Светлана Алешина

Вот это номер!

Глава 1

Мужчина подошел к багажнику машины и, открыв его, вытащил оттуда несколько канистр, какие-то тряпки, инструменты, а затем — и запасное колесо. Потом неторопливо стал засовывать вещи обратно, педантично распределяя их на одной половине багажника, с другой же стороны поместил старое колесо, которое только что снял. Надо же, какой хозяйственный! Спрашивается, зачем ему старое колесо?! Тем более что, судя по внешнему виду, этот владелец черной «Волги» явно не испытывал недостатка в деньгах.

Я отошла от окна с чашкой кофе в руках. Действительно, сколько можно наблюдать за тем, как совершенно незнакомый тебе человек пытается исправить собственную оплошность? Глотнув немного кофе, я недовольно сморщилась. Мало того что напиток был обжигающим, он еще был и невкусным. Когда же придет Маринка и сварит хороший кофе? Маринка — моя секретарша и подруга по совместительству — варит просто изумительный кофе. Мне иногда кажется, что она с самого рождения занимается этим делом.

Был обычный рабочий день, который ничем не отличался от остальных будней. Я пришла на работу, как всегда, в хорошем настроении. Все-таки неплохо, когда у тебя есть любимая работа, от которой ты получаешь удовольствие.

Я — единственный владелец и главный редактор газеты «Свидетель», которая уже завоевала себе хорошую репутацию в нашем городе и пользуется популярностью среди читателей. Еще бы! В нашем издании (а публикуем мы статьи на криминальные темы) есть что почитать…

За дверью послышался голос Маринки. Я вздохнула с облегчением, надеясь, что она догадается сварить кофе, тогда и можно будет устроить традиционную летучку, на которой я раздавала сотрудникам поручения.

— Оля! — Маринка забежала в мой кабинет без стука. — Я немного опоздала, но не по своей вине.

— Как всегда, — равнодушно сказала я.

— Но я же не часто опаздываю, — напомнила Маринка, раскладывая на столе все необходимое для нашего утреннего совещания. — Подруга меня задержала, разговорились с ней. Она меня даже в кафе завела, посидели немного.

Маринка проследила за моей реакцией на ее слова, но я не выразила никаких эмоций, потому что уже привыкла к ее опозданиям.

— Представляешь, Ольга, — немного взволнованно проговорила Маринка, — у Ленки родители всю свою жизнь проработали на нашем машиностроительном заводе. Отец ее стоял в очереди на квартиру, чтобы от завода получить.

— А разве сейчас такое практикуется? — спросила я и сама добавила: — Даже лет десять назад очередники ничего не получали, потому что, пока их очередь подойдет, они уже давно коньки отбросят.

— Машиностроительный завод является государственным предприятием, — объяснила Маринка. — Там, как ни странно, квартиры дают, хотя очередь на самом деле подходит долго.

Она замолчала, а я даже не знала, о чем хочет мне поведать подруга.

— Так вот! — вздохнув, продолжила Маринка. — Ленкиным родителям повезло. Совсем недавно — буквально месяца три назад — им досталась все-таки двухкомнатная квартира, выделенная от завода.

— Им можно только позавидовать, — призналась я, не видя в этом ничего трагического.

— Нечему завидовать, — оборвала меня Маринка. — Во-первых, квартира расположена на краю города. Во-вторых, там всю сантехнику менять надо, ремонт нужен капитальный — начиная от дверей и кончая всей системой водоснабжения.

— Ну все равно — квартира! — заметила я.

— Ленка не столь оптимистично настроена, — укорила меня Маринка. — Родители всю жизнь работали для того, чтобы получить это жилье, а теперь им еще нужно будет работать, чтобы сделать там хоть какой-то ремонт. У меня вот один мой недавний знакомый купил себе квартиру…

— Какой знакомый? — перебила я Маринку, так как знала весь круг ее общения.

— Да так, недавно познакомились. Приятный мужчина, работает менеджером по рекламе в какой-то крупной фирме. Он хочет переоборудовать коммуналку в большую трехкомнатную квартиру. Причем перепланировка и ремонт будут стоить столько же, за сколько он купил все комнаты.

— Не знала, что у нас менеджеры так хорошо зарабатывают, — заметила я.

— А ты что же думаешь, только главный редактор какой-то местной газетенки имеет право грести деньги лопатой! — немного оскорбилась Маринка.

— Ладно тебе, не обижайся, — успокоила я ее. — Зови всех на летучку.

Маринка вышла из кабинета, но через несколько минут вернулась.

— Ольга, там к тебе мужчина какой-то, — торопливо проговорила она.

— По какому вопросу? — вяло спросила я.

— Понятия не имею, — резко ответила Маринка. — Ты его примешь?

— А куда же деваться, — обреченно ответила я.

В связи с приходом этого незнакомца наше совещание, само собой разумеется, откладывалось на неопределенное время. Я немного сдвинула в сторону поставленные Маринкой чашки, чтобы усадить собеседника за чайный стол.

Мои приготовления прервал негромкий короткий стук в дверь, а затем на пороге возник усатый мужчина невысокого роста. Черный дорогой костюм болтался на нем, как на вешалке.

— Ольга Юрьевна, я к вам по совету моего хорошего друга, — сказал он смущенно, не решаясь подойти ко мне ближе без приглашения. — Боровиков Александр Петрович!

— Очень приятно!

— Да нет… вы неправильно поняли меня. — Незнакомец еще больше смутился. — Вы когда-то помогли Боровикову в одном… щепетильном дельце. Вот он и посоветовал мне обратиться к вам.

— Я могу вам чем-то помочь? — догадалась я, хотя, по-моему, посетителю больше требовалась консультация психолога, чем моя помощь.

— Я хотел бы, чтобы вы проследили за моей женой, — сказал незнакомец.

— За кем? — удивилась я, что у такого типчика может быть жена, за которой требуется присмотр.

— За моей женой, — отчетливо повторил он.

— Но ведь вы пришли в редакцию газеты, а не в детективное агентство. Мы такими вещами не занимаемся, — сказала я собеседнику, имени которого до сих пор не знала.

— Ольга Юрьевна, вы меня извините, пожалуйста. — Посетитель смутился еще больше. — Я вам заплачу.

Я недоверчиво посмотрела на него. Видимо, сумма, которую он собирался предложить мне за эту услугу, будет не очень большой. Но я в любом случае не собиралась выслеживать жену этого скромняги, чтобы убедиться, что она встречается с нормальным мужиком. Семейные разборки мне не нужны.

— И тем не менее я должна вам отказать, — настойчиво сказала я.

Собеседник совершенно потерялся. В кабинете воцарилась тишина, которую нарушил телефонный звонок, издаваемый не моим аппаратом. Незнакомец резко дернулся в сторону, распахнул пиджак и снял с пояса сотовый телефон.

— Да, слушаю, — сказал он.

Я отошла к окну, чтобы не смущать его во время разговора.

— Что? Вы уверены? — неожиданно громко произнес посетитель.

Я обернулась.

Мужчина сидел совершенно обескураженный. Видимо, узнал что-то неожиданное и не очень приятное. Может быть, это как раз касается его жены? Он буквально прижал телефон к уху, боясь, что тот сейчас выпадет у него из рук.

— Когда? Где? — спросил незнакомец нервным голосом.

Он молча выслушивал ответ на заданные вопросы, а я старалась ему не мешать. Хотя меня это уже начинало бесить. Мой кабинет используют как телефонную будку.

Когда же посетитель отключил телефон, я подошла к чайному столику, ожидая, когда мужчина соизволит удалиться. Он же не спешил, а словно замер на одном месте, остановив свой взгляд на одной из кофейных чашек.

— Что с вами? — спросила я из вежливости.

— Инну убили, — коротко сказал он.

— Какую Инну?

— Мою жену, — ровным голосом ответил незнакомец.

— Как? — удивилась и я.

— Ее сшибла машина… насмерть, — спокойно произнес собеседник, не сводя взгляда с кофейной чашки. — Час назад. Где-то на краю города.

Я даже не знала, что ответить. Ревнивый муж за несколько минут превратился в несчастного вдовца. Мужчина тоже сидел молча, потупив взгляд.

— Ее опознали по паспорту. У нее с собой были документы. Мне только сообщили о произошедшем и посоветовали не слишком волноваться. Какие заботливые! Конечно, потом меня затаскают по милициям и моргам, — неожиданно резко сказал незнакомец и опять замолчал.

Вошла Маринка и поставила перед нами чашечки кофе. Посетитель не обратил на это никакого внимания. Как только за Маринкой закрылась дверь, он задумчиво сказал:

— Это все он!

— Кто? — поразилась я.

— Я даже не знаю, как вам объяснить. Видите ли, Инна работает директором агентства недвижимости, — сказал незнакомец осипшим голосом, но тут же поправился: — Работала буквально час назад. Это агентство принадлежит на равных правах еще одному человеку, который формально является ее заместителем. В последнее время дела у них пошли в гору. Это было заметно по моей жене — по тому, как она стала одеваться. Конечно, на мою зарплату нельзя купить машину, а Инна могла себе это позволить.

— А кем вы работаете? — перебила я собеседника.

— Я врач-нарколог, — уже заметно окрепшим голосом ответил посетитель. — Вы, наверное, знаете систему лечения алкоголизма доктора Сусимова?

— Что-то слышала, но ни разу не пользовалась, — честно сказала я, так как фамилия на самом деле показалась мне знакомой.

— Так вот, я и есть Сусимов Олег Иванович, — объяснил собеседник.

— Тогда у вас должна быть приличная зарплата, — догадалась я.

— Это только так кажется, — пояснил Олег Иванович. — На самом деле основной доход от любого дела получают более изворотливые и шустрые, а я этими качествами не отличаюсь.

Я промолчала, не зная, что сказать. Уж наглостью и напором мой собеседник и правда не отличался.

— Инна владела агентством недвижимости на пару с Ковальковым Валерием Яковлевичем, — продолжил свой рассказ Сусимов. — Именно он-то ее и заказал!

— Почему вы так думаете? — наивно спросила я.

— А кто же откажется от большей суммы денег? — равнодушно сказал Олег Иванович. — Раньше они делили доход пополам, а теперь он может спокойно выкупить вторую половину и стать единственным владельцем агентства.

— Но после смерти Инны ее доля перейдет к вам, — напомнила я.

— Да, — обреченно сказал Сусимов. — Но я же ничего не смыслю в этом бизнесе. Поэтому Ковальков рассчитывает на то, что я продам ему долю Инны. Я давно подозревал, что он как-то нехорошо относится к моей жене.

— А в чем это проявлялось?

— Ну, Инна стала какая-то другая в последнее время, — немного неуверенно объяснил собеседник. — Она все время жаловалась на то, что загружена работой, что компаньон не помогает ей. Конечно, она женщина энергичная и волевая, но я видел, как тяжело было ей работать без поддержки Ковалькова.

— Олег Иванович, а зачем вы просили меня заняться слежкой за вашей женой? — поинтересовалась я.

— Мне кажется, что она встречалась на стороне с этим самым Ковальковым. Как это ни парадоксально звучит, — добавил Сусимов. — Как врач, хотя и не психолог, я могу сказать вам, что женщины вообще очень противоречивые существа. Они могут поносить последними словами своего любовника в компании, но вечером стремиться к нему на ужин.

— А вы сами не знакомы с этим Ковальковым? — спросила я.

— Я видел его пару раз, но не больше, — ответил Сусимов равнодушно. — Мы никогда не разговаривали друг с другом, не было общих тем. Но он показался мне таким мерзким типом, что это не располагало к общению.

— Не торопитесь с выводами, — перебила я Олега Ивановича. — Ваше субъективное мнение может дать совершенно противоположную характеристику хорошему человеку.

Олег Иванович смутился, но ничего не сказал в свое оправдание. Я тоже замолчала, не зная, что добавить к нашему разговору. Просьба Сусимова о том, чтобы я занялась слежкой за его женой, конечно же, не имела теперь никакого смысла. А вот расследовать дело об убийстве мне представлялось интересным уже потому, что был и подозреваемый. Из этой истории могла получиться прелюбопытнейшая публикация в «Свидетеле». Что мне стоит хорошенько проработать этого самого Ковалькова, а потом, разумеется, сдать его в руки сотрудникам правоохранительных органов? Уже давненько я не подбрасывала майору Здоренко — одному из начальников городского РУБОПа, с которым я поддерживаю хорошие отношения уже несколько лет, — преступников, за которых он периодически получает поощрения.

— Ольга Юрьевна, — вклинился в мои размышления Олег Иванович, — мне говорили, что вы занимаетесь расследованиями подобных происшествий. Поэтому я думаю, что вы не откажетесь помочь мне прижучить этого Ковалькова.

— А вы уверены, что это был не несчастный случай? — поинтересовалась я, неожиданно вспомнив о том, что такое вполне возможно. — Вы же знаете, как гоняют сейчас по улицам города!

— Знаю, сам вожу машину, — сказал Сусимов. — Но не могу поверить в то, что Инну случайно сшибли насмерть. Хотя… даже не знаю…

— А вам звонили из милиции? — спросила я.

— Да, какой-то капитан Лещенко, — ответил Олег Иванович. — В прокуратуре заведут уголовное дело?

— Обязательно, — согласилась я с Сусимовым. — Но если они не найдут человека, сбившего Инну, то дело это просто закроют. Вы же знаете, что в милиции не любят возиться с такими случаями!

— Ольга Юрьевна, тогда у меня нет другого выхода, как просить помощи у вас, — обреченно сказал Олег Иванович и потупил взгляд. — Если, конечно, вы не откажетесь…

Я задумалась. Плюсов в пользу того, чтобы я взялась за это дело, было практически столько же, сколько и минусов. То, что подозреваемый уже есть на примете, это хорошо, но я никогда не бралась за такие простые дела. Любое раскрытое мною происшествие впоследствии описывалось в одной из статей «Свидетеля»; но тут читателю, думаю, будет не очень интересно узнать о том, как компаньон избавился от своего партнера. Банально и скучно! В нашей жизни такое встречается на каждом шагу. С другой стороны, растерянный вид этого самого Сусимова просто не мог оставить меня равнодушной к его горю. Надо было помочь человеку! А что, если это дело окажется гораздо интереснее, чем я думаю?

— Я могу вам заплатить, — прервал мои размышления Олег Иванович.

— Хорошо, — наконец сказала я, но не потому, что Сусимов предложил мне вознаграждение. — Я попробую заняться этим… Можно узнать номер вашего телефона?

Он протянул мне свою визитку.

— Олег Иванович, мне еще нужен адрес агентства недвижимости, в котором работала ваша жена, — попросила я.

— Оно находится в центре города, — сказал Сусимов и дал мне его адрес. — Может, я еще чем-нибудь могу быть вам полезен?

— Наверное, нет, — неуверенно сказала я, предпочитая получать информацию не от одного человека, а от разных лиц. А то я просто зациклюсь на том, что Инну, во-первых, именно убили, что еще не доказано; а во-вторых, что убил ее именно Ковальков.

— Ольга Юрьевна, я хотел на этой неделе поехать на конференцию в Москву, — неожиданно сказал он. — Но теперь эту поездку придется отложить. Все-таки вся эта волокита с похоронами, поминками отнимет много сил и времени.

— А у Инны нет родственников? — спросила я.

— Ее родители тоже погибли в автокатастрофе, когда ей было около двадцати лет, — сказал Олег Иванович. — Они остались вдвоем с сестрой, которой на тот момент только исполнилось пятнадцать. Поэтому Инне пришлось самой устраиваться в жизни. Она бросила учебу в юридическом институте, хотя ей оставалось закончить только один курс, и устроилась риелтором в одно крупное агентство недвижимости. Благодаря энергичности и трудолюбию она работала очень успешно в течение двух лет. Все это время на ее шее сидела и сестра, которая еще училась в школе. Инна потом смогла ее устроить в филиал какого-то московского института, а затем сестра уехала жить в Москву, и Инна осталась одна. Тогда-то мы с ней и познакомились. Я уже был женат однажды, поэтому второй раз женился осознанно. В те годы моя карьера находилась на пике своего развития. Я успешно практиковал, используя разработанную мной систему лечения алкоголизма. Инна же с моей помощью смогла открыть маленькое агентство недвижимости. Дела в то время у нее шли неважно — слишком велика была конкуренция на рынке недвижимости, надо было как-то вертеться.

— А как же Ковальков? — спросила я.

— Инна работала одна в течение трех лет, — продолжал Олег Иванович, как будто бы не обращая внимания на мой вопрос. — А затем поступило предложение от Ковалькова, который в то время тоже занимался недвижимостью и владел такой же фирмой. Они заключили соглашение и организовали общее дело на равных правах и обязанностях с одинаковым первоначальным взносом и последующей прибылью. «Доминант»! Может быть, вы слышали о таком агентстве?

Я отрицательно покачала головой, а Сусимов продолжил:

— Ковальков так же, как и Инна, не мог больше тянуть свою фирму и предложил объединить усилия. Инна согласилась, предварительно посоветовавшись со мной. Да и материальная поддержка должна была идти с моей стороны.

— А разве она не стала продавать свое агентство? — поинтересовалась я. — Этих денег как раз бы хватило на то, чтобы войти в долю с Ковальковым.

— Все было бы просто замечательно, если бы так случилось, — сказал Олег Иванович. — Ковальков именно так и внес свою долю, а у Инны в агентстве странным образом произошел пожар, в результате которого сгорел практически весь офис, где находилась документация. Продавать было нечего!

— Поджог? — догадалась я.

— Этого, к сожалению, не знает никто, — обреченно сказал Олег Иванович. — Конечно же, было заведено уголовное дело, но расследовать никто ничего не стал. В милиции решили, что это результат небрежности одного из сотрудников агентства. Может быть, даже и самой Инны.

— А вы сами как думаете? — спросила я. — В чем была причина этого пожара?

— Даже не знаю, — с сомнением произнес Олег Иванович. — Но мне с самого начала не понравился этот Ковальков. Он буквально влез в нашу жизнь. Может быть, и пожар — тоже его рук дело.

— Почему «тоже»? А что еще он такого натворил?

— Убил Инну, — сказал Олег Иванович, даже глазом не моргнув.

— Ну, это пока не доказано, поэтому советую вам не торопиться с выводами.

— А какие еще вам нужны доказательства? — немного вспылил Олег Иванович. — У него были все основания для того, чтобы убить мою жену. Он оказался жадным человеком, которому не хватало половины всех доходов, вот он и решил стать полноправным владельцем агентства.

— В таком случае не проще бы было ему выкупить долю у Инны?! — предположила я.

— Нет, — резко ответил Олег Иванович. — Инна никогда не рассталась бы со своим любимым детищем. Она даже не представляла, что может заниматься еще чем-нибудь.

— Где, когда и при каких обстоятельствах вы встречались с Ковальковым? — как на допросе спросила я.

— Я один раз заходил в агентство, видел его там мельком, — вспоминал Олег Иванович. — Один раз мы с ним даже разговаривали о чем-то. Инна тогда устроила банкет, так как исполнился год с момента основания их общего дела. Я был в качестве мужа Инны, а Ковальков — один, у него нет супруги. Насколько я знаю, в свои тридцать пять лет он и женат никогда не был.

— А дети?

— Ольга Юрьевна, иногда мужчина сам не знает, есть у него дети или нет, — с укором ответил Сусимов. — А вы хотите, чтобы я вам ответил на этот вопрос.

— Значит, вы предполагаете, что этот самый Ковальков был любовником вашей жены? — повернула я разговор в другую сторону.

Олег Иванович утвердительно кивнул. Он опять помрачнел и уставился на чашку, кофе в которой уже давно остыл.

Я постаралась еще разговорить Олега Ивановича, но теперь он уже не был расположен к беседе, а угрюмо косился на дверь.

Когда же я замолчала, Сусимов поднялся со своего места, так и не глотнув кофе, и попрощался со мной. Я дала ему номер своего сотового телефона, чтобы не терять с ним связи, и на этом мы расстались.

Как только дверь за Сусимовым закрылась, я с облегчением вздохнула. Все-таки он очень тяжелый человек, с которым не очень радостно общаться.

Передо мной лежала фотография его жены, оставленная Сусимовым. На меня весело смотрела симпатичная девушка с курносым носиком и озорными глазками. Губы были тонкими, но это нисколько не портило ее лица. Зато ямочки на пухлых щечках смотрелись просто завораживающе. Инне было не больше двадцати шести лет, подумала я, рассматривая фотографию и вспоминая то, что рассказал мне Сусимов. Олег Иванович дал мне, наверное, ее самую удачную фотографию. Инна была заснята на своем рабочем месте — за столом, на котором стоял компьютер и лежали ровными стопками бумаги. Офис ничем не отличался от всех остальных помещений подобного типа. Даже обои на стенах были точно такими же, как и в кабинете, где сидели все остальные сотрудники нашей редакции.

— Ты что это на старости лет на девушек пялишься? — весело сказала Маринка, войдя в мой кабинет и увидев, что я рассматриваю фотографию симпатичной блондинки.

— Послушай, — резко оборвала я ее. Все-таки иногда подругу надо было ставить на свое место. — Мне предстоит выяснить, погибла она в результате несчастного случая или кто-то ее убил.

— А-а, — протянула Маринка. — А это приходил ее папаша?

— Нет! Муж!

— Муж? — Удивлению Маринки не было предела. — Да у такого сморчка и жены-то быть не может, а тут еще такая красавица.

— Этот сморчок, к вашему сведению, известный врач-нарколог, — сказала я, наблюдая за реакцией Маринки. — Сусимов! Не слышала о его методике лечения алкоголизма?

— Нет, — растерялась Маринка. — Я таким недугом не страдаю.

— Так вот, его жена только что попала под машину и погибла, — сообщила я.

— Оля, а может быть, соберем всех на совещание, тогда ты все и расскажешь. А то там кофе стынет, — предложила Маринка.

Я была не против и согласилась позвать всех остальных сотрудников, которые сидели в соседнем кабинете нашего офиса, поэтому долго собираться нам не пришлось. Я опять расставила чашки на чайном столе и уселась на свое место.

Ромка — паренек, работающий у нас курьером, — вбежал в мой кабинет первым. Он никогда не отказывался от чашечки кофе, приготовленного Маринкой. Громко и весело поздоровавшись со мной, он сел и стал крутить в руках чашку.

Виктор — фотограф нашей редакции и, когда это требуется, мой телохранитель — был совершенно спокоен. Он медленно вошел в мой кабинет, занял свое место и пододвинул к себе чашку. Ожидать от него, что он сейчас рассыплется в комплиментах, не было смысла, так как наш фотограф не любит говорить, а предпочитает действовать, объясняясь больше при помощи мимики и жестов.

Самым последним в кабинет зашел Кряжимский. Сергей Иванович выглядел немного устало, но это было и неудивительно — он все время находится в работе. Такого поистине незаменимого сотрудника я еще не встречала. Причем с возрастом Сергей Иванович не утратил свои профессиональные качества, зато набрался огромного опыта. Львиная доля статей в «Свидетеле» принадлежит именно его перу. Он мог написать и о вооруженном ограблении, и о семейной разборке так, что оторваться от его статей и очерков было практически невозможно. Каюсь, у меня нет такого таланта, хотя и я не полная бездарность.

— Добрый день, Ольга Юрьевна, — вежливо поприветствовал меня Сергей Иванович, несмотря на то что утром мы уже с ним виделись.

Я ответила не менее вежливым поклоном и пригласила его к столу, где уже сидели все остальные сотрудники. Кряжимский присоединился к нашей компании и придвинул к себе чашечку кофе. Постепенно наш разговор приобрел рабочую окраску. Мы спланировали действия каждого сотрудника. Когда же в кабинете воцарилось молчание, Маринка несколько недовольно спросила:

— А ты что же, баклуши весь день бить будешь?

— А я буду ловить самого настоящего преступника, — честно призналась я.

Ромка, Виктор и Сергей Иванович вопросительно посмотрели на меня.

Вообще-то я планировала, что справлюсь с этим делом сама, чтобы не отвлекать остальных от работы. Но теперь пришлось рассказать о просьбе Сусимова.

— Пожар, — взвизгнула Маринка, как только я закончила рассказ. — Где это видано, чтобы прямо перед тем, как владелица решила продать свою фирму, неожиданно случился пожар. Я уверена, что это происки этого самого Ковалькова. Тип, надо честно признаться, отвратительный.

— Мариночка, — перебил ее Кряжимский. — Нельзя так отрицательно относиться к человеку, которого вы и в глаза-то не видели.

Маринка немного насупилась, обидевшись на замечание Сергея Ивановича, хотя уже через десять секунд находилась в том же позитивном расположении духа.

— Тем не менее пожар — это интересно, — высказалась она.

— Не спорю с вами, — согласился Сергей Иванович. — Но если по этому делу проводилось расследование и сотрудники правоохранительных органов ничего интересного не обнаружили, то я сомневаюсь, что нам удастся узнать что-то новое по этому поводу.

— Да эти менты только пистолетами умеют махать, а больше ни на что не способны, — высказал свое авторитетное мнение Ромка.

— Зато ты на многое способен, — фыркнула Маринка.

Ромка насупился. Атмосфера в кабинете накалялась, как мне показалось, по той причине, что сотрудники не хотели оставаться в стороне от моего расследования. Ну что же, придется и их занять чем-то.

— Маринка, если хочешь, можешь провести собственное расследование по поводу этого пожара, — сказала я.

— Как? — удивилась Маринка.

— Это, я думаю, для тебя будет несложно, — обнадежила я подругу. — Встретишься с несколькими бывшими работниками этого агентства недвижимости, поговоришь с ними.

— Ты это серьезно говоришь? — Маринка не поверила своим ушам.

— А что, тебе нельзя доверить даже такое плевое дело? — разочарованно сказала я.

— Почему же, можно, — смутилась Маринка и тут же радостно добавила: — Тогда я беру с собой Виктора.

— Хорошо, — согласилась я.

— А как оно хоть называлось? — спросила Маринка. — Где был офис? И где я раздобуду список всех работников?

Я протянула Маринке номер телефона Сусимова, которой наверняка был в курсе дела. Подруга молча вышла из моего кабинета, предпочитая общаться с Олегом Ивановичем из другой комнаты. Все-таки для Маринки было несколько непривычно самостоятельно заниматься расследованием. Хотя начинать когда-то надо — не зря же она работает в редакции криминальной газеты. Несмотря на то что я снарядила Виктора с ней вместе, наш фотограф продолжал с невозмутимым видом сидеть на месте, готовый в любой момент приступить к заданию.

— Интересно вы как-то работаете, Ольга Юрьевна, — заметил Кряжимский. — Поручили все Маринке, а сами что?

— Как что? — сказала я. — Я займусь непосредственно Ковальковым Валерием Яковлевичем. Он же пока является единственным подозреваемым.

— В чем?

— В том, что Инну сбила машина, — уверенно сказала я.

— А вы разве не допускаете, что это просто несчастный случай? — осторожно спросил Сергей Иванович.

— Ну, может быть и такое. — Уверенности в моем голосе было уже меньше.

— Ольга Юрьевна, для начала вам, по-моему, следует убедиться в том, что это на самом деле было убийство, — посоветовал Сергей Иванович.

— Хорошо, тогда я позвоню Здоренко, — решила я. — Надеюсь, что это дело попало в его ведомство.

Сергей Иванович только кивнул в ответ, одобряя мое решение и выражая желание заняться своими делами. Он не хотел заниматься расследованием какого-то наезда, совершенного, по-видимому, пьяными подростками, взявшими у родителей машину. Неудивительно, что они скрылись с места преступления. Сергей Иванович в сопровождении Ромки и Виктора вышел из моего кабинета, а я набрала знакомый номер телефона.

Глава 2

По сведениям очевидцев, где-то около одиннадцати часов утра на пересечении Крайней и Садовой улиц была сбита молодая женщина, которая переходила дорогу в неположенном месте. По показаниям сотрудников ГИБДД, незнакомку сбила мчавшаяся на большой скорости «Волга» черного цвета с тонированными стеклами. К сожалению, никто из свидетелей этого происшествия не увидел номера автомобиля, поэтому найти сбившего не удалось. Одна бабуля только заметила, что в номере фигурировала цифра «три», но больше ничего сообщить не смогла. Зато пострадавшая была описана в таких подробностях, что я даже удивилась.

Посторонние люди, невольно ставшие свидетелями, обратили, конечно же, внимание на громко вскрикнувшую женщину, повалившуюся на дорогу и оставшуюся лежать недвижимо. Автомобиль в этот момент уже был за поворотом. Несколько человек подбежали к пострадавшей, а когда обнаружили, что она уже мертва, вызвали «Скорую» и милицию, а затем разошлись в разные стороны. Дожидаться сотрудников правоохранительных органов и медицинских работников остались та бабуля, два подростка, которым было просто любопытно, чем же все это закончится, а также сердобольная женщина, исчезнувшая сразу же после приезда «Скорой» и не оставившая никаких сведений о себе. Разумеется, основным свидетелем происшествия стала старушка, которая несколько раз давала показания, причем каждый раз сообщала что-то новое. В последний раз она даже сказала, что через тонировку стекла смогла разглядеть двух лысых братков.

Все эти подробности я узнала от Здоренко, дело по факту наезда было заведено не в городском РУБОПе, а в районном отделении милиции. Здоренко же созвонился с начальниками этого ведомства. Затем он перезвонил мне и рассказал обо всем, упомянув, что в моих услугах сотрудники правоохранительных органов не нуждаются и мне не следует вообще соваться в это дело. Максимум, что мне позволялось, так это описать все в заметке.

Я сидела в своем кабинете, обдумывая разговор с майором. Ясно, что бесполезно было пытаться добиться еще чего-то от старухи, но мне не хотелось упускать шанс. Все-таки она является единственным свидетелем. Стоп! А почему единственным?! А как же два подростка, о которых упомянул Здоренко? Я машинально записала координаты этих пацанов. Сотрудники правоохранительных органов предпочли не связываться с ними в качестве свидетелей, а что мне мешает побеседовать с мальчишками? А почему бы не заняться этим Ромке?

Буквально несколько минут назад из офиса вышли Маринка и Виктор. Подруга всерьез занялась расследованием произошедшего пожара в офисе Инны, когда та еще работала одна, без Ковалькова. Маринка попросила Кряжимского найти адреса всех бывших сотрудников. Сергей Иванович по своим связям выяснил, кого из работников фирмы в милиции опрашивали по этому поводу. За несколько часов ему удалось найти буквально всех. Маринка переписала эти сведения в свою записную книжку. В офисе оставались только Ромка и Сергей Иванович. Ромка с ленцой раскладывал подготовленные бумаги, чтобы отнести их по адресам. Я вызвала его к себе в кабинет.

— Да, Ольга Юрьевна, — стремительно вбежал Ромка. — Я уже убегаю, а то вы мне столько бумаг надавали.

— Отбой! — весело сказала я.

— Как?

— Поедешь сейчас по этим адресам, найдешь Валерку и Леху и внимательно выслушаешь, что они расскажут о сегодняшнем наезде на женщину на пересечении Крайней и Садовой, — скомандовала я.

— Хорошо, — обрадовался Ромка.

Сама же я решила навестить Ковалькова. Проходя мимо Кряжимского, который что-то недовольно бурчал себе под нос, я громко попрощалась с ним, пообещав приехать вечером.

До агентства недвижимости, где работала Инна, я доехала быстро, так как находилось оно в центре. Несмотря на то что на дорогах было полно машин, в пробках мне стоять не пришлось.

Я оставила свою машину на стоянке, принадлежащей агентству «Доминант», которое занимало весь первый этаж девятиэтажного дома. У входа стоял широкоплечий охранник в форме, но у меня был один документ, который открывал передо мной все двери, — мое журналистское удостоверение.

Я уверенно прошла мимо охранника с раскрытым удостоверением, в котором он попытался что-то прочитать. Надо же, как все просто! А вот разговора с Валерием Яковлевичем добиться будет уже сложнее.

Я отыскала его кабинет, пройдя в самый конец длинного коридора, по обеим сторонам которого находились двери, на каждой из них были таблички с фамилиями и инициалами риелторов. Я подошла к порогу кабинета Ковалькова, дверь которого была приоткрыта. Вяло постучавшись, я вошла в приемную секретаря.

Обычное офисное помещение ничем не отличалось от большинства приемных. За полированным столом сидела симпатичная кареглазая блондинка, такая худенькая, что я сначала подумала, что девушка еще не вышла из подросткового возраста. Но затем, приглядевшись, я поняла по ее умненьким глазкам и воспитанному виду, что ей чуть больше двадцати.

— Вы к Валерию Яковлевичу? — спокойно спросила она.

— Да, — четко ответила я и подошла к двери Ковалькова. — Можно?

— Да-да, — с готовностью ответила мне секретарша, — подождите, пожалуйста. Как вас представить?

Она проворно выскочила из-за стола и неожиданно возникла прямо передо мной. Девушка оказалась гораздо выше, чем я думала.

— Как вас представить? — повторила девушка.

— Бойкова Ольга Юрьевна, — ответила я.

— Подождите минуточку, — повторила секретарша и проскользнула в кабинет к Ковалькову.

У меня было время спокойно включить диктофон, который, как всегда, был в моей сумочке. Мне показалось, что в агентстве пока еще не знали о том, что их генерального директора сегодня утром сбила машина. По крайней мере, я не заметила скорбных лиц в коридоре. Надо теперь посмотреть на настроение Ковалькова. Уж кто-кто, а он должен знать о том, что случилось с Инной Александровной.

— Проходите, пожалуйста, — прервала мои размышления длинноногая секретарша.

Я для порядка постучала в дверь кабинета, а затем вошла. Валерий Яковлевич сидел за своим рабочим столом и смотрел на монитор компьютера. Как только я вошла, он нервно встрепенулся и приподнялся. Надо сказать, что представляла я его несколько по-другому, учитывая ту характеристику, которую дал ему Сусимов. Ковальков был худощав и некрасив. Я, откровенно говоря, не понимала, к чему можно было ревновать Инну. Глубоко посаженные маленькие коричневые глазки, острый нос, тонкие губы, неаккуратно постриженные усы. Хотя не зря же говорят, что любовь зла, полюбишь и козла.

— Проходите, Ольга Юрьевна, — неожиданно приятным голосом приветствовал он меня. — Располагайтесь здесь.

Ковальков указал мне на уютный диванчик в углу его кабинета, перед которым стоял невысокий столик. Значит, будем пить кофе, если Валерий Яковлевич предпочел беседовать со мной не за рабочим столом, а в более непринужденной обстановке.

— Вы решили обратиться по квартирному вопросу прямо ко мне? — Ковальков попытался угадать цель моего прихода. — Вы знаете, некоторые клиенты так и делают, предпочитая общаться с директорами, а не с риелторами.

— Нет, — резко ответила я и решила действовать прямо, так как этот тип мне явно не нравился. — Инна Александровна погибла!

— Кто? Как? — Ковальков от неожиданности медленно опустился рядом со мной на диван.

Я молчала, наблюдая за его реакцией, которая, честно говоря, меня потрясла. Сусимов и то был не в таком расстроенном чувстве.

— Откуда вам это известно? — растерянно пробормотал он. — А почему нам об этом не сообщили? Хотя… Когда это было? Только вчера вечером Инна выходила из офиса живая и здоровая, я даже подвозил ее. Кстати, она, по-моему, шла на встречу в один из ресторанчиков. Когда это случилось?

— Сегодня утром, в одиннадцать, — честно ответила я.

— Несчастный случай?.. — спросил Валерий Яковлевич.

— Видимо, да… А может, и нет. Ее сбила машина, — пояснила я, продолжая наблюдать за реакцией Ковалькова.

Немного придя в себя, он встал со своего места, достал из письменного стола чистую пепельницу и пачку сигарет. Видимо, время от времени Ковальков курил у себя в кабинете. Вошла секретарша и поставила перед нами две чашечки кофе. Я решила составить компанию Ковалькову и закурила одновременно с ним. Пепельница уютно поместилась между двух чашек, от которых исходил приятный аромат.

— Так вы не исключаете, что ее убили? — спросил Ковальков после того, как сделал пару неглубоких затяжек и потушил сигарету. Мне стало немного неловко, так как я еще продолжала курить.

— Да, не исключаю, — твердо сказала я и кивнула головой.

— Сейчас многие гоняют на большой скорости, — заметил Валерий Яковлевич. — Хотя так ездят обычно ближе к ночи, но не в одиннадцать утра. Вполне возможно, что Инну убили!

Сказав последнюю фразу, Ковальков не смог больше сдержать своих эмоций и стал нервно трепать уголок своего пиджака. Я же продолжала спокойно курить.

— А как вам это стало известно? — вспомнил он свой вопрос, на который я так и не ответила. — Какое вы имеете отношение к Инне?

— Можно сказать, что никакого, — немного загадочно ответила я. — Но вы сами понимаете, что смерть генерального директора крупного агентства недвижимости должна быть освещена в прессе. Поэтому-то я и здесь.

— Я бы на вашем месте собирал информацию не здесь, а в милиции.

— Я уже была в милиции, — заверила я Ковалькова.

— Ну и что? — Он явно хотел узнать подробности случившегося.

Я рассказала ему все, что знала об этой трагедии, не сообщив, естественно, о том, что уже разговаривала с мужем Инны Александровны. Реакция Ковалькова на самом деле была поразительной. Он явно расстроился даже больше, чем муж убитой. Хотя, может быть, это подтверждало предположение Сусимова о том, что Ковальков и Инна были любовниками. Я решила действовать прямо.

— Мне стало известно, что вы — любовник Инны Александровны, — четким голосом сказала я.

— Как? Вы что, с ума сошли? Кто вам сказал? — Ковальков растерянно поднялся со своего места. — Я и Инна?! Нет! Это полный абсурд! Чушь! Ерунда! Вранье!

Он явно был потрясен моей наглостью, поэтому не стеснялся в выражениях.

