Олег Астафьев

Лиса в космосе

Это была планета средней величины. Таких во Вселенной миллиарды. Но не на каждой есть кислород, не на каждой так ярко и ласково греет Главная Звезда, не каждая покрыта сплошным ковром растительности. Капитан корабля место для посадки выбирал долго и придирчиво: чтобы в лес не попасть, и рядом с заросшими, потому и опасными, кратерами не сесть. Здесь не было разумных форм жизни, это знали все. Опасаться некого. И улетать отсюда не хотелось. Лиса вглядывалась в бездонное голубое небо, на котором не было ни облака, и жадно вдыхала ароматный воздух. Девушка понимала, что может больше никогда в жизни не увидеть ничего подобного. Она потеряла счет дням, запертая в тесной железной комнате, куда ее поместили похитители. Когда это было?.. Казалось, целая вечность прошла с тех пор, как на опытную базу прибыл этот темный корабль. Там, на базе, их было всего четверо. Миссия — совершенно мирная. Командир базы изучал возможности создания на далекой планете постоянного поселения, его помощник устанавливал контакт с местными племенами, специалист по электронике обслуживал их небольшую территорию. А Лиса была врачом. Она еще слишком молода и попасть в такую ответственную и трудную командировку стоило ей немалых усилий. Сокурсники завидовали, родственники украдкой смахивали слезы и гордились. Командир рапортовал на Землю, что Лиса на удивление хорошо справляется со своими задачами. Она оказалась отличным практиком. У специалистов базы проблем со здоровьем не было, приходили за лечением местные. Лиса не отказывала. За неполный год даже описала и провела исследования некоторых доселе неизученных заболеваний и успела выявить опасный для землян вирус. До отправки домой оставалось три месяца.

Темный корабль не отозвался на запрос, лишь дал сигнал терпящего бедствие. Появление космического аппарата стало полной неожиданностью: случайные экипажи в этой части Вселенной — явление редкое, а о грузах с Земли предупреждают заранее. Да и ходят они раз в год. Корабль все же приняли. Бой тоже был неожиданным и коротким. Они убили всех. Лиса даже не успела понять, в чем дело. Она лежала у себя в комнате, читала Достоевского и знать не знала о корабле. Выстрелы и крики испугали ее. Девушка подбежала к двери, распахнула ее и замерла на месте… Прямо на нее был направлен ствол пистолета. Его держал в руках молодой человек, которого Лиса никогда раньше не видела. Незнакомец хотел выстрелить ей в голову. И тут появился их капитан. Он, улыбаясь, отвел угрозу.

— Ты врач? — спросил капитан.

* * *

Лиса сидела рядом с трапом. Короткая остановка на пути в неизвестность… Капитан приказал вывести ее на свежий воздух — это полезно пленнице, полагал он. Лиса сидела, обхватив руками, застегнутыми стальными наручниками, свои колени. Главная звезда этой чужой планетной системы клонилась к закату и щедро посылала последние лучи на землю. Они пылали ярким багрянцем на верхушках причудливых деревьев и горели огнем в рыжих волосах девушки. Она задумчиво смотрела на небо и пыталась запомнить, как выглядит этот дикий свободный мир. Запомнить его цвет, запах… На девушке были черные форменные брюки и мягкая полосатая кофта. Такую одежду выдавали всем командированным на базу. Брюки пришлось слегка подогнуть (наверное, на девушку-врача не рассчитывали), а вот кофта не только пришлась впору, но и сразу стала любимой вещью Лисы. На сочной зеленой траве рядом с трапом и скучающим охранником Лиса, грустно посматривающая на небо, босая, с позолоченными закатом волосами, казалась совершенно беззащитной и очень была похожа на обиженного ребенка. Скоро корабль утонет в черной пустоте космоса и понесется в неизведанные дали. Ее собирались продать. Лиса никогда не думала, что слово «продать» когда-то будет применимо к ней. Она считала сообщения о дерзких единичных вылазках космических разбойников не относящимися к реальности. Она ошибалась. Пираты не нападали на караваны и торговые корабли. В последнее время их сопровождали военные. Зато небезопасно стало на одиноких исследовательских аппаратах и, как выясняется, на отдаленных базах. Капитан объяснил ей, что ее выставят на большом рынке. Прибыль экипаж получит неплохую: девушка молода, здорова, хорошо сложена. Самое главное — она врач. Врачи в особой цене. Их в диких закоулках Вселенной, где законы человечества не имеют никакой силы, не встретишь. А наемным специалистам надо много платить. Рабыня-врач — это то, что станет лотом N1 во время торгов. Капитан даже пошутил, что нападение на базу пираты совершили только из-за нее.

Пираты возвращались с разведки. До этого лишь двое были здесь на других кораблях, это Лиса поняла из их разговоров. Вот удивительно: все члены экипажа — люди. Почти все рождены на Земле. В своих скитаниях по космосу людьми они быть перестали. Говорили только о наживе и о былых битвах. Лиса знала, что на счету каждого из них — не одна жизнь разумного существа. Всего бандитов было двенадцать человек. Среди них и одна женщина. Молодая черная «леди удачи» была настроена к Лисе особенно враждебно… Сегодня она была в числе тех пяти, кто далеко зашел в лесные дебри. В перерывах между дерзкими нападениями пираты не забывали побывать на незнакомых планетах, где искали золото, ценные металлы или новые диковинки для космического рынка. Рассказывали, что на найденные месторождения они завозили своих пленников и заставляли работать. Похоже, в этот раз им не повезло.

— Все чисто? — раздался голос капитана. Он стоял на трапе, приветствуя возвращавшихся поднятой рукой.

Лиса ненавидела каждого из членов экипажа. Она помнила, как ее, заломив руки, вывели из ее комнаты. Она шла по залитому кровью своих товарищей полу. Командира убили, выстрелив в голову. Оружие у пиратов было настолько мощным, что от головы практически ничего не осталось. С одного выстрела. Она видела, как изуродованные трупы тут же подверглись тщательному досмотру. В карманах искали драгоценности и документы. Пираты не гнушались ничем… Она ненавидела их. Единственным, кто внушал ей кроме этой ненависти еще и уважение, был капитан. Это был крепкий пожилой человек, совершенно седой, с пронзительным взглядом и легкой усмешкой на губах. Безусловный лидер, он пользовался авторитетом у всех без исключения членов экипажа. Его боялись, но верили в его опыт и мудрость. Лиса предполагала, что раньше капитан был разведчиком в исследовательских экспедициях. Многие уголки космоса он знал, как свои пять пальцев.

— Искать здесь точно больше нечего, — ответил капитану один из разведчиков.

— Тогда пора убираться отсюда, — объявил капитан. — Мы и так уже опаздываем. Все на корабль, приготовиться к отлету. Возьмите пассажира!

Пираты поспешили выполнить приказание капитана. По железному трапу застучали кованые сапоги и вскоре рядом с Лисой остались лишь двое — ее охранник и чернокожая девушка. Они тихо разговаривали между собой, затем обнялись. Казалось, они не обращают никакого внимания на свою пленницу. Лиса даже подумала, что это шанс к спасению. Хотя можно ли назвать спасением одиночество на неизвестной планете?.. Пираты, словно услышав ее мысли, рассмеялись. Лиса встретилась глазами с чернокожей. Она улыбалась в объятиях своего друга и разглядывала девушку.

— Что, хочешь? — спросила она вдруг с издевкой в голосе.

Лиса вопросительно посмотрела на чернокожую.

— Хочешь этого парня? — повторила та.

— Надин, успокойся, — примирительно обратился к ней охранник.

— Нет, ну ты видел, как она смотрит на тебя? — возмутилась чернокожая.

Охранник взглянул на Лису и пожал плечами:

— Да никак она не смотрит, Надин. Ты все выдумываешь. Поверь, ей сейчас не до меня. Пошли, пора на борт.

Надин, словно кошка, приблизилась к Лисе, продолжая улыбаться.

— А ну, встань! — приказала она. — Быстро! Давай, на корабль!

Лиса поднялась на ноги и медленно двинулась к трапу. Она продолжала смотреть по сторонам, пытаясь оставить в памяти эту девственно чистую планету. Она не знала, куда ее везут, и увидит ли она еще когда-нибудь такое чистое небо.

— Шагай быстрее, — продолжала командовать Надин, — Ты что? Не слышала, что сказал капитан? У нас закон такой: ослушался капитана — ты труп. Как твои дружки. Слышишь?

Чернокожая вдруг схватила Лису за руку и, заглядывая ей в лицо, доверительным тоном произнесла:

— Я знаю, что тебя ожидает. Целой ты не долетишь до Геталия. — И громко рассмеялась, вызывающе глядя в глаза девушке.

Спокойно, с чувством собственного достоинства ответив ей, Лиса поймала себя на мысли, что едва ли не впервые произносит, по земным меркам, одно из грязных ругательств. Надин поняла. Вдруг побагровев, она с размаху ударила девушку по лицу. Чернокожая пиратка оказалась чрезвычайно сильной. От удара Лиса не устояла на ногах и повалилась в колючий кустарник, а Надин проворно подскочила к своей жертве, намереваясь ударить еще и еще раз. И сделала бы это, если бы охранник не вцепился в нее.

— Отпусти! — завопила она. — Я ее убью!

— Надин, перестань! — просил парень.

В этот момент на трапе появился капитан. Ему достаточно было негромко кашлянуть, чтобы воцарилось молчание. Лиса, едва не потерявшая сознание, сплевывала кровь, обильно выступившую из нижней губы и пыталась подняться на ноги. Когда ей это удалось, она неосторожно наступила босой ногой на колючку кустарника и, получив еще одну болезненную рану, со стоном рухнула на колени. Ей вдруг захотелось заплакать, как-то разрядить нервное перенапряжение последних дней, но она крепко сжала зубы и закрыла глаза.

— Что здесь происходит, Маер? — спокойно спросил капитан.

— Надин вспылила, капитан, просто вспылила… — ответил охранник.

— Она пыталась бежать и оскорбила меня. Она назвала меня сукой, — поспешила доложить чернокожая. — А я…

— Замолчи, Надин, — прервал капитан. — Я не с тобой разговариваю. Я хочу, чтобы поняли все. Эта девушка — мой товар. Я намерен хорошо его продать, и вас ожидает неплохой процент от этой сделки. А что мне делать с моими людьми во время полета, я решу сам. Если с ней что-нибудь случится, это будет по моей воле. Всем ясно? Выполнять. Всем на корабль. Я не буду ждать.

Капитан многозначительно посмотрел на членов своего экипажа, повернулся и исчез в корабле. В следующий момент по кораблю прошла дрожь и раздался гул — запускали двигатели. Маер толчком направил Надин к трапу и, схватив Лису за скованные наручниками запястья, повел девушку за собой.

— Иди и не говори больше ничего Надин, — сказал он Лисе. — Она убьет тебя, если захочет. Все-таки, ты всего лишь пленница здесь. Веди себя хорошо. У нас не любят героев.

Через несколько минут Лиса была заперта в железную камеру, где ничто не указывало ни на время, ни на направление движения корабля. Единственным источником освещения была тусклая лампа у потолка, а единственным удобством — старый матрац, брошенный на пол. Девушка, освобожденная от наручников, упала на него и, поджав под себя ноги, впервые тихо заплакала. Страшно болела от удара голова, ныла ранка на правой ступне. Лиса проклинала тот день, когда подала прошение о дальней экспедиции, вспоминала погибших товарищей и пыталась с точностью до оттенка зафиксировать в своем сознании последние краски величественного заката на чужой планете. Видимо от напряжения и тяжелых мыслей усталость вскоре одолела ее, и в железную клетку пришел сон. Безмятежный и крепкий, как когда-то давным-давно, в детстве, в теплой и уютной кровати, после рассказанной бабушкой сказки…

Корабль, между тем, описав над планетой круг, покинул поле ее притяжения и вышел на положенный ему курс. Капитан Рикки Родчерс больше не планировал остановок. По его подсчетам, уже через три недели они должны были быть на Геталие. Маленькая планета с умершей природой теперь использовалась как крупнейший рынок рабов и награбленных товаров. Из своего похода бывший инженер разведывательного корабля вез богатую добычу: новые сверхмощные двигательные установки, оружие, медикаменты и девушку-врача.

* * *

Лиса проснулась от того, что ее толкали в бок. Она, пожалуй, в первый раз за время плена не поняла, где находится. Крепкий сон пошел на пользу. Перед ней стоял Маер, охранявший ее на стоянке.

— Я принес тебе поесть, — сказал он, протягивая пластиковую тарелку с дымящейся кашей. — Надо есть.

Лиса неохотно села и протянула руки за тарелкой. Первые дни она демонстративно не принимала пищу, потом голод взял свое и она уже не решалась на глупости: капитан за отказ от еды приказывал на следующий день вообще ничего не давать.

— Это каша какая-то, — пояснил Маер, заметив оценивающий взгляд пленницы. — Полуфабрикаты. Чтобы не умереть с голоду. Здесь все съедобно и очень полезно. Очень много витаминов. Что, не нравится?

Девушка пожала плечами и опустила в тарелку ложку. В этот момент она поняла, что есть совсем не хочет.

— Опять голодовка? — улыбнулся парень. — Перестань. Это глупо. Капитан все равно заставит есть, ты знаешь. А то, что выглядит не очень… У вас там продукты так продукты были, да? Но мы же на месте не сидим. Все время в полетах. Слушай, не будешь же ты все время молчать, а? Меня зовут Маер, а тебя?

Лиса не спеша перемешивала кашу ложкой и молчала.

— Между прочим, я пытаюсь нормально с тобой говорить, — продолжал пират. — Я же не хочу тебе зла.

— Не хочешь?.. — грустно спросила Лиса. — По-твоему, вы мне тут добро делаете? По-твоему, я всю жизнь мечтала сюда попасть?

— Ну, это случается. Это же, знаешь, космос. Здесь такие законы и ничего не изменишь. Но могло бы быть хуже. Тебя могли бы убить.

— Убить? — Лиса поставила на пол кашу и покосилась на предусмотрительно запертую Маером дверь. — Твоя Надин и сейчас может убить меня. Твой капитан может сделать это в любую минуту. Ты можешь убить меня.

— Перестань…

— Не можешь? — возмутилась девушка. — Да у тебя руки по локоть в крови. Ты — больной! Да и все вы тут больные…

— Постой, а ты ведь врач! — пошутил Маер. — Может, вылечишь?

Лиса вдруг схватила тарелку и запустила ей в лицо пирату. Маер вскрикнул и взмахнул руками: вся горячая каша оказалась на нем.

— Ты что делаешь, дура? — парень замахнулся на Лису, но в следующий миг опустил руку и, вытирая кашу с лица, почти миролюбиво произнес: — Она же горячая. Больно. Да… И не хотел тебя называть дурой.

— Больной… — тихо сказала Лиса.

В этот миг по громкой корабельной связи прозвучало сообщение:

— Всем членам экипажа срочно собраться у капитана. Повторяю: срочный сбор у капитана!

Маер с досадой покачал головой:

— Поговорим в следующий раз. Там что-то срочное. А про кашу я скажу, что сам на себя уронил. Принесу позже другую порцию.

