Оксана Свинцова

Карма

Предисловие

— Срок почти вышел. Песочные часы завтра закончат свой отсчет времени, — заметил Алекс, смотря куда-то в потолок. В тесной комнате было душно, но, казалось, находящихся там это совсем не беспокоило.

— Мы знаем, — раздраженно откликнулся Кирилл, посмотрев на Алекса. — Но почему она тогда не дает о себе знать?!

— Да, мне тоже интересно, — отозвался обычно пассивный Серж. Вид у него был при этом такой, будто он сказал нечто философское и понятное только ему одному.

— Не разводите демагогию, — холодно произнес Артем, стряхивая в пустую чашку пепел от сигареты. Он сделал затяжку и продолжил: — Вы же знаете, что Госпожа не может проявить себя и свою силу пока остается человеком. Для того, чтобы она вернулась к нам, сначала нужно сделать ее вампиром.

— Да, но с чьей душой она связана? Я слышал, что этот артефакт Стражей — не простая вещица… — осторожно начал Алекс.

— Мы помним, — огрызнулся Кирилл.

— Что ты такой нервный? — удивился Серж, посмотрев на него — Поди, расслабься…

— Черта с два! Я не могу расслабляться, пока не получу вестей от Госпожи! — Кирилл вскочил с места, готовый убить любого. Его нервоз всегда выражался в желании прикончить первого, кто подвернется под руку.

— Не психуй, псих, — миролюбиво отозвался Алекс и посмотрел на Артема. Тот выдохнул дым и ответил:

— Нам остается только ждать. А что до Стражей… я думаю, что в качестве трофея мы получим их силу, хотя она предпочла бы просто от них избавиться, чтобы не мешали, но, кто знает… — На его губах появилась ядовитая усмешка, но почти сразу пропала. Артем резко вскочил с места и прислушался к чему-то. Напряглись и остальные.

— Кто-нибудь что-нибудь понял? — озадаченно спросил Алекс.

— Да. Завтра. Все произойдет завтра в дачной полосе этого города. И, кажется, нам указали конкретную личность, но я не понял кто это… — задумчиво произнес Артем.

— У тебя там есть свой дом — вот и займись этим, — ехидно сказал ленивый Серж. Его товарищ сумрачно посмотрел на него, но промолчал.

— Философам слова не давали, — буркнул Кирилл, немного успокоившись.

— Завтра… все произойдет завтра, — повторил Артем, посмотрев на часы, которые показывали ровно полночь…

Глава l: Знакомство с вампирами

«Я теряю контроль и самообладание,

Но держусь в рамках на данном дьяволом задании;

Да, бездушный разум и сталь снова в дамках.

Нервы крепче, чем металл на замках в замках»

(с «Жертва»)

Оксана

Ура! 18 число! Полная свобода на даче за линией города! Ну, еще как сказать, за линией. Моя дача была в городе, хотя тут он уже и городом не считался. Тут гораздо тише… Дачная полоса располагалась почти под покровом соснового леса. На некоторых участках даже можно было увидеть сосны, говорившие о том, что их род тут главный над всеми остальными. «Даже человек над нами, гордыми, не властен», — словно с пафосом говорили они. Ну что ж, мы им верили и не трогали это сосновое царство. Воздух был пропитан летней свежестью, отовсюду раздавалось пение птиц, а кое-где и магнитофона. Недавно прошла гроза, и на деревьях еще сохранились признаки ее гнева. Даже солнце выглядывало из-за облаков как-то робко, словно приглядываясь, нет ли впереди еще какой-нибудь черной злой тучи. Несмотря на то, что был полдень, на улице было достаточно прохладно. Сильный ветер с азартом сбивал листья с верхушек деревьев, а капли, оставшиеся после дождя, падали на землю, пугая местную мелкую живность своим неожиданным визитом вниз. Мирная картина. Надо заметить, что в этом бору были не только сосны. Их разбавляли березки, ели, молодые и старые дубы. Около обрыва можно было встретить даже малинники, куда так любили ходить дачники за ягодами. Неподалеку протекала речка серебристой змейкой. Не Волга, но по местным размерам она была достаточно широкой и глубокой. Искупаться можно было просто на славу, так сказать. После прошедшего дождя река выглядела пафосной и спокойной, хотя еще вчера была агрессивно настроена против местных жителей, мешая им нормально отдохнуть, то и дело, намереваясь смыть их своим быстрым течением.

Я вышла из машины, немного поежившись и закутавшись в красный шарф, который был вовсе не шарф, а нечто среднее между шалью и шарфом ярко-красного цвета.

— Ура, да здравствуют полноценные каникулы! — сказала я сама себе, осматриваясь кругом. После шума города это место казалось тихим.

— Теперь да, — улыбнулась мама, захлопывая дверцу машины. — Ну, хоть экзамены хорошо сдала. Это главное.

— И не говори, — согласилась я, вспоминая, какой ужас на меня навел пятый билет по биологии. Но, собравшись, я ответила его все-таки на «отлично». Честно говоря, до сих пор не пойму как умудрилась сдать экзамен. Ведь вопрос о грибах — программа 6 класса, а на подготовке повторили этот вопрос всего однажды. И то поверхностно. Хорошо, что еще только два основных предмета в виде ГИА сделали. А не все, хотя слухи были.

Мама открыла багажник, и я с таким видом покосилась на свою перегруженную школьную сумку (на этот раз там учебников вообще не было), что можно было подумать, будто в ней находится злая очковая кобра, которая любит кусаться. Особенно когда не в духе. Тяжело вздохнув, я вытащила сумку и отправилась открывать железную калитку. Благо, ключи спрятались лишь в кармане — вовремя перед поездкой вспомнила, что их надо вынуть и переложить, а то потом придется всю сумку переворошить. Калитка встретила меня недовольным лязгом и открылась. Ветер меня тут же попытался прогнать недовольным порывом, взметая пыль со всех сторон, но очень скоро понял, что не на ту напал и успокоился. Я протерла глаза от пыли и прошла дальше на участок. Сам дом находился в центре участка, а вокруг него расположились грядки. Некоторые были сделаны даже в форме буквы «Г». Мне иногда казалась странной фантазия мамы. Она не особо любила стандартность, и как только дело касалось цветочных насаждений, то грядки превращались тут же в буквы, цифры, снежинки и тому подобное. Со стороны выглядело это красиво, но пока такие грядки сделаешь — потратишь немало нервов. В этот раз меня спасли экзамены от возни на дачи, но теперь, похоже, от нее не спасет уже ничто. Я с интересом рассматривала грядки и цветочки, любуясь ими и поражаясь фантазии мамы снова. Дядю мне стало даже жалко немного. Теперь я понимаю, почему от него нет вестей уже больше недели. Взобравшись по небольшой лесенке на открытую всем ветрам веранду, я открыла дверь уже в дом. Гостиная меня встретила идеальным порядком. Мама терпеть не могла валяющихся где-то вещей, и всегда все убирала. После одной такой капитальной приборки я в свою комнату ее больше не пускаю — потом вечно ничего найти в этом порядке не могу. Гостиная представляла собой просторное помещение с большим круглым столом в центре, диваном с кучей подушек, который стоял у стены, между окнами с пафосом расположились два кресла с глубокой спинкой. Между ними стоял стеклянный журнальный столик с торшером, раскинувший свой абажур между двумя спинками кресел. Резные подлокотники отливали на солнце золотом, подчеркивая царственность дерева, из которого они были сделаны. На стене висел плазменный телевизор, с глубокой кривой царапиной строго по диагонали — из правого верхнего угла — в левый нижний. Над диваном нависла Дамокловым мечом репродукция картины Репина «Не ждали». И действительно, название картину полностью оправдывало — когда никто не ожидал, она обязательно падала кому-нибудь на голову. Даже приколачивание гвоздиком не спасало картину от этой участи. Пол являл собой ковровое царство. Откуда они взялись — непонятно. Известно было лишь то, что на чердаке они лежали с незапамятных времен, а мама просто пустила их в оборот. Обои на стенах нежного салатового цвета успокаивали глаза и нервы. Почти вся мебель, за исключением столов, имела изумрудный оттенок. Также тут располагалось нечто похожее на стеклянный шкаф, где хранились ненужные вещи из раздела «на всякий случай». В них входили книги советского издания, половина уцелевшего сервиза, электроника, находившаяся на последнем издыхании и мелочи из разряда шурупчиков, винтиков и многих еще строительных прибамбасов. И что самое смешное, в этом шкафу все было в идеальном порядке. Но мне казалось, что это анархический порядок, ибо нормальный шкаф должен содержать что-то одно из этого спектра мелочей быта. Около стола стояли два деревянных стула с отломанными верхами спинок, которые закодированы были под нормальные. Всего лишь-то и надо было подключить фантазию, взять инструменты и — вуаля! Готово! Необычно, но стулья-то жалко было. Табуретки из них было делать неинтересно — слишком все просто и предсказуемо. В общем, девиз нашей семьи: «Голь на выдумки хитра». Около дивана косил лиловым глазом проем в узкий коридор. А от него шли двери уже в кухню, санчасть, если выражаться более корректно, и мамину комнату. Помимо, в этом узком холле еще располагалась винтовая лестница на чердак, оборудованный под несколько небольших комнат, которые по честному распределению принадлежали мне, дяде и одна комната отводилась для двоих его сыновей. В комнатах существовали еще, так сказать, проходные двери, соединяющие комнаты между собой. Такую дверку в свою комнату я предпочитала либо запирать на ключ, а если его отнимали, то просто придвигала кровать. Просто у моего двоюродного брата была нехорошая привычка пугать меня вампирами. Особенно, когда я была помладше. Это сейчас он вырос, но иногда соблазн поиздеваться над младшей двоюродной сестренкой слишком велик.

Я в небольшом холле, который почти сливался с гостиной так, что было не отличить, где холл, а где сама гостиная, скинула туфли и забросила сумку на диван. Потом упала на нее сверху сама, зарывшись носом в кучу подушек, говоря всем своим видом, что бобик сдох.

— Преодолела порог — и уже смертельно устала? — поинтересовалась мама с насмешкой.

— Ага, — отозвалась я из-под копны подушек. Тут же меня обрадовали еще больше:

— Вставай, соня. Тебе еще сумку с вещами свою забрать надо.

— Потооом. Мне бы еще с этим разобраться, — Я бултыхнула рукой, в которой держала ручку сумки. — Но мне на второй этаж лень идти.

— Ничего не знаю! Всю дорогу ехала в машине — не устала.

— А я, может, спать хочу, — хитро прищурившись, ответила я. Просто мне хотелось поскорее все забросить и идти гулять. На время сдачи экзаменов мне было не до Эйвери и Лизаветы — моих лучших подруг. Учились мы тоже в одной школе, но Айва (сокращенно от Эйвери) закончила уже 10 класс, а Лиза — всего лишь восьмой. Я заняла золотую середину между ними, закончив 9.

— Ничего не знаю. Пока вещи не разберешь — гулять не отпущу, — Маму было не так просто провести. Вздохнув, я перекинула сумку через плечо и направилась на второй этаж. Сначала я занесла туда одну сумку со своими личными причиндалами, а потом прошла за сумкой с вещами, которая еще находилась в машине. За второй заход я все свои вещи принесла. Осталось их только разобрать.

Моя комната являла собой небольшое помещение, с кроватью у чердачного арочного окна, которое имело множество деревянных перекрытий. При желании его можно было закрыть даже занавеской цвета морской волны. Здесь ковров на полу уже не было. Обычный паркет. В меру упитанный ящиками стол находился около двери. Сейчас он пустовал, но когда я стану разгребать свои вещи, то не факт, что все они поместятся в ящики. Половина вещей, так или иначе, останется либо в сумке, либо на столе. Тут же пристроился напротив небольшой комод, куда я складывала уже атрибуты одежды. Он уже местами облез, но это не мешало ему выглядеть величественно на этом маленьком кусочке квадратных метров среди всего остального. Одна бра расположилась над столом, а ее сестра-близнец — над комодом. В комнате я только спала или находилась в состоянии крайней депрессии, что случалось крайне редко, ибо соскучиться на даче было невозможно. В основном я проводила время либо с подругами, либо на огороде, помогая маме.

Вся разборка вещей заняла около пары часов. Тени удлинились, свидетельствуя о том, что уже два часа дня. Я посмотрела в окно и заметила невдалеке местного красавчика. Мне всегда было интересно, что он тут делает, ибо у него была возможность вполне пробиться в столице с его хваткой и внешностью. Чуть кудрявые светлые волосы, зеленые глаза, на лице всегда тень улыбки, мягкие черты лица, высокий рост, слаженная, не сверкающая мышцами, фигура, но, несмотря на это, он может вполне сдать сдачи. Достойный соперник. Как-то мне довелось наблюдать потасовку его и Димки. Второй оказался явно в проигрышном положении, хотя и ходил во множество клубов и потом занимался еще дома. Движениями Артема можно было просто залюбоваться. Он уклонялся легко ото всех ударов Димы, мастерски их блокируя. Словно он смеялся над моим двоюродным братом. Их разнял дядя. Надо сказать, что Артем очень нравился мне, но я не решалась с ним заговорить, считая, что у него полным-полно девушек. Не хотела быть еще одной назойливой мухой, просто продолжая наблюдать за ним издалека.

Одевался парень всегда неброско — как правило, футболки с каким-нибудь изображением и джинсы. Я его наблюдала только летом. И только в этой местности. Словно он чего-то ждал, но вот чего… хотя не суть важно. Меня это как-то не особо волнует. Словно заметив, что за ним наблюдают, Артем обернулся в мою сторону. Я тут же поспешила задернуть занавеску, ибо меня он почему-то пугал. Не могу объяснить своего страха. Его тяжелый взгляд уже заставлял себя ощущать жертвой, загнанной в угол. А, может, то же самое чувствуют те, кто понимает, что у него просто нет шансов. Уняв свой внезапно подскочивший пульс, я слезла с кровати и отправилась вниз, учуяв, как хищный зверь добычу, запах курицы и картошки с кухни.

— Я разобралась, — сообщила я с таким видом, будто только что сдала ЕГЭ на 100 баллов и заявила при этом, что проверяющее схалтурили.

— Я рада за тебя. А теперь есть и сегодня можешь делать что хочешь, — с улыбкой ответила мама. Я кивнула, улыбнувшись в ответ.

— А дядя не обещался приехать? — спросила я.

— У него дела, — ответила мама, снова отвернувшись к плите. Я кивнула, уже поняв, что про дела дяди мне ничего не расскажут. В этом вопросе мама считала, что мое непосвещение будет гораздо выгодней, нежели знание. После обеда, я отправилась гулять. Сначала просто по окрестностям. Любила побродить одна на природе. Мой путь лежал на данный момент к речке. Сейчас уже было не так прохладно как днем, но порывистый северный ветер продолжал иногда наносить с ехидством удары в спину. Я прошла вдоль кромки воды, изредка касаясь ее ногами. Пока ноги еще к холоду не привыкли, так что как только я ее касалась, то тут же мурашки пробегали по всему телу. Спустя минут пять я уже стояла по колено в воде и рассматривала дно через прозрачную воду. Потом плавно переключилась на свое отражение, которое меня не совсем устраивало, но я давно забыла про свои дефекты и не обращала на них внимания. И избегала всех зеркальных поверхностей. В отражении была девушка на вид лет 18, с темными волосами до середины спины с отливом в медный. Пару локонов лежали не плечах, скрывая уши и сережки в форме ромбиков из серебра длиной до самых плеч. Янтарные глаза смотрели грустным взглядом мечтательницы, давно разочаровавшейся в реальном мире. Лицо имело резковатые черты лица, что придавало немного во внешности то ли невысказанного возмущения, то ли непонятного происхождения огонька ярости. Средний рост, стройная фигура с резкими чертами, которые сочетались с некоторыми мягкими элементами. Хе-хе, какая-то я странная, что-то из раздела «совместить несовместимое». На левой руке красовался шрам — результат знакомства с испугавшейся кошкой.

Что касается одежды, то тут я подбирала в меру броские цвета, которые подходили мне. Темно-синие бриджи, оформленные под джинс, сочетались с желтой блузой, очерчивающей фигуру. Сделанная красным, под кровь, надпись гласила: «Cold heart and hot blood». Не про меня конечно, но стиль мне определенно нравился. На ногах легкие босоножки, которых я даже не ощущала на своих ногах — одна подошва и шнурки, которые помогали держать конструкцию так сказать на ноге. Шнуровка доходила до середины голени.

Забыла сказать, что на обеих руках было по кольцу. На правой руке среднего пальца кольцо представляло собой обсидиан с черепом посредине, который был сделан из настоящей кости. «Не повезло кому-то» — с сочувствием думала всегда я, смотря на череп. Чья-то часть кости теперь красовалась у меня на кольце. Второе было сделано из серебра, и посредине был уже не череп, а небольшой топаз, померкший от времени до желтоватого оттенка. А на груди висел кулон… Он был со мной с детства, и с тех пор я никогда с ним не расставалась. Даже не знаю, что меня так привлекло в шарике янтаря, окантованным полумесяцем из серебра. С виду простой, но что-то было… Иногда мне даже казалось, что я получаю от него силу, хотя это вряд ли… просто мания какая-то… В конце концов, я просто списала все на то, что кулон мне просто нравится и не более того, тем более, что он один в природе такой. Эксклюзив!

Внезапно я ощутила на себе чей-то внимательный взгляд. Как будто кто-то хотел просверлить в моей спине дырку и посмотреть, что находится за мной. Я обернулась, отвлекшись от созерцания своего отражения, и заметила в тени деревьев Артема. Стало как-то не по себе даже… Сердце предательски забилось сильнее. Кровь разошлась теплом по венам внутри. А он усмехнулся, как будто знал, что со мной происходит… Как будто знал, что меня ждет… Как будто смеялся… Как будто…

В следующий момент я ощутила что мне нечем дышать. Холод сковал все тело. Не успев еще поток своих мыслей направить в другое русло, я испугалась, нафантазировав такого, что Стивен Кинг нервно курит в сторонке. Резко сев в воде, я медленно подняла взгляд на хохочущую Лизу и стоящую рядом Эйвери. Усмехнувшись больше своим страхам, я тихо произнесла ласковым голосом, от которого ничего хорошего ждать не приходится:

— Я даже не буду спрашивать, кто из вас двоих это сделал… Лиза, лапуля, иди сюда, — Я поманила ее пальцем. Та, сделав вид невинного ангела, скрылась за Эйвери.

— Неее, мне водные процедуры назначены завтра, — хихикнула он, выглянув из-за подруги. — И вообще, тебе злиться вредно.

— А кто сказал, что я злюсь? — весело огрызнулась я. — Я праведно негодую! Кстати, за твоей спиной, находится наш местный красавчик, — сладко изрекла я, имея в виду Артема. Лизу он всегда интересовал как объект для множества красноречивых афоризмов и всяких шуточек. Я это знала и решила сейчас этим воспользоваться.

— Где он? — Пока Лиза заинтересованно осматривалась по сторонам, я жестом попросила Эйвери отойти. Усмехнувшись, она мне подмигнула и одними губами сказала: «Я сама». Да, тяжелый случай. Видимо, пока меня не было, горячий разум Лизы успел довести и ее до точки кипения. Резко присев, она дернула Лизу за ноги и та с визгом улетела в возу, взметнув столб воды. Мне уже было ничего не страшно, а вот вполне еще сухая Эйвери еле успела отбежать на берег. Сердитая Лиза вынырнула из глубин воды, отфыркиваясь от воды.

— Что? Значит, ты меня предала? — сузив зеленые глаза, она посмотрела на Эйвери.

— Зато мы квиты, — произнесла я с самым безучастным видом, любуясь безоблачным небом.

— Ну я же случааайно… Тем более, что ты так кого-то высматривала в стороне темных деревьев, что я не удержалась от соблазна тебя искупать, — с видом крайне обиженного ребенка проговорила Лизаветка. Я фыркнула и обрызгала ее прохладной водой.

— Оригинальное приветствие, нечего сказать! — отозвалась я, поднимаясь на ноги и выжимая одежду от воды насколько это представлялось возможным. Оказалось, что не особо.

— Я тебя не предала — по чьей вине я вчера оказалась русалочкой на мосту, где были подпилены перила? — Напомнила Лизе Эйвери. Я склонила голову и внимательно посмотрела на Лизу, потом на Эйвери, выжимая уже волосы.

— Я что-то пропустила? — поинтересовалась я у них.

— О да… приехав на день позже, чем обещала, ты пропустила очень много, — хихикнула Лиза, поднимаясь на ноги и по моему примеру начала выжимать одежду.

— Она второй день уже в Нептуна играет, — сообщила немного недовольно Эйвери. — сначала на своего отца ведро воды вылила, потом меня искупала, подпилив перила у моста…

— Неправда! Ничего я не пилила! Они уже были такими! — замотала головой протестующе Лиза.

— …а теперь вот ты… — не обратив внимания на реплику, Лизы продолжила Айва. — Но теперь и она сухой из воды не вышла, — с ноткой злорадства заметила она. Лиза надулась и демонстративно от нас отвернулась.

— А насчет красавчика ты меня надула! — заявила Лизавета, надеявшаяся найти объект для очередных подколов. Мы с Айвой понимающе переглянулись, но предпочти промолчать.

— Вообще-то нет… Он был в тени… — ответила я и кинула в ту сторону быстрый взгляд. Сейчас там уже никого не было. Но неприятный осадок остался. Внезапно все тело пронзила боль, и у меня потемнело в глазах. Сердце сдавило, словно огненным обручем. Мир куда-то исчез из-под ног. Такие приступы в последнее время у меня стали неотъемлемой частью жизни. Будто во мне жили два человека и один из них — явно не я — взывал к кому-то, прося помощи. Я ощущала это сквозь тонкую грань двух сознаний. Маме я не говорила об этом — не хотела беспокоить. Но перспектива раздвоения личности меня совсем не радовала. Холодные капли воды, попавшей на лицо, вернули меня в рамки своя. Все снова обрело краски и жизнь. Я жадно хватала ртом воздух, пытаясь унять неприятное ощущение в сердце. Его все еще продолжало покалывать.

— Оксана! — Меня снова обрызгали прохладной водой. Я закрыла глаза, ощущая, как с ресниц падают капли.

— Что? — отозвалась я, приподнимаясь на локтях. Ну вот, я снова оказалась в роли утопленницы — рухнула у самого берега. Лица у Лизы и Эйвери были весьма обеспокоенными.

— Что это было? — с тревогой спросила Лиза, склонившись надо мной.

— А… не обращай внимания… бывает иногда… сердечные приступы, — Я криво улыбнулась и села в воде. Все равно уже вся вымокла из-за некоторых, чего мне терять?

— Ничего себе «не обращай внимания»! — воскликнула Айва. — Такие вещи лечить надо… Ты была у врача?

— Эээ, не надо врача! — я протестующе схватила Эйвери за руку и опрокинула ее в воду. Столб брызг взметнулся вверх. Лиза подозрительно на меня посмотрела и возмущенно крикнула:

— Я не поняла: ты что ли притворилась?! — Я ухмыльнулась, решив скинуть настоящее на выдуманное.

— Именно! А вы поверили? — Я хохотнула и обрызгала Эйвери с Лизой водой.

— Что? Я тебя задушу, — мстительно пообещала мне Айва, потянувшись руками к моему горлу.

— Уйди от меня, Джек-Потрошитель! — Я вскочила на ноги и вышла на берег, повторно отжимаясь от воды. — Зато теперь ты с нами, — подмигнула я. — Добро пожаловать в клуб Русалочек! — Я еле сдерживалась от смеха. Ну по крайней мере все получилось обыграть как шутку. Я испытала от этого сильное облегчение.

— Я тебе за это отомщу… — пообещала Эйвери, выбираясь на берег.

— Буду ждать… — Я показала ей язык и осмотрела себя. — Ладно, поприветствовали друг друга — и хватит. Увидимся после того, как приведем себя все в порядок, — резонно заметила я. Еще чего — болеть на каникулах только не хватало… Как в подтверждении инфекции я чихнула. Эйвери согласно кивнула и перевела взгляд на Лизу, которая сошлась с нами во мнениях. Надо сказать, что они были совершенно противоположны по характеру, как и по внешности. Два разных полюса магнита. И Айва была полюсом + , а Лиза —  . Я занимала между ними промежуточное положение. Эйвери по характеру была спокойной, не любила лишнее внимание, всегда пряталась в тени общества. Людей она к себе почти не подпускала, предпочитая оставаться в гордом одиночестве, но, несмотря на это Эйвери умудрилась обзавестись парнем и довольно-таки узким кругом друзей, которым она доверяла. Непроверенных людей у нее не было. Лиза же была наоборот душой компании, вечно куда-то пропадала, но надолго никогда нас с Эйвери не оставляла. И она чаще других попадала в истории, иногда даже с криминальным уклоном. Но с помощью лучших подруг она всегда выходила сухой из воды; как видно выше, очень любит розыгрыши, а так же частенько находит себе объект для многочисленных словесных опытов и экспериментов. Лиза без этого — не Лиза.

Что касается внешности, то тут тоже можно было найти немало различий. Лиза была в числе тех рыжих бестий, которым не сидится на месте. Челка ей падала на глаза, каясь длинных ресниц. Кудрявые волосы до плеч, худенькая тонкая фигурка, средний рост. С первого взгляда по ошибке ее можно было даже принять за ранимую и хрупкую девушку, но это было далеко не так. Азартный блеск сражаться и побеждать в ее зеленых глазах говорил как раз об обратном. Из украшений носила только сережки, которые были почти невесомыми. Как она сама выражалась, «чтобы не мешали плечам держать голову». В одежде часто предпочитала спортивный стиль. Даже сейчас она была в белой футболке с изображением милого дракона, у которого в лапах была табличка с надписью: «Нас невозможно сбить с пути — нам все равно куда идти» и спортивные длинные черные штаны с белыми полосами по бокам штанин.

Эйвери же в отличие от Лизы была пепельной блондинкой, но не той анекдотной конфеткой, чей образ обычно рисуется при слове «блондинка». Она как раз отличалась умом и сообразительностью, как птица Говорун. Большие карие глаза, правильные черты лица, почти никогда не улыбается — ну с нами с Лизой это редкостное исключение из правил. Может быть, она была немного упитанной, но это не делало Эйвери некрасивой. Она могла скрыть все недостатки своего тела при помощи парочки женственных вещей — таких, как свободного покроя, алая кофта с прозрачным рукавом; ворот скрывал горло, а от ворота и до груди шла шнуровка из черной ленты. Черные бриджи чуть ниже колена, на руках множество браслетов и шрамов от кошачьих когтей. Да, Эйвери была просто неисправимой кошатницей. Вот такие у меня были подруги. Не соскучишься с ними, даже если очень захочешь.

На время мы с ними разошлись. Стоило мне снова оказаться одной, как я снова уловила на себе внимательный взгляд. Но, обернувшись, я никого не увидела, но все же ощущала, что Артем здесь… Как-то непривычно его пристальное внимание к моей персоне… И это… пугало.

Артем

Я внимательным взглядом провожал девушку, притаившись на дереве. Было странно, что Госпожа выбрала именно ее: ничем непримечательная девчушка, среднестатистического фенотипа — даже и не подумаешь, что ее второе «Я», которое никак с этим миром не связано, будет столь темным и местами непредсказуемым. Но если посмотреть с другой стороны, то это даже на руку нам всем. Никто даже не заподозрит, что она реинкарнировалась. Кроме Стражей. Они всегда все знают, и первыми забьют тревогу. Знать бы где они сейчас, так жить было бы намного проще. Я был уверен, что Лоренсии просто не повезло. Смерти ее я так и не увидел, а слухи были самые невероятные. Впрочем, сегодня Госпожа Лора вернется. Я верну ее в наше общество, чтобы осуществить то, что не удалось сотню лет назад. И тогда дух Оксаны будет полностью поглощен душой Госпожи. Ведь она намного сильнее слабого неопытного человека. Я усмехнулся сам себе и спрыгнул с дерева, а после, насвистывая песенку, стал осторожно приближаться к дому Оксаны. Подойдя поближе, я настороженно остановился. У дома уже было уже не одна машина, а две. Ясно, явились ее дядюшка и двоюродный братец. Позор на мою голову — как я мог проморгать охотников?! Немного разозлившись, я сделал вид, что просто прогуливаюсь и никого трогать не собираюсь. Внезапно на меня оказался направлен пистолет. Прекрасно зная, кто это и зачем явился, я злорадно усмехнулся себе под нос. Ну, хоть есть шанс отыграться за тот инцидент, что произошел между нами в последний раз.

— Сделаешь еще шаг — я прострелю тебе сердце, — холодно и явно недружелюбно бросил мне темноволосый парень. Это был Димка — двоюродный брат Оксаны. Он был чем-то на нее похож по внешности. Те же черты, тот же цвет волос, тот же цвет глаз. Только ростом выше ее гораздо, спортивное телосложение и в меру накаченная мышечная масса. Вид немного хулиганский — взъерошенные волосы, холодный прожигающий взгляд, заставляющий недругов невольно вздрагивать и думать о том, что у него на уме. Подборка одежды у Димки осуществлялась не особо тщательно, но всегда так, чтобы она не стесняла движений. Например, как сейчас: светлая футболка, сквозь которую можно было без труда рассмотреть его мышцы, черные потертые джинсы и кроссовки, на которых уже была затерта чья-то кровь. Судя по всему, вампира. Прощай собрат…

При его словах я сделал вид, что сейчас упаду от страха на колени и запрошу пощады. Димка скрипнул зубами. Его мое поведение всегда выводило из себя.

— Ой, боюсь! Пощади меня, великий Ван Хельсинг! — с долей иронического страха произнес я. Пуля просвистела около плеча — я успел вовремя присесть и отклониться в сторону, как будто я танцевал в клубе и никто меня убивать не собирался. — Промазал, — сочувственно произнес я. — Повторишь попытку? — ехидно предложил я.

— Иди ты! — сквозь зубы процедил Димка, но пистолета, заряженного деревянными пулями, не опустил ни на сантиметр. — У меня к тебе только один вопрос: что ты тут околачиваешься вечно?!

— Вообще-то у меня тут свой домик неподалеку. Люблю свежий воздух, солнышко, природу… Сегодня пойду на пикник с друзьями… Может и ты присоединишься? — как бы в задумчивости ляпнул я, зная, что охотника разозлит это еще больше. Пытаясь успокоиться, Димка каждое слово процедил сквозь зубы:

— Я. Имею. В виду. Что. Ты. Делаешь. Именно. У нашего дома.

— А, вот ты о чем… мимо прохожу, — небрежно уронил я, подумывая, уж не убить ли мне этого горячего парня. Слишком от него всегда много проблем. И, похоже, этот раз исключением не является. Только я собрался уже приступить к задуманному, как послышались позади чьи-то шаги. По походке я определил, что это был не кто иной, как отец Димки — Альберт. Мужчина 30 лет, хотя на вид дашь и все 40 — сказалась деятельность охотника и на психологии, и на восприятии мира, и на внешности. Одет не по погоде — явно жарковато для лета. Черная рубашка, поверх которой накинута легкая куртка того же цвета с множеством декоративных молний. Черные брюки и черные остроносые ботинки — хоть сейчас на траур! Высокий рост, статная фигура и тяжелый уставший взгляд видавшего виды охотника. Вот с Альбертом никто из наших почти не связывался. Столько вампиров перебил, которые были на стороне Госпожи… как будто специально их отслеживал, а ведь это почти отборная элита рода вампирского. Ненавижу таких, как он. Основную часть помощников Лоренсии перебили Стражи, а он добивал остальных. Ехидная ухмылка пропала с моих губ, и теперь вместо нее нарисовалось нечто вроде оскала, замаскированного под милую добрую улыбку.

— Я понятия не имею, что здесь происходит, но одно я знаю наверняка: тебе лучше уйти по-хорошему, — холодно бросил Альберт мне. Угрозы в его голосе не было, он просто ставил перед фактом. Я хмыкнул и ушел, не проронив ни слова. Но как теперь вытащить свою жертву на ночную прогулку я пока не имел ни малейшего представления. В раздумьях я подошел к своему дому и остановился. Путь преграждали Кирилл и Алекс.

— Ты нашел ее? — с плохо скрываемым волнением спросил Алекс. Я, чтобы его помучить, достал из кармана сигарету, зажигалку и затянулся, успокаивая себя таким способом. Даже после смерти вредные привычки оставались, но здоровье уже не портили. Мертвым здоровье уже ни к чему.

— Да, — выдохнул я вместе с дымом. На лицах вампиров заиграла улыбка.

— Так в чем проблема? Пришить ее сейчас — и мороки меньше, — заявил вспыльчивый и всегда принимающий необдуманные решения Кирилл.

— Не торопись. Все не так просто… Она под охраной охотников. Помнишь ту девчонку, которую ты в прошлом году пытался убить здесь, а тебе помешали и вдобавок глаза лишили? — напомнил я Кириллу. Тот передернул плечами и отвернулся в сторону. Чтобы сдержать свою злость, он прошелся вдоль фасада и обратно. В тот раз я спас его шкурку от охотников, но встреча с ними навсегда оставила след от этой встречи на его лице. Глаз скрывала черная повязка, а повязку кодировала еще челка, но, несмотря на этот внешний дефект, парень не лишился привлекательности. Такой же красавец, как и все вампиры.

— Черт… ни в жизни бы не подумал, что это она. Может ошибка? — процедил он сквозь зубы. Я усмехнулся, снова затягиваясь.

— Ошибки быть не может. Я находился рядом, и сигнал был очень сильным. В любом случае, даже если это не она, не стоит упускать эту птичку… — заметил я. — Но, по-моему, вероятность того, что это она 99,99 %.

— Но 0,01 % все же есть, что мы можем ошибиться, — осторожно произнес Алекс. Я пожал плечами, выдохнув дым. Лично мое мнение уже было невозможно пошатнуть.

— И как ты намерен выкручиваться? — ехидно сказал Кирилл.

— Найду способ… В отличие от некоторых я не склонен принимать безбашенные решения, — Кирилл сверкнул в мою сторону алыми глазами, но меня это не впечатлило. — Что-нибудь придумаю. — И почти сразу в голове выстроился простой как гроб план.

Оксана

Оказавшись около дома первое, что я увидела, это еще одна машина. Я узнала ее сразу. Дядя все-таки приехал. И не он один, как оказалось. Я с улыбкой прошла в дом, настроение сразу поднялось. Теперь тут будет точно не соскучиться. Я вошла в гостиную и с легкой досадой обнаружила, что их тут нет, хотя может оно и к лучшему — вид у меня далеко не фонтан.

— Ксения, тебя где носило? — спросила мама, выходя из кухни. Только мама имела право называть меня Ксюшей, Ксенией и все что связано со второй формой моего имени, ну, пожалуй, еще и дядя. Эйвери и Лизе я не позволяла так себя переименовывать. Для них я была Оксана. Впрочем, они ничего против не имели.

— Ну как сказать… шла — упала. Очнулась уже в воде, — усмехнулась я.

— Лиза помогла? — проницательно спросила с улыбкой мама. Я кивнула. От нее выходки Лизы не скроешь — слишком уж явные следы ее деяний на мне всегда оставались. — Я сейчас вернусь! — крикнула я, поднимаясь к себе в комнату и оставляя вереницу мокрых следов на лестнице. Оказавшись там, я для начала вытерла свои темные волосы насколько смогла и переоделась в сухую одежду. Теперь на мне был уже топик темно-синего цвета на бретельках и бежевые шортики, которые прикрывала желтая сеточка, пришитая к ним. На плечах было полосатое полотенце, не позволяющее мокрым еще волосам сделать влажным топик. В правой руке хищным пыточным оружием для волос торчала расческа. Я посмотрела на нее так, как заяц смотрит на волка, зная, что минуты его жизни уже сочтены. Вздохнув, я приступила к расчесыванию. Промучившись минут пять и, лишившись множества волос в процессе орудования расческой, я решилась все-таки спуститься вниз. Там меня ждал приятный сюрприз — Димка, дядя и Андрей. Вот уж кого-кого, а последнего я тут совсем не ожидала увидеть. Для меня его явление было подобно как снегу посреди августа или тридцатиградусному морозу в начале мая.

Дело в том, что когда моя тетя — жена дяди Альберта — узнала о том, о чем я узнала сама только через полтора дня после сегодняшних событий, назовем это так, то она его бросила. А детей они так сказать честно поделили между собой — Димка остался с дядей, а Андрей — с Аделиной, которая приходилась мне тетушкой. Родители учли мнение своих детей, позволив им самим выбирать, но после развода дядя все равно часто виделся со своей уже бывшей женой. А если кто-то соскучится по маме или папе, то никаких претензий друг к другу не было — бедное дитя отправляли во временное распоряжение отца или матери. Но и сами братья тоже были не прочь повидаться. Вот такая грустная история.

В общем, я просто сделала вывод, что Андрей решил провести время со своим отцом и братом. Только вот… отличались они просто как небо и земля. В отличие от Димки Андрей был светловолос, всегда витал где-то в облаках, лицо всегда имело мечтательное и задумчивое выражение, как будто он сомневался, а в тот ли мир он вообще попал? Голубые большие глаза парня всегда смотрели на мир с какой-то детской наивностью. Ростом на целую голову ниже Димки, немного полноват, но привлекательности это его не лишало. Белая рубашка, черные брюки, девственно чистые востроносые ботинки для наших размытых дождем дорог — сразу видно, творческий гость, только что из Москвы, да еще и закончивший в придачу музыкальную школу. Андрей где-то лет с пяти начал увлекаться классической музыкой, потом постепенно кругозор его знаний о мире, ласкающем слух, стал расширяться. Юный гений был уже готов даже писать сам песни, но заявлял, что «стихи, создающие образы любви и счастья — это не мое. Я был рожден с уклоном в минор». И это было почти правдой. Создаваемые мелодии Андреем иногда оказывались чересчур мрачными и какими-то похоронными. Но мне нравилось, ибо я всегда испытывала тягу ко всему могильному и кладбищенскому.

— Кого я вижу! Привет, птичка музыкального полета! — Я быстро оказалась около него и по-сестрински обняла. Парень моргнул и неуверенно обнял меня в ответ, как будто растерявшись.

— Привет. Очень рад тебя видеть, — проговорил он, улыбнувшись, и обнял меня уже более уверенно.

— Эй, может, хватит? А то я ревновать начну, — засмеялся Димка, скрещивая на груди руки и с огоньком озорства смотря в мою сторону.

— Иди в пень! — весело отозвалась я, вместо объятия клюнув его в щеку. Дяде я просто кивнула, ибо вид у него был слишком усталый.

— Я не знаю где это, — ухмыльнулся Димка.

— Ну и молодец! А я полетела! — почти сразу я вышла из дома, вспомнив, что за неявку к Лизе меня ждет смертная казнь.

— Нормально, а?! — возмутился Димка, любивший трепать мне нервы посредством запугивания ужастиками… и отчасти претворения их в жизнь.

— Потом поболтаем! — крикнула я уже с улицы, умчавшись к подругам, которые меня ждали недалеко от дома. Но если б я знала, что «потом» значит как минимум завтра…

* * *

Дома я оказалась только ближе к 10 часам вечера, когда совсем уже замерзла. Первым делом я переоделась из шорт в теплые длинные брюки линялого вида от времени, а на плечи накинула теплую кофту с длинным рукавом полосатой раскраски, а потом уже спустилась вниз. Дядюшка расположился в кресле и читал какую-то книгу. Мама сидела напротив него и еще о чем-то спрашивала. Диалог за книгой — как мило… никогда не понимала людей, которые могут читать и непринужденно разговаривать одновременно, вникая в смысл всего и сразу. Димка куда-то запропастился, и у меня возникли не очень хорошие подозрения на его счет. Если опять готовит ловушку, то я его утром задушу подушкой, когда он будет спать. Игра в «Отелло». Мне она всегда нравилась. Особенно по утрам.

— Ужин на столе, посуду потом помоешь, — произнесла мама, кинув взгляд в мою сторону. Я с улыбкой кивнула. Сегодня ничто и никто не в силах испортить мне настроение. Ну, во всяком случае, мне так казалось. Последовав умному совету зарядить свои митохондрии энергией АТФ, я отправилась на кухню. На ужин в гордом одиночестве у меня ушло где-то минут 20. Вымытая посуда гордо поблескивала золотистой окантовкой по бокам. На ней еще оставалась вода, капавшая на пластмассовый поднос, отведенный для таких случаев. Немного подумав, чем заняться — ибо Лизу папа уволок для помощи на участке, а Эйвери оказалась на плантации клубники у себя на огороде — я взяла в руки общую тетрадь с изображением темноволосой ведьмочки в зеленом платье, стоящей у котла с зельем, карандаш и ластик, отправившись на веранду, выходящую на участок. Вид открывался огородный: по забору тянулись кусты смородины, но где-то в середине этого царства затесались кустики крыжовника. Посредине огорода гордо возвышалась теплица, пафосно раздуваясь полиэтиленовыми боками от ветра. Царствие помидоров, хе-хе. Около кустов смородины, в параллельном направлении располагались теплицы с огурцами. Пленка лениво хлопала, всем своим видом показывая, как ей все надоело в этом мире. Если она еще не съехала вниз, то только потому, что ее сдерживали веревки, перекинутые с периодом в полметра через верх невысокой теплицы. С другой стороны участка тянулась грядка с клубникой, недалеко от которой расположилась картофельная плантация, занимающая пол-участка сразу. Ближе к веранде грядки имели странные формы, ибо в них росли цветы. Многих из них я не знала. Флористикой не увлекаюсь, только генетикой из курса биологии. На том клочке земли, что остался не описанным, росли морковь, свекла и капуста. Это, так сказать, отгороженная домом часть участка. Что касается фасадной части, то она была богата больше на фруктовые деревья и цветы со странными формами грядок. Деревья в основном были яблочного содержания, но по сортам сильно отличались. Грушовку можно было спокойно снимать с ветки деревьев уже сейчас и есть как полноценный продукт яблочного производства. Я всегда любила ее. Сладкое на вкус, желтоватое по цвету и вытянутое по форме яблоко…

А веранда… Она имела вытянутую в длину форму, небольшая по ширине. Низ имел ограждение из деревянных маленьких вертикальных перекрытий, оформленных под колонны. По центру они отсутствовали, и вниз сходила небольшая белая лестница в три ступеньки. Веранда была открыта всем ветрам, но навес чуть длиннее ограждения спасал ее от дождя и другой непогоды. Деревянный пол скрипел под ногами при каждом шаге, ехидно выдавая все похождения. В правом углу стоял стол с двумя стульями. Он был легкой конструкции и не загромождал ее. В другой стороне у ограждения обиженно косила сломанной болтающейся на одной петле дверцей тумбочка, на которой стояла забытая кем-то чашка.

Шум взволнованной ветром листвы разносился по округе. Несколько желтых листьев пронеслись в какой-то нервозной спешке над теплицей и скрылись в небе. Крышу огласил грохот упавшего яблока. Улыбнувшись, я подставила ветру лицо, позволив скинуть с плеч волосы и потрепать их. Он как неопытный парикмахер коснулся их и почти сразу оставил в покое. Только я села за стол и начала рисовать нечто совсем никак не подходящее по стилистике в эту природную гармонию, как почти сразу услышала какой-то странный звук. Точнее это был даже не звук, а мелодия, как будто кто-то напевал ее. С интересом оглянувшись на дом, я подумала, что это Андрей играет, но почти сразу отмела это предположение в сторону. Рожденный в стиле минора не может наигрывать столь нежную и проникновенную мелодию. Я некоторое время продолжила рисовать, но странная мелодия никуда не исчезала, словно заезженная пластинка, поселившись в голове. Интерес, который я не смогла до конца подавить, все-таки взял свое. Спрятав тетрадку с вложенным в нее карандашом и ластиком в ящик стола, о котором, как мне казалось, знала только я, я решила сходить и посмотреть на поющего принца. Через дом идти не было особого желания, и я описала вокруг него дугу, устремившись на выход. Калитка, словно ждавшая меня, дружественно распахнулась, позволяя мне покинуть сие место. Мелодия стала звучать как будто громче. Я ощущала себя весьма странно. Сознание окутал легкий туман, ноги несли на звуки музыки меня сами. Я как будто знала, куда надо идти. Меня вела интуиция и звук. Оказавшись около той реки, где днем меня искупали, но уже в том месте, где через нее проходил мост, и не было перил по причине того, что у Лизы руки живут независимо от центра ими управления, находящимся в мозгу, я остановилась и удивленно смотрела на того, кто тут был. Артем. Я испытала странную смесь чувств: интуиция говорила, что надо бежать, а любопытство хотело узнать подробности.

— Привет, — парень оторвался от созерцания воды и посмотрел на меня. Меня словно окатили ледяной водой. Нет, он меня определенно пугает. Но, с другой стороны, такая красота пугать не может. Я кое-как справилась со своим чувством опасности.

— Привет, — пробормотала я, ощущая, как кровь приливает к голове, и щеки из-за этого приобретают насыщенный розовый оттенок. — Это… ты сейчас пел? — осторожно спросила я. Да, странно прозвучало. Сейчас меня сочтут полной идиоткой и пошлют куда подальше. И надолго.

— Странно, что ты услышала, — Артем приветливо улыбнулся и сошел с моста ко мне. Он выглядел немного уставшим, но это делало его более привлекательным. Он так быстро оказался около меня, что я и глазом моргнуть не успела. Сердце пропустило два такта и забилось в ускоренном ритме. — Хотя чему я удивляюсь?.. Ведь эта песня и предназначалась для тебя, — Его ласковый и нежный взгляд совсем меня выбил из колеи. Первый красавец, с которым мечтает быть каждая девушка… и вдруг оказывает такие знаки внимания мне. Это было приятно и странно одновременно.

— Для… меня? — В горле стало как-то сухо. Я находилась словно в тумане. Его глаза сверкали изумрудами, и, казалось, заглушали солнце. Оно казалось тусклым по сравнению с его глазами.

— Да. А тебя это так удивляет? — Не дожидаясь ответа, Артем продолжил: — Прогуляемся? — Почти сразу его рука скользнула мне на талию и цепко ухватилась за нее. Я залилась краской еще больше. Да что он делает, в конце концов?! Меня передернуло больше от его мертвецкого холода, нежели от наглости парня. Хотя отчасти и от этого тоже. — Ну, не смущайся, — рассмеялся он. — Но, знаешь, румянец тебе к лицу. Разбавляет эту бледность, достойную самих королей.

— Кто бы говорил, — пробормотала я, беря себя в руки. Артем лишь усмехнулся на мою реплику и сделал вид, что ничего не услышал. Я не знала больше сказать. Сейчас во мне снова взыграла паника и хотелось одного: сбежать из его цепких лапок куда подальше, но почти сразу легкий туман снова окутал сознание, и я решила пустить все на самотек. Гулять, так гулять! Не так уж часто ко мне подходят парни, тем более такие. Расслабившись, я почувствовала себя более свободно. Пока есть момент, надо им пользоваться. Кто знает, вдруг потом Артем растворится как туман?

— Артем, — тихо начала я, желая прояснить некоторые детали.

— Что, детка? — его холодное дыхание обожгло мне шейку, а сердце как будто снова остановилось. Артерия временно перестала подавать кровь в головной мозг.

— Аээмммм… давай без этого… — попросила я, пытаясь осторожно вырваться из его объятий, но Артем оказался проворней — его вторая рука уже покоилась на моем бедре. Я растерялась окончательно. Он издевается и намекает на непристойности или же я и правда ему нравлюсь?

— Почему? — Он склонил голову на бок, смотря мне в глаза. Ветер растрепал его светлые волосы, а заодно охладил и мою разгоряченную кожу, заставив вздрогнуть.

— Потому что мне не нравится. Прекрати наглеть, — выпалила я, сделав легкий упор запястьями на его грудную клетку, стараясь держать дистанцию таким способом. Артем улыбнулся и ответил:

— А если я скажу, что ты мне нравишься? — Я от удивления чуть не упала в воду — мы стояли почти у самой кромки. Неизвестно, что повлияло на мое решение не падать туда больше: то ли нежелание купаться, то ли то, что Артем держал очень крепко меня в своих объятиях.

— Ты шутишь? — недоверчиво пролепетала я, отказываясь в это верить. Мечты сбываются. Сколько я за ним наблюдала из окна, не надеясь даже завязать разговор. Парень кивнул.

— Вполне серьезно… что мне сделать, чтобы ты мне поверила? — Он склонился ближе ко мне и осторожно коснулся губами чуть ниже шеи. Меня словно током ударило.

— Не надо ничего делать, я уже поверила! — поспешила я произнести, а заодно и освободиться от него. На ум отчего-то пришли маньяки. Сердце, казалось, спешило совершить удары за 10 лет сразу — так быстро оно еще никогда не билось.

— Тссс… не надо так нервничать, — Воспользовавшись тем, что я ослабила упорство, Артем притянул меня так, что я не имела теперь возможности двигаться, ощущая его холодное почему-то тело своим. Меня передернуло. Попытавшись применить тактику жалостливости, я почти что взмолилась:

— Отпусти меня… Ну пожалуйста… — Я сделала круглые большие глаза а-ля аниме, посмотрев в глаза Артему. На секунду в его взгляде промелькнуло нечто вроде жалости и сожаления, но почти сразу он снова стал каким-то хищным и ласковым. Как у гиены, загнавшую укушенную в ногу антилопу тигром. Надежда на роман, вспыхнувшая внезапно, оказалась подавлена паническим чувством. Теперь я даже не понимала, хочу сбежать от него или же остаться.

— Ладно… но перед этим, ты подаришь мне поцелуй в качестве гарантии, что останешься со мной… — туманно изрек он. Я опешила. Что тут сказать? Во-первых, меня пугало его излишнее внимание к моей скромной персоне, во-вторых, я оказалась впервые в такой ситуации, где мне оказываются такие знаки внимания. В последнем опыта у меня совсем не было. Артем явно ждал от меня определенных действий, которые я делать пока не собиралась. Так и не дождавшись того, о чем попросил, он сам приступил к решительным действиям. Приподняв чуть мое лицо за подбородок, он склонился ближе. Его прикосновения были настолько легки и невесомы, что холод его рук казался просто ветром. Глаза смотрели в мои с лаской, заставляя сердце биться чаще, а конечности и язык отниматься. Мысли спутались в один большой комок и теплом разлились по телу. Артем осторожно, словно боясь спугнуть, коснулся моих губ своими. Я внезапно запоздало осознала, что совершенно не умею целоваться, но эта мысль проскользнула змейкой и потерялась в глубинах сознания в лабиринте извилин. Не совсем понимая, что делаю, я рискнула ответить на его поцелуй. Ощущение туманности снова атаковало подсознание. Казалось, что тело и разум жили совершенно отдельно друг от друга сейчас. Неожиданно для себя (и, видимо, для Артема тоже), я заключила его в объятия. Чувство нового унесло куда-то меня в мир, далекий от того, где я находилась сейчас. Вдруг я ощутила, что поцелуи Артема перешли мне на шею, и это меня отрезвило.

— Так, а теперь прекрати наглеть! — возмутилась я, сбрасывая его руки со своих бедер. Ко мне снова вернулась способность здраво мыслить. И что-то мне подсказывало, что надо бежать отсюда со всех ног. Но Артем был явно настроен на строго противоположное, но все-таки отпустил.

— Хорошо-хорошо! — Он с улыбкой поднял руки вверх, сделав вид, что сдается.

— И… до завтра. На улице холодно, да и меня дома ждут… — Я зябко поежилась, преувеличивая степень морозности. Улыбнувшись, я отправилась в сторону дома на ватных ногах. То, что произошло… можно ли это считать правдой? Или он соврал мне по причине того, что флиртовать ему не с кем?

— Подожди, — Артем подошел со спины и сомкнул руки на моем плоском животе. Меня снова передернуло от его мертвенного холода.

— Ты что такой холодный? Как айсберг в океане… — спросила я его, пытаясь осторожно расцепить пальцы и избавиться от ощущения, что меня закопали за северным полярным кругом. Артем хихикнул и положил мне свою голову на плечо.

— Какая же ты строптивая… — пробормотал он, поцеловав меня в шею около ушка. Снова легкий туман окутал разум, но в этот раз я избавилась от него быстро.

— Я не строптивая, я, в данном случае, замерзшая, — пробормотала я, чуть наклоняя голову на бок, чтобы ему удобнее было целовать меня. Эта наглость… она мне даже начинала по-своему нравиться. — Ну отпусти меня! Или я тебя стукну, — тихо сказала я, не совсем пока еще понимая, как именно я собираюсь освободиться из-под гнета Артема. Он с интересом посмотрел на меня. Мне даже показалось, что он насмехается надо мной. Официально он этого не выразил, но взгляд говорил красноречивей всякой ораторской речи.

— Ты злая какая-то сегодня… — с видом философа заметил он. Я фыркнула, пытаясь придумать способ сбежать. Все-таки панический страх победил, но пока мне этого удавалось не показывать.

— Я не злая… я в меру обозлившаяся, — со вздохом ответила я. — Ну что тебе надо?..

— Мне? — Артем ненадолго задумался, а потом улыбнулся. — То, что мне надо, возможно не понравится тебе… Даже, я бы сказал, совсем не понравится… — таинственно произнес он. Желание сбежать усилилось. Сердце снова стало биться быстрее. А хватка Артема на талии стала просто железной. Не успев толком ничего придумать, я внезапно вскрикнула от боли, резко пронзившей левую сторону шеи. Я дернулась, плохо соображая, что происходит, но меня не отпустили. Боль плавно перешла на плечо. Кровь била фонтаном из раны, забрызгивая топ и кофту. От одного вида ее количества стало плохо. Во взгляде потемнело, и я чуть не потеряла сознание. Во мне боролись жуткая паника и холодный разум. Что-то было странное тут все-таки… моя кровь не просто шла, ее высасывали из моей пробитой артерии. Собравшись с силами, я размахнулась и резко нанесла удар парню локтем под ребра. Видимо, он получился слишком сильный, ибо хватка внезапно ослабла, и я смогла освободиться. То ли от потери крови, то ли от пережитого шока, ноги отказывались меня держать.

— А, черт! — выругался Артем, распрямляясь в полный рост и ощупывая место удара. — Не сопротивлялась бы — все прошло быстро и безболезненно. Ну, относительно, — добавил он, подумав. С его губ и… длинных клыков (???) капала кровь на подбородок. Глаза у Артема светились красным цветом, как у вампира… да и все признаки говорили о том, что он тот, кого не должно в принципе существовать. Типичное представление о мире рухнуло в одночасье. Я закрыла глаза, надеясь, что это видение исчезнет, но нет… все было так, как было. Теплая кровь, бегущая из раны, быстро остывала, едва оказываясь на холодном воздухе. Кинув взгляд на плечо, я, как свежескошенная трава, рухнула у кромки воды, едва не намочив джинсы. Силы покидали, но я цеплялась за жизнь как могла. Сейчас меня больше интересовал вопрос: быть или не быть? Я не Гамлет, но умирать не хочу.

— Как мило… знаешь, в любом бы вампирском романе написали: «Из ее прокушенной артерии стекала кровь, падая на землю словно рубины. Ее взгляд выражал испуг — она не хотела умирать… Тогда вампир таинственным голосом ей предложил: „Хочешь жить вечно?..“ Она кивнула, и он поделился с ней своей кровью…». Но мы, увы, не герои романа, так что спрашивать тебя я ни о чем не буду, — заявил парень, подходя ко мне и делая надрез на запястье. Я смерила его молчаливым взглядом, в котором читался мучительный выбор между жизнью и смертью, а когда Артем оказался совсем близко, я резко нанесла удар ему ногой по лодыжке. Послышался подозрительный хруст. Парень улетел в воду, подняв фонтан брызг. Я, с трудом поднявшись на дрожащие ноги, неожиданно быстро сорвалась с места, надеясь успеть все-таки добежать до дома и скрыться в его безопасных стенах. Не потому, что мой дом — моя крепость, а потому, что все та же интуиция подсказывала, что там меня могут защитить. Сердце бешено колотилось, едва не выпрыгивая из груди. Я задыхалась. Сознание затуманивалось. Дальнейшая попытка сдвинуться с места привела к тому, что ноги запутались и отказались дальше двигаться. Все тело охватывала волна холода. До дома оставались какая-то четверть пути, но… я уже не попаду туда. С трудом приподнявшись на руках, я вздрогнула, увидев, как надо мной нависла тень. Медленно обернулась, посмотрев на преследователя. Артем смотрел на меня с неким чувством превосходства, но я улавливала за его внешним спокойствием еще и нотку бешенства. Впервые его, видимо, так унизил человек.

— Собственно, больше тебе бежать некуда. Точнее не так, ты просто не сможешь этого сделать. — Я с трудом села, кое-как удержав равновесие. В глазах начало темнеть, а мир куда-то уплывал. На язвительный ответ у меня не хватило сил. Артем спас меня от столкновения с землей, присев рядом и удержав на руках. — Добро пожаловать в темное царство. — Он надкусил запястье у себя на руке. Угасающим сознанием я успела отметить, что глаза у него стали снова зелеными, но клыки при этом никуда не исчезли.

— Нет… не надо, — услышала я свой хрипящий голос, но разве Артем меня стал слушать? Он приложил запястье к моим губам. Я попыталась отвернуться, но это ни к чему не привело. Чтобы не захлебнуться, я сделала глоток его крови. Если вспомнить множество литературных произведений, написанных на тему вампиров, то ни в одном из них можно найти упоминание о том, что обращали они людей именно посредством обмена кровью.

— З-за-че-чем те-тебе это? — дрожащим голосом осведомилась я, не в силах от слабости подняться на ноги.

— О, ты об этом никогда не узнаешь, — зловеще отозвался Артем, с интересом посмотрев на меня. Я знала, чего он ждал. И знала, что скоро его ожидания оправдаются. Первая волна боли пришла откуда-то из центра груди, но она была терпимой, — именно это я описала подругам как сердечный приступ, разыграв шутку, а вот вторая… едва только она обдала меня обжигающей волной, я изогнулась дугой, издав дикий крик, а потом сознание милостиво отключилось…

Глава ll: Тело как предмет использования разными личностями

«Я стал другим, новым человеком; а те, для кого существовал

только старый „я“, смеялись надо мной.

Единственно разумный человек был мой портной:

он каждый раз снимал заново с меня мерку,

тогда как все остальные подходили ко мне со старой

и воображали, что она все еще отражает мои

действительные размеры»

Димка

Если сказать, что утро следующего дня выдалось беспокойным — это значит, что просто можно промолчать в тряпочку. Беспокойство снедало нас всех, а тетю в большом количестве и с аппетитом голодного крокодила. Мы всю ночь не спали. Причина была простой, но что-то мне подсказывало, что в этой простой причине виноват был не совсем простой субъект, которому имя было Артем. Я находился на веранде и нервно постукивал пальцами по столу. На нем же еще лежал и пистолет, заряженный деревянными пулями. Даже Андрей, который больше беспокоился о своей музыке и о своем внутреннем мире, теперь беспокоился за двоюродную сестру. Оксана пропала вчера вечером и не явилась до сих пор. Сначала мы думали, что она застряла у своих закадычных подружек, но родители этих самых подружек сказали, что Оксана у них не появлялась. Прочесали всю лесную местность, даже сходили на тот берег — ничего не помогло. След ее простыл, как утром растворяется туман. Отец находился в комнате и успокаивал еле сдерживающую слезы сестру. У всех был на лицах написан один и тот же вопрос: куда пропала Оксана. Я пока не отваживался проверить достоверность своих подозрений, ибо жить не надоело — Артем тут ошивался не один, а с кучкой своих друзей вампироидов. Я встал и оказался рядом с отцом.

— Наташ, не волнуйся, мы ее обязательно найдем… место не глухое ведь… — пытался папа успокоить сестру. Я, как бы невзначай добавил:

— Вчера мы тут видели несколько вампиров… для таких забытых мест — они редкие гости. Может… — Я не договорил, поймав на себе иронический взгляд отца.

— Мы поняли твой намек, а теперь поясни, как ты собираешься наладить контакт с вампирами. Придешь к ним в гости и спросишь: «Привет, сам я не местный, а сестра пропала, не видели ее?». И еще не забудь учесть, что те, кто вырезает их популяцию, имеет весьма низкий презренный статус в их глазах, — осадил меня отец. Я угрюмо замолк, осознавая правдивость его слов. Но и отвергнуть до конца эту версию я не мог! Я просто был уверен, что она у них. Не зря вчера Артем бродил вокруг да около, пожирая Оксану взглядом. Ковер заглушил мои шаги, но половицы ехидным криком оповестили, что я отправляюсь на улицу выяснять то, что считал нужным. Как — это уже второй вопрос.

— Ты куда? — окликнул меня Андрей, спускавшийся с лестницы сверху.

— Воздухом дышать, — мрачно отозвался я, временно покинув дом. Погода соответствовала настроению: с запада шли тяжелые угрюмые тучи, освещаемые вспышками молний. Далекий ропот грома говорил о своих намерениях обрушить шквал дождя на крыши домов и головы не успевших укрыться людей. Ветер стих. Только слышался комариный писк и легкое шуршание стелющейся травы, склонившейся набок, как будто желала избежать грома и молнии. Воздух как-то потяжелел. Пройдя по слегка размытой дождем дороге — ибо вчера тоже прошлась небольшая буря — я оказался у дома Артема. Выглядел он грозно, всем своим видом напоминая о своем возрасте. Да, подходящий домик для вампира. Тонкий намек: «Оставь надежду, всяк сюда входящий». Окна смотрели чернотой занавесок, на которых обозначены были затесавшиеся серебряные вставки в виде звезд. Резные в старорусском стиле покрашенные в белый цвет наоконники, придавали дому важность и таинственность. Забор недружелюбно ощетинился вверх. Местами на посеревшем от времени дереве можно было заметить бурые пятна. Хорошее знание вампиров говорило мне, что это не краска. Чердак смотрел круглым окном на улицу. Меня поразило то что, несмотря на нечастое пребывание здесь вампира, дом выглядел весьма ухоженным.

— Кого-то потерял? — спросил Артем, нарисовавшийся словно из ниоткуда. Я вздрогнул и резко обернулся, потянувшись к пистолету. Вампир захихикал, сверкнув краснотой глаз. Один его вид вызывал уже у меня непреодолимое желание его убить самыми изощренными способами, которые рисовались в воображении с кровожадностью того же вампира. С трудом подавив в себе нарастающую злость, я убрал руку с кобуры.

— Да. Как раз тебя, — с легким вызовом бросил я, всем своим видом говоря, что на самого вампира у меня патологическая непереносимость.

— Как интересно… Ван Хельсинг пришел за помощью к Дракуле, — умилился он, подняв взгляд к небу. Я прикрыл глаза и медленно сосчитал до 10. Это немного помогло.

— Не угадал. Просто мне надо кое-что узнать: Оксану не видел? — Это был чисто дежурный вопрос. Все подробности скрывались во внутренностях дома. Но туда было не пробраться — чутье охотника подсказывало, что в зафасадном помещении скрывался еще один вампир — дружок Артема.

— Конечно видел, — моментально отозвался он, и я было воспрянул духом, но тут же спустился с тропосферы на землю. — Вчера днем. — Ясно, не доверяем взаимно друг другу. Так я и думал. Это еще больше усилило мои подозрения.

— И больше не видел? — с нажимом поинтересовался я. Артем хмыкнул.

— Это допрос? — Я промолчал, решив общаться с ним по минимуму. Кто знает, может вампиризм передается воздушно-капельным путем? — Ну, так и быть, я сегодня добрый: больше я ее не видел. Устроит такой ответ? — Мне показалось подозрительным, что он не стал интересоваться о пропаже девушки. Хмуро кивнув, я отправился в сторону реки, уже ни на что не надеясь. Нужно быть полным психом со склонностью к самоубийству, чтобы без приглашения прийти в дом вампира, когда тот недалеко находится. Тишина в округе не располагала к спокойствию. Вода в речке как будто тоже притихла, снизив на время скорость течения. Перила на мосту оказались почему-то сломанными. Присев на край моста, я погрузился в мрачную задумчивость. Что делать?.. Вопрос, на который даже сам Чернышевский ответа не знает. В голову лезли самые бредовые мысли. Вдали отчетливо послышался грохот и затих, растворившись в небесах. Сверкнула пара молний. Туманная пелена дождя яростно обрушивалась на дорогу и на сосновый бор, тянувшийся на несколько километров вдаль. Надо идти, если я не хочу вымокнуть под дождем. Не повезет кому-то, кого застигнет буря. Только я собрался встать и уйти, как мой взгляд случайно наткнулся на песок и траву рядом с берегом. Кровь. Следов было немного — половину, я так думаю, успели замести, а до остальной половины руки уже не дошли. След тянулся до березы, а дальше обрывался. Ну нет, я до всего докопаюсь… Резко поднявшись на ноги, я почти побежал домой — и успел вовремя. Дождь с грохотом оповестил, что он добрался и до нас.

— Прогулялся? — поинтересовался брат, наигрывая на синтезаторе какую-то минорную музыку. Я чуть сморщился, поправляя черные растрепанные волосы.

— Да. Можно тебя попросить? — Андрей поднял на меня затуманенные глаза с недоумением и кивнул. — Избавь меня от этого похоронного стиля — и так настроение не фонтан…

— А оно у всех не фонтан. Я просто выражаю его музыкой, — пафосно изрек он, но играть перестал. — Узнал что-нибудь?

— Ничего определенного, — Я пожал плечами и сел в кресло. — А где папа с Натальей?

— Ушли отдыхать… всю ночь не спали, — сочувственно сказал Андрей. Я откинулся на спинку кресла, ощущая, что меня тоже одурманивает хитрый Морфей. Их можно понять. Оглушительный грохот и сносимый ветром дождь, с яростью колотивший в окна так, словно собирался их выбить, оповестили о своем злом настроении. — Мы все не спали… было не до того, — вздохнул я, потянувшись. Все решено. Я наведаюсь вечером к Артему без его ведома и все выясню. Кровь у реки только подтвердила мои подозрения. Уверенность была почти 100 %. Внезапно в дверь постучали. В легком недоумении я приоткрыл один глаз и покоился на дверь. Кого принесло в такую погоду?

— Открыто, — ответил за меня Андрей. Я снова прикрыл глаза. Дверь распахнулась, и на пороге нарисовались две подружки Оксаны.

— Не ждали? А мы приперлися! — весело сказала Лиза, стряхивая с волос капли дождя на пол. Как всегда веселая, в хорошем расположении духа, видевшая положительные моменты даже тогда, когда по самую макушку увязала в неприятностях. Эйвери не столь ярко выразила свои эмоции, предпочтя просто приветственно кивнуть.

— Даже не догадывались, что вы придете, — иронично ответил я. Впрочем, ирония была мрачной. Андрей почесал затылок и вздохнул, неожиданно ляпнув то, о чем его не просили вообще:

— А Оксана еще спит… — Я аж чуть с кресла не упал. Стрелки часов указывали на 2 и 12, оповещая, что день в самом разгаре. Спит она, как же! Разве что уже в морге. Подумав об этом, я незаметно сплюнул через левое плечо и постучал по дереву. Лиза недоверчиво посмотрела на часы, а потом так же на нас с братом.

— Как это спит?

— Обыкновенно. В кровати на подушке, — ответил я, втихаря показав Андрею кулак. Он сделал вид, что ничего не заметил, вступив в роли бесплатного приложения к дивану. Лиза обиделась.

— А вот острить на надо! Однажды сам рискуешь отравиться тем перцем, которым посыпаешь свою лексику! — назидательно сказала она. Я поднял на рыжую бестию насмешливый взгляд.

— А сама-то ты не травилась своим словесным перцем? — Ответ последовал незамедлительно.

— Неоднократно! Но пока его концентрации не хватило, чтобы заставить меня меньше болтать! — жизнерадостно отозвалась она. Я вздохнул. С ней было бесполезно спорить — переговорит любого, да еще и ты останешься с разбитым корытом. Так что из них двоих мне нравилась больше Эйвери. Она была не настолько языкастой, как Лиза.

— Ну, тогда мы потопали будить спящую красавицу! — заявила она, делая шаг к лестнице. Мы с Андреем переглянулись.

— А, может, не надо? — осторожно спросил он, пытаясь что-то сообразить. И снова он выдал то, что я меньше всего ожидал услышать от мистера Минор: — Все Оксаны очень злые, если их разбудить не по графику внутренних часов. И даже очень… Я читал об этом где-то… в интернете, — сказал он, опустив взгляд, выражающий крайнюю степень мучения и требования помощи.

— Если проснется злая, остудим под дождиком, — Последние слова Лизы заглушил раскат грома. Он был настолько сильным, что стекла в доме задрожали. Нас невольно всех вжало в пол. Природа говорила о своем превосходстве даже тогда, когда люди находились в своих уютных домах, не рискуя высовываться на улицу. Она своим бушующим поведением напомнила, что люди ее часть, наивно полагающая, что это они властны над природой. Я не стал останавливать подружек моей двоюродной сестры — ибо это было просто бесполезно. Преодолевая полудрему, я отправился за ними наверх. Комната была пустая, даже кровать заправлена идеально — на нее никто даже не присаживался. В окно колотил дождь, но уже не с такой яростью. Он немного усмирил свою злость и продолжил падать с небес не настолько сильно, как в первые минуты. Занавески закрыты. Эйвери и Лиза недоуменно осмотрелись и перевели взгляд на меня.

— И что это значит? — поинтересовалась Эйвери, подавшая голос первой за последние 5 минут. Лиза уже хищнически прикидывала, какой будет моя траектория полета с лестницы и ударит ли в меня молния, если я окажусь на улице.

— А это значит, что после того, как Оксана пришла от вас, мы больше ее не видели, — ответил я, скрестив на груди руки и облокотившись на стену. — Она ушла и больше не появлялась. Я догадываюсь, где ее можно найти, но того, с кем придется общаться, я не перевариваю на дух, — слегка путано произнес я.

— Как не пришла? — Лиза не поверила мне, но лишь до тех пор, пока не встретилась со мной взглядом. — А у кого она может тогда быть? — А вот тут мне следовало уже проявить осторожность. Я-то прекрасно знал, кто Артем на самом деле, а они нет. Наивно полагали, что он просто красавец-парень, которому приелись женские тела. И не только.

— Если я скажу, то вы будете смеяться, — вздохнул я, но вдруг мне пришла в голову одна мысль. Я могу отравить их к Артему и все узнать. А если что-то пойдет не так, то я прикрыть всегда сумею. И откуда во мне столько цинизма?.. Наверное, переобщался с клиентурой, отправляемой на тот свет.

— Не будем. Просто скажи, — попросила Эйвери. Я потер висок и уточнил:

— Ее там может и не быть, — Я слишком хорошо знал вампиров, их расчеты и тактику поведения.

— Ну надежду-то нам хоть оставь, — деловито заявила Лиза, спускаясь вниз. Эйвери последовала за ней, а я — следом. — Так, где твои предположения?

— Скорее всего, она у Артема, но… — Я не договорил, потому что Лиза после начала фразы схватилась за перила, чтобы не сосчитать носом ступеньки.

— У кого-кого? — не поверила она. — У этого мистера Красавчика? А что она там забыла?! — Лиза выглядела заинтересованной, а Эйвери немного расстроенной. Я не стал озвучивать истину, предположив, что изощренным на амурные вопросы разумам девочек хватит следующего:

— Я не знаю… Может просто решили пообщаться?

— Ага, с последующей процедурой обмена микробами, — хохотнула Лиза. Тут уже и Эйвери не удержалась от улыбки. — Ладно, надеюсь, нас не заклюют эти голубки, когда мы вторгнемся к ним в царство, — с долей кровожадной иронии произнесла Лиза, переступая порог дома, и оказываясь сразу под дождем. Несколько молний прочертили небо. Недовольный тем, что какие-то юркие черточки электричества его опередили, гром проворчал что-то на своем языке и утих. Я немного задержался и взял оружие с собой, распределив его под курткой.

— Ты идешь? — спросила Эйвери, обернувшись в мою сторону.

— Что? — Я поднял глаза на Айву и кивнул. — Да, только задержусь ненадолго… — Ответ ее устроил. Просто кивнув, девушка отправилась следом за Лизой. Весь ее вид говорил о нежелании гулять под дождем. Дождавшись, когда они скроются из виду, я приступил к действиям. Скрываясь, как разведчик во время войны, я окольными путями между мокрыми от дождя зарослями чертополоха и осоки оказался у дома вампира и занял наблюдательный пост. Две закадычные подружки постучали в окно, ожидая ответа. Мне было не особо слышно, о чем они говорят, и я подобрался поближе. Теперь голоса доносились более четко. Артем вышел почти сразу. Калитку он распахнул почти настежь, но при этом встал так, чтобы на его участок было невозможно пройти. Левой рукой вампир держался за верх калитки, а вторую засунул в карман. Дождь нисколько не портил его красоты, а совсем наоборот, делал еще привлекательнее.

— Прогулка под дождем — лучшая спутница болезни, — бархатным голосом произнес Артем. Я прикинул расстояние для выстрела. Оно было вполне подходящим, чтобы меня не застукал вампир и не успел уклониться. Но вот Эйвери с Лизой поймут не так.

— А в данном случае у меня болезнь на твою до приторности сладкую речь, — отвечала Лиза. Я невольно улыбнулся. Среди охотников бы она могла иметь немалый успех и авторитет. — Тут птичка Говорун навещала, что у тебя наша дорогая подружка… — ядовито улыбнулась она, надеясь застать его врасплох. Но надо знать хорошо психологию вампиров, чтобы их подловить на проколе. Я с сожалением убрал пистолет и стал наблюдать.

— Хотел бы я знать, в какой валюте она дорогая, — насмешливо отозвался Артем и уже серьезно добавил:- Я ее не видел. Можете даже проверить, — он сделал приглашающий жест в дом. Эйвери с Лизой переглянулись и вошли внутрь. Отлично. Теперь остается мне только ждать… Артем некоторое время в задумчивости постоял на улице, кинув взгляд в ту сторону, где недавно находился я. Шум дождя скрывал мои тихие передвижения. Пока вампир выискивал меня глазами, я уже пробрался на его участок, который был больше оборудован под парк развлечений, через забор и оказался у окна. Отличный наблюдательный пост! Обзор на гостиную и комнату. А вот вошли и Эйвери с Лизой. Последняя с хищническим выражением лица начала обходить комнаты, словно зверь почуявший добычу. Но ее ждало тут разочарование: Оксаны нигде не было. Я был лишен возможности слышать их разговор, но вдруг Лиза свернула в комнату и озадаченно поинтересовалась о чем-то, указав на покрывало. Я осторожно обошел дом и заглянул в то окно, откуда открывался обзор на маленькую комнату. Лиза не очень удачно держала покрывало, и я не смог рассмотреть, что там на нем, но если судить по недовольному и подозрительному лицу Эйвери, к которому примешивалось и отвращение, я сообразил, что там кровь. Но, видимо, мое представление о произошедшем расходилось с мнением Эйвери и Лизы, которые собирались идти бить Артема… Зная их характер, мне вампира было заранее жаль…

Лиза

— Это что за?.. — мне от возмущения не хватало слов, чтобы высказать все, что я думаю. Первая моя мысль, пришедшая в голову, что он убил мою подружку и закопал где-то недалеко. Вторая мысль, что он ее изнасиловал. А уж в третью очередь мне пришло на ум, что он просто порезался, и следы крови остались чисто случайно, не имея никакого отношения к Оксане.

— Это? Это кровь… моя… неудачно порезался, когда пытался вынуть ножом застрявшую пробку в канистре, — он продемонстрировал нам замотанную руку и мило улыбнулся. Мы с Эйвери сконфузились. — А вы о чем подумали? — удивился Артем.

— О чем мы подумали — тебя не касается. Информация закодирована и спрятана в черепной коробке, — хмыкнула я. — Увидишь Оксану — передай, чтобы эта чучундра явилась на мой суд! А за неявку — смертная казнь, так и передай, — велела я. — Пойдем, Айва. Та кивнула. Вид у нее был пасмурно-задумчивый. Во-первых, кровь она не переносила на дух. Во-вторых, ей тоже нравился Артем, но даже сейчас бурную деятельность она позволила развести мне, а сама не сказала ни слова. Мы вышли под дождь. Он немного остудил наши разгоряченные умы. Тишина и шум дождя угнетали.

— Ну скажи что-нибудь! — попросила я, пихнув Эйвери локтем под ребра. Несильно, но ощутимо. Та отошла от меня и тихо пробормотала:

— Не нравится мне все это… Целые сутки не было дома… — пепельные волосы подруги качнулись и упали на лицо. В данной конкретно местности такие вопросы, как красота считались до некультурия приличными. Так что мы просто на такое не обращали внимания, когда гуляли под дождем. Две молнии прочертили небо. Дождь, утихший на пару минут, стал капать с новой силой. Рокот грома донесся до нас спустя мгновение, расколов небо на две половины. Что-то заставило поднять меня голову к небесам. Капли дождя стекали с ресниц по лицу и падали на кофту, но из-за того, что я уже насквозь промокла, я их не ощущала. Снова небо прочертила белая вспышка. Только в этот раз она была не настоль яркой и резкой. Что-то сгущалось под небесами. «Шаровая молния» — промелькнула мысль.

— Айва, смотри! — Я потормошила подругу за плечо. Она подняла глаза, и мы уже вместе смотрели на спускавшийся белый шарик с небес.

— Красиво… Но от шаровых молний лучше держаться подальше, — поежилась Эйвери. — Пойдем искать лучше заблудшую подругу… — предложила она. Я поморщилась. Реалистичность этого мира всегда все портила.

— Ну на «нет» и суда нет, — согласилась я, отправляясь за Эйвери в сосновый бор. Я невольно хихикнула. Экстремалки нашлись тут… Гуляем во время грозы под деревьями — все нипочем! Но говорить об этом Айве я не стала. Интересно, когда до нее дойдет ее же ошибка. Сосны образовали плотный купол, склонившись друг к другу и сцепившись ветвями. Этот зеленый хвойный свод не пропускал половину той воды, что падала сверху, по ошибке вообразившей себя водопадом. Полусухая трава, прикрытая рыжими, как мои волосы, иголками местами попадалась в самых неожиданных местах. Тихое и спокойное местечко. Заросли чертополоха росли на краю обрыва и распространяли свою популяцию вниз по обрыву. Кое-где спрятались кустики земляники, выдавая себя соответствующей формой листьев. Я остановилась где-то в центре этой сухой местности и села на холодную землю, задумавшись.

— Есть мысли, куда она пропала? — Я искренне беспокоилась за подругу. Нервоз выражался в слишком ярком проявлении эмоций и слишком активных действиях. Вздохнув, я попыталась успокоиться, но это не помогло, а только усугубило положение. Я вскочила и стала шагами мерить расстояние от относительно сухой почвы до относительно влажной.

— Ни одной, — честно призналась Эйвери, постукивая пальцами себя по ноге. — Может, логичней ее просто подождать дома? Авось объявится, — осторожно произнесла она. Я замотала головой с такой решительностью, что она даже закружилась.

