Евгений Гаглоев

Трианон

…Исследовать непознанное – в природе человека. На протяжении тысячелетий Зерцалия манила чернокнижников, алхимиков и просто отчаянных смельчаков, искателей приключений как источник невероятных знаний, сверхъестественных сил и могущества, обитель невиданных существ, кладезь несметных сокровищ и страшных тайн. Многие пытались найти дорогу в этот загадочный мир, но удавалось это лишь единицам.

В далеком детстве дядька рассказывал мне о своих путешествиях в таинственный Тибет, на горных склонах которого с незапамятных времен стоят странные сооружения из выпуклых и плоских камней, прозванных зеркалами. Возле них с путниками происходят странные вещи: они видят галлюцинации, им являются призраки, и они даже переносятся в незнакомые места. Дядька утверждал, что в древности жители Тибета могли при помощи этих зеркал управлять временем, изменять пространство, переходить в другие миры. Я всегда считал это вымыслом, красивой сказкой до тех пор, пока не увидел воочию чудесную машину Калиостро. Лишь ему одному оказалось под силу воссоздать по старинным чертежам зеркальный механизм, и я счастлив, что ключ к этому фантастическому устройству хранился именно в нашей семье.

Но получить ключ не главное. Зерцалия открывается лишь людям с чистыми помыслами и твердыми духом. Смею надеяться, что я отношусь к их числу. Родные и друзья уверяют меня, что попытки проникнуть в зазеркальный мир могут дорого мне стоить, но я ничего не могу с собой поделать. Ведь этот таинственный мир не отпускает меня даже во сне.

Возможно, это и рискованно… Но ни один исследователь не может избежать риска. Я попаду туда, чего бы мне это ни стоило, и этот день станет счастливейшим в моей жизни!

Из дневника графа Александра Державина

Глава первая

Призма из черного хрусталя

По одной из узких улочек старой части города, аккуратно объезжая ямы и трещины в старом асфальте, скользил роскошный черный лимузин. Тусклый желтый свет редких уличных фонарей отражался в его отполированных до зеркального блеска боках, на которых неизвестный художник довольно искусно изобразил двух красных драконов из восточной мифологии, которые, извиваясь кольцами, скалили острые зубы и изрыгали языки пламени. Такие машины никогда не появлялись в этих кварталах. Немудрено, что стайки местных хулиганов, болтающихся у обшарпанных подъездов, с раскрытыми ртами наблюдали за лимузином.

– Ну и дыра! – презрительно поджав губы, произнес человек, сидящий в глубине машины. – Старая ведьма не могла найти место получше для своего салона?

– Не так уж она и стара, – возразила его спутница.

– Но все равно ведьма! В Клубе Калиостро других никогда не держали!

– Однако она наверняка хотела скрыться от других членов Клуба. И ей это удалось. Никто из тех напыщенных снобов никогда не сунется в такой район. И салон Феофании не привлечет к себе излишнего внимания.

Мужчина промолчал. Его звали Иннокентий Бест, то есть именно это имя писали на его афишах. Лет тридцати, довольно привлекательной наружности, он пользовался славой знаменитого фокусника. У него был собственный развлекательный клуб в центре мегаполиса, где выступали самые известные иллюзионисты современности. Клуб назывался «Красный дракон», и почти каждое его мероприятие становилось громким событием в светской жизни города. На Бесте был дорогой черный смокинг с алой розой на лацкане. Иссиня-черные, зачесанные назад волосы открывали широкий гладкий лоб, колючий взгляд темных глаз, казалось, пронизывал собеседника насквозь. Сидевшая рядом с ним женщина выглядела не менее экстравагантно. Молодая, с яркой восточной внешностью, с густыми длинными черными волосами, она уже несколько лет работала у Иннокентия, исполняя обязанности его ассистентки при выступлениях, личного секретаря и телохранителя в одном лице. Все звали ее Шахиня, а настоящего имени не знал никто из сотрудников Клуба. Было ли это прозвище или титул, доставшийся ей по наследству, – никто особо не интересовался. Расспрашивать ее о прошлом даже не приходило в голову – ассистентка Беста имела репутацию весьма опасной женщины. Волосы Шахиня обычно стягивала в длинный хвост на затылке. В ушах ее сверкали золотые змеи, свернувшиеся кольцами, на груди красовалось массивное ожерелье, затейливо свитое из множества длинных золотых нитей.

Вот уже полчаса они искали нужный дом, вглядываясь в номера серых однообразных строений. Как может выглядеть гадальный салон, недавно открытый в таком районе? И кто является клиентами этого салона? Местные оборванцы, которых могло интересовать лишь одно: когда их арестуют и какой срок дадут? Вскоре Бест заметил небольшую вывеску на обшарпанном фасаде одного из домов. Неоновые огни не горели, часть букв и вовсе отсутствовала, но все же разобрать надпись «Ма ический с лон мадам Фе фании» в свете ближайшего фонаря не составило большого труда.

– Это здесь! – воскликнул Иннокентий.

Водитель молча кивнул, и машина остановилась у обочины. Иннокентий и Шахиня вышли из лимузина.

Салон Феофании занимал весь первый этаж старинного пятиэтажного строения с большими мутными окнами и потрескавшимися стенами. Магический салон был одновременно и небольшим магазинчиком, в котором продавались различные оккультные предметы. По обе стороны от двери тянулись высокие тусклые витрины, забранные стальными решетками. Несмотря на поздний час, на двери висела табличка с надписью: «Открыто».

Они вошли и оказались в сумрачном помещении с низким потолком. Стеллажи и стеклянные шкафы с товарами, расставленные по залу, образовывали настоящий лабиринт с узкими проходами, в котором запросто можно было заблудиться.

Мадам Феофания торговала самыми разнообразными колдовскими атрибутами. Изваяния диковинных монстров, черные свечи, серебряная, фаянсовая и деревянная посуда для различных ритуалов, кристаллы и жемчужины разных оттенков, – полки ломились от разнообразных товаров. Порошки и зелья хранились в отдельных застекленных шкафчиках. С потолка магазина свисали многочисленные пучки сушеных трав и чучела летучих мышей с распростертыми крыльями.

– Любопытное местечко, – оглядевшись, проговорил Иннокентий. – А ты еще говоришь, что она не ведьма!

Вскоре перед Бестом и Шахиней появилась невысокая женщина лет сорока в просторном балахоне до пола. Черные с проседью волосы падали ей на плечи, а в ушах, на груди и на запястьях блестели массивные украшения из золота и серебра. В руке она сжимала длинную черную трость, но не опиралась на нее при ходьбе – скорее, эта палка, напоминающая посох колдуньи из сказки, являлась частью ее образа.

– Что привело вас в мой салон? – сухо спросила она.

– Полагаю, мадам Феофания? – уточнил Бест.

– К чему эти игры, Иннокентий? Я сразу узнала тебя, как и ты узнал меня!

– Рад, что ты следишь за моими успехами. – Бест снова огляделся и покачал головой. – Видно, о «Красном драконе» знают даже в этих трущобах.

– Какие еще успехи? Все дело в твоей пижонской машине! – кивнула в сторону витрин Феофания. – Красные драконы на черном поле! Это ведь элементы графского герба твоей семьи! Как ты отыскал меня?

– Всего лишь немного пораскинул мозгами. – Иннокентий указательным пальцем постучал по лбу. – Куда могла податься потомственная гадалка и пророчица из Клуба Калиостро? Конечно, открыть собственный салон! Ну а какой псевдоним могла себе выбрать наследница графского рода Феофановых? Естественно, Феофания! Ну и местечко же ты выбрала! Соседи не докучают?

Феофания с кривой ухмылкой переложила трость из руки в руку. Иннокентий только теперь разглядел, что это настоящий, почти метровый скипетр из черного металла, покрытый изящной резьбой и рунами.

– О, скипетр Макропулоса! – уважительно произнес он.

– В случае чего я смогу за себя постоять.

– Что это? – нахмурилась Шахиня. – У меня мурашки бегут по коже при виде этой штуковины.

– Немудрено, – ответил Бест, не сводя глаз со скипетра. – Оружие медиумов и заклинателей духов, отлитое из стали и серебра по особой технологии. В Средние века его придумал Макропулос, хорошо известный в определенных кругах греческий чернокнижник. Такие вещицы очень редко можно увидеть в наше время.

– Подобные скипетры еще хранятся у членов некоторых семейств Клуба Калиостро, – с гордостью произнесла Феофания.

– Бьюсь об заклад, никто из твоих прежних знакомых здесь ни разу не бывал! – миролюбиво улыбнулся Бест. – И даже не догадывается, кто скрывается под именем Феофания.

– И я рада этому, – хмуро заметила гадалка. – Клуб уже не тот, что прежде. А что до псевдонима… Кто бы говорил! Иннокентий Бест! Чем тебе не угодила фамилия твоего отца – Бестужев?

– Ну, – Иннокентий смущенно усмехнулся, – все-таки Бест звучит лучше и загадочнее! Чем не фамилия для знаменитого мага и кудесника?

– Маг и кудесник? – Феофания презрительно скривилась. – Твой отец рассказывал мне о твоих салонных фокусах! Тебе не красивая фамилия нужна. Ты просто не хочешь, чтобы кто-нибудь узнал о твоем прошлом! До того как тебя арестовали за кражи в ювелирных магазинах десять лет назад, ты обходился без звучного псевдонима!

Благодушие Иннокентия сразу словно ветром сдуло. Шахиня молча улыбнулась. Она прекрасно знала о прежних криминальных авантюрах своего шефа, ведь они познакомились вскоре после того, как тот вышел из тюрьмы. Прежде чем стать знаменитым иллюзионистом, Иннокентий Бестужев имел совершенно другую славу – первоклассного взломщика и грабителя банков.

– Довольно! – резко сказал Бест. – Всем нам есть что скрывать. Если бы не необходимость, я никогда не приехал бы в эти трущобы.

– Так говори, что тебе нужно, и поскорее покончим с этим! – заявила Феофания.

– Мой отец исчез несколько недель назад!

Какое-то время женщина продолжала стоять с той же надменной полуулыбкой на лице. Но когда смысл услышанного дошел до нее, Феофания не на шутку встревожилась.

– Как исчез? – воскликнула она.

– В ночь лунного затмения он в последний раз говорил со мной по телефону. А после этого его уже никто не видел! Ты наверняка слышала о событиях той ночи. О гигантском псе, об ограблении Дома вина, о даме со стеклянной косой. Желтая пресса подняла вокруг этого настоящую шумиху. Боюсь, мой отец оказался причастен к тем происшествиям.

– Ты обращался в полицию?

Иннокентий недовольно поморщился:

– А чем они смогут мне помочь? К тому же с моим прошлым… Сама знаешь, мне лучше не связываться с правоохранительными органами. Да и кто поверит, если я начну рассказывать о том, чем занимался мой отец в последние годы?

Феофания понимающе кивнула.

– Верно. У Ипполита были очень необычные интересы…

– Поиски машины Калиостро и прохода на ту сторону зеркала! – Иннокентий сжал кулаки. – В легендарную Зерцалию! Сколько раз я говорил ему, чтобы он оставил эту глупую затею! Однако он меня и слушать не хотел. И вот теперь он пропал без вести. Совсем как Назаров и Державин много лет назад!

– Ни один из искателей пути в Зерцалию хорошо не кончил, – согласилась Феофания. – Лишь князю Поплавскому хватило здравого ума вовремя остановиться. Но при чем здесь я?

– Я точно знаю, что мой отец встречался с тобой незадолго до своего исчезновения. Зачем он приходил сюда?

Феофания изумленно вскинула брови.

– О чем ты говоришь? – воскликнула она. – Я не видела твоего отца несколько месяцев. Как ты сам изволил выразиться, никто бы из знакомых по Клубу и носа сюда не сунул!

– Но только не мой папаша! Уж я-то его знаю. Если он что-то вобьет себе в голову, то ни перед чем не остановится! Он приходил сюда и говорил с тобой!

– Нет!

Иннокентий злобно нахмурился.

– Не шути со мной, Феофания! – угрожающе произнес он. – О чем вы с ним беседовали?

– Повторяю, он никогда…

Властным жестом Иннокентий заставил ее замолчать. Затем извлек из кармана смокинга небольшой диктофон.

– Узнаешь эту вещицу? – спросил он. – Она много лет принадлежала моему отцу. Он имел обыкновение записывать свои планы и просто разные мысли, чтоб не забыть. В ночь затмения он звонил мне из театра «Иллюзион» и сообщил, что поиски, которые он вел столько времени, уже почти закончены. Именно тогда я слышал его голос в последний раз. Позже, когда я начал искать отца, первым делом я пришел в эту державинскую развалюху. В помещении театра никого не оказалось, и мне не мешали. Я обнаружил диктофон в разгромленном кабинете, некогда принадлежавшем Александру Державину. Больше никаких следов отца мне пока найти не удалось. Я прослушал все записи, что хранятся в памяти этого устройства, и одна из них меня особенно заинтересовала!

Он нажал кнопку воспроизведения.

– Феофанова ни за что не хочет мне помочь! – послышался раздосадованный голос Ипполита Германовича. – Я точно знаю, что Трианон все эти годы хранился у членов ее семьи, но она упорно в этом не признается. Нужно найти способ… Заставить ее провести ритуал! И тогда я смогу получить ответы…

На этом запись обрывалась. Иннокентий торжествующе взглянул на Феофанию. Гадалка с взволнованным видом кусала губы. Казалось, она была в замешательстве.

– Так как, ты поможешь мне или нет? – спросил Иннокентий. – О каком Трианоне идет речь?

– Ты сам признал, что твой отец спятил на старости лет.

– Но он приходил сюда! Что за вещь в твоем магазине так интересовала его?

Иннокентий огляделся среди темных стеллажей и шкафов.

– Что из себя представляет этот Трианон?

– Я сказала тогда Ипполиту и то же самое скажу тебе: понятия не имею, о чем речь! Я никогда не слышала этого названия.

– Ты лжешь, – спокойно произнес Иннокентий. – И я это вижу. Это не шутки, Феофания. Я все отдам, чтобы найти отца. А если его поиски и в самом деле увенчались успехом, то у меня будет доступ к зеркальной машине и другим секретам Калиостро. И я сумею ими воспользоваться наилучшим образом, будь уверена. А сейчас выходит, что между мной и моей целью стоишь ты! Думаешь, я не сумею заставить тебя говорить?

– Много берешь на себя, Бестужев, – сказала Феофания. – Будет лучше, если вы сейчас же уберетесь из моего салона.

– Мы не уйдем, пока ты не ответишь на мои вопросы!

– Тогда я заставлю вас уйти!

Феофания вскинула скипетр Макропулоса и повернула его массивную резную рукоятку. Из основания скипетра с сухим щелчком вылетело длинное сверкающее лезвие. Бест и Шахиня, потрясенные, замерли. Гадалка направила острие скипетра, ставшего почти вдвое длиннее, в сторону Иннокентия.

– Ты еще не знаешь, с кем связался, сопляк! – процедила она сквозь зубы. – Думаешь, мы все эти годы в Клубе Калиостро в бирюльки играли? Проваливайте, пока целы!

Бест молча кивнул Шахине. Та сунула руку за спину и извлекла из-за пояса небольшой пистолет. Феофания спокойно посмотрела на направленный ей прямо в лицо ствол.

– Мы были готовы к подобному приему, – улыбнулся Иннокентий. – И ты ошибаешься, ведьма! Я прекрасно знаю, чего ожидать от членов Клуба Калиостро!

– Говори! – прошипела Шахиня. – Или больше никогда и никому не сможешь ничего сказать!

Бест тем временем приблизился к входной двери салона и перевернул висящую на ней табличку с надписью «Закрыто» наружу.

– Не дури, Бестужев! – прикрикнула на него Феофания. – Ты вор. Какой из тебя убийца!

– Откуда ты знаешь? – насмешливо спросил Иннокентий. – А как, ты думаешь, я добился своей известности и популярности? Иногда приходилось и по головам идти. Не забывай, ведь мы с тобой члены одного Клуба!

– Значит, сегодня в Клубе станет одним членом меньше! – бросила Феофания.

Сияющая полоса клинка резко метнулась в сторону Шахини.

Помощница Беста среагировала мгновенно. Она отклонилась в сторону, и острие проскользнуло у ее левой щеки. Стальной клинок с грохотом разнес стеклянную витрину за спиной Шахини, осыпав обоих посетителей стеклянным дождем.

Шахиня с перекошенным от злости лицом прицелилась в голову противницы.

– Не смей! – крикнул ей Бест. – Она нужна мне живой!

Его телохранительница отвела пистолет в сторону.

Грохнул выстрел. Черная трость со смертоносным лезвием вылетела из рук хозяйки салона и покатилась в угол, а Феофания, вскрикнув, схватилась за кисть руки.

– Ладно! – выкрикнула она. – Твоя взяла! Я расскажу обо всем, что знаю. Но как бы вам потом не пожалеть об этом!

– Говори! – приказал Иннокентий.

– У меня действительно хранится Трианон! – нехотя произнесла гадалка. – Вернее, то, что от него осталось.

– И где же он?

– Прямо здесь… В подвале. – Феофания кивнула в сторону задней двери. – Я никому не показывала его много лет. Твой отец пытался найти его, но я солгала ему. Сказала, что Трианон давно утерян. С его-то рвением и страстным желанием отыскать портал в Зерцалию он мог натворить немало бед!

– Покажи мне его! – оживился Иннокентий. – Я совсем не похож на моего отца.

– Что-то сильно в этом сомневаюсь!

– На самом деле мне не так уж и нужна эта Зерцалия. А вот возможность проходить сквозь зеркала дорогого стоит! Этот самый Трианон может мне в этом помочь? Наверняка может.

– А ты знаешь историю этого артефакта? – прищурилась Феофания. – Этот предмет из разряда тех вещей, хранить которые не стоит, а выбрасывать – обойдется себе дороже!

– До всей этой истории я не слышал о нем, – признался фокусник. – Но мой отец отчего-то очень хотел его заполучить. А значит, он и мне пригодится!

Феофания тяжело вздохнула.

– Трианон – магический артефакт неимоверной мощности, созданный придворными чернокнижниками Марии Антуанетты, обезглавленной французской королевы! Он и название свое получил в честь ее дворца в Версале. Это высокая призма из черных зеркал, внутри которой скрыт замысловатый шестеренчатый механизм и оптические элементы из чистейших алмазов. Историю изучали? Если вкратце, существует одна старинная легенда о так и не раскрытом заговоре, в котором была замешана королева, кардинал и сам Калиостро. История о похищенном бриллиантовом ожерелье. Вора так и не нашли, но именно тогда Мария Антуанетта подарила Калиостро Трианон. Многие посчитали, что этот артефакт послужил ему платой за молчание. А в оптике его механизма использованы бриллианты из пропавшего ожерелья.

– Интригующе, – улыбнулся Бест. – Надо будет узнать подробности этой истории. Но для чего он создан?

– С помощью зеркал Трианона можно установить контакт с потусторонним миром. – Гадалка тщательно подбирала слова. – А можно и вызвать кого-то с той стороны! Но Трианон разобран. Сейчас он просто не сработает.

– Разобран? – Иннокентий нахмурился. – Кому понадобилось разбирать такую уникальную вещь?

– В последний раз им пользовались в доме Башаровых, князей, состоящих в Клубе Калиостро. Знаешь, чем все закончилось? Сильным пожаром, в котором погибли почти все обитатели особняка и их гости.

Шахиня подозрительно прищурилась.

– И что там произошло? – спросила она.

– Не знаю, – развела руками Феофания. – Они пытались вызвать кого-то с той стороны, да, видно, что-то пошло не так. Особняк Башаровых рухнул, обломки сгорели дотла, но Трианон уцелел. Вернее, уцелело лишь одно, главное зеркало. Два других бесследно исчезли! Говорят, его зеркала сделаны не из стекла, а из особого черного хрусталя. После той ужасной ночи члены Клуба Калиостро поняли, что Трианон представляет серьезную опасность. Оставшееся зеркало пытались уничтожить, но никакая сила не могла разбить магическое стекло. Тогда его просто спрятали подальше с глаз.

– Покажи мне его! – потребовал Иннокентий. – Я должен узнать, почему мой отец так хотел его найти!

– Пойдем. – Феофания, подобрав с пола скипетр и опираясь на него, направилась к задней двери торгового зала и поманила его за собой. – Раз уж ты так настаиваешь!

Они вышли в подсобные помещения магического салона, лабиринтом узких коридоров добрались до дальнего конца здания, и Феофания толкнула перед собой темную деревянную дверь. За порогом начиналась железная винтовая лестница, уходящая вниз, в темноту.

– Так с помощью Трианона можно вызвать кого-то из Зерцалии. А нельзя ли, используя его, проникнуть туда самому? – спросил Иннокентий.

– О таком я не слышала.

– Для чего тогда он понадобился моему отцу?

– Ипполит не посвятил меня в свои планы. Поэтому и я отказалась помогать ему, – ответила Феофания, нащупывая на сырой стене выключатель. – Слишком много бед происходит из-за слепой уверенности некоторых глупцов в собственных силах!

Она повернула ручку, и подвал озарился тусклым желтым светом.

Женщина начала спускаться по лестнице, придерживая подол своего балахона. Иннокентий и Шахиня двигались следом. Ассистентка фокусника по-прежнему сжимала в руке пистолет.

– Он хотел попасть по ту сторону зеркала, – задумчиво произнес Иннокентий. – Путешествовать, изучать другие миры…

– Вот уж нет! – жестко ответила Феофания. – Не знаю, что уж его там манило, но только не романтика дальних странствий! Зная Бестужева, могу предположить, что его интересовала лишь нажива!

– Возможно, – улыбнулся Иннокентий. – Вот в этом мы с папашей действительно похожи!

Они спустились еще в один подземный коридор, и тот привел их в большой круглый зал, потолок которого поддерживали массивные каменные колонны. В центре зала возвышалось что-то громоздкое, накрытое брезентом. Вокруг на полу белым мелом были начертаны многочисленные линии, письмена и символы. Присмотревшись, Иннокентий и Шахиня поняли, что на полу круглого зала выведена гигантская пентаграмма, в середине которой и стояло нечто, скрытое грубой тканью. Под сводчатым потолком тянулись ржавые водопроводные трубы и переплетения электрических кабелей.

– Это и есть Трианон? – тихо спросил Иннокентий.

Феофания молча кивнула.

Бест приблизился к Трианону, схватился за край полотнища и одним рывком сдернул его на пол. Брезент упал, подняв целое облако пыли.

Фокусник не сдержал восхищенного возгласа. Феофания же смотрела на Трианон с явным омерзением. Шахиня поежилась.

Предмет в центре зала действительно выглядел жутковато, но в то же время от него нельзя было оторвать взгляд. Перед ними стоял трехгранный столб высотой около двух с половиной метров, в своем роде треугольная призма, по всем сторонам которой когда-то были черные зеркала. Ныне же на своем месте находилось только одно, около восьмидесяти сантиметров шириной. Двух других не было. Создатели Трианона изготовили для него массивную раму из черного хрусталя, богато украшенную узорами и испещренную загадочными символами. По всей высоте артефакта извивались черные змеи, топорщили крылья летучие мыши, скалили зубы миниатюрные человеческие черепа. Трианон стоял на трех ножках, сделанных в форме когтистых птичьих лап. Казалось, хрустальные когти впиваются прямо в пол. От этого магического предмета так и веяло злобой и ненавистью, и опасность, исходившая от него, ощущалась даже кожей. Сквозь проемы на месте отсутствовавших зеркал виднелись черные шестерни и пружины какого-то механизма. Судя по ним, зеркала Трианона могли выдвигаться из корпуса и вращаться вокруг собственной оси.

Последнее оставшееся черное зеркало покрывал толстый слой пыли, но даже сквозь него было видно, что это не обычное стекло. За прозрачной поверхностью клубилась тьма! Густые клубы черного дыма перемещались в зеркале, принимая разные диковинные очертания. Иногда в них вспыхивали красные искры. И казалось, что зрители наблюдают за черным грозовым небом, в котором изредка полыхают молнии, с той лишь разницей, что тучи – угольно-черного цвета, а молнии напоминают всполохи раскаленной лавы.

Иннокентий с опаской прикоснулся к гладкой поверхности рукой.

– Совсем ледяное! – удивился он.

– Оно всегда сохраняет такую температуру, – мрачно пояснила Феофания.

Бестужев протер пыльное стекло краем брезента. Он увидел в нем себя, Феофанию и Шахиню, бледную, словно полотно. Зеркало вполне выполняло свое прямое назначение, если не принимать во внимание то, что за ним клубилась потусторонняя тьма.

– Никто точно не знает, сколько ему лет, – сказала Феофания. – Но черные зеркала, которые использовали колдуны Марии Антуанетты, гораздо старше самого Трианона. Говорят, первые упоминания о них встречаются еще в старинных венецианских летописях, когда темные маги с их помощью общались с демонами и существами с той стороны.

– И как давно он стоит здесь?

– С тех самых пор, как его привез сюда мой отец. После пожара в доме Башаровых.

– Почему он в пентаграмме? – спросила Шахиня. – Ты защищаешь его от… чего-то или кого-то?

Феофания сдержанно улыбнулась.

– Скорее, я защищаю этот мир от того, что может прорваться с той стороны!

Шахиня и Иннокентий озадаченно переглянулись.

– С кем же хотел пообщаться мой отец? – спросил фокусник. – Он знал кого-то… оттуда?

– О, он много чего знал!

– Как же действует этот Трианон?

– Об этом можно лишь догадываться! – ответила Феофания. – Отец говорил мне, что, возможно, где-то там, на той стороне, стоят такие же черные зеркала. И тот, кто ими владеет, может вступить в контакт с медиумом в нашем мире.

– А ты можешь… – Иннокентий громко сглотнул, – провести этот ритуал сейчас?

– Ты спятил?! – воскликнула Феофания.

– Я хочу знать правду! Может, моему отцу все же удалось перейти туда. – Бест кивнул в сторону призмы. – Может, поэтому здесь его никто и не может найти?

– Я не стану этого делать!

– Почему?

– Это очень опасно! – всплеснула рукавами балахона Феофания. – Как же вы не поймете?! Нельзя заигрывать с такими мощными силами!

– Пентаграмма нас защитит в случае чего, – с уверенностью заявил Иннокентий. Он придирчиво оглядел символы на полу. – Она в идеальном состоянии.

– Вы с ума сошли! – сердито заявила Феофания.

Шахиня нацелила на нее свой пистолет.

– Действуй! – приказала она. – Мне тоже не по себе, но если Иннокентий этого хочет…

– Я не буду!

– У тебя нет выбора.

– Я не готова! Мне нужно собраться с мыслями, вспомнить нужные слова!

Фокусник вытащил из внутреннего кармана пиджака серебряные часы на длинной цепочке.

– У тебя десять минут! – сурово сказал он. – Я знаю много способов заставить тебя выполнить мою просьбу. Самый гуманный – гипноз. В этом я хороший специалист. Но под гипнозом твой разум будет отуманен – где гарантия, что ты сможешь в точности провести нужный ритуал? Так что извини, остается только пистолет. Для начала Шахиня будет стрелять тебе по ногам, они ведь для ритуала не особенно нужны…

Феофания, не скрывая ярости, уставилась на него.

– Нет! – твердо заявила она. – Думаете, это шутки? Сейчас я покажу вам, что это за стекло на самом деле!

Она подошла к зеркалу, размахнулась тяжелым скипетром и изо всех сил ударила по стеклу. Раздался громкий треск, в месте удара среди клубов черного дыма полыхнула огненная вспышка. Гладкая поверхность покрылась сеткой мелких огненных трещин. Но не прошло и пары секунд, как повреждения сами собой начали затягиваться, с сухим потрескиванием они исчезали прямо на глазах, и вскоре поверхность черного зеркала снова стала гладкой, как и прежде.

Иннокентий и Шахиня, как зачарованные, наблюдали за волшебными превращениями стекла.

– Но… Как это возможно? – наконец спросил потрясенный Бест.

– Говорю же, это не простое гадальное зеркало! Трианон создан чьей-то демонической силой, и пользоваться им очень опасно! Поэтому зеркала и разделили.

Черное зеркало вдруг дрогнуло, и по нему пошла рябь.

Его поверхность, пару секунд назад ровная и блестящая, вспенилась, словно гладь озера в ветреную погоду. Огненные всполохи стали вспыхивать чаще, чем раньше. Черные сверкающие круги начали расходиться от центра к краям витой черной рамы.

Иннокентий и Шахиня, казалось, даже перестали дышать от волнения. Потрясенная Феофания отступила назад. Клубы тьмы разошлись в стороны, затем вся плоскость из черного хрусталя вдруг ярко озарилась. И они увидели высокую женскую фигуру в длинном черном плаще.

Шахиня и Феофания чуть слышно охнули. Иннокентий зачарованно глядел на незнакомку, возникшую перед ними. Красивая, молодая, с длинными вьющимися черными, как вороново крыло, волосами и бледной гладкой кожей. Ее одеяние плавно скользило вдоль тела, постоянно меняя очертания. Только что она была в плаще, и вот уже на ней переливается изящное платье из черного кружева. На груди незнакомки на длинной цепи из хрусталя сиял красивый красный кристалл. Острые тени вдруг выросли за ее плечами и образовали высокий стоячий воротник в виде распростертых крыльев летучей мыши.

– Какой приятный сюрприз! Черное зеркало вновь увидело свет, – с улыбкой произнесла она.

– Боже… – выдохнула потрясенная Феофания.

Гадалка отшатнулась от зеркала и, споткнувшись, едва не упала навзничь.

– Кто вы такие? – строго спросила дама в черном.

Иннокентий уже оправился от первого шока и расправил плечи.

– Иннокентий Бестужев! – громко представился он. – С кем имею честь?

Дама в черном усмехнулась.

– Раз уж ты осмелился воззвать ко мне, значит, мне нет нужды оглашать мое имя, – сказала она и тут же спросила: – Бестужев из Клуба Калиостро?

– Верно! – с удивлением ответил тот.

– Все играете с судьбой, – укоризненно заметила незнакомка. – Глупцы! Вам уже неоднократно предлагали оставить попытки проникнуть в Зерцалию.

– Да не хочу я никуда проникать! – с досадой воскликнул Бест. – Я лишь ищу своего отца, князя Бестужева! Он пропал не так давно…

– Спроси об этом у графини Шадурской, – последовал ответ. – Может, на его печальном примере ты сумеешь сделать правильные выводы.

– Шадурская? – нахмурился Иннокентий. – А она-то здесь при чем?!

– Эта женщина хорошо осведомлена о наших делах, – ответила дама.

– Но сейчас ее здесь нет, так что ответы придется давать вам! Это ведь ваши люди проникли в наш мир во время недавнего лунного затмения? – спросил Иннокентий. – Что они искали? И что все-таки стало с моим отцом? Он исчез как раз в это время.

Женщина в черном задумалась. Ее странное одеяние снова изменило форму, теперь она стояла перед ними в длинном кружевном платье с открытыми плечами.

– Вообще-то нам давно следовало поговорить, – наконец произнесла она. – Не знаю, что там у вас случилось в ночь затмения, но у меня к членам Клуба есть одно заманчивое предложение. По старой памяти. – Она улыбнулась.

– Что за предложение? – заинтересовался Бест.

– О взаимовыгодном сотрудничестве, господин Бестужев. Мне кое-что нужно. И я могу щедро отблагодарить того, кто поможет мне в моих поисках. Итак! – Она хлопнула в ладоши. – Передайте своим коллегам: в ночь следующего полнолуния я буду общаться с ними через Диоптру Гольданской. Если они заинтересованы в разговоре, пусть все приготовят заранее.

– А как же мой отец?

Женщина в черном молча отвернулась, и ее силуэт в зеркале быстро начал расплываться.

– Стой! – рявкнул фокусник. – Ты не ответила на мой вопрос!

Феофания испуганно на него взглянула.

– Ты спятил? – громко прошептала она. – Она же сказала, что ей ничего не известно! С ними шутки плохи!

– А мне плевать! – не унимался Иннокентий.

Он бросился к Трианону и принялся стучать кулаком по поверхности зеркала.

И тут случилось неожиданное.

Послышался глухой звук удара, и фокусника почти на два метра отбросило от Трианона. Иннокентий упал на спину и замер. Шахиня и Феофания со страхом взглянули на зеркало.

Черная поверхность снова взволновалась, сейчас она еще больше напоминала кипящую лаву в кратере вулкана. Красное сияние зеркала стало меркнуть, но волнение лишь усиливалось.

– Глупец, – вымолвила Феофания. – Ты разозлил их!

Бест попытался отползти подальше от края пентаграммы, как в этот момент в зеркале кто-то появился.

Блестящая черная фигура, словно облитая нефтью, шагнула из хрустальной плоскости и замерла. Поверхность зеркала тут же успокоилась. Черный хрусталь снова стал гладким и блестящим, огненные искры в клубах тьмы погасли. На незнакомце была длинная кожаная куртка, крест-накрест перепоясанная широкими ремнями, облегающие штаны и высокие ботфорты. Из-за правого плеча виднелась длинная рукоять меча. Голова пришельца… она была черной и совершенно гладкой, словно большое яйцо. Лица на ней не было, на черном блестящем фоне виднелись лишь белки глаз без зрачков. Призрак молча стал вращать головой и в конце концов уставился своими бельмами на перепуганных Иннокентия, Шахиню и Феофанию.

Бледная физиономия Шахини отразилась в его черной яйцеподобной голове и стала его лицом. Вдруг он содрогнулся и превратился в точную копию помощницы Беста. Крепкая фигура стала более изящной и женственной, по плечам рассыпались пышные волосы, которые тут же сами собой стянулись в длинный хвост на затылке. Блестящая черная кожа стала бледной, человечьей. Плащ, ремни и сапоги тоже претерпели изменения, превратившись в брючный костюм и туфли на высоких каблуках.

Шахиня сдавленно вскрикнула.

Ее копия шагнула к краю пентаграммы и замерла.

– Оно не может переступить черту! – злорадно воскликнул фокусник. – Как я и говорил! Убирайся обратно в свой мир, чертова кукла! – крикнул он псевдо-Шахине. – Здесь тебе ничего не светит!

Копия Шахини подняла глаза к потолку. Затем отвела руку за спину и одним движением извлекла из-за плеча длинный сверкающий меч из черного стекла. Резкое движение рукой, и клинок рассек воздух, взмыл к потолку и вонзился в переплетение водопроводных труб.

Тут же на головы присутствующих хлынула ледяная вода. Феофания громко вскрикнула, Шахиня прижалась к стене, пытаясь укрыться от внезапного ливня. Иннокентий не сводил глаз с фигуры, стоящей у края пентаграммы. Она явно чего-то ждала, глядя на них и довольно улыбаясь.

– Я знаю, что она задумала! – в ужасе крикнула Феофания.

– Я уже и сам это понял, – тихо сказал Иннокентий.

Потоки воды в один миг смыли меловую пентаграмму на полу.

Псевдо-Шахиня издала глухой рык, взмыла к потолку и выдернула свой меч из проржавевшей трубы. Затем она приземлилась в паре метров от Иннокентия и размахнулась.

– Шахиня! – взвыл Бест, откатываясь в сторону.

Его ассистентка быстро вскинула пистолет и выстрелила в своего двойника. Легкое движение мечом, и отбитая клинком пуля ушла в сторону. Шахиня выстрелила еще три раза, но ее копия ловко увернулась от пуль, изгибаясь под немыслимыми для человеческого тела углами. А затем одним прыжком подскочила к ней и разрубила пистолет в руке противницы. Стекло разрезало металл!

Иннокентий в ужасе уставился на пришельца из зеркала.

Настоящая Шахиня резко отпрыгнула в сторону и сорвала с шеи свое ожерелье. Украшение превратилось в длинный золотой трос с кулоном-звездочкой на конце.

Ассистентка Беста надвигалась на противницу, вращая острейшую звездочку вокруг себя и не позволяя врагу приблизиться ни на шаг. Она отлично управлялась со своим необычным оружием. Резкий выпад, и кулон рассек жакет на груди двойника. Еще один взмах, и на бедре разошлась ткань. Но все порезы на противнике моментально затягивались, словно пришелец целиком был сделан из жидкого материала. И все же копии Шахини пришлось отступить – видимо, телохранительница Бестужева наносила ей раны быстрее, чем та могла восстановиться.

Выставив меч перед собой, пришелец снова преобразился, приняв на этот раз облик Иннокентия Беста.

Трос обвил руку с клинком, и Шахиня резко дернула противника на себя. Псевдо-Иннокентия рвануло в ее сторону, но меч из рук он не выпустил. Шахиня развернулась, собираясь ударить его ногой в живот, но двойник схватил ее за ногу и, раскрутив, словно легкую тряпичную куклу, небрежно швырнул к стене. Шахиня врезалась в Иннокентия, и они оба растянулись на мокром полу.

Двойник Беста расхохотался и метнулся к ним, но на его пути вдруг возникла Феофания и выставила перед собой железный скипетр. Жезл с металлическим скрежетом раздвинулся, Феофания размахнулась. Меч двойника со свистом рассек воздух, но она ловко проскользнула у него под рукой и нанесла ему удар в живот. Послышалось громкое шипение, словно раскаленный докрасна нож вошел в кусок холодного масла. Монстр взвыл от боли, а Феофания уже оказалась у него за спиной. Еще один взмах, и скипетр обрушился на голову пришельца.

Но удар пришелся по лезвию меча – монстр успел защититься. Тогда Феофания с силой раскрутила скипетр, и клинок резанул по ногам псевдо-Иннокентия. Тот снова вскрикнул от боли и ярости.

Феофания выставила скипетр перед собой.

– Не ожидал? – засмеялась она.

Двойник Беста замер, смерив ее злобным взглядом, а затем повернулся и бросился прочь. Он добежал до лестницы и помчался наверх.

Как только он скрылся из виду, Феофания тяжело вздохнула, сложила скипетр и оперлась на него.

– Стара я уже для подобных упражнений, – с грустью призналась она.

– Ты спасла нас, – сказал потрясенный фокусник. – Но… почему? Ведь мы угрожали тебе!

– Знал бы ты, скольким людям угрожала я за свою жизнь! – Женщина невесело усмехнулась. – Многие из них теперь мои лучшие друзья.

– Но как ты догадалась, что на него так подействует твоя железная палка? – спросила Шахиня.

– Это ведь доппельгангер! – ответила гадалка. – Только я не знала, что они с такой легкостью могут копировать людей. Ладно бы одного, как барона Пельта… Но эта тварь меняет личины как перчатки! С такими я еще не сталкивалась.

– Но зачем он явился сюда? – недоуменно спросил Бест.

– Зачем, зачем!.. – вдруг крикнула Феофания. – Я ведь предупреждала, что это может плохо кончиться! И теперь посланник Зерцалии снова в нашем мире! Вы заварили эту кашу, вам ее и расхлебывать. Эх, не хотела я возвращаться в Клуб Калиостро, да видно придется. Чтобы сообщить о ваших проделках и о предупреждении этой дамочки в черном. В Клубе этому точно не обрадуются!

Иннокентий и Шахиня переглянулись.

– Думаешь, будут последствия? – спросил Бест.

– Обязательно! Не стоило вообще снимать покров с зеркала. Очень скоро руководство Клуба пригласит тебя для разговора, Бестужев. Советую заранее озаботиться оправданиями для всего, что ты натворил. – И она обвела вокруг себя скипетром.

– Я все равно продолжу свои поиски, – сказал Иннокентий. – Подумаешь, кукла из зеркала! Если бы Клуб Калиостро раньше посвятил меня в свои дела, такого бы не случилось!

– Некоторые секреты лучше никому не открывать! – возразила Феофания. – Поверь, об этом я знаю не понаслышке.

Вода быстро прибывала. Ее уровень уже был по щиколотку. Феофании, Иннокентию и Шахине ничего не оставалось, как убраться из подземелья, оставив Трианон под ледяным водопадом. Вернувшись в магазин, они поняли, что доппельгангер выбрался из салона, разбив витрину. Увидев это, Феофания обрушила на Беста и его спутницу новый поток ругани. Иннокентий молчал. Он и сам уже понял, что невольно стал причиной чего-то странного и пугающего.

И что – к гадалке не ходи – очень скоро ему это выйдет боком!

Глава вторая

Появление Валентина

Длинный клинок, слегка выгнувшись, уперся в горло. Если бы на Катерине не было защитной маски и жилета с воротником…

– Эй! – воскликнула она, тяжело дыша. – Поаккуратнее, пожалуйста!

– Что такое? – рассмеялся в ответ Матвей. – Просишь пощады? В настоящем поединке никто не будет к тебе так снисходителен!

– Пощады! Держи карман шире! – Катерина отсалютовала парню шпагой и снова ринулась в атаку.

Они тренировались во дворе дома Державиных. Прохор, отец Матвея, внимательно следил за поединком и давал советы, как лучше двигаться и как держаться, чтобы бой смотрелся как настоящий и вместе с тем был захватывающим.

– Смысл не в победе или поражении, – говорил Прохор, – а в эффектном поединке! Вы должны сделать так, чтобы зритель с замиранием сердца следил за каждым ударом – вдруг он окажется решающим и последним! В этом и состоит красота боя!

Красота красотой, но Катерине хотелось победить. Ей редко когда удавалось одолеть Матвея в поединке. Почти все схватки заканчивались ее поражением. Так было еще во времена их работы в передвижном цирке, так продолжалось и до сих пор.

– Следи за глазами противника, Кать! – воскликнул Прохор. – В них ты увидишь, что он собирается сделать.

– Так ведь он в маске!

– Но на выступлениях вам придется биться без них!

Матвей остановился, приподнял свою маску, озорно улыбнулся и скосил глаза к носу. Катерина не выдержала и засмеялась. Вот и попробуй предугадать его следующий ход!

Сегодня они сражались на красивых шпагах с узорными витыми гардами. Изящные изгибы металла прикрывали кисть почти целиком. В другой руке Катерина сжимала короткий кинжал-дагу, предназначенный для защиты от выпадов противника. Клинок тоже выглядел старинным и очень красивым. Поранить им было нельзя, и это ее радовало. Пару раз она едва не задела этим клинком самого Прохора, когда тот слишком увлекся рассуждениями о философии театрального боя и потерял бдительность.

Шпага Матвея в очередной раз обрушилась на Катерину. Девушка отбила ее кинжалом и резко пригнула к земле, сделав ответный выпад. Матвей принял ее клинок своим кинжалом и отвел в сторону. Произошел быстрый обмен ударами.

– А вот это мне понравилось! – зааплодировал Прохор. – Вы делаете успехи!

Очень скоро Катерине, Матвею и еще нескольким ребятам из их старой труппы – детям цирковых артистов «Иллюзиона» – предстояло вновь выступать перед публикой, и все они с нетерпением ждали своего первого представления в этом сезоне. Матвей умел эффектно фехтовать сразу двумя клинками, Катерина тоже могла кое-чем удивить, используя в бою и рапиру, и короткий кинжал. Во время выступления им приходилось прыгать по ступенькам лестниц, совершать кувырки и сальто и так быстро вращать клинками, что зрители видели лишь серебристое облако вокруг противников.

Ну а пока Катерина и Матвей тренировались во дворе особняка, сражаясь на толстом ковре из желтых листьев среди деревьев буйно разросшегося фруктового сада. Катерине нравилось, что Матвей и его отец живут вместе с ними. Да и Аглая теперь редко хмурилась и улыбалась гораздо чаще, особенно когда Прохор был рядом. Катерина видела, что ее мачеха влюблена. И вполне понимала ее чувства, ведь Матвей Катерине тоже был небезразличен.

Ей нравилось слышать его смех, видеть каждое утро его милую, заспанную физиономию. Обычно, когда она собиралась в школу, он готовил завтрак, и ей нравилась его стряпня. Что не удивительно, если учесть, что, кроме Матвея, в их доме готовить никто не умел. А еще присутствие в доме сразу двух мужчин как-то успокаивало. Особенно после недавних событий, случившихся в ночь полного лунного затмения.

После тех ужасов и Аглая, и Катерина опасались смотреть в зеркала. Особенно в большие. При старухе Евдокии в особняке зеркал не было вовсе. Она опасалась, что мать Катерины, много лет назад скрывшаяся в Зерцалии, попытается предупредить дочь о грозящей ей опасности. Конечно, теперь в доме появилось несколько зеркал – женщины не могут обойтись без зеркала! – но только небольшого размера. К тому же Прохор прикрыл их красивыми стальными решетками, вделанными прямо в стены. Со стороны это выглядело экстравагантным украшением, но на самом деле решетки должны были воспрепятствовать нежданным гостям с той стороны проникнуть в дом.

Вообще с появлением в доме Прохора и Матвея многое изменилось. Вместе они подправили и подреставрировали старинный обветшавший особняк. Железную дровяную печь в кухне заменили современной газовой плитой. Оказалось, что газ в дом был давно проведен, но трубы почему-то были заварены и ими не пользовались. Евдокия же обычно топила печь. Вообще-то она всегда казалась довольно странной особой, и теперь Катерина понимала почему. В Зерцалии, этом удивительном и опасном мире, находящемся неизвестно в какой реальности, многие современные приборы и устройства просто незнакомы.

Апартаменты Евдокии так и остались незаселенными. Аглая лишь избавилась от ее вещей, чтобы ничто не напоминало о стеклянной старухе. Среди имущества ее свекрови оказалось много странных предметов, связанных с оккультизмом. В запертых шкафах и многочисленных тайниках обнаружились амулеты из костей, перевязанных черными шнурками, стеклянные монеты с золотыми вкраплениями. Драгоценности пошли в дело – их продали, чтобы раздобыть деньги на ремонт театра, а вот колдовские вещи Аглая сожгла прямо во дворе дома. Ей хотелось поскорее забыть обо всем случившемся, но Катерина подозревала, что выкинуть из головы события той ночи никому из них еще долго не удастся.

Матвей, размахивая своей шпагой, снова перешел в атаку. Гибкий и стройный, он очень легко двигался, Катерине еще ни разу не удалось задеть защитный панцирь на его груди. Она только собралась парировать очередной выпад, как вдруг за ее спиной послышались чьи-то шаги.

– Какой впечатляющий бой! – донеслось до Катерины. – Надо признать, вы неплохо орудуете всякими острыми штуковинами.

Прохор с заинтересованным видом уставился в сторону калитки.

Катерина и Матвей тоже обернулись, одновременно стягивая защитные маски. К ним приближался какой-то старичок, причем выглядел он так странно, что они с недоумением переглянулись. Катерина дала бы ему лет семьдесят. Среднего роста, худенький, он кутался в длинное клетчатое пальто, по своей бесформенности больше напоминающее большой плед, и при ходьбе опирался на длинную изящную трость из черного дерева. Длинные седые волосы на голове старика пучками торчали в разные стороны, словно недавно его основательно долбануло электрическим током. Из-под пальто виднелась рубашка со стоячим воротником и старомодный галстук-бабочка. Наряд дополняли тонкие перчатки из светло-коричневой кожи и начищенные до блеска остроносые туфли.

– Ну что? Испугал? – смеясь, сказал старичок.

– Нет. – Катерина смущенно прокашлялась. – Просто мы не слышали, как вы вошли.

Ржавые петли ворот особняка Державиных обычно скрипели так, что о гостях семейства сразу же узнавали все соседи. И Прохор, и Матвей постоянно забывали их смазать. Но сейчас скрипа никто не слышал. Либо кто-то не закрыл вчера ворота, либо странный старичок просто перелез через ограду.

– А вы, собственно, кто, уважаемый? – поинтересовался Прохор.

– О, покорно прошу меня извинить. – Незнакомец слегка склонил голову. – Я был так поражен красотой этой юной барышни, что забыл представиться!

Катерина едва не выронила из рук шпагу.

– Ты, наверное, Катерина? – Старичок смотрел на нее, добродушно улыбаясь. – Я так давно хотел с тобой познакомиться.

– Откуда вы меня знаете?

– Ты меня совсем не помнишь? – Он всплеснул руками. – Ну конечно, дорогуша. Какой же я болван! Позвольте наконец представиться. Валентин Борисович Державин.

Катерина изумленно вскинула брови.

Прохор шагнул навстречу старичку и протянул руку для пожатия.

– Прохор Воронин! – представился он. – А это мой сын Матвей. Очень приятно!

– Взаимно, господа! А я дядя твоего отца, Катерина, – продолжил старичок. – Младший брат твоего деда Степана Державина.

– Кхм… – только и смогла произнести девушка. – Добро пожаловать…

Валентин Борисович проворно подскочил к ней и обнял за плечи. Он оказался одного с ней роста. Катерина замерла, со шпагой в одной руке и кинжалом и маской в другой, не зная, что ей следует сделать.

– Как же я рад тебя видеть, родная! – затряс ее старичок. – Столько времени прошло!

– И я… – пискнула Катерина. – Ээээ… дедушка!

– Дедушка! – восторженно воскликнул старик. – Как приятно это слышать!

Наконец он оставил ее в покое, отстранив от себя так резко, что Катерина покачнулась, едва удержавшись на ногах. Старик оперся обеими руками о свою трость и окинул взглядом мрачный особняк.

– Я не видел этот дом уже лет пятнадцать, – сообщил он. – Но с тех пор здесь мало что изменилось. По крайней мере внешне. И как поживает Евдокия? Старая ведьма все так же на меня злится?

Катерина мельком взглянула на Матвея. Парень с удивлением разглядывал старичка. Она перевела взгляд на Прохора. Тот, похоже, тоже не знал, что сказать.

– Наверное, нам лучше пройти в дом? – предложила девушка. – Аглая вам обо всем расскажет.

– Аглая? – нахмурился Валентин Борисович. – А это еще кто?

Но Катерина уже шагала к крыльцу. Матвей поплелся за ней.

– Верно! – встрепенулся Прохор. – Она вам все объяснит!

Аглая сидела за столом в просторной кухне особняка и занималась макияжем, глядя в небольшое карманное зеркальце.

– Закончили тренировку? – спросила она, услышав стук входной двери. – А я уже хотела идти за вами. Катерина, ты в школу не опоздаешь?

Когда старик вошел, Аглая замерла с поднятой рукой.

– А вы кто такой?

Прохор за спиной Валентина виновато развел руками. Аглая удивленно приподняла идеально подкрашенные брови.

– Это мой двоюродный дедушка Валентин, – пояснила вошедшая вслед за стариком Катерина.

Аглая уронила на стол помаду.

Старичок тут же подскочил к ней, не на шутку испугав, и полез обниматься.

– Аглая! – воскликнул он. – Теперь я тебя вспомнил! Ты ведь бывшая ассистентка Александра? Совершенно не изменилась за все эти годы!

– Да-да, – растерянно кивнула Аглая. – Но, извините, я вас совершенно не помню…

Валентина это ничуть не расстроило.

– И это понятно! – подхватил он. – Ведь когда я в последний раз приезжал, Александр еще жил с Маргаритой. Много позже я узнал, что он женился на тебе. Представляю, как этому не обрадовалась Евдокия!

– Это еще мягко сказано, – сдержанно произнесла Аглая.

– Где она, кстати?

Старик огляделся в кухне, затем проворно выбежал в гостиную. Он окинул взглядом комнату, затем остановился у небольшого зеркала на стене, забранного решеткой, и покачал головой. Все его веселье тут же улетучилось.

– Вижу, фокусы Александра не прошли даром, – серьезно сказал Валентин. – Вам что, довелось встретиться с кем-то оттуда? – Он кивнул в сторону зеркала.

Катерина и Аглая, не веря своим ушам, переглянулись.

– Вам известно о Зерцалии? – напряглась девушка.

– Даже больше, чем хотелось бы.

Валентин взглянул на стену гостиной. Совсем недавно здесь висел портрет Евдокии, хмуро глядевшей на всех недобрым взглядом. Теперь его место заняло изображение Маргариты Державиной, которое Катерина обнаружила в тайной кладовке. Портрет ее матери, красивой женщины с длинными темными волосами, оказавшейся продолжательницей рода Калиостро, был здесь гораздо уместнее, нежели портрет Евдокии, пытавшейся отдать Катерину пришельцам из Зерцалии в ночь затмения.

– Марго! – удивленно произнес Валентин, глядя на картину. – Вот дела! Старуха Евдокия никому бы не позволила снять со стены свой портрет. Значит, произошло действительно нечто необычайное.

Старик сел на диван и оперся руками о свою трость.

– Может, расскажете мне, что случилось за время моего отсутствия? – попросил он.

– Пожалуй, мне пора ехать в «Иллюзион», – сразу засобирался Прохор. – Я и так уже задержался. – И он направился наверх.

Катерина повернулась к новоявленному деду.

– А что вам уже известно? – вкрадчиво спросила она.

– Я знаю, что мой племянник сумел отыскать и запустить машину Калиостро. Что это сломало его жизнь и стало причиной исчезновения Марго…

– Вам действительно многое известно, – сказала Аглая.

– Так где же старуха? Судя по вашим лицам и нововведениям в этом доме, с ней тоже случилось что-то плохое?

Катерина молча кивнула.

– Печально это слышать. Мы с Евдокией всегда недолюбливали друг друга, но я никогда не желал ей зла. Рассказывайте!

– Хорошо, – ответила Аглая. – Но Катерине уже пора в школу, а Матвею на репетицию. Давайте отправим их, а я поставлю на плиту чайник. И мы с вами спокойно обо всем поговорим.

– От чая я не откажусь, – с радостью согласился Валентин.

Они с Аглаей вернулись в кухню, а Катерина пошла в свою комнату.

Как ей ни хотелось пообщаться с новоявленным дедушкой, но время действительно поджимало. Она быстро приняла душ, облачилась в школьную форму. Матвей тоже переоделся, уложил шпаги и кинжалы в специальный футляр, собираясь взять их с собой. Он вызвался подбросить Катерину до школы, и та, конечно, согласилась. Когда Матвей переехал в особняк Державиных, он перевез и свой новенький японский скутер. Теперь тот стоял в гараже особняка вместе с машиной Аглаи и стареньким драндулетом Евдокии. Тем самым, в котором она сбила двойника барона Пельта и уничтожила его. С ночи затмения в машину никто не садился. Аглая давно решила, что продаст ее при первой возможности или просто сдаст в металлолом, и остальные поддержали ее в этом.

Аглая сидела в кухне и разговаривала с дедом Валентином.

– Шлемы! – крикнула она, когда Катерина и Матвей прошли мимо двери. – Чтобы оба надели шлемы!

– Мы как раз собирались! – отозвался Матвей.

– Знаю я, как вы собираетесь! Я уже не раз говорила, что поездки на этом мопеде плохо кончатся!

Катерина молча вошла в кухню и чмокнула Аглаю в щеку. Мачеха сразу сменила гнев на милость.

– Будьте осторожны, – уже спокойнее сказала она.

– Не волнуйся! – успокоила ее Катерина.

– Молодежь! – понимающе улыбнулся дед Валентин.

Глава третья

Внезапная популярность

– Я и понятия не имел, что у тебя есть дед, – признался Матвей, когда Катерина, усевшись на сиденье мотороллера позади него, застегивала шлем под подбородком.

– Я и сама не знала, – ответила девушка. – Я вообще плохо знаю свою родню. Ты же в курсе истории моей семьи.

– Похоже, он большой оригинал. По нему это видно, – усмехнулся Матвей.

– Я давно поняла, что в нашем роду нет обычных людей. Отец свихнулся на Зерцалии, бабушка оказалась доппельгангером, моя родная мать… – Катерина замолчала и тяжело вздохнула. – О ней мне вообще ничего не известно. Маргарита хотела помочь мне… Но с тех пор я ни разу ее не видела. Иногда стою и вглядываюсь в зеркало, надеясь, что она появится. Или хотя бы подаст какой-то знак, что она наблюдает за мной. Но все без толку.

– И Алекс больше не показывался.

Катерина не смогла сдержать улыбку, вспомнив о парне с кнутом, оказавшимся ее родственником.

– Меня его отсутствие тоже немного расстраивает. Я могла бы расспросить его о своей матери. Они наверняка часто видятся, она ведь его тетка.

– Выздоровеет – появится, – заверил ее Матвей. – У тебя еще будет время с ним поболтать.

Катерина обвила сзади его торс руками. Матвей коротко ойкнул.

– Ты чего?

– Да так, – уклончиво ответил он.

– Мышцу потянул?

– Вроде того, – согласился парень.

– Я все-таки измотала тебя на тренировке! – довольно заметила Катерина.

Матвей молча завел двигатель, и они помчались в школу. Скутер развивал вполне приличную скорость, не зря Матвей столько времени проводил в гараже, копаясь в его моторе. Катерина ничего не понимала в устройстве мотороллера, а когда Матвей пытался немного ее просветить, у нее сразу начинала болеть голова. Она запомнила лишь слово «тюнинг».

«Чтобы быстро ездить, пришлось его немного «оттюнинговать!» – сказал ей как-то Матвей.

Когда они остановились у ворот школы и сняли шлемы, Катерина заметила неподалеку двух девушек, своих ровесниц. Те во все глаза смотрели на Матвея. Симпатичные блондинки из параллельного класса (кажется, их звали Лариса и Алена) громко хихикали, косились на Катерину и оживленно переговаривались.

– Чего это они на нас так уставились? – нахмурился Матвей.

– Скорее на тебя.

– Почему?

– Потому что ты красавчик!

Матвей густо покраснел. Катерина усмехнулась. Его всегда было так легко вогнать в краску. Она соскочила с мотороллера и протянула Матвею шлем. Затем поцеловала его в губы. Лариса и Алена замолчали.

«Наверняка обе уже в обмороке», – подумала Катерина.

– Приятное начало дня, – улыбнулся Матвей.

В этот момент к ним подошел запыхавшийся Игорь Назаров.

– Привет! – выдохнул он. – Ну вы и несетесь! Я с трудом вас догнал.

– Привет! – кивнул ему Матвей.

Катерина чуть отодвинулась от него.

– Что? Выдохся? – добродушно усмехнулась она. – Это все этот… как его… тюнинг!

– О! – уважительно протянул Игорь.

Матвей улыбнулся:

– Хоть что-то ты запомнила!

– А где Наташа? – спросила Катерина.

– Я ее сегодня еще не видел, – признался Игорь.

– Как это? Вы же с ней живете в одной квартире.

– У нее постоянно какие-то дела, в которые она меня не посвящает.

Наташа Назарова сильно изменилась в последнее время. Она то и дело куда-то пропадала. Школу не прогуливала, исправно посещая все уроки, но после последнего звонка сразу же исчезала. Она будто скрывалась от всех. Катерина подозревала, что события той ночи не прошли для Наташи даром. Столько потрясений за такой короткий промежуток времени. Ее ведь взяли в заложники Пьер и Клементина. Может, теперь она избегает друзей, втянувших ее в такие неприятности? Но чем провинился ее брат? Игорь пережил то же, что и она, но не замкнулся в себе. Напротив, его отношение к Катерине, да и к Матвею стало более теплым. А ведь поначалу они даже подрались.

Мимо прошли трое мальчишек из параллельного класса. Они с интересом уставились на Катерину. Крайний так засмотрелся, что едва не врезался в дерево, растущее во дворе школы.

– Почему на нас все так пялятся? – спросил Матвей. – Мы что, как-то не так одеты?

Он сидел на скутере в синих джинсах, черной футболке и кроссовках. Школьная форма Катерины ничем не отличалась от одежды других учениц. Видимо, дело было в чем-то другом. Матвей, Игорь и Катерина начали подозрительно озираться по сторонам. Лариса и Алена снова защебетали у ворот. Матвей дружелюбно им улыбнулся. Девчонки закатили глаза.

– Странно, – сказал Игорь. – Да на вас вся школа смотрит!

Катерина уже и сама это заметила. Во дворе было много учеников, и время от времени кто-нибудь бросал в сторону Катерины и Матвея заинтересованные взгляды. Она сразу же ощутила некую неловкость. Одно дело, когда на тебя смотрят зрители в цирке, и совсем другое – когда все пялятся просто на улице. Захотелось куда-нибудь спрятаться.

Матвею все это надоело, он надел на голову шлем, быстро попрощался и поехал в «Иллюзион».

Катерина и Игорь вошли в школу. В коридоре первого этажа царила страшная суматоха. Как, впрочем, и всегда. Младшеклассники беспорядочно носились по коридорам, мальчишки постарше играли в «слона», а девочки – в резиночку. Катерина и Игорь подошли к доске с расписанием. Мимо них прошла завуч Галина Петровна. За ее мощной фигурой они не сразу разглядели миниатюрную математичку Елену Николаевну.

– Такое происшествие! – басила завуч. – Кто бы подумал?!

– Кто мог решиться на такое? – вторила ей учительница. – И главное – зачем?!

– А что произошло? – не удержался Игорь.

Галина Петровна так на него посмотрела, что тот едва рюкзак не уронил.

– Не твое дело! – отрезала она. – Много вопросов задаешь, Назаров! Лучше бы свои оценки исправлял!

Она повернула за угол, а Елена Николаевна притормозила, чтобы ознакомиться с новым расписанием.

– Что все-таки стряслось, Елена Николаевна? – спросила Катерина.

Учительница математики слыла человеком добрым и отзывчивым, и ее любили все ученики. От нее можно было надеяться получить больше информации, чем от завуча.

– Прошлой ночью кто-то вломился в городское управление образования, – ответила Елена Николаевна. – Перерыли весь архив, особенно документы, касающиеся именно нашей школы. Похищено несколько папок с бумагами. Я просто не понимаю, кому они могли понадобиться?

– Вот дела! – удивленно сказал Игорь.

– Не берите в голову, – отмахнулась Елена Николаевна. – Пусть этим полиция занимается. А вам и правда лучше подумать о своей успеваемости. Особенно тебе, Игорь. Спортивные достижения – это, конечно, очень хорошо, но нужно ведь и голову тренировать!

Игорь понуро опустил нетренированную голову.

Катерина из-за своей успеваемости особо не переживала. Она всегда училась на твердые четверки, а о пятерках и не мечтала. Игорь же блистал только победами на спортивных соревнованиях. Учеба в школе давалась ему с некоторым трудом.

– Кстати, посмотрела ваше видео! – сказала вдруг Елена Николаевна Катерине. – Молодцы! Приятно знать, что в наше время молодежь интересуют не только гулянки да Интернет!

Катерина и Игорь с недоуменным видом переглянулись. Учительница вошла в столовую.

– О чем это она? – ничего не поняв, протянула Катерина.

Игорь пожал плечами.

– Может, перепутала что-нибудь?

– Странно все это.

– Еще как! Я на видео точно не снимался в последнее время.

– Да я о другом. Кому могли понадобиться школьные бумаги? – напомнила Катерина. – Что ради них даже проникли в архив!

Игорь почему-то не ответил. Катерина взглянула на него. Парень с вытянутым лицом смотрел куда-то в сторону входных дверей. Катерина обернулась, да так и замерла.

К ним приближалась Наташа. Но как же она изменилась! Бесформенную школьную форму, всегда сидевшую на ней мешком, сменил идеально подогнанный костюм. Волосы, обычно собранные в хвост, пышными волнами лежали на плечах, словно над ними потрудился хороший стилист. Потертый рюкзак сменила модная кожаная сумка, старенькую обувь – стильные черные лодочки на невысоком каблучке.

– Наташка! – выдохнул потрясенный Игорь.

– Привет, – хмуро кивнула им Наташа.

– Откуда вещи?

– Купила.

– На что?!

– На деньги. – Наташа язвительно улыбнулась. – Это такие бумажки, которые дают за работу. Ты в курсе?

– Какую работу? Ты что, на работу устроилась? – недоумевал Игорь.

– А где, думаешь, я торчу все свободное время?

Игорь шумно вздохнул.

– И где же?

Наташа нервно передернула плечами:

– С чего это я должна перед тобой отчитываться? Я нашла работу, она не отнимает у меня много времени. И мне хорошо за нее платят. Так почему бы мне и не приобрести себе несколько обновок? От матери-то не дождешься!

Мать Назаровых Татьяна сильно пила и постоянно сидела без работы. Катерина прекрасно это знала и жалела Игоря и Наташу. В их семье часто не хватало денег, чтобы заплатить даже за коммунальные услуги.

Расшалившиеся первоклашки, мальчишка и две девочки, вдруг врезались в Наташу сзади. Сумочка, слетев с ее плеча, упала на пол.

– Смотреть надо, куда бежите! – злобно крикнула она притихшей детворе.

Те лишь рассмеялись.

Наташа подняла сумочку и неожиданно схватила за плечо одну из девочек.

– А извиниться ты не собираешься?

– Отпусти! – попыталась вырваться первоклашка.

– Проси прощения, маленькая дрянь!

– Отпусти ее, – вступился за девчонку Игорь. – Что с тобой вообще происходит?

Наташа резко оттолкнула девочку, и та едва не упала.

– Просто надоело постоянно всех прощать! – процедила сквозь зубы девушка, мельком взглянув на Катерину.

Она повернулась и зашагала прочь. Игорь и Катерина проводили ее удивленными взглядами, затем переглянулись.

– Что это с ней? – спросила Катерина.

– Не знаю. Но мне все это не нравится, – заметил Игорь. – Она ведь теперь и дома так же себя ведет. Раньше просто молчала, когда мать на нее орала. А теперь тоже кричит в ответ. Иногда чуть до драки не доходит, так что мне приходится вмешиваться. Она сильно изменилась.

– После той ночи?

– Верно, – согласился Игорь. – Ты тоже заметила?

– Любой бы заметил.

– Державина, вот и ты! – раздалось вдруг со стороны спортзала.

К ним приближалась Ирина Клепцова, редактор школьной газеты и сайта. Очень крупная рыжеволосая девушка, бойкая на язык, готовая отлупить любого, кто придется ей не по нраву. Ее побаивались не только девчонки, но и некоторые ребята из старших классов. С одного бока Ирины болталась сумка с планшетным компьютером, с другого фотоаппарат в кожаном чехле. Как настоящая журналистка, она всегда держала все, что нужно для работы, под рукой.

– Привет, второгодник! – небрежно кивнула она Игорю.

Катерина с любопытством посмотрела на Игоря, но тот лишь смущенно откашлялся.

– Ты вот что, – Ирина обращалась уже к ней, – давай уже участвуй в общественной жизни нашей школы! Лично я хочу приобщить тебя к созданию газеты. Редакция находится в досуговом центре, а распространяем мы наши номера по всем школам района! Пиши статьи, рассказывай про всякие интересности! А главное – ты же мне обещала дать интервью! Где училась фехтованию, какие награды имеешь? И обязательно сфотографируем тебя с рапирой! Наши читатели это оценят, ну и в школе сразу станешь популярной. Тем более после того видео…

– Да какого еще видео?! – воскликнула Катерина.

Ирина с удивлением уставилась на нее.

– Сегодня я уже не первый раз об этом слышу! Что за видео такое? – взволнованно спросила девушка.

Толстушка расхохоталась.

– Так ты ничего не знаешь?!

– О чем?

– Кто-то выложил в Интернет запись вашего боя с тем симпатичным парнем! Помнишь, на площади, в ночь лунного затмения? Маринка тогда стучала на барабанах, а вы сражались на потеху публике? Даже мы с Артемом тогда кинули в вашу банку по десятке! Правда, он потом чуть от жадности не удавился…

Катерина вытаращила глаза.

– Это кто-то записал?

– Это записывали на камеры человек тридцать! – заявила Ирина. – Помнишь ту гигантскую псину, которая носилась по площади? Видео с ней тоже выложено в сети.

– Что-то я такого не видел, – сказал Игорь.

– Не на тех сайтах сидишь! – ответила Клепцова.

Игорь отчего-то вдруг залился краской.

– Вот почему все на меня так смотрят! – догадалась Катерина. – Теперь понятно…

– Привыкай! Отныне ты – звезда Интернета. На ближайшие несколько недель, – рассмеялась Ирина. – Ты и тот высокий красавчик. Кто он, кстати? Не твой парень, случайно? Он ничего… Если мне вдруг надоест Артем, переключусь, пожалуй, на него!

Игорь засмеялся.

– Расскажу об этом Матвею! – сказал он. – Вот он обрадуется! Год потом будет страдать от ночных кошмаров.

– Матвей? – Ирина мечтательно зажмурилась. – Красивое имя! Приводите на интервью и его. Напишем сразу об обоих. В нашей школе вообще ничего интересного не происходит, вот и приходится искать новости где ни попадя. В общем, приходи в любое время, мы с тобой обо всем поговорим.

– Даже не знаю…

– А что тут знать-то? Давай прямо сегодня после уроков.

– Отстань от нее, – вмешался Игорь. – Не видишь, человек не хочет!

– А тебя кто спрашивал, Назаров? – набросилась на него Ирина. Тот сразу присмирел – девушка ведь вдвое тяжелее его. – Вот совершишь что-нибудь стоящее, я и про тебя напишу. А то кроме драк с девчонками ничем пока не прославился! В общем, ты меня поняла, Державина?

– Поняла, – кивнула Катерина.

– Вот и славно!

Ирина зашагала дальше, громко стуча каблуками.

Игорь с досадой посмотрел ей вслед.

– Она просто так не отстанет, – заметил он.

– Да я и не возражаю, – улыбнулась Катерина. – Что ж, видно, придется дать ей интервью. А почему она тебя второгодником назвала? Что, твои оценки еще хуже, чем я думала?

– Вовсе нет! – возмущенно запротестовал Игорь. – Просто в пятом классе меня угораздило повредить позвоночник. Полгода провалялся потом в больнице, естественно, не до учебы было. Вот и пришлось остаться на второй год.

– Так ты на год старше меня? – удивилась Катерина. – Я даже не подозревала! Прямо как Матвей.

– Ну да.

– Не думала, что вы с ним ровесники.

– Просто у него фигура спортивнее, чем у меня. А так-то я выгляжу куда круче!

– Ну конечно, – рассмеялась Катерина. – Кто бы сомневался.

В коридоре раздался звонок на первый урок. Катерина взглянула на расписание, и они с Игорем поспешили в нужный класс.

* * *

Наташа Назарова шагала по коридору, с трудом сохраняя на лице невозмутимость. Внешне она выглядела спокойной, но внутри все клокотало от ярости.

Державина снова отличилась! Теперь ролики с ее участием увидела почти вся школа, и все тащатся от этой девчонки! Ну еще бы! Стройная, симпатичная, да еще так здорово владеет рапирой. Конечно, от такой все мальчишки без ума!

Да еще Матвей… Наташа видела, как они целовались в школьном дворе, и от злости едва не швырнула в них сумку. Руки затряслись, кровь прилила к лицу, в висках застучало, лицо наверняка стало красным, как помидор. Ей пришлось спрятаться за угол и дожидаться, пока Матвей не уедет. В его присутствии ей редко удавалось держать себя в руках. Он безумно ей нравился, но она не могла сказать ему об этом. Когда он на нее смотрел, она просто лишалась дара речи.

А вот Державина так не смущалась! С каждым днем Наташа ненавидела ее все больше и больше. Если бы не приказ графини, она давно бы уже вычеркнула ее из списка своих друзей. Да какого там списка! Кроме Катерины и Матвея, у Наташи и друзей-то никогда не было. Тихая скромница, книжный червь… Наташа страстно желала измениться, но пока ей это не удавалось. Может, близкое знакомство с Шадурской все исправит?

Наташа мечтала стать уверенной в себе, привлекательной и успешной. Как Виолетта Шадурская. Графиня водила ее по дорогим бутикам, знакомила с модными стилистами, визажистами, и Наташа уже извлекла из этих знакомств немало пользы. Она уже во многом изменилась, но перемены затронули лишь ее гардероб и внешность, но не внутренний мир. Она хотела стать такой, чтобы Матвей обратил наконец на нее внимание. И она такой станет. Наташа в этом не сомневалась.

– Эй, Назарова! – окликнул ее кто-то.

Наташа обернулась. У фонтанчика стояли Лариса и Алена. Обе смущенно улыбались.

– Чего вам?

– Эта новенькая в вашем классе, Державина… Ты же ее хорошо знаешь?

– Ну и что с того?

– Так этот парень на скутере ее друг?

– А вам-то какая разница? – подозрительно прищурилась Наташа.

– Просто интересно.

– Нет! – Назарова снисходительно улыбнулась. – Это мой парень!

Она повернулась и зашагала прочь.

– Что-то не похоже! – крикнула ей вслед Алена.

– Просто он еще об этом не знает, – чуть слышно пробормотала Наташа.

Глава четвертая

Секреты

Во время уроков Катерина никак не могла сосредоточиться на учебе. В голову лезли разные мысли совсем не о геометрии, алгебре или литературе. Странный дедушка Валентин, неожиданно возникший во дворе дома. Просьба Ирины об интервью. Эта нежданная популярность, свалившаяся на голову. Представления в обновленном театре «Иллюзион», которые должны начаться совсем скоро. И Матвей. При воспоминании о нем она невольно улыбнулась.

– Я рассказываю что-то смешное? – услышала она возмущенный голос учителя истории, весь урок он без устали повествовал о смутных временах Октябрьской революции. Она пока так и не смогла запомнить его имени.

Катерина вздрогнула, поняв, что он обращается именно к ней. Но тут же приняла серьезный и сосредоточенный вид.

– Нет, что вы! – воскликнула она. – Очень интересно на самом деле.

– Да неужели? – ухмыльнулся тот. – Может, тогда у вас есть ко мне какие-то вопросы?

Катерина задумалась. Такого поворота событий девушка не ожидала. Она пропустила мимо ушей все его объяснения и уже ругала себя за это, придется как-то выкручиваться! Но раз уж речь зашла о революции…

– А вы слышали что-нибудь об организации Клуб Калиостро? – спросила она первое, что пришло ей в голову.

Учитель тут же прекратил ухмыляться и нахмурил лоб.

– По правде сказать, впервые слышу, – нехотя признался он.

Ну конечно! Ведь Клуб и поныне представляет собой тайную организацию. Откуда ему знать о нем? Катерина и сама бы ничего не знала, если бы ей не пришлось столкнуться лицом к лицу с членами этого дьявольского Клуба. Учитель продолжил рассказ, а Катерину вдруг кто-то легонько толкнул в спину. Позади нее сидела Марина Дасова, та самая любительница постучать по барабанам и ведрам.

Катерина дождалась, когда учитель отвернется к карте, висящей на доске, и быстро обернулась.

– Чего? – шепотом спросила она.

– Вот, держи! – Марина сунула ей в руки скомканный листок бумаги. – Если интересуешься такими делами, зайди на этот сайт.

– Какими делами?

– Сверхъестественными! – повторила Марина. – Клуб Калиостро и все такое.

– С чего ты взяла, что речь идет о сверхъестественном? – удивилась Катерина.

– Просто слышала об этой организации.

– Где?

– Места надо знать! – хихикнула девочка.

Катерина развернула бумажку и увидела на ней адрес веб-сайта.

– «Городские легенды», – прочитала она.

– Там выложена вся информация об истории нашего города, – заговорщицким тоном проговорила Марина. – Но не обычные исторические факты, которые нам вдалбливают в школе, а всякая чертовщина, ну и интересности! Я сама частенько туда захожу и точно встречала упоминания о Клубе Калиостро! Раз уж тебя это так интересует…

– Спасибо! – шепнула Катерина, пряча обрывок в карман. – Обязательно посмотрю.

– Значит, тоже увлекаешься мистикой и всякими ужастиками? – обрадовалась Марина. – Ну ты вообще крутая! Я Иринке Клепцовой все расскажу.

– А она-то здесь при чем?

– У нас есть свой собственный клуб, – ответила девушка. – Клуб любителей ужасов! Иринка его негласный председатель. Вступай! У нас интересно!

В этот момент прозвучал звонок на перемену. Большая часть класса, и Марина в том числе, тут же рванула в столовую. Катерина поняла, что узнать у девушки подробности удастся только на следующем уроке. Пока же она, сложив книги в сумку и взвалив ее на плечо, вышла из кабинета. Сейчас, когда толпа самых голодных уже пронеслась по коридорам, сметая все на своем пути, можно не опасаться, что тебя спихнут с лестницы или отбросят за кадки с пальмами.

Катерина спустилась на первый этаж, но тут какой-то парень преградил ей дорогу.

– Привет! – громко сказал он, неприятно ухмыляясь. – Да это же та самая фехтовальщица!

Катерина сразу поняла, что ничего хорошего от него ждать не стоит. Высокий и худой, темноволосый, немного сутулый. Его светло-серые глаза, как у чукотской собаки, казалось, пронизывали ее насквозь. За его спиной маячили еще двое. Ну, конечно, такие типы никогда не ходят в одиночку. Один из его приятелей состоял в команде пловцов, Катерина уже видела его раньше. Второй, маленький и толстый, с наголо обритой головой, постоянно задирал младших школьников на переменах.

– Что вам нужно? – стараясь сохранять спокойствие, спросила она.

– Да вот хотели познакомиться, – нагло ответил парень. – Меня зовут Аркадий, мои друзья – Руслан и Арсений.

Толстяк оказался Арсением. Он широко улыбнулся, обнажив крупные желтые зубы. Катерина хотела обойти троицу, но Аркадий снова встал на ее пути.

– Как насчет того, чтобы прогуляться вечерком? – спросил он. – Сходим в киноцентр или еще куда?

– Спасибо, нет, – сдержанно ответила Катерина.

– Отчего же?

– У меня есть с кем гулять.

– Есть парень? – Аркадий снова ухмыльнулся во весь рот. – Так мы ему ничего не скажем.

– У меня от него нет секретов, – улыбнулась Катерина. – А теперь дай мне пройти! Я так в столовую опоздаю.

– Но ты не ответила, – настойчиво сказал Аркадий. – Так я зайду за тобой? Часов в шесть?

Катерина покачала головой. Этот тип определенно действовал ей на нервы.

– Тогда в семь? – не унимался он.

– Сказала же: нет! – Катерина попыталась его отпихнуть, но тот даже не двинулся с места.

– Я не привык, чтобы мне отказывали, – с угрозой произнес Аркадий.

– А ты привыкай!

Он открыл рот и хотел сказать еще что-то, но тут на весь вестибюль раздался крикливый голос Галины Петровны:

– Кривоносов, Той, Попов! Опять к новеньким цепляетесь? Давно я ваших родителей в школу не вызывала?

Троицу тут же как ветром сдуло. Катерина вздохнула с облегчением и направилась в столовую. Иногда и завуч может пригодиться. Галина Петровна женщина грозная, крикливая и очень большая, поэтому все местные хулиганы боялись ее, как огня.

Когда девушка вошла в столовую, из-за угла появилась Наташа. Она загадочно прищурилась. Назарова только что изучала плакат о предстоящей вечеринке с танцами и слышала каждое слово Катерины и Аркадия.

– Нет секретов? – повторила Наташа и скривилась. – Ага, как же! Тайны есть у всех.

Кажется, теперь она знает, как насолить Державиной, и не станет откладывать это в долгий ящик.

* * *

Сама Наташа хранила не один секрет. Она скрывала целую коллекцию тайн от окружающих, от брата и особенно от своей матери, Татьяны Назаровой. Как, например, то, что уже несколько недель Наташа работала помощницей графини Виолетты Шадурской и исполняла различные ее мелкие поручения.

– Мне нужна толковая ассистентка, милочка, – как-то сказала ей графиня. – Прежняя недавно уволилась. Я хотела было нанять новую и тут вспомнила о тебе. Конечно, ты еще так юна, но зато очень сообразительна. Ну что, ты согласна?

Конечно, Наташа согласилась. Ничего серьезного графиня ей пока не поручала, вся работа сводилась лишь к разъездам по городу, передаче писем и посылок знакомым Шадурской, а еще в ее обязанности входило забирать покупки графини из бутиков и ее вещи из химчистки и прачечной. Но платили ей очень хорошо. Мало того, графиня иногда делала девушке сказочные подарки. Нитка дорогого розового жемчуга, элитные духи, пара маленьких золотых сережек. Наташа прятала подарки на дно нижнего ящика своего комода, зная, что туда мать точно не сунется. Иначе прощай сережки!

Наташа сама не понимала, почему она так нужна графине. Поначалу та говорила, что ей необходимо знать все о Катерине Державиной и ее родственниках. Наташа исправно снабжала ее информацией, добывая которую, ей приходилось изображать подругу Катерины. Правда, это давалось ей с трудом, ведь она испытывала к этой девчонке все большую неприязнь. Ей нравилось получать деньги за необременительный труд, хотя и настораживало, что она не может понять своей роли в этой игре. Обычная школьница. Что в ней так привлекло эту утонченную даму, да еще обладающую такими сверхъестественными способностями?

А графиня Шадурская и в самом деле могла читать мысли людей. Это удивляло, завораживало, и в то же время от этой мысли мурашки бежали по коже. В ее присутствии Наташа никогда не могла расслабиться. Приходилось всегда соблюдать осторожность и следить за своими мыслями.

Наташа часто сопровождала свою покровительницу в штаб-квартиру Клуба Калиостро, но ее никогда не допускали на закрытые собрания. В Клубе состояли дальние потомки некогда известных дворянских родов, обладатели громких званий и титулов. Не так давно Наташа узнала, что столетия назад членами Клуба Калиостро являлись самые настоящие колдуны, медиумы, алхимики и чернокнижники. Они практиковали черную магию, общались с демонами и призраками, обладали поистине магическими способностями и занимались разными темными делами.

Нынешние участники дворянского собрания, потомки тех колдунов, не имели отношения к злым силам, но и они кое-что могли. Графиня Шадурская читала мысли, кто-то умел предсказывать будущее по картам Таро, другие, по слухам, могли вызывать духов и демонов. Наташа сама ничего этого не видела, но знала о них по рассказам графини. Иногда та любила пооткровенничать со своей юной помощницей. Графиня представила ее членам Клуба как свою дальнюю родственницу. В Клубе иногда появлялись дети и внуки членов собрания, «золотая молодежь». Теперь и Наташа принадлежала к их числу, во всяком случае для охранников.

У больших кованых ворот постоянно дежурил привратник, по территории имения расхаживали вооруженные секьюрити с рациями. Гигантский трехэтажный особняк из белого камня с увитыми плющом стенами окружал большой сад. За ним простиралось поле для гольфа, по всей территории стояли беседки для отдыха. Графиня приезжала сюда по выходным и часто брала с собой Наташу. Девушка наблюдала за богатыми и самодовольными господами, за их избалованными детьми и завидовала им черной завистью.

Сегодня, приехав сюда сразу после уроков, Наташа не знала, чем себя занять. Графиня обещала появиться позже и рассказать ей кое-что очень интересное, но пока ее не было. От скуки девушка решилась войти в особняк. Горничные искоса поглядывали на нее, пока она шагала по огромным залам с блестящими мраморными полами. В Клубе Калиостро полным ходом шла подготовка к благотворительному балу, который должен был состояться в ближайшие дни. Мероприятие приурочили к хеллоуину, Наташа догадалась об этом, глядя на специфические украшения зала – гигантские пластиковые тыквы, поддельную паутину и искусственную плесень на стенах, пластмассовые скелеты, развешанные на мраморных колоннах.

Работники имения чистили до блеска позолоченные светильники на стенах, полировали мебель из черного дерева. Горничные вытирали пыль с гигантских хрустальных люстр, которые для этого с помощью специальных лебедок опускали с высоких потолков. Затем их поднимали обратно, и они угрожающе раскачивались и звенели миллионами искрящихся хрустальных подвесок.

Наташа подошла к очередным двустворчатым дверям, толкнула их и оказалась в просторном конференц-зале. В центре комнаты стоял большой круглый стол из черного дерева, вокруг него располагались мягкие кожаные кресла с высокими спинками. Дальнюю стену занимали книжные полки, заставленные книгами. Наташа направилась к ним в надежде найти что-нибудь интересное. Она начала просматривать позолоченные корешки, и наконец одна книга привлекла ее внимание. Она протянула за ней руку, но в этот момент из-за дверей послышались шаги.

Глава пятая

Все пути ведут в Зерцалию

Наташа замерла и испуганно огляделась. Ей явно не полагалось здесь находиться! Она быстро юркнула к краю стеллажа и спряталась за одной из тяжелых портьер, закрывающих окна. В тот же миг двери зала распахнулись, и в помещение вошло сразу несколько человек. В небольшую щель между шторами Наташа смогла разглядеть присутствующих.

Ну и попала же она! У них, похоже, намечалось собрание руководства Клуба!

Графиня Виолетта Шадурская опустилась в кресло с самой высокой спинкой. Остальные заняли свои места вокруг черного стола. Кроме своей покровительницы, Наташа насчитала еще несколько мужчин и одну женщину. По правую руку от Шадурской сел высокий тощий старик с костлявым вытянутым лицом. Все члены дворянского собрания всегда выглядели очень высокомерно и надменно, но этот старик побил все рекорды. Даже на своих коллег по Клубу он смотрел так, словно перед ним сидели бродяги с городского вокзала. Слева от графини расположилась молодая женщина, увешанная драгоценностями. Она обмахивалась большим черным веером. На соседнее место сел невысокий толстяк в маленьких круглых очках. А рядом с высокомерным стариком уселся мужчина лет пятидесяти. Наташе была видна лишь его блестящая лысина и стоячий воротник стильного красного пиджака. Едва они расселись, как двери вновь открылись.

В конференц-зал вошел высокий молодой мужчина в черном смокинге. Из-под сюртука виднелась парчовая жилетка, из нагрудного кармана свисала серебряная цепочка старомодных часов. Его сопровождала восточная красавица в черном брючном костюме. Ее длинные блестящие волосы свободно лежали на плечах. На шее женщины сверкало массивное золотое ожерелье со звездой.

– А вот и Иннокентий, – холодно обратилась к вновь прибывшему графиня. – Рада, что вы откликнулись на наше приглашение.

– Еще бы мне не откликнуться, – улыбнулся тот. – Я удостоился чести быть приглашенным в Клуб Калиостро! Я не был здесь с того самого момента, как моего отца сместили с поста председателя!

– Он сам ушел, – невозмутимо ответила графиня. – Никто и не думал его смещать.

– Ну конечно, – ухмыльнулся гость. – Думаю, все присутствующие знают, как обстояло дело на самом деле.

Трое мужчин и женщина с веером сдержанно улыбнулись. Наташа тоже помнила эту историю. Значит, этот Иннокентий – сын Ипполита Бестужева!

– Позвольте, я представлю вам присутствующих, – произнесла графиня, оставив без внимания его ехидное замечание. – Кого-то вы наверняка уже знаете, других видите впервые.

Она начала с женщины, сидевшей рядом с ней.

– Княгиня Ольга Эдуардовна Щергина.

Женщина с черным веером сухо кивнула Иннокентию.

– Граф Петр Николаевич Лужецкий.

Маленький толстяк в круглых очках и черном бархатном костюме помахал рукой гостям.

– Я знал вашего отца, Иннокентий, – писклявым голосом сказал он. – Жаль, что он больше не хочет поддерживать с нами дружеских отношений.

– Граф Олег Иванович Орлов, – продолжала представлять сидящих за столом графиня.

Человек с блестящей лысиной привстал.

– И князь Андрей Дементьевич Векентьев.

Высокомерный старик слегка склонил голову.

– Очень приятно, господа, – кивнул в ответ пришедший. – Я – Иннокентий Бест. А это моя помощница – Шахиня.

Красавица при упоминании своего имени даже не пошевельнулась.

– Бест! – презрительно фыркнул князь Векентьев. – Самая подходящая фамилия для такого жалкого комедианта!

– Иллюзиониста, – с улыбкой поправил его Иннокентий. – И это не фамилия, а псевдоним.

– Правильно сделал, что решил не позорить фамилию своего знатного рода! – согласился князь.

– Я прославился как Бест и хочу им оставаться, – ответил ему фокусник. – Кому в нынешние времена нужны ваши замшелые дворянские титулы?

Сидящие за столом чуть не задохнулись от гнева.

Орлов вытаращил глаза, Лужецкий покраснел, словно помидор. Княгиня гневно сощурилась и еще энергичнее замахала своим веером. Наташа улыбнулась. Этот бесцеремонный тип, Бест, начинал ей нравиться.

– Я горжусь своим титулом! – прошипел князь Векентьев.

– Как и я! – добавил Орлов. – Члены моего рода сыграли важную роль в истории Российской империи!

– И что с того? – рассмеялся Иннокентий. – Что они оставили вам, кроме своих дворянских титулов?

– Знания! – крикнула вдруг княгиня Щергина. – Бесценные знания и умения, полученные за годы существования Клуба Калиостро!

– Знания, умения… – язвительно повторил Иннокентий. – Что теперь делать с этими знаниями, когда ваши бесценные способности давно канули в небытие?

– Может, мы и не умеем передвигать предметы на расстоянии или создавать огонь из ничего, как наши славные предки, – с вызовом заявила княгиня, – но и мы кое-чего смогли добиться!

Она нажала какую-то скрытую кнопку, раздался звонкий щелчок, и из ее веера выдвинулись сверкающие стальные иглы.

– Мой род Щергиных был славен знаменитыми алхимиками и смертельными ядами, которые они искусно готовили, – со зловещей ухмылкой произнесла княгиня. – Нашими клиентами и заказчиками были многие известные персоны при дворе императора. Рецепты передавались из поколения в поколение, и до сих пор никто не в силах найти к ним противоядие. Здесь десять остро заточенных спиц. – Она продемонстрировала Бесту свой веер. – Десять видов яда. Хочешь испробовать на себе то наследие, что оставила мне моя прабабка?

Иннокентий лишь громко сглотнул, не отводя глаз с отравленных лезвий.

– То-то же! – Княгиня победно усмехнулась.

Иглы с щелчком задвинулись в веер. Наташа вдруг ощутила дрожь в коленях. Этой княгине палец в рот не клади! А еще она вспомнила о своей аллергии на пыль. И ей тут же неудержимо захотелось чихнуть. Наташа зажала рот и нос рукой и замерла.

– Твой отец гордился своим титулом, мальчишка! – крикнул князь Векентьев, вскакивая с кресла. – Он…

– И куда же он делся? – снова овладев собой, перебил его Иннокентий. – Думаете, почему я откликнулся на ваше приглашение? Я пришел сюда по одной-единственной причине. Я ищу своего отца. Никто не видел его с ночи лунного затмения. Может, вам известно, где он?

Члены Клуба Калиостро молчали.

– А что, Ипполит Германович действительно исчез? – удивленно спросила княгиня Щергина. – Я даже не знала.

– Для меня это тоже новость, – нахмурился Лужецкий.

– Отец долгие годы пытался отыскать способ проникнуть в Зерцалию, – сказал Иннокентий. – А вы все прекрасно знаете, что бывает в ночь полного лунного затмения. Ну и все мы смотрим новости и читаем газеты! Гигантский пес, переворачивающий автомобили, человек, рассыпавшийся на осколки на виду у сотни свидетелей… Мне продолжать?

– Не стоит, Иннокентий, – все так же бесстрастно возразила графиня Шадурская. – Никто из присутствующих понятия не имеет, что случилось с вашим отцом. Мы пригласили вас сюда совсем по другой причине.

– Внимательно вас слушаю.

– Расскажите, что произошло в салоне Феофании.

Иннокентий рассмеялся:

– О, она уже успела нажаловаться на меня?

– Она в ужасе, – сказал Орлов. – Так испугана, что даже не смогла толком ничего объяснить! По ее сбивчивому рассказу, в наш мир прорвался еще один… – граф поперхнулся словами, – выходец с той стороны.

Наташе все трудней было сдерживаться, чтобы не чихнуть. Но новость о пришельце заставила ее похолодеть. Она еще не забыла Пьера и Клементину.

– Я не знаю, что именно случилось, – отмахнулся Иннокентий. – Мы сняли покрывало с черного зеркала…

При этих словах члены Клуба Калиостро застыли, словно мраморные изваяния.

– …и оттуда появилось нечто… – Иннокентий продолжал, будто не замечая их реакции. – Некто, способный принимать облик любого человека. Но он попросту сбежал от нас. Так стоит ли из-за этого поднимать панику?

– Что?! – взревел князь Векентьев, вскочив с кресла. – Что вы наделали, безумцы! Посланцы из Зерцалии никогда не приходят сюда просто так! Значит, в самое ближайшее время произойдет нечто ужасное! Ты поставил под удар всех нас!

– Ни для кого не секрет, что Властелины Зерцалии очень враждебно настроены к Клубу Калиостро, – заговорила графиня Шадурская. – Вспомнить хотя бы историю с двойником Эдуарда Пельта, который пытался убить твоего отца!

