Дмитрий Сергеевич Кружевский

Бродяга

Пролог

Суйктух оглянулся, краем глаза замечая шмыгнувшую в подворотню тень, и нервно сжал рукоять спрятанного под курткой излучателя. Этот город ему не нравился — слишком пустынный и безжизненный. В таком месте с путешественником может случиться все что угодно и ни кто об этом не узнает. Впрочем, чего можно ожидать от окраинного мира, половина которого испещрена радиоактивными язвами, оставшимися от орбитальной бомбардировки, а в большинстве уцелевших городов царит анархия и запустение. Эта планета так и не оправилась от последней войны с траксионцами и не будь они в столь отчаянном положении, ни за что не решился бы сюда лететь. Однако сейчас отступать поздно, да и не куда. Если кто и сможет помочь им в этой части энвок зоны, то он находиться здесь, на полупустынной Эвоне, — планете, которую свободные торговцы сделали своей основной базой в этом секторе.

Суйктух еще раз внимательно осмотрел пустынную улицу, зажатую со всех сторон полуразрушенными двухэтажными строениями, и осторожно подтолкнул вперед стоявшую перед ним невысокую худенькую фигуру, кутавшуюся в темно-зеленый плащ.

— Идемте, госпожа Киана, здесь может быть опасно.

— В последнее время я от тебя только это и слышу, — обиженным голосом ответила та, но послушно двинулась вперед.

Они быстрым шагом прошли пару кварталов и оказались на большой площади, посреди которой возвышался бетонный постамент с торчащими обломками чьих-то каменных ног, рядом с которым расположилась небольшая компания различных существ, что-то шумно обсуждающая друг с другом.

Суйктух облегченно вздохнул. Дома вокруг площади выглядели вполне жилыми, да и на самой площади, помимо расположившейся у постамента компании, народа хватало.

— Извините, уважаемый, — окликнул Суйктух, проходившего мимо тегранца в комбинезоне космика. — Не подскажете где тут найм-терминал «Королевство Телуны».

Космик остановился и, окинув стоявших перед ним несколько замутнённым взглядом подвыпившего, коротко кивнул.

— Идите через площадь, там дальше по улице до мостика через Уйку, прямо за ним будет здание с вывеской, — он легонько покачнулся и, оскалившись в острозубой улыбке, поинтересовался. — Хотите нанять кораблик?

Суйктух наклонил голову к правому плечу в знак согласия.

— Еcли что просите «Маранку» мы сейчас свободны и берем не много.

— Немного это сколько? — вмешалась в разговор Киана, откидывая капюшон.

Космик бросил взгляд на девочку, лицо которой избороздили татуировки династии Ингма, и в его глазах отчетливо мелькнула тень испуга.

— Извините госпожа, — он поклонился. — Боюсь, наш корабль не сможет удовлетворить требования такой великосветской особы. Мы всего лишь бедные торговцы и не сможем выполнить все ваши прихоти. Извините, за мое необдуманное предложение.

Он резко выпрямился и быстрым шагом направился через площадь.

— И совсем я не великосветская особа и прихотей особых у меня нет, — обиженно надула губки девочка, — правда, господин Вайнс.

— Правда, Киана, правда, — кивнул Суйктух, успокаивающе проводя пальцем по белоснежному костяному гребню, выглядывающему из темно-коричневых волос девочки. — Однако наденьте капюшон, госпожа, не стоит рисковать.

Девочка покосилась на своего сопровождающего и, вздохнув, накинула капюшон обратно на голову. Пройдя через площадь в указанном космиком направлении, они оказались на узкой извилистой улочке. Пенорное покрытие тротуара потрескалось, и местами зияло ямами, заполненными обычным гравием или песком, а кое-где вдоль домов стояли ржавые остовы каких-то наземных машин. Улица была довольно пустынна и лишь пару раз навстречу попадались спешащие по своим делам жители. Вайнс поинтересовался у одного из них правильностью направления и, услышав подтверждение, облегченно вздохнул.

Вскоре они вышли к изящному мостику, перекинутому через небольшой канал, до краев заполненный мутной водой, прямо за которым возвышалось обшарпанное трехэтажное здание, являющееся целью измученных путешественников. Впрочем, особой радости это им не принесло, так как рядом с мостом стояли две фигуры, облаченные в просторные одежды грязно-коричневой расцветки.

— Охотники… — процедил сквозь зубы Вайнс, хватаясь за излучатель и загораживая собой юную госпожу. — Бегите, малан.

Блеклая голубоватая вспышка и руку Суйктуха свела болезненная судорога, заставив невольно зашипеть от боли. Излучатель выпал из ослабевших пальцев, а девочка вместо того чтобы убежать, испуганно вцепилась в его одежду, сковывая движенья.

— Госпожа… — Вайнс почувствовал, накатывающее на него отчаянье, а один из охотников презрительно усмехнувшись, неспешно направился в их сторону.

— Думал уйти от нас, старик, — бросил он, поднимая упавший излучатель и приставляя его короткий ствол ко лбу Суйктуха. — Тебя живым брать нам не сказали…

— Что тут происходит?

Вайнс скосил глаза и увидел высокую инору[1] облаченную в облегающую одежду черного цвета с золотистыми полосками, идущими от горла к короткой белоснежной юбке — точнее даже не юбке, а двум кускам материи ниспадающим от тонкой талии до колен.

Длинные белоснежные волосы, сквозь гриву которых проглядывали остроконечные уши, вытянутое скуластое лицо покрыто короткой золотистой шерстью. Тонкая линия носа, большие раскосые глаза зеленого цвета с вертикальными зрачками, бледные губы из-под которых немного выступают острые клыки.

— Я спрашиваю, что тут происходит? — повторила тем временем женщина.

— Уйди, инора, и мы тебе не тронем, — процедил сквозь зубы наемник, отступая на несколько шагов от Вайнса с Кианой, но продолжая целится в их сторону. — Мы действуем по мандату Торгового Конгломерата и…

— А вот это ты тут зря сказал, — оскалилась женщина и резко выбросила руку вперед.

Охотника буквально подбросило в воздух и он, ударившись об ограждение мостика, с шумом рухнул в грязные воды канала. Второй тут же выстрелил навскидку, но иноры уже не оказалось на прежнем месте. Движения инопланетянки были настолько быстры, что Вайнс с трудом понял что произошло. Она одним прыжком оказалась рядом с наемником и, нанеся несколько быстрых ударов руками и ногами отправила его вслед за товарищем, после чего нервно фыркнув, обернулась к ничего непонимающим беглецам.

— Ненавижу мековцев и их прихвостней, — бросила она. — Как вы?

— Нормально, если бы они хотели нас убить, то мы бы были давно мертвы. — Вайнс, морщась, ощупал онемевшую от разряда станера руку. — И все равно, спасибо вам за помощь.

— Не за что, — улыбнулась женщина. — Вы в контору? — она кивнула в сторону здания.

— Да, хотим нанять корабль.

— Понятно, — незнакомка задумчиво оглядела Суйктуха, затем ее взгляд упал на все еще цепляющуюся за его одежды Киану. — Значит корабль говорите, — пробормотала она. — Что ж удачи.

Женщина коротко поклонилась и, дружелюбно улыбнувшись выглядывающей из-за спины Вайнца девочке, медленно направилась вдоль канала.

— Госпожа, а как вас зовут, — неожиданно подала голос Киана.

Уши незнакомки дернулись.

— Ай, меня зовут Ай, — ответила она обернувшись и тут же с улыбкой добавила. — И думаю, что мы еще встретимся…. принцесса.

Часть 1. «Средь чуждых звезд»

Глава 1

— И что, неужели ни кто не возьмется нас доставить на Кельвию? — Вайнс растерянно посмотрел на сидящего по другую сторону стола торкленца. — Мы же готовы дать двойную… даже тройную цену.