— Нас с Инной связывали только сугубо деловые отношения, — через несколько секунд сказал он. — Вы видели ее? Разве она могла заинтересоваться таким мужчиной, как я? Я уважал и ценил ее как партнера, но не больше!

Мне, откровенно говоря, уже и самой стала казаться совершенно абсурдной эта ситуация. Может быть, у Инны и был любовник, но только не Ковальков. И вообще я стала сомневаться в том, что Валерий Яковлевич хоть как-то был замешан в этой трагедии.

— Как же мы теперь без Инны? — вздохнул он. — Без нее распадется вся фирма. Инна была незаменимым генеральным директором! Только благодаря ей наше агентство благополучно развивалось. А теперь — все пропало!

— Но вы же сейчас займете место генерального директора, — напомнила я. — Так что поднимать панику пока еще рано.

— Да вы что?! — визгливо вскрикнул Ковальков. — Я без Инны и шагу не смогу ступить. Она сама заключала практически все солидные договоры.

— Теперь это придется делать вам!

— Я не смогу, — обессиленно сказал Ковальков и повторил: — Все пропало!

Я не ожидала, что Ковальков так трагично воспримет убийство Инны, поэтому сидела совершенно ошарашенная.

— Придется опять все пускать с молотка, — наконец сказал Валерий Яковлевич, растерянно осматривая свой кабинет. — Один раз я уже терял все, когда мы с Инной только начинали работать вместе, но теперь мне будет в несколько раз сложнее. Все это очень печально!

Постепенно на моих глазах рассыпалась стройная система мотивов действий Ковалькова. Зачем ему было убивать Инну, если теперь он хочет вообще распродать агентство? Конечно, Сусимов получит свою долю, но ведь он не намерен заниматься этим бизнесом, а без Инны Ковальков не сможет работать дальше. Может быть, Валерий Яковлевич на самом деле узнал о смерти Инны от меня и никакого «заказа» не делал.

— Ольга Юрьевна, я бы попросил вас не очень распространяться о смерти Инны, — чуть ли не шепотом сказал Ковальков.

— Почему? — удивилась я, так как точно знала, что в очередном номере «Свидетеля» будет опубликован материал о трагической гибели генерального директора агентства недвижимости «Доминант».

— Дело в том, — сказал Валерий Яковлевич, — что Инна была потрясающей женщиной, а я не хотел бы, чтобы появились всякие сплетни! Не люблю я эти копания в грязном белье.

— Но пока мы еще ничего не накопали, — обнадежила я Ковалькова.

— Я все-таки надеюсь, что это был просто случайный наезд, — добавил Ковальков. — У Инны, насколько я знаю, не было врагов.

— Да… — неожиданно вспомнила я. — А была ли у Инны близкая подруга, которой она доверяла все свои тайны? Мне бы хотелось поговорить и с ней.

— Была, — уверенно ответил Валерий Яковлевич. — Морозова Евгения Павловна. Я вам могу дать ее адрес, она здесь неподалеку живет. У меня есть даже ее телефон.

Валерий Яковлевич подошел к столу, достал толстую записную книжку, напичканную всякими бумажками, и продиктовал мне координаты Евгении Павловны.

— У меня к вам последний вопрос, — обратилась я к Ковалькову. — В какой ресторан вы вчера отвезли Инну?

— «Магнолия»! — ответил Ковальков. — Инна даже не уточняла, что там за встреча у нее намечалась, но думаю, что она шла на свидание.

Я подумывала уже заглянуть в этот ресторан, чтобы выяснить все о спутнике погибшей. Ясно было, что это не ее муж, так как Олег Иванович ничего не говорил о вечерней встрече с женой, а посторонний мужчина, который, по-видимому, и являлся любовником Инны.

Попрощавшись с Валерием Яковлевичем (мы договорились о том, что он обязательно мне позвонит, если ему поступит какая-то информация об Инне), я покинула офис «Доминанта».

Уже в машине я обдумывала, куда мне ехать: к подруге Инны или же заглянуть в «Магнолию», но затем, позвонив Евгении Павловне, я договорилась с ней о встрече именно в этом ресторане. Так я убивала сразу двух зайцев.

Глава 3

Евгении Павловне было чуть больше сорока лет, о чем говорило приличное количество морщинок в уголках глаз и на шее. Слегка располневшая фигура также не делала ее моложе. Но на встречу она пришла в короткой кожаной юбке и пиджаке. Понятно, что, несмотря на разницу в возрасте, у Сусимовой и Морозовой было много общего, по крайней мере, они обе были состоятельными женщинами.

— Ольга Юрьевна Бойкова, — представилась я еще раз, хотя при недавнем телефонном разговоре уже упоминала свое имя. — Журналистка, сейчас собираюсь писать о торговле недвижимостью. Вы уж извините, что попросила о встрече, но, собирая материал для статьи, я выяснила, что Инне Сусимовой…

Я несколько замялась, так как подруга, по-видимому, не знала, что Инна сегодня утром погибла. По телефону я сказала ей, что хочу поговорить об Инне, не уточняя всех подробностей.

— Так вот, — продолжила я. — Бизнесу Инны, а может быть, и ей лично грозит серьезная опасность. Большего я пока сказать не могу, просто я хочу ей помочь.

Забеспокоившаяся было Евгения Павловна благосклонно кивнула мне, улыбнулась и медленно раскрыла меню. Мы все-таки находились в ресторане, а не на лавочке в парке, поэтому нужно было что-то заказать. Я выбрала несколько блюд, стоимость которых не превышала суммы денег, лежащих у меня в кармане. Евгения Павловна же не поскупилась и устроила для себя полноценный обед, заказав дорогие блюда.

— Что пить будете? — спросил официант, принимающий наш заказ.

— Вино, — не растерялась Евгения Павловна, подмигнув мне.

Когда официант удалился, Евгения Павловна посмотрела на меня с интересом, ожидая начала разговора.

— Давайте перейдем на «ты», — предложила она.

Я кивнула головой.

— Так Инна опять что-то натворила? — спросила она. — А то она всегда влипает в какие-то истории. Даже странно, что ей так не везет.

— А что, Инна по жизни невезучий человек? — спросила я.

— Если бы ты видела ее мужа, то сразу бы поняла, насколько катастрофично ее положение, — пояснила Женя. — Врач-нарколог, который с возрастом стал особенно занудным. Я к Инке домой перестала ходить, потому что этот ее Олег мне неприятен. Не знаю, как тебе, конечно! Инна хотела с ним разводиться, — продолжила Женя. — Олег просто надоел ей. Хотя, конечно, во многом всем, что сейчас у нее есть, она обязана именно ему. Но я не сомневаюсь, что Инна многого бы добилась и сама. А сейчас Олег буквально сидит на ее шее. Ну что может принести в дом врач-нарколог, который уже давно поставил крест на своей работе?!

— У Инны есть любовник? — неожиданно спросила я, решив не затягивать разговор. — Поверь, я не из любопытства спрашиваю. Просто этот человек может впрямую оказаться причастным к той истории, которую я сейчас раскручиваю. Обещаю рассказать все позже.

— Разумеется, — прямо ответила Женя. — Любовник стоящий, честно тебе скажу. Красивый высокий самец, только вот тоже повязан семейными узами. Но с нормальными мужиками так всегда бывает.

— А как его зовут, если не секрет? — поинтересовалась я.

— Какой же это секрет, если Инна не сегодня-завтра разведется со своим мужем! Покров Алексей Маркелович! Занимается банковским бизнесом. С таким мужиком не пропадешь!

— А его телефончик ты мне не дашь? — спросила я, даже не надеясь на положительный ответ, так как Женя и так была слишком откровенна со мной.

Но Морозова кивнула и, покопавшись в сумочке, протянула мне визитку Покрова, где был указан его телефон. Я мельком взглянула на нее и засунула к себе в ежедневник.

— И Олег Иванович, конечно же, об этом ничего не знает? — продолжила я.

— Олечка, дорогая моя, какой же мужик не знает о том, что его жена, тем более такая красавица, как Инна, ему изменяет? — авторитетно заявила Морозова и даже причмокнула. — Хотя, конечно, Олег у Инки такой тюфяк, что он может ничего и не знать.

В этот момент к нам подошел официант и выложил с подноса заказанные нами блюда. Мы глотнули немного вина и начали трапезу. Женя отличалась болтливостью и даже с набитым ртом делилась со мной своими впечатлениями о современных мужчинах и семейной жизни. Я же практически не слушала ее, только для виду изредка кивая.

Что же я сама себе мозги пудрю! Что стоило самому Олегу Ивановичу избавиться от своей бедовой супруги, чтобы, не дожидаясь развода, заполучить состояние жены?! Кроме того, здесь появляется другой мотив — ревность, которая может даже такого тюфяка превратить в Отелло. Что же я тогда здесь сижу и болтаю о всякой чуши? А в это время Олег Иванович подсчитывает деньги и посмеивается над тем, какой спектакль он устроил в моей редакции. Надо же, даже и подозреваемого мне подкинул, чтобы я копала именно под Ковалькова!

— Женечка, мне надо на минуточку отлучиться — попудрить носик, — вежливо отпросилась я, хотя еще не закончила с первым блюдом.

— Да ради бога, — сказала собеседница, запивая очередной кусок мяса вином.

Я решила все-таки навести справки у обслуживающего персонала по поводу того мужчины, который сидел вчера вечером с Инной, хотя сейчас почти не сомневалась, что это был именно Покров.

— Извините, у вас вчера поздно вечером сидела вот эта женщина… — Я показала одному из официантов фотографию Инны.

— Сегодня работает не та смена, так что, боюсь, вам никто не поможет, — покачал головой официант. — Хотя такую красотку грех не запомнить!

— А когда та смена будет работать опять? — спросила я.

— Послезавтра, — коротко ответил он и ушел с подносом в зал.

Значит, послезавтра надо будет все-таки поговорить с официантом, который обслуживал столик Сусимовой. А пока возьмемся за ее мужа. Когда я возвратилась к Жене, та уже скучала, допивая вино в одиночестве.

— Ну что, пойдем? — сказала я чуть позже, когда и сама управилась со своим заказом.

— Пойдем, — вздохнув, с сожалением ответила Женя. — Ты Инке привет передавай, если ее увидишь. А то она как вол работает, даже встретиться некогда!

Женька прошла к стоянке, села за руль своей «Ауди» темно-бордового цвета и лихо вывернула со стоянки. Я же села в свою «Ладу» и поехала в другую сторону, решив навестить Сусимова.

По дороге я проконсультировалась с Кряжимским, который находился в редакции.

— Ольга Юрьевна, я думаю, что вы на верном пути, — высказал он свое мнение. — Хотя мне кажется, что слишком уж рискованно мужу «заказывать» свою жену, а потом нанимать вас для расследования этого дела. Или он не знает, что вы любыми путями докопаетесь до истины, или же просто хочет кого-то посадить за решетку.

Семейство Сусимовых проживало на последнем этаже нового девятиэтажного дома. Я поднялась в кабине лифта и остановилась перед железной дверью. Немного посомневавшись, стоит ли мне вообще туда заходить, нажала на кнопку звонка. Послышался мелодичный звон, а затем и звук открывающейся двери. На пороге стоял Олег Иванович.

— А-а, — растерянно промычал он, удивившись моему приходу. — Это вы? Проходите, пожалуйста.

— Олег Иванович, вас еще не вызывали в милицию? — спросила я, разуваясь.

— В милицию? Зачем? — насторожился хозяин квартиры.

— У вас, наверное, будут брать показания, — объяснила я. — А в морге вы были?

— Нет пока, — глотнув немного воздуха, ответил Олег Иванович. — Проходите!

Я внимательно оглядела квартиру, в которой только недавно был сделан ремонт по последним новомодным технологиям. Встроенные шкафы, мягкая мебель, тяжелые гардины на окнах, музыкальный центр — все говорило о том, что в доме живут состоятельные люди.

Олег Иванович продолжил прерванный моим появлением телефонный разговор (как я поняла, с какими-то знакомыми) и скорбно сообщал им подробности гибели Инны.

Потом мы прошли на кухню через длинную прихожую и присели за кухонным столом, на котором сиротливо стояла бутылка водки. На тарелке лежала грубо порезанная колбаса. Сусимов скорбел в связи со смертью любимой супруги! Но это и к лучшему — будет более откровенен.

— Я ваше задание выполнила, — сказала я.

— Как? Вы убедились, что Инну убили? Кто?! — удивленно вскрикнул Олег Иванович.

— Нет, — сразу же разочаровала я его. — Я говорю о первом задании. У Инны на самом деле был любовник!

— Так я и знал, — обреченно сказал он и понуро повесил голову. — Этот Ковальков — мерзкий тип!

— Это не Ковальков, — сказала я, наблюдая за реакцией Олега Ивановича.

— Не он? — искренне удивился тот. — А кто? Откуда вам это известно?

— От подруги Инны — Морозовой Евгении Павловны, — честно призналась я.

— Эта еще та бабенка, — причмокнул Олег Иванович. — Ей ничего не стоит закрутить очередной роман, хотя сама замужем. Вот и Инну она сбила с пути истинного! И кто же он?

— А вы сами не знаете?

— Нет! — резко ответил Сусимов. — Я же нахожусь не в таких доверительных отношениях с Морозовой. Можно даже сказать, что мы друг друга ненавидим.

— Покров Алексей Маркелович!

— Кто?

— Это имя вам ничего не говорит? — теперь уже удивилась я, так как считала, что Олег Иванович осведомлен о любовных похождениях своей жены, а передо мной он просто разыгрывал наивного мужа.

— Вы что, издеваетесь? — крикнул он и хозяйским жестом плеснул в рюмку немного водки. — Откуда я могу его знать? Наш импульсивный разговор прервал телефонный звонок. Олег Иванович подошел к телефону и снял трубку.

— Да, — строго сказал он. — Узнал. Тебя, Женька, невозможно не узнать… А тебе это откуда известно?.. Понятно. Все, пока! Нет желания с тобой разговаривать.

Олег Иванович бросил трубку.

— Это была Морозова? — Я покосилась на телефонный аппарат.

— Она, кто же еще. Узнала, что Инна погибла.

— Откуда?

— Слухи быстро доходят до таких стервозных бабенок, — фыркнул Сусимов.

Судя по реакции, он ничего не знал о том, что Инна изменяла ему с другим мужчиной. Следовательно, версия «ревнивый муж убивает жену» отпадает. Да и не похоже было, что он хотел заполучить все деньги своей жены. При бракоразводном процессе ему обязательно досталась бы львиная доля. У Сусимовых не было ни детей, ни такого имущества, которое было бы сложно поделить. Что же получается? Я опять ошиблась. Внимательно присмотревшись к Сусимову, я вдруг заметила, что глаза его наполняются влагой. Олег Иванович плакал. Он, пошатываясь, встал, подошел к окну и выглянул во двор, стараясь скрыть от меня слезы. Неужели его так расстроило сообщение о том, что у Инны был любовник? Мне кажется, это не повод для мужчины, чтобы впадать в истерику. Но ведь за этот день на Олега Ивановича навалилось столько всего, что мне стало его просто жалко.

— Боже мой… — Он резко закинул голову вверх. — Кому же было нужно ее убивать? Я бы даже согласился с тем, чтобы Инна мне изменяла, лишь бы была жива. Я не представляю жизни без нее. Я ее люблю! — громко прокричал он. — Понимаете, люблю!

— Олег Иванович, возьмите себя в руки, — постаралась я успокоить Сусимова. — Вам еще многое предстоит сделать: похороны, оформление документов, общение с родственниками, которые, как я поняла, скоро нагрянут толпой. Вам еще и морг надо посетить, и в милиции побывать. Вам сейчас нельзя расслабляться. И не забывайте о том, что нам сейчас нужно выяснить обстоятельства гибели Инны и найти убийцу, если она была именно убита.

— Это не Ковальков? — растерянно пробормотал Олег Иванович, стараясь успокоиться.

— Нет, я уверена, — четко ответила я.

— Ольга Юрьевна, вы мне обязательно позвоните, как только вам будет что-то известно, — прошептал Сусимов, подойдя ко мне ближе.

— Хорошо, — согласилась я. — А сейчас мне пора идти. До свидания!

Последнюю фразу я прокричала уже у порога, так как постаралась побыстрее покинуть Сусимова. Все-таки бьющийся в истерике мужчина — зрелище не из приятных. Сусимов остался в кухне и стал опять с кем-то разговаривать по телефону. Я же самовольно прошла в зал и осмотрелась. Ничего примечательного я не обнаружила, если не считать того, что на журнальном столике лежала небольшая стопка писем. Я бегло посмотрела их — ничего интересного. Затем я прошла в следующую комнату, которая, видимо, была рабочим кабинетом, так как, кроме длинного шкафа с книгами и письменного стола, я больше здесь ничего не увидела. Все ящики стола, кроме верхнего, были закрыты на ключ. На самом столе лежали стопка чистой бумаги и несколько медицинских бланков, из чего я поняла, что в этом кабинете работал Олег Иванович, а не Инна. В спальне также не было ничего интересного.

Сусимов застал меня, когда я выходила из зала в прихожую. Он удивился, что еще здесь. Я заверила его, что надо было глянуть на себя в зеркало перед выходом, и спустилась к машине.

Глава 4

— Ну, Ольга Юрьевна, и каковы ваши результаты? — Кряжимский выжидательно посмотрел на меня.

— Надо признать, что не очень-то продуктивным оказывается мое расследование, — призналась я. — И Ковальков, и Сусимов выпали из списка подозреваемых. Я не думаю, что они как-то замешаны в этом деле. Так что все версии рассыпались на моих глазах, а новых пока нет.

— Это тоже неплохо, — удовлетворенно заметил Сергей Иванович. — Только вот теперь нам нужно сосредоточиться на любовнике этой самой Инны, так как на данный момент мы почти ничего о нем не знаем. Мне кажется, Ольга Юрьевна, что приватная беседа с ним в каком-нибудь кафе поможет вам представить, что это вообще за мужчина.

Я сразу же набрала номер сотового телефона Покрова.

— Алло. — В трубке послышался приятный мужской голос.

— Ольга Юрьевна Бойкова, — представилась я. — Алексей Маркелович, мне надо бы с вами встретиться.

— Зачем? — удивился Покров.

— По личному вопросу, — уклончиво ответила я. — Я от Инны!

— От Инны? — переспросил он. — Где? Когда вам удобно?

— Давайте через час в кафе «Эдем», — предложила я. — Вы знаете, где оно находится?

— Да, конечно, — сразу же согласился Алексей Маркелович. — Я вас буду ждать за столиком!

— Надеюсь, что мы друг друга узнаем, — произнесла я.

— Я буду в темной рубашке и коричневом пиджаке, — уточнил собеседник. — Так что не проходите мимо.

Сергей Иванович внимательно наблюдал за мной, пока я беседовала с Покровым.

— Так просто, оказывается, назначать свидание совершенно незнакомому мужчине, — улыбнулся он.

— Это нужно для расследования, хотя голос Покрова показался мне достаточно приятным, — призналась я. — Уверена, что и внешне он не ударит в грязь лицом.

В этот момент в наш кабинет вошел Ромка, точнее, вбежал, так как, едва отдышавшись, тяжело плюхнулся на стул.

— Ну, как там поживают пацаны? — нетерпеливо спросила я.

— Все без толку, — сразу же разочаровал меня и Кряжимского Ромка. — Я их обоих нашел в школе, поговорил с ними на большой перемене. Но ничего путного они мне не сообщили.

— Они видели черную «Волгу»? — уточнила я.

— Да, — кивнул Ромка. — Машина вывернула из-за угла и мчалась на бешеной скорости. Инна Александровна в этот момент как раз переходила дорогу. Пацаны говорят, что они тогда еще подумали о том, что эта тачка может женщину сбить. Так все и вышло. «Волга» не сбавила своей скорости. И только когда женщина уже лежала, машина немного притормозила, но затем опять помчалась дальше и исчезла за поворотом.

— Номеров они, конечно же, не заметили? — спросила я.

— Их не было, — твердо сказал Ромка.

— Как не было? — удивилась я.

— Номера сняли за углом, а затем снова надели, — догадался Кряжимский. — Обычное дело! Зачем им лишний раз светиться. Лучше заранее убрать все улики.

— Почему «им»? — переспросил Ромка. — В машине был только один водитель, как рассказали мне пацаны.

— Там же были тонированные стекла, — напомнила я. — Как же они могли разглядеть?

— Тонировка была только на заднем и боковых стеклах, а переднее было лишь немного затемнено, но пацаны точно видели только водителя, — объяснил Ромка. — Хотя, может быть, пассажир прятался на сиденье.

— Не думаю, что в машине было несколько человек, — сделал вывод Кряжимский. — Все обстоятельства указывают на то, что это было умышленное убийство. Исполнитель даже убедился, что Инна мертва, немного притормозив после удара. Действовал он в одиночку. Судя по скорости движения, он намеревался именно убить, а не покалечить.

Я была согласна с Сергеем Ивановичем. Мне уже пора было отправляться на встречу с Покровым, а вестей от Маринки с Виктором не было никаких, хотя я особо и не надеялась, что им так быстро удастся найти сотрудников первой фирмы Инны.

Я оставила Кряжимского с Ромкой в своем кабинете, а сама спустилась к машине. Посещение второго кафе за один день сказывалось на моем материальном положении. Я решила, что ничего съестного заказывать не буду. Но на этот раз я ехала на встречу с мужчиной, поэтому надеялась, что он сообразит заплатить за меня.

Я немного опоздала, но это нисколько не смутило меня. Все-таки приятная во всех отношениях женщина, каковой я себя считала, имеет право на небольшое опоздание, встречаясь с мужчиной. Войдя в большой зал, оснащенный кондиционерами, я огляделась. В хаотичном порядке стояли пластиковые столики. В самом дальнем углу я заметила мужчину в коричневом пиджаке и черной рубашке. Презентабельный мужчина с кем-то разговаривал по телефону, поэтому даже не заметил, как я вошла.

— Алексей Маркелович? — уточнила я, подходя к незнакомцу, который тут же отключил телефон.

— Да, — утвердительно кивнул головой Покров. — А вы — Ольга… э-э?

— Можно просто Ольга!

Я присела рядом с ним за столик, на котором уже стояла открытая бутылка вина и лежали фрукты, и взглянула на него еще раз оценивающим взглядом. Надо сказать, что Покров на самом деле был красивым мужчиной. Черные короткие волосы и голубые глаза — такое сочетание часто присутствует в образе идеального кавалера любой женщины. Кроме того, Алексей Маркелович был высок и широкоплеч, что прибавляло ему шансов на любовном фронте. Он-то как раз подходил Инне в любовники. Я даже мысленно представила эту парочку в ресторане вчера вечером и невольно улыбнулась.

— Ольга, — нарушил молчание Алексей Маркелович, наливая в бокалы вино. — О чем же вы хотели со мной поговорить? Инна, честно говоря, не рассказывала мне о том, что у нее есть такая очаровательная подруга.

— И уже никогда не расскажет, — вырвалось у меня, о чем я тут же сильно пожалела.

— Почему? Вы с ней не в очень хороших отношениях? — поинтересовался Алексей Маркелович.

— Она погибла сегодня утром!

— Как? — только и успел спросить Покров, а затем осекся.

Я в душе ругала себя за то, что не смогла промолчать, как и с Ковальковым. Я прямо вестник смерти какой-то! Алексей Маркелович какое-то время выжидательно смотрел на меня, а потом все-таки произнес:

— Вы это точно знаете?

— Да! — твердо сказала я и поведала Покрову об утренней трагедии.

Он молча выслушал меня, стараясь держать себя в руках, не задавая ни одного вопроса и не перебивая.

— Даже не знаю, что и подумать по этому поводу, — задумчиво сказал он, как только я закончила рассказ. — У Инны так много было друзей и практически не было врагов.

— Практически?..

— Нет, были, наверное, — поправился Алексей Маркелович. — У каждого человека есть недоброжелатели. — Он немного помолчал, а потом вдруг сказал: — Не знаю, может, я и ошибаюсь, но мне кажется, что Инна кого-то шантажировала.

— Почему вы так думаете? — нетерпеливо спросила я.

— У нее в одном из банков был открыт лицевой счет. Где-то раз в месяц она получала крупную сумму денег, — сообщил Алексей Маркелович.

— Сколько?

— Точно не знаю, но, по словам Инны, на эту сумму можно было купить себе новую песцовую шубку, что она и сделала не так давно, — сказал Покров.

— А вы откуда об этом знаете? — насторожилась я.

— Я один раз подвозил Инну к банковскому отделению, где она забирала деньги, — ответил Алексей Маркелович.

— Что за банк? — уточнила я, уже планируя посетить его.

— «Волга-консалтинг», — отчеканил Алексей Маркелович и даже объяснил, как до него доехать.

— Хорошо бы узнать хотя бы номер лицевого счета, — задумчиво произнесла я. — И то, когда поступила первая сумма денег.

— Номер я могу вам сказать, — с готовностью сообщил Покров. — Инна не делала из этого секрета для меня. Но никто больше об этом не знает.

— А как она сама вам объяснила, кто ей перечисляет деньги? — спросила я.

— Инна сказала, что это ее сестра из Москвы оказывает ей финансовую поддержку, — пояснил Алексей Маркелович. — Но я в это, честно говоря, не верю, так как Инна скрывала от всех, даже от собственного мужа, что ежемесячно получает эти деньги.

— То, что об этом не знал ее муж, еще ни о чем не говорит, — заметила я. — Как я поняла, Олег Иванович и без того переживал, что приносит в семью гораздо меньше денег, чем жена. Поэтому Инна и не хотела его расстраивать.

На это Покрову было нечего возразить. Он лениво отпил вина из своего бокала и аккуратно отщипнул виноградину от большой грозди. Я последовала его примеру. Молчание становилось напряженным. Вроде бы мне все стало ясно. Покров ничего не знал о смерти Инны, а версия, что Инна шантажировала кого-то, показалась мне интересной и достойной самого пристального внимания.

— Ольга Юрьевна, — прервал наконец затянувшуюся паузу мой собеседник. — Если я еще чем-то смогу быть вам полезен, можете звонить в любое время!

Алексей Маркелович протянул мне визитку, на которой был указан номер его сотового телефона.

— Я ваш номер знаю, — перебила я Покрова. — Я же именно по нему и договаривалась с вами о встрече. Поэтому взамен могу предложить свой. Позвоните мне, если удастся еще что-нибудь вспомнить, что хоть немного приблизит нас к разгадке смерти Инны.

Алексей Маркелович ответил утвердительно. То, что он с такой готовностью соглашается мне помочь, радовало. Мы выпили еще вина, а затем, после того как Покров оплатил принесенный официантом счет, вышли из кафе. У меня в сумочке лежала записка с номером лицевого счета Инны. На бумажке ровным почерком самой Сусимовой был записан номер ее лицевого счета в банке «Волга-консалтинг». Эту информацию Покров с большим трудом отыскал среди остальных записей ежедневника.

Глава 5

— Шантаж! — вскрикнул Кряжимский. — Наконец-то хоть одна стоящая версия, а то всякие покушения ревнивого мужа и устранения нежелательного компаньона мне, честно говоря, не нравились. Другое дело — шантаж! Кому же понравится отстегивать ежемесячно приличные суммы денег? Гораздо проще раз и навсегда избавиться от шантажиста. — Сергей Иванович от удовольствия даже причмокнул. — А эта ваша Инна не такая уж невинная жертва, оказывается: и с любовником гуляла, и шантажировала кого-то.

— А может, ей на самом деле деньги перечисляла сестра? — спросил Ромка, который в силу своего возраста пока доверял людям.

— Конечно, такое тоже возможно, — согласился с ним Сергей Иванович. — Об этом можно узнать только от самой сестры, и, если здесь все чисто, думаю, она не будет скрывать, что перечисляла деньги Инне.

Разговор происходил в моем кабинете за чайным столиком, куда я созвала всех оставшихся сотрудников, чтобы сообщить им о встрече с Покровым. Ромка уже практически чувствовал себя чуть ли не главным сыщиком в нашей редакции. Кряжимский же, как всегда, выступал в роли доброго советчика, который в любой момент подскажет верное решение. Сейчас мне не хватало Маринки и Виктора. Честно говоря, я уже начала за них волноваться.

Пока Кряжимский и Ромка обсуждали вероятность шантажа, я сварила кофе, вкус которого разительно отличался от вкуса напитка, приготовленного Маринкой. Тем не менее сотрудники не отказались выпить его с булочками, которые я прихватила по дороге в ближайшей кулинарии. Я решила перенести свой визит в банк на следующий день и стала просматривать рабочие материалы для очередного номера «Свидетеля». Работа не стоит на месте!

Наконец появились и Маринка с Виктором.

— Все, Ольга, — глубоко вздохнув и брякнувшись на стул, сказала Маринка, весело посматривая в мою сторону. — Можешь выписывать мне премию!

— Ничего не выпишу, пока не узнаю за что, — перебила я подругу, не веря в то, что они действительно узнали что-то стоящее. Мои сомнения укреплял усталый и безразличный вид Виктора.

— И всего-то надо было ментам поговорить хотя бы с несколькими сотрудниками фирмы, — возмутилась Маринка. — А они, представляешь, даже не сочли нужным сделать нормальную экспертизу. Даже не знаю, стоит ли мне теперь говорить им всю правду!

— Какую правду? — не вытерпела я.

— Это неумышленный поджог, — резко сказала Маринка. — Тебе все подробно рассказывать или этого достаточно?

— Пожалуй, ты сама не вытерпишь, если не поведаешь всю историю, — сказала я, готовясь к длинному разговору.

— Ну хорошо, — согласилась Маринка. — Мы выяснили практически все адреса работников агентства, владелицей которого была Инна. Многие из них уже отошли от дел с недвижимостью, хотя о работе в этой фирме почти все отзывались хорошо.

Далее Маринка подробно рассказала о разговоре с несколькими риелторами, которые ничего не знали о причинах поджога, затем перешла к беседе с охранником, курьером, бухгалтером.

— Хорошо еще, что я не отказалась поговорить с уборщицей, которая наводила порядок в этом агентстве, — наконец произнесла Маринка. — Титова Светлана Николаевна, пенсионерка, раз в день убиралась в агентстве Инны. Так как с утра она сидела с внуком, поэтому убиралась вечером, когда все остальные работники уже были дома. В тот злополучный вечер она заметила, что в офисе после ее ухода еще оставались несколько сотрудников, которые отмечали какой-то праздник. Среди них Инны не было — так, небольшая пьянка без руководящего состава в неформальной обстановке. Светлана Николаевна назвала нам имена всех присутствующих. Их было трое! Мужчины!

— Ну и что? — опять не выдержала я.

— Мы побеседовали с одним из них, и вот тут-то все и выяснилось, — возбужденно сказала Маринка. — Оказывается, они после распития спиртных напитков решили немного расслабиться. Понятное дело! Все трое женаты, поэтому решение пришло само собой. Они вызвали девочек легкого поведения.

— Как? — удивилась я.

— На рабочее место? — спросил заинтересованно Кряжимский.

— Да-да, — проговорила Маринка. — Набрали номер одной фирмы, и им прислали двух малолеток.

— Откуда ты знаешь, что малолеток? — спросил Ромка.

— Как сообщил один из участников этой оргии, — пояснила Маринка.

— А почему только двух? — поинтересовался Кряжимский. — Их же было трое.

— Денег у них не хватило, поэтому девочек было только две, — несколько раздраженно ответила Маринка. — Так вот! Не в этом дело. Главное то, что, когда две пары уединились в кабинетах, оставшийся в одиночестве мужчина уснул. В этот время и начался пожар.

— Каким же это образом? — спросил Кряжимский.

— Он не затушил сигарету, — равнодушным тоном сказала Маринка. — Сначала воспламенились бумаги на столе, а затем уже огонь распространился по всему углу. Его коллеги попытались сами затушить пожар, но уже было поздно. Поэтому они быстренько выбежали из офиса и с ближайшего телефонного аппарата вызвали пожарных.

— А почему они не стали спасать свое имущество? — поинтересовался Ромка.

— Потому что они решили вообще умолчать о своем участии в этой истории, — пояснила Маринка. — Разошлись по домам, а утром как ни в чем не бывало явились на свои рабочие места, от которых остался один пепел.

— Неужели сотрудники правоохранительных органов не смогли узнать об этой истории? — засомневался Кряжимский, который всегда верил в профессионализм людей в погонах.

— А кто им об этом расскажет? — хмыкнула Маринка. — Они даже не удосужились поговорить с Титовой, которая должна была последней выходить из помещения, и все списали на неизвестного, который не затушил окурок.

— А почему же тебе все стало известно? — спросил Ромка.

— Уметь надо! — гордо сказала Маринка. — Это дар — вызывать людей на откровенность. — А если честно? — недоверчиво спросила я.

— Честно? Пришлось применить свое женское обаяние. Ну, и в приватной беседе один из участников гулянки поведал о таком маленьком грешке в своей жизни.

— Ничего себе — маленьком! — поразился Ромка. — Поджог офиса!

— Я беседовала как раз с тем, который в тот момент занимался несколько другим вещами, а не спал с непотушенной сигаретой, — объяснила Маринка. — Главный же поджигатель, как сообщил мне его товарищ, скончался недавно от рака.

— Получается, что непосредственный виновник поджога уже наказан судьбой и передать его в руки сотрудников правоохранительных органов не удастся, — сделала я вывод. — Это все, что вы узнали?

— Да! — твердо сказала Маринка.

— Хорошо бы описать эту историю в нашей газете, — ненавязчиво произнес Ромка.

— Даже не знаю, стоит ли эта история внимания читателей, — с сомнением сказал Кряжимский.

— В воспитательных целях — несомненно, — поддержала Ромку Маринка. — Во-первых, нельзя засыпать с сигаретой в руках, то есть курить в пьяном виде; а во-вторых, нельзя вызывать проституток на рабочее место.

— Мариночка, девушки легкого поведения здесь-то как раз и ни при чем, — заметил Кряжимский.

— Сергей Иванович, вы можете опустить некоторые детали, изменить все имена — и получится хорошая статья, — предложила я Кряжимскому. — Займетесь этим?

— Попробую, — согласился он. — Только уже завтра, а сейчас пора и по домам. Время уже позднее.

Я взглянула на часы. Официально рабочий день кончился минут сорок назад.

— Ну что же, тогда будем собираться, — поддержала я Кряжимского.

— Как собираться? Мы же с Виктором еще не в курсе, что нового вы сегодня узнали о трагической гибели Инны! — вскрикнула Маринка. — Значит, мы вам все выложили…

— А я тебе все расскажу по дороге, — перебила я подругу.

— Я сегодня ночую у тебя? — обрадовалась Маринка.

— Вообще-то об этом речь не шла, но если ты настаиваешь…

Маринка, довольная, выбежала из моего кабинета, чтобы немного прибраться на своем столе и вымыть чашки из-под кофе, а я в общих чертах рассказала все Виктору, наблюдая за его мимикой, которая потрясала меня своим разнообразием. Только он знает столько движений бровями, что по изменению их положения я видела его реакцию на мой рассказ. Удивление его сменялось разочарованием, время от времени он становился серьезным, но уже через минуту мог улыбаться до ушей. Видимо, настолько противоречивым было мое сегодняшнее расследование.

Маринке же я предпочла рассказать все у себя дома, куда мы приехали прямо из редакции. Я не поддалась на уговоры подруги посетить вечером какое-нибудь кафе, так как это было бы уже третье место общественного питания, где я сегодня побывала. У меня большая трехкомнатная квартира, где мы удобно разместились прямо на подушках, разбросанных на полу, и спокойно обсудили сложившееся положение, если можно сказать «спокойно» об участии в разговоре импульсивной Маринки. Один раз наш разговор прервал телефонный звонок.

— Это Олег Иванович, — представился собеседник. — Я не очень поздно?

— Нет, — честно призналась я, — хотя рабочий день в редакции уже закончился. Вы что-то хотели рассказать?

— В общем-то, ничего, — смутился Сусимов. — Я просто так позвонил. Может быть, у вас есть что-то новенькое? Я сегодня был в милиции, общался со следователем, но ничего путного он мне не смог сказать. Кроме того, что на мою жену совершен наезд неизвестным лицом. Я им честно сказал, что подозреваю Ковалькова. Мне же скрывать нечего. Теперь они за него возьмутся!

— А в морге вы были? — поинтересовалась я.

— Был, — обреченно сказал Сусимов.

— Когда же похороны? — перебила я его, чтобы не слышать подробное описание внешности жены, которая уже была мертва.

— Тут уже и родственники кое-какие прикатили, поэтому с меня сняли обязанности по организации похорон, — объяснил Олег Иванович. — А вы что? Хотели бы присутствовать?

— А кто из родственников? — поинтересовалась я.

— Тетка Инны, а также ее сестра с мужем из Москвы приехали.

— Сестра?

— Да, — подтвердил Олег Иванович. — Тетка сообщила им о смерти Инны по телефону, поэтому Светка буквально два часа назад прилетела. Они сейчас находятся в зале, а я лежу и страдаю в спальне.

Я задумалась, не спросить ли мне у Сусимова, знал ли он о том, что Светлана ежемесячно присылала крупные суммы денег Инне, но потом передумала, так как сама могла об этом узнать завтра утром.

— Ну, что у вас нового? Почему вы молчите? — нервно спросил Сусимов.

— Ничего. — Я не стала вдаваться в подробности проводимого расследования. — Мы только выяснили причину случившегося несколько лет назад пожара в агентстве, принадлежащем Инне.

— И что? Ковальков?

— Нет, — сразу же не оправдала я надежд Сусимова. — Как и предполагали в милиции, некто оставил незатушенную сигарету, поэтому и произошло возгорание.

— Вы уверены?

— Абсолютно!

— Хорошо, я тогда вам потом… когда-нибудь перезвоню… — смущенно пробормотал Сусимов.

— А Светлану Александровну как мне завтра увидеть? — поинтересовалась я.

