Селестина Уорбик

Юности глупой порывы

Название: Юности глупой порывы

Автор: Селестина Уорбик

Пейринг: ГП/ДМ

Рейтинг: PG-13

Тип: слеш

Жанр: AU/роман/POV Гарри

Размер: макси

Статус: закончен.

Дисклаймер: Чужого не надо, но и свое не отдам.

Саммари: Волдеморт возродился, и Гарри приходится срочно взрослеть. Он учиться, влюбляется, совершает ошибки, несмотря на избранность.

Комментарии: Учитываются только первые четыре книги, поэтому это альтернативная история. Местами флафф и ООС героев. Имеются новые персонажи.

Глава 1. Дом Дурслей

Дом на Тисовой улице, как всегда, был ухожен и чист. После прошлого лета, когда ко мне ввалилось семейство Уизли прямо через камин, мои родственники сильно присмирели. Тетя уже не заставляла меня работать в саду, а дядя старался поменьше попадаться мне на глаза.

Мой глупый кузен Дадли шарахался от меня, вспоминая конфету близнецов. Те несколько дней, что мы прожили вместе, он был тише воды. Даже, встречая меня в тесном коридоре между нашими спальнями, грузный кузен старался проползти по стеночке, не задевая меня.

Первые дни были самыми жуткими. Мне все время снилось кладбище, пустые глаза Диггори и воскресший Волдеморт.

Как вспомню глаза Седрика, так страшно.

Еще немного, и он окончил бы школу. Красивый, холеный... Его любили девчонки. Гордость своего факультета. Как страшно умирать в восемнадцать.

Мне еще страшней, чем ему. Он лишь успел удивиться. А тут… Волдеморт.

Волдеморт не человек. О, кто бы его видел! Страшное зрелище. Когда он мне снится ночами, я кричу.

Череп немного удлинен. Землистая кожа прилегает к нему вплотную. Приплюснутый нос. Губы почти не выделяются. Рот разрезает лицо, и от этого улыбка кажется змеиной. Глаза красно-желтые, горящие, злые. Зрачки щелочками.

Но даже не во внешности дело. Он почти неуязвим. А я?! Обычный подросток. Когда год назад я дрался с Малфоем, у меня текла кровь в три ручья. Меня убить, раз плюнуть.

Кстати, Том уже был сильным волшебником в моем возрасте. Я только что вспомнил, что он был на шестом курсе, когда создавал свой дневник. Разве я способен на нечто похожее? Нет, не думаю. Хотя у меня еще впереди целый год, а то и больше.

Сколько еще придется выходить против него? Говорят, бог троицу любит. Я уже исчерпал лимит, потому что устоял четыре раза. Или это не так? Стоит подумать.

Малявкой… Это, наверное, не в счет. Мама принесла себя в жертву.

Первый курс. Дым может считаться за человека или за монстра? Буду думать, что нет. Как же еще себя утешить?!

Второй курс. Каждый год, с завидной регулярностью. Этот маньяк лишил меня детства. Был ли я маленьким? Что-то не помню.

Так… привидение, призрак из дневника. Том Реддл был человеком. А его тень-призрак? Еще бы чуть-чуть… Нет, я с ним и не дрался, а лишь убил василиска. Это не сам маг. Значит, второй курс не считается точно.

Тогда остается дуэль на кладбище - это наше настоящее противостояние. Он и я. Лицом к лицу.

Хотя какое у него лицо? Морда, звериный оскал. Монстр, одним словом.

Вибрация наших палочек и тени, кружатся, шипят на него, ободряют меня...

Неужели Волдеморт встанет со мной на бой во второй раз так же, по-честному? Что-то не верится. Он не дурак и наверняка понял, что наши палочки почти не могут сражаться.

И вообще, есть ли у него честь? Сомнительно. Он же монстр.

Задаюсь вопросом: выживу ли я? К сожалению, процентов девяносто пять, что нет. Даже если я убью Волдеморта, чисто гипотетически, то его слуги не отпустят меня. Они уж точно не альтруисты. Как это страшно! А так хочется верить, что у меня есть шанс.

Боженька, если ты есть, запомни. У меня две попытки. Или ты не придерживаешься глупых поговорок? Впрочем, я - маг, а они не верят в богов. Но должна же моя судьба дать мне фору. Я же подросток. Мне только пятнадцать лет.

Пора завязывать с такими разборами, а то вообще спать перестану.

* * * * * * *

Вернемся к любимым родственникам. У меня радость: Дадли пару дней назад уехал в спортивный лагерь. С его объездом кончилась диета. Тетя Петунья начала готовить супы, пюре, котлеты и стала кормить меня нормально.

Интересно, где сейчас Сириус? Опять подался на юг?

Удастся ли поймать эту облезлую крысу Питера? Зря я его не убил!

А что?! Поступили бы, как младший Крауч. Превратили бы убитого Петтигрю в крысу, да и закопали в глухом лесу. Кто бы его стал искать? Волдеморт? Ха-ха. Нужен ему такой ничтожный предатель. Питер уже отыграл свою роль, отдав руку.

Не убил я Петтигрю по двум причинам. Во-первых, я хотел, чтобы Сириуса реабилитировали, и мы бы жили вместе. Как это классно звучит!

Мне не надо было бы торчать у Дурслей. Как же мне они надоели! Ну и что, что меня теперь кормят, но они все равно невыносимы. Я бы сбежал, как перед третьим курсом, но…

Во-вторых, заавадить довольно трудно. Мне это явно не по силам. Я не способен пока на убийство. А как же Волдеморт? Похоже, все считают, что мне предначертано убить его. Правда, я надеюсь, что это случится не в ближайшие годы.

Пока же мне снятся странные сны, в которых я ощущаю себя единым с этим монстром. Я говорю его устами, и это неприятно. Раньше такого не случалось - я был сторонним наблюдателем. Теперь я становлюсь Им.

Интересно, Волдеморт чувствует мое присутствие? Что это, чтение мыслей на расстоянии? Не похоже. Я просто врастаю в него внезапно. Наверное, из-за шрама.

Вот вчера он шипел на своих слуг. Вынашивал планы нападения на маглов. Зачем? Чтобы сеять страх. Надо бы сказать Дамблдору, но он держит меня за младенца.

Господи, сколько лет директору? Сто? Сто двадцать?.. А Темному Лорду? Около семидесяти. Недаром директор зовет его «Томом». Вот бы и дрались друг с другом. Разве я соперник?

Хотя на кладбище еще бы немного… Нет, это абсурд!

«Будь осторожней, Гарри! Тебя могут поймать слуги Волдеморта», - ныл Дамблдор при расставании. Наверняка приставил к этому дому охрану - прямо кожей ощущаю, что за мной следят. Вон, опять жимолость колышется, хотя вокруг ни дуновенья.

«Сиди тихо, Гарри! Будь паинькой, Гарри!» - надоело.

Сегодня сон о нападение приснился снова. Только теперь это был детальный разбор. Будто в первый раз Волдеморт вынашивал план, а теперь он смаковал результат. Брр…

Эти картины взрывов, кровь, крики…

Темный Лорд, как его называют слуги, стоял и наслаждался, и я вместе с ним - какая гадость!

Но худшее меня ждало вечером. Вернон включил телевизор, и, к моему ужасу, все, что я наблюдал глазами этого маньяка, показали в новостях. Мой шок невозможно было передать!

Выходит, что я видел реальные планы и исполнение? Чудовищно!

Плюнул на гордость и написал письмо Дамблдору:

«Директору Хогвартса, Альбусу Дамблдору от Гарри Поттера.

Сэр! Последнее время я вижу жуткие сны. В них я говорю устами Волдеморта. Один из снов мне приснился дважды. Сначала это был вроде план, потом - реализация. Вечером в новостях показали события, которые мне снились. Точь-в-точь. Это ужасно! Посоветуйте, что мне делать?

С уважением, Гарри».

Написал и успокоился. Все-таки директор - великий волшебник и может решить все.

Чуть позже прилетела сова от Сириуса и принесла записку:

«Гарри, дорогой!

Спешу сообщить, что вскоре увидимся и будем болтать вечерами. Крестный».

Какой приятный сюрприз! Интересно, каким образом?

* * * * * * *

Через два дня ко мне пожаловал Дамблдор. Моя тетка, по-моему, была в панике, так как испугалась его. И правильно!..

Эх, чаще бы сюда такие люди заезжали… Может, тогда и в этом треклятом доме можно было бы жить нормально.

- Гарри, я получил твое письмо. Оно меня настолько взволновало, что я решил приехать к тебе сам, - сообщил директор, усаживаясь на мою ущербную кровать. - У тебя редкий дар. Последствия магического шрама. В связи с этим, у меня к тебе просьба.

- Какая? - спросил я, видя, что ему очень хочется, чтобы я это сделал.

- Планы Волдеморта могут помочь аврорам в борьбе с Пожирателями смерти. Ты не мог бы их передавать?

- Да, конечно. Я не хочу больше видеть воплощение его планов в жизнь. Это сводит меня с ума. Если мои сведения помогут этому, то я согласен.

- Думаю, что скоро ты научишься абстрагироваться от увиденного.

Я сердито посмотрел на директора. Он что, считает, что я смогу стать настолько бездушным чурбаном, что привыкну к действиям Волдеморта и его слуг?

- Я не хотел тебя обидеть, Гарри, - мягко заметил директор. - Ты не превратишься в бездушного наблюдателя. Просто тебя научат забывать некоторые моменты, чтобы сохранить твой рассудок. Я бы с удовольствие оградил тебя от твоих видений, но…

- Я понимаю. И кто же меня будет учить?

- Специальные люди. Ты немного погостишь в Норе, а потом поедешь в одно место.

- А когда я поеду в Нору? - спросил я напрямик. - Мне надоело тут.

- Скоро, - заверил Дамблдор. - За тобой на днях приедет мистер Уизли. Поэтому собери вещи заранее.

- Волдеморт хочет похитить какое-то пророчество в Министерстве магии. Вроде, в нем идет речь о нем и обо мне. Вы знаете, о чем там говорится? - спросил я, вспоминая вчерашний кошмар.

Директор поперхнулся, вынул лимонные дольки и предложил их мне. Ну, уж нет! Он мне рот не заткнет конфетой. Не на того напал!

- Сэр, я и так уже догадался, что мне придется убить Волдеморта. Только я не понимаю, как, - заявил я. - Ваш Том годится мне в дедушки. У него огромный опыт. А я?.. Совсем зеленый. Да, я знаю непростительные проклятья - Грюм, верней Крауч, о них рассказывал. Но знать и применять… Не думаю, что они у меня получатся. Да и можно ли убить Волдеморта простой Авадой? Вряд ли.

- Гарри, ты еще так юн… - начал ныть директор.

- И что? - перебил я его. - Волдеморт подождет, пока я вырасту? Как это мило!

- Ладно, ты прав, - сдался Дамблдор. - Пророчество сделала Сивилла Трелони. Там сказано, что скоро грядет тот, кто сможет победить темного мага.

- Почему это именно я? - задал я щекотливый вопрос.

- Таковы были указания, - пожал плечами он. - «Избранный» должен был родиться на исходе седьмого месяца в семье магов, которые трижды ускользали от Волдеморта. Но и это не все. Необходимо было, чтобы он отметил ребенка как равного себе. И он это сделал, Гарри. Твой шрам - это его метка.

- Мило, - хмыкнул я. - А в вашем пророчестве нет рецептика, как его убить?

- Нет, к сожалению. Но сказано, что вы не сможете жить спокойно, пока один из вас не умрет. «Лишь один останется жив» - звучит дословно.

- Миленько, - повторил я и приуныл.

Не надо ходить к гадалке, чтобы узнать, кто из нас двоих с Волдемортом выживет в поединке.

- Гарри, не унывай, - мягко попросил Дамблдор. - Это произойдет не скоро. Волдеморт наверняка подождет до твоего совершеннолетия или до окончания тобой Хогвартса. А пока тебя будут усиленно учить боевой магии. И потом, у тебя есть сила, которой не обладает Том.

Директор замолчал, видимо ожидая, что я снова задам наводящий вопрос. Но я назло молчал. Тогда он вздохнул и выдал:

- Это сила - любовь.

- Чего?! - засмеялся я. - Мне его зацеловать до смерти, что ли?

Нет, ну надо же сказать такую глупость!

Директор покачал осуждающе головой и начал разглогольствовать:

- Просто ты, Гарри, умеешь любить, а Том никогда не брал это чувство в расчет. Но, впрочем, пророчество, это не точная вещь. Волдеморт поделил свою душу на три части, чтобы не умереть. Одна часть была в дневнике, который ты уничтожил на втором курсе. Другая находится в нем самом, а третья спрятана в книге. Если его убить сейчас, то потом какой-нибудь Люциус Малфой, у которого она хранится, подарит ее безвинной жертве. В книге жизнь Тома описана в виде страшной сказки. Ее страницы будут оживать. Там магу уже не шестнадцать, а сорок - зрелый возраст. Я попытаюсь найти книгу и обезвредить. А тем временем ты будешь обучаться по специальной программе, станешь сильней…

- Вот это уже другое дело, - обрадовался я. - И где же это книга? У Люциуса Малфоя?

- Вряд ли, - усомнился он. - Хотя, чего не бывает.

- Ха! Надо намылить рожу Драко. Он все и расскажет, - обрадовался я перспективе.

- Что за глупость! Драко не отвечает за грехи отца. Он, как и ты, подросток, - нахмурился Дамблдор.

- Он - Малфой, слизиринец. Этим все сказано! - отрезал я.

- Поживем- увидим, - лукаво блестя глазами, сказал директор.

Так и убил бы его за эти ухмылки. Вечно строит из себя всезнайку.

* * * * * * *

После отъезда Дамблдора, я стал рассуждать о Малфое-младшем.

Слизеринец вечно ходил по школе, как король. Еще бы. Богатый папочка купил все Министерство. Хорек и рад. Вечно цепляется ко мне и моим друзьям И чего лезет? Будто у него заноза в заднице. Прямо дня без меня не может прожить.

Чего мы делим, спрашивается в задачнике? Любовь окружающих? Так пусть ест эту самую любовь. Мне все это осточертело!

«Мальчик, который выжил»… «Святой Потти», как прозвал он меня. Тьфу! Я обычный мальчишка!

Малфой болтает о Волдеморте, будто пил с ним чай. Интересно, что сделает этот белобрысый, когда увидит его? Завизжит как девчонка или намочит штаны?

Теперь, возродившись, Волдеморт превратился в монстра. Как он общается со слугами! Шипит, ругается, насылает «Круцио».

Люциус уже несколько раз испытал это на своей шкуре. И это невероятно больно - я тоже «познакомился» с заклятьем на кладбище. Нет, не понравится Драко его новый хозяин.

«Хозяин» - какое слово-то гадкое! Слизеринец, следовательно, станет «слугой», да еще и с меткой, как у раба.

Ой-ой, что-то не верится, чтобы этот балованный аристократ был в восторге от такой перспективы.

Почему у меня родилось такое стойкое убеждение, что Малфой не поддержит Волдеморта?

Да очень просто. Драко - избалованный ребенок. Чистенький, беленький, в одежде с иголочки. И вдруг такое страшилище. Перспектива стать «слугой». С его-то амбициями?!

- Поттер, ты на проигравшей стороне, - нагло выдал гаденыш в поезде, когда мы возвращались весной из Хогвартса.

Идиот! Вот представит его папочка Темному Лорду, сразу присмиреет. Еще будет просить у Дамблдора защиты.

Может, стоит его пожалеть? Ишь, директор как говорит: «Драко не отвечает за грехи отца. Он, как и ты, подросток». Да, я тоже подросток, но... Меня почему-то никто не освобождает от взрослых проблем. С другой стороны, я никогда не был маленьким и всегда один боролся с трудностями.

Впрочем, теперь Люциус будет дрожать, как банный лист и целовать Лорду ботинки, заглаживая вину перед «Хозяином». Он подарит сына Волдеморту, лишь бы тот не мучил его. Конечно, это тебе не идиота Фаджа подкупать. Монстр только глянул, а у чистокровного мага затряслись коленки.

Но Драко не таков. Он просто не привык кланяться. Отец, наверное, говорил ему, что Темный Лорд уважает их семью. Вот будет шок у хорька, когда он узнает правду. Взглянуть бы на это хоть глазком! Жаль, я не могу регулировать вторжение в планы Волдеморта - они происходят спонтанно. Зависят от его и моих чувств.

До того разбирался в поведении Малфоя, что стал видеть этого хорька по ночам. Снились всякие глупости: как он встряхивает своими шелковыми волосами, как смотрит на меня, прищурив серые глаза, которые меняют цвет от настроения, как летает на метле.

А потом вообще случилось что-то из ряда вон. Мне приснилось, как я касаюсь его лица и волос - нежно, ласково, а он смеется счастливым смехом и улыбается мне по-доброму.

Проснувшись мокрым в своей постели, я поставил себе диагноз - спятил. И что теперь делать?

Всего скорей, это просто гормоны, но Малфой в качестве главного героя в моем эротическом сне… Буду бороться!

* * * * * * *

Решил собрать свои вещи для поездки в Нору, и оказалось, что я страшно вырос из всего. Неудивительно. Я, как вернулся со школы, все время тренировался в саду, делая силовые упражнения, и, как следствие, укрепил мышцы и загорел.

Я еле влез в джинсы, подаренные мне миссис Уизли, и они обтянули меня как вторая кожа. Единственная хорошая рубашка вообще лопнула на груди, когда я рванул, пытаясь соединить пуговицы. Придется ехать в Нору в футболке.

Нет, неприлично. Надо хотя бы появиться в цивилизованном виде. Что подумают родители Рона, увидев меня в футболке?

Пришлось примерить старую рубашку Дадли, которую он носил на выход в прошлом году. Подкатал рукава и завязал на животе узлом. Как-то я плохо слежу за своим гардеробом. Надо у Малфоя учиться.

Тьфу… Причем тут Малфой, в шелковых мантиях и рубашках?

Так бы и снял это все, чтоб не выпендривался…

Хм… Что за идиотские мысли? Лезет ерунда в голову.

Задумался о Норе. Совсем не хотелось туда ехать.

Миссис Уизли окружит меня своей заботой, будет меня опекать и даже лить слезы. Однако я совсем не привык к такой заботе и не хочу ее. А если Молли узнает, что я отдал свой выигрыш близнецам, то начнет орать на них. Хорошо, что она не кричит на меня. Но вдруг...

Там еще Джинни со своей любовью. Правда, в этом году девочка, вроде, успокоилась - то ли повзрослела, то ли разуверилась в своих чувствах ко мне. Она с кем-то даже гуляла. А мне, помнится, нравилась Чжоу Чанг.

Чжоу… После смерти Седрика, я не посмею посмотреть на нее.

Да и что я в ней нашел, не понимаю. Наверное, потому, что она меня старше и классно летает. Как я и Малфой. Блин. Причем тут этот гад?.. Не, летает он классно, чтобы я там ни говорил…

Рон, преданный друг.

«Сам-знаешь-кто не может притаиться на Тисовой аллее, я думаю», - сказал бы он, если бы я признался, что боюсь встречи с Волдемортом.

С Роном вообще бывает трудно, так как он упрям как осел.

Не могу забыть, как он не верил мне в этом году. Что-то я стал злопамятным.

А наша подружка Гермиона… «Гарри, мы тебе желаем добра. Если у тебя будут проблемы, сразу пиши». Тоже мне, мамочка нашлась!

Интересно, можно было бы влюбиться в Грейнджер?

О, я бы не позавидовал ее кавалеру. Это вечное стремленье докопаться до всего. Когда это меня начало раздражать? Да, пожалуй, в этом году. Она лезла даже в мои отношения с Чжоу, хотя там их не было. Только взгляды.

С другой стороны, не торчать же на Тисовой аллее все лето. Я сдохну тут от скуки и тоски. И почему у меня такое гадкое настроение?

В обед в нашу дверь позвонили, и, когда дядя Вернон открыл, то на пороге стоял Артур Уизли, который старательно оделся как магл: обычная клетчатая рубашка и брюки, поверх - чуть тесный пиджак.

- Я решил в этом году не пользоваться вашим камином, - сказал он, мило улыбаясь дяде.

Дядя Вернон только хрюкнул в ответ и побагровел, а тетя Петунья вообще находилась в полуобморочном состоянии.

- Ты готов, Гарри? - спросил мистер Уизли. - Мы аппарируем.

- Как же Букля и вещи? - поинтересовался я, зная, что с багажом это сделать не удастся.

- Буклю выпусти. Сама долетит. А вещи…

Он достал палочку, буркнул заклинание, и огромный чемодан уменьшился. Дядя с тетей уже всхлипывали, а я ахнул от восхищения - хотел бы и я так уметь.

- Когда-нибудь и ты так научишься, - подмигнул мне отец Рона, словно прочитал мои мысли.

Он сунул мой багаж в свой карман, а малюсенькую «Молнию» протянул мне, затем взял меня за руку. В следующее мгновение мне показалось, что мои молекулы разлетелись в одном месте, чтобы соединиться в другом. Ощущение неприятное. Зато как быстро! В конце шестого курса, нас научат таким фокусам. Наверное, близнецы уже умеют аппарировать.

Глава 2. Нездоровый воздух Норы

Едва мы с Артуром появились, как Молли кинулась меня обнимать, поливая рубашку слезами. Мерлин, она когда-нибудь меня раздавит!

Наконец, отпустила, и я попал в руки младшего поколения.

Меня завертели, и мне показалось, что двоится в глазах. Впрочем, с близнецами вечно так бывает. Синхронно хлопают по плечам, говорят, продолжая друг друга, и при этом усиленно пытаются всучить свои сомнительные лакомства. У меня даже начало рябить в глазах.

От окончательного головокружения меня спасло томное «Ари». Флер Делякур? Какими судьбами?

- Ты помнить меня, Ари? Я теперь жить в Англии, - прощебетала она, усиленно строя мне глазки. - Билл вызвался улучшить мой ангелький.

Хорошо сказано! С таким личиком только и говорить, как ангел. И не нужен ей в этом помощник! А вот и он...

Билл глянул на меня неодобрительно и по-хозяйски обнял француженку. Да не смотри ты так на меня! Она хоть и вейла, но почему-то оставляет меня равнодушным к своим прелестям. Лучше следи за братом. Он, помнится, по ней слюни пускал.

Я оглянулся в поисках Рона, наткнулся на его восхищенный взгляд и остолбенел, осознав, что он предназначен вовсе не заморской белокурой диве, а мне.

Пока я соображал, не привиделось ли мне, Рон крепко сжал меня в объятьях, чмокнул в щеку и окончательно стушевался. Мерлиновы подштанники, надеюсь, это не то, чем кажется?

Когда Гермиона в точности скопировала его действия, я расслабился, понимая, что эти гады меня просто разыграли.

Наверняка репетировали одинаковые жесты и реакции, чтобы я испугался. Ведь придумать худший вариант, чем тот, что в меня влюбились мои два друга, просто невозможно. Нет, они симпатичные, и все такое, но это же друзья! Рон и Гермиона для меня как родственники.

- Я так рада тебя видеть, Гарри, - пролепетала малышка Джинни, робко обнимая меня, и залилась густым румянцем.

Неужели она снова за старое?..

Девочка, не смотри на меня так, будто я обмазан медом! Мне очень жаль, что так выходит. Я вижу в тебе только младшую сестренку, а не девушку. Да и любишь ли ты именно меня? По-моему, ты создала лишь образ, которому поклоняешься. Спустить на землю! Я вовсе не рыцарь на белом коне.

Я отошел от Джинни и застыл на месте, увидев красавца. Это-то кто? Весь в коже, белокурые волосы, серо-голубые глаза. Кого-то мне напоминает этот парень.

Он оглядел меня так, что настала моя очередь смущаться и заливаться румянцем. А когда он обнял меня и поцеловал в край рта, я почувствовал нехилое возбуждение.

Все к драклам, я предпочитаю парней!

- Гарри, ты так вырос и похорошел, - сказало мне это кожаное чудо и прижало меня к своей мускулистой груди.

Я запоздало сообразил, что это Чарли, и не в силах оторвать взгляда от него пробормотал:

- Что с твоими волосами?

- А… подкрасился, - усмехнулся он. - Нравится?

Он снова поцеловал меня, теперь в район уха, и я не понял, к чему относился последний вопрос. Зато осознал, что он невероятно похож на Малфоя. Только шире в кости и старше.

От этого сравнения я еще сильнее покраснел, и мое возбуждение выросло в геометрической прогрессии. Если бы Чарли не выпустил меня из объятий (сам я это сделать был не в состоянии), то я бы опозорился перед всеми, достигнув разрядки.

* * * * * * *

Спасение пришло с неожиданной стороны. На меня кинулась большая черная собака и начала лизать в щеку. Чарли ретировался, посмеиваясь, а я схватил пса в охапку и заорал:

- Сириус! Боже мой, Сириус! Какими судьбами?

От моего объятья мы оба упали на землю, я попытался поцеловать пса в нос, но он извернулся, виляя хвостом, вскочил на лапы и перекинулся в крестного.

- Ну, крестник, ты мне кости чуть не переломал. Вот это хватка! - восхитился Сириус, помог подняться и прижал к себе.

Некоторое время мы стояли, обнявшись, и я смог внимательно рассмотреть его. Он помолодел, отъелся, и его взгляд больше не казался больным и сумасшедшим. Я прижался к его груди и как маленький шмыгнул носом. Мне было плевать, что вокруг так много народа. Я снова с крестным!

- Сириус, ты ведешь себя как ребенок. Я велела ждать тебе дома. Сколько можно говорить, чтобы ты не выбегал на дорогу? - прервал нашу идиллию укоряющий голос Молли.

Неужели эта женщина будет учить жить Сириуса Блэка? Она и в нем видит своего сына?

Судя по реплике крестного, так и есть:

- Смотрю на тебя, Молли, и думаю, как же ты напоминаешь мне мою мать. Пилишь и пилишь… Как же ты достала меня! Дай поздороваться с крестником.

- Когда мы приглашали тебя в дом, то ты обещал быть взрослым. Если бы не родство, я бы не пустила тебя на порог. Даже счастье Гарри не стоит такой нервотрепки. Ты моих детей портишь! - неожиданно зло завопила она.

Я уставился на Молли в абсолютном шоке. Хотел бы я знать, отчего она не любит моего крестного? И эти вопли… Как я их ненавижу!

Сириус, кажется, тоже:

- Начинается концерт по заявкам… Мамаша тоже любит покричать. Может, заткнешься?.. Где ты тут детишек увидела, кузина? Даже твоя младшенькая пожирает моего крестника глазами так, будто это торт. А ты все дети!

Джинни вспыхнула и убежала в дом, кажется, даже заплакав. Молли сердито поджала губы и отвернулся. А я проказливо подмигнул крестному - знай наших!

Сириус снова прижал меня к себе:

- Что, крестник, выдержим мы с тобой в этом курятнике?

Я радостно закивал. Когда он рядом, я выдержу, где угодно. А уж Нора... Мне нравится в этом доме - я чувствую себя здесь членом семьи. К тому же, Молли обычно не орет на меня.

- Сириус, почему ты называешь миссис Уизли кузиной? - перевел я разговор.

- Я в родстве с ней и с Артуром, кстати, тоже, - пожал плечами он. - Уж если на то пошло, то Блэки - один из самых древних и чистокровных родов. Знаешь, какие у меня есть родственнички? Драко Малфой, например, мне почти племянник. Его мамаша - моя двоюродная сестра.

Рассказывая, он повел меня в дом.

- Малфой?! Не может быть! Он тебе родственник, а, следовательно, и мне? - расстроился я, почему-то видя угрозу в таком родстве.

- В какой-то степени, это так, - ухмыльнулся Сириус, видя мое вытянувшееся лицо. - Твой прадед по отцовской линии была женат на Блэк. Да все чистокровные семейства Англии связаны, так или иначе. Но ты не расстраивайся.

И то... Что мне до родства с Малфоем? Мне не рожать от него детей.

Вспомнив, что сопутствует появлению детей на свет, я покраснел и снова возбудился.

Мерлин, что-то надо делать с подростковыми гормонами. Не могу же я ходить по Хогвартсу со стояком!

Крестный хохотнул и прижал меня к себе, словно умел читать мысли.

* * * * * * *

За разговорами мы дошли до комнаты Чарли, где, по-видимому, жил Сириус, но на пороге нас остановила Молли:

- Сириус, я подумала еще раз и решила, что Гарри лучше жить в комнате Рона, а ты уж с Чарли. Будь возможность, я тебя бы одного поселила. Но Флер не вместится в комнату Джинни, где живет Гермиона. Она и не захочет жить с кем-нибудь, кроме Билла. А это я не допущу!

- Не хочу я жить с Чарли! Ты за него не боишься, сестрица? Я же кусаюсь, - сердито процедил крестный. - К тому же, я против, чтобы Рон и Гарри жили в одной комнате. Лучше пусть крестник живет со мной, чем кое-кто будет пускать по нему слюни.

Я удивленно уставился на него. Он шутит? Неужели Сириус думает, что Рон на меня запал? Или он повелся на представление, устроенное при моей встрече?

- Ах, да как ты можешь! Мое терпение кончается. Ронни - ребенок. Да и девочка моя - святая, - завопила Молли. - Я выгоню тебя из дома, если ты не прекратишь!

Я откровенно испугался. В ее голосе было что-то такое, что я поверил, что она может осуществить угрозу. Поэтому встрял в разговор:

- Миссис Уизли, я не понимаю, почему вы не любите моего крестного, но мне очень хочется больше общаться с ним. Да и Рону я, всего скорей, надоел в школе. Позвольте мне жить с Сириусом и не прогоняйте его. Что бы он ни совершил, он исправится.

Крестный хохотнул, но под моим строгим взглядом закивал головой. Молли недоверчиво хмыкнула, глядя на это, затем обратила свой взор на меня и расплылась в приторной улыбке.

- Мой мальчик, я забочусь исключительно о тебе. Ты мне как сын, Гарри.

Меня всегда умиляло ее отношение ко мне. Как бы Молли не орала на кого-то из своих домочадцев, она прекращала, как только обращалась ко мне, будто у меня была кнопка к ее крику. Но сейчас меня интересовал ее ответ на просьбу, и я продолжал смотреть на нее умоляюще.

- Я хочу оградить тебя от влияния Сириуса, - пояснила Молли все тем же ласковым тоном. - Он всегда был бесшабашным и своевольным. К тому же, мне кажется, что твой крестный видит в тебе Джеймса, и это неправильно.

Я не понял, что она имела в виду, и собирался спросить об этом. Но меня перебил сердитый возглас крестного, который просто вышел из себя от ее последней реплики:

- Не говори глупостей, Молли! Я знаю, что Гарри не Джеймс. Я не сумасшедший. - Его глаза полыхнули сердитым огнем, и мать Рона даже отшатнулась. - Повторяю в сотый раз, Гарри мне вроде сына!

Чего они орут друг на друга? Я даже не думал, что миссис Уизли может относиться к моему крестному так злобно. Она прямо вся тряслась.

Молли посмотрела на него уничтожающим взглядом, покачала головой и продолжила разговор со мной:

- Крестный может подать тебе дурной пример, Гарри. Сириус убежал из дома в шестнадцать лет. Его мать до сих пор не может думать об этом без содрогания. Как бы я не относилась к миссис Блэк, он не смел, так поступать со своей матерью. О доводах, что он высказал, я вообще молчу. Я пытаюсь оградить тебя от его влияния, милый.

- Что это за доводы? - заинтересовался я, обращаясь к обоим. Они дружно потупились и смолкли, не отвечая. Я собирался уже настаивать, но передумал. - Впрочем, мне на это плевать. Я люблю крестного и хочу с ним общаться. Что бы он ни делал в юности, он мне дорог. Его прошлое меня не касается.

* * * * * * *

Миссис Уизли собиралась что-то возразить, но появился Рон, который подошел ко мне, обнял за плечи и притянул к себе. Затем чмокнул в щеку и заявил:

- Как я ждал твоего приезда. Я так соскучился, - и снова поцеловал.

Я уставился на него в недоумение. Продолжает прикалываться? Как-то не похоже на него.

От моего взгляда Рон покраснел и выпустил меня из объятий.

Мерлиновы подштанники, да что это с ним?..

Мои размышления прервали фырканье крестного и тяжелый вздох Молли.

- Ладно, Сириус, - удрученно сказала она. - Пусть Гарри живет с тобой.

- Ура! - завопил я, обнимая мать Рона, а затем кидаясь на шею крестному. - Я могу даже подумать, что у меня есть отец! Это так здорово! Спасибо, миссис Уизли.

- Вот видишь, Молли, он считает меня за отца! - сказал Сириус, осторожно снимая со своей шеи мои руки и прижимая к себе.

- А разве это не очевидно? - удивился я и посмотрел на них обоих.

Крестный неопределенно хмыкнул, а Молли отвела взгляд. Да что с ними такое? Чем так сильно насолил Сириус Молли?

- Я так хотел поболтать с тобой по вечерам, - надулся Рон.

- Господи, мы же в школе вечно парой ходим. Не надоел? Наболтаемся еще. Я же у вас буду жить. Зачем же нам вечер? - удивился я и снова мог лицезреть, как заливается румянцем лицо Рона.

Неужели в его словах и действиях есть подтекст? Как же мне хотелось бы ошибиться!

- Ах, вот вы где! - воскликнула Гермиона, присоединяясь к нашей сумасшедшей компании. - Мы все так ждали тебя, Гарри, хотели пообщаться, а ты мнешься на пороге комнаты.

После этих слов она тоже подошла ко мне, обняла, поцеловала и покраснела.

Нет, Рон и Гермиона, определенно, шутят. Или они все-таки сошли с ума?

По многозначительному фырканью крестного, я понял, что он склоняется ко второму варианту.

Пока я пребывал в медитации, мои друзья начали ругаться из-за какого-то пустяка. Вечно они ведут себя друг с другом как кошка с собакой! И чего никак не поделят? Мою скромную персону? Вот умора!

От этой мысли я начал смеяться, и крестный затащил меня в комнату и захлопнул перед остальными дверь.

* * * * * * *

Это пребывание в Норе достало меня по самые печенки.

Молли продолжала ругаться с Сириусом, близнецы прикалывались, Билл ревновал к Флер. Но это меркло перед неусыпным вниманием четырех пар глаз, которые прожигали во мне дырки и пытались свести с ума.

К глазам Джинни я, в принципе, привык. Она поедала меня еще на втором курсе. Просто теперь ее взгляд стал нахальней и откровенней. Девочка пыталась заглянуть под мою рубашку и стреляла глазами в район паха, висела на моей шее и кокетничала. А когда мы играли в квиддич, то старательно мельтешила перед носом в короткой юбчонке.

Глаза Гермионы были мне с этой стороны неизвестны. Раньше она относилась ко мне, как к брату. Теперь же постоянно пыталась подсесть ближе, подержать за руку, обнять и при этом скромно прикрывала глаза своими пушистыми ресницами.

Глядя из-под них в мою сторону, она рассказывала о планах на август, где был Виктор Крам и море. Не знаю, то ли она пыталась заставить меня ревновать, то ли выбирала между нами.

Впрочем, ни Джинни, ни Гермиона были мне неинтересны в сексуальном плане. Первая была для меня всегда младшей сестренкой, а вторая могла достать даже ангела своим всезнайством и желанием учить.

Гермиона вечно командовала, чего я не терпел совершенно. Я не видел в ней девочку даже сейчас, в Норе, когда она носила открытый сарафанчик, едва прикрывающий попу, и кокетливый хвостик. С книжкой она, правда, не расставалась. И это был не бульварный роман, а новый учебник трансфигурации.

Но я выдержал бы их взгляды, если бы не еще один, заставляющий меня напрягаться. Мой рыжий друг стрелял в меня ресницами не хуже своей сестренки.

Рон так часто ко мне прикасался, что меня, в конце концов, это взбесило, и я возмутился:

- Что за странное поведение? Хватит лапать меня!

- Гарри, дружище, это просто дружеские объятья, - покраснел Рон.

- Знаем мы такую дружбу, - откровенно заржал крестный.

Рон вспыхнул до корней волос и убежал, а я возразил Сириусу:

- Ты неправ. Рон действительно не имеет в виду ничего плохого.

Мерлин, мне так хотелось самому в это верить!

- Тебе видней, - миролюбиво согласился крестный.

Но была еще одна пара глаз, которая лишала меня покоя ночью и выбивала из колеи днем.

Чарли... Невероятно сексуальный, красивый, так похожий на Малфоя...

Он раздевал меня своими взглядами. Я ощущал любое его прикосновение - а их было предостаточно. Там, где его пальцы касались меня, тело горело.

Я ходил почти с непрекращающейся эрекцией, а по ночам мне снились ошеломляющие своей откровенностью сны, где образ Чарли перетекал в образ Малфоя, заставляя стонать и выгибаться, а затем просыпаться на мокрых простынях и смущаться под насмешливым взглядом крестного.

* * * * * * *

Единственной отдушиной были беседы с Сириусом. Мы с ним выделили для себя часть сада, куда не пускали никого. Там, в старой беседке, обвитой плющом, мы садились на потемневшие от времени деревянные скамейки, и он начинал мне рассказывать о своей юности.

Невероятные приключения Мародеров, их ночные вылазки в Запретный лес в образе животных во время полнолуния. Игра в квиддич и не всегда безобидные розыгрыши над Снейпом... Имя зельевара звучало так часто, что иногда мне казалось, что он был пятым в их дружной команде.

Правда, кое-чего я предпочитал бы не знать. Мой отец, в самом деле, был высокомерен и груб. Его шутки были порой очень злыми.

Зато мне стало понятно, почему Снейп так ненавидел меня - я очень похож на Джеймас, внешне, естественно. Но зельевар же не пытался узнать меня лучше, поэтому думал, что я могу быть таким же жестоким.

Сириус не отставал от своего друга, и его шутки часто переходили границы таковых. Взять хотя бы историю с Визжащей хижиной. Как ему могло прийти в голову, послать туда Снейпа в полнолуние?..

Когда я спросил крестного об этом, он грустно ответил:

- Сейчас я сам задаюсь таким вопрос, как я мог. Но тогда я так был зол на Снейпа, хотел причинить ему боль, что поход в хижину к Рему, казался мне достойным наказанием.

Мне хотелось сказать ему, чтобы он попытался объясниться с зельеваром теперь, но я понимал, насколько это нереально. Они оба были слишком гордыми, чтобы одному извиниться, а другому принять извинения.

- Расскажи о своей семье, - перевел я разговор в другое русло.

- Большинство моих родственников были темными магами, откуда и пошла наша фамилия, - нехотя начал он.

- Твои родители были Пожирателями смерти? - не удержал я свое любопытство.

- К счастью, нет, - к моему облегчению, ответил Сириус. - Отец поддерживал идеи Темного Лорда, так как не любил маглов. Но методы борьбы его коробили, и он не примкнул к нему. Мать же всегда была далека от идейной борьбы.

- Они живы?

- Отца убили, когда мой младший брат решил выйти из рядов Пожирателей. Регулус был ужасным снобом, хотел славы. Но пара рейдов, в которых убивали не только маглов, но и чистокровных магов, и он бился в истерике. Рег попытался уйти от Волдеморта, и его убили. Следом убили и отца. А мать жива, но мы не общаемся.

- Почему?

- Она взбалмошная и очень противоречивая. Мать всегда гордилась Регулусом, любила его. А я доставлял ей только неприятности: поступил в Гриффиндор, сбежал из дома, потом попал в Азкабан, а теперь я беглый преступник. «Позор рода», как она меня называла. Наверное, лишит меня наследства.

Мне было жаль, что Сириус не общается с матерью. Какой бы она не была, но это же Мама, самый близкий человек! Поэтому я поинтересовался:

- Скажи, если бы тебя реабилитировали, то она бы простила тебя? Вы могли бы помириться?

- Вряд ли, - вздохнул Сириус. - Ты же слышал от Молли, что мамаша была не в восторге от моего побега в шестнадцать лет. Я и на сегодняшний день не могу ей ничего ответить путного по тому пункту, по которому у нас с ней вышли тогда разногласия. Ничего нового она не услышит. Суть останется прежней.

- Что же ты такое ей сказал?

- Прости, Гарри, я не могу пока тебе ответить на твой вопрос. Нам надо привыкнуть друг к другу. Я боюсь тебя шокировать.

- Не переживай. Можешь вообще не рассказывать. Мне без разницы. Я тебя люблю, потому что ты - мой крестный, самый родной человек. Мне все равно, что у тебя было в прошлом, - уверил я его.

- Нет, я буду должен все рассказать тебе, - грустно возразил крестный. - Между родными и любящими людьми не должно быть недоговоренности. Ложь и недомолвки рано или поздно выходят наружу. Причем от посторонних людей. Это рождает ненужные конфликты. Я уже терял любимых людей из-за недосказанности и непонимания.

- Тогда я подожду, сколько надо тебе, чтобы собраться с духом, - сказал я, гадая, что же он имел в виду, говоря все это. Кого он потерял из-за недосказанности?

* * * * * * *

День моего рождения в Норе превратили в сплошной балаган.

В небо была выпущена масса фейерверков. Меня на законном основании облобызали все, даже Билл и Артур. Чарли, чьи серо-голубые глаза раздевали меня все время, вообще шокировал, поцеловав почти в засос. У меня подогнулись коленки, а в голове раздался какой-то гул. Я чуть не кончил, представ на его месте Малфоя.

Пока я пребывал в прострации, ко мне подошел Рон и тоже поцеловал в губы. Меня затошнило - ведь я отношусь к нему, как брату и не хочу таких выходок!

Оттолкнув его, я сердито прошипел:

- Ты с дуба рухнул? Что за выходки?

