Дмитрий Гаврилов

Рукописи Хевисайда

(из цикла «Грядущее Завтра»)

«Эйнштейн и Хевисайд стремились создать теорию, которая бы обобщила электромагнитные и гравитационные силы. Эйнштейну это не удалось. По отношению к Хевисайду ничего определённого утверждать нельзя — после смерти учёного в 1925 году его рукописи были похищены».

(В. Карцев, «Приключения Великих уравнений»)

— Если уж речь зашла о Единой Теории перемещения во Времени, то я бы сформулировал её основной постулат следующим образом, — Володька несколько раз погрузил пятерню в космы жёстких волос и продолжил, — постулат в том смысле, что мы не можем его подтвердить на опыте, остаётся лишь принять на веру. Итак, вот главный принцип: «Информация, перенесённая из будущего в прошлое, не должна помешать возникновению самой себя».

На практике мы сталкиваемся всего лишь с первым следствием моего постулата. Открытия прошлых лет в науке ли, в искусстве ли способны коренным образом менять и наше будущее, и, конечно, настоящее. Например, если бы русские обрели, наконец, всю Велесову книгу, то есть нашлись подлинные писания словенских волхвов — мы совсем иначе осмыслили бы историю собственного народа и роль в ней отдельных личностей.

— Рукописи не горят, — процитировал Валентин Викторович.

— А их всё-таки сжигают!

Был самый обыкновенный майский день 1986 года. День не стоял, потому что время вообще не стоит. Вопреки настойчивым и, как всегда, слишком приближённым прогнозам синоптиков погода решила не баловать москвичей и гостей столицы. Но весна есть весна. Меняется всё, постарел и Бабий городок. Иные дома пошли на слом и осыпали, как бы на прощание, узенькие переулки битым кирпичом. Некоторые ещё стояли, ожидая своей незавидной участи. Рассекая мутные воды Обводного канала, прошла «Ракета». Прибой ударил по гранитным ступеням. Рыболовы сматывали снасти, кошки давно уже отказывались есть местных бычков, остался спортивный интерес.

Три молодых человека, оставив позади клуб «Красный Текстильщик» и чебуречную, миновали Малый Каменный и уселись на скамейке Болотного сквера.

Собеседники продолжали обсуждать животрепещущую тему, но нельзя с уверенностью сказать, была ли она интересна многочисленным пешеходам, одна волна которых направлялась в «Ударник» за покупками, вооружившись сумками и авоськами, вторая, поблескивая фотоаппаратами — к Кремлю.

— По современным представлениям, 15 миллиардов лет назад произошел Большой Взрыв — родилась Вселенная. На сегодня общепринята теория горячей Вселенной. В частности, говорится о наличии на самом раннем этапе взрыва космической протокапли, сжатой с чудовищной плотностью и размером, дай бог памяти, десять в минус двенадцатой сантиметра. Но у меня возникает закономерный вопрос: «Из чего же появилась сама протокапля?» — здесь Валентин Викторович сделал эффектную паузу.

Надо сказать, он был значительно старше своих оппонентов, по крайней мере лет на пятнадцать, но и к нему в автобусах обращались: «Молодой человек, уступите место инвалиду войны!» — тогда как Дмитрий и Володя едва окончили первый курс университета и ещё не помышляли о диссертациях.

Валентин продолжал:

— Физики по-разному называют Это — Ничто, Ноль, Безразличие, Информационный Вакуум. Поскольку ничего другого, кроме Ничто, не существовало, оно и породило «Всё», воздействуя само на себя. Если забежать дальше, то можно утверждать — всякая вещь, явление, суть, процесс, все они характеризуются четырьмя фундаментальными свойствами — рождаться, умирать, жить и сохраняться во времени и в пространстве. Вот Володя верит в возможность создания Машины Времени…

— Не только верю, но и создам! — хмыкнул Володька.