— Вы можете подъехать с утра, — ответил Сусимов. — Она будет дома!

Я отключила телефон и посмотрела на Маринку. Подруга спала! Бедняжка! Она так вымоталась за весь день. Я не стала тревожить подругу, а только подложила ей под голову несколько подушек, а сама ушла в спальню, где разделась и прилегла на матрасе, который служил мне кроватью.

Глава 6

Маринку с утра я попросила съездить в банк, чтобы выяснить, как и от кого на лицевой счет Сусимовой поступали деньги. Подруга согласилась с большой неохотой, так как общение с родственниками погибшей ей представлялось более интересным, чем разговор с банковскими работниками. После нескольких минут уговоров Маринка все же согласилась выполнить мое поручение.

Надо сказать, что сестру Инны я представляла несколько иной. У меня перед глазами стоял образ беззаботной длинноногой красавицы, от которой просто веет столичной жизнью. Передо мной же сидела полноватая девушка с прыщавым лицом и бегающими глазками. Я попыталась отыскать в ее внешности хоть что-то, что указывало бы на то, что она является сестрой Инны, но не находила ни одной похожей черты. Света почти беспрерывно курила дешевые сигареты с фильтром и нервно стряхивала пепел. Одета она была соответственно — плотный тяжелый пуловер, джинсы. Светлана брякнулась рядом со мной на диван.

— Я вас слушаю, — грубым голосом сказала она, предлагая мне взять сигарету из своей пачки.

— Может быть, вам уже известно, что я занимаюсь расследованием трагической смерти вашей сестры, — начала я, отказавшись от предложения Светы и прикурив сигарету из своей пачки. — Вам уже Олег Иванович, наверное, обо мне рассказал.

— Нет, ничего не говорил, — резко ответила девушка. — Я вас первый раз вижу и ничего о вас не слышала, кроме того, что вы как-то причастны к смерти Инны.

Со Светланой было очень тяжело общаться. Я даже немного злилась на нее за столь бесцеремонное ко мне отношение, но этот разговор был нужен нам обеим, поэтому я попыталась не грубить ей. Светлана внимательно выслушала меня и заметила, что она совершенно не верит в то, что Инну кто-то мог убить.

— Инна не могла кому-то сделать больно или плохо, — сказала она. — Поэтому я даже не знаю, кому она могла перейти дорогу.

— Вот это-то мне и предстоит выяснить, — добавила я, совершенно не ожидая, что Светлана даст такую положительную характеристику своей сестре.

— И как? Успешно? — поинтересовалась собеседница, в очередной раз глубоко затягиваясь.

— Пока не совсем, — констатировала я.

— Желаю вам успехов, — искренне сказала девушка. — А я чем могу вам помочь? Я никого не подозреваю.

— К вам у меня несколько другой вопрос. Я знаю, что Инна ежемесячно получала от вас приличные суммы денег на свой лицевой счет.

— От меня?! Да вы что? Я никогда не присылала ей ни копейки! — Изумление Светланы было неподдельным. — Может быть, вы что-то путаете. Наоборот — Инна иногда оказывала мне финансовую поддержку.

— Как часто? — спросила я, предположив, что Инна не брала деньги с банковского счета, а перечисляла их. А Покрову она могла просто наврать. В конце концов, это не его дело! Но Светлана тут же развеяла мои предположения.

— Я даже не помню, когда это было последний раз, — честно призналась Светлана. — Может быть, полгода назад, не меньше. В последнее время я иногда приезжала к Инне, и тогда она давала мне деньги. Один раз подарила мне пластиковую карточку, на которой была крупная сумма. Но чтобы я ей посылала деньги — такого не было никогда. Я сейчас работаю в торговле, продавцом, хотя и окончила престижный московский институт. А Коля, мой муж, — дальнобойщик. Так что доход у нас не очень высокий.

— А кто мог посылать деньги Инне? — поинтересовалась я.

— Даже не могу предположить, — сразу же ответила Светлана. — Хотя если Инна упомянула о родственных связях, то это мог быть наш двоюродный брат. Но он тоже живет здесь, в Тарасове. Только вот я не знаю его адреса.

— Не знаете? Он же ваш родственник, — удивилась я.

— Да, родственник, — подтвердила Светлана и глубоко затянулась. — Только я с ним не общаюсь. После некоторых обстоятельств его жизни многие знакомые отвернулись от него, но Инна, по-моему, продолжала с ним общаться. Может быть, он приподнялся и таким своеобразным образом благодарил мою сестру.

— После каких обстоятельств?

— Я не хотела бы с посторонними людьми говорить об этом, — уклончиво ответила Светлана.

— Ну имя и фамилию его вы мне скажете? — попыталась хоть за что-то уцепиться я.

— Каменщиков Максим Олегович, — с готовностью ответила Светлана и прикурила еще одну сигарету.

— Света, а как вы думаете: могла ли Инна кого-нибудь шантажировать? — спросила я.

— Нет, не могла, — твердо ответила девушка. — Разве только в том случае, если объект ее шантажа — редкая сволочь!

Светлана была уверена, что Инна вела благопристойный образ жизни. Или же у меня складывалось неверное впечатление о Сусимовой. Разговаривать со Светланой мне было больше не о чем, поэтому я попрощалась с ней. Когда я вышла из зала в прихожую, то наткнулась на Сусимова, который с кем-то разговаривал по телефону. Увидев, что я уже ухожу, он бросил трубку и подошел ко мне.

— Ольга Юрьевна, вы не забывайте мне звонить, — сказал он чуть ли не шепотом. — И приезжайте на похороны. Будут практически все родственники и близкие.

— Даже Каменщиков? — спросила я.

— Какой Каменщиков? — удивился Олег Иванович, как будто бы первый раз в своей жизни слышал эту фамилию. — Кто это?

— Двоюродный брат Инны, — уточнила я. — Он тоже живет в Тарасове.

— А-а, этот, — протянул Олег Иванович, вспомнив. — Нет, его не будет! Мы с ним не общаемся.

— Кто мы?

— Все родственники, — гордо сказал Сусимов.

— Почему?

— Он сидел в тюрьме!

— И все? Это повод, чтобы дружно отвернуться от человека? — спросила я.

— По-моему, он сидел за что-то очень страшное, — смутился немного Сусимов, не решаясь сказать мне правду. — Кажется, за убийство!

— А вы его адреса случайно не знаете? — спросила я, даже не надеясь на положительный ответ.

— Я не знаю, но могу посмотреть в записной книжке Инны, — ответил Олег Иванович.

— А могу ли и я просмотреть ее? — неожиданно попросила я, ругая себя за то, что до сих пор не додумалась перелистать записную книжку Сусимовой.

— Если это вам в чем-то поможет, то — пожалуйста.

Олег Иванович проводил меня на кухню. Через несколько минут Сусимов принес потрепанный блокнот, весь исписанный аккуратным женским почерком. Я осторожно открыла его. На стол выпало несколько визиток и каких-то бумажек. В записной книжке было так много адресов и фамилий, что у меня даже глаза разбегались.

— А вы не могли бы мне ее дать? — попросила я. И добавила: — На время!

— А вы потом ее вернете? — неуверенно спросил Сусимов.

— Конечно же, — успокоила я его и положила в свою сумочку записную книжку Инны.

Олег Иванович со скорбным видом проводил меня до порога и даже любезно открыл передо мной дверь. С мужем Светланы и теткой Инны мне так и не удалось познакомиться, так как они сидели в комнатах и не выходили оттуда. Я же незамедлительно отправилась в редакцию.

— Ольга Юрьевна, а как же проверка в банке? — поинтересовался Кряжимский, несколько удивленный моим неожиданно быстрым возвращением.

— Это я поручила Маринке, — сказала я. — Она с минуты на минуту должна возвратиться назад. А для вас, Сергей Иванович, есть другая работа.

Кряжимский с интересом посмотрел на меня и немого поерзал на стуле. Я достала из своей сумочки записную книжку Инны и положила ее перед Сергеем Ивановичем. Он сразу же догадался, кому принадлежит этот блокнот в кожаном переплете, и раскрыл его.

— Даже не гарантирую вам, Ольга Юрьевна, что мне удастся все проверить за один день, — с сомнением сказал Кряжимский, медленно листая записную книжку.

Я стояла за спиной Кряжимского и тоже заглядывала в блокнот. Сергей Иванович был абсолютно прав в том, что ему потребуется много времени, чтобы раздобыть хотя бы минимум информации обо всех знакомых Инны. Но о том, что записная книжка убитой попала ко мне в руки, я нисколько не жалела. Тем более что мне на глаза попался адрес Каменщикова.

— Ольга Юрьевна, без вашей помощи я не обойдусь, — принципиально сказал Кряжимский.

— Сергей Иванович, миленький, я сейчас же отправляюсь к Каменщикову, — взмолилась я. — Вот только дождусь Маринку.

Сергей Иванович не торопясь поднялся со своего места и прошел в свой кабинет. Ромки в редакции не было — он разносил материалы по поручению Кряжимского. Нельзя же совсем плюнуть на нашу непосредственную работу — подготовку очередного номера «Свидетеля» — и всем разыскивать убийцу Инны! Виктор был в фотолаборатории и проявлял снимки, чтобы порадовать читателя сенсационными фотографиями.

Так и не дождавшись Маринки, я отправилась к Каменщикову. Подойдя к машине и открыв дверцу, я услышала громкий женский крик и обернулась.

— Ольга, подожди. — Это была Маринка. — Ты куда?

Подруга вцепилась в дверь моей «Лады» с явным намерением поехать со мной.

— Что выяснила в банке? — спросила я, не ответив на вопрос Маринки.

— Деньги каждый месяц переводил на счет Сусимовой некий солидный мужчина, но в последнее время поступления прекратились, — рассказала Маринка.

— Как это тебе удалось узнать?

— Одна из кассирш запомнила этого господина — он перечислял одну и ту же сумму денег. Кстати, он, по-видимому, живет в Тарасове, так как лично приходил в отделение банка, — пояснила Маринка.

— Все сходится, — радостно сказала я. — Двоюродный брат Инны живет в Тарасове!

— Ну и что? — удивленно сказала Маринка. — Мало ли в Тарасове людей, у которых есть деньги?

— Пока я не вижу другой альтернативы, — сказала я, садясь в машину.

Маринка, ни слова не говоря, уселась на переднее сиденье автомобиля.

— Ты что, со мной? — удивилась я.

— Да!

— Хорошо, — согласилась я.

Мы доехали до старенького пятиэтажного дома, в котором жил Каменщиков, и поднялись по грязной лестнице на третий этаж. Нажав на звонок, я вскоре услышала грубый крик:

— Кто там?

— Нам бы хотелось поговорить с Каменщиковым Максимом Олеговичем, — сказала я вежливо, немного отстраняясь от двери, чтобы хозяин квартиры мог увидеть нас с Маринкой в глазок.

Дверь распахнулась. На пороге стоял высокий, слегка сутулящийся небритый молодой человек, который своими широкими плечами закрыл практически весь проем. Он был в простом трико и майке; на ногах не было даже тапочек. Морда у этого типчика на самом деле была бандитской. И если бы я не знала, что он уже побывал в тюрьме, то подумала бы, что ему там и место. Я даже пожалела, что мы с Маринкой не догадались взять с собой Виктора.

— Вы — Максим Олегович? — поинтересовалась я, не решаясь пройти в квартиру.

— Ну я! А чего надо? — Каменщиков тупо глядел на нас.

— Мы от Инны, — сказала я, чтобы хоть с чего-то начать разговор.

— От какой? Кто это? — спросил он недоумевающе, не сводя с нас взгляда.

— От вашей сестры, — уточнила я, наблюдая за его реакцией.

— А-а-а, — протянул Максим Олегович. — От Инны! Проходите! А в чем дело?

Ясно было, что Каменщиков не знает о том, что вчера утром его сестру сбила насмерть машина. Мы с Маринкой не стали разуваться и сразу же прошли в практически пустой зал, где из мебели стоял только старенький диван, на который я даже не решилась присесть. Каменщиков закрыл за нами дверь и прошел на кухню, откуда донеслись тихие голоса, один из которых принадлежал самому хозяину квартиры, а второй — незнакомой женщине. Разобрать, о чем они разговаривают, было невозможно, поэтому я даже не старалась прислушиваться. Вдруг кухонная дверь распахнулась, и мимо нас быстро прошмыгнула молоденькая девушка в коротком сарафанчике, даже не взглянув в нашу сторону. Девушка сама открыла дверь и вышла из квартиры. Пока я наблюдала за ней, ко мне вплотную приблизился Максим Олегович и грозно посмотрел на меня.

— Ну, что?.. Что вам надо? — грубым прокуренным голосом спросил он.

— Вы знаете о том, что ваша сестра недавно погибла? — начала я тоже с вопроса.

— Кто? Инна? — удивился Каменщиков и злобно посмотрел на меня, как будто бы именно я сидела за рулем той злосчастной «Волги».

Я, не вдаваясь в подробности, рассказала ему о том, что произошло вчера утром. Реакция Максима Олеговича на мой рассказ поразила меня еще больше, чем его внешний вид.

— Вот это мочилово началось в нашем Тарасове! — воскликнул он. — Среди бела дня давят телок. И главное — ведь ничего им за это не будет!

Каменщиков вальяжно распластался на диване рядом с Маринкой, я же продолжала стоять перед ними. Хозяин квартиры достал из штанов мятую пачку сигарет и прикурил от зажженной спички.

— А Инну жалко, — с сожалением воскликнул он. — В нашем роду самая нормальная баба была! Не то что эта Светка!

— Вы, говорят, отсидели в тюрьме, поэтому от вас отвернулись практически все родственники, — неуверенно сказала я.

— Да! Отсидел! — громко прокричал Каменщиков. — Ну и что? Теперь надо крест на мне поставить как на человеке?

— А за что вы сидели? — поинтересовалась Маринка.

— За изнасилование малолетней, — спокойно сказал Каменщиков. — Девчонка была моей племянницей. Поехали мы в деревню, где она жила с родителями. Там ее в лесочек повел. Ягодки, грибочки! Тут на меня и нашло. И надо же такому случиться, что все это видел один из местных. Ну, меня менты и заластали. Девчонка все рассказала сразу же, экспертизу провели, и меня посадили на семь лет. Строгий режим!

— Сколько ей было? — спросила пораженная Маринка. Я же вообще трусливо оглядывалась на дверь, чувствуя себя неловко от того, что нахожусь в компании с таким мерзким типом.

— Девчонке? — переспросил Каменщиков. — Четырнадцать. Почти пятнадцать!

В комнате воцарилось молчание, которое было неприятно не только нам с Маринкой, но и самому Каменщикову. Я решила побыстрей уйти отсюда.

— Максим Олегович, мы знаем, что Инне ежемесячно переводили на лицевой счет приличные суммы денег, — начала я. — Не знаете ли вы, кто это мог быть?

— Вот черт! — в сердцах воскликнул он. — Как бабы хорошо устраиваются в жизни!.. Мне бы кто прислал денег! Не заслужил! А она чем заслужила?

Тут Каменщиков понес вообще такую чушь, что мне даже стало противно его слушать. Понятно, что он ничего не знает об этих переводах, да и откуда у него деньги, если сам живет буквально в нищете. Мы с Маринкой тут же попрощались с ним и быстро вышли из квартиры.

— Мерзкий тип! — сказала Маринка, когда мы уже направлялись в редакцию. — Как только таких земля носит?

Я молча обдумывала сложившееся положение. Ничего существенного за это утро мне не удалось узнать, если не считать того, что ни Светлана, ни Каменщиков не перечисляли денег на счет Сусимовой. Тогда кто же? Больше родственников у Инны в Тарасове не было. Следовательно, это делал какой-то хороший знакомый или человек, которого Инна шантажировала. Опять шантаж! Я возвратилась к тому варианту, который вначале был одобрен Кряжимским.

А что, если эти деньги вообще не имеют никакого отношения к смерти Инны? У меня больше не было никаких версий. Конечно, можно было бы познакомиться лично со всеми, кто общался с Инной, но на это потребуется полгода.

Глава 7

— Да! Я слушаю. — Телефонный звонок застал меня в тот момент, когда мы с Маринкой поднимались по лестнице здания, где располагалась наша редакция.

— Ольга Юрьевна? Это Олег Иванович. — Сусимов был явно чем-то встревожен.

— Что-то случилось?

— Даже не знаю, как сказать… — замялся Олег Иванович. — Сегодня утром, как только вы ушли, ко мне приходил участковый.

— Кто? — удивилась я, так как точно знала, что участковые не занимаются расследованиями уголовных дел.

— Приходил участковый. Только не из нашего района, — уточнил Олег Иванович.

— А из какого?

— У Инны, оказывается, была еще одна квартира, которую она оформила только на свое имя, — сообщил Олег Иванович, но я пока не видела никакой взаимосвязи между приходом участкового и существованием квартиры у Инны.

— А вы об этом раньше ничего не знали? — спросила я, подмигивая Маринке, чтобы та приготовила мне чашечку кофе.

— Нет, конечно же, — немного раздраженно ответил Олег Иванович. — Если бы знал, то сразу же рассказал бы вам об этом. Для меня эта квартира — полная неожиданность. Мы с Инной всегда обсуждали вместе такие покупки, потому что все-таки квартира стоит приличных денег, а у нее, по-моему, такой суммы не могло быть.

— А какое отношение к квартире Инны имеет участковый? Там что-то не в порядке? — спросила я.

— Его вызвали работники жилищно-коммунальной службы, — пояснил Олег Иванович. — Вчера поздно вечером в этой злосчастной квартире прорвало трубы или там кто-то забыл выключить воду. Короче, вода пролилась аж до третьего этажа, хотя Инна купила квартиру на пятом. Соседи вызвали ремонтников, которые в присутствии милиции взломали дверь и устранили неисправность.

— А при чем здесь участковый? — опять спросила я.

— А участковый должен найти хозяйку этой квартиры, чтобы она возместила убытки соседям, — объяснил Олег Иванович. — Теперь это придется сделать мне!

— Олег Иванович, вы едете в эту квартиру? — поинтересовалась я и, получив утвердительный ответ, пожелала составить компанию Сусимову.

Олег Иванович согласился заехать за мной через десять минут.

Глотнув принесенного Маринкой кофе, я заглянула в сделанную Кряжимским распечатку, где были указаны имена, фамилии, номера телефонов, род занятий, образ жизни некоторых знакомых Инны. В основном это были мелкие бизнесмены, которые, вероятно, являлись клиентами агентства недвижимости, генеральным директором которого была Инна. Ничего подозрительного я в этом списке не обнаружила. Ни одной знакомой фамилии, ни одного факта, который бы привлек мое внимание. Я положила распечатку в свою сумочку и направилась к выходу, как только увидела в окно, что Олег Иванович припарковывает свой автомобиль к зданию нашей редакции.

— Добрый день, Ольга Юрьевна, — еще раз поприветствовал меня Сусимов, когда я уселась на переднее сиденье.

— Уже почти вечер, — заметила я, взглянув на часы в машине.

— Может быть, — задумчиво сказал Олег Иванович.

— Так где же находится квартира Инны? — спросила я.

— В Кировском районе, — уточнил Олег Иванович. — Нам потребуется около получаса.

— А как мы в квартиру попадем? Хотя, как вы говорите, дверь взломана.

— Да, но участковый сказал, что там было два замка, а заперто — только на один. Его и взломали, а на второй потом заперли. Все Иннины ключи у меня. Подойдет какой-нибудь.

Сусимов не ошибся. Дом мы нашли сразу же и поднялись на пятый этаж. Сусимов несколько минут ковырялся в замке разными ключами из связки, пока один из них не подошел, потом по-хозяйски открыл дверь, приглашая меня войти.

Квартира выглядела гораздо роскошней, чем та, в которой Инна вела семейную жизнь. Квартира была двухкомнатной. Зал и спальня резко отличались друг от друга по стилю. Спальня выглядела относительно скромно — кроме большой кровати и стенного шкафа с зеркальными дверцами, здесь ничего не было. Зал же был буквально напичкан дорогой мебелью: диван, кресла, тумбочка, два шкафа. Между креслами стоял невысокий столик, верхняя полка которого была стеклянной. На нем стояли открытая бутылка мартини и ваза с фруктами; рядом пепельница с окурками и пачка дорогих тонких сигарет, которые предпочитают курить представительницы слабого пола.

— Инна курила? — спросила я у Сусимова, который с не меньшим интересом осматривал квартиру.

— Она мне говорила, что бросила, — смутился Олег Иванович и тут же добавил: — Но, наверное, она меня обманывала.

— Курение — это не уголовное преступление, — авторитетно заявила я, тут же достала свою пачку сигарет и закурила, присаживаясь в кресло, где еще совсем недавно сидела Инна.

Интересно, что же здесь было? Романтическое свидание или встреча с подругой. На деловой ужин эта обстановка явно не смахивает. После некоторых раздумий я пришла к выводу, что это было все-таки романтическое свидание. Странно, а почему же тогда романтика постепенно не подошла к логическому завершению? Но широкая кровать в спальне была заправлена и ничего не указывало на то, что недавно здесь кто-то возлежал.

Неожиданно мои размышления прервали звонок и громкий стук в дверь. Сусимов пошел открывать. Как только дверь распахнулась, в квартиру вбежала взбудораженная женщина в заляпанном халате.

— Еще одни полюбовнички прибыли? — зло прокричала она, обращаясь ко мне, а не к Олегу Ивановичу. — А потом опять нечаянно оставите кран включенным в ванной?

— Извините, пожалуйста, — перебил вопли незваной посетительницы Сусимов, догадавшись, что это и есть пострадавшая соседка. — Я готов оплатить все ваши расходы по ремонту квартиры!

— Что ты говоришь? — недоверчиво и в то же время вызывающе женщина посмотрела на Сусимова. — Ремонт? Да там весь потолок волдырями покрылся! Мне что с ним делать?

— Я займусь отделкой вашей квартиры, не переживайте. — Олег Иванович опять постарался успокоить женщину. — Приглашу профессиональных мастеров, так что вам не о чем волноваться.

— Не о чем? — Глаза соседки стали невероятных размеров, а крик постепенно переходил на визг. — Мы только месяц назад сделали ремонт, а теперь вы тут начали безобразничать. Я это так не оставлю.

— Простите меня, — решила вступить в их перебранку и я. — А как давно в этой квартире проживает Сусимова Инна Александровна?

— Кто? — удивилась моему вопросу женщина. — Понятия не имею, кто это такая. Жила тут одна бабенка, но я ее и имени-то не знаю.

— То есть как это — жила? — воскликнул Олег Иванович.

— Ну как, — немного успокоившись, сказала женщина. — Приходила обычно вечером! С мужчинами! — многозначительно добавила она. — Одинокая, наверное! Только мне кажется, что у нее еще где-то была квартира, потому что иногда долгое время здесь никто не жил. Как, вы говорите, ее зовут? Инна Алексеевна?

— Александровна, — поправила я. — А давно Инна купила эту квартиру?

— Около полугода назад, точно не скажу, — соседка даже не задумывалась над своими ответами. — Хозяйка она, скажу я вам, никудышная. Да и гулящая. Кавалеров много, все на таких тачках!..

— А когда вы видели ее последний раз? — спросила я.

— Вчера ее не было, — задумчиво сказала женщина. — А поздно ночью случился потоп! А видела я ее последний раз позавчера. Была с каким-то мужчиной.

— А описать его вы сможете? — поинтересовалась я.

— Приятный такой, — с готовностью продолжила соседка. — Высокий, широкоплечий, в пиджачке!

Описание незнакомца было настолько общим, что я попросила женщину вспомнить хоть какую-то особенность, которая отличала бы спутника Инны от остальных субъектов мужского пола, но та не смогла больше ничего добавить.

Я перевела взгляд на Олега Ивановича. Сусимов стоял белый как мел.

— Что с вами?! — вставая с дивана, спросила я.

— Ничего, все нормально, — ответил Олег Иванович спокойным голосом. — Просто в последнее время поступает слишком много информации о том, какой образ жизни вела моя жена.

— Она ваша жена? — удивилась женщина, недоверчиво посмотрев на Сусимова.

— Была, — с сожалением добавил Олег Иванович.

— Ну и правильно вы сделали, что развелись с такой непорядочной женщиной.

— Нет! Вы неправильно поняли, — спохватился Сусимов. — Инна умерла!

— Как умерла? — удивилась женщина, машинально приближаясь к двери. — Боже мой! Какой ужас!

В комнате стало тихо. Незваная посетительница, воспользовавшись паузой, попыталась незаметно пройти к выходу.

— Куда же вы? — остановил ее уже у порога Сусимов. — Вот вам номер моего телефона. Я готов оплатить все ваши расходы, связанные с ремонтом.

Женщина молча взяла листок из записной книжки Сусимова и вышла из квартиры. Я решила обследовать квартиру Инны. Понятно, что она именно в этой квартире проводила некоторую часть своего свободного времени. Олег Иванович же молча сидел в кресле, уставившись в одну точку. Мне было немного жаль этого несчастного человека, который с каждой минутой все больше и больше разочаровывался в своей жене. Я чисто формально спросила у него разрешения обыскать квартиру, на что Сусимов ответил едва заметным кивком.

Начала я со спальни. В шкафу были только всякие дамские вещички: платья, юбки, костюмы. Здесь же висела добротная песцовая шубка. Покопавшись немного в этом тряпье, я ничего интересного не обнаружила, заметив только, что все вещи были дорогие и хорошего качества. Затем я подошла к кровати. Присев на колени, я заглянула под нее. Тоже ничего! Пошарив рукой под матрасом, я вдруг заметила, что над кроватью висят большие настенные часы, которые почему-то не идут, показывая около двух часов дня. А что, если это просто декорация? Я попыталась осторожно снять их, но не удержала в руках, и тяжелый корпус рухнул на пол.

Шум привлек внимание Сусимова, который вбежал в спальню и встревоженно посмотрел на меня:

— Что случилось, Ольга Юрьевна?

— Я разбила часы, — честно призналась я, опустив глаза.

На ковре валялось разбитое стекло. Я аккуратно подняла самый большой осколок и положила его на часы, стрелка которых безвольно повисла в воздухе.

— Смотрите, — Олег Иванович показал мне на стену.

Вот оно! Я аж подпрыгнула от такой удачи. За часами действительно находился сейф.

— Нужен шифр, — сказала я, оборачиваясь к Сусимову.

— К сожалению, ничем не могу вам помочь. — Олег Иванович развел руки в стороны.

Что-то нужно было делать! Я решила позвонить Виктору, который был мастером на все руки. Набрав номер редакции, я попросила Маринку, чтобы она пригласила к телефону Виктора. Ему я сказала только адрес, по которому я нахожусь, и то, что ему предстоит открыть сейф с шифром. Виктор самодовольно хмыкнул в ответ и пообещал немедленно подъехать.

Я же продолжила обыск квартиры. В зале я просмотрела все шкафы, но ничего интересного в них не обнаружила, если не считать нескольких фотографий, где Инна — в компании незнакомых мужчин. Я попыталась отыскать среди них Покрова, но его на снимках не было. Одна фотография привлекла мое внимание тем, что на ней Инна была заснята в том самом ресторане, где совсем недавно мы обедали с ее подругой Морозовой. Инна сидела с красивым мужчиной в строгом черном костюме и улыбалась. Настроение ее спутника было не таким радостным. А не этот ли незнакомец ожидал Инну несколько дней назад в ресторане? Я посмотрела обратную сторону фотографии и заметила бледненькую печать. Точно! Это было в последний вечер жизни Инны! На печати еле различимо было название ресторана — «Магнолия» — и дата, которая подтверждала мои подозрения. Не слишком ли много романтических встреч за один вечер?

Получается, что Инна сидела в ресторане с одним мужчиной, а потом еще и устроила романтический ужин с другим. Стоп! А почему с другим? Вполне возможно, что после ресторана Инна и ее спутник отправились именно сюда. Здесь они продолжили свое свидание, а затем утром Инна погибла. Вроде бы все получается гладко, только до сих пор не понятно, что явилось причиной убийства.

Я сидела в удобном кресле и размышляла. Олег Иванович же тем временем принялся за уборку. Все-таки разбитое стекло на ковровом покрытии смотрелось не очень хорошо. Сусимов даже не видел фотографий, которые я нашла. Я решила их не показывать ему — хватит с него потрясений!

Раздался звонок в дверь. Как только Виктор вошел в квартиру, я указала ему на спальню. Он сразу же заметил сейф и приступил к работе.

Уже через несколько минут Виктор позвал меня и указал на сейф, дверца которого была открыта.

— Что там? — Сусимов буквально высунулся из-за моего плеча, горя желанием посмотреть содержимое тайника.

Я достала из сейфа папку с какими-то бумагами и увесистую пачку денег. Деньги я передала Олегу Ивановичу, а папку отнесла в зал, где раскрыла ее на журнальном столике. Просмотрев бумаги, я, честно говоря, не очень-то поняла, почему Инна хранила их в сейфе, хотя, наверное, у нее были свои причины. Документы относились к какому-то агентству недвижимости, генеральным директором которого был некто Нечаев Валентин Валентинович. В этом же сейфе была найдена и сберегательная книжка из банка «Волга-консалтинг». На счет Инны на самом деле раз в месяц поступали деньги; причем — одна и та же сумма. На следующий же день вся сумма снималась.

Олег Иванович любезно предложил подвезти нас до редакции, но я отказалась, так как на работе уже никого не надеялась застать. Тем более что Виктор приехал на моей «Ладе», и я могла спокойно доехать до дома на своей машине.

Глава 8

Утром меня разбудил телефонный звонок Сусимова, от которого я опять приготовилась услышать что-то неожиданное. Но он просто сообщил мне скорбным тоном, что сегодня днем будут похороны Инны, и если у меня есть желание, то я могу на них присутствовать. Я поблагодарила Сусимова и ответила ему, что, может быть, подъеду, хотя сама не была уверена, следует ли посещать это отнюдь не увеселительное мероприятие.

В итоге я поручила это Виктору, который мог заметить даже больше чем я, просто наблюдая за всем происходящим со стороны. Виктор согласился выполнить мое поручение и пообещал, что сразу после того, как похоронная церемония закончится, он приедет в редакцию.

Приехав в редакцию, я позвала Кряжимского и выложила перед ним папку с документами, которые были найдены в сейфе у Инны, а сама уселась за чайным столиком с чашечкой свежесваренного кофе. Сергей Иванович сидел напротив и увлеченно рассматривал принесенные мной бумаги. Я же взяла в руки записную книжку Инны и попыталась отыскать там номер телефона Валентина Валентиновича Нечаева. Но, увы, попытка оказалась безуспешной.

— Ольга Юрьевна, для человека, который никогда не сталкивался с такими материалами, эти бумаги не представляют никакого интереса, — неожиданно сказал Кряжимский, оторвавшись от изучения документов. — А вот для налогового инспектора здесь очень даже интересная информация.

— Что вы хотите этим сказать? — насторожилась я.

— Ну, с полной уверенностью могу заметить, что это только копии документов, — объяснил Сергей Иванович. — Причем тут попахивает финансовой аферой.

— Какой?

— Если вы успели заметить, Ольга Юрьевна, — продолжил Сергей Иванович, достав из папки два бланка, — практически все копии в двух экземплярах, а денежные суммы, указанные в каждом из них, разные. Я так полагаю, что один из документов предназначался для работников налоговой службы, а другой отражал истинное положение дел.

— И каково же истинное положение дел?

— А таково, что если отнести эти копии в налоговую инспекцию, то агентство недвижимости просто разорится, выплачивая штрафы, — объяснил Кряжимский. — Думаю, что Инна шантажировала с помощью этих копий руководство агентства недвижимости. Может быть, даже и самого Нечаева Валентина Валентиновича, так как именно он и является владельцем фирмы. Здесь стоят именно его подписи. — Он-то и посылал деньги по почте ежемесячно, — догадалась я.

— Вероятно, все было именно так, — согласился со мной Сергей Иванович. — А потом Нечаеву надоело быть постоянно на крючке и он решил избавиться от шантажистки.

— Сергей Иванович, но ведь несколько месяцев Инна уже не получала переводы, — заметила я, не веря в то, что нам с такой легкостью удалось добраться до истины.

— Это тоже можно просто объяснить, — спокойно сказал Кряжимский. — Валентин Валентинович платил Инне постоянно в течение одного года. Когда Нечаев отказался платить Инне, та, в свою очередь, вероятно, пригрозила ему, что отнесет бумаги в налоговую полицию. Валентин Валентинович подумывал уже о том, как ему убрать злосчастную шантажистку, и поэтому не торопился с ней расплачиваться.

— Вы знаете, Сергей Иванович, мне кажется, что в таком случае ему надобно просто выкрасть эти копии, — опять возразила я Кряжимскому. — Совсем не обязательно было убивать!

— Ольга Юрьевна, а откуда вы знаете, что Нечаев не пытался завладеть этими бумагами? — Кряжимский хитровато смотрел на меня. — Если уж собственный муж Инны не знал о том, что у его жены есть еще одна квартира, то что уж тут говорить о Нечаеве. К тому же, ограбив Инну, он не решил бы всех проблем, — заметил Кряжимский. — Кто гарантирует то, что эти копии содержатся в единственном экземпляре, а в ячейке какого-нибудь банка нет еще одной такой же папки с бумагами?..

— Но в таком случае Нечаев должен попытаться завладеть этими копиями после смерти Инны, — предположила я.

— Не знаю, Ольга Юрьевна, — немного раздраженно сказал Кряжимский, не веря, что из-за одного этого замечания рассыпается так логично выстроенная версия.

— Чего вы не знаете, Сергей Иванович? — послышался неожиданно голос Маринки, которая без стука вошла в мой кабинет.

Я рассказала Маринке обо всем, что нам удалось выяснить с Кряжимским в ходе изучения бумаг из папки, и выжидательно посмотрела на подругу.

— Где же ваши хваленые аналитические способности? — Маринка начала просто издеваться над нами. — Ольга, а твоя интуиция тоже молчит?

— Маринка, не издевайся! — перебила я подругу, так как Сергей Иванович вообще очень щепетильно относился к замечаниям в свой адрес.

— Я думаю, что Нечаев давно достал все, что ему было нужно, — уже серьезным тоном сказала Маринка. — Вероятно, он после смерти Инны обыскал ее квартиру или офис и нашел папку, где были копии документов.

Я выжидательно посмотрела на Кряжимского.

— Ну что, Ольга Юрьевна? — спросил после некоторого раздумья Сергей Иванович. — Будете ловить преступника или пойдете в милицию с этой папочкой?

— Ольга, я бы на твоем месте занялась шантажом, — предложила Маринка, на что я только хмыкнула.

— Интересно, а сейчас существует это нечаевское агентство недвижимости? — рассеянно спросила я, засовывая папку в свою сумку.

— Это очень легко проверить, — ответил Кряжимский.

Он набрал номер телефона, который предусмотрительно переписал с документов.

— Алло, — ровным голосом сказал Кряжимский. — Агентство недвижимости?.. «Ваш дом»? Да, да!.. Мне бы ваш адресок, если можно… Хорошо! Я подъеду!

Кряжимский протянул мне листок бумаги, где был записан адрес агентства, владельцем которого был Нечаев Валентин Валентинович.

— Советую вам быть осторожнее, Ольга Юрьевна, — немного взволнованно сказал он. — И это… диктофончик захватите!

— Он всегда при мне! — уверенно сказала я и вышла из своего кабинета, оставив там Маринку и Сергея Ивановича.

До агентства «Ваш дом» я добралась на своей машине довольно быстро. Остановилась около трехэтажного здания в центре города, первый этаж которого занимали офисы. Открыв тяжелую дверь, я прошла внутрь, где сразу же была остановлена охранником.

— Вы куда? — спокойно спросил у меня высокий худощавый мужчина в милицейской форме.

— Мне бы хотелось поговорить с Валентином Валентиновичем, — ответила я.

— Прямо по коридору и налево. Второй кабинет, — пояснил охранник и даже указал мне рукой дорогу.

В кабинет Нечаева дверь была приоткрыта, поэтому мне не пришлось даже стучаться.

— Вы к Валентину Валентиновичу? — спросила у меня миловидная секретарша, которая сидела за столом в небольшой приемной.

— Да, — ответила я и кивнула головой.

— А по какому вопросу?

— По личному! — уверенно ответила я.

— Вы его жена? — неожиданно спросила девушка немного испуганно.

— С чего вы взяли?

— Просто показалось, — уклончиво ответила секретарша, немного смутившись. — Валентин Валентинович ожидал ее сегодня все утро. Вот я и подумала, что…

— К нему можно? — перебила я девушку, которая стала лепетать что-то невнятное.

— Да-да, конечно, — спохватилась секретарша. — Как вас представить?

— Ольга Юрьевна Бойкова, главный редактор криминальной газеты «Свидетель», — четко произнесла я.

Секретарша слово в слово повторила за мной в трубку всю информацию, затем выслушала ответ и попросила меня немного подождать.

Я села на один из стульев и окинула взглядом приемную. Секретарша же тем временем разложила на столе косметику и, не стесняясь, занялась макияжем, не обращая на меня никакого внимания. Примерно через десять минут внутренняя дверь кабинета открылась.

— Ольга Юрьевна? — Мужчина окинул меня оценивающим взглядом.

Я мотнула головой.

— Проходите, пожалуйста.

Нечаев был невысоким полноватым мужчиной средних лет с небольшой лысиной на макушке. В просторном кабинете вдоль стены стоял большой шкаф с многочисленными дверцами, а в центре располагался длинный стол, вокруг которого были расставлены стулья. В углу находился мягкий черный кожаный диван, на который мне и указал Валентин Валентинович.

— Присаживайтесь, пожалуйста, — вежливо сказал мне Нечаев, а сам выглянул в приемную и громко крикнул:

— Танечка, нам бы кофейку, пожалуйста. Ольга Юрьевна, вы не против, если я сделаю один звоночек и тогда уж мы спокойно поговорим с вами?