— Дело не в цене… — трафикатор[2] растерянно почесал лобный нарост и многозначно покосился в сторону сидящей в углу кабинета Кианы, — Многие просто не хотят рисковать…

— Я думал, что торговцы отчаянный народ и ради денег они готовы на все.

— Это не так, — покачал головой торкленец. — К тому же влияние мековцев в этом секторе довольно велико и не каждый рискнет оказаться у них в черном списке, так как это может сильно сказаться на заказах, — он вздохнул. — Я, конечно, сбросил запрос в сеть, но пока одни отказы. Впрочем, можете глянуть сами…

Трафикатор щелкнул клавишей и кивнул в сторону шестигранного экрана висевшего на стене, где высветлились строчки с наименованием кораблей, большинство из которых горели желтым цветом.

— И все-таки четверо еще думают… — улыбнулся Суйктух и тут же мысленно выругался, так как три строчки сменили свой цвет, а через мгновение и последняя из них замерцала противной желтизной.

— Вот видите можно конечно еще подождать, вдруг кто-то еще прилетит, но… — торкленец развел ладони в стороны, растопырив при этом пальцы, как бы говоря этим, что ничего не может гарантировать.

Вайнс понимающе кивнул. Весь его план разлетался в клочья, словно соломенный шалаш под резкими порывами ветра, — выхода не было. Понадеявшись на свободных торговцев и их извечное противостояние с Торговым Конгломератом, он сам загнал себя в эту ловушку. Плечи Суйктуха поникли, и он неожиданно ощутил дикую усталость, а так же странную обреченность. Оставалось только покориться судьбе и, дождавшись появления очередных охотников Конгломерата, передать им юную наследницу, моля о снисхождении к девочке. Он обреченно посмотрел в сторону Кианы, что с интересом разглядывала какой-то журнал, одновременно жуя сочный анрай, плоды которого лежали в стоявшей на столе вазочке.

— Жалко ее… — вздохнул он.

— Понимаю, — торговец на мгновение задумался и, бросив рассеянный взгляд на Киану, быстро защелкал пальцами по клавишам компьютера. — Вообще-то есть один вариант, — сказал он через пару минут, неуверенным голосом. — По крайней мере, попытаться можно… если кто-то возьмётся вам помочь, то только он…

Суйктух устало посмотрел на торкленца, чувствуя полное безразличие.

— Как я понимаю этот «некто» не торговец.

— Не торговец, — подтвердил трафикатор, — это один из так называемых «Поисковиков». Они ищут артефакты «старых»[3], а при случае готовы взяться за любой подвернувшийся контракт.

— Скитальцы, — поморщился Суйктух. — Это же отрепье…

— Ну, далеко не все.

— В основном, — Вайнс поднялся и, приложив руку к груди, поклонился. — Спасибо. Я подожду еще пару дней. Если что-то появится, дайте мне знать.

— Обязательно, — торговец поднялся из-за стола, поклонившись в ответ. — Всего вам хорошего, господин Суйктух. И все-таки советую вам сходить в порт и поговорить с этим «поисковиком»… если что, поспрашивайте капитана Керка.

— Возможно, я так и сделаю, — он повернулся к Киане, которая отложила журнал и вопросительно глядела в его сторону. — Пойдемте, госпожа.

— И что будем делать? — девочка с грустью посмотрела на своего сопровождающего.

— Не знаю, госпожа, — честно ответил Вайнс, стараясь не смотреть в глаза своей подопечной. — Пока, наверное, найдем, где остановиться и будем ждать, может что подвернется.

Девочка понимающе кивнула и вдруг приобняла Суйктуха, заставив его вздрогнуть.

— Дядя Вайнс, не переживайте, если понадобиться можете отдать меня гарнийцам. Все равно папа и мама… — Киана всхлипнула и тут же отвернулась, кусая губы.

На мгновение Вайнсу стало жутко стыдно перед своей юной спутницей за то, что он кадровый военный, прошедший несколько войн, поддался отчаянью, а эта малышка, недавно пережившая гибель своих родителей, все еще сохраняет самообладание.

Он мысленно выругался, подбирая в свой адрес самые нелестные эпитеты и, успокаивающе погладив Киану по ее костяному гребню, ободряюще улыбнулся обернувшейся к нему девочке, в глазах которой плескалась робкая надежда.

— Госпожа, вы же знаете, пока я жив, то ни кому вас не отдам.

Киана улыбнулась в ответ и вновь приобняла своего спутника.

— Ну все, хватит сантиментов, — Суйктух осторожно отстранил от себя девочку, — идемте, госпожа, по пути сюда я вроде видел гостиницу, надо снять комнату и передохнуть, а то скоро уже стемнеет, — он кивнул в сторону висящего над домами огромного ярко-красного диска местного светила.

Освещенный мерцающим светом разноцветных лазеров, чьи лучи суматошно бегали по стенам, порой сплетаясь в причудливые изображения, бар был практически пустым, если не считать небольшой группы космиков лениво наблюдавших за танцующей голограммой полуобнажённой торкленки.

Вайнс сидел за стойкой бара, сделанной из помутневшего от времени пластика и лениво цедил, какой-то напиток, выбранный наугад из небогатого меню. На душе было муторно.

Сдавать девочку наемникам мековцев или гарнийцам он не собирался, однако и выхода из создавшегося положения не видел. За три местных дня ни кто из капитанов не выразил желания им помочь, правда и наемники больше не объявлялись.

Суйктух тяжело вздохнул и, залпом допив оставшуюся в стакане зеленую жидкость какого-то местного коктейля, окликнул бармена, который с сосредоточенным видом копался во внутренностях какого-то аппарата с множеством краников и стеклянных колб размещенных на передней панели. Тот бросил взгляд в его сторону и, кивнув, захлопнул дверцу аппарата. Сунув руки под лучи дезинтификатора, он подошел к Вайнсу.

— Что-то еще налить?

— Да еще стаканчик такого же, — он кивнул на опустевший бокал. — И еще, не подскажете где мне найти капитана Керка?

— Керка, — бармен на мгновение задумался. — Не помню такого, он точно из торговцев?

— В конторе сказали что поисковик.

— А, так это, наверное, то ржавое корыто, что стоит в девятой посадочной.

Суйктух пожал плечами.

— Мне сказали только имя.

— Ну, других поисковиков сейчас на стоянке нет, а этот, — бармен кивнул на группу космиков. — Вон тот торкленец в черном за отдельным столиком как раз с него…

— Спасибо, — Вайнс протянул ему пару серебристых пластинок номиналов в десяток унвиксов каждая и, подхватив вновь наполненный бокал, направился к указанному космику.

— Можно? — спросил он, отодвигая один из стульев.

Космик оторвал взгляд от танцующей голограммы и, бросив беглый взгляд на Суйктуха, коротко кивнул.

— Да не занято вроде.

Вайнс уселся за столик и пару минут неспешно потягивал коктейль, с интересом наблюдая за танцем, тем более что голограмма сменилась и вместо торкленки на сцене появилась золотокожая жительница Экарии.

— Интересно они действительно настоящую экарийку отсканили или это модель? — неожиданно спросил космик.

— Думаю модель, — ответил Вайнс после секундной заминки, — у этой нет пяточных наростов, а о них мало кто знает, так как женщины Экарии никогда не обнажают ноги в присутствии посторонних. Да и подобное обнажение противоречит их духовным законам.

— Согласен, — улыбнулся его собеседник. — Но смоделировано прекрасно, за это и выпьем… — он плеснул в свой стакан из стоящей рядом бутылки и вопросительно посмотрел на Вайнса, но тот отрицательно покачал головой, продемонстрировав торкленцу недопитый коктейль. Тот криво усмехнулся и, залпом опрокинув в себя содержимое бокала, глухо крякнул.

— Крепкая, стабилитрон ее раздери, — констатировал он, вновь наполняя свою кружку и окидывая Суйкхука затуманенным взором. — Зря отказываешься.

— Да неохота как-то.

— Понимаю, — кивнул космик. — Дела, ждешь кого-то?