– Не будем паниковать раньше времени, – холодно сказала княгиня Щергина. – Сначала нам нужно все выяснить.

– Но мы в опасности! – перебил ее Орлов.

– Стоит ли нам бояться какого-то доппельгангера? – заметила княгиня. – Мы здесь под надежной охраной, господа. Я живу в этом особняке уже почти год, пока мой дом ремонтируют. Если желаете, можете тоже на время переселиться в штаб-квартиру нашего сообщества.

– Нам все-таки стоило найти способ уничтожить последнее черное зеркало, – подал голос граф Лужецкий. – Еще тогда, много лет назад!

– Зеркало Трианона не уничтожить, – возразил Иннокентий. – Феофания нам это наглядно продемонстрировала. К тому же, а вдруг именно оно сможет помочь нам? Мой отец столько времени искал машину Калиостро, искал способ проникнуть на ту сторону! А это черное стекло…

– Ваш отец выжил из ума! – выкрикнул Векентьев. – Что вам всем надо в Зерцалии?

– Лично мне – отыскать отца! – взорвался в ответ Иннокентий.

– Насколько я знаю, вы с отцом друг друга не переносили!

– У меня есть на то свои причины, которые вас не касаются!

– Не можешь получить наследство, не так ли? Пока твой отец официально не признан погибшим? Ага! – торжествовал старик. – Я попал в самую точку! Глядите, как переменился в лице наш красавчик!

– Не будем горячиться, господа, – попыталась сгладить ситуацию графиня Шадурская. – Может, действительно все обойдется.

– Вы как хотите, а я прикажу горничной паковать мои чемоданы! – заявил Орлов, поднимаясь из-за стола.

– Я тоже! – подскочил Лужецкий. – Не хотелось бы закончить свою жизнь, как старик Бестужев!

– Так вам все-таки что-то известно о моем отце? – быстро отреагировал Иннокентий.

– А тут и гадать не надо. Ваш папаша совал свой нос, куда не следует, вот и получил по заслугам, – злорадно ответил граф. – А нам остается только бежать!

– Не торопитесь, – проговорил Иннокентий. – Феофания, похоже, вам не все сказала. У меня ведь есть для вас послание от некоей дамы из Зерцалии.

– Что? – выпучил глаза Векентьев. – Какое еще послание?

– Она сказала, что вам давно следует что-то обсудить. В ночь ближайшего полнолуния она свяжется с вами посредством какой-то Диоптры Гольданской! Знать не знаю, кто это такая, но вам это наверняка должно быть известно.

В зале воцарилась мертвая тишина. Желание чихнуть было настолько сильно, что по щекам Наташи потекли слезы. Она сдерживалась из последних сил.

– Это не человек, – после длительной паузы произнесла графиня Шадурская. – Диоптра мадам Гольданской – это оккультный прибор. А сама она – великая прорицательница и медиум, триста лет назад слава о ее способностях гремела по всей России. Она состояла в Клубе Калиостро и общалась с демонами и душами умерших. Делала она это с помощью особого приспособления, которое до сих пор хранится в их семье. Так вы говорите, в ночь полнолуния? Это ведь уже завтра.

– Вот именно! – кивнул молодой Бестужев.

– Они хотят переговоров? – проронил граф Векентьев. – Что ж, нам действительно есть что обсудить.

– Вы уже не намерены бежать? – усмехнулся Бест. – Быстро же ваши планы меняются, господа.

– Контакт с Зерцалией, – заинтригованно проговорила княгиня Щергина. – Не об этом ли мы мечтали столько лет? А что, баронесса Гольданская сможет помочь нам?

– Я свяжусь с Ангелиной Львовной, – пообещал князь Векентьев. – Попрошу прибыть сюда с Диоптрой.

– Но ее столько времени никто не видел. Поговаривают, она вообще не выходит из дома, – сообщила Щергина.

– Думаю, ради такого случая она сделает исключение, – ответил Векентьев.

– Что же, господа, я полагаю, на этом наше собрание можно считать закрытым. Встретимся здесь завтра в полночь, – подытожила графиня.

– Надеюсь, я тоже приглашен? – осведомился Иннокентий Бест.

– Конечно, – кивнула Шадурская. – Без вас эта история была бы неполной.

На этом собрание, к большому облегчению Наташи, закончилось. Члены Клуба Калиостро поднялись со своих кресел и двинулись к выходу.

– Останьтесь, Иннокентий, – вдруг сказала Шадурская. – Мне нужно с вами кое-что обсудить.

Члены дворянского сообщества остановились и с недоумением уставились на графиню.

– Это никак не связано с делами собрания, господа, – тут же улыбнулась она. – Просто несколько личных вопросов.

Все тут же разошлись. В зале остались лишь графиня Шадурская, Иннокентий Бест и Шахиня, безмолвной тенью стоявшая за его спиной. Наташа закрыла лицо рукавом жакета. Если она сейчас не чихнет, ее просто разорвет на части!

– Наконец-то нас оставили одних, – устало произнесла графиня. – Признаться, я планировала встретиться с вами наедине, но эти полоумные старикашки возражали против нашей встречи. Меня, как и вас, сильно занимает эта история, Иннокентий. Скажите, зачем в действительности вы ищете отца?

– Векентьев прав, – ответил Иннокентий. – Мне в самом деле нужно подтверждение о смерти отца, чтобы получить его наследство. Но это лишь одна из причин! Меня также интересует машина Калиостро. Войти в одно зеркало и выйти из другого, но в совсем ином мире! Не об этом ли мечтает каждый иллюзионист? К тому же это сулит и другие возможности.

– Какие, например?

Бест ухмыльнулся.

– Я бы предпочел не распространяться об этом. Знаете ли, я суеверен…

– Вы, кажется, забыли, с кем имеете дело, – усмехнулась Виолетта.

Графиня, конечно же, давно прочла сокровенные мысли этого фокусника.

– Машина нужна вам для криминальной деятельности, для краж, не так ли?

Иннокентий переменился в лице.

– Откуда вы…

– Я просто сопоставила факты, – уклончиво ответила Шадурская. – И я вас не осуждаю. Мне нет никакого дела до того, как вы зарабатываете деньги.

– Действительно, я думал об этом, – признался Бест. – Если машина попадет ко мне в руки, какой криминальный авторитет откажется сотрудничать со мной? Я помогу грабителям проникнуть в любое здание, любой банк, находящийся под самой надежной охраной! На зеркала ведь никто не обращает внимания, а они есть в каждом учреждении.

– Значит, вы гонитесь за легкой наживой? – улыбнулась Шадурская.

– А за чем гонитесь вы? – прищурился Иннокентий. – Ведь и у вас в этом деле имеется какая-то личная цель!

– Я лишь хочу найти способ проникнуть в Зерцалию. И непременно вернуться обратно.

– Но зачем?

– У меня на то свои причины, – отрезала графиня. – Важно одно, Иннокентий. Ваша хватка и мои ресурсы… Мы сможем многое, если объединим наши усилия.

– Я всегда рад любому выгодному партнерству.

– Но никто из Клуба Калиостро не должен узнать об этом.

– Даю слово! – тут же ответил Иннокентий.

– Отлично. Теперь мы одна команда.

И тут Наташа громко чихнула, едва не стукнувшись затылком о стену. Иннокентий и Шахиня вздрогнули. Графиня быстро шагнула в сторону портьеры и рывком отдернула ее в сторону. Застигнутая врасплох девушка застыла на месте. Иннокентий и Шахиня расхохотались.

– Шпионим и подслушиваем, милочка? – сухо улыбнулась Шадурская Наташе. – Ну-ну. Рада, что я в тебе не ошиблась. Выходи, раз уж ты здесь.

– Я… простите! – испуганно выдохнула Наташа.

– Не извиняйся, – ответила графиня. – Ты далеко пойдешь, дорогуша. Если, конечно, будешь во всем меня слушаться! Позвольте вам представить Наташу, мою племянницу, господа, – повернулась она к Иннокентию и Шахине. – Я стараюсь держать ее в курсе наших дел, но иногда забываю о чем-либо ей рассказать. И тогда она сама выясняет все подробности.

– Молодец, – кивнул Бест. – В ее возрасте я тоже частенько подслушивал разговоры в отцовском кабинете. Если бы не это, я так до сих пор ничего и не знал бы о Зерцалии!

– А теперь, – графиня взглянула на Беста, – раз уж мы доверились друг другу, хочу всем вам кое-что показать.

– Интересно что? – удивился Иннокентий.

– Ваш отец никуда не пропадал. Все это время он находился здесь, в этом здании.

– Что? – Глаза фокусника, казалось, вылезут из орбит. – Где именно?!

– В подземелье особняка.

– Его держат взаперти?! – разозлился Иннокентий.

– О нет, – покачала головой графиня. – Все обстоит немного иначе.

– Он… жив? – поинтересовался Бест.

– Сложно сказать. Лучше вам самому все увидеть.

Иннокентий окончательно запутался, а графиня уже направилась к дверям конференц-зала.

– Следуйте за мной, – приказала она. – Сейчас я открою вам одну тайну, которая не известна даже членам Клуба Калиостро.

Иннокентий и Шахиня, как завороженные, пошли за графиней. Наташа тихонько последовала за ними. Конечно, ей хотелось сквозь землю провалиться от стыда. Но узнать, что будет дальше, хотелось еще сильнее. Они пересекли несколько роскошных залов, которые прислуга готовила к грядущему балу, и спустились в подвал особняка. Графиня повела гостей по широкой каменной лестнице, отпирая одну за другой тяжелые двери, окованные железом. Ключи от них висели в большой связке у нее на поясе. Наконец они оказались в небольшом подземном зале без окон. Он был пуст, не считая пары скамеек у стен и какого-то высокого предмета, накрытого плотной темной тканью.

– Что это? – спросил Иннокентий.

– Ваш отец, – сухо ответила графиня и сдернула полотно.

Наташа испуганно охнула. Иннокентий и Шахиня молчали, пораженные открывшимся зрелищем.

На невысоком постаменте перед ними стоял граф Ипполит Германович Бестужев. Он застыл в странной позе, с поднятыми вверх руками, словно пытался защититься от чего-то. Все его тело превратилось в изваяние, статую из стекла темно-серого цвета. Казалось, кто-то искусно сделал его точную копию, а затем облачил ее в одежду пропавшего графа.

Но Наташа знала, что это не статуя. Граф остекленел в ночь полного лунного затмения после того, как Клементина Уварова дунула ему в лицо серебристым порошком. Девушка знала это со слов графини, но не представляла, как это жутко выглядит в реальности. Иннокентий был потрясен не меньше ее.

– Что… что с ним произошло? – с трудом выдавил он.

– Ваш отец встретился с выходцами из Зерцалии, и эта встреча окончилась для него весьма плачевно, – ответила Шадурская.

– Но почему никто ничего не знает?

– А кому об этом было сообщать? Этим трусам, которых ты только что видел в конференц-зале? Или полиции? Все равно они ничего не могли изменить, а вот у нас были бы очень серьезные проблемы.

– Мне-то могли сообщить!

– Я и сообщила вам. Только что.

Иннокентий подошел к статуе и осторожно дотронулся до нее рукой.

– Он мертв? – спросил Бест.

– Я показывала статую своему личному доктору. Мы обследовали ее с помощью разных медицинских приборов. Пульса нет, дыхания нет – какой пульс и дыхание в куске стекла? Это все, что я могу сказать. Но кто знает? Возможно, его еще можно вернуть к жизни.

– Но как это сделать?

– Понятия не имею, – пожала плечами графиня. – Потому-то я и предложила вам сотрудничество. Вместе мы найдем решение этой проблемы.

– Каким образом?

– Все пути ведут в Зерцалию! Мы найдем способ проникнуть туда. Мы отыщем средство, чтобы оживить вашего отца. Вы получите в свое пользование машину Калиостро, как только мы восстановим ее, а я обрету то, что ищу уже много лет.

– Ну хорошо, – сдержанно произнес Иннокентий. – Только не вздумайте меня надуть. Я хорошо знаю, на что вы способны, поэтому предупреждаю сразу: со мной шутки плохи.

Графиня лишь мило улыбнулась в ответ. Она что-то задумала. Наташа успела неплохо ее изучить и сразу это поняла. Она поражалась хитроумности этой женщины. У нее всегда имелся точный план действий, даже в мелочах, и еще парочка запасных вариантов на всякий непредвиденный случай. Наташе хотелось тоже стать такой, и уж тогда она ни от кого не будет зависеть. А пока, чтобы все ее мечты осуществились, ей лучше быть рядом со своей покровительницей.

Глава шестая

Все средства хороши!

Графиня вызвалась отвезти Наташу домой. Конечно, девушке показалось очень лестным такое предложение. Подъехать к их обшарпанному подъезду на роскошной иномарке, чтобы все соседские старушки языки проглотили от удивления, а девчонки попадали от зависти! Но Наташа понимала, что следует соблюдать осторожность. Поэтому она попросила водителя Анатолия остановить машину в нескольких кварталах от дома.

– А ты умная девочка, – похвалила ее графиня. – Не хочешь, чтобы соседи знали, на кого ты работаешь? Правильное решение. Твоя мать, эта несчастная женщина, точно не обрадуется.

– Откуда вы… – начала Наташа, но тут же умолкла. Естественно, Шадурская снова прочла ее мысли. – Я же просила вас больше так не делать!

– Прости, дорогая, – рассмеялась графиня. – Я просто не могу сдержаться. Но тебе иногда удается спрятать от меня свое сознание. Это делает тебе честь, далеко не каждый на такое способен. Но скажи, разве тебе есть что от меня скрывать?

Наташа промолчала. Она так и не рассказала графине всего, что знала о Катерине. Например, о Созерцателях и их способностях. Катерина Державина была из рода Калиостро и своей кровью могла открывать порталы в Зерцалию, как и тот забавный мальчишка Алекс. Это было каким-то образом связано с древним заклятием и магией знаменитого колдуна. Где-то в душе Наташа понимала, что не стоит открывать Шадурской всего, что ей известно. Хотя она и не любила Катерину, но все же не могла подложить ей такую свинью. Кто знает, что взбредет в голову этой могущественной женщине?

– Видимо, дело в том парне? – прищурилась графиня. – Все еще сохнешь по Матвею?

Наташа отвернулась к окну и кивнула. Лучше признаться, раз уж скрыть это от своей покровительницы ей не удается.

– Так я и думала! – рассмеялась Шадурская. – Что ж, давай проверим, выйдет ли у вас что-нибудь серьезное или нет?!

Она достала из сумочки колоду карт Таро и протянула ее Наташе.

– Вытяни карту!

Наташа с опаской покосилась на графиню:

– Думаете, стоит? Может, я не хочу знать, что меня ждет…

– Глупости! – отрезала графиня. – Этого хотят все, пусть некоторые и не признаются в этом. Задавай свой вопрос и вытащи из колоды любую карту.

Наташа глубоко вздохнула и зажмурилась.

– Полюбит ли меня тот, кого я люблю? – спросила она, нащупала в колоде одну карту и вытянула ее.

– О! – усмехнулась графиня. – Взгляни-ка на это!

Наташа открыла глаза, и ее сердце забилось чаще. Она держала карту под названием «Влюбленные» – с изображением держащихся за руки мужчины и женщины.

– Эта карта обещает сильные любовные переживания, – пояснила графиня. – Но она же предлагает сделать выбор!

– Какой выбор?

– Если хочешь стать счастливой, тебе придется отказаться от чего-то для тебя дорогого.

– Но от чего?

– Этого я не знаю. – Графиня убрала карты в сумочку. – Тебе самой придется это решить, когда придет время. Но ты обязательно встретишь того, кто тебя полюбит, карты это обещают. А может, и уже встретила.

Наташа просияла.

– Не понимаю, почему ты до сих пор ничего не предпримешь? – спросила Шадурская. – Хочешь добиться его расположения? Действуй! Решительно, жестко, но при этом изящно и элегантно!

– Но что я могу предпринять?

– Наивная девочка! – Графиня улыбнулась. – Если он тебе так нравится, так добивайся его! В любви, как на войне, все средства хороши.

– Даже не знаю…

– Расскажу тебе одну историю, – придвинулась к ней Шадурская. – Много лет назад я тоже безумно влюбилась в одного человека. Но он женился на другой… Однако я не опустила руки. Я отыскала другого мужчину, первую любовь жены моего избранника, и устроила так, что бывшие влюбленные стали часто встречаться на различных приемах и вечеринках. И вскоре их старые чувства разгорелись с новой силой. Я хотела, чтобы жена моего любимого ушла от него к своему прежнему ухажеру…

– И чем все завершилось? – спросила Наташа. – Вы добились своего? Ваш избранник развелся и вернулся к вам?

– Конец у этой истории не очень счастливый, – немного смутившись, ответила графиня. – Даже жуткий… Вмешались другие, непредвиденные обстоятельства… Но суть истории не в этом. Если хочешь заполучить этого парня, борись за него! Существует множество разных уловок, которые можно применить. Если разыграть партию правильно, главный приз достанется тебе!

– Я подумаю, – согласилась девушка.

Графиня удовлетворенно кивнула.

– Если что, обращайся. Помогу чем смогу.

– Я понадоблюсь вам завтра? – спросила Наташа, открывая дверь машины.

– Конечно! Сеанс мадам Гольданской и переговоры с Зерцалией! Нам предстоит тот еще вечерок! Я хочу, чтобы ты тоже присутствовала.

– Я тоже этого хочу! – просияла Наташа. – Ведь это так захватывающе! – И тут же сникла. – Но мать ни за что меня не отпустит. Ведь переговоры будут в полночь!

– А откуда она узнает? Тебе нужно только потихоньку выбраться из дома, Анатолий отвезет тебя в Клуб, а затем доставит обратно. Я хочу, чтобы ты знала о происходящих событиях. Мало ли чем все обернется в будущем.

Наташу снова охватила волна всепоглощающей благодарности. Эта женщина относилась к ней лучше, чем ее собственная мать!

– Хорошо! – тут же согласилась Наташа. – Я постараюсь выбраться.

– Отлично, – улыбнулась графиня. – А теперь ступай. Да не забудь сделать уроки. Моя помощница не должна получать плохие оценки!

Наташа вышла из машины и захлопнула дверь.

Анатолий хмуро покосился на нее в зеркало, затем включил двигатель, и вскоре автомобиль графини Шадурской плавно скрылся за поворотом.

Наташа оправила на себе костюм, повернулась и вошла в тенистый сквер. И замерла на месте, увидев в паре метров свою мать.

Татьяна Назарова смотрела на дочь с откровенным ужасом в глазах. Наташа тут же поняла, что та все видела. В руках Татьяна держала пакеты с продуктами из ближнего супермаркета. Видимо, сумела где-то подработать. Кроме упаковок и пластиковых контейнеров, из каждого пакета торчали горлышки пивных бутылок. Наташа закатила глаза. Ну еще бы!

– Это и есть твоя новая работа? – крикнула мать. – Ты работаешь на нее?!

А вот это Наташу немало удивило.

– На кого? – спросила она.

– На Шадурскую, эту проклятую ведьму!

– Ты ее знаешь?

– Еще бы мне ее не знать! Твой отец был знаком с многими. Что и стоило ему в конце концов жизни! Так ты работаешь на нее?

– Да… – кивнула Наташа.

– И чем же ты там занимаешься? Полы драишь? В ее хоромах мало горничных?

– Я не мою полы! – оскорбилась Наташа.

– Да неужели? А что тогда?

– Я ее помощница!

– Ты глянь, какая цаца! – подбоченилась мать. – Помощница! И в чем заключается твоя помощь?

– Забираю почту, посылки, работаю курьером, – начала перечислять Наташа и осеклась. Обо всех своих обязанностях говорить явно не стоит.

Мать немного успокоилась, но все еще продолжала хмуриться.

– Оставь это, слышишь? – сказала она. – Работай где угодно, но только не у нее!

– Но почему? – разозлилась Наташа.

– Эта очень дрянная женщина! – сказала мать. – Она настоящая ведьма! И связана с опасными людьми. Я часто видела их на выступлениях твоего отца. И давно поняла: они вовсе не безобидные фокусники. Это какая-то секта!

Наташа усмехнулась.

– Не говори ерунды!

– Не веришь? Ну и не верь! Но если я еще хоть раз тебя с ней увижу – все волосы тебе повыдергиваю, поняла?

– Но почему? Разве не ты постоянно твердила, что мне следует найти работу?

– Работа работе рознь!

– Она хорошо мне платит.

– Да разве деньги – это главное?

Наташа изумленно посмотрела на мать. Как-то это не похоже на ее обычные выступления.

– Я не хочу, чтобы ты погубила свою жизнь из-за этой размалеванной куклы, – продолжала Татьяна. – Зарабатывать нужно, но только честным трудом. Пусть денег будет немного, но зато избежишь больших неприятностей!

– А мне нравится, – заявила Наташа. – Все лучше, чем горбатиться за копейки, как ты!

Татьяна с удивлением смотрела на нее.

– Я вижу, как живут нормальные люди! И хочу жить так же. Я этого достойна! А ты просто не хочешь этого понять! – воскликнула девушка.

– Достойна? Красивых шмоток? А что ты сделала, чтобы заслужить подобное?

– Я все это заработала!

– Да никогда в жизни не поверю, чтобы Шадурская просто так приняла на работу сопливую девчонку! К ней в помощницы наверняка целая очередь выстраивается из девиц куда более достойных, чем ты. А она взяла тебя! Нет уж, наверняка она что-то задумала на твой счет! А потому ты к ней больше не пойдешь!

– А то что?

– Выдеру тебя ремнем, как сидорову козу!

Наташа громко фыркнула:

– Мне уже не пять лет!

– А ума, как у пятилетней. Я все сказала! А ты обязана меня слушаться!

– И не подумаю!

– Что?! – возмутилась мать.

Наташа быстро зашагала в сторону дома. Ей вдогонку неслись громкие гневные выкрики, но она не обращала на мать никакого внимания. Пусть говорит что хочет, но она будет работать на графиню Шадурскую. Ведь только та сможет помочь ей чего-то добиться в жизни. А не вечно безработная, вечно подвыпившая мамаша.

* * *

После окончания уроков Катерина вышла во двор школы и огляделась. Матвей обещал заехать за ней и отвезти домой, но пока его не было. Девушка уже подумывала пойти пешком, но в этот момент в сумке зазвонил мобильник. Катерина решила, что это Матвей наконец вспомнил о ее существовании, но на дисплее высветился номер Аглаи.

– Кать, ты сейчас где? – деловито осведомилась мачеха.

– Пока еще у школы, но скоро буду дома.

– Это хорошо, – с облегчением вздохнула Аглая. – У нас с Прохором в театре работы невпроворот, а дед Валентин сидит в особняке в одиночестве. Мне перед ним даже как-то неудобно. В общем, нигде не задерживайтесь, езжайте с Матвеем прямо домой. Развлеките старика.

Катерина совершенно забыла, что в их доме гость.

– Он останется у нас? – спросила она.

– Да, до тех пор, пока не решит вернуться домой. Он живет где-то за границей. Я предложила ему поселиться в комнате Евдокии, и он согласился.

– Так ты обо всем ему рассказала?

– Конечно! Чего тут скрывать, он и так в курсе многих событий. Знаешь, мне даже как-то полегче стало, когда я с ним поговорила. Оказывается, он настоящий психоаналитик, у него даже диплом есть. Выложила ему все начистоту, а он внимательно слушал и кивал головой. К тому же он когда-то и сам состоял в Клубе Калиостро, так что знает многое об этих людях.

– О, тогда мне найдется, о чем с ним поговорить! – усмехнулась Катерина.

– У тебя какие-то проблемы? – тут же встревожилась Аглая.

– Нет, что ты!

– А зачем тогда тебе психоаналитик?!

– Ну… чтоб и дальше не было проблем! А если серьезно, расспрошу его о родителях. Евдокия говорила, что все считали их очень странными. Пусть объяснит мне их поведение с точки зрения психоанализа!

– Ты сама чокнутая, – тут же расслабилась Аглая. – Постарайся не докучать старику, знай меру. Не то он решит, что у нас вся семейка с приветом. Видела бы ты его лицо, когда я сообщила ему о нашей работе в цирковой труппе!

– Очень удивился?

– Он думал, что я давно не выступаю. Ну ладно, мне уже пора бежать! Не скучайте там.

– Хорошо, – ответила Катерина и отключилась.

Она любила Аглаю, как родную мать, и могла запросто говорить с ней на любые темы. А вот дедушка Валентин пока еще темная лошадка. Как бы не напугать его своими причудами.

В этот момент из школы вышла Ирина Клепцова. На ее боку висела вечная сумка с планшетом. Катерина тут же вспомнила о своем обещании зайти сегодня в редакцию, о котором она забыла.

– Державина! – воскликнула Ирина. – Ты-то мне и нужна!

– Ир, я правда хотела…

– Наконец-то я застала тебя одну!

– Что? – Катерина осеклась и приподняла брови.

Похоже, речь сейчас пойдет не о статье. Ирина вытащила из сумки планшет и включила его. Затем с сосредоточенным видом начала пролистывать файлы.

– Где же это? – бормотала она вполголоса. – Ах, вот!

И сунула Катерине экран под нос. Девушка увидела фотографии ночного города. Фонари, гирлянды, праздничные плакаты и толпы гуляющих людей. Кадры, сделанные в ночь лунного затмения, на некоторых из них она отчетливо видела багровый круг луны в темном небе. Катерина присмотрелась к ним получше и обомлела. На следующих снимках виднелся зорг Багратион, гигантский черный пес, несущийся по городу. Перед ним бежали сломя голову сама Катерина, Игорь и Наташа Назаровы, Матвей с рапирой в руке. Чудовище неслось так быстро, что на некоторых фотографиях его изображение казалось смазанным.

– Ничего мне не хочешь рассказать? – поинтересовалась Ирина.

– Об этом?

– Нет, о своей успеваемости! Конечно об этом, о чем же еще!

– Я видела вас тогда на площади, но это ведь снято в другом районе города!

– Там полгорода гуляло в ту ночь. И все видели этого монстра. С Назаровыми об этом говорить без толку. Игорь молчит, словно партизан, а его сестрица в последнее время слишком высоко задирает нос. Так почему эта псина неслась именно за вами?

Катерина пожала плечами:

– Просто мы оказались не в том месте и не в то время. С каждым могло такое приключиться.

– Тогда как ты объяснишь это?

Ирина пролистала еще несколько кадров. И Катерина, к своему огорчению, поняла, что сейчас придется много врать. На снимках она увидела барона Эдуарда Пельта и себя саму, удирающую от него по ночной улице. А затем момент, когда его сбила машина старухи Евдокии. Взрыв огненных искр, облако дыма и летящие во все стороны стеклянные осколки.

– Он точно гнался за вами, – заявила Ирина. – Я даже слышала, что он вам кричал!

– Он просто сумасшедший, сбежавший из приюта. Я не знаю, что ему тогда в голову взбрело.

– Но он разлетелся на куски! Сумасшедшие, даже если они полные психи, не разбиваются на стеклянные осколки!

– Ты показывала эти снимки кому-нибудь?

– Никто не верит, что это настоящие фотки. Говорят – «фотошоп». Но я-то их сама снимала!

– Я мало что тогда видела.

– Ой не ври! – воскликнула Ирина. – Такая чемпионка по вранью, как я, запросто может раскусить начинающих, так что даже не пытайся!

Катерина прикусила язык. Она не знала, как еще выкручиваться.

– Я вот что хочу сказать, Державина. – Ирина понизила голос почти до шепота. – Ты тут новенькая, многого не знаешь, но у этого города очень богатая и необычная история. Я могу рассказать тебе такое, что и в самых изощренных ночных кошмарах не приснится! Так что если захочешь поговорить, я всегда к твоим услугам!

– Буду иметь в виду, – осторожно сказала Катерина. – А это как-то связано с вашим Клубом любителей ужастиков?

– Тебе Маринка рассказала? Да, мы любим выискивать разные жуткие истории. Она дала тебе адрес портала «Городских легенд»? Конечно, большая часть из того, что там выложено – вранье! Но иногда попадаются очень занимательные интервью и рассказы очевидцев о разных странностях.

В этот момент к воротам школы подкатил на скутере Матвей.

– В общем, ты знаешь, где меня найти, – сказала напоследок Клепцова. – Расскажешь мне об этом лысоголовом психе, и я тоже расскажу тебе что-нибудь интересное!

– Хорошо, – кивнула Катерина. – Мне как раз нужно кое-что выяснить.

– А теперь дуй к своему парню. Он уже заждался!

Ирина заговорщицки ей подмигнула и ушла, гордо подняв голову. Обескураженная Катерина поспешила к Матвею.

Тот с улыбкой снял с головы шлем и чмокнул девушку в щеку.

– Опять целуются! – послышался издалека голос Клепцовой. – Сколько можно! Он что, только из тюрьмы вышел?!

Катерина хихикнула.

– Твоя новая подруга? – спросил Матвей, кивнув в сторону Ирины.

– Сама пока не поняла, – ответила Катерина, надевая шлем.

Если Ирине и ее приятелям и в самом деле известно что-то о происходящих в городе сверхъестественных событиях, с ними непременно стоит познакомиться поближе. Кто знает, может, они будут полезны? К тому же Катерине нравились эти ребята. Артем не только настоящий хакер, но и отличный фотограф. Ирина может постоять за себя и никогда за словом в карман не лезет. Марина Дасова – прирожденная барабанщица и просто веселая девчонка, с которой приятно общаться. А еще они любят фильмы ужасов, как и сама Катерина. Чем не подходящая компания?

Глава седьмая

Тайный архив

Катерина и Матвей быстро добрались до особняка Державиных. Еще во дворе Катерина вдруг ощутила приятный запах ванили и чего-то очень вкусного. Нечасто в их жилище витали такие ароматы! Матвей быстро загнал скутер в гараж, и они вошли в дом. Здесь дурманящий запах прямо-таки валил с ног. Дед Валентин в белом передничке и мягких рукавицах-прихватках хозяйничал у большой плиты. На ее конфорках стояло сразу две сковороды, на которых пеклись блинчики. Валентин периодически ловко поддевал их деревянной лопаткой и переворачивал. На столе на тарелке уже дымилась целая стопка блинов.

– У нас праздник? – с порога воскликнула Катерина.

– С чего это? – удивился Валентин. – У вас что, блины только по праздникам пекут?

– У нас их вообще не пекут, – сказал Матвей.

– Бедные дети! Ну, мойте руки и быстро за стол!

Матвея и Катерину не пришлось просить дважды, оба тут же скрылись в ванной. Дед Валентин тем временем поставил на плиту чайник с водой.

– Вот только варенья я в этом доме не нашел, – сообщил он. – Пришлось сходить в магазин. А еще купил ванили и корицы, ведь я пеку блины только по своему фирменному рецепту!

– Корица есть, но мало, – сказал Матвей. – Я иногда пеку булочки и всегда добавляю ее в тесто.

Катерина улыбнулась. Матвей действительно любил такие булочки, и от него почти всегда пахло корицей. Они и познакомились много лет назад в цирке, где работали их родители, когда маленький Матвей угостил маленькую Катерину вкусной сдобной булочкой. Правда, как потом она узнала, за минуту до этого он отобрал ее у мартышек… Как же давно это было!

– А хоть что-то съедобное в нашем доме нашлось? – спросила Катерина, усаживаясь за стол.

– О да, – кивнул Валентин. – Соль!

Катерина и Матвей расхохотались.

– И как же вы тут выживаете? С пустым холодильником!

– Сами удивляемся, – ответил Матвей. – Но сейчас в нем хоть что-то изредка появляется. А раньше у Аглаи в нем лежали только замороженные полуфабрикаты.

Валентин лишь покачал головой. Вскоре чайник закипел. Старик налил ребятам чаю и придвинул к ним тарелку с горячими блинами. Катерина и Матвей налегли на угощение, а Валентин вернулся к плите и вылил на сковородку очередную порцию теста.

– Надо отметить, вы неплохо здесь потрудились, – похвалил он. – Сейчас в доме даже можно жить. Мне нравятся все перемены. Конечно, прошло много лет, но в мое время этот особняк выглядел вполне сносно. Правда, уже тогда он начинал ветшать. А вот во времена Александра и Маргариты здесь все выглядело совершенно иначе.

– А кто тогда следил за домом? – спросила Катерина. – Бабушка?

– Что ты! – Дед взмахнул лопаткой, и несколько капель теста шлепнулись на столешницу. – Все хозяйство вела Маргарита. Очень умная и хозяйственная женщина. Да к тому же потрясающе красивая! Александр, твой отец, занимался исключительно «Иллюзионом» и своими поисками машины Калиостро, а она взяла на себя всю работу по дому, старалась сделать жизнь семьи комфортной.

– Ты хорошо ее знал? – продолжала допытываться Катерина.

– Наверное, нет такого человека, кто бы мог сказать, что хорошо знал твою мать. Марго была сплошной тайной.

– Я так хочу узнать о ней побольше, но ума не приложу, с кем об этом можно поговорить.

– А ее подруги? – воскликнул Валентин, переворачивая блинчик. – Наверняка кто-то из них до сих пор живет в этом городе.

– Я никого не знаю, – призналась Катерина. – Не сомневаюсь, что и Аглая тоже. Они вращались в совершенно разных кругах.

– Ну да, наверняка Марго водила дружбу с кем-то из дворянского собрания, – согласился Валентин. – С артистами «Иллюзиона» она особо не сближалась. И вообще появлялась в театре довольно редко. Но в Клубе она была частой гостьей и кое с кем водила близкое знакомство. Должны же были в семейном архиве сохраниться старые записи, фотографии. Неужели вы ничего этого не нашли?

– Мы перерыли весь дом, – присоединился к разговору Матвей. – Похоже, что Евдокия, точнее, ее двойник, избавилась от всех реликвий Державиных.

– Хм. – Старик замер у плиты и задумался. – В доме, возможно, и не сохранилось ничего, но вот в театре – другое дело! Я точно знаю, что в «Иллюзионе» у Александра имелся особый тайничок, прямо в его кабинете.

– Тайник? – обрадовалась Катерина. – Я о нем понятия не имела!

– На то он и тайник, – улыбнулся Валентин. – Я сам увидел его случайно, когда вошел без стука в кабинет твоего отца, а он в тот момент прятал туда шкатулку.

– Так поехали в театр прямо сейчас! – вскочила из-за стола Катерина. – Посмотрим, вдруг он все еще существует.

– Поехали, – все так же добродушно улыбнулся в ответ Валентин. – А вы уже наелись?

– Я сейчас лопну, – призналась Катерина.

– Пожалуй, тогда мне лучше отодвинуться, – заметил Матвей.

Катерина в шутку толкнула его в бок. Матвей вдруг поморщился и даже слегка побледнел.

– Что, так болит? – забеспокоилась Катерина.

– Нет, все в порядке…

– Ты и после тренировки то же самое говорил. Вряд ли это обычное растяжение!

– Я в норме. – Матвей попытался улыбнуться. – Не обращай внимания.

– Но…

– Все! – отрезал парень. – Хватит обо мне заботиться, как о маленьком! Я и сам о себе позабочусь.

– Ну как знаешь, – отступилась Катерина. Но сама решила незаметно понаблюдать за ним и в случае чего сразу же рассказать Прохору. Уж отца-то Матвей точно послушается.

Дед Валентин закончил стряпню и сложил грязную посуду в раковину. Они быстро собрались и отправились в театр.

Старик с любопытством разглядывал дома по пути в театр. Его, как и Катерину совсем недавно, поразило, как выглядят улицы старого города. Здесь совсем не ощущался ход времени. Разве что неоновые вывески на фасадах старинных зданий немного портили впечатление. А вот вид самого театра его неприятно поразил. Здание пустовало много лет и совсем обветшало. Но возле входа высились груды строительных материалов, а одну из стен покрывали леса, так что это немного смягчило первое впечатление.

– Надеюсь, после ремонта театр приобретет прежний вид, – хмуро сказал Валентин.

– Конечно! – заверила его девушка.

Катерина приходила сюда почти каждый день и не переставала удивляться тому, как быстро продвигается ремонт. Реставрация вестибюля была почти закончена, рабочие даже расставили кресла вдоль стен. Некоторые артисты уже начали репетиции, используя для этого пустые помещения за сценой театра. Оттуда доносились звуки музыки и веселый смех. Но пока стены вестибюля были закрыты полиэтиленовой пленкой, новый пол тоже был застелен брезентовыми полотнищами. Стоя на строительных лесах, маляры красили потолок.

Цирковым артистам приходилось отрабатывать свои номера повсюду, где только было можно. Клоуны Степан и Филимон в своих ярких разноцветных костюмах носились по коридорам первого этажа, лавируя между стойками лесов, и лупили друг друга огромными надувными молотками. Катерина едва со смеху не покатилась, увидев это. Степану и Филимону вообще-то и делать особо ничего не надо было – только выйти на сцену, и все зрители тут же начинали хохотать. Пашка и Марат, ее ровесники и коллеги по фехтовальной группе, сражались на кривых саблях прямо на лестнице, ведущей на верхние этажи.

– Привет! – тяжело дыша, отсалютовал им клинком Павел. – Внимательнее там наверху!

– А что такое? – спросил Матвей.

– Там акробаты пирамиду выстроили, – сообщил Пашка и снова атаковал Марата.

– И всегда здесь так? – поинтересовался Валентин, когда мальчишки, перепрыгнув через перила, помчались в сторону зрительного зала.

– Да каждый день, – ответила Катерина.

– Это уже не театр, – покачал головой старик. – Настоящий цирк! Но мне нравится. Наконец-то в этом здании чувствуется дыхание жизни, а то раньше здесь собирались лишь напыщенные снобы, члены дворянского собрания, а с ними особо не повеселишься!

Акробаты действительно, взгромоздясь друг на друга, соорудили трехъярусную пирамиду в коридоре второго этажа. В самом низу построения стоял дядя Прохор, на его мощных плечах разместились две худенькие девушки-близняшки, Алиса и Лена, а они в свою очередь держали за ноги акробатку Веру. В целях безопасности полы в коридоре застелили мягкими матами. Прохор покраснел от натуги, но улыбался и подшучивал над дамами.

– И сколько, говорите, весите? Кому-то из вас явно пора садиться на диету!

– Ты говори, да не заговаривайся! – ответила ему Вера. – Привет, молодежь! – Она махнула рукой Катерине и Матвею.

Прохор повернулся в их сторону, и девушки с визгом посыпались на пол.

– А вы что здесь делаете? – Отец Матвея подошел к ним ближе.

– Развлекаем дедушку, – ответила Катерина.

– Хорошее дело, – кивнул Прохор. – Ну и как вам наш «Иллюзион»?

– Пока сложно сказать, – замялся Валентин. – Но то, что я уже видел, впечатляет!

– Задержитесь в городе, и вы увидите наше первое представление, – сказал Прохор. – Точно не пожалеете.

– Посмотрим, – уклончиво ответил Валентин.

Катерина, Валентин и Матвей поднялись на верхний этаж и вошли в кабинет Александра Державина. Катерина не появлялась здесь с той самой ночи, ночи лунного затмения. С тех пор в кабинете мало что изменилось. Лишь разбитое окно, за которым простирался зрительный зал, заколотили листом фанеры. Поломанная мебель все еще валялась вдоль стен, опрокинутый письменный стол громоздился у двери. Перевернуть и поставить его на место так никто и не удосужился.

– И где же здесь тайник? – растерянно огляделась Катерина.

Валентин осмотрелся, затем задумчиво почесал в затылке.

– Убей, не помню, – признался он. – Кажется, где-то здесь. – Он направился к противоположной стене, покрытой потемневшими деревянными панелями. – Столько лет прошло! Надеюсь, Александр не уничтожил его перед тем, как скрыться.

Он принялся простукивать рукояткой своей трости деревянную обшивку стен. Катерина и Матвей к нему присоединились, вскоре они обошли почти весь кабинет. Пустот нигде не было.

– Не мог же Александр и в самом деле избавиться от тайника! – недоумевал Валентин. – Все панели одного цвета… Если бы он заменил хоть одну из них, мы бы это заметили!

Он вышел на середину кабинета и опустился в кресло.

– Где же он может быть?

Катерина и сама бы хотела это узнать. Матвей от отчаяния принялся беспорядочно колотить кулаками по стенам. Но это не помогло. Все притихли и, успокоившись, еще раз внимательно оглядели кабинет, но не увидели ничего, хотя бы отдаленно напоминающего замаскированную дверцу тайника. И вдруг темные деревянные панели, по которым только что с силой стучал Матвей, с грохотом рухнули на пол. К потолку взметнулось целое облако цементной пыли.

– Что это? – испугалась Катерина.

– Сам не понимаю! – удивленно воскликнул Матвей.

– Наверное, ты случайно задел какой-то скрытый рычаг! – догадался Валентин.

В стене за панелями была небольшая ниша, сплошь затянутая паутиной, а в ней стояла красивая, хотя и очень пыльная деревянная шкатулка. Катерина взяла ее в руки и хорошенько обтерла попавшейся под руку тряпицей. Валентин подошел к ней и поднял резную крышку.

В шкатулке лежали пачки пожелтевших, перевязанных ленточкой писем, несколько исписанных тетрадей, по виду похожих на дневник Казимира Поплавского, который Катерина все еще хранила у себя. И еще несколько черно-белых фотографий.

Девушка села на диван и принялась их рассматривать. На снимках были ее родители, она сразу их узнала. Молодые, красивые, улыбающиеся. И влюбленные, это было очевидно, даже несмотря на то, что они глядели не друг на друга, а в объектив фотоаппарата и улыбались неизвестному фотографу.

Катерина нашла снимок, где Маргарита была вместе с какой-то молодой женщиной на фоне раскидистых пальм. Она перевернула фотографию. «Ксения Башарова, Маргарита Державина, Черноморское побережье, 1996 год» – гласила надпись, сделанная аккуратным мелким почерком.

– Башарова! – воскликнул Валентин. – А я ведь знал эту семью! Отец и дочь, они тоже состояли в Клубе Калиостро.

– Можно расспросить их о моей семье, – задумчиво сказала Катерина. – Вдруг у них сохранились и другие фотографии?

– Конечно, – тут же согласился Валентин. – Ксения наверняка обрадуется дочери своей лучшей подруги! К тому же ты так похожа на Марго, прямо одно лицо!

– Это точно, – согласился Матвей, разглядывая фотографии. – Вы с ней очень похожи. Пожалуй, вас даже можно перепутать!

– Если хотите, могу составить вам компанию, – предложил дед Валентин. – Если Башаровы за эти годы не сменили свой адрес, мы без труда их отыщем!

– Конечно хотим! – обрадовалась Катерина. – Можно пойти к ним прямо сейчас!

Она взглянула на другие бумаги, лежавшие в шкатулке, пролистала тетради отца. Это и в самом деле были дневники.

– Отец тоже делал записи о своей жизни? – спросила Катерина, листая самую толстую тетрадь.

– О да, – кивнул Валентин. – У членов дворянского собрания это тогда считалось модным.

– Я ведь могу прочитать записи отца? – спросила Катерина. – Я уже читала дневник князя Поплавского. Вернее, начала читать, но пока так и не закончила. Но князь умер, так что это другое дело. А мой отец… Вдруг он жив? А у меня тут его личные бумаги… Он ведь писал их не для меня…

– В этом нет ничего плохого, Катерина! – заверил ее Валентин. – Кому же еще читать дневники родителей, как не их детям? Я уверен, что твой отец разрешил бы тебе их прочесть. Может, эти тетради помогут тебе понять причины некоторых его поступков?

Катерина не могла с этим не согласиться. Ее отец действительно совершил много странного. Она сложила бумаги обратно в шкатулку, а тетрадь засунула в свой рюкзак. Девушка намеревалась непременно прочитать записки, но только когда останется одна. Ведь это все равно что выслушать чью-то исповедь. Лучше, чтобы рядом в этот момент никого не было.

Глава восьмая

Кофе для незваных гостей

В коридоре послышались чьи-то шаги, и вскоре в кабинет вошла Аглая. Ее сопровождал какой-то тип в коричневом костюме.

– Вот вы где! – обрадовалась женщина, увидев Катерину и Матвея. – Прохор сказал, что вы приехали, а мне как раз вы и нужны.

Она кивнула в сторону своего спутника.

– Это следователь, он хочет задать вам несколько вопросов.

Катерина и Валентин удивленно вскинули брови. Матвей нахмурился, с подозрением разглядывая полицейского.

– А что случилось? – спросил парень. – Мы, кажется, ничего не натворили…

– Надо проверить информацию, – уклончиво ответил следователь. – Моя фамилия Яблонский!

Не спрашивая позволения, он прошел в кабинет и уселся на пыльный диван. Вблизи Катерина смогла разглядеть его получше. Внешность у следователя Яблонского была весьма странная. Он был совершенно лишен каких-либо запоминающихся черт. Наверное, в полицию специально набирают безликих людей. Запомнить их внешность с первого раза просто невозможно. Отвернувшись, Катерина не сумела бы описать его облик.

– Так это и есть ваши Катерина и Матвей? – осведомился тот, вытаскивая из кармана пиджака блокнот и ручку.

– Верно, – не без гордости ответила Аглая. – Моя приемная дочь и ее друг. Матвей тоже уже почти как сын мне.

Яблонский тут же что-то записал.

– А вы, уважаемый? – уставился он на Валентина.

– Это наш родственник, – ответила Аглая. – Валентин Державин.

Яблонский снова черкнул что-то в блокноте.

– А теперь расскажите мне о том, чем вы занимались в ночь лунного затмения, – попросил он.

– Но мы уже столько раз все рассказывали в полиции! – возмутился Матвей. – Сколько можно!

– Теперь это дело поручили мне, – невозмутимо ответил Яблонский. – Следствие все еще продолжается, постоянно выясняются все новые подробности тех событий. Слишком много странного и необычного произошло за те несколько часов в разных частях города. Нам нужно прояснить некоторые факты.

– Какие еще факты? – недовольно спросил Матвей.

– Ну, например, откуда взялась та гигантская собака?

– Вы полагаете, это наша? – съязвила Катерина.

Яблонский посмотрел на нее без всякого выражения. Не иначе, он и правда подозревает, что Багратион принадлежал Катерине и ее друзьям!

Дед Валентин хранил молчание и внимательно слушал.

– По словам очевидцев, пса с наездниками видели несколько раз в течение той ночи, – сказал Яблонский. – Они преследовали группу каких-то ребят. Уж не вас ли?

– Нас, – кивнул Матвей. – А это уже уголовное преступление, бегать от взбесившихся перекормленных собак?

– Там видно будет… Дальше! Каким образом пес оказался здесь, в этом театре?

– Мы убегали от него и забежали сюда, – ответила Катерина. – Он последовал за нами!

– И кто его застрелил? У вас в театре хранится огнестрельное оружие?

– Конечно нет! – ужаснулась Аглая. – Пистолеты есть в реквизите фокусника, но это всего лишь пугачи. Они стреляют холостыми патронами!

– Тогда чья пуля убила эту бестию?

– Виолетты Шадурской, мы же говорили! – сказала Катерина.

– В том-то и дело! – воскликнул Яблонский. – Я беседовал с этой дамой, и она все отрицает. Да я и сам не особо верю…

– А в собак размером с лошадь вы раньше верили? – спросила Аглая.

– Нет, – покачал головой следователь. – Но я скорее готов поверить в существование такой собаки, чем в то, что уважаемая женщина будет носиться за вами с пистолетом.

– Но это действительно так! – возмущенно сказал Матвей. – Она вас обманывает!

– Или же меня обманываете вы, – процедил Яблонский.

– Да как вы можете такое говорить! – разозлилась Аглая. – Им столько всего пришлось пережить по вине каких-то сумасшедших! А вы еще обвиняете их в чем-то?

– Только не надо представлять ваших деток безобидными крошками. Я видел запись в Интернете, из которой понятно, что холодным оружием они владеют в совершенстве!

– Какое оружие! Это же спортивные рапиры, – поправила его Катерина.

– Да мне без разницы, – отрезал Яблонский. – Положили рапиры, взяли сабли или топоры – делов-то!..

– Ну это уже ни в какие ворота не лезет! – Еще сильнее разозлилась Аглая. – Допрашивайте лучше эту вашу Шадурскую! Думаете, если она богата, то не может быть ни в чем замешана?

– Я этого не говорил, – слегка поколебавшись, произнес Яблонский.

– Но именно это вы имели в виду, – не унималась Аглая. – Если вам больше нечего сказать, то я бы попросила вас покинуть помещение!

– Я еще не закончил.

– Зато мы закончили!

Катерина смотрела на Аглаю во все глаза. И гордилась своей мачехой! Невысокого роста, обычно мягкая и тихая, Аглая могла постоять за себя и за своих близких. А уж ради приемной дочери она была готова и не на такое.

Яблонский хмуро взглянул на нее, затем убрал свой блокнот в карман.

– Это не последняя наша встреча, – уже угрожающе произнес он. – Вам все равно придется ответить на мои вопросы.

– Все равно ничего другого не услышите! – сухо сказала Аглая.

Следователь с недовольным видом поднялся с дивана и вышел из кабинета. На его штанах сзади осталось большое пыльное пятно.

Аглая перевела дух.

– Индюк! – сказала она.

Катерина и Матвей рассмеялись.

– Ну а вы что тут расселись? – набросилась на них Аглая. – Охота вам тут дышать краской! А ну брысь отсюда! Лучше бы показали дедушке достопримечательности города, чем торчать в этой развалюхе!

– Все-все! – Катерина подняла руки и попятилась к двери. – Мы уходим, о страшнейшая!

– Ваше слово закон для нас! – с полупоклоном добавил Матвей.

Дед Валентин громко рассмеялся. Аглая тоже не смогла сдержать улыбку.

– Идите, идите! – отмахнулась она. – Вечером за ужином еще поговорим.

И они отправились на поиски дома Башаровых.

* * *

Нужный адрес они нашли довольно быстро. Оказалось, что дед Валентин отлично ориентируется в улочках старого города. Но их ждал неприятный сюрприз. Катерина ожидала увидеть очередной старинный дом, каких было множество в этом районе, но Валентин привел ребят на заросший кустарниками пустырь. Настоящие непроходимые заросли, сквозь которые виднелись обгоревшие остатки кирпичной кладки.

– Вот незадача, – расстроился Валентин. – Но я ведь точно помню, что дом Башаровых стоял именно здесь! Двухэтажный, деревянный, с небольшой террасой!

Они подошли ближе и увидели повалившийся забор, наспех сколоченный из грубых досок. Местами доски отсутствовали, и сквозь дыры проглядывали кусты, образующие неухоженные заросли. Через щели в заборе можно было разглядеть фундамент, оставшийся от дома – ровный квадрат из кирпича и бетона, вросший в землю. Его, словно заброшенный колодец, забросали полуобгоревшими досками и присыпали землей.

– Интересно, что здесь произошло? – тихо произнесла Катерина.

Мимо проходила пожилая женщина с продуктовой сумкой в руке.

– Простите, уважаемая, – обратился к ней Валентин, – вы не знаете, что случилось с этим домом?

– Как не знать, – с готовностью отозвалась незнакомка. – Я ведь тут живу по соседству. А вы почему интересуетесь?

– Здесь жили мои друзья, – ответил Валентин. – Я много лет жил за границей и лишь недавно вернулся. Хотел навестить знакомых, а тут такое!

– Ой, не повезло вам, – всплеснула руками женщина. – Дом этот сгорел много лет назад, и почти все его обитатели погибли.

– Какая неприятность! – с расстроенным видом сказал Валентин. – А отчего произошел пожар?

– Да кто ж его знает! Дом-то был деревянный. Сгорел, словно спичечный коробок!

– Ну а слухи-то какие-нибудь ходили? – спросил Валентин. – Всегда ведь бывают какие-то слухи!

– Сплетни о тайном обществе? – нахмурилась женщина.

– Какие сплетни? – удивился Матвей.

– Да вранье все это! – отмахнулась женщина. – Поговаривали, что они какой-то чертовщиной занимались, оттого и дом сгорел, но неправда все это. Конечно, старик Башаров особо ни с кем из соседей не общался, жил уединенно, вот про него и болтали всякое. Но кто поверит в эту чушь? Колдовство, ритуалы…

Катерина верила. Раз слухи ходили, значит, нет дыма без огня.

– Но хоть кто-то выжил? – с надеждой спросил Валентин.

– Да. Сам старик Башаров и внучок его. Да только после того пожара у них обоих с головой не все в порядке. Мальчонка-то совсем крошечный был, когда все произошло. Говорят, на него это очень плохо подействовало. Ну а деда его, Михаила Башарова, и до того чокнутым считали. Ученый-изобретатель, что сказать! Видели бы вы, что он изобретал! А после пожара у него окончательно крыша поехала. Слышала, он сейчас где-то возле городской свалки обитает.

– Значит, и дочь Михаила погибла? – с горечью в голосе спросила Катерина.

– Ксения-то? Да, не выжила, – вздохнула женщина. – Жуткая история.

– Что ж, спасибо вам за информацию, – поблагодарил ее Валентин.

Она кивнула и зашагала дальше. Старик повернулся к Катерине и Матвею:

– Похоже, разговор отменяется.

– Я уже и сама это поняла, – расстроилась девушка.

История с пожаром сильно заинтриговала Катерину. Слухи о тайном обществе! Может, и случайное совпадение, но нужно в этом убедиться. Пожалуй, ей и в самом деле пора пообщаться с Ириной Клепцовой и ее Клубом любителей ужасов. Дед Валентин словно прочел ее мысли.

– Неспроста все это, ох неспроста, – задумчиво произнес он, когда они шагали в сторону своего дома. – Видно, не зря я вернулся в этот город.

– О чем это ты, дедушка? – спросила Катерина.

Валентин задумчиво глядел себе под ноги, постукивая концом тяжелой трости по асфальту.

– Я ведь приехал не просто так, – наконец сказал он. – Нет, вы не подумайте, – тут же поправился он. – Рано или поздно я все равно бы появился, чтобы познакомиться с вами! Вы же моя семья. Но сейчас я приехал из-за звонка одного своего старого приятеля. Он состоит в дворянском собрании и сообщил мне о том, что тут творилось в ночь затмения. И о том, что снова назревает нечто очень нехорошее.

Катерина и Матвей, ничего не понимая, взглянули на него.

– Видимо, придется объяснить все по порядку, – невесело вздохнул Валентин. – Начну с того, что это моя вина, что Александр так увлекся поисками Зерцалии. В нашем роду из поколения в поколение передавался ключ Калиостро. Кто-то считал его безобидной безделушкой, но другие, и я в том числе, знали, что это очень опасный артефакт. Я уговаривал своего брата Степана избавиться от него, но он меня и слушать не желал. «Это наследство Александра, – говорил он. – И только он должен распоряжаться им по своему усмотрению!» А потом мой братец скончался, и ключ перешел к Александру. Я старался, как мог, отговорить твоего отца от поисков зеркального механизма, говорил, что Зерцалия – очень опасное, проклятое место. Но Александр не на шутку увлекся этой идеей, и ничто не могло его переубедить! В конечном итоге он отыскал машину… Аглая сказала мне, что вы знаете, что случилось дальше.

Это ведь я замуровал машину в подвале театра после исчезновения твоего отца. Сначала мы все ждали и верили, что он вернется, но время шло, а его все не было… И тогда я решил скрыть машину от всех, чтобы ни у кого больше не возникло желания ею воспользоваться. Другие члены Клуба Калиостро тоже пытались найти способ проникнуть в Зерцалию. Я в те годы состоял в дворянском собрании, и все происходило на моих глазах. Где-то в подземельях штаб-квартиры Клуба с незапамятных времен хранился очень мощный артефакт. Высокая призма, собранная из трех черных зеркал. Призму называли «Трианон», упоминания о ней встречаются во многих старинных летописях. С помощью Трианона маги и чернокнижники общались с миром духов и вызывали демонов. Сам Калиостро использовал его, когда еще только пытался построить свою машину.

Недавно мне позвонил мой старый знакомый и рассказал о некоей Людмиле Феофановой. Она содержит магический салон где-то здесь, неподалеку. Не так давно она примчалась в Клуб Калиостро, перепуганная до полусмерти. Как выяснилось, этот самый Трианон давно был разобран на части, а одно из его зеркал долгие годы хранилось в подвале салона этой особы. И вот теперь явился некий Иннокентий Бестужев, который интересуется этими зеркалами. Он заставил ее показать ему артефакт, и в тот момент из зеркала вышло странное существо…

Катерина и Матвей в изумлении уставились на Валентина.

– А он не родственник графа Бестужева? – не вытерпел Матвей.

– Его родной сын. Видно, пошел по стопам отца – не на шутку увлекся черными зеркалами. Тогда я и решил приехать в город незамедлительно. По вине разных глупцов и так уже произошло много страшных вещей. К счастью, машина Калиостро теперь разрушена и не представляет опасности. Осталось найти зеркала черной Призмы и уничтожить их. Это нелегко, но я знаю, как это сделать. Феофания вскользь упомянула, что в доме Башаровых несколько лет назад произошло одно событие, которое связано с Трианоном. Она не вдавалась в подробности, но, судя по оставшимся развалинам, там произошло что-то действительно ужасное. Я говорю все это для того, чтобы вы поняли: мы должны избавить мир от этого проклятого артефакта.

– Кошмар, – выдохнула Катерина. – Но как и где найти эти зеркала?

– Одно из них хранилось в салоне Феофании. Два других исчезли, и я подозреваю, что именно после этого пожара. Но думаю, что Феофании известно об их местонахождении. Сначала я хочу поговорить с ней, а затем выяснить, что именно случилось в доме Башаровых. Ведь во время того происшествия Трианон находился в исправном состоянии. Для этого нужно отыскать Михаила Башарова и поговорить с ним.

– Но та женщина сказала, что он тронулся умом, – заметил Матвей.

– И что? – произнес Валентин. – Любой не выдержит, пережив такую трагедию. Надеюсь, он расскажет нам о событиях в его доме. Ну что, вы поможете мне?

– Конечно, – с готовностью ответила Катерина. – Я не хочу, чтобы из Зерцалии сюда снова полезла всякая нечисть.

– Отлично, – обрадовался старик. – Тогда давайте прямо сейчас и посетим гадальный салон.

– А адрес вы знаете? – спросил Матвей.

– Конечно!

И они отправились в заведение Феофании.

* * *

Салон располагался на окраине города, в таком районе, где Катерина поостереглась бы появляться после наступления темноты. Девушка лишь мельком взглянула на пыльные витрины магазинчика, за которыми угадывались очертания выставленных предметов, и у нее неприятно засосало под ложечкой. С недавних пор ее охватывало стойкое отвращение при виде всего, что хоть как-то было связано с колдовством и магическими ритуалами.

Валентин толкнул дверь, звякнул колокольчик, и они вошли в сумрачное помещение, заставленное стеллажами и шкафами со стеклянными дверцами. Женщина, стоявшая за прилавком, мельком взглянула на посетителей и тут же снова занялась своими делами, не собираясь даже поздороваться. Однако Валентин направился прямиком к ней, Катерина с Матвеем последовали за ним, и ей все же пришлось оторвать взгляд от кассы и уделить им внимание. Внешне она была похожа на цыганку. Длинные вьющиеся волосы, в которых серебрились седые пряди, яркий наряд, в котором было много красного и золотого, массивные украшения из золота.

– Что вам угодно, господа? – сухо обратилась к ним продавщица.

– Людмила Феофанова? – учтиво спросил Валентин.

– Вы знаете мое настоящее имя, – сказала, ничуть не удивившись, женщина. – Значит, вас интересует не гадание и не мои товары. Я поняла это, как только вы переступили порог.

– Вы правы. Мы бы хотели с вами поговорить.

– О чем же?

– У вас хранилось черное зеркало, – без обиняков начал Валентин. – Я бы хотел узнать, как оно к вам попало и где сейчас находятся остальные два.

Женщина подозрительно прищурилась:

– Кто вы?

– Валентин Державин, – представился старик. – А это, – он показал на Катерину и Матвея, – мои юные друзья. Они в курсе наших дел.

– Наших дел? – Феофания презрительно усмехнулась. – У меня с вами нет никаких дел, и я понятия не имею, о чем вы говорите.

– Рассказать вам об инциденте, который случился здесь несколько дней назад? – спросил Валентин. – Весь Клуб Калиостро только об этом и говорит.

– Так вы из Клуба, – другим тоном сказала она. – Ну что же…

Гадалка прошла к двери магазина, заперла ее изнутри и повесила табличку с надписью: «Закрыто».

– Идите за мной, – обернулась она к посетителям. – Разговор предстоит долгий.

Феофания провела Валентина, Катерину и Матвея в комнату в задней части магазина. Видимо, здесь она проводила свои сеансы. Дверь в помещение была полностью скрыта за красными портьерами с кистями. Центр комнаты занимал большой круглый стол, покрытый длинной скатертью, вокруг него стояло несколько стульев и большое кресло. Посреди стола в полумраке светился большой хрустальный шар. Стены комнаты были задрапированы черными бархатными портьерами.

– Присаживайтесь, – предложила Феофания. – Могу предложить вам чай или кофе.

– Я не откажусь, – признался Валентин.

Катерина и Матвей сели за стол и тут же принялись разглядывать хрустальный шар, установленный на подставке из черного дерева.

– Интересно, почему он светится? – недоумевал Матвей.

Тем временем Феофания отошла к стене, где стоял сервировочный столик с кофеваркой и чистыми чашками. Пока она варила и разливала кофе, Матвей воровато оглянулся и приподнял шар над столом. За ним потянулся тонкий провод, уходящий в едва заметное отверстие в центре столешницы.

– Все ясно! – шепнул парень. – Тоже мне волшебство.

Катерина хихикнула. Валентин едва заметно улыбнулся. Матвей поспешил вернуть шар на место. Вскоре Феофания поставила перед гостями серебряный поднос с чашечками кофе и вазочкой с овсяным печеньем.

– Прошу, господа, – с улыбкой сказала она и тоже села в кресло.

– Так вы из дома Державиных? – взглянув на Валентина, спросила гадалка. – Славное семейство, я много о вас слышала.

– Надеюсь, хорошего? – поинтересовался тот.

– Всякого, – уклончиво ответила Феофания. – Как и о других кланах Клуба Калиостро. Эти люди состоят в одном обществе, но при этом терпеть друг друга не могут и вечно распускают о своих коллегах ужасные сплетни. Вот почему я и ушла из дворянского собрания. Не могла больше участвовать в их интригах.

– Понимаю, – кивнул Валентин, пробуя кофе. – Я тоже много лет не встречался с членами Клуба, путешествовал по миру. А теперь вот вернулся, и сразу же возникло множество вопросов. Потому я и решил обратиться к вам.

Катерина отхлебнула кофе. Он оказался очень вкусным, такого она не пробовала. Чувствовалась корица и еще какая-то незнакомая горькая нотка. Наверняка Феофания варила его из настоящих кофейных зерен. А вот в доме Державиных обычно покупали растворимый кофе в пакетиках и заливали в себя по утрам, даже не ощутив его вкуса.

– Ну и для чего вам понадобились черные зеркала? – поинтересовалась Феофания, откинувшись на спинку кресла. – Вам ведь известна их история?

– Конечно, – кивнул Валентин. – Но намерения у меня самые благие. Я хочу уничтожить проклятые стекла, чтобы они не достались никому из тех, кто их сейчас ищет.

– Уничтожить? – Феофания изогнула бровь. – Разве вы не знаете, что их нельзя уничтожить? Их били кувалдой, сбрасывали с крыши высоких зданий, топили в кислоте, но все тщетно. Эти зеркала способны моментально восстанавливать свою поверхность.

– Я знаю, как их уничтожить раз и навсегда.

– Может, поделитесь?

– Только при условии, что вы скажете, где находятся остальные два зеркала.

– Этого я не знаю, – вздохнув, призналась Феофания. – Я хранила лишь одно из них, которое получила в наследство от отца. Но люди из дворянского собрания забрали его у меня.

– Скажите, ваш отец был в доме Башаровых, когда там случился пожар? – спросил Валентин.

– Нет, что вы, – покачала головой гадалка. – Он никогда не водил дружбу с этим семейством.

– Тогда откуда у него зеркало? Ведь именно в ту ночь Трианон распался на части.

Феофания замерла на секунду а потом с сосредоточенным видом принялась за печенье. Катерина поняла, что Валентин только что подловил гадалку на лжи. Старик молча буравил ее взглядом, ожидая ответа, а та, похоже, лихорадочно придумывала, как выпутаться из этой ситуации.

В этот момент Катерина вдруг почувствовала странную слабость. Словно все ее кости неожиданно размякли и тело в один миг лишилось привычной опоры. Чашка выпала из ее рук и разбилась, остатки кофе расплескались по полу.

– Что это? – тихо пробормотала девушка. – Я не чувствую ни рук, ни ног…

Она откинулась на спинку стула, ее руки безвольно повисли.

Феофания усмехнулась.

– Что с тобой? – обеспокоенно спросил Матвей.

– Не знаю, – прошептала Катерина.

– Парализатор! – жестко ответила Феофания. – Я подмешала его вам в кофе. Не в первый раз ко мне приходят незваные гости, интересующиеся черными зеркалами, так что было время подготовиться к новым встречам!

Она щелкнула пальцами. Портьеры в углу комнаты тут же раздвинулись, и из-за них появился мужчина. Высокий, худой, нескладный, одетый в черный похоронный костюм. Он скорее был похож на скелет, обтянутый бледной сухой кожей.

– Это мой ассистент, – коротко представила незнакомца Феофания. – И теперь, господа, вы расскажете мне, что вам нужно на самом деле!

– Но мы же ясно объяснили. – Дед Валентин сохранял спокойствие. Матвей с удивлением смотрел то на него, то на парализованную Катерину. – Нам нужны зеркала.

– Многим они нужны, – ответила Феофания. – Но все вы жалкие глупцы! Проклятый Трианон всегда служил только для прихода в наш мир потусторонних существ. С тех пор как его разобрали, ни одна тварь не пересекла границу миров! Ну, разве что в ночь затмения… А теперь вы хотите воссоздать Призму?

– Наоборот, уничтожить ее! – воскликнул Валентин.

– Не считайте меня идиоткой! – крикнула в ответ гадалка. – Зеркала нельзя уничтожить. Значит, у вас какие-то свои планы. Ну ничего, мой помощник сможет добиться от вас признания!

Помощник Феофании, сложив длинные руки, громко хрустнул костяшками тонких пальцев. Катерина поморщилась. Мышцы лица – единственное, что у нее еще могло двигаться.

– Вы слишком торопитесь, – сдержанно сказал Валентин.

– Я так не думаю, – отрезала гадалка.

– Напрасно. Вот ваш парализатор на меня не подействовал. – Валентин медленно поднялся со стула.

– Но девчонка… – Гадалка с недоумением посмотрела на Катерину, постепенно сползающую со стула. – Она парализована! А вы? Что с вами не так?

– Я тоже могу шевелиться, – сказал Матвей и в подтверждение своих слов вскочил на ноги.

– А я нет, – пискнула Катерина и свалилась на пол.

– Еще раз хочу вас заверить, – миролюбиво начал Валентин, – что намерения у меня самые добрые.

– Так я вам и поверила! – Феофания быстро кивнула своему помощнику.

Тот выхватил из-под стола длинный железный скипетр и обрушил его на Валентина. Старик едва успел парировать удар своей тростью. Скользнув по ней, жезл задел хрустальный шар, стоящий на столе, и тот с сильным грохотом, извергая сноп искр, взорвался и разлетелся на тысячу стеклянных осколков.

Комната тут же погрузилась в кромешную тьму. Катерина услышала громкий топот, протяжный скрежет, треск мебели. Кто-то подхватил ее под руки и куда-то поволок, и ей ничего не оставалось, как смириться с происходящим. Она ведь не могла пошевелить даже кончиками пальцев!

Неожиданно дверь распахнулась, пропустив в комнату немного света.

– Ушли! – с горечью сказал дед Валентин.

Матвей, а это он держал Катерину под руки, вытащил ее в торговый зал и усадил на пол, прислонив спиной к прилавку.

– Ты как? – Он с озабоченным видом склонился над ней. – Двигаться можешь?

– Нет, – едва шевеля языком, ответила Катерина.

Вслед за ребятами в зал вошел Валентин.

– Все комнаты обыскал, – сказал он. – Похоже, они сбежали через какой-то потайной выход. Надо же, до чего недоверчивая особа!

– Скажите, почему на вас не подействовал кофе? – спросила Катерина. Она с трудом выговаривала слова, казалось, будто ее рот был набит вязкой кашей. – Вы же его тоже пили.

– Совсем чуть-чуть, – признался Матвей. – Я растворимый люблю, а этот горький какой-то…

Валентин как-то странно на него посмотрел.

– А я в нем только губы для виду обмочил, – произнес он. – Подозрительным мне показалось такое гостеприимство нашей хозяйки. И не зря.

– Может, отвезем Катерину в больницу? – спросил Матвей.

– Нет! – воскликнула Катерина. – Терпеть не могу больницы! К тому же вот… – Она вяло пошевелила рукой. – Паралич уже проходит. Дайте мне пять минут, и я оклемаюсь!

– А если нет? – спросил Матвей.

– Ну, тогда и отвезете меня к врачу!

Но ехать в больницу не пришлось, скоро Катерине и правда стало лучше. Матвей помог ей подняться. Ноги еще плохо слушались, но с его помощью Катерина даже сделала несколько шагов.

– Психопатка! – сказала Катерина, когда они вышли на улицу. – Поить гостей отравой! Как она дворянское собрание поливала, а сама-то не лучше!

– Сплошные подозрения, недоверие и интриги, – согласился Валентин. – Члены Клуба Калиостро никогда не доверяли друг другу.

– Как же они сосуществуют столько лет? – не переставал удивляться Матвей.

– У них общие цели, и ради их достижения они способны на многое, – пояснил Валентин. – Даже терпеть выходки друг друга. А наша цель пока все так же далека. Что ж, придется отыскать Михаила Башарова. Может, этот изобретатель сможет нам помочь…

Глава девятая

Неприятный сюрприз

Вечером, когда все обитатели особняка Державиных собрались вместе, Аглая, Катерина и Матвей начали готовить ужин. Прохор и Валентин беседовали в гостиной, сидя перед телевизором. Аглая старательно натирала на терке сыр под руководством Матвея. Катерина помешивала кипящие в кастрюле макароны. Матвей руководил обеими и еще умудрялся следить за печеньем, стоящим в духовке.

– Как вы жили до сих пор? – сокрушался Матвей. – Чем же вы питались?

– Покупали пиццу и разогревали ее в микроволновке, – ответила Катерина.

– А что? – подала голос Аглая. – Очень удобно.

– А еще мы покупали в супермаркетах готовые салатики и жареную картошку! Пальчики оближешь!

Матвей покачал головой:

– Две женщины в доме и ни одна не умеет готовить! В жизни подобного не встречал.

Катерина и Аглая рассмеялись.

– Повезло нам с ним, – кивнула Аглая в сторону Матвея. – И работник, и повар, и пекарь! Я даже немного завидую. Почему его печенье тает во рту, а мое крушит челюсти?

– У каждого – свои таланты, – мудро заметил Матвей.

– Попробую вспомнить, какой есть у меня, – задумалась Аглая. – Странно. Ничего не могу вспомнить…

На кухне раздался новый взрыв хохота.

– Как вам дед Валентин? – шепотом поинтересовалась Аглая, когда все успокоились.

– Он классный, – ответила Катерина. – Веселый и знает много интересного.

– Мне тоже он сразу понравился, – кивнула мачеха.

– Постой! – удивился Матвей. – Так ты познакомилась с ним только сегодня утром?

– Верно. Странно, но я совершенно его не помню, – призналась Аглая. – Хотя что тут странного? Когда он жил здесь, Александр еще даже не познакомился с Маргаритой. А я тогда только-только устроилась на работу в «Иллюзион». Владельцы театра никогда не обращали на меня внимания. Я и Евдокию-то к тому времени видела всего пару раз. Ближе мы познакомились, лишь когда я вышла замуж за твоего отца. Но я помню, как Александр рассказывал мне о своем дяде Валентине. Говорил, что у него есть очень необычный родственник, который всю жизнь путешествует по миру. Побывал в Африке, Южной Америке, Тибете, во многих странах. Валентин бывал здесь лишь короткими наездами, а большую часть времени проводил в своих странствиях. Кстати, он довольно спокойно воспринял известие об исчезновении Евдокии. Наверное, она и ему не давала спокойно жить!

– Может, поэтому он и уехал так далеко? – предположила Катерина.

– Кто знает, – вздохнула Аглая. – Как ни странно это прозвучит, но и этот дом, и эта семья – все еще загадка для меня.

В это время раздался стук в дверь. Аглая взглянула на Катерину.

– Вы кого-то ждете?

Катерина покачала головой. Матвей лишь молча пожал плечами. Аглая вытерла руки полотенцем и пошла открывать. Катерина последовала за ней. Когда Аглая распахнула дверь, на пороге стояли двое, мужчина и женщина. Он выглядел настоящим франтом, как в заграничных журналах тридцатилетней давности. Черный костюм, белая сорочка с галстуком-бабочкой, золотистая жилетка, из кармана которой свисала длинная серебряная цепочка часов. Его спутница была яркой восточной красавицей. Бледное лицо с узким разрезом глаз, блестящие черные волосы. На ней было длинное вечернее платье угольно-черного цвета. На изящной шее сверкало массивное золотое ожерелье.

– Аглая Державина? – осведомился мужчина.

Удивленная Аглая молча кивнула. Рядом с ними она, в потертых джинсах и футболке с отрезанными рукавами, выглядела просто оборванкой.

– Разрешите представиться, – сверкнул белоснежными зубами незнакомец. – Иннокентий Бестужев! Вы, должно быть, знаете моего отца Ипполита Германовича.

– О! – выдохнула Аглая. – Конечно, мы знакомы. Проходите!

Катерина приоткрыла рот. Это же тот самый тип, о котором рассказывал Валентину его приятель! Зачем он притащился в их дом? В прихожую выглянули Прохор и Валентин.

– У нас гости? – удивленно спросил Прохор.

– Мы ненадолго! – тут же проговорил Иннокентий. – Я пришел по одному делу.

– Я вас слушаю, – кивнула Аглая.

– Мой отец собирался приобрести ваш театр «Иллюзион», – начал Бестужев. – Но потом сделка сорвалась из-за непредвиденных обстоятельств. Так вот, я готов завершить это дело прямо сейчас!

В прихожей воцарилась тишина. Был слышен лишь звук работающего в гостиной телевизора. Наконец Аглая смущенно откашлялась.

– Извините, Иннокентий, но с тех пор кое-что изменилось, – сдержанно сказала она. – Договор с вашим отцом мы так и не подписали, а теперь и вовсе передумали продавать театр.

Бестужев нахмурил тонкие брови.

– Вот как? – не без досады произнес он. – И что же заставило вас изменить свое решение?

– Непредвиденные обстоятельства, как вы сами заметили…

– Но театр мне нужен!

– Нам он тоже еще пригодится. Уж извините, – развела руками Аглая.

– Черт возьми! – вырвалось у Иннокентия. Его маска светского благородного человека на какой-то миг слетела с него, но он тут же взял себя в руки. – Ну что же, – снова благодушно улыбнулся он. – Если вы вдруг передумаете…

Бестужев взмахнул рукой. В его ладони вдруг полыхнул белый огонь, раздался оглушительный хлопок. Когда дым немного рассеялся, в руке фокусника оказалась белая визитная карточка.

– Позвоните мне по этому номеру, – сказал он и небрежно бросил карточку на столик в прихожей. – И мы все обсудим. Шахиня!

Восточная красавица молча кивнула, и странная парочка удалилась.

– Неужели сынок Бестужева? – проговорил Прохор. – Помнится, его папаша хотел приобрести театр только из-за машины Калиостро, спрятанной в его подземельях. Может, и этому хлыщу нужно то же самое?

– Скорее всего, – согласилась Катерина.

– Похоже на то, – поддакнул Валентин. – Этот молодой человек явно проявляет интерес к делам отца, Зерцалии и всему, что с ней связано.

– Но ведь машина уже не действует, верно? – испуганно спросила Аглая. – Вы же сами говорили, что разбили… пульт ее управления?

– Но Бестужев-то об этом не знает, – возразила Катерина.

Прохор взглянул на Аглаю.

– Машина все еще стоит в подвале «Иллюзиона». Может, нам действительно стоит избавиться от нее? – предложил он. – Или хотя бы снова замуровать проход? Мало ли что?

– Пожалуй, ты прав, – задумчиво ответила Аглая. – Не нравится мне все это. Ну да ладно. – Она улыбнулась и взмахнула руками. – Давайте-ка накрывать на стол! А обо всех этих делах подумаем завтра. К чему на ночь глядя забивать себе голову всякими проблемами!

Аглая никогда не любила демонстрировать свои чувства. Улыбаясь, она начала шутить и подгонять Прохора и Матвея, но Катерина знала свою мачеху намного лучше остальных. Она видела, что та сильно обеспокоена, хотя и старается этого не показывать. И она решила вести себя так же.

– Конечно! – весело воскликнула девушка. – Дедушка, поможешь мне расстелить скатерть?

– С превеликим удовольствием! – оживился Валентин.

И вся компания начала накрывать на стол.

* * *

Наташа коротала вечер дома, сидя перед экраном своего старенького компьютера. Мать еще не вернулась, поэтому скандалов никто не устраивал. Даже в комнате Игоря сегодня стояла мертвая тишина. Обычно, когда в квартире начиналась ругань, он запирался в своей комнате и включал музыку на всю катушку, чтобы мать не могла до него докричаться. А сейчас, возможно, он просто спал.

В кои-то веки Наташа могла спокойно посидеть в Интернете. Она редко появлялась в социальных сетях, предпочитая хорошую книгу виртуальному общению с незнакомыми людьми. Да ей и не писал никто, разве что Игорь присылал иногда какую-нибудь забавную картинку. Поэтому она очень удивилась, когда увидела на своей странице сообщение от некоего «Баскетболиста». Под его ником светился значок «онлайн», так что она могла пообщаться с ним незамедлительно. Вот только кто он? Вместо лица на его аватаре Наташа увидела жуткую морду монстра из какого-то комикса.

Она открыла сообщение.

«Назарова, привет! – писал Баскетболист. – Скажи, Державина твоя подруга?»

«Кто это?» – набрала Наташа.

«Я о новенькой!»

«Я это поняла. Ты сам-то кто такой?»

«Аркадий Кривоносов», – последовал ответ.

Наташа замерла перед монитором. Кривоносов, наглый и самодовольный тип, сынок богатых родителей, никогда даже не приближался к ней в школе. А тут вдруг решил написать сообщение?

«Я хорошо ее знаю», – немного подумав, напечатала Наташа.

«Она встречается с кем-нибудь? Что за хлыщ привозит ее каждое утро на скутере?»

Наташа стиснула зубы. И этот туда же! Что такого в Катерине, что все мальчишки вдруг теряют голову? Даже Кривоносов! Она застучала по клавишам с такой силой, что клавиатура запрыгала по столу.

«У них ничего серьезного!!! Они всего лишь друзья!!!»

«Что же тогда она строит из себя такую недотрогу?»

«Просто она очень много о себе воображает!»

«Я предложил ей погулять, но она отказалась. Любая пошла бы со мной, а эта…»

Хорошо, что Аркадий напомнил. Графиня советовала действовать, и, кажется, подходящий момент наступил!

«Она говорила о тебе, – соврала Наташа. – Мы здорово посмеялись с девчонками!»

«Что?!»

«Ты не в ее вкусе. Она встречается только с умными парнями. А тебя называла балбесом и двоечником. Она тебе не пара, так что поищи кого-нибудь другого».

«Она что, спятила?! – Наташа представила себе, как Кривоносов сидит сейчас у компьютера белый от злости. – Да она меня совсем не знает!»

«Я то же самое ей сказала, – ответила Наташа. – Но ее не переубедить. Она такого о тебе порассказала, что девочки хохотали целую перемену».

«Вот дрянь!!! – тут же напечатал Аркадий. – Она еще об этом пожалеет!»

И он вышел из чата. Наташа довольно улыбнулась.

Теперь у Катерины возникнут серьезные проблемы! А то живет себе без забот и печалей! Большой дом, семья, собственный театр, да еще и Матвей в придачу! Графиня Шадурская советовала хорошенько пораскинуть мозгами и закрутить такую интригу, что Матвей сам бы пришел к Наташе. Конечно, до графини ей еще очень далеко. Но кое на что и она способна.

* * *

Утром следующего дня Катерину в школе ждал неприятный сюрприз.

Ничто не предвещало беды. Едва проснувшись, Катерина приняла душ и позавтракала, затем Матвей отвез ее к школе. У самых ворот, слезая с мотороллера, она слегка задела его рюкзаком. Матвей тихонько охнул и поморщился.

– Все еще болит? – встревожилась Катерина. – Прости, пожалуйста!

– Ты здесь ни при чем. – Матвей попытался улыбнуться. – Сказал же, просто мышцу потянул!

– Тебе нужно обратиться к вра…

Матвей привлек ее к себе и поцеловал, не дав Катерине договорить. Как и вчера, это происходило на глазах у нескольких десятков свидетелей. Школьники с любопытством смотрели на парочку.

– Скорее бы выложили в Интернет что-нибудь поинтереснее, – пробормотала Катерина. – Может, тогда они о нас забудут?

Матвей усмехнулся и надел шлем. Затем завел двигатель скутера и уехал. Засмотревшиеся на него Лариса и Алена едва не свалились с крыльца. Когда Катерина прошла мимо них, девчонки одновременно завистливо вздохнули. Рядом с лестницей стояла патрульная машина. Навстречу девочке из здания вышли Галина Петровна и полицейский в форме. Завидев их, Лариса и Алена тут же испарились.

– Так странно, – сказала представителю закона завуч. – У нас такого еще не случалось!

– Мы все осмотрели. Может, просто чья-то неудачная шутка? – предположил полицейский.

– Не так давно кто-то влез в городской архив отдела образования. Теперь кто-то разгромил архив нашей школы. Вы считаете, это безобидные шутки? – Завуч смерила полицейского грозным взглядом. Она возвышалась над ним почти на полметра. – А вот мне так не кажется!

– Но ведь не пропало ничего ценного… – робко заметил тот.

– Личные дела учеников – для нашей школы очень ценные документы! – Галина Петровна вдруг заметила Катерину.

– А вот и эта девочка! – заметила она.

Полицейский тут же уставился на оробевшую Катерину.

– Что-то случилось? – спросила та.

– Так, ничего особенного, – ответила завуч. – Ночью кто-то взломал дверь нашего архива и украл папку с твоим личным делом.

– Как это? – остолбенела Катерина.

– Но ты не беспокойся, – заверила ее Галина Петровна. – Мы быстро восстановим все бумаги. Понадобится только твоя новая фотография. А наши правоохранительные органы обязательно найдут виновного. Ведь так? – Она снова грозно посмотрела на полицейского.

– Конечно! – тут же заявил тот. – Сделаем все возможное! Но я все же считаю, что это кто-то из учеников.

– Возможно, – кивнула завуч. – Учащимся этой школы явно не хватает дисциплины. А кое-кому и электрошоковой терапии!

Полицейский как-то сдавленно кашлянул, быстро попрощался и поспешил к своей машине. Катерина вошла в школу растерянная и напуганная свалившимся на нее известием. Кому могло понадобиться ее личное дело? Сначала кто-то влез в городской архив, причем пропали бумаги, связанные именно с новой школой. Теперь украли ее личное дело. Тут уже прослеживается связь. Может, кто-то пытается таким образом разыскать саму Катерину? Например, выходец из Зерцалии, появившийся из черной Призмы? Девушка почувствовала, как по спине побежали мурашки.

– Державина! – услышала вдруг она. – А ну стой!

Катерина остановилась. Голос был ей знаком. Кто-то схватил ее за плечо и рывком повернул. Катерина увидела перед собой вчерашнюю троицу – Аркадия Кривоносова и его приятелей, высокого и низенького.

– Так что за сплетни ты распускаешь обо мне? – рявкнул Кривоносов. Его прямо трясло от злости.

Глава десятая

Энциклопедия курьезов

– Ты о чем? – не поняла Катерина. – Какие сплетни?

– Говоришь, что я тебя недостоин? – Аркадий злобно рассмеялся. – Не слишком ли много ты о себе возомнила?

Катерина уже вообще ничего не понимала.

– Да нужен ты мне! – огрызнулась она. – Достойный или недостойный…

Аркадий вдруг схватил ее за плечи. А вот это уже не шутки. Катерина невольно напряглась. Давненько она не участвовала в поединках, а дело, кажется, шло именно к выяснению отношений.

– Эй, вы чего! – со стороны гардероба показался Игорь Назаров. – А ну отпусти ее!

– Иди, куда шел, – процедил сквозь зубы Аркадий. – А то и тебе достанется.

Но Игорь и сам был не прочь помахать кулаками, так что пугать его дракой было заведомо проигрышным делом. Он подскочил к Кривоносову Попов и Той преградили ему дорогу.

– Не суйся! – грозно заявил толстяк. – Это тебя не касается.

– Что меня касается, а что нет, я тебе сам скажу! – Игорь оттолкнул его в сторону. – А ну отвалите от нее!

Кривоносов отпустил Катерину и повернулся к Игорю:

– Назаров, ты совсем страх потерял?

– Только тронь ее, – шагнул ему навстречу Игорь. – Следующее, что потрогаешь, – свою капельницу в реанимации!

– Да неужели? – Аркадий толкнул его в грудь. – Смотри-ка, какие мы грозные!

Игорь устоял и пихнул его в ответ.

– Ребята, прекратите! – твердо сказала Катерина. – Из-за чего сыр-бор вообще? Я не понимаю…

– Подожди, придет и твоя очередь! – бросил ей Аркадий, не сводя глаз с Игоря. – Поймешь!

– Шли бы вы отсюда подобру-поздорову, – глухо сказал Игорь.

– В самом деле! – подхватила Катерина. – Что за детский сад!

– Нужно было думать об этом прежде, чем болтать языком!

– Кто бы говорил! – не смогла сдержаться Катерина. – У тебя-то что думать, что языком болтать – одинаково плохо выходит.

Это, кажется, было лишним. Кривоносов сначала густо покраснел, потом побледнел, потом вообще пошел пятнами и ринулся в атаку. Дальше события развивались так стремительно, что впоследствии Катерина вряд ли могла бы последовательно описать всю схватку.

Парой нырков она ушла от боковых ударов и, оказавшись под рукой у Кривоносова, сбоку по короткой дуге нанесла ему удар. Тот глухо взвыл и присел, схватившись рукой за бок. А на Катерину вдруг сзади навалилась неимоверная тяжесть. Это Попов прыгнул ей на спину, плотно обхватив руками. Катерина рухнула на пол и сверху была припечатана сотней килограммов его туши. Игорь меж тем оттеснил к стене Тоя и явно одерживал верх над соперником. Опомнившийся Кривоносов поспешил к ним. Вся троица стала беспорядочно осыпать друг друга ударами, уже плохо разбираясь, кто где, пока, кружа по коридору, Аркадий не споткнулся о пыхтящую на полу Катерину с Поповым на спине, а Назаров не кинулся сверху – оттаскивать Попова, а Той… Короче, через пару минут после начала драки посреди коридора образовалась куча-мала, из которой периодически высовывались чьи-то руки, ноги только затем, чтобы размахнуться посильнее и обрушить удары на кого придется.

– Наших бьют!!! – раздался откуда-то сбоку громкий клич, и в куча-мала врезалось что-то большое и стремительное.

Это была Клепцова, размахивающая над головой своим боевым рюкзаком. Мощным ударом рюкзака она сшибла с вершины кучи Тоя, затем схватила за шкирку Кривоносова и отбросила его метров на пять. Игорю с Катериной удалось подмять под себя Попова, но триумфального завершения схватки, к сожалению, не получилось.

– Что тут происходит?! – загремел неожиданно гневный голос Галины Петровны.

Ирина и Игорь в ужасе застыли. Кривоносов и Той тут же скрылись в мужском туалете. Когда завуч, громко топая каблуками, по явилась из-за угла коридора, на месте побоища она увидела раскрасневшуюся Ирину, воинственно потрясающую своим рюкзаком, а также Катерину, Игоря и Арсения Попова, отряхивающихся от пыли.

– Опять драка! – констатировала завуч. – И порча школьного имущества. – Она показала на опрокинутую пальму. – Живо все четверо в мой кабинет!

– Влипли! – мрачно изрек Попов, поднимаясь с пола.

Галина Петровна завела всех в кабинет завуча и так раскричалась, что ребята едва не оглохли. Затем она отпустила всех на урок, но на том дело не закончилось. После окончания занятий они все в том же составе сидели в коридоре рядом с учительской, ощущая себя приговоренными к казни. Галина Петровна обзвонила всех родителей и пригласила их для серьезного разговора. От этой встречи Катерина не ждала ничего хорошего. Ирина и Арсений тоже заметно нервничали. Только Игорь хранил спокойствие.

– А мне нечего бояться, – заявил он. – Моей мамаши сейчас и дома-то нет. Значит, она не сможет до нее дозвониться.

– Счастливчик, – буркнул Попов. – А мой отец сейчас безработный и, наоборот, целыми днями сидит дома. Он с меня шкуру спустит!

– Ничего, – сказала Ирина. – Может, ты без шкуры хоть постройней будешь выглядеть!

– Что ты сказала? – рассвирепел Арсений.

Ирина поднесла к его носу кулак:

– Еще хочешь получить?

Толстяк сразу присмирел.

– И с чего вы на меня взъелись? – спросила у него Катерина.

– Сама знаешь!

– В том-то и дело, что нет.

– Я в подробности не вдавался, – сообщил Арсений. – Но Аркадий вчера хотел пригласить тебя в кино, а ты отказалась. А потом еще растрезвонила об этом по всей школе и сказала, что он тебя недостоин, потому что дурак…

– Что?! – удивилась Катерина. – Вранье это все! Он просто предложил погулять, а я не захотела. Потому что у меня уже есть парень. И никому я вообще ничего про него не говорила.

– Одна из твоих подружек про это рассказала, – уже не так уверенно произнес Арсений.

– Да кто мог такое сказать?

Попов пожал плечами.

– Так это неправда? – спросил он.

– Конечно нет!

Арсений замолчал, напряженно обдумывая услышанное.

– Знать бы, что это за подруга, – проговорила Ирина. – Уж я бы ей…

– Да уж, – согласилась Катерина. – Я бы тоже хотела это знать.

– А ты молодец, Клепцова, – вдруг сказал Игорь. – Здорово накостыляла этим хорькам!

Арсений недовольно на него покосился.

– А что мне оставалось? – спросила та. – Трое на двоих – это нечестно! К тому же как я могла пройти мимо? Мы же с вами это… ну… – Ирина замялась. – Хорошо знаем друг друга.

Катерина с благодарностью взглянула на нее. Кажется, сегодня она обзавелась еще одной подругой в новой школе. Пусть и не при самых приятных обстоятельствах.

– К тому же кто бы отказался хорошенько врезать этому типу? – добавила Ирина и, прищурившись, глянула на Попова.

– Да заканчивай уже! – возмутился тот. – Мне очень жаль, что так вышло! Довольна?

– Заканчивать? Да я еще даже не начинала! – заявила Ирина.

Вскоре приехал отец Попова. Такой же низенький и толстый, как его отпрыск. Он схватил Арсения за ухо и силой втащил в кабинет Галины Петровны. Затем в школе появились родители Ирины. Они держали себя вполне сдержанно. Просто молча вошли в кабинет, втолкнув туда же Ирину.

Катерина и Игорь остались в коридоре вдвоем.

– Сильно болит? – спросила Катерина, увидев, что Игорь разглядывает ссадины на своих руках.

– Не очень, – отозвался тот. – Выглядит страшнее, чем есть на самом деле.

Они так и не успели привести себя в порядок и в таком виде, помятые и перепачканные в пыли, до конца дня ходили на уроки. Но никто не думал над ними смеяться. Все одноклассники смотрели на Катерину и Игоря как на героев боевых действий. Катина форма в нескольких местах оказалась порвана, теперь придется ее не только стирать, но и зашивать. Хорошо, что дома в шкафу висел запасной комплект. Локти Игоря были черными от грязи. Катерина смочила в ближайшем фонтанчике носовой платок и протянула парню. Тот принялся вытирать руки.