— Конечно, — согласилась я.

Валентин Валентинович подошел к своему столу, придвинул телефон и набрал номер. На том конце провода не торопились отвечать. Нечаев, немного нервничая, притопывал ногой. Так и не дождавшись ответа, он многозначительно сказал:

— Может быть, это и к лучшему! А вы ко мне по какому поводу?

— Я хотела бы с вами поговорить по поводу этих бумаг, — ответила я и достала из своей сумочки папку, заодно включив диктофон.

Валентин Валентинович присел рядом со мной и, положив папку на журнальный столик, ловко открыл ее. Я следила за его реакцией.

— Вот сука! — закричал Нечаев, как только увидел документы. — Надо же, как она обвела меня! Как это попало к вам? И что вам теперь от меня нужно?

— Мне от вас ничего, кроме правды, не нужно, — спокойно сказала я. — Поэтому советую вам сразу же во всем признаться.

— В чем? — удивился Валентин Валентинович. — В том, что я провожу аферы с налоговой полицией? Да этим занимаются практически все фирмы нашего города. По-другому делать бизнес сейчас нельзя. Чтобы хоть как-то держаться на плаву, приходится крутиться, вертеться, кого-то обманывать. Вы меня понимаете?

— Да-да, — проговорила я, немного ошарашенная таким взрывом чувств со стороны Валентина Валентиновича.

— А как эти бумаги попали к вам? Неужели Инна дала их? — спросил еще раз Нечаев. — Или же вы собираетесь опять меня шантажировать?!

— Как Инна? — уточнила я.

— Учтите, что я за все уже расплатился, и, если вам так угодно, можете отправляться с этой папочкой в милицию, — в сердцах сказал Валентин Валентинович, но потом быстро пожалел об этом. — Но, надеюсь, что мы сможем с вами договориться.

В этот момент в кабинет вошла без стука секретарша с подносом, на котором стояли две кофейные чашечки с блюдцами и сахарница.

— Я вам уже не раз говорил, что, перед тем как войти в мой кабинет, нужно стучаться. — Валентин Валентинович сорвался и на нее.

Татьяна от неожиданности чуть не уронила поднос, который она уже донесла до небольшого журнального столика, где лежала папка, которую я принесла. Поднос она поместила прямо между бумагами.

— Вы что, не видите, что стол занят? — продолжал кричать Валентин Валентинович. — Не нужно нам вашего кофе! Убирайтесь отсюда!

Последняя фраза была сказана как раз в тот момент, когда секретарша, поставив одну чашечку на стол, взялась за другую. Неожиданно рука ее дрогнула, и чашка накренилась. Несколько капель упали на стол. Секретарша испугалась еще больше и выронила из рук чашку, которая приземлилась прямо на небольшую стопку бумаг.

— Что вы наделали! Вон! — громко крикнул Валентин Валентинович, указывая Татьяне на дверь.

Девушка, забыв даже прихватить с собой поднос, выбежала вся в слезах из кабинета.

— Я ее и брать-то не хотел, — немного успокоившись, сказал Валентин Валентинович. — У меня раньше была секретарша, которая со мной около десяти лет проработала. А тут друг посоветовал, что в наше время грех не воспользоваться положением начальника, вот я и присмотрел себе молоденькую девицу. А она не то что печатать, даже кофе принести нормально не может.

— Валентин Валентинович, я бы на вашем месте так не кипятилась, — неожиданно сказала я. — Все-таки она причинила урон не важным деловым документам, а компрометирующим материалам на вас. Куда я теперь с этими грязными бумажками пойду?

Нечаев задумался над моим замечанием и покосился на стол. Я же тем временем переложила бумаги на относительно чистый краешек стола.

— Так вы что же, в налоговую полицию теперь не пойдете? — удивленно спросил Валентин Валентинович.

— И не собиралась идти, — спокойно сказала я. — Я же вам говорила, что мне от вас нужно чистосердечное признание!

— В чем?

— В том, что вы убили Инну! — ляпнула я.

— Что? Я убил Сусимову? — Эмоции просто переполняли Валентина Валентиновича. — Вы в своем уме? Являетесь сюда с этой папкой, да еще и бросаете мне такие обвинения!

Я сидела спокойно, отметив для себя, что, судя по его реакции, он вообще первый раз слышит о том, что Сусимова мертва.

— Ольга Юрьевна, а ведь я могу использовать эту ситуацию против вас самой, — хитровато сказал Нечаев. — Вы являетесь ко мне с копиями документов после смерти их обладателя. Следовательно, именно вы убили Сусимову, чтобы завладеть этими бумагами!

Такого поворота дела я не ожидала.

— Эти бумаги буквально несколько часов назад были найдены в сейфе Инны, который открыл ее муж, — пояснила я. — Так что никакого криминала в моих действиях нет.

— А кто-нибудь еще видел эти бумаги? — насторожился Валентин Валентинович.

— Нет, — соврала я. — Но если вы сейчас же не покаетесь передо мной, то их увидят сотрудники налоговой полиции!

Голос мой звучал настолько уверенно и грозно, что я сама испугалась его. Но на Валентина Валентиновича он не произвел особого впечатления. Он уже догадался, что мне нужно только, чтобы он рассказал мне правду.

— Я понял, Ольга Юрьевна, — спокойно сказал Нечаев. — Вы, по-моему, являетесь главным редактором криминальной газеты? Вам нужен материал для статьи? Хорошо, я вам его предоставлю, но только с одним условием: вы измените все имена и фамилии в этой истории, а также все данные, которые могут явно указывать на мое агентство.

— Хорошо, — согласилась я. Пусть Нечаев думает, что я таким способом добываю материал для статьи.

— Сразу скажу, что я не убивал Инну! И вы поймете, что у меня не было никакого основания желать ее смерти, — начал Валентин Валентинович. — Мы с Инной познакомились еще в то время, когда она училась в юридическом институте. Познакомились вполне банально. Я ехал с работы на машине; она шла пешком по дороге. Время было позднее, и я решил подвезти незнакомую девушку до дома. А уже в машине мы с ней и познакомились. Ей было тогда около двадцати лет, мне — около тридцати. В конце концов Инна стала моей любовницей. Хотя и пробыла в этой роли недолго! Полгода мы с Инной встречались время от времени, а потом у нее умерли родители. По-моему, они остались вдвоем с сестрой. Я ей помочь ничем не мог. Сами понимаете — женатый мужчина! Да и баловство все это!

Я демонстративно кивнула головой, хотя и не посчитала достойным поступок Валентина Валентиновича. Мало того, что он пользовался наивностью молоденькой девушки, так еще и бросил ее в трудную минуту.

— Короче, мы с ней расстались, — заключил Валентин Валентинович. — Потом — где-то через года два — она мне позвонила с просьбой устроить ее на работу в мое агентство недвижимости. Она, по-моему, говорила, что работает в какой-то фирме риелтором. Но я ей отказал, потому что чувствовал бы себя неловко, если бы она работала у меня в офисе. Мы с Инной общались иногда по телефону. В основном мне звонила она, я же отношений практически не поддерживал.

— А как же у нее оказались эти бумаги? — поинтересовалась я.

— Для меня это до сих пор неясно, — ответил Валентин Валентинович. — Мне кажется, что Инна просто выкрала их. Не знаю только, сама ли она это сделала или с помощью кого-то. В принципе она способна на любые поступки. Однажды — около двух лет назад — она позвонила мне и попросила встретиться, сообщив, что у нее есть важная информация, которая может мне пригодиться. На тот момент у нее уже было свое агентство недвижимости — правда, рангом намного ниже, чем мое, но раскрутилась она нормально. Встретились мы с ней в одном из ресторанчиков, где она и показала мне папку с копиями этих документов. С этого-то все и началось. Я сразу же предложил ей крупную сумму денег за эту папку, но она не согласилась. Точнее, согласилась, но сказала, что так просто от меня не отстанет. Я ежемесячно выплачивал ей деньги за то, чтобы она не передавала эти материалы в налоговую полицию. Сначала давал ей деньги прямо в руки, но затем стал переводить на ее счет. Постепенно сумма стала расти, да и мне это порядком надоело.

— И что же вы предприняли? — нетерпеливо поинтересовалась я.

— Я собрал несколько документов, где были указаны кое-какие грешки в деятельности ее агентства недвижимости, — объяснил Валентин Валентинович. — Я специально нанимал специалистов по таким делам.

— И что же было компрометирующего в этих документах? — заинтересовалась я.

— Ольга Юрьевна, честно говоря, я и сам до конца не понял, в чем заключалась эта афера, — признался Валентин Валентинович.

— А у вас этих документов не сохранилось? — с надеждой спросила я.

— Нет, так как мы с Инной обменялись компрометирующими материалами, — сказал Валентин Валентинович и посмотрел на меня, ожидая реакции на это сообщение.

— И она согласилась на обмен? — удивилась я.

— А куда ей было деваться, — ответил Валентин Валентинович, самодовольно хмыкнув. — Я ведь к тому времени уже понял, с какой коварной женщиной имею дело, поэтому установил в этом кабинете камеры, чтобы заснять весь наш разговор. У меня даже пленка сохранилась на тот случай, если бы Инна опять принялась за шантаж. Там целый ритуал получился!

— А можно ли мне посмотреть эту пленку? — ненавязчиво спросила я.

— А зачем вам? — удивился Нечаев.

Я немного смутилась, не зная, что ответить. Не говорить же ему о том, что я занимаюсь расследованием гибели Инны? А почему бы и не сказать об этом?! Что в этом такого? Подумаешь, главный редактор криминальной газеты на досуге занимается частным расследованием!

— Дело в том, что я сейчас занимаюсь выяснением всех обстоятельств гибели Инны, — спокойно ответила я после небольшой паузы.

— Но на пленке нет ничего такого, что навело бы вас на какой-то след, — сообщил Валентин Валентинович.

— И все-таки мне бы хотелось просмотреть ее, — настойчиво произнесла я.

— Тогда мы с вами тоже осуществим некоторый обмен, — предложил Валентин Валентинович. — Я отдам вам пленку только в том случае, если вы оставите мне эти заляпанные бумажки.

Нечаев повел взглядом и указал мне на копии документов. Я согласно кивнула. Валентин Валентинович открыл дверцу одного из отделений стенного шкафа и извлек из самого дальнего угла конверт, в котором находилась видеопленка. Валентин Валентинович сам достал ее и передал мне.

— Если Инна уже мертва, то эта пленка мне в принципе не пригодится, — немного огорчившись, сказал Валентин Валентинович. — Так что вы можете ее забрать! Только сразу перемотайте на начало, а то наткнетесь на порнографический фильм. Я специально записал для того, чтобы отвлечь внимание того, кто нечаянно обнаружит эту кассету.

— Если вы не хотели, чтобы кто-то был в курсе вашего разговора с Инной, то вам стоило бы припрятать эту видеопленку подальше, а не совать в угол шкафа; тем более — в рабочем кабинете, куда секретарша входит без стука, — заметила я.

— Эта запись ни для кого не представляет никакого интереса. Кроме вас, — уточнил Валентин Валентинович. — Честно говоря, я уже и забыл про нее, так как Инну давно не видел. Кстати, а вы не поделитесь со мной информацией о смерти Инны? Все-таки мы с ней были знакомы…

Я в общих чертах рассказала Валентину Валентиновичу о том, что случилось с Сусимовой. Нечаев слушал меня внимательно, не перебивая. А когда я кончила, высказался:

— Знаете, Ольга Юрьевна, у Инны было много врагов. Вероятно, я не единственный, по отношению к кому Сусимова вела себя не совсем корректно. Так что вам предстоит серьезное расследование.

— А не знаете, кто мог… — начала было я, но Нечаев не дал мне даже закончить фразу.

— Э-э! Нет, Ольга Юрьевна, в этом я вам не советчик. — Валентин Валентинович отрицательно покачал головой. — Я с Инной в последнее время вообще не общался, а круг ее знакомств не очень-то хорошо знаю. Мне только известно, что она вышла замуж за врача — кажется, нарколога, и то, что ее сестра живет сейчас в Москве.

— Это мне уже известно, — с сожалением сказала я и поднялась с дивана. — Ну, тогда я готова попрощаться с вами.

Валентин Валентинович тоже встал и проводил меня до двери своего кабинета. Я уложила в свою сумочку видеокассету и отключила диктофон. В приемной секретарша сидела и тихонечко всхлипывала. Ни за что обидел девчонку! Я молча прошла в коридор и услышала голос Нечаева за своей спиной.

— Танечка, я был немного грубоват с вами. — Он был так ласков, что с трудом верилось в то, что Валентин Валентинович еще недавно метал гром и молнии. — Погорячился! Ну с кем не бывает? Я бы просил вас убраться у меня в кабинете. Пойдемте!

Глава 9

— Ну, Валя, и что же такого интересного ты мне хотел сообщить? — Инна сразу же села на кожаный диван в кабинете Нечаева.

— Сейчас сами увидите, Инна Александровна, — спокойно сказал Валентин Валентинович и открыл один из ящиков своего рабочего стола.

— Валька, мы что, с тобой на «вы»? — удивилась Сусимова и немного поерзала, выбирая позу поудобнее. Она закинула ногу на ногу и закурила, не спросив разрешения Нечаева и бесцеремонно придвинув ближе к себе пепельницу.

— Я не хотел бы вспоминать старое, — уклончиво ответил Валентин Валентинович.

— Только не говори мне, что у тебя нет денег, — с издевкой предупредила его Инна. — Я знаю, что дела у тебя в агентстве идут успешно. Хотя и моя, то есть наша с Ковальковым, фирма не бедствует.

— А я больше не дам вам, Инна Александровна, ни копейки, — разгоряченно сказал Валентин Валентинович. — Я хотел предложить вам кое-что довольно любопытное.

— И что же? — Инна вопросительно посмотрела на Нечаева.

— Вот! Посмотрите это, — с вызовом сказал Валентин Валентинович и протянул Инне папку с бумагами, которую достал из своего стола.

Инна раскрыла ее, положив на стол, и достала бумаги. Она внимательно изучала материалы, которые подготовил для нее Нечаев, а затем неожиданно сложила их стопкой и засунула обратно в папку.

— Решил заняться тем же, чем и я, — грубо сказала она. — А не кажется ли тебе, что у тебя кишка тонка?..

— Нет, шантажом я не занимаюсь, — ответил Валентин Валентинович.

— А зачем тогда тебе эти документы? Зачем ты их показываешь мне?

Она не решалась отдать обратно Нечаеву папку, крепко держа ее в своих руках. Инна была растеряна, даже напугана. Видимо, Валентин Валентинович предложил ее вниманию действительно серьезные материалы. Нечаев не торопился отвечать на ее вопрос. Он молча стоял около своего рабочего стола.

— Что тебе нужно? — нервно спросила Сусимова.

— Инна Александровна, а вы сами не догадываетесь? — Нечаев вошел во вкус и начал уже просто издеваться над собеседницей.

— Сколько? — спросила Инна. — Сколько денег тебе нужно, чтобы ты отдал мне эту папку?

— А я-то думал, что вы намного умнее и сообразительнее, — с сожалением сказал Валентин Валентинович.

Инна нервно затушила окурок в пепельнице и тут же прикурила еще одну сигарету. Она смотрела на Нечаева с презрением и ненавистью.

— Слишком много курите, Инна Александровна, — заметил Валентин Валентинович. — Сердечко у вас не пошаливает? Здоровье свое беречь надо, а то вы так и до беспечной старости не доживете!

— Не твое дело! — резко оборвала его Сусимова.

— Хорошо, тогда я скажу, что нам следует сделать с этой папочкой, — спокойно сказал Нечаев. — У вас, если я не ошибаюсь, есть кое-что нехорошее в отношении меня?

— Ты о тех копиях, что ли? — догадалась Сусимова.

— Да-да, — повторил Валентин Валентинович. — Именно о них! А почему бы нам не обменяться?

— Ты хочешь сказать, что отдашь мне эту папку, а я верну тебе копии? — удивилась Инна.

— Да! — уверенно сказал Валентин Валентинович. — Мне уже надоело ежемесячно отстегивать вам деньги, Инна Александровна, поэтому я готов на обмен.

— Я тоже, — сразу же согласилась Инна.

— Только мне хотелось бы, что бы мы с вами совершили обмен сегодня, — предложил Валентин Валентинович.

— Конечно, — снова согласилась с ним Инна. — Только у меня сейчас с собой нет копий твоих бумаг.

— Еще не поздно их привезти, — сказал Валентин Валентинович. — Я буду ждать вас здесь, у себя в кабинете.

— Хорошо. — Инна резко встала со своего места. — Я подъеду через полчаса.

Валентин Валентинович сел за свой стол и внимательно просмотрел еще раз докуметы, которые должен будет отдать Инне. Потом поднялся и вышел из кабинета.

На экране телевизора оставалась неподвижная картинка — кабинет Нечаева. Затем по экрану пошла мелкая рябь, а я услышала громкие мужские голоса:

— Да! Да! Вот так! Хорошо!

Это началась обещанная Нечаевым порнография, на которую Маринка отреагировала сразу же восторженным криком. Сергей Иванович, который тоже присутствовал на просмотре видеопленки, громко демонстративно кашлянул и поднялся со своего места.

— Ольга, это тоже относится к делу? — спросила Маринка, не сводя глаз с экрана, на котором мелькали обнаженные мужские и женские тела.

Я немного смутилась, подошла к столу и взяла в руки пульт с намерением выключить телевизор.

— Не надо, Ольга! — крикнула Маринка. — А вдруг там еще продолжение будет!

— Чего? Вот этого разврата? — взбесилась я.

— Ольга Юрьевна, я также полагаю, что разговор Инны и Валентина Валентиновича на этом не закончился, — неожиданно поддержал Маринку Сергей Иванович. — Как вы сами говорили, здесь должно быть доказательство того, что между Нечаевым и Сусимовой произошел обмен. Не торопитесь, Ольга Юрьевна! Видимо, для записи использовалась кассета с порно.

— Ну, как хотите, — сдалась я, но все же включила перемотку, чтобы найти нужный сюжет.

Периодически мне приходилось нажимать на «стоп», и тогда на экране вновь появлялись порнографические картинки. Маринка даже подошла поближе к телевизору и, не стесняясь, наблюдала за происходящим на экране. Кряжимский же потупил глаза в пол и лишь изредка стыдливо бросал косые взгляды на экран, но тут же спохватывался и опять смотрел вниз.

— Ой! А что это вы тут делаете? — Ромка заглянул в мой кабинет без стука и сразу же потерял дар речи. Действительно, зрелище было, скажем так, странное: сотрудники газеты в кабинете начальника коллективно просматривают порнографический фильм.

— Уйди отсюда, маленький еще! — крикнула Маринка, даже не взглянув на Ромку.

— Все, хватит! Мое терпение лопнуло! — резко сказала я. Ромка тут же захлопнул дверь и исчез, хотя эта реплика относилась не к нему. — Я выключаю эту мерзость.

— Ну, Оля… — взмолилась Маринка.

В этот момент на экране опять появилась рябь, а затем мы вновь увидели кабинет Нечаева. Валентин Валентинович сидел за своим рабочим столом и работал за компьютером. Инна вошла к нему без стука. Нечаев встал ей навстречу, весело улыбаясь.

— Как вы добрались? — участливо спросил он, предлагая Инне занять место на диване, где она сидела полчаса назад. — Вы очень точны!

— Это комплимент? — пробурчала Сусимова недовольно и уселась на свое место, положив перед собой объемную женскую сумку.

— Можете считать, что — да! Но не будем отвлекаться, — остановил самого себя Валентин Валентинович. — Я надеюсь, что эти бумаги у вас были в единственном экземпляре? Вы знаете, Инна Александровна, за годы общения с вами я убедился в том, что вы способны на многое. Поэтому я хотел бы обезопасить себя на тот случай, если вы опять начнете шантажировать меня.

— Тот же самый вопрос я хотела бы задать и тебе, — перебила его Инна. — Кто гарантирует мне то, что ты не станешь шантажировать меня после того, как я отдам тебе копии?

— Ладно, Инна Александровна, будем считать, что мы полностью доверяем друг другу, — предложил Валентин Валентинович и тут же спросил, бросая косые взгляды на сумочку Сусимовой: — Могу ли я взглянуть еще раз на эти бумаги?

— Да, конечно. — Инна достала из сумки кожаную папку, которая как две капли воды была похожа на ту, что я сегодня принесла Нечаеву.

Сусимова протянула ее Валентину Валентиновичу, а тот передал ей свою. Нечаев раскрыл полученную папку и достал бумаги, Сусимова же сразу положила папку в сумку и встала со своего места.

— Ну что? Добился своего? — вскрикнула она. — Теперь мы в расчете?!

— А вы что же, Инна Александровна, даже и кофе со мной не попьете? — съязвил Нечаев. — Уже собираетесь уходить? Как жаль!

Сусимова, ничего не ответив, окинула Нечаева взглядом, полным презрения и ненависти, и вышла из кабинета. Нечаев отключил видеокамеру, благодаря которой мы могли наблюдать за этими переговорами.

На экране нашего телевизора опять пошла рябь. Я выключила видеомагнитофон и вынула кассету, даже не перемотав ее.

— Ну как вам? — обратилась я к коллегам.

— Классно! Особенно второй сюжет, — восторженно сказала Маринка. — Остальное не так интересно.

— Ольга Юрьевна, а не показалось ли вам кое-что странным в ходе этого обмена? — спросил меня Кряжимский.

— В каком смысле? — удивилась я. — Вроде бы ничего подозрительного!

— А как вам реакция Инны, когда она взглянула на те материалы, которые дал ей Нечаев? — уточнил Кряжимский.

— Она, конечно, удивилась, так как не ожидала этого увидеть.

— А не кажется ли вам странным то, что Инна сразу же согласилась на обмен? — опять спросил Кряжимский.

— Чего же тут странного?! — вмешалась Маринка. — Они оба на взаимовыгодных условиях осуществили обмен.

— Вы знаете, а мне показалось, что та папка, которую отдал Нечаев, содержала гораздо больше компрометирующих документов, чем та, которую привезла Сусимова, — высказал свое предположение Кряжимский. — Поэтому Инна, ни секунды не сомневаясь, согласилась на обмен. Причем сделала это немедленно, что тоже очень странно.

— Но нам, к сожалению, уже никогда не увидеть этих материалов, — сказала я, выслушав Сергея Ивановича. — Сам Валентин Валентинович мне сказал, что Сусимова производила сделки со своими клиентами в обход налоговой инспекции, подписывая с ними фиктивные договоры. Кроме того, иногда Инна намеренно увеличивала стоимость жилья, которое продавалось в агентстве. Вот если бы найти тех людей, которых он нанимал для получения компромата… Но это сделать будет сложно.

— Даже если мы их и найдем, обращаться к ним с просьбой выдать засекреченную информацию бесполезно, — заметил Кряжимский. — Обычно для такой работы нанимают людей, которые никогда не раскроют секретов постороннему человеку.

— Ну и что же нам теперь делать? — спросила я не столько своих коллег, сколько саму себя.

— Слушай, Оля! — вдруг спохватилась Маринка. — А откуда у Инны еще одни копии документов? Когда она успела их сделать?

— Переснять копии — минутное дело, — не дал мне ответить Кряжимский. — Видимо, Инна их пересняла, пока Нечаев ждал ее в своем кабинете. Хотя вполне возможно, что у Инны изначально было два набора компрометирующих материалов.

— А зачем ей нужны были эти бумаги после того, как она обменялась с Нечаевым? — спросила Маринка.

— Я полагаю, что со временем она хотела приняться за старое, — неуверенно сказал Сергей Иванович. — Сусимова думала, что потом ей опять удастся шантажировать Валентина Валентиновича.

В дверь моего кабинета кто-то постучал. Вошел Ромка, который сразу же взглянул на экран телевизора.

— Уже закончилось? — спросил он. — Вот вы чем занимаетесь в рабочее время, пока я бегаю по городу и выполняю ваши поручения.

— Какие поручения? — удивилась я, так как на время расследования убийства Инны вообще отошла от редакционных дел.

— Вы что, Ольга Юрьевна, забыли, что я у вас курьером работаю? — заметил Ромка. — Я разносил сегодня скопившуюся документацию, а вы тут развлекаетесь.

— А что же ты, трудяга, сейчас без дела болтаешься? — бросила реплику Маринка.

— У меня обеденный перерыв, — резко ответил Ромка. — Имею я право немного отдохнуть?

— Ладно, Ромка, не кипятись, — успокоила я его. — Мариночка, а ты бы лучше кофе мальчишке сварила, да и нам заодно.

Маринка поднялась со своего места и вышла из кабинета. Ромка тут же присел на стул около чайного столика.

Кряжимский поднялся, вышел из моего кабинета, но вскоре вернулся обратно. Он протянул мне еще одну распечатку знакомых Инны, имена которых были указаны в записной книжке. Я просмотрела ее мельком, но, не найдя ни одной знакомой фамилии, отложила в сторону. У меня тоже было что показать Сергею Ивановичу. Я достала из своей сумочки фотографии, которые нашла в квартире Инны.

— Это Инна? — удивился Сергей Иванович, когда увидел Сусимову в обществе незнакомых мужчин. — А как же ее муж? Ведь она замужем?! А вот этого человека я, кажется, знаю, — неожиданно добавил Кряжимский, протягивая мне как раз ту фотографию, которая была сделана в ресторане «Магнолия».

Со снимка на меня опять смотрела та же парочка: Сусимова Инна Александровна и высокий симпатичный незнакомец в строгом костюме. Они сидели друг напротив друга; на столе стояли бутылка вина и два фужера. Я повнимательнее присмотрелась к спутнику Инны. Серьезное выражение лица придавало мужчине немного шарма. Коротко стриженные и уложенные волосы говорили о том, что он следит за собой с особой тщательностью.

— Откуда вы его знаете, Сергей Иванович? — спросила я у Кряжимского удивленно. — Кто это?

— Как кто? Это же директор нашего машиностроительного завода, — уточнил Сергей Иванович. — Курышев Александр Федорович!

— А вы его откуда знаете? — спросила я.

— Ольга Юрьевна, в нашем городе есть машиностроительный завод, который является одним из самых крупнейших предприятий Тарасова, — терпеливо стал объяснять Кряжимский. — Сейчас, конечно же, промышленные предприятия отходят в сторону, но директора этого завода большинство тарасовцев знает в лицо. Когда-то в студенческие годы мы подрабатывали вечерами на этом заводе.

— А что, и тогда его директором был Курышев? — спросила я.

— Нет. — Кряжимский отрицательно покачал головой. — Директором тогда был Маркелов Михаил Федорович, очень порядочный и честный человек. Именно в то время, когда он возглавлял это предприятие, оно считалось чуть ли не самым преуспевающим в городе. Работать на машиностроительном заводе было очень престижно. Кстати, директор на этом предприятии сменился только около десяти лет назад.

— И им стал Курышев Александр Федорович, — предположила я.

— Все оказалось гораздо сложнее, чем вы думаете, Ольга Юрьевна! Маркелов был уволен с этой должности за то, что он якобы выполнял левые заказы, за которые государство не получало прибыли, — объяснял Сергей Иванович. — Потом, насколько я знаю, он должен был даже выплатить какие-то штрафы и уйти со своей должности. Честно говоря, я не верю в то, что Маркелов заключал такие договоры. Еще тогда мне казалось, что его подставили, хотя никакой шумихи по этому поводу не поднимали. В течение одного года на предприятии неоднократно менялись директора, но никак не могли найти подходящую кандидатуру.

— А как же Курышев? — поинтересовалась я.

— Курышев в тот момент был заместителем Маркелова, хотя ему было не больше двадцати пяти лет, — продолжил Сергей Иванович. — Александр Федорович сделал успешную карьеру. Правда, поговаривали, что это произошло благодаря знакомствам в администрации нашего города. Так вот, в один прекрасный момент на должность директора был назначен Курышев, и он является им до сих пор, то есть уже около девяти лет!

— Откуда же вам это все известно? — удивилась я тому.

— Вы, Ольга Юрьевна, в то время еще были в Карасеве, когда случилась эта заварушка. А я коренной тарасовец, поэтому в курсе всех событий нашего города.

— Сергей Иванович, а может быть, мне стоит наведаться к Маркелову, чтобы выяснить у него обстоятельства его увольнения.

— Увы, это невозможно. Михаил Федорович умер от инсульта, — сообщил Кряжимский. — Он не смог выдержать того, что его с таким скандалом уволили с завода, и попал в больницу с сердечным приступом. А потом у него был инсульт, от которого он и скончался. Это случилось около девяти лет назад! По-моему, Ольга Юрьевна, нет никакой взаимосвязи между убийством Инны Александровны и увольнением Михаила Федоровича.

— Тогда мне надо будет навестить Курышева Александра Федоровича, чтобы выяснить у него, что же произошло в последний вечер жизни Инны, — сообщила я.

— Вы что, Ольга Юрьевна, пойдете к нему? — удивился Ромка.

— Что в этом такого? Захвачу с собой диктофончик, покажу фотографии, — сказала я. — Если ему нечего скрывать, то он просто расскажет о том, как прошел романтический вечер с Инной.

— А если — есть? — спросил Ромка.

— Тогда я выужу у него всю информацию, — пообещала я.

— И каким же это образом, Ольга Юрьевна? — заинтересовался Сергей Иванович.

Я не смогла ответить на его вопрос, так как пока сама не представляла, как действовать в том случае, если выяснится, что Александр Федорович хоть как-то причастен к гибели Инны.

— Идти к Курышеву рискованно, — сделал вывод Сергей Иванович. — Может быть, вам следует наведаться в ресторан «Магнолия»? Вы знаете, Ольга Юрьевна, иногда официанты могут случайно услышать что-то во время разговора.

— Я уже там была, — напомнила я Кряжимскому.

— Может быть, в этот раз вам повезет больше, — предположил собеседник.

— Если вы считаете, что это необходимо, я прислушаюсь к вашему совету, — согласилась я с Кряжимским и, выпив чашечку кофе, спустилась к своей машине.

Глава 10

Официант, который работал в тот вечер, когда Сусимова и Курышев посещали ресторан «Магнолия», внимательно рассматривал фотографию, которую я протянула ему, объяснив, что мне нужно узнать подробности романтического ужина этой парочки.

— Странные они какие-то были, — наконец произнес молоденький паренек, возвращая мне фотографию. — Именно я обслуживал их столик. Первым пришел мужчина и сразу же заказал себе немного бренди и легкий ужин. Женщину ему пришлось ждать около часа. Он сильно нервничал и постоянно спрашивал у меня, который час. Когда подошла дама, они заказали только легкую выпивку, немного закуски и фрукты. Женщина была очень агрессивно настроена, и в какой-то момент мне даже показалось, что это были поссорившиеся муж и жена.

— Почему это вы так решили?

— Они о чем-то спорили, причем бросали друг другу фразы типа: «Это ты сам во всем виноват!», «Не надо было вообще с тобой связываться!» Я сейчас уже точно не помню. Мужчина говорил женщине о том, что у них еще будет время оформить какие-то бумаги. Но иногда, когда я подходил к их столику, они замолкали. Я тогда еще подумал, что вроде бы на деловой ужин это не похоже, а они беседуют о делах.

— А кто их фотографировал? — спросила я у молодого человека, осматривая полупустой зал ресторана.

— У нас есть свой фотограф, который может запечатлеть на пленке романтический ужин по просьбе клиента, — с гордостью сказал официант. — Причем снимки будут готовы уже через четверть часа. Женщина пригласила фотографа. Ее спутник же был недоволен тем, что дама решила оставить свидетельство их встречи. Все выглядело так, как будто он встречался со своей любовницей, которую тщательно скрывал от окружающих. Он сказал что-то не очень приятное женщине, когда она заказала фотографии.

— А больше ничего странного вы не заметили? — с надеждой спросила я, так как полученной от официанта информацией была несколько разочарована.

— Нет, к сожалению, — немного подумав, ответил молодой человек. — Они потанцевали немного, а потом ушли.

На этом разговор с официантом закончился. Я еще раз окинула зал ресторана беглым взглядом и вышла из помещения на улицу.

Ну что ж! Придется теперь побеспокоить Курышева! Но визит ему я решила нанести завтра, так как сомневалась, что застану Курышева на его рабочем месте. Кроме того, мне было интересно, что нового узнал Виктор, присутствуя на похоронах Инны. Поэтому я направилась в редакцию, где сегодня вечером должны были собраться все сотрудники.

Едва я открыла дверь нашего офиса, как сразу же ощутила приятный аромат свежесваренного кофе.

— Ольга, ну как? — спросила меня Маринка, которая шла в мой кабинет с подносом, на котором стояли, как я успела заметить, только четыре чашки.

Она поймала мой взгляд и, не растерявшись, сказала:

— Сейчас и тебе будет чашечка! Нам Виктор рассказывает о том, как прошли похороны Инны.

— Рассказывает? — удивилась я, так как с большим трудом верилось в то, что молчун Виктор может кому-то что-то рассказывать.

— Прости, не так выразилась, — исправилась подруга, ставя на поднос еще одну чашку кофе. — Рассказом его выступление, конечно, не назовешь, но мы его понимаем.

Я прошла в свой кабинет и застала немую сцену с участием Виктора, Кряжимского и Ромки. Центром всеобщего внимания, естественно, был фотограф, рассказ которого, видимо, уже подходил к концу, как я поняла по его жестикуляции и мимике.

— Не переживай, Ольга, я тебе все расскажу, — успокоила меня Маринка и продолжила: — Сразу надо признать, что посещение похорон Сусимовой для Виктора было не самом приятным времяпрепровождением, к тому же можно сказать, что оно было абсолютно бесполезным.

Виктор, соглашаясь с Маринкой, развел руки в стороны.

— Совершенно бесполезным? — переспросила я Маринку. — Ничего не удалось приметить?

— Стало совершенно ясно только то, что Сусимов просто безумно был влюблен в свою жену, — высказалась Маринка.

— Ольга Юрьевна, представляете — он упал в обморок, — радостно сообщил Ромка, ничуть не смутившись своей реакции на этот факт.

— Как? — удивилась я.

— А так, — продолжила Маринка. — Уже на кладбище, когда он подходил прощаться со своей суженой, он покачнулся и свалился замертво! Началась, конечно же, паника, а затем с помощью нашатырного спирта несчастного удалось привести в чувство.

— Как вам такая реакция, Ольга Юрьевна? — поинтересовался Кряжимский, который тоже улыбался.

— Любовь! — задумчиво сказала я, но тут же перешла к менее романтическому тону. — Что еще?

— А ничего! — разочаровала меня Маринка. — Похороны проходили в узком кругу родных и друзей. Ковальков не присутствовал, но зато от него лично, а также от агентства было два шикарных венка. Светлана, сестра Инны, держалась хорошо, только изредка пуская слезу. Тетка Инны же не скрывала своих эмоций и на кладбище устроила такой вой и плач, как будто она потеряла не племянницу, а родную дочь.

— А Покров был? — поинтересовалась я.

— Был, — сказала Маринка. Виктор утвердительно кивнул, подтверждая ее слова. — Он надел по такому случаю черный строгий костюм и держался в стороне.

— И все? — разочарованно спросила я.

— А что тебе еще надо? — ответила вопросом Маринка. — Перечисление всех родственников Инны поименно или же описание традиционных похорон? Ничего интересного, поверь мне.

— Да, Ольга Юрьевна, — авторитетно заявил Кряжимский. — Пожалуй, с этой стороны мы никак не приблизимся к разгадке убийства Инны. Лучше расскажите, что вам удалось узнать в ресторане.

— Ты была в ресторане? — обиженно вскрикнула Маринка. — Уже второй раз за эти несколько дней? И без меня?

— Я туда не обедать ходила, — успокоила я подругу. — Я просто разговаривала с официантом, но результат почти нулевой.

Я пересказала коллегам свою беседу с официантом. Хотя, честно говоря, не видела в этом никакого смысла.

— Ну что ж, Ольга Юрьевна, я могу сделать только один вывод: Курышев и Сусимова продолжили вечер вместе, — заключил Сергей Иванович, как только я закончила рассказ.

— Это почему же? — удивилась я.

— Официант же не видел в руках Инны и Александра Федоровича бумаги, но упомянул о том, что Курышев обещал их оформить, — объяснил Сергей Иванович. — Если у них речь зашла об оформлении бумаг, то полагаю, что они это и сделали после романтического ужина! Можно даже допустить, что он добился своего, а затем разобрался с Инной таким зверским способом.

— То есть вы считаете его убийцей? — переспросила я.

— Даже о самом факте убийства пока можно говорить лишь предположительно. Но если оно было, то вполне допустимо, что Курышев не сам убивал, а «заказал» Инну, — заметил Кряжимский.

— А что, если его подставили? — не унималась Маринка.

— Кто? Зачем? Почему? — сразу задал несколько вопросов Кряжимский и тут же продолжил: — Не знаете? Зато я предлагаю вам версию, в которой, конечно же, есть темные пятна. Сусимову и Курышева связывали не только дружеские отношения, но и деловые.

— Что за деловые взаимоотношения могут быть у директора машиностроительного завода с директором агентства недвижимости? — удивленно спросил Ромка.

— У кого? У генерального директора машиностроительного завода? — переспросила Маринка.

— Да! — Ромка кивнул головой.

— Оля, а у меня же подруга работает секретарем на машиностроительном заводе, — неожиданно сказала Маринка.

— Какая подруга? — растерянно спросила я.

— Ну та, помнишь, из-за которой я недавно на работу опоздала, — напомнила Маринка. — Она мне говорила, что сидит под боком у главного!

— Маринка, на заводе знаешь сколько главных! Так что это еще не факт, что она — секретарь самого Курышева.

— А мы сейчас это и узнаем, — сказала Маринка и вылетела из моего кабинета. — У меня есть номер ее домашнего телефона!