— Нет, — покачал головой Вайнс. — Хотел нанять корабль, но как-то не выходит…

— Это как так? — на лице торкленца отразилось неподдельное удивление. Он развернулся и похлопал по плечу сидевшего за соседним столиком космика в зеленой куртке и надписью «Экатра» на спине.

— Кант, у вас что, все в разлетах?

— Нет, — ответил обернувшийся, — заказов мало.

— Так вот же клиент, — палец торкленца указал на Суйктуха.

Тот, кого назвали Кант, бросил беглый взгляд на Вайнса и ухмыльнулся.

— Спасибо Рик, но капитан навряд ли согласиться заключить контракт с аларцем, Конгломерат на них буквально охоту объявил.

— И с каких пор вы стали бояться мековцев? — фыркнул Рик.

— С тех пор как на границе системы висит тройка их тейтров[4].

— Ух-ты! И кто же из ребят им так насолил?

— А ты это у своего нового знакомого спроси, — буркнул Кант и отвернулся.

— Вот как, — Рик повернулся и задумчиво посмотрел на Суйктуха. — Похоже, ты влип в ситуацию, дружище. У здешних барыг прямого гиперпривода нет, и их корыта ходят через шлюз, а контрольную станцию мековцы наверняка уже под себя подмяли. Верно я говорю, Кант?

Торговец, не оборачиваясь, воздел над головой зажатый в руке бокал, по всей видимости, выражая таким образом согласие со словами Рика. Тот отсалютовал своим в ответ и, немного отхлебнув из него, поставил на стол.

— Так что тебе остается лишь затаиться и надеяться, что в эту дыру заглянет кто-нибудь посолиднее местных спекулянтов. Ну, или попытаться их уговорить…

— Бесполезно, — подал голос космик, сидевший за одним столом с Кантом. — Не один из наших не пойдет на это. Мековцы любой корабль, проходящий через шлюз, осматривают, причем так тщательно, что ничего не скроешь. У Энка вон тайник с такской дурью нашли, а он уже и забыл, что когда-то его делал.

— Энк скоро забудет, как его зовут, — хохотнул Кант, — особенно если и дальше будет увлекаться перевозом подобного товара, да еще постоянно пробовать его качество. Хотя в остальном Тав прав…Кстати, Рик, а почему бы вам самим не взять на борт пассажира?

— Нам? — поисковик на мгновение растерялся, словно подобная идея даже не приходила ему в голову. Он пару минут задумчиво крутил свой бокал в руках, затем пожал плечами. — Это надо с капитаном говорить, хотя, у нас уже есть наниматель. Мы сюда-то забрели только из-за поломки, сегодня закончим и фьють, только нас и видели.

Вайнс мысленно выругался. Разговор только свернул в нужное русло, давая надежду на успех, однако последние слова Рика, задавили ее в зародыше. Космик бросил взгляд на погрустневшее лицо Вайнса и ободряюще улыбнулся.

— Не печалься, дружище, сюда мековцы не сунутся…

— Уже сунулись, — раздавшийся из-за спины женский голос, заставил аларца обернуться, а Рика расплыться в приветливой улыбке.

— Ай, а ты что тут забыла?

— Да так, разыскиваю одного гулящего бортинженера, который ни как не хочет выходить на связь, случайно не знаешь, где он находится? — К столу подошла инора, спасшая их с Кианой от наемников…

— А что капитан уже вернулся?

— Еще час назад.

— Ладно, ладно, я понял, — Рик поднялся из-за стола и, неуверенной походкой, направился к двери.

Ай покачала головой и, пробормотав что-то вслед бортинженеру на незнакомом для Вайнса языке, с улыбкой посмотрела на погрустневшего аларца.

— А где ваша милая спутница? — поинтересовалась она.

— В гостинице неподалеку, — растерянно ответил он, пододвигая к себе недопитую Риком бутылку и плеская из нее в свой бокал, — по-моему, называется «Мрак Ранула» или что-то подобное.

— «Тени Райкула»!?

— Возможно

— Шардзым[5]! Сколько вы здесь?

— Где-то с час, — Вайнс удивленно посмотрел на инору, чувствуя, как по краю его головного гребня пробежал противный холодок дурного предчувствия.

— Идемте скорее, — бросила она. — Только бы не опоздать.

Они выскочили из бара и нос к носу столкнулись с дожидающимся Ай Риком.

— Что за спешка? — поинтересовался тот, с удивлением косясь в сторону следующего за женщиной Вайнса.

— Потом объясню, — бросила та. — Оружие с собой?

Рик коротко кивнул.

Они почти бегом двигались по ночным улицам полуразрушенного городка, которые были освещены лишь тусклым светом двух небольших лун планеты. Ай быстро пересказала своему товарищу об инциденте с наемниками, заставив того ехидно заметить, что она любит искать приключений на кончики своих ушей.

— Это ж надо так сглупить и поселиться у Гивдо, — заметил бортинженер, на ходу проверяя заряд своего пистолета. — Он же за пару унвиксов свою почку продаст и спросит: «не нужна ли вторая», а уж информацию мековцам сливает регулярно, да и наемники у него частенько ошиваются.

— Я- то откуда знал, — зло огрызнулся Вайнс, следуя примеру Рика и проверяя свое оружие. — Всегда считал, что здесь все ненавидят конгломерат.

— Все да не все, — многозначно хмыкнул торкленец. — К тому же Гивдо бывает полезен, особенно когда надо подсунуть дезу мековцам. Да и у него кой-какой информацией о конгломератчиках всегда разжиться можно, — за определенную плату конечно. Поэтому его здесь и терпят, — такой вот симбиоз.

Суйктух покосился на космика, но промолчал, лишь мысленно отметив, что Рик, еще недавно с трудом стоявший на ногах, теперь выглядел абсолютно трезвым.

Гостиничный номер встретил их тишиной и приоткрытыми дверями. Ай быстро переглянулась с Риком и тот, понимающе кивнув, резко распахнул дверь. В это время женщина вытянула обе руки вперед, и Вайнсу показалось, что пространство вокруг бортинженера вздрогнуло, а сам его образ вдруг стал нечетким, словно между ними кто-то поставил мутное стекло. Космик исчез внутри номера, чтобы появиться буквально через пару минут.

— Пусто, — бросил он, вкладывая свое оружие в кобуру, закрепленную на груди под курткой. — Девочку видимо взяли спящей, потому как никаких следов борьбы не видно.

— Значит, идем, навестим Гивдо? — усмехнулась Ай.

— Идем, — ухмыльнулся в ответ Рик. — Тем более что он нам кое-что задолжал за прошлый раз.

Они дружно развернулись, направившись по коридору в сторону ведущей на первый этаж лестницы и Вайнсу ничего не оставалось, как последовать за ними. Он находился в некоторой растерянности, и все что ему оставалось, это лишь положиться на своих новых знакомых. Правда, мотивы, заставляющие тех ему помогать, были пока непонятны, но особого выбора у него не было, — сейчас главное было отыскать Киану, а уже потом разбираться со всем остальным. Поэтому Суйктух тряхнул головой, отгоняя от себя дурные мысли и прибавил шаг, нагоняя своих новых знакомых.

Спустившись по лестнице, они пересекли небольшой холл с информационной стойкой, мигающей зелеными квадратами свободных номеров, и остановились перед узким прямоугольником металлической двери прячущейся в его глубине.

— Гивдо, — старая рептилия, открой дверцу, переговорить надо!! — Крикнул Рик, пару раз стукнув в нее кулаком. — Гивдо!!

Пару минут ничего не происходило, хотя у Суйктуха появилось стойкое ощущение, что их внимательно разглядывают, затем верхняя часть двери неожиданно стала прозрачной. Появившаяся за ней серая чешуйчатая физиономия, заставившая Вайнса невольно вздрогнуть, — эндарцев вживую он еще не видел. Эти разумные рептилии жили на противоположной стороне энвок-зоны и были не многочисленны. К тому же, насколько ему было известно, все они были страшными ксенофобами, в связи с чем, мало кто из них покидал границы родной системы.

