Лаймен Фрэнк Баум

Дороти и Волшебник в Стране Оз

Посвящается Харриету Э. Б. Нилу

От автора

Бесполезно. Это абсолютно бесполезно. Дети требуют от меня всё новых сказок о Стране Оз. Я знаю много других историй и надеюсь когда-нибудь рассказать их. Но сейчас мои маленькие тираны не позволяют мне. Они кричат: «Оз! Оз! Напишите ещё об Оз, мистер Баум!», и что я могу сделать, как не выполнить их требования?

Это наша общая книга — моя и всех детишек. Потому что они завалили меня тысячами предложений о том, что написать о Стране Оз. Я честно пытался использовать как можно больше этих предложений, сколько может уместиться в одну книгу.

После восхитительного успеха «Озмы из Страны Оз» стало ясно, что Дороти становится прочным стержнем всех историй об Оз. Все малыши полюбили Дороти. Как написал мне один из моих маленьких друзей, «это не настоящая история о Стране Оз без неё». Посему в этой книге вы снова встретитесь с Дороти, такой же нежной, доброй и невинной, как всегда. Она становится героиней новых необычных приключений.

От моих маленьких корреспондентов было много просьб «написать ещё о Волшебнике». Кажется, славный толстяк приобрёл много друзей в первой книге об Оз, несмотря на то, что он искренне признал себя «обманщиком». Узнав, что он поднялся в небо на воздушном шаре, дети всё ждали, когда он опустится. Мне оставалось только одно: рассказать, «что случилось с Волшебником дальше». Вы встретите его на этих страницах, такого же притворного волшебника, как и прежде.

Есть только одно требование моих маленьких читателей, которое я не смог выполнить. Они хотели снова встретиться с Тото, маленькой чёрной собачкой Дороти, которая приобрела среди ребят много друзей. Но когда вы начнёте читать эту книгу, то поймёте, что в то время, как Дороти очутилась в Калифорнии, Тотошка оставался в Канзасе. Поэтому ей пришлось пуститься в новые странствия без него. Но если мне удастся написать ещё одну историю об Оз, я обязательно поведаю о дальнейшей судьбе Тотошки.

Принцесса Озма, которую я люблю, как и все мои читатели, снова действует на страницах этой книги. А с нею несколько других старых персонажей из прежних сказок о Стране Оз. Вы познакомитесь с Джимом Ломовым Конём, девятью крошечными поросятами и кошечкой Эврикой. Жаль, конечно, что кошка поведёт себя не так хорошо, как следовало. Но не судите её строго. Видите ли, дело в том, что кто её родители — никто не знает. Дороти подобрала её на улице.

Дорогие мои, вы сделали меня самым гордым рассказчиком в мире. Много раз слёзы гордости и радости стояли в моих глазах, когда я читал ваши тёплые, любящие, сокровенные письма, которые приносят мне почти каждый день. Порадовать вас, увлечь вас, завоевать вашу дружбу, а может, и любовь с помощью моих историй, — на мой взгляд, это такое же великое достижение, как стать президентом Соединённых Штатов. Но, конечно, в такой тёплой обстановке я предпочёл бы оставаться вашим рассказчиком, чем быть президентом. Вы помогли мне наполнить свою жизнь смыслом, мои дорогие. Я даже не могу выразить словами всю мою благодарность.

Я стараюсь ответить каждому своему юному корреспонденту. Иногда бывает так много писем, что должно пройти время, прежде чем вы получите ответ. Но наберитесь терпения, друзья мои, ответ обязательно придёт. Ваши письма — самая желанная награда для меня за выполнение приятной задачи — подготовку этих книг. Кроме того, горд сообщить, что истории о Стране Оз — не только мои, но и ваши. Ваши предложения часто направляют мою руку, когда я пишу их. Я уверен, что они и вполовину не были бы так хороши без вашей умной и заботливой помощи.

Л. Фрэнк Баум

Коронадо, 1908

1. Землетрясение

Поезд из Сан-Франциско сильно опаздывал. По расписанию он должен быть на полустанке Хагсон в полночь. Но лишь в пять часов утра, когда на востоке уже занималась заря, небольшой состав из нескольких вагончиков медленно подошёл к открытому навесу. Это простенькое сооружение из лёгкой крыши и подпиравших её деревянных столбов служило станцией. Едва паровоз затормозил, кондуктор громко крикнул:

— Полустанок Хагсон!

Сразу же со своего сиденья поднялась маленькая девочка и направилась к выходу. В одной руке она держала плетёный чемоданчик. В другой — круглую птичью клетку. На её прутья были наброшены старые газеты, скрывая того, кто, вероятно, сидел в клетке. Чтобы бумага не слетала, её перевязали тонкой бечёвкой. Багаж девочки завершался зонтиком, зажатым под мышкой.

Проводник помог самостоятельной юной пассажирке спуститься на перрон. Она оказалась единственной, кто вышел на этом заброшенном полустанке. Машинист прибавил пару в котлах. Паровоз запыхтел, застонал. Вскоре состав не спеша отошёл от платформы и стал набирать ход.

Причиной его опоздания было землетрясение. Ночью несколько мощных подземных толчков последовали один за другим. Машинист опасался, что путь впереди разрушен. Так недалеко до беды. Поэтому он вёл поезд очень осторожно и медленно.

Маленькая путешественница, не шелохнувшись, проследила за поездом, пока тот не исчез за поворотом. Затем она обернулась и огляделась по сторонам. Под навесом не было ничего, кроме старой деревянной скамейки, да и та выглядела не особенно привлекательно. Местность окутывал тусклый предрассветный полумрак. Всматриваясь в него, девочка сперва не заметила ни одного жилища вокруг, ни единой живой души.

Но затем в тени невысоких деревьев она разглядела лошадь и лёгкую двухместную повозку. Девочка подошла поближе. Конь, привязанный к дереву, стоял неподвижно. Он печально уронил голову чуть не до самой земли. Это было крупное животное. Высокое и костлявое, с длиннющими худыми ногами, на которых выделялись большие копыта и коленные суставы. Девочка легко могла пересчитать его рёбра, выступавшие под кожей. Морда была сильно вытянута и совершенно не подходила такому худому коню. Хвост выглядел коротким и облезлым.

Лошадиная сбруя, не раз, видно, требовавшая ремонта, во многих местах была обмотана верёвками и проволокой. Зато повозка казалась почти новой. Она имела яркий крытый верх, который при ненадобности можно было откидывать назад, и пёстрые занавесочки по бокам. В общем, совсем как маленький фургончик.

Обойдя повозку, девочка увидела, что на сиденье клубком свернулся мальчик. Он крепко спал. Девочка опустила на землю птичью клетку и легонько потрогала хозяина повозки остриём зонтика. Мальчик моментально очнулся, сел и часто заморгал ресницами, силясь понять, где он и что вокруг происходит. У него были взъерошенные волосы и искристые серые глаза.

— Привет! — наконец произнёс он, разглядев девочку. — Ты Дороти Гейл!

— Да. А ты приехал забрать меня на ранчо Хагсон?

— Конечно, — ответил хозяин повозки и взглянул на пустую платформу. — А где же поезд? Он что, уже пришёл и ушёл?

Девочка улыбнулась.

— Думаю, что да, иначе бы меня здесь не было, — сказала она.

Мальчик весело рассмеялся. Смех его был искренним и беззаботным. Спрыгнув с фургона, паренёк поставил чемоданчик Дороти под сиденье, а птичью клетку — на облучок повозки.

— Канарейки? — спросил он.

— О нет. Это всего лишь Эврика, моя маленькая кошечка. Я подумала, что лучший способ перевезти её — запрятать в клетку для канареек.

Мальчик одобрительно кивнул.

— Эврика — забавное имя для кошки, — заметил он.

— Я назвала так своего котёнка, потому что нашла его на улице в Сан-Франциско. Дядя Генри как-то сказал мне, что «Эврика» значит «Нашёл!» — объяснила девочка.

— Понятно. Запрыгивай!

Девочка забралась в повозку. За ней последовал подросток. Он схватил поводья, тряхнул ими и крикнул:

— Н-но!

Конь не сдвинулся с места. До этого момента Дороти казалось, что он глухой только на одно своё обвисшее ухо. А теперь выходило, что на оба.

— Н-но! — ещё раз скомандовал мальчик.

Конь стоял не шевелясь. Дороти вдруг улыбнулась.

— Возможно, он и поедет, если ты отвяжешь его от дерева, — сказала она.

Мальчик весело расхохотался и спрыгнул с повозки.

— Наверное, я ещё наполовину сплю, — произнёс он, отвязывая коня. — А Джим — молодчина, хорошо знает своё дело. Правда, Джим? — мальчик потрепал вытянутые ноздри коня.

Затем паренёк снова забрался в повозку и взялся за поводья. Конь сразу подался назад от деревьев. Он медленно развернулся и пошёл трусцой вниз по песчаной дороге. Та еле виднелась в тусклом свете.

— Я думал, что поезд никогда не придёт, — заметил мальчик. — Я прождал на этой станции пять часов.

— Было землетрясение, — сказала Дороти. — Разве ты не чувствовал, как трясётся земля?

— Конечно, чувствовал. Но, видишь ли, подземные толчки — привычное дело у нас в Калифорнии. Надоедает всё время бояться их, — ответил мальчик.

— Проводник сказал, что на его памяти это было самое сильное землетрясение.

— Правда? Тогда оно, наверное, случилось, когда я спал, — задумчиво произнёс мальчик.

Наступила пауза. Конь по-прежнему трусил длинным ровным шагом.

— Как там мой дядя Генри? — поинтересовалась девочка.

— Не беспокойся! С ним всё в порядке. Он и дядюшка Билл прекрасно провели время на ранчо, вспоминая молодость, прежние дела и общих знакомых.

— Мистер Билл Хагсон твой дядя? — спросила Дороти.

— Да, Билл Хагсон — мой дядя. Он женат на сестре жены твоего дяди Генри. Выходит, мы с тобой двоюродные брат и сестра, — разъяснил мальчик. — Я работаю у дяди Билла на его ранчо. Получаю шесть долларов в месяц и кормёжку впридачу.

— У тебя, наверное, много хлопот по хозяйству? — посочувствовала Дороти.

— Да что ты! Это у дядюшки Хагсона полно забот. Ещё бы! Заботиться обо всём ранчо! А у меня одна забота: знай делай, что велят! Об остальном у меня голова не болит. Хотя вообще-то я отличный работник! — сообщил мальчик без ложной скромности.

Но через секунду добавил со смехом:

— Работаю так же здорово, как и сплю!

— Как тебя зовут? — спросила девочка. Ей нравились открытые манеры и жизнерадостность мальчика.

— Знаешь, не слишком-то благозвучно, — ответил тот, немного смутившись. — Моё полное имя Зебедиах. Но все зовут меня просто Зеб.

Мальчик постарался сменить тему:

— Правда, что ты была в Австралии?

— Да, с дядей Генри, — ответила Дороти. — Мы хорошо отдохнули там у дальних родственников. А потом сели на пароход и неделю назад добрались до Сан-Франциско. Дядюшка прямиком направился к вам, на ранчо Хагсон. А я задержалась в городе погостить в семье, с которой мы познакомились во время плавания из Австралии.

— Сколько ты пробудешь у нас? — спросил Зеб.

— Только один день. Завтра нам с дядюшкой Генри надо отправляться домой, в Канзас. Видишь ли, мы очень долго не были дома. А там на ферме тётушка Эм одна со всем управляется. Тяжело ей. Да и мы соскучились по ней и по дому, по родной канзасской степи.

Мальчик разочарованно замолчал. Ему тоже нравилась сестричка, самостоятельная и не зазнайка. Зеб втайне надеялся, что Дороти погостит у них хотя бы несколько дней. Он вздохнул, слегка ударил хлыстом по бокам лошади и задумался.

Прежде чем мальчик смог произнести хоть одно слово, повозку стало опасно раскачивать из стороны в сторону. Казалось, что земля вздыбилась под ними. В следующее мгновение что-то затрещало внизу и послышался отдалённый рёв. Он нарастал, словно к повозке приближалось какое-то огромное чудовище. Дороти увидела, что с её стороны в земле разверзлась широкая щель: которая тут же исчезла.

— Боже праведный! — крикнула девочка, ухватившись за железный поручень сиденья. — Что это было?

— Ужасно сильный подземный толчок! — ответил побелевший Зеб. — Мы чуть не провалились в землю.

Конь внезапно встал как скала. Казалось, никакая сила не стронет его с места. Зеб тряс поводьями и понукал его, но Джим упорствовал. Тогда мальчик размахнулся и огрел бок коня хлыстом. Тот глухо заржал от возмущения, но всё же побрёл по дороге.

Какое-то время дети молчали. Опасность витала в воздухе. В любой миг можно было ожидать нового подземного толчка. Обычно безнадёжно повисшие уши Джима поднялись торчком. Каждый мускул большого лошадиного тела напрягся. Конь двигался не очень быстро, но волнение было так велико, что бока его скоро взмылились. Время от времени Джим дрожал как осиновый лист.

Постепенно небо снова потемнело. По долине носился ветер, издавая странные всхлипывающие звуки. Внезапно раздался душераздирающий рёв, и земля разошлась в разные стороны прямо под лошадью. Образовалась огромная щель. С диким ржанием, означавшим неописуемый ужас, бедное животное рухнуло в пропасть, потянув за собой повозку и седоков.

Дороти машинально ухватилась за крытый верх фургона. То же сделал и Зеб. Неожиданное падение в подземное пространство так напугало детей, что они не успели ни о чём подумать. Со всех сторон их окружал мрак. Затаив дыхание, наши герои ожидали страшного конца. Он должен был наступить при ударе об острые камни или оттого, что земля сомкнётся над их головами и навсегда похоронит в своих недрах.

Ужасное ощущение падения в пропасть, непроницаемая темнота и адский шум — нет, Дороти была не в силах вынести всё это. На несколько мгновений она потеряла сознание. Зеб ещё держался, он не упал в обморок. Но был так сильно напуган, что ничего не соображал. Мёртвой хваткой вцепившись в сиденье, он с ужасом ожидал, что следующее мгновение окажется для него последним.

2. Стеклянный город

Когда Дороти пришла в себя, они продолжали падать в бездну, но уже не так быстро. Крытый верх повозки наполнился воздухом и надулся, как парашют или зонтик при хорошем ветре. Поэтому они летели вниз достаточно плавно, чтобы выдержать подобный спуск. Гораздо труднее было пережить ужас предстоящего падения на дно этой исполинской земной трещины. От одной мысли, что смерть может наступить в любую минуту, детей охватывал вполне естественный страх.

Высоко над их головами прокатывался грохот за грохотом, словно земля с усилием соединялась в том месте, где только что зияла гигантская расщелина. Вскоре со всех сторон посыпались камни и глиняные глыбы. Друзья по несчастью не увидели их, а скорее почувствовали. Падающие предметы забарабанили по крыше фургона. Один из увесистых камней настиг Джима и больно ударил по костлявому телу. Дороти послышалось, что конь вскрикнул человеческим голосом.

Однако новые скользящие удары не причинили большого вреда бедной лошади. Ведь осколки горных пород и другие предметы летели в одном направлении с Джимом. Разве что камни и прочий мусор падали быстрее, чем лошадь с повозкой. Дети спускались под куполом фургона, как на парашюте. Но Джима настигали догоняющие удары. Ошалевшее животное было гораздо больше испугано самим падением в бездну, чем страдало от боли.

Дороти не могла понять, как долго всё это продолжалось. Девочка потеряла чувство времени, так сильно была сбита с толку. Но глаза постепенно привыкли к темноте. Всмотревшись, Дороти различила очертания Джима. Его морда была вздёрнута вверх, уши стояли торчком. А длинные ноги болтались во все стороны по мере того, как несчастное животное кувыркалось в подземном пространстве самым нелепым образом.

Повернув голову, девочка заметила, что Зеб по-прежнему рядом с ней. Он притих и как будто успокоился. Дороти вздохнула с некоторым облегчением. Дыхание стало восстанавливаться. Она поняла, что смерть была совсем рядом, но в конце концов отступила. А впереди девочку ждут новые приключения, Дороти предчувствовала, что они обещают быть не менее захватывающими и удивительными, чем те, что ей уже довелось пережить.

И правда, Дороти была ещё маленькой девочкой, но уже успела побывать в разных чудесных краях. Ей даже посчастливилось дважды посетить волшебную Страну Оз. Там жили добрые и злые феи, а также милые маленькие человечки. В Стране Оз разговаривают птицы и звери и случаются разные чудеса. Много тревог и волнений пришлось пережить маленькой Дороти в земле Оз и других волшебных краях. Но всегда её окружали верные друзья. И всегда она с честью выходила из самых сложных ситуаций. Да, Дороти по праву считала себя опытной искательницей приключений. Стоит ли ей так сильно волноваться сейчас?

Подумав обо всём этом, девочка окончательно успокоилась. Она высунула голову из повозки. Откуда-то струился странный свет. Дороти взглянула вниз. Там, далеко-далеко от них, она увидела шесть огромных светящихся шаров. Они были словно подвешены посреди подземного пространства и ни на что не опирались.

Центральный и самый большой шар был белым и напомнил девочке солнце. Вокруг него, словно пять концов крупной космической звезды, разместились остальные ослепительно сверкавшие шары. Один был розовым, второй — фиолетовым, третий — жёлтым, четвёртый — голубым и пятый — оранжевым. Все эти разноцветные солнышки испускали лучи во всех направлениях.

По мере того как конь с повозкой спускались всё ниже и ниже и приближались к необычному источнику света, лучи стали одевать всё в нежные радужные тона. Свет всё усиливался, пока всё пространство вокруг не озарилось блестящей иллюминацией.

Дороти была слишком изумлена, чтобы говорить. Она заметила, что одно ухо Джима стало фиолетовым, а другое — розовым. Заинтересовавшись этим, девочка проследила, как хвост лошади окрасился в жёлтый цвет. А тело покрылось голубыми и оранжевыми полосками, как у зебры. Затем Дороти взглянула на Зеба. Его лицо было голубым, а волосы розовыми. Это позабавило девочку. Она еле слышно рассмеялась. После пережитых волнений смех получился немного нервным.

— Смешно, не правда ли? — обратилась Дороти к брату.

Мальчик ответил не сразу. Он до сих пор не пришёл в себя. И неудивительно. Это было первое серьёзное потрясение в его жизни. В отличие от двоюродной сестры, Зебу никогда не приходилось переживать опасные приключения. А падение в пропасть буквально ошеломило его. Мальчик сидел не шевелясь. Зрачки глаз расширились от испуга. На лице застыло выражение ужаса. Оно усиливалось полосками голубого, зелёного и жёлтого света.

— Я… я не в-вижу нич-чего с-смешного! — наконец выдавил из себя Зеб.

Внезапно повозка и лошадь медленно накренились набок. Затем повозка перевернулась и продолжала вращаться, пока снова не приняла обычное положение. Но дети не вылетели из сиденья. Вместе с лошадью, фургоном и всем, что находилось внутри, они продолжали равномерное падение в бездну.

Запряжённый в повозку Джим, естественно, вертелся вместе с ней. Такое сальто-мортале доставило ему мало удовольствия. Конь отчаянно сопротивлялся неведомой силе. Его ноги яростно месили воздух. Лишь возвратившись в нормальное положение, конь издал довольное ржание и вдруг проговорил:

— Ну вот, так-то лучше!

Поражённые дети переглянулись.

— Твой конь умеет разговаривать? — спросила Дороти.

— Никогда не замечал за ним этого, — отвечал Зеб.

— Да, это первые слова, которые я произнёс за всю свою долгую жизнь, — отозвался Джим, повернув к ним морду. — И я не понимаю, почему это случилось. А вообще-то вы даёте с этим падением неизвестно куда! В хорошенькое дельце меня втянули!

— Знаешь, мы здесь ни при чём. Волей случая мы сами втянуты в это дело. Но ничего! Очень скоро наше положение изменится. Наверняка что-то случится! — бодро ответила Дороти.

— Конечно, — проворчал конь. — Мы ещё пожалеем о том, что случится.

Зеб нервно передёрнул плечами. Всё происходящее было так невероятно и ужасно, что мальчик ничего не мог понять. А потому имел все причины опасаться новых неприятностей.

Тем временем падающая компания приблизилась к пылающим разноцветным шарам. Они светились так ярко, что заставляли зажмуриться. Дети невольно закрыли глаза руками, чтобы не ослепнуть. Но странное дело: цветные солнышки совсем не излучали тепла. Не успели наши герои удивиться, как очутились ниже светящихся шаров. Падение вниз продолжалось. Крыша фургона закрывала Дороти и Зеба от прямого попадания всепроникающих лучей. Дети опустили руки и снова смогли открыть глаза.

— В конце концов мы куда-нибудь опустимся. Не можем же мы бесконечно падать! — заметил Зеб, глубоко вздохнув.

— Конечно, нет, — согласилась Дороти. — Сейчас мы находимся где-то в центре Земли. Если так будет продолжаться, то скоро доберёмся до обратной её стороны. Однако в большую же дыру нас затянуло!

— Ужасно большую! — добавил Зеб.

— Послушайте, мы к чему-то приближаемся, — сообщил конь.

Дети высунулись из повозки и взглянули вниз. Под ними была неведомая земля, во всяком случае твёрдая поверхность. И не сказать даже, чтобы очень далеко от них. Правда, наши герои падали очень-очень медленно. Так медленно, что теперь это уже было не падение, а плавный спуск. Поэтому у детей оказалось достаточно времени, чтобы успокоиться и оглядеться вокруг.

Внизу расстилался красивый пейзаж с горами и равнинами, озёрами и реками, очень похожими на те, что есть на Земле. Но освещалось всё не привычным для детей солнцем, а шестью ослепительными шарами, мимо которых они пролетали. Поэтому ландшафт живописно окрашивался светом этих разноцветных подземных солнц. Повсюду виднелись скопления домов. Казалось, все они сделаны из чистейшего стекла, уж очень они ярко сверкали.

— Уверена, нам ничего не грозит, — рассудительно произнесла Дороти. — Мы спускаемся так медленно, что никак не можем разбиться. Да и страна, к которой мы приближаемся, выглядит достаточно приветливой. Судя по домикам, этот подземный мир обитаем. Значит, мы не будем одиноки.

— Да, но мы никогда уже не вернёмся домой! — тяжело вздохнул Зеб. — Отсюда не выбраться на земную поверхность.

— О, я совсем не уверена в этом! Еще посмотрим! Давай не будем загадывать, — ответила девочка. — Не стоит пока беспокоиться о таких вещах. Этим мы никак себе не поможем. Я часто слышала от взрослых, что глупо заниматься напрасными хлопотами.

Зеб молчал. Он не нашёл что ответить на столь глубокомысленную речь. Между тем дети полностью погрузились в созерцание пейзажа, раскинувшегося внизу. Похоже, что они спускались прямо в середину большого города. Вокруг было много высоких зданий со стеклянными куполами и остроконечными шпилями. Эти шпили походили на гигантские копья, торчавшие наконечниками вверх. Налетев на них, можно было серьёзно пораниться.

Заметив опасность, Джим весь напрягся. Опустившиеся было уши снова встали торчком от страха. Дороти и Зеб затаили дыхание, ожидая, что произойдёт. Ведь изменить направление спуска они не могли. Но, слава Богу, всё обошлось: все они плавно опустились на широкую плоскую крышу. Так благополучно завершилось беспримерное падение Дороти и Зеба в самую сердцевину Земли.

Когда Джим почувствовал под собой твёрдую опору, он принялся так брыкаться, что едва устоял на ногах. Зеб сразу выскочил из повозки на крышу. В спешке он неловко задел птичью клетку. Та упала вниз, и при ударе о стеклянную крышу у неё отлетело дно. Тут же из клетки выполз розовый котёнок. Он невозмутимо уселся рядом с повозкой, сверкнул круглыми глазками-бусинками и сладко зевнул.

— А вот и моя Эврика! — представила котёнка Дороти.

— Первый раз вижу розовую кошку, — заметил Зеб.

— На самом деле у Эврики белая шерстка. Это здешнее освещение придаёт ей такую окраску.

Вдруг кошечка повернулась к девочке и спросила:

— А где моё молоко? Я смертельно голодна.

— О Эврика! И ты говоришь?! — воскликнула Дороти.

— Говоришь? Я говорю? Боже мой, пожалуй, так оно и есть. Забавно, не правда ли?

— Забавно или нет, но неправильно! — серьёзно заявил Зеб. — Животные не должны разговаривать. А с тех пор, как с нами приключилось это несчастье, даже старина Джим заговорил!

— Не вижу ничего неправильного! По крайней мере, в мире случаются вещи куда более неправильные, — резко заметил Джим.

Затем конь счёл предмет спора исчерпанным и спросил о том, что волновало всех:

— И что же мы будем делать?

— Не знаю, — ответил мальчик, с любопытством озираясь по сторонам.

Все дома вокруг были из стекла. Такого чистого и прозрачного стекла, что сквозь стены было видно не хуже, чем через окна. Под крышей, на которую они опустились, Дороти разглядела несколько комнат. Скорее всего это были гостиные и спальни. Девочке даже почудилось, что в этих комнатах видны какие-то странные фигуры.

В соседней крыше зияла солидная дыра, вокруг которой были разбросаны стеклянные осколки. Ближайшая башня со шпилем была снесена до основания. Рядом валялись её обломки. Да и другие постройки выглядели повреждёнными. В одних виднелись проломы, у других были скошены углы. Казалось, на стеклянный город что-то обрушилось сверху. Но что именно, понять было невозможно.

Однако даже разрушенный вид не мог скрыть совершенства линий и изящества стеклянных построек. Наши герои пришли к выводу, что эти здания были очень красивы, пока какой-то несчастный случай не испортил их. Радужные лучи от разноцветных солнц мягко ложились на стеклянный город. От этого все дома и здания переливались нежными, постоянно меняющимися оттенками: ведь светящиеся шары всё время вращались.

Насладившись первым впечатлением от стеклянного города, дети только сейчас заметили, что вокруг них царит полная тишь. Только наши герои и нарушали её. Может быть, этот чудесный подземный город покинут жителями и здесь никто не живёт?

Но не успели они подумать об этом, как через отверстие на соседнюю крышу выбрался какой-то человечек. Он был хорошо виден в ярких разноцветных лучах. Человечек был невысок, но хорошо сложён. Его лицо было красивым — спокойным и ясным, как на полотнах известных живописцев. Одежда на нём сидела великолепно. Она была зелёного цвета и чудно переливалась бриллиантовыми тонами, когда на неё попадали лучи разноцветных солнц.

Человечек сделал шага два по стеклянной крыше, прежде чем заметил присутствие чужестранцев. Тогда он резко остановился. На спокойном лице не отразились ни ужас, ни удивление. Хотя человечек наверняка был и удивлён, и испуган. Только после того как его глаза остановились на нескладной фигуре Джима, он быстро отбежал в дальний угол крыши. При этом он безотрывно смотрел на Джима, который, судя по всему, произвёл на подземного жителя сильное впечатление.

— Эй, что вы делаете?! — закричала Дороти. Она заметила, что человечек, продолжая разглядывать лошадь, достиг края крыши и занёс ногу в пустоту.

— Осторожней, вы упадёте! — снова вскричала Дороти.

Но подземный житель спокойно зашагал по воздуху, словно по твёрдой поверхности. Сильно удивлённая, девочка подбежала к краю и глянула вниз. Незнакомец быстро прошагал по воздуху до самой земли. Вскоре он достиг стеклянного тротуара. Дороти увидела, как он исчез за стеклянной дверью большого стеклянного здания.

— Как странно! — выдохнула изумлённая девочка.

— Не только странно, но и забавно, — раздался тоненький голосок кошки. Повернувшись, Дороти обнаружила, что её любимица разгуливает по воздуху на расстоянии фута от крыши.

— Назад, Эврика! — ужаснулась девочка. — Ты сейчас точно разобьёшься!

— Пора бы тебе знать, дорогая хозяйка, что в кошке проживают девять жизней. Но в этих странных краях я не рискую свалиться вниз и потерять хотя бы одну из них. По той простой причине, что не смогу упасть, даже если очень захочу.

— Воздух выдерживает твой вес? — спросила девочка.

— Конечно, разве ты не видишь? — и кошечка снова взмыла в воздух и вернулась обратно.

— Вот здорово! — воскликнула Дороти.

— Слушай, пусть-ка твоя Эврика сходит вниз и позовёт кого-нибудь к нам на выручку, — предложил Зеб.

Он был изумлён происходящим ещё больше Дороти.

— Зачем? Лучше попробуем сами пройтись по воздуху, — ответила девочка.

Зеб подался назад от края крыши.

— Я бы не решился, — произнёс он.

— Может быть, Джим пойдёт? — сказала Дороти, поглядев на коня.

— А может, и не пойдёт! — взорвался Джим. — Я и так долго падал в бездну и кувыркался в воздухе, чтобы заставлять себя проделывать это ещё раз.

— Да, но мы ведь не грохнулись на крышу изо всей силы, — возразила девочка. — В конце спуска мы летели очень медленно. Я почти уверена, что точно таким же образом, без малейшего ущерба для себя, мы сможем спуститься на улицу. Посмотрите, вон Эврика прекрасно ходит по воздуху.

— Да она весит-то полфунта, не больше, — возразил Джим. — А я на полтонны потяну.

С сомнением оглядев животное, девочка покачала головой.

— Вряд ли, Джим. Ты ужасно худой.

— Да, я старая ломовая лошадь, — понуро уронил голову Джим. — Мне многое довелось пережить. Сколько лет я возил городской экипаж в Чикаго! А это что-нибудь да значит.

— Он ест прилично. Хватит, чтоб потолстеть. Уж я-то знаю, — веско заявил Зеб.

— Кто, я? Может быть, сегодня я хоть что-нибудь съел на завтрак? — проворчал конь, обиженный словами мальчика.

— Никто из нас не завтракал, — не сдавался Зеб. — И вообще, в минуту опасности глупо болтать о еде.

— Нет большей опасности, чем остаться без пищи, — фыркнул конь. — А мы даже не знаем, есть ли в этой диковинной стране овёс или нет! Если даже и есть, то вполне возможно, что он стеклянный!

— Ты ошибаешься! — воскликнула Дороти. Она как раз взглянула на другую сторону крыши. — На окраине города я вижу много ухоженных садов и полей.

Затем девочка добавила:

— Всё это хорошо. Но мы всё-таки должны найти возможность спуститься на землю.

— Почему бы вам не проделать это прямо сейчас? — обратилась Эврика к детям. — Я голодна как лошадь и ужасно хочу молока.

— Ты попробуешь, Зеб? — девочка повернулась к брату.

Зеб заколебался. Ужасное падение в подземную бездну так подействовало на него, что на время он стал боязливей и осторожней, чем обычно. Бледное лицо всё ещё выглядело испуганным. Но Зеб был мальчишкой и совсем не хотел, чтобы хоть одна девчонка на свете посчитала его трусом. Вздохнув, он медленно подошёл к краю крыши.

Дороти ухватила его за руку. Зеб занёс ногу и как бы пощупал воздух. Он показался мальчику достаточно плотным. Наконец Зеб решился. Он сделал шаг, за ним второй. Держась с ним за руку, Дороти последовала за мальчиком. И вот уже дети спокойно прогуливались по воздуху. Рядом резвилась кошечка.

— Давай, Джим! — позвал Зеб. — Всё в порядке!

Джим подобрался к самому краю и огляделся. Конь был ещё осторожней, чем мальчик. Но долгий опыт подсказал ему, что он, пожалуй, сможет проделать то же, что остальные. Взмахнув коротким хвостом и захрапев, Джим рысью пустился с крыши. Повозка потащилась за ним. По пути на землю конь обогнал детей. Ведь вес его был гораздо большим, и он спускался значительно быстрее. Но даже при всём своём весе Джим так плавно приземлился на стеклянный тротуар, что фургон даже не дрогнул.

— Ну и ну! — выдохнула Дороти, опустившись на мостовую. — Что за необычная страна!

Из стеклянных дверей соседних домов стали высыпать человечки. Они молча рассматривали пришельцев. Скоро собралась целая толпа. Среди собравшихся совсем не видать было детей. Все человечки чем-то напоминали первого, которого наши герои встретили на крыше. У каждого было приятное лицо, хорошая фигура. Все были привлекательно одеты. Среди них не было ни одной невзрачной персоны.

И всё же Дороти не особенно обрадовалась появлению человечков. Может быть, потому, что безжизненные выражения их лиц больше подходили куклам или манекенам, чем живым людям. Человечки не смеялись, не хмурились. Они не выражали ни страха, ни удивления, ни дружелюбия. Подземные жители просто уставились на пришельцев и не сводили с них немигающих глаз. Больше внимания человечки уделили Джиму и Эврике. Дети имели хотя бы внешнее сходство с подземными жителями. А зверей, напоминающих лошадь или кошку, как видно, в подземном мире не было.

Вдруг толпа почтительно расступилась. Сквозь неё важно проследовал человечек с золотым обручем, надетым на тёмные волосы. На обруче сияла восхитительной красоты звезда из драгоценного металла, неизвестного на поверхности Земли. Судя по знакам внимания, которые оказывали ему окружающие, человечек со звездой был у них самым главным. Он оглядел ничего не выражавшими глазами сначала животных, а затем детей и обратился к Зебу. Мальчик был ростом повыше Дороти, и предводитель подземных жителей, вероятно, принял его за старшего в компании чужестранцев.

— Я — Подземная Звезда, правитель Стеклянного города и всей этой страны. Отвечай, пришелец, это ты и твои спутники вызвали каменный дождь?