— А рабочего нет? — поинтересовалась я, но Маринка уже меня не слышала.

Буквально через несколько секунд она вбежала в мой кабинет с записной книжкой в руке и подошла к столу, где стоял телефон. Набрав номер подруги, она весело подмигнула мне и замерла в ожидании ответа абонента.

— Валерий Яковлевич! — возбужденно вскрикнула она. — Это Марина! А Лену можно к телефону? А где она? Да-а!.. Валерий Яковлевич, мы с ней недавно виделись, так она мне сказала, что работает на машиностроительном заводе! Да! Секретарем! А у кого? У генерального директора?! Курышев Александр Федорович! У него? Да! Спасибо большое! До свидания.

Разговор оказался короче, чем я предполагала. Маринка с довольным видом положила трубку телефона на место и опять возвратилась на свой стул к чайному столику.

— Ленка работает секретарем Курышева, — с гордостью сказала Маринка и сделала большой глоток уже остывшего кофе.

— А ты не с ней разговаривала? — уточнила я.

— Ее нет дома, — ответила Маринка. — Я говорила с ее отцом, а Ленка на работе еще.

— На работе? — удивился Ромка и посмотрел на часы. — Уже десятый час.

— Мало ли какие у людей могут быть обстоятельства, — немного задумчиво произнесла Маринка. — Может быть, у нее много работы. Эх! Жалко, что она мне свой рабочий телефон не дала!

— Мариночка, ее рабочий телефон можно узнать в любом справочнике, — заметил Сергей Иванович. — Достаточно только найти рабочий телефон директора машиностроительного завода, и на звонок ответит секретарь.

— Сергей Иванович, а не могли бы вы этим заняться? — ненавязчиво попросила я Кряжимского.

— Конечно, Ольга Юрьевна, — с готовностью ответил он и вышел из моего кабинета.

Вскоре Сергей Иванович возвратился обратно и протянул мне небольшой лист бумаги, где были записаны два номера рабочих телефонов: один — Курышева Александра Федоровича, а другой — его заместителя, Береснева Сергея Анатольевича.

— Ну что, будем разыскивать Елену? — поинтересовалась я у Маринки.

— Как хочешь, — безразлично ответила подруга. — Только я не уверена, что она действительно находится на своем рабочем месте. Но попробовать, конечно, можно!

— Ольга Юрьевна, мне кажется, что вам стоит встретиться с этой девушкой, — высказал свое мнение Кряжимский. — Секретарь может знать гораздо больше о своем начальнике, чем кажется.

Маринка тем временем подошла к моему рабочему столу, подвинула поближе телефон и набрала один из номеров, записанных на листочке, который я ей передала. Подруга смотрела на меня растерянным взглядом на протяжении минуты. Трубку никто не брал.

— Ее нет и на работе. Как я и предполагала, — сделала вывод Маринка и положила трубку.

— Может быть, стоит связаться и с заместителем Курышева, — предложила я.

— Зачем? — удивилась Маринка.

— Вероятно, он знает, где находится в настоящий момент Леночка? — предположила я.

— И откуда же это он может знать? Она же не его секретарша? — резонно заметил Ромка.

— Не его, — согласилась я с ним. — Но, может быть, Леночка проводит вечер с Курышевым, а Береснев может знать, где находится начальник.

Маринка послушно набрала второй номер, записанный на листочке, и поднесла трубку к уху. Но и на этот звонок никто не ответил.

— Интересно, и где же так усиленно работает твоя подруга? — хихикнул Ромка, посмотрев на Маринку.

— Где надо, — огрызнулась Маринка.

— Тогда я завтра же с утра отправляюсь к Александру Федоровичу, — решительно сказала я.

— Возьми меня с собой, — попросила Маринка. — Я могу тебя познакомить с Леной. Ты с ней поговоришь о том, что тебя интересует. По-моему, не стоит упускать такой возможности.

— Хорошо, — согласилась я с Маринкой. — Я завтра утром заеду за тобой.

— Оля, а может быть, тогда я у тебя и переночую?.. — загнусавила Маринка.

Подруга очень любила бывать у меня дома, а я никогда не была против этого. Во-первых, вдвоем не скучно; во-вторых, общение друг с другом обеим нам доставляло удовольствие. Я поддалась на Маринкины уговоры и пообещала ей, что мы поедем ночевать ко мне, но только после того, как она доделает свои сегодняшние дела. Маринка в хорошем настроении выбежала из кабинета, а за ней потянулись и все остальные сотрудники.

Оставшись одна, я набрала номер телефона Олега Ивановича.

— Да, — послышался знакомый голос. — Я слушаю!

— Это Бойкова! Ольга Юрьевна! — представилась я.

— Вас на похоронах сегодня не было, — заметил уставшим голосом Олег Иванович. — Но я видел вашего сотрудника. Виктор, кажется, его зовут.

— Я не смогла, Олег Иванович! Как вы себя чувствуете?

— Ах, вы насчет этого? Уже нормально! Я, честно говоря, не отличаюсь крепким здоровьем, как, впрочем, и большинство врачей. Вот вам и результат!

— Олег Иванович, как, с вашей точки зрения, прошли похороны?

— Прошло все относительно спокойно, — обреченно сказал Сусимов. — Были практически все родственники и несколько наших с Инной общих друзей. Кстати, уже знакомая вам подруга приходила.

— Морозова Евгения Павловна? — уточнила я.

— Да! Она была с каким-то мужчиной, но не со своим мужем, — сообщил Сусимов. — Они оба держались в стороне. Даже не знаю, кто это был, но тип подозрительный.

— А как он выглядел?

— Обыкновенно, — безразличным тоном сказал Сусимов. — Высокий брюнет с голубыми глазами.

— Он был в черном костюме? — поинтересовалась я, хотя уже начала догадываться, о ком говорит Олег Иванович.

— Да, — ничуть не удивившись, ответил Сусимов. — Вы его знаете? Мне он показался подозрительным.

— Больше ничего? — Я намеренно переменила тему разговора, так как уже поняла, что Сусимов намекает на Алексея Маркеловича Покрова.

— Я же сегодня свою жену хоронил, поэтому не очень-то приглядывался к пришедшим на похороны. Хотя в принципе всех знал, кроме этого незнакомца, который стоял с Женькой.

— Ну, тогда до свидания, Олег Иванович. — Я попрощалась с собеседником и отключила телефон.

Несмотря на то что Сусимов настойчиво пытался обратить мое внимание на Алексея Маркеловича, я не считала Покрова подозрительной личностью. Он не мог пойти на убийство Инны. Сейчас объектом моего пристального внимания был Курышев.

Глава 11

Машиностроительный завод находился практически на краю города, поэтому мы с Маринкой приехали туда гораздо позже, чем планировали. Многочисленные пробки на дорогах привели к тому, что мы подъехали к проходной завода уже около десяти часов. Я вышла из салона моей «Лады» и сразу же обратила внимание на памятник Ленину, которых еще с советских времен в нашем городе оставалось немало. Владимир Ильич строго, как мне показалось, смотрел на меня и указывал пальцем прямо в мою сторону. Мы с Маринкой прошли мимо него и вошли в проходную.

Журналистское удостоверение, которое является своеобразным пропуском во многих случаях, было у меня в сумочке. Я воспользовалась им, сообщив вахтерше, что мне надо встретиться с Курышевым Александром Федоровичем.

— Подождите, — сказала полная пожилая женщина, стоящая на вахте. Она набрала номер телефона, находившийся в глубине ее стеклянной будки.

— Ну вот, теперь вы можете идти, — спокойно сказала женщина. — Только вот ваше удостоверение пока останется у меня. Я отдам его при выходе.

— Девушка тоже со мной! — сообщила я вахтерше.

— Я ее не пропущу, — сообщила вахтерша ровным голосом.

— Почему? Я тоже работаю в редакции криминальной газеты! — визгливо крикнула Маринка.

— Ваше удостоверение, девушка, — сказала вахтерша и выжидательно посмотрела на Маринку.

Подруга немного замялась, так как никакого удостоверения у нее не было.

— Она работает моим секретарем, — сообщила я вахтерше.

— Ну и что! Мне-то какое дело. Не положено находиться на территории завода посторонним. Она может подождать вас здесь!

Мы с Маринкой отошли от стеклянной будки вахтерши и, немного посовещавшись и не найдя никакого выхода из этой ситуации, решили, что Маринке действительно не удастся пройти внутрь.

— А как же Ленка? — спросила подруга, намекая на то, что ее знакомство с секретарем Курышева может сослужить мне хорошую службу.

— А ты позвони ей, — предложила я Маринке. — Скажи, что я сейчас подойду, чтобы она уделила мне несколько минут для разговора.

— Ладно, — нехотя согласилась Маринка и набрала рабочий номер своей подруги, воспользовавшись моим телефоном.

Я тем временем выяснила, где на территории завода находится административное здание.

— Все, Ольга, можешь идти, — сказала мне Маринка, отдавая телефон. — Она будет тебя ждать. Кстати, у Курышева сейчас его заместитель в кабинете, поэтому не торопись. Они будут разговаривать, по предположениям Ленки, где-то полчаса.

— Ты здесь меня подождешь? — спросила я у Маринки.

— Мне что, больше делать нечего, как тебя караулить, — немного раздраженно сказала Маринка. — Я поеду в редакцию! Нет, наверное, не поеду! — тут же поменяла свое решение Маринка. — Хотя… я подумаю! Но если меня не будет, значит, я уехала в редакцию!

— Ну хорошо, я подъеду сразу же после разговора, — пообещала я подруге.

Маринка неторопливо вышла из проходной на улицу, я же прошла на территорию завода. Рабочий день был в полном разгаре, поэтому аллея, по которой я шла, была совершенно безлюдной. Все рабочие находились в цехах.

Войдя внутрь административного здания, я сразу же поднялась на второй этаж и без труда нашла кабинет генерального директора. Я приоткрыла дверь, заглянула и сразу же вошла. Секретарша — молоденькая девушка — оторвалась от работы за компьютером и с интересом посмотрела на меня.

— Здравствуйте. Вы к Александру Федоровичу? — спросила Лена.

— Да, — ответила я и кивнула головой.

— Вы главный редактор криминальной газеты «Свидетель»? — поинтересовалась девушка. — Ольга Юрьевна?

Опять последовал утвердительный ответ с моей стороны.

— Мне Маринка звонила только что, — сообщила Лена, вставая со своего места и подходя ко мне. — Она сказала, что вы о чем-то хотели поговорить со мной.

— Александр Федорович занят? — поинтересовалась я.

— Да, — ответила Леночка. — И освободится не скоро. Он разговаривает с Бересневым о каких-то делах, а обычно такие разговоры не кончаются через пять минут!

— Мы можем здесь с вами поговорить? — спросила я.

— Ольга Юрьевна, Александру Федоровичу не понравится, если я покину свое рабочее место, — ответила Лена. — Так что у нас с вами никаких других вариантов нет. Здесь спокойно, никто нам не помешает!

Я присела на мягкий диван, на который мне указала Лена. Она тоже села рядом со мной.

— О чем же вы хотели поговорить? — уточнила Елена.

— О вашем начальнике, — сразу же ответила я.

— Что вас интересует? — спросила девушка, немного удивившись.

— Леночка, а вы давно работаете здесь секретарем?

— Около полугода!

— Меня интересует одна знакомая Александра Федоровича, — пояснила я и достала из своей сумочки фотографию Сусимовой, которую мне оставил Олег Иванович. — Вы ее знаете?

Девушка взяла в свои руки снимок и внимательно посмотрела.

— Она несколько раз приходила к Александру Федоровичу, — ответила Лена, возвращая мне фотографию, которую я тут же засунула обратно в сумочку. — У них с Курышевым, по-моему, деловые отношения. Я, правда, не знаю, где она работает и чем занимается. Но Александр Федорович расскажет вам об этом.

— Если захочет! — заметила я.

— Почему вы так говорите? — насторожилась Леночка. — Александру Федоровичу скрывать нечего.

Дверь в приемную открылась, и наше уединение нарушил высокий плечистый парень с тупым выражением лица.

— Вася, тебе чего? — спросила у него Лена.

— Шеф у себя?

— Да!

— Я зайду попозже!

Шкаф резко развернулся и вышел из кабинета.

— Это кто такой? — поинтересовалась я.

— Этот? А-а, Васька! Он тут работает!

— Кем? — удивилась я, так как не представляла, где может пригодиться такое тупое существо.

— Везде, — сказала Леночка. — Он и охранник, и телохранитель, и исполняет еще какие-то поручения. Мальчик на побегушках!

— Леночка, а вы случайно не знаете, где Александр Федорович был вчера вечером? — спросила я.

— Ну, как вам сказать, — смущенно ответила Лена. — Мы ходили с ним в кафе. Вдвоем! Посидели, поговорили о работе!

— А-а-а, — протянула я с пониманием. — А кроме деловых отношений, эту женщину и Курышева ничего не связывало?

— Нет, — уверенно сказала Лена. — А почему вы говорите в прошедшем времени? Буквально несколько дней назад эта дамочка приходила к Александру Федоровичу с какими-то бумагами. Они, как всегда, разговаривали о делах в его кабинете и, по-моему, оба были заинтересованы в общении друг с другом. В деловом общении!

Лена сделала ударение на последней фразе, встала с дивана и подошла к столу, чтобы приготовить кофе. В этот момент дверь в кабинет Курышева открылась, и в приемную вошли Александр Федорович и его заместитель, лысоватый старичок невысокого роста. Курышева я узнала сразу, так как видела его на фотографии.

— Вы ко мне? — поинтересовался он.

— Да-да, — подтвердила Леночка. — Я не стала прерывать вашей беседы с Сергеем Анатольевичем!

Береснев в этот момент уже хлопнул дверью приемной, выходя в коридор, а Леночка продолжила:

— Ольга Юрьевна Бойкова, — представила она меня. — Главный редактор криминальной газеты «Свидетель»!

— Криминальной? — удивился Александр Федорович. — Что-то я не чувствую, что здесь пахнет криминалом. А вы?

— Александр Федорович, мне бы хотелось с вами поговорить, — сказала я серьезным тоном.

— Тогда прошу вас в мой кабинет, — сказал Курышев и распахнул передо мной дверь.

Кабинет Курышева особо ничем не отличался от кабинетов крупных начальников. На рабочем столе стоял компьютер, рядом лежали ровными стопочками бумаги. Стол для совещаний стоял в стороне, в окружении стульев, на один из которых Александр Федорович предложил мне присесть. Сам же занял место напротив меня.

— Так что же вас интересует? — поинтересовался Курышев.

— Ваше знакомство с Сусимовой Инной Александровной, — сказала я.

— С кем?

— С Сусимовой Инной Александровной, — настойчиво повторила я.

— А вы уверены, что мы с ней знакомы? — спросил в свою очередь Курышев. — Я, например, вообще первый раз слышу эту фамилию.

— Как? — Я была поражена ответом Александра Федоровича и решила действовать более смело.

Достав из сумочки фотографию из ресторана «Магнолия» и попутно незаметно включив диктофон, я протянула снимок Курышеву. Александр Федорович внимательно посмотрел на фотографию и спокойно сказал:

— Если это та, о ком вы говорите, то неудивительно, что я не знаю ее фамилии. Мы с ней познакомились в ресторане. Провели, так сказать, один вечерок вместе, и все. Приятная женщина, скажу я вам!

— Так вы даже не знали, как ее зовут? — удивилась я.

— Ну, теперь-то знаю!

— А вас не смущает тот факт, что после вашей встречи в ресторане эта женщина погибла? И велика вероятность, что не случайно, — сказала я, не зная, как мне вывести собеседника на чистую воду.

— Ага, а вот и криминал появился, — весело сказал Курышев. — А я, извините, ничего не знал о ее смерти. Вы уверены, что ее именно убили? — поинтересовался он, умело изображая удивление. И тут же добавил, не дождавшись моего ответа: — Как жалко! А такая была хорошая женщина!

— Но вы же вместе выходили из ресторана? — смущенно пробормотала я.

— Разумеется, у нас же было романтическое свидание со всеми вытекающими отсюда последствиями, — ровным голосом ответил Курышев.

— И куда же вы поехали?

— У этой женщины была квартира, где мы и продолжили, — безразличным тоном сказал Курышев и внимательно посмотрел на меня.

Я совершенно растерялась. У меня было такое ощущение, что Александр Федорович просто издевается надо мной, но ничего поделать я не могла. Говорить о том, что я разговаривала с Леной, которая сообщила, что Сусимова не один раз приходила к Александру Федоровичу на работу, не стоило, так как я не хотела подставлять девушку.

— И когда же это случилось? Каким образом? — спросил Александр Федорович.

— На следующий день утром она попала под машину, — ответила я, наблюдая за реакцией собеседника.

— Тогда, Ольга Юрьевна, вы пришли не по адресу, — сказал Александр Федорович. — Я уехал от Инны где-то около часа ночи и с этого момента ее не видел.

— И не увидите!

— Да, вы правы, — согласился со мной Александр Федорович. — Ольга Юрьевна, а вы какое имеете отношение к Сусимовой?

— Я занимаюсь расследованием обстоятельств ее смерти, — призналась я.

— Зачем? Пусть этим занимается милиция, а ваше дело маленькое, — благодушно заметил Курышев. — Вы же редактор, а не оперуполномоченный!

— Хорошо, я последую вашему совету, — покорно ответила я, попрощалась с Курышевым и вышла из кабинета.

Проходя по коридору, я чуть ли не ударилась головой о мощные плечи Василия и вздрогнула от неожиданности. Он шел по коридору и с кем-то разговаривал по телефону. Меня же он вообще не заметил.

— Извините, — промямлила я.

Я вышла из здания и остановилась в нерешительности. Может быть, мне стоит еще заглянуть и к Бересневу? Он-то наверняка знает, что связывает Сусимову и Курышева. Я уже сделала шаг по направлению к зданию, как тут же передумала. Если Береснев и Курышев работают в одной команде, что вполне вероятно, то лишними расспросами я только наведу на себя подозрения. Мне не хватало в этой ситуации дельного совета — например, Сергея Ивановича. Нет! Надо ехать в редакцию. Я уверенной походкой прошлась по заводской аллейке и вышла к проходной.

Маринки не было, моей машины тоже. Я не посчитала это странным, так как подруга говорила о том, что планирует поехать в офис. Придется воспользоваться такси, если подруга решила прокатиться на моей «Ладе»! Я решила перейти на другую сторону улицы и вышла на дорогу. Машин не было, так как проходная завода выходила не на центральную улицу города. Я сделала еще шаг и вдруг увидела черную «Волгу», которая неслась на меня на бешеной скорости. Я смотрела на нее, как загипнотизированная, совершенно забыв о том, что стою не на тротуаре, а на дороге. «Волга» не сбавляла скорости. «354» — это был номер автомобиля, который я постаралась запомнить.

В тот момент, когда «Волга» находилась буквально в десяти метрах от меня, я резко прыгнула в сторону. Машина пролетела как раз в том месте, где я стояла буквально секунду назад. Я опешила! Что это было?

А может быть, это просто был один из тех лихих парней, которым вообще плевать на то, что кто-то стоит на дороге? Не похоже, так как после маневра со мной водитель «Волги», которого я даже рассмотреть не успела, сбавил скорость и завернул за угол. Я ошарашенно смотрела на дорогу, а когда услышала автомобильный сигнал прямо под ухом, даже вздрогнула.

— Ты уже все? Закончила? Ну, как там Ленка? — весело спросила Маринка. Настроение у нее, не в пример моему, было замечательным.

— Где ты была? Быстро садись на свое место! — крикнула я.

— Ты куда собралась, Ольга? Что, все так плохо? — растерянно пробормотала Маринка, как только я включила зажигание и тронулась с места.

Я резко завернула за тот угол, где буквально полминуты назад скрылась черная «Волга». Выехав на центральную улицу, я растерялась, так как «Волги» не обнаружила. Упустила! Я летела по дороге, надеясь, что еще настигну эту машину. Но все мои старания были напрасны. Проехав несколько кварталов, я остановилась и торопливо закурила.

— Ольга, да что с тобой? — спросила Маринка.

— Меня чуть не сбили!

— Да ты что! Не надо воспринимать все так трагично! Я каждый день перебегаю дорогу и меня чуть не сбивают машины, — своеобразно попыталась меня утешить подруга.

— Это была черная «Волга», — почти шепотом сказала я.

— Что? «Волга»? — переспросила Маринка. — Да мало ли у нас в Тарасове этих черных «Волг», не станешь же ты коситься на каждую, — сказала она. — А ты хоть номер-то запомнила?

— Да!

— Так что же мы здесь стоим? Поехали в редакцию, — предложила Маринка. — Там Кряжимский по номеру узнает владельца этой машины, и ты наконец-то успокоишься.

— А ты где была? — поинтересовалась я у Маринки.

— Ездила в один магазинчик, здесь неподалеку, — объяснила подруга. — Ты что, думала, что я тебя здесь брошу без машины?

— Да ничего я не думала, — устало сказала я и включила зажигание.

Глава 12

Все сотрудники нашей редакции собрались за чайным столиком в моем кабинете. Перед нами стояли чашечки со свежесваренным ароматным кофе, сахарница и вазочка с печеньем и конфетами. Я рассказала коллегам о беседе с Курышевым. Сергей Иванович, как всегда, принялся анализировать ситуацию.

— Ольга Юрьевна, а ведь то, что Курышев не упомянул о том, что он и раньше был знаком с Сусимовой, по крайней мере, подозрительно, — заметил Кряжимский, сделав маленький глоток кофе и недовольно сморщившись, так как напиток был горячим.

— Ничего себе не упомянул, — возмутилась Маринка. — Ольга его прямо спросила, знает ли он Сусимову, и даже показала ему фотографию, а он отпирался на протяжении всего разговора.

— Тем не менее мы не знаем мотивов его поведения, — продолжил Сергей Иванович. — Вы, Мариночка, не допускаете мысли, что Инна просто была любовницей Курышева? В таком случае его реакция на вопросы Ольги Юрьевны вполне понятна. Он просто не хотел, чтобы о его связи узнала жена.

— А почему же тогда он приглашал Инну к себе на работу, если не хотел огласки? — спросила я Кряжимского.

— То, что Сусимову видела секретарша, которая находится под непосредственным начальством Курышева, еще ни о чем не говорит, — возразил Кряжимский. — Александр Федорович мог сказать Леночке в приватной беседе, чтобы она держала язык за зубами.

— Но он же этого не сделал! — напомнила Маринка.

— Не успел, — догадался Ромка.

— Да, не успел, — снова возмутилась Маринка. — Дождался, когда его любовницу замочат, или сам ее замочил, а затем только начал все скрывать. Не поздновато ли он опомнился?!

— Сергей Иванович, вы правда считаете, что Инну и Курышева связывали только такие отношения? — спросила я, не веря, что Кряжимский действительно остановился на этой версии.

— Нет, Ольга Юрьевна, мне просто надо рассмотреть все варианты, — ответил Кряжимский.

— И какие же именно? — нетерпеливо спросила Маринка.

— Допустим, что Инну и Курышева связывали не только любовные отношения, но еще и деловые, — предположил Сергей Иванович и почесал затылок. — В таком случае можно предполагать все что угодно, но это еще не значит, что Курышев причастен к гибели Инны.

— А по-моему, мы на верном пути, — заметил Ромка. — Уже то, что на Ольгу Юрьевну пыталась наехать «Волга», говорит о том, что Курышеву есть чего бояться. Ведь наезд произошел после того, как Ольга Юрьевна показала ему фотографию и дала понять, что ей многое известно.

— Кстати, Сергей Иванович, Ольга запомнила даже номер машины, — перебила Ромку Маринка.

— Ольга Юрьевна, вы его и сейчас, надеюсь, помните? — сказал Кряжимский и подготовил листок бумаги.

Я назвала его.

— Минуточку!

Кряжимский вышел из моего кабинета и вернулся буквально через несколько минут. За это время мы допили уже остывший кофе.

— Борисов Николай Ильич, — сказал Кряжимский, протягивая мне все тот же листок бумаги, где теперь были записаны адрес Борисова и его номер телефона. — Он владелец «Волги» с этим номером!

— Что-то я не вижу никакой связи между Курышевым и Борисовым, — заметила Маринка.

— А ты что, знаешь, кто такой Борисов? — весело спросил Ромка.

— Нет!

— А что, если это его дядя, который дал Курышеву на время машину, — продолжил Ромка.

— Мальчик, — уничижительно ласково обратилась Маринка к Ромке. — Александр Федорович уже достиг того возраста и положения, когда он не нуждается в машинах родственников, а вполне может приобрести свою.

— А для всяких там убийств или наездов вполне можно использовать чужую тачку, — обидевшись, пробурчал Ромка и затих.

— Маринка, не начинай, — остановила я подругу. — В конце концов, мы сейчас вполне можем позвонить самому Борисову и узнать у него… — Я неожиданно запнулась, так как не знала, о чем можно разговаривать с совершенно незнакомым человеком. — Хотя что я ему скажу?..

— Как что? — удивилась Маринка. — Скажешь, что его «Волга» буквально час назад сбила молодую симпатичную девушку прямо у проходной машиностроительного завода.

— Маринка, ты — гений! — не удержался от комплимента Ромка.

— А не поспешным ли будет этот шаг? — задумавшись, спросил как бы у самого себя Кряжимский. — Хотя я и обращался в ГИБДД, чтобы узнать, нет ли ориентировки на эту «Волгу», не угоняли ли ее; но допустим, что у Борисова угнали эту машину совсем недавно и он пока еще не заявлял в милицию. Тогда он будет не в курсе того, что происходит с его автомобилем. Это, как говорится, хороший вариант, очень даже благоприятный для нас.

— А какой плохой? — перебила Маринка Кряжимского.

— Хуже будет, если Борисов каким-то образом связан с Курышевым и дал ему машину, зная, в каких целях она будет использоваться.

— Ну и что? — не поняла его Маринка.

— А дело в том, что мы тогда вообще раскроем все свои карты: начиная с того, что уже в течение трех дней занимаемся расследованием убийства Сусимовой, и кончая тем, что знаем, что на Ольгу Юрьевну попытались совершить наезд, — сообщил Кряжимский. — Пусть преступники считают, что Ольга Юрьевна не обратила на это никакого внимания.

— Сергей Иванович, вы тоже гений! — Ромка сегодня был щедр на комплименты.

— Хорошо, а о чем же мы тогда будем говорить с Борисовым? — спросила Маринка.

— О Курышеве! — сразу же ответил Кряжимский. — По-моему, для всех нас сейчас важен вопрос, в каких отношениях находятся Борисов и Курышев и знают ли они друг друга вообще.

— Тогда я набираю номер. — Я уже подошла к своему столу, на котором стоял телефон.

— Ольга Юрьевна, мне кажется, что такие вопросы по телефону не решаются, — заметил Кряжимский. — Я вам советую сейчас назначить встречу, а поговорить с Борисовым лучше лично.

Я набрала номер, записанный на листке бумаги. В трубке раздались длинные гудки. Наконец на том конце провода сняли трубку.

— Д-да, я слушаю, — услышала я слегка хрипловатый и заикающийся мужской голос.

— Добрый день. Квартира Борисовых?

— Да, — коротко ответил собеседник. — Вам что нужно?

— Мне бы хотелось поговорить с Николаем Ильичом, — четко сказала я.

— С к-кем?

Я повторила свою просьбу. Собеседник неожиданно бросил трубку рядом с телефоном. Я предположила, что мужчина пошел звать Николая Ильича, поэтому терпеливо ждала.

— Да, — послышался юношеский голос нового собеседника.

— Николай Ильич Борисов? — вежливо поинтересовалась я.

— Он самый.

— Извините за звонок, — немного смутившись, сказала я. — Беспокоит вас Ольга Бойкова, журналистка. Я бы хотела с вами поговорить. Где мы можем встретиться?

— О чем поговорить? — удивился Борисов.

— О предмете нашего разговора я не хотела бы говорить по телефону, — загадочно сказала я. — Давайте встретимся в полдень около центрального фонтана.

— Боюсь, что мне не удастся к этому времени доехать до центра города, — ответил Борисов и тут же предложил: — А приезжайте ко мне!

Николай Ильич продиктовал мне свой адрес, который я еще раз записала, хотя Кряжимский уже дал мне его. Попрощавшись, я положила трубку. Коллегам я сообщила, что сейчас же отправляюсь к Борисову в гости, на что Сергей Иванович заметил:

— Ольга Юрьевна, после того как на вас сегодня утром мчалась на всех парусах «Волга», я бы не стал так рисковать и идти на встречу.

— Как? — удивилась я.

— То есть я хотел сказать, что вам не стоит идти в гости к этому Борисову, — поправился Сергей Иванович. — Гораздо лучше и безопасней было бы назначить ему время и место. На нейтральной территории спокойней как-то, знаете ли.

— Тогда со мной поедет Виктор! — твердо сказала я и посмотрела в сторону своего телохранителя, который пожал плечами и сразу же встал со своего места.

— Ольга Юрьевна, все равно я прошу вас быть осторожнее, — сказал Кряжимский. — Если Курышев так легко расправился с Инной, то…

— Это пока еще не доказано, — заметила Маринка.

— И все же осторожность не помешает, — повторил Кряжимский, растерянно наблюдая за мной.

Я уже положила в сумку несколько бумаг, фотографии Инны и приготовилась выходить, но Сергей Иванович остановил меня.

— Ольга Юрьевна, вы обязательно позвоните нам, — попросил он. — Мне кажется, что господин Борисов сейчас свяжется с Курышевым и получит от него все указания насчет вас.

Я, не пытаясь успокоить Кряжимского, молча вышла из своего кабинета в сопровождении Виктора, подбадриваемая возгласами Маринки. Когда мы спустились к машине, Виктор спросил у меня разрешения занять место за рулем и, получив утвердительный ответ, расположился в кресле водителя. Я же села рядом и закурила.

По указанному адресу мы приехали уже через полчаса — как раз ровно в полдень. Борисов жил в обычной кирпичной пятиэтажке с тремя подъездами. Виктор остановил машину и не торопясь вышел из нее. Я же еще раз посмотрела номер нужной нам квартиры. Виктор широко распахнул передо мной дверь подъезда. И вдруг я увидела, как деревянная дверь валится буквально под ноги моему телохранителю. Хрясть! Дверь повисла на нижней петле, грозясь свалиться на землю. Это вполне могло с ней произойти, если бы не Виктор, который подпирал ее ногами и руками.

Я огляделась в надежде, что никто не видел нашего разбойного поступка, и невольно выругалась, увидев, как прямо к нам торопливой походкой приближается дедуля. Он, видимо, ходил в магазин, так как в пластиковом пакете с надписью «Кэмел» лежала буханка черного хлеба. Именно этим пакетом старик угрожающе размахивал в воздухе.

Нам с Виктором оставалось только покорно ждать наказания. Сломанная дверь немного покачнулась в сторону и противно скрипнула. Старичок вдруг неожиданно посмотрел вверх и громко крикнул:

— Екатерина Михайловна! Екатерина Михайловна!

С балкона третьего этажа выглянула толстая баба в халате. Она встревоженно взглянула на старичка, который указывал рукой в нашу сторону, и закричала:

— Боже мой! Сломали? Боже мой! Вот изверги-то! Только дней десять назад ее Иван сделал, а вы…

— Извините, но мы просто хотели войти в подъезд, — перебила я женщину, закинув голову вверх, чтобы видеть собеседницу.

На соседний балкон вышла еще одна свидетельница разбоя, который мы с Виктором здесь учинили, — молоденькая высокая девушка. Она спокойно наблюдала за происходящим на улице и широко улыбалась. Опасности от нее ждать не стоило, а вот старичок стал действовать агрессивно. Он резко схватил меня за руку и сжал так, что я даже вскрикнула.

— Жалко, что наручников нет, — с сожалением сказал он. — А то ты бы у меня, милая, здесь поплясала. Не отпустил бы, пока дверь не сделала.

— Я сейчас спущусь! Не отпускай их! — поддержала старичка толстая баба с третьего этажа.

— Я все видел! — гордо сказал старичок бабульке, которая неожиданно вынурнула откуда-то из-за угла. — Как только этот хмырь дверь тронул, она и сломалась. Так что не отвертятся!

— Что творят! Ироды! — заголосила подошедшая бабуля. — Руки им оторвать надо!

Честно говоря, я ожидала, что жители подъезда будут недовольны тем, что сломалась дверь, но все равно реакция людей была слишком бурной. Но вступать в перебранку я не стала.

— Мы сейчас все починим, — спокойно сказала я. — Только нужны инструменты!

— Я сейчас принесу, — обрадовался старичок, отпустил мою руку и вошел в подъезд.

Дедуля жил на первом этаже, поэтому я видела, как он открывал свою дверь. Инструменты почему-то лежали в сумке прямо у порога. Старичок приподнял ее и вытащил из подъезда. В этот момент вышла толстуха с третьего этажа, которая оживленно заговорила о чем-то со старушкой. Виктор же принялся чинить неисправную дверь, сняв ее с петель.

Я было решила, что могу и сама подняться к Борисову, но потом передумала, вспомнив о предостережениях Кряжимского. Поэтому отошла к машине, оставив Виктора одного среди жителей подъезда, которые следили за каждым его действием, помогая ценными советами.

Вскоре дверь была готова. Виктор при активном участии старичка установил ее. Я подошла посмотреть на результаты его трудов, которые всеми собравшимися были оценены по достоинству.

— Да-а, — авторитетно протянул дедушка. — Теперь такую дверь никто не сломает! Пойдем, милок, руки у меня вымоешь, да и в порядок себя приведешь.

Дедушка с Виктором прошли в подъезд, а я уже услышала не ругательства, а комплименты в адрес Виктора. Как только он освободился, мы поднялись на пятый этаж и остановились перед еще одной деревянной дверью. Я нажала на кнопку звонка и замерла в ожидании.

— Кто там? — наконец послышался знакомый мне по телефону юношеский голос.

— Мы к Николаю Ильичу, — крикнула я в ответ. Дверь открылась. На пороге стоял молодой человек лет двадцати трех в спортивном трико и тапочках. Он держал под мышкой газету, а из комнаты доносился звук телевизора.

— Вы не одна? — удивился парень. — Проходите! Что-то вас долго не было.

— Мы задержались около вашего подъезда, — объяснила я.

— Зачем? — удивился парень.

— Открывали дверь, а она с петель слетела, — рассказала я. — На нас жители подъезда набросились. Пришлось чинить, а то они бы и милицию вызвали!

— Да их самих надо в милицию, — весело сказал парень и громко рассмеялся. — Здесь такая мафия!

— Какая мафия? — Я не понимала причин столь странной реакции на мое сообщение.

— Они перед вами спектакль разыграли, а вы купились. — Парень начал смеяться еще громче.

Наконец он успокоился и пригласил нас в зал. Я присела на край старенького дивана, а Виктор занял место в кресле. Парень весело смотрел на нас.

— Сначала познакомимся, — предложил он и присел рядом со мной. — Николай! Можно на «ты»!

— Ольга Бойкова, — ответила я и, кивнув в сторону своего телохранителя, представила и его.

— Так вот, — сказал парень и опять хихикнул. — У нас в подъезде живут одни старички! Которые только и умеют, что орать на молодых. Дверь эта, между прочим, уже полгода как сломана, никто ее уже делать не берется.

— А нам сказали, что ее только десять дней назад починили, — заметила я.

— Вам еще много чего скажут, — сказал Николай. — Ко мне недавно друг приходил и рассказал о том, как его хотели заставить ее ремонтировать. Эти старики такое придумали! Они кое-как повесили дверь на петли и разбрелись по двору — в ожидании, что кто-нибудь будет заходить в подъезд и напорется на дверь. Вот тут-то и можно хулигана прищучить. У них и инструменты наготове.

— Так это что же, обман был? — удивилась я. Мне было не до смеха. Виктор же широко улыбался, сидя в кресле.

— Выходит, что так, — согласился со мной парень.

В зале воцарилось молчание.

— Извини, а кто первым подходил к телефону, когда я звонила? — спросила я для порядка.

— Ромка! Это мой друг, — спокойно ответил Николай. — А вы что, хотели бы с ним поговорить? Я его могу позвать! Он в соседнем подъезде живет!

— Нет, не надо, — торопливо проговорила я. — Поговорить я хотела именно с тобой насчет твоей машины.

— «Волги»? — догадался Николай. — Но я ее уже не продаю. Вы немного опоздали.

— Ты ее продал?

— Нет, но хотел! У меня где-то полгода назад умерли родители — попали в автомобильную катастрофу, только не на нашей машине. Они отмечали Новый год и поехали с друзьями кататься по городу. И все!

Николай встал со своего места и подошел к окну, выглянул во двор.

— Они погибли, а я с этого времени не могу сидеть за рулем, — сообщил Николай, медленно отходя от окна. — Поэтому-то и хотел продать «Волгу». У меня в то время и работы не было. Деньги откуда-то надо было брать. Я дал несколько объявлений в газету, но как только приходили покупатели, я отказывал им. Да и желающих-то было немного. Они все хотели сбить цену, поэтому я и не соглашался. Со временем я нашел работу, и такая острая необходимость в деньгах отпала. Постепенно привык сам крутиться и вертеться, так что теперь все нормально.

— А когда в последний раз ты давал объявление? — поинтересовалась я.

— Месяца три назад, — ответил Николай. — Я точно не помню.

— А где сейчас твоя машина?

— Сейчас? В гараже!

— А ты на ней не ездишь?

— Нет! — Николай отрицательно покачал головой. — Я даже боюсь садиться за руль.

— И сегодня ты никуда на ней не выезжал?

— Нет! А что? — Мои вопросы постепенно начали раздражать Николая, так как он не понимал, чего я от него добиваюсь.

— А где находится гараж? — поинтересовалась я.

— А вам зачем? Если вы не хотите покупать машину, то я вам ее и не покажу, — решительно сказал Николай.