— А кто это к нам пожаловал? — эндарец наклонил голову вбок, разглядывая стоявших за дверью немигающим взглядом своих золотистых глаз с черными черточками зрачков.

— А ты не узнаешь, — буркнул торкленец. — Может нам дверь вынести, чтобы догадался?

— О, да это дорогой наш Рик, — тут же расплылся в острозубой улыбке Гивдо. — Каким звездным ветром в наших краях?

— Попутным, — усмехнулся бортинженер. — Вот решил зайти, сказать тебе, что последняя твоя инфа оказалась не верной, так что мы сожгли десяток топливных стержней впустую и капитан страшно зол на тебя.

— Да? — ящер быстро заморгал. — Принеси мои извинения капитану, но я ведь его предупреждал, что источник не проверенный.

— Что-то я такого не помню, — прищурился Рик. — Вроде ты утверждал обратное.

Эндарец вновь оскалился в улыбке и на мгновение из его пасти выскочил длинный раздвоенный язык ярко-желтого цвета.

— Где девочка, Гивдо? — вперед выступила Ай, оттеснив своего спутника от двери.

— Какая девочка? — эндарец вновь наклонил голову набок.

— С семнадцатого номера.

— Ах, эта…наверное где-то гуляет со своим дядей. Я же не обязан следить, что делают мои постояльцы.

— Не морочь мне голову, — в голосе женщины послышались нотки раздражения. — Ее спутник с нами, не видишь что ли? Лучше скажи, где залегли мековские прихвостни или будешь уверять, что не знаешь?

— Ну… — на дверном экране показалась когтистая лапа и пару раз щелкнула пальцами. — Все имеет свою цену.

— Ах, ты… — белоснежные волосы женщины всколыхнулись, словно от порыва ветра, а на лице рептилии явно мелькнул испуг.

— Ай, не надо, — рука Рика, опустилась на плечо иноры. Женщина коротко рыкнула и, нервно дернув ушами, отошла от двери.

— Гивдо, давай так: ты нам говоришь, где наемники, а я говорю капитану, что мы в расчёте, идет?

Ящер уставился немигающим взглядом на Рика, затем поскреб когтем по своей щеке и коротко кивнув, бросил:

— Где обосновались, — не знаю, но краем слуховой мембраны слышал, что их часа через три должны забрать у башни, так что пара часов у вас еще есть, — он вновь расплылся в своей жутковатой улыбке и экран погас.

До указанного хозяином гостиницы места, они добрались буквально минут за сорок, хотя трёхсотметровая игла башни межзвездного ретранслятора находилась на самой окраине города. К счастью Рик прекрасно знал дорогу и продвигался самым коротким путем, не обращая внимания на подозрительные тени, изредка мелькавшие в подворотнях полуразрушенных зданий. Лишь оказавшись рядом с башней, Суйктух понял, почему наёмники выбрали это место. Ровное поле, покрытое потрескавшимся бетоном и усыпанное различным мусором: от ржавых грузовых контейнеров, до обломков какого-то летательного аппарата, раскинулось вокруг башни на сотни метров, позволяя при должном умении посадить сюда небольшой челнок.

Они разместились на четвертом этаже небольшого пятиэтажного здания цилиндрической формы стоящего на краю поля, из которого почти все оно было как на ладони.

— Когда-нибудь эта громадина все же рухнет, — сказал Рик задумчивым голосом, разглядывая башню через электронный бинокль. — Каждый раз как ее вижу, удивляюсь; как же она до сих пор стоит-то.

— Ты бы лучше за местностью следил, — буркнула Ай. — Не то пропустим гостей.

— Да они, похоже, уже давно здесь, — усмехнулся бортинженер. — Вон их маяк моргает.

— Где? — женщина выхватила у торкленца бинокль.

— Рядом с обломками самолета, чуть правее вон тех бетонных блоков.

— И правда, — Ай вернула прибор Рику. — Тогда ждем.

— Чего ждем? — нервно спросил Вайнс, смотря в указанном торкленцем направлении и замечая там синий отблеск сигнального маяка.

— Шлюпку, — ответил бортинженер и тут же пояснил. — Все это сильно смахивает на обычную ловушку. Не думаю что наемники такие глупые, что прямо так взяли и разоткровенничались перед Гивдо, наверняка это было сделано специально. Так что единственная возможность застать их врасплох это во время посадки на челнок, когда они уже будут чувствовать себя практически в безопасности.

Вайнс понимающе кивнул и, усевшись на стоящий у стены металлический ящик, обессиленно откинулся на нее, чувствуя затылком успокаивающий холод бетона.

— Одного не понимаю, — пробормотал он, устало прикрыв веки, — почему они ждали целых три дня?

— Ну, возможно Гивдо не сразу тебя сдал, но что более вероятно поставил условие, чтобы в его гостинице не было никакой стрельбы. Вот наемники и ждали, пока вы оставите девочку одну, — раздался голос Рика. — Торопиться-то им было не куда. Кстати, а вот и наши гости.

Суйктух вскочил со своего места и выглянул в окно. Со стороны башни к моргающей точке маяка приближалась темная масса челнока с горящими на носу и коротких крыльях разноцветными огнями.

— А теперь пора и нам, — Рик вытащил свой пистолет. — Старик, ты со мной? — он покосился в сторону Вайнса.

— Естественно, — ухмыльнулся тот и, оглядевшись, спросил. — А где госпожа Ай?

— Госпожа? — торкленец как-то странно хрюкнул, словно сдерживая смешок, но пояснил вполне спокойным голосом. — Думаю, госпожа Ай, уже там и готовит нашим «друзьям» пару сюрпризов.

Челнок был похож на гигантскую бочку, к бокам которой прикрепили небольшие треугольные крылья. Он на мгновение завис над маяком, покачиваясь на струях огня бьющих из маневровых двигателей, затем медленно опустился вниз, коснувшись бетона круглыми чашами своих опор. Тут же от стаявшего неподалеку покосившегося куба грузового контейнера отделилось три тени, направившись к приземлившейся шлюпке. Ударивший с нее луч свет осветил трех мужчин и стоявшую между ними небольшую тоненькую фигурку, кутавшуюся в зеленый плащ, с золотистой оторочкой.

— Юная госпожа, — Вайнс хотел было уже кинуться вперед, но рука космика, преградила ему дорогу.

— Не теряйте головы, — бросил он. — Я беру эту троицу на себя, а вы приглядите за челноком.

Суйктух кивнул и, дождавшись пока сгорбленная фигура торкленца скроется в ночи, переместился поближе к шлюпке, взяв на прицел створки медленно распахивающегося шлюза. В это время откуда-то сбоку глухо щелкнуло, и один из наемников ничком рухнул на землю, а двое оставшихся тут же кинулись в разные стороны, засев за валявшимися неподалеку бетонными блоками. На несколько коротких мгновений ночь рассветилась короткими штрихами разноцветных трассеров лучевиков.

Киана, оставшись одна, застыла в нерешительности, затем медленно попятилась прочь от шлюпки, но тут из нее, ударил ярко-синий луч и девочка, коротко вскрикнув, упала. Вайнс выругался про себя и, пару раз выстрелив в сторону открывшегося шлюза, кинулся к своей подопечной. До нее оставалась какая-то пара метров, когда его бедро взорвалось волной пронзительной боли, заставив громко вскрикнуть и выронив пистолет распластаться на холодном бетоне. На какое-то время он потерял сознание и очнулся лишь от резкого тычка в бок, чем-то твердым.

— Просыпайся, старик.

Вайнс открыл глаза. Один из наемников склонился над ним, тыча в бок стволом своего излучателя. Заметив, что Суйктух открыл глаза, он криво ухмыльнулся и, разогнувшись, крикнул:

— Койт, этот тоже пришел в себя!!