С этими словами он встал и вышел из «клетки». Тяжелая дверь лязгнула засовами. Лиса обхватила колени руками и принялась вслушиваться в звуки внешнего мира. Мерный гул двигателя, никаких признаков суеты и тревоги… Но в душе еще теплилась надежда на то, что корабль обнаружен военным патрулем. Неважно, чей это патруль. Пусть она попадет в руки чужакам, но ей так хотелось покинуть свою клетку и этих убийц! Если это патруль с Земли, она спасена. Может, гибель базы обнаружилась на ее планете? Может, это ищут именно ее? Ах, если бы было так… Но Лиса понимала, что найти один корабль в безграничных просторах космоса, — это практически невозможно, и помощи ждать не от кого…

* * *

В своей железной комнате Лиса действительно теряла счет времени. Она иногда боялась сойти с ума. От однообразия наблюдаемой картины голова шла кругом. Голые железные стены, низкий потолок, грязный санузел, тусклая лампа старый матрац. Она не знала, прошел ли с момента последнего прихода охранника день или всего лишь час. Порой ей казалось, что в этой клетке она находится уже год. Единственным ее спасением были мысли о той планете, где так величественно пылал закат. Ни о чем другом Лиса думать просто не могла: Земля неизбежно пробуждала тоску и желание расплакаться, их служба на базе, даже самые счастливые ее моменты, порождали животный страх перед теми людьми, которые находились сейчас за железной дверью.

…Очевидно, настало время ужина. Дверь открылась, и вошел очередной «тюремщик» — пираты менялись. Ему было около сорока лет, он, видимо, долго не брился. Она видела его там, на базе. Он обшаривал карманы специалиста по электронике и все время шутил. Сейчас пират выглядел не то усталым, не то подавленным. Все же космос делает свое и вводит в депрессию даже таких странников — подумала Лиса. Ей впервые захотелось говорить. Может, она слишком долго молчала и была наедине со своими мыслями, может, короткий разговор с Маером пробудил в ней это желание, а может, стоящий перед глазами закат… Лиса даже приоткрыла рот, подыскивая слова. Но нужных в этот момент не нашла. Она действительно не знала, о чем говорить с пиратом. А он, оставив еду, быстро удалился прочь, закрыв на замки дверь. Девушки осталось лишь думать и спать. И сон пришел — как награда, на удивление крепкий и здоровый…

Маер с пищей появился в следующий раз. Он был задумчив и Лиса, пересилив себя, заговорила первая.

— Куда мы летим?..

— По-моему, капитан тебе все объяснил в первый день, — ответил Маер.

Он поставил пластиковую тарелку перед пленницей и сел рядом. Уходить он не собирался. Лиса краем глаза осмотрела его. В этот миг ей показалось, что она сможет обманом завладеть каким-нибудь оружием и вырваться наружу. Вырваться из камеры. Но вот что дальше?…

— Сколько дней мы уже в космосе? — опять спросила Лиса.

— У нас дальняя дорога. Мы в пути уже почти полтора месяца.

— Господи, за это время мы могли бы пересечь Галактик пять! — обречено выговорила девушка.

— Ну… Не пять, конечно. Но далеко, очень далеко от цивилизаций и законов. От ваших законов.

Он помолчал и взглянул на Лису. Страх. В его глазах был такой страх, что Лиса почувствовала в сердце холод…

— Ты ведь врач, правда? — спросил вдруг Маер быстро и тихо. — Ты врач… Ты должна помогать людям, да?

— Не в твоем случае… — робко сказала Лиса, еще не понимая, в чем дело.

Маер, казалось, не заметил ни тона, ни смысла слов девушки. Он отвернулся в сторону и продолжал говорить, будто бы с самим собой:

— Я не знаю пока, что случилось… Понимаешь… Ты врач, всем нужен врач…

Лиса удивленно посмотрела на пирата. По телу пробежала предательская дрожь. Ей привиделось что-то ужасное, угрожающее всем.

— Что случилось, Маер? Так тебя, по-моему, зовут… — обратилась она к парню.

— Я пока не знаю, — повторил Маер, потом улыбнулся и неожиданно сменил тему. — Надин часто говорит, что она ненавидит тебя.

— Передай ей, что и я ее ненавижу. Что я вас всех ненавижу.

— Ладно, — согласился Маер, поднялся на ноги и исчез за дверью.

Лязгнули замки, Лиса снова осталась одна. Тарелку с едой она отодвинула подальше, есть сейчас не хотелось. Из головы не выходил Маер со своей непонятной речью. На некоторое время она даже позабыла, что ее ожидает в ближайшие недели. Ей захотелось увидеть корабль и рассмотреть его команду…

* * *

Сон был таким крепким, что Лисе казалось, будто она проваливается в бездну. Ей ничего не снилось, а когда она просыпалась, она чувствовала себя увереннее и сильнее. Девушка подумала, что человек может привыкнуть ко всему. Она, как обычно, прохаживалась по своей тесной камере, пытаясь хоть как-то размять мышцы, как вдруг отворилась дверь. Лиса удивилась: еду приносили недавно, а заходили к ней только для этого. В камеру вошли двое мужчин.

— Руки… — скомандовал один из них.

Лиса протянула вперед руки, тотчас на них застегнули наручники. Один из пиратов подхватил ее под локоть и потащил за собой. Лиса не сопротивлялась. Она послушно следовала за ним, едва успевая приноровиться к быстрому шагу.

— Куда вы меня ведете? — лишь спросила она. Пираты не ответили.

Корабль был большим, они шли по длинным, слабо освещенным коридорам. За время этого путешествия Лиса почти не видела помещений для экипажа. Вероятно, потому, что членов экипажа было немного, а все каюты использовались в военных целях (девушка слышала, что корабль буквально набит оружием). Узкая крутая лесенка, капитанский отсек. Возле двери капитанской каюты — трое мужчин и чернокожая Надин. Та недобрым взглядом встретила пленницу, но ничего не сказала. Лису, между тем, втолкнули в каюту капитана и закрыли за ней дверь. Девушка огляделась.

Очевидно, каюта состояла из двух-трех комнат. Она находилась сейчас в уютной гостиной, даже роскошной, если сравнивать ее с условиями на базе и тем более в камере. Мягкий теплый пол, гобеленовые покрытия на стенах, — как в старину. Картины с пейзажами Земли, голографические портреты людей. Молодая женщина и маленькая девочка. Семья?.. Капитан сидел напротив своей пленницы на кожаном огромном диване. В руках он держал стакан, доверху наполненный темной жидкостью, во рту дымилась сигарета. Как бы отвечая на ее немое удивление, капитан проговорил:

— Знаешь, когда по целому году не видишь ничего, кроме железа и крови… Хочется такого уюта.

— Знаю… Уже знаю… — ответила Лиса и опустила голову.

Капитан усмехнулся и затянулся сигаретой. Он пристально смотрел на девушку и молчал. Ей стало не по себе. Лиса почувствовала, что не выдерживает такого взгляда. К тому же ее положение не могло означать вызова на доверительную беседу. Наконец капитан потянулся к деревянному столику и взял в руки микрокарту. Лиса узнала ее. Это было ее личное дело, которое хранилось у командира базы. Капитан не спеша включил карту и некоторое время изучал ее содержимое, хотя было ясно, что делает это он не первый раз.

— Значит, тебя зовут Марина… — сказал он. — Лисовская… Поэтому называли Лисой?

— Может быть, — коротко сквозь зубы ответила девушка.

— Врач… Врачи сегодня в цене. Да еще и с навыками практического биолога. Ты можешь оказывать помощь, правда?

Лиса насторожилась. Она вдруг вспомнила слова Маера и вызов к капитану показался ей весьма подозрительным. Он не на допрос ее позвал и не для того, что бы повеселиться, это девушка поняла.

— Тут пишут, что ты хороший врач… — продолжал капитан. — Очень хороший, хотя еще и очень молода… Доброволец… откуда такие способности к науке? Наследственность?

Лиса исподлобья посмотрела на Родчерса.

— Что вам нужно? Вы же не собираетесь сейчас рассказывать мне все обо мне?

Капитан не замечал нетерпения пленницы, он также основательно продолжал:

— За время командировки на базе «ДК-15» оказала медицинскую помощь участникам экспедиции. Провела обследование местных племен, произвела вакцинацию, работала над изучением новых форм болезней и вирусов. Девочка, ты почти ученый… Я даже смотрел список твоих работ.

— Что вам нужно? — опять спросила Лиса.

— Не торопись… — холодно сказал капитан. — Ты стоишь много денег. Но, клянусь дьяволом, я испорчу тебе шкурку, если не станешь помогать мне.

— Помогать? — удивилась Лиса и, вдруг набравшись храбрости, объявила: — Не стану.

Капитан улыбнулся.

— Да не жаль мне этих денег. Сначала ты пройдешь все круги ада, а потом я тебя выброшу в открытый космос. Хорошо?

Девушка дрожала всем телом, она понимала, что делает глупости, но твердо сказала:

— Я не буду помогать…

Родчерс перестал улыбаться. Он встал, подошел к Лисе и выпустил ей в лицо клуб табачного дыма.

— Если бы ты знала, сколько таких героев я видел в своей жизни… — произнес он. — Мне даже не интересно ломать человека. Все гуманоиды похожи. Ты сейчас не та, что была в день захвата. Ты боялась даже глаза поднимать от страха. А сейчас ты свыклась с мыслью о рабстве, ободрилась и началась игра в принципы. Марина, девочка, мне даже неинтересно как ты будешь кричать и кого звать на помощь, когда затрещат твои суставы. Неинтересно. Здесь дело в другом. Ты даже не спросила, зачем я позвал тебя…

Капитан медленно сделал затяжку и продолжил:

— Ты думаешь, если не поможешь мне сейчас, ты отомстишь за то, что я сделал на вашей базе? Я сделаю это еще и еще на других планетах. Не я, так другие. Ты думаешь мало джентльменов удачи, пославших подальше ваши идиотские законы? Мне наплевать на всех вас. Но есть вещи святые и для меня, девочка. Я не бью раненого, не стреляю в спину. А ты сейчас — стреляешь прямо туда, под лопатку… Ты, врач… Знаешь, я не буду ничего с тобой делать. Мне все равно. Я сделаю свое дело. Но не знаю, как спокойно будешь теперь спать ты. Потому что ты стала жертвой своих дурацких принципов. Я мог бы тебя заставить помочь мне, но я не хочу. Я так устал от вас, цивилизованных. Вы думаете про себя, что вы цивилизованны.

Капитан развернулся и направился к дивану. Трудно себе представить, но именно в этот момент Лисе стало стыдно. Стыдно за то, что она не хочет помочь людям, убившим ее товарищей, людям, которые видели в ней лишь живой товар… Странное, все же, создание человек… Около минуты длилось тягостное молчание. Капитан лишь курил и не обращал на Лису никакого внимания до тех пор, пока она робко не спросила:

— Что я должна сделать?

Родчерс, очевидно, ждал такого поворота событий. Он строго взглянул на Лису и ответил:

— Ты должна посмотреть на одного из моих людей.

* * *

Когда они вышли из каюты капитана, Родчерс распорядился:

— Следите за курсом корабля. И отведите ее в лазарет. Я буду там через пять минут.

— Капитан, — остановила его Лиса, — я буду проводить осмотр в наручниках?

— Ах, да… — улыбнулся Родчерс. — Снимите с нее наручники до моих распоряжений.

С этими словами он удалился, а приказание поспешили выполнить. Пока руки пленнице освобождали, чернокожая Надин, облокотившаяся на стену, громко объявила всем присутствующим:

— Нашей птичке захотелось побольше свободы. Все равно ее ожидает один конец. Эй, ребята, не хотите позабавится с этим ребенком? Я рекомендую начать прямо здесь. Могу продемонстрировать несколько подходов.

Пираты рассмеялись. А Надин обратилась уже к Лисе:

— Ты, наверное, была первой красавицей там, на базе, среди разукрашенных дикарей? Они питаются падалью? Как ты думаешь, твои поклонники съели твоих дружков?

Наручники были сняты. В этот момент Лиса, коварно улыбнувшись, сделала то, что хотела сделать уже давно. И откуда взялись у нее силы! С необычайным проворством она набросилась на чернокожую пиратку. Мгновенье, и девушки сцепились, повалились на пол и принялись что есть мочи наносить друг другу удары кулаками. Это была маленькая, но все же месть Лисы. Она, никогда в открытую не проявлявшая агрессию, сейчас била за себя и за своих товарищей и видела в Надин весь бандитский экипаж. Их с трудом разняли. Лицо у Лисы было разбито в кровь, она тяжело дышала. Однако, это девушка отметила с удовольствием, чернокожей сопернице досталось гораздо больше. Надин, эта дикая и не знающая жалости разбойница, сдавленно рыдала от боли и даже не помышляла о том, чтобы вырваться из сильных рук своих товарищей. Опытным взглядом медика Лиса поставила первый диагноз: рассечение правой брови, возможен перелом носа. Это, скорее всего, от удара о пол. «Вот это я сильная…»— похвалила себя девушка. Она сплюнула на пол кровь, и громко рассмеялась. Впервые.

— Замолчи! — приказал ей один из бандитов. — Если бы не капитан, я бы удавил сейчас тебя! Если выкинешь еще какую-нибудь штучку, я снова надену на тебя наручники.

Лиса перестала смеяться, но улыбалась, не скрывая восторга и не думая о последствиях. В эту минуту она победила.

— Ты, Надин, тоже хороша, — обратился к ее сопернице разнимавший. — Потом разберешься с девчонкой, сейчас не время. В лазарет!

…Лиса придирчиво осмотрела медицинское помещение. Слишком тесное, почти не оборудованное. Инструментов нет, приборов мало, освещение слабое. Работает только заморозка и сканеры. Посреди этой комнаты располагался операционный стол на котором и лежал пациент. Рядом с ним Лису уже ожидал капитан и высокий худощавый мужчина в толстых очках. Таких называют «кабинетными крысами». Видимо, он был одним из ближайших помощников Родчерса. Капитан рукой пригласил Лису подойти к пациенту.

— Посмотри, он жив? — приказал он.

Лиса подошла к лежащему на столе мужчине. Некоторое время она изучала его, пытаясь выявить признаки жизни, затем удивленно вскинула брови.

— Что? Что там? — нервно спросил худощавый.

— Я не совсем понимаю… — задумчиво произнесла Лиса. — Он должен быть мертвым. Пульс отсутствует, дыхания нет. Но температура нормальная. Сколько он тут лежит?

— Мы нашли его часа два назад.

Лиса склонилась над мужчиной. Принципы отступили на последний план, теперь ею двигал интерес.

— Его надо просканировать, — сказала она. — Помогите.

Помогать вызвался худощавый пират. Капитан отошел от стола и встал в отдалении. Он лишь скрестил руки и прищурил глаза, наблюдая за действиями врача. Лиса, между тем, приступила к сканированию. Даже первые результаты повергли ее в шок.

— Он должен быть мертв… Но у него нормальная циркуляция крови при отсутствии сердцебиения. Наблюдается активность головного мозга. Слабая, но есть… Как это случилось?