В этот момент к ним подошли Аглая и Прохор. Оба только что приехали из «Иллюзиона» и были не на шутку взволнованы.

– Ага! – воскликнула Аглая. – Так я и знала! Опять подралась!

Она не любила, когда Катерина устраивала драки со школьниками. За годы мытарства по разным учебным заведениям Катерина столько раз побывала в разных переделках, что сама уже со счета сбилась. Но Аглая помнила все ее драки и постоянно напоминала девочке о них.

– Что же ты, Катерина, – укоризненно сказал Прохор. – Не могла без побоища обойтись?

– Мы не дрались, – заявила Катерина.

– А почему тогда такие грязные? – спросила Аглая.

– Упали, – подал голос Игорь. – С крыльца.

– Высокое, похоже, подвернулось крыльцо! – рассмеялся Прохор.

Игорь опустил голову и принялся с сосредоточенным видом оттирать пиджак платком.

– Просто немного подурачились, – оправдывалась Катерина. – Повалялись в грязи. Как Филя и Степан на своих выступлениях, помните?

– Они ведь клоуны! – воскликнула Аглая. – А ты…

– Девочка, – подсказала Катерина.

– Ты не девочка! Ты ходячая энциклопедия курьезов! Когда-нибудь своими выходками доведешь меня до психушки! Стану знаменитой сумасшедшей и буду драться с ведущими на всяких ток-шоу!

Игорь рассмеялся. Катерина и Прохор тоже заулыбались.

– Им лишь бы похохотать! – всплеснула руками Аглая. – Ну все, воспитательный момент снова упущен! – Она покачала головой. – Надеюсь, хоть в этот раз обошлось без серьезных повреждений?

– Так, пара синяков…

– Да я не о вас! Все стекла целы? Мебель не пострадала?

– Только пальма, – успокоила ее Катерина.

Аглая открыла дверь в кабинет завуча.

– Да я ему сейчас уши оборву! – послышался оттуда крик отца Арсения.

– И нам идти? – спросила Катерина.

– Ни к чему, – отрезала Аглая. – Сейчас придется много врать и изворачиваться, а я не хочу, чтобы ты это слышала. Не стоит подавать вам дурной пример. Сидите и ждите нас здесь!

И они с Прохором вошли в кабинет завуча.

* * *

Наташа наблюдала за Катериной и своим братом издалека. Ее план удался! Конечно, Игорь пострадал ни за что, но, раз уж ему так нравится эта выскочка Державина, пусть пеняет на себя. Впредь будет осмотрительнее выбирать себе друзей! Рядом с ней стояли ее одноклассницы Лия и Дуня, две наглые, напыщенные девицы из богатых семей. Они обсуждали афишу какой-то вечеринки.

– Подумаешь, школьные танцульки! – сморщила нос Лия. – Ничего особенного. Вот моей матери пообещали приглашение на бал в дворянское собрание. На хеллоуин там ожидается нечто грандиозное!

– Дворянское собрание! – восхитилась Дуня. – Да я бы тебя убила, лишь бы только вместо тебя попасть на этот бал!

– Ради такого я бы и сама кого-нибудь прикончила! – расхохоталась Дуня.

Наташа скривилась. Эти две спесивые девицы собрались на бал в дворянское собрание! Нужно будет поговорить с графиней. Возможно, та ей не откажет. То-то удивятся эти курицы, увидев ее там!

Девчонки ушли, а Наташа, выглянув из-за угла, снова скрылась. Катерина в этот момент помогала Игорю стирать грязь с пиджака. Со стороны они действительно выглядели настоящей парочкой. Наверное, ее брат был сейчас на седьмом небе от счастья. Видел бы их сейчас Матвей…

– Привет! – вдруг раздалось за спиной у Наташи.

Назарова даже подскочила, едва не ударившись плечом о стенд с объявлениями. Это был Матвей! Ну как тут не поверить в совпадения?

– Привет! – сказала в ответ Наташа, чувствуя, как ее щеки заливает густой румянец. – Что… Что ты здесь делаешь?

– Приехал вместе с Аглаей и Прохором, – пояснил парень. – Что, у Катерины неприятности?

– Да! – злорадно выпалила Наташа и тут же осеклась. – Вообще-то я точно не знаю, что там случилось, – поспешно пробормотала она. – Они влезли во что-то с Игорем.

– С Игорем? – нахмурился Матвей. – А он-то здесь при чем?

– Ну, – Наташа загадочно улыбнулась, – они же постоянно везде вместе. Вместе сидят на уроках, вместе и в неприятности влипают.

– Вот как? – сдержанно произнес Матвей. По выражению его лица нельзя было понять, что именно он сейчас чувствует. – Так они проводят вместе много времени?

– Не расстаются! – с готовностью подтвердила Наташа. – Да вот, сам взгляни!

И показала ему на Катерину с Игорем.

Игорь снял пиджак и разложил его на коленях. Катерина платком пыталась отчистить его. Они сидели так близко друг к другу, что, казалось, еще немного – и их головы соприкоснутся.

– Хм, – только и сказал Матвей и направился к ним.

Наташа пошла за ним. В душе она ликовала. Матвей увидел свою ненаглядную Катерину с другим парнем! Может, теперь он бросит Державину, а там, глядишь, и мне что-нибудь перепадет. Лишь бы он не устроил разборки Игорю… Хотя ее брату не привыкать участвовать в разных переделках.

– Матвей! – обрадовалась Катерина, заметив друга.

Она вскочила со стула.

– Что тут у вас происходит? – хмуро спросил Матвей.

– Небольшая потасовка, – отмахнулась Катерина. – Ничего серьезного.

– А точнее?

– Одному мальчишке тут наговорили про меня невесть что, вот он и устроил скандал. Если бы не Игорь, да еще Ирина, мне бы туго пришлось!

Матвей грозно прищурился.

– Что за мальчишка? – серьезно спросил он. – Он здесь? Может, и мне с ним поговорить?

– Не переживай. – Катерина потрепала его по плечу. – Он уже получил свое. Больше ко мне не сунется.

– Ты уверена? – Матвей улыбнулся.

– Еще бы! – усмехнулась Катерина. – Мы его здорово отметелили!

Матвей обнял ее и прижал к себе.

– Ты всегда можешь за себя постоять, – произнес он.

Наташа едва зубами не заскрежетала от досады. Почему Матвей так относится к этой девчонке? Неужели он ей абсолютно доверяет? Наташа сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Ну ничего! Она попыталась расслабиться и даже улыбнуться. Она еще придумает, как разлучить эту сладкую парочку.

Дверь кабинета завуча распахнулась. Попов с отцом вышли первыми. За ними появились родители Ирины и она сама с гордо поднятой головой.

Последними вышли Прохор и Аглая.

– Ну что? – бросилась к ним Катерина, когда дверь снова захлопнулась.

– Ужас! – воскликнула Аглая. – Я битых полчаса сидела и изображала милую улыбку! Как у меня только лицо не треснуло! Ваша завуч еще тот подарок!

– Так чем все закончилось?

– Пообещала, что выдеру тебя как сидорову козу!

– Правда? – испугалась Катерина.

– Расслабься! – рассмеялся Прохор. – Но если в следующий раз действительно испортите что-то ценное, тут уж порки тебе не избежать! Игорь, заодно мы и тебя пообещали выпороть.

– Спасибо! – с благодарностью выдохнул Назаров.

– И сказали, что передадим все твоей матери. А сейчас собирайтесь. Мы отвезем вас домой.

Наташа недовольно нахмурилась: Державина слишком легко отделалась. Радует хотя бы то, что в машине Наташа сядет рядом с Матвеем.

Они вышли из здания школы и направились к автомобилю Прохора.

– Ой, совсем забыла! – вспомнила вдруг Катерина. – Я же собиралась поговорить сегодня с Ириной об этом сайте!

– О каком сайте? – живо спросила Наташа.

– Городских легенд. – Катерина тут же пожалела, что сказала это. Аглая и так все еще переживала из-за того, что Катерину едва не похитили пришельцы из Зерцалии. Не стоит лишний раз ее волновать. На Аглая ничего не слышала, она разговаривала с Прохором.

– Ничего страшного, – ответил Матвей. – Пообщаешься с ней завтра.

– Я сейчас позвоню ей. – Катерина полезла в сумку за телефоном.

– А что это за сайт такой? – не унималась Наташа.

– Я тебе позже расскажу, – пообещала Катерина. – Когда останемся одни, без взрослых.

– О, – понимающе кивнула Назарова.

Все сели в машину, Прохор включил мотор. Катерина несколько раз набрала номер Ирины, но та не отвечала, а затем и вовсе последовало сообщение, что абонент недоступен. До дома Назаровых они добрались очень быстро.

– Спасибо за доставку, – сказал Игорь Прохору, выбираясь из машины. Наташа промолчала.

– Если вечером будет скучно, приходите в гости, – пригласил их Матвей.

– Хорошо, – кивнул Игорь.

Он захлопнул дверцу и они с сестрой зашагали к подъезду. А Катерина как раз дозвонилась до Клепцовой.

– Ир, привет! – сказала она. – Ну что, здорово влетело от родителей?

– Не в первый и не в последний раз! – бодро ответила Ирина. – Мне не привыкать.

– Я хотела спросить тебя кое о чем, да совсем забыла! Это касается сайта, о котором мне говорила Марина. И вашего Клуба любителей ужасов.

– И в чем проблема? Сегодня у нас очередное собрание, так что приходите. Будем у меня дома смотреть старые ужастики и объедаться поп-корном. Ну и обсудим все, что захочешь. Мы обычно сидим допоздна, так что ждем вас в любое время.

– Сегодня вряд ли получится, – сказала Катерина. – У нас у самих гости…

– Что ж, приходите в другой раз! – не стала настаивать Ирина.

– Придем, – пообещала Державина.

Глава одиннадцатая

Меня предали!

Игорь ликовал и не скрывал этого от сестры – мать ничего не узнала о случившемся в школе. Аглая и Прохор хорошо понимали, что в семье Назаровых и так полно проблем, и решили не подливать масла в огонь.

Поужинав, он отправился делать уроки, а Наташа снова засела в Интернете, предвкушая предстоящее вечером событие. Нет, не посиделки с Катериной Державиной, а поездку в имение Клуба Калиостро, ведь именно сегодня графиня ждет ее там! Вдруг дверь ее комнаты распахнулась.

– А стучаться тебя не учили? – злобно спросила Наташа.

Игорь ухмыльнулся.

– Много чести! Я собираюсь к Катерине, – сообщил старший брат. – Пойдешь со мной?

– К Катерине и Матвею вообще-то! Их там двое, если ты не забыл!

– Я это и имел в виду.

– Все ждешь, что она ответит тебе взаимностью? Ну и болван же ты, братец!

– Ничего я не жду! Не хочешь идти, так и сиди весь вечер дома! – огрызнулся Игорь.

– Ладно, извини, – вздохнула Наташа. – Я не хотела тебя обидеть. Просто в последнее время вся на нервах.

– Из-за матери?

– И из-за нее тоже. Как она, кстати?

– Она давно спит в своей комнате. Наверняка не проснется до нашего возвращения.

– Тогда я пойду с тобой, – сказала Наташа. – Это все же лучше, чем тут с ней вдвоем.

– Я уже готов, – сообщил Игорь.

– Сейчас, я только подкрашусь. – Наташа выключила компьютер, затем, сев перед небольшим зеркалом на столе, быстро освежила макияж.

– Из-за чего вы недавно ругались? – спросил Игорь, зашнуровывая кроссовки.

– Она не хочет, чтобы я работала.

– С чего это вдруг? Она же так мечтала, чтобы мы поскорее начали зарабатывать деньги и отдавать их ей!

– Кто ж ее знает? – развела руками Наташа. – Сегодня твердит одно, завтра другое. Я уже так устала от всего этого! Да и не собираюсь я ей свои деньги отдавать.

Она накинула на плечи легкий плащ. Вечера еще стояли довольно теплые, но ночью уже было прохладно. А Наташа сегодня планировала все же попасть в Клуб Калиостро. Если мать будет спать, ей это только на руку. Ну а от братца она сумеет избавиться.

– Я и сам подумываю куда-нибудь устроиться на подработку, – сообщил Игорь. – Лишние деньги никогда не помешают.

– Вот и я о том же, – сказала Наташа. – А мать против.

– Иногда я сам не понимаю, чего она от нас хочет, – произнес Игорь.

Они вышли из квартиры и тихо прикрыли за собой дверь.

* * *

Аглая и Прохор были в театре, но в доме Державиных, как оказалось, появился еще один жилец. Наташа и Игорь познакомились с дедом Валентином, очень забавным старичком. Тот смотрел телевизор в гостиной, поэтому они, решив ему не мешать, поднялись в комнату Катерины. Наташа сразу увидела старинную резную шкатулку, стоявшую на столе.

– Что это? – спросила она.

– Это записки моего отца, – немного смутилась Катерина. – Недавно мы их нашли в «Иллюзионе». Хочу их прочитать, да никак не соберусь.

– Что-то интересное? – Наташа подняла крышку и заглянула внутрь. Она увидела старые фотографии и пожелтевшие от времени письма.

– Не знаю еще. – Катерина протянула руку и захлопнула шкатулку. – Пока не читала.

– Чего же ты ждешь? – Наташа снова открыла крышку.

Но Катерина снова ее захлопнула.

– Просто хочу собраться с мыслями, – спокойно ответила она. – Такие вещи не следует читать наспех.

Затем она убрала шкатулку в шкаф, на ту же полку, где уже лежал дневник князя Казимира Поплавского. Наташа недовольно поморщилась.

– Ну и ладно. Подумаешь, секреты!

– Никаких секретов нет, потом я обязательно все вам расскажу, – заверила Катерина. – Но только сначала я должна сама прочитать это. Одна. Это все-таки мой отец.

– Так, может, нам прямо сейчас уйти? – вскипела Наташа.

– Да успокойся ты! – воскликнул Игорь. – Это же дневник ее отца! Сказано же тебе, узнаешь все позже!

– Ну и сидите… – начала Наташа, но Матвей вдруг положил руку ей на плечо. Она сразу смолкла.

– Хватит вам, – мягко произнес он. – Давайте лучше сыграем во что-нибудь.

И Наташа подчинилась. Только он мог оказывать на нее такое действие. Она любила его, любила без памяти и с каждым днем влюблялась все больше. Хорошо еще, что он не учился с ними в одной школе. Иначе Наташа просто не смогла бы сосредоточиться на уроках.

– Так что? – спросил Матвей. – В лото, в домино или в карты?

– Только не в карты! – сказал Игорь. – У меня с ними какие-то неприятные ассоциации. Всякие там Таро и Флэш-Ройяль!

– У меня тоже, – призналась Катерина. – Давайте лучше в лото.

Они сели за стол, Матвей принес из своей комнаты коробку. Игорь оказался рядом с Катериной, а Наташа села по соседству с Матвеем. Он раздавал карточки, выкладывал на стол мешочки с бочонками, а она не сводила с него глаз. У него такие густые и красивые волосы, ей так и хотелось запустить в них руку. Вдруг она ощутила толчок в ногу. Наташа злобно взглянула на брата. Игорь встретился с ней глазами и едва заметно покачал головой: хватит на него смотреть! Наташа поняла его намек без слов. А если ей хочется! Неужели только он может глядеть на свою обожаемую Катерину? И как Матвей ничего не замечает? А может, он просто не подает вида? Неожиданно тот уронил мешочек. Он упал на пол, бочонки рассыпались по ковру. Матвей тут же нагнулся, чтобы собрать их.

Наташа сама не поняла, как все произошло. Подчиняясь какой-то неведомой силе, она запустила пальцы в шевелюру Матвея и погладила его волосы. Еще раз. И еще.

– Это, конечно, приятно, – вдруг произнес Матвей, – но я вроде бы не собачка!..

И только тут Наташа поняла, что сделала. Весь транс тут же прошел. Она покраснела, как помидор, и уставилась на стол, не зная, куда деваться от стыда. Катерина и Игорь не сводили с нее удивленных глаз. Матвей выпрямился и насмешливо прищурился.

– Я просто… – пробормотала Наташа. – У тебя просто… В волосах что-то застряло.

– Спасибо, что вытащила, – ответил он.

Они снова начали играть, словно ничего и не случилось. Лишь Катерина иногда как-то странно поглядывала на Наташу. Игорь, казалось, едва сдерживал смех. Матвей вслух произносил значение бочонков и иногда улыбался Наташе, а та хотела сквозь землю провалиться от стыда. Остаток вечера она просидела как на иголках.

Игорь заговорил о случившемся только тогда, когда они возвращались домой.

– У тебя в волосах что-то застряло! – передразнил он. – Что бы это могло быть? Ах да! Мои пальцы!

И согнулся пополам от сотрясавшего его смеха.

– Заткнись! – вскипела Наташа. – Это вышло случайно!

– Ну, конечно, случайно, – согласился брат. – Разве можно такое специально запланировать?

– Ты как считаешь, Катерина что-то поняла?

– Да тут и дурак бы понял! Просто ей хватило такта сделать вид, что ничего не случилось.

– Господи! – Наташа закрыла лицо руками. – Больше я к ним не пойду!

– Да расслабься! Матвей сам все обратил в шутку, так что обойдется. Если что, скажешь, что тоже хотела немного подшутить.

– Легко тебе говорить! Это же не ты…

– Так опростоволосился?

И Игорь снова рассмеялся. Наташа промолчала весь оставшийся путь. Когда они вошли в прихожую, мать все так же похрапывала в своей комнате. Похоже, за время их отсутствия она даже не вставала. Наташа взглянула на настенные часы. Одиннадцать вечера. Пора бы уже начать собираться.

– Я устала, – заявила она Игорю. – Лягу прямо сейчас. А ты ко мне не суйся, понял?

– Чего уж тут не понять? – отозвался Игорь. – Иди отдыхай.

Наташа вошла в свою комнату, закрыла дверь и прислушалась.

Игорь, тихонько что-то напевая, отправился в ванную комнату. Вскоре до нее донесся шум льющейся воды.

Наташа быстро скинула плащ и распахнула шкаф. Не так давно она купила себе вечернее платье именно для такого случая и прятала его в дальнем углу шкафа. Наташа быстро оделась, взбила волосы, затем села перед зеркалом и подкрасилась. Теперь она выглядела сногсшибательно. Видел бы ее Матвей!

Ее брат все еще распевал что-то в душе и ничего не слышал. Наташа выскользнула из квартиры, сбежала по лестнице и вышла во двор. У дома никого из знакомых не оказалось. Сплетницы-соседки давно сидят по домам и смотрят вечерние сериалы. Вскоре во двор въехала машина. Она остановилась у самого подъезда, водитель Анатолий вышел и услужливо распахнул перед ней дверцу. Девушка ощущала себя настоящей принцессой из сказки. Золушкой, собиравшейся на бал в королевский дворец. Только худосочный и бледный Анатолий в своем черном костюме скорее напоминал поднявшегося из могилы покойника, чем сказочную крысу-кучера.

Наташа села в машину, водитель закрыл дверцу и вернулся на свое место. Тихо шурша шинами, они выехали со двора и направились за город.

Резиденция Клуба Калиостро встретила их яркими огнями. Рядом с особняком стояло множество дорогих машин. Наташа вышла, немного робея, и осмотрелась. Ни единой живой души, за исключением двух охранников по ту сторону ворот.

– Ступай прямо к главному входу, – хмуро сказал ей Анатолий. – Графиня ждет тебя у дверей.

Дрожа от вечерней прохлады и кутаясь в плащ, Наташа вошла на территорию имения и двинулась к особняку. Каблуки новых туфель звонко цокали по каменным плитам дорожки. Кусты, подстриженные в виде различных животных, казалось, провожали девушку заинтересованными взглядами.

У входа в здание никого не было.

– Вот и ты! – услышала вдруг девушка.

Не успела она опомниться, как кто-то схватил ее за руку и почти силой затащил в кусты. Она хотела закричать, но это оказалась графиня Шадурская, она быстро поднесла палец к губам девушки.

– Тише! Никто не должен знать, что я здесь!

– Как это? – не поняла Наташа. – А как же собрание?

– Сейчас я тебе все расскажу. Но для начала нам нужно попасть в особняк!

Графиня потащила ее за собой, но только совсем в другую сторону. Они пробрались сквозь лабиринт фигурных кустов, пересекли темное поле для гольфа и вскоре остановились у невзрачной будки, почти скрытой в густых зарослях.

Графиня толкнула дверь и вошла, потянув за собой Наташу. Они оказались в темном, узком помещении, где садовники хранили свой инвентарь. Наташа только сейчас разглядела, что на графине был черный, плотно облегающий костюм. Поэтому она и не сразу заметила ее в темноте. Сама же Наташа в своем длинном вечернем платье смотрелась в этом сарае просто неуместно.

– Меня предали, дорогая, – спокойно сказала графиня, запирая дверь сторожки изнутри. – И я знаю, кто за этим стоит!

Глава двенадцатая

Диоптра мадам Гольданской

– Предали? Кто? – испугалась Наташа.

– Этот мерзкий старикашка, князь Векентьев. Он много лет дружил с Ипполитом Бестужевым и был очень недоволен, когда я сместила того с поста председателя нашего Клуба. С тех самых пор Векентьев жаждет сам возглавить дворянское собрание. Я давно уже прочла это в его мыслях. Все ждала, когда же он сделает первый шаг!

Графиня подошла к противоположной стене, нащупала в самом темном углу скрытый рычаг и потянула за него. Деревянная стена сарая со скрипом ушла вверх, открыв невысокий черный проход.

– Что это? – удивилась Наташа.

– Потайной ход в особняк. В его стенах проложено множество тайных ходов, целые лабиринты узких коридоров. В доме есть секретные каморки, из которых можно подглядывать и подслушивать, наблюдать почти за всеми помещениями. Это настоящий храм недоверия и интриг! И сегодня мы с тобой воспользуемся этим!

Графиня вытащила из кармана небольшой фонарик и включила его. Затем шагнула в темный проход и позвала Наташу за собой.

– Смелее! Здесь нет мышей и змей, милочка, так что можешь ничего не бояться!

– Вы снова прочли мои мысли?

– Прости, опять не могла удержаться! – рассмеялась графиня.

Наташа недовольно фыркнула, подобрала подол платья и шагнула вслед за графиней. Они оказались перед узкой винтовой лестницей, уходящей вниз. Шадурская начала спускаться по крутым ступенькам, Наташа старалась не отставать. Вскоре они очутились в длинном, узком коридоре. В воздухе пахло сыростью и плесенью.

– Подземный ход, – пояснила графиня. – Пара десятков метров, и мы под особняком!

Они двинулись по коридору. Шадурская шла впереди, освещая путь фонариком.

– Следовало предупредить тебя заранее, чтобы ты не наряжалась так непрактично, – сказала графиня. – Но я сама только что узнала обо всем. Не печалься о платье, дорогая. Если ты испортишь его, я подарю тебе новое, красивее этого!

Наташа немного успокоилась.

– Так что случилось? – поинтересовалась она.

– Граф Векентьев и другие предатели из Клуба Калиостро решили провернуть кое-что за моей спиной. Мало того, Иннокентий Бест, этот выскочка-фокусник, примкнул к ним! Сегодня утром Векентьев подошел ко мне и заявил, что не собирается участвовать в переговорах с кем-либо из Зерцалии. Дескать, все взвесив, он передумал! Мы с ним вместе состоим в правлении одного предприятия, и он устроил так, что меня отправили по делам в другой город. Естественно, я никуда не поехала, но Векентьев уверен, что я сейчас в пути.

– Зачем ему это?

– Я пока до конца не поняла, – призналась Шадурская, – но я обязательно все выясню. Он метит на мое место и уже заручился поддержкой остальных. И еще заверил меня, что сеанса связи сегодня не будет. Но я прочла в его мыслях обратное! Они соберутся этой ночью в тайной комнате в подвале особняка. Мадам Гольданская привезет свою Диоптру, и они выйдут на связь с Зерцалией. Только и мы не так просты! В той комнате нет тайных коридоров и слуховых окошек. Поэтому вся моя надежда на тебя, Наташа. Я спрячу тебя в самом помещении, и ты увидишь и услышишь все, что там будет происходить.

Наташа испуганно на нее взглянула.

– Я бы сама это сделала, но ты ростом поменьше, да и постройней меня. К тому же тебе ничего не грозит. Даже если они тебя схватят…

– Вот утешили!

– Да ладно тебе! – сказала графиня. – Зато ты можешь ожидать щедрого вознаграждения за перенесенные волнения!

Они прошли еще немного и уперлись в массивную деревянную дверь. Графиня снова нащупала какой-то секретный рычажок у самого пола и нажала на него. Дверь бесшумно отворилась. Они оказались в подвале особняка, недалеко от той комнаты, где графиня хранила статую графа Бестужева.

– Я покажу тебе, как проникать в лабиринты этого дома, – пообещала графиня. – Стены здесь такие толстые, что никто и не догадывается, что в них устроены тайные проходы! Эти знания пригодятся тебе, если ты и дальше будешь работать на меня.

Вскоре они вошли в просторное помещение без окон с высоким сводчатым потолком. Когда-то здесь было некое подобие конференц-зала, и сейчас в центре стоял круглый стол, вокруг которого располагались мягкие кресла. Их покрывали белые чехлы, защищавшие от пыли. На одной из стен висел большой прямо угольный белый экран. Напротив него с потолка свисал видеопроектор. Прямо под ним Наташа увидела штатив с закрепленной на нем видеокамерой.

– Они уже все приготовили, – с ненавистью отметила графиня. – В сноровке им не откажешь!

С противоположной стороны зала высились напольные старинные часы из черного дерева.

– А вот здесь ты и спрячешься! – обрадовалась Шадурская.

– В часах? – изумилась Наташа.

– С твоей фигурой это не составит труда. Сама увидишь.

Графиня подошла к часам, отперла замок маленьким серебряным ключиком и открыла их нижнюю дверцу. Маятник не раскачивался, часы давно остановились. Внутри действительно оказалось достаточно места. Наташа, пригнувшись, забралась в ящик, похожий на вертикально поставленный гроб. Зеркальная дверца часов оказалась прозрачной изнутри – ее изготовили из особого стекла. Наташа могла видеть все, что происходит в зале, а вот снаружи ее никто не заметит.

– Ну как, удобно? – спросила графиня.

– Надеюсь, пыли здесь не много?

– Горничные периодически наводят здесь порядок. А теперь сиди и старайся не издавать ни звука. Я буду в комнате неподалеку. Как только все закончится, я вернусь и выпущу тебя отсюда!

Она прикрыла дверцу часов и заперла ее на ключ.

Наташа попыталась устроиться поудобнее. Плечи ее упирались в стенки ящика, колени подпирали дверь. Хорошо, что она не страдает клаустрофобией. Что ж, она выполнит просьбу Шадурской. И пусть та потом попробует не расплатиться!

Графиня ушла. Но не прошло и десяти минут, как двери комнаты вновь распахнулись. Кто-то щелкнул выключателем, и под потолком вспыхнула люстра. Наташа приникла к стеклянной дверце. Она разглядела князя Векентьева и княгиню Ольгу Щергину с неизменным черным веером в руках.

– А вы уверены, что она ничего не заподозрила? – спросила Щергина. – Не хотелось бы мне стать врагом Шадурской!

– Уверен! – твердо заявил старик Векентьев. – До завтрашнего дня она не вернется в город.

– Хорошо, – произнес какой-то мужчина. Наташа присмотрелась. Судя по приземистой толстенькой фигуре, это был граф Лужецкий. – Признаться, мне тоже немного не по себе.

В зал вошли Иннокентий Бест и Шахиня, за ними следовал граф Орлов. Стащив с кресел полотняные чехлы, все расселись вокруг стола.

– Однако где наша главная гостья? – обеспокоенно спросил князь Векентьев. – Полнолуние в разгаре, а она задерживается!

– Так она действительно согласилась приехать? – удивленно произнес Орлов. – Баронесса столько лет игнорировала наше общество…

– Многие члены Клуба Калиостро годами не появляются в этом имении, – ответил Векентьев, – но это не означает, что они больше не наши коллеги!

– Все так, – согласился Орлов. – Но вы когда-нибудь видели ее лицо?

– Я нет, – сдержанно ответила Щергина. – Говорят, она жутко обезображена.

– Баронессе есть что скрывать, – согласился Векентьев. – Но вам не стоит беспокоиться, господа. Когда я изъяснил ей нашу просьбу, она согласилась помочь. Мадам Гольданская – один из самых преданных членов нашего сообщества.

В этот момент в зал вошел мужчина в строгом костюме. Наташа узнала в нем начальника службы безопасности дворянского собрания. Кажется, его звали Артуром.

– Баронесса Гольданская! – объявил он.

Члены Клуба громко зашептались вокруг стола. Лишь Иннокентий и Шахиня хранили молчание. Наташа с интересом следила за происходящим.

Двое охранников, вошедших вслед за Артуром, распахнули двери. В тот же момент другие слуги распахнули дальние двери на другом конце коридора. И там показались двое крепких мужчин. Судя по рациям в руках, они тоже были из охраны. За ними еще один такой же громила катил изящную позолоченную тележку, накрытую черной шелковой тканью. Под покрывалом вырисовывались очертания какого-то предмета с острыми углами. Вслед за тележкой шагала стройная женщина в длинном черном платье, сопровождаемая в свою очередь двумя телохранителями. Похоже, баронесса была весьма важной особой, или предмет на тележке был настолько ценным, что его ни на секунду нельзя было оставлять без охраны.

Процессия приблизилась, и вот уже первая пара охранников вошла в конференц-зал. Тележку подкатили к столу, а в дверях показалась Ангелина Гольданская. Наташа на миг даже перестала дышать. Она увидела женщину в наглухо закрытом черном кружевном платье. Руки баронессы были скрыты перчатками из черного кружева. На черном платье сверкали золотые украшения. Однако внимание привлекало совсем другое – белая венецианская маска с золотыми узорами, которая скрывала лицо Гольданской. Маска изображала прекрасное женское лицо, но от этого была еще более пугающей – казалось, что в зал вошла мертвая красавица. Все присутствующие встали со своих кресел, приветствуя ее. Гольданская лишь слегка кивнула в ответ.

– Наконец-то вы вспомнили обо мне, господа, – произнесла она. Ее голос из-под маски звучал глухо, как из могилы.

– Мы никогда о вас не забывали, баронесса, – как можно дружелюбнее ответила ей княгиня Щергина. – Вы сами удалились от Клуба и его дел.

– На то была причина, – усмехнулась женщина в черном. – Ну да ладно. К сегодняшней встрече прошлое не имеет никакого отношения. Итак, зачем я вам понадобилась?

Князь Векентьев щелкнул пальцами. Двое охранников тут же подняли с позолоченной тележки предмет, покрытый черным шелком, и водрузили его на стол. По их напряженным лицам было видно, что вещь очень тяжелая. Третий охранник сдернул покрывало, четвертый услужливо пододвинул свободное кресло. Гольданская опустилась в него.

Взгляды присутствующих не отрывались от предмета, стоявшего на столе. Диоптра мадам Гольданской выглядела очень необычно. И жутко, как и она сама. Сначала Наташа разглядела небольшой прямоугольный экран величиной с книгу. Он был сделан из непрозрачного стекла и вставлен в серебряную оправу. Позади экрана виднелся человеческий череп, отлитый из черного стекла, с короной на макушке, сооруженной из осколков черных зеркал. Вся конструкция крепилась на высокой подставке, целиком отлитой из стекла с серебряными прожилками. Между экраном и черепом был вделан большой прозрачный кристалл, а по обе стороны от него были установлены старинные канделябры с черными свечами. Наташа разглядела под ними две стеклянные платформы, напоминающие своей формой человеческие ладони.

– Некая дама из Зерцалии хочет пообщаться с нами посредством вашей Диоптры, – после некоторого молчания произнес граф Орлов. – Вот почему нам и пришлось прибегнуть к вашей помощи.

– О! – Гольданская хрипло усмехнулась. – Зерцалия! Давненько я не слышала о ней. С тех самых пор, как эта маска, – она очертила круг вокруг своей головы, – закрыла мое лицо!

– Мы все сожалеем о случившемся, Ангелина Львовна, – почти шепотом сказал Векентьев.

– А уж как я сожалею! – воскликнула та. – Много лет назад меня обманули как несмышленого ребенка, обвели вокруг пальца! Мы вызвали силы, с которыми просто не могли совладать! А теперь вы снова просите меня установить контакт с Зерцалией!

– На этот раз все будет иначе, – ответила Щергина. – Ведь они сами хотят установить контакт с нами.

– Почему я должна этому верить? – усмехнулась Гольданская.

– А к чему им лгать? – возразил ей Векентьев. – Выйти из зеркала они все равно не смогут – Диоптра слишком мала. Так чего нам бояться?

– Разве я сказала, что это они лгут? Возможно, опять лжете вы. Хм… Хорошо, я рискну. Но я хочу, чтобы вы удвоили мой гонорар, – заявила баронесса Гольданская.

– Все что угодно, дорогая! – с готовностью кивнул Векентьев. – Мы все понимаем, на какой риск вы идете.

– Ну хорошо, – смилостивилась дама в маске. – Что ж, господа, давайте поскорее покончим с этим. Ибо мне не очень нравится здесь, да и вы, я чувствую, не слишком рады моему присутствию. Свечи!

Один из охранников щелкнул зажигалкой и зажег черные свечи Диоптры.

– Свет! – скомандовала Гольданская.

Электрические лампы в комнате тут же погасли. Пространство теперь освещалось лишь светом черных свечей. Экран в передней части Диоптры вдруг осветился изнутри. Он напомнил Наташе волшебный фонарь, рисунок которого она видела когда-то в одной из энциклопедий в школьной библиотеке.

– Небольшое усовершенствование, – проговорил Векентьев. – Мы направим на экран Диоптры видеокамеру, чтобы она записывала все, что там появится, и одновременно транслировала это на экран на стене. Все же Диоптра очень мала, а у многих из нас уже не такое хорошее зрение.

– Я не возражаю, – ответила баронесса Гольданская.

Подбежавшие охранники тут же установили перед Диоптрой штатив с камерой. Артур включил проектор на потолке. Экран на стене засветился, на нем возникло увеличенное изображение Диоптры. Гольданская стянула с рук кружевные перчатки и положила ладони на стеклянные выступы своего странного прибора.

Наташа силилась разглядеть ее руки, но в темноте ничего не могла увидеть. Почему она прячет их под перчатками? И почему она в маске? Может, у нее ужасные язвы по всему телу? Наташа просто сгорала от любопытства. Тем временем Гольданская начала свой сеанс. В мертвой тишине она склонила голову к Диоптре.

– Aperi portam in aliam dimensionem! – пробормотала женщина.

– Что она сказала? – шепотом спросила княгиня.

– Попросила открыть ей портал в другой мир, – тихо ответил Векентьев.

Экран был хорошо виден членам Клуба и Наташе в ее тайнике. Он светился все сильнее. Наташе даже казалось, что по его поверхности клубится дым. Глазницы черепа вдруг полыхнули красным огнем, а затем весь экран осветился, и на нем появилось изображение. Оно словно состояло из разрозненных кусочков мозаики. Лучи света преломлялись в прозрачном кристалле и отражались на внутреннюю сторону экрана. Видеопроектор передавал изображение этого диковинного калейдоскопа на стену. Сначала Наташа ничего не могла разобрать. Она видела клубы густого черного дыма, среди которых иногда вспыхивали багровые всполохи. Девушка словно наблюдала видеозапись сильной ночной грозы, с той только разницей, что сверкающие молнии были красного цвета.

Затем тьма немного рассеялась, переместившись к краям картинки, и потрясенные члены Клуба увидели красивое лицо молодой женщины, обращенное прямо к ним.

– Приветствую вас, господа, – холодно произнесла незнакомка.

Собравшиеся не проронили ни слова. Звук доносился со стороны стеклянного черепа. Казалось, что слова вылетают из его оскаленной пасти.

– Кто вы? – спросил наконец князь Векентьев.

– Позвольте представиться, – сказала она. – Баронесса Фрида фон Шпильце.

Члены Клуба изумленно зашептались.

– Та самая? – испуганно спросила княгиня Щергина.

– Вы – наследница фон Шпильце? Той самой баронессы, что в числе других скрылась в Зерцалии во времена революции? Я не ошибаюсь? – уточнил граф Орлов.

– Ошибаетесь, – торжественно проговорила она. – Я и есть та самая баронесса! Когда-то мы стояли во главе Клуба Калиостро, я и четверо моих соратников. Да, нам действительно пришлось скрыться, чтобы спасти свои жизни от большевиков.

Наташа ощутила, как по ее спине пробежал холодок.

– Но как?! Вы же ничуть не постарели! – воскликнула Щергина.

– Это одно из свойств нашего мира, – улыбнулась баронесса. – Тех, кто достоин его даров, он наделяет сказочными способностями. Мне досталась среди прочих и вечная молодость.

– Не зря мы столько времени пытаемся найти способ попасть туда, – завистливо прошептал Орлов.

– Об этом я и хотела поговорить с вами, – сказала баронесса фон Шпильце. – Отправившись сюда, мы не думали, что когда-нибудь нам захочется вернуться обратно. Зерцалия прекрасна, удивительна… Но мы тоскуем по Земле. По ее теплому солнцу! Во время нашего первого путешествия что-то произошло…. И мы потеряли возможность вернуться обратно.

– Что вы говорите! – воскликнул Векентьев. – Но ведь это наглая ложь! Вы и ваши наемники то и дело снуете туда-сюда.

– О чем вы? – неподдельно удивилась баронесса.

– О доппельгангерах! Или вы не в курсе, что здесь творилось в ночь лунного затмения? Пришельцы из Зерцалии очень даже ловко проходили сквозь зеркала и возвращались обратно!

– Извините, но я ничего об этом не знаю, – нахмурилась женщина.

– Разве вы не принадлежите к пятерке Властелинов? – недоверчиво спросил Векентьев.

– Нет. И уже очень давно. Как и на Земле, власть в Зерцалии меняется, одни правители приходят на смену другим.

– Когда-то ваши посланцы пытались убить наших товарищей, – напомнил Векентьев. – Восемнадцать лет назад.

– К сожалению, я ничего не знаю и о тех событиях, – заявила баронесса. – Моя цель – переговоры и мирное сосуществование. А также исполнение моих и ваших желаний.

Княгиня Щергина возмущенно фыркнула:

– Так мы и поверили.

Но старик Векентьев поднял руку, призывая собравшихся к молчанию.

– Так что вы хотите нам предложить? – осведомился он.

– Как я уже говорила, я хочу получить возможность появляться на вашей стороне. А вы, насколько мне известно, хотите найти способ проникать в Зерцалию. Мы можем помочь друг другу, господа. Машина Калиостро в вашем мире уничтожена. Но есть и альтернативный способ перемещения.

– Какой же? – нетерпеливо выкрикнул Иннокентий Бест.

– Можно создать другое устройство. Чтобы запустить его, понадобится одно из зеркал Трианона, детали от машины Калиостро и еще кое-что.

– А ключ? – спросил Орлов. – Насколько мне известно, без ключа портал не откроется!

– Есть способ вместо ключа использовать нечто другое, я бы сказала, своего рода отмычку…

– А почему мы должны помогать вам? – спросил Лужецкий. – Ну попадем мы в Зерцалию, и что дальше? Это правда, что всякий маг, попавший туда, может многократно увеличить свои способности?

– Правда, – ответила баронесса. – И я сама живое доказательство тому.

– Что для этого нужно?

– В первую очередь попасть сюда, – улыбнулась Фрида фон Шпильце. – Ну а затем провести несложный ритуал. Этим миром правит зеркальная магия, господа! Она так же реальна, как свет, как вода, как электричество в вашем мире! Я окажу вам посильную помощь. В каждой династии из состоящих в Клубе Калиостро из поколения в поколение передавались магические способности. Со временем они ослабли, но не исчезли. Вы придете ко мне и станете всесильны! А я наконец попаду обратно на Землю. Увижу, как она изменилась за время моего отсутствия.

– В связи с этим у меня давно назрел вопрос, – сказала княгиня Щергина. – Почему наши способности настолько уменьшились? Что случилось с нашей силой, когда вы сбежали в Зерцалию?

– Магия в вашем мире давно умерла, – ответила баронесса. – Мы проводили особые ритуалы, поддерживающие магический баланс. Ну а с нашим уходом все прекратилось. Некому стало творить эти заклинания. Создайте новое магическое устройство, и я сумею вернуть вам былые силы!

– Но как нам собрать этот механизм? – спросил Векентьев.

– Чертеж с давних времен хранится в архивах семьи Поплавских, – ответила баронесса. – Наши люди нашли старинные чертежи в склепах древних чернокнижников, среди них оказалась и схема зеркальной машины. Черное зеркало, подобное тем, что образовывали Трианон Марии Антуанетты, устанавливается в центре магического механизма. Двойной круг зеркал вращается вокруг, преломляя лучи, преобразуя энергию и создавая множество зеркальных коридоров. Когда портал будет создан, потребуется еще один, основной, компонент – кровь избранного человека.

– Кровь? – испугался Орлов.

– В прежние времена ни один ритуал не обходился без кровавой жертвы, – напомнила ему баронесса.

– Но чья кровь вам нужна?

– Древние маги называли таких людей Проводниками. Мы зовем их Созерцателями. В наше время ими стали потомки Калиостро. Это ведь он запечатал проход в наш мир своей кровью, а значит, кровь его родича и откроет запечатанный портал!

– Созерцатели? – задумчиво произнес Иннокентий.

– Люди особой породы. Насколько мне известно, в вашем городе живет один из потомков Калиостро. Это девчонка, которая даже не догадывается о своих способностях.

– Хотите, чтобы мы ее убили? – без колебаний спросила Щергина.

– Крови нужно совсем немного, так что убивать никого не потребуется. Наоборот, в ваших интересах, чтобы она жила как можно дольше. Ведь только так вы сможете открывать портал в любое время.

– Но тут есть одна проблема, – заявил граф Векентьев. – Казимир Поплавский, последний представитель упомянутого вами княжеского рода, не так давно скончался.

– А его имущество не сегодня завтра будет распродано с молотка, – добавил Лужецкий. – Я слышал, дата аукциона уже назначена.

– Придется нам поучаствовать в торгах, – произнесла княгиня Щергина.

– Добудьте эту схему! И тогда все самые смелые ваши желания воплотятся в жизнь! – провозгласила Фрида фон Шпильце. – Вы сможете подчинить огонь и передвигать предметы на расстоянии. Повелевать ветрами и предсказывать будущее. Научитесь делать все, что умеем делать мы! И кстати, господа, раз уж об этом зашла речь. Что стало с остальными зеркалами Трианона? Одно зеркало может открыть портал, но только с помощью крови Созерцателя. Если собрать Призму полностью – она станет артефактом небывалой силы и мощности! Она сможет открывать проход без участия потомков Калиостро! Используя ее магию, ваш Клуб смог бы попросту править всем вашим миром.

– Нам ничего про них не известно, – подал голос Орлов. – Одно из зеркал Трианона оказалось спрятано в подвале салона Феофании, но где два других…

– Это мы обязательно выясним! – пообещал Векентьев. – Меня и самого уже много лет беспокоит этот вопрос. Зеркала исчезли во время инцидента в доме Башаровых. С тех пор о них никто ничего не слышал…

– А у меня тоже есть вопрос! – поднялся со своего кресла Иннокентий. – Если вы хотели сделать нам такое предложение, отчего же ваш наймит пытался убить нас?

Баронесса фон Шпильце изобразила удивление.

– Что? – воскликнула она. – Какой еще наймит?

– Сразу после нашего разговора в подвале на нас набросился один тип! Он выскользнул из черного зеркала и оказался очень проворным. Он меняет свою внешность, копируя других людей, и отлично орудует мечом.

– Я никого не посылала, – произнесла Фрида фон Шпильце. – Даю вам слово!

– Что там творится у вас в Зерцалии? – насмешливо спросила Щергина. – Вы сами-то в курсе?

– О, – покачала головой баронесса, – у нас тут хватает проблем. Однако пора нам завершать наш разговор, господа. Ваш медиум уже на грани истощения. Найдите в вещах Поплавского схему и соберите машину. Запустите ее в ночь хеллоуина. Когда она заработает, я явлюсь к вам лично и расскажу, что делать дальше: как вернуть ваши магические возможности, как проникнуть в Зерцалию. Как захватить власть над миром!

И экран погас. Ангелина Гольданская убрала руки с Диоптры и тихо застонала. Она откинулась на спинку кресла, и телохранители тут же принялись приводить ее в чувство. Один обмахивал медиума веером, другой осторожно приподнял ее маску и поднес к лицу флакон с нюхательной солью.

– Она так ничего толком и не рассказала о Созерцателях! – воскликнула княгиня Щергина.

– Зато мы узнали многое другое, – задумчиво произнес Векентьев. – Наконец-то наши мечты сбудутся!

– Так вы уже все для себя решили? – спросил Орлов. – А может, кто-то из присутствующих не согласен с ее условиями!

– Кто-то – это вы, граф? – съязвила Щергина, обмахиваясь своим смертоносным веером. – Я очень даже согласна. Моя бабка творила удивительные вещи. Если я смогу превзойти ее, о большем я и мечтать не смею!

– Значит, мы ищем схему Поплавского и собираем машину? – спросил Иннокентий. – А среди вас есть такой инженер, который сможет воссоздать это устройство?

– Надо просто нанять лучших специалистов, – сказал Векентьев.

– Никого нанимать не придется, – произнесла княгиня Щергина. – Я знаю одного изобретателя и инженера. Это настоящий ас своего дела.

– Значит, решено! – кивнул Векентьев. – Ищем схему, ищем детали машины Калиостро и ждем дальнейших указаний баронессы.

– А еще ищем остальные зеркала и собираем Трианон! – напомнил Орлов. – Столь мощный артефакт нам может пригодиться.

– Верно, – согласился Векентьев. – Я лично приложу к этому все усилия.

И члены Клуба Калиостро, взбудораженные и возбужденные, начали расходиться. Первой из зала под руки вывели ослабевшую баронессу Гольданскую. Следом за ней телохранители выкатили на тележке ее Диоптру. Остальные друг за другом тоже покинули помещение. Вскоре здесь никого не осталось.

Наташа только теперь ощутила, как сильно затекли ноги. До этого момента она совершенно не обращала внимания на боль, полностью захваченная происходящим в темной комнате. Теперь же ей хотелось закричать, лишь бы поскорее выбраться из тесного ящика.

Графиня появилась лишь через несколько минут. Она открыла дверцу часов, и Наташа вывалилась оттуда на каменный пол.

– Что-то вы не очень торопились! – заметила она, разминая затекшие ноги.

– Ждала, когда все разойдутся, – ответила Шадурская. – Ну что, узнала что-нибудь интересное?

Наташа пересказала ей все, что увидела и услышала в этой комнате. Умолчала лишь о Созерцательнице. Сама не зная почему.

– Жалкие глупцы! – бросила графиня, когда Наташа закончила свой рассказ. – Воистину, бесконечны только две вещи – Вселенная и человеческая глупость! Баронесса и сейчас одна из Властелинов Зерцалии. Просто у нее есть какой-то план. Почему-то ей необходимо вернуться в наш мир!

– Я читала дневник князя Поплавского, – сказала Наташа. – И сразу ее узнала. Он довольно точно ее описал. В Зерцалии ее зовут Дамой Теней.

– Ты бы, милочка, принесла этот дневник мне, – попросила Шадурская. – Я сама с удовольствием с ним ознакомлюсь.

– Невозможно. Он хранится в доме Державиных. Да там и нет ничего интересного, – ответила Наташа. – Так, разные бредни выжившего из ума старика.

– Как знать. Ты все же постарайся, – попросила графиня. – Буквально на один вечер. Я сделаю с него копию, и ты тут же вернешь его обратно, чтобы Державины ничего не заподозрили.

– Ладно, постараюсь, – пообещала Наташа.

– Значит, они вознамерились создать новую зеркальную машину? – Графиня задумалась. – Очень интересно. Ну что же, пусть баронесса думает, что ей удалось нас провести. Пусть Векентьев и его приспешники построят новый механизм, я не стану им в этом мешать. А дальше посмотрим, кто окажется хитрее. Ну а теперь поторапливайся, дорогая. Нам еще нужно незаметно отсюда выбраться и отвезти тебя домой.

– Вы же хотели показать мне разные потайные ходы в этом здании, – напомнила графине Наташа.

– О, у нас будет еще для этого много времени, – улыбнулась Шадурская. – Сейчас уже очень поздно.

С этим не поспоришь. Наташа вздохнула и зашагала вслед за графиней обратно, к двери, ведущей в потайной лабиринт.

Глава тринадцатая

Дневник Александра

Наконец в доме Державиных наступила тишина, все разошлись по своим комнатам, а в гостиной смолк телевизор. Катерина с замиранием сердца вытащила из шкатулки один из дневников отца.

Она не знала, в какой именно последовательности следует читать эти тетради, поэтому взяла первую попавшуюся. Девушка бегло просмотрела страницы и поняла, что сразу наткнулась именно на то, что ей нужно. Именно в этой тетради Александр Державин описывал историю своих поисков зеркальной машины и путешествий в Зерцалию. Она пролистала почти половину тетради, когда наконец наткнулась на фамилию князя Поплавского. Катерине хотелось узнать подробности знакомства своих родителей, как можно больше о своей семье, но Александр ничего не писал об этом. Все его записи были посвящены поискам зеркальной машины Калиостро. Упоминалось здесь и о дедушке Валентине.

Дядька продолжает отговаривать меня, – писал отец. – Как он не понимает, что я не могу отказаться от такой фантастической возможности! И мать с ним заодно! Больше я ни слова не скажу им о Калиостро. Они слишком сильно меня опекают…

…Затем она нашла записи о путешествиях в Зерцалию, совершенных вместе с князем Поплавским. Все события были уже знакомы ей по дневнику Казимира, но здесь Александр излагал их со своей точки зрения. То, что когда-то напугало старика, ее отца приводило в восторг. Гигантские летучие мыши, превращающиеся в людей. Воздушные корабли и стеклянные статуи на площадях Зерцалии. Дама Теней и ее пугающие способности. Он описывал и эпизод на ферме Зоргов, после которого понял, что не все так прекрасно в этом зачарованном мире. Затем князь Поплавский отказался от дальнейших путешествий и пытался отговорить от них Александра, но тот не стал его слушать.

Старик Поплавский просил меня дать обещание, что я навсегда забуду про Зерцалию и никогда больше не отправлюсь по ту сторону зеркала, – писал отец. – Перепуганный до полусмерти, он так настаивал, что мне пришлось дать ему клятву, которую я не собирался выполнять. Разве мог я отказаться от возможности как можно больше узнать об этом дивном мире? Исследователь в моей душе никогда бы мне этого не простил. Меня тянуло в Зерцалию, несмотря на все опасности этих путешествий. И как я мог устоять? Князь Казимир решил спрятать свой ключ, он требовал, чтобы и я избавился от своего. Когда-нибудь, возможно, я так и поступлю, но только не сейчас. Я просто буду осторожнее. Ведь особняк, в котором располагается машина Калиостро, теперь наверняка охраняют. Однако эти монстры боятся железа. В следующий раз я вооружусь надлежащим образом. Попытка не пытка, как любит говорить моя мать.

…И вот я снова отправился туда. Дождавшись, когда дядька уедет за границу, а мать отправится в очередной круиз по Волге, которые она так полюбила в последние годы, я запер наш фамильный особняк и поспешил в «Иллюзион». Машина теперь находится в подвале. Мне пришлось сделать это, чтобы обезопасить механизм от посягательств князя Поплавского. Старик запросто может попытаться уничтожить творение Калиостро, чтобы предотвратить возможные проникновения на ту сторону. Ключ от входной двери, как и ключ от машины, я всегда держу при себе. Для своего путешествия я собрал сумку припасов, вооружился двумя пистолетами и кинжалом из старинной коллекции отца, взял блокнот для записей и зарисовок и переоделся в костюм, который не вызвал бы лишних подозрений у обитателей того мира. Я спустился в подвал и запер двери изнутри, чтобы никто больше не смог проникнуть в подземелье до моего возвращения.

И вот я снова совершил переход. Сойдя с вращающегося круга, сиявшего так, что его свет слепил глаза, я быстро осмотрелся в поисках стражников Дамы Теней. Однако в сумрачном зале, где был установлен зеркальный механизм, никого не оказалось. Насколько я помнил, стеклянные статуи рыцарей стояли во дворе дома и на улице за воротами. Может, именно там они и устроили засаду? Держа кинжал наготове, я выглянул из дома.

Странное солнце Зерцалии тускло светило в ясном небе, здесь, по-видимому, было раннее утро. За время наших путешествий я уже научился определять время суток по трем светилам этого мира. Во дворе никого не оказалось. Возможно, за те недели, что прошли со времени нашего бегства, местные правители решили, что мы усвоили урок и больше не сунемся в их владения. Спрятав под плащом кинжал, я вышел из ворот и быстро зашагал по узким, извилистым улицам. Редкие прохожие не обращали на меня никакого внимания, и вскоре я вышел на большую круглую площадь, где мне удалось незамеченным влиться в толпу.

Местные закусочные и харчевни уже открыли свои двери для посетителей. На площади бойкие торговцы зазывали покупателей к своим лоткам с цветами, посудой и выпечкой. Здесь располагался небольшой местный рынок. Две гигантские статуи из черного обсидиана, каждая высотой метров десять, возвышались над толпой, отбрасывая длинные темные тени на брусчатку площади. Я не бывал в этой части города раньше и не видел этих изваяний. Одно изображало тощего мужчину с длинным костлявым лицом и крючковатым носом. В сюртуке и высоком цилиндре, он опирался на трость с набалдашником в виде человеческого черепа. Казалось, что статуя внимательно следит за суетящимися внизу горожанами, не спуская с них хмурого и злобного взгляда. Я перевел взгляд на второй монумент. Это была фигура, закутанная в длинный плащ до самой земли, а лицо ее скрывалось под просторным капюшоном. Поверхность плаща была неровной, словно он был сделан из множества жгутов или перекрученных веревок. Присмотревшись, я понял, что одеяние Властелина – не что иное, как скопление множества змей! Они облепили всю его фигуру, образуя из своих тел и плащ, и капюшон.

С места, где я стоял, лица статуи было не видно. Решив разглядеть его, я двинулся к центру площади, пробираясь сквозь толпу людей, как вдруг кто-то с силой толкнул в меня в бок. Раздался испуганный девичий вскрик. Я быстро обернулся. На мостовой из черного стекла передо мной сидела хорошенькая молодая девушка, моя ровесница. Длинные темные волосы выбились из-под ее шляпки, кружевная накидка на плечах съехала в сторону. Она испуганно смотрела на меня огромными голубыми глазами. Над верхней губой незнакомки красовалась очаровательная родинка. Рядом валялся длинный зонтик и круглый дорожный кофр из коричневой кожи.

– О, простите меня! – воскликнула она. – Я вас совершенно не заметила!

– Это вы меня простите, – в свою очередь смутился я. – Я тоже был невнимателен.

Я поспешил ей на помощь, подобрал с мостовой сумку и зонтик, а затем протянул ей руку:

– Я сам виноват! Засмотрелся на статуи…

Девушка с благодарностью приняла мою помощь, поднялась на ноги и отряхнула от пыли свое длинное платье.

– И как они вам? – поинтересовалась она.

– Кто? – не понял я.

– Статуи.

– Я не успел их толком рассмотреть.

– Мне кажется, они просто копии оригиналов! Особенно Повелитель Кукол. – Она кивнула в сторону старика в цилиндре. – У меня от них кровь стынет в жилах. Странно, что вы не видели их раньше…

– О, я в этом городе проездом, – сказал я чистую правду.

Она заинтересованно на меня посмотрела:

– Откуда же вы? Разве в Зерцалии есть такой город, где нет изваяний Властелинов?

– Я много путешествую, – нашелся я, – в основном по провинциям.

– Что же, это многое объясняет, – улыбнулась она. – Наверное, вы не привыкли к такому количеству людей.

– Вы правы, – ответил я, не сводя с нее глаз.

– Что ж, пора откланяться, – произнесла девушка, поправляя свою шляпку и накидку. – Спасибо вам еще раз за помощь.

Она протянула мне руку. Я не сразу понял, с какой целью, но тут до меня дошло, что я все еще держу ее зонт и сумку.

– Вы тоже путешествуете? – спросил я.

– Да, и я очень спешу на вокзал. Мой отец отправил меня погостить к тетушке, так что мне предстоит несколько часов провести в поезде…

– Вот как?! – радостно воскликнул я. Это вполне соответствовало моим планам, ведь я как раз собирался поездить по этой чудесной стране, чтобы получше изучить ее. – Мне тоже надо на вокзал! Позвольте сопроводить вас?

– О, я совсем не против, – смущенно ответила девушка. – А куда вы едете?

– А где живет ваша тетушка? – спросил я.

– В маленьком городке под названием Норд-Шпигель, к северу от Столицы.

– Какое совпадение! – сказал я. – И мне в ту же сторону!

Девушка просияла.

– Это чудесно! Если повезет, мы с вами окажемся в одном вагоне!

– Раз так, позвольте представиться. Александр… – Я замешкался, подумав, что не стоит называть свою настоящую фамилию. – Астафьев, – наконец проговорил я.

– Гертруда Болховская. – Девушка почтительно присела. – Очень приятно познакомиться, господин Астафьев.

И мы, продолжая мило общаться, отправились на вокзал. Гертруда оказалась чудесной собеседницей, и я проникся большой симпатией к этой девушке. Мы обогнули статуи – как оказалось, фигура в змеином плаще принадлежала Оракулу Червей, еще одному Властелину из Флэш-Ройяля. Гертруда в разговоре сообщила мне об этом. Затем пересекли площадь, прошли несколькими узкими улочками и наконец вышли к гигантскому зданию вокзала. Я увидел высокое строение необъятных размеров из стекла и черного и серого камня. На площади перед ним было множество изящных уличных фонарей. Под ними ровными рядами стояли экипажи, запряженные лошадьми. Здесь мне пригодились местные деньги, которые мы выменяли на золото в местной ювелирной лавке в одно из наших путешествий с князем Поплавским. Мы купили билеты в кассе – по счастью, места оказались рядом, – а затем отправились на нужный перрон.

Меня не переставал удивлять тот факт, что в Зерцалии нет ничего, сделанного из металла. Даже рельсы были из черного стекла! И сами поезда – со старинными паровозами и огромными, почти в человеческий рост, колесами – тоже были сделаны из стекла и черного дерева. Стены вагонов, колеса, паровозная труба, из которой густыми клубами валил дым, – все было из стекла разного цвета. Контролер проверил наши билеты и проводил к нужному вагону. Все здесь напоминало мне сцены из жизни Европы позапрошлого века. Прямо с перрона мы открыли дверь в наше купе и оказались в уютном помещении с мягкими креслами, стоящими друг против друга. Дверь напротив вела в коридор, по которому сновали проводники и носильщики с чемоданами. На окнах салона висели красные шторы с кисточками. Едва мы расположились, как из коридора вежливо постучали в дверь. Нам предложили чаю и печенья, и мы с благодарностью приняли угощение.

Гертруда сняла шляпку и накидку. Пышные волосы легли на ее плечи красивыми волнами, и я невольно снова залюбовался ее внешностью. Милая, непосредственная девушка. Оказывается, и в Зерцалии есть вполне приличные люди, а не только темные маги с полчищами стеклянных прислужников. Поезд тронулся, и вскоре перрон вокзала остался далеко позади. Гигантские здания и сооружения города постепенно сменились небольшими домиками в предместьях, а затем постройки и вовсе исчезли. Поезд мчался по лесной местности. Мы разговаривали, я наблюдал за проносящимися за окнами пейзажами. Природа Зерцалии ничуть не отличалась от природы нашего мира. Если не считать трех светил на небосклоне.

Сквозь стеклянную дверь виднелись пассажиры, проходящие по коридору в сопровождении носильщиков. Разодетые дамы и господа все еще искали свои купе и занимали места. У некоторых оказалось такое количество багажа, что им надо бы было занимать не купе, а весь вагон.

Мое внимание отчего-то привлек один старик в долгополом пальто с большим меховым воротником. Низенького роста, толстый и неуклюжий, он слегка прихрамывал при ходьбе. Полы его одеяния волочились за ним, подобно шлейфу. Высокий цилиндр на голове, благодаря которому он, видимо, хотел казаться выше, выглядел довольно нелепо. Густые седые бакенбарды свисали почти до самых плеч коротышки, из-под кустистых бровей по сторонам злобно поглядывали маленькие блестящие глазки. Двое слуг тащили за стариком высокий кофр, обтянутый черным бархатом, и он то и дело покрикивал на них. Вскоре странная процессия скрылась в соседнем вагоне.

Я повернулся к Гертруде и застал ее за странным занятием. Девушка стянула волосы в тугой хвост на затылке, а голову обмотала черным кружевным платком. Вытащив из сумочки шкатулку с косметикой, она тщательно напудрилась. Даже больше, чем следовало, на мой взгляд, ибо ее прелестная родинка на губе исчезла под толстым слоем пудры. И в заключение этой операции она водрузила на нос небольшие очки с темно-синими стеклами. Это окончательно изменило ее, я уже не узнавал в своей соседке по купе прежнюю милую девушку. Передо мной сидела довольно невзрачная особа из числа тех, кого когда-то называли «синими чулками».

– К чему такие перемены? – с недоумением спросил я.

Гертруда улыбнулась в ответ.

– Папенька всегда говорит, что нельзя красивой девушке путешествовать в одиночку. Мало ли что может произойти в дороге. Обычно родители всегда меня сопровождают, но в этот раз мне пришлось ехать одной. В таком виде я не буду привлекать излишнего внимания, и моя поездка пройдет без приключений.

– В случае чего я бы с радостью защитил вас, – заверил я.

– Не сомневаюсь, Александр! – с жаром сказала девушка. – Но лучше избежать неприятностей. Те края, куда мы направляемся, считаются не слишком спокойными. Грабители, мошенники и прочая нечисть. В таком виде я не буду привлекать назойливые взгляды. Ну а когда приедем, я избавлюсь от этого ужасного платка и очков.

Не прошло и десяти минут, как наше уединение было нарушено. Вошедшие не удосужились постучать в дверь – она неожиданно широко распахнулась, и в купе ввалилась довольно угрюмая троица – все в черной форменной одежде и начищенных до блеска сапогах. На их рукавах красовалось изображение красного черепа с короной. В руках одного из них был тонкий кожаный портфель. Вслед за ними показался проводник, который недавно приносил нам чай.

– Небольшая проверка, господа, – быстро пробормотал он. – Тайная полиция…

Гертруда заметно напряглась. Я тоже почувствовал некоторое волнение, впервые столкнувшись с местными служителями закона. Крепкие, подтянутые, в случае чего с такими я бы не справился. Тот, что держал портфель, видимо старший среди них, пристально уставился на меня, затем перевел взгляд на девушку. Гертруда попыталась вжаться в кресло, чтобы оказаться в тени.

– Мы ищем государственную преступницу, – сказал полицейский. – Воровку, укравшую из императорского дворца нечто очень ценное. Какова цель вашей поездки, господа?

– Я путешествую исключительно ради самого путешествия, – улыбнулся я. – Мне нравится посещать новые места, знакомиться с новыми людьми.

Полицейский подозрительно на меня посмотрел, затем снова повернулся к Гертруде.

– А вы, уважаемая?

– А я его невеста, – вдруг выпалила девушка. – И повсюду его сопровождаю.

Я постарался сохранить на лице свою открытую улыбку, несмотря на охватившее меня изумление. Сам не знаю почему, но я решил ей подыграть.

– Подыскиваем подходящее местечко для свадебного путешествия, – пояснил я.

Пока полицейские разглядывали нас, я рассматривал их форму – черную, идеально подогнанную, с изображением оскаленного черепа. Серебряные пуговицы, кожаная портупея и эполеты довершали экипировку. На поясе у каждого висел короткий меч с широким лезвием. Огнестрельного оружия в Зерцалии, видимо, не было.

Тем временем старший извлек из своего портфеля какой-то листок и протянул его мне.

– Если увидите ее, немедленно сообщите в ближайший полицейский участок, – сурово произнес он.

Затем все трое повернулись и вышли из купе. Проводник извинился и ушел следом за ними. Я взглянул на листок. На плотной бумаге желтоватого цвета было отпечатано лицо женщины очень странного вида. Я сохранил его, чтобы позднее вклеить в свой дневник. Такое лицо уж точно не забудешь, и оно действительно надолго осталось в моей памяти.

Гертруда вздохнула с облегчением и улыбнулась.

– Я всегда нервничаю в присутствии полиции, – призналась она. – От наших властей никогда не знаешь, чего ожидать. Простите мне мою ложь, Александр. Мне показалось, что в сложившейся ситуации она станет наилучшим выходом. У нас тут не принято молодой девушке путешествовать одной, начались бы проверки, досмотры… Чего доброго, высадили бы из поезда до выяснения личности, а я спешу к родным.

– Понимаю, – ответил я, разглядывая изображение на листке. – Ничего страшного. Но кто эта женщина? И почему она так необычно выглядит?..

Катерина перевернула страницу дневника и увидела сложенный лист желтой бумаги, вклеенный между страницами. Она развернула его и поняла, что это и есть тот самый плакат, о котором писал отец.

Изображенная на нем женщина действительно выглядела жутковато. Обычное лицо молодой девушки, но вот ее глаза… Казалось, что они были из прозрачного стекла. Белоснежные волосы, тщательно заплетенные в множество тонких косичек, образовывали на голове некое подобие короны. Над верхней губой преступницы красовалась небольшая родинка.

Катерина продолжила чтение.

– Это Зеркальная ведьма, – пояснила Гертруда. – Вступая в свой Орден, они проходят специальное посвящение, некий обряд, во время которого их тела меняются. Все они альбиноски и частично состоят из стекла, поэтому и выглядят так ужасно.

– Орден Зеркальных ведьм? – заинтересованно переспросил я. – Никогда о таком не слышал.

– Они нечасто дают о себе знать. Мне лишь известно, что они поклоняются своему темному божеству где-то в тайном монастыре на севере. Наш Император является их злейшим врагом. Потому в Зерцалии они вне закона. Видно, одна из них проникла во дворец и украла что-то очень ценное, раз полиция ищет ее во всех поездах, отправляющихся из Столицы.

– И кому же они поклоняются?

– Темнейшему, разумеется, – ответила Гертруда.

– Кто это?

– Моя тетка немного рассказывала мне о нем, – задумалась девушка. – Это очень могущественное божество, с незапамятных времен заточенное между измерениями. Говорят, много лет назад он сотворил весь наш мир. Но ныне Властелины не признают Темнейшего, и на этой почве у них постоянные распри с Зеркальными ведьмами.

Я сразу решил для себя, что запишу эту информацию в блокнот, как только останусь один. Впервые я услышал, что в Зерцалии есть свое божество, пусть и запрещенное. Но у меня возник еще один вопрос, который мне не терпелось задать.

– Тайная полиция ищет преступницу, укравшую что-то во дворце, – произнес я. – А вы, едва сев на этот поезд, тут же постарались изменить свою внешность. И эти ваши слова полиции… Вы представились моей невестой.

– На что это вы намекаете? – нахмурилась девушка.

– Со мной вы можете быть откровенны, Гертруда, – заверил я ее. – Я не собираюсь вас выдавать. Этот овал лица, эти глаза, эта родинка, наконец! Ведь дама на этом плакате – вы!

Глаза уже сами собой закрывались.

– Ты спать сегодня собираешься или нет? – раздался в коридоре возмущенный голос Аглаи. Мачеха с бигуди на голове заглянула к ней в комнату. – Ночь на дворе, а она книжки читает!

Дневник вдруг выпал из рук Катерины. Девушка поняла, что если сейчас не ляжет спать, то утром не встанет, даже если Аглая будет пинать ее ногами. Чтение захватывало, но время и в самом деле уже позднее. Придется ей продолжить в другой раз.

– Все, ложусь, – сказала она. – Твоя взяла!

Аглая лишь ухмыльнулась и прикрыла дверь.

Катерина отложила тетрадь на прикроватную тумбочку, протянула руку к светильнику и выключила свет.

Глава четырнадцатая

Городские легенды

Когда она проснулась, Матвея и Прохора уже не было дома. Аглая сама попыталась поджарить на завтрак яичницу и едва не спалила всю кухню. Когда Катерина спустилась вниз, зевая и потягиваясь, она как раз швырнула полыхающую ярким пламенем сковородку в мойку, а затем быстро включила холодную воду.

– Опять облом? – поинтересовалась Катерина, усаживаясь за стол.

– Кухня и я – две несовместимые вещи, – растроенно вздохнула Аглая. – С каждым разом последствия все страшнее! Придется тебе сегодня снова завтракать бутербродами.

– Не привыкать, – улыбнулась Катерина и начала нарезать хлеб.

Аглая тем временем окончательно расправилась с огнем, вытерла руки полотенцем и присела на стул.

– Давно хотела с тобой поговорить, – смущенно произнесла она. – Да все подходящего случая не представлялось…

– О чем?

– Ты же не против, что Прохор и Матвей живут с нами?

Катерина замерла и удивленно на нее посмотрела.

– Конечно нет!

– Я вот о чем подумала… Этот вчерашний эпизод в школе. Может, ты так хочешь выразить свой протест? Или как там у вас, подростков, это сейчас называется? Привлечь к себе внимание? – Аглая всплеснула руками. – Ты не думай, для меня ты всегда будешь на первом месте!

– Да ничего такого! – заверила ее Катерина. – Мне нравится и Прохор, и, конечно, Матвей. Я рада, что они живут с нами.

– Ну, слава богу, – улыбнулась Аглая. – И вот еще… – Она снова замялась. – Прохор вчера сделал мне предложение… Ты не станешь возражать, если мы с ним поженимся?

Катерина с радостным криком бросилась ей на шею. Аглая сначала замерла, а потом крепко обняла приемную дочь.

– Вы поженитесь? Это же замечательно! – воскликнула Катерина.

Аглая облегченно выдохнула.

– Я боялась твоей реакции, не знала, как ты это воспримешь! – призналась она. – Все случилось так внезапно. Мы сидели вместе в этой самой кухне, а он вдруг говорит: «Давай поженимся!» Я едва со стула не свалилась!

– Я очень рада за вас! – призналась Катерина. – И когда же состоится свадьба?

– Еще не знаю. Не раньше, чем мы восстановим «Иллюзион». Может, и отпразднуем прямо там, соберем всю нашу цирковую команду.

– Это будет здорово! – размечталась Катерина.

– Ну и отлично, – расслабилась Аглая. – Давай-ка я помогу тебе с бутербродами, а не то еще в школу опоздаешь!

– Что? – удивилась Катерина.

– И наверное, сама отвезу тебя сегодня. Заодно поговорю с твоей классной руководительницей. Завуч сказала, что такие проблемные подростки, как ты, обычно плохо учатся.

– Ты непременно хочешь попасть сегодня в школу? – усмехнулась Катерина.

– Ну да.

– Прихвати монтировку.

– Зачем? – не поняла Аглая.

– Чтобы взломать дверь. Сегодня же воскресенье!

Аглая, не веря своим ушам, удивленно вытаращила глаза. Затем стукнула себя по лбу.

– Совсем из ума выжила! – воскликнула она.

Катерина так и покатилась со смеху. Они вместе позавтракали, и Аглая поспешила в «Иллюзион». А Катерина отправилась в местный досуговый центр, где располагалась редакция молодежной газеты, которой заведовала Ирина Клепцова. Новости действительно ее воодушевили. Катерина радовалась за Аглаю и Прохора. Теперь они станут настоящей семьей, а об этом Катерина мечтала с самого детства.

Досуговый центр для подростков располагался неподалеку от входа в городской парк. Старинное здание горчичного цвета считалось любимым местом встреч местной молодежи. Редакция газеты размещалась на втором этаже. Толкнув дверь, Катерина оказалась в просторном кабинете, большую часть которого занимал здоровенный стол, заваленный бумагами, фотографиями и обертками от шоколадок. Тут же стоял компьютер с принтером, около него сидел Артем и с сосредоточенным видом что-то разглядывал на мониторе. Ирина читала какие-то распечатки, сидя на диване за спиной Бирюкова. Кроме них, здесь находились барабанщица Марина и Игорь Назаров.

Марина ритмично выстукивала барабанными палочками какой-то мотив по краю стола, Игорь сидел на подоконнике у раскрытого окна и смотрел на улицу.

– Что за позорные фотографии! – завопил Артем, когда Катерина вошла. – Почему я похож на суслика? Не могла снять меня в более хорошем ракурсе?

– А у тебя нет хорошего ракурса! – выдала в ответ Ирина.

Катерина робко откашлялась.

– Державина! – обрадовалась Клепцова. – Решила дать нам интервью?

– Вроде того, – улыбнулась Катерина.

– А что же ты без рапиры? – повернулся к ней Артем. Он довольно улыбался, словно они с Клепцовой и не ругались только что на всю комнату– Мы бы сфотографировали тебя в стойке, получился бы отличный снимок!

– Я принесу ее позже, – пообещала Катерина. – А можно сначала один вопрос?

– Конечно! – кивнула Ирина.

– Помнишь, ты говорила, что я могу обращаться к тебе по любому поводу и что вы собираете разные странные истории?

– В этом мы большие специалисты, – ответил Артем.

Марина и Игорь с интересом наблюдали за ними. Барабанные палочки ритмично стучали по столешнице.

– Есть одна старая история, – сказала Катерина. – Несколько лет назад случился пожар в доме семейства Башаровых. Я даже помню адрес, где сейчас остались одни развалины. Я хочу узнать подробности. Это возможно?

– Башаровы? – Ирина задумалась. – Никогда о таких не слышала.

– Их соседка утверждает, что в доме занимались колдовством, потому он и сгорел. Вроде как владельцы дома состояли в каком-то оккультном обществе.

– Ну, у нас в городе существовало несколько оккультных обществ, – ответил Артем. – Некоторые из них действуют до сих пор. Разумеется, тайно!

– Тогда как вы о них узнали?

– Ну мы же журналисты! Просто мы умеем добывать нужную информацию! – важно изрек Артем.

– Вычитали об этом на своем сайте городских легенд! – вставил Игорь. – Ну и слишком много общаются с разными психами. Половине из тех историй и верить-то не стоит!

– Что? – возмутилась Ирина. – Маринка, а ну приструни своего соседа, пока я не вышвырнула его в окно! Кажется, он усомнился в моем профессионализме.

– Игорь, помолчи, – тут же сказала Марина. – Мне самой жуть как интересно!

Игорь презрительно ухмыльнулся, но рта больше не открывал.

– Башаровы, – задумчиво произнес Артем, – а давай-ка посмотрим в базе данных сайта!

– У них и своя база имеется? – удивилась Катерина.

Ирина выразительно взглянула на нее, словно на какого-то недоумка.

– А то! – заявила она. – У нас все как надо!

– У вас? Так это ваш сайт?

– Конечно! – кивнула Ирина. – Мы делаем его сообща. Многие люди присылают нам разные истории из жизни и интересные факты, которые им удалось узнать. Вот почему я хорошо помню почти все, за исключением совсем уж старых.

Она села за компьютер, потеснив Артема мощным толчком бедра. Катерина устроилась рядом. Пальцы Ирины ловко забегали по клавиатуре. Она открыла окно поиска и ввела туда запрос о пожаре в доме Башаровых. На экране замелькали статьи и сканы фотографий и газетных вырезок.

Но поиск ничего не дал.

– Видимо, СМИ не посчитали это важным событием, – отметил Артем.

– Но там же несколько человек погибло, – возразила Катерина.

– Подожди! – вспомнил вдруг Артем. – Пожар в доме, где пытались провести какой-то ритуал… Кажется, я помню эту запись! Я недавно просматривал все, что у нас есть о колдовстве, и она мне точно попадалась!

– Что за запись? – спросила Марина.

Они с Игорем, оказывается, уже сидели прямо на столе за спиной Катерины и тоже внимательно смотрели на экран. Палочки Марины теперь выбивали дробь по спинке стула Ирины.

– Жуткий ролик! – заявил Артем. – Несколько сектантов, сатанистов и вообще непонятно кого решили провести ритуал и записывали все на видео! Там действительно творилась какая-то чертовщина, поэтому я эту запись и запомнил! Помнится, мы еще думали, подделка это или нет. Но не факт, что это происходило именно в доме Башаровых.

– А ты можешь ее показать? – оживилась Марина.

– Сначала надо ее найти! А ну-ка, толстуха, подвинься!

Это адресовалось Ирине.

– Что? – вытаращила она глаза. – Кого это ты назвал толстухой, жалкий хорек?

Игорь расхохотался так, что едва не свалился со стола.

– Ты у меня сейчас получишь! – пригрозила Ирина Артему.

– А давай! – ничуть не испугался тот. – Шрамы украшают любого мужчину! К тому же по рукам и по голове ты меня бить не можешь – останешься сразу без сисадмина и верстальщика, и плакала твоя газета!

– Хитер! Но я надаю тебе пинков под одно место! – закончила Клепцова. – Орган не жизненно важный и ценности для редакции не представляющий.

Катерина тоже рассмеялась.

– Когда они вот так перебраниваются, в кино ходить не надо! – обращаясь к ней, сказала Марина. – Настоящая комедия!

– Хватит стучать по моему стулу! – вдруг рявкнула на нее Клепцова. – Лучше тресни по тому барабану, что сидит рядом с тобой! А то он скоро от смеха лопнет!

– Ну, сейчас всем достанется! – заметила Марина.

Игорь действительно уже давился от хохота. Катерина села рядом с ним на край стола и толкнула его в бок. Парень закашлялся. Тем временем Артем застучал по клавишам.

– А почему тебя вдруг так заинтересовала эта история? – спросила Ирина.

– Башаровы – старые друзья моего деда, – ответила девушка. – Мы искали их дом, а нашли развалины. Я хочу знать, что именно там случилось.

Артем вскоре нашел нужную запись.

– Только сразу предупреждаю, – сказал он. – Зрелище не для слабонервных. Предыстория такова. В одном доме в старом городе случился пожар, а затем и взрыв. Погибло несколько человек. И один парень, из спасателей, разгребая завалы, нашел во дворе видеокамеру с кассетой. Видимо, в момент взрыва ее выбросило в окно. А потом запись попала в Интернет.

– Ну, давай уже, включай, – нетерпеливо прервал Игорь. – Интересно же посмотреть!

Артем нажал на кнопку воспроизведения. На экране возникло изображение, искажаемое сильными помехами. Но все же ребятам удалось разглядеть происходящее. Они увидели большую полутемную комнату, в центре которой стоял высокий черный трехгранный столб с зеркальными поверхностями. В нем отражалось множество горящих в помещении свечей и люди в длинных черных балахонах, стоящие вокруг этой странной призмы.

Катерина тут же поняла, что напала на след. Ведь это точно тот самый Трианон, Призма из черных магических зеркал! Люди в балахонах вскинули руки вверх, кто-то из них начал читать заклинание на непонятном языке. А затем на экране возникли сильные помехи, картинка начала дергаться. Зеркальная призма осветилась изнутри тусклым красным светом, он становился все ярче и ярче. Послышался гул восхищенных голосов, а затем начало происходить что-то странное. Из зеркал во все стороны поплыли какие-то тени, казалось, что загадочный столб исторгал клубы черного дыма, в которых вспыхивали багровые всполохи и расползались по комнате. Люди испуганно кричали, свечи гасли одна за другой. В этот момент дверь в комнату распахнулась, и в помещение вошел ребенок. Катерина и остальные видели лишь его маленький силуэт на фоне яркого света. А затем сверкнула ослепительная вспышка, раздались истошные вопли, камеру резко отбросило назад, и изображение погасло.

Перед компьютером воцарилась мертвая тишина.

– И что это было? – спросила Ирина.

– Взрыв! – коротко бросил Артем.

– И ты так долго скрывал это от меня? Почему я раньше не видела этой записи? – недовольно спросила Ирина.

– Я же не знал, что тебя это так заинтересует. К тому же у нас куча разных видеороликов, мало ли что там есть?! Половина того, что выложено в Интернете, – подделка и постановочное видео!

– Я слышала, что не все тогда погибли, – проговорила Катерина. – Выжили старик, владелец дома, и мальчик, его внук. Наверное, это его силуэт мы видели. Он вошел в комнату и мог что-то увидеть.

– Но он ведь был совсем маленький! – возразила Марина.

– Верно, – согласилась Ирина. – Сколько ему сейчас? Наверное, наш ровесник или чуть постарше?

– Хорошо бы его найти, – перебил ее Артем.

– И найдем! – заявила Ирина. – Когда дело идет о всяких тайнах, меня не остановишь! А этот дед еще жив?

– Его зовут Михаил Башаров. Говорят, он живет где-то в районе свалки, – ответила Катерина.

– Там много разного сброда околачивается, – заметила Марина.

– Он изобретатель. Собирает на помойках всякие запчасти и что-то из них конструирует.

– О, тогда я знаю, о ком идет речь, – рассмеялся Артем. – Это же тот чокнутый старичок! Он обосновался в ангаре на окраине города, как раз неподалеку от свалки, и устроил там свое жилище! А во дворе этого ангара куча всяких штуковин, собранных из разных запчастей от машин. Целая выставка ржавого металлолома!

– А ты откуда знаешь? – удивился Игорь.

– Иногда гуляем там с приятелем.

– Станет он с вами откровенничать!

– А почему бы и нет?

– Мы пойдем туда вместе! – заявила Ирина. – Такой сюжет я точно не упущу!

– Но я не знаю, когда смогу, – задумалась Катерина. Ей совсем не хотелось, чтобы Ирина увязалась за ней.

– Ничего, мы и сами к нему сходим. Как только сверстаем новый номер, а то сейчас работы невпроворот.

Катерина поблагодарила Артема за помощь.

– А как же интервью? – напомнила ей Ирина.

– Давайте завтра, после занятий, – предложила девушка. – Я и рапиру с собой захвачу.

– Договорились, – обрадовалась Клепцова. – Только смотри не забудь!

Катерина попрощалась с ними и вышла из редакции. Несколько ребят из местного театрального кружка украшали стены плакатами с нарисованными монстрами и гирляндами. Девочка вспомнила, что скоро хеллоуин. Она остановилась, собираясь позвонить Матвею, и тут ее догнал Игорь.

– Так что, пойдешь сегодня на свалку? – поинтересовался он.

– Не знаю еще. Сейчас спрошу у Матвея.

– Если что, я пойду с вами. Мне тоже интересно, что там случилось.

– Правда? – удивилась Катерина.

– Ну, не совсем, – тут же покачал головой Игорь. – Просто не хочу вечером сидеть дома.

– Хорошо, – сказала Катерина. – Приходи к нам часов в шесть вечера. Пойдем вместе.

На том и порешили.

Глава пятнадцатая

Двуликий

День пролетел очень быстро. После досугового центра Катерина отправилась в «Иллюзион», где несколько часов тренировалась с Маратом и Пашкой, позже к ним присоединился и Матвей. Аглая и Прохор обсуждали со строителями ремонт театра. Катерина улучила момент и поздравила Прохора с предстоящей свадьбой. Он очень обрадовался, узнав, что она не против, даже обнял ее, хорошенько встряхнув, совсем как в детстве. Уже все артисты труппы знали о скором бракосочетании, все ходили радостные и как-то по-особенному поглядывали на будущих новобрачных. Катерина не сомневалась, что на свадьбу циркачи придумают нечто потрясающее. Вечером, вернувшись домой, она постучалась в комнату деда Валентина и рассказала ему о видеозаписи, которую ей показал Артем.

– Я знал, что пожар как-то связан с этим демоническим Трианоном, – хмуро кивнул старик. Он застегивал пальто, собираясь куда-то. – Так на этом видео не видно, что стало с зеркалами?

– Запись обрывается в момент взрыва.

– Жаль, – вздохнул Валентин, – эта история окутана тьмой. Кто знает, может, кроме Башаровых, еще кто-то выжил?

Он надел шляпу, перчатки и взял в руки трость.

– Куда-то идешь? – спросила девушка.

– Хочу встретиться кое с кем из старых знакомых, – уклончиво ответил Валентин.

В этот момент в дверь постучали. Пришел Игорь, да не один, а в сопровождении Наташи. Дед Валентин быстро попрощался с ребятами и вышел из особняка.

– Развлекайтесь, молодежь! – сказал он напоследок.

Игорь проводил его взглядом.

– Забавный старичок, – сказал он. – А я вот с Наташкой, увязалась за мной, словно хвостик!

– Что? – обиделась Наташа. – Я уже не могу навестить друзей?

– Можешь, конечно! – Катерина потрепала ее по плечу. – Хорошо, что пришла. Прогуляемся все вместе. Так веселее!

Наташа с победным видом глянула на Игоря. Брат в ответ показал ей язык. И они все отправились на поиски Михаила Башарова. К тому времени на улице окончательно стемнело. Как и говорил Артем, жилищем оказался не нормальный человеческий дом, а настоящий ангар, обитый проржавевшими листами железа. Его окружала высокая сетчатая ограда, сразу за которой начиналась гигантская свалка. Многометровые кучи мусора виднелись повсюду. Видимо, у старика действительно не все было в порядке с головой, раз он добровольно стал жить в таком месте. Весь двор был заставлен какими-то странными сооружениями. Похоже, изобретатель Башаров увлекался еще и скульптурой, причем свои шедевры он создавал из разного металлического хлама, найденного на свалке. Катерина и ее друзья увидели гигантские фигуры животных, пальмы и другие, ни на что не похожие конструкции. Все это было скручено, сварено и спаяно из кусков труб, радиаторов отопления, толстых пружин и других железяк.

– Интересно, лишь мне одному кажется, что здесь живет законченный псих? – спросил друзей Игорь.

– Нет, не одному, – подал голос Матвей.

– Может, он необыкновенная творческая личность? – предположила Катерина. – А все эти фигуры – способ самовыражения!

– Лучше бы выражался как-то по-другому, – с опаской произнесла Наташа. – У меня от этих страшилищ мороз по коже.

Калитка ограждения ангара была заперта изнутри на огромный висячий замок, а на самом заборе хозяин пристроил кнопку звонка. Катерина нажала ее, и где-то внутри ангара послышалась звонкая трель. Через минуту дверь постройки распахнулась. Навстречу гостям вышел высокий, костлявый, словно жердь, старик в грязном черном халате. На его длинном носу сидели очки. Правая линза была очень толстой и невероятно увеличивала глаз старика, вместо левой виднелся черный щиток. Похоже, Михаил Башаров был одноглазым.

– Чего вам? – рявкнул он, даже не поздоровавшись.

– Добрый вечер, – оробев, произнесла Катерина. – Моя фамилия Державина… Я дочь Александра и Маргариты Державиных.

– Ну, знаю таких. Вернее, знал когда-то. И что дальше?

– Я просто хотела поговорить с вами о своих родителях…

– Делать мне нечего, только с тобой болтать!

– Может, у вас есть какие-то их фотографии? Может, вам что-то о них известно? Я их совсем не помню и просто хотела…

– Заморочить мне голову всякой ерундой! Убирайтесь отсюда подобру-поздорову! Ничего у меня нет!

– Но моя мама дружила с вашей дочерью!

– Дружила, верно! Только с той поры столько времени прошло! Да и дочки моей больше нет!

– Мы слышали о пожаре. Вы ведь тоже были там в ту ночь?

– А как же! – Старик показал на черный щиток на своих очках. – Видишь, какой я красивый с тех пор!

– Но из-за чего случился пожар? Чем вы занимались? – спросил Игорь.

– А вам какое дело?

– Возможно, это имеет отношение к Клубу Калиостро? – произнесла вдруг Наташа.

Услышав это, одноглазый изобретатель застыл на месте, а потом вдруг пришел в дикую ярость.

– Убирайтесь отсюда! – закричал он. – Ничего я не знаю! Давно пора забыть об этой истории! Она лишила меня семьи!

– У вас есть внук… – напомнила Катерина.

– Ха! – злобно усмехнулся старик. – Ты ничего о нем не знаешь, деточка! Проваливайте отсюда, пока я полицию не вызвал. К тому же у меня назначена важная встреча, и мне некогда с вами болтать.

Он повернулся и поспешно зашагал к своему ангару.

Катерина и Матвей переглянулись.

– Не очень-то он дружелюбен.

– И что-то скрывает.

– Я еще не спросила его о черных зеркалах. Побоялась, что он и в самом деле полицию вызовет.

– О каких зеркалах? – не понял Игорь.

Катерина вкратце рассказала ему все, о чем ей поведал дед Валентин. Наташа жадно ловила каждое ее слово.

– Ничего себе! – выдохнул Игорь, когда Катерина закончила. – Так в наш мир снова проник кто-то из Зерцалии? И ты помогаешь своему деду отыскать черные зеркала, чтобы подобного не повторилось?

– В общих чертах так, – согласилась Катерина. – Нам бы хотелось выяснить, что стряслось в доме Башаровых, но старик, похоже, не хочет с нами откровенничать.

– Пойдем отсюда, – предложил Матвей. – Пусть с ним общается дед Валентин. Если они хорошо знали друг друга, может, с ним Башаров будет полюбезнее?

– Действительно. – Наташа нервно поежилась. – Меня пугает это место и этот старикашка.

Но у Катерины возникла другая идея.

– Не торопитесь. Давайте сначала узнаем, что у него тут за важная встреча.

– Зачем тебе это? – спросила Наташа.

– Не знаю. Просто чувствую, что здесь дело не чисто.

– Верно! – согласился Игорь. – Я тоже думаю, что нам следует задержаться.

Матвей молча кивнул. Наташе ничего другого не оставалось, как тоже согласиться с мнением большинства. Они отошли в сторону от ограды и забрались в кусты, растущие по другую сторону дороги.

– Ох, не так я планировала провести вечер! – сказала Наташа, сидя в пыльных кустах и вдыхая ароматы городской свалки.

– Тебя никто не держит, – ответил ей Игорь. – Можешь идти домой.

– Нет уж! Одна я по этим трущобам не пойду.

– Расслабьтесь, – сказала Назаровым Катерина. – Думаю, нам не придется долго ждать. Видели, как он нервничает? Наверняка встреча вот-вот должна состояться.

– А может, он нервничал из-за нас? – предположил Матвей. – Явились непонятно кто, да еще расспрашивают о пожаре и о Клубе Калиостро!

– Но ведь ясно: ему что-то известно! Иначе бы он так не рассвирепел.

Долго ждать действительно не пришлось. Минут через пятнадцать к воротам ангара подъехал шикарный черный лимузин с красными драконами на полированных боках.

Игорь даже присвистнул от восхищения.

– Видно, гости Башарова – люди с деньгами, – произнес он.

Наташа промолчала. Она уже видела эту машину раньше и знала, кому она принадлежит. Двери лимузина открылись. Из машины показался молодой мужчина. Ребята сразу узнали Иннокентия Бестужева. За ним следовала его ассистентка Шахиня, а за ней вышла еще одна молодая дама. Она обмахивалась большим черным веером.

Бестужев нажал кнопку звонка. Очень скоро старик Башаров снова появился у калитки. На этот раз он был гораздо радушнее.

– Господа! – с улыбкой воскликнул он. – Княгиня Щергина собственной персоной! Как я рад вас видеть спустя столько лет! – С этими словами он распахнул дверь перед гостями.

– Мы виделись бы чаще, Михаил, если бы вы не отошли от дел, – ответила дама с веером.

– Вы же знаете причину, – помрачнел старик. – Я не мог. Особенно после того, что случилось…

– Да, я слышала об этом кошмаре, – кивнула Щергина.

Башаров склонился и поднес к губам ее руку. Затем предложил гостям войти. Когда старик отвернулся, Катерина увидела, как княгиня брезгливо вытерла руку о свой пиджак. Все четверо пересекли двор и вошли в ангар.

– Пойдем. – Катерина выбралась из укрытия. – Мы должны узнать, о чем они говорят!

– Стоит ли? – с сомнением произнесла Наташа.

– Конечно стоит! Если в дело замешан Клуб Калиостро, это явно ничем хорошим не кончится!