— Тащи к остальным, — донеслось откуда-то слева.

Через какие-то пару минут Вайнс присоединился к Рику и Ай, которые сидели около бетонного блока. Причем женщина была связана буквально по рукам и ногам, а лицо бортинженера украшало несколько кровоподтеков.

— Смотри-ка живой, а я уж думал что вам хана, — тихим голосом пробормотал Рик, когда тащивший Суйктуха наемник буквально бросил того рядом с торкленцем.

— Ногу задело, не чувствую ее, — простонал Вайнс, чувствуя что сознание вновь готово уплыть.

Космик согнулся, видимо пытаясь рассмотреть его рану и, судя по выражению лица, хорошего там было мало.

Тем временем наемники принялись что-то выгружать из шлюпки, и казалось, совсем позабыли о своих пленниках. Лишь изредка кто-то из них бросал беглый взгляд в их сторону, но затем вновь принимался за работу.

— Опять какую-то гадость привезли, — Рик пододвинулся ближе к Вайнсу. — Вот скажи, старик, чем ты их так достал, что для вашей поимки они почти целую армию собрали.

— Долгая история, — аларец тряхнул головой, пытаясь отогнать застилающую глаза пелену.

— Верю, — космик вдруг уставился куда-то в сторону, а его разбитые губы тронула легкая улыбка. — Ну, сейчас начнется самое интересное, — прошептал он, подмигивая.

Раздавшийся пронзительный свист заставил наемников удивленно поднять головы, чтобы через мгновение кинуться врассыпную, бросая по пути перетаскиваемые ящики и хватаясь за оружие. Над полем промчалась пара истребителей и, сделав залп, резко ушла вверх, а вокруг вновь воцарилась тишина. Наемники выбирались из укрытий, непонимающе переглядываясь, пока один из них с ругательствами не указал на дымящиеся обрубки хвостовых двигателей шлюпки. В это время вновь раздался знакомый свист, и стремительная остроносая машина вновь рухнула из глубин ночного неба, заставляя своих противников разбегаться в поисках укрытия.

Неожиданно рядом с одним из наемников, прячущимся за опорой челнока, возникла фигура в черном скафандре. Короткий взмах рукой и солдат удачи тот медленно опускается на бетон, а незнакомец в черном продолжает свой бег и еще несколько наемников падают на землю, даже не успев поднять свое оружие.

Вайнс смотрел за смертельной пляской черной тени и не мог понять, что происходит. Неведомый воин уложил пятерку наемников без единого выстрела, а когда оставшиеся в живых опомнились и начали ответную стрельбу, быстро исчез в темноте. Было видно, что это нападение повергло его противников в состояние полной растерянности, особенно учитывая тот факт, что валявшиеся на земле тела их поверженных товарищей демонстрировали обрубки ног, рук, а кое-кто лишился и головы. Наверное поэтому, когда ночь вновь пронзил знакомый свистящий звук, большинство из наемников предпочло раствориться в темноте. Оставшиеся четверо видимо были самыми смелыми, а возможно именно они отвечали за похищение Кианы. Как бы там ни было, но трое из них направили свое оружие на пленников, а один повернулся в темноту и прокричал:

— Выходи, иначе твои друзья лишаться своих голов!!

— Ты уверен? — раздалось откуда-то сзади и перед лицом Вайнса появились ноги, закованные в черную броню, а затем послышался шум падения тел.

Суйктух приподнял голову, стараясь понять, что происходит и как раз застал тот самый момент, когда голова главаря наемников отделилась от тела, сюрреалистическим мячиком запрыгав по бетону.

Фигура в черном замерла, и в свете прожекторов шлюпки блеснуло серебристое лезвие меча, которое медленно втянулось в ее руку.

— А вот и капитан, — раздался сбоку голос Рика. Вайнс непонимающе посмотрел на космика и вдруг почувствовал, как мир медленно закружился вокруг него, сменившись липкой темнотой беспамятства.

Глава 2

Если спроецировать энвок-зону на плоскость, то своим видом она больше все напоминала бы огромную причудливую кляксу с множеством отходящих во все стороны лучей, рядом с которой на некотором расстоянии расположилась еще одна, намного меньшая по размеру и имеющая форму почти правильного овала.

Наибольшую часть этой кляксы, сверху донизу, занимало гигантское образование, именующееся Торкленской Федерацией и включающее в себя около семи сотен звездных систем, по сторонам которой расположились немногочисленные государства, считающие себя вполне самостоятельными, но на деле и чаще всего полностью зависящие от нее во многих аспектах. Единственно кто был полностью независим от федерации так это так называемая Кергарская Империя — то самое овальное пятно в двух десятках парсек от основной энвок-зоны. Некогда интересы ведущих звездную экспансию цивилизации кергарцев и торкленцев столкнулись, превратив их на долгие столетия в непримиримых врагов, но вот уже несколько веков в межзвёздном пространстве царил относительный мир.

Торкленская Федерация, приросшая мощью за счет других присоединившихся к ней цивилизаций, стала слишком сильной и железной рукой наводила порядок на своих территориях — по крайней мере, в центральной их части. Кергарцы же обратили свой взор на неизученные территории и неприсоединившиеся к федерации государства, погрязнув в бесконечных захватнических войнах и, тем не менее, медленно, но уверенно расширяя свои владения, грозя вновь стать силой способной бросить вызов торкленцам.

А вот Федерация была вынуждена остановить дальнейшую экспансию, сосредоточившись на укреплении своей внутренней структуры, что было для нее более важно, так как на данный момент она включала в себя около десятка цивилизаций с различным уровнем развития, политическим обустройством и геополитическими интересами. Некогда создававшаяся как военный союз против кергарцев, на нынешний момент времени она переживала не лучшие свои времена, раздираемая внутренними политическими распрями и противоречиями.

На фоне всего вышеперечисленного Земной Анклав смотрелся жалким пятнышком затерявшемся в просторах вселенной.

И вот уже восемь лет…долгих восемь стат-лет он бросает свой космолет от планеты к планете в надежде наткнуться хоть на какой-то знак, обрывок информации, хотя бы намек, указывающий ему путь к родному дому, — тщетно. Тысячи звездных систем, сотни населенных планет, десятки разумных существ различных видов, однако, сколько бы он не спрашивал, ни кто даже не слышал о существовании человеческой цивилизации.

Лишь несколько раз ему удавалось нащупать что-то обнадеживающее, но каждый раз полученная информация приводила в никуда: свидетели неожиданно погибали, документы исчезали, а записи оказывались повреждены. Вот и их последний полет на далекую планету Урас, где жил некий космик, видевший мертвый корабль неизвестной конструкции, оказался напрасным. Незадолго до их прибытия с ним случился несчастный случай; его машина на полной скорости врезалась в автоматический уборщик, неожиданно вывернувший на трассу. Это наводило Кира на определенные мысли о неведомом и очень могущественном противнике, внимательно следящим за его поисками и почему-то не желавшим их успешного завершения. Однако прямых доказательств существования этого таинственного «НЕКТО» не было — так, подсознательные ощущения и собственные рассуждения. К тому же с другой стороны, все это могло быть и обыкновенной цепочкой совпадений. В любом случае сдаваться Кир больше не собирался, однако все больше склонялся к мнению, что единственной дорогой домой могли стать пространственные врата подобные тем, что некогда забросили его на Энгмар — родной мир Намара и Ай. Он даже пару раз порывался вернуться туда, однако после доклада профессора Лайноса сибэвцам[6], патрульные заблокировали систему, вытурив с планеты мековцев, занимавшихся там поиском дайтанских артефактов. Дело в том, что местная цивилизация находилась на уровне земного средневековья, а по законам энвок-зоны, всяческие прямые контакты с подобными мирами были запрещены. Так что теперь на планете присутствовали лишь небольшие группы ученых, занятые исследованием причин деградации дайтанской цивилизации, под неусыпным надзором патруля.