— Мы не знаем, — ответил помощник.

— Капитан, расскажите мне то, что знаете! — потребовала девушка.

Родчерс шумно вздохнул, отошел от стола и начал:

— Вчера у нас пропал человек. Он стоял на вахте у центрального поста. А потом исчез. То, что его нет на корабле, очевидно. Я знаю этот корабль, как свои пять пальцев, мы обыскали здесь каждый сантиметр. И не нашли его. Сегодня утром не досчитались еще двоих. Мы продолжали поиски. Два часа назад одного из них Ринго нашел. Вот он лежит перед тобой, девочка, и ты не можешь нам сказать, мертв он или жив.

Лиса еще раз изучила результаты сканирования.

— Капитан, я могу сказать только одно: он не сможет жить, — сделала она вывод. — Но я даже не слышала о таких случаях…

Родчерс вздохнул:

— Ты ничего не можешь сделать?

— Я хотела бы, капитан, но не могу. Поверьте…

Капитан задумался, затем тряхнул головой приказал:

— Уведите ее!

* * *

Маер прервал ее сон. Он не принес ей завтрак. Вместо этого молодой пират сказал:

— Пошли. Капитан зовет.

Лиса поднялась и вытянула вперед руки. Маер лишь покачал головой.

— Не надо. Сейчас это ни к чему. Куда ты денешься отсюда? Корабль тебе не захватить, с корабля не убежать. Иди за мной.

…Капитан ждал в своей каюте. Он был не один. Тут же находился и Ринго (тот, высокий). Увидев девушку, Родчерс вскочил с дивана и почти подбежал к ней.

— Слушай, девочка… Ты должна все это видеть. Тот, которого ты смотрела вчера, он стал меньше. Он будто тает. Он исчезает, понимаешь?

— Что? — удивилась Лиса. — Исчезает?

Он действительно исчезал. Такое на глазах Лисы происходило только со снежными комьями весной на Земле. Мужчина лежал, залитый прозрачной жидкостью. Сканирование показало, что кровь по-прежнему циркулирует, но ее объем стал значительно меньше. Импульсы головного мозга ослабли практически до нуля. Кожа, кости и вся его плоть просто растворялись… Лиса была в шоке. Случай действительно невиданный.

— Я не знаю, что происходит. Надо проводить куда более подробное изучение, — сказала она капитану.

— Здесь творится что-то странное… — полушепотом произнес капитан. — Мы все в одно и то же время засыпаем. Этот сон необычайно крепкий, он валит с ног…

— Засыпаете? — переспросила Лиса. — Это длится уже несколько дней, да?

— Да. Ты тоже заметила? Здесь, на корабле что-то не так… Люди боятся спать.

— Капитан, сегодня пропал кто-нибудь? — поинтересовалась Лиса.

— Нет. Но опять все спали. Системы на корабле работают без сбоев, машина идет сама. Я вложил курс. Но все равно нужен контроль. А мы засыпаем. Я даже не могу никого наказать. Это что-то мистическое, девочка… И это связано с этим исчезающим человеком, я уверен. Глеб…

— Послушайте, капитан, я могла бы подробнее изучить его?

— Да, пожалуйста. Я и рассчитывал на это. Ты можешь заняться прямо сейчас.

— Есть одно но: я очень хочу принять душ. Могу я рассчитывать хотя бы на это, или вашим пленникам не полагается ничего, кроме железной клетки?

* * *

Если раньше Лиса теряла счет минутам и часам наедине с железными стенами, теперь она переживала каждую минуту в работе. Перед глазами выстраивалась невозможная картина. Лиса методично и скрупулезно исследовала все, что оставалось от Глеба, а он таял с каждой минутой. Ее не тревожило, что в коридоре постоянно находился охранник, что она была всего лишь пленницей на чужом корабле. Ее не заботило отсутствие рабочей одежды, она уютно чувствовала себя в своей полосатой кофте. Она работала. Она открывала невиданное доселе ни одним ученым. Лиса порой чувствовала, как не хватает знаний, практики, но пыталась понять и дойти до всего сама. Ей удалось сохранить образцы исчезающих тканей и собрать прозрачную жидкость. Она постоянно сравнивала результаты сканирования на разных стадиях исчезновения. Без перерыва, без еды, Лиса работала с каким-то остервенением, как будто это была ее последняя и главная работа. За столом у компьютера ее настиг сон. Крепкий, неожиданный, цепкий и глубокий…

Лиса проснулась сама. Тишину вокруг нарушали лишь двигатели корабля, гудящие где-то в его недрах. Девушка потянулась, затем вдруг вспомнила о своих экспериментах и об ошеломляющем заключении. Она подскочила к операционному столу. Глеба уже не было, вместо него — лишь несколько влажных пятен…

Лиса вышла в коридор через незапертую дверь. Охранник еще спал, сидя на полу. Девушка заглянула ему в лицо и улыбнулась.

— Маер! — позвала она. — Вставай, иначе твоя пленница уйдет в открытый космос!

Маер испуганно вскочил и тут же проверил оружие.

— Да что ты за оружие хватаешься? — укоризненно заметила Лиса. — Я могла бы тебя уже давно убить, если бы хотела.

— Я… Я заснул… — оправдывался Маер. — Прости. Мне надо было запереть дверь.

— Ничего. Мне уже популярно объяснили, что мне некуда деться. И еще то, что если я буду делать глупости, меня выбросят через шлюз в космос. Как это романтично и, наверное, в духе вашей шайки, да?

— Тебя не выбросят…

— Да-а-а? — протянула Лиса. — Вот как. Почему же?

— Я не допущу.

— Ты что, благородный рыцарь?

— Просто, понимаешь… — Маер запнулся. — Мне…

— Тебе меня жалко? Жалеть надо всех нас, Маер. Я хочу увидеть капитана. Веди.

Капитан встретил Лису у самого входа в свою каюту. Как он и говорил вчера, сон просто свалил всех членов команды. Родчерс сиреной оповестил о сборе в кают-компании, а сам пригласил Лису к себе. Сверив показания приборов с заданным направлением, он нашел работу корабля превосходной и вызвал Ринго, возможно для того, чтобы он был свидетелем беседы.

— Эта посудина управляется даже во сне, — сказал он. — Но всякое может случиться — и почему бы ему не случиться во время этого дурного сна? Вряд ли роботы на управлении справятся. Что ты хочешь мне сказать, девочка?

Лиса набрала воздуха, сделала убедительное лицо (потому что сама не могла воспринять как реальность то, что хотела сообщить) и попыталась отчитаться:

— Я не могу сказать, что я провела полное исследование. У меня было так же мало времени, как и средств. Но то, что вы видели в операционной, было перевариваемой пищей, капитан.

— Что?

— Я говорю — вашего человека попросту съели. В тот момент, когда его нашли, кто-то пытался поживиться им.

— Как такое возможно, ты сама понимаешь, что говоришь?

— Да. Признаки переваривания пищи налицо. Все ткани подверглись обработке сверхмощным растворителем. Однако, если пища переваривается, она не может исчезнуть совсем. Это говорит о том, что хищник, а это хищник, раз он нападает на людей, не совсем привычный нам.

— У нас есть посторонний на борту?

Капитан побагровел, Ринго вскочил с дивана. Родчерс хотел что-то сказать, но в этот самый миг раздался рапорт по громкой связи:

— Внимание, капитан! Общий сбор проведен в кают-компании. Пилот Кортис пропал. Его нет ни на посту, ни в каюте. На запросы не отвечает…

Родчерс застыл на некоторое время с открытым ртом, затем схватил со стола пистолет и приказал:

— Все за мной! Быстро!

Весь экипаж в кают-компании был уже в сборе. При появлении капитана пираты, до этого что-то оживленно обсуждавшие, замолчали. Один из них, по виду монголоид, поспешил доложить:

— Капитан! Все опять повторилось! Опять сон. Я ничего не могу поделать. Кортис оставался у штурвала, это его день. А когда я проснулся, я сразу пошел туда, но Кортиса нет. Мы все обыскали.

— Он был в кабине пилотов? — смело вступила в разговор Лиса.

— Да… — ответил монголоид, удивленно взглянув на девушку.

— Вы должны были найти там влагу, — продолжила она, — Что-то похожее на лужу после дождя. Если это то, о чем я думаю, там должно быть хоть немного этой жидкости…

…Предположение Лисы подтвердилось. Получив образцы жидкости, девушка немедленно удалилась в сопровождении Маера в медицинскую комнату. Когда ее опасения подтвердились, она пришла в ужас. Ужас, который не испытывала никогда раньше. Даже когда переступала изуродованные трупы товарищей и представляла себе свое будущее, ее не бросало в такую дрожь. То, с чем столкнулись в открытом космосе пираты, в любую минуту могло коснутся и ее. Это был страшный, коварный и не знающий жалости невидимый враг.

Экипаж требовал огласки результатов ее работы. Уже четыре человека бесследно исчезли на корабле и капитан должен быть принять какие-то меры. В кают-компании пираты впервые за все время внимательно вслушивались в каждое слово своей пленницы. Лиса волнения сдержать не могла:

— Это действительно что-то непонятное. Все указывает на то, что некая субстанция разрушает живые организмы. Она питается человеком, при этом размельчает его на атомы. Вся энергия пищи, то есть тел, при этом переходит к ней. Самое странное — по всем законам эта энергия не должна бесследно исчезать, мы должны наблюдать ее, но не наблюдаем.

— Как эта субстанция выглядит? — спросил вдруг монголоид, вытянув вверх руку, словно в школе.

Лиса взглянула на него, не понимая вопроса, некоторые из пиратов засмеялись. Капитан махнул на него рукой:

— Продолжай, Лисовская.

— Я думаю, это хищник. Но странный хищник. Его бесполезно искать по кораблю. Скорее всего, он пробуждается ночью. Вот этот сон, который валит всех с ног — это его сообщник. Очевидно, хищник живет по ритму своего мира и выходит на охоту в определенные часы. Каким-то образом он может погружать в сон все живое. Но самое страшное то, что существует он на молекулярном уровне. Таких способностей нет, пожалуй, ни у одного из хищников. Объясню проще: он похож на вирус. В определенный момент он, испытывая непреодолимый голод, набрасывается на человека и разлагает его для того, чтобы питаться, на мельчайшие частицы. Сначала был один. Потом, другой ночью, еще один. Третий — Глеб, возможно, был случайной жертвой. Его хищник уже не смог съесть сразу. Он просто оглушил его, сохранив при этом подобие жизни. Он не питается падалью. И потом, в течение дня, он растворял его. Как происходит охота? Думаю, это дело каких-то секунд. Огромное количество хищных клеток врывается в жертву и разрушает ее на микрочастицы. Слабое подобие такой активности еще наблюдается в жидкости, найденной на месте гибели Кортиса. Это все, что осталось от вашего пилота. Эти активные хищные клетки не могут долго жить вне своего хозяина. Они, во время атаки отделившиеся на некоторое расстояние и не возвратившиеся вовремя, продолжают питаться остатками человека, но постепенно умирают.

— Как он выглядит, этот хищник? — перебил Лису Ринго.

Девушка строго посмотрела на него и продолжала:

— И вот начинается самое интересное… Клетки умирают вне хозяина. Должен быть их носитель. Капитан, осталось бы незамеченным пребывание на корабле хоть маленького существа? Такое возможно?

— Нет, — уверенно заявил Родчерс, — Это бывший военный корабль, здесь многоуровневая система безопасности и любой чужак вызвал бы тревогу бортового компьютера. К тому же, мы все проверили.

— Поэтому я уверенно могу сказать, что бортовой компьютер не реагирует на хищника, — сказала Лиса.

— То есть… — протянул задумчиво Ринго, — один из нас является носителем клеток?

Лиса кивнула головой. Маер, испуганно оглянулся на своих товарищей и спросил:

— Но как? Кто?

— Надо, на самом деле, знать ответы на два вопроса: ГДЕ? И КАК? Я думаю, что хищник этот — он как вирус. Он вошел в человека и теперь использует его тело. Узнаем где, значит узнаем больше. Если, конечно, сам человек не признается. Поймите, хищник не остановится, пока не съест всех. Он голоден, он всегда голоден. Его можно остановить только одним способом: он не станет жить в другом теле, эти клетки очень привередливы. Носитель вируса должен умереть. Если вы понимаете свою ответственность перед друг другом, вы сделаете это. С другой стороны, носитель хищника может и не догадываться об этом. И еще, хищник этот настолько сложен, что может изменять и структуру своего хозяина. Проще говоря: носитель вируса может на молекулярном уровне разложиться и материализоваться вновь. Когда хищник завладевает человеком, невозможное становится реальностью. Так что двери и стены для него не помеха. Кортис ведь был закрыт изнутри, как положено по инструкции?

Лиса замолчала. В кают-компании повисла долгая тяжелая пауза. Наконец, капитан встал и обратился к экипажу.

— Кто-нибудь признается?

Пираты лишь переглядывались и молчали. Тогда капитан спросил Лису:

— Что можно сделать сейчас?

— Я могу лишь попробовать бороться со сном. Есть некоторые препараты, они помогут, надеюсь. Считаю, что каждый должен пройти обследование. Если клетки есть в человеке, то я узнаю это.

— Она врет! — закричала вдруг Надин. — Посмотрите на нее! Она же все выдумала, она нас отравит! Ее надо оставить в коридоре и пусть ее сожрет ее хищник! А не сожрет — я сама оторву ей голову!

— Сначала он съест тебя, да полностью не сможет — подавится… — язвительно ответила Лиса.

— Заткнитесь! — прервал капитан. — Что еще надо сделать?

— Если мы узнаем, по какому ритму живет этот хищник, мы узнаем еще кое-что. Например, где произошло его проникновение. Когда наступает сон? Мне кажется, в одно и то же время. Правильно?

Капитан нервно прохаживался между членами экипажа. Он некоторое время что-то обдумывал, затем сказал:

— Слушайте меня. Если все это правда, значит, мы все под угрозой. Нам лететь еще больше недели. Мы не долетим. Этот хищник угрожает всем, и я найду его. Сейчас все пройдут проверку.

— Она врет, капитан! — возмутилась Надин. — Это подстава! Мы не согласны!

— Кто?!

Надин неожиданно поддержали еще несколько голосов и помещение кают-компании огласилось криками. Экипаж разделился надвое, эмоции грозили перейти границы. В этот момент капитан выхватил пистолет и приставил его к голове Надин:

— Это бунт, черная пантера! Это бунт! Это мой корабль, и я здесь хозяин! Еще одно слово и ты первой умрешь, как подстрекатель. Ясно?

Надин замолчала и покосилась на пистолет. Она знала, что капитан не шутит. Родчерс обвел грозным взглядом весь экипаж, опустил оружие и отчеканил:

— Сейчас все пройдут проверку.

— Капитан, — обратилась к Родчерсу Лиса, — вы не сказали, что будет со мной.

