Евгения Барбуца

Теща Темного Властелина

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

Посвящается моей семье. Родные, все совпадения случайны, честно-честно!

Пролог

Ноги жутко болели, дыхание давно сбилось, но она не могла остановиться. Ее гнал страх. Страх и любовь. Она должна добежать. Обжигающе соленые слезы застилали глаза, но она не могла их смахнуть. Руки были заняты тяжелым свертком.

Сколько она уже так бежит сквозь эту проклятую чащу? Ее снедало беспокойство за мужа. Сердце гулко билось о ребра, в боку кололо, низ живота тянула острая боль. Хотелось упасть и не вставать, и будь что будет, но она должна была бежать, должна спасти.

Стук сердца заглушал любые звуки. Плохо, очень плохо, она должна слышать окружающий мир. Она должна знать, с какой стороны погоня. Да где же этот проход?

– Мамочка? – завозился ребенок на ее руках. – Где мы?

– Спи, сына, мы идем к бабушке. – Говорить тяжело.

Но ребенок не должен догадаться о грозящей им опасности. Ее мальчик не должен бояться.

– А где папа?

– Папа сейчас разбирается с нехорошими дядями.

– Правда? Он посадит их на кол? – В голосе сына слышится воодушевление.

А она ведь просила мужа не рассказывать ребенку о своих былых подвигах, пока тот не станет постарше. И мама говорила, что такие сказки не для детской психики.

– Конечно, он же Темный Властелин как-никак. – Неудачная попытка улыбнуться.

И тут она услышала самый страшный звук, лай урганов – ищеек, специально выведенных для поимки опасных преступников.

Глава 1

Дан

– Внук, обед готов, прошу к столу! – слышу сквозь музыку в наушниках крик бабушки.

– Ба, щас подойду! – отозвался я, убивая очередного монстровидного симпатягу пришельца, не забывая комментировать при этом. – Минус!

– Внук, прекращай выражаться, как австралопитеки из подъезда. Живо за стол! – донеслось до меня. У бабули историк в друзьях водится – в периоды, когда не мигрирует на свои раскопки.

Моя бабушка – учитель по призванию, сеет в детях разумное, доброе, вечное, то есть ужас, отчаяние и уважение. Истинный преподаватель русского языка, что в школе, что в университете, что в жизни. Правда, на пенсии, но, как говорится, замашки прирожденного чекиста ни одна пенсия не скроет. Но справедливости ради стоит отметить ее неординарность, стойкий характер, незаурядный ум и строгую выдержку. В наше время таких уже не делают, как она сама и говорит. Но, несмотря ни на что, она у меня либеральная и продвинутая. Я бы сказал прокачанная и тюнингованная.

Ну серьезно, кто в ее годы будет выглядеть лет на пятнадцать моложе? Вот у Пашки из второго подъезда бабушке всего пятьдесят семь, а она старая, сморщенная и на лавочке семечками обстреливает соседей. Слышала бы меня сейчас бабушка! Она обожает, когда я ее нахваливаю. Бабуля вообще во мне души не чает. Правда, это не спасает меня от ежедневного повторения падежей и чтения Толстого наряду с другими классиками. Вы когда-нибудь читали всего Толстого? Нет? Вот зачем вы хвастаетесь? Издеваетесь, да? Молчите, изверги, я и так знал, что вам повезло, и вы отделались пересказом «Войны и мира» в двух словах.

В общем, бабушка-педагог – это проклятие и благословение в одном флаконе. Все было бы не так страшно, если бы мы жили раздельно, но судьба посчитала, что я не должен наслаждаться жизнью постоянно, и пришлось мне жить с бабулей, в то время как мои предки скрылись в направлении родной страны отца. Папа у меня из далекого восточного государства, находящегося в постоянном состоянии революции. Мать, как истинная дочь моей бабушки, посчитала себя женой декабриста и отправилась вслед за батей, у которого суперсекретная важная работа. С собой меня ни разу не брали из-за бесконечных боевых действий на родине отца. По мне, так предки просто сбежали от бабули, а меня оставили на откуп.

Нет, я, конечно, люблю свою старушку, и даже очень, но временами она меня просто убивает. Бабуля, кстати, была изначально против. Нет, не того, чтобы я жил у нее, а против, чтобы мама выходила замуж за отца. Но потом вроде бы свыклась с мыслью о горячей неотечественной крови в семье. Мое рождение окончательно примирило ее с моим отцом, но категорический отказ родителя перебраться в Россию заставил ее вновь вспомнить педагогический опыт. Как отец выдержал этот прессинг, знает, наверное, только он, но всякий раз, когда он приезжал к нам в гости, я замечал, насколько храбро папа избегает близкого общения с бабулей. Мама рассказывала, что бабушка со словами: «Я все-таки сделаю из тебя человека, чурка ты нерусская. Прояви знание повелительного наклонения – подойди, великий и могучий будем изучать!» – принялась за его воспитание и образование по ускоренному курсу. И это при том, что у отца очень сильный и властный характер. Бабуля виртуозно владеет всеми вариантами отечественной речи. Я как-то подслушал ее разговор со слесарем, тогда-то и убедился в том, что родная бабуля виртуоз родного могучего. Короче говоря, бабушка даст сто очков любому Андрею Малахову и Тине Канделаки с их незакрывающимися ртами. Но эту свою черту она показывает только в состоянии неконтролируемого бешенства. В такие моменты окружающим лучше найти ближайшее убежище от ядерного удара и сидеть там до конца своей жизни, потому что моя бабуля из вредности их пережить может. Но я вам об этом не говорил, а то бабушка обидится и я не получу любимых блинов с творогом.

Так, скрепя сердце, выключив комп, я поплелся на кухню.

Ирма Львовна (она же в будущем Ирва)

Слышу шарканье шагов – любимый и единственный внук кушать идет. Подростки. За свою долгую педагогическую практику я повидала много детей и их проблем. Мой Данюша не исключение, несмотря на весь мой опыт, мы все же не избежали неурядиц. И конечно, во многих неприятностях внука виноваты его родители – они оставили сына, вернувшись в далекую страну его отца. Угораздило же дочь в этого дипломата диких краев влюбиться! Уехала она за ним на родину зятя, названия которой я не то что выговорить не смогу, я его просто запомнить не в состоянии. Долго искала это государство на карте мира, даже в Интернете смотрела. Не нашла. Зять, правда, предупреждал, что территория очень маленькая и вот уже двадцать лет там чрезвычайное военное положение. А моя доченька, моя кровиночка отправилась вслед за этим… дипломатом нерусским, одним словом. Хорошо хоть сына догадалась оставить со мной. Теперь я получаю от нее письма стабильно раз в два месяца. И это в век технологий! У них там что, Интернета нет? Уж сколько раз я ее просила со мной по Скайпу связаться, так нет, ей не то что с родной матерью поговорить некогда, ей с сыном пообщаться времени не хватает. Хорошо хоть раз в год приезжает, видите ли, у них граница закрытая, выбираться часто не получается.

Уж как я Азара – зятя – просила русское гражданство получить! У меня же связи в министерстве есть, смогла бы договориться о быстром решении проблемы. Мой бывший студент на данный момент занимает весьма высокий пост, а мне он многим обязан, помог бы без возражений. Так нет, зять в позу встал и ни в какую не соглашается, баран иностранный. А Маринка ему поддакивает. И в кого она такая упертая? Подозреваю, что в отца, вот бы еще точно вспомнить, кто он.

– Бабуль, опять борщ? Не хочу, – слышу голос любимого внука за своей спиной.

– Данюша, тебе восемнадцать лет, прекрати канючить, словно пятилетнее дитя, – взглянула я на него строго. Поправила пучок на затылке и села за стол, подавая тем самым пример внуку.

Посмотрела на ребенка. Что-то мне его цвет лица не нравится. Он вроде и спортом увлекается, и школу закончил на «хорошо», и в технический вуз поступил без проблем, но все мне кажется, что ему чего-то не хватает. Я внуку никогда ничего категорично не запрещала. Он рос добрым мальчиком, физически сильным и развитым не по годам. Смышленый ребенок, общительный, и даже слишком. Как-то он еще в детском саду разоткровенничался с воспитательницей. И ведь смог ее убедить, паршивец такой, в том, что мы семья настолько бедная, что ему не всегда на еду денег хватает. Воспитательница, молодая, наивная, а главное, новенькая, прониклась и начала ему сладкое из дому таскать. Пока меня с заведующим не встретила. Заведующий детского сада был моим бывшим учеником, с которым мы до сих пор поддерживаем дружеские отношения. Тогда-то и выяснилось, что мы вполне даже не бедствуем, а у ребенка попросту шла вторая неделя наказания под кодовым названием «никакого сладкого, даже сахара».

Вспоминая того шалопайского мальчугана, сейчас я смотрю на уже взрослого молодого человека с широкими плечами, темными, слегка вьющимися волосами, такими же темными глазами, обрамленными длинными густыми ресницами, прямым носом, слегка резкими чертами лица и понимаю, что ему от меня достался лишь характер. И я точно уверена, что сей факт не является хорошей новостью.

Вот от отца ему досталась мощная харизма и даже в некотором роде надменность. От матери бесшабашность. А от меня все самое плохое. Хитрый, изворотливый, умный, с хорошей реакцией, и все это мой внук. Горжусь. Вот только гложут меня сомнения, смогла ли я его правильно воспитать. С его матерью я допустила явный просчет, иначе бы она не выскочила за этого иностранца. Подруги, с которыми я делилась беспокоящими меня вопросами, недоумевали. Я же педагог с сорокалетним стажем, как я могу ошибиться в том, что касается воспитания? А вот могу. Не раз была свидетелем, как отличнейшие учителя ломали жизни и характеры своих детей, я всегда боялась повторить их ошибку. Вот и дочери возражать не стала, когда та бросилась вслед за мужем, чтоб ему икалось. Конечно, сначала я себя изводила волнениями, переживала, как она там – не убили ли, не болеет ли. А потом смирилась. Все же ее счастье для меня важнее. Она мое солнышко, золотистая ясноокая блондинка со взбалмошным характером. Умница и красавица, почти интеллигентка. Почему почти? Ну так я не изверг, свое дитя от жизни отрывать. Впрочем, если бы с ней что случилось, я бы первая об этом узнала, ибо есть между нами странная, почти мистическая связь. Так что уверена, что дочь если не счастлива, то весьма довольна своей жизнью.

И Азар ее действительно любит. По глазам вижу. Вот только характер у него тяжелый. Властный. И мрачный он очень. Когда Марина привела его знакомиться (а я, как обычно, бестактно выказала свое скромное недовольство), так он та-а-ак на меня взглянул, что взгляд ректора нашего университета, когда я отказалась принимать экзамен у студента по блату, показался милой лаской. Но, как говорят мои студенты, облом подкрался незаметно. Я и не таких в своей жизни встречала, так что мне его гневные взгляды оказались безразличны. А уж когда я за него взялась всерьез, Азар вообще проникся, по словам внука. Чем зять там проникся, я так и не поняла. Я думаю, что уважением, внук говорит, что ужасом. А дочь просила поберечь слабую нервную систему ее любимого.

– О чем задумалась? – осведомился любимый потомок.

– Ни о чем серьезном, – ласково улыбаюсь уминающему за обе щеки ребенку.

– Бабуль, когда ты так вот ни о чем думаешь, впоследствии происходит какая-нибудь гадость, – фыркнул внук.

– Не выражайся за столом, – одернула я. – Сегодня мы едем на дачу.

Я увидела, как скривился любимый отпрыск.

– Бабуль, у меня на сегодня планы, – начал он осторожно. – Да и зачем тебе эта дача? Мы там раз в три года появляемся, и то на час.

– Знаю я твои планы – сначала пиво со шпаной, а потом Машка из второго подъезда. Только у Машки тоже планы, по имени Васька из третьего подъезда.

Теперь лицо потомка уже перекосило. Люблю я людей шокировать, что поделать. А над родным внуком слегка поиздеваться для общего тонуса – святое дело. Он это называет стебом. Никогда не любила сленг, но тесное общение с молодежью накладывает определенный отпечаток на речь, невзирая даже на высшее филологическое образование и многие годы практики. Да что там речь – такое общение даже на характере сказывается.

– Бабуль, вот ты откуда про пиво знаешь? – грозно нахмурился он.

– Данюш, я же не запрещаю. А вот Машку запрещаю, у нее каждый вечер новые планы, и так со всем районом. Побереги здоровье, внук, – попросила я. – Сдается мне, что с ней даже контрацептивы не помогут.

– Дача так дача, – быстро согласился он. – Но что ты там забыла?

– Мне тут недавно вспомнилось: четыре года назад сделала заначку в томике Блока, надо бы забрать, пока склероз не подкрался.

– Тебе что – денег не хватает? – удивился внук. Тут он прав, живем мы в достатке, можно сказать, в изобилии.

– Данечка, я письма спрятала, а не деньги. Старые, дорогие моему сердцу письма. Они, между прочим, ценнее денег будут. Хорошо, твоя мать о них в последнем послании напомнила.

– То-то ты их ныкаешь, а потом забываешь куда, – фыркнул внук. – И не называй меня так.

– А ты не издевайся над русским языком, – возмутилась я.

Дан

У бабули сегодня было садистское настроение, поэтому вместо такси мы на злополучную дачу отправились в автобусе. И это было что-то, скажу я вам. Переполненная маршрутка при своем появлении напомнила мне банку селедки. А пассажиры от этой самой селедки ничем особенным не отличались, такие же выпученные круглые глазки, те же склизкие тельца и открытые рты. На улице плюс тридцать шесть. Когда мы все же загрузились в этот мини-ад, я для бабули умудрился выбить место. Пришлось одному не очень порядочному парню с жутким перегаром попрыгать на ноге, передавить руку и нечаянно врезать под дых, чтобы он не начал возмущаться. Тот оказался понятливым и уже после второго удара сполз с сиденья, на которое я и определил бабушку.

Во всей поездке был лишь один плюс – симпатичная рыжая девица с шикарным декольте, что сидела справа, ради такого я честно отстоял все два часа пути. Ну и, конечно, любимая музыка в наушниках от мп3-плеера.

Наконец мы оказались на нужной остановке. Поселок, где находилась наша дача, являлся элитным, со шлагбаумом и пунктом охраны, все как положено. Охранники здесь хорошие и бабулю знают, несмотря на наши редкие визиты, они ее очень уважают. Бабуля мило улыбалась и бодро топала в сторону нашей дачи, а я скучающим взглядом окинул за́мки соседей. Ничего не изменилось, те же трехметровые заборы, те же камеры слежения на всех углах, и даже башенки из-за заборов привычные торчат. Те же пустынные улочки, покрытые асфальтом. Бабуля говорит, что еще лет одиннадцать назад здесь почти никого не было, поселок был заброшен. А вот когда бабушкин друг отгрохал себе дачу на лоне дикой природы, бизнесмены оценили и потянулись друг за другом осваивать территорию.

И вот, пока мы бодро шагали по раскаленному асфальту мимо английских газонов, пока я наслаждался музыкой, из-за приоткрытых ворот одного особняка выскочил здоровущий ротвейлер. Несется на большой скорости, глаза бешеные, слюна капает, рычит, как бензопила, морда оскалена, зубы с мой средний палец… Жуть, короче. Первой мыслью было – я не успеваю закрыть бабулю, она впереди меня шагала.

Я, словно в замедленной съемке, вижу эту зверюгу. Кожей ощущаю злобу и жажду крови. Даже молиться начинаю, чтобы зверь бабулю не тронул. Пусть лучше на меня кидается, она же старенькая, сухонькая, а я молодой, сочный, мое мясо нежнее будет. Сам я с низкого старта подрываюсь в сторону бабушки, дабы успеть ее отбить.

– Стоять! – рявкнула любимая родственница и подняла ладонь вверх.

Я остолбенел. Псина тоже. Стоит, хлопает черными круглыми глазами недоуменно. Только сейчас понимаю, что не дышу. Выдохнул. Можно расслабиться.

– Сидеть, – сказано это было таким тоном, что даже я с трудом удержался от того, чтобы не опустить свою пятую точку на асфальт.

Пес сел. По-моему, он сам в шоке от того, что выполняет приказы моей любимой родственницы. А я начал оглядываться в поисках хозяев зверюги, все-таки у нас редко ворота открытыми оставляют. Пес тем временем высунул язык и лег на асфальт.

– Я не разрешала лежать. Сел на место, – властным тоном приказала бабушка. Пес сел. И даже попытался скулить. – Говорить будешь, когда я позволю.

Все, попал ротвейлер.

– Абрамович! – услышал я голос со стороны злополучных ворот.

Нашему взору явился пухлый мужичок в спортивных штанах и дорогущих мокасинах.

– Ирма Львовна? – удивился он. Потом посмотрел на собаку и опять на бабушку. Побледнел. – Ирма Львовна, Абрамович вам ничего не сделал?

Это он пса так назвал? Я еле сдерживался, чтобы не заржать. За что он так собачку? У меня даже гнев пропал на нерадивого козла – то есть, я хотел сказать, хозяина животинки.

– Витюша, ты почто собачку без присмотра оставляешь? – ласково спросила бабуля.

Все, и мужик попал. Она такая ласковая только в случае большого гнева. Я решил молчать, не дай моб[1], попаду под горячую руку.

– Ирма Львовна, я не думал… – начал мямлить мужик. А бабуля в него свой коронный взгляд уперла. Не завидую я данному любителю животных. С чего вдруг мне лицо его знакомо? По телевизору видел? Ого, кажется, это тот мужик, что в мэры баллотироваться собрался.

– Не думал он. Это талант – не думать, Витюш. Вот скажи мне, если ты за собакой своей присмотреть не можешь, то как городом управлять собрался?

У дядьки даже уши покраснели. Мне его жаль стало.

– Ирма Львовна… – начал мужик укоризненно. И выглядел он как школьник, которого за курением застали, причем за первым.

– Что – Ирма Львовна?! А если бы твой Абрамович на внука моего напал? – рыкнула бабуля. – Твой пес мне ребенка покалечить мог.

Я поперхнулся. Мужик напрягся. Абрамович устыдился.

В каком месте я ребенок? Начинаю выразительно сопеть. Зачем она вообще меня впутала? Я мог бы и сам с чинушей поговорить, но с другой стороны, бабуля – авторитет.

– Ну…

И вновь его перебила бабуля:

– Не мямли. Значит, так. Собаку свою держишь в закрытом вольере высотой с твой забор, подальше от людей и детей. А в понедельник отправишься в наш университет, ректору с ремонтом актового зала поможешь. И чтобы я больше не видела этого зверя без намордника, – сурово глянула на собаку бабуля. А, ну тогда понятно. Обижаться я перестал.

На этом инцидент был исчерпан, и мы направились к своей даче.

В отличие от соседей, наше строение выглядело почти убого – одноэтажное здание с шикарной мансардой и двухметровым забором. Дачу бабуля получила от одного почившего друга. Чую, не только друга, но в личную жизнь родной бабушки лезть себе дороже, там черт ногу сломит.

Сейчас же мы успели попить чай из старинного самовара, бабуля такие любит, и принялись за поиски заначки.

– Ба, нет здесь ничего! – ору я, выползая из залежей макулатуры, что свалена у дальней стены мансарды.

– Может, я его в старой пристройке оставила? – задумалась она.

– Бабуль, ты там с самой постройки дачи не появлялась, – возмутился я. Возмутился справедливо, мне же туда лезть придется.

– Внук, прекрати артачиться и давай уже лезь в пристройку.

– Ба, я же там ни разу не был, что где лежит – не знаю. Может, сама? – лучисто улыбаюсь, надеясь на снисхождение.

– Данюш, пожалей бабушку. Я уже старенькая, косточки не те, давление скачет, ревматизм зверствует. А не дай Чехов я в темноте упаду и что-нибудь себе сломаю? Вот что ты будешь тогда делать? – припечатала меня бабуля тяжелой артиллерией.

– Ладно. Но ты все равно со мной пойдешь. Там же электричества отродясь не было, вот и посветишь фонариком.

Фонарь мы нашли, впрочем, он больше напоминал этакий мини-прожектор. Пристройку тоже нашли, она находилась в самом дальнем углу нашего немаленького участка. Мы туда на моей памяти действительно еще не заглядывали. А выглядело злополучное помещение как грубо сколоченный сарай. Электричество не проведено, что с крышей, тоже неизвестно. Наверняка все помещение украсила пыль и паутина. Хотя мне уже все равно, я и так весь грязью покрыт, пока домашние закрома разбирал, успел уделаться по самое не могу.

Как ни странно, дверь в пристройку открылась легко и без скрипа, они были качественно смазаны солидолом. И даже тяжелый металлический засов легко сдвигался. Это должно было меня насторожить, вот только не насторожило.

– Бабуль, посвети, – вошел я.

Любимая старушка шагнула следом. Мы сделали еще два шага в черный провал, когда мир вдруг потемнел и резко взорвался светом.

Стоим мы посреди огромной комнаты. Нет, даже не так. Это был огромный зал, как в ролевых играх про рыцарей. Как на картинках. Нет. Круче. Короче, красиво, пафосно, шикарно. Че за фигня?

Слегка подташнивает, и голова кружится.

– Маразм подкрался незаметно, – потрясла головой бабуля.

– Ба, ты это тоже видишь? – осторожно спрашиваю я.

Она осмотрелась. Потом подозрительно сощурилась, глядя на меня.

– Внук, скажи честно, что ты куришь? – и улыбается так ласково-ласково.

– Бабуль, ты не переживай, я не курю и другой дурью не балуюсь, – решил я ее успокоить. – Подозреваю, мы просто отравились газом.

– Какой газ?! У нас везде сплошь электричество! – возмутилась бабуля.

– Ну или чаем. Сама недавно заставила меня в Интернете искать информацию о недобросовестном производителе, – а сам моргаю часто-часто, потому что начал еще и маленьких уродцев за бабушкиной спиной видеть.

– Вот творительный падеж! – Это она у меня так ругается. При мне не выражается. – Что я твоей матери скажу? Что мы вместе смотрим галлюцинации вместо вечерних новостей?

– Бабуль, а ты что видишь-то? – решаю уточнить, а то говорят, что люди не могут наблюдать одни и те же глюки одновременно.

Она огляделась.

– Что за синтаксис? – вырвалось у нее. Я посмотрел в ту же сторону.

Мы точно одни и те же глюки смотрим. На нас злобно взирал маленький, черненький, сморщенный гад. И вовсе это не изюм, а что-то низкорослое, черное, морщинистое. Нос похожий на клюв, глаза большие, раскосые, черные, рот с клыками, уши острые. Одет в подобие смокинга, волосы черные, похожие на паклю.

– Люди?! – заверещал этот бред наркомана. – Откуда? Хозяин будет недоволен!

И опять мысли пронеслись вихрем в моей голове. Галлюцинации? Нет, бабуля тоже это видит, значит, реальность. Жертва опытов? Потайная дверь в лабораторию? Как-то сомневаюсь, что лаборатории и жертвы опытов будут у нас на даче размещаться, да и выглядят они, судя по фильмам, по-другому. Розыгрыш? Чей? Никто не знал, что мы отправимся сегодня на дачу, а уж того, что полезем в злополучную пристройку, тем более никто не предполагал. А если бабуля? Смотрю на нее. Тоже думает. Не в ее стиле такие глупые шуточки откалывать.

Чудик продолжал что-то верещать мерзким голосом. Бабуля, кажется, конкретно зависла.

– Бабуль, я вроде понял, что все это значит, – решил я начать издалека. – Ты только сильно не переживай и не волнуйся.

– Внук, я пережила Горбачева, развал Советского Союза, Ельцина, дефолт и даже свадьбу твоей матери, так что выкладывай все, что знаешь, – подняла она бровь.

– Понимаешь, я про подобное книжку читал. Зашли в дверь, оказались в другом месте. Еще и чудики странные вокруг бегают. – В этот момент черный верещать о своей загубленной душе перестал и слегка прифигел от нашей наглости. Мы его игнорировали, за интерьер восприняли, непорядок. – Так вот. Ба, все хорошо… Мы в другой мир попали. Ну или реальность, смотря какие определения здесь используют.

И по моему лицу расплылась глупая улыбка. Я сам-то верю в это? Почему бы и нет?

– Э… Внук, зря я тебя литературой пичкала, – сокрушенно покачала бабушка головой.

– Так вы иномирцы? – подал голос остроухий. И что-то мне в его словах не понравилось.

– Данюша, на каком языке разговаривает сей субъект? – решила уточнить бабуля.

– Определенно, – кивнул сам себе черный карлик. – Темный Властелин иномирцев запретил. Хозяин их любит, Властелину не выдаст. Живыми точно не выдаст.

…Сходили, блин, за письмами.

Глава 2

Ирма Львовна (она же в будущем Ирва)

– Ба, все хорошо… Мы в другой мир попали… – слышу слова внука, но не могу осознать их смысл. В ушах слегка шумит после столь резкой смены декораций, в моем возрасте от таких потрясений можно и инфаркт подхватить. Тьфу ты, синтаксис, инфаркт же можно получить. Или схлопотать?

Что за бредовые мысли сейчас роятся в моей старой головушке? Тут у нас с родной кровиночкой совместные галлюцинации и странного вида иностранцы. Точнее, один – черненький, маленький, сморщенный карлик. И лопочет он что-то на своем непонятном наречии, а внук его внимательно так слушает. А может, все-таки маразм? В моем возрасте большая часть моих знакомых этим страдает, а иногда еще и глупость свою недугом прикрывают. Я с симптомами ознакомилась, но нынешняя ситуация больше запущенную форму шизофрении напоминает. Дожила, на старости лет собственная голова подвела, а у меня только на нее надежда была, тело-то, чай, немолодое стало. То ревматизм не вовремя проснется, то зрение совсем оплошает.

– Данюша, на каком языке разговаривает сей субъект?

Смотрю на любимого потомка и осознаю, что ему сия ситуация нравится не больше, чем мне. Но вот карлик еще что-то сказал, и внук нахмурился сильнее. Данюше не идет грозное выражение лица, он сразу становится похожим на своего папашу. Тут я застонала – вспомнила про дочь и зятя. Как я им это объяснять-то буду?! Да меня его родители на фонетический разбор раскатают. Впрочем, я сама себя на звуки готова разложить за неосмотрительность. Ну как мы могли угодить в подобную ситуацию? Кстати, почему все-таки я не понимаю, о чем говорит мой потомок и чернявый карлик? Странный язык. Может, звучание незнакомой речи, а может, карлик помог примириться с мыслью о другом мире, после чего в глазах у меня слегка потемнело, и я начала оседать на пол. Пол мраморный, даже по виду холодный, чего уж говорить об ощущениях, а мне на старости лет совсем не хочется в придачу ко всему пневмонию подхватить.

И еще до того как я растянулась на холодных мраморных плитах, меня подхватили чьи-то сильные руки. Открываю глаза, и сквозь туманное марево проступает лицо любимой кровиночки. Бледненькое такое личико.

– Бабуля, тебе плохо? Сердце?! Бабуля, не молчи!

– Почки, – проворчала я, совсем уж придя в себя.

– Что? – не понял внук.

– Говорю, не дождешься, – пытаюсь вывернуться из рук любимого потомка, а он вцепился и не отпускает, и глазенки такие испуганные-испуганные. – Рано тебе еще наследство получать. И вообще, поставь на родину.

– Бабуль… на родину – это неактуально сейчас, – замялся внук.

Но на пол меня все же поставил.

– Это еще почему? Мы же как-то сюда попали? Значит, и обратно так же отправиться можем?

– Не. Не можем, – грустно вздыхает он.

И тут нашу беседу перебивает карлик. Какой невоспитанный индивид. Внук все внимательно выслушал, а потом и мне объяснил.

– Бабуль, мы попали в другой мир через портал, который, к несчастью, односторонний и гуляющий в придачу. Но хозяин вот этого вот, – и Дан некрасиво ткнул пальцем в карлика, – поможет нам уйти обратно в наш мир. Но пока хозяин занят, нам предлагают отдохнуть и погостить временно у них в замке.

– Прекрасно, мы же давно никуда не выбирались после тура по Европе. Данюш, да мы с тобой оригиналы, всю Россию объездили, за границей были. Теперь вот тур по другому миру получили. Прелесть какая. А дальше что? На Марс отправимся? Хотя нет, не люблю красные пески, давай уж лучше на Венеру. Давно мечтала. Внук, ну ты сам подумай, какой, к орфографической матери, другой мир? Это же противоречит всем известным законам.

Нервы уже не выдерживают. Я понимаю – внук, он еще, по сути, подросток, ему легче смириться с перевернувшимся представлением о мире. Но я другое дело. Я прожила долгую жизнь, со мной много чего случалось, да и чудес я немало повидала. Но как-то вот так сразу и безоговорочно поверить в другой мир я не могу. Это же противоречит человеческому пониманию бытия. Хотя… нет, не противоречит. Помнится, не один древний философ размышлял о множественности реальности. И будем надеяться, что это все-таки другой мир, а не внезапный маразм. Но как же мне тяжело принять факт того, что мы так вот просто, перешагнув порог старой кладовки, оказались в другом мире. Дети проще воспринимают реальность и ее неожиданности, они просто принимают это как данность, верят и приспосабливаются. Взрослые зачастую сходят с ума. Они начинают выяснять причины и следствия. Не верят, пытаются бороться, что их и ломает. И только редкие индивиды с нестандартной психикой и восприятием мира не ломаются, а продолжают жить и получают от этого выгоду. Я видела это во время развала СССР, то же было во время дефолта. А старики… Нам ничего не остается, кроме смирения и созерцания. Удел молодых – борьба. Удел стариков – наблюдать и оберегать. Ох, лучше бы это был маразм!

– Бабуль, этот недорослик говорит, что может доказать, – посовещавшись с карликом, сообщил Дан.

– Данюш, не обзывай людей, – поморщилась я. – И ладно уж, пусть доказывает.

– Ба, да какой он человек? Он тролль обыкновенный, подвид домашний, – радостно сообщает внук. Я уже начинаю мечтать о сердечном приступе.

Нас вели сквозь коридоры, по обстановке напоминающие замок в Гатчине. В итоге завели в другой зал и подвели к огромному окну. Я вообще заметила, что окна здесь гигантские. У проектировщика комплексы? Так вот, подвели нас к окну и ткнули в небо пальцем. А там… маразм крепчал.

Два солнца весело светили с бледно-голубого неба, где летали гигантские птицы. Одна из этих птичек приземлилась на расчищенную площадку. Это было нечто. Я даже не знаю, как это классифицировать, не то что обозвать. Голова орла, тело льва, мощные крылья и хвост. Хвост – тема отдельная. Вроде бы он похож на львиный, вот только покрыт перьями. Мелькнула мысль, что это не окна, а хорошо замаскированные ж/к телевизоры. Но карлик будто прочел мои думы и щелкнул пальцами. Огромная створка гигантского окна отворилась быстро и бесшумно. Повеяло свежим ветерком. Я даже руку протянула проверить – действительно не фокусы.

Тем временем птица-зверь присела на лапах, и со спины этого чуда-юда резво спрыгнул импозантный пожилой мужчина в плаще и с длинной седой бородой. Ну надо же, и здесь встречаются приверженцы активного отдыха. Прыжки, полеты, экстрим. Радует, что кроме меня еще кто-то, несмотря на возраст, считает здоровый образ жизни панацеей от старости. Как-то мне нехорошо. Срочно нужно в больницу, она психушкой в народе зовется.

– Rylge? – качает головой карлик.

– Бабуль, хозяин нашей временной гостиницы вернулся, – чему-то радуется потомок. Я вообще заметила, что он не сильно расстроился вынужденному приключению.

Как ждали этого самого хозяина, где его ждали и сколько, я не запомнила. Когда с ним встретились и побеседовали, я еще находилась в прострации. Я просто впала в шок. Подобного состояния не испытывала, даже когда у пяти потоков сразу экзамен принимала. Да меня до такого ни один студент еще не доводил. Я даже когда с Маринкиным отцом расставалась, так себя не чувствовала, а уж любовь там была необычайная.

Откровенно говоря, все переговоры вел внук, а я судорожно соображала и вспоминала. Мы с Данюшей в детстве читали сказки про ведьмака Герольта, потом был Толкиен, а дальше он сам уже подкидывал мне современных авторов. Но кто же знал, что я окажусь в таком же положении, как и герои книг? Вот только мне давно уже не семнадцать лет и даже не тридцать. И я не киллер, не спецназовец и даже не находчивая студентка, я не владею ни боевыми искусствами, ни суперзнаниями. Я бабушка.

Так что соберись, дорогая Ирма Львовна, и включись уже в процесс, именуемый мышлением, рефлексировать будем позже.

Вопросы на повестке дня. Почему внук местный язык понимает, а я нет? Далее, что за история с порталом? Самое интересное, как он оказался в моем чулане? И последнее, как вернуться обратно?

– Бабуль, познакомься, наш гостеприимный хозяин зовется Асхолом. Маг, ученый, придворный, смотрящий за грифонами, и просто хороший дед. Он пока нас у себя разместит, мы некоторое время не сможем отсюда выбраться. А как только этот Гэндальф все настроит, так сразу домой направимся. Ба, ты только не переживай, все хорошо будет. Я отвечаю.

Смотрю на любимую кровиночку и продолжаю молчать. А что тут скажешь? Я на время самоустранилась от происходящего. Вот как окончательно осознаю, так сразу возьму все в свои руки, не дело ребенку одному веселиться.

Дан

Вновь прибывший дедок оказался хозяином сего заведения, именуемого «крайнее левое крыло пристройки замка Темного Властелина». Фигасе здесь помещение! Если учесть размер только одной комнаты, а я их тут видел немерено, то масштаб постройки впечатляет. И если это пристройка, то какова основная часть здания?

Дедок назвался Асхолом, хотя дико смахивал на Гэндальфа из «Властелина колец». Представился придворным магом, о значении его звания я догадывался смутно. Старик обещал вернуть домой. Возможно. Со временем. Обязательно. Не нравится мне этот дедок. Глазки уж слишком счастливые у него, так на нежданных гостей не смотрят.

Сообщил он, что мы находимся на землях Темного Властелина, и даже пояснил, что это за зверь такой. Короче, здесь классическое фэнтезийное государство, часть мира принадлежит Темному Властелину, мужику древнему и страшному, ну и его жене, конечно, столь же нехорошей женщине. Живет на его землях стандартный набор темных рас: дроу, вампиры, оборотни, люди, русалки, водяные и тому подобные нечистики. На светлых же землях расположились светлые эльфы, дриады, как ни странно, люди, феи, ну и еще парочка народностей, название которых я не выговорю. Но вся трагичность ситуации заключается в другом. Местный управленец (я про Темного Властелина) запретил на своих землях наличие иномирян. Да, да, прецеденты уже случались. Жаль, подробностей мне не сообщили, обмолвились только, что таких психов даже в их мире найти трудно, а женщин так сразу сжигать на костре надо, а то, не дай моб, Темного Лорда кто изнасиловать попытается. А еще на Светлого Императора покушения совершают. Вот такие они, эти иномиряне. И самое нехорошее: мы оказались как раз в замке того самого Темного Властелина. Радует только, что далековато мы от его сердцевины, ну и успокаивает, что Властелина дома нет. Куда умотал, не докладывал, а когда будет, сам не знает. Видите ли, жена его куда-то на двадцатый медовый месяц потащила. Бедный мужик. Хотя если у него в его возрасте сил на медовый месяц хватило, то за него стоит только порадоваться. Мне тут сообщили, что Властелину пятьсот лет, а собеседнику моему двести. Долгожители, блин.

Но дедок мне все равно не понравился, очень уж его интересовал мой возраст, а на бабушку вообще странно смотрел. Нет, может, она ему понравилась, конечно, я не спорю, она у меня до сих пор хоть куда, морщинок на лице почти нет, очки носит исключительно на лбу «для престижу», волосы в благородной седине, глаза ярко-синие, живые, взгляд по-прежнему острый. Помню, у бабули ухажер был лет пять назад, солидный такой старик, замуж бабулю звал. Жаль, умер. Как говорит бабушка, «инсульт не спрашивает, к кому приходить», но все равно, не похожи взгляды нашего гостеприимного хозяина на интерес определенного плана.

Короче, вылил этот дедок на меня весь поток информации, а теперь сидит и ждет реакции, а у меня ее нет. То, что сейчас отсутствует главный противник гостей из других миров, несомненно, радует. То, что придется задержаться, лично для меня пока не является расстраивающим фактором. Всегда любил познавать новое, да и кто еще может похвастаться тем, что побывал в другом мире? Только сам старик меня напрягает, мутный он какой-то. Но вот объяснить внятно причину своего беспокойства не могу, а если не могу, то и заморачиваться не стоит. Единственное, что действительно волнует, так это состояние бабули. Она в явной прострации. Меня это пугает, не дай модератор, ей здесь плохо станет, а я ни «скорой» вызвать не могу, ни медикаментов нормальных достать не в состоянии. Вот и сейчас она сидит и молчит. И это моя бабушка! Да она по своей природе не знает, что такое молчание, если она с кем-то не говорит, то что-нибудь напевает. Помнится, она на спор выучила репертуар «Агаты Кристи», правда, жутко плевалась впоследствии, а я весь месяц мыл посуду и делал уборку. С тех пор с бабулей не спорю.

– Пройдемте, саин Дан, стол уже накрыли, – встал Асхол и опять бросил на бабулю странный взгляд и потер руки.

– Бабуля, нас обедать зовут, – подал я своей любимой бабушке руку. Она мне всегда говорила, что к женщинам надо быть внимательным, а если не буду, то получу по шее. В общем, некоторые манеры она в меня вбила железно, только недавно понял, что они в определенный момент весьма полезны.

Асхол

Придворный маг возвращался домой в дурном настроении. Мало того что Первый в последнее время требует больше информации, в придачу маг опять не смог найти подходящего кандидата на роль подопытного. Либо не тот возраст, либо не то состояние тела. Складывается впечатление, будто все здоровые старики уже давно вымерли. И как он должен омолаживающее зелье тестировать? Ему нужен чистокровный человек в глубокой старости, с идеальным состоянием здоровья, жаль только, в Темных Землях таких найти трудно. Хоть в другой мир иди ищи – иномирский старик был бы идеальным вариантом, – но переходы Властелин запретил. Категорически.

Как же он устал от этих поисков! Все тело болит, кости ломит, да старая подагра мучает. Хоть на себе тестируй. Останавливают только тридцать семь предыдущих жертв, плохо кончали его подопытные – умирали в муках.

И вот он возвращается домой, а ему сообщают, что появились несанкционированные гости, но когда он их увидел, то был счастлив без меры. Старуха и юнец. Это же подарок богов! Юнец, что странно, полностью понимает местную речь. А говорят они между собой, кстати, на проклятом языке. Хм… интересно.

Старуха от шока невменяема, что довольно удобно, юнец нагл и подозрителен. Кого-то он напоминает магу. Но вот кого? Проклятая старость! Память совсем уже не та, но ничего, дадут боги, этот эксперимент окажется удачным и он снова станет молодым, а самое главное, бессмертным. Асхол уверен в успехе на девяносто процентов, только бы об иномирянах не узнал Темный Властелин. Иномирян надлежит возвращать в их мир немедленно, а за гибель гостей мира наказание – смертная казнь без права обжалования. Кстати, за присутствие иномирцев здесь тоже по головке не погладят, а как их вернешь, когда блуждающий портал Властелина опять куда-то ушел?

Нет, Асхол не будет таким дураком, он не упустит свой шанс. Сейчас он накормит гостей, а потом можно будет и за эксперимент приниматься. Вот только парня надо бы изолировать, пожалуй, стоит его кинуть в каземат к светлым пленникам.

Дан

Когда я понял, что что-то идет не так, было уже поздно. Перед глазами расплывались круги, и аппетитная зажаренная гусиная ножка выпала из моих ослабевших пальцев. Я идиот. Хуже, я дурак, наивный дурак. Ну кому я поверил? Меня бабушка с детства учила чужим дядям не доверять, даже за конфетку. А я?

Вскакиваю, роняя на пол тяжелый стул, и сам падаю рядом.

Просыпаюсь от того, что меня кто-то трясет за плечо. Голова болит так, будто по ней долго били мешком с песком, еще и тошнит. Чувствую, что лежу на чем-то холодном и жестком. И где я вчера так упился-то? Ох, и влетит мне от бабули, она не любит, когда я пьяный домой являюсь. В конце концов, она меня не для этого пить учила.

– Проснись, человек! Да вставай ты уже! – приказывал мне кто-то.

Открываю глаза. Полумрак. Где-то вдалеке виднеется свет, воняет, и, кажется, я вижу решетку. Меня че, вчера повязали? Не думал я в обезьянник загреметь в столь раннем возрасте. Твою медь!

– Кончай меня трясти, – хриплю я.

– Ребята, он пришел в себя! – чей-то звенящий голосок ввинтился в мой мозг.

Оборачиваюсь. Еще раз твою медь! Эльф! Вспоминаю все, что случилось со мной за последние сутки, и дико пугаюсь. Я знаком с чувством страха, но с неуправляемым ужасом я до сих пор не сталкивался. Оглядываю камеру; помимо меня здесь еще четверо. Приводивший меня в чувство эльф с длинными светлыми волосами и измазанным лицом, низкорослый бородач (вот по любому гномом окажется), худощавый парень, на вид старше меня, и шикарная девица с зеленоватой кожей. Бабушки нет.

Вскакиваю и кидаюсь к решетке. Голова таких телодвижений не оценила и ударила дикой болью по мозгам.

– Бабуля! – ору во всю мощь своих богатырских легких. Камера заперта, а бабуля не отзывается. Да что же это? Где она?

Меня обуял дикий страх за нее. Куда бородатый маньяк дел мою бабушку?! Обрадовался, блин, – другой мир, чтоб его. Совсем забыл, что на чужой территории расслабляться нельзя. Решил, раз понимаю их язык, проблем не будет. Идиот.

– Парень, да успокойся ты, – шикнул низкорослый бородач.

– Слышь, мужик, ты здесь старушку не видел? Волосы седые, длинные, заколоты китайской спицей. На лбу очки, глаза ярко-синие, взгляд замораживающий, голос приказной? Низенькая такая, хрупкая, в черном.

– Ты про смерть? – выпучили глаза эти олухи.

– Нет, блин, про свою бабушку! – рыкнул я.

– Парень, не было здесь никого, кроме тебя, – сообщает гном.

– Так, понятно. А здесь – это где? – надо бы все побыстрее выяснить. Сам же в это время пытаюсь рассмотреть замок на нашей клетке.

– В казематах Темного Властелина. А точнее, у старого сумасшедшего Асхола, – сообщает форменный эльф.

– С этого места поподробнее, почему сумасшедшего? – развернулся я к ним.

– Этот пень старый уже лет пятьдесят о бессмертии мечтает, как у Темного Властелина. Вот и проводит эксперименты. А тебя как звать-то?

Эксперименты? Какие интересно? И что, мы все здесь подопытные, что ли? А бабуля-то моя где?

– Дан меня зовут. А вы, кстати, кто?

– Да мы делегация из Светлых Земель. Посадили вот, – обводит рукой пространство гном. – Меня Олуш звать, вот его, – ткнул пальцем в сторону худощавого парня, – Гирин, ее, – кивает на шикарную зеленоватую девицу, – Ангра.

– А я Лель, – представляется эльф.

– Зашибись. Теперь давайте поподробнее про эксперименты местного психа.

– А что про них говорить? – удивляется гном. – Мы, понимаешь ли, здесь уже полмесяца сидим. Многое видели. Видели, как стариков сюда приводили и уводили в лабораторию, а потом монстрами возвращали, вскоре они умирали. Те, кто был посильнее, страшные вещи рассказывали, что Асхол омолодить их пытался да бессмертием наградить. На людях всегда пробует, они идеальный материал, хрупкие, даже малейшая погрешность на них отражается. Он же не хочет, чтобы в итоге побочные действия на нем вылезли.

– Вы откуда знаете? – спрашиваю я сиплым голосом.

– Так от нас это и не скрывают, казнить обещают со дня на день, – спокойно отвечает Олуш.

Я теперь не просто боялся за жизнь бабули, я был в ярости. Со мной такое редко случается, и только она могла меня успокоить. В такие моменты меня душила чернота, я был неуправляем, зверел на глазах. Очевидцы говорили, что это довольно страшное зрелище, кое-кто даже предлагал меня в дурку положить, но бабуля таких советчиков так отбривала, им не то что советовать – вообще рот открывать ближайший месяц не хотелось.

– Парень, что-то не нравишься ты мне. Тебе нехорошо? – участливо спросил Олуш.

– Сколько я уже здесь?

– Половину суток, – был мне ответ.

– Как отсюда выбраться? – уже хриплю.

– А никак, дверь замагичена, иначе Гирин уже давно бы нас вытащил.

Бабуля, ты только держись, я что-нибудь придумаю. А у самого в мозгу крутятся различные кровавые сцены с участием бабушки и этого Гэндальфа недоделанного.

Начинаю трясти решетку, а она, зараза, даже не скрипит. Ору, бью по железу кроссовками.

– Успокойся! – подскакивают ко мне гном и Гирин.

Ага, нашли лоха. Отталкиваю их, они улетают к дальней стене, а я продолжаю бесноваться. В мозгу бьется мысль о бабуле. Да я за нее любого порву, она же моя единственная бабушка, самая любимая. Не дай бог с ней что случится, не переживу, урою козла. Дайте только добраться.

Послышались гулкие шаги. Вскоре моему взору предстали два жирных борова, которые, судя по всему, являлись местной охраной.

– И кто это у нас тут порядок нарушает? – ласково спрашивает один из них.

– О, это же новенький. Тот, что со старухой, – тычет в меня толстым пальцем второй.

– Ты про ту, что щас в лаборатории? – уточняет первый, кажется, они про меня уже забыли.

– Где она? Где моя бабушка? – вклиниваюсь в разговор.

– Где, где – на столе! – ответил мне охранник и сам заржал своей шутке.

– Отведите меня к ней, – приказываю я.

– Слышь, Гил? Он там что-то требует. Ой не могу, вот умора! – ржал первый, второй одобрительно подхихикивал. Когда они успокоились, охранник сказал:

– Ты, щенок, успокойся, если твоя старуха жива останется, то в соседней камере лежать будет, а ты лучше о себе подумай. Завтра на рассвете вас всех казнят.

С этими словами охрана гордо удалилась.

Если выживет… Эти слова эхом бились в моей голове. Если выживет. А если нет? Я же загнусь без нее. Я родителей так не люблю, как ее. Тварь. Убью этого старпера. Колдун гребаный, да я твой замок по кусочку разнесу, уж ты у меня быстрее всех сдохнешь. Только выйти отсюда надо. А я выйду. Обязательно! Я должен успеть! Только уберу эту гребаную решетку, и они у меня все кровью умоются. Сердце колотится уже не в бешеном ритме, оно разрывается при каждом ударе, оно болит – так, будто его чем-то проткнули. В голове шум, воздуха не хватает. В ушах звон. Бабушка…

Чернота, что меня душила до этого, затопила разум, и все, что я помню, это туманные отрывки.

Вот бледнеют лица моих сокамерников, в следующее мгновение решетку с частью стены сносит черный туман. Помню какие-то переходы и, наконец, бледное лицо какого-то уродца.

– Где?

Чей это рык? Это не может быть голосом, а вокруг черный туман и, кажется, воняет кровью.

Вот я стою перед огромными двустворчатыми дверями. А вот дверей уже нет. Я вхожу в помещение, повсюду колбы, мензурки, запах химии и крови. Стены увешаны полками с книгами и емкостями с маленькими монстрами. Стол. А на столе она. Бабушка. Глаза закрыты, кожа бледная, с синевой, волосы растрепаны в беспорядке, вместо привычной одежды серая простыня. Ее худенькая ручка вымазана в крови. А рядом он. Будущий труп. Склонился над ней, что-то высматривает.

Все. Свет потух. Сейчас посмотрим, кто из нас больший маньяк.

Олуш

Завтра всю команду казнят. Эта мысль не получила должного отклика в душе гнома, за полмесяца существования в клетке он успел смириться с ней. Или нет? Вот и сейчас смотрит на новенького и вспоминает. Вспоминает детство, бесшабашную юность, зрелость, жену, детей, Светлые Земли. Того гада, что его на это задание отправил. Ребят жаль, они еще молоды, не заслужили такой участи. И эльф. Если его казнят, опять начнется война. Не на это ли рассчитывал Темный Властелин, отдавая приказ?

Эльфу надоело сидеть, природное любопытство взяло верх. Эльфийские ручонки проворно затрясли тело юноши. Его кинули к ним половину суток назад. Он странно одет. Олуша интересовал вопрос появления парня. Откуда он? До сих пор не приходил в себя, наверняка его опоили сонным зельем. И что же такое нужно сделать, чтобы попасть в камеру смертников в столь юном возрасте?

Наконец очнулся. Ведет себя странно, про смерть спросил. Впрочем, нет, Олуш ошибся, это парень про бабушку. Бабушка?! Все ясно. Объяснил новенькому положение дел, рассказ паренька кардинально расстроил. Человека зовут Дан, странное имя. И говор у него странный, явно не местный. Во время их беседы парень начал неуловимо меняться. Сначала побледнел, потом потемнел, кажется, даже тени в углах стали непроглядно черными.

Пришла охрана, как обычно, поиздеваться над пленниками. Или их привлекла истерика парня?

После беседы с охранниками с парнем что-то произошло, он окончательно изменился. Глаза залила чернота, черты лица заострились, тьма ласкалась к нему, как к родному. Он посмотрел на решетку, и та вместе с куском стены вылетела прочь. Да что же это? Кто он такой? Олуш пытался окликнуть невероятного парнишку, но тот, не услышав гнома, просто пошел вперед. Командир светлого отряда решил последовать за странным парнем. По пути видели слуг и охрану, теперь несчастных никто больше не увидит, никогда еще гном не наблюдал подобной мясорубки, даже в последнюю войну такого не было! Однако это не помешало светлым разжиться оружием, охране оно все равно уже не понадобится.

А Дан все шел. Спокойно так, не сворачивая. Встанет перед ним дверь – двери не будет, встанет перед ним стена – стены не будет. Невероятная мощь! И откуда только взялась она у обычного на вид человеческого мальчишки? Олуш все пытался придумать, как заставить Дана присоединиться к его команде, вместе из замка выбираться было бы сподручнее. Мальчишка стал бы ценным союзником, вот только он идет напролом и все время твердит: «Где мышка-норушка живет?» Точно сумасшедший.

На пути обезумевшему парню попался тролль. Дан задал всего одни вопрос: «Где лаборатория?» Тролли – мерзкие, вредные создания, они даже перед смертью с три короба наврут, а сейчас он на чистом глазу ответил правду. Что же тролль увидел во взгляде парня?

Наконец-то дошли до лаборатории. Может, сейчас парень успокоится? До светлых уже дошло, что он ищет свою бабушку, вот только вряд ли она еще жива, но говорить об этом Дану они не рискнули. А дальше случилось что-то страшное. Тьма оказалась материальной. Светлая делегация уже успела попрощаться с жизнями и этим миром, посетовав на свою глупость, надо было бежать, пока была возможность. Ударной волной всю команду вынесло за пределы комнаты, а внутри воцарилась тьма. Уже полчаса они слушают вопли ужаса и боли. Странно, что на крики еще никто не прибежал, неужели парень всех уничтожил? Какого же монстра послали им боги?

Наконец тьма расступилась, и из лаборатории вышел мальчишка, несущий на руках старуху. В глазах его пустота, за спиной виднеются красные разводы и брызги на стенах. Дан опускается на колени и воет. Такого воя светлые не слышали ни у одной нечисти. Боль парня ощущалась кожей.

Здание затряслось, а сам Дан менял цвет кожи с темной на угольно-черную. Творилось что-то невероятное: ветер, молнии, пахнет дымом, что-то где-то взорвалось. Слышен грохот, кажется, это рушится дворец. Олуш не мог поверить в происходящее. Наконец он осознал, что необходимо убираться из замка как можно быстрее.

И вот уже вся команда на ногах, держится за стеночку, потому что мраморный пол ходит волнами, с потолка сыплется штукатурка, летят камни. А посреди этого хаоса слышен ворчливый усталый голос:

– Внук, мы что, на Камчатке? Почему нас так трясет?

Ирма Львовна (она же Ирва впоследствии)

Нас повели обедать. Никогда не любила кушать в неизвестной компании. И сейчас мои опасения подтвердились. После плотного обеда внук внезапно вскочил из-за стола и повалился на пол. Что с ним?! Пытаюсь встать и в итоге сама отключаюсь.

Прихожу в себя на холодном металлическом столе. Надо мной склонился хозяин сего вертепа, он что-то лопотал на своем непонятном наречии, а потом заставил меня выпить какую-то гадость. Я пыталась сопротивляться. Честно пыталась. Вот только стара я уже для таких попыток, в голове бьется единственная мысль: где внук? Что этот фашист сделал с моим Данюшей?

То, что я пережила за последние несколько часов, не пожелаю испытать никому. Я пыталась кричать, но выходил шепот, пыталась ругаться, но моих слов не понимали, пыталась угрожать и умолять, но все было бесполезно. Мне оставалось только надеяться, глупо надеяться на то, что выживу и отомщу. Нет, лучше умереть и превратиться в призрака, а уже потом мстить. Утешает только то, что я почти ничего не ощущала. Почти. Время от времени я молилась, чтобы у меня не выдержало сердце, а потом вспоминала, что где-то недалеко моя кровиночка, которую еще спасать надо будет. И я выдержала. Пока не потеряла сознание.

Пришла я в себя от дикой качки, точнее, тряски. Открываю глаза и вижу чернеющее лицо любимого потомка, а вокруг творится форменный бедлам.

– Внук, мы что, на Камчатке? Почему нас так трясет? – решаю уточнить, а то мало ли что, в последнее время я уже ни в чем не уверена.

Как же я счастлива, ведь он жив и здоров!

Внезапно тряска прекратилась.

Честно говоря, я и остальные события плохо запомнила. Мы куда-то бежали, точнее, бежал внук со мной на руках. Оказывается, он нашел себе команду таких же спринтеров, и вот мы резво несемся по помещению, которое грозится рухнуть, и наконец достигаем выхода. На улице меня по-прежнему не выпускают из рук. Данюш, ты же надорвешься! Поставь! Но меня не слышат. Точно, я же не могу говорить. Трудно и больно.

Тут компания моего внука активизировалась. Скрывшись куда-то, они вновь появились, но не одни, а с теми милыми монстрообразными пернатыми, которых я уже видела.

Как ни странно, я теперь понимала местную речь, но тут же об этом пожалела, потому что выяснила, на чем мы полетим.

– Внук, я на этом не полечу! – возмутилась я.

– Бабуль, все будет хорошо, – в который раз повторил Дан. За последние пятнадцать минут потомок только эту фразу и выдавал.

Я честно отбивалась, вот только сильно не посопротивляешься в простынке почти на голое тело и в стальных тисках родного внука. Как мы взбирались на эту недоптичку – отдельная история. Скажу лишь, что меня устроили между молодым парнем и длинноухим телом. Я очень хотела к Данюше, вот только нельзя – на этой чудо-птице расположились самые легкие из нас. Дан даже здесь не упустил возможности и уселся позади грудастой зеленоватой девушки. А низкорослый простоватый обладатель шикарной бороды неуверенно взобрался на третьего монстра. Что меня порадовало, так это факт наличия здесь седла и сбруи, а вот полное отсутствие страховки, мягко говоря, расстроило. И вообще высоко. Я, конечно, не боюсь высоты, но как-то она не вдохновляет, когда под тобой машет крыльями живое существо.

Когда мы взлетели, я глянула вниз и увидела огромный дворец, красивый, мощный… и наполовину разрушенный.

Плохие здесь строители. Может, им знакомых гастарбайтеров посоветовать?

Темный Властелин (на следующий день)

Темного Властелина срочно вызвали в родовой замок. Причину никто толком объяснить не мог. Этого Властелин не любил, он дал себе зарок уволить всех некомпетентных, кого сможет выявить.

– Рина, не думаю, что тебе стоит ехать, – выговаривал он своей супруге.

– Если ты не думаешь, то за тебя это сделаю я, – отвечала ему супруга, запрягая грифона.

И вот они уже кружат над своим любимым домом. Огромное пространство, занятое неимоверно красивой и величественной постройкой. И часть этой постройки, причем большая ее часть, была… разрушена.

– Что за… – не поверил Темный Лорд.

– Ой, мамочки! – воскликнула Темная Властительница.

– Не поминай ее всуе! – одернул ее Темный Властелин.

Глава 3

Дан

Приземлились мы в неизвестных дебрях, да еще и жестко. Одно радует: при посадке под благовидным предлогом успел облапить зеленокожую красотку. Впрочем, когда у противоположного пола четвертый размер, на цвет кожи и расовую принадлежность как-то не обращаешь внимания. Красавица даже не возмутилась, чувствую, мне благоволят. Осталось только бабулю вылечить от последствий пребывания в этом мире. Как вспомню, так и хочется все нафиг уничтожить. Но я успокаиваюсь, бабуля не любит, когда я буянить начинаю.

В общем, худо-бедно, но мы приземлились. Слава модератору! Забыв обо всем, несусь к бабушке, ее уже сняли с грифона и разместили на траве.

– Как она? – приземляюсь рядом.

– Плохо, – нервно прядает ушами эльф.

– Нам доктор нужен, – выдаю гениальную идею.

Бабуля по цвету не отличается от простынки, в которую она закутана, глаза закрыты – похоже, без сознания. Маленькая, хрупкая, сейчас резко постаревшая, она выглядела беззащитно, и не скажешь, что ее когда-то боялись и уважали чиновники и простые студенты. Кстати, почему ее именем пугали чиновников, я до сих пор не знаю. Была там какая-то история.

– Доктор – это кто? – спрашивает бородач.

Приплыли. А если у них про медицину и в помине не знают? Что тогда делать?

– Тот, кто лечит. – Спокойствие, только спокойствие.

– Так у нас Лель целитель хороший, – сообщил радостно Олуш.

– Так какого… э-э-э… растения до сих пор сидите?! – рявкнул я, сумев сдержаться и не ругнуться при бабушке, она злоупотребление этим делом не уважает.

Эльф вздрогнул, тут же принялся вытворять руками пассы над бабулей. Гном окинул меня осуждающим взглядом, но когда я на него в упор глянул, сник.

– Дан, не смей повышать голос, – тихо шепчет бабуля. Плохо, когда она меня по имени завет, это значит, что все действительно хреново.

Из рук ушастого полился зеленоватый свет, который проникал сквозь любимую родственницу. Минуты шли за минутами, а ничего не происходило, только эльф взмок, да Гирин как-то напрягся, а меня потихоньку начало потряхивать. Если с ней что случится, я этот мир по кусочку разнесу, вместе с его магами, Темными Властелинами и остальными психами. Но тут цвет лица бабули выровнялся, и она сделала глубокий вдох. А потом еще один и еще. Она дышала ровно и глубоко.

– Она спит, – поднялся эльф. Гирин тут же подскочил к нему, подставляя плечо.

Я вздохнул с облегчением.

– Одеяла ни у кого нет? – задал я риторический вопрос.

Одеяла не было, и даже одежды лишней не было. Оставлять бабулю на холодной земле не хотелось. Она у меня, конечно, любитель зимой в моржа поиграть, но сейчас не те обстоятельства.

– Короче, народ, делайте что хотите, но сотворите мне костер и организуйте какой-нибудь теплый лежак для бабушки, – глянул сердито на собравшуюся компанию. Молодой парень по имени Гирин пытался что-то вякнуть, но его остановил Олуш.

Зеленокожая красотка направилась к грифонам, Гирин и Олуш занялись обустройством лагеря, а я мучил эльфа на предмет еще одной проверки состояния здоровья бабули.

– Да нормально с ней все, если такое вообще возможно в данной ситуации, – пятился остроухий. – Ты пойми, над ней ставили уникальный эксперимент, и насколько я знаю, она единственная выжившая.

– Ты мне конкретней объясни, что с ней? – не отступал я, держа на руках свою старушку.

– Что я тебе скажу нового? У нее физиологические параметры слегка изменены после эксперимента, – и, поняв, что ляпнул, тут же побледнел. – Такое не проходит бесследно, но я исцелил повреждения. Изменения, к сожалению, необратимы.

Сознание начала затапливать тьма.

– Внук, меня сумасшедший маг посетил, а не инсульт, так что положи, где взял, и найди еды, – услышал я сквозь черное марево. В этом вся моя бабуля.

Ну что ж, она права, едой действительно было бы неплохо разжиться. Пойду у Олуша узнаю, как в этом мире ее раздобыть, вряд ли стоит надеяться на круглосуточные супермаркеты посреди тайги.

Ирма Львовна (в скором будущем Ирва)

Сквозь сон слышу грозный рык внука. Так дело не пойдет. Эх, валерьяночки бы сюда и валокардинчика для надежности!

– Внук, меня сумасшедший маг посетил, а не инсульт, так что положи, где взял, и найди еды. – Надо бы его отвлечь, а то, чего доброго, нервный стресс себе заработает на мою голову.

После того как внук скрылся в неизвестных далях, пришлось обратиться к остроухой девице:

– Девушка, вы на Дана не обижайтесь, он за меня переживает, вот и ведет себя слегка грубо. Вас, кстати, как зовут?

Испуганно оглядевшись, девица уставилась на меня.

– Лель. И… э-э-э… я не девушка, – был мне робкий ответ.

– Нашла чем хвастаться. – Я смотрю, и в этом мире молодежь скромностью не отличается.

– Нет, вы не поняли, – подпрыгнула на месте покрасневшая особа. – Я парень.

– Лель, я, конечно, стара, но маразмом еще не страдаю, хоть вы и пытаетесь меня в обратном убедить, уж я-то девицу от юноши отличить могу, – снисходительно улыбаюсь юной ушастой интриганке, переодетой парнем. – Но раз вам больше нравится быть в образе молодого человека, не мне судить.

Впрочем, говорить о странностях данной особы мне было не столь интересно. Больше всего меня волновали пропущенные мною события. Также стоило узнать, почему я понимаю местную речь.

– Помогите мне, Лель, – попросила я, пытаясь подняться с копны неизвестной травы, служившей мне ложем.

Девушка бросилась на помощь, подняв жуткую суету. Толку от нее было мало, пришлось самой устраиваться поудобнее. Кряхтя и скрипя суставами, я приняла устойчивое сидячее положение.

– Расскажи мне, красавица, что тут творилось, пока я без сознания отдыхала? – доброжелательно улыбнулась я.

– Вы попали в руки сумасшедшего мага, который искал формулу бессмертия. Да не просто бессмертия, но и вечную молодость, – начала повествовать Лель.

А жирно ему не будет? Не лопнет страдалец? И вечную жизнь ему, и вечную молодость подавай. От такого изобилия и облысеть можно. А я его импозантным мужчиной посчитала. Ужас какой, и где мое чутье на людей? Ах да, вспомнила: было усыплено неизвестным снотворным во время обеда. Или осталось в родном мире? Надеюсь, что нет.

– Опыты придворный маг ставил на человеческих стариках, – продолжала тем временем девушка. – Вы оказались идеальным материалом.

Тоже мне косметическая мини-фабрика. Так и знала, что о женевской конвенции здесь не слышали. Ну что за люди? Можно ведь было просто пластического хирурга посетить. Или здесь такие не обитают?

– Вас и Дана усыпили. После чего над вами провели эксперимент, а вашего внука бросили в нашу камеру смертников.

В моей жизни было многое. В том числе и боль, причем не только душевная, но и физическая, у меня была действительно бурная молодость, но то, что творили со мной в лаборатории, вспоминать не хочу. А вот насчет камеры смертников… В капусту порублю этого чудика! Вот только доползу до него, и узнает он, что значит месть бабушки. Моего внука в камеру! Ну ничего, этот экспериментатор еще узнает, что старость не обязательно сопровождается склерозом.

– Я так до конца и не поняла, что с вами сотворили. Асхол был в своем роде гением. Но результатом стали некоторые преобразования, в том числе и психические. Это может выявиться в знаниях новых языков или же в способностях, которых у вас раньше не было, но может отразиться и в перепадах настроения.

Только собралась возмутиться по поводу насилия над собственной психикой, как вспомнила, что являюсь преподавателем русского языка. Профессор, между прочим. Но это не значит, что я мазохистка, я спокойно переживу происшедшее. А насчет изменений в целом… Ну хоть какая-то польза от пережитых испытаний, язык не пришлось изучать в ускоренном темпе.

– Я представитель делегации светлых, посланных к Темному Властелину по вопросу создания союза против общих врагов, – вещала тем временем Лель. – Делегацию встретил придворный маг Асхол, после чего бросил нас в темницу, где мы повстречали вашего внука и с его помощью сбежали, попутно сумев спасти вас. Асхол погиб.

Тихо горжусь внуком, он у меня всегда был сообразительным мальчиком. Вот только друзья у него шебутные, но это можно пережить. Особенно если вспомнить, что он у меня и сам не ангел. Далеко не ангел.

А вот, кстати, и он. Идет вместе с низкорослым коренастым мужчиной и молодым человеком. Позади шагает зеленокожая девица. Я заметила определенную странность в поведении новых знакомых, они держались на расстоянии от моего внука, будто чего-то опасались. Необычно. Выбросив лишние мысли из головы, улыбаюсь во все свои тридцать зубов. И ничего, что их всего тридцать, зато свои!

– Бабуль, ты как? – присел внук на корточки рядом со мной.

– Данюш, все нормально, я не Гринпис, от экспериментов на живом материале сильно не страдаю. Как-нибудь сдюжу. Сейчас самое главное – это то, что мы давно не ели.

Внук отправился выяснять, что там с пропитанием. Недалеко крутилась разношерстная компания. Я начинаю себя неуютно чувствовать под легкой простынкой, все же стара я уже для таких приключений. Единственное, чего я действительно хочу, – это здоровый сон в родной кровати, но, судя по всему, не судьба.

– Еще раз меня Данюшей назовешь, я тебе зубы выбью. Ты по жизни труднопроходимый или после пережитого тормозишь? Мне тебе сколько раз объяснять, что меня Даном зовут? – слышу тихий рык невдалеке.

Опять я в свои думы погрузилась и что-то интересное пропустила. Перевожу взгляд в ту сторону. У самой кромки поляны, вдалеке от основного лагеря, за моей спиной стояли внук и молодой человек из компании новых знакомых. Дан выглядел спокойным, даже насмешливым, его оппонент же был раздражен, хоть и пытался состроить ироничную рожицу.

– Но твоя бабка тебя именно так называет. Данюша. Как мило, – глумился парень. – Особенно для того, кто так легко разрушил замок.

Ой, бедненький, ни мозгов, ни воспитания. Теперь еще и со сломанными ребрами, ну или просто с гематомами по телу. Внук терпеть не может, когда кто-то на мой счет при нем проезжается, но еще больше он не любит глупых людей. Насколько знаю Дана, парню было в доступной форме объяснено, почему и как его не стоит называть, но видно, что с первых двух раз до юноши не дошло. И вот теперь мой потомок методично посылает свои кулаки в торс недогадливого, а кулаки у внука будь здоров, между прочим. Да и годы посещения секции бокса о себе дают знать.

Начавшуюся потасовку заметили остальные. Не то чтобы они спешили разнимать драчунов, но и восторга от происходящего явно не испытывали, вон как бородач набычился.

– Так меня, – удар, – может называть только бабуля, – пыхтел внук, избивая парня. – А ее ты будешь звать Ирма Львовна. Повтори.

Нельзя сказать, что парнишка был настолько плох. Он успешно прошелся по физиономии Дана пару раз, тем самым еще больше того взбесив. Внук ненавидел, когда к его лицу прикасались. О, а вот этот блок, поставленный противником любимого потомка, был весьма неплох. Ах, юность. Где мои семнадцать лет? Далеко.

– Данюш, у него левый хук[2] хромает! И опасайся джэба[3]! – решила я повеселиться, заодно блесну знаниями приемов бокса. – Молодой человек! Да-да, это я вам! Я вам советую провести кросс[4]. Как, вы не знаете что это такое? Уворачивайтесь! Вправо! Вправо, я сказала! У Дана правая рука повреждена! А теперь встречный удар из-под руки! Отлично!

– Ба! – возмущается внук.

– Ну что «ба»? Если уж затеяли драку, то деритесь нормально, а то детский сад на выезде, право слово!

У парней пропало всякое желание продолжать разборку. Внук на меня смотрел обиженно, а его соперник ошарашенно, остальные же уставились на меня, как Хрущев на кукурузу.

– Дан, не надо на меня смотреть, как на врага народа. Я, между прочим, голодная, а ты народ от труда праведного отвлекаешь, – возмутилась я.

– Бабушка, ты зачем ему подсказывала? Он же неправ! – не сдавался Дан. Он устало опустился на землю рядом со мной. Джинсы в грязи, футболка порвана в трех местах. Я уж молчу про ссадины и разбитые костяшки.

– Скучно мне стало, – наигранно печально вздохнула я. Переборщила и закашлялась.

Меня тут же обеспокоенно осмотрели.

– Прекрати, все со мной в порядке.

Через некоторое время мы все же расселись вокруг разведенного костра. На самодельном вертеле крутился кролик, пойманный кем-то из толпы.

– Я благодарна вам за свое спасение, – начала я, решив не обращать внимания на странные переглядывания. – Нас не представили друг другу.

– Бабуль, знакомься. Олуш, Гирин, Ангра, Лель…

Так бы и надавала по рукам за отсутствие манер, ведь сколько раз ему говорила, что тыкать пальцем в людей некрасиво.

– Рада знакомству, – улыбаюсь. – Меня зовут Ирма Львовна.

– Странное имя, – впервые подала голос зеленокожая Ангра.

Это мое-то странное? Потрясающе, и это мне говорит девушка с зеленой кожей и зелеными же волосами.

– Ирвольна, – попыталась выговорить ушастая Лель. Как тут все запущено.

– Ирва, – решил предпринять попытку коренастый Олуш.

– Бабуль, ты только не злись, – предупредительно посмотрел на меня внук.

Дело в том, что Ирвой на первых порах нашего знакомства пытался звать меня зять. Дочка тогда на акцент ссылалась. Я же после, в отместку, звала его Азарушкой. Так и развлекались.

– Можно и Ирва, – сдалась я, устав от разнообразия вариаций своего имени.

– Бабушка Ирва! – обратилось ко мне остроухое чудо.

Я аж подпрыгнула с непривычки. Да меня даже в автобусах бабушкой не называли! Кроме внука, я никому не позволяла себя бабушкой величать.

Кстати, бабушкой внук меня назвал впервые в пятилетнем возрасте. До этого все как-то «ба» называл. А потом он начал возмущаться моему ласковому «Данюша». После продолжительных переговоров мне было позволено продолжать так к нему обращаться, а ему, в свою очередь, было позволено нарекать меня бабулей. Правда, он терпеть не мог, когда его так называл кто-то другой, он даже матери этого не позволял.

– Просто Ирва. – Я постаралась, чтобы на лице не сильно отразилось мое недовольство.

– Ой, что вы, не могу я так обращаться к пожилой женщине. Меня учили почитать старость, – звенел колокольчик голоса ушастого чуда.

– Кстати, тебе лет-то сколько, ребенок? – встрял внук.

– Девяносто пять! – радостно отрапортовала Лель.

Я подавилась воздухом. Да она меня старше как минимум на… ну, не так уж и много. Но старше же! Мое возмущение утонуло в хохоте внука.

– Бабуль, нормально! Оставь. Чисто поржать! Ты младше, но уже в авторитете! Ой, не могу!

В принципе, внук прав. Видно же, что девочке меньше названной цифры.

– Не удивляйтесь, Ирва, просто у долгоживущих рас развитие отличается от людского. У эльфов девяносто пять равняется человеческим шестнадцати, – решил утешить меня Олуш.

– Какая прелесть, – сумела выдавить я. И знать не хочу, сколько лет остальным. – Значит, Лель – эльф? А остальные?

– Я гном. Ангра – дриада. Гирин – маг. Маги – они не совсем люди, – принялся объяснять Олуш.

Мне было неинтересно слушать про генетические отклонения местного населения, и я решила пропустить мимо ушей его пространные пояснения. Мне вообще холодно. Я тут в одной простынке почти на голое тело. И ладно, если бы тело молодое, а то ночной кошмар пластического хирурга.

– На Темные Земли нас привела миссия. А откуда родом вы? – привлек мое внимание Олуш.

Это что ж за миссия такая, для исполнения которой берут детей? Лель, насколько я поняла, по сути своей еще ребенок. Хотя не мое это дело. Меня другое беспокоит.

Ну и что ему сказать? Нас не прикопают поблизости, если узнают, что мы иномирцы? Вот же слово-то какое…

– А скажи-ка мне, Олуш, как у вас обстоят дела с иномирянами на Светлых Землях? – вмешался внук.

– Какими именно? – насторожился гном.

– Обычными, такими человеческими попаданцами, – фыркнул потомок.

– А никак, они у нас редко появляются. Но если все же случилось сие несчастие, то надлежит тут же доставить их к правителю для дальнейшей депортации в родные миры.

– А почему несчастье? – поинтересовалась я.

– Ну так они неадекватные какие-то. Мир спасти норовят. Покушаются то на Светлого Императора, то на Темного Властелина. Их, правда, было-то всего штуки три за последнюю тысячу лет, но нам и этого хватило.

– Сочувствую, – вздохнула я.

– Зашибись, удачно мы попали! – воскликнул внук. – В общем, так, мы – иномирцы. Были бы рады попасть в родной мир. Подозреваю, что с вашей помощью мы сделаем это быстрее. Будет замечательно, если вы, направляясь домой, прихватите и нас.

– Конечно-конечно!

Дан

Лагерь устроили довольно быстро. Было тепло, но мы все равно разожгли костер, – для бабули. Кстати, сделали это при помощи магии. Эльфенок что-то шепнул, и принесенный нами хворост весело вспыхнул. Бабуля этого не видела, но думаю, это к лучшему, хватит с нее на сегодня потрясений.

Попутно меня вывел из себя Гирин. Тоже мне нашелся великий «тролль», да он против моей старушки детский садик, уж она-то в Интернете отрывалась – будь здоров, а этот недомерок ее бабкой посмел обозвать. Я сорвался. Нервы ни к черту в последнее время. Пока я спускал пар, бабуля решила развлечься. Я обиделся.

На нее невозможно обижаться долго. Потом поржал над прикольным эльфом. Зачетный паренек, ведет себя, как блондинка, бабулю такие постоянно в ступор вгоняют.

После сообщил, что мы попаданцы. Народ понятливо покивал и пообещал доставить нас к правителю светлых.

Встал другой насущный вопрос: где найти одежду бабушке и себе. У этих горе-дипломатов, ясное дело, ничего с собой не было. Предложенную эльфенком набедренную повязку из листьев и ветвей близрастущих деревьев бабуля чуть не надела ушастому же на голову.

В итоге было решено отправиться в ближайший город.

– Я на этом не полечу, – заупрямилась бабушка.

– А куда ты денешься? – не отступал я.

– Я сказала – нет! – начала звереть бабуля.

– Ба, как называется состояние, когда из старости резко впадают в детство? – поднял я бровь.

– Ладно, уговорил, черт языкастый! – буркнула она.

Как мы летели – тема отдельная, как приземлялись, а главное, где, лучше тоже не вспоминать. Время полета вообще в голове не отложилось. Единственная бьющаяся в голове мысль: как же я в первый раз-то не грохнулся?

А вот впечатления от города могу описать как шоковые. Я, дитя железобетонных джунглей, слегка выпал из реальности, наблюдая дома из настоящего камня, отсутствие канализации и жуткое сочетание лошадей с движущейся людской массой.

Дриаду было решено оставить за городом вместе с грифонами. Этих птичек мы решили продать. Денег-то ни у кого не было. Через ворота мы проходили под личиной отары овец с громадной собакой – пастухом. Сей бредовый план предложил эльфенок, осуществлял Гирин. Нормальный, кстати, парень, просто по дриаде слегка сохнет, но никто из нас не идеален.

Как ни странно, план сработал. Бабуля пару минут находилась в легком шоке, но потом взяла себя в руки, спросила у меня, сколько всего падежей, и успокоилась после моего ответа. Стражники слюной на барашков покапали, но тронуть не решились. Денег стрясти не у кого было, а пес (бабуля) выглядел вполне убедительно. Она еще и обнюхала стражников, как она выразилась, «ради приличия». Какого приличия? Всю операцию чуть не провалил один неадекватно ржущий баран. За что я получил ощутимый тычок от любимой родственницы.

А сейчас мы стоим уже без морока в каком-то переулке, где моя бабуля спешно переодевается в украденные Гирином шмотки. Мне, кстати, тоже пришлось приодеться в местные тряпки. Что порадовало – не пришлось переобуваться. Не во что было. Да я пока и не готов расставаться с родными «Найками».

Местная одежда это вообще что-то с чем-то. Жуткие брюки на подвязках и рубахи свободного кроя. Жуть. Одна радость – карманы глубокие, эмпэтриху есть куда положить. Она, родимая, до сих пор со мной. Свою одежду пришлось припрятать, зато мы больше не выделялись среди толпы.

– И как вы собираетесь продать нелегально угнанных грифонов? – хмыкнула бабуля. Ее нам удалось обуть в найденные где-то деревянные галоши. Весьма потрепанные, надо признать.

– Так же нелегально, – отозвался Олуш. – Осталось только найти полезного человека.

Правда, людей здесь было мало. Вот это я понимаю, разнообразие. В глазах рябило от различных ушасто-волосато-клыкастых обитателей этого милого городка.

– Предлагаю разделиться, – хлопнул глазами Лель.

– Согласен, – кивнул Олуш. – Гирин, ты с Ирвой и Даном.

Мага слегка перекосило. Ну-ну…

Наша часть группы отправилась к местному рынку. Шумно, людно, чем-то воняет, почти как дома. Мы бродили среди рядов, стараясь привлекать к себе как можно меньше внимания.

– Данюш, мне бы отдохнуть. Стара я уже для таких волнений, – тяжко вздохнула бабуля.

Пришлось отвести ее к ближайшей каменой стене. На нас внимания почти не обращали, а если и пялились, то на бабушку. Гирин решил воспользоваться случаем и отправился на поиски подходящего покупателя в одиночку.

Бабуля оперлась о шершавую каменную стену, тяжело дыша. О чем я только думал? Надо было остаться за городом, она же такое пережила, а я ее уже в новые неприятности тащу.

– Ба, может, хочешь чего? – перешел я на русский.

Мимо пронесся какой-то мелкий паренек, задев меня плечом. У меня в мозгу что-то переключилось, и я ощутил, как его руки скользнули в мой карман, тот самый, что с эмпэтришником. Я бросился следом за карманником.

– Стоять! Догоню – уши надеру! – орал я что есть мочи. Парнишка был на своей территории, он был меньше, а значит, изворотливее.

Но когда меня это останавливало? Да ради своей эмпэтрихи я и не на такое способен. Мелкий не дурак, петляет среди людей, но и я не валенок.

– Стой, сволочь! Хуже будет! Порву на хрен!

Поворот. Ну и вонь в этом переулке! Худая спина мелькает впереди. Ускоряюсь. Мелкий оглядывается и припускает еще быстрее. Наивный огурец! Прыжок. Тощий рыжий пацаненок трепыхается в моем захвате.

– А ну цыц, мелочь! – рыкнул я.

Тот затих. Смотрит на меня глазами какающей мыши и даже не моргает. Чего это он? Ах да, я же до сих пор на русском матерюсь.

– Отдай то, что у меня украл, и вали с миром, – решил я быть добрым, перейдя на местный язык.

– П-п-п-п… – Чего это он?

– Не хочешь с миром, можно и с пинком, – уточняю для ясности.

– Проклятый язык! – оглушил меня крик.

– Внук, отпусти ребенка!

Я от неожиданности действительно чуть этого оболтуса не отпустил. Умеет же бабуля время выбрать.

– Проклятый, проклятый язык, – все повторял он.

– Посмотри, до чего ты ребятенка довел, – выговаривала мне бабушка на родном и могучем.

– Здравствуйте, почтенные, – на ломаном русском мявкнул рыжий.

Твою медь! Я не ослышался?

Темный Властелин

Темный Властелин был в смятении. Он лично проверил магический след. Ничего. Ничего, кроме его собственной силы. И что это значит? Кто смог убить сильнейшего придворного мага? И не его одного. А замок? На нем же охранные и укрепляющие чары лежат неимоверной силы! А чужое присутствие ясно зафиксировано самим замком. Да, прекрасный дворец Темного Властелина живой, полуразумный дом.

Но даже это не самое удручающее. Оказывается, за время его отсутствия прибыла светлая делегация по вопросу о создании союза против захватчиков, которую маг заточил в той самой части здания, что сейчас разрушена до основания.

– А я тебе говорила, что этот твой Асхол мерзкий тип, – капала на мозг жена.

– Зато он гений во всем, что касается магии, – оправдывался Темный Властелин.

– И посмотри, что с ним стало! Делегации от папы нет, половины замка нет, виновников нет, а через неделю к маме! – выговаривала Темная Властительница.

– Ты права, милая, я крупно облажался. Но ты сама видишь, что нападавшие очень могущественные маги, а возможно, это и не маги вовсе, а наши враги.

– Думаешь, они все же решили сделать первый шаг? Тогда нужно срочно сообщить папе! – заволновалась повелительница.

– Любовь моя, не беспокой пока отца. Я должен сам разобраться во всем, в конце концов, это мои подчиненные угрожали смертью делегации.

Тестя он в какой-то степени уважал и даже временами понимал. Особенно когда тот остервенело доказывал дочери, что ему не стоит появляться пред очами ее матери. А паника, плескавшаяся в глазах Императора, грела Властелину сердце.

– Думаешь? – с сомнением посмотрела на мужа Темная Властительница.

– Уверен. Вот только поездку к маме придется отложить на неопределенный срок. – Темный Властелин ласково обнял жену, и она уже не видела счастливое выражение лица своего мужа.

Глава 4

Гирин

Не месяц, а ускоренный курс по выживанию какой-то. Сначала маг узнает, что его мир пытаются захватить. И нет бы Темный Властелин опять развлечься захотел, куда там, он после женитьбы на вновь обретенной дочери Светлого Императора решил придерживаться стойкого мира. Воистину издевательская политика. Да этот мир хуже доброй войны!

И вот в начале этого месяца Гирину сообщают, что его миру грозит опасность. А со стороны кого? Самый грозный противник решил показать свое мерзкое лицо. С этим врагом даже Темный Властелин в одиночку опасается сталкиваться, и это при том, что в нем часть крови захватчиков. А в довершение молодому магу сообщают, что он рекомендован в группу делегатов на Темные Земли! И что с того, что он лучший выпускник Светлой Высшей Магической Альма-матер (да, это заведение именно так и называется)? Не помнил он, чтобы звание лучшего выпускника сочеталось со званием мазохиста с суицидальными наклонностями. Знал, еще во время учебы, что не стоит наниматься в тайные службы Светлой Империи. Но ведь молодой маг рассчитывал в библиотеку попасть по распределению (есть у них одна такая тайная библиотека, картотека кадров называется), а его сразу в разведку и дипломатию. Пикнуть не успел, как оказался на границе с командой состоящей из эльфа, симпатичной дриады и командира гнома. Ну не его это!

Он темных на дух не переносит, не потому, что они темные, а потому, что они вредные пакостники с полным отсутствием морали. Да у них кто не садист, тот мерзкий извращенец! Его худшие ожидания подтвердились, вместо Темного Властелина вся команда встретила унылую сырость камеры смертников. Там, кстати, и выяснилось, что эльф на самом деле эльфийка. Попробуй это утаи, в общей-то камере! Олуш откровенно ждал смерти. Девчонки вообще старались о будущем не задумываться. Маг же лихорадочно искал выход. Бесполезно, конечно, зато обнадеживает.

И кого же они встретили в подземельях Темного Властелина? С виду парень как парень. Смазливый, ну так это его проблемы. Нервный немного, так и в этом пусть сам как-нибудь разбирается. Оказалось, что маг ошибся. Нервозность этого ненормального оказалась общей проблемой. Причем не только Гирина или команды, но и вообще всех, кто проживает на территории замка Темного Властелина. Такой силы молодой маг еще не встречал. Это же высшее магическое действие! Да такой силой только архимагистры управлять способны! Он же вообще в тот момент на человека не был похож! Без слов, без пассов, парень разнес резиденцию Темного Властелина, которая, к слову сказать, до этого дня считалась неуязвимой, только для того, чтобы найти свою бабку. Гирин подозревал, что она рано или поздно все равно скончалась бы, не от старости, так от бурной фантазии придворного мага Темного Властелина. Но нет, внук свою старуху нашел, попутно освободив команду светлых, и ни разу не упомянул о магическом истощении. Да парень там столько силы оставил, сколько Гирину и за год не скопить!

Убегали вместе. Маг подозревал, что Олуш просто боялся разозлить их нового знакомого отказом. Приземлились в лесу недалеко от столицы темных. Замок Темного Властелина находится в сутках пути на лошади и в трех часах на грифонах от столицы. Как только приземлились, этот ненормальный принялся командовать. Это ему сделай, то подай, и все ради старухи. Не понимал маг, зачем стараться для простого человека (а она действительно простой человек, он магически проверил), тем более для старого? Она же все равно умрет. Но народ, вопреки логике, начал вокруг нее суетиться. Даже Лель взялась ее исцелять.

А когда эта карга проснулась… Ну и взгляд у нее – в дрожь бросает. Вроде бы вся такая немощная, а как взглянет, так и хочется по струнке вытянуться и ритуальный поклон совершить. Подобное молодой человек ощущал лишь при общении со своими преподавателями в Альма-матер. Ректор на него так же смотрел при малейшем проступке. А как говорит? Да ее манеры и речь инстинктивно вызывают желание спрятаться куда подальше! Гирин сам не понимал, почему она на него так действует, но ему неосознанно хотелось вызвать ее одобрение, что бесило неимоверно.

Еще и Ангра на этого Дана с интересом посматривать начала. Дриада, чтоб ее!.. И угораздило же мага ею заинтересоваться. И вообще этот Дан наглый, сначала Гирин его за темного принял, да как-то странно он на окружающий мир реагировал. И на Лель наорал без причины. С пресветлыми эльфами так вообще обращаться нельзя! Достал. Думает, что если силой огромной обладает, то все позволено?

Решил маг его проучить. Он заметил, как парень над своей бабкой трясется. А это ее Данюша? Ха, и это имя человека, который устроил мясорубку во дворце самого Темного Властелина! Пошутил молодой маг пару раз по этому поводу.

Парень быстро завелся, чего Гирин, в принципе, и добивался. Он заготовил мощнейшие заклинания. Просчитал варианты наиболее логичных магических атак. Маг был уверен, что резерв странного парня после такого выброса гораздо меньше резерва светлого мага. Все-таки Гирин не последний маг в Светлых Землях. Если не силой, то опытом точно задавит. Светлый маг, конечно, впечатлен увиденным во дворце, но не настолько, чтобы бояться парня до дрожи. Но этот… мальчишка просто вмазал одному из лучших выпускников Альма-матер под дых! Да Гирин от возмущения вообще про магию забыл! А эта его бабушка еще и поиздевалась! Что странно, над обоими. И за что внук ее только терпит?

Оказалось, эти двое иномиряне. Чего-то подобного светлый маг и ожидал. Ну не могут они быть нормальными людьми. В смысле, они очень сильно отличаются от обывателей этого мира. Всей командой пообещали отвезти их к Светлому Императору, для дальнейшей депортации.

И вот они в столице темных. Как ни странно, город на иномирян почти не произвел впечатления. Сказывается усталость, как-никак они сутки на ногах. Это если не считать оторопело-презрительного взгляда, Гирин такие только у дроу и видел. Прекрасно сознавая, что Ирва для внука является весомой обузой, маг спокойно ушел искать покупателя на грифонов. В город проникли слухи о странностях во дворце. Еще чуть-чуть, и о происшествии станет известно каждому, начнется паника, так что грифонов нужно немедленно сбыть с рук. Возвращаясь на условленное место встречи без новостей, светлый маг пришельцев из другого мира не обнаружил. Да что за демон! Он же всего на полчасика отлучился! Ни Ирвы, ни Дана на месте у стены, где маг их ранее видел, уже не было. Сбежали?! Демон!

За свободно гуляющего по миру иномирянина ни один повелитель по головке не погладит, а их тут два! Да еще таких!

Стоп. Гирин же маг!

Так, и что эти чужаки делают на территории криминальных кланов?!

Ирва (в прошлом Ирма Львовна)

– Внук, отпусти ребенка, – тихо велела я, перестав пыхтеть, как паровоз.

Дан вздрогнул, но мальчика не выпустил.

Сначала я даже не поняла, почему внук внезапно рванул со всех ног за маленьким оборванцем. Потом, логически поразмыслив, поняла, что стоит потомка догнать, и тут же вспомнила свои любимые туфли, которые нещадно натирали мозоли. Обувь, что была на мне сейчас, мозоли не натирала, она в принципе ноги стирала в кровь. А ведь в некоторых европейских странах в Cредние века простой люд носил что-то подобное моим нынешним деревянным калошам. Теперь понятно, почему тогда смертность среди населения была столь высока. Люди явно не переживали шикарных болевых ощущений в области ступней.

Да и одежда, которая сейчас болталась на мне, не добавляла приятных ощущений. Грубая ткань балахона постоянно путалась в ногах, мешая быстрому бегу. Так что забег у меня получился весьма своеобразный. Ковыляя и путаясь в собственных одеяниях, старалась держать темп и, не дай Чехов, не рухнуть на землю.

Но когда это меня останавливало? Особенно если я к внуку спешила? Да меня не может остановить даже обострившийся ревматизм в плохую погоду, правда, внук предлагал попробовать с танками. Данюшу я все-таки догнала. Вот он, рыжего парнишку материт. Хм. Я такому его явно не учила. Сколько раз говорила: матерщина – удел необразованных низших слоев. У которых имеется явная творческая жилка, открывающаяся в моменты сильнейших порывов души. Так что если фантазия убогая, то лучше молчать. Это же наш великий язык, наше наследие, ну кто так бездарно его растрачивает? Я же говорила этому неучу: верх искусства брани – это умение без единого матерного слова донести до оппонента мысль обо всех его недостатках, так, чтобы он согласился с вашим мнением. Эх, молодежь! Учить их еще и учить!

Мое мгновенно вспыхнувшее возмущение остудила фраза, произнесенная с жутким акцентом.

– Здравствуйте, почтенные, – на ломаном русском мявкнул рыжий.

Я не ослышалась? Смотрю на внука, тот ошарашенно сверлит взглядом ребенка.

– Данюша, я передумала. Держи его крепко и не отпускай.

– Ну привет, коль не шутишь, – говорит внук на родном языке.

– Здравствуйте, почтенные, – улыбаясь и кивая, как китайский болванчик, повторил парнишка. Он выглядел напуганным и отчаявшимся, но старался держать лицо.

– Малой, пластинку смени, – нахмурился внук.

Паренек продолжал непонимающе улыбаться. Паники в его взгляде прибавилось. Я так понимаю, он, кроме этой фразы, больше ничего не знает.

– Бабуль, ты уверена, что не была в этом мире раньше? – оторопело посмотрел на меня любимый потомок. Про воришку мы на время забыли.

– Не улавливаю сути вопроса, Данюш, – нахмурилась я.

– А как же твоя привычка обучать языку всех встречных иностранцев? – был мне ответ.

– И вовсе это не так, – справедливо возмутилась я.

– Это ты скажи обслуживающему персоналу той гостиницы в Риме, где мы отдыхали прошлым летом, – аргументировал потомок.

– Так, внук, не отвлекайся от насущных проблем. Лучше выясни, откуда такие познания у простого карманника.

Между собой мы общались на родном могучем. То, что парнишка карманник, можно было понять по зажатому в кулаке внука мп3-проигрывателю. За своим любимым плеером внук не только мелкого карманника преследовать будет, за медведем ломанется.

– Пацан, погоняло у тебя какое? – обратился внук к парнишке.

– Данюш, прекрати выражаться, сколько тебя просила, – поморщилась я.

– Пощадите, старшие господа, не распознал вас сразу! Я знаю законы: у своих не воровать. Я не беспредельщик! Знаков не заметил! Я лишь недавно в клане, не калечьте, прошу, смою оскорбление службою. Я знаю законы, – взвыл рыжий сорванец. Причем «старшие господа» он произнес почти без акцента на русском, тогда как фразу лепетал на местном.

– Напомни мне, внук, какое здесь принято обращение? – с сомнением посмотрела я на Дана.

– Саин – к мужчине, саира – к женщине, – недоуменно ответил мне он.

Я склерозом не страдаю, краткую лекцию о местных обычаях от Олуша помню. Спросила лишь для того, чтобы убедиться, что не только я все внимательно слушала, но и внук на основе полученной информации логический вывод сделать сможет.

– Наши новоявленные спутники нас с таким жаром не приветствовали, – задумчиво хмурюсь.

Внук на мгновение задумался.

– Значит, говоришь, из клана? – тряхнул потомок уличного воришку.

– Клан Воров и Дельцов, – икнул парень, размазывая сопли и слезы по лицу. А то я не догадалась. Ну и названия у местных банд.

– Не реви, – приказала я воришке. – Мужчины не плачут, а отвечают за свои поступки. Сам виноват, что попался.

– Это нас к местному криминалу приписали только что? – округлил глаза внук.

Ну что, Ирма Львовна, вспомним молодость? По роду своей деятельности я специализировалась не только на преподавании, но и на работе с трудными подростками. И таких вот детей я на своем веку повстречала достаточно. Воспитание улицы – это совершенно особое воспитание. Многие мои коллеги кривились при виде детей улиц, но не я. Я сама была беспризорником. После войны нас таких полстраны было.