Сначала Зеб не понял, о чём его спрашивают. Но затем вспомнил о камнях и обломках горных пород, которые обгоняли их во время падения с поверхности Земли. Мальчик стал догадываться, о чём речь. Вероятно, подумал он, те камни гораздо раньше достигли этой местности.

Зеб ответил:

— Нет, сэр. Никакого каменного дождя мы не вызывали. Это было землетрясение.

Подземная Звезда какое-то время помолчал, обдумывая услышанное. Затем спросил:

— Что такое землетрясение?

— Я точно не знаю, — смутился Зеб.

Но Дороти, заметив его растерянность, пришла на помощь:

— Понимаете, это когда землю трясёт. От подземных толчков образуются трещины. Как раз после одного такого толчка в земле открылась огромная щель. Ну, мы туда и упали. И лошадь с повозкой, и всё остальное, под чем исчезла опора. Камни там всякие. Они падали вместе с нами. Но мы, как видите, не виноваты.

Подземный правитель бросил на девочку беспристрастный, холодный взгляд.

— Дождь из камней принёс много бед нашему городу, — сказал он. — Вам придётся отвечать за случившееся, если только вы не докажете свою невиновность.

— Каким образом? — спросила девочка.

— Не знаю. Это ваша забота. А сейчас мы должны отправиться в Храм Чародея. Он отгадывает тайны прошлого и предсказывает будущее. Так что скоро мы узнаем всю правду о каменном дожде и о степени вашей виновности. Следуйте за мной, пришельцы.

Подземная Звезда повернулся и гордо зашагал вниз по стеклянной улице, сопровождаемый свитой. После минутного колебания Дороти взяла Эврику на руки и забралась в повозку. Мальчик уселся рядом с ней и крикнул:

— Н-но, Джим!

Конь поплёлся, потащив за собой фургон. Жители Стеклянного города беспорядочной толпой двинулись следом. Процессия миновала несколько улиц и, сделав один или два поворота, вышла на широкую площадь. Посреди неё стоял большой хрустальный дворец с куполом посредине и четырьмя высокими шпилями по углам. Это и был Храм Чародея.

3. Прибытие Волшебника

Подземная Звезда и его свита, не останавливаясь и не оборачиваясь, прошли в стеклянный дворец. Зеб прикинул на глазок, что ворота Храма вполне пропустят лошадь с повозкой. Поэтому он не стал утруждать себя и сестру тем, чтобы спешиться, а направил Джима прямо во дворец. Наши герои очутились в огромном круглом зале. Украшенный цветным хрусталём всевозможных оттенков, Храм Чародея поражал изнутри своим величием и красотой. Толпа безмолвных горожан последовала за пришельцами и разместилась вдоль стен обширного зала. Таким образом чужестранцы были окружены со всех сторон.

Подземная Звезда вышел на середину зала и громко позвал:

— Приди к нам, о Гвиг!

Тотчас невесть откуда появилось облако дыма, который заструился вдоль пола. Затем клубящиеся пары медленно поднялись вверх и достигли купола. Когда дым рассеялся, в центре зала, прямо перед ноздрями Джима, возвышался хрустальный трон. На нём сидел весьма странный персонаж. Внешне он чем-то походил на других подземных жителей. Разве что вся одежда его была ярко-жёлтой. Наверное, так было принято у подземных чародеев и магов, подумала Дороти.

На голове и висках Чародея росли… обыкновенные острые шипы-колючки, которые можно увидеть на розовых кустах и шиповниках. Даже на кончике носа того, кого назвали Гвигом, торчал шип. Создание выглядело так смешно и нелепо (его напыщенный вид только усиливал это впечатление), что Дороти, едва увидев его, от души рассмеялась. Услышав хохот, Чародей бросил на девочку холодный, жестокий взгляд, который заставил её поперхнуться.

— Пришельцы! Как вы осмелились незваными проникнуть в нашу великую Страну Мангабу, удалённую ото всех миров и живущую в благодатной тишине и полном спокойствии? Отвечайте! — потребовал Чародей.

— Какую-какую страну? — не поняла Дороти.

— Мангабу — так зовётся наша тишайшая страна. И всех, кто её населяет, тоже зовут мангабу. Но не увиливайте от ответа, чужестранцы! — настаивал Гвиг.

— Мы не собирались проникать к вам. Это вышло случайно. Мы здесь совершенно ни при чём! — заверила Дороти.

— Допустим! Тогда зачем вы наслали на нас каменный дождь, который разрушил наши дома? — продолжал Чародей.

— Мы не делали этого, — заявила девочка.

— Докажите! — закричал Гвиг.

— Мы не собираемся ничего доказывать! — возмутилась Дороти. — Если бы вы соображали хоть самую малость, то знали бы, что это землетрясение.

— Мы знаем то, что нам надо знать! А именно: вчера был дождь из камней. Он наделал много вреда и поранил многих мангабу. Сегодня случился другой каменный дождь, а вы появились сразу вслед за ним, — зловеще объяснил Чародей.

Подземная Звезда в упор взглянул на него:

— Между прочим, вчера ты предсказал, что нового каменного дождя не будет. А сегодня он прошёл, да ещё хуже первого. На что годятся твои предсказания, если они врут?

— Нет, моё предсказание сбылось! — уверенно отмёл подозрения правителя Чародей, покрытый шипами. — Вспомните, мой повелитель! Я предсказал, что нового дождя из камней не будет. Верно, сегодня был дождь. Но не из камней, а из людей, лошадей и повозок! Ну а вместе с ними упало там несколько камешков, так, мелочь всякая…

— Ладно. Ещё какие-нибудь дожди будут? — подозрительно спросил Подземная Звезда.

— Нет, мой повелитель.

— Ни из камней, ни из людей?

— Нет, мой повелитель.

— Ты уверен, Гвиг?

— Вполне, мой повелитель. Мой магический внутренний голос говорит мне так.

Этот диалог прервал придворный-мангабу. Он вбежал в Храм Чародея и обратился к подземному правителю с низким поклоном:

— К нам приближается ещё что-то странное, мой повелитель!

Подземная Звезда и все мангабу высыпали на площадь и задрали головы вверх. Дороти и Зеб, соскочив с повозки, выбежали следом. Только Чародей Гвиг спокойно остался на хрустальном троне.

Высоко в воздухе виднелось что-то напоминавшее воздушный шар. Оно уже пролетело мимо светящейся звезды из шести солнц и медленно приближалось к Стране Мангабу. Так медленно, что поначалу казалось, будто предмет еле движется.

Толпа застыла в безмолвном ожидании. Это всё, что она могла сделать. Бежать прочь, чтобы не попасть под удар спускавшегося предмета, было бесполезно. Никто не знал, куда он точно приземлится. Дороти и Зеб смешались с толпой. Со стороны их было различить трудно. Ведь дети были одного роста со взрослыми мангабу. А Джим с повозкой остался в Храме Чародея. На сиденье фургона, уютно свернувшись клубком, сладко спала Эврика.

Постепенно воздушный шар, а это он и был, стал расти в размерах. Это доказывало, что он приближается. Поглядев на мангабу, Дороти поразилась их терпению и выдержке. Её сердечко учащённо билось от волнения. Воздушный шар означал, что с поверхности Земли прибудет кто-то ещё. Девочка надеялась, что этот кто-то поможет ей и Зебу выпутаться из затруднительного положения.

Через час шар опустился настолько, что стала видна подвешенная под ним корзина. Через два часа Дороти разглядела голову, высовывавшуюся из корзины. Наконец через три часа большой воздушный шар плавно опустился на стеклянной площади рядом с толпой ожидающих.

Из корзины выпрыгнул маленький человек. Он снял шляпу-цилиндр и весьма грациозно поклонился собравшимся. Это был спокойный пожилой человек маленького роста. Его чуть вытянутая голова была абсолютно лысой.

— Да это же Волшебник Оз! — изумилась Дороти.

Маленький человек посмотрел на неё и, казалось, удивился не меньше самой девочки. Он радостно заулыбался и поклонился Дороти:

— Да, моя дорогая, перед тобой действительно Оз, Великий и Ужасный! Так, кажется, меня звали в Волшебной стране, которой я дал своё имя? Ну а ты крошка Дороти из Канзаса, верно? Я часто вспоминал тебя. Боже мой, сколько приключений мы пережили!

— Кто, ты говоришь, это? — шепнул ошарашенный Зеб на ухо девочке.

— Волшебник Оз. Ты что, никогда не слышал о нём?

Дороти и Оз подняли в приветствии руки. Ещё бы! Их связывали друг с другом удивительные события, которые им пришлось пережить в волшебной Стране Оз. Волшебник попал туда раньше Дороти и успел стать правителем прекрасного Изумрудного города. Потом ураган занёс в Волшебную страну девочку из Канзаса. Оз сначала принял её не очень приветливо и даже заставил сражаться против Злой ведьмы Запада. Но Дороти и её друзья победили, а затем вернулись в Изумрудный город и разоблачили Оза.

Оказалось, что он никакой не волшебник, а просто обманщик. Но такой искусный, что если бы не Дороти, он ещё долго мог водить за нос не только жителей Волшебной страны, но и всех колдунов и волшебниц, населявших те благословенные края. После разоблачения Дороти и Оз подружились. Оз собирался помочь девочке вернуться домой в Канзас и построил для этого воздушный шар. Но в последний момент вихрь оборвал удерживавшую шар верёвку, и Дороти не успела вскочить в корзину. Оз улетел в Соединённые Штаты один. Много позже, после новых странствий, девочке тоже удалось вернуться на родину. С тех пор они ни разу не встречались, но хранили друг о друге тёплые воспоминания.

И вот такая встреча! Но не успели Дороти и Оз подойти друг к другу, как из толпы выступил Подземная Звезда и строго обратился к Волшебнику:

— Почему ты нарушил покой Страны Мангабу, чужеземец?

— А что, есть такая страна? Я и не знал, уважаемый. Откровенно говоря, когда я поднимался в небо на воздушном шаре, у меня не было намерения навестить вас, друзья мои, — ответил Оз, приятно улыбаясь.

Затем, заметив суровые выражения лиц местного вождя и остальных подземных обитателей, он перешёл на более серьёзный тон:

— Видите ли, Ваша Честь, я живу на поверхности Земли. А это гораздо лучше, по моему глубокому убеждению, чем обитать среди земных недр. Так что я действительно не собирался посещать вашу страну. Но вчера я поднялся в небо на воздушном шаре и не успел вернуться, как началось землетрясение. Подземные толчки сопровождались бурей в небесах. Я решил спуститься, но, подлетев к земле, угодил в огромную трещину. К тому времени я выпустил из своего шара столько газа, что не мог снова взлететь вверх. Ещё через несколько мгновений земля надо мной закрылась. Потом я продолжал снижаться, пока не достиг ваших краёв.

Затем Оз добавил:

— Если вы, Ваша Честь, окажетесь столь любезны указать мне обратный путь, я незамедлительно и с превеликим удовольствием вместе с этими детьми (он указал на Дороти и её спутника) удалюсь отсюда. Жаль, конечно, что потревожил вас, но это вышло совершенно случайно.

Правитель Мангабу внимательно выслушал Оза. Затем спросил, кивнув в сторону девочки:

— Эта чужестранка, тоже прибывшая с поверхности Земли, называет тебя Волшебником. Волшебник это что-то вроде чародея?

— Даже лучше! — проворно ответил Оз. — Один волшебник стоит трёх чародеев.

— Тебе придётся доказать это, пришелец! — сказал Подземная Звезда. — В настоящее время мы, мангабу, имеем одного из наиболее могущественных чародеев, которых когда-либо срывали с грядки. Но иногда он ошибается в предсказаниях. А вот ты никогда не ошибаешься?

— Никогда! — самоуверенно подтвердил Волшебник. Он ничего не понял насчёт чародеев, которых нужно срывать с грядок, но в своих способностях не сомневался.

— Оз! — Дороти укоризненно покачала головой. Уж кто-кто, а она-то знала, что кроется за волшебными чарами Оза. — Вспомни, когда мы были в Волшебной стране, ты наделал много ошибок. Будь осторожен, они будут проверять тебя!

— Чепуха! — сказал Оз, покраснев. Правда, в следующий миг на него упал фиолетовый солнечный луч и скрыл это обстоятельство.

— Ну что же, следуй за мной! — обратился к нему Подземная Звезда. — Тебе предстоит познакомиться с Чародеем Страны Мангабу!

Волшебнику не по душе было такое приглашение. Но как откажешься? Поэтому Оз последовал за подземным правителем в Храм Чародея. Дороти и Зеб тоже вошли в здание, а за ними и все мангабу — очевидцы приземления воздушного шара.

Чародей по-прежнему восседал на троне. Стоило Волшебнику увидеть Гвига, густо усыпанного колючками, как Оз принялся хихикать.

— Впервые вижу столь нелепое создание! — не удержался он.

— Возможно, он действительно выглядит нелепо. Но Гвиг — отличный чародей. Единственная его вина в том, что он частенько ошибается, — спокойно разъяснил Подземная Звезда.

— Я никогда не ошибаюсь! — возразил Чародей.

— Недавно ты сообщил мне, что больше не будет дождя ни из камней, ни из людей, — сказал подземный правитель.

— Ну и что из того?

— Вот полюбуйся: перед тобой новый пришелец, который опустился к нам с поверхности Земли, наверно, для того, чтобы доказать твою неправоту.

— Один пришелец — это ещё не люди, — оправдывался Чародей. — Вот если бы сверху упали два человека, о них можно было бы сказать «люди». Тогда вы с полным правом обвинили бы меня в ложном предсказании. Но пока не появится ещё хоть один пришелец, кроме вот этого, я буду утверждать, что не ошибся!

— Ловко придумано! — Оз кивнул головой в знак одобрения. — Рад встретить внутри Земли таких же хитрецов, как на её поверхности. Вы работали когда-нибудь в цирке, брат мой?

— Нет, — ответил Гвиг.

— Тогда вам непременно надо поступить туда. Там такие трюки и уловки в цене, — авторитетно заявил Волшебник. — Я работаю на «Великие Объединённые Шоу Бэйлюм энд Барни»: три арены под одним шатром и зверинец сбоку. Прекрасная контора, уверяю вас.

— А чем вы там занимаетесь? — заинтересовался Чародей.

— Когда цирк приезжает на гастроли в какой-нибудь город, я поднимаюсь в небо на воздушном шаре с огромными транспарантами. Так я завлекаю публику на представление. Я — опытный воздухоплаватель. Но в последний раз удача изменила мне. Как видите, я приземлился несколько ниже, чем хотелось бы. Но я не сильно расстроен. Не каждому повезёт увидеть страну Габазу.

— Мангабу, — поправил Чародей. — Если вы волшебник, то должны знать, как правильно называется та или иная страна.

— О, не сомневайтесь, я настоящий волшебник, — без тени сомнения заявил Оз. — Такой же приличный волшебник, как вы — чародей.

— Посмотрим, — мрачно заключил Гвиг.

Беседу двух представителей магического ремесла прервал правитель Мангабу. Он обратился к Озу;

— Если докажешь, что твои чары сильнее, чем его, я сделаю тебя главным волшебником страны Мангабу. В противном случае…

— Что будет в противном случае? — полюбопытствовал Волшебник Оз.

— …Я прикажу лишить тебя жизни и не позволю высадить на грядке, — отвечал Подземная Звезда.

— Хорошенькое дело, — буркнул Волшебник, взглянув на подземного правителя. — Впрочем, я не собираюсь рвать волосы на голове, тем более что у меня их нет. Так и быть, я вступлю в состязание и одолею вашу Старую Колючку.

— Меня зовут Гвиг, — Чародей сердито сверкнул жестокими глазами на противника. — Посмотрим, сумеете ли вы продемонстрировать хоть что-нибудь подобное тому, что я сейчас представлю.

Он взмахнул рукой, и сразу послышался перезвон колокольчиков. Полилась приятная музыка. Дороти с любопытством взглянула туда, откуда доносилась мелодия. Но ни там, ни во всём зале не было видно никаких колокольчиков. Мангабу тоже прислушались к музыке, но без особого интереса. Они привыкли, что Гвиг всегда прибегает к этому номеру, когда требуется доказать его магическое искусство.

Пришёл черёд Волшебника. Он улыбнулся зрителям и спросил:

— Кто-нибудь может одолжить мне шляпу?

Никто не мог, потому что мангабу не носили шляп. А Зеб потерял свою во время падения с поверхности Земли.

— Гм! — кашлянул Волшебник и продолжал: — В таком случае кто-нибудь одолжит мне носовой платок?

Но и носовых платков у мангабу не было.

— Ну что же, ничего страшного, — не растерялся Волшебник. — Если не возражаете, я воспользуюсь собственной шляпой. А сейчас, глубокоуважаемая публика, прошу следить за мной внимательно! Видите — у меня за спиной и в рукавах ничего нет. Моя шляпа тоже абсолютно пуста.

Оз снял цилиндр, перевернул его и часто-часто потряс.

— Дайте-ка я взгляну! — потребовал Чародей.

Он схватил шляпу и внимательно осмотрел её. Убедившись, что цилиндр пуст, Гвиг вернул его владельцу.

— А сейчас… я сделаю нечто из ничего! — объявил Волшебник.

Он положил шляпу на стеклянный пол и сделал рукой какие-то пассы. Затем Волшебник поднял цилиндр, под которым оказался… малюсенький белый поросёнок ростом не больше мыши. Он принялся носиться туда-сюда, хрюкая и повизгивая тонким резким голоском.

Мангабу безотрывно следили за ним. Им никогда не доводилось встречать поросят. Ни больших, ни маленьких. Волшебник потянулся вниз за крошечным созданием. Он аккуратно схватил его двумя пальцами левой руки за головку, а двумя пальцами правой за хвостик. Затем Оз разорвал поросёнка и… каждая его половинка в мгновение ока превратилась в отдельную маленькую свинку.

Волшебник опустил одного зверька на пол, и тот принялся носиться как сумасшедший. А второго поросёнка Оз снова разделил на две части. Так поросят стало трое. Затем был разорван ещё один, и свинок стало четыре. Волшебник продолжал это удивительное представление, пока возле его ног не принялись бегать девять маленьких пухленьких поросят. Все они визжали и хрюкали самым потешным образом.

— Итак, я сделал нечто из ничего, — сказал Оз. — А сейчас я снова превращу это нечто в ничто!

С этими словами он схватил двух поросят и молниеносно соединил их так, что из двоих получился один. Затем Волшебник подобрал с пола ещё одного зверька и снова соединил с тем, что был у него на ладони. Так, один за другим, все девять поросят вошли один в другого. И перед изумлённой (в душе, ибо внешне мангабу, как всегда, безмолвствовали) публикой опять предстал один-единственный поросёнок. Волшебник поместил его под шляпу и изобразил рукой какой-то мистический знак. Когда же он приподнял цилиндр, этот последний поросёнок бесследно исчез!

Оз поклонился публике, молча наблюдавшей за ним. Подземная Звезда произнёс своим обычным бесстрастным тоном:

— Ты действительно удивительный волшебник, и твоё могущество выше, чем чары нашего Гвига.

— Ничего, он недолго будет оставаться удивительным волшебником, — зловеще заметил Чародей.

— Это почему? — насторожился Оз.

— Потому что я собираюсь остановить твоё дыхание, — последовал ответ. — Я вижу тебя изнутри. Строение твоего организма таково, что без дыхания для тебя нет жизни.

Волшебник, кажется, несколько заволновался.

— Сколько времени тебе нужно, чтобы остановить моё дыхание? — спросил он.

— Около пяти минут. Но оставим пустые разговоры, пришелец. Я приступаю. Смотри на меня внимательно.

Чародей принялся делать странные знаки и пассы руками в сторону Волшебника. Но Оз недолго любовался его жестами. Не теряя времени даром, он достал из кармана кожаный футляр и извлёк оттуда несколько маленьких острых ножиков. Соединив их вместе один за другим, он смонтировал длинный клинок. Когда Оз добрался до его рукоятки, он едва дышал: колдовство Чародея начало приносить плоды.

Поэтому Волшебник не раздумывал ни секунды. Он подскочил к Чародею, высоко занёс клинок, описал со свистом пару кругов над головой и нанёс такой мощный удар, что разрубил Гвига пополам.

Дороти вскрикнула, с ужасом ожидая, как из разрубленного тела хлынет кровь. Но странное дело! Когда обе половинки Чародея рухнули на пол, девочка обнаружила, что теперь Гвиг напоминает разрезанную репу или картошку.

— Ну и дела! Да он же — настоящий овощ! — воскликнул поражённый Волшебник.

— Конечно, — подтвердил Подземная Звезда. — А кто же ещё? Мы все здесь овощи, в Стране Мангабу. А вы, пришельцы, разве не овощи?

— Нет, — рассеянно ответил Волшебник. Он всё ещё не мог прийти в себя от изумления. — На земной поверхности живут люди из плоти и крови. Но скажите, ваш Чародей мёртв?

— Да. Если оставить его в таком виде, он быстро завянет и испортится. Вам должно быть известно, что все разрезанные овощи быстро портятся. Поэтому мы должны сразу посадить его на грядку. Тогда из его ростка вырастут новые чародеи, — объяснил Подземная Звезда.

При этих словах Дороти вспомнила, что когда подземный правитель угрожал Волшебнику лишить его жизни, то добавлял, что не позволит высадить его на грядке. А ещё раньше, когда Волшебник только спустился сюда, Подземная Звезда хвастался ему, что они, мангабу, имеют в настоящее время одного из наиболее могущественных чародеев, которых когда-либо срывали с грядки. С грядки! Неужели эти мангабу действительно растут на грядках, как настоящие овощи?! Нет, Дороти положительно ничего не могла понять. Впрочем, и Волшебник с Зебом мало что поняли.

— Грядки, ростки… Что вы хотите всем этим сказать, Ваша Честь? — спросил Оз у Подземной Звезды.

— Мой кортеж направляется сейчас в наши Чудо-Огороды. Вы присоединитесь к процессии, и тогда я гораздо нагляднее смогу объяснить вам некоторые тайны нашей овощной страны. Некоторые, но не все. Я не доверяю вам, чужеземцы. Вы чужие для нас, раз внутри у вас не овощная мякоть. Надо что-то сделать с вами. Не могу пока придумать, что именно. Ты ловко расправился с Гвигом (Подземная Звезда обратился к Озу), но ты не овощ, а создание из какой-то плоти и какой-то крови. В общем, так: мы посадим сейчас Чародея в землю, а потом займёмся вами, пришельцы.

4. Страна овощных человечков

Подземная Звезда велел слугам-мангабу нести половинки Чародея в Чудо-Огороды. Джим Ломовой Конь навострил уши, заслышав, что окружающие собрались посетить какие-то огороды. Он мечтал раздобыть еды. Зеб не возражал. Всё лучше прокатиться в повозке, чем плестись пешком. Мальчик откинул крытый верх и пригласил Волшебника ехать вместе с ними.

Оз вытер овощной сок с клинка, разобрал его и сложил ножики в кожаный футляр. Затем забрался в повозку. Сиденье оказалось достаточно широким, чтобы вместить маленького человека и двух ребят. Едва Джим тронулся с места, выехав из Храма Чародея на стеклянную площадь, как Эврика ловко вспрыгнула ему на спину и уселась там с весьма довольным видом.

Странная процессия двигалась по улицам Стеклянного города. Впереди несли Чародея. Затем в сопровождении свиты шествовал Подземная Звезда. Дальше ехала повозка с пришельцами. Замыкала шествие толпа простолюдин-мангабу. В Стеклянном городе хватало широких просторных улиц, вдоль которых теснились большие здания и маленькие домики. В них жили мангабу — странные подземные жители без сердца, которые никогда не улыбались и не хмурились.

Когда процессия вышла из города, взорам наших героев открылась бескрайняя равнина, сплошь покрытая полями и огородами. Их орошало множество ручейков, струившихся там и тут. Равнину пересекали аккуратные дорожки и тропинки, а через большие ручья были переброшены узорчатые стеклянные мостики.

Дороти и Зеб выскочили из фургона и пошли рядом с подземным правителем. Так им было удобнее рассматривать и изучать цветы и растения. Девочка кивнула в сторону ближайших мостиков и спросила у Подземной Звезды:

— Кто построил эти изящные сооружения?

— Никто не строил, — отвечал правитель овощной страны. — Она сами растут.

— Как странно, — поразилась Дороти. — Не хотите ли вы сказать, что стеклянные и хрустальные дома и дворцы в вашем городе тоже выросли сами по себе?

— Вот именно, сами по себе, — заверил Подземная Звезда. — Но пока они стали такими большими и красивыми, какими вы увидели их, прошло много лет. Вот почему мы так сердимся, когда идёт каменный дождь и разрушает наши дома и башни.

— Разве нельзя их отремонтировать? — поинтересовалась девочка.

— Зачем? В своё время повреждённые места срастутся сами. Нам остаётся только подождать, когда это случится.

Дороти замолчала, обдумывая услышанное. Шествие двигалось мимо уютных цветочных палисадников, примыкавших к городской окраине. Но Дороти вряд ли могла сказать, какого сорта были цветы. Их окраска постоянно обновлялась под меняющимся светом шести подземных солнц. На мгновение цветок становился розовым, затем белым, потом голубым или жёлтым. И так постоянно. То же происходило и с растениями. Девочка заметила только, что все они были низкорослы и имели широкие листья.

Стоило процессии ступить на душистый луг, Джим вытянул морду и принялся на ходу щипать травку.

— Хороша же страна, где уважающий себя конь вынужден есть розовую траву! — ворчал он.

— Фиолетовую! — послышался с повозки голос Волшебника.

— Да нет, уже голубую, — пожаловался Джим Ломовой Конь. — Я ем поистине радужную траву!

— А как на вкус? — спросил Волшебник.

— Очень даже неплохо, — сообщил конь. — Если этой травки будет вдосталь, я, пожалуй, не буду жаловаться на её цвет.

К тому времени разношёрстная компания достигла свежевспаханного поля, и правитель сказал Дороти:

— Вот здесь начинаются Чудо-Огороды. Мы подошли сейчас к плантации саженцев.

Несколько мангабу выступили вперёд со стеклянными лопатами и выкопали яму на крайней грядке. Они положили туда половинки Чародея и засыпали их землёй. Затем другие мангабу принесли воду из ручья и полили посадку.

— Он прорастёт очень скоро, — заметил Подземная Звезда. — И превратится в большой куст, с которого в положенный срок сорвут несколько добротных чародеев.

— Все мангабу вырастают на таких грядках? — спросил Зеб.

— Конечно. Ваш волшебник говорил, что вы не овощи. Но, наверное, там, откуда вы прибыли, люди тоже растут на грядках?

— Нет, я даже не слышал об этом, — заверил мальчик.

— Чудеса! Ну ладно, так и быть, покажу вам, как выращивают людей в нашей овощной стране. Пойдёмте к следующему Чудо-Огороду, где уже появились саженцы. Вы увидите одно из чудес Страны Мангабу.

Когда они переходили от одной плантации к другой, Дороти задумалась над тем, почему овощные человечки отправились на Чудо-Огороды пешком. Ведь она видела, как легко мангабу путешествуют с крыши на крышу или вниз на улицу в Стеклянном городе. В их домах даже нет лестниц. Да и сама она неплохо прошагала по воздуху вместе с Зебом, Джимом и Эврикой. Наверное, решила Дороти, овощные человечки предпочитают путешествовать пешком, если перед ними твёрдая горизонтальная поверхность. Если же надо преодолеть вертикальные препятствия, они пользуются возможностью прогуляться по воздуху.

Пока Дороти размышляла о том о сём, процессия успела пройти по нескольким тропинкам и перебраться через два-три мостика. Волшебник давно уже брёл пешком рядом с детьми и подземным правителем. Джим Ломовой Конь наотрез отказался покинуть травянистый луг. Он всецело был поглощён процессом питания. Поэтому Озу пришлось выбраться из повозки и присоединиться к пешей части шествия. Кошечка тоже покинула Коня. Она соскочила с его спины и важно следовала по пятам за детьми.

Наконец процессия достигла Чудо-Огорода, обнесённого забором из особо прочного, небьющегося стекла. Внутрь ограды прошли только чужестранцы, Подземная Звезда и его приближённые. Там они увидели большие раскидистые кусты. Они росли грядка за грядкой. Их широкие листья причудливо изгибались до самой земли. В центре каждого куста-саженца рос… изысканно одетый мангабу. Да, да! На каждом кусте красовались созревающие овощные человечки. И все они росли вместе с одеждой.

Растущие мангабу были всевозможных размеров и разной степени зрелости. От цветка, который только что превратился в крошечного младенца, до выросших в полный рост и почти поспевших мужчин и женщин. На одних кустах виднелись только почки, на других — цветы. Ещё на одних — малыши или наполовину созревшие мангабу. Встречались, хотя и редко, такие кусты, на которых еле удерживались под тяжестью собственного веса полностью созревшие овощные человечки. Вероятно, их вот-вот должны были сорвать.

Но даже эти мангабу, готовые к тому, чтобы их выдернули с грядки, молчали и не шевелились, словно в них ещё не вдохнули жизнь. Впечатляющая картина растущих овощных человечков помогла Дороти понять то, что раньше не укладывалось у неё в голове: почему она не замечала детей среди подземных жителей. Теперь было видно, что овощных человечков не срывают до тех пор, пока они не вырастут во взрослого мангабу.

— Мы, мангабу, не вступаем в настоящую жизнь, пока не покинем своих кустов. — Слова правителя объяснили безжизненность овощных человечков, растущих на грядках. — Обратите внимание: все саженцы-мангабу прикреплены к кустам подошвами ног. Когда они полностью созреют, их легко оторвать от стеблей. В момент отделения мы сразу приобретаем возможность двигаться и говорить. Поэтому пока мангабу растут, их нельзя считать действительно живыми. Лишь после того как его срывают, подземный житель становится полноправным гражданином.

— А сколько вы живёте после того, как вас срывают? — спросила Дороти.

— Смотря как о себе будешь заботиться, — ответил Подземная Звезда. — Если сохраняешь себя в прохладе и влаге и избегаешь разных неприятностей, можно прожить до пяти лет и даже больше. Меня, например, сорвали более шести лет назад. Но наша семья славится долгожителями.

— Вы едите? — поинтересовался Зеб.

— Едим? Нет, конечно! Внутри мы так набиты картофелем, что нет необходимости беспокоиться о питании.

— Но картошка иногда прорастает, — заметил мальчик. — У нас так бывает в подвалах. Лежит-лежит себе картошка, всё нормально. Потом откуда ни возьмись появляются ростки, и такую картофелину приходится выбрасывать.

— И мы иногда прорастаем, — вздохнул правитель. — Тогда считается, что его надо срочно сажать по новой.

— А где вы сами выросли, Ваша Честь? — спросил Волшебник.

— Ну что же, я покажу вам, — сказал он. — Идите сюда.

Подземная Звезда провёл Оза и детей внутрь другой ограды, поменьше первой. Там рос единственный, но большой и очень красивый куст.

— Это королевский куст мангабу, — показал на него Подземная Звезда. — Все наши государи и правители с незапамятных времён выращиваются только на этой грядке.

Наши герои замерли в молчаливом восхищении. На центральном стебле в строго вертикальном положении покоилась девушка с такой изысканной внешностью, какую им ещё не доводилось встречать. Хрупкие черты лица и фигурка были прекрасны. Нежное атласное платье ниспадало с его обладательницы мягкими складками. Кружевной затейливый рисунок украшал корсаж и рукава. Восхитительная кожа была гладкой, как слоновая кость. Изящная осанка говорила о грации и благородстве.

— Кто эта красавица? — пришёл наконец в себя Волшебник.

Подземная Звезда тяжело уставился на девушку-саженец. Когда он ответил, в его холодном голосе послышался оттенок некоторого беспокойства:

— Это моя наследница, Подземная Принцесса. В её жилах течёт королевский картофельный сок. Когда она полностью созреет, я обязан передать ей власть над Страной Мангабу.

— Разве она не созрела? — спросила Дороти.

Подземная Звезда помедлил с ответом.

— Не совсем, — наконец произнёс он.—

Её можно будет срывать через несколько дней. По крайней мере, таково моё решение. Я не тороплюсь покинуть дворец и отправиться на грядку, можете не сомневаться.

— Да уж, не торопитесь, — кивнул Волшебник.

Подземная Звезда продолжал со вздохом:

— Это одна из самых больших неприятностей в нашей овощной жизни. Находясь в полном расцвете сил, вы вынуждены уступать дорогу другим. Вас бросают в землю, чтобы вы проросли и дали жизнь новым поколениям мангабу.

— Я уверена, что принцесса готова к тому, чтобы её сорвали, — Дороти залюбовалась овощной красавицей. — Она само совершенство!

— Не имеет значения! — запальчиво возразил подземный правитель. — Я уже сказал, что она будет в полном порядке только через несколько дней! А пока я буду править страной. Надеюсь, за это время я успею избавить свой народ от чужестранцев, которые посмели прибыть в Мангабу без приглашения и потревожить покой её обитателей! О, я о вас позабочусь! И очень скоро!

— Что вы намерены сделать с нами? — встревожился Зеб.

— Дело в том, что я ещё не решил до конца, — сказал вождь. — Вашего Волшебника я, наверное, подержу какое-то время при себе, пока не созреет новый чародей. Мне показалось, что этот пришелец довольно опытен в магических делах и может нам пригодиться. А остальных из вас придётся уничтожить тем или иным способом. Высаживать вас на грядках нельзя. Не хватало ещё, чтобы в Стране Мангабу росли лошади, кошки и существа из плоти и крови!

— Вы зря беспокоитесь, — заметила Дороти. — Я уверена, мы не прорастём под землёй.

