Линник Злата

Осторожно, кошки!

Злата Линник

Осторожно, кошки!

© ООО «Астрель-СПб», 2011

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

Эрмитажные кошки настолько интеллигентны…

(Почти по телепередаче)

Сначала мне это казалось очень прикольным. Ну, еще бы – сразу после школы устроился на работу, с учебой завязал насовсем. Вместо всякой алгебры с географией настоящая взрослая жизнь.

Сергеич – наш сосед по квартире – так и сказал: чтобы быть сантехником, никакой особой премудрости не надо. Меня он знает с самых пеленок и потому смело берет своим помощником. Мой предшественник, тот сбежал, потому что был наоборот «шибко умный» и поэтому работать не хотел.

И маме не стыдно будет рассказывать, где я работаю. Все же Эрмитаж – самый крутой музей нашей культурной столицы.

Первое, что бросилось мне в глаза, – здоровенный дорожный знак: «Осторожно, кошки!»

– Это для водителей? – поинтересовался я у охранника.

– И для них тоже, – ответил тот, хитро улыбаясь в пушистые седые усы.

В отделе кадров, да и во всех служебных помещениях внизу каждой двери было вырезано окошко. Как мне объяснили, это для того, чтобы кошки могли в любое время ходить, где им вздумается.

С бабулями-смотрительницами у меня контакта не возникло. Одна прицепилась, что не так одеваюсь, другая – что курю там, где не разрешено. И вообще, зачем травить никотином молодой еще растущий организм… Ну я ей и объяснил культурно, что жизни пускай своего дедулю учит, а я сам давно знаю, что к чему. Бабуля в ответ фыркнула и что-то прошипела насчет современной молодежи, которая вести себя не умеет, а туда же… Я к Сергеичу: чего делать, вконец достали эти кошки облезлые. А тот на секунду протрезвел, оглянулся кругом и серьезно так мне на ухо шепчет:

– Ты с ними поосторожнее. Они не так просты, как прикидываются.

– С кем поосторожней-то? – пошутил я. – С бабулями или с кошками?
Но Сергеич был уже не в состоянии оценить юмор. Да и ворочать языком тоже.

* * *

В тот день мой наставник с самого утра пребывал в состоянии «русская недвижимость». Поэтому лезть в подвал подкручивать краны пришлось именно мне.

Подвалы в Эрмитаже не похожи ни на какие другие, а уж подвалов-то я повидал… Коридоры с низкими сводчатыми потолками, совсем как в ужастике. По стенам тянутся всякие провода, трубы, на каждом углу расставлены мисочки с кошачьим кормом и маленькие такие лежанки.

Одним словом, что требовалось, нашел, подкрутил, присел отдохнуть на лежанку и о бархатную тряпочку, которой она была накрыта, руки вытер. А чего такого, она же все равно ненужная, раз в подвал снесли.

И тут поднимаю голову: прямо надо мной на трубе сидит здоровенный котище тигровой расцветки и смотрит прямо как участковый на алкаша. Мне даже не по себе стало. Я ему:

– Брысь! Иди отсюда, чего уставился?

А кот лениво с трубы спрыгнул, мимо меня прошагал, а потом обернулся и коротко так мявкнул. Прямо как послал, честное слово!

После работы для душевного равновесия пришлось взять бутылку лимонада, а не банку пива как обычно. Почему-то на пиво даже смотреть было неприятно.

* * *

Буквально на следующий день началось такое… Нет, вроде бы все было как всегда, но в то же время я буквально кожей ощущал: за мной постоянно следят. В подвале, в нашей с Сергеичем каморке, на обеде, даже в курилке с меня не спускали глаз. Оборачиваюсь – никого нет, но это не успокаивало, скорее, даже наоборот. На улице и дома это ощущение пропадало, но стоило войти на территорию… Старушки-смотрительницы при виде меня обменивались ехидными взглядами. Особенно когда я на обеде вынул из сумки бутылку кефира.

Хотел как всегда взять пива – расслабиться да выкинуть всю ерунду из головы. Захожу в любимый гастроном, а там посреди прилавка кверху брюхом развалился кот, толстый, как диванная подушка. Достаю деньги, только открыл рот сказать: «Темного», как кот повернулся ко мне, гнусно мявкнул, и тут же у меня под самым ухом прозвучало:

– Даже и не думай!

– Да минералку я, минералку беру, чего пристал?!! – заорал я прямо в усатую морду.

