на неделю.

Не смог сдержаться. Подлетел к Азарову, схватил его за шиворот, встряхнул.

— Ее похитили из-за тебя, мать твою! — орал я, краем глаза видя приближающихся охранников, — И если ты свалишь из города, я тебя грохну! Слово даю! Сам лично приду и грохну!

Развернувшись, стремительно вышел из комнаты. В пороге задержался.

— В половине двенадцатого я заеду за вами, — спокойно проговорил я, — Ехать недалеко.

Ответа я не дождался. Было плевать, послушается Азаров или нет. Просто приду к назначенному времени, и если будет припираться, пристрелю. А Агафье скажу, что сам убился, мать его!

К назначенному времени приехал за Азаровым. Он, как ни странно, был уже готов к поездке. Не знаю, то ли почувствовал, что жизнь его висит на волоске, то ли проснулись отцовские чувства, но он, молча, сел в машину и поехал за нами.

На свалке было тихо. Зазвонил мобильник.

— Мы на месте, — коротко проговорил я, — Хочу услышать Агафью, или бабки вы не увидите, — спокойно сказал я.

— Будешь еще условия ставить? — возмутился похититель.

— Буду, — отрезал я.

Спустя секунду услышал любимый голос.

— Велизар, со мной все в порядке, — хриплый голос малышки зазвучал музыкой для меня, как же я хотел убить всех тех, кто посмел разлучить нас.

— Солнышко, я совсем скоро за тобой приду, — пообещал я. Она шмыгнула носом.

— Я жду, — только и проговорила она.

— Доволен? — раздался все тот же мужской голос.

— Почти, — коротко ответил я, оглядываясь. Мы с Азаровым стояли в куче мусора, над головой кружились вороны, а в душе было полное спокойствие, ледяное. Все шло по плану.

— Подойди к машине, — скомандовал похититель, — Смятая 'Копейка' черного цвета. Пусть Азаров кейсы положит на переднее сиденье. И возьмет оттуда коробку.

Кивнул Азарову в сторону машины. Не убирая телефона от уха, пошел следом.

— Коробку возьмите, — коротко проговорил я отцу Агафьи. А сам забросил кейсы в машину через разбитое окно.

— Возьми коробку из его рук, и отойди от Азарова, — продолжил инструктировать похититель.

Значит, видят меня они. А я их нет.

— Открой коробку, — сказал похититель. Послушно открыл коробку. Пистолет.

— Он заряжен боевыми патронами, — чуть насмешливо проговорил похититель, — Грохни Азарова и я верну тебе твою девку.

Замер. Посмотрел Азарову в глаза.

— Так мы не договаривались, — спокойно начал говорить я, — Ты сказал, шесть лямов зелени. Я привез. Верни мне жену, и разойдемся полюбовно.

— Не грохнешь его, — спокойно возразил похититель, — Я сам пришью его дочку на глазах у папочки. А потом и его, и тебя, и смоюсь с деньгами.

— Вижу цель, — тихо проговорил Дан. Четко слышал его голос через переговорное устройство, прикрепленное к левому уху, — От тебя на три часа. Сто метров.

Стоял неподвижно, не убирая руки с зажатым в ней телефоном от правого уха. Так и хотелось развернуться в указанную сторону, подбежать и разорвать уродов голыми руками. Но сдержался. Потом, когда малышка будет в безопасности. Потом я обязательно поквитаюсь с ними за каждую секунду пережитого стресса моей девочкой.

— Слышь, мужик, — спокойно начал говорить я, — а не много ли ты хочешь? Пришел в мой Клуб. Похитил жену. Требования выдвинул. Ты часом не перегибаешь? Бабки просил — я принес. Хочешь Азарова замочить — да ради Бога, я мешать не стану. Только жену мне верни и разойдемся.

— Я сказал, грохни Азарова, — теряя терпение, проговорил мужик. Посмотрел на отца Агафьи. Тот побледнел, очевидно, к нему пришло понимание нового требования похитителей.

— И кому это вы, Аркадий Петрович, дорогу перешли? — насмешливо проговорил я, повернувшись к Азарову. Тот нервно вынул пачку сигарет из кармана, и прикурил.

— Слушай, клоун, — начал злится абонент-смертник, — У тебя ровно пять секунд!

— Минус один! — тихо проговорил Дан мне на ухо.

А я, повернувшись в указанную Даниелем сторону, медленно пошел к похитителю, прятавшемуся за кучей хлама. Азаров не двинулся следом за мной. Скорее всего, свалил подальше от разборок.

— Слышь, ты что творишь? — заорал мужик, когда понял, что его требование не будет выполнено, — Я грохну девку!

— Минус два, — тихо проговорил Дан.

— Третий готов, — коротко отчитался Сургут.

— Последнего не могу достать, попробую сменить позицию, — проговорил Дан, — Феня на линии огня.

— Та же фигня, — пробормотал Сургут.

Тем временем я уже видел похитителя, который все еще не понимал событий, происходящих вокруг. Агаша, в грязном свадебном платье стояла перед мужиком, прикрывавшимся моей девочкой, словно щитом. Личико любимой перепачкано косметикой. Но вроде страха в глазах нет. Улыбнулся ей, взглядом стараясь показать, что все хорошо, я рядом.

— Слышь, мужик, — голос похитителя уже изменился, понял, что требовать от меня что-то не самый лучший момент, — Давай так, забирай девку, а я по тихому свалю.

— Как звать-то тебя, мужик? — спокойно поинтересовался я. Отмечая дуло пистолета, направленного в висок моей девочке.

— Федоров Олег Вадимович, — спокойно проговорил Дан мне на ухо, — Азаров уволил его около шести лет назад. Охранником был у него.

— Олег, значит, — и только сейчас перевел взгляд с лица любимой на лицо похитителя, — Федоров. Не ту девушку ты украл.

Всего доля секунды потребовалась на то, чтобы спокойно и хладнокровно вынуть пистолет из кобуры. Мгновение и Агафья, словно прочитав мои мысли, рванулась вниз, падая на землю. Мелькнуло понимание в глазах Федорова. Скорее всего, он уже готовился умереть. Но нет, я всего лишь выстрелил в плечо, потом в руку, чтобы пистолет больше не мог держать. И тем более не мог угрожать моей малышке.

— Зря ты все это затеял, — спокойно проговорил я, приближаясь, — Нужно было 'пробить' информацию о муже жертвы похищения. Не профессионально как-то с твоей стороны, Олег, — насмешливо проговорил я.

— Велик, — прошептала моя девочка, стремительно поднял ее, прижал к себе. Парни уже подоспели. Мог спокойно передать жену в руки Дана.

— Все хорошо, солнышко, — улыбнулся я ей, не сводя взгляда с Федорова, валявшегося в куче мусора, — Побудь с Даном и парнями. Я быстро.

Агафья что-то прошептала, вот только отрываться от меня не хотела. Повисла, словно обезьянка, не отпускала, прижалась лицом к груди, затрясла головой.

— Нет, не пущу! — шептала она.

— Пусти его, девочка, — раздался голос деда. И почему я не удивлен увидеть его здесь? Агафья подняла глаза, всхлипнула. Дед улыбался.

— Иди сюда, я тебе про отца Велизара расскажу, — продолжал говорить дед, — Ты знаешь, кто я?

— Иди, солнышко, — ласково сказал я, — Это мой дед.

— Как дед? — пробормотала она, — У вас ведь нет никого. Марго говорила, что умерли все.

— Ну, а я просто живучий, — рассмеялся дед. Подтолкнул Агашу к деду. Поцеловал ее в висок.

Агафья с трудом расцепив руки с моей шеи, пошла в сторону деда, то и дело оглядываясь на меня. Дед что-то говорил ей, взял за руку и повел в сторону машины, припаркованной в нескольких метрах от нас. Как только они скрылись в машине, обернулся к Федорову. Он все еще лежал на земле, его пистолет уже перекочевал в руки Сургута.

— Моя девочка зовет меня волкодавом, — спокойно проговорил я, и посмотрел в глаза Олегу.

Глава 15. Агафья

— Так вот ты какая, — проговорил старичок, сидя на заднем сиденье автомобиля. После всех событий меня немного потряхивало. Безумно хотелось открыть дверь и побежать обратно к Велизару, убедиться, что с ним все в порядке, что он и вправду здесь, — А ты не переживай. Все с ним будет хорошо.