— С тобой?… Прилетим и посмотрим. Пока я освобождаю тебя и предоставляю полную свободу действий. Я надеюсь, обойдемся без глупостей? Если я замечу, что что-то не так, тебя снова поместят в камеру. Маер будет приглядывать за тобой. Если ты говоришь правду, то и в твоих интересах сейчас быть с нами. Слышите? Я хочу чтобы все поняли: эта девушка, Лисовская, сейчас с нами! Надин, я знаю, что ты имеешь на нее зуб. Мой пистолет покарает тебя. К тому же, мне сказали, что твою бровь рассек ее кулак, так что и сама она сможет постоять за себя. С сегодняшнего дня, на время полета этот врач помогает нам. По всему кораблю включены сканеры, реагирующие на движения, а сейчас — все пройдут осмотр. Все без исключения.

* * *

Несколько часов ушло на то, чтобы весь экипаж побывал в медицинском отсеке. Лиса брала у пиратов кровь, проводила сканирование. То, что она сказала капитану, и то, что думала про хищника, не могло быть совершенной правдой. Девушка это понимала. О таком хищнике она никогда не слышала. Но сейчас она действовала как разумный ученый человек. Признаки активности неизвестных частиц, обнаруженные ею в останках людей, она лишь сопоставила с уже известным науке и проанализировав все, пришла к своим выводам. Сама Лиса до конца не верила в реальность сказанного, что же говорить об экипаже. Капитан первым подал пример. Когда на короткое время он очутился во власти своей пленницы, Лиса испытала сильнейшее искушение. Она могла легким движением руки сейчас отнять жизнь у этого человека, так внезапно изменившего все для нее. Но она не стала делать этого. Нет, она боялась не гнева бандитов, она была почему-то уверена, что с этим могучим человеком она в безопасности. Ведь страшный неизвестный враг угрожал всем им. К тому же, сейчас в ней говорил только медик. А медик не может забирать чужую жизнь, даже самую ничтожную, это Лиса выучила, как молитву.

Пока девушка работала в отсеке, на некоторое время ставшим ее, капитан выполнял свой план. Люди еще раз тщательно обследовали корабль. Никаких признаков жизни и никаких следов посторонних, включая теперь и пропавших товарищей, не обнаружили. Капитан приказал повторить проверку с мощными приборами, реагирующими на органические тела. И эта проверка не принесла результатов. Рикки Родчерс не то что бы не доверял девушке, захваченной на базе, просто он привык к подстраховке. В его ремесле это было таким же правилом, как оказание помощи любому человеку для Лисы.

Самые большие проблемы возникли у нее с Надин. Чернокожая искательница приключений относилась к Лисе подчеркнуто грубо, стараясь унизить ее при первой возможности. Все тесты над собой она превратила в шоу, посмотреть на которое пришли почти все пираты. Однако Лиса сумела сдержать себя в нужную минуту. К тому же девушка могла и ответить Надин достойно.

Все было просто: присутствие неизвестного постороннего вещества в организме человека можно определить и при таком минимуме аппаратуры, что был здесь, на корабле. Отклонения от нормы в поведении человеческих клеток Лиса не могла не заметить. Все это время за ней неотрывно наблюдал Маер. Ринго, помощник капитана, тоже периодически захаживал и интересовался ходом тестов. Согласно приказу капитана, девушка о результатах должна была немедленно доложить или ему, или лично Родчерсу. Капитан прекрасно понимал, что команда может быть возмущена поворотом событий. К тому же, если слова девушки окажутся правдой, и хищник действительно в одном из них, этот человек должен быть немедленно убит. Капитан так решил. Но разве не окажет этот человек сопротивления? Когда Лиса уже завершала обследование, Родчерс приказал всем собраться в кают-компании. Угрожая оружием, он и Ринго разоружили всех остальных. Затем капитан отобрал пистолет и у Маера.

— Послушайте, капитан, — возмутилась Надин, — мы вместе прошли не одну бойню. Сейчас вы отобрали у нас оружие. Вы нам не доверяете?

Родчерс пристально посмотрел на Надин и твердо произнес:

— Нужно быть готовыми ко всему. Я хочу, чтобы вы все мне доверяли. Оружие может испортить дисциплину. Не все могут быть довольны тем, что здесь произойдет. Но так надо для всех нас. Вам когда-то повезло, что вы попали на мой «Вихрь». Этот корабль — один из лучших во всей Вселенной, вы сами это знаете. И мой экипаж — лучший. Сейчас я хочу, чтобы мой экипаж остался целым, и если для этого придется пожертвовать одним человеком, то я пожертвую.

— А вы спросите у этого человека? — раздался голос одного из пиратов. — Он-то согласится ради всех умереть? Может эта штука сидит в Вас, капитан, а?

Капитан кашлянул и оглядел свою команду.

— Когда эта девушка закончит, мы будем знать, в ком сидит «эта штука». Клянусь, он умрет. Но я все сделаю, чтобы смерть была достойна.

— То есть мы сейчас зависим от этой шлюхи? — иронично заметила Надин. — Как интересно… Вы только подумайте, друзья, станет ли эта девчонка работать на нас в тот момент, когда она имеет шанс вырваться на свободу? Она же всех нас убьет, капитан. Она же придумает что-то, что всех нас убьет. Разве это не понятно? Вы что, первый раз все видите этих чистеньких землян?

Среди пиратов раздался ропот. Похоже, слова Надин многим показались не лишенными смысла. Ринго, который все это время находился рядом с капитаном, вдруг неожиданно вышел вперед и громко сказал:

— Не сметь обсуждать поступки капитана! Это ведь бунт!

— Спокойно, Ринго, спокойно… — остановил его Родчерс. — Бунта у нас не будет. Что вы сделаете без меня? Мой «Вихрь» слушается только меня… Надин, я понимаю твое беспокойство. Мы столкнулись с тем, о чем не знаем ничего. Даже эта Лисовская не знает, хотя препарировала не одну сотню крыс у себя в университетах. Можно закрыть на все глаза и ничего не делать. Но только уже четыре человека бесследно исчезли. Скажите: вы когда-нибудь видели, чтобы люди бесследно исчезали в космосе, в закрытом корабле? Они что, подышать воздухом вышли? Я не знаю, что это, и никто не знает. А потому мы будем делать все, что может хоть на долю обеспечить нашу безопасность… Надин, мы все равно все узнаем. Я даю тебе слово: если эта девчонка врет, ты лично оправишь ее на тот свет. Тебе достаточно? Если она врет, я пошлю к черту деньги, которые за нее могу получить.

— Нет, не достаточно этого, — резко ответила Надин.

— Что же тебе нужно?

— Я возьму ее себе.

Капитан несколько секунд смотрел прямо в глаза Надин, затем кивнув головой, ответил:

— Я не знаю, что за ненависть у тебя такая к ней, да и мне знать не надо. Даю слово, она будет твоей. Теперь достаточно?

Надин утвердительно кивнула и повернулась к своим друзьям. Потушив таким образом неожиданные страсти, Родчерс скомандовал:

— А теперь — всем ждать результатов теста.

Ответа долго ждать не пришлось. Когда вся команда собралась у входа в медицинский отсек, Лиса сама вышла к ней. Следом неотлучно следовал Маер. За время содержания на борту пленницы он превратился в настоящего надсмотрщика — такие функции ему приходилось выполнять впервые. Маер чувствовал себя неловко, но выполнял свою обязанность с большой ответственностью.

Лиса была явно в замешательстве. Она протянула капитану электронный отчет и неуверенно сказала:

— Капитан… Ваши люди — чисты. Я не смогла обнаружить ничего подозрительного.

Некоторое время тишину нарушал только слабый гул работающих двигателей.

Надин, улыбнувшись, посмотрела на товарищей и хотела было что-то сказать, но капитан спросил первым:

— То есть ты хочешь сказать, что этого хищника нет — ни во мне, ни в Ринго, ни в остальных, да?

Лиса робко кивнула головой в знак согласия. Родчерс, задумчиво произнес:

— Девочка, а то, что ты нам говорила… Это вообще как теперь понимать?

Лиса молчала и смотрела себе под ноги. В этот момент она была очень похожа на обиженного маленького ребенка. Она действительно не могла объяснить, что произошло.

— Ты, может, все-таки поговоришь со мной? — повысил голос Родчерс. — Тебе нужно ответить только на один вопрос: ты всех нас обманула, верно?

— Нет! — крикнула Лиса.

— Стойте, стойте, — заговорил Ринго. — А ну, дай сюда отчет…

Помощник капитана взял в руки отчет Лисы и быстро пробежал его глазами. Затем уверенно заявил:

— Рикки… Насколько мне позволяют говорить мои скромные знания, по поводу отчета она не врет. Экипаж чист. Маер, она пыталась что-то менять?

— Я не видел. Она все время работала, и я мало что понимаю, — ответил Маер, грозно взглянув на Лису.

— Не хотелось говорить… — продолжил Ринго, снимая свои очки и осторожно потряхивая ими в воздухе. — Я не хотел говорить, но скажу…

— Что, Ринго? — нетерпеливо спросил капитан.

— Я не сторонник разного рода сказок… Скажи нам, милая девушка, по поводу отчета ты говоришь нам правду? Ты ничего не скрываешь?

— Нет! — отрезала Лиса. — Я врач и в таких делах имею свои принципы. Я удивлена не меньше вашего.

— Да удавить ее и все! — раздался чей-то голос.

— Тихо… — Ринго погрозил очками. — Не в твоих интересах врать, Марина. Если ты с нами, капитан поможет тебе стать свободной. Если нет — боюсь, ты умрешь вместе с нами. Рикки, ты помнишь того бешеного толстого пьяницу Эрика? У него был быстроходный такой «Зверь»?

— Помню, — ответил капитан. — Его не видно было уже лет двести.

— В прошлом году «Зверь» совершил посадку на Лактионе. Я слышал это от надежных людей. Не было экипажа. Понимаете, остался только один. По-моему, его звали Эрнст. Говорят, что корабль был чист, а Эрнст — двинулся рассудком. Он все время твердил, что съест всех людей. Он говорил, что он съел экипаж, съел Эрика и всех остальных. Ребята проверили корабль, но ни следа не нашли. А Эрнст возомнил себя людоедом. И когда на Лактионе начало смеркаться, Эрнст выхватил пистолет, приставил себе к виску, и — бах! Понимаешь? Не находишь никаких сходств?

— Почему ты сразу не рассказал об этом? — задумчиво, после непродолжительной паузы, произнес Родчерс.

— Ты же знаешь, Рикки, я не люблю сказки. Но в этой ситуации я начинаю думать, что наша гостья говорит правду. Она ведь гостья? Скажи, Рикки, ты дашь ей свободу, если мы все выживем?

— Это нечестно! — закричала Надин.

— Заткнись! — грубо оборвал ее капитан. — Я дам ей свободу.

Ринго довольно улыбнулся и одел очки:

— Вот видишь, Марина… Выбор на самом деле есть. Или ты — свободный человек (мы долетаем до Геталия и отпускаем тебя ко всем чертям), или ты исчезнешь в желудке у твоих ненасытных клеток. Тебе лучше быть с нами, раз капитан разрешил. Скажи, Марина, этому отчету можно верить?

Лиса, едва не плача, кивнула головой.

— Ну что ж… — протянул Ринго. — Мы верим тебе. Но, в таком случае, раз хищник есть, но его нет в нас, где он?

— Я не знаю…

— А вот мое робкое предположение. Оно, конечно, не факт… Но, Марина, в отчете я почему-то не вижу твоего сканирования…

— Точно!

— Ну как это мы сразу…

— Почему она не хочет проводить этот тест себе?

— Значит… — Голоса пиратов слились в один возмущенный гул.

— Вот и я говорю. Тем более, кашу нашу ты не очень жалуешь… Значит, наедаешься?

Ринго хитро посмотрел на капитана. Родчерс улыбнулся и рукой показал Лисе на дверь.

— Ринго — умный старый пес, — сказал он ей. — Провериться надо всем. Ринго сделает это с тобой, девочка, под твоим руководством. И если что-то не так, то извини.

Лиса почувствовала, что страх сковал все ее тело. Она понимала, что носителем хищника она может быть с очень невеликой долей вероятности. Но она боялась подлога. К тому же, могло быть всякое. Мысль о неизбежной смерти не давала ей покоя…

* * *

Каково же было удивление капитана, да и самой Лисы, когда и ее сканирование не дало подсознательно ожидаемых всеми результатов… Девушка сидела на кожаном диване в каюте Родчерса. Сам капитан нервно прохаживался рядом, а Ринго, сложив на груди руки, задумчиво смотрел на него.

— Что это может означать? — спросил капитан Лису. — Сначала у нас исчезают люди. Потом ты говоришь, что есть неизвестный нам хищник. Потом Ринго рассказывает странную историю, в которую теперь мы все верим. А теперь выясняется, что ни в одном из нас нет опасных клеток. Откуда же они взялись?

— Я сама много отдала бы за то, чтобы узнать это, — ответила Лиса. — Я с самого начала говорила, что мои выводы не могут быть безоговорочной правдой. Я могу лишь предполагать.

— Так предполагай! — потребовал Родчерс.

— Значит, эти клетки никак себя не проявляют в спокойном состоянии, — сказала девушка. — Это все, что я могу предположить. Но они же есть. Это точно. Я же видела их в останках.

— Может, они все-таки могут существовать в воздухе? — спросил Ринго.

— Я же говорила, что нет, — вздохнула Лиса. — Нет. Они умирают вне организма. А ваши сканеры молчат о присутствии инородных организмов, верно? Они в человеке, я вам говорю.

Ринго недовольно покачал головой, капитан остановился и посмотрел на девушку. Еще вчера она, запертая в железной камере, была важна для него только как товар. Сегодня он надеялся на нее, как на Бога. Он почему-то верил, что своей роли она до конца не сыграла. В любом случае, она знала больше о том, что с обывательской точки зрения объяснить было невозможно. Капитан спросил:

— И что же теперь делать? Ждать, пока всех нас пережрут?

Лиса пожала плечами и ответила:

— Вы сказали, что будут включены сканеры. Это может помочь, если движение будет обнаружено. А я попробую бороться со сном. Этот сон наступает в одно и то же время?

— В шесть вечера по корабельному, — сказал капитан. — Я пробовал сопротивляться — никакие усилия воли не помогают.

— А сколько сейчас? — настороженно спросила Лиса.

Капитан взглянул на настенные часы и побледнел.

— У нас полтора часа…

— Спят люди тоже, насколько я понимаю, почти одинаковое количество времени… — продолжила Лиса, пытаясь заглушить в себе нарастающее волнение. — Я же говорила, нужно узнать, чей это ритм. Тогда мы сможем понять, где произошло проникновение.

У них оставалось мало времени, а подготовиться к неизвестному необходимо было основательно. По подсчетам капитана, крепкий сон валил экипаж с ног в одно и то же время и длился четыре часа. Родчерс приказал всем остаться в каютах по двое. Все помещения он лично закрыл на замки, перед этим Лиса ввела в кровь пиратам сильный препарат, который мог обеспечить бессонницу. Протестовала лишь Надин. Пытаясь в очередной раз задеть Лису, она демонстративно громко заявила перед остальными:

— Надеюсь, ты можешь не только фантазировать про невидимых хищников. Не промахнись мимо вены.