– Вам с газом или без, молодой человек? Барсик у нас умный, сразу покупателя чувствует.

Думаю – все, допился, белку поймал, однозначно. Это что же получается – я алкоголик? Мне еще всего ничего, даже в армии не был. И что теперь – к наркологу идти? Чтобы на учет поставили?! А дома узнают, так вообще мало не покажется…

Целую неделю я героически отказывался от пива, даже в выходные. Думал, к следующему понедельнику все пройдет. Куда там!

Едва я оказался в эрмитажном дворе, как снова ощутил на себе тот же внимательный взгляд. И вдобавок начал все время замечать кошек. Они были повсюду. Увидев кота, растянувшегося на ящике с инструментами, я не особенно удивился. Даже в туалете, подняв голову, я заметил черно-белую кошачью морду, наблюдающую за мной из вентиляционного отверстия.

* * *

Но это было только начало. Наступили выходные. Я с удивлением поймал себя на мысли, что чего-то сильно не хватает. И с еще большим удивлением понял, чего. Мне не хватало постоянного присутствия кошек. Точнее, я был уверен, что они все равно здесь, но почему-то не желают показываться. По несколько раз я заглянул во все шкафы, открыл и закрыл ящики комода, вдоль и поперек обшарил кладовку. Где же они, в самом деле, спрятались? Кошки, ну вылезайте же, имейте совесть!

Успокоился, лишь когда вышел на лестницу покурить и увидел на площадке серого полосатого мышелова «магазинной» породы. Кот молча уставился на меня громадными янтарно-желтыми глазами. Скажу честно, я не выдержал:

– Наконец-то! А я уже волноваться начал, куда вы все подевались? Может, хоть ты объяснишь, чего вы в самом деле ко мне привязались? Ну, что вам от меня надо?! Я же никому из вас ничего плохого не сделал, даже в детстве котенка с улицы принес… Ну, ответь, я же вижу, что ты меня понимаешь…

Но тут где-то наверху с душераздирающим скрипом открылась дверь, и послышался женский голос:

– Васенька, ты где? Кис-кис, иди домой!

Кот лениво поднялся и не торопясь двинулся на зов, при этом пройдя мне прямо по ногам.

Я расстроился даже больше, чем когда в седьмом классе мне не дали ответить прекрасно выученную теорему, больше, чем когда «Зенит» почти что вчистую продул «Осеру» и вылетел из Лиги чемпионов…

Выбросив только что зажженную сигарету, я потащился назад. У самой двери квартиры чуть не налетел на Сергеича. Глядя на меня, тот сочувственно покачал головой.

– Ты, парень, поосторожнее с выпивкой, что ли… А то будет как с тем…

* * *

Промучившись еще какое-то время, я пришел к выводу: у меня определенно съехала крыша. Но сдаваться врачам, чтобы те сразу же упекли в психушку?! А уж стоит им узнать про моего отца, который в пьяном виде передачи из космоса ловил…

Поэтому я решил никому ничего не говорить и даже не подавать вида. Не буду обращать внимания на этих кошек, пусть хоть из шкуры вон вылезут. К тому же, если разобраться, все не так плохо. Вот если бы я, например, зеленых чертиков видел, тогда было бы и в самом деле туши свет…

Поэтому я не особенно и удивился, услышав голоса. Точнее, голос был один – хорошо поставленный голос женщины-экскурсовода.

– Перед вами картина Рембранта «Возвращение блудного сына». Сюжетом для нее послужила библейская легенда…

Я оглянулся по сторонам. В зале никого, если не считать бабули-смотрительницы, дремлющей над своей сумочкой. А впрочем, нет… На подоконнике, почти спрятавшись за занавеской, неподвижно сидела миниатюрная черно-белая кошечка и не сводила с меня глаз. Я вопросительно уставился на нее.

– Это ты что ли говоришь?