— Между тем Машина Времени уже есть. Я пропущу предысторию Земли, скажу лишь, что возраст Солнца приблизительно составляет шесть миллиардов лет, нашей планеты — на полтора миллиарда меньше, а три с половиной миллиардов лет назад уже существовали клетки, которые могли по заложенной в них генетической программе строить любую молекулу. Клетки обладали всеми жизненно-необходимыми способностями: потреблять, выделять, размножаться и производить подобные себе копии.

Тут в разговор вступил Дмитрий:

— Так, по-моему, ещё Аррениус предположил о возникновении всего живого на Земле из капсулы микроорганизмов, которую, грубо говоря, подбросила высокоразвитая инопланетная цивилизация. Это очень хорошо согласуется с теорией древних — «мир из яйца». Так или иначе, одна белковая жизнь породила другую. Рано или поздно в этом ряду пришельцев из Космоса должна оказаться первая, материнская культура, которая выросла из капсулы, не подброшенной никем, разве что Богом.

— Э, куда хватил? — буркнул Володя.

— Нет, отчего же, Дмитрий близок к истине. Если подходить к Вселенной, как к живой сущности, необходимо признать существование Субъекта, выражаясь языком физика, Наблюдателя на самых ранних этапах Творения. Первородное Ничто выделило из недр своих этого Некто, значит, история мироздания не более, чем самоэксперимент Сущего. Для кого-то он — Логос, для кого-то Рудра, мы, славяне, называли его Родом.

— Давайте оставим религию в покое, — продолжал бурчать Вовка.

— Да пёс с ней, в самом деле! — согласился Дмитрий. — Так вы, Валентин Викторович, хотели сказать, что генетический код и есть та самая Машина Времени? Кажется, Миллер получил первые аминокислоты, пропуская электроразряд через смесь водорода, аммиака и паров воды на катализаторе. Да и эта идея молнии в атмосфере…

— Вы достаточно эрудированны, Дмитрий.

— Просто посещаю планетарий.

— В самом деле. Огао и Ниренберг объяснили механизм генетического кода, при этом выяснилась поразительное сходство строения кода и у бактерии, и у дерева, и у человека. Я бы сказал «одинаковость». Возвращаясь по цепочке, мы встретим далёких предков. Подумать только, три с половиной миллиарда лет генетический код оставался неизменным.

— Я принимаю вашу восторженность, уважаемые коллеги! — вклинился в мудрую речь Володя. — Наше солнце — карлик типа Ж-2. После открытия в созвездии Знаменосца планетарной системы у звезды Бернарда, нет сомнений, что в Космосе существует множество планетарных систем, в том числе и у средненьких звёзд, как наше солнышко. И на них, конечно, миллионы лет тоже процветала жизнь. Но нам с вами от этого не легче. И, говоря о моём постулате, я не привязывал его к весьма сомнительным достижениям генетики. Речь о другом…

— Ты имеешь в виду Барьер Времени? Не такая это проблема, как может показаться. Если вы помните, я работал над задачей овердрайва. Дайте мне изложить свои мысли, а потом я послушаю вас.

Парни не возражали, и Валентин Викторович сел на своего «конька».

«Следует признать, что появление органической жизни и человека, как и всякое событие во Вселенной, не случайно, а лишь следствие в длинной цепи обстоятельств. Для всех вещей, для тел, для космического пространства, для элементарной частицы или блохи, наконец, есть общий единый Генетический Код, Вселенский код развития. Что-то вроде ДНК, только более глубокий, более фундаментальный. Эта и всякая другая информация переносится гипотетическими информонами.

Информоны — это кванты информации-энтропии, фундаментальные частицы (или их каналы) — хранители и преобразователи информации как меры порядка. Безусловно, они имеют материальный носитель и обладают некой внутренней структурой, иначе за информонами нельзя признать способность переносить и хранить информацию.

А проявляют они себя во взаимодействии с другими частицами и своим суперпартнёром — энтропоном.

Информоны можно классифицировать на два основных типа.