— Но почему вы собираетесь погубить моих друзей? — в отчаянии спросил Волшебник. Он был буквально сражён услышанным. — Разве нельзя оставить их живыми? Дети подождут, пока вырастет ваш новый чародей. Тогда я стану не нужен и вместе со своими друзьями покину вашу страну. Мы поблагодарим вас за гостеприимство и вернёмся на поверхность Земли…

— Вы знаете, как это сделать? — спросил Подземная Звезда.

— Да нет вообще-то, — замялся Оз. — Но мы попытаемся что-нибудь придумать и…

— Нечего пытаться, — жёстко оборвал Волшебника подземный правитель. — Отсюда нет дороги наверх. За всю историю нашей страны никто и никогда не добирался до поверхности Земли. Да и зачем? Мы, мангабу, испокон веку живём внутри земного шара и не собираемся выбираться на поверхность. Мангабу — самая уединённая страна в мире. Никто не нарушал её покой, кроме вас. Раз вы сделали это, вы должны умереть.

— Но неужели нам нельзя остаться жить с вами, раз нет возможности вернуться домой? — совсем отчаялся Волшебник.

— Нет! В Мангабу могут жить только овощные существа — её коренные обитатели. А вы — чужие здешнему миру. У вас нет никакого права жить среди мангабу.

— Но ведь мы не просили, чтобы нас доставили сюда. Мы случайно упали в вашу страну, — вмешалась Дороти.

— Это не извиняет вас, — холодно промолвил правитель.

Дети растерянно переглянулись. Волшебник тяжко вздохнул. Эврика потёрла лапкой мордочку и промурлыкала нежным голоском:

— Этому бессердечному мангабу не придётся утруждать себя уничтожением моей драгоценной особы. Если в самое ближайшее время я не получу что-нибудь съестное, то умру с голоду. Это избавит нашего мучителя от лишних хлопот.

— Если они посадят тебя в Чудо-Огороде, может вырасти несколько кошачьих хвостов, — мрачно пошутил Волшебник.

— Эврика! Потерпи самую малость! Я думаю, мы сможем отыскать на соседнем лугу немного стеблей молочая. Когда их надламываешь, изнутри капает сок, совсем как молоко. Какое-то время на нём ты продержишься, — предложил выход из затруднительной ситуации Зеб.

— Фу! — фыркнула кошка. — Стану я питаться такой гадостью!..

— Послушай, Эврика! — ласково обратилась к ней Дороти. — Тебе не нужно молоко. Ты достаточно большая, чтобы есть любую пищу.

— Да, если смогу раздобыть её, — ввернула Эврика.

— Я сам голоден, — признался Зеб. — Кстати, на одном огороде я заметил клубничные грядки, а в другом месте растут дыни. Здешние обитатели не едят их, потому что они вообще ничего не едят. Поэтому вряд ли они будут возражать, если на обратном пути мы полакомимся дынями и клубникой.

— Пусть голод не особенно беспокоит вас, — отрезал Подземная Звезда. — Я велю уничтожить вас в самое ближайшее время. Поэтому вам нет нужды топтать нашу бахчу с дынями и портить клубничные грядки. Следуйте за мной навстречу своей судьбе!

5. Дороти срывает принцессу

Слова холодного и важного овощного правителя показались нашим героям не очень любезными. Они молча проводили его глазами, когда Подземная Звезда покидал внутреннюю ограду. Дети опечалились и пали духом. Они никак не решались последовать за жестоким овощным человечком. Но что было делать?! Наконец Дороти сделала шаг, и вдруг Волшебник мягко тронул её за плечо.

— Дороти, малышка, обожди! — шепнул он.

— Что толку ждать? — уныло спросила девочка.

— Да нет, ты погоди! Слушай, что я придумал! — возбуждённо зашептал Оз. — А не сорвать ли нам принцессу? Я абсолютно уверен, что она полностью созрела и готова к жизни. Как только принцесса оживёт, она немедленно станет правительницей Страны Мангабу. И может быть, обойдётся с нами лучше, чем этот жестокий властитель.

— Отличная идея! — тихонько воскликнула Дороти. — Давай сорвём её, раз уж есть такая возможность. Будь что будет! Поспешим, пока не вернулся Подземная Звезда!

Все втроём они склонились над большим кустом и ухватились за принцессу-саженец.

— Раз, два, рванули! — закричала Дороти.

Друзья потянули изо всех сил. Королевская особа наклонилась в их сторону. Стебли затрещали и отделились от её ножек. Принцесса оказалась очень лёгкой, поэтому Волшебник и Зеб без труда перенесли её с грядки на тропинку и аккуратно опустили на землю.

Прекрасное создание на мгновение поднесло ручки ко лбу, поправляя растрепавшийся локон. А затем оглядело присутствующих и грациозно поклонилось им. Принцесса произнесла сладким и в то же время ничего не выражавшим, как и у всех мангабу, голосом:

— Весьма признательна вам, любезные незнакомцы.

— Счастливы вас приветствовать, Ваше Высочество! — воскликнул Волшебник, преклоняя колени и целуя принцессе ручку.

Сразу вслед за этим из-за ограды раздался голос Подземной Звезды, призывавшего пришельцев поспешить. Ещё через мгновение, заподозрив неладное, он вернулся в королевский Чудо-Огород вместе с приближёнными-мангабу. Увидев, что его наследница сорвана с грядки, Подземная Звезда сразу сник и задрожал от страха.

— Вы дурно обошлись со мной, милорд, — сурово произнесла дама, в жилах которой тёк королевский картофельный сок. — Думаю, что и дальше меня ждала незавидная судьба, если бы эти чужестранцы не пришли мне на помощь. Уже несколько недель назад я полностью созрела. Но вы, видите ли, пожелали продлить срок своего правления незаконным образом. И по вашей милости мне пришлось лишние дни томиться на грядке.

— Я не знал, что вы созрели, — тихо пролепетал Подземная Звезда.

— Отдайте мне звезду — знак верховной власти над Страной Мангабу! — приказала она.

Подземная Звезда снял непослушными пальцами сияющую звезду с обручем и поместил их на чело принцессы. Затем все мангабу низко склонились перед ней, приветствуя новую повелительницу. Подземная Звезда повернулся и, вобрав голову в плечи, побрёл прочь в полном одиночестве. Что стало с ним после, наши друзья никогда не узнали.

Мангабу выстроились в процессию и направились в Стеклянный город. Они сопровождали Подземную Принцессу в Хрустальный Дворец правителей Мангабу. Придворные уже готовились к предстоящей церемонии вступления на престол очередной властительницы. Пока остальные мангабу шагали пешком, принцесса взмыла в воздух и шествовала над их головами. Этим она хотела показать, что её происхождение выше, чем у её подданных.

Про пришельцев, казалось, все забыли. Дороти, Зеб и Волшебник тут же воспользовались этим. Пропустив шествие мангабу вперёд, они прихватили с собой Эврику и направились к полям, где росли настоящие овощи, а не человечки-саженцы. Друзья не стали тратить время, чтобы добраться до моста, когда им преградил путь широкий ручей. Они взмыли вверх и перешли на другой берег по воздуху. Им нравилось чувствовать себя почти невесомыми.

— Интересно, почему в Стране Мангабу можно так легко разгуливать по воздуху? — подумала вслух Дороти.

— Наверное, потому, что мы находимся почти в центре земного шара, где притяжение очень слабое, — предположил Волшебник. — Вообще-то я заметил, что в волшебных странах всегда происходят странные вещи.

— Мангабу — волшебная страна? — спросил Зеб.

— Конечно, — уверенно ответила Дороти. — Только в волшебной стране могут жить овощные человечки. И только в волшебной стране Эврика и Джим могут говорить.

— Да, пожалуй, что так, — задумчиво сказал мальчик.

Вскоре они подошли к бахче, где росли крупные спелые дыни. Друзья разделили один ароматный плод на ломтики и с аппетитом съели. Затем они набрели на клубничные грядки и полакомились душистыми, тающими во рту ягодами. На соседних плантациях росли ещё какие-то плоды, неизвестные жителям земной поверхности. Наши герои рискнули попробовать их и не пожалели об этом. Своей мякотью и вкусом плоды напоминали персики, но росли на небольших кустиках, как помидоры, и были гораздо крупнее.

Наевшись, друзья пришли на луг, где пасся Джим, и присели отдохнуть. Все были довольны, кроме кошки. Она всё время ныла, требуя молока или мяса. И ругала на чём свет стоит Оза за то, что тот не может наколдовать для неё блюдце с молоком. В конце концов Эврика заявила:

— Я вижу теперь, что никакой вы не волшебник.

— Ты совершенно права, моя милая, — чистосердечно признался Оз. — На самом деле я не волшебник, хотя меня величают им, а просто обманщик.

— Волшебник Оз всегда был обманщиком, — согласилась Дороти. — Я знаю его с давних пор.

— Как же ему удалось тогда поразительное волшебство с девятью крошечными поросятами? — удивился Зеб.

— Не знаю, — ответила Дороти. — Скорее всего это был всего лишь хитрый трюк.

— Истинная правда, дитя моё! — заявил Волшебник, кивнув девочке. — Этот фокус помог мне обвести вокруг пальца злого Чародея, жестокого правителя и прочих бестолковых мангабу. Вам, друзья мои, я не боюсь признаться, что это был всего-навсего хитрый трюк.

— Но я своими собственными глазами видел поросят! — воскликнул мальчик.

— И я, — мяукнула кошка.

— Не сомневайтесь, поросята были на самом деле. Они и сейчас у меня в нагрудном кармане, — успокоил своих товарищей Оз. — Но когда я разрывал их на части, а потом соединял снова, всё это была только ловкость рук, ничего больше.

— Можно взглянуть на них? — оживилась кошечка.

Волшебник сунул руку за пазуху и вытащил малюсеньких поросят. Едва он поставил их рядышком друг с другом, забавные зверьки принялись бегать по лужайке и пощипывать травинки.

— Бедняги тоже голодные, — заметил Оз.

— О, что за прелесть эти зверюшки! — воскликнула Дороти. Она взяла на ладонь и погладила одну из свинок.

— Осторожнее! — запищал поросёнок. — Вы раздавите меня!

— Боже мой! — изумлённо пробормотал Волшебник. — Они заговорили!

— Можно мне съесть одного? — умоляюще спросила кошка. — Я ужасно страдаю от голода.

— Фу, Эврика! — принялась укорять её Дороти. — Что за жестокий вопрос?! Как только ты могла подумать, что можно есть таких милых крошечных существ! Ты просто отвратительно себя ведешь!

— Да уж, я бы сказал! — прохрюкал один поросёнок, осуждающе взглянув на Эврику. — Какие мерзкие существа эти кошки!

— Я не мерзкая, — зевнула кошка. — Я просто голодная.

— Не смей трогать моих поросят, даже если ты умираешь с голоду, — непререкаемым тоном заявил Оз. — Только с их помощью я могу доказать, что я действительно волшебник.

— Как они уменьшились до таких размеров? — спросила Дороти. — Я никогда не видела таких крошечных свинок.

— Они с острова Тинти-Винти. Там всё маленькое, потому что сам остров маленький, — пояснил Волшебник. — Один моряк привёз их в Лос-Анджелес. Я дал ему за них целых девять билетов на цирковое представление.

В это время Эврика уселась возле хозяйки и, жалобно заглядывая ей в лицо, заныла:

— Всё это хорошо, но что я буду есть? Здесь нет коров, которые дают молоко, или мышей. Нет даже кузнечиков!

— Хватит скулить, у меня есть идея, — остановил кошку Волшебник. — Я заметил рыбу в этих ручьях. Ты любишь рыбу?

— Рыбу?! Люблю ли я рыбу?! — встрепенулась Эврика. — Да рыба — это лучшее лакомство на свете! Она гораздо вкуснее поросят и даже молока!

— Тогда попробуем наловить тебе рыбки на еду, — сказал Оз.

— А вдруг они тоже овощные, как эти мангабу? — забеспокоилась кошка.

— Не думаю. Рыбы — не теплокровные существа вроде птиц или млекопитающих. Они такие же холодные и влажные, как и овощи. Рассуждая здраво, рыбам самое место водиться в водах этой диковинной страны.

Волшебник достал длинный моток тонкой бечёвки и, отрезав часть, сделал из неё леску. Под крючок приспособил согнутую булавку. Трудности возникли с наживкой. Но вскоре взгляд Волшебника упал на яркое соцветие одного из здешних растений. Он знал, что рыб легко перехитрить, если привлечь их внимание чем-то ярким. Поэтому он решил попробовать ловить на цветок. Едва Волшебник забросил конец лески в ближайший ручей, как стало клевать. Оз уверенными движениями вытащил попавшуюся рыбу на берег, где она принялась биться о землю.

Рыба оказалась толстая и жирная. Её чешуя отливала мерцающим блеском, словно груда драгоценных камней. Но рассмотреть рыбу подробнее не удалось. Эврика моментально прыгнула на неё и обхватила лапами. В мгновение ока рыба исчезла.

— О Эврика! Ты проглотила её вместе с костями? — встревожилась Дороти.

— Если кости и были, то я их съела, — невозмутимо ответила кошка, умывая мордочку после трапезы. — Но думаю, что никаких костей не было. У меня в горлышке ничего не скребло, когда я глотала.

— Ты очень жадная, — укорила её девочка.

— Я очень голодная, — поправила кошка.

Маленькие поросята, сбившись в кучу, наблюдали эту сцену испуганными глазами.

— Какие противные эти кошки! — сказал один.

— И как здорово, что мы не рыбы! — добавил другой.

— Не тревожьтесь, мои милые крошки! — нежно обратилась к ним Дороти. — Я не дам вас в обиду.

Девочка вспомнила вдруг, что в её чемоданчике завалялись одно-два печеньица. Они остались после завтрака в поезде. Дороти сходила к повозке и принесла печенье. Эврика сморщила носик при виде такой пищи. Но поросята радостно захрюкали и в один миг проглотили подарок.

— Ну что же, все подкрепились. Теперь можно вернуться в город, — предложил Волшебник. — Если, конечно, Джим досыта наелся розовой травы.

Джим Ломовой Конь, пасшийся неподалёку, со вздохом поднял голову.

— Раз уж выпал такой случай, я постарался наесться впрок. В этих странных краях перерывы между приёмами пищи, вероятно, очень велики, — пояснил он. — А сейчас я готов тронуться в путь.

Волшебник сунул в нагрудный карман поросят, которые тут же прижались друг к другу и заснули после пережитых волнений. Друзья забрались в повозку, и Джим направился к Стеклянному городу.

— Где мы остановимся? — спросила девочка.

— По праву мне принадлежит Храм Чародея, — ответил Оз. — Ведь Подземная Звезда в присутствии подданных обещал оставить за мной пост главного волшебника Мангабу, пока не созреет новый чародей. Уверен, что Подземная Принцесса будет к нам благосклонна, ведь мы помогли ей взойти на престол.

Все согласились с мудрыми словами Волшебника. Через некоторое время, никем не встреченные, друзья достигли главной площади Стеклянного города. Джим Ломовой Конь через большие ворота въехал прямо в жилище Чародея.

— Да, здесь не очень уютно, — заметила Дороти, осмотрев пустой хрустальный зал. — Но надо же где-то остановиться.

Зеб указал на отверстия в куполе:

— Что там за дыры?

— Похоже на двери. Только вот лестница туда не ведёт, — сказала девочка.

— Ты забыла, дорогая моя, что лестницы в Стране Мангабу не нужны, — заметил Волшебник. — Подскочим наверх и проверим, куда выходят те двери.

С этими словами он спокойно направился по воздуху прямо к отверстиям в куполе. Дороти и Зеб поспешили за ним. Так как пришлось подниматься резко вверх, состояние наших героев было такое, будто они карабкались на крутую гору. Все едва дышали, когда добрались до расположившихся в ряд отверстий. Оказалось, что это вовсе не входные двери. Дыры служили для того, чтобы попасть в коридоры верхней части здания, то есть на второй этаж. В коридоры выходили двери множества маленьких комнат. В некоторых стояли столики, стулья и скамеечки. А вот кроватей не было нигде.

— Они что, никогда не спят? — удивилась Дороти.

— Видишь ли, в этом подземном мире, кажется, вообще не наступает ночь, — ответил Зеб. — Взгляни наверх: разноцветные солнышки висят точно там же, где они были в тот момент, когда мы спускались сюда. Значит, они не заходят вообще. А если так, какая же может быть ночь?

— Совершенно верно, — одобрил рассуждения мальчика Волшебник. — Однако с тех пор как я спал последний раз, пролетела целая вечность. Я зверски устал. Прилягу-ка на вон ту чудненькую хрустальную скамеечку и высплюсь хорошенько.

— Да и я, пожалуй, — согласилась Дороти. Она выбрала для сна уютную комнатку в конце коридора.

Зеб спустился вниз и распряг Джима. Почувствовав свободу, конь перекатился несколько раз с ног на спину, а затем устроился спать. Эврика ловко примостилась под его большим костистым боком. Затем мальчик вернулся на второй этаж и несмотря на жёсткость стеклянной скамьи, на которую прилёг, он оказался вскоре во власти сновидений.

6. Мангабу

Когда Волшебник проснулся, шесть разноцветных солнц, как всегда, заливали землю Мангабу переливчатым светом. Хорошо выспавшись, Оз чувствовал себя отдохнувшим и посвежевшим. Взглянув через стеклянную перегородку, Волшебник увидел мальчика. Тот сидел на скамейке и зевал. Волшебник вошёл к нему.

— Зеб, дружище, — сказал он, — мой воздушный шар совершенно бесполезен в этой диковинной стране, раз он не может подняться в воздух и вынести нас на поверхность Земли. Пусть себе стоит на той площади, где я приземлился. Но в его корзине есть вещички, которые всегда полезно иметь под рукой. Сходил бы ты туда да захватил мой ранец и пару фонариков. И не забудь жестяную баночку керосина под сиденьем. Остальное не представляет интереса.

Мальчик охотно исполнил поручение. Когда он вернулся, Дороти уже проснулась. Друзья собрались на совет. Надо было решать, что предпринять дальше. Думали они думали, но ничего путного никому не шло в голову. Все успели соскучиться по дому, но как туда вернуться, не знали. Всё время лезли на ум ехидные слова Подземной Звезды о том, что отсюда ещё никто не выбирался.

— Не нравятся мне эти овощные человечки, — вздохнула Дороти. — Они холодные и вялые, как капуста, несмотря на их миловидную внешность.

— Согласен с тобой, дитя моё, — сказал Волшебник. — Это всё потому, что они не теплокровные существа.

— И сердца у них нет, — заметил мальчик. — Значит, они не способны любить даже себя.

— Ну почему, принцесса очень мила на вид и, кажется, добрее, чем Подземная Звезда, — продолжала Дороти задумчиво. — Хотя вряд ли сильно отличается от остальных овощных человечков. В общем, так: если уж мы не можем выбраться на поверхность Земли, надо направиться из Мангабу в любое другое место. Может быть, там мы отыщем дорогу домой.

— А ты знаешь такое другое место? — спросил Волшебник.

— Нет, — честно призналась девочка.

Вдруг внизу громко заржал Джим Ломовой Конь. Казалось, он призывал их спуститься. Друзья вышли через входное отверстие на втором этаже наружу и спустились по воздуху к воротам Храма.

Там их ожидали Подземная Принцесса и толпа мангабу.

Наши герои поклонились их овощному величеству. Принцесса изрекла:

— Пришельцы, я переговорила о вашей судьбе с моими советниками. Вы не овощи, а люди из плоти и крови, поэтому не имеете к земле Мангабу никакого отношения. А значит, не имеете права оставаться здесь.

— Хорошо, но как нам выбраться из вашей овощной страны? — спросила Дороти.

— Никак, конечно. Это невозможно. Поэтому вас придётся уничтожить, чужеземцы.

— Это каким же образом? — поинтересовался Волшебник.

— Мы бросим вас в Сад Ползучих Лиан. Так мне подсказали советники. Ползучие Лианы всё пожирают на своём пути. Благодаря этому они вырастают до невероятных размеров. Вас они тоже задушат и проглотят, — бесстрастно сказала принцесса. — А ваших животных мы отправим в горы и бросим в Чёрную Дыру. Тогда наша страна избавится от всех незваных пришельцев.

— Но вам нужен чародей. Насколько я знаю, ваше высочество, ни один из тех кудесников, что растут в Чудо-Огородах, ещё не созрел. Но даже не в этом дело, что они не поспели. В волшебных делах я могущественнее любого колючего чародея, который когда-либо вырастал на ваших грядках. Зачем меня уничтожать? Я останусь у вас и буду осуществлять представления, когда того пожелает Ваше Высочество. — Говоря так, Волшебник надеялся выиграть время и спасти себя и детей.

— Это правда, нам нужен чародей, — призналась принцесса. — Но недавно мне доложили, что один из наших собственных кудесников дозреет в течение ближайших дней. Он займёт место Гвига, которого ты разрубил пополам прежде, чем наступил срок его посадки в Чудо-Огороде.

Наступило молчание. Потом принцесса добавила, может быть вспомнив, кто сорвал её с куста, или просто заинтересовавшись волшебным искусством Оза:

— Ладно, я дам вам последний шанс. Сотворите что-нибудь сейчас. Мы поглядим на ваше мастерство в волшебных делах. Мне говорили, что вы кое-что понимаете в магии. После представления я решу, уничтожить вашу компанию или нет.

У друзей появилась надежда на спасение. Волшебник поклонился почтенной публике и повторил фокус с появлением поросят и их последующим исчезновением. Он с блеском выполнил трюк. Во время представления казалось, что Подземная Принцесса, несмотря на всю свою холодность, была изумлена. Если, конечно, овощные человечки вообще могли изумляться. Однако когда фокус закончился, она сказала:

— Я слышала об этом удивительном волшебстве. Но какая от него польза нам, мангабу? Скажи лучше, что ещё ты можешь делать?

Волшебник крепко задумался. Затем быстро собрал из ножиков клинок и, поставив один конец на кончик носа, искусно пробалансировал им. Но даже эта восхитительная ловкость не поразила Подземную Принцессу.

Волшебник почесал затылок и растерянно огляделся по сторонам. Что бы ещё придумать? Случайно его взгляд упал на фонарики и баночку с керосином, которые принёс Зеб. У Волшебника родилась идея, как использовать эти нехитрые предметы для спасения своих друзей и себя самого.

— Ваше Высочество! — обратился он к принцессе. — С помощью своего волшебного искусства я создам сейчас два новых солнца, которые никогда ещё не светили в вашей подземной стране. А потом продемонстрирую неведомую разрушительную силу пострашнее ваших Ползучих Лиан.

Волшебник встал между Дороти и Зебом и поставил керосиновые фонарики им на головы.

— Только не смейтесь! — шепнул ребятам Оз. — Иначе испортите всё впечатление от моего колдовства.

Морщинистое лицо Волшебника приобрело чрезвычайно важный вид. Преисполненный достоинства и таинственности, он достал спичечный коробок и зажёг керосиновые фонарики. Свет, заструившийся из них, был слабее, чем излучение шести гигантских подземных солнц. Но разноцветные звёзды-солнышки были очень далеко, а фонари горели рядом. Мангабу не могли скрыть удивления. Ведь до того момента овощные человечки никогда не видели иного источника света, кроме подземных солнц.

Но главные чудеса ожидали их впереди. Волшебник проворно полил керосином из баночки стеклянный пол. Образовалась довольно большая лужа. Оз чиркнул спичкой, и вверх взметнулись сотни язычков пламени. Эффект был впечатляющим.

— А сейчас, принцесса, пусть те ваши советники, которые рекомендовали бросить нас в Сад Ползучих Лиан, шагнут в этот огненный круг. Если они подсказывали вам правильно, им ничто не грозит. Но если кто-либо из них был плохим советником, он увянет в пламени.

Приближённым принцессы пришлось не по душе подобное испытание. Но повелительница приказала, и советники один за другим шагнули в пламя. Их стало подпекать, словно настоящие овощи. Воздух наполнялся ароматом печёной картошки. Некоторые мангабу упали наземь, пришлось их срочно вытаскивать. В общем, все советники так завяли, что после испытания их надо было высаживать на грядке заново.

Это произвело впечатление на принцессу.

— Сэр, в волшебном искусстве вам нет равных. Земля Мангабу ещё не знала столь великого Чародея. Я убедилась теперь, что советники давали мне неправильные советы. Значит, они ошибались, советуя сбросить вас в ужасный Сад Ползучих Лиан. Поэтому я изменю своё решение и оставлю вас и ваших спутников в нашей стране на неопределённое время. Но животных всё равно придётся увести в горы к Чёрной Дыре: мои подданные мангабу не могут выносить их присутствия.

Волшебник был счастлив, что спас детей, и не обратил внимания на последние слова принцессы. Но когда мангабу удалились, Эврика и Джим напомнили о себе. У них не было никакого желания попадать в Чёрную Дыру. Дороти пообещала четвероногим друзьям, что они сделают всё возможное, чтобы избавить их от такой страшной участи. На том и порешили.

В течение двух или трёх дней после тех тревожных событий никто не беспокоил наших героев (раз в Мангабу не было ночей, то не было и дней, поэтому будем называть днями перерывы между сном). Пришельцам разрешили остаться в Храме Чародея и бродить по окрестным полям и огородам, когда им захочется поесть. Постепенно они забыли об угрозе в отношении животных и успокоились.

Однажды, осматривая дальние уголки Страны Мангабу, друзья подошли к запертым на тяжёлые засовы воротам, что вели в Сад Ползучих Лиан. Дороти и её спутники уже знали, как поступать в таком случае. Они поднялись высоко в воздух и с интересом заглянули за ограду. Друзья увидели множество упругих зелёных лиан. Они были спутаны вместе и извивались, словно живые. По всему саду корчились и копошились клубки Ползучих Лиан, напоминая скопища гигантских змей. Прикасаясь к какому-нибудь деревцу или кустику, лианы цепко обвивали его тугими ветвями и безжалостно душили в смертельных объятиях. Наши искатели приключений поблагодарили судьбу за то, что им удалось избежать ужасного конца в Саду Ползучих Лиан.

…Каждый раз, когда Волшебник собирался ко сну, он выпускал погулять по своей комнатке девятерых поросят. Крошечным существам тоже надо было время от времени немного размяться. Тем более что они любили поиграть друг с другом в догонялки.

Однажды поросятки обнаружили, что их хозяин забыл затворить стеклянную дверь. Не долго думая, они отправились погулять по коридору. Затем свинки спустились на первый этаж. Ведь они могли путешествовать по воздуху так же легко, как Эврика. К тому времени кошка и поросята успели познакомиться поближе и привыкнуть друг к другу.

Поэтому свинки не раз принимались резвиться с Эврикой, когда выпадала такая возможность. Вот и в этот раз они растормошили кошку, свернувшуюся клубком возле Джима, и стали играть с ней. Джим Ломовой Конь, который никогда долго не спал, с удовольствием наблюдал, как балуются кошка и поросята.

— Осторожно! Не будь такой грубой! — восклицал он каждый раз, когда Эврика слишком чувствительно ударяла лапкой по какому-нибудь пухленькому поросёночку. Но свинки ничуть не обижались и продолжали с азартом дразнить кошку и носиться вокруг неё.

Вдруг четвероногие друзья подняли глаза вверх и обнаружили, что Храм заполнен молчаливыми мангабу с бесцветными глазами. У каждого овощного человечка в руках была ветка с острыми шипами-колючками вроде тех, что росли на голове Гвига-Чародея. Мангабу обступили животных и принялись тыкать этими ветками прямо в их мордочки. Лошадь вскочила на ноги, поросята и кошка прижались к ней.

— Эй, что за глупые шутки?! — сердито заворчал Джим. Он вышел было вперёд, но после того как его укололи пару раз, вынужден был отступить.

Мангабу окружили зверей плотными рядами, оставив узкий проход к воротам Храма. Стало ясно, что животных выгоняют из здания. Четвероногие друзья медленно пятились под напором колючих веток, и вскоре их вытеснили на улицу. Там оказалось ещё больше овощных человечков с шипами-колючками. Они принялись молча подгонять испуганных животных вниз по улице. Джим отступал очень осторожно, стараясь не наступить на поросят. Они жались к лошади, в ужасе визжали и хрюкали. Эврика отступала, оскалив зубы и пытаясь укусить преследователей. Как и Джим, она стремилась хоть как-то защитить поросят. Бессердечные мангабу медленно, но упорно вытесняли зверей за город, а затем и за огороды. Вокруг пошли широкие необработанные поля, за которыми возвышалась огромная гора.

— Что это значит, в конце концов? — спросил конь, отскакивая в сторону, чтобы избежать очередного укола.

— Не понимаешь, что ли? Они гонят нас к Чёрной Дыре. Подземная Принцесса не забыла своё страшное обещание, — ответила кошка. — Эх, Джим, будь я такой же большой, как ты, я вступила бы в схватку с этими злющими корнеплодами!

— Что я могу сделать? — спросил Джим.

— Как что? У тебя длинные задние ноги с копытами, на которых железные подковы. Ты можешь лягать овощных человечков.

— Понял, — сказал Джим. — Приступаю к делу.

Он повернулся задом к толпе преследователей и со всей силой лягнул их задними ногами. Дюжина мангабу кувырком полетела наземь. Почувствовав успех, Джим продолжал лягать ещё и ещё. От его ударов мангабу разлетались во всех направлениях. Передние ряды овощных человечков превратились в сплошную овощную массу. Те, кто шёл за ними, разбегались, пытаясь избежать знакомства с железными подковами Джима. Эврика помогала ему. Она взлетела на овощные физиономии, яростно царапала и кусала их. Кошка повредила стольких мангабу, что те боялись её не меньше, чем лошадь.

Но врагов было слишком много. На смену растоптанным мангабу прибывали всё новые и новые. Наконец Джим и Эврика так устали, что не могли пошевелить копытами и лапами. Хотя поле битвы было усеяно разбитыми и испорченными мангабу, четвероногие друзья вынуждены были уступить. Подгоняемые колючими ветками, они понуро побрели к горе.

7. Путешествие в Чёрной Дыре

Когда животные под конвоем овощных человечков добрались до горы, оказалось, что та состоит из огромной массы густо-зелёного стекла. Гора выглядела мрачно и внушала страх. На полпути к вершине зияла пещера. Радужные лучи подземных солнц не проникали в неё, и она казалась чернее ночи.

Мангабу заставили лошадь, кошку и поросят подняться наверх и зайти в это тёмное отверстие. Следом втолкнули повозку. Оказалось, несколько овощных человечков всю дорогу от Храма тащили её за собой. Едва животные очутились в Чёрной Дыре, мангабу принялись загромождать выход большими стеклянными камнями с тем расчётом, чтобы узники никогда не смогли выбраться на свободу.

— Вот ужас-то! — простонал Джим. — Чувствую, что наши похождения подходят к концу.

— Если бы Волшебник Оз был здесь, он не вынес бы наших страданий, — горько зарыдал один поросёнок.

— Эх, надо было сразу разбудить наших хозяев, когда мангабу выгоняли нас из дома, — вздохнула Эврика.

Затем кошка добавила:

— Но не отчаивайтесь, друзья мои. Я нашла выход. Будьте мужественны и ждите моего возвращения. Я выберусь отсюда и всё расскажу хозяевам. Они обязательно выручат вас.

К тому времени вход почти завалили камнями. Кошка юркнула в свободное пространство и резко взмыла в воздух. Заметив беглянку, часть мангабу схватились за колючие ветки и бросились в погоню по воздуху. Но у Эврики было преимущество. Она была легче овощных человечков. Пока они забрались на высоту в сто футов, кошка поднялась на двести. Пробежав высоко над головами преследователей, она оставила их далеко позади. Через какое-то время Эврика домчалась до Храма Чародея. Пробравшись через окно на крыше, она разбудила Дороти.

Узнав, что произошло, девочка растолкала Волшебника и Зеба. Сразу были сделаны все необходимые приготовления, чтобы отправиться на выручку попавших в беду друзей. Волшебник захватил свой прилично набитый ранец. Зеб нёс фонарики и баночку с керосином. Плетёный чемоданчик Дороти остался в повозке, под сиденьем. По счастливой случайности мальчик забросил туда же сбрую, когда снимал её последний раз. Так что девочке ничего не пришлось нести, кроме её кошечки. Сердечко бедной Эврики после пережитых волнений и длинного путешествия от Чёрной Дыры к Храму Чародея билось часто-часто. Дороти крепко прижала любимицу к себе и старалась как могла успокоить её.

Мангабу заметили пришельцев, едва они вышли из Храма. Наверняка несколько овощных человечков следили за ними всё это время. Но, как ни странно, никто не остановил чужеземцев. Им позволили добраться до Чёрной Дыры, хотя и собрали вокруг ещё одну толпу, которая сопровождала пришельцев, чтобы не допустить их возвращения в Стеклянный город.

Но Волшебник и дети мало обращали внимания на это. Надо было спасать своих четвероногих друзей! Скоро они были у Чёрной Дыры, где старательные мангабу кончали заделывать выход из пещеры тёмно-зелёными стеклянными камнями. Там же была Подземная Принцесса.

— Стойте! Что вы делаете? Стойте, вам говорят! — сердито закричал Волшебник. Вместе с детьми он принялся выбрасывать камни из прохода, чтобы освободить лошадь и поросят. Вместо того чтобы мешать им, мангабу безмолвно стояли позади. Они дождались, пока в барьере образовалась солидная дыра и по приказу принцессы набросились с колючими ветками на чужеземцев.

