Лунгу Ирина Владимировна

Я слышу аромат дождя

Пролог

Августовское солнце раскалило асфальт нестерпимо сильно, и от этого маленькому Руслану казалось, что трещины, которыми была испещрена дорога, были оставлены лучами светила. Они прорисовали сеточку на автобусной остановке, спустились вниз, оставив свои знаки на дорожном покрытии, и побежали прочь.

- Руслан, не подходи близко к дороге, я сейчас, - голос матери был встревоженным, но мальчик привык к тому, что она всё время его опекает. Наверное, так делают все мамы, и это совершенно нормально. Малыш присел на корточки возле автобусной остановки, рассматривая маленького жучка, который спешил по обочине в сторону травы. Потом взял валяющийся неподалёку листик и накрыл насекомое. Жучок выбрался почти сразу же, проворно перебирая лапками и устремляясь туда, где смог бы скрыться от опасности. Руслан снова повторил свою забаву с листом и задорно рассмеялся, когда жучок снова выполз и помчался к траве с удвоенной скоростью.

Позже, когда он станет взрослее, и когда в его жизни появится понимание того, что он не такой, как большинство, эти минуты будут всплывать в памяти с завидной регулярностью. Этот день будет сниться ночами, заставляя просыпаться от собственного крика и понимания, что уже ничего нельзя изменить. Он будет помнить всё: и цвет крылышек крошечного жучка, и эти трещинки на асфальте, и горячий запах выхлопных газов и города. Запомнит каждую мелочь в том мире, который через минуту утратит для него все краски.

Он успел повернуть голову вправо, наблюдая за тем, как мать закрывает за собой ворота, предварительно вывезя из них коляску, в которой сидела его сестра. А когда он начал распрямляться, поднимаясь на ноги, что-то огромное ударило его сзади в спину и затылок. Было не больно, просто перед лицом почему-то мелькнули деревья и небо, такого отчаянно-голубого цвета, что казалось, оно не принадлежит этому миру. А дальше не было ничего. Просто пустота.

Впоследствии он не сразу поймёт, почему яркий и интересный мир перестал быть таковым. Почему проходит время, а темнота вокруг не исчезает. Руслан станет долго и мужественно бороться за право хоть раз увидеть то, к чему он привык за пять лет своей жизни, но эта борьба будет проиграна заранее.

Он будет учиться видеть краски в своём мире, он будет боготворить цветные сны, которые будут очень редки. Он станет создавать свои собственные галактики, в которых будут только цвета и оттенки. И он будет ждать, что когда-нибудь в его жизни появится человек, который поделится с ним кусочком своего мира, а он научит его видеть то, что доступно только ему.

Они

Неприметная дверь, обитая дерматином, не вызывала ни капли доверия. Хотя, если бы Люда стала искать доверие у дверей, значит, пора было задуматься о том, так ли уж всё хорошо в её жизни.

Девушка задумчиво прикусила нижнюю губку и, сделав вдох, нажала на кнопку звонка. Странное чувство тревоги, которое обуяло её, едва она вышла из своей квартиры, с каждой минутой всё усиливалось, и сейчас достигло критической отметки.

«Хоть бы не открыли!», - мелькнула на задворках сознания трусливая мысль, которая была тут же отброшена, как неподобающая. Быть может, было и глупо приходить в поисках работы в эту квартиру, но…Дело было сделано.

За дверью царило безмолвие, и Людмилу потихоньку начала охватывать злость, вперемежку с облегчением. Вот и тревоги её не подтвердились, но зачем же было назначать встречу, если ты и не собирался открывать дверь визитёру?

Люда нажала кнопку звонка ещё раз и досчитала до десяти, решив, что теперь с чистой совестью может покинуть эту казавшуюся такой тесной, лестничную клетку. Входная дверь распахнулась так внезапно, что девушка отскочила прочь, как ошпаренная. На пороге квартиры стоял высокий мужчина, который смотрел на Люду пронзительно-голубыми глазами. Он молчал, молчала и Люда, стараясь унять бешено колотящееся сердце. Мужчина перевёл взгляд ниже, с её лица на лёгкую курточку, а потом стал смотреть поверх её головы.

- Здравствуйте, - решительно взяв себя в руки, произнесла Люда, протягивая мужчине ладонь. Он снова опустил глаза на её лицо, но протянутую руку проигнорировал. Людмила нахмурилась.

- Здравствуйте, - голос мужчины был низким и глубоким, вызывающим странное ощущение, что теперь есть только этот баритон, который хотелось слушать и слушать. – Вы, должно быть из агентства?

Людмила кивнула, расстёгивая внушительных размеров сумку и выуживая оттуда папку со своим резюме.

- Да, я взяла с собой резюме, и вообще у меня есть опыт работы секретаршей, - затараторила она, чувствуя, что очень хочет произвести на этого мужчину хорошее впечатление. Люда протянула ему папку, но он смотрел сейчас только на её лицо, не сводя с него глаз. Потом протянул руку, несмело прикасаясь к папке, и убрал ладонь, улыбнувшись какой-то странной улыбкой.

- Проходите в квартиру, не думаю, что моим соседям интересно узнать, какой опыт работы у вас есть, - улыбка мужчины стала открытой, и он отступил в сторону, давая ей возможность пройти в его жильё.

В просторной квартире было мрачно, а зажигать свет хозяин не торопился. Он вообще повёл себя странно: закрыв за собой дверь, обернулся и стал искать взглядом Люду. Девушка стояла молча, наблюдая за мужчиной с некоторой долей опаски. Честно говоря, она не любила подобного рода авантюры, но именно сейчас нуждалась в этой работе, как никогда.

- Руслан, - неожиданно представился мужчина, протягивая ей руку. На долю секунды у Люды мелькнула мысль не отвечать на это рукопожатие, как это сделал Руслан некоторое время назад, но уже в следующее мгновение её ладошка скользнула в горячую крепкую ладонь и Люда быстро сжала её пальчиками.

- Людмила, - ответила она, и вздрогнула, потому что Руслан рассмеялся тихим смехом, не торопясь выпускать из пальцев её руки.

Молчание между ними затягивалось, и Люде стало казаться, что касание ладони мужчины обжигает её кожу. Он чуть сжимал её руку, невесомо проводя по ней большим пальцем. Такая простая…ласка вызвала внутри девушки целый пожар эмоций. От странного возбуждения до желания немедленно скрыться с места преступления.

Она потянула руку, вытаскивая ладонь из плена его пальцев, и он встрепенулся, словно выходя из состояния задумчивости.

- Пойдёмте, я покажу вам мой кабинет, - произнёс Руслан, касаясь стены и делая большой шаг вперёд. Его поведение было довольно странным, но, кажется, пока он не собирался причинять ей никакого зла. Люда пожала плечами и проследовала за ним, через несколько секунд оказавшись в большом, но почти необставленном кабинете. Стол и большое кресло, диван и журнальный столик, да ковёр на полу. В углу – небольшая этажерка, на которой в беспорядке лежат книги.

- Вот здесь, - Руслан неспешно подошёл к столу, проводя по полированной поверхности ладонью, - Компьютер. Его только утром привезли, и Алексей мне сказал, что он установил всё необходимое для работы. Может, вы сами посмотрите?

Кто такой Алексей, Люда не знала. Да и вообще Руслан так спокойно рассказывал кажущиеся ему обычными вещи, что создавалось впечатление, что Людмила просто обязана их знать.

- Хорошо, сейчас посмотрим, - согласилась девушка, снимая с плеча сумку и устраивая её на диване.

Руслан облегчённо вздохнул, развернулся и прошёл в сторону дивана, присаживаясь на него. Людмила включила компьютер, рассеянно барабаня пальцами по столу. Нужно было обсудить с Русланом условия работы, например, то, зачем она ему нужна. Просто выполнять работу секретарши, записывая что-то, или ей придётся ещё и исполнять какие-то поручения и ездить по делам.

- Всё в порядке? – раздался тихий голос мужчины, и Людмила вздрогнула, поворачивая голову на звук. Он сидел на самом краю дивана, облокотившись на колени и сложив пальцы домиком. Смотрел впереди себя, как будто задал вопрос не Люде, а стене напротив.

- Да, все необходимые программы здесь есть, можете сами посмотреть, - кивнула Люда, покоробленная его поведением. А в ответ получила грустную кривоватую улыбку и неожиданное:

- Я слышу аромат дождя. Вы любите дождь?

Люда непроизвольно взглянула в окно, которое обрамляли колышущиеся от ветра лёгкие занавески. Небо и вправду заволокло низкими свинцовыми тучами, которые грозили вот-вот пролиться на землю ливнем.

- Люблю, - просто ответила Люда, наблюдая за тем, как тучи ползут по небосклону, почти касаясь крыш домов. – Мне кажется, он очень красив. Вообще эта стихия очень красива.

- Его аромат очень красив, - улыбнулся Руслан, словно прислушиваясь к чему-то, доступному только ему, - Он серый и влажный, пахнет сыростью и Невой. И холодной травой, которая лежит на земле, пригибаясь к ней от его тяжести.

Люда снова вздрогнула. Она никогда не размышляла о дожде в таком контексте, а сейчас почему-то перед глазами так ярко нарисовалась картина с ливнем. И всё то, что описал Руслан, в точности было там.

- Так что там с компьютером? Сможете на нём работать? – неожиданно задал вопрос Руслан, переводя тему в другое русло.

- Да, а что мне нужно будет делать? – Люда нахмурилась, озадаченная поведением мужчины.

- Ничего сложного, - он перевёл взгляд на окно, а потом сделал глубокий вдох, словно силясь услышать аромат дождя, - Просто записывать за мной то, что я буду диктовать.

- Хорошо, - Людмила пожала плечами, усаживаясь за стол, - и что это будет?

- Это будет роман. – Руслан на секунду задумался, прикрывая глаза, слушая что-то, что было ведомо только ему, - Он так и будет называться «Я слышу аромат дождя».

Возникла длинная пауза. Людмила глядела на лицо сидящего на диване мужчины, хмурясь, пытаясь понять что-то. Ей казалось, что в паззле не хватает какого-то кусочка, но вот какого именно – она не знала. Всё то, что с ней происходило сейчас, казалось каким-то нереальным. Вот это место, то, как вёл себя хозяин жилища. Она словно приоткрыла для себя дверь к чему-то новому и неизведанному, или к каким-то обычным вещам, на которые раньше смотрела совсем иначе. Вот только, разве может мировоззрение стать совершенно под другим углом после нескольких минут общения? Люда поёжилась от этого чудного ощущения и от какого-то сладкого предвкушения, которое разлилось по её телу горячими волнами.

- Мы можем попробовать прямо сейчас? – тихо спросил Руслан, переводя взгляд на окно.

Люда машинально кивнула. Вот-вот…Прямо сейчас эта дверца приоткроется, и она сможет увидеть ещё больше или же не увидеть ничего необычного.

- Ответьте, - тем же тихим голосом попросил мужчина и для Люды последний кусочек паззла встал на место.

- Да.

Голос был хриплым, потому что Люда волновалась. Мир вокруг неё неуловимо изменился. Вобрал в себя что-то новое, чему теперь там было самое место. И с этой секунды она позволит себе изучать это «новое», а чем это закончится, пока ей знать не дано.

- Её аромат заполонил всё пространство кругом, тонко вплетаясь в его обычный уклад, - голос Руслана, приятный баритон, тягуче разлился в кабинете, достигая самых потаённых уголков. Люда поспешно открыла новый документ, и её пальчики проворно заторопились облечь слова в плен букв. – Он никогда не казался себе кем-то большим, чем был на самом деле. Он привык к тому, что у него есть свой мир, полный выдуманного им света, теней, цветов и красок. А она прошла по самому краю его мира, оставив в нём неизгладимый след. И она пахла дождём, аромат которого он так часто слышал раньше. Но теперь он навсегда обрёл совершенно иные очертания, вкус и форму.

Руслан замолчал, остановилась и Люда, которой казалось, что мужчина говорит о ней. А потом он вдруг перевёл взгляд на неё, глядя чуть выше её головы и продолжил.

- Ему хотелось понять, какая она, но он не мог видеть её лица, её фигуры, цвета её волос. Хотелось дотронуться до её кожи, ощутить под пальцами её бархатистость, чтобы знать, каково это…Чтобы чувствовать её и дальше, когда она уйдёт.

Люда откашлялась, вдруг соображая, что она просто слушала его, забыв о том, что нужно записывать. На лице Руслана расплылась открытая мальчишеская улыбка, и он хмыкнул.

- Вы простите, что я так тороплюсь. У нас получается?

- Получается, - голос девушки всё ещё был хриплым, - Я просто заслушалась и забыла, что нужно печатать. Вы не могли бы повторить то, что говорили только что?

- Не нужно, - Руслан поднялся с дивана, продолжая смотреть куда-то в стену перед собой, - Мы можем приступить завтра? Часов, скажем, в десять утра?

То, что он не торопился обсудить с ней ни размер оплаты, ни количество рабочих часов, ни того, как долго она будет работать с ним, немного смущало Люду, но она поняла только одно: завтра она будет здесь к назначенному времени, даже если сейчас окажется, что Руслан вообще не собирается ей платить.

- Можем, - согласилась она, поднимаясь на ноги, - Тогда до завтра.

- Вы простите меня, Люда, - Руслан сжал пальцы в кулаки, - Я совершенно негостеприимный, да и честно говоря, не очень общительный парень. Так что если у вас возникает только одно желание – сбежать, я пойму.

Люда помотала головой, потом спохватилась, и подошла к нему ближе.

- Ничего подобного я не желаю, - девушка взял с дивана сумку и надела её на плечо, - Завтра я буду в десять.

Она прошла в сторону коридора, отчего-то совершенно не желая покидать это место, и чуть обернулась возле входной двери, услышав за спиной торопливо-размеренные шаги мужчины.

- Завтра я буду. В десять, - ещё раз повторила девушка, потому что ей вдруг стало казаться, что завтра этой квартиры и Руслана не будет в мире. И от этого было как-то страшно и горько.

Часть 2

Людмила

Люда повертела в руках мобильный телефон, рассеянно взглянув на часы и вздохнула. До десяти часов утра ещё оставалось очень много времени, а ей уже не терпелось выйти из квартиры и поехать к Руслану.

- Пашка, скорее, опоздаешь! – крикнула она в сторону выхода из кухни, хмуря тонкие брови. Брат постоянно норовил поваляться в постели чуть дольше положенного, но именно сейчас это злило девушку, как никогда.

- Иду я, иду! – крикнул в ответ Павел, который, судя по голосу, был раздражён не менее сестры.

Люда набрала в грудь побольше воздуха и выдохнула его равномерными медленными порциями. Причину своего волнения она не понимала, но осознавала, что оно исчезнет только тогда, когда девушка очутится возле той самой двери. Людмила поднялась из-за стола и вышла на балкон, чтобы не выплеснуть на брата все те эмоции, которые были внутри.

Солнце уже поднялось высоко, несмотря на ранний час, возвещая о том, что скоро в свои права вступит лето, а пока девушка вдохнула прохладный воздух, радостно улыбаясь сама себе. Приятно чувствовать зарождение чего-то нового, когда это так тесно перекликается с твоими внутренними ощущениями.

- Люсь, ей-богу, ты мёртвого из могилы поднимешь, - пожаловался Павел, вышедший на балкон с чашкой кофе и сигаретой. Девушка поморщилась, – брат не изменял своим утренним привычкам. – Думал, хоть сегодня посплю чуть дольше.

Люда помахала в воздухе ладошкой, когда её окутал дым только что прикуренной Павлом сигареты.

- Ты каждый день так думаешь, - парировала она, облокачиваясь на перила балкона, - Но сегодня не тот случай. Отец очень надеется, что ты поступишь в институт с первой попытки, ты помнишь об этом?

Она не смогла сдержать улыбки при виде того, как лицо брата приобретает кислое выражение. Пашка с гораздо большим воодушевлением устроился бы на работу, где не особо требовались мозги, и забыл бы об учёбе до конца своих дней.

- Помню-помню, - пробурчал он, с шумом отхлёбывая из чашки кофе. – Неохота тратить на это такой чудесный день, сегодня наконец-то не идёт дождь.

Люда улыбнулась ещё шире, при упоминании о дожде машинально взглянув на часы. Почти восемь утра. Это значит, можно смело ехать к Паше в институт, а следом – сразу к Руслану. Скорее всего, она приедет гораздо раньше оговорённого времени, но это будет неважно, - лишь бы не бездействовать сейчас.

- Едем, тунеядец, - беззлобно поддразнила она брата, возвращаясь с балкона в кухню, и услышала, как тот идёт за ней, что-то недовольно бурча себе под нос.

Девушка вышла из машины, оставив ту неподалёку от дома Руслана, и неспешно зашагала по тротуару, не обращая внимания на редких прохожих. Если уж признаться самой себе, то подобного рода чувства, которые она сейчас испытывала к совершенно незнакомому человеку, были для неё нехарактерны. Быть может, когда-то давно, будучи пятнадцатилетней девчонкой, она и испытывала нечто похожее, но давно уже забыла, каково это.

И вот сейчас она медленно шагает по улице, наслаждаясь тёплым днём, а в памяти то и дело всплывают глаза почти что синего цвета. Которые ничего не видят.

Или всё-таки видят? И ей вчера просто привиделось то, что мужчина слеп? До чего же в глупое положение она попадёт, если её предположение будет неверным! И в то же время, этот его странный мир, в который она вчера попала, так сильно влёк её, что она ничего не могла с собой поделать. Подумать только! Аромат дождя…Она ни разу не задумывалась о нём именно в таком контексте, а сейчас поняла, - все эти образы, что вчера описал Руслан, были в её голове. Просто она никогда не думала о том, что они относятся к запаху дождя.