- Гарри, ты чего? Я же, как Чарли, по-братски, - неумело соврал Рон.

Ну, конечно, если поцелуй Чарли можно назвать братским, то я - мать Тереза! Да и Рон не смотрит на меня, как брат. Мне же не пять лет, чтобы я не видел разница.

Остальная компания молчала, явно переваривая представление, устроенное Роном и Чарли, затем Молли решили поддержать младшего сына, заявив:

- Да, Гарри, это просто братские чувства. Ты зря сердишься. Пойдемте лучше к столу.

- Молли, твои детки - «невинные ангелочки», - не выдержал крестный и засмеялся. - Я это так прямо и вижу. Некуда плюнуть. Один Билл остепенился, да и то недавно. Еще весной у него был роман с двумя курочками, и он усиленно кувыркался сразу с обеими.

- Да как ты смеешь! - взвизгнула она, но затем успокоилась, вспомнив о моем дне рождения, и уже более спокойно добавила: - Идемте к столу.

Зато на следующий день Молли дала волю своему гневу и накинулась на крестного так, будто во вчерашнем спектакле виноват именно он.

- С меня довольно! - в конце концов, взвился Сириус. - Меня достал этот курятник. Прости, Гарри. Завтра тебя все равно заберут. Я не выдержу здесь больше ни минуты. Пойду надоедать кой-кому. Может, будет толк!

Крестный превратился в собаку и выскочил за пределы сада, принадлежащего Норе. Молли даже сплюнула, глядя ему вслед, а затем вздохнула с облегчением. А я почувствовал себя почти преданным.

Интересно, куда это он сбежал? И не был ли последний скандал всего лишь поводом, чтобы сделать это?

После побега Сириуса я подсел к близнецам, надеясь, что рядом с ними Рон не станет приставать ко мне. Вскоре к нам присоединился Чарли. Он обнял меня за плечи и стал тихо поглаживать по спине, вызывая своими нехитрыми действиями мурашки по всему телу и тяжесть в паху.

- Ты как мой седьмой сын, - умилилась Молли, подходя к нам. - Чарли тебя любит как младшего братишку. Это так трогательно!

«Братишка» и близнецы хрюкнули, подавляя смешки, а я зарделся как девица.

Ночь я провел в настоящих мученьях, почти жалея, что это не кошмары, а эротический бред, где героем был парень - смесь Малфоя и Чарли.

Утром я твердо поклялся себе, что никогда больше не приеду летом в Нору. Уж больно там странная атмосфера. Лучше я буду терпеть Дурслей!

К счастью, на этом мое пребывание здесь в этом году закончилось. После обеда Артур увез меня на базу авроров.

Глава 3. Август

Больше всего база напоминала лагерь магловских военных: дисциплина, казармы, тренировки, ранние побудки, ходьба строем.

Нет, это было не мое. Я не смог бы так жить долго, так как не люблю диктата.

Помню, в начале прошлого года я хотел стать аврором. Теперь это уже не казалось таким привлекательным.

Кем же мне тогда быть?.. Или мне не стоит задумываться на эту тему, имея за спиной Волдеморта?

Звучит слишком пессимистично…

В моем возрасте хочется жить вечно. Я ужасно боюсь смерти…

Хэлси Торлею, или попросту Хэлу, как он разрешил себя называть, было около тридцати, но выглядел он еще моложе. Профессионал, один из лучших. В новом учебном году он собирался занять должность учителя ЗОТИ, несмотря на то, что ходят слухи, что она проклята.

Вполне похоже на правду, если задуматься. На ней уже лет шестнадцать никто не продержался больше года.

Торлей сразу сказал, что не станет испытывать судьбу и уйдет после экзаменов.

Никогда раньше я не вставал так рано и не тренировался так интенсивно. Занятия квиддичем тоже требуют физических нагрузок, но это…

Первые пять дней у меня ломило мышцы, и я чуть ли не ползком добирался до своей казармы, а потом втянулся и начал даже получать удовольствие, особенно когда видел как появляются кубики пресса и улучшается фигура.

Когда это произошло, меня начали учить различным заклинаниям. Я даже отработал Аваду на мантикоре. А это не так просто, если вспомнить, что ее магическая аура очень близка к человеческой. Но я ее убил.

Узнав, что я земееуст, Хэл решил учить меня произносить заклинания на перселтанге.

Вот уж на кого не подумаешь, что обладает этим искусством (если, конечно, вспомнить сказочку, что оно подвластно только темным магам).

Хэл выглядит как ангел - белокурый, голубоглазый, с добрым и наивным взглядом. Внешность, конечно, бывает обманчивой, но у него она почти полностью отражает сущность.

Кстати, произносить заклинания на языке змей для меня даже несколько легче. А мои противники теперь, исключая Волдеморта, не поймут, что я там прошипел.

Подкрадусь к Малфою, тихонько пошиплю, и его одежда испариться. Прикольно!

Что-то опять меня не туда заносит.

* * * * * * *

Во второй половине августа меня начали учить специальной магии - тонкому искусству Забвения, чтобы я не сошел с ума от посещающих меня мыслей Волдеморта. Это не топорная работа, которую я наблюдал на чемпионате мира по квиддичу, когда подопытные маглы путали лето с кануном Рождества.

Вариант заклятия, изученного мной, действует мягко. После него дезориентация сознания длиться пару минут. Из мозга выпадает одна картинка и замещается другой. Что еще удобно, я все это могу прошипеть по-змеиному. Мозгу все равно, он поймет и отреагирует, в отличие от его хозяина. А я могу сказать, что просто пошутил. Хе-хе!

Глобальные сведения, конечно, так не заменить. Нельзя внушить Малфою, что мы с ним братья. Он, конечно, поверит, как миленький, но ненадолго. Окружение быстро вправит ему мозги на место, и тогда у него появится своего рода иммунитет к этой магии, причем надолго. А жаль…

Впрочем, зачем мне Малфой в роли брата, если он снится в таком непотребном виде? Вот если бы его можно было заставить выполнить что-то из снов…

Мерлин, какая чепуха лезет в голову!

К концу месяца меня научили отстраняться от кошмарных мыслей Волдеморта, и я тоже стал немножечко монстром.

Уже не кричу по ночам. Просто просыпаюсь в холодном поту и сливаю чужие мысли в думоотвод. Кстати, странное чувство. В голове, будто что-то щекочет и тянет.

Главное, держать нужную мысль на поверхности, а это самый страшный момент. Картинки заполоняют всю голову без остатка, и трудно не спятить.

Зато, как только я избавляюсь от мешающей мысли, ее можно заместить на другую, более светлую, что ли. И все, никаких угрызений совести, никаких тяжелых дум. Спи себе, как ангел, и наутро не вспомнишь, что видел взрывы и трупы. Если что-то и останется, то подумаешь, что это не правда, а нереальный кошмар.

А моими картинками пользуются авроры, предупреждая планы Волдеморта. Они им радуются, как дети, хотя у них получается предотвратить их где-то на треть.

Я же тешу себя иллюзией, что приношу пользу, и тихо радуюсь.

* * * * * * *

В конце августа на базу приехал Чарли Уизли.

Едва появившись, этот чокнутый схватил меня в охапку, приволок в какой-то сарай и распял по стеночке. Я запаниковал, попытался вырваться, но не тут-то было. Чарли силен как бык - недаром работает с драконами, а они ребята здоровые. Я не иду ни в какое сравнение.

Своей ногой он уперся мне в пах, а руки удерживали мои запястья. В это же время его рот уже терзал мои губы, и вскоре его язык проник внутрь.

Я никогда так не целовался. Мне стало жарко. В теле запылал адский огонь, и я перестал сопротивляться, растаяв от ласк.

А я-то надеялся, что не стану так реагировать на парня... Напрасно!..

Между тем, Чарли зубами расстегнул пуговицы на моей рубашке и впился губами в сосок. Моя голова поплыла, и я застонал. Он ухмыльнулся и выпустил мои руки, я сразу же зарылся ими в его белокурые пряди.

Я ожидал, что они окажутся мягкими, как у Малфоя - я однажды случайно задел его волосы и хорошо это запомнил. Но они оказали, как проволока, что ненадолго принесло разочарование и вернуло к реальности.

Однако настойчивые губы все еще посасывали мой сосок, и мне стало не до сравнений. Я начал беззастенчиво тереться своим возбужденным членом о ногу Чарли, молясь, чтобы эта сладкая мука не прекращалась.

- Уизли, ты спятил? - раздался недовольный окрик Торлея, который непонятно когда появился в сарае. - Гарри - несовершеннолетний, к тому же под моей опекой.

Я оттолкнул Чарли, отлетел от него в сторону и стал пунцовым от смущения. Он же лишь ухмыльнулся и смерил меня таким взглядом, что мне стало жарко, но я сказал:

- Не смей больше так делать. Это извращение. Мне неприятно.

- Тебе понравилось, - обиженно протянул брат Рона, вновь напоминая Малфоя.

Это сравнение мне не понравилось, я отчаянно покраснел. Слизеринец и так снился мне в непотребном виде. Чарли был ожившим кошмаром.

- Зачем ты выкрасил волосы? - спросил я, не давая себе отчета.

- Мне идет. Разве нет? - усмехнулся Чарли и тронул меня за лицо.

Я запылал от его прикосновения еще сильней, хотя казалось уже некуда.

- Послушай, Уизли, - нахмурился Хэл, - вали отсюда! Еще раз увижу тебя рядом с Гарри, напишу твоей матери.

- Ой, испугал! Она не сможет повторить подвиг своей тетки и выкинуть меня из дома. Я там не живу, и мне не шестнадцать, - фыркнул Чарли.

Его слова напомнили о том, что крестный сбежал из дома в шестнадцать, и я поинтересовался:

- Это ты про случай с Сириусом? В чем там суть?

- Прости, малыш, не сдержался. Я не должен был так говорить, - погладил меня по щеке Чарли, нежно обводя пальцем контур скул и губ.

Мерлин, мне хотелось продлить эту ласку, но я отпрянул под осуждающим взглядом Хэла, который предупредил его:

- Прекрати так вести с ним, Уизли. Я пожалуюсь Сириусу.

- Вдруг он меня поймет? - возразил Чарли, теребя мои пряди.

- На что ты намекаешь? - задал я новый вопрос.

- Приоткрою тебе глаза, котенок, - шепнул мне Чарли в ухо, рождая на моем теле толпу мурашек своим дыханием. - Твой крестный сбежал из дома, признавшись матери, что влюбился в парня.

- В кого? Как ты узнал? - засыпал я его новыми вопросами.

- Подслушал, как мать с Блэком ругается. В кого, не скажу.

- Скажи. Не будь скотиной. Мне же интересно.

- Ты можешь меня уговорить, если Торлей закроет глаза, - сообщил Чарли, прижимаясь ко мне всем телом.

Я ощутил его возбуждение и испугался, когда почувствовал ответную реакцию своего организма. Пока он не заметил, я отшатнулся.

- Уизли, я тебя последний раз предупреждаю: вали, - прорычал Хэлси. - Иначе я тебе накостыляю по шее.

Чарли вздохнул и ретировался. Я же остался в смятении чувств.

Не выдержав взгляда Хэла, я спрятал лицо в ладонях и пробурчал:

- Прости, на меня что-то нашло. Это все его белые патлы.

- Эй, ты смущен моим присутствием или тем, что к тебе приставал парень? - поинтересовался Хэлси. - Если второе, то брось. Маги вполне лояльно относятся к однополым парам. Даже браки разрешены.

- Но это же не нормально! - воскликнул я.

- Почему это? Любовь не признает пола. Главное, чтобы тебе человек подходил.

- Но ты же сам его останавливал!

- Слишком он нагл и самоуверен. Да и ты был очень напуган его действиями. Это уже напоминало насилие. К тому же, ты здесь под моей опекой.

Его слова заставили меня задуматься, но я продолжал считать, что интерес к своему полу - это извращение. Правда, это не мешало мне видеть по ночам эротические сны с участием Малфоя.

Перед первым сентября я поехал в Косой переулок за вещами для школы. За этот месяц я еще вырос, изрядно нарастил мускулы и загорел. Пришлось идти к мадам Малкин, чтобы сменить гардероб.

По закону подлости, едва я скинул мантию, туда же зашел Малфой.

Мерлин, какой же он красивый!

Он был изящней меня, его волосы струились шелком, а немного бледная кожа просто требовала прикосновения моих пальцев. Естественно, я тут же взмок и почувствовал возбуждение.

Уставившись в ворот его рубашки, я сглотнул и облизал губы, и он повторил мой жест.

Мы долго пялились друг на друга, не в силах отвести взгляды. К счастью, в этот момент в магазин зашел еще покупатель, и наше оцепенение прошло. Я постарался быстрей закончить с примеркой и покупкой и ретировался из магазина.

Только на улице, я понял, что Малфой не так похож на Чарли, как я представлял. Он был гораздо привлекательней!

Мерлин, теперь я вообще не буду спать ночами, видя его в постоянно в школе.

Все-таки я - извращенец. А он?.. Неужели тоже? Иначе, зачем ему было на меня пялиться?

Или я воспринял желаемое за действительное?

* * * * * * *

В Хогвартс мы с Торлеем приехали на «Ночном рыцаре». Встретили нас Дамблдор и Филч. Завхоз пошел провожать Хэлси к его апартаментам, а директор повел меня к моей новой спальне, интересуясь по дороге, как мои успехи. Я отвечал односложно, так как знал, что ему ежедневно отправлялся подробный отчет об этом.

- Ты не расстраиваешься, что будешь жить отдельно? - поинтересовался Дамблдор, когда мы вошли в мою комнату.

- С чего бы? - фыркнул я. - Наоборот, я счастлив. Никто не будет мешать мне храпом.

Про себя же я подумал, что заодно никто не узнает, что мне нравятся парни, верней один конкретный придурок из Слизерина, что еще хуже.

- Я решил, что тебе лучше заменить прорицания рунами, пока не слишком поздно, - между тем сообщил Дамблдор, возвращая меня к реальности.

Я понуро кивнул. Если честно, я несколько побаиваюсь рун - слишком много надо было запоминать в этом предмете. Но прорицания меня уже просто достали.

Так как до торжественного ужина еще оставалось время, я побежал в Визжащую хижину, где, как я знал, теперь жил крестный.

Идя по узкому проходу, который начинался под корнями Дракучей ивы, я столкнулся со Снейпом, который нелюбезно поинтересовался:

- Поттер, что вы тут делаете?

- Это я должен у вас спрашивать, профессор, - нагло заметил я. - Тут живет мой крестный. Зачем вы ходили к нему?

- Не ваше дело! - взорвался он. - Отвечайте на мой вопрос.

- Мне позволено бывать у крестного, когда я захочу, - наслаждаясь его разочарованием, проговорил я.

Он злобно фыркнул и побежал на выход. Я пожал плечами и двинулся дальше.

Внутри хижины все было отреставрировано, даже старый рояль, на котором играл крестный, когда я вошел. а я и не знал, что он умеет так. Впрочем, я его почти не знаю.

- Сириус, я встретил по дороге Снейпа. Он не обидел тебя? - спросил я, когда он перестал играть и повернулся ко мне.

- Ха… меня обидишь. Я кусаюсь, - засмеялся крестный. - Оставь его моим заботам, Гарри. Лучшее рассказывай, как провел лето. Не обижали тебя в Норе? Я так позорно бежал.

- Как ты сказал, меня, пожалуй, обидишь, - фыркнул я.

- Какой ты красивый, аж страшно, - сказал мне Сириус, рассматривая меня.

Я смутился и стал быстро рассказывать, как провел август, естественно, опустив встречу с Чарли. Затем решил поинтересоваться:

- А у тебя как дела? Куда ты сбежал из Норы?

- Никуда. Я был все время здесь, - пожал плечами крестный, и его скулы почему-то покраснели.

Его смущение напомнило мне о причине побега из дома в шестнадцать, и я об этом ему сообщил, с удовольствием замечая, как он краснеет. Кстати, это делает его намного моложе и привлекательней.

- Чарли, - сразу просек Сириус. - Наверняка подслушал наш скандал с Молли накануне твоего приезда. И что, он сказал, к кому я сбежал?

- Нет, но он усиленно торговался со мной, когда я попросил это сказать.

После последней фразы настала моя очередь смущаться.

- Приставал? - осведомился крестный.

- Чуть-чуть, - покраснел я как девица.

- Я его кастрирую, - пообещал мне Сириус.

Я хихикнул. Затем заявил:

- Ты хотел рассказать, к кому ты сбежал тогда.

- Разве? - ухмыльнулся крестный.

Я нахально кивнул, глядя на него во все глаза, и он покраснел сильней, чем в прошлый раз.

- Можешь не говорить, - успокоил я его, видя смущение.

Крестный нахмурился и вздохнул:

- Нет, Гарри, я должен тебе сказать. Будет хуже, если ты все узнаешь от кого-нибудь в искаженном виде.

- Как знаешь, - пожал плечами я.

* * * * * * *

Крестный надолго замолчал, а я, видя его волнение, решил не торопить.

Наконец он начал рассказывать:

- В шестнадцать лет мне показалось, что я влюбился. Он был такой веселый, бесшабашный. Правда, ночами мне снился другой мальчик, но я считал те чувства неправильными и даже грязными. А это… Он был всегда со мной рядом, поддерживал в любом начинании. У нас были одни вкусы, взгляды - короче, все. Я объявил родителям, что гей, и сбежал из дома. Моя семья, надо сказать, не воспринимала такие отношения, как нормальные, хотя в магическом мире разрешены однополые браки. Но им нужен был наследник. Его родители, кстати, тоже были в шоке - они уже грезили внуками, так как чуть раньше моего появления он познакомил их с потенциальной невестой.

Сириус подавил вздох и продолжил:

- Моей самой грубой ошибкой было то, что я искренне верил, что он меня любит. Но это было не так. На тот момент мой друг любил только себя самого. Даже девушка, которую он привозил домой, была просто трофеем, завоеванной территорией. Узнав о моих чувствах, он стал беззастенчиво пользоваться ими. Он подталкивал меня на такие авантюры, на которые бы я не решился раньше. Часто наши шутки были направлены на того, кого я, как потом оказалось, любил по-настоящему. Впрочем, я осознал это лишь сидя в Азкабане.

Сириус замолчал.

Спустя пару минут я мягко заметил:

- Ты так и не сказал, кто он.

- Разве? - притворно удивился крестный и признался: - Трудно сказать его имя именно тебе, Гарри. Ты так напоминаешь его внешне - почти копия. Помню, я даже испугался, увидев тебя впервые. Но потом я понял, что ты другой по характеру, и что я вижу в тебе только крестника. Именно поэтому меня злили намеки Молли.

- Это был мой отец? - догадался я.

- Именно он, - подтвердил крестный.

- А как с тем, с другим парнем? Вы объяснились?

- Да, объяснились недавно. Хотя он тоже иногда сомневается, что ты для меня просто крестник. К тому же, он слишком зациклен на прошлом. Но я надеюсь, что мы преодолеем трудности.

- И кто он? - поинтересовался я.

- Прости, но это совсем другая история, и я расскажу ее тебе как-нибудь в другой раз. А сейчас тебе пора в школу, иначе опоздаешь к торжественному ужину.

Я глянул на часы, которые носил на руке (они были магловские, но обработанные магией, поэтому я мог их использовать в школе), - до начала пира оставалось несколько минут.

- Ты прав, мне пора, - согласился я, обнял крестного и ретировался.

Неужели влюбляться в представителей собственного пола так обыденно? Неужели Сириус такой же, как я, и не осудит, узнав, что я грежу Малфоем?

Впрочем, я не буду торопиться с такими откровениями. Уверен, вскоре найдется девчонка, которая заставит забыть меня о моем наваждении.

Глава 4. Начало учебного года

Распределяющая шляпа распелась об угрозе миру магов и дружбу факультетов. Ха! Все время подогревают в нас ненависть друг к другу, устраивая глупые соревнования. Даже наши деканы соревнуются, уменьшая баллы учеников с других факультетов и повышая своим. В этом деле самой принципиальной можно считать МакГонагалл, которая не особо нас балует. Кто ее знает, почему. Надеюсь, из-за добродетели, а не от черствости своей натуры.

- Гарри, с тобой все в порядке? Тебя не было в поезде, - набросился на меня за столом Рон, преданно вглядываясь в мое лицо.

Мерлин, что мне делать с такими его взглядами?

- Да, друг. Отлично. Я приехал утром на «Ночном рыцаре».

После беседы с Сириусом я решил чаще напоминать нам обоим, что мы друзья-братья. Мне не хотелось терять рыжего из-за его фантазий.

Уизли немного расстроился моему тону и слову «друг», но не стал подавать вида. На его груди красовался значок старосты. Вот черт, я и забыл, что в этом году назначают старост из студентов пятого курса.

Хотел бы я быть на месте Рона? Боже упаси! Я не любил командовать. Да и образ старосты сливался в моем воображении с Перси, напыщенным индюком, помешанным на престиже, карьере и Фадже, который был для него кумиром. Он обвинил меня в подтасовке выбора «Пламенной чаши» и в фантазиях на тему возрождения Волдеморта. Идиот!

- Рон, тебя можно поздравить. Ты - староста, - решил сказать я, чтобы разорвать гнетущую тишину между мной и другом.

- И не говори… Мне совестно, что это не ты, - признался Уизли. - Мать была на седьмом небе от счастья, а Гермиона надулась и сказала, что ты - более достойная кандидатура. Кстати, она староста от девочек.

- Брось, дружище, - отмахнулся я. - Гермиона не права. Ты - замечательный староста. Уверен, ты сможешь уделять внимания малышам и будешь справедлив. А я… От меня одни проблемы. Меня даже отселили из общих спален. Теперь, когда этот, ну ты меня понимаешь, воскрес, я - угроза спокойствию.

- Спасибо, что веришь в меня, - зарделся Рон и добавил с надеждой: - Может, тебе скучно одному жить в комнате? Я бы мог…

В его взгляде вновь мелькнуло нечто такое, чего мне там не хотелось видеть. После Норы я не мог представить себя в одной спальне с Роном. Воображение рисовало такие картинки, что становилось дурно. Но просто отказать было неправильно - предполагалось же, что я не понимаю подоплеку его интереса к моей персоне. Поэтому я пару минут обдумывал ответ, а затем как можно мягче вымолвил:

- Это ты привык жить с братьями в одной комнате. Меня же всегда раздражали спальни Хогвартса. Я ненавижу общежитие. К тому же, у меня никогда не было своей спальни. Спасибо за поддержку, но я предпочту жить один.

На лице Уизли можно было печь блины. Он был разочарован и рад одновременно. Я решил перевести разговор в другое русло. Тем более это меня волновало.

- Слушай, вот блин… Малфой - староста слизеринцев? Это же так?.. Не щади меня, говори прямо, - сказал я так, будто это все случайно пришло в мою голову.

- Я так тоже думал. Но, представляешь, его не выбрали. У них Цабини и Паркинсон, - ответил Рон.

Я вздохнул с облегчением. Почему-то такая новость очень меня утешала. Она совпадала с моими измышлениями на тему поведения Малфоя. Но мне непременно надо было поговорить о блондине еще - его образ вертелся у меня в голове постоянно.

- Странно. Этот хорек - самый блестящий на их факультете.

- В поезде Малфой сидел один в купе и был такой странный, что даже кивнул мне, представляешь. Гойл шипел ему вслед, когда тот прошел мимо.

Я задумался. Поведение Драко пока совпадало с моими предположениями.

Перед моим взором вновь возникла сцена у мадам Малкин, когда он стоял на соседней скамеечке и откровенно пялился на меня. От этого виденья у меня вспотели руки. Я сплюнул.

Праздничный ужин закончился. Рон с Гермионой повели первокурсников в спальни. Я тоже поплелся к себе. В принципе, теперь оба моих друга тоже могли жить отдельно ото всех - у старост были свои спальни в той же гриффиндорской башне. Мне не хотелось, чтобы они это делали, так как я опасался, что друзья захотят затащить меня к себе и… Развитие сценария мне не нравилось. Я предпочел бы, чтобы они оставались мне друзьями.

* * * * * * *

Моя новая спальня была в стороне от всех. Она находилась в заброшенной башне за картиной с изображением льва, играющего со змеей. Оба изображения меня одинаково радостно приветствовали: лев замурлыкал, а змей прошипел одобряющие слова.

Мне понравилась эта сценка, и я даже подумал, что стоит сделать нечто похожее на своей груди. Лев и змея, сплетение тел - это так эротично. Аналогия с двумя факультетами и связью между ними...

- Наваждение, - прошипел я пароль на серпентаго и вошел внутрь.

По приезде у меня не нашлось времени исследовать апартаменты, я только установил пароль и помчался к крестному. Теперь же я мог осмотреть свои владения.

Осмотр впечатлял.

В мое распоряжении была небольшая гостиная с камином и низеньким столиком, где можно было делать уроки, сидя на низеньком пуфике. У камина, услужливо разожженного эльфами, бежево-зеленый ковер, толстый и ворсистый. Почти такие же стены, но более светлой окраски и роскошный, кожаный диван шоколадного цвета.

Из гостиной вели две двери, за одной из которых скрывалась ванная с бурлящей водой. Она была менее роскошная, чем ванна старост, но все же. На стенах красовались две мозаики: все те же лев и змея. Над раковиной висело большое зеркало в форме ракушки. Туалет был отделен перегородкой от остального помещения.

Меня порадовало, что в моих апартаментах все удобства. Я всегда мечтал о чем-то подобном.

Спальня превзошла все мои ожидания. Весь пол покрывал ковер. Кровать на четырех столбиках из красного дерева, с высоким, резным изголовьем была широкой и мягкой. Над ней полупрозрачный кремовый полог. Обои цвета топленого молока, украшенные замысловатым орнаментом из переплетения золотых и серебряных завитков, которые вызвали ненужные ассоциации со мной и Драко на этом широком ложе.

Я с удовольствием вымылся, прошлепал в одном полотенце до кровати и с наслаждением рухнул на теплые простыни. Что ни говори, но мне нравилось здесь все больше.

Я вообще предпочитал спать в одних трусах. Но общая спальня к этому не располагала. А тут я мог позволить себе даже лечь голышом. И я был полностью уверен, что никто сюда не вломиться, не нарушит мой покой. Я мог позволить привести гостя, а мог и не делать этого.

Продолжая фантазировать о светловолосом слизеринце, я позволил себе расслабиться и блуждать моим рукам по телу. Достигнув разрядки, охваченный истомой и чувством удовлетворенности, я уснул.

Утренний сигнал побудки в моей комнате был как перелив бубенцов, что тоже разительно отличалось от общих спален, где нас будили пением петухов или резкими звонками магловских будильников, верней похожими звуками.

* * * * * * *

Первым уроком в моем расписании стояло ЗОТИ в компании со Слизерином. Мое сердце отплясывало сумасшедший галоп в ожидании неизбежной встречи.

В классе меня поджидал неожиданный сюрприз. Я не мог определить, рад я ему или нет. Все места были заняты, кроме одного - подле Малфоя.

Я пробежал на негнущихся ногах под взглядами всей аудитории и его самого. На его лице была смесь ужаса и восхищенья, что окончательно выбило меня из колеи, и я застыл перед стулом, не решаясь сесть.

- Давай, Гарри, поторопись, - раздался несколько насмешливый голос Хэлси.

Учитель подмигнул мне, как приятелю, намекая на летние разговоры. Я понял, что он заметил сходство моего соседа и Чарли, и смутился, но зато быстро уселся на место.

- Давайте знакомиться. Я - Хэлси Торлей, - представился новый профессор, начиная урок. - Предпочитаю, чтобы в дальнейшем вы не меняли свое положение в классе.

Я вспыхнул, понимая, что сидеть рядом с Малфоем будет для меня пыткой. К счастью, никто не обратил внимания на мое покрасневшее лицо. Все взгляды были обращены к преподавателю, который рассказывал, что будет на его уроках. Торлей, как и обещал летом, предполагал вести дуэли, теорию и бег по пересеченной местности с использованием приобретенных навыков.

- Я смотрю, - оптимистично сказал Хэл, - вас четное количество. Так что ничего не помешает нам в будущем работать парами. Это здорово!

Класс зашушукался. Я же украдкой глянул на соседа, и наши взгляды встретились. У него было странное выражение. Я нервно сглотнул. Он повторил этот жест и облизал свои красные губы. Мои ноги стали ватными, в голове начался перестук молоточков, а кровь отлила от щек в низ живота. Как только прозвенел звонок, я первым ринулся с места.

- Гарри, прости, что так получилось, - стала оправдываться Гермиона, догоняя меня. - Просто, когда мы с Роном вошли, Малфоя все избегали. Нам обоим тоже не хотелось сидеть с Хорьком, а о тебе мы забыли.

- Забей! Плевал я на Малфоя. Переживу. Я стал относиться ко всему иначе, после возрождения монстра. Меня теперь не достанут ни Драко, ни Снейп. - отмахнулся я, запоздало замечая что, назвал слизеринца по имени. Но друзья это съели.

Как ни странно, но в классе зелий получилась такая же глупая петрушка - я вновь оказался рядом с Малфоем. К концу сдвоенной пары я чувствовал себя выжитым лимоном.

- Надо же, Поттер, вы поумнели за лето. Или на вас так сказалось соседство? У вас впервые получилось вполне сносное зелье, - изумил меня под конец профессор.

Я уставился не него с непониманием. Снейп третировал меня все четыре года и вдруг похвалил. В Запретном лесу кто-то сдох?.. Зельевар фыркнул, увидев мой ошарашенный взгляд, и поторопил на выход. Я поспешил, пока он не передумал и не снял баллы с Гриффиндора.

История магии и арифмантика несколько привели меня в чувство. Правда, на перемене я заметил, что на меня пялятся еще несколько человек. Такое пристальное внимание меня начинало бесить. Я недоумевал, что происходит. Все будто свихнулись на почве любви к моей скромной персоне. Встреча с Чжоу убедила меня в том, что я прав.

- Гарри, пойдем со мной в Хогсмид в ближайшее воскресенье, - предложила девушка, смущенно потупив глаза.

Мерлин, что я в ней нашел в прошлом году?

- Чжоу, я не могу с тобой пойти. Смерть Седрика потрясла меня. Я не хочу предать его память, - услышал я собственный голос.

- Я думала, что мы могли бы поговорить о нем. Ты так похож на него, - пролепетала она.

Я воззрился на нее с непониманием. Говорить о другом человеке, к тому же мертвом, сравнивать нас... Это было ужасно! Я все это высказал. Она зарыдала и умчалась. А я еще долго смотрел ей вслед.

* * * * * * *

Дни побежали вперед. Постепенно ажиотаж, возникший вокруг меня, несколько спал. Друзья тоже перестали делать попытки перевести наши отношения в другое русло. Гермиона вообще вела себя как прежде, будто летнего умопомрачения не было. Рон периодически краснел и пытался взять меня за руку или обнять за плечи, но быстро ретировался, стоило посмотреть на него хмуро или назвать другом.

По сравнению с другими годами, я учился более ответственно, подолгу просиживая за уроками. Гермиона даже ставила меня в пример Рону.

- Учись, Рональд Уизли, как надо взрослеть, - назидательно говорила ему «Мисс Зануда». - Старания Гарри не проходят даром. Сейчас он поднялся на третье место в списке лучших учеников. Даже на зельях он не получает «слабо». И руны - совсем новый для него предмет, а он почти догнал нас.

Так и было. Я делал разительные успехи, и мне это нравилось.

Помню, когда я впервые вошел в кабинет, где изучали руны, все весьма удивились, а пожилой профессор Юко Нагаси, который их вел, заметил:

- Вам, молодой человек, придется работать весьма напряженно, чтобы догнать группу.

Учитель назначил мне дополнительное время, чтобы я сравнялся.

В группе были представители всех четырех факультетов. из Гриффиндора, кроме меня и Гермионы, была еще Парвати Патил, которую я откровенно не ожидал там увидеть, так как она казалась мне такой же пустышкой, как и ее подружка Лаванда Браун.

Честно скажу, меня задело, что никто не воспринял нормально моего появления на рунах. Особенно меня расстроил смешок Малфоя, которого я уже почти зачислил в «хорошие парни». «Скажи спасибо, что он смолчал», - убеждала меня справедливость. Да,… это был явный прогресс, учитывая прошлые годы, но…

Однако еще больше меня огорчила Гермиона, которая не хотела верить в мою способность справиться с рунами. Она покачала головой и с жалостью произнесла:

- Тебе не освоить такой объем, Гарри. Будешь плестись в хвосте и завалишь СОВ.

Я рассердился и мысленно бросил им с Малфоем вызов, и пока успешно справляюсь с предметом, вызывая на их лицах недоумение.

Правда, сосредоточенность на учебе не могла отвлечь меня от дум о Малфое. Я продолжал по ночам видеть эротические сны с его участием, а днем старался чаще выслеживать блондина в коридорах школы и ловить любые сведения о нем.

Драко по-прежнему держался особняком, стал более молчаливым и осунувшимся. Его закадычные дружки-телохранители больше не сопровождали слизеринца повсюду. И я знал, почему. Вскоре после приезда в Хогвартс я невольно подслушал такой их разговор.

- Драко совершенно спятил. Ты слышал, Винс. Он не хочет получать метку. Люциус в шоке, хотя и надеется, что за два года он одумается, - сказал Гойл.

- Да уж. Я, вот, жду не дождусь, когда меня представят Темному Лорду. Хорошо, что Цабини отдал Драко свою спальню. Я бы ночью его придушил. А так меньше искушений, - подхватил разговор Крэбб.

Я показался себе пророком: Малфой вел себя согласно моим представлениям о нем. Это было приятно. Мне даже захотелось немедленно подойти к нему и предложить дружбу, но, вспомнив про годы вражды, я не решился. Тем более он по-прежнему не общался со мной на уроках и даже не кивал на мои слабые приветствия.

К тому же, подстегиваемый своими эротическими фантазиями, я хотел нечто большего, нежели дружба, но слабо представлял, как объяснить это Малфою. Черт возьми, да я даже внутри себя еще не примирился с фактом, что меня привлекает парень! Поэтому я предпочитал украдкой смотреть на него и дрочить вечерами, представляя на месте своей руки его.

Глава 5. Матч на Хэллуин

В середине сентября ко мне подошла Анжелина Джонсон, темнокожая семикурсница, и сообщила:

- Гарри, я теперь капитан команды и решила сделать пробы всем игрокам. Так что не обижайся. В пятницу жду на поле.

Я пожал плечами. С какой стати мне обижаться?.. Я же не на особом положении. К тому же, я не опасался конкуренции, если даже на место ловца кто-то претендовал.

- Хочу попробовать себя на роль вратаря, - смущенно поведал Рон, отправляясь на отборочный просмотр. - Ты же видел в Норе, как я стою на воротах. Мне кажется, у меня все получается и в команде, особенно с «Чистометом» последней модели. Мать, когда узнала, что я староста, купила мне новую метлу. Это не «Нимбус», но лучше старой швабры.

- Я буду за тебя болеть, - улыбнулся я и тут же пожалел об этом, так как он кинулся обнимать меня и даже чмокнул в щеку.

На поле меня ждала еще одна новость, но уже приятная. Джинни кокетничала с Дином Томасом и больше не бросала на меня томных взглядов. Слава Мерлину, еще одна пришла в норму - порадовался я за нее. Но ее слова несколько заставили меня напрячься:

- Хочу попробовать себя в качестве ловца. Я понимаю, что у меня нет шанса, пока ты в команде. Но мне очень хочется попасть туда, хотя бы в качестве запасного варианта.

- Я не могу желать тебе удачи. Но, тем не менее, понимаю, - сказал я растерянно, думая, боюсь ли я конкуренции с ее стороны - она летала ничуть не хуже меня и была так же проворна в воздухе. Когда осознал, что ничего не опасаюсь, то расслабился и спросил ее спутника: - А ты, Дин, решил потеснить близнецов или девочек?

- Что ты, Гарри, - рассмеялся Томас. - Я пришел поболеть за Джинни.

Он обнял Джинни собственническим жестом и притянул к себе. Та тихонько засмеялась и стрельнула в меня глазками. Я показал ей большой палец, выказывая одобрение такой переменой. Рон неодобрительно глянул на них, но, слава Мерлину, не стал учить сестру, с кем ей можно обниматься, а с кем нет.

На роль вратаря, кроме Рона, было, еще пять претендентов, но рыжий выглядел уверенней всех. Он не пропустил ни одного гола, и Анжелина взяла его в команду, без оговорок. Запасным вратарем стал третьекурсник Люк Фелтон. Джинни, как и мечтала, стала запасным ловцом.

- У тебя большой потенциал, сестренка, - ободрил я девушку, специально называя так.

- Буду вечной запасной, - вздохнула она. - Ты неподражаем, и мне не стать главной, пока ты в Хогвартсе. Когда же ты уйдешь, то я буду на последнем курсе и вряд ли смогу посвящать всю себя квиддичу - хочу блестяще сдать ТРИТОН.

- Не переживай. Может, я брошу квидддич уже в следующем году. Я, кажется, перерос это увлеченье, - сознался я.

- Без тебя не будет команды.

- Брось! Команда существовала до меня. Никуда не денется и после. Я рано или поздно закончу школу. Какая разница, когда уходить, через год или через два?

Джинни пожала плечами и нехотя согласилась с моими доводами, что незаменимых нет.

* * * * * * *

После первой же тренировки я заметил, что за нами идет Малфой. Мне тут же захотелось кинуться к нему, повалить на землю… дальнейший сценарий рассыпался на два: один, более привычный, состоял в том, что я набью ему рожу, а второй включал неистовые поцелуи с засосами и был нереален. Не справившись, я направился в его сторону, кинув друзьям напоследок:

- Я сам с ним разберусь с хорьком.

- Гарри, умоляю, только без палочки, - взволнованно крикнула Гермиона.

- О, я с удовольствием намылю ему рожу, - пообещал я ей, пускаясь вдогонку за своим ночным кошмаром.

Вскоре я уже держал его за грудки и грозно интересовался:

- Шпионишь, Малфой?

- Больно надо, Потти, - презрительно откликнулся он.

Эта надменная фраза была как катализатор, и я ринулся на противника. Мы спутались в тесный клубок и повалились на землю. Несмотря на свою хрупкость, Малфой был ловок, и его захваты не уступали моим. Поэтому мы катались по земле и пыхтели.

В очередной раз, подмяв блондина под себя, я внезапно почувствовал во всем теле совершенно непотребные чувства. Я лежал, распластавшись на Малфое, распяв его руки по земле, и тяжело дышал. Его серые глаза смеялись. В них не было ненависти, а лишь неприкрытое желание.

От неожиданности, я ослабил хватку и тут же был подмят под Малфоя, который уставился на меня с видом победителя и сказал каким-то странным тоном:

- Что, Поттер, теперь ты в моей власти.

Я моментально ощутил и свое, и его возбуждение, и покраснел до корней волос. Он же усмехнулся, легко вскочил и буквально бросился к замку. Я ошарашено глядел ему вслед.

- Ты чего ему не врезал? - возмутился Рон, подходя ко мне и помогая подняться с земли.

- Да пошел он, - отмахнулся я, все еще глядя, как Малфой бежит к замку. - К тому же, как ни странно, я не смог высвободить руки. Этот Хорек слишком верткий.

- Я рада, что вы не расквасили друг другу рожи. Малфой ходит какой-то странный. - призналась Гермиона, тоже подходя к нам и глядя ему вслед.

- Ты тоже заметила? - удивился я, оживляясь.

- Еще бы! - подтвердила она. - Он ходит один, не хамит и как-то странно смотрит на нас. Ну, или на тебя, Гарри.

Я смутился от ее последней фразы и даже хотел сказать, что она выдумывает насчет взглядов, хотя сам их тоже ощущал. Однако меня перебил Рон, который сердито завил:

- Мне он все равно не нравится. Я сам ему дам в рожу.

- Не трогай его! - не сдержавшись, предупредил я друга.

Рон обиделся, а Гермиона как-то странно посмотрела на меня. Ну и черт с ней!

* * * * * * *

Незадолго до первого матча я пошел к Сириусу, чтобы поинтересоваться, не придет ли он на матч в образе собаки. Правда, это было не условленное время - середина дня, а вечер, почти перед отбоем. На мой стук крестный долго не открывал. Но я не собирался сдаваться, начав колошматить в дверь:

- Сириус, я же знаю, что ты дома!

Вскоре на порог выскочил Снейп, который глянул на меня свирепо и стремительно поспешил к выходу. Я же, удивившись второй встрече за короткое время с ним у дверей крестного, вошел внутрь и остолбенел. В комнате были перевернуты стулья, сбито покрывало с дивана и разворочена кровать. Сам крестный выглядел растрепанным и возбужденным. На шее красовался синяк.

- Прости, крестник, не ждал. Мы тут кое-что выясняли. У меня стояло заглушающее заклинание, - смущенно буркнул он, отводя глаза.

- Вы что, подрались? - изумился я, разглядывая его.

- С чего ты решил, что мы подрались со Снейпом? - как мне показалось, еще больше смутившись, поинтересовался Сириус.

- Все перевернуто. Ты растрепан. На шее синяк, - пояснил я, созерцая, как крестный сначала краснеет, а затем бледнеет от моих слов.

- Не бери в голову. Это мои проблемы, отмахнулся Сириус, торопливо повязывая на шее косынку и поправляя сбитую кровать.

- Чего Снейп у тебя вообще делает? - спросил я, как казалось, чтобы уменьшить смущение крестного, но он лишь сильнее занервничал и сбивчиво пояснил:

- Он… это…. забирает твою информацию. Вот!

Затем быстро перевел разговор на другую тему:

- Лучше выкладывай, что случилось.