Не думаю, что законы улиц в этом мире отличаются от наших. По крайней мере, маньяки такие же. А то, как себя ведет ребенок, напоминает мне кое-что. А если проверить?

Но каким образом связан русский язык и местный криминальный элемент?

– Ты так и не назвал своего имени, – холодно обратилась я к парню. Тот вмиг успокоился.

– Щетка.

– Я спросила твое имя, данное при рождении, а не прозвище.

– Тарк.

Послышался дикий свист. Нас окружила неизвестно откуда появившаяся компания явно недружелюбного толка. Пятеро. Вооружены. Какая прелесть.

А в этом мире о своих заботятся. Или элементарный расчет?

Дан

Наблюдаю за бабулей. Не люблю вот такой ее рассеянный взгляд – явный признак ностальгии. Я знаю, для чего ей этот мелкий. Ее интересует источник. Вполне возможно, этого оборванца обучал наш соотечественник. Да скорее всего так и есть. Но странное поведение парня вынесло мне мозг. Он нас явно за каких-то шишек принял. С чего вдруг? Его поведение изменилось, когда я начал ругаться на родном могучем. Увлекся, забыл про бабулю. Ее недовольный взгляд убил во мне всякий гнев. Стало стыдно. Ведь прекрасно знаю, что она не любит, когда настолько безыскусно ругаюсь. Но это мелочи.

Что значит – у своих не воровать? Это кого он не признал? Зашибись.

– Ты так и не назвал своего имени.

Знакомый тон. Ну все, бабуля включила рабочий режим.

– Щетка. – Рыжий рыдать перестал, но было видно, что ничего хорошего он от нас не ожидает.

– Я спросила твое имя, данное при рождении, а не прозвище.

– Тарк.

Пока я размышлял над понятием «свои и чужие», нас успели окружить пятеро представителей этого самого криминалитета.

Хари наглые, возмущенные. С чего бы? До них наконец дошло, что денег при себе у нас нет? Так это можно и по шмоткам определить.

Не сказать, чтобы они были внушительных размеров. Средний рост, средняя комплекция. По возрасту чуть старше меня. Но их пятеро. И пусть даже троих я уложу, но с бабулей что делать? Она сейчас мое слабое место.

– Отпусти мелкого, парень, – приказал мне коренастый. Вот и главный.

Остальные молчали, не гикали и не улюлюкали. Кроме свиста во время их появления, больше никаких шумных действий не было. Значит, будут бить.

Шпана, но кто его знает, на что эта шпана способна. Угрюмые, конечно, но звериной безбашенности не наблюдаю. Здесь все серьезно, издеваться не будут. А переулочек, в котором мы находились, не просто глухой, он безлюдный и тупиковый. Нет, мы с пацанами и не в таких переделках бывали, но я тогда не один был.

И в тот самый момент, когда я размышлял, куда бы деть бабулю, голос подал рыжий:

– Старший, это Почтенные Господа.

– Старуха и парень? Да ты, верно, брешешь, Щетка! – заржал главный.

– Молодой человек, прекратите пародировать лошадей и дубинку свою уберите. Да-да, именно вам говорю. Вы явились за нашим новым знакомым или еще и грабить будете?

Ну все, бабуля активировалась. Сейчас нас либо грохнут, либо чего пооригинальнее сотворят. Есть, конечно, и третий вариант, но тут уж только бабуля знает, куда оно приведет.

– Бабка, да ты, смотрю, шибко смелая! Али совсем старость разум повредила? – удивился главарь.

Рыжий карманник хотел было что-то сказать, но ледяной взгляд бабушки его остановил.

Ну все, точно третий вариант, вон она уже плечи распрямила и глаза засверкали. Вот и коронный прищур. Все! Попали, господа разбойнички! В такие моменты от моей бабули прямо-таки волны властности исходят. Это словами не описать, это даже увидеть не получится, это надо почувствовать.

– Голубчик, я тебя в наследники не записывала, чтобы ты меня бабкой нарекал. У тебя своя бабушка имеется, вот ее так и называй. И не надо мне про свою тяжелую судьбинушку голодную, холодную, сиротскую жалостливые истории рассказывать. Не мальчики, чай. Если с родителями отношения не удались, я-то тут при чем? На пожилую женщину голос поднять! Лбы здоровые, а все мелочь крышуете. И нет бы с головой к делу подходить, а то на детей и стариков нападать. Тоже мне, лидер! Да ты, парень, такими темпами никогда из мелких сошек не выберешься. Ты когда дела делаешь, еще и думай хоть иногда. Вот, например, сейчас было бы умнее не отмахиваться от слов Тарка, а проверить их, – бушевала бабуля.

Ее слушали, открыв рты. Я же говорил – истинный преподаватель, когда ей надо, ее любой заслушается. Вот и сейчас вижу типичную реакцию. Потупленные взгляды, красные уши и попытки слиться с окружающей средой, дабы грозный взгляд бабули на них не пал. Пусть лучше главарь отдувается.

– Вот ты мне скажи: я, по-твоему, очень на богатую тетку похожа? – задала она риторический вопрос.

– А-а-а…

Более вразумительной речи бабуля от разбойника ждать не стала.

– Не мямли! – строго сказала она. – И чему вас только учат? Молодежь! Ни почтения, ни уважения. Где твой командирский голос? И не сутулься, главарь как-никак. В глаза смотри! Может, я к вам по делам приехала, а мне тут встречу организовали совсем не теплую. И куда только ваши старшие смотрят?

– Да ты…

И опять коренастого перебили:

– И не тыкай мне! Наливку вместе не потребляли. Кто тебя старшим поставил? Дай посмотрю этому доброму человеку в глаза. Тоже мне, криминальный элемент. Пацаны беззубые. Ты как людей запугиваешь? Нет, брат, так дело не пойдет. Речь не поставлена, угрозы не отработаны. Да как вас тут без твердой руки не пересажали? Разбойничье дело – это же целое искусство. Ну ничего, я это исправлю.

Возмущаться никто даже не думал. А я тихо офигевал. Другого слова подобрать просто не смог. Это же надо…

– Бабуля, может, мы пойдем, пока они в глубоком шоке? – решил вмешаться я. Говорил на родном языке, не то чтобы громко, но и не шептал, они все равно ничего не поймут.

Вот тут и начался форменный бред.

– Проклятый язык! – хором взревели разбойнички.

Во время речи любимой родственницы они сбились в кучку и слегка отодвинулись от своего главаря. А теперь этот хор Турецкого завывает одну и ту же фразу. Ну где адекватные люди в этом мире? Коренастый главарь побледнел, четверка за его спиной вообще оружие попрятала. Там в принципе ничего интересного. Пара стилетов да заточек.

– А ну молчать! – рявкнула бабуля. – Встали в строй! Ты, говорливый, шаг вперед и докладывай.

Если бы она им рассчитаться приказала, они бы и это сделали.

– Шорох я, Почтенная Госпожа. Виноват, не признал. Но ведь никто из старых хранителей законов клана не выжил!

– Я тебя не о демографическом положении среди авторитетов спрашивала. Начнем сначала. Ты местных карманников прикрываешь? – взяла деловой тон бабуля.

– Я и моя бригада, Почтенная Госпожа. – Он бы еще честь отдал, тогда бы я точно сорвался, а так ничего, держусь пока. Ни намека на улыбку. Даже не кашляю.

– Хорошо. За молодняком смотреть надо, это дело верное. Значит, так: сейчас распускаешь свою бригаду, одного пошлешь за дельцом, которому крупный товар сбываете. Нас ведешь в какое-нибудь теплое и удобное местечко. Мать тебя как при рождении нарекла?

– Салик.

– Салик, о моем появлении в городе молчок. Пока я не выделю доверенных лиц, меня нет. Все понял?

Салик (Он же Шорох)

Обычный день. Обычная работа. Карманники трудятся, как положено. Стража сегодня какая-то напряженная, но предупреждений сверху не было, значит, все как обычно. Шорох внимательно следил за своей вотчиной, ребята страховали остальную часть рынка.

Его внимание привлекла погоня. Щетка – парень смышленый и талантливый, его еще ни разу не засекали, а тут догнать пытаются. Зря старается его преследователь, Щетка здесь каждый уголок знает, да и вертлявый он – страсть. Шорох сам не раз пытался уши рыжему надрать, именно что пытался, малец показывал чудеса изворотливости.

Но, понаблюдав за погоней еще минуту, Шорох пришел к выводу, что пора это дело прекращать. В законах клана говорится, что молодняк надобно оберегать, и Шороха на это место поставили не просто так. Он уже не раз спасал уличных воришек от стражи и охраны купцов, его бригада была самой молодой в клане, следовательно, и давления со стороны старших он больше ощущал. Да и работа у них зачастую была самая грязная, но Шороха это не останавливало. У него была мечта: подняться в клане, и он идет к своей цели, ему не нужны неприятные инциденты на его территории.

Условным знаком Шорох собрал своих ребят. Он, конечно, мог бы и сам справиться с преследователем, но что-то Шороха насторожило в парне. Юнец, по виду лет восемнадцати – двадцати, чуть младше самого Шороха. Но то, как парень двигался, его взгляд, да и факт того, что он смог поймать лучшего карманника, говорит сам за себя.

– Отпусти мелкого, – приказал Шорох.

Он почувствовал на себе взгляд парня, от которого по спине проскакали мурашки, такие взгляды Шорох видел только у представителей клана Убийц и Наемников. Но сейчас Шорох не один, и ему не составит труда при необходимости убить сверкающего глазами парня, хоть и не любил он это дело.

А старуха-то здесь откуда? И стоит, главное, так спокойно. Старуху убивать не хотелось, даже такую странную, как эта. Шорох надеялся, что и не придется. Но тут вмешался Щетка. Говорит, это Почтенные Господа. Он что – Шороха за дурака держит? Так он и поверил, что вот этот молчаливый юнец и старуха из элиты кланов! У Щетки совсем от страха с головой плохо стало?

– Молодой человек, прекратите пародировать лошадей и дубинку свою уберите. Да-да я именно вам говорю. Вы явились за нашим новым знакомым или еще и грабить будете?

Это чегой-то старуха пропела?

– Бабка, да ты, смотрю, шибко смелая! Али совсем старость разум повредила? – оторопел от такой наглости Шорох.

Молчаливый парень, до сих пор держащий Щетку, напрягся.

А дальше? А дальше Шорох вновь почувствовал себя шестилетним мальчишкой, которого распекала родная бабушка. Но постепенно старуха перестала казаться старухой, а все больше напоминала его Старшего. Он таким же тоном ругал Шороха за плохую работу. И даже то, что бабка не употребляла действительно крепких словечек, Шороха не успокаивало. Она же его, как мальца зеленого, раскатывала. И ведь знала, что говорит. Шорох и сам за собой эти недочеты замечал. А она все говорила. От стыда Шороху хотелось провалиться сквозь землю.

Но вот забытый на время парень обратился к старухе на проклятом языке. И тогда Шорох все понял. Это не просто старая женщина. Она Хранительница Законов клана, только они столь чисто говорили на проклятом языке. Но возраст Хранительницы говорил и о том, что она последняя в своем роде, а ведь Шорох собирался ее немного того… А что, если Старшие узнают? Шорох почувствовал, как небо обрушилось на его голову. Это что же получается, за Щеткой спутник Хранительницы не просто так погнался? Наверняка она собиралась выйти на местных Старших, не привлекая внимания, вот и поймала карманника. Или она проверяла, как исполняются Законы? Подобные ошибки стоят жизни. Может, удастся загладить свой позор? Надо только предугадать все желания Хранительницы Законов, и она, возможно, смилостивится.

Дан

Не верю. Хотя почему не верю? Это же моя бабуля, для нее нет ничего невозможного. Она же их построила как… как детей неразумных. Они, конечно, еще не матерые головорезы, но все же и не мальчики домашние. И это при том, что в ситуации мы ни фига не понимаем. А если проколемся где? Нас тут и так непонятно за кого держат, одно видно, что за личностей уважаемых и по идее еще и вымерших.

Вот в итоге и оказались мы в весьма уютном пабе «только для своих». А бабуля вдохновенно вещала. По ее рассказу выходило, что в путешествии мы маскировались, дабы не привлекать особого внимания со стороны – цитирую – «этих хряков нерезаных, стражей именуемых». Так бабуля выразила нелюбовь к местной власти, после придворного мага у нее существенная непереносимость всех власть имущих местного разлива. По причине конспирации пришлось оставить деньги и нормальную одежду. После этого заявления нас обеспечили действительно хорошими шмотками, а меня оружием. Вот на фига мне меч?! Я же им пользоваться не умею. Нет, батя, конечно, говорил мне, чтобы я на курсы фехтования записался, как-никак в его роду знатного происхождения все мужчины – отличные фехтовальщики. Но как-то не тянет меня железками махать, да еще потому, что, видите ли, в роду так принято. Да я этот род в глаза не видел. Собственные родители раз в год посещают, а он мне про традиции задвигает. Наивный огурец. Вот когда бабуля меня в секцию бокса к своему другу записала, тогда я и пикнуть не смел. С бабулей не поспоришь.

Так вот, одежду нам принесли и давай ненавязчиво вызнавать, почему это моя авторитетная бабуля столько лет скрывалась, когда все остальные счастливо гнили и умирали в казематах Темного Властелина. Тут и выяснилось, что мы тоже сидели с ними по соседству, но какой-то добрый человек напал на эти самые казематы, чем мы и воспользовались. И вообще, Шороху не стоит задавать столь глупых вопросов, а лучше бы поторопил своих людей с поиском дельца.

Сидим, значит, ужинаем, все-таки время позднее уже. И тут в паб входит Гирин. Глаза бешеные, по посетителям шарят, сам напряжен весь, будто нападения ждет. Наконец замечает нас, его аж перекосило от открывшегося вида.

– Проходи, дорогой, гостем будешь, – улыбается бабуля подскочившему к нам Гирину. Фразу можно перевести так: ну присаживайся, раз приперся, только молчи. – Нашел? Вижу, что нет.

– Вы его знаете, Госпожа Ирва? – напрягся Шорох.

– Один из моих подчиненных, – важно кивает бабуля.

– Вам подчиняются маги?! – оторопел молодой преступник.

– Забыл, с кем говоришь? Я тебе не сошка мелкая. Поживешь с мое, может, и обретешь такую же власть. Гирин, да не стой, не столб фонарный. Знакомьтесь, мальчики. Шорох – Гирин. Бригадир в клане – маг под моим началом.

– Шорох, а как ты понял, что Гирин маг? – надо бы уточнить для ясности картины.

– Так у него же браслет опознавательный.

Ой, я дура-а-ак, спалился-таки!

– А я-то думаю, что важное забыла? Старость не радость, склероз – гадость. Гирин, а ты почему не напомнил? Не отвечай, молодежь, глаз да глаз за вами нужен. А если бы кто другой заметил? – бушевала бабуля. Все-таки моя бабушка – это нечто. Вытащила нас из неприятной ситуации.

Тут непонятно откуда появились три товарища – двое из бригады Шороха и один напряженный плюгавый мужичок.

– Делец, – представил мужика нам Шорох.

– Ну что ж, присаживайтесь, саин, поговорим о деле. У меня товар, у вас деньги. Редкими ездовыми животными занимаетесь? – Сразу к делу, это моя бабуля любит.

– А вы, собственно, кто? – задрал нос делец.

– Внук, поиграй, что ли, мышцами, – тяжко вздохнула бабуля на родном могучем.

Играть мышцами не пришлось. Со словами «проклятый язык» этот перец согласился пойти с нашим магом в неизвестные дали для осмотра товара и обмена его на местную валюту.

– Часть денег отдашь лошадьми, если в цене сойдетесь. А мы тут с Шорохом о своем поговорим.

Маг и делец ушли, оба дико озирались по сторонам, будто видели окружающую среду впервые. Хотя я их понимаю, они просто к бабуле не привыкли.

Я так и не понял, зачем мы здесь задержались. Может, из-за того, что сухо, тепло и относительно спокойно, а бабуля такие места уважала, а может, действительно какие дела с этой шпаной решать собралась. Только вот долго нам уютом наслаждаться было не дано. С криком «Облава!» в паб вбежал взъерошенный мальчишка. Как ни странно, народ вмиг засуетился и постарался испариться. До нас с бабулей происходящее дошло только после появления вбежавшей через минуту в помещение бодрой стражи.

Интересно, местную стражу кто-то из омоновцев тренировал? Ничего не имею против охранников отечественного правопорядка, но вот их привычка валить всех на пол лицом в землю не вызывает у меня одобрения. Вот и бравые стражники народ уложили. Задался вопросом: на фига? У них же мечи, а не автоматы.

Осторожно оглядываюсь. Бабуля в новой одежде лежит на полу и недоуменно хлопает глазами. Шорох валяется рядом с оторопелым лицом. И на его лице читается: какого мы остались?

Стражей почему-то совсем не интересовало, кого они сейчас поднимают с пола и ведут в неизвестном направлении.

– Повязали, гады, – взгрустнула бабуля.

Ирва

Поверить не могу! Меня лицом – и в грязный пол. Меня! Заслуженного преподавателя! Но реальность такова, и это еще не самое плохое. Эти… скажем так, не очень умные, разговорчивые, обиженные природой ни разу не личности через весь город потащили нас в какую-то каменную махину! А я, между прочим, уже не в том возрасте, чтобы вот так вот гулять. Обувь я, конечно, сменила, но все же вечер-то, точнее, ночь прохладная выдалась. И на вопросы никто не отвечает. Салик порадовал сообщением о том, что это городская стража и ведут они нас, скорее всего, для опознания личности в главную магическую башню. Там находится кристалл связи и управления. Чем он там управляет, решила не спрашивать, а то выдам нас с головой. Я сильно не возмущалась по причине культурного шока. Но это состояние у меня обычно долго не длится. Ну погодите, вот приду в себя и устрою вам Бородинское сражение, синтаксис вам на голову!

Ну что я могу сказать о главной башне? Огромная каменная дура, устремленная ввысь. Ужас, от усталости начала забывать о филологическом образовании.

Ввели нас в эту местную достопримечательность и сдали на руки каким-то мужикам в балахонах. Те тоже особой разговорчивостью не отличались.

– Какой план? – с надеждой посмотрел на меня Салик.

– Не дергаться, Шорох, – отвечаю спокойно.

– Бабуля, не нравится мне этот контингент, – вздохнул внук. Мне как будто нравится, но приходится держать лицо.

Провели нас в какую-то залу, где выяснилось, что мы такие не одни. За компанию еще куча народа страдает. На душе потеплело. По шепоткам и тихим разговорам поняла, что кто-то разрушил замок Темного Властелина почти сутки назад. Вот стража и решила обнаружить диверсанта, пока сам Властелин не вернулся. Заодно и остальных нежелательных элементов выявить. Как определяли, кого брать? По отсутствию опознавательных браслетов. Они тут играли роль документов. А я-то думаю, что упустила? О документах вспомнила, только когда Шорох про браслеты рассказал.

Что меня добило, так это вид местного населения. Могу сказать, что людей было очень мало, все больше какие-то клыкасто-ушасто-шерстяные образины, так сильно похожие на людей. А на зубки их взглянешь, сразу ошибаться перестанешь.

Народ выстроили в очередь и по одному подводили к огромному нагромождению каких-то белесых кристаллов, пыхтящих такой же белесой дымкой. Процедура была проста: надлежало возложить ладони на кристалл посередине, сказать свое имя, место рождения и род деятельности. Если говорили правду, кристалл продолжал пыхтеть белым дымком, а на ложь он реагировал фиолетовым цветом. Меня это очень заинтересовало. Шарлатанство или неизвестные технологии? Руки прямо зачесались полазить в настройках и драйверах. После того как в нашей стране появились первые компьютеры, а один из моих студентов решил приобщить любимую преподавательницу к новой технике, я следила за новинками. Единственное, что не очень любила, так это мобильные телефоны. Не проходило и пятнадцати минут, чтобы кто-нибудь не позвонил непременно по важному делу, вот и забывала я их часто дома. И теряла. И топила. И даже одному вору-щипачу в карман подкинула. На что этот хам заявил, что пожилых женщин не трогает. А хулиганы в подворотне вообще в шоке были. «Ирма Львовна, да вы что! Для вас проход по району самый безопасный. Если что надо, вы только скажите. Кстати, как у моего Витьки дела по русскому? Если не учится, вы только скажите, я этому охламону уши-то надеру. Волнуюсь я за него, братишка как-никак». Прелесть какая. У него братишка, а у меня телефон, вибрирующий целый день. Но это я отвлеклась.

– Голубчик… да, это я вам, молодой человек в светлом балахоне. Позвольте мне пройти первой? – приветственно улыбаюсь я.

– Кто сюда старуху приволок? Совсем придурки работать не хотят! – возмутился другой светлый балахон, постарше. Надеюсь, никто не заметил, как меня передернуло.

– Молодой человек, кто вас воспитывал? Вам в детстве не говорили, что переходить на личности невежливо? Да вы не нервничайте, дышите ровно и ведите меня уже к своей стекляшке.

– Хранительница, – зашипел Салик.

– Бабуля, ты когда так первой куда-то рвешься, потом обязательно происходит какая-нибудь гадость, – обреченно вздыхает внук.

Это что еще за новости? Те два раза не считаются.

– Бабуся, шли бы вы отсюда, – пришел в себя тот самый балахон постарше.

– Сам ты бабуся, – обиделась я. Ну совсем до человека не доходит. – А вдруг это я замок вашего повелителя разнесла?

За спиной раздались веселые смешки. Да, неверие в мои способности угнетает.

– Тетушка, мы поняли, что вы обиделись, но все же не мешайте работать.

– Да это ущемление моих прав! Я на вас Темному Властелину пожалуюсь! Вот! Лично ему письмо напишу! И в прокуратуру… э… то есть начальнику стражи, – решила воспроизвести стиль поведения моих ровесниц. Как-то наблюдала я столь милую сцену на почте. Что удивило, так это реакция на их речи.

Вот и сейчас меня подвели к кристаллу, лишь бы я умолкла.

– Положите руки вот сюда. Правильно. Говорите четко и внятно. Имя, – приказал мне давешний балахон.

– Имя…

Интересно, как бы этот минерал на зуб попробовать?

– Назовите имя.

– Чье?

– Ваше!

– Что мое?

– Имя ваше.

– Где?

– У вас! Имя у вас какое?

– Вы не нервничайте так, молодой человек. Нервные клетки ведь не восстанавливаются. А у вас работа напряженная.

– Да какая к демонам работа! Как вас зовут?!

– А меня не надо звать, я сама прихожу, – отвлеченно ответила я. Кажется, нашла подходящий кусок кристалла. Он еще и шевелился.

– Уведите кто-нибудь эту каргу отсюда!

Все, я обиделась. Раньше еще размышляла, стоит ли отрывать такой красивый кристаллик, а теперь в уплату морального ущерба пойдет. И пока ко мне не подошли, я проворно выхватила приглянувшийся кристаллик.

Что-то хрустнуло.

– И не надо на меня орать, вам лечиться пора, голубчик. Мнительный, да еще и нервный. А может, это вы замок Властелина по камушку растаскали? – Кристалл почему-то начал краснеть и пыхтеть черным дымом. – Дайте угадаю… На даче материалы закончились? Нехорошо, голубчик, правительство обворовывать. Даже если оно занимается тем же.

Кристалл начал подозрительно нагреваться.

– Ты что натворила?! – взвыл балахон. Началась суета. Ко мне подскочил внук и куда-то потащил.

Внук бегает достаточно быстро, да и Салик помогал ему меня транспортировать. Мы успели отбежать достаточно далеко, когда в башне что-то грохнуло, и она рухнула, рассыпавшись крупными камнями.

Темный Властелин (на рассвете)

– Повелитель, мы обнаружили странные вещи во время разбора завалов вашего замка! – Темный Властелин чуть не подавился утренней чашкой кофе, принесенного его женой.

– Уволить, – кивнул он верному секретарю на вбежавшего человека.

Секретарь черкнул в свой блокнот необходимую пометку. А незадачливый гонец побледнел. С другой стороны, он радовался, что Властелин не отдал приказ о казни.

– Повелитель! Беда! В столице неизвестные разрушили главную башню управления! – вбежал еще один посланец.

– Повелитель! Вещи, обнаруженные на месте завалов, не принадлежат нашему миру! По крайней мере, ни одна женщина подобной одежды не носит! – еще один гонец появился в дверях столовой. Все-таки Властелин поперхнулся горячим кофе.

– Щас казню, – кашляя, прохрипел Темный Властелин.

– Повелитель, – вновь вошедший говорил предельно ровным голосом, – там с вами говорить хотят. Демоны. Связь прямая.

Глава 5

Темный Властелин (очень важная беседа)

Темный Властелин был зол. Одна плохая новость сменяла другую, а ведь ему предстояло общение с врагом. В былые времена он бы просто уничтожил любого посягнувшего на его власть и спокойствие, особенно на спокойствие, но не теперь. Демоны. Силы неравны и, как говорит его жена, не факт, что вывезем. Одна лишь мысль о любимой подняла ему настроение, он даже смог улыбнуться чужому изображению в зеркальной поверхности. Политика.

– Приветствую, – кивнул Темный Властелин.

– Изменил ли ты свое решение? – Голос демона был равнодушен, словно и не решали они судьбу мира.

– Мой ответ тот же.

Раз собеседник со стороны демонов не счел нужным соблюдать формальности, то к чему Темному Властелину их соблюдать?

– Война между нашими народами приведет к гибели этого мира, чего мне бы не хотелось допустить. Даю тебе время на очередное размышление. Наш Повелитель щедр на награду.

Этот разговор происходит уже не в первый раз, оба собеседника знали ответы на свои вопросы, но каждый старался тянуть время. Они понимали всю губительную силу войны между ними.

– Вам нечего мне предложить, – отвечал Темный Властелин.

– Повелитель дарует вам жизнь и несметные богатства. Сиятельный Повелитель не столь щедр на время, его терпение уже на исходе. – Темный Властелин знал, что это не угроза. Это констатация факта.

– Ты можешь передать Повелителю демонов, что наши с тобой переговоры бессмысленны, и я не уступлю ни лиги земли. Вы разрушили свой мир. Не в моих интересах, чтобы то же самое произошло и с этим миром.

Темный Властелин окинул взглядом своего собеседника. Демон в человеческой ипостаси был весьма недурен собой. Вот только сиреневые глаза выдавали мудрость прожитых столетий и нечеловеческую силу. Да, демоны по внешности ничем не отличались от подданных Темного Властелина, но это лишь внешний фасад. Они были сильны, чудовищно сильны, и сила их увеличивалась в разы в боевой ипостаси. Ни Светлый Император, ни Темный Властелин не согласятся иметь таких соседей. Да и на положении соседей демоны недолго будут оставаться. Темный Властелин это знал наверняка.

Мир демонов (случайно услышанный разговор)

– Когда я получу результат?

– Мой Повелитель, молю вас о терпении. Непременно наш народ обретет новый дом.

– Я позволил тебе говорить от моего лица лишь потому, что этот щенок связан с тобой кровью. Но несмотря на вашу связь, ты так и не добился успеха. Прочь!

Собеседник Повелителя демонов побелел лицом и исчез из тронной залы.

– Что ж, пожалуй, придется вмешаться самому. Правильно мудрые говорили: хочешь, чтобы мир лег к твоим ногам, завоюй его сам. И ведь не оценят же, – но этих тихих слов уже не слышала ни одна живая душа.

Дан

Сижу у костра и тихо охреневаю. Это я от пережитого. Вот вам наверняка интересно, с чего это я спустя столько времени спохватился? Нет, тормозную жидкость не потребляю. И отсталостью в развитии тоже не страдаю, просто времени как-то не было сесть и осознать, а тут на диво спокойный вечер удался. Или ночь? Затемнение, короче. Которое не позволяет нам передвигаться дальше. Вспомнил родной мир, заскучал по электричеству и двигателям внутреннего сгорания. Как же мне не хватает родного запаха выхлопных газов! А ведь меня должен был ожидать очень приятный вечер, а может, даже ночь, но вместо этого сижу и кормлю комаров. И дались бабуле эти письма. Еще при нашей с ней беседе почувствовал, что поездка ничем хорошим не окончится, но нет, поперся на чистый воздух и пыль дачи. Однако тихим возмущением делу не поможешь, нужно придумать, как выбраться из этого рассадника флоры и фауны. Не то чтобы я совсем не был знаком с природой, брали же меня бабулины поклонники на рыбалку, но тогда хотя бы средство от комаров под рукой было.

Сижу и вспоминаю.

Когда злополучная башня рухнула, к нам тут же примчался Гирин. Я так понимаю, он неподалеку ошивался.

– Как ты узнал, где мы? – поинтересовался я.

– Шел на грохот и разрушения. И чем тебе не угодила главная башня столицы? Ты хоть понимаешь, что это военная диверсия?! – орал на меня парень. Терпеть не могу, когда на меня голос повышают. Может, еще раз ему врезать?

Гирин все же сбавил тон, увидев мое недовольство.

– Я тут при чем? – округляю глаза. – Веришь, нет, – я к этой груде камней и пальцем не притронулся.

– И это говорит человек, который уничтожил часть цитадели Темного Властелина, – осторожно заметил он.

– Ни фига подобного! Разве там не ваша компашка покуролесила? – возмутился я. С каких это пор меня в порче чужого имущества обвиняют?

– Не делай вид, будто ничего не помнишь, – настороженно и недоверчиво отозвался молодой маг.

И тут я понял, что действительно практически ничего не помню. Единственное, что выдает мозг в попытке растормошить его карту памяти, так это дикое чувство ярости и всепоглощающую тьму. Почти то же со мной случилось, когда я с друзьями попробовал первача, а потом выяснилось, что он был паленым.

Я так и не понял до конца суть претензий этого мага, но на всякий случай возмущенно засопел.

– Молодой человек, мы ни в чем не виноваты. Скорее всего, подрядчики поставили некачественный материал, а застройщики и вовсе провернули работы, сильно экономя на геологической разведке, – вмешалась бабуля.

– Я ни слова не понял, но эта башня простояла три тысячи лет, пока не появились вы! – возмутился наш собеседник. – Впрочем, как и дворец Темного Властелина.

– Реставрацию чаще проводить надо, – отрезала бабуля. – И ограничить доступ туристам.

Это она нас туристами обозвала? Если да, то тогда конечно. Таких туристов вообще дальше вольера с тиграми выпускать не стоит. Хотя моя бабуля и из полосатых домашних котят сделает.

Почему мы так спокойно спорим и даже не пытаемся замаскироваться? Дело в том, что мы находились за стенами города, куда нас вывел Шорох. Он заявил, что в очереди на удостоверение личности была пара оборотней, широко разыскиваемых в узких кругах. И бабуля героически их спасла. На что моя любимая родственница заявила: мол, ее задача выполнена, и при этом наше инкогнито не раскрыто. Она обеспечила безопасную жизнь кланов на неопределенный срок. Власти дезориентированы, стража в ступоре, кланы спокойны, а бабуля может идти дальше. Только, чур, ни слова о ее скромном подвиге. И не мог бы такой милый молодой человек помочь старушке и ее внуку перебраться через закрытые городские ворота? И желательно, чтобы путь был безопасен и удобен, а то старые косточки якобы побаливают от последнего «задержания до выяснения». И несомненно, стоит прихватить этого бледного мага, что так старательно маскируется под дохлую рыбу посредством выпучивания глаз.

После такой речи Гирин подавился неизвестно чем от избытка благодарности, а нас тайным ходом выпроводили за городские стены. Еще и указали, где можно найти тайный схрон всех местных бандитов. Поскольку имеет место быть легкая паника и беспорядок, то укрытие пустует.

Этим мы и воспользовались. А по пути к нашей будущей стоянке бабуля начала допрос с пристрастием.

– Гирин, мальчик мой, ты ведь парень образованный, уж я-то вижу. И опыт за плечами имеешь. Расскажи бабушке, откуда пришел проклятый язык?

Я притих. Неужели купится? Я вообще в последнее время веду себя подозрительно спокойно. Смена обстановки на пользу пошла.

– Лет пятнадцать – двадцать назад Темный Властелин ввел новое наказание для нарушителей закона. Если раньше за воровство отрубали руку, то теперь сначала заставляли учить проклятый язык. А перед смертной казнью еще и писать на нем приходилось! Узники шептались, будто речь та проклята, и некоторые откусывали себе языки, лишь бы не мучиться. Методы обучения тоже были страшны, – понизив голос и воровато оглядевшись, начал объяснять Гирин. Купился. Как же он плохо мою бабулю знает. – Руны проклятого языка имеют свойство не откладываться в памяти. Надсмотрщики давали время для их заучивания, они называли это домашним заданием, и вскоре возвращались. За невыученный урок дают двойку. Это дюжина плетей.

Справа от меня что-то скрипнуло. Я медленно обернулся. Бабуля. Как-то я смотрел японский ужастик, была там одна девица, Садако, кажется. Вроде бы ничего страшного – ну волосы черные лицо закрывают, так в некоторых случаях это даже хорошо, ну белая вся до невозможности, так это не порок, бывает еще белее, ну взгляд у нее жутковатый, да они мою бабулю не видели в период сессии. Видел я баб и пострашнее, но каким-то образом режиссерам удалось создать вокруг нее ореол ужаса. Японцы это, кажется, аурой называют. Вот и сейчас, глядя на бабулю, ощущал «убийственную ауру», как говорят японцы. Она была не просто зла. Она была в бешенстве. На всякий случай отхожу чуть дальше по тропинке.

– Но почему этот язык прижился? Антипедагогические действия обычно вызывают отторжение прививаемого материала, – ласково взглянула бабуля на Гирина. Друг, молчи! А лучше беги! А еще лучше, убейся сам, прежде чем это сделает она!

Вижу проблеск понимания на лице мага. Вот что значит люди с высшим образованием. Но то, что он понимает мою бабушку, ему не поможет.

– Ну, это из-за иномирян. Точнее, из-за одной иномирянки, оказавшейся у нас за несколько лет до этого. Попав в наш мир, она втерлась в доверие кланов. Она говорила на проклятом языке. Правда, тогда его еще не называли проклятым. Она обучила ему парочку старших кланов. Нарекла их братьями… нет, кажется, это звучало «братками». Да, точно. После чего исчезла. И ровно через два года начались пытки проклятым языком. Как-то Темного Властелина попытались ограбить, естественно, неудачно. Но оставили надпись на том самом языке, выжженную на любимом гобелене Темного Властелина. После чего наказание усилилось. За годы мучений кланы решили сделать проклятую речь своим тайным языком. И если до наказаний проклятым языком пользовались лишь единицы, то после он стал использоваться повсеместно в криминальных кланах. Есть ритуальные фразы. Их держат в строгом секрете. Это для тех, кто не постиг смысла рун. Те, кто совершил наиболее страшные преступления, но умудрился каким-то образом выжить и вернуться в клан, стали Старшими. Их познания в проклятом наречии были намного глубже, они же установили иерархические ранги в этом языке. А те, кого обучала сама иномирянка, так называемые братки, стали Хранителями Законов. Кстати, иномирянка участвовала в составлении некоторых законов и переводе других.

– И кто тот умник, который решил в Макаренко местного разлива поиграть? – Кажется, у бабули нервный тик начался.

– Кто муч… обучал узников? – перевел я для непонятливых, заметив недоуменный взгляд Гирина.

– Сначала сам Темный Властелин зверствовал, но потом он привез страшнейшую книгу. Книгу проклятого языка. Говорят, тот, кто взглянет на нее, будет неделю плакать кровавыми слезами. А еще говорят, что она вобрала в себя силу неба и души странных маленьких существ, чем-то похожих на людей. И животные – но не животные, и люди – но не люди, и каждый к руне привязан, да в бумагу заточен. Властелин сделал перевод и выдал пособия надзирателям. Но те язык не учат, лишь сверяются по записям Властелина.

– И как же зовется эта чудо-книга? – вежливо осведомляется бабуля. Мне уже страшно. Я, конечно, догадался, о чем толкует наш попутчик, но интересно же, как в этом мире о родном букваре отзовутся.

– Книга-Т-варь, – гордо выдал этот смертник. – Я все это знаю, потому что мне в студенческие годы довелось побывать в запретной библиотеке Светлой Высшей Магической Альма-матер. Правда, сейчас столь жестокая практика в казематах Темных Земель прекращена, но память еще живет в сердцах народа. Ее как раз и передавали из уст в уста Старшие в кланах. Вам очень повезло, что каким-то образом догадались использовать свой трюк, чтобы сойти за Хранительницу Законов кланов.

Он так увлеченно об этом рассказывал, что я не стал сообщать несчастному о его скорой весьма мучительной кончине.

– А ты случаем не знаешь, что было написано на том самом гобелене? – ну интересно же.

– Могу показать. – Он зажег светящийся шарик над нашими головами и начертил палочкой на утоптанной земле знакомые до боли слова: «Москва – Воронеж, хрен догонишь!»

– Классика, – вздохнула бабуля.

– Меня покалечат, если узнают, что я вам об этом рассказал. Единственное, что меня оправдывает, что вы и так знаете язык. И то, что вы умудрились провести человека из клана. Не знаю уж, откуда вы знаете проклятый язык, по-хорошему вас надобно наказать за речь на этом омерзительном языке, но вы иномиряне, а, как известно, это многое оправдывает и упрощает.

Все, парень, прощай. Был рад знакомству с тобой.

Гирин тут же стер начертанные слова.

– Внук, в этой стране правит ограниченная личность. Давай еще какой-нибудь стратегически важный объект посетим? За издевательство над языком Пушкина, Достоевского, Чехова, Есенина… Да этого неуча четвертовать мало! – всплеснула руками бабуля.

И так получилось, что она нечаянно въехала по почкам Гирину. А что, бабуля у меня дама маленькая, но когда увлекается, весьма оживленная. Руки у нее хоть и соответствуют возрасту, вот только силы не утеряли. Бывает, бежит она с сумками по двадцать кг каждая из магазина, на красный свет, наперерез машинам. Счастливая. Любительница экстрима, блин. Я как-то видел подобную картину, возвращаясь домой, – думал, поседею, выпал в осадок. Так что силу ее нечаянного удара я вполне сознаю, частенько в детстве попадало.

Молодой маг охнул и согнулся пополам, тяжело дыша.

Она ему за что мстит? За непочтение к великому и могучему.

– А почему практику подобных пыток прекратили? – встрял я.

– Да разные слухи ходили. Но знатоки говаривали, что, мол, Темный Властелин не желал, чтобы об этом узнала его молодая жена.

Интересная личность этот Темный Властелин. Садист, держащий на работе таких же маньяков, так он еще и подкаблучник.

– Это все, конечно, интересно, но как ты сообщишь остальным координаты схрона? – решил я сменить тему.

– Магической весточкой. У каждого из нас есть талисман, который подает сигнал и указывает наше местоположение. Они придут на зов моего талисмана.

И только Гирин умолк, я услышал тихие шаги за нашими спинами. Действовал исключительно на инстинктах: бабулю толкнул к магу, сам же упал на землю и, кувыркнувшись, оказался лицом к лицу с врагом. А на том месте, где я был за мгновение до этого, землю вспорол меч. Нет, я не Рэмбо, против железяк голыми руками биться, пусть даже и не только боксом занимался. А ведь противников было трое. Тот, что покушался на меня с мечом, вновь замахнулся, я инстинктивно отпрыгнул, но долго так бегать я не смогу. Еще двое начали зажимать меня в тиски. Блин, да это же стражники! Краем глаза замечаю действия Гирина, он прикрывал собой бабулю и что-то нашептывал себе под нос, размахивая руками. Что он творит, меня же сейчас порвут! Самое интересное, что все происходило в полной тишине, прерываемой моим пыхтением и сопением стражников. Бабуля потрясенно помалкивала, напряженно следя за тихой возней. Тот, что с мечом, видно, был самым нетерпеливым. Он вновь бросился на меня, чем я и воспользовался – увернувшись от лезвия, точным ударом в висок вырубил противника. И в этот же момент Гирин выкрикнул непонятные слова, а двое других стражников рухнули как подкошенные, покрывшись серебристой изморозью. Он их что – убил? Я на мокрое дело не подписывался!

Бабуля спокойно направилась к тому, которого вырубил я. Пощупав пульс, с облегчением выдохнула.

– Жив, – потом подошла и обняла меня.

– А тех двоих ты проверять не будешь? – удивился я.

– Тех двоих не ты уложил. Меня волнует только твой спокойный сон. Ты ведь жить нормально не сможешь, мучаясь виной, – покачала она головой.

– Что здесь стража делает? – заподозрил я неладное.

– Это дозорные. Из-за чрезвычайного положения радиус обхода был увеличен.

– Какие-то странные дозорные – не окликнули, не спросили, кто такие, а сразу железяками махать ринулись.

– Так они знают, что эти тропы кланами используются, а у дозорных с кланами один разговор – прирезать без лишних звуков. Так же и клановцы с дозорными поступают, – пояснил Гирин.

Суровые здесь, однако, отношения между законом и его нарушителями.

– Что с ними делать будем? – пнул я бессознательное тело.

– Оттащим в противоположную сторону, они все равно до рассвета не очнутся. А если их раньше найдут, все равно следы запутаем.

Так и поступили. Чуть не надорвался, пока эти туши таскал. Гирину, впрочем, было не легче, ему бабуля советы давала, как лучше тела уложить.

В итоге уже в темноте мы имели удовольствие созерцать в слабом свете светового магического шарика картину маслом: три спящие красавицы. Бабуля их травкой для красоты обложила и веточками украсила.

В итоге мы все же попали на место общего сбора, схрон представлял собой навес из веток, типа шалаш. Я когда это счастье увидел, решил, что мы адресом ошиблись. А спустя некоторое время появились и остальные. Общими усилиями разбили лагерь, благо народ успел затариться всем необходимым. Олуш приготовил ужин, хотя изначально пытался заставить сделать это мою бабулю. Наивный огурец.

– Ангра, займись лошадьми. Лель, на тебе вода. Гирин, за хворостом. Я и Дан займемся лагерем. Ирва, на вас ужин.

Сначала я обрадовался. Моя бабуля потрясающе готовит. Потом, вглядевшись в ее лицо, понял, что она довольно сильно устала. Но только я хотел сам вызваться, как активировалась бабуля.

– Голубчик, это что же, вы хотите заставить работать бедную, несчастную старую женщину? – округлила она глаза. – В моем возрасте пережитые потрясения не приводят ни к чему хорошему, так вы меня еще и к котлу приставить стремитесь? Мало того что я сегодня целый день только и делала, что решала ваши проблемы с транспортом и деньгами, так меня в благодарность отдыха лишают?!

Бедный Олуш. Незнакомы мужики этого мира с современной эмансипацией женщин, и в частности с моей бабулей. Только она может заставить устыдиться, казалось бы, естественных вещей и принять как данное противоестественное. Но бабуля не была бы собой, не дай она альтернативный вариант решения проблемы.

– Пусть готовкой займется Лель. Практика ему не помешает, – странно усмехнувшись, произнесла бабуля.

И зачем ей понадобилось пацана к котлу ставить? У нас же девушка есть. Думаю, Ангра неплохо справилась бы.

– Лель эльф. Они не занимаются подобным, – попытался возразить Олуш.

Так, стоп. Лель – эльф. Олуш – гном. Ангра – дриада. Гирин хоть и человек, но все же маг. Меня они по какой-то причине избегают трогать. Не могу понять почему, но даже я заметил странности их поведения. Тогда выходит, что простой человек – это бабуля. И насколько я понял, приготовление пищи здесь считается плебейским занятием. Моя бабуля дурой никогда не была, так что, скорее всего, она пришла к тем же выводам.

Даже не знаю, как поступить. Если влезу, то кого я этим защищу – бабулю или все же этих горе-путешественников?

– Как вы готовили раньше? – спрашиваю я.

– А мы раньше в лесу не останавливались, – признался Олуш.

– Это ваши проблемы, – строго посмотрела бабуля на гнома. – Надо будет, сами к котлу встанете.

И она ушла отдыхать на свой лежак. А Олуш ошарашенно смотрел на меня.

– Не советую ее обижать, – тихо сообщил я нашим спутникам, дабы любимая родственница меня не услышала.

Не то чтобы я был особенно зол, но раздражен уж точно.

И вот, когда все вновь собрались, моя бабуля без затруднений заставила кашеварить несчастного эльфа. При ее непосредственном руководстве. Глаза окружающих надо было видеть, они действительно не ожидали подчинения этого пацаненка. И Олуш впрягся помогать.

Кстати, весьма неплохо получилось. Думаю, вряд ли все было бы настолько съедобно, не вмешайся в процесс гном.

Лель же помогал себе магией, тихо ворча на неподобающее отношение к старшей расе. Я только сейчас осознал, что эльф и магия передо мной в реальности. И что конкретно этого эльфа до восьмидесятого уровня прокачивать не надо!

– Гирин, а многие у вас тут магией владеют? – спрашиваю из чистого любопытства, в конце концов, когда я еще с живым магом пообщаюсь?

– С магическим даром рождается каждый десятый ребенок. С сильным магическим даром, способным хоть на что-то, кроме сглаза, – каждый пятидесятый.

Нормально он мне ответил. Как будто я знаю, сколько здесь народу каждый год рождается.

– Ну и как живется магам?

– Как и всем остальным. Мы государственные служащие, частная практика возможна лишь при разрешении Светлого Императора. У темных все по-другому, маги творят что хотят, работают кем хотят, а зачастую просто слоняются по дорогам без дела.

– Тяжко вам, магам, приходится, – хмыкнул я.

– А в вашем мире не так? – вдруг подал голос эльф.

– Точно. У нас вообще магии нет, – отмахнулся я.

– Как это? Такого быть не может. Ты же маг, – возмутился Гирин.

Чего это эльф в кашу подмешал? С чего вдруг такие предъявы?

– Башкой ударился? – на всякий случай уточняю.

– Не отрицай очевидного. Мы все были свидетелями твоей мощи во время разрушения оплота тьмы. Я, может, и не понял, какие заклинания ты использовал, но не стоит делать из меня идиота, утверждая, что магией ты не пользовался.

Оглядываюсь на бабулю. Та внимательно прислушивается к разговору.

– Ты не ошибся? – вдруг спрашивает она.

– Мы, маги, такое чувствуем. Да и видели же все собственными глазами. Лишь благодаря силе Дана смогли из подземелья выбраться, – уверил нас Гирин. – Только не говорите, что ничего не поняли!

Олуш погладил свою бороду и о чем-то задумался. Лель таращился своими огромными глазищами, а Ангра вообще ни к чему не прислушивалась, она вертела в пальцах какую-траву и постоянно улыбалась. Что же это за трава такая особенная? Хотя, пожалуй, не хочу знать. Бабуля у меня категорически против наркоты.

– Значит, говоришь, внук силен. А ты у нас ученый маг, да еще недавний студент. Будешь обучать Дана магии, – припечатала бабуля.

– Это еще почему? – последовало незамедлительное возмущение.

Я молчал. С бабулей по поводу получения новых знаний лучше не спорить. Уж я-то знаю.

– Потому что нет лучшего преподавателя, чем аспирант. В голове еще свежи полученные знания и собственные новшества. Так что я уверена, ты сможешь его обучить.

– Бабуль, а ты уверена? Кстати, почему я не вижу удивления на твоем лице?

Моя бабуля – уникальный человек, даже меня выбила из колеи подобная новость, а ей хоть бы хны.

– Я всегда знала, что ты у меня необычный. Недаром я твою мать двенадцать месяцев под сердцем вынашивала, – хмыкнула бабуля.

– Ба, это что получается? Я мутант? – ошарашенно интересуюсь.

– Ты идиот, – сочувственно отвечает любимая родственница.

После этого почему-то все умолкли. Каждый размышлял о своем. Я, например, пытался осмыслить открытие века. У меня есть магия! Правда, никаких изменений в себе я не почувствовал, что не давало поверить в россказни Гирина до конца. В итоге мы молча поужинали и улеглись спать, распределив очередность охраны.

Я в дозор заступал первым, вот и размышлял потихоньку, пока делать нечего было.

Откуда в нашей пристройке персональный телепорт местного Властелина? И на кой он его гуляющим сделал? Но время вспять не повернешь, мы уже здесь. А дальше? Дальше нужно вытащить бабулю из этого мира и самому выбраться.

В этом плане мы весьма удачно встретили эту команду парламентеров-неудачников. Но вот их миссия мне покоя не дает, кто его знает, чем они занимаются.

Какого нуба их вообще послали к темным? Самая странная компания, которую я видел. Хотя я вообще подобное собрание впервые вижу.

Тут мои мысли прервались. Бабуля тяжело заворочалась на своем лежаке, но тут же затихла.

Моя бабуля просто нечто. Интересно, выжил бы я в этом мире, если бы не она? А если учитывать, что я якобы маг? Наверное, все же да, но при наличии тех же магических сил. Значит, классические попаданцы? Бабуля, конечно, выбивается из общей картины, но меня подобный факт не смущает. И все-таки мне интересно, каким образом у меня появились силы? И кстати, как ими управлять-то?

Ирва

День был насыщенный. Мы узнали много нового, в частности я. Что ж, всегда знала, что мой внук – мальчик особенный. Как и его мать. Маринку я действительно вынашивала под сердцем двенадцать месяцев и рожать уехала в далекую сибирскую тайгу к шаманке, лишь бы никто не догадался, иначе бы не отвертеться мне от врачей. Виданное ли дело – такой срок беременности! Я поняла, что что-то не так, еще на первых сроках. Сначала списывала все на стресс от потери любимого. Отец Мариночки исчез за месяц до того, как я узнала о своем положении. Мне было не просто плохо. Мне было погано. Семь лет. Ни одного мужчины до него не знала, да и не видела я их, все время только о нем и думала. Я жила только им одним. У нас была веселая жизнь. Он был невероятно красив. Сколько же девок я от него отвадила! Нам было действительно хорошо вдвоем, пока в один солнечный день он просто не исчез. Дни шли за днями, недели за неделями. Я сломалась. Меня уволили с работы, покинули многочисленные друзья. Из красивой женщины я превратилась в образину, почти не ела, за собой не следила, мало спала. Я достала все районные морги, больницы и милицию, а ведь когда он исчез, я была уже не девочка. Взрослая баба, дуреющая от переживаний и страха потери. Не знаю, что бы со мной стало, не пойми я, что беременна. Просто когда решила, что так жить больше не могу и взяла в руки веревку, в голове раздался детский плач. И тоненький голосок сказал мне: «Мам, люблю тебя». Я сутки провалялась, отсыпаясь, а потом пошла к доктору. Помню слова толстой врачихи с грубыми руками: «Дура, ты зачем себя так запустила? У тебя полтора месяца. Остановись, истеричка! О себе не думаешь, так о малыше хоть позаботься!» Ради ребенка я взяла себя в руки, а со временем начала жить и ради себя.

Маринкиного отца так и не нашли. В попытках отыскать о нем информацию я выяснила, что такого человека просто нет. Я семь лет прожила под крышей с человеком, которого не существовало. Все казалось дурным сном. А ведь тогда времена были другие, просто так не исчезнешь. Мне стало страшно. Я собрала вещи и уехала в другой город. Начала новую жизнь.

За год моей беременности чего только не случалось. Как-то иду я зимой по тротуару, а на меня сверху сосулька упала. И вот стою, смотрю, как смерть моя приближается. Страшно, мысль только о ребенке неродившемся. И вот эта самая сосулька делает дугу и приземляется рядом. Я и по врачам-то не ходила – боялась, если поймут, что у меня ребеночек необычный, то отберут. А когда мое солнышко родилась, я успокоилась. Красавица, волосики светлые, глазки голубенькие, лучистые. А улыбнется, так весь мир светом озаряется. Мариночка моя умной девочкой росла. Талантливой. В школу раньше пошла. В институте большие успехи делала. Я ее старалась воспитать сильной. И в выборе профессии не мешала. Вот она и решила стать врачом. А потом ей предложили стать миссионером в Африке, стажировку пройти. Как будто там без нее не справятся. Молоденькая совсем и за тридевять земель рванула. От нее года два ни слуху ни духу. Я не сильно переживала, время было такое, бардак везде, письма не доходили, телефоны не дозванивались. Да и она меня сразу предупредила, что, мол, связи там не будет. Я знала: моя девочка нигде не пропадет. Но все же два года маленький червячок страха подтачивал мою уверенность. Я боялась, что она пропадет – так же, как и ее отец. А потом она объявилась. С дипломатом этим. «Мама, я вышла замуж». Тьфу ты, «Войну и мир» ему в печень! Это ж надо, я свою доченьку два года не видела, а он ее уже забирает. Интервент недоделанный, а главное, наглый, как танк. И упертый. Но Маринка его любит, и я смирилась. А потом появился Данюша.

Так что не мне удивляться особенностям моего мальчика. Сейчас самая главная задача – научить его со своими особенностями справляться. Вот пусть Гирин его и обучает, заодно и сдружаться парни.

Я осторожно повернулась на другой бок. Мне ужасно плохо, кожа горит, в ушах шумит, кости ломит, в глазах все плывет. Что со мной? С наступлением темноты меня будто заново к тому магу-садисту отправили. Но я молчу. Нельзя, чтобы внук понял, насколько мне плохо. Он будет лишний раз волноваться. Остальным тоже знать не обязательно. Я не боец; слабая и немощная, я скорее обуза, а от обузы принято избавляться. Если бы это угрожало безопасности дорогих мне людей, я бы сама так поступила. Так что и от наших спутников ничего другого не ожидаю.

Кто-то назвал бы этот мир жестоким. И зря. Нет такого понятия, в этом отношении мой мир ничем не отличается от этого. Просто этот мир честнее. Тьфу, меня на философию и софистику потянуло. Это из-за плохого самочувствия. А сердчишко-то как стучит, лишь бы выдержало.

Ничего, выдержит. Оно утрату любимого мужчины пережило, а какое-то давление с высокой температурой мне нипочем. Главное, чтобы внук не понял.

Утром мы встали рано. Я так вообще ночью не спала, в какой-то момент думала – не выдержу, но, стиснув зубы, вспоминая стихи Маяковского, я терпела. Меня даже уже не волновало, что мы отдыхаем в лесу на жесткой поверхности, что не на пользу моему ревматизму. Ближе к рассвету мне стало легче, и я провалилась в тяжелое забытье.

Мне удалось поспать всего часок. Хоть на этом спасибо.

– Бабуль, ты плохо выглядишь, – подошел ко мне внук.

– Не смей говорить женщине, что она плохо выглядит. – Даю ему подзатыльник, от которого он проворно уворачивается. – Сколько раз тебе говорила.

– Прости, бабуль, я другое имел в виду. Ты у меня самая красивая и выглядишь прекрасно, – запрыгал конем вокруг меня любимый потомок. – И характер у тебя самый лучший, особенно с утра.

Я смерила его строгим взглядом:

– Внук, я еще не оглохла от старости, так что за язвительность по отношению к бабушке будешь наказан.

– Бабуль, виноват, – покаянно склонил он голову. Понял, что не шучу.

Чувствую себя разбитой, больной, старой кошелкой, от этого и характер портится.

А когда выяснила, на чем мы поедем, так вообще нервный тик начался.

– Внук, я, по-твоему, кто? Мата Хари? Или, может, юная наездница? Прошло мое время входить в горящие избы и бросаться наперерез несущимся коням. По-твоему, как я на лошадь сяду? Пожалей мой ревматизм!

Хорошо внуку – я его часто водила на занятия конным спортом, опять же по настоянию отца. С лошади он не упадет. Я тоже имела дело с этими благородными животными, но это когда было-то? Боюсь, все навыки склерозом вышибло, да и не в моем состоянии сейчас акробатикой, по ошибке названной верховой ездой, заниматься.

– Ирва, у нас нет другого транспорта, – вмешался Олуш.

– Это ваши проблемы, – отрезала я.

– Старуха, – впервые подала голос зеленая девица, – чего же тут сложного? Лошадки хорошие, довезут нас быстро, тебя только ждем. Солнышко пока доброе, светит несильно. Нам надо быстрее собираться, пока солнце злым не стало.

Я замерла.

– Деточка, во-первых, старухой меня может называть только зять. И то лишь потому, что это замечательный повод для того, чтобы кинуть в него сковородку. Во-вторых, твоя лексическая идиома завела меня в тупик. Тебе никто не говорил, что когда ты молчишь, то кажешься умнее? И в-третьих, ты хоть представляешь, что будет с моим ревматизмом, артритом и остальными болячками после дня тряски в седле? Вижу, что не представляешь. Так вот, когда доживешь до глубокой старости, вспомни мои слова и попробуй залезть в седло. Хотя умственно отсталые до преклонных лет не доживают.

Видно, что зеленая девушка и половины моих слов не поняла, но почему-то обиделась. Надула красивые губки, напустила слезок в красивые глазки и отвернулась.

О да, я страшна. Настроение ужасное, самочувствие соответственное, так еще какие-то соплячки меня старухой обзывать будут.

– Бабушка Ирва, я могу седло одеялами обложить, вам мягче будет, – осторожно приблизилась ко мне Лель.

– Дерзай, мой юный изобретатель, – махнула я рукой.

Общими усилиями мне значительно смягчили седло и усадили позади внука. Я на время отключилась от реальности, все силы уходили на то, чтобы не взвыть в голос от не самых приятных ощущений. И это даже не связано с трудностями путешествия. Я не понимала, что со мной творилось. А если умру? Вообще-то умирать не страшно, я свое уже отжила, и, надо признать, весьма неплохо. Есть что вспомнить, есть и то, о чем стыдно рассказать, но вот внука я пока оставить не могу. Так что терпи, Ирма Львовна, терпи, родимая. Я выдержу. Я Маринку трое суток рожала. Я сильная.

– Бабуль, – обернулся внук, – привал!

Пока я пребывала в глубинах своего сознания, внук обучался магии у Гирина. Хороший парнишка, смышленый, из него выйдет толк в будущем. Жаль, я пропустила их беседу.

Данюша спрыгнул сам и протянул руки к моему страдающему телу. Мне ничего не оставалось, кроме как стечь холодцом в его объятия.

– Лагерь раскладывать не будем. Пообедаем, и в путь. Час на все, – отдал приказ Олуш.

– Мне бы попить, – отзываюсь я.

– Тут невдалеке ручеек есть. Идете прямо, через двадцать шагов налево, а около кривого дерево направо девять шагов, – подробно объяснил он.

– Бабуль, тебе помочь? – подошел внук.

– Данюша, сам понял, что сказал? – внимательно всматриваюсь в него. – Я пока еще не лежачая, по нужде самостоятельно сходить могу. Да и по воду тоже.

– Я знаю, но леса-то здесь дикие, мало ли какая живность водится, – упорствовал он.

– Если что, позову, – пошла я на уступки.

Развернулась и побрела в указанном направлении. Сил хватило лишь на то, чтобы держать спину прямо, пока не выйду из поля зрения своих попутчиков. Дальше я добиралась кое-как.

Найдя наконец источник воды, рухнула рядом. Вода весело журчала. Ручей бил из-под земли, образовывая чуть подалее мелкую заводь. Вот к ней я и подползла. Всмотрелась в свое отражение. Действительно, выгляжу не очень. Зато морщины на лбу исчезли, и на шее их меньше стало. Осмотрела свои руки. Кажется, пигментных пятен теперь в разы меньше. Однако болезнь мне к лицу.

Я принялась умываться. Прохладная вода принесла временное облегчение.

Так я и отдыхала, пока не услышала треск в кустах. По причине слабости мне было абсолютно все равно, кто там ломится. Хоть медведь, хоть чудо-юдо невиданное. Лишь голову в ту сторону повернула, чтобы встретить опасность лицом к лицу, так сказать.

Глава 6

Ирва

– Если собрался меня есть, учти: сырое мясо вредно для здоровья. А коли просто пришел посмотреть, то я тебе не зоопарк, – устало пробормотала я, глядя на необычного гостя.

– Тебе плохо, – глухо произнес гость. – Могу помочь.

– Добить, что ли? Так у меня для этого внук есть, – вздохнула я.

– Твою боль я уберу.

Было видно, что говорить ему трудно.

– Юноша, тебе бы самому кто помог, – сокрушаюсь я.

Боязно мне медицинскую помощь принимать от малознакомого типа, а то, что нужна именно медицинская помощь, даже мне ясно. Дальше только патологоанатом, который вряд ли в этих местах обитает.

Видимо, моему нежданному собеседнику надоело спорить со вздорной старухой, и он просто подошел ко мне. Замученным от недомогания сознанием замечаю его пластику. Хорош, паршивец. Пока я любуюсь красотами, этот самаритянин присаживается на корточки передо мной и прикасается белой рукой (она у него не бледная, а именно белая) к моей многострадальной голове.

Мне стало лучше, намного лучше, будто и не я вовсе песочком трясла на бережку у ручья. Смотрю на своего нового знакомого.

– Какой интересный рояль в кустах. Чего тебе надобно, мил-человек? – Верхом глупости будет списывать мое внезапно улучшившееся самочувствие на случайность, это заслуга исключительно моего нового знакомого. И как он это сделал?

– Кто? – откликнулся мой собеседник.

– Зовут тебя как? – поднялась я на ноги. Негигиенично это – лежать на голой земле.

– Имя мне Самериус, – отвечал незнакомец спокойно.

– Ирва, – кивнула я. – Будем знакомы. Ну и чего ты хочешь в оплату за свою помощь?

– Еды, – пожал он плечами.

– Самериус, давай договоримся сразу. Я не наивная девица, чтобы принимать твои речи за правду, а ты не Ленин, чтобы верить тебе на слово. Так что говори строго по существу, я же понимаю, что ты не просто так здесь появился. Сказку про то, что мимо проходил, своей жене рассказывать будешь, – устало вздохнула я.

– Я сказал правду, помог ради еды. Я питаюсь кровью.

– Давно нас присмотрел?

Самериус задумался на мгновение, но потом все же ответил:

– Я томился в подземелье Темного Властелина. Когда оно рухнуло, я выбрался. Видел, как вы бежали. Последовал за вами. Я слаб. Мне нужна сила. А значит, еда.

– Я вижу, ты юноша деловой, – начала я. Но, видя, как он скривился, вопросительно вздернула бровь.

– Я не юноша, – пояснил он.

– Сочувствую, – кивнула я.

– Ты не поняла. Не обманывайся моим внешним видом. Мне двести сорок три года, уже не юноша.

– Это ты не понял. Будь тебе хоть все пятьсот, к пожилой женщине нужно обращаться уважительно, а мне здесь тыкает каждый встречный. Прошу вас, молодой человек, ко мне на «вы». Как-никак, а я все же жизнь прожила, в отличие от тебя. Чуешь разницу? То-то же. Так вот, о твоем предложении. Я оценила твои возможности, догадываюсь, что показал их не все. Ну да ладно. Также осознаю, что ты хоть и белый, но не пушистый, вполне можешь взять мою кровушку и без моего согласия, но тебя что-то останавливает. Причин сего не ведаю. И посему предлагаю присоединиться к нам. Пока не вылечусь окончательно, будет тебе питание.

– Чего вы потребуете взамен?

А у него неплохая хватка.

– Помимо того, что ты тайно помогаешь мне, будешь охранять нас с внуком. Защищать, оберегать и обучать. Ну и конечно же стребую с тебя самую страшную клятву в твоей безобидности.

– Я предстал перед вами в истинном обличии, назвал истинное имя. У моей расы это знак высшего доверия и покровительства.

– С чего вдруг сразу такой подарок? – придирчиво его осматриваю.

– Вы обычный человек, не имеющий никакой силы, к тому же еще и старый. Но вы самый важный человек из всех на данный момент.

И с чего вдруг мне поют такие дифирамбы?

– Льстец, – равнодушно бросила я.

– Реалист, – ответил Самериус.

Дан

Что-то долго бабули нет, ушла к ручью и все не возвращается. Я волнуюсь. Пойти проверить, что ли? Обед мы уже сварганили, на этот раз старался сам Олуш.

Идти за родственницей не пришлось. Сама явилась, да не одна к тому же. Наши спутники вскочили со своих мест, ощерившись оружием. И зло так смотрят за спину бабули, а там как раз и находился неизвестный мне индивид.

– Ирва, отойди от него, – тихим голосом приказывает Олуш.

– Уважаемый Олуш, я вам не собачка, чтобы вы мне приказывали. Лучше бросьте оружие, а то порежетесь.

– Что происходит? – не выдержал я.

– Ирва, за вашей спиной монстр, – вмешался Лель.

– Где? – оборачивается бабуля, а я напрягся: опять ей угрожает опасность, которую я проворонил.

– Ирва, вами управляют, – вмешался Гирин.

– Мальчик мой, я уже давно не в том возрасте, чтобы на меня можно было чем-то воздействовать. Так что успокоились все! – неожиданно рявкает бабуля. – За своего спутника я ручаюсь. Вы же до сих пор живы.

Дриада промолчала, но даже ее обычно безмятежное лицо сейчас исказилось в агрессивной гримасе.

Убийственный аргумент. Да что здесь происходит?

Бабуля с деловым видом уселась возле костра, усадила странного знакомого, взглядом приказала сесть мне. Наши спутники так и остались стоять, направив в сторону бабули оружие. Меня это очень нервировало, я не чувствовал опасности от ее нового знакомого, но вот от своих спутников очень даже.

– Сядьте, – посмотрел я на каждого по очереди.

Не знаю, что они увидели в моих глазах, но слегка побледнели. После чего молча уселись на свои места.

– В чем проблема? – так же спокойно поинтересовался я, хотя в груди шевелилась ярость. Они посмели поднять оружие на самого дорогого мне человека.

– А ты сам не видишь? – возмутился Гирин. – Твоя бабушка привела к нам монстра.

– Бабуля? – повернул я голову к ней.

– Да где он, монстр? – недоуменно спросила она.

– А по белой коже, черным глазам без белков и острым ушам незаметно? – решаюсь намекнуть.

– Всего-то? Внук, ты у опаздывающих на фест косплееров[5] экзамен не принимал, я уж молчу про ролевиков, вырвавшихся из игры, – снисходительно улыбается бабуля.

Ну, в принципе, она права. Видел я как-то этих ребят. Бабулин знакомый действительно выглядит вполне обыденно.

– Но это вампир! – не унимается Гирин.

– Так вот ты какой, северный олень! – задумчиво смотрит любимая родственница на белокожего. – А что в этом плохого?

– Он пьет кровь!

– Какая прелесть. Рыбак рыбака, как говорится, – обрадовалась бабуля. – Представляешь, я тоже кровушку попиваю, только у зятя.

– Но ты же человек, – впервые подал голос предмет наших жарких споров. Выглядел он ошарашенным.

– Зато зять мой баран, – сокрушается моя старушка. – И не надо на меня смотреть такими глазами. Я знаю, что слышать столь грубое выражение от такой милой женщины, как я, весьма непривычно, но простим доброй женщине эту маленькую слабость.

Ну да, удивляться ее лексикону не стоит. Старушки в автобусах покрепче кроют, куда уж моей скромной родственнице, любительнице сленговых идиом.

– Ба, непедагогично оскорблять отца при сыне, – делаю замечание.

– Но я лишь констатировала факт, – невинно хлопает она глазами. – И ты прекрасно знаешь, что все мои слова не что иное, как скромный протест.

Я фыркнул. Протест, наезд – это она может. Вот и вампира где-то нарыла. Так, стоп. Вампир?!

– Бабуль, а что здесь вампир делает? – спрашиваю осторожно. Уж она-то знать должна, просто так бы такого не привела в лагерь. Она вообще ничего просто так не делает, либо для собственного удовольствия, либо для моей пользы, она сама говорила.

– Поесть пришел.

Выходцы из Светлых Земель опять повскакивали со своих мест.

– Да что вы мечетесь, как икра! Сядьте! А ты, – поворачивается моя родственница к белолицему типу, – будешь питаться внуком.

Я подавился. Чем – сам не пойму, но кашлял долго и со вкусом. Не понял! Смотрю укоризненно на бабулю, не замечал за ней раньше желания накормить сирых и убогих, тем более мною. Остальные пребывали в смешанных чувствах, как бы сказал один из классиков, а по мне, так они просто охренели. Такого никто не ожидал.

– Успокойся, Данюш. Он не навредит, я знаю его истинное имя, зубы он чистит регулярно, и нужен ему всего глоток в день.

– Ирва, как же ты узнала его истинное имя? – удивился Олуш. Я так понимаю, здесь это имеет какой-то смысл.

– Сам сказал, – ответил вампир за бабулю.

– В чем смысл? – интересуюсь у любимой старушки.

– Он не может навредить тем, кто знает его истинное имя, – говорит она. – Ну и тем, на кого я укажу.

– Круто, – киваю я. – И как его называть?

– Рояль. Сокращенно Рой.

Довольная собой бабуля схватила меня за руку. Пока я пытался уяснить логику ее высказывания, она закатала мне рукав выше локтя и профессионально постучала по венам.

– Бабуль, – напрягся я.

– Внук, поверь, это необходимо. Ты же знаешь, я лучше сама сдохну, чем тебе наврежу. Сейчас он нам нужен. – Она редко бывает настолько серьезной, и я прекратил брыкаться. Если она говорит, что надо, значит, действительно надо.

– А я вампиром не стану? – уточняю на всякий случай.

– Вампирами рождаются, – равнодушно ответил Рой.

Вас когда-нибудь кусала собака? Поверьте на слово, при укусе вампира те же ощущения, а выглядит это все еще отвратительнее. Взрослый мужик присасывается к руке парня. Гадость. Вот если бы на его месте была сексуальная вампирочка, я был бы весьма не против и даже за, но не вот эта пиявка.

– Хватит, – оборвала мои размышления бабуля. Вампир тут же выпрямился. В черных глянцевых глазах стали проявляться белки, и во взгляде выразилось неимоверное счастье. Мужика явно торкнуло.

– Бабуль, а почему ты своей кровью не делишься? – пришло мне в голову.

– Не могу, – тяжело вздохнула она. – У него стойкая непереносимость стариковской крови. Да и потом малокровие способствует затруднению мыслительной деятельности, чего я никак не могу допустить.

Вампир хмыкнул.

Окружающие продолжали молча взирать на нас.

– На моей памяти человек впервые дал укусить себя вампиру, – оттаял Олуш. Остальные синхронно кивнули.

– То ли еще будет, – зловеще улыбнулась любимая родственница.

Ирва

Самериус не может питаться моей кровью, она у него просто не усваивается, а во всем виноват маг. Этот сумасшедший любитель-натуралист собрал весьма экзотическую компанию у себя в подземельях, в том числе и вампира. С их помощью он и собирался получить рецепт вечной жизни и молодости. Используя кровь представителей различных рас, он сотворил тот ужас, что впоследствии внедрил в мое тело. После этого я стала весьма ядовитой. Дожилась, теперь зять будет абсолютно прав, говоря, что у меня по венам яд течет и с языка капает. Впрочем, с языка у меня ничего не капает, но то, что я теперь для местного населения абсолютно несъедобная, – факт. А значит, комары и клещи тоже досаждать не будут.

– Внук, я не полезу на эту клячу опять!

– Бабуль, вроде взрослая женщина, а капризничаешь, как дитя малое. Кажется, была такая болезнь…

– Руку подай. Сама не вскарабкаюсь, – ворчу я.

Вот же воспитала на свою голову…

На лошадь я уселась и тут же поняла, что от естественной смерти мне умереть не судьба, сотрусь в сплошную мозоль.

– Скоро мы выедем на тракт, – бросил Олуш.

Самериус, точнее, Рой сказал, что передвигаться будет пешком, что меня не удивило. Выбора у него не было, никто не согласился бы взять его к себе в седло.

– Данюш, может, все-таки Роя к себе примешь, а я с Лелем поеду?

– Бабуль, а ты не могла вампиршу встретить? Обязательно надо было именно мужика приводить? – возмущался внук по пути.

– А какая разница? – делаю удивленные глаза. – Кстати, не такой уж он и взрослый, чуть старше тебя будет, – имею в виду развитие.

– Разница, бабуля, большая, – глубокомысленно заявил родной внук.

– То есть в груди, – убежденно вздохнула я.

– Ба! – возмутился внук.

– Ну что – ба? Я вижу, как ты на Ангру смотришь, точнее, на ее достоинства. Не хочу придираться к твоим вкусам, ты уже большой мальчик, да и я расовыми предрассудками не страдаю, но учти, мне рано становиться прабабушкой, я еще слишком молода.

– Бабушка! – широко распахнул глаза Дан.

– И не надо на меня пьяным ежиком смотреть, не порти генофонд рода. У этой зеленой в глазах ни намека на мыслительный процесс, только и делает, что на цветочки и птичек любуется.

– Понял, проникся, – кивнул внук. – Слушай, а обязательно мне лекции по этому поводу каждый раз читать?

– Естественно, – пылко ответила я. – Во-первых, кто, кроме меня? Во-вторых, я что – одна мучиться должна? Между прочим, не так уж и приятно трясти стариной. И в-третьих, как еще, по-твоему, я смогу сделать тебе прямой намек на то, чем ее можно привлечь?

Мы выехали на обещанный тракт. Почувствовала себя как дома, по крайней мере, дорога типа гравийка не сильно отличалось от российских. Какая прелесть.

По пути встретили пару конных. Они пронеслись мимо, подняв жуткую пыль.

– Ирва, – позвал Рой. Он выглядел гораздо лучше. Глаза стали походить на человеческие. Волосы, до этого напоминавшие длинные спутанные патлы, теперь коротко обрезаны.

– Что? – поворачиваю голову к нему.

Мы ехали довольно медленно, обычным прогулочным шагом. И это не было поблажкой пешему Рою, скорее это была жалость ко мне.

Ненавижу, когда меня жалеют. И сама презираю людей, вызывающих это чувство. Сочувствие еще куда ни шло, но жалкие люди достойны лишь негативных эмоций. Жалкий значит слабый, как же тяжело сознавать себя слабой. А чего ты хотела, Ирма Львовна? Ты уже не та. Старуха. Ничего, мы еще поборемся.

– Я слышу, едет телега, – сообщил вампир мне. – Тебе нельзя дальше так ехать. Иначе даже я не помогу.

– О чем он? – насторожился внук.

– О мозолях, – тяжко вздыхаю.

– Ты так и будешь разгуливать? Может, попробуешь быть более человечным?

Рой провел раскрытой ладонью вдоль лица. Вот это я понимаю, универсальный фотошоп. И как же он это делает?

Вскоре нас и вправду догнала телега с сеном, деревенским возницей и старой клячей.

К вознице подскочил Рой, заглянув ему в глаза, приказал ехать в нужном нам направлении, после чего пересадил меня в телегу. Уселся сам и положил мне на плечо руку.

– Слышь ты, Рояль! Лапы от бабули убрал! – грозно окликнул внук, а я только расслабилась, только мне полегчало…

– Данюш, успокойся. Он мои мозоли залечивает, – улыбнулась устало.

Внук хмуро взглянул на нас, но все же отъехал в сторону. К дриаде направился.

– Рой, и все-таки почему ты нам помогаешь?

– Ваш внук силен. Не хочу, чтобы этот мир погрузился во тьму только из-за вашей смерти.

Заставляет задуматься, не правда ли?

– Рояль, а поведай-ка ты мне об этом мире и ваших законах…

Ангра

Цветочки. Красивые. Ветерок. Свежий. Старуха. Карга страшная. А внук у нее хорошенький. Сильный. Сила огромная. Он на Ангру смотрит. Хочет. Ангра красивая. Дан красивый. Сильный. Сильнее Гирина. Ангра хочет Дана. А старуха странная. Ангре не нравится. Привела вампира. Вампиры – зло. Страшно. Дан не боится. Он сильный.

Какие цветочки кра-а-асивые.

Темный Властелин

Темный Властелин сидел в своей тайной комнате и занимался своим тайным хобби. Это слово он почерпнул в мире своей жены. Слово ему понравилось, а хобби он приобрел лет пятнадцать назад. И если о нем узнает жена, то не сносить головы Темному Властелину, о его увлечении вообще никто не знал. И приходил он сюда, только когда все было действительно плохо, а желание уничтожить для релаксации пару государств просто зашкаливало.

Вот и сейчас он сидел на удобном табурете посреди огромной комнаты без окон, освещенной лишь одним магическим светильником, и делал надгробную плиту. Властелин творил, вкладывая всю душу. Это были поистине произведения искусства, а эпитафии на них могли вышибить слезу у самого черствого сухаря. Подобных постаментов, статуй в полный рост и даже саркофагов ручной работы было множество. Они был разнообразны – красивые и уродливые, дорогие и не очень, из золота и просто из камня. Их было много, и все они были посвящены теще!

Но тут в голове Темного Властелина зазвенел колокольчиком вызов его жены. Мужчина спешно покинул свое тайное убежище, находящееся в потайной комнате за его кабинетом, и только успел занять место в кресле за массивным столом, как в помещение ворвалась его супруга. Красивая блондинка с голубыми глазами и лучистой улыбкой.

– Милый, мне это надоело! – гневно восклицает Темная Властительница.

– О чем ты, Рина? – непонимающе смотрит Властелин.

– Сколько можно откладывать поездку?!

Мужчина в очередной раз отметил, что его жена в гневе становится еще прекраснее.

– Любимая, мы уже это обсуждали, я не могу оторваться от дел. Да и чувствую себя в последнее время неважно, а тут еще переговоры с демонами намечаются. А вдруг война? И мы еще не раскрыли до конца тот злополучный заговор, так что придется тебе маму навестить одной, – мягко заговорил Властелин. – А в следующий раз мы обязательно вместе съездим. Ты даже можешь ей украшение из сокровищницы выбрать.

– Совсем офонарел? Ты сына когда в последний раз видел?! – угрожающе склонилась над его столом жена.

И тут она замерла. Ее взгляд упал на вещи, вот уже который день не дающие покоя Темному Властелину. Женский костюм весьма потрепанного вида, предположительно голубого цвета, женская сумочка от известного дизайнера, опаленная огнем. К сожалению, содержимое безвозвратно утеряно. И наконец, на удивление целая оправа очков без стекол. Они принадлежали попаданке, что либо была свидетелем разрушения его дворца, либо непосредственной участницей. И очень уж ему не нравилось наличие попаданки на его территории, такие визитеры приносят только проблемы. Успокаивает одно: гости из других миров, а особенно из этого, обычно заметно выделяются в любой толпе, и найти их будет нетрудно. А тут еще и башня в столице рухнула. И очевидцы говорят, что виновата какая-то ведьма, а точнее, старая ведьма. Все эти головоломки довели Темного Властелина до тихого бешенства, после чего он и отправился отдохнуть и доделать наконец очередной надгробный постамент.

– Откуда у тебя вещи моей мамы? – завороженно глядя на улики, тихо поинтересовалась Властительница.

– С чего ты взяла? – Темный Властелин взглянул на свою жену в глупой надежде, что она просто ошиблась.

– Я сама их ей дарила. Оправа из фириния, этот сплав делают только твои маги, на удивление стойкий. И где ты еще встречал вензеля с ее инициалами на обратной стороне дужки?

Бледнея, Темный Властелин присмотрелся. И вправду И. Л.

«Твою мать», – подумал он.

Глава 7

Темный Властелин

Как-то Темный Властелин смотрел фильм в мире своей жены. Сюжет был прост. Шпион темных, мощно окопавшись в землях демонов, вел свою тайную деятельность. Фильм Властелину не понравился, так как магии там не было. И была там одна фраза…

Так вот. Никогда еще Темный Властелин не был так близок к провалу.

– Ты поймала меня, любимая! – и Властелин расхохотался. – Это же надо так легко попасться! Я хотел сделать ей сюрприз.

– Да? – недоверчиво посмотрела на него Властительница.

– Рин, душа моя, я потому к твоей маме не хочу, что еще не готовы подарки для нее. – И мягкая улыбка осветила лицо мужчины.

– При чем тут ее очки и твои подарки? – все еще не верила жена.

– Я хочу украсить дужки драгоценными камнями, она же с очками редко расстается, – говорил Темный Властелин, обходя свой массивный стол и подходя к жене. Главное – отвлечь ее внимание от других вещей. – Кстати, зачем она их носит, если у нее зрение хорошее? Она же их всегда на лбу держит.

– Это ради образа, тебе не понять, – махнула ручкой Властительница. Темный Властелин к тому времени уже крепко держал жену в жарких объятиях.

– Подожди, – увернулась строптивая супруга от поцелуя. – А как они к тебе-то попали?

– Я велел сделать точную копию, они ведь даже без стекол еще, только сегодня доставили. – И Темный Властелин все-таки поцеловал свою супругу. А потом поднял на руки и понес в их покои. Нужно еще придумать, чем бы таким занять жену, чтобы у нее больше не появлялись мысли посетить маму в ближайшее время.

Ирва

Пока Рой рассказывал мне местную историю на пару с географией, я размышляла на тему собственного здоровья. Понятно, что мои недомогания – результат знакомства с магом, также понятно, что бесследно для меня все это «счастье» не пройдет. Непонятно только, что со всем этим делать.

К Лель со своей проблемой не пойдешь, она быстро проболтается своим товарищам, а из них внук душу вынет, но выведает все, что нужно. Уж я-то своего потомка знаю. Вот я и подумала, что держать при себе вампира, который при помощи своей магии снимает боль, самое разумное решение. Оказывается, вампиры носители специфического дара – магии крови. За что их, кстати, особенно не любят. Ограниченные люди, что поделаешь, но и Рою доверять до конца не стоит. Жил же он как-то двести сорок три года до этого, и, скорее всего, не просто так здесь вампиров ненавидят. Поделим слухи и предрассудки надвое, получим приблизительный род деятельности этой милой расы. Вычтем еще процент человеческой глупости, и будем иметь настоящую сущность Роя. А если учесть, что о вампирах почти ничего не известно? В результате мы вообще ничего иметь не будем, прямо как в девяностых при дефолте.

– Скажи-ка мне, мой юный друг, – прерываю я его лекцию, – а много ли вампиров по свету ходит?

– Наше племя малочисленно. В основном из-за людей. Если кого из нас находят, тут же убивают. Против толпы никакая магия и сила не поможет, а если таких еще и целый город… – И он замолчал.

– И что, вас везде так привечают? – удивилась я.

– Только у светлых, – улыбнулся Рой. – Темные тоже весьма недоверчивы, но все же поспокойнее будут. Но и они не питают к нам любви из-за нашей природы.

– А идея вегетарианства у вас не прижилась еще? – по нахмуренным бровям парня понимаю, что этого слова он не знает. – Животными питаться не пробовали?

– Мы можем потреблять и человеческую пищу, в том числе и животных. Но живую кровь это не заменит. Нам не нужно убивать, чтобы выжить. Конечно, и среди нас встречаются те, кто переступают черту. Ну так и среди других рас такой же порок имеется.

– Что верно, то верно. Маньяк он и в другом мире маньяк. А расскажи о своем роде-племени, – азартно предлагаю я.

– То, что живем мы долго, вам и так известно. О нашей магии я уже поведал. О бытие нашем да обычаях, пожалуй, слово скажу. Нас монстрами кровожадными да неразумными величают, в чем сильно ошибаются. Мы весьма образованная культурная раса. Стареем, как и все, но намного медленнее. Зачастую до естественной смерти просто не доживаем. Мы хорошие воины и охранники. Наши женщины красивы и притягательны, их слава как непревзойденных танцовщиц и художниц по всему миру ходит. Браки наши крепки, так как вампир свяжет свою жизнь лишь с «невестой» – той, что заставит его кровь кипеть. Необязательно ей быть нашей расы. Бывает так, что наша невеста из светлых. Тогда мы похищаем ее и держим пять лет взаперти, коль смирится она раньше, то выпускаем и раньше. Дети, рождающиеся в браке с родителями различных рас, являются чистокровными вампирами. Мы быстры и сильны, но найдется множество других рас, которые могут похвастаться тем же.

– И что ж вас, таких хороших да пригожих, до сих пор сторонятся? – не выдержала я.

– Есть у нас особенность одна. Вампир, отведавший крови мага, становится в сотни раз сильнее, а это угроза. Вздумай мы восстать, много зла причиним.

– И почему же вы до сих пор не правите этим миром? – искренне интересуюсь я.

– Есть сила, что страшнее нашей. Темный Властелин неспроста Властелином зовется. У него не забалуешь.

– И насколько же сильным ты стал благодаря крови Дана? – вполне серьезно спросила я. Он сам говорил, что внук невероятно силен, да настолько, что вполне способен этому миру навредить.

– Достаточно. Но эта сила во мне ненадолго задержится. Через некоторое время она сойдет на нет.

– Так всегда происходит?

– Да. Поэтому некоторые из нас, вкусив могущества, теряют себя.

Потому что допинг-контроль всего один, и он Властелином зовется.

– Учти, попытаешься внука загрызть, я тебя на молекулы порву собственными руками, а потом по ветру развею – не знаю как, но сделаю. – Я упорная, если что в голову вобью, обязательно сотворю.

Нет ничего страшнее материнского инстинкта. Помню, был как-то случай, на женщину с ребенком в коляске каким-то образом упал огромный рекламный щит, весом в несколько центнеров. Женщина держала этот щит несколько часов на руках, пока коляску с плачущим младенцем не вытащили из-под него. Мы ведь не от блажи бабьей коней на скаку останавливаем да горящие избы посещаем. Мы за детей своих да мужчин любимых боремся. А внук у меня смыслом жизни является, ему, правда, об этом знать не обязательно, и так шибко умным паршивец вырос.

– Ирва, вы ведь человек? – помолчав, вдруг спросил Рой.

– Самый что ни на есть настоящий, – кивнула я.

– И это злит еще больше. Почему я верю слабому человеку? – Он удивлен.

– Да потому, милый мой, что я слов на ветер не бросаю.

Мы замолчали. Каждый думал свою думу. Наблюдаю за внуком, он о чем-то увлеченно беседует с Гирином. Тут любимый потомок поднимает руку и произносит какую-то тарабарщину.

– Ложись! – повалил меня Рой в телегу, прикрыв собой. Раздался мощный взрыв. Тележку тряхнуло. Сено, не придавленное нашими телами, покрыло нас толстым слоем. Кажется, Гирин матерится. Олуш отвечает. Лель попискивает.

– Цветочки! – взвыла Ангра отчаянно.

– Кто-нибудь, всуньте пук сена в рот этой сирене, – кряхчу я, отпихивая от себя совсем не легкое тело вампира. – Что это было? Бомбардировка? Немцы? Китайцы?

Почему я внука не слышу?

– Бабуль, успокойся. Это я, – слышу приглушенный родной голос. Ну, слава тебе Пушкин!

– Что ты? Ты очень далеко от кабинета химии, как ты умудрился что-то взорвать? – Вдох – выдох, вдох – выдох…

Наконец мне удалось выбраться из злополучной телеги и осмотреться. Наш извозчик, весь закопченный, сидит на козлах и даже не моргает.

– Рой, ты скажи бедняге, чтобы по нужде сходил, мы уже долго едем, – киваю на пострадавшего.

Рой, оклемавшись, метнулся смазанной тенью к мужику. Действительно, бедняга, пусть он под гипнозом и ведет себя как робот, но естественные потребности-то надо удовлетворять. Особенно после такого.

С затаенным страхом смотрю на остальную честную компанию во главе с ошарашенным потомком.

Они поднимались с земли, слегка покачиваясь под летним ветерком. Лошади стояли как вкопанные, не реагируя ни на что, и все собрание окружала сфера из зеленоватого свечения. А неподалеку, совсем рядом с кюветом, виднеется черная воронка размером два на два метра.

– Дриад не просто так берут в команды, – подошел ко мне вампир. – Они мастера защитных барьеров.

– Внук? – делаю неуверенные шаги по направлению к пострадавшим.

– Бабуль, я нечаянно, честно! – начал пятиться он.

– Подойди, Дан, – держусь из последних сил.

Перестав препираться и опустив голову, он побрел ко мне.

– Шевелись, – а сама двигаться боюсь.

Наконец он подошел ко мне. Хватаю его в объятия и начинаю ощупывать на предмет повреждений.

– С тобой все в порядке? Сколько пальцев? В ушах не шумит? Хорошо меня слышишь? Ну не молчи! – Ирма Львовна, возьми себя в руки.

– Да. Не надо мне в глаза этими пальцами тыкать. Нет. Да. Перебивать старших вредно, – ответил по очереди на мои многочисленные вопросы ребенок. – Бабуль, действительно все нормально. Ну отпусти, люди же смотрят.

– Что ты опять натворил? – интересуюсь, успокоившись. Внука я выпустила.

– Я попробовал одно из заклинаний, самое простенькое. У Гирина это была сфера света, – расстроенно ответил любимый потомок.

Ангра уже давно перестала голосить о погибшем гербарии на обочине дороги, да и щит сняла. Олуш отряхивал себя от пыли. Лель подошла к лошадям и принялась снимать с них серебряные нити. Это что еще такое?

– Рой, что это? – киваю в сторону эльфийки.

– Магические нити, ими связывают лошадей, дабы они не отвлекались на различный шум.

Удобно.

Гирин хлопал себя по правому уху, забавно тряся головой. При всем при этом только внук выглядел прилично – ни сажи, ни повреждений, по крайней мере видимых.

– Ирва, Дану не подходит магия светлых. Он темный. Учить его нужно темным заклятиям, – подошел Рой.

– Вампир, я не столб, чтобы меня игнорировать, – посмотрел на Роя исподлобья любимый потомок.

– Твоя воля. Магия светлых противоположна твоей сущности. Могу обучить тебя темным искусствам.

– С чего ты взял, что я темный? – возмутился внук.

– Данюш, не отказывайся сразу, – мягко попросила я.

– В момент произнесения заклинания не ощутил ли ты препятствия, когда потянулся к своей силе?

Хм, а из вампира выйдет неплохой лектор. Он может заинтересовать с первых секунд.

– Ну, ощутил, – буркнул внук.

– Ты, скорее всего, уже знаешь, что заклинания – это своеобразные формулы, пускающие твою силу в нужное направление и преобразующие ее в необходимую тебе форму. Природа твоих способностей отличается от природы светлых. Заклинательные формулы светлых созданы с учетом особенностей природы их силы. То есть для тебя они бесполезны, в чем ты уже имел возможность убедиться.

– Рой, а как становятся светлыми и темными? – задумалась я.

– Мы не выбираем. Рождаемся теми или иными. Есть и общие заклятия, которые используются обеими сторонами.

– Стоп, – прервала я поток сведений. – Данюш, теперь учишься у обоих. Рой, договариваться с Гирином будешь сам, но знания мой внук должен получить в любом случае. Соберетесь драться, делайте это крайне тихо и шепотом, потому как я решила вздремнуть. А ты, внук, постарайся больше не портить местные дороги, пожалей налогоплательщиков. И этой ночью я рассчитываю спать на кровати, а не в лесу!

Последнюю фразу повторяю достаточно громко, чтобы ее услышали остальные.

И я действительно отправилась к телеге. Удобно устроившись на сене, быстро уснула. Чувствовала себя разбитой и усталой, и это при том, что физических нагрузок как таковых я не имела, зато успела отметить, как сильно похудела всего лишь за сутки. Я и раньше не страдала избытком веса, но сейчас моя фигура напоминала стройность времен молодости. Я прямо-таки таю на глазах. Что же со мной творится-то? Даже смотреть под одежду не хочу, прекрасно сознавая, что бывает с людьми, настолько резко теряющими вес, поэтому и спать отправилась. Главное дотянуть до конца. Вот вернемся домой, я внука в санаторий отправлю, а сама в больницу лягу.

Как ни странно, остаток пути мы проделали спокойно. Проснулась я уже в деревне. Сие поселение больше всего смахивало на хутор, домики весьма крепкие, заборов вообще не было, даже символических. Скот весь на привязи, даже пресловутые гуси и те в вольере. Единственное, что нарушало порядок, это ватага босоногих ребятишек, носящихся друг за другом. Какая образцово-показательная деревенька.

– Не нравится мне это место, – бурчал тихо Рой.

– Твои проблемы, – отозвался внук.

– Я пойду со старостой договорюсь, – слышу голос Олуша.

– Псиной воняет, – поморщилась Лель.

Вижу, как внук повел носом.

– Ничего не чую, – буркнул он.

– Эльфы во многом превосходят людей, в том числе и обонянием, – слегка заносчиво ответила эльфийка.

– А мозгов вам не досталось, – съязвил внук.

Я вообще заметила, что девочка она незлая. Странная, но добрая и отзывчивая, хоть ее иногда и заносит. Я подобное в своей практике встречала. Обычно это дети из состоятельных семей (в данном случае сделаем поправку на благородную), но не испорченные своим статусом (в данном случае сделаем поправку на воспитание). Такие детки тянутся к другим. Общительны, добры, отзывчивы, но все меняется, когда они начинают испытывать симпатию определенного рода к представителю противоположного пола. То есть когда они влюбляются…

Так она что, во внука моего влюбилась? Судя по ее поведению – да. А чего я удивляюсь? Мой мальчик весьма хорош собой. Похожий и на деда, и на отца одновременно, он не одно сердце в нашем дворе разбил, уж кому знать, как не мне. Но ведь… Данюша не знает, что Лель девушка, а между тем она также весьма хороша, хоть и слегка отличается от стандартных запросов внука. Какая прелесть. Наконец-то хоть что-то интересненькое. Я же говорила, что над родным потомком поиздеваться – святое дело! Но, зная твердолобость внука, я могу это развлечение ждать до заселения Марса, так что будем ускорять процесс.

– Бабуль, – подал голос любимый потомок, – ты чего так счастливо улыбаешься? Случилось что-то плохое?

– Внук, в таких случаях люди обычно предполагают нечто хорошее! – искренне возмущаюсь я.