Людмила помотала головой, понимая, что она уже дошла до подъезда Руслана, при этом обнаружила это только сейчас. До назначенной встречи оставалось ещё двадцать минут, а проклятые стрелки часов совершенно не желали двигаться хоть с какой-нибудь приличной скоростью.

Люда сложила руки на груди, раздумывая о том, не прийти ли к Руслану чуть раньше положенного времени, и только решила набрать код домофона, как что-то необъяснимое заставило её повернуть голову вправо.

Прямо по подъездной дорожке к парадному шёл Руслан, постукивая перед собой тростью и проверяя свободен ли путь. Девушка сделала глубокий вдох, отступая в сторону, в надежде на то, что она останется незамеченной. Внутри всё горело огнём от увиденного, - она оказалась права, мужчина и вправду слеп, но вот почему это так сильно взволновало её?

Она стояла, не шевелясь, наблюдая за тем, как он подходит ближе, а когда мужчина поравнялся с ней, замерла, не в силах сделать вдох. Руслан остановился, застывая на пару секунд подобно каменному изваянию, а потом медленно повернул голову в её сторону и сделал глубокий вдох. Его удивительные синие глаза остановились на её лице, будто мужчина видел её и хотел обмануть всех, притворяясь незрячим, а потом красиво очерченных губ коснулась открытая улыбка.

- Доброе утро, Люда, - произнёс он опешившей девушке, и после добавил, - Я так рад, что ты пришла…

Руслан

Он знал, что от подъезда до магазина ровно тысяча сто семнадцать шагов, четыре поворота, через определённое их количество, и две дороги, на которых нужно быть очень осторожным.

Он знал, что часть пути нужно делать вдоль дома, шагая в тени, а потом – по солнечной стороне, потому что лучи попадали на кожу, грея её.

Руслан знал, что через пятьдесят семь шагов он достигает лавочки, на которой обычно весной и летом сидит Мария Петровна, старушка из соседнего подъезда, с которой он всегда здоровался, а она в ответ называла его «милком» и «касатиком».

Это был абсолютно обычный для него мир и абсолютно привычный уклад жизни, в котором он существовал двадцать семь лет.

И который вчера так странно расширился до каких-то непередаваемых границ, едва он почувствовал аромат дождя, исходящий от Людмилы. О, нет! Это не были определённые ноты запаха, которые бы можно было с чем-то сравнить. Это было то, чего он так долго ждал, вспышки чувств от одного только нахождения её рядом с ним.

Всю прошедшую ночь он не спал, сидя у раскрытого настежь окна и вдыхая запах, доносящийся с улицы. И размышляя о том, что будет, если Люда не придёт утром. В его жизни почти не было женщин, он просто не позволял себе что-то большее, чем небольшая интрижка. Руслан так и видел перед собой их жалостливые выражения лиц, которые они даже не пытались скрыть. И правильно делали, ведь он был ущербным.

О! Как часто он мечтал потерять возможность двигаться, лишь бы только Господь вернул ему тогда, в тот злополучный день, способность видеть. Но, наверное, так думает каждый инвалид, что кому-то повезло больше, и он готов оказаться на его месте.

Вчера, когда он рассказывал девушке о ней же самой, ему нестерпимо хотелось, чтобы она поняла его. Поняла, что он говорит о её аромате, о её коже. И в то же время он так отчаянно боялся, что это напугает её, и она никогда не вернётся к нему.

И, кажется, она поняла. Он почувствовал это по хриплому голосу, которым она отвечала ему, в то время, как он ругал себя последними словами за то, что натворил.

Наконец, когда часы пробили восемь утра, он поднялся из кресла и направился в ванную. Нужно было выглядеть хорошо, потому что, возможно, совсем скоро к нему придёт Люда. А ещё нужно будет запастись хорошим кофе, чтобы она не чувствовала ни в чём недостатка. А это значит, что впереди – поход в магазин.

Трость равномерно постукивала по асфальту, и этот звук был для Руслана совершенно обыденным. Тем, который сопровождал его долгие годы, и который он научился не слышать, несмотря на то, что для него слух стал гораздо острее, чем это было у обычных людей. Первый подъезд, второй и третий. До дома оставалось немного, а судя по времени, которое он обычно тратил на поход в магазин, Людмила должна была прийти к нему минут через тридцать. И он очень надеялся на то, что всё-таки она не передумает.

Вчера он понял, что его ущербность не прошла мимо девушки незамеченной. Он, конечно, старался жить так, чтобы никто кругом не понимал сразу, что Руслан слеп, по крайней мере, в своей квартире, где всё было изучено до чёрточки, ему это всегда удавалось. В памяти всегда было отложено ровное количество шагов от кухни до спальни, от ванной до гостиной, от спальни до коридора. Но он понял, что девушка знает, и это могло очень сильно напугать её.

Руслан ускорил шаги, стараясь скорее добраться до подъезда, чтобы скрыться в доме и почувствовать себя увереннее, но сделать это ему не удалось. Всё тот же аромат дождя достиг его обоняния, заставив приостановиться, потому что волна радости прошла по телу. Он был безмерно рад, что она пришла, и в то же время не верил в это. Боялся, что он обманется, потому что тонкий аромат её духов мог ему просто-напросто почудиться.

Мужчина сделал глубокий вдох, силясь понять, не обманывают ли его чувства и ощущения, и безошибочно повернул голову в ту сторону, где стояла Людмила. Он не представлял того, как она выглядит. Для него она была просто сплетённой из ароматов, ощущений и тепла, из звука её голоса, который он помнил так явственно, и из его представления о том, какие на ощупь её кожа и волосы…

Он улыбнулся, не в силах сдержать эмоции, и то, что он сказал после, показалось ему настолько закономерным, что не сказать этого было бы верхом глупости.

- Доброе утро, Люда, - несомненно, она была рядом, в этом он был уверен на все сто процентов. Говорить ей «вы» он больше не мог, потому добавил, надеясь, что она не будет против, - Я так рад, что ты пришла.

Часть 3

Они

Сердце билось где-то в районе горла, и это было очень странно, потому что Люда привыкла к разуму в своих эмоциях. Но именно сейчас, когда она смотрела на стоящего перед ней мужчину, понимая, что он не увидит её состояния, она позволила себе побыть немного иной Людмилой. И в то же время ей казалось, что он чувствует её состояние, понимает его так, как никто иной не смог бы понять.

Теперь, когда она окончательно убедилась в том, что вчера было лишь подозрениями, девушка попыталась прочувствовать то, что она испытывает в сторону Руслана. Первое чувство, которое охватило бы, пожалуй, любую девушку – жалость. Но она искренне не понимала, как можно жалеть этого красивого, сильного и уверенного в себе мужчину. Нет, жалости к нему она уж точно не испытывала.

- Доброе утро, - наконец смогла произнести она, отчаянно ругая себя за то, что стоит и рассматривает его, пользуясь его незрячестью. – Мы же договорились.

Чёрт! Совсем не это собиралась она сказать ему, но пока не понимала, как именно вести себя с ним. Обычно люди читают друг друга ещё и по лицам, а тут…

По лицу мужчины прошла быстрая тень, словно он услышал то, что не хотел слышать, а потом он повернулся в сторону подъезда, кивая на него.

- Поднимемся ко мне?

Потом он прикусил губу, усмехнувшись и сжимая трость сильнее, и Люда поняла, что для него эта фраза прозвучала слишком двусмысленно.

- Конечно, - как можно спокойнее произнесла она, шагая вперёд, чтобы распахнуть перед Русланом дверь подъезда.

Теснота лифта казалась девушке и благом и пыткой. Она стояла так близко от мужчины, что не могла отказать себе в том, чтобы продолжать рассматривать его лицо. Особенно привлекательными были глаза Руслана, которые отрешённо смотрели в сторону стенки лифта, и от простого и сложного одновременно осознания, что эти глаза ничего не видят, внутри девушки было странно горько. А ещё она была уверена, что он чувствует её взгляд на себе, но ничего не могла с собой поделать, - она до сих пор считала, что стоит на пороге какого-то нового незнакомого мира, и её проводник в этот мир – Руслан.

Его тихий и красивый баритон заполнял собой всё пространство комнаты, и всё пространство души Люды, изгоняя из неё всё то, что сейчас казалось пустым и ненужным. В кабинет врывался легчайший ветерок, который едва заметно играл с занавесками, пробегал по помещению, неся с собой аромат города.

Вот оно…Вот то, что так хотела снова обрести Людмила: другая реальность, в которую она уже попала вчера, и которая так быстро заставила её думать только о ней. Казалось бы, всего лишь кабинет, всего лишь аромат улицы и всего лишь мужчина, который что-то рассказывает. Но нет. Сейчас девушка находилась в каком-то совершенно непривычном месте, словно попала в сказку, которой нет на самом деле.

Голос Руслана обволакивал, уносил воображение далеко, опутывал и понуждал хотеть и хотеть слушать только его.

«…ему нужно было чувствовать её рядом, и касаться её тела ладонями. Чтобы потом, когда он останется один, он бы вспоминал эти ощущения, храня их в самом заветном уголке памяти. Но он не мог просить её об этом, и тогда на выручку мужчине пришёл танец. Как способ воплотить своё желание в жизнь вполне законно».

- Ты потанцуешь со мной? – неожиданно задал вопрос Руслан, повернув голову в сторону Людмилы и заставляя её вздрогнуть от неожиданности. Она сидела первое время, не понимая, продолжает ли он диктовать ей текст, или же вопрос обращён к ней, а когда поняла, то по телу девушки прошла сладкая волна дрожи. От того, как нежно и трепетно он произнёс эти простые четыре слова.

- Потанцую, - почти шёпотом согласилась девушка, лихорадочно соображая, где найти музыку, а главное, как угодить ей Руслану.

- Мы будем танцевать в тишине, - словно прочитав её мысли, проговорил мужчина, поднимаясь со своего места и протягивая руку в ту сторону, в которой находилась Людмила. – Просто нужно слышать звуки тишины.

Девушка несмело поднялась со своего места и шагнула вперёд, вкладывая ладошку в горячую ладонь мужчины, и стараясь совладать со своим телом, которое так быстро предало её, стоило только ей оказаться настолько близко от Руслана.

А потом они танцевали, и Люда поняла, что волшебство, которое она себе так живо навоображала, существует на самом деле, и сейчас Руслан повёл её дорогой этой сказки. Он двигался так, будто и вправду слышал мелодию тишины. Прижимал её к себе бесконечно бережно, но крепко, ведя в этом странном танце, который всего пару дней назад показался бы Люде верхом абсурда.

О, как нужно и приятно было чувствовать тепло его тела рядом, и ту защищённость, которую он ей дарил! Как безошибочно он угадывал каждое её движение, каждую мысль. Девушке казалось, что она только успевала подумать, чего она желает, а он уже воплощал это желание в жизнь. Сколько прошло времени с тех пор, как они танцевали, слушая тишину, Люда не знала, да и знать, наверное, не хотела. Со временем, она расслабилась, почувствовав себя на удивление цельно рядом с Русланом, и решилась на то, чтобы запрокинуть голову и посмотреть на его лицо. Он презабавно хмурил брови, словно старался не сбиться со счёта, но девушка чувствовала: не собьётся, потому что чувствует всё происходящее кожей. Взгляд мужчины был направлен вперёд, поверх головы Люды, и ей стало интересно, чувствует ли он то, что она сейчас смотрит на него. И будто в ответ на её невысказанный вопрос, губы Руслана изогнулись в ласковой улыбке, а взгляд переместился на её лицо. Второй раз за этот день у девушки возникло стойкое ощущение, что он видит всё. Просто, по какой-то неведомой причине скрывает это.

- От тебя пахнет ванилью. Сегодня – ванилью, - прошептал Руслан, не сводя с неё невидящего взгляда, а потом его рука взметнулась наверх, и он бесконечно осторожно провёл пальцами по её щеке.

- Вчера я пахла дождём, - так же шёпотом ответила Людмила, и улыбка Руслана стала шире.

- Значит, ты поняла, - радостно ответил он, а потом добавил, - ты всегда будешь пахнуть дождём.

Людмила

Люда помешала ложечкой кофе, потом отложила её в сторону и тут же снова взяла, продолжая помешивать напиток. Она делала это безотчётно, чтобы хоть чем-то занять руки и мысли. А мысли совершенно не хотели крутиться вокруг чего-то помимо Руслана. С каждым прожитым часом девушке всё отчётливее начинало казаться, что её жизнь разделилась и теперь она существует в двух разных мирах. Настолько по-другому она чувствовала себя рядом с Русланом. Это было странно и необъяснимо, и Люда даже не знала, хочет ли она, чтобы это объяснилось. Попробовал бы ей кто-то другой сказать, что она будет всегда пахнуть дождём, да она бы, как минимум, сильно возмутилась. Но слышать это от Руслана было не просто приятно. Эти слова казались ей тогда единственно правильными. И вот теперь, когда она покинула тот мир и окунулась в привычную жизнь, её душу заполонили сомнения. Они кружились внутри подобно крошечным торнадо, возникая нежданно и нарушая обычный уклад её жизни.

- Люд, ты чего, заснула?

Девушка встрепенулась, выходя из состояния задумчивости, и улыбнулась подошедшей к её столику подруге, которая пришла в компании какого-то незнакомого парня.

- Наташ, - она поднялась с места и чмокнула подругу в щёчку, - Нет, просто задумалась немного. Присаживайтесь.

Людмила поймала заинтересованный взгляд парня, и вздрогнула. Ей вдруг отчего-то показалось это неприятным и неуместным. Господи, какой бред! От двух дней, проведённых рядом с Русланом, она уже начинает чувствовать неприятие от интереса со стороны других мужчин.

- Это Саша, мой двоюродный брат, - представила парня Наташа, незаметно для Александра подмигнув Людмиле, - Он только сегодня приехал погостить в Питер. Ты не против, если Саша немного погуляет с нами?

Люда пожала плечами. Честно говоря, было странно спрашивать об этом, когда Наташа и Саша уже присоединились к ней…Так, стоп! Кажется, она испытывает раздражение? Быстро прогнав неуместные мысли прочь, девушка улыбнулась Александру и постаралась стать частью другого, реального, не выдуманного ею мира. Того мира, где не было Руслана.

Она поймала себя на мысли, что сравнивает его с Русланом, когда он в очередной раз запрокинул голову и громко рассмеялся. В любой другой ситуации Люда бы никак не отреагировала на это, восприняв совершенно нормально. А сейчас…У Руслана, напротив, был тихий, приятный смех, но чаще он улыбался открыто и эта улыбка отражалась в его глазах. У Саши были серые глаза, чуть раскосые и кажущиеся холодными, а у Руслана…

Так…Снова стоп! Невозможно размышлять о Руслане постоянно. Невозможно сравнивать с ним других мужчин, когда знаешь его всего пару дней. Это неправильно. И всё же это самое «неправильно» было таким дорогим, до щемящего чувства внутри, до боли от того, что сейчас она была здесь, не с ним.

Решение ехать к нему немедленно, пришло совершенно внезапно. Люда почувствовала, что мысленно находится не здесь, и совершенно не обращает внимания на то, что происходит кругом. Она нахмурилась, прислушиваясь к тому, о чём говорил Саша, но так и не смогла уловить общего смысла из его слов.

- Вы знаете, я тут вспомнила, - выдохнула она, когда мужчина замолчал, - что мне нужно сейчас, вот прямо срочно, быть в совершенно другом месте…

Было ли ей стыдно произносить эти слова сейчас? Нисколько, ей всего лишь хотелось как можно скорее оказаться рядом с Русланом. Хотелось до какой-то почти физической потребности в этом.

Люда сделала глубокий вдох, понимая, что ей стало легче дышать, только когда она оказалась за рулём машины и направилась в сторону дома Руслана. Она не думала о том, что его просто может не быть дома. Ей нужно было просто увидеть его и всё.

Оказавшись на лестничной площадке, девушка долго не решалась поднять руку и нажать кнопку дверного звонка. Сейчас она ругала себя за то, что пошла на поводу у своего импульса и ринулась сюда безо всякого на то основания. За окном разлился мягкий и тёплый вечер, полный солнечного цвета и аромата черёмухи. Скорее всего, Руслан воспользовался возможностью подышать свежим воздухом и вышел из дома.

Люда задумчиво прикусила губу, опираясь плечом о стену, а потом решительно подняла руку и нажала на звонок, непроизвольно вздрогнув, когда относительную тишину лестничной клетки нарушила знакомая трель. Ждать пришлось недолго: уже через пару минут дверь распахнулась, и на пороге возник Руслан. Люда притихла, не зная, что сказать, и как объяснить свой поздний неожиданный визит. Ей даже захотелось совершенно противоположного: немедленно скрыться отсюда. Но ретироваться ей не дали, - Руслан улыбнулся, безошибочно находя глазами девушку, и отступил в сторону.

- Люда, проходи, - тихо проговорил он, заставляя застывшую на площадке девушку выдохнуть с облегчением. Отказываться от приглашения было бы крайне глупо, в первую очередь потому, что именно этого и хотела Людмила.

Часть 4

Они

Люда шагнула вперёд, проходя мимо отступившего в сторону мужчины, лихорадочно придумывая, как объяснить Руслану свой визит. Сказать, что ей просто до зуда в кончиках пальцев захотелось приехать в его квартиру, чтобы только повидать Руслана, было так глупо, что девушка тут же отбросила эту мысль прочь.