- Вообще-то ничего, - признался я. - Просто хотел позвать тебя на свой первый матч в этом году. Ты придешь?

- Посмотрим, - уклончиво ответил Сириус и поинтересовался: - Как там Рон? Продолжает облизываться на тебя?

- К сожалению, - покраснел я. - Пялится на меня в квиддичной раздевалке так, что мне приходится не раздеваться при нем.

Блэк заржал. Потом стал серьезным и посоветовал:

- Думаю, тебе надо с ним поговорить. Поставь его на место.

- Что я скажу? Перестань глазеть и фантазировать обо мне? Еще обидится и скажет, что мне показалось, - отказался я.

- Тогда терпи и игнорируй. Сам все поймет. Твой отец всегда поступал таким образом.

- Я хочу сделать это как-то иначе, но не знаю, как. Я ему «друг», «брат», а он обижается.

- Гарри, я тебе не советчик. Тебе придется самому искать выход. У каждого человека своя история. Ты уже не мальчик, - расстроился Сириус.

Мы еще поболтали о предстоящем матче, и я стал прощаться.

- Гарри, не подумай, что я не рад тебя видеть, но не приходи сюда вечером. Мы договорились с тобой встречаться здесь ежедневно с четырех до пяти, если есть у тебя время и информация. Я не хочу неприятностей, ни тебе, ни себе. Ты меня понимаешь? - смутившись, сказал крестный.

- Прости, Сириус, - потупился я. - Я как-то не подумал, что подставляю и тебя. Вот уже меня и Снейп у тебя видел. А могло быть и хуже. Он, хоть и гад, но свой парень.

- Ну-ну, не переживай! Ты еще так молод. Тебе свойственны порывы, - успокоил меня Сириус, гладя по голове. - Следующий раз ты будешь умней.

Я поклялся, что в следующий раз приду вовремя, и ушел.

* * * * * * *

Первыми соперниками по квиддичу у нас была команда Рейвенкло.

- Не думай, что, если мы друг другу нравимся, то я стану тебе уступать, - заявила Чжоу перед матчем. - И ты не уступай, хотя я и знаю, что не безразлична тебе.

Я откровенно расхохотался. Ну и самомнение у девушки!

- Поверь, это в далеком прошлом, - заверил я ее.

Кажется, Чжоу обиделась. Ну и черт с ней!

- Внимание командам. Минутная готовность. Прошу на построение, - прервала наш диалог мадам Трюк.

Вскоре наши команды стояли друг против друга. Дэвис и Джонсон пожали друг другу руки. Свисток… Мы взлетели вверх. Я привычно поднялся повыше, чтобы не мешать остальным.

- Ловец сборной Гриффиндора - несравненный Гарри Поттер. Гарри стал столь сексуален, что на него заглядывается половина школы, включая не только девочек. - представил меня Ли Джордан, заставляя краснеть.

МакГонагалл, которая, как всегда, сидела рядом с ним, чтобы урезонивать комментатора, что-то зашептала ему на ухо, но Джордан нарочито громко ответил:

- Что делать, профессор, если Гарри такой душка. Все хотят его съесть.

Я погрозил ему кулаком, стараясь скрыть смущение, и полетел высматривать снитч.

Мячи были уже в воздухе, но снитча я пока не видел. Уже через десять минут Алисия Спинет открыла счет в нашу пользу. Я кружил над игроками, любуясь слаженной игрой.

Пока защитники действовали так, что не давали рейвенкловцам пробиться к нашим кольцам. Вслед за Алисией, Кэтти Белл пробила подряд два мяча. Но вот Роджер Дэвис, капитан команды и нападающий, прорвал защиту и ударил в кольцо такой крученый мяч, что я хотел зажмуриться, ожидая гола. Хорошо, что я этого не сделал. Рон не дремал и, выполнив сложный кульбит, поймал квофолл, едва не свалившись с метлы от удара в живот.

- Какая техника! - восхитился Джордан. - Никто не ожидал, что Уизли поймает этот квоффол. Молодец, Рон, так держать!

Я тоже подлетел поближе к кольцам и поднял вверх палец, выказывая свое восхищение. Рыжий покраснел от удовольствия и так глянул на меня, что я пожалел, что похвалил его. Тем временем Анжелина на пару с Кэтти уже прорывалась к воротам противника.

Пока я любовался игрой нападающих, Чжоу заметила золотой всполох и помчалась за снитчем, опережая меня. Она даже обернулась и победно улыбнулась, показывая свое превосходство.

Прикинув, я сорвался в штопор. Стадион замер. Чжоу сдавленно пискнула, когда я пронесся мимо ее, невольно замедляя свой победный полет. Миг… Снитч зажат в руке, а моя метла уже несется вверх, завершая головокружительный «Финт Вронского».

- Мерлин, что это было?! - восхитился Джордан. - Я не видел ничего подобного с последнего Чемпионата Мира, где Виктор Крам сделал нечто подобное.

- Мы выиграли! Выиграли! - стали скандировать на трибунах нашего факультета.

* * * * * * *

Я сделал победный круг, приземлился на поле и тут же оказался в объятиях всей команды. Ну, все, - мелькнуло в моей голове. - Теперь меня растащат на сувениры. И точно, толпа подхватила меня и Рона и понесла в гриффиндорскую башню.

- А-а… поставьте меня на место! - завопил я. - Мне надо переодеться.

Как ни странно, они послушно отпустили нас в раздевалку.

- Ты непременно должен быть сегодня в гостиной, - завил Фред, когда я туда ввалился.

- Да-да, тебе не отвертеться, - подхватил Джордж. - Мы закатим вечеринку.

- Ребята, кто бы спорил, - согласился я.

- А мы думали, ты стал кабинетным червем…

- Зазнался…

Как всегда эти двое говорили хором, но совершенно разные вещи, пусть и на одну тему. Засмеявшись, я перебил их:

- Ерунда! Просто нет времени.

Как я мог объяснить близнецам, почему избегаю спальни и гостиную Гриффиндора?!

- Ура! Оставайся на ночь! - повисая на моей шее и пылко целуя в щеку, проговорил раскрасневшийся Рон.

- Ронни, малыш, тебе не кажется, что ты слишком висишь на друге? - ехидно осведомился Джордж.

- Да-да, ай-ай… маме скажем, - подхватил Фред, ухмыляясь.

- Ребята, зачем такие намеки? - специально обидевшись, попенял я, незаметно выскальзывая из кольца рук рыжика. - Мы с Роном как два брата.

- Вы совсем обалдели, - подхватил Рон. - Я просто радуюсь, а у вас одни гадости на уме.

- Ну-ну… поверим, - протянул Фред.

- Гарри у нас святой, - подхватил Джордж.

Рон покраснел, быстро разделся и ушел в душ.

- Расскажите лучше, как у вас дела, - перевел я разговор в более безопасное русло.

Меня это, в самом деле, интересовало. Но я еще и не хотел мыться совместно с рыжим, особенно после таких поцелуев, как обсуждать их с близнецами.

- Ты имеешь в виду бизнес? - спросил Джордж. Я кивнул. - Там все в ажуре. Мы разрабатываем разные приколы. Если бы ты бывал в гостиной, ты бы видел наш плакат с рекламой. Продаем опытные образцы. Сами испытываем на себе.

- Гермиона даже грозилась послать маме сову. Рон сказал, что мы гробанули старушку, - пожаловался Фред.

- У нас грандиозные планы. Хотим снять помещение. Наладить работу магазина. На зимних каникулах едем смотреть варианты, - продолжил отчитываться Джордж.

- Ага… мы вообще хотели бросить школу. Но, посовещавшись, решили, это совмещать, - снова наябедничал Фред.

- Э, нет, ребята, не надо бросать школу, - испугался я. - Ваша мама узнает, кто дал вам первый взнос, и подумает, что я надоумил вас и на этот шаг. Она же меня убьет!

Близнецы засмеялись и обнялись совсем не по-братски и подмигнули мне. Я фыркнул. Тут вернулся Рон. Они спокойненько расцепились, подмигнув мне, как заговорщику.

- Чего ты не моешься? - спросил меня Рон.

- Я быстренько! - пообещал я, кидаясь к душу.

- Мы тебя подождем, - заверил Фред.

- Да-да… Мы пока пообщаемся с братом, - поддержал его Джордж.

Похоже, эта парочка собиралась править моему другу мозги. Я был не против. Интересно, зачем они показали мне свое отношение друг к другу? - подумал я - Хотели проверить, как я отношусь к таким вещам или ждали ответной откровенности? Но так как я не собирался выяснять это у них, то вопросы были риторическими.

* * * * * * *

В школу братья-близнецы повели меня под локотки и передали из рук в руки Лаванде и Парвати, которые усадили меня на диван и сели с обоих боков. Напротив сел Рон в окружение какой-то блондинки, имени которой я не помнил, и Колина Криви, который буквально повис на шее моего друга. Гермиона поглядывала на нас с раздражением.

В комнате отдыха ломился от еды стол - близнецы Уизли и неизменный Джордан, видимо, обнесли кухню. Откуда-то вынули ящик сладкой медовухи. Потом близнецы раздали всем какие-то конфеты, пояснив:

- Это для легкости настроения.

И впрямь, мне стало легко и просто. Мои нимфы прижимались ко мне всем телом. От нечего делать, я целовал и ту и другую, беззаботно смеялся, нашептывая им разную ерунду. Рон напротив меня уже вовсю целовался с Колином. Близнецы откровенно гладили друг друга в дальнем уголке. Даже Гермиона хихикала в пылких объятиях Джордана.

У меня где-то в глубине мозга шевелился червячок, что наше поведение слегка необычно. Но думать о серьезном было трудно. Хотелось летать, желательно голышом, в обнимку с Малфоем. Я, не переставая, хихикал и, в конце концов, пригласил Браун и Патил со мной на свидание в Хогсмид.

- Гарри, ты определись, с кем идешь, - настаивала Лаванда, целуя меня в шею.

- Тебе нравятся блондинки или брюнетки? - тем временем выясняла Парвати, целуя меня в ухо. Я засмеялся, целуя, по очереди, одну и другую и легкомысленно пояснил:

- Какие проблемы, подружки? Меня на вас обоих хватит. - Они согласились.

Было около половины второго, когда ворвалась МакГонагалл. Видимо, она тоже отмечала нашу победу, потому что не рассердилась, а улыбнулась всем своей кривоватой улыбкой.

- Я понимаю, у вас большая радость, но надо знать меру, - тем не менее завила она. - Гарри, пойдем, я тебя провожу, милый.

- О-о, я-то надеялся, что Гарри у нас переночует, - протянул обиженным тоном Рон, между двумя поцелуями с Колином.

- Вам, Уизли, вообще пора протрезвляться, - сообщила МакГонаналл, закашлявшись от смущения, наблюдая это безобразие. Потом подмигнула и добавила: - Мне, кажется, вы несколько заняты, и вам не до друга.

Мне было безумно весело. Я никогда раньше не замечал, чтобы чопорная Минерва вела себя подобным образом. Наверное, это удел старших факультетов. Все начинают относиться к тебе иначе. Да и поведение рыжего меня радовало. Я мог позволить своему другу целовать кого угодно, лишь бы не быть на том месте.

- И то, Рон, у тебя есть занятие поинтересней, чем болтать со мной, - поддакнул я.

- Пойдемте, Поттер, - поторопила мене МакГонагалл, и мы ушли из гостиной.

* * * * * * *

Утром у меня болела голова, и было скверное настроение. Я даже позволил себе прогулять историю магии. Проанализировав вчерашний вечер, я понял, что дело в конфетах. Я много читал о наркотиках. Такой литературой снабжала тетя Петунья Дадли, когда обнаружила в его кармане простые сигареты.

Я вспомнил, что наше состояние было вполне похоже на наркотическую эйфорию, что мне очень не понравилось. Я решил выяснить все у близнецов, при удобном случае. Мне представилась такая возможность во время обеда.

- Что вы добавили в свои конфеты? - взял я быка за рога.

- Безобидную травку, коноплю, - признался Джордж.

- Это же безвредно. Она даже не входит в состав магических, - поддакнул Фред.

- Вы - два идиота! - взорвался я. - Нельзя использовать траву, только потому, что ее нет в учебниках магии. Да вы вообще как до такого додумались?

- Она растет у нас на огороде. - пожал плечами Джордж.

- Интересно, что вы знаете о ней?

- Ее любят гномы, Они ее сушат и жуют. От нее весело, - хихикнул Фред. - Я не понимаю, чего ты решил выяснять такие мелочи? Был бы это циброк, смутитель мозгов. А тут какой-то сорняк, слегка кружащий голову.

Я не знал, смеяться или плакать. Конечно, просто конопля - не совсем наркотик, но… я решил попугать близнецов.

- Сообщаю для непосвященных. Ваша конопля не менее страшна, чем циброк, так как относится к тому же классу. Как и мак, кстати. У маглов из этой дряни делают наркотики. Они намного хуже смутителя мозгов, так как к ним бывает привыкание.

- Да… - протянул Джордж. - Вот что значит «ужасно» по зельям на СОВ.

Я взял с них обещание, чтобы они больше не применяли коноплю и довольный собой пошел обедать.

Глава 6. Змеиный яд

После матча Рон, наконец-то, успокоился на мой счет. Все его внимание теперь было сосредоточенно на Колине и Салли, как звали девчонку, с которой он тоже обнимался в тот вечер. Удивляясь его разносторонним интересам, я, тем не менее, не пытался убедить его, что встречаться одновременно с девушкой и парнем, по крайней мере, глупо. В конце концов, это его дело, с кем целоваться. Главное, чтобы это был не я.

Мое наваждение Малфоем, вопреки моей надежде, лишь усугублялось. Каждый раз оказываясь с ним за одной партой - а я по-прежнему сидел рядом с Драко на ЗОТИ и зельях, я вспоминал нашу последнюю потасовку, ощущал его запах и тяжесть тела. Это с трудом заставляло меня сосредоточиться на уроках. Если бы это были не такие важные предметы, то я бы безнадежно отстал. Но и Снейп, и Хелси умели выжать из учеников все, на что они были способны.

Самое интересное, что зелья теперь перестали быть для меня ненавистным предметом. С первых же дней на пятом курсе зельевар перестал вести со мной как ублюдок и снимать баллы за любое телодвижение. Сначала я удивлялся и ждал подвоха, но затем расслабился и с удивлением понял, что мне нравиться этот предмет, а главное, что у меня получаются неплохие зелья. Профессор это тоже заметил и стал ставить мне не такие низкие оценки.

Более того Снейп частенько заставлял меня на пару с Малфоем помогать ему в подготовке ингредиентов или в проведении урока. Поэтому я ничуть не удивился, когда на последнем уроке перед зимними каникулами он сказал:

- В состав сегодняшнего зелья входит змеиный яд, добытый только что. Поэтому вы, Поттер, будете мне ассистировать. Я решил использовать ваш дар змееуста, чтобы процесс добычи яда прошел без эксцессов.

Скажу честно, я был польщен и с удовольствием приступил к выполнению. Я подошел к террариуму и, вежливо поздоровавшись со змеями, заверил их, что не причиню им вреда. Затем начал доить змеиный яд и разносить его по классу, в котором уже вовсю кипела работа над зельем.

В какой-то из моментов этого процесса, я почувствовал головокружение, и в следующее мгновение реальность подернулась дымкой, а мой разум перенесся в поместье Редлов. В кабинете был Волдеморт и Люциус Малфой.

- Люциус, все готово? - спросил Волдеморт.

- Да, милорд, - почтительно поклонившись, ответил Малфой и пояснил: - Я принес вам волос аврора из Отдела Тайн для оборотного зелья. Но вы же не можете использовать его долго - лишь десять минут.

- Этого вполне хватит, чтобы пройти дежурного, а дальше неважно.

- Говорят, у дверей ведется круглосуточное дежурство.

- Ничего. Меня пропустят, - рассмеялся ледяным смехом Волдеморт и превратился в огромную черно-красную змею, явно ядовитую…

Я очнулся от нежного прикосновения к лицу. Моя голова лежала на плече Драко, в глазах которого явно читался испуг. Почти таким же взглядом смотрел на меня и Снейп. Это очередное видение, - решил я и предпочел снова выпасть из реальности.

Легкое похлопывание по моей щеке и запах заставили меня придти в себя окончательно, но ничего не изменилось. Малфой по-прежнему держал меня в объятьях, и они оба со Снейпом выглядели взволнованными. Чуть поодаль стояли обеспокоенные Рон и Гермиона.

- Уизли, Грейнджер, сядьте на место, - приказал Снейп.

- Но, профессор, Гарри надо в больничное крыло, - возразила Гермиона.

- Минус пять очков с Гриффиндора за пререкание с учителем и будет еще больше, если вы не послушаетесь, - прозвучало вполне ожидаемое продолжение, но затем зельевар смягчился и пояснил: - Поттера отведет мистер Малфой.

- Я не доверяю Малфою, - выкрикнул Рон, и его поддержали наши товарищи, одновременно загалдев.

- Хотите, чтобы я снял баллы с каждого гриффиндоца в этом классе? - хмуро поинтересовался Снейп, прекращая всяческое возмущение. - Мне достаточно, что я доверяю мистеру Малфою. Вашего одобрения мне не требуется.

- Профессор, я бы предпочел встретиться с директором, а не идти в больничное крыло. Мне надо немедленно ему кое-что рассказать, - пытаясь высвободиться из объятий Малфоя, подал я голос.

Снейп смерил меня странным взглядом, и мне показалось, что он сканирует мои мысли. Я не стал сопротивляться и показал ему увиденную картинку. То ли он ее увидел у меня в голове, то ли решил потакать моим прихотям, но, так или иначе, сказал:

- Я немедленно позову Дамблдора. Но вы, Поттер, отправляйтесь в больничное крыло. Драко, проследи за ним. Как бы он не упал по дороге.

- Я не выпущу его до палаты, - пообещал Малфой, обхватывая меня за талию, и мы втроем пошли к выходу из класса.

- Всем оставаться на местах до звонка, - велел Снейп остальным, прикрывая за нами дверь.

За ней раздались возмущенные голоса, но я уже не слышал, о чем говорят мои сокурсники.

* * * * * * *

Едва мы остались с Малфоем вдвоем, я тут же попытался высвободиться из волнующих меня объятий.

- Какого дементора ты вырываешься, Поттер? - не отпуская меня, чуть хрипло осведомился Драко. - Я обещал довести тебя до палаты, и я это выполню.

- Я пока еще могу передвигаться самостоятельно, - упрямо заявил я, заливаясь румянцем от его близости.

- Ты уверен? - Блеснув глазами, он на миг отпустил меня. Я покачнулся. Его рука в то же мгновение притянула меня еще ближе. - Пошли уж, самостоятельный ты наш.

Я смирился и обнял его в ответ, ощущая каждой клеточкой тела его прикосновения и чуть участившееся дыхание. Мерлин, мне казалось, что я воспламенюсь от возбуждения. Желая быстрей достичь больничного крыла, я ускорил шаг, но ноги плохо слушались.

Постепенно на меня начала наваливаться сонливость - ведь зелье, которое варили студенты, было сонным. Я шел все медленнее и медленнее, и все сильней повисал на Драко, но он мужественно терпел это. Я же невольно начал наслаждаться его заботой, но в какой-то момент отключился.

Очнулся я от легкого прикосновения к виску чужих губ. Моя голова снова покоилась на плече у Драко, и наши лица были так близко, что я при желании мог бы прикоснуться к его щеке или скуле своими губами, но не решился, считая, что его поцелуй пригрезился мне.

- Очнулся? - глухо прошептал Драко, увидев мои открытые глаза. - Потерпи немного, мы скоро придем. Я не хочу применять Мобилекорпус, а на руках вряд ли донесу тебя.

В моей голове пронеслась дикая мысль, что, поменяйся мы ролями, я бы смог запросто подхватить Драко на руки и донести до больничного крыла, но вслух я ответил:

- Глупости. Я дойду.

Дальше мы шли без приключений.

* * * * * * *

- Мерлин, мистер Поттер, вы вечно попадаете сюда, - воскликнула мадам Помфри, укладывая меня на кровать. - Что на этот раз, мистер Малфой?

- Профессор Снейп сказал, что Гарри нанюхался. Мы варили сонное зелье с использованием змеиного яда, - пояснил Драко, называя меня по имени.

Мадам Помфри укоризненно покачала головой и принесла какое-то зелье. Едва его выпив, я почувствовал, как мои глаза окончательно слипаются.

- Пока, спящая красавица, - услышал я, прежде чем заснуть, и Драко махнул мне на прощание.

Не знаю, сколько я проспал, но когда открыл глаза, у моей кровати сидел Дамблдор.

- Профессор Снейп сообщил, что ты хотел меня видеть. Что-то случилось? - спросил он, увидев, что я проснулся.

Я рассказал ему о видении и закончил такой фразой:

- Вы должны знать, что Волдеморт - анимаг, превращающийся в огромную ядовитую змею. Ваши охранники должны быть предельно осторожны.

- Мы это учтем, но ты не должен волноваться об этом, - улыбнулся директор.

- На этот раз я не был им, а видел все как будто со стороны, - вспомнил я.

- Что-то это напоминает мне. Мне надо подумать, - сокрушенно сказал Дамдлдор. - И еще, если тебя не по себе, то можешь заменить свои воспоминания.

- Меня это мало спасает. Скоро вообще стану, невосприимчив к промывке мозгов. Так что я теперь весьма выборочно применяю это заклинание, - признался я. - В этом видении нет ничего страшного. Просто необычно, что днем, да и ракурс.

- Что ж, Гарри, отдыхай. И еще, оставайся в школе на каникулы, - вздохнул старик и, дождавшись кивка, покинул больничное крыло.

Меня же мадам Помфри снова напоила какой-то гадостью, от которой я уснул.

* * * * * * *

Выпустили меня из больничного крыла только на следующее утро и то, потому что я настаивал на том, чтобы попрощаться с друзьями, которые уезжали на каникулы.

- Вчера мадам Помфри не пустила нас к тебе. Да и сегодня оттянула выписку до предела - мы уезжаем через полчаса, - сокрушенно поведал мне Рон в качестве приветствия и добавил с надеждой: - Но, может, ты еще успеешь собраться, чтобы поехать в Нору?

В принципе, чтобы ехать к Уизли, мне не надо было собираться вовсе. Но я туда не хотел. Наши отношения с Роном только-только вошли в прежнее русло, а звучавшая в его голосе надежда настораживала: вдруг ему снова придет в голову заигрывать со мной?

- Спасибо за приглашение, но я лучше останусь в школе, - как можно мягче ответил я.

- Мерлин, что ты тут будешь делать один? - не унимался рыжий. - Поехали!

- Меня Дамблдор не отпускает. Впрочем, я и сам не собирался никуда ехать, - сознался я, но, видя обиду в голубых глазах друга, пояснил: - Пойми, тут мой крестный. К тому же я хочу подтянуть руны - ведь я до сих пор отстаю от группы.

- Гарри, я так счастлива, что ты теперь все время заботишься об учебе. Но руны тебе не по плечу, - усомнилась в моих способностях Гермиона.

Ее недоверие очень обижало, но я не хотел ссориться перед разлукой. Поэтому скрипнул зубами и, буркнув: Посмотрим, перевел разговор на другую тему:

- Лучше расскажи о своих планах на каникулы.

Гермиона залилась таким румянцем, что было понятно, что ее планы связаны с амурными делами. Ее слова подтверждали мою догадку.

- Виктор пригласил меня кататься на лыжах, - сообщила подруга таким тоном, будто признавалась в том, что они будут трахаться во всех мало-мальски пригодных для этого местах.

Меня очень обрадовало, что у нее все налаживается с этим болгарином, и она перестала строить иллюзии на мой счет. О чем я и сообщил Гермионе, естественно, не напрямую, а сказав:

- В таком случае, желаю, как следует накататься, но не перенапрягайтесь.

Гермиона еще сильней смутилась от моих слов, но тихо поблагодарила.

Я помог ей донести чемодан и долго смотрел вслед уезжающей карете. Когда я вернулся в свою комнату, то под ее дверями меня ждал Сириус в образе собаки.

- Не опасно бродить по школе в таком виде? - поинтересовался я у крестного.

- Относительно, - пожал плечами он. - Учеников сейчас мало. К тому же я пользовался тайными переходами и накладывал чары иллюзии.

Я позвал эльфа и угостил Сириуса чаем, затем осведомился:

- Надеюсь, мы сможем отпраздновать Рождестов вдвоем?

Сириус вздохнул и потрепал меня по растрепанной шевелюре. Мне сразу подумалось, что его ответ не слишком мне понравиться. В какой-то степени так и было.

- К сожалению, директор наверняка возразит таким планам. Скажет, что будет странно выглядеть, если знаменитый Гарри Поттер не придет на Рождественский пир. К тому же я собираюсь сидеть за столом со всеми. Так что в какой-то мере, мы увидимся. Хотя ты вряд ли меня вычислишь среди гостей.

- Как это я тебя не узнаю среди нескольких студентов и преподавателей? - усомнился я.

- Дамблдор разрешил преподавателям пригласить гостей, - пояснил он.

- И что, все воспользовались разрешением? Даже Снейп? - удивился я.

- Представь себе, - усмехнулся крестный.

Но это было выше моего воображения. Интересно, кого мог пригласить наш зельевар? - мелькнуло у меня в голове. Впрочем, так или иначе, я скоро получу ответ на этот вопрос.

- Я постараюсь вычислить, кем ты был, - сказал я вслух.

- Могу пожелать удачи. И если бы я был не столь добрым, то поспорил бы на результат. Но не стану, так как ты стопроцентно проиграешь, - фыркнул Сириус.

- А давай, - завелся я.

- Нет. Это слишком неспортивно - обыкновенное выманивание денег у крестника.

Я пытался разубедить его, но он не стал слушать, ловко переведя разговор на мои успехи в учебе, на отравление ядом и на воспоминания о своей юности. В конце концов, я смирился и перестал требовать, чтобы мы поспорили официально. Но это не значит, что я отказался от намерения узнать своего крестного под другой личиной.

Глава 7. Зимние каникулы

Я любил встречать Рождество в Хогвартсе, который стал для меня настоящим домом. Я любил огромные елки, спиленные Хагридом, сверкающих ангелов, развешенных Флитвиком, рождественские свечи, зажигаемые Дамблдором, и посиделки с учителями за общим столом.

А еще, я любил начинать свое утро с подарков, которые начал получать только в школе. В этот раз их количество было еще больше, чем в прошлые годы. Теперь у меня была даже собственная маленькая елочка, заботливо украшенная эльфами, под которой они и лежали.

С наслаждением выпив кофе, я начал распечатывать красивую упаковку. Первым мне попался очередной свитер, связанный миссис Уизли, на груди которого она вывязала льва в короне. К нему как всегда прилагалась коробка моих любимых сладостей. Я даже немного пожалел, что не попал за ее хлебосольный стол, но затем вспомнил лето, ее крики и поостыл.

Подарки от Рона и Гермионы я решил развернуть одновременно. К сожалению, оба вызвали во мне грусть. Магические шахматы Рона с припиской, что он надеется больше бывать вместе, напомнили о его совсем недружеских чувствах ко мне, а заумная книга по рунам заставила снова рассердиться на подругу за ее неверие в мои способности и какое-то странное нежелание помочь - словно она наслаждалась тем, что я уступал ей в чем-то.

Чтобы развеять печаль, я вскрыл объемный пакет от близнецов, в котором оказались фейерверки их собственного изготовления. Я представил, как мы с Сириусом зажигаем их и улыбнулся. Затем надел подаренную им шелковую рубашку под цвет моих глаз. С этой же улыбкой я распаковал подарок от Хагрида - второй том «Чудовищной книги о чудовищах» и засмеялся, получив разноцветные носки от Добби, на одном из которых был лев, а на другом - змея.

Затем последовали подарки от Невилла, Джинни и даже от Дина Томаса. Десяток открыток от малознакомых девчонок. А под конец две небольшие коробочки, которые заставили мое сердце биться сильнее. В одной была миниатюрная фигурка дракона - почти такая же, какую я вытащил перед вторым туром, и записка от Чарли:

«Ты был восхитителен в небе, когда вырывал яйцо у драконихи, но в сарае гораздо лучше. Расти скорее, котенок!»

Во второй лежало тонкое золотое кольцо на средний палец. Оно было просто великолепно, и мне захотелось немедленно его примерить. Желая узнать, кто мне сделал этот подарок, я перевернул всю коробочку, но нашел лишь неподписанную открытку со странным вензелем, на которой было следующее:

«В знак дружбы и возможной любви. С надеждой на ответные чувства»

Честно сказать, я понимал, чем чреваты такие подарки, но не устоял перед искушением и надел кольцо на левую руку. Оно был впору. И, хотя ничего плохого не случилось, я решил зайти к Флитвику и проверить подарок.

- Профессор, можно проверить быстро, нет ли чего-нибудь на этом украшении? - спросил я его, нехотя снимая и протягивая колечко.

- Вполне, - заверил Флитвик и приступил к манипуляциям. Через пару минут он выдал вердикт: - Все чисто. Это просто украшение. Но ты молодец, что решил подстраховаться.

- Спасибо, - поблагодарил я и снова надел кольцо на заскучавший без него палец.

* * * * * * *

Когда настало время торжественного ужина, я в полной мере понял, почему Сириус был уверен, что я не смогу вычислить его. Рядом с каждым из преподавателей, даже с Дамблдором и Снейпом, сидел гость, а то и два.

Кстати, спутником зельевара был молодой мужчина несколько напоминающий его самого. Родственник - разочарованно подумал я, словно ждал, что увижу любовника или любовницу. Впрочем, это могло быть и так - слишком тепло они друг на друга смотрели. Вот уж не мог представить, что Снейп способен быть вежливым и так смотреть на кого-то.

Я оторопел от такого количества незнакомых людей, поэтому плюхнулся за стол, не обратив внимания, кто мои соседи. И если сосед справа, профессор Нагаси по рунам, не вызвал во мне смущения, то сосед слева, а это был Драко, заставил заволноваться и покраснеть.

- Поттер, поверь, я не кусаюсь, - сообщил слизеринец прямо мне в ухо.

- Какого гоблина ты остался в школе? - несколько агрессивно осведомился я, понимая, что от его слов и действий еще больше смутился.

- Я мог бы сказать, что это не твое дело, но отвечу: не хочу домой. Там мне не рады.

От такой откровенности я уставился на него с интересом. Он лишь пожал плечами, показывая, что пояснений не будет. Я кивнул и, как ни странно, расслабился. Вскоре мы почти мирно болтали о прошедшем семестре.

В какой-то момент наш разговор свернул на руны, и профессор Нагаси посчитал, что может вмешаться, сокрушенно заметив:

- Поверьте, мистер Поттер, я бы с удовольствием позанимался с вами на каникулах дополнительно. Но директор Дамблдор позволил пригласить в Хогвартс гостей, чем я воспользовался. Ко мне приехала из Японии племянница, которую я давно не видел.

- Ничего страшного, - заверил я его. - Вы вовсе не обязаны давать мне дополнительные уроки. Я справлюсь сам.

- Вряд ли, - усомнился он. - Я позволю себе еще одну вольность и попрошу позаниматься с вами вашего друга, мистера Малфоя. Он - лучший в классе по рунам.

Я уставился на преподавателя с удивлением и даже с раздражением. Неужели этот идиот не заметил, что мы не дружим с Малфоем, а наоборот? Однако мое негодование было забыто спокойным голосом Драко, который заверил профессора Нагаси:

- Я с удовольствием позанимаюсь с Гарри.

Мерлин, он опять назвал меня по имени! - удивился я про себя. - Что это значит? А его обещание профессору? На последний вопрос я решил получить ответ немедленно, едва пир завершился.

- Малфой, мне, в самом деле, надо бы позаниматься рунами, - сказал я ему, поймав на выходе из Большого зала. - На кой ты дал обещание Нагаси меня подтянуть?

- Наверное, потому, что я собираюсь этим заняться в последующие дни? - полу вопросом ответил Драко. - Только с одним условием, Поттер.

Последняя фраза прозвучала как-то двусмысленно, и я напрягся, ожидая подвоха.

- Что еще за условие? - поинтересовался я, старясь не показать волнение.

- Называть друг друга не так официально и забыть о годах вражды. Попробуем начать все сначала, - пожал плечами слизеринец.

Я вздохнул от облегчения полной грудью, расплылся в идиотской улыбке и заверил:

- Без проблем, Драко.

Затем первым протянул свою руку. Он сжал ее и задержал гораздо дольше, чем требовалось для рукопожатия, заставив снова краснеть.

- В таком случае, встретимся завтра в библиотеке, Гарри, - сообщил Драко на прощание.

Это сказано было таким тоном, будто он приглашал меня на свидание. Впрочем, я вполне мог выдавать желаемое за действительное.

* * * * * * *

Эти зимние каникулы упорно стремились получить звание «лучших» в моей школьной жизни. Хотя я ни разу не видел крестного и много занимался, но я был по-настоящему счастлив, проводя весь день в компании Драко.

Мы проводили много времени в библиотеке, сидя так близко, что наше дыхание и волосы смешивались, а сердце замирало в предвкушении. Мне хотелось схватить Драко в охапку, прижаться своим ртом к его губам и шее, но вместо этого я прилежно занимался рунами и другими предметами.

Свои же темные желания я реализовал только ночью и частично во время наших прогулок после обеда. Мы устраивали шуточные бои со снежками, с увлечением валяя друг друга в снегу. Оказываясь прижатым стройным телом или подминая Драко под себя, я молил Мерлина, чтобы не сорваться и не нарушить ту хрупкую дружбу, которая установилась между нами.

Апофеозом этого радужного настроения стал последний день каникул. Хотя все началось с неприятной статьи в «Ежедневном пророке»:

«Как стало известно из достоверных источников, два дня назад на Отдел Тайн, находящийся в самом сердце министерства магии, было совершено дерзкое нападение членов организации, название которой, как нам всем казалось, кануло в лету. Я говорю о печально известной группе темных магов, называющих себя Пожиратели смерти.

Более четырнадцати лет назад, после падения Сами-знаете-кого, членов этой организации либо посадили в Азкабан, либо оправдали. Как видно, это сделано было некачественно.

Прошлой осенью на Чемпионате мира по квиддичу, впервые за все эти спокойные годы, в небо взлетел знак Смерти - зеленый череп со змеей, который обычно появлялся над домом, где Пожиратели смерти убили хозяев. Тогда министерство замяло скандал, сославшись на глупые шутки то ли школьников, то ли вообще домовых эльфов, хотя метка - довольно сложная магия.

Два дня назад Знак Смерти взлетел в небо прямо в самом центре Лондона над министерством магии, расположенном под землей. К сожалению, на этот раз он действительно означал смерть. Вчера в больнице «Святого Мунго» скончался Сэм Дронт, аврор, который стоял охранником у секретной секции Отдела Тайн.

Теперь подробно о происшествие в Отделе Тайн:

В 16:00 через проходную Министерства магии прошли четыре человека, не вызвав подозрений. Это Люциус Малфой, известный меценат и благотворитель, Фил Стоун и Тео Башнер, авроры, а так же Бен Ричардс, работник Отдела Тайн.

Через двадцать минут на охранника Сэма Дронта напала ядовитая гигантская змея, и дверь в секретную секцию была открыта. Вскоре туда же аппарировал директор Хогвартса Альбус Дамблдор, как любой член Визингамонта, имеющий открытый доступ. Следом за ним возникли Корнелиус Фадж, министр магии, его молодой помощник Перси Уизли и шесть человек авроров. Они застали в помещение Сами-знаете-кого.

Если бы не величайший магический дар директора школы чародейства и магии Хогвартс, который сумел остановить монстра, мы могли бы иметь намного больше жертв. К сожалению, Темному Лорду удалось ускользнуть. Зато его слуги были схвачены.

Двое из четверых оказались просто под воздействием оборотного средства. Никто, к сожалению, пока не знает, живы ли настоящие авроры Фил Стоун и Тео Башнер. Вместо них в Отделе Тайн были Тони Крэбб и Румфорд Гойл, когда-то оправданные судом, так как они утверждали, что примкнули к Пожирателям смерти под заклятием Империо.

Люциус Малфой тоже избежал наказаний четырнадцать лет назад. Еще бы! Богатый и чистокровный маг не раз спонсировал работы министерства магии. Даже страшно, в какие высоты забралась в наши дни коррупция!

Бен Ричардс никогда ранее не привлекался к суду, так как сравнительно молод. Однако, для получения метки, ему пришлось доказать свои стремления к мраку, убив двух неповинных человек.

После этого происшествия министру магии Корнелиусу Фаджу пришлось подать в отставку. В качестве пояснения своего решения он признался нашему корреспонденту в следующем:

«Как вы знаете, весной прошлого года Гарри Поттер, Мальчик, который выжил, утверждал, что Вы-знаете-кто воскрес, но я ему не поверил. Теперь я стыжусь своего малодушия. Дело в том, что два дня назад на Отдел Тайн напали не просто Пожиратели смерти. Их возглавлял их бывший предводитель, возродившийся Темный Лорд. И на сей раз я сам видел его воочию.

Поэтому я снимаю с себя полномочия министра магии. Я был близорук и обвинял подростка, так как мне не хотелось нарушать свое собственное спокойствие. Мне было проще закрыть глаза, чем поверить».

Кто станет следующим министром и что он предпримет в связи с надвигающейся угрозой нвой магической войны, мы расскажем в следующих номерах».

* * * * * * *

Я отложил газету и, как можно вежливей, спросил:

- Драко, ты переживаешь, что твоего отца посадили в Азкабан?

- Наоборот, - поколебавшись, ответил он и пояснил: - Мой отец всегда меня баловал, но после возрождения Темного Лорда переменился. Он возил меня к этому уроду и обещал принести в дар, если понадобится. Я устроил дома истерику, но отец выпорол меня, впервые за все годы, и посадил в подземелье. Затем дал время до лета, когда снова заведет разговор о посвящении. Теперь же я смогу этого избежать.

Я был потрясен его окровенностью.

Весь завтрак мы молчали, а затем он предложил мне отпраздновать это событие в Хогсмиде. Мерлин, пойти в бар с Малфоем… Мог ли я мечтать о таком раскладе?.. Разумеется, я с радостью согласился.

По дороге в деревню волшебников мы играли в салочки и подолгу не выпускали друг друга из объятий. Я даже пару раз мазнул своими губами по его щеке и получил нечто похожее в ответ. Затем мы пили пиво в трех метлах, сидя так близко, что наши бедра соприкасались, и я чувствовал жар, исходящий от чужого тела. В конце концов, я решил, что сегодня непременно поцелую его, а дальше будь что будет.

Однако, прощаясь у развилки дорог в слизернискую гостиную и мою комнату, я лишь спросил:

- Надеюсь, после каникул ты не собираешься делать вид, что мы враги, Драко?

- Не дрейф! И не подумаю! - заверил блондин, вертя мое колечко. - Меня даже не пугают твои упертые друзья.

- Я тоже, - хрипло проговорил я.

Не сдержавшись, я погладил Драко по нежной коже лица, но увидев, как расширяются его глаза, сбежал. После я долго корил себя за нерешительность. Но момент был упущен, и я твердо знал, что в ближайшее время не повторю ничего подобного, по крайней мере, первым.

Глава 8. Матч Гриффиндор - Слизерин

Утром школа вновь наполнилась сотней звуков. Я так отвык от толчеи за каникулы, что мне теперь все мешали. Тяготило меня и предстоящее объяснение с друзьями. Я рисовал себе крики, и даже угрозы. Мы договорились с Драко заниматься в библиотеке уроками вместе. После бессонной ночи, я бы не отменил этого, если бы даже знал, что рухнет от ужаса Хогвартс. Я слишком живо представлял, как Рон и Гермиона исходят слюной, услышав это.

- Привет, как каникулы? - начал рыжий.

Рон впервые за долгое время не глянул на меня влюблено. Это очень обнадежило. «Хоть не приревнует», - подумал я и ответил как можно беззаботней:

- Все путем. Отлично провел время.

- Один?! - удивился Рон. - Ну, ты и странный.

- Не поверишь, я подружился с Малфоем, - решил я вывалить новость на голову друга.

У Рона округлились глаза, а лицо побледнело от злости, но, вопреки ожиданию, он не взорвался и почти без напряга выговорил:

- Хм… может, Гермиона была права, хорек изменился. В любом случае, ты вправе решать сам, с кем дружить.

- Рон, ты, правда, не сердишься и пойдешь со мной в библиотеку, где мы договорились встретиться с Драко? - уточнил я.

- Пойду, если ты не собираешься заставлять меня дружить с Малфоем, - подумав, ответил Рон и предложил: - Давай, ты будешь отдельно дружить со мной и отдельно с этим… - Он запнулся, но назвал слизеринца по имени: - С Драко.

- Рон, ты мой самый-самый лучший друг! - обрадовался я и чуть не кинулся его обнимать, но вовремя вспомнил его фантазии до каникул.

- Да, Гарри я и сам это понял, что я тебе друг. Меня это очень радует, - кисло сообщил он и вымученно улыбнулся.

Я вернул улыбку и ткнул рыжего кулаком в плечо, желая хоть как-то выразить свою радость от его слов. Я был на седьмом небе от счастья, что смогу спокойно общаться с Роном по-дружески. При этом у меня теплело в душе от предвкушения возможности продолжать общение с Малфоем.

Гермиона тоже не стала орать на меня из-за нового «друга», но не удержалась от нравоучений.

- Я думаю, не ошибусь, если скажу, что Люциус Малфой представил нашего принца красноглазому уроду, и Драко поменял приоритеты, поэтому и подлизывается к тебе, Гарри.