– Так то обычно, – буркнул он. – Эти люди просто тебя не знают. У тебя такая же улыбка исключительно во время сессии появляется. И тогда все твои студенты не просто стонут в голос, они рыдают под твоими дверями, – не унимался он.

Тут меня вновь скрутило. И опять же виду не подашь, пока Данюша рядом, и в магазин его на этот раз не пошлешь.

– Лель, Данюша, сходите узнайте у Олуша, куда нам заселяться, – махнула я рукой в неизвестном направлении.

– Зачем, – воспротивился внук, – Лель и сам сходит.

– Данюша, Лель мальчик нежный, а вдруг заблудится? Так что живо выполнять задание партии!

Оба скривились. Подозреваю, что причина их гримас была разной, но они все же ушли. Ангра и Гирин еще до этого отправились к колодцу воды напиться да лошадей напоить. Загипнотизированного вампиром мужичонку я, к своему стыду, сейчас воспринимала как автопилот в самолете: штука удобная, но молчаливая.

– Рой, – зову я приглушенно. Почему его нет поблизости? – Рой, где тебя Есенин носит?

– Я здесь, – появился непонятно откуда вампир. – Ирва, нам не стоит тут оставаться.

– Почему это? – Теперь я улыбаюсь от облегчения. Рой положил мне на затылок ладонь, и боль, скрутившая до этого тело, начала исчезать.

– Это деревня оборотней.

– Развернутый ответ, пожалуйста. – Ну что за манера выражаться отрывисто?

– Завтра две звезды сойдутся на небосводе, а ночью взойдет полное желтое око, – выдал вампир.

Я почесала нос. Подумала. Перевела его речь на родной и могучий в соответствии с полученными знаниями и наконец поняла, что он пытался мне сказать. Завтра что-то вроде нашего полнолуния.

– Разъясни, – прошу.

– Ночь, когда оборотни не контролируют свой оборот.

– Это опасно?

– Обычно нет.

Дан

Бабуля меня в последнее время беспокоит. Как-то она изменилась. Смотрю на нее. Прическу поменяла? Да вроде нет. Бледна слегка, это и понятно, в ее возрасте переносить столь экстремальное путешествие не советуется. С другой стороны, очень уж она раздражительна, точно устала. То улыбается, так что хочется закопаться, куда подальше, то хмурится. И вампир этот постоянно около нее отирается. Чего ему неймется? Моя бабуля, конечно, еще ничего, но у них же разница в возрасте о-го-го. Он же старше!

Хотя заклинания, которые он мне показал, весьма интересны, и у меня они выходят без взрывов, но это не дает ему права около бабули вертеться. А главное, руки распускает гад – то на плечико, то на затылок. Я ему эти ручонки как-нибудь пообрываю, пусть свою бабулю лапает, а мою в покое оставит! Но пока молчу, у моей старушки в последнее время настроение зверское, нарываться как-то не хочется, да и крови моей никто пока не требует. Вот и сейчас зачем-то с этим эльфом отправила.

Лель вообще парень странный. Ну сущий ребенок! То краснеет, то нос задирает, то обижается непонятно на что и с гномом общаться уходит. Я в принципе не против, эльф только мешается. Мы с Гирином Ангру обхаживаем, и думаю, у меня шансов больше, очень рассчитываю на сегодняшнюю ночь. Рассчитывал, пока бабуля не отправила меня с этим ушастым недоразумением к Олушу за непонятным надом. А Гирин в это время с моей Ангрой у колодца резвится, таким нубом мои шансы быстро тают.

Но, встретив возвращающегося от дома старосты гнома, мы развернулись обратно.

– Староста подсказал, у кого можно остановиться, я уже договорился. Мне это в кругленькую сумму обошлось. Дом принадлежит супругам, есть сеновал и конюшня.

– На месте разберемся, – проворчала моя любимая родственница.

И мы разобрались. Да чтоб я еще раз доверил распределение комнат родной бабушке? Да ни в жизнь!

Дом молодой семейной пары, у которых мы остановились, оказался добротным, неплохим строением. Сама пара была дружелюбной, хотя к Роялю любимой родственницы оба подозрительно принюхивались.

Бабуля сразу заявила, что девочки спят отдельно от мальчиков. Меня, Леля и Гирина отправила в соседнюю комнату. Сначала Гирин пытался выдворить пацаненка к бабуле, но тут уже воспротивился я – мало ли, может, Ангре больше молоденькие мальчики нравятся, а бабушкина комната и так перенаселена кем попало. Предложил ночевать всем вместе, но маг почему-то отказался остаться с нами и отправился на сеновал, Олуш последовал за ним. Неизвестный загипнотизированный извозчик остался в конюшне. Вампир заявил, что без бабули спать отказывается, чем меня изрядно взбесил.

– Внук, успокойся, сегодня ночью пойдет дождь, у меня в это время ревматизм обостряется. Рой помогает избавиться от боли.

– Почему он?! – возмущаюсь я. – Попроси Леля, он тут вроде целителя!

Меня ночь вдали от дриады не так раздражает, как наличие возле моей бабули этого смазливого гаденыша. Да он даже внешне чем-то на меня похож!

– На самом деле целительская магия вампиров намного сильнее эльфийской, – слышу тихий голос остроухого.

– Умолкни, – рычу я.

– Не смей обижать слабых, – одергивает меня родственница. И прежде чем я взорвался негодованием, добавила: – Я плохо себя чувствую, Данюш. Несмертельно, но для меня это мучительно. Пожалей меня, я ведь уже немолода, ну если хочешь, можешь ночевать с нами, тогда Ангру отправлю к Гирину.

– Ладно. Верю, – бурчу я.

Ночью действительно пошел дождь.

А наутро меня разбудил чей-то настойчивый взгляд.

Разлепляю глаза, окидываю комнату невидящим взглядом. Чего так жарко-то? И плечо занемело, и вообще вроде бы женщиной пахнет…

– Внук, ты чего это мальчиков совращаешь? Ты это дело брось, Лель у нас парень по всем параметрам невинный, – слышу счастливый голос бабули.

Недоуменно осматриваю свое ложе. Хозяева выделили нам комнаты, предназначенные для будущих детей. В традиции этой деревни рожать много, и они заранее приобретают необходимый для большой семьи инвентарь, типа кровать. Так вот, осматриваю я свою коечку и…

– Святой Коннектий! – вырвалось у меня.

– Данюша, не выражайся, – морщится любимая родственница.

На моем плече сладко прикорнул Лель. И мало этому ушастому паразиту моего личного пространства, так он еще и ногу на меня забросил. У него своя кровать есть!

– Внук, так ты на мальчиков переключился? Ты признайся, я все пойму, – троллила меня бабуля.

А я краснел, пыхтел и пытался скинуть с себя остроухое недоразумение.

– Ты чего тут в моей койке забыл? – рявкнул я на проснувшегося эльфа.

У того задрожали губы, испуганно округлились и без того большие глаза и покраснели уши.

– Была гроза, – залепетало это чудо.

– А я тут при чем?! – окончательно сорвался я.

– Не кричи, – одернула меня бабуля. – Тебе же сказано – гроза была, ребенок испугался. Тем более сегодня ночью было довольно прохладно, вот Лель и перебрался туда, где теплее.

И, тихо хихикая, моя старушка удалилась в неизвестном направлении. Лель, мигом подскочив с кровати, побежал вслед за ней. Кого бы укокошить, чтоб легче стало?

А чего я, собственно, так бешусь? Ну подумаешь, пацаненок ко мне в койку залез. Вот именно! В мою кровать запрыгнуло ушастое недоразумение вместо вполне такой грудастой Ангры. И это очень мило оттроллила любимая бабуля! Утро явно не задалось.

Как выяснилось в дальнейшем, не только этот день не задался.

Все утро лил дождь.

– Остаемся в этой деревне еще на одну ночь, – известил нас Олуш.

– Плохая идея, – возразил вампир. – Сегодня полное желтое око, а это деревня оборотней.

Все примолкли и загрустили. Вообще, очень милая картина вырисовывается: еще пару дней назад эта компашка, не задумываясь, прирезала бы вампира, а сейчас они к нему прислушиваются.

– И что с того? – непонимающе уставился на них.

– Сие значит, дорогой отпрыск, что сегодняшней ночью все местные жители превратятся в волков, – пояснила любимая родственница. Злиться на нее за утреннюю побудку с неуместными шуточками я уже давно перестал.

– Оборотни – зло, – вставила реплику Ангра. – Сначала прикидываются милыми песиками, а потом начинают кусаться.

– Оборотни не так уж и опасны, – вступился Гирин. – Конечно, если нет раздражающего фактора.

– У нас такой фактор есть? – уточняю я. А сам окинул взглядом резко побледневшую бабулю.

– Есть. Оборотни недолюбливают вампиров… – Договорить маг не успел, бабуля покачнулась и рухнула на руки вовремя подскочившему Рою.

– Никуда мы сегодня уже не едем, – мрачно предупреждаю я остальных. – Платим хозяевам, сколько нужно, и баррикадируемся в доме. А ты, Рояль, скрываешься в тумане, чтобы тебя ни одна морда учуять не могла.

– Я не могу уйти сейчас от нее. Только я имею возможность помочь пережить ей эту ночь.

– С чего вдруг? – Я начинаю злиться. Очень злиться.

– Потому что помогал ей все это время. Потому что тот маг, у которого вы побывали, влил в нее мою кровь и кровь многих других из этого мира.

Повисло тягостное молчание.

– Ангра может помочь Рою скрыть свой запах, – подал голос Лель.

– Вампир страшный. Я не хочу! – начала отнекиваться дриада.

– Ты это сделаешь, – поворачиваюсь к ней лицом. Кажется, тени в углах бабушкиной комнаты слегка сгустились.

Хозяева с нас денег не взяли. Оказывается, оборотни в эту ночь предпочитают оборачиваться на улице, дабы не повредить мебель в любимых жилищах, поэтому спокойно оставили на наше попечение свой дом, когда пришло время.

Ангра в истерике натерла вампира какой-то вонючей дрянью, после чего не только у оборотней нюх отшибло, но и у всех остальных.

День я еще как-то продержался; долбящий в окна дождь был сродни моему настроению. Мерзкая погода отражала мой внутренний мир, отвратительное чувство страха и беспомощности поглощало меня с головой, а громыхающий в небе гром вторил ударам сердца.

– Все будет хорошо, – гладил меня по руке Лель.

Или не Лель? Какая разница, если в соседней комнате лежит родной человек и жизнь из него уходит?

– Дан! Прекрати! Слышишь?! – схватил меня за руки эльф. – Все с ней будет нормально, это просто влияние желтого ока. Нам нужно перетерпеть ночь. Твоя бабушка жива и жить будет. Понял? Прекрати погружаться во тьму!

Точно. Кто сказал, что она должна непременно умереть? Это же бабуля!

Кажется, стемнело. Народ что-то делал, куда-то ходил, кого-то звал. А я сидел под дверью ее комнаты и впервые не знал, что делать. Сколько я уже так сижу? Пару раз выходил бледный, изможденный вампир, просил крови. Я закатывал рукав и подставлял свои вены. Лишь бы с ней было все в порядке. Да она же на моей памяти даже в больнице не лежала!

Где-то вдалеке раздался волчий вой. Ему вторит крик бабули. Подскакиваю и пытаюсь войти в комнату. Кто-то схватил меня за плечи. Гирин.

– Скройся! – бросаю мельком на него взгляд. Что-то темное снесло его к стене.

Теперь дверь. Какого нуба эта дверь еще стоит?

– Бабуля! – ору я во всю мощь легких.

– Дан, прошу, прекрати, – скулит где-то рядом эльф. А волки продолжали выть.

– Бабуля! – повторяю я. – А ну, впусти меня, пиявка, а то серебром через ноздри накормлю!

– Кто-нибудь, пристрелите этих бешеных псов, – слышу голос.

– Бабуля? Ты как? Тебе лучше? Почему я не могу войти? Впусти меня, слышишь?

– Прекрати повышать голос в помещении, – открывается дверь. – Мне волчьей сигнализации хватает.

Оказывается, дождь прекратился, с неба в окна светила огромная желтая луна с черной вертикальной полоской посередине.

– Ты кто такая?

На душе муторно, в голове бардак, глаза горят. Присутствует стойкое желание что-нибудь разрушить, но вместо этого я продолжаю пялиться на невысокую темноволосую девицу. Не могу разглядеть подробнее, но ее пронзительные светлые глаза мне кого-то напоминают.

– Я вопрос задал. Ты че тут делаешь?! – Что она забыла в бабушкиной комнате? Я раньше ее не видел. Она пыталась навредить? Убью.

– Ты как с бабушкой разговариваешь? Сколько раз говорила: твое общение с хулиганьем до добра не доведет. И посмотри, до чего докатился? Меня всего день не было, а ты уже выражаешься, как австралопитек из второго подъезда. Я тебя чему учила? – наступала на меня девица. Почему я продолжаю пятиться? – Я тебе для чего Гоголя в детстве на ночь читала?

Быть не может. У меня галлюцинации, я перенервничал и сейчас просто схожу с ума. «Хали-гали, Кришна, где ты, моя крыша?» Какого модератора тут происходит? Беспомощно оглядываюсь по сторонам, у окружающих бледные и оторопелые лица. Массовые галлюцинации. Это же не она. Или она? Ругается, как она. Нет, точно она. Или нет?

– Бабуля?.. – Я нервно сглатываю.

– Нет, дедушка Ленин! – всплеснула руками девица.

Точно она.

Темный Властелин

Темный Властелин вновь сидел за своим столом. Он лихорадочно размышлял в ожидании прихода доверенного лица. Если его теща здесь, то где сын? Его дворец разрушила сила, которой обладал сам Темный Властелин, но даже если сын в этом мире, ему еще рано входить в фазу могущества. Он еще слишком молод. Никто до этого так рано не вступал в полную силу! А если все-таки сын?

Сердце Властелина дрогнуло. Он всеми силами гнал мысли о собственном ребенке. Как же он скучал по сыну! Краткосрочные встречи не могли удовлетворить тоску отцовского сердца. Темный Властелин мучился от сознания собственного бессилия, его жена в первые годы после разлуки днями напролет наблюдала за своим чадом в специальное зачарованное зеркало. Да чего таить, сам Властелин тайком подглядывал за своим ребенком, отданным на воспитание теще. И все из-за пяти покушений. Если бы он только…

– Мой Властелин… – появился в кабинете укутанный в черные одеяния человек. О его расовой принадлежности знал лишь Властелин. Он встал на одно колено, прижав кулак к груди.

– Морадор, – кивнул Темный Властелин, – есть ли в нашей империи вспышки каких-нибудь болезней?

– Нет, мой Властелин.

– Так организуй, – отрезал Властелин. – Болезнь не должна быть заразной, где-нибудь на окраине империи, в курортной зоне. И обязательно об этом должна узнать Властительница.

Темный Властелин принялся воплощать свой план по отвлечению жены в жизнь.

– Что-нибудь еще, мой Властелин? – спокойно спросил Морадор. Он уже давно служит своему повелителю, и его приказы перестали удивлять старого начальника тайной службы.

– Узнаешь местность? – И Темный Властелин повернул к слуге зачарованное зеркало.

Это зеркало показывало любого, чью вещь подносили к раме. Будь ты в соседней комнате либо же в чужом мире. Но сейчас оно показывало лишь размытое черное пятно и природу вокруг. Это означало, что кто-то постарался защитить и прикрыть от любого наблюдения объект интереса Темного Властелина.

– Окрестности деревни оборотней, – тихо произнес Морадор.

– Правильно. Отправь туда отряд. Искать будете старуху. Попаданку. Узнаете ее сразу, у нее не язык, а змеиное жало, а как взглянет, так сразу все грешки свои вспомнишь. Если с ней будет парень лет восемнадцати, обоих ко мне. Я буду не против, если со старухой произойдет несчастный случай. И ничего больше несчастного случая, – ну не мог Властелин упустить такой шанс. – Но если с головы парня упадет хоть один волосок, я тебя у демонов достану. Все понял? Выполнять.

Морадор исчез, а Темный Властелин вдохнул полной грудью. Сейчас главное, чтобы супруга не узнала о близком присутствии матери. Его жена уже давно порывалась поведать все своей родительнице, и только благодаря долгим уговорам мужа она еще этого не сделала. В основном Властелин делал упор на немалый возраст и слабое здоровье тещи, и его жена, как любящий ребенок, старалась маму сильно не нервировать. Новость о существовании других миров, несомненно, навредила бы здоровью старухи. Хотя, по личному мнению Властелина, этой грымзе ничего навредить не способно. Так что придется брать дело в свои руки. При несчастном случае на него подозрение не упадет, а если она все же выживет, ну, значит, его давней мечте не суждено сбыться. От этой карги можно ожидать чего угодно. Но если супруга каким-то образом узнает… Может, к светлым податься? Попросить у них политического убежища? И тогда его вместе со Светлыми Землями сровняют.

Другое дело сын. Если он попал сюда вместе с тещей, то назревает проблема. С одной стороны, угроза для ребенка еще не миновала, а с другой – пора бы уже сына возвращать на родину. Большего расставания его жена просто может не выдержать.

Обложили, гады…

Глава 8

Ирва

С утра лил дождь, а мне было плохо настолько, что даже Рояльчик не справлялся. Я уже поняла, что пока не распогодится, мы никуда не двинемся. Собрали экстренное совещание. Мне эта деревенька с оборотнями не очень нравилась. Нет, они довольно приветливые… э… нелюди, но кто знает, что может случиться в полнолуние? И только я собралась вмешаться в разговор, как измученное болью сознание покинуло неблагодарную хозяйку.

А дальше творилось что-то странное. Сколько я была без чувств, сказать не берусь, но отчетливо помню, что даже в бессознательном состоянии слышала щелчки и хруст костей. А еще явственно чувствовала, как под моей кожей что-то шевелилось, будто множество червей сновало туда-сюда. Но все это слышалось где-то очень далеко, словно и не со мной происходило. Я-то вот она, то есть нету меня. Кругом темнота. Хорошо-то как! Неужто померла? А говорили, что трупы ничего не чувствуют.

Да как же так? Я ведь еще из внука мужика не сделала! И правнуков на руках не подержала. Я же ваучеры не обменяла! И насчет их нынешнего номинала посмеяться не успела. Да что там ваучеры, я еще зятя не достала! То есть человека из него не сделала.

Непорядок, не могу я умирать, у меня дача на дочку не переписана. Не время. Столько дел еще не сделано.

Не дождутся.

Последняя мысль была как молния в кромешной тьме. Резкой вспышкой пришла боль и тут же схлынула. На смену ей явилась какофония звуков, шум и гам. Кто-то кричит? Показалось. Это волки воют. Волки?! Глаза открылись сами собой. Как же болит голова! Кажется, в восемнадцатом веке придумали замечательное средство от мигрени. Гильотиной зовется. Ан нет, это не таблетки, значит, в моем случае не подходит.

Но как же действуют на нервы эти завывания. А это что такое?

– Рояльчик, ты не вампир, – смотрю я на белеющее в темноте измученное, изможденное лицо. Под бешено блестящими глазами растекались синюшные круги, которые оттеняли мертвенно бледные губы. – Ты упырь.

Рой моему пробуждению почему-то обрадовался. Да не просто обрадовался, он прямо-таки засиял, как тульский самовар. Чего такой счастливый? Нет, я понимаю, если бы квартиру на него переписала, и то радоваться надо противоположному исходу событий.

Слышу, кто-то ломится, причем такое чувство, будто несчастные двери танком открыть пытаются. И все это под шикарный аккомпанемент волчьего воя. Кто-нибудь, вызовите ветеринаров для усыпления!

– Бабуля! – орет знакомый голос. И чего он кричит? Мне шума в ушах и издевательств песьего племени за окном хватает. – А ну, впусти меня, пиявка, а то серебром через ноздри накормлю!

– Ирва, вам нужно лежать, – наклонился ко мне Рой, отчего-то глупо улыбаясь.

Как же голова раскалывается! И чувствую себя странно.

– Кто-нибудь, пристрелите этих бешеных псов, – вырвалось у меня. Или я сама сейчас встану и на цепь кого-то посажу.

– Бабуля? Ты как? Тебе лучше? Почему я не могу войти? Впусти меня, слышишь?

Да слышу я, слышу. Не обращая внимания на протесты вампира, перехожу в положение сидя. Мир качнулся, но не рухнул. Надо бы внука успокоить, он же переживает.

Тело приказам мозга подчиняется плохо, мышцы мерзко дрожат. Голова готова вот-вот взорваться. И никто не желает войти в положение старой женщины и сделать шум хотя бы потише. Но женщины – существа упорные, а я так вообще гигант стойкости.

– Прекрати повышать голос в помещении, – толкаю многострадальную дверь. – Мне волчьей сигнализации хватает.

В глаза ударил свет огромной желтой луны с черной вертикальной полоской посредине, что красовалась в окне меж досок.

– Ты кто такая? – набычился любимый потомок.

Что-то неважно он выглядит. Глазки лихорадочно блестят, слегка покраснели, круги под глазами. И откуда я знаю, что они покраснели? С каких это пор я в темноте вижу лучше, чем при свете дня?

Но вернемся к внуку. У моего мальчика абсолютно больной взгляд. Я что-то пропустила? Почему у него руки дрожат? Губы искусаны. Волосы выглядят так, будто за них очень долго дергали и в итоге додергались.

– Я вопрос задал. Ты че тут делаешь?! – орет мне в лицо внук. И взгляд, как у маньяка в подворотне.

Ах ты, недоросль! Совсем, родной, страх потерял? Обкурился, что ли? Не успела я с болезнью слечь, он уже какую-то гадость внутрь принял. А иначе с чего бы так на меня кричал? Да он за всю жизнь на меня ни разу косо не посмотрел, а тут – страшный рык и взгляд террориста-смертника. Иначе как «дурью» это не объяснишь. Он точно трезвый – алкоголем и не пахнет. Вывод напрашивается один. Ну ничего, мало я тебя в детстве порола, сейчас наверстаю. Я отучу, как на бабушку голос повышать.

– Ты как с бабушкой разговариваешь?! Сколько раз тебе говорила: твое общение с хулиганьем до добра не доведет. И посмотри, до чего докатился? Меня всего день не было, а ты уже выражаешься, как австралопитек из второго подъезда. Я тебя чему учила? – грозно надвигаюсь на любимого потомка. Где бы ремень найти? – Я тебе для чего Гоголя в детстве на ночь читала?

Как-то внук в лице нехорошо поменялся, то бледнеет, то краснеет на глазах. Руки теперь не просто дрожат, они трясутся, как при болезни Паркинсона. Губы беззвучно шевелятся, силясь хоть что-нибудь сказать, а в глазах – дикий коктейль недоверия, страха, оторопи и явной мыслительной деятельности. Будто призрака увидел.

– Бабуля? – нервно сглатывает внук. Спрашивает настороженно, будто ребенок у Деда Мороза о его подлинности.

– Нет, дедушка Ленин!

Да что с ним творится? Мне его даже наказывать как-то расхотелось. А, нет, все нормально – личико разгладилось, в глазках счастье вперемешку с недоверием, глупое выражение лица. Понятно. Шок у любимого потомка.

Я внимательно вглядывалась в его лицо и совершенно выпустила из виду все остальное. А Данюша тем временем несмело протянул ко мне руку… и ткнул в меня пальцем! Сказал «гы» и ткнул еще раз!

Ну не мог он сам поглупеть за один день моего отсутствия.

– Кто из вас, иродов, моего внука идиотом сделал? – разворачиваюсь к застывшему в изумлении народу.

– Ирва, – осторожно, будто по минному полю, двинулся ко мне Рой.

Я оглядела помещение. Выглядело оно довольно странно: окна забиты досками крест-накрест, дверь, ведущая на улицу, завалена тяжелым хламом. Наши спутники оторопело пялились на меня. Мир сошел с ума?

– Святой модератор, – слышу первую связную реплику потомка.

– Рой, найди ремень, мне с внуком потолковать надо, – обращаюсь к единственной адекватной, помимо меня, личности.

– Это, как бы… Ба, не надо ремень! – пришел в себя Дан.

– Ирва, все хорошо, – вступился Рой.

– Мальчик мой, под словом «хорошо» ты имеешь в виду наречие или частицу? – внимательно посмотрела я на вампира.

– Это точно она? – отмер Гирин.

– Точно, – улыбнулся радостно внук.

– Быть того не может, – провел по своему лицу большой мозолистой ладонью Олуш.

– Она, – кивнула Лель.

– Это кто? – ткнула в мою сторону пальчиком Ангра.

– У-у-у! – вторил волчий вой за окном.

– Дурдом, – вынесла я вердикт.

Что-то нехорошие предчувствия меня одолели.

– Слышь, Рояль, это вообще как? – мотнул головой в мою сторону внук. – Вы что, пластическую операцию в полевых условиях там делали?

– Дан, я понимаю, у тебя сейчас мозг в состоянии стазиса, но постарайся следить за своей речью, – возмутилась я.

Внук умолк.

– Ирва, я вам сейчас кое-что покажу, – подошел совсем близко Рой.

– В последний раз я эту фразу слышала от одного эксгибициониста в подворотне, – нахмурилась я.

– Того самого, которого после на «скорой» увезли с нервным срывом в предынфарктном состоянии? – вспомнил давнюю историю внук.

– Я смотрю, ты вновь с нами? – вздернула я бровь. Данюша потупил глазки.

– Ирва, это очень важно. Пройдемте. – И меня повели в комнату хозяев.

Повернули лицом к стене. Зажгли местный светильник в виде белого кристалла. Его потрешь, и он светит, как наша энергосберегающая лампочка. Весьма богатый дом нам достался. На стене я увидела большую деревянную раму, а в ней стекло. За стеклом девушка лет двадцати. Красивая. По-настоящему красивая, я таких уже давно не встречала. Нынешние модельки, что в телевизоре голыми задами сверкают, ни в какое сравнение с этой девушкой не идут, в ней видна порода и некая экзотичность.

– В этом мире знают, что такое фотография? Рада за вас. Это и есть причина вашего странного поведения? – резко разворачиваюсь к топчущейся у дверей толпе.

– Бабуль, – шагнул ко мне внук. – Это зеркало.

– Где? – не поняла я.

Он молча взял меня за плечи и опять развернул к стене. Теперь за стеклом была девушка и мой внук, держащий ее за плечи.

Творительный падеж!

Ткнула пальчиком в зеркало – девушка сделала то же самое. А я и забыла, как выглядела в свои двадцать. Яркие голубые глаза, длинные и пушистые черные ресницы, соболиные брови вразлет, и это притом, что я шатенка. Волосы вновь слегка вьются, как когда-то, падая тяжелой массой на плечи, до сих пор помню, как мучилась каждое утро, расчесывая эту непослушную гриву. Всегда боялась их обрезать, потому что они нравились отцу Марины. Губки, носик, скулы – все, как у меня, и ни одной морщинки. Поднимаю кисти рук к глазам, внимательно рассматриваю молодую кожу. Ни пигментных пятен, ни морщин, ни вздутых вен, маникюр – и тот времен моей молодости.

Стоп. Так это я?! Мне снова восемнадцать-двадцать лет?!

Мозг информацию принимать отказался и потребовал отпуск. Как бы выразился один мой студент, я зависла. Окружающий мир начал терять свои краски, медленно погружаясь во тьму. Что-то слишком часто я в последнее время сознание теряю, какое-то оно у меня непостоянное. Хорошо хоть внук за плечики придерживает.

– Похлопай ее по щекам, – слышу голос Олуша, – не время сейчас в обмороки падать.

– Я тебе сам похлопаю, – тихо бурчит внук, удерживая меня за плечи.

Терять сознание я передумала. Так как в голову пришла очень интересная мысль.

– Это иллюзия? – с надеждой смотрю на внука.

– Бабуль, тут такое дело… Кажется, у того мага все получилось, – начал он. Но тут же затараторил дальше: – Это же круто, ты теперь снова молодая! Это же круче пластической операции! И совершенно бесплатно!

Под моим взглядом он резко умолк и сник. А мне сделалось дурно от внезапной догадки. Смотрю на Роя… Нет, не подходит. Он, конечно, в целительстве разбирается, но мне нужна женская оценка.

– Лель! – зычно позвала я, резко выпрямляясь в руках потомка.

Голос в молодости у меня был, что называется, командирским. Почему был? Я и сейчас молодая. Синтаксический разбор! Так что искомая мной остроухая девица тут же сделала шаг вперед из общей оторопелой массы.

– Звали, бабушка Ирва? – преданно заглядывает она мне в глаза.

Еле сдержала нервный тик, успокоила себя напоминанием, что это создание с чистым взором еще сущий ребенок, которому девяносто пять. Маразм.

Я решительно выбралась из цепких ручонок внука.

– У меня к тебе конфиденциальный разговор, – улыбнулась я.

– Ирва, – сделал шаг навстречу мне Рой.

– Чтобы я никого из вас в ближайшие пятнадцать минут в глаза не видела, – строго смотрю на всю честную компанию. – Оставьте нас! – повторила для непонятливых.

Несмотря на блеск любопытства и беспокойства в глазах разношерстного сборища, мне удалось выставить их за дверь. Которую я, кстати, плотно прикрыла за собой.

– А скажи-ка мне, мой юный работник медицины, есть ли в вашем арсенале магов и целителей заклинания, помогающие увидеть внутреннее состояние тела? – усадила я ушастую на некое подобие кушетки и примостилась рядом.

– Есть, – непонимающе смотрит она на меня.

– А не могла бы ты меня этим заклинанием просканировать? – Тут-то я и запнулась. Как же ей объяснить, чего именно я хочу?

– Зачем? – не поняла она.

– Мне нужно знать, помолодела ли я только снаружи или… – не то чтобы я стеснялась, в конце концов, что естественно, то не безобразно. Но как объяснить этому ребенку мою проблему? – В общем, способна ли я снова иметь детей?

Вот, сказала.

– Конечно, – поводив надо мной светящимися ладошками, сообщила она. – У вас абсолютно здоровое молодое тело, даже следов старых повреждений нет.

Мне дурно.

– Мне что, теперь заново климакс переживать? – ужаснулась я. – И все остальные прелести женской молодости?

– А что это? – Ее невинные очи уперлись в меня в немом ожидании новых знаний.

– Это когда женщина из-за старости не может иметь детей, – с трудом выдала я адаптированную информацию. Начинает сказываться недостаток опыта работы с детьми младших классов.

– А… кажется, я поняла, мы проходили это с учителем, когда изучали человеческую расу. Бабушка Ирва… – У меня скоро нервный тик с этой девицей начнется. – Вы теперь не просто молодая, вы теперь вообще от старости не умрете. У этого мага получилось то, что еще ни у кого не получалось!

У меня задергалось веко. Тут в довершение моей личной трагедии раздался грохот и глухой стук о стены дома, а моя мигрень, между прочим, еще не прошла. Видно, я действительно помолодела, в юности я была весьма буйна нравом, а все гормоны виноваты, вот и сейчас скопившийся за прошедшее время стресс вылился в глухое раздражение, ищущее выхода.

Дан

Она жива, мне существенно полегчало. Она помолодела – зашибись. Теперь бабуля от старости точно не умрет и не оставит меня одного в ближайшее время, это тоже радует. Настроение улучшилось. Так было до того, как я вспомнил, что наорал на нее, не узнав в новом облике, а бабуля у меня злопамятна, об этом все соседи знают. Слегка поежился. Ничего, перетерплю, главное, что с ней все хорошо, кажется.

Зачем она с этим парнишкой ушастым заперлась? И подслушать не удается. О чем они там разговаривают? Или не разговаривают?

– Дан, успокойся, не мельтеши, – обратился ко мне Олуш.

Команда светлых постепенно начала приходить в себя. Появились осмысленные выражения на лицах, взгляды из ошарашенных стали просто восторженными. Наконец, движения перестали быть заторможенными.

Мы разместились на полу общей комнаты, именуемой прихожей. Коридоров у оборотней не было. С улицы гость попадал в прихожую, из которой можно было пройти в другие комнаты.

– Красивая у тебя бабушка, – задумчиво брякнул Гирин.

– Ты слюнями-то в ее сторону не брызгай, – смотрю на него исподлобья.

Ангра сидела тихо, слегка надув пухлые губки. В беседе она не участвовала.

– А ты не угрожай. Она не просто красавица, а молодая и бессмертная, на нее охочих много найдется, за всеми не уследишь. Глядишь, и бабушка твоя замуж захочет.

– Не захочет, – буркнул я зло.

– Почему? – удивился Олуш.

– У нее от ухажеров всю жизнь отбою не было, ей один профессор до сих пор предлагает руку, сердце, квартиру и счет в банке, а она всем отказала. Ей никто не нужен, кроме меня.

Она, конечно, теперь по-другому выглядит, но взгляд у нее по-прежнему все тот же. Она моя бабушка, и этого ничто не изменит, а на внешность я и раньше внимания не обращал. Пахнет бабуля так же, поведение и манеры не изменились, так что волноваться мне не о чем.

– Так это было до того, как она бессмертной стала. Может, она просто не встретила подходящего? – хмыкнул маг. – Вон вампир вокруг нее круги нарезал сколько.

А об этом, пожалуй, стоит задуматься.

– Дан, я ни в коем случае не претендую на внимание и расположение твоей бабушки. Я еще жить хочу, – поднял ладони вверх Рой, почувствовав мой тяжелый взгляд.

Нашу тихую беседу прервала звенящая тишина. Мы настолько привыкли к завываниям за окном, что когда оно прекратилось, то не сразу обратили на это внимание. А когда поняли, что нас смущало, было уже поздно – на двери и стены нашего убежища обрушился мощный, слаженный удар.

Рык – и снова удар.

– Оборотни! – вскочил на ноги Олуш.

– Что происходит? – подбежал я к окну.

Окна мы предусмотрительно забили досками крест-накрест, оставив возможность наблюдать за периметром.

– Вот именно этого я и боялся, – тяжко вздохнул Рой.

В это время дом сотряс еще один удар.

Я наблюдал весьма пугающую картину. Здоровенные волки с горящими желтыми глазами окружили наш дом, в который пытались пробиться. С каждым ударом в дверь завал из различного тяжеловесного барахла разваливался все больше, что вызывало вполне обоснованные опасения.

– Что здесь творится? – раздался родной голос за спиной.

– Оборотни, – нервно обронил Гирин.

– И что с ними? Решили сделать перепланировку своего жилья? Бешенство? Гон? – И в этом вся моя бабуля. Спокойствие и деловитость в самых несуразных и опасных ситуациях.

– Это Дан, – подал голос Рой. – Оборотни среагировали на его силу, которую он не смог сдержать в момент волнения.

– Не сходится. Они только сейчас нападать начали, а психовал я полчаса назад.

– Твоя сила для оборотней как зов. Дурман. Пока твоя сила бушевала вместе с тобой, они…

– Просто выли от радости, – заключила бабуля, массируя виски.

– Можно и так сказать, – кивнул вампир. – Сейчас же они почти не слышат тебя. А точнее, они перенасытились твоей силой, им плохо.

– То есть им внук нужен? – удивилась бабуля.

Ответить Рою не дал жуткий грохот и возобновление воя. Завал у двери окончательно рассыпался. Олуш, Гирин и Рой сориентировались мгновенно, они подперли дверь собой. Ты смотри-ка, а труд и вправду объединяет.

– Кто-нибудь, вызовите ветеринара, – простонала бабуля.

Вообще-то она добрая, собачек и прочую животинку не обижает, но, судя по всему, сейчас другой случай. Сейчас у бабули мигрень, сие случается редко, но масштабно. В такие периоды бабуля агрессивна и не подвержена логике.

– Ирва, возьми Леля и Ангру, спрячьтесь в дальней комнате. Держитесь подальше от окон, – начал командовать Олуш.

– Бабушка Ирва, пойдемте, – потянул ее за руку Лель.

– Лель, ты можешь головную боль убрать? – внимательно посмотрела бабуля на ушастого.

– Пока оборотень воет, простые маги мало что могут, – с сожалением покачал головой остроухий.

– И долго это продлится? – Слишком уж спокойно она задала этот вопрос, кажется, сейчас кому-то будет плохо.

– Еще полночи, – пропыхтел Гирин. – Дан, да помоги же ты, мы сами не справимся.

Не успел я сделать и шага, как мощное тело попыталось прорваться через окно. Стекло разбилось, но доски выдержали. Волк в дом не попал, зато существенно увеличилась громкость.

– Стоп, а где мужичок, что правил телегой? – вдруг вспомнила любимая родственница.

– Я его еще днем отпустил, – сообщил Рой.

В этот момент кто-то из блохастых вывел особо громкую руладу. Бабуля схватилась за голову.

– Данюша, да сделай хоть что-нибудь! – рычит не хуже оборотня любимая бабушка.

И что мне сделать? Выйти наружу и предложить себя на серебряном блюде? Вряд ли бабуля это имела в виду. Долго мне размышлять не дали, еще один оборотень-экстремал попытался порваться через окно. У него это почти получилось, доски дали мощную трещину.

Бабуля в порыве чувств тихо выругалась, почти беззвучно, и бросилась прочь из прихожей.

– Ирва, там кухня! – крикнул ей вдогонку Олуш.

Она на его окрики не реагировала. В этот момент один из оборотней все же прорвался сквозь окно. Ангра попыталась защитить нас с помощью своих магических щитов. Но, судя по всему, сил ей просто не хватило. Я молился лишь об одном: чтобы бабуля была в безопасности и не вздумала открыть дверь, ведущую на кухню. Эльф достал откуда-то огромные ножи, подозреваю, они здесь не иначе как кинжалы именуются, и начал кружить вокруг оборотня, в то время как я и маг пытались прикрыть хоть чем-нибудь пролом в окне. И вот в самый разгар всего этого беспорядка бабуля вновь появилась перед нашими измученными очами. С огромным куском мяса и половником!

Для чего ей понадобился половник, я смог узнать незамедлительно. Вконец озверевший оборотень все-таки бросился на эльфа, за что и получил незабвенной кухонной утварью прямо по морде.

– А ну, брысь отсюда, рассадник блох! – слышу ругань бабушки вперемешку с жалобным скулением бедного животного. Или они не животные?

– Рой, оборотни чем-нибудь отличаются от стай собак и волков? – вновь ударила она только пришедшее в себя животное.

– Во второй ипостаси почти ничем, разве что власть вожака сильнее, – пропыхтел вампир, прыгнув на многострадального оборотня.

По-моему, живность уже сама не рада была тому, что сумела-таки пробраться в наше логово.

– Вампир, не смей его убивать, – всполошился Олуш, видя, что Рой слегка придушил огромную псину. – Они разумная раса!

Вампир нехотя послушался, перед этим хорошенько придушив свою жертву до полной потери сознания. А неплохие приемчики у этого кровососа.

– Рой, а ты можешь что-нибудь сделать? – прищурилась бабуля.

– Я недостаточно силен, – взгрустнул вампир.

– А если внуком закусишь? – тут же подхватила она.

Да сколько можно-то, а? Я себя фастфудом чувствовать начинаю. Почему сразу я? Вон у нас Гирин маг, вроде тоже съедобный.

– Я для оборотней лишний раздражитель. Их слишком много даже для меня, под завязку накачанного кровью Дана.

– Эх, мужики, все самой делать приходится. Все самой! – покачала головушкой бабуля.

Как же дико звучит это слово по отношению к молоденькой девушке. Я, конечно, понимаю, что она моя бабушка, мать моей матери, но все же непривычно видеть вместо умудренной годами женщины юную девицу. Может, перестать ее «бабулей» звать? Да нет, вряд ли она позволит.

Стоп, что значит «все сама»?

– Значит, так, дети мои, слушай мою команду!

Народ непроизвольно выпрямился. И даже я.

– Рой, вычисляешь вожака и показываешь мне. Гирин, берешь Дана, и за максимально короткий срок латаете окно, да покрепче. Олуш, работаешь портье: по моей команде дверь открываешь и по моей же команде закрываешь, – начала раздавать ценные указания бабуля. – Рояльчик, так кто у нас плохой песик?

– Вон тот серый, с рыжим боком, – тыкает пальцем в соседнее уцелевшее окно вампир. – Но что вы задумали?

Бабуля, как заправский разведчик, подкрадывается к окну и осматривает окрестности. Вопрос она нагло проигнорировала.

– Значит, в двери он не ломится, – задумчиво говорит она. – Лель, чем их можно отпугнуть?

– Звуковой волной, но не надолго, – как по-заученному отвечает эльф.

– Отлично. Сквозь двери сможешь? – Ушастый кивает. – Так дерзай, мой юный естествоиспытатель.

Олуш тут же ушел с линии огня. Эльф что-то пискнул, и у меня резко заныли зубы. Оборотней так вообще на пять метров от дома отнесло. Они жалобно скулили, прижимая лапами морды к земле.

– Открыть двери! – рявкает бабуля.

С перепугу гном подчиняется беспрекословно. И только я хотел задать разумный вопрос о бабулиных дальнейших действиях, как она ринулась на улицу с криком «ура!». Я за ней. И вижу, как моя старушка, то есть уже не старушка, подбегает к почти очухавшемуся вожаку и лупит его по морде тем самым куском мяса.

Волки от такой наглости откровенно офигели, и только вожак, осознав, что об его авторитет только что вытерли шмат мяса, грозно рыкнул.

– Ну что ты смотришь на меня, как японцы на Курильские острова?! – возмущается бабуля.

У меня внутри все похолодело. Со всех ног бросаюсь к ней, а любимая родственница в это время разворачивается на пятках и несется навстречу. Тут я осознаю, что громадный волчара устремился вслед за ней, но не зря моя бабушка частенько перебегает дорогу в неположенном месте, скорость она развила – будь здоров. Тут и до меня доходит вся соль ситуации, что заставляет меня развернуться на сто восемьдесят градусов. Бабуля в дверь забежала первой, я следом. И только я хотел крикнуть Олушу, чтобы он дверь закрыл, как моя родная бабушка мощным толчком посылает меня в полет к стене.

– Рано, – улыбается она.

На гноме лица не было, его руки дрожали, а вместе с ним и дверь, а на мою родственницу несся громадный волк. И вот когда он уже оказался в прихожей, а за ним буквально след в след шли его сородичи, моя бабуля орет:

– Задраить люки! Рой, фас!

Гном со всей дури закрывает дверь, хлопнув по носу не успевшего протиснуться второго оборотня, а вампир, воодушевленный бабулиной командой, бросается на вожака, оказавшегося в ловушке. После началась небольшая потасовка, в которой моя любимая родственница приняла непосредственное участие, смачно зарядив волку боевым половником по голове.

В результате всех этих махинаций мы имеем одного оборотня в стальном захвате вампира, одну бабулю с непрошедшей мигренью, меня, не знающего, куда себя приткнуть, и дезориентированную команду светлых.

– Лель, будь так добр, найди мне какое-нибудь подобие ошейника и крепкую веревку, – попросила бабуля.

Эльф метнулся по комнатам, гном в это время удерживал злосчастную дверь, в которую пыталась прорваться вся стая. Ему помогал Гирин и даже Ангра.

– А ну, сидеть! – рявкнула бабуля в то самое окно, что лишено стекла. – Акела промахнулся! Если еще хоть одно завывание услышу до рассвета, я вашего предводителя на коврики пущу.

Рычание и скулеж резко прекратились. Жесть.

Тут и эльф с веревкой подоспел. К сожалению, ошейника найти не удалось. Волка связали.

– Значит, так, мечта корейского повара, запоминай установку. Ты теперь военнопленный, – задрала бабуля палец вверх. – Сие означает, что, если будешь вести себя хорошо, утром отпустим, как героя. Если плохо – пущу на чебуреки. Все понял?

Волк смотрел на нее умными глазами и скалился, но молчал.

– Еще раз, специально для глупых псов, – тяжко вздыхает она, присев на корточки. – Не прикидывайся животным, по глазам вижу, что у тебя вполне человеческое мышление. Так вот, будешь возмущаться – посажу на цепь до скончания твоих дней. Предупреди своих, что все хорошо, и действовать пожилым женщинам на нервы не стоит.

Волк проникся. Вырываться из вампирьего захвата перестал, тяжко вздохнул, тоненько что-то проскулил и успокоился, глядя на меня невероятно жалобными глазами. Рой, осознав, что жертва не сопротивляется, отпустил прижатую к полу тушу.

Мы молча проводили ее взглядом. У всех на лицах читался один вопрос: что это было?

Я же говорил, что бабушкина мигрень самая страшная вещь во всех мирах.

Ирва

Помимо мигрени мою голову терзал еще один вопрос. А как же внук? Судя по всему, я теперь бессмертна, и не скажу, что меня это радует. Никогда не стремилась к вечной жизни, самое страшное для меня – пережить дочь и внука. Вот если бы зять скончался внезапно, думаю, я бы не расстроилась. С другой стороны, не хотелось бы, чтобы Марина страдала, ее боль – моя боль, причем в буквальном смысле. Каким-то образом я связана с ней невидимой нитью, и, когда моей дочери по-настоящему плохо, мое материнское сердце это чувствует. Именно поэтому я не сильно переживала во время ее командировки в Африку. И по-настоящему за нее я испугалась всего два раза, но буквально на следующий день я знала, что опасность миновала.

С внуком было почти то же самое. Не такая сильная, как с доченькой, но все же связь. И сейчас меня трясло от мысли, что, в отличие от внука, я бессмертна.

– Олуш, его надо охранять. А я спать. Рой, за мной, – раздала я указания.

С вампиром я собиралась поговорить на серьезную тему, для этого нужно было избавиться от свидетелей. Проблему с оборотнями мы решили, теперь на очереди проблема бессмертия.

– Как мне избавится от этого? – устроившись поудобнее на кровати, перешла сразу к делу.

– От чего? – не понял вампир.

Вообще-то от всего этого бедлама, в том числе и от тура по странному миру. Вредность повышается, но не могу же я от Самериуса требовать невозможного, ведь не расплачусь. В конце концов, у меня внук, а не кроветворная фабрика.

– От бессмертия.

– Зачем? – И взгляд такой удивленный-удивленный.

За забором!

– Оно мне не нужно.

– А что вас не устраивает? – искренне возмутился Рой. – Ирва, вы единственный человек, который получил бессмертие, первый и последний представитель своего рода. Маг, добившийся успеха, больше не расскажет своих секретов. Вы уникальны!

Вот же непонятливый. Как я дочери объяснять буду, что выгляжу моложе ее? Что я подругам скажу? «Ирина Ивановна, просто я подтяжку лица удачную сделала! Правда-правда. Ну что вы, какие ведьмы? И душу я никому не продавала! Валентина Петровна, это все омолаживающий чудо-крем серии Черный жемчуг.

– То есть мне от этого никак не избавиться? – Обреченности в голосе я скрыть не смогла.

– Нет, – отрезал Рой.

– А можно еще как-то омолодиться? Не столь болезненно? – Надежда умирает последней.

– Я не понимаю вас.

Что ж тут непонятного? Я на нормальном местном наречии изъясняюсь.

– Если я стала бессмертной, то мне нужно знать способ, как сделать долгожителем и своего внука.

– Дан и так бессмертен, – между делом сообщает мой собеседник.

Может, придушить его? Так, для личного спокойствия.

– В каком смысле? – Голос еле слышно дрогнул.

– Он маг, а маги живут намного дольше, чем люди, он темный маг, что увеличивает срок его жизни в полтора раза. Дан не обычный маг, что делает его бессмертным.

У меня от сердца отлегло. Не вижу логики, но верю на слово.

– Как же я его матери все это объяснять-то буду? – ужаснулась я. – Хотя об этом пока рано переживать, нам бы сначала выбраться.

– Ирва, насчет этого… Теперь вас не выпустят из этого мира, – замялся Рой.

– На каких основаниях?

– Вы теперь часть этого мира. Но вы, Ирва, вообще уникальное явление. Вас захотят изучить. А если даже вы этого избежите, Светлый Император не позволит вашему внуку покинуть этот мир, как полноценному магу. И скрыть его силу не получится, это в принципе невозможно.

Он умолк, а я лихорадочно думала. Я здесь оставаться не собираюсь и внуку не позволю, на Земле остались его родители и его привычная жизнь. Я прекрасно понимаю, что вряд ли нам удастся уйти, но я сделаю все, чтобы хотя бы Данюша смог попасть домой.

– Рой, а чего боится Светлый Император?

– У наших Властелинов сейчас одна головная боль. Демоны. Но вам я с ними связываться не советую. Эта зараза, что пытается завоевать наш мир, единственная существенная угроза.

Тут-то и пришла ко мне в голову одна интересная идейка. Зачем мне придумывать велосипед, когда классики и сама жизнь сделали это за меня?

– То есть на власть местного правительства целенаправленно покушаются. Тем более извне? – Я уже знала, что буду делать.

– Да.

– А как дела обстоят с внутренней политикой?

– Светлые и темные собираются заключить союз против общего врага, – пожал плечами вампир.

– Это я и так знаю. А есть ли среди темных и тех же светлых личности, недовольные общим положением дел? Например, зарплату кому не выплачивают вовремя. Притесняют, может, кого? Или кому налоги не нравятся?

– Как же, имеются такие, и не так уж и мало, – непонимающе смотрит Рой.

– А перечисли-ка ты мне всех, да расскажи про быт их и страдания тяжкие.

Нас с внуком отсюда точно выпустят, да не просто выпустят, а еще и доплатят, лишь бы мы сами ушли, и на нашу уникальность не посмотрят.

Классиков знать надо. Не зря в советское время Ленина учить заставляли, это же прямое руководство к действию.

Не выпустят… А куда они денутся от партии?

– Наверное, стоит начать с оборотней.

– Начни, дорогой, начни. И про вампиров рассказать не забудь.

Глава 9

Дан

Как же хочется спать! Но вместо этого лежу на койке, пялюсь в потолок и слушаю музыку, переваривая события этого сумасшедшего дня. И не надо так удивляться – да, именно музыку. Нет, я ничего не употреблял, свой мп3 я берег до лучших времен, короче, воздерживался, как мог. Причем во всех смыслах. Ни разу к наушникам не прикоснулся, как бы хреново не было, а сегодня вот сорвался – и фиг с ней, с батарейкой. Сил моих больше нету, точнее, нервов. Сначала боялся, потом беспокоился, теперь переживаю. И за кого? За единственную бабушку, которой теперь лет двадцать, на вид и на ощупь.

Весь день меня трясло от беспокойства о ней. Потом, когда понял, что случилось, вроде отпустило, но моя старушка, то есть уже не совсем старушка, жить спокойно не умеет. Она додумалась взять пленного, и нет бы простого человеческого «языка», хотя где их возьмешь в деревне оборотней. Нет, мы легких путей не ищем, нам подавай огромного злого серого волка, жителя местного. А все почему? Потому что бедный песик не рассчитал децибелы и слишком громко выл после одиннадцати. А у нее мигрень. И участковому нервы не потреплешь на тему «Сходи, сынок, успокой иродов».

А сейчас она опять заперлась в комнате с вампиром. Этот Рояль парень довольно странный, меня опасается. Я же не совсем дурак, могу понять, когда со мной как с гранатой без чеки обращаются. Хотя, может, и странно так говорить о существе, которое мною питается, кровушку мою он потягивает, как одуревший от голода комар. В принципе, он и вправду кровососущее… э… Вампир, одним словом. Как одна знакомая девица, помешанная на «Сумерках» и прочей гадости, удивится печальной правде жизни.

А вот мою бабулю он прямо-таки почитает. Только сейчас понял, что раньше вампир на мою любимую родственницу смотрел с уважением и любопытством, а еще с хитрецой, типа темная лошадка. А сейчас этот конь на нее слюнями капает! Когда думает, что я не вижу. И Гирин этот… Чего он вдруг вообще об этом заговорил? Олушу вроде не до того, он постоянно о чем-то думает и пытается управлять вконец распаявшейся командой. Эльф вроде тоже на бабулю не заглядывается, смотрит слегка удивленно, ну и с уважением, чего уж там. Это чудо остроухое вообще около меня в последнее время часто крутится. После того как нас бабуля разбудила, эльф меня полдня избегал, пока бабуле плохо не стало. Потом я не соображал и не до того было, а когда все утряслось и оборотни успокоились, он ко мне подходит со своими большими ушами и смотрит своими большими глазами. Жалостно так.

– Мне одному страшно. Можно я с тобой сегодня посплю? – И ресничками так хлоп-хлоп. Ну чистый ребенок.

Нет, блин, нельзя, а то вдруг бабуля еще что удумает. Вот если бы Ангра так напрашивалась… Но она по указке гнома барьеры по периметру устанавливает, на пару с Гирином. Хотя я зря парюсь по этому поводу, после сегодняшних событий и впечатлений не до романтического настроя.

В общем, Леля я уложил в соседней комнате. Такие разочарованные глаза я видел только у гаишника (или как они там сейчас называются?), когда он тормознул тачку друга, где находился и я. После получасового осмотра машины я узрел вселенское разочарование в глазах и муку в голосе при вопросе: «Что ж вы за люди такие? Восьмое марта завтра… и теща». Друг почему-то вытащил стольник и молча протянул работнику полосатого жезла.

Сам же отправился к Олушу, стоило проверить, как он там.

Гном сидел на полу, подпирая стенку, не выпуская из рук какую-то жердь. Выглядел он сиротливо и несчастно, не повезло мужику. В отличие от гнома, пойманный оборотень дрых без задних ног в другом конце помещения.

– Может, тебя сменить? – предлагаю я.

Олуш вздрогнул.

– У вампира научился бесшумно подкрадываться? – проворчал он.

– Не хотел тебя напугать, – присел я рядом.

– Мальчишка, – скривился он.

– И все же, я думаю, тебе стоит отдохнуть, оборотни больше не нападут.

– Не могу я уснуть, – грустно вздохнул Олуш. – Как глаза закрою, так все оборотни да вампиры мерещатся. Я темных не люблю, как раз из-за таких вот случаев.

– А чего ж тогда в послы пошел? – удивился я.

– Выбора не было. Я ведь давно в политике, да только старею, сдал сильно, вот и решили меня подвинуть. Думали, если из столицы на время уберут, то влияния лишат. Правильно думали. Этот дипломатический визит – чистая фикция. Светлый Император и Темный Властелин уже давно друг с другом обо всем договорились, мы же нужны для официоза. Чтобы народ о союзе узнал. И команду-то подобрали исключительно бестолковую. А мне нельзя позиций сдавать, у меня дочки! Пять девиц на выданье. Ты хоть представляешь, что такое пять незамужних дочерей? – спросил он с мукой в голосе. – Я на одних носовых платках разоряюсь каждый день. Вот и приходится соглашаться на любое рискованное дело, лишь бы поста не лишиться.

Ни фига он настрогал! Это ж как надо собственную жену любить! Активно.

– И ни одного пацана в семье? – уточняю.

– Кого? – не понял меня гном.

– Парня.

– Есть, – гордо улыбается счастливый отец, – Шамыш. Только маленький он еще. Пока выучится, пока на ноги встанет, не одна полусотня лет пройдет.

Я присвистнул. На что отреагировал связанный волчара – не просыпаясь, дернул хвостом.

– Может, дело свое откроешь? – предлагаю альтернативу.

– У гномов семейное дело из поколения в поколение переходит. Только сироты на государственную службу идут, – горько вздохнул мой собеседник.

Тяжелая у мужика жизнь была, однако. А дядька-то стойкий. Я пораскинул мозгами: чем может заниматься гном, имеющий связи в политических кругах, недругов и кучу детей? Думаю, про взятки здесь и без меня слышали. Бизнес нужен такой, в котором конкуренция будет нулевая.

– Олуш, ты что-нибудь про туризм слышал? – заговорщицки подмигиваю.

А потом часа два мы с ним прикидывали и развивали идею туристического бизнеса, адаптированного к местным обычаям. Была бы воля гнома, он бы меня всю ночь мурыжил, но хорошего понемножку. Вот и отправился я в свою комнату музыку слушать. А потом увлекся воспоминаниями и не заметил, как уснул.

Разбудил меня шикарный запах. Еда. Подскакиваю с кровати и несусь на кухню, такие запахи может источать только приготовленное бабушкой жаркое. Запах готовящейся пищи разбудил не только меня. Иду я, значит, бодрым шагом и встречаю по пути зомби, то есть всю честную команду с закрытыми глазами и вытянутыми руками, а в руках у народа пустые тарелки, и сами они столпились перед закрытой дверью.

– Чего стоим, кого ждем? – бодро интересуюсь.

– Пахнет, – грустно вздыхает Гирин.

– Еда, – смотрит жалобно Олуш.

– Кушать хочется, – сглатывает слюну Рой.

– А ты с сегодняшнего дня на диете, – решил я обрадовать вампира.

На меня взглянули исподлобья.

– Ирва, ну сколько нам еще ждать? – подает голос гном.

– Руки помыли? – слышу приглушенный голос родной старушки, то есть уже не старушки.

– Помыли, – отвечает нестройный хор.

– А уши?

– Да.

– А зубы почистили?

– Да!

– И не надо голос повышать, я вас прекрасно слышу, – ворчит она.

– Бабуль, ты чего закрылась? – подал и я голос.

– Данюша? Чего ж раньше молчали? – удивилась бабуля. – Во дворе стол стоит, сейчас накрою, а дверь закрыла, чтобы не ломились тут всякие.

Чувствую, ждет меня вкуснейший завтрак, моя бабуля готовит так, что повара в именитых ресторанах нервно давятся слюной в сторонке.

Надо бы успеть место занять, а то, смотрю, охочих до еды достаточно. Налетят саранчой, и не видать мне бабушкиных блинов.

Стоп. Моя бабуля готовит? Она же из принципа в гостях к плите не подходит, только дома. То есть готовит исключительно на своей территории, а на чужой ее ни за какие деньги не заставишь. Даже на празднике у подруг она к кухне не подходит. Неужто освоиться решила?

Мы дружно двинули на улицу. Защитные заклинания Гирин на пару с Ангрой сняли быстро, а вот связанного по рукам и ногам волка мы обнаружили не сразу. Точнее, вообще не обнаружили, вместо этого туда-сюда носился неизвестный мне мужик. Бегал он тихо, молча моргал своими грустными глазами и смотрел на нас так, как будто мы ему денег должны. Мужик был не старше сорока на вид, мощен и волосат. Только сейчас понимаю, что дядька без рубашки ходит, сверкая волосатой грудью.

– Ой! – слышу вскрик эльфа.

Его большие глаза так и шарили по телу дядьки. В этот момент к Лелю подскочил гном и закрыл ему глаза руками.

– Не подобает вам смотреть на непотребства, – буркнул он.

Вообще смотрится забавно: широкий, низкорослый гном большущими ручищами елозит по лицу хрупкого пацаненка. Странные они, эти нелюди. Или у них тут с половым воспитанием проблемы? Тогда бабуля им в помощь.

Так вот о еде. Вышли мы на улицу – и обомлели. Воздух свежий, еще не жарко, так как на горизонте только одно солнце, второе появляется в полдень, ласковые лучи играют в траве. Четыре стола стоят во дворе, плотно приставленные друг к другу, образуя одну сплошную широкую прямую. И когда бабуля успела это организовать?

От стола к столу мечется наш пленный.

– Староста, – кивнул Олуш.

– Что-то молод он для такой должности, – бурчу я.

– Вожак он, у оборотней все не так, как у людей, – смотрит хмуро Гирин.

Спрашивается, чего мы такие недовольные?

Так за невидимой чертой стоит вся деревня и внимательно за нами наблюдает, как бы не подавиться нам под их взглядами.

– Чего встали? – слышу голос любимой родственницы за спиной.

Оборачиваюсь. Ну да, не изменилась. Где мои любимые морщинки вокруг глаз? Не спорю, и так неплохо, но все же непривычно. Еще непривычнее видеть ее в деревенской юбке до полу, в просторной льняной рубахе, красной косынке и фартуке. Где ее деловые костюмы, которые я так любил резать ножницами в детстве? Где ее стильные очки, которые она использовала вместо ободка? А этот вырез… Там же все видно!

– Ба, ты бы хоть прикрылась, – хмурюсь я. – Ты уже не в том возрасте, чтобы такие откровенные наряды носить.

– Не смей бабушке указывать. – От подзатыльника я опять же увернулся.

– Бабуль, детей по голове бить вредно, сотрясение мозга будет.

Да, это моя бабушка, аж от сердца отлегло.

– Было бы чему сотрясаться, ты мне до сих пор неправильные глаголы не сдал, а все туда же, в гении просишься, – стянула она полотенце с плеча.

Предчувствуя недоброе, я отпрыгнул подальше. Вот это мое обычное утро, хорошо-то как.

– Ба, просто здесь нравы дикие, а ты у меня такая красивая. Переживаю я.

– Спасибо, Данюша, садись за стол, – расцвела она. – Сейчас накроем. Эй, Шарик, неси из кухни котел с первым!

С удивлением я понял, что она обращается к вожаку и по совместительству старосте этой деревни.

– Бабуль, за что ты его Шариком-то нарекла? – тихо спрашиваю я.

– Потому что Полиграф Полиграфович он не выговаривает, – деловито заявила она.

– При чем тут герой булгаковской повести? – опешил я.

– Ну как же? Он человек с собачьим сердцем, то есть с волчьим, – открыто смотрит она на меня.

В такие моменты я оставляю попытки понять родную бабушку.

– Бабуль, но наверняка у него есть нормальное имя, – пытаюсь намекнуть.

– Ты местные выверты речи слышал? – возмущается моя родственница. – Где ты встречал здесь нормальные имена?

– А он точно согласен? – киваю в сторону старосты, который тащил огромный котел.

– После того как я его накормила, он был готов на все, даже замуж звал, но ты же знаешь, я всегда была против собак в городской квартире, – успокоила меня бабушка.

До столов я дошел почти спокойно, а потом просто не заметил, как начал биться головой о столешницу.

– С тобой все в порядке? Чего смеешься? – интересуется Гирин.

– Да вот гадаю, что дальше будет, переживет ваш мир наше пришествие или зря моя бабуля по вечерам в World of Tanks играет? – вытираю я выступившие слезы.

– Ничего не понял, но происходящее мне не нравится, – шепчет маг, кивая в сторону толпы.

– Привыкай, брат, – похлопал его по плечу. – Нам с вами еще долгий путь предстоит.

– Что-то я этому уже не рад, – буркнул он.

Тем временем еда все прибывала, и чего тут только не было. Она что, вообще сегодня не спала? Вот когда успела пирожки с капустой состряпать? Я понимаю – блины, у нее это дело пяти минут. А где она столько мяса нашла?! Чует мое сердце, обеднели приютившие нас хозяева на большое количество продуктов. Куда столько еды? И коронный борщ, а вот и мое любимое жаркое, пахнет-то как. Кажется, там кто-то пристально за нами наблюдал? Надеюсь, они не подавятся слюной.

Бабуля порхала рядом, ее яркие глаза сверкали задором, улыбка не сходила с помолодевшего лица. И вдруг она разворачивается к толпе деревенских, хмуро сверлящих нас взглядом.

– Шарик, чего ж твои друзья стоят, как неродные? – вопрошает она ласково.

– Ирва, так не пройдут они без моего дозволения, – отвечает оборотень, преданно заглядывая ей в глаза.

Что она с мужиком сделала? Он же ручной совсем! А главное, когда успела?

– Рой, – обращаюсь к вампиру, что сидит по диагонали от меня, – ты знаешь, что она задумала?

– Сие мне неведомо. – Он настолько искренне расстроен, что я не стал сомневаться в его словах.

– А когда это началось-то? – задаю наводящий вопрос.

– Сначала все было хорошо, мы разговаривали. А потом она пошла к оборотню. Светлые к тому времени уже крепко спали. Меня она тоже отправила восвояси, сказала, что доверяет мне, как Мюллер Штирлицу, а потому не желает повторять чужих ошибок. Что она имела в виду? – интересуется у меня вампир под личиной человека.

– Лучше тебе не знать, – тихо ответил я.

Разговор с вампиром поглотил все мое внимание, и я не заметил, как к нашим четырем столам прибавилось еще немереное количество мебели. Суетились женщины, расставляя неизвестно откуда взявшиеся кушанья. Домашняя колбаса, сыр… Сало!!! О да, Боже, ты существуешь! С чесночком, потрясающе. А то я было начал разочаровываться в этом мире. В общем, различные мясные изделия перемежались со свежими овощами и солениями, а вот и спиртное в кувшинах появилось. У светлой команды полезли глаза на лоб, они явно не понимали происходящего, как, в принципе, и я.

Тем временем бабуля рассадила светлых по всей длине столов, перемежая их оборотнями. Рядом с Роем образовалось свободное место, так как светлых не осталось, а оборотни, находясь поблизости, неудержимо чихали. Бабушке пришлось сделать рокировку и усадить рядом с ним дриаду и эльфа.

Их лица надо было видеть. Спасибо, бабуль, ты вернула мне хорошее расположение духа, у Ангры сегодня было шикарное декольте, и сидела она напротив меня. Эльф, правда, все примерялся на ее место, но я с ним быстро справился.

В общем, как-то незаметно и очень быстро организовалось всеобщее застолье. Не стоит думать, что все шло гладко, были и те оборотни, которые обаянию моей бабули не поддавались, и тогда брал слово их вожак, Шарик… тьфу, кто он там по имени? Быстро успокаивал шибко говорливых.

А ведь сейчас только утро, боюсь представить, что будет к концу дня.

Сначала застолье шло чинно. Вожак, староста по совместительству, объявил причину столь неожиданного праздника, ею оказались мы.

– Так выпьем же за дорогих гостей и замечательную женщину, радушно разделившую с нами пищу! – поднялся староста, держа стакан с чем-то мутным в руке.

Подозреваю, самогон не только в нашем мире варить умеют.

– Шарик, ты так добр. – Оказывается, моя бабуля умеет краснеть. Шарик тем временем счастливо улыбался моей бабушке.

Меня передернуло.

– Бабуля, ты чего устроила? – обратился я к ней, благо сидел недалеко.

Она вместе с оборотнем возглавляла пиршество.

– Внук, не переживай, мне просто очень нужна помощь этих милых людей, а ничто так не сближает, как старое доброе застолье, особенно в деревне.

– Как знаешь, – бессильно пожал я плечами, беря графин и наливая жидкость в стакан.

– Внук, я тебя чему учила? – вдруг зашипела она.

– Чему? – не понял я.

– Тому, что пить с утра – дурной тон, – продолжает шипеть любимая родственница.

Нет, нормально, а?

– И не сопи, лучше кушай, – шикнула она и отвлеклась на своего Шарика.

Постепенно застолье переросло в более раскованную попойку.

– Ирва, ты нас прости, – лапал мою бабушку за плечи Шарик. – Ну не знаю я, что на нас нашло, ну прям рассудок помутился! В первый раз такое!

– Ничего страшного, вы же не хотели ничего плохого, а то, что я не выспалась, так не впервой же.

– Чесслово, не хотели мы тебе мешать, – искренне заверял бабулю мужик.

– С кем не бывает, – сердечно отвечала моя родственница. – Никто не пострадал, и хорошо! Вы же на самом деле не хотели внучка моего загрызть, хоть и порывались.

Что?!

– Будто демоны морок наслали, ничего не разумели, и стая моя вся извелась. Извелись ведь?! – грозно вопрошал староста, обращаясь к стае.

– А как же! – отвечал дружный возглас.

– Да говорю же, все в порядке, – хлопает бабуля мужика по плечу. – Вы ж не от хорошей жизни бесчинство с нами чуть не сотворили. Дай наливочки долью.

Я же вроде не пил. Тогда с чего вдруг мне поплохело? Уже и грудь дриады радовать перестала. И это в мои-то годы!

– Хорошая ты баба, Ирва! – Кажется, Шарику уже хорошо. – Откуда ты такая?

– Издалека, мой друг, с другого краю Темных Земель. Совсем налоги достали, вот и пошла я за другой долей. – МХАТ в лице бабули потерял великую актрису.

– И у вас эти черви зверствуют? – душевно возмутился оборотень.

– И не говори! Сил больше нет, – всплеснула она руками. – Неужто и вы страдаете?

Вот тут и началось самое невероятное. Более-менее спокойное застолье переросло в политическую стачку. Оказалось, властями недовольны почти все: и налоги постоянно растут, и оборотней везде притесняют, и расселяют их, бедняжек, все по равнинам, в то время как широкая волчья душа требует лесных просторов, а то и щенкам порезвиться негде. И никто бедных оборотней не понимает, заставляют хищников заниматься земледелием, в то время как они большие любители охоты.

– А на равнине какая охота? – возмущался староста.

– И не говори, – поддакивала бабуля.

Возмущение среди оборотней продолжало бурлить и нарастать, а вскоре я услышал то, что заставило меня подавиться.

– Товарищи! – Когда бабуля успела взобраться на лавку? – Сколько можно это терпеть? Несправедливость и гнет властей убивают наш вольный дух! Даешь оборотню лес!

– Да! – орали мужики.

– Даешь свободную охоту в девственных лесах!

Пытаюсь выбраться из-за стола, но меня кто-то удерживает за руку. Оборачиваюсь.

Вампир смотрит на меня ошалелыми глазами.

– Зароем высокие налоги!

– Закопаем! – вторила ей подвыпившая толпа.

– А что тебе с того? – подала голос одна из женщин.

– Молчи, дура! Лучше послушай, что умные люди говорят, – шикнул на нее какой-то оборотень.

– Не брани ее, – великодушно склоняет голову бабуля. – Видимо, не испытала она горя женского, когда детки твои не знают свободы, когда мужик мается от томления в неволе. А коли мужик мается, а баба его поделать ничего не может, мужик пить начинает. Страшные дела творятся, уж я-то знаю, от горя тяжкого я со светлыми связалась.

Народ притих.

– Нету счастья в Темных Землях, не заботит Властелина судьба наша простая, его все больше дроу, жена молодая, да интриги придворные занимают. Я так разумею, коли правишь, то о народе в первую очередь думать обязан.

– Правильно говоришь! – крикнул кто-то.

– Его понять можно, он наших страданий не знает, у него жена одна на уме. И благо хоть девка путевая была, а то ведь дочка Светлого Императора!

– Точно! – взревела мужская половина.

– Товарищи, с этим надо что-то делать! – проникновенно возвестила бабуля.

– И что ты предлагаешь? – спросил кто-то.

– Надо Властелину о горестях наших поведать.

– Да нас и на лигу к замку не подпустят! – возмущается очередной индивид.

– Правильно, поэтому нужно сделать так, чтобы о нас узнали и захотели поговорить.

– И как это сделать?

– Легко, товарищи! Светлые, с которыми я путешествую, на самом деле парламентеры от Светлого Императора, прибыли для заключения союза между землями. Но зажравшиеся советники не хотят союза! Маг делегатов в казематы упек, чтобы Властелин наш со светлыми послами не встретился, им подавай войну. Они, значит, будут карманы золотом набивать, а наш брат за них будет жизнь отдавать?! И повелитель наш об этом произволе не узнает!

– Не бывать такому!

Смотрю на светлых, ребята пытаются медленно сползти под стол.

– А я так и сказала, мол, не позволит честной народ несправедливости твориться! Коли наши советники да маги зла правителю желают, мы сами страну спасем и Властелина порадуем!

– Это как же? – раздался вполне разумный вопрос.

– Мы пойдем к Светлому Императору и сами с ним союз заключим.

– Да кто нам даст-то? – не верил народ.

– А мы заставим, все честь по чести объясним, он поймет, он же Светлый. А потом, глядишь, и Темный Властелин нам за подвиги наши лесок выделит.

Святой модератор, что она творит?

– Как же так, прям все и пойдем? – удивилась одна из женщин.

– Нет, конечно, дома оставлять нельзя. Выделим мужиков, да покрепче, дабы аргументы весомее были, и двинем на Светлые Земли, я уже и с другими нашими собратьями договориться успела.

– Это с кем же?

– Да с троллями, – махнула бабуля рукой. – И даже парочка дроу согласилась.

На нее посмотрели с немым восхищением. Насколько я понял из уроков Роя, тролли считаются теми еще прохвостами и упрямцами, а дроу невероятно высокомерны.

Я благоразумно помалкиваю, дабы не привлекать ненужного внимания. Бабуле я доверяю порой больше, чем себе, но иногда мне просто страшно.

Ирва

Политагитация неслась полным ходом, народ на удивление легко шел на контакт. Я вошла в раж и чересчур увлеклась.

Еще ночью, когда узнала о глобальной проблеме, я придумала план. Осталось воплотить его в жизнь. Первым делом я решила начать с оборотней, раз уж мы у них в гостях оказались. Быстренько отправила спать Роя, а сама направилась на кухню.

Всю ночь работала как проклятая, полностью разорила кладовую хозяев. Надеюсь, они мне простят сие своеволие, если что, денег оставим.

В процессе готовки услышала жалобный скулеж. Развязала оборотня, накормила его котлетами. А когда на рассвете он обернулся в крупного мужчину с широким лицом, опять кормить пришлось. Он оделся, после чего мы долго разговаривали. Имя его я так и не запомнила, назвала Шариком, ему понравилось. Выразила недовольство поведением стаи и его самого в частности, послушала про их тяжкое житье-бытье, добавила еще кое-что, и мужик искренне проникся. Сказала, что хотела бы со стаей подружиться, а то нехорошо как-то вышло, и получила верного союзника.

То, что я недавно выглядела немного иначе, никто, кроме старосты, не знал. Тем, кто спрашивал о старой женщине, которая прибыла с необычной компанией, я отвечала, что моя бабушка отправилась вместе с деревенским мужиком на телеге дальше по своим делам. А я чуть задержалась, потому совсем недавно друзей нагнала.

В общем, в ходе активной агитации и пропаганды в моих рядах прибывало. Еще чуть-чуть, и мне выделят необходимое количество сопровождающих.

Но не судьба мне было спокойно завершить сегодняшний день. После полудня, ближе к вечеру, оборотни насторожились.

– Конные скачут, – загалдела ребятня. Слух местных жителей вызвал во мне невольное уважение.

– Лель, сходи к кухонному навесу за домом, на печи сковорода с голубцами, вот голубцы и неси, – посмотрела я на девочку.

А какую она рожицу скорчила, любо-дорого поглядеть. Я, конечно, понимаю, что не барское это дело – ручки натруждать, но пора уже взрослеть и к тяжелой бабьей доле приобщаться.

Откормить бы Лель, а то Дан никогда на нее свой благосклонный взгляд не обратит. Между тем эльфийка его так и пожирала глазами, мне временами как-то боязно за внука становится. Я видела нежелание подчиняться на ее лице, но брошенный мельком взгляд на внука сделал свое дело, и эльфийка отправилась выполнять мое распоряжение. Уж больно к внучку моему неравнодушна, да и уважение к сединам в нее было вбито крепко-накрепко. Впрочем, девочка хоть и излишне горда, глобальным высокомерием не страдает. Сообразительна, но пуглива, как тот заяц. Скорее всего, еще и по этой причине она не пытается мне перечить, как, например, та же дриада. Ну, с Ангрой и так все понятно, девочка она недалекая, поэтому и молчать не умеет.

К тому времени я уже слезла с широкой лавки и теперь тихо-мирно развивала тему дальше. Добровольцев мы уже выбрали, осталось сойтись во мнении, когда им выдвигаться и что с собой в путь брать.

Между тем вернулась Лель, притащив с собой сковородку. И почему я не удивлена?

– Мой юный друг, я просила принести голубцы, сковороду могла бы и оставить. Но я приятно поражена тем, что ты знаешь, как выглядит сия полезная в обиходе вещь.

– Мне женщины подсказали, – покраснела эльфочка.

Тут я услышала хихиканье зеленокожей дриады.

– Деточка, не тебе веселиться, ты сегодня посуду моешь.

Сделала гадость – на сердце радость, думала я, глядя на перекошенное лицо Ангры. Ой, какие мы злые. Странно, сегодня она острее реагирует на мои замечания. Пожалуй, стоит за ней присмотреть.

Но хватит в облаках летать, у меня тут ребенок надрывается. Сковородочка-то большая, чай, не наш Тефаль производства Китай. Это огромная чугунная посудина, с отдельным прихватом из металла и дерева, такие только в старину делали. Весу в ней было, как в современной микроволновке. Плюс голубцы.

В общем, только я отобрала у ребенка сковороду и выложила злосчастные голубцы, как появились они. В черных одеждах, с закрытыми лицами, на огромных лошадях. Нет, не татары.

– Во имя Темного Властелина, выдайте нам преступников! – возвестил один из вновь прибывших.

Мне сделалось дурно, но не зря по молодости картишками баловалась, блефовала я виртуозно.

– Это о ком же вы говорите, господа хорошие? – подхожу ближе к незваным гостям.

– Старуху человеческую да парня внешности темной, – вещали гости.

– Здесь полдеревни под описание подходит, касатик, – широко улыбаюсь я.

– А ты, девка, смотрю, шибко разговорчивая! – Не понравилась я закутанному в черное одеяние гостю.

– А ты, милок, шибко мудреный. Скажи точно, кого ищешь, и мы посмотрим, что можно сделать.

Что-то руки затекли. Точно, я же сковороду еще не поставила.

Один из гостей спрыгнул на землю.

– Что празднуете? – без перехода поинтересовался он.

– А разве добрым людям нужен повод, чтобы праздник организовать? – удивилась я. – А вы, собственно, кем будете, молодой человек?

Меня не услышали и направились прямиком к столу.

Я заметила, как напряглись оборотни. Светлые, побледнев лицом, попытались слиться с окружающей средой. И кто такой весь интересный посетил наш скромный праздник? Неужто соседняя деревня вызвала местный аналог участкового? Да мы вроде не так громко шумели.

– Значит, вы утверждаете, что не встречали странного вида старуху и молодого паренька лет восемнадцати с темными волосами, черными глазами и странным поведением? – все допытывался незваный гость. Мне интересно, почему у меня вид должен быть обязательно странным?

Точно из органов. И, судя по манере держаться, это не участковый, уж скорее КГБ, то есть ФСБ по-современному. А если сразу прокуратура?

– Утверждаем, – кивнула я, пока местные не пришли в себя, а то вспомнят чего не вовремя.

– Молчи, девка, – шикнул на меня представитель власти.

– Ты мне тут поговори, – возмутилась я. Тоже мне шовинист! И так он мне зятя напомнил, что захотелось съездить по наглой голове уже полюбившейся сковородкой.

– Кто родственник этой женщины? – возмущенно ткнули в меня пальцем. Его спутники, до этого спокойно сидящие в своих седлах, мягко спрыгнули на землю.

– Ну я, – поднялся из-за стола внук.

– Что понадобилось тайной службе Властелина в обычной деревне оборотней? – отмер Шарик, вожака включил.

Я уже успела наслушаться от него, что тайная служба сейчас не в почете, мол, работают плохо, и вообще оборотни с этим делом справились бы лучше.

– Ты прекрасно слышал, – бросил гость холодный взгляд в сторону старосты, – за укрывательство преступников наказание – переселение на рудники.

– Перед тобой вся деревня, здесь, как ты видишь, нет искомых тобой.

– А что же это за юнец? – И все внимание окружающих досталось моему внуку.

– Он с нами! – подскочила Лель.

Перехвалила я ее. Сильно перехвалила.

– Светлые?! – воскликнули хором незваные гости.

Я прямо-таки воочию увидела шевеление их извилин. Ой, нехорошо. Уж не знаю, что там надумали прибывшие, но выражение их лиц мне не понравилось.

Быстро оценив обстановку и поняв всю безвыходность ситуации, приняла единственно верное решение. Я таки опустила уже любимую сковороду на голову так разозлившего меня хама из органов.

– Товарищи, да что же это делается, совсем чиновники обнаглели, уже своих прихвостней на честных людей натравливают! – заголосила я. Подумав, добавила: – Наших бьют!

И понеслась! Не ожидала я столь резких действий, но оборотни все как один обернулись, детки их малые кто куда разбежались, птицы и те умолкли. Столы быстро опрокинули и спрятали за ними светлых. Представители тайной службы оказались магами, и весьма неплохими, в чем я убедилась на собственной шкуре – на меня, как на агрессора, накинулись сразу все. Незваные гости запустили в меня какими-то светящимися шариками вперемешку со странными сгустками синего и зеленого тумана. В этот момент слышу дикий рык внука и вскрик эльфийки. Со стороны окопавшихся светлых в меня тоже понеслись заклинания. Рой бросился в мою сторону в попытке прикрыть меня собой, от внука отделилась черная волна и двинулась ко мне.

В общем, несется в меня вся эта магия, и я понимаю, что это конец, – я меж двух огней и деваться мне некуда. Мысли пролетают в моем мозгу за доли секунды. Инстинктивно поднимаю сковородку в попытке защититься, прикрываю ею голову, пригибаясь к земле. Сама не поняла, как это получилось, но именно сковородка приняла на себя все удары. Как ни странно, но заклинания гостей и наших светлых спутников долетели до меня одновременно.

Сначала была вспышка, потом сковорода засияла золотом, затем резко почернела, а под конец приняла серебристый оттенок. Прихват вплавился в несчастную утварь. Сковорода заметно полегчала, а в мою руку будто впился разряд, обжигая кожу. Почувствовала себя электриком, который по дурости схватился за оголенные провода. Отпустить сил нет, а заземления не предвидится, вот и трясет меня. Благо дым не валит.

Повисла гробовая тишина.

Осторожно открываю один глаз. Абсолютно не воняя, в воздухе витает черный с сиреневым отливом дым. Сиреневым. Отливом. Когда я успела головой удариться? Краем глаза замечаю напряженные взгляды, устремленные в мою сторону. С чего вдруг?

– Бабуль, жива? – хрипло спрашивает внук.

– Кажется… – Голос непривычно низкий.

– Кто?! – очнулся вдруг вырубленный мной представитель тайной службы.

– А я сказала – тихий час! – Я не удержалась и вновь огрела его по голове. Я не буйная, просто перенервничала.

На этот раз с ним произошло что-то странное. Сначала его тряхнуло, а потом ударило молнией.

– Какая прелесть, – растерялась я.

– Ведьма! – заорали спутники поверженного мной незваного гостя.

Кто-то из них вновь бросил в меня странный светящийся шарик, но тут я не растерялась и приняла его на сковородку. Шарик срикошетил в своего владельца.

– Чего встали? – слышу рык внука. – Фас!

– Долой произвол силовых структур! – подбадриваю я народ.

– Мочи тайную службу! – переводит внук.

Оборотни ринулись в атаку, их прикрывал Гирин. Под руководством Олуша Ангра обеспечивала защитные барьеры, Лель своей эльфийской магией призывала силы природы, и движение наших противников заметно сковала выросшая за мгновение трава неизвестного вида. Я с удивлением обнаружила, что при должной сноровке могу вполне спокойно отражать с помощью своего кухонного оружия магические атаки противника. Это как игра в теннис, я последние года три с подругами увлеклась этим популярным видом спорта. Чего уж скрывать, даже я подвержена влияниям моды.

Внук с детским восторгом на лице избивал одного из врагов. Этому я мальчика не учила, наверное, гены взыграли.

Через некоторое время все было кончено.

Темный Властелин

Темный Властелин был в бешенстве. Отправленная на поиск команда пропала без вести. Он переправил их самым коротким путем, который только возможен в данной ситуации, потратил уйму сил, он дал им все полномочия, – и они исчезли. Их даже зеркало не видит!

А спустя сутки пришло сообщение о новых разрушениях. В городе неподалеку от деревни оборотней взорвалась арка перехода, единственная в той округе. Ее восстановление влетит казне в кругленькую сумму, за что жена непременно плешь проест. Очевидцы утверждают, что виновата в этом необычная компания во главе со странного вида женщиной. Властелин нутром чуял, что это дело рук тещи.

Такими темпами она уничтожит его государство за несколько месяцев! За неделю пребывания в его владениях она уже успела разрушить его дворец, башню в столице, арку перехода в одном из городов. А дальше что?

Ситуация явно выходила из-под контроля. И словно в насмешку, от демонов пришли нерадостные вести. Только у него появился шанс тайком избавиться от тещи – и такой крах. Хорошо хоть жену успел отправить куда подальше.

– Властелин, – вбегает в кабинет мучнисто-белый слуга. – Т-там… Д-демоны!

И не успел Темный Властелин что-либо предпринять, как дверь распахнулась шире и в кабинет спокойным шагом прошел Повелитель демонов.

– У тебя уютно, – улыбнулся Повелитель демонов.

Выглядела его улыбка внушительно, но Властелину была безразлична опасность, исходящая от Повелителя демонов. Его не интересовало, как главный демон попал в его не до конца восстановленный дворец, не интересовали и причины прибытия столь важной персоны.

Темный Властелин сейчас думал, как найти и обезвредить тещу!

– Азар! – окликнул Властелина Повелитель демонов. Он был спокоен, его взгляд излучал, казалось, саму тьму.

– Шасгарезар, – посмотрел на демона Властелин. Впервые они обратились друг к другу по имени, – старые враги, участники еще не начавшейся войны.

Повелитель демонов поморщился – давно его никто не называл по имени. По его мнению, он был вправе обращаться к Темному Властелину столь свободно, так как считал его мальчишкой. Опасным – бесспорно, но все же мальчишкой. И сейчас он позвал Властелина по имени, так как заметил лихорадочный взгляд оного.

– Шасгарезар ар Марон, – повторился Властелин, – я согласен рассмотреть возможность нашего соседства, но при одном условии. Помоги спасти этот мир. Нужно стереть с лица земли одну женщину. Лет ей… много, точно не помню. Язвительна, не поддается логике, главное ее оружие – язык, главная отличительная черта – яркие синие глаза. Отзывается на имя Ирма, чистокровный человек. Несет с собой хаос, в последний раз была замечена в этом районе. – Темный Властелин ткнул в точку на карте. – Узнаешь ее сразу, она иномирянка. Если сам этим займусь, то уничтожу этот мир к бездне!

Повелитель демонов (он же Шасгарезар ар Марон)

Повелитель Демонов степенно шагал по коридорам замка Темного Властелина, следом за ним семенил демон, являвшийся доверенным лицом.

Зачем Повелитель демонов решил навестить своего давнего противника? Пожалуй, он и сам не ответил бы на этот вопрос. Возможно, он желал дать последний шанс Азару принять его предложение. Возможно, он собирался официально объявить Властелину войну. Возможно, он собирался лично покуситься на жизнь мальчишки.

Но Повелитель самой страшной расы во всех мирах не предпринял ничего – его безмерно развеселило предложение Властителя Темных. Скорее даже не предложение, а просьба. И чем же ему так не угодила эта женщина?

– Она прекрасна, – прервал мысли своего Повелителя доверенный секретарь.

Повелитель демонов с удивлением обнаружил себя стоящим напротив портрета нынешней Темной Властительницы. Красивая блондинка с лучистыми глазами нахально улыбалась с полотна.

– Не спорю, она весьма недурна, но и только. Я как-то видел ее, слишком порывиста, слишком молода. Лет через двести из этой девочки выйдет толк.

Пожалуй, Повелитель демонов выполнит просьбу мальчишки.

Арка перехода (сутками ранее)

Странная компания зашла в башню арки перехода, странная даже по меркам темных. Взять хотя бы наличие в ней светлых, и не кого-нибудь, а эльфа. И словно в насмешку, среди светлых затесался вампир. Рядом с арками перехода спадает любой морок, так что вампир предстал во всей своей красе, но и это не самое удивительное. Регистраторов больше заинтересовал молодой человек и сопровождавшая его девушка. От юноши просто несло угрозой, судя по всему, он был молодым магом, еще не научившимся скрывать свою силу. Девушка, наоборот, притягивала взоры своей красотой и задором. За спиной у девушки была огромная сковорода, отливающая серебром.

– Место назначения? – поинтересовался регистратор.

– Город дроу, – бодро отрапортовала девушка.

– Ирва! – в ужасе воскликнули ее спутники.

– Разговорчики в строю! – шикнула она.

Подходя к арке, ее спутники зашушукались.

– Мы так не договаривались, – хмурился гном.

– Правильно, мы вообще не договаривались, – хмыкнула девушка.

– Что мы забыли у дроу? – возмущался светлый маг.

– Понимание и поддержку.

– Ирва… – начал было гном.

– Не смей наезжать на бабулю, она святая, – задрал правую бровь высокий темноволосый юноша, от которого так и веяло опасностью.

– Ну, мы уже пойдем куда-нибудь? Скучно, – протянула дриада.

– Хорошо, оставь сковороду здесь, арку переклинит, если ты пронесешь столь необычный артефакт через телепорт, – тихо выговаривал девушке светлый маг.

– Не тыкай ей, – возмутился вампир. – Ирва, прошу, не стоит так рисковать.

– Ну уж нет, эта сковорода проверена в бою, освящена головами врагов и омыта настойкой оборотней. Да она мне уже как родная!

– Ирва, это сумасшествие, – воскликнул гном.

– Бабушка Ирва, – прохныкал эльф.

– Хватит ныть. Вперед, в светлое будущее, шагом марш! – скомандовала девушка.

Команда светлых вошла в светящийся проем арки. После прошли вампир и темноволосый юноша, а уже после всех вошла сама девушка. Висевшая у нее за спиной серебристая сковородка в проеме арки сверкнула всеми цветами радуги. И только торчащая ручка кухонной утвари скрылась в сиянии телепорта, как арка перехода заискрила и пространство сжалось и исказилось…

А через минуту раздался взрыв.

Глава 10

Дан

Жутко болит голова. Что мы вчера пили? Напрягаю серое вещество, память отформатирована. Да ну? Еще раз напрягаю многострадальную головушку, от усердия нечаянно открывая глаза. Взгляд упирается в каменный сводчатый потолок, на котором весело светится… Это что, мох? Святая сковородка!

Точно! Бабуля! Вспомнил! Другой мир, оборотни, военнопленные, арка перехода… и все. Это как забитая карта памяти у Сони Плэйстейшн. Кто играл, тот меня поймет.

Восстановим картину событий. У оборотней были? К сожалению, да. Почему «к сожалению»? Потому что я открыл в своей беспартийной бабуле огромный потенциал. Так вот что она имела в виду под фразой «школа старой закалки». Когда слушал ее речь, сначала впал в ступор, а потом проникся. Похоже, одна с нею кровь не всегда является антидотом против ее идей.

Так-с, что там дальше было? А дальше приперлись люди в черном, была потасовка. Давно я так не отрывался. Правда, вначале перепугался слегка за бабулю, но все обошлось, и на свет появился мощный артефакт, доселе не виданный в этом мире. Бабуля дала ему кодовое название «святая сковородка», у пойманных нами людей в черном это теперь главное ругательство.

Короче, незваных визитеров мы оглушили, связали и даже попытались допросить. Визитеры долго ругались, угрожали и явно не собирались делиться информацией. А тут еще и светлые очухались, сообразив, что некая группа оборотней вдруг собралась в Светлую Империю. Пришлось их успокаивать заявлением, что оборотни пойдут отдельно от нас, и вообще, после проваленного задания им можно сильно не волноваться.

А бабуля с вампиром тем временем допрашивали поверженных врагов. Точнее, допрашивал вампир, а бабуля только приговаривала: «А я тебе говорю, кровяная колбаса намного вкуснее будет». После такого заявления пленники перестали играть в молчаливых партизан. Выяснилось, что сия группа тайной службы была отправлена непосредственно Темным Властелином на задержание особо опасной пары иномирян, причем старуху, в смысле мою бабулю, при сопротивлении разрешено было обезвредить в изощренно жестокой форме. В то время как парня, меня то есть, было велено нежно и ласково, без единого ущерба для организма и морального здоровья доставить к Темному Властелину лично. Возник вопрос: на фига? Нет, почему бабулю требовалось обезвредить в первую очередь, я могу понять, откровенно говоря, если бы я был на их месте, так же поступил бы. Но это я – человек, который с ней прожил большую часть своей жизни, а они-то откуда такие тонкости ее характера знать могли? И для чего им было приказано обращаться со мной как с особо хрупким экземпляром? На первый-то взгляд я представляю большую угрозу, да и по многочисленным намекам светлых понятно, что дворец местного Властелина я разрушил. Хоть и не помню ни фига. Или уничтоженная бабулей башня в столице у них ценится больше, чем дворец местного правителя? Вряд ли. И если уж они настолько оперативны, то могли и доказательства против меня обнаружить. Так зачем же миндальничать со мной? Предположим, что государственные служащие во всех мирах работают одинаково и про оперативность здесь отродясь не слышали. У парней была цель. Будем откровенными и признаем, что нас с бабулей объявили в розыск. Так опять же, почему столь избирательное отношение? В любом случае, своевременное бабушкино омоложение сыграло нам на руку.

А что дальше-то было? А дальше бабуля изъявила желание попасть в город дроу, и чем быстрее, тем лучше. Отказывать моей старушке себе дороже, и мы отправились в местный «районный центр», как обозвала его бабуля. Дорога туда проходила на удивление спокойно; я пересказал ночной разговор с Олушем и выслушал бабушкино одобрение. Предложил пару дельных вариантов гному, тот обещал подумать. Опять же Олуш про дочек своих рассказал. Бабуля сказала, что брак – дело важное и к нему надо подходить с умом. То есть дочерей замуж выгодно отдать за военного, юриста, торговца и дворянина, а пятая пусть бизнесу обучается. Так и проходил наш путь до города с арками. Как он называется, не помню, да это и неважно. Важно другое – сковородка, а точнее, то, что теперь она и у меня с ругательством ассоциируется. После того как кухонную утварь исследовал Гирин, мы узнали, что она стала оригинальным артефактом неизвестных возможностей, так как приняла на себя все защитные и атакующие заклятия. Магия перемешалась и создала в итоге нечто невообразимое. Когда я под шумок попытался всучить сковородку ее законным владельцам, оборотни меня чуть не побили. Оказывается, они к магии особо чувствительны, то есть она на них почти не действует, но вот запах и вкус ощущаются ярко в негативных красках, и переносят оборотни ее лишь в малых количествах – светильники там, телепорты, башни управления и не более. И сковороду по назначению использовать уже не смогут. А зачем им ненужный в быту предмет? Бабуля предложила за утварь заплатить, так эта пара мохнатых и тут в отказ ушла. Мол, артефакт был создан случайно, следовательно, в чьих руках он создавался, тот и владелец. Маг охарактеризовать сей предмет отказался, но категорично запретил приближать новорожденный артефакт к аркам перехода. Бабуля сказала свое веское «авось» и мага не послушала, в результате я лежу на чем-то жестком и холодном, продолжительное время пялясь на светящийся потолок.