Кошечка раздраженно дернула хвостом, будто требуя не перебивать, и продолжила:

– Обратите внимание на руки старика – одна из них мужская, другая женская. Это символизирует бога-отца, который является верующим и отцом, и матерью одновременно…

Я стоял будто приклеенный к месту и слушал. Потом все же опомнился. Вдруг смотрительница подумает, что я с головой не дружу? Бросив взгляд в угол, я моментально понял, что «хранительница сумочки» уже в курсе происходящего. Глядя мимо меня, она кому-то кивнула, одобрительно улыбаясь. Но там, куда она смотрела, была только кошка…

Следующую попытку я пресек в самом начале. Едва трехцветная кошка начала пачкать мне мозги ранними импрессионистами, я высказал ей все, что накопилось:

– Ну, хватит уже, в самом деле! Я этой учебой еще в школе наелся, понятно?! Я вам не интеллигент, я нормальный сантехник, и меня это устраивает. Больше на ваши штучки не поведусь, можешь и другим сказать!

– Вот один такой неуч загадку Сфинкса не разгадал, его и съели, – мурлыкнула в ответ пушистая вредина.

– Какого еще сфинкса? Который на набережной?

– Времени нет с тобой разговаривать. Иди, в египетском зале расспроси. Только повежливей там, они грубиянов не любят.

Делать нечего, забил на работу и потащился в египетский зал. И с кем там разговаривать – ни одной кошки! И по дороге никто из них не встретился – обиделись, что ли?

С горя попытался выйти на контакт с теми, кто находился в витринах и упорно косил под экспонаты.

– Ну что они ко мне привязались, хоть кто-нибудь ответит, наконец? Вот ты, сушеный, завязывай дрыхнуть и скажи мне по-человечески, чего они от меня хотят? Или ты, девушка с кошачьей головой…

– Этот зал на многих так действует.

Когда она успела подойти? Смотрительница, женщина в годах, но такую даже язык не повернется назвать старушкой. Осанка как у королевы или директора школы, волосы собраны в клубок, отливающий стальным блеском… Это что же получается – она слышала все, что я тут несу? Ой, блин, мамочки!

– Вижу, культура Древнего Египта произвела на вас впечатление. Но без знакомства с литературными источниками понять ее будет нелегко. Я бы посоветовала вам начать с самых азов. Эту книжку мы обычно рекомендуем детям, здесь все изложено простым и понятным языком.

Я машинально взглянул на затрепанный томик, как по волшебству появившийся у нее в руке. В самом деле, такой мы гоняли на перемене по коридорам в футбол. Маму тогда к директору вызвали…

– Спасибо. А про сфинкса там есть?

Но никакой смотрительницы рядом уже не было. Только в дверях мелькнула еле заметная кошачья тень.

* * *

– Ты бы от книжки хоть иногда отрывался, что ли! Вот один такой читал-читал, а потом высох, так что и смотреть страшно!

– Мам, у меня завтра экзамен, а если ты про жреца Па Ди Иста, он высох вовсе не от книг. Тем более что тогда писали на папирусах, а для повседневных записей использовали глиняные таблички…

– А эти импре… эти художники тебе зачем?

– Я пишу реферат по ранним импрессионистам. На самом деле ничего сложного. Они писали картины, руководствуясь первым впечатлением. Отсюда и название, от французского слова «импресьон», которое переводится как «впечатление».

– Умный-то какой сынок стал, прямо как подменили. Вот что значит – в Эрмитаже работает, самом главном музее. В пресс-отделе, да еще и на экскурсовода учится.

– У вас, говорят, котик появился?
– Сынок из Эрмитажа принес, говорит, там некоторых в хорошие руки отдавали. Вот не поверите – смотрит, будто все понимает. Ковер у нас висел, кот его увидел и сразу шипеть, а потом еще и когтями подрать норовил. И знаете, что оказалось – ковер ему не понравился, у эрмитажных котов вкус с рождения воспитан. Сняли ковер – и правда лучше стало, а когда сын вместо него картину повесил, так теперь просто ума не приложу, как я раньше могла на этих лебедей смотреть…

* * *

И чего мама, спрашивается, находит в этом удивительного? Хороший вкус – это как дышать чистым воздухом. Просто и естественно.

Вышел вчера на лестницу. Смотрю, идет Славик со второго этажа, мы с ним в младших классах вместе в авиамодельный ходили. Да он и вообще нормальный был. А тут весь в побрякушках и пирсинге – это еще понятно, взросление и все такое. Сигарета – ну тоже… Я-то курить бросил, не то чтобы кто-то мне запрещал, просто Антик от табачного дыма всегда чихает и смотрит на меня, будто я кубизм с ранним классицизмом перепутал. Но сейчас вообще-то день будний, в школе еще уроки идут…

– Забил я на эту школу, – отвечает Славик. – Егу только спихну, чтобы предки не цеплялись, и начну самостоятельную жизнь.