Меня покоробили ее слова, что Драко просто «подлизывается» ко мне. Мне так хотелось чего-то большего. Поэтому я решил уколоть Гермину побольней своим ответом, заявив:

- Это ты специально говоришь гадости, узнав, что на каникулах он помогал мне с рунами, и дальше будет помогать.

- Глупости, - возмутилась она. - Руны тут не причем. Я всегда говорю то, что думаю. Малфой преследует свои интересы. На то он и Малфой.

- Я согласен быть ему шансом в новую жизнь, - болезненно поморщился я, не находя аргументов для продолжения спора. Что ни говори, в ее словах была правда. - Какая разница, что двигает Малфоем? За пару недель я обнаружил, что он - отличный парень. Что плохого, если он решил дружить со мной только ради своей выгоды? Мне без разницы. Главное, он не будет меня ненавидеть. Я очень устал от ненависти и готов забыть все обиды. Я просто хочу быть счастливым.

- Тебе просто надо найти подружку! - совершенно не в тему заявил Рон, и Гермиона согласно закивала головой.

Я несколько растерянно посмотрел на друзей. Мерлин, какая подружка, если я по ночам грежу о Малфое? Но я не мог этого сказать им, поэтому выдохнул:

- Наверное, я так и сделаю.

«Они правы. Подростковый возраст. Гормоны. Надо завести девчонку», - пронесся в моей голове совет той моей части, которая не хотела мириться с моим наваждением. И хотя голос моего Альтер-эго был удивительно похож на Гермионин, я решил послушаться и его, и друзей.

* * * * * * *

На мое удивление, Гриффиндор и Слизерин как-то спокойно отреагировали, что мы с Малфоем перестали цапаться, здороваемся, вместе готовим уроки и бегаем по утрам на пару. Более того, еще один слизеринец начал присоединяться к нашим занятиям в библиотеке. Это был Цабини, который, впрочем, больше общался с Роном.

Накануне финального матча они стали читать нам с Драко лекцию, на тему: «дружба дружбой, служба службой» и в конце почти хором поинтересовались:

- Надеюсь, теперь вы не станете уступать друг другу?

- Что за бредовые идеи? - удивился Драко. - Когда это я уступал Поттеру? За кого тут меня держат? Я в лепешку расшибусь, но поймаю этот чертов снитч.

- Увидим! - задиристо воскликнул я. - Тебе, Малфой, ничего не светит.

Надо сказать, что к матчу и Гриффиндор, и Слизерин пришли с равными баллами. Наши команды выиграли у соперников всухую, забив одинаковое количество голов. Так что предстоящая встреча была решающей. Теперь от количества забитых голов и от того, кто поймает снитч, зависело первое место.

Все обещало накал страстей. Наши команды тренировались как ненормальные, и я, естественно, не собирался уступать блондину. Но где-то в глубине души мне хотелось видеть Драко смеющимся, летающим на метле с зажатым в изящной руке золотым шариком. Мне это даже снилось ночами. И когда слизеринец приземлялся, он во сне целовал мои губы…

* * * * * * *

Ночь перед матчем я плохо спал. К сожалению, меня мучили настоящие кошмары. Надо сказать, что до этого ни в каникулы, ни в эти две недели после них, мне не снились страшные сны. Я видел разные сексуальные фантазии, от которых было сладко и тяжело одновременно.

И вот, как назло, накануне матча мне не повезло. Проснувшись ни свет ни заря, я слил сновидение в думоотвод и с помощью заклинания исправил свое воспоминание. Но настроение было испорчено. К тому же я не выспался.

Настроение, как ни странно, исправил мне Драко, который очень тепло поздоровался и сообщил, немного смущаясь:

- Я, как ни странно, желаю тебе удачи, Гарри.

- Я тоже, - улыбнулся я.

- Не дрейфь! Все образуется, - тоже улыбнулся блондин и дотронулся до моего среднего пальца, где было кольцо. От этого жеста, во мне разлилось необыкновенное тепло. Мне он помог больше, чем все «промыватели мозгов».

- Я смотрю, выражение «не дрейфь» у тебя любимое, - сказал я только для того, чтобы что-либо сказать. Потом я не удержался и потрепал Драко по волосам. Он засмеялся, и я признался: - Ты классно смеешься.

- А ты классно краснеешь, - ухмыльнулся он, повторил мой жест и убежал к своей команде.

Я облизал свои пересохшие губы. «Кажется, мы только что обменялись комплиментами», - изумился я, окончательно отходя от ночных кошмаров и возвращаясь в мыслях в свои фантазии о блондине.

Как только мы взлетели, Драко подлетел ко мне вплотную и предупредил:

- Я теперь буду летать за тобой хвостиком, как ниточка за иголкой. Куда ты, туда и я.

- Успехов, но я не поддамся, - усмехнулся я.

- Посмотрим, - пообещал он мне и предложил: - Независимо от результатов, я угощаю.

- Заметано! - воскликнул я.

Желудок сделал сальто-мортале, и в голове зазвучал колокол. Я рванул по кругу, чтобы унять бешеный стук сердца. Драко летел рядом.

Внизу две команды вытворял невероятное. Квофолл перелетал из одних рук в другие. Бланджеры свистели в воздухе как пули. Прошло уже полчаса, но счет оставался по-прежнему сухим. Команды обменялись уже тремя ударами по кольцам, но Рон и Пэнси, вратарь Слизерина, поймали все мячи. Это уже начинало напоминать какое-то сумасшествие.

На сороковой минуте, наконец-то, появился снитч. Мы помчались за ним, лавируя в воздухе. Блондин, как и обещал, стал моей тенью. Вредный мяч то забирал в высоту, то снижался, и носился по полю зигзагами. Так же носились и мы.

Команды внизу уже не играли, а смотрели на нас. Снитч еще пару раз вильнул и помчался по удивительной траектории. Она была одновременно ровной и крутой. Мы прибавили скорость. Мяч летел впереди и будто дразнил нас. Гонка становилась все более сумасшедшей. Ветер свистел в ушах. Трибуны и все окружающее превратилось в цветную карусель. Я только краем сознания улавливал рядом слизеринца.

Все мое внимание сосредоточилось на золотом снитче. Перед глазами крылышки мяча стали совершать более размеренные движения. Я уже отчетливо видел оперение необычного мячика. Не в состоянии ухватиться за снитч, я вытянул руку и схватил за его тонкое золотое крылышко.

В следующий миг я рванул к себе это подрагивающее чудо. Раздался какой-то хруст. Звуки стадиона внезапно прорвались в мою голову. Все болельщики и игроки команд выкрикнули на едином дыхании: «Ах!» Я посмотрел на свои пальцы. Они сжимали только тонкое золотое крылышко. Это был странный миг. Я ощутил прилив радости и разочарования.

Я перевел свои глаза на Драко, в ужасе и надежде увидеть снитч в его зажатой руке. Но вместо этого я обнаружил такое же выражение глаз и тонкое золотое крылышко в его изящных пальцах. Мы одновременно выдохнули.

- Беспрецедентный случай! - ворвался в мое сознание комментарий Ли Джордана. - Уже более двух столетий ловцы соперничающих команд не ловили снитч таким экстравагантным способом. Малфой и Поттер оборвали бедному мячику тонкие золотые крылышки. По квиддичным правилам считается, что они оба поймали снитч или не поймали его. Ведь, что ни говори, а мячик спокойно лежит на песочке. Таким образом, в финальном матче нет ни проигравших, ни победителей. Боевая ничья, первое место разделили два факультета. Кто знает, не станет ли этот матч началом дружбы между враждующими факультетами, как это сделали ранее два лучших ловца?

В этот момент до меня дошло, что мы оба выиграли. Я запрятал тонкое крылышко в карман и кинулся обнимать своего соперника прямо в воздухе.

- Я так счастлив! - выпалил я. - Ты же не передумал насчет Хогсмида?

- Круто, Гарри! Мы оба выиграли! - воскликнул Драко, прижимая меня к себе. - Нет, конечно! Идем непременно.

* * * * * * *

Когда мы приземлились, то обе команды были в весьма недовольном состоянии.

- Я не понимаю, чего вы радуетесь? Гарри, мы же проиграли! - заявила Анжелина Джонсон, выражая всеобщее мнение.

- Ерунда! - отмахнулся я. - Мы выиграли. Просто выиграли обе команды.

- Как вам это удалось? - сердито осведомилась Пэнси Паркинсон.

- Я не знаю! - выпалили мы с Драко хором и засмеялись.

У меня было превосходное настроение. Наша совместная победа кружила голову, а от предстоящего похода в бар у меня подкашивались ноги.

«Три метлы» были полны народа. Мы с Драко сидели так близко, что касались друг друга, и молчали. От пива у меня кружилась голова, от волнения губы пересохли, и скрутило живот. А когда его рука накрыла мою ладонь, то у меня все поплыло перед глазами гораздо сильней, чем от выпитого.

Но тут наше уединенье нарушили две четверокурсницы из Хаффлпаффа, имена которых я не знал.

- Разрешите разбить вашу мужскую компанию, - проворковала одна из них. - Я - Хлоя.

Честно, мне хотелось послать ее к черту. Но я боялся выказать идиотские чувства, поэтому кивнул. В унисон мне кивнул и Драко. Девицы уселись, и мы подвинули им пиво.

- Донна, - отрекомендовалась вторая девушка.

Начался непринужденный треп. Я натянуто смеялся, в душе злясь на этих навязчивых девиц и на то, что ни я, ни Драко не прогоним их. И чем сильней была в моей душе злость, тем сильней хотелось доказать себе, что все мои ночные фантазии - не более, чем ночной бред.

Из бара мы вышли по парам. Я притянул к себе Хлою. Драко висел на Донне. По дороге в школу мы дружно поцеловались. Я, честно, украдкой проверял его реакцию на мои действия, и мне казалось, что он делает то же самое.

Я запустил свои руки в волосы Хлои, которые были почти как у блондина. Это мне очень понравилось. Тогда я стал целовать девушку в ушко, в котором оказалась маленькая сережка. «Это пошло бы Драко», - в самый неподходящий момент подумал я и отстранился от девушки.

- Пойдемте все в мою спальню, - внезапно предложил Малфой, который крутил колечко на пальце у Донны, как-то странно посмотрел на меня и погладил по щеке.

- Прямо все вместе? - удивилась Донна.

- Почему бы нет? - протянул блондин, и его взор затуманился.

- Почему бы нет, - эхом выдохнул я, жадно наблюдая за Драко. Мне почудилось в его взгляде желание, предназначенное мне, и меня обдало жаром.

- Замечательная идея, - одобрила Хлоя.

На мой взгляд, это было безумие, но я уже был не в состоянии остановиться. Я стремился за ночными грезами, как кролик, завороженный танцем змеи. Девчонки мне ничуть не мешали.

По мере продвижения к подземелью, во мне заговорил разум. Я был не настолько пьян, чтобы идти в слизеринские спальни. Да еще и такой компанией. Воображение услужливо рисовало, каким шоком может обернуться для девиц этот поступок. «Какого черта я делаю?! - раздраженно подумал я и, не дойдя до комнаты Драко, затормозил.

- Ладно, дамы. Это была шутка, - хмуро сообщил я.

- Ты не пойдешь? - хрипло спросил Малфой, снова прикасаясь к моей щеке.

Мерлин, мне так хотелось сказать «да», но я был уверен, что Драко пьян и просто не представляет, что предлагает мне. Не знаю, пошел бы я с ним в таком состоянии, будь мы одни. Но идти в его спальню с девушками, смотреть, как он целует Донну - это было выше моих сил.

- Нет, - отрезал я, прикинув все это. - Веселье затянулось.

- Ладно, тогда я тоже скажу, что это была всего шутка, - рассердился Драко, вырвал свою руку из рук Донны и скрылся за дверью, хлопнув ею.

- И часто вы так шутите? - нелюбезно поинтересовалась Хлоя.

Мне показалось, что ей хотелось попасть за эти двери. Что ей рисовалось, я не мог понять, но девушка была в предвкушении. Это меня смутило еще больше.

- Не очень, - выдавил я и тоже сбежал от них.

Всю дорогу мне казалось, что я слышу какой-то шорох, который преследует меня.

* * * * * * *

- Гарри, - окликнул меня крестный, когда я открыл дверь своей комнаты.

- Так это твои шаги я слышал, - смутился я. - Подглядывал?

- Наблюдал, - ухмыльнулся он.

- Ну и как? Доволен? По-моему, я скотина, - вздохнул я.

- Я лишний раз убедился, что ты не похож на отца. Джеймс пошел бы с Малфоем. Его не смутил бы факт, что в спальне две пары, - пожал плечами Сириус.

Меня от его откровения передернуло. Я не хотел знать, до какой степени мой отец был скотиной. Поэтому я перевел разговор:

- Кстати, ты выиграл. Я не узнал, кем ты был. Может, скажешь?

- Нет, - отказался он.

- Почему?

- Это мой каприз, если хочешь.

- Ты вредный!

- Ага!

- Скажи, Сириус, у тебя сейчас все в порядке? - решил я вновь перейти на другую тему.

- Да. Я счастлив, - откровенно ответил он. - А ты?

- Я не знаю, - сознался я.

- Опять Рон достает? - предположил крестный.

- Нет. Он одумался и после каникул смотрит на меня нормально. Он даже признался, что рад нашей дружбе, - успокоил я его.

- Что же тебя тогда гложет?

Я вздохнул, не зная, что ответить. Врать не хотелось, а говорить правду я пока не отваживался. Мерлин, я даже сам перед собой юлил, куда же признаться крестному, что я увлекся парнем, да еще и слизеринцем.

- Надо же, ты похож на меня. Вот уж не думал, - удивился Сириус.

- С чего ты решил? - задал я вопрос, боясь ответа.

- Ты слишком серьезно подходишь к чувствам, - пояснил он. - Ты копаешься в себе, как старатель в поисках ускользающей жилы.

- Я всегда был такой, - пожал плечами я.

- Не дрейфь! Все образуется, - потрепал он мои волосы.

- Сириус, ты прямо как Драко. Говоришь его словами. - Вспомнив блондина, я улыбнулся, и на душе потеплело.

- Эх ты, ребенок! - неизвестно чему обрадовался крестный.

Что-то в его тоне меня насторожило. Поэтому я еще раз сменил тему разговора:

- Знаешь, я уже думаю про лето. Где ты будешь?

- К сожалению, не с тобой, - признался он. - Может, раскрою секреты, но у Дамблдора на тебя большие планы. Тебя вновь будут учить, оберегать и лелеять. Там не будет мне места.

- Где же будешь ты?

- Поеду к морю.

- Счастливый. Я не был на море, - позавидовал я ему.

- Какие твои годы. Увидишь, - беспечно ответил Сириус.

- Иногда я боюсь, что у меня в запасе не так много времени, - сознался я.

- Тогда спеши жить, - посоветовал крестный и вновь потрепал меня по волосам.

Я задумался. В его словах была правда. Я пока прятался от жизни, как будто впереди была вечность. А на самом деле, у меня за спиной маячила смерть.

- Прости, крестник. Я не должен был так говорить. Просто я забываю, что ты не совсем обычный подросток. У тебя такой груз, - виновато потупился Сириус. - Я даже не знаю, как тебя утешить. Я не гожусь на роль отца.

- Ерунда, - махнул я рукой, изображая беспечность. - Пока я справляюсь. И ты тоже.

Глава 9. СОВ

К счастью, на следующий день Драко сделал вид, что ничего не случилось. Я тоже не спешил показывать, что помню его выходку. Девушки же просто обходили нас стороной, что меня бесконечно радовало.

Теперь я иногда приходил в гриффиндорскую башню. Мы сидели с Роном в гостиной и играли в шахматы, которые он мне подарил на Рождество. Наши отношения вновь приняли простой, дружеский окрас. От этого мне было спокойно и легко.

В Хогсмид мы ходили мало. У нас была довольно странная компания: четыре парня (я, Драко, Рон и Блэйз) и Гермиона. Причем девушка, в отличие от Рона, неплохо сошлась с Драко, и они частенько болтали вдвоем, немного вызывая во мне ревность.

Блейз, внезапно появившись в нашем окружении, так и не ушел из него. Вскоре и до такого глупого барана, как я, стало доходить причина его «дружбы». Упиваясь своими проблемами, я последний заметил странные жесты и взгляды Рона и Блейза и очень им обрадовался, так как они показывали мне, что не настолько уж я спятил со своими дурацкими снами.

Но осознание того, что мой друг таскается по барам не с девчонкой, не приносило мне утешения. Мы с Драко по-прежнему просто болтали, занимались уроками и бегали по утрам. Какие бы сны не снились мне ночью, мою решительность смывало непонятной робостью в присутствии блондина. Из всех нежностей, как я это называл, мы позволяли себе трепать друг другу волосы. Драко еще любил между делом играть моим колечком.

На Валентинов день я не утерпел и послал ему подарок - небольшую серьгу в виде тонкого золотого кольца, написав два слова: «Ночным грезам». Когда же дня через два, я увидел ее в левом ухе Драко, то едва не сошел с ума.

Теперь я только и мог думать об этом ухе и сережке. Мне хотелось подержать его во рту, но я сдерживался из последних сил, все еще прячась от жизни. Просыпаясь в холодном поту от кошмаров и фантазий, я упорно рисовал впереди вечность.

* * * * * * *

В апреле нас усиленно стали учить аппарации. Теперь я понимал, почему крестный не мог прибегнуть к ней в скитаниях. Я по наивности полагал, что для перемещения не нужна палочка. Слишком много фантастики я прочитал в детстве, ходя в школьную библиотеку.

Палочка обязательно должна была присутствовать, хотя, на первый взгляд, ею не пользовались. Но ведь это была не просто деревяшка. Она была сосредоточением магической энергии, ее проводником, что ли.

Занятия проводились на улице, недалеко от теплиц. Обучал аппарации профессор Нагаси, который довольно долго объяснял процесс. Тут меня тоже несколько подвело слишком развитое воображение. Я считал, что человеку доступно любое место, едва он научится аппарировать. На деле, каждый маг индивидуально должен был запомнить так называемые ориентиры для предполагаемого перемещения.

Даже в знакомое место было попасть непросто. В мало знакомое мог переместиться только очень опытный маг с сильно развитым воображением. А по картинке и или по чужим координатам аппарировать было еще сложней. Ничего удивительного, что мы промучились с обучением целых два месяца.

В конце мая в Большом зале появилось объявление:

25 мая на поле для квиддича будет проводиться экзамен по аппарации.

Участие в нем могут принять все пятикурсники, кому к этому дню исполниться шестнадцать лет.

В состав комиссии входит Юки Нагаси и Кэсси Белл из Министерства Магии.

Я вздохнул от разочарования: мне надо было ждать конца июля, чтобы сдавать экзамен.

- Какая несправедливость! - сказал я Малфою. - Все мои друзья сдадут сейчас, я же буду ждать августа. У меня день рождения только в конце июля.

- Если тебя утешит, то я родился пятого июля, не так далеко от тебя, и мы можем сдавать вместе, - предложил Драко.

После его слов я с большим спокойствием начал смотреть, как сдают экзамен мои друзья.

Гермиона и Блейз получили сертификаты без проблем. Рону же дважды пришлось перемещаться, и ему назначили пересдачу на конец июня. Скажу честно, его неудача несколько подняла мое настроение.

* * * * * * *

Для проведения экзаменов по СОВ в школу приехала министерская комиссия. Каждый сдаваемый предмет, кроме истории магии и арифмантики, был разбит на две части - письменную и практическую.

Письменные работы мы сдавали до обеда в Большом зале. Как только кончался завтрак, обеденные столы исчезали, и на их месте возникали ряды парт, за которыми мы сидели по одному. На устную часть экзаменов нас вызывали по алфавиту, как во время зачисления в школу. Во время ее мы должны были показать практическое применение изученной программы.

На трансфигурации я вполне сносно преобразовал стол в огромного борова, который мне почему-то напомнил Дадли в детстве. На зельях меня попросили сварить оборотное. Я даже ухмыльнулся: мне ли не знать, как его варить, если мы пользовались им на втором курсе.

- Основа для оборотного зелья должна назревать целый лунный цикл, - сказал я сухонькому старичку, который принимал у меня экзамен. Потом я проговорил технологию приготовления основы и добавил с ухмылкой: - Мне не удастся сжать срок до пары часов.

Снейп, как ни странно, рассмеялся, услышав мой наглый ответ, что не могло не подбодрить меня.. Экзаменатор тоже не счел нужным поставить меня на место, а лишь сообщил:

- Основа готова, мистер Поттер. Что дальше?

- Тогда надо просто добавить волос того, в кого вы желаете превратиться. - бодро отрапортовал я и, чувствуя свою безнаказанность, хулигански предложил: - Хотите, я добавлю ваш волос, и буду далее принимать экзамен?

- Спасибо, я справлюсь сам, - улыбнулся экзаменатор и поставил мне высший балл.

На чарах у меня попросили показать манящие и веселящие чары. Это было все довольно несложно, и я проделал это с виртуозностью. Затем показал чары левитации. В конце концов, Флитвик не выдержал и похвастался:

- Мистер Поттер сумел на третьем курсе прогнать толпу дементоров своим патронусом. Гарри, прошу, продемонстрируй.

- С удовольствием - улыбнулся я, представил себе последний квиддичный матч, зажатое в пальцах золотое крылышко и нежное объятие с Драко в небе. - ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ!

В ту же минуту в классе появился серебристая фигура оленя. Обе сестренки Патил, что были со мной на экзамене, да и вся комиссия, восхищенно вздохнули. Я протянул руку в сторону своего патронуса, пытаясь дотронуться до него. Но олень уже растаял, оставляя за собой только серебряную дымку.

* * * * * * *

История магии состояла из ряда сложных вопросов, но я вполне сносно справился даже с каверзными. Тот факт, что в этом году, я, как никогда ранее, усиленно занимался, приносило свои плоды.

Арифмантика, переполненная цифрами и уравнениями, мне всегда напоминала простую математику маглов. Так как в начальной школе, еще в обычном мире, я любил ее, так же я относился и к магическому эквиваленту. Гермиона, которой была известна моя любовь к столь точной науке, зачастую агитировала меня заняться нумерологией. Но я ее считал заумной и притянутой за уши - все-таки эта наука была разновидностью предсказаний.

Уход за магическими животными принимала Грабли-Дерк, которая заставила всех кормить флобер-червей. На гербологии мы просто вспоминали специфику посадки некоторых магических растений, таких как мандрагоры и бубонтюмбер. Так что оба экзамена не вызвали у меня никаких сложностей.

ЗОТИ вообще было моим триумфом. Поднаторев в выполнение заклинаний на серпентаго, для меня не вызывало особого труда продемонстрировать знакомые чары на магическом языке. Когда же я выставил щитовые чары, то вся комиссия ахнула.

- Ну, мистер Поттер, ваш щит, пожалуй, не пробьет даже «Авада Кедавра», - воскликнул тот самый старичок, что принимал у меня зелья.

- Спасибо за комплимент, профессор - развеселился я. - Однако я предпочел бы не ставить таких экспериментов с моими щитовыми чарами.

Все засмеялись и поставили мне «Превосходно».

Самым страшным для меня был экзамен по рунам. Я так трясся после письменной части, что Драко не выдержал, обнял меня за плечи и поинтересовался:

- Чего ты трясешься? Мы же столько занимались!

- Не люблю я все эти завитки и узоры, - признался я, испытывая блаженство от его поддержки. - В них так легко ошибиться. Теперь я не уверен, правильно ли перевел значение руны «фармо». Я долго сомневался, партнерство это или удар.

- Ну и как же ты ответил?

- Партнерство.

- Правильно. Не дрейфь! - успокоил он меня и погладил по щеке.

Я улыбнулся и вернул ему жест. От слов «не дрейф», я и впрямь успокоился. Когда на практике я рисовал руны в воздухе, то был уже уверен в себе, а поэтому и не ошибся.

- Я потрясен. Вы умудрились догнать группу, мистер Поттер, - похвалил меня профессор Нагаси после экзамена. - Если бы я входил в комиссию, я бы выставил вам «Выше ожидаемого».

Практическая астрономия проводилась в полночь в башне. Мы должны были вычертить звездную карту неба и, отметив некоторые созвездия. Ночь была довольно безоблачной. Правда я не исключал, что профессор Синистра просто-напросто разогнала облака совместно с Дамблдором. Я немного запутался, вычерчивая траектории, но в целом все было нормально. К моему облегчению, это был мой последний экзамен.

Глава 10. Лето у Дурслей

С первого года пребывания в Хогвартсе я всегда не хотел уезжать из него на лето к Дурслям. Но в этом году, будь я девчонкой, я бы заплакал, до того это нежелание было сильно. Мне нестерпимо хотелось продлить время общения с Драко, который, пусть и ненадолго, оставался в школе.

В отличие от меня он знал, как, где и с кем проведет лето. Причем, по моему мнению, половину времени мы вполне могли бы провести вместе: и в Хогвартсе, и на базе авроров, куда я ездил прошлым летом. Но Дамблдор, по каким-то только ему известным причинам, отправлял меня к родственникам, даже не объяснив, сколько я там пробуду.

Драко не пошел провожать меня на поезд, но накануне моего отъезда мы долго стояли в коридоре у моей двери и держались за руки, как две сентиментальные барышни. Наконец, заручившись его обещанием писать мне, несмотря ни на что, я попрощался и, прежде чем скрыться за дверью, поцеловал блондина в щеку. А затем долго стоял, прислонившись к двери спиной, трогал губы и улыбался как идиот.

Родственники встретили меня вполне спокойно. Мне даже показалось, что они стали меня бояться еще больше. Возможно, из-за разрешения колдовать, которое мне выдал директор, а я, как примерный мальчик, показал им.

Потянулись почти неотличимые дни, когда я спал до одиннадцати, а затем, наскоро перекусив, бесцельно слонялся по саду и пыльным улочкам Литлл-Уингинга, появляясь дома лишь перед ужином. Тетя хмуро поджимала губы, но не пыталась делать мне замечания, хотя ей совершенно не нравилось мое поведение.

Я же гулял по городу с каким-то злорадным упорством, специально выбирая наиболее темные и неприветливые улочки. Ведь помимо неудовольствия тетки, я нарушал этим самым предписания директора, который строго-настрого запретил мне отходить от дома Дурслнй дальше нескольких метров. Но я не собирался исполнять его рекомендации, хотя и осознавал опасность, грозящую от Волдеморта и его слуг. Тем более, я отчетливо слышал тихие шаги охраны, которую предоставил мне старик, даже не поставив в известность.

Возможно, это было глупое упрямство и даже ненужная бравада, но я не мог отказать себе в удовольствии позлить Дамблдора. Особенно, будучи уверенным, что он ничего не выскажет мне. Раз он держит меня за младенца, - думал я, - то я вполне могу вести себя соответственно. Ничего удивительного, что такая тактика привела к неприятностям.

* * * * * * *

Было уже около полуночи, когда я вышел из переулка на шоссе Магнолий, которое вело до моей улицы. Не успел я пройти и нескольких метров, как на него повернула банда Дадли, который с трудом примирился с тем, что мать останавливает его от стычек со мной. Глаза кузена недобро сверкнули и, чувствуя поддержку друзей и кураж от выпитого пива, он хмыкнул и осведомился скучающим тоном:

- Что, Поттер, трясешься от понимания превосходства нашей силы?

- С чего ты решил, что ваши силы превосходят мои? - откликнулся я, слегка выдвигая кончик палочки из кармана.

- Крутой стал, да, Поттер? - попытался сохранить достоинство Дадли, бледнее при виде ее.

Я пожал плечами, не желая втягиваться в перепалку с ним. Скажу честно, мне не слишком хотелось применять к этому идиоту магию, считая это нечестным. Но если бы он вздумал меня бить, я бы сделал это, не раздумывая, но пока собирался разрешить конфликт мирным путем.

И тут на шоссе значительно похолодало, и все присутствующие ощутили невероятную тоску. Это можно было понять хотя бы по тому, как замерли надвигающиеся на меня парни, как меняется выражения их лиц, как они начинают беспомощно оглядываться.

- Очкарик, это твоих рук дело? - не выдержал Пирс, уставившись на меня, как на выходца из преисподней.

- Нет, разумеется, - ответил я, оглядываясь: нас окружали дементоры.

- Поттер, прекрати свои штучки, - взмолился Дадли. - Мне страшно. Что это за твари?

- Говорю же, что это не я! - рявкнул я на кузена, удивляясь, что он видит дементоров, и скомандовал: - Лучше вели своим дружкам встать ко мне поближе. Иначе их ничего хорошего не ждет. Можешь мне поверить. А так я попытаюсь вас защитить.

Они моментально сбились в кучу, а я достал палочку, собираясь вызвать патронуса. Надо сказать, я был уверен в успехе. Ведь сейчас этих тварей было не так много, как на берегу озера, когда я защищал от них Сириуса. Но что делают дементоры посреди магловского городка? Они же, вроде, не имеет права свободно передвигаться, а должны мирно охранять Азкабан.

- Боже мой… боже мой. Дементоры на шоссе Магнолий! - залепетала миссис Фигг, внезапно присоединяясь к нашей компании.

- Неужели они вышли из-под контроля министерства? - задал риторический вопрос появившийся следом за ней молодой парень, повернулся в мою сторону и начал командовать: - Поттер, чего ты медлишь? Вызывай патронуса.

Осознав, что это моя пресловутая охрана, я хотел заявить, что не владею такой сложной магией. Но страх перед дементорами был сильней проснувшегося духа противоречия, и я подчинился. Из моей палочки вырвался Сохатый и быстро прогнал этих тварей.

- Почему ты шляешься по ночам? - напустился на меня охранник.

- Кто ты такой, чтобы делать мне замечания? - поинтересовался я, изображая непонимание.

- Я член Ордена Феникса, которого директор Дамблдор попросил тебя охранять, - как и ожидалось, ответил он. - Можно подумать, мне больше заняться нечем!

- Плохо работаете, господин охранник, - поддел я его. - Без тебя тут было гораздо спокойнее. По крайней мере, дементоры по улицам не разгуливали.

- Если бы ты сидел дома, то не встретил бы их, - парировал он.

- Облегчить тебе жизнь? Не надейся, - фыркнул я. - К тому же, если ты не забыл, это именно мой патронус прогнал их.

Парень покрылся пятнами и явно собирался сказать, какая я неблагодарная скотина, но тут в наш диалог вмешалась миссис Фигг:

- Мальчики, зачем ссориться? сейчас не время для этого. Ты, Гарри, в самом деле, мог бы не гулять так поздно. А ты, Фил, лучше бы сознался ему, что решил утереть нос знаменитости, увидев страх Гарри.

Мой оппонент покраснел, давая понять, насколько моя соседка права, поэтому я торжествующе усмехнулся и подколол его:

- Что, не вышло?

- Нет, - вздохнул он, и мы оба засмеялись.

* * * * * * *

- Гарри, что прикажешь делать с твоим кузеном и его дружками? - спросил Фил спустя какое-то время.- Наверное стоит почистить им память?

Дадли и его банда в страхе отшатнулись от нас.

- Не стоит, - ухмыльнулся я, видя страх на их лицах. - Пусть знают, что я спас их.

- Слышите, придурки, - обратился Фил к ним. - Если бы не Гарри, то эти твари высосали ваши души. И, поверьте, я нисколько не преувеличиваю.

- Да, деточки. Все так и есть, - сокрушенно подтвердила миссис Фигг.

- Какие твари? - подал голос Гордон, один из дружков кузена. - Я не видел никого. Только ощущал холод и тоску.

- Да. Будто всю радость из меня выкачали, - подтвердил Пирс.

- Вы шутите? - удивился Дадли. - Страшные, в черных пыльных балахонах. Не ходят, а парят над землей. Ничего ужасней не видел!

- И не должен был, по идее. Может, ты сквиб, как и я? - задумчиво проговорила миссис Фигг.

- А почему я не знал, что вы - сквиб и знаете о магическом мире и Дамблдоре? - поинтересовался я, еле сдерживая обиду.

Миссис Фигг потупилась, явно не собираясь отвечать. Я хотел продолжить ее пытать, но в наш разговор встрял Фил, предположив:

- Скорей всего, Дадли обладает незначительными магическими способностями. Он же родился у маглов, и, следовательно, не может быть сквибом.

- Чур меня! - испугался Дадли, почти суеверно перекрестившись и заставляя меня засмеяться.

Фил тоже улыбнулся, а затем сказал:

- Ладно, пора расходиться. Мы с миссис Фигг, пожалуй, проводим Гарри и Дадли до их дома. Остальным придется добираться самим.

- А эти твари не появятся? - спросил до сих пор молчавший Мальком.

- Даже если это произойдет, то они вряд ли станут преследовать вас. Им явно нужен Гарри, - «успокоил» их Фил.

- Хотел бы я знать, каким образом дементоры оказались здесь, - сказал я.

- Я тоже, - признался Фил. - Может, Дамблдор ответит на этот вопрос?

- Тебе-то ответит, если знает, а меня, как всегда, оставит в неведении, - проворчал я.

- Гарри, не надо осуждать методы директора, - укорила меня миссис Фигг. - Ему видней, как обеспечить твою безопасность.

- Ага. Приставляя к моей охране желторотого юнца и сквиба.

- Я не желторотый юнец, а дипломированный маг. Окончил не только Хогвартс, но и академию авроров, - обиделся Фил. - К тому же сейчас идет война и каждая палочка на счету.

- А я бью баклуши у родственников. Впрочем, вы тут ни причем, - наконец угомонился я, и мы пошли к дому Дурслей.

* * * * * * *

После нападения дементоров жизнь снова превратилась в сонное болото. Фила я больше не видел, а визит к миссис Фигг ничего не дал - верная директору старушка утверждала, что не знает, как эти твари появились в городке.

Впрочем, я быстро потерял интерес к этому вопросу. Меня больше занимало, что подарить Драко на день рождения, который неумолимо приближался. Конечно, оставался дежурный вариант - книга, но это было избито и безлико. Мне же хотелось подчеркнуть, что наши отношения могут выйти за рамки дружеских.

Вспомнив, сколько времени мне снились фантазии о сережке в его ухе, я решил, что попытаюсь осуществить хотя бы их часть, купив ее ему. Но как это провернуть? Магловских денег у меня было немного - на них не то что золотую, но и металлическую безделушку не купишь, отпускать меня на Косую аллею за украшениями никто не собирался. Идти же туда без спроса я не решился - все-таки угроза от Волдеморта была нешуточной и, если мне ничего такого не снилось пока и не виделось, вовсе не означало, что она исчезла.

Оставался еще один вариант - доставка по каталогу, о котором я узнал от именинника. И в самом деле, послав Буклю с поручением, я вскоре держал в своих руках коробочку с золотыми сережками в виде колечек. К ним, разумеется, я купил и книгу по зельям - раритетное издание в дорогом переплете.

«Надеюсь, такой книги у тебя нет, - написал я в записке и добавил: - Хочу увидеть эти украшения в твоих ушах». И лишь отправив ее, я задумался, не превысил ли порог приличия. Ответ заставил меня размечтаться:

«Непременно использую. Ты же носишь мое колечко».

Я поцеловал послание, сожалея, что это всего лишь пергамент, а не щека Драко. А может, теперь бы я отважился и на поцелуй в губы? Но чтобы проверить это, мне надо было с ним встретиться. Однако в ближайшее время этого не предвиделось. Зато меня снова ждали в Норе. По крайней мере, мать Рона, Молли Уизли, прислала мне приглашение.

«Гарри! У нас 12 июля состоится свадьба Билла и Флер. Я не представляю домашнего праздника без тебя, поэтому упросила Дамблдора привезти тебя к нам.

С любовью, Молли».

Скажу честно, послание больше испугало меня, чем обрадовало. Наши отношения с Роном только-только вошли в привычную колею, а его мама, по доброте душевной, могла снова испортить их, поселив нас в одной комнате. Я настолько запаниковал от такого предположения, что решил посоветоваться с Сириусом:.

«Крестный! Я в растерянности. Меня зовут в Нору, Ия с радостью согласился бы - мне осточертело у Дурслей. Но я не представляю, как жить с Роном в одной комнате, тем более спать на одной кровати, как это было когда-то. У нас только наладились нормальные отношения, и я не хочу это испортить. Однако объяснить отказ поступать так его матери, я тоже затрудняюсь. Что же мне делать? Гарри».

Через два дня пришел ответ, над которым я долго хихикал.

«Не паникуй, крестник!

Я написал Молли, что покусаю всех ее отпрысков, если она уложит тебя в постель с твоим другом. Езжай и ни о чем не думай. Сириус».

Успокоенный, я с радостью встретил приехавшего за мной мистера Уизли.

- Надеюсь, мы не увидим тебя больше этим летом, - размечтался дядя Вернон, узнав, что я покидаю его дом.

- Да, Гарри не вернется, - обрадовал нас обоих Артур и, повернувшись ко мне, пояснил: - Ты побудешь у нас буквально пару дней, а затем поедешь в одно интересное место.

- На базу авроров, где был в прошлом году? - как можно нейтральней поинтересовался я, надеясь на чудо: мне очень хотелось увидеться с Драко.

- Нет, - прозвучало в ответ.

Видимо, мое лицо стало слишком кислым, так как отец Рона решил меня утешить:

- Тебе там понравится.

Вряд ли, - подумал я. - Там не будет Драко.

- Надеюсь, - сказал я вслух и тяжело вздохнул.

- Я уверен, - заверил мистер Уизли и улыбнулся. - Это нечто потрясающее, но я не стану рассказывать, чтобы не испортить тебе сюрприз.

Очередная безумная идея старика, - мелькнуло у меня в голове, но я лишь кивнул, не собираясь дискутировать с человеком, от которого ничего не зависело.

Глава 11. Чарли

Всегда шумная и переполненная Нора была просто битком забита гостями. Кроме семейства Уизли и Гермионы, там находился Дин Томас и семейство Делякур в полном составе.

К своему изумлению, я узнал, что младшая сестра Флер, Габриель, которую когда-то я спас от русалок, младше нас всего на два года. Тогда она мне показалась малышкой, которой до школы еще очень долго. На самом же деле девочка уже была второкурсницей Шамбатона.

Теперь же, так как родители решили перебраться в Англию вслед за своей старшей дочерью, ей предстояло пойти на четвертый курс Хогвартса. Увидев, какими глазами на нее смотрит Рон, я не мог не порадоваться на такой расклад. Присутствие этой девушки, в венах которой наверняка текла кровь вейл, в школе гарантировало мне спокойствие, так как мой друг больше не посмотрит на меня влюбленным взглядом. А если она еще бы ответила благосклонно на его ухаживания… Впрочем, и простой доброжелательности с ее стороны будет достаточно.

Пока я рассматривал Габриель, ко мне подошла Гермиона.

- Виделась уже с Крамом? - поинтересовался я. - Он не собирается делать тебе предложение?

- Откуда ты знаешь? - смутилась она.

Я пожал плечами.

- Просто предположил. Вы так интенсивно переписывались.

- Виктор, в самом деле, намекал мне, что сделает предложение, когда я приеду к нему в августе, - призналась Гермиона.

- Ты примешь его?

- Разумеется. Но поженимся мы не раньше окончания мной Хогвартса.

- Я рад, - искренне сказал я ей и добавил: - Если этот болгарин надумает тебя обижать, только свистни, мы с Драко придем на выручку.

- Мы так сдружились с ним за последнее время, что я не сомневаюсь в этом, - улыбнулась она.

- Вы переписываетесь? - спросил я. - Как он там?

- А вы? - нахмурилась Гермиона. - Гарри, неужели ты не пишешь ему? Он скучает по тебе. Я уверена. Нельзя же быть таким!

Я смутился и стал лихорадочно думать, чтобы ответить ей. Видя мое состояние, Гермиона явно надумала прочесть мне нотацию, но подошедшая к нам Молли Уизли перебила ее.

- Гарри, мой мальчик, у тебя все в порядке? Твои ужасные родственники не слишком ругали тебя? - озабоченно осведомилась она.

- Все в порядке, - заверил я ее. - В этом году они вели себя более-менее. А после нападения дементоров тем более.

- Да уж, - вздохнула она. - Подумать только, дементоры в этом магловском городишке!. Но хорошо то, что хорошо кончается.

- Дементоры?! - с изумлением и ужасом переспросила Гермиона.

Мне пришлось рассказать подруге о случившемся. Пока я это делал, они обе качали головами и ахали. А когда я фыркнул, то посмотрели на меня с укором, будто это я привел дементоров на шоссе Магнолий. Я даже ожидал выговора, но Молли перевела разговор на другую тему:

- Твой крестный, Гарри, прислал мне весьма странное письмо. Но я учла его пожелание. Не взирая на то, что у нас полно народа и мало свободного места, ты будешь ночевать сегодня один в комнате Чарли.

Мне стало немного неловко оттого, что я доставляю ей такие хлопоты. Но тут до меня дошел смысл сказанной фразы, и я покраснел. Комната Чарли?.. О Мерлин!

- Но как же ее хозяин? - сдавленно выдавил я.

- Не беспокойся, милый, он прибудет завтра прямо к церемонии, - успокоила она меня.

Так как миссис Уизли втиснула в комнату Чарли еще один тюфяк, то две соединенные кровати перегородили всю комнату. Увидев это ложе, я пошел красными пятнами - слишком неприличные сценки замелькали в моей голове - я очень отчетливо помнил происшествие в сарае прошлым летом.

- Мерлин, и что я буду делать завтра, когда появится Чарли? - простонал я.

Ответа на этот вопрос не было. По крайней мере, я был уверен, что не решусь просить Молли подселить к нам еще и Перси, или кого-нибудь из гостей. Что она обо мне подумает тогда? Впрочем, поразмыслив, я решил оставить эту проблему на завтра. А пока наслаждаться уединением и удобной кроватью.