— Понимаешь, сегодня утром на дороге была сбита женщина. Насмерть, — спокойно сказала я. — И сбили ее именно на твоей машине!

— Этого не может быть! — возмутился Николай. — «Волга» стоит в гараже, но если вы не верите, то можете на нее посмотреть. Я не против!

Я немного смутилась, не ожидая такого яростного отпора. Николай опять встал с дивана, но теперь он остановился у порога и злобно смотрел на меня. Может быть, я что-то перепутала? Что-то здесь не то! Но в том, что Николай вообще первый раз слышал эту историю, я не сомневалась.

Предложение посмотреть на «Волгу» было принято. Выходили мы из квартиры втроем. Николай позвякивал увесистой связкой ключей, которую он не мог даже положить в карман трико, так как она была слишком тяжела.

Выходя из подъезда, Виктор осторожно открыл недавно починенную им самим дверь и опять наткнулся на старичка, который о чем-то беседовал с Екатериной Михайловной. Увидев нас, они оба сразу же замолчали. Николай же весело поздоровался с ними.

Гараж находился в двухстах метрах от дома. Мы прошли мимо нескольких стоящих в ряд гаражей и дошли практически до самого крайнего, ворота которого Николай и начал открывать.

— Николай, а как давно ты сам здесь был? — поинтересовалась я.

— Недели две тому назад, — спокойно ответил парень, продолжая копаться с замком, который никак не хотел поддаваться.

Виктор предложил ему свою помощь и через минуту справился с обоими навесными замками. Николай распахнул одну половину ворот.

Машины в гараже не было! Николай немного попятился назад, поспешно открыл вторую створку и прогулялся по бетонному полу гаража с растерянным видом.

— Где она? Вы что-то знаете, но мне недоговариваете! Где моя машина? Я заявлю в милицию! Куда вы ее дели? — набросился он на нас с расспросами.

— Николай, для нас это такая же неожиданность, как и для вас, — сказала я.

— Надо же, какая неожиданность! — воскликнул Николай. — И вы тут приперлись, и машину у меня своровали.

— А почему ты думаешь, что у тебя ее своровали? — поинтересовалась я.

— А что еще думать? — удивился Николай. — Только вот кто мог такое сделать?

— Николай, а кто из твоих знакомых знает о том, что у тебя есть машина? — спросила я, когда мы вышли из гаража.

— Была машина, — поправил меня Николай. — Все знают! И соседи знают, и на работе я говорил. Что же теперь, всех надо подозревать и проверять?

— А где ты работаешь?

— В фармакологической фирме грузчиком и еще в одном месте охранником, — ответил Николай, заглядывая в гараж, где все еще находился Виктор. — А что он там делает?

Николай злобно смотрел на Виктора, который на коленях ползал по бетонному полу. Я-то знала, что он пытается найти хоть что-то, что может навести нас на след преступников. Виктор встал и подошел к нам. Он сообщил, что по следам видно — машину своровали недавно, предположительно несколько часов назад.

— Как несколько часов? — практически одновременно вскрикнули мы с Николаем.

Виктор утвердительно кивнул и дал мне понять, что в верности его предположения не стоит сомневаться. Хотя на Инну «Волга» наехала три дня назад, а на меня покушались сегодня, то есть по крайней мере три дня подряд машина была в руках преступников и находится у них до сих пор. Я сосредоточенно всматривалась в полутемное помещение, так как света в гараже не было.

— А ты никому ключи от своего гаража не давал? — поинтересовалась я у Николая.

— Нет, — твердо сказал он.

— А что еще за ключи у тебя в связке?

— Этот от гаража, этот от старого гаража, от подвала, от дачи.

— А где они обычно у тебя хранятся? — спросила я.

— В прихожей стоит комод, они лежат на верхней полке, — сообщил Николай. — Ольга, если вы что-то знаете, то должны мне рассказать! Все-таки пропала моя машина! Я-то к этому имею самое прямое отношение.

— Николай, тогда, может быть, поднимемся к тебе, — предложила я.

Борисов согласился и медленно закрыл обе створки ворот. Замок снова не поддавался, поэтому Виктору опять пришлось помочь парню.

— А у тебя всегда были проблемы с замками? — спросила я Николая.

— Нет, — ответил он. — Обычно открывались нормально.

В квартире Николая мы опять расположились в зале. Рассказывать все Борисову я не стала, упомянула лишь о том, что мы занимаемся расследованием обстоятельств гибели одной женщины. Николай слушал меня молча, а затем сказал:

— Все равно я не знаю, кому могла понадобиться моя машина!

Неожиданно наш разговор прервал звонок моего сотового. Я поднесла трубку к уху.

— Ольга Юрьевна, это Ковальков вас беспокоит, — представился собеседник.

— Кто? — переспросила я.

— Валерий Яковлевич, заместитель Сусимовой, — напомнил о себе собеседник.

— Что-то случилось?

— Как вам сказать, — немного растерянно сказал Ковальков. — Мне поступило очень странное предложение, и я теперь даже не знаю, принимать мне его или нет.

— Какое предложение? — спросила я.

— Сегодня днем к нам приходил некто Береснев Сергей Анатольевич и предложил выкупить мою долю в агентстве.

— Береснев? — удивилась я, вспомнив, что это заместитель директора машиностроительного завода.

— Да, он представился именно так и даже оставил свою визитку, — подтвердил Ковальков.

— И что вы думаете по этому поводу? — поинтересовалась я.

— Не знаю, — честно признался Ковальков. — Я, честно говоря, хотел бы продать свою долю. Без Инны Александровны дела в агентстве пойдут не лучшим образом, поэтому сейчас продавать свою долю выгодно, а Береснев согласен заплатить ту сумму, которую я ему назвал, хотя она значительно выше реальной.

— И что же вас смущает?

— Ну… как вам сказать, — смутился Ковальков. — Я просто с вами решил посоветоваться. Что вы думаете по этому поводу?

— Я в таких делах не советчик. Хотя в принципе почему бы вам не согласиться на это предложение?!

— Спасибо, Ольга Юрьевна, — немного расстроенно пробурчал Валерий Яковлевич, так как ожидал, наверное, услышать более развернутый ответ. Он попрощался и отключил свой телефон.

Я посмотрела на Виктора и Николая, которые сидели молча рядом со мной и слушали мои реплики. Я оставила свой номер телефона Борисову, посоветовала ему обратиться в милицию по факту кражи его автомобиля и попросила звонить мне, если что-либо прояснится. Мы с Виктором спустились к машине и поехали в редакцию.

Глава 13

Кряжимский сделал глоток кофе.

— Ольга Юрьевна, я полагаю, что гараж вскрывали, воспользовавшись ключами Борисова, — сказал он. — Или копиями этих ключей. Николай мог и не заметить, как кто-то взял на время его связку. Только вот пока зацепиться не за что!

— Как не за что? — удивилась Маринка. — Можно проработать каждого из знакомых Николая, кто бывал у него в последнее время.

— Мариночка, вы представляете, сколько времени это займет? — заметил Кряжимский. — Судя по тому, что агентство Инны начинает распадаться, нам медлить нельзя.

— И что же делать? — спросил Ромка.

— Допустим, что Николай обратился в милицию по факту угона его машины, — предположил Кряжимский. — Я не сомневаюсь, что сотрудники правоохранительных органов сделают все возможное, чтобы найти эту «Волгу». По крайней мере, беспрепятственно перемещаться на ней по городу станет невозможно, так как она будет занесена в сводки. Так что оставим эту работу милиции, а сами зайдем с другой стороны.

— Это с какой же? — удивилась Маринка.

— Курышев Александр Федорович, — четко произнес Кряжимский.

— Слушай, Оля, — неожиданно сказала Маринка, как будто что-то вспомнила. — Что же мы Ленку не используем? У нас буквально под боком есть вполне подходящий агент, а мы хлопаем ушами.

— И чем же твоя Ленка нам может пригодиться? — поинтересовалась я у Маринки, так как уже разговаривала с секретаршей Курышева и выяснила все, что она знала.

— Ольга, а что, если нам в кабинете Курышева установить прослушивающее устройство? — неожиданно предложила Маринка.

— Что? — воскликнул Ромка. — В кабинете генерального директора машиностроительного завода?..

— Нет, за твоим столом! — огрызнулась Маринка.

— Ольга Юрьевна, а что? По-моему, это очень даже дельное предложение, — задумчиво сказал Кряжимский. — Ведь, судя по всему, Курышев и Береснев работают в одной команде. Достаточно сопоставить те факты, что Курышев близко знаком с Сусимовой Инной Александровной, а Береснев пытается выкупить долю именно в ее агентстве. Не могут эти господа о таких делах не поговорить.

— Хорошо, Маринка! Тебе тогда предстоит поговорить с Леночкой, чтобы она все сделала как надо, а необходимую технику возьмешь у Виктора, — скомандовала я. Виктор громко крякнул, давая понять, что он вполне согласен с решением установить прослушивание.

— А Ленка сама сможет расставить жучки? — засомневалась Маринка.

— Выбора у нас нет, да и Виктор может ее проконсультировать по этому поводу, — заметил Кряжимский.

Неожиданно наш разговор прервал телефонный звонок моего сотового. Я включила трубку и поднесла ее к уху.

— Ольга? Это Борисов! — послышался взволнованный голос Николая.

— Что-то случилось? Ты был в милиции? — спросила я.

— Был! Только тут вот какое дело… — начал Николай. — Вам все подробно рассказывать?

— Подробно, — ответила я.

— Я вызвал милицию. Затем сидел дома и ждал их около часа. Они приехали, побеседовали со мной, а затем мы пошли в гараж — осмотреть место преступления, так сказать. Но только никакого преступления не было!

— Как? У тебя разве не угоняли машину?

— Угоняли, — покорно ответил Николай. — Только сейчас она целая и невредимая стоит в моем гараже. Представляете, в какое положение я попал перед ментами! Они, когда увидели «Волгу», обложили меня матом и уехали. А я остался торчать в гараже.

— А что-нибудь подозрительное ты не обнаружил? — поинтересовалась я. — А то чертовщина какая-то получается!

— Ну, конечно, я сразу заметил, что она недавно была на ходу, — пояснил Николай. — Мотор еще не остыл, колеса грязные. Короче, кто-то вернул мне ее обратно.

— И кто же? — спросила я.

— Не знаю, — честно признался Николай.

— Николай, у тебя есть еще несколько навесных замков, чтобы заменить эти на воротах гаража?

— Есть, — утвердительно ответил Борисов. — Надо их заменить?

— Да, по-моему, у грабителей есть ключи от твоего гаража, если они так беспрепятственно забирают машину, а потом пригоняют ее обратно!

— Хорошо, я так и сделаю! Вы ко мне сейчас подъедете? — с надеждой в голосе спросил Николай.

— Я постараюсь, — ответила было я, но, посмотрев на часы и заметив, что уже около шести вечера, поправилась: — Ты знаешь, к тебе подъедет Виктор. Только попозже.

Мы попрощались, я отключила телефон и рассказала все то, что поведал мне Николай.

— Надо же, как ловко придумано! — воскликнул Кряжимский. — И не докопаешься. Угона нет, машина-то ведь на месте.

— По-видимому, угонщики никаких следов не оставили, — сообразила я. — Иначе менты не уехали бы так быстро. А теплый мотор и грязные колеса еще ни о чем не говорят!

— Значит, они плохо искали улики, — сказала Маринка. — Если бы там был Виктор, он не растерялся бы.

— А Виктор сейчас туда и поедет, — перебила я Маринку.

— Как? А я как же? А Ленка?

— Ты пока договаривайся с Ленкой, а за Виктором дело не станет, — сказала я. — Так что мы все успеем. Ромка, для тебя у меня тоже задание есть. Поедешь вместе с Виктором, а потом на ночь останешься у гаража. Я думаю, что угонщики еще раз попытаюся воспользоваться машиной Борисова. Так что, Ромка, будешь сидеть в каком-нибудь укромном местечке и смотреть в оба.

— Ольга Юрьевна, тогда мне требуется финансирование этой операции, — не стесняясь, заметил Ромка и демонстративно протянул руку.

Я дала ему денег. Ромка с Виктором тут же ушли. Маринка убрала чашки со стола и созвонилась с Леной, договорившись с ней встретиться через час в условленном месте. Кряжимский же ушел на свое рабочее место, недовольно ворча, так как именно на его плечи теперь легла вся работа по подготовке очередного номера нашей газеты.

— Ольга, а ты чем будешь заниматься? — спросила Маринка, поправляя макияж перед зеркалом в моем кабинете.

— Не знаю! Может, мне поехать с тобой?

— А почему бы и нет, — согласилась Маринка. — Только тогда хоть губы подкрась, а то мы договорились встретиться в кафе.

Я покорно подошла к зеркалу и нанесла тонкий слой помады на губы, затем повернулась к Маринке.

— Тогда все необходимое для прослушивания возьмем сразу, — решила я. — Я в этом кое-что смыслю, так что помогу твоей подруге освоить технику.

Мы вышли из моего кабинета, прошли мимо недовольного Кряжимского, который дулся на нас за то, что остается один в офисе, и покинули здание редакции. Уже через полчаса мы были в кафе, но Лены там пока не было.

Маринка заняла место в углу за столиком, рассчитанным на четырех человек. Посетителей в кафе было мало. Маринка заинтересованно посмотрела в меню, напомнила мне о том, что она сегодня ни одного раза нормально не поела, и заказала себе жаркое и салаты, посоветовав мне то же самое. Я положилась на Маринкин вкус.

В зале играла приятная, слегка приглушенная музыка; мы с Маринкой с аппетитом поглощали жаркое с грибами в горшочке, из которого шел изумительный запах. Лена опоздала на нашу встречу на полчаса.

— Добрый вечер, — поприветствовала она нас. — Опять какие-то проблемы, Маринка?

— Да все то же самое, — вздохнув, сказала моя секретарша и подруга, отставляя в сторону пустой горшочек. — Ленка, закажи себе жаркое, не пожалеешь.

Лена, также доверившись вкусу Маринки, подозвала официанта и попросила его принести еще одну порцию жаркого и пару салатов. Мы же с Маринкой уже перешли к десерту.

— Так что ты хотела? — опять спросила Лена, как только попробовала принесенное официантом жаркое.

— Лена, нам без твоей помощи не обойтись, — начала Маринка. — И если ты откажешься, то нам не к кому будет обратиться. Вся надежда только на тебя.

— Ладно тебе, не тяни, — перебила ее Лена.

— Ты не могла бы установить прослушивающее устройство в кабинете Курышева? — выпалила на одном дыхании Маринка. Лена даже слегка поперхнулась.

— У Александра Федоровича? — переспросила Лена, придя в себя. — Зачем?

— Понимаешь, мы подозреваем, что он мог «заказать» одну женщину, — сразу же раскрыла все наши карты Маринка.

— Кто? Александр? — еще больше удивилась Лена. — Он не мог этого сделать. Может быть, Курышев и способен пойти на обман или ложь, как, например, с очередниками на машиностроительном заводе, но чтобы пойти на убийство… Нет! На это он не способен! Я за него ручаюсь!

— Хорошо, Ленка. — Маринка не стала возражать подруге, а постаралась зайти с другой стороны. — Но ведь если ты нам поможешь, то сама убедишься в собственной правоте. Так ты выполнишь нашу просьбу?

— У нас есть вся необходимая аппаратура, — вступила и я наконец в разговор. — Я тебе объясню, как это сделать. Здесь нет ничего сложного. Надеюсь, ты найдешь утром время побыть в одиночестве в кабинете Курышева?

— Вообще-то я чаще задерживаюсь там по вечерам, но могу приехать и пораньше. Но все-таки я боюсь, что у меня ничего не получится.

— Тогда я пришлю к тебе Виктора, — предложила я. — У него золотые руки.

В принципе меня даже больше устраивало, что жучки будет устанавливать не сама она, а Виктор.

— Марина, а ты мне, может быть, хоть что-нибудь объяснишь? Что это вы так набросились на Курышева?

— Тут одно дельце такое не очень хорошее наметилось, где твой дорогой Александр Федорович проходит главным подозреваемым, — сумбурно ответила Маринка.

— Во-первых, он не мой дорогой, — обиделась Лена. — А во-вторых, что-то я не замечала у нас в кабинетах сотрудников правоохранительных органов. А тебе, Мариночка, прежде чем предъявлять такие обвинения, не мешало бы найти сначала доказательства.

— Лена, кстати, в каких отношениях находятся друг с другом Курышев и Береснев? — неожиданно вспомнила я разговор с Ковальковым.

— Что именно вас интересует?

— Да все, — не стала уточнять я. — Являются ли они друзьями? Не конфликтуют ли на работе? Давно ли знакомы? Как друг о друге отзываются?

— Вы знаете, а сегодня после обеда у нас прошел такой слух, что Береснев собирается увольняться, — сообщила Лена.

— Как увольняться? С должности заместителя генерального директора машиностроительного завода? — искренне удивилась я. Маринка же только хохотнула.

— Но это никак не связано с Курышевым, насколько я знаю, — тут же добавила Лена. — У них нормальные деловые отношения. Можно даже сказать, что они работают в одной команде. Курышев часто выручал Береснева, но и тот частенько помогал Александру Федоровичу. По крайней мере, я никогда не видела и не слышала, чтобы они ругались или даже спорили. Насколько мне известно, как только Курышев пересел в кресло генерального директора, его заместителем стал Береснев.

— Так почему же тогда Сергей Анатольевич решил уволиться? — поинтересовалась я.

— Вы же видели его? Ему уже за шестьдесят, он часто болеет, да и работа у него нервная, требует хорошего здоровья и сил, — объяснила Елена. — У него было два инфаркта, один из которых совсем недавно. В общем, по-моему, он уже сам хочет на отдых.

— Левая отмазка, — немного грубовато высказалась Маринка.

— Леночка, и у меня есть возражения по этому поводу, — сказала я. — Береснев настойчиво пытается выкупить половину одного из крупнейших агентств в нашем городе. Так что на пенсию он жить не собирается.

— Но об этом я ничего вам рассказать не могу. — Лена глубоко вздохнула и замолчала.

Из противоположного угла неожиданно громко донеслись пьяные голоса курсантов, которые вовсю горланили какую-то популярную песню не менее популярной группы. Вдруг один из молодых людей в форме вскочил и быстрым, но нетвердым шагом направился к нашему столику.

— Девушка! Можно вас пригласить? — сказал он, протянул руку и демонстративно икнул.

Эти слова были обращены к кому-то из нас, хотя определить, с кем именно хотел потанцевать паренек, я так и не смогла.

— Я не танцую, мальчик, — не растерялась Маринка, решившая, видимо, что обращались именно к ней.

— А я танцую! Можно? — Будущий офицер не понял отказа и всем телом потянулся к Маринке.

Неожиданно молодой человек, не удержавшись на ногах, буквально рухнул на наш столик и замер. Из противоположного угла донесся грубый гогот. Я была просто ошарашена таким поведением и вскочила со своего места. Но тут к нашему столику подбежали два дородных молодца, взяли парня под руки и выволокли из зала. Официант убрал посуду со стола, извинился за беспокойство и ушел из зала.

— Хорошо посидели! — хохотнула Маринка, тоже вставая со своего места.

— Пойдемте отсюда, — сказала Лена неуверенно.

Я расплатилась с вновь подошедшим официантом и предложила Лене продолжить разговор в салоне моей машины. Девушка попросила подвезти ее домой. После недолгого раздумья (я припоминала, что же мне еще нужно было узнать у Лены) я согласилась.

Лена жила как раз в том районе, где находился машиностроительный завод, поэтому я быстро сориентировалась. По пути Лена с Мариной продолжали беседовать, я же их слушала только краем уха.

— Ну, и как у тебя родители? Уже сантехнику заменили? — поинтересовалась Маринка.

— Да что там говорить… — Лена махнула рукой. — Они хотят продавать эту квартиру. Потом добавим немного и купим другую. В той жить вообще невозможно!

— Зато досталась бесплатно! — напомнила Маринка.

— А ты знаешь, сколько она вообще стоит? — возмущенно спросила Лена. — У меня отец нашел старых владельцев этой квартиры, так они, оказывается, продали ее за такую низкую стоимость, что и говорить стыдно. — А разве вам от завода дали не новую квартиру? — вступила я в разговор. — Насколько я знаю, работникам государственных предприятий дают площадь в новых домах, построенных за счет государства.

— У меня родители тоже так думали, — вздохнула Лена.

— Леночка, а можно поговорить с твоими родителями? — попросила я.

— Конечно, — согласилась Елена.

— Сейчас уже поздновато, конечно! Но мы не будем их долго беспокоить, — пообещала я.

— Ничего страшного, у меня друзья иногда задерживаются часов до двенадцати. Так что все нормально, — успокоила меня Елена.

Мы подъехали к дому, в котором жила Елена с родителями, когда уже стемнело. Идти к незнакомым людям в такое время суток мне, честно говоря, было неловко, но другого выхода я не видела. История о том, что завод отдает очередникам старые квартиры, меня заинтересовала. Кроме того, в глубине души я надеялась, что здесь кроется какая-то афера, узнав о которой побольше я могла бы прижучить Курышева.

Лена открыла дверь своим ключом. Сразу же послышался крик из глубины квартиры:

— Лена, это ты?

— Да! Но я не одна, мама! Встречай гостей!

В небольшую прихожую, где уже теснились мы с Маринкой, заглянула немолодая полноватая женщина в цветастом халате и с половником в руке.

— Анна Алексеевна, — представила нам свою маму Лена и назвала мое имя и отчество.

— Очень приятно, — протянула женщина. — А это ты, Мариночка? Что-то тебя давно у нас не было видно! Где работаешь? Как у тебя дела? Замуж не вышла?

— Все нормально, — ответила Маринка, которая не ожидала, что Анна Алексеевна еще помнит ее.

— Что же вы в прихожей ютитесь? — Женщина проворно распахнула перед нами двери, ведущие в зал. — Проходите! Здесь вам будет удобно. Леночка, отца пока нет.

— А где он? — поинтересовалась Лена, сопровождая нас в зал.

— Должен подъехать с минуты на минуту, — пояснила Анна Алексеевна. — Он поехал на новую квартиру. Там сантехнику же менять надо. Он все осматривает.

— А мы как раз по этому поводу и пришли, — заметила я, усаживаясь в потертое кресло.

— Вы что, думаете, что мы уже продаем полученную квартиру? — ответила Анна Алексеевна. — Пока еще нет, а если надумаем продавать, то уж точно не своим знакомым.

— Неужели квартира на самом деле так плоха? — удивилась я.

— Ольга Юрьевна, эта квартира никогда не ремонтировалась, а в последнее время вообще использовалась под склад каких-то фармацевтических препаратов, — пояснила Анна Алексеевна. — Кроме надежной железной двери, там ничего стоящего нет. Нам придется менять всю сантехнику, устанавливать газовую плиту, отделывать ванную комнату. Мы с мужем подсчитали, во сколько обойдется нам ремонт. Таких денег у нас нет.

— Анна Алексеевна, а почему машиностроительный завод не выделил вам квартиру в новом доме? — поинтересовалась я.

— Да мне самой это непонятно, — честно призналась женщина. — Я знаю, что машиностроительный завод, на котором мы с мужем проработали уже больше двадцати лет, периодически занимается строительством домов для очередников. Но всем, кому одновременно с нами давали квартиры, досталось жилье не в этих домах.

— А кому же тогда дают новые? — спросила Маринка.

— Не знаю, — пожала плечами Анна Алексеевна.

Маринка, решив, что разговор окончен, встала с дивана.

— Мариночка, я такой борщ только что сварила, — сказала Анна Алексеевна. — Пока вы не отведаете его, не выпущу. Мариночка, ты и так раз в пять лет бываешь у нас в гостях.

Маринка покорно возвратилась на свое место, Лена же ушла на кухню, чтобы накрыть на стол. Анна Алексеевна также вышла, а мы с Маринкой остались в зале одни.

— Ты что задумалась, Ольга? — спросила меня подруга, рассматривая корешки книг в шкафу.

— Маринка, что-то здесь не чисто, — пробормотала я. — Куда же, интересно, деваются новые квартиры?

— Не знаю, — откровенно призналась Маринка. — Но зато я знаю, что сейчас нас ждет вкуснейший ужин. Анна Алексеевна готовит изумительно!

В этот момент в гостиную вошла хозяйка дома, которая успела переодеться, и пригласила нас отужинать. На середине кухонного стола действительно стояла кастрюля средних размеров, из которой торчал половник. Анна Алексеевна на ужин сварила борщ, что лично для меня было удивительно. Лена наполняла каждую тарелку и аккуратно ставила ее на стол.

Раздался скрежет открываемого замка, хлопнула дверь — это пришел отец Лены, который сразу же, не разуваясь, прошел на кухню, за что получил нагоняй от Анны Алексеевны. Юрий Борисович выглядел моложе своей супруги. Коротко стриженные волосы и высокая стройная фигура молодили его, но на лице уже было много морщин. Он весело поздоровался с нами, поинтересовался у Анны Алексеевны насчет ужина и ушел в ванную комнату.

И вот за столом собралась все семья во главе с Юрием Борисовичем, который с любопытством смотрел на нас с Маринкой.

— Ну что, мать! — обратился он к Анне Алексеевне. — По такому случаю и сто грамм пропустить не мешало бы! Как говорится, для аппетита.

Анна Алексеевна ничего не возразила ему и достала из шкафа початую бутылку водки и несколько стопок. Хозяин дома проворно отвинтил крышку.

— Мне не наливайте, пожалуйста, — попросила я. — За рулем!

— И я тоже не буду! — Лена убрала со стола две стопки.

Юрий Борисович посмотрел на Маринку, ожидая, что и та откажется от водки. Но, видимо, он плохо знал мою подругу, потому что Маринка, даже глазом не моргнув, придвинула свою стопку поближе к двум другим.

— Я не за рулем! — сообщила она.

После выпитой водки, которую Юрий Борисович закусил половинкой маленькой луковицы, мы перешли к борщу. После жаркого, которое мы съели в кафе, мне есть не хотелось, но вкус борща меня на самом деле поразил, поэтому я съела всю тарелку чуть ли не самая первая. Опередил меня только Юрий Борисович, который попросил добавки у жены. От второго — гречневой каши с подливкой — мы с Мариной дружно отказались.

— Спасибо большое, все было очень вкусно, — сказала Маринка и приготовилась уже встать из-за стола, но ее остановила Лена.

— Теперь можете пытать и моего отца! Он вам с удовольствием расскажет все, что он думает по этому поводу! — уверенно сказала Лена.

— По какому поводу? — спросил Юрий Борисович.

— Мы, собственно, насчет недавно полученной вами квартиры пришли, — немного замялась я.

— А что?

— Не кажется ли вам, Юрий Борисович, что заводское руководство проворачивает какую-то аферу вокруг квартир, которые предназначаются для очередников?

— Даже и не кажется! И не только с этими квартирами, а и со многим другим. Дрянное у нас руководство, скажу я вам! Вот раньше, когда еще был жив прежний директор, мы были как у Христа за пазухой, а сейчас не знаешь, где тебя неприятности ждут.

Юрий Борисович выпил еще одну стопку водки — только на этот раз в одиночку, так как ни Маринка, ни Анна Алексеевна не согласились составить ему компанию, — и продолжил. Он рассказал нам о том, как был оштрафован на крупную сумму за то, что нарушил какие-то правила техники безопасности, о том, как его друг получил травму на рабочем месте, а его просто кинули с компенсацией.

— Юрка, хватит вспоминать тебе эту ерунду! — сказала Анна Алексеевна. — Ты лучше расскажи о том, что хорошего тебе сделало руководство завода!

— А что хорошего? — возмутился Юрий Борисович. — То, что меня летом отправили в санаторий? Так это их обязанность. То, что мне иногда премии выписывают, так я этого заслуживаю! А вот той халупы у черта на куличках мне не надо! Дождались квартиры, называется! Да я за это время такой бы дом отгрохал…

— Кончай петушиться! — попыталась успокоить мужа Анна Алексеевна, но тот уже был на взводе.

Юрий Борисович подлил себе еще водки, выпил, закусил и самодовольно причмокнул.

— Что вам сказать? — продолжил он. — Квартира — полное дерьмо!

— Хватит тебе! Не выражайся! — опять перебила его Анна Алексеевна. — Ты лучше вспомни, где находится тот дом, который завод выстроил. Помнишь, ты мне говорил?

— Конечно, помню! На улице Навашина, — ответил Юрий Борисович, который к этому моменту был уже изрядно захмелевшим. — Мы с Аней думали, что вот там-то нам квартиру и дадут. Мы были первыми на очереди.

— А что, вам именно там обещали квартиру? — поинтересовалась Маринка.

— Да, обещали! — рассерженно сказал Юрий Борисович. — Еще и на дежурства посылали, чтобы мы стройку ночью охраняли! А потом показали нам большую фигу! А там квартиры были трехкомнатные, с балконами, — мечтательно произнес он. — Мы уж планировали, что эту оставим Ленке, а сами туда переедем.

— И много таких мечтателей оказалось? — спросила Маринка.

— Много, — с сожалением сказал Юрий Борисович. — И Федьке вон тоже дали однокомнатную, и Олегу… Да всех очередников вокруг пальца обвели.

— Так что же, получается, что в этом доме никого не поселили из работников завода? — удивилась я.

— Почему? Поселили! Главному бухгалтеру дали трехкомнатную квартиру и еще кому-то из руководства. Может быть, даже самому Курышеву! А Ленка у него еще и секретарем работает. Стыд и срам! — ответил Юрий Борисович и потянулся опять к бутылке водки, но Анна Алексеевна ловко взяла ее со стола и убрала в шкаф.

Юрий Борисович тупо смотрел на Маринку, ожидая еще вопросов, но та молчала. Я же узнала в принципе все, что хотела! Теперь только оставалось проверить эту информацию, поэтому я спросила у Юрия Борисовича адреса тех очередников, которые тоже оказались обманутыми. Аношин Федор Николаевич работал вместе с Юрием Борисовичем и жил буквально по соседству, поэтому отец Лены согласился сейчас же проводить нас к нему. Я намекнула на поздний час, но Юрий Борисович только отмахнулся от меня и сказал, что о своей беде Аношин рад поведать в любое время суток, лишь бы нашлись слушатели!

Анна Алексеевна и Лена проводили нас до порога, где мы с Маринкой подождали, пока Юрий Борисович переоденется. Я договорилась с Леной, что завтра с утра она встретится с Виктором около проходной машиностроительного завода и проведет его в кабинет Курышева. Затем в сопровождении Юрия Борисовича мы спустились к машине.

Глава 14

Виктор связался со мной по телефону уже поздно вечером, когда я возвратилась домой после того, как подвезла Маринку. Он сообщил о том, что досконально изучил всю машину, но ничего подозрительного не заметил. Он даже обыскал весь салон, надеясь, что угонщик случайно оставит там что-нибудь, но ничего не нашел. Зато он убедился, что автомобиль на самом деле был пригнан совсем недавно.

Ромка остался ночевать около гаража. Он накупил себе гору чипсов, которые просто обожал, и расположился в невысоких кустах неподалеку. Я договорилась с Виктором о том, что он рано утром подъедет к проходной машиностроительного завода и поможет Лене установить прослушивающую аппаратуру. Маринка же должна была, после того как Виктор установит жучки, сидеть и прослушивать все разговоры Курышева.

Визит к Аношину только подкрепил мою уверенность, что руководство завода проворачивает аферы с очередниками на квартиры. Федор Николаевич также получил жилье за счет предприятия, на котором работал несколько лет, но тоже был недоволен. Его квартира вообще оказалась в аварийном доме, из которого постепенно съезжали все жильцы.

Аношин, в отличие от Юрия Борисовича, стал действовать более решительно. Он написал несколько жалоб в администрацию, а также обивал пороги руководства завода с просьбой дать ему нормальное жилье. Но Федор Николаевич ничего этим не добился, а только получил явный намек со стороны руководства завода о возможном увольнении. Даже причина для этого нашлась — за употребление спиртных напитков на рабочем месте.

Федор Николаевич разговаривал с предыдущими владельцами полученной им квартиры, которых нашел с большим трудом. В настоящее время они жили в однокомнатной квартире, которую обменяли на свою старую развалину, доплатив приличную сумму денег. Аношин даже упомянул, что сделка была осуществлена при помощи какого-то агентства недвижимости. Я почему-то сразу же предположила, что это мог быть именно «Доминант». Но, к сожалению, Федор Николаевич не знал названия этой фирмы. Но зато он с удовольствием дал мне адрес предыдущих владельцев полученной им квартиры, к которым я решила обязательно заглянуть. Разговор с Федором Николаевичем закончился уже около полуночи, поэтому беспокоить совершенно незнакомых мне людей в это время было просто неудобно.

Проснувшись пораньше, я сварила себе кофе, впопыхах съела несколько бутербродов, спустилась к машине и направилась по тому адресу, который мне дал Федор Николаевич.

Дверь мне открыла хозяйка дома. Я сразу же представилась.

— Ольга Юрьевна Бойкова, главный редактор криминальной газеты «Свидетель», — сказала я и для большей убедительности протянула женщине свое журналистское удостоверение.

— Криминальной? — растерялась хозяйка, которая явно не ждала так рано гостей. — А что вам, собственно, нужно?

— Я хотела бы поговорить с вами о той квартире в аварийном доме, — пояснила я цель своего прихода.

— Но там нет никакого криминала, — удивилась женщина. — Мы оформили обмен на вполне законных основаниях.

— Валя, кто там? — неожиданно донесся взволнованный мужской голос откуда-то из глубины квартиры.

А затем передо мной предстал волосатый мужчина в одних трусах. Увидев меня, он ничуть не смутился, а, наоборот, подошел ближе.

— Вам чего надо? — спросил он несколько грубовато.

— Я хотела бы выяснить обстоятельства вашего обмена, — опять повторила я.

— Миша, иди в зал, я сейчас приду, — быстро проговорила женщина и легонько подтолкнула его к дверному проему.

Я воспользовалась ситуацией и вошла без приглашения в квартиру. Женщина тут же закрыла за мной входную дверь и обратилась ко мне:

— Вы знаете, это не мой муж, поэтому об обмене он ничего не знает. А муж — в командировке! — немного виновато сказала женщина и тут же поспешно добавила: — Но на все ваши вопросы могу ответить я.

Мы прошли на кухню, где хозяйка предложила мне чашечку чая, а я рассказала ей о той афере, которую, судя по всему, проворачивает руководство машиностроительного завода с очередниками.

— А что вам от меня-то нужно? — поинтересовалась она.

— Вы знаете, мне кажется, что есть какая-то связь руководства завода с тем агентством, через которое вы меняли свою квартиру, — сообщила я. — Только я вот забыла, как оно называется.

— «Доминант»! — сразу же сказала женщина. — Это было не так давно. Честно говоря, меняться мы не думали, но однажды я на подъезде увидела объявление: «Куплю квартиру в вашем доме». Учитывая то, что наш дом был в аварийном состоянии, это объявление вызвало просто ажиотаж среди жильцов. Сами мы покупателей найти не могли, а тут как раз и появились желающие. Многие наши бывшие соседи, насколько мне известно, обращались по этому объявлению, но некоторые отказались от услуг этой фирмы, так как на самом деле предлагалось оформить не куплю-продажу, а именно обмен, причем с доплатой. У нас с Володей тогда лежали деньги на книжке, поэтому мы и решились на эту операцию.

— А вы не могли бы мне показать документы по обмену, — попросила я, впрочем, особо не надеясь, что хозяйка дома удовлетворит мою просьбу.

— Вам только посмотреть? — опасливо спросила она.

— Да, конечно, я тут же их вам и верну, — убедительно сказала я.

Женщина торопливо вышла из кухни и вскоре принесла мне интересующие меня бумаги. Я внимательно изучила их, особое внимание обратив на подписи. Там фигурировал не какой-нибудь рядовой риелтор, а сам генеральный директор агентства — Сусимова Инна Александровна. Документы, на мой взгляд, были вполне законными, хотя я, конечно, не специалист в операциях, связанных с недвижимостью.

Я не стала больше задерживать хозяйку, поблагодарила ее за доверие и вышла на улицу.

Значит, интуиция меня не обманула! Все-таки в этом деле оказалось замешано именно агентство Сусимовой. Вот только каким образом, этого я пока не могла понять. Вроде бы сделка с обменом была оформлена на законных основаниях, и женщина, у которой я только что была в гостях, осталась вполне довольна новой квартирой. Но, с другой стороны, я понимала, что просто так очередникам машиностроительного завода не станут давать совершенно негодные для жилья квартиры. И еще один вопрос волновал меня: кому же достались квартиры в новых домах? Можно было, конечно, сейчас же поехать на улицу Навашина, где, по словам Юрия Борисовича, совсем недавно был выстроен дом от машиностроительного завода. Но я решила, что глупо надеяться на то, что жильцы будут столь любезны и выложат мне всю информацию. Поэтому я направилась в редакцию.

В офисе были только Кряжимский и Маринка, которые сидели за своими столами и занимались делами. Сергей Иванович сразу же упрекнул меня за то, что в последнее время мы совсем забросили работу над очередным номером, который рискует просто не выйти в свет.

Меня же волновал совершенно другой вопрос: как могли работники завода с такой легкостью согласиться взять старые квартиры в порядке очереди, если знали о том, что специально для них строились новые дома? Как ни странно, на этот вопрос смогла ответить Маринка.

— Ольга, неужели ты не понимаешь, что для этих людей даже такие халупы на халяву — уже хорошо, — со знанием дела заметила подружка. — К тому же уверена, что им конкретно мозги пудрили.

— Даже сейчас многие предпочитают покупать квартиры не в новостройках, где вообще нет никакой сантехники и все приходится покупать, — добавил Кряжимский. — Думаю, что многие просто не знали о том, что им предлагают кота в мешке. Между прочим, если очередник отказывается брать предлагаемую квартиру, то он автоматически выпадает из очереди и больше у него нет никаких шансов получить хоть что-то.