— Не-а, лучше я… — Договорить я не успела. Кусты зашуршали между деревьями, и к нам вылетел тот самый белый шарик, который мы с подругой недавно имели честь созерцать. Никто из нас двоих сначала не понял, что произошло — он просто вспыхнул и исчез. Я озадаченно посмотрела на то пространство, где он только что был. Внезапно левую руку пронзила жуткая боль — от плеча до кисти руки. У меня потемнело в глазах — не было сил даже на то, чтобы просто кричать от боли. Прислонившись спиной к дереву и шипя как уж на сковородке от боли, я стала растирать руку, пытаясь хотя бы придать ей снова чувствительности. Эйвери мгновенно оказалась около меня и стала о чем-то спрашивать. Едва не теряя сознание, я вышла из-под купола деревьев и оказалась под живительным дождем. Он немного остудил руку, на которую я боялась даже смотреть. Я ее совсем не ощущала, как будто мне произвели ампутацию без наркоза. На ум пришла сплошная цепь ругательных слов, которую я и спроектировала во внешний мир посредством ротовой полости. Только почему-то не на русском языке. Эйвери удивленно посмотрела на меня.

— Что?.. — Я посмотрела на нее, постепенно ощущая, как кровь снова горячим потоком побежала по венам.

— А что? Я ничего, — с милой улыбкой ответила я. Теперь поводов нервничать появилось у меня гораздо больше.

— Нет, я имею в виду… на каком языке ты сейчас говорила? — пораженно осведомилась она. Я моргнула и пожала плечами.

— Ну… во всяком случае, точно не на русском, — уклончиво заметила я. Эйвери с насмешкой посмотрела на меня.

— Это и мертвому ежу понятно. Но, знаешь, по-моему, это была латынь, — уже на полном серьезе заметила она. Я озадачилась. А откуда я знаю латынь? Но в этом вопросе Эйвери можно было доверять, ибо они с Оксаной, словно сговорившись, собирались поступать на медиков. Разница была только в специальностях: не переносящая кровь в связи со своими психологическими особенностями собиралась идти на фармацевта, а другая, имеющая нездоровую реакцию на все, что связано с кладбищем — на патологоанатома. И Айва, уже предвкушая себя в роли фармацевта, хотя и интересовалась в большей степени физикой, начала потихоньку изучать латинский язык. У меня запросы были более скромные: работник на АЭС с перспективами изобретения нового ядерного оружия.

— Латынь? — удивилась я. — А откуда я знаю латынь? Я же ее не изучала!

— От меня понабралась, — хихикнула Эйвери. Я пихнула ее не пострадавшей от молнии рукой и случайно кинула взгляд на пострадавшую. Она дымилась, но следа от ожога не было. Вместо этого на ней проступал какой-то рисунок цвета серебра. Я с интересом стала его рассматривать, пытаясь понять, откуда вообще эта метка взялась. Странным было то, что мне казалось, что я ее уже где-то видела, причем неоднократно. Я осторожно обнажила левое плечо, оценивая длину коего рисунка. Неслабенькая такая татуировочка, которую я даже не заказывала! Она тянулась от плеча до кисти руки с заходом на большой палец. В целом, это было изображение щита и меча. Эйвери рассматривала рисунок с не меньшим интересом. — Смотри! — Щит и меч в свою очередь состояли из множества мелких рисунков, составляющих единую картину, Айва рассмотрела пушку с ядрами в дыму, копья, запутавшиеся в тетиве лука, стрелы, летящие на столб дыма от взрыва U235, куда-то мчалась морская торпеда, оставляя за собой след, шпаги скрещивались между собой… но все это можно было рассмотреть, только очень внимательно приглядевшись.

— Ничего себе сюрприз! — восхитилась я. Эта картинка полностью соответствовала моим интересам. Втайне от Эйвери с Оксаной, я копалась во многом, что касалось оружия. Причем абсолютно любого — от простого метательного ножа, до сложной атомной бомбы. Я могла рассказать историю создания оружия, рамки его использования в период исторической эпохи, усовершенствованную его версию… все-все-все, одним словом. Даже когда папа поехал к другу в Москву год назад, я в Оружейной палате — он и туда мне экскурсию организовал — по одному только взгляду определяла гораздо больше, чем вся сухая информация на табличках. Я как будто видела, как из него стреляют, как сражаются… иногда я даже сама воображала себя рыцарем несуществующего ордена. Но и это еще не все: ухитряясь влипать в мелкие неприятности вселенского масштаба, я отбивалась от неприятелей всем, что под руку попадется и весьма профессионально, надо заметить. Но это так, лирическое отступление на тему войны и игры в войнушку, а теперь перейдем к данному моменту.

— Лиз, ты о чем?.. — осторожно спросила Эйвери, боясь от меня заразиться чересчур радостным настроением.

— Нет, ну ты посмотри! Это же оружие времен Бонапарта! — Я указала в район локтя. — А это — последние достижения технологии! — я провела вниз по руке и указала на кисть руки.

— Ты когда так хорошо в оружии разбираться стала? — удивленно спросила подруга.

— А, понятия не имею! — ответила я. По сути, так оно и было — ибо я даже не знала, что меня так в нем привлекало. Я хотела было с упоением в подробностях рассказать все Эйвери о каждом виде оружия и заболтать ее до состояния медведя в зимней спячке, но она осадила меня первой:

— Я, конечно, все понимаю, но сейчас мне непонятны две вещи: первое — откуда это вообще взялось, — она провела по руке, — и второе — как ты собираешь татуировку ото всех прятать, — резонно заметила она.

— Нююю… — Я задумалась. Пытливый ум подсказал ответ на второй вопрос, но вот с первым было немного посложнее. — Тату можно и тональником замазать, — бодро проговорила я. Боль на руке уже почти прошла. Капля дождя упала мне на нос, а луч солнца осторожно прорезал небо, как бы сомневаясь, его ли теперь очередь заступать на пост. Тучи, недовольно грохочущие в отдалении, уносил проказник-ветер. Над сосновым бором мостом вспыхнула радуга. А еще одна, чуть бледнее, повисла чуть дальше, но там она обрывалась на половине, уходя в тучу. — О, дождь закончился, — констатировала я факт. — Пошли просыхать, потом отправимся искать пропащую горемыку, — вздохнула я, не имея ни малейшего представления, где ее искать. С тяжелым вздохом, я, отжав волосы от воды, пересекла небольшую поляну и оказалась у дома. Эйвери последовала моему примеру, о чем-то очень сильно задумавшись.

Артем

Как же мне на нервы действовал этот охотник… а потом еще навестили подружки Оксаны. Нет, я против них не имею ничего, но было неприятно то, что они явились по его наводке. Да еще и кровь на покрывале. Чуть все не пошло коту под большой и пушистый хвост. Да, моя жертва находилась первое время в комнате, но после визита Димы, я предпочел не рисковать и перенести Оксану на не менее уютный чердак. Он был оборудован под нечто среднее между комнатой и центром отдыха. Как комнату, его характеризовали наличие дивана, кровати, телевизора, повешенного на стену, и небольшой стеллаж с собранием сочинений Солженицына. Все в оригинале. А как центр отдыха, чердак обрисовывали стоящий в углу на столе компьютер, музыкальный центр, магнитофон и множество различных дисков с музыкой и фильмами. В общем, обращайтесь в вампира со всеми удобствами цивилизации, так сказать. Я улыбнулся сам себе. Наконец-то теперь все станет ясно… Я кинул взгляд на девушку и сел рядом с ней. Скоро пробуждение… И оно будет не из приятных. Что-то в стиле: слезы-сопли-истерики. Всегда так. Поэтому я предпочитал сразу убивать своих жертв — так проще, потом не мучаешься с новообращенными, хотя некоторые из них казались весьма привлекательными и перспективными. Из Оксаны бы вышел неплохой вампир, но цель обращения была совсем не такая. Белое шерстяное покрывало почти ничем сейчас не отличалось по цвету от ее кожи. Вены более четко прорисовались на руках и тонкой шейке. Место укуса зажило не до конца, но кровь уже не капала. Ресницы чуть подрагивали. На ее светлом топике остались следы крови, но раздевать я ее не рискнул, чтобы потом не огрести по полной программе. Да и объясняться потом все равно придется. Так что я решил оставить все как есть. Из всех троих — Оксана была единственной в моем вкусе. Лиза слишком деятельная, Эйвери слишком тихая… да и блондинками я сыт по горло, ровно, как и рыжими — натура у всех примерно одинаковая, но ее трактат у всех разный. Да и внешность довольно привлекательная у Оксаны была. Темные волосы разметались по покрывалу. Несколько прядей упали ей на лицо. Длинная челка скрыла один глаз. Да, если бы кто-то меня увидел сейчас из соплеменников, то от насмешек бы не было избавления. Я осторожно убрал с лица девушки волосы, наслаждаясь пока еще работой ее сердца. Но скоро она умрет и станет совершенно другим существом, красивым и сильным, жаждущим крови, название которому — вампир. Следы красоты стали проявляться уже сейчас: все недостатки как будто скрылись, а гордящиеся собой преимущества в фигуре выделились еще ярче. Я осторожно прикоснулся к ее щеке. Она была горячей — верный признак последней стадии обращения. Удовлетворившись результатом, я достал сигарету и закурил, задумавшись о последствиях. Лора, она же Лоренсия, она же наша Госпожа, что повела нас войной против людей сто лет назад, но потерпела неудачу. Умирая, она отдала верным приспешникам часы, которые имели название — Пески Времени — артефакт одного из Стражей. В числе ее ближайших сторонников Лоры был и я. Откуда эта Лоренсия взялась — никто так толком и не узнал. Она о своей истории умалчивала, и это будоражило воображение даже видавших виды вампиров. Кто-то говорил, что она Древняя, т. е чудом уцелевший вампир со времен Атлантиды. Ученые наивно полагают, что затонувший континент — цивилизация людей. Хха! Ничего подобного! На этом затонувшем континенте существовали вампиры. Их цивилизация. Их эпоха. Их расцвет сил. Они жили в мире с людьми, которые считали их богами, но потом что-то не заладилось. Что у кого — сказать не могу, но итог — Атлантида ушла на дно к акулам. Кто-то говорил, что Лора была единственным чистокровным вампиром в наше время. Когда-то мы делились на две группы: обращенные и чистокровные. Последних было раньше меньше. Разлад между видами вампиров привел к тому, что обращенные полностью истребили чистокровных (но опять же, это слухи, как все было на самом деле — никто не знает). Еще одна версия говорила о том, что Лора является обращенной со способностью к реинкарнации. В общем, каких вариантов только не изобретали, оставалось неясным одно: откуда она взялась и является ли вампиром вообще. Лично я предпочитал такими вопросами не задаваться — так проще жить.

Я медленно выдохнул дым, посмотрев на Пески Времени. Последняя песчинка упала на дно. Все. Срок вышел. Она должна вернуться. Я кинул быстрый взгляд на Оксану. Она даже не сделала попытку встать, но сердце ее уже не билось. Полная остановка. Я затянулся снова, одолеваемый сомнениями. А вдруг я промахнулся? Вдруг это не та? Да и как Лора и Оксана оказались в одном теле — тоже вопрос. Внезапно сигарету у меня из рук выдернули, заставив недоуменно моргнуть и возмущенно выдохнуть дым.

— Курить вредно, — насмешливо отозвалась Оксана, затушив сигарету о ладонь. Я повернулся к ней и улыбнулся.

— Привет красавица, — Я думал, что она начнет кричать и выяснять в чем дело, колотясь головой об стенку в истерическом приступе, но нет — она была на удивление спокойной, как будто прекрасно знала ситуацию. И даже лучше, чем я.

— Ну уж… — Оксана кокетливо поправила волосы и улыбнулась. — Конечно, внешность не особо привлекательная, но и так сойдет, — Я удивленно оглядел девушку, запоздало соображая, а не повлияло ли превращение на ее психику.

— А, по-моему, ты стала еще красивее, — осторожно произнес я, осторожно чуть обнимая Оксану за талию. Она с ехидной улыбкой села мне на колени, немало меня этим удивив.

— Да ну? А вот ты совсем не изменился, — игриво произнесла она, посмотрев в мои глаза. А девочка-то сильно пострадала после обращения… но мне это даже нравится. Может, удастся и роман развязать?.. А то я столько времени был одинок, что успел соскучиться по женской ласке и теплу. Моя рука скользнула чуть ниже талии, ощупывая каждый сантиметр бедра. Оксана расхохоталась и спихнула мою руку.

— Уйди, противный, — захихикала она. Внезапно меня пронзило странное подозрение. Когда-то я уже все это видел: и этот игриво-холодный взгляд, прожигающий пол под ногами, и эту манеру поведения… Оксана бы никогда себя так не повела, у нее просто нет опыта в таких вопросах. Тогда остается только одно. Спохватившись, я быстро перестал распускать руки и склонил в почтении голову.

— Простите, Госпожа, не признал сразу! — Несомненно, это была Лоренсия. Только вот видеть ее не в том образе, в каком она была раньше, было, мягко говоря, непривычно. Лора снова залилась звонким смехом и встала на ноги, потянувшись до хруста в костях.

— Ты принял меня за нее, да? — сладко уточнила она. Я молча кивнул, думая, что мне будет за мою распущенность. — Да не убивайся ты так, я тебя таким всю жизнь знала, — весело произнесла Лора. — Я сегодня добрая — убиваю только в случаях подкрепления организма энергий, — пояснила она мне. Это немного успокоило.

— Госпожа… — Начал я осторожно. Лора поморщилась.

— Избавь меня от этой формальности! Просто Лора. Не хочу выделяться, чтобы не навести Стражей на подозрения, — произнесла она. Я кивнул. — Мало ли где они могут находиться, — Интонация ее голоса стала мрачной.

— Но почему вы… ты решила вселиться именно в это тело? Да еще и с сохранением той души, что там была уже до тебя? — Меня очень интересовал этот вопрос. Девушка задумалась, прикидывая, отвечать или не надо. Но потом, видимо, решила, что это не тайна Мадридского двора и ответила:

— Все предельно просто. После события столетней давности я отправилась на тот свет, как ты помнишь, благодаря Стражам. Они думали, что избавились от меня навсегда, — усмехнулась она. — Но, благодаря артефакту Стража Жизни — Пескам Времени, я сумела вернуться. Назвала точно год и месяц, а насчет пожелания не могу пока ничего сказать. Во всяком случае, эта девчонка может быть тоже не так проста, как кажется а первый взгляд. Из Стражей наиболее опасными были Стражи Жизни и Памяти. Первого сейчас нет, но кому я об этом говорю, — Я ухмыльнулся, прекрасно помня тот случай. — А Память, я очень надеюсь, что это та, чье тело я сейчас занимаю. Стражи еще после моей смерти узнали про попытку реванша и воспользовались одним из своих многих свойств — реинкарнировались. Сейчас им не более 20 лет должно быть. И они ничего не помнят, но скоро память может к ним вернуться. Стоит быть осторожными, и выполнить задуманное побыстрее, — Я ошарашенно пытался осознать все сказанное. Не поверив своим ушам. Надо же так было все продумать… да еще и предвидеть действия Стражей!

— Ты хочешь избавиться от Стражей, пока они все не вспомнили? — не поверил я. Они слишком сильны, чтобы их можно было так просто одолеть. Я видел их в действии. Это незабываемое зрелище — отпечаток в памяти на всю оставшуюся жизнь. А уж их бушующий смерч Инферно… Я вздрогнул и поежился.

— Именно. Надо пользоваться тем моментом, пока они не осознали, кто они есть. Есть только один минус: я понятия не имею, где их искать. Надеюсь. Они сами себя со временем проявят, — Лора нахмурилась и коварно улыбнулась. — Я с удовольствием полюбуюсь на их головы на пиках. А неопытные новички, что придут на их место, не окажутся столь сильным препятствием. Главное, избавиться от тех, кто представляет реальную угрозу — Энергии. Памяти и Оружия. — Она повернулась ко мне. Я угрюмо замолчал. Хех, на словах-то все просто. А с чего все начать?

— И с чего ты намерена начать свое… триумфальное возвращение? — тихо спросил я, подходя со спины к девушке.

— Ну… для начала я собираюсь установить свои вампирские права, — с этими словами Лора выпрыгнула в окно. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ней. Логичное начало. Разбираться будем с проблемами по мере их появления.

* * *

Мы некоторое время просто ходили по окрестностям, выискивая подходящую жертву для перекуса. Я голода не ощущал, ибо ел относительно недавно. От Лоры я многое узнал об Оксане, ровно как и то, какого сама Лоренсия мнения о ней. Меня забавляло это, надо признаться, ибо ощущение двойственности не покидало: видел перед собой Оксану, разумом понимая, что передо мной Лора. Но у меня хватило ума не встревать в ее монологическую речь. Вдруг она остановилась и задала вопрос совсем никак не связанный с той темой, на которую мы сейчас говорили:

— Много осталось тех, кто выжил с той войны? — Я сначала не совсем понял суть вопроса, думая, что разговор по-прежнему ведется в русле трех подружек.

— А… ну я бы не сказал, что много… Нас четверо — я, Алекс, Кирилл и Серж. Не так давно я встречался с Рамоном и Астрелией. Где остальные — не знаю, — честно сказал я.

— Собери всех, кто тогда был рядом со мной. А заодно можешь привести и тех, кто заинтересуется моей… идеей, — осторожно сказала она.

— Будет война? — понимающе поинтересовался я, засунув руки в карманы джинсов. Лора ехидно обернулась ко мне.

— Ну-ну-ну, не торопи события… Чтобы развязать войну, надо сначала избавиться от Стражей, чтобы не было такой оплошности как в прошлый раз. Будем откровенными: с ними нам не справиться. Так что остается только хитрость и изобретательность, — хихикнула она. Я был более приземленным, чем она и решил нужным уточнить:

— Но Стражи могут быть, где угодно и найти их уже будет проблемой.

— Найдем… где наша не пропадала? — заметила Лора. Она что-то знала, но говорить пока не собиралась об этом, предпочитая томить всех долгими ожиданиями. Я со вздохом посмотрел на серое небо. Ночь у нас не белая, конечно, но нечто очень близкое по своему содержанию. — Кстати, о том, что я как бы теперь тут, можешь поведать пока только самым приближенным, — серьезно произнесла она. Я склонил голову на бок, но уточнять ничего не стал. Я все понимал и так — Лора пока еще не настолько окрепла, чтобы полностью подавлять волю Оксаны. Та пока что еще имела достаточно силы для сопротивления. Лора прошлась по деревянному навесному мосту, ведущему к дачам, располагающимся неподалеку. К этому дачному участку вели две дороги: первая шла от города — шоссе, с заворотом на проселочный путь, — а вторая — подвесной хлипкий мост, соединяющий две дачные полосы через реку. Мы воспользовались вторым. Шли молча. У меня было много поводов для размышлений, а Лора не была сейчас настроена на разговоры. Полыхающие красные глаза, охотничья походка, обнаженные клыки говорили о том, что ее внимание кто-то привлек. И ко всему этому ее еще мучает жажда, которую она пыталась подавить болтовней. Я даже невольно ей залюбовался. Ха-ха, один вампир любуется действиями другого. Хотя, я всегда уважал тех, кто умеет красивоубивать. Где-то поблизости послышался шорох. Мы среагировали мгновенно. Кивнув вампирше, что она может продолжать движение вперед, я сделал вид, что прогуливаюсь, выискивая цветы одуванчика. Мне не поверили, и в следующий момент я остановился у дерева, куда вонзилась деревянная стрела. Охотники. Хоть бы раз обойтись без встречи с ними. Ладно, хотят повеселиться? Будет сделано… Действуя с невероятной быстротой, я оказался на ветке сосны, высматривая свою жертву. Это оказалась женщина лет 30 на вид. Шрам пересекал правый глаз и уходил в зону подбородка. Растрепанные волосы цвета вороного крыла, сама высокого роста, худенькая и юркая, как змея. Темные глаза метались в поисках того, кого она только что обстреливала — то есть, меня. Я ехидно кашлянул, облокачиваясь на ствол дерева.

— Кого-то потеряла? — участливо спросил я, смотря на нее сверху вниз. Охотница резко обернулась, направив на меня арбалет.

— Да. Как раз тебя! — проговорила она, спуская тетиву. Где-то я уже это слышал. Я отодвинулся ненамного, но этого вполне хватило, чтобы стрела порвала мне только футболку и слегка оцарапала кожу.

— Какая досада — Акела промахнулся, — сочувственно произнес я. Охотница сузила глаза и снова выстрелила. Я спрыгнул вниз и оказался у нее за спиной. Она в недоумении и злости осматривалась по сторонам. Я решил ей подать надежду и ехидно постучал по плечу.

— Я тут, мечтательница! Небеса мне не светят, — елейным голоском пропел я, играя с ней. Почти сразу же я об этом пожалел. Подумав, что ее будет убить просто, я совсем забыл об осторожности. Теперь ее была очередь улыбаться. Притворяясь неопытной, охотница ухитрилась фактически перекрыть мне доступ к моим преимуществам — небольшой пистолет выпустил специальный раствор на крови вампира, блокирующий на ближайшие полчаса их силу. Теперь улыбаться перестал я.

— Так что там говорил про небеса? — вопросом на вопрос ответила она. Из рукава куртки охотницы выскользнул деревянный кинжал. Но, даже находясь в такой ситуации, я умудрился не потерять своего чувства юмора.

— Про небеса? Что там птички летают, ласточки всякие… грозы не предвещают, — отозвался я, приняв оборонную позицию. Охотница усмехнулась и вскинула арбалет для нового выстрела. Но я был быстрее. Даже на ослабленных позициях я кое-что умел. Пригнувшись, я молниеносно оказался около девушки и выбил у нее из рук арбалет, едва не сломав ей при этом кисть руки. Охотница стиснула зубы от боли, но промолчала. Мы боролись с переменным успехом. Несколько раз ей удалось меня достать деревянным ножом, но раны были незначительными. Я, улучив момент, сумел нанести ей удар ногой в солнечное сплетение. Охотница вскрикнула и безвольно упала на землю. Я с интересом посмотрел на нее: а девушка-то крепкая! Без моей вампирской силы удар был менее сильный, но его хватило, чтобы выбить дух из девушки. Я подобрал ее же нож и плотоядно улыбнулся. Но тут меня отвлек крик. Он доносился из какого-то дома дачника. Охотница, занимая горизонтальное положение на земле, умудрилась ударом ноги сбить меня и отправить отдыхать на свежескошенную травку. Я приподнялся на локтях и тут же словил деревянную пулю. Стиснув зубы, я быстро вскочил, собираясь ее уже убивать. Игра слишком затянулась. Сколько же у нее там припасов оружия-то?!

— Твое последнее слово, вампир, — бросила она с презрением.

— Только одно: обернись, — посоветовал я. Тень, подошедшая сзади, нанесла удар по болевым точкам девушки, и она рухнула на землю.

— Спасибо, — произнес я, обращаясь к спасшему мне жизнь.

— Теряешь хватку, Артем, — усмехнулась Лора. Я криво улыбнулся и кивнул.

— Есть немного. У меня давно не было жесткой битвы. Жертвы сами шли в руки…

— А как же старые добрые охотники? — поинтересовалась она, склонив голову на бок и прислоняясь спиной к дереву. В глазах плескались веселые огоньки.

— Они уже неактуальны, — философски произнес я, оглядывая ее. Около правого уголка губ застыла капля крови, бледность слегка развеялась. Красные глаза горели как два лазера. Кошачий зрачок то сужался, то расширялся, ловя кванты света. Казалось, что он живет своей жизнью, независимо от основного его носителя.

— Вот как? — хихикнула она и перешла на серьезный тон. — Тогда спешу тебя обрадовать, что теперь их актуальность возрастет — я собираюсь покончить и с ними, если будут мешаться. Можно приступать к этому даже сейчас, но только очень осторожно. Никто не должен знать, что я здесь, пока я сама не посчитаю нужным объявиться среди вампиров.

— То есть?.. А как же Стражи?

— Ну… Сначала я постараюсь избавиться от них. А потом от тех, кто каким-то образом получил закрытую информацию среди охотников, — Я по ее властному тону понял, что все так и будет. Потом перевел взгляд на охотницу. На ее шейке выступила кровь. Я хищно обернулся в ее сторону. Все равно убивать собирался. Но меня перехватила Лоренсия с таинственной улыбкой на губах.

— Не стоит… согласись, лучше душевной боли нет ничего… а уж поверь — я ей ее обеспечила, — Я припомнил крик и усмехнулся. Ага, значит, она ухитряется делать расчеты не только глобальные, но и бытовые.

— Уже поверил, — кивнул я, бросив взгляд на свою рану. После дерева она заживать не хотела. Во всяком случае, сразу. Лора ее тоже заметила и распорядилась:

— Снимай футболку — сейчас лечить буду… надо хоть на ком-то вспоминать свои забытые навыки, — Потерла она лоб. Тут же память услужливо нарисовала моменты столетней давности, когда Лора всех раненых лечила одним ей ведомым способом. Может, у нее были в роду медиумы? Кто ее знает, столько скрытых возможностей… Не зря ее вампиры ставили верховенствующей. Я повиновался и тут же получил медицинское заключение:

— Сквозное ранение, заноз не осталось… — Лора провела пальцами по ране, что-то нашептывая. Что именно, я так и не понял. Мои познания ограничивались только английским, немецким, и французскими языками, а ее специализация — добрая половина мертвых языков. На ее руках стало собираться красное облако. Этот дым внедрился мне в рану, и кровь, вопреки всем законам логики, физики и т. п., стала вливаться обратно. Плечо словно прожгло раскаленным железом. Я прикрыл глаза, терпя эту боль, и вскоре она прошла. От раны не осталась и следа. Лора чуть отошла от меня, довольная результатом. Какая же она была в этот момент привлекательная… Аа, черт! О чем я думаю? Мне же совсем ничего не светит.

— Спасибо тебе, — улыбнулся я, приближаясь к ней и положив руки на ее талию.

— Обращайтесь, — подмигнула она. Но что-то шло не так. Я это ощущал интуитивно. Беспокойство нарастало с каждой секундой, но я не мог понять его источник. Лора чуть сморщилась и потерла виски руками. Мелкая дрожь сводила все ее тело. Я недоуменно посмотрел на нее, не понимая, что происходит. Судороги усилились. Я прижал ее к себе в некоторой растерянности. Она даже не сопротивлялась на удивление.

— Что происходит? — тихо спросил я. Она покачала головой и сквозь стиснутые зубы ответила:

— Я… пока не могу… контролировать… это тело… полностью… запомни: она ничего понять не должна. Веди себя так, будто… ничего не происходит… и… постарайся ее… не выпускать из своего дома вообще…

Девушка вскрикнула и безвольно повисла у меня на руках. Кожа снова приобрела белоснежный цвет. Какая же она была все-таки беззащитная. Хоть и глава вампиров. Я усмехнулся, прикинув, долго ли до того момента ждать, когда Лора вернется к нам окончательно. Может, несколько дней или недель… Я осторожно подхватил ее на руки и понес в сторону дома, следя за ее движениями. Если Оксана очнется и обретет власть над телом, то воплей не оберешься. Вдруг я ощутил позади какое-то движение. Я оглянулся, но никого не увидел. Только шаровая молния зависла в воздухе. Странно, гроза была днем, а сейчас уже поздний вечер. Хотя не в моей компетенции осуждать выбор шаровой молнии, где ей появляться, когда, и при каких условиях. До дома оставалось совсем немного. На своих руках я ощутил легкое движение — Оксана вот-вот придет в себя. И это уже будет Оксана, а не Лора. Я поспешил домой. Но вдруг что-то вспыхнуло у меня ярко перед глазами. Я оказался на время ослеплен. Девушка, лежавшая у меня на руках, вскрикнула от боли. Сообразив, что время на исходе, я через окно забрался в комнату, положил ее на кровать, а сам сел рядом, делая вид, что никуда все это время с ней, а точнее, с Лорой, никуда не уходил.

Оксана

Первое, что я почувствовала после пробуждения — это барьер. Сильный барьер в подсознании, который не было сил преодолеть. Я знала, что обращение в вампира действует не только на физические свойства организма, но и на психологические. Но вот только откуда?.. Может, интуиция? Или просто начиталась не той литературы? Вялое сознание не могло сопротивляться этому давлению. Меня как будто кто-то или что-то выживало из собственного тела. Вампир? Жестокость и кровожадность вышли на первое место? Я этого не знала. Да, честно говоря, и не хотела. Душевные, так сказать, силы постепенно возвращались, но для меня это показалось бесконечностью. Как будто океан создавали из капель дождя. Я не знаю, сколько прошло времени с момента моего пробуждения, продолжая притворяться беспомощной и вялой. Расчет был прост, как табурет: скопить достаточное количество сил, чтобы обрести власть над своим телом. Я не ощущала его совсем и это было так странно… словно сидишь в камере без окон и ничего не можешь сделать. Дождавшись, когда барьер чуть ослабнет, я резко вынырнула вверх, как пловец после длительного погружения под воду. И это сработало. Правда, все чувства тут же вернулись, и боль волной заставила меня потерять сознание. Пришла в себя я не знаю когда, и тут же накатила новая волна боли, на этот раз — на левую руку и плечо с заходом на лопатку. Эта область тела сначала онемела, а потом я физически ощутила, как проступают какие-то символы. Зрение вернулось, и я смогла уже нормально осмотреться, сев на кровати. От всех этих периодических волн боли меня слегка била дрожь. Левое плечо дымилось. Бледная кожа дымилась. На ней проступило изображение скелета. Кости рук скрещивались между собой на грудине, создавая впечатление, что скелет обнимает себя за плечи. Этот рисунок занимал все левое плечо, а на спину уходило изображение креста, что висел у него на шее. Череп скелета охватывали языки пламени. При более внимательном рассмотрении, я обнаружила, что этот большой рисунок состоит из множества отдельных маленьких. Причем эти маленькие обрисовывали то или иное историческое событие. Я смогла рассмотреть Кутузова, Сталина, толпу людей у Бастилии, крейсер «Аврора» и много чего еще в плане истории. Мне эта картинка показалась знакомой. Очень знакомой. Будто я ее где-то уже видела, но память не могла мне подсказать, где именно. Поначалу картинка бледная, а потом приобрела множество цветных оттенков.

— Ё-мое… — пробормотала я, выражая крайнюю степень недоумения одним этим высказыванием.

— Да уж… Неслабо так… — Кто-то холодной рукой коснулся татуировки. Если я и завопила, то больше от неожиданности.

— Совсем сбрендил пугать так?! — Я ударила Артема по руке, только после этого сообразив, что что-то тут не так. Осмотрев комнату с подозрением, с каким рассматривают шпиона чужой страны, я перевела взгляд уже непосредственно на Артема, требуя объяснений одним взглядом. — И что это значит? Моей крови было мало, так ты решил еще меня и к себе затащить?! Знаешь, это уже не просто наглость! Это уже похищение! — с апломбом заявила я. Артем на меня посмотрел так, как психиатр смотрит на душевнобольного, которому дали в руки саперную лопатку, совмещенную с бензопилой.

— И ты… нисколько не удивлена? — осторожно спросил он, явно на что-то намекая. Я скрестила на груди руки, ожидая получения прямого ответа. Мысли я читать не умела, к великому сожалению. Артем усмехнулся и посоветовал: — Тогда посмотри в зеркало на себя… может, тогда поймешь, — Таинственность его голоса мне просто действовала на нервы. Я была обиженная и злая. И у меня было причин на это предостаточно. Во-первых, он слишком обнаглел у реки на мосту, во-вторых, он меня укусил и пил мою кровь, а в-третьих, он меня еще и похитил! Я кинула быстрый взгляд в окно. Прошло уже несколько часов с того времени, когда меня укусили. Надо идти домой, а то мама с дядей меня, наверное, уже потеряли. Да и подруги тоже. Я прикусила губу и нетвердой походкой, как после алкогольного опьянения, направилась на выход.

— Куда ты собралась, красавица? — поинтересовался Артем, внезапно оказываясь позади меня и смыкая руки на животе.

— Оставь меня в покое! Тоже мне, герой-любовник выискался! — крикнула я, пытаясь освободиться из его объятий, но вампир оказался сильнее. Фыркнув, я безвольно повисла на его руках. И что теперь делать? Вспоминая все фильмы о вампирах, которые смотрела, я пришла к выводу, что ничего не могу предпринять.

— Тихо-тихо… нервоз не самый лучший друг и советчик… — произнес он, ведя меня в гостиную. Мне ничего не осталось, кроме как идти вместе с ним. Мысли метались в разных направлениях, ища выход, и не находя его пока что. Мы оказались около зеркала. Я подняла глаза и… совершенно себя не узнала. Идеальная внешность, все дефекты и неровности скрылись, красота стала совершенной. Глаза горели алым цветом. Кошачий зрачок то сужался, то расширялся, придавая глазам хищнический оттенок во взгляде. Из приоткрытого рта робко выглядывало что-то острое белое и длинное. Скосив глаза, я осторожно коснулась языком этого нечто острого, сделав неутешительные выводы. Клыки. В состоянии ужаса и шока, я снова перевела взгляд на себя в зеркало, посмотрев уже по-другому. Как на вампира. На топике застыли бордовые пятна крови преимущественно с левой стороны. Бледная кожа подчеркивала мою хрупкость и изящность. Возможно, некоторые бы и обрадовались таким метаморфозам, но не я.

— Ты… ты что натворил?.. — Голос был хриплым, как будто я задыхалась. Артем улыбнулся и произнес:

— Я сделал то, что должен был сделать… жалко было тебя убивать… — Я скрипнула зубами от злости. Ненависть почти физически ощущалась в воздухе. Жалко убивать?! И это все его оправдение?! Как я теперь буду жить?! Странно было то, что я на само существование вампиров отреагировала относительно спокойно. Даже очень спокойно, а вот сам факт обращения в вампира меня поверг едва ли не в шоковое состояние. Глаза стали отливать в голубой цвет. Причем это был не просто голубой, а мертвенный какой-то цвет. Зрачок съежился до размеров макового семени, его было почти не видно.

— Я тебя убью… — проговорила я вполне серьезно. Только вот как это сделать, находясь в не особо выгодном положении, я пока не знала. В голове рисовались способы побега один бредовее другого.

— Ну, попробуй, — усмехнулся Артем, касаясь губами моей шеи. Я не удержалась и резко нанесла ему удар под ребра. Он оказался настолько сильным, что вампир ослабил свою хватку и чуть склонился вперед. Я воспользовалась моментом и вырвалась из его рук.

— И у тебя еще хватает наглости лезть с поцелуями?! — как змея на сковородке, зашипела я, принимая невольно оборонную позицию.

— Это невежливо с твоей стороны бить того, кто подарил тебе вечную жизнь, — проговорил он, выпрямляясь и смотря в мои глаза. В его взгляде нарисовался интерес. — Что с твоими глазами? У вампира они обычно красные, — осторожно заметил Артем, больше не решаясь приблизиться ко мне. Затем его взгляд упал на татуировку. Он присвистнул. Но больше ничего не добавил. В его взгляде я уловила какой-то странный оттенок, как будто он знал больше, чем говорил. Хотя, чему я удивляюсь? Откуда мне знать, сколько он уже живет?

— Не знаю! — агрессивно отозвалась я, внезапно увидев совершенно другую картину. Артема здесь уже не было. Сплошные деревянные стены. Посредине стоит стол, на нем одна свеча горит. Седой пожилой человек сидит на деревянном стуле и читает какую-то книгу. В его глазах отражается огонь от свечи. Взгляд грустный и полный невысказанной никому муки. Мне невольно стало его жаль. Он внезапно услышал стук и оторвался от чтения, потянувшись к дробовику. Я знала, что он заряжен деревом. На этих землях стало нынче неспокойно — перемирие между вампирами и оборотнями подошло к концу. Развязалась новая война. А он был охотником, у которого детей убили одни, а жену через два года — другие. Осторожно открыв дверь, он встал сбоку от нее с оружием наготове. В дом вошел вампир. Его лица было не видно. Рука охотника не дрогнула. Он выстрелил и попал точно в цель. А на месте того вампира оказалась я. Глаза расширились от недоумения и я, спасаясь от выстрела с криком выпрыгнула из окна. Звон разбившегося стекла меня отрезвил. Кто-то прижал меня к земле, лишая возможности двигаться и отбиваться. Затуманенный взор постепенно переходил из мира видения в реальный. Когда мир собрался в одну картину, я смогла рассмотреть Артема и сделала попытку его спихнуть с себя, но это оказалось бесполезно. Мои руки он прижал к земле, держа их вместе за запястья, а ногами было не дотянуться, ибо он сидел на моем бедре.

— Куда ж ты от меня все сбежать пытаешься? — поинтересовался он сладким голосом, но по Артему было видно, что он удивлен случившимся не меньше меня. Я сделала последнюю попытку вырваться из его цепких рук и перестала это делать. Сил уже не было на это. Посмотрев на него, я сделала вид, что проигнорировала его вопрос.

— Слезь с меня, нашел себе тут подстилку, черти тебя забери! — огрызнулась я. Трава была сырой от вечернего тумана и холодной. Лежать на ней было крайне неприятно.

— Ну у тебя и сравнения! — хохотнул Артем. — Впрочем, если ты не против…

— Иди ты!.. — процедила я, умудрившись его спихнуть с себя, повернувшись на бок.

— Куда? Тут охотники — мне еще жить охота, — насмешливо отозвался вампир. Мне уже в который раз за сегодня захотелось его убить.

— Вот к ним и иди! — Я сумела вырваться окончательно и тут же метнулась к забору, надеясь от него сбежать. Артем оказался проворнее и преградил мне путь. Я остановилась, смерив его недобрым взглядом.

— И к тому же, у меня к тебе есть несколько вопросов… да и небольшой курс введения в вампирскую жизнь не помешает. Ты же теперь одна из нас, хочешь ты этого или нет, — цинично произнес он, сходя на серьезный тон.

— Я не одна из вас! — Все, пошла реакция отторжения истины. Я понимала, что он прав, но сердцем я отказывалась это воспринимать и осознавать. Он пожал плечами, предпочитая в таких вопросах не спорить.

— Знаешь, по-моему, ты какая-то слишком нервная сегодня… — заметил Артем, приближаясь ко мне. Я даже не заметила, как он оказался рядом. Что-то кольнуло меня под локоть. Опустив взгляд, я заметила, как ехидным бликом блеснул бок шприца. Фиолетовая жидкость перелилась ко мне в организм.

— Что ты?! — Артем осторожно провел по моей татуировке. После введения этого фиолетового раствора я почувствовала, что меня клонит в сон. Действовало вещество очень быстро. Борясь со сном, я сделала пару шагов к забору, но меня развернули к дому.

— Не туда идешь… — ласково прошептал он мне на ушко. Я чуть не взвыла. Мало того, что меня обратили, так еще и не отпускают. После вспышки гнева у меня начался приступ истерики. Слезы стекали по щекам сами по себе. Я их как-то пыталась сдерживать, но это было нереально. Как же ненавижу пускать слезы на глазах у других!.. В моем понимании они — признак слабости. Начавшуюся истерику затушил сон. Но надолго ли? Осадок боли и отвращения к самой себе все равно остался. Мир разбивался на сотни осколков. Меня прежней, ровно, как и прежней спокойной жизни пришел конец. Теперь уже ничего нельзя изменить. Последняя слезинка упала со щеки на траву и разбилась, рассыпавшись на множество маленьких…

Глава lll: Реальность как миф

In violent times

You shouldn't have to sell your soul

In black and white

They really really ought to know (Just don't know)

Those one track minds

Who took you for a working whore

Kiss them goodbye

You shouldn't have to jump for joy

You shouldn't have to shout for joy

(с «Within Temptation — Demon» s Fate)[1]

Эйвери

Мы с Лизой находились в доме Оксаны, пребывая в состоянии среднем между крайним беспокойством, сходным с тревогой, и сонливостью. Благодаря попыткам разузнать, в чем дело, мы не только ничего не разузнали, но и поспать толком не смогли. Даже сейчас Лиза нервно мерила шагами гостиную дачи подруги, метая немного безумные взгляды на дверь и окна. Мама нашей подруги очень переживала пропажу дочери, но в полицию заявлять она наотрез отказалась. У меня местами создавалось ощущение, что Альберт, Димка, Андрей и Наталья (они просили нас называть по именам без всяких «теть» и «дядь») что-то знали, но с нами делиться не хотели. Прошло ровно двое суток, как Оксана пропала. Иногда у нас создавалось нечто вроде организации поисков, но они были безрезультатными. Лазать же по чужим домам нам не позволяла совесть и право на собственность. Всех дачников, которые здесь находились, мы спросили и переспросили — они Оксану не видели. Единственный, кто внушал подозрения, был Артем. Откуда-то у него на руках красовались порезы от осколков стекла, но он вся списал на рикошет разбившейся вазы. Верилось не особо — мог придумать и более оригинальное оправдание. Хоть он мне и нравился, я не настолько теряла голову при его виде, чтобы лишиться здравого смысла.

Наталья выглядела не очень хорошо. Красные воспаленные глаза от слез, спутанные волосы, дрожащие руки, полный слабой надежды взгляд. Скулы обозначились резче — она почти ничего не ела за последние два дня, что тоже сказалось и на весе. Казалось, силы покинули ее совсем, будто какой-то энергетический вампир выпивал из нее все силы. Альберт не отходил от нее ни на шаг. Я всегда удивлялась такой связи между братом и сестрой. Мне доводилось наблюдать только те случаи, когда они живут как кошка с собакой, цапаясь из-за всякой мелочи. Лиза выглядела не лучше. Хотя, сдается мне, что тут у всех был вид ходячих мертвецов. Не спал никто, а если и спал, то от силы пару-тройку часов. На большее Морфея не хватало. Напряженность обстановки ощущалась почти физически.

— Лиз, не мельтеши! — поморщилась я, сжимая руками подол платья, — и так тошно… — олицетворила я общее состояние. Подруга остановилась и посмотрела на меня с затаенной мукой и беспокойством, которое она пыталась тщательно скрыть.

— Я не могу, — раздельно повторила она каждое слово. Рыжие волосы взметнулись и опали, но, тем не менее, Лиза послушалась и села на подлокотник кресла. Теперь она начала грызть ногти. Я вздохнула и потерла виски. Меня грызла усталость, но я не могла позволить себе хоть немного расслабиться. Родители немного переживали за меня — они уже были в курсе всего случившегося и активно участвовали в поисках Оксаны, пропавшей без вести. Казалось, жизненные процессы все остановились, но жизнь как-то продолжала течь… только слабо и очень медленно. Я посмотрела сначала на Лизу, потом на выход и жестом указала туда. Она как-то нервно и слишком быстро вскочила на ноги и направилась к выходу. Я пошла следом за ней. Мы оказались на узкой и длинной веранде. Погода сегодня тоже к прогулкам не располагала. Серое небо с периодичностью плакало дождями, и уступать территорию солнцу пока не собиралось. Все деревья поникли. Ветер то срывался и пригибал все растения к земле, то совсем утихал, колыхая только траву. Сейчас дождя не было.

— Может, еще пройдемся поищем? — предложила я. — Ну не могла же она пропасть совсем, с концами… — Лиза подняла на меня затуманенные глаза. Я с удивлением обнаружила, что она плакала. Но вот на людях она не проявляла своих чувств. Кроме позитива и бьющей ключом жизненной энергии, от Лизы, как правило, ничего не ждали.

— Мы уже все тут облазали! Знаешь, мне кажется странным, что Наталья так и не заявила в полицию, — хмуро произнесла она, присаживаясь на ступеньку и отковыривая носком мокасины небольшой кусок краски со ступеньки. Да, я тоже об этом думала и тоже не поняла таинственной причины, по которой этого до сих пор не сделали. Повисла тишина. Только дождь распространял по воздуху свой холод.

— Мне тоже, — помолчав, произнесла я, опустив голову. Пепельные волосы упали на лицо. Я заправила одну прядь за ухо и прислушалась к разговорам в доме. Ну вот, стоило нам только уйти, как за нашими спинами стали разводить активную дискуссию. Это относилось только к Альберту и Андрею. Димка куда-то исчез. Только калитка хлопнула, говоря о его визите за границы участка. Мы с Лизой переглянулись. Стоял альтернативный выбор: увязаться за Димкой или послушать умные речи. Немного подумав, мы обе сошлись на втором варианте, притворившись задумавшимися.

— Димка тут наведался к местной ведьме и получил такие результаты: Оксана здесь, но где именно она сказать не может. Что-то блокирует ее дальнейшее восприятие… — проговорил Альберт. Мне показалось, что я ослышалась. Ведьме? Они совсем с ума сошли? Лиза посмотрела на меня, недоверчиво нахмурив брови и округлив глаза. Я пожала плечами, ответив на ее немой вопрос «Они не тронулись умом на почве горя?». Мы продолжили слушать и наблюдать. Наталья была не в состоянии о чем-либо думать и подняла умоляющий взгляд на брата. Продолжил речь, как ни странно, Андрей, поясняя фразу отца:

— А ведьма не может считать результаты в двух случаях: либо кто-то, у кого она сейчас находится, перестраховался и поставил мощную защиту, либо… она изменилась… — закончил он говорить как-то печально. Ладно, сделаем вид, что про ведьм мы ничего не слышали, а вот про «Оксана здесь» и «изменилась» стоит подумать. Я вопросительно посмотрела на Лизу и кивнула на ее рукав водолазки синего цвета. Она сначала посмотрела в недоумении на меня, а потом поспешно натянула рукав, скрывая острие татуировки в виде меча. Черные джинсы очерчивали ее бедра и были загнуты до середин голени. Я же, наивно подумав, что погода так и не испортиться, надела платье песочного цвета, которое было на ладонь выше колена. Времени было на часах телефона всего 15:00, а создавалось впечатление, что уже все 21:00. Я встала и повела Лизу не через дом, а вокруг него, собираясь идти на выход. Слова Альберта и Андрея меня немного обнадежили, но слегка пугало, что они начали сходить с ума. Ведьм нам тут и не хватало для полного комплекта! Оказавшись за калиткой, я направилась к себе в дом.

— Эй, ты же вроде собиралась искать Оксану! — напомнила мне Лиза. Я обернулась в ее сторону и кивнула.

— Да. Собиралась и пойду, но для начала мне надо переодеться, — я окинула себя многозначительным взглядом и поежилась от порыва ветра.

— Окей, — кивнула подруга. — Я тебя тогда на крыльце подожду. Нет желания под дождем мокнуть, — заметила она. Я понимающе кивнула и нырнула в теплый уютный дом. Мама с папой смотрели что-то по телевизору, точнее сказать, пытались. Мама хотела смотреть какую-то мыльную оперу, а папа настаивал посмотреть какой-то ужастик, действующий на и так расшатанные нервы. Пришли к альтернативному выбору — мистический фильм с примесью любовной мелодрамы на третьем канале. Я улыбнулась и покачала головой. Взрослые люди, а порой ведут себя, как дети!

Я незаметно прошла к себе в комнату, которая находилась под лестницей, избежав лишних вопросов в духе: «Вы откуда и куда?». Несмотря на то, что комната располагалась под лестницей, она имела немаленькие габариты. В ней помимо кровати умещались шкаф, стол, туалетный столик, прикроватная тумбочка и диван (хотя, так назвать его решиться не каждый, ибо он занимал промежуточное положение между своим гордым названием и софой). Оказавшись в своей комнате, я первым делом достала оттуда белую мягкую теплую кофту и джинсы. В самый раз для такой холодной погоды! Надеюсь, под вечер она разгуляется. С трудом расстегнув молнию платья, я вдруг заметила за окном зависшую шаровую молнию. Очертания ее были смыты. Казалось, что она пребывает в недоумении, а по тому ли адресу она прилетела? Помня опыт с Лизой, я поспешно произнесла:

— Нет-нет-нет, иди отсюда! — Но молния меня слушать не захотела. Она, как царственная пава, поплыла в моем направлении. Окно для нее оказалось несуществующим — на том месте, где она прошла, образовалось ровное отверстие, как будто стекло в том месте просто разрезали. Белесый шарик сделал круг вокруг меня и замер. Я в некоторой панике подула на него. Он отлетел к окну, а потом со скоростью реактивной ракеты оказался за моей спиной и с громким хлопком прижег мне левую лопатку. Я стиснула зубы, чтобы не закричать. Невыносимая боль прожгла и ключицу.

— Черт… Да что же это такое?! — простонала я, кидаясь к графину, стоящему на подоконнике и в спешном порядке наливая немного воды на тряпку. Холод немного облегчил боль. Левая лопатка дымилась. Она была настолько горячей, что от тряпки даже пошел пар. Отняв ее от спины, я подошла к зеркалу и заглянула через плечо в него, скинув платье. На дымящемся месте красовалась татуировка в виде митохондрии, где биологическим образом был показан синтез АТФ, а если говорить проще, то синтез энергии. Приглядевшись повнимательней, я заметила, что сама митохондрия состоит из множества мелких рисунков. Там уже была изображена природа, люди, которые так или иначе характеризовали энергию: бегущий куда-то человек, едущий ему навстречу трамвай и даже процессы хемо- и фотосинтеза.

— Ну что за биология в натуре? — проворчала я, снова рассматривая митохондрию изумрудного цвета. От ее созерцания меня отвлек стук в дверь. Я поспешно натянула джинсы, а потом дверь приоткрылась и в мое царство заглянула Лиза.

— Куда пропала? — спросила она полушепотом.

— Эмм… - на это внятного ответа я дать не могла. — Я уже все, сейчас пойдем. — Внезапно взгляд Лизы упал на туалетное зеркало. Потом она, с подозрением посмотрев на меня, спросила:

— А что это у тебя там на спине? Что за энергия? — поинтересовалась она. Я угрюмо вздохнула и пояснила:

— Этот рисунок появился так же, как и твой — подарок от шаровой молнии.

Лиза недоверчиво посмотрела на меня, а потом бесцеремонно развернула меня к себе спиной, рассматривая татуировку. Интерес ее был вполне понятен. Когда ей рассматривать ее надоело, я, наконец-то, смогла одеть кофту и вернула ее от размышления над фактом появления татуировки к изначальной подцели визита ко мне:

— Ну что, пошли искать Оксану? Ты же слышала, что сказал Андрей: она где-то здесь.

— Да но… при чем тут ведьмы? Их же не существует? — немного неуверенно произнесла она. Беря во внимание все происходящее, поверишь и в их существование.

— Заодно и это узнаем, — кивнула я, отправляясь на выход. Факт появления татуировки почему-то не вызвал ни у меня, ни Лизы должной реакции. В последние несколько часов не до того было. Казалось, мы с ней даже удивляться разучились. Дождь к тому времени, как мы вышили на улицу, снова затих, оставляя память о себе в виде луж. Остановились у калитки дома Артема. Фактически мы были уже везде — не знаю, где существовало место, куда мы еще не заглянули. Лиза, в задумчивости осмотрев всю местность, произнесла:

— Знаешь, мне кажется, что надо еще раз проверить Артема. Такой красавчик, как он, не может быть чист как стекло и говорить правду по каждому поводу. И вообще, не верю я этой наглой роже! — с агрессивными нотками в голосе заявила она. Я удивленно посмотрела на подругу.

— Почему наглой?

— Потому что он нагло врет, и я тебе это докажу! — уверенно произнесла Лизавета, делая решительные шаги в сторону дома вышеупомянутого субъекта. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ней.

* * *

Но до дома Артема мы не дошли. Нам навстречу вынырнула внезапно несчастная девушка лет 30 на вид. Она закрывала лицо руками, пытаясь сдержать поток слез, который глаза уже сдерживать не могли и не собирались. Когда она вытирала их, я заметила на лице у нее шрам, пересекающий правый глаз и уходящий в зону подбородка с левой стороны. Черные волосы цвета вороного крыла спутались, и она чем-то напоминала ведьму из леса. Глаза красные, видимо, плакала она уже давно. Лиза хотела было пройти дальше, но я не последовала за ней, а подошла к девушке. Я ее видела частенько здесь, хотя она и жила в соседней дачной полосе.

— Здравствуйте… — нерешительно проговорила я. Лиза сначала посмотрела на дом Артема, потом на девушку и все-таки подошла к нам.

— Здрасте… — Она была в таком же замешательстве, что и я. — А… что у вас произошло? — Н-да. Затянутое общение получается… Хотя я бы лучше ничего тоже не придумала. Казалось, Анна (я внезапно вспомнила имя этой девушки) пребывала уже в той стадии убитости горем, когда не соображаешь что говоришь и кому говоришь. Мы с Лизаветой ко всем взрослым людям обращались по именам, сохраняя уважительное обращение на «вы».

— Мой… муж и сын… с-семи лет… их… их теперь нет, — сквозь слезы проговорила она. Мне от ее слов стало жутко. Внутри как будто все заморозили. Лиза испытывала примерно то же самое, что и я, но потом ее страх перерос в злость. Сжав руки в кулаки, она спросила:

— Кто?.. Кто это сделал? — проговорила подруга. В первый раз, когда она пыталась задать вопрос, ее голос сорвался. С такими ужасными вещами мы с ней столкнулись впервые. И от этого просто мурашки по коже бегали. Что за убийца у нас тут завелся в тихом уголке?.. Я не могла даже слова сказать. Леденящий ужас и страх от того, кто будет следующим, заморозили, казалось, мою речь, ибо в голове сразу возник образ убитой Оксаны. Я решительно тряхнула головой, отгоняя прочь страшные видения, но ехидный голос разума шептал: «Все, может быть, именно так. Кто знает, что происходит с теми, кто пропал без вести?»

— Это… я не знаю… Но… догадываюсь… — Взгляд девушки слегка прояснился, — вампиры… — прошептала она и внезапно осела на бревно, глухо и надрывно зарыдав. Я часто-часто заморгала, ощущая, как и по моей щеке бежит слеза. Бедная Анна… видимо, горе на нее подействовало еще более убийственно, чем на нас. Я села рядом с ней в растерянности, не зная, что сказать и как утешить — слишком сильный психологический удар ей был нанесен. Потерять всю семью разом… и врагу не пожелаешь. Я стерла у себя со щеки слезу и осторожно положила руку Анне на плечо. Лиза присела рядом, растеряв весь свой запас оптимизма. Мы не решались ни о чем спрашивать. На улице снова пошел дождь. Только он нарушал тишину своим шелестом. Как будто он все понимал и плакал вместе с нами. Я покачала головой, ощутив помимо ужаса, дикое желание убраться отсюда подальше. Как-то лето у нас не задалось…

— Пойдем, я вас отведу к себе… сейчас главное поддержка, — тихо произнесла я, но меня как будто не слышали. Лиза коснулась моей руки и сказала:

— С ней сейчас бесполезно разговаривать… возьми и просто веди ее… — Я так и сделала. Видеть было невыносимо, как кто-то страдает у меня на глазах. Было такой чувство, что я половину этой муки переносила на себя, ощущала ее, как свою собственную. Я кивнула Лизе и подхватила Анну под руку. Она безропотно повиновалась. Я отвела ее в дом и сдала на утешение родителей, ухитрившись чуть сама не разрыдаться. Сердце просто разрывалось. Меня уже ни один раз за последние несколько минут посетила мысль: «А если и Оксану убили?». Тут уже было жалко ее маму уже, у которой больше никого не оставалось, кроме брата Альберта. Суеверно сплюнув через левое плечо, три раза и постучав по дереву — благо, их тут пруд пруди, — я поспешила отогнать эту мысль. Стоило родителям только увидеть Анну, обо мне они мигом позабыли, словно меня тут и не было. Мы с Лизой в мрачной задумчивости направилась, куда глаза глядят, и только потом обнаружили, что находимся около дома Оксаны. Не сговариваясь, мы распахнули калитку и вошли на участок. Дождь к тому времени разошелся, и мы поспешили нырнуть под спасительный навес. Что за черт вокруг происходит?! Одни говорят про ведьм, вторая про вампиров. Если это шутка, то очень плохая. Дрожащей рукой я откинула влажные пряди волос назад и посмотрела на мрачного Альберта, что стоял, опираясь на дверной косяк, засунув руки в карманы брюк.

— Снова знакомые лица, — констатировал Альберт факт. Заметив, что нам не до беседы, он внимательно посмотрел на нас и поинтересовался немного обеспокоенным голосом: — Что-то случилось? — Вид у него был усталый, но несмотря на это мужчина был спокоен, как удав. Он привык скрывать свое беспокойство в глубине, не показывая его никому. Железная выдержка. Даже я, обычно холодная в ряде происходящих бытовых «обижашек», не могла похвастаться такими железобетонными нервами.

— Да но… не у нас, — отозвалась я, поразившись своему хриплому и низкому голосу. Лиза подхватила диалог, стараясь подбирать слова и не говорить лишнего.

— Мы встретили Анну из соседней дачной полосы… она была вся в слезах. Ее… муж и ребенок… она сказала, что их убил вампир.

Альберт изменился в лице. Теперь оно стало задумчивым, а взгляд — недоверчивым. Мы с Лизой переглянулись. Нет, он определенно что-то знал, и опять нас этими знаниями обделили. Это просто несправедливо! Хотя, может, меньше знаешь — крепче спишь? Мышцы все его напряглись. Молчание зависало в воздухе и превращалось в давление. Дождь барабанил по крышам, скатываясь тонкими струйками по волнистому шиферу. Я запоздало поняла, что непроизвольно отсчитываю каждую секунду этой тяжелой тишины.

— А где Наталья? — спросила я, желая немного разрядить обстановку.

— Она спит. Пусть хоть немного отдохнет, — угрюмо проговорил он, неожиданно внешне состарившись еще лет на 10. Я кивнула. Калитка хлопнула еще раз, и на пороге нарисовался Димка. Он оглядел нас троих и поинтересовался, пытаясь пошутить:

— Вы что, «Титаник» смотрели?

— Не смешно, Дим, — обронила я и обратилась к Альберту. — Вы что-то знаете?.. — спросила я и сама удивилась своему прокураторскому холодному тону. Димка, до этого стряхивавший капли дождя с куртки, так и замер сусликом, медленно обернувшись в нашу сторону. Да что за тайны-то в конце концов?! «Закрытая школа» отдыхает… Нет, я докопаюсь до истины. Налицо видно, что тут все скрывают некую тайну, с которой с нами делиться не собираются. В комнате смолкла музыка в минорном стиле (а я и не заметила, что Андрей был тоже здесь и еще не спал).

— Эээ… Вы о чем? — осторожно спросил Димка. Первой не выдержала Лиза, раздраженно проговорив:

— Сначала вы тут беседовали про то, что обратились за помощью к какой-то ведьме, теперь Анна заявляет, что ее семью убил вампир! Это, по-вашему, нормально?! Одно из двух: либо мир медленно сходит с ума, либо тут кроется какой-то подвох! Лично я склоняюсь больше ко второму варианту!! — Лиза разошлась не на шутку. Когда ситуация выходила из-под контроля, она проявляла себя в довольно-таки неожиданной роли. Под ее напором сдавался любой, причем, ей было в такие моменты непринципиально, говорит ли она со взрослым человеком или же с тинэйджером.

Димка затравленно посмотрел на отца. Я поняла, что мы победили и все тайное станет явным. Альберт кивнул и со вздохом спросил нас:

— Скажите, вы верите в вампиров? — Мы с Лизой переглянулись. В голове тут же нарисовались голливудские брутальные красавчики, гуляющие под покровом ночи и беспринципно убивающие людей.

— Голливудские сказки, — хмыкнула я, пожав плечами. Впрочем, теперь я начала сомневаться в том, что вампиры всего лишь сказки. Вряд ли это был хорошо поставленный спектакль.

— Типичное мнение скептика, — отозвался из комнаты Андрей, но сразу умолк, передав право голоса Альберту. Я так и не поняла, к чему это было сказано. Но только до поры до времени. Я сделала вид, что прослушала. Лиза хотела ему ответить, но я ее остановила одним жестом. Та недовольно умолкла, всем своим видом показав, что еще возьмет реванш. Альберт вздохнул и начал рассказывать, но с какой-то осторожностью, пытаясь не сказать ничего лишнего:

— Они существуют. Немного не такие, какими их показывают. Воюют с об… людьми — да. Пьют кровь — да. Убивают — да… Некоторые из них глубоко забрались в сферы человеческой деятельности, и добраться до них довольно-таки трудно…

— А по-моему, это полный бред, — пробормотала Лиза. — Вампиры, ведьмы… Пф… я, скорее, поверю в теорию относительности Эйнштейна, чем во все это! — с апломбом заявила она. Впрочем, я была такого же мнения. Одновременно меня не покидало ощущение, что в словах Альберта есть доля правды. Только бы уловить ее… Голова внезапно стала раскалываться на части. Виски пульсировали жуткой болью, как будто оттесняя мое настоящее от прошлого… но от какого прошлого? Вдруг я увидела буквально на несколько секунд картину, как мы с Оксаной, Лизой и еще какими-то парнями стоим на краю обрыва. Только вот выглядели мы старше, лет на 18–20 все. И внешность сильно отличалась от той, что была сейчас, но узнаваемые черты остались. Одежда соответствовала стилю ХХ века, из чего я сделала вывод, что вижу свой образ лет сто назад. На светловолосом красивом парне почему-то была форма работника НКВД. Видение пропало так же внезапно, как и появилось. Оксана (если это была, конечно, она) что-то проговорила на ухо светловолосому парню с татуировкой в виде летящих куда-то листьев, сгорающих в огне, который пытался затушить его, а затем видение пропало. Я крепко зажмурилась, что у меня перед глазами стали расплываться цветные круги, а потом резко их открыла. Голова раскалывалась, словно что-то мешало мне увидеть то, что будет дальше.

— Айва! — я услышала позади себя голос Лизы и подпрыгнула от неожиданности. — С тобой все нормально? — обеспокоенно спросила она, не переставая метаться и на долю секунды. Головокружение от ее действий только усилилось.

— Лиз, не мельтеши! Просто немного голова болит, да и день не задался, — на последних словах голос у меня сорвался. Я не хотела о чем-либо плохом думать, но мысли сами вползали в голову, как вползает дым в комнату, когда что-то подгорает на кухне. Руки немного дрожали. Пытаясь сдержать слезы, я резко встала, что потемнело на мгновенье в глазах, и проговорила, стараясь, чтобы голос звучал уверенней:

— Я ненадолго выйду… — Мне надо было отдышаться. Я вышла на веранду и села за стол, положив на стол руки. Дождь заглушал мой тихий плач и смутные воспоминания. Почему мне показалась история дяди Оксаны правдой? И более того, мне казалось, что я сама знаю гораздо больше, но только память молчит, как после амнезии. Сделав глубокий вдох, я попыталась успокоиться, но от этого становилось только хуже. Тихие шаги прервали мои размышления, и я обернулась. Это была Лиза.

— Эйвери, что с тобой произошло? — Я кинула на Лизу немного оценивающий взгляд. Сейчас она была тихой, потому что чувствовала себя разбитой. В глазах ее играло беспокойство и грусть. Да, она была язвой, да, она могла поставить на место кого угодно, но если знать ее хорошо, то она бросится за друзей в огонь и в виду. А иногда мне казалось, что она даже умрет за того, то ей дорог.

— Я не знаю, как объяснить… — туманно произнесла я, тайком утирая слезы. Вот где я была рада, что у меня не остаются потом как обличающий признак красные глаза! — Знаешь, мне кажется, что… эта история с вампирами… она правдива, что ли… — пробормотала я. Лиза задумалась, плюхнувшись рядом со мной на стул. — И… я переживаю за Оксану… Очень сильно, — Голос предательски дрогнул. Лиза положила мне руку на плечо и уверенно произнесла:

— Мы найдем ее. Обязательно, — И она ободряюще мне улыбнулась.

— Тогда лучше сделать это как можно быстрей… И еще меня сильно выбило из колеи то, что произошло с Анной… Это так ужасно, — прошептала я, ибо по собственному опыту знала, каково это, потерять близкого человека. Это произошло два года назад. Мама ехала на машине и разбилась, столкнувшись с лихачом, резко вывернувшим с другой дороги. Но потом отец женился во второй раз. Моя мачеха не была злобной, она даже чем-то напоминала маму, и я быстро свыклась с мыслью, что она будет частью нашей семьи.

Лиза промолчала и вздохнула.

— Да, это печально…

— Но наш визит к Артему не отменяется, — твердо произнесла я, решив хоть кому-то помочь за этот проклятый день. Дождь в последний раз капнул и пугливо затих. Тучи, которые весь день ходили по небу с недовольным видом, неохотно рассеялись, и на небе появились первые лучи солнца. — Пойдем… Кажется, у меня есть одна идея…

* * *

Мы оказались напротив дома Артема, точнее, Лиза оказалась напротив него, а я тихо пробралась к дому со стороны двора и ловко перелезла через забор, прислушавшись. В доме было необычайно тихо. Нет, не тихо. Это показалось только на первый взгляд. С чердака доносилась музыка в стиле рок. Лиза громко забарабанила в окно, включая уже свое актерское мастерство, громко крикнув:

— Сова! Открывай! Медведь пришел, — произнесла она фразу из Винни-Пуха. Я прислушалась. Калитка распахнулась. Лиза перестала колотить по окну так, будто хотела его разбить. Странно, что Артем так бесшумно двигался. Даже дверь была смазана. Уже не прислушиваясь к тому, о чем Лиза с ним болтает и как ему промывает мозги с естественной интонацией профессора кислых щей, я осторожно обошла двор и дернулась в дверь. Закрыто. Потом обвела взглядом окна. Одно из них оказалось разбитым, что показалось мне подозрительным. Острые осколки топорщились со всех сторон. Я осторожно попыталась избавиться от тех, что торчали внизу рамы, моля бога, чтобы Лиза задержала Артема подольше, а то если не хватит времени или Оксаны тут не окажется, я почувствую себя неким криминальным субъектом. Вздохнув, я достала последний осколок и, подтянувшись на руках, осторожно пролезла внутрь. Прислушавшись, я с облегчением обнаружила, что Лизавета уже вошла в раж, старательно прикрывая меня своей болтовней. Рукой я случайно задела осколок. С тыльной стороны ладони выступила кровь. С досадой поморщившись, я рукавом кофты стерла ее и попыталась остановить. Но тут мой взгляд приковала девушка, лежащая на кровати. Руки и ноги ее были связаны толстой веревкой, сделанной, насколько я могла судить, из дерева. Голова покоилась на подушке, темные волосы разметались во все стороны и спутались. На шее красовался небольшой след как от укуса. На топике расплывались бурые пятна от крови. Их было слишком много — от самого плеча до груди. Мне стало плохо от этого зрелища. Желудок болезненно сжался. В этой красивой девушке я узнала свою лучшую подругу. Оксана. Это была она, но как будто и не она. Слишком красивой, невероятно, я бы даже сказала красивой, но… Что-то в ней поменялось. Оксана почти не дышала. Ресницы ее чуть трепетали. Мне стало немного легче от того, что она просто спит, но в тоже время и не по себе от таких резких изменений в ней. Откуда взялось столько следов от крови на ее топе? Хотя этот вопрос лучше задавать ей, а не мучить себя догадками.

— Оксана? — позвала я ее громким шепотом, затаив дыхание. Она никак не отреагировала, только чуть повернула голову в мою сторону, но глаза были ее по-прежнему закрыты. Вздохнув, я осторожно приблизилась на ватных ногах к подруге и присела около нее, потрепав по плечу. Она резко распахнула глаза, и я чуть не вскрикнула от неожиданности и радости одновременно.

— Айва? — хриплым полушепотом отозвалась она. — Что ты тут?.. — Оксана попыталась сесть, но ей это не удалось — помешали связанные руки и ноги. Я поспешила освободить ее от пут, нашарив в тумбочке какой-то устрашающего вида нож для некого ритуала. Она мрачно осмотрелась по сторонам и на одном дыхании произнесла: — Я его убью.

— Кого и за что? — осторожно спросила я, раздираемая 1000 и 1 вопросом. Но вот только Оксана вряд ли внятно сможет ответить на них все сейчас.

— Артема! Он знает за что… — проговорила она и, внезапно, обняла меня и уткнулась в плечо, заплакав. Я это поняла по тому, как моя кофта стала намокать. В растерянности я провела по ее волосам.

— Расскажи, что произошло, — выдохнула я, не зная как ее успокоить, ибо причина этих слез оставалась пока для меня тайной. Оксана, немного успокоившись, обронила всего одну фразу:

— Меня превратили в монстра… — Я ничего не поняла из этого.

— Оксана?.. — недоуменно спросила я, тонко намекая уточнить происходящее. Она встала и, хромая на обе ноги, подошла к шкафу и отломала от него довольно большую щепку. Мне показались ее действия как минимум странными. Глаза подруги горели безумным огнем. Как у Раскольникова, когда он шел убивать старуху-процентщицу. Я за нее не на шутку перепугалась. Вдруг мой взгляд привлекло ее плечо, на котором я краем глаза заметила часть рисунка.

— Что это? — Я старалась задавать минимум вопросов, ибо видела, что сейчас Оксана не в состоянии была на них отвечать.

— Где? — мрачно спросила она и перевела взгляд туда, куда смотрела я. — А, это… не знаю… — Оксана чуть убрала с левого плеча лямку топа, показывая рисунок в виде скелета с горящим черепом.

— Дай угадаю: к тебе подлетела шаровая молния и оставила этот рисунок, — подсказала я. Оксана озадаченно на меня посмотрела и пожала плечами:

— Я понятия не имею, откуда татуировка появилась, потому что когда я пришла в себя, она уже была.

Внезапно послышался снаружи шум. Дверь в гостиную распахнулась. Я услышала возмущенные вопли Лизаветы и усмехнулась. Сейчас разыграется что-то веселое. Только вот, похоже, Оксана так не считала. Глаза ее сузились и вспыхнули алым (???) цветом. Что-то нечеловеческое и жестокое появилось в ее образе. Даже пугающее. Я попыталась ее остановить, но было поздно — дверь уже распахнулась. В гостиной повисла мертвая тишина. Голос Лизы затих под потолком. Она вперила удивленный взгляд в Оксану, не в силах вымолвить и слова. А для Оксаны не существовало никого, кроме Артема. А он стоял и с улыбкой смотрел на нее.

— Уже выспалась? — Я хотела было вставить, что она была связанной, но не успела. Тут произошло нечто такое, что заставило нас с Лизой, мягко говоря, пораженно застыть истуканчиками.

Оксана

— Я тебе сейчас покажу Кузькину мать, — процедила я сквозь зубы, сжимая руки в кулаки. Что-то длинное болезненно оцарапало десны, но я предпочла об этом не думать. И так было тошно осознавать то, что я теперь… вампир. Одна среди тех, кто убивает людей из-за простого ощущения голода, которое называется жаждой крови. Я постояла на месте всего лишь несколько сотых секунды, а потом резко оказалась около Артема, пытаясь вонзить в его черствое и давно умершее сердце щепку. Дерево для вампиров — смертельное оружие. Просто это знала. Но вот, если сделать скидку на опыт, то тут он меня превосходил. Схваченная за руки и прижатая его телом к стене, я ничего не могла сделать. Меня переполняла злость, обида и разочарование. Желание убить этого вампира только нарастало с каждой секундой.

— О, ненависть придает сил? — проницательно заметил Артем. Я скрипнула зубами, снова ощутив, как длинные клыки царапнули десны. Ха, а почему бы не применить то оружие, коим меня наградили? Сделав резкое движение вперед, я, неожиданно для Артема, укусила его в шею, ухитрившись, видимо, пронзить клыками его артерию.

— Что за?.. — Услышала я, как сквозь туман, голос Лизы. Но сейчас меня интересовало другое. Кровь. Едва я ощутила ее вкус на своих губах, как тут же закружилась голова. Ненависть притупилась. Пульса у Артема не было вообще, но это не мешало мне с наслаждением глотнуть его крови, почти не отдавая отчета своим действиям. Его кровь оказалась холодной, но энергии и жизни в ней было с лихвой. Видимо, не одного человека убить успел. Ну что ж, теперь со мной поделишься своей энергией жизни… Артем некоторое время стоял, оцепенев от такой наглости с моей стороны, а потом внезапно отошел, чего я только и добивалась. Как будто действовала я и не я одновременно. Все еще одурманенная запахом и вкусом крови, я хищным движением вместо того, чтобы снова накинуться с жадностью на вампира и испить еще раз этого сладкого вина жизни, вонзила ему под ребра до половины длины щепку. Артем зарычал и упал на одно колено.

— Плохая девочка, — прохрипел он. Меня охватило безумное торжество. Во мне проснулась не только жажда крови, но и жажда убивать. По крайней мере, меня сейчас это оправдывало.

— У тебя училась! — огрызнулась я, внезапно пугаясь таких резких изменений в себе. Я отступила на пару шагов от него. Артем поднялся, осторожно вытащив щепку. «Ага, а теперь пойдет меня убивать», — пронеслась мрачная мысль и тут же где-то растаяла. Кто-то осторожно коснулся моего плеча. Я резко обернулась, и только сейчас поняла, что все происходило на глазах Эйвери и Лизы. Черт! Какой же кровожадиной в этот момент я должна была выглядеть в их глазах! Теперь они точно меня возненавидят и отвернутся. На душе стало противно. Стерев с губ кровь, я направилась на выход. Меня никто не остановил. Спину просверливали изумленные взгляды подруг и не менее изумленный взгляд Артема.

— Я тебя убью, — выдохнула Лиза, и у меня внутри все съежилось. На глаза навернулись слезы. Ну вот, что и требовалось ожидать! Я не остановилась, продолжая идти к двери, поникнув головой. Неожиданно меня остановила Эйвери, а Лиза продолжила свою фразу:

— Что ты сотворил с Оксаной?! — Мне показалось, что у меня лопнут барабанные перепонки от ее вопля. Эйвери немного была бледной, но она произнесла совсем не то, что я ожидала, и от ее слов стало немного легче:

— Я понятия не имею, что сейчас произошло, но… надеюсь, что этому есть разумное объяснение… — Я посмотрела на нее с благодарностью.

— Я? Я ничего не делал, — проговорил Артем, зажимая рану. Мне опять захотелось его убить. В который раз за эти два дня. Ведь врет и не краснеет! Я хотела уже привести свой план в исполнение, но Эйвери меня придержала.

— Не надо, лучше успокойся!

— Это кому еще успокаиваться надо! Судя по твоему выражению лица, ты не только не в курсе всего, но и… — тут я запнулась, но заставила себя проговорить, — меня боишься…

— Заметно!! — обратилась к Артему Лиза. Она вся кипела от гнева. Я не знаю, как бы разворачивались события дальше, но тут вдруг дверь перед моим носом распахнулась, и на пороге нарисовался Кирилл. Улыбка с его лица тут же сошла. Я захлопнула перед дверь и произнесла:

— Уходим… А с тобой, — Я повернулась в сторону Артема, — я разберусь позже, — Голос приобрел зловещие нотки. Вампир усмехнулся и резко приблизился, приподняв мое лицо за подбородок:

— Буду с нетерпением ждать встречи, красавица… — Я скрипнула зубами и напоследок нанесла удар ногой так, что Артем улетел к стене. На него сверху упало зеркало. Под звон разбившегося стекла и звук распахнувшейся двери, мы скрылись в глубине дома. Вторая наружная дверь оказалась заперта. Не церемонясь ни с дверью, ни с собой, я ударила ногой по щеколде. Металл сломался. Лодыжку пронзила легкая боль. Мы все втроем оказались на улице, а потом, чуть ли не выломав калитку, устремились к реке. Там обстановка была более спокойной. Ну, в относительном смысле. Я рухнула на сырую траву и закрыла лицо руками, пытаясь осознать все случившееся за последние пару дней. Вампиры существуют. Теперь я одна из них. Я не удивлюсь, если подруги от меня отвернутся, я их пойму. Но… что я скажу маме? «Извини, но теперь я буду пить кровь людей?». После ненависти и нескольких дней в постоянной агрессии у меня наступил период истерики. Притянув колени к груди, я уткнулась в них и заплакала. Меня трясло. Во рту по-прежнему стоял привкус крови, но таким противным он мне больше не казался. Это было странно… В кого я превращаюсь?! Я уже на пути деградации, если так пойдет и дальше, то я ничем не буду отличаться от Артема. Тихий плач перерос в надрывное рыдание, как будто моя душа разорвалась на части в одночасье. Хотелось просто лечь и больше не вставать. Никого не видеть. И просто умереть. Клыки, как доказательство моей новой жизни, царапнули десны.

На небе снова сошлись тучи, и на меня упали капли холодного дождя. Я не знаю, сколько прошло времени, но вдруг кто-то осторожно прикоснулся моей вздрагивающей спины. Я подняла взгляд на Эйвери. Странно, я так ушла в себя, что про них успела совершенно забыть. И как я им теперь все объясню?! Как буду в глаза смотреть?

— Что… произошло? — тихо выдохнула Айва, присев рядом на сырую траву. Я отвернулась от нее в сторону. Слова застряли в горле. Я видела, что за меня обе подруги переживают, но правда была слишком невероятной, чтобы в нее поверить.

— Я… — Голосовые связки свела судорога, но я заставила себя договорить, — не в силах объяснить… — Меня снова задушили рыдания. Лиза с Эйвери переглянулись. Они прекрасно поняли мое состояние, но вот причина моих слез пока оставалась для них туманной.

— Пойдем домой, — проговорила Лиза, ежась от холода. Странно, а я его не ощущала… Я теперь реагировала на все совсем по-другому. Слух обострился до такой степени, что шепот казался нормальным голосом, а от крика разрывались барабанные перепонки. Взгляд стал более острым — теперь я могла заметить любое движение, даже самое незаметное. Ирония судьбы — я просто обожала фантастику про вампиров, а теперь стала сама одной из них. И вот тут они мне милыми и притягательными уже не показались. Кровожадные твари, которым одна награда — смерть! И я теперь такая же…

— Я не хочу домой! — истерично выкрикнула я, отбиваясь от Лизы, которая пыталась меня сдвинуть с места.

— Оксан… там за тебя все беспокоятся… пойдем. Ты ей-богу как маленький ребенок, — вздохнула Эйвери. Я отвернулась, вытирая слезы. Может, все не так уж плохо? Аа, черт! Меня снедал страх. По спине пробежал холод. А что, если мама отвернется от меня? Я так этого боюсь… Тело свела судорога. Я с трудом поднялась на ватных ногах и пошатнулась.

— П-пойдем домой, — пробормотала я, стараясь не смотреть на подруг. Желание увидеть родных пересилило. Отвернутся, значит, отвернутся. В этом я их винить не смею. А все Артем виноват!!! Он во всем виноват!!! Лиза вздохнула и осторожно спросила, коснувшись моего плеча:

— Что произошло там, у Артема? — Меня передернуло, но я промолчала. Эйвери выразительно посмотрела на Лизу, взглядом приказывая ей замолчать. Как же я была им благодарна за такт.

— Ничего… хорошего, — произнесла я, ощущая дрожь в собственном голосе. Внезапно я заметила силуэт впереди и остановилась. Этот неизвестный явно собирался в меня выстрелить… и убить. Я, как в замедленной съемке, увидела, что палец нажал на курок. Свист приближающейся пули не заставил меня сойти дороги. Я даже сделала ей шаг навстречу, но тут Лиза резко дернула меня на себя. Потеряв равновесие, мы обе упали на землю. Пуля попала в дерево и отрикошетила от него, оцарапав мне щеку.