Чтобы избежать уколов, Дороти шмыгнула внутрь отверстия. Волшебнику и Зебу, получившим несколько чувствительных уколов, пришлось последовать за девочкой. Коварные мангабу снова принялись закладывать выход камнями. Как только Волшебник Оз понял, что скоро их замуруют в Чёрной Дыре, он обратился к друзьям по несчастью:

— Что нам делать? Прорываться назад и сражаться!

— Что толку?! Их так много, — ответила Дороти. — И потом я скорее умру здесь, чем останусь жить среди этих жестоких, бессердечных существ!

— И я так думаю, — заметил Зеб, потирая уколотые места. — Хватит с меня этих мангабу!

— Хорошо, что бы вы ни решили, я останусь с вами, дети мои, — сказал Волшебник. — Однако в этой пещере мы долго не продержимся. Надо что-то предпринимать.

Заметив, что свет из быстро уменьшающегося проёма тускнеет, он подобрал поросят, ласково погладил их по крошечным кругленьким загривкам и бережно засунул в нагрудный карман. В этот момент опустился мрак. Последний камень наглухо закрыл выход из Чёрной Дыры. Построенная стена навсегда отделила от них Страну Мангабу. Зеб зажёг керосиновый фонарь.

— Велика ли эта дыра? — спросила Дороти.

— Посмотрим, — отвечал Зеб.

Он прошёлся с фонарём в глубь пещеры на такое расстояние, чтобы спутники не скрылись во мраке. Оказалось, что конца пещеры не видно. Он уходил куда-то в сторону, противоположную Стране Мангабу. Может быть, этот ход вовсе не глухой? У друзей забрезжила надежда. Дыра по наклонной плоскости уходила вверх.

— Неплохая дорога, — заметил Волшебник. — Если пойдём по ней, то, возможно, доберёмся до местности более приятной, чем этот чёрный мешок. Уверен, что мангабу никогда не входили в Чёрную Дыру, боясь темноты. Но, в отличие от овощных человечков, у нас есть фонари. Поэтому не будем терять времени и отправимся в путь. Проверим, куда ведёт этот тоннель.

Остальные с готовностью согласились с этим разумным предложением. Мальчик запряг Джима в повозку. Когда все расселись по местам, конь осторожно тронулся в путь. Зеб правил, а Волшебник и Дороти держали фонари, освещая дорогу.

Тоннель то расширялся, словно широкая улица, то сужался так, что колёса фургона царапали его края. Однако пол был достаточно ровным. Поэтому сравнительно долго путники ехали без происшествий. Иногда Джим останавливался отдохнуть. Подъём был очень долгим и довольно крутым, а потому утомительным.

Дороти высказала догадку:

— Наверное, мы уже поднялись на высоту подземных солнц. Вот уж не думала, что эта гора так высока.

— Да, мы двигались всё время в сторону от Страны Мангабу и всё время вверх. Без сомнения, от земли овощных человечков нас отделяет приличное расстояние.

Несмотря на усталость, друзья упрямо двигались вперёд. Когда Джим совсем выбился из сил, впереди забрезжил неясный свет. Зеб погасил фонари, чтобы сберечь керосин. К своему удовольствию, они нашли, что свет не радужный, а обыкновенный, белый. Находясь в Стране Мангабу, друзья успели утомиться от переливчатого света, который испускали постоянно вращающиеся солнца.

Пол стал более пологим. Путникам казалось, что они движутся внутри какой-то огромной подзорной трубы. Предчувствуя скорый отдых, Джим ускорил шаг. Ещё через некоторое время друзья выехали из тёмного, бесконечно длинного коридора и оказались в новой, ещё неведомой стране.

8. Долина невидимок

Выход из стеклянной горы вёл в ласкающую глаз обширную долину. Она напоминала огромную чащу, по краям которой бежали мягкие зелёные холмы. А на противоположном конце терялись очертания исполинской горы, с виду не меньшей, чем та, из которой выбрались наши путешественники.

Вся долина утопала в прекрасных садах и лужайках. Всюду были проложены тропинки и дорожки, посыпанные галечником. Рощи и отдельные стройные деревья украшали пейзаж. Виднелись огороды, где росли экзотические плоды, не известные на поверхности Земли. Речки и ручьи, берега которых были усыпаны цветами, несли кристально чистую воду.

По всей долине были разбросаны самые живописные и добротные коттеджи, какие только доводилось видеть нашим героям. Дома стояли не рядом друг с другом, как в городах и посёлках. Каждый коттедж находился в центре просторного участка обильной земли, утопая в садах и огородах.

Восхищаясь изысканными видами, открывшимися их взорам, путники наслаждались благоуханием здешнего воздуха. Они не могли надышаться им после затхлой атмосферы тоннеля.

Несколько минут они просто любовались этим прекрасным пейзажем, прежде чем обратили внимание на две странности, присущие долине.

Во-первых, она освещалась из какого-то неведомого источника. На голубом небосводе, раскинувшемся над ними, не было ни солнца, ни луны. Хотя каждый уголок долины был залит чистым и ровным светом.

Вторая и более странная вещь заключалась в том, что в этом восхитительном месте, кажется, никто не обитал. Находясь на возвышенности, странники могли обозреть всю долину. Нигде не было видно ни единого живого существа. Всё казалось загадочно пустынным.

Гора со стороны долины была не стеклянной, как со стороны Мангабу, а каменной. Порода камня чем-то напоминала гранит. Джим Ломовой Конь с великими предосторожностями опустил повозку вниз. Вскоре он достиг золотых лужков, за которыми пошли сады и огороды. Между ними бежала тропинка к ближайшему коттеджу.

— Боже, какая красота! — радостно воскликнула Дороти. Она спрыгнула с фургона и пустила Эврику порезвиться в шелковистой траве.

— Да, здорово! — отозвался Зеб. — Нам повезло, что мы избавились от тех отвратительных овощных человечков.

— Уж если нам не суждено вернуться домой, хорошо бы поселиться в этих благословенных краях, — сказал Волшебник, обозревая долину. — Уверен, внутри земного шара лучше места не сыскать.

Он достал поросят и тоже отпустил побегать по травке. Джим сразу набрал полную пасть травы. Пережёвывая её, конь заявил, что страшно доволен окружающей его обстановкой.

— Правда, по воздуху здесь не побродишь, — добавила Эврика. Она только что попыталась сделать это, но потерпела неудачу. Но все другие были рады, что можно без опаски ходить по твёрдой почве. Волшебник сказал, что они сейчас наверняка ближе к поверхности Земли, чем были в Стране Мангабу. Поэтому здесь нельзя подняться в воздух. Да и вообще всё выглядит привычнее и естественнее, чем в краю овощных человечков.

— Да, но где же жители этой долины? — спросила Дороти.

— Не имею представления, дитя моё, — покачал головой Волшебник Оз.

Вдруг где-то зачирикала птичка. Путники огляделись, но вокруг никого не было. Это озадачило их. Не спеша друзья направились по тропинке к ближайшему домику. Джим задерживался на каждом шагу, чтобы набрать в пасть травы.

По дороге им попалось приземистое растение с широкими раскидистыми листьями. В середине рос неизвестный плод размером с персик. И аромат, и окраска его казались такими аппетитными, что Дороти не могла не обратить на него внимания.

— Что это за растение, как вы думаете? — воскликнула девочка.

Никто не успел ответить, как поросята скорёхонько обнюхали плод пятачками и, прежде чем Дороти дотянулась, чтобы его сорвать, свинки принялись пожирать его с большим аппетитом.

— Не знаю, что это такое. Но, вероятно, очень вкусное, раз эти маленькие плутишки так жадно набросились на него, — проговорил Зеб.

И в тот же самый момент поросята… исчезли.

— Куда они подевались? — изумилась Дороти.

Друзья огляделись по сторонам. Поросят нигде не было видно.

— Должно быть, они спрятались. Но я не видел, как они убегали, — предположил Волшебник. — А вы?

— И мы нет! — разом ответили дети.

— Эй, крошки! Крошки мои! Сюда! Хрю-хрю-хрю! — позвал обеспокоенный хозяин.

Сразу же кто-то завизжал и захрюкал у его ног. Нагнувшись, Волшебник не обнаружил ни единого поросёнка.

— Да где же вы? — спросил он растерянно.

— Прямо у вас под ногами, хозяин! — раздался тоненький голосок. — Разве вы не видите нас?

— Нет, — ответил поражённый Волшебник.

— А мы вас видим, — сказал один из поросят.

Волшебник ещё раз наклонился и пошарил по траве рукой. Он сразу почувствовал круглое маленькое тельце. Ощупав его, Волшебник поднёс свинку к глазам. Но ладонь была пуста!

— Очень странно! — заметил он. — Каким-то удивительным образом поросята стали невидимками.

— Держу пари! — вскричала кошка. — Это всё из-за того персика, который они слопали!

— Это был не персик, Эврика, — заметила Дороти. — Я ужасно боюсь, как бы он не оказался ядовитым.

— О нет, Дороти! Он был такой вкусный! — отозвался невидимый поросёнок.

— Мы съедим все такие плоды, если они попадутся нам на пути! — добавил второй.

— Но мы с вами не должны есть этих плодов, — предупредил детей Волшебник. — Иначе тоже станем невидимками и потеряем друг друга. Так что избегайте этой вкусной пищи.

Подозвав поросят, он засунул их в карман. Хотя Волшебник не видел свинок, он мог чувствовать их. Поэтому когда он застёгивал сюртук, он не сомневался, что все они в целости и сохранности.

Друзья двинулись дальше и скоро достигли коттеджа. С виноградными лозами, густо вьющимися над широкой передней террасой, он выглядел весьма привлекательно. Дверь в переднюю комнату, вероятно столовую, была открыта. Посреди неё стоял стол с четырьмя стульями. На столе были расставлены тарелки, ножи и вилки, а также блюда с хлебом, мясом и фруктами. Горячее жаркое ещё дымилось. Но самое удивительное, что ножи и вилки не лежали спокойно на столе, а совершали странные движения, захватывая и отрезая кусочки пищи. Причем они двигались сами по себе. В комнате не было ни души!

Дороти, Зеб и Волшебник застыли на пороге.

— Вот забавно! — воскликнула девочка.

Взрыв весёлого смеха раздался в ответ. Ножи и вилки со звоном упали на тарелки. Один из стульев вдруг взял да и отодвинулся от стола. Всё это было так удивительно и таинственно, что Дороти чуть не рванулась назад с испуга.

— Мамочка, здесь какие-то чужестранцы! — раздался детский голосок.

— Вижу, моя хорошая! — ответил женский голос.

— Что вам надо? — послышался третий голос, твёрдый и низкий.

— Ну и ну! — воскликнул Оз. — В этой комнате действительно есть люди?

— Конечно, — ответил мужской голос.

— И — извините за глупый вопрос — вы все невидимки?

— Без сомнения! — зажурчал приятный женский смех. — Вы удивлены, что не видите нас, жителей Страны Воу?

— Ну да! — заикнулся от волнения Волшебник. — Мы никогда не встречали невидимок.

— Тогда откуда вы прибыли? — полюбопытствовал женский голос.

— Мы обитатели земной поверхности, — объяснил Волшебник. — Но недавно случилось землетрясение. Мы упали в трещину и спускались к центру Земли, пока не очутились в Стране Мангабу.

— Неприятные типы! — воскликнул всё тот же женский голос. — Я слышала о них.

— Они замуровали нас внутри горы, — продолжал Волшебник. — Но мы обнаружили, что в вашу сторону ведёт тоннель. Так мы выбрались сюда. Прекрасное местечко, ничего не скажешь. Как вы назвали его?

— Долина Воу.

— Спасибо. Видите ли, мы не встретили ни одного человека с тех пор, как прибыли в вашу страну. Поэтому зашли в ваш дом, чтобы спросить дорогу.

— Вы голодны? — снова спросил женский голос.

— Я бы с удовольствием перекусила, — призналась Дороти.

— И я, — добавил Зеб.

— Да, но мы не хотели бы стеснять вас, — поспешил заметить Волшебник.

— Да что вы! Не беспокойтесь об этом, — ответил мужской голос. Он звучал гораздо приветливей, чем вначале. — Располагайтесь, пожалуйста. Чем богаты, тем и рады.

Голос прозвучал так близко от Зеба, что тот невольно отпрянул. В ответ на его неловкое движение весело рассмеялись два детских голосочка. Дороти подумала, что среди таких добросердечных людей, даже если они невидимки, можно чувствовать себя в полной безопасности.

— Что за странное животное уплетает траву на моей лужайке? — заинтересовался мужской голос.

— Это конь. Его зовут Джим, — сказала девочка.

— Зачем он вам?

— Он возит повозку. Видите, она привязана к нему? А на повозке сидим мы. Это удобнее, чем идти пешком. Без Джима мы не одолели бы тот бесконечный подземный тоннель в горе, — объяснила Дороти.

— А сражаться он сможет? — полюбопытствовал голос мужчины-невидимки.

— Нет! Правда, он может лягнуть задними копытами и укусить разок-другой. Но чтобы по-настоящему сражаться — нет, не сможет, — ответила девочка.

— Ой! Тогда его схватят медведи! — раздался детский голосок.

— Медведи?! — воскликнула Дороти. — Здесь водятся медведи?!

— Увы! Это единственная, но страшная неприятность, с которой можно столкнуться в нашей стране, — ответил мужской голос. — Много огромных свирепых медведей бродят по Долине Воу. И если они хватают кого-то из её обитателей, то немедленно пожирают. Но так как все жители Долины Воу невидимки вроде нас, то они редко попадают им в лапы.

— Медведи тоже невидимые? — спросила девочка.

— Да. Потому что они, как и мы, едят плоды растений дами. Того, кто съест дами-плод, не сможет увидеть ни зверь, ни человек.

— Дами-плоды растут на приземистых кустах и похожи на персики? — спросил Волшебник.

— Да, — последовал ответ.

— Если это превращает вас в невидимок, зачем вы едите их? — спросила Дороти.

— По двум причинам, моя милая, — ответил женский голос. — Дами-плоды — самая вкусная пища в стране Воу. А главное, когда мы превращаемся в невидимок, медведям очень трудно найти нас. А сейчас, добрые пришельцы, ваш завтрак на столе. Садитесь, пожалуйста, и ешьте, сколько захочется.

9. Друзья сражаются с медведями-невидимками

Чужестранцы заняли места за столом. Их не пришлось долго упрашивать. Все были так голодны, а на столе было столько вкусноты! Перед каждым, среди прочих блюд, стояли тарелочки с аппетитными «персиками». От них шёл такой соблазнительный аромат, что странники еле удерживались, чтобы не съесть их и не превратиться в невидимок.

Но Дороти поборола искушение и утолила голод другой пищей. Её спутник мудро последовал примеру девочки.

— Почему вы не попробуете дами? — спросил женский голос.

— Чтобы не стать невидимками, — ответила Дороти.

— Да, но если вы останетесь видимыми, медведи легко смогут найти вас и съесть, — раздался голос девочки-невидимки. — Мы жители Воу, предпочитаем быть невидимыми. Это не мешает нам здороваться друг с другом, обнимать и целовать своих родных. Зато мы чувствуем себя в безопасности и меньше боимся медведей.

— И об одежде можно не беспокоиться, — заметил мужчина.

— И никто не скажет, грязное у нас лицо или чистое! — радостно добавил голосок маленького мальчика.

— Но я всё равно заставляю их умываться, когда подумаю об этом, — заметила мать и обратилась к дочери: — Потому что вижу я твоё лицо, Яна, или не вижу, я подозреваю, что оно всегда испачкано.

Дороти рассмеялась и протянула руки.

— Яна и твой братец, подойдите ко мне, пожалуйста. Дайте потрогать вас.

Дети-невидимки с удовольствием приблизились. Дороти провела ладонями по лицам и фигуркам и решила, что одна из них — девочка её возраста, а другой — мальчик помладше. Волосы у девочки были мягкие и пушистые, а кожа гладкая, как шёлковая. Дороти нежно коснулась ладошкой её носика, ушей и губ. Ей показалось, что они должны иметь изящные формы.

— Если бы я могла увидеть вас, то уверена, что не разочаровалась бы в вашей красоте, — заявила Дороти.

Девочка засмеялась. А её мама сказала:

— Мы здесь не тщеславны, в Долине Воу. Красивы мы или нет — никто этого не видит. Добрые дела и приятные манеры — вот за что нас уважают соплеменники. Ещё мы можем наслаждаться красотой природы, любоваться цветами и деревьями, восхищаться зеленью полей и голубизной неба.

— А как насчёт птиц, зверей и рыб? — спросил Зеб.

— Птиц мы не видим. Они любят клевать дами-плоды, поэтому тоже невидимы. Правда, мы слышим их звонкие песни и получаем от этого огромное удовольствие. К сожалению, свирепые медведи тоже едят дами, поэтому мы не видим их. Зато рыб, что плавают в наших ручьях, мы можем различать. И часто ловим, чтобы полакомиться ими.

— Да, у вас есть много причин наслаждаться жизнью в этой чудесной долине, даже оставаясь невидимками, — заметил Оз. — И всё же, пока мы находимся в ваших краях, мы предпочитаем оставаться видимыми.

Вошла Эврика. До этого она бродила вокруг дома вместе с Джимом. Но завидев уставленный едой стол, она воскликнула:

— Я уже полумёртвая с голоду! Скорей накорми меня, Дороти!

Дети испугались было маленького зверька, который напомнил им медведя. Дороти успокоила их, объяснив, что Эврика — домашняя кошка. А она, Дороти, её хозяйка. Поэтому при всём своём желании кошка не сможет повредить им.

В этот момент все уже вставали из-за стола и благодарили хозяев. Эврика прыгнула на стул и положила передние лапки на скатерть, чтобы получше рассмотреть, чем бы ей полакомиться. Вдруг, к превеликому её удивлению и ужасу, невидимая рука схватила её за загривок. Кошка зависла в воздухе. Она принялась отчаянно царапаться и кусаться, но была тут же сброшена на пол.

— Дороти, ты видела это? — испуганно выдохнула она. Сердечко бедной Эврики бешено колотилось.

— Да, дорогая моя, — ответила хозяйка. — Это люди-невидимки, которые живут здесь. А вот тебе следовало бы выказать лучшие манеры, Эврика. Иначе в другой раз с тобой может приключиться что-нибудь и похуже.

Дороти поставила блюдечко на пол, и кошка жадно набросилась на еду.

Очистив блюдце, она попросила:

— Дай мне тот ароматный плод, что я вижу на столе.

— Это дами, — объяснила Дороти. — Не вздумай никогда пробовать его, Эврика. А то превратишься в невидимку и мы никогда не увидимся с тобой.

Кошка с сожалением поглядела на запретный плод.

— Это больно — быть невидимкой? — спросила она.

— Не знаю, — ответила Дороти. — Но мне будет ужасно больно потерять тебя.

— Ну что же, тогда я к нему не прикоснусь, — решила со вздохом кошка. — Но тебе придётся удерживать меня: запах такой аппетитный!

Затем Волшебник Оз обратился со словами в пустое пространство, так как не знал, где в этот момент стоят невидимые жители:

— Не будете ли вы так любезны, сэр… извините, мадам… не будете ли вы так любезны, достопочтенные хозяева, сказать нам, есть ли какая-нибудь дорога, ведущая из вашей прекрасной страны на поверхность Земли?

— О, покинуть нашу долину не составляет труда, — ответил мужской голос. — Но стоит ли? Существует два выхода из Страны Воу. Первый — Чёрная Дыра, откуда вы пришли. Второй путь лежит в страну, куда менее гостеприимную, чем наша. А вот как достичь земной поверхности — не знаю, не представляю даже, возможно ли это. Я никогда не слышал, чтобы кто-нибудь добирался туда. Да и потом, мне кажется, человек не может удержаться снаружи земного шара. Если вы и доберётесь дотуда, то наверняка скатитесь или упадёте вниз.

— О нет, — улыбнулась Дороти. — Мы были там. Оттуда не упадёшь, если только какое-нибудь землетрясение не поможет.

— Долина Воу, конечно, очаровательное местечко, — подытожил Волшебник. — Но мы не можем быть счастливы, надолго покидая родину. Так уж устроен человек. Он всегда тоскует по дому. Даже если нам придётся по дороге на родину пересечь враждебные страны, это не остановит нас.

— В таком случае единственное, что я могу посоветовать вам, — это пройти через всю долину и подняться по винтовой лестнице внутрь Пирамидальной горы. Путь по ней очень долог. Вершина теряется в облаках. Но если вы достигнете её, то окажетесь в ужасной Неведомой стране, где живут гаргойлы.

— Кто такие гаргойлы? — спросил Зеб.

— Не знаю, молодой человек. Великий герой народа Воу — Эйна по прозвищу Сверхчеловек — вскарабкался однажды по винтовой лестнице до самого конца. Там он девять дней сражался с гаргойлами, прежде чем ему удалось отбиться от них. Эйна вернулся в долину, но его никогда нельзя было заставить рассказать, что из себя представляют эти ужасные существа. Наверное, они столь свирепы на вид, что даже у Сверхчеловека не поворачивался язык говорить о них. А вскоре наш герой отправился, как всегда, на очередной бой с медведями-невидимками. Они схватили его и съели.

Пришельцы были обескуражены таким печальным рассказом. Но Дороти, вздохнув, произнесла:

— Если единственный путь домой лежит через Страну Гаргойлов, мы встретимся с ними. Не думаю, что они страшнее, чем злые ведьмы или король гномов, с которыми мне пришлось столкнуться во время моих прошлых странствий.

— Не забывай, что рядом с тобой были надёжные друзья и испытанные бойцы — Страшила и Железный Дровосек. Они помогли тебе одолеть всех врагов, — напомнил Волшебник. — А сейчас, дитя моё, в твоей компании нет ни одного надёжного бойца.

— Ну, я полагаю, Зеб сможет сражаться, если его принудят к этому! Правда, Зеб?

— А что же… смогу… если вынудят, — нерешительно ответил Зеб.

— А у тебя есть клинок, которым ты разрубил пополам Чародея, — сказала Дороти Волшебнику.

— Что правда, то правда, — согласился тот. — Кроме того, в моём ранце есть и другие полезные для боя вещи.

— Ну что же, раз вы так решили, остаётся пожелать вам удачи. И помните: самое ужасное для гаргойлов — шум. Как-то Эйна сказал мне, что когда он издал боевой клич, гаргойлы вздрогнули и бросились врассыпную, не решаясь некоторое время возобновить бой. Но их было очень много, а Эйна не мог кричать слишком долго. Надо было сохранить дыхание для схватки, — рассказал мужской голос.

— Прекрасно, — заметил Волшебник. — Кричать каждый из нас умеет лучше, чем сражаться. Поэтому мы разобьём гаргойлов.

— Скажите, как же случилось, что храброго и могучего Сверхчеловека съели медведи? И как вы узнали об этом, если он и медведи невидимы? — спросила Дороти.

— В своё время Сверхчеловек уничтожил одиннадцать свирепых медведей. Мы узнали об этом, потому что когда кто-то умирает, чары дами-плодов теряют силу, и убитого видят все. Так случилось с медведями, которых уничтожил Эйна. Но раз на раз не приходится. Медведи очень свирепые и коварные. Однажды несколько разъярённых зверей напали на Сверхчеловека и убили его. Те жители долины Воу, что находились в тот момент неподалёку от места схватки, ясно увидели его останки. Потом и они исчезли, так как медведи-невидимки проглотили их, — объяснил мужской голос.

На этом друзья попрощались с гостеприимными хозяевами. Мужчина-невидимка обратил их внимание на очень высокую гору в противоположном углу долины, которая имела форму пирамиды, и рассказал, как до неё добраться. Наши искатели приключений снова отправились в путь.

Они двигались берегом широкой реки, миновав несколько аккуратных коттеджей. Конечно, они никого не видели. И никто не заговорил с ними. Вокруг в изобилии росли цветы и фруктовые деревья. Попадалось немало вкусных дами, которые считались деликатесом у жителей Страны Воу.

Около полудня путешественники остановились для отдыха в тени небольшого сада. Друзья занялись тем, что срывали и ели вишни и сливы с ближайших деревьев. Вдруг совсем рядом раздался приятный голос:

— Будьте осторожны. Рядом медведи!

Волшебник сразу вытащил клинок. Зеб плотнее сжал хлыст. А Дороти забралась в повозку, хотя Джима распрягли и он пасся неподалёку.

Невидимый человек весело рассмеялся и заметил:

— Если идти этой дорогой, вам не избежать встречи с медведями.

— Что же делать? — заволновалась Дороти. Да и остальные сильно встревожились, потому что невидимая опасность куда страшнее явной.

— Вам следует двигаться прямо по реке, — последовал ответ. — Медведи не рискуют лезть в воду.

— Но мы утонем! — воскликнула девочка.

— Да нет, что вы! — сказал нежный голос. Казалось, он принадлежал молодой девушке. — Вы чужестранцы, поэтому, кажется, не знаете хитростей, которые мы используем, чтобы не попасть в лапы хищникам. Я постараюсь помочь вам.

В следующее мгновение растение с широкими листьями оторвалось от почвы и замерло в воздухе перед носом Волшебника.

— Сэр, — обратился к нему голос, — вам и вашим товарищам необходимо натереть этими листьями подошвы своей обуви. Тогда вы заскользите по речной глади, не опускаясь ниже уровня воды. Это тайна, которой не знают медведи. Когда мы, жители Страны Воу, путешествуем по долине, мы всегда выбираем путь по рекам и ручьям. Так нам удаётся избавиться от встречи с медведями.

— Благодарю вас, вы очень любезны! — обрадовался Волшебник.

Оторвав пару листочков, он тщательно натёр ими подошвы башмаков Дороти, а затем и свои собственные. Девочка аккуратно протёрла лапы Эврики. А Зеб, наевшись, истратил последние листочки чудо-растения на то, чтобы натереть копыта Джима и обод каждого колеса повозки.

Мальчик заканчивал работу, когда недалеко от них послышалось сиплое рычание. Лошадь сразу заволновалась и забила копытами.

— Скорее в воду, или вы пропали! — закричал невидимый друг.

Не раздумывая, Волшебник столкнул повозку, из которой был выпряжен Джим, с берега в реку.

Благодаря чудесному растению фургон совсем не погрузился в воду, а остался на поверхности, словно под ним была твёрдая почва. К счастью, Дороти с Эврикой к тому времени сидели в повозке, поэтому они сразу оказались недосягаемы для медведей. Волшебник, ухватившись за оглобли, оттащил фургон подальше от берега и вернулся выручать Зеба и лошадь.

Джим рвался из стороны в сторону, отбиваясь от невидимого врага. Наверно, медвежьи лапы достали его, потому что на боках лошади появились две-три глубокие раны, из которых обильно сочилась кровь.

— Скачи к реке! — закричал Волшебник. Джим несколькими рывками освободил себя от невидимых мучителей и рысью поскакал к воде. Вскоре он уже скользил по речной глади, оторвавшись от преследователей. К тому времени Зеб уже бежал по воде в сторону повозки.

Убедившись, что все его друзья в безопасности, Волшебник собирался последовать за ними. Вдруг он ощутил горячее дыхание медведя-невидимки возле самой щеки. Раздался низкий свирепый рёв. Жизнь Волшебника висела на волоске. Но он не растерялся. Волшебник с силой ткнул клинком в воздух прямо перед собой. Укол достиг цели, потому что когда он потянул лезвие назад, оно было в крови. Волшебник сделал ещё два выпада. Снова раздалось яростное рычание и сразу за ним послышался звук падения. Затем у самых ног Волшебника появился огромный бурый медведь. Размерами он был почти с лошадь, только гораздо злее и сильнее. Значит, один из ударов клинка оказался смертельным. Оз содрогнулся, посмотрев на ужасные когти и острые клыки зверя. В этот момент снова послышались угрожающие рыки. Это говорило о том, что другие медведи рядом и спешат к месту схватки. Не теряя ни секунды, Волшебник бросился к воде.

На реке наши герои очутились в полной безопасности. Все поспешили присоединиться к Дороти и забрались в повозку, которая медленно неслась по течению. Волшебник открыл ранец и достал липкий пластырь и лекарства. Казалось, в его ранце хранится всё необходимое на все случаи жизни. Волшебник аккуратно обработал и перевязал раны Джима.

— Мы даже не успели поблагодарить нашего неизвестного спасителя. Ведь если бы не он, мы погибли бы, — сказала Дороти. — Да, после случившегося нам лучше держаться реки.

— Верно, дитя моё, — согласился Волшебник. — Лучше всего путешествовать по реке, потому что она, кажется, течёт в направлении Пирамидальной горы.

Зеб снова впряг Джима в повозку, и конь затрусил по гладкой речной поверхности. Сначала кошка боялась намокнуть и всё жалась к Дороти. Но хозяйка рассмеялась и опустила её на воду. Вскоре Эврика свободно бежала рядом с повозкой. Вдруг она увидела маленькую рыбку, неосторожно подплывшую чересчур близко к поверхности воды. Кошка моментально схватила её и проглотила. Но Дороти предупредила Эврику, чтобы она была внимательней к тому, что есть в волшебной стране. Да и рыбки попадались не такие беспечные, как первая, и не подплывали близко.

Через несколько часов друзья добрались до излучины, откуда до Пирамидальной горы оставалось не больше мили. Дальше река уходила в сторону от цели их путешествия. Местность вокруг была безлюдна. Только вдали виднелись два-три домика с цветниками и тянулась узкая полоска фруктовых садов. Друзья подумали, что в таком пустынном краю наверняка водятся свирепые медведи-невидимки. Волшебник обратился к Ломовому Коню:

— Джим, старина, ты должен рвануть что есть силы и нестись рысью во весь опор.

— Эх, были когда-то и мы рысаками… — вздохнул Джим Ломовой Конь. — Не забывайте, что мои лучшие дни прошли, я состарился и ослаб. Но сделаю всё, что от меня зависит.

Эврика вместе со всеми заскочила в повозку, и Зеб дёрнул поводьями, хотя Джим не нуждался в подобном напоминании. После знакомства со свирепыми зверями его раны сильно ныли. Мысль о том, что может последовать новая встреча с медведями, подействовала на коня не хуже шпор. Джим рванул с места в карьер. У Дороти перехватило дыхание.

А Зебу вздумалось пошалить. Он зарычал, как медведь. О, они недооценили Джима! Конь прижал уши и буквально полетел стрелой. Его длинные костлявые ноги мелькали часто-часто. Путники ничего не видели вокруг из-за огромной скорости: всё сливалось перед глазами. Ухватившись за сиденье, Волшебник закричал что есть мочи:

— Тпру! Стой!

— Я — я боюсь, что он вы-вырвется! — еле выдохнула Дороти.

— Да, он может вообще-то! — воскликнул Зеб. — Но не тревожьтесь: сбруя надёжная. Пусть скачет! При такой скорости ни один медведь нас не схватит!

Бешеная скачка продолжалась. Вдруг конь резко затормозил у самого подножия Пирамидальной горы. Волшебник и Зеб потеряли равновесие, вылетели из повозки и, шлёпнувшись о землю, покатились по мягкой траве. Дороти наверняка последовала бы за ними, если бы не держалась крепко за железные перила сиденья. Девочка успела ещё и кошку прижать одной рукой.

Так закончился рывок к Пирамидальной горе. Затем Джим Ломовой Конь как-то странно заржал. Дороти показалось, что отсмеётся.

10. Человек с косичками

Гора не зря носила такое название: она в самом деле напоминала пирамиду. Дороти задрала голову вверх. Вершина терялась в облаках. Недалеко от того места, где остановилась повозка, виднелась арка. Она открывала вход внутрь горы. За аркой виднелись ступени, вырубленные в горе. Они были очень широки, пологи и представляли собой лестницу, которая закручивалась внутри горы, от подножия и, вероятно, до самой вершины, как штопор. Перед входом в арку красовался знак:

«Предупреждение:

лестница ведёт в Страну Гаргойлов.

Опасное место!

Входить не рекомендуется».

— Интересно, как Джим потащит повозку наверх? Здесь столько ступенек! — вслух подумала Дороти.

— Ну, я как-нибудь справлюсь. Только без пассажиров, конечно. Вам придётся пройтись пешком, — заявил Джим Ломовой Конь.

— Пешком так пешком. А вот как ты потащишь повозку, если ступеньки станут круче? — засомневался Зеб.

— Ничего страшного. Будете приподнимать и подталкивать колёса сзади, — сказал Джим.

— Как бы то ни было, мы рискнём. Винтовая лестница внутри Пирамидальной горы — единственный путь, который может вывести нас поближе к поверхности Земли.

Итак, началось восхождение по ступенькам. Впереди шли Дороти и Волшебник. Следом тащил повозку Джим. Замыкал шествие Зеб, следивший, как бы чего не случилось с фургоном.

Свет становился всё тусклее. Вскоре наступила полная темнота. Волшебник достал фонари и осветил дорогу. Странники шли очень долго, пока не добрались до широкой лестничной площадки, в стене которой виднелась трещина. Сквозь неё проникали свет и воздух. Заглянув в отверстие, путники увидели далеко внизу Долину Воу. С такого расстояния домики казались игрушечными.

Отдохнув немного, они продолжили подъем. Ступеньки по-прежнему были низкими и широкими, и Джим сносно справлялся с повозкой. Но постепенно старый конь стал задыхаться и всё чаще останавливался, чтобы перевести дыхание. Другие тоже были рады таким остановкам, потому что от долгого подъёма гудели ноги.

Долго ещё путники поднимались вверх по спирали. Свет от фонарей тускло освещал путь. Путешествие было нудным, однообразным. Все обрадовались, когда впереди забрезжила полоска света. Значит, они приблизились ко второй лестничной площадке.