— Ну, это вы уже преувеличили, — хмыкнула Маринка. — Зверские условия.

Едва я вошла в свой кабинет, как туда ворвался Ромка.

— Ну, как там у тебя? — поинтересовалась я у нашего курьера.

— Ничего, — сразу же ответил он. — Абсолютно ничего интересного. Желающих пробраться в гараж не было.

— И ничего подозрительного ты не заметил? — уточнила я.

— Нет! — твердо сказал Ромка и плюхнулся на стул.

Кряжимский вошел одновременно с Маринкой, а вскоре подошел и Виктор. Он сказал, что установил жучки и теперь можно прослушивать все разговоры в кабинете Курышева не выходя из редакции, сидя в лаборатории.

— Так что же мы сейчас время теряем? — спохватилась я. — Маринка, можешь спускаться вниз и устраиваться там поудобнее. Как только что-то интересное услышишь, сообщишь нам.

— Оля, а можно этим займется кто-нибудь другой? — жалобно протянула Маринка.

— Кто же? — удивленно спросила я.

— Ромка, например, — предложила подруга.

— Я и так всю ночь просидел и глаз не сомкнул, — заметил Ромка.

— Тем более из тебя сегодня работник никакой. Так что давай отправляйся в лабораторию, — решительным тоном сказала Маринка.

Ромка согласился, но только при условии, что каждый час Маринка будет приносить ему по чашке свежесваренного кофе.

— Ольга Юрьевна, а что у вас новенького? — поинтересовался Кряжимский.

Я выложила ему все, что мне стало известно на данный момент. Мой рассказ дополняла Маринка. Перебил меня телефонный звонок.

— Да, я слушаю, — включила я свой сотовый телефон.

— Ольга Юрьевна, это Сусимов Олег Иванович! — представился собеседник.

— Что-то случилось?

— Да, случилось, — ответил Олег Иванович. — Мне сегодня поступило предложение продать долю Инны в агентстве недвижимости.

— От кого? — поинтересовалась я, хотя уже начинала догадываться.

— Какой-то Береснев! Старичок уже! Он сегодня с утра связался со мной по телефону, а затем пригласил на встречу. Буквально через час, — пояснил Сусимов.

— А предложение он вам делал по телефону?

— Ну, он намекал, — смутился Олег Иванович. — Но я-то понял, что ему надо!

— А вы знаете о том, что он и Ковалькову делал подобное предложение? — сообщила я.

— Ковалькову? — удивился Олег Иванович. — То есть этот Береснев пытается стать полноправным владельцем? Ольга Юрьевна, а вам не кажется, что нужно обратить на этого господина особое внимание? Может быть, он причастен к гибели Инны, зная, что она никогда не согласилась бы на такую сделку.

— Я уже им занимаюсь!

— А что мне делать? — спросил Олег Иванович и тут же сам ответил: — Я тогда откажу ему! Раз Инна не хотела продавать свою половину, то я этого не буду делать.

— И чего вы этим добьетесь? — Меня немного рассмешил геройский тон, которым Сусимов произнес последнюю фразу. — Если допустить, что он так легко расправился с Инной, то уж вас-то он не пожалеет, это точно.

— Мне согласиться?

— Да! — твердо сказала я. — Я уверена, что за половину агентства вам будет предложена большая сумма денег, поэтому не согласиться на эту сделку было бы глупо с вашей стороны!

На этом наш разговор с Сусимовым закончился, мы попрощались. Я отключила телефон.

— Они выкупают долю Инны? — догадался Кряжимский.

Я утвердительно кивнула.

— Значит, Береснев становится полноправным владельцем агентства недвижимости, — сделал вывод Кряжимский.

— И все равно, мне кажется, что Сергей Анатольевич сделал глупость, уйдя с должности заместителя директора машиностроительного завода в агентство, — вставила свою реплику Маринка.

— А мне кажется, Ольга Юрьевна, что все эти события являются звеньями тщательно продуманной операции, — высказался Кряжимский. — Ситуация с квартирами очередников выглядит не очень привлекательно.

— Сергей Иванович, я думаю, что Курышев действует в команде с Бересневым, — предположила я. — Для того чтобы подбирать дешевые квартиры для очередников вместо тех, что им положены по праву в новостройках, им нужны связи с агентством недвижимости. И поэтому они решили убрать Инну, чтобы завладеть ее фирмой и беспрепятственно проворачивать операции.

— Ольга Юрьевна, а кто вам сказал, что Инна была для них препятствием? — спросил Сергей Иванович. — Вы же сами видели ее подписи в документах об обмене квартир. К тому же Леночка говорила, что у Инны действительно были деловые отношения с Курышевым.

— Ну и что? Она могла просто действовать по его просьбе. Допустим, Александр Федорович говорил ей, что к такому-то числу ему требуется определенное количество квартир, которые он готов выкупить. Инне это было выгодно, так как приносило хорошие проценты агентству, поэтому она и соглашалась предоставлять ему такую информацию.

Я с ожиданием возражений посмотрела на Кряжимского, но тот молчал, поэтому я продолжила:

— Затем очередникам выдавались эти квартиры в порядке их очереди, а хорошее жилье в новостройках распродавалось!

— При помощи того же агентства недвижимости, — догадалась Маринка.

— Может быть, — сказала я.

— А давайте я попробую узнать, — неожиданно предложила Маринка. — Я навещу несколько семей в доме на Навашина и узнаю у них, каким образом им удалось приобрести такие замечательные квартиры. Не беспокойтесь, я умело сыграю дурочку, которая хочет сама купить квартиру именно в этом доме. Мне и всего-то нужно будет узнать, какое агентство занималось продажей квартир.

— Хорошо, Маринка, — согласилась я с подругой. — Ты можешь этим заняться прямо сейчас?

— Конечно, шеф! — выкрикнула Маринка. — Только одной скучновато будет там ошиваться. Можно я Виктора с собой возьму?

Виктор в растерянности только пожал плечами, не имея никаких возражений, поэтому я отпустила его с Маринкой, посоветовав взять мою машину, чтобы быстрее вернуться обратно.

Как только Маринка с Виктором вышли, у меня на столе звонко зазвонил телефон. Я подняла трубку.

— Ольга Юрьевна? Это Елена, — торопливо проговорила собеседница. — Я с работы звоню! Береснев на самом деле увольняется, это были не слухи. У меня на столе лежит его заявление, уже подписанное Курышевым.

— А где сам Александр Федорович? — поинтересовалась я.

— У себя в кабинете, — сообщила Лена. — Он с самого утра сидит там и никого к себе не пускает — говорит, что очень занят.

— А Береснев к нему не заходил?

— Пока нет, но мне кажется, что он подойдет с минуты на минуту. Чтобы попрощаться с Курышевым, наверное, — предположила Лена. — Ой, Ольга Юрьевна, а вот и он!

Последнюю фразу она сказала еле слышно, но я поняла, что в приемную вошел Сергей Анатольевич. Лена даже не попрощалась со мной, а тут же положила трубку. Я передала Кряжимскому общий смысл разговора и спустилась этажом ниже к Ромке.

— Вы как раз вовремя, Ольга Юрьевна! До этого было одно шуршание какое-то, только изредка Курышев распоряжения давал секретарше — кофе сварить, что-то убрать, принести. — Ромка сидел в наушниках около прибора для записи прослушиваемых разговоров.

— Эх! Жалко, что нельзя было там еще и камеру установить, — с сожалением сказала я и села рядом с Ромкой.

В наушниках отчетливо слышались два мужских голоса, один из которых я узнала сразу — это был сам Александр Федорович, — а второй должен был принадлежать Бересневу.

— Как тебе на новом месте? Коньяк будешь? — весело спросил Александр Федорович, и я отчетливо услышала звук открываемого шкафа.

— Я еще в агентстве не был, — ответил Береснев. — Но бумаги уже все оформил. Долю Ковалькова я выкупил вчера, а вот с Сусимовым мы договорились только сегодня. В общем, с завтрашнего дня уже могу приступать к работе. Нам тянуть с этим делом нельзя. Тем более что еще несколько квартир в том доме на Навашина надо кому-нибудь спихнуть.

— Сроки — это ерунда, нам торопиться незачем, — авторитетно заявил Курышев. — Ты как там насчет штата сотрудников? Оставишь тех же?

— Да, если у тебя нет возражений!

— Какие могут быть возражения? Если они сами уходить не будут, не выгоняй, — посоветовал Курышев. — Инна всегда очень тщательно относилась к подбору персонала.

— Да, теперь мы с тобой таких дел наворотим, и никто нам не помешает, — сказал Береснев. — Давай за это выпьем.

Некоторое время в кабинете было тихо.

— Сергей, я вот все думаю насчет той бабы, — неожиданно громко сказал Курышев.

— Какой бабы? — спросил Береснев.

— Той, которая приходила тогда ко мне… Как она меня подловила? Я не знал, что у нее есть фотография, когда мы с Инной в ресторан ходили, — пояснил Курышев. — Ты не представляешь, как я тогда струхнул.

— Чуть в штаны не наложил?

— Да нет, до штанов там далеко было, — серьезно ответил Александр Федорович. — Я послал за ней Ваську, чтобы он как бы нечаянно нейтрализовал эту бабенку.

— Убил? — Береснев сам испугался своего вопроса.

— Хорошо бы, если бы убил, — с сожалением сказал Александр Федорович. — Еще одно темное дело было бы для ментов. Все равно никто бы не докопался.

— Да! — самодовольно подтвердил Береснев. — Может быть, даже объявили бы, что в городе завелся маньяк, который разъезжает на черной «Волге» и давит беззащитных женщин.

— Васька бы обрадовался, услышав, что ты его маньяком назвал, — хихикнул Курышев.

— Не маньяк он, а отморозок, — поправил сам себя Сергей Анатольевич. — Так что с этой бабой?

— А ничего, — равнодушно сказал Александр Федорович. — Васька чуть ли не по ногам ее проехал. Она, наверное, испугалась и притихла. Своя шкура каждому дорога. Так что мы от нее, считай, избавились.

— От нее-то — да, а вот с Васькой что делать? — поинтересовался Сергей Анатольевич. — Он хоть парень и исполнительный, но слишком много знает. Да и не нужен он нам больше!

— Что, хочется и его замочить? — спросил Александр Федорович. — Но ты прав: прежде чем приступать к новой операции, нужно замести старые следы.

— Сашка, ты меня не так понял, — возразил Береснев. — Устранить этого Ваську — плевое дело, но торопиться с этим не стоит, а вот из дела вывести надо бы. Ты с ним поговори по-человечески, скажи, что кто старое помянет, тому глаз вон. А если будет выступать, то мы с ним в один момент покончим.

— Ладно, как скажешь, — равнодушно сказал Александр Федорович. — Давай еще выпьем за наше общее дело.

Я поняла, что Береснев с Курышевым принялись праздновать свою победу. Вот только над кем?

— Слушай, Сергей, а ты же сегодня уже уволен фактически, — неожиданно вспомнил Александр Федорович.

— Да, ну и что? — немного захмелевшим голосом произнес Сергей Анатольевич. — Здесь уволен, а там назначен пока на должность исполняющего обязанности генерального директора.

— Так ты уже сегодня пойдешь в агентство, чтобы занять кресло Инны, которое теперь тебе по праву принадлежит? — удивился Александр Федорович. — Не знал я, что у нас бумаги так быстро оформляются.

— Обижаешь меня, Сашка, — проговорил Сергей Анатольевич. — Знающие люди помогли ускорить процесс. Не забесплатно, конечно.

— Эй! Ты смотри, чтобы там все чисто было, — немного взволнованно сказал Курышев. — Нам теперь лишние волнения ни к чему. А вот у нас теперь будет волокита с назначением нового зама.

— Тебе, я так чувствую, поставят Аникеева — он уже давно стремится к этой должности, а теперь и вакансия появилась, — заметил Сергей Анатольевич. — Я думаю, что вы с ним сработаетесь. Парень он неплохой, исполнительный, нос свой в чужие дела не сует!

— Лучше, чем с тобой, мне никогда не будет, — сказал обреченно Александр Федорович.

Далее Курышев с Бересневым договаривались, где они сегодня вечером будут отмечать такое знаменательное событие, как благоприятный исход операции. Они решили встретиться в одном из ресторанов Тарасова. Потом завели разговор про женщин, выбирая подходящие кандидатуры для ужина в ресторане. Александр Федорович бросил фразу, что Инна как раз была бы в такой ситуации к месту. Береснев же положил глаз на секретаршу Курышева и выразил желание взять ее с собой вечером.

Я сняла наушники, так как разговор двух подвыпивших мужиков мне стал больше не интересен. Я сидела, переваривая полученную информацию. Вроде бы все становилось на свои места: и мотив для убийства Инны есть, и афера с очередниками налицо, только вот доказательств у меня не было никаких. Если бы я имела хоть какой-то документ, свидетельствующий об этом мошенничестве, то можно было сразу же отправляться в милицию. В записанном же на пленку разговоре не было ни одного доказательства причастности Курышева к убийству Инны.

— Ольга Юрьевна, наденьте наушники, — скомандовал Ромка шепотом, и я опять стала вслушиваться в разговор, только на этот раз голоса были другие.

Глава 15

— Вольновский Алексей Валентинович, — представился очередной посетитель Курышева.

— Да-да, я вас помню, — сказал Александр Федорович. — По-моему, мы уже с вами работали. И достаточно успешно.

— Что же на этот раз? — Собеседник сразу же перешел к делу.

— Очередное строительство, — сообщил Александр Федорович. — У меня уже готов пакет документов, вы можете здесь же ознакомиться. Наш завод хотел бы заказать вам строительство пятиэтажного дома. Все расходы, как обычно, мы берем на себя.

— А расплачиваться будете квартирами? — добавил Алексей Валентинович.

— Вы же помните наши условия, — заметил Курышев. — Десять процентов квартир в построенном доме будут вашими на законных основаниях.

— Александр Федорович, в последний раз в ходе строительства были задержки по не зависящим от нас причинам. Это нас не совсем устраивает, — напомнил Алексей Валентинович.

— Да-да, конечно, я помню. Были небольшие загвоздки с финансированием, поэтому мы немного запоздали со строительными материалами, но на этот раз все будет нормально, — сказал Александр Федорович и предложил собеседнику коньяку, но тот вежливо отказался, а Курышев настаивать не стал.

— Тогда нам с вами осталось обговорить некоторые формальности и подписать необходимые документы, — предложил Алексей Валентинович.

Далее последовала процедура подписания документов, которая происходила в основном молча. В результате Курышев заказал представителю строительной фирмы стандартный пятиэтажный дом в одном из центральных районов города. Алексей Валентинович поинтересовался, действительно ли Александра Федоровича устраивает район, так как дом будет расположен далеко от машиностроительного завода. Курышев ответил, что заводских работников и так привозят на работу на автобусах, поэтому центральный район даже более удобен, чем окраина. Затем Курышев уточнил сроки исполнения заказа.

— Все формальности уладим с вами уже сегодня, — задумчиво произнес Алексей Валентинович. — А дом сдадим во втором квартале следующего года!

— Получается, что уложитесь в один год, — уточнил Александр Федорович.

— Да, — твердо сказал Алексей Валентинович. — Не раньше.

— Хорошо, это вполне устраивает нас, — согласился Курышев.

На этом разговор закончился. Курышев попросил Алексея Валентиновича периодически информировать его о ходе дела, на этом они попрощались.

Я уже приготовилась снять наушники, так как в кабинете опять стало тихо. Но вдруг неожиданно услышала, как Курышев заговорил со своей секретаршей:

— Леночка, Василия пригласи, пожалуйста! Где он там прохлаждается?

— Он сейчас будет, — пообещала Леночка.

Василия? Это тот исполнительный отморозок, который чуть не сшиб меня на дороге? А я же буквально лоб в лоб столкнулась с ним в приемной Курышева. В тот момент я даже и подумать не могла, что именно этот мордоворот шел к директору, чтобы получить распоряжение насчет меня.

— Да, Александр Федорович, — спокойно сказал Вася, заходя в кабинет генерального директора.

— Садись, не стесняйся, — весело сказал Курышев. — Коньячку будешь?

Ответа от Василия не последовало, но по тому звону бокалов, который я отчетливо услышала, стало понятно, что или Вася утвердительно кивнул головой, или Курышев не стал дожидаться его ответа.

— Вася, ты, конечно, парень хороший, работаешь профессионально, — начал Александр Федорович издалека. — Но вот тут какое дело. Ты сам, наверное, понимаешь, что влип по самые уши.

— Как? — испуганно спросил охранник.

— Вот давай мы с тобой подсчитаем: Инна висит на тебе? Попытка убийства этой бабенки тоже на тебе? — спокойным тоном напомнил Василию Александр Федорович, а я представила, как он сейчас загибает пальцы. — А угон автомобиля?

— Я машину возвратил, — сказал Василий севшим голосом.

— Это хорошо, что возвратил, — похвалил его Курышев. — Надеюсь, что она нам больше не пригодится!

— Ага, — подтвердил Вася. — А то мне уже перед Мальковым неудобно. Он же утащил для меня ключи от гаража у этого лоха Борисова. Если бы не он, у нас бы дубликатов не было. Вот теперь этим и пользуется. Вроде как шантажировать меня собрался.

— Чего? Этот малец еще и нос высовывает? Мало ему было хлопот с документами? — удивился Александр Федорович. — Вася, ты поговори с ним по-мужски, объясни, что никто никому ничего не должен. Все уже давным-давно уплачено. Морду ему набей, если это потребуется!

— Хорошо, Александр Федорович, — согласился Вася.

— А вообще-то я тебя пригласил, чтобы просто выпить с тобой, — сообщил Александр Федорович. — Поработали мы на славу, теперь и отдохнуть пора.

— Отпускаете меня в отпуск? — обрадованно спросил Василий.

— Нет, до отпуска тебе еще далеко, а вот заказов у меня пока для тебя нет, — объяснил Александр Федорович.

— Увольняете? — испугался Вася.

— Да ты что, где же я еще найду такого охранника, как ты? — сказал Александр Федорович. — Просто я хотел тебе сказать, что обо всем следует забыть.

— О чем это? — тупо спросил Василий.

— Не переживай, Вася, я тебя не выдам, — сообщил Александр Федорович. — И про Инну никому не скажу, и про «Волгу», на которой ты полгорода исколесил. Вот только и тебя попрошу держать язык за зубами.

— Александр Федорович, да что бы я трепался? — возмутился Василий. — Никогда! Могила!

— Вот и славненько, вот и хорошо, — сказал Александр Федорович. — Давай-ка тогда еще по одной, да и приступим к работе, а то я что-то в последнее время совсем дела забросил.

Опять отчетливо послышался звон бокалов, затем Василий, попрощавшись, вышел из кабинета, а Александр Федорович попросил Леночку, чтобы никто его не беспокоил.

Я сняла наушники и попыталась проанализировать все услышанное, но затем решила подняться наверх и дать Кряжимскому послушать кассету с записями разговоров Курышева. Ромку я оставила в лаборатории.

В моем кабинете сидели Кряжимский и Маринка с Виктором, которые уже возвратились и теперь спокойно пили кофе за чайным столиком.

— А вот и Ольга Юрьевна, — обрадовался моему приходу Кряжимский. — Присоединяйтесь к нам!

— Оля, как там Ромка? — участливо поинтересовалась Маринка.

— Хорошо, но будет еще лучше, если кто-нибудь принесет ему пару бутербродов и кофе, — сказала я и присела на один из стульев около чайного столика.

— Будет сделано, — с готовностью ответила Маринка.

Как только Маринка вышла, Виктор рассказал мне о том, что им удалось поговорить с одной словоохотливой женщиной, которая проживает в новостройке на Навашина. Женщина сказала, что покупала квартиру с помощью агентства недвижимости «Доминант». Каким образом были куплены остальные квартиры, женщина не знает, но, вероятно, тоже при помощи того же агентства. О том, что этот дом первоначально предназначался для очередников машиностроительного завода, женщина ничего не знала и впервые слышала. Еще она упомянула о том, что в доме остались нераспроданными несколько квартир, поэтому посоветовала Виктору и Маринке обратиться в то же агентство недвижимости.

После рассказа Виктора я вставила кассету в магнитофон и включила его. Кряжимский подсел поближе, чтобы не упустить ни одной детали. Когда Маринка возвратилась, Сергей Иванович даже прикрикнул на нее, чтобы она не разговаривала.

— Идти с этими записями в милицию бессмысленно, — заметил Кряжимский, как только запись закончилась.

— Это еще почему? — возмутилась Маринка. — Александр Федорович полностью сознался в содеянном, по крайней мере, это можно понять из содержания разговора. Понятно, что Инну замочил Василий по просьбе Курышева. Вот только маловато компромата о проводимых махинациях с очередниками, но в милиции разберутся.

— Мариночка, сотрудники правоохранительных органов сначала разберутся с нами, — спокойно сказал Сергей Иванович. — По какому такому праву мы установили прослушивающие устройства в кабинете Курышева? Полученные незаконным путем улики не могут проходить по делу как доказательства.

— Что же нам теперь со всем этим делать? — поинтересовалась я у Кряжимского.

— Надо искать улики, явно указывающие на то, что Курышев Александр Федорович является заказчиком убийства Сусимовой Инны Александровны и занимается мошенничеством.

— И что же это за афера такая? — неожиданно послышался голос Ромки, который незаметно вошел в мой кабинет.

— Ты почему не в лаборатории? — возмущенно спросила Маринка.

— Обрыдло мне там, — лениво сказал Ромка. — Ничего интересного. Александр Федорович, наверное, занимается какими-то другими делами в одиночестве.

Ромка присел за чайный столик, а Виктор нехотя поднялся со своего места и вышел из кабинета, отправившись в лабораторию.

— Так что же за афера? — переспросил Ромка.

— Я могу в общих чертах обрисовать ситуацию, — сказал Кряжимский. — Александр Федорович Курышев с Бересневым Сергеем Анатольевичем в один прекрасный момент решают заработать приличную сумму денег. Машиностроительный завод заказывает строительство дома за счет государственных средств, так как это государственное предприятие и квартиры должны предназначаться только работникам завода. Но Александр Федорович с помощью агентства недвижимости «Доминант», владелицей которого до недавнего времени была Сусимова Инна Александровна, по ходу строительства подбирает ряд квартир, которые в дальнейшем должны будут предназначаться очередникам. А жилье в новостройке распродается совершенно посторонним людям при участии небезызвестного агентства. В результате от этой аферы Александр Федорович получает очень приличные деньги, которыми делится с Бересневым.

— Вот это да! — не смог сдержать своего восторга Ромка.

— Два вопроса, Сергей Иванович, — сказала я. — Зачем тогда Курышеву было втягивать в это деле Береснева?

— Я думаю, что по документам от Сергея Анатольевича требовались именно его подписи, — предположил Кряжимский. — Поэтому-то Александр Федорович и ввел Береснева в курс дела. Да и действовать в одиночку решится не каждый. К тому же Курышев не настолько глуп — я уверен, что при первой же возможности он все свалит именно на Сергея Анатольевича.

— А знала ли Инна об этой афере? — спросила я. — Понятно, что ее убрали, чтобы определить на ее место своего человека.

— Вот тут возникает небольшая проблема, — сразу же сказал Кряжимский. — Предположим, что Инна не была в курсе этого мошенничества, а просто действовала по указаниям Курышева, так как агентству это было выгодно, ведь в обороте всегда было энное количество квартир, проценты с продаж которых доставались именно «Доминанту». Тогда вполне логично, что Курышев решился подобрать под себя агентство, чтобы действовать уже в открытую. Инна — женщина неглупая, поэтому со временем она могла вполне раскрыть эту аферу.

— Если не раскрыла, — добавила Маринка.

— Если же Инна знала о том, что Александр Федорович распродает ведомственные квартиры, — продолжил Сергей Иванович, не обратив никакого внимания на замечание Маринки, — то она, соответственно, была в доле и получала тоже определенную сумму с каждой сделки. И в этом случае желание убрать ее вполне объяснимо. Курышеву просто надоело делиться.

— В конце концов, какая разница, — опять встряла Маринка. — Самое главное, что нам удалось разоблачить преступников.

— Да, — согласился с ней Кряжимский. — Разоблачить-то мы их разоблачили, а вот доказательств по этому делу у нас почти никаких.

— А мне кажется, что надо просто рассказать все милиции, а те откопают необходимые документы, — авторитетно сказал Ромка.

— Не думаю, что Александр Федорович выложит перед ними весь пакет компрометирующих документов, — возразил Кряжимский. — Скорее наоборот — в самые короткие сроки он попытается избавиться от них. Придется нам действовать самим.

— Тем более мы и так уже по уши влезли в это дело, — заметила Маринка. — Кофе кто будет?

Мы почти хором ответили утвердительно на последний вопрос Маринки, и та, тяжело вздохнув, вышла из кабинета.

— Ольга, а что, если нам на собственной шкуре испытать всю эту аферу?! — неожиданно выкрикнула Маринка из соседнего кабинета, дверь в который была приоткрыта.

Подруга буквально вбежала в кабинет с подносом в руках, на котором стояли чашки с кофе. Как это она еще умудрилась не пролить ни капельки?!

— У меня дельное предложение, — впопыхах сказала Маринка. — Я загляну в это агентство, прикинусь дурочкой и сообщу о том, что хочу купить квартиру в какой-нибудь новостройке в том районе, где находится недавно построенный от машиностроительного завода дом. Женщина же говорила, что несколько квартир до сих пор не куплены. Может быть, мне предложат именно их.

— А если не предложат? — спросил Кряжимский.

— А если не предложат, то я как-нибудь осторожно намекну, что хотела бы купить квартиру именно в этом доме, — сразу же нашлась Маринка.

— Ну и что дальше? — нетерпеливо спросил Ромка.

— А дальше у меня на руках будут документы, с которыми можно будет спокойно отправляться в милицию, — сообщила Маринка. — Дом ведомственный, а квартиры распродаются посторонним людям.

— А что, если нам просто собрать несколько таких бумажек у жильцов этого дома на Навашина и также передать их в милицию? — сообразил Ромка.

— Интересно, кто же тебе их даст, — ехидно сказала Маринка. — Ведь именно они-то и пострадают в результате того, что мы раскроем эту аферу. У них просто отберут их квартиры!

— Маринка, а где мы возьмем крупную сумму денег, чтобы воспользоваться услугами агентства недвижимости? — спросила я.

— Можно предложить небольшой залог, — предположила Маринка. — Или же вообще привлечь к этому делу Сусимова. Он же у нас теперь богатенький — от жены досталось приличное наследство, да и от продажи половины агентства получил хорошие бабки!

— Хорошо, Маринка, — наконец согласилась я. — Только я одну тебя туда не отпущу!

— А тебя уже все знают, — заметила Маринка.

— Пойдешь с Виктором, — решительно сказала я.

Маринка уже собиралась бежать за Виктором, но я остановила ее, добавив:

— Завтра утром!

— Почему? — удивилась Маринка.

— Потому что завтра ты сможешь пообщаться с самим Бересневым, — объяснила я. — К тому же мы и так забросили подготовку очередного номера, поэтому остаток рабочего дня предлагаю посвятить именно этому.

Кряжимский воспринял мое предложение с радостью, так как за последнее время только он готовил материалы для газеты. Ромка же с Маринкой немного расстроились: работа секретаря и курьера, разумеется, не столь интересна, как расследование убийств и разоблачение преступников.

Глава 16

Виктор с Маринкой уверенно прошли в здание, где располагался офис агентства, исполняющим обязанности генерального директора которого был теперь Береснев. Охранник не обратил на них никакого внимания, и они зашли в один из кабинетов, где скучали несколько риелторов.

— Здравствуйте, — вежливо поприветствовала их Маринка. — Мы хотели бы с помощью вашей фирмы приобрести квартиру.

— Здравствуйте, здравствуйте. — К ним сразу же подбежал молодой человек и, усадив на стулья перед своим столом, представился: — Агарков Павел Вячеславович! Какую квартиру вы бы желали? Сколько комнат, совмещенный или раздельный санузел, балкон или лоджия? Не сомневайтесь, мы подберем вам подходящий вариант.

— Вы знаете, мы намерены купить трехкомнатную квартиру. Желательно в новостройке и в Кировском районе, — сообщила Маринка. — Остальное нас не интересует.

— На какую сумму денег вы рассчитываете? — поинтересовался Павел Вячеславович. — Это не главное, — авторитетно сказал Виктор.

— Тогда просмотрим все имеющиеся у нас варианты, — предложил Павел Вячеславович и раскрыл перед собой увесистую папку. — Вот неплохой вариант: трехкомнатная квартира, семьдесят квадратных метров, девятый этаж девятиэтажного дома, раздельный санузел, лоджия, дом панельный…

— Нам это не подходит, так как последний этаж, да и дом панельный. — Маринка умело отказалась от этого варианта, так как сразу поняла, что это не тот дом, который ей нужен. На Навашина от машиностроительного завода была выстроена пятиэтажка.

— Тогда вот этот вариант, — продолжил Павел Вячеславович. — Третий этаж пятиэтажного кирпичного дома, общая площадь — шестьдесят четыре квадратных метра, раздельный санузел, два балкона.

— Вот это нам более-менее подходит, — сообщила Маринка и подмигнула Виктору. — А где находится этот дом?

— Улица Навашина, — ответил Павел Вячеславович. — Вас устраивает?

Маринка задумалась, так как не хотела слишком быстро соглашаться, чтобы не вызвать подозрений. Она попросила предложить еще что-нибудь подобное, а когда Павел Вячеславович подобрал еще три варианта, Маринка возвратилась к квартире в новостройке на Навашина и уточнила адрес.

— Мы, наверное, согласны на этот вариант, — сообщила Маринка. — Еще одна просьба: нельзя ли побыстрее оформить все документы?

— Конечно, желание клиента — закон, — проговорил Павел Вячеславович. — Но я советую вам посмотреть эту квартиру!

— Ах да! Совершенно забыла! Может быть, мы тогда встретимся с вами вечером, — предложила Маринка. — Но я уверена, что этот вариант нам подойдет. Да, дорогой?

Последняя фраза была обращена к Виктору. Тот только улыбнулся и робко обнял Маринку. Его роль мужа не очень вдохновляла.

Затем сладкая парочка попрощалась с риелтором, оставила ему свой номер телефона и вышла из кабинета. На достигнутом Маринка не успокоилась и решила навестить Береснева.

— Вам кого? — равнодушно спросила секретарша вошедших в приемную молодых людей.

— Нам к Сергею Анатольевичу, — сказала Маринка.

— По какому вопросу? — поинтересовалась секретарша тем же равнодушным голосом.

— Мы хотели бы оформить договор купли-продажи и проконсультироваться с самим Бересневым, — пояснила Маринка.

— Боюсь, что Сергей Анатольевич пока не очень компетентен в этих вопросах, — сдержанно сказала секретарша. — Он только первый день на рабочем месте.

— И тем не менее я настаиваю на разговоре с ним, — требовательно произнесла Маринка, удивленная отказом секретарши.

— Ну хорошо, — согласилась наконец та. — Если только Сергей Анатольевич согласится вас принять. Как вас представить?

Маринка назвала себя, и секретарша зашла в кабинет к Бересневу. Буквально через минуту она вышла обратно и сказала, что Сергей Анатольевич примет посетителей сейчас же.

Береснев сидел в кресле с высокой спинкой. На нем был строгий, идеально выглаженный костюм, но узел галстука был немного расслаблен, так как в кабинете было душновато.

— Проходите, пожалуйста. — Он встал со своего места, подошел к вошедшим молодым людям и предложил расположиться на мягком диване. — С чем пожаловали? Вы уже, вероятно, осведомлены, что я совсем недавно вступил в должность генерального директора этого агентства, но попробую помочь вам, если смогу. Что вас беспокоит?

— Сергей Анатольевич, мы бы хотели купить с помощью вашего агентства квартиру, — сообщила Маринка.

— Так в чем же дело? — перебил ее Береснев. — У нас работают квалифицированные риелторы, которые могут предложить вам подходящие варианты. Вы уже разговаривали с кем-нибудь из них?

— Да, — утвердительно кивнула Маринка, затягивая беседу, так как не знала, с чего начать осуществлять задуманное ею. — И нам даже подошел один из предложенных им вариантов.

— Так в чем же дело? — недоуменно спросил Сергей Анатольевич.

— Мне кажется, что нас хотят обмануть! — выпалила Маринка.

— Кто? — удивился Береснев и подсел поближе к девушке. — Вы в этом уверены?

— Нам предложили трехкомнатную квартиру в кирпичном доме, — сообщила Маринка. — В принципе нас все устраивает!

— Так в чем же, собственно говоря, дело? — Бересневу, похоже, уже порядком надоело слушать какие-то намеки в адрес сотрудников агентства.

— Дело в том, что дом, в котором мы хотели бы купить квартиру, принадлежит машиностроительному заводу и предназначен для расселения очередников этого предприятия, — сказала Маринка.

— Что? — сказал Сергей Анатольевич, старательно изобразив удивление. — Вы в этом уверены? Откуда у вас такая информация?

— У меня есть подруга, родители которой работают на машиностроительном заводе. Так вот, они стояли в очереди на получение жилплощади и вместо хорошей квартиры в новостройке им дали халупу на окраине города, — сообщила Маринка.

— Девушка, вы что-то путаете, — спокойно сказал Береснев. — Я обещаю вам, что обязательно разберусь с этим вопросом, причем немедленно. К какому агенту вы обращались?

— Агарков Павел Вячеславович, — ответила Маринка, ожидая дальнейших действий Береснева.

— Я сейчас же уточню все обстоятельства продажи этой квартиры. — Сергей Анатольевич набрал номер телефона, даже не заглянув в записную книжку.

Виктору и даже Маринке показалось, что Береснев их разыгрывает, так как голоса его собеседника совершенно не было слышно, да и разговор получался какой-то странный, почти без пауз. И почему Сергей Анатольевич предпочел общаться с Агарковым по телефону, хотя тот сидел в соседнем кабинете?

— Да-да, конечно, Павел Вячеславович, — говорил тем временем Береснев. — Я все именно так и объясню клиентам.

После того как Сергей Анатольевич попрощался со своим воображаемым собеседником, Маринка с Виктором с нетерпением посмотрели на него.

— Молодые люди, все выяснилось, — весело сказал он. — Дело в том, что часть квартир в этом доме действительно принадлежит машиностроительному заводу, а часть — по договору, оформленному с руководством предприятия, — отошла к фирме, которая занималась его строительством. Как вы сами понимаете, строительная фирма сама не будет распродавать квартиры, так как это гораздо проще сделать при помощи агентства. Поэтому-то мы и занимаемся этим. Никакого обмана здесь нет!

— Да? — Маринка постаралась как можно убедительнее изобразить удивление. — Простите нас, ради бога! Как же так получилось?! Извините, что мы оказались столь подозрительными?

— Ничего страшного, — попытался успокоить Маринку Береснев и даже погладил ее по плечу, присаживаясь рядом на диван. — Это ваше право! Сейчас, знаете ли, чего только не творят с этими квартирами, поэтому надо всегда быть настороже. Только вот «Доминант» — как раз то агентство, на которое вы можете полностью положиться. Мы за последние годы хорошо зарекомендовали себя на рынке недвижимости!

— Сергей Анатольевич, нам бы хотелось тогда немедленно оформить договор по покупке этой квартиры, — сказала Маринка. — Все документы у нас есть!

— А как насчет денег, — поинтересовался Береснев.

— Если это возможно, то мы готовы сейчас внести залог, — предложила Маринка. — А затем в назначенный вами срок выплатить всю стоимость!

— Хорошо, — согласился Береснев, немного подумав. — Залог — двадцать пять процентов от полной стоимости квартиры. Документы вы можете оформить у меня в приемной. Желательно, чтобы вы внесли всю сумму плюс проценты, полагающиеся нашей фирме, до конца этой недели!

— Нас это вполне устраивает, — согласно кивнула Маринка.

Сергей Анатольевич на прощание сказал, что они могут по любому вопросу обращаться к нему за помощью.

Маринка и Виктор расположились в приемной и разложили перед собой все документы, подробно изучая их. В двухсторонних соглашениях уже стояли подписи генерального директора агентства — Маринке оставалось поставить только свои и заплатить положенную сумму денег.

— Здесь Сергей Анатольевич? — В приемную заглянул парень бандитского вида, бесцеремонно обратившись к секретарю.

— Да, это его кабинет, — утвердительно кивнула девушка, не вставая со своего места. — Вы по какому вопросу?

— Скажи, что по личному, — грубо ответил парень. — Пусть поторопится, а то у меня дел еще невпроворот.

— Как вас представить? — вежливо спросила секретарша, не обращая внимания на грубость этого типа.

— Скажи, что пришел Николай, — ответил парень и добавил: — Ануфриев!

— Хорошо! Я сейчас узнаю, примет ли он вас, — сказала секретарша, чем вызвала негодование посетителя.

— Пусть только попробует не принять. — Парень бесцеремонно уселся рядом с Маринкой и с явным интересом загляделся на ее стройные ножки.

Секретарша покорно прошла в кабинет Береснева и доложила о приходе странного посетителя. Выходя из кабинета, она тут же пригласила Ануфриева к Сергею Анатольевичу. После ухода этого типа в приемной воцарилось молчание, которое нарушила Маринка.

— Рэкет? — поинтересовалась она с пониманием у секретарши.

— Нет, — неожиданно ответила та. — Обычный клиент! Ну… не совсем обычный, конечно. Но у нас и таких хватает!

— Ему тоже нужно купить квартиру? — спросила Маринка.

— А почему бы и нет? Денег у него хватит, чтобы приобрести не одну квартиру, — со знанием дела произнесла секретарша. — Только он, по-моему, уже приходил один раз к нам. Когда еще Инна Александровна была жива.

— И что, тоже квартиру покупал?