* * * * * * *

Разбудил меня скрип ступенек и приглушенные голоса за дверью.

- Мама, я уже не маленький. Ты и так проконтролировала мое мытье и накормила меня поздним ужином. Надеюсь, ты не собираешься укладывать меня в постельку и петь колыбельную? - услышал я саркастичный голос Чарли.

- Нет, дорогой, - чуть обиженно откликнулась миссис Уизли. - Просто я хотела сказать, чтобы ты не шумел. У тебя в комнате спит Гарри.

- Гарри? Гарри Поттер?

К концу небольшой фразы в голосе Чарли появилось предвкушение, заставившее меня заволноваться. Но его мать не заметила этого и, все еще сердясь на него, раздраженно спросила:

- Ты знаешь еще какого-нибудь Гарри?

- Нет. Просто удивлен, - пояснил сын, явно взяв себя в руки.

- Видишь ли, - решила объясниться она. - Сириус поставил мне ряд условий, и я не нашла другого варианта, как подселить Гарри к тебе. Тем более, я была уверена, что ты появишься утром. Но теперь уже поздно что-то переигрывать, даже если ты против.

- Я не против. Все в порядке. - Голос Чарли снова охрип, но он справился с ним и добавил: - Обещаю, не разбудить его.

- Уж постарайся, - более приветливым тоном попросила его мать.

В следующее мгновение дверь комнаты начала открываться, и я сделал над собой усилие, претворяясь спящим, хотя мое сердце было готово вырваться из груди.

- Спит, слава Мерлину, - облегченно выдохнул Чарли, запирая двери на какое-то заклинание.

Судя по шороху, он скинул одежду и осторожно начал вползать на свою половину кровати. Может, все обойдется? - мелькнуло в моей голове, и я начал дышать ровнее, изображая глубокий сон.

Некоторое время сосед лежал неподвижно, прислушиваясь ко мне, а затем рывком скинул мое одеяло и придавил обнаженным телом. От неожиданности я распахнул глаза.

- Притворяешься? - усмехнулся Чарли, целуя меня в нос.

- Я спал, - сердито парировал я, пытаясь выползти из-под него.

Наше соприкосновение стало лишь плотней, и я почувствовал своим телом (я был, как и он, в одних трусах) его горячую кожу и напрягшийся член.

- Допустим, - миролюбиво согласился он. - Но теперь ты проснулся.

Его губы накрыли мой рот, заставляя раскрыться и впустить жадный язык. Я не смог долго сопротивляться. Мерлин, как же это приятно - целоваться с ним!

Окрыленный легкой победой, Чарли хмыкнул, и его губы заскользили вниз. Вскоре они посасывали мой правый сосок. Я готов был сойти с ума от охватившего мое тело желания, но какой-то внутренний страх заставил меня забиться, требуя освобождения.

- Не веди себя, как девица, которой и хочется и колется, и мама не велит, - строго велел мне Чарли, накрывая своей ладонью мой закаменевший член.

- Не надо, - жалобно простонал я, подаваясь бедрами ему навстречу.

- Надо, малыш, - сжал он свою руку и принялся ласкать мой второй сосок.

Из моего горло вырвался стон наслаждения, а затем я откровенно ахнул, когда его рука стянула мои трусы и погладила меня.

- Мерлин, как ты очаровательно реагируешь, - пробормотал Чарли, смещая свою голову ниже и захватывая мой возбужденный член ртом.

Я всхлипнул и, уже не стесняясь, начал подаваться навстречу его ласкам. Вскоре он довел меня до умопомрачительного оргазма.

* * * * * * *

- Как ты? - осведомился Чарли пару минут спустя.

- Ты - извращенец, - изрек я, переводя дыхание.

- А ты - ребенок, - фыркнул он. - Продолжим?

- О чем ты? - прекрасно понимая, что он имеет в виду, нервно спросил я.

Внутри меня боролись противоречивые желания: отказаться или испытать сейчас все с этим парнем, так похожим и непохожим на Драко.

- Ты прекрасно понял, чего я хочу, - сообщил Чарли и добавил со стоном: - Мерлин, Гарри, я хочу тебя уже год.

- Но я не люблю тебя, - решил уточнить я.

Он рассмеялся и, покачав головой, объявил:

- Ребенок… Неужели ты думаешь, что меня остановит этот факт? Мне достаточно того, что тебе приятно со мной. Я даже не стану возражать, если ты будешь бормотать чужое имя.

Мне было невероятно страшно соглашаться на его предложение, и я решил отсрочить неизбежное, неуверенно спросив:

- Может, завтра?

- Ни в коем случае, - безапелляционно заявил Чарли. - Завтра ты передумаешь. Мать переселит тебя куда-нибудь. Да мало ли что!.. Нет уж, малыш, попался, теперь я проведу тебя по всей дороге. Хотя бы для того, чтобы ты не заблудился сам.

Он впился в мои губы требовательным поцелуем, и я подчинился. Его руки снова заскользили по моему телу, рождая желание. Вскоре мне было мало ласк и поцелуев. Хотелось чего-то большего, но я не знал чего, просто подавался навстречу его прикосновениям и напрягся лишь тогда, когда его пальцы оказались у меня между ягодиц.

- Не бойся, - хрипло сказал Чарли. - Я не сделаю тебе больно.

Его палец проник внутрь и тихо погладил мою простату. Мерлин, как же это было приятно!

- Не надо, - все-таки выдохнул я, когда к первому пальцу добавился второй. - Прошу тебя!

Думаю, мои слова напоминали детский лепет, так как я активно насаживался на растягивающие меня пальцы.

- Ладно, - внезапно согласился Чарли. - Раз ты так боишься, то поменяемся ролями.

И не успел я опомниться, как он смазал мой член чем-то жирным и уселся на него сверху, слегка зашипев от боли. Я задохнулся от ощущений: жар, теснота, желание двигаться.

- Мерлин, - простонал я.

- Сейчас, - хрипло сказал Чарли, впуская меня глубже. Затем слегка привстал и снова опустится на меня. - Давай!

Я придержал его за талию и начал помогать. Затем опрокинул любовника на кровать и перехватил инициативу. Мерлин, это было невероятно! Ничего более приятного я никогда не испытывал. Вот если бы это был Драко - мелькнуло в моей голове, прежде чем я излился в податливое тело.

- Ты - прирожденный любовник, - похвалили меня Чарли, когда мы немного восстановили дыхание. - Теперь ты позволишь мне быть сверху?

- Может, это оставим до следующего раза? - напрягся я.

Чарли тяжело вздохнул и согласился. Пару минут мне было совестно за свой отказ, но перед глазами возник образ Драко и я понял, что поступил правильно. Мерлин, я напоминал себе влюбленную девчонку, которой хотелось потерять свою девственность непременно с любимым человеком. Возможно, слизеринцу она и не нужна, - подтрунил над моим романтизмом мой внутренний голос, и я не нашел, что возразить.

* * * * * * *

Утром я проснулся от потрясающего минета и понял, что Чарли почти не обижается за мой отказ. Вскоре в дверь постучалась миссис Уизли, и нам пришлось встать.

- Вечером ты не отвертишься от положения снизу, - пообещал мне Чарли, прежде чем покинуть комнату.

- Мерлин, я не смогу отказаться, - простонал я от страха и предвкушения.

Внизу нас встретили ухмыляющиеся близнецы. Едва Чарли отошел в сторону, как они обступили меня с двух сторон и хором сказали:

- Гарри, реши наш спор: да или нет?

- О каких «да» и «нет» вы говорите? - прикинулся я непонимающим.

- Не прикидывайся овечкой. Мы кое-что слышали, - сообщил Джордж.

Я покраснел, но продолжал валять дурака:

- Я же не знаю, что в вашей интерпретации «да», а что «нет».

- Хорошо, - сдался Фред. - Расшифруем. Ты проснулся?

- А если «да», то что? - поинтересовался я.

Близнецы засмеялись, а затем немного смутились. Я фыркнул: смущенные близнецы - это еще то зрелище. Сказал бы кто мне, не поверил бы.

- Кто сверху? - выпалили они хором.

Я поперхнулся и решил поторговаться:

- Что мне будет за откровенность?

- Можешь не отвечать, - с наигранным безразличием откликнулся Фред.

- Ага, - подтвердил Джордж.

- И так ясно, что он, - объявили они хором.

- Вот и нет! - возразил я, вызвав у них на лицах удивление. - А теперь мой вопрос: а у вас?

Теперь настала их очередь краснеть и смущаться.

- Когда как, - сдержанно ответил Джордж спустя пару минут, тщательно отводя взгляд.

Мы замолчали. Затем я решил их добить своей откровенностью, осведомившись:

- Что-то еще желаете узнать? Не стесняйтесь. Я добрый.

- Нет уж, - отказались они.

- Слишком ставки велики, - пояснил Фред и покраснел.

Я ухмыльнулся, и мы снова замолчали.

- Гарри, не вздумай торговаться с ними! - подскочил к нам Рон. - Они слишком дорого берут.

- Опоздал, - сообщил я ему, подмигивая близнецам. - Мы уже сговорились и рассчитались.

- Ага. Похоже, на сей раз облапошили нас, - подтвердили они, и мы все трое засмеялись.

Рон явно собирался узнать подробности, но миссис Уизли позвала всех на завтрак. Затем началась свадебная церемония. А когда она завершилась, то в Нору прибыл Хэлси и, поздравив молодоженов, сказал мне:

- Решил забрать тебя прямо сегодня. Я несколько не доверяю Чарли. К тому же тебя уже ждет твой будущий учитель.

Я вздохнул с облегчением. Мне, в самом деле, не хотелось провести еще одну ночь в Норе. Хотя допускаю, что доля желания все же имелась. Меня мучило любопытство: чтобы я испытал, оказавшись снизу?

Глава 12. Лама

С помощью портала мы с Торлеем переместились в небольшой городишко где-то на юге Англии, где, по его словам, была крупная община магов. Там, на окраине, был дом моего будущего учителя, верней, один из домов.

Снаружи это был дом как дом, чем-то похожий на жилища Дурслей и их соседей. Но не внутри. Переступив порог, я сразу понял, что его владелец выходец с востока: на полу лежали циновки, на стенах висели в рамках иероглифы, над дверями - колокольчики.

Внешний вид хозяина тоже отличался от вида английских магов. Оранжевая тога, сандалии на босу ногу, абсолютно бритый череп. А на лбу необычный шрам, словно ему кто-то сверлил в голове дырку!

Хэлси сложил руки на груди в традиционном восточном приветствии и низко поклонился. Я неловко сделал тоже самое. Незнакомец повторил наши жесты и тихо произнес:

- Приветствую вас в моем доме.

- Позвольте, просветленный, представить вам вашего будущего ученика, Гарри Поттера, - как-то чудно называя хозяина, почтительно сказал Торлей.

- Надеюсь, все то, что я слышал об этом мальчике, подтвердится, - изучающее сверля меня взглядом, откликнулся этот странный человек и, повернувшись в мою сторону, представился: - лама Сингх из Тибета.

- Очень приятно, - откликнулся я, чувствуя себя идиотом.

Торлей попрощался и аппарировал прямо из дома, а мы с хозяином прошли в одну из комнат, где уселись на полу. Причем он невозмутимо сел в позе лотоса, а я неуклюже по-турецки и почти сразу ощутил, как затекают мои ноги.

- Тебя наверняка одолевают вопросы, чему ты будешь обучаться у меня, - начал Сингх с места в карьер. - Однако ты сдерживаешь любопытство, что весьма похвально. Но я не собираюсь держать тебя в неведение. Ты будешь учиться видеть ауру, делать астральную проекцию и левитировать. Еще, я надеюсь, что твой шрам может стать третьим глазом, причем открытым.

- Открытым третьим глазом? - не выдержал я. - Что это означает?

Сингх молча показал на свой лоб, но так как этот жест мне был непонятен, пустился в объяснения:

- Ты наверняка заметил мой необычный шрам, Гарри, - Я кивнул. - Так вот, он появился во время специальной церемонии, когда мне открывали третий глаз.

Я уставился на него с ужасом.

- Вы хотите сказать, что вам его сделали намеренно?

- Да, - будничным тоном подтвердил он.

Я, продолжая взирать на него с изумлением и страхом, тихо выдавил:

- Это наверняка была адская боль.

- Да, - опять спокойно ответил Сингх. - Но я не умер, и это было сделано на пользу мне.

Мерлин, а меня еще считают ненормальным. А тогда он кто? - мелькнуло в моей голове, и я попытался запрятать эту мысль подальше: вдруг собеседник умеет их читать? Похоже, так и было, потому что Сингх ухмыльнулся, и мне стало неловко.

- Не бойся, я не собираюсь взламывать тебе череп. Ты уже не в том возрасте, - успокоил он меня. - Если я посчитаю это необходимым, то помогу раскрыть тебе твой третий глаз другим методом.

Вздох облегчения непроизвольно вырвался из моей груди, заставив его улыбнуться.

Лама встал и поманил меня в другую комнату. Там стояли кресла, на которые мы и уселись. Я с удовольствием вытянул затекшие ноги, вызвав у учителя еще одну улыбку.

- Прости, я забыл, что ты не привык сидеть на полу. Но, вспомнив, решил сменить обстановку, - без тени раскаяния сказал он.

Я поблагодарил его взглядом, но Сингх не заметил его или сделал вид, и продолжил нашу ознакомительную беседу:

- Немного расскажу о себе. Я не маг по вашим меркам: у меня нет ни палочки, ни кольца. Обучался я в закрытой школе в Тибете, где нет девушек, и где все, даже окончив ее, соблюдают целибат, так как считается, что он способствует просветлению. Нас называют интуитами. Это древняя магия, основанная на внутренних резервах организма. Ваш директор не раз бывал в Тибете и знает о ней. Когда он написал нашему настоятелю о тебе, тот решил, что у тебя все задатки интуита, хотя ты европеец, к тому же не монах.

- Позвольте поинтересоваться, почему ваш настоятель это решил? - смущенно спросил я, гадая, как он догадался, что я не соблюдаю целибат.

- У тебя бывают видения о Волдеморте, - ответил он. - Это одна из способностей интуита.

* * * * * * *

Я начал учиться. Про такое пишут лишь в книжках. Я постигал науку дышать через нос и медитировать, причем, вслед за наставником поднимаясь над полом. Меня научили владеть телом, преподавая основы йоги. Я стал видеть с закрытыми глазами, но с аурой пока ничего не получалось. Впрочем, Сингх и так считал, что мое обучение идет успешно.

За занятиями я не заметил, как приблизился мой день рождения. Накануне ко мне стали слетаться совы. Друзья торопились поздравить меня заранее. В этом году, почти все подарки меня удивили.

Миссис Уизли, пожалуй, единственная, осталась верна своим традициям, прислав мне очередной свитер с изображением черного пса и коробку сладостей.

Подарок от Хагрида был сделан под влиянием Максим, как и сопровождающее его письмо - слишком уж гладкое и правильное:

Гарри! У меня много перемен в жизни. Мне жаль, но мы не скоро увидимся с тобой. Неожиданно для себя, я женился и очень счастлив. Олимпия - отличная женщина, но никогда не согласится покинуть свою обожаемую Францию, тем более, свою школу. Пришлось мне смириться. Теперь я буду жить в Шамбатоне.

Олимпия сама выбирала подарок для тебя. Не знаю, понравиться ли тебе, но мы посылаем книгу по ЗОТИ. Это энциклопедия заклинаний. Не думаю, что тебе это так уж и надо. Ты все сам знаешь. Я хотел добавить для тебя в подарок сладенького, но моя супруга запретила, сказав: «Он уже не ребенок». Я не смог ей возразить.

Надеюсь, ты когда-нибудь приедешь к нам. С любовью, Хагрид.

Гермиона забыв о своей стратегии «учеба превыше всего», поддалась влиянию Крама, который теперь играл в первой лиге за «Палящие пушки», и прислала мне шикарную книгу по квиддичу. Я покачал головой: вот бы мне такой подарок пару лет назад! Теперь же меня не слишком-то интересовала эта игра.

Рон присоединил свои поздравления к письму близнецов, которые прислали мне целую коробку своих изобретений. Тут были перья, которые могли писать конспекты по определенному предмету, напоминалка, которая не просто окрашивалась красным туманом, а показывала забытый предмет. Были конфеты, изменяющие внешность на полчаса, и батончики, обеспечивающие невидимость на такой же промежуток времени. Разные прикольные сладости, например, пастилки, от которых человек обрастал канареечными перьями, и тянучки, заставляющие отрастить зеленую шерсть, как у клобкопухов. Я долго хохотал, читая подробные инструкции к каждому приколу.

Чарли подарил мне плоскую серебряную цепочку на шею с затейливым переплетением. И хотя мне не слишком нравились украшения, я собирался носить ее как память о своем первом сексуальном опыте. Сопровождающее послание заставило меня залиться краской смущения:

Гарри, ты - наркотик!

Я вижу сны и, удивляя самого себя, немного взгрустнул. Но ты не должен об этом думать, малыш. Это мои проблемы. Просто знай, свистни - и я всегда к твоим услугам, даже не рассчитывая на больше, чем было. Чарли.

Прости, - шепнул я письму. - Вряд ли я повторю то, что случилось в Норе. Ты слишком нравишься мне, чтобы обижать тебя, Чарли. А нелюбовь, на мой взгляд, является именно оскорблением. Мое сердце было занято Драко, к которому я боялся даже прикоснуться.

Кстати, поздравление от блондина мне пришлось ждать до вечера. Я уже откровенно начал нервничать и даже подумал, что его смутил мой поцелуй и теперь он не хочет продолжать общение. Но в полночь, когда я обычно праздную свой день рождения, его филин принес мне книгу. И хотя это был довольно стандартный подарок между учениками, я непомерно обрадовался ему.

* * * * * * *

Прижав книгу к себе, я углубился в воспоминания о Малфое. И вдруг почувствовал легкость во всем теле. В следующий миг я оторвался от пола, просочился сквозь потолок и переместился в палатку, обстановка которой напомнила мне прошлое лето в лагере авроров.

Драко лежал на кровати и выглядел ангелом, уснувшим от праведных снов. Он был настолько прекрасен, что мне захотелось коснуться его лица губами, что я и сделал, но ничего не почувствовал. Это вызвало обиду, и, возможно именно она помогла мне понять, что случилось: я каким-то образом сумел переместить к нему свой астральный образ.

- Сингх был прав, и я, в самом деле, могу выходить из тела в виде астральной проекции, - пробормотал я. - Невероятно!

Я так разволновался, что моментально оказался снова в своем теле. Мне тут же захотелось обратно, но у меня ничего не вышло.

Утром я рассказал учителю, что сделал, опуская, естественно, момент поцелуя.

- Мне бы хотелось овладеть этим искусством немедленно, - признался я в конце.

- Как и любая способность, эта не терпит суеты, - осадил мой пыл Сингх. - Но факт, что ты не только сумел создать астральный образ, но и осознать это - большой шаг. Ведь раньше, когда ты случайно перемещался в резиденцию Волдеморта, ты этого не делал.

Я подтвердил кивком головы, удивляясь, сколько ламе известно обо мне.

В последующие дни наши занятия стали еще более интенсивными. Сингх умел выжать все соки, обучая беспалочковой магии, которая с детства бурлила в моей крови. Ведь еще до Хогвартса я мог отрастить свои волосы, запрыгнуть на крышу, бить стекла и фарфор тети Петуньи, не прикасаясь к ним.

- Вас неправильно учат в школе, - пояснял Сингх. - Каждый ребенок-маг владеет интуитивной магией. В принципе, ее владеют все дети без разбора. Но когда вы берете в руки палочку, проводник магии, ваша внутренняя магия атрофируется. У нас в монастыре мы обучаем мальчиков раскрывать свои внутренние резервы и только спустя годы разрешаем взять в руки вспомогательный артефакт.

- Скажите, вы умеете пользоваться палочкой? - спросил я наставника, видя его желание поболтать. Это бывало редко, и я пользовался любой возможностью, узнать больше.

- Да. Я умею пользоваться и палочкой, и кольцом, но не люблю это делать. Меня мало интересуют такие глупости.

- Можно я задам еще вопрос? Вы уже дважды упоминали кольцо. Что вы имеете в виду?

- Видишь ли, Гарри, не все маги используют палочку. В славянских странах принято пользоваться кольцами, - объяснил лама. - Их делают на заказ или передают по наследству.

- Я бы смог пользоваться кольцом? - допытывался я.

- Почему нет? - удивился Сингх моему вопросу.

- Как бы мне хотелось иметь такое тайное оружие, - высказал я мечту.

- Думаю, у тебя будет такой шанс, - улыбнулся лама. - Я вижу на твоем пальце кольцо, которое ты не снимаешь. Зимой тебя планируют отправить на обучение в Тибет. Там у меня будет возможность сделать из него артефакт, заменяющий славянам палочку.

Я обрадовался. Правда, у меня моментально возникла сотня вопросов, среди которых были: чему я буду обучаться в Тибете и как же мое обучение в Хогвартсе. Но, зная, что до поры до времени Сингх на них не ответит, я не стал проявлять излишнее любопытство, которого он не терпел.

* * * * * * *

В середине августа мне пришли результаты СОВ: ни одного не проходного балла. Всего два «допустимо» - по истории магии и астрономии, два «выше ожидаемого» - по трансфигурации и рунам (на последнее я не смел и надеяться!) и шесть «превосходно», в том числе и по зельям (чего я вообще не ожидал).

К результатам было приложено поздравление от директора, который писал:

Гарри! Ты прекрасно сдал экзамены. Поздравляю!

В следующем году у тебя не будет Ухода за магическими животными. Но это не значит, что ты перестанешь видеться с крестным. На другом конце Запретного леса есть станция драконов, где вы и будете встречаться. Так как ты уже получил лицензию на перемещения, то это не составит тебе труда.

Сократятся у тебя и часы истории магии. Зато будет новый предмет - целительство. Еще я очень доволен твоей оценкой по зельям - мне не придется уговаривать профессора Снейпа взять тебя на продвинутый курс. Кстати, я надеюсь, что вы станете еще терпимей друг к другу.

Продолжится в школе и обучение с ламой Сингхом, правда, тайно от всех. Он поселится рядом с тобой в той же башне, и вы будете с ним встречаться время от времени. Надеюсь, я поступаю правильно. Он хвалит твои успехи, что немаловажно, зная его требовательность.

Искренне твой Альбус Дамблдор.

Мне было приятно, что Сингх хвалит меня. Чего меня напрягало так это очередная тайна, которую я должен буду скрывать от друзей. Один Мерлин знает, как я от них устал! Но так как пустые сетования ни к чему бы не привели, я решил смириться.

Остаток лета мы еще упорней трудились, так что я не заметил, как он пролетел. В Хогвартс мы отправились вместе с Сингхом на «Ночном рыцаре». Я исподтишка наблюдал за ним, но учитель внешне не выказал ни единой эмоции. Он невозмутимо взирал на Хогвартс, на его движущиеся лестницы, говорящие портреты и зачарованный потолок. Впрочем, может, все это он видел в своей длинной жизни не раз.

Глава 13. Левитация

Я с нетерпением ждал встречи с Малфоем, но она прошла совсем не так, как рисовалась. Мы столкнулись с ним в дверях Большого зала, и он просто по-дружески пожал мою руку.

- Как лето? - осведомился он светским тоном и , не дожидаясь ответа, задал новый: - Надеюсь, мы продолжим заниматься в библиотеке, как раньше?

И он ушел, а я стоял и корил себя за то, что был истуканом. Кто, в самом деле, решил, что именно ему надо делать первый шаг? Но что-то в его взгляде и жестах мне говорило, что он хочет пока только дружеского общения. Впрочем, я мог и ошибаться. Однако я принял эту догадку как руководство к действию.

В последующие дни мы мирно беседовали с Драко, занимались уроками, и ни жестами, ни взглядами не напоминали друг другу не об обмене странными подарками (кольцо и серьга), не о поцелуе. А вскоре мое внимание было отвлечено нашим новым учителем по ЗОТИ.

Томас Ньюман был высоким сорокалетним брюнетом с голубыми глазами и кого-то мне напоминал. Его бархатный голос и пронизывающий взгляд заставляли меня заворожено следить за его перемещениями не только на уроках, но и на переменах. Можно сказать, я был околдован им и взирал со смесью восхищения и страха.

Изредка, когда я вспоминал о своей одержимости Драко, мне казалось, что слизеринец ревнует меня к новому профессору, но я не мог ничего поделать с этим наваждением. Правда, Ньюман не снился мне в эротических фантазиях. Но сны с его участием были весьма волнующими и, по правде сказать, странными.

- Гарри, мы с тобой единое целое. Мы можем соединить наши судьбы, став в сотни раз сильней, - увещевал меня новый профессор. - Протяни мне руку, ответь на мои чувства, и ты познаешь величие.

Примерно через месяц после начала учебного года я все-таки поддался его уговорам и протянул ладонь. В то же мгновение его смех стал ледяным и пугающим, и симпатичный мужчина превратился в красноглазого монстра, в котором я с легкость узнал Волдеморта.

- Вот я и подловил тебя, Поттер, глупый мальчишка, - сообщил мне он, притягивая к себе и властно обнимая. - Теперь я тебя не отпущу!

Я проснулся от собственного крика в холодном поту и несколько трезвей посмотрел на нового профессора. Впрочем, вскоре я забыл о странном сновидении.

* * * * * * *

Надо сказать, что занятия с Сингхом стали в Хогвартсе еще интенсивней, если это только возможно. Теперь я не только тренировался управлять своим астральным телом, но и начал обучаться левитации, не покидая тела.

Раньше я наивно полагал, что маги умеют летать лишь на метле, либо перекидываясь в соответствующий образ. Но, оказывается, некоторые умели левитировать без подручных средств. Правда, таких были единицы, причем, в основном, в славянских странах и на Востоке. Сингх считал меня способным на это тоже, и оказался прав - я летал! Происходило это по вечерам в пролете школьных лесенок, ведущих в мою башню.

На вопрос, зачем мне это искусство (не подумайте, что мне оно не нравилось, и я не хотел овладеть им), учитель говорил, что оно поможет мне видеть ауру. Мне приходилось верить ему на слово, так как я пока не видел даже ее отголосков, сколько бы не всматривался в окружающих меня магов.

Как раз к моменту странного сна я овладел левитацией почти в совершенстве. Теперь я иногда, когда меня не видел никто, не пользовался лесенками, а взлетал к себе в башню.

В то вечер я возвращался из гриффиндорской гостиной, где была устроена вечеринка по поводу победы нашей команды в квиддиче. Джинни, которая заняла мое место в ней, прекрасно справилась со своей новой обязанностью, вырвав снитч из-под носа хаффлпаффского ловца.

В моей части замка стоял полумрак. Взлетев на два этажа, я прошел в коридор, в конце которого был выход к лестнице, ведущий к моей комнате, и уже собирался взлететь, когда услышал окрик Малфоя, который стоял наверху. Не желая демонстрировать ему свое умение, я стал подниматься к нему, как все, по лесенке.

Трудно описать систему наших движущихся лесенок в двух словах. Это целое произведение магического искусства. Первокурсники обычно тратят на изучение всех его тонкостей почти весь год. Но, даже проучившись пять лет, можно было ошибиться: наши подвижные пролеты любили шутить. Они иногда делали неожиданные закидоны и начинали совсем другое перестроение, чем планировалось.

Драко стоял на пролете, с которым мой участок лестницы должен был встретиться, что заставляло мое сердце прыгать, как взбесившийся заяц. Я сгорал от нетерпения, и он, по-видимому, тоже, так как решил прыгнуть ко мне. Но в этот миг мой пролет внезапно поменял направление. И вместо того, чтобы оказаться рядом со мной, Малфой начал стремительно падать вниз. Я застыл в оцепенении.

- Мамочка! - раздался испуганный возглас блондина, заставивший меня очнуться.

- Не паникуй! - попросил я, кидаясь за ним следом.

У меня была слабая надежда: задержать его падение при помощи левитации. Это, конечно, было безумие, но я не мог здраво рассуждать. Если я его не поймаю, Драко разобьется насмерть: слишком высоко мы оба были.

Я сгруппировался, догнал и схватил его за руку. Удар был довольно силен. Теперь мы падали вместе. Малфой, бледный как смерть, уставился на меня как на помешенного, но я не подал вида. Сконцентрировавшись на своей внутренней магии, я выкрикнул:

- Стоп падение!

Мой маневр удался, и мы зависли в пролете где-то между этажами. Вздохнув от облегчения, я обхватил Драко свободной рукой за талию, а затем присоединил к ней и ту, которой удерживал его за запястье. Почувствовав себя уверенней в моих объятьях, он хрипло поинтересовался:

- Как тебе это удалось?

- Меня этому обучаю с начала семестра, - ответил я, но, вспомнив, что мы весим в воздухе, и моих сил может не хватить надолго, добавил: - Поговорим об этом потом. А сейчас, прошу, подчинись мне.

- Хорошо, - послушался Драко. - Что я должен делать?

- Просто расслабься и позволь переместить тебя в более надежное место, - пояснил я.

Он прильнул ко мне сильней и постарался выполнить мою просьбу. Вскоре я почувствовал, что мой «груз» стал легче, и я могу перемещаться с ним.

- Молодец, - похвалил я его. - Ты как пушинка. Продолжай расслабляться и не паниковать.

Он мило покраснел и, заметив, что мы перемещаемся, выдавил:

- Мы летим. Потрясающе!

В его голосе было столько восторга, а в глазах восхищения мной, что я коснулся своими губами его виска. Это было непередаваемо - смесь опасности и желания. Я чуть не потерял концентрацию, но сумел собраться. Наконец мы оказались на полу площадки, с которой начинался коридор, ведущий к моей спальне.

- Умница, Ты все делал правильно, - похвалил я Драко, вбирая губами его мочку уха, на которой блестела подаренная мной сережка.

Мерлин, сколько дней и недель я мечтал об этом!

- Я старался, - смущенно шепнул мне Драко, прижимаясь ко мне еще крепче.

Я хотел что-то ответить, но тут силы покинули меня, и я потерял сознание.

* * * * * * *

Очнулся я, совершенно не понимая, где нахожусь. Моя голова покоилась на коленях Малфоя, который сидел, прикрыв глаза прямо на полу. Его рука перебирала мне волосы, отчего мне было невероятно приятно. Оглядевшись, я понял, что мы недалеко от дверей моей комнаты.

- Ты как? - видя, что я открыл глаза, поинтересовался Драко.

- А ты? - задал я встречный вопрос.

Его пальцы замерли в моих волосах, и я понял, что он волнуется. Вскоре Драко взял себя в руки и ответил:

- Сам не знаю. Произошло что-то невероятное. Представляешь, я не успел испугаться.

- Это хорошо, - улыбнулся я, устраивая свою голову удобней на его коленях. - Если бы ты запаниковал, то ничего бы не вышло.

- Слушай, ты меня потряс. Я никогда не видел, чтобы люди летали, - признался Драко, очерчивая рукой мои скулы и снова возвращаясь к волосам.

- Наверно, любой маг может достичь таких успехов, но почему-то учат только меня, - пожал я плечами, нехотя поднимая свою голову и с сожалением ощущая, что его рука оставила мои волосы. - Предполагалось, что это все будет секретом. Уверен, ты никому не расскажешь о нем. Хотя не понятно, для чего мне это умение.

- Я знаю. Ты учился, чтобы спасти мою жизнь. Спасибо! - улыбнулся мне Драко и в следующую минуту поцеловал меня в губы.

В этот момент я был самым счастливым на свете!

Некоторое время мы целовались. Затем Драко отстранился и смущенно сказал:

- Знаешь, у меня так трясутся ноги, что я вряд ли дойду до подземелий.

Я нервно сглотнул. Мерлин, сбывались мои мечты! Он сам поцеловал меня, а теперь почти прямым текстом напрашивается ко мне в гости. Только не спугни его. Не накидывайся, как сексуальный маньяк, - предупредил я сам себя, прежде чем сказать вслух:

- Это совершенно необязательно. Мы сидим под моей дверью. Переночуешь у меня.

Некоторое время Драко шокировано смотрел на меня, и я чувствовал, что краснею под его взглядом. Затем он доверчиво кивнул, и я поклялся, что не переступлю черту, которую он сам обозначит. Если Драко не захочет, я даже больше не притронусь к нему. И так мы сделали гигантский шаг в наших отношениях.

Никогда в жизни я не испытывал такой неловкости от присутствия другого парня. Это было как-то нереально. В голове крутилась всякая эротическая чепуха, а я старательно разыгрывал радушного хозяина-друга. Малфой, явно, был тоже не в своей тарелке: моя одинокая кровать была довольно просторна, но все же.

Облачившись в пижамы, мы легли вместе и пару минут лежали, не двигаясь. Но затем я обнял его. Драко, вздохнув с явным облегчением, снова сам первым поцеловал меня. Я с энтузиазмом откликнулся. Но когда мои руки скользнули на его зад, он мягко отстранился.

- Не будем форсировать события, - краснея, попросил он. - Сегодня и так слишком насыщенный вечер.

- Хорошо, - покладисто ответил я, ощущая некоторое разочарование.

Мы снова обнялись, и вскоре я ощутил в этих объятиях тепло и покой. А еще мне нестерпимо захотелось спать - все-таки я потерял много сил, левитируя Драко. Вскоре я провалился в царство Морфея.

Проснулся я от легкого поцелуя в висок. Пока я хлопал ресницами, вспоминая прошедший вечер, Драко вскочил с кровати и скрылся в ванной. Глядя ему вслед, я снова поклялся не форсировать события.

Вернулся Малфой одетым в школьную мантию и чуть немного напряженно произнес:

- Встретимся в Большом зале. Не стоит показывать кому-либо, что мы ночевали вместе.

Меня немного огорчили его слова, так как они означали, что он не хочет пока демонстрировать наши новые отношения. Но последовавший за ними поцелуй заглушил обиду, и я покорно согласился. Он в последний раз прижался ко мне всем телом и исчез. А я еще некоторое время стоял, глядя на закрывшуюся за ним дверь, и глупо улыбался: похоже, моя личная жизнь налаживалась.

Глава 14. Разбитое зеркало

Следующим утром я проснулся ни свет ни заря в отличном настроение. Мне хотелось прокричать на весь мир, как я счастлив от вчерашнего поцелуя с Драко. Но так как вряд ли кто-нибудь понял мои чувства, то я не собирался это делать. Вместо этого я решил похвастаться перед Сингхом, что сумел поймать Малфоя, когда он упал в пролет. Зная, что лама встает рано, я немедленно отправился к учителю.

- Я вчера умудрился левитировать с грузом, - объявил я после приветствия и стал подробно рассказывать все, опустив, естественно, всю романтическую чепуху.

- Это потрясающе! - восхитился Сингх. - У тебя такой высокий потенциал. Я два года учился, чтобы проделывать то же самое.

Его похвала заставила меня не только смутиться, но, что греха таить, и погордиться собой. Всегда приятно, когда у тебя что-то получается быстрей, чем у другого, особенно, если этот другой - образец для подражания.

Новая встреча с Драко прошла более скомкано, чем мне воображалось. Мы откровенно смутились и вели себя очень натянуто. Хорошо, что Рон и Гермиона теперь не следовали за мной постоянно и не могли видеть этой сцены.

Дальнейшее общение тоже не приносило удовольствия. Мы вели себя как два идиота, делая вид, что ничего не случилось. В таком напряжении прошел день, но и вечером мы не сделали попытки повторить вчерашнее. Как и в последовавшие за этим дни. Поэтому к выходным я был словно натянутая струна и потерял аппетит.

Лишь в пятницу вечером мое терпение лопнуло и я, прощаясь, чмокнул слизеринца в щеку и предложил:

- Пойдем завтра в Хогсмид вдвоем.

- Ты приглашаешь меня на свидание? - удивился Драко.

- Ну, да, - смутился я, не понимая, радуется ли он или негодует.

- Я согласен! - выпалил блондин, прикоснулся к моим губам невесомым поцелуем и умчался.

Мерлин, ну что мы ведем себя как придурки! Впрочем, нас можно было оправдать тем, что однополых парочек в школе было не так уж много, по крайней мере, тех, кто спокойно афишировал свои отношения. К тому же я все еще не осознал до конца, что в магическом мире это вполне допустимо.

В субботу мы с Драко, впервые взявшись за руки, одни из первых пошли в Хогсмид. Куда направиться мы не обсуждали, но сразу отмели идею о посещении «Трех метел» и «Кабаньей головы» из-за большого скопления народа. Не знаю, как его, а меня не прельщала перспектива, что все они будут пялиться на нашу пару.

Кафе мадам Пандифут тоже отпадало, так как было признанным местом встречи влюбленных. А целоваться на людях… Мерлин, да мы и наедине это пока сделали только два раза! Поэтому мы направились в небольшой бар «Ловец», который стоял несколько на отшибе, но был весьма уютен.

Мы потягивали сливочное пиво. Разговор не клеился. Я совсем не знал, как ведут себя на свиданиях, так как до этого момента никогда на них не был. Теперь я чувствовал себя не в своей тарелке. Я сидел с парнем и совсем не хотел изображать из себя друга. Но и что делать, я не знал. Драко, по-видимому, испытывал нечто подобное.

Количество пива, что мы выпили, уже перевалило за десяток кружек. Мы сидели и глупо пялились друг на друга. В конце концов, я не придумал ничего лучше, как накрыть своей рукой его ладонь и погладить. Драко улыбнулся и дотронулся до моей щеки. Тогда я осмелел и приласкал его мочку с сережкой. Мы одновременно облизали губы, и мне нестерпимо захотелось поцеловать его. Поэтому я решительно потянул Драко к выходу.

Едва оказавшись за порогом кафе и отойдя от его дверей к ближайшим кустам, я накинулся на блондина как изголодавшийся лев. Его губы были сладкими от сливочного пива, и он податливо пустил меня внутрь. Мой язык ворвался и начал исследовать все закоулки. Это было непередаваемо!

Мы оба постанывали и чуть терлись друг о друга и, видит Мерлин, мне этого было мало. Но я боялся спугнуть Драко своим напором, поэтому, когда понял, что могу потерять контроль, отстранился. Он тоже сделал шаг в сторону и перевел дыхание.

- Надо как-нибудь повторить, - сказал Драко. - А сейчас идем в Хогвартс.

Я лишь кивнул, не найдя слов, и мы отправились в школу.

* * * * * * *

До ворот на территорию замка оставалось уже совсем чуть-чуть. Впереди был мостик через небольшой ручеек. Мы приближались к нему одновременно с парочкой каких-то девчонок. Одна из них засмотрелась на меня, оступилась и рухнула в воду. Разумеется, у меня тут же сработал инстинкт спасителя всех и вся: я подлетел к девице и подал ей руку. Она подняла на меня голубые глаза, охнула и воскликнула:

- Гарри, ты спас мне жизнь!

- Это сильное преувеличение, - отчего-то смутился я и покраснел.

- Нет-нет. Ты спас меня… И не спорь! Меня зовут Шелли. Запомни! - немного с пафосом произнесла девочка и запечатлела на моей щеке поцелуй.

Я еще больше вспыхнул. А Драко, мне кажется, приревновал меня. Я подумал это, когда увидел, как его серые глаза вдруг потемнели, а с лица сошел румянец. Голос, которым он заговорил, был холоднее льда. Однако слова звучали довольно приветливо:

- Думаю, наш долг проводить этих очаровательных крошек до их гостиной.

Он подхватил под руку подругу Шелли и буквально поволок ее к школе. У меня на душе заскреблись кошки. Однако я двинулся следом, почти не слушая тарахтения «спасенной» девочки.

- Я всегда хотела познакомиться с тобой, - трещала Шелли. - Я учусь, как и Драко, в Слизерине, только на пятом. Мы с Кристи с удовольствием составим вам компанию на следующий выходной. Как тебе идея, Гарри?

Я хотел отказаться, так как вовсе не горел желанием встречаться ни с ней, ни вообще с какой-либо девочкой. Да и с мальчиками тоже. Единственным человеком, кто меня интересовал, был Драко. Пока я подбирал слова, Малфой заявил:

- Прекрасная идея. Мне нравится.

Больше до гостиной Слизерина мы не разговаривали. У ее входа Драко остановился и выжидающе посмотрел на меня. Не знаю, чего он от меня ожидал, но мне показалось, что я должен хоть что-то сказать или сделать. Но на меня напал ступор, и я лишь потупил голову.

- Пока! - сердито выпалил Драко и влетел в свою гостиную.

- Я - идиот! - запоздало простонал я и еще пару мгновений смотрел на проем, где растворился Драко.

- Гарри, мы еще встретимся, - пообещала мне Шелли, но я не отреагировал на ее слова и, даже не прощаясь, побрел в свою комнату.

Полночи я не мог заснуть, ругая себя последними словами. Мне казалось, что я сделал что-то неправильное и теперь Драко рассердится на меня.

* * * * * * *

Два дня я слизеринца не видел. Совместных уроков не было, а вечером я тренировался в квиддич и ходил на базу драконов, где жил крестный. Когда мы встретились на зельях, то я без обиняков спросил:

- Ты на меня сердишься?

- За что? - холодно поинтересовался Драко.

- Ну, я… - невнятно промямлил я и запнулся.

- Тебе показалось, - все тем же тоном ответил он, но глаза его сердились.

У меня в голове было масса слов. Я хотел пригласить его к себе, поцеловать, но… недаром меня воспитали Дурсли - не мог: стеснялся. Поэтому перевел разговор в другое русло, напомнив:

- Не забудь, у нас с тобой сегодня занятия рунами.

- Приду обязательно, - бесцветно откликнулся Драко, и его обида стала очевидной.