— По твоему глазу я уже пристрелялась, — невозмутимо заметила Лиса, — с веной проблем не будет. Попаду.

Пожалуй, не было в этот момент на корабле человека, который бы не боялся. Они, эти бесстрашные и дикие пираты, сейчас иной раз и внешне не могли сдержать эмоций. Они боялись шести вечера. Они надеялись на препарат, но боялись. После всех рассказов и таинственных исчезновений сон казался смертью. Решение разбиться по парам капитан принял, исходя из простой логики — люди должны были присматривать друг за другом. Наступила тревожная тишина. Все понимали, что что-то должно произойти. Или придет сон и повторится страшное, или сработает препарат и никто не заснет, или перевоплощение человека в хищника будет замечено.

Лиса осталась с Маером в жилой каюте медицинского отсека. Так распорядился капитан. Молодой пират внимательно осмотрел помещение, потрогал руками, словно проверяя на мягкость, кровать и улыбнулся:

— Ляжешь здесь? Я устроюсь рядом, на полу, не бойся.

— Первая ночь на мягком… — заметила Лиса.

— Да, и вот еще что…

Маер достал наручники и протянул их перед Лисой. Девушка усмехнулась, послушно подала руки и спросила:

— Боишься?

— Так спокойнее, знаешь ли… — ответил Маер, защелкивая наручники.

Девушка села на край кровати и тоже осмотрела небольшое помещение, в котором ей предстояло провести опасное время. Обычная корабельная каюта. Из обстановки — лишь кровать, шкаф для личных вещей, рабочий стол и кресло. Лиса перевела взгляд на свои, закованные в наручники, руки. Она поймала себя на мысли что с каждой минутой и ее все больше занимает лишь одно: что будет в ближайшие часы. Как медик она верила в препарат. Но она прекрасно понимала, что все время человек не может не спать. Пободрствуют сейчас, завтра, затем наступит усталость и ни одно лекарство не избавит организм от истощения. А спать по очереди пираты, очевидно, не решатся, пока не узнают, кто скрывает в себе хищника. В голове девушке еще никак не укладывалось все то, что она узнала за последнее время. Столкнувшись с неизвестным, невидимым врагом, она с одной стороны испытывала гордость, как первооткрыватель, с другой — интерес, как исследователь. Но вместе с тем, она, как и все на корабле, боялась. Боялась страшного незваного гостя. И сейчас она уже не могла думать ни о чем другом, кроме этой угрозы. Минуты тянулись ужасающе медленно, напряжение все возрастало. Оно было почти осязаемым, и порой Лисе казалось, что оно, густое и холодное, словно туман наползает из всех щелей в корабле.

— Это лекарство должно сработать? — спросил Маер.

Лиса благодарно посмотрела на него. Как хорошо, в эту минуту хоть кто-то заговорил.

— Всегда работало, — ответила она. — Но, знаешь, в таких условиях я впервые применяю его. Я ничего не знаю о том, как будут развиваться события.

— Как оно выглядит? То, что заставляет людей исчезать? — поинтересовался Маер.

— Я знаю столько же, сколько и ты. Я уже говорила: могу только предполагать. Скорее всего, эти клетки все же в ком-то из людей. Значит, в момент нападения, оно выглядит как человек. Скорее всего. Ты боишься?

— Можно подумать, ты не боишься… — усмехнулся Маер. — Конечно, боюсь. Послушай, Лисовская…

— Не называй меня Лисовская! — зло прервала его девушка.

— Хорошо, хорошо… — согласился Маер. — А как мне тебя можно называть?

— Зачем тебе вообще меня как-то называть? В нашем положении это ни к чему.

— Ладно. Послушай… Что чувствует человек, если в нем эта штука?

Лиса устало вздохнула и ответила:

— Я еще раз говорю: я не знаю. По идее, он должен заметить отклонения. Что-то должно быть не в порядке. А что?

— Ничего… Ничего страшного… — отмахнулся Маер.

Они снова замолчали, вслушиваясь в гул двигательных установок, напряженно пытаясь вычислить посторонние шумы. Маер взглянул на настенные часы. Ровно шесть… Лиса вздрогнула, ей вдруг представилось, что именно в этот момент должно произойти что-то страшное. Она дотронулась ногой до усевшегося на полу Маера.

— Тебе хочется спать?

— Нет… — тихо ответил Маер. — А вчера, по-моему, никто не перешел эту планку. В шесть я уже вырубился у двери отсека, где ты работала.

— Препарат работает… — задумчиво произнесла Лиса и вдруг предложила: — Садись со мной рядом. Будет удобней.

На самом деле, девушка вдруг почувствовала очередной, почти животный приступ страха. Ей захотелось, чтобы рядом был кто-то, пусть даже враг, но человек… Маер без разговоров поднялся и сел рядом с Лисой. Он дотронулся до ее руки ладонью. Она оказалась холодной и влажной. Маер заметно волновался.

— Лучший способ сейчас отвлечься — поговорить о чем-нибудь другом… — предложила Лиса. — Скажи мне, давно ты вот так путешествуешь?

— Да… Давно. Я еще маленьким был, а уже летал. У меня был старший брат.

— Бандит?

Маер метнул в сторону Лисы недобрый взгляд.

— Если хочешь так говорить — да. Бандит. А по сути, какая разница? Вот вы, цивилизованные, вы разве не грабите планеты?

— Ты говоришь о других вещах…

— Нет, постой, — завелся Маер, — Я — бандит, ты говоришь. А мне нравится. Я — настоящий мужчина. Ты знаешь, где я был за эти годы? Где только не был! А вы там, на Земле, только нос высунете за пределы Галактики — уже обратно. У себя вы — герои. А мы — летаем везде. У нас право сильного, слабый у нас не удержится. Я хочу прожить свою жизнь полно, бурно. Так Ринго говорит. И он прав. Поэтому сюда приходят люди, которым все надоело в том, цивилизованном мире. Ты видела когда-нибудь закат двух Солнц? Видела?

— Маер… — попыталась успокоить его Лиса. — Не горячись. Я не хотела тебя обидеть. Просто ты сейчас говоришь чужими словами, верно?

— Какая разница?! Я родился на Земле. Но я не помню ту планету. Я всю свою жизнь летал и другого не хочу. Моего брата казнили. Я встал на его место. Я отомщу за него, ясно?

Маер замолчал. Лиса не решилась расспрашивать его дальше. Очевидно, брат был казнен за пиратство. Кодекс цивилизаций боролся с пиратами решительно и бескомпромиссно. Целые эскадрильи уходили в просторы вселенной, чтобы найти и уничтожить их корабли. Единственной мерой наказания для захваченного «джентльмена удачи» была смертная казнь, лишение свободы грозило тем, кто хоть чем-то помог пиратам. Меры эти, считали многие, были оправданы: за несколько прошлых лет пираты совершили ряд дерзких нападений на укрепленные базы землян и других цивилизаций, тысячи разумных существ захвачены и проданы в рабство, десятки тысяч погибли, тонны грузов не дошли до мест своего назначения. Кто-то сделал на таких операциях огромные деньги, цивилизации понесли ущерб, сравнимый разве что с ущербом от крупномасштабной войны…

— Экипажу доложить о состоянии! — по громкой связи раздался голос капитана.

Маер нехотя поднялся и подошел к микрофону. Члены экипажа по очереди сообщали о том, что состояние у всех в порядке. В шесть с лишним по корабельному времени еще никто не спал. Препарат действовал. Лиса с удовольствием улыбнулась. Родчерс одобрительно возвестил:

— Так держать всем. Если сегодня все обойдется, значит мы сможем победить. По-моему, наша рыжая гостья на шаг к своей свободе, а?

Лиса засияла еще больше, однако страх еще прятался где-то внутри. Липкий, холодный и сковывающий движения…

— Как только эту птичку освободят, я буду сдавать зачет по стрельбе по живым и свободным мишеням! — сообщила Надин.

Лиса нахмурилась и попросила Маера:

— Скажи ей, что завтра на ней закончится препарат.

Маер лишь махнул рукой и вернулся к кровати. Он сел рядом с Лисой и глубоко вздохнул. Затем, откинувшись на подушку, спросил:

— Сегодня препарат действует. А завтра? Мы все время будем не спать?

— Я не знаю, Маер…

— Скажи мне, ты догадываешься, кто может быть хищником?

Лиса пожала плечами и ничего не ответила. Она удобно устроилась на кровати, села по-турецки, и натянула на босые ноги кофту. Маер, заметив это, безразлично произнес:

– Наверное, холодно… Да?

– Надо было дать возможность переодеться тогда, на базе… — грустно ответила Лиса, вспоминая «ДК-15» и своих погибших товарищей.

— Не надо было тебе вообще соваться в космос. Слушай, Лисовская, а что, если я знаю, кто этот хищник?

Лиса насторожилась.

— Как, знаешь?

— Понимаешь… — Маер на секунду закрыл глаза. — Я вот все смотрю на ребят. Надин. Она странная какая-то. Она раньше не была такой. Она сейчас нервничает, отказывалась проходить осмотр. Она ненавидит тебя. А почему? Ты же просто рабыня. Не ее, не моя. За что ей тебя ненавидеть?

По кораблю раздался странный скрежет металла. Лиса вздрогнула и тихо спросила:

— Ты слышал? Маер, слышал?

— Слышал… — ответил Маер спокойно. — Ты не ответила мне про Надин.

— Я не знаю… Теоретически все может быть…

Лиса опустила ноги на пол и прислушалась к звукам. Скрежет не повторялся. Девушка повернулась к Маеру и, подавляя накатившую вдруг волну паники, сказала:

— Мы ничего не знаем про хищника. Но то, что ты говоришь про Надин… Зачем ты мне это говоришь? Ты меня провоцируешь?

— Нет… Просто я рассуждаю. Где-то должно быть это существо…

Они опять замолчали. Лиса слушала гул двигателей, затем встала и, подойдя к двери, приложила к ней ухо. Ничего подозрительного. Так прошло еще несколько минут. Лиса взглянула на часы — половина седьмого.

— А больше ничего странного ты не заметил ни в ком? — спросила она Маера, просто для того, чтобы говорить.

— Не знаю… Все так странно… — произнес Маер и заразительно зевнул.

— Что?! — испугалась Лиса. — Ты зеваешь, Маер? Ты что, хочешь спать?

Маер мгновенно сел на кровати и испуганно уставился на Лису.

— Да… — еле слышно, дрожащим от волнения голосом признался он.

— Боже…

В этот момент Лиса и сама почувствовала приступ сонливости. Незаметно, совершенно неожиданно, против всех законов науки, сон начал наступление.

— Сними наручники! Маер! Сними наручники! — в панике закричала Лиса.

Маер попытался встать, но не смог. Он сидел на кровати, будто теряя сознание, шатался в стороны, пока, наконец, не упал. Лиса кинулась к микрофону. Она чувствовала, как ноги становятся тяжелыми и перестают ее слушаться, а глаза наливаются свинцом. Она боролась, но то, что наступало на нее, было в сотни раз сильнее ее воли и в десятки раз — введенного ей в организм препарата. Лиса из последних сил дотянулась до кнопки громкой связи. Сознание уплывало, пол уходил из под ног, тело летело в бездну.

— Тревога… — прохрипела она. — Препарат не работает… капитан…

Пальцы рук еще пытались зацепиться за микрофон, но мозг уже отдавал другие приказы. Тело Лисы медленно сползло на пол, глаза закрылись и наступил крепкий сон…

* * *

Тот самый пират, который рапортовал капитану об исчезновении пилота Кортиса, растерянно смотрел по сторонам. В его глазах не было ужаса, лишь удивление и полное непонимание. Весь экипаж столпился у дверей его каюты. Родчерс, расталкивая людей, ворвался внутрь.

— Как все это было? Что ты видел? Отвечай!

— Я ничего не видел, капитан, ничего… Я заснул, как всегда… — оправдывался монголоид.

Лиса, с трудом протиснувшись в каюту, включилась в разговор:

— Где он спал?

— Тут… — монголоид указал на кресло.

Лиса немедленно склонилась над указанным местом, некоторое время внимательно рассматривала его, затем поднялась и сообщила:

— То же самое. Только немного влаги.

— Так… — задумчиво произнес капитан. — Пятый… Почему не подействовал препарат? Ты говорила — он мощный…

— Он мощный, капитан. Я не знаю, что случилось. Видимо это сильнее всех препаратов. Оно так охотится.

— Хватит болтать ерунду! — крикнула Надин. — Вы что, не понимаете, что она вас надула? Все идет по ее плану!

— Может, увеличить дозу… — предположила Лиса.

— Всем в кают-компанию! — приказал капитан. — Ринго! Проследи за ними! Я посмотрю, что там на сканерах. Я найду этого ублюдка!

Родчерс стремительно вышел из каюты, монголоид что-то хотел сказать ему вслед, но не успел. Ринго знаком показал людям, что пора исполнять приказ капитана.

Все повторилось снова. Лиса была подавлена: даже такой сильный препарат не спасал ото сна, он лишь на несколько минут задерживал его. Увеличение дозы неизбежно повлечет за собой побочные эффекты, так что Лиса терялась в догадках относительно дальнейших действий. В кают-компании их было восемь: семеро пиратов, и их пленница. Их всех равняла сейчас одна угроза. Все заметно нервничали, кто-то из пиратов подходил к Лисе и спрашивал совета. Но девушка не могла ничего ответить. Надин зло поглядывала в ее сторону и говорила:

— Это подстава. Нас тут всех убьют. Я предлагаю девчонку запереть там, где она была и забыть про нее на время. Нам надо спасаться, ребята. На корабле два челнока, на нас хватит.

— Надин… — заметил грозно Ринго, помахав перед ее лицом пистолетом. — Здесь все решает капитан. Не раздражай его. И меня заодно.

Чернокожая замолчала. Ринго подошел к Лисе и тихо шепнул ей на ухо:

— Один шаг назад в сторону рабства… Не правда ли?

Лиса ничего не ответила, однако Ринго был настроен к разговору:

— Лично я сейчас же застрелил бы тебя. Ты, получается, нам не нужна. Только людей раздражаешь. Но капитан чего-то хочет от тебя. Да, что ты скажешь, как специалист по этому поводу: вчера, перед тем, как свалиться ото сна, я исследовал во вселенской сети этот биологический ритм, о котором мы говорили. Сон наступает в шесть вечера и длится чуть больше четырех часов. Похоже, есть результаты.

Лиса удивленно вскинула брови, Ринго довольно продолжил:

— Именно в это время наступает полная темнота и столько времени длится ночь сейчас на ряде обитаемых планет. На одной из них мы были шесть дней назад. Понимаешь?

Девушка изумленно взглянула на Ринго. В ее памяти вдруг вспыхнул закат на дикой планете. Да, только там… только там могло произойти проникновение. О странных микроорганизмах Лиса знала бы на своей базе, но за все время с ней не произошло ничего странного. Пираты тоже не подвергались подобным нападениям раньше.

— Нужно узнать, кто находился на планете больше всех, — задыхаясь от волнения, сказала она. — Возможно, кто-то вступил в контакт с неизвестной нам формой жизни.