– В смысле – работать пойдешь, чтобы ни от кого не зависеть?

– Не, буду в группе играть, бас-гитаристом. Концерты, гастроли – вот это жизнь!

Как все, оказывается, запущено! Советы в такой ситуации давать бесполезно, по себе знаю, но не бросать же на произвол судьбы парня? Кое-кому и эта задача под силу, но согласится ли?

Только пришел на работу, а прямо на моем столе возле клавиатуры кошечка, та самая, из зала Рембрандта. Сидит и лапки вылизывает. Глянула многозначительно. Я уж решил, что снова учить будет, а Саския со стола спрыгнула и не торопясь направилась к двери. Хвост подняла и важно так шествует, будто ей международную премию вручили. Да еще и оглядывается, типа: не отставай.

Я за это время уже привык, что эрмитажные кошки все понимают и всех насквозь видят. Поэтому особенно не удивился, когда она привела меня к кабинету Арины Карловны, главного кошачьего куратора. И рядом на доске объявление: «Отдаем котят в хорошие руки, предпочтение сотрудникам Эрмитажа».

Захожу, а Саския уже там, разгуливает по спинке вольтеровского кресла и, спорить готов, что-то хозяйке кабинета на ухо намурлыкивает. Меня без лишних слов представили котятам, которые согласны покинуть Эрмитаж и отправиться на новое место жительства. Увидел этого котишку-подростка и сразу понял – вот тот, кто Славику мозги вправит.

– Верно, – слышу. – Я из малахитового зала, все сказки Бажова с рождения наизусть знаю. А сказки, они не просто так писаны…

Принес я Малахитика тете Люде, маме Славика. А то она до сих пор расстраивалась, что у них Фантик летом сбежал.

– Славика-то соседского как подменили, – сказала мне мама через несколько дней. – То целыми днями сидел, гитару мучил, никому житья не было. А теперь за ум взялся, от учебников головы не поднимает. Да и сама Люда, столько лет дальше булочной не ходила, а тут вдруг абонемент на экскурсии взяла. Говорит, стыдно жить здесь столько лет и города не знать… Кстати, сынок, не пойти ли нам на этих выходных в Филармонию? Там сейчас международный фестиваль виолончелистов.

А еще пару недель спустя заходит ко мне Славик с гитарой. Вроде на нем тот же молодежный прикид, а всё как-то теперь стильно, любая побрякушка в тему и к месту. Хотя лично я этому не удивился: эрмитажные кошки и безвкусица – две вещи несовместные. Но от его первых же слов я просто обомлел.

– Послушай, что я сочинил. Малахитовый блюз. Сам не знаю, откуда он у меня в голове взялся…

Одно только жалко – эрмитажных кошек удивить не получилось. Они, оказывается, уже в курсе дела. Можно подумать, у них телепатическая связь или коллективный разум.

Заскочил перед работой в продуктовый магазинчик на углу. Нет, никакого пива, я там кефир и бублики беру на обед.

Барсик уже на рабочем месте – развалился поперек витрины табачных изделий и транслирует в пространство лекцию о вреде курения. Вот кого я точно удивлю!

– Как там Малахитик? Справляется? – сощурил на меня зеленые глазищи пушистый воспитатель. – Семейство не из легких, да и наша молодежь нынче не та пошла. Раньше без экзаменов из Эрмитажа не выпускали. История искусств, этикет, логика…

– Подожди, так что же получается, ты тоже из них?.. А как же ты здесь, в такой примитивной обстановке?

– У каждого своя служба…

В другой раз захожу в парадную, смотрю – Барсик на подоконнике солнечный зайчик ловит.

– Привет! Развлекаешься?

– Будет время, загляни на выставку стальных бриллиантов, вот где солнечные зайчики!

* * *

…Петрович, еле держащийся на ногах, стоял напротив одного из домов, построенных в псевдостаринном стиле. Вид дома вызывал у него сильнейшее возмущение:

– Вы только посмотрите, что они натворили! – вещал он, для убедительности размахивая рукой с зажатой в ней пивной бутылкой. – По всем архитектурным канонам здесь должны быть колонны ионического ордера. А они зачем-то дорический всобачили! Он же здесь ни пришей, ни пристегни. Это даже кошке понятно!

Content

Линник Злата Осторожно, кошки!

Злата Линник Осторожно, кошки!