Не дожидаясь ответа, Катерина подбежала к ограде и проворно перелезла через сетчатый забор. Матвей и Игорь метнулись следом, Наташе снова ничего не оставалось, как последовать за ними. Пригнувшись к земле, они подошли вплотную к постройке и осторожно двинулись вдоль поржавевшей стены. Катерина, замерев, стояла у небольшого окошка. Створки его были приоткрыты, и ребята слышали каждое слово, произнесенное в ангаре.

– Ну и дыра, Михаил! – произнесла княгиня.

– Пока я не могу позволить себе нормальное жилище, обожаемая Ольга. Мне нужно большое помещение для творчества, а мои скульптуры пока еще не пользуются спросом. Как всегда, к художнику, обогнавшему свое время, признание приходит слишком поздно!

Игорь с трудом удержался от смеха.

– До чего вы докатились, – не унималась княгиня Щергина. – Инженер, талантливый изобретатель! Возитесь с какими-то ржавыми железками!

– Ну, хватит обо мне! Так что вас привело сюда, княгиня? И кто ваши спутники?

– Позвольте представить, Иннокентий Бестужев, сын Ипполита Германовича, известный иллюзионист, и Шахиня – его помощница по сцене.

– Фокусники! – насмешливо сказал старик. – Как вышло, что наследник такого известного рода выступает на потеху публике?

– Уж кто бы говорил! – презрительно бросил Иннокентий.

– Не дерзи мне, сынок! Я хорошо знал твоего отца. Слышал, он куда-то пропал?

– Да, – уже спокойнее ответил Иннокентий. – Его поиски и привели нас к вам. Я в курсе, что он приходил сюда незадолго до своего исчезновения.

– Верно! Но я ничем не смог ему помочь.

– Что он хотел?

Старик переглянулся с княгиней.

– А молодые люди в курсе, чем увлекался Ипполит? – спросил он.

– Да, они знают о Зерцалии, – ответила Щергина.

– Ну, хорошо. А то и так слишком много людей считают меня сумасшедшим. Он расспрашивал меня, смогу ли я воссоздать машину Калиостро, но так, чтобы она работала без хрустального ключа. И я сказал ему, что это невозможно.

– Когда это случилось? – спросила княгиня.

– За пару месяцев до лунного затмения. Эта идея прочно засела в его голове. Ипполит постоянно твердил о том, что мечтает перебраться в Зерцалию.

– Но зачем? – недоумевая, спросил Бестужев.

– Он считал, что там сможет приобрести новые способности и стать настоящим магом. И все для того, чтобы сместить графиню Шадурскую с поста председателя Клуба Калиостро!

– Мне тоже известно об этом. Ипполит Германович сильно ее недолюбливал, – улыбнулась Щергина. – Как, впрочем, и все мы!

– Как же он собирался воссоздать машину без ключа? – спросил Иннокентий.

– Вот и я ему сказал, что это невозможно! Если только он не знал еще какой-то секрет, о котором умолчал. Зеркала, стоящие друг против друга, создают зеркальный коридор. Множество зеркал создают множество коридоров. Но должен быть еще какой-то элемент, который позволит человеку прорваться в эти коридоры, а затем выбрать нужное направление своего пути. Кровь Калиостро в ключах сразу направляет путника в нужном направлении – в Зерцалию. А если нет ключа – можно попасть вообще неизвестно куда! И не факт, что там есть воздух, чтобы дышать, и не водятся кровожадные твари, которые сожрут тебя в один миг!

– А если я скажу вам, что такой способ есть? – вкрадчиво произнесла княгиня. – Нужно лишь одно, совершенно особое зеркало. Что, если я предложу вам хорошее вознаграждение за создание машины на его основе?

– Вы знаете что-то, чего не знаю я? – заинтересовался Башаров.

– Возможно.

– Я заинтригован, княгиня. Признаюсь, идея о создании портала в Зерцалию давно занимала меня, но я не мог придумать принцип действия машины без ключей. Если вы решите эту проблему, конечно, я соглашусь взяться за эту работу!

– Вы помните черную Призму? – спросил Иннокентий Бестужев.

– Трианон?! Еще бы! Ведь это из-за него сгорел мой дом!

– Его разобрали. Одно зеркало хранилось в салоне Феофании. А где два других?

– Понятия не имею! Когда все вокруг горело и рушилось, когда вокруг меня лежали истекающие кровью и обожженные тела, кто-то пробрался в дом и вытащил зеркала из Трианона. И сделал это еще до приезда пожарных. Я сам тогда был почти без сознания, но я помню темные силуэты людей! Если кто и мог рассмотреть их лучше, так это мой внук, но у парня настоящая амнезия. Он не помнит ничего о событиях той ночи.

– Но сколько же лет ему тогда было? – удивилась княгиня. – Совсем малыш, что он может помнить?

– Кирилл рос очень толковым парнем. Любопытным, непоседливым. В ту ночь он случайно вошел в комнату в разгар катастрофы и видел похитителей зеркал. Это и оставило отпечаток на его психике!

– Как прискорбно. Но сейчас не об этом. У нас есть одно зеркало из черного хрусталя – то самое, что хранила у себя Феофания. Если совместить его с тем, что осталось от машины Калиостро, немного изменив устройство, мы сможем открыть портал.

– Но как?

– Скоро мы раздобудем схему. Говорят, она хранится в вещах покойного князя Поплавского.

– Но, кроме зеркал, для подобного механизма понадобится еще многое, господа. Различные детали, которые не так просто достать. Зеркала особой формы, специальные линзы…

– У вас будет все, Михаил, – пообещала княгиня.

– Тогда я согласен.

– Отлично! – обрадовалась Щергина. – По рукам! Мы предоставим вам и особое помещение для работы. И кстати, где сейчас ваш внук? Я думаю, нам нужно с ним встретиться.

– В психиатрической клинике, где же еще! Он там уже много лет.

– Какая жалость! А вы не хотели бы забрать его оттуда?

– Это еще зачем? – воскликнул Башаров. – К чему мне сумасшедший в доме?

– Конечно, – вполголоса произнесла Катерина. – Одного вполне достаточно!

Этот изобретатель нравился ей все меньше и меньше. Алчный, вредный старик. Да еще и сдавший своего больного внука в психушку.

Разговор подошел к концу. Башаров и его гости вышли из ангара. Ребята притаились за углом, в темноте их никто не заметил. Одноглазый изобретатель закрыл ворота на замок, его посетители сели в лимузин, и автомобиль скрылся в темноте. Катерина, Матвей, Игорь и Наташа выбрались из своего укрытия.

– Все равно мы узнали, что хотели, – подвел итог Игорь. – Хотя и рассказал старик это не нам, а своим приятелям из дворянского собрания.

– Верно, – подхватила Катерина. – Значит, они тоже ищут черные зеркала. Клуб Калиостро снова пытается открыть проход в Зерцалию. Все им неймется!

– Но зачем? – недоумевал Матвей. – Для чего им это нужно, если это связано с такими опасностями?

– Они пытаются что-то найти, – сказала Катерина. – Что-то такое, ради чего никакие опасности не могут их остановить.

– Я думаю, это сборище сумасшедших, – заявил Игорь.

– Еще хуже, если они не сумасшедшие, – возразил Матвей, – а фанатики, готовые на все ради достижения своих целей.

Ребята шагали к калитке, намереваясь вновь перелезть через забор. Идолы, созданные фантазией Башарова, окружали их со всех сторон и с неодобрением наблюдали за непрошеными гостями.

В этот момент от них отделилась какая-то фигура. Ребята замерли, пораженные видом пришельца. Cначала они увидели лишь темный силуэт в коротком плаще, но когда тот вышел на свет, тут же поняли, что перед ними явно не человек. Фигура неизвестного была грубой и неказистой, казалось, что его наспех вылепили из блестящей черной смолы, и даже кожаная одежда, перетянутая ремнями, не могла скрыть этого. Но двигался он как живой человек!

Неизвестное существо шагнуло к ним навстречу и застыло перед Катериной.

– Ты? – послышался голос, который звучал очень странно, словно бы приправленный скрипом кристаллов.

– Это еще что за чучело! – прошептал Игорь.

Наташа испуганно охнула.

На черной блестящей голове открылась пара глаз без зрачков, сияющих голубым светом. Потрясенная Катерина едва сдержала крик – чудовище смотрело прямо на нее.

– Вот удача! – стеклянным голосом произнес пришелец. – Девица Державина! Одним выстрелом убить сразу двух зайцев.

– Кто ты? – изумленно спросила девочка.

– Я – Двуликий, – последовал ответ. – И я пришел за тобой!

Вместо лица у Двуликого блестела черная зеркальная поверхность с двумя голубоватыми бельмами глаз. Как только они открылись, в них отразилось лицо насмерть перепуганной Катерины, и на этой поверхности стали проявляться человеческие черты, а по всему его телу прокатилась волна красных искр. Черная поверхность менялась на глазах, принимая нужную форму и цвета. Вскоре перед ребятами стояла точная копия Катерины, одетая точно так же, как и она сама.

– Созерцательница. – Двойник шагнул к Катерине. – Хозяин будет мной доволен. Я долго искал тебя.

– Ой, – тихо пискнула Наташа. – Неужели опять…

– Искал меня? – заинтересовалась Катерина. – Для чего?

– После ночи затмения по всей Зерцалии прошел слух о тебе, – поведал пришелец. – Мой хозяин узнал, что Клементина Уварова столкнулась с тобой, и его поразил сам факт твоего существования. Но он не знал, как ты выглядишь. Поэтому мне и пришлось наведаться сначала в городской архив, а затем в архив твоей школы. Надо было найти твое изображение и кое-что узнать о тебе…

– Так это ты украл мое личное дело?!

Двойник Катерины медленно кивнул.

– Найти и выследить тебя оказалось не так-то просто. И теперь ты пойдешь со мной. Оставь этих глупцов самим разбираться со своими проблемами. Клуб Калиостро хочет отыскать зеркала? Пусть ищут. Нам до этого нет дела.

– Кому это «нам»? – спросила Катерина.

– Мне, моему хозяину и тебе, – последовал ответ.

– Но кому ты служишь? И как… ты смог проникнуть в наш мир? Ведь лунное затмение далеко позади!

– Ты узнаешь обо всем, когда придет время.

И одна Катерина протянула руку другой Катерине.

Девушка испуганно попятилась. Матвей подобрал с земли ржавый прут и вышел вперед, прикрыв собой подругу.

– Проваливай! – коротко сказал он двойнику.

– Или что?

– Или пожалеешь, что явился сюда!

Игорь тоже осматривался в поисках чего-нибудь тяжелого.

Псевдо-Катерина улыбнулась:

– Посмеешь ударить девушку?

– Ты не девушка!

– Но я и не парень. Я не молод и не стар. Я создан так, что могу принимать любой облик.

– Чего тебе от нее нужно?

– Она сама.

– Ты ее не получишь.

– Я всегда получаю то, что мне нужно. То, что нужно моему хозяину.

Доппельгангер усмехнулся и молниеносным движением выхватил из-за спины сверкающий стеклянный клинок. Загородив собой Катерину, Матвей сделал шаг вперед. Картина получилась занятная – он стоял между двух Катерин, одна из которых, похоже, была готова раскроить ему череп.

– Самое время желание загады… – пошутил было Матвей, но стеклянный меч доппельгангера обрушился на него.

В руках у парня был только кусок железной арматуры, но даже с таким оружием он не был слабым противником. Уроки Прохора не прошли даром: Матвей успешно парировал несколько ударов, и, сделав обманное движение вправо, но уклонившись влево, зашел во фланг противнику, после чего должен был последовать секущий удар по спине. Но… Матвей замешкался буквально на долю секунды – рука отказывалась наносить удар по Катерине, хотя умом он прекрасно понимал, что это вовсе не она. Эта задержка стоила ему дорого – псевдо-Катерина, мгновенно сориентировавшись, сделала быстрый выпад и выбила из его рук оружие.

В это время настоящая Катерина в отчаянии пыталась найти хоть что-нибудь, что можно было бы использовать против стеклянного меча доппельгангера. Наконец метрах в семи от себя она увидела обрезок водопроводной трубы. Метнувшись туда и схватив железяку, Катерина бросилась назад, в ярости размахивая ею в воздухе. И вдруг на полпути остановилась, как вкопанная.

Ее двойник стоял над поверженным Матвеем, поставив ногу ему на грудь и уперев острие стеклянного меча прямо ему в шею.

– Осторожно! – крикнула псевдо-Катерина настоящей Катерине. – Ты же не хочешь, чтобы я вспорола его нежное горло?

Катерина замерла. Обрезок трубы выпал из ее рук.

– Какой смелый юноша! – улыбнулся Двуликий. – Так и рвется в бой, чтобы защитить любимую. Да только зачем она тебе? Понимаю, она тебе нравится, и ты не хочешь давать ее в обиду. Но очень скоро все эти глупости станут для тебя совсем неважны. Ведь ты понимаешь, о чем я?

Катерина удивленно взглянула на Матвея.

– Не понимаю! – злобно произнес парень.

– Неужели? – улыбнулся Двуликий. – Ты можешь обмануть кого угодно, но только не меня, собрат. Ведь я чувствую изменения, которые с тобой происходят. Так что отдай мне девчонку и разойдемся по-хорошему. Проведи оставшееся время с пользой для себя. Очень скоро в твоей жизни появятся совершенно другие приоритеты!

Пришелец рассмеялся.

– О чем это он? – недоумевала Катерина.

– Ни о чем! – выдохнул Матвей. – Бегите отсюда!

– Э, нет! – покачал головой Двуликий. – Те двое могут проваливать, но она сейчас подойдет сюда. Не будем усугублять ситуацию!

Катерина замерла в нерешительности.

В этот момент из-за стены ангара выскользнул еще кто-то.

Наташа испуганно вскрикнула, Игорь застыл с куском трубы в руке.

Незнакомец, одетый в длинный темный плащ с высоко поднятым воротником, приближался к ним. Лицо пришельца скрывала зеркальная маска, она словно рыцарский шлем закрывала всю его голову, а под распахнутым плащом сверкали стеклянные доспехи.

Никто и опомниться не успел. Рыцарь сгреб Двуликого сзади, одним рывком оторвал его от Матвея и, словно тряпичную куклу, швырнул на ближайшую статую – творение Башарова, сваренную из поржавевших кусков от радиаторов отопления. Двуликий врезался в груду железа и закричал от боли. Черты Катерины на его лице стали расплываться. Он рухнул на землю, но тут же быстро вскочил на ноги. От прежнего облика Катерины ничего не осталось – это снова был черный блестящий манекен. Размахивая мечом, он ринулся на противника.

Катерина только теперь заметила в руке Зеркальной Маски (так она назвала их спасителя) длинный жезл. Он вскинул его перед собой и со звоном отбил атаку противника, а затем нанес ему мощный удар. Тот отлетел к подножию самого высокого творения Башарова. Зеркальная Маска выставил руку перед собой, сжал пальцы в кулак и резко дернул на себя. И, словно повинуясь его мысленному приказу, вся ржавая конструкция в тот же миг обрушилась на Двуликого. Груда металла придавила монстра к земле, заставив завопить резким скрипучим голосом. Пришельцы из Зерцалии не выносили прикосновения железа, это Катерина отлично запомнила.

– Бегите! – хрипло скомандовал пришелец в маске.

Ребят не пришлось просить дважды. Игорь тут же протянул Матвею руку и одним рывком поднял его на ноги. Затем подхватил перепуганную Наташу и потащил ее за собой. Катерина и Матвей рванули следом за ними. В считанные секунды они перелезли через ограду и понеслись по ночной улице. Отбежав на порядочное расстояние, Катерина обернулась, но таинственного незнакомца нигде не было. Он словно растворился в ночи.

Лишь проклятия Двуликого неслись им в спину.

– Я найду вас! – кричал ее двойник, пытаясь выбраться из-под железяк. – Ты от меня не уйдешь, Созерцательница!

* * *

Когда ребята исчезли из виду, Двуликий выбрался из-под груды железа, одним прыжком перескочил через ограду и исчез. Вскоре в окрестностях ангара все стихло.

Ирина Клепцова, одетая в черный спортивный костюм, поднялась из кустов, где пряталась последние полчаса, и огляделась по сторонам.

– И что это было? – приходя в себя, спросила она.

– А мне откуда знать? – ответил не менее ошеломленный Артем. Он тоже вылез из кустов и осмотрелся. – Надеюсь, тут больше никого нет? Я имею в виду типов, размахивающих стекляшками и превращающихся в девчонок.

– Я чуть с ума не сошла от страха, – призналась Марина Дасова. Она тоже сидела в кустах вместе с друзьями, но пока не торопилась выбираться наружу. – Колени до сих пор дрожат! А Катерина-то хороша. Общается с этими монстрами так, словно видит их каждый день!

– Державина и ее компания не так просты, как кажется! – задумчиво сказала Ирина.

– Тут ты права, – согласился Артем. – Интересно, во что они влезли?

– И что нам теперь с этим делать? – добавила Марина.

– Пока не знаю, – ответила Клепцова. – Но мы еще подумаем на эту тему!

Марина и Артем молча кивнули, соглашаясь.

Глава шестнадцатая

Пешки в ее игре

Катерина и ее друзья быстро шагали к дому Державиных. Испуганные и взбудораженные, они нервно оглядывались на каждый шорох. Припозднившиеся прохожие удивленно поглядывали на перепачканных ребят.

– Хороши новости! – сказала Катерина. – Этот тип украл мое личное дело! Теперь он знает, как я выгляжу и где живу. Странно, что еще в гости не зашел!

– Кто они? – в ужасе бормотала Наташа. – Снова доппельгангеры?

– По крайней мере Двуликий точно из них! – мрачно ответил Игорь. – Слышали, как он заверещал, когда прикоснулся к железу?

– Когда его завалило железом, ты хотел сказать? – поправил его Матвей. – А тот, второй? Он обрушил на него железную махину одним мановением руки! Такого мы еще не видели. Как это называется? Телекинез?

– Верно, – кивнула Катерина. – А видели его маску и доспехи? Они из стекла. Он явно пришел оттуда!

– Но каким образом? – удивился Игорь. – Зеркальная машина не действует!

– Двуликого же это не остановило, – заметил Матвей. – Наверняка и он прошел сквозь черное зеркало.

– Что им всем от нас нужно? – воскликнула Наташа.

– Что им нужно от Катерины? – поправил ее Игорь.

– Это я и имела в виду. Неужели ничего не закончилось в ту ночь?

Катерина повернулась к Матвею:

– И кстати, о чем это говорил Двуликий? Почему скоро тебе все станет все равно?

– Да ни о чем, – отмахнулся Матвей.

– Не ври мне. Я знаю, когда ты обманываешь!

– Придем домой, там и поговорим.

– Не хотите, чтобы мы знали? – спросила Наташа. – А вам не кажется, что это нечестно? Мы все-таки в одной лодке!

– Вообще-то она права, – сухо произнес Игорь. – Может, все-таки объяснишься?

Матвей нахмурился.

– Не хотел никого пугать, – проговорил он. – Но с некоторых пор со мной творится что-то странное.

– Что именно? – спросила Катерина.

– Лучше показать, чем объяснять, – ответил Матвей.

Он повернулся к Катерине и Игорю спиной и рывком стащил с себя футболку. Катерина сначала не поняла, что он хочет ей показать, но потом… Девушка просто лишилась дара речи. По спине Матвея, от пояса и выше, растеклось большое стеклянное пятно с неровными краями, по цвету напоминающее человеческую кожу. Его поверхность была гладкой, словно отполированной.

Катерина прикоснулась кончиками пальцев и тут же отдернула руку. Новая кожа Матвея оказалась ледяной на ощупь.

– И ты молчал! – в ужасе проговорила она.

– Говорю же, не хотел никого пугать.

– Но мне-то мог рассказать?

– И что дальше? У тебя и своих проблем хватает.

– Эта твоя боль… – потрясенно сказала Катерина. – Каждый раз, когда я тебя задевала… Это ведь не растянутые мышцы, верно? Это… Это…

– Ты стекленеешь, парень! – испуганно произнес Игорь.

– Я уже и сам это понял, – кивнул Матвей. – У меня все тело горит огнем, я уже не знаю, что с этим делать. Постоянное жжение, все немеет…

Катерина тут же вспомнила, как он иногда жаловался, что не чувствует спины.

– Когда это началось? – спросила она.

– Через пару дней после лунного затмения. Помните, меня отравили этим проклятым порошком. Сначала просто немели мышцы, а затем кожа стала покрываться стеклянной коркой. И что самое ужасное – это пятно становится все больше. Сначала оно было не больше ладони, а сейчас уже почти покрыло всю спину!

– Боже, – ужаснулась Наташа, – и что же будет дальше?

– Я и сам хотел бы это знать. Превращусь в статую. Или того хуже – в кого-то вроде Пельта или старухи Евдокии.

– Но что же теперь делать? Есть какое-то средство, чтобы избежать этого?

– Кто ж его знает? – развел руками Матвей.

– Нужно связаться с Алексом! – воскликнула Катерина. – Нужно хоть что-то предпринять!

– Он хоть раз давал о себе знать после той ночи? – спросил Игорь.

– Нет, но он же говорил, что будет присматривать за мной. Нужно только позвать, и он придет.

– А Аглая и Прохор? – напомнила Наташа. – Вы собираетесь рассказать им?

– Они сейчас так счастливы, – вздохнул Матвей. – А помочь все равно ничем не смогут, только начнут переживать. Я уважаю Аглаю, но она такая паникерша. Решит еще показать меня врачам. А наши доктора ничего в этом не смыслят. Только растрезвонят по всему свету о моей диковинной болезни.

– Это верно, – вздохнула Катерина. – Другого выхода не остается. Попробую вызвать Алекса, он подскажет, что делать. Может, ему известно что-то и о Двуликом… Не нравится мне, что кто-то снова за мной охотится.

Наташа промолчала. Графиня предупреждала ее, что такое возможно. Она не верила, пока сама не увидела статую Ипполита Бестужева. А теперь и Матвей! И все из-за Катерины! Эта девчонка притягивает к себе неприятности. Ей не терпелось позвонить Шадурской и обо всем рассказать. Графиня наверняка всем заинтересуется!

– Ну довольно обо мне, – хмуро сказал Матвей. – Мне и так не по себе в последнее время.

– Ничего не довольно! – возмутилась Катерина. – Мы же беспокоимся о тебе. Я беспокоюсь…

– Но сейчас я не хочу об этом говорить.

– Нельзя сидеть сложа руки. Если с тобой что-то случится…

– Все будет в порядке, – отмахнулся Матвей. Но уверенности в его словах не чувствовалось. – Вызови Алекса, он поможет.

– А еще я расскажу обо всем Валентину! – твердо заявила Катерина. – И попрошу его хранить это в тайне от Аглаи и Прохора. Он многое повидал, он знает о Зерцалии и черных зеркалах и, возможно, сможет нам помочь.

* * *

Вернувшись домой, ребята сразу увидели деда Валентина. Тот сидел на диване в гостиной и со скучающим видом переключал каналы телевизора.

– Уже вернулся? – поинтересовалась Катерина.

– Да, встреча окончилась быстрее, чем предполагалось.

– А Аглая с Прохором еще не приехали из «Иллюзиона»?

– Нет, – ответил старик.

– Это хорошо, – с облегчением вздохнула Катерина.

Матвей, Наташа и Игорь прошли в гостиную и расселись по свободным местам.

– Нам нужно с тобой поговорить, но так, чтобы они ни о чем не узнали.

– Вы меня пугаете, – встревожился Валентин. – Все настолько серьезно?

– Более чем. – И Катерина рассказала ему обо всех событиях, случившихся за последние несколько часов.

Валентин молча слушал ее, хмурясь все больше. Затем попросил Матвея показать спину. Когда Катерина закончила свой рассказ, Валентин покачал головой.

– В неприятную историю вы впутались, господа. А мне следовало прибыть в город гораздо раньше, чтобы опередить эту шайку! Клуб Калиостро нужно остановить, это несомненно. Одно из зеркал уже у них, но где остальные два, они пока не знают. Это хорошая новость. Но как мне помочь вам? Что происходит с Матвеем, как спасти его, я не имею ни малейшего понятия. Об этом вам следует поговорить с тем мальчиком из Зерцалии. А насчет Двуликого… Может, тебе пока посидеть дома, Катерина? В школе скажем, что ты заболела…

– И сколько это будет продолжаться? – невесело усмехнулась Катерина. – Не могу же я сидеть дома вечность. Лучше мне просто соблюдать осторожность.

– И мы ее без присмотра не оставим, – пообещал Игорь.

– Хорош защитничек, – язвительно произнесла Наташа. – Много ты сегодня навоевал!

– В школе он не сможет напасть на меня, – рассуждала Катерина. – Там слишком много людей. А отвозить и забирать меня будет Матвей.

– До тех пор, пока не станет стеклянным истуканом, – добавила Наташа.

Игорь, Катерина и Матвей угрюмо на нее посмотрели. Назарова тут же смущенно замолчала.

– И придется мне повсюду носить с собой рапиру, – добавила Катерина. – Для самозащиты. К тому же нам надо будет тренироваться еще больше, ведь «Иллюзион» скоро откроется. Может, после школы будем отправляться туда? А из театра сразу домой!

– Мы еще вернемся к этому вопросу. А сейчас постараемся выяснить о личных вещах князя Поплавского. Кому достался его архив?

Валентин снял телефонную трубку и сделал несколько звонков. Ребята все это время тихо сидели и обдумывали сложившуюся ситуацию.

– Ну, вот и все, – повернулся к ним Валентин, кладя трубку на старомодный аппарат. – У меня еще остались кое-какие знакомые, так что узнать все не составило большого труда. Дом Поплавского продан несколько дней назад. Его личные вещи, коллекции антиквариата и драгоценностей скоро будут проданы с аукциона. Как и его архив, которым заинтересовалось сразу несколько музеев. В основном это его записи, мемуары, дневники, а также черновики романов. Но среди них есть и старинные манускрипты с чертежами. Нам нужно лишь принять участие в этом аукционе и выкупить их. Тогда они не достанутся Клубу Калиостро.

– И когда состоится аукцион? – спросила Катерина.

– Завтра вечером в краеведческом музее.

– Но Клуб Калиостро наверняка уже в курсе. Учитывая богатство его членов, вряд ли нам удастся перебить их цену…

– У меня есть деньги, и немалые. Так что мы еще поторгуемся!

– И вам не жалко? – спросил Игорь.

– Для такого дела? Натянуть нос самой Шадурской и всей этой компании? – Валентин усмехнулся. – Ради этого мне ничего не жалко. К тому же выручка от аукциона пойдет на благотворительные цели, так что это еще и благородное дело. Естественно, сначала мы посмотрим, что это за чертежи. Может, они вообще не представляют никакой ценности.

– Сомневаюсь, – произнесла Катерина. – Иначе бы дворянское собрание так ими не интересовалось.

– В любом случае завтра мы отправимся в музей, – сказал Валентин. – Хоть какое-то развлечение, а то я уже засиделся дома! И насчет черных зеркал… По вашим словам, Башаров говорил о своем внуке?

– Говорил, – кивнул Матвей.

– Пожалуй, мне стоит навестить мальчика.

– В психиатрической клинике? – удивился Игорь. – Как вы это сделаете?

– Я ведь по специальности психиатр! – сказал дед Валентин. – Поговорю с его лечащими врачами. Есть несколько способов заставить его вспомнить о тех событиях. Может, мне позволят применить их на практике. Надо будет сделать еще несколько звонков…

Вскоре Игорь и Наташа ушли домой. Катерина долго еще сидела с Матвеем и Валентином. Старик рассказывал им истории из своей жизни, но она слушала его лишь вполуха, не сводя глаз с Матвея. Часы на стене давно пробили полночь, но ей не хотелось уходить в свою комнату. Не хотелось расставаться с ним. А вдруг уже завтра утром вместо него она обнаружит стеклянную статую? Катерина не хотела об этом думать, но мрачные мысли сами лезли в голову.

Наконец, когда Валентин отправился спать, Матвей тоже поднялся к себе. Катерина проводила его долгим взглядом, а затем подошла к зеркалу. В гостиной висело самое большое зеркало – около метра высотой.

Она позвала Алекса. Но холодное стекло не подавало признаков жизни. Катерина не слышала ни звонких переливов хрусталя, ни тихого потрескивания, сопровождавших открытие прохода, ничего.

– Алекс! – еще громче повторила она. – Пожалуйста! Ты мне нужен! Ты меня слышишь?

Алекс ее не слышал. Катерина не на шутку встревожилась. А что, если он так и не ответит? Сколько времени остается у Матвея? Она позвала еще раз и еще. Но мальчишка из Зерцалии не отвечал. Расстроенная Катерина поднялась в свою комнату и упала на постель. Она не знала, чего ей сейчас хочется больше – расплакаться или выместить на чем-то свою ярость. Собственное бессилие сводило ее с ума. Катерина лежала и смотрела в потолок. Она долго не могла уснуть, но вскоре сон все же одолел ее.

* * *

Графиня Виолетта Шадурская вернулась в свой особняк в приподнятом настроении. Все шло как нельзя лучше. Она уже знала, что Щергина и Бестужев отыскали старика Башарова и тот согласился помочь им. Она прочитала это в мыслях молодой княгини, едва та переступила порог штаб-квартиры Клуба Калиостро. И знала, что они выполняют приказ князя Векентьева. Что ж, пусть попробуют. Хорошо смеется тот, кто смеется последним!

В гостиной ее встретил дворецкий Анатолий.

– Вас ожидают, Виолетта Дмитриевна, – с недовольным видом произнес он.

Графиня сразу насторожилась. Обычно в ее отсутствие в дом не пускали никого. Если ее ждали, значит, гость стоял на вершине иерархии Клуба Калиостро. А раз Анатолий так напряжен, то это может быть только один человек. Тот, кого в этом доме не любили и побаивались, но уважали в память об отце Виолетты, лучшим другом которого он когда-то считался.

– Князь Векентьев, – объявил дворецкий, подтвердив ее догадку.

Графиня, поморщившись, вошла в гостиную.

– Андрей Дементьевич! – изобразила она радость на лице. – Чем обязана столь позднему визиту?

Старик поднялся с дивана ей навстречу.

– Просто я проезжал мимо вашего дома, вот и решил заглянуть, чтобы поговорить. Наедине, – добавил он, многозначительно взглянув в сторону дворецкого.

Анатолий с невозмутимым видом вышел из гостиной.

– Пришел покаяться вам в одном проступке.

– И что же вы совершили?

– Пока вы были в отъезде, мы все-таки общались с Зерцалией посредством Диоптры мадам Гольданской.

– Вот как? – нахмурилась графиня. Ей стоило большого труда не рассмеяться ему в лицо.

– Члены Клуба так настаивали, что мне пришлось согласиться, – продолжил старик. – Вы отсутствовали, и я не мог с вами связаться. В общем, мы провели сеанс. И не пожалели об этом! С нами общалась сама баронесса фон Шпильце. Она сделала нам предложение, от которого мы не смогли отказаться. Мы решили восстановить машину Калиостро, заменив кое-какие ее части другими элементами.

– Ну что же, князь, я благодарю вас за искренность, – ответила Шадурская. – Я знаю, что признаваться в своих ошибках и глупостях всегда трудно.

– Но это не ошибка! Баронесса хочет вернуться в наш мир. А мы хотим проникнуть в Зерцалию. Мы поможем друг другу, и все останутся в выигрыше. Кроме того, есть возможность восстановить Трианон! Я придумал, как узнать подробности случившегося в доме Башаровых и разыскать остальные черные зеркала! Все же Призма – это очень сильный артефакт. Негоже нам разбрасываться такими вещами. Мы должны восстановить Трианон, пусть не для Властелинов Зерцалии, а для собственных нужд!

– И что у вас за идея?

– Внук этого изобретателя, Михаила Башарова, мальчик по имени Кирилл. Он ведь был очевидцем тех драматических событий! Мы решили забрать его из клиники и поселить в особняке Клуба. А затем пригласить лучших специалистов по гипнозу. Пусть покопаются в его мозгах и заставят все вспомнить!

Виолетта замерла с неестественной улыбкой на лице. Только этого не хватало! Она давно знала о Кирилле и надеялась, что он никогда не вспомнит того, что произошло в доме Башаровых.

– Думаете, у вас получится? – с сомнением проговорила графиня. – Столько лет никто не мог восстановить его память!

– Опытный гипнотизер может и не такое. Просто раньше никто не хотел им заниматься. Вы же знаете современных врачей! Что-то вспомнит он, что-то добавит его дед. А что-то, возможно, расскажете и вы! Ведь вы тоже были в том доме во время ритуала.

Графиня отошла к окну и выглянула во двор имения. Она не хотела, чтобы князь видел выражение ее лица.

– Я лежала без сознания, когда зеркала исчезли! – сдержанно сказала она. – Что еще я могу добавить?

– Возможно, вы тоже согласитесь подвергнуться гипнозу, – вкрадчиво произнес старик.

Графиня громко рассмеялась.

– Я никому не позволю копаться у себя в голове!

– Боитесь, что кто-то узнает ваши тайны? – улыбнулся Векентьев.

– У всех нас имеются свои секреты, князь!

– Ну, хорошо. Так вы не будете возражать против приезда Кирилла Башарова в особняк?

– Буду. Даже очень, – заявила Шадурская. – Сумасшедший мальчишка в Клубе! Этого еще не хватало!

– Чего нам опасаться?

– Я против. Дальнейшие разговоры на эту тему излишни!

– Но остальные члены правления Клуба уже одобрили эту идею, – заметил старик. – На сей раз ваше мнение расходится даже не с большинством правления, а со всеми сразу… Это очень неприятная ситуация!

Графиня изумленно на него посмотрела:

– Вы мне угрожаете?

– Что вы! – Старик с улыбкой поднял руки вверх. – Просто сетую на вашу негибкость. Вы постоянно принимаете какие-то решения, не советуясь с членами Клуба. Теперь Клуб хочет добиться от мальчишки сведений, которые нам жизненно необходимы, а вы препятствуете этому. Когда-то такая ситуация уже возникла у вашего предшественника…

Графиня насторожилась. Когда-то она сама благодаря своим козням и интригам избавилась от Бестужева, занимавшего этот высокий пост. Теперь же князь намекал, что подобная участь ждет и ее!

– Ну, хорошо, – уже более миролюбиво проговорила она. – Везите этого мальчика в особняк, выделите ему отдельную комнату. Но не забывайте, что он сумасшедший! Вся ответственность в случае чего ляжет на вас.

– Он не представляет опасности для окружающих, мы уже узнавали, – поспешил заверить ее Векентьев. – И при должном присмотре он не доставит хлопот. Что ж, рад был с вами повидаться, графиня. Надеюсь, наш план сработает, и все мы получим то, на что рассчитываем!

Старик попрощался и ушел.

– Ты точно получишь то, что заслуживаешь! – тихо прошипела ему вслед графиня. – Даже не сомневайся в этом!

Хорошие новости принес ей этот старикашка! Графиня всегда просчитывала все ходы наперед, но такого развития событий она не ожидала. Мальчишка Башаров мог вспомнить не только, куда девались зеркала. Из него могли вытрясти и кое-что другое. А некоторым тайнам лучше оставаться похороненными. Ну, ничего! Она найдет способ взять ситуацию под свой контроль!

В этот момент зазвонил ее мобильник. Графиня взглянула на дисплей. Наташа. Виолетта Шадурская сделала несколько глубоких вдохов, чтобы окончательно успокоиться, и ответила на звонок.

– Добрый вечер, милочка, – ласково сказала она. – Что-то случилось?

– Да! – восторженно выдохнула Наташа. – Мне столько всего нужно вам рассказать!

– Так чего же ты ждешь?

И Наташа сообщила ей обо всех событиях прошлого вечера. Графиня слушала ее молча, моментально обдумывая случившееся. Катерина Державина и ее приятели следили за Иннокентием этой ночью и слышали разговор княгини Щергиной с Башаровым! Но что им это даст? Ничего, они всего-навсего кучка подростков, стоит ли их опасаться. А вот новости о Двуликом и его таинственном противнике ее насторожили. По описанию двойник напоминал доппельгангера, который появился из зеркала и напал на Иннокентия и Шахиню в подвале салона Феофании. Не обрадовала и новость о дедушке Катерины! Она понятия не имела, что Державин вернулся в город. С какой целью, интересно? Он очень умен, но обыграть ее ему все равно не удастся!

Когда Наташа закончила свой рассказ, графиня похвалила ее за расторопность.

– А у меня к тебе еще одно дельце, милочка, – сказала она. – Ты не могла бы завтра после занятий приехать в наш Клуб? Хочу тебя кое с кем познакомить.

– Конечно! – с готовностью согласилась Наташа.

Графиня улыбнулась. Эта девчонка обожала посещать дворянское собрание и знакомиться с новыми людьми.

– Так я буду ждать тебя там, – сказала она.

– Я приеду!

Графиня отключила связь и бросила мобильник на диван. Князь Векентьев сделал свой ход, теперь очередь за ней. Все остальные – лишь жалкие пешки в ее шахматной игре. И от того, как она сейчас разыграет свою партию, зависит ее будущее.

Глава семнадцатая

Служанка или принцесса?

Утром Катерина проснулась разбитой, будто и не спала вовсе. Всю ночь ей снились кошмары, а открыв глаза, она не смогла даже вспомнить, какие именно. События вчерашнего вечера казались самым страшным из всех снов, но, к сожалению, отличались от них тем, что были реальностью. Когда она спустилась, Аглая, Прохор и Валентин завтракали. Первые двое уплетали оладьи, которые большой горкой высились на столе. Валентин, а, видимо, он-то и напек непривычное для них лакомство, ограничился стаканом чая.

Они болтали, шутили и выглядели очень счастливыми. Матвей тоже улыбался, рассказывая им что-то смешное. Как будто ничего не случилось.

Катерина даже подивилась его самообладанию. Придется и ей вести себя соответственно. Аглая и Прохор обсуждали приготовления к свадьбе. Катерина тут же задумалась о подарке, но, то ли сказалась почти бессонная ночь, то ли переживания прошедшего дня, в голову не приходило ни одной идеи. Да и не о подарках сейчас нужно думать. Она быстро позавтракала и начала собираться в школу.

Уже перед самым выходом Катерина вдруг вспомнила о своем обещании, данном Ирине. Пришлось взять чехол с рапирой. Интересно, как отнесется к этому Галина Петровна? Катерина тут же решила, что сдаст рапиру в гардероб, а после окончания уроков заберет. Матвей отвез ее в школу и дождался, пока она скрылась в здании. Только тогда он уехал.

После уроков Катерина отправилась в досуговый центр. Ирина и Артем ее уже ждали с фотоаппаратом и новеньким диктофоном наготове. Катерина почти целый час рассказывала им о своей прежней жизни. Как она обучалась фехтованию, посещая сначала секцию, а затем занятия Прохора в цирке. Как выступала на арене с другими мальчишками и девчонками, своими сверстниками. Затем ей пришлось расчехлить рапиру и сфотографироваться в разных стойках, изображая, будто она наносит удары несуществующему противнику. Артем и Ирина остались очень довольны.

– Ну так как? – спросила в конце интервью Ирина. – Пойдем сегодня искать старика Башарова?

Катерина засомневалась, что тот до сих пор торчит в своей железной лачуге.

– Вчера мы уже ходили к нему, – призналась она. – Ничем хорошим это не закончилось. Он ничего нам не сказал, а сейчас уже явно съехал оттуда.

– Вот невезуха! – воскликнула Ирина. – Только я что-то задумаю, как в последний момент все рушится!

– Ну и ладно! – Артем был настроен пофигистски. – Пойдем сегодня на старое кладбище! Вероника сказала, что там по ночам видят привидений! Может, удастся сфотографировать что-нибудь эдакое!

– Да погоди ты! – оборвала его Ирина. Она снова взглянула на Катерину. – А больше ничего сказать не хочешь?

Катерина нахмурилась.

– Да вроде нет…

– Хм… Ну, ладно. Если что, ты знаешь, где нас найти!

Катерина попрощалась с ребятами и с недоуменным видом отправилась к выходу. О чем это они? Матвей уже должен был ждать ее у дверей центра. Проходя мимо зеркал в коридоре первого этажа, она на всякий случай замедлила шаг. Может, Алекс все же следит за ней? Катерине так хотелось, чтобы ее отражение начало притормаживать. Ведь это самый верный признак того, что с той стороны зеркала кто-то приближается. Но нет, все было как обычно. Тяжело вздохнув, девушка вышла на улицу. Матвей сидел на своем скутере неподалеку от сквера, и она поспешила к нему. Через несколько часов им предстояло отправиться в краеведческий музей.

* * *

После уроков Наташа отправилась в особняк Клуба Калиостро. Шадурская уже была там, и девушка терялась в догадках, зачем та ее пригласила? Графиня стояла во дворе поместья и разговаривала с незнакомым Наташе мужчиной в белом халате.

Девочка подошла ближе, прислушиваясь к разговору. Подслушивать уже стало входить у нее в привычку.

– …Не понимаю, чего вы хотите от него добиться? – говорил мужчина. – Наши лучшие врачи пытались работать с парнем на протяжении многих лет.

– Ну, у наших специалистов более прогрессивные методы, доктор Дубровский, – ответила графиня.

– Поймите, он был так мал! Большинство и так не помнят, что с ними происходило в таком раннем возрасте. А он пережил такое потрясение! Его мозг просто блокирует все неприятные воспоминания!

– Я понимаю вас, – кивнула Шадурская. – Но на этом настаивает дед мальчика. А ведь он его официальный опекун, так что всем нам остается только смириться…

Тут она заметила Наташу, и оба сразу умолкли.

– А вот и ты, милочка, – улыбнулась графиня. – Погуляй пока в саду. Сейчас мы закончим, и я к тебе подойду.

Наташа кивнула и отправилась в сад. Ей нравилось бродить здесь, прячась от лучей солнца под раскидистыми деревьями. Сейчас листва с них уже опадала, образуя под ногами мягкий шуршащий ковер, но все равно сад в красных и желтых тонах выглядел очень красиво. Наташа шагала по садовой тропинке, вымощенной белыми каменными плитами, направляясь к живописному пруду в центре имения. Она любила сидеть на скамейке на берегу и смотреть на воду. На пруду жили дикие утки. Птицы скользили по поверхности воды, нисколько не боясь девушки. Они привыкли к присутствию людей.

– Красиво, правда? – вдруг донеслось до Наташи.

Она резко обернулась. Никого.

– Смотри выше, – насмешливо произнес тот же голос.

Наташа подняла голову. Первое, что она заметила – чьи-то босые ноги, свисающие с дерева прямо над ее головой. Их обладатель проворно спрыгнул вниз и выпрямился рядом с ней. Наташа увидела молодого парня чуть старше себя. Он широко улыбался.

На нем была черная футболка и джинсы, подвернутые до колен. Под мышкой он держал альбом для рисования. Из-за его правого уха торчал карандаш. Густые темно-каштановые волосы давно следовало подстричь, они спускались почти до самых плеч, зеленые глаза насмешливо смотрели на Наташу.

– Ты кто? – удивилась девушка.

– А ты кто?

– Я… я здесь работаю.

– А я здесь живу!

– Врешь! Я всех тут знаю.

– Вот видишь, оказывается, не всех, – снова улыбнулся парень.

Глядя на его открытое дружелюбное лицо, Наташа тоже не смогла сдержать улыбки.

– Я Кирилл. – Он протянул ей руку.

– Наташа. – Девочка осторожно сжала его крепкую ладонь.

– Меня пригласили пожить здесь. Так что со вчерашнего вечера я тоже местный обитатель.

– Везет! – выдохнула девочка. – Как бы я сама мечтала хоть немного пожить в этом особняке!

– И что же тебе мешает?

Наташа решила не отвечать на этот вопрос.

– Ты любишь рисовать? – сменила она тему, показав на его альбом.

– Ах, это. Так, небольшое хобби. У меня всегда слишком много свободного времени, вот я и начал рисовать, чтобы хоть чем-то себя занять. Говорят, у меня довольно неплохо получается.

– Покажи, – попросила Наташа.

Кирилл с готовностью протянул ей альбом. На первой же странице он нарисовал пруд, у которого они сейчас стояли. Наташа была поражена. Пейзаж был воспроизведен почти с фотографической точностью. Кусты, утки, заросли камыша, плакучая ива на другом берегу, низко склонившаяся над темной водой.

– Да у тебя настоящий талант! – восхитилась Наташа.

Она начала листать альбом. Перед ней открывались пейзажи, портреты, жанровые зарисовки… Птицы, летящие в небе, старики в больничных пижамах, отдыхающие на скамейке в каком-то парке.

– Ты все рисуешь с натуры?

– Почти. Мне нравится воспроизводить на бумаге то, что я вижу.

Часть страниц оказалась перетянута черной резинкой. Наташа хотела ее снять, но Кирилл поспешил забрать альбом из ее рук.

– Не стоит, – сказал он. – Там другие рисунки, которые я никому не показываю.

– Почему?

– Потому что они пока не закончены. И я сам не знаю, что они означают.

– Как это?

– Это видения… которые приходят ко мне в ночных кошмарах.

Наташа заинтересованно на него посмотрела. Странный парень.

– Вообще-то мне уже пора в дом, – сказал Кирилл. – В это время здесь подают обед.

– Пойдем, провожу, – предложила Наташа.

Он с готовностью кивнул головой. Они зашагали к дому. Наташа тоже разулась, и теперь они шли по шуршащим листьям босиком. Оказалось, что это очень приятно и ноги совсем не мерзнут. Навстречу им из особняка вышла Виолетта Шадурская. Ее недавний собеседник в белом халате куда-то исчез.

– Гляжу, вы уже познакомились, – приветливо улыбнулась графиня.

– Да. Случайно встретились, – ответила Наташа.

– Надеюсь, вы подружитесь.

– Я тоже на это надеюсь, – произнес парень, глядя на Наташу.

– Кирилл, тебя уже ждут на кухне, – сообщила графиня. – Наш повар приготовил для тебя обед.

– Может, присоединишься? – повернулся Кирилл к Наташе.

– Да я вообще-то не голод…

– Конечно присоединится! – быстро ответила за девушку графиня. – Ты ступай, а мы сейчас кое-что обсудим, и Наташа к тебе придет.

– Буду ждать. – Кирилл вошел в дом.

– Как хорошо, что все развивается само собой, – сказала графиня. – Будет славно, если ты подружишься с этим парнем.

– Что? – удивленно спросила Наташа.

– Он всю жизнь провел в психиатрических лечебницах. Не бойся, он не псих. Просто в детстве пережил сильный шок и с тех пор не совсем оправился. А деду выгоднее держать его в психушке, нежели заниматься воспитанием. Это ведь Кирилл Башаров, милочка.

Наташа расширила глаза. Ну конечно! Кто еще это мог быть!

– Вы хотите, чтобы я с ним дружила?

– Хочу, – кивнула Шадурская. – А если он влюбится в тебя, будет как нельзя кстати! Паренек кое-что видел в раннем детстве. И члены Клуба хотят, чтобы он это вспомнил. Они уже ищут лучших психиатров, а я хочу, чтобы он подружился с тобой. Может, именно с тобой он будет откровенен, а вовсе не с этими мозгоправами. Может, именно тебе он расскажет о том, о чем больше никому не рассказывал!

– Хотите… чтобы я… начала с ним встречаться? – испугалась Наташа.

– Ты только что с ним встретилась, и ничего ужасного не произошло, правда? А вообще-то, если учесть, что вниманием девочек он не избалован, то он обязательно в тебя влюбится!

– Но я не хочу, чтобы он в меня влюблялся! – возмутилась Наташа. – Я люблю другого!

– Красавчика-циркача, который не обращает на тебя внимания?! Который скоро обратится в стеклянного истукана? Я все знаю, дорогая! Но это не просьба, это приказ. Ты сблизишься с Кириллом! Пусть он считает тебя своим другом. Пусть откровенничает с тобой. Как только мы выудим из него нужные сведения, я отправлю его обратно в дурдом, и ты станешь свободна. Вот тогда и вернешься к своему циркачу!

– Но Матвей… Вдруг у него уже осталось мало времени?

– Так поторопись! Очаруй Кирилла, и чем раньше, тем лучше!

– Но как вы можете? – оскорбилась Наташа. – Так распоряжаться чужими жизнями?

Графиня грозно прищурилась.

– Вот именно, что могу! – жестко сказала она. – А вот ты – нет. Так что иди на кухню и начинай строить ему глазки!

– А если я откажусь?

– Ты все еще не поняла? – В голосе графини послышались металлические нотки. – Мы не партнеры, Наташа. Ты – моя служанка! Знай свое место и выполняй приказы! В противном случае я прогоню тебя и отберу все, что подарила. За воротами этого имения сотни девчонок гораздо симпатичнее тебя мечтают, чтобы их взяли сюда на работу! Я без труда найду ту, которая с радостью запудрит мозги этому мальчишке!

Наташа, стиснув зубы, повернулась и пошла на кухню особняка.

– А вообще, – бросила Шадурская ей вслед, – у меня появилась хорошая идея!

– Еще лучше? – раздраженно спросила Наташа.

– Что, если тебе переехать сюда на какое-то время? Тогда вы сможете проводить вместе гораздо больше времени.

Наташа замерла на пороге особняка. Разве не об этом она мечтала? Ну, конечно! Графиня снова прочитала ее мысли! Стоило ей лишь на миг забыть об осторожности.

– Я распоряжусь, чтобы тебя поселили рядом с Кириллом. А еще покажу тебе вход в потайной коридор, который проложен в стенах здания. Ты будешь здесь моими глазами и ушами. Будешь следить за его обитателями и обо всем докладывать мне. Днем ты будешь общаться с Кириллом, а вечерами следить за моими врагами.

Наташа задумалась. Заманчивое предложение. Она будет жить словно принцесса! А слежка – это же так легко! Особенно когда тебя никто не видит. Но как объяснить это матери? И Игорю? И остальным? Ведь никто не знает, что она работает на Шадурскую. Мать точно воспротивится, особенно после недавнего скандала. А если начнет кричать, Игорь обо всем узнает и расскажет Катерине и Матвею, тогда путь в дом Державиных ей будет заказан!

– Не беспокойся об этом. – Графиня не сводила с нее взгляда. – Я позабочусь обо всем. Сегодня же вечером ты переберешься в этот особняк и будешь жить как настоящая принцесса! Только не разочаруй меня, дорогая. У меня на тебя большие планы!

Наташе очень не понравилось, что ее назвали служанкой. Графиня впервые так с ней обращалась. Но ради жизни в этом поместье она могла стерпеть и не такое. Девушка глубоко вздохнула, словно перед прыжком в воду, и отправилась на кухню особняка.

Глава восемнадцатая

Аукцион

Катерина никогда раньше не бывала в городском краеведческом музее и даже не подозревала, какое большое и величественное здание он занимает. Когда Матвей привез ее на место, дед Валентин уже ждал их, прогуливаясь перед широкой каменной лестницей, по обе стороны которой на постаментах лежали каменные львы. Матвей покатил скутер на ближайшую стоянку, а Катерина с Валентином направились к входу.

– Как он? – спросил Валентин. – Я имею в виду Матвея.

– Ничего не говорит. Нет, конечно, он общается со мной, – поправилась Катерина. – Но стоит мне заговорить о его болезни, Матвей тут же переводит разговор на другую тему.

– Его можно понять, – сказал Валентин. – Он очень серьезный и умный мальчик. Просто он еще не знает, что делать, поэтому и старается держать свои эмоции под контролем. Печальная история. Но пока сосредоточься на более насущных вопросах. Вон, кстати, еще один твой сподвижник!

К ним приближался Игорь.

– А ты что здесь делаешь? – удивилась Катерина.

– Думала, я оставлю вас одних? – усмехнулся Назаров. – Мы с самого начала влезли во все это вместе. Сообща будем и расхлебывать!

Вскоре к ним присоединился Матвей. Если он и удивился Игорю, то никак этого не показал. На лестнице у дверей музея собралась стайка молодых девушек. Они возбужденно трещали и размахивали какими-то бумажками. Катерина не сразу поняла, в чем дело, но, когда поднялась по лестнице, увидела Иннокентия Бестужева. Его окружала толпа. Он приветливо улыбался и раздавал автографы своим поклонницам.

– Фокусник Бест! – визжала одна из девушек. – Я вас обожаю!

Бестужев, великолепный в своем черном смокинге, фотографировался с девушками, а его ассистентка молча стояла неподалеку. Чуть поодаль стояла княгиня Ольга Щергина, держа в руках свой неизменный веер, и наблюдала за ними. Шахиня была в облегающем черном костюме и высоких сапогах на каблуках. На княгине был брючный костюм темно-коричневого цвета, а сбоку висела черная сумочка в тон вееру. Катерина и ее спутники про шли мимо. Однако присутствие здесь этой троицы настораживало.

Валентин и ребята вошли в музей и очутились в огромном, ярко освещенном зале. Вдоль стен тянулись стеллажи и застекленные витрины с экспонатами, неподалеку виднелась широкая лестница, ведущая на второй этаж. Посетители прохаживались вдоль витрин, экскурсоводы что-то рассказывали.

Валентин обратился к дежурившему у двери охраннику:

– Вы не подскажете, где будет проходить аукцион?

– Конечно! В той стороне. – Секьюрити показал в дальний конец зала. – Подождите, я попрошу кого-нибудь проводить вас. Только это придется оставить здесь! – И он показал на рукоять рапиры Катерины, высунувшуюся из чехла.

– Но как же? – забеспокоилась девушка. – Она мне нужна!

– Здесь на вас никто нападать не собирается, – усмехнулся охранник. – Не беспокойся, она полежит здесь, за моей стойкой.

– А если все же нападут? – вмешался Игорь.

– В аукционном зале много другого оружия, – пошутил охранник. – Если что, воспользуетесь им.

– Буду иметь в виду, – серьезно ответила Катерина. Затем сняла с плеча рюкзак и чехол с рапирой и отдала их охраннику.

Тот убрал все за стойку, а затем попросил молодую девушку-экскурсовода, оказавшуюся поблизости, проводить их в зал аукционов.

– Конечно! – улыбнулась та. – Следуйте за мной.

Она вдруг как-то странно поглядела на Катерину. А затем и вовсе остановилась и удивленно уставилась на девушку.

– Что-то не так? – встревожилась Катерина.

– Уму непостижимо! – воскликнула экскурсовод. – Вы меня извините, но я должна спросить. Вы, случайно, не родственница Казимира Поплавского?

– Нет, – покачала головой Катерина.

– Извините! – смутилась девушка.

– А в чем, собственно, дело? – поинтересовался Валентин.

– Очень странная вещь! К нам в музей поступила коллекция картин из особняка Поплавского. Среди них множество старинных полотен, которым не одна сотня лет. И на некоторых из них изображены – вы! – Она снова посмотрела на Катерину.

Катерина с удивлением вытаращила глаза. Игорь и Матвей с не меньшим изумлением смотрели то на нее, то на экскурсовода.

– Идемте, я вам покажу, – поспешно проговорила экскурсовод. – Они здесь, в соседнем зале!

Она повела их к ближайшей экспозиции. И Катерина увидела эти картины. Несколько десятков полотен занимали почти всю стену. У входа была табличка, которая гласила, что эти картины разных художников посвящены одной теме – графу Калиостро и всему, что с ним связано. На полотнах изображался сам Калиостро и люди из его ближайшего окружения. Великий маг и алхимик оказался человеком невысокого роста, с добродушным лицом. Он больше напоминал обычного дядюшку-весельчака, чем знаменитого чародея. А затем Катерина увидела картины, о которых говорила экскурсовод, и лишилась дара речи. На трех полотнах рядом с Калиостро была изображена молодая женщина. Вот он показывает какие-то чудеса перед зрителями, и она среди них. На другой Калиостро изображен во весь рост, а она сидит рядом с ним на красивом резном кресле. А вот она верхом на лошади в длинном темном платье, а Калиостро держит коня под уздцы. Женщина, изображенная на портретах, была точной копией Катерины! Только волосы намного длиннее и фигура стройнее и изящнее, но лицо – лицо принадлежало юной Державиной.

– Боже… – только и смогла произнести Катерина.

– Какое чудесное совпадение! – воскликнула экскурсовод. – Вы так похожи!

– Верно, – поспешно подхватил Валентин. – Это совпадение и не больше. А теперь давайте пройдем в зал аукциона. А то еще опоздаем на торги!

– Да-да, конечно! – согласилась девушка. – Но я обязательно постараюсь узнать историю этих полотен и имя красавицы! Когда соберетесь уходить, оставьте нам номер вашего телефона. Так, на всякий случай!

– Конечно! – пообещал Валентин.

Девушка-экскурсовод показала им вход в аукционный зал и быстро удалилась. Катерина все никак не могла прийти в себя от потрясения.

– Кто же на картинах? – недоумевала она. – Мы так похожи!

– Наверняка кто-то из твоих предков, – сказал Игорь. – Раз уж ты из рода Калиостро, может, в тебе проявились гены какой-нибудь твоей прапрапра…

– Но ведь не до такой степени! – возразила Катерина.

– А мне показалось, что я вернулся в прошлое, – задумчиво произнес Валентин. – И снова увидел Маргариту, твою мать. Ты унаследовала ее черты и очень на нее похожа. Так что женщина на картине – не ты, а скорее Марго.

– Но как же такое могло произойти? Она что, переместилась на несколько веков назад и встретилась со своим предком? – спросил Матвей.

– Иногда люди путешествуют между мирами и эпохами, проходя сквозь зеркала, – тихо произнес дед Валентин. – Мне кажется, мы уже не должны чему-либо удивляться…

Он толкнул тяжелые двустворчатые двери. Катерина и ее спутники оказались в большом помещении, заполненном людьми. У дальней стены располагался невысокий помост с трибуной, прямо перед ним тянулись ровные ряды стульев для участников аукциона. На стенах под стеклом действительно было выставлено много холодного оружия: сабли, мечи, алебарды, даже копья. По углам зала молчаливой стражей застыли настоящие рыцарские доспехи.

Валентин начал пробираться к свободным местам, Катерина и мальчики последовали за ним. Неожиданно Катерина ощутила на себе чей-то пристальный взгляд. Девушка обернулась и едва не вздрогнула. По другую сторону прохода, делящего зал пополам, сидели Бест и княгиня Щергина. Они насмешливо смотрели на нее. Шахини с ними не было.

Катерина отвернулась. Но она затылком чувствовала на себе их недобрые взгляды. Наверняка они догадались, для чего она здесь, и сделают все, чтобы помешать им. Стараясь немного отвлечься, Катерина начала разглядывать остальных присутствующих на аукционе. Сначала она не придала этому значения, но теперь убедилась, что публика в зале собралась очень странная. Старики в черных бархатных костюмах, старомодных сюртуках с цветками в петлицах. Старухи в длинных платьях с веерами в руках. Даже люди помоложе были одеты так, словно пришли на похороны – в их одежде преобладал черный цвет.

– Сборище готов, – усмехнулась девушка.

– У меня похожие ощущения, – сказал Игорь.

– Не удивляйтесь, – шепнул им дед Валентин. – Конечно, здесь есть представители других музеев и галерей, но большая часть публики – это оккультисты.

– Оккультисты? – услышал Игорь. – Члены Клуба Калиостро?

– Вовсе нет. Среди имущества князя Поплавского было много вещиц, представляющих интерес только для тех, кто помешан на черной магии. Музейные служители и понятия не имеют, что попало им в руки.

Вскоре аукцион начался. Ассистенты выносили на помост различные предметы из коллекции князя, покупатели предлагали свою цену. Катерина рассматривала лоты аукциона и понимала, что Валентин прав. Среди предметов мебели, книг и украшений попадались очень занятные экземпляры. Бутылки со странными зельями, амулеты, резные божки из кости.

Некоторые вещи никого не привлекали, а вот другие, наоборот, вызывали всеобщий ажиотаж. В такие моменты в зале поднимался жуткий крик. Когда кто-то давал наибольшую цену и приобретал тот или иной артефакт, остальные едва не шипели на него, словно ядовитые змеи, и удостаивали счастливчика таких взглядов, что Катерина ему не завидовала. Наконец ведущий аукциона огласил последний лот.

– Старинная схема шестеренчатого механизма! – произнес он. – В деревянной позолоченной раме под стеклом! Начальная цена пятьдесят тысяч рублей!

Иннокентий Бестужев презрительно ухмыльнулся, княгиня ему что-то прошептала, и они рассмеялись. Катерина отчетливо это слышала. Конечно, никто на аукционе, кроме этой парочки и друзей Катерины, даже не представляет, какой ценностью обладает этот чертеж. А вот и он. Девушка в форме служителя музея вынесла к трибуне пожелтевший от времени пергамент, вставленный в рамку и закрытый толстым стеклом.

Участники аукциона тихонько зашушукались.

– Семьдесят, – негромко произнес Бестужев.

– Сто, – тут же отозвался кто-то с задних рядов.

Торг начался. Каждый выкрикивал все большую и большую цену.

Игорь взволнованно заерзал на стуле.

– А мы-то что молчим? – спросил он.

Катерина вопросительно взглянула на Валентина. Дедушка почему-то молча улыбался.

– Подождем, Катя, – сказал он. – Сейчас мелкие рыбешки исчезнут, и появятся настоящие акулы.

Когда цена поднялась до миллиона, большинство претендентов замолкли. Мало кто был готов заплатить за кусок старого пергамента стоимость хорошего автомобиля. Далее между собой тягались Иннокентий Бест и благообразный старик из восьмого ряда. Но после того как Бестужев так же бесстрастно сказал: «Два миллиона», голоса старика больше никто и не слышал. Вот тогда дед Валентин и поднял руку.

– Три! – сказал он.

– Отлично! – кивнул ведущий. – Кто больше?

В толпе кто-то рассмеялся.

– Нет уж, спасибо! – раздалось с заднего ряда.

– Три миллиона двести тысяч! – произнес фокусник.

– Четыре! – объявил дед Валентин.

Бест взглянул на старика с откровенной ненавистью.

– Пять миллионов!

– Шесть! – невозмутимо произнес Валентин.

– И не жалко вам таких денег за какую-то безделицу? – попыталась вразумить Валентина княгиня Щергина.

– Сударыня, будь это безделицей, вы бы ей так не заинтересовались, – ответил ей Валентин.

Княгиня побледнела от злости и принялась энергично обмахиваться своим веером. Бест тоже злобно сжал губы. Катерина не могла не признать, что ей приятно видеть это.

– Да черт с вами! – выкрикнул фокусник, вскакивая с места. – Подавитесь!

И, громко топая, вышел из зала. Щергина осталась на месте, продолжая недовольно поглядывать в сторону Катерины и ее друзей.

– Продано за шесть миллионов рублей! – объявил ведущий аукциона, обрушив молоток на подставку.

К Валентину тут же подошла ассистентка и пригласила проследовать за ней.

– Прошу в кабинет администратора. Мы оформим сделку, – пояснила она.

– Да-да, разумеется! – Валентин поднялся со стула и стал пробираться к выходу.

Катерина, Матвей и Игорь тоже встали со своих мест.

Ассистентка с чертежом Поплавского в руках шагала впереди, показывая путь. Они вышли из аукционного зала, пересекли темный коридор, в котором вдоль стен стояли античные мраморные статуи, и вошли в тесный кабинет. Девушка достала из сейфа необходимые документы, и они с Валентином начали заполнять бумаги.

– Теперь схема у нас, и они не смогут построить машину! – заявил Игорь.

– А вам не показалось, что Бест слишком легко сдался? – спросила Катерина. – На них это не похоже.

– Просто он понял, что проиграл! – заверил ее Игорь.

– Катерина права, – присоединился Матвей. – Что-то здесь не сходится. Слишком просто.

– А почему все всегда должно быть сложно? – не унимался Игорь. – Мы победили! Так что расслабьтесь и радуйтесь тому, что план Клуба Калиостро провалился.

Ассистентка подала Валентину несколько листов на подпись. Рамку со схемой она продолжала держать в руках.

Вдруг дверь кабинета с шумом распахнулась. В помещение скользнула фигура в облегающем черном костюме. Это была женщина. Ее длинные волосы на макушке были стянуты в хвост, половину лица закрывали огромные черные очки.

Шахиня! Катерина сразу же узнала ее!

Все произошло так быстро, что никто и опомниться не успел. Длинный золотой трос взвился в воздухе и обвился вокруг рамки с чертежом. Шахиня резко рванула трос, и рамка вылетела из рук перепуганной ассистентки. Шахиня на лету поймала добычу и выбежала с ней в коридор.

Глава девятнадцатая

Страшная новость

Катерина, не раздумывая, бросилась за ней следом. Ребята поспешили вдогонку. Шахиня стремительно неслась по коридорам и залам, сунув на бегу чертеж в рюкзак и намотав трос на руку. Не останавливаясь, она столкнула с постамента первый подвернувшийся мраморный бюст, и тот с грохотом упал на пол. Катерина едва не споткнулась о его обломки. Матвей тоже перескочил через них, а вот Игорь, налетев на них, растянулся на полу.

– Черт! – сдавленно выругался он.

– Стой! – крикнула Катерина. – Это не твое!

Но Шахиня ее не слышала. Она методично продолжала крушить мраморные скульптуры вокруг себя, и ее преследовательнице приходилось бежать, внимательно глядя под ноги, чтобы не споткнуться. Из-за того, что Шахиня бежала по ровному коридору, а она лавировала среди груд мраморных обломков, расстояние между ними быстро увеличивалось. В этот момент по всему зданию музея взревел мощный сигнал сирены. Впереди, из-за дверей аукционного зала, послышались испуганные крики.

Шахиня, распахнув ногой двери, вбежала в зал. Тут же через открывшийся проем поползли клубы черного дыма, окутывая подоспевших Катерину и Матвея. Сквозь густую пелену, застилавшую весь аукционный зал, они увидели мечущиеся фигуры людей.

– Пожар! – послышался истошный женский голос.

– У Бестужева точно имелся план «Б»! – сказал Матвей.

– Поэтому он так быстро и слинял отсюда! – ответила Катерина.

Девушка выхватила из кармана носовой платок, прижала его к лицу и бросилась в зал. Едкий дым тут же полез в нос, глаза заслезились. Но огня нигде не было видно. Зато она разглядела спину Шахини, выбегавшей из противоположных дверей. Катерина бросилась вслед за ней. В дыму она пару раз на кого-то налетела, в спину ей понеслись ругательства. Девушка не снижала скорости. Главное – вернуть чертеж.

Матвей и Игорь бежали где-то сзади, а вокруг творилось что-то невообразимое. Катерина снова увидела Шахиню. Та уже достигла дверей, но от волнения никак не могла открыть их. Катерина наконец догнала ее и схватила было за плечо, но тут же получила удар в живот. Девушка отлетела назад и упала в объятия пустотелого «рыцаря», стоявшего в углу. Стальные доспехи с грохотом обрушились на нее. Совсем рядом упал длинный меч. Шахиня опять бросилась к двери, но в этот момент Матвей преградил ей дорогу.

– Не так быстро! – насмешливо сказал он и ухватился за ремень ее рюкзака.

Шахиня попыталась ударить его в лицо, но другой рукой Матвей перехватил ее запястье. В этот момент Катерина увидела, как позади ее друга выросла чья-то тень.

– Сзади! – крикнула она.

Тот резко увернулся, и тяжелый удар, который должен был обрушиться на его затылок, лишь скользнул по плечу. Матвей вскрикнул от боли. Иннокентий Бестужев снова замахнулся металлической тростью. Видно, вытащил ее из одной из музейных витрин.

– Детишки! – презрительно бросил он. – Сколько же от вас неприятностей!

Матвей, не оборачиваясь, ударил его ногой. Фокусник крякнул и отлетел в сторону, врезавшись в мраморную колонну. Увидев это, Шахиня яростно вскрикнула и вырвалась из рук юноши. Она вскинула руку, и в воздухе со свистом развернулся длинный золотистый трос со звездой на конце. Еще один взмах, и звезда рассекла на парне футболку, но вместо кровавой раны в разрезе блеснуло стекло. Шахиня изумленно открыла рот. Все еще сидевшая на полу Катерина собралась с силой и ударила ее обеими ногами. Шахиня покатилась было по мраморным плитам, но тут же вскочила, раскручивая над головой свое оружие.

Катерина быстро поднялась на ноги, схватила меч рыцаря и выставила его перед собой. Он оказался очень тяжелым. Иннокентий, размахивая тростью, надвигался на нее. Девушка, хотя отлично владела и рапирой, и шпагой, впервые держала в руках средневековое тяжелое оружие. Вот почему она с трудом парировала многочисленные удары противника, предпочитая лишь обороняться от его натиска.

Матвей тем временем, подхватив с пола рыцарский щит, сражался с Шахиней. Держа щит обеими руками, он отбивал удары гибкого свистящего оружия ассистентки Беста, а затем, улучив момент, метнул в нее щит. Та наклонила голову, и щит пролетел в сантиметре над ее макушкой и врезался в окно за ее спиной. Неожиданно Матвей застыл на месте, в изумлении открыв рот и уставившись куда-то в дальний угол. Шахиня не мешкала – обвив своей цепью ноги противника, она резко рванула ее. Парень рухнул, как подкошенный, ударился затылком о кол и затих.

Ассистентка Беста вскочила на подоконник выбитого окна и прыгнула вниз. Иннокентий, обрушив на Катерину еще несколько ударов, метнулся к окну и последовал за своей напарницей. В зале остались лишь задыхающаяся Катерина и Матвей, неподвижно распростертый на полу.

Катерине, кажется впервые в жизни, захотелось расплакаться. Они проиграли! А Матвей… Парень вдруг застонал и чуть пошевелился. Он жив! Девушка вздохнула с облегчением. Наверное, просто потерял сознание при падении.

Дым уже почти рассеялся и теперь сизыми клубами стелился по полу, местами поднимаясь к потолку. Наконец она увидела и его источник – в углу зала по полу перекатывался продолговатый металлический предмет.

Дымовая шашка! В их цирке фокусник часто использовал такие для придания большего эффекта своим выступлениям. Значит, Бестужев или княгиня Щергина подбросили дымовушку, чтобы вызвать панику, а Шахиня тем временем выкрала рамку с чертежом. Слаженная команда, ничего не скажешь!

Оглядываясь по сторонам, Катерина поравнялась с мраморной статуей какого-то римского бога. Где же Игорь? Одной ей точно не поднять Матвея. И Валентина не видно. Может, они уже покинули здание? Ждут ее около музея, а она бродит здесь в сизом тумане, словно ежик из старого мультика!

Неожиданно статуя, стоящая рядом, повернула к ней голову. Катерина в ужасе замерла. На белом безжизненном лице распахнулись два голубых светящихся глаза. От них по лицу поползли щупальца теней и быстро распространились по всей поверхности статуи.

– Здравствуй, девица Державина! Я же говорил, что мы с тобой еще встретимся.

Белая поверхность изваяния стала черной и блестящей, а затем на ней проступили цвета школьной формы Катерины. И вскоре с пьедестала спрыгнула уже полная ее копия.

– Двуликий! – в ужасе выдохнула девушка.

Ее двойник, улыбаясь, кивнул головой. Голубое сияние глаз померкло, на Катерину теперь смотрели ее собственные глаза.

– Ах, ты с ними заодно! – сказала девочка.

Двуликий покачал головой:

– Эти безумцы сами по себе, я сам по себе. Они хотят попасть в Зерцалию. У меня же совсем другое задание.

Псевдо-Катерина быстро шагнула к девушке. Настоящая Катерина попятилась назад.

– Я помню. Оно связано со мной!

– Верно.

– Зачем я тебе? Зачем я вам понадобилась? Что во мне такого особенного?! – крикнула Катерина.

– О, ты действительно особенная девушка, хотя пока и не знаешь этого. Не зря ведь твоя мать, когда узнала правду, пыталась тебя убить!

Смысл сказанного не сразу дошел до Катерины.

– Что?! – выдохнула девушка, в ужасе вытаращив глаза.

– А ты не знаешь? Ну, еще бы. – Двойник Катерины расхохотался. – В вашей семье столько тайн! И кое-кто готов на все, чтобы сохранить эти секреты!

Двуликий сделал еще один шаг. Его рука исчезла в складках одежды, но тут же снова появилась с тяжелыми стеклянными наручниками.

– Но ты не переживай! – сказал доппельгангер. – Скоро все кончится. Все тревоги и сомнения останутся позади. Наступит покой. Ты ведь так давно этого хочешь, правда?

– Я хочу чтобы вы все оставили меня в покое! – выкрикнула Катерина, с опаской поглядывая на его кандалы. Она все еще не отошла от шока.

Послышался громкий топот, и в коридоре показались Игорь и Валентин. Игорь держал в руках сумку Катерины и ее рапиру.

– Вот ты где! – взволнованно крикнул он и во все глаза уставился на вторую Катерину. Затем выхватил из чехла оружие и выставил рапиру перед собой.

Валентин поднял с пола железный меч рыцаря.

– Подкрепление? – Двойник улыбнулся. – Что ж, я уйду. На этот раз. Но знай, девица Державина, рано или поздно я найду тебя. И тогда тебе никто не поможет!

Доппельгангер подбежал к другому окну и, выбив стекло, вылетел на улицу. Словно кошка, перевернувшись в воздухе, он приземлился на ноги, и вскоре псевдо-Катерина в развевающейся школьной форме скрылась за углом. А в зал музея ворвался отряд пожарных в шлемах и кислородных масках. К тому времени дым уже совсем рассеялся.

– А вы что здесь забыли? – Один из них набросился на друзей Катерины. – Ну-ка марш на улицу!

Матвей открыл глаза. Игорь и Валентин помогли ему подняться, и все поспешили к выходу.

– Моя голова! – стонал по дороге Матвей.

– Радуйся, что жив! – успокаивал его Игорь.

– А ты куда пропал?

– Я поспешил вам на помощь, но эта толпа перепуганных чернокнижников буквально вынесла меня на улицу! Вернуться удалось, только когда из музея схлынул народ. Это все равно что плыть против течения! Зато я забрал у охранника рапиру!

– А с тобой что? – повернулся Матвей к Катерине. – Выглядишь ужасно.

– Кто бы говорил! – усмехнулся Игорь.

– Расстроилась, что Шахиня украла чертеж?

Катерина лишь молча кивнула.

Она только что узнала, что мать пыталась убить ее. Было от чего расстроиться.

* * *

Наташа стояла у подъезда своего дома, разглядывая проезжающие мимо машины. Час назад ей позвонила графиня Шадурская в отличном расположении духа и попросила встретить ее во дворе. Наташе это показалось очень странным. Может, она хочет поговорить с матерью? Чтобы та отпустила Наташу пожить немного в особняке Клуба Калиостро? Да, скорее всего дело в этом.

Тот еще предстоит разговорчик! Наташа уже мысленно настраивала себя на очередной скандал. Игорь где-то пропадал с Катериной и Матвеем. Влюбленный дурачок! Как он до сих пор не понял, что Державина ни за что не оставит Матвея? А ведь как хорошо бы все обернулось! Если бы Катерина увлеклась Игорем, Матвей получил бы свободу.

Ее размышления прервал шум мотора. Вот и графиня. Она вышла из машины и подошла к Наташе.

– Ты уже собрала вещи, дорогуша?

– Да, но с матерью пока не говорила. Она не согласится меня отпустить.

– Потому я и приехала. Я сама с ней поговорю.

Наташа испуганно на нее взглянула.

– Не знаю, стоит ли? А что, если она… в агрессивном настроении? Такое случается иногда…

– Ничего, я справлюсь, – улыбнулась в ответ графиня.

Они поднялись по лестнице и вошли в квартиру.

Татьяна Назарова вышла навстречу, вытирая руки полотенцем. Странно, но сегодня она была трезва. Наташа вдруг осознала, что в последнее время редко видела мать пьяной.

– Ты где пропадала? – с места в карьер начала Татьяна. – Я уже устала… – Тут она осеклась, увидев гостью. – А тебе что тут понадобилось? – забыв о вежливости, выкрикнула Татьяна.

– Добрый вечер, дорогая, – приветливо улыбнулась графиня. – Мы не виделись столько лет.

– Еще бы столько же тебя не видеть!

– Фу, какие грубости… А ведь я пришла поговорить с тобой!

– А мне это нужно? – нахмурилась Татьяна.

– Уверена в этом, – твердо сказала графиня. – Мне найдется, что тебе сказать.

– Ну, раз так…

Татьяна кивком пригласила ее в кухню. Наташа хотела пройти с ними, но графиня ее остановила.

– Иди лучше собери вещи, дорогая, – сказала она.

– Но мама…

– Она позволит, можешь не сомневаться.

Наташа кивнула и отправилась к себе. Татьяна грозно нахмурилась.

– Ты что это себе позволяешь! – прошипела она. – Распоряжаешься в моем доме! Мы тут не в твоем дворце!

Графиня плотно прикрыла дверь кухни, затем повернулась к Назаровой. Все ее напускное радушие тут же испарилось.

– Закрой рот! – жестко приказала она.

Татьяна покорно замерла.

– Мне так же противна эта встреча, как и тебе, – заявила Шадурская. – Не знала, что когда-нибудь снова попаду в эту квартиру!

– Так какого дьявола ты явилась? – выкрикнула Татьяна.

– Я пришла из-за твоей дочери.

– Ну что ж, если бы ты не заявилась сюда, я сама бы пришла к тебе. Что тебе от нее нужно?

– Она просто работает на меня, – улыбнулась графиня.

– Ни за что не поверю! В случае с тобой никогда ничего не бывает «просто». Что ты задумала?

– Я искала себе в помощницы какую-нибудь ушлую девицу. Подвернулась мне твоя Наташа. Но ты особенно не переживай: она поможет мне в одном деле, и я хорошо заплачу за ее труд.

– Хочешь сделать ее сообщницей в своих кознях? Не будет она тебе помогать!

– Она уже мне помогает.

– Я прекращу это раз и навсегда!

– Нет, не прекратишь. – Графиня презрительно усмехнулась. – Напротив, сейчас ты отпустишь Наташу со мной. Несколько дней твоя дочь проживет в загородном пансионате, будет купаться в роскоши, какой она никогда не знала. И ты позволишь ей это с улыбкой на лице. А брату ее скажешь… А впрочем, ничего не говори! Он не должен знать обо мне. Соврешь ему что-нибудь. Занятия в школе она пропускать не будет, не волнуйся.

– Да я просто поражаюсь твоей наглости! – заявила Татьяна. – Кто ты такая, чтобы командовать мной и моей дочерью! А ну убирайся отсюда, пока я не спустила тебя с лестницы!

– Не пришлось бы потом пожалеть об этом. – Графиня понизила голос. – Я ведь в курсе некоторых твоих секретов.

Татьяна испуганно распахнула глаза.

– Каких еще секретов?

– Что, если я расскажу кое-что Наташе? – продолжала графиня. – О ее отце, о прошлом ее любимой мамочки? – Она язвительно усмехнулась. – О ваших тесных отношениях с семейством Державиных? Ей это не понравится, уж ты поверь!

– Ты не посмеешь! – испуганно произнесла Назарова.

– Ты уверена в этом?!

– У всех есть свои скелеты в шкафу, – тихо сказала Татьяна. – Да только в твоем их хватит на целый анатомический театр! Я ведь тоже могу кое-что рассказать о тебе!

– Кто станет тебя слушать? Опустившуюся алкоголичку. – Графиня вновь презрительно ухмыльнулась.

– У меня есть проблемы, я это признаю. Но только ты всему виной! – с ненавистью сказала Татьяна. – Это ты, тварь, виновата во всех бедах нашей семьи! Спрашиваешь, кто станет меня слушать? Тот, кого интересуют некоторые подробности твоей жизни! Кто ищет способ насолить тебе! Я знакома со многими членами вашего поганого Клуба. Это настоящий серпентарий, и у тебя там явно целая куча врагов!

Графиня быстро шагнула к ней и схватила за плечи.

– Ты всерьез хочешь тягаться со мной?

– Убери руки, – ответила Татьяна. – Иначе я за себя не ручаюсь!

– Сравни наши возможности, – сказала графиня. – Я все расскажу Наталье о твоих подвигах, и ты лишишься дочери. А что можешь ты? Да и кто тебе поверит?!

Татьяна слегка побледнела. Ее броня дала трещину.

– В конце концов, я не требую от тебя ничего сверхъестественного! – заявила графиня. – Ну отпустишь ее на недельку-другую, что с того? Девчонка отдохнет, немного успокоит свои нервы. К тому же я заплачу тебе за это.

Она вытащила из своей сумочки толстую пачку банкнот и помахала ею перед носом Татьяны.

– Взгляни, сколько денег! Тебе и за десять лет столько не заработать. А я прошу всего пару недель!

Глаза Татьяны алчно блеснули.

– Ладно, – выдохнула она и выхватила у графини деньги. – Черт с тобой! Пусть едет. Но только на две недели.

– А сыну скажешь, что она работает в загородном пансионате.

– Я найду, что ему сказать.

– Рада, что мы поняли друг друга, – миролюбиво сказала графиня.

Татьяна принялась поспешно пересчитывать купюры.

– И помни: обманешь меня – я тебя уничтожу! – сказала ей напоследок Шадурская.

– Проваливай отсюда, – ответила Татьяна. – И чтобы духу твоего больше не было в моем доме. А через две недели ты уволишь Наташку! Чтобы она больше не появлялась в твоем доме и не привыкала к твоей никчемной жизни!

Графиня рассмеялась и вышла из кухни. Наташа с небольшой дорожной сумкой в руках уже ждала ее в коридоре.

– Твоя мама согласна, – объявила ей графиня.

Наташа изумленно взглянула на мать.

– Езжай, – кивнула ей Татьяна. – И смотри у меня! Если узнаю, что ты прогуливаешь школу, выдеру!

Наташа хотела поблагодарить ее и попрощаться, но Татьяна повернулась и ушла в кухню. Графиня поторопила девушку.

– Что ж, пойдем, дорогуша. Анатолий нас уже заждался.

Они вышли из квартиры.

– Как вам это удалось? – недоумевала Наташа. – Она… Она никогда бы не согласилась…

– О, я всегда умею подобрать к каждому уникальный ключик, – улыбнулась в ответ графиня.

Глава двадцатая

В лабиринтах памяти

Наташа Назарова очутилась в мире, о котором всегда мечтала. Пусть всего на несколько дней, пусть ради этого придется пудрить мозги парню из психиатрической лечебницы, но оно того стоило. Ей отвели комнату на втором этаже, прямо напротив комнаты Кирилла.

– Сегодня вы будете ужинать в столовой внизу, – сказала ей графиня. – Вдвоем. Уж ты постарайся очаровать его.

– Хорошо, – кивнула Наташа. – А как прошел аукцион?

– Чудесно! – улыбнулась графиня. – Схема уже у нас, и Михаил Башаров ее изучает. Осталось найти этого таинственного Созерцателя.

Наташа молча отвернулась к окну, за которым уже окончательно стемнело. Она видела в темном стекле свое отражение. Созерцатель – это Катерина Державина. Стоит ли говорить об этом графине? Ведь они точно сотворят с ней что-то ужасное. Нет, она не может так с ней поступить.

– Ты о чем задумалась? – спросила графиня.

Наташа спохватилась и тут же мысленно нарисовала картину узких темных переходов и подземелий особняка.

– О вашем обещании, – ответила она.

– И правда! – вспомнила графиня. – Я ведь не случайно выбрала для тебя именно эту комнату. Когда-то я сама жила здесь, и мой отец показал мне потайной ход. Даже старожилы Клуба Калиостро не знают о лабиринте, проходящем в стенах этого дома.

Она подвела Наташу к большому шкафу из темного дерева, украшенному богатой резьбой. Наташа только что уложила в него свои вещи. Графиня распахнула дверцы и раздвинула вешалки. Затем нащупала на задней стенке какой-то выступ и повернула его. Стенка шкафа отодвинулась, и Наташе в лицо пахнуло сыростью. Графиня вынула из кармана костюма небольшой фонарик и включила его.

– Пойдем, – позвала она ее за собой. – Не бойся, нам ничего не угрожает.

Наташа отправилась за ней. Потайные проходы оказались очень узкими. Если бы Наташа раздвинула локти, они уперлись бы в противоположные стенки. Воздух здесь стоял теплый и влажный, полы под ногами устилали мягкие ковры – чтобы заглушать шум шагов.

В углах в конце каждого из коридоров графиня показала ей лесенки, по которым можно было переходить с этажа на этаж.

– Видимо, прежним предводителям дворянского собрания приходилось часто следить за своими коллегами, – заметила девушка.

– Ты себе даже не представляешь насколько часто! – кивнула графиня. – Члены Клуба Калиостро никогда особо не доверяли друг другу. Зависть, алчность, интриги – обычное дело для нашего собрания.

– Но почему?

– Потому что все хотят обладать властью и могуществом, дорогуша! – усмехнулась Шадурская. – Но при этом мечтают, чтобы их коллеги ничего не получили.

– А вы не боитесь показывать все это мне? – с усмешкой спросила Наташа.

– А кому ты можешь проболтаться? Своим школьным приятелям? К тому же, как я уже говорила, у меня на тебя большие планы. А если предашь меня, уж я сумею порядком усложнить тебе жизнь.

Больше Наташа вопросов не задавала. Они долго бродили по узким коридорам с низкими потолками. В стенах в некоторых местах были проделаны особые отверстия для глаз, они были на самом разном уровне.

– С той стороны эти отверстия замаскированы, – шепотом объясняла графиня. – Ты можешь наблюдать за любой комнатой, тебя же никто не увидит.

Они подсмотрели за горничными, готовившими бальный зал для грядущего бала в честь хеллоуина, понаблюдали за поварами в кухне особняка, посмотрели, чем занимается охрана в своей комнате. Наташе все больше это нравилось. Неплохое развлечение для скучного вечера!

– Вы говорили, что не за всеми комнатами можно следить, – вспомнила девушка.

– Да, некоторые подвальные помещения не оборудованы глазками. Например, старый конференц-зал, где ты пряталась в часах. Но таких помещений мало. А теперь я покажу тебе кое-что важное.

Графиня замерла у одной из стен и приоткрыла заглушку, закрывающую очередной глазок.

– Это личный кабинет старика Векентьева, – пояснила она. – Здесь этот подлый интриган строит планы, собираясь меня свергнуть! Поэтому старайся заглядывать сюда почаще.

Наташа приникла глазом к соседнему отверстию. И едва не вскрикнула! Прямо на нее смотрел Иннокентий Бест.

– Попробовать, конечно, можно, – задумчиво проговорил он. – Но сомневаюсь, что это даст какой-то результат.

– Попытка не пытка, – ответил ему князь Векентьев.

Наташа расслабилась. Бест ее явно не видел. Скорее всего, он рассматривал какую-то картину, висевшую с той стороны стены.

– А это не больно? – спросил еще кто-то.

Наташа узнала голос Кирилла. Иннокентий повернулся и сдвинулся в сторону. Она увидела юношу, сидящего на стуле с высокой резной спинкой. Старик Векентьев стоял за его спиной.

– Ничуть, – ответил Бестужев. – Ты вообще ничего не почувствуешь. А мы попробуем проникнуть в лабиринты твоей памяти. Может, что-то и отыщем.

– Ну, тогда я согласен, – сказал Кирилл.

Бест сел напротив него, вынул из кармана жилетки свои часы на длинной цепочке и поднес их к глазам Кирилла, будто для того, чтобы тот лучше рассмотрел их.

– Видишь узор на крышке? – спросил Иннокентий. – Сосредоточься на нем и старайся не отрывать взгляда.

– Хорошо.

Фокусник начал медленно раскачивать часы перед лицом Кирилла. Наташа поняла, что он пытается его загипнотизировать. Но разве можно ввести человека в транс при помощи каких-то серебряных часов? Но вот Бест щелкнул пальцами, и голова Кирилла упала на грудь. Наташа удивленно раскрыла глаза. Да, этот Иннокентий настоящий мастер своего дела!

– Кирилл, – тихо позвал Бест. – Ты меня слышишь?

– Слышу, – отозвался тот каким-то странным безжизненным голосом.

– Ты полностью расслаблен, – медленно проговорил Иннокентий. – Тебя ничто не беспокоит, ничто не волнует. Твоя голова очищается от всех мыслей. Тебе удобно?

– Удобно, – ответил Кирилл, не поднимая головы.

– Давай вернемся на много лет назад. В ночь, когда случился пожар в твоем доме…

– Я не могу! – вдруг испуганно воскликнул Кирилл.

– Но ты должен! – с нажимом проговорил Бест.

– Нет!

– Ты спокоен. Переживания оставляют тебя. – Голос фокусника успокаивал и усыплял. – И ты возвращаешься туда… В доме твоих родителей собираются гости…

– Да, много машин около ворот… Я вижу их в окно…

– Ты знаешь кого-нибудь из этих людей?

– Лишь одну женщину…

– Что за женщина? – живо спросил князь Векентьев.

– Виолетта Шадурская. Она выглядит намного моложе, чем сейчас…

Наташа застыла. Шадурская тоже присутствовала в доме Башаровых во время того случая?! Графиня рядом с ней даже не пошевелилась, прислушиваясь к словам парня.

– Что они сейчас делают? – спросил Бест.

– Они собираются в большой комнате, – ответил Кирилл. – На втором этаже… Я ложусь в постель и накрываюсь одеялом с головой. Дед входит в мою комнату, он думает, что я сплю. На нем длинный черный плащ… Но я просто лежу с закрытыми глазами. Он уходит и присоединяется к остальным…

– Что происходит дальше?

– Я слышу их голоса. Они что-то поют на непонятном языке. Я выбираюсь из кроватки, иду к двери и толкаю ее…

– Ты подходишь к комнате, из которой раздаются голоса? – спросил Векентьев.

– Ты открываешь дверь, – подхватил Бест. – Что ты видишь?

– Неееет!!! – вдруг закричал Кирилл. – Не надо!!!

Наташа от неожиданности резко отпрянула от стены и едва не налетела на графиню. Та и сама сильно испугалась. Они снова прильнули к глазкам. Кирилл метался на стуле, пытаясь вырваться из рук старика Векентьева, который удерживал его за плечи. Наташа увидела, что глаза паренька закрыты, но на лице был настоящий ужас.

– Сейчас ты проснешься! – быстро проговорил перепуганный Иннокентий. – Раз! Два! Три!

Он хлопнул в ладоши. Кирилл сразу обмяк. Векентьев отпустил его, и они с Бестом обеспокоенно переглянулись. Кирилл выпрямился и недоуменно заморгал, щурясь на ярком свету.

– Что-то случилось? – спросил Кирилл. – У меня сердце стучит, как отбойный молоток…

– Ничего особенного. – Векентьев ободряюще похлопал его по плечу. – У нас ничего не вышло. На сегодня ты свободен. Позже мы повторим попытку.

Кирилл встал, попрощался и вышел из кабинета. Старик и Иннокентий снова встретились взглядами.

– Почему такая реакция? – спросил Векентьев. – Он едва стул не сломал!

– Разум мальчишки словно защищает его от чего-то, – пояснил Бест. – В его мозге будто возведена защитная стена. Вам нужен более сведущий в гипнозе специалист, чтобы парень все вспомнил, но при этом его психика не пострадала бы еще больше. Слышал, вы уже ведете поиски.

– Пока никого подходящего.

Векентьев обошел письменный стол и сел спиной к Наташе.

– Что же такого увидел этот мальчишка? – Он обхватил голову руками. – Что случилось в доме Башаровых? Кто выкрал оставшиеся зеркала Трианона?

– А что вообще известно об этом происшествии?

– Я знаю все только со слов спасателей, которые позже разгребали завалы, – ответил князь. – Что-то взорвалось на втором этаже дома, в том самом зале, где проводился ритуал. Рвануло очень сильно – под ногами людей лопнули перекрытия. Пол первого этажа провалился в подвал. Трианон рухнул и вместе с досками и телами участников ритуала тоже провалился. Выжил ребенок, этот самый парнишка, но только благодаря тому, что в момент взрыва его деда отбросило прямо на него, и тот закрыл его своим телом. Старик Башаров ослеп на один глаз, а мальчишка не пострадал… если не считать проблем с психикой. Еще уцелела Шадурская, она свалилась без сознания на уцелевший пол около стены. А еще медиум, которая проводила сеанс, но она тоже почти ничего не может рассказать.

– Почему?