Оставалось только попробовать отыскать нечто подобное на других планетах зоны, тем более что подобные находки уже имелись. По словам профессора, врата были найдены еще на нескольких планетах зоны, однако добраться до них было так же невозможно. Правительство обычно сразу же блокировало к ним доступ, передавая их исследование специальным группам.

Кирилл вздохнул и, поднявшись с кресла, подошел к стене каюты, за которой скрывался минибар. Открыв дверцу, он пару минут смотрел на стоявшие там бутылки, затем взял одну из них и вернулся обратно. Плюхнувшись в кресло, Кир отхлебнул прямо из горлышка сладковатой жидкости и, поморщившись, усмехнулся. Пить за эти годы он так и не научился, а минибар держал лишь для гостей, позволял себе только слабоалкогольные напитки наподобие земной шипучки.

И все же он изменился…все они изменились.

Ай — бывшая хранительница[7], практически с детства обученная обращению с мечом и стрелометом, теперь с не меньшим умением использовала различные типы излучателей, а верного хогрунда[8] ей заменила скоростная машина наземной разведки. Кроме того девушка обладала прекрасными телекинетическими способностями и двухгодовое обучение в САТсПэ[9] превратило ее в опытного биотика.

А еще за эти годы Ай стала мамой и у них с Намаром родилась чудесная девочка, которую назвали Эйрой. Бывший «ищущий»[10] души не чаял в дочери и баловал ее всеми возможными способами, а остальные члены команды «Геры» поддерживали его в этом деле всеми возможными способами. К счастью, не смотря на подобное отношение, девочка росла послушной, неизбалованной и довольно самостоятельной.

Сам же Намар увлекся техникой и благодаря Рику, а так же нескольким десяткам прочитанных книг, довольно неплохо освоил устройство двигателей космолетов, частенько удивляя бортинженера своими познаниями.

Профессор Лайнос, покинувший их команду по возвращению в энвок-зону, через пару месяцев вновь объявился на борту, заявив, что в связи с долгим отсутствием был давно уволен с кафедры как «пропавший без вести», а посему абсолютно свободен и принял решение путешествовать вместе со всеми.

Так что единственным членом экипажа, ушедшим навсегда с корабля, была знакомая Рика. После того как они улетели с Энгмара и, после пары месяцев блуждания, вышли к обитаемым планетам э-зоны, женщина просто сошла в ближайшем порту, практически ничего не сказав на прощание. Больше они ее не видели.

К счастью, замена нашлась довольно скоро и новым астронавигатором «Геры» стала Кай-Хара Тайк — обитательница небольшой планеты Астор вращающейся возле газового гиганта одной из окраинных систем. Своим видом девушка походила на очаровательную демоницу из Земных легенд и являлась обладательницей, точеной фигурки обтянутой блестящей серой кожей, а так же тонких золотистых рожек почти двадцатисантиметровой длины, которые подобно причудливым антеннам торчали из ее матово-черной гривы волос. Кроме того ноги Кай-Хары походили на птичьи лапы, а длинный тонкий хвост с пушистой кисточкой вполне был способен на звонкую пощечину, в чем уже не раз сумел убедиться Рик, пытающийся заигрывать со своенравной асторкой.

А еще была Гера — бортовой компьютер космолета, полностью персонализировавший себя с девушкой и являющийся неотъемлемым членом экипажа. Некогда Кир дал кораблю такое название в память о погибшей подруге и не ожидал, что тот попытается воссоздать ее образ. К счастью бортовой компьютер получил слишком мало данных, и эта Гера полностью отличалась от той, в чью честь ее назвали. Это было и к лучшему; распускающийся над океаном цветок взрыва он помнил до сих пор, как до сих пор ощущал грызущее чувство вины и ноющую боль потери.

Впрочем, он уже не был тем мальчишкой, который восемь стат-лет назад очутился в неизвестном для себя мире, практически потеряв память, — годы изменили многое. В душе словно что-то окостенело, сделав его жёстче, изворотливее и циничнее, а земная жизнь казалась теперь почти сном, увиденным в далеком беззаботном детстве. Лица друзей, места, события, — все подернулось пеленой, медленно истлевая из памяти, заменяясь новыми образами и привязанностями. Он и сам не замечал, как землянин Кирилл Градов медленно уходил в прошлое, растворяясь в Кир Керке капитане космолета «Гера», — одном из космических бродяг бороздящих просторы космоса в поисках одной лишь им известной цели.

Но было и то, что он не мог забыть, та, чей образ буквально впечатался в полотно его памяти, будоража душу и заставляя ныть все еще не успокоившееся сердце. Зеленые волосы, милый овал лица, курносый нос, бархатная кожа, любящий взгляд огромных фиолетовых глаз и чуть сладковатый вкус поцелуя бледно-розовых губ. А еще тихий шепот: «Вернись дорогой, я жду тебя». Ее голос все еще звучит в ушах, заставляя просыпаться по ночам и долго сидеть на кровати обхватив руками голову. Лаймалин, — его Лаймалин.

Кирилл скрипнул зубами и вновь припал к горлышку бутылки, словно надеясь, что сок тайры сможет заглушить рвущееся изнутри отчаянье.

Даже лицо матери поблекло со временем, отошло куда-то на задний план, а вот Лайм он не может забыть до сих пор. Несколько раз, когда его охватывало отчаянье, связанное с бесплодностью его поисков, он пытался наладить личную жизнь, осев на одной из множества планет, и один раз даже познакомился с девушкой ответившей ему взаимностью, но продержался ровно полгода. В результате, плюнув на все, он решил продолжать свои поиски, тем более что порой они приносили неплохую прибыль. Попутная доставка грузов, выполнение кое-каких поручений от частных лиц, найденные в некоторых полетах артефакты можно, все это позволяло не только одержать старый дайтанский космолет в исправности, но и полностью обеспечивать свою команду всем необходимым. Так что единственным домом для него стала «Гера», единственной семьей — его верный экипаж, а единственным смыслом жизни — найти путь домой.

А вообще в первые годы, после их отлета с Энгмара, было довольно трудно и не только по причине сложностей адаптаций в новом для некоторых из них мире. Мековцы словно озверев, кинулись искать прорвавшийся сквозь их заслоны дайтанский корабль, который сам по себе был бесценным артефактом. Их спасла только предусмотрительность Рика, предложившего несколько изменить внешний вид космолета. Полгода работы на одной из верфей свободных торговцев и несколько тысяч номиналов, а как результат; стремительный рыбообразный корпус «Геры» оброс второй «шкурой» фальш-обшивки, превратившей ее в неприметный транспортник с торчащими из угловатого тела чашами ионных двигателей. И, тем не менее, почти полтора стат-года они не решались на дальние перелеты, обходясь в основном внутрисистемными перевозками, — ожидая пока хоть немного стихнет суета и скандалы, связанные с Энгмаром. К счастью на «Гере» было достаточно различного дайтанского оборудования, и продажа его в качестве артефактов принесла немалую прибыль, позволившую им не особо напрягаться по поводу финансов.

Кирилл усмехнулся своим воспоминаниям и, поднявшись из кресла, подошел к трубе мусоропровода. Сунув бутылку в нишу, он нажал кнопку сброса, в который раз пожалев об отсутствии обычных земных утилизаторов перерабатывающих материю в энергию. Приходилось возиться с мусором, который автоматически брикетировался на нижней палубе, в небольшие полутораметровые кубы, предварительно разделяясь на био и техно-отходы. После чего его либо сбрасывали в космос, либо сдавали на космодромах в специальные центры переработки, — последнее было выгоднее, но довольно хлопотно и мало кто из космиков с этим возился. В любом порту существовали так называемые «скрайдеры», которые были готов купить мусорные кубы за небольшую плату, для дальнейшей их перепродажи.

И все же, Кирилла поражало убожество местных технологий, застопоривших свое развитее где-то на уровне земного двадцать третьего века, а в некоторых колониях скатившееся чуть ли не до двигателей внутреннего сгорания.