— Проще простого, Лисовская, — улыбнулся Ринго. — На планете в лесах почти сутки находились пятеро наших людей. Один из них исчез сегодня ночью. Остальные четверо — здесь: Джекки, Стэн, Надин и Максим. Ты тоже думаешь о них?

Лиса осторожно взглянула в сторону Надин и вспомнила слова Маера. Она кивнула головой и схватила Ринго за руку:

— Это Надин…

— Сведение счетов? — улыбнулся Ринго. — Пока помолчи. Видишь, я не медик, а тоже кое-что могу. Дождемся капитана.

Родчерс появился вскоре. Он окинул взглядом присутствующих и объявил:

— Ничего. Абсолютно ничего сканеры не зафиксировали. Был непонятный мне скачок в восемь часов, затем — все в норме. Да и скачок этот длился секунду. Место его определить не удалось — сканеры будто перестали работать. Камеры наблюдения, установленные мной на корабле, перестали работать в семь часов.

Некоторое время все молча смотрели на капитана, затем один из пиратов спросил:

— Так что же это такое? Что происходит на корабле?

— Не знаю… — ответил Родчерс. — По логике следовало бы спросить об этом Джекки. Это в его каюте исчез наш товарищ. Но я боюсь сделать ошибку. В общем, я должен объявить, что мы не можем противостоять неизвестной угрозе. Если верить тому, что сказано, кто-то из нас — убийца. Странный убийца.

— Иными словами, нам надо готовиться к вечеру. А там: будет шесть — будут и трупы? — высказала свое мнение Надин.

— Даже трупов не будет… — обреченно признал капитан.

— Ну так вот, — уверенно заявила чернокожая. — Я не собираюсь тут подыхать. Я и, надеюсь, со мной все остальные, требуем повернуть корабль в сторону ближайшей обитаемой планеты.

В кают-компании раздался одобрительный гул.

— Это невозможно, — парировал Родчерс. — Кругом малоизученные миры. А возвращаться назад — нет смысла. Мы все умрем в пути. К тому же, я запрещаю менять курс корабля. У нас есть груз, он стоит денег. Пусть выживет хоть кто-нибудь.

— Капитан… — недовольно заметил один из членов экипажа. — Это не очень хорошо. Нам бы хотелось пожить. Зря вы всем предсказываете смерть.

— Да разве вы все не видите? — громко сказала Надин. — Эта девчонка всех тут обдурила. А теперь еще и капитан сошел с ума. Я лично ухожу. Пусть он сам тут остается! Ребята! К челнокам!

Пираты уже было ринулись к спасательным челнокам, как вдруг Родчерс крикнул:

— Стойте, вы! Нет челноков!

— То есть, как нет? — удивился Маер, в числе остальных собиравшийся покинуть кают-компанию.

— Я отослал их, — ответил капитан. — Никто не уйдет с корабля без моего приказа. Это бунт. Не будет никакого бунта. Мы — одна команда.

— Мы? — с иронией повторила Надин. — Да вы всех нас продали, капитан! Вы сговорились с этой девчонкой! Вы всех нас тут перебьете! Не получится.

В этот момент Надин одним прыжком подскочила к Лисе и словно тисками сжала ее своими мощными руками. Она обхватила девушке шею, так, чтобы та не могла вырваться, и крикнула:

— Мы все равно уйдем! И эта дрянь пойдет с нами! Ребята! Что мы на них смотрим?!

— Стоять! — потребовал Ринго, но тут же был сбит с ног ударом монголоида Джекки.

Пираты бросились к выходу из кают-компании, Надин потащила за собой Лису. Опасаясь выстрелов со стороны капитана и Ринго, они захлопнули дверь в каюту и что есть духу помчались по узкому коридору к двигательной установке. Все произошло так быстро, что Лиса и глазом не успела моргнуть. Только на нижнем ярусе пираты остановились. Надин швырнула на пол Лису и, громко дыша, сказала:

— Теперь по-другому поговорим, шлюха… Ты все расскажешь, что знаешь.

Свои слова она подтвердила ударом ноги в живот девушке. Остальные стояли в замешательстве.

— Что теперь? — спросил Маер. — Они нас убьют.

— Нет, — засмеялась Надин. — Максим, покажи сюрприз!

Как пираты сумели спрятать в тайнике оружие, было понятно только им. Это действительно удивило Лису и тем более Маера. Однако теперь команда была вооружена. Пятеро против двух… Намерения их тоже были ясны: Надин собиралась захватить кабину пилотов и повернуть корабль к обитаемым мирам. Капитана и Ринго следовало захватить. План решили выполнять немедленно. Трое пиратов отправились в кабину пилотов, Надин осталась с Маером и Лисой. Чернокожая пиратка решила провести первый допрос своей жертвы. Она направила на нее ствол пистолета и грозно потребовала:

— Говори, что знаешь, дрянь! Я не буду церемониться с тобой. Я тебя на куски порежу.

— Маер! — взмолилась Лиса. — Ты же сам знаешь, что происходит! Ты же сам говорил о подозрениях!

— Ах ты, шлюха! — Надин наотмашь ударила Лису по лицу. — Ты не его на помощь зови. Ты отвечай, когда тебя спрашивают!

— Маер! — не обращала на нее внимания девушка. — Есть подтверждение! Они были на той планете почти целый день. Ринго сказал, что сон приходит в то время, когда на ней наступает ночь. Проникновение было там. Это один из этих пяти. Теперь четырех… Это она! Маер!

— Ты что несешь? — удивилась Надин и еще раз ударила Лису. — Ты все это придумала? Вы что, считаете меня за дуру?

— Надин! Здесь все в полном порядке! — раздался голос по внутренней громкой связи. — В кабине никого не было!

Надин улыбнулась и обратилась к Маеру:

— Мы почти спасены. Сейчас изменим курс — и все в порядке. Маер! Ты так долго был с девчонкой, ты тоже, наверное, кое-что знаешь. Да?

— Знаю столько же, сколько и вы все, — ответил он. — Ты что, хочешь их убить?

— Маер, если не мы, то они нас убьют. Ты же не заодно с Родчерсом?

— Ему-то зачем нас убивать? — пожал плечами Маер.

— А-а… Вот ты какую песню запел.

— Надин! Капитан и помощник находятся в каюте капитана. Мы пока возвращаемся. В кабине оставили охрану. Блокировку дверей в отсеки отключили! — доложили по связи.

— Маер, нельзя сидеть сложа руки, — продолжила Надин. — Нельзя!

— Я тоже так думаю… — согласился Маер и приставил пистолет к голове Надин.

— Ты что делаешь?.. — поразилась пиратка.

— Не сижу, сложа руки, — ответил Маер. — Лисовская, вставай. Вставай, тебе говорят! А ты, Надин, не думай шевелиться…

Лиса, превозмогая боль, встала и, отвесив Надин пинок ногой, поспешила укрыться за Маером.

— Мне все понятно… — протянула Надин. — Вы спелись оба. Вы — трахнулись, да? Маер, подумай, что ты делаешь!

— Я подумал, — сказал Маер, медленно отступая. — В тебе — хищник. Я это понял. С тобой мы все умрем. Поэтому умрешь ты. Прощай, ты была смелой и сильной.

— Маер… — спокойно обратилась к нему Надин. — Ты совершаешь ошибку. Нет никакого хищника. Есть эта шлюха и сумасшедший капитан, который скоро умрет вместе с этим идиотом Ринго. Опусти пистолет. Ты же не сможешь убить меня. Не надо…

Маер, отступавший спиной, вдруг споткнулся и на секунду оглянулся назад. Этой секунды было достаточно, чтобы Надин, словно пантера, отпрянула в сторону и с кошачьей легкостью бросилась в темноту коридора.

— Ложись! — заорал Маер Лисе и принялся палить по убегающей пиратке.

Выстрелив раз пять, он поднял с пола Лису и крикнул ей:

— Быстро! За мной!

Они бросились бежать по коридору. Вслед раздалось несколько выстрелов. С грохотом разорвалась над ними вентиляционная труба, холодным облаком вырывался наружу конденсат. Маер упал на спину и еще раз выстрелил в сторону Надин. Затем вскочил и потащил за собой Лису.

— Быстрее! — кричал он. — Она стреляет метко!

Быстро перемещаться по незнакомому кораблю было просто невозможно, однако Лиса, не разбирая дороги, делала это с поразительной ловкостью. Ей очень не хотелось стать жертвой рокового выстрела, как и Маеру. В какой-то момент Лиса поймала себя на мысли, что парень сам заблудился в лабиринтах коридоров и уже близок к панике. Сзади раздался еще один выстрел — Надин преследовала их по пятам. Очевидно, эта чернокожая пиратка, была отличной бегуньей и прекрасным стрелком. Но Маер с Лисой пока могли опережать ее на шаг. Неожиданно впереди промелькнул человеческий силуэт.

— Стой! Кто это? Что за стрельба? — раздался голос.

— Маер! Я — Маер! — прокричал Маер, резко остановившись и закрывая собой Лису. — Это ты, Джекки?

— Убей его! — подала голос Надин. — Джекки! Он с ними заодно! Стреляй в него! Маер — предатель!

Маер не стал дожидаться развязки. Он вскинул оружие и, не целясь, выстрелил в направлении Джекки. Затем повернулся назад. Положение было критическим: они оказались окружены. Маер грязно выругался.

— Что там? — срывающимся голосом спросила Лиса, указывая на трудноразличимую в полумраке дверь напротив них.

— Твою мать… — проговорил Маер и, одним прыжком очутившись возле двери, всем телом навалился на нее, пытаясь открыть.

Рядом разлетелись снопы искр — выстрелила Надин.

— На пол! — приказал Лисе Маер, повторяя попытку.

Лиса послушно упала на холодный пол и как раз вовремя: Джекки открыл по ней огонь. Едкий дым и запах жженого металла в один миг заполнил пространство вокруг девушки. Она закричала в испуге — плазменный заряд разорвался в каких-то сантиметрах от головы. Затем еще и еще. Лиса не могла даже немного приподняться. Сзади послышался восторженный вопль Надин. Она приближалась и Лиса уже видела в узком коридоре ее темную фигуру, крадущуюся, словно хищная пантера, по стене. Дверь подалась.

— Быстро! Сюда! — криком приказал Маер. — Я сказал — быстро!

С этими словами он смело выступил вперед и принялся палить в сторону Джекки. Увидев это, Лиса решила не упустить шанс, вскочила и бросилась в открытую дверь. Маер в это время повернулся к Надин и выстрелил в нее. Пиратка ответила тем же. В следующий момент на Маера обрушился целый плазменный дождь. Пригнувшись, он последовал за Лисой и захлопнул за собой дверь. Они оказались в кромешной тьме.

— Там нет замка. Дверь их не остановит… — тихо сказал Маер Лисе. — Держись за меня. Пошли.

Лиса на ощупь нашла плечо Маера и, уцепившись за него, словно за спасательный круг, двинулась следом. Парень шел быстро, несмотря на полное отсутствие освещения. Одной рукой он ощупывал стену, в другой держал перед собой пистолет.

— Где мы?… — спросила Лиса. — Что это?

— Там реактор. Это сеть проходов, здесь можно скрыться. Они включат дежурное освещение и постараются нас найти. Мы спрячемся.

Позади загремела дверь и раздался голос Надин:

— Маер! Подумай, что ты делаешь! Дьявол тебя подери!

Вслед за этим — хлопок выстрела. Маер и Лиса инстинктивно пригнулись.

* * *

Когда в реакторном отсеке включили дежурное освещение, Маер и Лиса уже успели укрыться. Отсек этот был одним из самых больших на корабле и состоял из нескольких ярусов. Надин и Джекки действовали по давно зарекомендовавшей себя схеме: сначала шел Джекки. Он внимательно всматривался в каждый уголок помещения, вслушивался в каждый шорох. При этом он держал наготове оружие. Следом на расстоянии двигалась Надин. Она прикрывала первого и перепроверяла за ним помещение. Они были уже прямо под беглецами. Лиса и Маер нашли себе убежище над топливной трубой. Она проходила по коридору лишь в одном месте и была неширокой — всего около полуметра, так что оба они проявили чудеса акробатики, уместившись на такой конструкции у потолка. Одно неосторожное движение — и они выдадут себя, а держались Маер и Лиса на честном слове. Девушка видела Надин всего на расстоянии вытянутой руки. Чернокожая пантера скользила неслышными шагами по коридору, хищно вбирая воздух ноздрями, словно хотела по запаху вычислить скрывавшихся. Конечно, если бы у нее были сканеры, найти Маера и его бывшую подневольную, а теперь напарницу не составило бы труда. Но Надин надеялась на себя. Подготовив к бунту оружие, она не побеспокоилась о приборах. Лиса затаила дыхание. Сердце бешено билось в груди и ей казалось, что оно стучит сильнее двигательной установки, скрытой в недрах корабля. Испытание длилось долгие минуты, ужасно медленно. Надин, словно нарочно, не спешила уходить из-под трубы сразу. Подав рукой знак впереди идущему Джекки, она темной тенью проплыла мимо.

Еще некоторое время Лиса и Маер не двигались, давая возможность охотникам отойти на приличное расстояние. Затем Маер осторожно опустился вниз, огляделся и махнул Лисе.

— Только тихо… — шепотом сказал он ей и помог покинуть убежище.

Еще раз внимательно осмотревшись, он шепнул:

— Двое, очевидно, в кабине пилотов. Двое — здесь. Они движутся к реактору. Когда дойдут до него, поймут, что мы остались позади. Вернутся. Иди за мной. Мы попытаемся проникнуть в отсек капитана. Надеюсь, что с ним все в порядке.

— Он бы тогда хоть как-то проявил бы себя… — предположила Лиса тоже шепотом.

— Кто его знает… Ему-то что беспокоится? Контроль над кабиной пилотов — это всего лишь контроль над системами корабля. Они не смогут изменить курс без капитана. Могут только выключить двигатели. Так что капитан может просто держать оборону у себя и ждать, когда мы достигнем Геталия. Там полно его людей. Надин тогда — крышка. Но он может и устроить охоту. Он может.

Они осторожно продвигались к выходу из отсека. Лиса попросила:

— Дай мне какое-нибудь оружие…

— Ты умеешь стрелять?

— Да. Немного.

— Не дам, — Маер приложил палец к губам девушки. — Во-первых, у меня только один пистолет, во-вторых, я не знаю, могу ли тебе верить.

— Можешь, наверное…

Где-то позади раздался шум. Маер прислушался. Возможно, Надин достигла реактора, хотя, по его подсчетам, это не должно было произойти так скоро. Успокоившись, он продолжил движение.

— Веселое у тебя приключение, да? — шепнул он Лисе.

— Да… — усмехнулась девушка.

— Знаешь, Лиса, я бы хотел увидеть Землю. Просто увидеть. У меня немало денег за эти годы появилось. Когда-нибудь я вернусь домой. Если все будет в порядке…

— Когда-нибудь… — повторила вслед за Маером Лиса.