– Когда раздался взрыв, ее с головы до ног окатило раскаленным жидким стеклом, и от болевого шока она моментально лишилась чувств. Все открытые части тела – лицо, руки – были сильно обожжены. Зрение, к счастью, не пострадало, но с тех пор ее лицо всегда скрыто маской или густой черной вуалью.

– Баронесса Гольданская! – догадался Иннокентий.

Векентьев медленно кивнул.

– Призма провалилась в подвал, и от удара ее основание треснуло. Пожарные приехали буквально через десять минут. Но этого злоумышленнику было достаточно, чтобы извлечь из расколовшегося Трианона два стекла и скрыться с ними!

– И никто ничего не видел?

– Никто! Только этот мальчик в горячечном бреду твердил о каких-то «фигурах в черном пальто». Когда мальчишка пришел в себя, он уже ничего не помнил о той ночи. Выходит, только он и видел воров. Все остальные либо погибли, либо валялись без сознания.

– Странная история! – признал Иннокентий.

– Вот мы и должны ее распутать!

Князь поднялся с кресла и зашагал к двери. Бест отправился следом. Графиня Шадурская закрыла заглушками смотровые глазки и повернулась к Наташе.

– Нам тоже пора, дорогая, – шепнула она. – Первая вылазка оказалась на редкость удачной! Теперь ты знаешь, как это делается.

Они двинулись в сторону Наташиной комнаты.

– Так вы тоже присутствовали при том пожаре? – спросила Наташа.

– Валялась без сознания, как выразился мой коллега, – насмешливо сказала Шадурская.

– Но… что вы там делали? – тщательно подбирая слова, поинтересовалась девушка.

– Видишь ли, дорогуша, Клуб Калиостро не первый раз пытается вернуть себе былое могущество, – немного подумав, начала графиня. – Сейчас они клюнули на обещания Дамы Теней. Им нужны сверхспособности! А Гольданская хочет вернуть себе былую красоту. Они и раньше пытались призывать демонов, которые смогли бы наделить их невероятной силой. Не хочу утомлять тебя подробностями… В доме Башаровых проводили ритуал, который пошел не по намеченному сценарию. Мы пытались призвать какого-то ничтожного демона… Но на наш призыв откликнулся некто более могущественный… Мы просто не смогли совладать с его мощью… Потому все так печально и закончилось. Векентьев не понимает, что прошлое лучше оставить в прошлом. У них есть одно черное зеркало, и этого достаточно, чтобы открыть портал. А собирать Трианон полностью вовсе ни к чему. Они лишь хотят выслужиться перед баронессой фон Шпильце, не подозревая, что это может привести к более серьезным последствиям, чем катастрофа в доме Башаровых.

Больше она ничего не пожелала сказать. Они вернулись в комнату Наташи, и графиня показала девушке, как открывать и закрывать потайную дверцу. Затем она попрощалась и уехала, а Наташа села перед зеркалом и принялась приводить себя в порядок. Сегодня ей предстояло провести первый вечер в обществе Кирилла и хотелось выглядеть как нельзя лучше.

Полчаса спустя в ее комнате зазвонил телефон, и ей сообщили, что ужин подан. Наташа вышла из комнаты и отправилась в столовую. Кирилл уже сидел за красиво сервированным столом. В черной рубашке и черных брюках он выглядел очень привлекательным.

Увидев ее, парень просиял.

– Привет! – воскликнул он. – Так ты теперь тоже живешь здесь! А я все думаю: для кого это поставили второй прибор?

– Да, несколько дней я проведу в этом имении, – улыбнулась ему Наташа. – Надеюсь, ты не разочарован?

– Вовсе нет! Будет с кем поговорить. А то мне кажется, что здешние работники меня побаиваются.

– Ну, их можно понять. С твоим-то… – Наташа осеклась, сообразив, что чуть не сболтнула лишнего.

– Диагнозом? – закончил недосказанную ею фразу Кирилл.

И он рассмеялся. Затем встал из-за стола, подошел и подставил для нее стул. Наташа села, поразившись его манерам. Никто из знакомых парней никогда для нее такого не делал.

– Прошлым, я хотела сказать. А какой у тебя диагноз, кстати? – с невинным видом спросила она. – Извини, если этот разговор тебе неприятен…

– Да ничего страшного, – отмахнулся Кирилл. – У меня целая куча диагнозов, я сам в них ничего не понимаю. Наверное, даже врачи в той клинике запутались. Амнезия, спектрофобия…

– Спектрофобия?

– Это боязнь зеркал, если по-научному – пояснил Кирилл. – Я не люблю смотреть в зеркала. Стараюсь даже не подходить к ним. А если они попадаются на моем пути, отчего-то хочу быстро куда-нибудь убежать и спрятаться.

Эту фобию Наташа хорошо знала. Она и сама побаивалась зеркальных поверхностей после ночи лунного затмения, предпочитая смотреться лишь в небольшие зеркала. А ведь раньше так любила поболтать со своим отражением.

– А еще у меня часто бывают ночные кошмары, – сказал Кирилл. – Но утром я уже ничего не могу вспомнить. Если вдруг что-то припоминаю, тут же зарисовываю это в блокнот. Ну, и самое неприятное – приступы ярости. Иногда что-то словно щелкает в моей голове, и я бросаюсь на людей. А потом тоже не могу этого вспомнить. Вот такой я забавный зверек.

– Ну, если это все, то не так уж страшны твои болезни, – улыбнулась ему Наташа. – Я тебя точно не боюсь.

Хотя информация о припадках буйства ее немного насторожила. Кирилл улыбнулся в ответ. Официантка принесла им ужин: салат, жареную рыбу картофельное пюре, изысканный соус. Наташа едва тарелку не вылизала. Нечасто ей приходилось так вкусно поесть. Кирилл тоже умял все без остатка. А потом парень предложил ей спуститься в сад и немного прогуляться.

– А не поздновато для прогулок? – осторожно спросила Наташа. – Мне завтра еще в школу идти.

– Ты уже хочешь спать?

– Честно говоря, совсем не хочу, – призналась девушка.

– Вот и я тоже. Пойдем, ты не пожалеешь!

Он протянул ей руку. Наташа поднялась и сжала его ладонь. Они вышли из особняка. Стояла тихая теплая ночь, где-то в зарослях без умолку трещали сверчки. Наташа и Кирилл зашагали по садовой дорожке к пруду.

– Так ты всю жизнь провел в клинике? – спросила Наташа.

– Не всю… Но большую часть, – ответил Кирилл. – Там не так уж и плохо. Если бы кормили лучше… как здесь.

– А тебе объяснили, почему ты теперь живешь в этом доме?

– Конечно. Мне сказали, что мой дед, которого я, кстати, практически не помню, накопил денег и хочет нанять лучших врачей, чтобы они наконец вправили мне мозги. Деда я так и не увидел, мне о нем лишь рассказывали. Да и врачей пока не наблюдал. Но я не жалуюсь. Здесь хорошо, да и территория для прогулок намного больше, чем в клинике.

Наташа поежилась. Она вдруг ощутила себя настоящей негодяйкой. Любезничает тут с бедным парнем… А ведь они как только узнают все, что хотят, тут же отправят его в психушку!

– Замерзла? – спросил Кирилл. – Если хочешь, можем вернуться.

– Нет, что ты, – ответила Наташа. – Сегодня так тепло! Просто… я немного нервничаю.

– Все-таки боишься меня? – огорчился паренек.

– Нет! Но я никогда не оставалась здесь на ночь.

– А, вот в чем дело, – расслабился Кирилл. – Можешь не беспокоиться. Ночью здесь тихо, как на кладбище. В здании остаются лишь охранники, но они спокойно сидят в своих комнатах и по дому не бродят. А кстати, почему ты здесь? Графиня и для тебя хочет нанять врачей?

– Нет. – Наташа с улыбкой покачала головой. – Просто меня пригласили. И я не стала отказываться. Графиня очень хорошо ко мне относится, и она… знакома с моей матерью. А дома у нас не очень. Постоянная ругань, скандалы. Вот она и предложила мне какое-то время пожить здесь.

– И я очень этому рад, – сказал Кирилл.

– Я тоже, – ответила Наташа.

Но на душе у нее скребли кошки. Они дошли до пруда и долго любовались его темной поверхностью, блестящей в свете луны. Кирилл рассказывал о своей прежней жизни в клинике, Наташа больше слушала, чем говорила. Затем они вернулись в дом и разошлись по своим комнатам.

К тому времени большие напольные часы в вестибюле давно пробили полночь. Наташа улеглась на большую кровать, которая размерами раза в четыре превосходила ее старенькую койку, и мгновенно уснула. Ей снился Кирилл. Они танцевали, кружась в красивых нарядах, на роскошном балу. Вокруг вальсировали и другие пары, но все смотрели только на них. Наташа чувствовала себя очень счастливой, но сон быстро оборвался.

Среди ночи ее разбудил какой-то непонятный шум. Наташа села в постели с бешено бьющимся сердцем и не сразу смогла понять, где находится.

– Нет! – доносилось из коридора. – Не надо! Нет!!!

Голос принадлежал Кириллу, он звучал приглушенно, словно кто-то пытался заткнуть парню рот. Наташа спрыгнула с кровати и понеслась к двери. Но, вовремя вспомнив, что на ней лишь одна рубашка, она остановилась, накинула на плечи длинный халат и только потом выбежала в коридор. Там стоял полумрак, на стене горели лишь лампы дежурного освещения.

Крики раздавались из комнаты Кирилла.

– Оставьте! Не убивайте! – кричал парень.

Наташа в ужасе подбежала к его двери и нажала ручку. Позади нее послышался чей-то топот. Она обернулась. К ней приближался один из охранников имения. Артур.

– Что случилось? – встревоженно спросил он. – Я слышал крик…

– Понятия не имею!

Вместе они вбежали в темную комнату. Кирилл метался на постели, мокрый от пота. Подушка свалилась на пол, одеяло облепило его, словно саван мумию. Глаза парня были закрыты, но он корчился на кровати, словно на раскаленной сковороде.

– Нет! – снова завопил он. – Мама!!!

Охранник подбежал к нему, схватил за плечи и легонько встряхнул.

– Эй! – крикнул он. – Ты в порядке?!

Кирилл вдруг открыл глаза и с утробным воем бросился на него. Наташа вскрикнула от страха. Парень вцепился Артуру в горло, и они рухнули на пол. Секьюрити попытался освободиться, но Кирилл оказался, на удивление, силен. Они катались по полу, Кирилл рычал, охранник громко хрипел, вцепившись в его запястья. Наташа быстро огляделась. В комнате Кирилла стояла ваза с цветами. Недолго думая она схватила ее и выплеснула всю воду Кириллу на голову.

Кирилл судорожно вздохнул и замер. Затем отпустил охранника и свалился с него на пол. Забившись в угол комнаты, он с ужасом уставился на Наташу.

– Что… здесь происходит? – выдохнул он.

– Психушка по тебе плачет, вот что! – со злостью сказал Артур, поднимаясь на ноги. Он принялся растирать свою шею. – Еще раз такое выкинешь, я тебя на ночь наручниками к кровати пристегну!

– Тебе снился кошмар, – проговорила Наташа. – Мы хотели тебя разбудить… А ты набросился…

– Господи! – Кирилл закрыл лицо руками. – Опять? Как я устал от этого!

– Ладно! – уже спокойнее сказал охранник. – Лучше нам всем успокоиться. Ты, девочка, иди к себе. А я тут наведу порядок.

Наташа хотела остаться, но ей не позволили.

– Все нормально, – сказал ей Кирилл. Он не смотрел на нее и, похоже, испытывал неловкость. – Завтра поговорим.

Наташа вернулась в свою комнату и снова легла в постель. Но уснуть ей еще долго не удавалось. По-видимому, Кирилл все же серьезно болен. И не так уж безопасен для окружающих, как ей показалось сначала. Какая жалость! Ведь он уже начал ей нравиться.

Глава двадцать первая

Правда о Маргарите

Катерине не спалось. Мысли вихрем крутились в ее голове, никак не давая успокоиться. События в музее, разговор с Двуликим и его шокирующие слова о том, что собственная мать пыталась убить ее! Как такое возможно? Доппельгангер мог солгать, но зачем ему это? С другой стороны, мать пыталась помочь ей, прислав на выручку Алекса. От всего этого голова шла кругом. И Матвей… Когда они вернулись из музея, она попросила Матвея показать спину. Он начал отнекиваться. Тогда она подошла и сама задрала его футболку, распоротую Шахиней, и ужаснулась – почти вся его спина была стеклянной. Стекло уже не только целиком покрывало его спину, но и захватывало бока, приближаясь к животу.

– И ты так спокоен? – испуганно воскликнула она.

– А что изменится, если я начну паниковать? – раздраженно спросил Матвей. – Ничего!

Катерина понимала, что он прав, но все же поражалась его стойкости. Что с ним произойдет дальше? Он застынет, словно стеклянная статуя, или действительно превратится в кого-то вроде Пельта или Евдокии?

Катерине было страшно даже думать об этом. Только Алекс мог им помочь. Но мальчишка как в воду канул. Она уже столько раз призывала его, стоя у зеркала, но он не появлялся. Катерина обращалась и к Маргарите, своей матери, но и от нее не было ответа. Жизнь разваливается на части, Матвей стекленеет, на нее охотится доппельгангер! А она не знает, что предпринять. От этой беспомощности девушка, казалось, медленно сходила с ума.

А тут еще Клуб Калиостро во главе с графиней Шадурской! Этим негодяям все же удалось заполучить чертеж Поплавского. Если они построят машину и откроют портал… Страшно представить, чем все закончится. Кто следующий явится с той стороны по ее душу?

Поплавский! Катерина вдруг кое-что вспомнила. Не так давно, листая его дневник, она наткнулась на странную запись. Старик писал о предательстве близких людей. Об отце Катерины, о ее матери… В памяти всплыла одна фраза: «Маргарита в ответ предала его и попыталась сделать нечто поистине ужасное. Если бы я не подоспел вовремя в ту роковую ночь, кто знает, чем бы все закончилось! Хорошо, что малютка Катерина еще совсем кроха и не вспомнит этот жуткий эпизод своей жизни…»

О чем именно он писал? Катерина встала с кровати и подошла к шкафу, где хранила записи отца и Поплавского. Взяв дневник князя в руки, она вернулась в постель. Спать все равно не хотелось, так хоть проведет это время с пользой. Она включила свет и начала листать дневник в поисках нужной записи. Мать исчезла в одну сентябрьскую ночь, когда ей исполнилось пять лет. Катерина нашла нужный год и пролистала несколько страниц. К счастью, князь датировал свои записи. Просматривая его убористые строчки, Катерина нашла описание истории с отцом Игоря и Наташи Назаровых. О том, как он исчез во время выступления Александра Державина. О том, как после этого князь Поплавский случайно стал свидетелем грандиозного скандала между Александром и Маргаритой.

Она ворвалась в театр, словно фурия, – писал князь. – Не обращая внимания на присутствие артистов, Марго буквально билась в истерике. Она кричала на Александра, обвиняла его в чем-то. Все мы были в шоке, ведь ни я, ни другие никогда не видели ее в таком состоянии. Обычно она была весьма сдержанной, мало говорила, а тут вдруг такой срыв! Александр обнял ее за плечи и попытался увести за кулисы, но Марго отбивалась и кричала, что хочет, чтобы все знали о его вероломстве. Я совершенно ничего не понимал. Наконец ему удалось почти силой увести ее в свой кабинет. Они ругались, били стеклянные вещи, едва не дрались. Мы видели это в окно над зрительным залом. Марго металась по кабинету, размахивая руками. В какой-то момент Александр упал перед ней на колени, он явно просил у нее прощения за что-то. Но Марго наотмашь ударила его по лицу, а затем выбежала в коридор. Она выскочила из театра, а он убежал за ней следом.

Катерина взглянула на дату следующей записи. Она вдруг почувствовала, как по ее спине побежали мурашки. Запись датирована пятнадцатым сентября. Ее мать исчезла в ночь с четырнадцатого на пятнадцатое. Катерина принялась читать дальше.

Случившееся невозможно объяснить! Все мы теряемся в догадках. Александр ничего не говорит, он замкнулся в себе и предпочитает проводить время, запершись в своем кабинете. Милицию к расследованию еще не привлекали, но подозреваю, что это придется сделать. После исчезновения Николая Назарова они и так глаз не спускают с «Иллюзиона» и всего, что с ним связано.

После того скандала в театре я места себе не находил от беспокойства. Ведь я знаю Александра с рождения, он вырос у меня на глазах. И Марго я полюбил, словно родную дочь. Это беспокойство усилил странный телефонный звонок, раздавшийся у меня дома. Я поднял трубку, и чей-то жуткий хриплый голос велел мне немедленно отправляться к Державиным! Незнакомец даже не стал ничего объяснять, а когда я спросил, в чем дело, он положил трубку. Поэтому вечером, с самыми плохими предчувствиями, я отправился в особняк Державиных, чтобы выяснить причину столь серьезного раздора и попытаться примирить молодых людей.

Старуха Державина неделю назад отправилась в очередное путешествие на теплоходе, поэтому в доме кроме Александра, Маргариты и малышки Катерины никого не будет. Кто еще, если не я, сможет выступить в роли примирителя, а может, и посредника? В десять часов вечера, когда на улице уже совсем стемнело, я подошел к особняку. Его окна были ярко освещены, а входная дверь не заперта. Я постучал, но ответа не дождался. Тогда я толкнул дверь и вошел. И тут же закашлялся от резкого неприятного запаха.

Я сразу понял: происходит нечто ужасное. В особняке пахло газом, жуткий удушливый запах буквально валил с ног. В гостиной первого этажа слышались нежные, мелодичные переливы, какой-то треск и позвякивание. Из кухни же доносилось громкое шипение. Я настежь распахнул входную дверь, чтобы впустить в дом свежий воздух, и бросился в кухню. Шипение шло от газовой колонки. Шланг оказался сорван, газ выходил прямо из трубы. Я тут же перекрыл кран. Затем метнулся в гостиную, стараясь понять, откуда исходят странные звуки.

Вся поверхность большого зеркала на стене была покрыта рябью, словно вода от дуновения ветра. Увидев это, я похолодел. Зеркальная гладь уже начинала успокаиваться, но где-то в глубине стекла я различил удаляющуюся фигуру женщины. Это была Маргарита!

Я хорошо знал ее походку, ее манеру держать плечи. Она ушла в зеркало!

И в этот момент сверху послышался приглушенный детский плач. Я бросился к лестнице. Какое же потрясение я испытал, войдя в комнату!

Малютка Катерина плакала, лежа в своей кроватке, а по всей детской стояли зажженные свечи, десятки свечей! Я схватил девочку и бросился с ней вниз, на улицу. Какое счастье, что я пришел вовремя и газ не успел достигнуть детской! Иначе трагедии не удалось бы избежать.

Оставив плачущего ребенка во дворе, я вернулся в особняк и распахнул все окна первого этажа. И уже позже, когда я успокаивал Катерину, прижимая ее к себе, страшная мысль закралась мне в голову. Раньше, носясь по пустому дому, я об этом даже не подумал. А ведь Марго пыталась избавиться от дочери! Она зажгла в детской свечи, спустилась вниз и сорвала газовый шланг. А затем… ушла в зеркало!

Но как такое возможно? Без ключа, без машины Калиостро?! А может, ее похитили? Ответа на этот вопрос мы, наверное, уже никогда не узнаем.

Когда Александр вернулся, он застал меня во дворе с Катериной на руках. Девочка к тому времени уже уснула. Я рассказал ему о случившемся, и его охватил невероятный ужас. Его испугала выходка Маргариты. Но ее уход в зеркало, как мне показалось, ничуть его не удивил. Как будто он знал что-то такое, чего не знал я.

Я расспрашивал его, но он упорно хранил молчание. Лишь горячо благодарил меня за спасение дочери. Личность звонившего в ту ночь так и осталась для меня загадкой. Этот человек пытался предупредить меня? Или добивался чего-то другого? Возможно, я никогда этого не узнаю. Александр, Александр… Ты все же нарушил данное мне обещание. Ты вернулся в Зерцалию! Ты даже отправил туда своего соперника… И к чему это привело? Повезет, если малышка Катерина не будет помнить об этом жутком эпизоде в своей жизни. В противном случае тебе придется многое ей объяснить. Открыть ей ту правду, которую ты скрыл от меня.

Следующие записи князя были сделаны лишь полгода спустя, и рассказывалось в них совсем о других событиях. Катерина захлопнула дневник. Ее руки дрожали от волнения. Казимир Поплавский спас ей жизнь, а мать действительно пыталась убить перед своим побегом в Зерцалию! Она же еще сочла Поплавского неприятным типом, увидев его однажды на старом портрете. А, как выяснилось, он являлся хорошим другом ее семьи!

Катерина совершенно ничего не помнила из того, что описывал князь. И рядом не было никого, кто мог бы ей хоть что-то объяснить.

* * *

Утром Матвей сразу понял, что Катерина не спала всю ночь.

– Выглядишь паршиво, – сказал он, когда девушка вошла в кухню.

– И чувствую себя точно так же, – мрачно ответила она. – Я нашла записи в дневнике Поплавского. Это все правда.

Матвей как раз нарезал ветчину для бутербродов, он так и замер с ножом в руке.

– Твоя мать…

– Хотела меня убить, – кивнула Катерина. – Она оставила меня в детской в окружении зажженных свечей, а затем сорвала шланг с газовой колонки. Вот здесь. – Она показала на запаянную трубу на стене. – Похоже, с тех пор в этом доме и пользовались исключительно дровяной печью.

Матвей был потрясен.

– Но почему? – выдохнул он. – И зачем?

– Хотела бы я это знать. – Катерина села за стол.

– Ведь она прислала Алекса, чтобы он помог тебе спастись от Клементины! Если бы она желала твоей смерти, то не стала бы этого делать!

– Я думала о том же. Я звала ее, но она не хочет со мной общаться. Я уже ничего не понимаю…

– И еще кое-что, – замялся Матвей. – Вчера в музее что-то случилось. Я совершенно забыл об этом. Перед тем как удариться головой об пол, я видел кое-кого в аукционном зале. Поэтому Шахиня и сумела подловить меня.

– Кого ты видел?

– Мне показалось, твою мать.

Катерина вытаращила глаза.

– Что?

– Она была среди посетителей аукциона. В темном платье, шляпе и очках, поэтому я не сразу узнал ее. Но потом, в суматохе, шляпа с нее слетела, и я тут же понял, кто передо мной.

– Она следила за нами? – удивилась Катерина.

– Скорее всего. Я хотел крикнуть тебе об этом, но, видно, в тот момент отключился.

– Но почему тогда она не приходит ко мне? Почему следит издалека? – Катерина задумалась, подперев подбородок руками.

– Может, у нее какие-то свои цели? – предположил Матвей.

– Закончить то, что ей не удалось много лет назад? – жестко произнесла Катерина. – Не хочу больше об этом говорить!

– Хорошо, – кивнул Матвей. – А завтракать будешь?

– Аппетита нет.

В кухню вошел Валентин. Он выглядел очень потешно в длинном клетчатом халате до пола и с торчащими во все стороны волосенками.

– Обсуждаете вчерашние события? – поинтересовался старичок. – Да уж, дали мы маху! Кто же знал, что они окажутся такими прыткими!

– И что нам теперь делать? – спросил Матвей.

– Схему мы упустили, и теперь Михаил Башаров соберет для них машину, – рассуждал Валентин. – Но вот для каких целей? Пожалуй, придется мне наведаться в особняк дворянского собрания. Попробую разузнать, что к чему.

– А это не опасно? – встревожилась Катерина.

– Ничуть, – отмахнулся Валентин. – Помните, я говорил о своем приятеле? Это князь Векентьев, он занимает не последнее место в иерархии Клуба Калиостро. Мы с ним знакомы много лет, но он ничего не знает о моих планах насчет черных зеркал. Вот и отправлюсь к старику с дружеским визитом!

– Только будь осторожен, – попросила его Катерина.

– Непременно, – улыбнулся Валентин. – Как приятно, когда о тебе кто-то заботится!

* * *

Вскоре Матвей отвез Катерину в школу. Тут выяснилось, что первый урок отменили. Ученики Катиного класса разбрелись по школьному двору, кто-то отправился в спортзал. Наташа, по своему обыкновению, ушла в библиотеку. А Катерина вдруг почувствовала сильный голод. Зря она все-таки отказалась от бутербродов Матвея. Она нащупала в кармане пиджака горсть монет и осмотрелась. Неподалеку от школы располагался киоск, где торговали горячими сосисками. За прошедшие несколько недель Катерина стала его постоянной покупательницей, и продавец уже даже здоровался с ней при встрече. Катерина направилась к ларьку.

У окошка стоял какой-то парень. На нем был потертый плащ до колен и синие джинсы, значит, он точно не из ее школы. Все мальчишки ходили в школу в форменных костюмах. Его иссиня-черные волосы прикрывали уши и падали на плечи.

– Два хот-дога, – попросил он, протягивая продавцу деньги. – А лучше три! Гулять так гулять!

Катерина замерла, едва не выронив мелочь. Неужели…

– Алекс! – вскрикнула она.

Тот даже подскочил от неожиданности. Затем резко обернулся. Это действительно был Алекс! Его голубые глаза испуганно округлились.

– Что же ты так орешь! – возмутился он. – Я едва из штанов не выпрыгнул!

– Алекс! – Катерина бросилась ему на шею, не обращая внимания на его гневные реплики. – Наконец-то ты пришел!

– Хм, – сразу оттаял Алекс. – Приятно, когда тебя так встречают!

Он обнял Катерину в ответ, оторвав ее от земли.

– Где же ты пропадал? Я столько раз тебя звала!

– То там, то здесь. – Он осторожно поставил Катерину на землю и взял у продавца пакет с хот-догами. Один сразу почти целиком затолкал в рот и принялся энергично жевать. – Дела, внаеф ли!

– Как твое плечо?

– Зажило, как на кошке! Моя тетка знает толк в знахарстве!

Услышав это, Катерина сразу помрачнела.

– Что же ты не сказал, что это моя мать?!

Юноша ничуть не смутился.

– Она сама просила не говорить. Эта женщина – настоящая загадка! Так что тут у вас опять стряслось?

– Кошмар! – выдохнула Катерина. Она огляделась по сторонам. – Давай присядем где-нибудь. Разговор предстоит долгий.

Девушка тоже купила хот-дог. Затем они прошли в сквер неподалеку от школы, уселись на скамейку, и Катерина обо всем рассказала двоюродному брату. О нападении Двуликого, о черных зеркалах, о странном типе в сверкающей маске, который защитил их возле ангара Михаила Башарова. И о страшной беде Матвея.

Алекс слушал ее молча, сосредоточенно жуя хот-доги и лишь изредка изумленно приподнимая брови.

– Да, дела! – вздохнул он, когда Катерина закончила. – Но вынужден тебя огорчить: я даже не знаю, что тебе сказать.

– Как это? – испугалась Катерина.

– Да мне ничего не известно ни о Двуликом, ни о том, как спасти твоего приятеля… Нужно расспросить обо всем твою маму, уж она-то точно сможет помочь.

– И кстати, об этом, – нахмурилась Катерина. – Расспроси ее заодно, почему она пыталась убить меня в детстве!

Алекс поперхнулся хот-догом и закашлялся. Катерине даже пришлось пару раз ударить его между лопатками.

– Что?! – наконец прохрипел он. – О чем это ты?

– Она хотела избавиться от меня. И Двуликому это известно. А еще я прочитала об этом в дневнике князя Поплавского, ведь это он спас меня много лет назад.

– Я впервые об этом слышу – произнес потрясенный Алекс. – Но я попытаюсь все выяснить и потом сообщу тебе.

– Вокруг творится что-то ужасное. Матвей, Двуликий, Клуб Калиостро. Мне кажется, что весь мир ополчился против меня. Я не сплю ночами, все думаю, как защитить себя и своих близких. Я так устала от всего…

– Понимаю, – кивнул Алекс. – Любой бы устал. Но ты всегда можешь скрыться от проблем. Уйти в зеркало, как это делаю я. Надо будет научить тебя, как правильно это делать!

– Уйти в зеркало? – Катерина горько усмехнулась. – Но неприятности-то никуда не денутся. Конечно, ходить сквозь зеркала нужно научиться… Но это не спасение от моих напастей.

– Выберем подходящее место и время, и я покажу тебе, как это делается. Меня заинтересовал этот Двуликий, – задумчиво проговорил Алекс. – Я слышал о доппельгангерах, меняющих свою внешность по желанию, но думал, что это сильно преувеличено.

– А существует много… – Катерина задумалась, подбирая подходящее слово, – разновидностей доппельгангеров?

– О да, – кивнул Алекс. – Властелины постоянно совершенствуют технологии их изготовления. Доппельгангеров отливают на специальном заводе, который принадлежит Повелителю Кукол. Это огромное производство, целый город, где сплошные трубы и конвейеры! Небо над ним постоянно черное от дыма и копоти.

– И какие они есть, разновидности?

– Самые простые и самые старые из них – это безликие рыцари из черного стекла. Их называют Центурионами. Они стоят на улицах городов для устрашения жителей и поддержания порядка. Любой из Властелинов может в любой момент оживить Центурионов, и тогда не поздоровится всем, кто попадется им на глаза. Другой вид – это Лазутчики. С ними ты встречалась, это Пельт и Евдокия. Злодеи похищают людей из других миров и создают их двойников, которые потом занимают места оригиналов. Неизвестно, сколько их еще в вашем мире, пробравшихся сюда с помощью машины Калиостро, либо в периоды лунных затмений. Доппельгангеры, меняющие свой облик, появились относительно недавно. Двуликий относится, по-видимому, как раз к таким. Доппельгангеры всегда служат только одному господину. Как правило, кому-то одному из Властелинов. Хотел бы я знать, кому принадлежит Двуликий!

– Может, Даме Теней? – предположила Катерина.

– Вполне возможно. Это ведь она посылала за тобой Клементину! Та хотела захватить тебя, и Двуликий добивается того же.

– А как можно избавиться от преследования доппельгангера?

– Известно как, – хохотнул Алекс. – Уничтожить его! Только нужно знать некоторые их особенности.

– Какие?

– Кое-что тебе уже известно. Эти бестии боятся металлических предметов. Как и многие низшие демоны.

– А демоны здесь при чем? – удивилась Катерина.

– А как же? – воскликнул Алекс. – Доппельгангер – это ведь обычная стеклянная кукла, в чреве которой заточен низший демон. Поэтому они и служат так преданно Властелинам. Ведь это так свойственно нашим властителям – призывать себе на помощь всякую нечисть!

– Так Матвей тоже станет демоном? – ужаснулась Катерина.

– Этого я не знаю, поэтому не стану пугать тебя раньше времени, – серьезно ответил Алекс. – Так вот, доппельгангера можно уничтожить с помощью металла. Это первый способ. Второй – разбить его, но тут тоже есть своя сложность. Они отлиты из очень прочного сплава. Расколоть доппельгангера можно одним, но очень сильным ударом. Если удар окажется недостаточно мощным, он выживет, и тогда тебе уже самой несдобровать!

– Пельт разлетелся, когда его сбила машина, – вспомнила Катерина. – Врезалась в него на огромной скорости. А псевдо-Евдокия рухнула с лестницы.

– И нам тогда повезло, что это оказалась кукла старого образца. Более новый доппельгангер не разбился бы о деревянные ступеньки! Я видел, как эти монстры прыгали с крыш трехэтажных домов и на них даже царапины не оставалось.

– Машину я не вожу, а скутер Матвея тут не подойдет, – задумчиво проговорила Катерина. – Что же нам делать?

– Ты же первоклассная фехтовальщица! – напомнил Алекс. – А в последнее время значительно улучшила свое мастерство!

– Откуда ты знаешь?

– Ну, я иногда подглядывал за тобой!

Катерина толкнула его в бок.

– Ой! – зажмурился Алекс.

– Ты же обещал!

– А как же иначе я узнал бы, что нужен тебе?

– Тут ты прав, – согласилась Катерина. – Так где ты пропадал столько времени?

– Странная история, – немного подумав, произнес Алекс. – Я узнал недавно… Возможно, что мой отец жив.

Он сунул в рот остатки хот-дога и снова принялся энергично работать челюстями. Катерина не верила своим ушам.

– Ты же говорил, что он погиб, когда Пьер выпустил на него зоргов!

– Я не видел этого собственными глазами, – с набитым ртом ответил Алекс. – Отец исчез во время погони в ночном лесу. А несколько дней назад я повстречал одного старика, которому удалось сбежать из плена тайной полиции. Он утверждает, что видел моего отца! Его держали с ним в одной камере, а потом увезли в неизвестном направлении. Все это время я пытался найти хоть какой-то след, но пока ничего не вышло.

– О, я так рада за тебя!

– Но отец все еще в плену! И неизвестно, жив ли он.

– Но зато теперь у тебя появилась надежда. А это уже много!

– Ты права, – согласился Алекс. – Теперь у меня есть цель – найти его. И помогать тебе конечно же. Ведь ты тоже моя семья!

Катерина едва не заплакала. Семья всегда значила для нее очень много. Для Алекса, похоже, тоже. Он доел хот-дог и с интересом взглянул на вторую сосиску. На его подбородке остались следы от соуса. Катерина не смогла сдержать улыбки.

– Вымазался, как поросенок! – сказала она, вытаскивая из кармана носовой платок.

– Такая вкуснятина, что я слопал бы весь киоск! – признался Алекс, пока она вытирала его лицо. – У нас таких не делают! Так о чем это я? Ах да! Продолжай тренироваться! Нет ничего лучше против доппельгангера, чем крепкая рапира! А еще лучше – боевое оружие! Я вот тоже обзавелся недавно…

Алекс потянулся к рюкзаку и вытащил настоящий короткий меч! Лучи солнца заскользили по отполированному стеклянному клинку.

– Ну ты даешь! – перепугалась Катерина. – А ну спрячь сейчас же! У нас тут не принято с такими тесаками по улице ходить!

– Ну и отсталый же мирок! – ухмыльнулся Алекс.

– Так-так-так! – раздалось вдруг сзади них.

Катерина резко обернулась. Прямо за скамейкой, на которой они сидели, стояли Ирина и Артем. Рядом с ними она увидела и Марину Дасову. В руках девушка держала барабанные палочки, которыми она тут же быстро замолотила по скамейке. Все трое с заинтересованным видом смотрели на Алекса и на его сверкающий меч.

Глава двадцать вторая

Неожиданная встреча

– Поглядите-ка на это, господин Бирюков, – обратилась Ирина к Артему. – Ничего странного не замечаете?

– Странного? – с важным видом изрек Артем. – Гм… С чего бы начать?

Марина не сдержалась и громко рассмеялась.

– А вы что здесь делаете? – удивленно воскликнула Катерина. – Прогуливаете уроки? У нас хоть отменили, но вы ведь учитесь в другом классе!

– Не увиливай от темы, – сказала Ирина, уперев руки в боки. – Придется тебе все нам рассказать. Сначала мы наблюдаем, как на тебя нападают странные люди, меняющие свой облик. Потом мы узнаем, что ты была в музее во время налета. Видели в новостях, как вы с Игорем и Матвеем выходили оттуда. А теперь еще и общаешься с каким-то уголовником! Надеюсь, у него физиономия в кетчупе? Если нет, мне уже страшно!

– Кто это тут уголовник?! – возмутился Алекс.

Ирина молча ткнула пальцем ему в переносицу. Парень скосил глаза к носу, а потом просто задохнулся от негодования.

– Я?!

– А кто же еще?

– Это что за черти? – спросил Алекс у Катерины, кивнув на троицу.

– Сейчас заставлю тебя подавиться своими словами! – ядовито ответила ему Ирина.

– Я не намерен тут выслушивать оскорбления от незнакомой, плохо воспитанной толстухи!

– Кого это ты назвал горой жира?! – разобиделась Ирина. – Да я тебя сейчас под скамейку затолкаю!

Парень вскочил на ноги, легко перепрыгнул через скамейку и выпрямился перед Ириной. Они одновременно загалдели так, что Катерине захотелось закрыть уши руками.

– Придется научить тебя уму-разуму!

– Сейчас отвешу тебе пинков!

– Оборванец!

– Да тебя наверняка из космоса видно! Тебя и Китайскую стену!

– Отличный меч! – умудрилась вставить между потоком оскорблений Марина.

Алекс просиял, тут же забыв о Клепцовой.

– Я сам его выковал! – с гордостью заявил он.

Ирина повернулась к Катерине.

– А он мне нравится, – с серьезным видом сказала она. – Совершенно меня не боится! Но все равно, хватит с ним любезничать. – Она дернула Марину за рукав. – А ну, рассказывайте!

– Ирин, я давно хотела тебе сказать, – призналась Катерина, – да все как-то подходящего момента не было. Ну и сложно говорить о таких вещах… Узнай я сама о подобном несколько лет назад, решила бы, что это бред сумасшедшего.

– Странности меня не пугают, – сказала Ирина. – После того гигантского пса и той катастрофы, когда лысоголовый тип разлетелся вдребезги, словно стеклянный графин!

– А она многое знает, – заметил Алекс. – Может, нам и ее пришлепнуть?

– Не помешает, – кивнул Артем. – Только надо подождать, когда все отвернутся.

Марина рассмеялась, перестав стучать палочками. Катерина вздохнула и подвинулась на скамейке, освобождая место. Много места.

– Садитесь, – пригласила она. – Я все вам расскажу.

Ирина, Артем и Марина тут же с готовностью уселись и приготовились слушать.

– Ты уверена? – спросил Алекс.

– Они мои друзья, – ответила девушка. – И уже не раз мне помогали.

И она рассказала им обо всем, что с ней случилось. Ирина слушала ее, разинув рот. Марина лишь покачивала головой, не веря своим ушам, а Артем, казалось, еще немного и свалится в обморок.

– Вот такие дела, – закончила Катерина свой рассказ.

– Сдается мне… – начал Артем.

– Что?

– Что ты на наркоте! – заявил он.

Алекс и Марина рассмеялись. Дасова даже едва не свалилась со скамейки от смеха. Ирина толкнула Артема в бок.

– А я ей верю! Потому что все сходится с тем, что мы видели. А еще – такое просто невозможно придумать! Катерина, ты в нас не сомневайся! Толку от нас мало, но если что – мы обязательно поможем.

– Верно, – посерьезнев, сказала Марина. – Я всегда готова.

– Спасибо вам, – поблагодарила их Катерина.

– Так что вы собираетесь делать дальше? – спросил Артем. – Как распутать этот клубок тайн?

– Пока не знаю, – пожала плечами Катерина. – Алекс обещал научить меня проходить сквозь зеркала.

– Ого! – воскликнул Артем. – А вот это я хотел бы видеть!

– Вот еще, – сказал Алекс. – Это дело тонкое, требует уединения.

– А мы не станем мешать, – пообещал Артем. – Вы вообще забудете о нашем присутствии! А я за это постараюсь разузнать все, что смогу, о Клубе Калиостро и его членах!

– Нужно будет где-то собраться всем вместе, – сказала Марина.

– Где-то, где есть большие зеркала, – подсказал Алекс.

– Обычно мы все собираемся у меня, – сказала Ирина. – Но зеркала у нас в доме нет. По крайней мере, такого, какое бы вам подошло.

– У меня есть в гардеробе, да только я живу на другом конце города, – сказала Марина. – Но если нужно – милости прошу в гости!

– Мы можем собраться у нас в театре, – предложила Катерина. – Там недавно установили несколько больших зеркал. К тому же вечером в «Иллюзионе» никого не бывает, и нам никто не помешает. Я возьму ключи, там и встретимся. Можно даже сегодня.

– Отлично! – обрадовалась Ирина.

– Ты ведь еще не уйдешь? – спросила Катерина Алекса.

– До вечера-то я точно потерплю, – согласился тот.

– Значит, договорились. Приходите к «Иллюзиону» часов в восемь, – сказала Катерина.

В этот момент в школе прозвенел звонок.

– Нам пора, – сказала Марина.

– Верно. – Катерина повернулась к Алексу. – Можешь пойти к нам домой. Аглая будет рада тебя видеть. Я позвоню ей и предупрежу о твоем визите.

– Вот уж нет! – смущенно ответил Алекс. – Лучше я погуляю по городу, пока вы учитесь. Боюсь, как бы твоя неврастеничная мачеха не довела меня до белого каления.

– Она вовсе не неврастеничная! – запротестовала Катерина.

– Я видел, на что способна эта дамочка, – усмехнулся Алекс. – Да и вообще мне как-то неловко. Уж лучше приду вечером прямо к театру!

– Ну, как знаешь, – кивнула Катерина. – Только не пропадай снова, – попросила она. – Ты мне сейчас очень нужен.

– Не бойся, – заверил ее Алекс. – Я никуда не денусь.

Катерина с друзьями пошла к школе, а Алекс вернулся к киоску и купил себе еще один хот-дог.

* * *

Во второй половине дня Кирилл нашел Наташу в саду. Та сидела на большом камне на берегу пруда и наблюдала за скользящими по воде утками. Кирилл невольно залюбовался ею. Девушка ему действительно нравилась – тихая, спокойная, таящая в себе какую-то загадку. Было в ней что-то, чего он пока не понимал. Вот и сейчас она сидела на берегу отрешенная, задумчивая, и он не решился бы ее потревожить, но сейчас ему не терпелось извиниться перед ней за ночные события и убедиться, что она его не опасается.

– Привет, – тихо произнес он, приближаясь. – Я не очень напугал тебя ночью?

Наташа подняла на него грустный взгляд.

– Нет, – покачала она головой. – Я видела вещи и пострашнее.

– Какие, если не секрет? – удивился он.

– Не хочу вспоминать об этом, – покачала головой она. – Расскажи лучше, что тебе снилось, почему ты так кричал во сне? На этот раз тебе удалось запомнить хоть что-нибудь?

– Да, какие-то неясные обрывки. – Кирилл сел на камень рядом с ней и тоже засмотрелся на плавающих птиц. – Я вхожу в темную комнату, там горит много свечей. И стоят люди в длинных черных балахонах. Они образуют круг, а в центре этого круга возвышается какой-то странный светящийся в темноте предмет.

Наташа внимательно его слушала.

– Вчера меня пытались загипнотизировать, – сообщил Кирилл. – Может, это и стало причиной возвращения моих кошмаров?

– А что это за предмет? – поинтересовалась она. – В твоем сне?

– Я не помню, – ответил парень. – Но мне кажется, я уже видел его раньше. Наверное, я уже не в первый раз вижу этот кошмар.

– А что тебя так напугало?

– Этот предмет… Он источал вселенский ужас, непомерное зло… Я прямо кожей это ощущал. Тебе знакомы такие ощущения? Вроде ничего не происходит, а дрожь пробирает до самых костей. Затем что-то произошло, и собравшиеся люди стали гибнуть один за другим. Что-то проносилось по комнате, какие-то странные полосы тьмы. И еще там полыхал огонь.

– Огонь?

– Да, почему-то все вокруг вдруг вспыхнуло. Может, свечи опрокинулись, может, еще что. И знаешь, что самое страшное?

– Что?

– Я точно знал, что среди этих странных людей были мои мать и дед. И какая-то жуткая сила обрушилась на них…

– Это ужасный сон, – с сочувствием сказала Наташа.

– И каждый раз после такого кошмара я вскакиваю с постели и набрасываюсь на людей, – немного помолчав, продолжил Кирилл. – Потому-то в клинике меня и держали в отдельной палате. Я думал, со временем это пройдет…

– Тот охранник испугался намного больше меня, – попыталась улыбнуться Наташа. Но улыбка получилась очень неестественной.

– Я уже извинился перед ним, – сказал Кирилл. – Но он оказался не так великодушен, как ты.

– Его можно понять. Ты его едва не придушил!

Кирилл тяжело вздохнул.

– Говорю же, я себя не контролирую в такие моменты.

– Ну ничего. Тебе обязательно помогут, – успокоила его Наташа. – Я слышала, что для тебя собираются пригласить очень хорошего врача.

– Уже пригласили, – ответил Кирилл. – Сегодня утром я с ним познакомился, пока ты была в школе. Кстати, он должен прийти сейчас. Если немного подождешь, я представлю вас друг другу. – Он огляделся по сторонам. – А вот и он!

Наташа проследила за его взглядом. И переменилась в лице. По садовой тропинке к ним приближался Валентин, дед Катерины Державиной. Она сразу узнала его клетчатое пальто, широкополую шляпу и трость. Старик пока ее не заметил – их разделяло слишком большое расстояние. Но вот встречаться здесь с ним ей совсем не хотелось.

– В другой раз! – быстро пробормотала она, вскакивая с валуна. – Я только что вспомнила! У меня же очень важное дело!

И Наташа опрометью кинулась по другой дорожке, не дав Кириллу и рта раскрыть. Обогнув пруд, она побежала прямиком к особняку. Старик не мог разглядеть ее лица, но школьную форму явно приметил. Принесла же его нелегкая именно сейчас! Наташа вбежала в вестибюль и едва не столкнулась с графиней Шадурской.

– Что с тобой, дорогая? – улыбнулась та. – За тобой словно черти гонятся!

– Вы почти угадали, – тяжело дыша, сказала Наташа. – Вам известно, что Кириллу наняли психиатра?

– Конечно.

– А что этот психиатр – дед Державиной?

– Вот как?! – Графиня изумленно вскинула брови. – Нет, о таком я впервые слышу. Специалиста искал князь Векентьев, меня только сейчас поставили об этом в известность.

– Вот и пришлось мне убежать, чтобы он меня не узнал.

– Ты правильно сделала, дорогая, – сухо произнесла графиня.

Наташа видела, что та едва сдерживается от ярости. Ей уже приходилось видеть ее в таком состоянии.

– А теперь ступай в свою комнату и запрись там. А я сейчас потолкую с Векентьевым!

Наташа кивнула и побежала наверх.

Графиня отправилась на поиски князя. Вскоре она нашла его на поле для гольфа. Векентьев как раз начал игру с Орловым.

– И как это понимать, князь? – начала Шадурская, приближаясь. – Что же вы не сказали, что доктор мальчишки – это Валентин Державин?!

Векентьев снисходительно улыбнулся.

– А в чем проблема? Граф Державин числился в дворянском собрании, еще когда вы пешком под стол ходили, уважаемая Виолетта. Мы с ним долгое время состоим в приятельских отношениях.

– Вы знаете, о чем я! Он пытался выкупить схему Поплавского!

– Мне известно об этом. Но схема уже у нас, одно из зеркал тоже. К тому же вам известна пословица: «Держи друзей поблизости, а врагов еще ближе»? Меня очень интересует этот человек, и я хочу знать все о его намерениях и действиях. И главное – у него хорошая профессиональная репутация, он настоящий специалист в своем деле. Если он поможет вытянуть из мальчишки информацию, все мы останемся в выигрыше. Так что не извольте беспокоиться, графиня. У нас все под контролем.

И они с Орловым многозначительно переглянулись. Шадурской даже не пришлось читать мысли старика. Она и так догадалась, что за ее спиной зреет настоящий заговор! Но пока она ничего не может с этим сделать.

– Ну, раз все под вашим контролем, я спокойна, – холодно ответила она Векентьеву. – Но если вы переоценили свои силы, то во всех наших неприятностях будете виноваты вы, князь. И ответите за это.

Она повернулась и зашагала к особняку, пытаясь восстановить спокойствие. То, что ее хотят сместить с поста, сейчас, когда она узнала столько всего, графиню не волновало. Она вполне может обойтись и без Клуба Калиостро. Гораздо больше ее тревожил Валентин Державин. Он может помочь Кириллу вспомнить не только о зеркалах, но и о кое о чем другом. О чем графиня давно предпочла забыть и уже не опасалась, что история может выплыть наружу. Придется ей внимательнее следить за Кириллом. Этот мальчик – настоящая бомба замедленного действия. И если что-то пойдет не так, ей придется принять радикальные меры.

Она поднялась на второй этаж и постучалась в комнату Наташи. Та тут же открыла.

– У меня есть для тебя задание, дорогая, – с порога сказала графиня. Она вошла в комнату и закрыла за собой дверь. – Когда ты снова окажешься в доме Державиных, попробуй проникнуть в комнату этого старика.

Наташа испуганно на нее посмотрела:

– Зачем?

– Поройся в его вещах, может, найдешь что-нибудь интересное.

– Но… как я это сделаю?

– Уж найди способ. Ты барышня смышленая, не мне тебя учить. Выжди момент, когда никого из взрослых не будет дома.

– И что мне искать?

– Если теперь Валентин лечащий врач Кирилла, он наверняка начнет делать какие-то записи. А может, он вообще ведет дневник, как большинство стариков из дворянского собрания. Особенно меня интересует, какие цели он преследует. И о чем именно они говорят с Кириллом, когда остаются одни?

– Об этом я могу узнать и у самого Кирилла.

– Вот и хорошо, и постарайся у него это выведать. Но парень, может, и не догадывается, что именно он рассказывает Державину. Тот наверняка будет применять к нему гипноз. Так ты меня поняла?

Наташа медленно кивнула. И как ей выполнить это задание? Шутка ли, пробраться в чужую комнату в чужом доме, да еще и копаться в чужих вещах!

– Я надеюсь на тебя, дорогая, – довольно кивнула графиня. – Слишком многое поставлено на карту. А еще ты обещала принести мне дневник князя Поплавского! Смотри не забудь о своем обещании.

В этот момент в коридоре послышались шаги и чьи-то голоса. Графиня замерла, прислушиваясь. Наташа тоже прильнула к двери.

– Это твоя комната? – донесся до нее голос деда Валентина. – Здесь ты и хранишь свои рисунки?

– Да, – ответил Кирилл. – Я стараюсь их никому не показывать.

– Ну, мне можно. Личный психоаналитик – это все равно что священник.

– А вы действительно хороший специалист?

– Ты можешь мне доверять. Для меня очень важно взглянуть на твои творения. Чтобы помочь тебе все вспомнить.

– Даже не знаю, хочу ли я что-то вспоминать? – пробормотал Кирилл.

– Тебе нужно сделать это. Если ты вспомнишь, что случилось с тобой в детстве, ты сможешь принять эти события, пережить их, осмыслить и научиться справляться со своими воспоминаниями. И твоя тревога уйдет. Ночные кошмары закончатся.

– Ну, если вы так считаете. – Кирилл принялся отпирать дверь, до Наташи донесся скрежет ключа в замке.

– А твоя подруга живет здесь? – спросил вдруг старик.

– Да, прямо напротив. Она чудесная девушка. – Голос Кирилла заметно потеплел. Графиня и Наташа переглянулись. – Надо вам с ней познакомиться.

Он подошел к двери Наташи и громко постучал. Наташа перестала дышать. Кирилл постучал еще раз.

– Наверное, где-то гуляет, – предположил он.

– Значит, познакомлюсь с ней в другой раз, – ответил Валентин.

Они вошли в комнату Кирилла. Графиня улыбнулась Наташе.

– А ты делаешь успехи, милочка, – тихо сказала она. – Этот парень явно влюбился в тебя по уши!

Наташа вдруг покраснела:

– Вовсе нет.

– Поверь мне, я знаю, о чем говорю. Я прочла его мысли.

– А вы не можете прочесть мысли о его прошлом? – спросила Наташа. – О том, что он так упорно не может вспомнить?

– Поверь, я пыталась и не один раз. Но у него в голове словно черная дыра! Он действительно ничего не помнит о том, что случилось с ним в детстве. Только свои более поздние годы.

Графиня вышла из комнаты и быстро зашагала к лестнице. Наташа снова заперлась и присела на край кровати. Кирилл влюбился в нее? Похоже, что так. Графиня довольна, но вот Наташа чувствовала себя довольно скверно. Ведь ей нравится Матвей, а Кирилл… К нему она испытывала симпатию, пусть и сильную, но всего лишь симпатию. Ей не хотелось плохо поступать с ним. Но что поделаешь, если только обман и позволяет ей пребывать в этом чудесном имении?!

Наташа снова подошла к двери и прислушалась. Кирилл и дед Валентин все еще были в комнате, до нее доносился приглушенный звук их голосов. Тогда она приоткрыла дверь и выскользнула из своей комнаты. Графиня дала ей задание, и лучше ей его поскорее выполнить, чтобы не разочаровывать ее. Пока Валентин Державин здесь, она вполне может наведаться к ним в дом и тщательно осмотреть его комнату.

Глава двадцать третья

Хрустальный медальон

У дома Державиных звенели клинки и раздавались громкие крики – Катерина и Матвей, радуясь хорошей погоде, снова тренировались во дворе. Матвей, держа в одной руке длинный, узкий меч и короткий кинжал в другой, с азартом атаковал девушку. Катерина едва успевала уворачиваться от его выпадов. Она сама уговорила его драться в полную силу, ведь сейчас только это могло отвлечь ее от мрачных мыслей.

– Может, все-таки стоит поговорить с Аглаей? – предложил Матвей, сделав очередной выпад. – О тебе и Маргарите?

Катерина не очень грациозно отскочила в сторону, но успела отбить его удар.

– Ей явно… ничего об этом не известно! Иначе она… давно бы мне… все рассказала! – И она наставила на него свой меч.

Матвей быстро скрестил свои клинки и зажал ими оружие Катерины, затем резко крутанул ими в воздухе и вырвал меч из ее рук.

– Возможно, она не хотела тебя расстраивать? И я ее понимаю. Взгляни на себя. Второй день ходишь как в воду опущенная!

– Есть от чего! – вздохнула Катерина и, тяжело дыша, опустилась на землю. – Все, беру тайм-аут!

Матвей наотмашь рубанул ее клинок сверху, и тот выпал из рук Катерины.

– Какой тайм-аут! – возмутился парень. – Ты доппельгангеру тоже тайм-аут предложишь? Тяжело в учении… Сама знаешь!

– Ну, держись! – Катерина быстро подхватила меч с земли. – Сам напросился!

В этот момент ржавые ворота с жутким скрипом отворились, и во дворе показался Игорь Назаров.

– А вы все махаете? – засмеялся он, присаживаясь на нижнюю ступеньку крыльца. – Не надоело?

– А ты сам попробуй, – весело крикнул в ответ Матвей, отбивая очередной выпад девушки. – К тому же нам постоянно нужно совершенствоваться.

– Да, да, скоро выступление и все такое! – вздохнул Игорь.

Катерина наконец остановилась, переводя дух, и повернулась к нему:

– Что-то случилось?

– Мать ругает меня, не переставая! – с обреченным видом пожаловался Игорь. – Наташка уехала, так она все свое внимание теперь переключила на меня.

– Раньше ты вроде ее не особенно слушал, – заметил Матвей.

– Теперь это гораздо сложнее. Наташку она пилит гораздо чаще, поэтому мне удавалось ее игнорировать. А сейчас нет. К тому же она решила начать новую жизнь. По крайней мере пообещала мне это. Больше ни капли спиртного и никаких пьяных приятелей в нашей квартире. Нет, я, конечно, рад переменам, но скандалы в доме так и не прекратились! Только раньше она требовала, чтобы мы работали и приносили ей деньги, а теперь орет на меня за плохие оценки и замечания учителей!

Катерина переглянулась с Матвеем и улыбнулась. «Нам бы его заботы», – читалось в ее глазах. Неожиданно в воротах появилась и Наташа. Выглядела она сногсшибательно, новая работа явно пошла ей на пользу. Девушка словно сошла с обложки журнала – узкие джинсы, яркий топик, короткий желтый плащ, туфли на высоком каблуке. Волосы тщательно завиты в длинные локоны и красиво уложены.

– Привет! – весело поздоровалась Наташа. – Шла вот мимо и решила заглянуть. Чем занимаетесь?

– Тренируются, – ответил за всех Игорь. – А ты где пропадала? Я в школе тебя видел всего пару раз!

Наташа пожала плечами:

– Да вроде нигде. Разве что заходила в библиотеку. А ты за столько лет так и не сумел запомнить туда дорогу.

– Это верно, – согласился Игорь.

– Вы не против, если я забегу в туалет? – спросила Наташа Катерину. – Я вообще-то за этим и зашла…

Игорь рассмеялся. Катерина и Матвей тоже улыбнулись.

– Конечно, – ответила девушка. – Пользуйся на здоровье! Дома никого нет, но ты же знаешь дорогу?

Наташа кивнула и забежала в дом. Катерина и Матвей вновь взялись за оружие. Игорь, подперев голову руками, с интересом наблюдал за их поединком.

– Вжик-вжик! – воскликнул он. – Вперед-назад, вверх-вниз! Мне кажется, у вас мозги в головах должны греметь, как погремушки!

– Раньше так и было, – рассмеялась Катерина. – А сейчас мы уже привыкли.

– Я бы никогда к такому не привык, – признался Игорь.

* * *

То, что в доме Державиных не оказалось никого из взрослых, Наташу только порадовало. Значит, никто не сможет помешать ей осуществить задуманное. Минуя туалет, она тут же направилась в комнату Катерины. Та никогда не закрывала дверь, поэтому Наташа вошла беспрепятственно. Деревянной шкатулки с дневниками Александра Державина на виду не оказалось. А ведь Наташу больше всего интересовали именно эти тетради. Она подозревала, что в дневниках отца Катерины содержится более интересная информация, чем в записях старика Казимира.

Зато дневник князя Поплавского лежал на самом виду на книжной полке! Наташа тут же взяла его и сунула под плащ. Что ж, графиня будет ею довольна.

Затем она направилась в комнату деда Валентина. Наташе не приходилось заглядывать сюда раньше. Толкнув дверь, она увидела большую кровать, шкаф у стены, комод. Небольшая дверца вела в маленькую комнатку, в которой был устроен гардероб. Наташа заглянула даже под кровать. Не найдя ничего интересного, девушка осмотрела ящики комода, потом обшарила шкаф. Вещей у старика оказалось совсем немного, всего лишь пара-тройка костюмов, аккуратно развешанных в шкафу. Взгляд девушки упал на потрепанный саквояж из коричневой кожи, стоявший внизу. Открыв его, она обнаружила несколько толстых блокнотов и маленькую шкатулку из черного дерева. Никаких записей о Кирилле здесь быть не могло, ведь они еще даже не начали курс гипнотерапии и сегодня виделись впервые. Возможно, это были дневники старика.

Наташа вытащила первый блокнот и пролистала его. Абсолютно чистые страницы. Другие блокноты тоже оказались без единой записи. Это показалось ей очень странным. Зачем возить с собой тетради для записей и ничего в них не записывать? Затем Наташа открыла шкатулку и в восхищении замерла. На красной бархатной подушечке на длинной цепочке лежал медальон, и эта вещица была самым чудесным украшением из всех, что Наташа когда-либо видела. Звенья цепи были стеклянными, а возможно, из хрусталя. Сам же кулон представлял собой крупный кристалл, в сердцевине которого девушка разглядела маленькую фигурку ангела с распростертыми крыльями. Фигурка была серебряной, а сам кристалл отливал голубым светом.

Наташа взяла его за цепочку и подняла на уровень глаз. В солнечном свете кулон заискрился так, что солнечные блики запрыгали по всей комнате.

– Красиво, не так ли? – раздалось вдруг у нее за спиной.

Наташа вздрогнула и уронила украшение в шкатулку. Она в ужасе обернулась. Дед Валентин стоял на пороге комнаты и смотрел прямо на нее.

– Я… Я просто…. – забормотала Наташа, отводя глаза в сторону. – Я искала туалет и случайно зашла сюда! А коробочка… лежала на полу! Наверное, выпала из шкафа!

– Конечно, – кивнул старик. – Так оно и случилось. Я так неуклюж и неловок в последнее время. Все время кое-как запихиваю все в шкаф, вот оно и падает.

Он подошел и взял черную шкатулку из дрожащих рук Наташи.

– Это хорошо, что я тебя застал, – сказал он.

– Правда?

– Нам нужно поговорить.

– О чем?

– Думаешь, я не узнал тебя сегодня? В имении дворянского собрания?

Наташа похолодела.

– О чем вы? – нахмурилась она.

– Понятия не имею, что тебе пообещала графиня Шадурская, – с серьезным видом произнес Валентин, – и ни в чем тебя не упрекаю. Но тебе следует знать, что нельзя доверять этой женщине. Она привыкла манипулировать людьми, а затем избавляться от них, как от ненужного хлама.

Наташа решила играть до последнего.

– Я не знаю, о чем вы…

– Мне не надо от тебя никаких признаний. Просто подумай на досуге о моих словах. И впредь выбирай себе друзей более осмотрительно. Катерина ничего не знает, и я не собираюсь рассказывать ей о тебе. Придет время, и ты сама поймешь, что совершила ужасную ошибку. Надеюсь, ты поймешь это раньше, чем когда ничего уже нельзя будет исправить.

Наташа пробурчала в ответ что-то невразумительное и пулей вылетела из комнаты. Она быстро сбежала по ступенькам лестницы и рванула к выходу. Как она могла так попасться! Что теперь он о ней подумает! И наверняка расскажет Катерине и Матвею! Идиотка! Наташа хлопнула себя по лбу. Ворона! Она ударила себя еще раз. Тупица!

– Стукни еще разок, и я буду полностью удовлетворен, – заметил Игорь, выходящий из кухни с яблоком в руках.

– Отстань! – буркнула Наташа.

Она выбежала из дома, Игорь вышел следом, жуя на ходу. Катерина и Матвей уже закончили тренировку и убирали оружие в чехлы.

– Как тебе на новом месте, кстати? – спросила ее Катерина.

– Где? – не поняла Наташа.

– В том пансионате. Игорь сказал, что ты помогаешь ухаживать за больными или что-то в этом роде. Это так благородно с твоей стороны.

– Да, – торопливо кивнула Наташа. – Мне там неплохо. Лучше, чем я ожидала.

Она нащупала под плащом дневник, который так и норовил выпасть.

– Везет, – сказал Игорь. – Я бы тоже с удовольствием пожил где угодно, лишь бы не дома!

– Но это ненадолго, – произнесла Наташа. – Скоро все закончится. Подзаработаю немного и уволюсь. Нужно ведь и учебой заниматься!

Она украдкой огляделась. Дед Валентин за ней не шел.

– А теперь мне пора обратно, – поспешно сказала она. – Работа все-таки.

– Конечно, – согласилась Катерина. – Но ты не пропадай. Сегодня вечером мы собираемся в «Иллюзионе», придут Ирина, Артем и Марина Дасова. Если захочешь, и ты приходи.

– Я подумаю, – ответила Наташа и направилась к воротам, сгорая от стыда. Наверняка сейчас старик смотрит из окна ей в спину и считает предательницей и малолетней воровкой! По правде говоря, она такая и есть.

Глава двадцать четвертая

Зеркальная магия

Ровно в семь часов вечера Матвей остановил скутер у парадного входа в театр «Иллюзион». Катерина легко спрыгнула на землю и стащила с головы шлем.

– И все-таки зачем мы приехали так рано? Ребят еще нет, – огляделась она.

– Может, оно и к лучшему, – ответил Матвей. – Хочу тебе кое-что показать.

– Что ты задумал? – спросила девушка.

– Это сюрприз, – уклончиво сказал Матвей. – Мне кажется, тебе понравится.

Он вкатил скутер вверх по каменным ступенькам прямо к дверям театра. Катерина отперла замок своим ключом, и они втащили мотороллер внутрь. Им пришлось перешагнуть через разный строительный хлам, разбросанный по полу. По стенам вестибюля теперь виднелись массивные стенды с множеством старинных фотографий в красивых рамках. На них были запечатлены моменты из истории театра, выступления знаменитых артистов, портреты известных фокусников и их помощников. Матвей оставил скутер в вестибюле, прислонив его к стене, и они с Катериной отправились наверх. Звук их шагов гулко отдавался в пустых залах театра.

– Ты подожди здесь, – попросил Матвей Катерину, когда они вошли в коридор третьего этажа. – Я за тобой приду.

– Все интереснее и интереснее, – улыбнулась девушка.

Она осталась у дверей, а Матвей быстро пошел в сторону директорского кабинета. Катерина обхватила плечи руками и огляделась в полумраке. Здесь многое изменилось в последнее время. В коридоре теперь висели изящные хрустальные светильники, полусгнившие деревянные панели сменил современный пластик, а пожелтевшие афиши – большие зеркала. На деревянном полу еще местами виднелись следы от когтей Зорга, и это навевало неприятные воспоминания. Но вскоре и пол должны были перестелить.

Пока Катерина изучала результаты ремонта, вернулся Матвей. На его губах играла загадочная улыбка.

– Пойдем, – позвал он. – Теперь можно.

Катерина, в предвкушении чего-то необычного, направилась за ним в бывший кабинет отца. Матвей распахнул тяжелую дверь, и девушка замерла, пораженная увиденным. По всему кабинету горели свечи. Они стояли на письменном столе, на подоконниках, на полках вдоль стен. Помещение освещалось их приятным оранжевым светом, а под потолком блуждали неясные тени. Матвею явно пришлось изрядно потрудиться, он даже принес из подвала старинные металлические канделябры для свечей. Стол был выдвинут на середину кабинета, по обе стороны от него стояли мягкие кресла. А на столе виднелась коробка с пиццей, пара пластиковых контейнеров с салатами, два высоких хрустальных бокала и бутылка колы.

– Что это? – удивилась Катерина.

– Мы с тобой знакомы ровно десять лет. Годовщина вроде как, – смущенно произнес Матвей. – А еще я просто хотел отвлечь тебя от твоих мрачных мыслей.

Катерина бросилась ему на шею.

– Это потрясающе! – воскликнула она. – Признаться, ты удивил меня!

– Рад, что тебе нравится, – улыбнулся Матвей. – А теперь прошу за стол, мадемуазель! Пицца стынет!

Катерина опустилась в одно из кресел. Матвей сел напротив нее. В такой романтичной обстановке даже пицца с колой казалась очень изысканным и дорогим угощением. Катерина тут же впилась зубами в кусок. Матвей распечатал салаты и придвинул к ней один из них.

– И долго ты все это готовил? – спросила она.

– Нет. Дольше всего пришлось зажигать свечи.

– Это лучший вечер в моей жизни! Такого мне никто даже на день рождения не устраивал. В прошлый раз Аглая просто потащила меня в кафе.

– Ну в этом году я придумаю что-нибудь получше, – пообещал Матвей. – Твой день рождения ведь уже не за горами.

– Да, мне стукнет шестнадцать. Даже не напоминай.

– Мне уже шестнадцать и ничего особенного, – усмехнулся Матвей. – Устроим тебе праздник. Если, конечно…

Он замолк, но Катерина поняла, что он хотел сказать. Матвей уже и сам пожалел, что открыл рот. Если к тому времени он не превратится в стеклянную статую, вот о чем он подумал. Девушка сразу помрачнела.

– Кстати, как твоя спина? – спросила она.

– Давай сейчас не будем об этом.

– А когда же об этом? Это пугает меня…

– Я и сам напуган.

– Надо что-то делать.

– Но что? Дождемся Алекса. И вообще сегодня мы не говорим о наших проблемах! Давай просто наслаждаться жизнью!

Девушка молча кивнула. Проблемы никуда не денутся, но действительно, сейчас можно поговорить о чем-нибудь другом. Они поужинали, и Катерина понемногу расслабилась. Все невзгоды отступают на второй план, когда рядом с тобой есть друзья, готовые тебя поддержать. Она взглянула на часы. Стрелка как раз приближалась к восьми. Ирина и ее друзья наверняка уже ждут внизу.

Катерина взяла ключи от входной двери и спустилась в вестибюль. Так оно и было: за стеклянными дверями она увидела Ирину, Артема, Игоря и Марину. Сбоку у Артема висела большая сумка. Но Алекса с ними не оказалось.

– А где же твой непутевый братец? – спросила Ирина.

– Должен подойти, – ответила Катерина, но все же встревожилась. – Неужели что-то случилось?

– Я здесь, – неожиданно раздалось в темном вестибюле.

Зеркало на стене дрогнуло, и Алекс легко вышел из него. Словно вынырнул на поверхность пруда. Артем и девушки на какой-то миг лишились дара речи.

– Вау! – наконец выдохнул Артем. – Это так круто! А на камеру сможешь повторить?

– Легко! – заявил Алекс.

– Никаких камер! – воскликнула Катерина. – Нам мало проблем? Хотите, чтобы все узнали о людях, проходящих сквозь зеркала?

– Да-да, конечно, – тут же согласился Артем, а сам тихонько шепнул Алексу: – Как-нибудь в другой раз!

– Заметано, – кивнул тот.

– А я, кстати, уже давно здесь, просто решил не мешать влюбленным голубкам.

– О чем ты? – не поняла Марина.

По ступенькам спустился Матвей.

– О, – Ирина закатила глаза. – Теперь понимаю!

Марина тоже заулыбалась. Она не сводила с Алекса глаз, и Катерина сразу поняла, что ее двоюродный брат приглянулся юной барабанщице. Они поднялись в кабинет директора. Свечи еще горели, но со стола уже все было убрано. Видно, Матвей перенес остатки пиршества в соседнюю комнату.

– Какая романтика! – Алекс сразу плюхнулся на диван и пристроил длинные ноги на край стола.

Остальные расположились на стульях и креслах, Марина уселась на ковер, по-турецки поджав ноги.

– Мы вас ни от чего не отвлекли? – с невинным видом спросил Артем.

– Ни от чего особенного, – отмахнулся Матвей. – Так, небольшой перекус. А как у вас дела? Узнали что-нибудь?

– Да! – вспомнил Артем. – Я весь вечер просидел в Интернете, пообщался с некоторыми знающими людьми, и они мне такого наговорили про Клуб Калиостро – волосы дыбом встали! Естественно, это все материал непроверенный, но мне тут скинули парочку видеороликов…

Артем вытащил из сумки ноутбук и водрузил его на стол:

– Они случайно появились в сети несколько лет назад. Но только очень быстро кто-то все убрал. Однако нашлись люди, которые успели скачать записи на свои жесткие диски. Только благодаря этому мы сейчас и сможем их посмотреть!

– А что за видео? – спросила Катерина.

– А вот! – Артем нашел нужные файлы и запустил их.

На экране возникли записи старой кинохроники, черно-белые кадры, неровное дергающееся изображение.

– До нас дошли лишь некоторые свидетельства, но и они впечатляют. Это сняли лет шестьдесят назад!

На экране возникла женщина в старинном платье. Она сидела за столом, на котором виднелись различные предметы: вилки, ложки, ножи, пудреница, маникюрный набор с открытой крышкой. Женщина подняла руки и выставила ладони перед собой. Со стола тут же поднялись миниатюрные ножницы и повисли в воздухе между ее ладонями. Женщина шевельнула пальцами. Со столешницы взмыли две ложечки, а затем и пудреница. Предметы просто висели в воздухе, их ничто не поддерживало!

Женщина улыбнулась неизвестному оператору и опустила руки. Все предметы тут же упали вниз.

– Это какая-то графиня, – пояснил Артем. – Она демонстрировала свои способности ученым в научном институте, а они снимали все на кинопленку!

– Это правда? – изумилась Марина. – Точно не монтаж?

– Говорю же, эти записи быстро удалили из Интернета. Значит, кому-то точно было не нужно, чтобы их видели. Может, кому-то из Клуба Калиостро! А следующая запись – вообще бомба! – пообещал Артем. – Ее сделали на центральной площади нашего города во времена революции. Незадолго до того, как власть перешла в руки большевиков. Сами понимаете, видеокамеры в ту пору еще не изобрели. Все снималось на допотопную кинопленку. Так что картинка просто ужасная.

На экране ноутбука возникло черно-белое изображение большой площади. Качество записи действительно оставляло желать лучшего, картинка то и дело тряслась, на экране были постоянные помехи. Но все же рассмотреть происходящее им удалось. На площади шло настоящее сражение. Люди стреляли друг в друга, толпа наступала на большое здание. Было видно, как стекла в окнах осажденного дома разлетались вдребезги. Но внезапно в центре толпы возникла странная темная фигура, прямо на глазах меняющая свои очертания. Словно вихрь из черного дыма закружился в толпе атакующих, во все стороны полетели клочья одежды, брызнула кровь. Изображение шло без звука, но, судя по лицам и раскрытым ртам, все кричали от ужаса. Неведомое существо бросалось на людей и рвало их на части. Оно передвигалось на четырех конечностях, и облик его постоянно менялся.

Алекс нахмурился и придвинулся поближе к экрану.

– Что это? – спросила потрясенная Марина.

– Это монстр, созданный из множества стеклянных осколков, – пояснил Артем. – По крайней мере, так мне сказали старожилы с мистического форума. Повинуясь чьей-то воле, он защищал своего владельца.

– Им управлял кто-то из членов Клуба?! – поинтересовался Игорь.

– Конечно!

Камера резко дернулась вправо, и в кадре появилось еще несколько подобных монстров, бросающихся на людей в разных местах площади. В них стреляли, но стеклянные твари были неуязвимы для пуль. Зато люди вокруг так и валились с ног.

– Да это прямо кадры из фильма ужасов! – поразилась Марина.

– Когда знаешь, что все происходило на самом деле, все гораздо страшнее, верно? – заметил Матвей.

– Это точно, – согласилась Ирина. – Жуткие твари!

– Гештальты, – произнес вдруг Алекс, молчавший все это время.

– Что? – переспросила Катерина.

– Эти твари называются гештальты, – пояснил он. – Мне доводилось видеть таких на моей родине. Создать подобного монстра способны только самые могущественные колдуны. Для этого нужно много стеклянных осколков. Само по себе чудовище бестелесно, но, вбирая в себя осколки, оно обретает тело из битого стекла, а затем набрасывается на противника. Видели, как там на пленке окна осыпались? Властелины раньше использовали таких чудовищ для подавления народных восстаний. Если гештальт ворвется в толпу людей, мало кто уцелеет. Он просто рвет на части все, что попадается ему на пути. Поэтому наш народ и смирился с властью колдунов. Никто не в силах противостоять им.

– Подожди-ка, – нахмурилась Ирина. – Но это снято здесь, в городе. Выходит, эти гештальты, – она кивнула на экран, – созданы в нашем мире? Какой же магической силой обладали их творцы! Хорошо, что сейчас на такое никто не способен!

– Члены Клуба Калиостро хотят вернуть себе былое могущество, – сказал Алекс. – Потому они и взялись за воссоздание машины Калиостро. Нельзя этого допустить!

– Но как мы можем им помешать? – спросила Марина. – У них деньги, связи, влияние… А мы… горстка школьников!

– Но ведь Катерина и ребята однажды уже сумели остановить злодеев! – заявила Ирина. – Значит, смогут и сейчас! А мы им в этом поможем! Ты же не хочешь, чтобы такие вот гештальты ворвались на наши улицы!

– Конечно нет! – перепугалась Марина.

Игорь посмотрел на Алекса, затем на Катерину.

– Вы хотели показать нам, как будете проходить сквозь зеркало! – напомнил он.

– Я ничего не хотел, – сразу заявил Алекс. – Это вы вбили себе в голову, что мы тут будем шоу устраивать!

– Я не против, – пожала плечами Катерина. – Честно говоря, я понятия не имею, как это делается.

– Могу хоть сейчас показать, – повернулся к ней Алекс. – Ну что, ты готова к учебе?

– Готова, – кивнула девушка. – А что для этого нужно?

– Только зеркало с тебя ростом.

– У дверей кабинета есть большое зеркало, – заметил Матвей. – Мы проходили мимо него.

– Верно, – вспомнила Катерина. – Оно подойдет?

– Вполне, – кивнул Алекс.

Они вышли в коридор и остановились у большого зеркала. Остальные ребята высыпали за ними следом.

– Все прибежали поглазеть? – ухмыльнулся Алекс. – Вы еще журналистов пригласите!

– А мы уже и так здесь. – Ирина помахала ему рукой. – Но расслабьтесь. Дальше нас это никуда не пойдет!

Катерина взглянула на свое отражение. Ее всегда интересовало, как можно пройти сквозь стекло? Ведь оно такое твердое… Таинственная зеркальная магия не переставала ее удивлять.

– Отойдите подальше! – скомандовал Алекс ребятам. – Ей нужно сосредоточиться, а вы будете мешать!

Ирина, Матвей и остальные отошли обратно к кабинету. Но из коридора не ушли.

– У меня даже мороз по коже, – призналась Марина.

– А у меня-то! – ответила Катерина и поежилась.

Сердце в ее груди сжалось в ожидании чего-то жуткого. И невероятно захватывающего! Алекс тем временем сунул руку в карман плаща и извлек длинную серебряную булавку с хрустальной головкой.

– Обычно это происходит так, – с важным видом произнес он. – Протыкаешь себе палец и кладешь руку на зеркало. И оно словно приглашает тебя войти. Узнает кровь Калиостро в твоих жилах. Ведь заклятие построено на его крови!

– Давай. – Катерина протянула руку за булавкой. – И где я окажусь?

– Попробуй для начала просто погрузить руку в зеркало, а вообще все зависит только от твоего желания. Обычные люди способны проникать на ту сторону только с помощью зеркальной машины. Они входят в портал здесь, а оказываются в старинном особняке, где установлена точно такая же машина. Но мы, Созерцатели, ничем не ограничены. Если ты войдешь в зеркало, ты сразу же перенесешься в Зерцалию. Выйдешь там из одного из зеркал, которых великое множество на улицах, площадях либо в лесах и горах. Зеркала у нас стоят повсюду. Но тут следует соблюдать осторожность, чтобы не оказаться в чужом доме. Или того хуже – в особняке какого-нибудь аристократа. Тогда тебе точно не поздоровится.

– А этим можно как-то управлять? – спросила девушка.

– Естественно! Ты будто видишь перед собой множество дверей и просто выбираешь нужную. Можно оказаться в любом месте, где ты бывала раньше и которое хорошо себе представляешь. Нужно только мысленно вызвать его образ в своей голове. Причем не обязательно в настоящем времени…

– Что? – опешил Артем. – Так сквозь зеркала можно путешествовать и во времени?

– Конечно! – ответил Алекс. – Главное – точно знать нужное время и место, куда ты хочешь попасть.

– Вот оно что! – вспомнила Катерина. – Те картины в музее! Возможно, на них и правда была изображена моя мама! В такое трудно поверить, но слова Алекса все подтверждают! Она перемещалась в прошлое! Встречалась там с Калиостро!

– О чем это вы? – не поняла Ирина.

– Мы видели в краеведческом музее картины, на которых мать Катерины изображена вместе с Калиостро, – ответил Матвей.

Клепцова вытаращила глаза:

– С ума сойти!

– Если и так, мне ничего об этом не известно, – сказал Алекс. – Но Маргарита настоящий спец в подобных путешествиях. Она разбирается в этом лучше всех, кого я когда-либо знал!

– Круто! – выдохнул Артем.

– Да, это очень захватывающий процесс. Но и очень опасный. Если задумаешься о чем-то постороннем, если будешь сильно нервничать, тебя может забросить неизвестно куда! Попробуй потом отыщи обратную дорогу!

– Тогда это точно не для меня. В последнее время я постоянно думаю о слишком многих вещах, – сказала Катерина.

– Да расслабься, я ведь с тобой! – усмехнулся Алекс.

– Ну хорошо. – Катерина сделала глубокий вдох и уколола булавкой безымянный палец. Тут же выступила бусинка красной крови.

– А теперь осторожно протяни руку к зеркалу, – сказал Алекс.

Катерина медленно вытянула руку.

И она сразу же почувствовала это! Зеркальная поверхность дрогнула перед ней, заволновалась, словно водная гладь на ветру. Чем ближе она подносила руку, тем сильнее волновалось стекло. От него шел приятный холодок… Коридор наполнился чарующим мелодичным звуком, который она уже не раз слышала. В воздухе звенели кристаллы, происходило что-то волшебное… Катерину неудержимо влекло к стеклу, ее охватил трепет. Зеркало звало и манило, словно приглашая войти.

– И что? – вдруг раздался голос Игоря. – Что-то я ничего не вижу!

Зеркало тут же успокоилось. Звуки прекратились. Катерина приложила руку к прохладному стеклу и уперлась в твердую поверхность.

– Болван! – выдохнула Ирина. – Не мог потерпеть!

Матвей тихо усмехнулся.

– А что такого? – не понял Игорь.

– Вот об этом я и говорил! – с досадой заметил Алекс. – Попробуй тут сосредоточься!

– Но я, кажется, поняла, как это происходит, – сказала Катерина. – Попробуем еще раз?

В этот момент в ее сумке, которую она оставила на столе, зазвонил сотовый. Катерина сразу узнала мелодию своего звонка.

– Кто это? – удивилась она. – Вроде бы все, кто мне может звонить, тут собрались?

Пришлось вернуться в кабинет. Катерина сунула кровоточащий палец в рот, затем достала телефон из сумки и ответила на звонок. Это был Прохор.

– Кать, Аглая не с вами? – озабоченно спросил он.

– Нет, – ответила Катерина. – А разве она не с тобой?

– В том-то и дело! Мы недавно поужинали. Я поднялся на чердак, чтобы навести там порядок, и в этот момент услышал, как в дверь позвонили. Аглая пошла открывать. Не знаю, кого она там увидела, но слышал, как она сказала: «Снова вы!» Когда я спустился, дверь была нараспашку, а Аглая куда-то пропала! Я позвонил ей, но телефон валяется на полу в прихожей. Она ведь без него никогда из дома не выходит!

Катерина встретилась с Матвеем взглядом.

– Что-то случилось? – забеспокоился он.

В этот момент внимание Катерины привлек какой-то посторонний шум. Они стояли прямо напротив окна в зрительный зал. Катерина точно помнила, что выключила в вестибюле свет, но сейчас в зале светился прямоугольник двери. Значит, кто-то снова включил электричество!

– Наверное, кто-то из наших, – заметил Матвей.

– Что им тут делать в такое позднее время? – возразила Катерина.

– Пойдем посмотрим, – предложил Матвей.

– Что там у вас? – спросил по телефону Прохор.

– Мы сейчас в «Иллюзионе», – ответила Катерина. – И кто-то только что зажег свет на первом этаже. Может, Аглая решила прийти сюда?

– Она ничего мне об этом не говорила, – сказал Прохор. – Хорошо, я сейчас к вам приеду!

И он отключился.

Глава двадцать пятая

Столкновение

Ирина, Артем, Игорь и Марина встревоженно смотрели на Катерину и Матвея. Алекс вошел в кабинет, что-то жуя на ходу. Похоже, он заглянул в соседний кабинет и обнаружил остатки пиццы.

– Что происходит? – забеспокоился Игорь. – Опять что-то стряслось?

– Нужно проверить кое-что, – стараясь сохранять спокойствие, ответила Катерина. – Кажется, у нас гости.

– А вы кого-то еще ждали? – спросил Артем.

– В том-то и дело, что нет.

– Хм, – изогнул бровь Алекс. – Я с вами.

Катерина вышла из кабинета и направилась к лестнице. Матвей с Алексом пошли за ней, вскоре и остальные присоединились к ним. Артем прихватил со стола свой ноутбук и на ходу пытался засунуть его в сумку. В вестибюле первого этажа слышались чьи-то шаги и какой-то протяжный скрежет. Уже на первом этаже Катерина поняла, что непрошеный гость явно не из их труппы. Всех артистов она знала по голосам.

Добравшись до двери, ребята осторожно выглянули в вестибюль. У входа Катерина увидела Иннокентия Беста. Он с насмешливым выражением лица поклонился и пригласил кого-то войти. Шахиня стояла рядом с неприятной улыбкой на губах.

В вестибюль вошла Аглая. Катерина очень удивилась. Что ее мачеха делает в компании этих проходимцев? Было очевидно, что пришла она по своей воле. Аглая шла свободно, хотя и несколько неуклюже. Она двигалась медленно, словно бы вслепую, c осторожностью делая каждый шаг и нащупывая под собой пол. Взгляд широко открытых глаз был бессмысленный. Затем в вестибюль вошел Михаил Башаров в грязном брезентовом комбинезоне, за ним следовало еще несколько человек в черной форме.

– Вы вошли в театр, Аглая, – вкрадчиво проговорил Иннокентий. – Но теперь вам нужно попасть в подвал! Где вы храните ключи от этой двери?

– Здесь, – тихо ответила Аглая.

Словно сомнамбула, перешагивая через валяющиеся на полу строительные инструменты, она прошла к подсобке, где на стене висели ключи от всех помещений «Иллюзиона», и вскоре появилась оттуда со связкой в руках.

– Ничего не понимаю, – шепотом произнесла Катерина.

– Она под гипнозом! – ответил Матвей. – Как-то я наблюдал подобное в цирке…

– Они загипнотизировали ее, чтобы она открыла им театр? – удивилась Катерина.

– Не театр, – подал голос Игорь. – А вход в подвал, где хранится машина Калиостро!

– Боже! – перепугалась Катерина. – Они хотят забрать детали машины, чтобы воссоздать ее по схеме Поплавского!

– Это бандиты? – тихо спросила Ирина.

– Это и есть люди из дворянского собрания, – ответил ей Игорь.

– Ой-ой! – пискнула Марина.

Аглая отперла подвал и замерла в нерешительности. Иннокентий сделал знак своим людям. Шахиня, Башаров и их спутники тут же распахнули дверь и скрылись в подземелье. Из темного проема виднелся свет мечущихся по стенам лучей фонариков. В вестибюле остались лишь Иннокентий и безмолвная Аглая.

– Что будем делать? – спросил Игорь.

– Сейчас сюда приедет Прохор, – ответила Катерина. – Нам следовало сразу же вызвать полицию!

– Пока те тут появятся, Бест уже все утащит! – возразил Матвей. – Может, остановим их сами?

– Ты видел, сколько их?

– Но сейчас тут только Бестужев и Аглая! Втолкнем его в подвал и запрем дверь на ключ, – предложил Матвей.

– А это мысль! – согласился Игорь.

И не успел никто и слова сказать, как он открыл дверь и выбежал в вестибюль.

– Эх, не дали нам сегодня поупражняться, – сказал Алекс и бросился за ним.

– Придурки! – крикнула Ирина и тоже понеслась за ними.

Что оставалось Катерине? Только последовать за всеми, так и не решив, что предпринять. Когда ребята появились в вестибюле, Иннокентий Бестужев даже не удивился.

– Детишки? – спокойно произнес он. – А ну стоять!

В его руке невесть откуда появился пистолет. Игорь тут же притормозил. Ирина и Алекс тоже остановились. Катерина мысленно обругала Игоря. Бестужев ведь уже один раз угрожал им пистолетом. Как можно быть таким недальновидным? Матвей, Ирина и Артем вышли в вестибюль и тоже замерли.

– Сколько же вас тут?! – усмехнулся Бестужев. – Что, не сидится дома в такое позднее время?

– Что вы здесь делаете? – с вызовом спросила Катерина, стараясь придать своему голосу твердость, и вышла вперед. – Вы нарушили границы частной собственности!

– Нарушил? – Фокусник удивленно вскинул брови. – Твоя мачеха сама нас впустила, ведь так?

Аглая стояла, не шевелясь и уставясь в одну точку.

– Что вы с ней сделали? – воскликнула девушка.

– Она под гипнозом. Но ты не беспокойся. Когда мы уедем, она придет в себя.

– Что вам нужно? – вмешался Матвей.

– А ты не знаешь? Нам нужна машина Калиостро!

– Она сломана.

– Ничего, починим.

– Но зачем? – спросила Катерина. – Разве вы не понимаете, что это может кончиться очень плохо?

– Для кого? – Фокусник усмехнулся.

– Для всех!

– Лично для меня эта машина – способ открыть новые горизонты! Я стану величайшим иллюзионистом, прославлюсь на весь мир. Потому я и согласился участвовать в этом деле.

– А если вас обманули? – сказал Алекс. – Всех вас. Властелины способны на ужасные вещи, но они могут быть очень милыми, если им что-то нужно!

– Пусть так, – кивнул Бестужев. – Но и у нас найдется пара козырей в рукаве. Вы что же, думаете, мы такие наивные? Клуб Калиостро сможет приструнить любого, прорвавшегося с той стороны!

– Вы слишком самонадеянны! – заявил Алекс.

– Не дерзи мне, сопляк! Ты сам-то кто такой? Что-то твоя физиономия мне не знакома! Как и этих. – Иннокентий махнул пистолетом в сторону Ирины, Артема и Марины.

– Это мои друзья! – сказала Катерина.

– Друзья? Непозволительная роскошь в наше время.

– Что вы об этом знаете? – презрительно произнес Матвей. – У вас и друзей-то нет. Одни сообщники!

– Лично мне так гораздо удобнее, – усмехнулся Иннокентий.

Двери, ведущие в подвал, распахнулись. Первой из подземелья вышла Шахиня.

– Выносите! – скомандовала она, взмахнув фонарем.

Тут же двое угрюмого вида парней вытащили в вестибюль большой деревянный ящик.

– У нас гости? – удивилась Шахиня, заметив Катерину и ее друзей.

– Всего лишь горстка перепуганных ребятишек! – ответил Иннокентий.

– А нужны ли нам свидетели?

– Как раз сейчас я обдумываю этот вопрос!

Шахиня оглянулась.

– Вам еще многое понадобится? – обратилась она к человеку, поднимающемуся из подвала.

– Нет, – ответил чей-то голос. – Но потаскать еще придется, они безумно тяжелые. Мы ведь не собираемся в точности воссоздавать машину, нам нужен лишь зеркальный круг и механизм, который поворачивает всю эту махину.

Из дверей показался Михаил Башаров. Он нес в руках большую стеклянную шестерню. Старик аккуратно положил ее на деревянный ящик.

– В основе нашего устройства будет не пульт с ключом, а черное зеркало. Значит, придется внести кое-какие поправки в соответствии с древними чертежами. Опять эти мерзкие дети! – скривился старик, увидев ребят. – Все еще что-то вынюхивают? Может, пора избавиться от них, чтобы не путались под ногами? Вы только гляньте на них! Толстуха вообще выглядит так, словно недавно сбежала из колонии для несовершеннолетних!

– Что ты сказал, мерзкий старикашка?! – завопила Ирина. – Да я тебя в порошок сотру!

Она наклонилась и схватила с пола монтировку. Башаров испуганно попятился назад.

– Ну, что я говорил? – крикнул он. – Вы видите? Они опасны!

Двое охранников в черном вытащили из подвала еще несколько ящиков и поставили у дверей. Затем люди Бестужева принялись выносить их из вестибюля. Все это время фокусник держал ребят под прицелом. Когда грузчики наконец закончили свою работу, Иннокентий скомандовал:

– А теперь все в подвал! Живо!

– Собираетесь запереть нас в подземелье? – испугалась Марина.

– А ты хочешь, чтобы я тебя пристрелил?

– На вашем месте я бы все же избавился от них, – мрачно бросил Башаров. – Они ведь все разболтают полиции!

– О том, что мы по просьбе мачехи этой маленькой негодницы вынесли из театра кучу ненужного хлама? Полиции неизвестно не только о ценности машины Калиостро, но даже о самом ее существовании, – ответил Иннокентий.

– Как знаете, – махнул рукой старик.

Однако ребята не торопились спускаться в подземелье. Шахиня распахнула двери подвала еще шире.

– Спускайтесь сами, или придется скатиться туда кувырком, причем вам сильно повезет, если без пули во лбу! – угрожающе заявила она.

– Будет вам наука, – злобно сказал Башаров, – как связываться с Клубом Калиостро!

Катерина и Матвей в нерешительности замерли. Все остальные сгрудились позади них. Катерина уже пожалела, что назначила друзьям встречу в «Иллюзионе» и, сама того не желая, впутала всех в неприятности. Хотя нет. Виной всему этот проклятый Иннокентий и его приспешники! Это они вломились в театр, используя Аглаю! Хватит винить во всем себя, нужно срочно придумать, как выпутаться из этой непростой ситуации! Жаль, что она не захватила с собой рапиру!

В этот момент в вестибюль вошел Прохор. Он хмуро оглядел присутствующих, и его взгляд остановился на Катерине.

– Наконец-то! – облегченно выдохнула девушка. – Ты вызвал полицию?

– К чему? – произнес Прохор. – Мы здесь и без полиции обойдемся. – И левой рукой он медленно достал из-за спины длинный стеклянный меч.

Катерина в ужасе на него уставилась.

– А это еще кто? – поинтересовался Артем. – На чьей он стороне?

– Это не отец, – напряженно вглядываясь в него, проговорил Матвей. – Отец правша!

