Ирина Андронати, Андрей Лазарчук

Обезьяний процесс

(пьеса в одном действии)

Заброшенный город на вершине холма. Повсюду — на крышах, на ветвях деревьев, на свисающих лианах — сидят обезьяны. Их тысячи.

На авансцене Профессор в пробковом шлеме и с сачком в руках, весь опутанный лианами, Обезьяна в мантии (Первая), Обезьяна в очках (Вторая), Обезьяна с книгой и человеческим черепом (Третья) и Царь обезьян.

Первая обезьяна: — Великий народ Бандер-логов! Самый великий народ Бандер-логов! Неимоверный и исключительный народ Бандер-логов! На ваш суд выносятся преступления этого жалкого человечишки, который посмел назвать нас, великолепных и неподражаемых — предками человека! Предки — значит нечто прошлое, устаревшее, отжившее. Продолжившее себя в потомстве. И мы, извечный народ, который уже сейчас занят тем, о чём Джунгли только начнут думать послезавтра — мы предки?! Этих голых, лысых, немощных бесхвостых тварей?! Предлагаю посадить этого гнусного клеветника в осиное гнездо и написать на него сверху!

Обезьяны дружно аплодируют.

Вторая обезьяна: — В джунглях нет никого такого умного, ловкого, сильного и благородного, как Бандер-логи! Поэтому вы, Ваша честь и вы, народ, можете проявить сострадание и милосердие к моему подзащитному, такому слабому, такому глупому, тупому и неприспособленному к жизни существу, которое лишь хотело найти себе место в истории цивилизации и, ведомое животным инстинктом, дерзостно решило произойти именно от нас! Ещё бы! Мы велики. Мы свободны. Мы изумительны. Мы самое изумительное племя во всех джунглях. Знакомство с нами обогатило духовно моего подзащитного, и он может теперь передать наши слова тупому населению джунглей, чтобы оно наконец осознало, какое счастье выпало им — соседствовать с великим народом Бандер-логов, а потому давайте просветим это несуразное двуногое, взыскующее, однако, света, знания и правильных родственных связей, и расскажем ему об удивительных и превосходнейших нас!

Царь обезьян: — Гкхрм… (показывает бананом на Профессора).

Профессор: — Высокий суд! Своей работой я не хотел никого ни возвысить, ни унизить. Она была посвящена лишь констатации того несомненного факта, что в сложных условиях жизни джунглей выживают самые приспособленные особи, они же и дают потомство…

Первая обезьяна: — Великий народ! Вы слышите этот беспомощный бред? Подсудимый утверждает, что выживают более приспособленные. Подсудимый утверждает также, что люди произошли от нас — Бандер-логов! То есть получается, что люди более приспособлены к выживанию? А может ли подсудимый перепрыгнуть с дерева на дерево? Достать банан с верхушки дерева? Поймать птицу? Убежать от леопарда? Изменить мир? Почесать ногой за ухом? Очевидно, что нет. Следовательно, так называемые люди никак не могли произойти от Бандер-логов. Следовательно, так называемая работа подсудимого — не что иное как заведомая, бесстыдная и злопакостная лживая ложь, имеющая целью Бандер-логов очернить и унизить! Обвинение требует достойного наказания для преступника — пожизненного заключения в подземелье со змеями! А ещё мы написаем на него сверху и накидаем много-много банановых шкурок!

Обезьяны бешено аплодируют.

Царь обезьян: — Гкхрм… (показывает бананом на Третью обезьяну)

Третья обезьяна (прижимая к груди книгу и человеческий череп): — Ваша честь! Великий народ Бандер-логов! Мы провели глубокие исследования вопроса и выяснили следующее: нет, люди никак не могли произойти от Бандер-логов, хотя очевидно, что наш великий, великолепный, несравненный и единственно правильный народ многотысячекратно древнее так называемых людей, которые по сравнению с нами — тьфу, никто, и звать их никак. Это установлено нашими экспертами с высочайшей, потрясающей воображение точностью. Однако в процессе познания выяснился неожиданный факт! Именно от Бандер-логов произошли сами боги! Да и от кого ещё могли боги произойти? Совершенно же очевидно, что выбирать своё происхождение им больше не от кого, и в их выборе проявилась их божественная мудрость, целиком и полностью унаследованная ими от нас. Люди же, и это очевидно, могли произойти только от жёлтых рыб и земляных червяков. Да, признаем: люди выше рыб и червяков. Но не намного. Примерно вот на столько (показывает пальцами). Таковы результаты нашего сенсационного исследования. Этого лже-учёного я предлагаю закопать в слоновьем дерьме и как следует попрыгать сверху, а ихний «Бигль» утопить — пусть эти рыбы и червяки убираются домой своим ходом. (садится).

Обезьяны за сценой скандируют:

— В яму его!

— Написать на него сверху!

— Закидать его шкурками!

— Пусть знает, какой мы культурный народ!

— В дерьмо его! В дерьмо его! В дерьмо!

Профессора на лианах подтягивают повыше, он повисает над сценой, переворачивается вниз головой, из него сыплются несвязные учёные слова и отдельные непарламентские выражения на верхне-уэльсском диалекте.

Царь обезьян (поднимается, расправляет плечи, вздымает вверх волосатую руку с бананом. Все замолкают): — Гркхм! И даже ГРХКМ!!!

Обезьяны, истошно вопя, начинают раскачивать профессора на лианах.

Входит Маугли. Указывая на профессора, кричит в сторону кулис.

Маугли: — Мы успели!

Входят Багира и Балу.

Багира: — Профессор Дарвин, если не ошибаюсь?

Профессор, вися, вежливо кланяется. Багира перекусывает лианы, профессор падает прямо в лапы Балу.

Балу (улыбаясь): — Превед!

Профессор: — И здесь эти русские! (теряет сознание).

Маугли: — Запад есть Запад…

Входит Каа. Все встают.

Каа (тихим свистящим шёпотом): — Вы слыш-ш-ш-шите меня, Бандер-логи?

Обезьяны: — Мы слышим тебя, о великий Каа!

Каа: — Молились ли вы на ночь, Бандер-логи?

Обезьяны: — Не успели, о великий Каа…

Каа (лицемерно вздыхает): — Жаль, жаль. Занавес, пож-ж-ж-алуйс-с-ста…

Закрывается занавес. Маугли, Багира и Балу с профессором на руках выступают на авансцену. Из-за занавеса слышны звуки национального танца Бандер-логов, перемежающиеся громким глотанием.

Профессор приходит в себя. Начинает слабо отбиваться, Балу аккуратно ставит его на землю.

Маугли: — Идите к людям, профессор Дарвин! Расскажите им о великом Законе Джунглей. О том, что сила — в правде! А все эти ваши клювики, коготочки… Бросьте. Мелочи это. Да и не поймут…

Content

Ирина Андронати, Андрей Лазарчук
Обезьяний процесс