Посмотрела на деда. Как-то не укладывалось в голове, что он родственник Велика, и странно, что о нем я раньше не слышала ни разу.

— Так кто Вы? — поинтересовалась я. Старик только улыбнулся, хитро, вроде бы даже добродушно.

— Зови меня 'дедуля', - задорно улыбнулся старичок.

— Вы мне об отце Велизара обещали рассказать, — напомнила я, взгляд уже вновь вернулся к окну, отыскивая любимую фигуру. Но тщетно. Ничего я не могла разглядеть из-за кучи хлама. До старика мне не было никакого дела. Я хотела видеть Велизара, обнять, прижаться к нему. А тут дед какой-то странный.

— Обещал — расскажу, — спокойно ответил дед, потом помолчав минутку, похлопал меня по ладони, и подмигнул, — Знаешь, вы завтра ко мне приходите в гости, с Велизаром. Я и расскажу все, что хочешь услышать.

Пожала плечами. Думаю, из дома я еще не скоро выйду.

— Знаешь, Агафья, — вдруг как-то тихо и серьезно проговорил дед, — Я много чего в жизни сделал. О многом жалею. Вот только вернуть уже ничего не выйдет. Да и повторять ошибки свои тоже не хочется.

Дед вновь замолчал. Что-то заставило меня слушать его, будто по-новому посмотреть в его глаза. На долю секунды волнения после пережитого стресса и похищения, улеглись, будто в голове щелкнул переключатель. И я увидела не старичка, пытавшегося казаться веселым, с лукавой улыбкой и озорным блеском в глазах, а страдавшего, видевшего много горя в своей жизни человека.

— Держи, — старик достал из внутреннего кармана пиджака конверт, протянул мне, — Велизару передашь. И скажи, что дед… Нет, просто передай. А завтра жду вас в гости к себе.

Кивнула, взяла конверт из рук 'дедули', как он просил себя величать. И вновь посмотрела старику в глаза.

— Беги к мужу, — улыбнулся дед, кивая в сторону двери. Долго уговаривать меня не пришлось. Даже попрощаться со странным старикашкой забыла, так стремительно выскочила из машины. Велизар уже подходил к мне. Лицо осунулось, вокруг глаз морщинки, синяки от недосыпания и переживаний, но он был самым любимым для меня человеком. Подлетев к нему, подпрыгнула и вскарабкалась на него, обвивая руками, ногами. Теперь уж точно меня никто от него не отгонит. Загрызу любого, кто попытается!

Крепкие руки обхватили меня, с силой прижали. Чувствовала, как Велизар целует меня, что-то говорит между поцелуями, но я не слышала, не могла разобрать слов. Просто наслаждалась каждым прикосновением, каждым коротким и жадным поцелуем, каждым мгновением с ним.

— Я люблю тебя, — шептали мы одновременно. Хотелось столько сказать друг другу, но голос не слушался. Плевать было на все и всех. Главное, что Велизар со мной.

— Предлагаю сваливать отсюда, — услышала голос Дана, вот только внимания на него я не обратила, продолжая гладить и целовать каждую черточку лица любимого.

Как мы оказались в машине — не знала. Просто закрыла глаза, спрятала лицо на плече любимого мужа, будто укрылась от всего мира и неприятных воспоминаний. Велизар гладил меня по волосам ладонью, чувствовала его руки на своей спине, плечах, затылке, и наслаждалась. Вот только что-то неприятно кололо грудь, упираясь в вырез платья.

— Ой, — пробормотала я, немного отстраняясь от мужа всего на миллиметр, — Дед просил передать тебе. Сказал, что ждет нас завтра у себя дома.

Велизар что-то пробормотал под нос, и взял конверт из моей руки. Секунду смотрел на него, словно на ядовитую гадюку. Вздохнул, открыл. Несколько минут он читал содержимое письма. А я, закрыв глаза, вновь прижалась к Велизару.

— И что там? — донесся голос Дана с водительского сиденья.

— А ничего, — выдохнул Велик, — Ни-че-го!

Приоткрыла один глаз. Велизар смотрел на Дана через зеркало заднего вида. Многозначительно так, будто хотел мысленно передать ему некое послание, не доступное для моих ушей.

— У тебя от меня секреты? — проворчала я, открывая оба глаза.

— Знаешь, солнышко, — ласково проговорил Велик, пряча письмо в карман брюк, — Какие у меня могут быть от тебя секреты? Я же, как открытая книга!

— Угу, криминальный детектив, — пробормотал Дан. Велизар широко улыбнулся, так, что все морщинки, появившиеся от переживаний, разгладились, а появились новые, крохотные лучики, которыми засветилось его лицо.

— Уже нет, — улыбнулся Велизар, — Криминал отменяется.

Мне показалось, будто Даниель выдохнул, и улыбнулся, весело, даже посмеиваться начал. Когда мы подъехали к нашему дому, Дан во всю ржал, удивлялась, как мы в аварию не попали. Остановившись около подъезда, Дан обернулся, глянул на нас, продолжая посмеиваться.

— Ну, так что скажите, господа Лисы? — весело проговорил Даниель, — Свадьбу повторять будете? Я вам еще подарок не успел подарить!

Протянула руку ладонью вверх.

— Давай сюда свой подарок, — милостиво проговорила я, — А с меня и первой свадьбы хватило.

— Завтра принесу, — подмигнул Даниель.

— Послезавтра, — поправил Друга Велизар, — Мы заняты будем.

От его взгляда, скользнувшего по моему лицу, спустившегося к декольте грязного, некогда красивого, свадебного платья, меня бросило в жар.

— Намек понял, — хохотнул Даниель, — Созвонимся через денек.

Велизар оторвал взгляд от меня, посмотрел на Даниеля. Протянул ему руку, прощаясь.

— Спасибо, Даниель, — проговорил муж, пожимая руку друга, и добавил, — За все спасибо. Я твой должник.

— Завязывай! — уже без улыбки ответил Дан, и, посмотрев на меня, подмигнул, — Ты главное по морде не бей, когда малышке цветы на праздник принесу.

— Не буду, — пробормотал Велик, и, открыв дверь, вытянул меня из машины.

До квартиры мы добрались за несколько секунд. Лифт ждать не стали. Оказавшись дома, Велизар закрыл дверь на замок, и что-то пробормотав не очень разборчивое, прижал меня к входной двери. Я не сопротивлялась, просто потому, что поступи он иначе, сама бы набросилась на него. Скучала по нему безумно. Последние сутки показались мне адом, как оно и было, по большому счету.

— Девочка моя! — шептал любимый, обхватив меня горячими ладонями за щеки, не позволяя шевелиться, и покрывая лицо короткими жадными поцелуями, — Девочка!

Я с силой вцепилась в его ладони, боясь, как бы он не решил отстраниться от меня. Сквозь пелену страсти, вперемешку с чувством уюта и безопасности и жаждой видеть любимого, находиться с ним рядом, услышала тихий шепот:

— Милая, говорил, зря приехали, — тихо шептал Юра, — Нужно было завтра, или позвонить хотя бы, прежде чем появляться у молодоженов в квартире.

— Юр, — ответила Марго, — Мне нужно было лично увидеть их. Знать, что они в безопасности.

В общем, картина маслом. Мы с Велизаром, поглощенные друг другом, практически не замечавшие окружающего мира, рядом Марго с Юрой, которые, скорее всего, в данный момент прикидывали, как бы незаметно удалиться из квартиры, учитывая, что выход один, и тот мы благополучно забаррикадировали, а окна высоковато от земли расположены.

Замерла, посмотрела на Велизара. А он даже и не думал останавливаться. И столько жажды было в его глазах, столько страсти, что я невольно перестала дышать. Он смотрел на меня, молчал, и я понимала, что двигаться он не собирается, находился, словно под гипнозом.

Наплевала на все. Ведь муж он мне. И квартира наша. А Марго с Юрой поймут. И потом, было бы странным, среагируй Велизар на все иначе после таких переживаний. Тем более я точно знала, сколько значу для него. И даже боялась подумать, что он чувствовал, как пережил эти сутки.

Привстала на цыпочки, собираясь поцеловать мужа, передумала, забралась на Велизара, вскарабкалась, будто обезьянка.