Ничего не помню после того, как мы прошли в арку. Осоловевший взгляд перемещается вместе с головой в сторону. Гм… Маг валяется неподалеку, вроде без сознания, слышу приглушенный стон гнома. Пытаюсь встать, для этого нужно почувствовать все свои конечности. Почувствовал. А это что такое мягкое и теплое в моей руке? А где моя рука? Вот она, под грудью у Ангры. Бабуля, твое «авось», как всегда, в тему. И раз уж предмет моего восхищения уже находится в моих руках, почему бы не позволить себе слегка расслабиться?

Ангра шевельнулась. Она глубоко вздохнула… Святой модератор! Что ж она делает? Я же растущий организм! В смысле, молодой и здоровый. А она тут колыхает… э… в общем, дышит.

Интересно, когда дриада поймет, что ее лапают, будет ли она орать? Если да, то светит мне лишний троллинг от бабули. Оно мне надо? Моральное здоровье важнее, чем краткосрочная возможность побалдеть. Пожалуй, руку все же стоит вытащить.

Как мне ни не хотелось этого делать, но ладонь в скоростном режиме переместилась на плечо зеленокожей девушки, пришлось и самому мобилизоваться. От резкого перехода в положение сидя в глазах потемнело, но тьма не вечна, и вскоре я уже стоял на ногах, придерживая за плечики шатающуюся дриаду.

Чувствовал я себя на удивление хорошо, и даже головная боль прошла еще в период изучения потолка. Теперь же я взглядом искал бабулю.

Олуш, который тихо матерился и болезненно потирал свою пятую точку, меня не заинтересовал, его попытки встать при помощи стены также впечатления не произвели. Порадовал Гирин; маг сидел, опершись о каменную стену, и пустым взглядом смотрел в никуда. Наверное, пытался рассмотреть светлое будущее, которое бабуля обещала оборотням. Он даже когда без сознания валялся, и то более осмысленный вид имел. Эльф поскуливал и постанывал, даже не пытаясь встать. Бабулин Рояль бесил своим неповрежденным видом и любопытным взглядом, этот упырь стоял неподалеку от раскуроченных, будто от взрыва, камней и внимательно следил за нами. Может, ему врезать? Чтоб в компании не выделялся. И чтобы бабуля опять полезла со своими советами? Нет, она, конечно, разбирается в боксе, не зря ее ухажер натаскивал, да вот сомневаюсь я, что она опять чего-нибудь не выкинет. Кстати, где, собственно, сама бабуля?

Нашел. Стоит у дальней стены и пытается отколупнуть светящуюся фигню, она как раз в этом месте ниже всего растет.

– Ба! – зову ее.

– Данюш, представляешь, это мох! Самый натуральный! И светится! Без урана и ядерного коллайдера! – радостно сообщает она.

Сковородка ни капельки не пострадала, так и торчит за бабулиной спиной, привязанная специальным ремешком, выпрошенным у оборотней.

– Бабуля, прекращай общаться со студентами физиками, – поднял я глаза к потолку.

– Ирва, – подскочил к ней вампир, – не стоит тащить ланк'ани в рот, это растение ядовито для людей.

Самериус (он же Рояль)

Великие предки, что опять делает эта женщина?! Нет, не надо это пробовать. Переубедить Ирву больше не прикасаться к светящемуся растению не составило труда. По спине вампира пробежал холодок, он мельком оглянулся в сторону внука своей подопечной. Кажется, наследник был в легкой прострации, но стабилен, а это сейчас самое важное.

Когда сумасшедший маг поймал Самериуса, вампир поверить не мог, что сия неприятность случилась именно с ним, гордость его была попрана. Сидя в камере, он каждый день вынашивал жестокие планы мести. Он представлял, как будет смаковать кровь мага, капля за каплей, и как жизнь будет покидать проклятого мага вместе с этими самыми каплями. Оставалось только выбраться, что и было самой главной проблемой, ведь сидел он не в простой камере. И вот наконец происходит чудо, великая сила разрушила подземные казематы, да не просто сила, а сила Темного Властелина. Неужели Лорд узнал о бесчинствах, творимых Асхолом?

Каково же было удивление Самериуса, когда он понял, что все разрушения замку нанес мальчишка. Да быть того не может! Наследник повелителя погиб в результате покушения лет пятнадцать назад. Вампир до сих пор с содроганием вспоминает те страшные времена смуты и казней. Даже Властительница, типичная светлая, не останавливала мужа, а, наоборот, требовала крови.

Так неужели у Властелина есть внебрачный ребенок? Вампир не мог в это поверить. Все знали, насколько сильно любит свою супругу Темный Властелин, – настолько, что даже связал свою душу обрядом страшнее брака. Хотя что может быть страшнее? Но кто, как не вампир, способен понять Властелина? Ведь представители его расы жить без своих невест не могут.

Тогда выходит, что парень и есть тот самый погибший при покушении наследник? Ведь вампиры прекрасно различают силу, скрытую в крови, она лгать не будет. И только кровь одного рода имеет подобную силу.

Когда Самериус осознал происходящее и открывшуюся ему правду, он испугался, действительно испугался. По миру ходит наследник Темного Властелина, причем не просто ходит, но и разрушает замок родного отца. Вдобавок путешествует не один, а в компании светлых и старухи. Но ладно бы светлые были главной неприятностью, сутью проблемы являлась старая женщина. Сила наследника оказалась неустойчивой, это Самериус понял еще в казематах, такого мощного выброса не мог не заметить только мертвый вампир, и то вряд ли.

Самериус принял решение проследить за странной компанией. Пока они блуждали в поисках женщины, он успел напиться крови и набраться сил – немного, но хоть что-то, это и помогло ему в его преследовании. Вампир понимал, что новость о неустойчивом наследнике следовало доложить старейшинам вампирского племени, они бы решили этот вопрос, лично обратившись к Властелину, но почему-то не смел отойти от компании на достаточное расстояние. Он пытался установить логику поступков этой странной парочки, бабушки и внука, слушал все их разговоры, не опасаясь обнаружения светлыми. Эта группа была истинным недоразумением, хотя поодиночке они представляли собой весомую угрозу, за исключением, пожалуй, эльфа.

И что же темный наследник делает среди светлых? Направляется в Светлые Земли? Зачем? Хочет попасть домой? В другой мир? Но как это возможно?

Самериус был в замешательстве. Пятнадцать лет назад светлый и темный повелители запретили путешествия в другие миры. Не то чтобы подобные перемещения были распространены, совсем наоборот, были случайные попаданцы. Маги настолько сильные, что могли позволить себе возможность построения перехода в другой мир, естественно, это редкость. Но повелители выразились ясно: тот, кто попал в другой мир, может в этот не возвращаться, а иномирян подлежало тут же транспортировать обратно.

Тогда как темный наследник смог очутиться в другом мире? И хорошо, что светлые понять не могут, кто с ними путешествует. Между светлыми и темными, конечно, установилось перемирие, но ему не так уж и много лет. Немного времени прошло со дня брака Темного Властелина и дочери Светлого Императора, какой скандал был.

Во время своих наблюдений вампир понял, что сила мальчишки не просто не стабильна, она конвертирует, превращается во что-то новое, увеличивается, меняется. Возможно ли такое? Самериус думал, что, возможно, раньше кровь Императоров и Властелинов не смешивали, так что возможности мальчика трудно предугадать. Но вампиры обладали способностью чувствовать чужую силу, и от силы наследника Самериус приходил в ужас. И надо же было такому случиться, что вся эта мощь зависела от маленькой, хрупкой старой женщины! Наследник звал ее бабушкой, она человек. Как? Как человеческая женщина могла быть бабушкой наследника?! Их родство мог подтвердить любой вампир, обладающий магией крови, а вампиров, этой магией не обладающих, просто не существовало в природе.

И нет бы женщина была магом – куда там, обычная человечка. Чья же она мать? Она не принадлежит ни темной, ни светлой стороне, и это, пожалуй, будет ее самой большой странностью. Человеку по природе своей трудно удержать нейтралитет, но она самая что ни на есть нейтральная, которая к тому же еще и побывала на столе у сумасшедшего мага.

Вампир видел, насколько плохо было женщине, но упрямая старуха почему-то молчала, и когда она окончательно выбилась из сил, вампир испугался реакции наследника. Самериус заметил, как сильно парень привязан к старухе, его пробил холодный пот только при одной мысли, что наследник потеряет над собой контроль от горя. Что там вековые войны между светлыми и темными! Окунувшийся в пучину своих эмоций наследник – вот настоящий ужас.

Ко всему прочему старуха обладала ужасным характером, непредсказуемым поведением и была до смешного беспомощна. Впрочем, этот факт не помешал ей разрушить с такой легкостью башню управления в столице. До этой башни куча светлых пыталась добраться, она столько осад и нападений пережила, а тут одна старушка буквально мимо проходила! А характер этой старушки? У самого Темного Властелина он, пожалуй, поскромнее будет. За это Самериус и недолюбливал людей, – слабые, хрупкие вредители.

Вампир просто не мог оставаться в стороне, ему пришлось выйти из тени, этому немало способствовал дикий голод. Из-за особенности поведения странной компании Самериус просто не мог нормально поохотиться. Он помог женщине и был вознагражден кровью, даровавшей невероятную силу, но недолго длилось счастье вампира. Даже со своей новой силой ему нечего было противопоставить наследнику. Эту самую силу ему пришлось отработать сторицей, мучения женщины были настолько сильны, что даже способности вампира не всегда могли их облегчить.

Самериус прекрасно понимал, что от него многое зависело. Он уже не помышлял найти своих сородичей и рассказать им важную информацию, а ведь сведения, добытые им, могли вернуть вампирам милость Темного Властелина. Но теперь Самериусу было просто не до своих родичей, тут бы самому в неприятности не угодить.

Что-то странное творилось вокруг. Наследник не догадывался о своем статусе, Ирва об этом тоже не подозревала, иначе нашла бы возможность воспользоваться этим фактом, – решил вампир, изучив женщину.

А тут еще и тайная служба. И что же это за приказ такой? Выходит, Темный Властелин знает о том, что его сын жив? Или он и раньше об этом знал? Но тогда почему наследник не в курсе? И зачем причинять вред Ирве? Есть в этом какая-то тайна.

Она сказала, что хочет вернуться домой. Самериус принял решение помочь ей, но кто же знал, что это будет настолько опасно? Вампир не собирался лезть в разборки между Властелином, наследником и Ирвой, себе дороже, он просто проводит их к светлым.

Но он не мог умолчать об опасности, грозящей Ирве. Когда она была покрыта морщинами, Самериус оценил ее мудрость и силу духа, теперь он своими глазами видел, что человечка мила обликом. Пожалуй, если бы она не была бабушкой наследника, вампир попробовал бы обратить на себя ее внимание, но за прожитые годы Самериус успел понять, что не стоит укорачивать свою жизнь попытками связаться с женщиной, родственники которой вполне могут эту жизнь прекратить. Даже если действовать из благородных побуждений.

И Самериус продолжал наблюдать. Ирва дала ему другое имя – Рояль-в-Кустах. Самериус не знал, что это значит, понимал лишь, что это на проклятом языке. Ирва сократила до Рояля, а после и вовсе до Роя. Самериусу нравилось.

И теперь его звали Рой, и все было бы замечательно, если бы не безумные планы Ирвы, в которые она Самериуса не посвящала. Мало того что ее инфантильное поведение сбивало вампира с толку и ему все труднее становилось ограждать их компанию от опасности и возможной слежки, так она еще и планы свои утаивает. Радует только, что это будет происходить не на Темных Землях, иначе ему уж точно не избежать мести Властелина. Самериуса бесконечно радовал тот факт, что бабушка наследника – простой человек, лишенный собственного могущества, иначе он даже представить не мог последствия ее пребывания в этом мире. Хватит с вампира и наследника с его неуправляемой мощью.

Самериус всего лишь проводник, и, естественно, он собирался извлечь из этого выгоду. Кровь наследника делала вампира сильным настолько, что совет старейшин в полном составе вряд ли мог бы победить его. Вампирам, притесняемым другими расами, нужен свой уголок, где они могли бы жить спокойно, и этот уголок нужно выгрызать зубами. Совет не способен на такие действия, с ними уже никто не считается, вампир собирался заставить уважать себя и свою силу всех остальных.

А пока… пока он будет наблюдать за странной компанией, будет оберегать Ирву и наследника. Ведь если мир будет уничтожен, тогда и своего уголка у вампиров точно не будет, так что главная задача сейчас – доставить наследника и его бабушку домой, а уже потом можно и к Властелину, на защиту своих прав.

Так он думал, пока не услышал речи Ирвы. Как же он сразу не догадался! Человечка знала, что делала, она собирала армию. Сначала оборотни, теперь дроу, а еще она очень хотела пообщаться и с вампирской расой.

Зачем ругаться с Властелином, если можно захватить кусок Светлых Земель? Самериус прекрасно понимал, что даже при нынешнем своем могуществе он вряд ли одолеет Темного Властелина, а вот Светлого вполне возможно. Только нужна армия, а этим занимается Ирва.

Но на вопросы Самериуса она отвечать отказалась. Зачем ей армия? Это не армия, а спецназ. Что? Отряд специального назначения. Для чего? Чтобы было! Ленин завещал всегда при себе иметь, на случай переворотов.

И это разговор?!

Так мало ей характера, она еще и артефактом неизвестной мощности обзавелась, хоть он и был на вид весьма нелеп, зато уже успел взорвать арки перехода.

Хорошо хоть успели оказаться в городе дроу. Самериус догадывался, зачем они сюда прибыли. У оборотней Ирва сказала, что дроу помогут им, а насколько вампир успел заметить, эта женщина слов на ветер не бросает. Но как она собралась договариваться с расой, о чьем высокомерии ходят легенды?

– А мы вообще где? – спросил наслденик.

– Судя по заброшенности пещер и тусклости мха, это старые окраины города, – ответил Самериус.

Он еще раз поежился; конечно, все очень интересно, но почему наследник так смотрит? В чем вампир успел провиниться? Вроде бы и бабушку его от отравления спас, и словом плохим не обидел. На всякий случай вампир чуть отошел под защиту Ирвы.

И тут тонкий слух Рояля уловил еле заметный шорох. Из темноты прохода вышли дроу.

Ирва

А что это за трава такая светящаяся? Что? Ее нельзя употреблять внутрь? Нахал, я и не собиралась!

Удивительный мир, здесь даже мох светится, кажется, внук что-то подобное уже рассказывал. Это было в фильме «Аватар», там тоже вся трава излучала свет. А если мы еще и синих гуманоидов встретим, я решу, что мы все-таки отравились газом.

И не успела я об этом подумать, как из темноты прохода вышли… что это гуманоиды, я уверена, а вот за цвет не ручаюсь. Может, все-таки газ?

Их было пятеро. Высокие, не два метра, конечно, но тоже ничего. У них были белые волосы, прямо как выцветшая в темноте трава, и красные глаза. Альбиносы, значит, занятно. Кожа их была… серой? Лица были довольно экзотичны, в чем и заключалась их особенная прелесть. Широкие плечи затянуты в странного покроя туники. Дальше рассматривать не стала, я теперь девушка молодая, мало ли.

Эти существа заговорили, и, как назло, общались они на странном языке.

– Ирва, охрана спрашивает, что мы делаем рядом с сокровищницей старшей семьи, – медленно, не делая резких движений, сообщил Рой.

В руках у местной охраны я заметила странные трезубцы. Длинные зубцы выглядят как заточенное лезвие, а заметив напряженные взгляды светлых спутников, следящие за этими предметами, прихожу к неутешительному выводу, что это оружие, причем опасное.

– Рой, они международному этикету не обучены или нам так повезло? – решаюсь уточнить.

Дипломатические переговоры надлежит вести на равных условиях, у нас условия неравны, значит, переговоров не будет. Прискорбно, я не для этого сюда шла.

– Лелея свое высокомерие, они возвели родной язык в единственно приемлемый способ общения в городе дроу.

Что-то мне это напоминает, а если и здесь русский запретят, так вообще один в один будет.

– Значит, говоришь, рядом с сокровищницей, – тяжко вздохнул внук.

– Еще и старую священную арку сломали, – так же вздыхает Рой.

– Связались на свою голову, – поддерживает их Олуш.

– Так, мужики, это что за унылое настроение? – вышла я вперед, разворачиваясь к своим спутникам.

Кажется, ребята с милым названием дроу что-то пытались сообщить нам на своем странном шипящем наречии, но мне не до них, у меня процесс воспитания в разгаре.

– А ну, прекратить истерику! Я большую часть жизни проработала учителем, и то никогда не жаловалась, это в нашей-то стране! А вы, лбы здоровые, молодые да сильные, нюни распустили. А ну, подбородки вверх, штаны подтянуть, девушек за спину, и объяснить живо этим альбиносам, что мы мимо проходили, – размахивала я руками. – Иначе я сама сейчас им подробно объясню, в чем они не правы. А нам ведь не нужен дипломатический скандал?

С пола, стеная и охая, поднялась Лель. Бедная девочка, сильно же ее приложило.

– Человек, за твою дерзос-с-сть мы лиш-ш-шим тебя языка! – шикнул на нормальном языке один из серых.

– Тебе кто говорить позволял, жертва генетической мутации? В детстве не учили, что женщин перебивать невежливо? И нет бы, просто перебил, он еще и оскорбляет! Вы посмотрите на него!

Серокожие ринулись шипеть друг на друга.

– Ирва, они тут спорят, вас к главе рода вести или с остальными в темницы, – шепнул мне на ухо вампир.

– Значит, так, кролики, – обратилась к охранникам.

– Бабуль, почему кролики-то? – простонал внук.

– Потому что шерстка белая и глазки красные, – отмахнулась я. – Так вот, кролики! Я смотрю, вашим воспитанием вообще не занимались? Вам никто не говорил, что невежливо игнорировать собеседников? И не надо в меня тыкать своими вилками, у меня сковородка есть. Ведите к вашему главному! С вами невозможно общаться, невоспитанные хамы.

– Но мы не ус-с-спели ничего с-сказать, – попытался возразить один из охранников.

– И радуйся, когда молчишь, умнее кажешься. Перепутать посольство с ворами! Да как вы посмели? – возмущалась я. – И это нынешняя молодежь? А я-то считала дроу одной из культурнейших рас!

И не надо так кривиться, я прекрасно знаю, как вам хочется меня придушить. У моего зятя, например, такое желание вот уже на протяжении десятилетий превалирует, особенно в период весенних обострений. Вот только я знаю, что здесь матриархат, и женщин бить нельзя – по крайней мере, мужчинам.

Глава 11

Дан

Вы не поверите, нас так и не тронули. В то время как я уже готовился сломать пару рук, тянущихся к родной бабуле, местные представители охраны просто взяли и вежливо предложили нам следовать за ними. Даже вампир выдохнул с облегчением, что уж говорить о светлых.

В итоге сидим мы сейчас в уютных комнатах одиночного заключения и в ус не дуем. Не знаю, кто чем занимается, а я вот перевариваю впечатления от местной архитектуры. Весь город дроу представляет собой большущую пещеру, настолько огромную, что она вызывает невольные приступы агорафобии. В дальней стене этой пещеры словно вырезан замок, будто специально опущенный под землю – Диснею с его бледной подделкой до этого великолепия далеко, – и все это освещено люминесцентными растениями. Потрясающе! Вернусь домой, напишу игрушку с подобными видами. Вообще было бы неплохо наладить экстремальный межмировой туризм, но связей у нас пока мало, да и непонятно, как к этому бабуля отнесется.

Вокруг замка стояли не менее красивые особняки. Но что самое удивительное, так это порода, из которой строились домики. Это что, розовый мрамор? Жесть. Ну и вкусы у народа.

И больше всего удивило то, что нас привели прямо в замок.

– Какая прелесть, – вздохнула бабуля восхищенно.

– Бабуль, пощади жилплощадь, – взмолился я.

– Это на что ты намекаешь? – возмутилась она.

– На то, что каждая твоя перестановка в нашей квартире заканчивалась глобальным ремонтом, зачастую всего дома. Да твое имя в управляющей компании произнести опасаются, а то вдруг позвонишь, – сдал я коммунальные службы.

Ее так и величают: «Та, кого нельзя называть». А что, мне нравится, прям как Волан-де-Морта, а он, между прочим, мой любимый герой из всей истории про Гарри Поттера. Этого мужика уважали за дело.

– Данюша, ты преувеличиваешь, – отмахнулась она.

В скором времени нас разместили в отдельных комнатах. Первое, что бросалось в глаза, – это скудность обстановки. Не камера, конечно, но и не гостиничный люкс. Да и что, собственно, ожидалось? Наш статус пока не определен. Когда нас провели по темным, на удивление безлюдным коридорам, присоединилась еще парочка дроу. Кстати, только сейчас заметил, что уши у них совсем как у Лель. Помимо одинаковых ушей, общей чертой у эльфов и дроу оказался презрительный взгляд, бросаемый друг на друга. Как они собственным ядом еще не подавились? Наша охрана пыталась под шумок оставить пару синяков на теле эльфенка, но я терпеть не могу, когда обижают слабых, меня ж бабуля потом с г… гарниром съест за то, что допустил подобный произвол. Нет уж, увольте, лучше самому получить, чем выслушивать нотации любимой родственницы. Но меня не тронули.

Так вот, привели нас в какую-то комнату и приказали ждать. А потом завели в странное помещение – не тронный зал, но фиг его знает, я этих залов ни разу не видел.

Там на шикарном кресле сидела шикарная женщина дроу. Одежды мало, красоты много, взгляд стальной. Если ей в глаза не смотреть, что весьма легко, учитывая вырез ее накидки, или как там эти шмотки называются, то она производит самое что ни на есть благоприятное впечатление. А вот если нечаянно в глаза заглянуть, то ничего приятнее ледяных мурашек на спине не почувствуешь.

В общем, баба-зверь, а точнее, змея. И шипит так же, нам Рой ее речи переводил. Изъяснялась она цветисто и путано, общий смысл ее монолога сводился к следующему: кто мы такие, кто у нас главный? И как нас следует похоронить: сжечь или выбросить на поверхность на растерзание зверью? Прямо скажем, перспектива не обрадовала.

В этот момент Олуш, тяжко вздохнув, попытался выйти с гордо поднятой головой навстречу ответственной судьбе предводителя, но бабуля его остановила, прытко выпрыгнув вперед. И тут я понял, что нам всем конец – бабуля натянула свой коронный покерфейс. Следует нас поздравить: подобное выражение лица у нее возникает в случае великой заинтересованности, а увлекшаяся не на шутку бабуля – это, скажу я вам, эпично.

В общем, нас разделили, ее оставили общаться с местной представительницей власти. Как мне объяснили, эта стервозная дамочка оказалась некем иным, как главой старшего рода, именно рядом с ее залежами сокровищ мы так неосмотрительно появились. И что самое печальное, мы разрушили священную арку, ту самую, через которую сюда явились. Она у них была известной достопримечательностью, о которой ходило множество легенд. Вроде как именно из нее вышла первая мать рода, о чем мне опять же поведал вампир.

Так вот, вышла, значит, моя бабуля вперед и заявила:

– Требую переговоров!

– Ты не ф-фпраф-фе! – прошипела беловолосая змея. До этого она общалась исключительно на своем шипящем, сейчас же от возмущения перешла на понятный всем язык.

– Где это написано? – возмутилась бабуля. – Но может, обсудим это без лишних свидетелей?

– Зач-чем пытаеш-шься их обезопас-с-сить? Фс-се раф-ф-фно они умрут, – осмотрела нас холодным красными глазами эта стерва. – Ну, может, тот молодой останетс-с-ся, мне нужен новый налож-ж-жник.

Я, что ли? Да ни в жизнь! Она, конечно, ничего себе так, но предпочитаю девушек с глазами, в которых лучится тепло, а не холодный интерес. Да с этой гадюкой стоять рядом страшно, не то что все остальное.

– Нравится? – хмыкнула бабуля.

– Неплох-х-х, – отозвалась дамочка с неким пренебрежением.

– Мой внук, – с гордостью ответила любимая родственница.

Не понял. Что сейчас происходит? Бабуля, ты разве не собираешься защищать мою честь?!

Дамочка более пристально осмотрела бабулю, потом вновь перевела взгляд своих красивых, но жутких глаз на меня.

– С-с-сильный, – благосклонно прошипела мадама.

– А то! Сама воспитывала. Физическая подготовка соответствующая, здоровьем так и пышет, воспитание надлежащее и, прошу заметить, красив до безобразия.

Бабуля, пожалуйста, молчи!

У беловолосой тетки зажглись огоньки интереса во взгляде. Ну все, сейчас зубы попросит показать.

– Пос-с-смотрим, – хмыкнула дамочка.

Я невольно напрягся. Куда же бежать? Оглядываю территорию. Светлые пришибленно и невменяемо смотрели на мадаму в кресле, а наши охраннички и ухом не ведут. Морды кирпичом, в руках вилки-трезубцы, во взгляде море безразличия и презрения.

– Это вряд ли. Видите ли, уважаемая, я глава рода, а без моего слова он и пальцем не пошевелит, даже уборку не сделает.

Опять она про мою комнату. До сих пор не может мне простить паука в углу. А Кузя у меня вместо домашнего животного, между прочим.

– С-с-с людьми не договариваюс-с-сь.

Ого, сколько высокомерия! Да что она о себе думает? Ты тетенька уже в годах, хоть и хорошо сохранилась, а я предпочитаю сверстниц.

– Это зря, дискриминация исключительно неблагодарное дело, Дан живым не дастся.

Правда, что ли? А я вот не уверен.

– Я умею убеж-ж-ждать. – Угрозой так и веяло.

– У меня команда светлых, если ты не заметила, а это дипломатический скандал, плюс вампир, и, естественно, не стоит забывать про Дана. Так что пожалей свою резиденцию и подчиненных.

О, вот это уже моя бабуля.

– Отдай мне его, подарю вам с-с-свободу, – подалась она со своего креслица вперед.

Бабуля на мгновение задумалась. Я, конечно, понимаю, что она меня не отдаст, но все равно сердце неприятно екнуло.

– Бабушка Ирва! – невольно воскликнул эльф.

– Это же твой родной внук. – Олуш.

– Мне здесь не нравится, мало солнца, нету ветра, – прохныкала дриада.

– Ирва, – опасливо начал вампир.

– Да тихо вы! – возмутилась бабуля.

Охранники встрепенулись и почему-то схватили за локти вампира.

– Может, все-таки отправим страдальцев отдыхать? А сами тихо-мирно побеседуем, кстати, было бы неплохо познакомиться, – улыбнулась бабуля.

Повисла тяжелая минута молчания.

Стервозная дамочка подала знак, и охранники, подхватив нас под белы рученьки, повели в неизвестность. Краем уха я все же успел услышать:

– Зови меня… – Чего-чего она там прошипела? Это имя такое?

– Ирва, будем знакомы.

– Ос-с-ставь оружие.

– Ты про сковородку? Я ее у стеночки поставлю, она нам не помешает. Тут такое дело…

Ну а дальше нас развели по комнатам. Вот я сижу и жду, уже устал за бабулю бояться. Решил для себя, что, если с ней что случится, я этот мир по камешку разнесу, а чтобы ничего не случилось, надо хоть как-то в ситуации ориентироваться. Например, мне очень хочется знать, что сейчас происходит. Я понятия не имею, как местные вычисляют время, но по моим прикидкам прошло его довольно много.

У меня успел закончиться плейлист, а там было часа на четыре, скажу я вам. И вот под голос Цоя, проигрывающийся уже, наверное, раз в третий, я бодро шагаю к двери с явным намерением выбить ее к нубовой матери. А почему? Потому что за ней творилось, что-то непонятное. Сначала все было тихо, потом раздался жуткий топот и послышалось что-то явно ругательное на шипящем языке дроу. Опять топот, женский вскрик, глухие удары и ругань вампира. А потом…

– Дан, помоги! Я один не справляюсь, – и прозвучало это настолько жалобно, что прямо за душу взяло.

Дверь оказалась открытой, хотя я лично ее проверял полчаса назад. Открываю я, значит, дверь и вижу…

Рой держал за волосы девицу – на вид самая что ни на есть натуральная дроу. Она пыхтела, шипела и вырывалась из жесткого захвата вампира, тот ее сдерживал с трудом. Она попыталась вцепиться в лицо Роя когтями, он с явным усилием, но увернулся. И только вампир ослабил хватку, девица с радостным, я бы сказал, счастливым оскалом рванула в мою сторону. Вампир психанул и саданул ребром ладони ей по затылку. Девушка рухнула, не издав ни единого звука. Жестко.

– Это что сейчас было? – выдавил я из себя, нервно оглядываясь.

Охраны видно не было.

– Там… – не в силах отдышаться, бабулин Рояль махнул рукой в непонятном направлении.

– Информативно. А что с девушкой? – подошел я к бессознательному телу.

– Тебя шла пробовать, – пропыхтел Рой.

– Не понял, – уставился я на него.

– Ирва там… решила. – Мне кажется, или вампиру действительно трудно говорить?

– Что решила?

– Порадовать тебя решила, – выпалил наконец он.

Что?!

– Давай девушку в комнату занесем, а то простудится ведь, – решил я разбираться со всем по порядку, вдобавок будет время понять, что там учудила бабуля.

– Да что с ней будет, это же дроу. Ими даже вампиры не питаются, – отмахнулся Рой.

Девушку я взял на руки и отнес на кровать.

– Так что случилось? – развернулся я к вампиру.

– Когда нас разделили, я заволновался, но когда за нами никто не приходил в течение нескольких часов, понял – что-то не так. Выбраться из закрытого помещения для вампира не проблема. Охранника оглушил, пробрался в тронный зал, а там они. – Он произнес последнюю фразу таким тоном, будто сам не верил в то, что говорил.

Я молчал, терпеливо ожидая объяснения.

– Это же ненормально! Как ей это удалось? Как? – и смотрит на меня глазами, полными ужаса.

– Что ты увидел?! – Мне поплохело. Неужели все-таки что-то с бабулей?

– Ирва и Старшая Рода там… пьют!

Какой-то он нервный.

– И что? – Бабуля – женщина взрослая, в чем проблема-то?

– А то, что они там вместе! Да эти дроу с людьми не то что говорить брезгуют, они с ними одним воздухом дышать не желают! А тут… И уже долгое время. Ты бы слышал их разговор! Знаешь, что это за девица? Это они поспорили – мол, осилишь придворную даму или нет.

– Афигеть… – Слов нет, только эмоции. – А ты чего так распереживался?

Что-то слишком он за мою честь радеет.

– А они и ко мне такую же послали. Спор-то был на то, кто позже выдохнется. Что победит – молодость или опыт.

Какой надрыв, сколько эмоций! А ходит вечно с наглой белой мордой и спокойный, как танк. Хотя его понять можно – еще неизвестно, как бы я отреагировал на все это. Бабуля у меня, конечно, еще та затейница, но я как-то не воспринимал слова вампира всерьез. Хотя если это правда, то стоит задуматься о поиске ближайшего убежища.

– Я должен увидеть это своими глазами. Веди.

И меня повели, а по пути мы встретили два валявшихся бесчувственных тела.

– А этих-то ты за что? – вздохнул я.

– А они должны были засвидетельствовать победу одного из нас, – угрюмо оглядел незадачливых адъютантов Рой.

Суров вампир. Впервые я обрадовался его наличию в моем окружении. Когда подходили к уже известной мне двери, Рой знаком попросил меня пригнуться и двигаться как можно тише. Дверь была приоткрыта, и через нехилую такую щель я имел возможность наблюдать следующую картину.

Посреди комнаты стоял маленький стол, рядом, плотно друг к другу, придвинуты стулья. На столе три пустые бутылки из-под неизвестной жидкости. Различные яства дополняли картину, и все они были если не съедены, то понадкусаны, а на стульях сидела красноглазая мадама с моей родной бабушкой. Они обнимались и напевали русскую народную: «Напилася я пьяна, не дойду я до дому…» Хорошо поют, красноглазая даже без акцента. Святой модератор!

– Хорошая ты баба, Шиншилла, – облобызала бабуля красноглазую в обе щеки.

Как-как она ее обозвала? За что? Хотя если попытаться проследить бабулину логику, чего категорически не стоит делать, то… Нет, лучше спросить у нее самой, свой мозг дороже!

– И я тебя, Ирва, уважаю, – шмыгнула носом дроу.

– Хорошо сидим, – крякнула бабуля.

– Сейчас слуг в винный погреб пошлю, еще лучше будет, – кивнула… э… Шиншилла.

– Да где ж их сейчас найдешь? Попрятались, как студенты в середине семестра, – махнула рукой любимая родственница.

– Точно. Как ты говорила? Все они эти… ко… нет, не те… Арп… ахр… – Дамочка с белыми волосами умолкла в глубокой задумчивости.

Я замер в ожидании. Конечно, и до этого я пошевелиться не мог, до того шок был силен, но теперь даже дышать перестал. Краем глаза отметил, как дергается щека у вампира.

– Орфографические ошибки природы, – выдала бабуля. – Неправильные глаголы.

– Точно. И мизинца нашего не стоят. – Шиншилла берет со стола бокал, наполненный чем-то красным. – Может, сходим проверим? – вдруг вскинулась беловолосая.

– Рано, пусть молодежь развлекается, вот попозже… когда они устанут. Ты ведро холодной воды приготовила?

– Приготовила. А зачем?

– Ну, я своего внука знаю, перед ним ни одна девица устоять не могла, так что будем спасать, – хихикнула бабуля.

– Эх, молодость, вот в наше время кавалеры сами за нами бегали, – тяжко вздохнула Шиншилла.

– И не говори, мельчает мужик. А все почему? – подняла бабуля палец к потолку.

– Почему? – посмотрела на палец Шиншилла.

– Потому что воспитание уже не то!

– Ш-ш-што вы здес-с-сь делаете? – раздалось тихое шипение за нашими спинами.

– Боимся, – ответил за меня Рой, не отрывая круглых глаз от щели в дверях.

Я же догадался оглянуться. Три накачанных, мощных дроу сидели на корточках вокруг нас полукругом.

– Рояль, у нас гости, – ткнул я вампира локтем меж ребер.

– Уй! Чего? – обернулся все-таки он.

– Вы с-с-спутники этой женщ-щ-щины? – кивнул тот, что ближе всех ко мне сидел. У него, между прочим, была неплохая татуха на плече, огромный паук.

– Ну, мы. Проблемы? – напрягся я.

– Да, – выдохнул дроу с тату. – С-с-сделайте ш-ш-што-нибудь, – и нас грубо впихнули во внезапную пустоту. – …А мы пока из замка челядь выведем, – это было последнее, что я услышал от ушастого гада с тату паука.

Мир пару раз перевернулся, и, наконец, я перестал кувыркаться по инерции. Кажется, я себе копчик отбил. Кто же так делает?

– Внук! – возмущается родной голос.

Моя попытка отползти подальше была предательски остановлена вампиром.

Ирва

Как-то нехорошо получилось с аркой этой. М-да… Ну и пенсия с ней, других проблем хватает.

На основе выданной Роем информации я выстроила линию поведения и, надо признать, не прогадала. Нас быстренько определили на высочайшую аудиенцию, дальше я планировала действовать по обстоятельствам.

И как же мне повезло, когда местная представительница власти заинтересовалась Данюшей.

Ну а дальше все было просто – остаться с ней наедине и просто поговорить. Слово за слово, – мы решили, что без бутылки тут не разберешься.

Еще когда я увидела Шиншиллу впервые, поняла, что она не так проста, выглядит молодо, но я-то теперь знаю, насколько этот фасад обманчив. Взгляд холодный и злой, но мне ли не знать, какими могут быть глаза у женщин. В общем, Шиншилла оказалась неплохой бабой. После первой бутылки я ее переименовала, ну а дальше пошла вторая бутылка.

Судьба у Шиншиллы тяжелая. Власть приобрела посредством устранения двух сестер, тех еще стерв, надо признать. Любила она одного светлого, брата Светлого Императора, да вот незадача – мужик оказался непорядочным, обидел сильно Шиншиллочку, и та решила, что жестоко отомстит. А как отомстить, когда ты самая младшая? Захватив власть и провернув свой план, она не достигла удовлетворения, утолив свою месть. Оно и понятно – когда любишь или любила, даже при нынешней ненависти причинять боль объекту былых чувств не так приятно, как кажется. Мужик ее стараний не оценил и сбежал, где его носит, никто не знает, да Шиншилла и не интересовалась. Ей теперь за родом присматривать приходится, перед Властелином ответ держать, интриги различные в зародыше давить.

Передо мной сидела не Старшая Рода, а обыкновенная разочаровавшаяся в жизни женщина уже не первой свежести. И пусть красота и власть были при ней, но разве это женщине для счастья надо? Этим ли будешь согрета темными ночами в холодной постели? И пусть любой дроу с радостью выполнит любой твой приказ, да и, чего уж таить, согреет тебя ночью, но все это будет фальшью, игрой это будет. Как я ее понимала!

– Я ведь такая же, – тяжко вздохнула я. – Любила я одного, очень любила, до черных точек в глазах. Чего только с ним не пережили, семь коротких счастливых лет. Пока он не пропал. Знаешь, думала – умру, да ребеночек меня спас.

– Боги тебя уберегли, – налила в бокал вина Шиншилла.

– А знаешь, что самое странное? – взяла я бокал в руки.

– Что? – осушив свою тару, спросила дроу.

– Я ничего не помню. То есть я помню, как мы жили, помню, что делали в тот или иной год, но абсолютно не помню его лица. Знаю, что он был невероятно красив, знаю, что дочка в него пошла, а вот сама его не помню. Ни цвета глаз, ни голоса. Помню, как на море ездили в отпуск, а вот кем он работал, я не помню. У меня даже ни одного его портрета нет, ни одного фото, словно не с человеком жила, а с фантомом. И я бы поверила в это, если бы не моя девочка. По молодости списывала на стресс, а в старости на склероз, так и жила воспоминаниями ни о чем.

– Неспроста это, – шарахнула Шиншилла бокалом о стол.

– Да в жизни все непросто, – начала было я.

– Заколдовали тебя, – важно кивнула моя новая подруга.

– Как это? – не поняла я.

– Дай посмотрю. – И она обхватила мою голову своими холодными руками.

Заглянула в глаза, провела рукой над головой, опять в глаза посмотрела и выдала:

– Заговор на тебе. Мощный.

Было бы это сказано в моем родном мире, послала бы говорившего куда подальше, но не теперь.

– Снять можешь? – Мне кажется или мой голос дрогнул?

– Легко, заговор эльфийский. Не то чтобы был сложен, скорее поражает сила, вложенная в него. А мы, дроу, на магии эльфов специализируемся, уж нам есть, что им противопоставить.

И над моей головой засверкали красноватые искры, в то же время Шиншилла что-то тихо нашептывала про себя. Через мгновение с моего разума словно сняли полиэтиленовую обертку, и я ясно увидела лицо своей великой любви, вспомнила голос, улыбку, привычки.

На радостях мы открыли новую бутылку и возобновили разговор. О чем могут разговаривать две умудренные годами и опытом женщины с высшим образованием? Правильно, о политике.

Мне удалось уговорить Шиншиллу помочь в моем нелегком деле. Она даже не сопротивлялась, когда узнала, что совершит этим самым великую пакость эльфам. Потом обсудили назревающий конфликт с демонами. Про демонов знали все, а вот про конфликт немногие. Ходили неясные слухи, будоражащие народ, и только редкие индивиды осознавали всю опасность.

Тем временем я размышляла, каким же образом эльфийская магия очутилась в нашем мире. Честно говоря, мыслей по этому поводу у меня не было.

Когда тема политики исчерпала себя, мы принялись обсуждать детей, у Шиншиллы их было трое, и все девочки. А с детей, естественно, разговор перешел на самую главную головную боль. Да-да, о них, родимых – о наболевшем, о мужиках.

И надо же было такому случиться, что нас решили прервать Шиншиллины подчиненные. Мы с ней осерчали, я схватилась за сковородку, а моя новая подруга – за свое традиционное оружие. Ребята оказались понятливыми и уже после первого взмаха оружием скрылись за дверями.

В порыве чувств я пожаловалась на зятя. Шиншилла сообщила, что ее зятья и голос-то подать боятся, не то что смотреть косо. Я вспомнила про внука, она про внучек, потом она предложила их познакомить. Я решила, что вполне согласна порадовать внука приятным общением, не все же мне веселиться. Почему-то вспомнилось белое лицо Рояля.

– Шиншилла, а почему вы тут вампиров не боитесь? – Очень уж меня удивила спокойная реакция.

– А чего их бояться? Вампир дроу не укусит, ну разве что они чуть быстрее нас будут, но один вампир в городе дроу не воин.

Логично.

– А давай и его порадуем? – предложила я.

– Да я бы с радостью, вот только нравы у дроу намного свободнее, чем у вампиров, он и не согласиться может, – взгрустнула Старшая Рода.

– А спорим… – Кажется, за дверью что-то грохнуло.

Выполнив задуманное, мы продолжили общение. Шиншилла на удивление хорошо пела и говорила без акцента. Она призналась по секрету, что имеет способности к языкам, но статус не позволяет говорить на них в открытую, приходится изображать типичный для дроу акцент.

Тут в разгар нашей беседы в комнату ввалились внук и Рой.

– Внук?! – Он же должен был составлять компанию весьма милой девушке!

Замок Темного Властелина

– Казню! Уволю к демонам! – орал Темный Властелин, глядя на побитый отряд тайных служб имени себя.

– Властелин, дозволь говорить, – пал на колени предводитель.

– Не желаю слушать жалкие оправдания слабаков! Не справиться со старухой и мальчишкой! И это элитные маги! – Властелин темнел лицом, его подчиненные дрожали в страхе, но не могли не выполнить свой долг и не рассказать о произошедшем.

– Властелин, прочти нас, – согнулся в позе подчинения предводитель тайных сил.

Он прожил немало лет, жизнь была и опасна, и трудна, многое он успел повидать, но такое – впервые. И он, как истинный патриот, хотел, чтобы его Властелин знал об опасности, с которой столкнулся его отряд. С одной стороны, ему было действительно стыдно, ведь и не в таких передрягах бывал, но на этот раз он допустил роковую ошибку – недооценил врага.

Темный Властелин видел раскаяние и страх в душах своих людей, именно эти чувства заставили его рассуждать хладнокровно. Он окунулся в сознание предводителя отряда специального назначения имени себя.

Он увидел прошлые события глазами своего подчиненного. Увидел праздник оборотней, группу светлых, до боли знакомого темноволосого юношу. Противоречивые чувства охватили Темного Властелина: радость узнавания, тревога за него, облегчение от осознания, что с ним все в порядке, самодовольство от того, что его предположение оказалось верным. Его сын действительно был в родном мире, его мальчик, его наследник. Выглядел он весьма здоровым и бодрым. Сколько же времени прошло с их последней встречи? Чуть больше полугода? Как же он соскучился по своему мальчику!

Он видел стычку, происшедшую из-за смутно знакомой девицы, видел, как его команда была обезврежена. Он гордился своим сыном, видел, как тот использовал свою силу. В его мальчике проснулся наследник. Еще никогда темное наследие не пробуждалось в таком раннем возрасте, это значит, что его сын по-настоящему силен. Какое же счастье охватило Темного Властелина от осознания этого факта! Ничем не замутненная отцовская гордость.

Темный Властелин отметил то, как сражался его мальчик, боевые искусства мира его жены были весьма эффективны против натренированного отряда тайных служб.

И вот отряд был повержен и связан, его допрашивал неизвестный парень и та самая девица, что вызывала в душе Властелина смутное раздражение.

Но больше всего Темного Властелина порадовал разговор, подслушанный его подчиненным.

– Что прикажете с ними делать? – вопрошал кто-то подобострастно.

Говорящего Властелин не видел, так как его не видел маг, чьи воспоминания сейчас просматривал его Лорд.

– Держите до последнего, окажут сопротивление – устраните.

Эти ледяные интонации… Это голос его мальчика? Счастью отца не было предела.

– Но как же так?

– Мне что, учить вас избавляться от проблем? – рыкнул сын. – Меня не интересуют ваши моральные терзания. Они не просто охотятся на нас, они попытались напасть на бабулю, пусть спасибо скажут, что я своими руками их не передушил сразу после драки.

Темный Властелин слушал голос своего сына и просто лучился гордостью: вот это истинный наследник! Но что-то неприятное царапнуло душу. Бабуля – так Дан называл только одну женщину, но там же не было карги. Ни одной женщины, хоть мало-мальски походившей на старуху!

Властелин покинул сознание своего подчиненного, и тот тут же рухнул без сил.

– Кого парень именовал «бабулей»? – задал он вопрос всей команде.

Он не узнал, как они сбежали, но ему это было неинтересно. Сейчас его до дрожи в руках интересовало другое.

– К той девчонке, что нас допрашивала, – прошептал разбитыми губами один из магов.

– На ней был морок? – Казалось, от голоса Властелина понизилась температура в комнате, несмотря на жарко натопленный камин в кабинете.

– Нет, Властелин, морок был лишь на вампире.

– Прочь! – Темный Властелин махнул рукой в сторону двери.

Слуги подхватили своего бессознательного товарища и поспешно ретировались.

Множество мыслей роилось в голове Властелина, и с каждой мыслью ему становилось все хуже. Бессознательное мерзкое чувство ужаса поднимало голову из глубин души. И пусть там, помимо любви к жене и сыну, обитала еще и тьма, но даже она сейчас была взбудоражена.

Это не морок, это она – женщина, которая испортила ему немало нервов. Но как?!

Разрушенный дворец, смерть Асхола, помешанного на бессмертии, вещи женщины, чье имя он старался не произносить вслух… Не могло это быть простым совпадением. Так, значит, она попала к нему в руки. Неужели старому магу удалось… Но предыдущие жертвы благополучно умирали. Это что же получается?

Его теща теперь была вновь молода и бессмертна? Мир покачнулся в глазах Властелина, черные мушки запрыгали в хаотичном беспорядке. Это же крах! Это хуже вечного добра! Хуже вечного купца! И, как говорила его жена, «это хуже ипотеки»! Маленькая надежда в его душе осветила своим лучиком мысль. А что, если она просто омолодилась? Не обязательно же быть бессмертной? Но если даже так, он не для того ждал столько лет ее естественной кончины, не для того столько страдал. Уж кто-кто, а Темный Властелин прекрасно знал закон подлости, и по этому закону его теща обрела бессмертие.

Привычный мир рухнул. Властелин вскочил со своего любимого мягкого кресла и принялся метаться по комнате, как тигр в клетке. Его накрыла волна паники, он не знал, что ему следует сделать в первую очередь, не знал, кого наказать, куда спрятаться.

Но он не был бы Властелином, если бы не сумел взять себя в руки. Стоило пораскинуть мозгами.

Страшное случилось. Она не просто здесь, она вечна! И как всегда, в своем репертуаре: разрушения, судя по всему, ее рук дело. Скорее всего, она еще не знает о нем и своей дочери. Властелин готов был дать руку на отсечение, что она ничего не понимает, но, отдавая должное ее исключительной приспособляемости и уму, был уверен, что она уже знает, как вернуться домой. А она обязательно попытается вернуться, если не сама, так хоть внука отправит.

Отсюда можно вычислить порядок ее действий, а припомнив команду светлых, можно сделать вывод о ее конечном пункте назначения.

Темный Властелин мигом очутился возле зеркала, лихорадочно устанавливая связь, он молил тьму и богов, чтобы ему ответили.

– Чего тебе, Азар? – услышал он ворчливый голос эльфа.

– Она здесь, – выдавил Властелин.

– Кто? – зевнул его собеседник.

– Мать твоей дочери! – проорал Темный Властелин.

– Твою же тещу! – ругнулся его собеседник, смертельно бледнея лицом и опускаясь прямо на мраморный пол.

Город дроу (замок Старшей Рода). Отряд демонов из трех бойцов на службе у Повелителя демонов

Отряд из трех демонов продвигался по городу дроу незаметно и бесшумно. Попасть сюда было достаточно легко, как и подобраться к замку Старшей Рода. Да и в замок они проникли настолько легко, что даже скучно.

– Совсем у этих красноглазых страха нет, – проворчал один из демонов.

– Рорх, ты бы не о безопасности противника переживал, а о цели нашей думал, – одернул его второй демон.

– Ваша правда, сотник, – еле заметно кивнул тот, кого назвали Рорхом.

– А мне вот интересно, что же такого есть в этой человеческой старухе? – подал голос третий демон, до этого молчавший.

– Не нашего это ума дело, но раз сам Темный Властелин к нашему Повелителю с просьбой об ее устранении обратился, значит, она опасна, – ответил тот, кого назвали сотником.

– Тогда зачем нам приказано захватить ее и привести к Повелителю? – задал вопрос Рорх.

– Потому что ее можно будет использовать против Темного Властелина, – терпеливо объяснил сотник Рорху, прекрасно понимая степень глупости этого демона. Но как бы ни был тот недалек, словно в противовес он был весьма силен, за что его и приняли на службу.

В этот момент тот, кого звали сотником и кто был командиром сего маленького отряда, подал знак затаиться. Они были рядом с залом для аудиенций Старшей Рода. Сотник через распахнутую дверь видел Старшую Рода, какую-то девицу человеческой наружности, вампира и молодого паренька. Парень очень точно подходил под описание, данное Повелителем.

– Как и говорил Повелитель, захватываем ту, которую он назовет «бабуля», – отдал приказ сотник.

– Бабуля, ну почему Шиншилла? – воскликнул с мукой в голосе парень.

– Потому что породистая, – невозмутимо ответила девица.

– Но она же не старуха, – возмутился Рорх.

– Опять с разведданными напортачили, – тяжко вздохнул третий демон.

– Вперед, – скомандовал Сотник.

Три демона мгновенно оказались в зале для аудиенции. Посреди помещения стоял стол, ломящийся от еды и пустых бутылок.

– Шиншилла, смотри, какие мальчики! – воскликнула та, кого назвали «бабуля». У нее в руках была странного вида железяка, демоны смутно помнили, что эта утварь называлась сковородой.

Поскольку опасности сотник не чувствовал, он слегка повел плечами, снимая напряжение мышц. Его примеру последовали два его товарища, убирая оружие в ножны за плечами.

– И вправду красавцы! – слезла со стола прекраснейшая представительница рода дроу.

– Э, вы кто такие? – Это парень заметил демонов.

– Демоны, – оскалился в боевой форме вампир.

Сотник и его товарищи прекрасно сознавали, что один вампир против трех демонов… Да им даже в боевую ипостась переходить не придется!

– Какие симпатичные! – воскликнула «бабуля» и призывно улыбнулась.

По данным Повелителя, она отзывалась на странное, трудно выговариваемое имя.

– Бабуля! – воскликнул парень, приходя в ужас от происходящего.

Дроу и человечка двинулись в сторону демонов, соблазнительно виляя бедрами и слегка пошатываясь.

– Дамочки, вы чего? – опешил сотник, наблюдая, как две представительницы женского пола берут его маленькую команду в тиски.

– Чего-чего, – проворчала «бабуля». – Вино кончилось, сходить за ним некому, а тут вы, да еще такие красивые и с голой грудью.

Демоны недоуменно переглянулись. Они всегда ходили на задания обнаженными по пояс, это уменьшало время перехода в боевую ипостась.

Но все же голодные взгляды двух женщин заставили демонов нервно сглотнуть. Они слышали, что у дроу женщина играет ведущую роль, и вспомнили о свободных нравах этой расы, но испытать на себе столь хищный интерес двух представительниц слабого пола им еще не доводилось.

– Женщины, спокойнее, – рыкнул растерянный сотник, после того как человечка ущипнула его за ягодицу.

– Мы вам не понравились? – распахнула человечка свои прекрасные синие глаза, в которых блестели непролитые слезы.

– Не то чтобы… – начал мямлить демон.

– Сотник, чего это они? – попытался отодрать от себя руки беловолосой дроу Рорх.

– Не видишь, что ли? Пьяные, – хмыкнул третий демон.

– Шиншилла, ты слышала? Мы им не понравились, – обратилась человечка к дроу.

– Совсем оборзели, гады, – подтвердила та.

– Молодые люди, вы жестоко оскорбили наши чистые чувства, – начала человечка, угрюмо глядя на демона.

– Нет ничего страшнее оскорбленной женщины, – кивнула дроу.

– Внук, меня обидели! – возмущенно воскликнула человечка.

– Бабуль, не надо. Слышишь? Опусти сковородку!

Эта фраза была последним, что услышал сотник. Дальше его поглотила тьма.

Повелитель демонов

– Все самому! – раздраженно проговорил Повелитель демонов, строя переход в Темные Земли.

Он отдал приказ, который не был исполнен. В назначенное время, в назначенном месте тройка элитных бойцов не появилась. Это означало провал.

Повелитель демонов решил бить козырем.

Глава 12

Дан

Пожалуй, этот день я не забуду никогда. Я даже не уверен, день был или ночь, но страшнее суток в жизни еще не было. Моя молодая, неокрепшая мужская психика была травмирована действиями родной бабули.

Да-да, любимая родственница, сама того не подозревая, показала, насколько женщины бывают беспощадны.

Демоны, что появились из ниоткуда… Бедные ребята! Бабуля и ее новая подруга сотворили с ними самое страшное… Они их женили!

Я честно пытался им помочь, но ребята все не приходили в сознание, мощная оказалась бабулина святая сковородка, да и заклинания этой Шиншиллы не последнюю роль сыграли.

Сначала я думал, почтенные дамы обойдутся просто членовредительством, но не тут-то было.

– И этим молоденьких подавай! – взвыла Старшая Рода. – Ну ничего, есть у меня молоденькие.

Меня и Роя отправили за девушками, которых вампир успел обезвредить, они оказались внучками Шиншиллы. Почему нас? Да потому, что слуг так и не нашли. Пришлось топать за девицами, а потом еще и надрываться, неся их на родном хребту. Пока нас не было, появилась еще одна внучка, доселе нами не обнаруженная. Она стояла рядом с бесчувственными телами демонов и радостно их осматривала, потом ткнула пальцем в одного из мужиков и закивала. Разговора я не слышал, но под ложечкой противно засосало, я даже не обратил внимания на сочувствие в глазах вампира.

Девушек мы принесли, после чего нас попросили удалиться. Я непонимающе протестовал, пока вампир не открыл мне глаза на жестокую реальность.

– Пойдем отсюда, ты им уже ничем не поможешь, – печально вздохнул он.

– Они что, в коме? – поднял я правую бровь.

– Хуже. Они женятся.

– Не понял, – моргнул я.

– У дроу матриархат. Если женщина желает вступить в связь с мужчиной, он должен преданно заглядывать ей в глаза и утвердительно кивать. Его разрешения в принципе не требуется, хватит его присутствия при совершении обряда, и не обязательно в сознательном виде.

– Так девицы тоже в отключке.

– Это не имеет значения, если обряд проводит сама Старшая Рода. Она же по совместительству верховная мать.

– Надо помочь мужикам, – всполошился я.

Любимая родственница со своей новоприобретенной подругой как раз занимались тем, что спорили, кого осчастливить первым.

Я решил, что мужская солидарность для меня не пустой звук, и попытался расшевелить несчастных.

– Данюша, ты что там делаешь? – слышу оклик.

– Дан, пошли отсюда, – схватил меня за руку вампир.

– Не могу я их так оставить, – уперся я.

– У этой Старшей Рода еще одиннадцать внучек не пристроено! Пошли отсюда, говорю!

И знаете, я пошел. И плевать на демонов, сами виноваты, придурки.

Ирва

Расставаться с Шиншиллочкой совсем не хотелось. Такая хорошая женщина – воспитанная, общительная, интеллигентная, в наше время это настоящая редкость. А какие у нее изумительные воспитательные методы! Мы довольно продуктивно пообщались, обменялись опытом, договорились о сотрудничестве и просто замечательно провели время.

Шиншиллочка не хотела меня отпускать, но каждая из нас прекрасно понимала свою ответственность перед обществом.

В то время как я покидала прекрасный город дроу в расстроенных чувствах, Данюша не скрывал своей радости. Не пойму почему, ему же здесь тоже понравилось, причем настолько, что он заперся в своих покоях и не хотел покидать их в течение как минимум суток.

Но мы со Старшей Рода не растерялись и нашли себе занятие по душе. Моя подруга дроу усовершенствовала святую сковородку, и теперь проходить через арки путей, как назвала их дроу, будет намного безопаснее.

Перед самым отправлением Шиншиллочка подарила мне изумительную карту. Мое чувство благодарности не имело границ, только внук почему-то постоянно нервно озирался вокруг.

Но мое замечательное настроение не портил даже вид хмурых лиц светлых, обиженных на то, что пропустили самое интересное.

– Идиоты везучие, – буркнул тогда любимый внук.

В общем итоге мы все же смогли телепортироваться, правда, не совсем туда, куда мне требовалось, но достаточно близко. Дело в том, что у троллей не было своей арки перехода, а все потому, что эти ребята имели довольно скверный характер, и никому не хотелось давать им возможность свободного перемещения.

В городе мы приобрели все необходимое для путешествий, включая лошадей. Деньги мне дала Шиншиллочка, в благодарность за поимку ценных мужей для ее внучек. Я была не против.

Естественно, все необходимое закупал Олуш, с ним я отправила и Роя. Светлые пытались расспросить его о происшедшем у дроу, но Рой почему-то отмалчивался, косясь в мою сторону. Какой милый мальчик, я рада, что не оставила его у Шиншиллочки, хотя она просила.

Пожалуй, не буду расстраивать внука признанием, что именно я являюсь причиной его несостоявшегося счастья. Или все-таки обелить свое имя? Нет, не буду, пусть еще помучается, на радость старой женщине.

Город, в котором мы на этот раз оказались, был людским. Размером меньше, чем тот, что славится своими недобросовестными строителями, но и не поселок городского типа с малочисленной администрацией.

Рой тут же предложил определить нас в таверну, где просил из своих комнат не выходить. Милый, наивный вампир.

Самериус (он же Рояль)

Самериус был в подавленном настроении, пережитое в городе дроу давало о себе знать. Это Ирва со Старшей Рода наслаждалась массажем и горячими источниками, а Самериус пытался выяснить у пострадавших демонов, что им понадобилось в Темных Землях. И как бы Ирва ни настаивала на том, что они с дроу работали над усовершенствованием оружия под названием «святая сковородка», Самериус знал наверняка, что они именно расслаблялись.

От демонов вампир так ничего и не добился, в основном потому, что времени было мало, а также по причине их внезапного брачного обряда. Дело в том, что если мужчина сопротивляется, то его супруга из расы дроу имеет право надеть на него специальный ошейник. Но этот старый обычай уже лет триста как вышел из обихода, а некоторые молодые аристократки даже радеют за отмену пережитков прошлого.

Так вот об ошейнике, это специальный артефакт, не позволяющий мужчине причинить вред кому-либо, а также лишающий голоса в буквальном смысле. А Ирва еще удивлялась, почему Самериус шарахается от каждой красноглазой девицы. Вампир содрогнулся.

Но не все было так плохо. Самериусу удалось уговорить дроу обучить наследника парочке приемов, свойственных исключительно этой расе. Чего это стоило вампиру, знает только тьма. Конечно, наследник не выучит все за три дня, но принцип поймет, а сила крови доведет все до конца.

Правда, тренироваться приходилось втайне, дабы не попасться на глаза Старшей Рода и Ирве. За время, проведенное с наследником, Самериус успел сблизиться и даже привязаться к нему по-своему. Насколько это вообще возможно с наследником тьмы. Вампир тяжко вздохнул.

Предчувствуя очередную неприятность, он пытался заставить Ирву не высовываться, но ему быстро объяснили, что женщинам в возрасте остается не так много земных радостей и что лишать ее этих радостей будет настоящим свинством. Что такое «свинство», Самериус не знал, но подозревал, что что-то очень неприятное.

Договориться со светлыми было гораздо проще, если учитывать, что переговоры вел не вампир. Хватило одного слова наследника, чтобы эльф, дриада и Гирин остались в таверне.

Шагая по местному рынку под своим уже ставшим привычным мороком, Самериус пытался вычислить возможную опасность. Кроме взглядов мимо проходящих мужчин, бросаемых на Ирву, пожалуй, больше ничего не вызвало интереса.

После горячих источников Ирва, кажется, стала еще краше. А одежда, подаренная Старшей Рода, хоть и была самой скромной, по меркам дроу, но все же являлась слишком вызывающей в людском понимании. Именно поэтому вампир не желал брать Ирву с собой. С другой стороны, вид «святой сковородки» значительно успокаивал.

Артефакт, способный вырубить демона, да не одного, не мог не вызывать трепета и невольного уважения.

И пока вампир занимался покупкой лошадей, Олуш закупал продовольствие, а Ирва с наследником остались в магазине одежды, Самериус не чувствовал явной угрозы, но все же что-то неприятно кололо сердце. Он не хотел разделять отряд, но Ирва настояла, и ему пришлось сдаться. Вампиру оставалось лишь молиться предкам об успешном исходе посещения рынка.

Ирва

Вещи, что презентовала мне Шиншилла, несомненно, были прекраснейшим произведением портновского искусства, но они вызывали повышенный интерес окружающих. И как мне ни хотелось их оставить, пришлось приобрести одежку попроще, намного проще.

– Ба, ты тут пока развлекайся, а я сейчас, – не отрывая взгляда от окна, произнес любимый потомок.

Знала, куда он пялится последние минут пять. Рыжая девица, которая стояла у соседнего прилавка, выделялась из толпы не только цветом шевелюры, но и привлекательностью фигуры. Ну что ж, пусть мальчик развеется, а то с этим неожиданным приключением у него никакой личной жизни. Голова на плечах у внука есть, точно знаю, лично эту голову умными мыслями загружала, так что разберется.

Сама же я осталась, дабы расплатиться. После чего вышла на улицу и вдохнула полной грудью. Поперхнулась – здесь недалеко лошадь проходила, и, естественно, за ней никто не прибирал.

Я решила прогуляться по торговым рядам, пока внук развлекается, а Рой приобретает транспорт. И как-то совсем из головы вылетело, что я забыла переодеться. Вроде бы и помолодела, а память та же осталась. Где справедливость?

В своей задумчивости я совсем не замечала окружающих. Зато они меня очень даже привечали. Особенно компания дурно пахнущих мужчинок, не знакомых с зубной щеткой.

– Куды ж ты, красивая? – осклабился один из них.

Куды-куды, туды! Как же режет слух этот говор! Ни образования, ни приятной внешности, еще и замашки бандитов-неудачников.

– Потопали с нам, красивая, – попытался меня схватить один из них.

Пытаюсь осмотреться – людям дела до меня нет. Спешат в другую сторону, плавно обходя нашу дружную компанию по широкой дуге.

– Вы кто? – нервно улыбаюсь.

– Твои новые друзья.

Ну вот, Ирма Львовна, поздравляю тебя! Попалась, как девчонка. Тебе годков сколько? Во-о-от, а все туда же. Как же я скучаю по своим морщинкам на шее, по безразличным взглядам таких вот отбросов.

– Ну чего встала, топай давай! – все-таки схватил меня за руку первый говоривший.

Мужик был могуч и так же вонюч, вдобавок волосат. Не сказала бы, что этот индивид моя мечта во плоти, а учитывая, что их таких четверо, нетрудно догадаться, что со мной будет после непродолжительного общения с ними.

– Мужчинка, не удовлетворите ли мою просьбу? Ваше амбре затмило ароматы города, из-за чего у меня случился когнитивный диссонанс. Не могли бы вы осуществить ускоренное проникновение в удаленные участки планеты? – И мило так улыбаюсь.

– Че?..

Их лица нужно было видеть, но я не на черты злодеев любоваться собралась, а по возможности подольше тянуть время. Слабая я против четырех амбалов, плохой расклад. Вот так всегда, когда внук нужен – его нет.

И только я хотела сделать дословный перевод данной фразы на ругательный эквивалент, как меня прервали.

– Руки от девушки убрал, – слышу я глубокий голос.

Какой тембр! Какая постановка ударений! Разворачиваюсь на пятках. Совсем забыла, что успела схватиться за рукоять сковородки, и то, что она у меня не простая, тоже забыла. Да что ж такое? Неужто «девичья память»? Какой ужас, не успела избавиться от склероза, одолел другой недуг!

Тем временем сковородка вылетела из рук прямиком в голову того, кто тянул свою конечность в мою сторону. Попала она прямо в лоб, при этом звук вышел такой, будто в колокол ударили. Несчастный любитель слабых женщин свел глазки в кучку и медленно сполз на голую землю. Мы дружно проводили его взглядом, но подобное единодушие продолжалось недолго.

Тут же злые глаза впились в слабую и беззащитную меня. Сковородочка, родненькая, вернись! И она таки вернулась, аки бумеранг, прямехонько в мои дрожащие, слабые ручки.

– Какая прелесть, – единственное, что я смогла выдавить из себя.

И тут подельники пострадавшего от произвола моей сковородки активизировались. Но в движение пришли не только они, обладатель приятного голоса также не остался в стороне. Это даже дракой назвать нельзя – простое избиение младенцев. Незнакомец двигался плавно, быстро и эффективно. Один удар – кулак погружается в лицо и без того беззубого человека, второй удар – локтем под подбородок, и вот лежат уже два неприятеля, подножка – и удар тяжелым ботинком по лежащему противнику.

– Вы не пострадали, прекраснейшая? – взглянул он мне в глаза.

Как там в романах пишут? «Он был красив…» Ни капельки. Резкие, даже грубые черты лица, странно мерцающие глаза стального цвета, тонкие губы, щетина и шрам во всю щеку. Высокий, я бы сказала, очень высокий, коротко стриженный брюнет. На вид лет тридцати – сорока.

Он пристально смотрел мне в глаза.

– Пойдем со мной, – ласково позвал он.

– Я предпочитаю блондинов, а вы не в моем вкусе, – возмутилась я. – Кстати, у вас косоглазие.

Мужчина озадаченно свел к переносице брови. Прищурился и опять взглянул на меня.

– И кем ты меня видишь?

– Мое воспитание не позволяет мне оскорблять человека, который мне помог, – скромно ответила я.

Да где же этот внук? К его бабушке уже который маньяк пристает, а его все нет.

– То есть я тебе не нравлюсь? – растерянно спросил он.

– Ну, вы же не сочинения Чехова, чтобы нравиться, – пожимаю плечами.

– Так что ты видишь? – пристал он ко мне.

– Мужчина, таких странных маньяков я еще не встречала. Ну, хорошо, не хочу вас обижать, но вы явно не красавец.

– Да?

Столько удивления… К чему бы это?

– Нет, – закатила я глаза к небу.

Погода начала портиться, набежали тучки, поднялся легкий ветерок.

– Неужели не действует? – Странный вопрос повис в пустоте.

– Вам виднее. Всего доброго, – попыталась я развернуться.

Но меня схватили за руку. Ну что за день?!

Шасгар (просто Шасгар)

– Ну что за день?! – возмущенно вздохнула человеческая девчонка.

И последнее, что успел увидеть мужчина, был блеск серебристой кухонной утвари.

Дан

Чувство тревоги не отпускало меня. Наплевав на рыженькую девицу, рванул к тому месту, где оставил бабулю, по пути встретил вампира с лошадьми. Заметив мое взволнованное лицо, Рой понял все без слов.

Бежать сквозь поток людей не так уж и трудно, особенно когда непонятный черный туман этих самых людей расшвыривает на твоем пути. Мы торопились, как могли, и в итоге не успели.

Улочка выглядела безлюдно, посреди нее лежало пять тел, и над ними возвышалась моя бабуля. Она с интересом рассматривала мужика со шрамом. Не замечая нас, потыкала его носком туфли.

Стоп. Она что, еще не переоделась? И эти дядьки, валяющиеся штабелем, судя по всему, здесь не просто так оказались?

– Ирва, где вы нашли демона?! – подлетел к ней вампир.

Великий модератор, дай мне сил!

Глава 13

Дан

– Это че такое? – невольно вырвалось у меня.

– Данюша, в русском языке нет слова «че». Переформулируй, пожалуйста, – смотрит на меня девушка такими родными синими глазами.

– Что здесь случилось? – медленно выдыхаю.

– Я решила тряхнуть стариной. – Ноль эмоций на непривычно молодом лице.

– Ты про те времена, когда женщина била мужчину по голове дубинкой и тащила в свою пещеру? – уточнил я.

Она подошла ко мне, задрала голову и, заглянув в глаза, дала мощный подзатыльник, от которого я не успел увернуться.

– За что? – опешил я.

– За двойку по истории, – выдала она.

– Ирва, – подал голос вампир. И как он умудряется справиться со всеми лошадьми сразу? – Ну почему рядом с вами постоянно что-нибудь да происходит? Ну где, где вы умудрились найти еще одного демона?

– А главное, почему эти ребята так часто страдают от твоей тяжелой руки? – поинтересовался я.

– «Невиноватая я! Он сам ко мне пришел!» – с придыханием ответила бабуля.

– Что? – опешил Рой.

– Классику знать надо, – важно ткнула она в Рояля пальчиком, после чего развернулась к лежащим телам. – Его нужно связать.

– За что? – не подумав, ляпнул я.

– За ноги и за руки, не мне вас учить, – деловито произнесла бабуля.

– Я имел в виду, зачем тебе его связывать. – Еще один тяжкий вздох с моей стороны.

– Он ко мне приставал, – обиженно возмутилась она.

– Тогда на кой он тебе сдался?! – Догадки, одна абсурднее другой, посещали мою голову. Терпение, с бабулей главное – терпение.

– Но он меня спас, – был мне ответ.

– Дан, прошу, не задавай больше вопросов, порой иногда лучше не знать на них ответов, – грустно вздохнул вампир.

– А с остальными как поступить? – уточняю я.

– Грязь должна оставаться в своей родной среде обитания, – махнула бабуля рукой. Видно, огорчили ее эти придурки. Ну и ладно, мне же работы меньше.

И мы таки спеленали мужика по рукам и ногам. Тяжеленный, зараза, никак не меньше центнера весит. Погрузили на лошадь и поехали к таверне. Опять же пришлось воспользоваться магией, телу придали вид большого тюка, а то стража вдруг объявилась ни с того ни с сего.

Доставку тела в номера мы предоставили вампиру, как самому сильному из нас. Между делом выслушал короткий рассказ бабули, хотел было поинтересоваться ее планами на демона, но что-то меня все время останавливало. Наверное, просто боялся услышать очередную оригинальную идею. Мозг ведь не процессор, в нем «мамку» не поменяешь.

Тем временем Рой успел расположить неизвестного пострадавшего на полу одного из номеров. Бабуля уселась напротив, даже стул где-то раздобыть успела. Долго рассматривала лицо незнакомца. Помню я этот взгляд, она так на своих нерадивых студентов во время экзаменов смотрит.

– Рояльчик, к тебе есть дело, – выдала она.

– Допрашивать демона не буду, – сразу же принялся отпираться вампир.

– Тебе и не надо, – отмахнулась любимая родственница. – Мне нужно, чтобы ты вернул мне прежний облик.

Че?

– Ирва, со всем уважением, но для чего вам вновь становиться старой? – А на лбу крупными буквами написано: «Это мир с ума сошел или я?»

Мне бы посочувствовать ему, да только за годы жизни с любимой бабушкой это чувство атрофировалось.

– Дорогой мой Рояль, я уже вышла из того возраста, когда морщины на лице пугают. Откровенно говоря, мне импонирует тот факт, что я вновь молода и прекрасна, но немного смущает, что теперь я выгляжу, как ровесница собственного внука. А внимание, привлекаемое моим внешним видом, так и вовсе в данном случае нежелательно. Не могу я быть, как Ленин, вечно молодой и юной, так что хватит разговоров. Партия сказала – надо, комсомол ответил – есть.

Она меня пугает в последнее время. Нет, она и раньше была подвижна, активна и креативна, но не в полевых же условиях. Если не знать мою бабушку, решил бы, что она мается дурью. Но бабулю я знал и ее любовь к логическим играм тоже. Она, когда в шахматы играла, противника за пять ходов укладывала, и это выглядело как издевательство хищника над не осознающей своей обреченности жертвой. И в преферанс играть с ней тоже лучше не садиться. Когда она у себя подруг собирает, как она говорит, «расписать пулечку», я стараюсь слиться с окружающей средой. Такое чувство, что не милые старушки в гостях, а матерые любительницы дорогого коньяка и крепких сигар собрались. Я как-то подслушал их воспоминания о молодости. Знаете, тогда я впервые осознал, что в наше время развлекаться не умеют. В то время окончательно развеялось мое представление об учителе как таковом, оказывается, самые безбашенные люди – это преподаватели. Хотя бабуля говорит, что любой студент даст сто очков по всем параметрам, а ее подруги заявляют, что в любой профессии есть свои нюансы, но мне повезло ознакомиться близко лишь с одной. Поэтому я люблю компьютеры, они если и выкидывают нечто неожиданное, то только по вине пользователя. Компьютеры не треплют тебя за щеки, не спрашивают, имеются ли в наличии друзья с развитой мускулатурой, которые согласятся скрасить вечерок пяти незамужним дамам. Возраст этих дам опускался по умолчанию. Так что по пятницам, во время бабулиных сборов, двор пустел. Не то что мои друзья, даже алкоголики – и те предпочитали отдыхать в других местах, шпана старалась носа не показывать.

На фиг такие воспоминания!

– Ирва, – вклинился в мои размышления голос вампира. Опять я потерялся в дебрях размышлений. Долго я так стоял? Кажется, он перестал махать руками возле лица бабули. – Ирва, я не всесилен. Несомненно, мой морок наилучшего качества и намного крепче, нежели обычная волшба, но против глаз демонов, вампиров и магов тайной службы он бесполезен. Они видят сквозь любой магический навет.

– И много таких в силовых структурах? – хитро прищуривается теперь уже точно моя старушка.

И когда только успели? Я тоже хочу такое уметь. Интересно, а если на несимпатичную, но весьма интересную девушку наложить морок, перед друзьями хвастаться можно будет безбоязненно? А в остальном? На ощупь-то девушка останется несимпатичной.

– Из тех, что я знаю, – шесть-семь, не больше, – пожимает Рой плечами.

– А можешь ты сделать так, чтобы я уже без твоей помощи могла менять облик по желанию? – улыбается бабуля. Как же я соскучился по сеточке морщинок вокруг любимых синих глаз! Как же мне, оказывается, не хватало этого ее привычного образа, и как же, оказывается, мне теперь легче от сознания того, что бабушкой я зову именно бабушку, а не юную деву, больше похожую на мою сестру.

Да, я эгоист, но это с непривычки. Я бесконечно рад, что она теперь бессмертна. Раньше я старался не задумываться о том, что бабуля уже как бы и немолода вовсе, а продолжительность жизни в нашей стране не так уж и велика. Я вообще думать по этому поводу не хотел и жутко ругался, когда она заводила разговоры на тему «если вдруг что». Теперь же мне волноваться не надо, но из-за внешних факторов сбывшаяся мечта идиота слегка напрягала. Внешность другая, а поведение то же, хотя и поведение порой иногда вгоняет в ступор. Меняется бабуля, вот это как раз и пугает.

– Ирва, для этого мне потребуется время. Я создам подходящий амулет. Мне понадобится ваша кровь для зелья и кровь Дана для пополнения сил, – мягко говорил вампир.

– Обломишься, – оборвал я его.

– Но… – собрался было протестовать он.

– Рояльчик, чрезмерно частая потеря крови у мужчин приводит к неожиданным последствиям. Уж я-то знаю, зять до сих пор мне этого забыть не может, так что внука калечить я тебе не дам. Сегодня питаешься трактирщиком, и смотри, много не пей, он калорийный, а тебе фигуру беречь надо – вдруг невесту по пути встретишь.

– Тогда лучше подавальщицы, – обиженно буркнул вампир.

– Ты их видел? Неизвестно, сколько молодчиков прошло через нежные ручки и другие части этих дев. Побрезгуйте, мил-человек, – округлила глаза любимая старушка. Она всегда была за здоровые отношения. – Так что тебе понадобится, помимо моей крови?

– Светлая магия. Эльфийская, если быть точным.

– Я вам не мешаю? – раздается тихий и спокойный голос снизу.

Поворачиваю голову, и вижу нашего пленника. Спокоен, как танк в музее, в глазах ни капли страха, сплошной интерес.

– Ну что вы, мы рады гостям, даже тем, что хуже татарина, – замахала на него руками бабуля. – Данюша, сходи за Лелем. Пора ребенку поработать на благо родины.

Делать нечего, пришлось плестись, хотя с большим удовольствием остался бы в комнате. Вот зачем ей эльф?

Ирва

Выдворив внука, я вновь обратила внимание на связанного демона. И почему демон-то? С виду человек человеком – ни рогов, ни копыт, ни пятачка. Хвоста, и того нет.

– Здравствуйте, милейший, – улыбаюсь я.

– Здравствуй, красавица! – Он тоже улыбается. – Что это с тобой, никак еще краше стала? Жар твоих очей опаляет мое сердце, даже морок такую красоту испортить не в состоянии.

Ни один мускул на моем лице не дрогнул. Да здравствует великий педагогический опыт, – чтобы ни нес студент на экзамене, лицо нужно держать.

– Не стоит смущать девушку комплиментами, – продолжала источать я патоку.

– Румянец на щеках столь прекрасной женщины ценнее золотых монет и прекраснее рубинов. – Какой голос, какой слог! Какой прекрасный говор. Так бы и слушала. Вечно. Но у меня нет вечности.

– Ах, какой мужчина, – закатила я глазки. – Рояльчик, учись, сразу виден опыт. И произношение потрясающее. Вам бы, голубчик, диктором работать, а не всемирным злом.

– Вы не только прекрасны, но и обладаете ядовитым жалом, – хмыкнул он.

– Приму это как комплимент, – решила я.

– Меня зовут Шасгар.

Мужик себя явно не как пленник ощущает, скорее уж как хозяин. Не то чтобы он вел себя по-хамски или вызывающе, но его спокойствие в данной ситуации наводит на определенные мысли.

– Ирва. Приятно познакомиться, – протягиваю ему руку.

На меня посмотрели в недоумении.

– Это называется рукопожатие. Приветствие среди равных, вы должны пожать мою ладонь.

– Но я же связан, – поднял он бровь.

– Но вы же демон, – повторяю его мимику.

– И правда, чего это я. – И мне протянули мощную ладонь.

Рояль попытался было дернуться, но я успела остановить его взглядом. Умный мальчик: все понял, встал у дверей и слился со стеной. И не вампир вовсе стоит, а статуя, очень похожая. Ну а то, что дышит произведение искусства, так новые технологии, куда ж без них?

Так и знала. Веревки жаль, они денег стоили. Рукопожатие получилось странным. Он взял мою ладонь в свою – так, будто боялся ее сломать, у него большие руки. Очень уж сильно они отличаются от тех, других, принадлежащих моему золотому счастью.

– Итак, уважаемый Шасгар, я вас слушаю.

– А ты деловая женщина, – хмыкнул он.

– Не люблю тратить время попусту. Насколько знаю, демоны не станут разгуливать по этому миру просто так. Вы на моем пути уже четвертый. В жизни, конечно, случаются нелепые случайности, но не нелепые совпадения, – устало вздыхаю я.

Демон задумчиво потер лоб. И где положенная шишка, спрашивается?

– А чем это меня? – опомнившись, спрашивает он.

– Святой сковородкой, – пожимаю плечами.

– Почему святой? – хмурится демон.

Он спокоен, это меня не удивляет. По рассказам Рояля, демоны – это боевые машины – сильны, быстры, практически неуязвимы. Классический набор совершенного звена пищевой цепи. Так что я прекрасно понимаю его уверенность в себе. Но это не умаляет моего раздражения! Смотреть на меня снизу вверх в положении сидя, да еще и таким ироничным взглядом! Ну, ничего, зять поначалу так же заблуждался.

– Потому что чудеса творит, – отмахнулась я.

С другой стороны, если не принимать в расчет непонятно с чего взбесившееся настроение, то прекрасно понимаешь, что он имеет на это полное право. По словам Роя, из нашей компании равным противником этому демону будет разве что внук, а родной кровинушкой я рисковать не собираюсь. Следовательно, в заранее проигрышное мероприятие ввязываться не стоит.

Кстати, о странностях собственного настроения. Во всем виноваты гормоны. Именно поэтому я так огорчилась своему омоложению. В молодости гормоны управляют нашей жизнью, подчиняя голос разума зову тела. В старости, когда телу не так уж много надо, остаются характер и рассудок, хотя, пожалуй, молодежь с этим бы поспорила, но вот вечно спешащим молодым невдомек, что как раз старикам открыто то, что так хотят постичь они сами. Кажущаяся наивность и недалекость старости есть не что иное, как чистый разум, достигший того, к чему стремился, но открывший для себя новую истину. А что характер со временем портится, так это от бессилия перед глухотой и слепотой молодости. Маразматиков и склеротиков в расчет не берем.

«Остапа понесло». Чего это я в лирику ударилась? Вот только философии мне сейчас не хватало, нужно решать, что с гостем делать. Переводить в разряд врагов или же создавать новый союз?

– Пожалуй, так пренебрежительно со мной еще не обращались, – хмыкнул демон, ни к кому, в общем-то, не обращаясь.

– Вам не понравилось? – удивленно смотрю на него. Рой сдавленно вздохнул.

– Уже очень долгое время я не получал по голове. Сразу молодость вспомнилась, – поднялся он на ноги.

То-то, я смотрю, глазоньки у тебя, дорогой, чересчур уж умные, я бы даже сказала, мудрые. Шасгар, значит? Пожалуй, кодовых имен давать не будем, а будем выяснять все, что только захочет рассказать нам данный индивид. Ведь не просто же так он появился, и живы мы до сих пор тоже неспроста.

– Не поверите, со мной тоже так не обращались, – доброжелательно улыбаюсь я. – Так что же делает демон на территории, которую ваш народ собирается захватить?

– Шпионит. – Он, оказывается, тоже умеет доброжелательно улыбаться.

– Плохо, батенька, никакого таланту. Вас же любой опознать может, – припомнила я восклицание Роя.

– Ирва, позволь, я развею твое заблуждение. – Демон подошел ко мне ближе и буквально навис надо мной. – Распознать демоническую сущность способны лишь вампиры и высшая знать. Первые – в силу своей специфической магии, вторые с детства натаскиваются на нашу ауру, и те и другие обычно имеют свой собственный ареал обитания.

– Ну, хорошо, сделаем вид, что я поверила. Значит, вы шпион? Тогда возникает другой вопрос. Почему мы еще живы? – Меня упорно не отпускает ощущение некой двойственности: вроде бы мы говорим друг с другом на одном языке, одними словами, да вот смысл вкладываем разный. А точнее, говорит каждый одно, а подразумевает другое.

– Очень уж меня заинтересовало оружие, которым меня оглушили, – смотрит он серьезно. – И женщина. Ни одна не смела поднимать на меня до этого сковородку.

Суров мужик. Надеюсь, не злопамятен.

– Все бывает впервые, – мягко улыбаюсь. – Господин шпион, прежде чем вы что-либо предпримите, я хочу сделать вам предложение, от которого вы вряд ли откажетесь.

– Я в нетерпении, радость моя.

И почему меня передергивает от такого его обращения? Вновь чувствую себя студенткой рядом с именитым профессором.

– Насколько я знаю, у вас проблемы с площадью? Земли не хватает? Я помогу вам ее решить.

– И как же вы собираетесь это сделать?

В этот момент вместо него я узрела волка, что навострил уши и пригнулся к земле в ожидании того самого момента, когда жертва подберется поближе.

– Избежав войны, – пожимаю я плечами.

– Бабуля, мы пришли! – вломился в двери внук, волоча за собой эльфийку.

Самериус (он же Рояль)

Что она творит? Как она может спокойно общаться с демоном? У вампира боевая трансформация помимо воли проявляется только от близкого присутствия врага, а эта женщина еще с ним флиртовать умудряется! Зачем она его притащила?

Что? Предложение? Что она задумала?! Почему происходящее все меньше и меньше нравится вампиру, отчего страх тонкими кольцами окутывает сознание? Не от того ли, что ситуация выходит из-под контроля?

Шасгар

Он ждал. Ждал ее дальнейших действий. Что же в ней такого? Почему заказчик так стремится ее устранить? На первый взгляд ничем не примечательна. Красива, спору нет, но среди его народа найдется сотня женщин прекраснее ее.

Молода, но информация поступала о старухе. Вот только Шасгар не мог ошибиться: разведданные и наличие мальчишки, полностью подходящего под описание, не могли его подвести.

Когда он нашел пропавших демонов, то был в шоке. Вытащить их не представлялось возможным, узы брака среди его народа священны. Наверное, поэтому его народ не спешит сковывать себя ими. Поговорить с воинами также было затруднительно, но возможно, для него вообще нет почти ничего невозможного. Воины поведали невероятную историю. У них помутился рассудок? Или же он чего-то не знает? Чего только не случается во время выполнения особо опасной миссии!

Девушка не реагирует на демоническое обаяние. Интересное явление. А потом был серебристый бок сковородки…

Очнулся он на полу, связанный. Интересно. Вампир и она. Странного мальчишку только что отослала.

Она не так проста. Молодая и красивая, она зачем-то натянула на себя этот непривлекательный морок. Обычно женщины используют иллюзию для увеличения своей привлекательности, а не наоборот. Она не знает, что он может видеть сквозь магию? Это вряд ли, вон как глазищами сверкает.

У нее ядовитый язык. Демоны ценят смелых и тех, кто способен постоять за себя, даже если это просто слова, особенно если это слова. Впервые он заметил несоответствие. Глаза девчонки больше подходили ее мороку, нежели ей самой. Глаза мудрой, старой женщины, а не молодой бессмертной. Кстати, как человек обрел бессмертие? И человек ли? От нее разит кровью. Странной кровью.

Что она говорит? Почему еще живы? Ну не говорить же ей правду – мол, по воле Повелителя демонов ей суждено стать козырной картой в будущей войне.

Кто он такой? Опять же правду не скажешь. Вернее, не всю.

Предложение? Вот это уже интересно. Что же она может предложить? Решение его проблем? Это шутка? Нет. Иначе Темный Властелин не согласился бы на сотрудничество. Кто же эта женщина? Как она собралась решить неразрешимое?

– Бабуля, мы пришли! – вломился в двери парень.

Где-то он уже видел этого паренька.

Где-то на просторах Темных Земель

Слуги Темного Властелина были в панике. Они с ног сбились в поисках одной маленькой женщины, от которой зависела их жизнь. Им был отдан четкий приказ: доставить Властительницу до места назначения и ни в коем случае не спускать с нее глаз.

И сейчас, находясь в придорожном трактире, сопровождение Ее Темнейшества со всей страстью допрашивало свидетелей. Немногочисленные обитатели таверны бледными тенями сгруппировались в центре трактирного зала, они не понимали, почему облеченные властью так злы и напуганы одновременно. Простому люду хотелось спать, есть и в туалет, но разве это кого-нибудь волнует? Нет, мучителей интересует, кто и где в последний раз видел женщину с золотыми волосами и лучистыми глазами. Да откуда же светлой взяться в Темных Землях?

И только тени были спокойны. Теням было все равно, им нечего было опасаться, они жили благодаря неровному свету дешевых кристаллов внутреннего освещения. Народ сегодняшней ночью спать не собирался, а значит, кристаллы гасить не будут. Кристаллы не погаснут, значит, тени по углам не сольются с ночной тьмой. Так чего им переживать?

А на столе в комнате, которую ранее заняла Властительница, лежала записка.

«Если этот Темный придурок (написано на проклятом языке) пытается сделать из меня идиотку, то пусть вспомнит, кто у нас избранная, призванная покончить с этим коз… шовинистом! Я ему кто – жена или аппендикс?

А вы, олухи, охрана доморощенная, освободите своих товарищей по несчастью, они в ближайшей канаве. Этих индюков отправить на переподготовку – никакого понятия о маскировке. Да моя личная тайная служба и та лучше работает! Сами же отправляйтесь в пункт назначения. Мужу можете доложить через сутки!

P.S. (Далее на проклятом языке, который свита не понимает.)

Если ты, любовь моя оборзевшая, таким макаром пытаешься откосить от поездки к маме, ей-богу, я ей все расскажу! Если же это очередной форс-мажор, от которого ты, пережиток прошлого безбашенный, меня пытаешься оградить, то спешу тебя расстроить: обломись! Дуру из меня делаешь? Ну так я сама во всем разберусь и отправлюсь, наконец, к маме и сыну! А ты, Темный, можешь и дальше в свою большую политику играть! Понял?

И лучше тебе не пытаться мешать мне. Я зла. Я очень зла! И то, что я тебя люблю, не дает тебе право на помилование!»

Впервые старший группы ощущал такой первобытный ужас. Повелительницы не было. Ее письмо не оставляло надежд на счастливый исход событий. Да их же казнят! Без суда и следствия, даже не спрашивая предсмертного желания! Ну куда могла деться Властительница? Боги, помоги им!

Ирва

А вот и внук с эльфой.

– Какой красивый! – Не успела зайти в комнату Лель, как ее взгляд уперся в демона.

Так я и знала, неспроста он при нашей встрече глазками косил.

– Что ты видишь? – интересуюсь я.

Внук непонимающе переводил взгляд поочередно с меня на Лель, потом на демона и, наконец, на Роя.

– Он прекрасен, – и больше никаких эпитетов.

– Особенность моей расы, – пожимает плечами Шасгар. – Наше обаяние способно подавить волю неподготовленных и слабых разумом.

– Ба, а почему он не связан? – Данюша по-прежнему ничего не понимал.

– Потому что Шасгар наш с тобой охранник. Лель, деточка, ты же не против? – но смотрю я на демона. Выражение его лица не прочесть.

– Нет, – с трудом ответила она.

– Шасгар, вы в состоянии это контролировать?

– Вполне. – Одно слово – и эльфийка смотрит на мир осмысленным взглядом.

– Бабуль, так зачем тебе Лель? – задает вопрос внук.

– Сейчас Рой и Лель отправятся творить необходимый мне амулет, – выразительно смотрю на темного и светлую.

– Бабушка Ирва, а кто это? – Совсем забыла! Светлые же не знают, что очередного языка взяла.

– Телохранитель, – сама же аккуратненько выталкиваю упирающегося вампира и любопытствующую эльфу.

Наконец сие трудное дело было завершено. От лишних ушей мы избавились.

– Я обезопасил нас магически. – А у демона, оказывается, весьма интересный прикус.

– На чем нас прервали?

– На решении моих проблем.

– Ах да! Вопрос об ипотеке.

Глава 14

Дан

Я уже устал удивляться всему подряд, устал анализировать странные разговоры и поведение бабули. Но разве кто озаботился моим состоянием? Нет, меня просто ставили перед фактом и проникновенно просили не задавать вопросов. «Исключительно после лекции». Вот и приходится мне изображать мебель.

– На чем нас прервали? – посмотрела на демона бабуля.

– На решении моих проблем. – Он прямо ответил на ее взгляд, молодец мужик.

– Ах да! Вопрос об ипотеке, – кивнула она своим мыслям.

Что?!

– И что же это? – Демон огляделся и присел на свободную койку. Бедная мебель жалобно скрипнула. Так и знал, что весит он не меньше центнера, и как я только не надорвался?

– О, ипотека – это решение всех ваших проблем! – вдохновенно начала бабушка.

– Ба, я пойду, пожалуй…

Главное – сберечь мозг. И не заржать в неподходящий момент.

– Стоять! – было мне ответом. Я непроизвольно замер. – Располагайся поудобней и слушай внимательно все, о чем мы сейчас будем говорить. Этому тебя никто больше не научит. – Она говорила тихо, но меня не покидало ощущение, что демон слышал абсолютно все.

Ну вот, попал. Бабуля решила продемонстрировать мне учебную ситуацию из жизни. Порой ее воспитательные методы меня просто убивают.

– Так вот, о вашей проблеме. Насколько я знаю, ситуация обстоит так, что вам срочно требуется смена места жительства, причем в глобальном смысле, вплоть до переезда в новый мир. Опустим нюансы – например, почему именно этот мир, а также причины такой поспешности, – перейдем сразу к сути. Война. Именно о войне со страхом шепчется местная знать.

Афигеть, и откуда вся эта информация? Неужто Шиншилла наболевшим поделилась? Что-то мне подсказывает, что именно она.

– Ты весьма осведомлена для простого человека, – вскинул демон бровь.

– Сама не в восторге, – грустно вздохнула любимая родственница. – Так вот, хочу спросить напрямую у участника сих событий. Вам, как рядовому демону, нужна ли война со всеми ее последствиями?

– Мы бы хотели ее избежать, – удивленно ответил тот. – Но ни один из правителей не согласится на предложения нашего Повелителя. Они уже отказались добровольно выделить нам земли, пригодные для жизни.

Ну еще бы, вспоминая характеристику, данную вампиром демонам, становится понятным нежелание иметь таких соседей под боком. В придачу еще и родной кусок земли придется отрывать от сердца за простое спасибо.

– Подозреваю, когда вы пытались обговорить с местной властью детали, вы обговаривали и цену, – мягко намекнула бабуля.