Она неспешно прошла в сторону кабинета мужчины, слыша как позади щёлкнул замок входной двери. Этот звук заставил Люду вздрогнуть, но отступать, убегая из квартиры, было бы ещё глупее, чем признаться в своём желании находиться здесь.

- На улице очень тепло, - пробормотала она, отчаянно краснея и радуясь тому, что Руслан не заметит этого. Глупая, глупая…Какая же она невыносимо глупая!

- Знаю, - тихо проговорил подошедший мужчина, кивая на раскрытое окно, из которого в помещение долетал ветерок, едва колышущий занавески, - знаю, что очень тепло.

- И пахнет черёмухой. Я люблю, когда пахнет черёмухой – это самое очаровательное время. Ради него стоит прожить триста пятьдесят пять дней, чтобы на десять дней погрузиться в пору, когда она цветёт.

- Или триста пятьдесят шесть, - рассмеялся Руслан, и Люда улыбнулась. Возникла пауза, во время которой мужчина задумчиво рассматривал то, что происходило за окном. Хотя, вряд ли можно было применить к нему это слово, а Люда стояла рядом, прикусив губу. Совершенно неожиданно он подошёл к ней, взяв ладонь Людмилы в свою, и повёл в сторону окна. Расположившись прямо на полу возле дивана, Руслан потянул девушку за собой, в молчаливом желании устроить её рядом с собой. И Люда подчинилась. Сердце билось часто и быстро, когда она присела на пол рядом, чувствуя тепло тела Руслана, который сидел очень близко к ней.

И до этого момента девушку охватывало подобное чувство, когда она находилась наедине с понравившимся ей мужчинами, но обычно это предвкушение было на более поздней стадии отношений. Когда дело доходило до первого поцелуя, например. А сейчас простое прикосновение к нему, сидящему рядом, вызвало внутри Люды настоящий шквал эмоций.

- Расскажи мне всё, что ты видишь. И всё, что ты чувствуешь на протяжении этих десяти дней, - попросил её Руслан.

Люда перевела взгляд за окно, склонила голову набок и откашлялась. Сейчас она была глазами Руслана, сейчас ей казалось, что всё кругом совсем иное, непривычное, как будто она видела это в первый раз в своей жизни.

- Небо сейчас нежно-голубое, переливающееся золотым. Солнце скоро сядет за горизонт и сейчас окрашивает полоску неба в такой причудливый цвет. Он постепенно станет нежно-персиковым, с проступающей голубизной. И даже крошечные перистые облака не помешают рассмотреть этот цвет. Они лёгкие и невесомые и кажется, что они так далеко и в то же время очень-очень близко. Облака похожи на сотканную ажурную паутинку, и вскоре они станут ярко розовыми, отражая свет солнца. Крыши домов тоже красные, будто они горят изнутри, а над городом словно марево из нагретого воздуха, который поднялся кверху и так и завис над всем колышущейся пеленой.

Она замолчала, с наслаждением ощущая на лице тёплый ветерок, аромат черёмухи тоже вплыл в комнату, смешанный с запахом выхлопных газов и нагретого за день асфальта.

- В эти десять дней, - она улыбнулась, бросая быстрый взгляд на Руслана, который сидел с самым серьёзным видом, внимательно слушая её, - в эти десять дней мне кажется, происходит самая настоящая отдельная жизнь. Она похожа на радостное предвкушение перед началом лета. Зрелая весна, которая предшествует рождению нового лета. Вот почему я так люблю эти дни.

Снова молчание, которое сейчас было совершенно закономерным. Они так и продолжали сидеть рядом друг с другом. Руслан видел то, что нарисовала ему словами Люда, а Людмила прикрыла глаза, слушая звуки города.

- Раздели со мной эти десять дней, - попросил мужчина, нарушая тишину, и Люда встрепенулась, открывая глаза. Оказывается, Руслан уже поднялся на ноги и теперь стоял, протягивая ей руку ладонью вверх и ожидая её ответа.

Она вложила прохладные пальчики в его ладонь, поднимаясь на ноги, и прошептала, глядя в синие глаза, которые смотрели прямо в её душу:

- А ты раздели их со мной…

Они шли по тротуару, держась за руки, и просто молчали, наслаждаясь тёплым уютным вечером. Руслан нёс трость в правой руке, лишь изредка выставляя её перед собой, словно именно Люда была тем человеком, который вёл его по дороге. Ей он доверял, хотя, порой ему казалось, что всё происходящее лишь сон. А иногда на него накатывал стыд и ощущение, будто он крадёт эти минуты у жизни, не в силах дать Люде что-либо взамен. И чем эгоистичнее ему казался этот поступок, тем больше было желание продолжать своё воровство. Он инвалид, который никогда не сможет стать полноценным мужчиной, а Людмила здоровая, умная, красивая женщина. В последнем определении он тоже ни капельки не сомневался, несмотря на то, что не видел лица Люды никогда, и ему было не суждено его увидеть. И всё же, ему очень хотелось знать, какая она, почувствовать каждую её чёрточку.

- Я уже поеду, поздно, - прошептала Люда, когда они вернулись к подъезду.

Теперь всё встало на свои места – именно ради этих минут, и ради этого общения и приехала сегодня к нему Людмила. И именно теперь она собиралась расстаться с ним, чтобы завтра снова приехать, но уже не бояться, что Руслан - всего лишь её выдумка.

- У меня есть всего одна просьба, - мужчина выпустил её ладонь из пальцев и остановился, безошибочно находя скамейку рядом с собой и кладя на неё трость. Потом он повернулся к ней лицом, смотря прямо в её глаза.

- Какая? – выдохнула Люда, чувствуя, что сейчас произойдёт что-то необычное. Но разве ей не казалось, что всё происходящее с ней и Русланом в принципе необычно?

- Я хочу почувствовать, какая ты. Позволишь?

Что именно он подразумевал под этим, девушка не знала. Но видела, что Руслан очень волнуется, пока ждёт её ответа. Быть может, ему казалось, что он сделал что-то непозволительное, сказав ей об этом, однако Люда знала и верила: именно этот мужчина никогда не сделает что-то подобное, что пойдёт вразрез с её представлениями о дозволенности.

- Позволю, - коротко согласилась она, застывая на месте.

Руслан поднял руку и бесконечно бережно провёл кончиками пальцев по её щеке. Люда вздрогнула от того, что по телу её прошла волна дрожи. Прикосновения Руслана же стали смелее, и вот он уже осторожно обхватил ладонями её лицо, пробегая пальцами по его чертам. Он узнавал, чувствовал, видел лицо Людмилы тем способом, который был ему доступен – через прикосновения. Провёл по её бровям, глазам, губам. Осторожно прикоснулся к щекам, чуть задерживаясь на них кончиками пальцев. И снова исследовал губы и глаза.

Никогда ещё у Люды не было ощущения такой интимности от ласки. И пусть это было совсем не лаской, но эмоции от таких прикосновений рождали в девушки именно это чувство. Утончённой, сдержанной, проникновенной и сладкой ласки, которую ей дарил Руслан, сам того не понимая. Или же понимая.

- Ты очень красивая, - наконец, проговорил мужчина, опуская руки и отступая на шаг.

А Люде захотелось просить его прикоснуться к ней снова. Лишь бы только не потерять это ощущение сладостной дрожи.

- Спасибо, - хрипло прошептала она, чувствуя, что голос ей не подчиняется.

Снова возникло молчание, во время которого Руслан поднял со скамейки свою трость, всё ещё не сводя глаз с Людмилы. Будто он хотел сказать ей о чём-то, но не решался.

- Ну, я поеду, - неуверенно произнесла Люда, и мужчина кивнул.

- До завтра, Людмила, - произнёс он, переводя взгляд на дорогу рядом, - я бы проводил до дома, но не знаю, уместно ли это.

- Не нужно, - покачала головой девушка, понимая, что именно чувствует Руслан. Скорее всего, он считал себя совсем не кавалером из девичьих грёз. И она была с ним совершенно не согласна – он был гораздо большим, чем просто мужчина, которого хотелось бы видеть рядом. – До завтра, Руслан.

Она развернулась и зашагала в сторону подъездной дороги, чтобы сесть за руль и уехать. И когда девушка направилась в сторону шоссе, она всё ещё видела в зеркальце заднего вида, как Руслан смотрит ей вслед, не двигаясь с места. И опять ей показалось, что мужчина видит всё, что происходит кругом, а самое главное, что происходит в её душе.

Часть 5

Людмила задумчиво прикусила губу, захлопывая за собой дверцу автомобиля и ставя машину на сигнализацию. Утренний воздух обволакивал подобно воде, которая имеет ту же температуру, что и тело. Девушка не чувствовала ни прохлады, ни жары. Ей было хорошо, и подобное же ощущение сейчас было в её душе. Если раньше она тревожилась за то, что весь мир, в котором был Руслан – лишь плод её воображения, то сейчас девушка поняла – внутри неё живёт уверенность, что этот мир существует. И что он готов распахнуть ей свои объятия.

Она поднялась в квартиру Руслана, порой ловя себя на том, что улыбается. Открыто и радостно. От того, что вот-вот взглянет в незрячие глаза синего цвета, и от того, что будет чувствовать себя в этот момент удивительно цельной.

Руслан, открывший дверь Люде, выглядел так, будто только-только выдохнул с облегчением, от того, что она пришла, а на губах его витала слабая улыбка.

Осторожные лёгкие шаги, аромат дождя, который поселился в его квартире. Запах бумаги и слов, что вот-вот прольются в тишину кабинета, когда Люда станет вслушиваться в них. Они потекут как мелодия, окаймлённая его баритоном. А внутри, где-то глубоко-глубоко, будет рождаться восторг. Восторг от того, что всё это происходит в её жизни.

«Она была особенной, и знала это. Просто в том мире, где она жила, ей хотелось быть обычной. Как все. Но то, как она склоняла голову набок, как забавно хмурилась, как прикусывала губу, когда думала о чём-то, делало её непохожей ни на кого».

Люда вздрогнула, поёжившись, хотя в кабинете было очень тепло. Она вдруг снова поняла, что её охватило чувство, будто Руслан просто потешается над ней. Что он обманывает всех, притворяясь слепым. Ведь именно сейчас она сидит, хмуря брови и прикусив губу. Она всмотрелась в мужчину, который сидел на диване, по обыкновению опершись локтями о колени и сложив пальцы домиком, и смотрел впереди себя. Нет, этого не может быть, чтобы он поступил так, не может! Но ей было гораздо проще поверить в его обман, чем в то, что между ними возникла та ниточка, которая была очень тонкой и прочной. И которая была проводником её чувств и картинок, которые видел Руслан. Видел не глазами, а душой.

- Извини, - прошептала Людмила, когда зазвонил её мобильный, и она поднялась из-за стола, направляясь к выходу из комнаты. Реальный мир напомнил о себе, сказав этим звонком, что есть ещё и другие люди, помимо них с Русланом.

Звонила подруга Люды, которая приглашала девушку провести послеобеденное время в компании их общих друзей. А вот сама Людмила не могла себя понять. Раньше она бы с лёгкостью согласилась на это приглашение, даже если бы у неё были дела, которые можно было бы отложить. Но сейчас…Сейчас ей не хотелось никуда уходить. Не хотелось ни с кем встречаться, потому что она знала, чем это закончится – Люда будет отвечать невпопад на вопросы друзей, и думать, думать, думать. О Руслане, разумеется. Думать и ждать следующей встречи. А ещё корить себя, что сбежала от него сегодня в реальный мир.

Когда она вернулась в кабинет, Руслана там не оказалось. Он что-то делал в кухне, по крайней мере, доносящиеся оттуда звуки говорили именно об этом.

- Время обеда, - тихо проговорил он, когда Люда вошла в кухню. Её шаги были бесшумными, но Руслан услышал их, - я совсем забыл о том, что обед.

Он повернулся в её сторону, останавливаясь на её лице невидящим взглядом, а потом улыбнулся девушке. И Люда решилась.

- Меня моя подруга Юля пригласила встретиться в кафе. Составишь мне компанию?

Руслан

Он чувствовал себя неуютно, находясь рядом с её друзьями. Как будто выставленный на всеобщее обозрение экспонат. Ведь Руслан почти физически ощущал каждый взгляд, который на него бросали люди вокруг. Такое нередко случалось с ним и раньше, ведь любой человеческий недостаток вызывает любопытство других. Других, которым повезло гораздо больше того, кто порой бывает выставлен на люди. Но именно сейчас Руслан чувствовал себя очень неуютно, ведь рядом была она, Люда. И именно в компании её друзей он находился в данный момент.

А ещё она стала другой, когда попала в этот привычный для неё мир. Как будто закрылась от него и открылась им, и от этого так больно щемило в груди. Он привык не выказывать окружающим своих истинных чувств, потому что мало кого волнуют чувства ущербного человека, но это совсем не означало, что внутри не было больно. А теперь, когда дело касалось именно Люды, внутри не просто болело, внутри жгло. Она стала для него особенной, это было вне сомнения. Но и понимал он её прекрасно. Она принадлежала не ему. Люда принадлежала совсем иному миру, и всё, что он мог ей дать, заключалось в очень ограниченном наборе чувств, ощущений и эмоций. И было крайне эгоистично держать её возле себя.

Руслан с силой сжимал в пальцах чашку кофе, на губах его, как приклеенная, была улыбка, говорящая «у меня всё хорошо». Но чем чаще он слышал её смех, тем чаще ему хотелось просто встать с места и уйти. Покинуть её навсегда, никогда больше не встречаться и забыть, что Люда когда-то была в его жизни. И чем чаще это происходило, тем чаще он понимал, что он не сможет от неё отказаться. Как бы эгоистично это ни было. Ему хотелось урвать у жизни эти минуты, которые – он знал это – станут единственными и больше никогда не повторятся.

- Мы курить, - возвестил мужской голос впереди Руслана, - кто с нами?

Молчание. И снова кажется, что все взгляды устремлены на него.

- Руслан, вы курите? – спрашивает девушка.

- Нет, - Руслан покачал головой, отставляя чашку прочь.

- Ребят, я с вами, - это голос его Люды. Пальцы сами находят трость, которую он установил рядом с собой. Теперь хочется не просто уйти. Хочется сбежать.

Руслан поднялся со своего места, едва голоса стихли. Он не знал, есть ли кто-то рядом с ним. Впервые за всё время его существования в отдельном мире он не мог понять, есть ли кто-то ещё рядом, слишком сильно его выбило из колеи произошедшее. Хотя, если пораздумать, можно прийти к выводу, что Люда всего лишь оказалась в привычной ей среде вместе с ним. Вот только получилось так, что он был к этому абсолютно не готов.

Выйти из кафе оказалось не трудным – Люда, очевидно, курила с друзьями где-то в другом месте. Тем лучше, не придётся объясняться. А через пару минут он уже уезжал домой на пойманной попутке, а внутри было так пусто, что хотелось кричать. Никто и никогда не мог бы понять его. Никто и никогда. Единственным способом была бы полная потеря зрения, но видит Бог, он не пожелал бы этого самому злейшему врагу.

Тук-тук-тук, - постукивала трость по асфальту, когда Руслан неспешно шёл по тротуару, попросив водителя машины остановить автомобиль за несколько сотен метров до его дома. Сейчас Руслану хотелось лишь побыть наедине с самим собой, чтобы подумать и решить, что делать дальше. Он чувствовал, что Люда не исчезнет из его жизни, и дело здесь вовсе не в работе. Оставалось только решить, как именно действовать дальше. И самым верным, на первый взгляд, стало решение больше не участвовать больше в жизни Людмилы ни в каком качестве, кроме работодателя.

- Прости меня, прости, - прошептал позади голос Люды, и Руслан застыл на месте, так и не опустив трость на асфальт. Он не слышал того, как рядом остановилась машина, как взвизгнули тормоза, потом захлопнулась дверца. Не слышал звука шагов. А может, просто не хотел слышать, потому что усилием воли решил убрать Люду из своей жизни.

Она обхватила его сзади руками и теперь он не смог пошевелиться, даже если бы приложил к этому нечеловеческие усилия. Она была рядом, она не хотела отпускать его. Это было эгоистично, но так нужно и приятно. А Люда всё ещё прижималась к нему, обхватив хрупкими руками, заставляя оставаться на месте. Должно быть, со стороны это выглядело смешно, но разве Руслану было до этого дело?

- Ты не виновата ни в чём, - проговорил он дрогнувшим голосом. – Ты просто была среди своих друзей, это нормально. Просто я был к этому не готов.

Всё было просто, и врать было не нужно. Он действительно был не готов к тому, чтобы разделить Люду с реальным миром. Вместо ответа она перестала обнимать его и встала перед ним, оглядывая лицо Руслана. Он чувствовал, как её взгляд проходится по его незрячим глазам, опускается ниже, к губам, останавливаясь на них. Как бы он хотел получить её поцелуй, вкус которого он уже успел себе представить. Но Люда решила по-другому. Она снова прижалась к нему, так доверчиво и нежно. И проговорила так, что он едва расслышал её.

- Покажи мне, каково это, - не видеть мира вокруг себя.

Часть 6

Эти встречи, такие родные, разлукой пропитаны,

А внутри сладость с болью так нежно и трепетно смешаны.

Эти чувства, которые нами столь ярко испытаны,

С каждым днём обретают черты обезглавленной грешности.

Быть слепыми - не значит не видеть, что нам уготовано,

Понимая, что мы умираем в попытке быть зрячими.