— В спальню! — только и скомандовала я, прошептав ему на ухо. Команду Велизар распознал, и даже принялся осуществлять.

— Волчару выгуляйте! — крикнул он маме и Юре уже на пороге спальни и с грохотом захлопнул дверь.

Засмеялась, легко и свободно, чувствуя, как оставшийся в душе горький и липкий осадок страха исчезает. Велизар не смеялся. Смотрел серьезно, кончиками пальцев поглаживал мое лицо, обводя контуры. Легонько, будто боясь навредить.

— Я люблю тебя, — хрипло прошептал он. Закрыл глаза, зажмурился. Вновь посмотрел на меня, — Не могу без тебя. Не хочу.

Спазм сдавил горло, мешая говорить, даже дышать было трудно.

— И не нужно, — прошептала я.

Велизар кивнул. Грустно улыбнулся. Посмотрел в мои глаза. И все. Я пропала, меня нет. Такой страсти, нежности, отчаянной и обжигающей, в его взгляде, прикосновениях, поцелуях прежде не было. Каждое его касание сводило с ума. Каждый поцелуй заставлял дыхание сбиваться, и еще больше ненавидеть похитителей, лишивших меня присутствия любимого на целые сутки. Сутки, во время которых в моей голове пронеслось много мыслей. Бессонная ночь заставляла думать, как бы я жила, сложись все иначе. Где бы я была, если бы не Велизар, его чувства ко мне, его упрямство, не позволившее отступиться? Он ведь все делал для меня. Избавил от отца, вытащил из лап бандитов. А я? Что могу дать ему я? Моя любовь не в счет, потому как уже есть у него. Вся, до последней крупицы, у него одного. И так будет всегда. Всю жизнь провести рядом с любимым — что может быть лучше? Всю жизнь и ни минуты меньше.

— Ты все еще хочешь менять подгузники, гулять с малышом, и кормить его, пока я буду учиться? — прошептала я, на мгновение оторвавшись от губ любимого.

Велизар секунду смотрел на меня затуманенным взглядом, не понимая, что я хочу сказать. Потом судорожно сглотнул.

— Ты маленькая еще, — пробормотал муж.

— Мне уже восемнадцать, — вздернула подбородок, и упрямо заявила я. Велизар только хмыкнул.

— Посмотрим, — коротко проговорил он, вновь набрасываясь на меня. Больше прерываться на разговоры мы не стали.

Проснулась спустя несколько часов, за окном уже стемнело. Велизар лежал рядом со мной. Думала, что он спит. Но только пошевелилась, собираясь встать с постели, как он моментально открыл глаза.

— Привет, — улыбнулась я. Велик, протянул руку, провел по моей щеке, носу, обвел контур губ.

— Голодная? — шепнул он, потом нахмурился, — Голодная, — ответил он сам на свой вопрос.

Встал с кровати, я последовала его примеру. Увидела, что Велизар собирается одеться. Его футболка и шорты лежали на стуле около кровати. Опередив его, схватила футболку, и принялась натягивать ее на себя.

— Плутовка! — засмеялся Велизар. Надел шорты, и стараясь грозно рычать, двинулся на меня.

— Но ты ведь меня такой и полюбил! — вернула я ему его фразу, сказанную когда-то.

Велизар только хохотнул, и, подхватив меня под бедра, понес на кухню.

— Пойдем тебя кормить, — шепнул он мне на ухо. Дорога на кухню значительно затянулась, потому, как на каждом шагу мой милый волкодав целовал меня, покусывал, терся носом о шею, в общем, всячески выказывал свою любовь и нежность к моей совершенно несопротивляющейся персоне. А я только звонко смеялась, чем подбадривала любимого на подвиги.

— Так старичок тот и вправду твой дед? — задала я вопрос мужу, когда мы, наконец, оказались на кухне. Велизар усадил меня на подоконник, велев ничего не делать, и принялся вынимать контейнеры, тарелки и всякие баночки с едой, приготовленной Марго.

— Правда, — кивнул Велизар, — Он отец папы. Хочешь прямо сейчас поговорить о нем?

— А ты расскажешь? — спросила я.

— Солнышко, я расскажу тебе все, что хочешь, — серьезно проговорил Велизар, разогревая наш обед, или ужин, или завтрак, что, в принципе, не важно, — Сразу после того, как поешь.

Глава 16

Велизар, подогрев еду, расставил все тарелки на кухонном столе. Пересадил меня на стул, сам сел напротив, подперев подбородок ладонями.

— Велик, у меня кусок поперек горла встанет, — пробормотала я, чувствуя взгляд любимого на себе. Велизар улыбнулся, притворно горько вздохнул. И принялся за свою тарелку.

— Я ем, — сообщила я мужу, — Давай, рассказывай про дедулю.

— Дедулю? — переспросил Велик.

— Угу, — кивнула я, — Он сказал так его называть. Вообще, странный тип, но прикольный. И добрый вроде.

Велизар хмыкнул.

— Добрый? Мдааа, — протянул он, — Стареет старикан.

Удивленно подняла брови вверх. Велизар отложив вилку в сторону, вздохнул.

— Ну, значит, начну с начала, — наконец сказал Велизар, — Мои родители познакомились, когда маме было восемнадцать, папе двадцать. Он тогда учился в университете. Как обычно бывает, познакомились, начали встречаться, поженились. Дед был не согласен с выбором папы. Для него он приготовил другую жизнь, другую судьбу. А папа упрямый и гордый. Пошел против родителя. Бросил универ, пошел в армию. Дальше, началась походная жизнь. Я родился. Дед не объявлялся, словно нас и не было. Потом папу ранили, в госпитале лежал долго. Мама деду позвонила, рассказала, что деньги нужны на операцию, а у нас тогда такой суммы не было. Просила деда, а он холодно так ей ответил, что сына у него нет, и не было никогда. В общем, не помог.

Я перестала жевать, больно было за любимого. А Велизар, вздохнув, продолжил.

— Я совсем пацаном был, — говорил Велик, — Папа мне в госпитале и рассказал, кто такой дед, чем занимается. И взял слово, что никогда не обращусь к нему. Нет ведь деда, старик сам так маме сказал.

Велизар вздохнул, на кухне повисло молчание.

— Потом мама с твоей мамой подружилась, — Велизар улыбнулся, — Ты родилась. Росла, замуж за меня собиралась. А потом я в армию ушел. А когда вернулся, ты уже взрослая совсем. Крышу мне подвинула своей футболкой, так и помню тот день, — любимый опять сел, опираясь подбородком на свои сложенные на столе ладони, — И я взял и соблазнил тебя, женился. Теперь вот думаю, еще раз соблазнить, как только доешь ужин.

Не смогла устоять перед его задорной улыбкой. Улыбнулась в ответ. Вот только еще было несколько вопросов к мужу.

— Так дед чем занимается? — спросила я.

— Криминалом, — Велизар начал составлять пустые тарелки в раковину, — И политикой. И бизнесом. Всем подряд занимается, короче.

— Да? Лучше бы он цветочки в саду выращивал, — с сомнение проговорила я.

— Надо подкинуть ему идейку, — Велизар потянулся, отчего мышцы на его груди и плечах напряглись. Есть уже не хотелось, а хотелось погладить любимого по сногсшибательному телу.

— Велик, я правда хочу маленького волкодавчика, — тихо проговорила я. Велизар замер. Подошел ко мне.

— Давай так, — предложил он, — поступишь в универ, годик отучишься, а там посмотрим.

— Но ты же сам хотел! — возмутилась я, потом осеклась, потупила взгляд, сжала ладони в кулаки, — Ты прав, — тихо сказала я.

Он перехотел! Точно, перехотел. Ведь мороки со мной и без того много. Куда мне ребенка рожать? Мозгов нет, образования тоже…

Велизар присел на корточки рядом со мной. Приподнял подбородок.

— Отставить эти мысли! — скомандовал он. Удивленно взглянула на мужа.

— Да, да, — кивнул он головой, — Глупости всякие думать вредно.

Вздохнула, вновь отвела взгляд.

— Я очень сильно хочу ребенка, — серьезно проговорил он, — Ты даже не представляешь, как сильно я его хочу. И когда ты мне его родишь, я буду самым счастливым в мире. Но это будет не раньше чем через два года.