– Догадливые, паршивцы! – произнес Двуликий. Это был он.

– Смотрите, кто к нам пожаловал! – нахмурился Иннокентий. – Старый знакомый, если не ошибаюсь?

– Это та тварь из черного зеркала? – испуганно спросил Башаров.

– Тварь?! Повезло тебе, что я тороплюсь, старик. Иначе поучил бы тебя учтивости!

– Что тебе нужно? – спросила Шахиня.

– До вас мне нет никакого дела, – ответил ей Двуликий. – Но девчонку я заберу с собой.

– Забирай хоть всех! – ответил Бестужев. – Хлопот нам будет меньше.

– Особенно ту толстуху, – вставил Башаров.

– Не забывай, в чьих руках монтировка! – напомнила ему Ирина, и изобретатель испуганно спрятался за спину Бестужева.

– Все мне не нужны. Только одна… – Доппельгангер смотрел на Катерину так, словно хотел ее проглотить. – Хозяин будет мной доволен!

Он сделал шаг в сторону ребят. Алекс вытащил из своего рюкзака меч и выставил перед собой. Двуликий остановился. Шахиня рассмеялась.

– А этот мальчишка не так прост!

– Она пойдет со мной! – прошипел Двуликий.

– Нет, – покачал головой Алекс.

– Ни с кем я идти не собираюсь! – воскликнула Катерина.

– Думаешь, этот щенок сможет тебя защитить? – взвизгнул доппельгангер.

– Ну, пара щенков с тобой справится, – выступил вперед Матвей. Он присел и поднял с пола короткий ломик.

– Посмотрим, – кивнул Двуликий.

И, замахнувшись стеклянным мечом, ринулся вперед. Все бросились врассыпную. В этот момент входные двери театра с грохотом распахнулись. В проеме возникла высокая фигура в длинном темном плаще со сверкающим жезлом в руках. На голове пришельца блестел шлем с забралом из серебристого стекла, целиком скрывавший его лицо, торс прикрывал панцирь из блестящих пластин. Тот самый рыцарь, что защитил Катерину и ее друзей у ангара Башарова!

Двуликий в замешательстве замер. Незнакомец высоко поднял руку в серебристой перчатке, и доппельгангера отшвырнуло в сторону, словно от удара молотом. Двойник Прохора врезался в деревянные двери зрительного зала и рухнул навзничь. Иннокентий Бест вскинул пистолет и выстрелил. Человек в шлеме отмахнулся от пули жезлом, словно от назойливой мошки. Изменив траекторию, пуля попала в окно в паре метров от него и разнесла стекло вдребезги.

– Скипетр Макропулоса! – сказал потрясенный Бестужев. – Ты кто такой?!

Рыцарь не ответил. Выбросив вперед руку, он сжал пальцы в кулак. Большой стенд с картинами, висевший позади Бестужева, с треском оторвался от стены и с еще большим грохотом рухнул вниз. Иннокентий отпрыгнул в сторону и покатился по полу. Ребята застыли на месте, пораженные увиденным. Неизвестный в шлеме бесшумной тенью скользнул по вестибюлю и бросился на бандитов. Раздались выстрелы, но он ловко уворачивался от пуль, одновременно раскидывая грабителей магическим скипетром в разные стороны.

В этот момент за спиной Катерины что-то мелькнуло. Марина взвизгнула. Катерина обернулась. Снова Двуликий! Он был совсем близко. Игорь схватил валявшийся неподалеку обрезок трубы и размахнулся. Монстр прыгнул на Катерину, но в тот же миг мощный удар отшвырнул его от девушки.

– Почему он не разбился? Он же стеклянный! – с недоумением воскликнул Игорь.

Доппельгангер обернулся и кулаком ударил его в лицо. Парень навзничь упал на пол и затих. Алекс, размахивая мечом, прыгнул на Двуликого.

Тем временем рыцарь в зеркальном шлеме расшвыривал бандитов в разные стороны так, словно те ничего не весили. Шахиня прыгнула было на него сзади, но Ирине удалось изо всей силы толкнуть злодейку, и та свалилась на пол.

– Маленькие мерзавцы! – прохрипел где-то рядом старик Башаров. Он подхватил с пола пистолет, оброненный Бестужевым, и направил его на Ирину и Артема. – Вы еще пожалеете, что ввязались во все это!

Матвей подскочил к нему сзади, схватил за плечи, резко крутанул вокруг себя и швырнул в открытый подвал. Башаров с воплем покатился вниз по ступенькам. Пока Алекс отбивался от атак Двуликого, человек в шлеме продолжал сражаться сразу с двумя грабителями, размахивающими монтировками. Артем вытащил из кармана мобильник и дрожащими руками стал набирать телефон полиции. Лишь загипнотизированная Аглая, прислонившись к стене, сохраняла спокойствие. Двуликий изловчился и ударил ногой Алекса в живот. У того перехватило дыхание, и он упал на колени. Доппельгангер тут же бросился к Катерине. В это же время к девушке устремилась и Шахиня.

Катерина оказалась меж двух огней. Шахиня сорвала с шеи свое ожерелье, и то превратилось в длинный сверкающий трос. Двуликий снова замахнулся мечом. Человек в зеркальном шлеме резко обернулся и вскинул руку. Какая-то неведомая сила с невероятной быстротой отдернула Катерину назад, и девушка проехалась по полу покрытому пленкой, как будто ее волокли за шиворот.

Одновременно в воздухе взвилась золотая петля, и конец троса Шахини обвился вокруг клинка доппельгангера. Она с силой рванула его, Двуликий не удержался на ногах и полетел вперед. Злодейка успела подставить колено, и тот с размаху грохнулся об него своей челюстью. Лже-Прохор изумленно крякнул от боли и рухнул на мраморный пол. Человек в шлеме снова вскинул руку и сжал пальцы в кулак. И, повинуясь его воле, еще один огромный стенд оторвался от стены и свалился прямо на бандитов. Обломки гипса и дерева накрыли Шахиню, Двуликого и Иннокентия Бестужева.

– Бежим! – тут же крикнула Ирина.

Ребята бросились к дверям. Катерина схватила за руку стоящую неподалеку Аглаю и потащила ее за собой. Все оцепенение моментально слетело с мачехи.

– Что такое? – испуганно забормотала она, озираясь по сторонам. – Как я здесь оказалась?!

– Некогда объяснять! – крикнула на бегу Катерина.

Они понеслись к выходу. Оставшиеся бандиты побежали за ними, но невидимая сила зеркального рыцаря отшвырнула их обратно.

– Не так быстро! – глухо проговорил человек в шлеме.

А тем временем навстречу ребятам вышел настоящий Прохор.

– Что у вас здесь происходит? – воскликнул он, увидев Матвея и Катерину.

– Там бандиты Бестужева! Они хотят украсть машину Калиостро.

– Полицию вызвали?

– Да! – крикнул Артем.

– Бежим врассыпную! – крикнула Марина, когда все уже были на улице. – Так им будет сложнее поймать нас!

– Ага, как же, побежали! – пыхтя от натуги, пробормотала Ирина. Легкая атлетика не относилась к ее любимым видам спорта, а уж в сочетании с тяжелой – Игорем на плечах – и подавно.

Матвей запрыгнул на скутер, Катерина заняла место у него за спиной. Аглая и Прохор сбежали с лестницы и бросились за угол театра. В этот момент Двуликий и Иннокентий выбрались из-под рухнувшего на них стенда. Доппельгангер рывком поднялся на ноги и прыгнул на Шахиню. Та упала на пол, но успела схватить противника за плечи и перебросить через себя. Двуликий перевернулся через голову, вскочил на ноги и, замахнувшись мечом, снова кинулся на нее.

– Они уходят! – рявкнул Бестужев, стряхивая с себя обломки стенда.

Шахиня и Двуликий, как по команде, обернулись к дверям. Матвей и Катерина вылетели из вестибюля на скутере и, трясясь на нем, скатились по ступеням крыльца и устремились прочь от театра. Двуликий тут же потерял всякий интерес к Шахине и бросился за беглецами. Артем и Ирина с Игорем на плечах поспешили скрыться в кустах, окружавших лестницу, Марина последовала за ними. Шахиня и Иннокентий вместе со своими людьми побежали к выходу.

Человек в зеркальном шлеме замер посреди опустевшего вестибюля с длинным скипетром наперевес. Алекс с мечом в руке стоял прямо напротив него. Тот было бросился к двери, но паренек преградил ему дорогу.

– С дороги! – гулко прогремел голос рыцаря. – Нужно их остановить!

– Но прежде стоит разобраться с тобой! – С этими словами Алекс выставил перед собой меч. – Кто ты?

– Мы на одной стороне.

– Но какова твоя цель?

– Помочь вам!

– Но почему-то я в этом сомневаюсь!

– Потому что ты глупец! – Рыцарь взмахнул рукой в зеркальной перчатке.

Алекса сорвало с места и швырнуло о стену, но он, словно резиновый мячик, оттолкнувшись от нее ногами, бросился на незнакомца. Меч со звоном ударил по жезлу, несколько выпадов, и противники отскочили друг от друга. С улицы донесся рев двигателя грузовика.

– Они уходят! – крикнул зеркальный рыцарь.

– Кто ты такой?

– Тебе важнее узнать это или остановить Клуб Калиостро?

– Я всегда знаю, где их найти! А вот пообщаться с тобой… Когда еще представится такая возможность!

– Идиот! – прорычал рыцарь.

Скипетр Макропулоса закрутился в его руках, подобно крыльям ветряной мельницы. Алекс вскинул меч, но рыцарь оказался проворнее. Поддев парня скипетром, он с легкостью поднял его в воздух и отшвырнул в сторону. Алекс с воплем пронесся по залу, словно выпущенная торпеда, и с грохотом врезался в большое зеркало. Паренек рухнул на пол, и лавина зеркальных осколков обрушилась на него. Зеркальный рыцарь снова сложил свой скипетр – тот, громко щелкнув в его руке, стал вдвое короче – и, резко сорвавшись с места, помчался к выходу из театра.

Глава двадцать шестая

Будущее за нами!

Скутер Матвея на большой скорости несся по ночной улице, быстро удаляясь от здания театра. Катерина обернулась и увидела доппельгангера, появившегося из дверей «Иллюзиона». Он все еще сохранял облик Прохора. Двуликий гнался за ними с неимоверной скоростью, и все же догнать «оттюнингованный» скутер было не в его силах. Расстояние между ним и беглецами быстро увеличивалось.

Неподалеку от театра стоял большой грузовик. Задняя дверь его фургона, куда грабители составили ящики с деталями машины Калиостро, была открыта. Водитель как раз закрывал его, когда Двуликий подскочил к нему и приставил меч к горлу. Доппельгангер что-то сказал водителю, тот испуганно кивнул, они быстро забрались в кабину, и двигатель грузовика взревел, распугав котов на ближайшей свалке.

Катерина и сама не на шутку струхнула. Конечно, скутер может развивать довольно большую скорость, но это же не грузовик! Она покрепче обняла Матвея. Тот прибавил скорость до предела. Скутер сделал резкий поворот, объехал ряд припаркованных в переулке машин и, миновав большие чугунные ворота и выехав на дорогу, оказался в густом потоке движущегося транспорта.

Грузовик преследователей остался позади, но шум его мотора постепенно приближался. Машины медленно двигались в несколько рядов, по-видимому где-то впереди образовалась большая пробка. Скутер Матвея лавировал между автомобилями, обгоняя, проскальзывая между ними, перемещаясь с одной полосы на другую. В такой пробке они, несомненно, имеют преимущество перед большим грузовиком! Однако их преследователи не стали утруждать себя таким слаломом. Тяжелая машина ехала напролом по прямой между двух рядов, раскидывая в стороны мелкие легковушки. Одна из них от удара вылетела на встречную полосу, где в нее тут же врезался автомобиль. Другая выкатилась с трассы и влетела в растущее у бордюра дерево. В темноте взметнулся фонтан искр, повалил густой дым. Грузовик преследователей все больше увеличивал скорость. Где-то вдалеке взвыли полицейские сирены.

И тут Катерина, обернувшись, увидела нечто такое, от чего у нее перехватило дыхание! Зеркальный рыцарь в развевающемся плаще преследовал грузовик, ловко прыгая по крышам движущихся машин! Каким-то чудом ему удавалось сохранять равновесие, он легко прыгал с одного автомобиля на другой, держа в руках свой магический скипетр.

Несмотря на всю мобильность и маневренность мотороллера, расстояние между грузовиком и скутером Матвея быстро сокращалось. Катерина ощущала нервную дрожь во всем теле. Обхватив Матвея, она еще крепче прижалась к нему. Ветер трепал ее волосы, и они лезли в глаза, закрывая обзор. Она старалась не оглядываться и не видеть того, что творилось позади. До ее ушей доносился грохот железа, визг покрышек, истошные крики людей и вой сирены. Наконец они достигли перекрестка.

Матвей ловко объехал небольшой фургон и шмыгнул в темный переулок. Катерина вздохнула с облегчением. По крайней мере здесь нет такого количества несущихся машин. Может, водитель грузовика не заметит их и промчится мимо? Мотороллер притормозил, развернувшись вполоборота. Матвей, тяжело дыша, оглянулся назад.

– Мы оторвались? – поинтересовался он.

– Надеюсь… – сказала Катерина.

Но в этот момент узкий просвет между зданиями закрыла большая черная тень.

– О, нет! – простонал Матвей.

Грузовик свернул в переулок и снес при этом газетный киоск. Огромные колеса проехались по остаткам будки, порыв ветра разбросал газеты и журналы по мостовой. В кабине сидел ухмыляющийся Двуликий, приняв теперь облик Матвея. Острие его меча по-прежнему упиралось в шею перепуганного водителя.

Грузовик взревел и понесся прямо на ребят. И тут полы длинного плаща, словно гигантские крылья, взметнулись над кабиной. На крыше грузовика стоял зеркальный рыцарь! Он поднял скипетр, и тот, раздвинувшись, стал вдвое длиннее. Острый клинок сверкнул в свете уличных фонарей.

Матвей быстро развернул скутер, и они помчались вперед, протискиваясь между стоящими в переулке автомобилями. Но и преследователь, не снижая скорости, попросту разбрасывал машины в стороны. Те с грохотом переворачивались, падая на клумбы и скамейки. Кругом стоял невообразимый вой: сработали сигнализации. Грузовик продолжал мчаться по узким дворам, словно поезд в тоннеле метрополитена.

Зеркальный рыцарь размахнулся и вонзил жезл в крышу кабины грузовика. Клинок прошел между Двуликим и перепуганным водителем. Грузовик вильнул, врезавшись в одну из припаркованных машин. Двуликий что-то прокричал и ударил мечом в крышу кабины. Острие его клинка выскочило из нее в нескольких сантиметрах от ног рыцаря. Тот, высвободив свой скипетр, нанес еще один удар, пытаясь попасть в доппельгангера.

Матвей выжимал из скутера все, что мог. Но расстояние между беглецами и преследователями неумолимо сокращалось. Грузовик уже громыхал за спиной Катерины. Девушка обернулась и с ужасом увидела, что от решетки его радиатора их отделяет всего пара-тройка метров. Еще немного, и он просто размажет их по асфальту!

Но, на их счастье, просвет между домами начал сужаться. Катерина знала подобные дворики, больше напоминающие каменные мешки. Выбраться из внутренних дворов подчас можно было только по узким проходам между домами, шириной всего в пару метров. Они как раз и оказались в таком. Скутер несся, зажатый каменными стенами, грузовик рычал позади, и просвет становился все уже и уже.

Передний бампер преследователя вдруг с силой врезался в заднее крыло скутера. Матвей и Катерина едва сумели удержаться на мотороллере, девушка испуганно вскрикнула.

Грузовик ударил еще раз, да так, что их швырнуло вперед. Клинок зеркального рыцаря на этот раз задел плечо Двуликого, и доппельгангер издал яростный вой. Рыцарь, выдернув скипетр, ударил еще раз. Двуликий рванулся к дверце, а испуганный водитель резко крутанул руль в сторону.

Грузовик на полной скорости въехал в узкий проем между домами и застрял в нем. От мощного удара раздался жуткий грохот, и Катерине показалось, что стены зданий не выдержат и обрушатся на них. Лобовое стекло грузовика разлетелось вдребезги, Двуликий вылетел из кабины, словно пробка из бутылки. Водитель остался на месте, пристегнутый ремнем безопасности. Зеркальный рыцарь от толчка слетел с крыши, но удачно приземлился на обе ноги неподалеку от грузовика.

Скутер ребят пронесся сквозь сузившийся проход и выскочил в соседнем дворике.

Доппельгангер, ловко перевернувшись в воздухе, приземлился на руки и по инерции проехался по асфальту. Затем он выпрямился и с ненавистью посмотрел в спину беглецам. Но те были уже далеко.

Рыцарь бросился к нему с жезлом наперевес. Но доппельгангер не собирался снова ввязываться в бой. Он прыгнул на стену ближайшего здания и, ловко перебирая руками и ногами, забрался на крышу и скрылся из виду. Рыцарь хотел было последовать за ним, но тут до него донесся стон раненого водителя. Он не мог оставить его в беде.

Неизвестный подошел к искореженной кабине и забрался на капот. Клинок жезла перерезал туго натянутый ремень безопасности. Рыцарь осторожно вытащил водителя из кабины и усадил на асфальт.

– В следующий раз я не буду таким добрым, – глухо произнес он.

Водитель, морщась от боли, поднял голову и открыл глаза.

Но перед ним уже никого не было.

* * *

– Как ничего не обнаружили?! – изумленно воскликнула Аглая. – У них что, был еще один грузовик?

Следователь Яблонский развел руками:

– Вы же сами видите, что здесь ничего нет. Ни ящиков, ни коробок!

Они находились в вестибюле театра. Полиция подъехала совсем недавно. Двери «Иллюзиона» были распахнуты настежь, как и вход в подвал, но ни грабителей, ни ящиков они уже не увидели. Матвей и Катерина вернулись несколько минут назад, перепуганные и страшно уставшие. Но они пока никому не рассказывали о ночной погоне. И без этого обстановка была довольно накаленной.

– Вы внимательно все осмотрели? – спросил Прохор. – Должны же остаться хоть какие-то следы!

– Мы обшарили все здание, – ответил Яблонский. – Нашли лишь зажженные свечи и остатки какой-то трапезы наверху.

– Это мы, – Матвей со смущенным видом поднял руку, – не успели навести порядок.

– Вы же в курсе, что нельзя оставлять в помещении огонь? – повернулся к ним следователь.

– Сейчас речь не об этом, – сказала Аглая. – Нас ограбили! Меня загипнотизировали, использовали, как какую-то марионетку! Вы должны немедленно их всех арестовать!

– И что же они украли, позвольте спросить? – усмехнулся Яблонский. – Какие-то ценности? Отчего же они тогда валялись в сыром подвале?

– Кое-какой реквизит, – уклончиво ответила Аглая.

– Старое барахло, – подытожил Яблонский. – Ну, утащили у вас какой-то хлам, и что с того?

– Этот хлам, как вы выразились, является нашей собственностью, – заметил Прохор. – И мы бы хотели его вернуть.

– Да бросьте вы, – отмахнулся следователь. – Столько шума из-за какого-то металлолома!

– Но мы видели, кто украл ящики, – вмешалась Катерина.

– И кто же?

– Иннокентий Бест, он известный фокусник.

– Да неужели? Он что, решил украсть реквизит вашего отца? Да за столько лет тут все сгнило!

– Так и произошло! – сказала Катерина. – Он украл реквизит моего отца! И это вовсе не старые железки, а очень ценные вещи!

– Все-таки вам придется провести расследование и вернуть нам этот… реквизит! – настаивал Прохор.

Следователь скорчил такую мину, словно лимон проглотил.

– Ладно! – нехотя сказал он. – Попробуем отыскать ваше барахло!

Криминалисты вернулись к своей работе. Они снимали отпечатки пальцев, просвечивали пол и стены ультрафиолетовыми лампами. Аглая и Прохор подошли к Катерине и Матвею.

– Ну а с вами что стряслось? – спросила Аглая. – У вас такой вид, словно вы из психушки сбежали.

Катерина сразу вспомнила барона Пельта. Не хотела бы она выглядеть, как он.

– Нас только что пытались убить, – признался Матвей. – Или похитить. Я сам толком не понял. Недалеко отсюда.

– Что?! – в один голос воскликнули Аглая и Прохор.

– Некто… с той стороны, – призналась Катерина. – На грузовике грабителей. Он остался в переулке в нескольких кварталах отсюда. И кстати, в его кузове наверняка лежат запчасти от машины Калиостро.

– Нужно рассказать об этом полиции! – воскликнула Аглая.

– Этому типу? – Прохор издали взглянул на Яблонского и с сомнением покачал головой. – Давайте сначала сами осмотрим грузовик. А по пути вы нам все расскажете!

Они вышли из «Иллюзиона» и отправились на место аварии.

– Говорила я, что скутер вас до добра не доведет! – выговаривала Аглая.

– Да только благодаря ему мы и спаслись, – пыталась переубедить ее Катерина. – Да еще один незнакомец в зеркальных доспехах пытался защитить нас от Двуликого.

– Кто такой? – поинтересовался Прохор.

– Если бы мы только знали, – вздохнул Матвей.

Оказалось, что в переулке уже все оцеплено патрульной службой. У места катастрофы скопилась порядочная толпа зевак. Стонущего от боли водителя грузовика на носилках укладывали в машину «скорой помощи». Двери фургона были распахнуты настежь. Прохор заглянул внутрь и ничего не увидел.

– Если здесь что-то и лежало, то они уже успели все забрать, – сказал он. – Что происходит, черт побери?!

– Последнее, что я помню, как открыла дверь Бестужеву, – призналась Аглая. – А потом все как в тумане. Очнулась уже здесь… Эти негодяи разнесли нам весь вестибюль! Столько труда потрачено впустую!

– Зато все остались живы, – возразил Прохор.

– А где Алекс? – спросила Катерина.

– Этот мальчик из Зерцалии? – удивилась Аглая. – Он здесь, в нашем мире?

– Я попросила его о помощи. Вы его не видели?

– Твои друзья разбежались в разные стороны, мы толком-то никого не успели рассмотреть, – признался Прохор. – Разве что Игоря. Его тащила на себе какая-то упитанная девица. Вот он испугается, когда придет в себя!

Катерина озабоченно кивнула.

– Нужно позвонить ему… Кажется, ему здорово досталось.

– Господи! – Аглая схватилась за голову руками. – Неужели все опять началось? Может, нам стоит все бросить и уехать?

– Ну, нет! – решительно заявил Прохор. – Мы не станем пасовать перед какими-то бандитами, пусть и потусторонними!

– Но как мы с ними справимся?

– Пока не знаю, – признался Прохор. – Но убегать мы больше не будем!

– Мой вояка, – с нежностью вздохнула Аглая.

Они вернулись в театр, где все еще работали криминалисты.

– А вот и вы, – встретил их Яблонский. – Мы только что ездили в клуб господина Беста. У него железное алиби. Весь вечер он провел в «Красном драконе», и его там видело множество людей.

– Но это ложь! Он просто всех подкупил, – возмутилась Катерина.

– На твоем месте я бы не бросался такими обвинениями, – заявил Яблонский.

– Но это так! Этот Бестужев и его Шахиня настоящие головорезы! А вы их покрываете!

– Тебе бы книжки писать, деточка. Такое живое воображение, – устало проговорил следователь.

– И что, вы оставите ее слова без внимания? – воскликнула Аглая. – Это как-никак показания свидетеля!

– Конечно оставлю. Это не свидетельские показания, а домыслы малолетней девицы.

– Я вашему начальству сообщу! У вас под носом творится беззаконие, а вам и дела нет! – разозлилась Аглая.

– Хорошо, – скривился следователь, – я еще раз все проверю. Теперь вы довольны? – И он направился к своим коллегам.

Аглая повернулась к Прохору, Матвею и Катерине.

– В жизни не встречала такого… некомпетентного типа! – возмущенно сказала она.

* * *

Следователь Яблонский едва дождался, когда эта полоумная семейка уберется наконец из театра. Ему стоило большого труда сдержаться и не расправиться с ними в вестибюле на глазах у своих коллег. Эти Державины доставляли столько хлопот! Сначала история с зоргом, носящимся по улицам на виду у всего города, затем случай с двойником Пельта, который взорвался посреди улицы!

На протяжении многих лет Яблонский методично скрывал все, что было связано с Зерцалией, составляя фальшивые рапорты и убирая и подтасовывая улики и тем самым уничтожая доказательства существования зеркальной магии. Однако в последнее время это удавалось ему все труднее. Чем ближе Властелины были к осуществлению своих замыслов, тем чаще происходили инциденты, слишком экстремальные для обитателей этого мира, которые было трудно обойти молчанием.

Коллеги Яблонского продолжали осматривать подвал и разгромленный вестибюль театра, когда он вдруг ощутил призыв своей повелительницы. Дама Теней прямо сейчас хотела поговорить с ним. Его редкие волосы на затылке встопорщились, в висках застучало. Так всегда случалось, когда она призывала его. Нужно срочно найти зеркало! Следователь быстро огляделся. В вестибюле висело несколько, но он не мог говорить при таком скоплении людей.

Яблонский поспешил на третий этаж. Здесь, рядом с дверью директорского кабинета, он увидел подходящее зеркальное стекло. Опустившись на колени, он приложил обе ладони к прохладной поверхности и низко склонил голову.

– Я готов, моя госпожа, – подобострастно прошептал Яблонский.

Зеркало в тот же миг осветилось изнутри багровым сиянием. Отражение Яблонского в нем дрогнуло и начало расплываться, в коридоре зазвучало легкое потрескивание и мелодичный перезвон хрусталя. Секунду спустя в глубине стеклянной поверхности поплыли клубы тьмы, в которых ярко вспыхивали кроваво-красные всполохи.

Когда тьма немного рассеялась, перед Яблонским показалась Дама Теней. Она стояла посреди черного зала в главной башне своего замка в окружении семи магических зеркал. Через одно из них она и общалась сейчас со своим преданным рабом. Ее зеленые глаза, словно изумруды, сверкали в полумраке. Окруженная шевелящимися тенями, она наводила на Яблонского настоящий ужас. Он не мог понять, где кончаются клубы окружающей ее тьмы и где начинаются тени, из которых был сделан ее наряд.

– Что там у вас происходит? – холодно спросила баронесса фон Шпильце.

– Все идет, как вы задумали, моя госпожа! – подобострастно ответил следователь. – Этой ночью люди из Клуба Калиостро выкрали детали зеркальной машины. Также я слышал, что похищена старинная схема, принадлежавшая когда-то Поплавскому.

– Отлично, – удовлетворенно кивнула Дама Теней. – Скоро эти глупцы откроют портал! А что Изменяющий форму? Он не появлялся?

– Свидетели твердили что-то о человеке, копирующем внешность других людей! Он бродит где-то здесь, совсем рядом.

– Двуликий находится в том мире, – задумчиво проговорила Дама Теней. – Значит, это правда… Но кто послал его?

– Не могу знать, моя госпожа!

– Кто-то из Властелинов ведет свою игру за моей спиной! Сначала я не хотела верить, но теперь все больше убеждаюсь в этом.

– Власть в Зерцалии в руках очень хитрых и вероломных людей, – пробормотал Яблонский, не поднимая головы.

– Постарайся отыскать этого доппельгангера, – приказала баронесса фон Шпильце. – Выясни, для чего он проник в ваш мир.

– Я здесь уже восемнадцать лет, моя госпожа, но до сих пор не считаю этот мир своим. Как скоро я смогу вернуться в Зерцалию? Ведь я верой и правдой служил вам все это время!

– Это правда, – согласилась Дама Теней. – Ты много лет скрывал нашу деятельность там. Скоро все закончится. Девчонка попадет в мои руки, и мы сможем вернуться в тот мир. И твои услуги больше не понадобятся. Будущее за нами! И оно уже близко. Мы в открытую заявим о себе и больше не придется ничего скрывать! – Она мечтательно улыбнулась. – И тогда ты сможешь сам выбирать, вернуться сюда или занять высокий пост и править нашими новыми подданными!

Яблонский вскинул голову. В его глазах загорелся алчный огонек.

– О! – выдохнул он. – Тогда я, конечно, останусь! Поскорее бы ваши планы осуществились, моя повелительница! Если бы я мог, сам бы притащил девчонку к вашим ногам!

– Я знаю это, – улыбнулась Дама Теней. – Но, к сожалению, нам нужна машина. Иначе мы не сможем проникнуть в тот мир и поработить его. Ну а пока эти глупцы из дворянского собрания, сами того не ведая, работают на нас, отыщи Двуликого!

– Да, моя госпожа, – снова склонился в поклоне Яблонский.

Зеркальная поверхность перед ним заполнилась клубами черной тьмы. Зеленые глаза баронессы превратились в две сияющие точки. Когда дым окончательно рассеялся, Дама Теней уже исчезла.

Яблонский оторвал руки от стекла и поднялся с коленей.

– Как интересно, – послышалось в темном коридоре за его спиной. – Не думал, что встречу здесь кого-то из своих собратьев.

Следователь, выхватив пистолет, резко обернулся. Навстречу ему из темноты зала бесшумно вышел Двуликий в своем истинном обличье. На черной зеркальной поверхности на месте лица отразилась изумленная физиономия Яблонского, и тут же про явились черты, присущие следователю. Теперь он смотрел на свою точную копию.

– Приветствую тебя, собрат, – глухо произнес Двуликий.

– Изменяющий форму? – усмехнулся Яблонский. – И давно ты здесь?

– Достаточно, чтобы слышать твой разговор с Дамой Теней.

– Я знал, что рано или поздно ты выйдешь на меня! Что, не по зубам тебе девчонка Державина? – Яблонский жестко усмехнулся. – Каждый раз она оставляет тебя с носом!

– Вокруг нее крутится слишком много тех, кто создает помехи, – кивнул Двуликий. – И еще тот тип в зеркальной маске… Ты его знаешь? Откуда он взялся?

– Понятия не имею, кто он. Я плохо представляю, что сейчас происходит в Зерцалии.

– Как же он проник сюда без машины?

– А как ты сделал это?

Двуликий рассмеялся.

– Это маленький секрет моего создателя! – ответил он.

– А кто твой создатель?

– Не так быстро, служитель закона! Я слышал, какой приказ дала тебе Дама Теней. Узнать, кому я служу. Я могу сам сказать тебе это.

– А что потребуешь взамен? – Тут же поинтересовался Яблонский.

– Мы можем помочь друг другу. Если объединим наши усилия.

– Какова твоя цель?

– Схватить девицу Державину и доставить в Зерцалию. А твоя?

– У меня много приказов. Не допускать разглашения. Хранить тайны Зерцалии. Всячески способствовать действиям наших собратьев и скрывать их от общественности.

– Как события ночи полного лунного затмения?

– В том числе, – кивнул Яблонский.

– Так давай объединимся? – предложил Двуликий. – Схватим девчонку, и я переправлю ее в Зерцалию. Она нужна обоим нашим господам. А там уж пусть они сами решают, кому именно она достанется. За это я назову тебе имя своего хозяина, и Дама Теней будет тобой довольна.

– Согласен, – ответил Яблонский. – Сделаем по-твоему, и пусть наши господа сами с ней разбираются.

И доппельгангеры пожали друг другу руки.

Глава двадцать седьмая

Новые обстоятельства

Наташа не скучала в поместье дворянского собрания. Вернувшись из школы, она делала уроки, а затем выполняла поручения графини – следила за обитателями особняка, гуляя по секретным коридорам, скрытым в стенах. Ничего интересного ей пока узнать не удалось. Прислуга ругала своих работодателей, собираясь в кухне, охранники украдкой смотрели телевизор в конференц-зале. А еще в поместье готовились к балу, который должен был состояться совсем скоро. Хеллоуин приближался. Горничные украшали танцевальный зал, чистили ковровые дорожки, натирали до блеска полы.

В одном из дальних залов особняка началась какая-то бурная деятельность. Туда то и дело втаскивали большие тяжелые деревянные ящики. Там явно монтировали какую-то конструкцию – постоянно доносился шум электроинструментов, гомон голосов. Наташа несколько раз видела деда Кирилла. Тот, одетый в грязный комбинезон, командовал бригадой рабочих. Она подсматривала за ними сквозь секретные глазки в стенах, но пока ничего не могла понять. Когда же они установили на высоком помосте черное зеркало, Наташа наконец обо всем догадалась.

Они пытались собрать новую зеркальную машину! Старик посвящал этому все свое время. Его внук жил в этом же поместье, но он ни разу даже не навестил его. Паренек пару раз видел деда издали и окликал его. Но Башаров сразу спешил скрыться за закрытыми дверями. Наташе стало очень жалко Кирилла. Родителей нет, а единственному родственнику, по всему видно, на него плевать. Сегодня днем старик пригласил князя Векентьева в тот зал, приказал задернуть шторы и погасить свет. Когда помещение погрузилось во тьму, Башаров включил голографический проектор. Пространство вокруг него и черного зеркала тут же изрезали лазерные лучи. В воздухе возникли гигантские шестерни, круг из виртуальных зеркал. На полу, стенах и потолке проявились странные оккультные символы.

– Вот так оно будет выглядеть, мое устройство! – с гордостью провозгласил Башаров. – Большой круг на полу, несколько поменьше в центре, два ряда зеркал, которые будут двигаться навстречу друг другу!

– Это впечатляет, Михаил! – одобрил Векентьев, удовлетворенно разглядывая голографическую проекцию. Два круга призрачных зеркал медленно вращались вокруг него. – Я уточнил прогнозы, в ночь хеллоуина на небе будет светить полная луна!

– Сама природа благоволит нам!

Наташа поняла, что запуск машины состоится в ночь на хеллоуин, возможно сразу после бала! Это ведь уже совсем скоро! По ее спине вдруг пробежал холодок.

– Я установлю здесь зеркала особой формы, – продолжал Башаров. – Мы поймаем лунный свет и усилим его, линзы передадут его по кругу, и он образует ровный пентакль. Символы воздуха, воды, огня и земли усилят его мощь. У нас все получится! Вот только отыщем ту девчонку, о которой говорила баронесса!

Графиня, которая сегодня сопровождала Наташу в тайном лабиринте, закрыла смотровые глазки и повернулась к девушке.

– А они проделали неплохую работу, – сказала она. – Все отлично делают свое дело. Даже ты, ведь я так и не похвалила тебя за дневник Поплавского!

– Вы ведь не будете долго держать его? – спросила Наташа.

– Я сделаю с него копию, а потом ты вернешь его на место, – ответила графиня. – Чтобы девчонка ничего не заподозрила.

Наташа все еще переживала из-за досадного промаха, когда Валентин застал ее в своей комнате. Если Катерина обнаружит пропажу, он сразу поймет, кто украл дневник. Лучше Шадурской действительно поторопиться.

– Ну а в вещах старика, говоришь, ничего не нашла?

– За исключением красивого амулета из хрусталя.

– Его амулеты меня не интересуют. – Графиня двинулась к выходу из лабиринта. Наташа последовала за ней. – Взглянуть бы на его записи. Мы – это наши тайны, которые мы тщательно оберегаем от окружающих.

– Почему он так вас интересует?

– Есть причина, дорогая, – задумчиво ответила графиня. – Но пока я не удостоверюсь, не стану тебя грузить своими подозрениями.

Они вышли из лабиринта, графиня попрощалась с Наташей и отправилась в конференц-зал. А Наташа решила разыскать Кирилла. Сегодня она его еще не видела, и ей уже не хватало общения с ним. Он все больше и больше нравился девушке, нравилось быть рядом с ним, нравилось говорить на разные темы… Казалось, он знает ответы на любые вопросы. Кроме тех, что задавали ему его психиатры.

Наташа нашла Кирилла в саду. Он сидел на лавочке неподалеку от бассейна и рисовал что-то в своем блокноте. Паренек снова был босиком и сидел на скамейке, поджав под себя ноги, словно заправский йог.

– Привет! – улыбнулся он ей. – Рад, что ты пришла.

– Привет! – Наташа присела рядом с ним. – Скучаешь?

– Уже нет, ведь ты здесь. Хоть какое-то разнообразие среди угрюмых слуг и неразговорчивых охранников. Когда ты в школе, тут даже пообщаться не с кем.

– А как же новый психиатр? Он тебе помогает?

– Валентин? Ну, он намного лучше прежних. По крайней мере общается со мной как с человеком, а не как с банком секретной информации. Другие врачи сразу вводили меня в транс, а я потом даже не помнил, что они со мной делали.

– Как это?

– Ну, они гипнотизировали меня и задавали разные вопросы. Да только ничего у них не получалось. А Валентин… Он просто беседует со мной. О жизни, о моих увлечениях. Скоро мы приступим к гипнозу, а пока он старается установить со мной контакт.

– Что же ты должен вспомнить? – спросила Наташа. – Почему они не оставят тебя в покое?

– Если бы я знал. Наверное, что-то очень страшное, раз мое подсознание задвинуло эти воспоминания так далеко. Иногда во сне я вижу какие-то образы. Хочешь, покажу?

– Конечно.

Кирилл снял со своего блокнота резинку и открыл страницы, которые раньше ей не показывал. Наташа снова ощутила себя лицемеркой, дурящей парню голову, но отступать было поздно. Он показал ей свои наброски.

Наташа увидела на рисунке группу людей, сидящих за столом. В центре стола виднелся белый шар, у Кирилла очень хорошо получилось изобразить его светящимся в темноте. Наташа насчитала десять человек, но лиц у них не было. На их месте Кирилл оставил лишь пустые места.

– Кто они? – спросила она.

– Я не помню, – ответил он. – Но знаю, что они часто бывали в нашем доме. Среди них есть и моя мать… Ее лица я тоже не могу вспомнить.

– Но ведь это ужасно!

– Считаешь меня психом?

– Вовсе нет!

– Я же вижу.

– Ничего ты не видишь! Ты мне нравишься и…

– Правда? – улыбнулся он.

– Что правда?

– Ты сказала, что я тебе нравлюсь.

Наташа замолчала. Она и сама не заметила, как произнесла эти слова. Но он действительно ей нравился. Ей приятно было проводить с ним время. Сначала она лишь выполняла приказ графини, но позже поняла, что ей и самой хочется общаться с Кириллом.

На следующем рисунке был изображен высокий черный столб, стоявший посреди какой-то комнаты. Из верхушки валил густой черный дым и стелился под потолком, вниз же от него отходили странные черные щупальца. От этой картины ей стало не по себе.

Пока она приходила в себя, парень перевернул еще несколько страниц и показал ей другой рисунок. Наташа ахнула – он нарисовал ее! Девушка сидела на берегу пруда, задумчиво глядя на уток, и грустила – Кириллу очень точно удалось передать ее настроение. В последнее время Наташа действительно часто предавалась грусти, злясь на саму себя. Она жила в богатом особняке, она получила то, что хотела, но почему-то это уже не доставляло ей радости.

– Похоже? – спросил Кирилл.

– Еще бы! Это я, но твоими глазами! Когда ты успел нарисовать меня?

– Я хорошо рисую по памяти. Стоит один раз увидеть что-то красивое, и я нарисую это даже спустя несколько дней!

– Красивое? – Наташа почувствовала, что краснеет.

Кирилл со смущенным видом захлопнул блокнот и снова перетянул его резинкой.

– Я его еще немного не закончил, – быстро проговорил он, отводя глаза в сторону. – Когда закончу – подарю тебе.

Наташа пристально на него посмотрела.

– Ты покраснел, – отметила она.

– Что? – Кирилл вскочил со скамейки и отвернулся. – Это ты покраснела!

– Вовсе нет! – воскликнула она.

– Я вижу.

Наташа прижала руки к щекам и тоже поднялась со скамейки.

– Ничего ты не видишь! – воскликнула она и бросилась к особняку.

Кирилл рассмеялся ей вслед и прижал ладони к пылающим щекам.

– Это хорошо, что у тебя появился друг. – Из темных кустов позади скамейки вдруг вышел Валентин Державин.

Кирилл озадаченно на него уставился.

– Вы следите за мной?

– Что ты! Просто я искал тебя и услышал ваши голоса. Что ты знаешь об этой девочке?

– Она очень хорошая, – ответил Кирилл. – Умная, с ней есть о чем поговорить.

– Она тебе нравится? – спросил Валентин.

– Может быть, – уклончиво ответил парень.

– И все же будь с ней начеку – помолчав, произнес старик. – Она неплохая, но водит дружбу с графиней Шадурской.

– Виолетта Дмитриевна всегда так ласкова со мной…

– Эх, парень. – Валентин тяжело вздохнул. – Ты так наивен… Но это не твоя вина. За все годы, проведенные в частных клиниках, ты не научился разбираться в людях. Я хочу, чтобы ты знал: графиня Шадурская не друг тебе. Это лживая и опасная женщина. Будь с ней осторожен и вообще никому здесь не доверяй.

Кирилл удивленно на него взглянул:

– Что вы хотите этим сказать?

Валентин присел на скамейку и предложил Кириллу сесть рядом.

– Все люди, окружающие тебя, хотят получить от тебя нужную информацию, – сказал он. – И как только это случится, ты будешь им не нужен.

– Но ведь вы сами хотите того же!

– Я лишь хочу помочь тебе все вспомнить, хочу излечить тебя. Наша задача – восстановить твою память, а затем сделать так, чтобы люди из дворянского собрания ничего не узнали. Ты меня понял?

– Не совсем, – признался Кирилл.

– Кажется, пора нам прибегнуть к гипнозу. Чем раньше мы покончим с этим, тем будет лучше для всех.

– Я готов, – сказал парень. – Хоть сейчас.

– Тогда пойдем к тебе в комнату. Там нам никто не помешает.

Они встали со скамейки и отправились в комнату Кирилла.

– Я использую свою собственную методику, – по пути предупредил Валентин. – Такого ты раньше наверняка не видел. Она очень эффективна и при этом безболезненна для пациента.

– Со мной работало уже столько специалистов, что я сам скоро стану специалистом по вопросам гипноза. Да только ни у одного из них ничего не вышло.

– У меня получится, – сказал старик. – Я в этом уверен.

Они вошли в комнату, и Валентин запер входную дверь. Затем велел Кириллу сесть на стул лицом к большому зеркалу. Когда юноша выполнил его просьбу, Валентин подошел к нему сзади и приложил руки к его вискам.

– А теперь расслабься и закрой глаза, – попросил он.

Кирилл послушался. Его удивило, что пальцы Валентина были ледяными, хотя стояла довольно теплая погода. Этот холод, казалось, проникал в голову парня, леденил его мозг. А затем Кирилл почувствовал, что его мысли словно тонут в тумане. Он постепенно погружался в транс, и это было очень странно, ведь Валентин не говорил ни слова. Обычно гипнотизеры водили перед его глазами блестящей вещицей и усыпляли словами, но сейчас все происходило иначе.

Кирилл не удержался и открыл глаза… И тут же судорожно вздохнул от страха. В зеркале перед его лицом отражалась совершенно другая комната! Он не видел в нем себя! Перед ним возвышался высокий блестящий трехгранный столб, вокруг которого клубами стелился черный дым. Вокруг столба с воздетыми к потолку руками стояли жуткие фигуры в черных балахонах. Вдруг в клубах дыма полыхнула багровая вспышка, и в следующий момент Кирилл погрузился в темноту.

Когда юноша снова открыл глаза, ужасного видения не было. Валентин усаживал его поудобнее на стуле, видимо, во время транса он съехал с сиденья. Старик выглядел потрясенным и испуганным. Кирилл сразу это заметил.

– Что это было, в зеркале? – спросил парень. – Я видел…

– Ничего ты не видел, – поспешно проговорил Валентин. – Это все галлюцинации. Побочный эффект моего метода…

– Но все выглядело таким реальным!

– Сказал же, тебе показалось!

– Ну а как ваш гипноз? Мне удалось что-то вам сообщить?

– О да, – почему-то безрадостно произнес Валентин. – Ты рассказал все.

– Но я по-прежнему ничего не знаю о тех событиях! – воскликнул Кирилл. – Что тогда произошло?

– Поверь мне, парень, – как-то тоскливо сказал старик, – лучше тебе никогда не вспоминать об этом.

И он быстро вышел из комнаты. Кирилл озадаченно смотрел ему вслед.

* * *

Графиня Шадурская уже собиралась уезжать из имения, как в дверь ее кабинета постучали.

– Входите, – недовольно отозвалась она.

Графиня не любила, когда ее задерживали. Дверь отворилась, и в кабинет вошел Валентин Державин. Шадурская изумленно приподняла брови. Вот кого она уж совсем не ожидала увидеть. Старик был настроен очень решительно, седые брови грозно нахмурены, волосы в еще большем беспорядке, чем обычно.

– Хорошо, что я застал вас! – воскликнул Державин.

Он захлопнул за собой дверь и даже запер ее на ключ.

– Чем обязана? – холодно спросила графиня.

– Хочу узнать, что за игру вы ведете! – сказал Валентин. – Вы и ваш Клуб Калиостро!

– О чем это вы, уважаемый?

– Князь Векентьев и его люди с ног сбились в поисках черных зеркал. А я тут выясняю, что вам прекрасно известно, где находятся два недостающих стекла! Это ведь вы их украли! Когда дом Башаровых полыхал, вы впустили в особняк своих сообщников, мужчину и женщину. Вам удалось извлечь зеркала из Трианона и вынести их до появления пожарных. А позже вы разыграли потерю сознания, чтобы никто ничего не заподозрил.

Графиня нахмурилась.

– Ну что же, – спокойно произнесла она. – К чему отрицать очевидное. И каким образом вы об этом узнали?

– Не важно! – отрезал старик. – Я хочу, чтобы вы сейчас же сообщили мне об их местонахождении!

– И что вы собираетесь делать с ними?

– Конечно передать князю! Ведь для этого меня и пригласили!

– Я очень в этом сомневаюсь.

– Отчего же?

Графиня подошла к своему письменному столу и опустилась в кресло.

– Потому, дорогой Валентин, что вы не могли узнать правду о пропавших зеркалах только сейчас. Да, признаюсь! Это я много лет назад похитила части Трианона. И я действовала не одна. Как вы заметили, у меня имелись сообщники. Да только одним из них были вы!

Валентин не верил своим ушам.

– Что наводит меня на определенные подозрения, – продолжала графиня. – Либо у вас за эти годы случилась потеря памяти, как и у этого сумасшедшего мальчишки, либо вы не тот, за кого себя выдаете!

Она сунула руку в ящик стола, достала оттуда небольшой серебристый пистолет и направила его на Державина. Старик слегка улыбнулся.

– Так вот почему ваша сообщница рылась в моих вещах? И как давно вы меня заподозрили?

– Вы не собираетесь ничего отрицать?

– Следую вашему примеру!

– Я заподозрила неладное, как только вас наняли в качестве психиатра для Кирилла! К чему пытаться выяснить то, что вам и так должно быть известно? За историю существования нашего Клуба здесь уже появлялись двойники некоторых его членов. Так что я постоянно настороже! А теперь признавайся, проклятый доппельгангер, зачем ты явился сюда на самом деле? Что случилось с настоящим Валентином Державиным? И советую без резких движений. Стреляю я очень метко.

– Будьте осторожны, графиня. Не ровен час, ваша игрушка действительно выстрелит.

– Я уничтожу тебя без всяких угрызений совести. Ты обыкновенная стеклянная кукла, оживленная чьей-то темной волей! Отвечай на мои вопросы, пока я не нажала курок!

Валентин, казалось, нисколько не испугался.

– Ошибаетесь, – сказал он. – Я не обыкновенный доппельгангер.

Старик протянул руку в сторону графини, сжал пальцы в кулак и резко взмахнул. Тяжелый письменный стол взмыл к потолку вместе с креслом и перепуганной Шадурской. Спинка кресла врезалась в люстру и разнесла ее вдребезги. Валентин подбежал к окну и выпрыгнул из него, в следующий момент стол с креслом тяжело рухнул вниз, и графиня с громким криком упала на пол. Она тут же вскочила и подбежала к окну, но старика уже и след простыл.

– Дьявол! – выругалась Шадурская.

Она выбежала из кабинета и, пряча пистолет в карман, спустилась по широкой лестнице и вышла из здания. Рядом с воротами имения дежурили два охранника в черной форме.

– Валентина Державина не видели? – обратилась она к ним.

– Нет, – покачал головой один из секьюрити. – Из дверей никто не выходил.

Естественно! Ведь он выскочил в окно!

– У нас тут другая проблемка. – Охранник слегка отодвинулся в сторону и графиня увидела Татьяну Назарову.

Женщина была в стареньком мятом плаще и потертых сапогах, на голове мятая косынка. Обеими руками она вцепилась в толстые прутья ворот.

– Вот, просится войти, – виновато произнес охранник.

– Только тебя здесь не хватало, – злобно сказала графиня.

– Пусти меня к дочери! – крикнула Татьяна. – Я не видела ее несколько дней!

– Соскучилась? – издевательски усмехнулась графиня. – Не поздновато ли ты стала изображать заботливую мамашу? Твоей дочери хорошо здесь, а такая оборванка, как ты, ей не нужна!

Татьяна лишь ахнула.

– Проваливай!

– Как ты смеешь так со мной разговаривать?! – разозлилась Татьяна. – Позови Наташу, я немедленно заберу ее отсюда!

– А ее ты спросила? Может, твоя дочь сама не захочет уходить! – рассмеялась графиня.

Татьяна замерла с открытым ртом.

– Через несколько дней она вернется домой, – сказала Шадурская. – А пока… Пока тебе лучше убраться. Одним своим видом ты портишь настроение членам нашего Клуба.

– Нет! – крикнула Татьяна. – Никуда я не уйду!

Графиня обернулась к охранникам.

– Если понадобится, вышвырните ее отсюда, – приказала она. И зашагала обратно к особняку.

– Ты еще пожалеешь об этом! – кричала ей вдогонку Назарова. – Ох как пожалеешь!

Шадурская презрительно фыркнула. Только угроз этой нищенки ей не хватало! Сейчас ее интересовал лишь старик Державин и его загадки. Радовало то, что ему было неизвестно, где спрятаны черные зеркала. Но как долго будет продолжаться его неведение?

Глава двадцать восьмая

Норд-Шпигель

Вечером Катерина и Матвей остались дома вдвоем. Аглая и Прохор снова задержались в театре, оценивая ущерб после ограбления и погрома. Валентин поехал в штаб-квартиру дворянского собрания.

Матвей готовил ужин, а Катерина сидела за столом в кухне и наблюдала за его действиями. Сначала она пыталась помочь ему, но разбила чашку и опрокинула солонку, после чего Матвей вежливо попросил ее не мешать. Пришлось подчиниться, но теперь девушка не знала, чем себя занять.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила она, глядя, как он лавирует по кухне.

– Вполне сносно, если не учитывать, что порой у меня все немеет. Боль прошла, но, может, это плохой признак? Перед самым… Ну ты понимаешь, о чем я.

– Не беспокойся. Алекс обещал выяснить, есть ли средство.

– Хочется в это верить. Но лучше ему поторопиться. А ты стала гораздо веселее с тех пор, как он появился, – заметил Матвей.

– Конечно, – улыбнулась Катерина. – Он разбирается в происходящем намного лучше нас. Алекс наверняка сможет помочь, я в этом уверена.

– А если средства не существует?

– Я не хочу даже думать об этом. И ты не думай!

– Как-то не получается, – вздохнул Матвей. – Может, стоит поискать информацию в дневниках? Вдруг удастся найти какие-то записи о порошке Корнелиуса и его воздействии на людей?

– Сомневаюсь, что там есть что-то подобное. Поплавский больше не отправлялся в Зерцалию и попросту не мог этого знать.

– А твой отец? Ты дочитала его дневник?

– Я совершенно о нем забыла! – призналась Катерина. – Столько всего произошло. А ведь остановилась на очень интересном месте! Отец путешествовал с девушкой, а потом понял, что она преступница, которую ищет полиция!

– И что произошло дальше? – поинтересовался Матвей.

– Сейчас и узнаем!

Катерина сбегала в свою комнату за дневником, вернулась в кухню, нашла нужную страничку и начала читать вслух:

– «Гертруда переменилась в лице, услышав мои слова.

– Вы же не выдадите меня полиции, Александр? – с мольбой воскликнула она.

– Конечно нет! – успокоил я ее. Я доверял своей интуиции, а эта девушка вовсе не была похожа на опасную преступницу. – Но я хочу услышать ваши объяснения.

– Ну что ж, я смогу все объяснить. – Она опустила глаза и принялась теребить край скатерти. – Я солгала вам… Меня никто никуда не отправлял. На самом деле я живу в Норд-Шпигеле вместе со своей тетушкой. Она вырастила меня, ведь отца и матери я лишилась в раннем детстве. Мать погибла, а отец угодил в заключение в зерциккурат.

– Куда? – переспросил я.

– Его заточили в зеркало, – пояснила Гертруда.

Я не стал задавать вопросов, хотя меня это сильно заинтересовало. Иначе она догадается, что я чужак в ее мире.

– Для юной девушки в наших краях существует не так уж много возможностей, – продолжила Гертруда. – Либо поскорее выйти замуж, либо уехать в другую провинцию, либо податься к зеркальным ведьмам, чей монастырь стоит неподалеку от города. Я выбрала последнее. Орден всегда привлекал меня, да и тетушке я больше не хотела быть в тягость, а ведьмы сами зарабатывают себе на пропитание. Когда я подросла, тетушка рассказала мне об отце. Все эти годы он томился в зерциккурате за какую-то небольшую провинность. Властелины всегда были строги к правонарушителям. Но я люблю своего отца и поэтому захотела помочь ему. Любой зерциккурат можно открыть особой печатью, которая хранится только в Верховном суде столицы. Заточить человека в зеркало может любой колдун, а вот выпустить – только Главный судья, который и владеет печатью. Вот я и решилась на отчаянный шаг – отправилась в столицу, устроилась работницей в суд при дворце и, улучив момент, завладела печатью. А теперь тайная полиция ищет меня по всей Зерцалии. Но я доведу начатое до конца. Я выпущу отца на свободу!

– Вы очень решительная и отважная девушка, – сказал я Гертруде. Ее история меня поразила. – Я готов помочь вам! Я буду сопровождать вас и не дам в обиду.

– Вы мой хранитель! – обрадовалась она. – Не знаю как, но я и мой отец обязательно вознаградим вас за труды!

– Не стоит. Я буду рад помочь вам. Но почему вас на плакате изобразили в таком ужасном облике?

– Понятия не имею, – пожала плечами Гертруда. – Судья знал, что я состояла в ордене зеркальных ведьм. У всех послушниц, и у меня в том числе, есть особая метка на правом плече, и он однажды ее увидел. Наверное, поэтому его художник и изобразил меня одной из них. Но я еще не прошла посвящение и не выгляжу, как они.

– И я этому рад, – сказал я.

Гертруда смущенно улыбнулась.

– Александр, можно вас попросить об одолжении? – спросила она.

– Все, что угодно!

– Не могли бы вы выйти на несколько минут. Я хочу переодеться в более легкое платье. Не думала, что в поезде так жарко. Особенно в моей маскировке.

– Конечно! – Я тут же поднялся с кресла и вышел из купе.

Гертруда с виноватой улыбкой прикрыла за мной дверь. У одного из окон стоял пожилой мужчина в длинном черном сюртуке и шляпе-котелке. Он вежливо мне кивнул, приподняв шляпу. Я тоже приветствовал его.

– К вам уже заходили? – осведомился он.

– Полицейские? Да, почтили своим присутствием.

– Как подумаю, что в нашем поезде может скрываться зеркальная ведьма, так делается не по себе, – признался незнакомец.

– Они так опасны?

– Видно, вы ничего не знаете о нашей истории, молодой человек! – усмехнулся мужчина. – Нынешняя молодежь так далека от всего этого.

– Я не очень любил учиться, – ответил я, улыбаясь.

– Признаться, я тоже! – расхохотался он. – Позвольте представиться, Ставр Игнатьевич Диомидов.

– Александр Астафьев. – Мы пожали друг другу руки.

– А не отметить ли нам наше знакомство в вагоне-ресторане? – предложил Диомидов. – Я как раз подумывал туда направиться.

Я согласился. Мы прошли в конец состава и оказались в вагоне, заставленном небольшими столиками. На каждом лежали стеклянные приборы, стояли небольшие лампы в кружевных абажурах. Диомидов подозвал официанта и сделал заказ. Я тоже заказал пирог и салат.

– Орден зеркальных ведьм существует с незапамятных времен, дорогой Александр, – начал рассказывать Ставр Игнатьевич, пока мы ждали свой обед. – Они поклоняются древнему темному божеству и совершают разные гнусные ритуалы в его честь. Флэш-Ройяль нельзя назвать образцовыми правителями, но они ненавидят зеркальных ведьм, и это делает им честь.

Диомидов выглянул в окно поезда.

– Скоро мы пересечем границу Эмельдорской провинции, – сообщил он. – Некогда она считалась вотчиной зеркальных ведьм. Сами увидите, какое это жуткое местечко!

Я тоже посмотрел в окно. Наш состав как раз поворачивал, направляясь к гряде темных скал, преграждавших дорогу поезду. Не веря глазам, я рванул окно вниз, высунул голову и замер, пораженный увиденным. Состав мчался прямо на скалы! Однако старик рядом со мной сохранял спокойствие. Присмотревшись, я увидел, что рельсы упираются не в скалу, а в огромное мутное зеркало в толстой стеклянной раме, вделанное прямо в каменную стену. Оно было овальной формы и поднималось в высоту почти на пять метров, расширяясь метров на восемь. Паровоз несся прямо на стекло!

Но все пассажиры были спокойны, и я тоже решил не паниковать, хотя это и далось мне с большим трудом. Паровоз скользнул в мутное зеркало, и вагоны потянулись за ним следом. Настал черед и нашего вагона. Я ощутил ледяной холод, но это длилось всего мгновение. Вскоре наш вагон снова выехал на солнечный свет. Видно, здесь это было в порядке вещей – переезжать из провинции в провинцию сквозь такие вот гигантские зеркала.

Диомидов поежился.

– Этот холод в момент переезда пробирает меня до самых костей, – пожаловался он.

Я не мог с этим не согласиться. Меня все еще потряхивало, не то от холода, не то от удивления. Живописная природа за окном исчезла, как только мы проехали сквозь зеркало. Теперь мы ехали по пустынной серой местности, по обе стороны от рельсов возвышались гигантские скалы с острыми вершинами. Иногда на глаза попадались кривые чахлые деревца, каким-то чудом держащиеся на склонах гор. Другой растительности здесь почти не было.

– Эмельдорский край, – глухо произнес Диомидов. – Земля, выжженная черной магией. Унылое местечко, не правда ли? Немудрено, что Властелины ссылают сюда преступников.

В этот момент состав вошел в узкий каменный коридор. Скалы подступили почти вплотную к рельсам стеклянной дороги. За окнами замелькали большие овальные зеркала, укрепленные прямо на них. Множество зеркал, мутных, почти черных, в тяжелых каменных рамах. А самое жуткое – я точно видел: в зеркалах кто-то отражался! За темными стеклами виднелись чьи-то неясные силуэты. Некоторые спокойно наблюдали за нами, другие бросались на стекло изнутри, вопя что-то и стуча кулаками. Это было кошмарное зрелище. Когда мы наконец выехали из этого коридора, я почувствовал невероятное облегчение. От Ставра Игнатьевича это не укрылось.

– Понимаю ваши ощущения, молодой человек. Поэтому я тоже не люблю бывать здесь, – заметил он. – Если бы не мои вынужденные командировки по отдаленным провинциям, никогда бы не сунулся в этот проклятый край! А вы, похоже, здесь впервые?

– Никогда не бывал в этой местности, – признался я.

– То, что вас так потрясло, это зерциккураты – зеркала, в которые заключены государственные преступники. Они обречены навечно томиться там, и эта участь похуже смертной казни.

Так вот где заточен отец Гертруды! Я понял, почему девушка так хочет поскорее освободить его.

– Но чем они питаются? – удивился я.

– Черная магия, – ответил старик. – Заклятие зерциккурата поддерживает в них жизнь на весь срок заключения. Выбраться они не могут, и никто не может к ним войти. Никто их не слышит. Они пребывают в некоем вакууме и даже не стареют, пока находятся в нем. Но когда срок заканчивается, их извлекают наружу. И тогда они просто рассыпаются в прах.

Я ужаснулся. Аппетит как-то сразу пропал.

– Да-да, я сам наблюдал такое, – кивнул Диомидов. – Если преступника приговаривают, скажем, к сотне лет в зерциккурате, все эти годы он остается в том же возрасте, в каком попал в зеркало. Наглухо замурованный, он проводит в нем этот бесконечный срок, но и конец заключения не приносит ему свободы – как только он выходит наружу, магия перестает действовать, и все прошедшие годы наваливаются на него. Он почти моментально превращается в пыль. Властелины придумали отличный способ избавляться от неугодных.

– И никак нельзя извлечь их оттуда до окончания срока?

– Можно, но только с помощью императорской печати. А она хранится в Верховном суде. Никто и никогда даже не пытался провернуть такое.

Я не переставал поражаться чудесам и жестокости этого мира. И бесстрашию Гертруды, которая все-таки выкрала эту печать. Тем временем нам принесли заказ. Неожиданно в ресторан вошла Гертруда в своем карнавальном костюме. Она присоединилась к нам, и я представил ее Ставру Игнатьевичу как свою невесту. Диомидов галантно поцеловал ей руку. Мы приступили к трапезе. Поезд тем временем мчался среди высоких серых скал.

Вскоре двери вагона распахнулись, и в ресторан вошел приземистый толстый старик в высоком цилиндре и долгополом пальто с меховым воротником. Я уже видел его раньше, отчего-то он привлек мое внимание при посадке в поезд. С неприятной ухмылкой он прошел мимо нас, официанты подобострастно засуетились перед ним, приглашая сесть за самый лучший столик. На воротнике его пальто что-то сверкнуло. Я присмотрелся и увидел, к своему удивлению, большого стеклянного паука величиной с кулак. Эта тварь шевелилась! Быстро перебирая прозрачными лапками, паук скрылся за отворотом воротника.

– Кто это? – спросил я у Диомидова.

Ставр Игнатьевич открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент поезд резко дернулся и остановился. Приборы и посуда слетели со столов, выпечка рассыпалась по полу. Пассажиры попадали на пол, опрокидывая стулья и сдергивая со столиков скатерти. Гертруду швырнуло вперед, и девушка упала в мои объятия. Она тут же со смущенным видом отстранилась.

– Что произошло? – послышался тревожный крик.

– Почему мы остановились?

Вскоре выяснилось: что-то случилось с паровозом. Пассажиры громко возмущались, проводники пытались их успокоить. В коридорах возникла толчея, некоторые пассажиры вышли на улицу. Мы с Диомидовым тоже последовали их примеру. И я увидел наш паровоз. Он был стеклянный, и с обеих его сторон зияли огромные дыры, колеса, поршни, детали механизмов выглядели источенными, изъеденными, словно древесина, над которой поработали жуки-древоточцы. Из больших дыр прогрызенной топки вырывались клубы белого пара. А самое странное: паровоз искрился и переливался на солнце, словно усыпанный бриллиантами.

Присмотревшись, мы увидели пауков. Целые полчища стеклянных тварей, как две капли воды похожих на того, что я видел на пальто толстого старика, облепили паровоз, продолжая его уничтожать. Нам еще повезло, что состав не сошел с рельсов. Проводники предлагали успокоиться и подождать помощи, но многих пассажиров такая задержка не устраивала. Кое-кто из них начал собирать вещи, чтобы сойти с поезда и пешком добираться до ближайшей станции. Я огляделся, пытаясь найти в толпе того старика в цилиндре. Почему-то мне казалось, что он каким-то образом был причастен к аварии. Но толстяк куда-то исчез. Мы вернулись в свой вагон, и Гертруда тоже предложила мне отправиться пешком.

– Моя тетушка живет не так уж далеко отсюда, – пояснила она. – До Норд-Шпигеля рукой подать. Ну а там вы сможете нанять экипаж и доберетесь, куда вам нужно.

Конечно, я согласился. Что еще мне оставалось? К тому же как не воспользоваться случаем и не исследовать этот угрюмый край, в котором обитали зеркальные ведьмы и где содержали государственных преступников? Мы собрали вещи и сошли с поезда. К тому времени пауки уже почти полностью уничтожили паровоз. Проводники, облачившись в защитные костюмы и маски, поливали стеклянных тварей каким-то едким дымящимся раствором из брандспойтов. Пауки падали на землю целыми грудами. Запах стоял ужасный – пахло какой-то кислотой.

Едва мы вышли на каменистую дорогу, как кто-то окликнул меня. Оказалось, что за нами следом тащится Ставр Игнатьевич.

– Если молодые люди не будут возражать, я составлю вам компанию, – тяжело дыша, проговорил он. – Вместе любой путь кажется короче.

Мы радушно согласились, хотя, откровенно говоря, мне больше хотелось одному остаться с девушкой. Гертруда повела нас короткой дорогой, и мы шагали за ней и разговаривали.

– Что за напасть приключилась с поездом? – спросил я.

– Вы о глассораксах? Жуткие твари. Поезда и другую технику отливают из особых сплавов. Эти маленькие бестии отчего-то очень любят пожирать этот материал! Наверное, проводники недоглядели и где-то в нашем составе оказалось их гнездо.

– Или кто-то из пассажиров перевозил их в своем багаже, – вставил я, отчего-то вспомнив о гигантском чемодане толстяка.

– Вряд ли найдется такой отчаянный человек! – рассмеялся Диомидов. – Нам повезло, что машинист успел остановить паровоз, обычно нападение стеклоедов происходит так стремительно, что поезд может сойти с рельсов на полном ходу. И только самоубийца может перевозить в поезде глассораксов.

– Перед тем как поезд остановился, я хотел расспросить вас об одном субъекте, – вспомнил я. – Старик в длинном пальто и цилиндре…

– Простите, Александр, но там было столько народу, – виновато развел руками Ставр Игнатьевич. – Я не помню, о ком именно идет речь.

Мы шли извилистыми тропинками, преодолевая каменистые кручи, огибая высокие скалы. Солнце освещало нам путь, но совершенно не грело. От горной прохлады мне пришлось поплотнее закутаться в свой плащ. За нами следом двигалось еще несколько человек, как и мы, сошедших с нашего поезда. Через пару часов мы поднялись на очередную гору и увидели внизу островерхие крыши домов небольшого поселения.

– Норд-Шпигель! Здесь и живет моя тетя, – объявила Гертруда.

Городок располагался в низине между двумя высокими холмами. Одно– и двухэтажные домики с черепичными крышами окружали высокие деревья, дубы и сосны. Но людей мы на улицах не увидели. Гертруда привела нас к большому двухэтажному дому на окраине и постучала в дверь.

– Это местная гостиница, – пояснила она. – Вообще-то здесь хозяйничает моя тетушка. Свободные комнаты всегда есть, так что вы сможете остаться на ночлег. К тому же мы пришли сюда первыми, и нам достанутся лучшие номера. Остальным пассажирам поезда придется довольствоваться тем, что останется.

На деревянном щите неподалеку от двери мы увидели точно такое же объявление о розыске преступницы, какое нам дали полицейские. Теперь я сразу узнал в аляповатом изображении черты лица Гертруды. Диомидов, похоже, ничего не заподозрил. Пока мы его разглядывали, дверь отворилась. Навстречу вышла дородная женщина невысокого роста. Увидев Гертруду, она широко улыбнулась и обняла девушку. Нас пригласили войти, и мы оказались в просторном зале с огромным очагом. Здесь стояло несколько пустых столиков, у стены виднелась стойка бара. И ни одного посетителя. Тетка девушки, а звали ее Агата, пояснила, что многие горожане подались в соседнюю провинцию на ярмарку, поэтому городок опустел.

– Но завтра они вернутся, и здесь снова закипит жизнь! – заверила она.

Нам показали наши комнаты, а затем пригласили к ужину. Как оказалось, Агата отлично готовила, и мы с удовольствием отведали ее стряпню.

– Завтра вы сможете нанять извозчика, который отвезет вас, куда соблаговолите, – сказала она. – А пока можете устраиваться на ночлег.

Но спать совсем не хотелось. Ставр Игнатьевич уселся у камина и раскурил трубку, Гертруда отправилась на кухню – помочь мыть посуду. Агата убирала со стола.

– У вас тоже побывала тайная полиция? – спросил я. – Мы видели объявление о розыске воровки.

– Ах, вы об этом! Ну да, сюда-то они примчались в первую очередь, – ответила Агата. – Ведь Эмельдорские края издавна считаются прибежищем зеркальных ведьм. Да только все это в далеком прошлом.

– Разве ведьмы не обитают в окрестностях Норд-Шпигеля?

– Они давно перебрались в другую провинцию. За городом, к востоку отсюда, в горах еще сохранились развалины их монастыря, но там уже много лет никто не живет. Но разве полиции это объяснишь? Как вдолбят себе что-нибудь в голову, так их ничем не разубедить.

Как-то это не соответствовало рассказу Гертруды. Я терялся в догадках. Может, тетка не в курсе дел своей племянницы? Я решил попозже расспросить саму Гертруду об ее отношениях с загадочными зеркальными ведьмами.

– Так ведьмы ушли из этих мест? – спросил Ставр Игнатьевич.

– Давно, сударь, – ответила Агата. – Не знаю, куда точно они подались, но в последний раз я видела здесь зеркальную ведьму еще совсем маленькой девочкой!

– Что же, вы меня успокоили, – улыбнулся старик. – Этой ночью я буду спать спокойно.

– Конечно, господа, – кивнула Агата. – К тому же я постелила вам лучшее белье!

Пока мы отдыхали, в гостинице появились и другие пассажиры с нашего поезда. Агата занялась новыми постояльцами, а мы с Диомидовым отправились по своим комнатам. Но уснуть я не мог. Гертруда помогала тетке, так что болтать со мной ей было некогда. И я решил совершить прогулку. Развалины монастыря были за городом. Эта мысль не давала мне покоя. Я должен был осмотреть их, взглянуть хотя бы одним глазком. Тем более что город сейчас был практически пуст, и мне никто не мог помешать.

Я оделся, сунул за пояс кинжал и пистолет и, стараясь не шуметь, выскользнул из гостиницы. Оставалось определить, где здесь восток. Помнится, компас князя Поплавского здесь не работал, стрелка просто хаотично металась. Но я заметил, в какую сторону Агата махнула рукой, когда рассказывала о монастыре. Я пересек пустынную городскую площадь и зашагал в нужную сторону. Я взобрался на гору и осмотрелся. Вдали действительно виднелись развалины какого-то древнего сооружения. Поросшие кустарниками, в свете луны они выглядели зловеще. Странно, но тропинка, ведущая к храму, выглядела утоптанной, словно ею постоянно пользовались.

Я зашагал вниз по склону, моя длинная тень спускалась передо мной. Подойдя к подножию горы, я оказался перед гигантской, грубо обтесанной каменной аркой. Массивные столбы украшала резьба, изображающая змей и каких-то диковинных существ с телами людей и песьими головами. Я вошел и оказался на пустынном дворе, вымощенном толстыми каменными плитами. И наконец увидел развалины древнего монастыря. Передо мной поднималось огромное строение с провалившейся крышей. Некогда оно, должно быть, выглядело величественно. Толстые колонны поддерживали крышу, высокие окна когда-то украшали разноцветные витражи, теперь же все поросло кустарником, повсюду висела густая паутина.

Двери в храм были чуть приоткрыты. Их массивные створки, видно, навечно застряли в таком положении и вросли в землю. Теперь же никакая сила не смогла бы закрыть их или распахнуть настежь. Я протиснулся в храм. Кому поклонялись зеркальные ведьмы? Что за религия существовала в Зерцалии? И существует ли до сих пор? Меня очень интересовали эти вопросы. Я стал внимательно осматривать барельефы на стенах, роспись на потрескавшемся потолке, резьбу на каменных колоннах. Древние художники изобразили здесь монстров самых разных мастей. Узнал я лишь гигантских псов, которых мы уже видели с князем Поплавским. На барельефах были изображены сцены, где они пожирали других зверей. На других я увидел больших летучих мышей, тех самых хироптер, которые кому-то поклонялись, – изображение неведомого божества было очень неясным. Рядом с ними стояли женщины в длинных одинаковых одеждах. Должно быть, пресловутые зеркальные ведьмы. Лунный свет, проникавший сквозь дыру в крыше и выбитые окна, плохо освещал храм, но все же я смог рассмотреть эти изображения.

Затем я пересек зал и вошел в соседнее помещение. Это был длинный, широкий коридор, вымощенный черным камнем. Окна закрывали толстые стеклянные прутья решеток. Я шагал по темному проходу, по обе стороны которого стояли высокие зеркала в черных рамах. Мне казалось, что кто-то следит за мной, но на самом деле это было лишь мое отражение в запыленных зеркалах. Впереди, в самом конце коридора, стояло еще одно зеркало – самое уродливое сооружение из всех, что я когда-либо видел. Это было овальное черное стекло высотой почти в три метра, стоявшее немного наклонно и поддерживаемое мощными подпорками в виде звериных лап с острыми когтями. При одном его виде сердце замерло у меня в груди. Я вдруг ощутил какую-то неведомую опасность, исходившую от этого предмета. Его раму также покрывала резьба, в полумраке было невозможно ее рассмотреть, но из-за игры ночных теней казалось, что она шевелится. И тут, приглядевшись, я понял, что это вовсе не обман зрения! Живые змеи обвивали раму зеркала, ползали вверх и вниз. Пол у подножия зеркала тоже почти сплошь был покрыт клубками шевелящихся змей. Между ними что-то сверкало, точно россыпь бриллиантов на черном бархате. Пауки! Те самые глассораксы, уничтожившие наш паровоз! После такого зрелища все желание осматривать старинный храм у меня исчезло. Я как можно быстрее выбежал из храма и поспешил обратно в город. Кому бы ни поклонялись зеркальные ведьмы, это явно было недоброе божество.

Вот и знакомая гостиница. Но что это? Входная дверь была распахнута настежь. Странно, я же точно помню, что закрывал ее. Наверное, Агата вышла в конюшню, чтобы задать корм лошадям. Я вошел в дом и сразу понял, что случилось что-то непредвиденное.

Здесь стояла мертвая тишина. В очаге тлели угли, дрова давно прогорели, и никто не подбросил в камин новые. У подножия лестницы валялась сумочка Гертруды. Я подобрал ее и поспешил наверх. Дверь комнаты девушки тоже оказалась открыта. В ней я никого не увидел, лишь разобранную постель.

Я постучал в комнату Ставра Игнатьевича. Мне никто не ответил, но дверь со скрипом подалась. Я распахнул ее и замер, не веря своим глазам.

Ставр Игнатьевич стоял передо мной в своем дорожном костюме. Он был целиком стеклянный! Старик застыл, вскинув руку, словно пытаясь защититься от чего-то ужасного. Одежда была прежней: шерстяной костюм и кожаные башмаки, но все тело Диомидова остекленело! Его кожа тускло поблескивала в свете луны. Пораженный увиденным, я не сразу услышал тихий скрип за спиной. А в следующую секунду ужасный удар по голове свалил меня с ног, и все вокруг померкло…

Очнулся я от жалобного крика.

Голова ужасно болела, я попробовал открыть глаза, но все поплыло передо мной. Не сразу, но все же зрение вернулось ко мне.

– Александр! – кричал кто-то. – Помогите мне! Заберите меня отсюда!

Голос принадлежал Гертруде. Я попытался сесть, но едва снова не упал навзничь. Голова неимоверно кружилась. Но все же я узнал место, где оказался. Это был тот самый храм с зеркалами, змеями и пауками, где я был совсем недавно. Но теперь здесь кое-что изменилось. Между зеркалами на высоких черных подставках горели факелы, по каменному полу скользили змеи, а к гигантскому уродливому зеркалу, у подножия которого сгрудились пауки, была привязана Гертруда!

Я с трудом поднялся на ноги и, качаясь, стараясь не наступить на покрывавших пол гадов, двинулся к девушке.

– Наконец-то! – с облегчением выдохнула она. – Я думала, что мне так и придется погибнуть здесь!

– Что произошло?

– Не знаю! Я уже спала, когда меня стащили с постели и принесли сюда. Я даже не смогла разглядеть лиц своих похитителей!

Гертруда с трудом могла шевелиться, подвешенная за руки и за ноги к поверхности черного зеркала. Ее держали уродливые блестящие щупальца, высунувшиеся прямо из стекла! Казалось, они слегка шевелятся. А может, это мое зрение так шутило со мной?

– Что это? – в ужасе выдохнул я.

– Зеркальные ведьмы! – испуганно произнесла Гертруда. – Они сошли с ума! Они собираются принести меня в жертву своему богу! Освободите меня поскорее, прошу!

– Но ваша тетка сказала, что ведьмы давно ушли из этих мест!

– Они скрылись, когда на них начались гонения. Но это место для них святое, и иногда тайно они приходят сюда, чтобы приносить жертвы своему божеству! Скорее, Александр! Они скоро вернутся!

Поборов отвращение, я взялся за чешуйчатое щупальце, обвившее правую ногу девушки. Оно оказалось твердым, словно камень! Я выхватил кинжал и ударил им по нему. На чешуйчатой поверхности не осталось и царапины!

– Как мне сделать это? – воскликнул я. – Железо не берет эти оковы!

– Это заколдованное черное зеркало, – сказала Гертруда. – Я слышала о таких. Зеркало-кровопийца. Вам нужно дать ему свою кровь!

Я в ужасе уставился на нее, решив, что она шутит. Но ей явно было не до шуток. Нужно спасти девушку! Не мог же я бросить ее в беде! Ничего другого не оставалось. Я взял кинжал и, стиснув зубы, провел острием по своей ладони. Выступила кровь.

Я приложил руку к черному щупальцу, оно тут же дрогнуло и втянулось в зеркало, освободив ногу девушки. В том месте, где исчез жуткий отросток, под поверхностью стекла полыхнул красный огонек. Черная плоскость вскипела багровой пеной, показались язычки пламени. Гигантское зеркало завибрировало так, что в зале задрожал пол. Пламя быстро охватило всю поверхность черного стекла.

А Гертруда, вдруг громко засмеявшись, неожиданно соскользнула с зеркала и встала на ноги.

– Умница! – радостно взвизгнула она. – Молодец, Державин! Но что же так мало?

И пока я не пришел в себя, она схватила мою кровоточащую ладонь и впилась в нее губами. Я замер, совершенно ничего не понимая. Она пила мою кровь! Набрав полный рот, Гертруда повернулась к зеркалу и выплюнула в него мою кровь. Черное стекло забурлило еще сильнее. Тьма рассыпалась на отдельные островки, между которыми полыхал красный огонь.

– Мы так долго ждали этого! – послышался сзади знакомый голос.

– Наконец-то это произошло! – произнес еще кто-то.

Я обернулся. Из зеркал, установленных вдоль темного прохода, начали выходить фигуры в длинных красных балахонах с капюшонами. Из ближайшего стекла вышла трактирщица Агата. На ней была багровая мантия, отделанная золотом. С другой стороны прохода из зеркала показался уже знакомый мне старик в цилиндре и длинном пальто. Толстяк гадко ухмылялся и насмешливо смотрел на меня. На его груди красным огнем полыхал массивный медальон из хрусталя. Тетка Гертруды подошла ближе. Ее глаза на бледном лице казались стеклянными бусинами. Зеркальная ведьма! Глаза толстяка выглядели такими же пустыми и прозрачными, как у Агаты.

– Что здесь происходит? – воскликнул я.

– Ты только что освободил из многолетнего заключения нашего владыку! – ответил старик, широко улыбаясь. – А Гертруда и госпожа Красная Аббатиса помогли тебе в этом!

Аббатиса?!

Я уставился на Агату. Тетка Гертруды – Аббатиса ордена зеркальных ведьм! А сама девушка… Я взглянул на Гертруду. На ее губах играла довольная улыбка. Красивое лицо теперь выглядело уродливой маской. Ее длинные волосы вдруг стали светлеть и на моих глазах превратились в белые локоны. Глаза девушки утратили цвет и стали такими же пустыми, как у этих двоих. Теперь она была именно такой, какой была изображена на полицейском плакате. Аббатиса тем временем погрузила руку в огненное зеркало, зачерпнула жидкое стекло и, словно это был комок глины, принялась быстро что-то лепить из него.

– Ты обманула меня! – гневно крикнул я Гертруде.

– Вовсе нет, – хохотнула она. – Я сказала тебе, что еду к своей тетушке. Это правда. Так в чем же мой обман?

– Печать для отца!

– Чтобы выпустить из заточения Темнейшего, нашего отца и покровителя, требовалась кровь пришельца из другого мира, – сказала зеркальная ведьма. – А печать пригодится, чтобы освободить наших сестер, упрятанных властями в зерциккураты!

– Вы очень наивны, господин Державин, – произнес старик. По косматому воротнику его пальто скользили глассораксы. – Разве вас не насторожило, что вам беспрепятственно позволили воспользоваться машиной Калиостро и вновь появиться в Зерцалии? В том и состоял наш план – заманить вас в ловушку. Встреча с милой Гертрудой, ваше путешествие, даже остановка поезда именно в горах рядом с Норд-Шпигелем! Все подстроено!

– Но зачем?! – крикнул я.

– Веками наш бог был заточен в этом зеркале! – сказала Гертруда. – Это сделали древние колдуны, чтобы лишить его силы и власти. Но они просчитались! Темнейший утратил большую часть своей мощи, но он по-прежнему мог общаться с нами, своей паствой. Согласно заклятию, освободить его мог только выходец из другого мира, добровольно проливший свою кровь на черное зеркало. И это только что произошло! Ты сам пролил свою кровь, никто не заставлял тебя!

– Потому-то Дама Теней и дала тебе уйти, Державин, – снова рассмеялся старик. – Во имя другой, высшей цели.

– Но ведь Властелины всегда были против зеркальных ведьм! – вспомнил я.

– Времена меняются, сударь, – произнесла Красная Аббатиса. – Теперь кое-кто из них на нашей стороне, – и она кивнула в сторону старика в пальто. – Только Император и Повелитель Кукол еще противостоят нам, но скоро и это изменится.

– Ты – Властелин? – уставился я на толстяка.

– Андриан Леопольдович Волконский, Мастер Зеркал, к вашим услугам, – насмешливо поклонился старик.

Один из пауков забрался на его бакенбарды, и старик раздраженно смахнул его на пол. Только теперь я заметил, что пальцы его правой руки стеклянные. Четыре изогнутых пальца, унизанные крупными перстнями, казались совсем прозрачными и заканчивались длинным, острыми когтями.

– И что дальше? Вы убьете меня? – выдохнул я. – Иначе зачем вы мне все это рассказываете?

Аббатиса продолжала что-то лепить. Зеркало вибрировало все сильнее, как и каменный пол в зале. С его поверхности начал подниматься странный черный дым. Его клубы скользили по стеклу и стекали на каменные плиты, постепенно обволакивая наши ноги.

– У нас большие планы на твой счет, – ответил Мастер Зеркал. – К чему нам убивать такого полезного человека?

– Я не стану служить вам!

– Ты уже нам служишь, хотя сам до сих пор и не понял этого! – злобно сказала Гертруда.

– А это – залог твоей верности! – объявила Красная Аббатиса, прекратив наконец лепку и протягивая мне человеческую фигурку из красно-черного стекла. – Твой двойник, созданный с помощью магии Темнейшего и твоей крови. Теперь ты будешь повиноваться его воле, даже если скроешься от нас в любом другом мире!

– Нет! – крикнул я. – Этого не будет!

– Давай проверим! – ухмыльнулась Аббатиса.

И она сжала фигурку в руке. Тут же мою грудь словно сдавило стальными тисками. Я не мог вздохнуть, не мог пошевелиться. Я не мог даже застонать от боли! А Аббатиса довольно рассмеялась и сжала куколку еще крепче. Я почувствовал, как трещат мои ребра.

– Хватит! – прогремел вдруг в зале чей-то мощный голос.

Казалось, даже пол задрожал от этого мощного гула. Черный дым, клубящийся из гигантского зеркала, сделался еще гуще и начал принимать очертания человеческой фигуры. Вскоре перед нами вырос столб тьмы с руками, ногами и головой. Но полностью его разглядеть мне не удалось. Я потерял сознание и упал на каменный пол…

Когда я пришел в себя, над моей головой светило солнце.

Я лежал на спине на площади маленького горного городка под названием Норд-Шпигель неподалеку от гостиницы Агаты, или как там ее звали на самом деле. Все мое тело разламывалось от боли. Я поднялся на ноги и, шатаясь, вернулся в гостиницу. Забрав свою сумку, я взглянул еще раз на старика Диомидова. Он так и стоял в своей комнате, остекленевший с головы до ног. Внезапная догадка осенила меня. И я отправился на кухню. Там я нашел еще несколько статуй – работников гостиницы. В других комнатах были застывшие навеки пассажиры с нашего поезда. Обойдя почти весь город, я отыскал всех его жителей. Они были превращены в стеклянные статуи. Причем все находились в привычной для них обстановке, и позы их были полны спокойствия – видимо их застали врасплох. Зеркальные ведьмы и их пособники превратили это поселение в стеклянное кладбище, чтобы никто не помешал им воплотить свой план в жизнь. И я помог им! Как же я был глуп, что увлекся этой красавицей, оказавшейся зеркальной ведьмой! Впредь будет мне наука. Я промыл и перевязал руку, затем отыскал в конюшне гостиницы одинокую лошадку. Увидев меня, животное заметно оживилось. Похоже, ее давно не кормили. Я с детства занимался верховой ездой и знал, как обращаться с лошадьми. Напоив и накормив животное, я отправился верхом обратно к поезду. Оказалось, что состав уже почти восстановили. Рабочие как раз цепляли вагоны к новому паровозу, присланному с ближайшей станции. Кондуктор, старый знакомый, с удовольствием предоставил мне мое купе.

– А где же ваши спутники? – поинтересовался он.

– Они уже достигли цели своего путешествия, – сухо ответил я.

Проводник кивнул и ушел, удовлетворенный таким ответом. Тем же вечером мы снова тронулись в путь. Но я добрался лишь до первой станции и тут же приобрел билет в обратную сторону. Оставаться в Зерцалии мне больше не хотелось. Я собирался как можно скорее совершить переход обратно в свой мир. Путь до столицы я проделал без приключений. Выйдя из поезда, я сразу отправился к старинному особняку, в котором стояла зеркальная машина, из-за которой я попал в такие неприятности. Пожалуй, мне стоило тогда прислушаться к доводам старика Поплавского и уничтожить или спрятать свой ключ в укромном месте. Калиостро не зря потратил столько сил на то, чтобы скрыть проход в Зерцалию. Этот мир был опасен. Опасен самим своим существованием. По возвращении я планировал отдать ключ князю Казимиру, но…

Оказалось, что в этот раз в особняке меня ждали. Я вошел в дом и направился в главный зал. Но, едва толкнув двери, сразу почувствовал знакомый запах духов. Дама Теней, она же баронесса Фрида фон Шпильце, в своем черном одеянии из двигающихся теней ждала меня около первого зеркального круга механизма.

– А вот и вы, господин Державин, – холодно улыбнулась она.

Как же она была красива! Какой-то зловещей, демонической, неземной красотой. Я знал, что эта женщина – зло в чистом виде, и все-таки не мог оторвать от нее глаз.

– Я ухожу, – сказал я, – и больше вас не потревожу, даю слово!

– Наши планы на ваш счет изменились, граф, и теперь мы совсем не возражаем против вашего присутствия, – ответила она.

– Вы добились, чего хотели!

– Это лишь первый этап нашего замысла. Будет и второй.

– Что еще вам нужно? – с горечью крикнул я.

– Не будьте так раздражительны, граф. Мы просто прибегли к небольшой хитрости, вот и все. Вся магия этого мира зиждется на крови и зеркалах. Хочешь чего-то добиться, пожертвуй свою кровь. Хочешь, чтобы твои враги служили тебе, заставь их повиноваться, используя их кровь. Созерцатели с помощью крови путешествуют между мирами. Мы же, чтобы открыть врата для Темнейшего, используем кровь людей, таких, как вы.

– К чему вы ведете? – нахмурился я. – И что вы заставили меня сделать? Кто такой этот Темнейший?

– Могущественный демон, в незапамятные времена отправленный в Зерцалию из вашего мира. Одно его имя обладает такой разрушительной силой, что все предпочитают звать его просто Темнейшим. Древние маги изгоняли разную нечисть из своих миров в Зерцалию. Избавившись от нее, они были уверены, что их враг навсегда уничтожен, и не подозревали, что темные силы теперь обретаются и процветают в этом мире. И не бездействуют, а копят силы и мечтают вернуться обратно. Сила Темнейшего – залог нашего могущества. Но до сих пор он томился в заточении в черном зеркале. Вы же освободили его, добровольно пожертвовав свою кровь, кровь пришельца из другого мира.

– И что же дальше?

– Темнейший жаждет вернуться на Землю. Как и все мы. Для этого нам еще не раз понадобится ваша помощь, Александр. Помните фигурку из стекла, которую вылепила Красная Аббатиса?

– Разве такое можно забыть?

– Теперь эта куколка хранится в моем замке. Если вы откажетесь от сотрудничества, я разобью ее. А предварительно хорошенько над ней поработаю. Знаете, что вас ждет при этом?

– И знать не хочу!

– Вы правы, – улыбнулась она. – Лучше вам этого не знать.

– Что вы от меня хотите?

И она огласила свой приказ. Свой, или других Властелинов, или зеркальных ведьм во главе с этим Темнейшим. Но это прозвучало настолько ужасно и отвратительно, что я на мгновение лишился дара речи… А в следующий момент кинулся на нее, не сумев совладать с собой. Я схватил ее за плечи и изо всей силы стал трясти.

– Чертова ведьма! Да я никогда в жизни не соглашусь на такое!

Но Дама Теней, злорадно расхохотавшись, грациозно взмыла в воздух, увлекая за собой и меня.

– У тебя нет другого выбора! – выкрикнула она.

А затем просто рассыпалась, превратившись в стаю мечущихся под сводчатым потолком летучих мышей. Твари вылетели сквозь распахнутые окна особняка, а я рухнул на пол и завыл от досады и бессилия.

Они хотели осуществить древнее пророчество языческих колдунов! Используя для этого меня, раз уж моя кровь освободила этого демона, и мою семью! Я никогда не смогу пойти на это! Но они могут меня заставить… К черту! Честь рода Державиных превыше всего! Я не стану выполнять волю Флэш-Ройяля! Я никогда…»

Следующая страница была вырвана из дневника.

На этом записи Александра заканчивались. Катерина вдруг ощутила, как сильно дрожат ее руки. Интересно, что же потребовала Дама Теней? И что именно сотворил ее отец, выпустив из зеркала Темнейшего?

– А что же дальше? – прервал ее раздумья голос Матвея.

Пока Катерина читала вслух записи отца, он успел приготовить ужин и теперь укутывал кастрюлю полотенцем, чтобы содержимое не остыло до прихода Аглаи и Прохора.

– Конец! – сказала Катерина.

– Конец рассказа? Он же обрывается на полуслове!

– Конец дневника.

– Может, продолжение есть в другой тетради? Их ведь несколько.

– Возможно, – кивнула девушка. – Но мне кажется, что эта последняя. В других местах отец пишет совсем о другом, о более ранних событиях своей жизни. А здесь он вырвал страницы, чтобы никто не узнал о приказе Дамы Теней.

– Зачем тогда описывать все свои злоключения?

– Может, он сначала хотел записать все, но когда дошел до этого места…

– Стал противен сам себе? – догадался Матвей.

– Что-то вроде того, – согласилась девушка.

– Чем больше узнаю, тем страшнее. Зеркальные ведьмы, стеклянные пауки, демоны… Город людей, превращенных в статуи! Зачем твой отец влез во все это?

– Искал новых впечатлений, – предположила Катерина. – Но ты же сам слышал, что в итоге он пожалел о своих поисках.

– Похоже, слишком поздно, – с сомнением покачал головой Матвей.

В этот момент в гостиной зазвучали знакомые хрустальные переливы, мелодичный звон. Кто-то прямо сейчас готовился пройти сквозь зеркало. Катерина и Матвей настороженно переглянулись и быстро бросились в комнату.