— Что это было? — удивленно спросила Эйвери, обернувшись вокруг своей оси, но так и не увидев деятеля данного маневра.

— В нее стреляли, — удивленно произнесла Лиза, сев на траве. Казалось, она была чем-то озадачена. И это что-то ее пугало не меньше, чем меня вампиризм.

— Димка!! Ты совсем сбрендил, стрелять в кого попало?! — крикнула Айва, наконец, заметив того, кто это сделал. — И вообще, откуда у тебя пистолет взялся?! — Я прикрыла уши и умоляюще попросила, не вставая с травы:

— Можно потише?.. — Мой голос показался мне немного мертвенным. Наверное, так говорят умирающие, изъявляя свое последнее желание. Эйвери виновато посмотрела на меня. Димка… ну вот, здравствуй, первая неприятность, на мою голову.

— Оксана? — голос у парня был изумлен.

— А ты кого хотел увидеть? — накинулась на него Лиза. — Призрака отца Гамлета?! Конечно, это она!

— Где вы ее нашли? — Я старалась не смотреть на него, просто свернувшись калачиком и прислушиваясь к шуму дождя. Холодный ветер пробежался по земле.

— У Артема, — ответила Эйвери. Димка тут же помрачнел. Кинув внимательный взгляд на меня, парень склонился надо мной и спросил:

— Ты в состоянии идти? — Я приоткрыла глаза и кивнула. Вся проблема была только в том, что идти мне никуда не хотелось. От всего пережитого я испытывала желание умереть, хотя это будет и эгоистично с моей стороны. Может быть. Тяжело вздохнув, я села на земле, вытаскивая из волос небольшую веточку. — Пойдем, — тихо произнес Димка, помогая мне подняться на ноги. Он посмотрел на меня с тоской и сочувствием. Как будто знал, что произошло… Рядом с ним я почувствовала себя в безопасности. Тихо всхлипнув, я уткнулась ему в плечо. Димка меня чуть приобнял. Как настоящий старший брат… как будто между нами не было этой линии двоюродности. Лиза с Эйвери хотели последовать за нами, но Димка их жестом остановил, пояснив:

— Вам уже пытались все объяснить. Вы посмеялись. За остальными сведениями приходите завтра утром, — неожиданно холодно и мрачно сказал Димка. Я вздрогнула и обернулась на подруг, потом вопросительно посмотрела на Димку. Он подхватил меня под локоть и повел домой. Молча. Ничего не говоря. Я опустила взгляд в землю.

— Я его убью… — покачал головой Димка. Я опешила. Он знал?! — Не переживай так… хотя не мне судить сейчас о переживаниях…

— Откуда тебе знать, что я вообще чувствую? — спросила я с каким-то безразличием. Мне было все равно, что со мной будет дальше. Сердце словно остановилось и не желало больше биться. Хотя, почему «словно». Оно и остановилось.

— Ну… догадываюсь, — осторожно произнес Димка. — Но главное, что ты живая…

— В относительном смысле, — пробормотала я, украдкой вытерев выступившие слезы.

— Пусть даже так, — не стал спорить Димка. Я резко остановилась. Теперь я окончательно убедилась в том, что он все знает.

— Так ты?.. — начала я, но он не дал мне договорить.

— Да. Я все знаю. И не только я. Папа, Андрей и Наталья… они тоже в курсе. И насколько я их знаю, они все поймут и не оставят тебя в таком положении, — уверенно проговорил он. Я сейчас не знала, радоваться мне или врезать Димке за то, что он умолчал о существовании вампиров.

— Ты… ты вообще в курсе, кем меня сделали?! — зашипела я. — И ты говоришь об этом так спокойно, будто обсуждаешь прогноз погоды!! — Я сорвалась.

— Успокойся… — миролюбиво произнес Димка. — Насчет этого… не обязательно же убивать? Есть и нормальные вампиры. Конечно, они тоже нуждаются в крови, но не убивают, — Умереть — не встать! Нашел, чем успокоить! Вампиры… Черт, одна я не в курсе всего была! Все всё знали и ничего мне не сказали! Я доберусь до правды… Только я открыла рот для нового вопроса, но мы уже оказались около дома. Слова застыли у меня в горле. Я будто приросла к месту. Тот же самый дом, куда я приехала. Тот же самый участок, где я помогала маме. Но я стала совсем другой. И не факт, что старые порядки захотят меня принимать обратно. Только сейчас я заметила, что Димка безуспешно пытается меня сдвинуть с места.

— Пойдем. Все будет хорошо, — ободряюще улыбнулся он.

— Надеюсь, — пробормотала я, делая робкий шажок в сторону дома. Мы оба под дождем совсем промокли, но это были мелочи. Господи, помоги! Пусть все будет хорошо… Мы с Димкой осторожно вошли в дом. Тут никто не спал. Все, как один, устремили взгляды на меня.

— Привет, — не зная, что сказать, ляпнула я и робко улыбнулась, помахав всем рукой.

* * *

Картина Репина «Не ждали». Все на меня смотрели как на восьмое чудо света. Я со страхом смотрела на своих родных, ожидая от них хоть какой-то реакции. Димка уверенно держал меня под локоть. Первой пришла в себя мама. Она кинулась ко мне и обняла. Так крепко, что я ощутила себя полной дурой, когда думала, что такой больше буду ей не нужна. Правда жизни же заключалась в том, что мама, кем бы ты ни стал, всегда останется мамой и примет под свое теплое крылышко. С сердца словно упал камень. Я обняла ее в ответ и внезапно обнаружила, что она плачет.

— Девочка моя… — проговорила она, целуя меня в щеку. — Где ты была все это время? — спросила мама, чуть отступая на шаг и внимательно рассматривая меня.

— Я… я не хочу об этом говорить, — тихо ответила я, опуская взгляд в пол. Дядя посмотрел на Димку и тот кивнул.

— У тебя, наверное, возникло очень много вопросов, — задумчиво сказал дядя, внимательно смотря на меня. Мама обернулась к нему. Радость на ее лице смешивалась с вопросительным выражением. — Думаю, нет смысла уже что-либо скрывать, — Я окинула всех внимательным взглядом и почувствовала себя блудницей, которая решила-таки вернуться домой. По их лицам я поняла, что никто не ложился спать. Все искали меня, разве что по домам только не лазали. Надо было в бутылку запихнуть бумажку с надписью «SOS!!!» и выкинуть в окно. Тогда бы нашли меня быстро.

— Да, вопросов много… Но, кажется, теперь меня ничто не удивит, — нервно рассмеялась я, касаясь невольно места укуса. Временное облегчение сменилось опять невыносимой болью в душе. Я не могла принять себя такой. Я была слишком… неправильной что ли… Мама успокаивающе провела рукой по плечу. Она ощущала мои муки почти так же, как и свои.

— Идите отдыхайте, а мы еще немного поговорим, — кивнула мама брату. Тот невесело усмехнулся.

— Я подожду еще немного, пожалуй… — Один Андрей молчал, рассматривая меня, а потом изрек:

— Нет повести печальнее на свете, чем повесть о вампире и Джульетте. — Меня передернуло. Бедный Шекспир! Узнай, кого в его произведения приписали, он бы в гробу, бедолага, перевернулся. — Но, по крайней мере, ты живая, — улыбнулся мне Андрей и подмигнул. Я с ним была не согласна насчет живой, но повторяться не хотелось. Все-таки, моя семья ничему не удивилась и отнеслась нормально к моим изменениям. Но вот надолго ли?

— Отстаньте от нее, — с упреком сказала мама и повела меня наверх. — Ей и так досталось, а еще вы…

Оказавшись наверху, я тут же бросилась на кровать и снова залилась слезами. Во мне смешивались различные чувства: от ненависти к самой себе до благодарности подругам и маме. Она присела рядом и погладила меня по спине, ничего не говоря. Как будто знала, что сначала мне надо выплакаться, прежде, чем заводить о чем-либо разговор. Когда я более-менее успокоилась, и сил плакать уже не осталось, мама ласково произнесла:

— Я знаю, тебе тяжело, но постарайся к этому привыкнуть… И не надо себя ненавидеть за то, что ты теперь стала вампиром. Ведь вампиры — не все убийцы. Это те же люди, но… слишком многим отличаются от нас. — Я видела в ее словах долю правды, но ничего не могла с собой поделать. Ненависть к себе оставалась. Всхлипнув, я повернулась на бок и подняла глаза на маму.

— Почему?... Почему вы обо всем умолчали?.. — Интересно, а если бы я все знала, то было бы мне от этого легче при обращении? Мама опустила взгляд и просто ответила:

— Я хотела, чтобы ты жила спокойно, вот и все… Да и вряд ли ты мне поверила, скажи я тебе о вампирах и других правду.

— Других?.. — как эхо повторила я.

— Да. Оборотни и ведьмы — это тоже не миф. Они живут рядом с нами…

— А… а как вы вообще узнали, что они существуют? — со всхлипом выдавила из себя вопрос я, свернувшись в калачик. Мама заботливо прикрыла меня покрывалом и со вздохом начала говорить. Я видела, что ей это дается тяжело, но правду очень жаждала узнать.

— Первый раз мы с ними столкнулись, когда мне было 10. Альберту было тогда 13. Все произошло ночью… Я проснулась от звона разбитого стекла и крика внизу, — Скулы мамы побелели. Я видела, что вспоминать ей об этом не хотелось. Я взяла ее за руку и стала слушать дальше. — Я пошла вниз и… родители были мертвы. Я эту картину на всю жизнь запомнила: твоя умирающая бабушка на руках у вампира, который высасывал из нее кровь. Нетрудно представить реакцию 13-летнего ребенка, — вымученно улыбнулась мне мама. — Отец уже был мертв… нас взяла к себе тетя, мы сказали, что это были грабители… Как-то вот так…

— Ужас… — выдохнула я, осознавая внезапно, как мне повезло по сравнению с мамой. Она просто кивнула, сжав мою руку. — Жить с этим невозможно же нормально… — пробормотала я в растерянности. Почему все так печально складывается у нас в поколениях? На роду нам, что ли написано терпеть издевательства со стороны вампиров?..

— Да. И по этой причине мы стали охотиться на них. И вообще, кто попадется из нечисти… Но все оказалось не так просто — половина из тех, с кем мы сталкивались, в определенном смысле были хорошими и не убивали. Но первое время вообще была жуткая путаница, пока нам товарищи-охотники не объяснили в чем дело и что к чему.

Я теперь посмотрела на маму совсем по-другому. Теперь понятно, откуда взялись у нее на руках и теле многочисленные шрамы. А на характер профессия наложила след цинизма, от которого ей до конца так и не удалось избавиться.

— А потом я встретила твоего отца, — Мама улыбнулась. Я папу плохо помнила — мне было всего 3 года, когда он погиб, как мне говорили, в автокатастрофе. — Он тоже был охотником. Стали вместе часто ходить на задания, и вот… потом ушли из этого дела по одной простой причине — на свет должна была появиться ты, — Улыбка не сходила с ее губ. — А через три года после твоего рождения он больше не вернулся… — Взгляд мамы погрустнел.

— Это ведь не была автокатастрофа? — с сомнением проговорила я, сев на кровати. Мама покачала головой и пояснила:

— Нет. Эту версию мы с Альбертом сказали только тебе. На самом деле, его… его убил оборотень. Я так и не смогла его найти, чтобы заставить расплатиться по счетам, — процедила она сквозь зубы и посмотрела на меня.

— Но ведь теперь… все будет хорошо? — спросила я, пытаясь успокоить больше себя, чем маму. Она посмотрела мне в глаза и прямо произнесла:

— Оксан, не буду врать. Я не знаю, все ли хорошо будет теперь, но ты в любом случае останешься моей девочкой, — Она поцеловала меня в лоб и улыбнулась. — Но посмотри на это с другой стороны: ты стала красивая, сильная и быстро раны заживать будут…

— Ага, если бы все это еще было не от дьявола, — проворчала я, немного успокоившись. Мама рассмеялась.

— Ну знаешь… Лучше сейчас приведи себя в порядок и отдохни… — посоветовала мне она и спустилась вниз. Как только она ушла, я почувствовала себя жутко одинокой и всеми покинутой. Я легла на кровать и снова свернулась калачиком, отвернувшись к стенке. Столько всего свалилось за каких-то пару дней… неудивительно, что у меня случился нервный срыв. Внизу я услышала, как дядя встал и с беспокойством спросил маму, положив ей руки на плечи:

— Как она?..

— Плохо… — со вздохом ответила мама, — в большей степени — психологически…

— Неудивительно! Если б меня сделали вампиром, я б сразу кокнул того, кто меня обратил, — встрял Димка. Я усмехнулась. Ха-ха, он меня не видел, когда я пыталась Артема убить… Ну и хорошо, что не видел, а то бы со смеху умер… Кажется, все не настолько страшно, как я думала. Все быстро вернулась на круги своя. Только разве что я изменилась… Хорошо это или плохо — покажет время. Пока же я только в начале пути. Убаюканная голосами родных, я уснула, почувствовав себя немного, но спокойней. Глаза закрылись. Сквозь закрытые веки я ощутила, как в комнату робко пробрались лучи солнца и коснулись моих щек. Улыбнувшись, я закуталась поплотнее в покрывало. Тучи на небе рассеялись полностью, уступая место солнышку, которое как будто говорило мне: «Чему быть — того не миновать! Прими себя и выбери светлый путь!». Что ж, возможно, это вполне логично будет. Мысли спутались, и я погрузилась в беспокойный сон.

Лиза

— Аааа, он что, издевается?! Как я доживу до утра, если все сейчас не выясню?! — Глаза у меня метали молнии, скрывая переживания за подругу. Но Эйвери было не провести.

— Слушай, я беспокоюсь не меньше твоего, но… — начала она, но я не позволила ей договорить.

— Но что?! — Я в раздражении пнула камень на берегу реки, и тот улетел на ее середину. Вздохнув, я потерла лоб и нервно стала заплетать тоненькую косичку из кудрявых рыже-медных волос с около правого виска. Остальная масса волос беспорядочно лежала на плечах и спине. Мы некоторое время помолчали, каждая погруженная в себя. У Артема меня поведение Оксаны жутко напугало. Но не говорить же ей это, когда она сама переживает больше, чем мы с Айвой? Во-первых, меня напугал ее кровожадный взгляд красных глаз, которыми она смотрела на Артема. Нет, в этом смысле я ее понимаю: он порядочная сволочь, неизвестно что с ней сотворивший, но все-таки… что-то было дикое во взгляде Оксаны в тот момент, когда она его увидела. Во-вторых, та быстрота, с которой они оба передвигались по гостиной, никак не может принадлежать людям. Я даже заметить не успела, а Оксана уже оказалась пришпандоренной к стене. То, что произошло дальше, выбило меня из колеи полностью. К алой радужке глаза, которая заставила меня озадачиться сначала, еще примешались и длинные клыки, как у вампира. Согласитесь, не по себе от такого зрелища будет?.. Так еще потом и его кровь пила… Вот тут мне уже захотелось просто сбежать куда подальше. Не сделала я этого только из-за подруги. Оксана была права: мы ее испугались. Хотя, увидевший такое первый раз человек не просто бы сбежал…

За то время, что мы с Эйвери гуляли, одежда на нас уже успела просохнуть на солнышке, которую намочил унылый дождик. Я не знала, под каким углом стоит оценивать ситуацию, чтобы выглядела она максимально адекватной, и это меня нервировало больше всего.

— Не знаю, как ты, а я объяснений дожидаться утром, не намерена! — решительно произнесла я, направляясь к дому Оксаны. Там точно знали все.

— Я с тобой, — сказала Эйвери, собирая волосы в хвост серебристой резинкой. Я улыбнулась, испытав облегчение. Одной лезть на рожон было как-то неохота. Бок о бок, мы отправились туда, где час назад скрылась Оксана. О том, чтобы подругу бросить в таком состоянии не было и речи.

Тут я вспомнила еще одну деталь, которая меня напугала, но это уже относилось непосредственно ко мне, а не к странному поведению Оксаны. Когда Димка в нее выстрелил, я видела точную траекторию движения пули еще до того, как она достигла своей цели. Он бы не промахнулся, и непременно попал в сердце Оксане, но я тогда ее дернула на землю. Во мне будто затрепетала сила, которой доселе я не испытывала. Все длилось лишь мгновенье. Память только отпечатала в себе это ощущение, от которого становилось не по себе. Выкинув все из головы, я поняла, что стою около дома подруги вместе с Айвой и не решаюсь даже постучаться. Стоило мне поднять руку, как что-то с грохотом стукнуло по крыше и покатилось вниз. Я аж подпрыгнула от неожиданности, запоздало сообразив, что это всего лишь яблоко сорвалось с ветки.

— Похоже, я теперь буду бояться даже собственной тени. Все, пора лечиться и спать с топориком, — покрутила я у себя пальцем у виска и постучалась. Эйвери только хихикнула. В доме стояла тишина. Нам никто открывать не собирался.

— Да спят они там что ли?! — с досадой спросила я у Эйвери. Она пожала плечами и ответила в задумчивости:

— Я этому не удивлюсь — там никто почти две ночи не спал… Да и нам бы не помешал хороший отдых, — резонно заметила она, кивая на наши отражения в луже. О да, вид был еще тот! Бледные, с синими кругами под глазами, взгляд отдает в безумие, смешанное с непониманием, да еще и спутанные волосы а-ля ведьма придавали жуткий вид. Меня передернуло.

— Да уж, пойдем отдохнем, — пробормотала я, внезапно ощущая, как усталость берет свое. — Видимо, там все спят, и хочешь — не хочешь, придется ждать до завтра, — заметила я со вздохом. Эйвери кивнула и направилась вместе со мной в обратный путь. Мы проделали его молча. — Тогда до завтра? — сказала я немного неуверенно, ибо домой всегда приходила не раньше 12, а то и часу ночи. Папа как обычно что-то пилил, сверлил и так далее на участке, не заметив моего прихода. Неудивительно, на часах было только 9 вечера. Я не стала папу звать, если надо будет — найдет меня сам. Оказавшись в комнате, я рухнула на кровать, ощущая, как сон легкой пеленой окутывает сознание. Почувствовав что-то не то, я заворочалась, пытаясь скрыться от мягкого обволакивающего света, но не получилось. Он накрыл меня с головой. Левую руку стало покалывать. Я даже не поняла, где оказалась. Оружейная? Но, во всяком случае, точно не моя комната. Странно, все мое любимое оружие собранно здесь… Я улыбнулась и посмотрела на татуировку. Заблестевшую мистическими красками.

— Страж Элайза! — прогрохотал где-то голос у меня над головой. Я в который раз за этот день перепугалась.

— Что?! — проорала я в ответ, сердито осматриваясь по сторонам. Кто бы ни был этот неизвестный, ему никоим образом не позволено доводить людей до инфаркта своими воплями. — И меня зовут Лиза! Но Элайза тоже неплохо звучит, — произнесла я в задумчивости. Громовой голос утих и стал говорить спокойно.

— Я связался с вами, чтобы напомнить, зачем вы здесь, но… — Голос сделал паузу, а потом с усмешкой договорил: — видимо, раньше положенного срока. Что ж, лучше поздно, чем никогда…

— А поподробней можно? — поинтересовалась я.

— Вы все сами поймете. Со временем. Я же могу только пожелать, чтобы вы были осторожными и не упустили свой шанс. И никто из вас троих не погиб, — Голос, идущий отовсюду и одновременно из ниоткуда, замолк. Что за ерунду мне сейчас сказали?!

— Эй! А как тебя зовут, Вещий Олег?! — крикнула я. Повисло удивленное молчание, а потом я услышала хохот. Неизвестный надо мной смеялся! От души так, надо заметить…

— Ты даже этого не помнишь?! — сквозь смех услышала я, а потом все как будто стало отдаляться. Я осталась одна посреди этого белого молочно-туманного пространства. А затем канула во тьму…

* * *

Я распахнула глаза, обнаружив, что сплю на животе. В комнате стало как-то холодно. Так и есть: окно оказалось открытым. Споткнувшись о валяющийся на полу рюкзак, который я обозвала непредвиденным препятствием, я закрыла окно, поежившись от холода. Занавески опали вниз. Часы показывали половину второго ночи. Надо что ли переодеться… А то привыкну ведь спать в одежде… Я стянула кофту и передернулась от холода, мечтая поскорее нырнуть в теплую постельку и спать дальше, но тут мой взгляд упал в зеркало. Там отражалась я, сонная, немного растрепанная, но это мелочи — люди всегда такие после сна. В уголке его была спрятана фотография. Я ее вытащила и внимательно посмотрела в свете луны. Цветные тона казались приглушенными в слабом цвете на фото. Меня больше в данном случае интересовало не это. Я смотрела на изображение Оксаны и видела… нет, картинка оставалась на месте. Только вот вместо подруги взгляду предстал какой-то сложный хитроумный расчет, неопределенно заканчивающийся там, где была рука подруги. Партия, продуманная на несколько ходов вперед. Как будто кто-то собирался сделать ее оружием в своих руках. И первые намеченные действия оказались уже выполнены. Фотография выпала у меня из рук, и я с содроганием, но еще непониманием до конца смысла своих слов, сказала:

— Видимо, то, что случилось с Оксаной, только самое начало…

Глава lV: +/- кровь

Что делал слон, когда пришел Наполеон?..

Историческая загадка

Оксана

Я проснулась поздно. Электронные часы подмигивали, показывая 11 утра. Если кто-то скажет, что это рано, я спорить не буду — у каждого свой биологический график. Я потянулась на кроватке и открыла глаза. Тут же взгляд стал туманным от слез застеливших глаза — солнце нещадно слепило.

— Выключись, солнышко, — пробормотала я, прикрывая рукой глаза и зевая. Дотянувшись до стоявшей в углу тонкой палки, я, не вставая с кровати, задернула ей занавеску. Снизу доносились голоса мамы и дяди. Спать уже не хотелось, хотя мне и приснился кошмар, будто бы меня Артем превратил в вампира, а я потом пыталась его убить за это. Звучит глупо и безумно. И хорошо, что это все лишь сон. Я встала с кровати и осмотрела себя и вздрогнула, мрачно осознав, что это все-таки не сон. Тут же хорошее настроение пропало, как солнышко за пробегающими по небу облаками.

— Печально, — буркнула я себе под нос и быстро переоделась в кофточку с рукавом в три четверти красного цвета с каким-то блестящим серебристым орнаментом неизвестного происхождения и бриджики черного цвета. Вот теперь мой вид более-менее в порядке. Осталось только волосы расчесать… А если еще брать в расчет их спутанность… Как только в моих руках оказалась расческа, лицо приняло мученическое выражение, как будто я собралась проводить над ними экзекуцию. Расчесывала я с волосы долго, но боль от расчески была терпимой. Облегченно выдохнув, я рискнула только после проведения этой процедуры спуститься вниз. В комнате все тот же порядок, какой и был два дня тому назад. Погода на улице стояла чудесная, но вот только один был минус: мои глаза от этого жутко страдали.

— Всем доброе утро, — зевая, поприветствовала я всех не спящих. Андрей, судя по сопению, доносящемуся из комнаты, еще спал беспробудным сном.

— Доброе, — улыбнулась мама. — Как ты себя чувствуешь? — с легким беспокойством спросила она, подходя ко мне.

— Ну… относительно нормально… — осторожно сказала я, скрываясь волосами от солнышка. Это не особо помогло, но говорить я ничего не собиралась. У меня еще было много вопросов, но я не знала с чего начать и вообще не хотела об этом говорить, ибо эти вопросы касались исключительно вампиризма и вампиров.

— Да уж. Сразу к такому и не привыкнешь, — сочувственно произнес Димка, сидевший на кресле. Его темные растрепанные волосы на солнце отливали в синий цвет. Он смотрел на меня с грустью, как смотрит старший брат на сестренку, которая наступила на те же грабли и никак не может запомнить одну простую истину. Тут же Димка получил в свой адрес два испепеляющих взгляда. — А что я такого сказал? — обиженно спросил он, посмотрев на своего отца и мою маму.

— Тактичней надо быть, — с убийственной интонацией отозвалась мама.

— Да все нормально, — поморщилась я и закрыла занавеску, не выдержав яркого света. В гостиной тут же воцарился полумрак. Повисло неловкое молчание. Я нарушила его первой:

— А я случайно услышала, что вы с Димкой куда-то уезжаете?.. — посмотрела я на дядю. Тот кивнул, ничему не удивившись.

— Да, возникли некоторые проблемы, — уклончиво произнес дядя. — Но мы ненадолго, красавица, — улыбнулся он. Меня передернуло от этого сравнения, ибо красавицей я себя никогда не считала. — Но мы постараемся вернуться побыстрей. — Я просто кивнула, принимая это к сведению.

— А Андрей тут останется? — Мама повернулась к дяде, вздернув вверх брови.

— Ему полезно — тем более, что тут его Муза чувствует себя более раскованно, — хохотнул Димка. Дядя усмехнулся, согласившись с ним. Я посмотрела на всех них и поняла, что для моего узкого семейного круга ничего не поменялось, если меня не считать. Хотя, может, не стоит обращать внимания на то, что я теперь вампир и забыть об этом как про страшный сон? Внезапно мои размышления прервали чьи-то шаги. Я выдохнула, поняв, кто сюда направляется.

— Если я не вернусь, меня убили, — тихо сказала я, смотря на дверь, которая бесцеремонно распахнулась. На пороге оказались не кто иные, как Эйвери и Лизавета. Солнечная дорожка остановилась около моих ног.

— Всем доброго здравия, — бодро проговорила Лиза таким тоном, будто ее ничего не волновало. Как будто вообще ничего не случилось. Эйвери же напротив, была серьезной, как статуя Мыслителя.

— Рада, что и ты в добром здравии, — ехидно отозвалась я с долей горечи, вспоминая вчерашний инцидент у Артема. Стоило мне только его вспомнить, как меня снова стало одолевать желание его убить. Желательно медленно. О, черт! Что за садистские мысли? Куда я качусь?..

— Ну, это еще как сказать, — философски заметила Лиза, и я поняла, что разговора на эту тему не избежать. — А теперь, могу я попросить кое-что разъяснить? — Она выразительно посмотрела на меня, а потом и на моих дядю с мамой. Те между собой переглянулись и в свою очередь посмотрели на меня.

— А что вы так на меня-то смотрите? По-моему, они вполне имеют право знать, — пожала я плечами, тем самым поставив точку в этой битве взглядов. Я забралась с ногами на диван и покосилась на подруг. Они сели рядом со мной и приготовились слушать то, что им сейчас будут ведать. Единственное, что мне показалось странным, что на Лизе в самый разгар лета была надета кофта с длинным рукавом. Странно, обычно такие вещи — не стиль Лизы. Я предпочла не обращать внимания на эту странность. Сейчас меня, да и не только меня, волновало немного другое. Руки невольно сжались в кулаки. Эйвери кидала в мою сторону косые взгляды, которых я пыталась не замечать. Я ее вполне могу понять: когда я впервые увидела себя в зеркале, то тоже чуть не рухнула от изумления. И попыталась начистить физиономию тому, кто со мной это сотворил. Увы, неудачно.

— И если можно, то все по порядку, — попросила Эйвери. Голос у нее немного дрогнул, но я прекрасно видела, что она готова выслушать и воспринять что угодно, только лишь бы объяснили. Лиза была немного придирчивее в вопросах лжи и правды, но сейчас вела себя на удивление спокойно. Мама вздохнула и передала слово дяде. Тот в свою очередь многозначительно посмотрел на притихшего сына после всех замечаний в его адрес.

— Ты крайний, — сделала я вывод и немного угрюмо замолчала.

— Тогда, может, прогуляемся? Неохота дома сидеть, — предложил он. Я искоса посмотрела на него, но протестовать не стала. А что мне еще оставалось? В-первых, я сама хотела все послушать, а во-вторых, я живое доказательство тому, что вампиры далеко не выдумка. Конечно, Брем Стокер немного все утрировал, но доля правды там явно есть.

— А кто против? — удивилась Лизавета, тряхнув своими рыжими волосами, собранными в хвост заколкой.

— Никто не против. Только меня подождите, — скороговоркой проговорила я встала с дивана, направившись в свою комнату. Так, куда я дела солнечные очки? А то ведь совсем не смогу ходить по улице — сосчитаю лбом каждое дерево. Я их выудила из ящика стола и нацепила на нос. Узкие черные стекла придали мне еще большей таинственности и оттенили мою бледность. Отодвинув занавеску, я кинула взгляд вниз и тут же вцепилась пальцами в подоконник, как будто он только мог сдержать меня от необдуманных действий. В поле моего зрения нарисовался Артем. Он был не один. С ним еще было три вампира. Одного из них я уже имела честь встретить, а вот третьего я видела впервые. Немного ленивые движения и сонный вид нисколько не лишали его грации, а наоборот, придавали шарма. Каштановые волосы длиной до плеч развевал ветер. Под белой рубашкой четко очерчивались контуры мышц. Из всей этой троицы он показался мне самым миролюбивым и спокойным. Неожиданно меня отвлек звериный рык. Тихое утробное рычание хищника, который жаждал крови. Я удивленно осмотрелась по сторонам, но рычание тут же смолкло. Тут до меня стало медленно доходить, что я слышала свой собственный голос в немного непривычной рычащей форме. Троица вампиров резко перестала разговаривать и обернулась в мою сторону. Артем мне приветственно помахал рукой и слегка ехидно улыбнулся, негромко сказав:

— С добрым утром, красавица!

— Я тебя убью, — процедила я сквозь зубы и с топотом спустилась вниз, пытаясь хоть как-то скомпрометировать свое желание убить Артема. Я быстро надела балетки и, почти кипя от злости, ухитрилась неожиданно спокойно спросить:

— Мы идем или вам нужно специальное приглашение? — немного резко спросила я, все еще пытаясь совладать с клокочущим гневом. Перемены в моем настроении насторожили их всех. В особенности Димку. Лиз интересовало почему-то немного другое.

— А без очков-то никак? — спросила она. Я посмотрела на нее и ответила:

— Нет… — И все-таки, мне не удастся смотреть сквозь пальцы на то, кем я теперь стала. А я так надеялась… На душе снова стало невыносимо больно, и мне захотелось сбежать куда-нибудь подальше. Честное слово, я бы так и сделала, чтобы не заставлять страдать близких и друзей, но пока что-то меня останавливало. Наверное, все тот же самообман, что все будет хорошо?.. Не будет. Я увидела это со всей ясностью только сейчас. Они — люди, которые заслуживают спокойной жизни, а я — вампир, кровожадный монстр, который сделает теперь все, чтобы жизнь людей не была столь спокойной и беспечной. Мы вышли на улицу, а я как будто спряталась в себе, не замечая ни того, куда иду, ни того, с кем иду… ушла полностью в себя. Только слезы ронять я не собиралась. Ноги сами меня вели следом за подругами и Димкой. Руки спрятаны в карманы бридж. Взгляд опущен вниз. Я даже не сразу поняла, что обращаются ко мне.

— Оксана!!

— Ась? — я непонимающе посмотрела на Эйвери. — Прости, я задумалась, — немного виновато произнесла и осмотрелась по сторонам, решительно повернув назад. Вот в гости к вампирам мне идти совсем не хотелось.

— Мы идем туда! — кивнула я в сторону дороги. Подруги и Димка непонимающе переглянулись, но спорить не стали. Лиза первой опомнилась и догнала меня.

— Эээ, подожди! Почему туда, а не туда? — поинтересовалась Лиза. Проницательный двоюродный братишка посмотрел на меня, потом на дорогу и мрачно спросил:

— Там Артем? — Я сжала руки в кулаки и кивнула. Унявшийся было гнев снова вспыхнул с новой силой. Как только я сдерживала свою неуемную ярость и жажду мести — не знаю. — Да забудь ты про него! — отмахнулся Димка, но я в его голосе уловила еще и нотки настороженности. Остановившись, я медленно обернулась и подняла на него мрачный тяжелый взгляд. Забыть?! Новый всплеск внутренней ярости заставил поменять цвет мои глаза.

— По-твоему, я могу забыть про то, что он со мной сотворил? — со змеиными нотками в голосе спросила я его. Димка передернулся и отошел от меня подальше, опасаясь за свое физическое состояние. Да что со мной творится-то?! Я даже не в состоянии стала сдерживать свои эмоции — раньше такого не было. Нервное напряжение на меня слишком плохо влияет — надо воспринимать все спокойней. — Извини, — виновато произнесла я.

— Да ничего. Я же вижу, как ты переживаешь, — выдавил улыбку из себя он.

— Все, я молчу и оченно внимательно слушаю, — произнесла я, мысленно решив, что если еще раз сорвусь, то распутаю себе все нервные узлы, чтобы некуда было поступать сигналу по рефлекторной дуге. Димка покосился в мою сторону и продолжил говорить, шагая со стороны Лизы. Подруги бросали на меня задумчивые взгляды, но молчали, ожидая сначала все выслушать, а уж потом решить сдавать меня в психбольницу или нет. Впрочем, может это только я расценила так их молчание.

— Ну вот… Правда может показаться невероятной, но тем не менее, это так… Все, что вы когда-либо слышали о вампирах, оборотнях и ведьмах — чистая правда. Последние — самые, так сказать, человеколюбивые, — усмехнулся он. — С ними можно договориться. Так что мы не трогаем их в большинстве случаев из 100… но я отвлекся…

— Стоп! — жестом остановила Димку Эйвери. — Кто это — мы?

— Ну… Я, папа и Наталья — относимся к числу охотников на нечистую силу… в общем, у людей с нечистью устаканились более-менее нормальные отношения. Но многие субъекты, особенно в лице вампиров, не собрались принимать данных установок, и приходится им уже вооружено объяснять, что такое хорошо, а что такое плохо, — пояснил Димка.

— Каких таких установок? — не поняла Лизавета.

— Ну, что-то вроде нечисть не трогает людей, а люди не трогают их… — со вздохом еще подробней разъяснил Димка.

— Дипломатично, — прокомментировала Эйвери. Лиза согласно кивнула, и Димка продолжил:

— В общем, это было краткое введение, а теперь подробней… В данной конкретной ситуации, я могу сказать, что мы имеем дело как минимум с троицей психанутых вампиров, — Я кинула на него немного хмурый взгляд, но возражать не стала. В конце концов, насчет «психанутости» он был прав. Вряд ли те, с кем общается Артем белые и пушистые. Скорее всего, такие же жестокие убийцы. Но вот что странно, меня не покидало ощущение скрытой опасности, исходящей от них. И то, что раньше я уже всю эту троицу видела. Что за?.. Откуда могло взяться это чувство дежавю?..

— Нет, вот с ней-то как раз все в порядке… — произнес Дима, когда подруги посмотрели на меня. Я не сдержала ухмылки. Да, за последние несколько дней я проявила, наверное, больше эмоций, чем за всю жизнь. — Я других имею в виду… И они как раз входят в круг знакомых Артема. Не стоит его недооценивать — он очень хитрый бес. И у него достаточно большой жизненный опыт за плечами — поверьте, — мрачно закончил Димка.

— Офигеть… Артем — глава шайки вампиров… а так с виду и не скажешь… — пробормотала Лиза. Я сделала вид, что ничего слышу, никого не вижу и вообще ни с кем не разговариваю. Даже притворяться не пришлось — ибо так все и было на самом деле.

— Это… нехорошо, — на выдохе проговорила Эйвери.

— Нехорошо — это мягко сказано. Мы вообще не представляем даже, что у них на уме, — кивнул Димка. — Я это и пытался выяснить, но пока безуспешно. То одно на голову свалится, то другое…

— Не заводи нас в дебри своих планов, — поморщилась Эйвери. — Мы — сторона, — Я усмехнулась и наконец-то решилась снова заговорить:

— Айва, по-твоему, я теперь могу спокойно стоять в стороне? — Вопрос был риторический.

— Вряд ли, — сделала вывод Лизавета. — Но об этом немного позже… я хочу узнать конкретно все-все-все о вампирах, — Я посмотрела на нее так, как смотрит на говорящего крокодила директор зоопарка. В глазах девушки играл азарт. Это плохо. Если взгляд у Лизы имел хоть чуть-чуть безумия и азарта, то ждать новых приключений долго не приходилось. Странно, что она не стала вопить, что их, мол, не существует и вообще все это абсурд. Поверила, и даже задавать лишних вопросов не стала. Ну, почти.

— Ну, все-все-все я не могу рассказать, я же не вампир, — осторожно произнес Димка и потер лоб. — Но основные характеристики сказать могу… В общем, половина всего — вымысел. Сказать, что они мертвые — не совсем правильно. Да, сердце не бьется, но они могут спокойно ходить под солнцем, биохимические процессы проходят так же, как и у людей, только разве что, раза этак в 2–3 быстрей… В летучих мышей не обращаются, как иногда в фильмах можно увидеть… Не так уж и много изменений…

— Ничего себе — немного! — оскорбилась я. — Из человека сделать неизвестно кого!.. — Голос у меня опять сорвался. А ведь пообещала себе молчать…

— Успокойся… — Эйвери приобняла меня за плечи и улыбнулась. Я вздохнула и опустила голову.

— Да, надо бы… — пробормотала я. — Все, теперь я молчу! Если еще раз что-нибудь скажу — стукните меня посильней, — буркнула я, отгораживаясь волосами от мира сего. Снова воцарилось молчание на некоторое время, а потом Димка продолжил говорить, нисколько не возмутившись тем, что его перебили. Эйвери сжимала меня за локоть всякий раз, когда у меня появлялось желание высказаться по тому или иному поводу.

— Ну вот… их физической подготовке можно просто позавидовать, но в первое время… гм… психика очень неустойчива. Тут я бессилен сказать почему. Наверное, все-таки потому, что слишком остро все воспринимается. Не только на уровне органов чувств. Но это лично мое мнение…

— На свет непереносимость, — мрачно добавила я. Димка усмехнулся.

— Ну уж… свои минусы в обращении тоже есть. И не то, чтобы не переносимость… по глазам режет сильно, да? — проницательно спросил он, окинув меня взглядом. Я нехотя кивнула. — Так вот. Из данного опытного образца, — поймав насмешливый взгляд брата, я почувствовала, как меня перекосило от бешенства. — Молчу-молчу! — поспешно признал свои ошибки Димка и перешел снова на серьезный тон, с опаской отойдя от меня подальше. — При обращении… кхм… раскрывается внутренняя красота, назовем это так. Жизненный возраст оказывается заморожен в связи неработающим сердцем. Меня всегда поражало то, что внутренние органы работать переставали, а жизнь продолжалась! Только за счет чужой крови. Тут что и как происходит объяснить даже на биохимическом уровне не в состоянии даже ученые, — наморщил лоб Димка. Я резко остановилась.

— То есть?.. — медленно начала я, однако ответ на невысказанный вопрос не требовался. Все было достаточно ясно и так. Отлично! Все просто замечательно! Хорошо, конечно, осознавать себя сильной красивой и долгоживущей, НО! Существовал огромный минус, который компенсировал все плюсы вместе взятые. Чтобы выжить, придется пить кровь.

— Да, — кивнул Димка, разом утратив нотки веселья в голосе. Я посмотрела на него, пытаясь найти ответы на невысказанные вопросы по поводу крови. И внезапно я их нашла. В его памяти. Это было похоже на внезапную вспышку. Совсем как тогда у Артема. Среди друзей юного охотника, оказывается, имелись несколько вампиров. И они либо брали немного крови у живого человека, стирая потом ему память психологическим воздействием о себе, либо питались донорской. Где ее доставали — непонятно. Я вынырнула из его воспоминаний. Это было похоже на чтение интересной книги, от которой внезапно оторвали.

— А как они… внушают? Гипнотизируют? — внезапно спросила я, тряхнув головой. Потрясенная тем, что увидела, теперь и я жаждала получить некоторые ответы. Подруги посмотрели на меня с легкой настороженностью и недоумением. Димка нахмурился, но все-таки ответил:

— Понятия не имею. Эти вопросы ты задашь не тому, — он чуть запнулся, — человеку. Мне довелось испытать пару раз. Неприятная вещь, — Его передернуло. — В голове туман, ничего не соображаешь, что делаешь… а если соображаешь, то не можешь противиться. Есть, конечно, и высший пилотаж — заманить жертву какой-нибудь интересной музыкой на уровне подсознания, разбудить любопытство… Что такое? — спросил Димка, заметив очередную вспышку гнева у меня. Я медленно качнула головой. Так вот, как Артем выманил меня к себе!.. Знал, что охотники ему не дадут ко мне приблизиться и использовал «высший пилотаж»!! Теперь смысл его слов о мелодии, звучавшей только для меня, стал понятен. Расчетливый вампир!! Ну попадись мне только на дороге!!!

— А они вообще спят? Или без этого обходятся? — поинтересовалась Эйвери у Димки.

— Да, как все нормальные люди. Ну, почти. Предпочитают по ночам бродить, солнце они сами по себе не любят. Так что можно сказать так: спят как обычные люди, но только по другому биоритму — ночью гуляют, днем — спят.

— А кресты, святая вода и тому подобное тоже миф? — спросила Лиза, сковырнув ногтем каплю смолы с соснового ствола.

— Конечно! И обычными железяками их не убьешь. Действует только дерево почему-то… даже те, кто копался в происхождении вампиров, оказались озадачены этим фактором.

— А в их происхождении копались? — поразилась Айва.

— Да, но только узкие специалисты, — кивнул Димка. — И у всех у них большой знак вопроса над головой… Ну, вроде рассказал все, что знаю…

— Ну вот насчет «обычными железяками не убьешь» — я бы еще поспорила, — неожиданно произнесла Лиза. Мы все трое с удивлением посмотрели на нее. — Ну, если снести им голову, то вряд ли регенерация пойдет, — смущенно пояснила она.

— Аа… это да, — кивнул Димка. — Только чтобы снести им голову, это надо еще на короткую дистанцию подобраться, а с их-то скоростью передвижения, поди, попробуй! — с досадой произнес парень. Видимо, несколько раз он пытался именно так убить вампиров. Неудачно.

— А ты еще про оборотней упоминал, — напомнила ему Лиза. Я удивленно хлопнула глазами. Оборотни?.. Это тоже, получается, не сказка? Судя по тому, как Димка немного поморщился, да.

— Ну… эти субъекты превращаются в животных. Причем, не только это может быть волк. В отличие от вампиров, оборотни — живые создания, но немного странные. Мало кто из их представителей живет в цивилизации, многие в основном уходят в леса. Не повезет тому, кто вторгнется на их территорию, — заметил он и поежился. Я задумалась. Может, мне логичнее было встретиться с оборотнем и стать одной из них? Они хоть крови не пьют и не убивают…

— Но периодически оборотням нужна не та пища, которой они питаются, — добавил Димка. — Раз в месяц или около того им приходится убивать людей, чтобы не озвереть, да простят они мне эту тавтологию… И отношения с вампирами у них… весьма напряженные, скажем так.

Я поняла, что поторопилась с выводами. Мда… еще неизвестно, что лучше: пить кровь, не убивая, или же убивать, но редко… самый оптимальный вариант вообще — оставаться человеком, каких бы вопросов это не касалось: человечности в моральном смысле или человечности по своей сути. Я невольно углубилась в себя, опять отстранившись от мира сего. Но долго помечтать мне не дали — в реальность вернул завибрировавший у Димки в кармане телефон. А он этого даже не заметил. Ну да, многим парням это свойственно: не обращать внимание на телефон, когда он, бедный, всем своим железным корпусом надрывается от вибрации.

— Тебя база вызывает, — с насмешкой сказала я Димке. Тот недоуменно посмотрел на меня, а потом в спешке достал телефон и ответил на звонок.

— Да-да…

— Давай сворачивай свои объяснения. Надо ехать, если ты не забыл, — услышала я спокойный голос дяди. Димка кивнул и ответил:

— Окай, сейчас буду… — Он закрыл крышку телефона и убрал его обратно в карман. — Ну все, я побежал! Если все пройдет быстро, то вернусь через пару деньков. Пока сестренка, — Он обнял меня и быстро отпустил, умчавшись в сторону дома. Я осталась наедине с подругами. Над нами шумели деревья. Ветер тут вовсю гулял: то трепал деревья за верхушки, то ослабевал так, что они едва шевелились. Ярко светило солнце, окрашивая листья в яркий изумрудный оттенок. Облака все разбежались, оставив голубое пространство во власти солнца. Невдалеке с одной стороны шумела вода, а с другой стороны — проезжающие машины. Мы стояли в тени деревьев, под их пышными раскинувшимися кронами, которые переплелись между собой. Под ногами лежала мягким ковром хвоя.

— Ну… в общем, как-то так, — без восторга проговорила я, снимая очки и поднимая глаза на подруг. Солнце несильно потревожило мое зрение — здесь была всюду тень.

— Да ну брось! Может все не так уж и плохо? — подмигнула мне Лиза. — И кстати, просто сделай вид, что ничего не случилось — так и жить намного проще! — посоветовала она. Эйвери посмотрела на меня с некоторым упреком. Она была явно уязвлена.

— А ты думала, что мы тебя после такого оставим? — Я промолчала. Честно говоря, я так и подумала, но не рискнула это высказывать вслух. — Мы теперь вообще от тебя ни на шаг не отойдем, — улыбнулась она мне. Я не смогла сдержать ответной улыбки.

— Спасибо вам, девчонки… — проговорила я. Немного стало легче, но как бы я ни старалась, проигнорировать то, что со мной происходило, я не могла. Мы обнялись. От этого стало немного на душе легче. Как я могла так думать о своих лучших подругах?! Мы же с ними с детства вместе всегда. Никогда не бросали друг друга, всегда поддерживали…

— А теперь пошли гулять! — подмигнула Лиза, и мы отправились в сторону реки.

* * *

— Сколько времени сейчас? — внезапно опомнилась Эйвери, когда мы стали подходить к домам. Шатались весь день. Даже солнце уже давно скрылось за горизонтом, а мы все никак не могли угомониться. На улицах стояла тишина. Серые облака заволокли небо — почти белая ночь спустилась на землю. Холодный ветер иногда пробегал по земле, вызывая недовольное шуршание травы. Некоторые звери копошились в земле и на деревьях, немного разбавляя тишину. Я достала телефон и кинула взгляд на часы, расположенные в углу экрана.

— Начало первого, — с недоверчивыми нотками в голосе произнесла я. — Надо расходиться, — Посмотрела в сторону своего дома.

— Да ну перестань! Кому-то мы, можно подумать, нужны? — легкомысленно отозвалась Лиза. Мы с Эйвери переглянулись. Во мнении насчет Лизаветки мы сейчас с ней были полностью солидарны.

— Ага, я так же думала, — елейным голосом заметила я. Лиза немного приуныла, но, впрочем, надолго ее уныния не хватило. Она не могла находиться долго на волне пессимизма.

— Ну ладно-ладно, уговорила, противная, — надулась она. — Пойду спать… Хотя не, спать я не хочу… а вот миссию по плану отмщения я бы с превеликим удовольствием осуществила. Если бы еще все было так просто, — с чувством глубокой досады сказала Лиза. Нам не потребовалось объяснять, кому она жаждет отомстить. Как и я. Мы сегодня днем неоднократно обсуждали то, какой смерти заслуживает Артем за свои деяния, но ничего в голову, кроме бредовых мыслей не приходило. Он там, наверное, до сих пор икает…

— Ну, ладно, тогда до завтра, — кивнула нам Эйвери и только собралась открыть калитку, как тут же одернула руку. — Ай, черт! Всегда забываю про этот гвоздь, — выругалась она, стирая с ладони кровь. Ветер немного колыхнул воздух, донеся до моего носа чудесный аромат с множеством сплетений запахов: от сладкого цветочного до тяжелого медового. Я невольно сделала шаг в сторону подруги, заворожено смотря на кровь. Вереница красных стираемых капелек как будто звала меня. По радужке пробежалось неприятное чувство огня, которое наполнило адреналином мои вены. Сознание затуманилось. Я видела только кровь, и ничего другого не существовало. Меня кто-то дернул за руку, но я не обратила внимания.

— Айва, что стоишь?! Уходи! — как сквозь ватное облако в прямом смысле этого слова услышала я голос Лизы. Я увидела, как рука с царапиной опустилась и спряталась под рукав, начав от меня удаляться. Ну нет… не так быстро! Оказавшись рядом в мгновенье ока, я осторожно взяла руку Эйвери в свою. С треском разорвала рукав ее кофты. Айва остановилась в растерянности, не зная, как на все это реагировать. Я сдавила ей руку, вызывая кровотечение. Эйвери вскрикнула и попыталась высвободиться, но я ей не позволила этого сделать. Осторожно втянула носом воздух. Ох, каков дурман… Ему невозможно противостоять. Не отдавая своим действиям отчета, я слизнула выступившую кровь. Царапина тут же затянулась. Мне это не понравилось. Тогда я прокусила клыками вену Эйвери. У той перехватило дыхание от боли, и она поспешила вырваться, но не тут-то было. Моя хватка была поистине железной. На вкус кровь показалась мне немного горьковатой, но это только придало некой таинственности. Вот теперь рана не затянулась. Кто-то меня попытался оттащить или отпихнуть, но силенок тоже не хватило.

— Оксана!! Приди в себя!! — Громкий крик на ухо вернул меня к действительности. Сообразив, что делаю что-то не то, я поспешила отойти от Эйвери, которая выглядела белой, как полотно. Она смотрела на меня широко распахнутыми глазами. Взгляд излучал укор и страх. На ее лице так и читался вопрос: «За что?», на который даже я сама не могла дать внятного ответа. Лиза стояла рядом с Эйвери и смотрела на меня враждебно, стараясь сохранить присутствие духа и объективно разобраться в ситуации.

— Думаю, вам не стоит со мной больше связываться, — тихо сказала я, отходя еще на пару шагов назад.

— Мы уже связались и никуда не денемся, — ответила Лиза, тряхнув гривой своих рыжих волос. — Так что… Эй, ты куда?! — крикнула она мне вслед, но я уже не слушала. И не слышала. Ноги понесли меня вглубь леса. Я неслась как сумасшедшая, не зная, куда и зачем. В данный момент меня интересовало не это. Меня душил страх. Страх за то, что я могу убить кого-то из близких и друзей. И это знание заставляло меня бежать и скрываться. Скрываться, в большей степени, от самой себя. Ветви деревьев хлестали меня по лицу, рукам, ногам и другим частям тела, до которых могли добраться. Когда, как мне показалось, я отбежала достаточно далеко, я остановилась. Точнее, меня остановил чей-то жалобный рык, какого-то зверя. Волк? Лиса? Рысь? Мало ли в русских лесах зверей водится… но, обернувшись, я опешила. Этим зверем была пантера. Сначала я хотела подойти к диковинному зверю, которого по законам географии не могло просто быть в наших краях, но тут меня отвлек еще один звук — приближающиеся шаги и выстрелы. Я резко подняла глаза и увидела человека с пистолетом. Я нырнула за дерево. Пантера пригнулась к земле и собралась прыгать, но тут у нее над ухом просвистела пуля, врезавшись в то дерево, за которым пряталась я. Сердце у меня чуть не выпрыгнуло из груди. Я резко скользнула вниз по стволу, стараясь сделаться как можно меньше и незаметней, успев неоднократно пожалеть о том, что убежала черте знает куда! Теперь оставалось только ждать. Под ногами лежал ковер из листьев, позволяющий передвигаться практически бесшумно. Пантера издала рык и бросилась бежать — она явно не была из числа тех кошек, которые лезут на рожон. Я осторожно выглянула из-за дерева. Взгляд тут же упал на пулю. Из серебра.

— Оборотень? — вспоминая экскурсию Димки, пробормотала я и тут же спряталась обратно. Охотники меня не заметили — а это были они, я не сомневалась. Пантера посмотрела на меня немного сострадальчески-насмешливым взглядом, но не набросилась, а, издав громкий рык, скрылась в лесу. Меня поразила та человечность, с которой она взгляднула на меня.

— Бедный кошак, — пробормотала я, думая, как бы поудачней скрыться. Из огня да в полымя — ничего не скажешь! Заставив себя успокоиться, я подождала, когда звуки преследования утихнут, и только после этого рискнула показаться из-за дерева. Что же тут происходит?! Как сумели провиниться оборотни, что охотники решили урезать их популяцию? Хотя, мне об этом думать некогда — надо бежать. Тут же я осознала, что понятия не имею, где нахожусь и откуда прибежала. Руки болели — на них красовалось множество кровоточащих царапин. Я провела рукой по лицу и поняла, что левая бровь тоже рассечена, из раны обильно текла кровь. Оторвав лоскут от рукава кофты, я вскоре остановила кровотечение. Часть рисунка со скелетом стала видна, но я решила сослаться на хну, чтоб лишних вопросов не возникало, если кого встречу. Только после этого я осмотрелась. Местность была незнакомая. Деревья вершинами утыкались в серое небо, которое вот-вот расплачется дождем. И его долго ждать не пришлось. Первые капли упали мне рассеченную бровь, немного ее потревожив. Я стерла каплю дождя, стряхнув ее с руки. Кругом деревья, лишившиеся красок и листьев — создавалось впечатление, что я попала в какой-то мир, где всем владеют ведьмы. Их царствие. Зеленая трава щекотала ноги. Невдалеке находилось кладбище. Неожиданно я испытала спокойствие. Непреодолимая сила вела меня туда. Спокойствие мертвых как будто передалось и мне. По левой руке прошлась волна тепла, и я ощутила себя уверенней. Покосившиеся на бок ворота неприветливо скрипнули, потревоженные ветром. Множество надгробий уже поросли мхом, и табличек с датой захоронения было не видно.

— Стоять! — вдруг раздался позади меня чей-то мужской голос. Я медленно обернулась, замерев как вкопанная. Это был парень, лет 20–23 на вид. Темные волосы падали на глаза. Высокий рост. Выражение лица суровое. Взгляд жестокий. Я огляделась. Бежать было не куда: кладбище — открытая местность, а за надгробиями не сильно-то и в прятки поиграешь. На меня дулом смотрел пистолет.

— А я-то чем вам не угодила?! — спросила я, пытаясь сообразить, что делать дальше.

— Ты заодно с ними? — Это даже был не вопрос, а утверждение.

— …??? С кем?? — Я пребывала в полном недоумении. Вместо ответа я получила в плечо пулю. Сначала я даже не заметила этого, но рука внезапно отказалась действовать, и ее прострельнула невероятная боль.

— Черт! — выругалась я, еле устояв на ногах. Красная кофта тут же пропиталась кровью. — Да что я такого сделала-то?! — почти истерично сказала я.

— Ты? Ну, скажем так, ты заодно с ними. Можешь не притворяться — я все знаю, — усмехнулся он, собираясь выстрелить повторно. Я прикрыла глаза и приготовилась к новой боли, но ее не последовало почему-то. Рискнув приоткрыть глаза, я заметила, что охотник переключился на другого вампира, который собирался избавить в меня стрелявшего от оружия. Немного приглядевшись, я узнала в этом вампире одного из товарищей Артема. Не став разбираться в ситуации, я поспешила сбежать с места событий и никогда к ним не приближаться. Мой путь лежал в строго обратном направлении. Но только уже по деревьям — я перескакивала с ветки на ветку не хуже всякой белки. Внезапно меня сразила жуткая головная боль. Как будто кто-то внутри меня пытался прорваться наружу.

— Да что же это такое-то?! — простонала я, пытаясь сдержать аlter ego. Только безрезультатно. Головная боль постоянно усиливалась. В глазах темнело, ноги отказывались идти. Я упала на колени и стиснула виски руками. — Изыдни, Сатана! — сказала я, падая на землю. Боль была адская. Голова как будто разрывалась на части. Сознание померкло, обратив свет во мрак. Капли дождя продолжали падать мне на разгоряченные лоб и щеки. Но разве это могло остановить тот жар, что снедал меня изнутри?..

Лора

Я поднялась на ноги, слегка массируя виски. Головная боль постепенно утихала. А я, признаться, недооценила эту девчонку. Она оказалась сильнее, чем я ожидала.

— Чертовы Стражи, — с чувством произнесла я, осмотрев левое плечо, на котором была татуировка Стража Памяти. Я расправила волосы о теперь уже осмотрелась по сторонам. Так. Куда мне теперь идти? Надо как бы найти Артема и устроить ему чистку мозгов за то, что не выполнил мою просьбу держать эту девицу при себе. Внезапно я осознала, что моя (хехе, странно говорить «моя», когда тело одно на двоих) правая рука отказывается подчиняться. Придирчиво осмотрев плечо, я усмехнулась. Всего-то? А я уж грешным делом подумала, что будет что-то посерьезней… стиснув зубы, я пальцами достала пулю и выбросила ее подальше. Конечно, это поможет несильно, но лучше, чем мучиться от нестерпимой боли. Деревянной пулей стреляли все-таки.

— Эй, ты в порядке? — услышала я позади себя голос и обернулась. Это был Серж — немного пассивный, но хитроватый вампир. Он никогда не лез на рожон, предпочитал действовать осторожно и осмотрительно.

— В относительном, Серж, — хихикнула я, поворачиваясь к нему и кладя одну руку на бедро. Он в недоумении остановился. Его каштановые волосы, длиной до плеч подскочили и опали. Взгляд излучал настороженность.

— Откуда ты знаешь, как меня зовут? — быстро спросил он.

— Оу, я еще и не такое знаю… К примеру, когда ты убивал, то всегда извинялся перед трупом, — хохотнула я. — Ну, во всяком случае, на моей памяти… — Серж недоверчиво остановился и посмотрел на меня совсем по-другому. Ну совсем как Артем тогда! Настроение поднялось от метки «немного скверное» до «хорошее». Все только немного портило ранение в плечо и онемевшая рука. Регенерация шла медленно по двум причинам. Во-первых, я, точнее, Страж, совсем не пила крови — подруга ее не в счет — , а во-вторых, пуля была деревянной, что плохо сказалось на организме. Я вздохнула и оперлась на надгробие. Тут же меня как током ударило — чужие воспоминания серебристой волной стали подниматься по руке и вползать внутрь меня через татуировку. Я увидела войну. Гражданскую войну 1918 года. Дома полыхали пламенем, люди в панике бежали от одного угла в другой, не зная, где скрыться от всепоражающего огня. Свист пуль, взметнувшаяся вверх земля навевали на меня страх и ужас. Я смотрела на все это глазами маленькой девочки, выглядывающей из окна.

— Кристин, прячься в подвал, чтобы тебя не достали! — услышала я голос матери этой девочки. Кристина круглыми от непонимания и ужаса глазами смотрела на маму, которая вдруг подалась вперед и упала. На груди появилось небольшое алое пятнышко. Глаза матери смотрели тревожно и как-то пусто. Жизнь была отобрана пулей.

— Мама!! — вскрикнула девчушка, кидаясь к женщине, выпрыгнув из окна и обнимая ее…

Сосредоточившись, я сумела изгнать чужие воспоминания, которые продолжали в меня впитываться, как вода в губку. Я поспешила покинуть кладбище вместе с Сержем, пытаясь поставить преграду между своей памятью, памятью Стражницы и другими посторонними, а параллельно избавиться и от жуткой головной боли. Девчонка выбрала удачное место, пусть даже и не специально — Память лучше всего проявляет себя именно в таких местах как кладбище. Стражница снова начала захватывать власть над телом. Нет, я не позволю! С трудом подавив чужое влияние, я опустилась на землю под деревом, пытаясь перевести дух.

— Госпожа?.. — услышала я голос Сержа, успев про него даже и забыть. Я подняла на него немного замутненный чужой памятью взгляд и сумрачно поинтересовалась:

— Где Артем? И остальные?

— Все собрались и ожидают ваших дальнейших указаний, — на полном серьезе сказал вампир, почтительно склонившись. Я потерла руки. Все, как и требовалось ожидать — высший сорт! Артем меня никогда не подводил.

— Так… — Я в задумчивости потерла лоб, смотря на Сержа. Для усиления своих позиций мне была нужна свежая кровь. Так и Страж дергаться не будет, и регенерация пойдет гораздо быстрей. — Отправляйся ко всем и жди меня. Я скоро приду, — бросила я, поднимаясь на ноги и выпрямляясь. Левую руку в зоне предплечья немного покалывало. Поведя носом воздух, я учуяла невдалеке кровь. Неопытный вампир бы принял этот запах за шлейф чьих-нибудь духов, но вот профессионального вампира, которому больше тысячи лет, такого, как я, было не обмануть. На лице появилась коварная усмешка. Двигаясь с грацией кошки, преследующей жертву, я отправилась на говор крови.

— Говорили тебе: не трогай вампиров! — Охотник и охотница. Девушка отчитывала парня за непослушание… или, если предположить, что она глава и всем тут командует, то ситуация ясная, как табурет.

— Ну они если заодно с оборотнями! Я вообще не понимаю, как они могли скооперироваться вместе! — сказал он, переводя в задумчивости взгляд на девушку. — Это же противоречит реальности! — заявил парень. Девушка усмехнулась.

— В любом случае, тебе не следовало лезть на рожон. И вообще, не переводи разговор из одного русла в другое, — огрызнулась она. Я кинула внимательный взгляд на парочку. Думаю, они вполне сойдут на закуску. Во всяком случае, один из них точно. Разговор меня не интересовал. Нападать на обоих сразу было бы крайне нерационально, поэтому я решила немного подождать. Парень удрученно склонил голову и кивнул, строя из себя саму невинность, мол, я больше так не буду. «Брат и сестра», — пронеслась в голове мысль. Причем сестра была явно старше и опытнее. — Так что теперь сиди здесь и не показывай носа! — сурово заявила девушка. Паренек немного приуныл, но со своей участью смирился. Отлично! То, что доктор прописал, как говорится. Дождавшись, когда девушка скроется из виду, я присела пониже, чтобы полностью скрыться в высокой траве. Шум дождя мне был только на руку. Ноги немного путались, но вскоре я сократила расстояние до минимального. Один прыжок — и я смогу его повалить и на землю с дальнейшей процедурой поглощения крови. От одной только мысли о ней у меня рот наполнялся слюной. Невдалеке слышались голоса других охотников, но что они смогут сделать! Я к тому времени уже буду довольно-таки далеко. Тело напружинилось. Сейчас я была похожа на хищницу из рода кошачьих. Они так же тихо и незаметно подкрадывались, а после совершали молниеносный бросок на свою жертву. Ну, хватит философских мыслей! Я подвигала правой рукой. Она почти не слушалась. Ветер пронесся над землей, попутно пытаясь снести и меня, да куда там! Я для него оказалась слишком тяжелой. Ничего не понимающий парень упал на землю и зарылся носом в траву.

— Молчи! Больно будет только сначала, — тихо сообщила я ему, сдавливая горло, чтобы он не мог кричать, хотя он пытался. Когда это не помогло, он попытался меня скинуть, и ему это почти удалось, но я оказалась настырней. Легкий удар по виску — и охотник оказался в отключке. В пылу битвы я немного оцарапала ему шею. Кровь с выбросом адреналина дает даже больше сил. Больше не теряя времени, я склонилась и прокусила артерию, вызывая сильное кровотечение. Утолив свою жажду и добившись ускорения регенерации, я скрылась с места преступления, оставив бездыханное тело на попечение земли и дождя, не забыв оставить жертве на память на запястье вырезанную пятиконечную звезду. Многие наивно полагают, что эта пентаграмма — символ дьявола. Святая простота! Все гораздо проще и символичней: каждая вершина звезды символизирует Стража, которые в свою очередь и даруют жизнь на земле. Надо отдать им должное, он весьма неплохо ее поддерживают в цивилизации людей. Я скрипнула зубами от злости. Как они могли так поступить?! Эгоистично и подло?! Хотя, может они относятся к смене цивилизаций как к работе?..

Я опустила взгляд под ноги. Ну вот. Не стоило злиться. Трава пожухла, и цветочки поникли — я невольно у них отобрала радость жизни. Все-таки надо было силу стража Природы забирать, но увы! В тот раз они немного не так, как я рассчитывала рассредоточили свои силы: Стражи Памяти и Природы остались извне, а ко мне пошли прорываться Стражи Жизни, Энергии и Оружия. В тот день удалось избавиться от двоих, но забрать силу только у Стража Жизни Юджина. Это тоже неплохо, особенно если учесть, что он — первый из Стражей, который открывает цикл Звезды. Вот так вот все запутано, но если разобраться, то понять все можно. Пятиконечная звезда, символ пяти Стражей, которые в свою очередь символизируют жизнь на земле. Открывает цикл Страж Жизни, но с условием, если мыслить более мелко, на молекулярном уровне (хотя бы, если вспомнить теорию Опарина-Холдейна). Второй стоит в списке — Страж Энергии. Какая же жизнь возможна, если тело не будет двигаться, пусть это даже это — амеба? Третий Страж — Память. Не перенимая опыт предыдущих поколений, просто невозможно выжить и не повторять прошлых ошибок. Далее в цикле идет Страж Природы — символ всех 4 стихий. Ведь именно они позволяют выжить на планете Земля. И замыкает все Страж Оружия. Может, не столь велика его роль при зарождении цивилизации, но постепенно этот Страж играет большую роль в жизни цивилизации. Взять хотя бы людей — от обыкновенного заточенного камня дошли до ядерного оружия. Невольно прокрутив в голове воспоминания о Стражах, я, после вульгарного, почти спонтанного убийства, вернулась к Сержу, который дожидался меня у кладбища. Я дальновидно остановилась подальше от этого места, прекрасно помня, что произошло со мной до этого.

— Лучше иди сюда ты, — подозвала я вампира. Тот приблизился, сохраняя следы подозрительности на лице, хотя старался старательно это скрыть. — Итак, что мы имеем на данное время? — спросила я его, скрываясь из охотничьей зоны. Если меня и достанут, то только после свершения всех моих деяний. Или злодеяний…

— Ну… вампиры, я имею в виду те, что остались живы еще с тех времен, не все верят в ваше возвращение, — со вздохом сказал он. Я поморщилась.

— Могу представить. Да и ты, наверное, до момента сего, не верил, что я приду? — насмешливо отозвалась я, склонив на бок голову. Серж уклонился от прямого ответа, просто пожав плечами. Вот тоже, Фома Неверующий! И это несмотря на то, что я в качестве гаранта своего возвращения оставила артефакт силы Стража Жизни Пески Времени! Пусть только попробуют в этот раз мне спутать карты… Сто лет назад Стражам удалось победить меня. В этот раз я такой ошибки не допущу. Теперь внимательнее буду относиться к своему окружению. Если бы не Артемис, что сдал мое местоположение в самую последнюю минуту, Стражи бы меня не нашли! Защита, что я изобретала от их сил годами, работала безотказно… Жаль, что для ее создания надо слишком много ингредиентов и слишком много времени. — Ладно, а теперь серьезно. Пока есть время, надо действовать. Они еще пока ничего не вспомнили, но времени меньше с каждым днем. Просмотри все известные музеи, аукционы, контрабанды — все места, где Стражи могли спрятать манускрипт…

«А если получится, то и убить их самих», — мысленно добавила я. Серж посмотрел на меня с какой-то странной задумчивостью. Я уже поняла, что с каким-то пунктом получается накладка.

— Я сожалею, но манускрипт в последний раз был у Стражей. И выведывать про него надо уже у них, — резонно заметил он, заставив меня задуматься. Вот черт, не подумала… от тех троих, что сейчас здесь толку все равно мало — они ничего о себе не помнят. Но можно поискать четвертого. Но тут же память услужливо подсказала мне, что в той войне пало два Стража. Один дар я забрала себе, а другой передали наверняка другому. Этот вариант тоже не годится — последний Страж только ушами в курсе того, что было незадолго до начала Первой мировой войны. И, памятуя о случае с Плетением, другие его коллеги вряд ли разрешили ему покидать Междумирье по собственной воле. Значит, надо ждать. Я остановилась, ненадолго задумавшись. Серж немного прошел вперед и тоже замер. Ветер сносил дождь нам в лица, заставляя немного прищурить глаза. Высокую траву пригибало к земле.

— Тогда надо заставить вспомнить одного из них все. Выведать и убить. Сфера у вас? — получив в ответ утвердительный кивок, я продолжила: — Если повезет, то лишите силы еще одного Стража. Навсегда. Конечно, можно и убить, новички не несут угрозы в отличие от тех, кто может вспомнить, — задумчиво сказала я. Парень содрогнулся, и я даже не знала от чего больше: то ли от боязни во второй раз столкнуться с потоками силы Инферно, то ли от моих излишних знаний. Ведь не зря вампиры когда-то меня признали. И причина была далеко не в лидерских качествах. Мне была дарована сила тех времен, когда вампиры еще правили на Земле… И эта власть у меня еще осталась. А те, кого называют вампирами сейчас — это так, мелкая сошка, со слабыми отголосками былой силы. На нашей цивилизации обращенный вампир — великая редкость, и выжить ему было далеко не так просто, как сейчас.

— И этим заняться нам? — улыбнулся Серж. Я кивнула. Настроение немного поднялось.

— И, желательно, если этим займутся ведьмы. Только они могут заставить вспомнить так, что их клиент ничего не будет помнить про то, что поведал ведьме, — ухмыльнулась я недобро.

— Я, кажется, догадываюсь… Страж Оружия?

— Нет, она слишком буйная, — Меня невольно передернуло, когда я составила представление об этой девчонке. Воспоминания Оксаны были доступны мне небольшими обрывками, но этого вполне хватало для целостной картины. Да и лично мои воспоминания об Элайзе были слишком яркие. — Думаю, Страж Энергии для этого подойдет больше, — заметила я, вспоминая из чужих воспоминаний (м-да, ну и каламбур) образ спокойной и умудренной опытом Эйвери. Только вот она сама вряд ли помнила о своей жизни в тысячу с лишним лет.

— А если она ничего не знает? — Серж как всегда в своем репертуаре. Сплошные условия, как в языке программирования Паскале! Но зачастую его осторожность спасала положение. Там, где могла просчитаться я, он всегда стоял с готовой подстилкой, чтобы смягчить мое падение, чтобы впоследствии я могла взять реванш.

— А если не знает — убивай, не задумываясь. Надеюсь, вы Пески Времени еще не додумались разбить? — спросила я у него, с трудом распутывая ноги из вьюна. Серж отрицательно помотал головой. — Хорошо… Когда убьете девчонку, независимо от того, знает она или нет о манускрипте, помести дар ее в Сферу. Так его не найдут другие Стражи. Потом решим, что делать дальше.

— То есть, если знает — хорошо, а не знает — плохо, но награда одна — смерть? — понимающе уточнил Серж.

— Именно так, — кивнула я со злорадной усмешкой. — И давайте провернем все побыстрей. Я не хочу, чтобы Стражи вспомнили все раньше, чем мы лишим их сил.

— Окей, будет сделано, — кивнул Серж.

— И вот еще что: постарайся держаться подальше от дома Оксаны. Не светитесь там — охотники и так стали уже подозревать неладное. Да и сама Оксана на дух не переносит Артема. Только видит — уже убить хочет, — хохотнула я. Серж усмехнулся. Дождь хоть и немного скрыл красоту его пышных волнистых каштановых волос, но все равно не смог до конца этого сделать. При каждом шаге они у него немного озорно подпрыгивали, как у мальчишки, идущего охмурять девушек в летний солнечный день.

— Да уж, могу представить после того, что он с ней сделал! Хорошо, я передам Артему…

— В этом нет надобности, — Ласковый бархатистый голос раздался у меня над ухом, а сильные руки обвили мою талию и сомкнулись на животе. Серж так и замер от удивления. Он, конечно, наслышан был о наглости Артема по отношению к девушкам, но впервые наблюдал это на практике. Лицо у Сержа вытянулось, а сам он замер в полном недоумении. Он только открыл было рот, чтобы сказать Артему о том, что он опять умудрился меня перепутать с Оксаной, но я его опередила, с хохотом освободившись из объятий парня. От Артема разило табачным дымом, который я терпеть не могла.

— Ты как всегда бестактный в таких вопросах, Артем, — ехидно заметила я. Вампир немного опешил. — Оксана бы тебе уже за такое врезала, — заметила я, облокотившись на дерево и скрестив на груди руки.

— Я в курсе, — мягко улыбнулся Артем и посмотрел на Сержа. От меня не укрылось смущение на лице Казановы. Он был явно раздосадован тем, что я не оказалась Оксаной. Все-таки эта девчонка ему понравилась. Людских парней (сомневаюсь, что Артем в плане любви был расценен как настоящий вампир, ибо на моей памяти она приобретала совершенно другой смысл) в плане поиска идеальной половинки я никогда не понимала. Сильных и влиятельных леди они боятся, слабых и хрупких любят только в том случае, когда те сами готовы за себя постоять в случае форс-мажорных обстоятельств… Вот и ищут нечто среднее.

— Тут еще одно дело для тебя есть, — сказала я и кивнула на Сержа. — Он тебя посвятит. А я хотела еще кое-что сделать… — туманно ответила я, подняв взгляд на небеса. Тучи уже разошлись, предоставив все права на небосводную собственность солнышку. Мы умолкли, наблюдая за горизонтом, подернувшимся алой дымкой. Небо приобретало оттенки красного, золотистого и розового. Эта маленькая, до блеска начищенная монетка солнца, зарывалась в облака и подсвечивала их изнутри, превращая из свинцовых и однообразных серых в неповторимые нежно-сиреневые. Солнечный свет пробежался по траве. Капли от еще недавнего дождя засверкали, как маленькие алмазы, переливаясь и играя оттенками цветов, словно какая-нибудь птица-пересмешник. Деревья перестали шуметь. Даже ветер, эта буйная стихия, как будто замер, молчаливо встречая рассвет. Я вспомнила, что когда была маленькой, на этом же самом месте встречала такой же сказочный рассвет. Тишина только придавала ему торжественности. Какие приятные воспоминания… но определенно не мои. Посмотрев на свою руку, я запоздало поняла, что некто, кто здесь либо был захоронен, либо само место, просили меня сохранить их воспоминания. Серебристая нить памяти обвивала мою руку. Точнее. Нить казалось только серебристой. На самом деле она была желтоватой. Я покосилась на Артема и Сержа. Так, отлично. Кажется, они ничего не заметили. Внезапно я почувствовала боль. Сначала небольшую, но с каждой секундой она все нарастала и стала приходить внезапными вспышками, как будто кто-то внутри пытался подавить мое влияние. Надо заметить, что в этот раз я продержалась даже дольше, чем ожидала сама. Все перед глазами внезапно поплыло, и небо с землей поменялись у меня местами. Хорошо хоть падать мягко — на траву. А нет, не совсем. Плечо обожгла молодая крапива, спрятавшаяся в высокой осоке.

— Госпожа! — встревожено произнес Серж, но его отстранил Артем и присел со мной рядом. Он осторожно помог мне сесть на холодной земле (ибо сырая трава эффекта не возымела — я все и так насквозь уже промокла). Я облокотилась ему на плечо и прикрыла глаза. Сознание меня почти покинуло. Точнее, оно медленно заменялось. Я уходила в подполье, оставляя Оксане право на собственность под названием тело. — Да что происходит-то?! — Серж не понимал ничего и очень беспокоился. Не за меня, а из-за того, что его любопытство так никто и не может утолить.

— Они снова поменялись местами, — тихо ответил Артем ему. Серж ненадолго задумался, а потом отошел в сторону. Боль была мучительной, но я старалась ее не замечать, из последних сил удерживая власть над телом. Но воля внутри была сильнее. Страж есть Страж. Ее подпитывала сама память этого места. Удивительно, как одно маленькое событие способно вызвать цепную реакцию похлеще, чем в атомном реакторе…

Оксана

Я пришла в себя и внезапно ощутила, что у меня дико болит голова. Холодный ветер немного прояснил мысли. Запоздало я поняла, что насквозь промокла и словно в доказательство чихнула. Помимо головы еще болело и плечо, но эта боль была еще относительно терпимой.

— Ох, моя голова… — пробормотала я, стискивая виски руками и пытаясь хоть немного, но облегчить себе боль.

— Ты в порядке? — Осторожный голос заставил меня вскочить на ноги и занять оборонительную позицию. Я узнала этого парня сразу. Он был заодно с Артемом. Атлетически сложен, сразу видно, что спортсмен, красивый до безобразия. Относится к тому типу парней, которые зачастую осторожничают. Небольшие усы на старо-французский манер только добавляли парню загадочности и донжуанства. В его серых глазах плескалось беспокойство. Парень был высокого роста. У меня почему-то сложилось впечатление, что его душа лежит к творчеству. Волнистые волосы немного спутались и лежали на плечах и спине, что только усиливало его красоту. Я даже немного успокоилась, но, вспомнив, что парень связан с Артемом, тут же насторожилась.

— В относительном… — ответила я, немного расслабляясь. По крайней мере, от него не исходило угрозы. — А-а ты кто? — немного заикаясь, спросила я. Черт, что-то мне в последнее время стало везти на красивых парней… И категорически не везти на их намерения относительно меня. В воздухе я вдруг уловила дым от сигарет, который я узнала сразу. Тут был Артем. Я была уверена в этом почти на все 100 %. — И мне пора. Потом увидимся! — сказала я поспешно парню, даже не спросив, как его зовут. Он немного обиженно посмотрел на меня, не понимая, в чем дело, из чего я сделала вывод, что он либо притворяется, либо не в курсе, что Артем со мной сделал. Но выяснять это я уже не сбиралась. Только я обернулась, как в глаза тут же ударил яркий солнечный свет. Мне показалось, что я ослепла. По лицу будто ударили чем-то тяжелым, что смогло еще и выколоть глаза. Я поспешно отошла в тень и, обо что-то споткнувшись, рухнула на землю, закрывая лицо руками. По щекам непроизвольно текли слезы. Безуспешно я пыталась вернуть зрение. Открывая глаза, я видела то же белое пятно, что и при закрытых веках. Не знаю, сколько прошло так времени, но постепенно отдельные фрагменты пейзажа стали складываться в целостную картину.

— Возьми, протри этим глаза. Поможет сразу, — сказал вампир, от которого я так безуспешно пыталась сбежать. Не без опаски я приняла из его рук платок (на ощупь, естественно) и протерла им глаза. Не знаю, что входило в состав той жидкости, которой он был смочен, но это помогло. Зрение почти сразу прояснилось.

— С-спасибо, — заикаясь, проговорила я, поднимая взгляд к нему. Тут мое сознание зацепило то, что на улице стояло раннее утро… я находилась неизвестно где и неизвестно с кем. Память нарисовала момент, когда я удирала от подруг после неприятного инцидента с Эйвери (меня до сих пор в дрожь бросает от этого воспоминания), то увидела оборотня. Его чуть не убили (а может, и убили), а я поспешила в обратную сторону. Дальше мою голову взорвала боль… а что потом? Этого я не помнила… Что произошло во время с 2 ночи до 6 утра? Я не могла вспомнить. Вроде головой не ударялась, и амнезии быть не должно. И куда меня вообще занесло?!

— Кстати, как тебя сюда вообще занесло? — спросил внезапно парень, озвучив мои мысли. Я усмехнулась. Хотела бы я сама это знать! Я помотала головой.

— Я не знаю… просто хотела сбежать от проблем, — тихо отозвалась я, притягивая колени к груди. Глаза все еще обжигало огнем, но видимость уже не была нулевой.