Тип первый — классический, то есть „информон по определению“. Скорость его перемещения меньше или сравнима с фундаментальной скоростью. Он переносит информацию в виде частотного спектра, зарядов, спинов, массы и энергии. В химии таковыми можно считать, например, ион водорода или электрон, в фотохимии — фотон.

Второй тип — это собственно информон, частица с определёнными физическими свойствами, которая в основном используется в информационно-физическом взаимодействии для перестройки энтропийно-информационной структуры взаимодействующих частиц. Вероятно, собственно информон движется со скоростью, большей скорости света, то есть является тахионом. Как известно тахионы имеют склонность с потерей энергии увеличивать скорость до бесконечности, становиться нелокализованными пространственноподобными нитями, размазываться в пространстве по одному измерению.

Пси-функция из уравнения Шрёдингера и обыкновенный музыкальный аккорд — тоже примеры информонов, структура которых пронизывает всю Вселенную, соединяя её в целое. Энтропоны же — от слова энтропия — кванты Хаоса, пытаются Вселенную растащить. Информоны и энтропоны, как я уже сказал, не могут жить друг без друга, такова диалектика.

Если принять за основу мой подход, космический перелёт станет чем-то вроде исполнения песни или чтения кода. Космос же становится Лингвистическим Пространством, а попросту — мировой Книгой. Инопланетный Разум уже давно знает способы и правила чтения Большой Космической Книги и применяет их повсеместно. Внеземные Цивилизации как раз и листают её со скоростью передачи информации, то есть с фундаментальной скоростью, последняя кажется дикостью только на Земле, между тем весь Космос только и живёт в этом едином темпе Времени. Разгадав сверхдвижение, мы поднимемся с подмостков на сцену Вселенной и обнаружим, что сами — провинциалы, что там хватает актёров и без нас».

— Безотрадная картинка. Вы думаете, произойдет сближение уровней развития цивилизаций? — не то спросил, не то добавил Дмитрий, когда Валентин Викторович решил поберечь порядком пересохшее горло для завтрашней лекции. Он преподавал высшую математику в одном из московских вузов.

Посидели ещё какое-то время молча, словно оценивая распахнувшиеся перспективы. Неожиданно Володька заговорщически спросил:

— А вы знаете, кто первым рассмотрел этот овердрайв, кто первым предсказал тахионы?

— Вероятно, Физо.

— Физо лишь вычислил скорость света, через десятки лет Морли поставил опыт, он искал космический эфир. Но был гений, чьи пионерские работы на сто лет обогнали веяния эпохи. Его имя — Оливер Хевисайд. Он англичанин, самоучка, начинал как телеграфист. Его мало печатали при жизни, критикуя за форму изложения идей и отсутствие строгости в математических доказательствах. Так или иначе, но большинство изобретений и новшеств Хевисайда, особенно в области созданного им же операционного исчисления, блестяще работали, невзирая на выводы. В 1890 году, за пятнадцать лет до Эйнштейна, независимо от него, Хевисайд получил знаменитую формулу:

Е=mc^2

А вам известно, что это лишь следствие Частной Теории Относительности. Хотя сам Хевисайд не нуждался, как Эйнштейн, в услугах математика Минковского, вдобавок он был начисто лишён тщеславия. Вывод очевиден. Именно Оливер Хевисайд — создатель великой теории.

Хевисайд же предсказал излучение Вавилова — Черенкова в 1895-ом. Уже первые три его открытия могли бы быть отмечены Нобелевскими премиями. Но имя Хевисайда странным образом забыто, он умер в голоде и холоде, не в силах заплатить за свет и газ, а телеграфные фирмы жирели, эксплуатируя идеи гениального и чудаковатого соотечественника

— Так в чём вы хотите меня убедить? — cлабо улыбнулся Валентин. — О Хевисайде я знаю также, что он предсказал наличие особого электропроводящего слоя у атмосферы, благодаря этому возможна сверхдальняя радиосвязь. Ему и ещё Герцу принадлежит честь расчистки Максвеллова трактата. Уравнения Максвелла по сути — их уравнения. Хевисайд на тридцать лет раньше Дирака обосновал монополь — вот Вам ещё одна премия.