Глава двадцать девятая

Темная история

Матвей схватил на ходу чехол с рапирой, лежавший в прихожей.

– Только поосторожнее! – воскликнула Катерина. – Вдруг это Алекс? Не стоит сразу бросаться в атаку.

Матвей вдруг остановился и засмеялся.

– А с чего мы вдруг переполошились? Ведь зеркало закрыто стальной решеткой!

– Ну не хамство ли? – словно в подтверждение его слов, раздался в комнате звонкий мальчишеский голос. – Зовут-зовут в гости, а сами заперлись!

– Алекс? – Катерина вошла в гостиную. – Это ты?

Зеркало за решеткой покрылось рябью, словно водная гладь при дуновении ветра. По ту сторону стекла виднелась ладонь, из глубины ощупывавшая его поверхность. Но вот на глазах Катерины и Матвея из зеркала выскользнули кончики пальцев Алекса и тут же уперлись в стальной стержень.

– Конечно я, кто же еще! – негодовал парень. – У вас тут поблизости есть зеркало, не закрытое прутьями?

Катерина и Матвей стали лихорадочно вспоминать.

– Поблизости нет! – огорченно сказала девушка.

– Ладно, попробую перейти в другом месте, – раздосадованно бросил Алекс. – Ждите!

И хрустальные переливы в комнате смолкли. Зеркало успокоилось. Полчаса спустя кто-то громко забарабанил во входную дверь. Катерина бросилась открывать. Это был Алекс, на этот раз он был в короткой кожаной курточке и синих джинсах. На ногах белели новенькие кроссовки. И лишь знакомый потертый рюкзак болтался за его спиной.

– Где так прибарахлился? – с удивлением спросила Катерина.

– А я прошел через магазин модной одежды, – важно ответил Алекс. – Ну и воспользовался случаем.

– Обокрал магазин? – ужаснулась девушка.

– А что мне оставалось? Уж в прошлый раз ты вволю поиздевалась над моей одеждой!

– Вранье!

– Короткая же у тебя память!

– Но я все равно рада тебя видеть. Ты так внезапно исчез!

– Это когда вы оставили меня с тем типом?

– Мы не оставляли, – возразил Матвей. – Думали, ты сбежишь, как и все остальные!

– Не в моих правилах удирать от врагов! – заявил парень. – Ну, разве что от самых страшных…

Алекс, не снимая обуви, прошагал в гостиную и плюхнулся на диван. Указательный палец на его руке был забинтован.

– И дайте что-нибудь пожевать, – попросил он. – А то я умираю от голода!

– Сначала о деле, – серьезно сказала Катерина. – В театре нам так и не дали толком поговорить. Тебе известно средство от остекленения?

Алекс попросил Матвея показать, как это выглядит. Когда Матвей приподнял футболку, Катерина ужаснулась. Стеклянная корка на его спине разрослась еще больше. Она уже захватила ребра с обоих боков, поднялась почти до шеи и спускалась за пояс джинсов.

Алекс нахмурился.

– У меня для вас плохие новости, – произнес он. – Я не знаю, есть ли средство от этого. – Он показал на Матвея. – Доппельгангеры в бою часто используют порошок Корнелиуса. Кто-то стекленеет сразу, другие постепенно. И это гораздо хуже.

– Почему?

– Если порошок действует моментально, человек превращается в стеклянную статую. Если процесс идет медленно, значит, ты постепенно превращаешься в доппельгангера.

– Что? – испугался Матвей.

– О таком я слышал. Человек медленно трансформируется в монстра. Сначала тело, затем душа. Ты, как личность, перестаешь существовать. А потом в тебе просыпается демон, как и в каждом из них. Ты становишься послушным рабом Властелинов и готов на все, чтобы только выполнить их волю. И начисто забываешь о своей прошлой жизни и о своих близких.

– Как это ужасно! – перепугалась Катерина.

– Лучше сразу умереть! – прошептал Матвей.

– И тем не менее это так, – ответил Алекс. – А умереть всегда успеешь.

– И никто никогда не излечивался?

– Сказал же: не знаю. Может, и были отдельные случаи. Может, существует какое-то противоядие… Но только не в вашем мире. В Зерцалии такое возможно, у вас – точно нет. В любом случае времени у тебя мало. Если хочешь остаться самим собой, нужно действовать незамедлительно.

– Да как же действовать-то, если ты сам сказал, что не знаешь, что делать? – спросила расстроенная Катерина. – С чего начать?

– А вот об этом нужно хорошо подумать. Когда не знаешь, что делать, делай что-нибудь! Например, вы могли бы уже принести что-нибудь пожевать. Я на голодный желудок плохо соображаю.

Пришлось Катерине быстренько соорудить ему яичницу. Уж что-что, а это она умела готовить. Матвей все это время молча сидел, погруженный в свои мысли. Катерина прекрасно его понимала. Неизвестно, что бы она делала на его месте. Может, просто билась на полу в истерике. Если Матвей превратится в доппельгангера… Она умрет. Она без него не сможет жить. И если для его спасения потребуется… Она с готовностью сама отправится в Зерцалию, лишь бы только найти противоядие от этой потусторонней гадости.

Катерина поставила перед Алексом тарелку с яичницей. Тот недолго думая вытащил из-за спины свой короткий стеклянный меч и разрезал им ее на куски. Катерина и Матвей не успели и слова вымолвить, как он наколол один на острие клинка и отправил его в рот.

– Прости, забыла принести вилку, – произнесла удивленная девушка.

– Не беспокойся, так удобнее! – заявил в ответ парень.

Он был неисправим!

– А что моя мать? Ты говорил с ней о… – Катерина замялась.

– Я спросил, – кивнул Алекс. – Но она промолчала. Однако была при этом очень печальной. Когда же я стал настаивать, она ответила, что когда-нибудь сама тебе обо всем расскажет.

– Конечно, – горько усмехнулась Катерина. – Кто бы сомневался! Отчего же она тогда не приходит ко мне? Мне известно, что она следит за мной.

– Может, просто собирается с мыслями, чтобы поговорить? – предположил Алекс. – Ну и насчет Двуликого, – продолжал он с набитым ртом. – Что тут посоветуешь? Нужно выследить гада и прижать к стенке. Выяснить, кто его послал и с какой целью.

– Выслеживать его не обязательно, рано или поздно он сам за мной явится.

– Тогда устроим ему ловушку! Есть специальные способы изловить доппельгангера. Это защитные знаки, которые нужно нарисовать на полу и дверях. Как я уже говорил, доппельгангер – это мелкий демон в стеклянном обличье. Значит, на них распространяются те же правила, что и на остальную нечисть. Пентаграмма, несколько меловых кругов на полу, пара-тройка символов.

– Ты их знаешь? – спросила Катерина.

– Конечно!

– И что, уже приходилось использовать их на практике? – поинтересовался Матвей.

– Рисовать их я умею. Но применять никогда не приходилось. Давайте сюда мел!

Алекс, покончив с едой, скатал на полу ковер и опустился на колени. Катерина принесла из кухни кусок мела, и он принялся делать на полу разметку, отмеряя между точками равные расстояния.

– Нарисуем пентаграмму прямо здесь, – говорил он. – А затем накроем ее ковром. Если эта тварь проникнет в дом, войти в комнату он сможет. А вот выйти из нее уже нет. Вот тут-то мы с ним и поговорим!

Алекс изобразил большой круг диаметром почти в три метра, внутри его нарисовал два круга поменьше. Затем по нанесенным заранее меткам изобразил ровную пятиконечную звезду. В его уверенных движениях действительно чувствовался опыт. В пяти углах пентакля Алекс изобразил странные символы, а затем выпрямился и окинул свое творение критическим взглядом.

– Отлично! – кивнул он. – А теперь помогите мне накрыть все ковром!

Взяв ковер за углы, они аккуратно прикрыли им начертанное на полу. Ни одна из линий не выглядывала из-под него. Матвей молча встал на ковер. Постоял, затем медленно шагнул обратно.

– Что ты делаешь? – спросила Катерина.

– Проверяю, – хмуро ответил он. – Человек ли я или уже… кто-то другой.

– А это дельная мысль, – кивнул Алекс. – Но уверяю тебя, пока ты точно человек. Будь ты доппельгангером, ты бы уже набросился на нас.

– Если это случится, немедленно разбейте меня.

– Да что ты такое говоришь! – горячо воскликнула Катерина. – С тобой все будет в порядке, слышишь! Ты не станешь доппельгангером.

– Я не знаю этого наверняка, – произнес Матвей. – Но если это случится… Если я начну бросаться на людей, на вас… Обещайте, что уничтожите меня.

Катерина и Алекс промолчали.

– Что, языки проглотили? – воскликнул Матвей.

Катерина взяла его за руку.

– Все будет хорошо, – сказала она. – Мы сумеем тебя спасти.

– В любом случае еще слишком рано говорить об этом, – подтвердил Алекс. – Мы постараемся найти средство. А пока это не случится, есть много способов удержать доппельгангера на месте. Связать, запереть в обитом железом сундуке… С голоду не помрешь, они ведь практически не едят. Иногда только пьют воду.

– Какие радужные перспективы, – невесело ухмыльнулся Матвей.

– Выбора нет, – пожал плечами Алекс. – Но хватит о грустном. Говорите, что вас еще беспокоит?

– Тебе этого мало? – спросила Катерина.

– Ну… Всегда есть что-то еще.

– Тип в зеркальной маске, – сказал Матвей. – Кто он?

– Если бы я знал! Но он чертовски силен. Так швырнул меня в зеркало, что я едва стену не проломил! Я никогда о нем раньше не слышал, да и твоя мама с ним не знакома. Нам остается только догадываться, кто за ним стоит.

– Он тоже доппельгангер? – спросила Катерина.

– Неизвестно. Однако его способности поражают. Он двигает предметы усилием мысли и сражается при помощи скипетра Макропулоса. Это такой особый жезл, созданный для борьбы с демонами и прочей нечистью. Такое было под силу только самым старым магам из ордена Созерцателей или из Клуба Калиостро. Его цели тоже неясны. Он либо хочет защитить тебя от Двуликого, либо сам собирается захватить тебя в плен.

– Неприятно это слышать, – призналась Катерина.

– И я тебя понимаю! – Алекс стряхнул крошки с джинсов прямо на ковер. – Ладно, теперь мне пора возвращаться. Я постараюсь узнать что-нибудь о противоядии и об этом зеркальном рыцаре. Маргарита обещала расспросить главу ордена Созерцателей. Он скрывается, но она всегда знает, где его найти. Говорят, он очень мудрый человек. Вернусь, как только что-то выясню. А вы без меня постарайтесь ни во что не влезать!

– Нас обычно не спрашивают, хотим ли мы куда-то влезть или нет. А ты долго не задерживайся.

– Да уж не задержусь. У вас тут творится что-то очень нехорошее. Лучше не оставлять тебя надолго без присмотра!

Алекс обнял Катерину, пожал руку Матвею, затем попрощался и ушел. Девушка проводила его до двери, затем вернулась в гостиную.

Матвей разглядывал свою левую руку, сгибая и разгибая пальцы. Катерина подошла ближе и озабоченно охнула. Тыльная сторона ладони парня покрылась стеклянной коркой. Пальцы странно поблескивали в свете лампы. Матвей бросил на нее грустный взгляд.

– Твоему двоюродному брату действительно стоит поторопиться, – сдержанно сказал он.

* * *

Наташа уже лежала в постели, когда у нее зазвонил мобильник. Она взглянула на дисплей и нахмурилась. С ней хотела поговорить ее мать. Что было очень странно. Татьяна никогда раньше не звонила ей, предпочитая ругать и предъявлять претензии в лицо, когда Наташа возвращалась домой. Она решила не отвечать на звонок, но мать оказалась очень настойчивой. Трубка вибрировала почти пять минут. Наконец Наташа, устав слушать беспрестанно повторяющуюся мелодию звонка, включила связь.

– Привет, дочь, – спокойно проговорила Татьяна.

Наташа удивленно замерла с трубкой в руках. Нечасто мать обращалась к ней с такими словами. Судя по голосу, сегодня она и капли в рот не брала.

– Ну и как тебе живется там, на казенном пропитании?

– Хорошо, – осторожно ответила девушка.

– Тебя не обижают?

– Конечно нет!

– Рада это слышать. Ты же знаешь, в случае чего, только скажи мне. Я быстро поставлю на место этих зарвавшихся типов!

Наташа даже думать не хотела о таком развитии событий. Что-что, а скандалить мать умела, причем никогда не стеснялась в выражениях.

– А у тебя как дела? – спросила она для того, чтобы поддержать разговор. – Дома все в порядке?

– Вполне. Скоро выхожу на новую работу. Устроилась уборщицей в супермаркет.

– Это замечательно…

Больше Наташа не знала, что сказать. Татьяна тоже молчала. Воцарилась неловкая пауза.

– Я вот для чего звоню, – наконец произнесла мать. – Ты извини меня, если что. Бывает, я веду себя по-свински. И может, когда-то кричала на тебя понапрасну.

Когда-то! Да это происходило едва ли не каждый день!

– Пока ты не уехала, я этого не понимала, – продолжала Татьяна.

– Хорошо, – сказала Наташа. – Ничего страшного.

– Ну а как Шадурская? Не слишком тебя загоняла?

– Нет, мне нравится работать на нее. И раз уж зашла речь, скажи, вы знакомы друг с другом?

– О, мы знакомы с давних пор, – сдержанно ответила Татьяна. – Когда мы еще жили с твоим отцом, а он общался с Державиными и этими снобами из дворянского собрания.

– Но вы вроде не в очень хороших отношениях? Я слышала, как вы ругались тогда, в нашей квартире.

– Правда? – напряглась Татьяна. – И слышала, из-за чего?

– Нет, – ответила Наташа.

Мать вздохнула с облегчением.

– Дела давно минувших дней. Она всегда вела себя со мной слишком бесцеремонно и высокомерно, а меня это бесило. Я не привыкла ходить вокруг да около, ты же знаешь. Мы были так молоды. – Голос Татьяны заметно потеплел. – Много друзей, вечеринки…. Да, мы часто пересекались. Она и ее муж иногда устраивали приемы в своем доме, а твой отец дружил с ее супругом. Да и я его знала… А потом он погиб при пожаре.

– При пожаре? – удивленно переспросила Наташа.

Уж не в том ли пожаре, в котором погибла мать Кирилла?

– А как это произошло? – поинтересовалась девушка.

– Честно говоря, я плохо помню. Твой отец мне что-то рассказывал… А почему ты спрашиваешь?

– Да многие этим сейчас интересуются. Какая-то темная история…

– И что за люди? – быстро спросила Татьяна.

– Князь Векентьев, один из участников дворянского собрания.

– Я помню его! – отозвалась мать. – Такой высокомерный старикан. Он и тогда не слишком жаловал Шадурскую. А сейчас они с ней в каких отношениях?

– Тоже не в очень хороших. Она считает, что он метит на ее место. Хочет сместить с поста председателя Клуба.

– Вот как? – заинтересовалась Татьяна. – Что ж, между ними всегда были какие-то дрязги и разборки. Ну ладно, дорогая, спокойной ночи. Приятно было тебя услышать.

И Татьяна отключилась. Наташа отложила телефон в сторону и задумалась. Нечасто у нее с матерью происходили такие разговоры, без ругани и обвинений. Может, та наконец поняла, что ее пьянство до добра не доведет? Наташа погасила в комнате свет и вернулась в постель.

Больше ее никто не беспокоил.

Глава тридцатая

Месть Татьяны

Татьяна Назарова сидела в своей тесной кухне, уставившись на старенький мобильник в своей руке. Наташка ничего не заподозрила, а она добилась, чего хотела. Узнала самое главное. Князь Векентьев все так же точит зубы на Шадурскую и хочет занять ее место. Что ж, если старик по-прежнему жаждет насолить графине, Татьяна сможет ему помочь! Ведь ей известно гораздо больше, чем кто-либо может предположить! Теперь эта выскочка здорово пожалеет, что так высокомерно себя вела с ней!

Дело за малым – найти номер телефона Векентьева. Он был записан в одном из блокнотов ее покойного мужа. Остается надеяться, что за все эти годы князь не сменил его. Татьяна отправилась в спальню, открыла шкаф и вытащила из него небольшой потертый чемодан с бумагами Николая. Она все еще хранила все его документы и записи, зная, что когда-нибудь они ей пригодятся. Ей повезло, в одном из блокнотов она отыскала телефон старика. Пожилые люди неохотно меняют свои привычки, адреса и номера телефонов. Векентьев, сколько она его помнила, всегда жил в старинном доме на окраине города. Может, и до сих пор живет там?

Татьяна вернулась в кухню и набрала номер.

– Резиденция Векентьевых, – ответил ей строгий мужской голос.

– Э, здравствуйте… – Татьяна смущенно откашлялась. – Могу я поговорить с господином Векентьевым?

– По какому вопросу?

– По личному, – ответила она. – Передайте ему, что я обладаю ценной информацией об одном из его заклятых врагов.

Голос попросил ее немного подождать. Татьяна прижала трубку плечом и с довольной улыбкой потерла ладони. Наконец графиня Виолетта Шадурская получит по заслугам. Жаль, что она не узнает, кто именно нанес ей такой удар!

* * *

Ранним утром Татьяна Назарова, приняв душ и уложив волосы, облачилась в свое лучшее платье. В черное, совсем новое. Она надевала его лишь раз – на недавние похороны своего супруга. Затем, как сумела, накрасилась и подрумянила бледные щеки, а глаза прикрыла большими темными очками. Она остановилась перед зеркалом в прихожей и критически глянула на себя. Что ж, выглядела она очень даже хорошо. Конечно, не так, как в молодости, когда ей вслед оборачивались все мужчины, но довольно привлекательно. Затем женщина вышла из дома и ровно в назначенное время подошла к воротам городского парка. Князь Векентьев уже ждал ее там, стоя в тени высокой чугунной ограды, у шикарного черного автомобиля. Татьяна направилась к нему, жалея, что сейчас никто из знакомых не видит ее. Наверняка они бы с ума сошли от зависти!

– Андрей Дементьевич, доброе утро!

– Татьяна? Рад вас видеть! С прискорбием узнал о смерти вашего мужа. Примите мои соболезнования.

Старик учтиво поцеловал ей руку, затем пригласил сесть в свою машину.

– Благодарю вас, князь. Когда-то наши семьи были очень близки.

– Так что вы хотели поведать мне, дорогая? Признаться, ваш звонок заинтриговал меня.

– Речь пойдет о Виолетте Шадурской. Вы ведь тоже не слишком любите ее?

– Скажем так: у меня часто бывали некоторые разногласия с членами ее семьи!

– А сама она заняла кресло председателя дворянского собрания, которое по праву должно было достаться вам!

– Я в то время путешествовал и не смог помешать Виолетте, – согласился старик. – Она же вела очень хитрую игру, избавляясь от своих конкурентов. Когда я вернулся, она уже стала председателем. Пришлось мне смириться с этим.

– Но теперь вы можете сместить ее с поста.

– Каким образом? – спросил Векентьев.

– Если умно распорядитесь информацией, которую я вам сейчас сообщу, – улыбнулась в ответ Татьяна.

– Прежде чем это произойдет, скажите, чем вам-то она не угодила?

– А вы не помните? Ах да, вы же постоянно отсутствовали в городе и просто не в курсе тех событий… Дело в том, что графиня Шадурская сломала мою жизнь!

Татьяна произнесла это с такой ненавистью, что Векентьев изумленно приподнял брови. Женщина поправила темные очки и продолжила:

– Мы были молоды и беспечны. Когда я вышла замуж за Николая, я любила его без памяти. А он, оказывается, продолжал любить свою первую девушку – Маргариту. Даже когда она вышла замуж за другого, их чувства не остыли. Представляете, каково мне было? Я разрывалась на части, пытаясь сохранить семью. А Виолетта Шадурская всегда любила Александра Державина. Мы часто встречались на разных светских мероприятиях. Какие взгляды она на него бросала! И с какой ненавистью смотрела на его жену Марго! Родители заставили ее выйти замуж за другого, но Державина она не забыла. И не оставляла попыток сблизиться с ним. Знаете, что задумала эта интриганка? Она хотела, чтобы Маргарита бросила мужа и вернулась к моему Николаю! Чтобы Александр стал свободным! Для нее! Шадурская плела искусные интриги, делая все, чтобы Марго и мой муж постоянно встречались на разных приемах и вечеринках.

Она толкала их друг к другу! – Татьяна глубоко вздохнула. – Все мы помним, чем все это закончилось. Ее план удался лишь наполовину! Маргарита и Николай снова влюбились друг в друга. Но Марго не оставила мужа, а он не бросился в объятия Виолетты. Александр устроил так, что Николай исчез! Вскоре сбежала и Марго, а затем пропал без вести и сам Александр. Своими кознями Шадурская разрушила сразу две семьи! Нашу и Державиных! Однако она ничего этим не добилась. Зато Шадурская осталась при своем, хотя и нелюбимом, муже, а вот я осталась ни с чем! Одна с двумя детьми. Теперь вы понимаете, почему я ее так ненавижу?

Старик внимательно слушал ее.

– А теперь настала пора и мне поквитаться с ней, – закончила Татьяна.

– С радостью помогу вам в этом. Так что вы знаете о ней такое, что могло бы нам помочь?

– Я слышала, вы хотите выяснить, что случилось в доме Башаровых в ночь, когда там погибли люди.

– Откуда у вас такая информация? – удивился князь.

– У меня свои источники, – уклончиво ответила Татьяна.

– Не скрою, меня сильно интересует этот вопрос, – кивнул старик.

– В ту ночь там сильно пострадала девушка, горничная, моя хорошая знакомая. Спасатели извлекли ее из-под обломков едва живой, но сохранить ей жизнь врачам так и не удалось. Она скончалась в больнице через несколько часов после случившегося. И перед смертью она рассказала мне кое-что интересное.

– И что же? – Векентьев не скрывал своего интереса.

– Владельцы дома и их гости пытались призвать кого-то… из потустороннего мира… – понизив голос, проговорила Татьяна, – но все пошло не по их сценарию. Раздался взрыв, а затем пламя охватило стены. И в дыму, когда почти все были без сознания, Виолетта прикончила своего муженька!

Старик вытаращил глаза.

– Вы в этом уверены? – недоверчиво спросил он.

– Моя приятельница не стала бы лгать. Она находилась на первом этаже дома, когда пол проломился и вниз стали падать тела. Но муж графини был жив! И моя подруга увидела, как графиня подошла к краю пролома и прикончила его!

– А доказательства у вас есть? Кто-нибудь, кто может подтвердить ваши слова?

Татьяна отрицательно покачала головой.

– Нет, иначе я пошла бы прямо в полицию. Но я полагаю, у вас есть способ узнать правду. В полиции привыкли принимать во внимание только проверяемые факты и не верить в разные сверхъестественные вещи. Но мы-то с вами знаем, что иногда случается такое, что трудно объяснить.

– Вы правы, дорогая, – прищурившись, произнес Векентьев. – И ваша информация просто бесценна. Я постараюсь узнать подробности и использую их. Что вам нужно за эти сведения?

– Поверьте, мной руководит только месть. Я хочу видеть, как она будет ползать в грязи. Это и станет для меня лучшей наградой!

– И все же я не могу отпустить вас просто так.

Старик вытащил из внутреннего кармана пиджака большую пачку банкнот и передал ее Татьяне.

– За ваши хлопоты, – произнес он.

Татьяна улыбнулась и спрятала деньги в свою сумочку. Она не только отплатила графине, но еще и подзаработала на этом! Определенно, сегодня у нее удачный день!

* * *

Князь Векентьев приехал в особняк дворянского собрания в приподнятом настроении. Встреча с Татьяной Назаровой оказалась для него очень полезной. Если все, что рассказала эта женщина, правда, Шадурской недолго осталось быть во главе Клуба Калиостро. Он вошел в конференц-зал, где его ждали княгиня Щергина, граф Лужецкий, граф Орлов и баронесса Гольданская в своей неизменной белой маске и черных кружевах.

– Добрый вечер, дамы и господа! – поздоровался он. – Графини Шадурской нет? Отлично. Значит, нам можно говорить свободно. Мне удалось кое-что узнать, – начал Векентьев, усаживаясь в кресло председателя. – Оказывается, в доме Башаровых случилось нечто интересное в ту ночь. До меня дошел слух, что Шадурская могла быть причастной к исчезновению черных зеркал, как минимум, она могла видеть, кто именно их украл. Заверения, что она потеряла сознание и ничего не помнит, оказались ложью!

– Это тот мальчишка вам рассказал? – спросил граф Орлов.

– Нет, но сейчас речь пойдет именно о нем. Мадам Гольданская, это правда, что ваша Диоптра может не только устанавливать связь с потусторонним миром, но и показывать, что творится в голове человека? Правду, которую он хочет скрыть, воспоминания, которые он гонит от себя?

– Что вы хотите, Андрей Дементьевич? – хрипло спросила баронесса. – Не люблю ходить вокруг да около.

– Я хочу увидеть все, что видел внук Башарова той ночью! Это возможно?

– А как же его психиатр?

– Он пока не справился с заданием. А нам нельзя мешкать, хеллоуин на носу!

– Да, это возможно, – с уверенностью сказала Гольданская. – Можно увидеть его воспоминания на экране Диоптры. Наблюдать то, что видели его глаза в ту ночь.

– Минутку! – воскликнула Щергина. – Почему же тогда мы не воспользовались Диоптрой раньше?

– Потому что это может окончательно лишить его рассудка, а то и вовсе убить! – сказала Гольданская. – Человеку, не имеющему способностей медиума, лучше не иметь дела с Диоптрой. Его мозги могут просто вскипеть!

– Я хотел поберечь мальчишку, – признался Векентьев. – Но теперь понимаю, что иного выхода у нас нет.

– И что нам до его мозгов! – воскликнул граф Орлов. – Они у него и так набекрень!

– Главное – узнать правду, – согласился князь. – А если он окончательно станет шизофреником, то мы ведь и взяли его из психушки. Туда и вернем, как, собственно, и предполагалось. Решено! Обработаем его Диоптрой! Что для этого нужно, баронесса?

– Потребуется специальное сиденье, – сказала Гольданская. – Оно хранится в подвале моего дома с незапамятных времен. Когда-то мой прадед-медиум, служивший в царской жандармерии, использовал его, чтобы добывать показания от несговорчивых заключенных. Ну и сама Диоптра. Главное – чтобы мальчишка все это время находился в сознании. Иначе ничего не выйдет!

– И как скоро мы можем все устроить? – спросил Векентьев.

– Да когда угодно! – ответила Гольданская. – Можно прямо завтра, после бала. Я прикажу доставить сюда и то и другое.

– Замечательно! – сказал Векентьев. – Наконец мы узнаем всю правду о случившемся в особняке Башаровых.

– Хеллоуин обещает быть очень занимательным, – обрадовалась княгиня Щергина.

Глава тридцать первая

Холодный расчет

Лучшие вечеринки с друзьями получаются спонтанно, незапланированно. Ирина Клепцова позвонила Катерине вечером и поинтересовалась планами на ближайшие несколько часов. Катерина и Матвей собирались побыть дома.

– Тогда мы придем к вам! – заявила Ирина.

– Зачем? – удивилась Катерина.

– Проведем собрание Клуба любителей ужасов у вас! Ты не переживай, фильмы для просмотра мы захватим, ну и пожевать что-нибудь. А с вас только большой телевизор!

– Это у нас есть, – сказала Катерина.

Примерно через час Ирина, Артем и Марина уже стояли на пороге дома Державиных. Артем принес несколько старых черно-белых фильмов ужасов, девушки купили в магазине большой пакет попкорна, ветчины и хлеба для бутербродов и целую упаковку банок с колой.

– У нас гости? – удивилась Аглая. – Вот незадача! Мы как раз уходим.

Они с Прохором собирались в «Иллюзион».

– Это и к лучшему, – сказала Катерина. – Не будете нам мешать.

– Ты глянь, какая деловая! – подбоченилась Аглая.

– Пусть молодежь развлекается, – улыбнулся Прохор. – Может, хоть немного отвлекутся от мрачных мыслей.

Он словно прочел мысли Катерины. Девушка потому и радовалась гостям, что эта шумная компания отвлекала ее и Матвея от их проблем. Прохор вошел в гостиную, чтобы показать Артему, как подключить флэшку к телевизору. Аглая, улучив момент, подошла к Катерине.

– Ну, как ты? – озабоченно спросила она. – Держишься?

– Стараюсь, – кивнула девушка.

– Знаешь, что я придумала? Давай мы с тобой уедем! Отправимся на юг, проведем там месяц-другой.

– А как же ваша свадьба? – удивилась Катерина.

– Свадьба подождет. Твоя безопасность для меня превыше всего.

– А моя учеба?

– Пропустишь немного, что из того? Ты не представляешь, как я за тебя волнуюсь. Я почти не спала этой ночью!

Аглая обняла Катерину. Девушка прижалась к ее груди.

– Мне тоже страшно, – призналась она.

– Понимаю. Поэтому я очень рада, что сегодня у нас дома столько гостей. Скоро и Валентин вернется. При народе никто не рискнет к нам сунуться. Ну а там посмотрим. Мы ведь можем уехать прямо завтра! Оставим Прохора управляться с театром, а сами отправимся путешествовать. Хорошая идея?

Катерина промолчала. Аглая ничего не знала о Матвее. Как она могла оставить его в таком положении? Но мачеха ждала ответа, и девушка молча кивнула.

– Я подумаю, хорошо? – сказала она.

– А что тут думать? Я сегодня же поговорю с Прохором.

Аглая отпустила Катерину и окликнула Прохора. Они вышли из дома, и вскоре со двора донесся шум отъезжающей машины. Десять минут спустя пришел Игорь, а потом появилась и Наташа. От нее пахло дорогими духами, да и выглядела она потрясающе. Новые джинсы, блузка от известного дизайнера, роскошная прическа.

– Да вы только гляньте на нее! – воскликнула Ирина. – Выглядит, как модель из тех журналов, которые заставляют меня ненавидеть себя!

Наташа сдержанно улыбнулась.

– Ничего особенного, – ответила она. И покосилась в сторону Матвея. – Просто решила наконец заняться собой.

– А Алекс не придет? – спросила Марина.

– Не обещал, – покачал головой Матвей.

– А жаль, – вздохнула девушка.

Катерина удивленно на нее посмотрела.

– Она втрескалась в твоего двоюродного братца! – со знанием дела сообщила ей Ирина.

– Правда? – рассмеялась Державина.

– Он такой классный! – мечтательно произнесла Марина. – Сильный, смелый, плюет на условности. Такой крутой нигилист!

– Чего? – не расслышал Игорь.

– Она там что-то насчет глистов брякнула, – подсказал ему Артем.

– Глистов? – перепугалась Ирина. – Если это заразно, я к вам в гости больше не приду!

Ребята громко расхохотались.

– Вы все дураки! – оборвала их Марина. – Больше никогда ничего вам не расскажу!

Вскоре все устроились перед телевизором, и Артем поставил первый фильм. Матвей позвонил в службу доставки пиццы. Через полчаса им привезли две еще теплые коробки, источающие ароматный запах. Ребята смотрели фильм, замирая от ужаса в самых страшных местах, и уплетали за обе щеки угощение.

– Пицца! – набив рот и зажмуриваясь от удовольствия, проговорил Артем. – Бутерброды! Ты еще и готовить умеешь, не только фехтовать! Повезло же твоей будущей жене!

Катерина только теперь поняла, что он обращается к Матвею.

– Наверное, – кивнул парень.

Когда с первой пиццей было покончено, Матвей отправился на кухню за второй. Наташа весь вечер пристально за ним наблюдала. Сегодня она наконец решилась признаться ему в своих чувствах, высказать все открыто, как советовала ей графиня. К чему это приведет, девушка не знала, но она уже устала надеяться неизвестно на что. Лучше выяснить все и сразу, чем тешить себя несбыточными мечтами. И будь что будет! Она встала с дивана и тоже направилась в кухню вслед за Матвеем.

– А ты куда? – спросил Игорь.

– Помогу. Не все же ему одному нас обслуживать!

В кухне Матвей вытащил пиццу из коробки и переложил ее на широкое блюдо, затем начал разрезать на части. Наташа подавала тарелки, на которые он сразу выкладывал горячие куски.

– Так как у вас с Катериной? – напрямик спросила она.

– А что такое? – не понял Матвей.

– Все в порядке? После того, что мы видели?

– Но мы не видели ничего особенного.

Наташа изумленно на него посмотрела.

– Ты ж не слепой, Матвей! Они с Игорем нравятся друг другу! Ты сам видел… как они близки!

Матвей, не понимая, вскинул брови:

– Мало ли что нам тогда показалось.

– Но я-то точно знаю! Ведь он мой брат, и мы много обо всем разговариваем. Он любит Катерину. А она любит его!

Матвей оторвался от пиццы и хмуро взглянул на Наташу:

– Мне неприятен этот разговор. И вообще, чего ты добиваешься?

– Разве это незаметно? Ты мне нравишься, Матвей. И я… Я подхожу тебе больше, чем она.

Наташа подошла к ошеломленному парню вплотную и положила руки на его плечи. Матвей замер, опустив руки. Наташа поняла, что более подходящего момента уже не представится. Она глубоко вздохнула, привстала на цыпочки и поцеловала его.

В этот момент в кухню вошла Катерина.

– Ну что тут у вас… – начала было она и осеклась.

Наташа тут же отпрянула от Матвея.

– Ничего особенного! – быстро проговорила она.

– Действительно, – выдохнул парень.

Он взял несколько тарелок с пиццей и, стараясь не смотреть на Наташу, вышел из кухни. Наташа последовала за ним, но Катерина преградила ей дорогу.

– Постой, – сказала она.

– В чем дело?

– Нам нужно поговорить. Наедине. И мне кажется, этот разговор назрел уже давно!

– Мне сейчас не хочется с тобой разговаривать…

Наташа хотела обойти Катерину, но та вновь преградила ей выход из кухни.

– Думаешь, я ничего не замечаю?

– Что ты ко мне привязалась?

– Хватит приставать к Матвею! Я ведь вижу, как ты на него смотришь!

– Точно так же, как он смотрит на меня!

– Что?! – Катерина вытаращила глаза. – Не знаю, что взбрело тебе в голову, но ты его совершенно не интересуешь. А мне неприятно наблюдать, как ты вешаешься на моего парня.

– Так не наблюдай!

– Никогда не думала, что буду устраивать кому-то разборки из-за Матвея!

– Разборки? – Наташа злобно усмехнулась. – Да у тебя, кажется, истерика! Он ведь любит меня, ты до сих пор этого не поняла? Может, ему просто не хватает решимости признаться? А с тобой он продолжает встречаться только потому, что его отец живет в вашем доме.

Катерина покачала головой.

– Мне кажется, ты меня совсем не слышишь, – произнесла она. – Я словно с умалишенной разговариваю.

– Ну вот, теперь я еще и сумасшедшая! – воскликнула Наташа.

Матвей вернулся в кухню с пустыми тарелками в руках.

– Хватит кричать, – спокойно сказал он. – Там Ирина с Артемом про вас уже спрашивают…

– А им-то какое дело! – выкрикнула Наташа. – Пусть не лезут в чужие дела!

Катерина подняла руки вверх.

– Я этого не вынесу, – сказала она. – С меня хватит. Разбирайтесь сами. – И вышла в гостиную.

Наташа тут же шагнула к Матвею.

– Что это на тебя нашло? – спросил он.

– Просто я устала таить все в себе! Она тебя совершенно не ценит! А я люблю! Ну что, может, сходим куда-нибудь? – с надеждой спросила Наташа. – Куда угодно. В любое время!

– Нет, – решительно покачал головой Матвей. – Я люблю Катерину. Что бы ты там себе ни вообразила.

– Мы сохраним все в тайне? Она ни о чем не узнает!

– Извини, но я не могу так поступить…

– Мы будем встречаться тайком от нее!

– Ты меня удивляешь. Никогда не думал, что ты такая…

– Какая? – вскинулась Наташа.

Матвей замер, подбирая слова.

– Двуличная, – наконец сказал он.

Наташа чуть не задохнулась от ярости. Надо же, она впервые набралась храбрости, открылась ему, излила свою душу! А он назвал ее двуличной! Девушка резко повернулась и выбежала из кухни, а потом, громко хлопнув дверью, и из дома. Обескураженный Матвей вернулся в гостиную.

– Что это с ней? – спросил Игорь.

Матвей развел руками.

– Кажется, она придумала себе какой-то свой мир, – проговорила Катерина. – Где все должно происходить так, как хочет она. Но на деле все выходит совсем по-другому. И это ее злит.

– Это на нее похоже, – согласился Игорь. – Она всегда витала в облаках. Слишком много любовных романов прочитала!

– Так ты в курсе? – удивился Матвей.

– Конечно, – кивнул Игорь. – Она все-таки моя сестра. Я сразу догадался, что она в тебя…

– Наташка влюбилась в Матвея?! – с удивлением воскликнула Ирина. – Эта тихоня? Вот так новости! Как я рада, что сидела в этот момент!

– Давайте больше не будем об этом! – попросила Катерина.

– Давайте, – тут же согласился Игорь. – Я и так не хотел, чтобы вы обо всем узнали, но раз уж она сама открыла все карты… Мне не нравится ее поведение, но, как уже сказал, она моя сестра.

Вечер продолжался. Ребята больше не поднимали эту щекотливую тему, предпочитая обсуждать фильмы, сменявшие друг друга на экране телевизора. Они не расходились, пока не пересмотрели все ужастики из запаса Артема.

Когда фильмы закончились, на улице уже совсем стемнело. Все засобирались по домам, Матвей и Катерина отправились провожать гостей.

– Отлично провели время! – радовалась Ирина. – Надо будет как-нибудь повторить!

– Конечно, – подхватила Катерина. – Мы согласны!

– В следующий раз соберемся у меня, – пообещала Ирина. – Я тоже найду, чем вас угостить!

На том и порешили. Дойдя до развилки у ворот парка, Ирина, Артем и Марина направились в одну сторону, Игорю нужно было в противоположную. Ребята попрощались, и Катерина с Матвеем проводили Игоря до самого подъезда.

– У меня на душе как-то неспокойно, – призналась Катерина, когда они подошли к крыльцу. – Накричала на Наташку. А ведь ей самой сейчас несладко.

– Но ведь ты права, – заметил Матвей. – Она перешла запретную черту.

– И все-таки мне как-то не по себе. Нужно позвонить ей и извиниться.

Не раздумывая, Катерина достала мобильник и набрала номер Наташи, но та не отвечала. Видимо, здорово разозлилась.

– Ну и ладно! – сказал Игорь. – Не велика персона. Потом как-нибудь извинишься.

– Я так не могу. Буду думать об этом всю ночь. А твоя мать не знает номер, по которому Наташу можно найти?

– А кто ж ее знает? – развел руками Игорь. – Можно зайти и спросить.

Он поднял голову вверх.

– Свет горит, значит, она еще не ложилась. Пойдем! – решительно сказал он. – Посмотрите, как она выглядит в нормальном состоянии.

Катерину слегка покоробило от таких слов. Все-таки Татьяна – мать Игоря. Но, с другой стороны, она плохо знала эту женщину, а, судя по рассказам Игоря и Наташи, жить с ней было непросто. Они вошли в дом, поднялись на нужный этаж, и Игорь отпер входную дверь. Свет горел лишь в кухне. Татьяна Назарова сидела за столом, смотря старенький телевизор. Перед ней стояла початая бутылка и небольшая рюмка.

– Ну вот! – расстроился Игорь. – А я думал, ты действительно прекратишь…

– Сынок! – обрадовалась Татьяна. Она даже не заметила, что Игорь пришел не один. – Да ничего особенного! Просто решила немного расслабиться!

– Ты обещала больше не пить! – возмутился Игорь.

– Но мне так проще, – заявила вдруг Татьяна. – А иначе воспоминания лезут в голову. Неприятные…

– Что еще за воспоминания?

– Об этой дряни Шадурской! Как она искалечила мою жизнь! Сегодня я сделала кое-что, сынок. Думала, мне станет легче. А вот не стало! Я не такая, как она!

Игорь озадаченно на нее посмотрел.

– А Шадурская-то здесь при чем? – спросил он.

Матвей и Катерина тоже вошли в кухню, пораженные услышанным.

– О, так ты с друзьями! – Татьяна вскочила с табурета и засуетилась, стала заглядывать во все шкафы, открыла холодильник. – Вы уж простите меня… Чем же мне угостить вас? Хотя ничего особо и нет…

– Не стоит, – мягко улыбнулась Катерина. – Мы здесь по другому поводу.

– Вы знакомы с Шадурской? – спросил Матвей.

Татьяна снова плюхнулась за стол и потянулась к бутылке.

– Имела такое несчастье, – буркнула она. – А потом эта дрянь сделала так, что мой Николай и Маргарита встретились друг с другом… Хотела, чтобы Александр стал свободен для нее… На меня ей было наплевать!

Катерина и Матвей в недоумении переглянулись. Татьяна продолжала что-то невнятно бормотать, наполняя рюмку. Ребята разобрали лишь слова проклятий и ругательств, которые она отпускала в адрес графини.

– Ты знаешь, как позвонить Наташке? – громко спросил Игорь. – Только не на сотовый, а на обычный телефон?

Татьяна недовольно ухмыльнулась.

– Вот еще! Станет она давать мне телефон этого дворца! Она же стыдится меня, свою собственную мать! Слушать меня не хочет, а ведь не понимает, что эта дрянь-графиня окончательно ее испортит!

Катерина ничего не понимала. Игорь и Матвей тоже.

– Графиня? – тихо спросил Игорь.

– А то кто же еще! Шадурская разбила мою семью, а теперь и дочку решила увести. Ну, ничего! Я с ней поквиталась! Надолго запомнит! – Татьяна хрипло рассмеялась, а затем вдруг осеклась, испуганно взглянув на ребят. – Ой! Что же это я! Обещала ведь никому не рассказывать… Это секрет вообще-то.

– Наташа работает на графиню Шадурскую? – проговорила потрясенная Катерина.

– Ага, работает. Девочкой на побегушках! А Наташка-то тоже хороша! Нет бы с матерью поделилась! Я ее столько лет воспитывала, недоедала, недосыпала, себя не жалела!

– Ну, началось, – тихо произнес Игорь. – Пойдемте, – позвал он друзей.

Они вышли из кухни, оставив Татьяну причитать о неблагодарных детях и загубленной жизни.

– Как она могла? – недоумевал Игорь. – Связаться с графиней! И ведь никому ничего не сказала!

– Знала, что мы этого не одобрим, – кивнула Катерина. – У твоей сестры больше секретов, чем мы предполагали. И что это за история с нашими родителями? Графиня разбила вашу семью?

– Мне ничего об этом не известно, – признался Игорь. – Мать вообще впервые говорит о таком. Но сейчас с ней общаться бесполезно. Вот когда придет в себя, тогда я и расспрошу ее обо всем. И Наташку тоже заставлю все выложить! – грозно пообещал парень. – Для чего она связалась с графиней?

Катерина не могла в это поверить. Тихая скромница Наташа работала на Шадурскую… И пыталась увести Матвея. И недавний случай в школе… Арсений Попов сказал тогда, что Катерину оговорила одна из ее подружек. Уж не ее ли это рук дело? Теперь все вставало на свои места.

– Она просто спятила! – заявил Игорь.

Но с этим Катерина не могла согласиться. На поступки сумасшедшей это не похоже. За всеми действиями Наташи угадывался точный холодный расчет.

* * *

Графиня Виолетта Шадурская задержалась в имении дворянского собрания допоздна. Она наблюдала за работой Михаила Башарова и не переставала удивляться таланту этого изобретателя. Ему удалось воссоздать машину по старинному чертежу, используя для этого самые современные технологии. Новый зеркальный механизм с черным зеркалом посередине мало напоминал старое устройство Калиостро. Большие зеркальные круги на полу поворачивали хромированные узлы, выпуклые зеркала преломляли лазерные лучи, создавая из них причудливые фигуры прямо в воздухе. За работой машины следила компьютеризированная система. Теперь все устройство запускалось не хрустальным ключом, а специальной программой. Оставалось лишь раздобыть последний компонент и дождаться полнолуния, и тогда… путь в Зерцалию будет открыт!

Графиня вышла из зала, где стояла машина, довольно улыбаясь. Наконец ее мечта осуществится. Она попадет в потусторонний мир и отыщет свою дочь Полину! А князь Векентьев и его компания пусть делают что хотят. И не видать им Трианона, как своих у шей! Этот артефакт никогда не попадет в руки этих безумцев! На лестнице она вдруг увидела Наташу. Та только что вошла в особняк и выглядела очень расстроенной.

– Что с тобой, дорогая? – спросила у нее графиня. – На тебе лица нет!

Наташа помотала головой, не желая отвечать, и хотела было пройти в свою комнату, но Шадурская ее удержала.

– Кто обидел мою девочку? – ласково спросила она.

– Я поругалась с Катериной, – глухо ответила Наташа.

– О, это большая ошибка! – тут же заявила графиня. – Ты ведь полезна мне, лишь пока дружишь с Державиной.

– Я уже узнала больше, чем хотела!

– А это уж мне решать, милочка! – холодно улыбнулась графиня. – Что еще ты выяснила об этой особе?

Наташа хмуро взглянула на нее.

– Созерцатели… Это потомки Калиостро! – выпалила она. – И Катерина Державина – одна из них. Ее мать Маргарита – Созерцательница, и она передала свои способности дочери.

Графиня молча на нее смотрела.

– Вы не удивлены? – спросила Наташа.

– Чему мне удивляться, милочка? Я давно знаю об этом.

– Вот как? Откуда?

– Прочла в твоих мыслях сразу после того, как Дама Теней говорила с моими коллегами по Клубу Калиостро. Ты старалась скрыть от меня эту информацию, но тебе это не удалось. – Графиня усмехнулась. – Ты пыталась защитить Державину?

– Да, – ответила Наташа. – Сама не знаю почему.

– Отчего же теперь решила выдать ее?

– Потому что сегодня мы окончательно рассорились. Больше я не хочу покрывать ее! И не хочу иметь с ней ничего общего! Вы ее схватите?

– Если она не пойдет с нами добровольно.

– Но почему вы не сделали этого раньше? – удивилась Наташа.

– К чему? Машина ведь еще не работала. Но теперь Башаров закончил ее, и нам нет смысла откладывать задуманное. Я сейчас же распоряжусь. Рада, что ты наконец призналась. Мы должны доверять друг другу!

И графиня пошла давать распоряжения охранникам Клуба Калиостро.

Наташа отправилась в свою комнату. Все кончено! Она больше не увидит Матвея, не поговорит с ним. А виной всему эта выскочка Державина! Наташа громко хлопнула дверью. Зато она ей отомстила! Рассказала все графине, и теперь у Катерины возникнут по-настоящему серьезные неприятности. Она отплатила ей за все! Но почему же тогда на душе так погано?

Глава тридцать вторая

Он Доппельгангер!

Когда Катерина и Матвей вернулись от Назаровых, Аглаи и Прохора еще не было. Но это и к лучшему. Катерина пребывала в подавленном состоянии, и отвечать на их расспросы ей сейчас не хотелось. Телевизор в гостиной работал. Оказалось, что Артем забыл свою флэшку с фильмами, и ужастики крутились опять с самого начала. Но Катерина их уже не смотрела: в ее жизни хватало собственных ужасов.

– Что на нее нашло? – тихо спросила она. – Я считала ее такой милой девчонкой!

– Кто знает! – произнес Матвей. – Но она начала вести себя странно еще тогда, сразу после ночи лунного затмения.

– И я ничего не замечала!

– Все мы заметили перемены, просто никто не обращал на них внимания. Пока правда не открылась.

– Ты прав. Эти ее резкие перепады в настроении, эти дорогие вещи, эта раздражительность и высокомерие! Шадурская хорошо запудрила ей мозги!

– Ты поговоришь с ней? – спросил Матвей.

– Думаешь, стоит?

– По крайней мере нужно дать ей возможность объясниться.

– Сомневаюсь, что она захочет что-нибудь объяснять.

В этот момент входная дверь открылась, и в дом вошел дед Валентин. Катерина сразу замолчала. Старик весело что-то насвистывал и размахивал на ходу своей тростью. Он снял пальто и шляпу в прихожей, затем заглянул в гостиную.

– Вечеринка уже закончилась? – поинтересовался он. – Жалко. Хотел познакомиться с вашими друзьями.

– Как оказалось, некоторые из них совсем не друзья, – заметила Катерина.

– Что такое? – нахмурился Валентин. – Почему у вас такие лица?

Он прошел в гостиную и опустился в кресло.

– Выкладывайте!

– Да особо нечего выкладывать. Оказывается, Наташа все это время работала на графиню Шадурскую.

– О, – только и смог произнести Валентин. – Но может, девочке были нужны деньги? Может, она не собиралась делать ничего дурного?

– Тогда могла бы найти работу в любом другом месте, – отрезала Катерина.

– Тоже верно. Наверное, графиня хорошо ей платит!

– За что? За информацию о нашей семье?

– Не исключено. В Клубе Калиостро творится что-то очень странное. Среди его членов назревает серьезный раскол. Я опасаюсь, как бы Кирилл не пострадал. Ну и Наташа, раз она тоже в этом замешана.

– Она меня сейчас меньше всего волнует, – жестко сказала Катерина. – А Кирилл – это тот парень? Из клиники?

– Да. Мы с ним уже добились хороших результатов, но Векентьев меня очень торопит. Ради желаемого он и парня не пощадит. Я видел его с Ангелиной Гольданской. Это не к добру.

– А кто это? – спросил Матвей.

– Жуткая дама в черном, очень сильный медиум. Ее лицо постоянно скрыто, говорят, что оно сильно обезображено. У нее есть старинный оккультный оптический прибор, Диоптра, и с его помощью она может устанавливать контакт с миром духов. А еще Диоптра пробуждает в человеке давно похороненные воспоминания, но это очень опасно: можно лишиться рассудка. Если они применят ее к Кириллу… За здоровье парня я не ручаюсь.

– А если помочь ему сбежать оттуда? – спросила Катерина.

– Клуб надежно охраняют и днем и ночью. Попытаться, конечно, можно, но что дальше? У него есть официальный опекун, его дед. А в полиции нам все равно никто не поверит. Но предложение дельное. Подумаю об этом завтра. Поздно уже. Если не возражаете, я пойду к себе.

Старик поднялся с кресла и, опираясь на трость, двинулся к двери. Но, достигнув кромки ковра, он вдруг замер.

– Что-то вспомнил? – спросила Катерина.

– Нет… – напряженно ответил Валентин. – Я не могу… Господи! – выдохнул он.

– Что? – забеспокоилась девушка.

Валентин обернулся и укоризненно взглянул ей в глаза:

– Не стоило вам этого делать.

– Делать что? – не поняла Катерина.

Однако Матвей сразу догадался. Он вскочил на ноги и резко сдернул Катерину с дивана.

– Он не может сойти с ковра! Он… доппельгангер!

Катерина с ужасом уставилась на Валентина, не веря своим глазам. И он тоже?

Матвей быстро отпрыгнул в сторону, увлекая ее за собой. Старик кинулся к ним, но они уже были за пределами ковра. Валентин замер, снова натолкнувшись на невидимую преграду.

– Только не сейчас! – простонал он.

– Ты доппельгангер?! – в ужасе крикнула Катерина.

– Да, – кивнул Валентин. – Но я все могу объяснить!

– Да что же это такое! – схватилась за голову девушка.

Матвей не сводил глаз со старика. Катерина не могла, не хотела в это верить! Милый, добрый дедушка Валентин! Но все доказательства налицо… Она тут же припомнила все странности Валентина. Он редко снимал перчатки, даже находясь дома! Даже когда пек блины, на его руках были варежки-прихватки, чтобы не прикасаться к металлическому противню! Он редко сидел с ними за одним столом во время обедов и ужинов, а если и присутствовал, то только пил чай. Она вспомнила случай в салоне Феофании! Ее зелье не подействовало ни на старика, ни на Матвея. Потому что оба уже не были людьми! Как она могла быть такой слепой!

– Ты тоже следишь за нами? – воскликнула она.

– Нет, у меня совсем другое задание!

– Так у тебя есть задание?! – выкрикнула Катерина. – А я-то считала тебя своим дедушкой!

– Я появляюсь в этом мире уже на протяжении почти двадцати лет! Сначала я только следил за членами твоей семьи, затем занял место Валентина, который бесследно сгинул где-то в Европе много лет назад. Это ведь он рассказал твоему отцу о Зерцалии! Это он на самом деле подтолкнул Александра к его поискам. Мне надо было этому помешать, но я не смог. Знай же, настоящий Валентин был исчадием ада! А я… В сущности, я и есть твой дедушка, ведь другого у тебя нет!

– Кто тебя послал? – спросила девушка.

– Тот, кому небезразлична твоя судьба и выбор, который тебе предстоит сделать!

– Какой еще выбор?!

– Ты не должна узнать об этом! Еще слишком рано!

– Узнать о чем?! – Катерина была почти на грани истерики.

В этот момент кто-то громко постучал во входную дверь. Катерина и Матвей от неожиданности вздрогнули.

– Полиция! – раздалось с улицы. – Открывайте!

– Нет! – закричал Валентин. – Не впускай их! Это не те, кто ты думаешь!

– Полиция сейчас очень кстати, – сказала Катерина. – Знать бы еще, как им все это объяснить…

Она выбежала в прихожую и распахнула дверь.

– Останови ее! – крикнул старик застывшему Матвею. – Не дай впустить их! Вы должны мне верить!

– Ты упустил свой шанс, – резко ответил ему Матвей. – Если бы ты нам все рассказал сам, без пентаграммы… – И он вышел вслед за Катериной.

В прихожую вошел следователь Яблонский. Его сопровождал молодой полицейский в форме.

– Тебя-то нам и надо, – улыбнулся Яблонский Катерине. – Собирайся. Поедешь с нами.

– Куда? – удивилась девушка.

– Нам нужно поговорить с тобой. О твоей мачехе.

– Что-то случилось? – испугалась Катерина.

– Да, несчастный случай, – кивнул Яблонский. – В театре.

Катерина застыла на месте. Мало ей других неприятностей! Теперь еще и с Аглаей что-то случилось? Она этого не переживет!

– Я готова, – взволнованно ответила девушка. – Но что произошло?

– Скоро обо всем узнаешь.

– Нет! – завопил вдруг из гостиной Валентин. – Не ходи с ними! Разве ты не видишь, что он тоже доппельгангер?! Они оба!

Катерина в ужасе обернулась, затем взглянула на следователя и его спутника. Яблонский тут же прыгнул к ней и схватил ее за волосы. Девушка вскрикнула от боли.

– Кто там у тебя? – спросил он, толкая ее к гостиной.

– Отпусти ее, – бросился к ней на выручку Матвей.

Но молодой полицейский схватил его за грудки и резко рванул к себе. Одной рукой он схватил Матвея за горло, другой заломил ему руку за спину.

– Не дергаться! – прошипел полицейский.

Вместе они вошли в гостиную. Дед Валентин мрачно смотрел на них, опираясь на трость.

– О, – молодой полицейский расхохотался. – Не думал, что ты еще топчешь эту землю, прихвостень Созерцателей! Я уже и забыл о тебе, старая развалина!

– Подойди ближе, – ухмыльнулся Валентин. – И мы проверим, кто из нас скорее развалится.

Полицейский кивнул следователю. Яблонский с готовностью шагнул на ковер, таща Катерину за собой. Валентин ухватился за трость двумя руками и повернул ее резную рукоятку. Посох с щелчком раздвинулся, подобно телескопической антенне, и превратился в длинный стальной жезл с узким клинком. Скипетр Макропулоса! Валентин держал его в перчатках, и жезл не причинял ему вреда.

Старик расстегнул пиджак. На его груди висел большой хрустальный медальон, светящийся голубым светом. В середине его виднелась небольшая фигурка ангела. Валентин положил на него руку и неожиданно резко вздрогнул.

Катерина и Матвей во все глаза смотрели на него. От медальона по всему телу Валентина вдруг пролегли сияющие серебристые полосы, и прямо на их глазах его тело покрылось хрустальной броней! Плечи, руки, торс – все оказалось закрыто сверкающими пластинами! Лицо исчезло за зеркальной маской. И Катерина узнала в нем своего защитника! Это был тот рыцарь, Зеркальная Маска, который уже не раз спасал ее от Двуликого! Это о нем ей говорил Алекс!

Сверкающий рыцарь выставил перед собой жезл Макропулоса. Яблонский тут же загородился Катериной, словно щитом.

– Ты же не станешь размахивать этой штуковиной перед лицом своей внучки? – засмеялся он.

Катерина, улучив момент, резко ударила Яблонского ногой по колену и вырвалась из его рук. Она метнулась к камину, схватила кочергу и, широко размахивая ею, бросилась на полицейского, державшего Матвея. Яблонский кинулся за ней, но налетел на невидимую преграду пентаграммы и завопил от ярости.

Молодой полицейский отшатнулся назад и врезался спиной в стену. Катерина ткнула кочергой ему прямо в лицо. Послышалось громкое шипение, гладкая кожа доппельгангера стала лопаться, он завопил от боли и выпустил Матвея из рук.

Паренек тут же отскочил от него.

– Помоги мне! – крикнул напарнику Яблонский. – У них тут пентаграмма на полу! Хитрые, поганцы!

Полицейский медленно поднялся, на ходу меняя внешность. Трещины на лице затянулись, да и само лицо изменило форму. Теперь на Катерину смотрела ее мачеха Аглая.

– Ты идиот! – крикнула она Яблонскому. – Как можно было так глупо попасться?!

Валентин взмахнул жезлом и ринулся на Яблонского. Тот перекатился через спину, вскочил на ноги и выхватил из-под куртки пистолет. Грохнул выстрел, но Валентин увернулся. Для своего возраста – или скорее для возраста своего прототипа – он двигался очень проворно и скипетром выбил пистолет из рук следователя.

Матвей схватил Катерину за руку.

– Бежим! – крикнул он.

– Э, нет! – повернулся к ним Двуликий – а это был он – в облике Аглаи. – Вам же интересно узнать, что стало с вашими родителями?

– Что вы с ними сделали? – испуганно крикнул Матвей.

Двуликий лишь расхохотался. Валентин снова бросился на Яблонского. Тот швырнул в него журнальный столик. Старик на лету перерубил его своим жезлом. Обломки полетели во все стороны. Лже-Аглая подхватила ножку столика и приподняла ею край ковра. Показались линии пентаграммы. Доппельгангер вонзил деревяшку в пол и резко рванул на себя. Послышался громкий треск, пентаграмма была разрушена.

– Бегите! – крикнул ребятам Валентин. – Я найду вас!

Яблонский тут же бросился на Катерину, но Валентин настиг его сзади. Рукоятка скипетра со всей силой обрушилась на его макушку, и голова взорвалась, разлетевшись на сотню сверкающих осколков. Вслед за ней и тело осыпалось на пол грудой дымящегося стекла.

Тем временем Двуликий вытащил из-за плеча клинок и метнулся с ним к Валентину.

Катерина и Матвей не стали дожидаться исхода этого поединка. Они бросились в прихожую и выбежали из дома. Позади них вдребезги разлетелось окно гостиной. Из дома неслись звон, удары и крики, сопровождающие яростную схватку.

Матвей вдруг запнулся и едва не упал.

– Что с тобой? – воскликнула Катерина, поддержав его.

– Ничего… Куда мы сейчас?

– В театр, куда же еще? К Аглае и Прохору!

– Тогда нам лучше взять скутер. – Парень, прихрамывая, побежал к гаражу и вскоре вывел из него мотороллер. Матвей как-то странно припадал на левую ногу.

– Тебя ранили? – с тревогой спросила Катерина.

– Нет.

– Ты… – ужасная догадка поразила ее. – Твои ноги…

Неужели он скоро полностью потеряет способность двигаться?

– Ну, меня еще не стоит сбрасывать со счетов, – невесело улыбнулся Матвей.

Он вскочил на скутер и махнул Катерине. Она села позади него и обхватила парня за пояс. Они выехали со двора и помчались по ночной улице. Ветер свистел в ушах Катерины, волосы били по лицу. Надеть шлем была непростительная потеря времени. Катерина закрыла глаза, стараясь сдерживать слезы, но они все равно градом катились по ее щекам. Валентин – доппельгангер! Наташа все это время лгала им и шпионила для графини. Матвей… превращался в стеклянного истукана. Ее жизнь разлеталась вдребезги, подобно стеклянному Яблонскому, а она ничего не могла с этим поделать.

Вот и «Иллюзион». Странно, но во всем здании не горел свет. Аглаю и Прохора вызвали сюда еще вечером, здесь наверняка должен был кто-то находиться. Но театр встретил их мертвой тишиной. Катерина и Матвей оставили скутер у лестницы и поднялись к дверям. Они были распахнуты, но в вестибюле тоже царила тьма.

– Где они? – недоумевая, спросила Катерина.

– Может, в задней части здания? – предположил Матвей.

– У меня нехорошее предчувствие, – призналась девушка.

Они вошли в темный коридор. Свет уличных фонарей, проникающий сквозь высокие окна, отражался в блестящих мраморных плитах пола.

– И насколько все плохо? – тихо спросила Катерина.

– Ты о чем?

– О тебе.

– Все плохо, – ответил Матвей.

От этого Катерине хотелось отчаянно завыть. Оставалось надеяться лишь на Алекса, но тот не объявлялся. Они поравнялись с входом в подвал театра. Оттуда не доносилось ни звука. Катерина подошла к двери подземелья и толкнула ее, и неожиданно в лицо девушки ударил луч мощного фонаря.

– Эй! Кто это тут бродит? – громко спросил кто-то.

– Степан? – воскликнул Матвей.

Клоун выключил фонарь.

– Ну и напугали же вы меня! – выдохнул он. – Я наводил порядок в подвале и уже шел к выходу, а тут слышу – кто-то шевелится в потемках!

– Так ты здесь один? – спросила Катерина.

– Конечно нет! Все наши здесь!

– И Аглая с Прохором?

– Естественно!

– Но где они все? Почему в здании так тихо?

Степан настороженно прислушался.

– А ведь и правда! – в недоумении произнес он. – Неужели все ушли? Кто-нибудь предупредил бы меня об этом.

– Может, они в зрительном зале? – предположил Матвей. – Столько народу! Должны ведь они где-то поместиться?

Они быстро зашагали к зрительному залу. Матвей распахнул тяжелые двери, и они вошли внутрь. В зале царила кромешная темнота. Катерина выхватила у Степана фонарик и включила его. Луч выхватил из темноты испуганное лицо акробатки Веры. Она стояла у самой двери, и лицо ее странно блестело в свете фонаря. Катерина испуганно вскрикнула. Матвей и Степан замерли, потрясенные увиденным.

– Что здесь произошло?! – спросил клоун.

Луч фонаря заметался по залу, освещая все новые и новые лица.

Катерина не смогла сдержать слез. Вся их труппа была здесь, безмолвные стеклянные фигуры замерли в разных местах темного зала. Кто-то сидел в кресле, кто-то застыл прямо на ходу. Она бродила между статуями, вглядываясь в стеклянные лица, холодея от ужасного предчувствия. Катерина искала Аглаю и Прохора, но их в зале не оказалось. Она почувствовала некоторое облегчение, но все равно сердце с тоской сжималось в груди.

– Они все… – произнес потрясенный Степан, – стеклянные! Как это так?

Катерина достала телефон и набрала номер Аглаи. Раздались гудки, но мачеха не отвечала. И вдруг девушка расслышала знакомую мелодию звонка. Она раздавалась откуда-то сзади, из темноты вестибюля.

– Аглая! – воскликнула Катерина. – Она где-то снаружи!

Степан как раз поравнялся с выходом. В этот момент его шею со свистом обвило что-то золотистое, и клоуна резко рвануло вперед. Он буквально вылетел из зала. Послышался звук сильного удара и тяжелый стон. Катерина и Матвей испуганно замерли.

Навстречу им из мрака вышел Иннокентий Бестужев. Позади него виднелся силуэт Шахини, она сворачивала свой золотой трос-ожерелье. Степан без сознания лежал на полу у ее ног.

– Славно, что мы с вами встретились, детишки, – злобно прошипел фокусник. – А я ведь как раз от ваших родителей.

– Где они? – спросил Матвей.

– О, с ними все в порядке. Они ждут вас в имении Клуба Калиостро.

– Вы лжете! – крикнула Катерина.

– А это у меня тогда откуда? – Фокусник показал Катерине телефон Аглаи. Трубка все еще издавала приглушенные трели.

– Что вы сделали с остальными? Почему все они…

– Остекленели? – спросил Иннокентий. – Вот этого я не знаю, сам бы хотел выяснить. Когда мы приехали сюда, вся ваша труппа уже пребывала в таком виде.

– Двуликий, – угрюмо произнес Матвей. – Это наверняка его работа.

– А Прохор и Аглая? – спросила Катерина.

– Мы захватили их на улице у дверей театра, – снисходительно ответил Иннокентий. – Они даже не успели сюда войти, так что избежали этой участи. Считайте, что мы их спасли! Поэтому сейчас мы выйдем отсюда, сядем в мою машину и отправимся к ним.

– Что вам от нас нужно? – спросила Катерина.

– Лишь немного твоей крови! И все тут же закончится. А если будете вести себя плохо, Шахиня вас быстро успокоит. Как этого клоуна! Все понятно?

Катерина и Матвей обреченно переглянулись. Сейчас у них не было другого выхода. Придется подчиниться.

Глава тридцать третья

Хеллоуин

Утром 31 октября Катерина Державина не появилась в школе. Игорь решил, что она опаздывает, но девушка не пришла и на второй урок. Он позвонил ей на сотовый, но абонент был недоступен. Тогда Игорь набрал номер дома Державиных, но и там никто не отвечал. Это показалось ему совсем уже странным, ведь в особняке постоянно кто-то крутился, не Аглая, так Матвей или Прохор. Или дед Валентин. Поэтому, едва дождавшись окончания уроков, он решил отправиться к Державиным.

Наташа на занятия тоже не пришла. Наверное, стыдилась показаться на глаза своим теперь уже бывшим друзьям. Игорь позвонил и ей, но она не брала трубку. Разобиделась на весь белый свет!

– Попадешься мне еще! – буркнул Игорь.

– Разговариваешь сам с собой? – спросила Ирина Клепцова.

Она стояла у зеркала рядом с гардеробом. Марина крутилась рядом со своими неизменными барабанными палочками в руках.

– А с кем еще я могу завязать умный разговор? – ответил Игорь.

Клепцова лишь ухмыльнулась. В этот момент к ним подошли Лия и Дуня с косметичками в руках.

– Эй ты, бульдозер! – сказала Лия Клепцовой. – Может, уже уберешься от зеркала? Ты ж его полностью закрываешь, взглянуть не даешь!

– Да неужели! – разозлилась Ирина. – А ты уверена, что там есть на что смотреть?

Лия обиженно засопела носом.

– Не обращай на нее внимания, Лия, – поддержала подругу Дуня. – Она такая же нелепая, как ее костюм!

– Это школьная форма, тупица, – сказала Марина. – На тебе точно такая же!

Дуня замерла, обдумывая услышанное.

– Они просто нам завидуют! – жеманно проговорила Лия. – Ведь мы на этот хеллоуин будем тусоваться на самой крутой вечеринке города, а они проведут вечер, сидя дома! Неудачницы!

Обстановка у зеркала быстро накалялась.

– На хеллоуине вам самое место. Вы там первые места займете в конкурсе всякой нечисти! – подлила масла в огонь Марина.

– У змеюка!

– Посмотри на себя в зеркало! У тебя на лбу написано: «Сумасшедшая»!

– Сейчас мы посмотрим, кто из нас сумасшедшая, а кто пойдет на вечеринку!!!

Игорь решил не дожидаться, чем все закончится. Девочки дерутся, мальчики не суются! Он быстро взвалил на плечо свой рюкзак и поспешил к выходу из школы. В дверях он столкнулся с Артемом Бирюковым.

– Что там за вопли? – поинтересовался Артем.

– Лия и Дуня сцепились с Ириной и Мариной.

– Не завидую этим курицам, – покачал головой Бирюков. – Клепцова зароет их в дальнем углу школьного двора. А ты куда так спешишь?

– К Катерине. Она сегодня почему-то не пришла в школу.

– Я с тобой, – тут же заявил Артем. – Вчера оставил у них редакционную флэшку! Клепцова с меня за нее голову снимет. Буду лежать в одной могиле с этими кумушками!

– Тогда, конечно, пойдем! – согласился Игорь.

Они отправились вместе и обнаружили особняк Державиных вымершим. Ребята еще с улицы заметили выбитые окна и открытые настежь двери. Они вошли в дом и увидели страшный разгром в гостиной и прихожей. Артем просто остолбенел.

– Вчера же все было в порядке! – воскликнул он. – Значит, все случилось уже после нашего ухода!

Игорь вошел в гостиную и опустился на колени возле странной груды битого стекла. Рядом с ней валялся изорванный деловой костюм и ботинки. Ему уже приходилось видеть подобное раньше. Точно так же выглядели останки барона Пельта и старухи Евдокии. Игорь тут же понял, что это то, что осталось от доппельгангера. С одной стороны, это радовало – значит, Катерина с друзьями как-то справились с этой тварью. С другой стороны – справиться-то справились, да вот где они сами?

Скомканный ковер валялся в стороне, в полу виднелась глубокая пробоина – кто-то, обладающий неимоверной силой, проломил пол, испещренный странными меловыми знаками. Игорь порылся в карманах костюма на полу и обнаружил удостоверение на имя следователя Яблонского. Неподалеку под диваном лежал настоящий пистолет!

– Ого! – вытаращил глаза Артем. – Стеклянный следователь!

– Что-то мне это не нравится, – признался Игорь.

– Может, возьмем пистолет с собой?

– Спятил? Да и что мы с ним будем делать?

– Не знаю, – пожал плечами Артем. – Припугнем кого-нибудь.

– А ты умеешь им пользоваться?

– В компьютерных играх я много монстров поубивал.

– Здесь все куда сложнее! – невесело произнес Игорь.

Они обошли весь дом Державиных, заглянув во все уголки. Вещи хозяев были нетронуты, все лежало на своих местах. Игорь толкнул дверь комнаты Катерины. Девушка никогда не отличалась особой любовью к порядку, ее вещи были повсюду разбросаны.

– Тут что – шкаф взорвался? – удивился Артем. – Обыск делали?

– Здесь всегда так! – ответил Игорь и вошел в комнату.

Шкатулка с дневниками Александра Державина стояла на столе. Сам не зная зачем, Игорь сунул ее в свой рюкзак. А затем прихватил и рапиры Катерины и Матвея, брошенные на кровати. Так, на всякий случай.

– Может, все-таки вызвать полицию? – спросил Артем.

– Они нам ничем не помогут, – ответил Игорь. – А если найдут пистолет и удостоверение своего коллеги, мы от них и вовсе не отделаемся!

– Что же нам делать?

– Придумаем что-нибудь.

Ребята заперли дверь дома и поехали в театр «Иллюзион». Там тоже царил жуткий беспорядок. Со дня ограбления в вестибюле мало что изменилось. Рухнувший со стены стенд так и валялся на полу, двери в подвал были открыты. Чуть позже они обнаружили в темном зрительном зале стеклянные фигуры, много фигур. Артем едва не упал в обморок от одного их вида.

– Это живые люди?! – изумился он.

– Были, – кивнул потрясенный Игорь. – Я их всех знал, это артисты цирка. Кто-то превратил их в статуи!

– Жуть!

– Теперь ты понимаешь, что полиция тут бессильна? Катерину и ее семью явно похитили. И наверняка держат в Клубе Калиостро.

– Мы должны им как-то помочь! – заявил Артем.

– Я тоже об этом думаю. Но как?

– Нужно поговорить об этом с Иринкой. Она настоящий стратег во всем, что касается разных рискованных вылазок! Поехали к ней, она наверняка еще не ушла домой.

И они отправились обратно в школу. По пути Игорь набрал номер телефона своей сестры, но Наташа по-прежнему не отвечала.

– Вот коза! – разозлился он. – Я ей устрою!

* * *

Ирина и Марина сидели в школьной столовой. За соседним столиком расположились Аркадий, Арсений, Лия и Дуня. Девушки из редакции газеты выглядели живыми и здоровыми, а вот другой парочке повезло меньше. Обычно тщательно уложенные волосы Лии торчали в разные стороны, словно кто-то использовал ее голову в качестве швабры. Она старательно приглаживала их руками, но придать им прежний вид никак не получалось. Школьная форма Дуни выглядела так, словно ее вместе с владелицей пару раз прокрутили в стиральной машине. Пусть ненадолго, но с девчонок слетела вся их спесь. Они горячо что-то обсуждали и оскорбляли всех, кто проходил мимо их столика, но Ирину с Мариной не трогали. Знали, что это чревато серьезными последствиями.

Игорь и Артем быстро ввели подруг в курс дела. Ирина задумалась.

– Их похитили?! – воскликнула Марина. – В голове не укладывается!

– А ты укладывай поскорее, – произнес Артем. – Время идет.

– Полицию привлекать точно нельзя, – сказала Марина. – В этом вы правы. Да они нам и не поверят. Что мы им скажем? Что Клуб Калиостро похитил девушку, чтобы ее кровью запустить машину, которая открывает проход в параллельные миры? Тогда уж точно окончим свои дни в психушке.

– Вот и я о том же, – согласился Игорь. – Но выручать их как-то надо!

– Конечно надо, – сказала Ирина. – Только пока нет ни одной мысли.

– Ты обязательно что-нибудь придумаешь! – заверил ее Артем. – У тебя всегда есть какой-то план!

– Сегодня в дворянском имении бал, так? – размышляла Ирина. – Может, нам пробраться туда? И пока в особняке будет столпотворение, попытаться найти место, где держат Катерину и Матвея?

– А как мы туда проникнем? – спросил Игорь.

– Можно перелезть через забор! – предложила Марина.

– И как ты себе это представляешь? – спросила Клепцова. – А если я свалюсь?

– Грохоту будет на весь город, – с уверенностью сказал Артем. – И смеху тоже!

– В таком случае я постараюсь свалиться на тебя, – пообещала ему Ирина. – Тогда тебе точно станет не до смеха!

Артем посмотрел на нее и тут же забраковал план проникновения через забор. За соседним столиком раздался громкий смех. Лия и Дуня смеялись громче мальчишек.

– Это будет классная вечеринка! – воскликнула Дуня. – Хорошо, что наши родители так богаты, что получили приглашения!

– Это точно! – согласился Аркадий. – Главное их не потерять! В дворянское собрание без билетов не пропустят!

– Я свое ношу с собой! – Лия похлопала по своей сумочке.

– Я тоже не расстаюсь, – добавила Дуня.

– А мое у Аркадия, – пропыхтел Попов. – А то точно потеряю! Так во сколько встречаемся?

Игорь довольно улыбнулся.

– А вот и план, – загадочно произнес он. – Их четверо и нас четверо. Сегодня они собираются в Клуб Калиостро на этот бал по случаю хеллоуина. Сопрем у них билеты и без проблем пройдем в особняк!

– О, как же это подло, коварно и бесчестно! – горячо воскликнула Ирина. – И почему я сама до такого не додумалась?

– Стараюсь, – скромно опустил глаза Игорь.

– Гениально! – сказал Артем.

– Только как мы выкрадем билеты? – спросила Марина.

– Ну, это легче легкого, – ответил Артем. – Сегодня физра в бассейне. Мы дождемся, когда они оставят свои вещички в шкафчиках, а потом просто вытащим пригласительные.

– А не будет ли это слишком жестоко по отношению к ним? – спросила Марина.

Все молча на нее посмотрели, а затем так же вместе рас смеялись.

– Переживут! – заявила Ирина. – Даже если бы не великая цель – помощь друзьям, я бы все равно их выкрала, только чтобы досадить этим заносчивым курицам!

* * *

Вечером в небе над имением дворянского собрания загрохотали разноцветные фейерверки. В саду между деревьями зажглись гирлянды, лужайки, берега пруда, беседки и поля для гольфа ярко осветились прожекторами. Секьюрити, одетые по случаю праздника в черные смокинги, тщательно просматривали приглашения многочисленных гостей. У ворот имения толпились журналисты, окрестности то и дело освещали яркие фотовспышки.

Наташа сидела в своей комнате, слушая доносящуюся из бального зала музыку. Она надела платье, которое специально купила для бала, но настроение у нее было совсем не праздничное. Наташу мучила совесть. Она понимала, что графиня и без нее все узнала бы о Катерине, но все же не могла избавиться от чувства вины. Прежде у нее никогда не было друзей. С приходом в их школу Кати эта ситуация изменилась. У Наташи появилась подруга, теперь было с кем гулять вечерами, с кем сходить в кино и обсудить последние новости. И вот она сама все разрушила! Катерина больше не пригласит ее в свой дом. И Матвей никогда не посмотрит в ее сторону.

В дверь постучали.

– Открыто! – сказала Наташа.

Вошел Кирилл. Сегодня он тоже надел смокинг и смотрелся в черном костюме и лакированных туфлях очень эффектно. По случаю праздника паренек зачесал свои волосы назад и стянул их в маленький хвостик на затылке. Так он выглядел очень стильно и более взрослым. Не как тот босоногий лохматый шалопай, которого она совсем недавно встретила на берегу пруда.

– Куда ты пропала? – спросил он. – Внизу столько людей! Я такой толпы за всю жизнь не видел! Но я никого не знаю и надеялся, что ты составишь мне компанию.

– У меня нет желания идти туда, – сказала Наташа.

– Но у тебя такой роскошный наряд. Ты выглядишь потрясающе!

– Правда? – улыбнулась та.

Он так смотрел на нее, что на душе у девушки немного полегчало. Кирилл еще не знает, какая она дрянь. И, она надеялась, не узнает этого никогда. Юноша подошел ближе и увидел ее припухшие глаза.

– Что с тобой? Ты плакала? – забеспокоился он.

– Нет. – Наташа быстро вытерла слезы. – Тебе просто показалось.

– Я же вижу, – укоризненно произнес Кирилл. – Что случилось?

– Я совершила очень плохой поступок. Даже несколько плохих поступков. И теперь мне от этого очень плохо. Я гадкий человек!

– Вовсе нет. Будь ты гадким человеком, ты сейчас бы так не переживала.

– Просто… Это на меня совсем непохоже. Я с такой легкостью сделала подлость… – вдруг призналась девушка. – О чем я только думала?

– Все настолько ужасно? – Кирилл сел рядом.

– Ты себе даже не представляешь. Я предала свою лучшую подругу. Единственного человека, который ко мне хорошо относился. И своего брата. Ведь я скрывала от него правду. А еще… – Наташа опустила голову. – Даже не хочу говорить об этом.

– Расскажи, – попросил Кирилл. – Все равно я никого из них не знаю, а тебе станет легче.

– Не могу, – покачала головой Наташа. – Иначе ты тоже от меня отвернешься. Я растеряла всех друзей из-за своей глупости. Нет, даже не глупости – вероломства!

– Ты не можешь быть такой. Ведь я тебя хорошо знаю.

– Не настолько хорошо.

– Ты добрая, отзывчивая. Ты помогаешь мне. И ты не отвернулась от меня, даже когда узнала, что я настоящий шизофреник!

– Тут совсем другое.

– Вовсе нет! Все не так страшно. Может, тебе просто поговорить со своими друзьями? Попросить у них прощения?

– Ты просто не знаешь всего. Они не простят меня. Теперь я совсем одна…

– Ты не одна. – Кирилл взял ее за руку. – Я давно хотел тебе сказать…

– Что?

– Ты мне нравишься, Наташа. Даже больше… Кажется, я тебя люблю.

Девушка удивленно на него взглянула. Он смотрел на нее так, как никто никогда не смотрел. Как же она не заметила этого раньше! Но любила ли она его? Он ей нравился, это правда, но к Матвею она испытывала совершенно другое чувство. И, как оказалось, напрасно. Она искала любовь совсем не там, где та ее ждала. Может, она выбрала не того парня?

– Скажешь мне что-нибудь? – тихо спросил он.

– Я… Я не знаю, что сказать, – призналась Наташа.

Она припомнила последнее гадание графини. Слова о выборе, который ей предстоит сделать. И поняла, что, похоже, время для этого наступило.

– Тогда ничего сейчас не говори, – улыбнулся он. – Мы поговорим позже. После вечеринки, хорошо?

– Хорошо, – тихо ответила девушка.

– Пойдем! – Кирилл встал и потянул ее за собой. – Внизу все так красиво! И мы такие нарядные. Не пристало такой красавице сидеть в одиночестве во время бала!

Наташа улыбнулась.

– Хорошо, – согласилась она. – Вот только надену маску.

Кирилл тоже вытащил черную маску из внутреннего кармана смокинга. Скрыв свои лица, они взялись за руки и вышли из комнаты. Красный шелк платья струился за девушкой по полу, красная маска, расшитая золотом, эффектно смотрелась на белокурых волосах Наташи. Они прошли мимо нескольких зеркал в коридорах особняка, и девушка, взглянув на свое отражение, поразилась, какая они красивая пара.

Кирилл и Наташа спустились по широкой лестнице, украшенной гирляндами, и оказались в танцевальном зале, заполненном людьми. Музыка гремела, окутывая их со всех сторон. По залу вальсировали пары в маскарадных костюмах, по стенам среди колонн стояли столы с закусками. Официанты в костюмах вампиров разносили на серебряных подносах бокалы с напитками. Гигантская хрустальная люстра под потолком зала ярко освещала все это великолепие. Наташа рассматривала яркие маски и наряды, понимая, что даже если встретит своих знакомых, то наверняка никого не узнает. Ни графиню, ни князя Векентьева, ни других членов Клуба Калиостро. И никто из них не узнает ее.

Но вот в толпе мелькнула девушка с длинными темными волосами. На ней тоже была маска, но Наташе вдруг показалось, что это Катерина Державина. Но как она тут может оказаться? Наверное, это ее собственная совесть не дает ей покоя. Наташа остановилась, чтобы рассмотреть девушку получше, но в этот момент Кирилл направился в центр зала и увлек ее за собой. Не успела она опомниться, как они уже кружились среди других пар.

– Это лучший вечер в моей жизни, – тихо проговорила Наташа.

Никто ее не услышал. Да она этого и не хотела. Все ее проблемы сейчас отступили на второй план. Она наслаждалась музыкой и обществом Кирилла и не хотела больше ни о чем думать.

Глава тридцать четвертая

Пленники клуба Калиостро

Катерина и Матвей весь день провели взаперти в каком-то помещении без окон, где хранилась старая мебель. У одной из стен были свалены в кучу стулья и разобранные столы, у другой в беспорядке стояли массивные шкафы и гардеробы с мутными зеркалами. Матвей отыскал в дальнем углу истертый матрас и бросил его прямо на пол. На нем они и сидели, ожидая своей участи. Их привезли сюда, надев на головы черные мешки. Откуда-то сверху доносилась приглушенная музыка, и Катерина поняла, что они находятся в подвале особняка дворянского собрания. Днем охранник принес им еду, и больше сюда никто не заглядывал.

Катерина сидела, прижавшись спиной к спине Матвея, и молчала. У нее не осталось сил даже думать. Она так устала от всех переживаний, что сейчас просто впала в какой-то ступор. Матвей тоже молчал, погруженный в свои раздумья. Ему сейчас было гораздо хуже, чем ей. Катерина ощущала спиной твердость его новой кожи. Сколько времени у него еще осталось?

– Интересно, где они держат отца и Аглаю? – наконец сказал Матвей. – И как с ними обращаются…

– Так же, как и с нами, – устало ответила Катерина. – Они заперли нас здесь, чтобы мы не сбежали до ночи. Когда они запустят свою машину, все закончится…

– Или, наоборот, все только начнется.

– Мне уже все равно, – призналась девушка. – Мы столько сделали, чтобы помешать им, но они оказались сильнее нас. Так, может, просто смириться? В конце концов, мне не жалко какой-то капли крови…

– Нет! – воскликнул Матвей. – Нельзя опускать руки! Они – зло! И ты сама знаешь, какие личности управляют Зерцалией! А теперь они решили заключить с ними какой-то договор! Мы не пойдем на это.

– Но что мы можем?

– Не знаю, – ответил Матвей. – Но сдаваться я не собираюсь. Они схватили наших родителей! Всех наших друзей из цирка превратили в стеклянные статуи! И ты хочешь, чтобы им все сошло с рук? Нужно использовать любую возможность, чтобы сорвать их планы! Чтобы отомстить, в конце концов!

Помещение вдруг наполнилось хрустальным перезвоном. Катерина поднялась с матраса и огляделась. Звук шел со стороны зеркала старого гардероба, стоявшего в самом темном углу. Пространство возле шкафа озарилось тусклым голубым свечением, стекло заволновалось, издавая тихое потрескивание.

– Алекс! – Катерина бросилась к гардеробу.

Но это был не он. Из зеркала шагнул рыцарь в сверкающих стеклянных доспехах. Катерина оторопела. Он остановился перед ней и прикоснулся к своей груди. Серебристые латы тут же разошлись на нем. Каким-то странным, непостижимым образом они растеклись в полосы голубого света и втянулись в медальон, висящий на его шее.

Дед Валентин хотел обнять Катерину, но девушка отпрянула назад и едва не упала на матрас.

– Наконец-то я вас нашел! – с облегчением произнес старик.

Матвей вскочил на ноги и заслонил собой Катерину.

– Не подходи, – сурово сказал он.

– Но я пришел спасти вас.

– Откуда нам знать, можно ли тебе верить? – спросила Катерина.

– Я столько раз приходил вам на помощь, – укоризненно проговорил Валентин. – И в конце концов, что вам еще остается?

– Но ты доппельгангер!

– Даже будучи доппельгангером, можно оставаться человеком!

– И мы должны тебе довериться?

– А у вас есть выбор? Может, вы и меня считаете злом, но я на вашей стороне!

– Но… почему? – спросила девушка. – Кто ты на самом деле? И как ты проходишь сквозь зеркала? И… твой медальон…

– Пожалуй, стоит вам все рассказать, – кивнул Валентин.

– Давно пора! – сказал Матвей.

– Дело в том, что я Созерцатель, – начал старик. – Как и ты, Катерина. Но ты унаследовала свой дар от матери, а я… Я получил его вместе с другими магическими дарами от основателя нашего братства.

– Дар? – нахмурилась Катерина. – Скорее проклятие!

– Не говори глупости! – сказал Валентин. – Ты еще не умеешь им пользоваться, вот тебя и одолевают сомнения. Я очень долго состою в ордене Созерцателей, а тебе еще только предстоит узнать, как это чудесно – уметь перемещаться между мирами… Это действительно дар!

– Из-за которого на вас, Созерцателей, и охотятся Властелины, – вставил Матвей.

– Властелины… – Старик помрачнел. – Все наши проблемы начались, когда они появились в Зерцалии. А до тех пор мы жили в мире и согласии. Когда-то и я был человеком. И вот однажды в бою с доппельгангерами меня отравили порошком Корнелиуса. И я начал стекленеть… Как и ты сейчас. – Он взглянул на Матвея. – Меня ждала незавидная судьба – стать одним из послушных рабов Властелинов. Но глава нашего ордена дал мне это. – Он показал им свой хрустальный медальон. – Зерцекликон! В этом кристалле заключена магия Созерцателей, их энергия, их сила. Кристалл помог мне сохранить свою сущность, хотя мое тело и превратилось в кусок стекла. Формально я – нечисть и не могу преодолеть защитные символы. Но в то же время я человек! И хорошо понимаю разницу между добром и злом.

– А ты никогда не хотел вернуть себе человеческий облик? – спросил Матвей.

– К сожалению, я не знаю, возможно ли это. Да я и никогда не стремился это узнать. Нас очень мало, и в той битве, что мы ведем на протяжении многих лет, мне лучше пока оставаться таким, какой я есть. В таком виде я обладаю гораздо большими возможностями, чем если бы я снова стал самим собой. Сила, ловкость, неуязвимость… Все это помогает мне выполнять мои обязанности.

– Какие? – спросила Катерина.

– Моя миссия – защитить тебя от прихвостней Властелинов Зерцалии. Я ведь уже давно слежу за членами твоей семьи. С тех пор, как подменил твоего сгинувшего родственника. На какое-то время ты пропала из вида, когда твоя мачеха увезла тебя. Но, узнав, что тебя ищет Дама Теней, я тут же вернулся.

– И ты по-прежнему можешь ходить сквозь зеркала?

– Я же Созерцатель. Моя кровь все еще внутри меня.

– А Двуликий? – спросил Матвей.

– Тут все гораздо сложнее, – помрачнел Валентин. – Эта тварь создана совсем недавно, по специальной технологии. Внутри его запаяно стеклянное сердце, наполненное кровью человека, Созерцателя. Оно и позволяет ему перемещаться между зеркалами в любое время. Властелины долгое время охотились на нас, хотели поработить, чтобы мы открывали для них двери в другие миры. Но потом Повелитель Кукол создал Двуликого – это был первый доппельгангер нового образца. Так они поняли, что можно сотворить десятки, сотни подобных существ. Немного крови, и потребность в послушных Созерцателях отпадет! Всего-то нужно держать нескольких при себе и время от времени брать у них кровь для создания этих стеклянных чудовищ.

– Так я нужна им для этого?! – ужаснулась Катерина.

– Это только самая прозрачная часть планов Властелинов, всех их задумок я не знаю, – признался Валентин. – Слышал лишь, что затевается что-то очень серьезное. И главная роль в этом отведена девушке с Земли. О ней говорит какое-то пророчество. От нее будет зависеть судьба всего сущего. Возможно, и Земли, и Зерцалии.

Катерина в изумлении смотрела на него.

– Известный мне план Властелинов состоит из двух частей, – продолжил Валентин. – Сначала им нужно запустить машину и передать тебя в лапы Дамы Теней. А затем воссоздать Трианон, посредством которого можно призвать в ваш мир нечто ужасное! Потому я и ищу пропавшие зеркала – чтобы не дать этим замыслам осуществиться. Но недавно я узнал правду и она меня поразила! Я искал человека, который вынес зеркала из пылающего дома Башаровых. И этим человеком оказался Валентин Державин!

– Как это? – не понял Матвей.

– Твой настоящий дед, – сказал Валентин Катерине. – Он вступил в сговор с Феофанией и Виолеттой Шадурской. Втроем они тайно вывезли два зеркала с пожарища и спрятали их в каком-то укромном месте. Третье зеркало тогда завалило горящими обломками, и они не смогли до него добраться. Вот почему члены Клуба не упускали его из виду. Графиня – та еще змея, но нужно отдать ей должное – она понимает, что Трианон не должен существовать. Она скрывает истину о черных зеркалах даже от своих коллег по дворянскому собранию. Но нам нужно выяснить правду.

Матвей невесело усмехнулся.

– Нам? – переспросил он. – А вы уверены, что к утру я полностью не остекленею?

– А ты не можешь отдать ему свой Зерцекликон? – спросила Катерина Валентина. – Чтобы спасти его?

– К сожалению, нет. Я могу снимать медальон, но всего лишь на несколько часов. Без него я превращусь в монстра. К тому же он сделан специально для меня. В нем моя кровь – еще с тех времен, когда я был человеком. Тебе нужен твой, личный медальон, Матвей.

– Где же его взять?

– В Зерцалии, у главы нашего ордена. Я могу отвести к нему Катерину.

– Почему не нас обоих? – спросил Матвей.

– Ты не Созерцатель и не сможешь пройти сквозь зеркало.

– Я не оставлю его здесь! – тут же сказала Катерина. – Кто знает, сколько времени займет наше путешествие? А если, пока меня не будет, сюда придут люди Шадурской?

– Тогда я отправлюсь за помощью один, – сказал Валентин. – И постараюсь вернуться как можно скорее. Ну а вы тяните время. Что бы ни случилось, не давай им своей крови. Машина не должна заработать!

– Легко тебе говорить, – сказала Катерина. – А ты не можешь выломать двери своей силой? Ты ведь двигаешь предметы на расстоянии. Довольно пугающая способность, кстати.

– Это мой талант, которым я обладал еще до своего остекленения, – усмехнулся Валентин. – Но сейчас он бесполезен. У меня не хватит силы обрушить этот особняк. А если я выломаю одну дверь, за ней будет и другая. На шум сбегутся охранники и все из Клуба Калиостро. Они не дадут нам уйти. И не забывай, наверху праздник, в зале много постороннего народу, и, если мы начнем бой, пострадают невинные люди.