— Все ясно, — усмехнулся вампир, усаживаясь рядом. — Первое время всегда такое тяжелое. Потом будет намного проще, вот увидишь, — улыбнулся он мне. — Кстати, меня Серж зовут, — Он с улыбкой протянул мне руку. Я слабо улыбнулась в ответ и протянула свою ладонь. Может, он не такой уж и плохой, какого я о нем мнения?.. Вздохнув, я посмотрела на парня.

— Надеюсь… Может, было бы немного проще, если бы я знала все заранее? — почти шепотом спросила я, ощущая себя маленькой девочкой, которая потеряла в этом мире маму и не знает, куда ей теперь идти.

— Поверь, на психику это бы повлияло точно так же, как и незнание, — задумчиво отозвался Серж. Я, молча, теребила свой локон. — Но давай не будем о грустном, — подмигнул мне парень, и я окончательно успокоилась. — И кстати, я представился, а ты нет, — склонил он голову чуть на бок.

— Прости, но мне казалось, что ты знаешь мое имя… — пробормотала я. — Оксана, — Я заставила себя улыбнуться и поднять на Сержа взгляд. Но я все еще ему не доверяла и, видимо, он это понял.

— А, да… ты же видела меня… — Парень поморщился. — Артем есть Артем. Его действия просто так никогда не делаются, — сказал он и пасмурно задумался. — Я знаю, тебе тяжело, но постарайся сделать вид, что его просто нет. Он этого не переносит, — заговорщицки подмигнул мне Серж, как какая-нибудь сорока-сплетница. Да, я не ошиблась, что он Артема очень хорошо знает. Надо быть поосторожней.

— Спасибо за совет, — Я искренне улыбнулась и снова осмотрелась. Итак, в какой стороне мой дом? Я погрустнела и поежилась от холода, который создал пробежавший мимо ветер.

— Тебя проводить?.. А то ты совсем несчастной выглядишь, — рассмеялся Серж, приобнимая меня за плечи. Я стряхнула его руки и поднялась на ноги, всем своим видом показывая, что терпеть не могу чужой жалости. И это было действительно так.

— От проводить не откажусь, а вот проявлений жалости не надо. Оставь это сопливым любителям «Сумерек», — поморщилась я. Серж удивленно посмотрел на меня, а после расхохотался. Я с недоумением посмотрела на него и повторила мысленно то, что сказала. По-моему, ничего смешного. Одна чистая правда…

— Знаешь, — все еще смеясь, сказал вампир, — Ты слишком сурова к современным писателям. Дай хоть им немного шансов, — Он снова залился смехом.

— До недавнего времени я им такие шансы давала. Реальность же оказалась куда суровее, — мрачно заметила я, делая шаг под покров солнца. Свет резко ударил по глазам, но я сумела в этот раз адаптироваться. Вид, наверно, у меня как у болотной кикиморы, если не хуже. Прохладный ветер меня немного успокоил.

— Пойдем. Наверняка все еще спят в такое время, — заметил Серж, подхватывая меня под локоть и покровительственно ведя в ту сторону, где должна была по логике вещей находиться моя дача.

— Не все, — грустно сказала я, вырываясь и вспоминая свою маму. Она всю ночь снова не спала, беспокоясь за свою блудную дочь, которая в свою очередь понятия не имеет, где находилась последние несколько часов и что делала. По пути мы с Сержем успели лучше узнать друг друга. Он оказался и вправду занятным парнем. Множество интересов у нас сошлись, особенно это ярко проявилось в научных разрозненных отраслях. Под конец пути я внезапно осознала, что меня одолевает усталость, и я уже теряю нить разговора, засыпая на ходу. Узнав знакомые места, я еле сдержала вопль радости. Наконец-то я снова дома, и больше ничего плохого не случится! Ну, в ближайшие сутки, по крайней мере… Серж собрался уже уходить, настороженно осматриваясь по сторонам, но я вцепилась в его руку и удержала. Мне ужасно нужна была консультация с вампиром насчет вампиризма. Да, вот такой вот каламбур, но яснее не скажешь.

— Подожди… — Я умоляюще посмотрела на Сержа и заставила себя сказать то, о чем меньше всего хотела говорить даже с вампирами. — Я… Я совершенно ничего не знаю о… себе, — запнувшись, сказал я. — И не знаю, как адаптироваться. Ты… ты мне не поможешь? — Голос немного дрогнул.

— Нет проблем, подруга, — подмигнул Серж. — Сегодня ночью сойдет? — Я кивнула. Если уж становиться вампиром, то сразу и кардинально. Да и ночью нет назойливого солнца… — Тогда встретимся в час, на этом же самом месте. Ночи, разумеется, — хохотнул вампир, скрываясь в лесу. Я криво улыбнулась и поплелась в сторону дома сдаваться маме, ибо свет электрических ламп предательски сочился из приоткрытых штор на улицу…

Глава V: Из огня да в полымя

Aequam memento rebus in arduis servare mentem [2]

Оксана

С видом невинной овечки я оказалась дома. Когда я пыталась вспомнить, где меня носило, голова начинала дико раскалываться. Я будто бы натыкалась на невидимый барьер, который установили мне в памяти. Незнание о том, где ты был и что совершал, не делало жизнь радостной и веселой. От этого наоборот становилось не по себе. Я потянула носом воздух и опустила взгляд на свою кофту. Лучше бы я этого не делала. На плече она вся покрылась кровью, даже красный цвет не смог этого скрыть. Но помимо моей собственной крови примешивался сладкий запах чужой. Я осторожно его вдыхала, пытаясь разобраться, кому же он может принадлежать. Тут же память нарисовала сцену с Эйвери, и я поникла головой, ощущая, как ужас ледяной глыбой обрушился на меня. Осознание того, что я пила чью-то кровь (а возможно, и вообще убила человека) приковало меня к месту. Я даже не хотела идти в дом. От хорошего настроения не осталось и следа. Мне захотелось распасться на миллиард атомов и отправиться в свободный полет. Как я об этом скажу маме?! Привет, сестренка-деградация!

— Убить меня мало, — прошептала я, закрывая лицо руками. В который раз я подумала, что всего бы этого не случилось, если бы Артем меня не превратил в вампира. Ненависть и к нему, и к самой себе вспыхнули с новой силой. Легко сказать, смирись с этим! Труднее с этим справиться на самом деле. Найдя в себе силы, я тихо приоткрыла дверь и скользнула в комнату. Так и есть: мама сидела в гостиной в кресле и читала книгу. Заметив меня, она не на шутку перепугалась.

— Оксан! Что с тобой случилось?! И где ты была? — Строгость и беспокойство боролись в ней одновременно, но первое пока проигрышно уступало второму.

— Я… Я хорошо помню только день и момент, когда разминулась с Эйвери и Лизой, — ответила я стиснув зубы.

— Да, они заходили, сказали, что ты куда-то убежала, после того, как… — Мама запнулась и присела со мной рядом на диван. Я забилась в самый его угол и подогнула под себя ноги с крайне мрачным видом.

— Как пила кровь Эйвери, — глухо закончила я, пытаясь скрыться хотя бы волосами от этого ужаса. Только вот от мамы и от самой себя не скроешься. Меня грызла совесть. Да и я сама себя немало грызла, устраивая себе всякие моральные нотации на тему правильности и неправильности вампиризма. Мама убрала волосы мне за уши и твердо посмотрела в глаза. Взгляд ее был полон покровительства, тепла и ласки. Моя мама… Я улыбнулась ей и обняла, встав на диване на колени. Так хотелось быть кем-то понятой… Я просто в этом физически нуждалась. Ощутив слезы в своих глазах, я поспешила незаметно их стереть и взять себя в руки. — Я не хочу быть кровожадной тварью, — тихо произнесла я маме на ухо, которое сверкнуло двумя сережками — небольшим гвоздиком и длинной серебряной дорожкой с шариками.

— Ты слишком самокритична, — ответила она мне и отпустила из объятий. — Да, адаптироваться трудно… — со вздохом заметила мама, погрузившись в воспоминания. — Но если ты вампир, это еще не значит, что ты должна убивать всех подряд. Хотя многие так и делают, — подумав, добавила она. — Кровь ведь можно брать осторожно, никого не убивая, — Я слушала и молчала. Три раза ха-ха! Когда только вкусишь кровь, то остановиться уже невозможно. Мне ли не знать… Мама присела рядом и приобняла за плечи. — Все будет хорошо, — прошептала она. Я судорожно вздохнула и спустила ноги вниз.

— Не будет, — угрюмо сказала я, борясь с подступающей злостью и слезами сразу. При этом я ухитрялась вести себя полностью спокойно и адекватно. Хотя в данном случае слово «адекватность» ко мне вообще неприменимо. — И как я смогу вообще нормально жить, зная, что каждый раз меня могут подстрелить охотники?! — Голос сорвался. — Прости, — немного виновато произнесла я, машинально проводя рукой по простреленному плечу, и опустила голову.

— Как ты умудрилась встретиться с охотниками и где? — быстро спросила мама. Я задумалась и ответила:

— Не знаю где… но там, похоже, им оборотни насолили, вот и… и я попала под раздачу, — угрюмо заметила я. — А что было дальше я не помню. Как амнезия. Хоть убей — не вспомню! — подумав, добавила я. Холодок пробежал между лопаток и затерялся в области груди. — Но, кажется, я на кого-то покушалась, если не убила… — пробормотала я, внезапно ощущая, что мне хочется махнуться местами с леди Винтер из «Трех мушкетеров» на моменте ее казни. За каждым преступлением следует наказание. В комнате воцарилось молчание. Оно немного помогло мне прийти в себя и снова углубиться в свои мысли. В последнее время я стала больше думать, нежели проводить время с друзьями. Слишком опасно со мной стало находиться.

— Странно, что ты ничего не помнишь, — нарушила молчание мама. — Обычно жажда крови не сопровождается потерей памяти, — Она выглядела крайне озабоченной, что сделало ее внезапно старше своих 37.

— Ну, значит, у меня раздвоение личности, — нервно усмехнулась я. — И можно тебя попросить? — Я неожиданно нашла вариант решения своих блужданий по ночам. Мама выжидательно посмотрела на меня и кивнула, давая разрешение говорить. — Если меня в ночи понесет шляться, то свяжи меня и оставь в комнате, — Мама рассмеялась.

— Ну, насчет связать — это крайние меры, а вот проконтролировать… ладно, если тебе так будет спокойнее, — улыбнулась она. Я улыбнулась в ответ, ощущая, как на меня наваливается усталость. Глаза тоже начали смыкаться. Когда-нибудь происходящий кошмар со мной прекратится?.. — Иди отдыхать, а то уснешь прямо здесь, — посоветовала мама.

— И ты тоже, — зевнула я, вставая с дивана и поднимаясь наверх. После разговора с родным человеком часть моего груза с души куда-то улетучилась. Я ощущала себя совершенно разбитой. Но прежде чем ложиться спать, нужно привести себя в порядок. Для начала я расчесала спутанные волосы и выкинула уже непригодную для носки кофту. Далее отправилась в ванную и в теплой воде отмылась от крови. Вместе с ней ушло и разочарование сего дня. Я окинула взглядом раненое плечо, скользнув взглядом по странной татуировке. Что же ты такое?.. Я не верю в мистику, но не могло же тату появиться просто так, из ниоткуда? Сроду у меня не было таких родимых пятен.

— Что за ерунда вообще происходит?.. — пробормотала я, проведя рукой по огню. Поняв, что опять вместо отдыха мой мозг начал работать, я решила отложить все мысли на потом. Тем более, что я просто падала с ног от усталости. Я поспешно выбралась из ванной. «Ладно, надеюсь, в скором времени я получу ответы на все свои вопросы», — подумала я, поднимаясь по лестнице к себе в комнату и зевая на ходу. Доплетясь уже до кровати, я рухнула на подушку и закуталась в одеяло. Глаза сомкнулись, и я канула в приятное небытие…

* * *

Я не знаю, сколько времени я проспала, ибо меня разбудила громко хлопнувшая внизу дверь. Отчетливо слышался голос мамы, которая отвечала пришедшим. Все еще находясь в полусне, я разобрала голоса Эйвери и Лизы. Тут меня как будто ледяной водой окатили, и я резко села на кровати. Часы показывали половину первого. В комнате было прохладно от проникшего ветра. Занавески еще раз взметнулись и опали. Я еще сильнее натянула одеяло и осторожно спустила ноги на холодный пол. Меня невольно передернуло, но я заставила себя встать и закрыть окно. Осторожно поведя по еще несколько часов назад раненой руки, я с удивлением обнаружила, что она не только не болит, но и зажила.

— Вот вам и дерево убивает вампиров, — проворчала я себе под нос и, взяв со стола расческу, принялась приводить волосы в порядок. А теперь предстояло самое главное: подобрать одежду, которая бы скрыла мою татуировку от глаз мамы и при этом одежда не выглядела слишком тепло — а то я сплавлюсь… На улице светило солнышко. Я протерла глаза, пытаясь привыкнуть к яркому свету, и отправилась копаться в шкаф, прислушиваясь невольно к разговорам внизу. Лиза благополучно успела выяснить, что я вернулась домой и теперь явно собиралась устроить мне промывку мозгов на тему: «Куда ты удрала и почему нас с собой не взяла?». Об этом свидетельствовали поднимающиеся шаги по лестнице. Меня всегда удивляло, как она ухитряется узнавать о том, что я не сплю? Хотя пять минут назад (ну хорошо, 10) даже я не знала, когда я соизволю продрать глазки и выглянуть в окошечко. Быстро переодевшись в водолазку насыщенного синего оттенка с рисунком в виде каких-то цветов, вышитых серебром, и джинсы дымчатого цвета, я уселась на кровать и стала поджидать гостей. Вид у меня при этом был самый непринужденный (или мне так показалось?) и немного заспанный. В комнате царил легкий бардачок, но по сравнению с масштабами комнатного завала Лизы, у меня был еще идеальный порядок.

— Ромашки спрятались… — пробормотала я слова какой-то песни. Все, крыша, вернись на место! Я тебе не разрешала отправляться в свободный полет.

Распахнулся люк, который я гордо именовала дверью, о чем свидетельствовала и прикрепленная на потолке (если смотреть с первого этажа) надпись: «Дверь!!! В иное измерение…». Ну да, именно так и написано. Но это так, лирическое отступление. Теперь перейдем к прозаичной реальности.

— Привет всем и с добрым утром, — приветствовала я Лизу с Эйвери. Те переглянулись и Эйвери деликатно заметила:

— Ну как бы уже добрый день, а не утро…

— Айва, отстань от человека! Когда он встал — тогда у него и утро, — отвечала Лизавета. — Сама есть такой! — Подмигнула она мне. Я улыбнулась в ответ и немного виновато посмотрела на Эйвери. Нет, вчерашний инцидент из головы у меня так и не выходил. И, как оказалось, не зря. Под глазами у моей блондинистой подруги красовались темные круги, причем весьма заметные. Да и сама она была какой-то слишком бледной. Обычно волосы оттеняли ее загорелую кожу, но тут все сливалось. Цвет прядей волос плавно переходили в цвет кожи лица. Я понурила голову, чтобы собраться с мыслями. Краем глаза заметила, что запястье Эйвери забинтовано.

— Вот именно: человека, — мрачно заметила я. — А я не…

— Мы в курсе, за какую команду ты играешь, но ты была, есть и остаешься нашей подругой, несмотря на все различия физического и психологического содержания! — заявила Лиза. Я бросила на нее угрюмый взгляд и со вздохом сказала:

— А то я не видела, как вчера вы на меня косились, когда я… — я запнулась, не желая говорить о кровопийстве. Эйвери с Лизой понимающе переглянулись. Вид у них был немного виноватый.

— Оксан… Ты тоже нас пойми: мы не знаем, как на все это реагировать… — ответила Эйвери, смотря на меня. Я предпочла промолчать. Лиза поправила левый рукав кофты и свои волосы, которые сегодня были собраны в пушистый хвост. Кудряшки ей были очень к лицу. Видимо, она очень торопилась ко мне, если забыла даже волосы распрямить дома хотя бы состояния волн. Я внезапно осознала, что в последнее время Лиза носит исключительно кофты с длинным рукавом. Не то, чтобы меня это задевало, но настораживало. Лиза летом предпочитала одеваться в футболки или легкие летние кофточки с открытой спиной.

— Аналогично, — буркнула я. Ну да, за два дня к вампиризму не привыкнешь… Подруги сели по обе стороны от меня. Тут Лиза задала вопрос, интересовавший нас всех:

— А где ты была? Наталья сказала, что ты пришла только под утро… — Я невесело усмехнулась, благодаря небеса, что мама не упомянула про простреленное плечо, а то игра в больничку затянулась бы надолго.

— Я… я не помню… — тихо сказала я. — Где-то была, а вот где — не скажу конкретно… — Снова повисло молчание.

— Ааа, я тоже так хочу! — Подскочила Лиза на кровати. — Но у меня такое состояние было всего лишь один раз в Новогоднюю ночь, когда меня споили друзья… — неожиданно призналась она и тут же замолчала, поняв, что выдала себя с головой. — Ля-ля-ля… Вы ничего не слышали! — с невинным видом сказала она. Мы с Эйвери заинтересованно посмотрели на Лизу.

— Ну-ка, ну-ка… а вот отсюда поподробней… — попросила я.

— Теперь понятно, почему она отказалась идти с нами первого января шататься по городу, — с убийственной интонацией добавила Эйвери, пряча улыбку. Лиза поспешила замотать головой.

— Не виноватая я! Они саами пришли… — Состроила наша рыжик физиономию как невинный пятилетний ребенок, который сейчас расплачется по причине того, что папа отказался вести его в цирк.

— Ну да… Мы верим, — хохотнула я, утыкаясь лбом в плечо Эйвери, еле сдерживая свой смех. Напряжение спало. Я снова почувствовала, что живу. Спасибо за это моим подругам, которые всегда меня поддерживали. Вот тут любопытство меня съело с потрохами, и я рискнула все-таки задать вопрос:

— Кстати, Лиз, почему ты ходишь в кофте с длинным рукавом посреди лета?

— Кто бы говорил! — возмутилась она, окидывая меня высокомерно-оценивающим взглядом. Ну да, так смотреть на меня позволено только ей. От посторонних я такого неуважения в свою сторону не потерплю. Я поняла, что Лиза пытается увильнуть от разговора, но я ей не позволила этого сделать.

— Мне просто интересно, — смутилась я. — Я-то просто замерзла…

— В тридцатиградусную жару?! — не поверила Эйвери. Я ухмыльнулась в ответ.

— Ты же меня знаешь, я по жизни зяблик!

— Твоя правда, — улыбнулась Эйвери и перевела взгляд на Лизу, как будто что-то у нее спрашивая. Та усмехнулась и повела плечами в стиле: «У нас никогда не было тайн друг от друга, просто было не до такой банальности».

— Ну, короч, смотри и падай на Эйвери. А потом вместе с ней на пол, — ехидно сказала она. Айва сузила глаза, но промолчала. На выручку ей пришла я:

— А у меня пол чистый! — И мы весело рассмеялись. Да, все так, как будто ничего и не случилось…

— Кстати, у меня есть отличная идея… Пошли купаться? Там все и расскажу, — подмигнула Лиза мне. Я немного замялась и не сразу ответила на это.

— Я бы пошла, но там солнышко… — вздохнула я, вспоминая, как мне солнечный свет резко ударил по глазам утром. Не самые приятные ощущения…

— Ну и что? Вампиры же не горят на солнце, — хмыкнула Лиза.

— Так-то оно так, но… по глазам слишком сильно и больно режет, — поморщилась я и опустила взгляд.

— А мы в тенечке, — подмигнула мне Лиза. Я ей улыбнулась в ответ и встала с кровати.

— Ну тогда что сидим, кого ждем? — поинтересовалась я. В глазах промелькнули озорные огоньки.

— Никого! Тогда встречаемся там, где у нас местный пляж через 15 минут! — радостно ответила Лиза. Мы с Эйвери переглянулись и вздохнули. Лиза еще такой все-таки ребенок… хотя иногда она умеет быть не по-детски взрослой и рассудительной. Все зависит от ситуации.

— Нет проблем, — кивнула Эйвери и тоже поднялась на ноги. Они покинули мой дом, а я стала копаться в недрах шкафа, чтобы найти купальник. Почти сразу я застыла как изваяние, внезапно вспомнив про татуировку. Нет, купаться идти нельзя… А если ее замазать тональником? Черт, она больно большая. Решив, что под каким-нибудь предлогом откажусь от этой идеи, я закрыла шкаф и отправилась на пляж (хотя это слишком громко сказано было). Солнце нещадно било по глазам, заставляя то и дело прятаться в тень, чтобы хоть немного привыкнуть к свету. Когда я доплелась до пляжа, подруги уже были там. Я остановилась у кромки воды. Холодная вода, коснувшаяся пальцев ноги, заставила меня передернуться.

— О, а я уж думала, ты не придешь, — ухмыльнулась Лиза, брызнув в меня водой. Я резко уклонилась в сторону, и капли воды пролетели мимо.

— Куда я от вас денусь? — усмехнулась я, присев под деревом в теньке и стараясь не смотреть на воду, от которой отражался слишком яркий свет для моих чувствительных глаз.

— А ты не собираешься купаться? — удивленно спросила Эйвери. Я отмахнулась от нее, мол, не хочу.

— Потом… — Она пожала плечами и улыбнулась, входя в воду.

— Ну как знаешь, — Подруга была в купальнике. Она сделала несколько шагов по воде и скинула полотенце, которое у нее до сих пор было на плечах. Мой взгляд скользнул по ее спине и остановился на тату в виде органоида клетки. Тут же возникло ощущение, что я неоднократно видела такой рисунок. Меня раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, я испытывала спокойствие от знакомого чего-то и родного, а с другой — страх неизвестного. Почему именно мы втроем стали верными подругами? Вопрос простой, но поразил своей внезапностью. Зародилось смутное впечатление, что мы все когда-то уже были знакомы, и даже больше. Промелькнул образ Эйвери, но не такой, какой я видела ее ежедневно, а какой-то боевой. Волосы величественно развеваются. Рука окутана вся какими-то вспышками, похожими на молнию. На губах появилась ядовитая ухмылка, сделавшая ее в мгновенье ока похожую на саму Смерть.

— Ты все первая вспомнишь. Ибо ты — хранитель Памяти. Не только людской и исторической, но и вашей… — Голос от этого страшного и величественного образа расходился во все стороны и окутывал, будто мягкой ватой. В реальность меня вернул голос Лизаветы и попавшая на лицо холодная вода.

— Эй, ты с нами или против нас? — поинтересовалась она, склонившись надо мной. На ее лице было написано легкое беспокойство.

— Да… в смысле нет… Я просто на секунду отключилась, — тяжело вздыхая проговорила я, ощущая, как грудь отпускает боль. Сердце немного покалывало, но уже все начинало восстанавливаться в норму.

— Видела бы ты себя со стороны, — качнула головой Лиза. Я провела рукой по лицу, стряхивая с себя этот образ Эйвери, и вопросительно взглянула на подругу. — Стала еще белее, согнулась пополам, а глаза… Не отдавали, конечно, в вампиризм, но что-то наподобие было… — Я недоверчиво посмотрела на Эйвери, и она только кивнула, подтверждая слова Лизы. Я откинулась на дерево и скользнула взглядом по тату рыжеволосой подруги, которое было у нее на руке. И на которое я только что заметила. Татуировка в виде щита и меча, состоящая из отдельных картин сражений, показалась мне тоже до боли знакомой. Лиза… Нет, перед моими глазами уже была не 14 летняя девочка, а девушка среднего роста, худенькая, юркая с хищным выражением лица. Ее поза и фигура выражали насмешку, один сплошной образ дерзости, в общем говоря, с пушистыми рыжими волосами до середины спины.

— Скоро увидимся, — Голос разнеся эхом и растаял, а передо мной снова возникли образы подруг с обеспокоенными лицами. Я была и вправду напугана всеми этими внезапными видениями, что, видимо, сказалось на моих эмоциях. Кора дерева буквально впилась мне в спину, а на правой лопатке даже содрана кожа. Взгляд бегал от Эйвери к Лизе и обратно. Глаза почему-то болели, но это был явно не от солнечного света. Виски рассекала боль, а моя тату обжигала руку мне, как будто ее прижгли раскаленным металлом.

— Ты как? Выглядишь, будто привидение увидела, — обеспокоенно произнесла Эйвери, присев рядом со мной на корточки.

— Нет, все нормально, — слегка испуганным голосом произнесла я и задала вопрос, который с момента первого видения не давал мне покоя: — Откуда у вас эти… — Я неопределенно поводила по воздуху руками и, наконец, смогла подобрать нужное слово, — рисунки?

Эйвери посмотрела на Лизу, а Лиза на нее. Я села под деревом нормально, не вжимаясь больше в кору, и стала ждать ответа.

— Ты не поверишь… — Начала было Лиза, но я от нее отмахнулась.

— После всего, что случилось, я поверю уже во все… Так что, рассказывайте. Все равно не отвертитесь…

— Логично, — согласилась со мной Эйвери и пояснила: — У нас они появились примерно одинаковым путем — к нам прилетела шаровая молния и выжгла ее. Странно то, что нам они кажутся знакомыми, дилемма, что их где-то уже видели… — Я подняла на них взгляд и невесело кивнула.

— Вы не поверите… у меня такое же чувство… и кстати… у меня есть нечто наподобие, — Я, цепляясь за ствол дерева, поднялась и обнажила руку и плечо, где была тату. — Только… Как она появилась, я не знаю, — тихо добавила я.

— Ничего себе поворот событий, — прокомментировала Лиза после возникшей паузы. — Поэтому ты не хотела идти купаться? — прищурилась она. Я кивнула и добавила:

— Не только поэтому… еще от воды отражается свет и… я не могу. Слишком ярко.

— Привыкай к лету, подруга, — хохотнула Лиза, — Зимой твои глазки отдохнут, — я криво улыбнулась. Но предпочла на ее остроты не отвечать, а то спор мог затянуться до позднего вечера.

— Кстати… Вам не кажется странным, что они у нас появились в одно и то же время? — серьезно спросила Эйвери, устроившись на полотенце под солнышком загорать. — Вампиры, оборотни еще ладно, но это… Как-то перебор, вам так не кажется?

— Может и перебор, но с этим ничего уже не поделаешь. Это есть и, сдается мне, что это знаки высших сил. Нет, без шуток, — сказала Лиза, обернувшись к Эйвери. Та лишь передернула плечами. Она была не из тех, кто верит в сверхъестественное, но все происходящее в последнее время заставило ее если не во все поверить, то хотя бы в то, что некоторые легенды и правда не вымысел.

— Тогда предлагаю подключить к поискам всемогущий интернет и книги о легендах прошлого и выяснить, что все это, — Лиза указала себе на руку, — значит.

— Договорились, — согласилась Эйвери. — Только не сегодня, ладно?

— Окей, — кивнула Лиза. — Итак… чем сегодня занимаемся? — поинтересовалась она. Я улыбнулась. Как всегда. Особа, которая ни секунды не может усидеть на месте. Только я хотела предложить прогуляться до леса, как появилось ощущение, что в голову будто мне кто-то вонзил раскаленную спицу. Боль расходилась к шейным позвонкам и даже окутала все тело. Я в панике попыталась подавить ее, поняв, что за этим снова последует амнезия и я могу натворить Бог знает что.

— Оксана! — Знакомые голоса доносились до меня как сквозь туман. Я хотела им ответить, но от боли перехватило дыхание, и вырвался только тяжелый вздох и хрип. — Срочно транспортируем ее домой! — обеспокоенно воскликнула Эйвери, подхватив меня под мышки. Я попыталась от нее отбиться, но безуспешно. Руки задевали только пустоту. А затем мое сопротивление сломилось окончательно. Я с ужасом поняла, что теряю сознание, но поразило меня вот что… пока я летела в недра небытия, я увидела словно чей-то дух, буквально мой двойник, но взгляд… Жестокий, коварный, а усмешка так и излучает цинизм и надменность. Я ощутила шестым чувством, что это все — отнюдь не показушность. Эта особа на самом деле могла причинить столько бед и хлопот, что мало не покажется. В борьбе за сознание я метнулась вперед, но наткнулась на барьер. А моя копия тем временем ушла в свет и получила полный доступ к управлению телом. Я в бессилии ударила по барьеру. По нему прошлась едва заметная трещина, но это вселило в меня надежду. А пока… а пока творилось черт знает что…

Лора

— Не надо меня никуда тащить, — поморщилась я, ловко освободившись от рук Эйвери и Лизы. — Уже все нормально. Правда. Просто слегка… голова закружилась. Вредно мне на солнышке быть, — мрачно сказала я чистую правду. Вампиры, в принципе, могут находиться на солнце, но слишком долго под его лучами пребывать тоже вредно. — Я сама в состоянии дойти до дома. Я отдохну, а потом увидимся, если меня мама в город не потащит, — Играть роль Оксаны было весьма забавно, учитывая то, что они не догадывались, кто перед ними стоит и что их ждет впоследствии.

— Ты точно в норме? А то не первый раз за сегодня отключаешься, — обеспокоенно проговорила Эйвери.

— Это от пережитого стресса просто, — поморщилась я, надеясь от них побыстрее отвязаться. Уж слишком сильной стала Оксана, и барьер ломает только в путь. Так что надо в короткие сроки всем раздать указания и искать методы, которые помогут установить прочный неуязвимый барьер. Такой, чтобы ее сил не хватило его сломать. Прислушавшись к происходящему внутри, я успокоилась. Ее дух, поначалу казавшийся полный сил и энергии внезапно сдался и рухнул, стоило только сковать его в одиночную камеру из внутреннего барьера. Ох уж это раздвоение личности… одна точно окажется сильнее другой и победит. Тем более, что вампиризм ее делает слабее, уязвляет, заставляет сопротивляться, когда меня наоборот это поддерживает и делает намного сильнее.

— Я пойду, отдохну…

— Погоди… то есть, тебя могут и в город утащить? — расстроилась Лиза. Я кивнула. Судя по мыслям Натальи, — мамы Оксаны — то да. Я редко применяла телепатические способности, ибо народ слишком чувствительным был, я уже не говорю об охотниках. У них на это профессиональное чутье. Но сейчас был просто особый случай. Я измученно им улыбнулась и отправилась в дом к охотникам, которые наивно думали, что с ними все еще находится их дочка. Играя роль сомневающейся в себе девочки в связи со всеми свалившимися на нее неприятностями, я, оказавшись дома, устало рухнула на диван и прикрыла глазки.

— С тобой все в порядке? — услышала я обеспокоенный голос Натальи. Я чуть приоткрыла один глаз и кивнула.

— Просто голова немного закружилась от перегрева на солнышке, — А вот тут даже врать не пришлось, ибо и правда солнце оказало свое вредное противное воздействие. Взгляд упал на собранный пакет и я, сделав удивленное лицо, спросила: — Мы так скоро уезжаем?

— Дела в городе обнаружились. Я же не могу тебя одну оставить в таком состоянии здесь, — как что-то само собой разумеющееся, произнесла бывшая охотница. Я кивнула и предпочла промолчать. И так голова раскалывалась. Каждое слово казалось мне воплем. Я прислушалась к тому, как вторая личность безуспешно пыталась сломить барьер. Может это ей и не удавалось, но вот головной боли в буквальном смысле слова от нее было много. На мое счастье, через полчаса погода решила испортиться, и налетели небольшие тучки. Дождь капал лениво, без настроения, что называется, для галочки. А вот ветер наоборот решил разбушеваться и теперь гонял падающие листья с деревьев по всей дачной округе.

— Мы когда уезжаем? — крикнула я из комнаты. Просто надо было еще оформить все свои дела до того, как мы покинем это место.

— Скоро, — последовал ответ. Расценив это как «примерно через час», я встала с дивана. В глазах немного потемнело, и стены начали клониться вбок. Стиснув зубы, я подавила внутренний бунт и отправилась к своему дорогому другу по имени Артем. В поисках нужных лиц на него можно было вполне положиться. Подруг Оксаны я, на свое счастье, не встретила. Да и мне было не до них. Пока. Оглядевшись, я перепрыгнула через забор и оказалась во дворе домика вампира.

— Вообще-то есть калитка. С другой стороны дома, — любезно проговорил Артем, с интересом посмотрев на меня. — Дай угадаю, ты пришла мне размозжить череп, вытряхнуть внутренности и сказать какой я нехороший, потому что сломал тебе жизнь? — поинтересовался он.

— Надо будет взять на заметку, — усмехнулась я, заинтересованно на него посмотрев. — Но ты нас снова перепутал. Пора бы уже научиться отличать, где я, а где Стражница.

— Оу… прошу прощения, — Тут же Артем настроился на серьезный лад и бросил сигарету на сырую траву. От его елейного голоска и лисьей усмешки ничего не осталось. — Тогда я вас внимательно слушаю и повинуюсь, — Нет, все-таки это у него вошло в привычку.

— Знаешь, иногда за твои слова так и хочется поставить тебя на место, — мрачно сказала я, присаживаясь рядом с ним на лавочку. — Итак… чтобы найти то, чего меня лишили сотню лет назад, нужна хорошая ищейка…

— Или Страж… — добавил Артем, посмотрев на меня.

— От них толку мало — они ничего пока не помнят. И лучше, чтобы не вспоминали до того момента, как я их убью.

— А вот тут… проблемка. Они уже начали догадываться о чем-то. Да и из четырех оставшихся Стражей тут всего лишь трое. Последнего выловить будет не так-то просто, — проговорил Артем.

— Он молод и неопытен, не думаю, что с ним будет особо много проблем… Так что ты находишь ведьму, желательно с опытом поиска артефактов. А Стражей пусть возьмут на себя Кирилл и Серж. Пока они ничего не вспомнили, надо их убить. Думаю, сейчас самое время. А я пока… пойду играть роль Оксаны. Думаю, небольшая поездка в город не будет лишней. Есть там одна личность, которая может заинтересовать Стражей.

— Я даже догадываюсь кто, — осторожно заметил Артем. — Но не вызовет ли это лишнее внимание?

— Кого? — иронично поинтересовалась я, сковырнув ногтем отслаивающуюся краску. — Прессы? Вызовет. Ну меньше одним адвокатом станет — и что? Избавляться от тех, кто поддержал Стражей, а, тем более, меня предал, — Я почувствовала, как в голосе звучит лютая ненависть. В большой партии невозможно все, увы, предвидеть. Я стряхнула наваждение и продолжила уже ровным голосом. — Мне нужна ведьма. Мои способности дальше создания из крови материальных предметов не распространяются, да и… — Я вспомнила о существовавших когда-то кланах могущественных вампиров. Все они могли повелевать кровью, но каждый — по своему… — В общем, это пока все. Я достаточно ясна?

— Да, — кивнул Артем. — От Артемиса сама избавишься?

— Ради такого я тебя дергать даже не буду, — коварно усмехнулась я. — Собственно, я только ради этой просьбы и заходила. Просто меня утаскивают в город. Да и с тобой долго я находиться не могу. Мало ли попадусь случайно на глаза Стражам?.. Может вызвать лишние подозрения. Сам понимаешь, — пожала я плечами. Артем усмехнулся и кивнул.

— Андестендю… — сказал вампир. Я поднялась с лавочки и потянулась.

— Считай, что ты меня не видел, но указания получил… — Больше я говорить ничего не стала. Я подошла к забору с той стороны, откуда пришла, и перепрыгнула через него одним легким движением. Под ногой хрустнула ветка, и один из ее острых концов оставил длинную царапину от колена до лодыжки. На мгновенье перехватило дыхание от боли. Видимо, эта особа очень чувствительная к физической боли. Ну что ж. Тем хуже для нее. Быстрая смерть Стражам не грозит. Я об этом позабочусь, а на досуге все обдумаю. Стерев рукавом кофты кровь, я, прихрамывая, отправилась обратно домой окольными путями, чтобы не засветиться Эйвери с Лизой. По пути нога разболелась еще больше. Я остановилась, чтобы перевести дух. Взгляд скользнул по полю с травами, и я решила попробовать одно из целительных чародейств, которыми когда-то пользовались вампиры, но забыли уже об этом. По вине Стражей, собственно говоря. Конечно, тех трав, что росли много тысячелетий назад, тут не было, но некоторые по своей структуре и составу их очень напоминали. Я дохромала до нужных травяных ингредиентов, аккуратно сорвала и связала небольшой пучок длинным листом осоки. Заклятье, древние слова, всплыли в памяти сами по себе, будто я перенеслась на тысячелетия назад. Это была, наверное, даже не магия. А просто единение с природой, понимание, что любое существо зависит от нее. Даже и вампиры. Травы дохнули своим ароматом, а их соки просочились в ранку, заживляя ее изнутри. Рана, длинная и глубокая, затянулась за считанные секунды. Я осторожно выпрямилась и коснулась земли еще недавно раненой ногой. Боль едва ощутимо колола розовый след. Ну вот, еще, значит, не все забыла. Пучок травы в моей руке пожух и обмяк. Я посмотрела на него и легонько дунула. Трава в буквальном смысле слова растворилась, превратившись в желтые былинки. Это было что-то вроде ритуальной благодарности природе за ее целительные силы. Былинки поднялись в небо, улетая ввысь и сливаясь с серым небом. Если посудить, по знаниям я не уступала Стражам, но в силе — значительно проигрывала. Их Абсолютные Потоки носили убийственный характер, особенно, когда превращались в ревущую силу Инферно.

Я, оглядевшись, направилась быстрым шагом в дом. Что толку лить слезы над руинами цивилизации? Надо пользоваться тем, что есть в настоящем и оборачивать все в свою пользу. Я скрипнула калиткой и увидела Наталью, которая уже почти все вещи сложила в багажник машины. Вот незадача — забыла еще про одну маленькую проблемку. Охотники. Хотя, все это решаемо. Мысли тут же включились в работу, но надо было играть роль забитой девочки, оставив свое коварство при себе.

— Я сейчас соберусь, — сказала я и быстро забралась через люк в комнату Оксаны. Уютное местечко. Голову пронзила легкая боль. Снова Оксана начала отчаянно сопротивляться и ломать барьер.

— Нет уж… Твое тело — мое тело. Твоя сила — моя сила. Вы сломали мою цивилизацию, сломали мои планы и убили меня… Теперь мой черед мстить, — ухмыльнулась я, быстро собирая все самое необходимое для поездки в город. Все равно скоро сюда вернусь. Оксана снова в бессилии перестала сопротивляться. А я, довольная и полная коварных идей, спустилась вниз по лестнице, собираясь умчаться в город…

Лиза

— Тебе не кажется, что Оксана ведет себя как-то странно? — спросила я у Эйвери, провожая подругу слегка озадаченным взглядом. — Вдруг симулирует?

— Я бы на тебя посмотрела, если бы на тебя вдруг набросился Артем, впился в шею и поинтересовался о твоем самочувствии, — мрачно отозвалась Айва. Я пожала плечами. Может она и права. Оксане сейчас тяжело. Ее измученный после всего вид явственно говорил об этом. Да и приступы амнезии тоже кого угодно могут вогнать в депрессию. Одно дело, когда выпил и наутро ничего не помнишь, а когда вот так, ни с того ни с сего, то действительно не по себе.

— Ладно. Оставим ее ненадолго… Пока она в городе, может, в норму придет… — Я откинула рыжие волосы назад и посмотрела на небо. — Откуда-то тучи набежали… пойдем ко мне, мне одной скучно, — предложила я. Эйвери кивнула в знак согласия и вышла из воды. Она быстро вытерлась полотенцем насухо и одела сверху платье, накинув на плечи полотенце, чтобы мокрые волосы не коснулись ткани. Я последовала ее примеру, и мы быстро отправились ко мне. Надо сказать вовремя, ибо к тому времени уже начал капать дождик. Пусть лениво, но его присутствие не располагало к прогулкам по дачному поселку.

— Итак, что мы имеем… — подвела я итог, открывая калитку. — Три татуировки неизвестного происхождения — раз. Чокнутых вампиров — два. Забитую Оксану — три. Как мы с этим разбираться будем? — поинтересовалась я, махнув папе приветственно рукой. Он улыбнулся нам в ответ и продолжил заниматься своим делом. Мы с Эйвери босыми ногами прошли по асфальтированной дорожке к дому в полном молчании. Я, конечно, люблю своего папу, но, услышав что-нибудь интересное, он всегда присоединялся нам, а на такие темы, которые вертелись у нас в действительности и мыслях, не особо-то и поговоришь со взрослыми. Особенно непросвещенными. А лишняя паника и кручение пальцем у виска мне ни к чему.

— Предлагаю начать решать проблемы по одной. Меня больше волнуют странные символы, внезапно возникшие у нас почти одновременно… — задумчиво сказала Эйвери. Я пожала плечами, мол, а черт их знает, что они означают.

— Великий и всемогущий интернет в помощь, — хмыкнула я. Эйвери качнула головой и отправилась за моим ноутбуком, который в раскрытом виде был оставлен на столе. Я просто торопилась и не дождалась его выключения. — Если он тут будет ловить при такой погоде, — добавила я, невинно кивнув на торчащий модем.

— Не такая уж и плохая погода, — нахмурилась Эйвери, не желая признавать такой перспективы. Я пожала плечами и устроилась удобней на диване, пока Айва пододвигала стол и включала ноутбук.

— Надеюсь, мы найдем ответ на твой вопрос, ибо в куче старых книг я копаться не собираюсь. Я любитель современности, — заявила я, за что снова получила укоризненный взгляд. Эйвери подключилась к интернету и отправилась бродить по поисковым системам. Я наблюдала за тем, что она набирает, и какие ответы ей выдает Google. Мы нашли про татуировки все, кроме того что нам нужно. Как Эйвери ни старалась, ответ получался не такой, какой она хотела увидеть и услышать. В бесцельных поисках прошло около часа.

— Попробуй в картинках загуглить. А там по ссылке перейдем, если попадется, — посоветовала я.

— Вот именно, если попадется, — невесело усмехнулась Эйвери, которой уже надоели бесцельные попытки найти ответы на свой вопрос. Эйвери решила последовать моему совету. Подумав, компьютер загрузил нам картинки. Мы пролистали где-то страниц 17 по теме «мистические татуировки», как вдруг наша кропотливая работа оказалась вознаграждена.

— Стой! — остановила я Эйвери, отобрав у нее мышь.

— Что? — непонимающе спросила она. Я указала ей на человека с татуировкой в виде сгорающих листьев, улетающих ввысь. Она шла от левого плеча, переходила на шею, а оттуда на щеку и заканчивалась над левой бровью. Я навела на картинку и прочитала подпись: «Снимок человека с мистической татуировкой в 1908 году».

— Мне показалось… Будто я ее где-то видела… Или… не знаю, — невнятно пояснила я, смутно ощущая что-то знакомое не только в этой татуировке, но и в этом образе. Молодой парень, открытая радушная улыбка, чуть насмешливый взгляд, длинные волосы, собранные в хвост. — Парень… знакомый… даже очень… — Я почувствовала, как мне не хватает дыхания. — Люциус… — тихо произнесла невесть откуда пришедшее на ум имя. Сознание как будто было в свободном полете, а перед глазами возникли непонятно какой давности картины…

20 октября, 1908 год

Я (или не я?) осмотрелась по сторонам, пытаясь понять, что происходит в округе. Пока сознание прояснялось, тело, отказываясь подчиняться моим требованиям, ходило по комнате туда-сюда. Будто бы я была чем-то обеспокоена. А вот и мысли: «Докатились! Сначала думали, что вампиры просто подняли бунт. Потом, оказалось, что манускрипт пропал… И Лора, оказывается, была не одинока в своих целях… Клариссу тоже занесло… Какого черта чистокровки остались живы?!», — пронеслись в голове мысли, понятные моему образу, но непонятные мне самой.

— Элайза, сядь на место и не мозоль глаза! Вампиры — не главная наша проблема. Это уже второй пункт. Как манускрипт будем возвращать? — Девушка раздраженно обернулась, а я, наблюдая за всем ее глазами, с изумлением узнала Эйвери. Только… тут ей было не 16 лет, а где-то около 20.

— Пойти к Лоре и поубивать всех к черту там! — Услышала я свой голос, эхом пронесшийся по комнате.

— И как ты себе это представляешь? С помощью Абсолютного Потока? — спокойно поинтересовался сидящий в кресле парень. Казалось, он живет в своем мире, а в этом только присутствует для галочки. Да, это был тот самый парень с фотографии в интернете. — И после этого тогда, как минимум, о цивилизации людей придется забыть, — жестко сказал Люциус. Я в бессилии сжала кулаки, понимая, что он прав. Черт возьми, что тогда делать?! — Я услышала шаги по лестнице подняла взгляд наверх… и обомлела. В девушке я узнала черты второй своей лучей подруги — Оксаны. Интересно. Как ее тут зовут? Девушку поддерживал парень. В отличие от Люциуса — а длинноволосого именно так звали, я была уверена, этот был более приземленный. Вид у подруги был весьма измученный. Она еле стояла на ногах. Если бы не парень, который ее поддерживал, то она давно бы уже рухнула и не встала. Я бросилась к ней навстречу и помогла довести ее до стула.

— Ну что, есть успехи, Ли? — В моем голосе проскользнуло нетерпение. Ли… это имя или сокращение?

— Дай ей в себя прийти, — упрекнула меня Вероника-Эйвери. Я почувствовала себя слегка виноватой и отошла от Оксаны. Чем она занималась, что выглядела настолько убитой?..

— Да все нормально, — едва слышно проговорила вымотанная девушка и слабо улыбнулась. — Просто я потратила все свои силы… — Итак… У меня две новости: плохая и еще хуже. С какой начать? — хмуро спросила Ли-Оксана. Мы мрачно переглянулись с парнями.

— Давай по порядку, — с досадой сказал парень, что привел ее сюда.

— Тогда так… где-то наш заклятый враг разыскал специальные артефакты, оставшиеся еще со времен ведьм. Они заблокировали нам подступы к ней, и я не могу настроиться на ее след, — мрачно сказала Оксана. — Я восстановила память каждого участка, где мы с ней встречались, вышла на ее след, увидела несколько артефактов… и все связала. Искать придется теперь более стандартным методом. И новость еще хуже: теперь в ее резерве не только вампиры, но и ведьмы. И вот что… Люциус, будь осторожен. Один раз она уже попыталась отнять у тебя Плете… Плетение, — внезапно Оксана побелела и едва не упала со стула. Собравшийся ответить было Люциус едва успел ее подхватить. Повисла гробовая тишина. Какая новость из двух хуже решал каждый для себя. Я только сейчас присмотрелась глазами Элайзы и заметила, что у них у всех есть татуировки. У Люциуса такая же, как и на фотографии, у меня там же, где и сейчас — на руке в виде щита и меча. У Лирании — горящий череп от плеча с переходом на шею. У второго парня я заметила только часть тату, которая проходила под расстегнутой рубашкой (насколько я поняла — это было сердце, нарисованное так, что его можно было принять за настоящее, которое сосудами врастало куда-то под кожу). У Вероники я тату не увидела, но догадывалась, что она у нее на спине в виде митохондрии, которая символизирует энергию.

— Последний раз она, по логике вещей, была 5 дней назад здесь, в этом городе, — произнесла задумчиво Вероника. — Далеко уйти она не могла. И что-то мне подсказывает, что она скоро объявится…

— Надо было убить ее еще до того… — начал раздосадовано второй парень, но я, не дослушав его, оборвала:

— Кто же знал, что клан Риста окажется настолько живучим!.. — Я провела рукой по лицу и судорожно вздохнула. Нас просто дразнили! Нами пользовались так, как будто мы не высшие силы, а артисты в театре импровизации! Не знаю, как остальных, а меня это просто выводило из себя. — Ладно, как искать ее будем? Чем раньше избавимся — тем лучше. Люциус, ты не мог бы?.. — Светловолосый парень удивленно поднял на меня взгляд. Вероника-Эйвери не менее озадаченно посмотрела в мою сторону. — Знаю, Лирания и ты, в отличие от нас троих, сможешь дотянуться своим Абсолютным Потоком куда угодно, даже скрытые от магии зоны не помешают…

— С ума сошла?! — вскочил Люциус. — Ты понимаешь… насколько опасно активировать… легче пустить Инферно, — буркнул он. Мы с Вероникой переглянулись. Сейчас она была со мной полностью солидарна. Рискованно, но вычислить можно. Заодно узнаем, в каком направлении нужно искать. Оказаться фактически рядом с тем, на кого мы охотились, это дело пяти минут. Второй парень стоял в задумчивости. Глаза его подернулись красной дымкой. Нет, это были не алые глаза вампира, красной была не только радужка… белки и те подернулись красным… Я покосилась на парня, но кидаться на помощь ему не стала. Как будто я знала, что происходит и что ему ничего не грозит. Вскоре взгляд его обрел снова ясность.

— Я… я ее не вижу. Люциус… — обернулся к нему товарищ. Мы так же с Вероникой на него выразительно посмотрели. Тот, на ком клином сошлось общее мнение, теперь из испуганного и враждебного превратился в затравленного. — Придется тебе…

— Я уже понял, — хмуро сказал светловолосый парень. — Надеюсь, вы меня успеете выдернуть из объятий Абсолютного Потока раньше, чем я сойду с ума… — Мы все трое серьезно кивнули. Дело принимать начинало совсем неожиданный оборот. Кто же знал, что эта вампирша окажется настолько коварной?..

Сейчас

Я в панике прижалась к спинке дивана, отбиваясь от кого-то подушками. Внезапное видение настолько напугало меня, что я не сразу узнала Эйвери, которая пыталась отобрать у меня подушку и привести в чувство. Взгляд сфокусировался и на подруге, и у меня из рук выпало мягкое оружие.

— П-прости… — слегка заикаясь от пережитого потрясения, проговорила я, относительно ровно сев на диване.

— Ты меня напугала… Вся побелела, уставилась в одну точку… будто приведение увидела, — настороженно сказала Эйвери, убрав за ухо прядь светлых волос.

— Ты почти угадала… Только это было не приведение… Это… было что-то вроде видения. Там был он, — я указала на фотографию парня с татуировкой в виде летящих листьев, — и мы. Ты, я Оксана… только все выглядели лет на 20–25. Такие красивые… не думала, что из моей хлипкой маленькой детской фигурки может быть такая особа, — честно призналась я. — Как будто не от мира сего. Но не вампирши точно. И еще там был один парень… — Я случайно задела рукой мышь. Полоса прокрутки в интернет-ресурсе скользнула вниз и… я чуть не упала с дивана. — Собственно… вот все в сборе… — Я ткнула мышкой на фото и прочитала подпись: «Мистические Стражи…». — Да, Стражи упоминались, — припомнила я, рассматривая фотографию. Эйвери с не меньшим интересом рассматривала трех девушек, что смотрели на нас с экрана монитора. По ее лицу было видно, что она изумлена примерно так же, как и я, когда меня посетило видение. Рассматривала она долго фото, минут, наверное, пять.

— Это… не мы. Просто кто-то похожий на нас, — медленно выговорила она, все еще пребывая в растерянности. С одной стороны, все лица, даже парней, которых видели в первый раз, казались знакомыми, а с другой — слишком много было в этом непонятного. И это пугало.

— Ты сама хотела узнать про татуировки, — пожала я плечами. — Осталось дело за малым — перейти по ссылке и изучить все, что есть про Стражей, — Вот тут уже мне стало интересно узнать мистическое значение символов. Не дожидаясь согласия Эйвери, я кликнула по ссылке, и мы принялись читать мифы и легенды о Стражах.

Спустя два часа

— В общем и целом, Стражи крутые чуваки, от которых зависит вся жизнь на планете. Их принимают за обычных людей, а за наглость они могут просто уничтожить цивилизацию и возродить другую на месте уничтоженной, — подвела я итог поисков, рухнув на диван. От внезапно нахлынувшей головной боли я была не в состоянии что-либо уже соображать. Слишком много сведений свалилось на мою головушку за один раз.

— Но ведь уничтожают и возрождают они жизнь не просто так, — задумчиво произнесла Эйвери, вернув вверх полосу прокрутки. — Вот… «они уничтожают жизнь только в случае, если низшие существа забыли о своем предназначении, и считают себя богами жизни» — процитировала она.

— Не надо меня пугать… Люди тоже оборзели и считают себя богами жизни, — нервно усмехнулась я, представляя картину Апокалипсиса как в фильме «2012».

— А тату… такие же, как и у нас… — тихо сказала Эйвери, пролистнув в самый конец.

— Чего?! — Я резко села и уставилась в экран. Да, она не соврала. Под каждой картинкой была указана цифра, в зависимости от начала некого цикла Звезды. Первым номером шла сама Жизнь. Этот рисунок я видела в видении у парня, который помогал спускаться Оксане — Лирании. Вторым в цикле была Энергия. Я незаметно посмотрела на побелевшую Эйвери, ибо это была ее татушка. Третья — Память. Рисунок этого Стража — горящий череп. Мы с Айвой переглянулись, подумав об Оксане. Жаль, что она уже уехала как полчаса назад… А дергать ее, когда и так жизнь не сахар как-то совсем не хотелось. На четвертом месте твердо стояла Природа с ее улетающими горящими листиками. Мне тут же вспомнился Люциус, обладатель этой тату. А пятое оказалось Оружие. Меня немного поразило распределение и название Стражей, а вот рисунок, которым обладал пятый Страж, заставил меня содрогнуться. Щит и меч… Я скосила глаза на свою руку и натянула сильнее рукав кофты, чтобы скрыть рисунок до конца.

— Но… почему именно такое распределение? — с сомнением обратилась я в пространство. — Ведь жизнь — сама по себе жизнь, одного Стража бы хватило сполна, если так посудить…

— Не сказала бы… Смотри, как тут расшифровывают все… «Жизнь — начало начал. Она зарождается с одной клетки и приобретает масштабные формы в ходе эволюции. Энергия — двигает эту жизнь, без нее невозможно даже самое простейшее движение, как и простая химическая реакция. Без Памяти — ни один организм не способен себя усовершенствовать. На основе трех предыдущих зарождается Природа и все стихии вместе с ней. Когда появляются люди — этого мало. Они — часть природы, но не способная выжить без Оружия», — прочитала Эйвери. Я задумчиво положила голову на стол и посмотрела снова в монитор.

— Ну если так… то да, все вполне логично, — согласилась я. — А там не сказано, что происходит со Стражами, когда они умирают? — неожиданно заинтересовалась я. Эйвери пролистала выше и кивнула.

— Да… на земле они вполне смертны, но… вот чтобы их убить, требуется весьма сложное сплетение всего того, что убивает сверхъестественных существ, — удивленно сказала она, посмотрев на меня.

— Я не удивлена. Если они, — символ Жизни — то чего ты хочешь? — резонно заметила я и хихикнула. — Только ты не совсем правильно истолковала мой вопрос. Я спрашивала не о том, как их убить, а о том, что происходит, когда они умирают, — ухмыльнулась я, откинув прядь рыжих волос назад. Да, все, что действует на не человеков собрать вместе довольно-таки большая проблема. Ибо три металла нужно сплавить между собой, потом поместить их каким-то чудом в костяную форму в виде кинжала, рукоять которого обвязать тонкой ветвью, и, пока смесь металлов в форме остывает, оставить на последних лучах закатного солнца.

— Что? — Эйвери повернулась ко мне, удивленно посмотрев. — Как ты сказала?

— Что сказала? — я повернулась к ней. — Я ничего не говорила…

— Нет, ты только что сказала, каким оружием можно уничтожить Стражей… В легендах этого нет, — произнесла она и добавила, — Но вот… логика есть. Только я не знаю какая…

— Мысли вслух, — пояснила я, вздрогнув. Я представила себе этот кинжал и поежилась. Не потому, что он выглядел страшным в моем представлении, а потому что мог уничтожить самое бессмертное существо. — Так что про их силу?

— Я ничего не говорила про их силу, — Эйвери снова окинула меня задумчивым взглядом. — А вообще ты права. Когда Страж умирает, его сила освобождается и выбирает себе нового, достойного, по ее мнению, преемника. Можно и самому отречься от этой силы. Тут только упомянуто, а не сказано, как именно…

— А может их… того? — осторожно предположила я. — И теперь мы должны закончить их дело? — хищно предположила я, понимая, что ляпнула околесицу.

— Не знаю… Не могли же сразу уничтожить Энергию, Память и Оружие… Тут наверняка что-то другое, — предположила Эйвери, — Да и, меня терзают смутные сомнения…

— Что у Шпака магнитофон, а у посла — медальон? — поинтересовалась я, цитируя знаменитую комедию «Иван Васильевич меняет профессию». Только вот было совсем не до смеха. Ни мне, ни Айве.

— Типа того… Они, оказывается, могут просто так спуститься в гости, а могут и… занять тело умирающего ребенка и расти как обычные люди, обо всем забыв и без всяких родимых пятен… Но это крайний случай, когда только у них есть цель и есть время для ее осуществления.

— Эмм… можно вопрос? — я встала с дивана и прошлась по комнате, потянувшись. Эйвери выжидательно посмотрела на меня, разрешая говорить. — Тебе имя Лора о чем-то говорит?

— Лора? — Эйвери задумалась. — Что-то знакомое есть… Лора… Лоренсия… даже не знаю. Нигде не слышала, а ощущение такое, что от этой дамочки нужно держаться подальше, — проговорила она. Я испытывала точно такие же чувства относительно Лоры. — А почему ты вдруг спросила?

— Просто ее имя упоминалось в моем видении. И, кажется, что наши взрослые двойники выстраивали против нее какой-то план. И вот что странно… Все татуировки совпадают. Присмотрись к фото, — Я указала на трех девушек и перевела взгляд на Эйвери, следя за ее реакцией.

— Просто… совпадение, — тихо сказала она. — Что за чертовщина с этими Стражами? — в сердцах воскликнула подруга, стиснув виски руками.

— Эй-эй-эй! Не нервничай, мне еще нужен твой ум и сообразительность. Может, сила предыдущих просто купилась на нашу схожесть с их бывшими обладателями? — предположила я.

— Может быть… Если нам передалась сила Стражей, и это все не бутафория, — Эйвери указала себе за спину, — то, получается, что ты можешь из самой обычной зубочистки сделать убойное оружие… И сама должна хорошо владеть своим телом в боевом смысле, — проговорила она. Я чуть на пол не упала от ее слов. Потом осмотрела свои худенькие ручки, пощупала бицепсы, оценила свою фигурку как «хлипенькую» и прокомментировала:

— Мне явно далековато до Шварцнеггера…

— Лиза! Я серьезно! — упрекнула меня Эйвери.

— Что? Я тоже серьезно, — нахмурилась я. — Ты посмотри, где я и где Страж Оружия. Я боевыми искусствами-то не занималась, а ты предлагаешь из зубочистки мне меч короля Артура сделать, — буркнула я недовольно, снова облокачиваясь на тумбочку. Эйвери было нечего сказать. Мы ведь не до конца были уверены, что мы — новая замена Стражам. И не факт, что их силы у нас имеются. — А ты… — намекнула я Эйвери продолжить ее мысль, которую прервала своим комментарием.

— А я… Я, получается, могу дать энергию для жизни неживому, сделать слабым самого сильного, сдвинуть давно заржавелый механизм, и… просто банально вызвать гром и молнию, — пояснила она. — Как-то так… Может еще что. Я не знаю. Или не помню…

— А Оксана? — Эйвери зачитывала вслух только назначение Стражей, их обязанности, а вот про способности умалчивала. До этого момента. Вот мне и стало интересно.

— Оксана… Ее способность, с одной стороны, не особо выдающаяся, но с другой — род ее способностей близок к некромантии…

— Ничего себе… Поднимать мертвых из могил? Это же круче, чем просто драться, — позавидовала я.

— Ты не дослушала. Помимо этого, она может материализовать любое событие, которое происходило на земле в любом году и в любом месте. И со всей этой памятью довольно трудно справиться, я бы сказала. Так что неизвестно, что лучше: простое, которым можешь всегда воспользоваться, или сложное, на которое иногда и сил не хватает, — Я вспомнила, в каком состоянии в видении к нам спускалась Оксан — Лирания, и невольно признала правоту Эйвери.

— Все. Объявляю на сегодня сеанс по Стражам закрытым. А то от всяких непонятных пугающих мыслей я скоро в голодный обморок упаду, — заявила я, намекая, что пора бы и перекусить. Отобрав у подруги ноутбук, я щелкнула по волшебной кнопочке и, дождавшись звука выключения, отправилась на кухню разогревать обед. Тем более, что папа скоро должен был освободиться от своих дел. Так что сытный обед не помешает никому.

Глава VI: Старые знакомые… враги

Тот враг гораздо опаснее, который притворяется твоим другом.

Юлий Цезарь Запоздалое наблюдение

Лора

Путь до города занял немного времени. Около часа. Я устроилась на переднем сиденье машины и наблюдала за промелькающими и быстро уносящимися вдаль домами, деревьями и полями. Я не разговаривала с матерью Оксаны, ибо погружена была полностью в свои мысли. Я думала о том, как лучше все сделать. И в этот раз победа будет за мной. Мне просто немного не повезло чуть больше сотни лет назад. Начальная стадия уже положена. Сейчас только решить мелочи и можно переходить к основной части. От мыслей меня отвлекла легкая боль, кольнувшая обе руки. Я чуть дернулась, но сделала вид, что все в полном порядке. Новорожденные. Им всегда после обращения требуется много крови. За свою длинную жизнь я уже и забыла, каково это — испытывать боль в кровеносных сосудах и мышцах от голода, терять над собой контроль… меня невольно передернуло.

— С тобой все нормально? — как сквозь туман услышала я голос Натальи, о существовании которой уже успела забыть.

— А? — Я чуть повернула голову в ее сторону и кивнула, — Да, все отлично. Просто задумалась, — Я снова отвернулась к окну. Итак, две силы Стражей у меня уже есть. Первой мне так и не дали научиться пользоваться, а вторая только поступила в распоряжение. Оксана никогда не выберется из-за барьера, установленного мной. Может, не сейчас, но еще денька два и воля Оксаны сломается окончательно. Если ей, конечно, потом не помогут. Все может быть. Кто знает этих Стражей? И еще Артемис… Раздумья о том, как я найду тех, кто подло меня подставил, привели к памяти девчонки. Она так отчаянно сопротивлялась, что было даже немного больно. Сила Стража Памяти уже дала о себе знать. Я в ускоренном темпе просмотрела все воспоминания заточенной Оксаны, останавливаясь на тех, которые касались поиска информации. Меня поразило то, каких совершенств сейчас достигла техника. Одна маленькая микросхемка, а столько интеллекта. Люди, может, и не умеют использовать естественные ресурсы и материалы так, как нужно, но в техническом плане они превзошли самих себя. Значит, приобщаемся к современной жизни. Память этой девчушки, увы, не имела тех сведений, которые мне были нужны. Случайно просмотренное воспоминание здания — не в счет. Владеешь силой тогда, когда умеешь ей управлять. И это относится не только к сверхъестественным существам и их способностям, а даже к самым обычным людям. Хотя с другой стороны, хорошо, что Оксана ничего не помнила. Это мне только на руку. Шестое чувство подсказывало мне, что я немного опоздала с уничтожением всех Стражей до того, как память вернется к ним. Они меня сейчас не особо заботили. Тем более, что существовали способы их задержать. Так или иначе, они привязаны к своим семьям, а это уже можно расценить как слабое звено. А что до украденных сил… пожалуй, что их освоение следует отложить в недолгий ящичек.

От мыслей меня отвлек звук открывающейся двери. Я вздрогнула и посмотрела на соседнее сиденье. Приехали. Я открыла дверь и вышла из машины, чуть потянувшись. Поездка была не очень долгой, но тело слегка затекло. И вены стало колоть изнутри еще сильнее. Я стиснула зубы, подавляя инстинкты зверя. Не хватало им еще поддаться, засветиться, а потом разгребать всю эту кровавую дорожку трупов. Я забрала из багажника свою сумку, забрала у охотницы ключи и открыла дверь домофона. С одной стороны, техника на грани фантастики, но с другой — все это можно понять на основных процессах естествознания. Я пропустила Наталью вперед, а сама немного задержалась, прислушиваясь.

— Что стоишь? Пойдем, — Она явно не хотела оставлять меня одну. Ах да, это же Оксана виновата… которая попросила за ней приглядывать. Я тяжело вздохнула и чуть тряхнула головой.

— Показалось, наверное… — Я скользнула следом за ней, прекрасно зная, что ничего мне не показалось. Помимо Стражей, бунтовщиков-вампиров тут еще нарисовались и оборотни собственной персоной. — Ты когда уходишь-то? — спросила я ее, мельком слышавшая, что Наталье надо было срочно уйти в город по делам. По каким именно, я уточнять не стала.

— Да, сейчас и ухожу. Рядовые, но важные вопросы, — улыбнулась она мне и ласково потрепала по голове. Единственное, что меня сдержало от ответа на этот милый жест, это внезапный удар по внутреннему барьеру, разделяющий двух личностей. Я пошатнулась, но устояла. Да, это была еще одна причина, по которой я не хотела избавляться пока от родственников Стражей. Когда их эмоции зашкаливают, то их сила контролю почти не подлежит. Я однажды этим пренебрегла, за что и была отправлена в скором времени на тот свет. А от окончательного заточения там меня спасли только Пески Времени, позаимствованные у Стража Жизни в качестве боевого трофея. Ноги сами понесли меня на четвертый этаж. Люди совсем неплохо устроились за последние сто лет, надо заметить… Руки сами открыли нужную дверь. Я проскользнула со своей сумкой в квартиру, скинула обувь и нырнула внутрь. Из памяти Оксаны следовало, что она головную боль усмиряла таблетками. Конечно, моя боль не совсем естественного источника, но кто знает, вдруг поможет? Пользуясь воспоминаниями Оксаны, я быстро отыскала упаковку анальгина, достала таблетку, и, не запивая, проглотила.

— Совсем плохо? — спросила охотница, пройдя в комнату и положив ключи на тумбочку. Я чуть поморщилась и кивнула.

— Пройдет. Слегка еще… вены колет, — Снова поиграем в невинную овечку, которая не знает, как бороться со своей жаждой. — До твоего прихода постараюсь продержаться… — Я изобразила слабую улыбку и опустила взгляд в пол. — А там что-нибудь придумаем, — тихо произнесла я. Взгляд беспокоившейся за свою дочь матери метнулся на меня.

— Сильно беспокоит? — Я пожала неопределенно плечами.

— Пока терпеть могу. Но… я не хочу куда-либо уходить… а то снова может наступить амнезия… У меня из головы не идет все тот случай, — всхлипнула я, заставив себя выдавить слезу, чтобы дать понять, какое для Оксаны это потрясение, и как она не хочет, чтобы это повторилось.

— Просто успокойся, — посоветовала Наталья, обняв меня за плечи. — И постарайся об этом не вспоминать. С непривычки… и не такое бывает. Я знаю, что говорю. Сама через многое прошла, — улыбнулась она, прижав меня к себе. — Может, я и не знаю, как тебе сейчас тяжело, но просто последуй совету: успокойся и не думай об этом.

— Я постараюсь, — судорожно вздохнула я, посмотрев ей в глаза и слабо улыбнувшись. Снова вены кольнула боль, заставив чуть сморщиться от неприятных ощущений. От Натальи веяло легкой свежестью. Волосы чуть коснулись моей щеки, источая аромат лаванды. Я чуть прикрыла глаза, когда мой слух уловил ее биение сердца. Такое спокойное. Я чуть усмехнулась. Ну да, она, во-первых, охотник, хоть и бывший, но навык захочешь — не пропьешь. А во-вторых, слишком уж хорошо она знала свою дочь. Я глубоко вдохнула и поспешила освободиться от ее объятий — даже на меня слишком сильно повлияло тепло ее тела, сильнее пробуждая голод.

— А ты… надолго? — спросила я от лица ее дочери, которая явно не хотела оставаться одна.

— Надеюсь, нет, — улыбнулась, отправляясь на кухню сооружать себе обед. Я только усмехнулась и отправилась в свою комнату. Я чуть прикрыла дверь, собираясь немного приостановить жизненные процессы мертвого организма. Чужая кровь давала нам не только возможность жить, как люди, но и сверхсилы. Другие процессы, напоминающие больше искусство некромантии, нежели естественный синтез энергии. И чем больше пользоваться ими, то быстрее исчезает чужая кровь, и нужна новая для поддержания жизни. Я села в кресло и полностью расслабилась. Кровь внутри равномерно распределилась по всему телу. Горячая еще, сразу видно, что обращена недавно. Я прикрыла глаза, наколдовывая искусственную смерть. Убивающий есть, дерево в груди есть, а крови нет, и все жизненные процессы отключатся сами по себе. Правда есть и минусы — боль будет настоящей. Раньше я этим часто пользовалась, когда сил оставалось совсем немного. Меня окутал красный туман. Кожа побелела еще больше. Тело выгнулось дугой, как при ударе со спины, и опало обратно в кресло. Я стиснула зубы, едва не потеряв сознание от боли. Но, тем не менее, обмануть организм получилось. Вены покалывать перестало. Зато вторая личность, благополучно запертая мной в недрах сознания, снова оживилась и с удвоенной силой стала крошить барьер. Я спохватилась слишком поздно — власть над телом едва не передалась Оксане. В висках стучало, белки глаз стали красными от полопавшихся сосудов. Хах, не только пришлось приложить усилия духа, но еще и некоторые физические.

— Ладно, подруга, видимо, пришло время с тобой поговорить, — усмехнулась я, откинувшись на спинку кресла. Боль начинала потихоньку сходить на нет. Когда она прошла окончательно, я выпрямилась и осмотрела комнату. Довольно-таки уютно устроено, и место свободное есть. Комната была чем-то похожа на пенал: узенькая, но протяженная. Окно оказалось точно напротив кровати, прикрытое тюлем. На белом подоконнике пара комнатных цветочков. В углу, напротив двери, стоял компьютерный стол со всей атрибутикой. С его левой стороны находилось три ящика. Верхнюю полку подпирали железные круглые небольшого диаметра цилиндрики. Рабочая поверхность стола была чистой, а вот наверху была полная анархия. Типичный бардак того, кто сдавал экзамены. Кресло, в котором сидела я, оказалось в углу. Рядом стоял торшер на журнальном столике, где лежали несколько книг. В одной даже была закладка. Пол покрывал мягкий красный ковер. На стене висели несколько картин с природными пейзажами. На некоторых я замечала, как будто призрака, какие-то полупрозрачные силуэты, подрисованные рукой Оксаны. Да, в ней уже просыпалась сила Стража, хотя она сама ее еще не осознавала. Да и сейчас не понимает, какая сила есть у нее… Я окинула взглядом комод, стоящий рядом с кроватью, на крышке которого были собраны пазлы. Картинка представляла собой репродукцию картины Сальвадора Дали. Я вышла в гостиную и увидела там маму Оксаны.

— Уже уходишь? — немного разочарованно спросила я.

— Прости, что покидаю… — Мама выглядела виноватой. — Приберешься дома? — Она уже успела переодеться в удобную закрытую одежду для лета. Как будто дело было связано если не с охотой, то нечто к ней приближенное. Я чуть прищурилась и кивнула.

— Хорошо. Это хоть какое-то занятие… — тихо проговорила я. Легкий поцелуй в щечку напоследок, закрытие дверей, и вот я стою перед зеркалом в гостиной. Я приблизилась вплотную к своему отражению и заглянула ему в глаза. Ногтем проткнула подушечку левого мизинца и очертила глаза, а на лбу отражения древний символ со множеством сплетений и завитушек. Своеобразная стенография, только еще более запутанная. Сей символ означал что-то вроде людской поговорки: «Глаза — зеркало души». Я отошла на пару шагов и расстегнула блузку с высоким воротом, чуть обнажив тату с горящим черепом. Отражение, вопреки всем законам, так и осталось таким, будто к зеркалу подходили вплотную. Я присела на край кресла и сказала с усмешкой:

— Ну, здравствуй, моя головная боль, — Отражение, не в с илах сдвинуться с места, посмотрело на меня с пылающим в глазах праведным гневом.

— Ты… Мало тебе одной нашей силы, так ты решила забрать все?! — возмутилась Оксана. Я с сожалением поняла, что в Зеркальную Реальность мне будет Стражницу не переселить. — Твой гениальный план не сработает. Теперь я понимаю, почему мы не могли тебя найти. Ты просто ждала, чтобы занять тело одной из нас, подавить сознание до того, как она все вспомнит и, тем самым, завладеть ее силой! — праведно негодовала она, метаясь из одного конца зеркала в другой. Стеклянная поверхность треснула. Мои печати держали Стражницу внутри не полностью. Отражение второй души готово было рвать и метать… от бессилия что-либо сделать.

— А ведь сработало, признайся, — усмехнулась я. С той стороны только бессильно ударили кулаками по зеркалу. Мелкая трещинка пробежалась в теперь и в правый угол. — И не ломай свое имущество, — посоветовала я ей, за что в ответ получила свирепый взгляд. — Не злись. Тебе это не идет… Значит, все вспомнила? Раньше, конечно, чем я думала, но и так мне тоже на руку. Тогда ты знаешь, что мне нужно. И что я это найду, — серьезно сказала я, смотря на отражение. Оксана, она же в прошлой жизни Лирания, только качнула головой.

— Тебе это не найти, — тихо сказала она, зная, что я имею в виду. Я подняла бровь, вопросительно посмотрев на нее.

— Неужели? — прищурилась я, ощущая в ее словах какой-то едва уловимый подвох. Стражи Памяти были необычайно умны, а раскусить их загадки порой не могли даже другие коллеги. Отражение кивнуло и снова с долей презрения посмотрело на меня.

— Уверенность, конечно, хорошо, но когда ее слишком много — больно окажется падать. И еще… если не я сама выгоню тебя из моего тела, то это сделают другие, — просто сказала она, не угрожая, но предупреждая. Я ухмыльнулась. Собственно, на это я и рассчитывала. Простенькое заклинание привязки духа к телу сделало свое черное дело. А этим можно было воспользоваться в плохую для Оксаны сторону.

— Даже не сомневаюсь, — хмыкнула я. — А теперь прости, у меня есть дела, некогда мне тут с тобой разговаривать. Только одна просьба: не мучай мою больную голову, — проговорила я, ногтем вычертив во лбу себе символ полного разъединения душ. Ну вот. Теперь меня не будут беспокоить, по крайней мере, ближайшие несколько часов. Удары Оксаны по барьеру были для меня словно легкие царапки, на которые я со временем перестала обращать внимание. С сомнением посмотрев на чудо техники, где можно было найти много всего (в том числе, и много лишнего), я все-таки решила использовать старый проверенный и работающий во все времена вариант. Я прикоснулась к земле, использовав ту, что была в цветочном горшке, выложила символ, что означал «поиски объекта», капнула своей кровью, и дунула на него. Земля тут же слетела с подоконника, выкладывая только одной мне видимую дорожку. Конечно, я не Страж Природы, но кое-что тоже умею. Ветер через открытое окно встрепенул мои волосы, шепнув имя найденного. «Арртеемииссс», — прошелестело на всю комнату. Меня как будто током передернуло. Конечно… Имя это мне было больше чем известно. Сто лет назад он первый догадался поднять против меня бунт и присоединиться к Стражам, мол, я слишком плохо знаю людей. Я могла ему сказать, что он плохо знает вампиров и то, что они могут сделать, всего лишь совместив свои силы и силы естественной жизни, которая от нас не зависит. Взгляды не сошлись. Он в самый последний момент отдал меня на растерзание Стражницам, рассказал все мои планы… а они, конечно же, этим воспользовались. Я думала, что с его демагогией его давно охотники уже приперли к стенке, а, оказалось все наоборот. Живет Артемис как приличный гражданин, с вампирами не тусуется, пьет только донорскую кровь и работает адвокатом. В этот же маленький городишко его занесло запутанное дело, и защита невиновной души. Ветер все рассказал мне. Свободная стихия, гуляющая по дворам, заглядывающая в каждый дом, видит все, а при правильном использовании и принесет много интересных сведений. Вот и мне нашептал.

— Вот ты и попался. Теперь сам ищи адвоката, чтобы доказать свою правоту, — ухмыльнулась я. Для начала, следует его немного запугать… Инстинкты любого вампира направлены не только на охоту. Умение видеть знаки в любой мелочи помогает им избегать опасности или же прийти к верному решению. Предупреждение, думаю, будет в самую точку. И, как знать, может он поймет от кого оно послано? Я еще раз чиркнула ногтем по запястью. Кровь капнула на подоконник. Немного подумав, я с помощью специфичной магии крови, доступной когда-то только представителям моего клана, создала из крови тонкий лук и стрелы. Открыв окно, выстрелила, уверенная, что стрела достигнет своего адресата. Я улыбнулась сама себе. Все складывалось как нельзя лучше пока что в мою пользу. И осталась финальный заход — убрать все следы с места происшествия. Будто бы ничего не было. Я отправилась в ванную и обычным дедовским способом, с помощью воды, мыла и газеты, протерла зеркало от крови, давая свободу отражению, и стерла с подоконника оставшуюся землю и кровь. Все. Больше трата сил в мои планы не входила. С довольной улыбкой я легла на кровать. Я прикрыла глаза и погрузилась в сон. Мгновенно, без прелюдий. Искусственная смерть тоже сыграла в этом не последнюю роль. Только во сне тоже пришлось осторожничать — с той стороны барьер подвергался взлому. Оксана тоже не дремала и не теряла зря времени.

* * *

Сон мой нарушили звуки бьющегося стекла. Я вздрогнула и приподнялась на локтях, пытаясь понять, что происходит. Первым делом я прощупала барьер. Странно, как у Оксаны после всего остались еще силы… пока разделяющая защита держалась, но уже дала слабину. Итак, вернемся к причине, которая меня разбудила. Я посмотрела в окно, с удивлением обнаружив, что солнце уже почти зашло за последний попадающий в мое поле зрения пятиэтажный дом. Небо с моей стороны отливало благородной насыщенной синевой, но к солнцу оно приобретало нежно-розовый цвет. Перьевые облака украшали небо. Тени от домов и фонарей пролегли до половины площади. Скоро… я все осуществлю скоро. Я встала с кровати и прошла через гостиную, короткий коридор, а затем в кухню. Почти сразу стало ясно, что произошло — (мама Оксаны уже вернулась, видимо давно, судя по ее халату и домашним тапочкам) она просто разбила чашку.

— Привет, — улыбнулась я ей, сонно взглянув на охотницу.

— Это я тебя разбудила? — спросила она, перекинув волосы через плечо с легкой виноватой улыбкой. Я пожала плечами.

— Я все равно собиралась вставать… Сколько сейчас времени? — спросила я. Магия искусственной смерти еще действовала, но скоро потребуется новая доза крови.

— Около десяти вечера, — ответила она. Я растеряно кивнула, принимая это к сведению.

— Ты как? — осторожно спросила Наталья. Я удивленно посмотрела на нее, спросонья не особо понимая, что она имеет в виду. Зато, видимо сообразила Оксана. Барьер дал брешь, а по моему сознанию и всему тела прокатилась боль. Стекло на окне запотело, и проявились слова: «Только тронь ее…». Я прищурилась, но поняла, что это не угроза.

— В смысле? — спросила я ее, подняв на Наталью взгляд. — Я только проснулась и немного еще пока притормаживаю… — пояснила я, чтобы сразу избавиться от лишних вопросов.