— Согласитесь, Валентин Викторович, слишком много странностей. Похоже, Хевисайду удалось решить задачу, непосильную для многих хорошо обслуживаемых учёных. К слову, он вообще не делал различия между частицами-тахионами и обычными, «досветовыми». Тахионы как бы движутся назад во времени, с нашей точки зрения нарушая принцип причинности.

И ему никто не помогал, разве что безвременно ушедший Томпсон. Хевисайд — гордый гениальный одиночка, сравнимый, может, только с Кавендишем да Циолковским. Нет, гений не похож ни на кого, кроме как на другого гения!

— А вы знаете, что и у Хевисайда, и у Циолковского была прогрессирующая глухота, а они играли на музыкальных инструментах?

— Тише, тише! Затараторили, — еще раз улыбнулся Валентин Викторович. — Ваш кумир владел игрой на эоловой арфе, второй же владел скрипкой, или я ошибаюсь? В истории науки немало случаев, когда изобретали одни, а лавры получали другие, впрочем, заслуженно. Викинги открыли Северную Америке за пять столетий до Колумба, ну и что? Это избитый пример? Хорошо! Да вот, хотя бы Наркевич Йодка Яков Оттонович! В 1890 году…

— В каком, каком году? — рассмеялись Володя и Дмитрий.

— В том же! … открыл электрографию, Кирлианов эффект и радио за три года до Попова с Маркони.

— Мы знаем об этом, Валентин Викторович. Могу добавить — Йодка был отличным хирургом, страдал глухотой и играл на эоловой арфе, — закончил Дмитрий. — На этом странности не оканчиваются. Несмотря на бурный расцвет фотографии в конце прошлого века, мы не знаем истинного облика Хевисайда, как не ведаем и подлинного лика Кавендиша.

— А портрет в энциклопедиях?

— Это лишь фоторобот. После смерти учёного неизвестный художник написал его, опираясь на свидетельства немногочисленных очевидцев. Портрет пересняли. Снимок и вошёл в анналы.

— Ну, сдаюсь, ребята! Только объясните-ка мне, кому нужна подобная таинственность?

— Кому, как не Агентам? — горячо заговорил Володька.

— Мирового Империализма?

— Отчего же? Теперь послушайте нас! Весь ход последних десятилетий, хищническое истребление природы, энергетический кризис показывает, что человечество идёт к самоуничтожению. Нефти, газа и угля хватит лет на сто. Парниковый эффект — раз, истощение ресурсов — два, колоссальное загрязнение атмосферы — три. Но природа заложила в нас мощный механизм самосохранения. Всё перечисленное, а вместе с тем и развитие информационных технологий, приведут к необходимости фундаментального открытия. Оно касается нового способа преодоления пространства — со скоростью света — и овладения энергией, сравнимой с энергией Вселенной. Вы лучше нас знаете, как это сделать.

— Вероятно! — не удержался Валентин. — Есть гипотеза, что межкосмический вакуум ведёт себя по отношению к кванту как стенка идеального кристалла. Квант абсолютно упруго «отталкивается» от Вселенной. Гуманоиды должны использовать этот принцип для своих перелётов. Преимущество очевидно, можно «оттолкнуться» в любой точке пространства высокой степени когерентности и вернуть эту энергию, взятую взаймы у Космоса, в конечной точке нуль-транспортировки, где достигнуто состояние материи той же высокой степени когерентности. Вспомните лазерную накачку…