Диссонанс между отсталостью во многих аспектах науки и межзвёздными перелетами на большие расстояния был настолько выразителен, что оставалось только удивляться, как такое вообще возможно. Многие местные корабли были просто железными коробками с минимум электроники и плазменными двигателями, полет на которых даже до границы системы занимал недели.

По мнению землянина единственное, что спасало федерацию от развала — это наличие шлюзов, позволяющих перемещаться между мирами. Некогда изобретенная и распространённая торкленцами технология, позволяла отправить с субсветовой скоростью из точки «а» в точку «б» даже кусок камня, — этакая межзвёздная праща и ловушка в одном флаконе.

А вот пространственные двигатели, применяемые здешними цивилизациями, были не только дороги и громоздки, но и крайне трудоемки в обслуживании, поэтому ставились едва ли ни на один корабль из нескольких десятков. Причем даже при их наличии на борту проще было воспользоваться шлюзом, чем «жечь» в реакторах дорогостоящее топливо. К тому же из-за так называемого парадокса Гарвиса, путешествие на расстояние больше десятка парсек было выгоднее осуществлять именно через них, и дело тут было даже не в дороговизне энергостержней. Путь через шлюзы в самую дальнюю точку э-зоны занимал что-то около недели, тогда как в подпространстве нужно было идти несколько месяцев.

Как результат путешествие на обычном космолете в э-зоне выглядело примерно так: от трех до десяти дней хода до шлюза (размещаемого обычно на орбите какой-нибудь пустынной планеты системы), потом проход сквозь подпространство, занимающий от нескольких часов до нескольких недель, после чего опять несколько дней полета до нужной планеты.

Земные космолеты в этом смысле были намного быстрее, хотя даже им для пересечения всей энвок-зоны потребовалось бы порядочно времени. Так что технология шлюзов пригодилась бы активно осваивающему космос человечеству, к тому же Кир не сомневался, что на родине нашли бы способ ее улучшить. По его просьбе Лайнос собрал все, что можно было найти в свободном доступе по данному вопросу и теперь эти записи ожидали своего часа в специальном сейфе, вместе с десятком других, несущих информацию о самых разнообразных изобретениях здешних цивилизаций.

Дверь с легким шелестом ушла в сторону, заставив Кира невольно вздрогнуть и, очнувшись от своих размышлений, посмотреть в ее сторону.

— Дядя Керк!! — беловолосый вихрь ворвался внутрь каюты и повис на шее приподнявшегося из кресла Кирилла, превратившись в чем-то похожую на большую кошку девочку.

— Эйра, опять когти не обстригла, — проворчал Кир, чувствуя, как остренькие коготки девочки впиваются в тело сквозь тонкую ткань рубашки.

Эйра разжала объятия и, спрыгнув на пол, заложила руки за спину, виновато уставившись в пол. При этом ее острые ушки, торчащие из густой гривы белоснежных волос, исчезли из виду, плотно прижавшись к голове в знак признания своей вины.

— Да ладно тебе, я не обижаюсь, — рассмеялся он, потрепав дочку Ай по волосам, отчего та тихонько заурчала. Эйре вообще нравилось, когда ее гладят по голове и в эти мгновения она становилась похожа на обычную земную кошку, ластясь и забывая обо всем на свете. Хотя в какой-то мере она и была кошкой, так как предками всех энгмарцев были существа именно кошачьей породы, от которых они и унаследовали короткую шерсть на своем теле, а так же острые когти, которые по желанию могли выдвигаться на несколько сантиметров.

— Чего хотела-то? — спросил он, легонько дергая девочку за ухо, отчего та недовольно мявкнула, но урчать перестала.

— А, правда, что у нас новые пассажиры и одна из них девочка? — Эйра посмотрела на Кира взглядом полным надежды, заставив его мысленно вздохнуть. Девчонке явно не хватало общения со сверстниками. Несколько раз он предлагал Ай устроить дочь в какую-нибудь школу, где она могла бы жить и обучаться, но женщина упорно отказывалась. В результате девочка росла этаким космическим Маугли, которой живых учителей заменили голопроекции создаваемые «Герой», а друзьями по игре были небольшие роботы, приобретаемые на различных планетах. И все же долго так продолжаться не могло — Эйра росла и росла довольно быстро, ей исполнилось всего семь, но физиологически она была примерно как двенадцатилетняя землянка. А в таком возрасте нужны живые друзья, а не запрограммированные машины.

Кирилл посмотрел на стоящую рядом девочку, которая глядела на него с нескрываемой надеждой в своих больших раскосых глазах и, улыбнувшись, кивнул:

— Да, Эйра, это правда, если хочешь, я тебя с ней познакомлю.

— Конечно хочу! — та аж подпрыгнула на месте от нетерпения и, схватив его за руку, потянула к двери. — Дядя Керк, пойдемте!

— Погоди торопыжка, — он высвободил руку из цепких коготков девочки и, подхватив лежавшую на кровати короткую серебристую куртку, вышел вслед за ней из каюты.

Не успели они отойти, как их нагнал бортинженер.

— Капитан, наш гость ожидает вас в кают-компании и прямо горит желанием поговорить.

— Хорошо, — он посмотрел извиняющимся взглядом на мигом погрустневшую Эйру. — Извини.

— Да ладно, — махнула рукой та.

— Не ворчи, — Кир дернул девочку за ухо. — Рик тебя познакомит с гостьей, а мне правда надо идти.

Он повернулся к торкленцу.

— Отведи ее к спутнице нашего пассажира, пусть девчонки познакомятся, а то чую, полет предстоит долгий.

— Все-таки хотите их взять?

Кирилл хмыкнул.

— После вашего геройства мне просто придётся это сделать, — бросил он. — К тому же Ай все мозги проест если…

— Моя мама не «картарский мозгоед»…

— Это я образно, — пояснил Кир, покосившись на Эйру и, притворно нахмурившись, добавил. — А вот разговоры взрослых подслушивать нехорошо.

Юная энгмарка показала розовый язычок и, одним гибким движением увернувшись от хотевшей схватить за ухо руки землянина, отпрыгнула вглубь коридора.

— Вот егоза, — улыбнулся он. — Ладно, Рик, отведи ее в каюту наших гостей и готовь движки к запуску, часа через два стартуем.

— Слушаюсь, кэп, — бортинженер театрально козырнул и, развернувшись на пятках, строевым шагом направился вдоль коридора.

— Юнвер[11], за мной, — скомандовал он, поравнявшись с Эйрой. — Следуем курсом к лифту.

Кирилл посмотрел вслед скрывшейся в лифте парочке и покачал головой:

— Что старый, что малый, — пробормотал он себе под нос на «едином»[12].

Профессор Лайнос кер Этан Уфин за последние годы сильно сдал, и это было видно даже невооружённым глазом: густая черная шевелюра стала пегой, да к тому же изрядно поредела, цвет кожи приобрел бледный оттенок, а угловатые черты лица еще больше заострились. Удивительного в этом было мало, ибо продолжительность жизни торкленцев достигала в среднем ста лет, а профессору уже перевалило за шестьдесят. К тому же бесконечные мотания по космосу явно действовали на него не лучшим образом, однако пока Уфин держался молодцом, и Кириллу приходилось лишь надеяться, что здоровье позволит оставаться ему членом команды как можно дольше, — во многих случаях профессор был просто незаменим. В частности он очень много знал не только о расах населяющих энвок-зону, но и об их законах, традициях и даже пристрастиях. Это частенько помогало во время заключения торговых сделок или вылазок на планеты, когда информационной базы «Геры» не было под рукой. К тому же у профессора обнаружилась коммерческая жилка, и он за какие-то полгода превратился в матёрого «балтера»[13], полностью взвалив на себя все проблемы с клиентами, договорами и учетом прибыли.

— Капитан, а мы уже вас заждались, — сказал профессор, оборачиваясь на появившегося в дверях кают-компании Кира.