Я в душе моей в этих оковах так сладко изломана,

Закрываюсь рукой от понятия: "Мы - настоящие..."

Повязка на глазах, казалось, давит неимоверно, заставляя думать и думать только о ней. Не было видно привычных вещей вокруг, не было ни света, ни лучей солнца – лишь тьма. Одна сплошная тьма, которая ощущалась как вязкая субстанция. И эта тьма была везде, Люда не могла видеть ничего, кроме неё. То, что поначалу казалось лишь чем-то новым, теперь стало давить, сжимать, как в тисках. Она надела повязку всего каких-то полчаса назад. Максимум, час. Как же может жить в таком мире Руслан? А ведь он знает, что никогда ему не будет дано «снять повязку» с глаз, в то время, как Люда надела её, повинуясь только своему выбору. Руки то и дело инстинктивно поднимались к лицу, пальцы пробегали по ткани на глазах, и девушка несколько раз одёргивала саму себя, когда понимала, что ещё немного и то, что разделяет её и мир вокруг полетит на пол, или на диван. Да куда угодно, лишь бы только это отвратительное состояние удушья исчезло.

- Как ты? – тихо спросил Руслан, присаживаясь рядом с ней на диване. Они договорились, что первое время она просто привыкнет к незнакомым ощущениям от темноты кругом, а потом он покажет ей, как жить с ощущением того, что тебе никогда не доведётся увидеть яркость мира. Всего один день. Люда собиралась побыть слепой всего день, но уже сейчас понимала, что ей не удастся выдержать без света так долго.

- Я в порядке, - соврала Люда, снова трогая ткань повязки на лице, - в порядке.

Руслан, словно поняв, что она лукавит, безошибочно нашёл её ладонь рукой и переплёл её пальцы со своими.

- Тебе кажется сейчас, что вокруг тебя только темнота, - начал рассказывать он неспешно, чуть сжимая её руку, - но ты можешь увидеть краски. Они внутри тебя. Ты помнишь их, знаешь досконально, тебе нужно просто их увидеть.

Мужчина замолчал, а Люда сделала глубокий вдох, стараясь не замечать этот ужасающий липкий страх, который и подталкивал её к тому, чтобы сорвать ненавистную повязку. Это был страх больше никогда не увидеть привычного мира.

- И помни, что ты в любой момент можешь прекратить быть слепой, - словно прочитав её мысли, добавил Руслан.

Людмила знала это, но в то же время она настолько глубоко погрузилась в своё желание почувствовать хоть на малую часть то, что чувствует Руслан, что девушка и вправду чувствовала себя ослепшей.

«Он прав, я всегда могу сорвать этот клочок ткани», - говорила она сама себе, стараясь увидеть мир, который сейчас был недоступен её глазам. Руслан озвучивал очевидное – она ведь досконально знает, как выглядит небо или лучики солнца, которые играют бликами на стенах и полу комнаты. Теперь нужно было всего лишь это увидеть. И постепенно, по капельке, её темнота стала обретать черты яркости. Сначала она была призрачной, а картинка в сознании Люды – смазанной. Но вот девушка совершенно отчётливо увидела перед собой стену с часами, с правой стороны стол и компьютер. И окно с занавесками, которыми играл ветер. А потом она почувствовала аромат. Так пахнет черёмуха, нагретая солнцем, распустившаяся во всей своей красоте. Так пахнет черёмуха перед майским ливнем.

- Скоро будет дождь, - в очередной раз уловив её мысли, проговорил Руслан, поднимаясь с дивана, - ты слышишь его аромат?

Да. Люда слышала, и только теперь поняла, что именно имел ввиду Руслан. Сколько раз она вдыхала аромат черёмухи весной, зная, что он меняется в преддверии дождя, но только сейчас она поняла, увидела этот оттенок запаха.

- Слышу, - улыбнулась Людмила, понимая, что начинает забывать про повязку.

Мир Руслана снова распахнул перед ней свои объятия, теперь открываясь с совершенно иной стороны. И девушка собиралась воспользоваться возможностью очутиться в нём.

От дивана до двери ровно семь шагов. Люда знала это теперь точно. Знала, какие шаги нужно сделать, чтобы достигнуть стены. Потом она проводила по ней рукой, вправо и вниз, находила дверную ручку и оказывалась в коридоре. Все эти действия девушка повторяла раз за разом, пока не привыкла не обращать внимания на счёт. Шаги считались сами по себе, будто внутренний голос подсказывал Люде ровное их количество.

- У меня получилось! – с восторгом прошептала Людмила, когда безошибочно нашла ручку двери, подойдя к ней уверенно и быстро. Ну, по крайней мере, ей казалось, что она сделала это именно так.

Она говорила негромко, но Руслан её прекрасно слышал, несмотря на то, что за окном шумел ливень. Неужели остальные ливни в жизни Люды шумели так же сильно, просто только сейчас она поняла это? Руслан же прекрасно слышал её, а она прекрасно слышала Руслана. А ещё девушка ощущала разные оттенки ароматов, которые ворвались в её темноту, заполняя её целиком. Всё теперь было совершенно иным, и ароматы, и звуки, и оттенки звуков. Сейчас, когда Люда стала «слепой», она поняла, как много всего не замечала, будучи зрячей.

- Умница! – просто похвалил он, подходя близко-близко.

Девушка замерла, поворачивая голову в его сторону. Она «смотрела» прямо в его глаза. Каким-то внутренним чутьём Люда поняла, что смотрит именно в глаза Руслана. И хотя их разделяла ткань повязки, это было неважно. Людмила видела его синие глаза, которые смотрели прямо в её душу.

- Что станем делать теперь? – прошептала она, облизывая пересохшие губы.

Темнота кругом, вместившая Руслана, вдруг стала горячей. Девушка физически чувствовала тепло, исходившее от тела мужчины, и внутри неё всё сжималось от сладостного предвкушения. Напряжение казалось настолько явственным, настолько плотным, что Люда чувствовала вибрацию, которая щекотала кожу. Захотелось ощутить тепло Руслана пальцами, прижать мужчину к себе и поделиться с ним своим теплом.

- Теперь мы будем вместе готовить обед, - Руслан улыбнулся. А Люда смогла увидеть это. Как странно! Неужели улыбку можно почувствовать?

- Готовить? – Люда запоздало ужаснулась. Нет, не самому процессу готовки, а тому, что им придётся делать это вслепую. А ведь Руслан сам готовил себе еду. Резал овощи, снимал горячие кастрюли с плиты.

В мир ароматов, звуков и оттенков, который расцвёл для Людмилы во всей своей красоте, вдруг ворвалась обыденность. И эта обыденность в их с Русланом положении была, мягко говоря, страшноватой.

- Не переживай, ничего страшного в этом нет, - Руслан снова улыбнулся, раскрывая дверь перед Людой и беря её за руку, а потом мужчина повёл её по коридору в сторону кухни, - всю самую опасную работу я беру на себя.

Люда улыбнулась в ответ, хотя, должно быть, Руслан не понял, что губ её коснулась улыбка. А через мгновение он чуть сильнее сжал её ладонь пальцами, и Людмила поняла – он видел её улыбку.

Девушка сосредоточенно нарезала салат, стараясь не порезаться, и делая всё настолько медленно, что Руслан уже начал подшучивать над ней. Он стоял у плиты и готовил спагетти с соусом, и от запахов, витавших в помещении, у Люды потекли слюнки. Совсем по-другому пахла пища, когда привычный мир не отвлекал от того, чтобы насладиться её ароматом. Но Люда сейчас была погружена в совсем иные размышления. Что будет, когда она снимет повязку? Останется ли этот мир, в который она попала, её частью? Или он снова закроется для неё и у девушки в душе опять появится чувство, будто она может потерять что-то бесценное. А может, всё было гораздо проще, и Люда могла видеть этот мир и будучи зрячей?

- Давай я помогу, - Руслан забрал у Люды нож, придвинул к себе доску с недорезанными овощами и споро измельчил их. – Устала?

Он спрашивал о том, устала ли Людмила быть слепой, и девушка покачала головой, а потом твёрдо произнесла:

- Нет.

- Хорошо, если устанешь, сразу говори.

Вкус еды тоже был совершенно необычным и новым. Обычно Люда ела на ходу, совершенно не обращая внимания на вкус. Привычный суп, привычный чай, привычный хлеб. Их вкус она знала с детства, и со временем он стал обычным. Но сейчас девушка поняла, что это вовсе не так. Она неспешно ела, попутно размышляя всё о том же. Каково Руслану жить так изо дня в день? Понимать, что это никогда не изменится, и что он никогда не сможет видеть? Страшно? Горько? Одиноко?

Ей бы было и страшно, и горько, и одиноко. Все новые оттенки и запахи не могли тягаться с голубым небом над головой, с зелёной листвой, с красным маком на клумбе. И в то же время Люде так хотелось, чтобы и Руслан мог видеть всё это. Хотя бы через её глаза, которыми она хотела стать для него.

Руслан молчал, словно чувствовал, что не стоит сейчас говорить ни о чём. И Люда была ему за это благодарна. Так много размышлений предстоит ей в будущем, когда она снимет повязку и останется наедине с собой. А сейчас нужно было просто находиться в этом мире Руслана, потому что всё происходящее с нами, случается лишь однажды. Всё остальное похожее станет лишь повторением. А это значит, что этот день единственный, и им нужно насладиться сполна.

- Уже почти десять вечера, - голос Руслана был всё таким же тихим, но сейчас в нём отчётливо слышалась грусть.

- Уже? – Люда только сейчас поняла, что весь день даже и не вспоминала о том, что в мире есть такое понятие, как «время».

- Да, не так давно часы пробили девять, значит, дело движется к десяти.

- Понятно.

Люда стояла рядом с окном, положив ладони на подоконник, и вдыхала доносящийся с улицы аромат. Ей было хорошо и спокойно.

- Ты уже сняла повязку? – Руслан оказался рядом, становясь возле Людмилы. И снова девушку унесло в водоворот ощущений, а темнота нагрелась от тепла, исходящего от мужчины.

- Нет.

Почему её голос такой хриплый? Неужели ощущение, что сейчас случится что-то необычное, является единственно верным? А потом её губ коснулись тёплые губы Руслана, и Люда замерла, так и не сделав вдоха. По телу прошёл разряд в несколько сотен вольт. Поцелуй был лишён напористости, к которой привыкла Людмила, мужчина словно давал ей право выбора – ответить на него или нет. Девушка обняла Руслана за шею, и ответила.

Сейчас, когда они оба были в одной реальности, когда она узнала о вселенной Руслана больше, этот поцелуй был закономерным. Тепло их тел слилось в темноте в единое целое, вкус губ был одновременно нежным и ярким, с привкусом аромата дождя. И этот поцелуй стал первым для обоих, потому что был несравним ни с чем другим. Первый и единственный. Всё остальное похожее станет лишь повторением…

Часть 7

Людмила

Люда нежилась в постели, плотно закрыв глаза, чтобы яркий свет не тревожил её покой. Каких-то десять минут назад она видела потрясающий сон. В этом сне она находилась в своём выдуманном мире, и там ей было хорошо и спокойно. Несмотря на то, что Люда была одна. Огромный купол звёздного неба был таким ярким, что, казалось, освещал всё кругом. А яркая полная луна дополняла эту иллюзию. И девушка поняла в этот момент – она сама может придумать в этом мире любой предмет, аромат, ощущение.

Людмила провела пальцами по губам, которые покалывало как от нежного поцелуя, сделала глубокий вдох и открыла глаза. Сегодня Руслан был занят какими-то делами, и у Люды образовался выходной. Этому она была совсем не рада, хотя и старалась думать о том, что совсем скоро наступит следующий день, в котором они с Русланом увидятся. А самое главное, что поняла девушка – ей совершенно неинтересна была та жизнь, которой она жила до встречи со своим писателем. И это было неправильно.

Люда быстро приняла душ, перекусила и собиралась пройтись по магазинам, когда её мобильный возвестил о входящем звонке. Девушка поймала себя на мысли, что именно этого и ждала, надеялась, что Руслан отменит все свои дела и позвонит ей, чтобы позвать к себе. И когда она взяла телефон в руки, Люда испытала огромное разочарование: звонили с неизвестного ей номера.

- Алло, - ответила Людмила, даже не стараясь скрыть того, что желания разговаривать с неизвестным у неё нет. Хотя, этого он мог и не заметить.

- Алё, Люда? Привет, это Саша, - раздался в трубке мужской голос, и девушка скорчила гримасу.

Это неправильно, неправильно, неправильно! Кричало сознание.

Мне не нужен Саша! Вторило ему подсознание.

- Привет, Саша.

Разговор, поначалу натянутый, через некоторое время стал приятен Люде. Она смеялась шуткам парня, с каждым произнесённым словом чувствуя, что возвращается в привычный уклад жизни. И когда Саша позвал её прогуляться в центре города через пару часов, девушка согласилась, почувствовав, что так будет правильнее.

- И ты не веришь в то, что существуют ещё какие-то миры кроме нашего?

- Нет, не верю. Может, это слишком самонадеянно и в этом есть какое-то превосходство, но я считаю, что наш мир единственный из тех, в котором есть живые существа.

- А если представить, что все те вселенные, которые были выдуманы разными людьми, существуют на самом деле? Просто авторы, которые их создали, рассказали нам о том, что неведомо другим.

- А откуда они о них знают?

- Ну, эти люди своего рода проводники.

- Почему тогда мы ещё не видели этих самых миров?

- Не знаю, может, пока они могут существовать только в фантазии?

- Мне кажется, они вообще могут существовать только в фантазии.

Люда нахмурилась, шагая рядом с Сашей по мостовой. Этот разговор, который совсем неожиданно возник между ними, со временем стал раздражать девушку. Ей стало казаться, что Александр специально спорит с ней, просто ради того, чтобы доказать свою точку зрения, которую она считала очень узколобой. Подумать только – верить в то, что больше во вселенной никого нет! Люда была с этим решительно не согласна.

- Понятно, - протянула девушка, глядя на небо, на котором начали собираться свинцовые тучи. – А я всё равно уверена в том, что если человек может создавать миры при помощи своей фантазии, он является тем, кто избран рассказать остальным о существующих где-то галактиках.

- Что ты имеешь ввиду? Например, ясновидение или кого-то вроде медиума?

Саша озадаченно смотрел на Люду, и это тоже её раздражало.

- Нет, я имела ввиду, скажем…

Она задумалась, подбирая слова. Разумеется, девушка говорила о конкретном человеке, но сейчас ей хотелось скрыть свою маленькую тайну от всего мира, и от Александра в первую очередь.

- Скажем, если человек потерял возможность видеть, - осторожно продолжила она, - разве он не может жить в другом мире?

- Конечно, может, - с готовностью согласился Саша, - но мы говорим о разном. Он вынужден придумать себе другой мир. При-ду-мать. К тому же, сама должна понимать, что в таком случае чтобы обрести возможность проявить свою фантазию, человеку нужно потерять что-то важное. То, что ему дано от природы.

- Да, ты прав, но это лишь доказывает, что людям дана возможность задействовать лишь четыре процента мозга. Представь, что мог бы делать человек, если бы мозг работал во всю силу.

- Кажется, не четыре, а восемь, - вновь не согласился с девушкой Саша.

- Может, - улыбнулась Люда, - хотя, уверена, что некоторые экземпляры не задействуют даже четырёх.

Людмила мысленно поаплодировала самой себе за последнюю фразу, и если бы не раздавшийся звонок мобильного Саши, она могла бы спорить с ним до бесконечности. Но мужчина извинился и отошёл на пару метров поговорить с кем-то, а Люда оперлась локтями о парапет мостовой, глядя на Неву. Приближалась гроза, но погода нравилась девушке. Внутри неё тоже бушевало смятение. Снова и снова она ловила себя на мысли, что ей совершенно не место на этой мостовой с этим мужчиной. Ей хотелось к Руслану.

«Даже не думай, сегодня ты выдержишь и не помчишься по первому зову сердца, который говорит скорее об отсутствии у тебя разума», - уговаривала саму себя Люда.

А непогода вступала в полную силу, гнала волны на реке, превращая их в пенные барашки, наклоняла к земле ветви деревьев совсем недавно одевшихся в светло-зелёные листочки. Надвигался ливень.

- Люда, прости, но нашу прогулку придётся прервать, - извинился Саша, с сожалением качая головой, - мне срочно нужно на работу. Я подброшу тебя до метро.

Девушка распрямилась, вздрагивая от особо сильного порыва ветра. Ей было не холодно, напротив, первые крупные капли дождя, упавшие на землю, были тёплыми, и возвещали о том, что ливень будет летним.

- Не нужно, я дойду сама, - ответила Люда. Ей было неприятно, что Саша бросает её вот так, одну, когда вот-вот должна была грянуть буря.

- Точно? – переспросил мужчина.

- Точно, - кивнула Людмила, уже зная, что прогулка с этим мужчиной станет для неё первой и последней.

Дождавшись, пока Саша быстрым шагом доберётся до машины и уедет, Люда поудобнее перехватила сумочку и побежала в сторону метро. Дождь усиливался с каждой секундой, но девушке было всё равно. Она пошла на поводу у своего желания, намереваясь ехать к Руслану, и в этот миг была свободна.

Добраться до подъезда Руслана хотя бы относительно сухой не удалось. Вода стекала с волос, одежда промокла и липла к телу, но Люду это не беспокоило. Она быстро поднялась по лестнице и не сомневаясь ни секунды нажала кнопку звонка. Дверь распахнулась почти сразу, будто мужчина всё это время ждал её в прихожей.