— Почему? — обиженно проговорила я.

— Как-нибудь потом я обязательно расскажу тебе, — загадочно проговорил Велизар, опуская голову и начиная целовать мое колено, бедро, — Утром, или днем, или вечером, но не сейчас.

— Ну и ладно, — пробормотала я, зарываясь пальцами в волосы любимого.

На следующее утро нас разбудил телефонный звонок. Велизар, ответив на вызов, посмотрел на меня.

— В обед появимся, — коротко сообщил он, и сбросил вызов.

— Кто звонил? — пробормотала я.

— Дед, — Велизар повернулся ко мне, распластался поверх, накрывая мое сонное тело своим, поерзал немного, якобы устраиваясь удобнее, — Велел обедать с ним.

— Поедем? — прокряхтела я.

— Угумс, — промычал муж мне на ухо, — Дедуля хочет наладить семейные отношения.

Больше Велизар не сказал ни слова, просто принялся меня соблазнять. Да я и 'против' не была, совсем-совсем.

Поездка к деду Велизара прошла хорошо. Велизар рассказал мне о прошлом отца, о причине их конфликта с дедом, и о том, что именно он помог спасти меня. Оказавшись в гостях у дедули, я изъявила желание прогуляться по окрестностям. Велизар отказал, велел быть рядом с ним. Вот только я знала, что мужчинам необходимо поговорить о прошлом, чтобы в настоящем жить мирно.

— Я тут, в саду погуляю, — успокоила я мужа. Он нахмурился только еще больше. Понимала, что отпускать меня он не хочет, — Ты меня из окна будешь видеть, — улыбнулась я.

Велизар, глянув на деда, нехотя кивнул. Коротко поцеловала его в щеку, и вышла через дверь, ведущую в сад. А ничего так, уютненький у дедули домик.

Спустя час Велизар вышел ко мне в сад. Напряжение, которое чувствовалось в нем, когда мы приехали, бесследно исчезло. Подойдя ко мне, муж обнял, поцеловал в макушку.

— Как дела? — спросила я.

— Отлично, — выдохнул он, — Дед решил на пенсию выйти, цветочки выращивать.

— Это хорошо, — рассмеялась я.

От деда мы уехали сразу же после обеда. Решили сразу домой не ехать, заскочить в Клуб. Ну, и задержались там, встретив парней из команды. Устроили маленькие посиделки в честь моего освобождения. Парни веселились, дурачились, отпускали шуточки в мой адрес. Велизар хмурился, не выпускал моей руки. Опять ревновал! Если раньше я иногда смеялась над приступами его ревности, то после похищения перестала. Во и теперь, игнорируя присутствие парней, прижалась к мужу. Обняла за шею, потерлась носом о его щеку. В ответ Велик обнял меня. Улыбнулся.

— А я тебя люблю! — улыбнулась я мужу. Тот вроде бы выдохнул, и хмуриться перестал. Потом, когда посиделки закончились, поехали к Марго и Юре, так что, вернулись домой мы уже к вечеру. И как обычно уснули. В эту ночь Велизару вновь снился кошмар. Он опять говорил во сне, кричал, пытался спасти кого-то. А я, как и раньше, обняла его, прижала к себе, ласково шептала что-то, пока он не успокоился. Любимый проснулся, шумно выдохнул, посмотрел на меня затуманенным взглядом.

— Я разбудил тебя, — сказал он. Грустно улыбнулась.

— Не страшно, — прошептала я. Велизар судорожно втянул воздух носом, обнял меня, прижал к себе.

— Я люблю тебя, — тихо проговорил он.

— И я тебя люблю, — ответила я. И под размеренное дыхание Велизара провалилась в сон.

Спустя несколько месяцев

Сразу же после занятий помчалась к Марго в ресторан. Просто жизненно необходимо было с ней поговорить. По дороге к подруге, в который раз подумала, как же хорошо иметь свекровь, подругу и маму в одном лице. Тем более, когда на повестке дня такая щекотливая тема.

— Марго! — влетела на кухню ресторана, где подруга доводила очередной шедевр кулинарии до совершенства, — Марго, мне срочно нужно с тобой поговорить!

Подруга, прервав приготовление блюда, посмотрела на меня.

— Во-первых, день добрый, — вежливо проговорила она, потом рассмеялась, — Что стряслось? Утром ведь разговаривали по телефону.

— Ма, тут такое дело, — начала я, вскарабкалась на высокий барный стул около Марго, вздохнула, — Короче, меня Велик скорее всего придушит.

— С чего вдруг ты так решила? — хохотнула Маргарита, а я принялась пробовать кусочки вощей, лежавших на тарелке, — Так, покричит немного. И успокоится.

— Не в это раз, Марго, — грустно вздохнула я.

— Колись, пока муж твой не явился, — поторопила меня подруга.

— В общем, такое дело, — оглянулась, проверила, слышит ли кто-нибудь нас, и тише продолжила, — Я, кажется, беременна.

Марго начала радостно улыбаться.

— Кажется или точно? — продолжала улыбаться Маргарита.

— Тест сделала, две полоски показал, — заговорщически проговорила я.

Маргарита как-то странно взвизгнула.

— Шшш! — зашипела я, призывая подругу умерить свою радость, — Велик не знает еще. Просто понимаешь, у нас игра сегодня ответственная. А если скажу ему, он меня точно не пустит. Всю команду подведу. И от мужа получу из-за таблеток.

— А с ними что? — прошептала Марго, продолжая улыбаться как блаженная.

— Хватит уже зубами сверкать, ма! — пробормотала я, — Таблетки я пить перестала еще месяц назад. Велик все ждал, пока до третьего курса доучусь, а потом уже ребенка заводить, а я сейчас хочу.

— Агашенька, — весело щебетала Марго, — Да он даже слова против не скажет, как только узнает.

— Ага, не скажет, — с сомнением пробормотала я, — Только по мягкому месту мне настучит и все.

— Пустяки! — возразила подруга.

Я грустно вздохнула, вот только в душе грусти не было ни капельки. Хотелось смеяться от счастья, и бежать к Велизару, чтобы поделиться новостью. Но после долгих раздумий решила сообщить ему вечером, просто игру пропускать, ну, совсем не хотелось. И потом, когда появится возможность пострелять? Чувствую, Велизар меня в Клуб ближайшие девять месяцев и на порог не пустит.

— Да уж, пустяки, — грустно вздохнула я, — Вот возьмет и обидится на меня, что все за нас двоих решаю. Просто, понимаешь, я так хочу малыша, чтобы на Велика был похож, прям умираю, честное слово. А он все обо мне заботится, говорит, что все студенческие годы мимо пролетят. А мне они нужны, годы эти? Мне муж нужен и семья.

Маргарита подошла ко мне, обняла.

— Я дура, да? — пробормотала я.

— Нет, что ты! — возразила Маргарита, — Но знаешь, может быть стоит сказать Велизару до игры? Он ведь и вспылить может, а потом будет жалеть.

— Нет, — затрясла я головой, — Вечером скажу. Эта игра последней будет, и все, завяжу.

Грустно вздохнула. Тяжело было прощаться с любимым хобби. Но семья ведь важнее.

Велизар

Услышал голос Агашки, уже хотел открыть дверь и войти на кухню, как остановился. Что-то мешало сделать шаг.

— Да уж, пустяки, — говорила любимая, — Вот возьмет и обидится на меня, что все за нас двоих решаю.

И что это она уже успела решить? Утром ведь виделись, все хорошо было.

— Просто, понимаешь, — продолжила говорить мое Солнышко, — я так хочу малыша, чтобы на Велика был похож, прям умираю, честное слово. А он все обо мне заботится, говорит, что все студенческие годы мимо пролетят. А мне они нужны, годы эти? Мне муж нужен и семья.

Прислушался к голосу любимой. Расстроенная и грустная. Так и хотелось влететь на кухню ресторана и накричать на того, кто посмел мою девочку огорчить.

Дальше голос моей девочки звучал совсем тихо, так, что было слов не разобрать. Зато мама говорила четки и разборчиво.

— Нет, что ты! — говорила она, — Но знаешь, может быть стоит сказать Велизару до игры? Он ведь и вспылить может, а потом будет жалеть.