Как же далеко был сейчас от нее дом и ее беззаботное существование! Не измерить это расстояние ни парсеками, ни годами. Это можно было сравнить разве что с совершенно другой жизнью, в которую возврата уже не было. И от этого хотелось плакать и кричать. Но не сейчас… Сейчас Лиса боролась за новую жизнь. И пока была хоть капля надежды, она не сдавалась.

Они, наконец, добрались до выхода из реакторного отсека. Дверь оказалась открытой. Маер довольно улыбнулся.

— Она же может заблокировать двери! — сказал он. — Что она делает?

— Может, не подумала? — предположила Лиса.

— Может, не подумала… Пойдем…

— Куда? К капитану?

Маер на секунду задумался, затем решительно ответил, не повышая при этом голоса:

— А нам больше некуда идти. Скоро наступит сон, я бы хотел добраться пораньше. А что насчет Надин, так капитан и для тебя лучше, чем Надин.

— Я уже поняла.

Они продолжили движение, правда теперь уже значительно быстрее и увереннее. Вскоре они поднялись по узкой лестнице и очутились возле входа в жилой отсек. Маер осторожно выглянул из-за угла и тут же нырнул обратно.

— Что? — шепотом спросила Лиса.

— Не знаю… — ответил Маер, внимательно рассматривая пистолет. — Не видно никого.

— Ты думаешь, капитан еще там?

— Я думаю, что он пристрелит нас, не спросив ни слова, вот, что я думаю.

— А я ведь тебе об этом и хотела сказать там, внизу… — подтвердила Лиса. — Что же будем делать?

— Полдень, — сообщил Маер вместо ответа, взглянув на часы. — Время очень быстро летит.

Лиса улыбнулась. Маер знаком указал ей на лестницу, ведущую вниз. Лиса поняла: нужно было быть по-прежнему осторожными. По внутренней связи раздался голос Надин:

— Маер! Ты все равно сдохнешь! Я тебе говорю! Ты делаешь ошибку! Вернись! Капитан просто сошел с ума!

Маер, казалось, не обратил на это никакого внимания. Вместо этого, он смело вышел из-за угла, поднял руки и крикнул:

— Капитан! Вы здесь?

— Маер?.. — послышалось вдалеке.

— Я! Я, капитан! Я знаю, кто хищник! Капитан, это Надин! Позвольте мне вернуться!

Некоторое время капитан не отвечал. Очевидно, он что-то обдумывал, или совещался с Ринго. Маер продолжал стоять на месте с поднятыми руками.

— Эй, Маер! — раздался наконец голос Родчерса. — Где девчонка?

— Она со мной! Надин хотела убить ее!

— Вот как… Не опускай рук и медленно иди вперед. И Лисовская тоже! Мы тут уже заждались!

* * *

С самого начала событий этого дня капитан решил не предпринимать никаких активных действий. Стрельба на корабле ему не очень-то нравилась. К тому же, гораздо больше бунта Надин его беспокоило приближение «сонного часа». Он остался с Ринго в своей каюте, из которой можно было без особого труда держать под контролем подходы к жилому отсеку. Так что он был готов к обороне. Однако не так давно ситуация осложнилась: выйдя на связь со своим капитаном, Надин обещала отключить двигатели корабля. В условиях открытого космоса и неизвестной беды на борту, это было верной смертью. Экипаж хотел посадки на любую обитаемую планету. Сделать это без капитана, запрограммировавшего «Вихрь», не мог никто. Самый опытный пилот — Кортис — исчез бесследно позапрошлой ночью.

— На корабле паника… — констатировал капитан, закуривая сигару. — Я должен сказать вам, что экипажа больше нет. Есть только я, Ринго, Маер и моя пленница. Прошу прощения — гостья. Теперь уже, наверное, так…

До наступления сна еще оставалось несколько часов. Родчерс был уверен: если и есть на корабле хищник, то он скрывается в Надин. С ним согласился и Ринго.

— Скажи мне, Лисовская, — попросил капитан, — что же все-таки это такое. Я понимаю, что ты пока не можешь объяснить всего. Но с точки зрения науки — какие у нас шансы? Может ли эта штука передаваться от человека к человеку?

— Вот именно с точки зрения науки — не может, — уверенно заявила Лиса. — Я не знаю всей правды, это точно. Но я видела, как ведут себя эти клетки. Это типичные паразиты. Но они очень слабы. Они приживаются только в одном организме. Подобное я раньше встречала. Я имею ввиду такой вид существования, но не поведения. Что касается шансов… Я не знаю. По-моему — не очень велики.

Лиса говорила правду. Самое ужасное в этой ситуации было то, что никто не знал врага, не мог с ним бороться и никто не мог предотвратить страшный конец. Смерть носителя клеток могла бы стать решением проблемы. Ринго, до некоторых пор не участвовавший в разговоре, спросил:

— Лисовская, как происходит проникновение?

— Я опять же скажу, опираясь на официальную науку, — ответила Лиса. — То есть, как это происходит в других, известных науке случаях. Проникновение возможно при контакте. Капиллярным путем, воздушным. Учитывая, что эти клетки активны только в определенный период времени и вне организма крайне медлительны и нежизненноспособны, могу предположить, что контакт мог быть достаточно длительным. Допустим, человек вошел в пространство, которое заполнено невесомым газом. Он его не видит, но в нем и существуют эти клетки.

— Постой, а здесь таких пространств не может быть? — перебил ее Ринго.

— Могут в принципе. Но если бы мы имели дело с газовым облаком, разве ваши сканеры не засекли бы его? И потом, еще раз скажу, что клетки неактивны сами по себе. Они — паразиты. Должен быть носитель.

— Все ясно… — задумчиво произнес капитан.

— Что ясно? — Ринго повернулся к Родчерсу и внимательно посмотрел на него.

— Это приговор, господа! — Капитан встал с дивана и подошел к столу, на котором располагался его компьютер. — Приговор. Я не хочу быть съеденным. Я не знаю, что происходит на корабле. Но если у меня есть подозрения, а подозреваемый ведет себя очень подозрительно, это приговор.

Родчерс взглянул на часы и улыбнулся.

— У нас есть полтора часа, — сказал он. — Потом будет поздно гадать. Сканеры нельзя выключить. Я контролирую ситуацию. Сейчас весь мой взбунтовавшийся экипаж находится в кабине пилотов. Надин осмелилась выдвинуть мне ультиматум, ты ведь слышал, Ринго? И она выключит двигатели, я знаю. Тогда мы умрем. Но дело даже не в этом. И даже не в ультиматуме, это само по себе достойно наказания: бунт в космосе карается, верно? На самом деле, я подозреваю Надин в наших бедах. Все слишком сходится. Я приговариваю ее к смерти. А так же всех тех, кто осмелится ей помогать избежать кары.

Капитан замолчал. Лиса вздрогнула. Это был тот человек, что спокойно смотрел на нее, со скрученными руками, там, на базе. Это был тот человек, который приказал убить ее товарищей. Это был работорговец, убийца и грабитель. Капитан затянулся табачным дымом и продолжил:

— Времени у нас, как вы поняли, нет. Совсем мало. Ринго, Маер, я пойду с вами. Лисовская, ты тоже.

— Я не пойду… — запротестовала Лиса.

— У тебя есть выбор: снова в наручники и остаться здесь дожидаться развязки, или выступить еще одним бойцом там, у кабины пилотов. Я клянусь, если мы останемся живы, я отпущу тебя на все четыре стороны.

— Капитан, она не умеет стрелять! — вступил в разговор Маер.

— Это не имеет значения, — холодно возразил Родчерс. — Могут стрелять в нее. Это главное. Лишняя мишень увеличивает наши шансы.

— Мишень? — испуганно спросила Лиса.

— А ты что думала? — с издевкой в голосе сказал Ринго. — Хочешь отсидеться? Раз такая переделка — танцуют все. Такой закон. Свободу покупают кровью, не как у вас на Земле, за деньги.

— Вот пистолет, — закончил дискуссию капитан, протягивая оружие Лисе. — Если вздумаешь глупить, я убью тебя.

— А если это не Надин? — спросила девушка срывающимся голосом, взяв пистолет в руки. — Если не Надин хищник?

— Я уже все решил. Теперь это не имеет значения. Умрут они все. Сомнений быть не должно.

Надин без сомнения готовилась выключить двигатели. Черная пантера была человеком решительным. Захватив сердце корабля и не справившись с ним, она решила его остановить. Любыми путями Надин стремилась решить проблему по своему. Ей нужен был корабль. Но ошибка ее была слишком очевидной: все четверо пиратов собрались вместе, в кабине пилотов. Капитан знал это. Родчерс — опасный враг. С ним был хладнокровный убийца — интеллигент Ринго, молодой Маер и теперь еще Лиса. Первый шаг к поражению Надин был сделан с уходом Маера. Нападения она никак не ожидала.

Такое происходило с Лисой впервые. Сердце бешено стучало в груди, глаза заливал холодный пот, дыхание перехватывало. В другое время она рассмеялась бы, увидев себя со стороны: с растрепанными рыжими волосами, в форменных брюках и кофте, босая, держа наготове оружие, она шла к кабине пилотов за капитаном пиратского корабля «Вихрь». Это не игра. Про себя Лиса твердила, как заклинание, последнее наставление Маера: «Когда капитан даст знак, пали по всему, что движется секунды две-три, и падай на пол. И не поднимай головы!» Не поднимай головы… Лиса локтем вытерла пот. Не поднимай головы… Она уже слышит разговоры четырех пиратов. Что же они там делают?! Неужели они не понимают, что на них могут напасть? Спасайтесь же… Не поднимай головы. Только две-три секунды, и потом упасть… Лиса удивленно посмотрела на капитана. Почему она здесь?… Она мало что понимала в этот момент. Она не знала, что Надин надеялась на заблокированную в отсек управления дверь. Она не знала, что Надин не имеет возможности отследить движение людей на корабле. Она не видела, как капитан ввел в программу блокировки свой секретный код, и вход в отсек был для них открыт. Она думала только о том, что сейчас произойдет.

Капитан сделал знак рукой Маеру. Тот тихо проскользнул перед Лисой и очутился у прохода в кабину пилотов. Ринго, согнувшись, пробрался с другой стороны. Родчерс подмигнул Лисе и шепнул:

— Свобода или смерть? Что выбираешь?

Лиса только сглотнула накопившуюся во рту слюну и неопределенно покачала головой. Капитан произнес самые страшные слова:

— Один… Два… Три!!!

Лиса, очевидно, кричала что-то вроде «Надин!». Она не слышала сама себя. С этим криком она ворвалась в кабину пилотов, не замечая Родчерса, на шаг опередившего ее, закрыла глаза и принялась палить из пистолета. Воздух вокруг сделался таким жарким, что Лисе показалось, будто все пылает огнем. Где-то далеко раздавались выстрелы. Девушка понимала, что находится в самом эпицентре перестрелки, но ощущение реальности отступило от нее. Когда голос сорвался и кричать больше было невозможно, сознание Лисы, словно с высокой скалы, ринулось вниз. Кто-то тряс ее за руку. Девушка, дрожа всем телом, медленно опустила руки и открыла глаза.

— Я же сказал: две-три секунды — и на пол… — Маер улыбался. — И хотя бы целилась для приличия что ли…

— Что?…

Лиса в один миг вышла из оцепенения и огляделась. Она стояла в кабине пилотов. Какое счастье, что плазменные заряды не могли пробить обшивку корабля в этом месте, где она была особенно тонкой. Следы попаданий — везде: на стеклах, на внутреннем корпусе. Чудом не задета панель… Рядом с креслом первого пилота лежал окровавленный труп. Лиса узнала его, это был Джекки. Еще один убитый находился в шаге от нее, прямо под ногами. Третьего звали Максим. Он бился в агонии у бортового компьютера. Родчерс быстро подошел к нему, вытянул пистолет и выстрелил.

— Боже! — воскликнула Лиса.

Голова Максима превратилась в кровавое месиво. Тело тотчас застыло. Капитан поднял глаза на Лису. Забрызганный кровью, он был страшен в этот миг. Родчерс сплюнул на пол и коротко приказал Лисе:

— Посмотри Ринго.

Лиса повернула голову и увидела Ринго. Он лежал в дверном проеме, в неестественной позе, будто его завязали узлом. Очки разбились, а из шеи обильной струей шла кровь. Лиса бросила на пол пистолет и кинулась к Ринго. Проверив пульс и зрачки, она на всякий случай осмотрела страшную рану и тихо произнесла:

— Он мертв…

— Я так и подумал… — признался капитан. — Ринго мертв, трое подонков убиты, Надин сбежала.

— Сбежала? — с ужасом спросила Лиса, осознав только теперь, что произошло здесь.

— Да, сбежала! Через полчаса придет сон. Я заблокирую все двери. Но, если верить тебе, один из нас все равно умрет. Кто это будет, а?

— Капитан, надо убрать трупы, — предложил Маер.

Он еще что-то говорил Родчерсу, но Лиса не слушала. Она думала о шести часах. Она думала лишь о приближении страшного часа.

— Укол… — сказала она задумчиво, и, вдруг вскочив на ноги, почти крикнула: — Капитан! Мы будем вводить препарат постоянно! Всю ночь! Мы не должны спать!

— Твой препарат не помогает, — недоверчиво посмотрел на нее Родчерс.

Они прекрасно знали, где находится сейчас Надин. Она оказалась заблокированной в двигательном отсеке. Но это уже было неважно. В оставшееся время Маер успел перенести в кабину пилотов медикаменты и шприцы. Предложение Лисы было рискованным, но безальтернативным. Препарат вводился через каждые десять минут. Часы показывали уже восемь часов вечера, а они все еще боролись со сном. Надин не двигалась — сканеры фиксировали каждый ее вдох.

Смерть от передозировки не казалась им страшной. Гораздо больше они боялись сна. Они боролись, но сон все же наступил…

* * *

Лиса с трудом открыла глаза. Тело страшно болело, голова, казалось, готова была расколоться на части. С трудом приподнявшись на локте, она обнаружила, что лежит у заблокированной двери. Видимо там ее и настиг сон. Лиса попыталась встать. Родчерс еще спал, лежа неподалеку от нее. В руках капитан сжимал шприц с последней дозой, которую еще не успел ввести. Лиса, опираясь на кресло пилота, поднялась на ослабевшие ноги. Сознание помутилось, девушку стошнило. Лиса, словно ее ударили по голове, пошатнулась в сторону и упала на колени. Издав нечеловеческий хрип, она взмахнула руками, пытаясь найти какую-нибудь опору, больно ударилась о спинку кресла. Лишь после этого сознание понемногу стало возвращаться к ней. Тяжело дыша, девушка исподлобья оглядела помещение. Почти напротив нее сидел Маер. Он смотрел на нее полузакрытыми глазами, совершенно безразличный к тому, что происходит. Лиса только теперь вспомнила, где она находится и что произошло за прошедший день.

— Плохо? — вяло спросил Маер.

— Это антиморфин… — хриплым голосом произнесла Лиса. — То, что мы кололи себе. Передозировка. Нормальный человек умер бы от этого. Я не понимаю, почему мы живы…

— Ты проснулась второй. Сейчас полночь… Мы заснули в девятом часу. Сколько же мы держались?