— Голод твой меня волнует, — тихо сказала она. Я скосила глаза на ее руки. Под бледной кожей явственно проглядывались голубые реки вен. Я сглотнула и отвернулась. Нет, только не сейчас. Теперь я поняла, почему так всполошилась Оксана. Она просто не хотела причинять боль своей матери. Даже от ее роли донора отказалась. Да, не самый подходящий вариант, учитывая, что, если я это сделаю, барьер рухнет окончательно.

— Нет, — немного резко сказала я. — Прости. Но… только не ты. Я лучше тогда сама. Постараюсь аккуратно, чтобы никого… — я вздрогнула, пытаясь представить, как себя повела бы Оксана в такой ситуации.

— А если кого? — поинтересовалась Наталья, посмотрев на меня. — Что тогда? — Я опустила взгляд. Да, тут было сказать нечего. Сама бы я с удовольствием кого-нибудь убила. Только приходится считаться со своей второй личностью. Ведь все-таки изначально это было ее тело.

— Криминальный розыск, — мрачно пошутила я. — Нет, серьезно… я лучше сама. Прогуляюсь на часик-другой, — тут я внезапно вспомнила про охотников, что по ночам берегут город от нечисти. Только упоминать я про них не стала. Сейчас бы самый главный вопрос решить… — И если через два часа не вернусь, то звони и отправляйся за мной. Договоримся так, — слабо улыбнулась я. Барьер с той стороны сознания перестал трещать по швам. Оксану такой расклад событий вполне устраивал. Наталья с сомнением посмотрела на меня.

— А если возникнут последствия? Я вот этого боюсь. Так что лучше я, чем кто-то другой.

— Нет, мама! Я отказываюсь! — Это была на мгновенье прорвавшаяся Оксана. Я с трудом отправила ее за барьер и залатала брешь, насколько это было возможно. — Нет… Я просто отказываюсь от этого, — тихо повторила я, отправляясь в коридор. Туфли на платформе мгновенно оказались на ногах и, пока Наталья пыталась что-то предпринять, я уже выскользнула за дверь и сбежала вниз по лестнице.

— Оксана, стой! — разнесся крик на весь подъезд, но я уже не слушала. Хлопнула дверь подъезда, и я оказалась уже на улице. Пока я больше не услышала лишних слов в свой адрес, я поспешила скрыться на другой улице. Скорость позволила быстро перебежать шоссе и оказаться у кирпичного девятиэтажного дома. Я выдохнула с некоторым облегчением, но почти сразу почувствовала, что барьер снова пытаются выломать с той стороны, а вены просто горели внутри огнем. Надо срочно выпить крови. Или тело не достанется никому. Его просто поведет зверь. Я вдохнула полную грудь воздуха и снова посмотрела на промелькающий мимо мир. Одета для ночной прогулки я оказалась весьма легко, да и то это обнаружила, поймав на себе заинтересованный взгляд компании парней. Тонкая блузка, шарфик под ее цвет, скрывающий тату, который я успела сорвать с вешалки при выходе из дома, и джинсовые бриджи по колено. Белые туфли на платформе, слишком открытые для ночи. Температура падает, но я ее совсем не чувствую. Чутье быстро подсказало мне, куда надо идти, чтобы и Артемиса застать, и перекусить. На мгновение снова голову пронзила головная боль. Я поморщилась и ментальным ударом отправила Оксану отдыхать за барьер. Подходящая жертва нашлась почти сразу. Силы Стража Памяти смешались удивительным образом с моей телепатией, и я смогла увидеть прошлое одного на вид делового человека. Был забитым школьником, родители своих детей не особо любили, брат был из разряда «сила есть — ума не надо». После смерти отца крупная фирма перешла к матери. Парню на тот момент было уже 22 года. И он, зная, что все получит брат, а сам останется беден и нищ, решился на этот шаг — убрать с дороги и брата, и мать, чтобы не тянуть кота за хвост. Идеально спланированное хладнокровное убийство. У парнишки талант… попросил брата перекрыть газ, дрожа от страха, что может произойти утечка. Тот с усмешкой все выполнил. Обозвал его трусом и ушел. Ночью этот бизнесмен повернул ручку, открывающую газ так, чтобы остались отпечатки пальцев его брата без его собственных. Мать так и не проснулась. В убийстве обвинили его брата, который так и не понял, кто его подставил. Вопрос: чем люди хуже нас? Если мы убиваем, чтобы выжить, то они убивают, чтобы занять выгодное положение. Неважно где — любая сфера жизни может сподвигнуть их к убийству, казалось бы, ни за что. Думаю, подходящая роль. Не всех же подряд убивать, есть и нормальные люди, несмотря на то, что я презираю всех и каждого из них. Охотники — единственное исключение из правил. Они у всех представителей нашей расы, как заноза в пятке.

Что ж, поиграем в невинную овечку. Как я любила это делать, когда охотилась… а то удовольствия от процесса никакого ведь не будет.

— Извините! — крикнула я, подбегая к собиравшемуся уезжать бизнесмену, дрожа как осиновый лист, мол, от холода. — Можно вас… попросить… — Он так и остался стоять около машины, открыв дверь и не садясь внутрь салона. Я окинула его беглым взглядом. Внешнее впечатление он создавал приятное, но если приглядеться, то можно было в его взгляде увидеть искринку жестокости. Сразу видно, что в глобальных вопросах пойдет по головам, а хищная улыбка сообщала о том, что его сердце заморожено, а девушек он меняет как перчатки. Даже особа, считающая его своим парнем, привязалась к нему из-за денег. О любом можно рассказать много, лишь раз на него взглянув. — Я… я потерялась в городе… из другого сама приехала… ик… вы… не подвезете меня до пункта назначения? — тихо спросила я, пуская слезу. Так проще добиться согласия, когда давишь на жалость. Мужчина с интересом посмотрел на меня, явно что-то соображая. Ну да… на вид внешности Оксаны можно дать лет 18, совершеннолетняя девушка, а вампиризм сделал ее еще и невероятно красивой. Не модель, конечно, но чувствовалась изюминка и тайна, которую хотелось раскрыть. — Я потом все оплачу, если надо… у меня мама… я ее попрошу, — продолжала я несвязно бормотать, окончательно вжившись в роль. Слезы текли по щекам непроизвольно, оставляя мокрые дорожки. От этого я казалась еще беззащитнее.

— Конечно, оплатишь, — усмехнулся он, указывая на переднее сиденье рядом с водителем. Я кивнула, как бы не в силах поверить в свое счастье. Со сверхспособностями неинтересно с людьми. А так хоть поиграть с ними можно.

— С-спаси-ибо, — заикаясь, проговорила я, заняв предложенное место. — Меня зовут Оксана… — тихо сказала я, утирая слезы.

— Ксения, значит… Очень приятно, — улыбнулся он. — А я Андрей Васильевич Робковский. Будем знакомы, — Он снова окинул мою фигурку хищным взглядом. Я сделала вид, что не обратила внимания. А еще я заметила, что в такой щекотливой ситуации Оксана даже перестала ломать барьер. А может, это так на нее мой ментальный удар подействовал.

— Я не Ксения. Не люблю, — шмыгнула я носом, копаясь в воспоминаниях Оксаны. Той это явно не понравилось, и она начала снова крошить мной установленный барьер. Я только ухмыльнулась, забывшись на мгновенье, но тут же вспомнила, что играю роль невинного ангелочка, и снова состроила самое невинное выражение лица.

— Прости, не знал, — снова усмехнулся водитель, давая по газам. Колеса машины мягко прошуршала по камешкам, выезжая на дорогу. Я смотрела с некоторым интересом на пролетающие мимо неоновые вывески магазинов, улицы, серые дома, парки, освещаемые фонарями.

— Куда едем, красавица? Адрес-то ты мне так и не сказала, — весело произнес он, снова окидывая меня хищным взглядом.

— Честно? — Все, игры закончились. Я подняла на него взгляд уверенной в себе девушки, прожившей не одну тысячу лет. — Вот адрес… Частный сектор дачных домов, от конца второй дом, если смотреть с нашей стороны, то правая… Я даже скажу больше. Ты живешь в том районе, — усмехнулась я, чувствуя, как по глазам проскользнул легкий огонь, а радужка из зеленого цвета окрасилась в красный. — Так что едем туда.

— Оу… такая богатая мама? — предположил Андрей Васильевич, наивно подумав, что в моих глазах играет блик от фонарей. О, ты еще мои зубки верхние не видел…

— Я бы не сказала, что богатая… Скорее незаконченные дела, — Я чуть прищурилась. — Это мое личное дело, — предупредила я, обрубив на корню попытки дальнейших расспросов. Бизнесмен снизил скорость, но продолжал вести машину, а его рука легла мне на колено. Я пока не стала ее убирать, делая вид, что я довольно доступная девушка. Почувствовав свободу, он стал постепенно подниматься выше, поглаживая кожу через ткань так, будто делал это постоянно (хотя так оно и было). Вскоре машина и вовсе остановилась. Чего я, собственно, и добивалась.

— Андрей Васильевич… Вы свою матушку любили? — невинно спросила я. Бизнесмен так ушел далеко в своих некультурных фантазиях, что, казалось бы, простой вопрос, заставил его опешить.

— А она тут при чем? — удивленно спросил он.

— Просто она знает, что это ты убил ее. И теперь настал твой черед. Считай, что я от нее, — зловеще сказала я с ухмылкой.

— Что за ерунда? — нахмурился Андрей Васильевич.

— Ты знаешь, о чем я. Идеальное убийство в свои 22 года, — прокомментировала я. — А сейчас умрешь ты, так и не осуществив своих мыслей в отношении красивой особы, сидящей рядом. — Мои слова окончательно запутали бедного предпринимателя. — Иди сюда, я тебя поцелую, — хихикнула я. Расслабившись, Андрей Васильевич ухмыльнулся, выбросив все из головы. Я оказалась у него на коленях в тесной машине… Играла какая-то медленная музыка по радио… Я откинула волосы на одну сторону, посмотрев ему в глаза и чуть приоткрыв губы, которых чуть касались белоснежные клыки. Его руки опоясали мою талию. А губы попытались затянуть в поцелуй. Но я увернулась, подставив под них шею. Теперь осталась одна маленькая деталь: сосредоточиться на его сердце, крови, своем голоде и просто поддаться инстинктам. Я даже не уловила самого момента. Только почувствовала вкус крови у себя на языке и угасающий в венах огонь. Рот бедняжке-убийце я закрыла рукой, благо, силы у меня было больше. Чужая кровь быстро всасывалась в желудке, заполняя мои почти пустые вены и артерии. Вскоре Андрей Васильевич потерял сознание от потери крови, а я на этом не остановилась. Жажда утихомирилась лишь тогда, когда вены оказались полностью заполнены, а температура тела бизнесмена резко упала, и его пульс исчез. Ни одна капля крови не брызнула ни в салон, ни на его одежду. Последние капли остались у меня на губах и у него на шее.

— Спасибо, что подвез, — с милой улыбкой на губах поблагодарила я, выходя из машины. Платком я стерла кровь с его шеи, полюбовавшись аккуратным следом от укуса. Я ровно усадила его за руль и захлопнула дверцу машины, отправившись дальше. Теперь предстояло решить вопрос с Артемисом, тянувшийся еще хвостом с прошлого века. С этим опытным лисом играть в невинную овечку бесполезно — он сразу чует, какая раса перед ним. Успокаивает только меня то, что может не сразу сообразить кто перед ним. Я чуть приостановилась и подумала, как лучше явиться. Тайно? Хм, вариант, но не зря он был одним из богатых и влиятельных вампиров в городе — охрана из таких же, как он, да еще и которые помнят, кто я, мне была совсем ни к чему. Могут все почуять неладное. Лучше сыграть заблудшую вампирку, которую замучила жажда настолько сильно, что она даже ничего не помнит. Тем более, что новообращенность Оксаны сыграет в этом не последнюю роль. Подойдя к двери его дома, я решительно забарабанила в дверь, снова выпустив на волю великолепную актрису, которая начала биться в истерике, сцарапывая железом кожу на ладонях и неподдельно плача. С губ срывался какой-то хрип, а иногда можно было услышать истеричное: «Откройте!!». Над террасой вспыхнул свет, а к калитке выбежал сам владелец дома, не сообразивший, что случилось. Видимо, он готовился ко сну, раз выбежал в халате, весь взъерошенный и в домашних тапочках. Выглядело это довольно мило. Типичный адвокат, который многого добился, но не «разъелся» после этого, а продолжил помогать людям. Я, все еще пребывая в истеричном состоянии, сползла вниз по забору, закрывая лицо руками, которые уже были в крови, ибо я пыталась сломать калитку. Пока Артемис пытался отнять от лица мои руки, я успела размазать кровь по щеке и губам, будто бы в таком неаккуратном виде я к нему и пришла. Брюнет высокого роста, хорошо сложен, несколько полноват. Черты лица резковатые, высокие скулы, яркие синие глаза. По щеке проходит шрам, который я ему когда-то оставила на память, когда он меня предал. Волосы длиной до плеч, но взъерошенные так, будто он обладал короткой стрижкой. Совсем не изменился. Наконец, ему удалось одернуть мои руки от лица.

— Я не хотела!! — крикнула я ему, продолжая отбиваться.

— Тихо, успокойся, — Он крепко сжал мне обе руки за запястья, чтобы я не покалечила ни его, ни себя. — Что произошло? — его голос был мягким и бархатным, успокаивающим. Все еще пытаясь отбиться, я всхлипнула и подняла на него глаза.

— Я… я н-не знаю… Я ничего не помню, — прошептала я, дрожа, как осиновый лист. — Может, убила кого… я не помню, — пробормотала я, чувствуя, как по щеке скатилась слеза. Я украдкой подняла на него взгляд и заметила, что он чем-то встревожен. Но это была тревога не только за меня. Видно, были еще и какие-то другие проблемы. Я со злорадством отметила, что мои знаки он получил.

— Бедная девочка, — посочувствовал он мне. — Давно тебя сделали такой? — ласково спросил он, убирая слипшуюся от крови и слез прядь волос с моего лица.

— Н-нет, — все еще всхлипывая, сказала я, продолжая дрожать как будто от холода. — Может… около недели назад, может, меньше… Я перестала считать дни с тех пор, — Да, я так вжилась в роль, что сама начала себе верить.

— Оно и видно, — усмехнулся Артемис. — Пойдем, тебе не надо оставаться одной в таком состоянии. Ты с кем-то живешь? — спросил он, помогая мне подняться с мокрой от росы травы.

— Да но… мама уехала на пару дней, — соврала я, но вполне натурально, судя по тому, что Артемис это принял за чистую монету.

— Ясно… тогда проведи у меня пару дней. Я тебя смогу проконтролировать. Я такой же как и ты, только немного старше, — Я вздрогнула, тут же проявив некоторое недоверие к вампиру, — Не бойся. Я не причиню тебе вреда, — так же ласково проговорил он, ведя меня в дом. Я чуть успокоилась. Его энергетика и правда внушала расположение и доверие. Мы молча прошли в дом. — Иди, приведи себя в порядок, — посоветовал Артемис. — Ванна на втором этаже, прямо по коридору. Потом приходи сюда, — уверенно распорядился он. Сразу видно, что не впервые с новорожденными вампирами общается. Я, все еще играя роль неуверенной в себе и в его благородности девочки, стала осторожно подниматься наверх. Поднимаясь, я стала прислушиваться, где располагается его охрана. Это был отдельный небольшой домик, до которого отсюда недалеко. Так что надо сделать будет все как можно осторожней. А избавиться от Артемиса мне, пожалуй, поможет сила Стража Жизни. Я довольно быстро отыскала ванную. Дом сам по себе был роскошным, и обстановка в нем весьма раритетная, надо заметить. Причем раритетность сего дома сочеталась самым удивительным способом с современной техникой. Я закрыла дверь ванной и осмотрелась. Чего тут только не было… множество полок забито всякими кремами, бальзамами, солями, и прочей мыльной атрибутикой со всеми ароматами, на любой вкус и цвет. Запахи смешивались и сливались в неповторимую композицию, которая немного даже успокаивала. Сама ванна стояла на литых ножках, отливающая белой эмалью. Напротив нее была душевая кабинка, рядом с которой были установлены поручни, на которых висели полотенца. Раковина оказалась рядом со входом. Она тоже была сделана по-особому — в виде греческой колонны. Я осторожно пустила воду и стала избавляться от крови на своих руках и лице. Вскоре я снова вернула своей коже благородную белизну. Решив, что пора сбросить маски, я решительно спустилась вниз по ступенькам, сжав одну руку в кулак.

— Спасибо за заботу о бедной девочке, Артемис… — Вампир резко обернулся. В его глазах застыло недоумение — имени своего он мне не называл. — Но это только образ. Иначе к тебе было не подобраться, чтобы сказать «спасибо» за предательство столетней давности, — лениво проговорила я, чувствуя, как приток жизненных сил пробежал по венам. Значит, со мной все-таки сила Стража.

— Ты… Кто ты такая?! — Он резко даже переменился в лице, пока еще только пытаясь вспомнить, кого он предал сотенку лет назад.

— Ты правильно мыслишь, — ухмыльнулась я, посмотрев в упор на него.

— Лора… Как ты?.. Тебя же убила Стражница Энергии, — недоверчиво сказал Артемис, пытаясь нащупать подходящее оружие под рукой. Я следила за каждым его движением. В конце концов, убить его я всегда успею. Сила Стража Жизни в помощь.

— Конечно, видел. Но перед этим я успела укоротить срок жизни одного из Стражей, а в качестве трофея получила Пески Времени. Вернулась сюда, переродилась в новом теле… только сначала подождала кое-что. Когда это тело займут… — Я сдернула платок, обнажив тату в виде горящего скелета. Артемис судорожно вздохнул.

— Ты! Это подло, — тихо сказал он, нащупав, наконец, рукоять на вид сувенирного ятагана на стене.

— Что ж делать… Иначе со Стражами в одном мире мне не выжить, — усмехнулась я.

— Охрана! — крикнул он, почти одновременно атакуя меня с железкой в руках. Я чуть уклонилась, но острое лезвие чуть полоснуло по горлу мне. Я запоздало вспомнила, что слово «охрана» в понимании Артемиса — сигнал о том, что на него напали. Причем напал не просто какой-нибудь новенький вампирчик, а опытный, в летах. У него было много различных шифровок, а некоторые я просто запомнила. Ибо он раньше использовал их, чтобы атаковать меня. «Охрана» в лице его закадычных друзей — Симона и Льюиса — тут же стала меня обстреливать из арбалета с наружной стороны дома, просунув оружие в узкую щель от приоткрытого вверх окна. Я нырнула за кресло, краем сознания понимая, что пока я в теле Стража от дерева мне ни жарко, ни холодно.

— Убьешь меня — убьешь и Стажницу, — насмешливо сказала я, обернувшись в сторону замершего Артемиса. Тот задумался, что-то решая. Стражей убивать в его планы не входило.

— Как вы… оказались в одном теле? — сдержанно спросил он. Стрела пробила спинку кресла, а ее наконечник вонзился мне под лопатку. Я сморщилась и чуть отодвинулась в сторону, пока не вылезая из укрытия.

— Долгая история, начавшаяся сотню лет назад… — начала я, специально растягивая слова. Будто бы рассказывала какую-то сказку. — Ты мне сорвал планы. Печати с манускрипта пришлось снимать быстро… ну и устроила в деревне небольшой концерт с бедной и несчастной. Они поверили и попали под мое влияние… — Вампир вздрогнул. Я увидела его смазанные воспоминания о битве с подчиненными мне людьми, непонимающими, что они делают.

— Да, актерства тебе не занимать, — сказал Артемис, справившись с собой и делая осторожные шаги в мою сторону. — Если бы я знал, что это ты, то ни за что бы не стал тебе открывать дверь, в какой бы истерике ты не билась, — мрачно сказал он. Я прищурилась, прислушиваясь к шагам. Симон заходил с одного бока кресла, а Льюис — с другого. Когда они только успели в дом пройти?.. Но в нашем мире полно случайностей, которые составляют жизнь. И иногда они приводят к смерти. — Что было дальше? — сподвигнул Артемис меня продолжить историю. Я обратила внимание на то, как все расположено в комнате. Удар должен быть один на двоих.

— Дальше? Один из них, Юджин, самый любопытный, подошел слишком близко… Один удар, Стража нет, его артефакт — Пески Времени, дарующие вторую жизнь — оказались у меня. Пришлось, правда, за воротами Ада ждать, когда бдительность Стражей ослабнет, чтобы воспользоваться Песками Времени… Но этого стоило. Один Страж мертв, а его сила у меня. Артефакты могут быть полезны, если уметь ими пользоваться, — усмехнулась я, продолжая пока что сидеть и выжидать нужный мне момент.

— Это подло… ждать, когда Стражи явятся, реинкарнируются а ты… просто взяла и заняла все готовенькое! — процедил сквозь зубы Артемис. Я поморщилась и чуть усмехнулась.

— Знаешь, в чем твоя проблема? Ты со своими друзьями слишком правильный… — Я сжала руку, вызывая силой Стража Жизни ряд случайностей. Сначала из угла упала клюшка с подписью знаменитого хоккеиста, сдернувшая с креплений окно. Оно резко опустилось вниз на арбалет (со стороны как украшение, но иногда применяется и в боевом назначении), повернув его в сторону Симона. Он даже сказать ничего не успел — пушистое оперение наконечника чуть трепетало на его вздрогнувшей груди.

— Упс… Как я могла, — с долей сочувствия я посмотрела на рухнувшего вампира. Повисло молчание. Друзья погибшего медленно, но верно доходили до точки кипения. А злость и гнев — не самые лучшие советчики в борьбе с такими, как я. Не став дожидаться, когда меня вытащат из-за кресла, я сделала скользящее движение вперед, ощутив, как ятаган, с которым не расстался Артемис, срезал мне волосы и оставил кровавую дорожку на спине. Я встала около лестницы, пытаясь найти быстрое решение проблемы. Но оно, увы не подвернулось. Пришлось сорвать со стены второй ятаган и скрестить лезвия. Металл звонко зазвенел, сталкиваясь с другим клинком. Краем глаза я следила за Льюисом, который перезаряжал пистолет с обычных пуль на деревянные.

— Следи за крышей, — посоветовала я ему. На небесах грянул гром невероятной силы. Молния ударила в дерево, сломав его. Древний, тяжелый, многолетний дуб рухнул на крышу дома в самом слабом ее месте. Ветки дерева пробили ее, пол чердака и даже вспороли пол комнаты, где мы находились. Случайности, а сколько от них вреда. Причем не только комнате, но и Льюису, который оказался придавлен деревом к полу. Не смертельно, но боль лишит его возможности стрелять в меня. Артемис был неизвестно чем даже больше оглушен: потерей друга или грохотом от падающего дерева.

— Я еще тут, — позвала я его, намереваясь нанести смертельный удар. Но его не сбили со здравого ума все произошедшие несчастья, и отразить удар он вполне смог. Я усмехнулась. Бывший ученик. Настоящий талант. Жаль только, что предатель. Здесь явно не хватает силы Стража Оружия. Но ладно, сама справлюсь. Честный бой закончился сто лет назад. Удар ногой под колени. Не опускаясь, а совершив круговой оборот, удар по запястью так, что ятаган вылетел из руки Артемиса, а запястье оказалось сломано. Он стиснул зубы, но ничего не сказал.

— Раньше, до того, как Брем Стокер назвал нас вампирами и рассказал, что нас убивает дерево, нас называли вурдалаками, упырями… а убивали сношением головы. Вот так, — Артемис, прижатый к стенке, попытался уклониться, но ему помешал это сделать внезапно обнаружившаяся позади него дверь. Проскользнуть в нее он не успел, а уклоняться было невыгодно — вторая моя рука только этого и ждала, чтобы пронзить его сердце стрелой от арбалета. Но, тем не менее, он попытался это сделать, перехватив мою руку за запястье. Лезвие ятагана, пока он держал меня, пытаясь ускользнуть в сторону, вошло со спины в шею. Послышался хруст позвонков. Кровь фонтанов брызнула на стену из перерезанных сосудов. Безвольное тело Артемиса, вздрагивая в последний раз, упало на пол.

— Не надо было играть в предателя. Этого я никому не прощаю, — обратилась я к трупу и повернулась к последнему оставшемуся в живых Льюису. — А ты… умрешь от собственного пистолета, — сказала я ему, подобрав миниатюрное оружие, сделанное под вид кольта. Я проверила магазин. Хах, неплохо… в спешке зарядить тремя патронами. Все поставив так, как надо, я навела дуло в грудь Льюиса, который с ненавистью смотрел на меня, но не мог ничего сделать.

— Гори в Аду, — процедил он сквозь зубы. Я посмотрела на него сверху вниз и хмыкнула.

— Уже горела. Теперь твоя очередь туда отправляться, знакомиться с тамошними авторитетами, — Пуля просвистела и с глухим звуком вошла в тело Льюиса. Он захрипел, ловя ртом последние капли воздуха и затих. Его мучения прекратились.

Осмотрев поле брани, я покинула этот дом. Осталось только замести следы. На улице на меня дохнул свежий ночной воздух. Только он был немного холодным. Его следовало бы разогреть. Я ухмыльнулась про себя. Земля, на которой был построен этот дом, была сама по себе нехорошая — когда-то тут была братская могила. А затем неуспокоенные души стали заставлять делать людей то, что они потом боялись рассказать или даже вспоминать. Силой Стража Памяти я пробудила эти души. Теперь надо их направить. Ведь и меня атаковать могут. Призраки недоверчиво скользнули ко мне.

— Это наша земляяя, — раздался голос стоящего впереди меня призрака, словно он был везде и говорил сразу отовсюду.

— Я знаю, — я постаралась, чтобы мой голос звучал уверенно. — Я очистила вашу землю от трех вампиров… Но дом по-прежнему на месте… Защита сломлена. Вы свободны, — Призраки нетерпеливы и не любят, когда болтают не по существу. Я краем глаза посмотрела на остальных духов. Их число превышало, наверное, сотню. Я осталась стоять на месте, ожидая решения самого главного из них. С загробной жизнью шутки плохи. Самые опасные из всех существ — это духи. Они уже мертвы, но и не мертвого, вроде нас, могут завести в гроб, а потом и к себе в компанию. Проверив землю, которая запомнила, что тут случилось, дух подлетел слишком близко, обдав меня могильным холодом.

— Ты была здесь не ради нас… — Я чуть отклонилась назад.

— Да, но… я же позвала вас… когда избавилась от тех, кто вторгся на вашу землю. Сбросила печать, что держала… — ответила я с некоторой осторожностью.

— Дааа… за сссмелость и нашу свободу ты имеешь право на одну просьбу, — прошипел призрак. Конечно, он был недоволен, что я еще тут, на его земле, но понимал, что это я их освободила и, не получив свою долю лакомства, отсюда не уйду.

— Может, это будет слишком смело но… сделайте эту землю вновь пустынной. Будто те трое пропали без вести. И как будто тут, кроме вас, ничего никогда не было, — выпалила я, внимательно следя за реакцией духа. Тот пристально посмотрел мне в глаза и хохотнул.

— Ты мне нравишшься… хорошо…. Мы учтем твои пожжелания, — Я поняла, что дискуссия окончена, и мне пора уходить. Я выскользнула за калитку и выдохнула с облегчением. Не сожгла, как планировала, домик, но и так тоже неплохо. Духи знают свое дело. Я побежала вдоль дороги. Моя миссия была закончена, а времени ушло на все очень много. Приближался уже рассвет. Я остановилась буквально у дома Оксаны и то, только потому, что меня начала одолевать головная боль. Все-таки старания Стражницы даром не прошли.

— Нет… Только не сейчас, — процедила я сквозь зубы, пытаясь сопротивляться ее внезапно сильной атаке. Но несколько ее ударов добили барьер окончательно. Она оттиснула меня на задворки сознания, не пустив даже на роль наблюдателя. Полностью глухой уголок. А барьер поставила она слабенький. Я ехидно ухмыльнулась, предоставив пока бедной Стражнице власть над телом. Все равно ей никуда не деться из моих сетей.

Оксана

Я пришла в себя, почти совершенно ничего не помня после того, как ушла из дома. Что происходило?... Кого я убивала?... Кто меня ранил?.. Сплошные вопросы и никаких ответов. Но с другой стороны. Пока я боролась с Лорой, я вспомнила, кто я, как сюда попала и с кем. Реинкарнированный Страж Памяти. Мы убили Лору с другими Стражами, но, когда выяснилось, что она собирается вернуться к жизни с помощью Песков Времени, нас отправили искать ее с целью вернуть, когда все вспомним о себе. Итак, о себе мы вспомнили, я надеюсь, все… Лору нашли… но не убивать же ее вместе со мной! Это крайний вариант, когда все станет очень и очень скверно.

Я ощупала карманы в поисках телефона. Рука наткнулась на металлический корпус. Я откинула крышку и набрала подвернувшийся первым номер Эйвери. Лишь бы ответила… Сделав один шаг по направлению к дому, я почувствовала резкий упадок сил. Как будто из меня ушли все жизненные соки. Не осталось сил ни на что. Я прислонилась к стене, слушая равнодушные гудки.

— Ответь, — прошептала я, одной рукой потирая лоб, надеясь, что хоть это снимет головную боль, которую оставила мне Лора. Наконец, я услышала долгожданный голос подруги.

— Привет, Оксан. Прости, но ты немного не вовремя, — почти крикнула она.

— Почему? — всполошилась я, подозревая худшее.

— Нас с Лизой… тут убить просто пытаются… — пояснила Эйвери. Я тут же подскочила. Ааах ты!.. Все рассчитала и захотела от нас избавиться, едва поняла, кто есть кто в этой партии?! — А против вампиров мои силы… не работают, — разочарованно сказала она. Я услышала звон металла о металл, понимая, что обе подруги все вспомнили и имеют о себе представления. И о своих способностях тоже.

— Ааа… а ты их молниями. Желаю удачи. И вот еще… — Я, конечно, понимала, что это может вызвать определенный риск относительно моего здоровья, но, тем не менее, я решилась на него. Память здания хранила пожар. Может, нападающих это и отпугнет. Я отодвинула от уха телефонную трубку, чтобы не оглохнуть от вопля Эйвери.

— Что это?!

— Успокойся… память здания хранит пожар… — сказала я последние слова, перед тем как мир померк в моих глазах…

* * *

— Ты как? Нормально? — Услышала я чей-то знакомый обеспокоенный голос. Я судорожно вздохнула и приоткрыла глаза, щурясь от света восходящего солнца. Первым делом я проверила барьер, который Лора пока даже и не пыталась ломать. Как всегда — играет со мной как кошка с мышкой… знает, что для мощного барьера сил у меня нет, а я от нее никуда не денусь. Я перевела взгляд на обладателя голоса. Память Стража причудливо смешивалась с памятью того, кем я сейчас являюсь, поэтому некоторое время я потратила на то, чтобы сообразить, кто это вообще. Единственное, что я поняла сразу — парень принадлежал к семейству оборотней. Надо мной склонился Максим — одноклассник. Он нравился почти всей женской половине нашего класса. Мне тоже. Но я больше относилась к нему как к другу, к которому можно обратиться за помощью. Макс был круглым отличником, участвовал во всех школьных мероприятиях, во всех олимпиадах, где занимал призовые места и поддерживал имидж школы. И еще успевал ходить в спортивные секции. Он имел привлекательную внешность. Высокий рост, синие глаза, высокие скулы, загорелая кожа… Взгляд был немного хищный (теперь я понимаю почему). Но это только придавало ему некого шарма и привлекательности. Макс разве что был худой, и это его немного делало все еще мальчишкой, а не парнем.

— Привет Макс… — проговорила я, откинувшись назад на спинку скамейки. Спасительная тень закрыла глаза, и я чуть лучше себя почувствовала. — Ты… ты что тут делаешь? — спросила я, пытаясь совместить его и оборотня в одном флаконе.

— Мимо пробегал, — сказал он, присев рядом. Я окинула его взглядом. Ну да, типичный спортсмен — правильное питание, рано утром пробежка (об этом говорил его спортивный костюм). А днем по секциям да по спортзалам. — И ты… в обморок упала, — смущенно пояснил Максим. Я усмехнулась, увидев в его глазах настороженность.

— Не боись, не кусаюсь, — хихикнула я. — Как тебя давно в оборотни?.. — начала было я, но осеклась, увидев, как он помрачнел.

— А, это… долгая история, — Максим не удивился моим вопросам ни капли. — Знаешь две разные враждующие группы в школе? — Я кивнула, представляя, о чем идет речь. — Ну вот. Каждая хотела, чтобы я присоединился к ней. Когда я все же решился на выбор одной, то вторая решила смухлевать… Вот и… Сейчас, конечно. Не весь полный состав этой группы здесь, но и его хватает для промывки мозгов, — пояснил он, посмотрев на меня. — А тебя как в вампиры? — Макс посмотрел на меня.

— Тоже долгая история, — улыбнулась я. — Ну а если кратко, то произошло на даче. Решила погулять, а там меня уже ждут… А так просто, почему и зачем обратили, мне не объяснить… — вздохнула я. Слишком все было запутанно для объяснений. — А вообще я домой собиралась, — простонала я. — А потом в обморок упала…

— Кстати, пока ты была в отключке, тебе подруги твои неразлучные звонили, — Максим протянул мне телефон.

— Спасибо, — выдавила я из себя благодарную улыбку и, пошатываясь, поднялась на ноги.

— Тебе помочь, может, дойти? — обеспокоенно спросил парень.

— Да, было бы неплохо, — ответила я, беря его под руку. Обязательно надо связаться с подругами…

Эйвери

— После сытного обеда по закону Архимеда полагается поспать, — прокомментировала Лиза, потянувшись и рухнув на диван. Ее рыжие волосы разметались по подушке, а глаза умиленно закрылись. Я посмотрела на нее и вздохнула. Как она может так спокойно относиться к тому, что мы только что недавно узнали? Новые Стражи… даже без понятия, как пользоваться своей новой силой. Мне так это покоя не давало. Это значило бросить все, к чему ты тут был привязан и служить неизвестно кому, неизвестно зачем и неизвестно как…

— Как ты можешь быть такой спокойной?! — возмутилась я, легонько ударив ее по ноге. Лиза приоткрыла один глаз и посмотрела на меня. Вздохнув, она села и поинтересовалась:

— Ну а что ты хочешь от меня? Воплей и паники? Мы пока еще ничего не прояснили, а на это надо убить кучу времени… короче, просто на время забудь и не терзай себя. Слишком чревато последствиями. Вроде как, схождение с ума.

— Вот именно, что ничего не прояснили, — сердито сказала я, нервно накручивая прядь светлых волос на палец. — Я так не могу…

— Просто немного подожди, все само и придет, — философски заметила Лиза, рухнув обратно на диван. Я вздохнула, подумав о том, что она, может, в чем-то и права.

— Тогда увидимся вечером. Мне еще родителям помочь надо, — вспомнила я их просьбу и поднялась с дивана.

— Ловлю на слове, — сказала Лиза, сделав жест «я за тобой слежу». Я только улыбнулась и отправилась к себе домой. Гулять и развлекаться, конечно, хорошо, но и поработать немного тоже надо.

* * *

Вечером, как и договаривались, я отправилась к дому Лизы. На улице к тому времени достаточно похолодало, так что пришлось натянуть кофту с длинным рукавом, джинсы и кроссовки. Небо заволокло серыми тучами, но дождь не обещался. Как и всегда бывало в это время, ветер отсутствовал. Раздавалось только стрекотание кузнечиков и далекое уханье совы. Насторожили меня легкие шорохи. Такие бывают только от звука шагов, но были они какие-то… то ли осторожные, то ли просто чей-нибудь кот возился в кустах. Уже на фоне всего произошедшего паранойя началась… Я внимательно осмотрелась, но никого не увидела. Только одиноко идущего по дороге в наш дачный поселок парня. Я оценивающе посмотрела на него. Полноват, но симпатичен. Добрый взгляд. Средний рост. Шарма придавала ему капля некоей таинственности в образе, невозможно было понять, что у него на уме. Конечно, я любила посмотреть на симпатичных парней, но у меня уже был свой, так что отношения с другими мне явно не светили пока. Я только повернула к дому Лизы, как этот неизвестный меня окликнул:

— Извини! — Я обернулась, с досадой понимая, что визит к Лизе придется ненадолго отложить. — Не подскажешь… где здесь можно найти Артема? А то этот прохиндей место, куда приехать, назвал, а точный адрес — нет, — извиняющимся тоном сказал парень. Вблизи он выглядел еще красивее. Растрепанные волосы, синие глаза… Просто мечта, а не парень. При упоминании ненавистного имени вампира, я вздрогнула и махнула рукой.

— Он… там… только его, может, дома нет, — невесело отозвалась я. Если это друг Артема, то надо быть осторожнее.

— Может, сама покажешь? А то не люблю неопределенности, — улыбнулся он. Я покосилась на него и мотнула головой.

— Я занята…

— Ну что, идем? — услышала я голос Лизы. Сейчас я была как никогда ей рада. — А ты кто? — бесцеремонно спросила она у подошедшего к нам незнакомца.

— Мое имя Сергей, для друзей и таких очаровательных девушек просто Серж, — галантно представился парень. Лиза окинула его оценивающим взглядом, немного сомневаясь в своей очаровательности и уж тем более в своем отношении к очаровательным девушкам. Для всех она пока так и оставалась девчонкой, которой только предстояло повзрослеть как внешне, так и внутренне.

— Подлиза, — фыркнула она и, подхватив меня под руку, потащила по той дороге, откуда недавно пришел парень. — Что это за кадр к тебе лип? — настороженно спросила она у меня. Я пожала плечами, мол, не знаю. И это было правдой. Но, однако, настороженность Лизы никуда не пропала. Такой я ее видела крайне редко — когда случалось что-то серьезное. Когда мы скрылись за поворотом, Лиза задумчиво посмотрела на оставшегося в одиночестве парня и отправилась дальше.

— В чем дело? — непонимающе спросила я ее. Та только глазами дала понять, что объяснит все чуть позже. Я недовольно нахмурилась. Парень как парень, что от него бегать-то? Хотя с другой стороны, про Артема он явно спрашивал не просто так. Лиза потащила меня в конец дачного поселка, где когда-то была конюшня. Но потом владеющий ей обанкротился, лошадей продал, а про это место уже и не вспоминал, бросив все как есть. Иногда там собирались местные ребята и устраивали что-то вроде тусы с музыкой, танцами, выпивкой, а иногда и кое-что похлеще. Но сейчас тут было пусто — многие из этой тусни еще сдавали экзамены, а сдавшие снимали стресс. Я усмехнулась, подумав о том, что мне предстоит то же самое в следующем году. Но от невеселых мыслей меня отвлекла Лиза, огорошив еще больше:

— Это был вампир, — Я чуть так и не села в сено.

— Он спрашивал про Артема, но… с чего ты решила, что это вампир? — недоуменно спросила я у нее, убрав светлую прядь волос за ухо.

— Не знаю. Просто… от него исходит неестественная опасность… — непонятно пояснила Лиза и вздохнула. — Просто поверь мне. Я не шучу. И сдается мне… как бы это абсурдно не звучало… нас хотят убить, — тихо добавила она. Вот теперь я все-таки упала в сено. В голове пронеслись сцены со смертью под пытками, средневековая инквизиция, случайная смерть… а потом и вся жизнь. Не только то, что было, но и то, что, возможно, еще будет.

— За что?! — Несмотря на все мысли это был первый вопрос, слетевший с губ.

— Тихо! — шикнула на меня Лиза и присела рядом. — Понятия не имею за что и почему, но лучше пока нам держаться вместе… — Я только кивнула. Я была больше, чем уверена, что ее слова о том, что на нас готовится покушение, не вымысел. Только вот от этой мысли становилось совсем не по себе. Я окинула взглядом заброшенную конюшню, которая уже была на конюшню-то мало похожа. Все перегородки снесены, кроме столбов. В одном углу были размещены матрасы, набитые сеном. По центру стол. По периметру здания размещены старые кресла, банкетки, стулья… В общем, все, что было не нужно в доме тащили сюда и облагораживали как могли. На стенах даже были нанесены граффити. Даже сумели электричество наладить…

— И что ты предлагаешь? Сидеть тут и ждать? — поинтересовалась я у Лизы. Она обернулась, задев меня своим рыжим хвостом и со вздохом сказала:

— Боюсь, что ждать не придется…

— В каком смысле? — не поняла я и почти сразу оказалась повалена в сено и прижата Лизой к полу. Она взглядом показала быть ниже травы и тише воды. Я, испытывая острое чувство опасности, к ней прикоснулась, заметив, что с руки соскользнула серебристая молния ей под кожу. Только хотела сказать, но она мне зажала рот рукой.

— Их тут нет! — послышался чей-то раздраженный голос. — Ты точно видел, как они сюда завернули? — Голос принадлежал парню… который еще не отличался и сдержанностью.

— Я тебе говорю… я к ним подошел, а они почти сразу ушли. Обе сюда, — А это был голос нашего недавнего собеседника. Да. Все-таки Лиза оказалась права на его счет. Теперь острое чувство опасности открылось и мне.

— Тогда куда они делись? Тут только белки из лесу прискакали, — угрюмо констатировал он. Лиза недоуменно посмотрела на меня. Я только пожала плечами. Мы выбрали весьма удачное место, надо заметить… Мы были за единственной не снесенной перегородкой, где лежало много прошлогоднего сена, в которое мы зарылись так, будто бы нас тут и не было.

— Понятия не имею, — отвечал Серж. — Предлагаю вот что… — Парни о чем-то тихо заговорили — нам было не слышно, о чем конкретно — и ушли. Я выдохнула и столкнула с себя Лизу. Руки дрожали, а на ногтях застыли серебряные нити молний. Но поднялись мы только минут через 10, когда были уверены, что вампиры скрылись.

— Белки? — недоуменно спросила Лиза. — Мы с тобой на белок не очень-то похожи… — с сомнением сказала она.

— Согласен, — ухмыльнулся худощавый парень, возникнув на входе в конюшню с нашей стороны. Это был не Серж… Но тоже вампир. Его карий, почти черный глаз, смотрел на нас с такой адской смесью чувств, что я невольно почувствовала себя по грехам родственной душой Люцифера. Второй его глаз был скрыт под повязкой. Черные растрепанные волосы, высокий рост… что-то в нем было до боли знакомое… Раз во мне внезапно вспыхнуло такое острое чувство ненависти к нему, хотя ни разу прежде я этого парня не видела.

— Ты-то кто такой?! — возмутилась Лиза, взглядом окидывая помещение, как будто выискивая, чем можно защититься или использовать в качестве оружия. Она была раздосадована не меньше меня тем, что маскировка провалилась. Хоть и чисто случайная.

— Вы и правда ничего не помните, — ухмыльнулся он недобро. — Серж, я нашел твоих беглянок, — позвал он второго вампира. — Ну что ж, тем лучше для нас, — лениво отозвался он.

— Представься хоть, перед тем, как нас убивать будешь, — нервно сказала Лиза, осторожно двигаясь вдоль стены назад.

— О, ты даже знаешь о моих намерениях, Стражница… уж не ты ли та знаменитая Элайза, которую никто не мог сразить в честном поединке, только потому, что она чувствовала противника как саму себя? — прищурился незнакомец. Лиза застыла, пытаясь понять, о чем вампир балаболит. Так и не поняв, она обратила внимание на выскользнувший из его рукава нож. — Смесь трех металлов в костяной форме с рукоятью с веткой, и все поймало лучи заходящего солнца? Я правильно поняла? — страдальчески спросила Лиза. Я только сейчас поняла, что она права. Насчет двух составляющих точно… но почему меня терзает такое острое чувство опасности?! Да ножик… будто бы я их на кухне не видела…

— Вижу, детали в голове всплывают, — хмыкнул он. — Только вот не помогут вам они, — прошипел вампир, отправляя одним движением кинжал в полет по моему направлению. Я запоздало уклонилась в сторону. Лезвие хоть и было костяным, но оказалось на удивление острым. Мне разрезало рукав кофты, а ткань почти сразу стала пропитываться кровью. Рана была неглубокой, но рука почти сразу потеряла чувствительность, и появилось легкое онемение.

— Аууу… — запоздало выдохнула я. — Такие ножички вампирам не игрушки, — процедила я сквозь зубы. Чтобы не терять кровь, я приостановила свои жизненные процессы, сохраняя способность к активной деятельности. Все как-то интуитивно получилось…

— Ты за это ответишь! — возмутилась Лиза, кидаясь на вампира. Я удивилась даже ее мужеству… и только потом заметила в ее руках укороченную острую палку. Хах, кто бы мог подумать, что бывший частокол может так пригодиться? Маленькая, юркая, она едва ли уступала вампиру в этом поединке. Даже в чем-то у нее было преимущество. Она как будто знала, откуда будет нанесен следующий удар и уже заранее блокировалась. Странно было то, что ее сила как будто была равна силе вампира. Я обернулась и увидела Сержа, который поигрывал в руках кинжалом.

— Я очень не хотел этого делать… но то, что вы мешаете благородным целям, заставляет пойти на весьма низкие поступки, — извиняющимся тоном сказал Серж. Я недоуменно на него посмотрела, мол, каким же это благородным целям мы мешаем? — Вы помните Лору?

— Серж, что ты болтаешь с ней?! Просто прикончи ее!! — с яростью крикнул вампир, которого теснила Лиза к стенке.

— Лору? Эту стерву, которая тут едва Апокалипсис не устроила сто лет назад? Конечно, помню! — неожиданно сказала Лиза, нанося удар по челюсти своему сопернику. Что было дальше, я уже не видела, ибо пришлось уворачиваться уже мне от нападения Сержа. Внешне неповоротливый, он оказался на удивление сильным и быстрым. Как я только успевала уклоняться — неизвестно. Нож все-таки царапнул меня еще раз по болевшей руке. На стены брызнула кровь. Выругавшись, я решила последовать примеру Лизы — подхватила остро наточенный когда-то частокол, причем он тут был весь в укороченной версии, и нанесла первый удар по противнику. Острое дерево вонзилось ему в руку и, видимо, пробило какой-то крупный сосуд — кровь брызнула во все стороны, включая и мои недавние раны. Сердце у меня невольно пропустило два такта — если меня сейчас укусят, то, почитай, Стражницей буду из расы вампиров как Оксана… С одной стороны, хорошо, ибо к оружию, что убивало Стражей, придется добавлять то, что убивает и расу, но с другой… слишком уж неприятен был процесс обращения.

— Кстати про Лору… — внезапно спросила Лиза. — Где она?

— У вас под носом, — захихикал Кирилл. Имя того, с кем сражалась Лиза, вспомнилось внезапно, как гром среди ясного небо. Серж, Артем, Кирилл… три главных приспешника Лоры, поддержавшие первыми ее идеи и не бросившие до конца. Стражи… Лора… Почти Армагеддон… Вампиры… Все пришло внезапно. Память вернулась. Да, теперь я помню… Знаю, зачем мы вернулись. Знаю, что будет, если мы Лору не найдем. Знаю, что она ищет. И все это слишком нехорошо для ничего не знающих людей.

— А поконкретней? — поинтересовалась я, нанося Сержу удар по виску частоколом, а затем и сбивая с ног ударом под колени. Внезапно у меня зазвонил мобильник. Не очень вовремя, надо заметить, но, тем не менее, я взяла трубку, чтобы ответить, ухитряясь отбываться от вампира. Он выбил из руки у меня частокол, но вместо него, я подхватила валявшийся на полу лом. Кто его сюда притащил и зачем — было непонятно. Вампир, едва ли не загнанный в угол, подхватил тоже подвернувшийся шампур — да-да, здесь жарили и шашлыки, а сейчас хотели и меня пустить на них — и начал обороняться, медленно освобождая себе пространство.

— Привет, Оксан. Прости, но ты немного не вовремя, — почти крикнула я, отбиваясь от вампира.

— Почему? — всполошилась она. Я задумалась. Как ей объяснить что тут происходит? Хотя…

— Нас с Лизой… тут убить просто пытаются… — пояснила я после заминки. — А против вампиров мои силы… не работают, — разочарованно сказала я. Столкнулись шампур и лом, создав звонкий металлический звук. Нет, все-таки сражаться я пока не разучилась. Пусть такими примитивными приспособлениями, да еще и для других целей, но это тоже считается.

— Ааа… а ты их молниями. Желаю удачи. И вот еще… — Оксана ненадолго задумалась, как будто что-то вспоминая. В следующий момент конюшня полыхнула огнем. Я с криком отскочила в сторону, а Серж вжался в стену, стараясь не попасть под огненную волну.

— Что это?! — белея, едва ли не крикнула в телефонную трубку. Ответ поразил меня своей простотой:

— Успокойся… память здания хранит пожар… — сказала она, а потом тишина заставила меня вздрогнуть. Ох, не к добру это… Совсем не к добру… Позвав несколько раз подругу по имени, я решила отключиться, ибо меня собрались убивать дальше. Что ж, а совет Оксаны довольно дельный. Я и сама забыла о том, как создавала молнии из одного сплошного клубка энергии. Это может сработать. Пожар, который возник внезапно, прекратился. Атака Сержа оказалась неожиданной, и лом вылетел у меня из руки. Рука на мгновенье онемела, ибо удар шампура пришелся на локоть, болевую точку. Прищурившись, я сгустила в воздухе энергию и создала небольшой шарик. Молния попала точно в грудь вампира. Сила тока, видимо, оказалось достаточно сильной, ибо Серж оказался оглушен. Этим было грех не воспользоваться, и я подхватила с пола до этого выбитый из руки частокол.

— Попался, — мстительно сказала я, занося древесное, не рассчитанное на то, чтобы быть оружием, изобретение человечества, и слегка размахнулась. Остро заточенная деревяшка поставила конечную точку, пригвоздив вампира к полу в области плеча. Вопль оглушил нас обеих. Лиза чуть прищурилась и оглянулась на нас. В ее глазах застыло удивление.

— Жестоко ты его… Может, потом допросим? — предложила она, сбивая с ног Кирилла и отправляя его отдохнуть на сено. Я, не оставляя без внимания Сержа, взяла в руки второй частокол и вонзила его в уже раненую руку вампира.

— Садистка!.. — выкрикнул он, ругаясь непечатными словами.

— А сам, значит, белый и пушистый ангелочек? — с насмешкой спросила я, понимая, что могу и в самом деле убить. Раньше даже мысль об этом повергала меня в ужас. Даже когда Димка, двоюродный брат Оксаны, рассказал нам все, я была уверена, что даже убийство самого жестокого существа мне будет не под силу. Хотя тогда я еще о себе ничего не помнила…

— Не надо гнать на ангелочков… не такие уж они белые и пушистые, иначе не закрыли бы мы им доступ сюда, — вздрогнула Лиза, по моему примеру расправляясь с Кириллом. Я усмехнулась. Да, я понимаю наших предшественников, которые закрыли свободный выход из Рая… но сейчас речь не об этом. Поверженного Кирилла Лиза крепко связала подвернувшейся веревкой. А чтобы он еще дольше не приходил в себя, она его пригвоздила частоколом к стене, но не убила.

— Так… а теперь ты, — она обернулась к Сержу, который безуспешно пытался вытащить деревяшки из своей плоти. Заметив его трепыхания, Лиза наступила ему на руку и сказала: — Еще раз дернешься, будешь распят на полу. — Вампир притих. Он не понаслышке знал, что она может вполне так сделать. Я чуть усмехнулась и поправила разорванный рукав кофты. — А теперь самый главный волнующий нас вопрос: где Лора? — спросила подруга его. Серж искоса посмотрел на меня и вздохнул, высказав гипотезу своего будущего:

— Я скажу, вы меня убьете, потом она вас убьет… Короче всем конец и бывай молодец? — Мы с Лизой переглянулись. Теоретически он был прав. Но только в первом пункте. С Лорой все было гораздо сложнее, но о возможной нашей смерти я старалась не думать. Одну нашу силу она уже себе успела присвоить незаконным образом. Пока хватит. Пусть довольствуется тем, что имеет. Внезапно у меня мир перед глазами пошатнулся, и я оперлась спиной о стену, чтобы не упасть. Странно, а я уже даже забыла, как опасно такое оружие для Стражей… Пара ран отнимала слишком много жизненных сил. А при применении своих способностей действие только усугубится.

— Айва! — Лиза бросилась ко мне и аккуратно усадила на пол около стены, забыв про Сержа. Тот выдохнул с легким облегчением, однако деревянный частокол это ему вытащить не помогло. Я тут же рассеяла свою силу энергии, и тело заработало в привычном мне ритме. Только вот кровь из раны пошла гораздо сильнее, пропитывая рукав кофты почти насквозь.

— Все нормально… просто голова закружилась, — ответила я, опасаясь, что теперь вообще не встану на ноги без посторонней поддержки. Лиза только нахмурилась. Она, видимо, помнила, каковы могут быть последствия от нанесенных им ран. Серж только хихикнул, глядя на нас. Мы обе ответили ему такими выразительными взглядами, что он сразу замолк.

— Я тебя предупреждала… — мрачно сказала ему Лиза, вонзая и во вторую руку частокол, который вампир уже начинал потихоньку ненавидеть. Непечатные слова разнеслись на всю заброшенную конюшню, а после этой тирады Серж обиженно спросил:

— За что?! Я же ничего не сделал…

— Ты пытался нас убить неоднократно. За только одну эту провинность уже следует тебе голову с плеч скосить, — сказала Лиза. — Так что будь паинькой и не хихикай, а то все припомню… — хмуро констатировала она. — У тебя пока еще две целых ноги… так что подумай, вампирчик… — Наблюдать за этой картиной было даже интересно. Только вот если бы были еще силы встать на ноги… В глазах стало совсем темно, а голова упала на что-то мягкое, но колючее. Сено было старым, но падать в него оказалось очень приятно. Как странно… от неглубокой ранки понести колоссальную потерю сил. Хотя так было всегда. Только смесь Стража с какой-либо расой могла увеличить шансы на устойчивость к костяному кинжалу… А становиться кем-то еще, помня опыт Оксаны, не очень-то и хотелось.

* * *

Я почувствовала прохладу на лице и поморщилась, инстинктивно зажимая нос, чтобы туда не попала вода. Приоткрыв глаза и стряхнув с ресниц воду, я посмотрела на Лизу, которая обеспокоенно склонилась надо мной.

— Ты как? — спросила она, помогая присесть на диване. Стоп… а мы вообще где? Я осмотрелась и узнала полусгоревшее здание недалеко от конюшни, видимо, бывший дом владельцев ее… Некоторая мебель тут так и осталась, а посещать это место никто не рисковал из-за легенды о призраке. Откуда и почему он возник — никто не знал. Но я кожей ощутила, что местная легенда не врет.

— Жить буду, — кивнула я ей, осторожно коснувшись ничего не чувствующей руки.

— Вижу. Но лучше сиди пока спокойно — рана нанесена сама знаешь чем, причем довольно глубокая, и ты усугубила свое положение, использовав свою силу, — огорошила меня Лиза.

— Я уже это поняла, — сказала я со вздохом и заинтересованно спросила: — А вампиры где?

— А… Я их связала и оставила в той конюшне, где на нас они напали, — ухмыльнулась Лиза. Я засомневалась в правильности ее действий. Лучше бы они были у нас на виду, а то кто знает, что придет в голову приспешникам Лоры, которые нам портили жизнь в течение почти всего XX века? В их изворотливости мы тоже имели возможность неоднократно убедиться.

— Сколько я была без сознания? — спросила я ее. Лиза сочувственно окинула меня взглядом и, отведя взгляд в сторону, ответила:

— Ну… если честно… то полночи… даже больше… сейчас почти утро, — Я недоверчиво посмотрела на свою коллегу по несчастью. Ночи были светлые, так что разобраться, когда утро, а когда поздний вечер было довольно проблематично, я решила проблему гениально. Достала из кармана телефон и убедилась в правоте Лизы. Часы показывали 03:48. А выходили мы последний раз гулять часов в 10.

— Нас родители убьют, — тихо сказала я ей, подумав о том, как их снедало беспокойство за наше долгое отсутствие. Судя по недоумению Лизы, она уже успела забыть о том, что переродившись в новых телах, мы тут от кого-то еще зависим и вообще с кем-то связаны родственными отношениями и кровью.

— А… да… я же звонила… И твоим, и моим. Сказала, что ночь мы проведем там, — Она указала себе за спину на конюшню, — а утром вернемся. И если понравится, то устроим там и что-то вроде пункта отдыха и домой приходить будем только утром и вечером, чтобы показать, что мы еще пока живые, — хихикнула она. — А ты подумала, что вернувшаяся память отшибла мне память прошлых 14 лет? — поинтересовалась Лиза с задорными огоньками в глазах. Я пристыженно опустила глаза. А ведь и правда так подумала. Тогда хорошо, о нас хоть беспокоиться меньше будут.

— Ты как всегда… разрулила все в свою пользу, — усмехнулась я. Она, пожалуй, была самым находчивым Стражем из всей нашей компании. Выпутается так, что позавидует любой, кто тоже любит попадать в неприятные истории.

— Ты как? Идти в состоянии? — спросила Лиза, присев рядом со мной. Я пожала плечами и попробовала подняться. Мир покачнулся перед глазами, но устоял. Черное пространство постепенно начало рассеиваться, обретая тусклые краски. Рука будто налилась свинцовой тяжестью — она онемела и отказывалась работать. Пальцы едва сгибались, а при каждой попытке попробовать ей выполнить какое-либо действие, по всей руке прокатилось легкое покалывание, как будто тысячи льдинок разом впились в кожу.

— Идти — да, — поставила я себе диагноз. — А вот работать рукой — нет, — Лиза с сомнением посмотрела на меня, раздумывая, самой отправляться к вампирам и допрашивать их, либо взять меня все-таки с собой.

— Стража Жизни сейчас не хватает, — грустно сказала она. Мы с ней подумали об одном и том же Страже одновременно. Юджин… Он был самым жизнелюбивым и жизнерадостным даже тогда, когда казалось все потеряно и упущено. Он всегда нас поддерживал, заставлял идти вперед… А Лора лишила его жизни. Лишила жестоко и по нашей глупости…

— Думаешь, нас троих хватит, чтобы с ней справиться? — спросила я ее, разминая руку, чтобы привести ее мало-мальски в рабочее состояние. Лиза отвела взгляд.

— Если честно… то понятия не имею, — высказала она мои опасения. — Но мы попытаемся. Как-то одни раз уже с ней справились, — подмигнула она. Да. Речь была именно о Лоре. И о том, что сотню лет назад она чуть не погубила цивилизацию людей. Проще говоря, едва не устроила Апокалипсис… Своеобразный, конечно. И вот, похоже, история опять повторяется. И чем она закончится, только провидцам известно…

Глава VII: Тайны прошлого

Все происходящее с нами сейчас — прямой

результат того, что мы натворили в прошлом.

12 ноября, 1908 год…

В этот хмурый осенний день Стражи чувствовали особо острую опасность от витающих в небе импульсов. Вероника чувствовала беспокойство каждой живой клетки, измеряя комнату шагами, иногда поглядывая в окно. Хрупкая внешне, девушка совсем таковой не являлась. Высокого роста, складная, с длинными светлыми волосами по пояс. Височные пряди заколоты на затылке. Глаза метали молнии из стороны в сторону. Когда Стражница Энергии беспокоилась, она была похожа на живой скальпель — такая же холодная и резкая. В противовес ей Страж Жизни Юджин наоборот относился ко всему со спокойной философией, просто сидя в уютном кресле с книжкой в руке. Жизнь всего живого и имеющего отношения к магии шла своим чередом. Тихо, спокойно. И только в нескольких участках земли сгустилась темная волнующая атмосфера. Но ее было настолько мало, что Юджин решил не заморачиваться и не обращать на нее внимания. Что касается Лирании, то вымотанная задушевными беседами с представителями мертвых, хранивших память, она просто лежала наверху, но постоянно держала руку на своем артефакте — сложно сплетенном браслете, который в ширину был в два пальца, но при этом над ладонью резко расширялся и посредине него был вставлен камень, похожий на аметист. Так она продолжала держать связь с землей, чтобы знать, когда наступит удобный момент для атаки. Другие пытались отговорить ее не пользоваться своими силами, но она не слушала, капля за каплей отдавая на растерзание своей силе свою жизненную энергию. Вероника и Юджин пытались ей в этом помешать, но Лирания и слушать не стала, молча выставив их за дверь про помощи поднятого одного скелета, который был в прошлом гусар, которого она заставила вспомнить, как он охранял от похищения свою девушку когда-то. Просто удивительная способность: пробуждать мертвых не за счет внутренних ресурсов и сложных блокировок, которыми пользовались некроманты, а за счет их памяти, давая ложное ощущение жизни… Люциус находился на балконе, как дозорный, улавливая вести от самой природы. Он был, пожалуй, единственный, кто кое-как ухитрился облегчить страдания Лирании. Он не обладал способностью поднимать мертвых и смотреть на мир их глазами, но смог контролировать их через землю, хоть немного, но давая возможность отдохнуть девушке. Природные стихии как-то тоже вели себя крайне тихо. Обычно где-то обязательно какие-нибудь катаклизмы происходили, а сейчас — тишина… Только ветер в отдаленных участках земли пытался казаться ураганным. А что до Элайзы… Она сидеть на месте вообще не могла. Для нее затишье в три дня и три ночи, зная, что у их противницы мощный артефакт, способный перевернуть все, что сейчас есть на земле, было просто адской пыткой. Но пойти куда-либо одна она тоже не решалась, как и проявить бунтарские качества, хотя еще немного промедления, и Стражница Оружия сама пойдет решать проблемы. Между Стражами царила негласная договоренность и взаимоуважение. Один никуда не пойдет, пойдут все. Одного не бросают, а забирают с собой, даже если он умирает. Один не принимает опрометчивых решений — ждет мнения других… Примерно такого небольшого свода правил относительно внутри коллектива придерживались все Стражи. Все эти долгие три дня, после того, как они договорились атаковать Лору напрямик, Элайза постоянно задавалась вопросом: чего все ждут? Самой вампирше ничего не стоило через определенный ритуал активировать манускрипт, а им просто напасть немного раньше, чем она это сделает, дабы избежать всемирной катастрофы. Но, то ли на счастье, то ли на несчастье, ждать долго не пришлось. Первые признаки жизни проявил Люциус, спустившийся вниз, и запершаяся у себя Лирания — оба одновременно уловили постороннее присутствие.

— Что произошло? — встрепенулась Элайза. Юджин тут же захлопнул книгу, а Вероника насторожилась. Все ждали немедленного ответа, который последовал почти сразу:

— Здесь вампиры…

Почти сразу дом опустел. Только Лирания осталась на своем месте, не в силах сдвинуться с места, и, пока Люциус только узнавал, где находятся вышеупомянутые субъекты, то Стражница Памяти, придав видимость жизни трем умершим когда-то давно людям, заставила вспомнить тех, кого они так ненавидели, только вместо настоящих образов подкинув к ним в память лица вампиров. Кто это был, она узнала от своего мертвого патруля. Собственно, бывшие охранники этим когда-то и занимались. Удерживая мертвых через их память, Лирания судорожно хватала воздух, понимая, что надолго ее сил не хватит. До этого она потратила много сил, обсуждая с бывшими генералами и командирами взводов стратегию атаки и обороны, подробно описав возможности и потенциал врага, а в последние три дня Стражница держала ухо востро, наблюдая за горизонтом с помощью когда-то погибших и похороненных недалеко отсюда людей. Лирания уже даже подумывала о том, чтобы применить Абсолютный Поток, но одно воспоминание о падении Атлантиды, когда она применяла такую силу, заставляло ее вздрогнуть и отказаться от такого риска. Конечно, неограниченный контроль был надо всем и сразу, но при этом повышалась вероятность потерять свой разум и саму себя, раствориться в этой силе, полностью с ней слиться и погибнуть самому… А сила, поглотив разум, просто найдет себе нового достойного преемника. На такой риск Лирания, как и все другие Стражи, не готова была пойти.

Четыре Стража оказались в мгновенье ока на улице. Всех уверенно повел за собой Люциус. Узкая, едва заметная тропинка среди зарослей, привела их когда-то к красивому и ухоженному кладбищу. То, что они увидели, заставило почти всех четверых Стражей помрачнеть, поняв, что их пятая коллега и подруга уже на пределе своих сил. Трое поднятых викингов, вполне материальные, но лишь на первый взгляд, держали пробравшихся вампиров. То, что это были они, а не представители какой-либо другой расы, говорила их неестественная энергетика. Стражница Энергии могла без труда определить, откуда берется жизненная сила для того или иного действия, но любое движение, жест или слово вампира, для которого тоже нужен был двигательный ресурс, ставило ее в тупик. За долгие бразды своего правления как Стража, Вероника так и не смогла понять, как работает и функционирует организм вампира. Что-то было другое у них, за счет чего они жили. Стряхнув с себя непрошенное любопытство, Вероника посмотрела на троицу рискнувших сунуться сюда вампиров без особого желания с ними разговаривать и вообще иметь что-либо общее. Люциус коснулся земли, отдавая сигнал Лирании, чтобы она больше не тратила своих сил. Почти сразу державшие рассыпались прахом, а дозорные снова стали кучей полуразложившихся костей. Элайзу невольно передернуло. Для нее связь с мертвыми и их контроль казалось до сих пор чем-то диким и неестественным. Но уж такова природа Стража Памяти. От кого-то же должна идти наука среди ведьм, носящая зловещее название — некромантия? Освобожденные вампиры поднялись на ноги, настороженно смотря на Стражей. Однако уходить они не спешили.

— Вам от нас что-то надо, дорогие товарищи? — сдержанно поинтересовалась Вероника. Ее руки медленно сжались в кулаки, а скулы побелели — верный признак приливающей ярости. Еще фактором гнева могло служить и то, что ее энергетическая сила касалась вампиров только в самом поверхностном варианте. Лишить их сил за счет отказавшихся работать клеток она просто не могла, ибо клетки вампира уже были мертвыми сами по себе.

— Скорее, наоборот. Это наши сведения могут вам пригодится, если вы желаете одолеть Лоренсию, — Вампир, находившийся по центру, сделал шаг в их сторону. Двое других пока молчали, напряженно следя за реакцией Стражей.

— Довольно-таки смелое заявление, — оценивающе сказала Элайза, нахмурившись. Остальные Стражи были с ней вполне солидарны. Даже Лирания, которой тут не было. Но мертвые видят все. Ее слабая энергетика ощущалась от лежащих неподалеку костей.

— Вам нужен манускрипт. Нам нужна смерть Лоры. Сами мы с ней справиться не в состоянии — слишком мало желающих поднять бунт, — вмешался в разговор второй вампир, что стоял справа от центрального. — Только вы в состоянии поставить ее на место, — резюмировал он. Элайза едва удержалась от вспышки гнева.

— Значит, вы нашими руками решили сделать всю грязную работу?! — прошипела она. Ее руки успокаивающе коснулся Юджин. Мало ли какие могли возникнуть последствия после гневной вспышки этой девушки?

— Элайза, успокойся. Мы все равно собирались это сделать. Слишком уж много проблем за последние полгода возникло от Лоры, — нехотя согласился с вампирами Люциус. Первое время никто из них на Лоренсию внимания не обращал. Сигналы тревоги появились тогда, когда она объединила вампиров и, не раскрывая своих замыслов полностью, с их помощью начала убивать людей, освобождая место для возвращения своих собратьев. Тогда этот конфликт удалось замять, половина вампиров лишились жизни… но на их место пришли новые. Метод обращения считался у чистокровных вампиров самым низким способом достижения целей и пополнения своей расы, но тут особого выбора и не было. Дальше — больше. Второй тревожный сигнал поступил тогда, когда у Стражей пропал артефакт, способный задержать улетающую душу в мир иной. Зачем вампирше потребовались артефакты Стражей, стало ясно чуть позже, когда они решили на нее составить досье. То, что они узнали, совсем их не обрадовало. Ничто не представляло настолько большой угрозы, как представители прошлых цивилизаций. Да. Именно такая работа была у Стражей. Их Абсолютные Потоки давали жизнь на Земле, давали знания, давали способности к магии… Они зарождали саму жизнь. Следили за ее порядком. И как только этот порядок нарушался, цивилизация уничтожалась. Земля отдыхала от деятельности живых существ, а потом снова на ней начинала развиваться жизнь. Люди были отнюдь не первые на этой многострадальной планете. Их цивилизация была по счету седьмой. А перед ними существовали вампиры. Правда, носили они другое название. Столица у них была на еще тогда существовавшем материке под названием Атлантида. Началось уничтожение цивилизации вампиров с нее. Только нескольких чистокровок Стражи упустили из виду. В том числе и Лоренсию. На момент, когда началось разрушение, она была верховной правительницей одного из кланов. Справедливой, которая любит свой народ, грамотно правит, считается с другими кланами. А множество плохих качеств и актерское мастерство она уже приобрела здесь, когда пришла пора следующей цивилизации. Менее осторожных вампиров Стражи вычислили сразу и уничтожили их, только с упущением маленькой детали: чтобы сохранить свою расу, чистокровки пошли вразрез своим принципам, создав много обращенных. Вот тут уже Стражи схватились за голову. Не зная, как быть, они обратились за советом к вышестоящим инстанциям. Там сказали, оставить все, как есть. В итоге решили проявить себя и осторожничающие представители других цивилизаций. Так появились помимо вампиров оборотни и ведьмы. Качественно уничтоженные первые три цивилизации либо и правда не имели представителей, либо те лишком хорошо умели скрываться. Все-таки они были связаны со стихией настолько тесно, что не каждый Страж природы мог уловить магический импульс. Тем более, когда магию стихий постоянно применяли ведьмы, и вспышки импульсов возникали то тут, то там…

Невеселые воспоминания о своих обязанностях заставило Люциуса угрюмо дополнить:

— В конце концов, Лора наше упущение… — Тут пришлось всем с ним согласиться. Элайза немного остыла, пристыженная словами Люциуса. Он был прав.

— Что вы предлагаете? — Даже Вероника разжала кулаки и убрала свою холодность на задний план. Вампиры пока не спешили расслабляться, не понимая, о каком упущении говорили Стражи, но потом, решив, что это их не касается, остановились на общем мнении договора об условиях сделки.

— С нашей стороны — помощь. Мы знаем, как подобраться к Лоре так, чтобы она вас у себя под носом не заметила. Я ее главный помощник… был… пока обо всем не стала догадываться троица в лице Артема, Кирилла и Сержа.

— Скверная троица, — высказал общее мнение Юджин.

— Весьма, — согласился с ним вампир. Начавшая о чем-то догадываться Вероника прервала разговор вопросом:

— Как твое имя?

— Артемис, — ответил он. — А это, — Он указал на своих товарищей, — Льюис, — Вампир, стоящий справа, кивнул, — и Симон, — Второй, стоящий слева от Артемиса, продолжал настороженно смотреть на Стражей. Несмотря на возникшее миролюбие, он им все равно не доверял. Впрочем, у второй стороны относительно вампиров, было примерно такое же мнение. Чисто деловые отношения, ибо из-за личных можно было лишиться своих сил и стать простым (почти) смертным.

Стражи переглянулись между собой. Да. Эти три имени они слышали. В отличие от другой троицы, эта напрямую с ними не воевала. Относилась к стратегическому разряду, а по слухам (которые только доносились до ушей Стражей пытаемыми ими вампирами) в последнее время у них что-то не заладилось.

— Значит, слухи не врали, — подвел итог Люциус. Вампиры снова вскинули настороженные взгляды на Стражей.

— Просто когда нам скучно, мы ловим вампира, так или иначе связанного с Лорой и начинаем его резать искусными способами, — пояснила Элайза. Утрированный вариант, но близкий к правде. Не уловив блефа, Артемис чуть вздрогнул. Кто знает, на что способны Стражи, пережившие не одну цивилизацию?

— Зачем вам смерть Лоры, если вы в курсе ее планов? — хмуро спросил Юджин, удивляясь тому, что вместо короткого разговора с вампирами у них получается длинный. Вопрос был вполне резонный. Просто так от идеи господства над людьми вампирами не отказываются. Каждый, кто скрывался в тени, наоборот, хочет себя проявить и больше не прятаться. У Лоры была немного другая мотивация действий, но, в конце концов, все бы свелось именно к этому.

— В этом-то как раз и проблема. Она хочет смерти всех людей… Или что-то в этом духе, я не вникал… У некоторых представителей нашей расы к людям довольно-таки доброжелательное отношение. Так что тут скорее разница в идеологических взглядах, нежели в чем-то еще. Так вы готовы на сотрудничество? — спросил Льюис. Скелет, что совсем недавно рассыпался, снова восстановил свои костлявые очертания и сказал, скрипя нижней челюстью:

— Согласна… — И снова рассыпался. Один Страж согласие, можно сказать, уже дал. Осталось слово за всеми остальными. В конце концов, не так-то уж и просто подобраться к Лоренсии даже с имеющимися силами. Случайностями жизни ее не убьешь — уже пробовали. Потоки энергии не заблокируешь — она черпает силы не только от потребляемой крови, но и от тех, кого обратила. Такая способность была доступна только чистокровным вампирам. Мертвые ее не пугали — жизнь столкнула Лору с весьма умелыми некромантами. Лишь частично сила Стража Памяти внушала ей опасения. Неудивительно, что Лирания была в списке одной из первых номеров, от которого Лоренсия хотела избавиться. Стихийная магия и бедствия не позволяли атаковать специально найденные и взращенные для этой цели ведьмы, воспитанные к ненависти к людям и Стражам. Язык у Лоры был подвешен — в этом не было сомнений. Ну а проявить свои боевые навыки она любила. Не раз ставила своими умениями Элайзу в тупик, вынуждая ту уходить в оборону. В этом мире борьба Стражей с вампирами носила не только холодный характер, но и весьма реальный в действии. Столько стычек, наверно, до сих пор у хранителей цивилизаций не возникало, сколько возникло с Лорой.

— Согласен, — нехотя высказал свою солидарность Юджин, беспокойно покосившись на рухнувший скелет, от которого все еще исходила энергетика Стражницы Памяти. Элайза посмотрела на Веронику, ища у нее поддержки для того, чтобы не принимать от вампиров помощи, но та, к ее неудовольствию, сказала:

— Даю согласие. Но если это ловушка, считайте, что вас в живых уже нет, — прозвучало холодно и резко. Вероника смотрела на шутки сквозь пальцы, создавая образ крайне мрачной девушки, но когда дело касалось чего-то и правда серьезного, с ней лучше было не шутить. И уж тем более строить на фоне доверия ловушки. Потоки энергии вездесущи. Некоторые могут ведь и убить при правильном использовании.

— Никаких ловушек и никаких шуток, — отрицательно мотнул головой Симон, посмотрев на других Стражей. Люциус сдержанно кивнул. Элайза окинула своих товарищей возмущенным взглядом, как бы спрашивая, они сговорились все или это случайное совпадение? Но, так и не получив желаемого ответа, а только 7 вопросительных взглядов, она подняла руку в знак того, что сдается под общим мнением и гарантирует безопасность вампирам со своей стороны.

— Хорошо. Но имейте в виду — предупреждение одно, — кивком Элайза указала на Веронику. Вампиры только кивнули. Скелет, лежащий около дерева, снова стал просто составом органических веществ. Сила Стражницы Памяти его покинула.

Жестом — кто каким — Стражи велели следовать за ними. Вампиров порой их синхронность заставляла мысленно содрогнуться. Было что-то нечеловеческое во всем этом и пугающее. Маршрут до домика, сокрытом в диких дебрях, занял немного времени. Стражи предпочитали жить отдельно от того, кто им помогал. Слишком уж была велика вероятность, что найдется такой умник, даже среди людей, который сможет настроиться на исток силы Стража. На этой основе могла возникнуть слишком сильная связь, которая могла перерасти и в нечто большее… а для Стражей личная жизнь считалась едва ли не недосягаемой роскошью. Но, несмотря на общие проблемы, защитники цивилизаций старались держаться даже внутри коллектива порознь. Для них жизнью стала обязанность. Больше ничего как будто и не было. Никакой личной жизни. Ни в рамках тех, с кем работаешь, ни за ними.

Оказавшись в своем месте пребывания, двое Стражей — Юджин и Люциус — кинулись наверх, проверять состояние Лирании. Скелет, хранивший память о влюбленном гусаре, так и остался стоять у двери, но силы от него больше не исходило. Вход в комнату стал доступен. Девушка лежала на кровати белая, как полотно. Глаза ее были закрыты. Руки сложены на животе, а пальцами одной она касалась своего браслета, на котором остались следы крови. Кристалл в середине него источал тусклый свет, хотя сам по цвету приблизился почти к обсидиану. Волосы разметались по подушке. На лбу и груди выступил холодный пот. Дыхание Стражницы улавливалось совсем слабое. Как по сигналу, Люциус и Юджин кинулись к ней.

— Юджин, можешь вернуть ее к жизни? — спросил Люциус, осторожно присев рядом с Лиранией, которая потеряла уже слишком много сил. Не только тех, что относились к Стражу, но и непосредственно к ее собственной жизни. Юджин невесело посмотрел на Люциуса, прикоснувшись к руке девушки.

— Боюсь, я бессилен, Лю, — Так Люциуса иногда по-дружески называл Юджин. И только ему позволялось так называть коллегу, ставшего уже другом, несмотря на разные характеры. Просто сейчас ситуация была такая, что вели себя почти все как один.

— Почему? — напряженно спросил его Люциус. При каждой экстремальной ситуации, несмотря на разрозненность в коллективе, у Стражей просыпалась взаимопомощь.

— Она — Страж. Это единственная в своем роде причина, которая ставит в тупик меня, — отозвался Юджин. Но, единственный среди всех с надеждой на лучшее, он задумчиво предположил: — Но кое-что я сделать все-таки смогу… Только, — Он невесело усмехнулся, — за последствия я не ручаюсь, ибо это не совсем по моей части…

— Ты имеешь в виду?.. — недоверчиво спросил Люциус. Юджин кивнул. Пробуждение Абсолютного Потока имело весьма непредсказуемый результат.

— Другим это не понравится, — мрачно высказал Страж Природы и поднялся на ноги. — Ты пока начинай, а я пойду поставлю дам перед фактом. А то Элайза в последнее время какая-то сама не своя.