– Они отказались от наших артефактов и золота, – спокойно ответил демон.

– Какое на удивление образцово-показательное правительство. Видно, у них нет лишних островов, да и вы не китайцы, – пробормотала бабуля.

Моя щека непроизвольно дернулась.

– Тогда предлагаю сменить несговорчивую власть, – торжественно заявила она. – Вы что-нибудь слышали о революции?

Великий модератор!

– Ба, ты же не про Великую Октябрьскую социалистическую сейчас говоришь? Начинаю собой тихо гордиться: хоть мой голос и звучал неуверенно, но все же не дрогнул.

– Ну что ты, Данюш! Конечно нет. Во-первых, пролетариата в этом мире нет как класса, в принципе. Во-вторых, у меня не так много времени, чтобы развивать здесь идеи социализма. А в-третьих, коммунизм на практике себя не оправдал. Для этого нужно иметь абсолютно другое сознание.

– Тогда что ты имеешь в виду под революцией? – настороженно спрашиваю я, а демон нас внимательно слушает. Очень внимательно.

– Обычный переворот, совершенный народными массами. Создадим революционную ситуацию, поменяем власть – и вуаля, можно переходить ко второй фазе плана.

– Стоп. Что такое революционная ситуация? Женщина, я знаю, как совершаются дворцовые перевороты, но я совершенно не понимаю, о чем говоришь ты.

– У вас что, не было гражданских войн? – удивилась бабуля.

– Любой очаг восстания душился на корню, – ответил демон.

– Какая прелесть. Революционная ситуация имеет три признака. Первый, когда власть не может править по-старому, это в свете возможной войны с вами и так произойдет, мне лишь нужно подождать, чего делать мне никак не хочется. Второе – обострение противоречий между властью и народом, это я могу обеспечить и собственными силами. Как говорил один великий человек, «настоящих буйных мало, вот и нету вожаков». И третье – это активность недовольных масс, это я уже потихоньку организовываю. Ну, а с массовыми выступлениями, плавно переходящими в революцию, я уж как-нибудь управлюсь.

Нет слов. У меня даже щека дергаться перестала. Это уже не смешно и даже не страшно, это просто охренеть. Так и знал, что историк из ее круга общения до добра не доведет, а эти их долгие беседы по вечерам на политические темы за кружечкой коньячка со вкусом чая… Или наоборот? Не важно. Главное, что вот оно – вылилось в глобальный замысел. И самое страшное, что она этот замысел, судя по всему, успешно воплощает в жизнь. Не зря же попросила выделить отряд оборотней, дроу и зачем-то упрямо топает к троллям. Краем уха я что-то слышал о вампирах. Помоги нам, сисадмин!

– И при чем здесь ипотека? – уточняю на всякий случай.

– Ну, нам же нужны определенные вливания, – округлила она невинные глаза. – Точнее, эти вливания нужны демонам. Вы же хотели бы выиграть войну с минимальным количеством жертв? – обратилась она к Шасгару.

– По возможности я бы хотел избежать смерти своих братьев, – осторожно заметил демон.

Только сейчас увидел, как он смотрит на мою бабулю. Выражение его лица можно описать одним словом: офигевшее.

– Шасгар, я знала, что мы с вами договоримся. Сейчас нам нужно лишь обсудить детали, размер залога, временные границы и степень полномочий.

– Бабуль, теперь даже я тебя не понимаю. – Удивительно, язык меня все-таки слушается.

– Демоны являются заемщиком. Занимать они будут мои наработанные связи, планы и мозги, то есть уже раскрученное дело, которое впоследствии принесет так необходимую господам демонам территорию.

– И что он будет закладывать? – Нет, мне действительно интересно.

– Деньги и себя, – пожала она плечами.

– Не понял, – вырвалось у мужика. Я кивнул в знак согласия. Расплата натурой?

– Уважаемый, революция – дело дорогое, здесь одной идеологии не хватит. Плюс ко всему не стоит забывать про важный пункт под номером один: ослабление позиций власти. Я уже говорила, что они и так могут ослабнуть в связи с войной, но ждать, пока это произойдет, мне не хотелось бы, так что я бы хотела использовать демонов в этом благородном деле. Ускорим пару процессов, проведем пару операций, и пожалуйста – у вас земля, у нас билет до дома. Ну, как вам план?

А в голове пусто. Но это только у меня, демон, по-видимому, усиленно размышлял.

– Теперь я понимаю, почему он вдруг обратился ко мне, – еле слышно хмыкнул Шасгар себе под нос.

– Что, простите? – захлопала бабуля глазами.

– А что, если демонам это не нужно? Например, уже заключен договор с одним из правителей о возможном переселении?

– Не исключаю и такой возможности, но вот в чем проблема: земля, которую вам выделят, может вас и не устроить. Я же предлагаю самим назначать условия. Также я предвидела возможность устранения нас с внуком после операции, а то вдруг ваше правительство платить не пожелает. Поспешу себя обезопасить отказом от власти и претензий на землю. Заключим договор, и не простой, а магический, обговорим пункты, распишемся и непременно обговорим санкции о наказании.

Так вот почему ее на родном факультете называли «Темный Властелин всея планеты», и главное, всегда уважительным шепотом!

– Ирва, какой у тебя чин? – поинтересовался демон.

– Не совсем вас поняла, уважаемый. – Ее брови сошлись у переносицы.

– Твой военный чин? Подразделение? – не отставал демон.

– Ой, что вы, Шасгар, я обыкновенный преподаватель. Правда, моя молодость прошла в те времена, когда военная кафедра была не просто средством «откосить» от армии.

Военная кафедра? Это что? Кажется, я где-то об этом уже слышал.

– Значит, ты еще и Несущая Знание? – Кажется, для демона это был дополнительный шок.

– А это кто такие? – вырвалось у меня.

– Те, кто учат, – взял себя в руки демон. – Ирва, ты же понимаешь, что я не могу принимать решения в одиночку?

– Шасгар, вас никто не держит, но учтите, времени у вас не так уж и много. Мне дочь обещала, что приедет в течение этого месяца.

Разговор между бабушкой и внуком (стандартный для данной семьи)

– Бабуль, ты действительно решила устроить здесь революцию?

– Скорее это будет переворот с участием народных масс.

– Тогда зачем мы движемся к Светлым Землям?

– Потому что именно там мы все это и провернем.

– А почему не у темных?

– Потому что темные не пойдут против своего правителя. Он для них – царь, бог и суффикс знает кто еще, а вот против светлых они пойдут с радостью. И даже побегут, если это будет во имя блага Темного Властелина.

– Но как ты собираешься провернуть все это в Светлой Империи без участия светлых?

– Ну почему же без участия? Мы и светлых используем. Рояль мне рассказывал, что у светлых государственный строй больше похож на федеративный, нежели унитарный абсолютизм, как здесь. А там, где есть зачатки федерации, есть и зародыш демократии, ну а дальше додумывай сам. Вспомни, чему я тебя учила, и получишь возможный результат моих действий. Понял?

– Ба, я-то понял. Почти все. Но как учесть демонический фактор?

– Что я тебе твержу все время? Дай человеку то, о чем он мечтал, и тогда ты легко поведешь его к новой мечте, но уже своей. Тягаться с демонами я не собираюсь, они ребята серьезные, менталитет у них отличный от нашего, так что остановимся на исполнении желания. Пока мы им нужны, с нами ничего не случится, а там мы уже и дома окажемся.

– И все же я не совсем понимаю твою задумку с ипотекой.

– Прекрати цепляться к деталям, посмотри на картину в целом, проанализируй схему действий. А когда прочтешь договор, проведешь параллели с нынешней ситуацией, тогда и поймешь.

– Ба, ты доверяешь этому демону?

– Данюша, в нашем с тобой положении доверие – непозволительная роскошь.

– Если нам все удастся, ты же понимаешь, какую заварушку мы здесь оставим?

– Моя главная задача – вернуть тебя домой целым и невредимым, чтобы твоя мать, когда приедет, не волновалась по поводу нашего отсутствия. А что касается проблем местного населения… мы сюда не просились. Это не наш мир.

Отчет личной тайной службы Темной Властительницы

«Властительница, с прискорбием спешу сообщить, что опросить свидетелей нам не удалось. Поселок оборотней опустел, в городе дроу идет закрытое празднование, и все арки переходов были заблокированы, о чем официально известила Старшая Рода. Непосредственные участники конфликта в поселении оборотней со стороны тайной службы Властелина были заключены под стражу в тюрьме для политзаключенных. К сожалению, мы не имеем доступа на этот уровень, уже ведется работа над устранением этого досадного недоразумения.

Ходят слухи об активности демонов на Темных Землях. Сейчас выясняем, это ли является причиной народных волнений.

Слухи об иномирянах подтвердились, выяснить их личности и количество не представляется возможным. Ваш супруг, наш Властелин, засекретил всю информацию.

Участились случаи переговоров Светлого Императора и Темного Властелина.

Наблюдается активность на границе Светлых Земель, усиление блокпостов и охранных заклинаний. Незначительное стягивание сил к восточным границам и главным трактам.

Подробности выясняются.

Группа светлых, отправленных вашим отцом, обнаружена не была. В последний раз их видели недалеко от Тролльего тракта.

С вашего позволения, мы действовали на опережение и отправили туда своего человека для выяснения».

Разговор Светлого и Темного

– Азар, делай что хочешь, но не подпускай ее к моим границам!

– Я уже предлагал тебе идеальный выход из ситуации.

– Темный, не смей даже думать об этом! Она мать моего ребенка и твоей жены! Она по умолчанию неприкосновенна!

– Успокойся, не буду я ее убивать. Есть еще один вариант. Может, попробуешь вновь наладить с ней семейную жизнь?

– Я ей в глаза посмотреть не могу, а ты про семейную жизнь!

– Тогда что ты предлагаешь?

– Поймать, обезвредить и стереть память.

– Стереть память ей? Ты действительно думаешь, что она не заметит выпавших из памяти двух недель? Ты, видно, позабыл некоторые особенности матери своего ребенка.

– Это не мои проблемы. Не я стал виновником того, что она попала сюда. Твоя оплошность, тебе ее и исправлять.

– Это твоя проблема! Идет она в сторону твоих земель, и только боги да великая тьма знают, что у нее на уме!

– Пока она на твоей территории, это твои проблемы. Что с моей дочерью?

– Сбежала. Мои люди уже напали на ее след, в скором времени верну ее в темный дворец.

– Не допусти, чтобы она обо всем узнала. Слишком много сил нам пришлось затратить для того, чтобы убедить ее не рассказывать обо всем матери.

– Я знаю об этом и без напоминаний. Лучше расскажи – что с демонами?

– Ничего. Ни одного послания, ни одной угрозы, даже попыток подкупить в последнее время не было. Как будто они забыли о нас.

– Странно.

– О чем ты?

– Да были тут непонятные слухи. Но вот уже который день тишина.

– Слава пресветлым богам! Сосредоточься на самой главной проблеме.

Ирва

Демоны дали свое согласие. Еще бы они не согласились! Контракт был подписан.

Шасгар согласился быть связным, и сейчас мы все вместе подъезжаем к тролльему городу. Хотя то, что мы увидели, и городом-то назвать затруднительно. Множество холмов, в которых и находились жилища троллей, меж холмами были маленькие каменные мостики. И зачем они здесь?

Рой еще раз попросил нас быть осторожными и напомнил о скверном характере троллей.

Кстати, о нашей процессии. Мы решили не сообщать светлым о расовой принадлежности Шасгара. Правда, пришлось вытерпеть косые взгляды в сторону «еще одного темного охранника» – именно так я объяснила его присутствие. Еще бы Лель так остро не реагировала на близость демона, да дриада прекратила хвостом крутить. А то Гирин нервничать начинает. Олуш, как предводитель светлого отряда, окончательно впал в уныние. С одной стороны, на его авторитет никто не покушается, с другой – есть я и Шасгар. Своими светлыми товарищами он может быть доволен, они не подвергают сомнению его приказы, но вот наш путь прокладываю именно я. Информацию до гнома доносит внук, а светлый уже передает ее своим товарищам, главное, чтобы светлые об этом не узнали. Думаю, Гирин будет недоволен действиями внука. Остается Шасгар. Рояля в расчет не берем, он пойдет за нами просто по инерции, ну и еще потому, что деваться ему больше некуда. Все же, насколько я поняла, внука вся честная компания слегка побаивается, кроме, пожалуй, Лель. Эта девочка на удивление стойко переносит пренебрежение моего потомка. Она постоянно крутится вокруг него, о чем-то с ним болтает, пытается обучить местным играм. Что ж, пусть дети развлекаются. Моя главная головная боль – это демон.

Вот кто является действительно темной лошадкой. Он явно не рядовой демон, в нем чувствуется некая властность. Хотя он старается ничем не выделяться среди нас, но рефлексы, выработанные годами, не истребишь. Что ж, это не играет большой роли, мне с ним детей не крестить.

– Дан, я все же переживаю. Ты уверен, что это хороший план? – зашептал Рой.

Он действительно думает, что я не услышу?

– Нормально все. Бабуля будет себя чувствовать среди них своей, ты уж мне поверь.

– Меня другое интересует. Зачем нам эта телега? Она нас только задерживает! – ворчал Гирин.

На покупке телеги настояла я, так как была не в силах путешествовать далее верхом. Мага же возмущал факт растраты средств.

– Будешь возмущаться – остаток пути протопаешь пешком, – встрял грозно внук.

– Кто сказал? – поддержал перепалку Гирин.

– Повторить для труднопроходимых? – подначил внук.

– Интересный у тебя мальчишка, – подъехал на своем жеребце демон к моей телеге.

– Еще бы! – Я изо всех сил старалась не задрать нос от распиравшей меня гордости.

– Ирва, подъезжаем, – окликнул меня Рой.

Подъезжали мы к воротам. Вообще картина, представшая моим глазам, поражала. Широкая мощеная дорога подводила к довольно большим деревянным воротам. Помимо ворот и охраны ничего больше не было. То есть ворота были, а ограждения не было. Ни частокола, ни городской стены, ни рва. Трава, дорога и ворота. Прелестно.

– Пять золотых, – пробасил высоченный лысый, шкафообразный тролль.

Как рассказывал Рой, тролли бывают двух видов: большие и маленькие. Большие имеют болотный свет кожи, непропорционально большие руки, висячие остроконечные уши и большие габариты. Маленьких троллей мы с внуком уже встречали во дворце местного повелителя.

– Сколько-сколько? – возмутился Олуш.

– Пять золотых. С каждого! – послышался голос снизу.

Смотрю под ноги громиле-стражнику. Вот и маленький.

– Почему так дорого, милейший? – не удержалась я. Это же грабеж!

– Десять! – противно взвизгнул маленький.

– Даже в столице за проезд серебром берут! – возмутился Гирин.

– Два! – решила не отступать я.

– Пятнадцать, и не золотым меньше! – подбежал к моей телеге низенький страж.

– Да откуда же такие цены? – начал багроветь Олуш. – Мы с дипломатической миссией!

– Да будь вы хоть самим владыкой, гоните золото! – не отступал мелкий тролль.

– Как смеешь ты, презренный, так с нами обращаться? – искренне вознегодовал гном.

– А ну, скостил цену, пока я тебе уши в бараний рог не скрутила, харя ты проклятущая! – завопила я, предварительно убедившись, что внук, Рой и Шасгар находятся в досягаемой близости.

Рой, внук и Лель благоразумно молчали. Ангра в очередной раз залюбовалась изумрудной травой. Шасгар наблюдал за происходящим с молчаливым интересом.

К воротам начал стягиваться народ со стороны города. Стены-то нет, все прекрасно видно и слышно. У меня захватило дух от местного разнообразия.

– Охолони, старая, не тебе песочком трясти в мужском споре! – успевал отругиваться от всех мелкий тролль. На его темной коже заиграл легкий румянец.

– Да я тебя в твои собственные ворота замурую! – ругался Гирин.

– Еще слово, мерзкий светлый, и я тебя сам муровать начну, – опять сплюнул тролль. – Ладно, я сегодня добрый, дриаду можете оставить здесь, остальным лучше проваливать подобру-поздорову.

– Рой, а скажи-ка мне, всегда ли здесь такие пошлины? – тихо обращаюсь к вампиру, предоставляя возможность поругаться Олушу и Гирину.

– Сие мне не ведомо, в город троллей мало кто стремится попасть.

– Но хоть кто-нибудь там бывал? – продолжала я расспрашивать, в то время как Олуш выдал цветистую тираду, где выразил свое мнение о троллях и их ближайших родственниках.

– Я о таких отчаянных не слышал, а те, кто здесь побывал, предпочитали молчать.

Ну что ж, а кто говорил, что будет легко? Во время перепалки все больше и больше троллей подходило к воротам. Они всей дружной компанией поддерживали двух героев местного разлива.

– Ни одного золотого! – спрыгнула я с телеги.

Троллий народ обратил на меня гневные взоры в немом возмущении.

– Тебе, карга, слова не давали!

До чего же противный голос у этого мелкого! Взял бы пример с более крупного товарища. Хотя остальные его невежество подбадривали подобными же выкриками.

– Я тебя по-хорошему прошу: прояви уважение к старости, скости цену, – строго смотрю на него.

– Не нравятся наши цены – проваливайте отсюдова. Людишек нам еще не хватало, – сплюнул мелкий мне под ноги.

И здесь проблемы с речью. Про всеобщее образование здесь вроде слышали, но вот про этикет и манеры забыли.

– Ах, так?! – Ну все, я обиделась. – Внук, а ну вспомни правила дорожного движения родной страны!

– Бабуль, какие именно? – заинтересованно посмотрел на меня отпрыск.

– Негласные! Те, в которых говорится, что дорога и проезд находятся там, где транспорт способен проехать! – махнула я в сторону от ворот.

И внук меня понял.

– А вы чего встали? – уставилась я на светлых и вампира.

– Так нельзя же так, – выпучили на меня глаза все представители светлой стороны силы.

– Ничего не знаю, вперед и с песней, – скомандовала я. Мельком оглядываюсь на троллей. Ребята пребывали в шоке.

Все смотрели, как мой внук объезжал по дуге ворота, приминая изумрудную траву, и въезжал в черту города.

– Но так не положено! – попытался вякнуть маленький тролль-стражник.

– Бабушка Ирва, это же нарушение традиций, – нервно шепчет Лель.

– Нарушение традиций – оскорблять пожилую женщину! – возмутилась я.

– Но как вам только подобное в голову пришло? – ошеломленно спросил вампир. – Ворота существуют для того, чтобы в них проходить!

– Ворота существуют для того, чтобы взимать мзду с таких идиотов, как вы, – разозлилась я. – А кто хочет проехать бесплатно, тот проезжает!

– Верно говорит! – взревел троллий народ. Ликование толпы заставило вздрогнуть моих спутников.

– Если ты так думаешь, то какого демона стояла и торговалась? – возмутился мелкий тролль.

– Так, ради удовольствия, – искренне ответила я.

– Проезжайте уж, – ворчат стражники. – Старуха мыслит, как наш брат, значит, пропуск вы уже заработали. Че встали?

Светлые поспешно двинулись вслед за внуком.

– И как же ты догадалась, что ворота здесь ради развлечения местных поставили? – подъехал ко мне Шасгар.

Вот же черт языкастый, у него даже лошадь неслышно ходит! Ну нельзя же так с пожилой женщиной.

– А вон колею видишь невдалеке? – еле заметно кивнула я головой.

– Вижу.

– А теперь обрати внимание на брусчатку. Ни одной выбоины. Ни лошадь, ни телега сквозь ворота не проходили, – продолжала объяснение. Мы недавно перешли на «ты». Точнее, это я перешла, демон же ко мне на «вы» и так не обращался.

– Слишком умная женщина, – недовольно заявил он.

Ах ты шовинист! Усилием воли я сдержала рвущуюся наружу отповедь. Я прекрасно понимала, почему он себя так ведет.

– Может, все-таки пересмотрим некоторые пункты контракта? – заглянул он мне в глаза.

Демон был недоволен подписанным договором, а все потому, что нужно уметь читать мелкий шрифт.

Договор мы составляли вместе с Шасгаром. Потом каждый добавил от себя по парочке пунктов мелким шрифтом. Мой шрифт оказался мельче, да и предложения витиеватей. Я находила некую прелесть в заключении сделки с демоническим племенем.

Ну кто еще может похвастаться тем, что подписал контракт с демоном и это не было продажей души?

Повелитель демонов

Как он мог попасться на такую банальную уловку? Как? Ну и что, что шрифт мелкий? Где, спрашивается, его глаза были? Он, великий и ужасный, попался на такой простой трюк!

Он, мастер словесных баталий, которого не способен переспорить и обмануть ни один демон, умудрился подписать договор на столь невыгодных условиях! Но больше всего Повелителя бесил пункт о неустойках. Да эта женщина его разорить решила! У нее совесть есть? Это же надо додуматься до такой астрономической суммы! Самое обидное, что он принял ее за декоративный узор!

А санкции, применяемые к нарушителю договора? Это кем нужно быть, чтобы до такого додуматься? Она же на самое дорогое покусилась! Естественно, теперь демону ничего не остается, как выполнить условия сделки.

А как хитро она изменила пункты, выдвинутые стороной демонов! «Уважаемый, имейте совесть, откуда такие деньги у обычной учительницы русского языка? А это что, ошибка? Нужно исправить, запятая не там стоит. Вот, вот это уже другое дело!»

Кто бы мог подумать, одна запятая – и смысл уже другой. Что вообще такое эта «запятая»? Но человеческая женщина сказала «надо», и под угрозой срыва сделки пришлось подписывать. Да он придушил бы ее собственными руками, если бы не наказание, которое грозит в этом случае!

Вот о чем он думал, когда подписывал себе приговор? А все ее речи виноваты, так она красиво все расписывала, так уверенно улыбалась. И он хорош, все пытался ее раскусить и понять.

Это же надо, перехитрить самого Повелителя демонов! Вот это женщина!

Глава 15

Разговор темной ночью в темной комнате между злодейского вида неизвестными

– Зачем ты нас здесь собрал, Первый?

– Наследник жив, господа.

– Быть не может, я сам проткнул сердце этого ребенка!

– Значит, это был другой ребенок. Ты ошибся, Третий!

– Да с чего ты взял?

– Сила наследника тьмы проснулась в нем. Темный замок разрушен, погиб Асхол, и причиной всему сила наследника! Второй лично исследовал руины и остаточные силовые следы.

– Но как же так? Как я мог ошибиться? Это все она! Где эта белобрысая тварь прятала своего сына?

– Где она его прятала, не столь важно, Третий. Главное, как теперь мы будем его убивать?

– Господа, обязательно ли нам устранять наследника?

– Несомненно, Третий. В связи с грядущей войной мы легко избавимся от Повелителя, наследник лишь досадная помеха.

– У меня есть некая идея, и наследник мог бы стать ключевой фигурой в ее исполнении.

– Идея стоящая?

– Не сомневайся, Первый.

– Что ж, ты вполне можешь заняться ее разработкой.

– Не переусердствуй, Третий. Мы потеряли Асхола и значительно замедлились в разведении наших зверюшек. Не подводи нас своей смертью.

– Я буду осторожен, Первый.

– Это все, конечно, замечательно, но что делать с демонами?

– Война будет, по крайней мере, я предпринял все, что было в моих силах, для этого.

– Я надеюсь, что ты не допустишь более подобной оплошности, Третий.

– Я отправлю к предкам этот проклятый род! И тогда весь мир склонится перед нами!

Дан

– Я же говорил, что она будет чувствовать себя здесь как дома, – обреченно взглянул я на своих товарищей по несчастью.

Единственный, кто хранил невозмутимость, был демон.

– Мои волосы, – шептала, плача, дриада. – Мои прекрасные волосы!

– Дан, ты уверен, что твоя бабушка родом не из этих мест? – тихо, а то, не дай модератор, бабуля услышит, спросил Гирин.

– Уверен. Она родом из славного города-героя, – вяло огрызнулся я.

– Мои прекрасные, изумрудные волосы, – продолжала тихо рыдать Ангра.

– Тогда почему? – растерянно взглянул на меня Олуш, обводя рукой ближайшее пространство.

– Потому что когда-то давно она посмотрела мультик про старуху Шапокляк, – вяло ответил я.

– Это кто? – полюбопытствовал эльф.

– Это главный тролль бабушкиной молодости, – буркнул я.

– У вас тоже тролли есть? – округлила глаза Лель.

– Есть. В Интернете все есть, – грустно вздыхаю.

– Инте… что? Что это? Название вашего мира? Странное, – нахмурился Гирин.

– Ага, – зевнул я. Мне откровенно лень объяснять несведущим, что такое Интернет.

– Мои во-о-олосы!

– Хватит скулить! – рявкнула бабуля, подойдя к нашей компании. – Они пошли на благое дело. И эта стрижка идет тебе больше.

А все так хорошо начиналось. Думаете, почему так убивается дриада? Потому что бабуля ее подстригла. Спрашивается, зачем? Потому что она у меня сердобольная.

В городе троллей мы расположились не то чтобы с удобствами, но и не сказать, что плохо. Местный ландшафт, являющийся по совместительству архитектурой, меня поразил. Нет, правда, ну где еще такое увидишь? Разве что посмотришь «Властелин колец», но дома хоббитов по сравнению с этим просто пшик.

Народец местный оказался крайне сварливым, жадным и большим любителем изощренных шуток. Короче, с бабулей они поладили. А было это так…

Мы с трудом, но нашли местный общепит. Почему с трудом? Да потому, что табличек на холмиках отродясь не висело, а спрашивать у аборигенов было бесполезно. Нас либо в принципе посылали, либо посылали туда, где еды и в помине не водилось. Наблюдая за нашими мытарствами, тролли явно получали моральное удовольствие. Чего бы им еще так мерзко хихикать? А когда мы пытались найти и покарать обманщика, того уже и след простывал.

Но долго это продолжаться не могло.

– Да что же это такое! У меня же внук некормленый! – разозлилась бабуля. – Шутят они, видите ли! Ну, ничего, я двадцать лет в школе проработала, уж кто-кто, а я в пакостях, то есть в шутках, побольше некоторых понимаю!

Сказано – сделано. Следующего, кто нас послал в очередной тупик, бабуля пообещала скормить Рою. Вампир позеленел и попытался упасть в обморок. Мы с Гирином решили не давать ему поблажек – страдать, так всем вместе!

Но вскоре бабуля передумала травить вампира тролльей кровью.

– Шасгар, голубчик, что же ты, родимый, без дела скучаешь? Нехорошо. Давай-ка, дорогой, отрабатывай пункты контракта. – И улыбка ее была мила, а взор ясен и чист. В общем, налицо все признаки ехидной натуры.

Демон ее наградил та-а-аким взглядом, что я невольно напрягся, мало ли что. Отчаянный он мужик.

– И не надо глазками своими красивыми стрелять, чай, не девица красная! – возмутилась она.

С тихим рыком демон направил свою лошадь по направлению к очередному прохожему.

– Ирва, может, не стоит его злить? – неуверенно спросил Рой.

– Я не злю, а придаю ему нужный настрой, – важно ответила бабуля.

Вскоре демон вернулся с необходимой нам информацией, после чего мы нашли вполне сносную… э… нору? Нет, все же холм с полноценной дверью. Внутреннее убранство не сильно отличалось от уже виденного нами, полуподвальное помещение с высокими на удивление потолками.

И опять нас попытались обмануть. Подали ужасную еду, выставили огромный счет, еще и нахамили, а ведь у меня терпение тоже не вечное. Но тут активизировалась бабуля.

– Хозяина позови, – мило улыбнулась любимая родственница подавальщице, маленькой толстенькой троллихе. – Хочу его поблагодарить от всей души и подарок ему сделать от чистого сердца.

От всей души? Бабуля, пожалей город!

Пришел хозяин. Мужик впечатлял: бугай под два метра ростом, с большущими волосатыми ручищами и маленькими поросячьими глазками, с внушительным пузом в замызганном фартуке.

– Чего хотели? – нахмурился он. Это выглядело бы вполне внушительно, не достань бабуля свою сковородку.

– Уважаемый, я бы хотела книгу жалоб, – опять улыбается она.

– Че? Ты, карга, балякай на нормальном, – вякнул тролль. После чего был зверски избит святой сковородкой.

– Бабуль, за что? – просипел я, когда сумел отдышаться.

Сковородка в действии – это что-то. Во-первых, она на автопилоте. Во-вторых, она – оружие массового поражения. Остальные посетители сего негостеприимного заведения не оценили попытку покушения на хозяина, была бы драка, не выкинь святая сковородка очередной трюк. От нее отделились разноцветные круглые пучки света и начали бешено метаться по помещению. Итогом всего этого бедлама стала разруха. Те тролли, что не успели уползти, лежали в отключке, сам хозяин также был без сознания.

– Шасгар, этого горе-коммерсанта необходимо связать и привести в чувство, – чую знакомые командирские нотки.

– Вампиреныш, слышал? Исполнять, – отстраненно приказал демон.

Рой оскалился. Он как раз вытаскивал гнома из-под опрокинутого стола.

– Я просила именно вас, Шасгар, как наиболее сильного и способного мужчину среди моих спутников. – Демона аж перекосило от услышанного. Взгляды светлых были устремлены на него. Мужику просто ничего другого не оставалось делать.

Это же запрещенный прием! Причем демон его прекрасно осознает, но все равно подчиняется.

Короче, тролль был связан и приведен в чувство. И начались великие пытки. Бабуля заставила его съесть все, что нам подали. Он слезно обещал, что больше так не будет, но моя любимая родственница была неумолима. Потом тролль виртуозно ругался и требовал возмещения убытков.

– Шасгар, сделай с ним что-нибудь, иначе платить придется тебе. Контракт обязывает, – посмотрела на демона бабуля.

Тот, недолго думая, вытащил из-за пояса кинжал.

– Ты что задумал, вражина? – возмутилась бабуля. – Я тебе покажу, как холодное оружие без разрешения носить! Ты его что – прирезать собрался? А ну, положи ножик на место, а то порежешься!

– Ты же сама просила сделать хоть что-нибудь, – невозмутимо ответил демон.

– Я не говорила об убийстве. Включи фантазию.

– Но это самый легкий способ.

Это точно. Но мы не ищем легких путей. Нам подавай экстрим! Который в последнее время все больше смахивает на экстремизм.

В конечном итоге тролль был бит и, осознав свою неправоту, нормально нас накормил, еще и поселил к одной из своих подавальщиц. Та была дама замужняя и имела собственный холм, то есть дом.

К моему священному ужасу, бабуля и эта дамочка воспылали друг к другу нежными чувствами. Предварительно бурно поругавшись.

– Это что еще за карга! – воскликнула троллиха.

– Ты себя-то в зеркале видела, курага небритая? – возмутилась бабуля.

– Че?

– Красивая ты, говорю, смотреть невозможно, а то седины прибавляется, – невозмутимо продолжала бабуля.

– Трясла бы ты отсюдова подальше своими морщинами! – рычит троллиха.

– Молчала бы ты, может, и счастье тебя посетило бы, – не отставала моя родственница.

– Щас как врежу, – насупилась троллиха.

– Не догонишь, – констатировала бабуля факт.

Троллиха была большая, бабуля маленькая и апгрейденная. Ее нынешняя прокачка в виде резкого омоложения организма привела к прекрасной физической форме.

– А мы сейчас проверим. Ноги повыдергиваю, много не побегаешь, – рычит троллиха.

– Сама не побегу, другие на руках понесут. Вон, мужиков видишь? – кивнула бабуля в нашу сторону.

– Ну, – хмуро буркнула троллиха.

– Не нукай.

– Неужто все твои? – восхищенно и более миролюбиво.

– Трое точно, остальные в процессе.

– Ну, ты горазда, а на вид перечница перечницей.

– Ты на вид тоже Коля Валуев в юбке, но я же молчу.

– Это кто?

– Великий человек.

Вот после этого они и спелись.

– Гюрза, – вещала бабуля, – у меня есть план.

Да-да, бабуля назвала свою новую знакомую в честь ядовитой змеи. А все потому, что сия дамочка была сварливая, ворчливая и могла выдать до десяти гадостей за тридцать секунд.

Так вот, с бабулей они, можно сказать, подружились. Гюрза пожаловалась на мужа-алкоголика. Бабуля пообещала помочь.

Она минут пятнадцать о чем-то усиленно размышляла, в этот момент Ангра не вовремя напомнила о себе бурным возмущением по поводу ужасных условий проживания. И не преминула напомнить, что мы находимся в подобной дыре исключительно благодаря моей бабушке.

– Идея! – воскликнула бабуля и ласково посмотрела на зеленокожую дриаду. – Ангра, деточка, подойди к бабушке. Гюрза, у тебя ножницы есть?

Дриада бегала быстро, но против здоровенной троллихи она явно не тянула. Лель от страха сжался в темном углу, закрыв уши руками и плотно зажмурив глаза. Демон наблюдал за происходящим со снисходительным выражением лица. Только Олуш и Гирин пытались урезонить троллиху, увещевая почему-то бабулю.

– Ой, Олуш, а я и не заметила, какая красивая и густая у тебя борода. Гирин, мальчик мой, ты тоже хочешь поучаствовать? – невинно хлопала бабуля ресницами.

Вот так Ангра и лишилась своих волос. Они понадобились для великого дела – для создания образа.

– План называется: «Зеленые черти как метод борьбы с зеленым змием». – Да это больше смахивает на научную работу!

Наряжали, к моему счастью, Гюрзу. Когда я ее увидел, чуть сам коньки не отбросил. И это я! Дитя, выросшее на голливудских ужастиках!

– Гирин, не ходи туда, – схватил я мага за руку.

Мы столкнулись на выходе из комнаты. Домишки у троллей имели особое строение. Вместо крыш были окна, увитые специальной травой. Несмотря на полуподвал, в помещении было сухо. И даже чисто.

– С чего это? – напрягся маг.

– Поверь мне, друг, лучше не лезть к девочкам, когда они в подобном настроении.

– Да я вообще-то знаю. У меня две сестры. – Он уселся на узкую кровать, я же сполз спиной по стене на пол.

– Сестры? Круто. Младшие? – улыбнулся я.

– Старшие, – мрачно ответил Гирин. – Все детство испортили. Из-за них я решил связаться с тайными службами Правителя. Родители-то у меня простые. Мать-магичка при родах умерла, отец-библиотекарь с головой ушел в работу. Так и не женился. Ну а за мое воспитание взялись сестры. У мага и простого человека родится либо маг, либо человек. Вот и получилось, что я маг, а они люди. Изгалялись, как могли, то в девочку переоденут, то в школу танцев и музыки пошлют. В тринадцать я восстал и отправился учиться магии, отец этому поспособствовал, ну а сестры вышли замуж. За моих преподавателей, и даже в альма-матер сумели меня достать.

– Сочувствую, брат, – качнул я головой.

– Да не стоит. Я их люблю, они же моя семья. Да и не сильно они меня достали. От их подружек, желающих выскочить за меня замуж, я успел смыться на это задание. И знаешь, Дан, я не жалею.

Опа, кроме меня, есть еще мученики?

Глава 16

Ирва

Весь день только и делала, что решала организационные моменты. Нельзя так перенапрягать неокрепший организм. В мои-то годы… Так, стоп. После внепланового омоложения я теперь очень даже молодая, и пора к этому начать привыкать. Ну ладно я – чего только в моей бурной жизни не было, но как дочь к этому привыкнет? С другой стороны, я бы с радостью предстала перед зятем в своем обновленном варианте и посмотрела на его лицо, когда он осознает, что его мечтам о моих пышных похоронах не суждено сбыться. Но нагадить зятю – это одно, а волновать единственную дочь – совсем другое. Как я ей буду объяснять, что годам этак к семидесяти моя дочь будет спрашивать: «А почему, мама, вы таки еще живы?» Но с этим, пожалуй, разберемся позже. На сегодняшней повестке дня стоит другая проблема.

В городе троллей я познакомилась с замечательной женщиной. К их невыговариваемым именам я уже привыкла, к тому, что они абсолютно незапоминаемы, тоже. Вот и приходится давать «кодовые имена». Только с каждым разом мне все труднее смотреть на внука, очень уж у него лицо странное становится. То ли проявляется усиленная высшая нервная деятельность, именуемая мышлением, то ли полное ее отсутствие. Мальчику давно пора научиться держать эмоции и лицо под контролем, но я делаю ему поблажки, все-таки он еще ребенок, а детство не должно заканчиваться рано. В результате моего воспитания он и так почти ничему не удивляется, а после свободного общения со шпаной и прочими маргинальными элементами, о которых я якобы не знаю, он теперь еще и чувство страха контролировать научился.

Но все же моему плану по излечению мужа Гюрзы от алкоголизма он не обрадовался. Попросил удалить женщин и детей с арены боевых действий. Пришлось Ангру и Лель выдворить за пределы дома. Но ответственное задание я таки успела им дать. Они караулили незадачливого мужа.

Дан

С каждым взглядом на эту Гюрзу я все яснее понимал причины алкоголизма неизвестного мне пока тролля. У нее же рот не закрывается! И я бы, пожалуй, потерпел, если бы она несла обычную женскую чушь. Эта, с позволения сказать, мадама дышать не могла без оскорблений. Бабулю она, по понятным причинам, не трогала. Меня опять же не пыталась задеть, потому как понятие имеет и родную кровь своей благодетельницы лишний раз дурным словом не обидит. О нет, надо мной издевались гораздо изощренней. Эта троллиха пыталась меня закормить и ублажить. И если на первое я еще мог согласиться, так как готовка ее была, в противоположность внешности, весьма и весьма прилична, то второе чуть не вызвало у меня разрыв сердца в столь юном возрасте. Она собралась меня знакомить со своей незамужней племянницей! Меня! С племянницей! Да я представить боюсь, что там за генофонд! И только я было собрался перекреститься да обратиться к бабуле, как меня спас демон. Честно признаться, от него я не ожидал столь благородного поступка.

– Слушай меня внимательно, причина мужской несостоятельности, – обратился демон к Гюрзе. Та, по-моему, даже не поняла, что это был весьма сомнительный комплимент. – Сейчас ты отстанешь от мальчика и больше с ним не заговоришь, если это не будет касаться вопроса о его комфортном пребывании здесь. Все поняла?

Он так на нее взглянул, что я бы на ее месте давно слился с тенью и превратился в туман. Короче, неплохо было бы свирепым рожам у этого индивида поучиться.

– А чей-то? Чей-то ты влезаешь? Ты мою племяшку не знаешь, а вон как зыркалки вылупил да клыки оскалил, – собрав последние остатки глупости, вякнула троллиха.

– Повторяю для особенных, – спокойным голосом продолжил демон. – Мальчика своими родственницами не пугаешь, в его сторону поползновений не делаешь – живешь спокойно. А если не угомонишься и парень из-за тебя надорвет любое свое здоровье, я тебя на радость мужу живьем закопаю.

Бледно-зеленая Гюрза отошла от нас, мелко дрожа.

– Шасгар, спасибо, выручил, я уж думал – кранты. Только насчет здоровья не понял. Почему любое? Оно у меня что, многократное? – Он, оказывается, интересный мужик, если, конечно, странности не говорит.

– Твоя бабушка четко все разъяснила. В контракте прописано, что нанесение вреда твоему физическому, интеллектуальному, личностному, социальному, эмоциональному и духовному здоровью до того, как ты окажешься в полной безопасности, а именно до момента твоего прибытия домой, отражается непосредственно на мне. И мне как-то совсем не улыбается перспектива увеличения срока служения твоей бабушке. И ладно бы только моего, но на кой ей армия?! – в сердцах воскликнул демон.

Опаньки, а вот это мы с бабулей как-то не обсуждали.

– Э-э-э… – Мне нечем было утешить мужика, ибо слышал о данном пункте в первый раз.

– Чуть не забыл, – спохватился он, – что значит «легион»? – Последнее слово он произнес на русском.

– А что такое? – Я невольно насторожился.

– Она сказала, что назовет так армию Повелителя демонов, если вдруг контракт будет нарушен и они перейдут в ее личное пользование.

– Это значит – много, – проговорил я и направился к стеночке на лавочку.

Демон вновь сделался пофигистом и отправился подпирать косяк. Бабуля тем временем вернулась, победно неся в руках что-то зеленое.

– Сейчас будем маникюр делать, – радостно сообщила она.

Оказалось, она где-то нашла довольно интересную траву, чем-то похожую на бамбук, только тоньше, и формой напоминающую длиннющий ноготь. Вот эту бандуру бабуля и крепила на пальцы Гюрзы. Дальнейших ее манипуляций моя неустойчивая психика просто не смогла выдержать.

– Иди, парень, не мучай себя, – сочувственно похлопал меня по плечу демон.

– Поражаюсь вашей выдержке, – буркнул я, разворачиваясь.

– Я демон, мы и не такое видели, – очень тихо ответил он.

И вот глубокой ночью, когда дриаде и эльфу надоело стоять на шухере, когда я устал настолько, что готов был плюнуть на все и пойти спать, наконец пришла жертва. То есть, я хотел сказать, муж.

Как это тело преодолевало порог собственного дома – история отдельная. Как он в темноте пытался нащупать кристаллы освещения, вообще неописуемо. Но момент, когда он эти треклятые кристаллы все-таки активировал, я не забуду никогда.

Я примерно представляю, что он увидел прямо перед глазами в момент включившегося внезапно освещения. Но такого душераздирающего крика не слышал еще никто. Моя память услужливо представила мне картинку зеленого монстра с серым лицом, черными провалами глаз, с белыми с черными губами, изрисованными красным соком щеками. Фредди Крюгер, только без шляпы, с зелеными дредами и явно большего размера. Я предусмотрительно избавил себя от сомнительного зрелища, но любопытство было сильнее. Тем более что послышался глухой удар и грохот.

– Ой, мамочки! Он жив?! – взвыла белугой Гюрза.

– Жив, жив. Экий впечатлительный, – покачала головой бабуля.

– А теперь хозяйке дома не помешало бы сменить облик, а то на крики народ сбежится, а мне бы не хотелось разбираться со стражей, – флегматично заявил демон.

Олуш и Гирин, не поднимая лишний раз глаз на Гюрзу, бочком придвинулись к валяющемуся на полу телу. В чувство его приводить.

Минут через пять в дверь постучали. И чуть не снесли ее по пути. Гюрза, увидев, что ее муж вполне жив и даже дрожит от избытка чувств, успокоилась. Сняла с себя амуницию и пошла разбираться со стражей.

Неизвестные заговорщики

– Первый, – повернул голову Третий в сторону собеседника. – Мне сообщили странные новости. Это правда?

– Ты не поверишь, Третий, но это правда. Властелин совсем помешался, устроил охоту на старуху.

– Воистину он сошел с ума!

– Не кипятись, Второй, – пресек возмущение Первый.

– Ты думаешь, она может быть полезной нам?

– Ты прав, Второй. Если Властелин так жаждет ее поймать, думаю, она то, что нам нужно.

– Говорят, она ведьма необычайной силы, которую проклял Властелин.

– Мои шпионы донесли, что она заклятый враг рода Властелинов и сила ее неизмерима. Главная башня столицы была разрушена ею лишь мановением руки, и это башня, на которой охранных заклинаний больше, чем на мне волос.

– Неудачное сравнение, – буркнул себе под нос Второй, искоса поглядывая на плешь на голове Первого.

– Я обнаружил местонахождение Властительницы.

– Воистину сегодня замечательный день! Одна новость прекраснее другой!

– Сейчас на нее нападать опасно. Необходимо выждать какое-то время.

– Властительница также заинтересовалась старухой, она отправила своего человека на разведку.

– Что нам известно о вновь открывшихся фактах? Как хоть зовут нашего возможного союзника?

– Я точно не уверен, но кажется, к ней обращаются «бабуля». По крайней мере, Властелин отметил подобное обращение, как отличительную черту.

– Шпиона Властительницы устранить и заменить нашим. Связь с ним держать прямую, дать ему широкие полномочия, попытаться провести переговоры, в случае ее несогласия – устранить.

Темная Властительница

Ноги жутко болели, дыхание давно сбилось, но она не могла остановиться. Ее гнал страх. Страх и любовь. Она должна добежать. Обжигающе соленые слезы застилали глаза, но она не могла их смахнуть. Руки были заняты тяжелым свертком.

Сколько она уже так бежит сквозь эту проклятую чащу? Ее снедало беспокойство за мужа. Сердце гулко билось о ребра, в боку кололо, низ живота тянула острая боль. Хотелось упасть и не вставать, и будь что будет, но она должна была бежать, должна спасти.

Стук сердца заглушал любые звуки. Плохо, очень плохо, она должна слышать окружающий мир. Она должна знать, с какой стороны погоня. Да где же этот проход?

– Мамочка? – завозился ребенок на ее руках. – Где мы?

– Спи, сына, мы идем к бабушке. – Говорить тяжело.

Но ребенок не должен догадаться о грозящей им опасности. Ее мальчик не должен бояться.

– А где папа?

– Папа сейчас разбирается с нехорошими дядями.

– Правда? Он посадит их на кол? – В голосе сына слышится воодушевление.

А она ведь просила мужа не рассказывать ребенку о своих былых подвигах, пока тот не станет постарше. И мама говорила, что такие сказки не для детской психики.

– Конечно, он же Темный Властелин как-никак. – Неудачная попытка улыбнуться.

И тут она услышала самый страшный звук, лай урганов – ищеек, специально выведенных для поимки опасных преступников.

Властительница рывком поднялась в постели, еле сдержав крик отчаяния. Давно она уже не видела этого сна. Очень давно. Сильно же на нее повлияло донесение шпионов об активизации тварей, из-за которых вот уже пятнадцать лет Темная Властительница не могла спать спокойно по ночам, а Темный Властелин с каждым годом все ближе и ближе к тьме. Они ответят. Ответят за ее слезы, за боль мужа, которую он пытается скрыть. Ответят за то, что она видит родного ребенка раз в год.

Осталось только разобраться, почему так всполошился любимый супруг.

Дан

Могу сказать точно: алкоголиком мне не быть. Я просто не переживу бабулиных методов кодировки. Как их пережил тролль, остается только гадать. После того как мы привели его в чувство, он долго не мог говорить, а когда все-таки пришел в себя, порывался набить лицо и плюнуть в глаз неизвестному нам Урхнарху. Орал, что тот ему некачественное пойло подсунул.

А тут и бабуля подоспела. Я такой интересной лекции по отравляющим веществам еще не слышал. А как она красочно «белочку» описывала! Тролль чуть во второй раз в бессознанку не ушел.

В общем, Гюрза результатом была довольна. Еще бы ей не быть, ее муж откопал все свои алкогольные запасы и лично вылил их в огороде. Кстати, протрезвел он на удивление быстро. Хотя… нет тут ничего удивительного.

После трудового дня нас таки разместили на ночлег. Вот только бабуля еще долго о чем-то разговаривала со счастливой женой.

А наутро у нашего порога стояла очередь из местных представительниц слабого пола. Дриаду мы решили спрятать от греха подальше. Сами же спрятаться не успели.

За время нашего пребывания в городе троллей среди мужского населения появилась легенда о страшном чудовище, появляющемся из любого алкогольного напитка, вследствие чего резко сократилось количество алкоголиков. Были, правда, и такие, что сопротивлялись. При виде бабушкиных творений они лишь больше потребляли, после чего стремились слиться с чудовищами в крепких объятиях. Правда, это были единичные исключения из правила.

А еще бабуля умудрилась и здесь заручиться поддержкой. Местные женщины ее обожали.

– Доколе мы будем терпеть пьянство своих мужей?! – вещала бабуля тем временем.

И кой нуб меня дернул пойти с ней?

– Доколе мы будем страдать, бабоньки? Где ж это видано, чтобы мы, красавицы, умницы, да так горбатились на чужого дядю?

И «бабоньки» таки согласились бурным ревом.

– С утра до вечера работаем! Света белого не видим! Даешь восьмичасовой рабочий день! – и ведь ее совсем не смущает тот факт, что здесь день намного длиннее, чем в нашем мире.

– И право на развод! – выдвинула требование одна из троллих.

– Я вижу, среди нас появилась активистка. Товарищи, поддержим ее! Прошу вас на трибуну, дорогая! Товарищи, гордитесь! Среди простых работящих женщин имеются те, кто стремится защитить наши права! Гордитесь, товарищи!

К бабуле из толпы вышла довольно высокая троллиха, явно смущаясь и краснея. Что тут началось! На фиг такое вспоминать. Общий смысл сводился к тому, что женщины должны будут воздействовать на своих мужчин. Ну и планировалась встреча с представителем старейшин. Вы не поверите, она таки состоялась.

В один прекрасный день нас провели к одному из холмов-домов. Пригласили внутрь. Встретил нас… мастер Йода. Нет, правда, натуральный Йода. Зеленый, сморщенный, ушастый и вредный. Чего мне стоило не заржать, знает только святой Коннектий. Бабуля почему-то отказалась его именовать иначе как старейшиной и вообще, видя мое несерьезное отношение к происходящему, выгнала.

Уж не знаю, о чем они там говорили, но уже через полчаса она вышла от старейшины довольная и скомандовала скорый сбор. Ну, слава тебе, модератор! А то засиделись уже.

Провожали нас всем городом.

– Куда теперь? – с интересом осведомился я.

– К вампирам, – скомандовала бабуля.

Ирва

В последнее время я все чаще замечаю недовольство светлых, в частности Олуша. Все гадала, когда же он начнет разговор. Долго он ходить вокруг да около не стал.

– Ирва, что происходит? – Ах, эта избитая фраза.

– А что такое? – Ничего-ничего, мы тоже по молодости дурочками были.

– Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Зачем ты таскаешь нас по землям темных? Зачем мы идем к вампирам? И самое главное, что это за суровый тип, который теперь путешествует с нами? – Казалось, его возмущению нет предела.

И что ему на это ответить?

– Шасгар только на вид строгий, на самом деле он хороший. – Особенно после того, как узнал о процентах. Он теперь вообще шелковый.

– Прекрати это немедленно! Ты ведь знаешь, о чем я говорю! Что ты задумала?

Ну вот, сейчас меня будут обвинять в различных зверствах и постараются вывести на чистую воду. С одной стороны, его можно понять, как-никак он отвечает за парня и девочек. Может, их в заложники? Никогда не была беспредельщицей. Эх, а идейка-то хорошая.

Значит, будем агитировать. А поддастся ли этот пленник, покинутый родным государством? Стоп, а это ведь идея. Секту мне, конечно, не создать, слишком мало времени и ужасный материал. Но вот поиграть в «Семнадцать мгновений весны»… Все-таки придется проводить агитацию.

– Олуш, поверь, я не желаю нам зла. Наоборот, хочу защитить наш отряд, поэтому мы и передвигаемся по странному маршруту.

– Зачем нам к этим тварям? Это же вампиры!

– И что с того? Ты путешествуешь с одним из них! Нормальный парень, пора уже избавляться от своих предрассудков.

– Ты иномирянка, тебе не понять, – начал было он.

– Олуш, как ты думаешь, где ты?

– На Темных Землях! – вышел он из себя.

– Ты на задании! И его тебе поручил твой Император. А я выполняю твою работу. Тебе поручили заключить союз, а не негодовать в обиде и разочаровании!

Глава 17

Ирва

– Ты на задании! И его тебе поручил твой Император. А я выполняю твою работу. Тебе поручили заключить союз, а не негодовать в обиде и разочаровании!

Моя отповедь нашла отклик в душе гнома. Он заметно поменялся в лице. Вот только мое женское чутье подсказывает, что не тот это отклик, ой не тот.

– Да что бы ты понимала, иномирянка!

Ну так я и знала. В чем я ошиблась? Так, от подчиненных его увела? Увела. Слова нужные подобрала? Подобрала. Тон… А вот тон как раз неверный взяла.

Ну же, моя хваленая мудрость, подкрепленная опытом, думай теперь, как исправлять ситуацию. Вот же беспардонность моя старческая! Совсем позабыла, как с мужиками общаться, а они ведь существа ранимые – чуть посмотришь не так, потом их ищи-свищи.

Но не должен он был так на старушку обижаться. Ой, склероз, мой друг сердечный! Не старая я теперь, и данный индивид меня в молодом обличье созерцал достаточно. Ну что ж, Ирма Львовна, исправляй теперь промахи.

– Олуш, – начала я мягко. Добавим чуток вины во взгляд. – Прав ты, друг мой, прав, бесспорно. Чужая я, нездешняя, всего не знаю, ты прости меня, старую.

– И не старая ты теперь вовсе, – стушевался он.

Ну так я и знала. Не старая, видите ли.

– Это же только телом я помолодела, а умом еще не пообвыкла, – качаю головой удрученно. Как же я рада, что на мне морок, существенно помогает в работе со слабой мужской психикой. – С детками я малыми работала, привыкла командовать. Ты уж меня прости.

Есть контакт. Не забываем про тонкую душевную организацию руководства.

– Но и ты меня пойми! – всплеснула я руками. Переходим к главному этапу. – Не враг я вам, потому как не враг себе. Ты мужик бывалый, должен меня понять, у тебя вон на шее две девицы и маг горячий, а у меня внучек родимый.

Все, он почти мой. Вон как глаза подобрели. Сочувствует.

– С вами поступили не по справедливости, ну так и нам досталось. Данюша еще сущий ребенок, а уже в темнице побывал.

Так, про внука это я зря. Что-то гнома перекосило нехорошо.

– И твои ребята не заслужили. Один ты у них опора, потому как мудрый и опытный. Только ты понимаешь, насколько важно это путешествие. Но не вышло у вас, не твоя в том вина, нравы здесь другие.

– Давай-ка присядем, – предложил Олуш.

Ну наконец-то! Не прошло и полугода. Перед ним женщина в годах распинается, а он только сейчас спохватился.

Разговор этот произошел на очередном привале. Стоянку организовали в лесочке неподалеку от дороги. Присесть здесь было куда.

– Правильно ты все говоришь, Ирва. Но я до сих пор понять не могу, зачем ты по Темным Землям поход устроила? Зачем с ними беседы странные ведешь?

Какой ты, однако, трудный.

– Так о тебе забочусь. Ты, Олуш, мужик хороший, не хочу я, чтоб тебя на родине в некомпетентности обвинили. Союз ты не заключил?

– Нет. – Так, горчинку в душу внесли? Теперь пора за бочку меда приниматься.

– Я на свете достаточно пожила, многое видела, знаю, как начальники с подчиненными обращаются. Они там в своих креслах да приемных залах все умные, а простые агенты да делегаты потом за все получают. А коли ты придешь не с пустыми руками, то и наказывать тебя не за что будет.

– Да что я им принесу-то? – всплеснул он своими мощными руками.

– Сведения. Тебе ли не знать, что в наше время информация дорогого стоит, – грустно вздыхаю.

– А то у них шпионов не хватает! – Сарказм.

– Конечно. Ты думаешь, я просто так с темными дружбу вожу? Нет, я для тебя местную сеть разведки подготавливаю. Вот, к примеру, война – а у тебя связи и с троллями, и с оборотнями, и с дроу. И с вампирами я тебе хорошие отношения организую.

Проявляется интерес, но с явной толикой недоверия. Не дожала.

– Олуш, поверь старой женщине, твое дело правое. Да и ситуация у тебя тяжелая, – сочувственно вздыхаю. – За эльфийку тебя точно по головке не погладят.

Его глаза невольно расширились.

– Да, да, поняла я про нее все. Не простая девочка, и в этом походе ее не должно было быть, иначе не стала бы она маскироваться. Из благородных она, по манерам вижу. Незавидное у тебя положение.

Даем минуту на размышления…

– Ох, Олуш, сильный ты все-таки мужик, я бы сломалась уже давно. Ответственность огромная, задание опасное, еще и мы с внуком на шее, а ведь тебе еще для земель родных служить и служить. Я потому Шасгара и позвала с собой. Воин он хороший, девочек прикроет в случае чего. Переживаю я за тебя, совсем себя не бережешь. Да и шпионить трудно, когда за детьми присматривать придется, тут как раз и я пригожусь. Ведь кроме тебя больше никто такого сделать из нас не сумеет.

Все.

– Права ты, Ирва. Рано меня еще в отставку. Мы еще повоюем.

А теперь используем добытые внуком сведения.

– Это ведь шанс, Олуш. Шанс уесть тех, кто тебя с этой миссией отправил. Ты сам должен решить для себя, чего ты желаешь и на что готов для исполнения этого желания. Причем ты не должен оглядываться на своих подопечных, за ними могу приглядеть и я.

– Почему бы и не попробовать? Не получится, открою свое дело, как Дан советовал.

Дан

Ползу я, значит, к бабуле с гномом и тихо матерюсь.

– Ты что тут делаешь? – раздался родной голос прямо над ухом.

Надо заметить, добраться до моего уха было проблематично, так как заседал, а точнее, возлежал я среди колючих кустов. Из которых пришлось поспешно выбираться.

– А где Олуш? – До чего ж кусты колючие!

– Ушел он. Лагерь пошел проверить. Так что ты здесь забыл? – Бабулю с верного пути и танком не собьешь.

– Страхую, – возмутился я. – А чего он тебя в кусты потащил?

– Данюша, а если бы мы там чем непотребным занимались? – возмутилась она.

– Вот от этого и страхую. Нечего со всякими гномами по кустам лазить, – бурчу уже себе под нос.

– Все с тобой ясно, внук. Мастер-класс по психологии усвоил? – и смотрит на меня весьма серьезно.

– Честно говоря, не очень, – качнул я головой. – Отсюда ничего не слышно.

– Ну, значит, не время еще.

На этом бунт в рядах нашей команды погас, так и не начавшись.

И я даже успокоился, а зря. Нет, волнений в сплоченных рядах по поводу того, кто главный, больше не возникало. Не знал я тогда, что не это самое страшное.

Ехали мы уже третий день. Рой обещал, что к вампирам прибудем через сутки. За эти три дня я многого натерпелся. Мало того что моя дриада вилась вокруг этого демона, так и эльфийский паренек совсем с ума сошел, от меня не отходил, вопросы странные задавал. Вот какая ему разница, нравятся мне блондинки или нет?

Олуш после так и не услышанной мной беседы с бабулей стал собранным, серьезным, все высматривает что-то. Даже пометки угольком на пергаменте делает. Надеюсь, бабуля не заставила его писать научную работу.

В итоге одним-единственным адекватным светлым оказался Гирин. Только с ним и было о чем поговорить. Ну, еще Рой, если с магом не грызется, тоже неплохой собеседник. Магии меня оба обучают.

Но самое странное учудила бабуля. Она попросила Шасгара обучить меня искусству владения мечом. На фига оно мне? Железки я и в спортзале потаскать могу, а с местными и при помощи магических штучек разобраться.

Но бабуля была непреклонна. С этого странности и начались.

На очередной нашей стоянке демон позвал меня потренироваться. Стоял жаркий солнечный день. Бабушкину тележку расположили под тенью деревьев. Олуш командовал приготовлением обеда, запрягли мужика конкретно. Гирин тихо ворчал непонятно по какой причине. Рой магичил обещанный бабуле амулет автоматического регулирования морока, я над ним уже поработал, теперь остались завершающие штрихи. Ему помогал Лель. Эльфенок уже не столь остро реагировал на близость вампира, можно сказать, не обращал на него внимания.

Бабуля восседала в своей телеге, Ангра примостилась прямо на травке, облокотившись спиной о колесо. Обе они смотрели в одну точку. И у обеих было до жути одинаково странное выражение лица.

– Ба, – подошел я к ней.

Она не отозвалась. Взгляд у нее был такой… рассеянно-мечтательный. Проследил за ним. Шасгар с мечом разминается, по пояс голый. И чего так смотреть-то?

– Бабуль, чего ты на него так смотришь-то? – решил я выяснить.

– У него грудь волосатая, – и сказано это было таким тоном… Ну не знаю, счастливым и блаженным одновременно, что ли?

– И чего? – не понял я.

– Ничего ты не понимаешь, – не отрывая странного взгляда от демона, ответила бабуля. – Таких в нашем мире уже не встретишь.

– И плечи широкие, – вякнула дриада снизу.

Не понял.

– Если не нравится, могу попросить его одеться, – предложил я.

Наконец на меня перевели осмысленный взгляд.

– Внук! Иди-ка ты… воды натаскай! Давай, давай! – На меня яростно замахали руками. – А то весь обзор загораживаешь.

Чего?!

Пришлось пойти. Ничего не понимаю.

Знал бы, во что это выльется впоследствии, я бы этого демона прямо там закопал.

Вскоре мы продолжили путь. Больше я у бабули этого странного выражения на лице не видел.

Темный Властелин

От Шасгарезара вестей не было. Ну и хорошо. Кто из этих двоих выживет после встречи друг с другом, Властелина волновало мало, главное, что один будет деморализован точно. Что Повелитель демонов, что родная теща – для Темного Властелина разница небольшая. По крайней мере, он на время отодвинул наступление демонов.

Как раз появилась возможность разобраться со старыми врагами. С теми, кто виноват в том, что жена Властелина плакала по ночам, с теми, из-за кого он не мог сам воспитать своего сына, с теми, по чьей вине Властелин так часто общался с тещей!

Думая об этом, волна темной злобы поднималась из глубин души Темного Властелина. Его губы исказила жестокая ухмылка.

– Мой Властелин, – обратился к повелителю дрожащим голосом слуга, – прибыл саин Морадор.

На ловца и зверь бежит.

– Зови, – кивнул бледному слуге повелитель.

Кстати, о жене. Непокорная женщина! Куда она лезет? Она же всю игру ему поломает! А если про мать свою узнает? «Твою тещу»! – выругался Властелин мысленно.

– Мой Властелин… – отвлек от тяжких дум голос.

Светлые чертоги

– Правитель! Император! – вбежал в кабинет Светлого Императора гонец.

– Ну что еще? – поднял на вошедшего глаза мужчина.

– На границе замечено странное скопление темных.

– Пресветлые боги, – тяжело вздохнул Светлый Император. – Среди них не было женщины с синими глазами, ядовитым языком и замашками демоницы?

– Н-нет, ваше величество, – опешил слуга.

– Так какого темного ты меня отвлекаешь?! – разозлился правитель.

– Н-но у меня письмо. От вашей дочери.

На бледном лице светлого государя проступила явная радость. Он мгновенно взвился на стуле, подлетел к опешившему слуге, выхватил послание и одним мановением руки переместил слугу в казармы.

Письмо гласило:

«Папуля, скоро буду. Твоя дочь».

Ирва

Денек был прекрасный. Солнышко, освежающий ветерок, угрюмые лица спутников.

И всю эту прелесть разрушили наглые личности из отряда, напавшего на нас. Выскочили из кустов, как любовники из шкафов! Никакого чувства такта.

– Разбойники! – крикнул Рой.

– Какая прелесть! – обрадовалась я.

– Ба, ты чего? – опешил внук.

– Чего-чего, рада я. Помнишь, прочла по твоему совету пару книг жанра фэнтези? Так вот, по канону должны быть разбойники.

– Кошелек или жизнь! – рявкнул один из увальней.

– Хороший тур, здесь все включено, – порадовалась я.

– Шли бы вы, добрые люди, – как-то обреченно предложил Шасгар.

– Убить их! – Это крикнул не предводитель. – Старуху не трогать!

Кричавший был за спинами татей, весь укутанный в черное, он пристально следил за мной.

Разбойники кинулись на нас.

Дан

– Убить их! Старуху не трогать! – слышу я.

Опять. Да что им всем медом, что ли, намазано возле моей бабули? Что ж здесь за народ такой, сплошь буйный? Разбойники теперь эти. Им жизнь не мила? Да после услышанного демону, например, вообще крышу снесло.

– Рой, мальчик мой, ты же у меня не постишься? – слышу голос бабули. – Так вот, считай, что сегодня Пасха.

– Что? – переспросил вампир.

– Приятного аппетита, – пояснил я.

Разбойники бросились на нас, с яростью размахивая своими железками. Не сказать, чтобы их было много, человек двадцать, это на нас четверых. Но вскоре я понял, что численное превосходство не значит качественное. Пока демон отводил душу, рубя всех и вся, мы с Гирином помогали магией. А когда магия подводила, я с радостью пускал в ход кулаки. Все-таки старую добрую драку ничего не заменит, мне даже мечи особой помехой не были, все же моя скорость выше. Рой вообще вразнос пошел, такой счастливой рожи я у него еще не видел. Олуш тоже откуда-то достал меч и с криком «За Светлые Земли!» принялся рубить противника.

Тот, кто приказал убить нас, оказался магом. И это действительно было проблемой.

– Дан, помогай, я его сам не вытяну! – крикнул мне маг.

Я и помог. Как раз недавно с вампиром интересное заклинание проходили.

– Внук! – слышу окрик бабули.

Ну да, переборщил. Ну кто же знал, что от заклятия будет такая задымленность? Вскоре ветер разогнал черный дым, и нашему взору открылась картина побоища.

Раненые валялись тут и там. Рой так и лучился довольством и сытостью, весь подбородок его был вымазан в крови. Демон деловито оттирал свой меч. Гном опять что-то строчил на пергаменте. Бабуля, эльф и Ангра сидели на телеге и… спорили, кто сегодня будет готовить обед.

– Они хоть живы? – Голос у меня с непривычки охрип.

– Большая часть, – пожимает плечами демон.

– Замечательно, – спрыгивает с телеги бабуля. – Грузите их.

– Куда? – спросил гном.

– В телегу, – махнула она рукой.

– Ба, да брось ты их. Они же сами виноваты. Зачем тебе эти хлопоты? – решил убедить ее не брать лишний груз.

– Да не собираюсь я о них заботиться, мне и тебя за глаза хватает, – возмутилась она.

– Тогда зачем? – с интересом посмотрел на нее Шасгар.

– Так мы же к вампирам едем. Негоже в гости без гостинцев.

Святой модератор, заархивируй и сохрани!

– Дан, ты не переживай, мы не убиваем свою еду. Поживут у нас годик-другой, – обрадовался Рой. – Мы о них заботиться будем.

Заговорщики

– Первый, у меня плохие новости.

– Говори, Второй.

– Связь с нашим шпионом прервалась у тайных поселений вампиров.

– Что?! Немедленно высылайте другого. Кстати, где это?

– А тьма его знает. Они же тайные.

Глава 18

Ирва

К поселениям своего народа Рой вел нас тайными тропами. Как он эти тропы различал в зарослях и кустарниках, для меня остается загадкой. Зря я его Роялем нарекла, он же вылитый Сусанин!

Пленникам все же пришлось оказать первую медицинскую помощь. Оказывал, естественно, Рояльчик. Мальчик весьма способен к медицине, что навело меня на интересные размышления, которые прервал родной внук.

– Бабуля, может, ты все же сядешь к кому-нибудь на лошадь? – подхалимски спросил он.

На меня раздраженно поглядывали все. Это и понятно, иду я пешком, сильно задерживая передвижение отряда. Мою телегу пришлось отдать в пользование связанным пленникам, а лошадей я до сих пор не жалую, памятуя предыдущие дни пути.

– А может, именно вы спуститесь? – из чистой вредности продолжаю тянувшийся на протяжении нескольких часов спор.

В последнее время замечаю за собой повышенную выносливость и легкость движений. Я такой сильной в лучшие свои годы не была. Это как же я мутировала благодаря издевательствам сумасшедшего мага? Все пыталась выяснить свой предел, но, по-видимому, пешим путем этого не установишь, да и спутники слишком уж часто возмущаются. Ну не бежать же мне с лошадьми наравне, право слово!

Я вообще удивляюсь, как они по лесу умудряются верхом передвигаться? Где логика? Где ветки на уровне лба? Где корни, о которые должны спотыкаться кони? Мы же идем, как по асфальту! Ответом мне было одно слово. Магия. Эх, вот бы эту магию, да на денек в Россию! Да я бы избавилась от одной из двух насущных проблем страны! Причем бесплатно.

– Бабуль, ну хватит уже, – закатил глаза к небу Данюша.

– Ирва, нам действительно стоит поторопиться, – буркнул Рой.

– Уговорил, министр образования, – махнула я рукой в сердцах.

– Чего? – выпучил вампир свои темные очи.

Как только мы вошли в лес, он снял маскировку.

– Это переводить я не буду, – буркнул внук.

– Шасгар, еду с тобой, – из-под ресниц глянула я на демона.

– Как пожелаете, почтенная, – равнодушно ответил тот.

– Ба! – попытался возмутиться внук.

– Ну что – ба? Просил на лошадь усесться – я согласилась, так что тебя опять не устраивает? Совесть есть – постоянно бабушкой родной помыкать? – перебила я его.

Ко мне подъехал демон, сильными руками обнял за талию и посадил позади себя на лошадь. А я вперед хотела! Ну ладно, сегодня можно и потерпеть. Какая же у него спина широкая, так и хочется на нее опереться. И теплая такая. Как же давно я вот так обнимала мужскую спину, опиралась на мужское плечо? Очень давно. Покрепче прижалась к нему.

– Почтенная, хватит ерзать, мне не хотелось бы повышения процентов из-за нелепого несчастного случая, – процедил демон.

Как он смеет?

– Сейчас ты наносишь вред моему душевному здоровью, – заявила я.

Он что-то буркнул себе под нос. Точно не расслышала, но, кажется, там было «связался с ведьмой, прирезать бы всех к демоновой матери».

Я не злопамятная, нет. Зять точно знает, что память меня в последнее время подводить стала. Отомщу и забуду, а потом еще раз отомщу.

И надо же было такому случиться, что мои лирические размышления довольно грубо прервали.

Поди пойми, откуда они выпрыгнули. Четверо. Удивительно похожие на Рояльчика, когда мы только познакомились. Недовольные.

– Сегодня хороший день! Еда сама идет к нам в руки, – слышу я.

Смотрю на говорившего, а он как раз к внуку ручки свои поганые тянет.

Дан

Ну что за день? Сначала бабуля нервы всем портила, в итоге вообще к демону пересела. Почему к нему? Со мной ехать нельзя было?

Тут еще и вампиры напали. Фиг его знает, откуда они выпрыгнули. Смотрят на нас, как студент на колбасу, и хмурятся. Чего, спрашивается, такие недовольные?

– Сегодня хороший день! Еда сама идет к нам в руки, – заявил один из них.

Как он оказался подле меня, я так и не увидел. В тот момент, когда он протянул ко мне свои белые руки, я размышлял над насущным вопросом, каким из недавно выученных заклинаний его долбануть, но быстрее всех, естественно, среагировала бабуля.

– А ну, убрал руки!

Тут несчастного схватили за ухо и, словно провинившемуся школьнику, начали выговаривать. Вампир страха не имел, поэтому спокойно встал между моей лошадью и конем Шасгара, на котором как раз и базировалась моя бабуля.

Прилетело вампиру неслабо, можно поставить крест на его ухе примерно на неделю.

– Да я тебя… – начал было потерявший страх вампир, но, увидев хмурый взгляд Шасгара, отполз подальше.

Светлые все как один были в напряжении. Внимательно следя за происходящим, они схватились каждый за свое оружие. Ангра тихо подвывала, Олуш смотрел волком, словно оценивал свои возможности. Гирин пытался нашептать заклинание. Какое, я не понял, но почувствовал его силу. Лель же, подъехав ко мне ближе, вцепился в рукав и не отпускал. А у самого взгляд стеклянный. Трусишка, что с него взять, ребенок же.

– Приветствую тебя, гордый сын крови! – выдвинулся вперед Рой.

Обращался он к тому вампиру, что стоял дальше всех. Этот вампир от других отличался светлыми волосами.

– Ты?! – Море удивления.

Так и подмывает ляпнуть: «Вы нас не ждали? А мы приперлись». Но бабуля учила в чужие разговоры не вмешиваться.

– Я, Талер, я, – хохотнул Рой.

– А это кто? – задал Талер первый вменяемый вопрос за последнее время.

– Ну… долго объяснять. Может, успокоишь своих ребят? – примирительно улыбнулся Рояль.

– Пусть старая ведьма ответит! – поднялся наконец с земли покалеченный вампир.

Старая? Ах да, Рой говорил, что молодые кровососы подвластны магии своих старших товарищей. Например, сквозь их морок не видят.

– Это тебе за старую! – Коронный бабулин подзатыльник прилетел незадачливому вампиру.

Когда она успела спешиться?

– Ирва, познакомьтесь: Талер и его охотничий отряд, – кивнул Рояль в сторону застывших, словно изваяния, сородичей.

– Несмотря на неудачное приветствие, рада знакомству, – кивнула бабуля головой.

И сняла морок. Уже дня два как Рой закончил для нее амулет. Теперь челюсти вампиров можно было соскребать с земли.

– Мы прибыли по делу. Буду рада, если вы сопроводите нас к вашим старейшинам. У меня для вас есть приятный подарок. – И она подошла к телеге, где откинула тряпье с разбойников.

Испуганные глаза пленников надо было видеть. Хорошо, что мы им рты догадались заткнуть. Меня их дружное мычание раздражает, боюсь представить, что было бы, вытащи мы кляпы.

Ирва

Вампиры оказались весьма милыми ребятами, как только мы утрясли все недоразумения. Единственное, что напрягало, так это странные взгляды, которые они бросали на Данюшу и Шасгара.

– Светлых точно трогать нельзя? – заискивающе спрашивал Амин.

Амин был невысоким, но красивым парнишкой. Из примечательных черт имел рассеченную бровь. Он довольно часто поглядывал на Лель и плотоядно облизывался.

– Тронешь его – я тебе зубы выбью, – выдвинулся внук чуть вперед, грозно глянув на вампира. Тот обиженно отвернулся.

У девочки на лице было написано невыразимое счастье. Ах, молодость. Внук, как настоящий представитель мужского рода, растоптал тонко организованную женскую душу.

– А ты, идеальная жертва маньяка, держись поближе к Гирину, он тебя защитить сможет, если что.

Вот так и разбиваются розовые очки первой юношеской любви. Ну кто так с девушками разговаривает? Так бы и дала подзатыльник, да Лель сама виновата, Данюше она так и не открылась. Кто виноват, что он в этих делах слегка туповат?

– Вмешиваться не собираешься? – спросил меня Шасгар.

– Зачем лишать себя лишнего повода поиздеваться над родной кровиночкой? – хмыкнула я.

– Так он действительно твой внук? – удивился демон.

– Что за странные сомнения? – возмутилась я.

– Он на тебя мало похож, – было мне ответом.

Решила не обращать внимания, надо будет, сам объяснит.

Нас вполне дружелюбно проводили к поселению. Оно, кстати, по большей части выглядело как стойбище кочевых народов. Юрты – Чехов знает, как они здесь называются, – были зеленого цвета, невдалеке паслись кони. Мирная картина. Если бы не настороженные взгляды местного населения. Настороженные и плотоядные. Ну, нам не привыкать. Взгляды некоторых чиновников иногда плотояднее будут, а как смотрят мои сидящие на диете студентки… В общем, вампиры оказались весьма милыми ребятами.

Как ни странно, среди вампиров бродили и люди. Они значительно отличались внешним видом. Вполне здоровенькие, румяненькие, опрятные.

Впереди нас шагал охотничий отряд. Именно к ним и подошел ярко одетый представитель местной народности. Внешний вид его поражал статью и горделивой осанкой, встреть я его в городе, решила бы, что он аристократических кровей.

– Почему еда не связана? – строго вопросил он.

– Мы не еда, мы делегация. Прибыли с дарами, они как раз упакованы и перевязаны подарочной бечевкой. Ирва, рада знакомству, – кивнула я.

Меня окатили взглядом, полным презрения и недоверия. Для того чтобы лед растаял, пришлось улыбнуться, задействовав все свое обаяние. Не помогло, вампир перевел взгляд на светлых и еще больше нахмурился. Потом заметил Шасгара. Демон зачем-то выдвинулся чуть вперед, встав по правое плечо от меня, внук тоже активизировался, заняв свободное место слева.

– Здравствуй, отец, – выступил Рой, почти закрыв меня собой.

Ну, мужики… Ну, мне не видно! Пришлось встать на цыпочки.

Лица обоих надо было видеть. Картина маслом «Возвращение блудного сына». Чуть виноватый взгляд Рояльчика – и полное остолбенение новоявленного папаши.

– Ты?! – Ну прямо «Рабыня Изаура»! Сейчас обязательно кто-нибудь потеряет память или впадет в кому.

– Ирва, – чуть обернулся Рой в мою сторону, – это мой отец, Лонмер.

Я начала ждать дальнейшего развития событий.

– Ты же погиб! – все так же пораженно восклицал Лонмер.

Дождалась-таки.

– Меня коварно предали, но не будем об этом сейчас. Познакомься, отец: это люди, которые в трудную минут помогли мне, – указал Рой в сторону меня и Данюши. – Теперь они под моим личным покровительством.

На мне взгляд Лонмера не задержался, а вот на внука он смотрел пристально и долго.

– Смею заметить, что мой внук не красна девица, чтобы так пристально его разглядывать, – высунулась я из-за спины Роя, когда молчание стало уже неприличным. – И вообще, к вам сын родной вернулся, живой. Хоть бы обнялись, что ли? Я понимаю, брутальные мужчины не плачут и вообще о сыновьях своих не беспокоятся, но сделайте ребенку приятное. Поверьте опыту старой женщины – ласка, она и зятю приятна.

Все уставились на меня. Вампир вообще как на ненормальную. Совсем забыла, что морок сняла часа полтора назад.

– За мной! – скомандовал Лонмер, заметив большое скопление сородичей вокруг нашей компании.

Охотники от нас быстро отделились, не забыв прихватить с собой разбойников, а мы вошли в большую юрту, что стояла посередине поселения.

В юрте оказалось на удивление уютно – подушечки везде, ковер на полу. Я сбросила обувь по привычке. Светлые, глянув на меня, поступили так же. Внук скривился, но разулся. Шасгар вообще собирался у входа постоять, пока я не напомнила ему пункты пять точка восемь и пять точка девять. Его недовольное выражение лица меня порадовало.

– Вы разулись? – Непомерное удивление на лице Лонмера.

Смотрю вопросительно на Роя.

– Это выражение наивысшего доверия, – было мне ответом.

А у нас это выражение опрятности. Жду дальнейших объяснений.

– Вампиреныш хочет сказать, что тот, кто оставил свою обувь у порога, дает понять, что не станет убегать, – пояснил Шасгар, сложив руки на широкой груди.

А какой смысл бежать от вампира? У них же скорость выше человеческой. Вот если бы я сковородку у входа оставила, это действительно было бы выражением доверия.

– Рассаживайтесь, – то ли приказали, то ли пригласили.

А я не гордая, дают – бери, и уселась. Светлые с некоторой опаской последовали моему примеру.

Расселись мы поудобнее, один Шасгар остался стоять за моей спиной. Может, не стоило добавлять в контракт пункт о непрерывной охране? Раздражать начинает.

– В первую очередь, сын, хочу спросить у тебя: осознаешь ли ты, что привел к нам демона? – строго спросил Лонмер.

Ну, все, Дантес спокойствию в группе. Вон уже и дриада в обморок рухнула, Лель в Данюшу вцепилась, как бюрократ во взятку, Гирин искрить начал, бледный Олуш метнул в меня разъяренный взгляд. Сковородкой этого старейшину стукнуть, что ли? Хотя с местными властями отношения портить не хотелось бы, они мне еще дружину пополнить должны. Рояльчик вперил в меня выжидающий взгляд. Начнем исправлять ситуацию.

– Данный демон не представляет для вас никакой опасности, – начала я свою речь. – Он эмигрант. Взглядов своих сородичей не разделяет и по окончании моей кампании последует за мной.

И естественно, мне никто не поверил.

– Вижу ваши сомнения. Хорошо. Предлагаю выслушать меня. Ваш сын томился в пыточной мага по имени Асхол. Страдал он до тех пор, пока магу не посчастливилось принять нас в своих апартаментах. Вследствие маленького инцидента бежать смогли все. Рой, – кивок в сторону вампира, – сам пришел ко мне. Просил пищи, а обрел силу. Думаю, об этом он расскажет вам лично в более подходящей обстановке и чуть позже. Впрочем, вы и сами можете наблюдать некоторые изменения.

Опять вижу недовольство на челе почтенного отца, а испуганное выражение синхронно появилось во взглядах светлых.

– Проверить мои слова вы сможете и сами, знаю, что у вас найдутся подходящие методы. Я же в свою очередь решила помочь посольству Светлых Земель. Они как раз шли с великой миссией, но были захвачены подлым магом. Не бросать же миссию на полпути? По дороге взяли в плен демона. Шасгар оказался милейшим представителем своего народа, он против несправедливости и добровольно помогает нам. А чтобы избежать недоверия между нами, он, также на добровольной основе, подписал один магический документ, по которому ни в коем случае не нанесет вреда мне и моим спутникам. Он вообще решил стать светлым.

– Правда? – восхищенно вопрошает Лель.

– Он обещался присягнуть на верность Светлому Императору, – подтвердила я.

Ловлю ошалелый взгляд внука. И чего так смотрим? Я, конечно, учила тебя говорить правду, но это касалось исключительно семьи, а для пользы дела можно и сказочку народу поведать.

Не менее выразительный взгляд демона я вообще решила проигнорировать.

– А чем вы докажете степень его подчинения? – встрял Олуш.

– Во-первых, он ни разу не попытался убить вас, – начала загибать я пальцы. – Во-вторых, он полностью в моей власти, и в-третьих, от моего здоровья зависит его здоровье.

– Но все же насколько он подчиняется вам? – вмешался Лонмер.

– Шасгар, – позвала я, не оборачиваясь к демону. Хоть бы не взбрыкнул! – На колени! Пункт семь точка два.

Он подошел ко мне и, встав на одно колено, опустил голову. До чего сообразительный мужик.

Его взгляд в этот момент надо было видеть. Что-то я уже сомневаюсь в том, что он не убьет здесь присутствующих за свое унижение. Нас с внуком точно не тронет, договор как-никак.

– Что прикажете? – послышался глухой голос.

– Твой меч, – вытянула руку.

И этот… не очень умный демон… Он мне его дал! А о том, что меч весит целый центнер, упомянуть забыл! Да я себе чуть полноги не отрубила! Хорошо хоть от артрита избавилась буквально на днях – злой маг помог.

Стою я, значит, с этим мечом, руки дрожат от перенапряжения, глаза, как у той мыши из анекдота. Уже краснеть начинаю и понимаю, что пора выкручиваться старым учительским способом.

– Кто желает проверить преданность демона? – И обвожу взглядом присутствующих.

На Шасгара пытаюсь не смотреть.

Тут подскакивает со своего места любимый внук и отнимает у меня тяжелую железяку.

– Предлагаю отрубить ему для начала руку, – заявляет внук.

– Только после этого кто-то должен будет заменить мне неоценимого работника! – встряла я.

Краем глаза замечаю, что демон весь слегка почернел. Да расслабься, все под контролем, и вообще, это тебе за пренебрежительное обращение с девушками. Тоже мне каменная стена! Хоть бы раз улыбнулся! Так нет, ведьмами обзывается.

– Может, тогда сразу голову? – предложил Рой.

Рой демона недолюбливал, а если говорить откровенно, вампир Шасгара побаивался.

– А есть ли у тебя сотня вампиров, готовая служить мне так же, как и этот демон? – вкрадчиво обращаюсь к нему.

– Олуш, может, ты? – смотрит внук на гнома.

– Ты только учти, что он может знать интересные сведения, – намекнула я.

– Мы потом поговорим, – качнул гном головой.

– Да что тут разговаривать! – возмутился Гирин. – Я сам этого демона убью.

– Э, нет, юноша, вы мне в качестве личного раба как-то не приглянулись. От вас, молодого да горячего, толку в услужении мало.

– Так, все, хватит! – поднялся Лонмер.

Вовремя. Я, конечно, хороша в блефе, но демона в обиду давать не собиралась. Он мне со всеми конечностями нужен.

Разговор старейшины и сына

– Самериус, как ты мог привести к нам врага! – рычал старейшина.

– Отец, выслушай, – пятился молодой вампир. – Ирва не враг, она спасла меня!

– С ней светлые и демон! – не успокаивался Лонмер.

– Он подчиняется ей. Ты сам видел.

– Скажи мне, зачем? – принял боевую ипостась вампир.

– Отец, с ней наследник! – выкрикнул Самериус.

– Наследник мертв! – рявкнул вампир.

– Я пил его кровь, – тихо сознался сын.

– Что? – Ярость старейшины исчезла без следа.

– На данный момент я сильнейший среди наших. Она позволила мне это. Отец, демон в ее власти, светлые шли за ней, как стадо, пока ты не обнародовал факт наличия врага в их стане, но и тут она выкрутилась. Отец, соглашайся на все, что она предложит. Я пойду за ней куда угодно, она даст нам то, чего мы уже давно жаждем.

– Глупый мальчишка, почему так уверен в этой девчонке?

– Она бабушка наследника. И она идет на Светлых.

Шасгар (просто Шасгар)

Когда-нибудь он захватит эти земли. Уничтожит этих наглых глупцов. Это же надо, они заставили его встать на колени! Его! А во всем виновата женщина. Эта женщина! Подумаешь, светлые узнали о том, что он демон. Их вообще можно прирезать. Зачем они этой женщине? Слабые, не способные ее защитить, балласт. Но она упорно продолжает путь с ними! И терпит ведь их неповиновение. Да он в былые времена с корнем удалял малейший намек на восстание! Но проклятый контракт не позволит ему навредить. В этом контракте на нее даже орать нельзя! Хотя он и так не любитель повышать голос. Но иногда руки так и чесались схватить ее за плечи и хорошенько встряхнуть.

И теперь он терпит такое унижение! На коленях, и перед кем? Перед ней! А все этот пункт. Чрезвычайные ситуации предполагают полное повиновение этой женщине. Кто из демонов узнает – не поверит!

Из его горла отчаянно рвался рык, усилием воли он заставил себя стоять спокойно. Да ему не составит труда перебить всех этих вампиров со светлыми в придачу, но он терпел, и тогда она предложила проверить. Отрубить руку! Хотя нет, руку предложил отрубить щенок. И голову. Да демон сам ему потом многое поотрубает. Мальчишка жесток, он вполне способен покалечить. В нем нет этого желания, но есть некая решимость следовать своему выбору. Щенок уже убивал, но в нем нет жажды крови. Странный мальчишка. Хотя если учесть, что его воспитывала эта женщина… Больше никаких контрактов! Смерть ждет каждого, кто посмеет предложить Шасгару на подпись подобную бумажку!

Но женщина умело погасила недовольство. Светлые успокоились, вампир так вообще был заинтригован. Значит, выгонять их пока не будут.

А как она врет! Он готов слушать ее бесконечно. Потрясающе! У демонов в крови обман, у женщины же к этому талант. И ведь не сбилась ни разу! Да она их просто заболтала. Много слов, и все мимо сути, они даже не поняли, что больше не хотят крови демона.

Не зря ее опасается Темный. Ой, не зря. Ее непременно нужно сделать союзником. Шасгар не понимал всего плана, она в него посвятить никого не стремилась. Все, что демон видел, это всего лишь обрывки, фрагменты полной картины, что рисует эта женщина. И казалось бы, все невероятно просто. Собрать армию, захватить власть, отдать власть в обмен на свободу. Но опыт и чутье подсказывали демону, что не так все просто в ее действиях. Невероятное коварство!

Демон восхищен и возмущен. Нет, он даже в бешенстве, но и очарован. Коварная, сильная, беспощадная. И так умело врет! Или не врет? Скорее, вертит фактами. В свою пользу.

Вампир точно заинтересовался. Им выделили юрты. С демоном жить в юрте никто не пожелал. Давно Шасгар не ночевал в полевых условиях, но с этой женщиной он испытал то, что за последнюю тысячу лет испытывал лишь дважды, – азарт и тяготы пути.

Сейчас бы искупаться! Не замеченный никем, он направился к лесной реке. Демон размышлял над лазейками в контракте, когда услышал веселый плеск. Неслышно он пробрался сквозь кусты. Неужели здесь водится водяная нечисть? А если мальчишка додумается окунуться в такую водичку? Шасгару совсем не хотелось прироста процентов по контракту. Ему его армия самому нужна.

Опять эта женщина! Ну сколько можно? Что за наваждение? Бездна, это проклятие! Эта ведьма с синими глазами весело плескалась в воде, а у нее красивая белая кожа и формы весьма…

Бездна! Поглоти все Хаос!

А ночью в его юрту пришла она. У демона даже дыхание прервалось на мгновение, до того она показалась ему прекрасной в свете голубой луны. Он ухмыльнулся: все-таки она женщина. Ему ли не знать, как на слабый пол действует обаяние демонов? Шасгар откинул край своего одеяла.

– Проснулся? – улыбнулась она.

Ночное зрение демона не уступало дневному. Стоит признать, что улыбка у нее красивая. Конечно, есть демоницы намного прекраснее, но в этой женщине есть что-то особенное.

Сейчас-то она и ответит за все его унижения, всю ночь отвечать будет. Ох, чего только не сделаешь ради своего народа! Он ухмыльнулся в предвкушении.

– Чего разлегся? Чай, не Илья Муромец, вставай давай, у нас тайный совет, – сообщила она и ушла.

Когда-нибудь… Когда он найдет лазейку в контракте. Она ответит за все. А пока нужно продолжать разыгрывать из себя глупого, недалекого исполнителя. Свое нутро он всегда успеет показать.

Дан

Бабуля действительно поверила, что я сплю? Не ожидал от нее. Я решил за ней проследить. Когда она отправилась в юрту местного старейшины, я напрягся, но там она пробыла на удивление недолго. Потом пошла к демону. Вопрос – на фига? И опять же зашла и вышла, а потом она и двое нелюдей двинули за ней. Шли они долго, в глубь леса, и наконец пришли к какой-то полянке. Я все колючки умудрился на себя нацеплять! Совести у них нет.

Расселись и давай молчать. А я, между прочим, мошку местную собой кормлю!

– Ну что вы, как неродные, право слово, – возмутилась бабуля. – Ночь, спутник местный, и я в окружении красивых мужчин. Благодать. Были бы мужики поактивнее, вообще бы рай.

– Хотя нет, лучше молчите, – заявила бабуля, как только отец Роя открыл рот. – Лонмер, у меня к тебе деловое предложение. Я обеспечиваю твоему народу легальное положение и уважение, ты же взамен мне даешь отряд вампиров.

У Лонмера дар речи от бабулиной наглости пропал. Чем она и воспользовалась.

– Люди сами будут нести вам кровь. И не только люди. Уж я-то знаю, что разнообразие в меню полезно для здоровья. Мой план прост: я беру под контроль столицу светлых, оттяпываю у них кусок земли, где любые расы будут проживать на условиях равноправия. Вампиры же будут работать, за что им полагается плата в денежном эквиваленте и кровь.

– И кем же, позволь спросить, человек, ты видишь нас в будущем? – хмыкнул Лонмер.

– Лекарями. К вам будут идти и здоровые и больные, уж я-то знаю любовь населения к лечению. Будет много крови и много денег, поверь мне.

– А как ты избавишь людей от предубеждения против нас? – раздраженно бросил вампир.

– Легко, – хмыкнула бабуля. – У меня есть демоны. Как, по-твоему, кого народ боится больше – вас или демонов?

– Это нереально, – возмутился вампир.

– Все возможно под этим небом, – не согласилась бабуля. – На новую землю сбегутся все. Начиная от беглых, заканчивая авантюристами. Кормиться можете теми же преступниками. Я знаю, что вы не убиваете, видела людей в поселении: покусанные, но здоровее многих виденных мною представителей рода человеческого. Дальше. Предлагаю выгодные условия проживания всем неугодным. Оборотни у меня будут пограничниками, вы будете работать в медицине, тролли тоже займутся любимым делом.

– Я не решаю все в одиночку, – был ответ вампира.

– Ты один из старейшин. Пока вы там соберетесь, пока придете к консенсусу…

– К чему? – не понял Лонмер.

– Пока придете к правильному решению, я и без вас справиться успею. Мне не хотелось бы обделять ваш народ, так как искренне считаю, что с вами поступили несправедливо. Так что выбирай, а потом за тобой потянутся остальные. Но по праву первого ты будешь иметь больше преимуществ, и заметь – все это с молчаливого одобрения вашего Властелина.

– Допустим, я соглашусь, но где гарантии, что ты не обманешь?

Вполне такой адекватный недоверчивый мужик.

– А мне деваться некуда. Я уже столько народу задействовала, что выследить и поймать меня вы всегда успеете. Но от тебя мне также нужны гарантии. Предлагаю тебе назвать мне свое имя.

Они умокли. Потом вампир рыкнул и, наклонившись к бабуле, что-то прошептал.

– Ну, вот и все. Данный демон, именуемый Шасгар, является свидетелем нашего с тобой соглашения, – поднялась бабуля. – Теперь на очереди Светлые Земли.

Интересно, если предупредить светлых, они успеют эвакуироваться?

Глава 19

Ирва

Поход к вампирам оказался для меня весьма знаменательным. Мало того, что вспомнила учительские будни, так еще и с разъяренным родителем столкнуться умудрилась в лице Лонмера. Когда он выдал мою стратегическую тайну светлым, я готова была его собственными руками прибить. Сыну уже давно за двести, а все туда же – компания демона и светлых его, видите ли, не устраивает. Якобы такая женщина, как я, его ребенку только навредит. Ничему хорошему я его, видите ли, научить не могу! А компания мага-экспериментатора подходящей была, что ли? Хоть бы спасибо сказал. Я для кого там битый час распиналась? Вспомнила годы классного руководства. Пришла к неутешительному выводу: родители, они и в другом мире родители, у них виноваты все, кроме них самих.