«Не будь идиотом!» - обругал я себя, но так ничего и не предпринял, отпустив его на гербологию, которой у меня не было. Сам же поплелся на чары с Хаффлпаффом. Во время их и на рунах, где мы были с Драко вместе, я строил различные планы на вечер, где были и поцелуи, и слова извинений неизвестно за что.

После рун я взял Драко за руку и очень обрадовался, что он ее не выдернул. Так мы и дошли до Большого зала. Однако внутрь войти не успели, столкнувшись в холле перед ним со вчерашними девушками, Шелли и Кристи.

- Мальчики, какая встреча! Я так рада! - воскликнула Шелли и схватила меня за свободную руку.

Драко немедленно выдернул свою, а я чуть замешкался, чем заслужил от него обиженный взгляд. Мне хотелось немедленно разуверить блондина, что его ревность к этой девице совершенно необоснованна - Шелли мне не нужна, но я опять промолчал, стесняясь присутствия девушке.

- Не забудьте: в выходной мы вас ждем у выхода в школу, - продолжала щебетать Шелли. - Пойдем в «Три метлы». Я с тобой, а Кристи - с Драко.

Я хотел возразить, что не собираюсь встречаться с ней, но в этот момент произошло очень странное событие, помешавшее моим словам: огромное зеркало, что висело в холле у Большого зала, вдруг брызнуло мелкими осколками.

- Ну, надо же! Уже? - изумилась Шелли.

- Черт. Мне в глаз попало, - нахмурился Драко, усиленно теребя его.

- Дай посмотрю, - попросил я, взял блондина за подбородок и заглянул в якобы поврежденный глаз и даже оттянул веко, стараясь найти осколок или след от него. Но не увидел даже покраснения, поэтому успокоился. - Тебе показалось. Там ничего нет.

- Конечно, ему показалось. Это мне попало в глаз, - чуть с вызовом заявила Шелли.

Мне пришлось проделать такую же процедуру и с девушкой. Но и ее глаз не выглядел пострадавшим. Это открытие почему-то рассердило меня, и я чуть раздраженно заметил:

- Никому ничего не попало!

- Мне колет, - капризно сообщил Драко. - Я же чувствую!

- Нет, я уверена. Осколок должен был попасть мне, - почти хором с ним заявила девчонка и в упор уставилась на меня, словно чего-то ожидая.

- Хватит вам придуриваться! - вышел я из себя. - Если вы мне не верите, то сходите к мадам Помфри.

- Я так и сделаю! - чуть не плача выпалила Шелли и побежала в больничное крыло.

Кристи пару секунд помедлила, вздохнула и пошла за ней следом.

- Пойдем, - сказал я Драко, - проверим твой глаз.

Я взял его за руку, но блондин вырвался и с раздражением изрек:

- Поттер, мы не девчонки, чтобы ходить за ручку.

- Ну и, пожалуйста, - обиделся я. - И не называй меня по фамилии!

Он лишь фыркнул и быстро вошел в Большой зал, где демонстративно уселся за стол Слизерина ко мне спиной. Ну и, пожалуйста, - повторил я чуть слышно и без настроения приступил к еде. Когда я с ней закончил, Малфоя уже не было в зале. Увидел я его лишь вечером, в библиотеке. Он усиленно делал вид, что мы просто друзья, и я, скрипя сердце, поддержал это.

* * * * * * *

Последующие за этим днем месяцы абсолютно выбили меня из колеи. Я совершенно не понимал, что происходит, дергался и злился. Наши отношения с Драко приняли какой-то нездоровый оттенок, причем в них была непонятная закономерность. Днем блондин всячески избегал меня, а, если мы сталкивались, то язвил и насмехался.

Вечером же его будто подменяли. Он становился ласковым и, если бы не моя обида за его дневное поведение, мы давно бы уже оказались с ним в одной постели. А так, позанимавшись в библиотеке, Драко обязательно провожал меня до моей комнаты и на ее пороге неистово целовал. И я, клянясь, что в следующий раз выясню, что происходит, с энтузиазмом отвечал. Утром же все возвращалось на круги своя.

С Шелли тоже творилось что-то непонятное. Эта девушка не давала мне прохода, встречаясь мне буквально на каждом шагу. Причем, если мы были с ней не одни, то усиленно она кокетничала, строила глазки и всячески заигрывала. А стоило нам остаться наедине (хотя такое случалось крайне редко), девушка говорила мне какие-то колкие фразы, пытаясь вызвать несуществующую ревность. На все мои вопросы, почему она так ведет себя, Шелли не отвечала, демонстрируя наигранное непонимание, о чем идет речь.

На этом фоне мое собственное увлечение профессором Ньюманом почти не казалось мне странным. Чуть заглохнув от первого поцелуя с Драко, теперь оно расцвело пышным цветом. Я, можно сказать, был не в состоянии спокойно заниматься на ЗОТИ. Каждый взгляд профессора, каждое прикосновение я интерпретировал как намек на нечто личное. А уж если он делал мне комплименты, то я замирал от счастья.

И поводов для этого становилось все больше и больше. Ньюман, намеренно или случайно, слишком вольно вел себя со мной во время практических занятий. Выбирая меня своей мишенью для демонстраций того или иного заклинания, он обнимал меня за талию и откровенно прижимал к себе на глазах у всего класса, и оставалось удивляться, почему все на это не реагируют.

Драко, впрочем, всякий раз, видя меня в объятиях профессора, хмурился и бледнел, а затем довольно колко комментировал мое неумение или смущение - смотря, что было при демонстрации, а затем надолго отходил и специально начинал кокетничать с Кристи, заставляя мрачнеть и меня.

После одной из таких сцен я столкнулся в коридоре с Шелли, которая всегда была где-то рядом с подругой. У девушки было явно хорошее настроение, так как она полезла целоваться. Но я, находясь почти на грани бешенства от выходок Драко и собственного поведения с Ньюманом, оттолкнул ее. Она заплакала и убежала.

- Гарри, зачем ты так с ней обращаешься?! - возмутилась Гермиона, ставшая свидетельницей этой сцены.

- Она меня достала, - откровенно ответил я. - Ведет себя как-то непонятно. То признается в любви и виснет на шее, то говорит колкости.

- Шелли просто пытается вызвать в тебе ревность. Наверное, ждет от тебя пылких признаний, - предположила Гермиона.

- Прости, но я вообще-то не влюблен в нее. Так, встречаюсь от скуки, - признался я. - Пожалуй, Шелли навязывается на свидания, а я не могу ее отшить.

- Вот и причина! Девочка в тебя влюблена, но, чувствуя твою холодность, злится. Вы хотя бы целовались?

- Ты же только что видела.

- Это не поцелуй, а пародия!

Я пожал плечами.

- Гарри, зачем ты вообще с ней встречаешься? - снова спросила Гермиона.

- Я же говорил, не могу ей отказать, - все так же откровенно ответил я. - К тому же Малфой вечно тащит в Хогсмид Кристи, и это ужасно раздражает.

- Все это не те причины, - топнула девушка ногой. - Неужели ты не понимаешь, что своим поведением обижаешь Шелли? Определись, нужна ли она тебе, и действуй.

Я хотел крикнуть, что мне не надо определяться. Эта девица мне не нужна, тем более в качестве любовницы. Но признаться Гермионе в своей ориентации я не мог, поэтому кивнул. Она, ободренная моим согласием, продолжала поучать меня:

- Постарайся вызвать Шелли на откровенность, проведи с ней романтический вечер, поцелуй ее. Либо скажи, что она не нужна тебе.

Я снова кивнул, так как собирался воспользоваться ее советом хотя бы частично, а именно поговорить, устроить свидание и поцеловать, правда, Драко, а не девицу. Что же до последней фразы, то, не знаю, почему, но я не мог сказать Шелли в лоб, что она мне не нужна. Как и вообще распутать узел, связавший вместе меня, ее, Драко и Ньюмана.

* * * * * * *

Желая воплотить совет Гермионы насчет объяснения с Драко, я решил посоветоваться с крестным, приходилось ли ему бывать в таких ситуациях.

- Понимаешь, я совершенно запутался. Он то язвит, то целует меня. А я сам совершенно очарован новым преподавателем, Ньманом. Да еще и Шелли… Как мне быть, крестный?

- Не знаю, - вздохнул Сириус. - Когда я был молод, то в похожей ситуации наломал немало дров. Склеить что-то мне удалось лишь недавно. Поэтому я посоветовал бы тебе пока не начинать выяснять отношения.

- И все-таки, - настаивал я, - как ты сумел убедить его (кстати, я так и не знаю, кто это), что сожалеешь о прошлом?

- Слова были потом. Сначала были действия, натиск… Ну, ты понимаешь… А уж после я пытался просить прощения, но он заткнул мой рот поцелуем.

Говоря это, крестный все больше и больше смущался, и я отчетливо понимал, как ему неудобно говорить со мной на эту тему. Поэтому я не стал настаивать, чтобы он назвал своего любовника.

- Боюсь, такой способ мне не подходит. Мы пока только целовались, - не менее смущенно признался я.

- Тогда я не знаю, что тебе посоветовать. Одно только очевидно: прекращайте ходить в Хогсмид с девицами. На кой они вам? Неужели пытаетесь прикрыть ими свои отношения? Это глупо!

- Знаю, - вздохнул я.

И тут в нашу беседу вклинился третий участник. Это был Чарли, приехавший в лагерь драконов. Увидев мое подавленное состояние, он бесцеремонно обнял меня прямо при Блэке и поцеловал в губы.

- Ты слишком печальный, - сказал Чарли, отрываясь от моего рта. - Пойдем, я знаю прекрасный способ уменьшить душевную муку.

- Вряд ли это поможет, - стараясь высвободиться из его хватки, ответил я. - Думаю даже, если я пройду курс твоего лечения, то буду еще более подавлен.

- А ты все-таки попробуй, - решил не сдаваться Чарли и снова меня поцеловал.

Скажу честно, его поведение заставило мои гормоны реагировать, и я ощутил в паху растущее напряжение. Но, вспомнив о Драко, мой пыл тут же угас. Даже если блондин не узнает о нашей встрече с Чарли, то это все равно будет измена. Мерлин, и почему я такой правильный?

- Не стоит, - снова отстраняясь, сказал я.

- Жаль, - искренне опечалился Чарли и ушел.

- Ты молодец, - похвалил меня крестный, о котором я, честно сказать, забыл. - Приняв предложение Уизли ты еще больше бы запутал ситуации.

- Да, - согласился я и вернулся в Хогвартс.

Только в своей комнате я понял, что так и не получил от крестного никакого совета. Что ж, придется действовать на свой страх и риск.

Глава 15. Дракон

Решить что-то сделать и выполнить задуманное - это две разные вещи. Поэтому я никак не мог набраться смелости поговорить с Драко по душам. Наши отношения все больше запутывались, время шло, но я продолжал комплексовать и беситься.

За этим занятием приблизились рождественские каникулы. На последний учебный день перед ними был назначен матч Слизерин - Рейвенкло. Наша команда в этом году уже выиграла у Хаффлпаффа с разгромным счетом. Моя протеже, Джинни, вполне справилась с ловлей снитча. Да и другие участники показали себя на высоте. Чтобы добиться победы в конце года, нам следовало продолжать в том же духе.

Но не только действия команды приближали нас к этому. Не менее важным был и исход состязания Рейвенкло и Слизерина. Для нас было лучше, чтобы выиграли первые, но я, каюсь, собирался болеть за вторых. Более того я лелеял мечту, что именно им достанется и кубок. Или, по крайней мере, Драко должен был вырвать снитч у Джинни. Рыжая бестия не на много уступала мне в умениях ловца, и поэтому его бы порадовала победа над ней почти так же сильно, как если бы он обыграл меня.

Разумеется, я никому не рассказывал о своих чаяньях и, надевая серо-зеленый шарф на нынешнюю игру, чувствовал себя почти предателем. Однако я хотел показать Драко, что я поддерживаю именно его, и для меня это было главным. Но моя затея, можно сказать, провалилась.

Когда я подошел к стадиону, Драко уже парил в воздухе, разминаясь перед матчем. Я не могу сказать точно, заметил ли он, что у меня на шее. Зато этот факт не ускользнул от Шелли. Она кинулась ко мне с безумной улыбкой, ухватила за концы шарфа и защебетала:

- Как это мило, Гарри. Ты пришел поддержать меня. Даже надел этот чудный шарфик.

- Разве ты в команде? - пытаясь высвободиться из ее полу объятий, хмуро осведомился я.

- Разумеется! И не делай вид, что не знаешь! - воскликнула она и чмокнула меня в щеку.

- Перестань лизаться! - прикрикнул я. - Мне твои фортели осточертели.

Глаза девушки наполнились слезами, и она непонимающе уставилась на меня. Скажу честно, мне не было ее жалко. Даже наоборот хотелось крикнуть, что ей ничего не светит, что я люблю Драко. Но как всегда я промолчал.

Некоторое время она стояла, явно что-то обдумывая, но затем ее настроение снова улучшилось. Шелли улыбнулась и заявила:

- Кажется, я догадалась. Это тебе попал осколок от зеркала. Значит, я должна победить дракона. И все будет замечательно!

Говоря это, она выглядела фанатичкой, узревшей своего кумира, или свихнувшейся на какой-то фантастической идее психопаткой. Поэтому я не стал с ней спорить, а даже довольно ласково обнял за плечи и мягко подтвердил:

- Ну, конечно. Все будет замечательно.

Шелли просияла как начищенный до блеска котел, что только утвердило меня в мысли об ее невменяемости. Поэтому я безропотно снес поцелуй в уголок своего рта, и она умчалась.

* * * * * * *

Размышляя, как бы уговорить Шелли обратиться к мадам Помфри, я не заметил, что ко мне подошел Драко и ехидно поинтересовался:

- Что за маскарад, Поттер? Неужели ты решил болеть за нас?

- Я просил не называть меня по фамилии, - нахмурился я. - А шарф… Да, я собираюсь болеть за вас. Точнее за тебя.

После последнего слова я уставился ему в лицо, пытаясь увидеть реакцию. Драко изогнул брови и ухмыльнулся. Затем взялся за кончики моего шарфа, притянул к себе и выдохнул мне в губы:

- Правда?

- Разумеется, придурок! - подтвердил я и, не обращая внимания, что нас могут увидеть, поцеловал его.

Драко моргнул, и из уголка его левого глаза вытекла слезинка. Это был уже слишком, и я поспешно стер ее. Что-то острое кольнуло мой палец, и на его кончике выступила капля крови. Я непонимающе уставился на нее и собрался засунуть палец в рот. Но Драко опередил меня.

Между нами словно проскочил электрический разряд, я почувствовал, как меня накрывает волна возбуждения. Что-то похожее творилось и с ним, так как глаза Драко потемнели, в них плескалось неприкрытое желание. Не отрывая взглядов, мы снова поцеловались.

- Гарри… - простонал он, словно очнувшись ото сна.

- Драко… - откликнулся я.

- Почему мы такие придурки? - спросили мы друг друга и, наконец, рассмеялись.

- Приходи сегодня вечером ко мне, - осмелился сказать я ему после непродолжительного молчания.

- Непременно, - пообещал Драко, опять поцеловал меня и помчался на поле, где уже началось построение команд.

Я еще пару секунд стоял, трогая свои горящие от его поцелуев губы и глупо улыбаясь. Затем поднялся на трибуны, где сидели Рон и Гермиона.

- Ты с ума сошел? - прошипел рыжий, увидев мой шарф.

- Нет. Я буду болеть за Слизерин. И вы тоже, - невозмутимо парировал я.

Гермиона покрутила пальцем у виска, но, что-то разглядев на моем лице, покорно стащила со своей шеи шарф Рейвенкло. Рон был более эмоциональным, объявив меня психом, а затем добавил:

- Не понимаю я тебя. Рейвенкло гораздо слабей. Да и вообще намного приятней, чем эти скользкие слизеринцы.

- Боишься финала? - поддел я друга.

- Ничего я не боюсь! - выпалил он и тоже снял рейвенкловский шарф.

Окружающие никак не отреагировали на наши действия. Впрочем, им просто не осталось на это времени, так как мадам Трюк выпустила мячи, и игра началась.

Уже через двадцать минут Девисон забил первый гол. На трибунах Рейвенкло и Гриффиндора раздались рукоплескания. Через десять минут Терри Бут повторил успех своей команды. По трибуне Слизерина пронеся вздох разочарования, и некоторые закричали:

- Паркинсон, хватит спать!

Я готов был поддержать их. Рон хмыкнул и сказал почти сожалеющим тоном:

- Сегодня не ее день.

- Ничего. Она еще проснется, - отмахнулся я, следя за Драко и поэтому не совсем осознавая, что и кому говорю.

- Ты совсем спятил, - несколько раздраженно и осуждающе проговорил Рон.

- Брось. Ты все равно лучше Паркинсон, - решил я сделать ему комплимент, и он зарделся от удовольствия.

Я запоздало вспомнил, как он когда-то вздыхал по мне совсем не по-дружески, и немного заволновался, не заставит ли моя похвала вернуться Рона к той модели поведения. Но, к счастью, мой друг переболел своей влюбленностью или его внимание было сосредоточено на игре, а не на моей персоне. Я расслабился и тоже стал наблюдать за полем.

Вскоре Паркинсон действительно проснулась от спячки. Следующие две попытки забить ей гол остались безрезультативными. Следом за вратарем проснулось и нападение Слизерина. Шелли, которая была загонщиком, размочила счет. Мораг Мак-Дугал, вратарь Рейвенкло, не смог удержать крученого квофолла.

Тут я увидел золотую вспышку - снитч и отыскал взглядом ловцов обеих команд. Чжоу Чанг смотрела совсем в другую сторону. Зато Драко отреагировал мгновенно и, не успела девушка хоть что-то понять, поймал вожделенный мячик и начал описывать победный круг, зажав его в своей руке. Трибуна Слизерина ревела от восторга. Я, позабыв о соседях, тоже хлопал Малфою.

* * * * * * *

Вдруг в небе раздался гром. Над стадионом повисла тишина, будто кто-то выключил звук. Из воздуха материализовался невероятного вида дракон. У него был две головы, длинное, почти змеиное тело и мощные когтистые лапы. Из пастей вырвались струи пламени. Зрелище было настолько фантастическим, что я не мог оторвать от него глаз.

Игроки обеих команд куда-то пропали. В небе кружили только Драко и Шелли. В руках девицы вдруг блеснул клинок меча. «Я убью дракона», - вспыхнул в моем мозгу голос идиотки. В тот же миг мощный хвост дракона обрушил свою ярость на нее. Девушка полетела на песочек сломанной куклой, а чудище ринулось на Малфоя.

Мой шрам взорвался нестерпимой болью. Это было похоже на состояние, которое испытал я на первом курсе при виде профессора Квирела. С момента возрождения Волдеморта ничего подобного я не ощущал. Перед моим взором мелькнуло лицо профессора Ньюмана, а затем раздался знакомый сатанинский смех Волдеморта.

На миг я отключился и очнулся уже в воздухе. Я кружил на своем «Всполохе», в моей руке был зажат меч Годрика Гриффиндора. А рядом необычный дракон стремился испепелить Драко, и только ловкость ловца позволяла ему уклоняться от нападок чудовища. Плохо соображая, что делаю, я ринулся в атаку.

В окружающем меня мире не было никого, кроме дракона, испуганного Драко и ухмыляющегося лица Тома Ньюмана. Только теперь я понял, кого же напоминал мне этот человек: несомненно, Тома Марволо Риддла. Просто я не сразу узнал во взрослом мужчине шестнадцатилетнего мальчишку, которого видел в Тайной Комнате.

«Лорд поделил свою душу на три части, чтобы не умереть. Третья часть спрятана в книге… Там магу уже не шестнадцать, а сорок, зрелый возраст», - припомнил я слова Дамблдора. Не может быть! - изумился я, но долго размышлять не смог: шрам отозвался новым приступом боли.

Дракон перестал нападать на Драко и переключил свою ярость на меня. Над квиддичным полем раздался сатанинский смех Темного Лорда. Поддавшись порыву, я бросился на дракона. К моему удивлению, меч отклонял пламя, вырывающееся из его пастей.

«Надо разить в живот, - пронеслось в моем мозгу. - Это слабое место». Я поднырнул. Рука сама сделала выпад. Клинок вошел между двух неплотно прилегающих чешуек. Над полем прогремел предсмертный рык чудовища.

Я видел как в замедленной съемке, что дракон заваливается на одно крыло, падает. Но прежде чем он долетел до земли, его длинный шипастый хвост выстрелил тугой пружиной и сбил с метлы неизвестно откуда взявшегося Драко.

- НЕ-ЕТ!! - три одинаковых крика слились воедино. Один из них принадлежал мне, другой явно Риддлу, а третий непонятно кому.

Двухголовое чудище вспыхнуло адским пламенем и пропало. Странный учитель ЗОТИ тоже вспыхнул как старый пергамент и исчез. Драко упал на песок стадиона. Я как в бреду кинулся к нему. Блондин был жив, но без сознания. Я вздохнул, целуя его запястье. В тот же миг в мир снова вернулся шум стадиона, а я потерял сознание, заваливаясь на Драко.

Глава 16. Книга Тома

- Идиот! Бездарь! КРУЦИО! КРУЦИО! - выкрикивал я устами Волдеморта.

- Господин, помилуйте! - плакал обезумевший от страха худощавый мужчина с белыми волосами.

- О чем ты думал, ничтожество?.. Я создал книгу, а ты бросил ее как ненужный хлам. Как ты мог?! Тебе нет пощады! АВАДА КЕДАВРА! - Зеленый луч ударил в грудь несчастной жертвы.

Я закричал и сел на кровати в больничном крыле.

- Очнулся, - обрадовалась мадам Помфри. - Я позову директора.

Я в немой растерянности оглядывался по сторонам. Честно скажу, недавние события казались мне просто кошмаром. Но разобраться до конца, что произошло, я не успел, так как дверь отворилась, в палату зашел Дамблдор и с порога спросил:

- Как ты себя чувствуешь, Гарри?

- Профессор, что это было? - вопросом на вопрос ответил я.

- Помнишь, я рассказывал о книге Риддла? - Я кивнул. - Так вот, кто-то ее активизировал, но почему-то все пошло наперекосяк. Ты ничего не хочешь мне рассказать?

- Я не знаю, что говорить, директор, - искренне ответил я.

- Честно скажу, сегодняшнее событие было весьма удивительно, - сказал Дамблдор, продолжая буравить меня глазами. - Понимаешь, я немного в курсе содержания книги. Первым этапом сказки должно было быть спасение принцессы. Затем разбилось бы зеркало, и принцесса стала бы страдать раздвоением личности. Во сне она бы любила спасителя, а наяву кокетничала со злым королем. Потом, по сценарию, появлялся дракон. В сказке спаситель убивал его. Коварный король умирал. По задумке Тома, дракон был должен победить. Но в реальности все выглядело несколько иначе. Вот я и спрашиваю тебя, Гарри, ты мне ничего не хочешь поведать?

- Может, лучше вы будете задавать вопросы, - осторожно предложил я, чувствуя, что от понимания произошедшего меня отделяет тонкая грань.

Директор кивнул и покорно начал спрашивать:

- Ты спасал какую-нибудь девушку?

Перед моим взором мелькнуло спасение Драко, когда тот упал в пролет лестницы. Но он не был девушкой. Поэтому я твердо ответил «нет». Потом я внезапно вспомнил идиотское знакомство с Шелли, и как она тогда еще сказала: «Ты спас мне жизнь», и рассказал директору об этом.

- На спасение это не тянет, - разочарованно протянул он. Я был полностью с ним согласен. - Как насчет зеркала и странного поведения девушки?

- Ой, точно! - изумился я. - Зеркало разбивалось. Это произошло в холле перед Большим залом. Мы были там с Шелли и Драко.

- И с тех пор вы с Шелли то целовались, то ссорились… - в какой-то странной надежде подхватил мой рассказ Дамблдор.

- Нет. Что вы, директор, - смутился я. - Мы вообще не целовались. Если не считать, что Шелли пару раз чмокала меня в щеку.

И вновь я вспомнил почему-то поведение Драко, наши идиотские походы в Хогсмид и свое собственное увлечение учителем ЗОТИ.

- Скажи, Гарри, не было ли чего-нибудь необычного? Может, у девушки блеснула слеза, ты ее стер и поцарапал палец? - совсем расстроенно поинтересовался Дамблдор.

- Поцарапал палец? - тупо переспросил я и непроизвольно посмотрел на подушечку пострадавшего перед матчем пальца, когда я стер слезинку со щеки Драко, а затем мы поцеловались. Находясь во власти воспоминаний, я признался директору: - Да, но это не… - Я уже собирался сказать: это была не девушка, но поймал себя за язык.

Пару секунд я переваривал все сказанное директором, и перед моим взором проносились последние месяцы в школе. Я, забыв обо всем на свете, забормотал вслух по своей идиотской привычке, приобретенной в чулане Дурслей:

- Не может быть! Спасение, походы в Хогсмид, ревность… ЗОТИ… палец… слеза… Все было как в книге! Невероятно!

- Подожди-подожди… - перебил меня Дамблдор. - Все не так, как в книге! Меня мучает вопрос: почему дракон напал на Драко?

- Как он? - заволновался я.

- Отделался синяками, - отмахнулся директор. - Почему ты не спросишь о Шелли?

- И что с ней? - сухо поинтересовался я скорее для приличия, нежели из-за заботы о девушке.

- Весьма сильно пострадала. Но мадам Помфри у нас профессионал. Так что ты не волнуйся, - заверил он.

- Да мне плевать на нее! - выпалил я и заткнулся, поймав шокированный взгляд Дамблдора, который явно собирался расспросить меня о моем заявлении, но это не входило в мои планы.

Боже мой! Кажется, я, наконец-то, понял, почему у книги ничего не вышло. Я спас Драко, целовался с ним же. Да еще и увлечение Томом. Волдеморт явно не мог предвидеть такого развития сюжета!

Тут внезапно я получил еще одно озарение: Шелли была причастна к истории книги. Да и мужчина в моем видении, которое мелькнуло перед приходом директора, чем-то был похож на девушку.

- Директор, книга у Шелли! - воскликнул я вслух и чуть более спокойно пояснил: - У меня было видение. Ее отец был доверенным лицом Тома, но книга как-то попала к ней. Волдеморт не стал волноваться, надеясь, что его план сработает. Но все пошло не так, как он планировал.

- Вот именно, - подхватил Дамблдор. - Ты не спасал принцессу, а дракон напал на Драко. Почему, как ты думаешь?

Для меня это уже не было странным. Книга как-то адаптировала ситуацию с принцессой и подмяла под себя предложенные жизнью обстоятельства. Но рассказывать все эти домыслы Дамблдору я не собирался, поэтому решил переключить его внимание на уничтожение книги. Однако он сам это сделал, спросив:

- Ты можешь встать? Я хочу, чтобы ты пошел со мной, и мы уничтожим книгу. К тому же тебе непременно надо поговорить с Шелли, утешить ее.

- Я пойду, но давайте обойдемся без утешений Шелли, - немного натянуто согласился я.

- Странно. Ты должен ее любить, - напрямик сказал он.

- Что значит должен? - несколько резко парировал я. - Ну, извините, не оправдал ваши ожидания. Она мне безразлична!

Что я еще мог ему ответить? Да, я не мог откровенно признаться директору, что мне нравился Том, а в Драко я давно влюблен, но и говорить, что мне симпатична Шелли, не собирался. Как ни странно, он не стал больше меня выспрашивать, а лишь вздохнул, и мы вышли из палаты.

* * * * * * *

Шелли лежала вся в бинтах, но, когда мы появились, улыбнулась мне и слабым голосом произнесла:

- Прости меня, Гарри. Я все притянула за уши. Там говорилось, что все должно идти своим чередом. Я же пыталась подделать ситуацию.

- Не переживай. Все закончилось хорошо, - успокоил я ее, пожалев. - Где твоя книга? Как вообще она к тебе попала?

- Ты знаешь про книгу? Но откуда? - удивилась девушка.

- Мисс Пирс, Гарри знает много секретов, неизвестных другим, - встрял Дамблдор, выходя из тени.

- Ой, директор. Я натворила что-то ужасное? - испугалась она.

- Есть немного, - печально подтвердил директор. - Так что насчет книги? Где она?

- Ой. Мне ужасно стыдно. - В уголках глаз девушки мелькнули слезы.

- Успокойся, - попросил я, погладив ее по бледной руке.

- Ты очень добр, Гарри, - вздохнула Шелли, вытерла слезы и, не глядя на меня, начала рассказывать: - Мне было очень одиноко. Я влюбилась в Гарри, а он меня и не замечал. Летом в своем особняке я наткнулась на тайник, в котором была всего-навсего книга со сказкой. В предисловии говорилось, что она может стать явью. Я прочитала и попыталась распределить роли. Рыцарем, естественно, был Гарри, а я - принцессой. Начался учебный год, я привезла в школу книгу. Наша встреча на мосту была вовсе не так романтична, как рисовалась. Но я, тем не менее, посчитала ее за мое спасение. Гарри продолжал меня игнорировать даже во время походов в Хогсмид. Он был где-то очень далеко, не со мной. Я плакала, злилась. Потом взорвалось то зеркало. И вновь я не почувствовала ничего. Да и злого короля я в упор не видела.

- Том мне нравился. Он красивый… - озвучил я свои мысли вслух, вспоминая Ньюмана. - Я все время думал, кого же он мне напоминает.

- Что?! Что ты сказал, Гарри? - уставился на меня директор.

- Понимаете, учитель ЗОТИ… Он показался мне привлекательным и знакомым, словно я знал его раньше, - смущенно пробормотал я, понимая, что сболтнул лишнее.

- Учитель ЗОТИ? - встряла Шелли. - Он-то тут причем?

- Том Ньюман и был злым королем, - хором пояснили мы с директором.

Девушка ахнула, прикрывая рот ладошкой. Но мы даже не посмотрели на нее, а продолжали беседовать друг с другом.

- Теперь-то я понимаю, что так и должен был бы выглядеть Риддл к сорока годам, если бы не разбил душу на части. И почему я ничего не понял? - сокрушенно произнес Дамблдор.

- Это все книга, - убежденно произнес я, вздыхая.

- Я ничего не понимаю, - призналась Шелли, снова вклиниваясь в наш диалог. - А кто такой Риддл?

- Это мысли вслух, не более, - отмахнулся директор. - Продолжай, пожалуйста.

- Ладно, - немного обиженно произнесла она, но возобновила рассказ: - После зеркала в моем отношении к Гарри ничего не изменилось. А он по-прежнему меня игнорировал. Но когда я увидела его перед матчем в слизеринском шарфе, то подумала, что осколок попал не мне, а ему. Раз так, то мне досталась роль борца с драконом.

- Откуда взялся этот монстр? - заинтересовался я. - На станции нет и в помине таких уродов. Да и вообще я не слышал о такой породе.

- На какой станции? - спросила Шелли, но ее вопрос проигнорировали.

- Его создала книга. Такие драконы давно вымерли, - ответил директор мне.

- Он сбил меня одним ударом хвоста. Я даже не успела испугаться, - смущенно призналась Шелли. - Получается, что я неправильно распределила роли. Директор, вы не объясните, что случилось дальше? Кто же был принцессой, а кто рыцарем?

- Это и мне бы хотелось знать, но, кажется, кое-что я начинаю понимать, - словно сам с собой пробормотал Дамблдор, и я испугался, что он озвучит свою версию вслух и начнет требовать у меня пояснений. Однако он спохватился и мягко сказал Шелли: - Впрочем, мисс Пирс, вас это не касается. Лучше скажите, где сейчас книга.

- У меня в комнате, в тумбочке, - тихо ответила она, не поднимая на него глаз.

- Посмотрите на меня, - мягко, но требовательно попросил директор и, когда она выполнила его просьбу, быстро навел на нее палочку и произнес: - ОБЛИВИЭЙТ! Ты забудешь историю с книгой. Теперь тебя зовут Клео Долл. Ты - сирота.

Видя мое шокированное лицо, он пояснил:

- Я думаю, что так будет правильней, Гарри. Кроме отца, у Шелли никого нет. Теперь ее никто не сможет защитить. Лучше будет, если она забудет все. Отправим девочку в Шамбатон. Волдеморт до нее там не доберется. Пошли, уничтожим артефакт.

Я все еще не мог отойти от шока. Так запросто переписать судьбу человека и даже не заколебаться ни на миг! Мне почему-то были неприятны такие действия директора. Он же хмурился, кидал на меня косые взгляды и о чем-то усиленно думал. И я был уверен, что не о дальнейшей судьбе Шелли. Его явно интересовала моя персона и что-то связанное с ней.

* * * * * * *

За пределами больничного крыла меня поджидали Рон и Гермиона.

- Гарри, что вообще ты делал на поле? Я видел только, как ты упал с метлы, - кинулся ко мне Рон.

- Мистер Уизли, Гарри пока не в состоянии отвечать на вопросы, - сухо оборвал его директор. - Вы с мисс Грейнджер должны идти в гриффиндорскую башню.

- Это Сами-знаете-кто? - с ужасом предположила Гермиона.

- Вы проницательны, мисс Грейнджер. Но я надеюсь, это останется между нами, - так же неприветливо подтвердил Дамблдор. - Теперь позвольте пройти, мы спешим. Гарри надо вернуться в больничное крыло. Он должен окрепнуть перед дорогой.

- Перед какой дорогой? - удивился я.

Дамблдор лишь смерил меня странным взглядом и продолжил свое шествие. Я понял, что он сердится на меня, а значит, спрашивать бесполезно. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Впрочем, оказавшись в комнате Шелли, я снова задал этот вопрос.

- Мы с твоим наставником Сингхом решили, что тебе стоит пройти особое обучение в Тибете, - на этот раз соизволил ответить директор. - Завтра утром ты уезжаешь.

По крайней мере, я успею проститься с Драко сегодня ночью, - подумал я, а вслух сказал совсем не это.

- Мне показалось, что другие участники событий почти ничего не видели.

- Да, это так, - подтвердил Дамлдор. - Почти для всех Шелли и Драко просто упали на поле, а ты каким-то образом оказался в небе и кинулся к мистеру Малфою. Истинную картину могли видеть лишь избранные: твой покорный слуга, Сириус Блэк, как твой крестный, и Северус Снейп, как крестный Драко.

- Ясно... - протянул я.

Директор опять смерил меня каким-то странным взглядом, но ничего не спросил и не пояснил, а принялся искать книгу. Она, как и говорила девушка, лежала в тумбочке. Почему-то он заставил именно меня вынуть ее и неопределенно хмыкнул, когда переплет вспыхнул зеленоватым светом, едва я коснулся книги.

- Сожги ее, - предложил старый интриган, и я подчинился.

Когда артефакт занялся сине-красным пламенем, мою голову расколола боль в шраме, и я потерял сознание. Очнулся я снова в больничном крыле. Первым, кого я увидел, оказался Дамблдор, который явно просидел рядом с моей кроватью все то время, что я был в отключке.

- Что ж, Гарри, отдыхай здесь до утра. Лама Сингх будет ждать тебя у дверей школы в восемь. Мадам Помфри разбудит, - мягко сказал он и удалился.

Целительница тоже вскоре покинула палату, и мы с Драко остались вдвоем.

* * * * * * *

Некоторое время я лежал на своей кровати как примерный мальчик. Но желание убедиться, что с Малфоем все в порядке, заставило меня встать.

Драко спокойно дышал, и это успокаивало. Но мне необходимо было хотя бы коснуться его. Поэтому, поколебавшись, я сел на краешек его кровати, отодвинул с его лица прядь волос и нежно коснулся виска губами.

- Гарри, - моментально распахнул он свои глаза.

- Как ты? - поинтересовался я, лаская его скулы кончиками пальцев.

- Нормально, - улыбнулся Драко. - Скажи, а что случилось?

- О, это очень долгая история, - ухмыльнулся я и рассказал про книгу Тома.

- Я так и знал, что Шелли клеится к тебе, - немного нахмурился Драко.

- Она все придумала, - успокоил я его ревность, склоняясь к его губам и целуя.

Он обхватил меня за шею и углубил наш поцелуй. Когда нам не стало хватать воздуха, Драко вздохнул и невесело усмехнулся:

- Я обманул тебя. Обещал придти и, видишь, не смог. Но, думаю, что через пару дней меня выпишут, и я исправлюсь.

У меня сжалось сердца от того, что мне придется отказать ему.

- Ничего не выйдет, Драко. Завтра утром я уезжаю в Тибет.

- Надолго? - мрачнея, поинтересовался он.

- Не знаю, - признался я и, видя, что Драко еще сильней хмурится, снова поцеловал его.

- Скажи, а почему сказка повернулась так странно? - спросил он спустя некоторое время.

- Ты мог бы меня и не спрашивать, - чуть смутившись, ответил я. - Это же очевидно. Я спас твою жизнь, целовал тебя, ревновал... Но ты не девушка.

- Мерлин, эти месяцы были ужасно глупыми. Я тебя ревновал к Ньюману. А ты меня к Кристи. Хотя, последнее совершенная глупость. Днем я на тебя так злился, а вечером хотел не только поцеловать, но и оказаться в твоей спальне, и не решался.

- Да уж… - вздохнул я. - Никогда бы не подумал, что Ньюман и Риддл - одно и то же лицо. Волдеморт такой страшный, а Том почти красавец.

- Не желаю слушать про Тома! Ты мой! - сузил глаза блондин и впился в мои губы собственническим поцелуем. - Знаешь, у меня дурные предчувствия. Ты будешь мне писать?

- Вряд ли. Тибет черти где, а сову я оставляю в совятне. Но я буду о тебе думать. - Я опять поцеловал его и признался: - Как же я не хочу уезжать!

Драко только сжал меня крепче в ответ, и мы снова начали целоваться. Мерлин, если бы не его состояние и не место, я бы сделал что-то более откровенное, чем робкие поглаживания и поцелуи. Но сюда в любой момент могла войти мадам Помфри. Поэтому мы еще немного побыли вместе, а затем я лег на свою кровать и пожелал ему спокойной ночи. Скажу честно, я думал, что не сомкну глаз до утра, но сон быстро справился со мной.

Глава 17. Тибет

Мадам Помфри разбудила меня в половине восьмого. Так как Драко спал, то я не смог попрощаться с ним даже на словах, хотя хотелось бы поцеловать. Впрочем, при целительнице это вряд ли можно было осуществить в любом случае.

Опечалившись этим фактом, я поднялся в свою спальню, покидал в сумку некоторые вещи и спустился к главному входу. Сингх уже был там и, увидев меня, поприветствовал:

- Я рад, что ты не опоздал, несмотря на вчерашнее происшествие.

- Если честно, я предпочел бы отложить отъезд, хотя бы на пару дней, - сознался я.

- Прости, Гарри. Но тебя ждет там слишком много дел, а у тебя седьмой курс. Ты и так покидаешь школу на два месяца. Поэтому я вынужден настаивать.

- Как на два месяца? Так долго. - Я смотрел на тибетца почти с ужасом. - Я думал, что уезжаю только на каникулы.

- Видимо, директор Дамблдор решил сделать тебе сюрприз, - как всегда без эмоций прокомментировал Сингх.

Я был в полной растерянности. Во мне кипела масса эмоций: злость на директора, который в очередной раз все решал за меня, нежелание надолго покидать Драко, какая-то неясная тоска или предчувствие опасности. Но все это перевешивала жажда новых неизведанных приключений.

Наверняка вся эта гамма отражалась на моем лице, но мой наставник умел быть тактичным, поэтому не задал ни единого вопроса, а просто вынул портал - помятую миску, и мы переместились в Тибет.

Здесь было гораздо холодней, чем в Англии. Нас окружали горы, покрытые снегом, впрочем, как и весь остальной пейзаж. Красота была неописуемой, а каменная арка, перед которой мы стояли, поражала воображение, особенно глаза, вырезанные в камне и, казалось, смотрящие мне в душу. Я даже шумно выдохнул от охвативших меня эмоций.

- Это буддистский монастырь, - пояснил лама, указывая на красные строения за странной аркой. Затем махнул в ее сторону. - А это вход в нашу школу - дарчен. Иди через него первый. Я хочу посмотреть, пустит ли тебя охранная магия.

Хотя я уже привык к магии за свою школьную жизнь, но напряженный голос Сингха, который сомневался в моей способности пройти через раскрытую арку, вызвал у меня улыбку. Он шутит? - мелькнуло в моей голове, но наставник был как никогда серьезен. Я спокойно прошел и победно оглянулся: сзади меня были массивные железные ворота и глухая, высокая стена ограды. Да… Веду себя, как магл.

Я посмотрел в сторону монастыря. Но и он сам, и окружающее пространство тоже изменились. Снега больше не было, а здания стали просто другими. Особенно меня потрясло одно в виде ступенчатой пирамиды, каждый ярус которой представлял собой ряд отдельных помещений с выходом наружу. Наверху его венчала башенка с куполом, под которым были нарисованы такие же глаза, как и на дарчене.

Рядом с пирамидой была двухъярусная пагода с традиционной для таких строений крышей. По двору протекала река, по берегам которой разгуливали ученики в оранжевых тогах - бритоголовые мальчики разного возраста.

- Прекрасно. Школа признала тебя, - заставил вздрогнуть меня голос неслышно подошедшего ко мне Сингха. - Первым делом пойдем к озерам. Хочу рассказать тебе легенду. Это поможет тебе понять, как ты можешь справиться с темным магом.

Если бы на его месте был кто-то другой (не Снейп, конечно), то я возмутился бы и напомнил, что со мной вещи, да и одежда - зимняя мантия - несколько жарковата для царившего на территории монастыря климата. А так я просто поплелся следом. Впрочем, вскоре мои претензии исчезли, так как багаж улетел, а одежда сменилась на более легкий вариант оранжевого цвета.