— Да будешь тут спокойным, — хмыкнул Юджин, в какой-то мере понимая причину такой эмоциональности девушки. Он осторожно прикоснулся к амулету Лирании, проверяя его на количество оставшихся сил. Для пробуждения самой сути силы хватить было должно. Оглядевшись, Юджин взял с тумбочки складной нож и быстрым движением вспорол кожу себе на запястье. Сдавил руку, чтобы выступило больше крови, а затем обмакнул в нее палец второй руки и стал очерчивать один из контуров браслета. Пробуждать Абсолютный Поток всем вместе и одновременно было намного проще, чем активировать у кого-то одного, имея лишь общие представления о его силе. Латынь, которая считалась универсальным языком, ибо существовала в каждой цивилизации, но под разным названием, прозвучала с уст Стража Жизни как призыв. Всего несколько слов, а по их окончании — капля крови Лирании в центр браслета, в тусклый камень. Первые несколько секунд не происходило ничего. Только снизу послышался возмущенный вопль Элайзы:

— Вы в своем уме?! — А затем… От браслета во все стороны прошли под кожу фиолетовые, по цвету немного темнее вен, потоки энергии Стража Памяти. Они разрослись как дерево — от руки и по всему телу, напоминая корни. Фиолетовые Вены Абсолютного Потока обвели татуировку, и сошлись на груди, заставляя сердце участить ритм. Юджин удовлетворенно хмыкнул, но уходить не стал. Важно было, чтобы абсолютный Поток не растворил разум Лирании. А дальше с девушкой стали происходить метаморфозы. От ее груди вокруг тела закрутилась фиолетовая спираль. Именно от этой части ее силы и происходили все некроманты. Спираль постепенно врастала в тело, заменяя плоть и кровь, совершенно меняя структуру обычных клеток, что давали жизнь всему живому. Браслет полыхнул второй раз, и по такому же принципу начала расти вторая ветвь силы Стражницы — сама память. Потоки обвели так же тату, сошлись в области груди, а потом вторая спираль заняла свое место рядом со второй. Через несколько мгновений второй поток заменил оставшиеся живые клетки и сросся с фиолетовой спиралью. Стражница распахнула глаза, которые полыхали неестественным ярко-голубым оттенком, ибо глаза светились как два маленьких огонька. Дом дрогнул и преобразился, став едва ли не дворцом. Любое здание тоже хранило память. По земле прошел легкий ропот — слишком тут было много похоронено людей. Слишком много событий хранила в себе земля. Стражница Памяти поднялась вверх, не касаясь пола, а зависнув в воздухе, и приняла вертикальное положение. Две спирали живым потоком закручивались в противоположные стороны, как будто реки, имеющие разные истоки. Внешность осталась от Лирании, но все остальное уже относилось к ее силе. К тому, чем она пользовалась, и пользовались колдуны и целители. Юджин напряженно всматривался в контуры девушки, пытаясь не упустить момент. Сила в скором времени должна наполнить ее пустые Вены, а когда это произойдет, то силу Абсолютного Потока можно будет и деактивировать.

— Лирания… Ты меня слышишь? — спросил Страж Жизни, пытаясь понять, пришла ли девушка в себя, да и вообще в норму. Стражница отрешенно смотрела на стоящего перед ней коллегу. Ни одной живой искры в ее глазах не было. Однако, переборов естественное желание разрушать, Лирания через силу приобрела контроль над собственным телом и кивнула. Только вот ее контроля явно было маловато, чтобы полностью избавиться от давления силы Абсолютного Потока. Подождав еще несколько долгих минут, он стер кровь с браслета и одновременно с Лиранией произнес латинское крылатое выражение, чтобы свести силу разрушения на нет. Две спирали как будто впитались вовнутрь ее тела, предоставив место снова живой плоти и крови. Юджин едва успел подхватить падающую девушку.

— Не стоило так рисковать, — сказала Лирания, осторожно встав на ноги. После применения Абсолютного Потока остаточное ощущение и желание кого-нибудь уничтожить все еще присутствовало.

— Иначе ты бы просто могла погибнуть. А нам, сама знаешь, проблем помимо возни с преемниками хватает, — со вздохом сказал Юджин. Лирания только согласно кивнула. Ее нисколько не задело то, что ей жизнь спасли из только чисто политических побуждений, а не из личных.

— Пойдем. Внизу собирается гроза, — проговорила девушка и первой сбежала вниз по лестнице. Ее слова оказались близки к правде. Согласие Элайзы хоть и сдерживало девушку, но руки у нее чесались избить до полусмерти первого попавшегося вампира и выместить на нем всю свою злость и ненависть. Вероника, холодная и сдержанная, все-таки не выдержала и отвела Элайзу на старую террасу и молча усадила в кресло, сказав:

— Ты с нами не идешь, — Стражница аж подпрыгнула от возмущения:

— Что?! Почему?! — Элайзе просто не хватало слов, чтобы высказать все о той несправедливости, что она думает.

— Это шанс добраться до Лоры, а ты можешь все сорвать. Я проверила их потоки энергии — нет никакой ловушки, они готовы сотрудничать и не заинтересованы в жизни Лоренсии. Я достаточно ясно выразилась? — спросила ее Вероника и обернулась, услышав приближающиеся шаги.

— Идеи так и не появились, как к ней можно подобраться? — спросил Люциус так, будто бы не слышал всего того разговора, что был до его появления. Один взгляд на него создавал ложное впечатление, что все тут происходящее его не касается. Вскоре подошли и Юджин с Лиранией. На Стражницу Памяти тут же обрушились несколько укоризненных взглядов. Идея использования Абсолютного Потока не впечатлила никого из них.

— Мы можем помочь, если вы нам будете немного больше доверять, — спокойно проговорил Льюис. Вероника с досадой посмотрела на вампира. — Знаю, у вас много причин ненавидеть таких, как мы, но немного больше доверия, и Лора больше вас беспокоить не будет.

— Она не знает, что мы здесь и это может сыграть вам на руку, — добавил Симон.

— И манускрипт она не активировала пока что, — закончил Артемис. — Но скоро это сделает, ибо печати ваши почти сняты… А привести его в действие Плетением не так уж и трудно. Вам это известно не хуже нас.

— Блокировки… Теперь понятно. Она не тянет время, а их снимает, — хмыкнула Элайза. Они были не первым поколением Стражей, неудивительно, что некоторые детали они просто упустили из виду.

— Тогда надо поторопиться, — вздохнула Лирания. — Чувствую, времени осталось у нас не так уж и много. Мы хотели к ней явиться напрямик. Думаю, лобовая атака на время, но поставит ее в тупик.

— Но она не со всеми… — начал Артемис, но Лирания кивнула:

— Я знаю. Каждая молекула хранит память, — пояснила она на вопросительные взгляды вампиров. — Больше тянуть нельзя. Если вы можете, то проведете нас с небольшим отрядом. Вампирша наверняка не одна, а с этой троицей и другой своей отборной элитой, — задумчиво сказала Лирания.

— Осталось позвать остальных. Элайза… не говори потом, что я тебя не предупреждала, — многозначительно сказала ей Вероника. Рыжеволосая Стражница Оружия вспыхнула и отвернулась. — Встречаемся около кладбища через полчаса. Опоздавшие с нами не идут, — закончила она свою речь и, перепрыгнув через шатающуюся резную ограду, скрылась в скором времени из виду.

— А нас не обнаружат? — с легким сомнением спросил Артемис, прислушиваясь к сердцебиению каждого Стража. Поняв естественные опасения вампира, Юджин только улыбнулся, с интересом посмотрев на него.

— Ты думаешь, мы не сможем скрыться? — Артемис с сомнением посмотрел на Стража Жизни, к которому снова стали возвращаться жизнерадостные краски. Его явно забавляла наивность вампира. — Вероника скроет наши потоки энергии и замаскирует их под любой другой. Так что на фоне живой природы нас от дерева или белки никто не отличит, — хихикнул он. Недоверчивый взгляд троих вампиров его только больше развеселил. — Потом поймете, — подмигнул Юджин им, проникшись уже доверием к этой троице. — Ладно. Полчаса еще в доме перекантуемся, а потом нас ждет, так сказать, последний бой…

В принципе, Юджин оказался прав. Но не до конца. Откуда ему было знать, что история почти полностью повторится, только спустя уже чуть больше сотни лет? Да и финал у нее будет совершенно другой, нежели сейчас…

* * *

Прошло полчаса. На месте около кладбища оказалась небольшая группка охотников вместе с Вероникой, которая их уже успела предупредить о том, кто их поведет к Лоренсии. Конечно, вариант не устроил никого, но в данной ситуации выбирать просто не приходилось. Помимо них, на месте оказались и остальные Стражи в компании трех вампиров. Обменявшись взаимопонимающими ненавистными взглядами с охотниками, вампиры под покровом ночи повели всех в одном им известном направлении, ибо даже Стражи в этот раз не знали где искать Лору. Зная их силу, она с помощью ведьм сумела заблокировать от их вездесущего внимания свое местонахождение. Но только на земле в 100 квадратных километров сориентироваться, где находится Лора, было бы достаточно непросто даже Стражу Природы. Едва заметная дорожка привела их к пустырю, где не росла даже трава. Создавалось впечатление, что земля на этом месте вымерла. Люциус чуть приостановился, но почти сразу успокоился. Неестественная сила, убившая этот клочок земли, к Лоре и ее приспешникам не относилась. Вероника, немного подумав, поменяла структуру энергии каждого, кто здесь был на энергию маленьких ночных зверюшек, что здесь обитали. Вампиры осмотрелись и по своим опознавательным знакам повели дальше компанию за собой. Путь весь провели присутствующие в гробовом молчании. Слышны были только шаги и ветер. Люциус прищурился, с досадой наткнувшись на мертвую стену. Как будто жизни тут не было совсем, хотя пустырь давно закончился, и снова стала появляться зеленая растительность. Яркая луна освещала путь. Неподалеку возникли жилые домики, скопление которых напоминало деревню. В принципе, так оно и было. Стражи вопросительно посмотрели на вампиров, которые резко остановились, напряженно вглядываясь и вслушиваясь в тьму.

— Она здесь. Последний дом в конце деревни — ее. Местные жители уже попали под ее влияние, так что будьте поосторожней, — предупредил Артемис. Компания Стражей и охотников переглянулась.

— Надо, чтобы кто-то тут остался и отвлек внимание, — сказала Лирания, оставшись на месте. — Незамеченными пройти у нас не получится, — резюмировала она, первой оценив тактику Лоры.

— Мы отвлечем, — сказала решительно молодая охотница. — А вы идите. С нами она расправится быстрее, так что от нас больше пользы тут будет.

— Мы тоже остаемся, — сказал Симон, вызвав недоумение у своих товарищей. — Как бы не хотелось видеть ее смерть, но она наверняка все спланировала… Лучше проявить осторожность, — пояснил он, с сомнением посмотрев на охотников. — И вам не помешает поддержка. Какими вы бы не пытались казаться храбрыми, но силенок у вас явно маловато, — справедливо заметил он. Охотница фыркнула. Несмотря на свои 17 лет она не считала себя слабой, как говорил вампир. С любой превосходящей силой можно было справиться, правильно рассчитав свои, считала она.

— Зная Лору и ее умение планировать все до деталей, я тоже останусь, — сказала Лирания. — Вряд ли на основном своем месте у нее много помощников. А тут место такое…

— Лииии, — со стоном сказала Элайза. — Недавний случай тебя ничему не научил?! — возмутилась она. Стражница Памяти отвернулась в сторону. Об этом она говорить совсем не хотела. Каждый Страж понимал, что Лирания старалась для всех.

— Элайза, успокойся, — посоветовала ей холодная Вероника. Блондинка оценила расстояние до конца и сказала: — Люциус, расчисти нам пространство. Ты тоже остаешься. Мало ли что может произойти? А мы втроем сами все закончим, — распределила она последние роли. Как только она договорила, у всех Стражей, как по сигналу, вспыхнули их амулеты. Камень на браслете у Лирании ярко засиял. Кулон в виде песочных часов засиял на груди у Юджина. Рукоять кинжала Элайзы посинела, а лезвие стало алым. Кольцо Вероники раскалилось и обожгло ей палец. Девушка недовольно поморщилась и подула на него. Только один Люциус побелел как полотно и выдохнул:

— Она активировала Плетение… — Его артефакт… Только он мог привести в действие манускрипт, ни один из артефактов Стражей на это не был способен. У их мелочей, содержащих частичку их силы, было немного другое назначение. — Нужно торопиться, иначе можем не успеть. Последствия могут быть самыми непоправимыми, — сказал Люциус. Его артефакт был украден около месяца назад. Только после его пропажи Стражи сообразили, чего добивается Лора. И если до этого момента они посмеивались над ней, то потом уже желание смеяться пропало. Дело приняло серьезный оборот. — Идите, — просто сказал Страж Природы, возводя закрытую аллею, состоящую сплошь из одних стволов и лиан. Получилось величественно и красиво. Природа умеет рисовать красивые картины. Неудивительно, что и их Стражи получались личности с уклоном в творческую деятельность. Аллея с куполом возвелась, состоящая из сплошной зелени и живых стволов, и почти сразу из каждого дома показались люди. Да. Лора их тоже почувствовала. Она знает, что они пришли. Лирания сжала руки в кулаки и стиснула зубы. Ее взгляд метнулся в землю, а губы сказали:

— Земля, вспомни лютый пожар… — Огонь, вызванный ее силой, выглядел вполне натурально. Если бы не был иллюзией, всего лишь памятью, что хранила эта земля. Три наблюдающие за всем вампира кинулись в толпу, надеясь хотя бы первые ряды оставить без сознания. Им это удалось, но подготовившаяся Лора наградила всех жителей не железными ножами и вилами, а частоколом, штативом и просто деревянными кольями. Артемис, Льюис и Симон в этом убедились, когда получили несколько ощутимых царапин. Они вернулись через завесу огня обратно. Люди, смущенные огненной пеленой остановились.

— Они как будто знали, — сказал с изумлением Артемис. Лирания покосилась на природную аллею, потом на одного мужчину из толпы и, судорожно втянув носом воздух, сказала:

— Они знали не только об этом… — Люциус проследил за ее взглядом и помрачнел. Девушка оказалась права — в руке мужчины оказался костяной кинжал, способный убить Стража. Огненная волна пока еще держала толпу в замешательстве, но долго так продолжаться не могло. Лирания прищурилась и стукнула ногой по земле, призывая тех, кто хранил память битвы, подняться и сразиться с врагами, олицетворив их в образе толпы. Люциус, немного подумав, задействовал стоящие невдалеке деревья. Их ветки стали выцеплять людей из середины толпы и не выпускать из своих тисков. В толпе посеялась паника. Этим воспользовались охотники и вампиры. Первые стреляли усыпляющими дротиками из ружий, а вторые шли напролом, просто отправляя отдыхать на травку тех, кто им мешал. Дополнительные помехи создал призванный тем же Люциусом дождь. Тучи снизили видимость, закрыв собой луну и звезды. Отвлекающие маневры сыграли на руку Лирании, которая успела поднять помнящих битву. На этой земле проходила одна из битв наполеоновского времени. Французские бывшие воины обрушились на живых. Плюс погибших был в том, что повторно их не убьешь. Камень на браслете Лирании засиял ярче, а металлическое плетение стало раскаляться, обживая ей руку. Магия манускрипта подпитывала Стражей, открывала дополнительные резервы, но слишком опасна была последствиями эта активация. Вот тут уже действительно смешалось все: настоящее, прошлое, естественное и мертвое. Но, несмотря на всю ярость и неожиданные повороты, убивать никто никого не собирался. Даже Артемис, Льюис и Симон не проливали кровь, обходясь лишь бессознательным состоянием, ибо все понимали, что люди находятся лишь под влиянием Лоры. Так бы на них никто кидаться не стал. Сторона Стражей особых потерь пока не несла. Серьезно ранен оказался только Льюис в ходе битвы и один из охотников все-таки погиб. Люциус посмотрел на небо, и несколько молний ударили в землю, разогнав толпу. Его замысел был ясен: разделяй и властвуй, чем тут же воспользовалась Лирания, направив туда наполеоновских воинов вместе с русскими, которые когда-то враждовали между собой. Люди оказались разбиты на два лагеря. Одних отправляли «спать» охотники, других — вампиры и Стражи, которые не остались в стороне, несмотря на то, что уже помогали использованием своей силы. Повезло, что толпа, попавшая под влияние Лоры, оказалась не такой большой. Все подходило уже к своему эпизодическому концу, где меньшинство побеждало большинство. Но, финал все равно оказался немного не таким, каким планировали его видеть охотники и Стражи. Лирания отправила последнего стоящего на ногах молодого парня в царство Морфея, совершенно забыв смотреть за теми, кто отправился туда раньше. Ветка дерева шевельнулась, и девушка подняла горящие ненавистью глаза на Стражницу Памяти.

— Вроде все, — сказала со вздохом охотница, закусив губу. Погибший парень ей был как брат. Даже зная, что с ними может произойти, она явно была не готова заплатить такую высокую цену. По ее щеке скатилась слеза, а холодная и циничная маска дрогнула, открыв под собой достаточно настрадавшуюся девушку. Лирания посмотрела на свой браслет и с улыбкой кивнула.

— Они успели…

— Ли, осторожно!!! — крикнул запоздало Люциус, сбивая с ног брюнетку. Оказавшаяся на земле Лирания не сразу сообразила, что произошло. Отправляя мертвых обратно на покой, она полностью сосредоточила свое внимание на них, совершенно забыв про живых. Еще приземление вышло не особо удачным — голову ее пронзила острая боль, а перед глазами разбежались в разные стороны искры, и на мгновенье сознание окутала тьма. Ощущение было такое, будто в ее тело впились тысячи раскаленных иголок, только вот эта боль уже была не от падения. Давно забытое чувство, когда кто-то из Стражей умирает… Эта память подбросила Лиранию мгновенно на ноги. Взгляд ее наткнулся на Люциуса, в животе которого был злополучный костяной кинжал. На его белой рубашке в области живота растекалось кровавое пятно. Ткань впитывала кровь, меняя свой цвет из девственно белого на темно-красный. На лице парня застыло мученическое выражение лица, однако он мужественно сдерживал крик, стиснув зубы так, что побелели скулы. Пальцы вцепились в траву. Голова откинута назад. Глаза закрыты. Дыхание Люциуса было частым. Он вдыхал воздух мелкими глоточками, чтобы боль не была такой сильной и разрывающей его тело буквально на части. Лирания присела рядом с ним, с ненавистью посмотрев на удовлетворенную девушку. Разозленная ее выходкой, пусть и под влиянием Лоры, она привела в действие частичку Абсолютного Потока в действие. Фиолетово-желтый сгусток окутал девушку. Та издала нечеловеческий вопль и стала извиваться как змея, пытаясь сбежать от мучавшей ее силы.

— Отправляйся к праотцам, — холодно сказала Стражница Памяти. Обычно расчетливая, которую довольно-таки трудно довести до ручки, сейчас Лирания такой не выглядела. Ее внутреннее равновесие, державшееся и так на грани, сейчас склонилось в сторону гнева окончательно. Держа руку вытянутой, она внезапно сжала кисть руки так, что ногти впились глубоко в ладонь. Струйка крови стекла к браслету. Камень в центре него полыхнул сиреневой вспышкой, и от мучимой девушки не осталось ничего, кроме ссохшегося до неузнаваемости скелета и тлена. Наблюдавшие за всем вампиры и охотники притихли, только сейчас осознав, насколько все-таки опасна сила Стражей. Привыкшие мыслить о них, как о создателях жизни на Земле, люди и обращенные вампиры только после этого момента вспомнили и об оборотной стороне разрушения. Лирания опустила руку и осторожно вытащила кинжал из умирающего Люциуса. Не выдержав, Страж Природы все-таки издал стон от терзающей его боли. Он сейчас лучше всего понимал, что долго уже не протянет. Максимум полчаса, может меньше.

— Ты не должен умереть… — произнесла Лирания тихо. — Я… я сейчас… — Она прикоснулась к его татуировке, призывая его силу Абсолютного Потока. Без его артефакта это было сделать сложнее, но вполне реально. Поняв, что собирается сделать Стражница Памяти, Люциус перехватил ее за руку и качнул головой, выдохнув сквозь стиснутые зубы:

— Не стоит… Ты… не хуже меня знаешь, что это… не поможет, — Слова давались ему с трудом. — Мое время подвели к концу, — вынес он сам себе вердикт. Лирания закусила губу и отвернулась в сторону, чтобы Люциус не видел ее слез. Стражи старались не привязываться друг к другу, но когда вместе переживешь несколько цивилизаций, то тут поневоле без того, к кому привык, уже трудно будет обойтись. — Придет другой Страж… Все мы… заменимы, — договорил он. Лирания стерла слезы и качнула головой:

— Нет, Люциус. Не все. Просто… просто есть такое понятие как дружба, — она опустила руку, поняв, что он все-таки прав. Пробуждение Абсолютного Потока его жизнь не спасет. — Тебя никто уже не заменит. Не только… не только мне будет тебя не хватать. Всем нам, — сказала девушка, путаясь в словах от душивших ее слез. Хоть тут и были зрители, ей было нисколько не стыдно проронить слезы. Лирания никогда в жизни не задумывалась над тем, что их пятерых, столько вместе всего переживших, может что-то разлучить и нарушить их идиллию. А мысли такие она просто гнала от себя подальше. Как оказалось, зря. И вот теперь… теперь все будет все совсем по-другому. И кто знает, хорошо это или плохо?..

* * *

Особа, о которой пока только шли одни упоминания — Лоренсия — сбрасывала с манускрипта последний замок. Вот и все. Снова вернется все на круги своя. Ее цивилизация, которую просто лишили ни за что жизни, снова вернется. Люди, по сравнению с вампирами и их знаниями, всего лишь мелкая сошка… но вместе с тем идеальный источник питания. Лора выглянула во двор из окна маленького неприметного домика, заросшего давным-давно травой, который держался-то, наверное, лишь на честном слове. Крыша у него уже давно съезжала и рушилась, черепица крошилась и иногда падала вниз, заставляя осторожную Лору вздрагивать. Лучше места не найдешь для того, чтобы воплотить ее план в жизнь. Правда, пришлось повозиться, подчиняя себе тех, кто тут жил. Людей оказалось слишком много. А Стражи непременно придут за ней, чтобы сорвать все возвращение ее цивилизации. Только она об этом подумала, как манускрипт, который она держала в руках, засветился.

— Они здесь. Скорее всего, с той стороны, — обратилась Лора к своей верной троице в лице Артема, Сержа и Кирилла. Она прикрыла глаза, пробуждая в сознании подчинившихся острое чувство опасности и того, что рядом находится враг, который желает их смерти. Артем поднял оценивающий взгляд на брюнетку и прищурился, как бы оценивая ее внешность и пригодность для питания. Он был типичным циником, так что Лору это не смутило. Она привыкла к тому, что он на всех так смотрел. Только вот сейчас вампир действительно всматривался в образ вампирши и раздумывал… Она была красива. Черные как смоль волосы волнами падали на спину. Ярко-фиалковые глаза смотрели с лютой ненавистью на людей, но порой там можно было увидеть и тоску только по одному ей известному прошлому. Идеальной овальной формы лицо. Длинные ресницы. Челка чуть скрывала лоб. Точеная фигурка, глядя на которую только думаешь о том, как бы ее не сломать, не подозревая, какая сила хранится в ней. Длинная шея. Красивые руки, которых, казалось бы, ни разу не касался труд. Ухоженные ногти. Под ее загаром кожи угадывалась когда-то считавшаяся благородной бледность. Сама невысокого ростика. Голос Лоры завораживал, переливаясь колокольчиками, который хотелось слушать снова и снова, но… что-то было в этом образе зловещее. А, по мнению Артема, так и вообще чего-то не хватало. Он с досадой отогнал от себя мысли о Стражнице Памяти, мысленно уже вырисовывая тату горящего скелета на плече Лоры. Почему его так тянуло к ней — он и сам не мог понять. Одна лишь мысль о том, что его идеальный образ относится к Стражам, заставлял вампира мгновенно похолодеть и вспомнить о том, что как только представится возможность, она его убьет.

— Мы же все продумали. Те, кто явится, не останутся без внимания, — хихикнул Кирилл, потирая в предвкушении руки. Скоро все должно закончиться. Как только Плетение ляжет на манускрипт, то все будет сделано. Стражи уже не остановят необратимый процесс. Только вот на все это тоже нужно было время.

— Тогда не стоит больше терять времени. Они здесь, а если это так, то я рискую не успеть в считанные буквально секунды до конца. — Нахмурилась вампирша, посмотрев на своих помощников. Те кивнули и отправились готовиться к встрече Стражей. Лора была приятно удивлена их преданностью и добровольным подчинением. Большинство вампиров, что она встретила тут, лишь посмеивались над ней и ее планами… до тех пор, пока не явились сами Стражи в целях избавиться от Лоры. — А ты… — обратилась она к Артему, — останешься. Зная Стражей, могу сказать, что первую преграду они обойдут, помощничков раскидают и явятся сюда, — она перекинула ему небезызвестный костяной кинжал, рукоять которого была оплетена веткой дерева.

— Хочешь у них на глазах все совершить? — понимающе посмотрел на нее вампир. Лора пожала плечами.

— Было бы неплохо, но маловероятно, — ответила Лоренсия, накладывая один свиток на другой так, чтобы плетение символов полностью совпадало между собой. — Лучше пусть они до этой комнаты вообще не дойдут, — проговорила она себе под нос, наблюдая за тем, как символы, один за другим, начинают вспыхивать. Первая строчка загорелась золотистым сиянием и начала вспыхивать вторая, но в этот момент внизу послышался грохот — это оповестили о своем прибытии три Стража.

— Почему они нас так быстро нашли? — озадачился Артем.

— Нас сдали. Я так и думала, что Артемис пойдет к ним. Все проблемы от него. Надо было убить его раньше, но тогда мне удалось утащить Плетение и стало не до него… — Под взглядом Лоры вспыхнула третья строчка.

— Вот сволочь, — выругался с чувством Артем, считавший еще недавно Артемиса своим другом. Лора сейчас молила всех известных ей богов, чтобы символы вспыхнули быстрее, чем Стражи всех убили внизу. И что там происходило, этажом ниже?.. А, собственно, вот что… Едва Стражи оказались на месте, они поняли, что на легкую победу рассчитывать не придется. Но, зная Лору, они не растерялись. Почти сразу на вампиров обрушились неизвестно откуда бьющие молнии, которые Вероника просто расценила как энергетический поток. Юджин, быстро расценив обстановку и возможные случайные события, воплотил их в жизнь. Сначала банально упала ваза, опрокинувшая канистру с бензином, которая в свою очередь намочила валявшуюся внизу занавеску, или, во всяком случае, нечто то, что ей было. Ну а довершающим моментом была молния, ударившая в пропитанную бензином занавеску. Вспыхнул огонь, охватив и двух вампиров, которые рвались в бой. Элайза, имевшая свои виды на этих двоих, вопросительно посмотрела на Юджина. Тот только с невинной улыбкой развел руками. Она качнула головой, и достала из-за пояса свой небольшой кинжальчик. Движения ее как всегда были профессиональны, точны, никогда не были случайными и всегда достигали цели. Кинжал у нее был не простой, а с сюрпризом. Это был ее артефакт Стража. Вещь, всегда попадающая в цель, способная разрезать любой материал и убить абсолютно любое существо, к какой бы могущественной расе оно не относилось. Когда Веронике возня с вампирами надоела, она решила применить силу своего Абсолютного Потока. Юджин, которому больше не дали просчитать случайности, оказался вынужден вступить в рукопашный бой. Только в отличие от Элайзы ему пришлось отбываться не кинжалом, а позаимствованной у охотников деревянной саблей. Тоже разящее оружие. Минус был в том, что некоторые вампиры оказались тоже вооружены. И только Абсолютный Поток Вероники заставил их рухнуть без сил. Она их просто лишила жизненной энергии. Серебристая волна обвила ей руку и скользнула через небольшую ранку вовнутрь.

— Возиться надоело. Тем более, что мы опаздываем, — сказала она, первой начав путь наверх по лестнице. По пути Юджин ее перегнал и это стало его роковой ошибкой. Притаившийся за дверью Артем, выбросил вперед руку с костяным кинжалом и сорвал кулон с шеи Стража Жизни.

— Сюрприз, — ухмыльнулся он. Девушки резко замерли, ощутив то, что не так давно ощутила Лирания — острое покалывание по всему телу. Удар пришелся точно в центр груди Юджина. Его сердце оказалось пробито кинжалом. Сначала от резкого толчка он просто согнулся пополам. Уже потом пришла запоздала боль. По всему телу прошлась волна холода. Мгновенная смерть, безо всяких щепетильных прощаний. Артем спокойно выдернул кинжал из его груди, предоставив телу Юджина свободный полет по всем законам физики. Его едва успела подхватить Элайза, в глазах которой сперва застыло непонимание, а затем она медленно перевела взгляд на Артема. Привыкший ко всему, он был готов встретить любой взгляд. Но только не этот. Зрачки и радужка глаза стали металлического, близкого к серебряному оттенку. Во взгляде ощущалась просто жгучая ненависть не только к нему, но и ко всем вампирам вообще. Сожаление того, что пережитки их цивилизации вообще сохранились. Слегка дрогнув, Артем сделал шаг назад. Инстинкт самосохранения велел ему сейчас спасаться бегством. С трудом подавив навязчивое желание, он остался стоять на месте.

— Лучше бы ты бежал, — мрачно сказала ему Вероника и с ее пальца слетела серебряная волна, изымая энергию, что давала ему возможность двигаться. Артем, не убитый, рухнул как подкошенный, побелев еще больше, чем был всегда. Элайза, погладив теперь уже мертвого друга по волосам и едва не роняя слезы от этой потери, оставила его у двери, аккуратно усадив его около стены. Осторожным прикосновением Стражница Оружия закрыла ему глаза и выпрямилась, жаждая немедленной мести. Стражи редко поддавались эмоциям. Элайза была первым исключением из правил, но даже ее здравого рассудка хватало на то, чтобы не наделать лишних дел. Ее восприятие видеть оружие во всем заставило ее пройти мимо Артема, которого эмоции просто требовали убить на месте. Только осознание того, что он всего лишь посыльный, оружие в руках Лоры, заставило Элайзу пойти дальше. Картина, что предстала перед ней, только еще больше усугубила взвинченное состояние Стражницы. Она посмотрела на всегда сдержанную Веронику и не поверила своим глазам. Серебристые энергетические молнии окутывали ее словно водопад. Волосы из пепельного блонда превратились в сплошное серебро. Да Стражница Энергии едва сдерживалась от ярости и от того, чтобы случайно не задействовать свой Абсолютный Поток! Взгляд Элайзы снова переместился к манускрипту и Плетению. Символы вспыхнули почти все. Да, черт возьми, нельзя так просто стоять и смотреть!!! Элайза кинулась вперед, игнорируя все, что сейчас пыталась наколдовать Лоренсия. Кинжал одним резким движением поставил крест на возрождении цивилизации вампиров. Последний символ погас, так и не успев вспыхнуть золотом до конца. Кинжал Стражницы Оружия разделил манускрипт на две неравные части. Они упали с глухим стуком на пол. Элайза подобрала их, только сейчас в полной мере ощутив, как именно на нее подействовало колдовство вампирши. Они с Вероникой одновременно метнули взгляд на порез на ее руке. Ну конечно… где чистокровные, там и кровь, а где кровь там и власть. Лора с горящими ненавистью глазами посмотрела на Элайзу. Стражница попыталась сопротивляться ее власти, но все оказалось тщетным. Ее тело отказывалось ей подчиниться. Только сейчас Элайза осознала всю опасность своего положения. Если в подчинение не дается разум Стража, так почему бы тогда не подчинить тело? Вне Абсолютного Потока оно такое же, как и у самых обычных людей.

— Убей Стражницу Энергии, а потом и себя заодно, — ласково сказала ей Лора, вкладывая в ее руку костяной кинжал. Элайзу будто бы током ударило. Этого она хотела делать меньше всего. И что теперь? Она помимо своей воли повернулась в сторону Вероники, уже со страхом посмотрев на свою подругу.

— Нет, — мотнула она головой. Ярость после убийства Юджина с нее как рукой сняло. Теперь ее глодала досада за свою опрометчивость. Говорила ведь себе: не привязываться ни к кому… Но как не привязываться, если столько всего вместе пережили?! Вероника, осознав всю опасность своего положения, подняла взгляд засеребрившихся глаз на Лору и тихо ей сказала:

— Я тебя убью, — Просто сказала. Не угрожала. Однако в реальность ее слов поверила даже Лора, которая, пока Стражницы были увлечены беседой друг с другом, вытащила кулон в виде песочных часов из руки полностью лишенного сил Артема. Вампирша выпрямилась и посмотрела в глаза Стражнице Энергии, которая полностью призвала свой Абсолютный Поток. Серебряные нити живой энергии окутали ее и создали недоступной для смерти от кинжала, который мог убить Стража. Но исключительно в его человеческом обличье. Абсолютный Поток Вероники состоял из одного цвета — серебристого. Он не был спиральным, как у Стража Памяти, а струился свободно, словно водопад. Живых клеток на теле не осталось. Один сплошной поток энергии, благодаря которому и осуществлялась вся деятельность на Земле. Не будь его — все бы просто остановилось. Одной жизни недостаточно. Нужна энергия для ее поддержания и деятельности. Элайза облегченно выдохнула, но лишь на мгновенье. Ее пронзило внезапно покалывание, совсем тогда, как на входе в эту злополученную комнату, когда убили Юджина. Еще одна Смерть Стража?! И все в один день?! Это заговор или искусно спланированное действо?! Лора выпрыгнула из окна и попыталась сбежать от Стражей, зная, что теперь точно ей ничего хорошего ждать не придется. А манускрипт… манускрипт и Плетение пусть подождут до лучших времен. Но не сразу. Надо переждать хотя бы сотню, может чуть больше лет, чтобы сделать все до конца. Плюсом то, что пока Стражи разбирались со смертью Юджина, Лора успела воспользоваться Сферой, что ловила заблудшие души… только вместо заблудшей души она поймала заблудшую силу Стража Жизни, что хотела устремиться на поиски нового преемника, но не успела и оказалась в ловушке. Пескам Времени — именно так назывался артефакт, который носил при себе Юджин — Лора нашептывала дату своего возрождения, если не случится ничего не предвиденного:

— 18 июля 2012 года. Если удачный расклад, то еще и в теле одного из Стражей… — Внезапно путь ей преградила серебристая, появившаяся из ниоткуда, стена. Лора остановилась. Все. Теперь ей бежать было некуда. Только мысль о том, что она возродиться снова спустя определенный срок, позволяла ей сейчас подвергнуть свою жизнь риску. Пройти сквозь ограду было можно, но это значило поддаться влиянию Стражницы. А кто знает, на что они способны в таком состоянии? Элайза, попавшая под ее контроль, так и осталась в доме, ибо победить Веронику сейчас не представлялось возможным. Лора обернулась, посмотрев на ту, что не дала ей уйти. Вампирша сжала в руках кулон, чувствуя, как из небольших ранок начала сочиться кровь. Алая волна, что олицетворяла Абсолютный Поток Стража Жизни, втянулась к ней вовнутрь, соединяясь с душой и приобретая нематериальные формы. Сфера погасла, снова наполнив свое нутро чернотой. Вероника к тому времени уже наполовину избавилась от Абсолютного Потока. Только серебряные нити все еще оставались в ее волосах и иногда пробегали по рукам.

— Ты долго играла с нами, как кошка с мышкой. Только не учла, что если мышки соберутся, то придется спасаться кошке, — холодно проговорила Стражница. — А теперь ты умрешь.

— Ну это мы еще посмотрим, — ответила ей Лоренсия, приготовившись бороться до конца. Как зверь, она бросилась на Стражницу, собираясь ей просто банально вырвать сердце или оторвать голову. Стражи тоже смертны. Простые методы тоже были довольно действенные, помимо одного вида кинжала, который воплощал в себе все то, что приводило к смерти представителей любой цивилизации. Вероника поняла ее замысел, но уходить никуда не стала. Атака вампирши оказалась мастерски отражена. Поневоле научишься многому, когда у тебя в напарниках Страж Оружия. Лора красивым скользящим движением разорвала дистанцию и кивнула. Вероника, помнившая еще культуру прошлой цивилизации, коей были вампиры, поняла, что ей бросают вызов. Дуэль между благородными вампирами была крайне редким явлением, но всегда со смертельным исходом. Условия поединка сводились к тому, что никто никакой магии не применяет, своими способностями не пользуется, а из оружия только твои умения и тело. Как Стражница, Вероника вызов проигнорировать не могла, хотя и понимала, что так Лора пытается дать себе шансы на победу. Взгляд Стражницы Энергии полыхнул досадой и холодом. Теперь и не отвертишься. Она молча кивнула в ответ. Серебристые нити втянулись ей под кожу. Энергетическая стена исчезла.

— Рада, что мы друг друга поняли, — кивнула Лоренсия, снова набрасываясь на девушку. Вероника блокировала все ее атаки с присущим ей холодом и сосредоточенностью. На появившиеся в области шеи, груди и руках царапины, причем некоторые из них оказались довольно глубокими, она просто не обращала внимание. Битва напоминала в большей степени танец, где одна девушка пыталась нанести смертельный удар, а вторая, подстраиваясь под нее, либо уклонялась, либо блокировалась. В один момент Веронику даже накрыла тень сомнения. Ей сражение давалось тяжело. Она умела сражаться, но не настолько профессионально, как Элайза. Внезапно в голове Стражницы вспыхнул мудрый совет подруги: «Почувствуй противника как себя самого и преврати его атаки в оборону». Поймав один из удачных моментов, Вероника нанесла удар в солнечное сплетение Лоре, внезапно осознав ее принцип движений и обороны. Резкие точные удары ее, как будто она была живым воплощением ножа, заставили Веронику поменять ход своих действий. Вместо обороны, она по такому же принципу стала атаковать сама. Лора, рассчитывавшая явно на другое, резко ушла в глухую оборону. Настойчивость Вероники в скором времени дала о себе знать, и вскоре в обороне вампирши возникла прореха. Это была ее единственная и роковая ошибка за весь бой. Тело Лоренсии будто бы парализовало. Она с недоумением опустила взгляд и поняла, что этот бой она все-таки проиграла. Рука Вероники решила ее судьбу, когда сжала ее сердце. Кровь расходилась по груди вампирши неровным пятном. Ее медленно сковывал холод смерти.

— Что ж… Мышки… победили, — хрипло сказала Лора, слизывая кровь, сочащуюся из уголка губы. — Но это еще не конец… Впереди… второй раунд… — с кривой ухмылкой сказала она. Вероника сощурилась и выдернула руку из ее груди вместе с сердцем. Кровь брызнула на траву и на саму Веронику. Где кровь Лоры, а где кровь Стражницы, сейчас было не разобрать. Безвольное тело Лоры рухнуло на траву, орошая ее потоком крови. Вероника выдохнула и разжала руку. Небьющееся сердце упало с легким шорохом рядом с его недавним обладателем. Только сейчас она внезапно осознала, насколько сильно вымотал ее бой. Заставив энергию активизироваться, девушка отправилась обратно к дому, туда, где ее ждала Элайза. После гибели Лоры, контроль над Стражницей Оружия исчез. Она в доме не осталась, кинувшись туда, где скрылась ее подруга и Лора. Встретились девушки на полпути к дому. Элайза осмотрела Веронику и дрогнувшим голосом спросила:

— Что… что произошло? — Вероника подняла на нее усталый взгляд.

— Все закончилось. Только немного не так. Меня вызвали на дуэль. Пришлось ответить на вызов, — с усмешкой ответила Стражница Энергии, за что получила возмущенный и укоризненный взгляд.

— Да вы сговорились с Лиранией что ли?! Ты могла погибнуть!! Может быть, ваши силы и равны, но боевого мастерства тебе не хватает!

— Я просто воспользовалась советами одного Стража, и за счет этого победа оказалась в моих руках, — ответила с легкой улыбкой Вероника. Элайза скосила взгляд на ее окровавленную руку и буркнула себе под нос:

— Уже вижу… Смотри только, чтобы на тебя больше не покушались. А то нам только Стражей-вампиров для полного счастья не хватало… — Про острое чувство того, что это еще не конец приключений и сюрпризов, Элайза не стала упоминать. — Я забрала манускрипт и Плетение. Можно возвращаться. — Вероника просто кивнула. Обратный путь занял у них гораздо больше времени, чем когда они шли решать проблемы. Поле битвы их впечатлило — люди медленно приходили в себя, не понимая, что тут произошло и почему все они собрались здесь. Когда же взгляд Стражниц скользнул немного левее… то увиденное их заставило буквально сорваться с места и оказаться рядом с Лиранией, на коленях которой лежал умирающий Люциус. Стражница Памяти уже не роняла слезы, а просто отрешенно сосредоточила свой взгляд где-то в пустоте. Да, Лора мертва… но какой ценой!

— Черта с два, — вымолвила Элайза, присев рядом. Она огляделась в поисках того, кто это сделал, только результат искомого заставил ее содрогнуться — кости и тлен. Больше от убившей Люциуса ничего не осталось. Вероника прикрыла глаза и стиснула зубы. А вот и, собственно, финал… Со щеки и плеча Стража Природы сначала исчезла татуировка, а потом из его груди, как туман, начал сгущаться Абсолютный Поток, что, проведя в поисках неделю, отметит нового Стража. Люциус был мертв.

— А где Юджин? — спросила глухо Лирания. Элайза вздрогнула и посмотрела на Веронику. Та опустила голову и со вздохом сказала:

— Он… он мертв… — Стражница Памяти кивнула, принимая к сведению. То, что произошло, она знала и так. Просто хотела услышать ответ от своих подруг. Наблюдая за синим Абсолютным Потоком, Вероника запоздало вспомнила, что не видела такого же тумана, только красного цвета, когда умирал Юджин. — Только, похоже, что кое-что мы снова упустили. Я не чувствую Абсолютный Поток Стража Жизни, — хмуро и настороженно констатировала она. — Такое ощущение, что он пропал.

— Или ушел на тот свет, — добавила Лиза. Три Стражницы мрачно переглянулись. Только одна личность в последний момент была в силах забрать блуждающий Абсолютный Поток.

— Сдается мне, что мы с ней еще и правда свидимся, — нервно усмехнулась Элайза, состояние которой можно было оценить как на грани истерики.

— Видимо, да. Я не поверю, что про второй раунд была всего лишь угроза, — сказала Вероника, что-то соображая. — Тем более, что артефакта Юджина я тоже не чувствую…

— Когда наша жизнь станет хоть немного проще, — простонала Элайза, с ненавистью посмотрев на злополученный манускрипт. — Хотя кое-что мы можем сделать и сейчас… Немного, но это спутает карты в будущем Лоре… — Ее нож взметнулся и разрезал манускрипт еще не две части. — Кажется, в следующий раз Лоре придется изрядно помучиться… — прошипела Стражница Оружия, а затем закрыла лицо руками. Она больше не выдержала потрясений и разрыдалась, выронив кинжал…

Глава VIII: Тайное становится неожиданным

Пришла беда — полагайся на себя

Иструкция по выживанию

Лиза

Память вернулась внезапно. Я стиснула виски и медленно осела на пол. А мы еще голову ломали, кто такие Стражи и почему у нас их сила… Мы далеко не новое поколение, пришедшее на замену. Мы реинкарнация. Мы все трое… Когда Лора исчезла с того света, мы вернулись сюда в качестве новых людей, со стертой памятью. Мы забыли все о себе, запечатали с перерождением свои способности, да и просто жили как самые обычные люди… пока тот мир, которому мы принадлежим, не напомнил о себе. Я подняла взгляд на Эйвери, которая, судорожно сглотнув, посмотрела на меня.

— Теперь, по крайней мере, все прояснилось, — неуверенно сказала я. Эйвери отрицательно мотнула головой и невесело усмехнулась.

— Я бы так не сказала… Лора сейчас неизвестно где, и лучше бы ее поскорее найти, — Кажется, к подруге начали возвращаться привычные нотки холодности и замкнутости. Вероника… я тряхнула головой, отгоняя прочь не очень веселые воспоминания о событиях столетней давности.

— Ну, если провести качественное дознание, то, думаю, возможно, что-то накопать, — сказала я, но в уверенности своих слов далеко не была уверена.

— Можно попробовать, но они же пуленепробиваемые, — хмыкнула Эйвери, представляя какова несгибаемость преданных вампиров. В этом она имела возможность убедиться неоднократно. — Видимо, это и есть второй раунд битвы, — констатировала подруга с досадой. Я вздрогнула и недоверчиво посмотрела на нее.

— В смысле? Об этом ты явно не рассказывала нам…

— Вспомни, в каком мы были трауре, — невесело улыбнулась Эйвери. Я мгновенно скисла. Смерть Юджина и Люциуса, двух Стражей, двух наших коллег, с которыми мы столько всего пережили, до сих пор оставила на душе неприятный осадок. Жаль, что эти воспоминания не переделать. А Оксана бы могла… интересно, она тоже все вспомнила? — В общем, когда я ее в честной битве победила, то она сказала, что впереди второй раунд. Сама вспомни. Тогда еще некоторые личности рвали и метали, что похищен артефакт Песков Времени, — Я хихикнула. Мы часто проводили время в Междумирье, являясь на землю либо для создания нового, либо для устранения старого. Ангелы и демоны были заперты нашими предшественниками еще до создания первой цивилизации. Контроль за переправой в Ад или в Рай осуществляла воя контора, во главе которой стоял Бог Смерти Осирис. Ну, это если брать греческую мифологию. В египетской — он же Анубис. Много имен у одной персоны. Но помимо контроля за распределением, он еще был и нашим. Если грубо выражаться, начальником. Вот он тогда рвал и метал, когда узнал, что Пески Времени похищены и один элемент жизни на земле утерян. Собственно, из-за этого и получился весь XX век на земле черт знает каким. Две мировые войны, плюс еще склоки между государствами в 80-е. Лихие 90-е, к тому же относятся.

— Да. Могу представить, как он психовал… — Эйвери поежилась.

— Это тебя там не было… А вот нам с Лир… Оксаной досталось, — вздохнула она. — Кстати, он еще велел не использовать так часто Абсолютный Поток. Это нам кажется, что мы используем его без последствий. А приглядишься, то там археологическая находка, то сям вспышки экстрасенсорных способностей, то в природе какие-то катаклизмы, что ученые паникуют насчет Армагеддона, — поморщилась подруга. Я фыркнула. Знали бы эти самые ученые, что настоящий Армагеддон не от природы, а от пяти Стражей. Ну, пока еще четырех.

— Ты как? В состоянии ходить? — спросила я Эйвери. Та кивнула, но поднялась на ноги только с моей помощью. — Надо потом тебе будет отдохнуть, — упрекнула я подругу. Айва лишь отмахнулась.

— Некогда отдыхать. Все закончится, в Междумирье отдохну, — буркнула она.

— Ты там, скорее, со скуки помрешь, — захихикала я.

— Если Осирис работой не загрузит, — мрачно добавила Эйвери. — А то он вечно жалуется, что ему рабочих рук не хватает. А на нас, видимо, у него особый вид аллергии, ибо потом от его поручений с ног валишься, — передернуло Эйвери. Я нехотя признала ее правоту. Осирис любил над нами иногда мастерски поиздеваться. Переглянувшись и поняв друг друга без слов, мы отправились туда, где я оставила в ожидании нашего визита вампиров. Я первой вошла в заброшенную конюшню и осмотрелась.

— Мы пришли по вашу душу, — сообщила им я, направляясь в самый дальний конец коего здания. Настроение у меня стало скверным окончательно, едва взгляд метнулся туда, где я их оставила. Деревянные кинжалы были раскиданы кто куда: один торчал в стене, второй в спинке кресла, веревки наглым образом перерезаны, а самих вампиров нет. — Надо было их убить еще в прошлый раз, — с досадой сказала я, вспомнив картину, когда мы с боем пробивали себе путь на второй этаж, чтобы не дать Лоре сделать то, что она хотела и жаждала всеми фибрами души.

— Тогда нам было не до них, — резонно заметила Эйвери, осторожно делая шаги. Она была словно сжатая пружина сейчас, готовая сработать в любой момент. Пальцы ее как будто перебирали воздух. Она обернулась к тому, что раньше носило гордое название «окно» и выглянула наружу.

— Странно… Они как будто близко, но я не могу понять, где находится их энергетический поток…

— Ты так и не поняла, откуда у обращенных энергия берется? — поинтересовалась я, зная, что Эйвери пыталась все время, что существовала цивилизация вампиров, найти ответ на вопрос: почему мертвый организм живет и за счет чего? Относительно чистокровных представителей этой расы у нее вопросов не возникало, там все было понятно. Они были живыми в отличие от обращенных.

— Не сыпь мне соль на рану, — огрызнулась напряженная Эйвери. Уловив шестым чувством приближающееся оружие, я быстро дернула Эйвери на себя и в сторону, подхватив ее под живот. Костяной кинжал буквально в сантиметре пронесся мимо моего лица, срезав прядь волос.

— А ты не подходи к окнам, — проворчала я, поднимая кинжал. С виду маленький, по весу он оказался довольно тяжелым из-за смеси трех металлов внутри. Эйвери со стоном растянулась на сене. Полученные раны ее сильно ослабили. Ох, похоже, выбора не осталось. Пусть Осирис ругается, но больше терять Стражей-друзей я не хотела.

— Выходи, подлый трус! — крикнула я, благоразумно не высовываясь, чтобы не получить такой же кинжал случайно и себе в грудь. Или еще куда-нибудь. Вампиры были единственной расой, что мне так действовала на нервы. — Как хоть это делается-то? Брр, ничего не помню, — буркнула я, с досадой осознав, что, покидая Междумирье, свои артефакты мы не захватили. Было не до них как-то. Ладно, придется все проделывать немного по-другому. Я прикоснулась к центру груди Эйвери, сделав на ее коже осторожный надрез. Древнее заклятье на латыни заставило ее вены под кожей поменять цвет и наполниться не кровью, а совершенно другой энергией. Абсолютный Поток серебристого цвета заменил живые клетки сосудов и крови. Вены под кожей приняли серебристый оттенок. Из ее раны выскользнуло несколько серебряных нитей и, как игла, заштопала все порезы, доставлявшие дискомфорт. Эйвери приоткрыла глаза и тихо сказала:

— Я убью тебя…

— За что?! — возмутилась я, аж подпрыгнув от обиды. Я всего лишь помочь хотела, а вот как на это реагируют.

— Знаешь, как трудно поддается контролю Абсолютный Поток после 16 лет перерыва?! — обрушилась на меня возмущенная Эйвери. Я обиженно отвернулась к ней спиной и скрестила руки на груди, показывая, что я не намерена отвечать на ее наезды. — Но, в любом случае, спасибо. Мне уже и правда лучше. Ненамного, конечно, — поморщилась она. — Кажется теперь я знаю, где надо искать наших неуловимых мстителей… — сказала она и обернулась ко мне. — Давай так: ты ловишь одного, а мы на нем отыгрываемся за все прошлые грехи. Может, даже и убьем, если совсем дело плохо станет. Выясним, где Лора и покончим с ней.

— План неплохой, — кивнула я, все еще обижаясь на Эйвери. — Только что-то подсказывает мне, что с Лорой будет не все так просто, — угрюмо сообщила я. Было такое чувство, что у нее в руках мощное оружие. Но это был не манускрипт. Что-то другое… И, чем раньше это выясним, тем лучше. Оглядевшись, я взяла в руки самодельный лук, что сделала молодежь для развлечения, взяла одну стрелу и произвела выстрел… Повезло Эйвери, что вампиры скрылись по прямой траектории. Когда же стрела нашла свою цель, я первой сорвалась с места к пункту назначения, чтобы удостовериться в точности попадания в жертву…

* * *

Кое-как дотащив полузадыхающуюся от нанесенных ран Эйвери до места выстрела, я огляделась по сторонам и почти сразу нашла взглядом Кирилла, который безуспешно пытался избавиться от глубоко засевшей стрелы в его плече.

— Попался, который кусался, — ласково сказала я, медленно приближаясь к вампиру. Он настороженно следил за каждым моим шагом. Эйвери остановила свой взгляд в чаще леса. Серж затаился именно там, если судить по ее настороженности взгляда. Впрочем, сейчас было не до него. Хотя бы от одного приспешника Лоры избавиться, и ладно будет.

— Значит, вспомнили? — мрачно спросил он, посматривая одним глазом то на меня, то на Эйвери. Другой его глаз, которого его лишили охотники, скрывала повязка. — Жаль. А мы хотели убить вас быстро и безболезненно, — ухмыльнулся он. Я сузила глаза и подошла к нему ближе. Взяла стрелу за конец и вонзила в плоть еще больше. Кирилл взвыл, ругая непечатной лексикой Стражей на чем свет стоит. Подумав, я разломила стрелу так, что теперь ее конец застрял в плоти вампира, и ее не представлялось возможности вытащить. Прищурившись, я задала единственный вопрос, на который надо было если не сей момент получить ответ, то желательно в короткие сроки. Мы играли в своеобразные, но очень опасные прятки: найденному — смерть. Нас уже нашли и попытались ликвидировать. Теперь наша очередь наносить удар.

— Где Лора? Скажешь, что не знаешь — убью. Скажешь, что она не возродилась — убью. Скажешь, где она, может, и пощажу твою несчастную шкурку, — мрачно сказала я. Эйвери вздрогнула, покосившись на меня. Она привыкла, что в состоянии охватывающей злости я могу много чего сделать лишнего, как и наговорить, но все-таки сейчас она не считала момент из ряда вон выходящим.

— Знаешь, смущает слово «может», — криво ухмыльнулся вампир. Я молча вспорола кожу острым концом обломка стрелы ему в области шеи. Видимо, глубоко, раз Кирилл в очередной раз зарычал, а кровь брызнула на ствол дерева небольшим фонтанчиком. — Хорошо… тогда я промолчу, — наконец, выдавил он из себя. — Тогда вы меня не убьете, потому что вам нужны сведения. А я все равно ничего не скажу и, улучив момент, просто вырвусь на волю…

— Знаешь, мы ведь можем и Артема спросить. А тебя убить здесь, — прошипела я. Меня сейчас не волновало, как мы заставим говорить ту циничную личность, но, если надо, своего добьемся. Кирилл с интересом посмотрел на меня.

— Хотел бы я это видеть, если честно, — Ухмылка с его губ так и не сходила. Не удержавшись от соблазна, я врезала ему в челюсть, да так, что у меня оказались сбиты костяшки, а у вампира с его повышенным болевым порогом остался на скуле синяк, и послышался хруст.

— Не разглагольствуй, — процедила я сквозь зубы, морщась от боли в руке. Все-таки кости хрустнули, похоже, у меня. — Так где она? — задала я повторно вопрос.

— Она?.. Хмм. Я бы сказал, что она у вас под носом, но вы мне все равно же не поверите? — захихикал он. Я с сомнением посмотрела на Эйвери. Она лишь пожала плечами. Отличить ложь от правды сразу способен был лишь Страж Жизни. Который пропал около сотни лет назад, к великому сожалению, а лишь потому, что теперь его силой наглым образом пользовалась Лора! Но я, почему-то, его словам поверила. Лора выбирала такие варианты решений, что казалось, проще-то и не придумать.

— Поверим, — серьезно сказала Эйвери, подходя ближе. — Но это не совсем то, что мы бы хотели услышать. Нам нужно имя и ее координаты, — потребовала она. Я посмотрела в ее глаза и вздрогнула. Сейчас в них плескалось жидкое серебро. Ох, в следующий раз надо быть осторожней с пробуждением Абсолютного Потока.

— Имя вам известно, как и координаты. Даже могу дать подсказку: совсем недавно ее обратили, — ухмыльнулся он. Эйвери вопросительно подняла бровь, желая знать явно больше. Впрочем, меня тоже заинтересовали слова вампира. Кирилл сузил глаза, посмотрев на нас обеих, как будто хотел на месте нас испепелить взглядом.

— Объяснись, — потребовала Эйвери, с трудом подавляя в себе рвущуюся на волю силу. Ее вены снова наполнились живой кровью, судя по изменившемуся их цвету.

— Я все сказал. Остальное додумывайте сами, — прошипел он, сделав резкий рывок вперед. Сломанная стрела так и осталась торчать в дереве. Ха, умно — избавиться от нее выпадом вперед, нежели ковыряясь в собственной плоти вытащить наружу. Я успела резко увернуться и отпрыгнуть назад. Единственное, что я не рассчитала, так это дерево, о которое ударилась затылком. В глазах на секунду потемнело, но Стража так просто не возьмешь. Как только зрение вернулось, я вскочила на ноги и подобрала подвернувшуюся ветку. Эйвери повезло меньше, чем мне. Больше сосредоточенная на энергетических потоках, ее боевая реакция была немного заторможенной; так что она оказалась сбита с ног и повалена на землю. Обычно сносящая всю боль молча, в этот раз Айва вскрикнула от боли. Я взглянула на ее руку и все поняла: вампир решил ударить по ее больному месту, чтобы сбежать, пока мы заняты будем взаимопомощью друг другу. Раненая не так давно рука Эйвери оказалась стиснута вампиром так, что кровь снова обильно начала сочиться из раны. От боли глаза подруги снова налились жидким серебром, вены поменяли цвет на серебряный… Я опустила руку с палкой, позволив Эйвери смой разобраться с вампиром. И долго ждать окончания этого эпизодического момента не пришлось. Поняв, что сейчас лучше бежать, ибо от Абсолютного Потока можно ожидать самых невероятных последствий, Кирилл отпустил Эйвери и поспешил отправиться к ждавшему неподалеку его Сержу. В порыве захлестнувшего ее гнева, подруга вскочила на ноги. С ее руки сорвалось несколько переплетающихся серебристых толстых нитей, которые, причудливо сплетаясь, и ударили в центр спины вампира. Не удержавшись, я все-таки кинула вслед ему палку, которую держала в руке. Парализованный ударом от Эйвери, он не двинулся с места, благодаря чему моя запущенная небольшая палка попала точно в цель, подписав ему смертный приговор.

— Зато больше под ногами не будешь путаться, — сказала я, полузадыхаясь от злости. Слишком много от него натерпелись… От него, Артема и Сержа. Алекс, еще один доверенный Лоры, появился гораздо позже, но тоже успел о себе заявить как о крайне противном кадре. До инцидента с Лорой, я к вампирам еще относилась более лояльно. Мне нравилось наблюдать за ними. Но сейчас… я их просто ненавижу. Я поймала падающую Эйвери. Гнев сменился на беспокойство.

— Айва… Ты… ты как? — спросила я ее, пережимая сосуд так, чтобы кровь шла не так обильно.

— Жить буду, — процедила сквозь зубы Эйвери, прикрыв глаза. Поискав глазами, чем можно перевязать рану, я оторвала окончательно рукав кофты Эйвери и быстро пережала рану, наблюдая, как кровь медленно останавливается. Когда она полностью перестала сочиться, я бывшим рукавом перевязала рану. Эйвери уже к тому времени сидела, с некоторым интересом наблюдая за моими действиями.

— Где научилась? — поинтересовалась она. Я кинула на нее быстрый взгляд, оценивая ее состояние. Она никогда не скажет, когда ей больно, но по некоторым жестам это понять было можно. Вот и сейчас, говорила она спокойно, но скулы были белые, а ногти впились в ладонь.

— Ты не поверишь, — сказала я, посмотрев на мертвого вампира. Второй поспешил после инцидента спасти свою шкурку. Нет, Серж не трус. Он просто знает, когда можно помочь и спастись вдвоем, а когда лучше затаиться, чтобы не сыграть в ящик на пару. — На уроках ОБЖ, — ухмыльнулась я, однако настроения веселого не было как уже несколько часов. Эта напряженность меня уже начинала изматывать.

— Пойдем, — кивнула Эйвери. — Больше мы ничего не добьемся от вампиров, — резонно сказала она, поднимаясь на ноги. Я придержала ее за локоть на всякий случай. Да. Ее родители будут не в восторге, когда увидят ранение. Я оглядела подругу и остановила взгляд на ее руке, которой она потирала шею. Мои нехорошие подозрения подтвердились полностью, когда она отняла руку и попыталась быстрым движением скинуть волосы себе на плечи.

— Это тогда, когда он на тебя набросился? — спросила я, отвернувшись в сторону. Тут переживать было нечего — обмен кровью не производился, значит, Айва останется человеком. Ну, не то чтобы… скажем так: его проекцией, ибо Стражи к людям не относятся. Эйвери кивнула и, молча выказав желание это не обсуждать, достала из кармана телефон.

— Ты кому звонить собралась? — удивленно спросила я ее.

— Оксане. В том, что она вспомнила все, мы уже убедились, но мало ли ее тоже кто пытается убить как нас? Надо предупредить ее…

— Аа… вот ты о чем… тогда да. Звони, — кивнула я. Новых Стражей нам только не хватало. Как правило, ими становятся обычные люди, которых потом ввести в курс дела уже проблемно. Эйвери нажала вызов и стала ждать ответа. Пока она ждала вызова, я потянула ее за руку. Все, хватит с нас на сегодня приключений… Пора домой. Я посмотрела на подругу и поймала ее растерянный взгляд.

— Она не отвечает… — обеспокоенно сказала она. Я пожала плечами.

— Может, просто телефон на вибрации или она сама в другом месте. Будем ждать перезвона, — подмигнула я ей, пытаясь успокоить. Эйвери задумчиво смотрела на горизонт, где только-только начало восходить солнце.

— Надеюсь… И еще мне не дает покоя… Он не врал, — задумчиво сказала Стражница Энергии. Я замахала руками, призывая ее замолчать.

— Не-не-не! Никаких слов о Лоре, кем и где она может быть! Это все потом. Тебе сначала надо отдохнуть и выспаться! — авторитетно заявила я. Посмотрев на ее рукав, я обошла ее и решительно оборвала второй. Поймав на себе возмущенный взгляд подруги, я пояснила:

— Для симметрии. А то так было некрасиво, — с невинным выражением лица сказала я. Эйври только качнула головой и пошла дальше. Она хотела завернуть в свой дом, но ее остановила я и перенаправила к себе. — Не-а, тебе нельзя. Сначала приведем тебя у меня в порядок, а завтра пойдешь к себе.

— А как ты собираешься объяснить факт того, что мы вернулись так быстро типа с ночевки в не столь отдаленных местах? — мрачно спросила Эйвери. Я открыла калитку и ступила осторожно ногой на сырую траву. Конечно, гений заходить с внутреннего двора, но через парадный вход тоже не пойдешь — мало ли, кто не спит в это время? Тем более, что оказались такие личности поблизости, которые желают нашей смерти. Я стряхнула с ног капли воды, встав на каменные плиты, и ответила:

— Не поверишь — банально и просто, — Эйвери вопросительно подняла бровь, не сводя с меня взгляда. — Съели комары, — сообщила я ей зловещим голосом. Эйвери с досадой посмотрела на меня.

— Да уж, банальней не придумаешь, — вздохнула она, направляясь следом за мной. Достав ключ из одной из щелей между досками террасы, я открыла дверь и прошла внутрь своего уютного домика. Тихо закрыла за собой дверь и положила ключ на подоконник. Эйвери защелкнула так же тихо замок.

— Тебе надо промыть рану, и забинтовать нормально. Потом ляжем спать, а когда проснемся, будем решать уже насущно-важные проблемы, — я решительно провела Эйвери на кухню и усадила на стул. Осторожно разбинтовала ее рану, с легким трудом отцепив прилипшую ткань к заживающей ранке. Заметив, что Эйвери сморщилась, я извинилась и быстро достала аптечку. Набрала воды в тарелку и сначала осторожно промыла ее рану водой. Затем на уже слегка кровоточащую рану наложила бинт и крепко завязала. Только после всех произведенных манипуляций, я заметила, что у меня дрожат руки. Да, не вспомни я все, было бы намного хуже. Не то, чтобы я боялась вида крови… просто жизненно оказывая первую медицинскую помощь у меня обычно темнело в глазах, и я плохо соображала то, что делаю. Да и то, что я лишила вампира жизни не оставило бы меня равнодушной. А память… память заботливо положила под психологический удар перину, ибо убивать пришлось нам неоднократно. Я вздрогнула, ощутив прикосновение прохладных рук подруги.

— Ты переживаешь, — уверенно сказала она. Я фыркнула.

— Со мной все нормально. Просто… неожиданно как-то все. Как будто заново ходить учишься, что ли, — вяло сопротивляясь ее словам, сказала я, сжав ее ладонь в своей.

— Со временем приспособишься. Когда ты активировала мне Абсолютный Поток, я думала, что не удержу контроль и стану сама знаешь чем, — голос ее дрогнул. Что ж, тут я, пожалуй, соглашусь. После большого перерыва трудно взять под контроль столько силы. Я вспомнила невольно свой первый раз, когда ее решила испробовать. Она меня едва не растворила, а потом разборы полетов устроили мне. Я ностальгически улыбнулась и вслух сказала:

— Как же хорошо было тогда…

— Не сказала бы, — тихо отозвалась Эйвери. Я вопросительно посмотрела на нее. — Ты представителем какой цивилизации была? — спросила она с интересом. Вот тут я действительно озадачилась.

— Эмм… Как же это давно было, — потирая лоб, ответила я. — Мы ведь с тобой как Стражи отметились почти в одно и то же время, так? — Эйвери кивнула. Память приоткрыла еще одну завесу воспоминаний, и я почувствовала себя героиней какого-то фантастического боевика или триллера.

— Я была из темных эльфов. Лучшим… лучшим наемным убийцей, которая покинула дом. Помню, мне нравилось осваивать любое новое оружие, как только оно появлялось. Готова была заплатить любые деньги. Перед тем, как завербоваться в Стражи, я шла кого-то убивать… Не помню кого, но награда была очень щедрой, — ухмыльнулась я. Эйвери усмехнулась. Она была из той же цивилизации, что и я. При становлении Стражем все расовые принадлежности отнимались, как и титулы, семья и сила… но давалось взамен другая. Стражи виду обычные люди, по которым и не скажешь, что они когда-то были кем-то вроде эльфов. — А потом, когда я собиралась сделать контрольный выстрел, на меня и свалилась шаровая молния. Рука дрогнула и вышла осечка, — сообщила я с улыбкой. Тогда меня это жутко взбесило, а сейчас я смотрела на все это с такой ностальгией… — А ты кем была? — поинтересовалась я. Если уж вспоминать прошлое, то не мне одной. Эйвери как-то странно посмотрела в сторону, а затем смущенно кашлянула в ладонь.

— Теперь я понимаю, почему мы с тобой первое время настолько сильно ненавидели друг друга… Я была светлой лесной эльфийкой, — щеки подруги вспыхнули. — Которая увлекалась познанием запретной у нас магии. Считалось, что ваш профиль, — я сочувственно посмотрела на нее, однако во взгляде плескались веселенькие огоньки.

— Дай угадаю: энергетические потоки жизни и их использование? — ухмыльнулась я. Эйвери кивнула.

— Да. А потом, во время очередного скандала с родителями меня и отметила молния как Стража. Те мигом психовать перестали, — хихикнула она. И снова на кухне повисло молчание. Воспоминания, приятные воспоминания… которые, к тому же, еще и в сон клонят. Я встала и указала в гостиную.

— Я постелю тебе на диване. Сама у себя буду спать, — зевая, сказала я. Встав на ноги, я слегка пошатнулась, но устояла ровно. Все, спать. Хватит с меня приключений. Даже для Стража это перебор.

— А Оксана кем была, не помнишь? — неожиданно спросила Эйвери, отправляясь следом за мной. Я резко остановилась и задумалась.

— Ой… она пришла много позже, но хорошо шарила в истории ведьм, и еще долгое время не могла привыкнуть к тому, чтобы поднимать мертвых не за счет своего артефакта и знания некроманта, а за счет воспоминаний этих мертвых, — хихикнула я. Да, переучивать ее было забавно. Особенно когда сам не понимаешь, как работает уникальная сила другого Стража. — Скорее, она была кем-то из Верховных ведьм или главой какой-нибудь академии и факультета некромантии, — пожала я плечами и внезапно рассмеялась. Чтобы не разбудить папу, я схватила подушку и стала топить смех там. Эйвери недоуменно посмотрела на меня. Отсмеявшись, я пояснила:

— Нет, в наше время, это звучит дико. Как будто я перечитала книжек в стиле фэнтези, — снова засмеялась я. Эйвери тоже невольно улыбнулась, но сумела подавить веселье.

— Да, есть такое, — кивнула она. Как всегда. Сдержанно и немного холодно. Откинув подушку, я достала из комода постельное белье и быстро устроила Эйвери на диване, не разбирая его. Авось не упадет на пол во сне.

— Ладно, отдыхай, а уже завтра будем ломать голову над загадкой по имени Лора, — кивнула я подруге с легкой улыбкой. Она легла на диван и улыбнулась в ответ, после чего прикрыла глаза. Я скрылась в своей комнате, быстро переоделась в пижаму и посмотрела в окно. Зрелище рассвета, сколько бы раз ты его не смотрел, всегда восхитительно. Даже ветер не шебаршит в листве. Тишина и покой охватывают этот маленький закуток Земли. Солнце подсвечивает траву изнутри изумрудным оттенком. Капли росы отражают его лучи, напоминающие собой тоже небольшие солнышки. Длинные тени от деревьев величаво протянулись по земле. Даже птицы не поют. Полюбовавшись этой идиллией еще немного, я заснула под лучами восходящего солнца.

* * *

Проснулась я далеко за полдень, но вполве в хорошем расположении духа, ибо я успела выспаться и забыть обо всех вчерашних злоключениях. Я сладко зевнула и потянулась, разминая мышцы. Я лениво встала, с досадой вспомнив про ждавшую нас с Эйвери головоломку о Лоре. Час от часу не легче. Летом надо отдыхать, а не заниматься такими вещами. Однако, как только в памяти всплыл негласные кодекс Стражей, где первым пунктом шла обязанность защищать и хранить цивилизацию от вторжения предыдущих, я мгновенно скисла, и проблема перестала казаться такой уж маленькой и незначительной. Странно, зачем тогда было вообще создавать манускрипт?! Логика Осириса для меня потемки… Никогда его не могла понять. Немного полежав в невеселых раздумьях, я все-таки заставила себе встать и переодеться. Я посмотрела на солнышко, потом на свою татуированную руку, и со вздохом натянула кофту с длинным рукавом, но из легкого материала, чтоб совсем уж не издохнуть на солнышке. Натянула рукав так, чтобы тату было полностью не видно. Натянув легкие капри, я босиком вышла из комнаты. Тапки презирала из принципа. Эйвери к тому времени уже проснулась и, видимо, успела и себя привести в порядок. Она беседовала о чем-то с моим отцом. Я подошла к ним. Мне бы тоже не мешало себя облагородить.

— С добрым утром, страна! — сказала я, вспомнив песенку Аллы Пугачевой.

— Да уже два часа, как день, — Эйвери указала на часы, которые показывали почти два часа дня.

— А у меня, когда проснулся, тогда и утро, — показала я язык ей. Папа посмотрел на меня немного изучающим взглядом, и сказал:

— Лиз, мы тут с тобой все закончили. Можно и в город вернуться, если хочешь, — Я уже шла в ванную, как замерла на полдороге. Если он предлагает… а надо еще и с Оксаной повидаться… Я кинула быстрый взгляд на подругу.

— Только если со мной поедет Айва! — решительно заявила я. Он понимающе улыбнулся и кивнул.

— Конечно. Только если ее родители будут не против, а твоя бабушка будет ей только рада. Ты же знаешь, как она любит, когда к ней приезжают гости. — Я хихикнула и кивнула. Да уж. Она-то будет не против. Сама иногда с нами тремя развлекалась как ребенок. И откуда в ней только силы брались? Такая живая… Я ее очень любила, как и она меня.

— Тогда мне придется нанести визит домой, — сказала Эйвери, снова посмотрев на часы. — Надеюсь, меня отпустят… Только не знаю, надолго ли. Они больше любят, когда я им составляю компанию, — усмехнулась она. Я фыркнула.

— Ага, знаю я эти компании… приберись, прополи, полей, поешь, излей душу… — Эйвери рассмеялась и кинула в меня подушкой. Я уклонилась в сторону, и подушка попала в стену.

— Кто так метает? — возмущенно спросила я, поднимая атрибут дивана. — Вот так надо метать! — весело отозвалась я, кинув подушку обратно. Она описала красивую дугу и попала прямиком Эйвери в голову, хотя подруга и сделала попытку уклониться. — От снайпера не убежишь, — мстительно сказала я, поспешив скрыться в ванной, пока меня не атаковали ответным залпом. Там я много времени не провела. Зато вышла довольная и причесанная. С прической я возиться не стала, соорудив обычный хвост.

— Кстати, мы когда едем? — спросила я у папы. Он ненадолго задумался, а потом ответил:

— Да хоть сегодня… Все вещи можешь не забирать обратно, все равно возвращаться еще не раз сюда будем, — усмехнулся он. Я кивнула, принимая к сведению. В то, что мы сюда вернемся, я не сомневалась. Кому-то же надо было ухаживать за огородом. А кто, если не мы?

— Тогда сегодня, — решила я. Эйвери нахмурилась, явно не планируя так быстро уезжать. Ей сначала надо было обо всем договориться. — Раньше сделаем, меньше будет беспокойства, — пояснила я, разводя руками. Надеюсь, она поймет на что я намекаю. — Кстати, ты не голодная? — спросила я у Эйвери. Та отрицательно качнула головой.

— Нет, мы сытые, — Она кивнула на папу. Я вздохнула, поняв, что придется завтракать в одиночестве.

— Ну и ладно, — я сделала вид, что обиделась. — Иди, договаривайся, а я пока поем. Потом скажешь свой положительный ответ, и вечером поедем, — заваривая кофе, крикнула я с кухни.

— Только положительный? — удивилась Эйвери.

— Ага. Отрицательные просто не принимаются, — Я высунулась в проход и показала ей язык. Подруга только качнула головой и отправилась на выход. — И это! Всяких подозрительных личностей сразу атакуй силой Йоды, — с пафосом сказала я. Эйвери прыснула. Понять скрытый смысл она сумела, но мое эпизодическое высказывание вызвало у нее приступ смеха.

— Хорошо, — все еще смеясь, сказала она, и дверь за ней захлопнулась. Я продолжила готовить себе завтрак под надзором папы, с которым явно следовало поговорить…

* * *

Вечер для меня наступил на удивление быстро. Пока соберешься, пока с папой перекинешься парой взаимоласковых слов, пока решишь, что надеть да еще так, чтобы татуировку не было видно. Но вот, вещи собраны, осталось только дождаться подругу. Я сидела во дворе на качелях и болтала ногами, с нетерпением дожидаясь Эйвери. Она мне прислала еще около полутора часов назад, что едет вместе со мной — ее отпустили. Как она договаривалась, Айва мне не сказала. И я очень надеялась, что она мне это расскажет, когда придет. Ради интереса я решилась даже на рискованный шаг — пройтись от одного конца дачных домиков до другого. Мне не попался ни один вампир. Это немного успокоило и в тоже время встревожило. Не могли же они сквозь землю просто взять и провалиться? За оставленный рано утром труп вампира на видном месте я даже не переживала. Может, умирают вампиры как обычные люди, но как трупы разлагаются очень быстро. Так что уверена, что теперь его никто не найдет, а если найдут, то от него останутся уже только одни кости и тлен. Когда я вернулась, то Эйвери стояла уже около моего дома. Волосы она собрала в небольшую тонкую косу, которая лежала у нее на плече. На ней самой надеты тонкие джинсы и футболка. Везет же… почему моя тату расположена на всей руке, а не на спине, как у Эйвери?

— И как ты их уговорила тебя отпустить? — с интересом спросила я у подруги. Она скорчила гримасу и махнула рукой, мол, лучше не спрашивай.

— Да… Как сказать? Спросила просто сначала. Они всполошились, куда и зачем. Пришлось успокаивать, что я буду под присмотром твоего отца и твоей бабушки. Ну а их они знают, и сразу успокоились. В общем, только на это ушло, наверное, полчаса, — вздохнула Эйвери. — Потом еще на сборы время ушло… И еще… — она понизила голос и тихо спросила: — Ты тут вампиров не почувствовала? — Я отрицательно мотнула головой. Значит, Эйвери тоже…

— А куда охотники пропали? Они же тут были… еще пару дней назад. Я видела в трех местах, когда гуляла по дорожке вдоль домиков, тлен и кости. Нет, это не старое, — тут же я осадила Айву, не дав ей задать вопроса. — Это недавние трупики вампиров.

— Может, они тут всех уже порешили и отправились в другое место? Ты же знаешь, они народ бродячий, общие у них только сведения о нечисти и некоторые точки, где они собираются, — вздохнула Эйвери. Я пожала плечами. Что ж, все возможно. Так оно и есть: на одном месте охотники больше недели не задерживаются. Ну, если только это не их родные, как в случае с Оксаной. — И есть еще одна неприятная деталь… Скажи, ты связь с Оксаной чувствуешь? — внезапно спросила она. Я удивленно моргнула, недоуменно посмотрев на подругу. Потом я поняла, что она имеет в виду, и открыла канал телепатической связи, который существовал между Стражами. Я не любила им пользоваться, поэтому часто ставила на него, так сказать, игнор.

— Эм… Страж Жизни нет… С тобой связь есть… С Себастьяном… Оксана… — Я потерла в задумчивости лоб, пытаясь с ней связаться. Ощущение того, что она живая и невредимая было, но как будто ее и не было. Ее мысли и эмоции оказались спрятаны за каким-то непроницаемым барьером. — Неет, — протянула я, пытаясь понять, что не так.

— Вот и я нет. Приедем в город, моментально ее разыскиваем. Что-то тут не так, — настороженно сказала Эйвери. Я удивленно посмотрела на нее.

— К чему такая спешка?

— Энергетический поток не тот! — прошипела она. Я содрогнулась. Если так, то тогда…

— А как ты узнала? Ведь барьер непроницаем, — недоверчиво спросила я. Эйвери отвела взгляд и глубоко вдохнула, успокаивая нервы. Через несколько долгих секунд последовал ответ.

— Я воспользовалась Абсолютным Потоком для того, чтобы установить связь. Знаешь, какой волной ярости и гнева меня отбросило назад. Что-то тут определенно не то… — качнула Эйвери головой. Я с сомнением взглянула на нее и выдвинула предположение:

— Не думала, что у нее просто могло от… от длительного голодания крышу сорвать? — Да, я высказала свои худшие опасения. Эйвери вздрогнула, взвешивая все «за» и «против». Наконец, она пожала плечами, все еще сомневаясь в моих словах.

— Все может быть… — Я видела, что моей гипотезе она не поверила.