Вот и она. В одной из внутренних стен Пирамидальной горы было большое углубление, напоминавшее вход в пещеру. Дальше действительно шла пещера. Ступеньки обрывались у ближнего её края и возобновлялись за дальним.

Свет брезжил из отверстия в стене пещеры, противоположной Долине Воу. Когда наши путешественники осторожно выглянули за пределы Пирамидальной горы, у них захватило дух. Кругом простиралось безбрежное пространство. На дне его раскинулось море с огромными бушующими волнами. По морской поверхности непрерывно бежали языки пламени. Чуть выше их пещеры тянулись бесконечные гряды курчавых облаков. Они постоянно меняли место и цвет. И голубые, и серые облака имели очень красивую форму.

Дороти заметила на облаках неясные очертания каких-то существ. Должно быть, это облачные феи, решила девочка. Одни из них грациозно прилегли, опершись локтем на облако. Другие сидели, закинув ножку за ножку, и весело болтали с подружками. Дороти слыхала, что феи живут на облаках, окутывающих Землю. Теперь же оказывалось, что они обитают и на подземных облаках. Только с поверхности Земли фей не больно-то разглядишь. Зато сейчас, когда подземные облака проплывали совсем рядом, друзья прекрасно видели изысканных фей.

— Они настоящие? — с благоговейным трепетом спросил Зеб.

— Конечно, это настоящие облачные феи, — тихо ответила Дороти.

— Они такие же хрупкие, как ажурные кружева. Думаю, если сжать одну из них, от неё ничего не останется. — Мальчик не мог надивиться на фей.

Между облаками и бушующим морем брезжило огромное пустынное пространство. Впрочем, нет, не совсем пустынное. Далеко внизу друзья заметили странную птицу гигантских размеров. Она летела очень быстро, но путники заметили, что у неё свирепые глаза, острые когти и клюв. Страшилище напомнило мальчику птицу Рух, о которой он читал в арабской сказке из «Тысячи и одной ночи». Наверняка их водилось здесь немало. Дороти подумала, что если одна из этих пташек заглянет в пещеру, им не поздоровится.

Вдруг из-за спины девочки раздался донельзя удивлённый голос Волшебника:

— Вот не ожидал встретить кого-нибудь в этой глуши! Кто это может быть?

Дети обернулись. Посреди пещеры стоял незнакомец. Он был такой старый, что сгибался почти пополам. Седые волосы и борода достигали ступней. Но самое удивительное, что они были заплетены в косички, которые заканчивались маленькими цветными бантиками.

Увидев, что привлёк к себе внимание, незнакомец вежливо поклонился.

— Извините, но откуда вы взялись? — спросила Дороти с любопытством.

— Да, собственно, ниоткуда. Я здесь живу, и очень давно, — ответил Косичка (так наши герои назвали его про себя). — Когда-то я, как и все люди, обитал на поверхности Земли. Но вот уже много лет моя фабрика находится здесь, на полпути к вершине Пирамидальной горы.

— Неужели мы прошли только половину пути наверх? — приуныл Зеб.

— Наверно, мой мальчик, — сказал отшельник. — Правда, с тех пор как я оказался здесь, я никуда отсюда не отлучался. Поэтому не могу с уверенностью утверждать, что середина горы находится именно здесь.

— Вы сказали, что у вас здесь фабрика? — напомнил Волшебник.

— Конечно, — ответил Косичка. — Перед вами — великий изобретатель, признаюсь без ложной скромности. В этом уединённом месте я занимаюсь производством изобретений.

— И что же у вас за продукция? — поинтересовался Волшебник.

— Я изготавливаю исключительно ровные трепетания для флагов и знамён. С помощью моих чудо-трепетаний любое полотнище всегда будет трепетать равномерно. Ещё я делаю несравненного качества шуршания для дамской одежды. Благодаря им шёлковые юбки и платья так чудесно шуршат, что просто заслушаешься. Представляете?

— Да уж, представляем, — вздохнул Волшебник. Он был озадачен. — Извините, а нельзя ли взглянуть на ваши изделия?

— Нет ничего проще! Приглашаю вас, глубокоуважаемые гости, в мой магазин. — С этими словами Косичка показал дорогу в маленькую пещеру, соседнюю с той, где происходил этот разговор.

Очевидно, в той пещерке размещалось всё: и жилище отшельника, и фабрика, и магазин. Заглянув внутрь пещерки, друзья увидели широкую полку, прикреплённую к стене. На ней стояли картонные коробки разных размеров, перевязанные верёвочками.

Косичка бережно приподнял одну коробку и сказал:

— Вот здесь хранится двенадцать дюжин превосходных шуршаний. Любой даме, даже если она часто меняет наряды, их хватит на целый год.

Отшельник обратился к Дороти:

— Покупайте, душечка!

— Спасибо, но у меня не шёлковое платье, — улыбнулась девочка.

— Это не имеет значения. Видите ли, когда вы откроете коробку, шуршания, естественно, исчезнут, независимо от того, шёлковое у вас платье или нет, — серьёзно объяснил Косичка.

Затем он взял в руки другую коробку и продолжал:

— Вот тут содержится масса гармоничных трепетаний. Им нет цены, когда возникает необходимость, чтобы флажок затрепетал в безветренный день.

— А вам, сэр, наверняка пригодится такая вещь, — отшельник повернулся к Волшебнику. — Я абсолютно уверен: попробовав разок, вы захотите всегда иметь мои товары при себе!

— Понимаете, я не захватил с собой денег, — уклончиво ответил Волшебник, не желая обидеть хозяина.

— Зачем мне деньги? Я всё равно не смогу потратить их в этом пустынном месте, — отвечал Косичка. — Вот если бы у вас нашлась голубая ленточка! Вы, наверное, заметили, что мои косички завязаны какими угодно бантами: жёлтыми, розовыми, коричневыми, красными, зелёными, белыми, чёрными… Только голубых нет.

— О, это поправимо! — воскликнула Дороти. Ей стало жалко беднягу. Девочка сбегала к повозке и достала из чемоданчика симпатичную голубую ленточку. Довольная Дороти заметила, как радостно сверкнули глаза Косички.

— Вы сделали меня счастливым, душечка! — закричал отшельник.

Затем он настоял, чтобы Волшебник взял коробку с трепетаниями, а Дороти — коробку с шуршаниями.

— Когда-нибудь они вам пригодятся, — заверил Косичка. — Да и какой мне смысл изготавливать свои вещи, если ими никто не пользуется?

— А почему вы покинули земную поверхность? — полюбопытствовал Волшебник.

— Это вышло против моей воли. Вообще-то это печальная история. Но если вы постараетесь не плакать, я расскажу вам её. На поверхности Земли я занимался изготовлением импортных дырок для швейцарского сыра, который производят в Соединённых Штатах. Должен признаться, что моё изобретение пользовалось большим спросом у производителей сыра. Я также делал норы для пористого пластыря и высококачественные дырочки для пончиков и пуговиц. Наконец я изобрёл универсальную регулируемую дырку, которую можно было приспособить на любой товар. Я был уверен, что это изобретение изменит мою судьбу. Супердырка действительно изменила мою судьбу, но совсем не так, как я думал.

Отшельник горестно вздохнул и продолжал:

— Однажды, когда я изготовил огромное количество этих дырочек, их негде стало хранить. Я соединил их вместе, поставив в ряд друг за другом, а верхний конец воткнул в землю. Можете себе представить, что получилась ужасно длинная дыра, уходящая далеко в глубь Земли. Стоило мне наклониться, чтобы рассмотреть, что там внизу, как я потерял равновесие и свалился в дыру. К несчастью, она вела в то бескрайнее подземное пространство, на дне которого плещется огненное море и которое вы только что наблюдали. Каким-то чудом мне удалось ухватиться за выступ скалы, что выдаётся из Пирамидальной горы чуть в стороне от этой пещеры. Так я избавился от того, чтобы быть поглощённым чёрными воспламеняющимися волнами. С тех пор я живу в этом уединённом месте. Со временем я обустроил своё жилище. Откровенно говоря, мне здесь неплохо живётся. Никто не мешает заниматься изготовлением шуршаний и трепетаний.

Когда отшельник завершил свою необычную повесть, Дороти едва удержалась, чтобы не рассмеяться. Настолько всё казалось нелепым. Волшебник тем временем, стоя за спиной у Косички, со значением постучал по лбу, показывая, что подземный отшельник явно не в себе. Вскоре путники вежливо попрощались с изобретателем и вернулись в большую пещеру, чтобы продолжить путешествие.

11. Встреча с деревянными гаргойлами

Совершив очередное восхождение и немало запыхавшись, наши герои добрались до третьей площадки. Как они и ожидали, в одной из стен была трещина. Через неё виднелись бесконечные гряды клубившихся облаков, которые закрывали видимость.

Путешественники нуждались в отдыхе. Волшебник не забыл о своих маленьких подопечных с пятачками. Пока все рассаживались на выступах горных пород, он нащупал поросят в кармане и вытащил их. К его удивлению, свинки были ясно различимы. По-видимому, путники так далеко ушли от долины невидимок, что чары дами-плодов перестали действовать.

— Как я счастлив снова лицезреть вас, мои дорогие! — радостно воскликнул Волшебник.

— Ох! — вздохнула Эврика. — И я снова их вижу. И это напоминает мне о том, что я смертельно голодна. Пожалуйста, мистер Оз, позвольте мне съесть хоть одного пухленького поросёночка! Я уверена, вы даже не заметите, что их стало на одного меньше!

— Что за ужасное, дикое животное! — закричал один поросёнок. — И это говорится после того, как мы стали такими добрыми друзьями и так здорово играли вместе!

— Видите ли, в чём дело: когда я сыта, я с большим удовольствием играю с вами, — скромно потупилась кошка. — Но когда мой желудок пуст, то, кажется, ничто не заполнит его так, как толстенький поросёночек.

— А мы так доверяли тебе! — сказала с укором другая свинка.

— Мы думали, ты приличная, порядочная кошка, — добавила третья.

— Кажется, мы глубоко заблуждались! — заявил ещё один поросёнок, с опаской поглядывая на Эврику. — Теперь-то мы знаем, что нельзя водить компанию с теми, у кого время от времени возникают такие жуткие желания.

— Ты отвратительно ведёшь себя, Эврика, — сделала ей выговор Дороти. — На свете, безусловно, существует то, что предназначено кошкам в пищу. Но ты когда-нибудь слышала, чтобы кошки ели поросят?

— А где ты видела таких крошечных свинок? — защищалась Эврика. — Вот мыши, например, годятся мне в пищу, а эти поросята не больше мыши, посмотри на них!

— Сходство размеров здесь ни при чём, — не согласилась Дороти. — Между твоей обычной едой и этими милыми поросятами — большая разница. Они — любимые зверьки мистера Оза, точно так же, как ты — моя кошка. Поэтому съесть их — это всё равно, что, например, Джиму съесть тебя.

Джим Ломовой Конь не остался безучастен к беседе. Сердито сверкнув круглыми большими глазами на Эврику, он решительно заявил:

— Если ты не оставишь этих славных зверюшек в покое, я тебя саму проглочу! Попробуй только прикоснись хотя бы к одному.

Эврика в раздумье поглядела на Джима, словно стараясь понять, шутит тот или нет. Затем она вздохнула и произнесла грустно:

— У тебя осталось немного зубов, Джим, но они достаточно остры, чтобы заставить меня содрогнуться при одной мысли о твоей угрозе. Придётся мне оставить поросят в покое. Считайте, что с этого момента они в полной безопасности, если видеть опасность только с моей стороны.

— Вот и отлично, Эврика, — удовлетворённо заметил Волшебник. — Давайте жить дружно, одной семьёй, и относиться друг к другу с уважением и любовью.

Эврика зевнула и легонько царапнула себя.

— Я всегда любила поросят, — сказала она, — а вот они меня — никогда.

— Никто не любит того, кого боится, — заметила Дороти. — Если будешь вести себя хорошо и перестанешь обижать поросят, ты обязательно понравишься им.

На этом беседа закончилась. Волшебник положил свинок на прежнее место, и путешествие возобновилось. Искатели приключений устало карабкались вверх по тёмной спиралевидной лестнице. Подталкивая сзади повозку, Зеб обронил:

— А ведь мы, пожалуй, недалеко от поверхности Земли.

— Да, мы совершаем восхождение целую вечность, — согласилась Дороти. — Скоро будет Страна Гаргойлов. Здесь, внутри Земли, не очень-то уютно. Как бы я хотела вернуться домой!

Никто не ответил. Чтобы ответить, надо было отдышаться. Лестница стала уже. Зеб с Волшебником частенько помогали Джиму и поднимали задние колёса со ступеньки на ступеньку. Или даже с силой пропихивали борт фургона вперёд, когда его зажимало скалистыми стенами.

Наконец где-то вверху забрезжил тусклый свет. Он становился яснее по мере их продвижения.

— Слава Богу, мы почти у цели! — проговорил запыхавшийся Волшебник.

Тоннель заканчивался отверстием, напоминавшим открытый люк. Джим Ломовой Конь, поднимавшийся первым, встал на последнюю ступеньку и высунул голову наверх. Несколько секунд он осматривался вокруг. Затем сунул голову обратно в тоннель и, ничего не объясняя, принялся пятиться назад. Да так поспешно, что чуть не наехал повозкой на позади идущих.

— Уж лучше нам снова спуститься вниз, — наконец раздался его голос, напоминавший ржание.

— Вот еще! — фыркнул уставший Волшебник. — Дружище, объясни толком, что случилось?

— Всё, с меня хватит! — проворчал Конь. — Я бросил всего один взгляд на страну, что расположена наверху. Но мне его хватило, чтобы убедиться: нормальным существам вроде нас там делать нечего. Там нет ничего живого — ни людей и животных из плоти и крови, ни растений.

— Всё равно мы поднимемся наверх. Глупо было бы спускаться вниз после того, как потрачено столько сил! Не оставаться же нам здесь, в конце концов? — сказала Дороти.

— Наверху нам грозит опасность, — продолжал упорствовать Джим.

— Послушай, приятель! — взорвался Волшебник. — В своё время мы с малюткой Дороти совершили немало странствий, побывали во многих необычных краях. И всегда с честью проходили через все испытания. Мы даже побывали когда-то в чудесной Стране Оз. Да, Дороги? Нас мало тревожит, приветлива Страна Гаргойлов или не очень. Мы должны вернуться домой! Иди вперёд, Джим, и знай: что бы ни случилось, мы всегда найдём выход.

— Ладно, — сдался Ломовой Конь. — Эта подземная прогулка состоялась не по моей, а по вашей милости. Если что случится, не сваливайте вину на меня.

Сказав это, Конь подался вперёд, с трудом выкарабкался из люка и вытащил повозку. Остальные последовали за ним. Вскоре все стояли на широкой площадке и созерцали самое удивительное зрелище, какое им когда-либо доводилось видеть.

— Да в этой стране всё деревянное! — воскликнул Зеб. Так оно и было. Вместо земли под ногами путников лежали опилки. Галька и камешки-голыши при ближайшем рассмотрении оказались массивными сучками и обрубками деревьев, сглаженными течением времени.

В палисадниках перед деревянными домами красовались резные деревянные цветы. Рядом росли деревья, стволы которых ничем не отличались от их земных собратьев. Но вместо листьев у них росли стружки. Вместо травы среди опилочной почвы росли деревянные щепки. Там, где не было ни этой деревянной травы, ни опилок, виднелся прочный на вид деревянный настил. Среди деревьев порхали деревянные птицы. На деревянной траве паслись деревянные коровы. Они щипали щепки. Но самыми удивительными были жители этой страны, которых называли гаргойлами. Они тоже были деревянные!

Местность оказалась густонаселённой. Странные деревянные человечки виднелись повсюду. Большая группа этих существ столпилась неподалёку от наших героев, в упор разглядывая чужеземцев.

Гаргойлы были маленькие, ростом не больше трёх футов. Туловища их казались круглыми, а ноги — короткими и толстыми. Зато руки были необычайно длинные и крепкие. Головы были великоваты для маленьких гаргойлов, а лица далеко не так красивы, чтобы ими любоваться. У одних гаргойлов были длинные изогнутые носы и подбородки, маленькие глазки и широкие зубастые рты. Другие гаргойлы были плосконосые с выпученными глазами и большущими ушами, которые свисали, как у слона.

В общем, гаргойлы имели самый разный вид. Не было двух одинаковых. Однако на лицах у всех была написана явная недоброжелательность к чужеземцам. Волос на головах не было. Но макушка каждого деревянного человечка была вырезана самым причудливым образом. У одного из головы торчали деревянные иглы, у другого на макушке росли деревянные шарики. Макушки некоторых гаргойлов напоминали цветы или овощи. Были и такие, что носили на голове прямоугольники, напоминавшие вафли, так как были раскрашены в мелкий квадратик. Но самое интересное, что каждый гаргойл имел короткие деревянные крылья. Они крепились к туловищу с помощью деревянных петель, в которые завинчивались деревянные же шурупы. Бесшумно взмахивая крыльями, гаргойлы тучами носились в воздухе. Ногами они почти не пользовались.

Друзья не сразу поняли, что главной особенностью деревянной страны была абсолютная, никогда и никем не нарушаемая тишина. Ни в полёте, ни на земле гаргойлы не издавали ни звука. Они общались, жестикулируя деревянными губами и руками. Птицы в этой стране не пели, коровы не мычали. Стояла полная тишина. Не зря страна гаргойлов пришлась Джиму не по душе при первом же взгляде на неё.

Деревянные человечки, собравшись вокруг люка, из которого вышли пришельцы, продолжали разглядывать прибывших злыми глазами. Чувствовалось, что появление чужаков явилось для гаргойлов полной неожиданностью. Путники в свою очередь изучали деревянных человечков с тем же вниманием.

— Кажется, будет заварушка, — заметил Джим Ломовой Конь. — Отстегни-ка постромки, Зеб, чтобы я мог сражаться без помех.

— Джим прав, — вздохнул Волшебник. — Придётся драться. А мой клинок не так крепок, чтобы разрубить эти деревянные тела. Воспользуюсь-ка я револьверами.

Он стащил с повозки ранец и достал из него два смертоносных револьвера. Взглянув на них, дети благоразумно отошли в сторону.

— Что они могут нам сделать? — спросила Дороти. — У них нет оружия, чтобы причинить нам боль.

— К сожалению, ты ошибаешься, малышка, — ответил Волшебник. — Каждая их рука — настоящая деревянная дубинка. А главное, судя по выражению их глаз, они замышляют что-то недоброе. Даже револьверы помогут нам обезвредить только нескольких гаргойлов, а их вон как много. Потом пули закончатся, и мы окажемся во власти этих деревянных существ.

— Но зачем вообще сражаться в таком случае? — спросила девочка.

— Долг каждого настоящего мужчины — сделать всё, что в его силах, чтобы защитить себя и окружающих от врагов, если те нападают, — храбро ответил Волшебник. — Я буду стоять до конца, чтобы умереть с чистой совестью.

— Да, топор бы сейчас не помешал, — сказал Зеб, успев к тому времени отстегнуть лошадь.

— Если бы знать, что окажемся здесь, бросил бы в ранец ещё несколько полезных вещей, — произнёс Волшебник. — Но ничего не поделаешь. Всё вышло так неожиданно!

Разговор наших героев произвёл переполох среди гаргойлов. Хотя друзья говорили тихо, в безмолвной тишине их слова показались деревянным человечкам отдалёнными раскатами грома. Гаргойлы отпрянули прочь. Но как только беседа завершилась, злые существа, оскалив деревянные зубы, сбились в стаю и быстро полетели к чужеземцам. Их длинные руки торчали впереди, как бушприты[1] парусных кораблей. Джим Ломовой Конь больше всех притягивал внимание атакующих. Они никогда не видели такого большого и странного существа. Его и избрали главной мишенью.

Но Джим был готов к такому повороту событий. Дождавшись приближения гаргойлов, Конь повернулся задом и принялся изо всей силы лягать противников. Бум! Бам! Трах! — били его подкованные железом копыта по деревянным человечкам. Удары были такими яростными, что гаргойлы разлетались во все стороны, словно соломинки на ветру. При этом стоял адский шум и грохот, что напугало атакующих не меньше, чем копыта Джима. Вскоре все гаргойлы, которые были в состоянии ретироваться с поля битвы, развернулись и умчались прочь. Остальные, что были сбиты ударами копыт на землю, понемногу пришли в себя и присоединились к отступавшим.

По праву гордившийся собою Конь решил, что он довольно легко выиграл сражение. Но Волшебник был иного мнения. Он сказал:

— Деревянные существа не испытывают боли. Весь урон, который нанёс им Джим, — несколько щепок, отбитых с носов и ушей. На их внешность это не повлияет, они и так безобразны дальше некуда. Но дело не в этом, они скоро возобновят атаку.

— Почему же они всё-таки отступили? — спросила Дороти.

— Из-за шума, конечно. Разве не помнишь, как Сверхчеловек из Долины Воу избавился от преследования этих тварей, издав свой боевой клич? — объяснил Волшебник.

— Наверное, наступило время скрыться от них, спустившись в люк, как это сделал в своё время Эйна, герой Долины Воу, — предложил Зеб. — Пока у нас есть время. По мне лучше столкнуться с невидимыми медведями, чем с этими деревянными бесенятами.

— Нет, — отважно сказала Дороти. — Не дело возвращаться назад, иначе мы никогда не попадём домой. Будем сражаться!

— Я согласен с Дороти, — присоединился к девочке Волшебник. — Ведь мы ещё не разбиты. Один Джим стоит целой армии.

Однако гаргойлы были достаточно умны, чтобы ещё раз бросаться на лошадь. Они большим роем зависли над пришельцами и над головой Джима полетели к остальным путникам. Волшебник поднял один револьвер и выстрелил в толпу приближавшихся врагов. Выстрел прозвучал среди безмолвной тишины как удар грома. Часть гаргойлов упали на землю и затряслись от страха. Остальным удалось развернуться и отлететь на почтительное расстояние.

Зеб подбежал к одному деревянному человечку, что лежал ближе других, и поднял его. Макушка этого гаргойла была вырезана в виде короны. Пуля попала ему прямо в левый глаз, который представлял из себя массивный деревянный сучок. Половина смертоносного жала торчала наружу. При попадании пули гаргойл, вероятно, почувствовал резкий удар и шум. Деревянный человечек рухнул вниз скорее напуганный неожиданным шумом, чем от того, что ощутил сильную боль.

Прежде чем коронованный гаргойл пришёл в себя, Зеб крепко обвязал ремнём его туловище, крылья и руки так, что он не мог пошевелиться. Затем мальчик застегнул ремешок и швырнул пленника в повозку. К тому времени все остальные гаргойлы бежали с поля боя.

12. Чудесное избавление

Долго гаргойлы не решались возобновить наступление. Затем большой отряд деревянных человечков снова бросился вперёд, но выстрел из второго револьвера вынудил их отступить.

— Прекрасно сработано, — оценил Зеб действия Волшебника. — Теперь они вряд ли сунутся.

— Если бы. Постепенно они осмелеют и пойдут на штурм. И так будет после каждого выстрела. А в револьверах всего по шесть патронов. Когда они кончатся, мы будем беспомощны.

Гаргойлы, кажется, догадались, что странная штука в руках одного из пришельцев не может стрелять вечно. Они изобрели хитрую тактику. На чужеземцев стали нападать небольшие отряды, состав которых каждый раз менялся. В итоге каждый гаргойл рисковал получить огнестрельную рану не более одного раза. Но что значит одна пуля для деревянного существа, куда бы она ни попала?

Поэтому закончилось всё так, как предсказывал Волшебник. Патроны кончились, а к победе наши герои были не ближе, чем в начале схватки.

— Что же нам делать? — разволновалась Дороти.

— Давайте кричать — все вместе, — предложил Зеб.

— И при этом сражаться, — добавил Волшебник. — Станем вокруг Джима, чтобы он мог хоть немного защищать нас. Возьмите в руки какое-нибудь оружие и сражайтесь, как можете. Я, например, использую свой клинок, хотя от него мало проку. Дороти, достань, пожалуйста, зонтик. Раскроешь его, когда враги приблизятся. А для тебя, Зеб, у меня и нет ничего.

— Не беспокойтесь, моим оружием станет пленник, — сказал мальчик.

Он вытащил гаргойла с короной на голове из повозки. Схватив обе его связанные руки за запястья, Зеб нашёл, что из деревянного человечка получится неплохая дубинка. С таким оружием он стал опаснее для врагов, чем Волшебник. Мальчик был крепок от природы и достаточно силён для своих лет. Ведь Зеб день-деньской работал на ферме на свежем воздухе.

Когда очередной отряд гаргойлов налетел на путников, те закричали, как сумасшедшие. Людям помогали животные. Джим громко заржал, а Эврика издала душераздирающий визг. Это на какое-то время обескуражило врагов. Но кричать сколь угодно долго не может никто. Вскоре оборонявшиеся сорвали голоса, осипли, а главное, выбились из сил. Гаргойлы сразу заметили это, потому что крики стали стихать. Кроме того, деревянные человечки убедились, что их больше не поражают страшные летающие «бум-бум». Поэтому они, словно пчёлы, собрались в огромный-преогромный рой и тучей ринулись на пришельцев. Казалось, полчища врагов затмили небо.

Дороти быстренько присела на корточки и, раскрыв зонтик, укрылась под его надёжной защитой. Клинок Волшебника, к сожалению, разлетелся на куски с первого удара о деревянного человечка. Зеб сражался гораздо успешнее. Используя «короля» как дубинку, он поверг наземь дюжины врагов. Тогда гаргойлы окружили его такой плотной массой, что он больше не мог даже замахнуться для нового удара. Рядом отчаянно сражался Джим. Он лягался изо всех сил. Эврика, как дикий кот, прыгала на грудь противнику и яростно царапала и кусала его.

Но силы были слишком неравны. В конце концов длинные и цепкие ручищи гаргойлов добрались до Зеба и Волшебника и схватили их. То же произошло с Дороти. Целая куча деревянных человечков вцепилась Джиму в ноги и резко дёрнула их вверх. В результате Джим Ломовой Конь оказался подвешенным за ноги и беспомощно болтал перевёрнутой головой. Теперь он ничем не мог помочь друзьям. Эврика отчаянно рванулась в сторону от места схватки и, пригнувшись к земле, понеслась, как молния. Но гаргойлы были настороже. Они успели перехватить кошку в нескольких дюймах от спасительного люка.

Оказавшись во власти деревянных человечков, друзья ожидали немедленной смерти. Но гаргойлы понесли их по воздуху и прилетели в какой-то деревянный город. Все дома в нём были, естественно, деревянные. Можно было различить четырёхугольные, шестиугольные и восьмиугольные строения. Каждый дом представлял собой высокую башню без окон и дверей. Хотя они явно были давно построены и потрёпаны непогодой, выглядели они достаточно прочно.

Гаргойлы подлетели к одной башне и бесцеремонно бросили пленников в отверстие под самой крышей, которое вело на верхний этаж. После этого деревянные человечки умчались прочь. Друзья огляделись. Да, с такой высоты не прыгнешь. А для того чтобы улететь, как гаргойлы, нужны крылья. Деревянные человечки, оставив чужеземцев под крышей высокой башни, казалось, предусмотрели всё и исключили возможность побега. Единственная их ошибка заключалась в том, что они недооценили пришельцев с поверхности Земли, которые вовсе не считали возникшие трудности непреодолимыми.

Джима впихнули под крышу вместе с остальными, хотя нести большое животное по воздуху стоило немалого труда. Повозку втолкнули следом за лошадью. Гаргойлы не могли понять, живое это существо или нет, и для чего оно предназначено. В конце концов они решили, что в любом случае повозка — чужеродное тело для их страны и должна находиться вместе с другими пришельцами. Последней под крышу забросили кошку.

— Что за ужас мы пережили! — отдышавшись, сказала Дороти.

— Как сказать, — промурлыкала Эврика, приглаживая взъерошенную шёрстку. — Мы не уничтожили ни одного врага, но и сами, слава Богу, целы.

— Да, хоть мы и в заточении, но всё-таки вместе, — сказала девочка.

— Интересно, почему они не прихлопнули нас сразу? — спросил Зеб. В схватке он лишился своего «короля».

— Наверное, готовят какую-то церемонию, — задумчиво проговорил Волшебник. — Но у меня мало сомнений в том, что они задумали нас прикончить. Эти злые существа хотят нас видеть наверняка мёртвыми.

— Наверняка мёртвые — это вполне мёртвые, так, что ли? — спросила Дороти.

— Да, голубушка. Но сейчас нет нужды беспокоиться об этом. Давайте-ка лучше обследуем нашу тюрьму.

Отверстие под крышей позволяло видеть все окрестности вокруг башни. Пленники с любопытством рассматривали раскинувшийся под ними город. Абсолютно всё в нём было деревянное. От этого город казался застывшим и неестественным.

С площадки, где они стояли, лестница вела вниз. Волшебник, Зеб и Дороти спустились туда, осветив путь фонарём. Они ничего не нашли, кроме пустых комнат. Так как там не было окон и дверей, а стены сколочены из толстых и прочных досок, сбежать снизу было невозможно. Кроме того, там стоял сырой запах и было темно, словно в подвале. Поэтому путники сочли за лучшее вернуться наверх.

Друзья ещё раз выглянули в отверстие под крышей. С их точки хорошо были видны окна соседних домов. Сквозь них можно было различить снующих туда-сюда гаргойлов.

— Кажется, у них наступило время отдыха, раз все сидят по домам, — поделился наблюдением Волшебник. — Живые существа время от времени должны отдыхать, даже если они из дерева. А раз здесь нет ночи, то они сами решают, когда им ложиться спать.

Действительно, в Стране Гаргойлов, как и повсюду под земной поверхностью, никогда не наступала ночь. Из какого-то неизвестного источника постоянно струился сильный свет.

— Я уже засыпаю, — заметил, зевая, Зеб.

— Ой, а где Эврика? — спохватилась Дороти.

Волшебник и дети оглянулись. Кошки нигде не было видно.

— Она погулять пошла, — раздался сиплый голос Джима.

— По крыше? — уточнила Дороти.

— Нет, вцепившись своими острыми коготками в стену и карабкаясь вниз, она просто опустилась на землю.

— Джим, она не могла карабкаться вниз, — возразила Дороти. — Карабкаются только вверх.

— Кто это сказал? — не поверил ей Конь.

— Моя школьная учительница, Джим. А уж она-то знает.

— Не спорьте, друзья мои, — вмешался Волшебник. — Вообще-то, конечно, карабкаются только вверх. Но иногда, желая сказать, что кому-то в чём-то уступают, то говорят, что «карабкаются вниз». Это такая метафора, то есть фигура речи.

— Ну, в нашем, случае это была фигура кошки, которая спустилась вниз независимо от того, что о ней говорят — карабкается она или сползает, — заявил Джим.

Только теперь Дороти поняла, что её любимица в опасности.

— Боже мой! До чего же беспечна Эврика! — воскликнула девочка, сильно расстроившись. — Вот увидите, гарглы схватят её.

Старый Ломовой Конь захихикал:

— Ха-ха-ха! Они не гарглы, малышка, а гаргойлы.

— Какая разница! Как их ни называй, они всё равно схватят Эврику!

— Не схватят, — послышался спокойный голосок кошки.

Вскоре сама Эврика перевалилась через край стены и как ни в чём не бывало уселась на площадке.

— Эврика, где ты была? — сердито спросила Дороти.

— Наблюдала за деревянными человечками. Они такие забавные, Дороти! Вот как раз сейчас они собрались спать и, представь себе, сняли крылышки с петель и сложили их в уголки своих комнат. Там они будут лежать, пока хозяева не проснутся.

— Что будет лежать? Петли?

— Нет, крылья.

— Так вот почему башня, куда нас бросили, используется как тюрьма! — высказал догадку Зеб. — Если кто-то из гаргойлов ведёт себя плохо, его затворяют здесь. Крылья отстёгивают и уносят. Видимо, их возвращают, когда провинившиеся раскаются и пообещают исправиться.

Волшебник внимательно прислушался к тому, что говорила Эврика.

— Не мешало бы нам приобрести несколько крылышек, — сказал он.

— Ты думаешь, мы сможем взлететь? — спросила Дороти.

— Пожалуй, да. Если гаргойлы снимают крылья, тогда способность летать проистекает не от самых деревянных человечков, а от крылышек. Значит, если бы у нас появились крылья, мы смогли бы летать не хуже их. По крайней мере до тех пор, пока на нас будут действовать чары этой волшебной страны.

— Вот было бы здорово! — воскликнула Дороти. — Правда, мы не знаем, куда лететь, чтобы выбраться отсюда…

— Ну почему же, — возразил Волшебник. — Иди-ка сюда.

Он подвёл девочку к углу башни и показал рукой вдаль:

— Видишь вон ту скалу у горизонта, которая возвышается над окружающими горами?

— Вижу. Вот это громадина, аж вершина за облака уходит, — сказала девочка.

— Так вот, я заметил, что в подземном мире путь наверх всегда пролегает внутри какой-нибудь высокой горы, вроде тех, что вывели нас из Страны Мангабу и Долины Воу. Сейчас мы достанем мою подзорную трубу и приглядимся к той скале повнимательнее.

Волшебник извлёк из ранца маленькую, но мощную трубу и они по очереди рассмотрели скалу. Действительно, снизу в ней виднелась арка, ведущая внутрь скалы. Наверняка там начиналась лестница, поднимавшаяся до вершины.

— Интересно, куда нас выведет этот тоннель? — задумалась Дороти.

— Трудно сказать. Но в любом случае эта дорога ведёт наверх, а значит, мы окажемся ещё ближе к поверхности Земли. Так что дело за крыльями.