- Ты вся мокрая, - улыбнулся Руслан, и его глаза остановились на её губах, заставив Люду переступить с ноги на ногу.

- Откуда ты знаешь? – прошептала она в ответ.

- На улице жуткий ливень, а от твоих волос пахнет водой.

Руслан шагнул вперёд и провел пальцами по её мокрому лицу. Потом отступил в сторону и проговорил непререкаемым тоном:

- Проходи в квартиру, тебе срочно нужно переодеться.

Во что мужчина собирался переодевать Люду, ей было всё равно. Он не возмутился, что она пришла, не прогнал её прочь. И он бы никогда не поступил так, как поступил Саша.

Девушка шагнула в прихожую, и тут же застыла на месте, заметив стоящие на обувной полке женские туфли. Её всю будто парализовало. Она даже и представить себе не могла, что Руслан не один. Мало того, что у него в квартире может быть женщина.

- Пойдём, - мужчина, словно почувствовав оцепенение Люды, взял её за руку и погладил большим пальцев холодную ладонь девушки. Он повёл её прямиком в свою спальню, где Людмиле ещё не доводилось бывать, и она покорно пошла с ним.

Руслан словно решал какую-то дилемму. Это было видно невооружённым взглядом по пролегшей складке между его нахмуренных бровей. Он достал из шкафа большой махровый халат и положил его на кровать. Потом тяжело вздохнул, безошибочно нашёл Люду невидящим взглядом и улыбнулся ей. Брови он больше не хмурил.

- Переодевайся, здесь тебя никто не потревожит, я подожду за дверью.

И вышел из спальни.

Вот это положение! Во-первых, вдруг задним числом стало очень стыдно, что она примчалась сюда без приглашения. Во-вторых, все её грёзы, которые она так быстро себе напридумывала, угрожали вот-вот окончить своё существование, потому что на горизонте замаячила какая-то женщина Руслана. Думать о ней именно в таком ключе было очень болезненно, но теперь Люда стала припоминать всё то, что слышала, когда вошла в квартиру, и что сознание не могло воспринимать, потому что находилось в ступоре. Из кухни доносились различные звуки, значит, девушка хозяйничала там. Пахло чем-то очень вкусным, значит, девица готовила.

Люда быстро стащила с себя мокрые вещи, лишь на секунду задумавшись о том, оставить ли на себе бельё. Затем сняла лифчик и трусики и сложила одежду на стуле.

Ругая себя последними словами за глупость, девушка надела халат Руслана, наскоро подвернула рукава и вышла из спальни. Мужчина ждал её за дверью, и когда она вышла, окинул её взглядом, словно видел всё.

- Идём, - он протянул ей руку, и Людмила с готовностью обхватила пальцами широкую ладонь.

Руслан повёл её в сторону кухни, а сердце девушки отчаянно колотилось о рёбра. Что скажет он ей? Кого она увидит?

- Мама, познакомься, это моя девушка Люда.

Руслан обнял Людмилу за плечи, и Люда с облегчением выдохнула.

Женщиной, которая хозяйничала в квартире Руслана, оказалась его мать. Сомнений в этом не было бы, даже если бы мужчина не представил её в этом качестве. Сходство было удивительным. Женщина ласково улыбнулась Людмиле, делая шаг в их сторону, и Руслан закончил:

- Люда, это моя мама, Елена Витальевна. И думаю, две моих женщины гораздо быстрее справятся с ужином, нежели одна.

Часть 8

Они

Похоже, в последнее время Люда только и делала, что чувствовала себя глупо. С тех самых пор, как она начала раз за разом принимать решения, игнорирующие здравый смысл, её жизнь превратилась в череду попаданий в неудобное положение, перемежаемых ощущением цельного счастья. Даже сейчас, стоя босиком в кухне Руслана под взглядом его матери, одетая в огромный мужской халат, она цеплялась сознанием за две фразы стоящего рядом мужчины:

«Это моя девушка».

«Две моих женщины».

- Ну, Русик, иди отдохни немного, пока мы с Людочкой приготовим ужин, - подмигнула девушке Елена Витальевна, и Люда нерешительно вернула улыбку.

- Пойду вещи посушить развешу, - кивнул Руслан и вышел из кухни.

Руслан был точной копией матери. Елена Витальевна была стройной моложавой женщиной, с короткими волосами тёмного цвета. А глаза имели тот же удивительный оттенок, что и у её сына, с той лишь разницей, что она могла видеть.

- Здравствуйте, - наконец-то смогла поприветствовать маму Руслана Люда, пряча руки за спину и осматривая кухню в поисках какого-нибудь занятия для себя. – Что мне делать?

Вопрос прозвучал как-то по-детски глупо, и девушка закусила губу, ругая себя последними словами.

- Помогай резать салат, - жизнерадостно ответила Елена Витальевна, протягивая Люде вторую разделочную доску и нож. Людмила выдохнула, - кажется, мать Руслана не собиралась устраивать ей проверку «невестка-свекровь».

Она принялась резать овощи, невольно вспомнив о том, как совсем недавно готовила здесь, будучи «слепой». Стоящая рядом женщина бросала на неё полные интереса взгляды, но пока ничего не произносила.

- Вы простите меня, что я так сегодня, ну, что так приехала, - сбивчиво начала Люда, не в силах вынести молчание, - обычно я не такая…

- Импульсивная? – подсказала Елена Витальевна, ссыпая нарезанные овощи в салатницу.

- Да, - улыбнулась Люда, сражаясь с огурцом, - обычно я более разумная.

Ответ девушки, похоже, пришёлся по душе женщине, она кивнула, а на губах её играла лёгкая улыбка. Потом брови Елены Витальевны нахмурились, и она проговорила серьёзным тоном.

- Я только не хочу, чтобы моего сына жалели.

Люда задержала дыхание, прекратив своё занятие. Она знала, что это опасение так или иначе будет иметь место быть. Как у Руслана, так и у тех, кто был близок с ним, кто любил его. Будь Люда кем-то более близким ему, скорее всего, её бы тоже тревожил этот вопрос, потому что всё внутри неё кричало в такие моменты: Руслан гораздо полноценнее многих мужчин, а значит, - жалость, последнее чувство, которое стоит испытывать по отношению к нему.

- Я знаю вашего сына не столь долго, сколько мне хотелось бы его знать. Он показал мне свой мир, без которого сейчас моя жизнь кажется мне пресной и скучной. Я ошибалась несколько раз, например, когда решила познакомить его со своими друзьями и сделала вид, что он обычный. И ошибалась, когда решила, что та моя жизнь, что была до него, мне ближе. Но я никогда не испытывала к нему жалости, потому что он гораздо более полноценный, чем большинство мужчин, которых я знаю.

Она перевела дух, не в силах посмотреть в лицо матери Руслана. Та, возможно, злилась на неё за то, что она ей рассказала. А когда миниатюрная ладонь Елены Витальевны легла на её руку, Людмила испытала огромное облегчение.

Ужин прошёл в непринуждённой обстановке, во многом благодаря тому, что мать Руслана была инициатором тихой беседы ни о чём. Люда заметно расслабилась, и ей уже не казался нелепым её наряд, и не было стыдно за то, что она вторглась туда, куда её не приглашали. Руслан сидел рядом, иногда поглаживал пальцами ладонь девушки, и это касание, которое сейчас казалось закономерным, вызывало внутри Люды настоящую цунами ощущений.

Со временем Людмила стала чувствовать себя очень комфортно и уютно, Елена Витальевна без умолку говорила, стараясь вовлечь в разговор сына и Люду, и эта беседа была приятна девушке.

- Оставь, я всё приберу сам, - произнёс Руслан, входя в кухню, где Людмила мыла посуду. Его мать отправилась домой, сославшись на то, что уже слишком поздно, хотя на часах было всего десять вечера.

- Никаких сам, - отрезала она, ставя тарелку ребром на сушилку, - назвал своей девушкой, так привыкай, что я стану хозяйничать у тебя.

Она бросила на него быстрый взгляд, и мужчина тихо рассмеялся.

- Вообще-то, я хотел тебе кое-что показать, - проговорил он, подходя ближе, и беря её мокрую руку в свою широкую горячую ладонь, - выключай воду, идём.

Люда быстро вытерла руки о полотенце, уже предвкушая что-то необычное, которым так щедро делился с ней Руслан, обхватила его ладонь пальцами и позволила мужчине повести её за собой. Они миновали коридор, и Руслан распахнул перед ней дверь кабинета. Девушка охнула, потому что всё помещение было залито мягким оранжевым светом, проникающим через закрытые окна.

Руслан направился к дивану и уселся возле него прямо на пол, потянув Люду на себя, пока она не упала ему на руки. Потом крепко прижал её к себе и замер, направив взгляд на небо за окном.

- Облака оранжевые, - проговорил он улыбаясь.

- Да, - Людмила устроилась удобнее, растворяясь в крепких и удивительно осторожных объятиях мужчины, - оранжевые. И с неба крапает дождик.

- Я знаю, - согласился Руслан, - чувствую запах.

Это было сказочно и одновременно обыденно. Полная огня комната, шум от проезжающих машин, тихие голоса, и он рядом. Чем темнее становилось небо, тем сильнее грусть охватывала Люду. Ей не хотелось, чтобы этот вечер заканчивался.

Прохладный питерский дождь

Стучит по холоду крыши.

Я знаю – утром уйдёшь,

И я тебя не услышу.

И я проснусь в тишине,

Скрывая маскою ложь.

Как трудно дался ты мне,

Прохладный питерский дождь.

Люда произнесла эти слова просто и легко, положив голову на плечо мужчины и слушая его мерное дыхание. В груди разлилось нехорошее предчувствие, словно им с Русланом было отмерено слишком мало времени. У них не было ничего – ни обещаний быть рядом, ни громких признаний, ни разговоров о том, что они вместе. И в то же время у них было всё – тепло незримой нитью связало их воедино.

- Красивые строки. Чьи?

- Мои. Я иногда пишу стихи.

- Зря ты скрывала от меня такой талант.

- Я не скрывала. Просто речи об этом не заходило.

- Но они грустные.

- Почему-то я пишу почти всегда грустные стихи.

- Я не хочу, чтобы ты грустила.

- И я не хочу, чтобы у меня были поводы для грусти.

- Ты хочешь остаться?

- Я хочу остаться с тобой. В твоей жизни. Но сегодня правильнее будет уйти.

- Я хочу, чтобы ты оставалась только тогда, когда будешь чувствовать, что так нужно.

- С тобой я чувствую, что мне это нужно.

- Тогда весь мой мир – твой.

Люда уходила от Руслана когда в Петербурге властвовала серо-стальная ночь с алым мазком будущего восхода. Мужчина вызвал ей такси, и она с огромным трудом уговорила его не провожать её до дома. Она была благодарна сегодняшней прогулке с Сашей, потому что сейчас, сидя в автомобиле, везущем её к дому, она помнила о немом обещании Руслана разделить с ней весь его мир. И это обещание было громче всех посулов, которые она когда-либо слышала.

Часть 9

Майская пора, полная сладкого аромата черёмухи и звуков просыпающейся природы, осталась позади. Но Люда и Руслан знали, что отныне эти дни станут для них временем, которое ни один из них не забудет никогда.

Лето началось с дождливой поры, затянувшейся на всю первую половину июня. Ночи наполняли прохладные туманы, а купол неба казался лежащим всего на несколько метров выше земли. Деревья, цветы, трава – всё словно погрузилось в ленивую дремоту в ожидании того, когда в город снова заглянет тепло.

Руслан и Людмила проводили вместе почти всё время. Работа над будущей книгой слепого писателя шла полным ходом. Иногда Люде казалось, что важнее этого дела для её мужчины нет ничего на свете. Он очень переживал, когда что-то не получалось, а если работа шла быстро и легко, расцветал прямо на глазах.

Её мужчина. Эти два слова ещё месяц назад она не смогла бы применить к Руслану, даже если ей этого бы и очень сильно захотелось. Но в данный момент думать о нём в каком-то другом ключе девушка просто не представляла возможным. Их отношения были своего рода таинством и для неё, и для него. Неспешные, неторопливые, возможно, даже осторожные. Люда часто оставалась у Руслана ночевать, но ни разу у них не случилось физической близости. И это отсутствие с лихвой компенсировалось близостью душевной.

Миновала середина июня, и погода наконец-то порадовала всех жителей Петербурга солнечным теплом и ласковым ветром. Он в мгновение ока стёр все напоминания о том, что ещё вчера шёл дождь, и теперь в городе вовсю хозяйничал настоящий летний день.

Люда вошла в квартиру Руслана, сразу с порога поняв, что у мужчины гости.

- Ты не один? – тихо спросила она, быстро поцеловав его в щёку.

Задавать этот вопрос было, по меньшей мере, глупо. Из кабинета доносились голоса и детский смех, а в прихожей стояли несколько пар обуви, включая женские босоножки.

- Не один, - улыбнулся Руслан, прижимая к себе девушку, - у меня сестра с семьёй.

- И сестра с семьёй собираются пригласить брата с его девушкой на пикник за город. Привет, я Маша.

Люда и не заметила, как к ним присоединилась высокая стройная темноволосая молодая женщина, лет тридцати, которая теперь стояла, протягивая ей руку в приветствии.

- Привет, я Люда, - ответила «девушка брата», пожимая протянутую ладонь.

- Я сделаю вид, что этого не знаю, хотя Руся мне все уши о тебе прожужжал.

Маша принялась обуваться, крикнув в сторону кабинета:

- Эй, народ. Люда здесь, поехали.

Людмиле было очень приятно, что Руслан, как выразилась его сестра, прожужжал о ней все уши своей семье, и в то же время, её это смущало.

- Маруся, Маруся, - покачал головой мужчина, но покорно начал искать свою обувь. Кажется, стеснялась здесь не только Люда.

Выезжать далеко за город не стали – расположились под деревьями на большом поле возле посёлка Садоводства. Муж Маши, Андрей, и их сын Митя тут же утянули Руслана играть с ними в летающую тарелку, при этом мальчик потребовал, чтобы ему завязали глаза, чтобы быть как дядя Руся.

- Иногда мне кажется, что он такой же как все, - задумчиво проговорила Маша, расположившись на большом покрывале. Она наблюдала за тем, как мужская половина их компании играет и смеётся каким-то шуткам. Судя по тому, как Руслан безошибочно ловил тарелку, невозможно было сказать, что он страдает таким недугом как слепота.

- Даже если бы он видел, он бы не был как все, - ответила Люда, - просто потому что он другой.

- Ты права, - Маша оторвала травинку и сунула её в рот, - не был бы.

У Людмилы сложилось впечатление, что она знает сестру Руслана всю жизнь. Они общались так просто и легко, будто им было известно друг о друге если не всё, то очень многое.

- Знаешь, а я ведь чувствую себя виноватой перед ним, - тихо призналась Маша, - за то, что с ним случилось.

- Виноватой? – удивлённо переспросила Люда. Руслан никогда не рассказывал ей о том, что с ним произошло, но она почему-то была уверена, что его слепота – результат несчастного случая. То, что в этом замешана его сестра, стало для девушки огромной неожиданностью.

- Да. Он, конечно, тебе ничего не рассказывал. Мама оставила его на остановке возле дома, а потом вернулась к воротам, чтобы забрать коляску со мной. И в этот момент…Машина…В общем, если бы мы вышли вместе, или если бы я уже ходила, то всё было бы иначе.

Люда вдруг ощутила, что её тело, несмотря на тёплый день, колотит как в ознобе. Она совершенно отчётливо представила себе, как маленького Руслана сбивает машиной, как он отлетает прочь, словно тряпичная кукла. Даже думать об этом было страшно.

- Это не так. Ты совершенно не виновата, что так случилось, - прошептала Люда дрожащим голосом. Сейчас ей хотелось обнять Руслана, прижаться к нему очень крепко и никуда не отпускать. – Это просто стечение обстоятельств.

- Руслан говорит так же. Разумом я это понимаю, а ощущение вины не проходит. Он у меня удивительный. Сказал мне, что если бы тогда с ним не случилось всего этого, он не смог бы придумать всех тех вселенных, которые есть у него сейчас.

Люда ласково улыбнулась Маше, но ничего не ответила. Она была уверена в том, что её Руслан смог бы их придумать будь он хоть тысячу раз зрячим.

- Девчонки, а вы почему такие кислые? – Андрей плюхнулся рядом с Машей и потянулся к сумке с едой, а Руслан осторожно присел возле Люды, и она тут же прижалась к нему.

- Всё в порядке? – серьёзно спросил он у неё, проводя ладонью по волосам девушки.

- Да, ведь ты рядом…

Всю обратную дорогу в город Люду не покидали мысли о том, что она услышала сегодня от Маши. Раз за разом перед её глазами вставали те картины, которые так живо нарисовало воображение при разговоре с сестрой Руслана. Ей была невыносима мысль о мальчике, попавшем в такую беду. Это было несправедливо.

Только распрощавшись с семьёй Руслана возле его подъезда, Люда почувствовала, что её тревога и мысли передаются мужчине, который вёл девушку в сторону дома. Он сильно сжимал её пальцы своей ладонью, будто опасался, что она может исчезнуть. Она отчётливо понимала: Руслан почувствовал каким-то внутренним чутьём о чём говорили девушки, пока мужчин не было рядом. Оставалось только понять, что он думает обо всём этом.