* * * * * * *

Сингх привел меня на берег большого озера, которое, несмотря на ветерок, даже не колыхалось. Казалось, что вся его вода пронизана солнцем.

- Это озеро Манасарав, - пояснил лама. - Тибетцы считают его священным. Мы же называем его аккумулятором светлой магии. Оно носит имя великого мага, обладавшего такой магической силой, какой нет сейчас и, пожалуй, долго не будет на земле. Он, как и ты, вел борьбу с силами зла. Как и у тебя, у него был сильный противник, маг Ракшас. Здесь недалеко есть еще одно озеро - средоточие темных сил. Эти два озера уравновешивают силы добра и зла. Маги стояли друг против друга как раз на их месте и никак не могли победить, хотя и знали, что не смогут жить спокойно, пока живы оба. Ничего не напоминает?

- Да, - сглотнув, выдавил я. - Пророчество обо мне и Волдеморте звучит весьма похоже.

- Правильно. Мы решили с учителями из высшей школы магии Шамбалы, что вы невольно повторяете их путь. Правда, силы ваши не столь впечатляющи. Хотя, как сказать. Те два мага жили так давно, что их деяния покрыты налетом мистики. Просто я не думаю, что тебе под силу создать такое озеро, как Манасарав. Волдеморт, пожалуй, тоже не сможет воспроизвести озеро Ракшас.

- Кто же из них победил? Или они оба превратились в озера? - с некоторым трепетом спросил я.

- Ни во что они не превращались. Озера были созданы ими ранее, как две грани мироздания: добро и зло, - несколько раздраженно пояснил Сингх, а затем чуть мягче добавил: - Полюбуемся еще на эту тишь и гладь и пойдем на озеро Ракшас. Увидишь сам воочию буйство стихии.

Я отстраненно подумал, что он так и не ответил на вопрос о том, кто победил. Но спрашивать повторно было бесполезно - все равно не ответит.

Да… еще издали была заметна разница. Над иссиня-черной водой висела свинцовая туча. И хотя ветер тут дул не больше, чем у озера Манасарав, но было холодней, а по поверхности ходили огромные буруны.

- Вот оно, озеро Ракшас, аккумулятор темной магии, - торжественно объявил Сингх. - Здесь всегда волны. Даже в мире маглов эти озера выглядят точно так же. Их ученые пытаются это объяснить, примешивая инопланетян и бога. Но дело в магии.

- Вы не ответили, кто победил, - упрямо напомнил я.

- А ты как думаешь? - задал наставник встречный вопрос, и на его бесстрастном лице промелькнула тень улыбки. Я почувствовал себя круглым дураком, но ждал ответа, и он смилостивился: - Не может победить абсолютное зло. На каждом этапе развития нужна победа добра, хотя бы временная. Иначе не будет процесса дальнейшего развития.

- То есть, победил Манасарав.

- Естественно! Гарри, тебе обязательно надо было это услышать от меня? Можно же пораскинуть мозгами.

- Знаете, мне не хочется ни чем раскидывать. Меня зачем-то обязали убить монстра. Я хочу конкретности от сведущих магов, так как чувствую себя зеленым юнцом, который забрался на не причитающееся ему место, - рассердился я.

- Мы, тибетцы, верим в судьбу, в предназначение. Я думаю, что вы являетесь новым воплощением Манасарав и Ракшас, - спокойно парировал лама, не обратив внимания на мою агрессивную вспышку.

- О, только этого не хватало, - простонал я. - Кстати, я так и не понял, зачем мы смотрим на озера? Это, конечно, изумительное явление. Я ничего подобного не видел, но не понимаю, как могут эти сведения или созерцание озер мне помочь в борьбе с Волдемортом.

- Во-первых, я так и не рассказал тебе о битве. Во-вторых, у нас есть обряд посвящения, который рассчитан на избранных. Ты - избранный, поэтому пройдешь его, - как-то не совсем логично, на мой взгляд, ответил Сингх.

- Что за обряд?

- Ты искупаешься в обоих озерах. Напитаешься темной и светлой магией. Но это будет не сейчас, а в самом конце. Перед этим тебя ждут другие испытания: надо пройти очищение и научиться видеть ауру. А пока просто полюбуйся на озера.

- И вы не расскажете мне о битве?

- Нет. Ты не готов к этому.

Я вновь почувствовал раздражение, так как не выношу, когда меня держат за идиота.

Чем дольше я стоял на берегу бушующего озера, тем сильнее была моя злость. Я прямо сочился ею. Если бы я был змеей, с меня бы капал яд.

- Ты почувствовал мощь темной магии, - удовлетворенно сказал наставник. - Пойдем опять к силам добра. - Он развернулся и пошел к озеру Манасарав.

Я готов был на него кинуться, как дикая собака, но сумел сдержаться. По мере удаления от озера Ракшас, злость поутихла. Мы остановилсь на берегу Манасарав, и мое сердце постепенно начало наполняться спокойствием. Я почувствовал себя почти счастливым и любящим всех. Мне даже стало стыдно за недавний приступ агрессии.

- Ты хорошо реагируешь, и эта магия тебе ближе, чем та. Теперь я уверен, что ты победишь своего врага, - признался Сингх.

Потрясенный до глубины души его верой в мое могущество, я задал вопрос, на который уже знал ответ:

- Мои перепады эмоций - это магия озер?

- Да. Ее чувствуют все. Но так бурно могут реагировать единицы. Ты провел на озерах минут по пять и даже не подходил к их водам, но ощутил всю силу их воздействия. Повторюсь, это потому, что ты - избранный, - подтвердил лама. Затем не так пафосно добавил: - Ладно, Гарри, на сегодня с тебя достаточно. Пошли, тебе надо отдохнуть. Завтра будет тяжелый день, как и все следующие.

Поднимался я до будущей спальни по внешней анфиладе, опоясывающей здание-пирамиду. Между ярусами были винтовые лесенки. Моя комната оказалась кельей, по крайней мере, я так всегда и представлял их: каменный прямоугольник, правда, вместо окна здесь была дверь, часть которой оказалась открытой.

Внутри находился узкий топчан, прикрытый тонким шерстяным одеялом, на котором лежала жесткая подушка, явно набитая соломой. Небольшая тумбочка, стул с высокой спинкой и кожаным сидением. В углу таз для умывания и кувшин. Да… условия прямо спартанские.

В комнате моих вещей не было. Поэтому я просто скинул оранжевую тогу и улегся на ложе. Даже у Дурслей в чулане я спал с большим комфортом. Как ни странно, но уснул я быстро - просто провалился в сон без сновидений.

* * * * * * *

Мне показалось, что едва я коснулся неудобной подушки, как раздался звук, напоминающий рев взбесившегося слона. Я скатился с кровати от неожиданности. В то же мгновение раздался стук в дверь. Я накинул тогу и открыл. На пороге стоял парнишка лет двенадцати, как и все ученики этой странной школы, бритый налысо.

- Час магического единения, - напыщенно сообщил он. - Пойдем.

Я наспех плеснул ледяной водой на лицо из кувшина и потащился за провожатым. Мы вышли из дверей не наружу строения, а внутрь и пошли вниз. Коридоры были узкие, мрачные, без всяких украшений, лишь с многочисленными дверями, из которых выходили мальчики, казавшиеся мне на одно лицо. Они старательно делали вид, что не замечают меня. Но у них это не слишком получалось.

Вместе со всеми мы вышли из здания на улицу, и многие из учеников, как и мой провожатый, зажгли на своих ладонях маленькие огоньки. Увидев кидаемые на меня испытующие взгляды, я вспомнил летнюю практику по интуитивной магии и сделал на кончике указательного пальца Люмос.

- Который час? - поинтересовался я у спутника на английском и только потом подумал, что он может и не говорить на нем. Однако его явно выбрали не за красивые глаза, так как он ответил:

- Четыре.

- Чего такая рань? Вы всегда поднимаетесь ни свет ни заря.

- Эта побудка не ежедневная. Сегодня она посвящена тебе. Обычно подъем в шесть.

- Ну, вот свалился вам на голову и не дал выспаться. Хотя и шесть довольно рано. У нас подъем в восемь.

- Ничего. Мы привыкли.

Провожатый говорил с огромным акцентом и старательно подбирал слова. Поэтому я прекратил разговор. К тому же мы уже миновали небольшой дворик и вошли в другое здание, напоминавшее мне пагоду, где, как пояснил мой спутник, находились учебные классы. Впрочем, мы пошли не в один из них, а в огромный зал, чем-то похожий на Большой зал Хогвартса, по крайней мере, зачарованным потолком, отражающим небо, настенными факелами и флагами, верней, красными полотнищами.

Столов тут не было. По периметру зала стояли мальчики одинакового роста и возраста с длинными трубами и извлекали из них тот ужасный рев, который разбудил меня. Остальные располагались на циновках в позе лотоса прямо на полу довольно стройными рядами, а не хаотично.

У противоположной от двери стены был подиум, за которым был рассвет, причем не нарисованная картина, а, казалось, настоящее явление, как и небо над головой вместо потолка. Перед ним тоже в позах лотоса сидели более взрослые маги - явно, преподаватели.

- Тебе туда, - указал мне на подиум провожатый, прежде чем присоединиться к своим.

Подойдя ближе, я увидел Сингха и рядом с ним свободную циновку. Пока я раздумывал, сумею ли сесть в позу лотоса, наставник пришел мне на выручку:

- Ты можешь просто сеть на колени или скрести ноги, как можешь.

- Что сейчас будет? - отважился я задать вопрос.

- Твое посвящение в ламы. Это звание дается только выпускнику нашей школы. Но ты, Гарри, особый случай. Та программа, которая предстоит тебе за эти два месяца, - это уровень выпускника, а не рядового ученика. Посвящение - проформа, но в каждой проформе свой смысл. Думаю, ты в курсе, - подробно ответил он.

Все преподаватели школы встали и поприветствовали меня на манер индийцев или арабов, которые складывают руки на уровне груди. Я испытывал смущение, будто мне отдают почести, не предназначенные мне, но повторил жест, и они снова опустились на пол. Я кое-как скрестил ноги и сел в позу, приблизительно напоминающую позу лотоса.

Начался обряд. С помощью медитации, тысяча мальчиков и два десятка учителей объединили свои сознания. Я почувствовал себя частью единого целого. По мне прошли знания этих мальчиков, которые сидели передо мной. Это было удивительно и ни на что не похоже.

Я почувствовал, что мы взмываем ввысь, зависая над полом. Все кружилось и мелькало, как в калейдоскопе. Наконец, действо кончилось, и мы все очнулись. Мальчики потянулись из зала, низко кланяясь учителям и мне, так как я тоже сидел на подиуме. Я вновь почувствовал себя неловко за незаконные почести.

Глава 18. Испытания

Мы с Сингхом ушли из зала, когда его покинул последний наставник. Лама повел меня в отдельно стоящее маленькое здание. Внутри было что-то вроде склепа, но на месте гроба было высокое ложе, покрытое циновкой.

- Тебе предстоит провести здесь некоторое время. Не могу сказать, что это приятно, скорее уж противно. Но без этого не будет следующего этапа, - вздохнул наставник.

- Надеюсь, я выдержу, - сказал я тоже со вздохом.

- О да. Ты выдержишь. Раздевайся.

- Что вы имеете в виду под словом «раздевайся»?

- Полностью. Снимай все, даже свое кольцо. Кстати, пока ты тут находишься, я сделаю тебе из него магическую игрушку наподобие вашей палочки. Я, признаюсь, не вижу смысла во всех этих приспособлениях, но ты привык к ним. У тебя не такой большой опыт интуитивной магии. Так что, козырь в рукаве, а верней, на пальце, может спасти тебя.

Я выполнил его распоряжение и прикрыл свою наготу холщовым рубищем. Затем залез на странное ложе. Лама положил к моим ногам и рукам какие-то сосуды, а на лоб пучок мокрых, горячих и пахучих трав.

- Все эти ухищрения направлены на очищение твоего разума и тела. Травы помогут раскрыть твой третий глаз. Ты не хочешь трудиться сам. Мне было восемь, когда мне сделали дырку. Тебе почти семнадцать. Мы не можем просверлить твой лоб. Уже поздно. К тому же при магическом шраме, это весьма опасно.

Сингх говорил такие ужасные вещи будничным тоном, что я почувствовал, как моя челюсть отвисает. Мне бы очень хотелось, чтобы тибетец улыбнулся и выкрикнул: «Ага! Попался. Это же шутка». Но нет, это было серьезно.

Он произнес несколько заклинаний на неизвестном мне языке, низко поклонился мне и ушел. Я остался и почти сразу почувствовал жжение во всем теле. Меня крутило, сжимало и мяло. Ощущения были такими, как от Круцио. Наверное, так чувствует себя кусок мяса в мясорубке.

Но это не шло, ни в какое сравнение с ощущениями во лбу. Мне будто резали шрам ножом, сдирали с него кожу и прикладывали к нему раскаленное железо. Мне казалось, что еще миг, и я умру. Но я был жив и продолжал ощущать все. Кроме боли, из моего тела выделялась какая-то дрянь. Я лежал на своем ложе пыток, и меня перестраивала тибетской магия.

Я потерял ощущение реальности и не знал, сколько лежу так: час, месяц или год. Честно, меня это мало волновало. В данный момент я хотел лишь одного: чтобы это закончилось. Но пытка продолжалась, усугубляясь с каждым мигом. Ощущения были ужасными. «Какого черта меня так мучают?» - раздраженно думал я.

В воздухе был одуряющий запах сандала и пихты. Я, в принципе, любил их, но, проведя здесь так долго, почти возненавидел. Меня словно стало вертеть и крутить, как будто положили на вертящуюся тарелку. Наконец, я провалился в какую-то черноту и потерялся в ней.

Сколько прошло времени в этом безвременье, я не знаю. Но постепенно я стал ощущать вновь запах сандал, и он показался мне прекрасным. Тело было как будто новым. В голове не было никаких мыслей. Мне пришло в голову, что я сейчас такой чистый внутри и снаружи, как в первый свой день на этой планете. Я чувствовал себя обновленным, просто совершенно другим человеком.

Как только я так подумал, дверь отворилась, вошел Сингх и сообщил:

- Ты хорошо перенес этот этап. Жаль, не могу тебе обещать приятного в дальнейшем. Тебя ждет жестокое испытание.

- Вы меня пугаете, учитель, - содрогнулся я. - Сколько я провел здесь?

- Этот вопрос, Гарри, не должен тебя занимать. Я отпущу тебя не раньше и не позже, чем надо. Так что, извини. Ты провел здесь положенный срок.

* * * * * * *

Тибетская школа жила своей жизнью. Был разгар дня. Многие мальчики были на улице вместе с наставниками. Я даже не мог понять, что за уроки у них. У нас в Хогвартсе на улице были только полеты и уход за магическими существами. Интересно, а они чем занимаются?

- Скажите, учитель, у вас учат полетам на метле? - задал я первый вопрос на эту тему Сингху.

- В раннем возрасте они учатся левитации. Когда же они ее освоят, то мы знакомим их с магическими стредствами передвижения, такими как метла, ступа и ковер, но это скорее дань моде, - ответил он.

- У меня все было наоборот, но я добился неплохих результатов.

- Ты - уникум, Гарри. Я не устану это повторять. Сказать тебе честно, я сомневался, что ты вообще научишься левитировать, разве что взлетать над полом. Ты же не только прекрасно овладел этой наукой, но и спас жизнь человеку.

От похвалы я как всегда по-дурацки покраснел. Наставник погладил меня по голове и одобряюще улыбнулся.

- У тебя такая слава, а ты скромен и прост. Редкий дар.

- Вы меня захвалите, - окончательно смутился я.

- Надо же тебя подбодрить перед следующим этапом, - ухмыльнулся Сингх, заставив меня содрогнуться, представляя нечто не менее гадкое, что я недавно пережил.

Мне так не хотелось никаких испытаний! Я готов был написать десяток эссе по любому предмету, даже по трансфигурации и по зельям, или даже сдать по ним дополнительные экзамены. Прежняя школьная жизнь казалась мне простой и понятной. Здесь же, в Тибете, все было иное, сложное и пока неприятное.

Я настолько углубился в эти рассуждения, что забыл о том, что хотел спросить, что еще изучают ученики этой школы. Мы с Сингхом продолжали бродить по территории и молчать. Честно, я не совсем понимал смысла такого пустого времяпрепровождения. Но лама не торопился просвещать меня, зачем так поступает.

- Попробуй, как оно работает, - останавливась вдали ото всех и протягивая мне кольцо, предложил Сингх.

- Что мне делать? - спросил я, рассматривая кольцо.

Оно почти не изменилось. Только в зеленом камне, иммитирующем глаз змеи, появилась какая-то насыщенность. Раньше его цвет напоминал весеннюю траву, теперь же листву в тени. Да и размер камешка, пожалуй, был чуть больше.

- Надень его на палец, наставь на предмет и произнеси простое заклинание, например, призави вон ту ветку, - пояснил наставник.

- АКЦИО! - послушно выполнил я.

Из палочки, при заклинании, обычно вырывался при этом заклинании небольшой сноп золотых искр. Из кольца же вылетел скрученный жгут, состящий из красного и зеленого луча. Ветка, как и ожидалось, оказалось в свободной руке.

- Ты - необычный маг. Из кольца чаще всего вырываются либо красные лучи (при заклятиях темной магии), либо зеленые (при светлой магии и простых заклятиях). У тебя же сдвоенная искра при средних чарах, - удивился Сингх. - Попробуй какое-то сложное, причем темное заклятие, например, убей птицу.

Честно, меня несколько покоробила эта просьба. Но так как в дальнейшем мне предстояло убить Волдеморта, который все еще оставался человеком, то я решил попробовать сейчас, смогу ли это в принципе.

- АВАДА КЕДАВРА, - произнес я, чуть морщась.

Из кольца вырвался жгут, скрученный из двух зеленых и трех красных лучей. Бедная пичуга упала замертво, а мой невозмутимый наставник вскрикнул и, взяв себя в руки, констатировал:

- Ты убил бы даже очень сильного мага.

Я невольно почувствовал себя монстром, нервно сглотнул и выдавил:

- Я не хотел.

- Странный ты человек, Гарри. Тебе предстоит битва с Волдемортом, а ты жалеешь пичугу, - покачал головой Сингх.

Я пожал плечами и вздохнул. Он еще раз покачал головой, затем отобрал кольцо и молча двинулся в сторону ворот, через которые мы попали в школу в первый день. Мне не оставалось ничего другого, чем пойти следом.

* * * * * * *

Теперь железные ворота, которые оказались на месте каменной арки, выглядели просто столбиками с затейливой резьбой, а между ними клубился непроницаемый белый туман. Я понял, что это магическая завеса. Сингх сказал заклинание на своем языке, и мы преодолели ее бок о бок.

Почти прямо за туманом находилась сдвоенная ступенчатая пирамида или две, одна маленькая перед второй, огромной, на верхушке которой лежала снежная шапка.

- Маглы знают это как гору Кайлас. Мы около нее появились из портала, - сказал Сингх, указывая на это сооружение. - В самом деле, это наш магический университет Шамбала. Большая пирамида - учебные классы и общежитие для студентов. Маленькая пристройка - научные лаборатории просветленных магов. Именно там нас ждут.

Нас встретил бритоголовый маг, цвет одеяния которого удивил меня. В тибетской школе магии все - и учителя, и ученики - были одеты абсолютно одинаково: в оранжевых тогах. Стоящий же передо мной тибетец был в белой.

Вокруг него было какое-то золотое сияние, повторяющее его контур. Я уставился на это так, как обычно смотрят маглы на взмахи палочкой. Маг увидел мое изумление и проговорил величественным тоном:

- Твой подопечный, Сингх, только что увидел ауру у меня. Ты разве не говорил, как она выглядит?

- Прости, учитель, я думал, Гарри знает, - потупился мой наставник.

- Меня зовут Минтьянг. Я настоятель этой школы. По вашему, Гарри, я - директор, - представился мне наш собеседник. - Ты действительно знаешь, как выглядит аура?

- Да, - пробормотал я.

Все мои внутренности тряслись под его внимательными глазами, которые просвечивал меня насквозь. Каждая клеточка, каждая моя мыль, по-моему, не укрылась от его взгляда. Минтьянг улыбнулся мне и спросил:

- Почему же ты изумлен?

- Я думал, аура бывает красной, - ответил я. - Вокруг вас пылает расплавленное золото.

- Это потому, что Минтьянг - наимудрейший. Он продвинулся по пирамиде жизни столь высоко, что его аура стала золотой, - пояснил мне это явление Сингх. Потом добавил, обращаясь к директору: - Учитель, я не говорил Гарри о том, что аура имеет разные цвета. Я хотел показать это на практике.

- Ты по-своему прав, - задумчиво согласился Минтьянг.

Мы раскланялись, как йоги, и пошли с ламой вглубь пирамиды. Внутри она была похожа на обычное помещение. Только стены были из крупных, плотно пригнанных блоков из бордово-красного материала. Я подумал, что это известняк или красная глина. Правда, я был не уверен, а спрашивать Сингха, который глубоко ушел в себя, не решился, понимая, что мне вряд ли ответят на такой пустяшный вопрос.

Внезапно мой учитель остановился и коснулся рукой стены, и в ней появилась дверь. Я даже не понял, каким чудом, Сингх не ошибся, где она находится, так как стена была абсолютно одинаковой по всему протяжению коридора. «Черт подери, я устал удивляться чудесам», - подумал я немного с раздражением. В самом деле, сколько можно! Я же почти выпускник Хогвартса, а удивляюсь совершенно непонятной мне магии тибетцев.

Помещение, куда мы вошли, было абсолютно бесформенным и темным.

- Зажги свет, - попросил меня Сингх.

Палочки и кольца у меня не было, поэтому применил интуитивную магию, которой обучался у него и Торлея. Волшебный свет озарил помещение. Это был просто каменный мешок. Посреди него лежала грубая циновка.

- Сними одежду. Ты должен сесть на коврик в позу лотоса или нечто похожее, - приказал он, и я выполнил. - Когда я закрою дверь, то свет погаснет. Ты должен сконцентрироваться и медитировать.

- А дальше? - решился я на довольно глупый вопрос.

- Дальше? - усмехнулся Сингх. - Увидишь.

Мне показалось, что у ламы от общения со мной развились садистские наклонности. Он все более напоминал мне почему-то Снейпа. От такого сравнения я развеселился. Между тем Сингх покинул помещения, и я оказался в кромешной темноте.

* * * * * * *

Я сконцентрировался на медитации. В холодном и абсолютно темном помещении это было довольно легко. Никогда еще я не достигал такого высокого уровня. В какой-то миг я ощутил рывок вверх. Внутри меня была невероятная легкость, и я стал видеть в темноте. Правда, картина меня несколько озадачила: мое бренное тело по-прежнему сидело в неудобной позе с разведенными коленками и ладонями, покоящимися на них.

Я почувствовал, что что-то тянет меня прочь из этой комнаты, от неподвижного и совершенно ненужного тела. Лишь тоненькая серебряная нить связывала меня с этой обузой. Она утоньшалась, удлинялась, как поводок с рулеткой у ленивого хозяина собаки. Вскоре я висел где-то около вершины пирамиды. Рядом оказался Сингх, такой же прозрачный.

- Вы похожи на призрака, - хихикнул, не выдержав, я.

- Ты почти прав, Гарри. Призраки сейчас похожи на нас. Но мы все еще живы, а их тела покинуты навсегда, - подтвердил наставник, улыбаясь.

- Пожалуй, я теперь не буду бояться смерти.

- Это правильно. Для пытливой души, смерть - просто очередное приключение.

- Когда-то нечто похожее я слышал от своего директора, - сказал я. - Только тогда я его не понял. Теперь, мне кажется, я уже разобрался, почему Никаласу Фламелю было не страшно умирать. Он засиделся на земле. Его дух был неуемный. Поэтому теперь, наверное, он путешествует.

- Молодец, - похвалил меня Сингх. - Ты правильно мыслишь. Готов исследовать ауры?

- Да, - весело откликнулся я, и мы с ним поплыли. Другое слово к нашему передвижению не подходило.

* * * * * * *

Мы, невидимые, достигли тибетской школы. Переместились в здание, где было много классов, весьма странных, на мой взгляд: нигде не было привычных парт и скамеек. Ученики сидели на полу в позе лотоса и писали перьями на деревянных дощечках, поверх которых лежал пергамент.

Вокруг каждого ученика и учителя, я видел ауру. Они были то почти белесые (неразвитые, как сказал Сингх), то красно-золотистые с серебристыми, с серыми и даже черными пятнами.

- Черные пятна - это болезнь, порча. Серые - это отражение лжи и фальши. Серебряные - мечты и надежды, - спокойно рассказывал лама. - Смотри, у каждого в районе солнечного сплетения имеется небольшой золотистый шарик. Это душа. Если человек остается добрым и становится мудрей, она приобретает насышенность. Если же его мысли и поступки коварны и злы, то она темнеет. У Волдеморта, я уверен, душа абсолютно черная.

- Никогда не задумывался, откуда идет выражение «темная душа», - почти легкомысленно признался я.

- Ты прав. Это пошло именно отсюда, - подтвердил Сингх.

В этот момент я почувствовал снова рывок и буквально был притянут собственным телом. Я перевел дыхание и стал снова концентрироваться.

Теперь мой дух оказался на берегу озера Ракшас, которое, как всегда, бушевало. Мой наставик был тут же и продолжал разговор так, будто он не прекращался:

- Помнишь, я обещал тебе рассказать о битве магов? Так вот, Манасарав тоже видел ауру и был целителем. Ракшас не давал ему спокойно работать своими злодеяниями. Их порог ненависти превысил предел. Каждый искренне пожелал другому смерти. Это очень значимо, Гарри. - Он на миг замолк, а затем задал мне вопрос: - Скажи, ты искренне желаешь смерти Волдеморту?

Я задумался и затем ответил:

- Не знаю. Волдеморт - монстр и все такое, но мне кажется, что я по-настоящему не хочу его убивать. Боюсь, что не получится, не желаю становиться, как он, убийцей. Понимаю, что это слабость, но...

Я боялся осуждения, но Сингх только сказал:

- Просто ты пока не готов к битве. Да и он тоже. Иначе уже начал бы ее.

- Это меня мало утешает. Волдеморт намного опытней и старше меня.

- Это не имеет значения. Неужели ты еще не понял, что на магической дуэли вам друг друга не убить?

- Да. Наши палочки уравновешивают друг друга. Но у меня теперь есть кольцо. Хотя...

- Кольцо - ерунда. Да и палочки ваши тоже, - перебил меня Сингх. - Волдеморта так не убить. Именно поэтому ты здесь. Теперь я скажу, как Манасарав убил врага: он растер душу Ракшаса, как ком сажи. Такое можно сделать, только поистине пожелав смерти.

- Как это растер душу? - удивился я.

- Я могу тебе показать, как можно прикоснуться к душе другого человека, видя его ауру. Но как уничтожить душу, нет. Это же будет убийство, причем такое, что душа исчезнет из оборота перевоплощений на многие тысячелетия. У меня нет таких врагов, особенно здесь. Да и нигде нет, - вздохнул лама.

После этих слов я вновь оказался в своем теле. Сказанные слова не давали мне покоя. Готов ли я настолько, чтобы проделать то, в чем совершенно не разбирался? Нет, пожалуй. Может, пройдя испытания в Тибете до конца, моя решимость увеличится. Я этого пока не знал.

* * * * * * *

На сей раз, пребывание в темноте затянулось. Я никак не мог вновь отделиться от тела. Наконец я ощутил непреодолимый зов. Моя душа рванула ввысь и понеслась с невероятной скоростью. Мелькали облака, будто я мчался на метле с безумной скоростью. Наконец, я оказался в каком-то помещении. Рядом по-прежнему был Сингх.

- Где мы? - спросил я.

- Не догадываешься? - вопросом на вопрос ответил он.

- Нет, - пожал плечами я и внимательно огляделся.

Комнтата была мне совершенно не знакома. Но вот спящий на кровати человек... Это был Драко. Его фигуру окружала золотисто-красная аура. На уровне солнечного сплетения сияла капелька души. Я невольно залюбовался на блондина, забыв, что не один. Но Сингх напомнил о себе, сказав:

- Вы с ним близки. Протяни свою руку, и ты в этом убедишься. Только поднеси ее близко к его душе.

Я так и сделал, хотя меня немного смутили его слова о близости с Драко. Золотистая капелька души блондина с доверчивостью опустилась на мою ладонь, полежала и вернулась на место. Это было непередаваемое ощущение. Я будто поцеловал Драко прямо в его сердце. На миг я ощутил с ним полное единение, и меня переполнило счастье.

- Вот ты и коснулся души другого человека, - вернул меня с небес на землю бесстраный голос ламы.

От неожиданности я потерял концентрацию. На этот раз рывок был настолько силен, что когда я очнулся в теле, то просто упал на циновку. Теперь я сожалел лишь о том, что пребывание рядом с Драко было так кратковременно.

Мне очень захотелось вновь оказаться в той спальне. Желание было так сильно, что я почувствовал знакомое уже ощущение, сопутствующее астральному образу. Шагнув к кровати, я коснулся щеки Драко своей прозрачной рукой, и он тут же распахнул свои серые глаза и удивился:

- Гарри? Ты мне снишься?

- И да, и нет, - ответил я, надеясь, что он услышит.

- Что это значит?

- Я тебе не снюсь, но я не совсем здесь.

- Я не понимаю, но рад, - вздохнул Драко.

- Я тоже, - улыбнулся я, снова дотрагиваясь до него, и пояснил: - Рядом с тобой моя астральная проекция. Ты что-то почувствовал сейчас?

- Не знаю. Поцелуй меня.

Дважды просить меня не надо было. Я склонился, поцеловал его в губы и снова спросил:

- Ну как? Что-нибудь почувствовал?

- Да. Будто бабочка крылом задела меня, - ответил он.

- Это хорошо, - сказал я, снова целуя его. - Теперь спи.

Драко закрыл глаза, а я оказался в своей странной камере. Я был счастлив. Теперь я знал точно, как управлять своей астральной проекцией. Это отняло много магических сил. Я повалился на пол и долго лежал в забытьи. Потом очнулся и принялся вновь за медитацию.

* * * * * * *

Почувствовав знакомый рывок из тела, я не удивился. Вскоре я был рядом с Сингхом, который находился в доме Реддлов, который я сразу узнал по своим кошмарам. Волдеморт сидел один в кресле. Его аура была тоненькой, дырявой, как старая тряпка, и серой. А душа представляла собой странный трилистник, где отсутствовали два лепестка. О том, что они все-таки когда-то были, говорил слабый контур. Единственный лепесток был черен, как уголек.

- Смотри, Гарри, - сказал лама. - Такое явление редко увидишь. Я только читал об этом. Душа, разбитая на три части, две из которых уже мертвы. Тебе осталось уничтожить только одну треть.

- Почему у Волдеморта аура такая рваная? - шепотом спросил я, боясь быть услышанным хозяином особняка.

- Можешь не шептать. Он не слышит нас. Это привилегия светлых магов - слышать астральную проекцию друга или любовника, - пояснил Сингх, немного смущая меня последним словом, так как я вспомнил о недавнем свидании с Драко. Однако наставник продолжал говорить, привлекая мое внимание к своим словам: - Что же касается ауры Темного Лорда... Она рваная потому, что он болен - боится жить и умирать. К тому же на его совести не один десяток смертей. Отсюда и дыры.

Глава 19. Возвращение

Я смутно помню, как вчера вернулся в тело после астрального путешествия. Одно могу сказать, что мое сознание почти сразу же провалилось в обыкновенный сон без всяких сновидений. Разбудил меня скрип открываемой двери.

- Твое заточение подошло к концу, ученик. Ты справился со всем, - с пафосом произнес Сингх вместо приветствия.

Я с достоинством кивнул, полагая, что говорить «спасибо» после таких слов неуместно. Натянув на себя оранжевую тогу, я последовал за учителем.

За пределами моей темницы было раннее утро. То ли от восхода солнца, то ли просто от ощущения свободы, я почувствовал счастье и легкость. Мне казалось, что окружающий мир наполнился новыми красками, а я сам очистился и преобразился.

- Не удивлюсь, если ты испытываешь нечто схожее с эйфорией, - предположил Сингх, угадывая мое состояние. - Так всегда бывает после проведенных здесь дней.

- Вы правы, - подтвердил я. - Мне кажется, что я сейчас способен свернуть горы. Хотя это было бы лишним, так как нарушило бы царящую тут гармонию.

Лама улыбнулся, услышав в последних моих словах юмор. Я засмотрелся на одухотворенное лицо наставника и только тут понял, что вижу все его черты очень четко, хотя на мне нет очков.

- Невероятно! - воскликнул я. - Кажется, мое зрение улучшилось.

- Вполне возможно, - сказал Сингх и дал краткое пояснение: - Твой организм проделал немалую работу по очищению и частичной перестройке. Улучшение зрения - один из аспектов его успешной работы.

- Слава Мерлину, что это случилось! - обрадовался я. - Я ненавидел очки всеми фибрами своей души.

Некоторое время мы шли молча, причем, судя по направлению, к двум странным озерам, которые мы посещали в первый день моего пребывания в Тибете. Затем Сингх снизошел до объяснений:

- Сейчас тебе предстоит своеобразный ритуал, после которого ты сможешь вернуться в Хогвартс. Не пугайся, ничего сверх неприятного, страшного или болезненного тебя не ожидает. Тебе всего-навсего предстоит искупаться в двух озерах. Но так как они не совсем обычны, то ты испытаешь определенные ощущения, которые родятся от природы создавшей их магии. Так как считается, что темное начало в человеке преобладает, то начнешь ты с озера Манасарав, им и закончишь. Таким образом, тебе предстоят три омовения: два в нем и одно в озере Ракшас.

К концу его речи мы как раз подошли к берегу Манасарав. Его воды как всегда были спокойны, поэтому я без колебаний разделся и нырнул. Погружение можно было сравнить с состоянием нирваны. Я отключился от всего земного и чувствовал только блаженство. Если бы не специальный оберег Сингха, который он надел на меня перед процедурой, то я бы пробыл в озере столько времени, пока бы мои легкие не потребовали воздуха, и то, сомневаюсь, вспомнил бы я о нем.

Едва я выбрался, мы аппарировали на берег Ракшаса. Его темные воды так неистово бурлили, что я с трудом заставил себя погрузиться в них. Это были совершенно иные ощущения. Меня наполнила злоба, жажда мести, короче, озеро всколыхнуло во мне самые низменные мои желания и чувства. Теперь мне самому хотелось вырваться из воды как можно скорее, но оно не отпускало. И если бы не оберег Сингха, то я вряд ли бы справился.

Последнее погружение в светлое озеро несколько отличалось от предыдущего. Я словно смывал с себя негатив Ракшаса, приводил в равновесие свое темное и светлое начало. Выбрался я на этот раз абсолютно самостоятельно с осознанием своей двойственной природы и с умением содержать ее в гармонии.

- Я доволен тобой, Гарри, - донесся голос Сингха, о котором, надо сказать, я забыл. - Ты показал себя сильным магом, в котором светлые начала доминируют. Это дает уверенность, что ты выиграешь битву с Волдемортом, которая, боюсь, не за горами.

Я молча кивнул в ответ. Сейчас, на берегу Манасарав, я тоже был уверен в собственной силе и ничуть не боялся предстоящего противостояния с темным магом.

Пробыв еще пару минут на берегу, мы двинулись прочь. Сингх довел меня до ворот, которые представляли собой деревянную дверь, закрытую на несколько мощных засовов, и отдал мне волшебную палочку и кольцо.

- Пришло время прощаться. На этом наши пути расходятся, - вздохнул он. - Я дал тебе все, что было необходимо тебе. Дальнейшее твое пребывание в Тибете нецелесообразно. Во-первых, ты пока не готов к следующему этапу обучения. Во-вторых, он тебе не нужен: у тебя совершенно другая миссия.

- Спасибо, - поблагодарил я ламу, и он меня обнял. - Я никогда не забуду ни вас, ни этой поездки.

Сингх по-отечески погладил меня по волосам и протянул портал. Прежде чем дотронуться до него, я обернулся на тибетскую школу. Ее причудливые корпуса дремали под горным небом, и, казалось, что тут время замерло навечно. Это выглядело прекрасно и пугающе. В любом случае, мне тут было не место. Я махнул рукой ламе и исчез.

* * * * * * *

Хогвартс встретил меня бурлящим народом на квиддичном поле. По развевающимся флагам я понял, что играет мой факультет и Слизерин. «Он возвратился и попал, как говориться, с корабля на бал», - переиначил я строчки какого-то магловского поэта и, не раздумывая, свернул к стадиону.

- Гарри, тебя послало само небо! - воскликнула Кетти Белл, с которой я вскоре столкнулся. - Живо в раздевалку. Будешь играть за ловца.

- С ума сошла? - засмеялся я, радуясь, что вернулся в Хогвартс. - Я не тренировался черт знает сколько времени.

- На кой тебе тренироваться? Ты родился на метле и сможешь поймать снитч даже вслепую!

- Спасибо за столь лестный отзыв, но…

- Прекрати спорить! - оборвала она меня. - Счет идет на минуты. Мадам Трюк сделала тайм-аут в игре, но он не вечный. Я разыскивала Колина Криви, но ты - это в сотни раз лучше.

- А что с Джинни? - позволяя ей тянуть себя в раздевалку, поинтересовался я.

- Столкнулась с Малфоем в погоне за снитчем. Они боролись так яростно, что никто не удивился, когда оба врезались в трибуну и теперь вне игры, - пояснила Кетти, заставляя меня волноваться за блондина.

- Надеюсь, они не сильно пострадали? - еле сдерживая желание метнуться в больничное крыло, задал я еще один вопрос.

- Джинни серьезно. Ей предстоит провести у мадам Помфри пару-тройку дней. А Малфой не очень, но на поле не выйдет.

Я вздохнул с облегчением сразу по двум причинам. Во-первых, что Драко вне опасности. Во-вторых, потому что не хотел обыгрывать его. Я так соскучился и надеялся на теплую встречу, что готов был даже сдать блондину крылатый мячик, лишь бы он не сердился. Теперь же я мог этого не делать.

- Итак, игра продолжается! - закричал Ли Джордан после того как мадам Трюк свистнула, и все взлетели в небо. - Обе команды за короткий срок нашли замену. Со стороны слизеринцев выступает Дафна Гринграсс, которая с начала учебного года была запасным ловцом. Гриффиндорцы выпустили на поле… ТАДАМ… непревзойденного Гарри Поттера.

Свист, шквал аплодисментов, стонов разочарования и облегчения… Я вернулся!

Через десять минут игры, когда команды обменялись голами, над полем появился снитч. Гринграсс не успела даже его заметить, как он уже был в моих руках. После приземления я оказался в кольце рук, дружеских похлопываний и восторженных возгласов. Наконец, ко мне пробился Рон и по-дружески стиснул в объятьях.

- Привет, чертяка! Я уже решил, что ты навечно поселился в своем Тибете.

- Там, конечно, классно, но дома лучше, - признался я ему.

- Гарри, о чем думали твой наставник и Дамблдор, позволив отсутствовать в школе так долго? - накинулась на меня Гермиона. - Как ты сдашь экзамены? Уже март месяц!

- Как март? - изумился я.

- Так!.. Тебе придется очень постараться, чтобы догнать нас.

- Отстань от него! - возмутился Рон. - Гарри все успеет, но не сегодня же об этом говорить! Он принес нам победу в квиддиче, и мы будем праздновать получение кубка.

Скажу честно, я предпочел бы посетить больничное крыло, но не знал, как отказать команде, которая жаждала этого праздника, причем непременно с моим участием. В любом случае, сбежать я не мог: меня схватили несколько пар рук и потащили в гриффиндорскую гостиную. Там уже были трансфигурированы столы, на которых стояло угощение: сласти, фрукты, сливочное пиво, неизвестно как попавшее в школу.

* * * * * * *

В больничное крыло я вырвался только поздно ночью, завернувшись в мантию-невидимку. Драко спал, и его белокурые волосы разметались по подушке. Мерлин, как же я соскучился по нему! А он? Не сердится ли за выигрыш? Впрочем, на все вопросы мой ангел мог ответить сам.

Больше не сдерживая себя, я прикоснулся к его губам. Что ни говори, но поцелуй в виде астральной проекции - это как мираж из сна, а реальность - и есть реальность, она прекрасна.

- Гарри… - прошептал Драко, притягивая к себе.

Он не сердится, рад, - промелькнуло в моей голове, прежде чем я углубил поцелуй.

- Почему ты так долго? - спросил он с укором, когда в наших легких закончился воздух.

- Я понятия не имел, сколько провел времени в Тибете. Там время течет иначе - его словно вообще нет, - ответил я, перебирая его шелковые волосы. - Как ты тут без меня?

- Живу, - пожал плечами Драко, затем сам поцеловал меня и добавил: - Верней, существую.

Это звучало как признание в любви, и я сжал его в объятьях.

- Полегче! - остудил он мой пыл.

- Прости, - смутился я, вспомнив, что блондин пострадал во время матча. - Тебе больно?

- Не очень, - улыбнулся Драко и обвил меня руками.

Мерлин, это было чудесно!

К сожалению, продолжались наши объятья недолго. Послышался шум шагов мадам Помфри, и мне пришлось спрятаться под мантией-невидимкой. Целительница провела диагностику пациента и сказала:

- Если все пойдет так же гладко, Драко, то утром ты сможешь покинуть больничное крыло.

- Было бы здорово, - обрадовался он.