Во избежание Парадокса Близнецов имеет место путешествие не отдельных странников, как у Лема, а миграция во Времени целых Цивилизаций за время-ноль, согласно часам гуманоидов, но за промежуток времени, отличный от нуля — по нашим часам, стрелкам гипотетического стороннего наблюдателя. Трудно с определённостью сказать, живёт ли Инопланетный разум постоянно такими скачками или периоды между ними протекают в привычном для землян ритме. Отсюда следует весьма немаловажный вывод: человечество воспринимает «инопланетян» как космическое фоновое излучение. ВЦ, в свою очередь, не различают нас. Мы ощущаем ветер как движение воздуха, а наш внеземной собрат надевает световой колпак, чтобы ему не надул холодный Сириус. Скажу больше — управление информонами для Инопланетного Разума означает творение себя самого…

Хорошо вам, товарищи учёные, подумает читатель, витать в облаках. А может быть, чем чёрт не шутит, вот эти ребята и перевернут мир?

Сквер опустел, только трое неугомонных молодых людей продолжали спорить на темы, ранее доступные лишь Богу, которым очень трудно быть, и не менее сложно стать…

— Я продолжу мысль, Валентин Викторович, если вы не возражаете.

— Пожалуйста! Пожалуйста! Извини!

— Нет, что вы. Эта идея о вакууме просто гениальна.

— Мы же играем честно?

— Подвоха можно ждать лишь с вашей стороны, — пробормотал Дмитрий и нахмурился, внутри шевельнулось нехорошее предчувствие.

— Итак, — Володя не обратил на друга внимания. — близость экологической и энергетической катастроф и революция в информатизации, создание искусственного интеллекта приведут не только к открытию, о котором уже шла речь. Всё это в немалой степени поспособствует стиранию границ в Европе и Северной Америке в ближайшие сорок лет, а потом и во всём мире. Финансовая олигархия рухнет. Она будет сопротивляться, и жестоко, но уже начала свою лебединую песнь. Информация — товар, продаваемый не единожды. Один этот факт полностью подрывает устои мирового капитализма. Исчезнут грани между нациями, специальностями. Люди будут говорить на едином универсальном языке, на том же языке станут общаться с ЭВМ. Наконец, мы изобретём МАВР — Машину Времени, под которую создадут Институт. Сотрудники Института Времени — СИВРЫ — наследуют лучшие черты своей эпохи, они будут в высшей степени гуманны, но в то же время сильны и мудры. Основным направлением работы Сивров станет коррекция истории, не в смысле её выправления, а изучение белых пятен, исправление ошибок в учебниках будущего, спасение погибших документов, а то и кража гениев, там, где мой первый постулат позволит это. У Булычёва всё слишком по-детски.

Сивры расследуют преступления, представьте себе наблюдателя из грядущего, которого забрасывают на место действия за пару минут до события. И так далее… А чтобы не лазили всякие проходимцы в Светлое Завтра — особый Барьер, Межвременной Щит против перемещенцев, для Сивров — специальные двери, известные только им.

— Я, например, не отказался бы от рукописей Оливера Хевисайда. Последние годы жизни ученый работал над Единой Теорией Поля, после его смерти все записи таинственным образом исчезли.

— Да, Дмитрий, — прервал собеседника Валентин, поднимаясь со скамейки, — я и не отказался. Только вы, молодые люди, забыли ещё кое-что из правил путешествий во Времени.

— А именно? — удивился Володя.

— Сивры не заинтересованы в раскрытии собственной деятельности, поэтому они подстраховывают твой первый постулат. На всякий случай. Но иногда полезно! Так было с Хевисайдом, так случилось с лабораторией Кавендиша… Мне очень жаль, мои неутомимые студенты, но от вас вечно спасу нет. Придётся отделаться местной потерей памяти.

СИВР № 237, Орлов Валентин Викторович, 2052 года рождения, ещё раз посмотрел на ребят, мирно посапывавших на скамейке Болотного сквера, и зашагал прочь.

На следующий день вышло постановление об отмене для студентов младших курсов отсрочки от действительной воинской службы.

Мавр сделал своё дело, Мавр может уйти!

1989

Content

Дмитрий Гаврилов

Рукописи Хевисайда (из цикла «Грядущее Завтра»)