— Да! Но это его дело. — И секретарша тут же перевела разговор на другую тему. — А вам все понятно в документах? Если что, я могу разъяснить!

— Спасибо большое! Но пока нам все ясно! — поблагодарила ее Маринка.

Бумаг оказалось намного больше, чем она предполагала. Договоры, в которых были оговорены обязательства двух сторон, не содержали ни одного упоминания о машиностроительном заводе, как, впрочем, и о той фирме, которая занималась строительством дома. По документам получалось, что квартира принадлежит некоему частному лицу, фамилия и имя которого Маринке ничего не говорили.

— Ну вы же нас знаете?! — неожиданно донесся голос Береснева из приоткрытой двери его кабинета. В приемную вошел он сам в сопровождении Ануфриева. — Все оформим в ближайшие сроки.

— Уж постарайтесь, — хриплым голосом сказал Николай и бросил взгляд на Маринку с Виктором.

— Да, кстати, а это ваши новые соседи, — вдруг сообщил Сергей Анатольевич. — Тоже сейчас занимаются оформлением документов.

— Соседи? Хм! Очень буду рад распить с вами чашечку чая или кофе. Так сказать, за новоселье, — сказал Коля, подмигивая Маринке. — Милости просим к нам в гости!

— Как у вас дела? — участливо спросил Сергей Анатольевич у Маринки.

— Я уже все просмотрела, осталось только поставить подписи, — сообщила Маринка и, достав ручку, тут же подписала все разложенные перед ней бумаги.

Береснев дождался, когда документы будут оформлены, получил от Виктора так называемый задаток, напомнил о сроках последующих выплат и пожелал молодым людям благополучного новоселья.

До редакции Маринка с Виктором доехали за считанные минуты. Маринка с возмущением рассказывала о посещении агентства «Доминант».

— Нет, ты представляешь, Ольга, — упрямо твердила она. — Прямо на наших глазах распродаются квартиры, принадлежащие очередникам машиностроительного завода! Какая наглость!

— Мариночка, а можно ли ознакомиться с полученными вами документами? — попросил Кряжимский.

— Да, конечно. — Маринка протянула ему бумаги, которые Кряжимский принялся изучать.

— А я пока улажу все формальности, — отчиталась я. — Надо же отблагодарить Олега Ивановича за то, что он согласился спонсировать нашу авантюру. К тому же оставшуюся сумму денег придется брать опять у него.

Я набрала номер телефона Сусимова. На звонок тут же ответили.

— Алло! Это Бойкова Ольга…

— Здравствуйте, Ольга Юрьевна, — перебил меня Сусимов. — Я как раз только подъехал! Провожал сестру Инны с мужем обратно в Москву, а то они у нас и так загостились.

— А ее тетка? — поинтересовалась я.

— Тетка пока осталась, — сообщил Олег Иванович. — По хозяйству помочь. Тут уже не за горами и девять дней по Инночке, так что дел невпроворот. Вы, кстати, мне так и не объяснили, зачем вам понадобились деньги.

— Олег Иванович, мне хотелось бы пока не объяснять вам всех подробностей, — уклончиво ответила я. — Не сомневайтесь, сейчас я занимаюсь расследованием убийства вашей супруги. Могу вам только сказать, что скоро мне удастся разоблачить преступников. А к вам у меня еще одна просьба!

— Какая? — поинтересовался Сусимов, немного нервничая. — Если вам нужны еще деньги, то я рад вам помочь!

— Олег Иванович, вы не ошиблись! Но на этот раз мне требуется сумма в четыре раза большая, чем первоначально, — сообщила я.

— Зачем? — не выдержал Сусимов и тут же спохватился: — Ах да! Я же обещал не интересоваться подробностями! Ну вы же, Ольга Юрьевна, понимаете, что сумма слишком велика. Я не могу пойти на такое.

— Вы думаете, что я вас кину? — догадалась я.

— Ну, не совсем… — смутился собеседник. — Просто я не привык разбрасываться деньгами. Надо бы бумаги оформить. Я готов вам дать в долг, только пусть это будет отражено документально.

— Хорошо, — согласилась я с Сусимовым. — Вы оформите документы. Пусть будет все по закону. Вы не могли бы подготовить всю сумму, а я пришлю к вам своего человека?

— Хорошо, — покорно ответил Олег Иванович. — Когда мне будет возвращены деньги? К тому же, Ольга Юрьевна, расписку надо будет заверить у нотариуса.

Такой дотошности я от Сусимова не ожидала. Хотя, наверное, это было оправданно. Не каждый согласится дать большую сумму денег, не имея гарантий, что получит их обратно. Мы договорились с Олегом Ивановичем, что я расплачусь с ним уже через неделю. Ничего против оформления бумаг я не имела. Пусть будет расписка, пусть в этом даже нотариус участвует. Другого выхода у меня не было. Деньги нужны были срочно.

Я решила послать за деньгами Виктора, о чем незамедлительно тому сообщила, а сама выжидательно посмотрела на Кряжимского, ожидая его мнения насчет наших дальнейших действий. Сергей Иванович же был полностью поглощен изучением бумаг.

— А чего тут думать, — вступил вдруг в разговор Ромка. — По-моему, настало время брать этих мошенников с поличным, пока Маринка еще глупостей не наделала!

— Это я-то глупостей?! — возмутилась подруга. — Если ты такой умный, то сам бы сходил в агентство с Виктором! Из вас получилась бы хорошая семейка: два брата-акробата!

— Хватит, Маринка. — Я остановила ее. — Ты на самом деле сглупила, обратившись непосредственно к Бересневу! Теперь он возьмет тебя на заметку! Сергей Иванович, вы как думаете? — спросила я, заметив, что Кряжимский отложил бумаги в сторону.

— В документах все чисто, ни к чему не придерешься, — заметил Сергей Иванович. — Но это только на первый взгляд, а при подробном изучении можно заметить, что квартира в новостройке фактически продается частным лицом, которого покупатели не видели. Я уверен, что этот самый Мальков Роман Алексеевич, имя которого фигурирует в бумагах, даже не в курсе того, что он является владельцем этой квартиры. Просто Курышеву надо было на кого-то оформлять жилье. А может, это вообще вымышленные данные.

— Что-то мне эта фамилия знакома, — задумчиво сказала я. — Сергей Иванович, а в документах ведь указан адрес этого Малькова?

— Конечно, — ответил Кряжимский. — Только я не уверен, что такой человек на самом деле существует!

— Как это? — удивился Ромка. — Его убили, что ли?

— Проще всего оформить документы на вымышленное имя, чтобы не было никаких проблем, — сообщил Кряжимский. — Хотя нельзя исключать и тот вариант, что Курышев использует подставные данные, немного доплачивая Малькову. Вот вам адрес, Ольга Юрьевна. — Кряжимский положил передо мной листок бумаги, на котором были аккуратно написаны координаты Малькова Романа Алексеевича. — Можете сообщить этому молодому человеку о том, что он является владельцем, по крайней мере, одной квартиры в новостройке на Навашина, если он еще не знает этого.

— Почему «молодому человеку»? — спросила я.

— Потому что в документах указана дата его рождения. Ему двадцать один год, — спокойно ответил Кряжимский.

— Я вспомнила! — неожиданно выкрикнула я и еще раз посмотрела на листок бумаги. — И адрес совпадает! Помните, на кассете Вася упоминает о молодом человеке, который помог ему сделать дубликат ключей. Курышев еще мельком говорил что-то о документах, но мы не придали этому значения. Этот Рома — друг Борисова. Когда я Николаю звонила, Роман взял трубку, но потом, когда мы с Виктором приехали, его уже не было. Он живет в соседнем подъезде.

— Ольга Юрьевна, насколько я помню содержание разговора Василия и Курышева, они с Романом находятся не в очень хороших отношениях, — заметил Кряжимский. — О сотрудничестве тут и речи быть не может!

— Я срочно еду к Малькову, — сообщила я и упаковала документы, принесенные Маринкой, в свою сумку.

— Ольга, а можно с тобой? — попросила Маринка.

— Если пообещаешь, что не будешь делать глупостей, то можно, — благосклонно разрешила я, и мы с Маринкой спустились к машине.

Глава 17

— А к Николаю зайдем? — поинтересовалась Маринка, когда я тормознула машину около того дома, где жили Борисов и Мальков.

— Зачем? — удивилась я.

— Да так, — смутилась Маринка. — Узнать, как у него дела!

— Если он сам не звонил, значит, его машина на месте, — решительно сказала я, проходя мимо его подъезда и косясь на злополучную дверь.

Квартиру Малькова мы нашли без особых затруднений. Я попыталась отыскать звонок, но Маринка требовательно застучала кулаком в дверь.

— Кто там тарабанит? Чего надо? — послышался голос пожилой женщины.

— Нам бы хотелось поговорить с Мальковым Романом Алексеевичем, — сообщила я.

— Зачем он вам нужен? — спросила бабуся, но дверь тут же открыла.

Перед нами предстала старушка в грязноватом халате, один карман которого был наполовину оторван. Волосы были собраны в бесформенный пучок и неряшливо заколоты шпилькой. В общем, вид старушки говорил о том, что в доме о ней позаботиться некому.

Ответить на вопрос бабушки я не успела, так как в прихожей появился высокий молодой человек, которого никак нельзя было назвать симпатичным. Он был в шортах, заляпанных какой-то гадостью.

Маринка смотрела на обитателей этой квартиры с ужасом. Эх, знали бы они, что у них есть, вернее, еще недавно была трехкомнатная квартира в новостройке! А кто сказал, что Роман об этом не знает? Может быть, Курышев доплачивает ему несколько сотенок долларов в месяц с условием, что будет пользоваться его данными? Это-то мне и предстояло выяснить.

— Роман, где мы можем с вами поговорить? — спросила я твердым голосом.

— А вы, собственно, кто т-такая и по какому делу? — удивился Роман.

— Как ключи от гаража у своего друга брать, так это ты можешь, — выпалила я прямо в лицо изумленному Роману. — А как отвечать, так в штаны наделал?

— Чт-т-то? О чем вы г-говорите? — Молодой человек стал заикаться еще больше и отступил на шаг назад.

Вдруг он неожиданно решил сорвать свое зло на старушке.

— Бабуля, ты хоть иди отсюда, — выкрикнул он, и бабушка покорно ушла из прихожей в комнату.

Мы с Маринкой смотрели на Романа, ожидая, в какую комнату он пригласит нас для разговора.

— Подождите! Я с-сейчас выйду! — неожиданно сказал молодой человек.

Он переоделся быстро, сменив только шорты на штаны от спортивного костюма.

— П-пойдемте-ка в кафе, у нас тут неподалеку есть т-тихое местечко — днем там вообще никого не бывает, — предложил Роман, а мы с Маринкой только кивнули в ответ.

Обычное уличное кофе действительно пустовало, что в принципе было неудивительно, так как оно представляло собой несколько выставленных на самое пекло столиков, над которыми покачивались зонтики. В таких заведениях в студенческие годы мне приходилось бывать часто, но сейчас я уже отвыкла от таких условий. Мы с Маринкой заказали себе апельсинового сока, Роман же взял бутылку пива, большую часть которой выпил сразу же, чуть ли не залпом.

— Как же вы докатились до жизни такой? — поинтересовалась я, не зная, с чего начать разговор.

— А ч-чем вам моя жизнь не нравится? — задал, в свою очередь, вопрос Роман, но тут же разоткровенничался: — Н-не знаю, как вы бы п-поступили на моем месте, если бы у вас пропали практически все документы, восстанавливать которые — такой геморрой.

— У вас пропадали документы? — переспросила я, до конца еще не веря, что нам удалось так быстро расколоть его.

— Д-да, — утвердительно кивнул Роман. — Я хотел устроиться на работу, а т-тут такое приключилось. Собрал все д-документы, а у меня их из барсетки в автобусе свистнули.

— А что там было? Какие именно документы? — спросила я.

— П-паспорт, военный б-билет, трудовая книжка, аттестат… — перечислил Роман.

— И куда же ты хотел устроиться? — удивилась Маринка.

— Слесарем, — ответил Роман. — Я окончил училище п-по этой специальности.

— И что же дальше было? — спросила я.

— Н-ничего, — огрызнулся Мальков. — Ч-что я мог сделать? Д-даже не знал, куда сначала обратиться. П-потом решил все-таки заявить в милицию, так как при восстановлении паспорта оттуда справка нужна. Н-но в милицию заявить не успел, т-так как документы мне в целости и сохранности принесли!

— Кто? — хором спросили мы с Маринкой.

— В-вы все равно его не знаете. — Роман махнул рукой. — Б-был у меня друг один — когда-то с ним в детстве в одну секцию по б-борьбе ходили, но только он старше меня лет на пять. В-вот он и принес! Только п-просто так отдавать документы он мне не хотел, а п-попросил оказать одну услугу — п-принести ему на время ключи от гаража Борисова. А мне что? Т-трудно, что ли! В-вот я и стащил у Кольки ключи.

— Как друга этого зовут? — поинтересовалась я.

— К-какого? К-который документы принес?

— Да! — сказала Маринка.

— Васек, — с гордостью сказал Мальков. — Он еще где-то охранником работает.

— На машиностроительном заводе? — догадалась я.

— Д-да! — обрадовался Роман, но тут же насторожился: — А вы откуда знаете?

— А документы он тебе вернул в целости и сохранности? — поинтересовалась я, никак не отреагировав на его вопрос.

Роман утвердительно кивнул.

— И ключи тоже?

Парень вновь кивнул. В принципе мне все уже было ясно. Я попрощалась с Мальковым, и мы с Маринкой вышли из кафе.

— А Вася, оказывается, не такой дебил, как мне показалось раньше! — заметила я, открывая дверь своей «Лады».

— Да такого лоха, как Роман, любой вокруг пальца обведет, — высказалась Маринка. — И Вася такой же, только фигурой покрупнее вышел, поэтому и устроился работать охранником. Я уверена, что не он додумался до такой операции, а сам Курышев ему все по полочкам разложил!

В редакции нас поджидал только Кряжимский — Виктор все еще находился у Олега Ивановича. Ромки не было на рабочем месте, так как он выполнял одно из поручений Сергея Ивановича. Я рассказала Кряжимскому о том, что удалось узнать из разговора с Романом.

— А вот теперь, мне кажется, пора сообщать в милицию о преступной деятельности Курышева и Береснева, — сказал Сергей Иванович, откинувшись на спинку стула в моем кабинете. — Главное, что у нас есть документы, подтверждающие, что агентством «Доминант» была продана квартира, которая должна принадлежать машиностроительному заводу. Кроме того, я не думаю, что Курышев так просто оставит без внимания то, что покупательница квартиры — наша многоуважаемая Маринка — заподозрила что-то неладное. Странно, что Береснев вообще решился заключить эту сделку. Хотя это говорит только о том, что им надо срочно продать квартиры, чтобы затем уничтожить всю документацию.

— Мы что же, даже квартиру не посмотрим? А как же ключи? — поинтересовалась Маринка, которая всегда мечтала о своей собственной квартире, так как в данный момент жила в коммуналке.

— Ключи вам передаст агент «Доминанта», как я понял из документов, только в том случае, если вы заплатите всю сумму, — объяснил Кряжимский.

— Зверские условия, — заметила Маринка.

— Ничего удивительного в них нет, так как представители фирмы сами вправе устанавливать порядок купли-продажи квартиры, опираясь на основные положения, — пояснил Сергей Иванович. — А вы, Мариночка, вообще заключили двухсторонний договор, в котором каждая сторона вправе высказать свои условия.

— И как же я буду проживать в этой квартире, зная, что на моем месте должны быть родители Лены, которые сейчас обустраивают халупу на окраине города? — вдруг задумчиво спросила саму себя Маринка.

— Хватит вам, — остановила я своих коллег, разговор которых казался мне совершенно бесполезным. — Сергей Иванович, вы считаете, что нам уже пора обращаться в милицию?

— По крайней мере, это уже желательно. Но только после того, как мы уберем прослушивающее устройство в кабинете Курышева, — заметил Кряжимский.

— Я поручу эту Виктору, — сразу же ответила я. — А дальше?

— Маринке следует самой обратиться в милицию с этими документами, а там уже сообразят, как действовать, — посоветовал Кряжимский.

— Хорошо, — согласилась я, немного обрадовавшись тому, что наше расследование подходит к концу.

Как раз в этот момент пришел Виктор, который передал мне деньги, полученные от Сусимова. Маринка пересчитала их и сообщила, что этой суммы вполне хватит расплатиться за квартиру. Она же перезвонила Лене и спросила у нее, когда будет удобнее подъехать Виктору, чтобы он снял жучки в кабинете Курышева. Лена ответила, что Александр Федорович в настоящий момент уехал на деловую встречу с поставщиками машиностроительного завода, поэтому Виктор может приехать прямо сейчас.

Виктор отправился на завод, а Маринка поехала в «Доминант», чтобы внести недостающую сумму за квартиру.

Я же решила переговорить с майором Здоренко, одним из начальников местного РУБОПа, к которому очень часто обращалась за помощью, и набрала его номер телефона.

— Городской РУБОП! Майор Здоренко слушает! — раздался в трубке знакомый голос.

— Это Бойкова, — представилась я.

— Что-то давно тебя не было слышно. Ты что, замуж вышла и бросила это грязное журналистское дело? — поинтересовался Здоренко. — Наконец-то вспомнила о старом друге. Что на этот раз?

— У нас тут Маринка купила себе трехкомнатную квартиру… — начала я.

— Кто? Маринка? — удивился Здоренко. — Я тогда перехожу к вам работать, если даже секретарша твоя может позволить себе купить трехкомнатную квартиру!

— Так вот, она покупала ее через агентство недвижимости, — продолжила я, не обратив внимания на реплику Здоренко. — Но мне кажется, что-то там нечисто!

— Что нечисто? — поинтересовался Здоренко.

— Не знаю, — соврала я, а затем добавила: — По-моему, эта квартира принадлежит не частному лицу, а машиностроительному заводу, поэтому не может быть продана.

— И что дальше?

— Мы хотели бы с Маринкой подъехать к вам попозже, — сказала я. — Вы бы посмотрели документы…

— Ольга, но я же не спец по вопросам недвижимости, — напомнил Здоренко, но тут же спохватился: — Хотя есть у нас тут один товарищ, у него-то и можно будет проконсультироваться. Вы когда подъедете?

— Примерно через час, — пообещала я.

— Хорошо, подъезжайте, — согласился Здоренко. — У нас вечерняя планерка сегодня рано закончилась, но все на своих местах. Работы навалом!

Я положила трубку и посмотрела на Кряжимского, который лениво болтал ложкой в полупустой кофейной чашке.

— Сергей Иванович, а вы можете пока готовить материал в газету по этому делу. Только некоторые имена и фамилии желательно изменить, — сказала я Кряжимскому. — Да и вообще упоминать пока о машиностроительном заводе и его руководстве не стоит, а то мы слишком много шума наделаем.

— Тогда, может быть, стоит подождать со статьей, — посоветовал Сергей Иванович.

— Пожалуй, так будет лучше, — согласилась я с Кряжимским.

Кряжимский вышел из моего кабинета, но в одиночестве я пробыла недолго. Первым возвратился Виктор, сообщив, что теперь никто даже и не догадается о том, что кабинет Курышева был на прослушивании, а затем пришла и Маринка, которая было безумно счастлива, так как хоть и на незаконных основаниях, но числилась владелицей квартиры.

— Кстати, Береснева уже на рабочем месте не было, — сообщила Маринка.

— Это не наши проблемы! Я уже договорилась со Здоренко, он ждет нас, — сказала я. — Так что сейчас едем к нему. Возьми с собой все документы на квартиру!

— А счастье было так возможно, — пропела Маринка.

Уже на лестнице нам встретился Ромка. Несмотря на то, что он потребовал ввести его в курс дела, мы с Маринкой отмахнулись от него, сказав, что Кряжимский или Виктор расскажут ему все подробности.

К зданию, в котором размещался РУБОП, мы подъехали как раз через час, как я и обещала Здоренко. Майор ожидал нас в своем кабинете, куда мы и поднялись с разрешения дежурного, предварительно позвонив.

— Поздравляю, Маринка. — Это была первая фраза, которую произнес Здоренко, забыв даже поприветствовать нас. — Трехкомнатная квартира — это тебе не коммуналка! Только вот интересно, за какие это такие труды Ольга так балует тебя?

— Это не она, — ответила Маринка. — Многочисленные поклонники!

— Замуж тебе пора, а не с поклонниками возиться. — Здоренко сразу же стал серьезным. — Давай сюда эти документы! Я уже позвал специалиста.

Маринка протянула майору папку, а сверху на нее положила ключи. Невысокий мужчина с седыми усами и лысым черепом, вошедший в наш кабинет, был специалистом в операциях с недвижимостью. Капитан внимательно пролистал все документы, на что ему потребовалось минут десять.

— Ничего подозрительного я не нахожу, — наконец сказал капитан. — Все в порядке: и квартира очень даже приличная, и стоимость подходящая, и все условия обговорены в договоре.

— Что и требовалось доказать, — радостно воскликнул Здоренко. — Хорошо, вы можете идти!

Капитан вышел из кабинета, а Здоренко обратился к нам:

— Вам скоро уже на каждом шагу будут мерещиться преступники и бандиты!

Я задумалась, так как с самого начала мне не хотелось раскрывать все карты перед Здоренко, но, если я сейчас не выложу все, что знаю, майор просто отправит нас по домам, поэтому я решилась и рассказала ему все: начиная с того, как взялась за расследование убийства Инны, и кончая разговором с Романом. Здоренко даже ни разу не взглянул на часы, хотя мой рассказ занял много времени, а когда я закончила, он моментально вскочил со своего места.

— Ольга, где же вы раньше-то были? — говорил он, курсируя из одного угла своего кабинета в другой. — Тут надо действовать как можно быстрее, иначе этот Курышев уничтожит все улики. Он ведь не дурак! Деньги получил, а бумажки можно и сжечь, порвать, выкинуть.

Я была поражена такой реакцией Здоренко, поэтому сидела молча. Маринка тоже не пыталась вставить ни одного слова.

— Так! — твердо сказал Здоренко и остановился на одном месте. — Вы сейчас же едете в редакцию… Нет, лучше — по домам! А то я вас знаю — опять начнете глупости вытворять. Едете по домам и ложитесь спокойно спать! Хватит в игрушки играть!

— А вы? — осмелилась спросить Маринка.

— Будем брать бандитов с поличным! — уверенно сказал Здоренко и уже поднял трубку телефона, но затем взглянул на нас и скомандовал: — Я кому сказал: по домам! И чтобы носу своего не высовывали!

Нам ничего не оставалось делать, как выйти из кабинета Здоренко, оставив ему все документы на квартиру. Домой мы, конечно же, не поехали, а направились в редакцию, где нас ожидали остальные сотрудники. Я не сомневалась, что Здоренко сделает все, чтобы уличить Курышева и Береснева в мошенничестве.

Глава 18

Утром меня разбудил телефонный звонок. Я с трудом открыла глаза и почувствовала, что не выспалась. Это было и неудивительно. Вечером Кряжимский заставил-таки всех членов редакции поработать над очередным номером «Свидетеля». Затем мы с Маринкой поужинали в кафе, и домой я попала только в одиннадцать часов.

Я посмотрела на часы. Семь утра! Телефон противно продолжал звонить, поэтому я все-таки потянулась к нему и сняла трубку.

— Ольга, это ты? — услышала я взволнованный голос Здоренко. Он не дождался даже ответа и продолжил: — У меня для тебя потрясающая новость! Ты сейчас лежишь? Вот и лежи, не вставай!

— Я, между прочим, несколько секунд назад спала, — раздраженно сообщила я.

— Доброе утро! — догадался Здоренко. — Береснева убили!

— Кого? — удивилась я и даже вздрогнула от неожиданного сообщения.

— Сергея Анатольевича Береснева, исполнявшего обязанности генерального директора агентства недвижимости «Доминант», — пояснил Здоренко. — Огнестрельное ранение в голову! Стреляли в упор! Скончался сразу же!

— Когда? Где это было? — спросила я взволнованно, уже встав с кровати.

— В его загородном доме вчера поздно вечером, — сообщил Здоренко. — Ты ничего об этом случайно не знаешь?

— Нет, — растерянно пробормотала я. — А кто его убил?

— Откуда я знаю, — взбесился Здоренко. — Свидетелей не было. Мы его нашли буквально три часа назад.

— А где находится его загородный дом? — поинтересовалась я.

— Зачем тебе? — спросил Здоренко и тут же предупредил меня, чтобы я не совалась в это дело.

— А что с Курышевым? — поменяла я тему.

— Он чист! Вы совершенно зря подозревали его, — сообщил Здоренко. — Оказывается, именно Береснев и занимался этими махинациями с квартирами в новостройках от машиностроительного завода. Курышев же оказался совершенно ни при чем. Он даже ничего не знал об этом!

— Как? Откуда вам это известно? — Я не верила, что сотрудники правоохранительных органов не нашли никаких доказательств причастности Курышева к этому делу.

— Сразу же после разговора в моем кабинете мы провели санкционированный обыск у Курышева, — рассказывал Здоренко. — Но ничего там не обнаружили, кроме договоров на постройку очередного дома. Сам Александр Федорович сказал нам, что этими делами всегда занимался его заместитель, Береснев, а так как тот уволился, то теперь Курышеву приходится решать и эти вопросы.

— Вы в это верите? — удивилась я.

— Я верю во все, что доказано, — гордо сказал Здоренко. — А мы нашли доказательства того, что квартиры очередников продавал Сергей Анатольевич. Параллельно был проведен обыск в его кабинете в агентстве. Поэтому мы поехали арестовывать его в Гуселки, но, к сожалению, не успели!

— Так, значит, дом у Береснева в Гуселках, — сообразила я.

— Я этого не говорил, — спохватился Здоренко. — Так что преступника нам поймать не удалось! Но он получил свое по заслугам!

— И какие же версии у вас по поводу убийства Береснева? — поинтересовалась я.

— Мы считаем, что это была месть одного из работников завода, который был в курсе аферы руководства!

— Замечательно! Вы правда думаете, что какой-нибудь слесарь мог решиться на убийство бывшего заместителя генерального директора? И мотивом для этого будет трехкомнатная квартира?

— Ну, это только первоначальная версия, — смутился Здоренко. — По ходу расследования, я уверен, появятся и другие.

— Ну что ж! Спасибо за информацию. Если что-то прояснится, то обязательно звоните мне, — сказала я и положила трубку.

Нет, ну каков этот Курышев! Все свалил на своего бывшего заместителя, а сам остался чистеньким, вне подозрений. И менты-то как глупо себя повели! Чего же проще списать все на труп.

Я просто кипела от злости, поэтому наспех оделась, глотнула холодного чаю, спустилась к машине и направилась в редакцию, где уже вовсю работал Кряжимский, несмотря на столь ранний час.

— Доброе утро, Ольга Юрьевна. Вы что-то сегодня рано! — заметил он и даже встал со своего места, чтобы поприветствовать меня.

Я пересказала Кряжимскому весь разговор со Здоренко. Постепенно подтянулись и остальные сотрудники нашей редакции.

— По-моему, этого и следовало ожидать, — сказал Кряжимский. — Я не сомневался, что Курышев приложит все усилия, чтобы выйти сухим из воды. Но, честно говоря, я предполагал, что Береснев окажется таким же пронырливым. А тут такое дело!

— И кто же, по-вашему, замочил Сергея Анатольевича? — спросила Маринка у Кряжимского.

— Курышев! — ответил Сергей Иванович.

— Классно! — вскрикнул Ромка. — Курышев замочил Береснева и свалил на него все махинации с недвижимостью.

— Мало того, что мы этому Здоренко буквально за ручку привели мошенников, — возмутилась Маринка. — Так он даже доказать их вину не смог!

— Согласен с вами, Мариночка. А нам придется самим доказать вину Курышева по многим статьям, — спокойно сказал Кряжимский. — Работу надо вести в двух направлениях: непосредственное участие Александра Федоровича в махинациях с недвижимостью и убийство Береснева.

— Слушай, Ольга, а что, если нам припереть к стенке этого Васю — охранника Курышева? — неожиданно сказала Маринка. — Он хоть и тупой, но рассказать может многое, если его, конечно, прижать как следует! Как я поняла, на него Здоренко пока еще не вышел!

— Маринка, вот этим-то и предстоит тебе заняться, — решительно сказала я. — Виктор, я думаю, не откажется тебе в этом помочь! Найдете Василия, поговорите с ним, припугнете, а там он и сам расколется. А мы с Романом поедем в Гуселки.

— Зачем? — удивилась Маринка.

— Разведаем обстановку, — объяснила я. — Да и потом, нам нужно нарыть как можно больше информации об этом убийстве, чтобы опубликовать хорошую статью.

Кряжимский остался в редакции, а мы все вместе спустились к моей машине. Маринка позвонила Лене, которая сообщила адрес Василия и сказала, что он, по-видимому, еще дома. Маринку с Виктором мы подвезли до дома, в котором жил охранник Курышева, а сами поехали в небольшой загородный поселок, где так трагически оборвалась жизнь Береснева.

Особняк Сергея Анатольевича мы нашли практически сразу же, обратившись за помощью к одной старушке, которая занималась обустройством своего участка. Дом Береснева выглядел очень даже солидно. Я нажала на кнопку звонка у ворот и застыла в ожидании, что кто-нибудь выйдет мне навстречу.

— Там нет никого, — послышался громкий женский голос с соседнего участка. — Сегодня была милиция. Они все опечатали и уехали! А вам что здесь надо?

— Извините, пожалуйста, но Сергей Анатольевич как раз назначил нам встречу на это время, — соврала я, обращаясь к худощавой женщине.

— Не будет никакой встречи! — сухо сказала соседка Береснева. — Убили его!

— Как убили? — Я попыталась разыграть удивление.

— Застрелили в упор, — четко сказала женщина. — Так что вы можете идти отсюдова, а то попадете под подозрение.

— А откуда вы это знаете? — удивилась я осведомленности женщины и подошла поближе к ее участку.

— Как откуда? Я все-таки соседка, — пояснила она. — И, как Сергей Анатольевич приехал, видела, и выстрел слышала. Вот только с милицией не общалась.

— Почему?

— А потому, милая моя, что у меня с ними свои счеты, — раздраженно сказала женщина. — У меня три месяца назад дом обчистили, а они даже не шелохнулись. Грабителей до сих пор не нашли! И что самое главное — плевать следователю на все было. Так вот и мне теперь на них плевать! Ничего им не расскажу!

— Да-а, вы совершенно правы, — согласилась я с соседкой Береснева. — А что, есть что рассказать?

— Конечно, есть, — тут же ответила женщина. — Тут вот к Сергею Анатольевичу один мужчина подъезжал. Я в окно-то все видела. Приехал, потом я выстрел услышала, а этот тип уехал.

Я достала из своей сумочки фотографию и протянула ее женщине. Та поняла меня без слов.

— Этот! Точно он! — радостно вскрикнула она. — Я даже не сомневаюсь!

— Вы считаете, что именно он и застрелил Береснева? — уточнила я.

— Он! А кто же еще? Он там был в момент убийства! Но тогда я, конечно, не знала, что это было убийство. Думала, что мне выстрел послышался. А сейчас уже и не сомневаюсь!

— Послушайте, а вы не могли бы все это рассказать сотрудникам милиции? — попросила я.

— Доченька, не могу я с этими ментами беседовать, — жалобно протянула женщина. — Из чувства собственного достоинства! Они не нашли мое имущество, а я им буду преступления раскрывать? Нет!

— А если я вам пообещаю, что сотрудники правоохранительных органов займутся более тщательным расследованием ограбления вашего дома? — предложила я. — У меня в милиции связи имеются, так что могу и поспособствовать! Только вы уж тоже мне помогите!

— Вы это серьезно? — недоверчиво спросила женщина.

— Обещаю, — ответила я. — Можем с вами заняться этим прямо сейчас!

— Сейчас? В милицию? — изумилась женщина.

— Да вы что, не понимаете? На свободе разгуливает убийца, а вы молчите! А если кто-нибудь видел, как грабят ваш дом, и тоже до сих пор молчит?

— Хорошо, — согласилась женщина. — Я только сейчас переоденусь!

Мы подождали ее у машины, а затем все вместе поехали в местный РУБОП — к Здоренко, который был в своем кабинете, как я смогла убедиться, позвонив ему и сообщив, что сейчас привезу свидетеля убийства Береснева.

В кабинете Здоренко соседка Сергея Анатольевича чувствовала себя раскованно и сначала упомянула о том, что до сих пор не раскрыто ограбление ее загородного дома. Здоренко пообещал ей разобраться с этим. Затем он внимательно выслушал ее показания по убийству Береснева и все запротоколировал. Во время беседы я присутствовала в его кабинете, Ромка же оставался внизу, в машине.

— Ну что же, Ольга, вот теперь у нас есть хотя бы повод, чтобы задержать Курышева, — сообщил Здоренко. — Большое спасибо за помощь следствию!

Благодарственную речь Здоренко прервал телефонный звонок. Я уже собиралась выйти из кабинета, как вдруг майор остановил меня, сообщив, что сюда направляются Маринка с Виктором.

— Что им надо? — удивилась я.

— Говорят, что тоже ведут важного свидетеля, — растерянно пробормотал Здоренко и обратился к соседке Береснева: — Вы можете идти домой. Только я попрошу вас никуда не уезжать из города в ближайшее время. Вы можете нам понадобиться.

Как только женщина вышла, в кабинет Здоренко протиснулась Маринка. Затем вошел Виктор, который держал за рукав Василия.

— Вы тоже видели убийцу? — поинтересовался Здоренко, взглянув на охранника Курышева.

— Не-а, — испуганно ответил тот.

— Он исправно исполнял все поручения Курышева, — пояснила Маринка. — А сейчас согласен дать показания сотрудникам правоохранительных органов. Правда, Василий?

— Да, — покорно ответил верзила.

— Ну, это уже конфиденциальный разговор, — сказал Здоренко. — Поэтому попрошу всех из кабинета.

— Я буду ждать вашего звонка, — попросила я Здоренко, — с подробным рассказом о злодеяниях Курышева!

— Обязательно сообщу, — пообещал Здоренко. — После первого же допроса Александра Федоровича жди моего звонка.

Мы дружно вышли из кабинета, оставив там Здоренко и Васю, которым было что обсудить. Мы поехали в редакцию, где ждал нас Кряжимский.

— Ольга, ты представляешь, — сказала Маринка, включая кофеварку, которая стояла на ее рабочем столе, — этот Вася таким тюфяком оказался! Стоило его припугнуть немного, и он тут же раскололся.

— И как же вы его припугнули? — спросил Ромка.

— Сказали, что убийство Береснева висит на нем, он и сдрейфил, — сообщила Маринка. — Во всем признался, да еще и Курышева сдал с потрохами. Ну, конечно, без участия Виктора дело не обошлось — несколько болевых приемов пришлось показать этому отморозку.

— Ну вы и даете! — удивился Ромка.

— Ну, что же, — сказала я. — Теперь можно с чистой совестью заняться работой над номером.

Но разговоры, конечно же, не прекратились. Особенно усердствовали Ромка и Маринка, живо обсуждавшие друг с другом события последних дней. Мне пришлось всех выпроводить из своего кабинета, чтобы самой сосредоточиться на работе. Здоренко позвонил уже под вечер и уставшим голосом попросил меня подъехать к нему. Сотрудники РУБОПа без особых проблем задержали Курышева и уже сняли с него первые показания, которыми и хотел, как и обещал, поделиться со мной майор. Я предложила ему подъехать к нам в редакцию, так как была завалена работой. Здоренко что-то недовольно пробурчал и бросил трубку.

Уже через полчаса он сидел у меня в кабинете за чайным столиком и смаковал сваренный Маринкой кофе.

Здоренко подробно рассказывал о деятельности Курышева, хотя большинство информации для меня было не ново. Заинтересовали меня лишь обстоятельства смерти Инны. Курышев занимался распродажей ведомственных квартир при помощи агентства Инны, хотя Сусимова об этом ничего не подозревала до определенного момента. Когда же она догадалась, что здесь пахнет уголовщиной, то предложила Курышеву поделить пополам прибыль от продажи квартир в новостройке. Александр Федорович не хотел выплачивать такую огромную сумму, а Инна была согласна только на эту долю. Тогда Курышев убрал Инну, убив этим трех зайцев: и от ненужного свидетеля избавился, и сохранил деньги, и смог определить Береснева на должность генерального директора «Доминанта». Вася исполнил заказ.

Казалось бы, именно сейчас их дела и должны были пойти в гору, но Курышев чувствовал, что дело зашло слишком далеко, и опасался, что их махинации могли быть раскрыты. Береснев сделал ошибку, продав квартиру Маринке, которая была в курсе мошенничества. Это беспокоило Курышева. Береснев же намекал на то, что ему положена ровно половина суммы, которую Курышев планировал получить в ходе очередной аферы. Он, к сожалению, не знал о том, как погибла Инна. Курышев назначил встречу Бересневу в его загородном доме и там убрал его, избавившись от ненужного свидетеля и слишком требовательного компаньона. Все документы подписаны были только Бересневым, поэтому Курышев как бы оставался ни при чем, но лишь до того момента, пока не появились реальные свидетели его преступлений.

— И что же теперь ему светит? Какой срок? — нетерпеливо спросил Ромка.

— Не надо торопиться с выводами, — сказал Здоренко и поднялся со своего места. — По ходу следствия это будет ясно, а окончательное решение вынесет только суд, которого Курышеву не избежать.

— Вот это скандал будет! — вскрикнула Маринка. — Генеральный директор машиностроительного завода отбывает срок за махинации с недвижимостью и убийство своего заместителя.

— А вот это — уже ваша забота! Пишите! — на прощание сказал Здоренко, выходя из моего кабинета.

Content

Светлана Алешина
Вот это номер!

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18