В лифте ехали молча. Люда старалась быть ближе к Руслану, она ощущала, как необходима ей близость мужчины. И в то же время девушка опасалась того, что он может трактовать это по-своему. Не дай Бог, Руслан решит, что Людмила испытывает к нему жалость. В этом случае – Люда знала это – он закроется от неё навсегда.

- Ты напряжена, - произнёс мужчина, когда они вошли в его квартиру. И голос его был глухим, стократно усилив опасения девушки.

Вместо ответа она крепко прижалась к нему, обняла так сильно, что ей стало казаться, будто они стали единым целым.

- Я хочу остаться сегодня, - прошептала Люда очень тихо, но мужчина расслышал её слова.

- Оставайся, ты же знаешь, что я люблю, когда ты ночуешь у меня.

Она помотала головой как маленькая девочка, которой сказали, что её не возьмут на руки, а она против такого положения вещей.

- Я хочу остаться, понимаешь?

Людмила стала целовать его подбородок, губы, щёки, отчаянно боясь, что он не ответит. Обхватила ладонями его лицо, покрывая лёгкими поцелуями каждый миллиметр его кожи. Он был так нужен ей, он был таким необходимым, нежным, чутким…Самым лучшим мужчиной на свете. Как ей хотелось сказать ему о любви, но она боялась, что для этого слишком рано. И в то же время Люда знала – если она будет думать об этом изо всех сил, если она будет безмолвно кричать ему о своих чувствах, он поймёт, будет знать, будет чувствовать.

Мужчина прижал её к себе так неожиданно и так крепко, что Люда на миг замерла, а потом он обрушил на неё столько нежной страсти и трепетно-дерзких прикосновений, что девушка глухо застонала, отвечая на его поцелуи. Они были новыми, и тем самым распаляли взаимное желание до немыслимых пределов. Одежда летела на пол, пока мужчина и женщина двигались в сторону спальни.

Безудержная нежность слилась с остро-сладкой страстью. Вечер разлился по комнате, делясь лучами заходящего солнца и вбирая в себя Люду и Руслана как единое целое. Каждый из них видел и чувствовал всё до чёрточки, до каждого касания.

Здесь не нужно было зрение, потому Люда просто закрыла глаза, принимая все ощущения и делясь ими в ответ. Времени больше не было. Вечер уже давно стал поздним, сменяясь белой ночью, а Руслану и Людмиле было всё равно на такие простые явления природы как смена времени суток. Больше не было ни времени, ни остального мира. И именно сейчас, когда острое и в то же время полное нежности наслаждение захватило девушку целиком, она поняла, что стала частью мира Руслана.

Часть 10

Людмила

Постепенно Люда привыкла к мысли, что её жизнь изменилась ровно в тот момент, когда она позвонила в дверь квартиры Руслана. Новизна ощущений стала чуть более притуплённой, как это часто и бывает, стоит только принять изменения, которые пришли в жизнь. Лето дошло до экватора, радуя теплом, которое было столь редким гостем в Северной столице. Порой девушка ловила себя на том, что тревога, поселившаяся в тот день, когда она познакомилась с Машей, не покидает её. Она угнездилась где-то в подсознании, и порой отравляла жизнь Люды непонятно откуда берущейся хандрой.

Лето – это маленькая жизнь. И Людмиле казалось, что с окончанием лета закончится и их история с Русланом. Она гнала от себя подобные страхи, но они всегда возвращались вновь. Отношения с этим мужчиной были спокойными и ровными. Люда наслаждалась ими. Но, даже на самом ясном небе порой появляется туча. И такой тучей стала первая ссора Руслана и Людмилы.

В тот день девушка ночевала у себя дома, что в последнее время случалось довольно редко. Утро уже почти закончилось, когда Люда проснулась, потому что настойчиво трезвонил её мобильный. Мысленно чертыхнувшись, она подняла трубку и ответила на звонок. За минувшие два месяца Людмила так редко участвовала в обычной своей жизни, что ей порой становилось стыдно за отказы встретиться с подругами и друзьями. На этот раз позвонившая Наташка была настроена решительно.

- Даже не вздумай отказаться! Посидим в кафе, как раньше, - вместо приветствия проговорила подруга непререкаемым тоном.

- И тебе доброе утро! – пробурчала Люда.

- У кого утро, а у кого уже и день давно, - голосом, в котором звучали менторские нотки, ответила Наташа. – Ровно через час в «Апельсине». И даже не смей искать причины не прийти!

- Буду, - капитулируя перед подругой, произнесла Люда, но Наташа её уже не слышала – телефон предательски молчал, потому что кончился заряд батареи.

Люда села на кровати, потирая лицо руками. Наташка права – ей нужно развеяться с подругой детства. А с Русланом они увидятся вечером. Быстро приняв душ и одевшись в лёгкое ярко-красное платье, девушка бросила в сумочку бесполезный мобильный и вышла из квартиры.

Руслан

Руслан в очередной раз услышал в трубке вежливый голос женщины, сообщившей ему, что абонент находится вне зоны действия сети. Сделав глубокий вдох и стараясь дышать размеренно, мужчина облокотился руками о подоконник и с силой сжал его пальцами. В первый раз за всё то время, что он был слеп, он возненавидел за это самого себя. Но нельзя было сейчас поддаваться эмоциям. Люда пропала и не подходила к телефону – это на данный момент было главным. Руслан чувствовал себя настолько беспомощным в своей темноте, что ему хотелось выть от отчаяния. В очередной раз с трудом взяв себя в руки, он набрал номер матери.

- Мам, сколько сейчас времени? – тихо проговорил он сразу, и тут же почувствовал, как она напряглась.

- Десять минут одиннадцатого, - наконец, ответила Елена Витальевна чуть дрожащим голосом. – Что случилось?

Всё это время Руслан обманывался, уговаривая сам себя, что это просто сломались часы, которые недавно возвестили о том, что уже десять вечера. Да и природа решила подшутить над ним, и вечер наступил раньше положенного.

- Я не могу до Люды дозвониться целый день, - всё тем же тихим голосом ответил он, - очень волнуюсь.

Он говорил спокойно, но Елена Витальевна чувствовала каждой клеточкой тела волны тревоги, которые словно расходились по воздуху, несмотря на то, что они с сыном были далеко друг от друга.

- Хочешь, я приеду? – она не стала уговаривать его, что Люда просто забыла включить телефон, и что с ней всё в порядке. Это было бессмысленно.

- Не надо, мам, не сейчас, я позвоню позже. Спасибо.

И выключил мобильный.

Сразу тревога и тоска накатили с такой силой, что Руслан снова вцепился руками в подоконник так, что побелели костяшки пальцев. Он не ошибся в том, что наступил поздний вечер, а её всё не было. Страх был так огромен, что в итоге заставил мужчину метаться по квартире. Руслан потерял все ориентиры в пространстве, сослепу натыкался на мебель, но ему было всё равно. Кровь стучала в ушах, перекрывала все иные звуки.

Пусть она решит уйти от него и никогда больше он не услышит её голос. Это будет гораздо менее болезненно, чем если с его Людой что-то случится. Такого он не переживёт. Мужчина знал, что девушка безумно дорога ему, но он даже не предполагал, что она настолько глубоко вросла ему под кожу.

Сколько прошло времени с тех пор, как он принялся расхаживать по квартире, Руслан не знал. Воздуха не хватало, и он даже не мог предположить того, где ему искать Людмилу.

Внезапно он услышал, что из прихожей доносятся звуки, а следом до него донёсся привычный аромат духов Люды. Она была здесь, рядом с ним.

Облегчение пронеслось по телу волной. Руслан застыл на месте, не в силах поверить, что всё хорошо, а потом двинулся в сторону коридора. На самом дне души начинала вскипать противная острая злость. Мужчина очень редко злился, обычно он был спокоен, но сейчас понял, что полностью игнорировать эту эмоцию не сможет.

- Где ты была? Я звонил тебе без перерыва с шести вечера.

- Русь, прости, - Люда крепко обняла его, и он инстинктивно с силой прижал её к себе. – Телефон разрядился ещё дома, а твой номер наизусть я не помню.

- Понятно, - прошептал Руслан, судорожно сглатывая. Облегчение улетучивалось, а вот злость прибавляла обороты.- Ты пила?

От Людмилы пахло спиртным, и сейчас это показалось мужчине омерзительным. Он не был против того, чтобы выпить в хорошей компании, но именно в эту секунду данное обстоятельство вызвало в нём чувство отвращения.

- Совсем немноооожечко, - Люда чуть покачнулась и обняла его ещё крепче.

- Ты вела себя ужасно. Ужасно, - выдохнул он, ещё не зная, как эти слова повлияют на девушку.

Она убрала руки и посмотрела прямо в его глаза – он давно научился чувствовать такие вещи. Сразу словно повеяло холодом, который встал между ними стеной.

- Тебе кажется, что я похожа на маленькую девочку, которую можно отчитывать? – ледяным тоном поинтересовалась Люда, отступая на шаг.

Тут настала очередь Руслана проявлять недовольство. Он снова вспомнил все те ужасные часы, которые провёл наедине с самим собой, когда не знал, что ему думать.

- Если тебе наплевать, что люди волнуются из-за того, что ты не подходишь к телефону, то да! Ты похожа на маленькую, эгоистичную девочку! Которую можно и нужно отчитывать.

Люда могла извиниться, признать свою неправоту, попытаться прогнать ощущения Руслана, которые он испытал по её вине и которые были ещё очень живы. Но сейчас она была настроена воинственно. А ещё девушка была чертовски уверена в том, что этот мужчина от неё никуда не денется.

- Я не позволяю тебе говорить мне подобных вещей, просто потому, что ты не имеешь никакого права мне это говорить, ясно?! – взвилась она от его слов, подлетая к своей сумочке и вешая её на плечо. Ей хотелось как можно сильнее уколоть Руслана, и Люда сама не могла понять, почему.

Быть может, она была уверена ещё и в том, что он никогда не скажет ничего против её занятий вне его общества?

- Знаешь что? Я ухожу! – заявила девушка, надевая босоножки, - Я трачу уйму времени на тебя, а когда у меня появляются личные дела, ты не хочешь с этим мириться!

Конечно, она была неправа, и чувствовала это. Но уже не могла остановиться, начав эту ссору. Руслан сделал еле уловимое движение в её сторону, словно хотел удержать, а потом, будто передумав, остался на месте.

- Ты просто маленькая эгоистка! – снова сорвался Руслан, решив, что сейчас всё будет зависеть от Люды. Если она захочет уйти – она уйдёт. Умолять её остаться мужчина не собирался. Она должна была если не осмыслить всю ту степень отчаяния, что ему довелось пережить, то хотя бы понять, что так поступать с любящими людьми нельзя.

Да, именно с любящими, потому что только испытывая любовь, можно ощущать весь тот спектр эмоций, которые прочувствовал он, едва Людмила заявила, что она уходит. Но Руслан не собирался удерживать её рядом. Нет. Пусть это будет только её выбор.

- Очень рада, что ты, наконец, высказал обо мне всё, что ты думаешь, - тихо проговорила Люда, всхлипнув.

Звук от захлопнувшейся двери показался Руслану раскатом грома. Сразу исчезло всё: ощущение, что он перестал быть одиноким и аромат духов Людмилы. Да и аромат дождя тоже пропал, оставляя мужчине только одно ощущение – конца. Он не верил ни в то, что Люда вернётся, ни в то, что он примет её обратно. Подойдя к входной двери и со всей силы ударив в неё кулаком, Руслан понял, что не испытывает физической боли, потому что её полностью перекрывает боль душевная. Возможно, кому-то могло показаться, что это всего лишь ссора, но для Руслана это был конец всему. Он боялся начать верить в то, что теперь всё у него будет хорошо, а когда всё же поверил, малейший шторм в море его спокойствия стал разрушительным.

Понуро опустив плечи, он развернулся и поплёлся в сторону своей спальни. Больше ему не хотелось ничего.

Часть 11

Людмила

Что есть тысяча слов в бесконечности злого молчанья?

Из которой безмолвно кричу тёмной ночью без сна.

Ты - мой ласковый зверь. Ты - основа основ. Мирозданье.

Потаённая память. В душе моей вечной весна.

Что есть миг без тебя, если ты так далёк, что не слышишь?

Ты ведь рядом, любимый. Прошу, умоляю, услышь!

Помнишь, как от дождя мы с тобою спасались под крышей,

Слыша, как он играет оркестром по холоду крыш?

Что есть шанс быть с тобой, если мы в наших душах едины?

Может, к чёрту все звуки и песни, мечты и слова?

Ты уходишь навек? И тогда забирай половину

Моего мирозданья. Скажи мне, в чём я не права?

Что есть тысяча слов, если слышишь меня и без них ты?

Что есть миг без тебя, если рядом со мной ты навек?

Что есть шанс быть с тобой, если бури душевные стихли?

Ты - мой тихий прибой, сладкий яд. Ты - июльский мой снег...

Утро следующего дня встретило Люду непонятной горечью, поселившейся в её сердце. Вчерашняя бравада, с которой она уходила от Руслана, и с которой после думала о том, что он непременно позвонит, улетучилась, оставляя после себя противное ощущение пустоты. Девушка быстро села на постели, находя глазами лежащий на прикроватной тумбочке мобильный. Сердце забилось часто-часто, когда она взяла телефон в руки и посмотрела на экран. Пусто.

Она вспомнила, как вчера специально выключила звук, чтобы прочесть тысячу уведомлений о пропущенных вызовах, когда проснётся. Дура! Какая же она дура!

Это раньше можно было построить из себя невесть кого, в случае ссоры с мужчиной. Можно было отключить телефон, чтобы абонент на том конце провода названивал тысячу раз, а потом снизойти до ответа. Но только не в этом случае. Руслан был другой, и дело было даже не в слепоте. Он всё переживал внутри, не позволяя себе выпустить хоть толику эмоций наружу. И пусть у него в душе бушевали самые настоящие бури, для мужчины это не было причиной показывать их окружающим.

Да, вчера ей показалось, что он излишне резок с ней, а сейчас…Сейчас она ощущала себя распоследней дрянью. Руслан с ума сходил, пока она не давала о себе знать, а Люда мало того, что не приняла это в расчёт, так ещё и наговорила всяких гадостей. Она вспомнила, как крепко, но в то же время осторожно он прижимал её к себе вчера. А ведь она заслуживала гораздо большую взбучку.

Люда рывком скинула с себя одеяло и подскочила с кровати, принимаясь одеваться. Потом бросила это занятие и устремилась в душ. Ей просто необходимо было срочно ехать к Руслану и умолять простить её. Она была не уверена, что он примет её извинения, но иначе она возненавидит себя на всю оставшуюся жизнь.

Возле двери в квартиру Руслана царила абсолютная тишина. А может, так только казалось Люде, потому что уши заложило, и она слышала лишь своё отчаянно колотившееся сердце, вдруг выросшее до огромных размеров. Что будет уместнее – позвонить или открыть дверь имеющимися в наличии ключами?

Люда досчитала до десяти и решилась. Ключи царапнули о металл замка слишком громко, вызывая у девушки ощущение, что кто-то прошёлся стальными когтями прямо по её сердцу. Потом таким же громким устрашающим скрипом ответила дверь, а следом тишина, царящая в квартире, обрушилась на Люду, словно ледяная лавина. Она почувствовала, что Руслана в помещении нет. Просто поняла это и всё.

Она постояла несколько секунд на пороге, а потом решительно вошла в квартиру с намерением прождать мужчину столько, сколько потребуется.

Скорее всего, Руслан вчера метался по комнатам точно так же, как это делала сейчас Люда. Она кусала губы почти до крови, названивала мужчине каждую минуту, но женский голос отвечал, что абонент находится вне зоны действия сети. Итак, с ним или что-то случилось или же он решил таким образом наказать Людмилу. Второе было предпочтительнее.

Девушка ещё раз огляделась в кабинете, сама не зная, что именно ожидает увидеть. Всё было просто и аскетично, но казалось до безумия родным. А ведь она даже не знает номера телефона его матери или сестры, чтобы хоть что-то узнать о Руслане. Люда посмотрела на письменный стол, размышляя, стоит ли обыскать его на предмет каких-либо записей. Совершенно позабыв о том, что Руслан на вряд ли мог их прочитать при случае.

Звук отворяющейся в квартиру двери показался Людмиле громом среди ясного неба, а сердце, только-только успокоившееся, снова стало отбивать ритм чечётки где-то в районе горла. Люда так и осталась стоять на месте спиной ко входу в кабинет. У неё просто не было сил на то, чтобы повернуться.

- Я знала, что ты будешь здесь, - безо всякого приветствия произнесла Елена Витальевна, подходя к Люде, и та только теперь почувствовала огромное облегчение, поворачиваясь к женщине. Мать Руслана улыбалась ей.

- С ним всё в порядке? – выпалила Люда, стараясь дышать равномерно.

- Обувайся, посидим где-нибудь вдвоём, поболтаем.

Елена Витальевна вышла из кабинета, оставляя девушку одну. Огромное облегчение становилось больше с каждой секундой, и в то же время, что-то тревожило Людмилу, и она пока не могла понять, что именно.

Кофе казался безвкусным, пока Люда ожидала того, что скажет Елена Витальевна, устроившаяся напротив. Мама Руслана выглядела спокойной, лишь только несколько раз испытующе взглянула на девушку, словно ей нужно было что-то понять.

- С ним всё в порядке, - уверила Людмилу Елена Витальевна, отставляя чашку в сторону, - по крайней мере, Руслан усиленно делает вид, что это так.

Люда молчала. Лишь только сильнее сжала в руках салфетку.