Светлые – это вообще отдельная тема для научных исследований. В психиатрии. И если бы кто знал, как все это надоело! За светлыми, как за детьми малыми, следи. Ну хорошо, за ними по большей части Олуш присматривает. А кто за ним самим смотреть будет? Конечно, я. За внуком приглядывай, за вампиром уследи, хорошо, с демоном повезло. Если не обращать внимания на его странные взгляды, ну прям мужчина моей мечты. Правда, в моей жизни уже был мужчина мечты, и как-то больше не хочется. И за каждым глаз да глаз нужен. Неудивительно, что из моего внимания выпал тот маленький факт, что вампиры – специалисты узкой направленности, а точнее, на крови работают и сразу определили, кто есть кто.

Так вот, о светлых. Ну, с Лель все понятно, у нее перед глазами только мой внук. С дриадой тоже все просто, у той в голове так же пусто, как у студента в холодильнике. Не хочу ее обидеть ни в коем случае, просто девушка особенная, ей для счастья очень мало надо. А вот с Гирином и Олушем пришлось поработать. И если гном у меня обрабатывался уже давно на предмет шпионских заговоров, то маг – случай отдельный. Парень не очень-то и расстроился, сразу видно недавнего студента, ему скажи, что запрещено, так он ручки и протянет.

Хочу на пенсию.

Старейшина, кстати, согласился на удивление легко. Даже угрожать не пришлось. Меня позабавило местное самоуправление. Во-первых, у каждого старейшины по стойбищу. Иногда они собираются на большой совет, таща своих сородичей за собой. Во-вторых, они якобы находились на нелегальном положении, но налоги исправно платили. На удивление законопослушный народ. Выплачивали, кстати, через вампиров, которые официально проживают в городе.

В общем и целом походом я довольна. Количество бойцов мы обговорили, план действий и место встречи уточнили, телегу мою отмыли и вернули. Нас даже проводили душевно, всем стойбищем, или как оно у них называется.

И вот мы двинулись к границе. Причем каждый считал, что несет великую миссию. Светлые считали, что едут домой с темными и демоном, дабы заключить великий мир. Темные рассчитывали на захват территорий. Демоны стремились к обретению дома. А мы с внуком всего лишь хотели вернуться в свой мир.

Наверное, мне должно было быть стыдно за такое количество лжи и обмана, но я такими мелочами, как совесть, не отягощена. Моя первостепенная задача – вытащить внука из этой передряги любыми путями.

И конечно, у меня был запасной план, на случай, если в светлых чертогах мне не помогут. Но думать о худшем развитии событий не хотелось. Если этот мир не пожелает нас выпускать, он содрогнется от моей ярости. Уж я-то на обычной революции не остановлюсь.

По пути разглядывала презентованную Шиншиллочкой карту. Про нее стоит сказать отдельно. Она была магической, но на деле пользоваться ею было довольно легко. Больше походила на изображение со спутника, хочешь – увеличим, хочешь – уменьшим.

– А что это такое? – ткнула я пальцем на огромное серое пятно посреди океана.

– Где? – подъехал ко мне Рой. – Это? Это Серый материк.

– Развернутый ответ, пожалуйста.

– Материк, на котором проживают монстры и нечисть с нежитью, – буркнул Гирин, по широкой дуге объезжая Шасгара.

Хоть светлые почти спокойно приняли факт наличия демона в наших рядах, но чисто инстинктивно его сторонились.

– И все? – удивилась я.

– А этого мало? – поразился Олуш.

– Разумных рас там нет?

– Нет. Там слишком трудно выжить, чтобы строить селения.

– А кому он принадлежит?

– Еще в древние времена он был поделен темными и светлыми ровно пополам, но так как никто так и не построил там городов, было решено звать материк Серым, – прочел мне краткий экскурс в историю Гирин. – Говорят, раньше не было ни светлых, ни темных. Но потом была война, и мы разделились. Из-за войны земля предков стала дикой и опасной. Жить там теперь невозможно. И пришлось переехать.

Очень интересно. Значит, гражданская война. Потом какое-нибудь биохимическое оружие. Почему именно биохимическое? Так ядерного здесь отродясь не водилось. И вуаля – своеобразный Чернобыль.

– А давно это было? – задумчиво смотрю на карту.

Увеличиваю и понимаю, что территория девственно чиста. Сплошной лесной массив.

– Да никто и не помнит уже. Это вообще легендой считается, – махнул Гирин рукой.

Если вспомнить, что многие аборигены – долгожители и на память они не жалуются, да и с историческими хрониками у них все в относительном порядке, следует вывод, что было это очень и очень давно.

Очень интересно. А что там у нас с островами?

Дан

– Дан, я больше не могу, – подъезжает ко мне эльфеныш. – Давай сделаем привал.

И мордочка такая страдальческая, что пришлось сжалиться.

– Лель, ты не пацан, – возмущаюсь я. Еще в начале пути я объяснил значение этого слова, дабы избежать лингвистических барьеров.

Мальчишка побледнел и уставился на меня своими огромными глазами.

– Что?

– Я говорю, слабый ты. Может, стоит тебя подучить чуть-чуть? Айда со мной к Шасгару на тренировку! – улыбаюсь я.

Лель только грустно улыбнулся, бросая на меня странные взгляды.

– Нет, сам мучайся, – хихикнул он.

«Раскусил, гаденыш», – скривился я.

– Чего отказываешься? – не стал сдаваться. Да, признаю, после того, что произошло у вампиров, Шасгар вообще озверел. Он и раньше-то не был снисходительным к своему ученику, сиречь мне, но сейчас я уползаю с тренировки еле живой. – Тебе полезно будет научиться себя защищать.

– А я и так умею. Родители обучили родовому стилю боя.

– Что, правда? – не поверил я. – Тогда почему я ни разу не видел, как ты дерешься?

– Потому что я владею магией и не люблю насилие. Мама всегда говорила, что нежелательно наследнику рода подвергать себя опасности.

И до того лицо его опечалилось, что я не выдержал:

– Ты мне скажи, зачем с экспедицией этой поперся? Острых ощущений захотелось?

– Дураком был. Хотел, чтобы родители поняли, что и я чего-то стою. Хотел быть похожим на них, даже дипломатию изучал втайне, – подъехал ближе эльф. – Я только в камере понял, насколько все ужасно. Родители правы были. Но, знаешь, я ни за что не поступил бы иначе, будь у меня второй шанс.

И счастливая улыбка озарила красивое лицо. Интересно, все эльфы так на девочек похожи? Как они с такими смазливыми рожами живут-то?

– Ты один у родителей? – интересуюсь. Мне лично все равно, что спрашивать, главное, зубы заговорить, а то из-за него из графика выбиваемся.

– Да, – склонил он голову, скрывая выражение лица. – Я вообще у себя один. Родители в политике увязли, про мой день рождения вообще забыли. Меня на балы отсылали, на поиски подходящей партии.

Он горько усмехнулся. Ого, да я гляжу, у парнишки было суровое детство.

– Знаешь, мы с тобой похожи. Меня родители тоже оставили ради непонятных целей. Но мне повезло, у меня есть бабуля.

– Да, Дан, тебе повезло, – улыбнулся ушастый. – Я тоже хочу, чтобы у меня кто-нибудь был.

– Будет, эльфенок, будет, – потрепал я его по макушке.

Светлый Император

– Папа! – радостно кричала дочь Светлого Императора, кидаясь ему на шею.

– Риночка, – обнимал ее отец.

Светлый повелитель искренне скучал по родной кровиночке и несмотря на то, что он узнал о существовании дочери относительно недавно, искренне любил ее. Родную кровь у эльфов перебороть нельзя, особенно если не стремишься. Сомнений в том, что это его дочь, у повелителя при первой встрече даже не возникло. И как же у него сердце кровью обливалось, когда его солнышко заявило, что собирается выйти замуж за темного. И нет бы за простого темного, так она за Властелина пошла. Вся в мать! Такая же упертая и своенравная. Единственная наследница!

Но это дела минувшие. Сейчас же Светлый Император был счастлив, что дочь решила его навестить.

– Папуль, я к тебе буквально на пару недель! – сообщила она. – От мужа скрываюсь.

– Что этот темный… одним словом, темный опять натворил? – прямо спросил заботливый отец.

– Папуль, там вообще история странная. Сначала явились попаданцы какие-то. Что удивляет, так это их неуловимость, такое ощущение, будто сам Неуловимый Джо к нам явился. – Рина в момент своей эмоциональной речи как раз отвернулась к своему саквояжу и не заметила пугающей бледности отца. – Потом активизировались твари, на которых я охочусь уже пятнадцать лет.

Светлый Император успел взять себя в руки, и, когда дочь обернулась к нему, он уже ослепительно улыбался.

– А что там с иномирянами? Ты знаешь, кто они? – как бы невзначай поинтересовался отец.

– Не особо. Да и не нужны они мне. У меня охота в самом разгаре. Если бы еще муж активно не мешал, было бы вообще зашибись, – импульсивно всплеснула руками юная девушка. – Я же к маме обещала съездить в этом месяце. Сына не видела, соскучилась – ужас, но упускать такой шанс устранить врага не хочу. Да и Азар весь в делах, он тоже что-то устроить решил, только меня не посвящает. И когда уже смирится с тем, что я самостоятельная женщина? Когда я его убивать в первый раз шла, он так надо мной не трясся!

Она все говорила и говорила, а отец блаженно улыбался, наблюдая за единственным ребенком. Все-таки дочка у него – загляденье. Умная, стойкая, красивая, решительная – ну, вся в него. И в мать. Но о ней лучше сейчас не думать.

– Пап, может, все-таки скажем маме? – без перехода заявила дочка.

– Ребенок, ты же прекрасно знаешь, твоя мать уже в том возрасте, когда сердце не способно выдержать потрясений. И мы уже обсуждали эту тему не раз. В нашем мире, в мире магии, она выжить не сможет. Да здесь угроза войны с демонами на носу, пожалей матушку свою.

– Как скажешь, пап, – скривилась Рина.

У Светлого Императора отлегло от сердца.

Темный Властелин

Темный Властелин тосковал. Тосковал по своей собственной жене. И надо же было ей сбежать. Ну подумаешь, обиделась на шпионов. Из-за этого нужно было у отца прятаться? Она, конечно, знала, что с тестем у мужа отношения натянутые из-за разногласия в политических взглядах, вот и укрылась именно у него. Темный Властелин тяжко вздохнул. Он очень хотел вернуть жену, тем более в такой опасный момент. Но Властелину совсем не хотелось снижать пошлины на светлоэльфийское белое вино. А тесть уже полгода как талдычит ему про эти демоновы пошлины! А если он еще и про алмазные рудники вспомнит… Но жена однозначно дороже.

Еще и теща… Теща! Она же к Светлым Землям направляется! А если Рину встретит?! Темный Властелин понятия не имел, как они могут пересечься, но законы подлости знал хорошо и был уверен, что именно так и произойдет.

И он открыл переход в светлые чертоги.

Ирва

На место общего сбора мы добрались легко, спасибо магии Шасгара. Оказывается, он может строить переходы без помощи арок. Правда, выглядел он после перенапряжения неважно.

Вампиры отправились еще за день до нас. У них были свои способы добраться до места в сжатые сроки.

Вышли мы в примерной точке, а до конкретного места добирались уже верхом.

И вот стою я на холме и вижу…

– Это что? – нервно спрашивает у меня внук.

– Это, Данюша, армия, – выдавливаю из себя.

– Мы же вроде отряд собирали, – растерянно замечает он.

Под холмом расположился целый палаточный городок. Мегаполис. Место было расчищено от растительности, то тут, то там виден был дым костра. И слышна ругань. Надо признать, сами палатки стояли как-то странно. Кучками. Почему их так много?

– Чужие! – пронеслось над лагерем.

– Это они про нас, – меланхолично сообщил демон.

В нашу сторону из лагеря выдвинулась рота. Из каждой кучи по отряду.

– Бабуль, – нервно позвал внук.

Соскакиваю с полюбившейся уже телеги и бегу наперерез армии.

– А ну, стоять! – рявкаю во всю мощь легких. – Руководство приехало. Кто тут главный?

– Ирвочка! – слышу знакомый голос.

Дан

– Ирвочка! – слышу я смутно знакомый голос.

Шиншилла… Святой модератор!

– Шиншиллочка! – пищит бабуля радостно.

И началось. Чисто женская встреча – писки, визги, слезы, обнимания. Смотрю на Шасгара, – ему эта картина тоже не очень нравится. И он еще не в курсе, что представительницы данного племени питают нежные чувства к демонам. Только проявляется все в виде насилия над мужской свободой.

– Шиншиллочка, ты мне открой, пожалуйста, тайну: отчего вас так много-то? – слышу приглушенный бабулин голос.

– Так оборотни слух о тебе разнесли. Тролли агитацию провели. Вот народ и решил благому делу помочь, – развела руками дроу.

– А у тебя почему народу больше, чем договаривались? – уже шепчет любимая родственница.

– Так у нас брачный сезон начался, вот мужчины и вызвались идти на войну. Я и сама решила под шумок в поход сходить, а то совсем придворные замучили. Все требуют, чтобы я мужа себе выбрала из их родственников.

– Так отчего не выбрать? – удивляется бабуля.

– Из них? – искренне ужаснулась Старшая Рода. – Ты бы видела мою бывшую свекровь! И таких, как она, – вся аристократия!

И столько искреннего ужаса в голосе.

– Ирва! – несется смутно знакомый оборотень к бабуле. – Уж мы заждались!

– Фу, опять псиной воняет, – возмущается Шиншилла.

– Молчать, женщина! – огрызается оборотень.

– А ну, разговорчики в строю! – вмешивается бабуля.

И как они тут еще не поубивали друг друга?

Выяснилось, что кровопролития не было лишь по причине пакта о ненападении между предводителями каждой расы.

– Бабуль, а ты как этим разнокалиберным войском управлять-то собираешься? – спрашиваю шепотом, подходя к ней.

– Кот Матроскин говорил, что общий труд сближает. Посмотрим.

Спокойна, как танк, и в этом вся моя бабуля. Не буду вспоминать подробности. Они и так в памяти не отложились по причине большой впечатлительности. Знаю лишь, что бабуля сразу ушла в большущий шатер, который нарекла штабом.

– Дан, а что это за армия? – в шоковом состоянии спрашивает Олуш.

И что я ему скажу? Друг, это спецотряд по захвату столицы твоей родины?

– Шасгар! – раздался над лагерем голос бабули.

Вместе с демоном к шатру двинул и гном.

Ирва

Светлых пришлось связать. Печально, конечно, но другого выбора не было. Они решительно не желали нам помогать. Но я дала указания обращаться с ними как можно бережнее. Я попросила демона усыпить их на время операции.

План был прост. Разработали мы его совместно с Шиншиллой. В столице светлых арки работали лишь днем, а чтобы попасть в город, необходимо их как-то активировать, потому что выдвигаться было решено в предрассветных сумерках.

Шиншилла захватила с собой семь арок перехода. Да, да, оказывается, была разработана и мобильная версия. Вот как раз через них и решено было переходить. Тут-то нам и понадобился демон. Шасгар должен был открыть телепорт и на месте активировать арки светлых.

– Ирва, – разглядывая карту, обратился Шасгар ко мне после бурного обсуждения плана. – Это гениально. Кто обучил тебя этой стратегии?

Он пораженно и уважительно смотрел на меня.

– Книги, друг мой, книги, – сообщаю я. И активирую личину старушки. Для моего плана нужна беззащитная пожилая женщина.

Светлый Император (ранним утром в светлых чертогах)

Странный грохот снаружи разбудил Светлого Императора. Но мужчина слишком устал, чтобы устраивать разборки по поводу громких звуков. В конце концов, для этого есть стража.

– Повелитель! – раздался душераздирающий крик.

Светлый Император с трудом поднялся с постели. Он лег спать три часа назад. Всю ночь он упоительно ругался с зятем. И теперь его будит какой-то сумасшедший. У подданных совсем совести нет!

– Повелитель! – не унимался будущий каторжник. – Беда! Горе! Повелитель!

Вот тут у светлого государя стало неспокойно на душе. Мука и испуг в голосе были неподдельными. Светлый быстренько поднялся со своей кровати и открыл двери опочивальни. Там, за массивными дверями из белого дерева, украшенными золотом, бился в истерике младший советник.

– Что случилось? – грозно вопросил государь.

– Беда, повелитель, – шептал советник. – На нас напали.

– Что?!

Сон с Императора слетел мигом. Накинув халат, он выбежал из комнаты.

– Башня связи захвачена! – рапортовал советник.

– Когда?! – опешил светлый.

– Час назад, – ответили ему. – И это еще не все.

– Говори! – рычит эльф.

– По всему граду захвачены конюшни!

– Как?! – побледнел светлый государь.

– Дороги блокированы! Связи нет! Чертоги в осаде! Транспорта нет! Маги в плену!

– Пресветлые боги… Кто? – только и смог выдавить государь.

– Мы точно не знаем. Темные, демоны… мы так и не поняли, – уже плакал советник.

– Зятя ко мне! – взревел венценосный эльф.

Ирва

В Светлом граде мне понравилось. Красивый, чистый город, вежливые жители, а главное, понятливые. Их попросили не высовываться из дома, они и не высовывались. Маги, правда, пытались сопротивляться, но таких было мало. В предрассветный час мало кто не спит. Для спецназа из вампиров справиться с магами не составило труда, оборотни разделали стражу под орех, тролли лишили град связи и оцепили конюшни, дроу занялись осадой светлых чертогов. Подробный план города показывала чудо-карта. А вот с чертогами вышла заминка. Плана дворца мы так и не нашли. Из личных соображений я запретила трогать библиотеки.

Направила девочек, что прибыли с Шиншиллочкой, во все учебные заведения для успокоительных бесед со студентами. Уж девочки справятся. Мне было проще, чем революционерам в семнадцатом году, так как железной дороги и телефонов в этом мире не было. Связь местные поддерживали через специальные кристаллы, которые не работают без башни. Мы даже нашли и захватили тайные склады с продовольственными запасами. На рынок я выставила опять же троллей, они там себя как дома чувствовали.

Все шло как по маслу. Шасгар перенес меня, внука, Шиншиллу и Роя в чертоги, наплевав на все защитные барьеры. Что-то мне не нравится, что этот демон слишком легко магичит на защищенной территории. А так ли он прост?

Вот я стою посреди огромной залы и вижу…

– Мама? – пораженно смотрит дочь.

– М-марина? – Язык меня с трудом слушается.

Стоит она, моя кровиночка, на широкой белоснежной лестнице и хлопает своими красивыми глазками.

– Данюша, ты видишь то же, что и я?

– Дан?! – слышу голос зятя.

Ну все, если сейчас окажется, что я лежу на собственной кухне с острым отравлением и смотрю красочный бред… я не знаю, что я сделаю.

– И ты здесь, – сплюнула я. Даже в собственных галлюцинациях от него избавиться не могу. Дурдом.

– Азар! Надо бежать! Она уже здесь! – слышу странно знакомый голос.

Поднимаю голову. Муж. Мертвый. Тьфу ты! Живой! С ушами! Длинными!

– Данюша, внучок, звони в «скорую», – не отрывая взгляда, прошу потомка.

– Бабуля, это атас, – так же заторможенно отвечает внук.

– Мама, что ты тут делаешь? – вопрошает ребенок.

– С ума схожу, – потерла я виски. Кажется, у меня начинается мигрень.

– Мама, будь серьезнее! – орет дочь.

– А ты не ори на мать! Ишь, моду взяла! – завелась я с полоборота.

Дан

Это просто охренеть. Предки. В полном составе. Стоят напротив. И ни в какой не закрытой восточной стране. Галлюцинации. Надышались по дороге. Смотрю на бабулю. Ну, точно.

– А ты не ори на мать! Ишь, моду взяла! – Ну все, бабуля озверела.

Кажется, она больше не соображает ничего.

– Мама, – обиженно сопит моя родная мать.

– Азар, мы еще успеем сбежать к демонам, – слышу приглушенный голос эльфа, обращающегося к моему… отцу.

– Хм, даже так, – произнес стоящий за моей спиной представитель той самой расы, к которой почему-то собираются бежать родитель и странный эльф.

– Шасгар, ты тоже их видишь? – спрашиваю с надеждой в голосе.

И на что, собственно, надеюсь? Что это глюк или правда?

– Чета Темных Властелинов и Светлый Император собственной персоной, – хмыкнул демон. – Вот это поворот.

– А ну, стоять! – рявкает бабуля на моего отца и остроухого.

Судя по всему, предложение о побеге она тоже слышала.

– Мама, давайте не будем устраивать истерик, – успокаивает мой папаша.

– Азарушка, ирод ты заграничный, ты что тут делаешь? – ласково вопрошает бабуля. Ну все, хана предкам.

– Ирва, это Темный Властелин, – дрожа всем телом, сообщает бабуле на ушко Рой.

– Кто?!

– Ну, тот самый, – кивает вампир. – Женщина рядом с ним – его жена, Темная Властительница, эльф – Светлый Император. Их бы захватить сейчас всех вместе, пока они не оклемались.

– Вот, значит, как… – Бабуля тяжелым взглядом обводит предков и эльфа. – Ролевые игры, значит.

– Мама, не надо. – Моя мать напряженно следит за бабулей.

И только сейчас понимаю, что у нее в руках святая сковородка. Которую она, кстати, в последнее время ласково кличет Тефалей.

– Властелины они, значит, – наступала бабуля.

Это что получается, у меня предки половиной этого мира правят? Афигеть. А я че, наследник? Афигеть.

– Ирма Львовна… – Отец попытался загородить собой маму.

Кстати, а почему мама выглядит, как в свои двадцать?

– Я тебе не Ирма Львовна, я тебе кара небесная, – сделала шаг бабуля.

А от сковородки полетели искры.

– Азар, ты как хочешь, а я прошу у демонов политического убежища, – проговорил повелитель светлых. О нем на время все забыли.

– Да вы не переживайте, мы чуть-чуть дворец попортим, а вас не тронем, – решил успокоить его я.

– Данюша, его тронем в первую очередь. Это твой дед.

– А я-то думал, к чему тут человечка? Оказывается, Властительница у нас полукровка, – задает риторический вопрос демон.

Но на него никто не обращает внимания. Его вообще кто-нибудь, кроме меня, видит? Похоже, что нет, в упор не замечают. Магия?

– А ну, стой! – рявкает бабуля, увидев, как новоявленный остроухий дед срывается на бег.

Недолго думая она посылает в него свою Тефалю. Святая сковородка сбивает с ног эльфа.

Это что, у меня в роду и эльфы есть? Афигеть.

– Мама, не трогай папу! – возмущается моя мать.

– Доча, не лезь под горячую руку, – не отрывая глаз от лежащего на ступенях эльфа, заявляет бабуля.

– Ирма Львовна, не устраивайте сцен, – вякнул папа из-за маминой спины.

– А ты, неуч, не лезь. Тефаля, фас на зятя! – рявкает бабуля.

И сковородка, лежащая на эльфе, оказавшемся моим дедом, летит в папу.

– Мама, прекрати этот балаган! Давай поговорим, как цивилизованные люди, – просит моя родительница.

– О чем говорить будем, доча? О том, что вы ко мне раз в год наезжали по причине проживания в другом мире? Или о том, что не сказали мне о столь малозначительном факте? – Впервые слышу у бабули столько яду в голосе. – А может, о том, что вы даже сыну ни о чем не сказали? Или, может, о том, что я больше сорока лет считала себя вдовой?

– Мама!

– Ну что – мама? Что? И тебе не стыдно? Мало того что замуж вышла непонятно за кого, так он еще и Темный Властелин.

– Во-во, я ей то же самое говорил, – вякнули с пола.

– Тефаля! – рыкнула бабуля.

Сковородка вновь опустилась на голову новоявленному деду.

– Какая женщина, – вздохнули за моей спиной.

Этот демон начинает меня бесить.

– Так ты не только гражданство сменила, ты мир поменяла! И даже отца нашла, которого я погибшим считала. – Тут бабуля схватилась за сердце. – Ой-ой-ой! Сердечко… Ох!

Тут моя матушка слетает со ступенек к бабуле.

Но бабушка чуток переиграла, и с ее шеи слетает амулет личины вместе с личиной.

– Она и вправду помолодела! – вырвалось у отца. – Ванриэль, подожди меня, я с тобой!

– Куда? – обернулась маман. – Что значит «и вправду помолодела»? Мама, ты помолодела?

– А этот коврик половой откуда знает? – удивилась бабуля. – Ой, точно, если он местный Темный Властелин, то это мы его дворец разрушили.

И тут лицо мамочки озарила умная мысля.

– Азар, ты знал?! Про этих иномирян ты говорил? И не говори мне, что ты не знал, – медленно, но верно мамочка надвигалась на отца.

Забавно смотрятся. Как Слон и Моська. Весь такой большой черный Слон, и вся такая светлая Моська. Вот только на этот раз Моська реально страшна.

– Любимая, это такая мелочь! Ну подумаешь, иномиряне. Я их даже не ловил.

Ирва

Вот это, что называется, поворот. Я потрясена до глубины души. Мне даже слов не хватает выразить все свои эмоции. Да как же так?

Краем глаза замечаю маневр мужа. Ой, я же еще замужем, оказывается.

– Азар, ты утратил мое доверие. Я ухожу жить к маме! – заявляет родная дочь.

– Прелесть какая. Доча, а я куда? – растерянно спрашиваю.

– Мамочка, я тебе все объясню, – смотрит на меня ребенок.

– Доча, сыну объясняй! Великий Чехов, кого я воспитала! Единственная дочь, и та за нехристя замуж вышла, страну Достоевского покинула! – взвыла я.

– Бабуль, ты мне другое скажи, – вмешался внук. – Почему дед жив, когда ты говорила, что он мертв.

– Ты сказала нашему внуку, что я умер?! – подал с пола голос муж.

– Ты меня опозорил! Сделал соломенной вдовой! Еще и уши, как у зайца! Хуже тебя только зять!

– Ирма Львовна, я бы попросил…

– Ты у меня сейчас не просить, ты молить будешь, – чувствую, как вконец зверею, я.

– Так, ну все, у меня время вышло, – заявил Шасгар.

Схватил меня за талию, и… мы куда-то провалились.

Сбылась мечта зятя.

Глава 20

Дан

Когда бабуля вдруг исчезла, в зале повисла гробовая тишина. Маман в ступоре хлопала глазами. Эльфийский дед, кажется, выдохнул с облегчением. Отец хмурил брови. И только вампир смог нарушить момент оцепенения.

– Куда? – единственное, что он выдавил из себя.

А после посмотрел на меня с ужасом.

Не сказать, что быстро, но и не в тормозном режиме до меня начало доходить. Эта наглая демоническая рожа стырила мою родную бабулю!

– А куда Ирва исчезла? – все же смог сформулировать вопрос Рой.

– Шасгар утащил, – все еще спокойно отвечал я.

Прекрасно понимая особенности своего характера, пока не впал в ярость, я пытался пользоваться собственным серым веществом на полную катушку.

– Теща – она как Хаос. Приходит, когда ее не ждешь, разрушает все, что строилось годами, а потом просто исчезает, – обреченно бурчит отец, глядя на приходящую в себя мать.

– Азар, с тобой у меня будет отдельный разговор. – Маман всегда умела угрожать. Вот и сейчас батю пробрало.

– Бабулю надо спасать, – прямо заявляю я, видя, что присутствующие не шевелятся.

– Сынок, для начала нам бы побеседовать не мешало, – криво улыбнулся отец.

– Побеседовать?! – сорвался я. – Там бабулю демон утащил!

– Азар, делай что хочешь, но вытащи мою маму из лап этих порождений Хаоса! – решила высказаться маман.

– Да что с ней станется, с тещей! – возмутился отец. – Она от демонов только внешностью отличается!

– Не тронь бабулю – она святая! – рыкнул я.

– Рина, ты погляди, она и сына против меня настроила! – возмутился отец.

– Я предупредил, – уже тихо, на пределе сдерживая себя, говорю, глядя на отца. Почему-то вокруг меня опять сгустилась темная дымка.

– Дан, успокойся, в конце концов, это светлые чертоги! – встрял венценосный эльф. – Нормально все с ней будет.

Разворачиваюсь к нему. А мать чем-то на него похожа. Интересно, а как так получилось, что он здесь, а бабуля больше сорока лет считала его мертвым?

– Дед? – подхожу к эльфу.

– Дед, – улыбается эльф счастливо.

– Ты не прав, дед. – И резко, без замаха бью эльфа под дых.

– Дан! – пораженно охнула мать.

– Сын! – рычит отец. – Щенок, как ты посмел руку поднять на собственного дедушку?

– Пап, тебя я бабуле оставлю, – бросил я через плечо и направился к выходу.

Вот бы его еще найти. Переносил-то нас Шасгар. Найду демона – все руки переломаю. Он. Утащил. Мою. Бабулю. Смертник, не иначе.

– Дан, подожди! – слышу окрик маман.

– Слушаю, – разворачиваюсь.

Идти куда-то смысла нет, я ни хрена здесь не ориентируюсь. Мне сейчас очень нужно попасть на улицу, а еще лучше, если сразу рядом с Шиншиллой окажусь. Она, конечно, старушка немного с прибабахом, но за бабулей, думаю, и к демонам двинет. Особенно к демонам.

– Дан, нам действительно надо поговорить. Как вы здесь оказались? Что произошло? Как долго вы здесь? Почему маму схватил демон? – обрушила на меня поток вопросов матушка.

– Мам, мне кажется, это сейчас неактуально. Да и зол я немного для простых разговоров.

– Дан, мне не нравится твой тон! – рявкнула матушка.

– А что тебе нравится? – не выдержал я. Орать на мать не стал. Говорил предельно вежливо и спокойно. – Быть матерью раз в год? Или жить в другом мире? Может, вы с отцом балдели от того, что сбагрили меня бабуле, а сами здесь по полной зажигали?

Вот после этих слов мне прилетела мощная пощечина. А у мамы рука тяжелая, оказывается. Правда, у бабули тяжелее. Но добило меня другое: боль и слезы в ее глазах.

– Мам, прости! Мам, ну успокойся, ну прости меня, мам, – кинулся я ее успокаивать.

На душе откровенно погано. Бабуля в руках демона, и чего он от нее хочет, фиг знает. Довел родную мать до слез, бабуля мне такого никогда не простит.

Марина (она же Рина, она же Темная Властительница)

Когда Марина увидела родную мать и сына в парадной зале своего отца, она глазам не поверила, но буквально после нескольких слов, брошенных матерью, Властительница убедилась в подлинности видения. Множество вопросов металось в голове. Разнообразные чувства захлестнули женщину. Оказывается, мать с ее сыном уже почти месяц путешествуют по миру, а муж пытался это скрыть! И это когда наконец активизировались предатели!

А после, когда повелительница пыталась догнать сына, он сказал ей именно те слова, которых она боялась больше всего в жизни.

Он же ничего не знает. Ее мальчик не знает, как из года в год кровоточило ее сердце. Как она пожертвовала многим, чтобы он просто остался жив. Он не знает, как его отец страдал от разлуки с ребенком.

– Мам, прости! Мам, ну успокойся, ну прости меня, мам, – прижал ее к себе сын в попытке успокоить. Как же он вырос, ее мальчик.

Она заслужила это. Заслужила потому, что не смогла защитить иначе.

– Сын, я люблю тебя больше жизни, – всхлипывала она. – Я бы никогда тебя не оставила, но есть обстоятельства, которые сильнее нас. Ты не знаешь, не помнишь, но прошу – просто поверь мне.

– Мам, знаешь, я одного понять не могу: ладно я, но почему ты бабуле ничего не сказала? – вопрошал ее ребенок.

– А как ты себе это представляешь? «Мамочка, твой зять – Темный Властелин. А живем мы в другом мире». Да она бы меня лечиться отправила!

И Марина вспомнила свою жизнь на Земле. Вспомнила и вздрогнула.

– Пойми, твоя бабушка – очень сильный человек, но даже у сильных есть свой предел.

Ирва

Свет погас и снова зажегся. Только руки на моей талии никуда не исчезали.

– Шасгар, – начала я, – что сейчас было?

– Перемещение в мой мир. Конкретно – в цитадель демонов, – спокойно ответили мне.

– И что я здесь забыла?

– Будешь здесь жить, – заявил он мне.

– Демон, будь другом, верни меня на место, у меня еще зять с мужем живы, – вырываюсь я из его хватки.

– Не выйдет, – качает он головой. – Контракт недействителен по причине родственной связи с врагом.

И тут я понимаю, что все довольно серьезно. Внука рядом нет, защитить меня некому. Плохо.

Я действительно в мире демонов. Это видно по красному небу и синей звезде.

И контракт действительно невыполним, потому что воевать против дочери я не буду. И конечно, никогда не отниму земли у собственного внука. А все владения Азара перейдут в собственность внука рано или поздно. И уж я постараюсь, чтобы земли эти остались целыми и к Данюше перешли поскорей.

Остается муж. Меня наполнило дикое чувство радости и облегчения. Он жив! А потом поглотила злость. Он меня обманывал! Никакой он не Иван, а самый что ни на есть Светлый Император Ванриэль. Так, надо срочно выяснить все, что можно, о моей семье. В особенности про бракоразводные процессы в мире зятя. И мне и доче пригодится.

– Шасгар, ты меня с какой целью похитил? Выкуп попытаешься затребовать? Или еще что придумал? – решаю насущный вопрос.

– Хочу сделать тебя союзницей, – сообщает демон.

Какая же у него улыбка шикарная! И этот сломанный нос… Совсем на мужа не похож.

Странно, когда поняла, что супруг жив и здоров, помимо облегчения и радости больше никаких добрых чувств не испытала. Не кольнула сердце старая любовь, не разбежались мысли от сильных чувств. Правду все же в народе говорят: время лечит.

– Союзницей, значит, – добавляю нотку заинтересованности в голосе.

А где моя Тефаля? А то наглая демоническая морда так и требует близкого знакомства со сковородкой. Тефаля каким-то образом оказалась за моей спиной. Вот же умная сковородка, точно ведь помню, как в последний раз видела ее на голове у мужа.

– Ну, раз союзницей, то не поленись мне объяснить то, чего я не знаю.

Меня провели в уютную гостиную с шикарной обстановкой, камином из черного мрамора и удобными креслами.

И мне рассказали. Чуть больше двадцати лет назад в мир зятя пришла девушка. Призвали ее светлые, как воина великого, который завершит войну между светлыми и темными. И горб, на котором неизвестные собрались въезжать в рай, принадлежал моему ребенку. Призывали маги на крови Светлого Императора, как ни странно, без самого светлого владыки. Вот кровь и откликнулась, правда, народ не сразу дошел до мысли, что Мариночка – дитя этого блондинистого предателя. Узнаю, кто это был, лично с Тефалей познакомлю. Пришла доча и, естественно, послала всех, как я ее учила. Мама плохому не научит. Ей же подробно объяснили, что, мол, пока не ликвидируешь местное воплощение зла, никто ее не выпустит из этого мира. Естественно, ее обучили, а потом с армией послали на темного. Но доча у меня дурой не была. Армию оставила и к темному пошла в служанки под прикрытием. В общем, влюбились они друг в друга в процессе. Мариночка у меня не киллер какой-нибудь, а дипломированный врач. А потом Маринка пошла прямиком к Императору объяснять, что тот не прав и что воюют они исключительно по собственному упрямству. Император, впервые ее увидев, понял, что это его кровиночка, и давай выспрашивать: из какого мира, чей ребенок, как жила. У дочки тоже помутнение в сознании из-за внезапного зова крови, вот и решил опозоривший меня мужчина спасти хотя бы ребенка. У эльфов, оказывается, есть такое понятие, как зов рода и зов крови. Вот и ударили эти понятия по мужу и Мариночке. Благодаря зову рода младший в роду не может противиться старшему.

Чем и решил воспользоваться новоявленный папаша, который, к своему невероятному счастью, обрел ребенка. Мой Ванька запретил дочке выходить за темного. Вот тут я была с ним полностью согласна, пожалуй, это единственный его разумный поступок. Но Азар, чемодан упрямый, дочку выкрал и насильно взял замуж. Я ему это еще припомню. И как только несчастье свершилось, зов рода ослабел. По крайней мере, на отношения с мужем эльфийский зов не влияет, а жаль.

И вот через пару лет родила теперь уже Темная Властительница сына. Да трагедия случилась, неизвестные на чету властителей напали, убили мальчика. В этом месте повествования меня передернуло, и я начала подсчитывать. Мальчику тогда было три года. Ага, так и произошло. Данюшу Марина привезла в трехлетнем возрасте – бледная, нервная, исхудавшая. Я тогда решила, что у них с мужем проблемы, и мальчика взяла. А потом она опять уехала к этому… нехорошему зятю, одним словом.

По всему выходило, что не по глупости молодой они мне ребенка оставили. Зря я дочку ругала. Надо было зятя калечить. За то, что слабый оказался. За то, что на свадьбу не позвали. За то, что мне ничего не рассказали. За то, что защитить не смог, несмотря на то что Властелин.

Спрашивается, а что в это время делал светлый дедушка? Эта остроухая пакость, то есть мой муж, как раз и дал мудрый совет оставить наследника бабушке и запечатать переходы в мой мир. Переход остался лишь один. И тот блуждающий.

Так я и поняла, что в старой пристройке на даче был выход в этот мир, которым пользовался ребенок.

– Понятно, – заторможенно киваю головой. – А с мужем-то что?

Шасгар на меня посмотрел странным взглядом:

– А вот здесь ничем помочь не могу. Скандалов, связанных со светлым, в межмировом сообществе не было.

О как загнул! Придется самой выяснять. А чтобы разобраться, надо вернуться.

– Спасибо за информационную справку, теперь можешь меня возвращать, – встаю со стула.

Вообще-то здесь довольно неплохо. Тепло, уютно, мелкие мутанты суетятся… Что?!

Ко мне как раз шел один такой. Натуральный выходец из Чернобыля. Рожки, пятачок, копытца и хвост.

– А-а-а! – взвизгнула я и вскочила на кресло с ногами.

Пораженный Шасгар уставился на меня. А я чисто рефлекторно ударила Тефалей близстоящего чудика.

– Шасгар, у тебя крысы странные, – выдавила я из себя.

– Какие крысы? Это обыкновенные черти! Они у меня служат, – пояснили мне и одновременно попытались отодрать от обивки кресла.

Черти, а было их трое, съежились от испуга и кучковались в уголке.

– Леди чем-то недовольна? – осведомился тот, которого я рефлекторно ударила.

Понимаю, что выгляжу сейчас непрезентабельно, и силой воли заставляю себя усесться обратно.

– Вы громко цокаете. – Вот так, сделай хорошую мину при плохой игре. – Шасгар, вернемся к нашим баранам. То есть к зятю и моему мужу. Верни меня.

– Нет! – Он был категоричен.

– Я оставила там целую армию. Ты хоть понимаешь, чем это грозит? – пытаюсь воззвать к здравому смыслу.

– Анархией. Что совсем неплохо, так как мне не составит труда захватить светлых.

Сказал и внимательно смотрит на меня. Выжидает. И чего выжидает, не понять.

– Тогда пошли захватывать сейчас. Мужу насолить теперь для меня дело принципа.

– Нет, не сейчас. Вот остынешь слегка, захочешь с ним брак расторгнуть, и пойдем, – убежденно вещал демон.

– Хорошо, что напомнил. А как тут с разводами дела обстоят? Что, если мы заключили брак в другом мире? Он вообще действителен?

– Как ни прискорбно, любой брак имеет силу. Даже если заключен по чужим законам. А вот с расторжением дела несколько иначе обстоят. Если союз был заключен по законам, где нет понятия развода, то он вечен. Если же такое понятие есть, то и расторжение союза возможно, со всеми юридическими нюансами того мира, в котором союз заключался.

Это что получается: я могу спокойно развестись? Вот же дура старая, до семидесяти себя вдовой считала, а теперь вообще разводиться собралась. Но я вновь молода, а это шанс начать все сначала. Если Ваня оставил меня, значит, не была я ему дорога. Конечно, возможны и другие варианты, вот только прошла моя любовь. Хоть и была она великой, да слишком много времени я без него прожила. Отвыкла. И, размышляя сейчас, даже не злюсь на него. Он ушел от меня, отобрал целый мир, но взамен подарил другой – мою доченьку. За это я его простила. Уже давно простила. Я жизнь прожила, понимаю, что за старые обиды цепляться не стоит, и благодарна я мужу за дочь, да и за те семь лет счастья. А еще я благодарна ему за то, что стала сильной. Его уход заставил меня взглянуть на себя по-новому. После его ухода я опустилась на самое дно. Выплыла. Снова сделала себя, стала личностью. Раньше ведь только им жила, только им дышала, сейчас же… Он не изменился. А я изменилась. И сильно.

Так что развод, и никак иначе. Раз уж торопиться нам с внуком не надо, коль уж вся родня вообще в другом мире проживает, можно заняться обустройством новой жилплощади. Прикуплю себе недалеко от темных земельку, открою школу, заведу любовника. Или двух. Теперь-то организм позволяет. Буду часто навещать дочь и портить кровь зятю.

Кстати, а зачем мне домик покупать, когда можно у мужа при разводе отсудить?

Дан

На улицу я все же попал. Осажденный город светлых выглядел удручающе. Пустые улицы, хмурое небо.

– Рой, найди Шиншиллу, – приказал я. – Освободи Олуша и его команду, передай их деду на руки. И созывай военный совет.

Вампир понятливо кивнул и метнулся исполнять поручения.

Я тем временем разрабатывал план действий. Бабулю надо выручать.

Разговор со светлыми меня чуть не доконал.

– Рой нам все рассказал, – подбегает эльфенок.

– Мы не в обиде, – смотрит открыто Гирин.

– А я в обиде, у меня костюм помялся, – ноет дриада.

– Я внуку Светлого Императора противиться не стану. И бабушку наследника выручить помогу, – улыбается гном.

В общем, команда светлых психов снова в строю. И дриада тоже. Мы ей новый костюм пообещали.

– Шиншилла, – состоялся у меня разговор чуть позже, – бабулю демоны схватили.

– Что?! – Она была возмущена сверх меры. – Ирва развлекается среди этих красавчиков, и без меня?

Я чуть не подавился. Нет, ну если ей так легче, то пожалуйста.

– Вот и я о том же, надо ее выручать. А для моральной компенсации можно десяток-другой демонов-пленников захватить, у вас же как раз брачный период.

– Когда выступаем? – деловито осведомилась она.

– Сейчас с армией поговорю, и выступим. Надо отобрать пятнадцать наисильнейших воинов. Займись.

Потом пришлось толкать речь перед армией. Они сначала возмущались по поводу прекращения боевых действий, потом, узнав, что бабулю похитили, вознегодовали и предложили всех покрошить. Кого всех и куда крошить будем, я так и не понял, но предупредил, что главнокомандующего будем освобождать все вместе. Причем можно еще и общего врага положить. Плюс, как и обещалось, потом все воздастся. Как-никак, я наследник.

Осталось научиться открывать межмировые проходы. К демонам, оказывается, так просто не попадешь.

Примерно с такими мыслями я топал к центральному шатру, когда меня чуть не сбили с ног.

– Ох, простите, – раздался чарующий голосок.

Смотрю на владелицу голоса. Все, я поплыл.

Разговор Светлого и Темного повелителей

– Что делать будем, Азар? – потер шишку на голове светлый.

– А что тут сделаешь, Ванриэль? – грустно вздохнул темный.

– Но это же катастрофа! Марина на нас обижена. У внука теперь в личном распоряжении целое войско, которое нас к нему и на выстрел фаербола не подпускает, моя столица оцеплена твоими подданными, которые тебе не подчиняются! – высказал наболевшее светлый.

– И враги узнали, что мой сын жив.

– И самое ужасное, – подумав, добавил светлый, – моя жена у демонов.

– Это-то как раз не самое страшное, – вздохнул темный. – Шасгарезар просто так человеческих женщин не похищает.

– Думаешь, шантажировать будет? – напрягся светлый.

– Я искренне надеюсь, что обойдется только шантажом. – Настроение у темного было хуже некуда.

Он думал о тактике примирения с женой. А также о том, как вырос его сын. Истинный наследник. Жесткий, непреклонный, властный – весь в отца. И тот удар, адресованный тестю, был хорош. Когда-то темный тоже мечтал отметелить светлого. Радует, что за отца это сделал сын. Но вот его угроза по поводу тещи… Это, стоит признать, действительно беспокоило.

А светлый размышлял о превратностях судьбы. Когда он попал в странный, неизвестный ему мир и встретил там Ирму, он не ожидал, что влюбится. Но дома оставалась Империя и война с темными. Семь счастливых лет в чужом мире. Когда уходил, он оставлял стареющую жену. Он знал, что вместе они быть не могут. Она обычный человек, тем более иномирянка. Жить ей оставалось каких-то тридцать – сорок лет. Что бессмертному эти десятилетия? Пшик. Ванриэль не захотел причинять себе лишнюю боль, еще больше привязываясь к этой женщине. Когда представилась возможность, он ушел. Ушел и стер ее память о себе, чтобы она не страдала. Кто же знал, что она понесла? Да и магия в том мире действует непредсказуемо! Видно, не все стер светлый, раз жена его вспомнила. Если бы был способ сделать ее бессмертной, он бы, наверное, это сделал. И забрал жену. Но никто до сего момента не был способен сотворить из человека бессмертного. И теперь уже не сможет. Потому что единственный маг, сумевший такое провернуть, погиб.

Он часто задавался вопросом: а смогла бы Ирма выжить при светлом дворе? Та милая девочка, которую он помнил, не смогла бы.

Заговорщики

– Первый, время на исходе. Мир демонов уже по швам трещит. Пора действовать.

– Второй, твоя поспешность тебя погубит. Мы не можем выступить сейчас. Слишком мало сил.

– Господа, тогда предлагаю другой вариант.

– Слушаем тебя, Третий.

– Тот план, что я разрабатывал, – ритуал ослабления. Покушение на наследника и похищение Темной Властительницы.

Повисла тяжелая пауза.

– Принимается, – кивнул первый.

Третий ушел отдавать распоряжения.

– Он до сих пор не может простить Властительнице отказа стать его любовницей? – поинтересовался Второй тихо.

– Нет, подобная причина слишком мелочна для него, – усмехнулся Первый. – Там что-то более глубокое, личное. Более достойное его ненависти.

Ирва

Я так и не добилась от Шасгара согласия вернуть меня обратно. У меня уже руки опускаются. До чего упертый мужик!

Кстати, с чертенятами я все же подружилась. Милые ребята, исполнительные, только страшненькие. Ну да ничего, зять вон в сто раз хуже. Пока гостила у демона, строила великие планы мести. Родне. Точнее, зятю.

Попутно беспокоилась: как там мой мальчик? А доченька? Они же с этими двумя один на один остались.

– Госпожа, пройдемте в ваши покои, – подскочил ко мне чертенок.

Этого, кажется, звали Чармин. У них все имена на «ча». Странные они.

Меня провели темными коридорами в шикарную спальню. Одна кровать занимала половину комнаты. И как эти демоны переезжать собираются? С таким-то количеством мебели.

Я легла спать. Но не успела заснуть, как почувствовала чью-то руку на своем бедре.

– Свет, – скомандовала я.

Как и в мире зятя, освещение появляется из странных магических кристаллов, разница лишь в способе активации. Там – по хлопку, здесь – по голосовой команде.

И первое, что я увидела, было лицо Шасгара.

– Ты что здесь делаешь? – задала вопрос.

А действительно, что делать здоровому половозрелому мужику у моего бедра посреди ночи?

– Тебя охраняю, – улыбнулся он и навис надо мной.

– Иди в другом месте охраняй, – возмутилась я.

– Ирва, мы с тобой взрослые… э-э-э… человек и демон. Ты же прекрасно поняла, чего я от тебя хочу. – И его рука поползла вверх.

Вот это наглость! Ни цветов, ни конфет, даже на свидание ни разу не пригласил, а все туда же! Ну, мужики! Мир другой, повадки те же.

У меня даже дар речи на мгновение пропал.

– Тефаля! – пискнула я.

И на голову демона обрушилась сковородка.

– Женщина! – рыкнул он.

То, что он разозлится, я предполагала. Но вот остального… Он изменился. Кожа покраснела, потом почернела, из головы полезли огромные рога, лицо расширилось и приплюснулось, сам он увеличился в размерах.

Я испугалась. А кто бы не испугался, когда над ним такое нависает? В общем, я испугалась и начала безостановочно бить сковородкой куда придется.

Чудище взвыло незнакомым голосом.

– Когда-нибудь я уничтожу твое оружие, – рычал монстр, по-прежнему не сдвигаясь ни на сантиметр.

– Ты чего пришел, охальник проклятущий? – выползла я из-под него. – Ишь, чего захотел! Ты про конфетно-букетный период слышал? Ты мне первый бал устраивал?

Теперь я уже стояла посреди кровати рядом с ним.

– Ты мне колечко заветное дарил? Ты мир к моим ногам бросал? – продолжала я наступать на него.

Чудище, у которого, кстати, оказались копыта, медленно отползало.

– Женщина, ну и запросы у тебя! – рычит оно.

– Нет?! Тогда марш на диван! – махнула я Тефалей в сторону.

Шасгар в обличии монстра умудрился увернуться.

– Это моя комната! И у меня нет дивана.

– Тогда на коврик! Совсем обнаглел – ни ухаживаний, ни романтики, а все туда же!

Глава 21

Светлый Император

Светлый Император размышлял о былом. Он с тоской вспоминал прошлые семь лет. Вспоминал жену. Как попал в странный отравленный мир. А ведь во всем виноват брат, именно он насолил правительнице дроу, и именно он должен был попасть в ту ловушку. Но попал правитель. И отправился в чужой, почти лишенный магии мир. Сил хватило только на заклинания адаптации да слабый морок, чтобы уши прикрыть. Много времени прошло, прежде чем он научился в себе магию копить. А там она, Ирма. Нежная, ласковая и такая добрая. Поначалу. В этом мире на светлого женщины буквально гроздьями вешались. Выбирай – не хочу. Или отбивайся – не могу. Одна из таких помогла с документами. Ирма не сильно выделялась на их фоне. Были и покрасивее. Но он выбрал ее. И все бы хорошо, да вот характер у нее оказался… особенным.

Он с содроганием вспоминал ее вспышки гнева. Раз в год она обязательно устраивала грандиозный скандал. В него летело все, начиная от тарелок, заканчивая сковородками. Да, да, уже тогда она питала слабость к кухонной утвари.

А во всем виновата ревность. Светлый не знал, как остудить пыл аборигенок. А Ирма не знала, что сущность эльфа всегда будет притягивать к нему других. Вот и получалось, что его добрая девочка просто теряла терпение. И тогда он благодарил пресветлых богов за то, что случалось это крайне редко.

Но пришло время уходить. Его нашли. И сообщили, что темные совсем распоясались, назревала война. Он хотел забрать ее с собой. Хотел, но не сделал.

Люди в том загаженном мире жили крайне мало. Зачастую не доживая и до шестидесяти. Сколько оставалось его девочке? А светлый двор? Смогла бы она выжить среди интриг? Нет. Слишком открыта. Слишком честна.

Он заключил с ней брак, точно зная, что это не продлится долго. Она умрет раньше, чем совет найдет ему невесту для политического союза. Он и относился к их союзу, как к чему-то приятному, но, к сожалению, кратковременному. И детей у них не было из-за него. Он четко за этим следил, точнее, он так думал. В последний раз он сорвался. Из-за жгучего чувства приближающейся разлуки он перестал себя контролировать. А потом ушел.

Кто же знал, что через двадцать с лишним лет на зов крови о спасителе придет его дочь? Не могла иномирянка зачать от повелителя без его согласия! Магия бы не позволила. Но она зачала, а он об этом не знал, потому что не верил в такую возможность.

Он даже память о себе стер, чтобы ей было легче. Но демонов мир! Магия там действует абсолютно не так, как хотелось бы.

В тот мир он больше не возвращался. Самое страшное, что подобным ему в том мире выжить было проблематично. А если быть точным – невозможно. Слишком грязен он был. Светлого даже удивляло, как долго он умудрился продержаться.

Он узнавал о ее жизни через дочь. Он запретил ребенку рассказывать все матери. Она бы захотела прийти в его мир. Кем бы она пришла? Женой Светлого Императора, которую тот покинул? Матерью наследницы? Или простой женщиной – иномирянкой? Смешно. Супруга Императора, простой человек, и даже не благородных кровей. Без магии. Да ее попытались бы убить в первый же месяц! Оставаясь в родном мире, она имела шанс дожить до преклонных лет. Ее неумолимое старение было еще одной причиной. Он знал, что она увядала. Для долгоживущего старость – смерть. Медленная, почти незаметная, но смерть. Он уже смирился. Пока она вновь не удивила его.

Она пришла в его мир, перевернула все с ног на голову и заставила его бояться. Бояться посмотреть ей в глаза и увидеть там презрение и ненависть. Но, конечно, Светлый Император в этом никогда не признается даже себе. Поэтому он сейчас и вспоминал их бурные ссоры с летающей кухонной утварью. Понимал, что разыгранный скандал и половины мощности былых разборок не имел.

Понимал он, что Ирма изменилась. Ведь это она собрала армию, она пошла на столицу, и она захватила Светлый град. Раньше она бы мягко попыталась поговорить. Попросить. А если бы не получилось, устроила бы грандиозную истерику с членовредительством. Раньше она не была способна просчитывать свои ходы так далеко.

Сейчас же светлый видел в своей жене не девочку, но женщину. Не наивную девушку, у которой звезды в глазах сияли при взгляде на него, а лидера. Со всеми вытекающими.

Все те годы, что он жил без нее, он старался не вспоминать. Не сказать, что мучился. Нет. Он бессмертен, а Ирма лишь приятное мгновение. Мгновение, подарившее ему дочь. Он ей благодарен. Видят пресветлые боги, благодарен.

Но и встретиться с ней не мог, стыд не позволял. Она была его слабостью. За которую при дворе могли ухватиться. Ему было стыдно перед ней.

И она была чужая. Как же получилось, что у двух абсолютно несовместимых по своей сути существ появилось чудо по имени Марина?

Дан

– Шиншилла, – смотрю серьезно на дроу. – Мне нужны те самые демоны, над которыми… которых вы с бабулей осчастливили вашими внучками.

– Через три дня, – был краткий ответ. – Сейчас они с девочками в отдаленных пещерах. Как раз трое суток пути. Я передам по кристаллам связи.

– Командующий Дан, – откинул штору, заменяющую дверь в шатер, мой личный посыльный. Я таки заставил Рояля пахать на себя. – Арки установлены, как вы и приказали.

Отлично.

– Правда, произошла заминка с теми веществами, что вы приказали изготовить. У нас не хватает одного элемента. – Рой, по-моему, в азарт вошел.

Я даже догадываюсь, чего у них не хватает. Слава Интернету, где можно найти рецепт взрывчатки из го… удобрений, короче. И слава моему пытливому уму, благодаря которому я уже пытался сотворить подобное на бабулиной даче. Мы и так туда редко ездили, а после этого случая посещения дачи сократились вдвое. До сих пор с содроганием вспоминаю хворостину, которой меня бабуля отходила, после того как я уговорил ее бросить черенок от лопаты. А как она ругала меня за взорванную беседку, которую так и не отстроили. «Ах ты, вредитель малолетний, термит доморощенный! Собрался вредить – вреди соседям, а не в родных пенатах!» И в самом деле. Когда я в следующий раз пакостил на соседской территории, мне перепало гораздо меньше, и то за то, что попался.

– За тем, чего не хватает, пошли ребят в ближайшее селение, – вынырнул я из своих воспоминаний.

– Шиншилла, вы уже работали с демонами. Ваши девочки смогут выбить из них необходимую информацию? – смотрю на дроу с надеждой.

– Легко, – хмыкнула Старшая Рода. – Они как раз этим сейчас занимаются. Труднее будет заставить их построить переход на родину.

– Думаю, эту проблему я устраню с легкостью, – злобно усмехаюсь.

– Дан, – слышу голос за спиной второго своего посыльного. Ох уж этот Лель. Как я ни пытался избавиться от него, он, как репей, не отставал. Пришлось делом занять.

– Что? – не оборачиваясь, спросил я.

Как раз карту изучал. Задавался вопросом: бабулин план «б» – риск на гране фола или очередной выверт ее логики? Она ведь и вправду собиралась перекроить этот мир. Не сама, так при помощи местных жителей.

– К тебе посетитель, – был мне тихий ответ.

Оборачиваюсь и вижу маму. Зашибись. Щас мириться будем. А в нашей семье не принято тихо проявлять свои эмоции.

– Дан, – сделала мать шаг ко мне.

– Властительница, – подала голос Шиншилла и склонилась в странном реверансе.

Матушка только рукой махнула.

Прикидываю в уме, сколько времени у меня есть. Часа два в запасе, а там надо будет самому пропорции опять идти замерять. А то ведь накосячат без меня, как пить дать.

И как бабуля с ними справлялась? На них же пока не наорешь, не дойдут своими мозгами. И пока кого-нибудь магией не пришибешь, дисциплины не добьешься. Кстати, о магии. Делаю себе зарубку на память – о возможности припахать к делу пленных магов.

– Мам, присаживайся, – подсовываю родительнице трехногий стул.

Этого калеку бабуля использовала как возвышение. Так ее лучше армия видела. Больше мебели не было.

– Спасибо сынок, – и смотрит на меня так тоскливо.

Вот же… Ну не люблю я таких взглядов. Мне тогда так стыдно становится. За все. Даже за то, чего не делал. Излюбленный мамин прием: деморализовать противника и бить на поражение.

– Сына, прости меня. – И слезки в глазах.

Я же говорил: бить на поражение. Я камень, я камень… Ни хрена я не камень. Подхожу к матушке и обнимаю ее.

– Мам, давай только без слез. Я не сержусь уже, – глажу ее по голове.

– А на дедушку? – Новый заход.

Ну нет, на такое я не подписывался.

– Дед? Пусть он сам с бабулей разбирается, – бурчу себе под нос.

– Сыночек мой! – и давай меня тискать.

Нет, я, может, и не против. Но не при посторонних же. Грозно смотрю на притихшую Шиншиллу. Ну и видок у той. Такой весь ехидно-любопытный. Так и вижу, как эта ушастая бабуле все пересказывает. Под моим тяжелым взглядом Старшая Рода покинула пределы шатра.

– Мам, все хорошо, честно, – смотрю на нее.

– Сына, ты только от дедушки не отрекайся, – просит она. – И сторону ничью не занимай. В жизни разные ситуации бывают, сам понимаешь. Не мог он по-другому поступить.

– Не переживай. Вмешиваться не буду. Да и бабуля о нем всегда только хорошее говорила. Но и поддержки от меня он не дождется.

Все же без деда я прожить могу, а бабуля у меня одна. Но об этом я, естественно, матери не сказал.

– И не надо, – улыбается она, – они сами разберутся. Но ты с дедушкой поговори.

– Вот как будто у меня есть время с этим эльфом говорить, – бурчу, поднимаясь с колен.

– Сынок, он не «этот эльф», он твой дед и Светлый Император, а ты его наследник!

Вот теперь я верю, что это моя матушка. Я-то все переживал, что она совсем эмоциям поддалась, а оно вон чего. Я у нас, оказывается, наследник светлых. И темных. Твою медь! На фига мне этот мир? В стратегию я могу и дома поиграть. А тут и светлые, и темные…

Радует только, что сие счастье на меня нескоро свалится. Если только бабуля батю с дедом не пришибет в великом порыве. Если умудрится, заставлю ее при мне регентом быть. Пусть сама с этими империями разбирается.

Так вот, о матушке. Маман у меня дама чувствительная. Особенно если это в ее интересах.

– Мам, давай без хождения вокруг да около? – решаюсь наконец.

– Хорошо, – удовлетворенно улыбается матушка. – С дедушкой ругаться не стоит. Тебе у него еще обучаться.

Иногда мне кажется, что матушка не ту профессию выбрала. Хотя с ее цинизмом только врачом и быть.

– Мам, ты же сама бабулю те письма злосчастные к своему приезду найти просила, – скорее утверждаю, чем спрашиваю.

– Откуда знаешь? – округляет она глаза.

– Бабуля сказала, когда в этот мир попали, – отвечаю. – А еще она вопросом задавалась, с чего вдруг у нас в пристройке переход появился, когда его там отродясь не бывало.

Матушка смущенно покраснела. Смотрю на нее строго.

– Да надоело мне, – сорвалась она. – Надоело, что я матери родной ничего сообщить не могу! Надоело, что ты растешь у меня, как чужой. Мучиться надоело! Отец твой… Он мужчина, сильный, решительный, но и он не идеален. Сынок, ты только ему не говори.

И смотрит на меня умоляюще. Теперь верю, что она прямой бабулин потомок.

– Мам, а маг этот, Асхол? – Ей уже вкратце поведали о причине бабулиного омоложения.

– Он моя ошибка. Вы должны были в замок попасть и ждать нашего прибытия. Вроде как случайно попали, и я ни при чем. И менять что-либо поздно – мол, и так все знаете. Я ошиблась, и эта ошибка стоила мне многого. Блуждающий портал уже давно не появлялся в той части замка, где окопался этот маг. – Матушка сплюнула. – Мои люди пытались вас перехватить, но всегда опаздывали.

– То есть переход наш ты обеспечила, а все остальное случайность, – выношу вердикт.

– Я рискнула, – кивнула она, – и проиграла.

Ну, я бы так не сказал. Вот верну бабулю, накостыляю наглым демонам, и жить спокойно можно.

– Мам, а на фига ты меня вообще отдала? Нет, я не жалуюсь, так, для справки. Почему раньше молчала? – спрашиваю самое сокровенное.

– Сын, тебе грозила опасность. Тебя пять раз убить пытались. На пятый чуть не убили. И сейчас грозит. Но сейчас ты хоть защититься можешь, да и у нас информации побольше. А молчала потому, что мама не поверила бы мне на слово. Потребовала бы доказательств. Если бы она пришла в наш мир, о ней бы мигом узнали. И о том, что ты жив, тоже бы узнали. Да и… дедушка с твоим отцом не позволили бы мне. Они по-своему о вас заботились. Понимаешь, их прямой запрет рассказывать все маме и приводить ее сюда я не могла обойти. Зато они ничего не говорили, что будет, если вы сами придете. Да и была вероятность, что мамино сердце не выдержит потрясений. На этот случай в предполагаемом месте выхода дежурили целители. Только портал открылся совсем в другом месте.

Она опустила голову, пряча взгляд.

О как. Зашибись.

– Она и так твоего отца не жалует, а тут лишний повод его третировать. – Матушка опять смущенно улыбнулась. – Для нас с отцом главное – твоя безопасность. А знание иногда главный ее противник.

– Мам, а почему ты с нами не осталась? – Понимаю, что вопрос детский. Но вот такой я, с детства обиженный.

– Я не могу жить в том мире, – теперь она была серьезна, как никогда. – Плохо мне в нем, с самого детства. Природа, население – все чужое, враждебное. Люди, которые окружали меня… Ты знаешь, каково это – быть ребенком учителя? – вдруг перешла она в наступление. Видно, и ей этот разговор нелегко давался. – Общество, что постоянно давит. Учителя, сверстники – у всех ты виноватая. Мать все время на работе.

– Вот не надо мне рассказывать про твое тяжелое детство ребенка учителя. У меня бабушка-профессор.

Она улыбнулась. Грустно, но по-доброму.

– Да, ты прав. Причина в другом. Я наполовину эльфийка. Нам в том мире худо. Я выжила только потому, что полукровка. Ты не поймешь меня, потому как ты эльф лишь на треть, у тебя есть защита крови твоего отца. Воистину живучий генотип. Но я ведь не такая. И твоего отца оставить не могу. Я нужна ему, сынок. И твоя бабушка поняла меня. Поняла, как никто другой.

Женщины. Всегда было интересно, чем они руководствуются, поступая так или иначе. Интерес пропал. Давненько уже. Понятно, что логики там не так много.

Заговорщики

– Первый, наша армия уже готова, – поставил на стол свой бокал Третий.

– Еще рано, – качнул головой Первый.

– Как – рано? – возмутился Второй. – Весь Серый материк кишит сараагами. Их только с поводка спусти, и мир вновь будет прежним.

– Второй, нужен конфликт с демонами. Нам необходим виноватый. Под нас и так уже копают.

– Это неважно! – воскликнул Второй. – Против нашей армии не устоять.

– Против монстров есть универсальное оружие – Властелин. А теперь еще и наследник. Мы скопили слишком мало сил. Необходимо больше жертв. Для этого и нужна Властительница. Да и наследник, по-хорошему, был бы идеальным вариантом. Его смешанная кровь – самый мощный катализатор.

Ирва

Проснулась я поздно утром, что нехарактерно для меня. А все этот демон виноват. Всю ночь с ним промаялась. Чего только не пришлось ему наговорить, но он все же ушел. А покои у него действительно неплохие. Дизайн под старину, окна большие и светлые, цветовая гамма приятна глазу. Ляпота! А кровать-то какая удобная – в меру мягкая и в меру твердая. Хочу себе такую же. Жаль, поставить некуда.

Встала, нашла ванную. Оказывается, здесь есть водопровод. Знать не хочу, как он функционирует, главное, работает.

Вышла из ванной. Огляделась. Чем так воняет? Это что за веник? Внимательно рассматриваю гербарий, то есть букет. Цветочки странные, колючие и красные, но не розы и даже не маки. А рядом платье. Платье пришлось надеть, так как моих вещей в комнате не обнаружилось. Чертенята, наверное, унесли.

Среди цветов заметила записку:

«Женщина! Ты все равно будешь моей!»

У меня мурашки по спине побежали.

Местная мода мне понравилась, удобно и элегантно. Но любоваться собой времени не было. Желудок требовал еды. Интересно, Данюша хорошо кушает? Бедный мой мальчик, наверное, переживает.

Думаю, с ним все будет хорошо, как-никак рядом его мать. Мариночка у меня девочка умненькая, сообразит, что сделать.

Навстречу мне выскочил чертенок.

– Милейший, – остановила я его, – не подскажете ли, где тут завтраком кормят? – и выдаю милую улыбочку.

Мне не отвечают, а лишь завороженно следят за моей правой рукой, в которой держу Тефалю. Со своим оружием я уже срослась. Если я ложусь с ней спать, почему бы и завтрак не провести в ее компании? Единственный во всех мирах артефакт имел свою особенность: к нему нельзя прикоснуться без моего прямого дозволения. Если оставлю ее где-нибудь, обязательно кто-нибудь ручонки свои загребущие протянет. И получит, потому как у меня разрешения не спрашивал.

– Эй, – прикрикнула я.

От сковородки взгляд оторвали, пятачком пошевелили и наконец объяснили, куда свернуть.

До нужного места я добралась без приключений. Отворила массивные двери и… попала на слет нечистой силы.

Двери закрыла. Потом вспомнила, что во главе стола возвышались знакомые рога, и опять их открыла.

Так и есть. Черные, красные, синие, спасибо, что не в крапинку, чудища сидели за длинным массивным столом, и все смотрели на меня. А было их… не сказать, чтобы много, но и не мало.

– Добрый день, господа, – мило улыбнулась и двинулась по направлению к Шасгару. Его рога я сразу опознала.

Взгляды чудищ стоически игнорировала. Тоже мне, невоспитанные личности! Видели бы они, как голодные студенты на преподавателей в общей столовой во время обеда смотрят! Да и зять у меня любитель в гляделки поиграть.

– Ирва, – кивнул мне Шасгар, – ты опоздала.

Сделал замечание. Чем-то недоволен. Запомним и обидимся в ответ.

А чудики продолжают пялиться. Эх, сразу вспоминается вечер Хэллоуина, обычно мне выпадала сомнительная честь следить за студентами на этом празднике.

Нашла свободное место. Рядом с Шасгаром. Пришлось его занять, так как регулярное питание – залог хорошей фигуры и стальных нервов.

– Как спалось? – елейным голосом спрашивает он, глядя на Тефалю.

– Твоими молитвами, – улыбаюсь в ответ и кладу святую сковородку рядом с собой на стол.

– Повелитель, позвольте спросить: что здесь делает человек?

Поворачиваю голову в сторону голоса. Голос женский. Вторичные половые признаки в наличии… наряду с чешуей. Стервозность характера налицо.

Стоп. Повелитель? И этот?! У них совесть есть? Ну, теперь понятно, почему он по поводу коврика недоволен был. В следующий раз выделю ему ковер с бахромой.

– Ирва моя гостья, – спокойно заявил Шасгар. – Кто тронет – лично убью.

И спокойно продолжил завтрак.

А на чужие чувства ему плевать. Вон как подданные трястись начали. Кто от страха, кто от обиды. Да ладно подданные, главное, что мне теперь делать? У меня даже кончики пальцев закололо. Вот же особенности молодого тела! А как вспомню его волосатую грудь… Так, Ирма Львовна, быстренько вспомнила, что ты у нас дама замужняя. И, страшно подумать, уже бабушка. Всяким там демонам залетным на шею бросаться мы не будем, у нас гордость имеется. И внук, который один на один со всей семейкой остался в другом мире.

Та самая демоница, которая с чешуей, пронзила меня горящим взглядом. Замечательно, не успела я появиться, а уже нажила себе врага. И судя по реакции, она то ли была фавориткой, то ли метила на сию почетную должность.

Ну, Шасгар, ну удружил… Эх, мужики, потому вы и воюете, что тонкости дипломатии вам почти недоступны.

А у меня времени нет. Ладно, заканчиваем трапезу и ищем место, где можно было бы укрыться, чтобы в нужный момент поймать жертву и затащить к себе в нору.

– Простите мою супругу, любезнейшая, – обернулся ко мне другой демон.

То ли у них реакция замедленная, то ли у меня мысли, как китайцы, размножаются.

– Я не в обиде, – мягко улыбаюсь. И все же решаюсь. – Я бы и сама, находясь среди столь сиятельных демонов, не поверила, что простой человек окажется послом от другой державы.

На меня опять уставились в попытке переварить информацию. Ну да, на посла не тяну, но надо же объяснить причину своего присутствия здесь, и желательно логично. Какие же они интересные! Вон у того, например, нет век вообще. Одни круглые черные, навыкате, как у рыбы, глаза. Целых три штуки.

Шасгар внимательно наблюдает за тем, как я ем. Понятия не имею, что это такое, но вкусно. А спрашивать не буду, себе дороже.

– Посол? Простая человечка? И какой страны? – фыркнула та самая демоница.

– Нового государства в соседнем мире, – брякнула я.

А что, отсужу у мужа полматерика, с зятем по-родственному разберемся, и целый материк мой. И делай с ним, что хочешь и не хочешь.

Демон молчит. Не возражает, и хорошо. Жаль, конечно, что контракт сорвался. Но я все равно получу его армию.

Что он там говорил насчет проблем с миром? Где есть проблемы, там есть недовольные, а недовольные могут быть хорошим подспорьем для моих новых планов. С зятем разобраться, с мужем, пока нынешним, поговорить. И так, по мелочи.

Углубившись в свои размышления, я не заметила, как поменялась в лице демоница. А стоило быть внимательнее, избавилась бы от множества проблем.

После завтрака молчаливый Шасгар устроил мне экскурсию по своему дворцу. Красиво, не спорю. Но домой хочется больше. О чем ему и сообщила. Меня нагло проигнорировали. А зря.

Меня завели в какое-то странное помещение, полностью наполненное цветами.

– Теперь это твой цветник, – улыбается это рогатое чудо.

Прелесть какая. Вчера я говорила ему о букете, сегодня он дарит мне оранжерею. Что же будет с колечком? Алмазные копи с приисками?

– Кстати, сегодня прием в твою честь, – многозначительно смотрит на меня Шасгар.

– Ну что ты уставился, как кот на сметану! – не выдержала я. – Ты для меня еще мир не завоевал.

– А ты мне сковородку свою так и не отдала! – возмутился он.

– Так сам бы взял! – Вечно их учить надо.

– А она не дается. Вся в хозяйку. Магией бьется, когда чужой к ней прикасается, – открыл мне тайну демон.

– Я бы тоже билась, если бы ты меня своими ручищами когтистыми лапать начал. Тефаля у меня девочка нежная, ей ласка нужна. Ты себя в зеркале видел?

– Женщина! – взревел демон. – Ты когда-нибудь договоришься!

– Нам, слабым и беззащитным, только разговоры и остались! – обиделась-таки я.

Оставила Шасгара в нервном напряжении, а сама отправилась в свою комнату. Пенсия ее знает, где она находится, но я очень рассчитывала на помощь чертенят.

Но мне не повезло. Меня отловила та самая демоница.

– Ты, – прошипела она, ткнув когтем в мою грудь.

И что пытается сделать? У меня все натуральное.

– Дамочка, вы давно маникюр делали? – Никогда хамства не любила. Демоница потемнела лицом. – О-о-о, у вас еще и с кожей проблемы! Простите, не знаю вашего имени… За вами, кажется, супруг пришел. – И смотрю ей за плечо, где, естественно, было пусто. Она все же обернулась, но я уже успела скрыться.

Ну, Шасгар… Ничего, отыграюсь на сегодняшнем балу. Что там у дебютанток в обязательной программе было? Андрей Болконский? Ой, это не из той оперы. Танцы и общение? То, что нужно. Осталось выспросить у чертенят про местное житье-бытье. Уж кто-кто, а они должны быть в курсе всех дел.

Глава 22

Ирва

«Бал! Бал!» – орала Золушка дурным голосом в одном бородатом анекдоте. Я тоже орала и тоже дурным голосом, а во всем виноват демон. Точнее, демоны. До сих пор не могу свыкнуться с мыслью об их наличии. Настоящие, не из художественной литературы. Целый мир. И даже не в количестве дело, а в качестве. И совсем конкретно – в количестве этого качества. До чего же вредные они! Ну никакой дисциплины у их правителя.

Этот гордый носитель рогов явился ко мне в комнату… Ну хорошо – к нему в комнату, которую сам же временно отдал мне. Я как раз ванну принимала. Ванна, кстати, была размером с маленький бассейн. Бывала я как-то на горячих источниках. Здесь лучше.

Так вот, отдыхаю, морально расслабляюсь, а он заявляется с предложением спинку потереть. На этот раз в человеческом обличии. А я женщина интеллигентная, похабщину терпеть не стала.

– Шасгар, ты взрослый мужик, правитель, что ж ведешь себя, как подросток? – укоряла я.

Запрещенный прием, согласна, но действенный. Не то чтобы он смутился, скорее, разозлился.

– Вон отсюда! – проревел демон, оборачиваясь к чертям.

Они стояли у двери, держа в лапках простынку и скляночки с различными маслами. Эти ребята меня почти не покидали, развлекая разговорами. И сейчас были при мне.

– Не ори на маленьких! – рявкнула я.

Совсем обнаглел! У чертей и так хвосты от страха дрожат, копыта на земле еле стоят, а он голос повышает.

– Это мои слуги! – взревел горячий финский парень, то есть демон.

– Так и веди себя по отношению к ним порядочно! – возмутилась я. – Ребята, ступайте, я поговорю с вашим Повелителем.

Черти шмыгнули кто куда, с выражением великой благодарности к моей неразумной персоне.

– Женщина, по-твоему, я из-за кого так страдаю? Я тебе по-хорошему предлагал? – рычит демон.

Это он-то по-хорошему предлагал? Когда это было? Выбираюсь из бассейна и грозно надвигаюсь на него.

– Демон, мне давно не семнадцать лет! – разозлилась я. – Ты зачем меня к себе притащил? У меня там внук без присмотра волнуется. Зять с мужем радуются! У тебя совесть есть? Ну, привел к себе, так объясни, для чего. Но ты упорно пытаешься меня соблазнить. И нет бы с умом к делу подойти – так просто в койку залезть пытаешься! Да еще с таким лицом, будто одолжение делаешь! Я тебе не твои демоницы, что вешаются на шею гроздьями! Да и во внезапную страсть не поверю, у тебя баб и без меня хватает, причем на любой вкус. Либо возвращай меня к семье, либо говори нормально, чего хочешь!

Что-то он меня не слушает. Проследила за его взглядом. Ох ты, склероз мой старческий! Я ведь даже полотенцем не прикрылась. И не то чтобы меня это смутило – тело-то как раз молодое, красивое, да и чего он там не видел? Просто моя пламенная речь была не услышана.

– Женщина, ты сама меня соблазняешь, а потом сковородкой своей прогоняешь! – возмутился местный правитель.

Все-таки когда он был в моем подчинении, он мне нравился больше. Говорил мало, и такого блудливого взгляда у него не было. И это зрелый мужчина? Мальчишка. Впрочем, по опыту знаю: любой мужик, будь он стар или млад, в душе ребенок.

– Ну, знаешь, это я-то соблазняю? – свирепею я.

Где там моя Тефаля? Сейчас я ему устрою рандеву со святой сковородкой.

– Ты! Контракт наш полетел к чертям в бездну, собственником земли я так и не стал, а ты еще и недовольна! – Демон сам не заметил, как начал отступать.

Правильно пятится, я даже в ванную свою Тефалю беру.

– Я тебе слово дала, что земля будет? – взвилась я. По пути все-таки прихватила простынку и прикрыла отвлекающий фактор. – Значит, будет! Ты меня только верни назад, и получишь новый дом!

– Против Светлого Императора и Темного Властелина пойдешь? – не поверил Шасгар.

– Неправильная постановка вопроса, – начала успокаиваться я. – Я не против правителей идти буду, а против зятя и мужа. И у обоих предо мной должок. Да у меня на этих правителей такой компромат, что они тебе все что угодно отдадут! Так что верни меня к семье, и попадешь под программу расселения, организованную наследником.

Мы вышли из ванной и с удобством устроились за чайным столиком. Не видела, чтобы здесь пили чай, но дизайн мебели не сильно отличается от земного.

– Но контракт потерял свою силу! – прищурился Шасгар.

– Заключим новый? – улыбаюсь я.

Это его перекосило или меня снова зрение подводит?

– Никаких больше контрактов! Тем более на твоих условиях! – взревел он. – Договор. И ты подписываешь все, что я ни предложу!

Да я даже квитанции не подписываю, пока досконально не изучу!

– Прелесть какая, решил обмануть бедную несчастную женщину! На пенсионерку бросаешься, рэкетир! Бандюга заграничный! – взвыла я дурным голосом.

То, что он не понял ни слова из моей речи, не спасло демона от осознания, что я его все равно оскорбила.

– Тогда прекрати бунтовать и наслаждайся моим гостеприимством, – холодно заявил Шасгар. – Пока ты у меня, твоя семья пойдет на уступки. А если мой план не сработает, я отпущу тебя к родне. Сами виноваты будут.

И неуловимым движением он притянул меня к себе и поцеловал. Руки мои были зажаты когтистыми лапищами, но Тефалю я не выпустила. Вроде бы… Как же давно меня так целовали! Страстно, горячо, сладко. Так, что ноги сами собой подгибаются. Вот теперь я верю, что ему не первая сотня лет, подобные таланты приходят с опытом. Соберись, Ирма Львовна, не время расслабляться! И с глубоким чувством сожаления я все-таки вырвалась от демона. А он, тяжело дыша, сверкнул на меня своими невероятными глазами… и молча ушел.

А мне только и осталось, что растерянно хлопать ресницами. Это что еще за заявления такие? И поцелуи…

В общем, остаток времени перед балом я провела с пользой. Поскольку моим досугом никто не озаботился, а сама я не нашла ни одной завалящейся брошюрки, устроила допрос чертям.

И поведали они мне о жизни своей горькой. О том, как обижают их здесь, о режиме тоталитарном… Так, это из другой сказки.

В общем и целом, здесь абсолютная монархия. Шасгар, он же бессменный Повелитель демонов, для местных жителей царь и бог. Ну, теперь понятно, почему он так свирепеет от одного моего «нет» – не привыкли мы, видите ли, к отказам. А поскольку этот мир умирает, абсолютизм приобрел черты полицейского режима или даже военного. Все силы направлены на поддержание мощнейшей армии. Льготы воинам, титулы талантливым военачальникам, почет и уважение разведчикам. Активная разработка оружия и, естественно, поиск новых мест обитания. А поскольку Шасгар мужик в принципе умный, он прекрасно понимает, что за новый дом придется драться с его законными владельцами, вот и взращивает свою армию. Его бы энергию, да в нужное русло.

Причины гибели прежнего дома демонов оказались до банальности просты. Время пришло. Местная звезда теперь не дарует жизнь, а забирает ее, магия уже почти ушла из этого мира. Дети не рождаются. А если уж случилось сие счастье, их от себя стараются не отпускать. Заботливые родители деток всегда и везде с собой носят, дабы самим за чадом приглядывать.

И конечно же, если смотреть между строк, можно увидеть самое главное. Все эти несчастья обрушились на демонов вследствие магической катастрофы. Кто-то увлекся, кто-то вовремя не остановил, и пожалуйста – виновник мертв, а вместе с ним погибают остальные. Ах, этот прогресс, стремление к непознанному! Познали? Больше не хотите? Демоны не хотели. А Шасгар установил жесточайший контроль.

Больше всего мне жаль деток, – собственные родители их дома лишили. Впрочем, не мне судить, у самой родной мир в той же ситуации.

А чуть позже принесли готовое платье. Я не привередлива в одежде, все-таки я учитель. Но, в конце концов, я женщина! Как это носить-то?

– Госпожа недовольна? – опасливо осведомился чертенок.

Вообще-то черти здесь довольно нахальные личности. Но, как и везде, среди слуг слухи распространяются весьма быстро, так что о моих слабых нервах, злобном нраве и святой сковородке знают все. Поэтому пытаются угодить, кто чем может, а если вдруг я брови нахмурю, чертенята съеживаются и медленно отступают к двери или ныряют под кровать.

– Недовольна, – вытащила я одного за копыто.

– Нам позвать Повелителя? – блеет моя жертва.

Забавные создания. Ну черти как черти, а когда боятся, что ягнята. Черные. Так бы и затискала.

– Не стоит. Я уже имела сомнительное удовольствие лицезреть сию наглую личность, – взгрустнула я. – К компромиссу мы не пришли, положительных результатов не достигли, меня огорчили. Так зачем портить мне настроение еще раз?

Чертенок сочувственно вздохнул.

– Что же нам делать? – смотрит на меня печально.

– Для начала поесть, – решила я.

Как-никак последний прием пищи был утром. А у меня еще бал впереди.

– Но на балу будет накрыт стол, – вякнул черт.

– У меня на родине есть традиция: перед тем как посетить званый вечер с угощением, нужно обязательно поесть дома. Не будем нарушать обычаи.

Не прошло и пяти минут, как чертенок, которого, кстати, звали Чевар, принес огромный поднос, уставленный яствами. Поставил на стол и отошел к двери. При этом его пятачок постоянно двигался, улавливая запахи, а глаза так и косили в сторону подноса.

– Присаживайся, обедать будем, – кивнула я на кресло.

– Нам не полагается. – И смотрит на меня большущими голодными глазами.

Может, из-за размера, может, из-за невинных черных глаз, но мой материнский инстинкт требовал накормить этого несчастного.

– Давай опустим ту часть, где ты безуспешно пытаешься мне объяснить, почему тебе нельзя трапезничать в моей компании, и я не буду напоминать, что последние несколько часов ты провел здесь и пропустил обед. Так что сразу переходим к итогу нашего с тобой спора и принимаемся за дело.

В определенные моменты со мной лучше не спорить, все равно бесполезно. Вот и сейчас мы с Чеваром сели обедать. От его манер я была в шоке, зато он быстро отучился чавкать, класть локти на стол и вытирать руки о скатерть.

– И запомни, от благородных ты отличаешься лишь манерами, – вытерла я губы салфеткой.

Чертенок кивнул и повторил мой жест.

– Чевар, найди мне кого-нибудь, кто разбирается в портновском деле. Да чтобы был мастер своего дела.

Чертенок опять кивнул, сверкнул глазами, забрал поднос с посудой и удалился. А я решила еще раз рассмотреть «платье». Этот ужас я даже описывать не буду. Если это последний крик больной дизайнерской моды, то подозреваю, что он был предсмертным. Это подобие яркого халата и половой тряпки я на себя не надену.

Да и не заметила я за завтраком на демоницах подобной одежды. Подозреваю, что Шасгар, как настоящий мужчина, не озаботился чужим гардеробом. Ведь великим политическим деятелям просто не до того. Следовательно, прислал кто-то другой, а таких недоброжелателей, да с подобной фантазией, я имею только в одном лице. Демоница, которая невзлюбила меня без причины.

Надо бы подумать, чем от нее отбиваться. Крестом, чесноком и святой водой? Допустим, крест я сооружу и даже молитву над водой прочту. Но где я возьму чеснок?

Мои размышления прервал чертенок. За собой он тащил… Это его женский вариант? Бантики на хвостике и на голове, то есть на рожках, и юбочка вместо штанов.

– Это мой брат, – выпихнул вперед Чевар свою копию.

– Какая прелесть, – только и смогла выдавить я. А что я еще должна сказать? Это же, как-никак, брат.

Брат в юбке посмотрел на меня в немом удивлении.

– Меня зовут Ирва, приятно познакомиться, – и я пожала лапку брата в бантиках. – Кстати, очень интересный фасон юбки. А моего размера не найдется?

– Чевар, она действительно хорошая.

Мне показалось или в круглых глазках чертенка мелькнуло облегчение и восхищение?

– Чефар, – подтолкнул Чевар брата ко мне. – Его у нас не очень-то любят, но шьет он, как лучшие модистки столицы.

Я же запутаюсь в их именах…

– Значит, будешь моей феей-крестной, – улыбаюсь.

Тут Чефар разрыдался. Как-то не ожидала я подобной реакции.

– Хозяйка, вы, главное, не волнуйтесь, у него такое случается. Я же говорю: его у нас не любят, а на феях он вообще помешан. Только и разговоров, какие они красивые и милые, – взволнованно объяснил Чевар.

Как он меня назвал? Странные у них обращения.

– Ну что ты, Фей, успокойся. – Я погладила брата Чевара по голове. – Лучше взгляни, какой ужас мне прислали.

Остальное время мы из отходов делали конфетку с помощью магии и такой-то матери. Причем изначально мне помогало двое чертей, а потом я их сосчитать не могла.

В общем, на бал я явилась во всеоружии. Тефалю оставила на сохранение у чертей. Высшее общество – а я со сковородкой.

Привели меня в бальный зал, впихнули в огромные двери и скрылись. Распорядитель объявил о моем приходе. А я почувствовала себя Маргаритой. Как-никак, на балу у демонов. Кто-то из них выглядел как человек, кто-то – как натуральная нечисть. А под юбкой у меня был спрятан самодельный крест.

В конце залы на троне сидит Шасгар. Хорош. Я про трон. На демона смотреть не хочется, в конце концов, я на него обижена. Но он моих желаний не разделяет и величественной походкой устремляется ко мне. И если раньше местное высшее общество разглядывало меня исподтишка, то теперь пялились в открытую.

– Женщина, ты затмила прекраснейших из моих подданных, – обворожительно улыбнулся демон.

Если вечер начинается с комплиментов, то боюсь представить, чем он кончится. Покраснеть ради приличия, что ли?

– Но все же кое-чего не хватает, – еще шире улыбнулся Шасгар. Я напряглась. – Ты просила колечко.

Меня перекосило. На мой палец надели… То, что это ювелирное украшение, и так ясно, но размеры драгоценного камня поражали. С подобным мне и Тефаля не понадобится, ударила колечком по голове разок – и статья. Но и это еще не все. Судя по всему, именно сегодня, именно сейчас с кольцом в комплекте абсолютно бесплатно, по цене одного, идет браслет. Я не стала комментировать вслух действия демона, ведь на нас сейчас весь зал смотрит и даже музыканты тише играют. Радует одно: браслет был изящнее монстра на моем пальце. Да чтобы я еще раз объясняла мужчине правила романтического поведения…

В гробовой тишине я услышала хруст стекла. Оглянувшись, увидела, как та самая демоница сжимает в своей когтистой лапе осколки бокала. А почему вокруг так тихо? Я пропустила торжественный момент?

Пришлось мило улыбнуться и поблагодарить щедрого Повелителя. Он тут же увлек меня за собой, подавая знак возобновить музыку. Кстати, танцы здесь ничем не отличались от земных. По крайней мере, вальсировал Шасгар потрясающе.

– Спешат ли родственнички выплатить выкуп за меня? – ехидничала я.

– Я еще не связывался с ними, – ответил он.

– Так, может, все-таки заключим перемирие? – предлагаю Повелителю демонов.

Повелитель демонов Шасгар

Ну что за женщина! Все ее не устраивает. Сначала Повелитель демонов удивлялся ее спокойствию, но потом… потом понял, что она просто решила его извести. И на чертей ей не ори, и подарки ей не нравятся, и в собственную ванную не заходи. Женщина! И ладно бы женой была, так она даже любовницей стать не желает! А ее заявление в ту самую ночь? Шасгар решил, что исполнит ее желания, и тогда она сама придет к нему. Она даже моется со своей проклятой сковородкой! Но поцелуй окончательно лишил его разума. Простая человечка. Демон не понимал, чем именно она его зацепила.

Нет. Он понимал. Но кто же добровольно признает, что принял как равную женщину, да к тому же человеческого рода, и пусть она не проста, совсем не проста, но расовую беспомощность никуда не денешь. Вопрос в другом: так ли беспомощна эта женщина?

Повелителя восхищает ее коварный ум. Его опыт подсказывает, что не окажись на месте Светлого Императора ее муж, демоны уже давно имели бы новый дом. Но Шасгар не был бы правителем, если бы полагался только на чужие расчеты. Он не очень расстроился провалу этой женщины. Скажем так: он даже обрадовался. Контракт, который он заключил, потерял свою силу, следовательно, он мог забрать женщину с собой без последствий.

Но она даже в его владениях имела наглость чувствовать себя как дома. И теперь Повелитель демонов ночевал в обычной комнате для гостей. Где же это видано? Да ему даже собственные черти теперь наперебой хвастают: «Ирва то, Ирва это!»

Но на бал, устроенный в ее честь, она все же пришла. Она прекрасна. По-человечески хрупка и беззащитна… пока не посмотришь в ее глаза и не вспомнишь проклятую сковородку.

Она хотела ухаживаний? Она их получит. Демон с превеликим удовольствием надел ей на палец артефакт своего рода, а на запястье браслет принадлежности. Осталось лишь украсть у нее оружие и переждать в соседнем мире тот момент, когда она узнает, что именно у нее на руке.

А как она танцует! Шасгар так и не выпустил бы ее из своих рук, если бы не ее просьба о напитке. С этой женщиной есть о чем поговорить, когда она не задается целью вывести демона из себя. Да и чего скрывать, она обладает юмором, а ведь это редкость среди окружения Повелителя.

И Повелитель демонов, как юный сотник, поспешил за напитком для своей дамы. Причем с радостью понесся. И сам же над собой насмехался. Но на то он и Повелитель, что его опыт и самоирония позволяют гордости оставаться неуязвимой. Эта женщина ценна хотя бы тем, что развеивает его скуку. Хотя в последнее время о таком понятии, как скука, думать не приходилось, демоны находятся под угрозой вымирания.

И вот он с бокалом в руке вернулся туда, где оставил ее. Но этой женщины на месте не оказалось!

Не успел Повелитель разозлиться, как из соседней залы раздался яростный голос Ирвы:

– Я не посмотрю, что вы пни старые! Здесь же дети! Да как у вас совести хватило при ребенке браниться да друг друга за рога таскать?!

Повелитель Демонов оглянулся в ту сторону. Недалеко находился дверной проем в соседнюю залу.

– А ну, встали ровно! – рыкнула эта женщина, а Повелитель сглотнул. Эту комнату использовали лишь для совещаний. – Поправили мундиры! И ты, красный, со светлыми волосами. Да, это я тебе. Как ты спину держишь?

– Но мне крылья мешают, – попытался возразить военный советник воздушной обороны.

Между прочим, Шасгар был намного старше их всех, но почему именно они старые пни? Впрочем, его это только порадовало.

– А голова тебе не мешает? Как перед ребенком последними словами ругаться, так вы, я смотрю, самые бравые! Поправил ремень, живо. Какой срам! А ты, с длинными когтями! Почему не по форме?

– Но ведь бал, – заикнулся было главный тактик империи демонов.

– Да хоть второе пришествие! – рявкнула женщина. – Чтоб сегодня же привел маникюр в порядок!

– Позвольте, сам догадаюсь, – услышал Повелитель голос начальника тайной службы. – Я слишком громко ругаюсь?

– Нет, слишком много говорите и слишком усиленно пялитесь на мое декольте, – припечатала женщина. – А вы… да, вы, у кого три глаза! – судя по всему, под раздачу на этот раз попал начальник внешней разведки. – Больше никогда не смейте устраивать драки в помещении. Вы хоть понимаете, как трудно после ваших дебошей привести все в порядок? Быстро убрали обломки мебели! Вы же мужчины, уже давно не мальчики. Разборки извольте устраивать вне стен дворца. Кто вас обучал манерам? И это цвет нации, я вас спрашиваю? Вы посмотрите, как запугали несчастного малыша! А если он выучит все то, что вы тут наговорили? Это хорошо, что из-за малого возраста он и половины не понял. Еще раз услышу – вынесу на всеобщее обсуждение ваше поведение! И впредь будьте добры разрабатывать тактику захвата других миров в тайных комнатах, для этого предназначенных!

Повелитель демонов больше не мог сдерживаться, он с широкой улыбкой вошел в комнату.

Перед его женщиной в ряд выстроились военные советники. Давненько Шасгар не наблюдал подобной картины. Еще со времен юных лет этих демонов.

За руку Ирва держала маленького демоненка. Это дитя было единственным, рожденным за последние триста лет, и, естественно, мать привела его с собой. Мальчик выглядел как человеческий ребенок, если не брать во внимание невинную клыкастую улыбку и маленькие рожки в синих волосиках.