— Нет, — уже громче возразила жена, — Вечером скажу. Эта игра последней будет, и все, завяжу.

Так-так, очень интересное кино вырисовывается! Кусочки пазлов начали складываться в одну большую и красочную картинку. Либо у меня бурное воображение, либо одна маленькая плутовка скрывает от меня кое-что очень и очень важное. Думаю, не так много причин, из-за которых Агафья откажется от тренировок в клубе. Первым желанием было ворваться к ним, запретить все что нельзя, и потребовать объяснений. Потом выдохнул, успокаиваясь. Значит, болезни отменяются. На здоровье девочка моя не жаловалась в последнее время, недомоганий всяких тоже не заметил. Проблем никаких вроде бы тоже нет. Так что, вывод напрашивается сам собой. И потом, она ведь только что сказала, что малыша хочет. Вот только не пойму, почему она расстроилась по этому поводу?

Прислонился затылком к стене. Понял, что глупая, идиотская и абсолютно счастливая улыбка намертво приклеилась к лицу. Елки, я отцом стану! И радостно, и волнительно, и как-то не реально! Блин, а девочка моя еще и играть собралась. Не пущу! И точка!

Екарный бабай! Ей ведь и волноваться нельзя. Да? А если я войду, они поймут, что слышал все. Распереживается только зря, разнервничается. Нет, не пойдет так.

Тихонько прокрался подальше от двери, ведущей на кухню. И только оказавшись в машине, радостно рассмеялся, не боясь, что меня могут услышать.

После длительного ликования и приступа радости, решил позвонить Доку. Понимаю, что ветеринар и гинеколог не одно и то же, но других знакомых докторов у меня нет. Набрав номер, начал издалека.

— Док, привет, — сказал я, — Ты скажи, а если девушка в положении ей физические нагрузки как, опасны, нет?

Док пару секунд молча сопел в трубку.

— Лис, у вас что, Волчара 'залетел'? — совершенно серьезно поинтересовался Илья.

— Угу, — прикольнулся я, — Ты главное Фене не говори, а то разволнуется еще.

В ответ Док хохотнул.

— Знаешь, думаю, ничего плохого не будет, — уже серьезнее сказал Илья, — Главное, чтобы не падала, не ударялась, ну и волнения там, стрессы разные, тоже не желательны.

— Это ты намекаешь, что мне в Клубе орать не стоит? — полюбопытствовал я.

— Ага, — согласился Док, — Это я тебе как ветеринар говорю.

Попрощавшись с другом, сбросил вызов. Ладно, раз девочка моя собралась признаться после игры, пусть. Главное, чтобы не волновалась. А я потом успею и радость свою показать, и поругаться на нее, за то, что беременная полезла с мужиками по полю бегать и маркером размахивать.

Набрал номер жены, сказал, что приехал и жду ее на парковке около ресторана. Агафья появилась спустя пару минут. Видел через лобовое стекло, как она идет в мою сторону. Сердце замерло на мгновение. Какая она у меня красивая, и любимая, и моя! Еще бы теперь неудержимую радость обуять, и не показать малышке, что я все слышал и все знаю.

— Привет, — весело улыбнулась любимая, садясь в салон. Улыбнулся в ответ. Наклонился, коротко и крепко поцеловал ее в губы.

— Привет, — прошептал я, отрываясь от губ Агафенка, — Поехали?

В Клуб мы ехали медленно, никуда не торопясь, осторожненько. Я-то уверен и в машине в себе, а вдруг там, мне навстречу или за поворотом дуралей какой-нибудь, возомнил себя Шумахером и прет? Не, рисковать не стоит лишний раз.

— Мы не опоздаем? — вздохнула Агафья.

— Нет, солнышко, во время приедем, — успокоил ее я.

В фойе встретили парней, уже в форме и с маркерами. После приветствий, сказал, что скоро присоединимся к ним. Агафья подозрительно смотрела на меня, но вопросов не задавала. А меня это радовало, чего ей зря волноваться, еще и перед игрой? И так адреналин зашкаливать будет, ей лишний раз переживать не стоит.

Во время стрельбы постоянно смотрел за малышкой, чтобы никто не выстрелил в нее, не попал, не задел. Чтобы она, упаси Бог, не споткнулась или не ударилась. Агафья только пыхтела, бросала в мою сторону недовольные взгляды. А я ласково улыбался. После игры девочка моя, стянув маску с головы, со всей силы швырнула ее на землю.

— Все! Не могу я так больше! — закричала она так, что парни из команды вздрогнули. Да и я, собственно, тоже. Передав маркер Дану в руки, помчался к ней.

— Солнышко, что случилось? — заволновался я.

— Ничего, блин! — кричала она, — Да что с тобой, елки-палки?! Я себя инвалидом чувствую! Ты бы еще меня на руках по полю носил, и от пуль прикрывал, блин!

— Прости, солнышко, не подумал, — извинился я, совершенно серьезно намереваясь носить жену на руках по полю.

Агафья только пробормотала что-то, и с отчаянием посмотрела на меня.

— Я не больна! Чувствую себя лучше в сто раз, чем год назад! — уже не кричала, но говорила не очень спокойно любимая, — Не нужно вокруг меня бегать и пылинки сдувать!

— Но…, - хотел было возразить я.

— Никаких 'но'! — рявкнула малышка, — Лучше бы ты орал на меня сейчас и грозился придушить, чем так!

Парни, стоявшие в метре от нас, начали перешептываться, улыбаться.

— Не, ну, поздравляем, кажется! — сказал кто-то из ребят.

Грозно глянул в их сторону. Подошел к жене вплотную.

— Девочка моя, все хорошо, правда, — успокоил я ее, — Ты только не переживай.

— О, Боже! — прокричала малышка, — И мне вот ЭТО еще восемь месяцев терпеть??!!

Я только начал улыбаться, широко, счастливо и радостно так. Руки сами потянулись к моей девочке. Одно дело, разговор подслушать. А другое, когда она сама говорить такую радостную новость.

— Я буду стараться не перегибать, — пообещал я ей на ухо, приподнимая и целуя жену. Когда малышка немного расслабилась, обняла меня в ответ, поцеловала, отстранился от нее, — Но по попе дома отшлепаю.

— За что? — возмутилась Агафья.

— За то, что к маме пошла первой, а не ко мне, — честно ответил я. Агафья виновато улыбнулась.

— А ты бы пустил меня сюда? — спросила любимая. С минуту подумал. Потом вздохнул.

— Да, ты права, — честно признался я, — Не пустил бы.

— Значит, и в ресторане ты был и все слышал, — рассекретила меня жена. Улыбнулся, кивнул.

— И не кричал, и играть разрешил, — восторженно проговорила она.

— Ну, седые волосы у меня появились за последний час, — хохотнул я.

— Я так тебя люблю! — моя малышка повисла на моей шее, подпрыгнув и крепче обнимая.

Обнимал ее в ответ. Парни шутили, наигранно томно вздыхали, пародируя нас. А мне было все равно. Главное, что с девочкой моей все хорошо. А еще совсем скоро у нас родится малыш.

Глава 17. Агафья

Семейная жизнь мне нравилась. Нравилась…. Да я наслаждалась ею. Только выйдя замуж за любимого человека, поняла, насколько мне не хватало настоящей крепкой семьи. Одно дело, когда я была обычной девочкой — дочерью умершей много лет назад подруги, а другое, когда я стала женой Велизара. Нет, и раньше ко мне относились с любовью и Маргарита и Велизар. Просто сейчас я себя чувствовала иначе. А может быть, просто гормоны дают о себе знать? Не скажу точно… Просто, я была счастлива, и точка. Ведь муж носил меня на руках, и в прямом и в переносном смысле. Правда, порой хотела его огреть чем-нибудь тяжелым из-за его приступов чрезмерной опеки надо мной, а порой зацеловать до потери пульса.

Моя беременность протекала хорошо. Здоровье было в норме, все анализы тоже. Пол малыша врачи еще не могли определить, но я почему-то считала, что родится мальчик. Просто думала так и все. Велик ласково улыбался, поглаживая мой только начавший появляться животик, разговаривал с малышом. А я смеялась, 'подслушивая' их сугубо мужские разговоры.