- Руслан необычный мужчина, ты знаешь это, - продолжила женщина, глядя в глаза Люде, - он никогда не скажет ничего, что могло бы заставить переживать любящих его людей. Но это вовсе не означает, что он ничего не чувствует. Напротив, как раз он чувствует всё гораздо ярче и острее, чем люди вокруг него.

- Я очень сожалею о том, что произошло вчера, - прошептала Люда, мечтая повернуть время вспять.

- Руслан ничего не говорил мне о том, что случилось, да это и не моё дело. И я не знаю, имею ли я право вмешиваться и говорить это тебе, но я уже решила. Сын не хочет больше тебя видеть, - она подняла руку, давая Люде понять, что ей ещё есть что сказать, - я считаю, что он неправ, но это его решение. Он принял его сам.

После этих слов Люда поняла, что не может дышать, да и думать тоже не может. Все мысли вдруг улетучились, оставляя внутри девушки только несколько слов: «Руслан не хочет тебя больше видеть». Ощущение неизбежности, паники, вакуума, вдруг образовавшегося вокруг, проносилось по телу, мешая искать выходы из создавшейся ситуации.

- Что мне теперь делать? – чуть дрожащим голосом произнесла Люда, вглядываясь в лицо Елены Витальевны, ища там ответ на свой вопрос.

- Руслан считает, что у него не было в жизни отношений, кроме ничего не значащих интрижек, - вместо ответа проговорила женщина, чуть подаваясь вперёд. – Это не так. Я не стану рассказывать тебе эту историю, которую сын просто вычеркнул из своей жизни, предпочитая забыть, но она имела место быть. И для Руслана была очень болезненна.

Люда вздрогнула. О том, что у её мужчины когда-то была девушка, с которой он состоял в серьёзных отношениях, она даже не задумывалась. Просто погрузилась в его мир, и ей было всё равно, что кто-то был в его жизни до неё. А сейчас сердце кольнула ревность.

- Валерия обманула его, вернее, хотела обмануть, но для Руси эти понятия тождественны. Я хочу верить…нет, я уверена, что ты подобного не сделаешь, но я хочу верить, что ты не принесёшь ему столько боли, сколько он уже испытал.

Людмила молчала, ожидая того, что же скажет ей Елена Витальевна. Просить её о том, что она не собиралась делать сама, было бессмысленно, Люда чувствовала это.

- Возвращайся в ваш дом и жди, я поговорю с сыном, чтобы он пришёл, но решение будет за ним, здесь я уже ничего не могу поделать.

Елена Витальевна поднялась из-за столика, подхватывая сумочку, и подмигнула Люде.

- Всё будет хорошо, - тихо проговорила она прежде, чем уйти, и девушке очень хотелось в это верить.

Два часа, прошедшие до того момента, как в замке двери повернулся ключ, протекли для Люды словно в тумане. Но она готова была провести в ожидании гораздо больше времени, лишь бы знать, что Руслан рано или поздно вернётся. Что скажет она ему, когда увидит, девушка не знала, как и не знала того, что решит Руслан. Возможно, эта встреча станет для них последней, но об этом Людмила совершенно отказывалась думать. Как и о том, что случилось в жизни её мужчины в прошлом. И о чём он предпочитал забыть. Нет, она уже не ревновала его, и это первое острое чувство прошло, сейчас ей просто хотелось крепко прижаться к нему и понять, что он примет её обратно.

Дверь неспешно открылась – Люда отчётливо слышала это даже из кухни, где сидела, обхватив чашку остывшего чая пальцами – и в коридор вошёл Руслан. Это не был никто иной, девушка знала это, даже не видя, кто пришёл. Она прикрыла глаза, понимая, что в нескольких метрах от неё, за тонкими квартирными перегородками, стоит он, также знающий, что Люда рядом.

Девушка решительно поднялась с места и вышла из кухни в коридор. Остановилась напротив в нескольких шагах от мужчины и замерла. Если Людмила думала, что всё произойдёт само собой и слова найдутся без лишних усилий, стоит только им с Русланом встретиться, - она жестоко ошибалась. Молчал Руслан, молчала и Люда, просто не зная, что ей сказать, и отчаянно боясь услышать то, что он мог произнести.

Он подошёл к ней так быстро, что Люда даже не успела опомниться, когда прохладные пальцы Руслана сомкнулись на её запястье. От его прикосновения Людмила напряглась, но покорно последовала за мужчиной, радуясь хотя бы тому, что он не отправил её восвояси. Они направились прямиком в кабинет, где Руслан подвёл девушку к компьютеру и кивнул на стоящий перед ним стул. Так и не произнеся ни слова, мужчина дождался, пока Люда устроится за столом и включит компьютер, и только потом отошёл к дивану и присел на самый краешек.

- Боль бывает разной, - тихо начал Руслан, делая паузу и ожидая того, когда девушка начнёт печатать.

- Это для романа? – тихо выдавила из себя Люда, боясь того, что Руслан хочет этим показать – отныне у них только деловые отношения.

Мужчина кивнул, переводя взгляд на Людмилу, и продолжил только когда стих стук клавиш.

- Бывает та, с которой можно смириться и научиться жить, а бывает та, которая может убить. Если с физической болью всё просто – организм сам отключит сознание, если она вдруг станет нестерпимой, - то что же делать с болью душевной?

Когда он решил, что потерял её, внутри разлился жгучий океан боли. Огромной, всепоглощающей и смертельной. Он никогда не верил в то, что сможет быть счастливым, и тот хрупкий мир, который она подарила ему, в одночасье рухнул, оставив после себя лишь острые осколки. Они не резали его душу – она была уже изрезана её словами.

Люда судорожно сглотнула, стараясь моргать чаще, чтобы не заплакать. Ей так хотелось сказать ему, что она очень сожалеет, что она просто дура, позволившая себе сказать то, что не имела никакого права говорить. Но сейчас нельзя было этого делать – Люда чувствовала, что пока Руслан не скажет ей всё, что он должен был произнести, ей нужно слушать и слышать его.

- Всё было иначе, оставалось только смириться с этой ненужной новизной, что совершенно не удавалось. Пусть прошло всего несколько часов, но за это время он уже успел понять, что всё никогда не будет так как прежде. Горечь. Невыносимая горечь пропитывала всё кругом, теперь её аромат пах листьями полыни, с играющими на них каплями ледяного дождя, и он знал, что тот аромат тёплого ливня остался в прошлом.

Руслан сделал паузу, сделал глубокий вдох и прошептал:

- Он только надеялся, что этого больше никогда не повторится.

И Люда не смогла больше оставаться на месте. Вскочила со стула и бросилась к Руслану, прижалась крепко, стала покрывать его лицо, глаза, шею короткими поцелуями, шепча:

- Прости меня, прости, прости…

Его руки на мгновение сжались в кулаки, а потом крепко стиснули Люду. Руслан прижимал её к себе всё также сильно, но осторожно, словно боялся сломать.

- Это глупо, я знаю. И знаю, что это самообман, но…Пообещай мне, что такого больше не повторится.

Люда отстранилась, серьёзно глядя в глаза Руслана, понимая, что он ощущает этот взгляд и ждёт, что она ответит. А потом его губ коснулась тёплая улыбка, отразившаяся и в синих глазах, когда Людмила шепнула всего одно слово:

- Обещаю!

Часть 12

Они

Всё изменилось. Люда понимала это, но гнала от себя подобные мысли, хотя они всегда возвращались вновь. Это были даже не мысли, а скорее, ощущения от общения с Русланом. Вроде бы всё то же самое, но и одновременно по-иному. Взгляд мужчины теперь был словно подёрнут дымкой. Руслан стал замкнутым, подолгу мог сидеть один, словно раздумывая о чём-то, но мыслями с Людой не делился. Девушка уговаривала себя, что это ненадолго, что всё пройдёт, стоит только дать всему срок. А меж тем последний месяц лета выдался на удивление дождливым и туманным. Природа словно оплакивала уходящую пору, или приветствовала наступление осени.

Люда закуталась в кардиган плотнее, чуть поведя плечами и бросая хмурый взгляд за окно, потом подняла чашку остывшего чая к губам, и, передумав делать глоток, отставила её в сторону. Попыталась сосредоточиться на правке текста, но так и не смогла этого сделать. Руслан вышел в кухню минут десять назад, чтобы поговорить с кем-то по телефону. Вся эта скрытность, с которой он стал делать что-то, была Люде неприятна и беспокоила её. Но пока говорить об этом с Русланом девушка не планировала. Рукопись была почти готова, но радость от того, что они вместе создали книгу, омрачалась всё тем же ощущением конца. Тогда ещё Людмила предположить не могла, чем закончится вскоре это лето.

Дверь в кабинет приоткрылась, и Люда быстро сделала вид, что читает текст. Разумеется, Руслан не мог этого видеть, но девушке порой казалось, что он знает обо всех её действиях, включая самые незначительные.

- Иди ко мне,– тихо проговорил Руслан, присаживаясь на диван и протягивая руку в сторону Люды. Выглядел он очень серьёзным, но девушка радостно улыбнулась – наконец-то, в глазах её мужчины появился тот самый блеск, по которому она уже успела соскучиться.

Люда поднялась из-за стола и подошла к Руслану, который притянул её к себе, устраивая на коленях. Зарылся лицом в её волосы, делая глубокий вдох, и прижал девушку к себе ещё крепче.

- Я разговаривал с Петром, ты не знаешь его, - он сделал паузу и продолжил, улыбаясь, - завтра я еду в издательство разговаривать по поводу макета книги.

Он замолчал, глядя прямо в её глаза, и в этот момент Люда поняла, что никогда ещё не видела Руслана таким счастливым.

- Это так здорово! – воскликнула девушка, обнимая мужчину за шею. - Я так рада!

Людмила испытывала восторг, и в то же время обида легко уколола её в самое сердце: Руслан не позвал её с собой.

- А я…Знаешь, наверное, такую радость испытывают отцы, которые впервые видят своего ребёнка. Я уже знаю, как будет выглядеть моя книга. Я придумал обложку, - улыбка мужчины стала шире, и он произнёс то, чего так ожидала Люда. – Ты ведь поедешь со мной?

Люда тихо рассмеялась, прижавшись к Руслану ещё ближе. Она коротко кивнула, чувствуя, как по телу разливается облегчение: её мужчина вернулся к ней.

Лето вдруг улыбнулось ярким солнечным светом и мягким уютным теплом. Как последним штрихом, который наносит художник на холст, солнце медленно касалось лучами неба, раскрашивая вечерние облака необычным прозрачно-сиреневым цветом. Так новый день встречал радостное событие в жизни Люды и Руслана – следующий шаг на пути к изданию их книги.

- Мне кажется, если поместить на обложку целующуюся пару, это будет несколько выбиваться из общего контекста, - задумчиво проговорила невысокая женщина, являющаяся дизайнером издательства «Перо».

- И, тем не менее, я бы хотел, чтобы на обложке, помимо Петербурга и дождя были ещё и девушка с молодым человеком, - продолжал настаивать Руслан.

Несмотря на то, что он не видел тот вариант, который им с Людой предлагали, мужчина чувствовал, как нужно было правильнее расположить картинки, из которых впоследствии получилась бы обложка его будущей книги. Людмила была с ним полностью согласна – именно в том месте, на которое он указывал, и не хватало чего-то, что стало бы последним штрихом.

- Знаете, - Люда прикусила губу, не зная, стоит ли продолжать и понравится ли её идея Руслану, а потом решилась. – А если там будет мужчина, который будет обнимать девушку, но у него будет…повязка на глазах?

Произнесла это и замолчала, ожидая ответа.

- Отлично, малыш! – прошептал Руслан, улыбаясь Люде, - Это просто отличная мысль!

Вечер стал сумрачным, и на проспекты и тротуары опустился чуть сероватый влажный туман. По узкой улочке, вдоль подсвеченных витрин, шли мужчина и женщина. Каждый, кто увидел бы их со стороны, мог бы с уверенностью сказать, что они так увлечены друг другом, что весь остальной мир для них не существует. Они так хорошо подходили друг другу, словно две половинки единого целого, как бы банально это ни звучало.

- Прочти мне что-нибудь ещё из своих стихов, - попросил Руслан, поглаживая руку Людмилы, лежащую на сгибе его локтя.

- Что ты хочешь, чтобы я тебе прочла? Почти все мои стихи грустные.

- Я хочу просто слышать твой голос.

Мой любимый и мой невозможный,

Мой чужой и безмерно родной,

Нежно-ласковый и осторожный,

Тихий, громкий, но всё-таки мой!

Я люблю тебя! Только за это

Можно сердце и душу отдать,

Клясться в верности тьмою и светом,

Не боясь этот мир потерять.

Ты учил меня не торопиться,

Ты был рядом сегодня и здесь,

И не раз мы успели проститься,

Прежде, чем обрели то, что есть...

Этот маленький мир, светом созданный,

Мне так дорог, что не передать.

Выстлан болью, разлукой и грозами,

За него жизнь готова отдать.

Ты со мной,- это самое важное,

Лишь тебя я не в силах забыть.

Поняла, пусть не сразу, однажды я:

Только ты так умеешь любить...

- Очень красиво, - прошептал Руслан, чуть приостанавливаясь, - у тебя настоящий талант.

Люда мягко улыбнулась ему. Стихи всегда были для неё попыткой высказать всё то, что она чувствует, и только. О том, что она талантлива, Людмила не задумывалась.

- Спасибо, - ответила Люда, и они с Русланом зашагали дальше. – Я никогда не думала, талантлива я или нет. Просто писала стихи и всё.

- И тем не менее. Вполне можно будет издать твою книгу. Обязательно принеси мне рукопись своих стихов.

Люда весело рассмеялась, чувствуя, что этот момент, в котором сейчас они были с Русланом, запомнится ей на всю жизнь.

- Идём домой, издатель, будем ужинать.

Их тихий, но отчаянно счастливый смех растаял в сумрачном воздухе, оставляя в памяти петербургских улочек след их летнего счастья.

Несколькими часами позже Люда лежала в постели Руслана, крепко прижимаясь к нему, поглаживая пальцами кожу его шеи и груди. Он был счастлив, Людмила чувствовала это. Научилась чувствовать. И она была тоже полностью счастлива сейчас, а все тревоги казались призрачными. Девушка ещё не знала, что этот момент станет всего лишь короткой передышкой в окончании их лета.

- Через пару дней ко мне должен Пётр заглянуть, можно будет тебя попросить распечатать мою рукопись, чтобы я отдал ему её? – спросил Руслан, проводя ладонью по плечу Люды, и та кивнула.

- Можно, распечатаю.

Она уже проваливалась в сон, тихий и уютный. Рядом был тот мужчина, который был способен подарить ей этот мир, полный нежного света и мягкого тепла. Остальное было неважно.

- Я люблю тебя, - прошептала Люда, переступая ту границу, когда реальность заменялась сновидением. И когда в ответ послышался родной голос Руслана, произнесший:

- Я люблю тебя тоже, - она не знала, сон это или нет.

Часть 13

Людмила

Тот день с самого утра плакал дождём. Когда Люда проснулась в своей постели, одиночество навалилось на неё неподъёмным грузом. Оно было противного серого цвета, такого же, как и небо за окном. Она и сама не поняла, когда стала мысленно окрашивать всё в цвета. Но этому научил её Руслан. Например, в квартире была тёплая жёлтая атмосфера, а в квартире Руслана было ярко, и возникало чувство, словно ты попал в калейдоскоп других миров.

Людмила отогнала от себя настойчивое желание немедленно позвонить Руслану. Она провела без него всего несколько часов, большая часть которых пришлась на ночь и сон, а уже безумно скучала по его голосу и крепким осторожным объятиям. Тревога снова подняла свою голову и шептала девушке что-то бессвязное, чего она пока никак не могла понять.

«Это всё потому, что ты очень соскучилась по нему», - уверила себя Люда, отправляясь в душ. Горячая вода, казалось, нисколько не уняла переживания девушки, которые с каждой минутой становились всё ощутимее. Что-то должно было случиться или уже случилось. Что-то неотвратимое, о чём Люда всегда знала и чего подсознательно боялась. Их лето оканчивалось. Точка. Дальше не будет ничего. Вечная осень в душе, которой не будет конца и края.

Девушка вздрогнула и быстро выключила горячую воду, оставаясь под ледяным душем. Глупые мысли и глупое сердце, которое предчувствует мифическую беду! Пожалуй, лучше охладиться и больше не позволять подобным размышлениям властвовать в их с Русланом жизни и общей судьбе.

Люда быстро вытерлась и набрала номер Руслана, больше не в силах не знать, что с ним всё в порядке. И тут же успокоилась, когда услышала его голос.

- Да, моя родная.

Девушка запнулась. Таким интимным близким словом он назвал её впервые.

- Я так соскучилась, не могу больше без тебя.

Он тихо рассмеялся, и она почувствовала облегчение. С ним всё хорошо и он рядом.

- Тогда приезжай, я жду.

И отключил связь. И Люда почувствовала себя чужой в том доме, в котором прожила несколько лет своей жизни. Её место было рядом с Русланом, только с ним сердце билось спокойно, а всё происходящее кругом было закономерным.

Девушка включила чайник и отправилась в комнату к брату, чтобы распечатать свои стихи и рукопись книги Руслана.

- Опять у меня не останется ни чернил, ни бумаги, - проворчал Пашка, роясь в шкафу.

- И тебе гуд монинг, - показала ему язык Люда, - можно подумать, что тебе жаль для сестры несколько листов бумаги!

- Ну, конечно, нет, - притворно вздохнул Паша, подходя к ней, - что хоть распечатываешь?