Чета Темных Властителей

– Азар, когда ты, наконец, уничтожишь их? – Марина смотрела на мужа с затаенной болью.

– Любимая, еще слишком рано. Эта крыса, что предала нас, может уйти от удара.

– Ты хоть представляешь, какая мощь сконцентрирована на материке? Эта армия принесет нам погибель. Уничтожь их!

– Рина, сколько раз я тебе говорил, что уничтожать надо причину, а не следствие.

– Так найди эту причину! – бесновалась Властительница.

– Я не могу сейчас вырезать всех, – с горечью произнес Властелин. – Мне нужно немного времени. Рина, дай мне время. Совсем чуть-чуть. Они должны засветиться.

– Азар, ты знаешь, я люблю тебя. Я верю в тебя. Но безопасность и счастье нашего сына для меня все. Либо ты в ближайшее время уничтожаешь армию монстров, что вольготно живет на Сером материке. Либо я оставляю тебя и ухожу в родной мир к матери. Там я буду жить с сыном в безопасности.

– Любимая! – Властелин бросился к жене и заключил ее в объятия.

– Я устала, Азар. Я так устала. Мне до сих пор снятся кошмары, снится, что тогда ты не успел. Что это нашего мальчика пронзает клинок предателя. Азар, – с глухой тоской в голосе прошептала Властительница, уткнувшись в грудь мужа. – Азар, я боюсь. Эти твари еще на свободе. А мама у демонов. Что они с ней сделали? Зачем она им? Она же простой человек. Как мне ее спасти?

Темный Властелин прижимал к себе жену и мрачнел челом. Ему нужны считаные сутки. Несколько дней. И тогда он сможет уничтожить всех предателей. Сеть раскрыта, осталось лишь выявить самых главных заговорщиков. А уж потом и армию монстров уничтожим. Для этого можно и к тьме обратиться. Ничего, в прошлый раз он от нее ускользнул и в этот раз сможет. Ради семьи он готов на все.

Глава 23

Дан

– Говори, морда рогатая, как попасть в ваш мир! – кричу в припадке бешенства.

Знал бы, что демоны настолько упертые существа, запасся бы напильником для рогов.

– Наследник, мы не смеем предать своего Повелителя. Это бесчестье для любого демона, – мотнул головой тот, который звался сотником.

– Да ты теперь мой подданный! – кричу я. – У дроу супруг принимает гражданство жены!

– Демон он и в браке демон, – меланхолично отвечают мне.

Я в который раз за этот день закатил глаза к небу. Убил бы. Что-то в последнее время у меня повышенная агрессивность прет. Оно и понятно – моя бабуля там, возможно, страдает, а я здесь с этими придурками еще вожусь.

– Так. Давай еще раз. Ты сотник оперативного отряда личной гвардии Повелителя демонов. Так? – в который раз задаю один и тот же вопрос.

– Так, – устало отвечают мне.

– Знаешь все пути подхода к базе обитания вашего Повелителя. Так?

– Так.

– Ты вполне способен провести туда меня и мой отряд. Так?

Моя бы воля, уже давно принялся бы его пытать, да вот проблема: жена этого чуда просила не портить товарный вид своего супруга.

– Не так, – отвечает страдалец.

– Почему? – Бабуля всегда говорила, что упорство и труд все перетрут. Чую я, она в чем-то была права.

– Ты просишь меня предать моего Повелителя. Я не сделаю этого, – отказывается демон.

В очередной раз повисла тягостная пауза.

– Слышь, демон, вот ты мне скажи: тебе жизнь не мила или конечности не дороги? – сорвался я на угрозы.

Бабушка всегда говорила, что мастер слова способен добиться результатов, не прибегая к насилию. Я явно не из таких.

– Что ты мне можешь сделать такого, чего со мной впоследствии не сотворит мой Повелитель? – хмыкнул сотник.

Задумался. В принципе он прав. Его убьют свои за предательство, либо же наши запытают, если я отмашку дам. Но я же не зверь какой, хоть и взвинчен до крайности и уже взорвал пару шатров нечаянно в нервном угаре, но вбитые с детства родной бабулей понятия о ценности жизни неистребимы. Она всегда говорила: «Врагов за спиной не оставляй, чужую жизнь цени – пригодиться может». Тяжко вздыхаю. Предпринимаю последнюю попытку. Нервов откровенно не хватает с этим упертым разговаривать.

– Значит, Шасгара боишься больше, чем меня? – поднимаю бровь.

Мне не ответили.

– А зря, – гаденько улыбаюсь. – Скажи мне, сотник, каково ощущать себя женатым мужчиной?

Демона перекосило.

– Нормально, – буркнул он.

– Я слышал, что женщины дроу весьма горячи, – улыбаюсь еще шире, наблюдая кислую физиономию демона. – Что там за неповиновение молодым мужьям вменяется?

– Уборка особняка и неделя бдений на кухне, – вымученно отвечает демон.

– И ведь отказаться ты не можешь, – сочувственно смотрю на него. – Видел я эти ошейники подчинения. Не повезло тебе, сотник. И так жизнь не сахар, а тут еще такая беда приключилась.

На меня посмотрели с тихой яростью. Вспомнил, что это именно моя бабуля с подружкой его с напарниками на это дело подписали.

– Ты же понимаешь, что теперь это навсегда? – задаю сакраментальный вопрос. – Вечное подчинение женщине. Пожизненное рабское подчинение гордого демона одной маленькой, вредной, капризной женщине. Уже успел с женой за покупками сходить? Каково тебе быть бесплатной рабочей силой? И ведь возразить нельзя, сразу на кухню отправят.

Демон вздрогнул.

– Что ты мне душу травишь?! – взревел он. Не был бы привязан к столбу, бросился бы в порыве сломать мне шею. – Убей меня уже, наследник! Что ты издеваешься-то?

– Это было бы самым простым решением. По опыту знаю, что остаться жить и страдать так вечно – вот настоящее наказание. Но я могу изменить твое положение, – смотрю ему прямо в глаза. – У тебя неравный брак. Ты собственность своей жены. К несчастью, брак я расторгнуть не могу, но вполне способен сделать тебя равноправным партнером. Только подумай: полное равноправие. На любой ее каприз имеешь полное право послать ее в бездну к тьме, и она тебе ничего не сможет сделать, даже руку безнаказанно не поднимет, не говоря уж о более опасном оружии. Больше никаких бдений на кухне, никаких походов по торговым кварталам. Право на владение имуществом, почет и уважение при дворе как Старшей Рода, так и Темного Властелина. Как-никак теперь ты в нашей юрисдикции.

На меня смотрят недоверчиво и настороженно. Ладно, с пряниками покончено, можно и за кнут приниматься.

– Либо же… – делаю многозначительную паузу. – У дроу есть один древний закон, который в наше время не очень популярен. Закон о множественном браке. Вступает в силу в военные и смутные времена. Как раз наш случай. Если я не верну бабулю, то устрою и вашему и нашему миру Армагеддон. Война с демонами, смута, разруха. Прекрасные представительницы рода дроу в этом случае быстро сориентируются. Каждая захочет себе в мужья сильного мужчину. Как ты думаешь, на кого в первую очередь падет их выбор? И пустят тебя по кругу, дорогой друг, с целью улучшения воспроизводства населения. А если силы кончатся, так есть замечательное зелье, специального свойства, после него надорвешься – не заметишь, и ведь будут в своем праве.

Говорю, а сам еле сдерживаю нервную дрожь. Действительно ли я способен так искалечить жизнь этого демона? Если с головы бабули хоть волос упал, то я не только этого демона искалечу, я вообще эту расу вырежу.

– Я согласен, – глухо ответил сотник.

Заговорщики

– Первый, я отослал агентов на задание, – появилась в темном зале фигура, закутанная в балахон.

– Агенты предупреждены о специфике проведения ритуала изъятия крови наследника? – взглянул Первый в сторону Третьего.

– Также был проведен инструктаж о наиболее безопасном захвате Властительницы, – отчитался Третий.

– Тогда, как только обряд будет закончен, вызываем на переговоры демонов.

– Первый, шпионы донесли, что у демонов происходят странные вещи. – Третий замер в растерянности, пытаясь сформулировать невнятные, а зачастую невероятные сообщения шпионов.

– Так что же там происходит? – не выдержал Первый.

– Дворец Повелителя демонов частично разрушен. И причиной является не череда катаклизмов, прокатившихся по миру. Как известно, дворец самое защищенное от внешнего вмешательства место. Обстановка во дворце в последнее время накалена. Советники нервно вздрагивают при каждом шорохе. Ну а армия… Шпионы рапортуют, что не в состоянии описать словами происходящее, советуют посмотреть самим. Также среди наших шпионов зафиксированы серьезные потери. Причины неясны.

– И что же так поразило наших шпионов? Это всего лишь агония умирающего мира, – отмахнулся Первый.

Видя незаинтересованность своего собеседника, Третий решил не уточнять, что все эти события произошли после появления одной синеглазой особы.

Беседа Темного Властелина и Светлого Императора

– Ты пробовал связаться с демонами? – устало спросил Светлый Император у Темного Властелина.

– Пробовал, – не менее устало откинулся в кресле Азар. – Шасгарезар не отвечает. Мой связной лепечет нечто невразумительное.

– О чем? – заинтересовался Ванриэль.

– О том, что мир сошел с ума, а вместе с ним и мужчины, помешанные на человеческих женщинах.

Азар не спал вот уже которые сутки. Полным ходом шла подготовка ловушки для заговорщиков и предателей. У его Риночки вконец сдали нервы, Властелин боялся ее лишний раз беспокоить. С сыном нормально поговорить так и не удалось, теперь еще и тесть на мозг капает. И во всем Темный Властелин винил тещу. Пока она не появилась, таких проблем не было. Его единственной заботой были заговорщики и демоны, которых еще удавалось сдерживать ложными обещаниями, а теперь же он разрывался по всем фронтам.

Жену он любит безмерно, сына любит не меньше, он даже тестя согласен терпеть. Но теща… это уже перебор. Тьма ее забери, и зачем она понадобилась Повелителю демонов?

Он до сих пор не выходил на связь и не выдвинул ни одного условия. Если Шасгарезар – нет, теще он назвался Шасгаром – собирался взять ценного заложника в лице тещи Темного Властелина, то демон сильно просчитался. Азар готов был доплатить, лишь бы его тещу кто-нибудь похитил. Жаль, что свидетелями похищения стали жена и сын, случись все тайно, на одну проблему у Властелина было бы меньше.

Но все же для чего демон забрал именно ее? В качестве заложника наиболее выгодно захватить наследника. Или же Шасгар до сих пор придерживается договоренности? Но по договору монстра по имени теща нужно было устранить совсем. Конечно, у Властелина не было уверенности, что демон ее вообще найдет, но нашел же и даже втерся в доверие. И это к его теще! К теще, которая первые два года знакомства с собственным зятем закрывала его в спальне каждый раз, когда дочь уходила на улицу. А объяснялось все это фразой: «Не дай Чехов поранишься! Кто же вас, диких людей, знает – умеешь ты в цивилизованной квартире обитать, али набросишься на телевизор и Интернет, аки зверь необразованный». А как она, якобы незаметно, проверяла наличие ценностей в квартире, не прихватил ли зять чего? Когда Азар напрямую задал вопрос, для чего она это делает, последовал незамедлительный ответ: «А мало ли! Дочь мою украл, может, еще что прихватить решишь». До чего злобная женщина.

Но, по словам Рины, с тещей, к несчастью Властелина, ничего плохого так и не случилось. Откуда жена об этом знает? Так у нее связь с матерью. Рина чувствует, когда той плохо. Слабо, правда, но чувствует.

– И что могут означать сии слова? – задумался Светлый Император.

– Ирма Львовна нашла себе покровителя? – насмешливо предположил Азар.

– Не смей в подобном тоне говорить о моей жене! – отрезал Светлый.

Ванриэль решил, что как только вернет супругу, попробует начать с ней все сначала. В конце концов, они женаты. Но хоть этот брак и возможно расторгнуть, Светлый решил спасти то, что когда-то было между ними. Теперь, когда Ирма все знает, у них есть шанс. Она подарила ему дочь, только за одно это ее следует окружить любовью, заботой и негой. Она смогла воспитать их внука достойным мужчиной. Его супруга заслуживает уважения и почитания. И несмотря на то, что их встреча прошла несколько напряженно, а с внуком он до сих пор так и не поговорил, потому что тот постоянно занят, Ванриэль все же надеялся вернуть себе семью.

У него из головы до сих пор не выходил тот восхитительный образ молодой девушки, вооруженной сковородкой. Как яростно сверкали ее глаза! Как потрясающе мило алели ее щеки… Ванриэль все вспоминал и вспоминал. Да и дочь дала понять, что была бы не против возобновления брака родителей. Теперь, когда Ванриэлю не нужно бояться того страшного часа, что ознаменует кончину его супруги, он может попытаться все исправить. Да, теперь он не боится, что хрупкое тело Ирмы сломается в любую секунду. Да, он трус, поэтому он бросил ее. Решил, что сможет выкорчевать чувства к этой женщине. И ведь смог. Или не смог? Копаясь в себе, он увязал все больше. Так много чувств, и все противоречивые, а ведь у государя голова должна быть холодной. Ирма же ставила его мир с ног на голову и шла себе дальше.

– Светлый, – раздраженно обратился к Императору Темный Властелин, – давай ты мне не будешь мозг парить.

– Азар, пребывание в мире Ирмы плохо на тебя влияет.

– Этого я у сына набрался, – по-доброму улыбнулся Темный.

– Кстати, о мальчике. Мне необходимо пообщаться с Даном.

– В чем проблема? – стараясь скрыть издевательскую насмешку, участливо вопрошает Темный.

– Твои темные меня к нему не пускают! – возмутился Светлый Император.

– Я побеседую с сыном, – тяжко вздыхает Властелин. – Но ты прекращаешь претендовать на алмазные копи в южной части материка.

Темный Властелин решил не упускать своего.

– Я не поднимаю тему о высоких пошлинах на вино в течение двадцати лет, а ты уговариваешь сына прийти ко мне, – встрепенулся Светлый.

– Пятьдесят, – невозмутимо продолжил торговаться Темный.

– Тридцать пять.

– Идет, но, если понадобится, ты сам к нему пойдешь, не окопаешься в чертогах в ожидании его прихода.

Дан

– Где Дан? – слышу знакомый голос.

– Демонов пытает, Властелин, – рапортует караульный у моего шатра.

Уволю к Касперскому! А если б я, извините, по нужде сидел, он бы тоже правду ответил?

– Сын! – вбежал отец.

– Пап, ты сейчас очень не вовремя, – собираю карту.

– А где эти… – И отец нервно повел головой.

– Кто?

Карту я наконец свернул, теперь можно спокойно выяснить, чего бате надо.

Впрочем, я и так догадываюсь. Мне уже не раз докладывали о попытках всей честной родни связаться со мной.

– Демоны, которых ты пытаешь, – ответил батя и принялся взглядом шарить по сторонам.

– А я закончил уже, – пожимаю плечами.

– То есть тролль не соврал? – удивляется отец.

– Тот, что у входа? – Отец молча кивнул. – Нет. Он после общения с бабулей вообще больше не врет и не пьет и жену свою теперь называет не иначе, как красавица и звездочка.

Батя завис. Пока он перезагружался, я успел незаметно сунуть карту под кофту.

– Так что с демонами? – все-таки не зря у меня отец во Властелинах числится, не получилось его с толку сбить. Оно и понятно, бабуля всегда говорила, что мне опыта не хватает.

– Ушли, – пожимаю плечами.

Родитель опять подвис. Смотрит на меня внимательно, будто совесть мою пытается разглядеть. Зря старается, ее там и в помине не было.

– Сын, нам поговорить надо, – не стал отец заострять внимание на демонах.

– Тогда присаживайся, – указываю ему на кресла.

Мне этих двух монстров седалищного удобства тролли принесли. Кажется, у светлого мага сперли.

– Давно не виделись, сын, – как всегда издалека начал батя.

Молчу. Думаете, мне ему ответить нечего? Ни фига, просто отцу ответ не нужен. Он еще не закончил.

– Знаешь, ты изменился, – продолжал родитель. – Возмужал. Проснулась твоя сила наследника. Даже умудрился собрать соратников.

– Собрала бабуля, – торопливо перебиваю. – Я просто сделал так, чтобы они не разбежались и не началась анархия.

– Зачем тебе эта армия? Почему не уходишь со Светлых Земель? – не выдерживает отец.

– Спасаю бабулю.

– Сын, с твоей бабушкой ничего плохого не случилось, – попытался возразить отец.

– Пап, давай ты не будешь мне мозг парить? Не надо вокруг да около круги наматывать. Мне известно, почему вы с матерью меня у бабули оставили. В принципе я не внакладе, до сих пор не понимаю, как вы тут без Интернета живете, но домой я без бабули не вернусь, так что можешь спокойно возвращаться к маме.

Отец резко поменялся в лице. Куда-то исчезла добрая, всепонимающая улыбка и появилось холодное, резкое выражение. Вот это мой батя, а не заискивающее провинившееся недоразумение.

– Не дерзи, мальчишка, – осадил меня он.

Гы, прямо на душе легче стало. А то все лебезят, прощения просят. Своеобразно.

– Я? Да ни разу. Ты вопрос задал, я на него ответил. Все как в детстве, – отвечаю.

– Я смотрю, ты считаешь себя взрослым? – поднял надменно он бровь.

Ну наконец-то, наконец-то можно нормально поругаться. А то маме не выскажешь, сразу в слезы кинется, на подчиненных не сорвешься – самодуров нигде не любят. Тоска, одним словом.

– Ну вообще-то да, – нагло заявляю я. – Сам не заметил – когда успел? Наверное, когда бабулю твой двинутый по фазе маг насильно омолаживал или же когда она у оборотней загибалась. Нет, наверное, когда к нам различные странные личности подкатывали в попытках прикончить то ли меня, то ли бабушку, и некоторые из них шли с твоим именем на устах.

О как я могу! Загнул, однако. За это спасибо бабуле и ее нездоровой любви к литературе.

Отец побледнел.

– Сейчас я мог бы выпороть тебя за непочтительное обращение к отцу и Властелину тьмы, – как-то отстраненно сообщил родитель. – Но твоя мать меня по стенке раскатает за рукоприкладство. Я понимаю, сын, тебе пришлось многое пережить, но не думай, что мы не страдали. Я сполна расплатился за свои ошибки. К несчастью, ты за них тоже платишь. Но, Дан, я не хочу, чтобы ты страдал дальше. Ты не виноват в происходящем, тебе не нужно оставаться здесь и продолжать свою борьбу. Я верну твою бабушку, – в этот момент он невольно поморщился. – Расплачусь за свои ошибки.

Скажи он мне это года четыре назад, я бы наверняка вздохнул с облегчением. Но мне восемнадцать. Как говорит бабуля, теперь мне можно отвечать перед законом за то, что нельзя.

– Пап, она моя бабушка. Она и твоя семья тоже. Я, конечно, понимаю специфику ваших отношений, но мне это откровенно пофиг. Бабулю я вытащу, и со мной точно ничего не случится, так что можешь разжать кулаки и втянуть тьму обратно. К сожалению, меня поздно воспитывать, с этим бабуля справилась. Тебе остается только наблюдать.

Отец опять скривился, будто лимон проглотил.

– Сын, судя по всему, я действительно многое пропустил в твоей жизни, но мы это исправим. И сейчас я понимаю твое нежелание общаться со мной и твоим дедом. Но поверь, мы делаем все, что можем, чтобы вернуть твою бабушку.

– Вы делаете то, что можете вы, а я то, что могу я, – пожимаю плечами.

– Возможно, нам стоит объединить усилия. У твоего деда была идея по этому поводу. Поговори с ним.

– Идея – это хорошо, – киваю я. – Пусть приходит.

– Дан, возможно, он захочет объяснить ситуацию с твоей бабушкой, – осторожно начал отец.

– Пап, можешь ему передать, что мне фиолетово. Пусть сами разбираются. Бабуля не простит мне вмешательства в ее личную жизнь. Остальным, кстати, тоже, – ухмыляюсь я, вспоминая разговор с матерью. Единственное, на чем маман действительно настаивала, так это на продуктивном деловом общении с дедом. Все-таки я наследник, и пора уже учиться у умных родственников премудростям ведения политики.

Вопрос, на фига это мне в мои восемнадцать, при учете бессмертия тех самых родственничков, судя по всему, никого не волновал.

Но мне очень нужна кровь светлых магов. Так что будем продуктивно общаться с эльфийским дедушкой. Хорошо, что я в отца пошел, мне совсем не улыбается иметь длинные заостренные уши.

Ирва

Бал у демонов отложился в моей памяти как нечто смазанное, суетливое и яркое. Познакомилась с компанией довольно интересных личностей. Если бы они еще не имели дурной привычки выражаться при детях, вообще были бы милыми созданиями. Среди них и провела весь вечер. Намеренно игнорируя Шасгара, я получала удовольствие от общения. Правда, с его появлением мои собеседники начали вести себя более скованно, но и это было преодолено в танце.

В процессе приятной беседы я расслабилась и выпила лишнего. И не то чтобы лишнего, вполне моя норма, просто напиток оказался в разы крепче. В итоге я сама не заметила, как была транспортирована местным повелителем в свои покои.

– Шасгар, у тебя ужасное вино. Из-за него мне змеи мерещатся, – бурчу себе под нос, свисая вниз головой с плеча демона.

Как я там оказалась? Легко! Этот демон опять полез ко мне приставать, а как известно, в подпитии женщина сопротивляется довольно изощренно, ожидая таких же изощренных домогательств в ответ. В общем, я гордо задрала подол платья, достала припрятанный крест и смачно влепила его в лоб демону.

– Аминь, – пьяно кивнула я.

И начала оседать. Меня подхватили и взвалили на широкое, могучее плечо, с которого я и умудрилась увидеть странную змею, нападавшую на ноги моего демона. Непорядок.

– А ну пусти, – рычу и выворачиваюсь из хватки Шасгара.

Наверное, он не ожидал подобного финта с моей стороны, потому что я полетела вниз головой навстречу полу. Опять же умудрившись извернуться, я приземлилась на четвереньки в районе этой самой змеи.

Я была счастлива без меры. Но змея оказалась какой-то бешеной. Она металась из стороны в сторону и билась об пол.

– Ирва, – раздраженно развернулся ко мне демон.

– Змейка, вернись, – поползла я за странным существом.

Попыталась ее поймать, но, судя по всему, она решила снискать славу Неуловимого Джо. Что-то не давало мне покоя. Это нечто меня раздражало, а когда я нервничаю, я совершаю невозможное. В общем, поймала я эту змею, она оказалась теплой и… волосатой, с кисточкой на конце. Я решила рассмотреть змею получше и дернула ее на себя.

– Женщина, отпусти хвост! – взревел демон.

– И рога, и копыта, и хвост… Ты, наверное, очень полезен в хозяйстве, – делаю очередное бессмысленное замечание. Я пьяна, весела, и стыдно мне будет только утром. А сейчас – спать.

Наутро Шасгар пришел ко мне с целью развлечь и поправить самочувствие. На здоровье не жалуюсь, так что остались развлечения. Что делают мальчики, когда хотят похвастаться? А мальчики, владеющие целым миром-государством? Правильно, ведут даму на плац.

Еще с утра я пребывала не в лучшем настроении. Все вокруг имело странный сиреневый оттенок. Мне объяснили, что сие есть не что иное, как последствия действия демонического вина. Стыдно-то как. Шасгар решил добить мое настроение окончательно. С чем оно с радостью согласилось и опустилось ниже ватерлинии.

Ранним, далеко не прекрасным утром маршировала целая рота. Или как они здесь называются?

– И как впечатления, женщина? – вопрошает демон заинтересованно.

– Средние. Почему у них лица такие кислые? Почему песню не запевают?

– Какую песню? – опешил демон.

– «Катюшу».

Через час солдаты нестройным хором старательно выводили «Катюшу» в моем переводе.

А еще через два часа меня подстерегла за очередным поворотом одна не в меру надоедливая демоница.

– Думаешь, стала фавориткой Повелителя и теперь можешь не бояться? – взвизгнула мне в лицо эта представительница гордого истеричного племени.

А я ведь до сих пор ее имени не знаю.

– Хозяйка, – прервал мои размышления несмелый голос чертенка.

– Хозяйка?! – еще громче взвизгнула демоница. – Человеческая дрянь, ты и чертей на свою сторону переманила!

Эта нервная мадам в человеческом обличье попыталась пнуть бедного чертенка. Ну уж нет, маленьких обижать не позволю, и пусть со мной рядом нет Тефали, зато осталось хулиганистое детство за плечами. Умело поставленная подножка вполне способна сразить и демона.

Когда по коридору разнесся ужасающий рев, я поняла, что пора бежать.

– А ну, стой, паршивка! Немедленно сними знак фаворитки! Стой, иначе я тебе кости переломаю, человечка! – неслось мне в спину.

Вбегаю в открытую дверь и закрываю ее, чуть не прихлопнув нос настырной дамочке. В нашем с ней возрасте по коридорам бегать уже не комильфо. Оглядываю комнату и понимаю, что она полна чертей, судя по всему, они делали уборку. Подаю им знак подтащить вон тот большой шкаф, а то меня сейчас снесет от двери подальше. Ну и сила у этих демонов.

– А скажите мне, други мои, как выглядит знак фаворитки? – спросила я, когда мы покончили с укреплением бастионов.

– Так браслет на вашей руке и есть этот знак, хозяйка, – ответили мне доходчиво.

Смотрю на запястье. Подарок Шасгара. Попыталась стянуть – не снимается. Вообще никак. На нем даже застежки нет, хотя я точно помню, что была.

– Знак только Повелитель снять может, – сообщают мне добрые черти.

Когда до меня дошел смысл этих слов, мой разум помутился. Наверное, все же вино еще не до конца выветрилось. Единственное, что помню, это как черти приносят мою сковородку. (Тефаля все же дается в руки чужим, но лишь с моего особого позволения.)

Потом напряженное лицо Шасгара. А потом что-то взорвалось.

Совещание Повелителя и тайного совета

– Повелитель, да сделайте вы хоть что-нибудь! – стенал главный тактик империи демонов. – Она же так весь дворец разрушит!

Повелитель только раздраженно отмахнулся.

– Мой Повелитель, она захватила в заложники третьего сотника и заставила его сотню петь странную песню про трех страшных зверей – танкистов, – доложил начальник тайной службы.

– Мой правитель, дозвольте узнать, что такое «потешные войска»? – заинтересованно посмотрел на государя начальник внешней разведки.

Что-то опять взорвалось.

– Да заберите у нее кто-нибудь эту проклятую сковородку! – взвыл тактик.

А Повелитель демонов думал о том, что пора менять тактика. Нервный он стал. Хотя, если вспомнить личное знакомство тактика со святой сковородкой буквально за час до сей печальной беседы, тактика можно понять и даже где-то простить. А замок ему совершенно не жаль. Все равно скоро в новый мир переселяться.

Глава 24

Дан

Вы когда-нибудь мечтали о приключениях? А хотели завоевать мир? Да? Мне сказать, кто вы? Не, не буду. О вас Достоевский писал, сами прочтете.

А я вот не мечтал. Мне вполне хватало онлайн игр, реальной жизни и каждодневного прочтения кого-нибудь из классиков. Вот такой вот я скучный человек. А все потому, что с бабулей я каждый день получал новые впечатления. Одни наши поездки заграничные чего стоили. Но этот раз оказался самым эпичным.

И даже тогда я не жаловался. Пока не выяснилось, что мне придется командовать мини-армией. А в перспективе у меня маячит унаследовать Светлые и Темные Земли, что представляет собой целый мир и неизлечимый геморрой.

Приходил новоприобретенный дед. Объяснял, как я не прав да как он любит меня и мать. Как хотел бы восстановить отношения с бабулей, раз пошла такая пьянка. Культурно его послал. Дед не понял и принялся задвигать про то, как я важен для этого мира. Что я в будущем счастливый обладатель всего этого великолепия и что он будет меня учить. Он вещал, совершенно не обращая внимания на мое перекошенное в ужасе лицо. Пришла мать. Культурно посылать деда при ней я постеснялся. Она молча слушала речи ушастого предка. Я тоже молча слушал. Наконец дождался, когда дед выдохся.

Предупредил родню о своей позиции – «в танке» называется. Они еще не знают, а точнее, не осознают, что для бабули эта ситуация является лишним поводом не сдерживать свой характер. Бабуля мою мать любит, оттого бережет от некоторых своих особо неординарных проявлений характера. Но даже любовь мою маман теперь не спасет. Я уже предчувствую жесткий троллинг в отношении родных и близких. Раньше-то постоянно только бате доставалось, и то так, чтобы матушка не увидела. О да, бабуля у меня мастер подпольного терроризма. Так что я себе не враг, удовольствие ей перекрывать своим трепыханием в попытке защитить. Да и вообще, нам никакой дед не нужен, сколько лет мы вместе с ней прожили, и ничего. Как только я хотел деда, бабуля тут же мне его предоставляла, и именно такого, который был нужен. У меня как-то было целых три деда: для рыбалки, для математики и для дорогих презентов.

Дед, который настоящий, ушел. Мать осталась.

– Дан, честно говоря, я очень хотела бы, чтобы они помирились, – спокойно, без нажима сказала она. – Ты не представляешь, как я мечтала о полноценной семье в свое время. Чтобы и мама, и папа, и всегда вместе. Это так тяжело – быть безотцовщиной.

Сейчас мать была искренна, как никогда. Она меня не убеждала, просто рассуждала вслух.

– Конечно, куда мне представить. У меня же семья полноценная. Мама, папа. Правда, раз в год, но это ничего, у других и этого нет, – не сдержался.

И кто меня за язык тянет? А все потому, что нас обоих воспитала бабуля. Конечно, я знаю все способы давления, какими может воспользоваться мать, также я знаю, как сделать больно. Весь ужас в том, что я не хочу причинять ей боль, но причиняю. Нервы сдают, не справляюсь я. И мне стыдно. Бабуля бы за это дала мне коронный подзатыльник – не за то, что стыдно, а за то, как с матерью поступаю. Мы – бабушка и я – всегда знали, что мама слабая, в каком-то смысле она беззащитна. Раньше я этого не замечал. Сейчас же ее желание получить наконец полноценную семью показало, насколько она хрупка.

На ее лице застыла маска боли. Ну вот, чувство вины меня почти загрызло.

– Ты прав, Дан. Я не вправе говорить тебе такие слова. Прости, сын. – Она подошла и крепко меня обняла. Что за привычка постоянно меня тискать? Как-то пытался пожаловаться бабуле, так мне прилетел подзатыльник и просьба расслабиться и получать удовольствие.

– Мам, это ты меня прости, я не это имел в виду, честно. – Смотрю на нее виновато, пытаясь высвободиться из материнского захвата. – Мам, я тебя люблю и отца. Эльфа этого я не знаю. Ну дед, мне от его наличия до сих пор было ни тепло, ни холодно.

– Дан, сыночек мой. – Она смотрит на меня внимательно и цепко. – Я, конечно, хотела бы семью, которой была лишена, но это для меня не главное. Самое заветное мое желание, та цель, к которой я иду, – это твое благополучие и счастье. Чтобы тебе больше ничего не угрожало, чтобы у тебя было то, чего не было у меня в свое время. Дан, я оставила тебя с бабушкой, потому что знала: тебе в том мире ничего не грозит. Мама защитит тебя и воспитает настоящим мужчиной, раз уж я не могу. Сына, я готова на все, лишь бы ты был счастлив. И я добьюсь этого во что бы то ни стало. Я просто больше не хочу с тобой расставаться. Каждый раз, когда покидала тебя, у меня сердце разрывалось. В политическом плане тебе ничего не угрожает, светлые и темные пойдут за тобой, но есть некто, кого мы просто не видим. Вот они действительно угроза, и все потому, что бьют исподтишка в спину. Объединившись против этого врага, твои отец и дед попытаются переманить тебя каждый на свою сторону. Что бы ты ни решил, я приму это, но самым идеальным исходом стал бы баланс между этими сторонами. Поэтому тебе придется общаться с дедом, этого не избежать, так будет лучше.

– Мам, я уже давно вырос. Не надо меня опекать слишком рьяно, – улыбаюсь. – Моя детская психика имеет броню бабулиного воспитания. Я прекрасно понимаю, к чему ты ведешь. Знаешь, никогда не хотел быть политиком, да, видно, судьба у меня такая. Раз надо учиться, значит, буду учиться, а кто там у меня в учителях, не важно.

В общем, поговорили мы продуктивно. Маман меня успокоила насчет бабули, объяснила, что у них связь, обещала сразу сообщить, если вдруг с родительницей что случится. Предлагала помощь, но после услышанного опасаюсь я предков втягивать. Они же, оказывается, помешаны на моей безопасности, а я все гадал, что это за личности вокруг меня носятся, прикидываясь невидимыми ниндзя. Сколько раз мои оборотни предлагали их переловить, вампиры так вообще слюной исходили. Но Шиншилла сказала, что видела их в родительской охране. Короче, я их за шпионов принял, а они, оказывается, телохранители.

И как с такими воплощать план по спасению бабули? Правильно. Никак. Так что заботливых и прытких охранников на пару с родителями оставляем здесь, дабы не мешали. Им совсем не обязательно знать, что именно я намерен предпринять.

Отправил матушку отдыхать, попросил передать деду записку. В записке требовал у деда группу светлых магов с приличным резервом силы, готовых выполнить любой приказ. Решил не шокировать дедулю сообщением о судьбе магов. Опять же вампиры заходятся слюнями. Как раз им выписанная из самой столицы группа и предназначена. Мне нужны сильные вампиры, пусть покушают немножко, мне не жалко, а ребятам радость. Да и в переходах межмировых светлая магия не помешает.

– Наследник, – прервал мои размышления самый потрясающий на свете голос.

Я как раз шел предупредить своих, что выступаем, как только на землю опустятся сумерки.

– Налия? – оборачиваюсь на голос.

Словами ее не описать. Это надо видеть. Мечта любого представителя мужского пола. Эта девушка способна вернуть на праведный путь любого сбившегося извращенца. Помнится, я страдал по размерам Ангры. Так вот, я был дурак, Налия – вот совершенство.

Я столкнулся с ней в лагере – и пропал. Она сказала, что пришла лично поклясться воскресшему наследнику в верности, и изъявила желание всюду следовать за мной. Разве я мог отказаться?

– Дан, – вынырнул из-за угла Лель.

Этот мелкий вредитель меня жутко раздражает. Думается мне, что эльфенок запал на Налию. Иначе для чего ему преследовать прелестницу? А вот фиг эльфу! Не буду делиться, Рой и Гирин уже обломались, мелкому там и подавно ничего не светит.

Вот только бабулю вытащу и сразу за Налию возьмусь. А пока пусть подождет.

Лель

Кто мог предполагать, чем обернется сумасбродный побег из отчего дома? Лель не была провидицей. Она всего лишь хотела посмотреть на Темные Земли, она вообще грезила о дипломатической карьере. Родители девушки являются близкими друзьями Властелина. От них-то она и узнала про дипломатическую миссию. Выяснить состав участников не составило для нее труда. Усыпив эльфа, чье место она впоследствии заняла, Лель вместе с остальными покинула столицу. Ну а потом случилось страшное: она встретила Дана и влюбилась. Когда бабушка Ирва собрала свою армию и решила пойти на столицу, Лель не была против. Что ей государство, которое могло навредить любимому! Она не сопротивлялась, когда Ирва приняла решение связать своих светлых спутников. Она уговорила светлых не сердиться, а принять позицию бабушки Ирвы и Дана. Ее даже не испугало сообщение, что Дан – наследник.

Ей не составило труда уговорить светлых не выдавать ее родственникам, а все для того, чтобы подольше оставаться рядом с Даном. Она и их заставила остаться и помогать ей, а также выбила из ребят клятву, что они не выдадут ее секрет наследнику. Для Дана она по-прежнему смешной и вредный эльфенок Лель.

Она хотела открыться ему позже, когда они вернут бабушку Ирву. Когда она сможет предстать перед ним в красивом бальном платье, в родовых украшениях, причесанная, нарядная, изящная эльфийка. А не это непонятное существо, что так любит задирать Дан.

Но появилась Налия. Эта ведьма не отходила от Дана ни на минуту. Все пыталась его увести куда-нибудь, но Лель была начеку. Она пресекала всякие попытки вульгарной девицы уединиться с наследником.

Ангра исходила злобой и завистью, Лель же просто тихо ненавидела появившуюся из ниоткуда девицу. И не потому, что Дан ею явно заинтересован. Чего скрывать, за этой грымзой любой представитель мужского пола пошел бы. Что-то казалось эльфийке неправильным, какая-то маленькая деталь…

Единственное, чего смогла достичь Лель в борьбе с таинственной захватчицей, это поддержка дроу. Женщины, стоящие во главе отрядов, пообещали разработать план по удалению соперницы. Чего стоило Лель перебороть природную неприязнь между двумя расами, знала только она.

Но больше всего эльфийку бесил взгляд Дана, обращенный в сторону этой Налии. Лель не спускала глаз с конкурентки и заметила странности в поведении. Девица категорически не желала попадаться на глаза шпионам, присланным Темными Властителями. И это странно, потому как практически невозможно – до того народ упертый, внимательный и злобный.

Вот и сейчас прилипчивая девица направилась к Дану. Нужно срочно что-нибудь придумать. Но что? Ах, если бы у Лель была святая сковорода бабушки Ирвы…

– Дан, – выскочила Лель, – расчеты закончены, арки установлены, наш отряд готов. Рой хотел поговорить, там что-то срочное.

Как бы еще Рою объяснить, что у него действительно срочный вопрос…

– Потом, – отмахнулся наследник, наблюдая за тем, как Налия поправляет съехавшую с плеча лямочку.

У Лель руки зачесались выцарапать наглой девице глаза и утереть мощным ударом слюни наследнику.

– Но, Дан, демон тоже желает говорить. Срочно требует тебя. Говорит, это по поводу временных различий.

Говорить-то он говорил. Но вопрос был явно не к спеху. Интересно, если пообещать демону политическое покровительство и юридическую защиту от собственной жены, он согласится подыграть?

– Сердца у тебя нет, мелкий, – бросил Дан взгляд, полный муки, в сторону эльфийки.

Девушка с горечью подумала, что сердца нет именно у наследника. Иначе он не пялился бы так откровенно в вырез платья всяких подозрительных девиц.

Дан

Пошел к сотнику. Выяснил, что различие во времени между мирами все же имеется, правда несущественное. Когда у нас день, у них ночь. Я подумал и решил выдвигаться сейчас, как раз у демонов ночь. Шпионы родителей знают, что на вечер у меня запланировано грандиозное событие, и ведь предки обязательно явятся в полном составе. Ну прямо родительское собрание. Воспользуемся законом неожиданности. Закон неожиданности гласит, что неожиданно для окружающих и тебя самого твои планы сбываются.

В общем, с трудом оторвавшись от Налии, я решил прыгнуть в омут с головой. Заставил магов активировать арки и, возглавив свой маленький спецназ, ступил в другой мир.

Началась операция по спасению бабули. С помощью сотника мы высадились во дворце Повелителя. Я просто уверен, что Шасгар держит бабулю именно во дворце, уж бабуля точно устроилась поудобней.

От стражи мы избавились с помощью Ангры и Шиншиллы. Походкой от бедра они гордо прошлись мимо мужиков, отвлекая их внимание, и получилось, что называется «Я оглянулся посмотреть, не оглянулась ли она, чтоб посмотреть, не оглянулся ли я». Пока стражники отвлекались, Рой и еще один вампир атаковали, после чего Шиншилла вырубала их каким-то особо злым заклинанием для новобрачных. Скрыть тела было самой большой проблемой, но мы быстро нашли кладовочку, в которую и стаскивали охранников.

Сам дворец впечатлял разрухой, царящей в нем.

– Дан, прямо по курсу демон. Из дворян. Приближенный, – сообщает сотник. Он у нас как радар и джипиэс в одном флаконе.

– Пришло время брать языка, – ухмыляюсь я.

Демона повязали без лишнего шума. Однако выглядит он замученным.

– Слушаешь меня внимательно и не перебиваешь – останешься жив, – проникновенно сообщаю пленнику. Тот смотрит невменяемо, но молчит. – Где бабуля?

– Кто? – будто ото сна очнулся демон.

– Средний рост, темные волосы, пронзительные синие глаза. Человек. Владеет боевой сковородкой, – описал мою родственницу Рой.

– А! – взвыл демон. – Вы пришли ее забрать? Или нет? Если я заплачу, вы заберете это чудовище?

Демон уже не сопротивлялся. Он хватал меня за ноги и, ползая на коленях, умолял забрать бабулю. Причем очень просил сделать это втайне от Повелителя. Несчастный настолько обрадовался нашему появлению, что, не задавая больше вопросов, потащил нас по тайному маршруту.

Приходим в комнату, а там бабуля. Сидит. И черти с ней. В смысле, самые натуральные черти.

– Хозяйка, вам бы здоровье поправить, – блеет черт. – От вина и усердной работы у вас, поди, голова болит.

И тут я понимаю, что меня накрыло. Задергалось веко. Я не псих, я не псих, я простой будущий повелитель мира. Я псих…

– Бабуля, а мы за тобой, – возвещаю о своем прибытии.

Заговорщики

– Читайте заклинание, – скомандовал Второй.

– Но, господин, пентаграмма призыва еще не окончена, – возражает прислужник.

– Мне плевать! Наследник ушел от нашего агента, а время уже поджимает. Нам нужна Властительница. Немедленно начать ритуал по ее вызову!

Прислужник был напуган грозным тоном своего патрона, поэтому не стал уточнять одну маленькую, несущественную деталь. Деталь эта заключалась в том, что знаки призыва настроены не на саму Властительницу, а на кровь женской линии.

Ирва

Мне плохо. И стыдно. Я так себя не вела со времен буйного студенчества. И это я – профессор филологических наук, заслуженный преподаватель! Нужно будет попросить у Шасгара бутылочку – подругам отправлю, пусть оценят.

До Повелителя демонов я так и не добралась. Скрылся, гад! И не один, а вместе со своими дружками. Видно, чтобы не скучно прятаться было!

Но я отходчивая. Быстро успокоилась. Да и по темноте буянить опасно, можно что-нибудь сломать себе ненароком. Пошла к себе в комнату, там меня уже и черти поджидали в стремлении помочь и утешить.

– Бабуля, а мы за тобой, – слышу родной голос.

Внук! Здесь? Как? Великий Чехов, мне же это не снится?

– Долго же ты за мной шел, – ворчу я.

Ребенок подлетел ко мне и закружил по комнате, пугая чертей.

– Тише, уронишь, – улыбаюсь я.

Кровиночка моя, как же я скучала! А вырос-то как! И истощал. Совсем его там, что ли, не кормят?

– Черти, знакомьтесь – мой внук Дан, – радостно представляю потомка своим маленьким друзьям.

Рядом крутился Фей. Он элегантно присел в реверансе.

– Бабуля, ты же не хочешь взять их с собой в качестве домашних животных? – тихо вопрошает ребенок, лихорадочно сверкая глазами.

– Конечно нет, – возмущенно возражаю. – Они могут пойти с нами на правах полноправных граждан!

– Угу. Бабуль, пошли, у нас портал открыт всего на пятнадцать минут. – И меня потянули к выходу.

А там уже стоял Шасгар. Явился, не запылился.

– И куда это наследник тащит мою фаворитку? – сложил руки на могучей груди демон.

Рядом с ним стояла охрана, успевшая повалить на пол спутников внука. Ну хоть кто-то у этого демона профессионально работает.

– Позволь узнать, что ты здесь делаешь, демон? – упираю руки в бока, ища взглядом Тефалю.

– Учитывая, что это моя спальня? – ухмыляется он.

Он действительно думает, что я покраснею? Я?! Он явно не знает, что такое каверзный вопрос студента.

– Было зафиксировано проникновение в мой дворец. Пришел проверить, – не дождавшись моей реакции, объяснил он. – Посмотри, какой улов. Наследник и его команда.

Ах я, дура старая, о подобной возможности не подумала. Что же делать? Как внука спасать? Против Повелителя у нас шансов нет. Уж я-то в расстановке сил успела разобраться.

– Шасгар, предлагаю сесть за стол переговоров, – мило улыбаюсь демону.

Я наконец нащупала за спиной Тефалю!

Но вдруг вокруг меня поплыл воздух. Пахнуло морозом и жаром одновременно. Земля качнулась, и подо мной разверзлась бездна. И я, наблюдая перекошенные лица потомка и Шасгара, полетела вниз.

Приземлилась я, как ни странно, очень быстро. Голова кружилась, как после карусели. Пространство плыло и мерцало странными оттенками. Наконец я смогла разглядеть под ногами незнакомые символы, нарисованные красной краской, темное помещение, весьма захламленное и пыльное, и людей в черных балахонах с лицами, скрытыми капюшонами.

– Сатанисты! – ужаснулась я вслух.

– Это не Властительница! – взвизгнула одна фигура, закутанная в плащ. – Вы похитили не ту женщину!

Они издеваются? Я что – флаг переходящий? Спер сам, дай спереть другому? У местных совесть есть?

Рука сама собой сжала ручку Тефали.

Глава 25

Дан

Есть такая птица, обломинго называется. И есть люди, которых она часто посещает. Не скрою, я тоже с ней встречался пару раз – по мелочи, но согласитесь, неприятно. На этот же раз размеры птички, рухнувшей на наши головы, превышали все нормы терпения.

– Бабуля! – растерянно позвал я в пустоту, нарушая гробовую тишину, которая длилась вот уже целую минуту. Даже черти застыли, словно изваяния.

Еще секунду назад она стояла передо мной, профессионально заговаривая зубы демонам, а сейчас ее нет. Поплыл воздух, возникло слабое мерцание, еле слышное шуршание – и она словно под землю провалилась или в воздухе растаяла. Вроде и не стояла она на этом полу, не знакомила меня с чертями. Ее просто нет.

Первый шок прошел.

– Хозяйка-а-а! – взвыли черти.

– Куда ты ее дел? – рявкнул я, разворачиваясь к демону, до сих пор стоящему в дверях.

– Верни мою женщину! – рычит Шасгар одновременно со мной.

Он издевается?

– Что значит – верни? Думаешь следы замести? Пытаешься сделать вид, что это не ты ее сейчас куда-то отправил, воспользовавшись магическим переходом? – начинаю звереть.

– Это не магический переход, – подал голос с пола Рой.

– Это призыв, – закончил за вампира Гирин, все больше бледнея лицом.

– Призыв? – начал наступать Повелитель демонов. – Если этот призыв сотворил не я и, судя по тебе, не ты, – тогда кто?

У меня задергалось успокоившееся было веко.

Кстати, логичный вопрос.

– Может, вы нас отпустите наконец? – возмутился Рой.

– Меня можно еще подержать, – не согласилась Шиншилла, прижатая к груди стражника.

– Молчать, – не повышая голоса, бросил Шасгар.

Я тоже так хочу – чтобы сказал слово, а остальные уже по углам с интерьером сливаются.

– Что здесь происходит? – слышу смутно знакомый голос.

– Какого… – обернулся Шасгар.

– Шасгар, я к тебе по поводу моей жены, – заявил эльфийский дед.

– Император? – выпал я в осадок.

– Дан, сколько тебе говорить – зови меня дедушкой, – улыбнулся тот.

– Ванриэль, ты как здесь оказался? – уставился в упор на мужа моей бабушки демон.

– Прошел через переход, выстроенный внуком, – ответил тот. – Дан, ты действительно думаешь, что я позволил бы тебе пойти к нашему врагу одному?

– Ну куда же без светлых, – сплюнула Шиншилла, крепче стискивая вырывающегося стражника.

– Так что там по поводу жены? – Выражение лица Шасгара не предвещало ничего хорошего.

Неужели светлый дед бабулю спер?

– Отдай ее, и мы начнем переговоры о земле, – предложил эльфийский дед.

Не понял. «Отдай»? Другими словами, ее у эльфа нет? То есть он приперся сюда, дабы попытаться вытащить мою любимую родственницу из лап демона? Но, видно, чуточку опоздал.

– Ты пришел спасти бабушку? – обращаюсь к эльфу. Тот кивнул. – А раньше ты этого сделать не мог? Например, в день похищения? Или на следующий, – взорвался я.

– Дан, я не имел подобной возможности. На связь демоны не выходили, попасть к ним нереально. До сих пор удивляюсь, как это у тебя получилось, – пояснил светлый дед. – И не надо так кричать. Много времени заняли переговоры с советниками, они очень не хотели соглашаться на приход демонов в наш мир.

Настоящий политик. Подготовил плацдарм – и отправился за моей бабулей.

– Нету бабушки, – скривился я. – Исчезла она.

– Что? – опешил новообретенный родственник. – Что ты с ней сделал? – Воскресший недавно дед начал светиться изнутри, направив грозный взгляд в сторону Повелителя демонов.

Это он так злится? Ну, натуральный эльф восьмидесятого левела.

– Ванриэль, сейчас не до тебя, – отмахнулся демон.

Трудно сказать, как бы на такое пренебрежение отреагировал Ванриэль, но произошло неожиданное. В коридоре рухнул потолок. Когда пыль осела, мы с интересом уставились на моего отца.

– Не дворец, а проходной двор, – еще больше помрачнел демон. – Мне казалось, это мы должны проводить захват вашей территории, а не наоборот, – заявил он надменно.

– Марина пропала. Ее похитили. – Отец был бледен. И зол. – И это был призыв.

– Совпадение? – переглянулся светлый дед с демоном.

– Сдается мне, Азар, ты этих смертников знаешь.

Теперь я понял, почему демонов так боятся.

– Может, мне наконец объяснят, в чем тут дело? – вмешался я.

Ирва

Честно говоря, я была слегка дезориентирована и, чего уж таить, весьма напугана. Вспоминая прочитанные в газете страсти про сатанистов, я ожидала всего самого наихудшего. Успокаивала лишь Тефаля в руке. Опять же, я интеллигентная женщина, без уважительной причины на людей бросаться не стану. Мне нужен повод для самообороны для очистки собственной совести, и я с замиранием сердца ждала, когда мне этот повод дадут капюшоны. А то еще чуть-чуть – и страх мутирует в раздражение, и тогда не видать мне оправдательного приговора по статье «самооборона». Что-то не в ту сторону меня понесло.

Кстати, что насчет Властительницы, которую они пытались вызвать? Помнится, Шасгар упоминал этот титул.

– Господин, призыв еще не окончен! – вздрогнул один из капюшонов, обращаясь к оппоненту. – Взгляните!

И в мою сторону некрасиво ткнули пальцем.

Тем временем вокруг меня опять поплыл воздух. Понимая, что сие мерцание ничего хорошего мне не несет, отхожу в сторону. Но за края пентаграммы выйти я не успела. На месте, где за секунду до этого стояла я, появилась Марина.

– А вот и Властительница, – удовлетворенно произнес тот самый капюшон, которого называли господином.

Вспомнила! Шасгар говорил, что доча, выйдя замуж за коврик, который зятем назывался, приобрела титул Темная Властительница. Правда, в высокородных кругах больше приветствуется титул Темного Властелина, но мы люди простые, нам и так нравится. Ну, хоть что-то хорошее доче от мужа досталось. Титул правительницы и государство в придачу. Это же надо!

– Мама? – потерев глаза для ясности зрения, уставился на меня ребенок.

– Доча, не поверишь – я, – улыбаюсь в ответ. – Но мы с тобой позже по этому поводу поговорим.

– Властительница! Рад, очень рад, – прервал меня невоспитанный индивид. – Вот ты и попалась, красотуля.

– Доченька, ты якшаешься с подобным контингентом? – поразилась я. – Впрочем, после твоего замужества я уже ничему не удивляюсь. Один Азарушка чего стоит.

– Мама, – закатила глаза к пыльному и темному потолку дочь.

– Властительница, ты наверняка недоумеваешь…

– Ну что – мама? – возмутилась я. – Доча, я догадываюсь, что попала в этот мир не случайно. Но как ты могла пустить все на самотек? Ты хоть знаешь, как Данюша страдал?

– Что это за девица с Властительницей?

– Мамочка, прости, – понурилось дитя.

– Доча, тебе уже за сорок, а ты все такая же неорганизованная, – покачала я головой. – А все муж твой виноват, коврик иностранный.

– Родственница по прямой линии крови.

– Мама, ну почему коврик? – возмутилась дочка.

– Я так и не понял, что нам с первой делать?

– Послушайте…

– Потому что тряпкой ты запрещаешь его называть! Посмотри-ка, он даже в такой момент умудряется нас рассорить! А ведь мы так долго не виделись. Ты хоть бы обняла мать родную.

– Женщины!

– Мамочка, знала бы ты, как я скучала по твоим язвительным нотациям. – Меня крепко обняли.

– Что за бестолковый ребенок, – вздохнула я, гладя родную кровиночку по голове.

– Мамочка, я так скучала, – всхлипнуло мое солнышко. – Я, когда сюда попала, думала, крыша тронулась. Решила, что подхватила что-то в Африке.

– Да как же их заткнуть?!

– Что за манеры, – возмутилась я.

– Сам заткнись! – рявкнула Марина.

– Доченька!

– Мам, я больше так не буду.

– Да угомонитесь вы! – не выдержал кто-то из толпы.

– Молодой человек, – простите, не знаю вашего имени, – я к вам в гости не напрашивалась. И вообще, не мешайте мне с семьей общаться! И коли уж мы оказались в подобной ситуации, могли бы и стулья для дам принести. Чего стоим? Бегом!

Кто-то бросился вон из помещения, наверное, за стульями.

– Да что это за нахальство такое? – возмутился какой-то господин.

– Доча, что это за сборище? – интересуюсь у Мариночки.

– Это, мамочка, те, кто желает войны между светлыми и темными. Те, кто пытаются убить моего сына.

Сколько же ненависти и бессильной ярости в голосе ребенка! У меня сердце екнуло. Нет ничего хуже, чем страдания материнского сердца. Мариночка моя тоже мама, уж я-то ее понимаю, саму от злости потряхивает.

Перевожу взгляд на толпу.

– Наконец-то и мы удостоились внимания Властительницы, – поклонился капюшон.

– Кто ты, тварь? – шипит ребенок. Она всегда была несколько несдержанной на язык и слегка буйной. Гены.

В этом сумраке мои уставшие глаза не способны различать присутствующих. Пытаюсь незаметно подойти к обладателям плащей.

– Грубо, Властительница, очень грубо, но я не в обиде. Кстати, даже не пытайся бежать. Пентаграмма настроена на твою кровь. Выйти даже тебе с твоим могуществом не получится. Ни одному существу с каплей твоей крови.

– Что же ты раньше молчал? – возмутилась я, пытаясь вернуть стоящую за чертой пентаграммы родную конечность. А я по незнанию почти покинула территорию странных символов.

Оступившись, я неловко взмахнула рукой с зажатой в ней Тефалей.

– Мама! – орет дочь.

Взрыв.

А потом была мысль. Не доставлю я такого удовольствия зятю. Не дождется. Да и чертей бросать не хочется.

Рано или поздно сознание покидает даже сильных людей. Вот и я не стала исключением.

Очнулась я на жестком полу. Голова лежит на коленях ребенка.

– Доча, в следующий раз попроси своих знакомцев не играть с пиротехникой.

– Мам, это твоя сковородка. Да отпусти ты ее, а то все время, пока была без сознания, из рук утварь не выпускала.

– А что с Тефалей? – насторожилась я.

– Барьер призывной пентаграммы оказался несовместим с твоим артефактом. Кстати, где ты ее взяла?

– Оборотни подарили, – ответила я. – А что с сатанистами? – решила принять правду на грудь.

– Без сознания, ранены, погибших нет. Жаль. Но и за это спасибо, – взгрустнул ребенок.

– А со мной что?

– Все хорошо. Я тебя подлечила. – И она счастливо улыбается.

– Знаешь что, доча, давай-ка ты мне расскажешь все по порядку.

Ну, она и рассказала.

– Меня же призвали мир спасти. От войны между светлыми и зарвавшимися темными. Каждый использовать норовил в своих целях. А тут Азар. И все, пропала я. И отец. Я-то думала, он погиб. Ты же всегда говорила, какой он хороший, он действительно такой, правда, иногда бывает не прав. И вот – свадьба. А потом Дан родился. Я так счастлива была. В политику не лезла, а зря. Если бы раньше вмешалась… Пока не случилось первое покушение. Помнишь, я как-то под утро домой заявилась? Ты тогда сказала, что я все пойму, когда собственные дети будут. Мам, я такая дура была. Я слабая, сына защитить не смогла и душу свою потеряла. Я не лучше этих. – Кивок в сторону еле различимых тел на полу.

– Доча, я всегда тебе говорила, что за семью нужно бороться. Ради семьи, ради любимых биться надо до последнего хрипа врага.

– Мамочка, я так не хотела Дана оставлять. Думала, умру прямо на твоем пороге. – Чувствую, что ребенка трясет. – Мне сон снится каждую ночь, что я с сыночком бегу и нас все же настигают, а самое страшное, что в ту ночь у меня случился выкидыш.

Я молча слушала, давая ей выговориться и выплакаться.

– Я тогда решила оставить сына с тобой. Меня Азар с отцом уговорили тебе ничего не говорить, пока Дан старше не станет. Да и подготовить тебя нужно было морально, чтобы здоровье не пострадало. Потом я даже рада была, что ты не знаешь. Вы так счастливы были, и у тебя за меня сердце не болело, и я уверена, что вы в безопасности.

– Почему с нами не осталась? – спрашиваю прямо.

– Опасно было. Меня в этот мир уже призвали по крови, повторить сложно, но возможно, как видишь. На Дане защита, Азар ставил на пару с папой. Про тебя те твари не знали. Да и простого смертного вызвать сложно, а через меня могли на вас выйти. Мы к вам выбирались-то раз в год, когда две звезды становятся в ряд, тогда ни одна магическая следилка не работает.

– И как же я здесь оказалась?

– А ты, мамочка, уже не простой человек. Ты теперь бессмертный человек. Асхол постарался. Прости, не уследила. – Горечь, которая слышалась в ее голосе, заставила мое сердце сжаться.

– Кто? – Голос не слушался. Но дочь поняла.

Оказывается, ребенок такое пережил, а я даже не знала. Ну, ничего, теперь я рядом.

– Мы не знаем, подозреваем всех. Я в политику влезла, между светлыми и темными, как буфер. Мам, я такие вещи делала, которыми нельзя гордиться.

– Доча, на твоего мужа ни в чем нельзя положиться, даром что Темный Властелин! Не переживай, у меня уже есть план. Для начала предлагаю допросить выживших. Ты не могла бы связаться со Старшей Рода дроу? Только тайно, чтобы засечь невозможно было?

Заговорщики

– Первый, Второй не выходит на связь, – рапортовал Третий.

– Что значит – на связь не выходит? – встрепенулся Первый.

– Я пытался послать заклятие-следилку, но ничего, кроме криков и стонов, не разобрал.

– То есть как – крики и стоны? – не понял Первый.

– А вот так. Еще успел услышать фразу: «Да, госпожа. Все что угодно, госпожа. Позвольте поцеловать ваш сапог».

– Что, прямо так и говорили? – не поверил Первый.

– Прямо так, с придыханием, а потом заклятие распалось.

– Другими словами, план по похищению наследника и Властительницы провалился, – задумчиво произнес Первый.

– Послать подмогу?

Первый молчал.

– Пошли разведку, – все же ответил он.

Разведка

Шпионы были недовольны своим заданием. Им хотелось настоящей работы – например, в чертогах Светлого Императора. Но их отправили проверить работу каких-то агентов средней руки, нервы с такой работой не пощекочешь. И вот крадутся они по темным запыленным коридорам, тихо зверея от жгучего желания чихнуть, а навстречу им молоденькая симпатичная дроу в черных кожаных доспехах, так притягательно обтягивающих фигурку.

– О, ребятки! – воскликнула дроу без малейшего акцента. – Ирва! У нас пополнение! – взвыла ушастая дрянь.

И пожалуй, шпионы испугались бы шума, если бы они не находились в тайном проходе, хорошо изолированном от основных помещений.

– Где? – вынырнула из-за поворота девушка с невероятно синими глазами.

– Вот, – ткнула пальцем в шпионов дроу.

– Шиншиллочка, тебе кто понравился? – спросила девушка, вытаскивая откуда-то из-за спины сковородку.

– Мне те крайние слева. Два красавчика, – улыбнулась, показывая аккуратные клычки, дроу.

Шпионы насторожились. Они были сильны и легко могли справиться с тройкой демонов, что уж говорить о женщинах.

Но тут из-за угла вынырнула еще одна девица. На этот раз золотистая блондинка.

– Мама, Шиншилла, где вы потерялись? – прозвенел ее прелестный голосок. – Оба-на, у нас свежее поступление, а я и не в курсе!

– Доча, ты замужем, – заявила синеокая дева. – Так что иди вино по бокалам разлей.

– Нет, не пойду, там девочки мужиков работать заставляют. Еще чуть-чуть, и будет нам информация. Таких издевательств даже я бы не выдержала. Я тоже хочу себе раба!

– Ребенок, ты еще маленькая.

– Мама, мне уже за сорок, у меня сын, государство и война в перспективе. Дай оторваться напоследок.

– Ладно уж, иди развлекайся, работяга ты моя. Шиншиллочка, какой там у нас девиз на сегодня?

– Унижай, доминируй, властвуй!

Шпионы так и не поняли, почему сознание их резко покинуло.

Дан

Наконец-то мы нашли их! Не прошло и полгода. Переругались, чуть не поубивали друг друга, но выяснили, где находятся мама с бабулей. Оказывается, отец повесил на маман маяк, а демон подарил бабуле колечко с огромным таким камушком. Чем больше камушек, тем сильнее сигнал.

Я хотел было взять с собой свою армию, но отец, хищно сверкая зубами, пояснил, что мы и так справимся. А ведь я со своим отрядом не виделся с тех самых пор, как Шасгар увел за собой батю с дедом и меня в придачу.

Да я и не в курсе, что с ребятами. Ну, ничего, не маленькие, разместятся как-нибудь.

Весь день у нас ушел на поиск. И наконец свершилось чудо.

Отец, эльфийский дед и демон рванули впереди планеты всей. Еле успел за ними в переход.

Вываливаюсь я, значит, в какое-то непонятное помещение. А там…

– Девочки, вы посмотрите, этот чемодан и здесь норовит мне удовольствие испортить! – Бабуля грозно махнула в нашу сторону святой сковородкой.

– Ба… – протискиваюсь я между замерших мужиков вперед.

– Ах ты, ирод иномирный, ты и ребенка сюда притащил? – Бабуля даже бокал на стол поставила.

– Ну, мама, – возмутилась маман.

– Ты, Маринка, помолчи, когда мать говорит.

Вот и Шиншилла обнаружилась.

Батя, эльфийский дед и Шасгар молча переглянулись. Молча развернулись. И молча шагнули обратно в проход.

А я, видно, тормозную жидкость где-то употребить успел. Потому как спохватился, только когда какая-то девица из страшного племени дроу ухватила меня за штанину.

Но таки успел отбиться.

Глава 26

Дан

– Это что сейчас было? – обессиленно рухнул в свободное кресло недавно приобретенный дед.

Он точно в родном мире бабули прохлаждался семь лет? О таких элементарных вещах не знать. Впрочем, если припомнить, когда именно он там обитал… Да, тогда детей в капусте находили или, выстояв огромные очереди, покупали в магазинах.

– Это была моя теща, – зашипел отец.

Батя не упустил возможности занять удобное креслице. Демон, как хозяин помещения, также не остался без стула. А мне куда?

– Между прочим, твоя жена там тоже была, – не дал свалить на бабулю все шишки Шасгар.

– Но что они делали на вакханалии дроу?! – Дед всегда задает верные вопросы.

– А что на вакханалиях делают? – выдаю вопрос. Риторический.

Конечно же мы видели, чем именно там почтенные дамы занимаются. Но, осознав мои слова, мужики резко повскакивали со своих насиженных мест. Да неужели мне дадут присесть и отдохнуть нормально?

– Да я ее… – покраснел отец, непонятно кому грозя кулаком.

– Вашим дроу не жить, – зловеще сообщил Шасгар.

– Моя Ирма! Они же научат ее плохому! – совершенно искренне напугался дед.

Бабулю еще чему-то можно научить? Наивные огурцы.

Но не все так просто. Сильные мира сего замерли, задумавшись. Переглянулись. Демон и отец, не сговариваясь, быстро успокоили ушастого деда, силком усадив того обратно.

– Пожалуй, нам стоит подождать пару часиков. Ванриэль, тебе так особенно. Поверь, сейчас это наимудрейшее решение, – выдает умную мыслю батя и заваливается в кресло. – Устал я что-то. Сил нет двигаться.

– А меня терзает ужасная жажда. Встать не могу, так мучает, – заявил демон. И позвал громко: – Черти, несите чего покрепче!

– И кресло не забудьте! – вклинился я.

А зря. Батя обратил на меня внимание. И судя по всему, его голову озарила светлая идея.

– Сын, а может, ты вернешься туда за матерью, скажешь ей, что я очень жду, а? – и смотрит так жалобно.

Готов спорить, мой ответный взгляд ему ничем не уступал.

– Не, пап. Я же не псих, соваться сейчас к ним. Мне и тут комфортно. – И я нагло тырю бутылку с подноса появившегося неизвестно откуда чертенка.

– А ну поставь на место, не вырос еще! – взъярился отец.

– Пап, веришь, нет – я уже полгода как совершеннолетний, – донес простую истину до его сознания.

Батя был со мной не согласен.

– Азар, ты себя вспомни в его возрасте, – заступился за меня демон. – А сын у тебя уже вполне взрослый мужчина. Еще немного бою на мечах подучится, и можно государство отдавать в достойные руки.

Отца прямо-таки расперло от гордости.

И все бы ничего, да вот воздух опять поплыл. Что-то затрещало, и в комнату, где находилась наша сугубо мужская компания, рухнули жутко ругающиеся мамуля с бабулей. И Шиншилла с ними.

– Мама, я тебе говорила: оставь ты свою сковородку, из-за нее все магические вектора летят, как крыша у психов в период весеннего обострения! – ругалась мамуля, пытаясь подняться с пола. – Ай, это же моя нога!

– Доча, ты что такое говоришь? Ты мне предлагаешь на зятя с голыми руками идти? – не уступала ей бабуля. – Да это же как на медведя с вилкой! А я тебе не профессиональный охотник. Шиншиллочка, ты прекрасна, спору нет, но вытащи, пожалуйста, свои локти из моих ребер.

– Мама, это мои локти! – обиженно воскликнула моя матушка.

– Ирвочка, не переживай ты так, если понадобится, я тебе свой кинжал одолжу. Против зятьев самое то, – пьяно хихикнула Шиншилла.

– Шинши… тьфу ты, Старшая Рода, от вас я подобного не ожидала, – пыхтела матушка. – Мама, за что ты так невзлюбила Азара? Чем он тебе нехорош?

– Во-первых, тем, что женился на тебе. Поверь мне, доча, ты достойна большего, – встала на колени бабуля.

– Он Властелин, куда уж больше! – воскликнула маман.

– Но он правит только половиной мира, – спокойно возразила бабуля.

– Но его власть безгранична, – встряла Шиншилла.

– Безграничная власть лишь у богов. И вообще, Шиншиллочка, ты за кого?

– Я? – Дроу наконец поднялась на ноги. – Я за правду! – ударила она себя в грудь.

Перевожу невменяемый взгляд на сидящих правителей. Папаня явно порывается что-то сказать. Делаю страшные глаза и протестующе трясу головой.

Он еще не знает, как это страшно, когда тебя не вовремя замечает бабуля. Я до сих пор с содроганием вспоминаю резиденцию Шиншиллы.

Но моему желанию слиться с окружающей средой не суждено было сбыться.

– Доча, а мы где? – осмотрелась бабуля.

– О, – уставилась на нас мамуля. – Мам, мы их нашли.

– А ты говорила – сковородка то, сковородка это… Тефаля еще никому и никогда не помешала, – воздела палец к потолку любимая родственница.

– Мама, а ты знаешь, что они тут делают? – хихикнула маман. – Они пьют.

– И ты, Брут? – На меня взглянули, как на предателя.

Почувствовал себя последним человеком.

– Бабуля, это не то, о чем ты подумала, – ляпнул я. Потом подумал и исправился: – В смысле – то, конечно, но я решил проконтролировать. Вон даже бутылку отобрал, – размахиваю емкостью, стараясь не смотреть на ошарашенные лица родни и демона. – Ты же не любишь, когда папа употребляет.

Да, это подло. Да, это не по-мужски. Но вы не видели в тот момент бабулю с матушкой. Батя у меня сильный, выдюжит. Ну а деда я и так покойным долгое время считал.

– Они тут пьют?! – взревели мамуля с бабулей.

– То есть, пока мы там с предателями разбирались, эти здесь прохлаждались? – Вопрос был адресован явно мне. Бабуля умеет загонять в тупик.

Во попал. Начинаю нервно пятиться.

– Внук, одна ты у меня кровиночка разумная, – прослезилась родная бабушка. – А врать так и не научился, – добила она меня.

– Милая… – отмер батя.

Зря он голос подал. Лучше бы свалил куда по-тихому, пока все внимание на мне сконцентрировано было.

– Милая? – передразнила маман. – Милая?! Ах ты, Наполеон недорезанный!

– Доча, здесь же дети! – встряла бабуля. – Давай без столь интимных подробностей.

– Слушай, Маринка, что мать говорит, – встряла Шиншилла.

– Ирма Львовна, я бы попросил, – вякнул папа.

– Проси, кто ж тебе не дает, – отмахнулась бабуля. – В письменной форме, в виде сочинения. И объяснительную на стол.

– Мама!

– Ой, точно!

– Лучше денежной компенсацией, – вставила свои две копейки дроу.

– Ирма, – пришел в себя ушастый дед.

– Цыц! Предателям слова не давали! – рявкнула бабуля.

– Эльфов вообще казнить надо, – сплюнула Шиншилла.

– Женщины, да прекратите же вы орать, – не выдержал Шасгар.

Смелый мужик. Мои ему соболезнования.

– Тефаля, – начала было бабуля.

– Хозяйка! – спасли положение черти.

Они ввалились в комнату, чуть не снеся резные позолоченные двери. На бабулю взирали с обожанием, окружили ее вихрем своего восторга, что заставило ее опустить святую сковородку.

– Допились, – моргнула мать. – До чертей. Должна же белочка вроде прийти. А почему они черные, а не зеленые? Опять у меня все не как у людей.

– Доча, они натуральные. – Бабуля сама поняла, что сказала что-то не то, и поспешила исправиться. – То есть они в этом мире живут. Правда прелесть?

– Какие миленькие! – пискнула Шиншилла и принялась тискать первого несчастного.

– Пока они отвлеклись, предлагаю исчезнуть, – очень тихо сказал отец.

– Бесполезно, – обреченно изрек я. – Догонят.

И, словно подтверждая мои слова, активизировалась бабуля.

– И куда это ты намылился, портфель крокодиловый? – выпрямилась любимая родственница.

– Мама, не обижай Азара! – Мамуля, как всегда, пыталась замять конфликт.

– Доча, это разговор исключительно межу мной и зятем, – категорично возразила бабуля. – Зять, вот ты мне скажи – почему нас спасать не стал? Мы вас там ждали-ждали, а вы все не шли. Ты хоть знаешь, как я испугалась?

– Ирвочка так испугалась, аж взорвала все с перепугу, – кивнула и шатнулась Шиншилла.

– А вас нет и нет. Тоже мне, мужики. Положиться на вас нельзя.

– Но, Ирма Львовна, мы же пришли, – начал оправдываться отец.

– Пришли и испортили весь настрой, а мы только начали расслабляться, – припечатала бабуля. – Изволь объясниться!

– Ирма Львовна, был неправ. Я же не знал, что кому-то не повезло и призвали именно вас. К сожалению, бедняги прожили достаточно долго, чтобы успеть прочувствовать все муки бездны, – выдал раздраженно отец.

– Марина, ты слышала? Нет, ты посмотри на него. Сожалеет он!

– Азар, не обижай маму, – возмутилась мамуля.

– Марина, пойдем уже домой, – устало предложил отец.

– Куда? – возмутилась бабуля. – Ты предлагаешь нам отправиться в то ужасное место, где водятся психически нездоровые личности и казематы, не соответствующие санитарным нормам? – ужаснулась бабуля.

– Там не все так плохо. – Мамуля явно больше не хотела скандала.

– Ирма Львовна, вас я не звал! – вякнул батя.

– Азар, не груби маме.

– Естественно, не звал, у тебя же воспитания не хватит, – припечатала бабуля. – Хоть бы раз цветы на Восьмое марта подарил!

– Мама!

– Маринка, не вмешивайся! – весомо сказала Шиншилла.

– Я дарил!

– Я имела в виду цветы, а не похоронный венок! А еще улыбался так невинно, вроде как случайно перепутал.

– Но вы же умудрились подать мне блины, фаршированные крысиным ядом с ливером!

– Я думала, это рис! Я старая женщина, зрение часто подводит, мне простительно. В отличие от некоторых, я тружусь от зари до зари.

– А я, по-вашему, нет?!

– Вижу я, как ты работаешь, – кивнула бабуля на бутылку в моих руках. – Не устал еще? И как только Мариночка с тобой живет, таким непутевым? Говорила же: верни дочку на родину и работай сколько влезет.

– Вам Рину оставь… Вон, уже оставил. И что? С дроу связались!

– Ты Шиншиллочку не тронь, феодал! – прищурилась бабуля.

– Так, все, хватит! – Кажется, маман протрезвела. – Живо все домой!

Мамуля в себя пришла быстрее всех, потому как тренированная, она же у меня врач.

– Ирма Львовна, у вас свой муж есть, вот к нему и идите!

Эльфийский дед слегка побледнел.

– Азар, я сказала – домой!

Ирва

Еще чуть-чуть поругавшись, мы все же отправились к зятю на фазенду. Ваня, правда, пытался завязать разговор, но я отмахнулась Тефалей, и от меня отстали. Доругаться с зятем мне не дали дела насущные, а именно подробное разъяснение всего, что мы узнали.

А узнали мы страшное. Оказывается, на Сером материке базируется бесчисленная армия монстров, и управляет этой армией вожак. Которого заточили в казематы в глубоких пещерах, дабы не было случаев неповиновения.

Создали армию трое умельцев, объединившихся против моего зятя. Я, конечно, понимаю, что мой зять не самый приятный на свете человек, но только я имею полное моральное право издеваться над ним, и каким-то заговорщикам я подобного хамства не спущу. За семью горло надо грызть.

Одного из заговорщиков мы с дочей как раз обезвредили. Он-то нам и поведал некоторые факты. К несчастью, большего рассказать нам не смог, ибо имел наглость себя отравить. Под языком у него была капсула с быстродействующим ядом. Но доча успела и спасла страдальца. Он парализован, но жив. Мариночка говорит, это на три месяца. Но у нас нет этих месяцев.

Еще одним огорчением было то, что ребенок опознал нашего неудачливого похитителя. Им оказался бастард из очень уважаемого рода. Родившийся от связи светлого эльфа и темной феи.

Мальчику просто не хватило в детстве внимания, отсюда и все его комплексы с маниакальным желанием навредить моей семье. Ну, ничего, придет в себя, я им займусь.

Вернемся к нашим баранам, то есть к зятю. Этот хам так и не извинился. Но я женщина добрая, простила. После того как решила составить один интересный договор. Его осталось только подписать, а он подпишет, уж я об этом позабочусь.

Внук же отправился к Шасгару, выручать своих друзей. Шиншилла, кстати, очень просила оставить ее там. Кажется, у нее роман с одним из личных стражей Повелителя.

Вот так и получилось, что из родных людей в этом огромном замке только доча и осталась. Она, конечно, меня разместила со всеми удобствами и даже слугу выделила, но я, чай, не столбовая дворянка, сама справлюсь.

Дочь пыталась устроить мне экскурсию по этому монстру архитектуры. Под конец дня я поняла, что, дабы изучить сии владения, мне понадобится как минимум неделя и нить Ариадны. Да, навигатор явно не помешал бы. У меня такой в телефоне был.

За ужином зять со мной не разговаривал. Обиделся.

Спальню мне выделили огромную. Кровать тоже поражала своими размерами, хотя я начала скучать по мебели во дворце демона. Из-за стресса я быстро уснула.

Проснулась ночью по зову природы. И только тут вспомнила, что не удосужилась спросить, а где, собственно, нужная комната. Но, следуя правилу, что если очень хотеть, то вполне можно напороться на желаемое, я побрела прочь в полной темноте. Ну, не такой уж и полной, путь мне освещала Тефаля. Имела она такое свойство: как только я ее в руки ночью беру, светиться, аки тот фонарик.

Брела я долго. Все пыталась найти нужную дверь. Рассуждала я логически и решила, что необходимая дверь будет выглядеть скромно, дабы не привлекать к себе излишнего внимания. Через час блужданий и несколько синяков я нашла подходящую дверь. Дернула за ручку. Открыто. Вошла. Массивный стол, стеллажи, книги. Книги – это интересно. Зашла посмотреть поближе. В процессе споткнулась о ковер, на что-то упала, что-то рухнуло, что-то грохнуло, и стена внезапно отъехала.

Ну так я и знала! У зятя явно странные предпочтения, это ж надо так ванную комнату спрятать. Гордо неся перед собой Тефалю, я шла вперед. Знала бы, на что наткнусь, осталась бы у демона в гостях.

Шла я себе, шла, пока не ударилась коленкой обо что-то твердое. Было больно и обидно. И естественно, я не смолчала. Видимо, среагировав на звуки голоса, включился свет.

«Вы были истиным злом и параждением тьмы. Я горжусь, што был вашым зятем. Спите спокойно, Ирма Львовна». «Эта женщина испортила мне жизнь! А я испортил ее любимое платье. Восимь раз». «Теще от зятя. Помним, паэтому и грабница мрамарная, зачированая. Из такой и тьма не выберется, не то што теща. Но на всякий случай я ваш прах в цемент закатал».

Я взвыла! Кричала и топала ногами, как только могла.

– Чего кричим? – спрашивает голос.

– А вы взгляните! Взгляните, что написал этот поганец! – рычу я.

– Эпитафии. Красиво оформил. Как раз по стилю к надгробиям подходит, – сообщил голос.

– Какой, к орфографической матери, стиль! Я его пятнадцать лет языку учила, и что? Он в каждом слове по три ошибки сделал! – Мне стало дурно. – А собственно, с кем я разговариваю?

– Со мной, – появилось передо мной нечто туманно-призрачное.

Я нечаянно. Честно. Я не хотела. Рука сама поднялась, и Тефаля ударила это нечто по лицу. Звон и вой стоял оглушительный.

У меня из-за зятя совсем нервы расшатались, уже членовредительством по малейшему поводу занимаюсь.

– Милейший, простите окаянную! С вами все в порядке?

И тут я понимаю, что воющее нечто вдобавок просвечивает насквозь.

– Ну, знаете, уважаемая, ударить дворцового призрака еще никому не удавалось! – обиженно взвыли.

Темный Властелин

Темный Властелин проснулся посреди ночи в поту и с дико бьющимся сердцем. Его не покидало ощущение чего-то ужасного. Словно несчастье настигло, а он еще не понял этого.

– Азар, – сонно пробормотала его жена, – что случилось?

– Мариночка, солнышко, мне приснился страшный сон, – посмотрел он на супругу.

– Азар, это просто сон. Спи, – проворчала Рина.

– Любимая, ты не понимаешь, произошло нечто страшное, – упорствовал Властелин. – Мне этот сон к беде снится.

– Страшное? Например, что? Разбили твою сеть информационных кристаллов? Или папа опять решил поднять пошлины?

После насмешливых слов жены Темный Властелин успокоился, но еще долго не мог уснуть, вспоминая сон, где теща заставила его писать диктант.

Глава 27

Дан

Как бы мне ни хотелось вернуться с бабулей, но дела и ответственность за друзей не позволили поступить подобным образом. Под делами и ответственностью я имею в виду пристальный укоризненный взгляд родной бабушки.

– Данюша! Я, конечно, понимаю твой интерес к предстоящему разбору полетов между твоими родителями и мной, но я не могу позволить тебе присутствовать при этом, – взгрустнула бабуля.

– Это еще почему? – Я до последнего не верил, что она оставит меня здесь.

– Непедагогично раскатывать родителей в мокрое пятно при детях, – фыркнула она. Так я ей и поверил. – К тому же у тебя теперь появились некоторые обязанности.

Заметив мой непонимающий взгляд, пояснила:

– Под твоей личной ответственностью потешные войска. В частности, группа специального назначения. Неплохо было бы вернуть их на родину. Да заодно решить проблему демона, который вас сюда провел.

Вот и пришлось мне оставаться. А еще бабуля ясно дала понять, что я просто обязан провести переговоры с Шасгаром на предмет возобновления контракта. На фига? Тут даже я предполагать что-либо опасаюсь.

Вот и тружусь в поте лица. Уже сейчас понимаю, что не хочу быть ни Темным Властелином, ни Светлым Императором, ни обоими сразу. И вообще, политика – это не мое. Вот бабуля с батей и матушкой совсем другое дело.

Насчет несчастного сотника мы с демоном договорились быстро. Всего-то и требовалось, что намекнуть на нынешнее приближенное положение к правящей верхушке. Просто идеальный шпион. Вот только и я, и Повелитель демонов понимаем, что этот факт учитывается с нашей стороны. И со стороны демонов об этом не забывают. Теперь несчастный сотник – отработанный материал. Ни вашим, ни нашим. Любая информация с его стороны обеими сторонами будет рассматриваться как деза. Пожалуй, и это можно было бы использовать в своих целях, вот только не мне – мозгов в такие игры играть не хватит. Единственный положительный момент – это подробная информация о подходах к замку демонов. Но что-то мне подсказывает, что актуальной сия инфа будет оставаться недолго.

Жизнь сотнику оставили по той простой причине, что бабуля лично заявила Шасгару: мол, будет недовольна, если зять Шиншиллочки пострадает. И что-то еще на ухо добавила, но я не расслышал.

Кстати, об ушастых. Саму Старшую Рода силком выпихивали в арку перехода. Бабуля советовала оставить ее, дабы демоны не расслаблялись. После ее слов выталкивание дроу приняло интенсивный характер. В общем итоге так и не выпихнули. Она вывернулась и с криками о рае для настоящей дроу бросилась наутек.

Моих ребят, к сожалению, отпустить сразу не получилось по той простой причине, что их не могли найти. Пока мы маму с бабулей искали, я про свою оперативную команду забыл, вот их под шумок и уволокли по камерам да особо удаленным покоям. Про расположенные под Светлым градом войска я на время решил забыть, так же как и про Налию. Не до нее сейчас.

В данный момент я направляюсь к одному из ушастого племени. Этот мелкий эльф среди прочих затерялся особо тщательно. Если б не Шасгар, до сих пор искал бы. Меня сопровождала Шиншилла. Мы ее нашли в ближайшей казарме. Шасгар пообещал всех казнить, если я эту озабоченную не приструню. Я проникся. Теперь таскаю дроу повсюду за собой, игнорируя ее обиженно надутые губки и возмущенно трясущуюся грудь. Последнее игнорировать было действительно трудно.

Я уже стоял у массивных дверей, когда услышал вопли и крики.

– Исчезни! Уйди! На помощь! – визжал Лель. – Только попробуй прикоснуться ко мне!

Лицо Шиншиллы напряглось, красные глаза сверкнули особо зловеще, а руки сжались в кулаки. Подозреваю, что я выглядел не лучше. Эльфенок ведь ребенок еще. Убью ту извращенку, что на пацана покусилась.

Сам не заметил, как снес двери. В полутемной комнате я увидел огромную кровать со столбиками по углам. К этим самым столбикам за ноги и руки была привязана симпатичная, но малахольная девушка. На мгновение она показалась мне знакомой, но, бросив взгляд на ее грудь, понял, что мы незнакомы. У ног девушки сидел несуразный мужик с пером в руке и усиленно щекотал девушке пятки.

– Пардон, дверкой ошиблись, – развернулся я спиной к парочке в намерении пойти искать Леля дальше.

Моим желаниям не суждено было сбыться. Шиншилла схватила меня за шиворот и развернула обратно.

– Это, – ткнула она в красную от смущения девушку, лежащую на кровати. – Это – Лель.

Я моргнул.

– А это, – теперь палец указывал прифигевшего мужика с пером в руках, – моя сегодняшняя жертва.

– Дан, – жалобно всхлипнула девушка.

Голос определенно принадлежал Лелю. У Леля есть грудь? Стоп. Додумать я не успел, так как сила вышла из-под контроля и я нечаянно приложил дядьку с перышком об стену. Восемь раз.

– Дан, не смей калечить мою будущую собственность! Лучше забери Лель, а я дальше сама разберусь, – показала клыки дроу.

И вправду Лель, признал я, пока отвязывал ее. Я очень торопился, потому как дроу на нас внимания уже не обращала, и когда я с эльфенком на руках с помощью магии ставил двери обратно, то услышал душераздирающие призывы о помощи.

– Что он тебе сделал? – спрашиваю у Лель.

– Его интересовал порог чувствительности эльфов. Чуть до смерти не защекотал, – уткнулась она покрасневшим лицом мне в грудь.

– Не понял, он что, тебя не… того?

– Нет, сказал, я слишком тощая для подобного, – обиженно всхлипнула она.

Не понял. Она на что сейчас обиделась: на то, что ее не попользовали?

– Э… – многозначительно протянул я.

– Он во мне вообще женщину не видел. Только предмет исследований, – разрыдалась она.

Я, конечно, понимаю, что у девчонки стресс, но, может, я тоже в шоке! Я вообще думал, что она – это он! И как мне успокаивать ее, когда сам не в ладах с родными нервами? Как вообще женщине рот заткнуть, когда она рыдает? Ненавижу женские истерики. Вот после этого сразу в эльфенке бабу признал. Удивительно, что раньше не замечал. Да как же ее утихомирить-то? Лично я знаю только один гуманный способ. Пришлось поцеловать.

Почувствовал себя извращенцем. А еще идиотом. Мало того что я с трудом признаю Лель девицей, так еще и узнаю об этом только спустя столько времени.

То-то она все больше вокруг бабули крутилась, с нами никогда в кустах не уединялась, в реке не купалась. Стоп! Это что, бабуля все знала? И тогда, у оборотней, тоже, что ли?

Ну, родственники, будь они неладны! Это батя-то у меня Темный Властелин? Местные явно плохо знают бабулю.

Шасгар (он же Повелитель демонов Шасгарезар)

Повелитель демонов был раздражен и вымотан до предела. Еще пятьсот лет назад он жаловался на скуку. Потом начались проблемы, и скука была развеяна. Намечалась война, что также не способствовало росту бича всех древних существ. И вот совсем недавно появилась эта женщина.

Шасгар давно уже не мальчишка. Он один из древних. Тогда почему же он ведет себя как мальчишка рядом с этой женщиной? Почему он помогает своим врагам? Почему согласился оставить у себя наследника?

Впрочем, про наследника и так все понятно. Она лично попросила приглядеть за внуком, пока не разберется со всеми делами. И он согласился. Согласился, несмотря на странное и непонятное желание оставить вместо мальчишки ее.

А ведь с мальчишкой в замке остались его спутники. Светлые и темные. И они уже успели натворить дел. Маг попытался взломать сокровищницу. Из-за дриады перессорились почти все сотники. Гном пытался допрашивать чертей. Вампир меланхолично отдыхал в своей комнате. Про странную дроу вообще упоминать не стоит. Радует, что нашлась эльфийка. Угнетает, что придется искать нового руководителя исследовательского центра магических существ. Говорил же, что наука погубит несуразного демона. Полный бардак в цитадели демонов выводил из себя Повелителя. Он уже был готов кого-нибудь убить. В итоге во всем виноваты бабы.

Заговорщики

– Первый, – обратился к старшему товарищу Третий. – Второй пал. Пора переходить к завершающей части плана.

– Рано, демоны не дали ответ.

– А что говорит демоница, через которую мы ведем переговоры?

– Она не выходит на связь.

– Первый, мы не можем более медлить.

– Хорошо. Мы вполне способны обойтись и без демонов. Что с наследником?

– Захватить его в лагере не удалось. Агент доложила, что ее начали игнорировать, как только вся семья оказалась в сборе. Остается призыв.

– Третий, неладное что-то с призывами. Властительница на свободе, а Второй проиграл.

– На этот раз я лично буду контролировать процесс.

– Тогда через сутки.

Ирва

У меня не просто железные нервы, они у меня титановые. Только поэтому я не кинулась расчленять зятя, когда сделала работу над ошибками. Пришлось переключать внимание на призрака, коим оказался бывший советник зятя. Советника Азарушка упокоил, потому как тот пытался плести заговоры.

– И вот, представляете, я уже был готов открыть путь тьме в этот мир, как этот наглый мальчишка меня убивает. А его молодая супруга за этим спокойно наблюдает, – брюзжал призрак. – Ну и девы пошли нынче. Вот в наше время при виде крови дама падала в глубокий обморок или закатывала истерики. А эта? Спросила, что Властелин желает на ужин и как он собирается убирать пятно от моей крови с ее любимого ковра!

– Да, непорядок. Я бы этого нахала вообще не кормила, потому что врагов надо убивать вне дома, убирай потом за ними, – покачала я головой.

– Эх, не понять вам, Ирва. Вот раньше было время, – не согласился советник.

– Так вы один здесь такой неприкаянный? – осторожно интересуюсь.

– В том-то и дело, что не один. Да разогнали нас по дальним пристройкам. Властительница лично и изгоняла. Она, когда беременная ходила, такая нервная была, видите ли, ей не нравился могильный холодок, что нас повсюду сопровождает, – скорбно вздохнул призрак.

– Здесь позвольте возразить и встать на сторону дочери. Здоровье наследника прежде всего.

– Да я не спорю, – отмахнулся призрак, – но за что так жестоко-то? Она же бранилась, аки сапожник.

Доча может, это да.

– С вами так несправедливо поступили! А ваш Властелин даже не заступился, – сочувственно вздыхаю. – Он так со всеми призраками?

– Да.

– Предлагаю отомстить.

– Как? – заинтересованно взглянули на меня призрачные глазницы.

– Изощренно, – злобно ухмыляюсь.

Вообще бывший советник выглядел как добродушный колобок. Мерзкий при жизни характер претерпел некоторые изменения.

Вместе с призраком мы разработали план. Зятю ошибки в русском языке я не прощу. Да он даже знаков препинания не расставил, где надо!

– Но постойте, вас только ошибки обижают? – встрепенулся призрак. – То есть сам факт наличия ваших надгробий не беспокоит?

– С чего бы? Красиво же. Например, золотая статуя в полный рост очень даже натурально выглядит. Не знала, что в этом бесчувственном мужлане такая творческая жилка имеется. У него, наверное, тонкая душа художника.

– И вас не беспокоит, что Темный Властелин искренне желает вашей смерти? – округлил глаза призрак.

– Ну какой же зять не мечтает о скорой кончине тещи? Это же такой удобный способ держать себя в тонусе. Да не переживайте вы так, вам уже нечего бояться. Вы, главное, придерживайтесь своей части плана…

А потом с помощью призрака я нашла путь к своим покоям.

Утром прибегали слуги, звали завтракать. Завели в какой-то лабиринт и бросили. Позвала на помощь призраков. Вывели, за что им большое спасибо: отдельные камеры для личного пользования и цепи новенькие.

– Доброе утро, – радостно провозглашаю, входя в огромную столовую.

– Ирма Львовна? – удивился зять.

Нет, Лермонтов. Как же приятно наблюдать крах надежд родного зятя! Но он еще не осознает степень своей беды.

– Азарушка! – воскликнула я, наблюдая, как он морщится.

Явственно слышится зубовный скрежет.

– Доброе утро, мама, – улыбается дочка.

Ах ты, мое солнышко лучистое! Настроение повысилось.

– Мариночка, солнышко, у меня сегодня та-а-акая ночь была, – присаживаюсь на свободное место поближе к родственникам. – Я тут двери перепутала. И нечаянно в кабинет твоего мужа попала. А так в дамскую комнату хотелось – страсть.

Марина недоуменно уставилась на меня. Зять насторожился. Правильно, кстати, сделал. Если ребенок еще не понял, к чему веду, то это лишь дело времени. И судя по физиономии вредителя, ему бы не хотелось открывать жене свою маленькую тайну.

– И вы нагадили на важные документы? – вскинул он бровь.

А вот по себе не судят.

– Фи, Марина, у твоего мужа ни образования, ни манер. Что за моветон? Где ты его откопала? Впрочем, можешь не отвечать, я уже вижу, в каких ужасных условиях ты живешь, – презрительно морщусь. – В собственном кабинете – и то стены картонные. Чуть надавишь – падают.

И внимательно так наблюдаю реакцию зятя. Он весь напрягся, побледнел, так бы и убил меня. Да вот беда – нельзя.

– Рина, душа моя! Ты, кажется, хотела навестить нашего сына? – попытался перевести разговор вредитель.

Так я ему и дала это сделать.

– А может, мне все это приснилось, – задумчиво смотрю в пространство. – Гробы и постаменты. Надгробия и надписи. К чему собственная могила снится?

Азарушка вздрогнул.

– Надписи? Какие надписи? – заинтересовалась дочь.

– Ирма Львовна, я приготовил подарок по случаю вашего прибытия, – рявкнул зять.

У меня аж в ухе зазвенело. Была бы в своем прежнем состоянии, скончалась бы от разрыва сердца по причине испуга.

– Доча, чего это твой вредитель такой нервный? – осведомилась я.

– Мама, не цепляйся к Азару, пожалуйста, – попросил ребенок.