— Молчи, женщина, когда мужики говорят! — нарочито гневно ворчал муж, когда я пыталась вклиниться в их беседу. Я в такие минуты наигранно хмурилась и обижалась, а любимый только ласково целовал меня.

Как только дед Велизара узнал о грядущем пополнении, сразу же подарил нам дом, расположенный в паре сотни метров от его особняка. К моему удивлению, Велизар дом принял, деда поблагодарил. Так что мы стали частыми гостями в особняке дедули, раз в неделю навещали соседа. Отношения внука и деда пошли на лад. Чему я была несказанно рада. Не чужие ведь люди друг другу, а родня.

К слову о родне. Папа мой, незаменимый Аркадий Петрович испарился, после похищения и событий на свалки его никто не видел. Да и не было особого желания его разыскивать, оставил меня в покое и на том 'спасибо'. И без его присутствия я была счастлива.

Сегодня, несмотря на чистое, безоблачное небо настроение было каким-то грустным. И день начался как обычно, с завтрака и объятий любимого, а все равно что-то не то….

Выйдя из здания университета, огляделась. Велизар обещал подъехать и забрать меня после занятий. Мы должны были поехать к Марго и Юре в ресторан. Нашей машины на университетской парковке еще не было. Хотела уже звонить мужу, поинтересоваться, где он, как взгляд остановился на знакомой мужской фигуре, медленно идущей мне навстречу. Вздохнула. Так хотелось верить, что у меня галлюцинации на почве гормонального всплеска. Но…

— Здравствуй, дочка, — Азаров улыбнулся, подойдя ближе. Первым желанием было: развернуться и уйти в противоположную сторону. Потом передумала. Не трусиха ведь я. Да и чего бояться мне? С таким-то мужем и родней, пусть и преклонного пенсионного возраста.

— Здравствуйте, Аркадий Петрович, — спокойно проговорила я.

— Хорошо выглядишь, — продолжил беседу отец, — И прическа изменилась.

— Изменилась, — подтвердила я, заправляя упавший на глаза локон волос. Волосы я и вправду со школы не стригла. Отец еще хотел что-то сказать, вот только беседовать с ним я не желала.

— Могу поинтересоваться причиной твоего появления? — проговорила я.

— А у меня обязательно должна быть причина? Мне нельзя просто так увидеть дочь? — возмутился Азаров. И ведь правдоподобно же. Могла бы и поверить, не знай я своего папочку так хорошо.

— С трудом верится, — спокойно произнесла я, — Скажу сразу, я уже замужем. Так что продать меня ты не сможешь. И Велизар тебя достанет даже испод земли, если со мной что-то случится.

Отец напряженно смотрел на меня. Потом оглянулся, будто ища моего мужа. Заметила, как он напрягся. Поняла, Велизар где-то рядом. Пусть я и не видела его, но чувствовала мужа.

— Я извиниться хотел, — заговорил Азаров, — За все.

Скептично улыбнулась. Катаклизмы природные? Маловероятно.

Подумав, решила сказать отцу, что зла не держу на него. Возможно, даже разок позволю ему увидеть внука или внучку. Даже рот открыла, чтобы озвучить фразу, вертевшуюся в голове.

— Но ты ведь именно мне должна быть благодарна за такое выгодное замужество, — совершенно серьезно заявил мой папочка. От возмущения даже не знала, что и сказать. А Азаров тем временем продолжал, — Если бы не мое желание выдать тебя замуж за делового партнера, Элистратов на тебе бы и не женился.

— Ты не падал сегодня? — наконец, обрела я дар речи, — А то контузия на лицо, вернее на голову.

— Ты так и не научилась хорошим манерам, — отец разочаровано покачал головой, — Думаю, Велизар тебя долго терпеть не сможет. А когда выкинет на улицу, вспомни о том, что у тебя есть отец.

От слов отца мне хотелось разрыдаться прямо здесь, у здания университета. Слезы уже застилали глаза, лицо отца казалось расплывчатым и чужим. Чужой он мне, абсолютно.

Сквозь пелену слез видела только очертания и размытые образы. Вытерла глаза ладонью. Всхлипнула. Посмотрела на Азарова. Вот только ответить ему ничего не успела. Подлетевший к нам Велизар, не разбираясь в причине моих слез, двинул отцу в челюсть.

— Предупреждал ведь, *цензура*! — прошипел Велик. А мне вдруг стало весело. Нет, ну а ругаться то в присутствии беременной дамы к чему? Ой, как некрасиво!

— Велизарка, — ласково позвала я мужа, тот не откликался, что-то выговаривал Азарову, тряся его над землей, словно тряпичную куклу, — Велизар! — повторила я. Муж меня услышал. Ругаться перестал. Посмотрел на меня, не выпуская отца из захвата.

— Поедем домой, а? — улыбнулась я. Велизар кивнул. Внимательно посмотрел на мои щеки, все еще мокрые от слез. Нахмурился. Вновь повернулся к отцу.

— Пусти его, пусть живет, как хочет, — посмотрела на отца, — Только без нас.

Велизар кивнул и направился в сторону машины отца. Рывком дернул Азарова за собой, впихнул его в салон, напоследок что-то сказав ему. И вернулся ко мне.

— Солнышко, ты как? — требовательно спросил Велизарка, обнимая меня. Теперь, когда оказалась в объятиях мужа, все проблемы казались мелкими и совершенно неважными.

— Хорошо все, — улыбнулась я. Муж стер последние капли слез с моих щек, и начал целовать мое лицо, — Правда, хорошо. Ты ведь со мной.

Велизар заглянул в мое лицо. По его глазам прочитала обо всем, что он хотел сказать. Улыбнулась. Он промолчал, не обличая мысли в слова. А мне и не нужно было, я ведь и без слов знала о его чувствах и мыслях.

— Поедем домой, — ласково провела по его щеке ладонью. Муж, прижав мои пальцы к своим губам, поцеловал их.

— Пойдем, — выдохнул он.

С университетской парковки мы уехали. Я старалась не думать об отце и минувшей встрече. Не хотела лишний раз расстраиваться, ни к чему это. Вредно для малыша.

Велизар рассказывал, как прошел день, как дела в охранном агентстве. Упросила его заскочить в Клуб. Стрелять я, конечно, не рвалась. Но с ребятами пообщалась. В общем, все было замечательно. Рядом муж, близкие, любимые и любящие люди. А что еще нужно?

Наутро, смотря новости по местному каналу, мы с Велизаром узнали, что на господина Азарова Аркадия Петровича было совершено покушение, в результате которого бизнесмен Азаров был убит вместе с новой любовницей. Удивленно посмотрела на Велизара.

— Хотел бы, но не я, — серьезно проговорил Велик. Кивнула. А потом расплакалась. Пусть он и много плохого сделал, но ведь был моим отцом.

Велизар подошел, обнял меня.

— Узнать, кто его убил? — прошептал мой волкодав.

— Нет, не нужно, — всхлипнула я, — Пусть все так и остается.

Похороны прошли скромно. На похоронах Азарова было очень мало людей. Мало кто захотел почтить его помять. Велизар, я, Марго и Юра, вот и все, кто присутствовал при погребении отца.

— У нас будет дружная и крепкая семья, — только и проговорил Велизар. И не знаю, для кого именно он произнес эти слова. Для моего умершего отца, или для себя. Но я верила мужу. Мы будем счастливы. Нет, мы уже счастливы.

Дни летели, я становилась больше в объеме с каждым днем, росла, можно сказать. Велизар только посмеивался, и млел от счастья. А я умилялась, глядя на любимое счастливое лицо. Вот только с каждым днем понимала все лучше, это он сейчас трясется над каждым моим вздохом, а что во время родов будет? Я, если честно, уже боялась. Вот кто-то боится рожать, боль терпеть, а я нет. Мне за мужа было страшно. И поэтому мы с Марго решили подстраховаться, разработали план, о котором любимый, как говориться, ни сном, ни духом. И мы все с Маргаритой продумали, вплоть до мелочей.

Наступил день 'Икс'. Вернее, ночь. А может, и утро. Короче, четыре часа утра. Проснулась от резких болей в животе. Пару минут думала, рожаю или нет. Позвонила Марго, рассказала о симптомах. Мама велела будить мужа и ехать в роддом. А чего его будить? Он вон уже вскочил с кровати с перепуганным лицом и бегает вокруг меня, мельтешит только.