- Стихи свои и рукопись одной книги, - похвасталась Люда.

- Ну, стихи стихами, - Павел безо всякого интереса наблюдал, как из принтера вылезает очередной лист, - а в книге твоей секс хоть есть?

Люда закатила глаза, вкладывая очередную страницу в папку-скоросшиватель. Вчера вечером она купила две одинаковых папки, чтобы положить в них рукописи.

- Есть, есть, и преотличный, - подразнила она брата.

- Дай почитать! – тут же «купился» Пашка.

- Ага, а потом на занятиях в ВУЗе ты будешь рассказывать преподавателям сюжет? Нет, лучше к учёбе готовься.

Паша состроил гримасу. Следующие полчаса они провели в шутливой перебранке по поводу учёбы Павла, которой Люда придавала гораздо большее значение, чем её брат.

- На вот, почитай, - Людмила положила папку со своими стихами на стол Паши, решив, что она покажет их Руслану позже, а его рукопись забрала с собой. – Окультурься.

И вышла из комнаты брата под его скептичное «угу».

Положив папку на полку в прихожей, Люда отправилась в кухню выпить кофе, и не видела, как Паша вышел из комнаты, прокрался к полке и поменял папки местами.

Через десять минут девушка уже обувалась и собиралась выйти из квартиры. Ощущение что что-то идёт чертовски не так, сейчас достигло критической отметки, Люда чувствовала, как её начинает бить озноб, и дождь на улице усиливался, как и её тревога.

- Паш! Я ушла, дома не ночую! – крикнула она в сторону комнаты Павла, и услышав его бодрое:

- Можно подумать, это новость! Пока! – забрала с собой папку и вышла из дома.

Они

- Безумно-безумно скучала, - шептала Людмила, сидя на коленях у Руслана и целуя его щёки, подбородок, лоб. – Мне кажется, мы не виделись вечность.

- Мне тоже, - мужчина тихо шептал ласковые слова, прижимая к себе Люду, иногда на несколько секунд его объятия становились такими крепкими, что девушке начинало казаться, что он хочет почувствовать, как она растворяется в нём.

- На улице дождь как с ума сошёл, всё льёт и льёт, - проговорила Люда, когда Руслан перестал прижимать её к себе и сидел не двигаясь, будто прислушивался к чему-то.

- Осень скоро, - глухим голосом проговорил мужчина, так и сидя без движения.

Осень. Осень в душе, бесконечная и безжалостная. О том же думала и Люда совсем недавно.

- Когда Пётр должен прийти? – спросила девушка, чтобы отвлечься на что-то другое и забыть про свои мысли, что казались подёрнутыми морозной дымкой.

- Сегодня, через пару часов. Ты принесла рукопись?

- Да, - Люда задумчиво постучала пальцем по подбородку. Если она продолжит думать о неизбежности, которая даже не имела объяснения или какой-то формы, то точно сойдёт с ума. Руслан в её жизни казался временным, подаренным ей на короткое мгновение, и вот сейчас срок их совместного существования истёк. Но почему? Почему она вдруг стала понимать это? Почему стала это знать? Люда никогда не замечала у себя способностей к ясновидению, и вдруг они открылись именно тогда, когда девушка поняла, что счастлива. По-настоящему счастлива впервые в жизни.

- Умница, спасибо! – поблагодарил Руслан, выводя Люду из задумчивости. Девушка вздрогнула и посмотрела на лицо мужчины. Какой же он до боли родной! Как быстро он смог стать таковым, как прочно он занял место в её сердце, душе и жизни. Что значит потерять его? Да об этом даже подумать страшно!

- Не за что, - она поцеловала его долгим нежным поцелуем, и вновь Руслан с силой прижал её к себе. – Я рукопись на столике в прихожей оставила, - она сделала паузу. – Ты не будешь против, если я с Наташкой в кафе посижу пару часов? Пока вы с Петром все дела решите.

- Нет, - мужчина покачал головой, ласково улыбаясь. – Я только за.

Последующие пару часов, как окажется позже, Люда запомнила до мелочей, до чёрточек, до ароматов и мгновений. Они стали чем-то похожим на щемяще-трогательный конец кинофильма. Когда смотрящий его человек знает, что до финала осталось всего полчаса, и впитывает всем своим существом мысли и ощущения, рождающиеся от картинки на экране. И Люда прочувствует это позже, поймёт, что покинула этот нужный как воздух, кинозал, через два часа, тихо шепнув любимому:

- Пока!

Руслан

Пьянящий восторг от ощущения счастья, которое, казалось, можно было почувствовать физически, обуял всего Руслана в этот день. Квинтэссенция его полного душевного триумфа была проста – он, наконец, обрёл то, чего ему так не хватало двадцать семь лет жизни. И это было вовсе не зрение. Рядом была Люда, рядом были родные люди, и совсем скоро должна была сбыться его мечта. Этих трёх составляющих с лихвой хватило на то, чтобы мужчина понял – потеря зрения в детстве абсолютно не помешала ему стать полностью счастливым.

Он насвистывал какую-то мелодию, проводя пальцами по шершавой поверхности папки-скоросшивателя, в которой лежала рукопись его книги. Она ещё требовала доработки, но разве важны пара месяцев ожидания, когда почти свершилось то, чего ждал всю жизнь?

- Да, я скоро буду, - вышедший из ванной комнаты Пётр, плотнее прижал телефон плечом к уху, на ходу застёгивая нижние пуговицы пиджака. Руслан машинально перевёл взгляд на источник звука. – Да, я же сказал, я потороплюсь.

Пётр присел рядом с Русланом возле стола и вынул из кейса небольшой блокнот.

- Итак, по срокам у нас всё как мы и договаривались. Пару недель на корректуру и редактуру. Телефон при себе держи, корректор обычно по почте все правки уточняет, но тебе будет звонить.

Руслан кивнул.

- Обложка почти готова, - продолжил Пётр, делая какие-то пометки в блокноте, - ну а с типографией я договорюсь ближе к делу.

- Окей, - Руслан поднялся с места, направляясь в сторону кухни, где в шкафчике лежала приготовленная для Петра сумма денег. – Сейчас оплату принесу.

Пётр вновь открыл кейс, быстро положив туда блокнот и папку с рукописью, а потом вышел в коридор. Подошедший через полминуты Руслан протянул ему конверт с деньгами, и лишь на секунду на лице его мелькнуло сомнение. Но оно исчезло также быстро, как и появилось.

- Люда пусть в редакцию заедет, когда ей удобно будет, заберёт договора и квитки, - деловым тоном проговорил Пётр, а потом улыбнулся Руслану, отвечая на рукопожатие. – Всё будет отлично, дружище. Я чуть позже позвоню, как рукопись пробегу глазами, сейчас Света с ума сходит, что-то нужно ей от меня.

- Идёт, - Руслан расслабленно улыбнулся, открывая замок на двери. – Ничего страшного. До встречи!

Дверь в квартиру захлопнулась за Петром, и Руслан мгновенно нахмурился, кладя ладонь на лоб. Нет, он не пытался что-то вспомнить. Напротив, он хотел избавиться от картинок в памяти, которые вдруг зароились подобно назойливым мухам. Мужчина досчитал до ста, потом направился в кухню, где на столе лежал его мобильный. Позвонить Люде хотелось так сильно, что кончики пальцев стали зудеть, но он не стал делать этого – пусть его девочка отдохнёт с подругой, а то ему порой начинало казаться, что он узурпировал всё её внимание.

Затем он вернулся в кабинет и присел на край дивана, пытаясь сосредоточиться и пожить в одном из выдуманных миров. Ему всегда помогало это, отвлекало от мыслей, но сейчас почему-то отмахнуться от ощущений не получилось.

Лера. Её имя всплыло в памяти спонтанно, и объяснения этой внезапности Руслан найти не мог. Сжав руки в кулаки, мужчина принялся отсчитывать минуты, которые оставались до возвращения Люды, потому что он верил – только она одна способна стереть эти воспоминания.

Часы пробили восемь раз, а Руслан всё продолжал сидеть, почти не шевелясь, только делал глубокие вдохи, впивая в себя аромат прохладного летнего ливня. Раздавшийся звонок телефона показался громом среди установившейся в квартире тишины, и мужчина застыл на месте, не в силах поднять трубку. Время превратилось в крошечную точку, которая вдруг стала растягиваться, и когда Руслан понял, что все границы пройдены, он с каким-то необъяснимым остервенением нажал кнопку приёма вызова и рявкнул в трубку:

- Да!

Как он и предчувствовал, случилось что-то страшное. Порой бывает так, что любая мелочь, которая заслуживает только того, чтобы над ней посмеялись, становится фатумом. Наложившись на определённый опыт, имеющий огромное значение в прошлом, став последней каплей в полной чаше подобных чувств, уже прожитых когда-то, эта мелочь становится судьбоносной. Возможно, именно такие случайности и называют роком.

- Рус, а чего ты не сказал, что роман твой в стихах будет? – озадаченно произнёс Пётр, и сердце Руслана сжалось в тревожном предчувствии. Всё это уже было с ним. Давно.

Лера.

- Нет, стихи просто преотличные, и мы и их можем издать, просто я думал, это будет какая-то философская вещь…

Руслан выключил телефон и поднялся с дивана, вдруг поняв, что не может оставаться здесь ни секунды. Ему отчаянно захотелось под дождь, чтобы тот пропитал всё его существо своей ледяной сыростью. Выбежав из квартиры, как был, в одной светлой рубашке и джинсах, без куртки, мужчина слепо зашагал в никуда, зажав в руке телефон и понял, что ему хочется кричать во всю силу лёгких только когда частые крупные капли ливня мгновенно промочили его одежду насквозь.

Несколько лет назад

Блаженное состояние ступора, наконец, сковало сознание Руслана, позволив мужчине существовать в простом и понятном сером мире. Он мог просто представить, что раскачивается на безмятежных волнах спокойствия, уныния и стальных оттенков. Жизнь перестала быть ценностью, и это было нужно и страшно одновременно. С самого детства, какое бы отчаяние ни охватывало Руслана от понимания того, что он слеп и таким останется до конца своих дней, он знал – жизнь является абсолютной ценностью. И это знание в одночасье было разрушено предательством близкого человека.

- Мам, - голос был хриплым и почти беззвучным, - зачем она это сделала?

Горестный вздох матери, находившейся рядом последние несколько дней, прозвучал в совершенной тишине его серого мира, как нечто чуждое. Просто Руслан не слышал в своём вопросе такой безмерной боли, что она тысячей ножей впилась в и без того исстрадавшееся сердце его матери.

- Руся, милый, родной, маленький мой! – Елена Витальевна прижалась к Руслану, желая хоть на малую толику вобрать в себя его отчаяние и боль. Её маленькому мальчику и одновременно взрослому и сильному мужчине было так плохо и так горько! А она ничего не могла поделать.

- Скажи, зачем?

- Я не знаю, - мама Руслана тихо шептала, понимая, что ни одно слово не сможет стать её мальчику необходимым лекарством. – Ну, всякое бывает, квартира ей твоя понадобилась и всё.

Ни одно из определений вроде «всякое бывает» или «ничего страшного, переживём», не подходило сюда. Просто потому, что Руслан всё чувствовал по-иному, но Елена Витальевна не знала, что ей говорить.

- Да, - бесцветным голосом произнёс Руслан, отстраняясь от матери. – Всякое бывает.

Он очнулся от состояния зыбкого полусна, когда рядом послышался рёв мотора автомобиля. А может, мотоцикла, Руслан сейчас мало что понимал в происходящем. И стрелой ворвавшаяся в голову убеждённость, что Люда не могла поступить с ним плохо, стала крепнуть с каждой секундой. Только сейчас мужчина понял, что замёрз, замёрз очень сильно, и крупный озноб, бивший его тело, стал этому подтверждением.

- Алло, - подошёл он к надрывно трезвонившему мобильному, и тут же вновь сознание сковала неизбежность.

- Руся, Господи! Где ты? Я звонила тысячу раз! Что с тобой? Что случилось?

Звонила тысячу раз? Странно. А он и не слышал.

- Кажется, я на мостовой. Возможно рядом с Дворцовым.

Он помнил, что шёл и шёл вдоль набережной, повернув из двора направо.

- Руся, что случилось? Я сейчас приеду! – голос Люды был окрашен нотками истерики, было слышно, что она еле сдерживает себя, чтобы не сорваться на отчаянный крик.

- Зачем ты это сделала, Люда?

- Руся, послушай! Любимый мой, родной! Послушай! Я сейчас буду, я рядом! Остановись и просто дождись меня, ты слышишь?

- Слышу…

- Это недоразумение! Я связалась с Петром, я не знаю, как эта чёртова папка оказалась у него.

Молчание и только новое ощущение вперемежку с облегчением, которое приносил дождь. Люда не могла так с ним поступить.

- Ты мне веришь?

- Верю.

- Ты сделаешь так, как я тебя прошу?

- Люда, я люблю тебя.

- И я, я очень тебя люблю! Слышишь?!

- Слышу…

И её рыдания, которые она была больше не в силах сдерживать.

- Руся, стой на месте, прошу! Я рядом.

Он вдруг рассмеялся, радостно и открыто. Какая нелепая глупость! Как он мог решить, что Люда захочет воспользоваться его связями? Он отпустил от себя то, что было в его прошлом. Отпустил в эту самую секунду, когда понял, что Людмила величайшая его ценность. Данная свыше, искренняя и открытая. Его полностью.

Лера растворялась в призрачном сером мире, который всегда существовал в его жизни. И мир растаял, став дождём.

- Я буду ждать тебя дома, - шепнул он в трубку и отключил связь.

Теперь оставалось только перейти дорогу, вернуться обратно, войти в их с Людой квартиру, где навсегда поселился её аромат дождя, дождаться любимую, прижать её к себе и начать новую жизнь. Он обязательно расскажет ей, что таким полноценным он не был никогда в своей жизни. Просто потому, что теперь у него была она. Только сейчас он полностью принял ту истину, что в его жизни есть Людмила…

Они

Она бежала, бежала, бежала…Понимая, что означало то предчувствие неотвратимого. Стылый воздух врывался в её лёгкие огромными порциями, почти что разрывая их. Крик застыл в горле как стальной клинок, который проворачивала по часовой стрелке чья-то невидимая рука. Но вырваться наружу не мог.

Всего полминуты назад она видела светлое пятно рубашки Руслана, которое удалялось от неё, и именно тогда она сорвалась с места и побежала, уже зная наперёд, что через мгновение произойдёт что-то страшное. Вот мужчина повернул направо и стал переходить дорогу, а потом…

Потом этот крик, замерший внутри, подтолкнул Люду вперёд, хотя она и так бежала из последних сил.

Глупый! Зачем? Куда?? Стой!

Поздно, слишком поздно. Лишь только красные отсветы от фар машин, резко тормозящих у места происшествия, освещали девушке путь подобно маячкам. Для кого-то это место так и будет называться – место происшествия. Для Люды же теперь оно станет местом окончания её жизни.

Руслан лежал, опрокинувшись навзничь, а рядом стояли несколько человек. Безликая, бездушная толпа, которой было всё равно, что случилось непоправимое. Им было важно лишь удовлетворить своё любопытство.

- Руся! – Люда выдохнула его имя полувсхлипом, бросаясь перед белым, как полотно, мужчиной на колени прямо в грязную лужу на асфальте. Обхватила его голову ладонями, не замечая, как те тут же стали кроваво-красного цвета. – Вызовите скорую, чёрт бы вас всех подрал! Срочно!!!

- Уже вызвали.

- Руся, посмотри на меня, слышишь? Посмотри! Ты видишь меня? Руслан, посмотри на меня!!

Он мучительно медленно повернул к ней голову, силясь улыбнуться губами, которые уже покрывала мертвенная синева. И Люда увидела своё отражение в огромных расширившихся зрачках.

- Я слышу аромат дождя, - из последних сил прошептал Руслан, и мир Людмилы окончил своё существование….

Эпилог

«Всю свою жизнь Она была слепой. Это стало понятным только тогда, когда Она потеряла центр своего существования. Прозрение может показаться счастьем, пока не поймёшь, что оно даётся неимоверно трудно, и за него ты должен заплатить слишком жестокую цену. Захочешь ли ты остаться слепым тогда? Возможно. Но только помни, что где-то там, наверху, всё уже решено, и никто не станет спрашивать о твоих желаниях.

Всю свою жизнь Она была слепой. Как иначе объяснить все те ненужные действия, что совершались Ею день ото дня? Что они приносили Ей? Мифическое удовлетворение? Деньги? Лживое счастье?

Лишь только когда в Её жизни появился Он, мужчина, умеющий слышать аромат дождя, Она поняла, что Ей стало доступно зрение. И теперь уже и Она подставляла лицо мельчайшим каплям, долетающим из раскрытого окна, а в душе Её царило вечное лето. И теперь уже и Она с уверенностью могла сказать:

- Я слышу аромат дождя».

Люда закрыла книгу, делая глубокий вдох и стирая солёные капли, безостановочно бегущие из глаз, и посмотрела в окно, на властвующий в мире закат. Потом бесконечно бережно провела пальцами по книге Руслана, которую только сегодня утром привёз Пётр в их квартиру. Вновь открыла последние страницы и перечитала то, чем дополнила Его книгу. И когда она отложила роман в сторону и вновь посмотрела за окно, ей показалось, что всего на мгновение она увидела, как Руслан стоит рядом с ней.

Она слышала исходящий от него аромат дождя…

Content

Лунгу Ирина Владимировна Я слышу аромат дождя