И лишать себя такого удовольствия? Ну нет, я еще не готова.

– Доча, и мыслей не было. Я же все по факту, ничего лишнего.

– Азар, ты не говорил мне, что собрался устроить сюрприз, – удивилась дочь.

– Ну, это же сюрприз, – улыбнулся вредитель. – Фактор неожиданности.

– Посмертный, – буркнула я.

А это идея. Что, если неожиданно… Нет, доча мне не простит покалеченного мужа.

– Что? – рассеянно спросил ребенок.

– Я говорю, мне действительно стоит пообщаться с зятем наедине. Он, конечно, чурбан неотесанный, особо агрессивный индивид с замашками мирового правителя, но, думаю, это излечимо. Теперь я буду жить с вами и смогу исправить некоторые негативные черты характера твоего мужа.

Лицо зятя надо было видеть. Но мне не дали насладиться этим удовольствием. Весь кайф, как говаривал внук, испортил муж.

В столовую вошел мелкий тролль, объявил о прибытии Светлого Императора. После чего Ваня предстал перед нашими очами. Какой же он все-таки красивый! Слишком смазливый. Как вспомню, сколько баб пришлось отвадить, так злость берет.

– Здравствуй, дочь, – кивнул он Мариночке. – Азар…

Вредитель кивнул в ответ.

– Ирма, – устремил он на меня свои небесные очи.

– Сгинь, нечистая сила, – открестилась я.

– Ирма, нам надо поговорить.

– В суде говорить будешь, – отмахнулась я. Ну уж нет, я не взяла с собой Тефалю.

– Мамочка, пожалуйста, поговори с папой, – попросил ребенок.

– Доча, не выросла еще маме указывать, – вздернула я бровь.

– Да, мама, – вздохнула она пристыженно.

– Ирма Львовна, – попытался было вякнуть что-то вредитель.

– Человек, который делает в одном слове пять ошибок, не имеет права что-либо мне говорить, – строго взглянула я. – Азар, тебе явно стоит возобновить уроки. Начнем сегодня же. Ну а ты, чудо, пойдем. Пообщаемся.

Глава 28

Ирва

– Азарушка, предоставь нам уединенное, звуконепроницаемое помещение для разговора, – ласково обращаюсь к зятю.

У мужа заалели щеки.

– Ирма, я, конечно, знаю, что ты по мне соскучилась… Но, может, подождем более удобного случая? – вопросил он эротично.

Тут у меня на нервной почве вилка выскользнула из рук. Честно-честно.

– Мама, ты чуть не убила папу, – сообщает дрожащим голосом бледная дочь.

– Доча, сама не знаю, как получилось. Рука соскользнула, – киваю я в сторону вилки, что торчала рядом с головой супруга.

В общем, предоставили нам кабинет вредителя, предварительно убрав все острые предметы. Зря, я второй раз вдовой становиться не собираюсь, мне, может, более интересная идея в голову пришла.

Смотрю я на своего мужа и тихо млею. Красив, паршивец. Золотистые кудри, некогда любимые правильные черты, ясные очи, руки с аристократичными пальцами. И длинные уши.

Странное все-таки человек существо. Вот я, например по идее должна злиться на мужа за то, что сбежал от меня. Ан нет, на это я не злюсь. И вроде бы за предательство должна его ненавидеть – опять же по этому поводу не чувствую негатива. Пустота. И ведь не люблю его уже. Пусть он и остался самым прекрасным мужчиной, которого я когда-либо видела, пусть не утратил своего обаяния, я же чувствовала лишь раздражение. И не потому, что он предал меня когда-то, а потому, что у него уши как у зайца! Не спорю, смотрятся они симпатично, но менее раздражать меня от этого не стали.

Опять же, когда я увидела Шасгара в его втором облике, я не почувствовала того же раздражения. Пусть он парнокопытный, рогатый и хвостатый, зато уши у него нормальные. И нос кривой, и грудь волосатая, и плечи широкие, и вообще он далек от идеала, коий представляет мой муж, но почему-то вспоминала я сейчас настойчивого демона и с удивлением понимала, что муж меня более не интересует. Эх, прошла любовь, завяли помидоры… Может, все-таки согласиться на предложение этого парнокопытного? Право слово, не девочка уже, много лет как не девочка, и мужского тепла не хватает. Почему бы и нет, тем более у меня теперь тело юное, про душу вообще молчу, она у мня и не старела никогда. Да и Шасгар – партия хорошая. Единственное, что могло бы меня смутить, это его копытность и рогатость. Так и это можно в достоинство превратить, это ж и скотина в доме, и мужик. Мечта просто.

– Ирма, ты меня слушаешь? – раздраженно вякнул пока еще муж.

Как непривычно слышать свое имя, не исковерканное местным говором.

– По большей части. Твои пространные извинения меня не интересуют, – вздохнула я. – Давай уже перейдем к сути вопроса.

– Спасибо тебе за дочь, – вдруг сказал он.

Я молчу. Зря Маринка у меня половник забрала.

– Ирма, мне действительно жаль. И поступил я так лишь во благо тебе. Ты, которую я знал раньше, не смогла бы выжить при дворе.

Молчу. Тефалю бы сюда…

– Но сейчас… ты изменилась. Стала сильной, сильнее, чем была. Мудрой. Прекраснейшей из женщин.

А раньше, значит, была не прекраснейшей? Серединка на половинку, что ли?

У меня на языке вертелось столько язвительных реплик, но усилием воли я затолкала их обратно. Не могу его осуждать, ведь я прекрасно понимаю, каково это, оказаться в другом мире – без знаний, без возможностей, без привычной власти. Понимаю, каково было ему, правителю. И я была благодарна за те годы, что мы провели вместе. Я не считаю, что потратила на него молодость зря, благодаря ему я изменилась, повзрослела, благодаря ему у меня есть Мариночка. Что эти семь лет из моей богатой событиями жизни?

– Сейчас я могу не бояться за тебя, – улыбнулся он и коснулся моего запястья. – Ты молода и бессмертна, такую правительницу светлые примут, пусть ты и человек.

Я аж подпрыгнула от неожиданности. Какие светлые? Не нужны мне никакие светлые, мне у демонов еще военные реформы проводить и знакомить население с картошкой!

– Мы вновь будем жить вместе, – радовался непонятно чему муж, – и Рина наконец перестанет себя чувствовать сиротой. Да и Дану полная семья сейчас только на пользу. Дедушки в жизни юношей играют важную роль, наравне с отцами.

Не стоит говорить Ване, что дедушек у внука всегда хватало, уж я об этом позаботилась.

– Ваня, я хочу развода, – тихо сообщаю я.

За дверью кабинета зятя, где мы вели семейные разборки, что-то грохнуло.

– Нам снова будет хорошо вместе, вот увидишь, – не услышал меня муж. – …Что?!

– Хочу развода, говорю! – кричу я, приблизив губы к длинному уху почти бывшего мужа. Ох ты ж, Лермонтов, глуховат муженек-то. Неужто стареет?

– Не понял, – мявкнул почти бывший благоверный.

– До моих студентов быстрее доходило, – возвела я очи горе.

Но тут врывается зять.

– Ирма Львовна, – вякнул этот коврик.

– Беспардонный ты человек, Азарушка, – тяжко вздыхаю. – Не видишь разве, мы тут семейную трагедию разыгрываем?

– Азар, не лезь, – попыталась ухватить его за руку Мариночка.

– Рина, не мешай! – грозно рыкнул паршивец.

– Не смей на моего ребенка рычать! – встряла я для общей сумбурности.

– Ирма Львовна, позвольте полюбопытствовать, где вы собираетесь жить после развода? – напряженно вопросил муж моей дочери.

– Здесь, – пожала я плечами и обвела окружающее пространство глазами.

– Нет! – покраснел зять.

Надеюсь, это был крик души.

– Ванриэль, будь мужиком, забирай свою жену домой, и разбирайтесь там! – рявкнул вредитель.

– Ваня, с каких это пор у нас зять право голоса имеет?! – ужаснулась я степени распущенности.

– Мама, прошу, не оскорбляй моего мужа, – встрял ребенок.

– Доча, имей совесть, – возмутилась я.

– Азар, не указывай мне, молод еще, – рявкнул почти бывший.

– Ирма Львовна, с нами жить вы не будете! – категорично заявил вредитель.

– Мариночка, я тебе говорила, что муж у тебя жмот и скупердяй? – деловито поинтересовалась у дочки.

– Мама, Азар вовсе не то имел в виду, – попыталась встрять доча.

Но мне порядком уже надоел семейный галдеж.

– Азар, – серьезно смотрю на зятя, – поговорим? Без свидетелей, – основательно устроилась в кресле, кивая на потайную дверь, за которой таилась моя недавняя находка.

Кем бы зять ни был, но дураком никогда не слыл, даже у меня. Мой тон он различил и сразу же проникся.

– Рина, Ванриэль, думаю, нам всем стоит остыть, – проявил чудеса дипломатии вредитель.

– Со своей женой я сам разберусь, – попытался грозно насупиться почти бывший.

– Я с тобой сейчас вообще разговаривать перестану, – обиделась я.

– Ванриэль, позволь помочь. Поверь, своей семье я зла не пожелаю, – сделал честные глазки зять. Я бы ни в жизнь не поверила.

Дочь промолчала, видно, мой тяжелый взгляд передавил ей голосовые связки. В итоге от лишних ушей мы избавились.

– Слушаю вас, Ирма Львовна, – откинулся в кресле вредитель.

– Экий ты деловой. Ну да ладно. Предлагаю тебе перемирие на тот период, пока мы не устраним угрозу нашей семье, – начала я.

– И чего же вы потребуете взамен? – ехидно интересуется он.

– Ты поддерживаешь меня при разводе с мужем и отписываешь в мое личное пользование кое-какую свою земельку, – махнула я рукой.

– С чего вы взяли, что я ради недельного спокойствия пойду на такие жертвы? – спокойно возразил он.

– Во-первых, потому что Марина меня поддержит, – привела я первый аргумент. В доче я не сомневалась, она сейчас чувство вины испытывает, так что один голос у меня есть. – Во-вторых, Данюша также на моей стороне. В-третьих, я не побоюсь грязных методов и переругаю тебя и семью. Я прекрасно знаю, как сильно ты их любишь, но, Азарушка, покушения на свою жизнь просто так простить не смогу.

– Вымысел, – по-прежнему спокойно отвечал зять. – Не докажете.

Вот он, мой зять. Теперь верю, что он какой-то там Властелин. Почти уважаю мужика, правда, ему об этом не признаюсь и под пытками.

– Ты так в этом уверен? – усмехнулась я. – Впрочем, мне не обязательно что-либо доказывать, достаточно заострить на этом внимание внука. Пока он не пытался анализировать некоторые события, но, поверь, стоит мне заикнуться, и ваши отношения испорчены. А ведь за сыном пойдет и Марина. Она уже и так многим пожертвовала ради него, что стоит матери бросить мужа ради счастья любимого ребенка?

Я говорила и наблюдала за зятем. Всегда хотела поговорить с ним начистоту. Жаль, Тефаля не со мной.

– Вы блефуете, – сощурился Азар.

– Желаешь проверить на собственной шкуре?

– Как только вы попытаетесь мне навредить, я уничтожу вас, – заявил вредитель.

– Ты уже пробовал, – фыркнула я и тихо порадовалась, что моих вспотевших ладоней он не видит.

– Ну а если все же вам не поверят?

– Поверят, я тут твои художества всю ночь по углам прятала. Так что теперь это мой компромат против тебя, – сообщаю радостную весть. – Чуть только я чихну, о нем тут же сообщат Марине.

Зять спал с лица, потом покраснел, почернел и, наконец, сорвался со своего насиженного места и рванул к потайной двери. Нажатие рычага – и вот стена зияет черным провалом. Щелчок – и неровный свет озаряет огромную и абсолютно пустую комнату. Я даже пыль протерла – убираться так убираться.

– Одна вы вряд ли смогли бы все это провернуть, – бормотал несчастный. – Кто вам помогал?

– Тимур и его команда, – отрапортовала я.

Дан

На кой я полез к этой ушастой любительнице маскарадов? Я вообще чем думал в тот момент? Нет, ну понятно, что ушами, но можно было так себя и не насиловать! А с другой стороны, вряд ли бабуля оценила свернутую челюсть Лель.

Думаете, чего я так убиваюсь? А вы попробуйте целый день скрываться от сумасшедшей эльфийки, серьезно помешанной на браке. И все из-за чего? Да по глупости, как всегда! Я терпеть не могу женские слезы и истерики, мне проще заткнуть рот поцелуем, чем выслушивать эти жуткие стенания. Кто же знал, что у этой ненормальной крыша поедет.

Мало того что она во вкус вошла, – еле отбился. Я в процессе успел почувствовать себя извращенцем, потому как пусть она и девушка, но все еще дите неразумное, которое я долго воспринимал как младшего брата. Вдобавок она плоская, как доска. Что бы там ни говорили, а это только в книгах бравый герой после долгого путешествия бок о бок с героиней, переодетой в пацана, будет ее любить и хотеть. А может, этот герой по более взрослым дамам встревает? Или, как я, по более рельефным? Мне что, резко вкусы и предпочтения менять, что ли, в угоду канонам? Фиг вам!

Я не думал, не гадал, что это чудо ушастое потребует на ней жениться после такого. А ведь предупреждала меня бабуля: «Выбирай баб правильно, чтоб здоровая на голову и остальные части пользования была». Моя нежная нервная система как-то не рассчитывала наткнуться на реликт, который после одного поцелуя (который таковым можно назвать с натяжкой) заорет во всеуслышание о свадьбе. Да если бы в нашем мире каждая девушка в моем окружении так считала, у меня бы гарем был, который фиг бы я прокормил, а многих вообще не упомнил.

Вот и приходится мне доблестно отсиживаться в ванной у Шасгара. Он меня, кстати, сам сюда запихнул, я пообещал ему поговорить с бабулей на тему их совместного свидания.

А если я пообещал, значит, поговорю. Вот только фиг им, а не свидание! Наивный огурец, он что, реально верит в то, что я приму его как очередного бабушкиного ухажера? Я еще от старого деда не избавился, а мне тут новый пытается на уши присесть. Совсем народ оборзел, вьются вокруг бабули и вьются, только успевай избавляться. Нам с ней никакие деды не нужны, нам и вдвоем неплохо.

Вообще, я не против Шасгара, он не абы кто, а Повелитель, пусть и бомж в перспективе. Меня другое смущает. А если он на ней жениться соберется? Оно мне надо? Она ж тогда вся в новую семью ударится… Нефиг, категорично никаких новых дедов нам не надо. И Шасгару о моих размышлениях знать не стоит, мне еще от бешеной Лель прятаться.

– Дан! – пронеслось по коридорам. – Выходи, любимый! Где же ты?

– Слушай, давай я ее убью, а потом скажем, что так и было? – посмотрел на меня Повелитель демонов.

Да, да, в ванной мы сидели вместе. Почему именно здесь? А место оказалось самое защищенное от поисковых заклинаний. Почему с Шасгаром? Так Лель и его вопросами о моем месторасположении уже достала. В общем, сидим мы с ним, переглядываемся, носа не показываем. Он меня про бабулю выспрашивает, я его про магические штучки-дрючки. Короче, мы развлекались, как могли.

– Бабуля не оценит, – привожу весомый аргумент против.

– Лучше вообще ничего говорить не будем, – менее уверенно заявляет он.

– Тогда совсем кранты, нам еще и за утаивание важной информации влетит, можешь мне поверить, – вздыхаю с сожалением.

– Ты зачем вообще с ребятенком связался? – вдруг сменил тему разговора демон.

– В моем мире к этому как-то проще относятся, – пожимаю плечами.

– И Ирва? – задумчиво смотрит на меня Шасгар.

Это в каком смысле?

– Нет, что ты, бабуля старой закалки. В ее время до свадьбы невеста могла жениха вообще не видеть, не говоря уже о других мужиках. – Что там еще, кроме мамонтов, было? – Родители сговаривались. А так паранджу вообще не снимали, да.

Кажется, я перегнул палку. Судя по злющей роже демона, он догадался, что я ему некачественный доширак вокруг ушей наматываю.

– Парень, ты, может, и наследник тьмы, да только до бабушки тебе далеко. Мог бы уже давно научиться талантливо врать, с такой-то учительницей, – рыкнул демон.

– Бабуля говорит, что врать нехорошо, – решил я отмазаться.

– Эта женщина вообще слишком много говорит, – возмутился Шасгар.

– Не тронь бабулю, она святая, – по привычке ляпнул я.

Заговорщики

Первый тщательно выверял круг призыва. На этот раз все пройдет гладко, без ошибок. Неподалеку раздался леденящий душу вой. По спинам приспешников пробежался холодок, но ни один не признался бы в своей слабости. Никто не знал, но даже Первый побаивался тех тварей, что они успели создать.

Задумка с демонами провалилась, связи с ними нет, самих демонов тоже нет. Приспешники наконец смогли выяснить происходящее. Оказывается, старуха, с которой хотел договориться Первый, оказалась не кем иным, как матерью Властительницы. Следовательно, она имела непосредственную связь со Светлым Императором. А этого царственного гада Первый знал очень хорошо и представление о семейке Императора также имел.

– Первый, пора начинать, – тихо подошел Третий.

– Что ж, друг мой, выпускай тварей, – дал отмашку Первый. – Ну а я займусь призывом.

– Первый, скажи мне, ради чего ты стремишься разрушить баланс? – вдруг серьезно спросил Третий. – Мои причины очевидны, я не нужен в мирное время, война между нашими империями вновь возвысит меня среди прочих. Но твои мотивы я так и не осмыслил.

– Они слишком велики, – расплывчато ответил Первый. – А может быть, я просто ненавижу темных.

Третий усмехнулся, прекрасно понимая абсурдность сего заявления.

Ну а Первый не стал объяснять Третьему настоящие цели. Он лишь желал власти и мести. Абсолютной власти и абсолютной мести.

Но хватит болтать. Первый начал читать заклинание призыва наследника, и еще пятнадцать приспешников вторили ему дружным хором.

Ирва

В самый разгар переговоров между мной и зятем в дверь постучали.

– Все вон! – рявкнул раздраженный вредитель. Я, впрочем, тоже не была в добром расположении духа.

Мы с зятем как раз находились на стадии жарких земельных дебатов. Но неизвестный смельчак не внял рыку вредителя, и дверь разлетелась в щепки. Жаль дверцу, хоть дерево, из которого она была сделана, и неизвестно мне, но качество я могу на глаз определить.

Так вот, врывается в кабинет внук с бешеным взглядом напакостившего кота. За ним несется Шасгар, за демоном – Ваня, а за почти бывшим – дочка. Мы везем с собой кота…

– Бабуля! – орет кровиночка.

– Сын! – пытается поймать его доча.

– А ну, стой, пакостник мелкий! – ревет грозно демон.

– Только тронь внука, я тебе войну объявлю! – пытается остановить демона эльф.

Это то, что называют большой дружной семьей? Но примерно то же самое можно наблюдать в домах для умалишенных, причем особо буйных.

– Стоять! – рявкаем с вредителем одновременно.

Мы переглянулись, обоих передернуло.

– По порядку: кто, от кого, почему, – распорядился зять.

А он действительно разумен.

Молчат.

Я решила сама разобраться в ситуации.

– Сейчас я каждому задам вопрос, и, если ответ мне не понравится, последует наказание.

Стандартная процедура, которую внук не проходил уже лет пять. Для тонуса решила начать с родной кровиночки.

– Данюша, где пожар? – ласково начинаю я.

– Ба, я это… ну, того… – начал краснеть потомок.

– Получишь, – перешла к угрозам.

– Либо сам сознаешься, как мужчина, либо я тебя как нашкодившего мальчишку сдам, – встрял Шасгар.

Демон, кстати, времени зря не терял и медленно, но верно приближался к нам с внуком. Я, решив спасти ребенка, ухватила его за ухо и дернула к себе за спину, вроде как и мера наказания, но и добраться теперь до него можно только через меня.

– Так что ты натворил? – грозно перевожу взгляд с Шасгара на потомка.

– Я взорвал его замок, – краснея, отвечает внук.

– Может, зря я тебя в армию не отправила? – задумчиво спрашиваю. – Глядишь, и вышел бы из тебя приличный подрывник?

– Мама, ты хотела отправить моего сына в армию? – с ужасом смотрит на меня дочь.

– Любимая, выйди, – вдруг бледнеет Азар.

– Весь Хаос бездны! – Не менее красочное выражение на лице у Шасгара.

– Ирма, отпусти Дана! – орет почти бывший.

Тут-то я и почувствовала знакомые ощущения. Испуганно смотрю на внука.

– Азар, ты можешь пробиться? – слышу отдаленно.

– Барьер! Три ступени, – кричит кто-то.

– Судя по всему, у автора убогая фантазия и совсем иссякли идеи, – грустно замечаю я. – Тефаля!

Дан

– Судя по всему, у автора убогая фантазия и совсем иссякли идеи, – печально вздыхает бабуля. – Тефаля!

«Автор» – это судьба в бабушкиной интерпретации. Бабуля у меня ярая атеистка, как она говорит, но при этом поразительно сильно верит в судьбу. С той же силой она верит в то, что свою судьбу можно изменить. Она верит, что судьба диктует для нас текст жизни, своеобразные уроки, но мы вполне можем сымпровизировать, сократить, найти синоним, допустить ошибку.

Мерзкое ощущение в области желудка все больше усиливалось. Я вижу кипиш, но не понимаю его причин, с чего вдруг все так в лице поменялись?

– Внук, нас сейчас перенесет в неизвестную даль, ты не пугайся, – только и успела сказать она.

И нас действительно перенесло. Афигеть, это и есть призыв?

– Опять эта женщина?! – слышу возмущенные голоса сквозь призму самых разнообразных тошнотворных ощущений.

– А второй раз не так уж и тяжело, – слышу веселый голос родной бабули.

В замке Темного Властелина

В замке Темного Властелина повисла гробовая тишина.

«Попались, голубчики», – подумал Темный Властелин.

«Убью, – подумал Повелитель демонов. – Я только нашел повод заставить эту женщину быть со мной, и она вновь исчезла. Убью».

«А Дан-то весь в Ирму, – подумал Светлый Император. – Что, собственно, здесь забыл демон? И без него в семье проблем хватает».

– Я не поняла, – озвучила мысль Властительница. – Чего мы, собственно, стоим, кого ждем? Почему попыток спасти мою маму и моего сына не наблюдаю? – более нервно, чем обычно, вопрошала она. – Мужики вы или где? Быстро вернули мне семью!

Мужчины прекратили думать и принялись за магическое действо. И тут-то выяснилось страшное обстоятельство. Барьер призыва был настолько силен, что вскрывать его придется целый час. Этот самый час бабушка и ее внук остаются без поддержки.

– Как же мне надоели ее побеги, – вдруг вздохнул Повелитель демонов. – Я отправляюсь за армией. Азар, как взломаешь барьер, сообщи мне координаты, я вместе с армией прибуду на место. Так уж и быть, помогу тебе с предателями.

И тут же исчез. Ну а Светлый Император послал магическую весточку своей службе магов, дабы они немедленно отправлялись всеми легальными и нелегальными переходами в замок Темного Властелина. Темный же Властелин послал доверенное лицо, дабы оно вернуло собранную тещей армию на Темные Земли. А что? Очень даже практично.

Глава 29

Ирва

Опять призыв и опять я во главе планеты всей! Никакого разнообразия! А, нет, ошиблась – лица новые, что, собственно, неудивительно. И что тут у нас?

– Деда? – удивленно воскликнул внук.

– Который? – вырвалось у меня. – В смысле, где? – успела поправиться я.

– Да вон, в красном балахоне. Уши торчат, чуть капюшон приподнимают, лицо видно, – невоспитанно ткнул пальцем в сторону предполагаемого родственника внук.

– А ведь и вправду похож, – хмурю брови.

– Бабуль, я, кстати, не понял, это вообще че щас происходит?

Когда внук нервничает, у него резко портится речь.

– Данюша, я тебе сколько раз говорила: прекрати коверкать родной и могучий, – хмурюсь я.

– Ба, я будущий Властелин, мне можно, – заявляет это чудо.

Я поперхнулась.

– Прелесть какая, уже сказывается тлетворное влияние твоего отца, – всплеснула руками.

– Я вам не мешаю? – вмешивается похожий на мужа субъект.

– Мешаете, – быстро ответила я.

А что? Я всегда была честной.

– И что только в тебе Ванриэль нашел? – сплюнул невоспитанный индивид.

– А вы, собственно, к моему мужу какое отношение имеете? – заинтересовалась я.

– Я его младший брат, Витаэль, – представился собеседник.

– Виталик, значит… Стоп! Брат? – прищурилась я.

Сопоставив некоторые факты и предположения, я пришла к неутешительному выводу, точнее, к двум. Первое: к мужу я не вернусь однозначно, его родня мне дико не нравится. Второе: если этот обделенный фантазией субъект окажется тем самым гадом, что семье на протяжении долгого времени вредит, мой муж лишится родственников вообще!

– Бабуль, так он мне двоюродный дед, получается? – прервал мои мысли внук.

– Нет, Данюша. Не жили богато, нечего и начинать. А вы, собственно, к нам по какому вопросу, уважаемый? – решила я сыграть.

Помещение было переполнено людьми, но нашему диалогу это не мешало. Одетые в балахоны личности старались издавать как можно меньше шума, что им с легкостью удавалось. Они хоть дышат там? А то стоят в полусогнутом положении, как истуканы, только капюшоны подрагивают.

– Наглая женщина, – морщится родственничек. – Тебя не смущает твое положение?

– А ты объясни подробно, какое оно у нас? – тяну время, краем глаза замечая, что внук пытается что-то сотворить с надписями на полу.

– Бабуль, я не могу пробиться сквозь барьер, – шепчет мне на ухо Дан.

Тефалю бы сюда, да вот беда – не успела святая сковородка на призыв откликнуться. И ладно бы сковородка, где зять с мужем, я спрашиваю? Защищать Данюшу и меня – их прямая обязанность. Все самой, все самой!

– Наследника я использую в ритуале, который навечно разделит темных и светлых. Ну а тебя отдам на съедение своим зверушкам, – тем временем радостно вещал родственничек.

– Для справки, – встреваю я. – Чем тебе, Виталик, так дружба между народами не угодила?

Сама оглядываю местность, решая, куда бы пристроить свое бренное тело. Увиденная панорама радости не принесла. Да это издевательство какое-то, у них даже пещера похожа! Какие-то каракули на полу, подозреваю, что магического происхождения, иначе бы Данюша уже давно мог бы выбраться за их пределы. Я же нервно наматывала круги вдоль границы барьера, стараясь незаметно проверить парочку своих теорий. Как и ожидалось, история повторяется. Я, в отличие от внука, каких-либо препятствий вообще не ощущаю. Еще в прошлый раз я об этом сообщила доче, та объяснила: так как я человек, не владеющий магией, мне подобные барьеры, предназначенные исключительно для магических существ, абсолютно безвредны. Врагу об этом знать не полагается, я внука одного не оставлю, так что усердно делаю беспомощный и испуганный вид. Чувствую, у меня это плохо выходит. Нет, я действительно напугана, все-таки любимому потомку различные опасности грозят. Но помимо страха я испытываю бешеную ярость. Как смеют эти длинноухие мутанты угрожать моим родным? Для меня, выросшей сиротой, семья священна. И различных вредителей семейного спокойствия нужно давить.

– Тем, что это ненормально, дружба между народами, – решил выговориться новоявленный родственничек.

Кто он мне там? Деверь? Воистину, правду говорят: любимая родня та, что живет на другом краю света. Точно от мужа уйду, у него родственники больные на голову.

– Темные – мерзкие по своей природе существа. Без принципов и законов! Одно то, что они темные, уже должно караться смертью. Но ведь мой рохля братец этого не видит. Даже своего бастарда темным отдал, – сплюнул смертник.

– Бабуль, можно я его урою? – тихо интересуется внук.

– Данюша, для семьи все можно, – еле заметно киваю.

Неадекватный родственник продолжал вещать. Бредни не совсем здравомыслящей родни мне слушать не хотелось, но обстоятельства были сильнее.

Тем временем внук морально готовился к… А к чему он, собственно, готовился-то?

– Бабуль, я, конечно, могу сейчас напрячься, но потом все будет довольно печально. Либо нас укатают по причине беззащитности, либо по причине разрушения гостеприимных апартаментов, – продолжал еле слышно вещать любимый потомок.

– Дан, иногда ты говоришь на совершенно непонятном языке, – осуждающе качаю головой.

– Вы меня вообще слушаете? – взревел обиженный деверь.

Мне ему правду ответить или пощадить чужие нервы?

– Я вся внимание, – серьезно киваю. – Просто отвлеклась на мгновение, размышляя над нашим географическим положением. Не подскажете, где мы находимся?

– На Сером материке, – машинально ответил Виталик. – В единственной на всем материке крепости, построенной еще во времена заселения.

Как будто мне это что-то дало. Впрочем, примерное местоположение мне известно, а способы выбраться отсюда можно придумать чуть позже.

– Благодарю сердечно, – улыбаюсь ласково. Что ни говори, а как ты с человеком общаешься, так и с тобой разговаривают.

У братца моего мужа правила этикета и благородная манера речи с молоком матери усваивались, это же рефлексы чистой воды. Так что ведем себя по-королевски, и, возможно, получим соответствующее обращение.

– Да что ты меня все время сбиваешь с мысли, презренная? – рявкнул Первый.

– Виталик, а это не ты, случаем, Старшую Рода дроу обидел? – резко меняю тему, так как вспомнила кое-что.

– Случаем я, но тебя это не касается, – скривился тот.

– Позволь с тобой не согласиться. Тут, понимаешь ли, вот какая штука. Небезызвестная нам дама оказалась большая оригиналка, и в порыве мести она отправляет своего обидчика в другой мир, – продолжаем тянуть время. – Как же так получилось, что в ловушку попадает твой брат?

– Я перенаправил удар на него, – просто ответил Витаэль.

– Другими словами, уже тогда ты стремился избавиться от Вани? – уточняю для порядка. – Да ты, голубчик, не националист, как я погляжу, ты просто жадный до власти мужчинка.

Кажется, я перегнула палку. Вон как трясется бедолага и глазищами сверкает яростно. А если случится что? Надо бы успокоить деверя, не дай Пушкин, случится что.

– Первый, она попросту тянет время, кончай уже с этим, – подошел к родственничку красный балахон.

Ого, да у нас тут налицо признаки акционерного общества. Причем закрытого. Ладно, пометку себе на будущее сделала, теперь можно и продолжить.

– Витаэль, позволь поинтересоваться, какие у тебя планы на нас? – и я наивно приготовилась слушать исповедь злодея.

– Убью всех, – коротко отмахнулся родственник.

– Так не пойдет, – возмущенно подпрыгнула я. – Тебя кто учил так злодеяния совершать? Надо же подробно объяснить, в чем жертва не права, чтобы она прочувствовала всю вину, страх и ужас, так сказать. После того как популярно объяснишь, какие мы плохие, как тебя никто не понимает, не любит и власти не дает, ты должен расписать нашу ужасающую участь. Обязательно в красках, это очень важно, – читала я лекцию начинающего злодея.

– А зачем? – задает он вполне логичный вопрос.

– Для морального удовлетворения, – назидательно отвечаю.

Дан

– А зачем?

Хм, мужик-то не совсем потерян для общества.

– Для морального удовлетворения, – важно отвечает любимая родственница. – Да и надо же как-то образ поддерживать.

Уже в который раз меня посещает тайная мыслишка, что если бы бабуля пошла в экономику, то уже давно владела бы нашим миром. К худу ли, к добру, но она выбрала филфак, и последователи теории мирового заговора потеряли в ее лице верного соратника.

– Какой, к демонам, образ?

Эх, не сталкивался мужик с понятием «заговорить зубы».

– Подумай сам, ты собираешься править миром. Так?

– Так.

– А правитель должен обладать харизмой. Харизма поддерживается образом. Вот и отрабатывай его. А мы послушаем.

Так, все, хватит это слушать. Мой мозг и так подвергался в последнее время жуткому перегрузу.

– Ну, если ты так хочешь знать, я расскажу тебе, – сдался мужик. – Твоему внуку я пущу кровь, совершая ритуал подчинения. Тогда сила Темных Властелинов перейдет ко мне. Ну а тебя отдам на растерзание моим монстрам, в частности, вожаку. Ему больше всех еды надо. Хоть так пользу принесешь, а то их давно не кормили.

Если у кое-кого харя сама не треснет, то я ей лично помогу по швам разойтись.

Пока бабуля общалась, я пытался понять, как отсюда выбраться. Ничего дельного в голову не приходило. Магия мне тут не поможет, во-первых, потому, что за прошедшее время я ничему действительно важному не научился. В конце концов, это только в книжке герои проходят курс молодого боевого мага за две недели, а я только взрывать и научился. А во-вторых, потому что именно здесь магия не действовала. Я уже и знаки пытался кроссовками стереть, и свою природную силу призвать. В конце концов, наследник я или нуб последний? Да вот что-то ни черта у меня не выходило, как не мог выйти за пределы барьера, так и продолжал натыкаться на нереально тугой воздух. Словно невероятно прочный полиэтилен. Думаете, уже стоит начинать бояться?

Все фигня, пока рядом бабуля. По крайней мере, так я думал до того момента, когда кто-то умный додумался ее у меня забрать.

– Попробуй достань, – между делом храбро заявила бабуля.

Отвечала она, кстати, не дедову братцу, а носителю красной тряпки. Фиг его знает, как эта шмотка называется.

– Не упрямься, презренная! – О, высокий слог попер, сразу видно, человек образованный. Но за наезд на бабулю он все равно ответит. – Мы можем привести сараагов сюда. И им барьер не помешает. Желаешь ли ты, чтобы тебя убивали на глазах внука?

А дядя знает, как надо правильно мотивировать. Уж для кого, а для бабули я святое. Вот и сейчас она напряженно замерла, размышляя о своем.

– Бабушка, – хотел было я ее успокоить.

– Внук, слушай и запоминай, – начала она быстро говорить по-русски. – Шутки кончились, сейчас тебе, как никогда, нужно вспомнить все мои уроки. Мы с тобой не зря классиков изучали, в них сила, Дан. Помни – я люблю тебя и горжусь тобой. Семья нас не бросит, так что не лезь на рожон. И не подпускай к себе тех двоих. Родственничек, конечно, представляет угрозу, но более опасен тот, другой. У него очень устойчивый психотип. Так что, внук, я тебя очень прошу: не натвори дел, пока меня не будет.

Она порывисто обняла меня и тут же отстранилась, шагнув вперед.

– Ну, уважаемые, извольте помочь даме, – усмехнулась она.

Родственничек что-то прошептал, и в барьере образовался проем, прямехонько рядом с бабулей, куда она незамедлительно шагнула. Я даже сделать ничего не успел.

И ее увели.

– Начинайте подготовку к ритуалу, – приказал оставшийся сообщник Первого.

– Мне что же, прямо сейчас кровопускание делать будут? – вознегодовал я.

– Можешь обращаться ко мне – Третий, – посмотрел на меня мужик. – Нет, ты нам понадобишься ближе к вечеру. Сейчас же отдыхай, набирайся сил.

– Слушай, Третий, а я тебя раньше не видел? – Что-то мне его рожа кажется знакомой. – Во дворце у отца.

– Возможно, – спокойно пожимает тот плечами.

И уходит, за ним потянулись остальные. А я остаюсь один на один со своим беспокойством. Опять бабуле грозит опасность. Эта мысль набатом раздавалась у меня в голове. В ушах шумит, в глазах темнеет, руки трясутся. Убью, всех порешу, и ничего мне за это не будет – я наследник. Потом вспомнил, что бабушка мне за излишнюю кровожадность может навешать подзатыльников. Я и так натерпелся во время путешествия и еще больше подставляться не собираюсь. Вроде успокоился, по крайней мере, уже не хочется биться головой об стену.

Но уродов этих я все равно укатаю. Хоть бабуля и велела ждать подмогу, но просто сидеть сложа руки я не могу. Надо будет, я эти каракули зубами выгрызу, лишь бы освободиться.

Ирва

Ну что я могу сказать? Допрыгалась ты, Ирма Львовна. Кончилось твое везение, голубушка. Вот как с Ванькой связалась, так оно и кончилось.

Тефаля-а-а!

Примерно так я себя распекала, пока меня вели на верную гибель.

– Стоп! – запнувшись в очередной раз, рявкнула я. – Витаэль, а ты ничего не забыл? – смотрю на него пристально.

– Нет, – схватил он меня за руку и попытался тащить дальше.

– А я тебе говорю – забыл, – топнула я ногой.

До чего дожила, истерики закатываю.

– Предсмертное мое желание исполнить забыл, – невозмутимо продолжаю, взяв себя в руки.

Меня попытались на месте уничтожить взглядом.

– Первый, что случилось? – подкрался к нам из-за спины сообщник Виталика.

– Третий, уведи ее, пока я лично не придушил. – Мое предплечье обзавелось очередным синяком благодаря захвату родственника. – Это недоразумение требует исполнить ее последнее желание, – скривился в очередной раз гордый носитель ушей.

– Я все устрою, Первый. Твоего внимания требуют более важные вещи, – кивнул этот Третий.

Что за странная манера обращаться друг к другу по номеру?

И меня опять схватили за руку. А я было только обрадовалась, что конечность останется целой. Совсем они меня не жалеют, только ведь недавно от артрита избавилась!

– Так каково будет ваше желание, почтенная? – равнодушно спросил Третий.

А я лихорадочно думала. Что дальше будет? Кажется, меня собирались использовать, как корм Педигри, для местной живности. Ну что ж, деваться мне все равно некуда.

– Я хочу большой котел с половником чего-нибудь съестного с мясом, – прямо посмотрела на Третьего. – Только еда должна быть действительно съедобной.

– Распорядись, – бросил сообщник Первого непонятно откуда взявшемуся субъекту.

Ой, да тут их еще трое, и все быстро семенят за своим предводителем.

А в это время…

Темный Властелин метался по кабинету, зорко следя за действиями своей супруги и многочисленных магов. По всей комнате горели магические кристаллы, ярко освещая помещение, так что даже тени не осталось. Из-за большого количества народа в кабинете было довольно душно, но никто не смел жаловаться. Привлекать внимание правящей четы не хотелось никому. Тем более маги боялись прервать размышления своего Властелина, который в раздумьях все больше ускорял темп своих передвижений. Его план сработал, ловушка для предателей почти захлопнулась. Для этого ему пришлось наладить отношения с тестем, предлогом чему послужила общая беда под кодовым названием «теща». И даже с демонами ему повезло.

Он знал, что противник ведет с Повелителем демонов переговоры, в конце концов, не только у Шасгара шпионы в обоих мирах. Знал, но до поры до времени не мог активно действовать. Темный Властелин медлил, сам не понимая отчего, он терпеливо ожидал некоего знамения, определенного момента. И тут в мир пришла теща, спутавшая все планы, и отвлекла на себя внимание всех заинтересованных лиц. Этим и воспользовался Темный Властелин, запуская сложный механизм многочисленных ловушек, которые в итоге вылились в нынешнюю ситуацию.

– Азар, ты можешь не мельтешить?! – рычит любимая жена Темного Властелина.

– Рина, прекрати истерику, с нашим сыном все будет в порядке, до заката он нужен им живым, – строго произнес Властелин.

– А мама? – всхлипнула Марина. Окружающие предпочли не заметить мгновения слабости своей владычицы. – Мама им тоже нужна? Скажи мне, что ее не тронут.

Азар, не выдержав, подошел к стоящей на коленях супруге и обнял ее в попытке передать свою силу. Впрочем, вместе с тем он пытался скрыть выражение своего лица – его взбодренный вид вряд ли обрадует супругу.

Темному Властелину и в страшном сне не могло присниться совместное проживание с тещей под одной крышей, но после недавнего разговора с Ирмой Львовной кошмар стал явью. Он искренне жалел, что его попытки покушения на жизнь старой ведьмы не были серьезными. Конечно, он желал ее исчезновения – глубоко и навечно, но если бы взялся за ее ликвидацию всерьез, ее давно бы не стало. Властелин он или кто? Но что теперь посыпать голову пеплом! Шанс был упущен, уже весь мир знает о наличии у него тещи, да и жена в курсе, что мать теперь вечная. Но оставался один-единственный последний шанс… Азар всей силой своей души желал, чтобы тещу если не убили, то хоть язык ей вырезали.

– Риночка, еще чуть-чуть, – поцеловал в губы свою любимую жену Властелин.

Марина с новыми силами и успокоившимися нервами принялась за работу. Властительница уже ничего так не хотела, как увидеть мать и сына в безопасности.

Но внезапно работа магов и Марины была прервана ужасным грохотом и дикими воплями.

– Спасите! Бешеная сковородка!

«Голоса принадлежат слугам», – определил Азар.

– Глуши ее! – кричит кто-то.

– Она бросается молниями! – взвыла очередная жертва.

Властелин и Властительница переглянулись. Один из магов, раздраженный шумом за дверями кабинета, решил быстро разобраться с возникшей проблемой, абсолютно не имея представления о ее сути.

– Не открывай! – вскричали Властелин и Властительница в один голос.

Но они опоздали, и неудачливый маг в порыве чувств распахнул двери кабинета своего Властелина. Какофония звуков ворвалась в помещение с новой силой, вместе с шумом в комнату влетела светящаяся серебристым светом сковорода. Азар инстинктивно укрыл собой жену, прижав ее к полу. Сковорода же, снеся незадачливого мага, врезалась в барьер вокруг места, где исчезла ее хозяйка.

– Опять эта святая сковородка, – возмутился кто-то.

«Что за бардак? – подумал Темный Властелин. – Убью!»

Он быстро поднял голову, дабы узреть будущий труп. Какого же было его удивление, когда он увидел призрак – человека, которого когда-то сам и убил.

– Советник? – удивленно вопрошает Темный Властелин.

– Азар, слезь ты уже с меня, раздавишь же, кабан здоровый, – пыхтит любимая супруга на своем родном языке.

Властелин поднимается сам и помогает жене, не сводя глаз с привидения. Мужчина прекрасно понимал, что призрак покойного врага появился здесь не случайно и, судя по всему, очень хочется советнику поговорить со своим Властелином.

– Что здесь делает эта дрянная душонка? – возмутилась любимая женщина Властелина.

– Марин, я с ним сам разберусь, ты успокой как-нибудь сковородку своей матери и постарайся поскорее открыть проход, – рассеянно отвечает супруг.

Марина прекрасно понимала всю опасность и сложность ситуации. Решив более не отвлекаться, она принялась за дело. В бесполезной попытке убрать взбесившуюся сковородку она чуть не пришибла несчастных подручных магов, которые и слово боялись лишнее сказать. Вскоре она поняла, что с кухонной утварью своей матери ей не справиться. Боевая сковородка продолжала биться о барьер в попытке пробить его. Тогда-то и пришла Властительнице в голову идея воспользоваться оружием матери. Осталось выяснить, как к сковородке подступиться – в руки-то она не дается.

Темный Властелин тем временем имел весьма интересный разговор с призраком.

– И зачем ты выполз на свет, старый дурак? – вопросил Властелин. – Развею к демонам!

Отсутствие почтения у Азара к старому призраку можно объяснить давней неприязнью к мертвому советнику. Но советник смолчал, проглотив оскорбление, что еще больше насторожило темного.

– Я предлагаю тебе свою помощь, Властелин. Замковые призраки желают помочь тебе спасти наследника и его бабушку.

Темный Властелин аж воздухом поперхнулся от столь неожиданного заявления. Его враг, пусть и мертвый, добровольно предлагает помощь. Мир сошел с ума?

– Чего желаешь взамен? – напрягся Властелин.

– Ничего мне не надо, Азар. У мертвых не так уж и много желаний, а те, что есть, живые обычно исполнить не в силах.

– Не верю, уж ты, советник, даже после смерти своего не упустишь, – упорствовал Азар.

– Ты можешь не верить мне, повелитель, можешь развеять за дерзость, можешь заточить в артефакте, но все это после того, как мы спасем Ирву. – Советник решил не сообщать своему Властелину, что мать Властительницы он пожелал освободить не только из благородных побуждений, но и из желания увидеть месть этой женщины собственному зятю.

Теща! И здесь она отметиться успела! Уж с помощью призраков-то шансы на ее спасение явно увеличиваются. А ведь есть еще и Повелитель демонов, изъявивший желание сделать из тещи Темного Властелина фаворитку. Да, да, браслетик на ручке этой особы был замечен и опознан.

«Надо срочно проконтролировать ситуацию», – подумал Властелин.

– Советник, я принимаю твое предложение. Сообщишь все, что сказал мне, моей жене и поможешь ей с переходом. И передай Властительнице, что я отправился за своим генералом.

И Темный Властелин исчез.

Шасгар

Повелитель демонов собирал свою армию. Всех боевых демонов он созвал в тронном зале, дабы сразу переместить их на вражескую территорию. Отдавая четкие и громкие приказы, он попутно объяснял ситуацию своим советникам, тем самым, которым еще недавно выговаривала наглая женщина. Черти вертелись под ногами, причитали и подвывали, оплакивая тяжкую долю их любимой хозяйки. Шасгар уже давно смирился с тем, что его маленькие подданные воспринимают человеческую женщину как свою хозяйку, хоть этот титул и принадлежит законной жене Повелителя демонов.

И вот, когда суета в тронном зале была в самом разгаре, рядом с Шасгаром возник Темный Властелин.

– Азар, что-то произошло? – напрягся Шасгар.

– Ничего смертельного, – поспешил успокоить демона темный. – Я к тебе по другому вопросу. Ты моего генерала не видел?

Повелитель готов был пришибить темного на месте. Знал бы мальчишка, как перепугал своим внезапным появлением демона!

– С чего бы ему у меня быть? – возмутился Повелитель.

– Так она, кажется, себе мужей из твоих подданных решила выбрать. Ты ее видел – это дроу, точнее, Старшая Рода.

Пусть Старшая Рода дроу и не любила свои обязанности одного из генералов Темного Властелина, но как ни крути, а долг есть долг. И приказ о поиске вконец обнаглевшей дроу был отдан. Ну а Темный Властелин вздохнул с облегчением: демон не умчался вслед за Ирмой Львовной, можно спокойно продолжать постройку перехода. Самое главное, что Дан в безопасности до заката, ну а с тещей пусть делают что хотят.

Но было у Азара странное чувство, будто забыл он что-то очень важное. А вот что именно, он так и не вспомнил.

Светлый Император

Светлый Император был в отчаянии. С женой договориться так и не смог, и тут ее похищают. Его Ирмочку похищают! Все, пора вспомнить время своего проживания в самой экстремальной стране в мире супруги. Вот и припомнил Ваня некоторые обычаи родины жены. Как там делали?

– А ну все на фиг, авось обойдется! – махнул рукой Император, поплевал через правое плечо и произнес свое особое заклинание.

Заклинание имело интересное свойство: оно работало как призыв, которым похитили сначала дочь, а потом и внука. Особенность заключалась в обратном свойстве, то есть призывали не их к Императору, а Императора к ним. Это заклинание действовало только на эльфов королевской крови. Ирма попала под влияние заклятия, потому что носила в утробе прямую наследницу крови, а оба наследника имели в своих жилах ее кровь. Другими словами, простой человек физически и магически был напрямую связан с эльфийской кровью, почему и воспринимался как свой.

Светлый Император крепко зажмурился, произнес заклинание и отправился спасать свою жену.

Как ни странно, у него получилось. Видно, «авось» и вправду магическое слово. А увиденное и услышанное в странном темном месте чуть не лишило его разума.

– Фу! Фу, кому я сказала! Хороший мальчик, хороший. Послушный. Намного лучше мужа, будешь со мной жить. Да-да, и стаю твою я тоже к себе заберу. Ничего страшного, подвинутся, хоромы вон какие, место для моих милых малышей мы точно найдем. Пушок, прекрати слюнями на мой подол капать, сколько раз тебе говорить! Кушать хочешь? Представь себе, я тоже. Вот что, у меня к тебе предложение: есть у меня один вредитель, но его убивать нельзя, ты кусочек от него откуси, а потом я тебе такое рагу приготовлю, – пальчики оближешь. Что говоришь, стоит кто-то рядом? Съедобный? Мы же с тобой договорились, что человечиной не питаемся. И не надо так укоризненно на половник смотреть, это ты еще с Тефалей незнаком.

Глава 30

Ирва

Ведут меня на погибель верную путями неведанными. Все важные, молчаливые, и я, естественно, бледная, с большими глазами, полными слез. Вдоль стен кристаллы висят, тускло пространство освещают. Грязи и мусора как такового я не видела, значит, часто коридором пользуются. Едой пока и не пахнет. Долго ведут, коротко ли, кто ж его знает, мое мнение таково: чем дольше, тем лучше. На сердце все неспокойнее, душа так и просится к Тефале.

– Милок, где твой человек с моим предсмертным желанием? – вопрошаю.

Третий не отреагировал. Наивный, я и не таких, прикидывающихся пеньками спящими, с насиженных мест в метро сгоняла.

– Мил-человек, отзовись, будь добр, не откажи старой в своем внимании, – упорствую я.

За спиной кто-то хихикнул. Совсем я плохая стала, позабыла, что и не старая вовсе, а девушка молодая.

– Ну сладенький, ну ответь же уже наконец, – сюсюкаю я.

И естественно, мужик не выдержал.

– Уважаемая, прекратите балаган! – процедил он сквозь зубы.

Ой, какие мы злые. А больше тебе ничего не надо? Я что тут, по своей воле из себя клоуна строю вот уже которую неделю? Тоже мне страдалец! Вот я и не выдержала, излила все наболевшее на несчастного.

– Чего ж ты кричишь, злыдень? – всхлипнула я. – Чего на женщину беспомощную голос поднимаешь, я спрашиваю? У тебя совесть есть? Это же мои последние минуты жизни, а ты мне их портишь. Отчего на меня шикаешь, ирод? Тебе хорошо, у тебя дочка за вредителя не выходила, муж у тебя не эльф с большими ушами, в другой мир не сбегал. Внука у тебя убить не пытаются. Так какого же синтаксиса, позволь спросить, ты надо мной морально издеваешься?! На вопросы отвечать не хотят, желание последнее вообще выполнять не торопятся. Так еще и поторапливаю-у-ут, – перешла я на контральто.

Все, сдали нервы, не резиновые, чай. Да и я не стальная – простая женщина, которой пришлось пережить непростые приключения.

– Третий, может, ее того… Чтоб не мучилась? – предложил кто-то добрый, подойдя ближе к главарю.

Чего – того? Тоже мне, умник! Ну подожди, вот выберусь, найду и покажу, что инициатива делает с инициатором!

– Первый велел живьем, значит, будет живьем, – отрезал Третий.

Люблю исполнительных, ой люблю!

– Как скажете, Третий, – низко склонил голову инициатор.

Я сделала вид, что разговора сего не услышала, и продолжала гнуть свое:

– Ты ж пойми, милок, у меня и так радостей в жизни было мало, скрась хоть последние минуты. Представь, если б на моем месте дорогая тебе женщина была, бабушка например…

Вся наша грустная процессия уже продолжительное время стоит посреди коридора и думает, как бы прекратить мою истерику. Парни, по всему видно, молодые, суровые, с женщинами обращаться не умеющие – самое то для меня.

– Так и быть, принесут тебе еду, только успокойся, – смилостивился Третий.

– Так ты ведь посылал уже, – возмущаюсь.

– Это для отвлечения внимания, – отмахнулся злыдень.

– И кастрюлю с половником, – торопливо добавляю я.

– Зачем тебе кастрюля с половником? – выходит из себя вражина.

– Я, по-твоему, кто? – задаю риторический вопрос. – Я – женщина, а мы должны сидеть на кухне. Мне, может, без своей утвари тяжело. Ну что тебе стоит? Жалко? – не могу успокоиться я.

– Принести! – совсем звереет Третий, да так, что кристаллы света мигать начали. А казался самым уравновешенным. – Теперь я Азара понимаю.

Что он там насчет вредителя пробубнил? Я не расслышала. Смотрю на хмурое лицо… Где ж я тебя видела-то? Спросить? Так мне и ответили. Движение возобновили, с истериками тоже перебарщивать не стоит.

И надо же такому случиться, что как только меня подвели к огромной решетке во всю стену – подозреваю, сие есть не что иное, как пункт назначения, – со стороны коридора появились двое с огромным чаном, в котором болтался немаленький половник. Решетка и тьма, царящая за ней, занимали меня неимоверно, мне все чудились красные огоньки в темноте. Там, наверное, полная антисанитария… Эх, сюда бы нашу уборщицу тетю Катю! Ее боялись все, начиная от ректора, заканчивая охранником корпуса. Ни соринки не было, тараканы и те не водились.

Вид кухонной утвари меня порадовал настолько, что я не испугалась бурой жижи, плескавшейся в чане. Как только открыли маленькую дверь в решетке, мне в руки сунули чан и грубо впихнули в черный провал. Я даже слова вымолвить не успела, как за спиной раздался металлический лязг замка. Тут-то и почувствовала я холодок страха, пробежавший мурашками по позвоночнику. Ну и конечно же я уронила тяжеленный чан. Честно признаюсь, до сих пор не понимаю, как умудрилась так долго удерживать его на весу. Шум, гам, я ругаюсь, хорошо еще похлебка не разлилась.

Эти… нехорошие люди, одним словом, весьма быстро ретировались, забыв попрощаться. И даже Третий не удосужился молвить слово напоследок. Плохой из него злодей, не пафосный.

И вот настал тот момент, когда осталась я, решетка, что отделяет меня от свободы, и тот, кто дышит в темноте. Страшно…

Памятуя слова родственничка о голодном состоянии неведомой зверюшки, я поближе к себе придвинула чан. Не скажу, что похлебка пахнет вкусно, но, помня свое голодное детство, как любую заплесневелую краюху была готова сгрызть с голодухи, понимала, что и так сойдет.

– Ну, – выдыхаю я, – за Родину! За Сталина!

Маразм, вернись, я все прощу. Страшно-то как!

– Э-эй… – Как его позвать-то? А вдруг он не один? – Цып-цып-цып…

Дышать стали чаще.

– Гули-гули-гули, – не прекращаю я.

Во тьме вспыхнули две красные точки. Боже, я знаю, я к тебе никогда не обращалась, но молю: если не выживу, внуку помоги. За дочь не прошу, у нее вредитель есть. Боже…

– Тоже нет? – нервно сглатываю. – Тогда последнее. Кыс-кыс-кыс! – Голос срывается.

Если выберусь, отправлюсь в санаторий. Ну их к орфографической матери, эти другие миры с их обитателями!

Из тьмы в полосу света выступило нечто. То ли я с ума сошла, то ли селекционеры местные живут с диагнозом шизофрения.

– Мама, – вякнула и попятилась к решетке. – Прелесть какая.

Ну что, Ирма Львовна, давай прощайся с жизнью, пока время есть. Пожила ты долго, весело, добра нажила достаточно, по завещанию и так все внуку отходит. Стоп. Нельзя мне умирать, у меня внук в плену.

– Стоять! – властно приказываю, а сама распрямляю спину.

Внешне это нечто напоминает… да ничего оно не напоминает. Лысый, цвет не разобрать при таком-то освещении. Ростом мне по грудь будет – и это в полусогнутом состоянии. Лапы четыре, перемещается в основном на задних, активно помогая себе передними. Конечности довольно мощные, причем задние короче передних, а когти даже при таком освещении видны хорошо, ибо большие. Туловище дугообразное, поджарое, отчетливо видны мышцы. Хвоста нет, зато по позвоночнику торчат шипы. Морда похожа на кошачью, увеличенную в несколько раз. Челюсти выпирают, обнажая зубы. Впалые глаза окружены, как ни странно, очень пушистыми ресничками, надбровные дуги выдаются вперед. Уши…

– Да они издеваются, – сплюнула я в сердцах. – И у тебя уши, как у кролика!

У этого зверя действительно были кроличьи уши, которые он сейчас прижимал к массивному черепу.

И так мне обидно стало, что жрать меня собрался непонятный монстр с такими нелепыми ушами, такая злость взяла, что весь страх пропал.

Рассмотреть чудо-юдо я ухитрилась за долю секунды, он и среагировать не успел, как я схватила половник.

– А ну, прекратил скалиться, я тебе стоять велела! – скомандовала я.

Зверь застыл. Задумался, наверное, с чего это жертва такая наглая.

– Я поесть принесла. Да не себя, – нахмурилась, видя воодушевленное слюноотделение в свою сторону. – В чане вон еда.

Зверь не послушался, без лишнего звука он бросился на меня. Я успела прикрыть шею рукой, которую он и поцарапал. Укусить меня не смог, потому как я умудрилась увернуться, ударив по морде половником. Право слово, сама от себя такого не ожидала.

Но все же ранить меня он умудрился серьезно. Руку обожгло болью, а по воздуху разлился запах крови. Ну все, сейчас это творение больного разума вообще озвереет. Зря не помолилась. Я зажмурилась, выставив вперед половник. Но проходили секунды, а ничего не происходило.

Распахиваю глаза и наблюдаю знакомую картину. Зверь принюхивается и ожесточенно чихает. Так же и Рояльчик реагировал, когда мы пытались его моей кровушкой накормить. А я и забыла совсем, что несъедобна теперь для флоры и фауны, особенно местной.

Как говорила одна знакомая директриса на педсовете, бери быка за рога и бей по морде железом, пока горячо. Рука, конечно, болит, но несмертельно. Надеюсь. Царапины можно перевязать, а прививку от столбняка и позже сделаю.

Не раздумывая особо долго, я подскакиваю к зверю и со всего маху обрушиваю на его наглую морду половник.

– Я кому сказала сидеть?! – совершаю серию воспитательных шлепков по морде ошалевшего зверя. – Плохой Пушок, плохой! Ты смотри, что со мной сделал!

Подсовываю кровоточащую рану под нос зверя. Тварь так расчихалась, что не удержала равновесие и свалилась на пол. Пока это чудо скулило, зажимая лапами тупой нос, я оторвала от нижней юбки приличный кусок ткани и перевязала руку. Особо не торопилась, ибо я все равно несъедобная, да и по прошлому опыту знаю, что приступ чиха не проходит так быстро. В общем, решила сжалиться над Пушком – подошла, по голове погладила, за ушком почесала. Странные ощущения, как будто кошку породы сфинкс гладишь.

– Ну что ты, прекращай плакать, – воркую я. – Я больше не буду. Видишь, крови больше нет. Я тебе и еды приволокла, смотри, как пахнет вкусно. Ну, хватит так убиваться, у всех бывают неудачные дни. Или годы. Судя по тебе, вся жизнь. Теперь мама Ирма позаботится о тебе. Пушок хороший, Пушок маму Ирму больше царапать не будет. Ты же не будешь против, если я тебя Пушком звать стану?

Зверь затих, смотрит на меня расширенными глазами и не верит своему счастью. К ласке, что ли, не приучен?

– Ты хоть скажи, ты мальчик али девочка?

Зверь рыкнул и прикрыл лапами самое дорогое.

– Мальчик, значит, – продолжаю гладить по морде Пушка. – Разумный, ешкин кот.

Вырвалось. Честно-честно.

– Пожалуй, для сохранения собственных нервов твою породу выяснять не будем. Да, моя радость? – и ласково улыбаюсь Пушку. – Ешь давай!

Опытным путем установила, что зверь породы сарааг разумен, говорить не приучен, меня теперь любит, ценит, уважает. Имеет статус вожака – это я уяснила еще в разговоре с родственником. Держится здесь, как единица управления. Силен, обучаем, жрет все. Интересно, а соседи не будут против такого домашнего животного?

Дан

Ну и долго мне здесь столб изображать? Бабулю увели. Твари.

Я прекрасно понимаю, что против толпы не вывезу. Да и маг из меня не ахти какой, а оружием местным так и не научился толком орудовать. Какой из меня, к Касперскому, мечник? И стрелок, в принципе, приличный только в контре. Ненавижу свою беспомощность. Это, пожалуй, самое поганое чувство из всех.

Окружающая обстановка постепенно менялась, в то время как я погружался в пучины паники. Количество народа редело, пока в итоге я вообще один не остался. Из еле слышных разговоров понимаю, что народ удалился для подготовки моего убиения. Ни ушастый родственник, ни его прихвостень по кличке Третий ко мне зайти не удосужились. Не скажу, что я расстроился, но ведь их сошки также вразумительно ответить не могли. На вопрос, где бабуля и что с ней, они нервно сглатывали и говорили, что, скорее всего, она мучилась недолго.

У меня от подобного заявления разум в ступор впал. Моего плачевного состояния заметить было некому, и я, тихо-мирно осев на пол, обхватил голову руками и приготовился урыть всех к чертям. Хотя нет, бабуля чертей любила. Я этих фанатиков просто урою. Чтобы мокрого места не оставить.

Не знаю, как долго я так просидел, но из транса меня вывел смутно знакомый голос.

– Ирма, успокой своего монстра, – ворчал кто-то.

– Ваня, молчи лучше. Права не имеешь на Пушка шикать. Заведи себе такого, а потом воспитывай.

– Да упасите пресветлые боги!

– Вот и молчи.

– Да как тут молчать будешь, когда он под ногами все время вертится.

– Он не вертится, а меня охраняет. Между прочим, он вырубил как минимум шестерых.

– А остальных тринадцать уложил я.

– Молодец. Самоутвердился.

– Ирма, я тебя прошу, прекрати ерничать.

– А ты дай мне развод, и я стану самой доброй девушкой на свете.

– Не будет тебе развода! И этот зверь с нами жить не будет!

– Прекрати маленького обижать. Ты посмотри, у него глазки из-за тебя еще больше покраснели. Не расстраивайся, Пушок, этого дядю мы скоро покинем.

– Ирмочка, может, хватит уже?

– Ваня, я тебя по-хорошему прошу: дай развод. Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Нас и так по закону развести обязаны. А мне еще и половина твоего состояния полагается.

– Ирма, ты же в политике ничего не смыслишь.

– Зато в государственных переворотах очень даже разбираюсь.

– А я сказал – нет.

– А я сказала, что уже лет сорок как вдовой живу. Привыкла, знаешь ли. Ваня, не доводи до греха, не заставляй твой обман превращать в правду.

– Милая, дай мне шанс.

– Хорошо. Отпиши на меня половину этого континента.

– Все, что захочешь.

– Слово даешь?

– Да.

– Я подумаю.

И тут моему взгляду предстала картина маслом. Откуда-то вдруг вынырнули бабуля и Светлый Император. А рядом с бабулей шел… Вы смотрели фильм «Хищник»? Так вот, этот самый хищник, только лысый и звероподобный, шел, ошалело поглядывая в бабулину сторону.

– Данюша! – радостно взвизгнула бабуля.

Я аж подпрыгнул.

– Бабуля, – нервно блею я, – это что? – и тыкаю пальцем в сторону хищника.

– Это Пушок. Он будет жить с нами.

– А я сказал, он не будет с нами жить! – возмутился новообретенный дед.

– Это ты с нами жить не будешь, а Пушок член нашей семьи.

Я даже знать не хочу, почему она его Пушком назвала. У меня был один вопрос.

– Ба… Я, как бы это… Может, выпустите меня наконец?

И тут что-то взорвалось.

Дан

Когда-то, еще в прошлой жизни, я был обычным парнем. Жил с бабушкой, общался с друзьями, встречался с девушками, радовался жизни, как мог. Где ты, мирное время? А вот же оно, проносится перед моими глазами. Вы, наверное, в недоумении – с чего это я вдруг умирать собрался, ведь бабуля спасена, еще и за мной пришла со Светлым Императором на буксире. Вам просто не понять то ощущение, когда со скоростью метеорита и неотвратимостью БелАЗа на вас несется НЛО.

Бабуля, я тебя, конечно, люблю, но твоя привычка собирать вокруг себя странных существ… например, хотя бы ушастого деда. Этот эльф при виде летающего теперь уже опознанного объекта побледнел и провел армейский маневр под кодовым названием «вспышка справа». На анализ реакции эльфа времени у меня не было, я решил поддаться стадному инстинкту самосохранения и перенять опыт старшего поколения. А начиналось все на удивление безобидно.

Сначала что-то взорвалось.

– Азар с Риной прибыли, – довольно заявляет ушастый дед.

– Этот вредитель совсем головой не думает, Мариночку в такое опасное место тащить? – возмутилась по привычке бабуля.

Ее дальнейшую тираду прервал новый взрыв. На этот раз содрогнулись стены, с потолка посыпалась пыль.

– Я слышу, предки эпично появились, – подаю голос я.

Но тут мы услышали душераздирающие крики отчаяния и боли.

– Темный перегибает палку, – поцокал языком эльф.

В гробовой тишине мы ожидали продолжения. Я даже на время забыл, что меня вроде как необходимо спасать.

И тут, непонятно каким образом, с жутким грохотом и морем пафоса, преодолевая естественные препятствия в виде массивных двустворчатых дверей, в помещение, где находились мы, влетает бабушкина боевая утварь. Причем скорость у нее такая, будто ее на ядерном топливе запускали.

Вы когда-нибудь видели летающую сковородку? Я сейчас не мужиков, пострадавших от женского произвола, спрашиваю, а обычного среднестатистического человека. А я вот видел, святая сковородка у бабули и не то еще показать может. Но, блин, реактивная летающая сковородка – этого я осмыслить не в состоянии. Но и это не было бы так печально, если бы не тот факт, что сковорода останавливаться вроде как не собирается, а на траектории ее следования нахожусь я, так неудачно запертый в ловушке без магии. Поэтому и пронеслась у меня вся жизнь перед глазами. И конечно же еще большего страха на меня нагнали слова бабули:

– Пушок, лежать, сейчас всем будет больно!

Ирва

Пока сидела в камере, размышляла о превратностях судьбы. До того как появился почти бывший, пыталась наладить контакт с Пушком. Совместными усилиями мы выявили свой особенный способ – мой, теперь одомашненный, зверь понимает речь, но отвечать не может, зато может кивать, скулить и реветь. Вот и вышла у нас система условных знаков.

С помощью этих знаков и предупредил меня Пушок о появлении кого-то абсолютно постороннего в радиусе моего обитания. Пушка отправила в тень, дабы незваный гость не углядел нашей теплой дружбы, а я не потеряла фактор неожиданности. Каково же было мое удивление, когда я увидела почти бывшего. Он, аки прынц, на своих двоих примчался меня спасать в одиночку. Я не спорю, Ваня у меня силен и сообразителен, но почему один-то? Он кто? Правильно, Император!

– Где армия? – вопрошаю абсолютно бесцветным голосом.

– Какая армия? – На лице видна работа мысли.

– Которая прикроет тебя, меня и внука во время побега. А заодно и врага прибьет под шумок.

– Чем ты опять недовольна? – закатил глаза к потолку пока еще благоверный.

– Я, Ваня, недовольна всей ситуацией в целом и нынешним положением дел в частности, – смотрю на него равнодушно.

– Ирма, ты всегда такой была. – Муж прекратил изображать оскорбленную невинность и принялся махать руками, магичить то есть с целью моего высвобождения. – Вечно тебя мои действия не устраивали. То так не улыбайся, то с той не разговаривай, а то и вовсе «Ваня, ты уже взрослый мальчик». А я, Ирмочка, лет семьсот как взрослый, только к твоему миру не приспособленный!

Он говорил, но действий своих не прекращал, и вот уже через пять минут бурчаний моего пока еще мужа дверь в камеру была открыта.

– Ваня, ты мне одно скажи: ты чем думаешь, когда что-то делаешь? Особенно по отношению ко мне. Ты что, сам не догадался, что отсюда мы выбраться не сможем?

– Ирма, я достаточно силен, чтобы защитить тебя! – рявкнул муж.

– О да, Илья Муромец и Добрыня Никитич в одном флаконе! И вражеская армия тебе нипочем! Подумаешь, какая-то слабая сотня-другая крепких злых мужиков, против тебя они ничто. Так, дети неразумные. Ты вообще как сюда добрался-то по незнакомой местности?

– При помощи заклинания и шпионов нашего зятя. И прекрати, пожалуйста, истерику.

Может, еще не все потеряно?

– Пушок, – позвала я.

Из тьмы камеры моего временного заключения, посверкивая красными глазками, вышел мой Пушок. Ваня, заметив движение за моей спиной, буркнул что-то на непонятном языке, и у него на руке появился светящийся шар, который он метнул в моего Пушка. Я даже среагировать не успела! Только и успела, что оглянуться.

Надо признать, мой зверь не растерялся. Он прытко отскочил от странного снаряда и выпрыгнул передо мной, грозно скаля зубы. На что ушастый муж вытащил свой меч.

– Ваня, Пушок, а ну, прекратите беспредел! – взвизгнула я, схватив зверя за шкирку и попытавшись оттащить себе за спину.

Естественно, ничего у меня не вышло, пришлось самой вперед выходить.

– Ирма, отойди от этого монстра! – ринулся было в мою сторону муж.

– Пушок – сидеть! Ваня, я тебя прошу, не устраивай балаган, Пушок тебе ничего не сделал, – смотрю на мужа зло. – И он не монстр, он очень милый зверь. Я вас даже познакомить не успела, а ты уже ярлыки вешаешь.

– Ирма… – таким тоном он обычно мне проповеди читал в семейной жизни.

– Ваня, – угрожающе начала я. – Не смей тыкать своей железякой в моего домашнего питомца.

У мужа дернулись большие уши. А я подумала, что в бланке разводного листа, в графе «Причины развода» выложу целый перечень, и начинаться он будет обязательно с ушей. Но подобные мысли отошли на второй план, так как моим разумом все больше и больше овладевал страх за внука.

– Ирма, ты не в себе? – решил уточнить благоверный.

– Ваня, не переходи на оскорбления, ты же знаешь, мне в этом равных нет, – поморщилась я. – Пойдем лучше внука спасать, а по пути все подробно расскажу.

Все же я была рада возможности поскорее увидеть Данюшу.

Дан

Казалось, мир содрогнулся. Я лежал на холодном каменном полу, прикрыв голову руками, в ожидании неминуемой гибели или болезненных ощущений на худой конец. Сколько я так валялся, не знаю, по мне, так вечность.

– Данюша, ты жив? – слышу голос родной бабушки.

– Бабуль, – осмелев, я решил реально оценить обстановку. – Я тебя люблю, конечно, но почему мне это всегда боком выходит?

И словно в довершении всего, я почувствовал прикосновение к лицу шершавого языка. У меня задергалась щека, подниматься с земли стало намного труднее. Мозг не мог решить, что ему делать в первую очередь – разнести все к нубам или сначала привести тело в вертикальное положение?

– Внук, не нервничай, Пушок тебя запоминает. Это на случай передачи твоего запаха своим сородичам, – решила успокоить меня бабуля.

– Ладно, хорошо. – Я наконец отбился от зверя и встал на ноги. – Про твою внезапную любовь к животным мы позже поговорим. Ба, ты мне скажи, какого нуба твоя сковородка нас всех чуть не поубивала?

– Данюша, не преувеличивай, все не так уж и страшно, она смогла разрушить барьер.

Я внимательно оглядел обстановку, после чего вперил тяжелый взгляд в родню.

– Бабушка! – скрестил я руки на груди.

– Ну хорошо, признаю: она на Пушка как на угрозу отреагировала, – возмутилась моя любимая старушка, которая вовсе и не старушка теперь. – Кто же знал, что они не поладят?

Я тем временем нашел взглядом ту самую бешеную сковородку. Она мирно торчала в стене, поблескивая серебристым боком. В мраморной стене. За моим взглядом проследила и бабуля, нахмурилась и подошла к утвари.

– А я тебе говорил, что твоя затея с этим монстром ни к чему хорошему не приведет, – подал голос венценосный дед.

– Это мой брак с тобой ни к чему хорошему не привел, а Пушка не тронь. Он, между прочим, разумный, – прокряхтела бабушка.

Она ухватилась за ручку сковородки обеими руками и попыталась ее вытащить, упершись в стену обеими ногами. Забавно, однако. Она таки умудрилась извлечь свое оружие, на каковую операцию с неудовольствием взирал дед. Я же решил в их препирательства не вмешиваться, ибо себе дороже.

– Император, а где подкрепление? – вместо этого спросил я.

– И ты туда же! – рыкнул эльф.

Не понял, чего это он такой нервный, неужто бабуля довести успела?

– Один я, один! Но твои… – И тут произошел еще один взрыв.

Что взорвалось, я понятия не имел, но этот звук заставил понервничать бабушкиного Пушка, что вылилось в скулеж и попытку прикрыть морду лапами. Ушастый же дед насторожился.

– Если это еще одна летающая бабулина фигня, я не знаю, что сделаю, – предупредил я окружающих.

– Все в порядке, это подкрепление. Азар прибыл, – довольно улыбнулся эльф. А потом вновь насторожился и напряженно добавил: – И демоны с ним.

– Кто сказал демоны? – встрепенулась бабуля. – Мне одному рогатому должок еще возвращать. – И она поиграла сковородкой. – Веди, Пушок.

И он повел.

В последнее время мое эмоциональное состояние нестабильно, я постоянно нахожусь в напряжении. Из пучин отчаяния поднимаюсь к вершинам счастья. Короче, другими словами, мне жутко хотелось набить кому-нибудь морду, расслабиться по-простому. Но все мне шанса не предоставлялось до этого момента.

Пока мы шли за бабушкиной зверюшкой неизвестной породы, нам навстречу попадался разный сброд, на котором мы с дедом и вымещали все свое нервное напряжение. Меч свой бабушкин муж не доставал, потому как в переходах он был бесполезен, зато действенной оставалась магия и кулаки. Поскольку в магии ушастый дед был более сведущ, кулаками махал я. И какой же это кайф, скажу я вам! Руки я заранее обмотал тканью, оторванной от собственной рубахи. Но и это не всегда спасало. И все же так я не веселился уже давно. Местные вообще в боксе не шарят, пока они пытаются ножички свои вытащить, я их мощным хуком в нокаут посылаю. Я крут, ну точно супермен! Пушок же, весело подвывая, раскидывал направо и налево тела незадачливых противников, по неосторожности пропущенных нами, благо на эту тварь магия не действовала. Одна бабуля шла позади нас и тяжко вздыхала, молча осуждая излишнее проявление насилия. Противников было много, но мы с эльфом были злее.

– Дан! – крикнула вдруг бабуля.

Краем глаза замечаю тень над собой. Не знаю как, но увернулся. Да я, блин, Нео! У нападавшего в руках был короткий клинок, типа кинжал, которым он замахнулся на бабулю. То есть меня он достать не смог, решил на самое дорогое покуситься. Ах ты, жук! Наверное, это меня добило больше всего, только так я могу объяснить свой очередной срыв. Сила наследника вышла из-под контроля.

Что было дальше, я помню плохо, пока уже на улице меня бабуля за руку не схватила.

– А ну, остановись, локомотив без тормозов! – дернула меня она.

Темный Властелин, его супруга и Повелитель демонов

Когда Темный Властелин вернулся в свой дворец, он застал там слегка ошарашенную супругу и совершенно неадекватных магов. На вопрос, что произошло, они лишь качали головой и бормотали что-то невразумительное о новом прорыве в артефактном деле.

– Мамина сковородка пробила барьер и отправилась по призыву, – разъяснила Марина происходящее. – Где ты был?

– Старшую Рода дроу в армию отправил, сейчас она настраивает переходы. Передайте ей координаты, – приказал он магам. – И не забудьте отправить на флот человек десять стихийников. Блокада должна быть монолитной.

– Блокада? – удивленно посмотрела на мужа Рина.

– Да, Риночка, блокада. Я этих тварей с континента не выпущу, всех передавлю.

– Мы можем отправляться? – кровожадно улыбнулась его дражайшая.

– Непременно, дорогая, но сначала нужно построить переход для демонов. Шасгар просился поучаствовать.

– Я понять не могу, с чего он вдруг стал лоялен к нам?

Меж бровей Властительницы пролегла глубокая складка, которую муж разгладил поцелуем.

– Сие мне неведомо, любимая. Но на всякий случай держи ухо востро.

Отдав приказ о построении перехода многострадальным магам, Азар еще раз перебрал все факты в голове. Он теперь знал, кто предатель, но в том-то и проблема, что знание это пришло слишком поздно. Предатель уже знает уязвимые места Властителей. Но Азар не был бы Темным Властелином, если бы не просчитал и это.

Его размышления прервал появившийся из перехода Шасгар. Демон был в своей второй ипостаси, он молча кивнул Марине, сразу же направившись к Азару.

– Ты примерно представляешь, куда мы идем? – поинтересовался он с ходу.

– Прекрасно представляю. По большей части противники у нас маги и зверье. Что за зверье, информации особой нет. Но будем исходить из худшего.

– Где Ирву с Даном держат, знаешь?

– Примерно. Но подобраться тихо к ним не получится, ландшафт не позволит. Атаковать придется исключительно в лоб.

– В таком случае объединяем мою сотню с твоими магами.

Азар порадовался, что заранее предупредил магов о возможном сотрудничестве с демонами, иначе не избежать бы ему паники в сплоченных рядах.

Шасгар же был весь в предвкушении встречи с женщиной, что умудрилась скрыться от него у врага. На этот раз он не даст ей сбежать!

Заговорщики

Прислужник ворвался в комнату для совещаний. На юноше лица не было, настолько он был перепуган.

Первый не оценил отсутствие должных манер у обычного прислужника и хотел было его жестоко наказать, но вмешался Третий.

– Что взволновало тебя настолько, что ты забыл о правилах поведения, юноша? – спросил Третий.

– На нас… – Молодой прислужник тяжело дышал, что говорило о спешке, с которой он стремился к руководству для передачи важных сведений. – На нас напали!

– Быть того не может! – вскочил со стула Первый.

– Кто? – уже догадываясь об ответе, задал вопрос Третий.

– Темный Властелин, демоны, все! – всплеснул руками прислужник, не в силах скрыть своего волнения.

– Выпустить сараагов, – приказал Третий.

– Третий, ты уверен? – спросил успокоившийся Первый.

– Пока их вожак у нас, они не посмеют ослушаться.

Дан

– А ну, остановись, локомотив без тормозов! – дернула меня бабуля.

– А? – растерянно хлопаю глазами.

– Данюш, я все понимаю, наследственность такая, но сам посмотри, куда ты стремишься. – И бабуля кивнула, указывая вперед.

Я огляделся. Вечерело. Твою медь! Мы стояли у входа в пещеру, а перед нами на обширном пространстве а-ля полянка велась самая настоящая битва. Крики, огонь, вонь… Короче, все прелести ведения средневекового боя с элементами магии. Люди, демоны, тролли, дроу, вампиры, родичи Пушка… Позади же была сплошная скала, из которой мы, судя по всему, только что вышли.

– Великий модератор, что это? – вырвалось у меня.

– Судя по всему, объединенные войска, – так же заторможенно отвечает эльфийский дед.

– Мы сейчас идеальная мишень, – высказал рациональное соображение Император.

– А по-моему, им сейчас не до нас, – не согласился я.

– Ох ты ж, что творит, изверг! – воскликнула бабуля, указывая на сородича Пушка, который притеснял одного дроу. – Пушок, уводи стаю!

Пушок встал и пошел? Как бы не так! Эта зверюга выступила чуть вперед, а потом широко открыла свою пасть с тремя рядами зубов и издала до невозможности громкий клич. Я не знаю, можно ли это измерять в децибелах, но мощность звука была такова, что ближайшие бойцы метрах в двадцати от нас упали без сознания. Если живы, то точно контужены. Я же, кажется, оглох. Бой на мгновение замер, народ просто не мог не взглянуть в сторону источника звука, что так бесцеремонно ворвался в их сражение. В этот момент все сородичи Пушка, которые участвовали в битве, дружно успокоились и спокойно принялись покидать поле военных действий, попутно устраняя то тут, то там своих бывших хозяев.

– Ба, почему они уходят, а не воюют за нас? – поинтересовался я.

– Сам подумай, Данюш! – Похоже, бабуля тоже слегка слух повредила. – В этой неразберихе воины просто не поймут, что сородичи Пушка теперь на их стороне! Пушок хотел избежать лишних жертв со стороны своего вида! Но и этого хватит для нашей победы!

– Нам нужно найти Азара! – проорал ушастый эльф, который дед. Ну надо же, и он теперь туговат на ухо.

– Пушок, говорю еще раз: рядом со мной орать будешь, я тебя капустой закормлю! – на всякий случай провела воспитательную беседу моя любимая родственница.

Зверь пристыженно опустил голову. Вокруг него постепенно собиралась стая.

– Спаси нас, сисадмин! – невольно вырвалось у меня.

Это сколько же таких тварей здесь обитает? А бабуля их прокормит-то?

– Ирма, я определил местоположение Азара и Марины, – вернул меня в реальность голос деда.

– Веди, – кивнула бабуля. – Пушок, как только обезопасишь свою стаю, возвращайся ко мне.

Вы когда-нибудь пробирались по полю брани? А по полю брани, где сражаются маги? Нет? Знаете, как вам повезло? Нет, вы не знаете! Вам крупно повезло! Я настолько устал уворачиваться в попытке спастись от летящих в нашу сторону заклинаний, что готов был сам ринуться ответить обидчику. Бабуле хорошо, она наш марш-бросок как игру в теннис восприняла и своей сковородкой отмахивалась, как Шарапова!

И вот, когда мы уже почти достигли места дислокации моих родителей, произошло страшное.

– Мам, пап! – радостно махал я им руками.

Они нас заметили, и мама, улыбаясь, помахала в ответ. Но внезапно выражение радости на ее лице превратилось в гримасу отчаяния.

– Всем стоять! – раздалось за моей спиной.

Я напрягся, потому что за моей спиной была бабуля, но голос был мужской. Казалось, время замерло. Я предельно медленно развернулся к бабуле…

Ирва

Ненавижу войну. Всеми фибрами души ненавижу! Мне ее в детстве хватило! И плевать, что это еще не полноценная война, а, как бы сейчас сказали, локальный конфликт. Но я терпела, стиснув зубы, шла за мужем и внуком сквозь грязь и атаки врага. Меня вела лишь мысль о безопасности внука и дочери. И ведь мы почти дошли. Я уже видела улыбающееся лицо Марины, когда мне заломили руки за спину, схватив за шею.

– Стоять! – рявкнул тот, кто взял меня в плен.

Так легко попасться, Ирма Львовна, стыдись! Ну почему я? Я что – медом намазана? Почему как угрожать или похищать, так в первую очередь меня? Почему не зятя?

– Витаэль? – Мой эльфийский муж, казалось, не был удивлен.

– Мой дорогой брат, стой на месте, иначе я перережу глотку твоей жене!

Вот неугомонный попался! Ну что за моду взяли местные – слабым женщинам угрожать?

– Отпусти ее, Витаэль, – начал переговоры благоверный. В нашу сторону уже спешили Марина и Азар.

Нет, точно разведусь. А к недостаткам еще и неумение вести переговоры с террористами запишу.

– Заткнись, Ванриэль! Вот чьи-чьи, а твои речи я слушать не желаю! Ненавижу!

На лице благоверного проступила печать страданий. Вот гаденыш, мужа только я имею право обижать! Мне это право дали закон и штамп в паспорте!

– Выпустите нас с материка! – начал сразу с требований Виталик.

Интересно, а нас – это кого? Второго помощника, что ли? Как бишь его, Третьего? Жаль, удостовериться не могу, к горлу приставлено довольно острое лезвие, впившееся в кожу. Поза до ужаса неудобная.

– Но тебя никто не держит, – подошел Азар.

– Не держи меня за дурака, темный! Ты наложил запрет на постройку переходов! Серый материк абсолютно отрезан от мира! – все сильнее нервничал родственничек.

Мне интересно, Азар его специально злит, чтобы меня побыстрее прирезали, или, как и мой благоверный, с террористами общаться не умеет?

Марина же продолжала бледнеть. Вот чего я не хотела, так это подобной сцены перед дочерью.

– Тише, Витаэль, все хорошо, я сейчас все уберу, но сам понимаешь, такое заклинание не один день делается и не один час снимается, – вещал размеренно вредитель. – Потерпи.

Он точно издевается! Мариночка поморщилась, укоризненно взглянув на мужа. Но смолчала, и на том спасибо, она у меня девочка импульсивная и на язык несдержанная. Как бы хуже не сделала.

– Потерпеть? Немедленно организуй мне отступление, иначе я убью твою тещу!

Я воочию увидела надежду во взгляде вредителя!

– Данюша, не отходи далеко от отца, – испортила я зятю миг торжества. – И внимательно следи за его действиями, тебе есть чему у него поучиться.

Если в непосредственной близости будет сын, Азару ничего не останется, как вытащить меня.

– Бабушка, ты уверена? – спросил внук по-русски.

– Дан, не вздумай вмешиваться. Твой отец во всем разберется. – Я говорила не очень внятно, потому как боялась усиления давления на собственное горло, но главное, что зять смысл уловил.

А смысл таков: умру – вините во всем зятя.

– Молчать!

Меня сдавили сильнее. Такими темпами я вовсе без головы останусь.

– Витаэль, маги уже занимаются этим вопросом. Не стоит нервничать, – а сам как-то глазами странно косит. – Не торопись.

Даже я злиться начала, что уж говорить о родственничке. Я кожей ощущала его нервозность и какой-то странный холодок.

Стоп, почему странный? Очень даже знакомый. Призраки!

Я так и не поняла, что произошло, но Витаэль замер, рука его ослабла, и он рухнул как подкошенный.

Ко мне ринулись дочь и внук. А я смотрела на знакомый призрак. И что он здесь делает?

– Пришел помочь, – ответил советник, будто прочитав мои мысли.

– Спасибо, – улыбаюсь я.

Хотя с радостью устроила бы всем нагоняй, сбрасывая полученный стресс. Доча чуть не сломала мне ребра в своих объятиях. Ну и внук в стороне не остался. А Азару в ответ на печальный взгляд я показала плебейский кукиш.

Пока у моего горла присутствовал ножик, я абстрагировалась от внешнего мира, но теперь заметила, что сражение уже закончилось. И естественно, наши победили. И пока дочка тут же на месте обрабатывала мои боевые раны, явился Шасгар, неся на плече связанного человека.

– Как ты и говорил, Азар, он пытался провести ритуал ослабления, – бросил на жесткую землю свою жертву демон.

Жертвой оказался печально известный Третий, весь избитый и израненный. Судя по всему, Шасгар сил не жалел.

– Твари, – пронзил нас взглядом один из заговорщиков. Ну и глазки, какой накал, какая экспрессия, какие страсти!

– Ну, здравствуй, Морадор. – Ухмылка зятя заставила задуматься о пересмотре своего отношения к нему.

– Племянник, значит, отличился, – тяжко вздохнул призрак.

– Дядя?! – побледнел Морадор.

– Вспомнила, где я тебя видела, – озарило меня. – В замке у зятя и видела!

– Конечно, – кивнул вредитель. – Это же начальник моей тайной службы. По совместительству любимый племянник покойного советника. Ну и, выражаясь вашим любимым языком, Ирма Львовна, серый кардинал трех заговорщиков. Морадор, неужели примитивная месть? – холодно спросил зять.

– А почему бы и нет? В конце концов, дядя был моей единственной семьей, – сплюнул Третий.

– Значит, стандартная схема? – усмехнулся Азар. – Втереться ко мне в доверие, найти союзников и тех, что помогущественнее. В нашем случае – брат Светлого Императора, как спонсор, и его дальний родственник, как исполнитель. Ну а цель – моя семья. И мир заодно неплохо было бы захватить.

Никакой фантазии у человека. Явное отсутствие полета воображения.

– Морадор, я о мести не просил, – печально молвил призрак. – Мне теперь безразличны мирские страсти. И уж тем более я не желал своей участи тебе.

Вот что я называю неудачным семейным подрядом. Примерно с такими мыслями меня покидало сознание.

Эпилог

Дан

– Ваше высочество, ваше высочество! Я вся ваша! Ну где же вы? – орет очередная придворная дама.

Хочу на Землю. Хочу к адекватным девушкам. Хочу в Интернет, блин! Уже полгода как меня официально представили народу в роли наследника тьмы. Что тут началось… Мало того что народ вокруг с ума сошел, носятся со мной так, что я даже в туалет один сходить не мог. Так я теперь каждый день подвергаюсь грязным домогательствам со стороны женщин. Такими темпами я скоро их бояться начну! Страшно признаться, но меня чуть было не… Не, не буду признаваться. Не сделали, и слава модератору. После того как я вырвался от четырех на удивление сильных девиц, мать с бабушкой пообещали любой неадекватной представительнице слабого пола личное вмешательство. К тому времени бабуля уже была знаменита на весь мир как теща Темного Властелина и укротительница самых страшных монстров – сараагов. Они вообще-то долгое время считались вымершими, но, как позже выяснилось, их специально возродили и вырастили для войны с отцом. Короче, почет и процветание бабуле обеспечено, поскольку даже психи теперь успокоились, ибо Пушок подчиняется только ей, да и Тефаля всегда за спиной.

Отец долго пребывал в шоке после рассказа бабушки о том, как она приобрела такого союзника, как сарааг. Было решено оставить этих милых животных на Сером материке, ибо только там водятся столь же опасные твари, которыми можно спокойно питаться.

Ах да, совсем забыл, демоны таки получили новый дом в нашем мире! Как раз на Сером материке они и разместились. Материк оказался довольно большим. Его точные размеры не знал никто, а когда все же выяснили, батя долго кусал локти. И конечно же все это произошло благодаря стараниям бабули. Кстати, благодаря именно ее протекции отец теперь разгребает кучу проблем, таких, например, как проекты «Вампиры – наша медицина», «Оборотни как элемент пограничных войск» и «Дроу – единственные послы в государстве демонов». Мы с матерью ему тихо сочувствовали, но лезть помогать не спешили. Рано или поздно он согласится и воплотит эти проекты в жизнь.

Кстати, призраки, что спасли бабулю в последний момент, теперь гордо летают по замку. Они с бабушкой частенько закрываются в отдельной комнате и придумывают планы по захвату мира, а потом подсовывают все это отцу.

И чуть не забыл: бабуля таки развелась с эльфийским дедом. Он долго упирался и сопротивлялся, но все же сдался после приватной беседы. Чем она ему угрожала, знают только они, но, как я ни выспрашивал, так и не узнал правды. Дед что-то бормотал про Екатерину Вторую и информационные войны.

Зато наши светлые друзья получили по званию героя. Гирин попал-таки в свое кадровое отделение, правда, жалуется в последнее время на скуку и отсутствие разнообразия. Олуш получил огромное пособие и открыл свой бизнес по туризму, светлых к нам возит на экскурсии. Лель стали обучать дипломатии, честно говоря, не ожидал от нее успехов, но она сдружилась с дроу, хотя тролли до сих пор никого, кроме отца и бабушки, не признают. Ангре выделили огромный сад, где она поселилась в буквальном смысле. Причем в своем саду она одежды не носит, чему я, несомненно, рад и в последнее время частенько заглядываю к ней в гости. Рояля повысили до звания старейшины, и именно его посылали на переговоры с Темным Властелином. Сказать по правде, он упирался, как мог, но внезапно согласился, говорил что-то про невесту. А Шиншилла вытребовала себе право каждый день посещать камеру своего бывшего возлюбленного. Она посылает к нему своих подруг, дабы они повеселились. И знаете, мне его ни капельки не жаль. Обоих заговорщиков приговорили к пожизненному заключению и издевательствам, причем привести приговор в исполнение вызвались не только дроу, но и демоны.

Даже мне разрешили отправиться в скором времени в местную Академию Магии и Темных сил. Я ведь читал о таких в книгах, почему бы в жизни не попробовать? Правда, бабуля кардинально взялась за реорганизацию системы образования, так что кто знает, что в итоге получится.

Казалось бы, все закончилось хорошо – все живы, все довольны и счастливы. Тогда какого нуба я прячусь в собственном замке? Еще и где прячусь? В бабушкиной ванной! Дожил!

– Женщина, не смей мне указывать! – прервал мои размышления голос из-за закрытой двери.

Шасгар бушует. Он как раз приехал с дипломатической миссией на недельку.

– Не смей на меня рычать! Своим фавориткам будешь подобные браслетики дарить, а я честная женщина, недавно разведенная! – не менее громко отвечала бабуля.

Может, стоит выйти показаться им? А то как-то некрасиво подслушивать.

– А я тебе сказал – ты выйдешь за меня замуж! – рычал Шасгар.

Пожалуй, я еще посижу.

– Ни за что! – раздается грохот.

Правильно, бабуля, мы от одного деда избавиться не успели, а нам второй навязывается.

– Либо ты выходишь за меня, либо я убью твоего зятя и захвачу его земли!

Что? Она же из принципа сейчас откажется!

– Шасгар, ты ставишь меня в безвыходное положение, – всхлипнула бабуля. – Азар – достойнейший из всех правителей. Без него Темные Земли рухнут. Марина не переживет подобной потери. А Данюша? Как ребенка без отца оставить? Да и где я такого замечательного зятя найду? Он же почтительный, обходительный…

Что? Она точно про отца говорит?

– Хорошо. Я согласна!

Святой модератор, помоги демонам!

…И жили они долго и счастливо? Вы плохо знаете мою бабулю!

Примечания

1

Моб – игровой сленг. Подвижный объект, основное предназначение которого быть убитым игроком для получения опыта, очков или других игровых объектов. – Здесь и далее примеч. авт.

2

Хук – короткий боковой удар.

3

Джэб – короткий резкий удар прямой рукой в голову.

4

Кросс – встречный удар через руку соперника.

5

Косплееры (жарг.) – люди, переодетые в костюмы персонажей из аниме, манги или видеоигр.

Content

Евгения Барбуца
Теща Темного Властелина

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Эпилог

Примечания