— Велик, — грозно прикрикнула на мужа, — Заводи транспорт. В роддом едем.

— Солнышко, я сейчас, я мигом, — лепетал любимый. Волчара на все его мельтешения смотрел, лениво приоткрыв один глаз. Ну, хоть кто-то в нашей семье спокоен.

— Давай я на память тебя сфоткаю, а? — пропыхтел муж, надевая джинсы. Хмыкнула. Хотела уже популярно объяснить мужу, куда он свой фотоаппарат может пристроить, но резкая боль не позволила говорить. Стоически терпела, в противном случае мужа удар хватит, а он мне живой и здоровый нужен.

— Это ведь малыш рождается! — бормотал Велизар. Ага, я ж еще не поняла.

— Велик, дуй в гараж! — потребовала я, прекращая неуместный приступ радости.

— А чего дуть-то? — бормотал волкодав, — У меня готово все уже.

Спустя пару минут, мы мчались в больницу. Чем ближе был роддом, тем сильнее нервничал мой драгоценный супруг. А я то смялась, то тихо постанывала, развалившись на заднем сиденье.

В приемных покоях роддома нас уже караулили Маргарита и сонный Юрик.

— Быстро домой! — потребовала я от родни. Юра вздохнул, скосив взгляд на моего мужа, находящегося в стадии медленного, но крайне буйного помешательства. Потом глянул на улыбающуюся Маргариту.

— Да я бы с радостью, только Ритуля 'против', - пробормотал Юра.

Дальше засуетился медперсонал. Велизар неотступно был рядом. Вот и зачем мне присутствие мужа, рычащего на медсестер? Еще и сходящего с ума от беспокойства за меня и малыша?

Посмотрела на Маргариту. Кивнула ей. Она кивнула в ответ.

— Сынок, выйди на минутку, — ласково проговорила мама.

— Ма! Ты что?! — возмутился Велизар, — У меня жена тут рожает!

— Вот поэтому и выйди! — уже более настойчиво проговорила Маргарита. Велизар с минуту смотрел на меня. Я улыбнулась, кивнула. Велизар, поцеловав меня, вышел. Правда, на каждом шагу оглядывался, вероятнее всего, не теряя надежды на то, что мы позволим ему остаться в палате.

Как только за Велизаром закрылась дверь, раздались громкие ругательства, шум, стоны, и тишина…

— Они там его не сильно? — тревожно спросила я.

— Агашенька, тебе сейчас не об этом нужно думать, — строго проговорила мама.

— Нет, я все-таки гляну, как он там, — сказала я, чувствуя приближающиеся схватки. Перед очередным приступом я успела открыть дверь и выглянуть в коридор. Санитары укладывали моего волкодава на каталку, дабы отвезти в палату, где я буду находиться уже после родов.

— Так лучше будет, — утешила я сама себя, — Надеюсь, ты простишь меня, — шепнула я мужу, находившемуся без сознания.

— Он проснется через несколько часов, — доложил один из наших с Марго 'соучастников'.

— Должны успеть, — вздохнула я, — Иначе мой волкодав все тут разнесет.

Побитые санитары вздохнули, один прижимал руку к разбитому носу. Второй стирал кровь с губы. Вот если бы не схватки, гордилась бы мужем. Но ничего, еще будет время, если он меня не отшлепает, как только очнется.

Велизар

— Папочка, вы просыпаться вообще собираетесь? — из беспамятства меня вывел незнакомый голос. Разлепил глаза. Яркий свет, струящийся сквозь окно, слепил. Прищурился, стараясь разглядеть комнату, в которой я находился. В дальнем от меня углу стояла кровать, на которой спала моя девочка. Вскочил с кушетки, отчаянно желая как можно быстрее оказаться рядом с женой.

— Не так быстро, папочка, — остановил меня веселый голос все той же медсестры, — Пусть мамашка поспит, устала она.

Застыл, так и не подойдя к любимой. Взгляд намертво приклеился к крохотной кроватке, в которой лежал малыш. Спал, кажется, хотя я в детях мало понимал. Вернее, не понимал совершенно ничего, пусть и книг кучу прочитал за последние месяцы, но это ведь все теория, а практика она отличается…. Мысли путались, и я все никак не мог сделать шаг. Будто парализованный, стоял и смотрел на два моих чуда, переводя взгляд с любимой на сына.

— А я… а мне можно…? — как-то сипло пробормотал я, обращаясь к медсестре.

— Давайте сыну вашему подгузник сменим, — спокойно проговорила медсестра.

— Я… я не умею… — потерянно проговорил я, делая шаг ближе.

Медсестра только улыбнулась. Подвела меня к малышу, сунула сопящий сверток мне в руки, и велела идти к маленькому столику. Не знаю как, но я дошел. Понял, что ноги дрожат, как и руки. И сын такой крошечный, и сказать хочется столько всего, а не могу. И слов подобрать не могу, и голос отказался слушаться. В общем, полный завал.

— Вот сюда укладываем малыша, — раздавала указания медсестра, — Аккуратненько снимаем ползунки….

Спустя несколько минут, я уже вновь держал малыша на руках. Более уверенно, руки не дрожали. Сын открыл глазки и как-то слишком серьезно посмотрел на меня. А я едва не разрыдался. Вот так-то. А еще я был очень горд за свой совершенный несколько минут назад подвиг первого пеленания сына. И был счастлив. И просто безумно был благодарен жене, и любил ее, так сильно, что даже дышать не мог, если ее не было рядом.

Сынок смешно сморщил носик и открыл рот, скорее всего, собираясь заплакать. Я растерялся. Что делать-то?

— Спокойно, Велизарка, — услышал голос любимой, проснувшейся и, как выяснилось, наблюдавшей за мной, — Он кушать хочет.

Выдохнул, шумно и с облегчением. Подошел к жене. Она легла на бок, а я аккуратно уложил сверток, уже пищащий все громче с каждой секундой, рядом с любимой. Девочка моя принялась кормить Захарку, а я присел рядом на корточки и, словно блаженный, наблюдал за картиной.

— Настоящий мужик, — констатировал я очевидный факт, наблюдая за сыном. Захар крохотной ладошкой прикасался к груди Агашеньки.

— Теперь Вам, Велизар Ильич, придется делиться мною, — рассмеялась любимая.

— Думаю, смогу с этим смириться, — прошептал я. Перевел взгляд с сына на лицо жены. Осторожно, стараясь не мешать, погладил по щеке. Чуть придвинулся, поцеловал в макушку, в щеку, пробираясь к губам.

— Девочка моя, — хрипло выдохнул я. Собирался сказать все, что чувствую, как люблю ее, как благодарен ей, но опять не смог.

— А я тебя усыпила, — покаялась моя малышка. Вот только раскаяния в ее глазах не было, только озорство и хвастовство.

— Спасибо? — шепнул я, стараясь скрыть улыбку.

Сын перестал причмокивать, уснул.

— Поели, теперь можно и поспать, — улыбнулась моя девочка, — В кроватку его уложишь?

Закивал, словно китайский болванчик. Агафья тихо рассмеялась.

Как только сын оказался в своей кроватке, сразу же вернулся к жене.

— Как ты? — спросил я, обнимая жену. Так хотелось прижать ее к себе, вдохнуть родной запах, чтобы успокоиться, хоть немного.

— Хорошо, — ответила Агефенок, устраиваясь в кровати удобнее, — А ты сильно на меня обижен?

Агафья подвинулась на кровати ближе к краю. Я лег рядом.

— Нет, — хохотнул я тихо, — С чего бы?

— Я рада, — счастливо вздохнула жена, хитро улыбаясь. Лежал рядом и всматривался в ее лицо. Устала, но взгляд счастливый. Погладил по ее щеке кончиками пальцев.

— А хотя нет, немного мое эго задето, — притворно вздохнул я, — Вот вернемся домой, а тебя отшлепаю!

— Ха, — насмешливо проговорила Агашенька, — За что? Я же ничего не сделала!

— Девочка моя, — вздохнул я, — Ну, как можно сомневаться и недооценивать мужа? Послать всего-то двоих санитаров! Ужас!!

Агафья рассмеялась.

— И когда догадался? — хихикнула моя девочка, устраивая голову на моем плече.

— Как только закрыл дверь палаты, — честно признался я.