— Боже… — испугалась Лиса. — Все целы?

Она еще раз огляделась в кабине. И Маер, и капитан были здесь. Ночь прошла, а они живы. Впервые за все время плена девушкой овладела такая радость, что ее можно было сравнить с сильнейшим приступом. Ей хотелось кричать и прыгать, как ребенку, но тело так болело, что она и рукой-то шевелила с трудом. Вместо бурной радости, Лиса лишь слабо улыбнулась.

— Иди ко мне, — вдруг неожиданно предложил Маер.

Лиса практически подползла к нему и села рядом, прислонившись спиной к стене.

— Капитан жив. Ты — жива… — сказал Маер. — Я — тоже живой. Что происходит? Где же Надин?

Лиса повернулась к Маеру и непонимающе посмотрела на него. Что еще надо ему, пережившему ночь? В чем он пытается разобраться? И тут девушка осеклась в собственных мыслях. Она сглотнула подступивший к горлу комок и рукой ощупала себя. Если все трое здесь, то кто же носитель смертоносных клеток? По ее версии, человек-хищник мог менять свою структуру и проникать в любые места на корабле. Эта версия основывалась на некоторых ассоциациях с известными научными фактами и подтверждалась событиями на «Вихре». Что же получается теперь? Если носитель клеток Надин, должен был исчезнуть один из них, в кабине пилотов… Лиса вытерла рукой пот со лба. Или неизвестным клеткам не нужен был носитель, или… Они в ком-то из находящихся здесь…

— Нужно найти Надин… — осторожно предложила Лиса.

— Я разбужу капитана, — согласился с ней Маер.

Антиморфин действительно сделал свое дело. К желанию людей не погрузиться в сон, добавилось еще и действие сильнейшего препарата. Когда в прошедшие дни сон приходил на корабль, экипаж сдавался без боя. Около четырех часов длился сон без памяти, далее следовал естественный, человеческий, так необходимый организму. В последнюю ночь люди избежали естественного и почти победили агрессора. Но все же — почти, это не полная победа. Капитан, тоже с симптомами передозировки от препарата, проснулся с трудом. Родчерс изумленно смотрел на Маера и Лису. Он предполагал, что одного из них после пробуждения просто не останется. В кабине пахло кровью, оставшейся на полу со вчерашней атаки, и антиморфином. Капитан приказал включить очиститель воздуха и подошел к сканерам.

— Что там? — поинтересовалась Лиса.

— Она в двигательном отсеке, — ответил Родчерс. — Там же, где и была вчера. Она не двигается… Там ее будет трудно достать. Нам надо посмотреть. Мы сейчас пойдем туда, все.

Маер и Лиса переглянулись. События принимали неожиданный поворот. Если Надин находилась в двигательном отсеке, а все трое живы, где же тогда хищник?

— Капитан… — вдруг осенило Лису. — Я, кажется, могу выдвинуть версию!

Родчерс взглянул на нее и лишь усмехнулся:

— Сколько версий ты уже навыдвигала? А ты сделала хоть что-нибудь полезного? Мы до сих пор не знаем о том, что произошло на корабле. Ринго мертв…

— Я не просилась на ваш корабль, — заметила Лиса. — Но вместе с тем хочу заметить, что среди мертвых может быть и носитель хищника.

Капитан встрепенулся и застыл на месте.

— Ты хочешь сказать, что корабль чист? — спросил он.

— Я ничего не утверждаю. Я только предполагаю.

— Это мы сейчас проверим, — отрезал капитан и скомандовал: — Следуйте за мной, только осторожно. Сейчас я разблокирую двери. Возьмите оружие. И ты тоже, Лисовская.

— Капитан! — поинтересовалась Лиса, поднимая с пола пистолет. — Как насчет свободы? Вы что-то там говорили и о свободе.

Родчерс нехотя повернулся к девушке, сначала одарил ее холодным взглядом, а затем медленно произнес:

— Я не даю пленным оружие. Ты свободна. Долетаем до Геталия — и катись ко всем чертям. Очень приятно было с тобой познакомиться.

— Не могу сказать то же от себя, — бодро заявила Лиса.

Настроение резко улучшилось и теперь даже показалось, что слабость в организме прошла полностью, будто и не было никакого отравления антиморфином. Во-первых, угроза со стороны страшного хищника теперь уже не воспринималась Лисой, как актуальная: она почти была уверена в том, что носитель клеток мертв. А во-вторых, она официально была свободна. Теперь она сможет вернуться на Землю. Правда, она пока не понимала, каким образом сделает это, она даже не знала, где находится Геталий и на каком расстоянии он от ее планеты. Но самое главное — это свобода. Лиса улыбнулась. Капитан уже не был таким грозным и омерзительным, Маер — вообще очень милый. Она уверенным шагом последовала за Родчерсом, как если бы всю свою жизнь пробыла с этими людьми, участвуя в их головокружительных налетах и дерзких вылазках. Пока они шли вниз, к двигательному отсеку, Маер осторожно намекнул Лисе:

— А ты не боишься, что тебя казнят свои же? Они могут и не поверить, что тебя просто вот так отпустили…

— Как-нибудь разберусь, — уверила его Лиса.

— Будут ли они разбираться… — буркнул себе под нос Маер.

— Тихо! — скомандовал капитан.

В этот момент они остановились у дверей двигательного отсека. Родчерс держал перед собой сканер, на котором все передвижения там, за дверью, были заметны. Но сканер ничего не показывал. Он лишь давал сведения о человеческом организме в помещении. Мозговая и мышечная деятельность, пульс, дыхание… Это была Надин.

— Она почти у входа в реакторную… — тихо сказал Родчерс. — Входим по сигналу, а дальше — прикрываем друг другу спину. Она может стрелять.

Дверь с шипением поднялась вверх и они зашли внутрь отсека. Где-то рядом сквозь шум двигателей послышался стон. Лиса насторожилась. В железном отсеке стоны сопровождались гулким эхом и от этого производили гнетущее ощущение. Очевидно, что голос могла подавать Надин. Но что же произошло? Судя по сканеру, она лежит без движения… За эти дни на корабле произошло столько неожиданного и невероятного, что Лиса могла ожидать сейчас всего. Пытаясь разглядеть все до деталей в сумраке отсека, девушка осторожно шла за капитаном, держа наготове оружие. Она даже не замечала, что пол в некоторых местах был очень горяч: прямо под ними работал основной реактор. Сейчас все ее существо подчинялось только одной мысли: выжить в последнем испытании и приблизиться хоть на немного к раскрытию тайны. Последним шел Маер. Он прикрывал тыл вынужденных охотников.

Они миновали топливную установку и вошли в узкий коридор, ведущий ко входу на нижний уровень, к реактору. В разные стороны от коридора расходились проходы к контролирующим двигатель системам. Здесь группа была особенно уязвима.

Оставалось совсем еще немного, как вдруг стон раздался из прохода справа от них. Мгновенно все трое повернулись в сторону звуков. В полумраке Лиса успела заметить, как что-то напоминающее человека, лежащее на полу, приподняло вверх руку. В следующий момент голосом Надин существо почти что выкрикнуло истошно:

— Маер!

Маер выстрелил… Капитан бросился к нему и схватил за руку, вооруженную пистолетом.

— Нет! — приказал он, но было уже поздно.

Они приблизились… Это действительно оказалась Надин. Она была мертва: Маер попал точно в сердце. Заряд разорвал грудную клетку и вырвал у Надин левое плечо. Но самое страшное было не это. Лиса с ужасом увидела, что Надин почти исчезла. Ее конечности словно растаяли, а все тело находилось в густой жидкости. Той самой, что обнаруживали на месте исчезновения других людей…

— Что все это значит?.. — удивился Маер.

— Это значит, что хищник жив… — сказала Лиса, снова испытывая животный страх.

— Где он? Кто он? Он в человеке? — запаниковал Маер, отпрянув назад и с тревогой озираясь по сторонам.

— Боюсь, что он в одном из нас, — упавшим голосом произнесла Лиса. — Мы боролись со сном, как могли. Антиморфин подействовал. Но Надин не повезло больше всех: хищник не смог ее съесть. У него не хватило времени. Сон был коротким. У него не хватило времени парализовать ее, как Глеба. Он просто «надкусил». Так поступают некоторые хищники и в дикой природе. Например, акулы в океане. Они так ранят рыбу-луну…

— Твою мать… — выругался Маер. — Кто же он?

Капитан, все это время рассматривавший труп Надин, вдруг выпрямился и спокойно сказал:

— Ты.

— Что?… — дрожащим голосом произнес Маер.

— Он в тебе, Маер, — повторил капитан. — Она могла видеть хищника. Ты убил ее.

— Да я просто выстрелил! — оправдывался Маер. — Нервы не выдержали! Неужели непонятно? Капитан, что вы говорите?

Капитан стоял молча. Он обреченно смотрел на своего подчиненного и явно не слушал его. Маер вдруг перестал кричать и, прищурив глаза, спросил:

— Капитан… Вы что, хотите меня убить?

— Маер. У меня нет выбора. Пойми.

Родчерс медленно поднял пистолет и направил его на пирата. Маер засмеялся:

— Вы определенно с ума сошли! Капитан, что вы делаете? Я же просто выстрелил. Да если бы не я, вы бы не расправились с этими бунтовщиками!

— Вот за это тебе спасибо. Но, Маер, я стреляю не в тебя, я стреляю в хищника. Он угрожает мне. А ты… Умри достойно, как мужчина.

— Как мужчина?

Маер закусил губу, усмехнулся, и вдруг вскинул оружие прямо на Родчерса.

— А вот что я отвечу! — крикнул он капитану. — Надин не надо было убивать, потому что ты, Родчерс, возвратился бы сюда ночью доесть ее. Верно?

Лиса, которая до этого не шевелилась, стояла возле стены, и пыталась не привлекать к себе внимание, впервые подала голос:

— Прекратите! Пожалуйста…

— Ты вообще хотел плотно поужинать всеми нами, — не реагируя на Лису, продолжал Маер. — Ты же отправил от корабля челноки, да? Ты же запретил нам менять курс… Это ты — хищник.

— Ты знаешь, почему я отпустил челноки, — сказал капитан. — Мне не нужна тут паника. А ты — опусти оружие. Дай мне шанс выжить. Умри.

— Прекратите! — опять потребовала Лиса. Она почувствовала, как на глаза у нее наворачиваются слезы. Она не могла понять причины, очевидно, не выдержали нервы и организм реагировал на все неадекватно. — Все может быть совсем не так. Прекратите! Хищник может быть на самом деле не в человеке!

— Ты помолчи, девочка, — остановил ее Родчерс. — От твоих советов толку никакого. Я больше не хочу сомневаться.

С этими словами капитан слегка повернул голову в сторону Лисы. Он никогда не совершал ошибки более грубой. Родчерс уже лет двадцать попадал в переделки, где ценой за неосторожность была жизнь. Он был научен всему, он выживал в безвыходных ситуациях. А теперь он отвернул голову. Маер выстрелил в ту же секунду. Капитан умер мгновенно. Плазменный заряд в случае прямого попадания в голову не оставляет никаких шансов. Он был мертв, когда еще только, нелепо подпрыгнув в воздухе, стал падать на пол. Но мозг Родчерса уже отдал приказ. Мертвый палец успел нажать на спусковой крючок. Два выстрела — один Маера, другой — капитана, прогремели почти одновременно. Лиса, выронив оружие, закрыла лицо руками и громко закричала. И только спустя несколько секунд, она смогла понять, что произошло на ее глазах. Капитан убит… Маер, со страшной раной грудной клетки, из которой ключом била кровь, корчился в болях на полу и хрипло звал на помощь.

Лиса кинулась к нему. Из глаз ручьем текли слезы.

— Боже!… Что вы натворили! — навзрыд произнесла она, переворачивая залитого кровью Маера, чтобы осмотреть рану.

— Я умру… Лисовская…

— Идиот! — закричала она ему.

Лиса тащила Маера к медицинскому отсеку через весь корабль. Поскальзываясь на теплой и густой крови, она падала, но снова вставала и принималась за работу. Маер был в сознании. Он стонал и скрежетал зубами. Правая рука не слушалась его и, словно чужая, билась о пол и ступени. Для Лисы это был единственный человек в черной и холодной пустоте. И она намеревалась спасти его во что бы то ни стало. Она отчаянно пыталась сделать все, что от нее зависело. Обработала рану, прекратила кровотечение, обезболила и привила регенерирующие клетки. Маер впервые глубоко вздохнул на операционном столе и, глядя перед собой, тихо спросил:

— Что ты делаешь сейчас, Лисовская?…

Девушка, выбившаяся из сил, села рядом со столом прямо на пол. Она вытерла рукавом с лица кровь Маера и сказала:

— Не называй меня Лисовская.

— Хорошо. Что ты сейчас делаешь, Лиса, — попытался поправиться Маер.

Лиса улыбнулась: это были первые признаки того, что Маер пережил самое страшное. Ткани будут восстановлены. Только ему придется лежать дня три.

— Я помогаю тебе, Маер, — ответила она.

— Значит, сейчас мой случай…

— Что?

— Как-то я попросил тебя о помощи, а ты сказала, что не в моем случае… А вот теперь, выходит, мой случай…

Лиса засмеялась. Впервые за долгое время она могла хоть немного расслабиться. Они вспоминали обо всем, что произошло, и строили планы на будущее. Корабль все равно сядет на Геталие. А Маер обязательно поможет девушке вернуться домой.

— Кстати, я ведь спас тебе жизнь… Капитан убил бы нас обоих. Или съел бы… — сказал Маер и погрузился в сон. Для него сейчас это был самый лучший способ выздороветь.

Лиса сидела рядом. «Вихрь» нес их по бескрайним просторам космоса. Корабль без капитана будто бы загрустил и даже двигатели работали, словно пели ему прощальную песню: печально и протяжно. Она не знала, сколько времени прошло со времени ранения Маера. Думала, что час. А на самом деле, весь день. Она думала над словами молодого пирата. Она вспоминала действия капитана. Но ей не хотелось снова гадать о существовании хищника. Она слишком устала. Подошва правой ноги болела. Эта боль, тупая и все возрастающая, взялась из ниоткуда. Девушка согнула ногу и осмотрела ранку. Она совсем о ней забыла. Да, тогда на планете. Очень глупо поранилась. Какой-то колючий местный кустарник. Пожалуй, надо было обработать чем-нибудь, да под руками не было ничего. Ранка заныла еще сильнее. Лиса поморщилась и встала на ноги. Может, хоть так будет лучше?

Маер мирно спал на операционном столе. Лиса наклонилась над ним. Грудь пирата мерно поднималась и опускалась, губы шевелились во сне, словно выговаривали какие-то слова. Сон был крепким и здоровым. Лисе тоже захотелось спать. Но больше всего ей сейчас хотелось есть. Голод, необычайно сильный и все подчиняющий голод овладел ей. А Маер был таким аппетитным… Лиса облизала влажным языком свои губы и приблизилась к лицу человека. Как делала это уже не раз.

Content

Олег Астафьев
Лиса в космосе