Она протянула ему какие-то зелья, среди которых наверняка были снотворные, так как, выпив, Драко зевнул. К счастью, мадам Помфри не стала дожидаться, когда он уснет. Едва она удалилась, я снова кинулся к его кровати и спросил:

- Надеюсь, ты помнишь, что обещал мне до Тибета?

- Я хотел придти к тебе после отбоя и все еще полон решимости это осуществить, - краснея, ответил Драко.

- Буду ждать, - пообещал я, целуя его сладкие губы.

Едва я оторвался, как зелье подействовало, и мой прекрасный ангел уснул. Я погладил его по щеке, немного полюбовался и ретировался в свою комнату. Мерлин, пока все шло слишком здорово. Я даже не мечтал о таком возвращении.

Глава 20. Проклятье

К сожалению, ни на следующий день, ни через неделю Драко так и не решился придти ко мне в комнату. Я прекрасно понимал его. Все-таки мы собирались заняться не домашним заданием и даже не просто поцелуями, а кое-чем более интересным. Скажу честно, я и сам не был до конца готов к его визиту. Все-таки теоретическая база (а я прочел несколько книг на эту тему) - совсем не то, что практика.

Я терпеливо ждал и ни намеком, ни взглядом не напоминал ему про обещание. Впрочем, мы не так много общались. Так как я был вынужден догонять курс и сдавать хвосты, то по вечерам у меня были дополнительные уроки с учителями, а во время перемен я часто проводил время в библиотеке, делая задания. Так что с Драко мы встречались только на совместных занятиях, когда не очень-то поговоришь на личную тему.

Когда же я решился спросить его в лоб, когда он решится, случилось непредвиденное. Во время обеда Малфою пришло послание из дома, после которого он покинул Хогвартс. Вечером его филин принес мне послание с разъяснениями:

«Прости мою нерешительность, Гарри. Мне очень хотелось придти к тебе, но… Впрочем, ты и сам, наверняка, мучился сомнениями.

А теперь так вышло, что я вынужден уехать. Моя бабушка со стороны матери заболела и позвала нас всех к себе, во Францию. Мы не могли отказать ей, так как, боюсь, она скоро покинет нас. Экзамены я сдам экстерном в Шамбатоне, а в Хогвартс вернусь к началу нового учебного года. И тогда, если я тебе все еще буду нужен… Нет, не так… Ты меня непременно дождешься, я уверен. И если ты ничего не умеешь, как и я, будем учиться вместе.

Целую, твой Драко».

Я был растроган его откровенностью и расстроен предстоящей разлукой. Что ж, он меня ждал, теперь пришла моя очередь, - философски подумал я, пряча послание Драко поближе к сердцу. Нет худа без добра: с его отъездом я смогу все свое время посвятить учебе.

* * * * * * *

В последний выходной перед экзаменами я позволил себе расслабиться и поддаться на уговоры Рона, который приглашал меня и Гермиону в Хогсмид.

- Давайте сходим вместе, как в старые добрые времена.

И хотя я, как и Герм, считал, что из этой идеи ничего не выйдет - мы слишком изменились за прошедшее время, но уговорил ее на это мероприятие.

На удивление, Рон оказался прав. Мы беззаботно болтали о прошедшем матче, об уроках и о грядущих экзаменах, много шутили и смеялись, как когда-то в детстве. Гермиона ни разу не вспомнила о своем Викторе, Рон забыл, что не так давно приставал ко мне, я не думал о Драко. Короче, мы снова были знаменитым Золотым трио, которое беспричинно счастливо рядом друг с другом. Но, как часто бывает в моей гребаной жизни, все хорошее быстро заканчивается.

Мы уже собирались в Хогвартс, когда в деревню волшебников аппарировали несколько десятков Пожирателей смерти в черных мантиях и белых масках. Нам, разумеется, пришлось вступить в бой. Уже вскоре я понял, что я являюсь целью нападающих, причем убивать меня не собирались, а вот захватить в плен…

По-хорошему, я должен был спрятаться под мантией-невидимкой и поспешно ретироваться в школу. Но разве я мог оставить своих друзей? Нет, особенно если знать, что, не поймав меня, Пожиратели будут срывать на них злость.

Нам троим приходилось весьма туго, так как нас окружили сразу десять противников. Особенно старался коротышка, чьи глазки-буравчики одаривали меня ненавистью даже в прорези маски. Он крутился вокруг меня, применяя довольно разнообразные неизвестные мне заклинания, причем произносил их невербально.

В конце концов, я утомился и допустил ошибку. Пожирателю удалось связать меня и усесться сверху. Он собирался уже аппарировать к своему хозяину со своей добычей, как в него попал зеленый луч Авады. Оказывается, к нам на выручку поспешили члены Ордена Феникса, среди которых был Снейп, решивший, видимо, показать всем, на чьей он стороне, или просто, в очередной раз спасти свою головную боль, то есть меня.

Я сдернул с мертвого Пожирателя маску: передо мной лежал Питер Петтигрю. Увидев его, я вскочил на ноги и кинулся Снейпу на шею.

- Профессор, вы представляете, что это значит? Теперь Сириуса можно оправдать, и ему не придется скрываться.

- Все я представляю. Только отцепитесь от меня, Мерлина ради, - стараясь вырваться из моих объятий, сердито ответил Снейп.

- Не отпущу! - возразил я, прижимая его к себе сильней. - Я должен вас отблагодарить хоть один раз, но зато за все.

После этой фразы я расцеловал угрюмого зельевара в обе щеки.

- Знайте, профессор, теперь вы самый любимый мой человек, и я готов сделать для вас все, что угодно, - заявил я, повторяя свои поцелуи.

- Все что угодно? - оживился Снейп. - Так вот мое первое желание: отцепитесь от меня, импульсивный подросток!

Я нехотя выпустил его из кольца своих рук.

- Что вы творите? - продолжал возмущаться зельевар. - Совсем спятили в Тибете? Что подумаю окружающие, увидев наши объятья?

- Что они могут подумать? - нахмурился я. - Я просто выразил благодарность за свое спасение и за шанс для крестного. Я так хочу, чтобы он мог жить легально, не вздрагивая при виде авроров. Хочу, чтобы все знали, что он невиновен.

- Так и будет, - заверил меня Снейп, улыбнулся уголками губ, а затем неожиданно сам прижал меня ненадолго к своей груди. - Главное, береги себя хотя бы для него.

В его фразе явно прозвучала недосказанность: «И для меня».

- Спасибо, - растрогался я, и он потрепал меня по волосам.

- Предатель! - раздался визгливый женский голос.

Мы оба повернулись - это была Беллатриса Лестрейндж, которая с ненавистью глядела на Снейпа. Следующим ее действием был луч какого-то проклятья, которое она запустила в него. Оценив, что зельевар вряд ли успеет поставить щит или уклониться, я отбросил его за себя и подставил свою грудь под удар.

- Проклятье! Что я наделала?! - вскликнула Лестрейндж и аппарировала.

- Какого черта ты лезешь? - накинулся на меня Снейп.

- Я должен был защитить вас, - пожал плечами я и начал падать.

- Мерлин, Сириус убьет меня! Гарри… - услышал я, прежде чем потерять сознание.

* * * * * * *

Перед моим взором расстилалась зеленая долина, на краю которой стоял небольшой беленький домик. Не давая себе отчета в том, как я тут оказался, и где я вообще нахожусь, я устремился к нему по тропинке, проложенной через высокую траву.

Небо был удивительно синим и бездонным. Солнце ласково пригревало мое тело. В траве прятались разные цветы, над которыми роились трудолюбивые пчелы. Вокруг было так благодушно и покойно, как в Тибете, а может, и еще лучше. И время тут, казалось, тоже зависло на каком-то моменте.

Не знаю, как долго продолжалось мое путешествие по полю, но, наконец, передо мной предстал домик, который привлек мой взгляд в первую же минуту. Я с удивлением отметил, что именно так рисовало мое воображение дом моего детства. Когда же на его пороге появились мои родители, то сходство стало полным.

- Ты рано, - нахмурился папа, нарушая идиллию.

- Очень рано, - поддакнула мама. - Мы не ждали тебя.

- Вы не рады мне? - расстроился я.

- Нет, разумеется! - еще сердитей подтвердили они хором.

- Но почему? - растерялся я.

- Потому что там у тебя полно дел, - прозвучал ответ.

Я уже хотел спросить, где это там, но тут земля под моими ногами превратилась в облака, сквозь которые я увидел свое безвольное тело на кровати и сидящего около него понурого Снейпа.

- Я умер? - задал я вопрос, когда облака снова превратились в гравиевую дорожку перед беленьким домом.

- Нет, но ты на пути к этому, - грустно сказала мама.

- Мне надо вернуться, но как?

- Мы не знаем, - признался папа. - Возможно, тебе просто надо захотеть.

В первую секунду я подумал: что за глупости? Я вовсе не хочу умирать сейчас. Но уже спустя мгновение начал сомневаться: зачем возвращаться? Здесь было так умиротворенно, и здесь меня ждали. А там?.. Мне придется сражаться с Волдемортом, и еще неизвестно, кто победит. С другой стороны, там были мои друзья и Драко, при воспоминании о котором сжалось сердце. Мерлин, мы так и не были вместе, а ведь можем быть еще счастливы, - мелькнуло в моей голове.

- Прощайте! - сказал я родителям. - Я вернусь сюда позже.

- Мы подождем, - заверили они. - Только сделай это вовремя.

Теперь они улыбались, открыто и весело.

- Я обещаю, - выдохнул я и очнулся.

* * * * * * *

У моей кровати сидел Дамблдор.

- Гарри, мой мальчик, как ты нас напугал! - воскликнул он, увидев, что я открыл глаза.

- Давно я здесь? - хрипло поинтересовался я.

- Давно. Уже лето, - ответил директор.

Я был в шоке. Первая моя мысль почему-то было об экзаменах. Судя по всему, они закончились. А как же я?

- Меня оставят на второй год? - спросил я.

Дамблдор, если и удивился вопросу, то не подал вида.

- Нет, конечно, - заверил он меня. - Ты сдашь экзамены через неделю, когда мадам Помфри отпустит тебя, и ты подготовишься к ним. А потом ты поедешь к Дурслям.

- Опять?! - воскликнул я.

- Что поделаешь, - развел руками старый маг. - Так надо. Там тебя защищает магия крови. Не знаю, говорил ли я, но твоя мама, Лили, обеспечила тебя защитой, умерев за тебя, и только в доме Петуньи ты в полной безопасности.

Но не от них, - грустно подумал я и сделал последнюю попытку избежать возвращения в дом родственников:

- А как насчет крестного? Я мог бы пожить у него. Его не сегодня-завтра оправдают.

- Во-первых, этот процесс не такой быстрый, как хотелось бы. Во-вторых, ему самому негде жить. Сириус сбежал из дома в шестнадцать лет, и его мать вряд ли примет сына вновь, тем более тебя, Гарри, - вздохнул директор.

Я тоже вздохнул, понимая, что больше нет причин спорить. Что ж, Дурсли, так Дурсли. Может, теперь они не будут меня слишком эксплуатировать? Я все-таки вырос, и они должны меня опасаться.

Глава 21. Неожиданный поворот

Когда я сдал все экзамены, была уже середина июля. Мое появление у Дурслей не было встречено радушно, но, по сравнению с другими годами, родственники не наорали на меня в первый же вечер. Да и в последующие за ним дни они вели себя намного терпимей, чем обычно: меня не запирали в комнате, не морили голодом, и работал я намного меньше.

После выздоровления от проклятья я находился в каком-то благостном настроении. Мне казалось, что солнце светит намного ярче, птицы поют громче, а трава стала зеленей. Единственное, что мне не хватало - это писем от друзей, крестного и Драко.

Только накануне моего дня рождения я получил сразу два пакета: письмо крестного и номер «Ежедневного пророка». Отложив в сторону газету, я углубился в послание Сириуса:

«Мой дорогой крестник, здравствуй!

Пару дней назад меня оправдали, и я сразу решил предложить тебе уехать от Дурслей. Правда, я не уверен, как ты отнесешься к человеку, приютившему меня. Скажу без лишних предисловий, это Снейп.

Да-да, я знаю, что ты его несколько недолюбливаешь, но... Во-первых, он клялся не терроризировать тебя. Во-вторых, Северус рассказал мне прелюбопытнейшую историю. Ты, оказывается, кинулся целовать его за поимку Хвоста, а потом прикрыл от проклятья.

За последнее действие я не знаю, ругать тебя или хвалить. С одной стороны, ты более молод и здоров, чем он. Значит, и проклятье ты перенес легче. Но с другой... Когда я услышал, что ты чуть не умер, то мое сердце замерло от страха.

Впрочем, нравоучения, что тебе надо быть более рассудительным и осторожным, я смогу прочитать, когда ты приедешь сюда. Кстати, Дамблдор дал добро на этот шаг. Поэтому посылаю порт-ключ.

Жду тебя, люблю и скучаю. Сириус».

Я серьезно задумался: стоит ли мне туда ехать? Я, конечно, давно отношусь к Снейпу не так, как в детстве: ненависть осталась в прошлом, но... жить в его доме! С другой стороны, если Сириус и зельевар сумели преодолеть неприязнь, длившуюся годами, то что мешает мне быть терпимей к профессору? Я справлюсь, - подумал я и написал короткий ответ: «Ждите». Затем развернул газету, и мое сердце ухнуло в пятки от нехорошего предчувствия.

«Пожиратели смерти снова на свободе!

На днях из Азкабана, который покинули дементоры, был совершен массовый побег - на свободе оказались самые ярые последователи Сами-знаете-кого: Нотт, Эйвери и Лестрейнджи, проведшие в тюрьме многие годы. Причем, оказывается, это уже второй случай за короткое время. Ранее из Азкабана вырвались Макнейер, Тревис и Малфой.

Зададим два вопроса: куда смотрели Авроры и что ждет магическую Англию?»

Драко в опасности, - мелькнула в моей голове мысль, и я заметался по комнате. Запоздало я понял, что никакая бабушка не болела. Его просто выманили в поместье, и теперь он в беде. Надо срочно его спасать, но как?.. Я не имею представления, где находится Малфой-менор. Да и справлюсь ли я один? Там наверняка Пожиратели, хотя бы Лестрейнджи. А если их нет, то одного Люциуса будет достаточно - он намного опытней меня.

Надо немедленно попасть к Снейпу, - пришло озарение. - Он не только сильный маг, но и крестный Драко, значит, знает, где замок Малфоев. С этой мыслью я схватил порт-ключ и выбежал на улицу.

* * * * * * *

День клонился к вечеру, поэтому она была пустой. Но исчезать из сада Петуньи.. Я уже собирался бежать до парка, когда увидел в небе огромную черную точку, которая приближалась. Вскоре она выросла в размерах настолько, что я сумел рассмотреть подробности.

Это было крылатое существо чем-то похожее на лошадь, которую никогда не кормили. Сквозь серо-бурую кожу можно было пересчитать все ребра, ноги тонки до неприличия, а морда как голый череп, ничем не напоминающий конский - скорее, череп рептилии. Что это за уродина? - удивился я,разглядывая летуна и тут увидел его седока, верней, ношу: окровавленный Драко.

- Мерлин всемогущий! - воскликнул я, осторожно стаскивая его на землю.

От моего возгласа он открыл глаза и слабо улыбнулся.

- Гарри, я добрался, - прошептал Драко, протягивая ко мне руку, и снова потерял сознание.

- Что здесь происходит? - раздался визгливый голос тети. - Что это за тварь?

Она с ужасом глядела на крылатое создание, которое слизывало с ран Драко капли крови. Я с отвращением оттолкнул морду странной лошади и, не рассчитывая, что она подчинится, приказал:

- Лети домой.

Существо, однако, кивнуло своей страшной головой и единым взмахом крыльев поднялось в небо.

- Господи, твой дружок сейчас умрет у меня на клумбе! Что подумают обо мне соседи? - заорала тетя. - Немедленно убирайся с ним куда-нибудь!

Я уже собирался ответить ей, как раздался звук аппарации. В саду Дурслей появился Люциус Малфой и, наставив на меня палочку, начал произносить смертельное проклятье. Тетя завизжала, и это спасло мне жизнь: Пожиратель метнул зеленый луч в нее. Я не стал дожидаться, когда он повернется, и убил его в спину.

- Спасибо, - прошептал Драко. - Как жаль, что я умираю.

- Глупости, - возразил я. - Снейп тебя вылечит.

С этими словами я активировал порт-ключ.

Мы появились в темной прихожей старинного особняка. Пол был мраморным, как и лестница, ведущая на верхние этажи, на стенах висели картины.

- Вы не вовремя, - раздался голос одного из портретов. - Северус занят.

При последних словах нарисованный мужчина, чем-то напоминающий зельевара, скривился. Я не слишком рассматривал его и слушал, так как торопился отыскать хозяина дома.

- Он в синем кабинете на втором этаже, - сообщили мне в спину, когда я начал подниматься по лесенке, но я даже не поблагодарил, о чем и сообщил портрет: - Невоспитанный щенок, такой же, как дружок внука. Куда катится магический мир?

Я молчал, так как все мои силы уходили на то, чтобы нести не слишком легкого Драко, который продолжал истекать кровью. Впрочем, я в любом бы случае не стал бы пререкаться с портретом.

* * * * * * *

На втором этаже были закрыты почти все двери, кроме одной. Даже из другого конца коридора я слышал, что оттуда раздаются голоса, и прибавил шагу. Кабинет не зря назывался синим: вся обивка, шторы, ковер - все имело такой цвет.

Я успел еще увидеть горящие свечи на камине, бокалы с вином на низком столике и две тлеющие сигареты, как с дивана раздался вскрик. Я обернулся и в шоке уставился на открывшуюся картину: мой голый крестный судорожно запахивал халат, а Снейп, тоже неодетый, натягивал брюки. Они любовники, - мелькнуло в моей голове, и мне вспомнились все странные встречи с зельеваром, перемена его отношения ко мне и разные недоговоренности крестного.

Если бы это все произошло при других обстоятельствах, я бы высказался, причем довольно ехидно и колко. Но на моих руках был окровавленный Драко, который нуждался в помощи. Поэтому я только выдавил: Спасите! Теперь парочка вскрикнула хором и кинулась к нам. Не сдержавшись, я все-таки фыркнул.

Они покраснели, особенно, Снейп. Он даже испепеляюще глянул на меня, но в сочетании с голым торсом это не смотрелось, и я нахально подмигнул ему. Зельевар задохнулся от моей наглости, но стон Драко отвлек его.

- Что с ним, Поттер? - по-деловому осведомился он.

Я пожал плечами, но тут очнулся блондин и прошептал:

- Сектусемпра.

- Давно? - спросил зельевар.

- Почти сутки.

- Мерлин, надо торопиться!

Снейп позвал домовика и приказал ему доставить необходимые зелья. Сам же начал колдовать над Драко. Мы с Сириусом с волнением следили за его манипуляциями. К моменту, когда мой любимый очнулся, появился эльф, и Снейп напоил крестника разными зельями.

- Теперь оботри его этим, и Драко можно будет левитировать в спальню, - сказал мужчина, протягивая губку, смоченную в одном из зелий.

В первый миг я удивился, почему он заставил меня обрабатывать раны Драко, но затем понял, что это маленькая месть за то, что я застал их с Сириусом в пикантной ситуации и посмел усмехнуться. Поэтому я демонстративно передернул плечами, как бы говоря: да, запросто, и приступил к заданию.

Вскоре мое сердце стало истекать кровью от жалости при виде израненного тела Драко. Он был покрыт с ног до головы порезами, которые уже не кровоточили, но выглядели ужасно.

- Как думаешь, Сев, кто это сделал? - хриплым голосом спросил мой крестный.

- Всего скорей его отец, - выплюнул Снейп. - Убью ублюдка!

- Уже, - сквозь зубы процедил я и добавил: - Жаль, эта скотина не мучилась.

- Гарри! - в ужасе воскликнул крестный. - Ты применил Аваду?

- И что? - с вызовом спросил я.

- Ничего, - потупился он, пряча осуждающий взгляд.

- Все правильно, Сис. У Поттера должны быть зубы. Ему еще Лорда убивать, - неожиданно поддержал меня Снейп.

Сириус тяжело вздохнул. Интересно, а что он ожидал от меня? Ступефая или Экспеллиармуса?

- Между прочим, эта сволочь первой кинула непростительное. К счастью, он обернулся на завопившую тетку, и луч угодил не в меня, - сердито сообщил я и еще злее осведомился: - Мне стоило дождаться, когда Малфой повторит попытку?

- Не язви, Поттер. Тебе не идет, - укорил меня Снейп, видя, как побледнел и расстроился Сириус от моих слов. - Твой крестный просто волнуется за тебя.

Мне стало стыдно, но я не хотел показывать этого, поэтому буркнул:

- После всего, что между нами случилось за последнее время, вы можете уже называть меня Гарри.

Только когда слова вылетели из моего рта, я понял, насколько двусмысленно они прозвучали.

- Ну, разумеется... Сначала вы меня обслюнявили, затем увидели голым. Это ли не повод называть вас по имени? - ехидно парировал Снейп, но я увидел за этой бравадой попытку оправдаться перед любовником.

- И только-то? - притворно разочарованным тоном протянул Сириус. - А я-то уже расфантазировался.

- Этого тоже немало, даже перебор, - сообщил я, краснея, и вернулся к своему занятию.

Под моей губкой раны стали затягиваться и исчезать, но Драко больше не открыл глаза. Поэтому я вопросительно и взволнованно посмотрел на Снейпа.

- Он просто спит, Гарри, - мягко пояснил зельевар. - Сейчас перенесем его в спальню и тоже ляжем. Завтра, надеюсь, Драко будет как новенький.

- Спасибо, - поблагодарил я. - Если бы вы не прислали мне сегодня порт-ключ...

- Ненавижу сослагательных наклонений, - перебил он. - Все обошлось, и точка.

я кивнул. Снейп наставил палочку на Драко и отлевитировал его в спальню.

- Спите рядом, мало ли... - сказал он мне.

Это было сказано таким тоном, что я понял, это не только забота о пострадавшем, но и еще одна месть за мое наглое поведение. Поэтому я гордо вздернул нос и нахально заявил:

- Я и сам бы не оставил его одного, не надейтесь.

- Мерлин упаси, - фыркнул зельевар, а Сириус негромко засмеялся над нашей перепалкой.

- Ну, крестничек, и зубастый же ты, - весело заявил он, но я только пожал плечами и захлопнул дверь, прекращая нашу беседу.

Да... боюсь, завтра, когда Драко станет легче (я не сомневался, что так и будет), эта парочка выдаст нам много ехидных слов.

Глава 22. Лето в замке Снейпа

Проснулся я от пьянящих поцелуев и моментально начал возбуждаться. Рука Драко, которая занималась исследование моего тела, первой заметила перемену и сжалась на моем напрягшемся члене. Я застонал от наслаждения.

- Попался, - усмехнулся блондин, стянул мои трусы и начал ласкать по оголенной коже.

- Мерлин, я так долго мечтал об этом, - снова простонал я.

- Это только начало, - пообещал Драко и поцеловал мне в самом сокровенном месте. Затем вобрал напряженную плоть в рот.

Я потерялся в ощущениях и начал толкаться навстречу. Возбуждение все нарастало, и вдруг я невпопад вспомнил, что предшествовало этому утру. Стараясь не обидеть блондина, я отклонил его голову и выдавил:

- Мы не может. Ты чуть не умер вчера.

- Не дури, - надулся Драко. - Мне лучше знать, как я себя чувствую. Снейп - кудесник, я в полном порядке. Или ты передумал?

- Нет, разумеется, - моментально испугался я и поцеловал его в губы.

- Тогда продолжим, - улыбнулся он и вернулся к прерванному занятию.

Некоторое время я осторожничал, но Драко заставил меня отбросить сомнения. Вскоре я опять умирал от наслаждения, толкаясь в его искусный рот. Чуть позже мне захотелось большего, и я развел ноги, предлагая себя.

- Ты уверен? - хрипло спросил Драко, надавливая на мой вход пальцем.

- Более чем, - подтвердил я и, смутившись, добавил: - Только будь осторожным. Я впервые в такой роли и очень волнуюсь.

Он посмотрел на меня удивленно и накинулся с поцелуями. Затем выдохнул мне в ухо:

- Спасибо. Я буду нежным.

Драко начал вытворять такое, что я почувствовал себя на седьмом небе. Мне ни на мгновение не стало больно, даже когда он входил в меня. А внутренняя стимуляция заставила меня кричать в голос. Разрядки мы достигли одновременно.

- Я люблю тебя, - признался я в порыве откровенности.

- Я тоже тебя люблю и больше никогда не позволю изображать только друга, - к моей радости, откликнулся он.

* * * * * * *

Мы еще долго ласкали друг друга, пока не раздался стук в двери. Я быстро покинул кровать и натянул мантию, боясь, что Снейп меня заавадит, если поймет, чем мы занимались. Зельевар появился с крестным, и, судя по физиономиям, они оба догадались обо всем, но, вопреки моим ожиданиям, никак не прокомментировали, лишь одинаково ухмыльнулись. Я некстати вспомнил, в какой момент появился вчера, и покраснел.

- Драко, как ты? - поинтересовался Снейп, прерывая неловкое молчание.

- Абсолютно в норме, - отрапортовал блондин.

- Вижу, - все-таки не удержался зельевар и хмыкнул, выразительно глянув на меня.

Я поймал его взгляд своей шеей, провел по ней рукой и тихо зашипел от боли. Мерлин, Драко явно поставил мне приличный засос, - пришло понимание, и я снова залился румянцем.

- Сев, не смущай наших деток, - засмеялся мой крестный, подмигивая мне.

- Нашел деток, - фыркнул Снейп и моментально превел разговор на другую тему, явно испытывая неловкость от направленности разговора: - Мне бы хотелось услышать, как тебя угораздило, Драко, попасть под Сектусемпру в собственном замке? Ты же там был?

- Вы не в курсе, что Люциус вырвался на свободу? - спросил я зельевара. - Когда я вчера сказал, что убил его, мне показалось, вы об этом знали.

- Честно, меня больше занимала тогда реакция твоего крестного на эту информацию. Не хотелось, чтобы вы поссорились из-за такой ерунды, - пояснил он.

- Ерунды?.. Ты называешь факт, что Гарри направо и налево разбрасывается Авадой, ерундой? - вскинулся Сириус.

- Не будь таким лицемером! - выкрикнул я, сердясь. - Я не могу быть одновременно воином света и невинным ангелом, не умеющим убивать!

- Но ты всего лишь мальчик, - жалостливо произнес крестный, которому явно не хотелось мириться с фактом, что я вырос, причем без его участия в процессе.

- Он давно не мальчик, Сис. К сожалению, он не был ребенком даже тогда, когда появился в Хогвартсе, а теперь... Гарри - настоящий мужчина, сложившийся, причем сильный маг, - к всеобщему изумлению грустно сказал Снейп.

* * * * * * *

Мы помолчали, и Драко решил замять нашу перепалку, напомнив:

- Так вы будете слушать, как я дошел до жизни такой?

Мужчины кивнули, а я подложил ему за спину обе подушки и помог усесться, решив, что ему рано вставать с кровати. Он благодарно улыбнулся мне и заговорил:

- Не знаю, когда появилось сообщение о побегах моего отца и тетки в «Пророке, но они был в замке еще весной, когда меня вызвали туда, якобы, из-за болезни бабушки. Вместо этого мои родственники, даже мать, которая была под Империо, начали готовить меня к принятию метки. Сначала это были уговоры и убеждения. Но, когда я твердо сказал «нет», мое положение изменилось: я стал пленником в собственном замке. Меня приковали цепями в камере подземелья и держали на хлебе и воде. Белла и отец по очереди посещали меня и продолжали увещевать. Я упорствовал, и они начали пытать меня разными заклинаниями. Вскоре мне стало казаться, что я сломаюсь: либо соглашусь служить монстру, либо наложу на себя руки. Но, когда мое отчаяние достигло апогея, пришла моя мать, сбросившая заклятие Подвластия, вывела из темницы и посадила на фестрала. Боюсь, что после моего побега ее убили.

- Каким образом Люциус выследил тебя? - спросил Снейп.

- Из-за моей дурости, - признался Драко. - Я забыл о поисковом кулоне, который с детства висел у меня на шее. Но сейчас его нет - я выбросил его в саду дома родственников Гарри.

- Значит, Беллатриса тоже могла проследить твой путь до Литтл-Уингинга. Если это так, то, боюсь, Поттер лишился и дяди с кузеном, - сделал вывод зельевар.

- Что же мы сидим? Их надо спасать! - воскликнул Сириус и вскочил с дивана.

- Ты умеешь оживлять мертвых? - ехидно поинтересовался Снейп. - хотя посмотреть, что там твориться, возможно, стоит.

- Зачем? - задал я вопрос. - За мной каждое лето присматривала миссис Фигг, которая наверняка уже все донесла Дамблдору.

- Эта старая кошелка почти не в состоянии колдовать. И ее директор назначил охраной для Гарри? - возмутился Сириус, адресуя вопрос зельевару.

- Дамблдор считал, что дом Дурслей не может найти ни один маг без его ведома, - пожал плечами Снейп. - Как это удалось Драко, я понятия не имею.

- Подозреваю, это из-за наших взаимных подарков - сережки у Драко и кольца у меня. В них есть слабая поисковая магия, - предположил я.

Зельевар кивнул, поддерживая меня, а Сириус вновь спросил:

- Так мы собираемся в город, где жил Гарри. Может, надо оказать помощь его дяде и кузену?

- Добить их? - вырвалось у меня. Увидев его шокированное лицо я без раскаяния в голосе сообщил: - Прости, пошутил неудачно.

- Гарри, почему ты такой жестокий? - покачал головой он.

- Скажи спасибо Дурслям, - парировал я.

Крестный явно собирался читать мне нотации или воспитывать, но, на счастье, появился Дамблдор, который помешал этому мероприятию.

- Слава Мерлину, Гарри, ты здесь! - воскликнул он. - О... и Драко тоже!

Следующий час нам с блондином пришлось рассказывать все по-новой, причем с подробностями. Директор, как и Снейп, не стал ругать меня за Аваду, наоборот, был рад, что я не растерялся. А еще он пообещал узнать, что творится в Малфой-меноре.

* * * * * * *

Жить в замке Снейпа оказалось не так сложно, как рисовалось мне. Хозяин относился ко мне, как к сыну, хотя не упускал возможности съязвить. Но я и сам теперь умел отвечать не хуже. Присутствие крестного и Драко делало пребывание еще лучше. Взрослые поначалу стеснялись демонстрировать при нас свои отношения. Но так как мы по этому поводу не комплексовали и могли начать целоваться, где угодно, то и они расслабились, по крайней мере, Сириус.

Впрочем, занимались мы не только любовью, но и полезными вещами. Оба мужчины учили нас ЗОТИ и чарам, Снейп устраивал занятия по зельям, а я показывал некоторые навыки, которыми овладел в лагере и у Сингха. Но ни левитация, ни астральная проекция не давалась никому. О том, что могу еще видеть ауру, я скромно умолчал.

Незадолго до возвращения в школу нас снова посетил Дамблдор, от которого мы узнали, что дядя Вернон и Дадли, в самом деле, погибли от руки Лестрейндж. Она сама была убита аврорами в Малфой-меноре. Хозяйка же замка, Нарцисса Малфой, сумела избежать подобной участи, так как Люциус, не рискуя терять слишком много время, запустил в нее лишь Круцио, с которым она быстро справилась и, во избежании дальнейших проблем, сбежала. К моменту разговора женщина жила у своей сестры, Андромеды Тонкс, и передавала сыну привет.

Другой причиной появления директора был факт, чтобы принять у Драко экзамены за шестой курс. Причем ЗОТИ ему защитали автоматом. Оценку по зельям и гербологии поставили со слов Снейпа. А трансфигурацию, руны, чары и астрономию он сдавал Дамблдору.

В Хогвартс мы поехали вчетвером - крестный собирался преподавать магловедение. Похоже, он боялся даже на миг оставить своего любовника в одиночестве. Впрочем, я хорошо понимал его. Мне тоже не хотелось оставлять Драко без присмотра. Пользуясь тем, что директор оставил мою личную комнату за мной, я предложил блондину жить вместе, и, к моей радости, он согласился. Не знаю уж, дошло ли это событие до Дамблдора (у меня иногда возникали подозрения, что он знает обо всем), но нам не был высказано ни слова.

Мои друзья вполне адекватно отреагировали на факт наших новых отношений. Гермиона, правда, поворчала, что у такой пары никогда не будет своих детей, а это один из важных моментов в жизни человека. Рон высказал, что я мог выбрать кого-нибудь и лучше, чем Малфой. Хотя он давно подозревал, что к этому все и идет. Так что, такого спокойного и радостного начала учебного года я давно не знал.

Глава 23. Час Икс

Хэллоуин я не любил с того момента, когда узнал от Хагрида, что именно в эту ночь погибли мои родители. Происшествие на первом курсе только усилило это чувство. В этом же году я ждал его с каким-то особым трепетом, словно предчувствуя беду.

Поводов к такому моему состоянию, видит Мерлин, не было. Авроры проснулись от многолетней спячки и выловили почти всех Пожирателей смерти. Волдеморт с небольшой группой последователей скрылся в доме Реддлов и не рисковал высунуться оттуда.

День накануне праздника был абсолютно обычным. От остальных он отличался лишь тем, что после обеда должен был состояться первый матч сезона по квиддичу, в котором участвовали Хаффлпафф и Рейвенкло.

Команды у факультетов были приблизительно равными по силе, но игра проходила вяло и неинтересно. Поэтому, не дожидаясь поимки снитча, мы с Драко, Роном и Гермионой отправились к озеру. Неожиданно нас окружили не менее двенадцати человек со Слизерина, на лицах которых были надеты белые маски Пожирателей.

Завязался магический бой, и хотя силы противника превосходили наши, мы вышли победителями. К моменту появления Снейпа и Сириуса нападавшие были связаны. Но бой не прошел бесследно. Рон сильно ударился головой, а Драко опять поймал режущее заклинание, к счастью, не такое сильное, как Сектусемпра, но все-таки.

Разозленный и испуганный видом окровавленного блондина, я чуть не убил его обидчика, Теодора Нотта. Меня остановил мой крестный, уговорив допросить его под веритасерумом. Скрепя сердце я согласился.

Как и предполагалось, это была не инициатива слизеринцев, а задание Волдеморта. В их задачу входило нас разоружить, обездвижить, а затем доставить в его резиденцию. У Пьюси был даже порт-ключ для этой цели. Но, поняв, что они проигрывают, он его уничтожил.

- Наш господин все равно добьется своей цели. Это лишь один из вариантов плана, - выкрикнул Нотт напоследок, и, сколько Снейп не старался, больше не вымолвил ни слова.

Удрученные этим известием, мы еще долго обсуждали, чего еще можно ожидать. В конце концов, Дамблдор, который присоединился к этому разговору, грустно выдавил:

- Возможно, нам придется все пустить на самотек и позволить Пожирателям захватить Гарри.

- Что вы несете? - тут же взвился Сириус. - Я не позволю сделать из моего крестника козла на заклание!

- Пойми, это его судьба, и, мне кажется, Гарри готов к этой битве.

Они еще яростней заспорили, а я прислушивался к себе и понимал, что директор абсолютно прав: я готов. Пребывание в Тибете не прошло для меня даром. Мои силы и умения возросли многократно. А Волдеморт, судя по нашей связи через шрам, сейчас, как никогда ослаблен. Если я не воспользуюсь моментом, то другого может и не представится.

* * * * * * *

Не знаю, сколько бы длился спор Сириуса и Дамблдора, но в палату, где проходила беседа, ворвалась взволнованная и бледная мадам Помфри и выпалила:

- Там… там такое… Слава Мерлину, никто не увидел, кроме меня!

Снейп подскочил к ней и влил в рот успокоительное. Затем сказал:

- Объясните нормально.

Она дернулась так, словно он ее ударил, и парировала6

- Это не предать словами. Пойдемте, увидите сами.

Мы последовали за ней. Мое сердце снова сжалось от нехорошего предчувствия. Как оказалось, не напрасно. В дальней палате, где была довольно низкая температура, три кровати были преобразованы в высокие кушетки. На каждый из них кто-то неподвижно лежал, полностью закрытый простынею.

- Я нашла их на пороге школы, - прошептала мадам Помфри. - Не знаю, что заставило меня туда выйти, но , судя по всему, это случилось очень вовремя.

Она откинула простыни, под ними оказались Парвати Патил, Чжоу Чанг и Хлоя Андерсон - три девушки, которые имели со мной какие-то отношения. С парвати я ходил на бал на четвертом курсе, Чжоу приглашал на него, и она мне даже нравилась, а с Хлоей я целовался однажды после похода в Хогсмид. Я нервно сглотнул и выдавил:

- Это…

- К ним были приколоты три одинаковые записки, - перебила меня мадам Помфри и, вынув листки из кармана, протянула Снейпу, Дамблдору и мне.

«Она любила Гарри Поттера. Это он виноват в ее смерти.

Так будет с каждым, кто дорог Золотому мальчику.

Лорд Волдеморт».

Мне стало плохо, ноги подкосились, и я начал оседать на пол. Но в этот момент записка, которую я держал, засветилась. Я почувствовал рывок в районе живота, и меня куда-то понесло через пространство. Порт-ключ! - успело пронестись у меня в голове, прежде чем я отключился.

* * * * * * *

Очнулся я от сильного удара и моментально вскочил на ноги. Передо мной стоял Волдеморт и ухмылялся. Меня охватила такая сильная ярость, что, не раздумывая, я выпустил в него зеленый луч смертельного проклятья.

- Впечатляет, - холодно произнес этот монстр, умудрившись избежать его. - Но надо было сначала поздороваться.

- Я не желаю тебе здравствовать, - парировал я, снова кидая в него Авадой.

Он снова переместился и тут же ответил. Наши проклятья встретились, и между палочками образовалась связь, как на четвертом курсе. Правда, теперь ни я ни он не собирались просто удерживать ее. Волдеморт, усмехнувшись, достал еще одну палочку, я же выставил вперед руку с кольцом. Дуэль продолжалась.

Мы долго обменивались разными заклинаниями. Но у Волдеморта был несравнимый с моим опыт в дуэлях. Ничего удивительного, что в один из моментов я подставился под Аваду. Боль была адской - словно в тело ворвались тысячи игл. Моя душа этого не выдержала и вышла в астрал.

- Вот и все, Гарри Поттер, - засмеялся Волдеморт, пнув мое, как он думал, мертвое тело.

Впрочем, у меня на этот счет было свое собственное мнение - умирать я не собирался. На земле меня ждали крестный со Снейпом и мой любимый Драко. Я не мог причинить им страдания. Поэтому я парировал:

- Это ты так думаешь.

Волдеморт, естественно, меня не услышал. Я же в своем состоянии пригляделся к месту, где была я его душа - она была черной, еще более рваной. Было непонятно, как он умудряется продолжать жить с такой ущербной душой. Неудивительно, что это не человек, а монстр.

- Это будет не убийство, а акт милосердия - услышал я голос своего наставника, Сингха, хотя самого его и не увидел.

Эти простые слова придали мне решительности. Я протянул свою бестелесную руку, взял в ладонь растерзанную душу Волдеморта и растер ее между пальцев. Он вскрикнул и упал замертво. Я же вернулся в свое распростертое тело и вырубился.

* * * * * * *

Пришел я в сознание уже в больничной палате Хогвартса. Мою грудь обильно смачивал слезами осунувшийся Драко.

- Не плачь. Малфою такое поведение не идет, - хрипло выдавил я.

- Ты очнулся! - воскликнул он, сжимая меня в сокрушительном объятье.

- Да. Но если ты не ослабишь хватку, то это будет ненадолго, - ответил я, чувствуя, как трещат мои ребра.

- Ненавижу! - заявил он, снова начиная плакать.

- Эй, все же в порядке! - погладил я его по шелковым волосам. - Волдеморт повержен, а я жив и почти здоров.

После этих слов я притянул его, заставил себя поцеловать и пообещал:

- Теперь все будет замечательно!

- Надеюсь, - наконец, улыбнулся он мне и снова впился мне в губы.

Драко не прервался даже тогда, когда в палату вошли Сириус и Снейп. Они тоже кинулись ко мне и принялись обнимать, причем оба. Это безобразие остановила только появившаяся мадам Помфри.

- Вы спятили? - закричала целительница на моих самых дорогих людей. - Мальчик только вернулся с того света, а вы пытаетесь всеми силами вернуть его обратно!

- Не сердитесь, - попросил я ее. - Они просто перенервничали.

Снейп демонстративно фыркнул, но на его лице ясно читалась тревога за мою скромную персону, и я ему подмигнул.

- От меня не так то просто избавиться, - заявил я всем, улыбаясь.

- Несносный мальчишка, - пробормотал зельевар. - И за что мы любим тебя?

- Вот уж не знаю, - прикинулся я дурачком и снова улыбнулся.

- Потому что ты - это ты. Единственный в своем роде, - сказал Драко и снова поцеловал.

И тогда я твердо понял, что, во-первых, наконец-то приобрел долгожданную семью, в которой Сириус со Снейпом вполне могли сойти за родителей, а Драко - за мою половинку. А во-вторых, что моя юность кончилась и вместе с ней ушли в прошлое все невзгоды и неприятности.

- Я люблю вас, - признался я и в который раз улыбнулся.

- Мы тоже! - хрипло выдавил крестный за всех.

Это был самый лучший Хэллоуин в моей жизни. А впереди нас ждали еще сотни таких же радостных дней. Должна же моя судьба проявить ко мне милосердие…

КОНЕЦ.

Content

Селестина Уорбик Юности глупой порывы