— Я достану их, — заявил Зеб, который внимательно выслушал весь разговор. — Пусть только Эврика покажет, где они хранятся.

— Но как ты спустишься вниз? — спросила девочка.

Вместо ответа Зеб принялся снимать конскую сбрую. Он пристёгивал ремешок за ремешком, пока не получился длинный кожаный канат, который, пожалуй, достал бы до подножия башни.

— Вот по этой штуке я и покарабкаюсь вниз, — сказал мальчик.

— А вот и не покарабкаешься, — с язвительным торжеством заметил Джим. — Карабкаются только вверх, а вниз — спускаются.

— Ну хорошо, хорошо! Я буду карабкаться на обратном пути, при возвращении на башню! Выучила тебя Дороти на мою голову! — рассмеялся Зеб. — Эврика, покажи-ка путь.

— Только не шуми, — предупредила кошка. — Гаргойлы просыпаются от малейшего шума, даже если упадёт шпилька.

— Я не собираюсь ронять шпильки, — невозмутимо заявил Зеб.

Он быстро зацепил один конец каната за колесо повозки, а второй сбросил со стены.

— Будь осторожнее, — попросила Дороти.

— Постараюсь, — заверил мальчик.

Перегнувшись через край, Дороти и Волшебник проследили, как Зеб, перебирая руками, спустился на улицу. Эврика, цепляясь коготками за деревянную стену, легко проделала тот же путь. Крадучись, лазутчики пробрались через небольшую дверцу в соседнее здание.

Дороти и Волшебник ожидали, затаив дыхание, пока из двери не появился Зеб. В руках он держал деревянные крылья. Ни одного гаргойла не было видно на улице. Наверное, и вправду наступило время сна.

Мальчик вернулся к башне и закрепил добычу на конце каната. Волшебник быстро поднял крылья наверх. Затем он снова сбросил канат, и Зеб забрался на башню. За ним последовала Эврика. И вот уже лазутчики стояли с трофеями в руках на площадке под крышей.

Дороти не узнавала Зеба. От его сонного вида не осталось и следа. Мальчик был полон энергии и усердия. Он разобрал кожаный канат и, наладив сбрую, впряг Джима в повозку. Затем вместе с Волшебником взялся приделывать крылья к ломовой лошади.

Задача была не из лёгких. Ведь половина петель, на которые навешивались крылья, отсутствовала. Они остались на деревянных спинах гаргойлов. Однако друзей снова выручил чудо-ранец Волшебника, где оказался моток крепкой, но гибкой проволоки. Ею-то и прикрутили четыре крыла к сбруе лошади. Два ближе к голове, а два — к хвосту. Остальные четыре крыла прикрепили к повозке, по два с каждой стороны.

Следовало поторопиться, потому что кое-кто из гаргойлов уже проснулся. Среди них могли оказаться те, у кого пропали крылья. Поэтому пленники решили бежать немедленно. Через мгновение все сидели в повозке. Дороти прижала Эврику к коленям, устроившись посредине сиденья. По краям разместились Волшебник и Зеб. Едва все расположились, мальчик тряхнул поводьями и сказал так, как будто он отдавал такие команды каждый день:

— Взлетаем, Джим!

— Какими крыльями я должен взмахнуть в первую очередь? — заколебался Ломовой Конь.

— Взмахни всеми разом, — предложил Волшебник.

— Предупреждаю: половина моих крыльев погнута, я не знаю, как они поведут себя в воздухе, — заметил Джим, отдаляя неприятный момент старта.

— Пустяки! Для управления полётом у нас есть крылья на повозке, — отмахнулся от его предупреждений Зеб. — Твоё дело взлететь и держать курс вон на ту гору. Так что не будем тратить время попусту, Джим.

Конь тяжело вздохнул, взмахнул всеми четырьмя крыльями и… поднялся в воздух. Дороти ужасно волновалась за исход дерзкого предприятия. И не удивительно. Вид нелепо выгнувшего шею Джима, который, широко растопырив жилистые ноги, болтался в небе, неловко взмахивая крыльями, кого угодно заставил бы поволноваться.

Конь храпел от испуга, крылья, прикреплённые к нему, ужасно скрипели. Волшебник забыл их смазать. Но мало-помалу беглецы удалялись от башни. Они корректировали направление полёта с помощью крыльев, привязанных к повозке. Единственное неудобство такого способа передвижения заключалось в том, что путешественников жутко трясло. Конь с повозкой то ныряли вниз, то взлетали вверх, словно двигались не по воздуху, а по горной дороге.

Главное, однако, было в том, что они летели, пусть неровно, но достаточно быстро. Скала становилась всё ближе. Гаргойлы заметили беглецов и бросились в погоню. Деревянных человечков было так много, что, обернувшись, Дороти увидела буквально тучи преследователей.

13. Логовище дракончиков

Беглецы со старта развили неплохую скорость. Восемь крыльев позволяли им лететь не хуже гаргойлов. Поэтому деревянным человечкам не удалось догнать пришельцев. Но когда Джим приземлился у подножия пещеры, уходившей в глубь скалы, преследователи были уже на подлёте.

— Они схватят нас! — с волнением вскрикнула Дороти.

— Это мы ещё посмотрим! — отозвался Волшебник. — Быстро, Зеб, помоги мне снять крылья!

Они отвязали крылья, и Волшебник сложил их горкой перед входом в пещеру. Затем он полил всю кучу остатками керосина из жестяной банки и поджёг её.

Сразу взметнулись вверх языки пламени. Костёр разгорелся, затрещал и задымился как раз тогда, когда к входу в пещеру подлетело несметное деревянное войско. Едва завидев пламя, гаргойлы в ужасе отпрянули назад. За всю историю деревянной страны в ней никогда не разжигали костра. Это и понятно, иначе весь край гаргойлов давно бы сгорел.

Чтобы пламя не потухло слишком быстро, надо было что-то подбросить в костёр. Внутри пещеры было встроено несколько помещений. Зеб и Волшебник сняли с петель двери, которые вели в эти комнаты, и подложили в огонь.

— Ну вот, на какое-то время мы отгородились непреодолимым барьером. — Окинув взором придуманную им хитрость, Волшебник радостно заулыбался. — Правда, пламя может охватить всю эту злую деревянную страну. Но невелика потеря. Однако вперёд, мои дорогие. Обследуем пещеры. Надо найти выход, а то здесь становится жарко, как в печке.

Путь из пещеры был найден. К огорчению друзей, он не был выложен ступеньками. Крутой наклонный тоннель с неровной поверхностью вёл в глубь горы, к её вершине. Кто знает, может быть, вершина горы упирается в земную поверхность?

Искатели приключений тронулись в путь. Вдруг за крутым поворотом открылась такая узкая галерея, что повозка не могла ехать дальше. Это расстроило друзей. Они не хотели бросать фургон. Где только они не были с ним! Проехали пол подземного мира. Повозка пригодилась даже в горных тоннелях, потому что в ней лежал багаж. Подумав обо всём этом, путники сочли своим долгом позаботиться о фургоне.

Волшебник и Зеб принялись за работу. Они сняли колёса и крытый верх. Затем перевернули повозку на бок. В таком положении удалось, с помощью ломовой лошади, протащить её через узкую горловину галереи. К счастью, теснина скоро кончилась. Странники собрали повозку, и двигаться дальше стало легче. Дорога представляла собой не что иное, как продолжающие одна другую трещины и расселины внутри скалы. Она петляла зигзагом, отклоняясь то вверх, то вниз. В конце концов друзья пришли в замешательство. Прошло несколько часов, а они так и не смогли определить, ближе ли они к земной поверхности, чем в начале пути, или нет.

— Единственная радость, что мы избавились от этих ужасных гаргойлов! — заметила Дороти.

— Возможно, они до сих пор тушат огонь, — сказал Волшебник. — Но даже если им это удастся, лететь по тоннелю будет нелегко. Думаю, что они нам больше не страшны.

Вскоре путников остановила глубокая трещина. Но керосина в фонарях ещё хватало. Друзья осветили путь и, обнаружив, что расселина неширока, перепрыгнули через неё. Фургон едва не утащил Джима в пропасть, когда он, разогнавшись, перескочил на другую сторону. Но верные товарищи вовремя ухватили коня за уздцы и постромки и помогли вытащить повозку, повисшую над ущельем.

Тоннель местами обвалился. Иногда путешественники карабкались по грудам скальных обломков. В такие минуты Джим едва тащил повозку, выбиваясь из сил, и все приходили ему на помощь. Так с превеликим трудом маленькая компания продвигалась вперёд. Путники совсем выбились из сил, когда вдруг за крутым поворотом открылась безбрежная пещера с очень высоким потолком и гладким ровным полом.

Пещера была круглая. Внизу по всей окружности горело несколько пар тусклых жёлтых огоньков. Сначала неподвижные, они вдруг замерцали ярче и задвигались.

— Куда мы попали? — спросил мальчик, вглядываясь во мрак.

— Не имею ни малейшего представления, — ответил Волшебник, тоже пытавшийся что-нибудь рассмотреть.

— Уф! — фыркнула Эврика. Её взъерошенная шерсть стала дыбом. — Здесь целый выводок аллигаторов, или крокодилов, или каких-то других чудовищ! Разве вы не видите их ужасные глаза?

— Эврика прекрасно видит в темноте, — прошептала Дороти. — Скажи, дорогая, как они выглядят? — спросила она у своей любимицы.

— О, их так просто не опишешь! — вздрогнув, ответила кошка. — Глаза, как десертные тарелки. Пасть, как ведёрко для угля. Но туловища кажутся небольшими.

— Где они? — поинтересовалась девочка.

— Сидят в небольших углублениях вдоль края пещеры. О Дороти! Ты представить себе не можешь, какие они страшные! Гаргойлы — и то менее безобразны.

— Но-но! Советуем быть осторожнее, когда критикуете соседей, — раздался поблизости голос, который резал ухо. — На самом деле вы сами достаточно безобразны. А про нас мама говорила, что мы — самые красивые и обаятельные существа на свете.

Друзья повернулись в ту сторону, откуда исходил звук. Волшебник поднял фонарь и осветил им одно из углублений в скале.

— Да это же дракон! — воскликнул он.

— Нет, вы ошибаетесь! — ответил обладатель больших жёлтых глаз, смотревших на путешественников не мигая. — Мы хотим подрасти и стать драконами, а пока мы только дракончики.

— Кто-кто? — спросила Дороти, с опаской посматривая на огромную чешуйчатую голову, зевающую пасть и большие глаза.

— Маленькие драконы, конечно. Но приходится называть себя дракончиками. Нам не разрешают называться настоящими драконами, пока не вырастем в полный рост, — последовал ответ. — Большие драконы очень гордые. Они не считают нас ровней. Но мама говорит, что однажды мы станем очень важными и могущественными.

— А где ваша мама? — спросил Волшебник, с волнением озираясь по сторонам.

— Она поднялась на поверхность Земли поохотиться. Если ей повезёт, она принесёт нам на обед слона или пару носорогов, а то и дюжину людей. Тогда мы утолим голод.

— Вы голодные? — спросила Дороти, подавшись назад.

— Очень, — сказал дракончик и клацнул челюстями.

— И… и вы едите людей?

— Конечно, когда удаётся добыть их. Но они попадаются крайне редко, и мы обычно довольствуемся слонами или быками, — с сожалением заметил дракончик.

— Сколько же вам лет? — спросил Зеб. Он, словно зачарованный, уставился в жёлтые глаза.

— О, мы очень молоды, к сожалению. Все мои братья и сёстры и я сам — ровесники. Если не ошибаюсь, позавчера нам исполнилось шестьдесят шесть лет.

— Какие же вы молодые? — изумилась Дороти.

— А разве нет? — протянул дракончик. — Мне кажется, мы ещё детёныши.

— Сколько же лет вашей маме? — спросила девочка.

— Ей около двух тысяч лет. Она легкомысленно потеряла счёт годам несколько веков назад и сейчас считает себя лет на пятьдесят моложе. Видите ли, она у нас вдова в расцвете сил и боится постареть.

— Многие ведут себя так же на её месте, — согласилась Дороти.

Чуть подумав, девочка спросила:

— Мы с вами друзья или враги? Я хочу сказать, вы не тронете нас или, наоборот, собираетесь съесть?

— А… вот вы о чём! Мы, дракончики, не возражали бы против того, чтобы вас съесть, дитя моё. Но, к несчастью, мама привязала наши хвосты к большим камням, что втиснуты в глубь наших маленьких убежищ. Поэтому мы не можем доползти и схватить вас. Если вы любезно подойдёте поближе, мы проглотим вас в мгновение ока. Но пока вы остаётесь на своих местах, вы в полной безопасности.

В голосе дракончика звучало сожаление. Услышав эти слова, его собратья печально вздохнули.

Дороти почувствовала облегчение. Некоторое время спустя она спросила:

— А почему мама привязала вам хвосты?

— Её охота тянется иногда несколько недель. Если нас не привязать, мы расползёмся по всей горе, будем драться друг с другом и наделаем массу глупостей. Мама обычно знает, что она делает. Но в этот раз она ошиблась. Из-за того, что мы привязаны, вы для нас недоступны. Если, конечно, не подойдёте ближе. Но вы, вероятно, не сделаете этого.

— Нет, конечно! — сказала девочка. — У нас нет никакого желания быть съеденными такими ужасными зверями.

— Позвольте заметить, — возразил дракончик, — что вы не очень-то вежливы, обзывая нас и зная, что мы не можем ответить на оскорбления. Мы считаем, что у нас очень красивая внешность. Так нам сказала мама, а она знает. Мы из отличной семьи. У нас есть родословная, делающая честь любому смертному. Она простирается вглубь на двенадцать тысячелетий, ко временам знаменитого Зелёного Дракона Атлантиды. Он жил, когда людей ещё не существовало в природе. Ты можешь представить родословную, не уступающую этой, девочка?

— Ну, я родилась на ферме в Канзасе, — сказала Дороти, — и думаю, что жить там ничуть не менее почётно, чем сидеть в пещере с привязанным хвостом.

— Дело вкуса, — пробормотал дракончик, медленно опуская чешуйчатые веки на жёлтые глаза, пока они не превратились в половинки луны.

Убедившись, что дракончики действительно не могут выползти из своих скальных мешков, дети и Волшебник решили изучить зверей повнимательнее. Головы их были размером с бочку и покрыты зеленоватой чешуёй, ярко блестевшей при свете фонарей. Передние ноги тоже выглядели большими и сильными. Туловище было уже головы, оно вытягивалось в длинную линию, пока не заканчивалось совсем уж тщедушным хвостом, напоминавшим шнурок от ботинок. Дороти подумала: если для того, чтобы вырасти до таких размеров, детенышам понадобилось шестьдесят шесть лет, то пройдут сотни и сотни лет, прежде чем они смогут называть себя драконами.

— Сдаётся мне, пора выбираться отсюда, пока не вернулась их мамаша, — сказал Волшебник.

— Не торопитесь, — обратился к ним один из дракончиков. — Мама будет так рада познакомиться с вами.

— Может быть, вы и правы, — ответил Волшебник. — Но мы немного щепетильны и разборчивы в знакомствах. Не будете ли вы так добры подсказать нам, каким путём ваша мама выбирается на земную поверхность?

— Нечестно спрашивать нас об этом, — заявил другой дракончик. — Если мы скажем правду, вы ускользнёте от нас. А если обманем, то поступим неприлично и заслужим наказания.

— Тогда нам остаётся самим сделать всё возможное, чтобы найти выход, — обратилась Дороти к друзьям.

Путники покружили в пещере, держась на почтительном расстоянии от блестящих жёлтых глаз дракончиков. Вскоре друзья обнаружили, что из пещеры есть два выхода. Они виднелись в стене, противоположной той, откуда появились наши герои. Странники выбрали один наудачу и поспешили из пещеры прочь со всех ног. У них не было представления, когда вернется драконша. И их очень беспокоило, что знакомство с ней может состояться.

14. Озма надевает волшебный пояс

Долгое время дорога полого бежала вверх, и странники прошли приличное расстояние. С каждым шагом улучшалось настроение и росла надежда снова увидеть солнечный свет. Друзьям казалось, что ещё минута — и они на поверхности. Но неожиданно путь преградила гигантская глыба. Она загораживала весь тоннель и не давала ступить дальше ни шагу.

Но глыба, оказывается, ещё и двигалась! Она медленно вращалась вокруг своей оси, словно была насажена на какой-то стержень. Ещё недавно похожая на толстую стену, глыба повернулась и… перед путниками предстала ровная тропинка, ведущая на ту сторону подземного коридора. Друзья не были готовы к такому повороту событий. Скала повернулась дальше, и вновь перед нашими героями встала несокрушимая стена. Но теперь-то они знали, что делать. Искатели приключений терпеливо ждали, пока тропинка не появится снова.

Как только это случилось, Волшебник и дети стремглав бросились по движущейся скальной поверхности и благополучно перепрыгнули на другую сторону тоннеля, лишь немного запыхавшись. Джим Ломовой Конь шёл последним. Он едва успел перескочить на ту сторону подземного лабиринта. Двигающаяся стена чуть не настигла его. В последний момент колесо повозки столкнуло вниз солидный булыжник. Тот упал в узкую щель между вращающейся скалой и полом тоннеля.

Двигающуюся глыбу заклинило, причём в тот момент, когда нерушимая стена, что возвышалась над ней, перегородила тоннель. Раздался сокрушающий, перемалывающий скрежет, и скала замерла. Отныне пути назад не было.

— А… всё равно! Мы ведь не собираемся возвращаться обратно, — заявил Зеб.

— Как сказать, — возразила Дороти. — Сюда может спуститься драконша. Бежать некуда, и мы можем попасть в её лапы.

— Возможно, — согласился Волшебник. — Если это именно тот путь, которым она пользуется. Но я внимательно изучал тоннель, пока мы шли из драконьей пещеры, и нигде не встретил следов крупного зверя.

— Тогда всё в порядке, — сказала девочка. — Потому что если драконша пошла другой дорогой, она не схватит нас здесь.

— Конечно, нет, голубушка. Но давай посмотрим на это с другой стороны. Мама-дракон наверняка знает, какой путь выводит на поверхность Земли. Если она пошла другой дорогой, значит, двигаясь по этой тропинке, мы никогда не дойдём до цели, — задумчиво сказал Волшебник.

— Боже мой! — воскликнула Дороти. — Вот был бы ужас, да?

— Конечно. Но пока этот тоннель тоже ведёт нас в сторону земной поверхности. Мы ведь всё время поднимаемся вверх, — заметил Зеб. — Кто знает, может быть, этот путь тоже приведёт нас домой. И тогда я буду счастлив, что драконша пошла другой дорогой.

— И я, — согласилась Дороти. — С меня хватит и того, что меня высокомерно попрекнули моей родословной те нахальные дракончики. Представляете, чего можно ожидать от их мамы?

Они снова тронулись в путь, медленно взбираясь по крутому подъёму. Фонари стали гаснуть. Волшебник слил оставшийся керосин в один фонарь, чтобы хоть он светил подольше. Однако вскоре путешествие подошло к концу: путники достигли маленькой пещеры, которая заканчивалась тупиком…

Сначала они не поняли, какое несчастье их постигло, потому что сердца наших героев радостно забились при виде солнечного луча, проникавшего через маленькую трещину в потолке пещеры, высоко над их головами. Это значило, что их мир — настоящий мир — был совсем рядом и что опасные приключения, которые они пережили, близки к завершению. Ещё немного, и путешественники выберутся на поверхность Земли, что для них означает дом…

Но когда они внимательнее огляделись вокруг, то поняли, что оказались в западне.

— Но мы уже почти наверху! — закричала Дороти, не желая поверить в неудачу. — Взгляните! Там, над пещерой, солнце! Я никогда ещё не видела такого прекрасного солнца! — и девочка показала рукой на расщелину в потолке.

— Почти — это ещё не совсем, — проворчала кошка. — Отверстие так высоко, что мы не доберёмся до него. А если бы и добрались, то оно такое крошечное, что даже я не пролезу.

— Кажется, тоннель заканчивается здесь, — печально заключил Волшебник.

— Да и дороги назад нет, — добавил Зеб, растерянно свистнув.

— Я был уверен, что этим кончится, — заметил Ломовой Конь. — Где это видно, чтобы люди и животные падали в середину земного шара, а потом выбирались оттуда, чтобы поведать о своих приключениях? Нет, в жизни так не бывает. А где вы видели, чтобы кошки и лошади понимали человеческий язык и разговаривали на нем?

— Да и крошечные поросята тоже, — поддакнула Эврика. — Не забывай о них. В конце концов я, может быть, съем их.

— Мне доводилось слышать раньше, как животные разговаривают, — возразила Джиму Дороти. — И это было в порядке вещей.

— А была ли ты когда-нибудь заперта в пещере под землёй без надежды выбраться оттуда? — серьёзно спросил конь.

— Нет, — отвечала Дороти. — Но не падай духом, Джим. В любом случае я уверена, что наша история ещё не закончилась.

Упоминание о поросятах напомнило Волшебнику, что его подопечные давно не разминались на воле и, наверное, очень устали находиться в заточении в его кармане. Он сел на пол пещеры, достал поросят и пустил побегать.

— Дорогие мои, — обратился к ним Волшебник. — Боюсь, что втянул вас в большие неприятности и что вы навсегда останетесь в этой мрачной пещере.

— Что случилось? — спросил один поросёнок. — Мы долго сидели в кармане и ничего не знаем. Объясните, что произошло.

Волшебник поведал им о неудаче, постигшей путешественников.

— Ладно, пусть так. Но ты ведь волшебник? — спросил другой поросёнок.

— Да, — ответил Оз.

— Тогда ты можешь сотворить чудо и вытащить нас из этой норы, — самонадеянно заявил третий.

— Я сделал бы это, будучи настоящим волшебником, — печально заметил хозяин. — Но я не настоящий, мои малюточки. Я притворный волшебник.

— Чепуха! — закричали поросята разом.

— Спросите у Дороти, — обиженно сказал маленький человек.

— Да, это так, — откровенно сказала девочка. — Наш друг Оз — только притворный волшебник. Однажды я уже убедилась в этом. Он может придумать самые удивительные вещи, если знает, как это делается. Но сотворить даже самое маленькое чудо, если под рукой нет необходимых механизмов и инструментов, — не в его власти.

— Спасибо, моя дорогая, что судишь обо мне справедливо, — поблагодарил девочку Волшебник. — Когда меня обвиняют в том, что я настоящий волшебник, хотя я им не являюсь, я не могу смиренно вынести такую клевету. Но я один из величайших притворных волшебников, которые когда-либо жили на планете. Вы почувствуете это, когда мы все умрём с голоду и наши кости будут разбросаны по этой пещере.

— Не думаю, что мы что-нибудь почувствуем, когда это случится, — заметила Дороти, глубоко задумавшись. — Но я пока ещё не собираюсь разбрасывать здесь свои кости, они мне ещё пригодятся. И вам всем, вероятно, тоже.

— Но мы ничего не можем сделать, — вздохнул Волшебник.

— Мы, может быть, и не можем, — вдруг улыбнулась Дороти. — Но есть другие, кто может помочь. Выше голову, друзья. Я уверена, что Озма выручит нас.

— Озма?! — воскликнул Волшебник. — Какая Озма?

— Девочка, которая правит волшебной Страной Оз, — объяснила Дороти. — Это моя подружка. Мы познакомились недавно в Стране Эв, а затем совершили вместе путешествие в Страну Оз.

— Ты ещё раз была там? — спросил Волшебник с большим интересом.

— Да. Когда я была в Стране Оз впервые, Изумрудным городом правил ты. Потом ты улетел на воздушном шаре, а я вернулась в Канзас с помощью волшебных серебряных башмачков.

— Я помню их, — кивнул Волшебник. — Когда-то они принадлежали Злой ведьме. Они сейчас с тобой?

— Нет. Башмачки потерялись во время моего чудесного возвращения домой, — ответила девочка. — Зато когда я была в Стране Оз второй раз, то стала обладательницей волшебного пояса короля гномов. Его магические свойства гораздо сильнее, чем у серебряных башмачков.

— Где же он? — Волшебник слушал Дороти с большим вниманием.

— У Озмы. Пояс теряет магическую силу в обычной стране, вроде Соединённых Штатов. Поэтому он полезен только в волшебных землях. Таких, как Страна Оз. Вот почему я оставила пояс своей подружке принцессе Озме. Она использовала его, чтобы отправить меня в Австралию к дядюшке Генри.

— И отправила? — спросил Зеб; он был крайне изумлён всем услышанным.

— Конечно, за один миг. Но слушайте дальше. У Озмы во дворце висит магическая картина. В любое время, когда она пожелает, картина показывает ей, где находятся её друзья. Стоит только сказать: «Хочу знать, что такой-то и такой-то делает», — и сразу на картине появляется нужное изображение. Ну так вот: каждый день в четыре часа Озма обещала смотреть в картину на меня. И если мне будет нужна её помощь, я должна подать условный сигнал. Тогда Озма наденет магический пояс и с его помощью перенесёт меня в Страну Оз.

— Ты хочешь сказать, что, взглянув на свою волшебную картину, принцесса Озма увидит нас в этой пещере? — уточнил Зеб.

— Конечно, в четыре часа, — ответила девочка, рассмеявшись при виде его изумления.

— И когда ты подашь знак, она заберёт тебя в Страну Оз? — продолжал мальчик.

— Да, с помощью магического пояса.

— Тогда ты будешь спасена, моя маленькая Дороти. Боже мой, я так буду рад, если это случится. Всем нам будет гораздо легче и радостнее умирать в этой пещере, зная, что ты избежала столь печальной участи, — сказал Волшебник.

— Мне не будет радостней! — возразила кошка. — Какая уж тут радость, когда умираешь. Правда, говорят, что у кошек девять жизней. Значит, мне придётся умирать девять раз.

— Ты уже умирала когда-нибудь? — поинтересовался мальчик.

— Нет, и не горю желанием попробовать, — сказала Эврика.

— Не волнуйся, милая! — воскликнула Дороти. — Я возьму тебя на руки, и ты перенесёшься в Страну Оз вместе со мной.

— Так и нас захвати тоже! — вскричали хором девять маленьких поросят.

— Конечно, я сделаю это. Главное, чтобы подействовали волшебные чары, — ответила Дороти.

— А может, сумеешь и меня удержать на руках? — с надеждой спросил Ломовой Конь.

Дороти засмеялась.

— Я придумала лучший выход, — сообщила она. — Я легко спасу вас всех, когда окажусь в Стране Оз.

— Как? — спросили друзья.

— С помощью всё того же магического пояса. Всё, что мне будет нужно, это загадать желание, чтобы вы очутились со мной. И вы немедленно окажетесь во дворце принцессы в целости и сохранности!

— Отлично! — закричал Зеб.

— Этот дворец и весь Изумрудный город построил я, — заметил Волшебник и размечтался: — Да, я с удовольствием побывал бы там ещё раз. Мне было так хорошо среди жевунов и мигунов, куодлингов и гилликинов.

— Кто это? — спросил мальчик.

— Народы, населяющие Страну Оз. Интересно, как они примут меня, если я снова появлюсь там?

— Конечно, хорошо! — заявила Дороти. — Когда я была в Стране Оз второй раз, я убедилась, что её жители всё ещё гордятся тем, что Изумрудным городом правил такой удивительный волшебник. Они часто вспоминают тебя.

— Ты не узнала, случайно, что стало с Железным Дровосеком и Страшилой? — поинтересовался Волшебник.

— Они по-прежнему живут в Стране Оз. У нас была такая радостная встреча! Страшила и Железный Дровосек пользуются большим уважением в Стране Оз.

— А как там Трусливый Лев?

— Он живёт в Изумрудном городе вместе со своим другом Голодным Тигром. И Биллина там осталась. Она не захотела отправиться со мной в Австралию и заявила, что волшебная страна нравится ей больше, чем Канзас.

— Кажется, я не знаком с Голодным Тигром и Биллиной, — покачал головой Волшебник. — Биллина — это имя девочки?

— Нет. Так зовут жёлтую курицу. Это моя близкая подружка. Я уверена, Биллина понравится вам, — заверила Дороти.

— Прямо зверинец какой-то, — беспокойно заметил Зеб. — Может, ты перенесёшь меня в более безопасное место, чем Страна Оз?

— Не беспокойся, — заверила девочка. — Как только ты познакомишься с обитателями этой страны, ты сразу полюбишь их. Который час, Волшебник?

— Полчетвёртого, — ответил тот.

— Придётся подождать полчаса, — продолжала Дороти. — Зато, когда наступит четыре, мы очень быстро окажемся в Изумрудном городе.

Какое-то время все сидели молча, обдумывая предстоящий поворот в своей судьбе. Вдруг Джим спросил:

— А лошади в Стране Оз есть?

— Только одна, — ответила Дороти. — Козлы — деревянная лошадь.

— Кто-кто?

— Козлы. Когда-то принцесса Озма оживила их с помощью колдовского порошка. В ту пору она была ещё мальчиком.

— Озма когда-то была мальчиком? — удивлённо переспросил Зеб.

— Да. Злая ведьма заколдовала её, чтобы она не могла править своей страной. Но сейчас она девочка — самая очаровательная и милая девочка в мире.

— Позволь заметить, Дороти, что козлы — это штука, на которой распиливают дрова, — фыркнул Джим.

— Да, если их не оживили, — возразила девочка. — Но Козлы, о которых я говорю, скачут не хуже тебя, Джим. К тому же они очень умны.

— Тьфу! Готов в любое время посостязаться на скачках с этим жалким деревянным ослом! — вскричал Ломовой Конь.

Дороти не ответила. Она решила, что позднее Джим лучше узнает возможности деревянной лошади.

Для наших героев, охваченных ожиданием, время тянулось страшно медленно. Наконец Волшебник объявил, что наступило четыре часа. Дороти подхватила кошку и подала сигнал, о котором они условились с далёкой, невидимой ими Озмой.

— Кажется, ничего не происходит, — усомнился Зеб.

— Дайте же ей время надеть магический пояс, — отвечала девочка.

Не успела она это произнести, как внезапно исчезла из пещеры вместе с кошкой. Всё произошло без предупреждения и без малейшего звука. Только что Дороти сидела рядом с друзьями, держа Эврику на коленях, и вот девочка и кошка уже исчезли из подземной тюрьмы.

— Без сомнения, мы скоро отправимся следом, — объявил с глубоким облегчением Волшебник. — Уж я-то знаю о чудесах волшебной земли, которая зовётся Страна Оз. Приготовьтесь, мы можем перенестись в любую минуту.

Он бережно положил поросят в карман. Затем вместе с Зебом забрался в повозку и замер в ожидании.

— А это не больно? — в голосе мальчика послышалось беспокойство.

— Вовсе нет, — ответил Волшебник. — Всё произойдёт в мгновение ока.

Так и случилось. Лошадь вздрогнула, а Зеб протёр глаза, чтобы убедиться, что это не сон, потому что они находились на улицах прекрасного изумрудно-зелёного города. Он был буквально залит чудесным зелёным светом, и это ласкало взоры путников, прибывших из глубин Земли. Друзей окружали приветливые человечки в пышной изумрудно-золотой одежде необычного покроя.

Путешественники стояли у ворот величественного дворца, украшенных драгоценными камнями. Двери медленно отворились, словно приглашая войти в королевский двор. Там цвели прекрасные цветы и выстреливали в воздух серебряными струями очаровательные фонтаны.

Зеб встряхнул поводьями, чтобы вывести лошадь из оцепенения, потому что вокруг прибывших уже стали собираться зеваки.

— Н-но! — крикнул мальчик, и Джим, въехав во двор, медленно потащил повозку по дороге, вымощенной драгоценными камнями, к главному входу в королевский дворец.

15. Старые друзья встречаются вновь

Приехавших встречало множество слуг в приятной униформе. Когда Волшебник выбрался из повозки, симпатичная девушка в зелёном платьице изумлённо воскликнула:

— Да это же Удивительный Волшебник Оз! Он вернулся!

Волшебник пристально поглядел на неё, а потом сердечно потряс обе девичьи ладошки.

— Это маленькая Джеллия Джем, такая же тонкая и милая, как всегда, честное слово! — воскликнул он.

— Почему бы и нет, мистер Оз? — спросила Джеллия, низко поклонившись. — Боюсь только, что вы не сможете править Изумрудным городом как раньше, потому что сейчас у нас есть прекрасная принцесса, которую все любят.

— И народ не пожелает расстаться с ней, — добавил высокий военный в форме капитан-генерала.

Волшебник повернулся к нему.

— Вы не носили одно время зелёной бороды с бакенбардами? — спросил он.

— Так точно! — ответил солдат. — Но я давно сбрил их, когда был произведён из рядовых в чин главнокомандующего королевской армии Оз.

— Прекрасно, — сказал Волшебник. — Но уверяю вас, друзья мои, у меня нет никакого желания править Изумрудным городом.

— В таком случае — добро пожаловать! — хором вскричали слуги.

Волшебнику было приятно заметить, с каким уважением склонились перед ним его бывшие подданные. Что ни говори, а его не забыли в Стране Оз!

— Но где же Дороти? — заволновался Зеб. Он вышел из повозки и встал рядом со своим другом Волшебником.

— Она с принцессой Озмой в королевских покоях, — ответила Джеллия Джем. — Её высочество приказали мне организовать вашу встречу и показать вам ваши апартаменты.

Мальчик озирался вокруг широко раскрытыми глазами. Он и не думал, что существуют такие богатства и роскошь, какие он встретил во дворце. Не мог поверить, что его окружает не мишура, а блеск настоящих драгоценностей.

— А что же будет со мной? — забеспокоился Конь. В молодые годы он много времени провёл в городах и хорошо знал, что царственные покои — не место для лошади.