— Ну, значит, приедем и проверим. Хорошо, что недолго до города. Посидим немного у бабушки, и гулять пойдем, — улыбнулась я. Эйвери кивнула, немного успокоившись. Лишние два часа задержки нам еще не вредили. В немного напряженной обстановке, мы погрузили вещи и сели в машину, за разговором с папой забыв на время о своих неприятностях. Дорога до города предстояла недолгая, но веселая, превратившись в аттракцион «подними настроение Эйвери». Ну а когда мы оказались у моей бабули, то настроение подруги только пошло расти в плюс. Я смотрела на нее и все больше убеждалась в том, что все у нас будет хорошо. И как у подруг, и как у Стражей…

Лора

Я, тихо рыча, уткнулась в подушку, пытаясь удержать барьер, когда Стражница Энергии попыталась связаться со Стражницей Памяти. Третий раз ей даже удалось пустить трещину по барьеру, но от связи я ее удержала. Только когда барьер перестали крошить, я рискнула повернуться на бок. И только сейчас обнаружила, что, пока боролась с внутренним врагом, совсем себя не контролировала. Ногти настолько глубоко впились в ладони, что кровь обильными тяжелыми каплями падала на покрывало. Из прокушенной губы сочилась кровь, а мышцы тела свело даже судорогой. В голове как будто стучал молот. Ох, значит, Кирилл и Серж опоздали… Я по своим каналам, с трудом превозмогая всю телесную и сознательную боль, открыла каналы связи. Линия Кирилла была оборвана. Я помрачнела еще больше. Это могло значить только одно: он уже мертв. Я со вздохом уткнулась лицом в подушку, заставляя раны регенерировать. Всего лишь попытка связи со стороны Стража, а сколько сил ушло на сопротивление у меня. Оксана была окончательно сломлена. Ее силы едва хватало, чтобы нанести хоть какой-то удар по барьеру. Все. Теперь я распоряжаюсь этой силой, этим телом и знаниями о других Стражах. Чтобы мало-мальски восстановить силы, я решила погрузиться в сон. Даже несколько часов и то помогут вернуться в более-менее приличное состояние. Я почти сразу расслабилась и погрузилась в глубокий, но недлительный сон. Я уже как два дня прикидывалась Оксаной и не выходила из дома, в страхе причинить кому-нибудь вред, хотя сама не так давно успешно это сделала. И собиралась снова. На все свои регенерации, связи и контроль Стража за гранью барьера требовалось много сил. А откуда возьмется энергия, если нет источника свежей крови? Да. Тогда сегодня пойду искать себе пропитание. Только в этот раз надо что-то менее выдающееся и взрослое поискать, но испорченное настолько, что не жалко будет, если эта личность умрет. Я никогда не проливала невинную кровь. Охотники — отдельный разговор, как и все те, кто к людям не относятся. Я выискивала себе низкую жертву. И никогда не шла против этого принципа.

В следующий раз я уже открыла глаза, когда на улице было относительно темно, и шанс найти плохую компанию возрос в несколько раз. Мамы Оксаны дома не было, она уже решала третий день свои какие-то дела. Со мной по душам разговор вышел только в первый день, когда я сбежала в целях поиска пропитания. Разыграть испуганную и ничего не помнящую девочку труда особого не составило. На эту игру повелись сразу. Я взглянула на часы и встала с кровати. Судорога свела одновременно руку и ногу. Я поморщилась и села на кровать. Боль прошла через несколько минут. Хах, не думала, что удар Стражницы Энергии меня настолько сильно подкосит. Я дотянулась до тумбочки, вынула оттуда блокнот, вырвала лист и оставила записку. Никакого намека на мой будущий криминал там не было, так что можно было идти с чистой совестью. Подобрав более-менее приличный наряд, состоящий из джинсов, закрытого топа и болеро, я надела балетки и выскользнула из дома. Свежий воздух подействовал на меня немного отрезвляюще. По венам пробежался внутри огонь — стоило поторопиться, а то недолго и контроль потерять, а страшнее голодного вампира нет, наверное, ничего. Шестое чувство подсказало мне, что лучше уйти подальше, но я просто отмахнулась от него. У меня были свои планы на этот вечер. Да и вообще, какая опасность может таиться за углом? Нехорошая компания? Охотники? Оборотни? Так все это решаемо, все это поправимо. Мой маршрут специально состоял из темных переулков и глухих тупиков в мазохистическом расчёте найти проблемы на свою голову. И за полчаса мне это удалось. В этот раз играть роль заблудшей девочки я не собиралась. Я решила прикинуться сама не столь хорошей особой. Острый слух голоса уловил почти сразу. Несколько. Все парни. Кто-то явно был выпивший. Да, культура у людей явно страдает. В наши времена малейшая провинность каралась лишением титула и блокировкой сил, что уж говорить про крупное нарушение свода законов? О, времена, о, нравы!.. Я решительно двинулась к компании. На секунду застыть меня заставила мощная энергетика белой ведьмы, исходящая откуда-то с пятого этажа. Я подняла глаза, пытаясь найти это окно, но, пока я искала, энергетика уже рассеялась. Видимо, меня почувствовала. Странно, я думала, что тут существуют только два пережитка цивилизаций — чистокровные вампиры и чистокровные оборотни. Оказывается, еще остались чистокровные ведьмы. Дело принимает интересный оборот. Может. Потом нанесу визит, если что. Голоса становились все громче, а я никак не могла до них дойти. Место встречи оказалось на улице, где стояла я, в задумчивости смотря в окно.

— Ух ты!.. Смотри, какую красотку сюда принесло, — зашептал один робкий парень. Я сделала вид, что его не услышала. Да, а я уже и успела забыть о том, как выгляжу тут. А вот девушкам я явно не понравилась. Одна была из раздела легкого поведения, а вторая недовольно нахмурилась, когда парень произнес эти слова. Видимо, считала себя с ним парой. Я невольно усмехнулась. У людей вся любовь наигранная, и стоит копнуть чуть глубже, как один из партнеров сбежит без оглядки, под предлогом того, что нашел себе другую. Другое дело, когда между партнерами существует настолько глубокая связь, что там не то, что бросить, даже мысль о трудностях только подогревает. Правда, у возникновения такой связи тоже есть свои минусы: девушка в первое время хочет парня просто убить… неважно, есть на то причина или нет… просто хочет убить, до переломного момента. Я посмотрела на компашку и помахала им рукой. Они аж опешили от такого.

— Аа… а что ты тут делаешь? — ляпнул высокий блондин. Ему, наверное, было лет 17, не меньше, но может больше.

— Гуляю. Ищу, с кем можно познакомиться, — сказала я, выразительно посмотрев на парня. У того вспыхнули щеки. Другой парень с завистью на него посмотрел, потом с некоторой досадой на свою девушку. Всего их в компании было пятеро: две девушки и три парня. Мне хватило одного взгляда для того, чтобы собрать мини-досье на каждого. Сработала сила двух Стражей сразу. Девушка легкого поведения бросила школу еще в 8 классе, и стала торговать собой, потеряв честь и достоинство. Блондин оказался круглым отличником, но на его карьере тоже было темное пятно, из-за которого он перевелся в другое высшее учебное заведение. Когда ректор ему отказал в одной из просьб, то вскоре погиб при весьма загадочных обстоятельствах. Вторая девушка… ох, не повезло ей. Мои губы дернула презрительная усмешка и весьма выразительный взгляд, где содержалось все, что я о ней думаю. Оборотень. Недавно обращенная. Она отвернулась, потянув за собой своего парня. А вот он… хмм, весьма интересная личность. Самый старший из них, на вид около 21 года. Его испортил квартирный вопрос. Отравил собственную бабушку, чтобы получить квартиру. Когда узнал, что она завещала ее матери, то избавился и от нее. Начавшийся догадываться о чем-то отец попал вскоре в аварию — у машины отказали тормоза лишь потому, что этот мерзавец повредил тормозной шланг. Да, девочка-волчица, не с тем парнем ты связалась. Хотя сама не лучше парня, криминальщина… Думаю, нет повести печальнее на свете, чем о страданиях влюбленной, на руках которой погибает любимый.

— Можно сказать, уже нашла, — довольно улыбнулся ее парень. Девушка сжала зубы и сказала, едва сдерживая ярость:

— Мы уходим…

— Тебе надо, ты и иди, — огрызнулся парень. Хмм, видимо она его все-таки достала. Я ведь даже свое внушение не использовала. — Ты ко мне придираешься постоянно, стоит мне только с другой девушкой заговорить, — взъярился тот. Его девушка с шумом выдохнула. Такой ответ ее не устроил.

— Я сказала, пойдем… — А, так вот кто был немного выпившим. Все с интересом посмотрели на пару. Парень разразился нецензурной бранью, поливая грязью девушку и высказывая все, что он о ней думает. Да парень просто процитировал все то, что у меня было в мыслях. Только в латинском варианте. Смерив меня злым взглядом и списав все на мое влияние, девушка, проходя мимо, свистящим шепотом мне сказала:

— Тебе крышка, поняла?

— Приходи когда зубки отрастут, — парировала я, в приподнятом настроении подходя к компании. Девушка понимала, что напасть на меня при свидетелях — навлечь лишние трупы, а она этого совсем не хотела. Так что пока ей осталось просто уйти ни с чем. Я подождала этого и стала знакомиться с народом. Компания оказалась, в принципе, веселая. После получасовой прогулки, девушка легкого поведения улыбнулась и напомнила одному из парней о себе. Пара ушла ловить такси, а я осталась в компании блондина Дмитрия и поругавшегося со своей девушкой Максима. Парни оказались приятны в общении, но вот мы забрели, гуляя по просторам города, в парк, где никого не было. Надо было действовать, пока совсем плохо дело не стало. Вены горели огнем изнутри, а контроль постепенно утрачивался. Все-таки придется использовать свои вампирские приспособления, чтобы блондин ушел сам. Эта душа невинна даже для Рая, если он существует. Внушение сработало, только мне это едва не стоило потери контроля над собой.

— Все хорошо? — обеспокоенно спросил Максим. Я кивнула, опустив взгляд. Алые глаза его сейчас только испугают, а я этого совсем не хочу. — Может, тебя домой проводить? — с сомнением спросил он. Я усмехнулась. Оу, так ты еще и джентльмен? Странно, что ты об этом не вспомнил, когда травил бабушку.

— Не стоит, — отмахнулась я. — Просто… немного нехорошо стало. Почти как твоей бабушке, когда она все списала на недуг, даже не подумав, что ее отравил собственный внучек, — усмехнулась я. Глаза парня мигом стали колючими, а лицо исказила гримаса злости и ненависти. Вот ни дать, ни взять, ощущение, что прямо сейчас возьмет и убьет.

— Я думал, свидетелей не осталось, — глухо сказал он. Я согласно кивнула.

— Дак их и не осталось. Просто я немного не та, кем ты меня считаешь. Как и твоя девушка, с которой ты до этого поругался, — зловеще сказала я. Максим быстро вытащил из кармана нож и нанес удар под дых. Я ощутила только холод металла, но в глазах потемнело. Уже от потери крови и едва сдерживаемого контроля. Все. Больше не буду возвращать себе облик человека — на это сейчас много сил уходит.

— Теперь точно свидетелей не осталось, — ухмыльнулся он.

— Ну, я бы еще с этим поспорила, — усмехнулась я, положив свою руку поверх его и вытаскивая нож, даже не замечая сопротивления парня. — Ты отправишься следом за ней, а квартира перейдет к твоему дяде, который даже видов на нее не имел, — спокойно сказала я, прижав его к дереву. Время было позднее, народ в парке в такое время уже не гуляет, так что вероятность того, что меня застукают и придется снова кого-то убеждать в том, что ему показалось, путем внушения почти равнялась нулю. Свежая кровь остудила мои разгоряченные внутри вены и вернула контроль разумом. Парень оказался почти полностью обескровлен. Я удовлетворенно хмыкнула, посмотрев на труп под ногами. Я выпрямилась и собралась идти, как вдруг… увидела Эйвери и Лизу невдалеке, которые наблюдали весь концерт, видимо с самого начала, судя по их мрачным взглядам и вопросительным позам.

— П-привет, — сказал я им, махнув рукой. Часы на телефоне показывали только 22:03. Странно только то, что они были здесь, а не на даче. А раз они тут, то напрашивается печальный вывод: Кирилла убили они, а осторожный Серж предпочел просто не попадаться им не глаза. Стражницы все вспомнили. Ну что ж. Может оно и к лучшему. Осталось-то их всего теперь трое. Проблем с устранением их не должно возникнуть так много, как в тот раз.

— И это — привет?! Ты убила человека!! — накинулась на меня Лиза. Я покосилась на лежащий под ногами труп и вздохнула.

— Что делать?.. Кушать хочется всегда… — страдальчески сказала я им и тихо добавила, надеясь, что они поверят в мою игру слов и эмоций. — Я даже… начинаю к этому привыкать, — покаянно опустила я голову, сказав это тихо, как будто с чувством глубокого раскаяния. — Как это ни печально.

— Привыкать??? — Лиза вся кипела от возмущения, однако у нее хватило здравого смысла не озвучивать все, что тут произошло на всю улицу. — Да ты?.. Да ты хоть понимаешь, что это значит?? Я искоса посмотрела на нее, а потом посмотрел на Эйвери в поисках поддержки. Стражница Энергии смотрела на меня с недоверием, как будто что-то проверяла. Переведя взгляд вниз, я заметила серебристую энергетическую молнию, что почти сразу скользнула к хозяйке, передавая то, что уже успела считать с моей энергетики и ауры. Вот и повод для беспокойства — мне уже не доверяют. Лизу, что рядом читала нотации о человечности, я почти не слышала.

— Оксана!!! Ты меня вообще слушаешь?? — Стражница Оружия потрясла меня за плечо. Я вздрогнула и посмотрела на нее, собираясь уже скрыться из виду Стражей побегом. Если повезет, то, может, еще заберу жизнь одного и создам проблемы с введением в курс дела новых Стражей.

— Лиз, отойди от нее, — холодным тоном сказала ей Эйвери. Лиза хотела было возразить, но, поймав взгляд подруги, со вздохом отошла к ней. В ее глазах застыл вопрос. — Это не Оксана, — процедила она сквозь зубы. — Присмотрись повнимательней. Никого не напоминает? — мрачно спросила она. Я скрипнула зубами от злости и сжала руки в кулаки.

— Нет. А должна? Как ты вообще узнала?.. — Вопрос ее оборвался на полуслове, едва энергетическая змея Эйвери коснулась ее руки. Лицо Лизы отразило изумление, а только после этого перевела взгляд на меня. Только теперь уже она смотрела на меня с ненавистью, взгляд метал молнии. — Я же говорила, что что-то тут не так…

— Лора… Тебя следовало убить еще до того, как возникла цивилизация людей, — прошипела она.

— Я тебя тоже люблю, — с напряжением в голосе отозвалась я. Теперь уже скрываться не имело смысла. Убивать они меня не станут, но схватить могут, чтобы что-то предпринять для освобождения Оксаны из-под моего гнета.

— Ты… ты труп поняла?! — сорвалась на крик Лиза, собираясь накинуться на меня уже с кулаками. Ее удержала холодная Эйвери. Она как никто другой понимала, что я это тело делю с ее подругой Стражницей. Причинить вред мне — причинить вред и ей.

— Лиз… Успокойся, — Посмотрите-ка… Даже спокойная и сдержанная в прошлом Вероника (она же Эйвери) уже на грани ярости. Они переглянулись, что-то между собой явно рассчитывая. Нет, я тут больше не останусь. Сорвавшись с места, я проскользнула мимо Оксаниных подруг и устремилась прочь из парка в центр города. Энергетические молнии обожгли мне лодыжки и запястье, на секунду задержав мое движение. Почти сразу болью отозвалась лопатка. Помнится, в это же плечо мне когда-то и стреляли, раз настолько сильно сразу заболело. Я поспешила завернуть куда-нибудь в темный переулок, где они меня не найдут. Домой идти сейчас было нельзя. Акт самоубийства совершать я пока что не планировала. Остановившись, я вытащила осторожно деревянный кинжал, проявив чудеса гибкости, и отбросила его в сторону. Лопатку жгло, а боль растекалась по всей руке и частично на спину. Интересно, что теперь собрались делать эти двое? Ответ появился, едва я подняла голову. Серебристые энергетические потоки пролетали один за другим, чтобы найти меня. Я затаилась и прижалась плотнее к стенке. Сейчас им попадаться не стоило. На мое несчастье, одна серебристая молния спустилась ко мне в тупик. Я тут же соскользнула вниз по стене, разом сокрыв ауру и остановив сердце. Молния скользнула ко мне, коснулась ног и скользнула дальше. Выждав еще пять минут, я восстановила все жизненные процессы и поднялась на ноги. То, что меня обратили не лишало меня чистокровных способностей. Мое сердце, в отличие от обращенных, билось и было живым. Осторожно выглянув на улицу, я поспешным шагом направилась к одной знакомой Оксаны. Она с ней неплохо ладила, так что сказку про нападение должна проглотить спокойно. Если, конечно, она дома, а не уехала куда-нибудь. По пути, я позвонила домой. Мама Оксаны взяла трубку почти сразу. Про инцидент с подругами Стражницы я говорить ничего не стала, сказав, что переночую у одноклассницы — заболтались, а домой идти рискованно, ибо уже как полчаса наступил комендантский час. Я быстро добралась до дома Аделины, уже успев забыть в каком виде нахожусь: кровь на лопатке и кровь на животе. Главное пока что переждать, и можно будет действовать. Правда, придется менять половину планов, но ничего… игра стоит свеч. В таких мыслях я и позвонила в дверь Аделины. Дверь открылась на удивление быстро. Я улыбнулась ей и сказала первую фразу, пришедшую на ум:

— Привет, подруга, — Я улыбнулась. В ее глазах я уловила испуг, и только после этого вспомнила, почему она так испугалась.

— Что… что произошло с тобой? — сипло спросила Аделина, затаскивая меня в свою квартиру. Я поморщилась.

— Долго объяснять. Не обращай внимания, это просто царапины, — улыбнулась я, закрывая за собой дверь.

Эйвери

Я, после того, как попыталась найти Лору, выдохнула, едва сдерживая себя от того, чтобы просто не сорваться и не убить ее. Лиза была полностью со мной солидарна во мнениях, так что приходилось тормозить и ее, подавляя одновременно свои желания. С разумом я пока дружить не разучилась.

— Эйвери! — Лиза потрясла меня за плечо. Я, втянув последнюю молнию, высказалась, не удержавшись на латыни непечатными словами. Лиза с удивлением посмотрела на меня, неожиданно сделав открытие, что я тоже умею злиться.

— Что?! — яростно отозвалась я после сквернословной тирады.

— От тебя… в общем, возьми себя в руки, и хватит пробуждать энергию в ком и в чем попало, — тихо сказала она. — Черемуха зацвела не в срок от переизбытка энергии, людей потянуло на неожиданные поступки… Успокойся. Я с тобой согласно, что надо прибить ее при первой же возможности, но… есть одно НО… как мы ее вытащим из тела Оксаны?! — возмущенно спросила Лиза. Ну вот. Теперь уже мне надо ее успокоить.

— Не знаю! — огрызнулась я. — Чтобы провести ритуал, нужна сильная ведьма. Где ты такую найдешь, учитывая стоимость всех их услуг?! И то количество шарлатанов, которое сейчас выросло? — поинтересовалась я у нее. Лиза помрачнела. Найти ведьму, которая бы стала нам помогать, даже среди темных, найти довольно-таки проблематично. А белые ведьмы, помощницы людей, вообще раритетные личности. Может, осталось около сотни на всей планете, так найти эту сотню из 7 миллиардов людей уже равносильно иголке в стоге сена. Я заставила взять себя в руки, сводя энергетические потоки на нет. Серебристые молнии втянулись в руки и ноги. Колыхнувшийся Абсолютный Поток едва не унес контроль над собственной силой. На секунду меня охватило жгучее тепло, которое сразу же рассеялось, едва я обрела контроль над силой. В этот промежуток времени Лиза меня утащила вглубь парка, чтобы я не попалась людям на глаза.

— С ума сошла?! Призывать свою силу на глазах…

— Кто… кто бы говорил, — примерзшим к небу языком сказала я, искоса посмотрев на Лизу, рука которой полностью превратилась в одну сплошную сталь. Она взвизгнула, когда почувствовала холод на своей руке. Перевела быстро взгляд и сплюнула.

— Тьфу ты, окаянная! Напугала! — огрызнулась она. Я усмехнулась и мрачно спросила:

— Что делать-то будем?

— Для начала… Домой пойдем, уже как полчаса комендантский час, — вздохнула Лиза. — И дома все обсудим, хорошо? — Я согласно кивнула. — И валерьянки выпьем. Для успокоения, — пасмурно сказала она. Шутка, однако, но почему-то смеяться совсем не хотелось. Оглядевшись по сторонам, я отправилась вместе с подругой-Стражницей домой. На душе после нехорошего открытия стало совсем неспокойно.

— Недавно обращенная, ее знаем, недалеко находится… Да, все сходится, — дрогнувшим голосом сказала я. — Кирилл не соврал, как это ни печально, — так же невесело добавила я, посмотрев на Лизу. Та помрачнела только больше. Я уже более-менее успокоилась, а вот идущая рядом Лизаветка просто искала выход своей ярости. Не найдя его, она подошла к близ стоящему дереву и просто стала наносить по нему удары руками и ногами, смешивая все стили боевых искусств. Выглядело это красиво, но в тоже время ужасающе. Я не стала ей мешать, а просто отошла, наблюдая как от дерева летят во все стороны щепки, а в нем самом появляется что-то вроде искусственного дупла. Выместив свою ярость, рыжеволосая подруга нанесла последний удар ногой по многострадальному дереву. Удовлетворенно вздохнув, Лиза сказала:

— Теперь можно идти… — Я посмотрела на дерево, потом на подругу. Костяшки на руках у нее были сбиты, руки дрожали. Кое-где кожу у нее все-таки заменил металл от едва сдерживаемой силы. Постепенно он снова заменялся на кожный покров. Едва мы отошли, как позади послышался треск и грохот. Мы с Лизой обернулись. Да, мои подозрения подтвердились: дерево рухнуло под яростью Стражницы Оружия.

— Пойдем, — буркнула Лиза, потянув меня за собой. Я качнула головой, обдумывая всю эту ситуацию, что у нас сложилась. Врагу такого не пожелаешь. Пески Времени вернули Лору… она что, сделала ставку на то, чтобы возродиться в теле Стража?! Простая случайность, но столько всего пошло сразу наперекосяк…

Глава IX: Охота на охотника

Будь наготове, всюду рыщет стража…

Линия крови путь тебе укажет…

гр. «Ария» «Вампир»

Эйвери

Путь до дома Лизиной бабушки занял относительно немного времени, хотя мы, можно сказать, и прогулялись до конца города. Пришли в квартиру на пятом этаже мы в полном молчании, думая об одном и том же, но в разных вариациях. О чем думала Лиза, я спросить не рискнула, а канал связи Стражей задействовать не стала — себе дороже… Она и так была уже на взводе, я не буду ее злить и раздражать еще больше. Лиза, как хозяйка квартиры, открыла дверь, и мы прошли внутрь. Сняли верхнюю одежду — на улице сейчас было довольно-таки прохладно — , оставили в прихожей обувь и прошли в гостиную. В квартире стояла тишина, и это уже было странно, ибо бабушка Лизы весьма деятельная особа, хотя и в возрасте. Доброжелательная, приветливая, радушная… я ни разу за ней отрицательных черт не замечала. Чистой души человек, каких редко встретишь. Я даже понимаю, почему Лиза ее так любит и старается у нее больше времени проводить. Такую бабушку и я бы не против иметь, которая всегда поможет, всегда выслушает… Мы с Лизой переглянулись. Подруга недоуменно пожала плечами и прошла немного дальше, слегка прищурившись от яркого света, что исходил из-за двери в маленькую комнату. Квартирка у Лизиной бабушки была небольшая, но уютная. Две комнаты, но спальных мест в ней было рассчитано как будто на небольшую компанию. Заинтересованная Лиза, отодвинув мысли пока на задний план о Лоре и Оксане, которая делила с ней тело пополам, приоткрыла дверь и окинула взглядом комнату. Я надавила ей на плечо. Она понимающе присела и стала наблюдать на более низком уровне, чтобы открыть и мне обзор. То, что мы увидели, поразило нас до глубины души: бабушка Лизы с сосредоточенным выражением лица по рунам кого-то призывала. Судя по тому, что на ее лбу выступила испарина, вызывала она кого-то довольно древнего. Может, из прошлой цивилизации, чтобы получить ответы на свои вопросы. Мы настолько оцепенели от увиденного, что не могли даже пошевелиться. Дело было даже не в ужасе. Просто рунами пользовались настоящие древние ведьмы… но в то же время сейчас эти знания у тех, кто был потомственной ведьмой, оказались утрачены, а руны забыты. Вывод напрашивался самый невероятный, но вместе с тем вполне реальный. Чистокровные же вампиры и оборотни остались… Лиза изумленно наблюдала за ритуалом, который наблюдала лишь единожды за всю свою жизнь Стража. Руны, начерченные кровью, светились мистическим лиловым цветом. От них вверх поднимались двойные закрученные спирали, что сдерживали внутри себя яркий голубой свет, упираясь в потолок. Клетка, чтобы дух не сбежал. Эх, сейчас бы сюда Оксану, она, как представитель цивилизации ведьм должна в этом разбираться и сказала бы каждое назначение руны. Я узнала только одну, что была в центре рунического круга — руна призыва. Стены дрогнули. Это могло значить только одно: дух ответил на призыв и готов говорить. Я оказалась права насчет призыва духа из другой цивилизации, ибо и я, и Лиза, его тут же узнали. Светлый маг, некогда директор Инквизиции, что следила за порядком и вершила суд над провинившимися. Альтерис. Даже сейчас он казался таким же, как и при жизни. О том, что это был всего лишь дух, говорила его полупрозрачность и немного грустные, полные печали и тоски глаза. Мне на секунду даже стало совестно, что мы уничтожили цивилизацию ведьм. Но на то были веские причины — слишком часто ее представители стали задаваться вопросом об ангелах и демонах, находили артефакты, которые каким-то чудом остались еще со времен существования этих двух сил, до нас. Найденные артефакты и колдовские знания, способные вытащить ангела или демона из заточения за Вратами поставили нас в опасное положение, так что от цивилизации ничего не осталось. Я окинула призрака ностальгическим взглядом. Те же выразительные глаза, острый, чуть вздернутый нос, те же морщинки на лбу то ли от раздумий, то ли от постоянных проблем, что ему в свое время приходилось решать… Он, помниться, еще слишком рано поседел и даже полысел. Усы делали его похожим на героя французских фильмов. Тонкие губы чуть подернула улыбка, но какая-то грустная. У духа отсутствовали ноги, но я, вспомнив Альтериса при жизни, оценила, если бы он стоял на столе в полный рост. Ему бы пришлось еще и голову наклонить или присесть, чтоб не врезаться в потолок. Альтерис выглядел лет на 35–40 сейчас. Впрочем, именно таким мы его и застали на момент падения цивилизации.

— Здравствуй, Миранда, — кивнул он бабушке Лизы. — Что тебя интересует на сей раз? Последний раз, мы помнится, виделись лет 17 назад, — усмехнулся он. Мы с Лизой переглянулись. Как раз примерное время нашей реинкарнации и реинкарнации Лоры.

— На сей раз мен интересует, насколько серьезная ситуация. В тот раз Стражи едва успели предотвратить разруху, — напряженно проговорила пожилая ведьма, обращаясь к духу. Альтерис задумался. Я едва не поперхнулась. Вот так ведьма… Все про всех знает, даже Стражи от нее не укрылись. Сколько же много она вообще знает?.. Хотя, все представители прошлых цивилизаций ныне живущие здесь в курсе о Стражах. Исключением являются лишь те, что при жизни были людьми. Лиза глазами показала молчать. Я на автомате кивнула. В глазах подруги тоже застыло изумление, но в то же время ей было интересно, что будет дальше.

— Да, в тот раз существование людей поставила под угрозу Лора. Пока ситуация еще не столь плачевная, но держать ухо надо востро, — сказал он. Миранда кивнула, принимая к сведению.

— Где она? — напряженно спросила бабушка Лизы. Альтерис задумался.

— Не могу сказать. Мои магические Вены и навыки рассчитаны лишь на то, чтобы получать информацию из Междумирья, Рая и Ада, — вздохнул маг. — Здесь они перекрыты, ты сама это знаешь, — улыбнулся он.

— Вот старый прохиндей, — шепотом сказала Лиза. — Даже на том свете этому инквизитору спокойно не живется, — констатировала она. Я хихикнула. Конечно, как Стражу личная жизнь была ей закрыта, но это Лизе не мешало любить всех и каждого понемногу. Как и лично ненавидеть. Мы продолжили наблюдать за разговором.

— Куда смотрят Стражи? Они же должны уже все вспомнить, — вздохнула Миранда. Альтерис кивнул.

— Так и есть. Они даже очень близко, — лукаво улыбнулся дух. Мы с Лизой переглянулись и поспешили отойти от двери. Любопытство не порок, но получить по лбу внезапно открывшейся дверью тоже перспектива малоприятная. Собственно, именно это Альтерис и сделал.

— Думаю, со Стражами тебе лучше поговорить самой, — улыбнулся маг. — Тем более, что двое уже тут, — однако сам дух никуда не ушел, так и оставшись в рунической клетке. Мы так и застыли с Лизой на одном месте. Я положила одну руку на бердо и мрачно посмотрела на мага.

— Они?! — изумилась Миранда.

— Ага, — развеселился Альтерис. — Не веришь, я могу доказать, — ухмыльнулся он. Лежащий на столе нож, предназначенный для ритуала, сорвался с места и устремился к Лизе.

— Но… она моя внучка, — растерянно сказала Миранда, посмотрев на Лизу, которая отмахнулась от ножа.

— Она — реинкарнация Элайзы, — сообщил Альтерис, с интересом посмотрев на отбивающуюся от его ножа Лизу. В руках у подруги был подвернувшийся подсвечник. Слышался только лязг металла.

— Альтерис, старый ты лис, убери от меня свои ножики!!! — завопила она.

— Я тоже рад тебя видеть, — весело отозвался дух. Сейчас он мне чем-то даже Осириса напоминал — тот тоже любил медленно выводить нас из себя. — А это, — он указал на меня, — реинкарнация Вероники, — Нож развернулся ко мне и полоснул по платью со спины. Единственное, в чем Альтерикс остался себе верен — это аккуратность. Разрезая ножом платье мне, кожу он даже не задел.

— Я убью тебя, — прошипела я, удерживая платье спереди, однако Миранда уже успела заметить татуировку, что была у меня на спине в виде митохондрии.

— Я бы на это посмотрел, — хохотнул призрак.

— Говорят, горбатого могила исправит, — проворчала я. — Только вот это совсем не про тебя… — Пока я боролась со съезжающим вниз платьем и ругалась с Альтерисом, Лиза отвлеклась, не заметив того ножа, что подлетел к ней со спины. Подруга ощутила только, как рукав ее кофты упал вниз, обнажив татуировку в виде меча, который скрывал щит. Миранда изумленно переводила взгляд с меня на Лизу и обратно. Потом потрясенно посмотрела на Альтериса.

— Но… Она ведь… моя… моя внучка… — взгляд у Миранды был растерянный. Она до сих пор не могла поверить в то, что мы не от мира сего создания в буквальном смысле слова. Реинкарнация Стражей. Абсолютная сила либо созидания, либо разрушения. Лиза опустила взгляд и вздохнула.

— Прости, бабуль. Но… вот так… — развела руками она, потирая татуировку в зоне плеча. За что она извинялась, было непонятно. — Но для меня ты все равно как была родным человеком, так им и осталась, — подмигнула она, подойдя и обняв Миранду. Пожилая дама обняла внучку и погладила ее по волосам с легкой усмешкой.

— Да за что прощать-то?.. Страж Оружия, значит? — усмехнулась она. — А я все гадала, почему ты такой драчуньей была маленькая?.. Да и… вообще так хорошо умеешь драться… вроде и не учил никто, а вон как оно все…

— Кстати, где третий Страж? — задал вопрос Альтерис. Я вздрогнула. Ох, не сыпал бы ты соль на рану… Лиза нервно обернулась к духу и ответила:

— Да… где-то по городу бегает… Просто там… кхм… такая накладка нехорошая получилась, что мы сами оказались в тупике. Нашим мозговым центром всегда была Оксана… — начала Лиза, дав повод для новых расспросов.

— Оксана? Она тоже?.. — изумилась Миранда.

— Да. Она — Страж Памяти. Третья в цикле Звезды… реинкарнация Лирании… — Бывшее имя Оксаны заставило брови белой ведьмы удивленно взметнуться вверх.

— Как ты сказала? Лирания?!

— Ну да. А ты что, ее знала? — заинтересовалась Лиза. Миранда замялась. — Ой, да не стесняйся. То, что ты с цивилизации ведьм это мы уже и так поняли. Только тамошние представители могли знать энтошнего, — Лиза кивнула на Альтериса, — инквизитора. Миранда мягко улыбнулась.

— Да, пожалуй… Лирания этерра фон Райнберг… Это ее полное имя. Да, да, она была этерра… Высшая. Причем, когда ее родители узнали, что она решила получить карьеру некроманта — а это были светлые боевые маги со строгими традициями, состоящие в элите самого короля Фискадо — то жутко разозлились и лишили ее всего: титула, права на наследство и права вернуться в семью. Скандал был мировой. Но репутация ее быстро стала подниматься вверх на факультете некромантии. Я знаю все это, ибо была заведующей кафедрой по рунам. Круглая отличница. Другие маги стали опасаться, что она станет сильным темным некромантом и даже хотели ее из опасения отчислить… но то, что она сделала потом удивило всех… Это была первая ведьма, что совместила оба вида магии сразу, заявив, что магия не делится на две разные, а просто люди ее так условно разделили. На эту тему защитила даже диссертацию, как бы сейчас сказали, и, в принципе, оказалась права… Академия была шокирована и удивлена одновременно. Завершив обучение, девочка сама стала вести кафедру некромантии… Из под ее руководства выходили хорошо обученные некроманты, которые любили свое дело… — неожиданно рассказала она. Я даже дыхание затаила. Вот так Лирания… Вот так Оксана…

— А ее родители? — тихо спросила Лиза, тоже пораженная открытием о нашей подруге. Миранда посмотрела на нас с некоторым интересом.

— А вы разве не знали? — спросила она. Лиза обиженно поджала губы.

— О сием факте она умолчала, — с досадой сказала я, тоже испытав некоторую обиду. Почему мы это узнаем от посторонних, а не от нее самой? Когда вытрясем Лору из ее тела, обязательно расспросим ее о прошлом.

— Вот как… Ну, впрочем, тут я ее понимаю даже в чем-то… Они, узнав об успехах дочери, приехали в академию и хотели ее уже вернуть, но в ответ уже Лирания закатила им скандал. А в этот же день она покинула академию. Просто исчезла, не оставив даже намека на свое существование. Были подозрения, что ее убили… А она вон, оказывается, кем стала. Страж Памяти… — усмехнулась она. Внезапно Миранда покачнулась и отступила к стене.

— Бабуль!! — Лиза поспешно бросилась к ней. Дом дрогнул. Посыпалась с потолка штукатурка. Я оглянулась на руническую клетку и на подернувшегося пеленой Альтериса. Спирали, сдерживающие вход в мир иной, стали рушиться. Я почувствовала, что магических сил у Миранды на ее контроль не хватает — ее Вены были почти пустыми. Упущение с нашей стороны. Одна спираль закрутилась в последний раз и растаяла, рассеивая силу. Дом содрогнулся повторно, и послышалось множество голосов. Альтерис не двинулся с места. Я быстро схватила нож, что теперь лежал на полу в большой комнате, сделала надрез на коже Миранды, затем на своей руке.

— Mixta sanguine, vi mixta[3], - Латинские слова прозвучали неожиданно громко и уверенно. Даже для меня. Магические Вены Миранды стали наполняться довольно быстро. Я знала, как заставить энергию работать в свою пользу. Дом содрогнулся во второй раз — исчезла вторая спираль. Альтерис, повинуясь порыву, стал с неимоверной силой быстро сбивать остальные спирали. Дух он есть дух, насколько бы близко знаком ты с ним не был. Когда Вены Миранды наполнились, я переключила свое внимание на беснующегося духа. Несколько спиралей оказались им сбиты, пока я была занята белой ведьмой. Дом ходил ходуном, пугая ни о чем не подозревающих соседей. Я подошла к столу и приложила ладонь к одной из рун. Энергетическая сила заставила кровь течь из раны быстро, чтобы обвести каждую руну, что соединялись все вместе в замысловатый ведьминский призывной круг. К центральной руне призыва шли соединения ото всех 12 рун, что располагались по кругу. Когда моя кровь сошлась на центральной руне, голоса мгновенно стихли. Клетка восстановилась, и Альтерис успокоился. Только свет внутри спирали был теперь не ярко-голубого режущего глаза цвета, а мягкого серебряного. Мне контролировать духа было гораздо легче, ибо силы всех Стражей были истоком всей магии вообще.

— Я… кхм… извиняюсь, — покаянно признался Альтерис. — Контролировать себя довольно сложно бывает иногда…

— Не извиняйся, — отмахнулась я, не убирая руки с открывающей начало руны. Вообще руны чем-то напоминали иероглифы, но изучению поддавались только ведьмам. Алтари, магические камни с символами — это все от них. Не каждый мог прочитать руны и пользоваться ими как кириллицей или латиницей. — Он еще нужен? — обратилась я к Миранде, кивнув на Альтериса. Дух только тяжело вздохнул. Обратно возвращаться ему явно не хотелось.

— В принципе, нет… — Бабушка Лизы уже пришла в себя. — Видимо, вопрос о Лоре придется решать не среди духов, а среди Стражей, — заметила она.

— И среди вампиров, — добавила Лиза. — Знаем мы, где она… Только вот… кхм… есть одна проблема… Большая проблема… — Я тем временем начала закрывать проход в иной мир, отправляя Альтериса восвояси. Служба новостей на сегодня закрыта. Дух грустно осмотрел всех нас, а затем исчез. После этого погасли спирали с серебристым светом, а уже потом и сами руны, что начертила Миранда своей кровью, а затем и я обвела своей. Кивнув Лизе, чтобы она без меня не говорила об имеющейся проблеме, я сначала отправилась переодеваться в джинсы и кофту с длинным рукавом, ибо несмотря на лето в квартире было все-таки холодно. Потом отправилась за тряпкой в ванную, чтобы оттереть стол. Лиза тем временем осторожно обрабатывала бабушкину ранку. Аптечка была вытряхнута вся на кровать. Ну да, это же Лиза… Когда мне рану перевязывала тоже не столе развела своеобразный бардак. Оттирая центральную руну, я только сейчас вспомнила о порезанной ладони, да и то лишь потому, что она внезапно отдала болью. Я поморщилась. Удовлетворившись результатом уборки, я отправилась избавляться от кровавой воды и придавать тряпке девственно чистый вид. Вернулась я минут только через пять. Лиза усадила меня рядом с собой и быстро перевязала кровоточившую ладонь.

— Айва, тебе уже второй раз достается, — упрекнула она меня, пихнув в больное плечо. Я сморщилась от боли и дала ей по руке.

— Сказала девочка, со злости сломавшая дерево, — буркнула я, сжав ладонь, тем самым проверяя тугость повязки. Ладонь в кулак можно было сжать, но почти сразу ощущалась пульсация, и кровь только ярче окрашивала бинт.

— Дерево не человек. Пойдет на штыки против вампироидов, — шмыгнула носом Лиза. Я закатила глаза. Нет, с ней невозможно серьезно разговаривать! — Кстати, а где папа? — внезапно вспомнила она, оглядевшись по сторонам. Слишком уж мы увлеклись ведьминскими ритуалами, рунами, цивилизациями и Стражами, чтобы не заметить одного отсутствующего человека. Миранда отвела взгляд и почесала переносицу.

— Не думаю, что ответ тебе понравится. Но, как его дочь, тем более, которая слишком много знает, думаю, ты имеешь право получить ответ, — сказала она, сдувая упавшую на глаза рыжую челку. Лиза нахмурилась. Начало уже ее насторожило. Вопросительно-требовательный взгляд заставил белую ведьму дать ответ на вопрос: — Он — справочное бюро охотников на нечисть… — Лиза аж поперхнулась.

— Он… кто?! — переспросила она удивленно. Миранда вздохнула.

— Он сам не охотник, но постоять за себя сможет. Однако, если полистать его библиотеку, то вполне можно найти интересные заметки про каждого представителя нечистой силы. Это пошло еще от его отца. Того привлек сначала интерес к нечисти. Потом охота. Дальше — больше. Он стал записывать досье на каждого, кого видел и лично убил. Получился довольно-таки большой сборник с рисунками, — задумчиво сказала Миранда. Она сделала неуловимый жест ногтем, и на стол с книжной полки прилетела книга. Обложка была на ней «Война и мир» Толстого. Но стоило ее открыть… первые страниц 5 только были посвящены, наверное, вампиром. Тут было рассказано не только про то, как их убить, но и про их способности, связи с любимым и единственным — кстати, весьма интересная и специфичная связь — и даже некоторые сведения про чистокровных вампиров.

— Где он все это достал?.. — изумленно спросила Лиза. Да, ее семья хранить секреты умела… только вот сейчас они выглядели как весьма неожиданный сюрприз. Миранда пожала плечами.

— Сам изучал постепенно… — Лиза продолжала листать упитанную книгу, встречая и русалок, и домовых, и эльфов, и лесных фей, и оборотней, и ведьм… сборник о представителях почти всех цивилизаций! Но вот последние страницы… там была изображена звезда и пять человек, стоящие в определенном порядке. Подписи под ними только подтвердили мои нехорошие предчувствия. «Страж Жизни. Открывает цикл Звезды, который дает жизнь всему», — гласила под первым человечком надпись. Под вторым человечком было следующее: «Страж Энергии. Второй в цикле Звезды. Создает силы и жизненную энергию». Под третьим я увидела такую подпись под человечком: «Страж Памяти. Третий в цикле Звезды. Дает возможность к совершенству на основе прошлого». Пальцем я провела по линии, что шла от третьего номера к четвертому с подписью: «Страж Природы. Четвертый в цикле Звезды. Рождает все стихии и создает флору и фауну». Над последним человечком я увидела пятиконечную звезду, и подпись была следующая: «Страж Оружия. Замыкает цикл Звезды. Дает возможность совершенствовать знания и укреплять их». Далее шло на каждого Стража досье. Небольшое, ибо о нас людям было не так много известно.

— А… это у него… откуда? — внезапно осипшим голосом спросила Лиза, посмотрев на Миранду.

— Это он узнал из архивов охотников. Там тоже иногда можно найти интересные сведения. Например, за 1908 год, — Лиза прикусила язычок, а я отвернулась в сторону. Да уж. Год еще тот выдался. Столько нервотрепки… И столько жизней он унес…

— А когда придет, не сказал? — спросила Лиза, уже готовая поговорить со своим папой по душам.

— Завтра утром. Вечером завтра — крайний срок, — кивнула Миранда. Лиза немного успокоилась.

— А что случилось с дедушкой? — взгляд бабушки Лизы потемнел. Подруга коснулась ее руки, но продолжала ждать ответ.

— Он… его интерес привел его к могиле… Даже не помогла руническая магия. Я… просто не успела, — почти шепотом проговорила пожилая белая ведьма.

— Прости, — виновато сказала Лиза, полностью прояснив теперь ситуацию, которая ее не обрадовала.

— Ничего, — улыбнулась Миранда, — Все в порядке… рано или поздно ты бы все равно об этом узнала. Так уж лучше рано, — заметила она. Тут я с ней была полностью согласна. — А у вас, насколько я понимаю, тоже все пошло не как по маслу, да? — спросила ведьма, проницательно посмотрев на нас обеих. Мы с Лизой переглянулись и одновременно кивнули.

— Да… Лора оказалась намного хитрее, чем мы думали, — пустилась я в объяснения, сделав перерыв в семейных тайнах Лизы. Потом ей еще предстоит с папой разговаривать на тему нечистой силы по душам и том, почему он умолчал обо всем этом. Смена темы сделала Миранду сразу деловой и серьезно настроенной. Я скользнула по ней проницательным взглядом и поняла, что говорить о каких-то посторонних вещах ей немного проще, чем о своей семье.

— В смысле? — нахмурилась ведьма, уже предчувствуя подвох.

— Ну, в общем, похищенный у нас артефакт Пески Времени, что принадлежал когда-то Стражу Жизни Юджину, сделал свое дело и вернул ее к жизни. Но, умирая — или перед этим — Лора поставила ставку на то, чтобы разделить тело с одним из Стражей. И в этом смысле она не прогадала, — продолжила я и закончила на самой печальной ноте. — Лора делит это тело с Оксаной… А она третий Страж, что реинкарнировался с нами не так давно…

— И нам надо вытрясти Лору из ее тела, пока она не наворотила бед, — добавила Лиза.

— Точнее, не нашла один артефакт, который этому способствует, — уточнила я, однако, говорить что это за артефакт, не стала. Конечно, бабушке Лизы я доверяла, но мало ли… у стен тоже есть уши.

— Вот оно как, — протянула Миранда, потирая лоб. — Плохо дело… — согласилась она с нами.

— Бабуль, ты не знаешь какого-нибудь заклинания, что может разделить две личности? — спросила Лиза. — Или изгоняет духа? — Миранда расстроенно качнула головой.

— Духа можно изгнать, если он не имеет тела, а вы говорите про раздвоение личности. Это совсем другое. Попадались случаи, но крайне редко…. Обычно две души просто отделяли друг от друга специальным заклинанием, но выглядели они при этом как две капли воды похожие друг на друга. Что-то вроде двойников, — произнесла ведьма задумчиво. Лиза растерянно посмотрела на меня. Ситуация мгновенно осложнилась тем, что Лора была слишком хорошей актрисой, а внешность Оксаны и знание ее черт характера позволит только поставить нам лишние палки в колеса. Но с другой стороны, выбора у нас как такового не было совсем.

— Что будем делать? — Лиза посмотрела на меня. Я подошла к окну и туманно сказала:

— Там, где не работает кулак, должна сработать ловушка… — Ощутив спиной заинтересованный взгляд Лизы, я пояснила: — Нам надо всем сейчас отдохнуть, а утром мы свяжемся с Лорой.

— Но она же не придет одна, если рандеву назначить, — заметила Лиза. Я кивнула и кинула взгляд на часы. Для меня комендантского часа не существовало, так что прогулку в 12 ночи и хоть до утра я могла себе позволить со спокойной совестью.

— Верно. Поэтому вы отдыхаете и обсуждаете метод, как их разделить, а я пойду готовить ловушку, — усмехнулась я. Лиза хмыкнула, недоверчиво посмотрев на меня.

— И куда ты пойдешь?

— Ты не поверишь… Но это нас когда-то Юджин так хитро заколдовал, можно сказать, что все кто нам нужен, случайным методом попадают через некоторое время туда, где мы находимся, — пояснила я и добавила, перед тем как Лиза выдала тираду на тему, что он хотел как лучше, а получилось как всегда: — Так что здесь есть те, кто помнит. И кому можно напомнить.

— А мне ничего не сказали?! — возмутилась Лиза, подскочив на месте. — Вообще, о чем он думал?! Угробить нас захотел что ли?! Теперь я понимаю, почему и эта троица вампиров тут оказалась, как и Лора! — Выслушав все это, я обернулась и ответила:

— Лиза, посмотри на это с другой стороны. Мы все трое оказались тут лучшими подругами, не разлей вода. Лору искать не надо по всей планете, мы уже знаем, где она. Охотники, что помнили сражение бок о бок с нами, сохранили знания, — Я кивнула на подставной том «Война и мир». — И не только они, между прочим. Юджин не исключал возможности, что будут неприятности, но сделал порядок случайностей из дальновидности, — Лиза поникла, поняв, что я все-таки права. Миранда прищурилась, выстраивая в голове цепочку всего мной сказанного.

— И кто тут из знающих существует? — спросила Миранда меня с интересом.

— Я почувствовала знакомую энергию оборотней. Адриан, Лори, Крис… — Лиза при упоминании этих имен так скривилась, что я удивилась даже, как это молоко не прокисло в холодильнике.

— Айва, если ты к ним явишься, убить, конечно, они не убьют, но ненавидеть нас станут еще больше, — сказала подруга. Я усмехнулась. Да уж, поминая незлым тихим словом прошлый опыт, я была с ней абсолютно согласна.

— Есть другие варианты? Учитывая, что нас с тобой могут убить, — с нажимом сказала я. Лиза пасмурно посмотрела сквозь меня. Я подняла бровь, ожидая услышать ее согласие. Стражница-подруга с сомнением посмотрела сначала на меня, потом на свою бабушку и пожала плечами.

— Делай, как знаешь. Нам сейчас, главное, ее поймать, разделить заклятием и быстро убить. Может, твой вариант и будет лучшим, — кивнула Лиза. Я улыбнулась и стала собираться для прогулки на улицу. Подруга обернулась к бабушке и спросила: — Ритуал сложный?

— Нет, не очень. Но для того, кто падет под его действие, малоприятный, — уточнила она. Я кивнула, принимая к сведению. Ну что ж, как и ожидалось.

— Эйвери! — окликнула меня Лиза. — Мы к тому времени, когда ты вернешься, уже спать будем, так что лови! — Я взмахнула рукой и поймала ключи. — Они тебе точно потребуются, — ухмыльнулась она. Я покачала только головой и быстро выскользнула за дверь. Вот ведь какой Юджин молодец был!.. А мы еще над ним смеялись тогда: мол, зачем нам это надо, да и не пригодится… а оно даже очень было кстати. Череда случайностей, но все закономерно. Я сдула челку с глаз, устремляясь вниз по лестнице. Серебристые молнии уже улетели вперед меня, указывая ориентир. Энергетика была просто до боли знакомая. Эти оборотни помогли нам в 1908 году разнести армию вампиров, которую контролировала Лора с помощью своих чистокровных способностей, в пух и прах. Правда, в тот раз мы просчитались, и битва оказалась подставной, ибо сама Лора, как выяснилось, находилась в другом месте. Но ее коварный план был прост как табурет. Зная, что нам никакого вреда не причинить, потому что мы задействовали постоянно свои Вены Абсолютного Потока, она решила лишить нас поддержки. Кровь оборотней сыграла с их обладателями злую шутку: лора едва их не убила. Конечно, как крайних оборотни обвинили во всем нас и поддержки мы и правда лишились. Так что насчет ненависти Лиза была права. Но, если они хотят спокойной жизни, то помочь нам — в их интересах. Поддержав себя такими мыслями, я воспрянула духом, и полгорода прошла на одном дыхании. Оказавшись в центре около девятиэтажки, я стала снова сомневаться в своем порыве попросить помощи у оборотней. Хотя с другой стороны, если они откажутся, что нам мешает путем объединения двух Абсолютных Потоков создать своих воинов, что будут способны победить любого вампира? Не убьет их, конечно, но тоже поможет, если мы успеем провернуть все быстро. Только знание пакостей, которые могла провернуть Лора, заставило меня снова сомневаться в том, что все это будет быстро. Глубоко вздохнув для храбрости, я пустила энергетические молнии вглубь дома, чтобы выяснить, в какой квартире искать оборотней. Несколько молний оторвались и скользнули по стенам, надо сказать, весьма вовремя, ибо почти сразу в этот момент меня окликнул знакомый голос:

— Эйвери? Что ты тут делаешь? — Я обернулась, чтобы увидеть говорящего. Взгляд остановился на звезде школы Максиме, однокласснике Оксаны. Причина изумления была даже не в том, что я встретила этого умного парня посреди ночи на улице с учетом его строгого контроля родителей, а в том, что этот доброй души человек оказался оборотнем.

— Елки-палки, — тихо сказала я, спохватившись, снова устанавливая контроль над своими уже начавшими бесноваться молниями. — Лес густой, — буркнула недовольно я, заправив нервно за ухо прядку волос.

— Что-то не так? — спросил Максим. Я мотнула головой, кинув взгляд на верхние этажи.

— Нет, все нормально, — отмахнулась я. Энергетические связи его указывали на то, что обратили его те, с кем я имела честь быть знакомой еще в 1908 году. — Просто не ожидала тебя тут увидеть, если честно, — Я повернулась к парню и улыбнулась, нервно потирая не так давно порезанную ладонь. Пульсация только усилилась, и я почти сразу ощутила, как бинт заливает новая порция крови. Заставив себя успокоиться, я опустила руку.

— Я тебя тоже, — честно признался Макс. — Ты ранена?

— Нет, просто царапина… Можно задать один вопрос? — спросила я парня. Если уж идти, так сразу в лоб и напролом. Не так много времени, чтобы договориться с оборотнями, поспать и утром все сделать, чтобы весь кошмар, не начавшись, закончился. Максим вопросительно посмотрел на меня. — Ты знаешь кого-нибудь из тех, кого я сейчас назову? — Я закусила губу и стала перечислять имена: — Крис, Адриан, Лори… — Я не сводила с Макса взгляда. Тот на мгновенье застыл, пытаясь меня связать с темным миром нечисти, но образ у него так, видимо, и не наложился, раз новоиспеченный оборотень на автопилоте мотнул головой. Проницательно пронзив школьного гения, я отправилась набирать номер квартиры этой троицы. Энергетика сообщила, что их там, не считая Макса, четверо. Что ж, продолжили традицию собирания лучших и совершенствования их мастерства и навыков. Я набрала номер квартиры из двух цифр, но вот нажать кнопку вызова мне не дали. Макс крепко прижал меня к стене, смотря в глаза.

— Не… не надо… они… очень опасные личности, Эйвери, — тихо сказал он, пытаясь придать твердости своему голосу. Но получилось неубедительно.

— Макс, если ты подразумеваешь оборотней и то, что троица в лице Криса, Адриана и Лори обозлена на весь мир, то я в курсе. И даже знаю, что и кто послужило этой причиной. Мне нужна их помощь. Точнее, не только мне… — Я осторожно убрала руки Максима со своих плечей и ткнула кнопку вызова. Не спрашивая кто и зачем явился, меня пропустили внутрь подъезда. Макс, опомнившись, быстро проскользнул за мной.

— Погоди… так ты их знаешь? — пораженно выдохнул он, уже не пытаясь меня удержать. Я остановилась, ожидая спуска лифта. Ну вот. Кажется, кого-то невольно придется ввести в курс дела. Всегда не любила лишних свидетелей… но в данной ситуации иначе просто не получится. Не убивать же его за случайно готовившуюся раскрыться правду?

— Сам все узнаешь по ходу концерта, — тихо сказала я. Макс хотел было задать еще несколько вопросов, но передумал. Что ж, дальновидно с его стороны. Лучше увидеть, услышать и узнать от своих, чем мучить того, у кого и так проблем по самую макушку. Лифт спустился, а я только сейчас заметила в руках у Максима небольшой пакет. На 7 этаж мы поднялись в полном молчании, но, оказавшись у входа в квартиру, Макс все-таки решился задать вопрос:

— Откуда ты все знаешь? Или это… мм… случай с Оксаной заставил невольно столько сведений добыть? — осторожно спросил он. Я вздрогнула.

— Случай, конечно, не из приятных, что для нее, что и для нас, но тут дело в другом. Спроси Лори или Криса о том, что произошло в 1908 году… Они. На мой взгляд, менее агрессивные, чем Адриан, — с усмешкой посоветовала я парню. Дверь в квартиру оказалась открытой. Оттуда доносилась приглушенная музыка. Если учесть, что у оборотней острый слух, то для них это равнялось музыке, включенной у людей на всю громкость. Зато тоже есть свои плюсы: соседям не мешает, и вызвать милицию будет некому. Макс ничего не сказал, но по его взгляду я поняла, что он со мной согласен насчет Адриана. Я возникла взору оборотней после Максима. Мне, в отличие от него, было морально труднее. Все-таки упущение было с нашей стороны, что оборотни едва не погибли.

— А это ты кого притащил? Ужин? — хохотнул парень, которого я не знала. Хм, лидеры верны своим традициям: чисто мужская компания. Девушки в лице что оборотней, что вампиров, попадались не столь часто. Многие из них попадались на уловки охотников, а те, кто выжил, запомнили и затаились, предпочитая одиночную жизнь.

— Я невкусная. Ты отравишься, — сказала я, поймав себя на том, что, если не полностью, то частично уже переняла манер разговора Лизы.

— О, так девушка еще и с чувством юмора? — с интересом посмотрел на меня парень. Разговор, шедший между Крисом и Адрианом мгновенно стих. Они вглядывались в мои четы фигуры и лица, уловив знакомые. Неудивительно… Я же реинкарнация Вероники. Макс поставил пакет на свободное кресло и встал недалеко от меня, облокотившись на дверной косяк. Я не стала отвечать на вопросы нового. Меня интересовали представители старого состава.

— Ты кто такая? — едва ли не прорычал Адриан, сжимая подлокотник дивана. Максим напрягся, а я осталась невозмутимой, оправдав их худшие опасения:

— Правильно мыслишь. 1908 год, Стражница Вероника… — В следующий момент Адриан сорвался с места, но до меня так и не дошел, рухнув при первой попытке открутить мне голову. — А вот этого не надо было делать… даже пытаться… — Оборотня скрутили серебристые энергетические нити, мешая трансформироваться и вообще куда-либо сдвинуться. В адрес Стражей послышались непечатные речи. Я прерывать Адриана не стала. Это могло вылиться в еще какие-нибудь последствия.

— Твою мать, — выругался Лори, убрав с плеча длинные светлые волосы, собранные в хвост. Максим и тот оборотень, чьего имени я так и не узнала, кинулись к товарищу, посмотрев уже на меня с настороженностью.

— Эйвери, что все это значит?! — спросил Максим, ничего не понимая.

— Страж она. Вот что это значит, — угрюмо сказал Лори. Его глаза отливали в нехорошую зелень. Он был достаточно благоразумен, чтобы не нападать, но вот о доверии речи и быть не могло.

— Страж? — спросил недоверчиво Максим. — Но ты же сказал, что это только легенда…

— Они еще и наврали? — хмыкнула я. — Превратили все снова в слухи?

— У нас была причина, — прошипел Адриан. — Лора мертва, вы все ушли, все живут спокойно!..

— Я тебя не сильно разочарую, если скажу, что она живая? — поинтересовалась я у Адриана. В комнате повисло молчание. Двое пытались сообразить, что вообще происходит и почему мои руки охватывает серебристое сияние, а трое — как Лора оказалась жива. Совместить причину и мое явление у них получилось сразу.

— Как, черт возьми?! — Крис даже вскочил. Он оказался около меня, но стоило мне вскинуть руку, как он тут же отошел. Слишком уж хорошо он помнил, что могла сделать энергия и в какие последствия вылиться.

— Пески Времени. Артефакт был похищен. Когда она явится, был всего лишь вопрос времени, — пояснила я. Теперь картина сложилась более чем ясная.

— И ты уверена, что после того, что произошло, мы станем вам помогать? — прищурился Крис. Я осмотрела всех, кто тут присутствовал, и кивнула. — Интересно, откуда такая уверенность? — процедил он сквозь зубы. Кажется, придется сказать то, о чем мы умолчали тогда.

— Ну, если у вас нет желания жить в обществе, которое кишит вампирами, то… — Это было не совсем так, но разруха была бы обеспечена.

— Я их сам лично разорву!! — выкрикнул Адриан, все еще ругаясь, на чем свет стоит.

— Кого? Чистокровок? — прищурилась я. — Ну я на это посмотрю, — кивнула я ему. Осознав, что задумала Лора, оборотни замолкли. Даже Адриан перестал ругаться. Три мрачных взора устремились на меня.

— Что ж вы раньше-то не сказали? — угрюмо спросил Лори. — Убить ее надо, чтобы не было лишних проблем, — сделал логичный вывод он.

— Когда Юджин попытался, вы его едва не убили, — напомнила я. — Так что кто тут виноват, еще вопрос. Теперь у вас есть веские причины нам помогать? — спросила я их.

— Вам? — опешил Крис. — Так ты не одна реинкарнация тут?!

— Нет. Нас Трое. Со мной еще Стражницы Памяти и Оружия. Если вы нам поможете, то будете жить спокойно дальше. И в этот раз у Лоры нет пока возможности использовать кровь в качестве оружия и метода убийства. Вам ничего не грозит, — рассеяла я опасения оборотней.

— И как вы собираетесь ее убивать? — поинтересовался Адриан. Уловив в его энергетике более-менее дружелюбные нотки, я рассеяла серебряные нити, что его сковывали, дав возможность свободно передвигаться по квартире. Оборотень поднялся, отряхнул футболку и присел на подлокотник одного из кресел.

— Тут есть еже одна проблема… Она реинкарнировалась в одном теле со Стражем Памяти… Так что прежде чем ее убить, ее надо сначала поймать а потом разделить. Со вторым проблем не будет, — во всяком случае, я была в этом точно уверена.

— Грр… Еще и не все так просто, — прорычал Адриан, ударив кулаком об стену. Он понял уже, что убить Стражницу не позволю я лично. А Лиза меня в этом только поддержит.

— Да. Но убить ее потом зато будет просто, — кивнула я. — Избавиться от нее надо сейчас. В тот раз мы едва успели, и могли быть последствия, о которых я говорила, — Я взглянула на оборотней, ожидая от них ответа, который они мне пока так и не удосужились сказать.

— Если мы согласимся… — Лори прищурился, — точно будем жить спокойно? Или у вас очередные сюрпризы будут? — Я мотнула головой.

— Нет. Мы все планируем сделать завтра днем. Вряд ли она явится тоже одна. Вы для нее будете сюрпризом. О месте я скажу чуть позже. По своим каналам, — сказала я, собравшись уходить. Троица оборотней была мрачнее тучи. С одной стороны, не хотелось им во все это ввязываться, но стоило лишь на мгновение представить, что ко власти придут чистокровные вампиры и что они потом сделают с оборотнями… То тут невольно содрогнешься и на все согласишься, лишь бы этого избежать. Я поспешила покинуть это место, оставив оборотней обсуждать и обдумывать новости, которые я им принесла. Путь в обратную сторону я не стала сокращать и шла по главным освещенным улицам, где попадались редкие люди. Даже приключения никакие больше не встретились. Оказавшись около нужной двери, я хотела набрать было номер квартиры, но вовремя вспомнила предупреждение Лизы о том, что они могут с бабушкой уже спать. Я извлекла из кармана ключи и сама открыла дверь. Поднялась на пятый этаж, вошла тихо в квартиру и прислушалась. Энергетика двоих знакомых людей улавливалась четко, и это меня успокоило. Я положила ключи и сама отправилась спать после проведенных душевых процедур. Проходя мимо гостиной, я заметила странное руническое сплетение из пяти рун, которые светились слабым голубоватым сиянием. В самом круге была заключена какая-то белая сетка, состоящая из энергетических сплетений. Самое интересное, что энергия внутри была живая, как будто сама по себе там создана, не имея физической формы. Ведьмы, что тут сказать? На столе я заметила лежащий лист, вырванный из блокнота. Там рисунок полностью повторялся. Хм… что-то мне это напоминает… В памяти своей я копошилась недолго. Этот круг раньше ведьмы использовали как способ телепортации с одного места на другое. Хитро, ничего не скажешь! Если судить по рисунку, то активировать его надо было кровью того, кого хотели телепортировать. Мне даже стало немного легче. Завтра… все закончится завтра… В относительном умиротворении я отправилась спать.

* * *

…Только вот выспаться мне не удалось. Сначала меня разбудили громкие разговоры за дверью. По голосу я узнала папу Лизы. Ох, плохо дело… Но что делать, если у нас судьба такая — быть Стражами? Я, в надежде хотя бы на то, чтобы просто подремать и погрезить о мире, где нет проблем или они сами собой решаются, закрылась одеялом, не став вслушиваться в разговор подруги с отцом и бабушкой. Одеяло помогло слабо, но я как-то ухитрилась погрузиться в сладкие неги полудремы… откуда меня выдернул беспощадно телефонный звонок. Поняв, что даже притвориться спящей не получится, я откинула одеяло и со стоном взяла телефон. Имя звонившего сработало лучше всякого холодного душа, согнав сон в одно мгновенье. Я приложила трубку к уху и сказала:

— Да, Оксан… Если это, конечно, ты, — добавила я.

— Что? — донесся до меня усталый голос. — Нет, это я. У меня мало времени. Я уже не могу держать контроль над телом, просто скрывая некоторые детали в памяти. Ты поняла, какие, я надеюсь, — быстро выдохнула она. Я кивнула. Манускрипт. 4 части оказались спрятаны разными Стражами в разных местах. — Знаешь, что Лора готовит вам ловушку? — Говорила подруга все на одном дыхании.

— Да, мы в курсе…

— Нет, Эйвери, слушай… Она… — дыхание Оксаны сбилось, как будто ей не хватало воздуха. — Она назначит встречу около Южного кладбища. Сила Стража и моя, и Жизни ей уже постепенно поддается. Так что там будут не только силы вампиров. И еще… Айва… я… я уже не та. Сделайте то, что должны. Это все, чего я прошу, — тихо добавила она. У меня даже похолодели руки и дыхание перехватило.

— Не смей так говорить, — почти шепотом сказала я. Но, судя по грохоту, что донесся из трубки, меня не услышали. Несколько мгновений напряженного молчания, а потом снова я услышала голос Оксаны. Только с совсем другими нотками.

— Я телефон уронила, — покаянно призналась она. Лора. Меня внезапно охватила жгучая ненависть к ней. Мало того, что силу Стража себе забрала, так еще и последних капель сознания Оксану лишает! Только вот говорить я каким-то чудом заставила себя спокойно, сделав вид, что ни о чем не подозреваю.

— Я так и поняла… Ты предлагала встретиться и прогуляться, но не сказала где, — не удержавшись от мстительных ноток, сказала я. Выкручивайся теперь… Ты же не в курсе того, что сказала мне Оксана.

— Где?.. А, да, за городом, недалеко от кладбища. Там есть недалеко от него места красивые. И на природе, почитай… Что в городе-то делать? — хмыкнула она. — На дачах же тоже не скоро все вместе соберемся, — усмехнулась она. Я сощурила глаза и кивнула.

— Это точно… во сколько? А то я только встала, — Зевок получился самый настоящий, как я не пыталась бороться со сном. Повисло недолгое молчание.

— Ну… с учетом этого… Можно часам к двум, — назначила рандеву Лора.

— Хорошо… Мы придем. Я передам Лизе, — Кто первым бросил трубку, я так и не поняла. Ну вот. Даже ей не надо назначать встречу. Хорошо это или плохо, что наши взаимные желания убить друг друга совпадают, покажет время. Вздохнув, я посмотрела на часы. Ох, ну ничего себе я проспала! Уже полдень!.. Быстро одевшись, я выскользнула в гостиную, где застала немую сцену: Лиза удивленно и встревоженно смотрит на меня, ее папа сомневается — взгляд об этом говорил явственно — в наших силах и не хочет никуда отпускать, а ее бабушка просто ждет результата этого немого кино. Как помощник, она уже все сделала и готова была приступить к исполнению.

— Сегодня в два часа дня недалеко от Южного кладбища… Извините, Михаил, вопрос решенный, — развела я руками. Кажется, придется повторить попытку Лизы все объяснить. — Мы справимся. Хоть и не охотники, но опыта у нас предостаточно в таких делах. Бывали в переделках и похуже. На крайний случай мы всегда можем активировать свою Абсолютную силу. В таком состоянии нас ни один ножик не сможет ранить. У вас же у самого все записано… Мне к тому списку, что описан в вашем дневнике, добавить нечего, — закончила я. Отец Лизы, пасмурно посмотрев на нас обоих, сделал последний выпад, надеясь, нас удержать. А, может, просто не верил, пока сам не убедится.

— Если вы Стражи, и все написанное — правда… то докажите. Я всю жизнь считал это не более, чем легендой… — Мы с Лизой переглянулись. Здесь?.. Хотя мне еще надо было предупредить о встрече оборотней.

— У тебя как с контролем? — спросила меня Лиза. — Я не гарантирую, что с катушек не съеду… А оружием, сама знаешь, может стать, что угодно… — Видимо, придется как крайней мне… И еще я ведь активировала Абсолютный Поток не так давно, так что с контролем проблем не должно возникнуть. Навыки возвращаются быстро.

— Нормально. Если это успокоит, то пожалуйста… — Я вздохнула, вспоминая, как привести в действие свою силу без артефакта. По рукам прошлось волной привычное покалывание, которое растаяло в области груди. Серебристые нити обвели татуировку на спине, а затем стали заменять и живые клетки. Я уже вся состояла из этих серебряных нитей, что причудливо переплетались между собой. Пол под ногами не чувствовался. Абсолютной силе никакие законы физики не помеха. Пришлось, правда, на некоторое время забыть, что я еще и умею чувствовать как человек, чтобы удержать контроль над этой неимоверной силой, требовавшей разрушения цивилизации и создания новой. Я ощутила как от рук, ног и волос помимо воли устремляются в разные стороны серебристые энергетические нити, открывая даже у самых уставших и не выспавшихся людей второе дыхание и желание свернуть горы. Со всех присутствующих, как я заметила, тоже не осталось и следа усталости. Энергия наполнила всех для новой деятельности, а Миранда еще пополнила и свои магические Вены. Кристалл ведьмы засветился на ее груди, вбирая то, что не вошло в поток Вен.

— Этого достаточно? — спросила я глухим отстраненным потусторонним голосом. Михаил кивнул, судорожно сглотнув.

— Более чем… — Голос у него внезапно осип. Я, пока сила Абсолютного Потока не захватила надо мной власть на разрушение, поспешила его снова свести на нет. Живая плоть и кровь напомнили о себе болезненными ощущениями. Пришлось присесть на подлокотник, чтобы растереть мышцы и избавиться от неприятных ощущений. Я оставила Лизу продолжать убеждать ее отца в том, что нам ничего не грозит, а сама отправилась в ванную приводить себя в порядок. Днем все решиться. И, надеюсь, больше никто не станет создавать нам проблем

Лора

Вот ведь какая зараза… Успела-таки урвать власть над телом, чтобы связаться со своей любимой дорогой подружкой… Из-за нее теперь придется менять все свои планы!.. Хотя, если подумать, то чем раньше все произойдет, тем лучше.

Дома я оказалась только в 10 утра. Мама Оксаны была немного обеспокоена моим отсутствием, но, предупрежденная заранее, не стала накидываться с расспросами, что мне было только на руку. Только от разговора уйти не получилось. Играя роль Оксаны, пришлось поделиться впечатлениями о ее подруге однокласснице и сомнениями насчет своего вампиризма. Даже пару слезинок уронила. В двух словах, шалость удалась. Даже предупредила, что сегодня пойду гулять с подругами. Это успокоило Наталью окончательно, но шестым чувством я улавливала, что она мне не доверяет. Хм, вот и не верь после этого, что родная мать не чувствует, кто перед ней. Даже мое актерское мастерство скоро перестанет помогать.

Стрелка часов неумолимо двигалась к отметке с римской цифрой 2. Алекса, что занимался поиском тех, кто помнил еще прошлую битву и был под моим руководством, я сумела отыскать быстро, чтобы предупредить о переносе планов на сегодня. Когда Оксана еще могла найти момент и силы для контроля тела, я успела взять кровь у Артема, Кирилла, Алекса и Сержа, чтобы держать связь. Сыграло минусом то, что я была пока еще что все-таки обращенным вампиром, а не чистокровным. Силы для ритуалов и поисков на крови были сильно ограничены. Но игра стоит свеч. Все наготове, а финал уже предрешен. Даже если Стражи что-либо предпримут, у меня есть пути отступления.

— Мам, я пошла! — крикнула я из комнаты, быстро собираясь. — Когда приду не знаю! — Костяной нож оказался спрятан во внутренний карман надетого пиджака. День выдался сегодня хмурый и холодный, но дождя пока не было. Я не стала вызывать лифт, а сразу выскользнула по ступенькам вниз на улицу, едва не сшибив кого-то из соседей по дороге. Сосредоточившись, я приложила пальцы к вискам, кровью вычертила два симметричных символа. Голову как будто сковал тяжелый огненный обруч — без боли не выйдешь нынче на канал связи. «Будьте наготове. Кодовое слово мы обсуждали», — коротко бросила я, быстро разрывая связь, пока боль окончательно не лишила меня способности соображать. Болевой порог у этого тела был низковат. Плохо, конечно… но, кто знает, может потом это сыграет мне на пользу?.. Вот во время связи с другими, Оксана, видимо, и улучила момент не так давно для контроля тела. Единственное, что меня настораживало, так это то, что она в последние несколько дней настойчиво мне не дает проникнуть в ее закоулки памяти. Ладно, если бы это были позорные школьные истории, но память о дате 1908 года уже заставляло задуматься. Меня грызло подозрение, что она скрывает что-то важное… Но, увы, доступ к воспоминаниям мне заблокировали.

Дорога до кладбища заняла немного времени. Мне было сподручнее добраться на своих двоих. Описанное мной место, где я заранее определила место встречи, чтобы пустить в ход и силу Стража Памяти, которая с неохотой, но стала мне подчиняться, оказалось на противоположной стороне дороги от входа на кладбище. Вдоль дороги росли сосны, но стоило их миновать по дороге внутрь природного массива, как взору открывалась огромная поляна, которую облюбовали отдыхающие. Если пересечь поляну, то уходила дорога вниз, к широкой, но мелководной реке. Сегодня там никого не было из-за хмурой погоды. Что ж, меньше сил придется тратить. Они мне еще потребуются. Я присела под близ стоящим деревом на поляне и стала ждать прибытия Эйвери и Лизы. Не возникло ни на секунду тень сомнения, что они не придут. Несколько месяцев войны в 1908 году помогли мне немного понять характеры и некоторые принципы этих Стражей. Как я и ожидала, ждать пришлось не так уж и долго — две подруги, о чем-то громко переговариваясь, пришли на поляну. Я поднялась им навстречу, ища глазами и путами силы двух Стражей подвох. Кругом все было тихо. Хм, неужели они настолько наивные, что поверили в то, что я их давняя подружка-Стражница? Я чуть прищурилась, однако, подозрений пока у них не стала вызывать, чтобы дать лишний повод меня убить.

— Привет, девчонки, — искренне улыбнулась я. Обе обернулись ко мне, улыбнулись, но я в их взгляде уловила нотки холода. Нет, все-таки они мне не верят. Я коснулась рукояти кинжала, что был спрятан под пиджаком. Присутствие холодной кости меня немного успокоило, как и жизненная энергия недалеко находящихся вампиров. Странно, что в этом месте откуда-то было много жизненных энергий ворон. Летало их вроде тут вообще не так много… Предвестники грядущих неприятностей. Не люблю их.

— Привет, — ответила Лиза. — Кто бы ты ни была, — добавила потом Стражница Оружия.

— Значит, рассчитывать на формальности не придется. А я, может, хотела с вами подружиться, — грустно сказала я. — Но так даже лучше. Меньше с вами придется возиться… — Я быстро вытащила нож, надеясь сработать на скорости, но Лиза среагировала мгновенно, откуда-то выудив широкий ритуальный кинжал. Несколько взмахов в воздухе срезали мне прядь волос и оставили глубокий порез на руке. — Не жалко свою подружку резать? — насмешливо спросила я. Лиза оценивающе посмотрела на меня и ответила:

— Нет. Регенерация пойдет быстро…

— Что-то тут ворон много разлеталось… — сказала я, намекая своим товарищам-вампирам на то, что пора бы и помочь. Кодовое слово было простым, а сейчас подходящим как нельзя кстати — ВОРОНА.

— Не сказала бы, — ответила Эйвери, снимая энергетический барьер. Вскоре я поняла причину заминки моей команды — Стражи успели еще провести переговоры с оборотнями. Взгляд у меня потемнел. Ловушка. Что же вы задумали, прародители жизни на планете Земля?.. На быструю победу рассчитывать теперь не придется. Лиза продолжала на меня налетать со своим страшным с виду ритуальным кинжалом и теснить к ближайшему дереву. Эйвери, тем временем, веруя в силы Лизы, отправилась помогать оборотням. Помнила ту битву со мной… Теперь не рискует шкуркой. Что ж, в этом я ее винить не смею. Ситуация в этот раз сложилась не в мою пользу. Если шансы справиться со Стражницей Энергии у меня были, то со Стражницей Оружия они у меня сошли мгновенно к нулю. Она предугадывала все мои атаки, что прямые, что и ложные. Кинжал ее рассекал воздух в опасной близости от болевых точек. Я медленно оказалась загнана в тупик среди деревьев. В честной битве за то, что я собиралась сделать, тут же сносили голову, но кто сказал, что у нас идет честный бой? Поймав в глазах Лизы сомнение, я бросилась вперед, ощущая, как длинные клыки привычно царапнули десны. Клыки пронзили плоть, кровь окрасила губы в соответствующий цвет. Сейчас опять пойдет много сил на то, чтобы использовать способности повеления кровью. Пока Лиза пыталась разобраться, что произошло, я уже оттолкнула ее и слизывала с губ кровь.

— Ты!.. Это низко для такой как ты! — возмущенно крикнула Стражница Оружия, потирая кровоточащее плечо.

— Может, и низко, но над твоей кровью теперь будет контроль… — Я сосредоточилась, заставляя кровь в живом теле течь медленнее. Сердце сокращалось тоже соответственно. Конечно, не смертельно для Стража, но отключить его сознание это поможет. Лиза почти сразу побелела. В ее глазах я уловила испуг. Осознание себя как человека пока что не позволяло ей относиться спокойно к возможной клинической смерти. Воздух наполнился страхом, но в то же время в нем была примесь и понимания того, что ничего Лизе и не грозит. Девушка побелела, инстинктивно приложила руку к груди, где внутри замирало сердце, пошатнулась и рухнула на землю, задыхаясь. Я приблизилась к ней, ожидая, когда ее сердце перестанет биться совсем.

— Черта… с два, — прохрипела Лиза, ухитрившись сесть и прислониться спиной к стволу. Из ее уголка губы сочилась кровь. Ах, она еще и пытается бороться с моим контролем крови?! — Ты же… о-обращенная, — хрипло сказала она. Я стиснула зубы и ответила:

— Навыкам и знаниям не мешает обращенность, знаешь ли… — К контролю крови я попробовала еще прибавить силы Стража Жизни, но, вопреки ожиданиям, они не сработали. Ааа, черт! Досадно, что силы одного Стража не работают против сил другого! Что ж, тогда пойдем другим путем, пожалуй… По рукам скользнул обжигающий поток чужой силы, ища выход и свой пункт назначения. Я посмотрела в сторону кладбища, мстительно посмотрев на Лизу. Контроль крови, поддерживаемый силой Стража Жизни, заставил Лизу запрокинуть голову назад. Ее рука судорожно стиснула футболку в центре груди, а затем она упала, я бы хотела сказать замертво, но, увы, лишь только без сознания, хотя сердце ее и не билось. Вот, значит, как можно… напрямую сила Стража против другого Стража не работает, но косвенное применение пока что еще никто не отменял.

— Кажется, одним Стражем станет меньше, — усмехнулась я, собираясь подойти к Лизе, чтобы довершить начатое. Пробужденные мертвые дернули за нити силы, идущие от меня, отвлекая от Стражницы Оружия. Интересно, как за счет памяти их заставляла делать все, что надо Лирания?.. Пока я выискивала ответ на этот вопрос, инстинкт сработал быстрее — не так давно умершей девушке, в памяти которой ярко отразился момент, когда в нее на полной скорости врезалась дорогая машина и фактически подписала смертный приговор, я внушила, нутром чувствуя ее жажду мести, что нападающий на меня и есть тот самый, кого она так жаждет видеть в могиле на том же кладбище, где похоронена и она. Нападавший оборотень оказался сбит в мгновенье ока с ног, а мертвая, которую подняла память, с горящими ненавистью глазами стала душить снежного барса. Я с интересом наблюдала, как когти отбивающегося оборотня рассекают разлагающуюся плоть, но на материальной форме следов не оставалось вообще. Это даже не регенерация. Тут что-то другое… Сообразив, что в бой вступили другие силы, вампиры пошли на отступление. Как всегда, расчетливые старые тактики. Я посмотрела на Лизу. Надо все-таки закончить начатое… Я присела на корточки рядом с ней, провела пальцем по бездыханному пока что телу и напутственно сказала:

— У вас был шанс. И вы его упустили… — Я перебросила в руке кинжал, с трудом удерживая контроль над таким количеством мертвых, и занесла руку для решающего удара… которого так и не произошло. Кто-то стиснул мне запястье. Я обернулась, яростно сверкнув глазами в сторону Стражницы Энергии. Две силы Цикла Звезды столкнулись.