– В этом ты прав, – согласилась Катерина. – Тогда будем ждать твоего возвращения. И постарайся не задерживаться.

Валентин попрощался с ребятами и снова вошел в зеркало.

– Все обойдется, вот увидишь! – Катерина ободряюще сжала руку Матвея.

– Даже если он раздобудет этот Зерцекликон, я все равно остекленею, – ответил Матвей. – Медальон только поможет мне не стать демоном.

– Пока и этого будет достаточно. А потом мы найдем способ излечить тебя! Ведь я никогда тебя не брошу, какой бы облик ты не принял.

Катерина обняла его, и они снова замолчали. В коридоре вдруг послышались шаги. Загремел дверной засов. Катерина и Матвей едва успели вскочить на ноги, как дверь камеры распахнулась. В комнату вошла графиня Шадурская в сопровождении нескольких охранников.

– Векентьев – старый идиот! – прошипела графиня. – И он еще метит на мое место! И как только он догадался поместить их здесь? Среди всех этих зеркал?!

– Мы не подумали, – виновато произнес один из охранников.

– Естественно! В этом доме только я пользуюсь мозгами по их прямому назначению!

Шадурская вышла вперед и остановилась перед Катериной. Сегодня она была в эффектном черном платье с большим воротником из перьев, с ее плеч ниспадала длинная черная накидка из блестящей ткани. Скрестив руки на груди, графиня насмешливо взглянула на девушку.

– Какая приятная встреча! – сказала она. – Не думала, что мы так скоро увидимся вновь!

– Вы мне противны! – с ненавистью выкрикнула Катерина.

– Я тоже не питаю к тебе добрых чувств, дорогуша! Как и к твоей настоящей матери. Да и всей вашей семейке!

– Кроме отца, разумеется, – язвительно заметила Катерина.

Графиня озадаченно нахмурилась.

– Откуда ты… – начала она. Но тут же кивнула. – Татьяна разболтала? Вот дрянь!

Катерина удивленно вскинула брови.

– Я читаю твои мысли, словно открытую книгу, дурочка! – рассмеялась графиня. – Да, мы с твоей матерью были соперницами. И я ненавижу ее до сих пор! А ты ее дочь, и судьба распорядилась так, что теперь ты полностью в моей власти. И знаешь что, дорогуша?

Графиня вплотную приблизилась к Катерине.

– Чем больше ты будешь страдать, чем больнее будет твоей матери, – тихо проговорила она, – тем радостнее будет моя победа! А теперь уберите их отсюда! – крикнула она охранникам. – Да заприте в таком месте, где нет никаких зеркал!

Охранники тут же схватили Катерину и Матвея и завернули им руки за спину.

– Нет! – выкрикнула Катерина.

– Да! – усмехнулась Шадурская. – Я вижу, к вам уже приходил этот доппельгангер, которого ты зовешь своим дедушкой. Думаешь, он сможет вам помочь? Тогда вы все просто спятили!

Катерину и Матвея вывели в коридор. Шадурская вышла вслед за ними.

– И прикажи своим людям, – обратилась она к старшему охраннику, – как только бал закончится, выгнать из поместья всех посторонних. Горничных, водителей, официантов, всех! Оставить в особняке лишь членов Клуба и самых надежных охранников с оружием. Боюсь, сегодня могут пожаловать незваные гости!

Глава тридцать пятая

Забытые воспоминания

Наташа кружилась в вальсе с Кириллом. Тот оказался потрясающим танцором. Он вел ее, скользя по залу и ловко обходя другие пары, она же старалась не наступать ему на ноги, но и это удавалось ей через раз. Кирилл терпел и продолжал ей улыбаться. Первый бал в ее жизни, и первый парень, с которым Наташа танцевала. Она пребывала на седьмом небе от счастья и не хотела, чтобы это прекращалось. Однако ее желанию не суждено было сбыться. Когда музыка стихла, к ним приблизился человек в костюме чешуйчатого ящера.

– Вот ты где! – с улыбкой произнес князь Векентьев, снимая маску. – А мы тебя обыскались.

Он обращался к Кириллу. Наташа для него словно не существовала. За спиной старика маячили две фигуры охранников в черных костюмах.

– Только что приехал новый специалист, – сказал князь, сверля Кирилла взглядом. – Он точно сможет тебе помочь. Прямо сейчас.

– Но…

– Ты не хочешь вылечиться?

– Сейчас? Почему-то сейчас мне кажется, что я здоров, как никогда.

– И все же? Закончатся твои кошмары, а мы наконец узнаем правду о событиях в вашем доме. Разве ты этого не хочешь? Это не займет много времени. Тебе лишь придется пройти с нами в конференц-зал.

– Но прежний психиатр обычно беседовал со мной в моей комнате.

– Этот специалист использует очень необычное оборудование. К тому же мы должны наблюдать за происходящим. Чтобы сразу сделать соответствующие выводы.

– Но Валентин сказал, что уже все выяснил обо мне…

– Он исчез, – хмуро ответил Векентьев. – Мы не видели его уже долгое время, а на звонки он не отвечает. Ты и правда что-то вспомнил?

– Нет, – покачал головой парень.

– Вот видишь! Значит, он был не прав.

– Ну, хорошо, – кивнул Кирилл. – Если это ненадолго, я готов. – Он взглянул на Наташу. – Когда мы закончим, я вернусь, и мы продолжим танцевать.

– Конечно! – подтвердил князь. – Бал в самом разгаре! У вас еще будет время пообщаться друг с другом!

При этом Векентьев как-то нехорошо ухмыльнулся. Наташа поневоле встревожилась. Князь пошел вперед, пробираясь сквозь толпу, Кирилл двинулся следом. Охранники шли за ним, словно конвой за арестантом.

– Подождите! – крикнула им Наташа. – А я могу присутствовать?

– А вот это вовсе не обязательно! – ответил Векентьев.

– Но я не против, – произнес Кирилл.

– Зато все остальные будут возражать! И потом, не нужно, чтобы кто-то или что-то отвлекало тебя!

Кирилла увели из зала. Но Наташа не собиралась сдаваться. Выбравшись из танцевального зала, она вернулась в свою комнату, заперла двери изнутри, затем вытащила из ящика стола фонарик, включила его и вошла в потайной коридор. Девушка давно успела изучить расположение комнат и сразу поспешила к конференц-залу. Сквозь глазки она могла наблюдать за происходящим.

В зале присутствовали баронесса Гольданская, от одного вида которой Наташу бросало в дрожь, княгиня Щергина в облегающем костюме, напоминающем змеиную кожу, граф Орлов в облике Арлекина и граф Лужецкий в наряде Пьеро. На столе перед ними лежало несколько мотков веревки. Двери открылись, и вошли Векентьев, Кирилл и сопровождавшие его охранники. В центре зала стоял массивный деревянный стул черного цвета с высокой резной спинкой и подлокотниками. Перед ним на невысоком столике на колесиках стояла Диоптра. Черные свечи перед ней уже горели. Когда Кирилл с опаской приблизился к столу, члены Клуба Калиостро уставились на него, как сборище голодных удавов на единственного кролика. Парень нервно сглотнул. Люди, сидящие за столом, хранили молчание и загадочно улыбались. Кирилла подвели к стулу и предложили сесть. Он выполнил их просьбу.

– Главное, не бойся! – сказал ему Векентьев. – Это все для твоей же пользы.

Он взял Кирилла за запястья и положил его руки на высокие подлокотники. Охранники размотали веревки и стали привязывать Кирилла к стулу.

– Это обязательно? – напрягся он.

– Мы же не хотим, чтобы ты пострадал.

– Я уже не хочу никакого сеанса! – воскликнул Кирилл.

– Прекрати капризничать! – хрипло произнесла Гольданская.

Она вышла из-за стола и медленно приблизилась к перепуганному юноше. Его ноги пристегнули к ножкам стула специальными ремнями. Теперь он сидел, немного склонившись, его кисти свисали с подлокотников, но запястья были крепко прикручены веревками. Наташа затаила дыхание. Все это ей очень не нравилось. Баронесса Гольданская подкатила к Кириллу столик с Диоптрой. Теперь его руки находились как раз над подставками прибора. Юноша в недоумении уставился на стеклянный череп. Тем временем приготовления продолжались. Охранники установили напротив Диоптры видеопроектор. Наташа уже видела подобное несколько дней назад. Проектор должен был проецировать на экран то, что покажет Диоптра. Но теперь, по-видимому, они собирались еще и записать то, что будет изображаться на стене. С этой целью охранник соединил камеру, направленную на Диоптру, с ноутбуком, стоящим на отдельном столике.

– Все готовы? – спросила Гольданская.

– Давно, – ответил Векентьев.

– Тогда начнем!

Она подошла к Кириллу, положила свои руки в черных перчатках на его ладони и вдруг крепко прижала их к Диоптре. Юноша вздрогнул, словно от удара электрическим током.

– Не бойся, – с усмешкой сказала ему Гольданская. – Это не так уж больно.

По сигналу Векентьева в зале погасили свет. Охранники включили проектор и видеокамеру. На стене осветился белый прямоугольник экрана. На нем виднелись стекла Диоптры. Наташа видела, как они медленно начинают светиться изнутри.

– Вернись со мной, – заговорила Гольданская, – в ту ночь, когда все произошло. В ночь, когда сгорел твой дом и погибла твоя мать!

– Я не хочу, – испуганно пробормотал Кирилл. – Я не могу…

Он смотрел не на Диоптру, а на зловещую маску, прикрывающую лицо баронессы.

– Можешь! – выкрикнула она. – Теперь тебе все подвластно, разве ты не чувствуешь? Моя Диоптра поможет тебе!

– Нет…

– Да! Сфокусируйся на своих воспоминаниях. Пусть они разрушат преграду, что ты возвел в своей голове! Покажи нам, что ты видел той ночью! Аperi memoriam tuam! Открой свою память! Открой ее нам!

На экране яркой вспышкой полыхнуло изображение. Оно тут же исчезло, но Наташа успела разглядеть картинку, которая напоминала старинную фотографию. На ней были изображены люди в черных балахонах, а в центре возвышалось нечто черное и узкое. Кирилл недавно нарисовал это в своем блокноте, она хорошо помнила!

– Ну же! – крикнула Гольданская. – Еще! Покажи мне, что тебя так испугало!

– Нет! – завопил вдруг Кирилл. – Я не могу!

– Можешь! – безжалостно заявила та. – Можешь и покажешь!

Изображение возникло снова. Словно в старой кинохронике, на экране появились лица людей, погибших много лет назад. Они стояли вокруг высокого трехгранного столба из черных зеркал, отражаясь в гранях призмы. Некоторые из них держали в руках тяжелые скипетры. Деревянный пол под их ногами был испещрен линиями и знаками, складывающимися в большую пентаграмму. Среди собравшихся была и графиня Шадурская. Наташа сразу узнала ее, хотя та выглядела намного моложе, здесь ей, наверное, было лет двадцать. В круге из десяти человек было шестеро мужчин и четыре женщины. Наташа узнала и мать Кирилла, хотя никогда не видела ее раньше. Юноша был очень похож на нее. Рядом с ней стоял высокий мужчина, в котором она с трудом признала Михаила Башарова. Он сильно постарел и подурнел за прошедшие годы. Руководила всеми женщина с длинными золотистыми волосами, выбивающимися из-под ее капюшона.

– Это я, – с грустью сказала Гольданская. – Как же я была красива…

Наташа не поверила своим глазам. Баронесса и правда была очень эффектной женщиной! Рядом с ней стояла еще одна девушка со светлыми волосами. Под капюшоном можно было разглядеть миловидное лицо и даже родинку над верхней губой.

– А это моя помощница, – мрачно изрекла Гольданская. – Она и уговорила нас провести этот проклятый ритуал! Как она упрашивала нас, обещая исполнение всех наших желаний! Какими же глупцами мы все оказались!

Вот все десять человек вскинули руки к потолку и начали произносить какое-то заклинание. Звук не был слышен, все происходило в абсолютной тишине. Видимо, Кирилл просто не помнил слов, которые они говорили.

Изображение дрожало и покачивалось, будто отражалось в глазах ребенка, который полз в комнату, прячась от взрослых. Да так оно и было, ведь сейчас они видели все, что происходило в ту роковую ночь, глазами маленького Кирилла. Черная призма зеркал осветилась изнутри. Заработал механизм Трианона. Зеркала вышли из рам, столб повернулся вокруг своей оси, и стекла вернулись на свои места. Вскоре все повторилось. Когда зеркала раздвигались, между ними виднелись вращающиеся шестерни механизма.

А затем из призмы густыми клубами повалил черный дым. Он поднимался к потолку и стекал вниз по стенам, стелился по полу, окутывая ноги оккультистов. Из трех зеркал вдруг вырвались мощные струи багрового пламени. Люди в плащах с криками начали метаться по комнате, на некоторых вспыхнула одежда.

В клубах черного дыма что-то сверкало, словно грозовые молнии в скоплении темных облаков. Столб засиял еще ярче, а потом его охватило ослепительно-белое пламя. Изображение дрогнуло. В потолок от призмы вырвался сноп огня, ударная волна сшибла оккультистов с ног. Брызги расплавленного черного стекла полетели во все стороны. Баронесса Гольданская, стоявшая к Трианону ближе остальных, отлетела к стене и осталась лежать неподвижно. Ее лицо дымилось!

А сам трехгранный столб, проломив пол, вдруг стал проваливаться вниз и вскоре рухнул в полыхающий пролом, исчезнув из вида. Несколько человек упали вместе с ним, сорвавшись в провал. Языки огня быстро распространялись по комнате, охватывая все большее пространство. Некоторые из присутствующих катались по полу, пытаясь сорвать с себя горящие одежды, другие лежали, не двигаясь и не подавая признаков жизни в задымленной комнате. Лишь одна фигура стояла неподвижно. Графиня Шадурская. Рядом с ней корчилась на полу фигура в черном балахоне. Мать Кирилла. Еще один человек, наполовину провалившись в дыру, висел, ухватившись за края пролома руками. Графиня медленно осмотрелась. Потом наклонилась и подняла с пола тяжелый железный скипетр. Шагнув к корчившемуся на полу человеку, она замахнулась для удара.

– Нет! – закричал вдруг Кирилл. – Не надо!

Он резко рванулся на стуле, и баронесса Гольданская, инстинктивно отшатнувшись от него, упала на пол. Диоптра откатилась от юноши, и изображение тут же пропало. Кирилл рвался в своих путах, словно дикий зверь. Члены Клуба испуганно на него смотрели.

– Я предупреждала, что это может случиться! – крикнула Гольданская, поднимаясь на ноги. – Но вы мне не поверили!

Кирилл резко подскочил вместе со стулом и опрокинулся на спину. Стул с треском сломался. Юноша вскочил на ноги, его руки и ноги все еще опутывали веревки, но отломанные от кресла подлокотники его больше не удерживали. С истошным воплем он ринулся на Векентьева и повалил того на пол. Старик закричал и начал отбиваться, но Кирилл уже подобрался к его горлу. Охранники бросились на него. Гольданская отскочила подальше. Кирилла схватили и оторвали от старика. Четверо секьюрити с трудом удерживали его. Он выл, кусался и отбивался ногами. Казалось, в нем пробудилась дикая, звериная злоба.

– Уберите его отсюда! – испуганно выкрикнул Векентьев. – Вколите успокоительное! Продолжим, как только он успокоится! Я хочу увидеть, что там натворила Шадурская и куда делись остальные зеркала Призмы!

– Если он вообще успокоится, – мрачно добавила Гольданская. – Боюсь, что мы затронули ту область его мозга, которая хранила не только его воспоминания. Она сдерживала зверя внутри его!

Кирилла торопливо вынесли из зала.

– Мы так ничего и не узнали! – недовольно произнесла княгиня Щергина.

– Время терпит, – ответил Векентьев. – Главное, что машина уже собрана, а девчонка заперта в нашем подвале! Как только бал закончится, мы откроем портал в Зерцалию. Ну а зеркалами займемся позже.

Наташа не поверила своим ушам. Девчонка в подвале? Уж не о Катерине ли речь? Значит, они схватили ее! И все это из-за нее! Угрызения совести обрушились на нее с новой силой. Ведь тогда, в ночь лунного затмения, Катерина сдалась Клементине, чтобы спасти ее. И теперь, раз уж она втянула подругу в эту историю, Наташа должна освободить ее. Может, тогда она искупит свою вину!

– Но что все-таки случилось? – заговорил граф Лужецкий. – Почему разгорелся пожар?

– Все просто, – устало ответила Гольданская. – Мы создали мощный круг силы. Мы призывали мелкого демона, но на наш зов явился кто-то другой, ужасный и обладающий огромной мощью. И мы не смогли завершить начатое. Наш круг не выдержал, и вся магическая энергия выплеснулась наружу! Оттого и произошел взрыв. Моя помощница, эта красотка с родинкой, уверяла нас, что все наши желания исполнятся. Я даже не знаю, что с ней стало. Наверное, она погибла, как и остальные…

Двери распахнулись. Вошел Артур, начальник охраны.

– Вас спрашивают в зале, господа, – сообщил он. – Кое-кто из наших высокопоставленных гостей.

– Что же, – произнес Векентьев. – Не будем заставлять себя ждать. Продолжим после бала!

Члены Клуба Калиостро поднялись и вышли из зала.

Наташа отвернулась от глазка и вдруг заметила в коридоре чью-то тень. Кто-то тихо удалялся по коридору. Девушка чуть не закричала от страха. Она совсем не слышала, что рядом с ней был еще кто-то. На незнакомце был длинный черный плащ, похожий на те, в которые облачались оккультисты в доме Башаровых. Он быстро свернул за угол и исчез во мраке. Кто это мог быть? Но размышлять об этом было некогда. Наташа перевела дух и поспешила в свою комнату. Она вышла из шкафа и прислушалась. В коридоре все еще раздавались крики Кирилла и голоса охранников, какой-то грохот и топот чьих-то ног. Вскоре все стихло. Она подошла к двери, и в тот же момент кто-то постучал в окно. Наташа резко обернулась. За стеклом, на парапете она увидела Игоря. Девушка открыла окно. Оказалось, что он не один. Внизу стояли Ирина Клепцова, Артем Бирюков и Марина Дасова.

– А вы что здесь делаете? – удивилась она.

– То же самое я хотел спросить у тебя! – сказал Игорь. – Вчера я кое-что услышал от мамочки! Ты совсем спятила? Хуже всего то, что Катерина и Матвей тоже слышали ее откровения!

– Боже! – Наташа испуганно смотрела на него. – Ты знаешь? И они знают…

– Теперь все знают! О чем ты думала вообще?

– Не знаю! Я сама не знаю, как влезла во все это. – Наташа всхлипнула. – Я так сожалею обо всем, ты себе даже не представляешь!

Игорь спрыгнул с подоконника и обнял ее, она уткнулась носом в его плечо.

– Ну ладно, – уже спокойнее сказал он.

Ирина, Марина и Артем взобрались следом. Оказалось, что сюда они влезли по деревянной решетке, прикрепленной к стене особняка и увитой плющом.

– Я просто запуталась! – расплакалась Наташа. – Сначала все казалось таким простым, а теперь… Она теперь ненавидит меня?

– А сама бы ты что чувствовала на ее месте? – спросила Ирина.

– Теперь понятно, откуда графиня столько знает о нас, – сказал Игорь. – Почему она всегда на шаг впереди.

– А как вы отыскали меня?

– Да, в общем, случайно, – ответила Марина. – Увидели в одном из окон твою зареванную физиономию.

– Но зачем вы здесь?

– А вот тут все серьезнее, – помрачнел Игорь. – Матвея и Катерину схватили и привезли сюда. Ты знаешь, где их могут держать?

– В подвале, – ответила Наташа, – но там очень много помещений.

– Нам нужно туда попасть! – сказала Марина.

– Только пройти так, чтобы не встретить никого из охраны, – добавил Артем.

– В этом здании есть целая система потайных ходов, – сообщила Наташа. – Если нам повезет, мы сможем попасть в нужную комнату через секретный проход.

– Так показывай дорогу! – поторопил сестру Игорь.

Наташа подошла к шкафу и сдвинула его заднюю стенку. Ирина даже присвистнула от удивления. Ребята вошли в потайной лабиринт. Наташа повела их извилистыми узкими коридорами, освещая путь тусклым светом фонарика, а они не переставали удивляться странной архитектуре особняка.

– Хороший «Клуб»! – сказал Артем. – Никто не доверяет остальным, все друг за другом подглядывают, подслушивают!

– Наверняка они давно привыкли к такому образу жизни, – сказала Марина. – Обратная сторона их роскошного существования. Я бы так не смогла.

– Я тоже, – тихо ответила Наташа.

– Наконец-то ты это поняла! – сказал Игорь.

– Поняла, только слишком поздно, – произнесла девушка. – Мне уже несколько дней нехорошо.

– Что такое, принцесса? – хохотнула Ирина. – Икра оказалась не того сорта?

Наташа ничего не сказала. Игорь взглянул на Ирину, и та замолчала. Поняла, что Назаровой сейчас и так несладко. Сквозь толстые стены до них доносились звуки музыки из танцевального зала.

– Бал подходит к концу, – сообщила Наташа. – Скоро гости начнут расходиться, на банкет останутся лишь члены Клуба Калиостро. Вот тогда они и попытаются запустить свою дьявольскую машину.

– Значит, нам следует поторопиться, – сказал Игорь.

Наташа повела всех в подвал. Ребята не отставали. По узким лесенкам они спустились на несколько ярусов вниз, затем начали заглядывать во все подземные помещения. Им повезло с третьего раза. Открыв очередное оконце, они увидели Катерину, прижавшуюся к Матвею. Наташа нащупала на стене ржавый рычаг и потянула его на себя. Дверь с протяжным скрежетом отворилась. Игорь вышел первым, за ним Ирина и Артем. Потом появилась Марина, стряхивающая с волос паутину. Катерина испуганно вскрикнула, но тут же с облегчением улыбнулась.

– Как?! – удивилась она. – Как вы здесь оказались?!

– Наташа показала дорогу! – ответил за всех Игорь.

Улыбка Катерины тут же растаяла. Наташа с виноватым видом вышла из-за спины брата. Она подошла к Катерине и опустила глаза.

– И долго ты собиралась скрывать свою дружбу с Шадурской? – тихо спросила Катерина.

– Я виновата, – тихо сказала Наташа. – Но мне нужны были деньги…

– Но почему именно она?

– Потому что… – Наташа осеклась.

– Потому что тебе нашлось, что ей предложить! – воскликнула Катерина. – Ты рассказывала ей обо всем, что происходило с нами! О моей семье, обо мне… А ты знаешь, что мы здесь по твоей вине? Что Аглаю держат взаперти, как и нас? И Прохора тоже! Что все артисты нашего цирка теперь превращены в стеклянные статуи? Что все это из-за тебя!

– Я даже не знала, что они задумали… – испуганно пролепетала Наташа.

Катерина вдруг размахнулась, словно собиралась ударить ее по лицу. Но тут же брезгливо поморщилась и отвернулась. Наташа отпрянула, ожидая удара, но не удержалась на ногах и упала. Игорь и Матвей испуганно на них посмотрели. Ирина, Марина и Артем замерли, потрясенные увиденным.

– Давайте выбираться отсюда, – хмуро сказала Катерина, не глядя в сторону Наташи. – Мы и так здесь задержались.

Наташа молча встала с пола, поправила одежду и шагнула к проходу.

– Я покажу дорогу, – сдержанно произнесла она.

Она повела их обратно по темным коридорам. Слезы душили ее, но она держалась. Она заслужила это! Теперь Катерина ненавидит ее. И Матвей наверняка тоже. Но она сама виновата. Столько сил потратила, чтобы привлечь чужого парня, а другой любил ее, и она этого даже не замечала. Кирилл! Наташа резко остановилась.

– Что такое? – спросил Игорь.

– Мне нужно вернуться, – сказала Наташа. – За Кириллом.

– А это еще кто? – нахмурился Игорь.

– Очень хороший парень. Он пленник здесь, как и вы… Боюсь, с ним может случиться что-то очень плохое. Мы должны забрать его с собой.

– Тогда пойдем вместе, – предложил Игорь.

– Нет! Нас сейчас слишком много. Будем издавать лишний шум.

– Прежде нужно найти Аглаю и Прохора, – хмуро сказала Катерина. – Где они могут их держать?

– Я не знаю, – ответила Наташа. – Я не видела, когда их привезли сюда. Нужно просмотреть все остальные помещения подвала. Идите вдоль стены и заглядывайте в окошки, которые я вам показала. Если увидите Аглаю и Прохора, потяните за рычаг. Я поднимусь на верхний ярус, к комнате Кирилла, а вы пока оставайтесь на этом уровне.

Наташа протянула свой фонарик Катерине.

– А ты как? – спросила Державина.

– Я уже успела все здесь изучить. Не заблужусь даже с завязанными глазами.

Катерина молча взяла фонарик. Наташа стала по лестнице подниматься на свой этаж. Катерина и остальные разошлись по коридору, заглядывая во все потайные окошки.

– Зря ты так с ней, – сказал Катерине Игорь. – Она ведь раскаивается.

– Может, и зря, – ответила девушка. – Но в тот момент я едва сдержалась. Это из-за нее у нас сейчас такие проблемы!

– Все мы совершаем ошибки, – рассудила Ирина. – Но не у всех хватает смелости это признать. И потом, Шадурская рано или поздно узнала бы, что хотела, и ты все равно оказалась бы здесь. Но если бы не Наташа, у нас не было бы своего человека в этом доме. Так что нет худа без добра!

* * *

Ребята разбрелись по узким темным коридорам тайного лабиринта. Мягкое покрытие пола приглушало звук их шагов. Матвей шел самым последним, стараясь не потерять из вида остальных. Он ничего не говорил Катерине, но с ним происходило что-то странное. Его ноги словно налились свинцом, и шагать становилось все труднее. С руками происходило то же самое. Он потрогал свое предплечье, оно казалось каменным на ощупь.

Матвей понимал, что ему оставалось совсем немного. В любой момент он мог превратиться в статую. Но он упорно молчал, ведь Катерина и так была на взводе. Ей с трудом удавалось сохранять самообладание, и он не собирался пугать ее еще больше.

Катерина повернула за угол, вскоре за ней скрылись и все остальные. Матвей шел последним на свет фонарика, как вдруг на его плечо легла чья-то рука. Он резко остановился, и в этот момент кто-то прикрыл ему рот ладонью.

– Тише, – прошептали ему в ухо.

Матвей обернулся, но в кромешной тьме ему ничего не удалось разглядеть. И тут прямо перед ним что-то засияло тусклым голубым светом. В этом свечении он увидел женщину в красивом черном платье. Ее волосы пышными волнами спускались ниже плеч, лицо закрывала маска, украшенная черным жемчугом. Она сняла маску, и Матвей удивленно замер, увидев Маргариту Державину, которую знал по портретам. Как же она была похожа на Катерину! Те же глаза, то же лицо, только волосы более вьющиеся, а взгляд более мудрый и печальный, словно ей многое пришлось повидать и пережить. Пространство вокруг них освещал хрустальный медальон, висевший на ее груди. В его сердцевине Матвей разглядел изящную фигурку лебедя.

– Вы! – выдохнул потрясенный Матвей.

Она медленно кивнула.

– Мой бедный мальчик, – грустно произнесла Маргарита. Она обхватила его лицо прохладными ладонями, склонилась и заглянула прямо в глаза юноши. – Алекс рассказал мне о твоей беде. Все случится уже совсем скоро. Этого не остановить. Но не переживай. Я пришла, чтобы помочь тебе.

Она извлекла из складок платья еще один хрустальный медальон на длинной цепочке и повесила его на шею Матвея. Он даже не успел его толком разглядеть. Маргарита взяла его за руку и он внезапно почувствовал боль: что-то острое укололо кончик его безымянного пальца.

– Что вы делаете?!

– Для того чтобы амулет служил тебе, его нужно наполнить твоей кровью, – ответила женщина, прижимая медальон к его пальцу. – Береги его, как зеницу ока. В трудную минуту он придет на помощь.

Маргарита приложила к его руке носовой платок, и Матвей спрятал медальон за ворот футболки.

– Это Зерцекликон? – спросил он.

– Да. Но ты ведь знаешь, что он не спасет тебя от остекленения, а лишь поможет сохранить человеческую душу?

– Знаю, – кивнул Матвей. – Пока мне достаточно и этого. Я должен помочь Катерине справиться…

Но Маргарита печально покачала головой:

– Знай же, что очень скоро ваши пути разойдутся. У нее своя дорога, а у тебя своя. Так гласит пророчество.

– О чем вы? – не понял Матвей. – Какое пророчество?

– То самое, из-за которого уже поломано столько судеб. Из-за которого мою дочь ждет самое ужасное испытание в ее жизни. Как бы я хотела помочь ей…

– Помочь? Но вы пытались убить Катерину!

Матвей вдруг увидел, как по щеке Маргариты скатилась блестящая слеза.

– Это все очень сложно, Матвей, – тихо произнесла она. – Не проходит и дня, чтобы я не жалела о прошлом. Но я сделала все, чтобы исправить эту ужасную ошибку. Мне даже пришлось повернуть время вспять… Знаю, ты не поймешь моих слов. И Катерина пока не готова узнать истину… Но когда-нибудь…

– Почему вы не хотите сами рассказать ей обо всем?

Маргарита тяжело вздохнула:

– Потому что я не могу… И тебя прошу ничего не говорить ей о нашей встрече. Нет таких слов, которые объяснили бы случившееся. А ей пока рано знать правду. Но тебе я могу признаться. Для меня нет и никогда не будет человечка ближе и роднее, чем моя доченька. Я на все готова ради нее. Где бы она ни оказалась, я всегда приду к ней на помощь. И пусть она пока не знает всей правды о тайне своего рождения…

Из-за угла вдруг высунулась всклокоченная голова Артема.

– Ты где пропал? – громко прошептал он. – Мы тебя потеряли!

Голубое сияние тут же померкло, Матвей снова оказался в кромешной темноте.

– Я… – начал парень.

– Говоришь сам с собой? – спросил Артем.

Матвей повернулся к Маргарите, но женщина уже растворилась во мраке. О том, что она действительно была здесь, говорила с ним, напоминал лишь тяжелый Зерцекликон, висевший на его груди.

* * *

Наташа вернулась наверх и подошла к комнате Кирилла. Она уже почти успокоилась. Самое тяжелое было позади, Катерина и ее друзья обо всем узнали. Теперь ей нужно попытаться заслужить их прощение. А ради этого Наташа была готова на многое. Она хотела уже нажать на рычаг, открывающий дверь, но тут из комнаты до нее донесся звук чьих-то шагов. Судя по стуку каблуков, в комнате Кирилла находилась женщина. Наташа приблизилась к глазку и заглянула внутрь.

Кирилл лежал на кровати, его руки и ноги были привязаны к ней толстыми брезентовыми ремнями. Он был спокоен и не пытался освободиться. Приступ ярости прошел.

Рядом с его кроватью стояла графиня Шадурская.

Наташа приложила ухо к стене и прислушалась.

– Видит бог, я пыталась этого избежать, – произнесла графиня. – Но ты не оставил мне выбора, дорогой. Знаю, это не твоя вина. Кто мог подозревать, что твоя память хранит столько опасных воспоминаний? Опасных для всех нас! Никто никогда не должен узнать, что произошло в ту ночь в доме твоих родителей.

– Вам что-то известно? – с беспокойством спросил Кирилл. – Я ничего не помню…

Наташа радостно вздохнула. Говорил он вполне осмысленно, значит, проклятый прибор Гольданской не лишил его рассудка!

– Но твой мозг помнит! – сказала графиня. – На недавнем сеансе они смогли выведать у тебя очень многое. Хорошо, что не все. Я не могу допустить, чтобы они узнали правду.

– Какую правду? – не понимал Кирилл.

Графиня подошла к нему еще ближе.

– Видишь ли, мой мальчик. Я способна читать мысли других людей. И это не раз спасало мне жизнь. Когда-то я совершила ужасную глупость, согласившись выйти замуж за негодяя. Нищий бездельник и мот, он хотел лишь заполучить мое состояние. Он собирался избавиться от меня вскоре после нашей свадьбы. Оказалось, что мой муж встречался с другой женщиной и вместе они замышляли избавиться от меня, подстроив несчастный случай, а затем пожениться и жить на мои деньги! Но во время того ритуала в доме Башаровых я сумела прочесть мысли обоих и все поняла. Или я, или они, вот так стоял вопрос! И тут случилась та катастрофа. Удобнее случая и вообразить себе было нельзя. После взрыва, когда пол в комнате провалился, мой муж повис на краю пролома, вцепившись руками в торчащие доски. Он умолял меня помочь ему, а его подруга лежала рядом без сознания. Я подняла с пола скипетр Макропулоса и, воспользовавшись им, избавилась и от него, и от подруги его сердца. Твоей матери.

– Что?! – ужаснулся Кирилл. – Вы… убили мою мать?!

– Никто меня ни в чем не заподозрил. А потом, когда особняк сгорел дотла, судмедэксперты так ничего и не поняли. Все посчитали, что они погибли под развалинами дома. После этого ритуала мы поняли, что Призма опасна! Я и мои друзья разобрали ее и втайне от всех спрятали два зеркала, сделав Трианон бесполезным. А теперь… Появляешься ты, который, оказывается, все видел! Мне чертовски жаль, Кирилл. Но пока ты страдал амнезией, ты не представлял для нас опасности.

Графиня вытащила подушку из-под головы Кирилла.

– Что вы делаете? – забеспокоился парень.

– Убиваю тебя, – хладнокровно ответила она.

Глава тридцать шестая

Никуда не денетесь!

Катерина и ее друзья осмотрели все помещения, попавшиеся на их пути в подземном коридоре, но ни в одном из них они не увидели Аглаю и Прохора. Они побывали на каком-то складе, заставленном деревянными ящиками, бойлерной и даже в винном погребе. Когда коридор закончился, ребята увидели лестницу, ведущую на верхний уровень, и решили подняться по ней, чтобы осмотреть и другие помещения. Вскоре они вышли к какому-то кабинету. Катерина заглянула и сюда и вдруг заметила на столе знакомую толстую тетрадь в потертой обложке.

– Не может быть! – удивилась она.

– Что такое? – забеспокоился Игорь.

Но Катерина уже потянула за рычаг. Панели стены раздвинулись, и девушка бесстрашно шагнула в кабинет. На столе лежал дневник князя Поплавского!

– Это Наташка! – покачала головой Катерина. – А я все гадала, где я его потеряла?

– Что, она украла его? – ужаснулся Игорь.

– Она хорошо поработала, – согласилась Ирина. – Но давайте поскорее вернемся в потайной лабиринт. А то, не ровен час, войдет кто-нибудь! А я опасаюсь за свою жизнь!

– Чтобы прикончить тебя, – сказал Артем, – понадобятся серебряные пули и осиновый кол! Так что на твоем месте я бы не беспокоился!

Марина не выдержала и засмеялась.

– Как смешно! – негодующе воскликнула Ирина. – Обхохочешься!

Катерина и сама понимала, что задерживаться здесь не стоит. Она схватила дневник и попыталась засунуть его в карман куртки, но тот не помещался. Тогда Игорь предложил ей свой рюкзак, из которого торчали рукоятки двух рапир.

– Там уже лежат дневники твоего отца, – сказал он. – Я решил забрать их из вашего дома.

– Правильно сделал, – похвалила его Катерина. – А то слишком многие интересуются этими записями.

– А еще рапиры прихватил! – похвастался Игорь.

– Мой оруженосец! – улыбнулась Катерина.

Тот даже покраснел от удовольствия. Они вернулись в тайный коридор и двинулись дальше. Следующим помещением оказался большой конференц-зал с круглым черным столом в центре. Здесь царил полумрак, но на его дальней стене светилось несколько больших экранов, на которых ребята увидели сразу несколько видеозаписей. Старинную кинохронику о сражении на дворцовой площади, где люди гибли от когтей гештальтов, которую им уже показывал Артем. Запись с дамой и парящими между ее руками ножницами. А еще ритуал, проводящийся вокруг Трианона! Запись напоминала ту, которую они уже видели на сайте Городских легенд, но эта была более качественной.

Катерина узнала на записи молодую графиню Шадурскую и Михаила Башарова. И еще нескольких человек, которых она видела на картине, когда-то висевшей в доме Казимира Поплавского. Но вот трехгранный столб полыхнул ярким пламенем и стал проваливаться сквозь пол. Ребята ошеломленно замерли. Этого не было на записи из Интернета. Несколько человек рухнули в дыру вместе с Трианоном. Графиня подняла с пола тяжелый скипетр и замахнулась. Картинка дернулась и остановилась. Но вот запись снова началась с самого начала, по-видимому, кто-то пустил ее в режиме постоянного повтора.

Девушка потянула за рычаг, и потайная дверь, ведущая в зал, отворилась. Она вошла и приблизилась к экранам. Остальные ребята тоже выбрались из коридора и, настороженно оглядываясь по сторонам, прошли в зал. Часть мебели здесь была накрыта белыми холщовыми чехлами. Вдоль стен стояли какие-то статуи в человеческий рост, также накрытые полотном.

Катерина остановилась перед главным экраном. Среди людей в черных балахонах она рассмотрела одну молодую девушку. Длинные светлые волосы, выбивающиеся из-под капюшона, родинка над верхней губой… Странно, но она очень напоминала портрет Гертруды, тот самый, что был вклеен в дневник Александра Державина. Матвей тоже это заметил.

– Она похожа… – начал он.

– Да, на зеркальную ведьму с того листка, – согласилась Катерина.

– Думаешь, это она? Явилась сюда из Зерцалии вслед за твоим отцом? – спросил Матвей.

– О ком вы говорите? – не поняла Марина.

Катерина отвернулась от экрана и посмотрела на друзей.

– Я все объясню вам позже, – сказала она. – Обещаю. Сейчас нам нужно спешить.

– Уже уходите? – раздалось вдруг из темного угла.

Катерина и остальные резко обернулись. В темноте и тишине зала они даже не заметили тощего морщинистого старика, безмолвно сидевшего в кресле у дальней стены. Катерина тут же мысленно обругала себя. Конечно! Если запись идет постоянно, должен же быть кто-то, кто ее смотрит!

– Занятное видео, не правда ли? – усмехнулся старик. – И обрывается на самом интересном месте. Ну, ничего, как только мальчишка восстановится, мы досмотрим это кино до конца!

– Кто вы? – спросила Катерина.

– Князь Андрей Дементьевич Векентьев к вашим услугам, – представился он. – А вы, как я понимаю, Катерина Державина? Большая честь для меня познакомиться с вами, барышня. А дверь, которой вы воспользовались, признаюсь, оказалась для меня сюрпризом. Понятия не имел, что здесь есть тайный вход.

– Зато для меня эта честь не особенно велика! – сказала Катерина.

– Что вы сделали с нашими родителями? – хмуро спросил Матвей.

– Приcкорбная ситуация. – Векентьев развел руками. – Видите ли, мы ничего с ними не делали.

– Что? – встревожилась Катерина.

Старик поднялся с кресла. На нем был костюм ящера или дракона, поблескивавший в полумраке зеленой чешуей. Он подошел к одному из предметов, накрытых полотном, и сдернул его.

Катерина вскрикнула. Перед ней стояли Аглая и Прохор. Стеклянные. Аглая была чем-то испугана, она так и застыла с руками, поднятыми к лицу. Прохор же, по-видимому, пытался защитить ее от врага своим телом. Они так и остекленели, слившись в одну композицию. Матвей мгновенно лишился дара речи, Катерина едва сдерживала рыдания. Она бросилась к фигурам и обхватила их руками. Ледяные стеклянные статуи не подавали никаких признаков жизни.

– Мы обнаружили их в театре уже в таком состоянии, среди прочих ваших знакомых, – пояснил князь. – Кто-то побывал там до нас. И мы перевезли их сюда.

– Вы нас обманули! – воскликнула Катерина. – Бест сказал, что с ними все в порядке!

– Он не хотел вас расстраивать раньше времени, – усмехнулся Векентьев. – Да и нам было удобнее, чтобы вы пришли сюда сами. Теперь другое дело. Ты уже здесь и никуда не денешься.

– Я не буду вам помогать!

– Да неужели? – В руке старика блеснул пистолет, направленный на ребят. – Здесь столько твоих друзей. Кого из них ты предпочитаешь первым увидеть мертвым?

Ребята испуганно замерли. Катерина ничего не ответила. Меньше всего она хотела, чтобы кто-то из них пострадал.

– То-то же! – удовлетворенно кивнул старик. – А теперь пойдемте со мной. Бал закончился, и нам никто не помешает!

И он повел их, держа на мушке пистолета.

* * *

Привязанный к кровати Кирилл в ужасе смотрел на графиню Шадурскую, подступающую к нему с подушкой в руках.

– Хотите меня убить?! – выкрикнул он. – Но вас арестуют!

– А кто меня заподозрит? После такого припадка… Все посчитают, что твой приступ тебя убил.

Она прижала подушку к его лицу и всем телом навалилась на нее.

Наташа в ужасе застыла. Кирилл пытался освободиться от ремней, его руки и ноги дергались, но путы крепко держали его.

– Нет!!! – закричала девушка. Она нажала рычаг и стремительно ворвалась в комнату. Графиня резко обернулась, ее лицо исказилось от ярости. – Вы не сделаете этого!

Наташа оттолкнула Шадурскую от кровати. Кирилл судорожно вздохнул.

– Ты ничего не понимаешь, девчонка! – Графиня размахнулась и ударила Наташу по лицу. – Он должен умереть!

– Хватит уже смертей! Вы убийца! – выкрикнула Наташа, с ненавистью глядя на графиню.

– Похоже, я ошибалась в тебе, мерзавка. Я думала воспитать из тебя достойную помощницу. А ты слишком бесхребетна, как и твоя мать! Влюбилась в этого щенка? Большая ошибка. Любовь приходит и уходит, только сила остается!

Графиня снова бросилась к Кириллу с подушкой. Наташа схватила ее сзади за плечи и отшвырнула от кровати. Откуда только силы взялись. Шадурская упала на колени, но тут же вскочила на ноги и кинулась на Наташу. Она вцепилась ей в волосы и повалила на пол. Наташа впилась ногтями в лицо графини, и та зашипела от боли. Она наотмашь ударила девочку по лицу. Наташа сжала кулаки и нанесла ответный удар. Крича, воя от ярости и царапаясь, они покатились по полу.

– Придется избавиться и от тебя тоже, – в ярости проговорила Шадурская.

– Вы не сможете убить всех!

Графиня схватила девочку за волосы и с силой ударила головой об пол. У Наташи все поплыло перед глазами. Графиня ударила еще раз, и тело девочки обмякло. Шадурская встала на ноги и, пошатываясь, двинулась к кровати. Наташа, почти в бессознательном состоянии, обхватила ее ногами. Шадурская потеряла равновесие и упала.

Послышался глухой удар. Наташа подняла голову. Графиня лежала на полу и не шевелилась. Падая, она ударилась о край тумбочки. Наташа с трудом поднялась с пола и подошла к Кириллу. Она сняла сковывающие его путы, и тот резко поднялся и сел на кровати.

– С тобой все в порядке? – взволнованно спросил Кирилл.

– Пока нет, – покачала головой Наташа. – Мне нужно на воздух…

– Эта тетка просто сумасшедшая!

– Теперь и я это поняла!

– Но откуда ты появилась?

– Ты еще многого не знаешь об этом месте, – произнесла Наташа. – Да и обо мне.

Кирилл вскочил с кровати и обнял девушку. Наташа прижалась к его груди.

– Ты спасла меня, – прошептал он. – Я так рад, что познакомился с тобой!

– А ты? С тобой все хорошо? Как твоя голова?

– Болит, – признался Кирилл. – И очень сильно. Но особых перемен я не ощущаю…

– Мои друзья в этом здании. Нам нужно найти их и поскорее уйти отсюда.

– Согласен, – кивнул парень. – После того, что они со мной сделали, я здесь ни за что не останусь!

Неожиданно графиня подняла голову. Увидев это, Наташа испуганно вскрикнула. Шадурская сунула руку в сумочку и вытащила оттуда свой пистолет.

– Не хотела я, чтобы все так закончилось, – жестко сказала она.

Кирилл обернулся, и его глаза наполнились страхом. Графиня сняла пистолет с предохранителя. Но ее помутневшие глаза никак не могли сфокусироваться, пистолет дрожал в ее слабой руке. Кирилл схватил Наташу за руку, и они стремглав выбежали из комнаты. Тут же раздался выстрел, и пуля застряла в дверном косяке.

– Никуда не денетесь! – крикнула им вдогонку Шадурская. – Все равно я достану вас!

Она с трудом поднялась на ноги и, слегка покачиваясь, побрела за ребятами.

Глава тридцать седьмая

Дай мне руку…

Говорят, первый шаг к искуплению – признание собственных проступков. Я совершил в жизни много ошибок. Главной стали поиски легендарного зачарованного мира, Зерцалии, с которых все и началось. Я не слушал советов близких, не обращал внимания на предостережения более мудрых людей, игнорировал все знамения и признаки надвигающейся беды. И я разрушил свою жизнь и едва не стал причиной гибели своего же ребенка. Из-за собственной слабости, из-за гордыни, из-за глупой ревности… Когда-то передо мной встал выбор, отдать свою жизнь или выполнить волю Темнейшего и баронессы фон Шпильце, и мне следовало бы выбрать смерть… Но сделанного уже не вернуть. Сейчас я могу лишь отправиться на поиски Маргариты, чтобы вымолить у нее прощение, пусть даже и ценой собственной жизни.

Я, Катерина, Марго, все мы оказались пешками в дьявольской шахматной партии, разыгранной Властелинами Зерцалии, и, сами того не ведая, сыграли отведенные нам роли. Теперь мою дочь ждут серьезные испытания, и я один тому виной. Надеюсь, когда-нибудь она сможет меня простить. Никогда, какие бы невзгоды не подкидывала нам жизнь, не следует отчаиваться. Я ухожу в Зерцалию… и хочется верить, что смогу искупить свою вину перед Марго, Катериной и… всем нашим миром.

Из дневника графа Александра Державина

Князь Векентьев под дулом пистолета привел своих юных пленников в просторный круглый зал с высоким сводчатым потолком. Помещение освещалось большой хрустальной люстрой. В центре Катерина увидела то, чего и боялась. Несколько гигантских стеклянных кругов, один в другом, а в самой середине, на невысоком возвышении стояло зловещее черное зеркало в блестящей раме. Где-то в глубине стекла клубилась тьма, вспыхивали красные всполохи. Помост окружал круг из вертикально стоящих прямоугольных зеркал высотой в человеческий рост, а под всем устройством просматривались очертания большой серебряной пентаграммы, испещренной разными оккультными символами. Пространство над зеркальным механизмом расчерчивали лазерные лучи, и прямо в воздухе вырисовывались голографические знаки и письмена. Зрелище впечатляло, но в то же время и пугало. Ребята, мгновенно лишившись дара речи, как зачарованные, смотрели на необычное сооружение.

Свод зала поддерживали толстые мраморные колонны, сквозь высокие окна проглядывалось черное небо и огромная круглая луна. По углам, словно средневековые стражи, следящие за порядком, стояли рыцари в блестящих доспехах, с настоящими мечами и щитами. А совсем рядом с ними были расставлены столы, накрытые белыми скатертями и сервированные для праздничного ужина. По-видимому, гости особняка решили отпраздновать удачный запуск зеркального устройства.

Неподалеку от новой зеркальной машины стоял пульт с несколькими компьютерами. За ним с важным видом восседал Михаил Башаров. В зале присутствовали княгиня Щергина, Иннокентий Бест и его неизменная спутница Шахиня. Катерина увидела и Гольданскую – странную женщину в белой маске, полностью скрывающей ее лицо, и черном кружевном платье, четверых вооруженных охранников и еще двух мужчин в костюмах Арлекина и Пьеро. Щергина обмахивалась черным веером, мужчины вполголоса что-то обсуждали, Башаров быстро стучал пальцами по клавишам пульта.

– А это что еще за детский сад? – хмуро спросила Щергина, когда Векентьев втолкнул ребят в зал.

– Друзья нашей Созерцательницы, – ответил старый князь. – Явились на выручку своей подружки, да сами попались!

– Это она? – удивленно спросила женщина в маске, глядя на Катерину.

– Верно, мадам Гольданская, – кивнул князь. – Катерина Державина, дочь Александра и Марго.

– А по виду не скажешь, что такая важная фигура!

– И она откроет для нас портал в Зерцалию? – спросил один из мужчин, стоявших рядом с Щергиной. – Вы уверены, что у нее получится?

– С удовольствием отправлю вас куда-нибудь, где вы сгинете! – хмуро сказала Катерина.

Князь Векентьев рассмеялся.

– Разве так ведут себя барышни из графского рода? Такое поведение недостойно для аристократки.

– Вы грабители и убийцы!

– Ну, хватит, – злобно сказала Щергина. – Мне надоело ее слушать. Запускайте машину, и дело с концом!

– И правда, – произнес Бестужев. – Чего мы ждем?

– У меня все готово, – повернулся к ним Михаил Башаров, – да и Луна уже в нужном положении. Но вы не хотите дождаться графиню Шадурскую?

– Она отлично осведомлена о времени запуска машины, – ответил Векентьев. – Так что если опоздает, пусть пеняет на себя!

Катерина только теперь заметила странные зеркала вогнутой формы, расположенные по углам самой большой пентаграммы. Они были установлены на высоких подставках под разным наклоном.

– Из особняка убрали посторонних? – спросил Иннокентий Бест.

– Я лично за этим проследила, – ответила Щергина, – нам никто не помешает.

– Тогда начнем, – хрипло объявила баронесса Гольданская.

Она подошла к высокому окну и повернула одно из выпуклых зеркал так, чтобы в нем отражалась луна. И произошло невероятное! Зеркало уловило лунный свет, каким-то непостижимым образом усилило его и передало голубой луч дальше, на другие зеркала. Артем даже рот открыл от удивления. Ирина и Марина изумленно ахнули. Каждое из пяти выпуклых зеркал передало лунный свет по кругу, образовав в воздухе над машиной сияющий пентакль!

– Et inardescat flamma! – выкрикнула Гольданская, воздев руки.

Первый стеклянный круг на полу пришел в движение. Среди присутствующих пробежал удивленный шепот.

– Что она сказала? – тихо спросила Катерина.

– Что-то вроде «да возгорится пламя», – также тихо ответил ей Артем. – Это латынь.

– Ты и латынь знаешь? – удивилась Марина.

– Так, слегка, – ответил тот, не отрывая взгляда от машины.

– Она работает! – Княгиня Щергина была потрясена.

– Естественно, – с гордостью заявил старик Башаров. – Ведь ее собирал я!

Вертикальные зеркала бесшумно скользили вокруг помоста с черным зеркалом. Под прозрачным полом проворачивались гигантские шестерни. Магический механизм медленно оживал.

– Сразу хочу напомнить вам о нашем уговоре, господа! – сказал Бест. – Когда этот ритуал закончится, вы отдадите устройство мне!

– Конечно, уважаемый, – ответил человек в костюме Арлекина. – Мы же обещали!

– Верно, граф Орлов, – улыбнулся Бест. – Только я знаю цену вашим обещаниям. Я и моя помощница столько претерпели не для того, чтобы остаться ни с чем! Зеркальная машина пригодится нам для наших выступлений и… и для других целей.

Машина постепенно набирала обороты. Катерина уже видела такое раньше. Внешний круг зеркал двигался по часовой стрелке. Внутри его еще один круг также пришел в движение и начал вращаться в противоположную сторону. Лишь черное зеркало в центре не двигалось. Но где-то в его глубине все ярче и ярче разгоралось багряное пламя. А затем из углов пентаграммы сверкнули ослепительные ярко-красные молнии. Необычное зрелище завораживало.

В этот момент клубящаяся тьма в черном зеркале разошлась, в самом его центре полыхнула огненная вспышка, и появилась Дама Теней. По залу пронесся гул изумленных голосов. Баронесса Фрида фон Шпильце стояла по ту сторону стекла, сложив руки на груди, и загадочно улыбалась.

– Вижу, вам все удалось, господа! – торжественно произнесла она. – Я очень рада. Дело за малым! Пустите девчонке кровь и подведите ее к зеркалу. Портал откроется, и вы сможете проникнуть сюда! Вы будете моими гостями!

Катерина впервые видела перед собой ту, о ком столько читала в дневниках отца и князя Поплавского. Они описали баронессу очень точно: эта женщина обладала поистине потрясающей красотой! Длинные черные волосы рассыпались по ее плечам, огромные изумрудные глаза сверкали в багровых вспышках молний. Движущиеся тени скользили по ее фигуре, образуя причудливые наряды. И хотя в зале присутствовало много людей, Фрида фон Шпильце смотрела только на Катерину, причем с большим интересом. От ее взгляда девушке стало не по себе.

Князь Векентьев взял Катерину за плечо и рывком повернул к себе. Баронесса Гольданская приблизилась к девушке. В руке она держала тонкий серебряный стилет.

– А теперь ты дашь нам немного своей крови.

– Я не стану помогать вам, пока вы не отпустите моих друзей! – твердо сказала Катерина.

– Мы еще не решили, что делать с твоими приятелями, – ответил Векентьев. – Все зависит только от тебя. Мы можем отпустить их. Все равно их россказням никто не поверит. А можем сделать так, что их никто никогда не найдет…

– Отпустите их! Немедленно! – выкрикнула Катерина. – А затем я сделаю все, что вам надо.

– Сначала кровь, – возразила Гольданская, – а потом свобода этим охламонам.

– Тогда обойдетесь без моей помощи! – И Катерина отдернула руку.

– Да кто станет тебя спрашивать, девчонка? – Сзади к ней подбежала княгиня Щергина и схватила за плечи. – Режьте ей руки!

Катерина резко оттолкнула ее, и та врезалась спиной в колонну.

– Ах ты дрянь! – прошипела Щергина и встряхнула веер. С легким щелчком из него выдвинулись острые иглы.

– Довольно! – раздалось вдруг со стороны дверей.

Члены Клуба Калиостро, как по команде, обернулись. В зал вошел Валентин Державин. Теперь, в ярко-красных вспышках молний, он не казался смешным старичком. Катерина с трудом его узнала. Созерцатель был гладко выбрит, волосы тщательно зачесаны назад, а вместо нелепого клетчатого пальто на нем был длинный коричневый плащ. Зерцекликон ярко сиял на его груди голубым светом, а в руках старик сжимал скипетр Макропулоса. Но он по-прежнему был в перчатках из мягкой кожи.

– Вся компания в сборе, – прищурившись, сказал он и огляделся вокруг, задержав взгляд на баронессе в зеркале. – Лишь Шадурской не хватает!

– И вы здесь, граф, – расплылся в улыбке Векентьев. – Уж не за своей ли внучкой пожаловали?

– Именно за ней. Я должен остановить вас, глупцы! Думаете, Дама Теней сдержит свое обещание? Единственное, что ей нужно – эта девочка! Она заберет ее. А члены Клуба, постоянно шастающие в Зерцалию, в ее планы совершенно не входят!

– Не слушайте его! – злобно выкрикнула баронесса фон Шпильце. – Он даже не человек!

– Вот как? – удивился князь Векентьев.

– Доппельгангер, занявший место вашего коллеги по Клубу. Я вижу насквозь эту стеклянную куклу! – произнесла Дама Теней.

По залу пронесся изумленный ропот.

– Пусть так, – кивнул Валентин. – Но я, по крайней мере, не скрываю этого. А вы все сумасшедшие! Поверили обещаниям этой ведьмы!

– Вы лжете! – сказала Гольданская.

– Конечно лжет! – поспешила заверить Дама Теней.

– Почему мы должны ему верить? – воскликнул граф Орлов. – Он пойдет на все, лишь бы спасти девчонку!

– Властелины Зерцалии – наши предки, – заявила Щергина. – Они не станут обманывать нас!

– Да что вы его слушаете? – разозлился Иннокентий Бестужев. – Убейте его!

Четверо охранников выхватили пистолеты и одновременно прицелились в старика. Катерина испуганно вскрикнула. Валентин поднял перед собой жезл и с силой стукнул им о пол. Охранников мгновенно сшибло с ног невидимой силой и выбросило в ближайшие окна. Раздались лишь короткие вскрики и звон бьющегося стекла. Члены Клуба Калиостро испуганно замерли. Валентин снова окинул их прищуренным взглядом.

– Сейчас мы с внучкой уйдем отсюда, и вы не станете нам мешать, – глухо сказал он. – Ее друзей я тоже заберу с собой. А вы оставайтесь тут со своей машиной!

Дама Теней издала короткий смешок.

– Думаешь, тебе вот так просто удастся уйти? – насмешливо спросила она.

В тот же момент мужчина в костюме Пьеро, стоявший рядом с графом Орловым, поднял левую руку и одним движением выхватил из-за спины длинный стеклянный клинок. Все в ужасе отпрянули от него. Черты лица Пьеро исказились и расплылись, но доппельгангер тут же скопировал внешность графа Орлова.

– Не зря я пришел на этот бал, – с усмешкой проговорил Двуликий. – Знал, что все именно так и закончится!

* * *

Наташа и Кирилл выбежали в коридор второго этажа и со всех ног бросились к лестнице, ведущей вниз. Раздался выстрел. Пуля разнесла гипсовую статую всего в полуметре от Наташи, и ее обломки разлетелись во все стороны. Графиня Шадурская преследовала ребят.

– Все равно не уйдете! – в ярости кричала она. – А может, вы думаете, вас кто-то спасет? Здесь вам никто не поможет!

Наташа споткнулась и упала. Кирилл пригнулся, помогая ей подняться. Еще одна пуля ударила в стену прямо над его головой.

– Ты разочаровала меня!! – продолжала выкрикивать Шадурская. – Влюбиться в этого шизофреника! Знай, что наши чувства делают нас слабыми!

– Откуда вам знать? – крикнула в ответ Наташа. – Вы никого не любите!

– О, как ты ошибаешься! Когда-то и я потеряла голову из-за мужчины! Мне пришлось сильно страдать. Больше этого не повторится!

Кирилл помог девушке подняться, и они рванулись вперед. Еще одна выпущенная пуля вонзилась в пол, где только что лежала Наташа. Графиня громко чертыхнулась.

– Тот, у кого нет сердца, не способен любить! – не унималась Наташа.

– Ну, попадись мне, маленькая дрянь! Я заставлю тебя подавиться этими словами! – вопила графиня.

Девушка едва поспевала за Кириллом, и то лишь потому, что тот попросту тащил ее за руку. Чтобы оторваться от убийцы, приходилось бежать так, как она в жизни не бегала. Наташа проклинала графиню и собственную глупость, благодаря которой согласилась на уговоры этой безумной женщины. Она не только растеряла друзей, она может погибнуть в этом дворце! Когда они поравнялись с лестницей, прозвучал еще один выстрел. Зеркало, висевшее на стене, разлетелось вдребезги, осыпав ребят градом осколков.

– Вы спятили?! – крикнула девушка Шадурской.

– О, нет. – Графиня улыбнулась c мерзкой гримасой и снова подняла пистолет. – Я лишь защищаю свои интересы!

Кирилл и Наташа бросились вниз по лестнице, когда очередная пуля рикошетом отлетела от каменных перил и впилась в стену всего в нескольких сантиметрах от них. Ребята почти скатились по ступенькам и бросились к входной двери. Наташа нажала на ручку. Дверь была заперта.

На лестничной площадке вверху графиня довольно рассмеялась.

– А ведь я вас предупреждала, – сказала она.

* * *

– Меняющий Облик, – зловеще усмехнулась Дама Теней. – Какая жалость, что я пока не могу пройти сквозь грань миров!

– Придется вам подождать своей очереди, миледи, – ответил ей Двуликий.

– На кого ты работаешь, тварь? – выкрикнула она. – Кто осмелился перейти мне дорогу?

– Тот, кто сильнее тебя! – сказал Двуликий.

– Довольно выяснять отношения! – Княгиня Щергина встретилась взглядом с Векентьевым. – Режьте девчонке руку и покончим с этим!

Двуликий вскинул меч.

– Если хоть капля ее драгоценной крови прольется, – угрожающе проговорил он, – ни один человек не выйдет из этого зала живым! Девчонка пойдет со мной!

Бест приблизился к рыцарю, стоявшему в углу зала, и взял у него меч. Шахиня сняла с шеи свое ожерелье. Золотой трос свернулся кольцами у ее ног. Княгиня Щергина раскрыла черный веер, острые спицы сверкнули в красных вспышках молний.

– Давайте соблюдать спокойствие, господа! – произнес Валентин. – Тогда никто не пострадает. Ситуация у нас здесь очень непростая…

– Более чем, – злобно подхватил Векентьев.

– Вы его все равно не одолеете, – кивнул на Двуликого Валентин.

– А мы попробуем, – улыбнулся Бест.

Двуликий указал острием клинка на Валентина.

– Правильные вещи говоришь, старик, – сказал он. – Но и ты мне не соперник. Поэтому отойди от девчонки, и я заберу ее.

– А моего мнения уже никто не спрашивает? – возмутилась Катерина.

– Нет! – одновременно крикнули Валентин и Двуликий.

– К черту! – вдруг вмешалась Гольданская, замахиваясь стилетом. Она схватила Катерину за запястье и резко рванула на себя. – Мне пообещали вернуть мою красоту! А ради этого я на многое готова!

Стилет метнулся вниз. Катерина зажмурилась. Послышался звонкий лязг металла. Это Матвей успел выхватить из сумки Игоря рапиру и отбить ею клинок старухи.

– Молокосос! – яростно прошипела Гольданская.

Матвей с силой оттолкнул ее от Катерины. Баронесса рухнула на пол, стилет откатился к колонне. Игорь бросил Катерине вторую рапиру. Гладкая рукоять привычно легла ей в руку. Они выставили рапиры перед собой, прикрывая остальных ребят.

– Детишки показывают зубки! – рассмеялся Двуликий. – Но ваши игрушки – это не оружие против моего меча!

– Зато скипетр Макропулоса – вполне, – хмуро произнес Валентин.

Над черным зеркалом в сгустившемся мраке полыхнула багровая молния, раздался оглушительный гром.

– Подтащите сюда девчонку! – яростно приказала Дама Теней. – Иначе никто из вас не получит обещанного!

– Действительно, пора заканчивать этот балаган! – сказал Двуликий.

И, замахнувшись стеклянным мечом, ринулся на Валентина. Клинок со звоном встретился с жезлом, и завязался поединок. Буквально за секунду до начала схватки Валентин успел ударить себя в грудь, и его тело тут же покрыли сверкающие зеркальные доспехи.

Катерина и Матвей, выставив рапиры, стали теснить членов Клуба Калиостро. Артем, Ирина, Игорь и Марина с опаской озирались по сторонам.

– А нам что делать? – спросила Марина.

– Чтобы остановить все это? – добавил Игорь.

– Бейте зеркала! – скомандовала Катерина. – Ломайте эту чертову машину!

– Нет! – завопил князь Векентьев, вскидывая пистолет. – Только не это!

Выстрелить он не успел. Ухнув от натуги, Ирина Клепцова подняла тяжеленный табурет, оказавшийся поблизости, и бросила его в князя. Старик рухнул на пол и затих.

Валентин тем временем сражался с Двуликим. А Ирина, Артем, Игорь и Марина бросились к вращающемуся зеркальному кругу. Ирина вцепилась в металлическую раму ближайшего к ней зеркала и стала с остервенением расшатывать ее, стараясь вырвать всю конструкцию из пола. Стекло треснуло, и под ноги девушке посыпались осколки. Металлическая рама распалась на части. Теперь в руках Ирины было отличное оружие, и она начала крушить им оставшиеся зеркала.

– Что вы делаете?! – гневно закричал Михаил Башаров. – Я положил столько сил!

Двуликий и Валентин обменялись резкими выпадами и отскочили друг от друга.

– Пойдем со мной! – крикнул доппельгангер Катерине. – Только так ты сможешь вернуть своих близких! Лишь в стеклянном мире можно найти средство против остекленения!

– Не слушай его! – воскликнул Валентин. – Эта двуличная тварь ничем тебе не поможет!

Клинок скипетра проскользнул прямо перед лицом доппельгангера. Тот едва успел увернуться. Игорь разбил еще одно зеркало, Марина и Артем, вместе, расколотили третье. Прекрасное лицо Дамы Теней в черном стекле исказилось от ярости. Она ударила кулаком по стеклу, и снаружи по раме зеркала зигзагом пронеслась красная молния.

– Остановите их! – крикнула она.

Бест и Шахиня со злобными ухмылками на лице вышли вперед. Княгиня Щергина замахнулась веером. Баронесса Гольданская подняла с пола оброненный стилет. Однако Катерина и Матвей с рапирами в руках преградили им дорогу.

Марина подошла к очередному зеркалу, ухватила его за раму и начала раскачивать. Послышался треск, и по стеклу вдруг прокатились волны. Секунду спустя из него вышел Алекс и сразу же оказался в объятиях Марины. Он даже вздрогнул от неожиданности.

– Ах! – восторженно воскликнула девушка. – Я даже не думала, не гадала…

– Ты чего? – удивился тот. – Хватит уже меня трогать, дел невпроворот!

И он облизнул палец, пытаясь остановить кровь.

– Нет, не хватит, – мечтательно возразила девушка.

– Я вижу, у вас тут веселье в полном разгаре. – Алекс с осторожностью высвободился из ее объятий. – Вовремя я появился!

– Ты всегда вовремя, – прошептала Марина, с сожалением отстраняясь от него.

На этот раз Алекс был в полной боевой экипировке. Его обычный мятый плащ и рюкзак сменили короткий кожаный жилет, узкие штаны и высокие сапоги. Свернутый в кольцо кнут висел на правом боку. Слева виднелись ножны меча. На груди, в маленьких кармашках жилета, сверкали два ряда коротких метательных ножей. Из стекла.

– Это еще что за тип? – поинтересовалась Щергина.

– Один из них! – злобно ответила Гольданская. – С той стороны!

– От Дамы Теней? – спросил Бест.

– Вот уж нет! – ответил Алекс. – Я вообще-то сам по себе.

– Убейте его! – завопила Дама Теней. – Убейте всех, кроме Державиной!

– Неплохая мысль! – сказала Щергина и метнула свой веер в Алекса.

Веер, подобно бумерангу, пронесся по залу. Алекс едва успел отбить его мечом. Веер отлетел к окну, и его иглы вонзились в оконную раму. Княгиня выругалась. Бест и Шахиня ринулись на Катерину и Матвея. Михаил Башаров, размахивая тяжелой монтировкой, подбежал к Ирине и Артему, продолжавшим крушить зеркала ближнего круга. Гольданская бросилась на Марину, которая оказалась к ней ближе остальных. Зеркальные круги в центре машины вращались все быстрее, красные лучи и молнии метались уже по всему помещению, но никто не обращал на это внимания. Валентин нанес Двуликому новый удар, но тот сумел отразить его. Старик с удвоенной силой ударил его другим концом скипетра по голове. На этот раз Двуликий взвыл от ярости, и все увидели вместо его уха темную пробоину с острыми стеклянными краями. Доппельгангер быстро изменил внешность, превратившись в Катерину, и его ухо снова было на своем месте.

Шахиня раскрутила свое ожерелье, словно лассо. Золотой трос обвился вокруг ноги Катерины, и Шахиня резко дернула его. Не удержавшись, девушка упала на пол, но тут же перекатилась через голову и снова вскочила на ноги. Не мешкая, она подскочила к Шахине и сделала резкий выпад. Та увернулась и ударила ее ногой. Катерину охватила настоящая ярость. Она всей душой ненавидела этих людей. Они ворвались в ее жизнь и поломали ее. Они угрожали ее родным, отняли у нее Аглаю и Прохора, а теперь пытались ценой ее крови воплотить свои жуткие мечты. Однако она не собирается сдаваться без боя! Катерина выпрямилась и взмахнула клинком. Клок черных волос взлетел в воздух. Шахиня вскрикнула: девчонка едва не снесла ей голову! Трос снова взвился в воздухе, но теперь Катерина была наготове и ловко увернулась. Шахиня снова замахнулась, Катерина проскочила под летящим тросом, быстро присела и выбросила вперед ногу, делая подсечку, – Шахиня грохнулась на пол.

Бест, размахивая мечом, ринулся на Матвея. Зазвенели клинки, и Матвей перешел в наступление, пытаясь зацепить фокусника рапирой, но сделать это было не так-то просто. Неожиданно Бест резко махнул мечом и полоснул Матвея по руке. Послышалось громкое шипение, и юноша охнул от боли. Иннокентий изумленно вскинул бровь. Матвей же лишь мельком взглянул на свою руку – порез затягивался прямо на глазах.

– Что за… – начал было Бест, но парень не дал ему договорить, обрушив на него новую серию ударов.

Рапира просвистела у самого лица фокусника, и тот, увернувшись, растянулся на полу, однако успел на ходу ударить Матвея сапогом под колено. У парня подкосились ноги, он стал медленно оседать, но тут же перекувырнулся через голову и снова вскочил на ноги, готовый к атаке. Бест устремился к нему, замахиваясь для удара. Матвей неожиданно сделал резкий выпад. Фокусник испуганно отпрянул назад и замер. Острие рапиры застыло у самого его горла. Но он быстро пришел в себя, отбил рапиру мечом и отскочил от Матвея в сторону.

Ирина и Артем одолели еще одно зеркало. Первый из кругов машины заметно замедлил свой ход. Старик Башаров с воплем подскочил к ребятам и замахнулся монтировкой, но подоспевший Алекс отбил его удар мечом. Марина быстро присела за спиной старика, а Ирина изо всех сил толкнула его, и тот, перелетев через юную барабанщицу, рухнул на пол. Граф Орлов в этот момент схватил Артема сзади, но, падая, Башаров широко взмахнул своей монтировкой и нанес толстяку удар по голове. Тот постоял пару секунд, а затем свалился без чувств, придавив собой Артема.

– Черт! – выругался парень. – Ну и туша!

Гольданская со своим стилетом напала на Марину. Девушка едва успела отвести удар барабанными палочками. Она резко крутанула ими в воздухе, и баронесса выронила стилет. Марина толкнула ее обеими руками, та споткнулась об Орлова и растянулась на полу. Тем временем княгиня Щергина выдернула из рамы свой смертоносный веер и с осторожностью приблизилась к сражавшимся в центре зала. Валентин, Катерина и Матвей не замечали ее, поглощенные поединком. А вот Алекс заметил.

– Стоять, ведьма! – крикнул он.

Княгиня замерла. Алекс преградил ей дорогу.

– Брось оружие! – приказал он.

Щергина злобно усмехнулась. В следующий миг смертоносный веер полетел в лицо Алекса. Тот отпрыгнул и выставил меч. Иглы, заскрежетав, скользнули по клинку. Княгиня изловчилась и ударила Алекса ногой в висок. Не ожидая ничего подобного, тот свалился на пол, и княгиня бросилась на него, выставив свой веер. Но Алекс одним рывком снова вскочил на ноги. Отбив веер мечом, он отшвырнул Щергину к сервированному столу в углу зала, но та удержалась на ногах. Тогда Алекс сорвал с груди пару дротиков и метнул их в нее, однако раскрытый веер сшиб их прямо на лету, и княгиня быстро подскочила к нему. Алекс выставил вперед меч, но Щергина изо всех сил ударила его ногой по запястью. Меч, звеня, выпал из рук Алекса. Неожиданно веер со свистом снова пролетел в воздухе. Юноша едва успел пригнуться, и острые лезвия лишь слегка коснулись его волос. Но княгиня снова применила неожиданный прием: высоко прыгнув в воздухе, она нанесла ему сокрушительный удар обеими ногами. Алекс рухнул, как подкошенный, и заскользил по стеклянному кругу.

Княгиня со злобной усмешкой повернулась к Катерине, но та была увлечена поединком и ничего не замечала.

Она метнула в нее свой веер, и тот полетел прямо в спину девушке. Игорь, видевший этот опасный маневр, сорвал со стола скатерть, сбросив при этом всю посуду на пол, и сбил ею веер прямо на лету. Щергина яростно взвизгнула. Дама Теней наблюдала за происходящим, сжимая кулаки в бессильной ярости.

Злоба придавала силы Бесту, однако Матвей был профессиональным фехтовальщиком. Он не парировал своим клинком удары Иннокентия, а, лишь слегка отбиваясь, уходил от них – иначе бы его рапира просто разлетелась на куски. И вдруг раздалось странное шипение. От пальцев Матвея пошел дым. Рапира выпала из его руки и, звеня, покатилась по полу. Юноша безвольно опустился на колени, на его лице был неподдельный ужас.

Катерина тут же бросилась к нему, забыв обо всем.

– Что с тобой?

– Рапира обожгла мне руку, – прошептал Матвей. – Кажется, началось…

Иннокентий снова ринулся к ним, замахнувшись мечом. С другой стороны наступала Шахиня. Ирина, стоявшая неподалеку, мигом оценила ситуацию, разбежалась и со всего размаху толкнула ее. Удар был такой, будто напарницу Беста сбило несущимся грузовиком. Шахиня врезалась в стоящего рядом Иннокентия, и они оба свалились на пол. Игорь тут же набросил на них скатерть, сдернутую со стола, а Артем и Марина принялись быстро заворачивать бандитов в полотнище.

– Черт! – яростно вопил Бест, пытаясь освободиться.

Марина подняла с пола золотой трос Шахини и связала им Иннокентия и его помощницу.

Катерина в ужасе смотрела на Матвея.

– Нет, – качала она головой. – Нет! Не может быть!

Матвей лишь грустно улыбнулся.

– Возьми меня за руку, – попросил он.

Катерина встала рядом с ним на колени и протянула руку. Их пальцы переплелись.

– Я видел Маргариту, – быстро произнес Матвей. – Она просила не говорить тебе, но мне кажется, ты должна знать… Она сказала, что любит тебя и для нее нет никого роднее, чем ты. И что она всегда придет к тебе на помощь. А еще есть какая-то тайна о твоем рождении, и все, что было в прошлом, связано с этой тайной. Она не хотела избавляться от тебя…

Он осекся и замолчал. Матвей шевелил губами, но слов Катерина больше не слышала.

– Пожалуйста! – взмолилась девушка. – Не оставляй меня! Прошу! Потерпи еще немного!

Матвей взглянул на нее в последний раз, закрыл глаза и затих.

Катерина, не помня себя, закричала от боли и бессилия. Матвей прямо на ее глазах превращался в стеклянную статую. Последними застыли кончики пальцев в руке Катерины. Она все еще сжимала его руку и почувствовала, как остекленевшие пальцы стали ледяными.

Красные молнии метались уже по всему залу. Они скользили под сводом, ощупывали колонны, змеились по стеклянному полу.

Ирина и Артем разбили еще несколько зеркал. Связь между мирами прервалась. Баронесса фон Шпильце, издав яростный вопль, исчезла. Черное зеркало вновь заволокли клубы тьмы. Но красные вспышки на его поверхности лишь усилились. По ту сторону стекла словно разверзлось жерло вулкана! Там кипела лава, сыпались искры. Черное зеркало начало вибрировать.

– Прямо как Трианон тогда, – испуганно сказала Гольданская. – Черт! Может, нам стоит убраться отсюда? Такого исхода я не ожидала…

Валентин сильным ударом отшвырнул от себя Двуликого и тут же вскинул руку вверх. Сжал пальцы в кулак. Послышался громкий треск. По своду над черным зеркалом побежали трещины, они прямо на глазах становились больше и глубже.

– Что он делает! – простонал князь Векентьев, уже пришедший в себя после удара табуретом. – Он все испортит!

Старик подполз к своему пистолету и схватил его. Он вскинул оружие и выстрелил. Пуля попала Валентину в ногу. Послышался звон, старик повалился на пол, а из брюк посыпались осколки стекла.

– Доппельгангер! – с ненавистью крикнула княгиня Щергина.

Катерина продолжала с ужасом смотреть на застывшего Матвея и не обращала внимания на происходящее вокруг. Двуликий бросился к девушке. Валентин перекатился на живот и вытянул обе руки по направлению к нему. Доппельгангер тут же споткнулся о невидимую преграду. Он рухнул на пол, и какая-то неведомая сила протащила его по полу назад прямо к Валентину. Тот схватил его за горло и придавил к краю пентаграммы.

– Отпусти! – прошипел Меняющий Облик.

– Пусть я погибну, но ты уйдешь вместе со мной, Катерина! – крикнул старик.

Девушка подняла голову и взглянула на него. По ее щекам струились слезы.

– Соберись! Не время раскисать! Матвею ты уже не поможешь, подумай о себе! – крикнул ей Валентин. – О своих друзьях, в конце концов!

– Что я могу?! – всхлипнула девушка. – Все кончено! Они разрушили мою жизнь!

Двуликий шипел и отбивался от зеркального рыцаря, его когти царапали пол, оставляя в нем глубокие борозды. Но Валентин крепко держал его. В этот момент прогремел еще один выстрел. Пуля попала Валентину в руку, и тут же во все стороны брызнули стеклянные осколки.

Векентьев с дымящимся пистолетом подошел ближе и еще раз прицелился. Двуликий, сбросив с себя рыцаря, торжествующе захохотал и вскочил на ноги.

Валентин встретился с Катериной взглядом.

– Борись! – крикнул он. – Ведь ты дочь своей матери!

И он вскинул уцелевшую руку вверх. Двуликий ринулся к Катерине. Векентьев прицелился. И тут гигантская хрустальная люстра, висевшая прямо над их головами, вдруг дрогнула и, сорвавшись с крюка, рухнула вниз. Раздался ужасный грохот. Миллионы сверкающих осколков рассыпались по блестящему полу. Прозрачные, красные, черные. Уничтожив себя, Валентин забрал с собой и Двуликого, и князя Векентьева. В полу образовалась гигантская пробоина, часть механизма зеркальной машины была уничтожена. Круги остановились, но в черном зеркале в клубах дыма продолжал полыхать огонь.

Михаил Башаров в бессильной злобе взвыл и застучал кулаками по полу.

– Моя машина! – вопил он. – Вы все испортили!

Помост с черным зеркалом стал вибрировать еще сильнее. В воздухе по-прежнему окружая машину, висела пентаграмма лунного света. Но тьма в черном стекле рассеялась, и теперь в зеркале бушевало лишь багровое пламя, казалось, вот-вот и оно вырвется из него наружу. Все, потрясенные, замерли на своих местах. Щергина, Гольданская, Башаров, друзья Катерины не сводили глаз с вибрирующего помоста в центре зала.

– Что происходит? – наконец спросила княгиня Щергина.

– Говорю же! Все, как тогда в доме Башаровых, – сказала перепуганная Гольданская. – А потом Трианон взорвался!

– Нужно как-то остановить это! – крикнул Михаил Башаров.

– Известно как! – рявкнула Щергина. – Пустить девчонке кровь и толкнуть ее в зеркало! Ритуал должен завершиться!

Катерина склонилась к Матвею и в последний раз поцеловала его в стеклянные губы. Затем медленно поднялась с пола и, словно сомнамбула, направилась к черному зеркалу.

– Катерина! – крикнул Игорь. – Что ты делаешь?

– Остановись! – закричал Алекс. – У тебя же совсем нет опыта!

Но она их не слышала. Она перешагнула через осколки доппельгангеров, переступила через круги на полу, поднялась на помост. Девушка остановилась у полыхающего зеркала и повернулась лицом к врагам. Странно, но она совсем не ощущала жара от полыхавшего огнем зеркала.

Катерина плакала, и слезы текли по ее щекам. Матвей превратился в холодное стекло. Больше он не будет смешить ее по утрам, кормить всех завтраком, его больше не будет в ее жизни. Добрая, улыбающаяся Аглая, вечно смеющийся Прохор. Они собирались сыграть свадьбу, а теперь превратились в безжизненные статуи. Как и вся цирковая труппа, люди, которых она знала с самого детства. И виной всему члены Клуба Калиостро, собравшиеся сейчас в этом зале.

– Ненавижу, – тихо произнесла она. Но ее слова услышали все. – Вы… жалкие… уроды! Вы лишили меня всех, кого я любила. Как же я всех вас ненавижу! – Она всхлипнула. – Будьте вы прокляты!

И пылающее зеркало дрогнуло за ее спиной.

Катерина снова ощутила его призыв, его приглашение, как тогда, совсем недавно в театре. Но сейчас – и это было очень странно! – черное стекло так реагировало не на ее кровь – крови не было, – а на саму Катерину! Бурлящая поверхность манила ее, приглашала войти, и Катерина знала, что по ту сторону зеркала с ней ничего плохого не случится. Что там ей будет гораздо лучше, чем здесь.

Она поняла, что только так она сможет спастись от Клуба Калиостро. Только попав на ту сторону, можно найти средство, чтобы оживить родных ей людей. Только так…

Катерина повернулась лицом к зеркалу и бесстрашно шагнула в него. Языки пламени сомкнулись за ее спиной.

* * *

Кирилл и Наташа бросились в единственную открытую дверь в коридоре первого этажа. Графиня продолжала преследовать их. Они пересекли пустой зал и толкнули двери следующего. Ребята бежали, огибая толстые каменные колонны и избегая открытые места. Так графине будет труднее попасть в них из пистолета. Но ее шаги неумолимо приближались. Был еще один выход – через высокие двустворчатые двери того самого зала, где дед Кирилла конструировал свою машину. Наташа толкнула их, и, к счастью, они распахнулись.

Но что это? В зале царил настоящий разгром! Пять выгнутых зеркал образовывали под потолком гигантскую сияющую пентаграмму. Наташа увидела княгиню Щергину и баронессу Гольданскую, старика Башарова и своих школьных приятелей. Увидела Алекса и своего перепуганного брата Игоря. Увидела недвижные тела на полу, Иннокентия и Шахиню, спеленатых какой-то простыней. Увидела застывшего на коленях Матвея, и ее сердце едва не остановилось. И Катерину, которая прямо на ее глазах исчезла в огромном пылающем зеркале в центре зала!

– Как она это сделала? – громко спросил потрясенный Алекс. – Ведь без крови переход невозможен! А на ней не было ни капли! Такое под силу только… – Он в ужасе осекся.

– Кому? – воскликнул Игорь.

– Демонам и доппельгангерам Повелителя Кукол. Но она ведь человек!

Вдруг ослепительная вспышка полыхнула в центре зала, и от пылающего зеркала грянула ударная волна такой силы, что повылетали окна в зале. Все попадали с ног. Каменные колонны стали рушиться, с потолка посыпались куски штукатурки и лепнины. А затем в огненном зеркале возникло что-то невообразимое! Тьма и огонь, вперемешку, закручивались в гигантскую воронку, и вскоре она вырвалась за пределы зеркала и с неимоверным ревом понеслась по залу, словно торнадо, затягивая все и вся! Посуда, битое стекло, разные предметы стали срываться со своих мест и исчезать в воронке. Их уносило в зеркало! Столы с грохотом двигались по полу; рыцарские доспехи падали у стен и, звеня, скользили по гладкому стеклу к центру машины; люди, оказавшиеся поблизости, тоже помимо своей воли устремлялись к воронке.

– Нет! – завопила Гольданская. – Опять! Только не это!

Всем телом прижавшись к полу, она подползла к ближайшей колонне и изо всех сил вцепилась в ее основание. Белую маску и кружева сорвало с ее головы. Баронесса поспешно прикрылась рукавом. Люди кричали от ужаса, но их криков не было слышно – все заглушал пронзительный вой огненного смерча и грохот обрушивающихся камней и стекла. Наташу сорвало с места и тоже потащило к черному зеркалу. Девушка закричала и вцепилась руками в ближайшую колонну. Кирилл бросился ей на помощь. Он обхватил колонну руками, сцепив пальцы в замок.

– Держись за меня! – крикнул он.

В этот момент в дверях показалась Шадурская с пистолетом в руке. Ее волосы развевались в бушующем вихре, глаза сверкали безумным блеском, длинное черное платье закручивалось вокруг ног. Ничего не понимая, она смотрела на происходящее, но, увидев Наташу и Кирилла, довольно улыбнулась, затем молча подняла оружие и выстрелила. Кирилл громко вскрикнул и разомкнул руки.

– Кирилл! – в ужасе закричала Наташа.

Юношу в тот же миг оторвало от колонны и потащило к черному зеркалу. Еще мгновение, и он исчез в страшной воронке из багрового пламени.

Наташа переползла на другую сторону колонны, где можно было укрыться от мощного потока, и с ненавистью взглянула на графиню. Шадурская довольно расхохоталась.

– Я же говорила, вам не уйти от меня! – крикнула она.

Беста и Шахиню, связанных воедино, тоже поволокло по полу к адской воронке. Но им удалось освободиться от пут и вцепиться руками в края глубоких трещин в колонне. Княгиня Щергина изо всех сил держалась за другую колонну, Артем и Марина держались за Ирину, а та в свою очередь ухватилась обеими руками за подоконник. Игорь висел на искореженной раме одного из зеркал круга. Последнее уцелевшее окно с грохотом взорвалось над головами ребят, и его осколки тут же унесло в центр черного вихря. Михаил Башаров прятался за опрокинутым обеденным столом, застрявшим в дверном проеме. Алекс изо всех сил держался за оконную раму, а его ноги беспомощно болтались в воздухе.

– Как это остановить? – крикнула ему Ирина.

– Пентаграмма из лунного света! – прокричал в ответ Алекс. – Нужно ее разрушить! Она замыкает круг силы!

Графиня Шадурская, вовремя оценив опасность, ухватилась рукой за дверной косяк. Вдруг ее внимание привлек странный предмет, лежащий на полу у входа. Это было сердце, точная копия человеческого, сделанное с поразительным мастерством из красного стекла. Забыв про воронку в центре зала, она приблизилась и подняла его. Довольно тяжелое, сердце представляло собой сосуд, наполненный темно-красной жидкостью, похожей на кровь. Сбоку на сердце виднелась затейливая печать: буквы «П» и «К» в обрамлении миниатюрных кристаллов. Графиня задумалась, как вдруг над ее головой обвалился потолок, и на пол рухнули толстые балки. Шадурская с визгом отпрыгнула в сторону, и ее, как остальных, закрутил смерч. Графиню оторвало от пола и потащило к зеркалу. Она в ужасе вытаращила глаза.

– Помоги! – крикнула она Наташе.

– А разве вы не этого хотели? – злорадно спросила девушка.

Колонна, за которую держалась Наташа, подломилась. Большой обломок свалился прямо на девушку, больно ударив по спине. Наташа, теряя сознание, упала на пол, и вихрь подхватил и понес ее вслед за графиней.

– Наташка! – крикнул Игорь.

Он бросился к сестре и схватил ее за ногу. Колонна рухнула и покатилась по полу. Тело Наташи взмыло в воздух. Игоря подняло вместе с сестрой. Шадурская с воем исчезла в черном зеркале, Наташу и Игоря втянуло за ней следом.

Шахиня висела на золотом тросе, тоже обмотанном вокруг колонны, Иннокентий держался за нее. Стены зала не выдержали, с них стала отваливаться штукатурка, пол разламывался на глыбы мрамора. Величественный особняк дворянского собрания рушился прямо на глазах. Алекс сорвал с ремня свернутый кнут. Оттолкнувшись ногами от окна, он взмыл в воздух и раскрутил кнут. Конец бича захлестнул одно из пяти выпуклых зеркал. Алекса потащило к центру пентаграммы, кнут натянулся и вырвал зеркало из крепежа.

Магический круг разрушился, лунный пентакль исчез. Алекс, словно пловец, прыгающий в бассейн, влетел в полыхающее зеркало, и смерч тут же остановился и исчез. Зеркало дрогнуло и затихло, лишь черный дым, перемежаемый красными вспышками, продолжал клубиться внутри его.

Ирина, Артем и Марина выпали в разбитое окно и свалились прямо на заросли сирени. Бест и Шахиня испуганно переглянулись: они были живы и целы.

Зал представлял собой жуткое зрелище: рухнувшие колонны, полуобвалившийся свод, обгоревшие стены, клубы дыма, расползающиеся по всему помещению. Неподалеку от дверей лежала опрокинутая стеклянная статуя застывшего на коленях юноши, засыпанная пылью и обломками. Щергина и Башаров медленно поднялись на ноги. Баронесса Гольданская, прикрывая голову кружевной накидкой, из последних сил на четвереньках доползла к выходу. В особняке дворянского собрания воцарилась мертвая тишина…

* * *

Катерина Державина неслась навстречу неизвестности, увлекаемая мощным вихревым потоком. Вокруг проносились созвездия, сверкали мириады огней, черное пространство прорезали багровые молнии, оставляющие после себя россыпи разноцветных искр.

Она прошла сквозь стену сплошного огня, пересекла толщу ледяного холода, но ни жар, ни холод не причинили ей вреда. Красные всполохи сменялись лучами холодного голубого света. В любое другое время потрясающая красота мироздания поразила бы девушку, но сейчас ее глаза застилали слезы, и она не могла в полной мере оценить волшебство перехода между мирами.

Дьявольский Клуб Калиостро остался далеко позади. А вместе с ним и Матвей, Аглая, Прохор, цирковые артисты, все те, кто, превратившись в стеклянные статуи, ожидали ее помощи. Как теперь были позади и все тайны, магия, интриги и происки злодеев, неожиданно ворвавшиеся в ее жизнь и так круто изменившие ее. Загадки отца, матери, Властелинов Зерцалии… Секрет зеркальной ведьмы Гертруды, невесть как оказавшейся в нашем мире. Это ведь она, как выяснилось, уговорила оккультистов провести ритуал в доме Башаровых, в результате чего погибло столько людей и было разбито столько жизней! Чего она добивалась? И куда делась после пожара?

А графиня Шадурская, хранившая столько тайн! Они с Феофанией и настоящим Валентином скрыли от всех два черных зеркала. Что, если кто-то найдет и воспользуется ими? Что, если Трианон все же будет воссоздан?

И дед Валентин… То есть не дед на самом деле, а ее зеркальный рыцарь. Он погиб, защищая ее от доппельгангера. Сердце вновь сжалось в груди, к горлу подступил горький комок. Но кто послал его? Кто в том таинственном мире хотел спасти Катерину от Двуликого и других монстров? И что ждет ее в Зерцалии? Этого Катерина не знала.

Но если только, попав туда, она сможет спасти близких ей людей… Найти средство от остекленения, понять, кто друг, а кто враг, узнать ответы на все загадки…

Если так, то Катерина была готова на все.

Content

Евгений Гаглоев
Трианон

Глава первая Призма из черного хрусталя

Глава вторая Появление Валентина

Глава третья Внезапная популярность

Глава четвертая Секреты

Глава пятая Все пути ведут в Зерцалию

Глава шестая Все средства хороши!

Глава седьмая Тайный архив

Глава восьмая Кофе для незваных гостей

Глава девятая Неприятный сюрприз

Глава десятая Энциклопедия курьезов

Глава одиннадцатая Меня предали!

Глава двенадцатая Диоптра мадам Гольданской

Глава тринадцатая Дневник Александра

Глава четырнадцатая Городские легенды

Глава пятнадцатая Двуликий

Глава шестнадцатая Пешки в ее игре

Глава семнадцатая Служанка или принцесса?

Глава восемнадцатая Аукцион

Глава девятнадцатая Страшная новость

Глава двадцатая В лабиринтах памяти

Глава двадцать первая Правда о Маргарите

Глава двадцать вторая Неожиданная встреча

Глава двадцать третья Хрустальный медальон

Глава двадцать четвертая Зеркальная магия

Глава двадцать пятая Столкновение

Глава двадцать шестая Будущее за нами!

Глава двадцать седьмая Новые обстоятельства

Глава двадцать восьмая Норд-Шпигель

Глава двадцать девятая Темная история

Глава тридцатая Месть Татьяны

Глава тридцать первая Холодный расчет

Глава тридцать вторая Он Доппельгангер!

Глава тридцать третья Хеллоуин

Глава тридцать четвертая Пленники клуба Калиостро

Глава тридцать пятая Забытые воспоминания

Глава тридцать шестая Никуда не денетесь!

Глава тридцать седьмая Дай мне руку…