Поначалу смутилась даже Джеллия Джем, не зная, где разместить Джима. Вид столь необычного создания сильно изумил её, потому что в Стране Оз не знали лошадей. Но те, кто жил в Изумрудном городе, привыкли не удивляться даже самым странным существам. Поэтому, тщательно осмотрев Ломового Коня и заметив его добрые глаза, девушка решила, что Джима не стоит опасаться.

— Здесь нет конюшен, — сказал Волшебник. — Если только не построили после моего отлёта.

— Нам они были не нужны, — объяснила Джеллия. — Деревянная лошадь имеет более нормальный вид и гораздо меньше этого огромного зверя, которого вы привели. Поэтому она свободно размещается в одной из комнат дворца.

— Вы хотите сказать, что я ненормальный? — рассердился Джим.

— О нет, — поспешила заверить она. — Возможно, животные вашего вида привычны в той местности, откуда вы прибыли. Но в Стране Оз любая лошадь, кроме деревянной, необычна.

Это немного успокоило Джима. После некоторых раздумий Джеллия предоставила Ломовому Коню одну из дворцовых комнат. В таком большом здании хватало свободных помещений, которые редко использовались.

Зеб распряг Джима, и несколько слуг повели его на задний двор. Там ему выбрали симпатичную большую залу, где Конь мог чувствовать себя привольно.

После этого Джеллия обратилась к Волшебнику:

— Ваша личная комната за большим тронным залом пустует с тех пор, как вы оставили нас. Не хотите ли занять её снова?

— Да, конечно! — обрадовался Волшебник. — Мне кажется, что я вернулся домой, ведь я жил в этой комнатке много-много лет!

Дорогу он помнил, и слуги последовали за Волшебником, неся его ранец. Зеба тоже проводили в комнату — такую величественную и красивую, что он боялся присесть на кресло или прилечь на кровать, чтобы не нарушить великолепия. В шкафчиках мальчик нашёл множество прекрасных костюмов из дорогого бархата и парчи. Слуга пояснил, что Зебу следует надеть один из них, чтобы через час быть готовым к обеду с принцессой и Дороти.

В номере была чудесная комната с мраморной ванной, полной ароматной воды. Всё ещё потрясённый окружающим великолепием, мальчик хорошенько выкупался. Потом он заменил свой старый, испачканный и порядком изношенный костюм на новый, из каштанового бархата с серебряными пуговицами. К нему прилагались шёлковые чулки и комнатные туфли из мягкой кожи с бриллиантовыми застёжками. Когда Зеб кончил одеваться, он выглядел важно и значительно, как никогда в жизни.

Он был готов, когда вошёл слуга и повёл его представиться принцессе. Оробевшего Зеба провели в покои, изящество которых затмевалось их роскошью. Там мальчик увидел Дороти. Рядом с ней сидела девочка такой удивительной красоты, что Зеб затаил дыхание от восторга.

Но Дороти вскочила и, схватив приятеля за руку, подтолкнула его к прекрасной принцессе, которая приветливо улыбалась гостю. Потом вошёл Волшебник, и его присутствие вывело мальчика из замешательства. Оз был одет в чёрный бархат. Передняя часть костюма была украшена затейливым узором из сверкающих изумрудов. Но сочетание роскошного наряда с лысой головой и морщинами придавало ему скорее забавный, чем выразительный вид.

Озме очень хотелось познакомиться со столь именитой личностью, которая построила Изумрудный город и объединила жевунов, гилликинов, куодлингов и мигунов в одно государство.

Когда все четверо расселись за обеденным столом, принцесса обратилась к Волшебнику:

— Скажите, пожалуйста, мистер Оз, вас зовут так в честь великой страны, или её название происходит от вашего имени? Я давно хотела выяснить это. Вы ведь явились из внешнего мира, а я родилась здесь, но наши имена происходят от одного корня — Озма и Оз. Я уверена, что никто лучше вас не сможет объяснить эту загадку.

— Это правда, — ответил Волшебник. — И я охотно объясню связь между моим именем и названием вашей страны. Прежде всего должен сказать, что родился я в штате Омаха, в Соединённых Штатах. Мой отец был очень дипломатичным и, выбирая мне имя, не хотел обидеть ни одну нацию в мире. Он назвал меня Оскар Зороастр Теодор Ульрих Питер Исаак Циммерман Амбройз. Амбройз стало последним именем, ибо на этом фантазия моего родителя истощилась. Вместе взятые, мои имена оказались слишком тяжёлым грузом, который навесили на бедное невинное дитя. Запоминание собственного имени явилось одним из тяжелейших уроков, какие мне пришлось усвоить в детстве. Когда я вырос, я стал называть себя просто «Оз», что соответствует инициалам двух моих первых имён: Оскар и Зороастр. Если бы я составил себе имя из инициалов остальных имён, то получилось бы «Тупица», а это отразилось бы на моей репутации.

— Никто не вправе обвинять вас в сокращении собственного имени, — с сочувствием произнесла Озма. — Но не перестарались ли вы?

— Возможно, — ответил Волшебник. — Но меня гораздо чаще называют Волшебником, и я привык к этому. В молодости я сбежал из дому и пристал к бродячему цирку. Я назвал себя Волшебником и занялся чревовещанием.

— Что это значит? — спросила Озма.

— Ну, я заключал свой голос в любой понравившийся мне предмет, а затем делал так, что этот предмет говорил моим голосом. Я также стал подниматься в небо на воздушных шарах. На оболочке шара и всех других своих вещах я намалёвывал инициалы «О. 3.», чтобы все видели, что эти вещи принадлежат мне.

Однажды из-за сильного ветра я потерял управление воздушным шаром, и его занесло через пустыню в прекрасную страну. Когда тамошние обитатели увидели меня, спускающегося прямо с неба, они приняли меня за неведомое им божество и низко склонились передо мной. Я подумал, что не стоит разубеждать их, кто знает, что ждёт меня впереди, если я представлюсь обыкновенным человеком. Поэтому я назвал себя Волшебником и продемонстрировал несколько простейших трюков, которые поразили местных жителей. Видя мои инициалы на шаре, они стали величать меня Озом.

— Теперь я начинаю понимать, — улыбнулась принцесса.

— В те времена, — продолжал Волшебник, не забывая прихлёбывать вкусный суп, — вся страна была разделена на четыре части, в каждой из которых правила фея. Но местные жители решили, что я могущественнее их. Наверное, так подумали и сами феи. Потому что они не осмелились выступить против меня. Однако я боялся, что когда-нибудь обман раскроется. И приказал выстроить в центре страны, на месте маленького Изумрудного замка, большой, хорошо укреплённый город, который тоже назвали Изумрудным. Когда постройка закончилась, я провозгласил себя правителем всей Страны Оз, включая не только центральную её часть, но и земли жевунов, гилликинов, мигунов и куодлингов.

Много лет я мирно правил волшебной страной. Но со временем стал стареть и всё больше скучал по дому. Поэтому когда нашу маленькую Дороти занесло ураганом в Страну Оз, я решил вместе с ней возвратиться на воздушном шаре на родину. Но во время посадки канат, удерживавший шар, оборвало порывом ветра, и я улетел один, не успев захватить с собой девочку. После долгих странствий я вернулся в Омаху. Все мои старые друзья умерли или уехали в иные края. Не имея другого ремесла, я снова поступил в цирк. Как и раньше, я регулярно поднимался в воздух на шаре, пока не случилось то памятное землетрясение.

— Спасибо, вы так подробно всё осветили, — сказала Озма. — Но часть этой истории, связанная со Страной Оз, осталась вам не известной. Вероятно, по той простой причине, что вам никто не рассказывал её. Задолго до того как вы прибыли в эту страну, она была объединена под властью одной королевской династии. Все короли этой династии носили имя Оз, что на нашем языке означает «Великий и добрый». Ну а если случалось править женщине, то её всегда звали Озма.

Но однажды четыре злые феи объединились, чтобы свергнуть короля и разделить страну так, чтобы каждая из них правила какой-нибудь её областью. В то время правил мой дедушка. Однажды, когда он охотился, злая ведьма по имени Момби похитила его и заточила в тайном убежище. Затем ведьмы разделили королевство и стали править Страной Оз и обижать её жителей, пока не появились вы. Вот почему милые и беззащитные человечки так обрадовались, увидев вас, ведь они приняли вас за полноправного представителя королевской династии, так как инициалы на шаре — «О. 3.» — совпадали с именами наших королей.

— Но к тому времени страной правили две добрые феи и две злые, — задумчиво проговорил Волшебник.

— Да, — ответила Озма, — потому что Доброй фее Севера удалось свергнуть злую Момби, а Глинда Добрая победила Злую фею Юга. Но Момби продолжала держать в заточении моего дедушку, а затем и моего отца — короля Пасторию, который до самой смерти боролся со злыми волшебницами и пытался как мог защитить безобидных человечков — жителей Страны Оз. Когда я была совсем маленькой, Момби превратила меня в мальчика. Она надеялась, что никто не узнает меня. В планы коварной Момби и других злых фей совсем не входило, чтобы народ знал, что где-то рядом живёт законная наследница престола Страны Оз. Поэтому она держала меня при себе под видом мальчика Типа. Но мне удалось бежать и после долгих странствий и приключений вернуть себе трон и власть над моим добрым народом.

Услышав последние слова Озмы, Волшебник почувствовал жгучий стыд и глубокое раскаяние: он тоже был виноват в злоключениях принцессы. Когда-то он испугался, что если Озма станет правительницей Изумрудного города, то его разоблачат и перестанут считать великим волшебником. И он попросил Момби, которая к тому времени была обычной мелкой колдуньей, заколдовать девочку. Момби обещала Волшебнику расколдовать Озму и вернуть её в Изумрудный город, когда он покинет Страну Оз. Но коварная ведьма не сдержала своего обещания и продолжала прятать девочку под видом мальчика Типа.

Всё это молнией промелькнуло в голове Волшебника. Опустив голову, он ждал, что принцесса расскажет Дороти и Зебу о его скверном поступке. Но Озма смолчала. Она великодушно простила Волшебника, ведь каждый в жизни может ошибиться. Если уж так случилось, главное — раскаяться в своём грехе и никогда больше не совершать ничего плохого. А весь вид Волшебника говорил о том, что он глубоко раскаивается. Взглянув на Озму с благодарностью, Оз заверил её:

— Я очень счастлив, что вам удалось вернуть трон своих предков, принцесса. Прошу вас считать меня одним из самых верных и преданных подданных Вашего Высочества.

— Мы многим обязаны Удивительному Волшебнику, — продолжала Озма. — Ведь именно он воздвиг ослепительный Изумрудный город.

— Его построили ваши люди, — скромно ответил он. — Я только был боссом этой стройки, как говорят у нас в Омахе.

— Да, но, кроме того, вы мудро и справедливо правили страной в течение многих лет, — добавила принцесса. — Народ гордился вашим волшебным искусством. И теперь, поскольку вы уже не молоды, чтобы совершить ещё одно длинное путешествие за пределы нашей страны и снова работать в цирке, я предлагаю вам навсегда поселиться здесь. Вы станете Официальным Волшебником моего королевства и будете пользоваться всеобщим расположением и уважением.

— Я с глубокой признательностью принимаю ваше доброе приглашение, прекрасная принцесса, — с чувством сказал маленький человек. И все заметили, что на его мудрые старые глаза навернулись слезинки. Он и не мечтал о таком счастье.

— Правда, он притворный волшебник, — улыбнувшись, напомнила Дороти.

— Безопаснее всего иметь именно притворного волшебника, — быстро ответила Озма.

— Обманщик он или нет, но Оз может делать неплохие фокусы, — заявил Зеб, который почувствовал себя свободнее.

— Надеюсь, завтра он удивит нас своими фокусами, — сказала принцесса. — Я послала приглашения всем старым друзьям Дороти, чтобы устроить торжественную встречу. Они скоро должны быть здесь.

Действительно, обед ещё не кончился, как в зал ворвался Страшила. Он обнял Дороти тряпичными руками и бурно выразил восторг по поводу их встречи. Соломенный человек так же сердечно приветствовал Волшебника. По тому, как суетились вокруг него слуги и как встретила его Озма, можно было понять, что Страшила очень важная персона в Стране Оз.

Волшебник с чувством обнял мягкие, набитые соломой плечи своего старого приятеля и спросил:

— Как ваши мозги, дружище?

— Работают прекрасно! — ответил Страшила. — Вне всякого сомнения, Оз, вы дали мне лучшие мозги в мире. С их помощью я без устали думаю днём и ночью, в отличие от других людей, чьи мозги ночью отдыхают.

— Когда я улетал, я оставил на вас Изумрудный город, — напомнил Волшебник.

— О, я правил совсем недолго. Вскоре поднялся мятеж, и власть захватила решительная девушка, которую все звали генерал Джинджер. Но с помощью Глинды Доброй Озма одолела её. А я поселился у своего друга Ника Лесоруба — Железного Дровосека.

Вслед за этим послышалось громкое кудахтанье. Слуга с низким поклоном отворил дверь, и в зал важно вошла жёлтая курица. Дороти, радостно вскрикнув, вскочила со своего места и взяла на руки пушистую птицу.

— О Биллина! — воскликнула девочка. — Какая ты стала толстая и холёная!

— Почему бы и нет? — резким и ясным голосом ответила курица. — Здесь я живу в роскоши, не так ли, Озма?

— Да, ты имеешь всё, чего только пожелаешь, — согласилась принцесса.

На шее Биллины висела нитка прекрасного жемчуга, а на лапках красовались браслетики из изумрудов. Она удобно устроилась у Дороти на коленях. Вдруг сердито зарычала сидевшая под столом Эврика. Её охватил приступ ревности. Какая-то курица посмела занять её место на коленях у хозяйки! Кошка взвизгнула и подпрыгнула вверх, обнажив острые когти на передних лапах, с явным намерением достать Биллину. Но девочка была начеку и наградила разъярённую кошку таким пинком, что та отлетела прочь, и не помышляя о царапанье.

— Какой ужас, Эврика! — вскричала рассерженная Дороти. — Так-то ты обращаешься с моими друзьями!

— Странные у тебя друзья, мне кажется, — угрюмо ответила кошка.

— И мне кажется, что странные, — презрительно сказала Биллина. — Если среди них числится эта дикая фурия.

— Слушайте меня! — строго произнесла Дороти. — Я не допущу, чтобы в Стране Оз кто-нибудь ссорился! Здесь все живут в мире и согласии. И если вы не подружитесь, я надену свой магический пояс и тут же отправлю вас в Канзас!

Биллина и Эврика так испугались этой угрозы, что кротко пообещали вести себя хорошо. Впрочем, друзьями они всё же не стали.

Вскоре прибыл Железный Дровосек. Его туловище было прекрасно отникелировано и ослепительно сверкало при ярком комнатном свете. Железный Дровосек нежно любил Дороти и был неимоверно счастлив её встретить. Очень обрадовался он и возвращению маленького старого Волшебника. Дровосек обратился к нему с такими словами:

— Сэр, я никогда не смогу как следует отблагодарить вас за превосходное сердце, которое вы когда-то мне вручили. Уверяю вас, оно принесло мне много друзей и стучит сейчас с прежней добротой и любовью.

— Рад слышать это, — сказал Волшебник. — Я боялся, что оно будет плохо держаться в вашем жестяном туловище.

— Вовсе нет, — ответил Ник Лесоруб. — Оно прекрасно держится в моей герметической груди.

Впервые очутившись среди таких необычных существ, Зеб поначалу смутился. Но они оказались столь дружелюбны и доброжелательны, что мальчик с каждой минутой всё больше и больше восхищался ими, находя хорошие качества даже у жёлтой курицы. Но он снова испытал потрясение, когда объявили следующего высокого гостя.

— Разрешите представить моего друга мистера М. У. Жука-кувыркуна В. О. Он очень помог мне, когда у меня были большие неприятности. А сейчас он ректор колледжа атлетических наук, — сказала принцесса Озма.

— О! — произнёс Волшебник. — Польщён встречей с такой выдающейся личностью.

— М. У. означает Многократно Увеличенный, а В. О. — Высоко Образованный, — важно объяснил Жук-кувыркун. — Я действительно очень большой жук и, без сомнения, самое умное существо во всей этой обширной державе.

— Как хорошо вы умеете скрывать последнее обстоятельство, — с тонкой иронией заметил Волшебник. И поспешил добавить: — Но я ни в коей мере не сомневаюсь в ваших словах.

— И никто не сомневается, сэр, — ответил Жук-кувыркун.

Вынув из кармана книгу, он повернулся к компании спиной и, усевшись в углу, принялся читать.

Никто не обратил внимания на эту бестактность. Её наверняка бы заметили, если бы так высказывалась менее образованная личность. Но жук был не таков, и о нём все тотчас забыли, включившись в оживлённую беседу, которая с увлечением продолжалась до самого отхода ко сну.

16. Джим Ломовой Конь

Итак, Джим Ломовой Конь оказался в огромной комнате, потолок и стены которой были отделаны мрамором. Зала была так величественна, что любой мог к ней проникнуться благоговением. Но Джим отнёсся к окружающему великолепию без особого трепета и принял всё как должное. Он распорядился, чтобы слуги хорошенько выстирали его попону, причесали гриву и хвост, вымыли копыта и щётки над ними. Затем Джиму сообщили, что ему сейчас подадут обед. На что конь заявил, что вряд ли им удастся накормить его немедля, пусть прежде приноровятся к его вкусу.

Сначала принесли дымящуюся чашу супа. Конь взглянул на неё без интереса.

— Немедленно уберите эту дрянь! — фыркнул он. — Что я вам — саламандра?!

Слуги тотчас повиновались. Следующим подали великолепного огромного палтуса на серебряном блюде, политого соусом.

— Рыба?! — ещё больше рассердился Джим. — Вы принимаете меня за кота? Унесите её прочь!

Официанты ненадолго растерялись. Но скоро вернулись с большущим подносом, на котором лежали две дюжины прекрасно зажаренных перепелов, обложенных тостами — подрумяненными на огне ломтиками хлеба.

— Ну и ну! — конь рассердился не на шутку. — Я что, по-вашему, ласка? Как вы глупы и невежественны здесь, в Стране Оз! И как ужасно питаетесь! Можно ли найти в этом дворце хоть что-нибудь приличное на закуску?

Дрожащие слуги побежали за королевским дворецким. Тот поспешил к привередливому гостю и обратился к нему с такими словами:

— Что ваше превосходительство желает получить на обед?

— Превосходительство? — невпопад повторил Джим, который не был знаком с подобными титулами.

— В вас по меньшей мере шесть футов росту. Вы выше любого животного в нашей стране. Поэтому мы теряемся, что вам подавать, — объяснил дворецкий.

— Так знайте: моё превосходительство любит овёс, — заявил конь.

— Овёс? Но у нас нет овса, — отвечал дворецкий с большим сожалением. — Правда, есть запасы овсяной муки. Мы варим из неё кашу на завтрак. Овсянка всегда подаётся на завтрак… — прибавил дворецкий смущённо.

— Ну так подайте её на обед, — сказал Джим. — Несите её сюда. Только ни в коем случае не варите, если вам жизнь дорога.

Как видите, почёт, оказанный старой заезженной ломовой лошади, сделал её немного высокомерной. Конь забыл, что он гость. Раньше с беднягой никто не обращался иначе как с рабочей лошадкой. Так было всю его жизнь, пока он не прибыл в Страну Оз. Но дворцовые слуги не обратили внимания на крутой нрав животного. Вскоре они намешали лохань овсяной муки с водой, и Джим с удовольствием принялся уплетать это странное блюдо.

Потом слуги набросали ворох тряпья на пол комнаты, и старый конь впервые в жизни заснул на такой мягкой постели.

Утром, чуть рассвело, он решил прогуляться и поискать травы на завтрак. Неспешной иноходью Джим вышел через красивые арочные ворота во двор. Затем обогнул угол дворца, обитатели и гости которого ещё спали, и нос к носу столкнулся с деревянной лошадью.

Поражённый Джим резко остановился. Козлы тоже затормозили и уставились на незнакомца своими странными выпученными глазами, которые на самом деле были просто сучками в передней части деревянной колоды. Она составляла туловище этой необычной лошади. Четыре кола, воткнутые снизу в колоду, служили ей ногами. Хвостом была ветка, случайно оставшаяся на бревне, когда его обтёсывали. Пастью служила зарубка пониже глаз-сучков. Этот конец бревна с такими странными глазами и пастью был чуть толще остальной его части и приподнят кверху. Он-то и служил для деревянной лошади головой. Концы кольев были как бы копытами. По велению Озмы их подбили подковами из чистого золота. А к неуклюжему туловищу приторочили красное кожаное сиденье принцессы, украшенное сверкающими бриллиантами.

Джим, поднявший уши торчком, и Козлы вытаращили друг на друга глаза. Если бы кто-то увидел их в тот момент со стороны, он непременно бы расхохотался. Нелепо выгнув шеи, обе лошади медленно покружили друг вокруг друга. Они никак не могли взять в толк, что за странное существо он имеет честь созерцать. Потом Джим воскликнул:

— Ради всего святого, кто ты такой?

— Я Козлы.

— Кажется, я о тебе слышал, — сказал Ломовой Конь. — Но ожидал увидеть совсем другое.

— Не сомневаюсь, — гордо заметили Козлы. — Меня считают весьма необычным.

— Да, пожалуй. Но такого шаткого деревянного субъекта, как ты, вряд ли стоило оживлять.

— Это произошло помимо моей воли… — смутились Козлы. — Озма посыпала меня волшебным порошком, и я ожил. Я мало что стою, конечно, зато я единственная лошадь во всей Стране Оз и ко мне относятся с величайшим уважением.

— Ты — лошадь?

— Не настоящая, конечно. Их здесь вообще нет. Но я во всём похожу на настоящую лошадь.

Джим негодующе заржал:

— Взгляни на меня! Вот настоящая лошадь!

Деревянное животное вздрогнуло от неожиданности, а затем придирчиво осмотрело Джима.

— Неужели это возможно, что передо мной настоящая лошадь? — пробормотало оно.

— Не только возможно, но правда, — ответил Джим, гордясь произведённым впечатлением. — В этом легко убедиться. Взгляни, например, на мой длинный хвост, которым я легко отгоняю мух.

— Мухи никогда не тревожат меня, — сообщили Козлы.

— Обрати внимание на мои большие сильные челюсти, которыми я пережёвываю траву.

— О, я никогда не ем, — заметила деревянная лошадь.

— Полюбуйся также моей широкой грудью, которая позволяет мне глубоко дышать, — гордо сказал Джим.

— Но мне не нужно дышать, — отвечал его собеседник.

— Что ж, в таком случае ты лишён многих радостей в жизни, — с сожалением заметил Ломовой Конь. — Тебе незнакомо облегчение, наступающее после того, как смахнёшь муху, кусавшую тебя. Или удовольствие от вкусной пищи. Или радость от глотка свежего, чистого воздуха. Если ты и похож на лошадь, то на чрезвычайно несчастную.

— Да, у меня нет надежды стать когда-нибудь таким же, как ты, — вздохнули Козлы. — Но я счастлив встретить наконец настоящую лошадь. Ты, без сомнения, самое красивое существо, какое я когда-либо видел.

Похвала сразила Джима наповал. За всю его долгую жизнь его ни разу не называли красивым. Растроганный конь произнёс:

— Беда твоя в том, дружище, что ты сделан из дерева. Тут уж ничего не поделаешь, как я понимаю. Настоящие лошади, вроде меня, сделаны из костей, плоти и крови.

— Да, кости я вижу очень отчётливо, — ответили Козлы, вглядевшись в худого собеседника. — Они восхитительно выпирают наружу. И плоть я наблюдаю. А кровь, я полагаю, запрятана внутри.

— Точно, — согласился Джим.

— Это хорошо? — спросили Козлы.

Джим не знал, но не собирался признаваться в этом.

— Если я порежусь чем-нибудь, — ответил он, — кровь выступит наружу и покажет место пореза. О несчастное создание! Когда тебя ранят, ты не сможешь даже истекать кровью!

— Но меня невозможно ранить, — сказали Козлы. — Однажды я сломался, но меня легко отремонтировали и привели в полный порядок. Я никогда и никак не ощущаю, если что-то у меня ломается или отщепляется.

Джим чуть не испытал зависть к деревянной лошади, не чувствующей боли. Но всё-таки его собеседник был так нелеп и абсурден, что Ломовой Конь решил: ни при каких обстоятельствах он не поменялся бы с ним местами.

— Как ты раздобыл золотые подковы? — спросил Джим.

— Это всё Озма, — отвечали Козлы. — Золотые подковы спасают мои деревянные копыта от износа. Озма и я пережили вместе множество захватывающих приключений, и принцесса ценит и любит меня.

Ломовой Конь хотел было что-то возразить, но вдруг встрепенулся и, заржав от ужаса, задрожал, как осиновый лист. Потому что из-за угла показались два огромных диких зверя. Они ступали так легко, что подошли к говорившим прежде, чем Джим осознал это. Конь рванулся было вдаль по дорожке, но Козлы удержали его:

— Остановись, брат мой! Остановись, настоящий конь! Это друзья, они не причинят тебе вреда.

Джим заколебался, с опаской поглядывая на зверей. Один из них был огромный лев с ясными, умными глазами, пышной, длинной и хорошо ухоженной гривой и телом, словно из жёлтого плюша. Другой был большущий тигр с фиолетовыми полосками на гибком теле, мощными лапами и глазами, сверкавшими из-под полузакрытых век, словно тлеющие угольки. Гигантских размеров этих царей лесов и джунглей было достаточно, чтобы заставить дрожать от ужаса самое храброе сердце. Неудивительно, что Джим испугался встречи с ними.

Но Козлы представили пришельца спокойным тоном:

— Прошу знакомиться, благородный конь. Это мой друг Трусливый Лев, доблестный король Большого леса и в то же время преданный вассал принцессы Озмы. А это Голодный Тигр, гроза джунглей, который и желал бы глотать пухленьких младенцев, да совесть ему не позволяет. Эти царственные особы — близкие друзья маленькой Дороти. Они прибыли в Изумрудный город сегодня утром, чтобы приветствовать её приезд.

Услышав такие слова, Джим подавил охватившую его тревогу. Конь с достоинством поклонился, насколько он мог позволить себе этот жест в присутствии диких зверей. Те в ответ дружески кивнули.

— Не правда ли, настоящий конь — прекрасное животное? — поделились своим восхищением Козлы.

— Это дело вкуса, — ответил Лев. — В лесу его посчитали бы неуклюжим, потому что его морда вытянута, а длинная шея там ни к чему. Суставы чрезмерно раздуты, а мяса маловато. Да и стар он годами.

— И ужасно жёсткий, — добавил печально Голодный Тигр. — Моя совесть никогда не позволит мне съесть такое жёсткое животное, как настоящий конь.

— Я рад этому, — сказал Джим. — Видите ли, у меня тоже есть совесть. И она мне подсказывает, что не стоит сокрушать ваш череп ударом моих мощных копыт.

Если он думал напугать таким образом полосатого зверя, то ошибся. Тигр изобразил что-то вроде улыбки и медленно моргнул одним глазом.

— У вас хорошая совесть, дружище Конь, — сказал он. — И если вы уделите достаточно внимания её воспитанию, она поможет вам избежать многих неприятностей. Когда-нибудь я предоставлю вам возможность попытаться сокрушить мой череп, и после этого вы узнаете о тиграх больше, чем вам известно сейчас.

— Друзья Дороти — наши друзья, — заметил Трусливый Лев. — Поэтому оставим тему о сокрушении черепов и переведём разговор не более приятные темы. Вы завтракали, сэр Конь?

— Нет ещё, — ответил Джим. — Но здесь много отличного клевера. Если позволите, я подкреплюсь прямо сейчас.

— Он вегетарианец, — заметил Тигр, когда конь начал жевать клевер, и печально вздохнул. — Эх, если бы я мог есть траву, совесть мне была бы не нужна, ибо я не подвергался бы соблазну глотать младенцев и барашков.

Вслед за этими словами во двор выбежала Дороти, чтобы приветствовать старых друзей. Она проснулась рано и услыхала знакомые голоса. Девочка с радостью обняла Льва и Тигра. Но было заметно, что она больше знает и любит Трусливого Льва.

Разгорелась оживлённая беседа. Дороти поведала друзьям об ужасном землетрясении и её последних приключениях. Затем, возвещая время завтрака, зазвонил колокольчик. Девочка вернулась во дворец. Проходя по длинному коридору, она услыхала грубоватый голос:

— Эй! Ты снова здесь?

— Да, — ответила Дороти, озираясь вокруг и не видя ни одной живой души.

— Что привело тебя обратно? — последовал новый вопрос, и глаза Дороти остановились на какой-то рогатой голове, висящей над камином. Девочка заметила, что губы у головы двигались.

— Боже праведный! — воскликнула она. — Вот уж не думала, что чучело, висящее на стене, может говорить.

— Я, признаться, тоже, — ответила голова. — Однажды Озма оживила меня волшебным порошком. И я стал на время головой лучшей летающей машины, какую когда-либо видел свет. Мы пережили много удивительных приключений. Затем летающую машину разобрали на части, а меня снова повесили на эту стену. Но я по-прежнему могу разговаривать, когда есть настроение. Хотя это бывает не часто.

— Очень странно, — сказала девочка. — Интересно, а кем ты был при рождении?

— Уже не помню, — прозвучал ответ. — Не думаю, что кем-то очень важным. Ой, сюда идёт Озма. Я лучше помолчу. Принцессе не нравится, когда я болтаю, с тех пор как она из Типа превратилась в Озму.

Тут дверь отворилась, и юная правительница Страны Оз приветствовала Дороти поцелуем. Маленькая принцесса была в хорошем настроении и выглядела свежей.

17. Девять крошечных поросят

После завтрака Озма объявила, что в честь высоких гостей состоится праздник. Программа его обещала быть очень интересной. Сначала решили устроить торжественное шествие по улицам Изумрудного города. Волшебник Оз слыл любимцем горожан. Узнав о его возвращении, все горели желанием увидеть Волшебника и выразить ему свою любовь. Горожанам не терпелось также поприветствовать маленькую девочку Дороти, которая во время прошлых путешествий в Страну Оз завоевала сердца её жителей своей добротой и справедливостью. После торжественного шествия Волшебник был приглашен продемонстрировать свои чудеса в большом тронном зале дворца. Наконец, после обеда всех ждали разные игры и состязания.

Шествие получилось весьма внушительным. Впереди шёл королевский оркестр Страны Оз, одетый в форму, сшитую из изумрудного бархата, украшенную атласными лентами в зелёный горошек и застёжками из огромных огранённых алмазов. Оркестр исполнил национальный гимн «Сверкающее знамя Оз». За оркестром знамёнщики несли королевский флаг. Он был разделён на четыре части — небесно-голубого, розового, лавандового и белого цветов. В центре флага красовалась изумрудно-зелёная звезда. Вокруг неё были вышиты блёстки, красиво сверкавшие на солнце. Они символизировали лучи, расходящиеся от звезды во все стороны. Каждая часть знамени обозначала одну из четырёх областей Страны Оз, а зелёная звезда — Изумрудный город.

Вслед за знаменосцами в королевской колеснице ехала принцесса Озма. Ее золотая повозка была инкрустирована изумрудами и бриллиантами, которые складывались в изысканные узоры. По случаю праздника колесницу везли Трусливый Лев и Голодный Тигр. Обоих украсили огромными бантами — розовым и голубым. В колеснице ехали Озма и Дороти. Принцесса была в роскошных одеяниях и с короной на голове. Маленькая девочка из Канзаса надела магический пояс, который отобрала когда-то у злого короля гномов.

Вслед за колесницей ехал на Козлах Страшила. Народ приветствовал его почти так же бурно, как свою любимую правительницу. За ним тяжёлыми и отрывистыми мерными шагами двигался знаменитый заводной человек по имени Тик-Ток. Для этого случая его специально завела Дороти. Дело в том, что Тик-Ток мог двигаться благодаря работе часового механизма. Заводной человек был изготовлен из полированной меди. Дороти пользовалась безграничным авторитетом у Тик-Тока. Ведь это она отыскала его однажды в уединённой пещере, обречённого на вечное безмолвие и бездействие. Девочка завела его и привела в чувство. С тех пор Тик-Ток считал, что он принадлежит Дороти. Но медный человек не мог чувствовать себя уютно в обычном мире. Поэтому во время прошлого визита в Страну Оз девочка оставила его на попечение Озмы. Принцесса с удовольствием приняла на себя такую заботу.

Далее шествовал ещё один оркестр — королевский дворцовый. Он назывался так потому, что все его участники жили во дворце. Оркестранты носили белую форму с пуговицами из настоящих бриллиантов. Они вдохновенно исполняли мелодию «Что за Страна Оз без Озмы».

Следом за ними шёл профессор Жук-кувыркун с группой студентов королевского колледжа атлетических наук. Длинноволосые мальчики были одеты в полосатые свитера. Через шаг они хором выкрикивали название родного колледжа. Чем вызывали большое удовольствие публики, которая была счастлива убедиться, что их лёгкие в хорошем состоянии.

Далее маршировал восхитительно отполированный Железный Дровосек во главе королевской армии Оз. Войско состояло из двадцати восьми офицеров, от генерала до капитана. В этой армии не было рядовых, потому что все воины были так храбры и опытны в военном деле, что их одного за другим выдвигали на вышестоящие должности, пока во всей армии не осталось ни одного рядового.