— Я бы не спешила праздновать победу, — Глаза Эйвери полыхали жидким серебром. Послышался хруст костей, а затем руку пронзила жгучая боль. Зашипев от боли, я окончательно потеряла контроль и над кровью Лизы, и над мертвыми. Все-таки надо быть изначальным избранником цикла Звезды, чтобы иметь обширный доступ и навыки управления мертвыми за счет памяти. Опустившись на колени, я выбросила ногу назад, собираясь сбить с ног Эйвери, но просчиталась. Стражница подпрыгнула, а затем у меня потемнело в глазах. Теперь боль пронзила правый висок… А ведь была в шаге от победы… Какие-то случайности испортили мне все. Ладно, посмотрим, что будет дальше… Раз не убили меня сейчас, то, может быть, мне просто поставили шах…

Лиза

Едва давление над кровью исчезло, я тут же в буквальном смысле слова сделала свое сердце железным, а по венам и артериям тут же пустила жидкий металл. Неет, хватит с меня повелителей крови. Вот что значит забыть про безопасность и не дать возможность Силе Стража хотя бы частично. Но все-таки защитить саму себя. Я со стоном вздохнула. Грудную клетку сдавила боль, и я закашлялась. Рядом со мной кто-то присел и коснулся плеча. Я тут же подскочила от новой волны боли. Только вот вестибулярный аппарат меня немного подвел — все в глазах пошатнулось, и я едва не упала.

— Какого черта?! — возмущенно сказала я, осторожно потирая укушенное плечо. Из раны сейчас сочился жидкий металл вместо крови, но боль давала о себе знать.

— Прости, — извинилась Эйвери, хотя виноватой нисколько не выглядела. — Ты не дышала, я думала, боль тебя отрезвит…

— Правильно думала, — сердито сказала я, посмотрев на Лору-Оксану. Она лежала на траве без сознания. На ее правом виске выступила кровь, а не так далеко я заметила лежащий деревянный кол, на котором остались кровавые следы. Били не острием, хоть некоторая гуманность со стороны оборотней радует. Левая рука была неестественно вывернута в области запястья, а в ладони зажат клинок, убивающий Стражей.

— Это она меня?! — возмущенный взгляд сначала достался лежащему безвольному телу, а потом и кивнувшей Эйвери. Я невольно поежилась, на секунду представив, что мою жизнь могли оборвать вот так… — Признаю, упустила эту деталь, — буркнула я, достав из кармана листок с нарисованной печатью, что был точной копией рисунка на полу в гостиной квартиры.

— Упустила?! Тебя могли убить!! — Я только сейчас заметила, что глаза Эйвери отливают жидким серебром от едва сдерживаемого гнева. Я отвернулась и подошла к Оксане-Лоре, сделав вид, что Айву не услышала. Крис, Лори и Адриан стояли невдалеке, наблюдая за нашими действиями.

— Что это было за внезапное нашествие тварей, которых не убить?! — возмутился Адриан. — Вы нас об этом не предупреждали!.. — прошипел он. — Я знал, что вам нельзя доверять…

— Лора решила воспользоваться силой Стража Памяти, — пояснила я, сморщившись от легкой боли в плече. — О некромантах слышали? Ну, так вот, на основе ее сил они все и существуют. Так что вы столкнулись не с тварями, а просто с мертвецами… — Я нанесла небольшой порез на тело Оксаны по центру груди, а затем приложила рисунок. Кровь быстро впиталась в его контуры. Тело подруги засветилось белым сиянием изнутри, а затем она просто исчезла. Я только успела моргнуть, а на поляне остались только я, Эйвери и пять знакомых оборотней. Максим за всем наблюдал с недоверием и интересом, но спрашивать ни о чем не решался. У оборотней была своя методика воспитания нового поколения.

— Некроманты — сказки, — хмуро сказал Лори. Я прищурилась и переглянулась с Эйвери.

— Если поищешь темных ведьм, то твои сомнения рассеются, — холодно сказала подруга. Я с ней говорить сейчас даже немного побаивалась. В конце концов, я тоже дала ей повод для переживаний. Да, будь я обычным человеком, то уже отдыхала бы на том свете, если бы не Эйвери.

— Возвращаемся? — спросила я, убирая прядь волос за ухо. Айва молча кивнула, но уже понемногу начала в себя приходить. Руки ее разжались и спрятались в карманы джинсов. — Ну, тогда пока, мальчики. Больше нам от вас ничего не надо. Живите спокойно, кушайте кашку, — пожелала я, быстро скользнув в сторону шоссе, пока мне Адриан не открутил голову. Он довольно болезненно воспринимал шутки, которые отпускались в адрес оборотней и как расы, и как отдельным представителям. Я подождала Эйвери и извлекла второй листок с тем же рисунком, что и на полу в гостиной. Только этот уже предназначался для нашей телепортации…

Глава Х: Двойники

Ненавижу весь мир вокруг,

Все хотят меня столкнуть.

Я борюсь за свою мечту,

Ускользнув из ваших скользких рук…

Skillet Hero

Лора

Не знаю, прошло сколько времени после того, как я внезапно потеряла сознание. В голове до сих пор стоял легкий звон. Рана на правой руке уже зажила и не беспокоила, а вот перелом на левой в области запястья давал о себе еще знать. Хм, чужой крови в моем организме осталось не так уж и много, чтобы использовать энергию вампира на всякую ерунду. Может, удастся задействовать силы Стража Жизни? Я же, все-таки, не имею отношения к циклу звезды, так почему бы не применить для себя и с пользой? Но попытка сдвинуться с места отозвалась болью в сломанном запястье. Я стиснула зубы и задержала дыхание, чтобы успокоить пульсацию в руке. Взглядом скользнула по рукам, а затем ради интереса попыталась пошевелить и ногами. Бесполезно. Я оказалась прочно привязана к креслу с деревянными подлокотниками. Веревки профессионально оказались связаны на запястьях, около локтей, на лодыжках и накрест пересекали грудь, сходясь в один крепкий узел где-то на спине. Видимо, постарался охотник. Так узлы больше никто не вяжет как они. Ожидая подвох, я принюхалась и поняла еще одну вещь: веревки оказались промочены специальным раствором, который ослаблял вампиров, делая их похожими на людей по силе и способностям. Далее глаза скользнули по небольшой гостиной. Впрочем, взгляда на большую местность не хватило — меня ослепил яркий огненный свет от свечей, которые оказались расставлены правильным шестиугольником вокруг кресла, где связали меня. Две свечи оказались напротив друг друга так, что если провести линию, то она непременно пройдет и через меня. Неестественно яркий свет, почти что белый и слепящий мое ночное зрение, тут же навеял воспоминания о «огненном ритуале». Сама лично я его видела лишь два раза за всю свою жизнь. Вот что, значит, они задумали… Разделить нас с Оксаной, сделать двойниками, которые будут жить двумя разными жизнями… И когда я стану самой собой, они просто меня убьют. Или попытаются. Еще посмотрим…

— Умно придумано, ничего не скажешь, — оценила я, пытаясь глазами найти Эйвери и Лизу. Негромкие голоса я их улавливала, но смысл речи их не уловила. Видимо, речь у них зашла о меньшем риске в боях и родителях, которые ничего не знают. Стоило только мне подать голос, как тут же Стражницы умолкли, устремив на меня взоры.

— А по-другому от тебя и не избавиться, — сказала Лиза. Эйвери только скользнула по мне взглядом, но ничего не сказала. Что ж, Вероника, в какой бы реинкарнации не была, остается верной себе: меньше разговора — больше дела. Я задумалась и ответила:

— Вообще-то можно и по-другому, только у вас на это не хватит смелости… а потом всю жизнь будет грызть совесть… — Я не удержалась от ядовитой усмешки, окинув мстительным взглядом обеих подруг.

— Трупам слово не давали! — вспыхнула Лиза. Она резко оказалась около меня, а потом щеку обожгла легкая боль. Я отнеслась к удару философски.

— Ну, пожалуй, заслужила за некоторые свои действа, — оценила я, откинув голову на спинку кресла.

— Лиз, оставь ее. И обращай меньше внимания на ее слова — так самообладание сохранишь хотя бы. Оксана нам нужна живой и невредимой, — с нажимом на последнем слове сказала Эйвери. Лиза, сжав руки в кулаки, отвернулась от меня и подошла к открытому окну. Несмотря на залетавший ветер, огонь на свечах не дрогнул. Интересно, а когда сам ритуал проводить будут? В помещении было темно. Плотные занавески до пола скрывали старающийся пробиться вечерний свет, лишь иногда поднимаясь от ветра. Значит, времени прошло не так уж и много, как я подумала…

— Ну почему же сразу трупам? — спросила я, чуть сжав подлокотники кресла руками.

— Потому что ты должна была умереть еще чуть больше сотни лет назад!! — яростно пояснила Лиза, стоя ко мне спиной. — Но сейчас мы исправим свое упущение, — отозвалась она с мстительными нотками в голосе. Я лишь только презрительно фыркнула, выражая свое несогласие и насмехаясь над Стражами.

— Удачи, — пожелала я. Интересно, а где ведьма, которая им помогает? Ведь на все это нужна как минимум опытная, я уже не говорю о том, что сильная ведьма. Самим Стражам использовать свои силы на колдовские ритуалы запрещено. Внезапно в дверь раздался звонок. — И вот не страшно вам? А придет, допустим, какой-нибудь друг ваш, а у вас тут непонятный сатанинский оккультизм? — провоцирующе спросила я двух подруг. Увы, активного действа не последовало — мне достались лишь укоризненно гневные взгляды, а затем Лиза пошла открывать дверь. Эйвери, смотреть которой было невыносимо на меня, молча ушла на балкон. Занавеска чуть раздвинулась, и комнату разделила на две половины полоска света. В коридоре я услышала тихие голоса, но о чем речь так и не поняла — сказывался раствор, коим были пропитаны веревки. Оглянувшись, я все-таки решила потратить последние силы на то, чтобы освободиться. Две силы сработали одновременно. Кровь, что заструилась из проткнутой ногтем ладони, приняла форму очень тонкого лезвия и быстро чиркнула по веревке. Почти сразу как будто несколько десяток иголок пронзили доселе связанное запястье. Я несколько раз сжала и разжала ладонь, прогоняя неприятное ощущение. Голоса в коридоре тем временем стихли, и послышались шаги. Лезвие из крови быстро чиркнуло по веревкам на руках и ногах. Тут уже разминать затекшие конечности было некогда. Я попыталась сделать рывок вперед, но не пустили те путы, что пересекали крест-накрест грудь и живот. Черт побери, как охотники узлы вяжут, что не освободиться?!

— Эйвери, куда ты смотришь?! — завопила возмущенно Лиза, а в следующий момент я снова потеряла сознание. В этот раз я даже не поняла отчего. Что ж, моя попытка провалилась. Зато скоро появится еще одна. При разделении двух душ на свободе оказывается доминантная. Раз не получилось отыграться на Стражнице Памяти так, то я отыграюсь по-другому. После разделения она будет слабая и не в состоянии даже за себя постоять, не то, что освободиться и куда-то сбежать. Очнулась я только спустя некоторое время. Голова раскалывалась. Ох, ну вот и не жалко им же свою подругу же?..

— Между прочим, у меня так будет когда-нибудь сотрясение мозга, — поморщилась я, приоткрывая один глаз. — Ну и не только у меня, кстати.

— Ну и пусть — меньше соображать будешь, как палки в колеса ставить, — отозвалась Лиза, сидящая на диване. Около нее лежали веревки, от которых исходил тонкий аромат ослабляющего вампиров раствора.

— Допустим. Меня-то не жалко, а вот Оксану? — прищурилась я. Лиза стиснула кулаки. Вообще ее перекосило всю. Она соскочила с дивана и подошла ко мне. Взяла лицо за подбородок, чтобы заглянуть в глаза.

— Я бы тебя голыми руками разорвала, но только мысль, что вы делите с ней одно тело, меня и останавливает, — Глаза девочки сверкали ненавистью и холодной яростью. Я ни на секунду не сомневалась в том, что если бы я не делила это тело с Оксаной, то она бы это сделала.

— Ух ты… Месть за контроль крови в прошлый раз? — прищурилась я. Лиза уже было занесла руку, но ее остановила Эйвери.

— Лиза, мы тебе предоставим возможность не только врезать, но и убить ее. Но немного позже, — добавила Эйвери, посмотрев на меня сверху вниз. Лиза опустила руку и ушла в соседнюю комнату. Я остановила взгляд на ведьме, что помогала Стражам. Хм, раз в курсе всего, то знает, с кем имеет дело. Память почти сразу подсказала, что ритуал разделения использовали только те, чье поколение идет прямо от самих ведьм, от их цивилизации. Но от этой ведьмы исходила аура, которую я ни разу в жизни не видела. Густая словно растопленный шоколад аура, от которой физически ощущалась опасность и многотысячелетний опыт. Та, кто помнит, как пала твоя цивилизация еще и помогает Стражам?! Интересный поворот событий… Я нервно облизала губы и слегка напряженным голосом спросила:

— Почему ты им помогаешь?

— Им — это кому? Моей внучке и ее подругам? Или ты подразумеваешь их не как личностей, а как Стражей? — прищурилась ведьма, чуть обернувшись ко мне. Ее зеленые глаза отливали мистическим цветом. Не чета оборотням… Темно-рыжие прямые до плеч волосы обрамляли лицо с загорелой кожей. На губах играла таинственная тень улыбки. Черты лица были правильной греческой формы. Несмотря на возраст, дама не утратила ни своего изящества, ни колдовского искусства. Невысокий рост компенсировало ее величие, с коим она смотрела на всех. Это было не презрение и даже не снисходительность… наверное, неправильных, по ее мнению, действий. Внучки?! Ну теперь все ясно… Одновременно меня кольнула сила Стража Жизни, победно воспевающая капеллу. Ах, вот оно что… цепь случайностей, которая реинкарнировала трех Стражей в одном месте, а у одного еще и чисто случайно оказалась бабушка в лице ведьмы, помнящая все, со времен цивилизации ведьм.

— Стражи уничтожили все, что тебе было дорого, чтобы возвести на месте руин новое. Не было желания все восстановить и отыграться? — спросила я с непониманием. Спина отвернувшейся ведьмы на мгновение дрогнула, но голос ее так и остался непроницаемым и спокойным:

— Не было даже мысли. Моя цивилизация уже себя изжила, когда стала применять то, что было запрещено высшими силами.

— Ага, и под этой силой подразумеваются Стражи? — хмыкнула я, пожав плечами.

— Стражи тоже подневольные. Они лишь представители той силы здесь, — холодно отрезала ведьма. Вот как… Интересно, кто же у них начальник? Скорее, это кто-то из Междумирья, ибо Врата Ада закрыты навечно. Туда попадают только грешные души, но оттуда никто не выходит… Я была единственным исключением, да и то спасли Пески Времени. — Готова к ритуалу? — с интересом спросила ведьма. Я вздрогнула. Ну вот…

— Постой! — сказала я, просто оттягивая время. — Что ты имела в виду, когда сказала, что твоя цивилизация изжила саму себя? — Глаза ведьмы стали из пылающего изумрудного почти черного цвета.

— Это тебя не касается, — отрезала она и взяла в руки небольшой церемониальный кинжал с красным камнем, венчавшим рукоять. По его лезвию проходило тонкое сплетение рун. Кровь упала на печать, приводя ее в действие. Я прищурила глаза от внезапно яркого, меняющегося света от ярко-желтого, до непроницаемого белого. Печать под ногами вспыхнула зловещим насыщенным синим оттенком. Над моей головой полыхнуло еще что-то — активировали Лезвие. От зависшего плотного шарика над моей головой протянулись лучи ко всем зажженным шести свечам. Помимо этого, полыхающий огонь соединился между собой в шестиугольник, повторяя основное очертание печати. Когда сомкнулись две последние свечи между собой, дом содрогнулся, а свет стал еще ярче. Я закрыла глаза вообще, но даже это не спасало. Внутри тела как будто прошелся мороз. Если вспомнить, как выглядит действие Лезвия, то картина со стороны примерно была такая: сперва через меня прошлась как сканер холодная молния, состоящая из огня и света. Определив, где заканчивается одна душа, ее память и сила, сканирующая молния исчезла, а вместо нее, подобный гильотине, все тело рассек резко свет. Вот тут хочешь-не хочешь, а закричишь, каким бы высоким болевым порогом ты не обладал. Я вцепилась руками в подлокотники кресла, уже не обращая внимания на ту боль, что терзала тело. Я судорожно пыталась удержаться в теле, за что-то зацепиться, оставить свою связь с Оксаной… Бесполезно. Я каждый раз натыкалась на холодную стену, что мешала мне вырвать вторую душу. Между нами уже не существовало никакой связи. Память Оксаны уже оказалась для меня отрезана раз и навсегда.

— EXSERO! — прозвучал властный голос ведьмы. С латыни это переводилось как «разъединись» или «разъединение». Тело в этот раз не поддавалось мне контролю совсем. Я еще сопротивлялась колдовству, но ведьма была настойчива. Я изогнулась дугой, а в следующий момент, тяжело дыша, приземлилась на пол. Печать постепенно остывала. А теперь… все зависело от чистых случайностей. С одной стороны на меня уже собиралась напасть Лиза, держа в руке деревянный кинжал. Я не стала дожидаться ее атаки, и ногой сбила свечу в сторону. Огонь магического происхождения, что так и не успели погасить, вспыхнул зловещей полосой и тут же сжег кинжал Лизы. Я быстро вскочила на ноги, кинув на Оксану быстрый взгляд. Надо было пользоваться моментом, пока огонь не погас. Я метнулась к разделяющей меня с ведьмой огненной пелене, и нанесла ей удар в одну из болевых точек. Та мгновенно потеряла сознание.

— Бабушка!! — Лиза кинулась к ней и с ненавистью посмотрела на меня. — Я же убью тебя!! — взвыла она. Двое разъяренных Стражей?.. Это не совсем входило в мои планы. Настроив силу Стража Жизни, что так и осталась со мной, я ухитрялась лавировать по комнате так, что все Лизины удары, попытки Эйвери проткнуть меня ножом, приходились по веревкам Оксаны, медленно освобождая ее от пут. Лиза первое время не могла понять, почему она, профессиональный боец, допускает такие непростительные ошибки?! Осознание пришло двоим Стражам в голову одновременно.

— Ах ты!!! — взвилась она, в мгновенье ока пробуждая Абсолютный Поток в его первозданном виде. Железная леди в буквальном смысле слова. Состоящая из жидкого металла, а пальцы на руках превратились в стальные ножи, заканчивающиеся длинным острием. Стальная копна волос на ветру шевелилась как живая. Лиза протянула руки вперед, что-то призывая. Дверца шкафа затряслась, а затем оттуда вылетели деревянные ножи. Эйвери наделила их живой энергией, чтобы я не смогла избежать удара. Я ухмыльнулась и решилась на довольно-таки рискованный шаг. Три действия произошли одновременно: я схватила с кресла их дорогую подружку, кинулась через огонь, а ножи полетели вслед. Только вот едва они коснулись пламени, то все сгорели. Эйвери предприняла попытку остановить мои энергетические потоки, чтобы я свалилась без сил, но тщетно — меня защищала сила другого Стража. Так что мне повезло в каком-то смысле, а так уже точно была бы трупиком. Сорвав занавеску, я спрыгнула вниз с пятого этажа. Освободившись от непутной ткани, я поспешила скрыться в людном месте, чтобы Стражи не достали. Надеюсь, у них хватит ума не показываться Абсолютным Потоком людям? Почти сразу я услышала легкий свист — по моим пятам летела, словно ангел мести, Стражница Оружия. Пришлось лавировать, чтобы деревянные кинжалы, кои она просто создавала из воздуха, врезались в углы и не вписывались в повороты. Нет, все-таки на центральные проспекты и улицы мне намеренно выйти не дадут. Хорошо, тогда сделаем умнее… Я скользнула в сторону нежилых домов и быстро спустилась вниз по лестнице в подвал, который чудом сохранился еще в относительной целостности. Как вампир, я мигом остановила свое сердцебиение, а Оксану просто окутала пелена, скрывая ее от внимания летавшей неподалеку Стражницы. Несколько кинжалов со свистом пролетели где-то высоко в воздухе. Послышался глухой удар о землю — Лиза больше не могла удерживать разрушительную силу. Тишина нависла над районом. Несколько нетрезвых голосов прошелестели в правой стороне, а затем все стихло. И вскоре я поняла почему… журчащий поток, звук которого слышишь, проходя мимо ручья, устремился во все близлежащие дома. Над подвалом, где затаилась я, тоже улавливался такой звук. Хах, умно… Эйвери, значит, задействует энергетические волны, а Лиза — потоки жидкого металла, которые сама и создает. Хорошо, что Оксана без сознания… хотя, сдается мне, что на внутренний канал связи, что существовал между Стражами, у нее сил уже не хватит. Лизу надо было как-то запутать. Немного подумав, я тихо и осторожно выдохнула красное облачко дыма и направила его в сторону центра города, от одного из заброшенных здесь домов, но не от того, где находилась сама. Мне проблемы на голову были не нужны. Энергия жизни создала ложное впечатление, что кто-то безуспешно пытается скрыться. Потоки жидкого металла тут же вернулись к Лизе, а сама она сорвалась с места догонять поток энергии. Я поспешила быстро покинуть свое укрытие. Немного подумав и поудобней перебросив Оксану через плечо, я отправилась туда, где мы и договорились встретиться после всего с Артемом, чтобы найти с помощью ведьмы манускрипт. Частный дом на окраине города по какой-то причине не имел жителей. Слухи гласили, что это место проклято. Я на предмет магии не проверяла, но в том районе, как в заколдованном, по слухам, часто происходили смертельные инциденты. Надеюсь, мое преднамеренное убийство будет достаточной платой, ибо не особо хочется, чтобы пострадал кто-то из приближенных. Союзники мне еще нужны… Я перепрыгнула через забор со своей ношей и приземлилась с той стороны на заросший крапивой кустарник, который недружелюбно оцарапал мне кисть руки и ногу. Не спасла даже джинсовая ткань. Крапива взметнулась вверх и ужалила локоть. Тихо выругавшись, я проскользнула в сам дом. Его двери недружелюбно скрипнули и отворились, пропуская меня внутрь. Поднявшись по короткой лестнице вверх, я толкнула еще одну дверь и оказалась в маленькой прихожей. Как и ожидалось, мебели в доме почти не было. Одну половину извели оккультисты для всяких своих фанатических обрядов, а вторую — предприняли уничтожить вандалы. В итоге убранство гостиной составлял проеденный молью и обуглившийся с одного бока старый скрипучий диван и опрокинутая, пересекающая комнату по какой-то странной диагонали, стенка с разбитыми стеклянными створками дверец. Окна оказались закрыты глухими ставнями изнутри. Обои уже давно отслаивались и в некоторых местах висели рваными лохмотьями. Дверь в другую комнату просто стояла у стены, тоже наполовину обгоревшая и грозящая упасть на пол при малейшем движении. Ради интереса я заглянула в другую комнату, но там обстановка была почти такая же угнетающая. Кровать с прожженным матрасом лежала на боку. Подушку кто-то давно разодрал на перья. Пустой шкаф покосился и стоял только с опором на стену. Видимо, периодически тут молодежь развлекается, ибо я заметила несколько пустых пивных банок в разных углах, какие-то целлофановые пакетики, пышки и много другого мусора. Я посмотрела на центр пола в той комнате и обнаружила едва заметный на грязном полу квадрат люка, что вел вниз. Интересно, там такая же обстановка, или уютней будет? Крышку я подняла с трудом. Это заставило меня вспомнить о крови и восстановлении сил. Этим я займусь немного позже, пожалуй… Сначала нужно тут разведать обстановку. Внизу и правда оказалось намного приличней, чем наверху. Здесь я смогла выпрямиться в полный рост, да еще остался не большой запас до потолка. Земельный прохладный запах резко ударил в нос. Это гораздо терпимее, чем затхлость и пыль наверху. Обстановка была скудной, но это поправимо. Небольшая рабочая, как оказалось, лампочка, провода которой уходили по периметру подвала частного дома и наверх, вплетаясь в основную электросеть, две колченогие табуретки… только кресло еще сохранило устойчивость. Хм, а к его подлокотникам вполне можно привязать жертву так, чтобы она не освободилась. Только вот найти путы здесь — проблематичный вариант, а выходить слишком рискованно. Я быстро стащила Оксану в подвал и усадила ее на кресло. Слишком уж она долго признаков жизни не подает. Так сильно повлияло на самочувствие ритуал Разделения что ли? Только я собралась с риском для жизни выйти наружу, как голову пронзила легкая, но довольно неприятная боль. Я поморщилась и извлекла из кармана Оксаны телефон. Какая-никакая, а зеркальная поверхность. Я проткнула ногтем подушечку пальца и кровью нарисовала два символа. Экран телефона завибрировал, и почти сразу я увидела растрепанную ведьму и Артема, что стоял рядом с ней.

— Как и обещал, я на связи, — отозвался вампир, помахав мне рукой в знак приветствия. Я просто кивнула. Ну вот и все. Немного не так, как я планировала, но тоже сойдет. Ведьма отыщет манускрипт, еще одна Стражница умрет, а когда вернется моя цивилизация, то тут никто ничего не в силах будет предпринять.

— Вижу. Вы далеко, а то у меня тут… гхм… непредвиденные обстоятельства. Одни умные девочки спутали внезапно все карты, — пояснила я. Артем посмотрел на меня, потом отошел так, чтобы его обзору открылась часть помещения. Видимо, они связывались через большое зеркало.

— Ээ? А это кто? Твоя материальная тень? — ехидно поинтересовался Артем, кинув взгляд на Оксану.

— Мне сейчас не до твоих колкостей, — зашипела я. — Это Оксана. Стражница Памяти, она же Лирания! — отчеканила я. — Нас с ней разделили… Вы далеко? — с нажимом повторила я свой вопрос. Лицо Артема мигом приняло серьезное выражение, но нотки интереса в нем никуда не пропали.

— В двух часах езды, — ответила ведьма, явно не оценив меня как опасного вампира. В ее взгляде читалась снисходительность и легкая насмешка. Ну смейся-смейся… Раз тебе даже слово Страж ни о чем не говорит, то смеяться надо мне над твоей наивностью. Я кивнула, принимая сей факт к сведению. — Где встретимся? — Она перешла на деловой тон. Не знаю, что ей там наплел Артем, но, видимо, свою работу она считала легкой и выполнимой. Посчитала, как легкое развлечение.

— Хм… Может, у меня? Тихо, спокойно, охотники провели зачистку и уехали… — предложил Артем. Дельная мысль. Лучше, чем в этом закутке убивать Стражницу. Да и мало ли кто услышит ее крики, а я хочу еще этим насладиться.

— Было бы неплохо, только сначала надо забрать меня и ее из города, — посетовала я. — А там уже решим, что с ней делать, — сказала я и быстро назвала адрес.

— А что ты забыла там? — напряженно спросил Артем, пытаясь что-то прочитать на моем непроницаемом лице.

— Пришлось спасаться непредвиденным бегством, — криво усмехнулась я. — Я вас жду. Чем быстрее все сделаем, тем лучше. Неохота возиться, — честно призналась я. Ведьма ухмыльнулась и согласно кивнула. Я стерла кровавые символы и подошла к начавшей подавать признаки жизни Оксане. — Нееет, не сейчас и не здесь, — сказала я, уловив тонкий аромат живой крови. Аппетит проснулся внезапно, обжигая привычным огнем вены изнутри. Энергия была почти на нуле, а силы для дальнейших деяний мне еще были нужны. Я обошла кресло и убрала волосы с ее шеи, чувствуя равномерную пульсацию крови. Стражница была в подвешенном состоянии: еще не пришла в себя, но и уже начинала понимать, что происходит. Самое то. Я буквально вгрызлась ей в плоть, проколов клыками артерию в нескольких местах. Оксана протестующе взвизгнула от боли, а когда кровь стала покидать ее тело, почти сразу затихла. Свежая кровь наполнила вены, а энергия стала быстро восстанавливать побитые участки тела. Я слизала с губ кровь и посмотрела на бессознательную Стражницу. М-да. Собой она являла весьма жалкое зрелище. Я бы даже не сказала, что она вообще способна кого-либо поднять или создать иллюзию, основанную на прошлом. Из-за того, что ее тело эксплуатировала больше времени я, а Оксана уходила в глухую оборону собственного сознания, кожа ее стала белее моей, даже с сероватым оттенком. Кожа как будто истончилась, а под ней буквально по всему телу можно было увидеть сеть синих вен. На правом иске запекшаяся кровь. Из раны на шее пока еще вытекает свежая — контролировать процессы жизнедеятельности я перестала еще тогда, когда оказалась тут. Черты лица ее как будто даже немного заострились. А сама она выглядела так, будто из нее ушла не только энергия, но и жизненные силы. Волосы пушистой копной лежали на левом плече, слегка отливая в темно-синий цвет. Теперь мне остается только ждать…

* * *

— Что так долго?! — недовольно спросила я, забираясь в машину. Прятаться в подвале дома мне уже порядком надоело. Оксана за это время так в себя и не пришла. Ее жизнедеятельность едва улавливалась в организме. Если она еще и была жива, то лишь поддержке Абсолютного Потока. Об этом говорили вены, принявшие фиолетовый цвет. Да и самого тока крови я не чувствовала. Как же все это работает, если сила проявляется настолько подсознательным способом?.. Я задавалась этим вопросом не в первый раз.

— Ужин, кровавые оргии, путь сюда… На все нужно время, — ухмыльнулся Артем. Я пронзила его злым взглядом.

— Вы задержались на целый час!! — возмутилась я и кивнула ведьме. Она улыбнулась мне.

— Аманда, — представилась она.

— Лоренсия. Можно просто Лора… — представилась я. Аманда тут же изменилась в лице. Ее кудряшки подскочили, а фиалковые глаза широко открылись. Загорелая кожа побледнела, а с пухлых губ сошла улыбка.

— Та самая?.. — сипло спросила она. Я вопрошающе посмотрела на Артема.

— Ты не сказал ей? — укорила я его. Вампир лишь развел руками, откровенно наслаждаясь реакцией темной ведьмы. Я это поняла, лишь едва коснувшись ее ауры. Черные и алые росчерки — символики смерти и крови — перечеркивали ее силуэт, стоило мне только перестроиться на зрение, доступное только чистокровному. А я теперь таковой являлась в полном смысле слова. Меня никто не обращал — суть вампира я захватила, когда меня разделили с Оксаной. Так что теперь контроль крови не придется осуществлять с поддержкой силы Стража Жизни и тратить на это огромные силы.

— Да. Я та самая, — недовольно сказала я, посмотрев на Аманду. — Так что делай выводы о своем возможном… развлечении, — зловеще сказала я. Ведьма вздрогнула. Я поняла, что угадала ее мысли. Поразвлекаться, что-нибудь сделать не так «случайно», и уехать, досмотрев до конца спектакль. Темные ведьмы любили путать судьбы, карты… но со мной этот фокус не пройдет. Сама такая. — Держи это бездыханное тело… Быстрая смерть не заслужена Стражем, — сказала я, передавая Оксану в руки Артема. Вампир чуть не подавился собственной ухмылкой, едва только ее коснулся. Он придирчиво посмотрел на Оксану, потом на меня, разместившуюся на переднем сиденье машины. Я видела, что он нас просто сравнивает. Конечно, по сравнению с Оксаной я была красивее, ибо вампирскую сущность я у нее отняла.

— А не боишься, что вас путать будут? — хмыкнул он, но какой-то голос был у вампира напряженный. Аманда тем временем нажала на газ, и мы помчались по дороге. Как она узнала, в какую сторону ехать, я уточнять не стала. Ведьма же…

— Нас не будут путать. Долго она не проживет, — отозвалась я. — Может, дня два-три, не больше, после того, как очнется… — Теперь я переключила внимание на Аманду. — Если есть вопросы, задавай. Например, можно договориться об оплате прямо сейчас, — прищурилась я, взглянув на ведьму. Она немного расслабилась. Все-таки тема, задетая мной, приятно ей льстила и грела душу. — Я знаю, что ты не берешь денег. Я могу заплатить достойную цену. Крови на моих руках гораздо больше, чем на твоих, — сказала я. Темные ведьмы обычно брали дань в виде тяжелых воспоминаний, страшных тайн, в буквальном смысле очищали руки от когда-то пролитой крови — она весьма ценилась и для темных ритуалов подходила как нельзя лучше. А могли просто потребовать от тебя поучаствовать в ритуале в качестве жертвы. Надеюсь, на последнее у нее хватит ума меня не разводить.

— Я вижу, — сказала она. — Но… у меня немного другое предложение… Ты ведь древний вампир? — спросила она. Я кивнула.

— Я тебе помогу. Может, даже не один раз… А после того, как ты сделаешь то, что хотела… Поделись своей силой. Сделай меня такой же, — тихо пожелала она. Я от удивления даже дар речи потеряла. Конечно, от своих слов я не отказывалась, но, во-первых, не была уверена, что смогу одолеть Стражей. Я им не то что палки, бревна в колеса ставила, но они каким-то чудом их либо вытаскивали, либо ломали, либо вырывали вместе с колесом. Образно выражаясь. А во-вторых, не так-то просто было низшего обращенного вампира сразу сделать высшим, который способен противостоять особам с чистой кровью. В теории это возможно, но на практике моих сил может не хватить даже.

— Гхм… — Я с трудом справилась с охватившим меня на несколько секунд оцепенением, а потом ответила: — Не факт, что я смогу еще обвести Стражей вокруг пальца. Они не так просты, как кажется…

— Ой, да будто эти Стражи это такая проблема, — отмахнулась Аманда, жаждущая получить ответ. Я переглянулась в зеркале с Артемом. Тот только укоризненно присвистнул. Хотя неудивительно, что Аманда не считала их опасностью — настоящий потенциал Стражей мог оценить тот, кто едва не погиб от их рук, сражаясь за артефакт…

— Ну, если учитывать, что они прародители всей жизни вообще на земле, то да, — елейным голосом отозвалась я. Аманда, к которой уже вернулся здоровый румянец, побелела еще раз.

— Неудивительно, что в тот раз все у тебя провалилось, — сдавленно прошептала она. Я фыркнула.

— Опоздай эти сво… создания цикла Звезды на пару минут, я бы не просила сейчас тебя о помощи, — сузила глаза я, жестко взглянув на ведьму. За дерзость от сторонних, которые не участвовали во всем этом и оценивали с превосходной степени с колкими комментариями, я просто убивала. Аманда поняла, что недооценила мой опыт. — Вернемся к моей оплате, — сухо сказала я. — То, о чем ты просишь, выполнимо, но не в скорые сроки. Я даже не могу сказать, в какие… И твое решение будет уже не исправить. Обратить в низшего сможет любой, но не любой низший сможет выжить во время Посвящения… Подумай об этом, Аманда. У меня пока нет желания тебя убивать, — сказала я с надеждой, что оно никогда и не появится. — Даю на раздумывание три дня, а потом решайся: просить тебе более что-то приземленное или оставить этот рискованный выбор, — сказала я со вздохом. Дальнейшую дорогу мы провели в молчании… Только лишь у Артема возникло несколько вопросов, которые меня немного удивили. Он обо мне, как и остальные, мало что знал, но чутье подсказывало ему, как и любому обращенному, когда и как ко мне можно обратиться за помощью, а когда стоит и промолчать. Причин его расспросов я так и не поняла, но они навеяли на меня тоску и горечь… А эти чувства в свою очередь всколыхнули во мне ненависть к Стражам…

Артем

Я угрюмо довольствовался некоторое время поверенным в мое распоряжение задними сиденьями… Но недолго — пока ко мне не погрузили почти безжизненное тело Стражницы Памяти. Вообще я еще не мог поверить в то, что произошло, когда заставлял Аманду связываться через зеркало с Лорой. Две абсолютно одинаковые девушки… Не увидел бы — не поверил… а заодно и передумал посвящать в то, кто клиент Аманды — поделом ей. Эта ведьма вила из меня веревки! Своеобразная месть мне просто грела душу. Когда же речь зашла у них о цене, я даже удивился наглости ведьмы — ничего себе придумала выход из положения… и, как оказалось, еще и реально выполнимый. Но, как только эти двое смолкли, я, подперев щеку рукой, стал смотреть в окно и наслаждаться мимо пролетающими довольно однообразными пейзажами, предоставив мыслям свободный полет. И чем больше давал им свободы, тем чаще они возвращались к Стражнице. Я скосил на нее взгляд, жалея, что ничем не могу ей помочь сейчас. Настолько вымученной Стражницу Памяти я видел впервые, хотя ее силы могли навести немало хаоса и беспорядка. В этом я тоже имел честь неоднократно убедиться в 1908 году… На поля боя на фоне других Стражей она выглядела в своей настоящей форме просто великолепно. Как только впервые ее увидел, во мне уже проснулся интерес. Случайна встреча с Лиранией до сих пор не выходила у меня из головы. Тогда я даже не знал, что нам придется оказаться по разную сторону баррикад… Господство вампиров — кого не привлечет такая идея?.. Наша раса и так, долгое время скрываясь, оказалась на грани вымирания. Да и поводом отыграться на людишках грех было не воспользоваться. Стражи как представители потусторонних сил и опасные противники показали себя не сразу. Кажется, единственной, кто был готов ко всему от них, начиная от банального применения своих сил на людях и заканчивая соединением в цикл Звезды, была Лора. Откуда она все это знала, я так и не понял, но она оказалась права во всем. Почти во всем. Иногда, делая вылазки небольшими отрядами, я успел для себя отметить, что Стражи почти ничем не отличаются от людей: так же испытывают эмоции, метаются между добром и злом, совершают неоднозначные поступки, да и просто банально ругаются между собой, словно они одна семья. Никакой отрешенности от мира сего… Лирания… Даже с яростью доказывая свою точку зрения, она для меня ярко выделялась среди спорщиков. Живая, полная энергии, в глазах какое-то сострадание… Я просто воспринял это как интерес к девушке, не более того. На поля боя он пропадал, ибо там решался вопрос независимости вампиров. Иногда я и на самом деле хотел ее убить, но что-то всякий раз мешало мне это сделать в последний момент: то вмешается другой Страж, то нож пронзит ее не в жизненно важное место, то мне просто станет не до нее… Когда Стражи ушли, с манускриптом в руках, поначалу я испытывал только ненависть к ним и злость. Со временем эти чувства успокоились, и я стал просто ждать. И надо же было такому случиться, что по пришествию Лоры все, кто был с ней близко знаком, собрались в одном месте. Может, виноват артефакт Стражей был, может, духи умеют собирать всех в одном месте — не знаю, что стало причиной того, что мы собрались вместе. Когда ее голос указал на Оксану, я просто опешил: девчонка, стоя в воде, напомнила мне до боли Лиранию. Почти ее копия, только разве что возрастом моложе. Я и раньше замечал схожесть этой девчонки со Стражницей, но тут… настолько яркий образ возник впервые. Только голос Лоры помешал мне просто поговорить с ней. Дальше все по схеме: обращение, пробуждение Лоры и повтор неудавшихся событий 1908 года. Эмоции и интерес, загнанные вглубь сознания, снова вернулись, когда я ее поцеловал, хотя и сделал это лишь чтобы усыпить ее бдительность. Кровь ее заставила меня еще больше удостовериться в том, что она Стражница Памяти, Лирания. Вкус был совершенно одинаковый, и он не сошел у меня из воспоминаний даже после сотни лет. Догадки подтвердились окончательно, когда ее клеймила молния, и проявилась татуировка. Почему-то мне уже тогда захотелось ее затащить куда подальше, лишь бы она не присутствовала на месте событий и осталась жива. Стражи, может, долгожители, но тоже не бессмертные. Интерес к ней как к девушке усиливался каждый раз, стоило мне ее лишь увидеть. Проблема была в том, что она меня ненавидела всеми фибрами души, но тут я ее прекрасно понимал. Обратил ничего не знающую девочку, потом держал взаперти… А сейчас я смотрел на Оксану и понимал, что не могу допустить ее смерти. Невеселые мысли все больше навевали мрачное ощущение того, что я влюбился. Причем не просто так… Может, Лора об этом знает что-то?.. Я настроился на телепатическую связь и спросил: «Лора, а вампир может полюбить?» — Вампирша изумленно расширила глаза и обернулась ко мне. Я поймал во взгляде ее некоторую растерянность и легкую даже горечь. Интересно, она тоже влюблялась что ли? По ней и не скажешь…

«Зачем тебе это?» — Ответ оказался немного резковатый. Я пожал плечами и усмехнулся.

«Просто интересно…» — В странном взгляде Лоры я уловил некоторые сомнения, а потом она махнула рукой. Лоренсия, как оказалось, была чистокровной, так что ей знать больше было по статусу положено. Хотя откуда она сама взялась — я так и не понял.

«Ладно, слушай… Мы — не люди, и гаремы себе не возводим. Можем, конечно, поматросить и бросить, но это не любовь. Мелкое увлечение. Те, кто помнит, что у вампира одна настоящая любовь на всю жизнь, которую никто не заменит, отправляются на долгие поиски… Но сейчас эта забытая правда не столь популярна как тогда, когда я жила. Связь проявляется внезапно и начинается с легкого интереса. Затем происходит какое-то событие, и девушка, именно девушка, твоя избранница, ненавидит тебя так, что буквально готова его убить. Ненависть и злоба в ней угасает либо со временем, либо тоже благодаря какому-то событию… достаточно емко объяснила?» — усмехнулась она. Я механически кивнул, придав лицу скучающее выражение, но сердце в нехорошем предчувствии екнуло. Вот это номер… Связь со Стражницей, которая тебя в клочья разорвет, будь у нее возможность? Нет, спасибо…

«Да… А еще вопрос: Стражи… Они способны любить?» — Теперь лора опешила окончательно. — «Мне просто интересно», — усмехнулся я. — «А больше рассказать просто некому. Ты эти Абсолютные Силы знаешь лучше всех…»

«Вот именно, они — Абсолютные Силы, так что у Стражей понятие личной жизни отсутствует как таковое. Думаешь, им все позволено, раз они сила извне?» — Я мотнул головой, окончательно убедившись в том, что с возможной избранницей мне катастрофически не повезло. Как и ей со мной. — «С чего такой интерес внезапно?» — спросила Лора. Я понял, что ее не провести даже если очень сильно захотеть.

«Просто, кажется, я нашел свою вторую половинку», — угрюмо отозвался я. — «И она меня жутко ненавидит», — Тут уже Лоренсия не удержалась от веселого хохота. Видимо, она считала, что это самая веселая стадия выстраивания отношений с любимой. Аманда вздрогнула и посмотрела на нас с недоумением. Телепатический канал она, несомненно, уловила, но прослушивать его не имела возможности.

— Между прочим, это не так уж и весело, — разозлился я, сжав руку и почувствовав легкое тепло. Я вздрогнул и опустил взгляд. Моя рука осторожно сжала плечо бесчувственной Стражницы. Меня будто ударило током, но я сумел с собой совладать.

— Я знаю-знаю, извини… — все еще хихикая, отозвалась Лора. — Просто я вспомнила себя… Тогда это было действительно невесело, но, смотря на это сквозь пелену времени… — Она качнула головой, отгоняя непрошенные воспоминания, и отвернулась в сторону. Я тактично промолчал, понимая, что если продолжу расспрос, то это может вылиться и в последствия. Возникший интерес, усиливающийся с каждым мгновением, стоит ее увидеть, с ее стороны ненависть… Я чуть не взвыл. Какого дьявола Стражница?! Чем дальше был путь, тем мрачнее меня посещали мысли… хорошо, что он закончился через минут 10, а то я бы сам уже выскочил посреди дороги, лишь бы не видеть их… обеих… может, это какая-то ошибка?

Аманда затормозила около моего дома. Ведьмочка быстро вышла из машины, разминая затекшие ноги. Я передал Оксану Лоре и буркнул:

— Машину сам загоню в гараж, — Вампирша только понимающе ухмыльнулась. Дверь дома неожиданно открылась, и на пороге возник Серж. Вид у нее был мрачнее тучи. Позади него я заметил и Алекса. — А где Кирилл? — спросил я, оглядывая их. Зародилось нехорошее предчувствие.

— Убит, — коротко сказал Серж.

— Охотники? — спросил я, представляя, на что способна эта категория людей.

— Хуже, — Я недоуменно посмотрел на Алекса, который мрачным не выглядел. — Это были две Стражницы… — Я только сочувственно вздохнул. Эйвери с Лизой уже представляли собой интерес тем, что характеры — две противоположности, дополняющий друг друга. Они всегда работали в большинстве случаев вместе. А если еще наложить холодный образ Стражницы Энергии на Эйвери, руководствующейся разумом и яростный гневный нрав Стражницы Оружия на Лизу… гремучая смесь получалась.

— Надо было убивать по одной. Вместе они едва ли не непобедимые воины, — пожурил я друзей и отправился загонять машину в гараж. Даже железный конь не спас от их укоризненных взглядов в спину.

— Он прав, — согласилась со мной Лора. — Не стоит забывать такие детали, а то недолго самим коньки отбросить, — прищурилась она. — Где остальные?

— Там, — неопределенно махнул рукой Алекс в сторону второй дачной полосы. — Но пока, я подозреваю, тебе есть чем заняться, и навестишь ты их чуть позже, — понимающе посмотрев на Стражницу в руках Лоры, спросил он. Вампирша ухмыльнулась и кивнула. Я уже вернулся и теперь наблюдал за тем, как застывает вопрос на лицах друзей. — Двойник Стража?! — опешил Алекс. — Как так получилось вообще?! — изумился он, высказав общий вопрос. Лора поморщилась.

— Долгая история… Я ее в другой раз расскажу как-нибудь. Тем более что Оксана скоро должна прийти в себя. Аманда, приготовь пока все для поиска. Чем раньше мы это сделаем, тем лучше, — сказала я, отправляя ведьму в гостиную, чтобы она все подготовила для поиска необходимого мне предмета. Артефакты не откликаются на зов кристалла, поэтому повозиться с их поиском придется дольше, нежели с обычным предметом, не наделенным силой. Я спустилась в винный когда - то погреб и осмотрелась по сторонам. Это место было куда уютней городских подвалов, где я имела несчастье перекантоваться несколько часов. Зная Стражей, я наложила на свою кровь через ее контроль полную невидимость для их сил. Даже Стражи не всесильные создания… Я опустила Оксану на стул и принялась ее быстро привязывать обнаружившимися не так далеко веревками. Как повезло, что в ней не осталось сил, так бы провозиться пришлось намного дольше, ослабляя ее. Пока я продумывала, каким пыткам подвергнуть измученное тело Стражницы, отыгрываясь на ней за все грехи ее друзей, она полностью пришла в себя, открыв глаза. Я только злорадно усмехнулась. Весьма вовремя — пока Аманда все готовит, я продолжу начатое дело несколько недель назад, когда только захватывала контроль над ее телом.

— С пробуждением, Лирания, — с усмешкой сказала я, затягивая последний узел на правой руке так, что веревки буквально впились в полупрозрачную кожу. Ничего не успевшая понять Стражница лишь чуть сморщилась. Я закрыла дверь в винный погреб и села рядом с ней на табуретку, давая ей время, чтобы прийти в себя.

Оксана

Едва только веревки впились в кожу, я поняла, что влипла снова. Последний раз контроль над телом мне удалось взять не так давно, да и только на 5 минут… хотя судя по тому, что у меня сильно звенит в голове и болит запястье левой руки, я предпринимала попытки прийти в себя и раньше. Мышцы в теле болели. Силу будто бы всю выпили, ибо магические Вены пустовали. Сейчас как от Стража от меня толку никакого — не смогу даже вызвать иллюзию прошлого этого здания. Не то, что поднять кого-то из мертвых, хотя умерших под фундаментом этого дома давно и не очень хватало. Окончательно меня убедила, что я не под контролем Лоры, боль в правой руке. Я поморщилась, а потом услышала и ее надменный голос, так похожий на мой:

— С пробуждением, Лирания, — У меня от нехорошего предчувствия екнуло сердце. Нет, что-то определенно было тут не так… Может, это был оригинальный способ со мной пообщаться? Как тогда, в случае с зеркалом. Оригинальный способ был… Сознание прояснилось настолько, что я смогла открыть глаза. В помещении было темно, так что пришлось напрячь зрение, чтобы хоть что-то рассмотреть. Рядом скрипнула табуретка по полу, и включился свет. Я прикрыла глаза и отвернулась в сторону, чтобы не ослепнуть. Надо же… А я уже успела привыкнуть к прелестям вампирского зрения… стоп… вампиры… мое сердце… почему оно тогда бьется, как нормальное человеческое? И темнота снова стала помехой? Теперь нехорошее предчувствие только усилилось еще больше. Я открыла глаза и посмотрела на того, кто склонился надо мной. В оцепенении я находилась ровно минуту, осознавая всю «прелесть» проведенного подругами ритуала Разделения…

— Двойники?! Они совсем с ума сошли?! — раздосадовано возмутилась я поступку Эйвери и Лизы. Зачем было так рисковать, если они могли убить ее?! Страж Памяти найдется и новый, а угроза того, что цивилизация вампиров вернется и станет господствующей по-прежнему оставалась. И теперь у Лоры были все шансы взять реванш.

— Вижу, ты не удивлена? — вскинула бровь Лора. Смотреть на свою копию было странно. Очень странно. Как будто смотришься в зеркало, но видишь там все свои злые помыслы, что в тебе накопились за всю жизнь. Я мотнула головой. — Откуда знаешь про ритуал Разделения? — прищурилась она.

— Я живу подольше тебя, — огрызнулась я, жалея, что не могу воспользоваться своими знаниями ведьмы и просто с помощью скелета-убийцы покрошить Лору в салат оливье. Да, у Стражей не приветствовалась применять свои силы на такие мелочи, но, будь у меня они, я бы это сделала и не пожалела бы даже о последствиях.

— У тебя еще остаются силы острить? — зловеще сказала злая копия по имени Лора, обернувшись ко мне в пол-оборота. Я откинулась на спинку стула и тут же пожалела об этом — резкая боль пересекла зону декольте от плеча до плеча. Почти сразу я почувствовала, как ткань пропитывается чем-то влажным. В глазах на мгновенье помутнело, но я не сказала ничего. Закусила губу и сдержала боль в себе. Пытки и медленная смерть? Что ж, я не против. Артефакта, что задерживал свободные силы у нее с собой не было… и почти сразу моя уверенность рухнула, едва взгляд опустился в угол винного погреба. Там была та самая Сфера. Хищный голубоватый свет был даже заметен при свете лампы, горевшей где-то над головой.

— Ты уже нарушила цикл, и собираешься его устранять и дальше? — прошипела я, дернувшись. Почти сразу веревки впились в кожу, оставляя еще больше синяков на мне, чем до сего момента.

— Да. Пока не уничтожу весь, — сузила глаза Лора, поигрывая костяным кинжалом. Я мысленно содрогнулась, причем неизвестно от чего больше: то ли от того, что цикл Звезды собираются уничтожить, то ли от предстоящего предчувствия пыток. Обычные ножи еще ладно, но ЭТОТ… — А силы ваши… Я найду, как ими правильно распорядиться, — хмыкнула Вампирша. Будь моя воля, я бы схватилась за голову.

— Безумная!! Ты… ты хоть соображаешь, какая анархия в мире будет?! — Мои слова встретил холодный взгляд. М-да. И этой бездушной машине я пытаюсь что-то вбить в голову? Донести какое-то осознание того, что она творит?.. Безнадежно… Я отвернулась вовремя — иначе вместо щеки кинжал бы пересек губы. Меня снова пронзила жгучая боль в месте пореза. Снова в глазах все поплыло, но сознания я не потеряла.

— Чихала я на анархию… Стоит мне активировать манускрипт, как она только усилится, — Я вздрогнула. — Пока он не у меня… — Я облегченно выдохнула. 4 части, которые мы спрятали в разные закоулки мира, уже давал нам отсрочку и возможность убить Лору. — Так что есть ли смысл в ваших жизнях? — хмыкнула она. — А ты будешь первая, кого я убью… быстрой смерти, в отличие от Юджина, ты не заслуживаешь, — сказала Лоренсия. Юджин… Это имя отозвалось в памяти болью, хотя его смерти я и не видела. На моих руках умирал в это время Люциус.

— Нет в тебе человечности… — полушепотом сказала я, едва не взвыв от боли в руке. Подозрительный хруст, солоноватый вкус крови на губах — прикусила от дикой боли — и косой взгляд на ладонь подтвердили худшие опасения: один палец был сломан.

— Кто бы говорил о человечности! — яростно сверкая глазами, сказала Лора. — Вы своим циклом Звезды убили всех, кто был дорог мне!!! О чем вы думали, когда Виттор умирал?! Уж явно не обо мне, которая была с ним связана!! Жестоко, создавая цивилизацию, было сделать так, что вампир не может выбрать себе пару сам, а не страдать долгие годы от боли утраты, которую ничем не заменишь!! — Слушая эту пламенную тираду ненависти и горечи, я чувствовала свою вину. Такая уж у нас работа… Не всегда приятная, но какая есть… Лора истолковала мое молчание верно, хотя и по-своему жестоко. — Вот именно: вы не стали разбираться, кто прав, а кто виноват. Уничтожали всех подряд… Я сделаю так же, — холодно сказала она. — На месте цикла Звезды возникнет нечто другое. Осирис умный, раз смог создать над жизнью контроль при помощи сил, которые могут появляться здесь, — пояснила Лоренсия. В ее голосе я улавливала только нотки циничного расчета. Может, была в чем-то и наша вина, но не настолько же глобальная…

— Лора! — раздался спокойный голос откуда-то выше. Только сейчас у меня появилась возможность рассмотреть то помещение, где меня пленили. Это оказался винный погреб, где половина добрых запасов уже успела исчезнуть, а о ее восстановлении никто пока не спешил позаботиться. — Все готово… Стражница от тебя никуда не денется, — сказал знакомый голос Алекса. Я подняла голову наверх, надеясь, что пока моя мучительница будет отсутствовать, я придумаю какой-нибудь банальный способ освободиться и сбежать. Едва я пошевелила пальцами правой руки, как та откликнулась болью, заставив меня снова закусить губу в уже прокушенном месте.

— Думаю, мы поговорим потом… — сказала мне Лора и воткнула кинжал в кисть многострадальной правой руки так, что лезвие ушло наполовину в бок спинки стула. Тут моя выдержка рухнула. Я не удержалась от жалостливого всхлипа от боли. На лице Лоренсии я поймала удовлетворенность и ни капли сочувствия. Едва за ней захлопнулась дверь, я попыталась освободить руку от кинжала. Только вот не учла тот факт, что оружие было не абы какое, а то, которое убивает Стражей. Кинжал обжигал кожу изнутри, доставляя только дополнительные муки при каждом движении. В конце концов, я сдалась. Мне в этот раз было не выпутаться из передряги. Я не вслушивалась в то, что твориться за дверью. Только тихий скользящий шаг заставил меня вспомнить, что я в доме, полном вампиров, причем сама я не имела ни малейшего понятия, в какой местности нахожусь. Я была почти на грани потери сознания, когда мучительная боль в руке наконец-таки прекратилась.

— Жестоко она тебя, — посочувствовал знакомый голос. Я воздержалась от ответа, подождав, пока разум проясниться хоть немного. Сдув волосы, я вздрогнула. Передо мной на табуретке сидел Артем, как-то странно смотрящий на мою персону. С легким сочувствием. Сейчас они с Лорой как будто поменялись местами: раньше понимание больше было свойственно ей, даже когда холодный разум полностью закрыл ее сердце и поглотил эмоции, она была способна испытывать хоть что-то похожее на сострадание, сохраняя память о своей расе, а Артем ухитрился за несколько лет закрыться в панцире бесчувственности и цинизма так, что, казалось, его уже оттуда ничто не вытащит.

— Ты тоже… поиздеваться решил? — хриплым голосом спросила я. Солоноватый вкус крови так и не ушел изо рта. Видимо, я все-таки сильно прикусила губу… если еще вдобавок к этому не рассечена и щека насквозь. От этой мысли я вздрогнула и поспешно провела языком с внутренней стороны пореза на лице, что не так давно оставила мне Лора. Нет. Все не настолько печально. Артем вздрогнул. Поверить не могу, что этот тип способен испытывать хоть что-то.

— Хм… ну почему сразу издеваться? — спросил он, снова накинув на лицо маску полного отстранения. — Я сейчас, между прочим, облегчил твои мучения… — Кинжалом он слегка замахнулся. Его намерения твердо выражали желание добавить к моим ранам еще парочку новых — острие кинжала было нацелено прямо на бедро. Я прикрыла глаза и отвернулась, приготовившись к боли… Которой так и не последовало. Я решилась приоткрыть глаза и опустить взгляд вниз. Кинжал был воткнут около моего бедра в сиденье стула. Сердце на секунду провалилось пропасть от облегчения.

— Что вообще тебе не свойственно, — буркнула я, нахмурившись. Артем коснулся пальцем моей кровоточащей губы и задумчиво спросил:

— Думаешь, я настолько бездушный? — Он стер кровь у меня с губы. Я кинула взгляд на его палец, и человеческое сознание снова дрогнуло: кровь была в обилии еще и на тыльной стороне руки Артема. Я отвернулась, пытаясь остановить кровотечение, которое сама же и вызвала. Тщетно. Не знаю, как расценил вампир мое молчание, но следующая его фраза привела меня в полное недоумение. — Не лижи ранки. Так кровь еще больше только течь будет, — Вид при этом у Артема был такой, словно он разговаривает с дитем неразумным. Я его наградила яростным взглядом, но промолчала, пытаясь отгадать его мысли. Вампир бы давным-давно мог меня подвергнуть пыткам, но не сделал этого… Он просто дает советы. Ага, как будто это мне поможет.

— Уходи, — огрызнулась я. — Ты мне уже доставил и так немало проблем…

— Возможно… — не стал спорить парень, сложив руки на груди. — Между прочим… могла бы сказать спасибо за то, что не предпринимаю пыток и попыток окончательно смешать тебя с грязью, — Мне показалось, или в его голосе послышалась легкая досада? — Если бы знал все раньше… впрочем, не столь это важно, — угрюмо сказал Артем и замолк. А я окончательно поняла, что все мои идеи, даже самые бредовые, о побеге рухнули окончательно. Бесконтрольная сила Стража Памяти развяжет творящийся на земле хаос еще сильнее, и будет неважно, принадлежит она кому-либо или нет. Ты ей лишь пользуешься, а не управляешь… она подчиняется сама достойному. Боги, помогите нам решить эту проблему… иначе ведь наступит настоящий конец света…

Лиза

Я застыла посреди улицы, едва веря в то, что меня обвели вокруг пальца! Причем чем — живой энергетикой!! Так зла на Лору я еще не была никогда. Конечно, была пара моментов, когда я хотела вампиршу в клочья разорвать, но это стало последней каплей. Красный клубок дыма, пульсирующий жизнью, рассеялся, стоило мне только проткнуть его металлическим удлинившимся ногтем. Вены заполнились жидким металлом. Спустя некоторое время я стала концентрировать внутри силу, готовая запустить тысячи похожих друг на друга тонких металлических нитей, чувствующих, где используется какое оружие, даже если в его роли выступает безобидный с виду карандаш, но найти Лоренсию, чтобы убить ее. Намерения тверды были как никогда, а вместо горящего сердца в работу вступил холодный разум. Цепь нитей охватила уже город и перекинулась на другие населенные пункты, рисуя мне образы. Это было все не то. Может, я бы и поборолась еще за справедливость, но мне сейчас было не до того. Даже сын, убивающий собственную мать статуэткой Нифертити, меня не заинтересовал. Нити проскользнули над дачной полосой, откуда не так давно я приехала. Там датчик опасности у меня зашкалил… только вопреки ожиданиям, нити наткнулись на скрытую зону. Кроме опасности, больше ничего не ощущалась. Я хотела уже первым делом отправиться в ту сторону, как неожиданно одна нить дернулась. Там было все точно так же. Третья, четвертая… Скоро таких нитей набралось уже около сотни — нечитаемая зона и излишний источник опасности. Некоторое время я выбирала, куда рвануться в первую очередь, как неожиданно услышала зов чужой силы. Меня звал кто-то из Стражей. Вскоре он стал настолько сильным, что даже стали дрожать мои нити, но пока еще не лопались.

— Остановись!!! — Панический и властный голос. Знакомый. Но на его зов я откликаться на собиралась.

— Нет. Все закончится сейчас… — Голос у меня был глухой и отрешенный. Я даже сама его испугалась, а потом стала наливать металлические нити разрушительной силой. Оружие… некоторые полагали, что это самый ненужный в цикле Звезды элемент… наивные… они просто не оценили его мощь в полной силе. А я готова была в ней раствориться, лишь бы закончить то, что началось еще около сотни лет назад… Стоило только начинать наполнять тонкое переплетение силой, как что-то дернуло меня вниз. — Не смей мне мешать, — отозвалась я каким-то чужим голосом, но по-прежнему таким же спокойным.

— Я помешаю. Ибо сейчас не время, пусть и локального, но конца света. Infernus invocántibus te! — Латынь, несмотря на то, что взывавший ко мне, был наполнен чувством страха, сработала. Мир под ногами содрогнулся. Сила столкнулась с другой силой, которые были равны. Между мной и другим Стражем возникла яркая молния, соединяющая сердце одного с сердцем другого. Я вздрогнула. Связь была совсем другого типа, нежели когда я замыкала Звезду: ко мне шла линия от Стража Памяти, а от меня — к Стражу Жизни. Этот, видимо, относился к Энергии — у Стража Памяти аура и связь была бы более темной, дающее начало всем магам, которые занимались чернокнижием. Связь наливалась все большей силой. Вверх взметнулся яростный столб из серебра и металла. Мои нити оказались разорваны, а их сила ушла в торнадо. Я пошатнулась и упала без сил. Разрушительная энергия и чужое сознание постепенно, но неохотно, давали место человеческому. Вторая сторона Стража ушла в тень. Кто-то коснулся моего плеча.

— Ааааа, не трогай меня!!! — взвилась я, нанеся удар наугад в воздух. И не прогадала — послышался глухой стук, и потом стон. Кто-то обрушился рядом со мной. Сознание и зрение пришли не столь быстро. Меня колотило, будто бы я заболела лихорадкой.

— Зачем… настолько жесткие методы? — простонала рядом Эйвери. Я аж подскочила от неожиданности, почти сразу испытав чувство вины перед подругой.

— П-прости-ти, — заикаясь, сказала я и заозиралась по сторонам. Мы с ней оказались на дне огромного по радиусу котлована. Хорошо, что еще был невысокий — всего по пояс в глубину. Над головой нависал асфальт, напоминающий зубы дикого зверя, забывшего посетить дантиста. Комья земли лежали и на верху, и внутри котлована. Рыжая глина показала сейчас себя во всей красе.

— Ты как? — спросила подруга, поднимаясь на ноги и отряхаясь от грязи. — Помнишь что-нибудь?.. — напряженно спросила Эйвери. Я потерла лоб и последовала ее примеру — поднялась на ноги.

— Ну… Я решила найти Лору и активировала Абсолютный Поток… раскинула поисковую сеть в буквальном смысле слова, а затем попыталась найти Лору, чтобы ее уничтожить… нечитаемых зон с магическими всплесками оказалось около сотни по всей земле… я хотела перестроиться на вампиров, и тут уто-то помешал… Потом поток ввысь и… ба-бах… — На последнем слове моя интонация упала. Последствия этого ба-баха я лицезрела в полной мере сейчас: котлован, полностью снесенные дома, от которых пепла не осталось, поваленные деревья, выжженная в некоторых местах местность вместе с землей… Я пришла уже в нормальное состояние, но теперь осознание того ужаса, что я могла натворить, привело меня саму в ужас. Эйвери смотрела на меня с мрачной суровостью, давая возможность понять все свои грехи.

— Это… я?.. — Осипший голос выдал меня лучше вида. Подруга кивнула. — Сила Инферно?.. — Снова кивок. Инферно… так называлась сила Стража, способная создать или разрушить. То, что мы использовали по мелочи, относилось к Инферно постольку-поскольку, ибо это подчиняется нашей воле, когда как сила эта способна растворить нас, сделать своими рабами и повести за собой… — Я лишь… я думала… — На глазах выступили слезы. Я играла с огнем. Нити, раскинутые над всем земным шаром, пропитанные таким количеством силы, могли внести воины и хаос между людьми. Повезет, если это будет всего лишь использование оружия в быту или где-то в боевых секциях… а то будет слишком много жертв. Все лишь потому, что я поддалась случайному порыву! Я всхлипнула от этих нехороших мыслей. И опять снова вспомнила, почему другие Стражи и сам Осирис всегда смотрели на меня с опасением: нет ничего хуже, когда эмоции заставляют применить Абсолютный Поток. — Я думала найти ее, — прошептала я, дрожащими руками закрывая глаза. Осознание нахлынуло настолько ярко, что я едва сдерживалась, чтобы не разрыдаться. Может, причина была не только в этом? Я и в самом деле боялась. Но не последствий применения своей силы Инферно… я боялась за пропавшую подругу. Лоренсия теперь ее убьет, нарушив цикл Звезды еще больше — я не сомневалась, что артефакт Сфера у нее в руках так и остался. Эйвери вздохнула, стиснув зубы и обняв меня совсем как родная сестра.

— Есть у меня одна идея… Лиза, мы успеем, слышишь? Я понимаю твои мотивы действий… но нам надо возвращаться. Миранда поможет, — я кивнула. Слова Эйвери внушили в меня некоторую уверенность. Если она что-то обещала, то исполняла. — Так что чем скорее мы выберемся отсюда, тем быстрее призовем помощь и найдем Оксану, — Я кивнула, понимая разумность слов подруги. Из котлована мы выбрались быстро, но стоило нам это сделать, как у Эйвери зазвонил телефон. Она нахмурилась, не особо желая отвечать.

— Айва-ва… Во-возьми т-теле-е-фон, — заикаясь, сказала я, пытаясь совладать со своими бьющими через край эмоциями. — Вд-друг что-то-то ва-а-жное… Ик… — Я всхлипнула, яростно вытирая слезы рукавом кофты. Вздохнув, Эйвери достала телефон, и ее суровость тут же сменилась затравленностью. Звонок надрывался голосом Кипелова «… я забыл, что значит страх!». Определитель написал имя «Наталья». Я недоуменно пожала плечами, почти успокоившись… до тех пор, пока Эйвери не решила ответить.

— Здравствуйте…

— И тебе здравствовать, Эйвери. — Я узнала голос мамы Оксаны, и сердце у меня будто провалилось куда-то в пропасть. Что мы ей скажем?! Она, может, и охотник в прошлом, но слишком мало знает для всей сложившейся ситуации. — Оксана от вас ушла? Время позднее, а она так и не появилась дома. Сказала, что с вами будет… — У меня пересохло в горле, а руки стиснули ни кофты. Я пыталась унять пробирающую меня дрожь, но безуспешно.

— Я… — Я посмотрела на Эйвери. Она так же растеряно на меня. После таких недолгих немых переговоров, мы пришли к одному мнению: она имеет право знать. Только объясняться придется долго, а времени мало. Хотела бы я знать, как Эйвери в короткие сроки узнает, где Оксана, если она оказалась в одной из скрытой от магии зон? А таких в мире около сотни! — Думаю, вам лучше прийти… Это нетелефонный разговор. То, во что мы все трое впутались, уходит корнями далеко в прошлое. И… Оксана может пострадать, — полушепотом закончила Эйвери, хотя она и выглядела вполне спокойно, как будто ничего не случилось. — Все вопросы — потом… — Эйвери назвала адрес и отключилась. От Натальи я не услышала ни одного слова возмущения или недоумения. С другой стороны, когда охотникам мы тогда сказали, что план провалился, а на нашей совести много мертвых их товарищей, они восприняли эту новость спокойно.

— Она нас в клочья разорвет, — тихо сказала я, закусив губу. Эйвери мотнула головой.

— Нет. Максимум, обвинит в том, что мы за ней не уследили. Если она свяжется с охотниками, то они быстро ее не найдут и велика вероятность того, что они опоздают. Я придумала более быстрый выход… Лишь бы только он додумался оставить артефакт силы там… — Она сказала это, полагаясь как и всегда на логику и разум. Я с завистью посмотрела на подругу. Мне бы ее умение так себя контролировать!.. Дорогу домой мы проделали в полном молчании. Только вот думали мы об одном и том же примерно. Меня еще терзала совесть за возможные трагедии, что я могла натворить своей силой. Как еще оказалось, ушли мы далеко от дома, почти на границу города. По крайней мере, никто не пострадал. Я вздрогнула от собственного лицемерия. Не пострадал… завтра жди сплетен по телевидению, кто кого и за что убил и какой им за это грозит срок. Быстрой ходьбой через полчаса мы уже заходили в подъезд. Мама Оксаны была уже здесь. Ее голос я услышала сразу, как и бабушки. Эйвери напряглась. Энергетические потоки подсказали ей, что в комнате есть кто-то еще помимо Натальи, бабушки и папы. Я прислушалась к своим ощущениям и поняла: оборотень. Они-то тут откуда?! Неужели троица прознала о нашем провале и явилась откручивать головы? Я быстро скинула обувь и открыла дверь в гостиную. Нет, мои опасения оказались ложны. В комнате находился Максим. Все, как один, посмотрели на меня. Я опустила голову и мотнула головой.

— Мы… снова недооценили противника… — Эйвери чуть толкнула меня вперед. Я пересекла гостиную и села на подлокотник изумрудного кресла рядом с бабушкой. Эйвери осталась стоять у стены. Мы с ней переглянулись.

— Ну-с, раз все в сборе, думаю, можно начать, — подвел черту папа. Я снова посмотрела на Эйвери. Та кивнула и махнула рукой, мол, что скрываться-то? — Разговор будет долгий, потому что все, к чему мы пришли сейчас, тянется еще из далекого прошлого. Девочки, вы сами? — обернулся он к Эйвери.

— Наверное… Начать придется очень издалека, чтобы картина была ясна, как белый день, — подруга виновато посмотрела на Наталью. Она кивнула.

— Чтобы понять ситуацию, иногда в своей прошлой… работе приходилось перерывать много сведений, уходящих корнями не в одну сотню лет. Я готова вас выслушать, — Интуиция была сдержана, но голос был напряжен.

— Хорошо, — Эйвери глубоко вздохнула и начала. — Жизнь открывает, так называемый, цикл Звезды, — Папа решил сопроводить это все красками и протянул дневник охотника Наталье. Она бегло пробежалась по рисунку и по написанным комментариям, слушая параллельно и Эйвери. Макс тоже подсел к маме Оксаны, чтобы лучше уловить суть. Картинка подруге только помогла. — Пять Стражей могли как создать жизнь, так ее и уничтожить. Люди не первая цивилизация на этой земле. Седьмая. Первой бушевали огненные стихии. Их олицетворяли, как бы сейчас сказали, мифические существа вроде драконов, фениксов, жар-птиц… На смену огню пришли вода и воздух. Некоторым охотникам наверняка попадались выходцы из их цивилизации в олицетворении водяных, русалок, грифонов и других. Третьими были существа земли, освоившие все ее высоты и закоулки: гномы — подземелья, эльфы — леса, орки — горы, тролли — равнины, феи — холмы… Стихии оказались освоены. Стражи оказались в ступоре, чью цивилизацию создавать далее? Впрочем, вопрос разрешился сразу. Так появились ведьмы. Четвертая цивилизация. С их пережитками охотники сталкиваются и по сей день, но много знаний оказалось утрачено, так что полное представление об их силе охотники полностью не имеют. Как и сами ведьмы. После падения их цивилизации пришли на Землю оборотни… — Макс на этих словах аж поперхнулся.

— Чего?! Так это?.. — Я мотнула головой и пояснила:

— Да, когда-то вы были правящей цивилизацией со своей культурой, со своими традициями. Некоторые были чистых кровей, некоторые — нет. Единственная деталь, которую упустила Эйвери — люди существовали во все времена. Так возникали все нечистокровные оборотни, а у ведьм были… кхм… подопытные… Все было хорошо, пока правящая верхушка не захотела власти над смертью. Умники нашли один артефакт, который используется и сейчас, который способен пленить силу любого Стража. Собственно, из-за этого оборотни и перестали существовать. Но их раса каким-то чудом выжила. Упущение Стражей, — говорить о себе в третьем лице было намного проще… на меня нахлынули воспоминания, и стало даже немного жутко от того, сколько крови на наших руках. Мы с Эйвери и Люциусом были выходцами из одной цивилизации. Это мы уничтожили свою, ведьм, оборотней и… вампиров. — А вот дальше история уже берет начало. На смену оборотням пришли вампиры, — продолжила я. — Своеобразная цивилизация со своеобразными обычаями и традициями. Они даже оказались гуманнее оборотней — для них источником пищи была река…

— Странно, мне казалось, что они кровь пьют… — озадаченно сказал Максим, слушая рассказ внимательно и давая комментарии лишь по существу. Я вздохнула.

— Макс, кто сказал, что они питались водой? Это были реки крови в буквальном смысле слова. А столица их была на острове с не менее знаменитым названием — Атлантида, — пояснила я. — Лоренсия входила в правящую верхушку. Ничем еще она тогда… не была испорчена. И когда эта правящая верхушка захотела власти, мы пустили Атлантиду на дно, а вампиров всех подвергли уничтожению. И вот их место заняли люди. Лора дала о себе знать только в 1908 году, когда неожиданно у нас стали пропадать артефакты. Сфера, задерживающая свободную силу, кинжал, которым можно убить Стража, древний манускрипт… Ее замыслы стали понятны только тогда, когда она у Лю… у Стража Природы стащила артефакт силы — Плетение. Тоже манускрипт. При наложении с древним он мог вернуть цивилизацию с правящим положением. Иными словами все, кого мы из вампиров уничтожили тогда, явятся сюда. А при неправильном использовании — он возвращал вообще все, что когда-то существовало на земле… Не особо приятная перспектива, правда? — невесело сказала я. Все содрогнулись от последних слов.

— Да уж… И судя потому, что ты произносила «мы» постоянно, то ты относишься к Стражам? — уточнила Наталья, сцепив руки в замок и положив на них подбородок.

— И не только она. Я и Оксана тоже, — добавила Эйвери. — Нам удалось убить тогда Лоренсию, но похищенная сила Стража Жизни и Пески Времени дали ей возможность реинкарнироваться. Нам, как высшим силам, нельзя долго находиться на Земле. Только в случае перерождения. И мы рискнули пойти на этот шаг. Но Лора спутала нам все карты — она реинкарнировалась не абы как, а в теле вместе с Оксаной! — в сердцах сказала Эйвери.

— До обращения Оксаны Лора не подавала признаков жизни. Так как она была чистокровным вампиром, это дало ей возможность постепенно захватывать власть над телом. Так что я не удивляюсь, что Оксана помнила свою жизнь дальше через раз, — печально вздохнула я. — К нам вернулись все силы и воспоминания не так давно… И сами мы узнали о том, что Лора в одном теле с Оксаной вчера…

— И где она теперь? — напряженно спросила Наталья.

— Девочки доверились мне, и мы провели ритуал Разделения, — вступила в разговор бабушка. — Наталья, не пугайся… Я не растеряла знания настоящих ведьм. Я с их цивилизации, — сказала она. В глазах многих тут же проступил страх и недоверие. — Ритуал не криминальный. Двойники раньше возникали именно из-за такого ритуала. Две души занимали одно тело, а итогом было…

— Двойники?! — перебила бабушку изумленная Наталья. — Это получается…

— Да, — подтвердила ее худшие опасения Эйвери. — Мы имеем саму Оксану и ее злую сестру-близнеца… Попытка убить Лору после ритуала провалилась. Она научилась использовать силу Стража для себя, играя на случайностях. Оксана сейчас у нее в руках.

— И что это значит?.. — Наталья обхватила себя руками, пытаясь справиться с рвущимся наружу беспокойством и осознанием всего того ужаса, что выпал на долю ее дочери.

— Ну… попытки добраться до древнего манускрипта не приведут ни к чему. Мы об этом позаботились еще в 1908 году, — сказала я и содрогнулась. Ох, как-то эту деталь я упустила из виду. Лора же просто мастер по части пыток! Я посмотрела на Эйвери. У той побелели скулы и губы. Значит, не у меня одной возникли такие мысли… — Но… подобраться к одной его части через Оксану она может… Добывать информацию она умеет не только хитрыми методами, — сказала я осипшим голосом. — Мы не знаем где она… внутренний канал нашей связи молчит…

— Надо обратиться к Природе… у нее нет скрытых магических зон. Против ее Инферно бессильна даже магия… — сказала Эйвери. В ее глазах играли чертята на фоне жидкого серебра.

— Плохая идея… Если мы его позовем, то игра будет идти ва-банк! — протестующе сказала я.

— Лиза, у тебя есть идеи получше? Ты попыталась ее уже найти! Твое Инферно оказалось бессильно! Мое тоже не поможет — в скрытых зонах энергетические потоки я уловить просто не в состоянии! Стража Жизни мы не имеем как такового вообще! Оксана — похищена! У нас просто нет вариантов! — взвилась Эйвери и ушла на кухню. Я сникла. В конце концов, тут она была права.

— А если попросить охотников? — спросила Наталья. Я заметила, что на ее лице и шее вспыхивают красные пятна, а пальцы едва ли не до синяков стискивают плечи. А по щеке ее бежит слеза…

— Нет, слишком долго. Оксана не выдержит долгих мучений просто. Эйвери права. Нам нужна помощь. Страж Природы… он новенький, и своими силами еще без помощи Плетения управлять полностью не может. Мы сдернем его сюда из Междумирья… хотя при этом сами все поставим на кон. Либо пан, либо пропал… — Я сжала кулаки и отправилась за Эйвери на кухню.

Следующие несколько дней обещали быть тяжелыми… весьма тяжелыми для нас всех…

Продолжение следует…

Примечания

1

В жестокие времена

Ты не должен был продать душу

Черно-белый

Они действительно следовало бы знать (просто не знаю)

Тебе одной ум дорожки

Кто взял вас за рабочую шлюху

Целовать их свидания

Вы не должны прыгать от радости

Вы не должны кричать от радости

(с «Within Temptation — Демон» Судьба)

2

Помни, старайся сохранять присутствие духа в затруднительных обстоятельствах (лат.)

3

Смешанная кровь, смешанную силу (лат.)

Content

Оксана Свинцова
Карма

Предисловие

Глава l: Знакомство с вампирами

Глава ll: Тело как предмет использования разными личностями

Глава lll: Реальность как миф

Глава lV: +/- кровь

Глава V: Из огня да в полымя

Глава VI: Старые знакомые… враги

Глава VII: Тайны прошлого

Глава VIII: Тайное становится неожиданным

Глава IX: Охота на охотника

Глава Х: Двойники

Примечания