— А зачем санитарам навешал? — удивленно спросила малышка.

— Солнышко, — вздохнул я, целуя жену, — Ну, не мог ведь я совсем без боя сдаться.

— Мой волкодав! — счастливо выдохнула Агашенька.

— Угу, — кивнул я, — Твой, — поцеловал жену, — Волкодав, — погладил малышку по затылку. Жена вздохнула. Задышала ровнее и глубже. Уснула. А я, вновь посмотрел на сына, мирно спящего в кроватке в метре от меня. Можно протянуть руку и дотронуться до крохотного свертка. Что я и сделал. Так я и лежал, пока не проснулась жена: одной рукой обнимая любимую, другой — осторожно поглаживая крохотную ножку сына. Спокойствие и оглушительное вместе с тем счастье нахлынуло на меня. Вот все, ради чего, вернее ради кого, я живу. И никому не отдам.

ЭПИЛОГ

Девушка, с русыми волосами, небрежно собранными в две косы, остановила машину у ворот особняка. Охрана, увидев ее, торопливо открыла ворота, пропуская темно-синюю иномарку во двор. Притормозив у крыльца, девушка, не глуша двигатель, вышла из машины. Открыла переднюю пассажирскую дверь, и осторожно отстегнула ремни безопасности детского автомобильного кресла.

— Такс, Захар Велизарович, — ласково проговорила Агафья, беря сына на руки, — Слушай установку: ведешь себя хорошо, а мама вернется через час. Идет?

Малыш что-то проворковал, очевидно, выражая согласие со словами матери.

Один из охранников уже подоспел на помощь.

— Игорь, возьмите сумку на заднем сиденье, — попросила Агафья, — Лев Ильич дома? А то может быть, мы зря приехали.

— Дома, — улыбнулся охранник.

Агафья облегченно выдохнула.

Войдя в дом, она осмотрелась. И прямиком направилась в сторону гостиной, где обычно находился дед.

— Дедуля! — весело прокричала девушка, — Я знаю, что мне отказать ты не можешь!

Лев Ильич, опираясь на трость, встал с кресла и отложил утреннюю газету.

— Плутовка! — рассмеялся Леви Ильич, — Что стряслось?

— Дедуля, — затараторила Агафья, — У меня экзамен перенесли на час раньше. А Велизар только к вечеру прилетит. И Марго не может никак вырваться, аврал на работе.

Дед, уже поняв суть просьбы внучки, протянул руки к правнуку. Тот радостно заулыбался.

— Короче, делайте, что хотите, — Агафья передала сына в руки Льва Ильича, и, пока сын отвлекся на родственника, прокралась к выходу, — А я помчалась. Вернусь через полтора часика.

Послав воздушный поцелуй родне, девушка выбежала на улицу. Сев в салон новенького автомобиля, подаренного супругом по случаю годовщины свадьбы, Агафья Элистратова помчалась сдавать экзамены.

Как и обещала Агафья, у особняка Льва Ильича она появилась спустя полтора часа. Войдя в просторный холл, она всплеснула руками. И кого ей ругать? Захар, короткими перебежками уползал от прадеда, который, несмотря на свой почтенный возраст, с совершенно детской и счастливой улыбкой на лице, догонял правнука. Ползком. Забросив свою трость в дальний угол.

— Ну, и как все это понимать? — строго проговорила Агафья, подбоченившись и хмуро наблюдая за передвижениями мужчин по холлу.

— Наша мама приехала! — с громким криком из гостиной вылетел крупный мужчина с радостной улыбкой на лице. Следом по пятам бежал громадный пес породы волкодавов черного окраса.

Агафья, увидев мужа, забыла, что еще секунду назад собиралась отчитать деда и сына за беспорядок, учиненный ими на всем первом этаже особняка почтенного пенсионера.

— Ты ведь сказал, что только к вечеру прилетаешь! — с упреком в голосе проговорила Агафья.

— Каюсь, слукавил, — улыбнулся муж, обнимая ее. Дед, встав с пола на ноги, поднял правнука.

— Знаешь, Захар, — серьезно говорил дедуля, — Надо бы родителей попросить родить тебе братика или сестренку. Чтобы нам не скучно было.

Прадед вел серьезные беседы с правнуком, пока Велизар и Агафья, оставшись наедине в холле особняка, приветствовали друг друга после недолгого расставания. Двухдневный срок казался им вечностью.

— А может и правда? — шепнул Велизар жене на ухо, прервав поцелуй, — Захар скоро подрастет, можно и о втором ребенке подумать.

— Значит, снотворное во время родов ты мне уже простил? — рассмеялась Агафья, обнимая любимого. Велизар, сделал вид, что основательно задумался.

— Вечером, когда сын уснет, — прошептал он жене на ухо, — Я тебя буду прощать за снотворное. И заодно обговорим план действий на следующие роды.

— Согласна, — шепнула Агафья в ответ.

На территории 'Клуба Одиноких Снайперов' после очередной игры, в которой приняла участие вся команда Агафьи, раздались громкие мужские крики. Парни, предпочитая не влезать в разборки Лиса и Фени, стояли в сторонке. Кто-то понимающе улыбался, кто-то курил и наблюдал за друзьями, откровенно веселясь над четой Элистратовых. Велизар же, не замечая парней, присутствующих при семейных разборках, нетерпеливо стянул маску с лица и швырнул ее на землю. Его маркер перекочевал в руки друга Даниеля Графских.

— Агафья! — кричал Велизар на жену, — Какого черта ты вообще полезла стрелять? Хочешь, чтобы я скопытился прям тут?!

— Велизарка, но все ведь нормально, — спокойно проговорила Агафья, снимая свою маску. Все шло так, как и хотела девушка. Сегодня, по ее плану, она поиграет в последний раз и расскажет мужу о второй беременности. Вот только если в первый раз Велизар подслушал разговор, узнав в его ходе о грядущем пополнении, немного успокоился, и старался не показывать свой темперамент в присутствии жены, то в этот раз все произошло иначе. И сейчас в Клубе буйствовал волкодав по причине участия в игре его беременной жены.

— Да как нормально? — продолжал возмущаться Велизар, — Какого лешего ты беременная тут разбегалась?!

— Дак физические нагрузки полезны, — вмешался в разговор врач-ветеринар Док, — Я спецом в том году литературу почитал. Лис, могу и книжку принести. Сам просветишься.

— Да засунь ты свою книгу себе в… — начал Велизар, не отводя взгляда от жены.

— Велизар! — возмутилась Агафья.

— А вот нервничать ей нельзя, — задумчиво напомнил Дан. Велизар постарался успокоиться, по крайней мере, перестал злобно клацать зубами и сверкать гневным взглядом.

— В следующий раз вообще ничего не скажу! — Агафья упрямо вздернула подбородок, и отвернулась от мужа, намереваясь пойти в сторону административного здания Клуба. Вот только она не успела сделать и шага. Муж обхватил ее за плечи, развернул, прижал к себе, зарылся носом в волосы.

— Девочка моя, — выдохнул он.

— Мужики, кажется, нам пора линять, — внес конструктивное предложение Фил. Вся команда согласно закивала и направилась в здание Клуба, предоставив влюбленного волкодава и его Лису самим себе.

— Не злись, — ласково попросила Агафья, — иначе вколю снотворное прямо сейчас, и до родов ждать не стану.

В ответ любимый волкодав только крепче сжал объятия.

— Я люблю тебя, — проговорил Велизар, прижимая жену к себе, так, что воздуха не хватало.

Агафья счастливо вздохнула, обнимая мужа так же крепко. И она ничего и никого не боялась. Потому как с ней был ее верный любимый волкодав, порой буйный, темпераментный, но всегда ласковый, заботливый и любящий. Ее муж.

Content

Натализа Кофф
Навылет и в сердце

Пролог

Глава 1. Агафья

Глава 2. Агафья

Глава 3. Агафья

Глава 4. Агафья

Глава 5. Велизар

Глава 6. Агафья

Глава 7. Велизар

Глава 8. Велизар

Глава 9. Агафья

Глава 10. Велизар

Глава 11. Агафья

Глава 12. Велизар

Глава 13

Глава 14. Велизар

Глава 15. Агафья

Глава 16

Глава 17. Агафья

ЭПИЛОГ