Следом тащил повозку Джим. Зеб правил поводьями, а Волшебник стоял на сиденье и раскланивался направо и налево в ответ на приветствия горожан, теснившихся вокруг фургона. Шествие имело грандиозный успех. Когда процессия возвратилась во дворец, большие массы горожан до отказа заполнили огромный тронный зал, чтобы посмотреть, какие фокусы покажет Волшебник.

Он начал со своего коронного номера с крошечными белыми поросятами. Сперва из-под шляпы Волшебника появилась одна свинка. Притворившись, что разорвал её пополам, Оз незаметно выпустил вторую свинку. Так продолжалось до тех пор, пока перед изумлённой публикой не появились девять поросят. Они так были рады выскочить из душного тесного кармана, что принялись весело носиться по всему залу.

Крошечные свинки были в диковинку не только в обычном мире, но и в волшебной стране. Поэтому изумление и восторг публики превзошли все ожидания Волшебника. Когда фокус завершился и поросята исчезли, Озма опечалилась. Ей так хотелось, чтобы один из них стал её домашним поросёнком, с которым всегда можно будет поиграть. Тогда Волшебник тут же продемонстрировал другой фокус. Он сделал вид, что извлекает свинку из причёски Озмы (хотя на самом деле ловко вытащил её из внутреннего кармана). Озма радостно заулыбалась, когда крошечное существо примостилось в её ладошках. Принцесса пообещала, что подарит поросёнку изумрудный ошейник и всегда будет держать маленькую хрюшку под рукой, чтобы можно было позабавиться с ней.

После этого, кстати, все заметили, что Волшебник стал делать фокусы только с восемью поросятами. Но публике эти трюки нравились не меньше прежних, где участвовали все девять свинок.

В маленькой комнатке позади тронного зала Волшебник нашёл немало вещей, оставленных им, когда он улетал из Страны Оз на воздушном шаре. В его отсутствие никто не занимал его апартаментов, поэтому всё сохранилось в целости и сохранности. Старый хитрец обнаружил в каморке много материала для новых трюков, которым он научился у фокусников в цирке. Остаток ночи Волшебник провёл в подготовке к представлению.

За фокусом с девятью поросятами последовало несколько других удивительно ловких трюков. Публика осталась очень довольна. Казалось, её нимало не заботил вопрос, притворный перед ними волшебник или настоящий. Главное, что он заставил людей изумляться и радоваться. Публика аплодировала каждому фокусу. В конце представления она буквально умоляла Волшебника не покидать Страну Оз.

— В таком случае, — важно заявил маленький человек, — я отказываюсь от приглашений, полученных от коронованных особ Европы и Америки, и посвящаю себя народу Страны Оз. Я так люблю вас всех, что ни в чём не могу отказать вам.

После того как Волшебника отпустили, взяв с него обещание не покидать Страну Оз, наши герои во главе с принцессой Озмой отведали искусно приготовленный завтрак. Даже Тигр и Лев получили великолепное угощение. Джим Ломовой Конь ел свою овсянку из золотой чаши. По её ободу бежали семь рядов рубинов, сапфиров и бриллиантов.

Днём все отправились за городские ворота на большую поляну, где начались игры и забавы. Озма и её гости сидели под красивым балдахином и наблюдали, как жители Изумрудного города и его окрестностей состязались в беге, прыжках и борьбе. Обитатели Страны Оз сделали всё возможное, чтобы не ударить в грязь лицом перед столь выдающейся компанией, наблюдавшей за соревнованиями.

Наконец Зеб не выдержал и предложил побороться маленькому жевуну, который, судя по всему, был чемпионом страны. На вид он был вдвое старше мальчика. Длинные бакенбарды стояли торчком. Как и все его соплеменники, жевун носил островерхую голубую шляпу, по краям которой были подвешены маленькие колокольчики. Они весело звенели при ходьбе. И хотя жевун едва доходил Зебу до плеча, он был так силён и искусен, что трижды положил мальчика на лопатки.

Зеб сильно расстроился из-за проигрыша. А когда принцесса присоединилась к зрителям, которые весело смеялись при виде его поражения, он предложил провести с жевуном-чемпионом матч по боксу. Маленький оззи[2] живо согласился. Поединок начался. Зебу удалось нанести точный удар в ухо. Жевун сел на землю. От обиды и боли слёзы брызнули из его глаз и потекли по бакенбардам. Публика и Зеб рассмеялись, хотя и без насмешки. Настроение мальчика поднялось, когда он увидел, что Озма так же весело смеётся, как и в том случае, когда победил жевун.

Затем Страшила предложил устроить гонки между Козлами и Ломовым Конем. Все приняли предложение с восторгом, но деревянная лошадь подалась назад, заявив:

— Это будет нечестное состязание.

— Конечно, — согласился Джим с оттенком пренебрежения. — Твои деревянные ноги более чем вполовину меньше моих.

— Не в этом дело, — скромно потупились Козлы. — Просто, в отличие от тебя, я никогда не устаю.

— Ба! — вскричал Джим, взглянув на соперника с превеликим презрением. — Ты что, и вправду считаешь, что такое жалкое подобие лошади, как ты, может скакать не хуже меня?!

— Не знаю, — ответили Козлы.

— Вот давайте и узнаем, — заметил Страшила. — Выявить победителя и есть цель состязаний — по крайней мере, так подсказывают мне мои превосходные мозги.

— В молодости я был скаковой лошадью и чаще всех побеждал на скачках, — сказал Джим. — Ведь я родился в Кентукки, где выводят самых лучших коней аристократических пород. Жаль только, — продолжал он, — что здесь нет настоящей лошади, чтобы я смог с ней посостязаться. Публика увидела бы прекрасное зрелище, уверяю вас.

— Тогда почему бы вам не посоревноваться с деревянным конем? — спросил Страшила.

— Да он боится, — бросил Джим.

— Отнюдь нет, — отвечали Козлы. — Я лишь сказал, что это были бы нечестные гонки. Но если мой друг — настоящий конь — желает состязаться, то я готов.

Джима распрягли, а с деревянной лошади сняли седло. И вот два чудных соревнующихся животных бок о бок вышли на старт.

— Видите вон там три дерева? — обратился к ним Зеб. — Когда я скажу «Вперёд!», вы добежите до них, развернётесь и помчитесь обратно. Кто первым пересечёт линию, проведённую против балдахина принцессы, будет объявлен победителем. Готовы?

— Наверное, мне стоит дать солидную фору деревянному чучелу, стартовав несколько позже, — проворчал Джим.

— Не беспокойтесь, — заверили Козлы. — Я и так сделаю всё, что смогу.

— Вперёд! — скомандовал Зеб. Соперники рванулись с места, и гонка началась.

Быстро замелькали большие копыта Джима. Хотя бег его не отличался грациозностью, Ломовой Конь скакал так, чтобы не уронить славу коневодов штата Кентукки. Но Козлы летели быстрее ветра. Их ноги двигались так быстро, что их не было видно — всё слилось в едином порыве. Маленький рост не помешал деревянной лошади обогнать настоящую. Ещё в первой половине пути Козлы резко вырвались вперёд. Они уже вернулись к финишной черте и успели получить поздравления от Озмы, когда Джим, тяжело дыша, добрался до балдахина.

С сожалением должен заметить, что Джим не только не устыдился своего поражения, но на мгновение вышел из себя. Взглянув на смешную морду деревянной лошади, он вообразил, что она смеётся над ним. Охваченный беспричинным гневом, Ломовой Конь развернулся и злобно лягнул соперника. Козлы кувырнулись в воздухе и рухнули на землю копытами вверх. В результате сломались одна нога и левое ухо.

Тотчас Тигр пригнулся и вытянулся в прыжке. Он летел мягко и одновременно мощно, как пушечное ядро. Зверь ударил Джима лапами со всего размаху. Оглушённый конь кубарем покатился по земле, вызывая одобрительные возгласы зрителей. Публика считала, что Джим вполне заслужил это, обидев Козлы.

Чуть только конь пришёл в себя, он увидел, что с двух сторон его окружают Трусливый Лев и Голодный Тигр. Глаза их пылали огнём.

— Прошу прощения, — кротко пролепетал Джим. — Я был неправ в споре с деревянным конём и жалею об этом. Он выиграл гонку, и его победа заслуженна. Но как может конь из плоти и крови противостоять никогда не устающему деревянному животному?

Услышав извинения, Тигр и Лев оставили Джима в покое и удалились в сторону принцессы с чувством исполненного долга.

— Никто не смеет обижать наших друзей в нашем присутствии, — проворчал Лев. А Зеб подбежал к Джиму и шепнул ему, что если он не будет сдерживать свой гонор, его когда-нибудь разорвут на куски.

Между тем Железный Дровосек срубил с дерева прямую толстую ветку и смастерил для деревянной лошади новую ногу и ухо. Когда всё было прилажено, принцесса Озма сняла с себя корону и водрузила её на голову победителя гонки. Она торжественно произнесла:

— Друг мой, отмечая твою быстроту, я провозглашаю тебя государем всех лошадей, и деревянных, и тех, что из плоти и крови. Отныне и навсегда все другие лошади (в Стране Оз, по крайней мере) должны рассматриваться как твои подобия. А ты будешь считаться самой настоящей лошадью — чемпионом лошадиной расы.

Раздались аплодисменты. На спине победителя гонок снова укрепили драгоценное седло, и Озма поехала в город во главе пышной процессии.

— В волшебной стране обычная лошадь вообще не принимается в расчёт. Другое дело — волшебный конь. Здесь не место для нас, Зеб, — роптал Джим, медленно таща повозку к городским воротам.

— Хотя нам крупно повезло, что мы добрались сюда, — заметил мальчик.

Джим вспомнил мрачную пещеру, где они недавно прощались с жизнью, и согласился с Зебом.

18. Суд над Эврикой

Несколько дней пролетело в празднествах и веселье. Старые друзья встречались редко, и им было о чём поговорить. Да и развлечений в волшебной стране хватало.

Озма была рада приезду Дороти, потому что девочек её возраста, которые годились бы принцессе в подружки, во дворце было мало. И юная правительница Страны Оз часто чувствовала себя одинокой.

…На третий день после прибытия Дороти сидела с Озмой и остальными друзьями в приёмном зале и беседовала о былых приключениях. Принцесса обратилась к служанке:

— Джеллия, сходи, пожалуйста, в мой будуар и принеси белого поросёночка. Он остался на туалетном столике. Я хочу с ним поиграть.

Джеллия удалилась выполнять поручение. Её не было так долго, что все успели забыть, куда она ушла. Но вот девушка в зелёных одеждах появилась в дверях. Лицо её было взволновано.

— В ваших покоях нет поросёнка, Ваше Высочество, — смущённо доложила она.

— Как нет? — воскликнула Озма. — Ты уверена?

— Я обыскала каждый закуток, — ответила служанка.

— Дверь была не закрыта? — спросила принцесса.

— Нет, Ваше Высочество. Я уверена, что она была закрыта, потому что когда я открывала её, оттуда выскользнула белая кошечка Дороти и побежала вверх по лестнице.

Услышав это, Дороти и Волшебник испуганно переглянулись. Они не забыли, как Эврика собиралась съесть поросят во время подземного путешествия. Девочка вскочила на ноги.

— Идём, Озма, — взволнованно сказала она. — Давай сами поищем поросёнка.

Вдвоём они отправились в примерочную Озмы и тщательно обшарили каждый уголок. Девочки долго рыскали среди ваз, корзинок и украшений, стоявших в будуаре.

Но не удалось обнаружить и следа маленькой свинки.

Дороти готова была расплакаться. А Озма рассердилась. Когда они вернулись к друзьям, принцесса сказала:

— Мало сомнений, что моего милого поросёночка проглотила эта ужасная кошка. Если это так, обидчица должна быть наказана.

— Я не верю, что Эврика способна на это! — закричала сильно расстроенная Дороти. — Пожалуйста, Джеллия, принеси мою кошечку. Послушаем, что она сама скажет.

Джеллия поспешила уйти, но вскоре вернулась и доложила:

— Кошка не придёт. Она грозила выцарапать мне глаза, если я дотронусь до неё.

— Где она? — спросила Дороти.

— Под кроватью в вашей комнате.

Дороти побежала в свои покои и действительно нашла кошку под кроватью.

— Иди сюда, Эврика! — позвала она.

— Не пойду, — угрюмо отвечала кошка.

— Эврика! Почему ты такая злая?

Кошка молчала.

— Если ты сейчас же не вылезешь, — продолжала Дороти, раздражаясь всё больше, — я надену свой магический пояс и отправлю тебя в Страну Гаргойлов.

— Зачем я тебе нужна? — спросила Эврика, обеспокоенная угрозой.

— Ты должна пойти к принцессе Озме. Она хочет поговорить с тобой.

— Хорошо, — ответила кошка, вылезая из-под кровати. — Я никого не боюсь, даже Озмы.

С кошкой на руках Дороти вернулась в приёмный зал, где все сидели в нелёгком молчаливом раздумьи.

— Скажи мне, Эврика, — мягко начала принцесса, — ты съела моего милого поросёнка?

— Я не буду отвечать на такие глупые вопросы, — фыркнула Эврика.

— Нет, ты будешь, моя дорогая! — заявила Дороти. — Поросёнок исчез, а ты выбегала из комнаты, когда Джеллия открыла дверь. Если ты не виновата, ты должна сказать принцессе, как ты очутилась в её покоях и что приключилось с поросёнком.

— Кто обвиняет меня? — с вызовом спросила кошка.

— Никто, — ответила Озма. — Но твои действия говорят против тебя. Я оставила своего любимца спящим на туалетном столике. Ты прокралась в будуар без моего ведома. Когда дверь открылась, ты выскочила оттуда и спряталась. А поросёнок пропал.

— Это меня не касается, — проворчала кошка.

— Не дерзи, Эврика, — предупредила Дороти.

— Это вы дерзите, обвиняя меня в преступлении. Хотя всё ваше обвинение построено на одних догадках, — огрызнулась Эврика.

Озму сильно возмутило поведение кошки. Она вызвала капитан-генерала. Когда длинный тощий офицер доложил о своём прибытии, принцесса велела:

— Отнесите эту кошку в тюрьму. Пусть побудет там, пока не состоится суд по обвинению в убийстве.

Капитан-генерал взял Эврику из рук плачущей Дороти и, отбиваясь от фыркавшей и царапавшей его кошки, отнёс её в тюрьму.

— Что мы будем делать? — вздохнул Страшила. Случившееся повергло в уныние всю компанию.

— Я созову суд в тронном зале в три часа, — ответила Озма. — Я сама буду судьёй, кошку ждёт справедливый приговор.

— И что будет, если она виновата? — спросила Дороти.

— Она умрёт, — ответила принцесса.

— Девять раз, ведь кошки имеют девять жизней? — спросил Страшила.

— Столько, сколько будет необходимо, — отрезала Озма. — Железного Дровосека я попрошу быть защитником. У него доброе сердце, поэтому не сомневаюсь, что он сделает всё возможное, чтобы спасти кошку. Жук-кувыркун будет общественным обвинителем. Он такой учёный, что никто не сможет обмануть его.

— А кто будут присяжные? — спросил Железный Дровосек.

— Эврика — животное, поэтому надо обязательно включить в состав присяжных несколько зверей, — сказала Озма. — Животные лучше поймут друг друга. Суд присяжных будет состоять из Трусливого Льва, Голодного Тигра, Джима Ломового Коня, курицы Биллины, деревянной лошади, а также Страшилы, Волшебника, заводного человека Тик-Тока и Зеба Хагсона. Таким образом, их будет девять, как и требуется по закону. Слушания по делу будут открытыми.

Все разошлись готовиться к этому грустному событию. Как ни суров закон, его надо исполнять — даже в волшебной стране. Но жители Страны Оз так хорошо себя вели, что среди них трудно было найти хоть одного нарушителя порядка. Проходили годы, прежде чем какому-нибудь правителю приходилось устраивать суд над тем, кто посягнул на закон. А убийство считалось здесь самым страшным преступлением.

Поэтому новость об аресте Эврики и предстоящем суде всколыхнула весь Изумрудный город.

Волшебник, вернувшись в свою комнату, крепко задумался. Он не сомневался, что Эврика съела поросёнка. Но Оз прекрасно понимал, что от кошки нельзя требовать всё время вести себя как следует. Самой природой она предназначена для ловли мелких зверьков и даже птиц. Ведь домашние кошки, которых мы держим в своих домах, происходят от диких — очень свирепых существ; они водятся в лесах и джунглях, по берегам рек и болот. Волшебник знал также, что если любимицу Дороти признают виновной и приговорят к смерти, девочка будет глубоко несчастна. Поэтому, хотя Оз скорбел о печальной участи поросёнка, он решил спасти Эврику.

Послав за Железным Дровосеком, Волшебник отвёл его в угол комнаты и зашептал:

— Дружище, ваш долг — защищать белую кошку и попытаться спасти её. Боюсь, однако, что вы потерпите неудачу. Эврика давно хотела съесть поросёнка, я это знаю точно. Мне кажется, она не смогла побороть искушения. Кроме того, её позор и смерть не вернут поросёнка, но сделают несчастной нашу Дороти. Поэтому я собираюсь доказать кошкину невиновность с помощью фокуса.

Он вытащил из кармана одного из оставшихся восьми поросят и продолжил:

— Спрячьте это существо в каком-нибудь укромном месте. Если суд присяжных решит, что Эврика виновна, вы достанете поросёнка и объявите, что это тот самый, который потерялся. Все свинки абсолютно одинаковы, поэтому никто не заподозрит вас. Эта хитрость спасёт Эврике жизнь, а со временем всё уладится.

— Не люблю обманывать друзей, — отвечал Дровосек. — И всё-таки моё доброе сердце говорит мне, что я должен спасти Эврику. Я доверяю своему сердцу, оно никогда не ошибается. Поэтому я сделаю так, как вы сказали, дружище Оз.

Подумав, он спрятал крошечного поросёнка в свою шапку, напоминавшую маслёнку. Надев шапку, Железный Дровосек вернулся к себе, чтобы подготовить речь на суде.

19. Волшебник показывает новый фокус

В три часа тронный зал заполнился народом. Пришли мужчины, женщины и дети — жители Изумрудного города. Всем хотелось стать очевидцами редкого события.

Принцесса Озма в ослепительных одеждах сидела на очаровательном изумрудном троне. В руке она держала драгоценный скипетр, а голову украшала корона. За троном выстроились все двадцать восемь офицеров королевской армии Оз и множество придворных. По правую руку от принцессы сидело разношёрстное жюри присяжных. Там были люди, звери и существа, которых оживили тем или иным волшебным способом. Все они приготовились внимательно слушать. Прямо перед троном в большой клетке поместили кошку. Она рассматривала толпу с подчёркнутым безразличием.

По сигналу Озмы поднялся Жук-кувыркун. Он обратился к присяжным. Его тон был помпезным. Жук важно вышагивал посреди зала, пытаясь придать себе значительный вид.

— Ваше королевское высочество и вы, почтенные граждане! — начал он. — Перед вами кошка, которая обвиняется в том, что она сначала убила, а потом съела пухленького поросёнка нашей дражайшей правительницы, или сперва съела, а потом убила… В любом случае совершено тяжкое преступление, которое заслуживает самого сурового наказания.

— Вы хотите сказать, что моя кошка должна умереть? — спросила Дороти.

— Не перебивайте, девочка, — сказал Жук-кувыркун. — Когда мои мысли в порядке, я не люблю, если кто-то расстраивает их и вносит в них путаницу.

— Если бы ваши мысли были действительно хороши, они никогда бы не путались, — серьёзно заметил Страшила. — Вот мои мысли всегда…

— Кто здесь находится под судом — кошка или мысли? — спросил Жук-кувыркун.

— Вообще-то кошка, — ответил Страшила. — Но из-за вашей манеры ведения дела мы все себя чувствуем под судом.

— Позвольте общественному обвинителю закончить, — вмешалась Озма. — Умоляю, не перебивайте его.

— Преступник, который сидит сейчас перед судом и лижет свои лапки, — продолжал Жук-кувыркун, — давно мечтал в нарушение всех законов полакомиться пухленьким поросёночком, который и ростом-то не больше мыши. Наконец Эврика осуществила злой замысел и удовлетворила свой испорченный аппетит свининой. Мысленным взором я вижу, как она…

— Что-что? — спросил Страшила.

— Я говорю, мысленным взором я вижу, как она…

— У мысли нет взора, — заявил Страшила. — Она слепа.

— Ваше высочество! — закричал Жук-кувыркун, обращаясь к Озме. — Есть у меня мысленный взор или нет?

— Если и есть, то невидимый, — сказала принцесса.

— Чистая правда, ваше высочество, — сказал Жук-кувыркун с поклоном. — Так вот, я говорю, мысленным взором я вижу, как она украдкой ползёт в покои Озмы и прячется там, оставшись никем не замеченной. Принцесса уходит и закрывает за собой дверь. А убийца остаётся один на один с беспомощной жертвой — пухленьким поросёночком. Я вижу, как она набрасывается на невинное создание и проглатывает его…

— И вы всё ещё видите эту картину мысленным взором? — спросил Страшила.

— Конечно. Как ещё я могу это видеть? Только мысленным взором! Так вот, никто из нас не сомневается, что я говорю сущую правду, потому что с тех пор поросёнка нигде не нашли.

— Я полагаю, если бы вместо поросёнка исчез кот, ваш мысленный взор увидел бы, как поросёнок съедает кота, — высказал предположение Страшила.

— Весьма вероятно, — признался Жук-кувыркун. — А сейчас, уважаемые присяжные, заявляю вам, что такое ужасное преступление заслуживает смертной казни. А в отношении свирепого преступника, того, что сидит перед вами и умывает лапкой мордочку, приговор должен быть приведён в исполнение девять раз.

Когда оратор сел, раздалось много аплодисментов. Затем принцесса строго спросила:

— Подсудимая, что вы можете сказать в свою защиту? Вы виновны или невиновны?

— Вот ещё! Это ваше дело — разобраться, виновна я или нет, — отвечала Эврика. — Если вы сможете доказать мою вину, я безропотно приму смерть девять раз. Но мысленный взор — не доказательство. Потому что у Жука-кувыркуна нет такой мысли, которая могла бы видеть на самом деле.

— Ничего, дорогая! — сказала Дороти.

Затем поднялся Железный Дровосек и произнёс речь защитника.

— Глубокоуважаемые присяжные и сердечно любимая принцесса Озма! Умоляю вас не судить Эврику так сурово. Не думаю, что вы признаете виновным невинного. Жестоко называть завтрак убийством. Эврика — любимица нашей прекрасной маленькой Дороти, которой мы все восхищаемся. Кротость и невинность Эврики — её главные добродетели. А теперь взгляните в её умные глазки! — (При этих словах кошка сонно сощурила глаза.) — Полюбуйтесь приветливым выражением лица! — (Эврика зарычала и показала зубы.) — Обратите внимание на мягкие подушечки её нежных лапок! — (Эврика показала острые когти и зацарапала ими по прутьям.) — Может ли такое нежное животное проглотить кого-нибудь? Нет! Тысячу раз — нет!

— Нельзя ли покороче? — прервала красноречие Дровосека Эврика. — Вы говорите слишком долго.

— Но я пытаюсь защитить вас! — возразил Железный Дровосек.

— Тогда говорите по существу, — гнула своё кошка. — Скажите им, что я не так глупа, чтобы съесть поросёнка. Я отлично представляю, какой шум поднимется. Но не пытайтесь представить дело так, что я вообще не могу есть пухленьких свинок. Я бы сделала это, если была бы уверена, что об этом никто не узнает. Представляю, какой он, должно быть, вкусный!

— Возможно, он и вкусный, но не для меня. Мой жестяной организм не рассчитан на приём пищи и у меня нет опыта в таких делах, — заметил Железный Дровосек. — Но я помню, как один наш великий поэт сказал однажды:

Если голод, жажда мучат,

Снятся пища и вода,

Я не знаю счастья лучше,

Чем прекрасная еда!

— Примите это, пожалуйста, в расчёт, мои дорогие присяжные, и тогда вы поймёте, что кошку обвиняют несправедливо, и надо её освободить.

Когда Дровосек сел, никто не похлопал ему. Видимо, его доводы показались неубедительными и мало кто поверил, что Эврика невиновна. Затем присяжные шёпотом посовещались и поручили объявить своё решение Голодному Тигру. Огромный зверь медленно поднялся и сказал:

— У кошек нет совести, поэтому они едят всё, что пожелают. Суд присяжных считает, что белая кошка, известная под именем Эврика, виновна в том, что она съела личного поросёнка принцессы Озмы, и должна быть приговорена к смертной казни.

Решение суда было встречено аплодисментами. Только Дороти опечалилась судьбой своей любимицы. Принцесса уже была готова распорядиться, чтобы Железный Дровосек привёл приговор в исполнение своим топором, как вдруг Ник Лесоруб обратился к ней:

— Ваше высочество! Видите, как легко совершить судебную ошибку! Кошка не могла съесть вашего поросёнка, потому что он — здесь!

Тут Дровосек снял шапку-маслёнку и достал из неё крошечную белую свинку. Он поднял её на ладони вверх, чтобы все могли хорошенько видеть поросёнка.

Счастливая Озма воскликнула:

— Дай мне его сюда, Ник Лесоруб!

Публика пришла в восторг и захлопала

в ладоши, приветствуя избавление кошки от смерти и радуясь, что она невиновна. Взяв свинку на руки и нежно погладив её мягкую шёрстку, принцесса велела:

— Выпустите Эврику из клетки. Она больше не пленница, а наш добрый друг. От имени всех я приношу ей извинения. Где вы нашли свинку, Железный Дровосек?

— В одной из комнат дворца, — ответил тот.

— Правосудие — опасная вещь, — вздохнул Страшила. — Случись так, что поросёнка не нашли, и Эврику наверняка бы казнили.

— Но правосудие в конце концов восторжествовало, — сказала Озма. — Мой любимец здесь, да и Эврика на свободе.

— Я отказываюсь выходить из клетки, — закричала вдруг Эврика пронзительным голоском, — пока Волшебник не покажет фокус с восемью поросятами. Если их окажется семь, тогда в руках принцессы не тот поросёнок, который исчез, а одна из свинок Волшебника.

— Молчи, Эврика! — попробовал остановить её Оз.

— Не делай глупостей, — посоветовал Железный Дровосек кошке, — или тебе придётся пожалеть об этом.

— Поросёнок принцессы носил изумрудный ошейник, — громко объявила Эврика, чтобы все услышали её.

— Действительно! — воскликнула Озма. — Это не тот поросёнок, которого подарил мне Волшебник!

— Конечно, не тот! — заявила Эврика. — Всего у него было девять поросят. Должна сказать, что Волшебник в своё время пожадничал и не позволил мне съесть хотя бы парочку свинок. Ну ладно, сейчас, когда этот глупый суд закончился, я расскажу вам, что на самом деле случилось с вашим ненаглядным поросёнком.

Все сразу притихли, и кошка продолжала спокойным насмешливым голосом:

— Признаюсь, что я собиралась съесть его на завтрак. Пока принцесса одевалась, я прокралась в её покои и спряталась под стулом. Когда Озма уходила, она закрыла дверь. Её любимчик остался на столике. Я выпрыгнула из убежища и, приблизившись к поросёнку, сказала ему, чтобы он не делал глупостей, ибо через полсекунды он окажется в моём желудке. Но кто может поручиться за эти создания! Вместо того чтобы вести себя тихо и позволить мне съесть его со всеми удобствами, он так задрожал от ужаса, что упал в большую вазу, стоявшую на полу. У вазы было очень узкое горлышко. Сначала свинка застряла там. Я уже было схватила её, но она всё-таки протиснулась внутрь и упала на глубокое дно. Думаю, что она там и сейчас.

Все были поражены признанием Эврики. Озма сразу послала офицера за вазой. Когда сосуд принесли, принцесса заглянула в неё и увидела пропавшего поросёнка. Ничего не оставалось, как разбить вазу. Что и проделал своим топором Железный Дровосек, освободив узника.

Народ расходился довольный. Дороти обняла кошку и сказала, что счастлива узнать о её невиновности.

— Но почему же ты всё не рассказала сразу? — спросила девочка.

— Это испортило бы всю забаву, — зевнула кошка.

Озма на радостях простила Волшебника и Железного Дровосека. Вручив Озу его поросёночка, принцесса отправилась со своим любимцем к себе. Суд завершился. Вернувшись в уютные домики, добрые жители Изумрудного города ещё долго обсуждали удивительные события прошедшего дня.

20. Зеб возвращается на ранчо

Эврика сильно удивилась, обнаружив, что впала в немилость. Ведь не съела же она поросёнка! Но жители Страны Оз знали, что она пыталась совершить преступление. Лишь случай помог избежать худшего. Даже Голодный Тигр перестал с ней дружить, а ведь он всё-таки большая кошка. Эврике запретили прогуливаться вокруг дворца, и она была вынуждена всё время проводить в одиночестве в комнате Дороти. Кошка принялась умолять хозяйку отправить её в любое другое место, где она будет чувствовать себя лучше.

Дороти сама подумывала о возвращении домой. Она так соскучилась по тётушке Эм и дядюшке Генри! Поэтому девочка обещала Эврике, что они не пробудут долго в Стране Оз.

На следующий вечер после суда Дороти попросила Озму взглянуть на её волшебную картину. Принцесса охотно согласилась. Они прошли в покои Озмы. Принцесса сказала:

— Загадывай, дорогая, и картина покажет тебе то, что ты пожелаешь.

Дороти подумала о доме. На картине сразу появились тётя Эм и дядя Генри, успевший к тому времени добраться в Канзас. Они были одеты в траур, поскольку решили, что их любимая племянница погибла во время землетрясения.

— Я должна немедленно вернуться домой, — заволновалась девочка.

Зеб тоже захотел домой. Правда, взглянув на картину, он не заметил, чтобы кто-нибудь носил по нему траур. Но вид ранчо Хагсонов вызвал у него огромное желание вернуться.

— Страна Оз прекрасна. Мне очень нравятся её обитатели, — сказал он Дороти. — Но знаешь, кажется, мы с Джимом не очень-то подходим для жизни в волшебных краях. С тех пор как он проиграл гонку, Джим умоляет меня отправить его домой. Если это возможно, мы будем тебе очень признательны.

— Озма легко выполнит наши желания, — ответила Дороти. — Завтра утром я отправлюсь в Канзас, а ты — в Калифорнию.

Последний вечер в кругу друзей был так чудесен, что Зеб запомнил его на всю жизнь. Все, за исключением Эврики, собрались в покоях принцессы. Волшебник показывал новые фокусы. Страшила рассказывал интересные истории. Железный Дровосек спел красивую песню звонким металлическим голосом. Все весело смеялись и хорошо провели время. Дороти завела Тик-Тока. Заводной человек удивил всех: он станцевал джигу! Затем жёлтая курица Биллина поведала неизвестные подробности о своих злоключениях с королём гномов в Стране Эв.

Те, кто имеет привычку кушать, с удовольствием полакомились вкусными напитками и закусками. А когда наступило время сна, друзья разошлись, сказав друг другу немало тёплых слов.

На следующее утро все собрались вместе последний раз. На впечатляющей церемонии прощания присутствовало много офицеров и придворных.

Дороти взяла Эврику на руки и стала прощаться с любимыми друзьями.

— Возвращайся. Мы все будем ждать тебя, — сказал Волшебник, уронив слезу. Девочка обещала вернуться, если найдёт способ это сделать.

— Так не хочется покидать вас. Но я должна помогать дяде Генри и тёте Эм, — добавила она. — Я не могу подолгу отсутствовать на нашей канзасской ферме.

Озма надела магический пояс. Поцеловав Дороти на прощание, она загадала желание, и в тот же миг девочка и кошка исчезли.

— Где они? — спросил Зеб, несколько смущённый столь внезапным исчезновением.

— Обнимает своих дядю и тётю в Канзасе, — улыбнулась Озма.

Затем Зеб вывел Джима, запряжённого в повозку, и уселся на сиденье.

— Я очень признателен вам за вашу доброту, — обратился он к принцессе. — И очень благодарен за то, что вы спасли мне жизнь, так хорошо приняли меня, а теперь любезно возвращаете домой. Я думаю, что Страна Оз — самая лучшая в мире. Но мы с Джимом не волшебные существа и должны жить там, где мы привыкли, — на ранчо. Всем — до свиданья!

…Мальчик вздрогнул и протёр глаза. Джим трусил по хорошо знакомой дороге, шевеля ушами и лениво помахивая хвостом. Впереди маячили ворота ранчо. В них изумлённо застыл со вздетыми к небу руками и широко открытым ртом дядя Хагсон.

— Силы небесные! Да это же Зеб! И Джим вместе с ним! — воскликнул он. — Где тебя носило, парень?

— Ну где, где? Носило, дядя! — рассмеялся Зеб.

Примечания

1

Бушприт — деревянный брус для крепления парусов в носовой части судна. (Примечание переводчика.)

2

Оззи — житель Страны Оз. (Примечание переводчика.)

Content

Лаймен Фрэнк Баум
Дороти и Волшебник в Стране Оз

От автора

1. Землетрясение

2. Стеклянный город

3. Прибытие Волшебника

4. Страна овощных человечков

5. Дороти срывает принцессу

6. Мангабу

7. Путешествие в Чёрной Дыре

8. Долина невидимок

9. Друзья сражаются с медведями-невидимками

10. Человек с косичками

11. Встреча с деревянными гаргойлами

12. Чудесное избавление

13. Логовище дракончиков

14. Озма надевает волшебный пояс

15. Старые друзья встречаются вновь

16. Джим Ломовой Конь

17. Девять крошечных поросят

18. Суд над Эврикой

19. Волшебник показывает новый фокус

20. Зеб возвращается на ранчо

Примечания