— Рик мне только что сообщил, а впрочем, я уже и сам собирался навестить наших гостей. Кирилл подошел к большому овальному столу, за которым расположились профессор со спасенным аларцем, и, усевшись рядом с Лайносом, поинтересовался:

— О чем-нибудь договорились уже?

— Стандартный контракт на перевозку пассажиров, с некоторыми оговорками, — Уфин передвинул лежащую перед ним папку с бумагами к Киру. — Осталось только заверить корешок в конторе и договор вступит в силу.

— Понятно. — Землянин быстро пролистал страницы контракта, легонько присвистнув от удивления, когда его взгляд упал на указанную в конце сумму вознаграждения. — Вы уверенны, что готовы столько заплатить? — спросил он, покосившись на сидевшего с невозмутимым видом Суйтхука.

— Готовы и больше, — наклонил голову в знак согласия тот. — Главное чтобы вы нас доставили в систему Гертарба.

— Гертарб, Гертарб…Гера, дай карту.

— Сейчас, капитан, — раздался мелодичный девичий голос и над прозрачной поверхностью стола вспыхнул шар из разноцветных звезд. Затем одна из звезд в центре шара вспыхнула ярче и стала увеличиваться, превратившись в систему из десятка планет.

— Система Гертраб, двенадцать планет, пять из них обитаемы, доминирующая раса — торкленцы, население около тридцати миллиардов. Прямое расстояние от точки нашего сегодняшнего местонахождения около сорока стайров[14].

— Это же система центрального сектора, — хмыкнул Кир. — Без пропуска класса «А-1» нас туда не впустят. Можно конечно вломиться через нуль, но там патрулей как червей в навозе.

— Пропуск будет.

— Надеюсь, — усмехнулся Градов. — Это в ваших же интересах, иначе доставлю докуда смогу, а дальше не мои проблемы.

— Согласен, — кивнул Суйктух.

— Вот и хорошо, — Кирилл быстро подписал документы заботливо протянутой Уфиным ручкой, затем приложил к каждой страничке перстень идентификатор, наносящий на бумагу частичку его ДНК и, закрыв папку, толкнул ее по гладкой поверхности стола в сторону Лайноса. — Профессор, отправляйтесь в контору и зарегистрируйте сделку. Через полтора часа взлетаем.

Торкленец кивнул и, подхватив документы, быстрым шагом вышел из каюты, а Градов несколько минут сидел молча, задумчиво смотря на аларца, который с интересом разглядывал объемную голопроекцию, все еще висящую над столом. Обычный гуманоид: две руки, две ноги, одна голова, правда, руки четырехпалые, а голову украшает белоснежный костяной гребень похожий своим видом на расческу, вросшую в череп своими зубцами.

— Как нога? — спросил он, заметив, что Суйктух вопросительно смотрит в его сторону.

— Болит, но ходить могу, правда, пока с этим, — Вайнс продемонстрировал ногу, зажатую в зеленую трубу регенерационного аппарата.

— Ясно. Гера, вызови мне Тайк.

Звездный шар исчез, сменившись изображением рубки и сидящей в кресла навигатора Кай. Девушка с задумчивым видом смотрела на центральный экран, а ее руки буквально порхали над клавишами подковообразного пульта.

— Что-то хотели, капитан? — спросила она, не прекращая работы.

— Небольшое изменение наших планов.

— Внимательно слушаю.

— От Тайгасы просчитай маршрут не на Кайт-Угу, а в систему Гертраб.

— Гертраб? — пальцы Кай на мгновение замерли, а золотистый цвет рожек сменился на красный, что говорило о безмерном удивлении. Однако это длилось буквально доли секунды. — Хорошо, капитан, — сказала она и связь отключилась.

Кирилл усмехнулся, — не часто ему удавалось удивлять вечно невозмутимую асторку.

— Что ж… — он вновь обернулся к своему пассажиру и, подперев подбородок рукой, с прищуром посмотрел на аларца. — А теперь, господин Суйктух, я хочу услышать, чем же вы так насолили мековцам. И пожалуйста, говорите правду…

Глава 3

Каюта была не очень большой и с минимумом удобств; утопленная в нишу кровать, напротив небольшой откидной столик, над которым приделан прямоугольный монитор элендра[15], да кресло со странной треугольной седушкой и шестиугольной спинкой, вот и вся обстановка. Из удобств только тесный санузел, совмещенный с зеленой полусферой, которая разделилась на ровные половинки, едва рука Кианы коснулась ее поверхности. Сперва она испугалась но, заметив небольшую табличку, извещающую, что это душ, облегченно хихикнула и тут же принялась скидывать с себя одежду. Створки с легким шипением сомкнулись вокруг нее, а внутри сферы вспыхнул свет. Киана зажмурила глаза, ожидая, что душ включиться автоматически, однако этого не произошло. Девочка растерянно огляделась в поисках систем управления и обнаружила позади себя небольшую табличку с пояснениями на торкленском.

— Зеленая полоса — холодная вода, оранжевая — горячая, синий круг пуск воды — пробормотала она и, проведя указательным пальцем по тускло светящимся полосам, решительно ткнула в синий круг между ними. Обрушившийся сверху водопад холода, заставил ее взвизгнуть и спешно добавить пару делений оранжевой полосы. Вскоре она уже нежилась под тугими струями воды, ощущая, как уходит из тела напряжение и усталость прошедших дней.

Выйдя из душа, она с растерянностью посмотрела на валяющуюся у двери грязную одежду и с легким вздохом сожаления, принялась натягивать ее обратно. Почти все свои вещи ей пришлось бросить еще по пути к кораблю, который доставил их на Эвону, хотя она до сих пор не совсем понимает, что там произошло. Мама подняла ее поздно ночью и сказала, чтобы она срочно ехала вместе с господином Вайнсом. Потом они около часа тряслись по какой-то проселочной дороге, а затем… треск излучателей, падающие тела солдат, бегство через лес, чьи-то руки несущие ее сквозь ночь и наконец, вонючий отсек грузовоза, где им пришлось провести шесть дней полета.

О том, что там дома, не хотелось даже и думать, хотя заплаканное лицо матери, прощающейся с ней у порога дома, то и дело всплывало в памяти.

Киана хлюпнула носом и, вытерев набежавшие на глаза слезы, прошлепала босыми пятками к креслу, забравшись в него с ногами. Было не очень удобно, но поерзав немного, девочка устроилась, положив голову на широкий подлокотник. Несколько мгновений она бездумно смотрела на матовый экран элендера, затем оттолкнулась рукой от стола, заставив кресло завращаться

— Все будет в порядке, все в порядке, папа с мамой живы… — забормотала она и неожиданно ее тело сотрясли тщательно сдерживаемые рыдания. — Мама…папа…я…я…люблю вас, только не бросайте меня, — шептали ее губы, а сама она захлёбывалась в слезах, выплескивая наружу всю накопившуюся горечь.

«Ты должна быть сильной дочка», — услышала она словно наяву голос своего отца. — «Сильной».

— Я постараюсь, папа, я постараюсь, — Киана всхлипнула и, сползя с кресла, шатающейся походкой добралась до кровати, буквально рухнув на нее.

Через пару минут она уже спала, изредка всхлипывая во сне и чему-то улыбаясь.

— Значит, насколько я понял ситуацию, эта девочка дочь верховного лорда династии Ингма, которая в данный момент правит Аларией…

— Точнее правила, — поправил Намара Кир. — Буквально месяц назад, против лорда было поднято восстание, возглавляемое одним из братьев, которое увенчалось успехом. А Киана его единственная наследница.

— Понятно, — буркнул Намар. — Бунтовщики наверняка рассчитывали использовать девочку в своих целях. Например, выдали бы за кого-нибудь из своих, что наверняка привело часть колебавшейся знати на их сторону.

— Возможно, — кивнул землянин, — ты в этом лучше разбираешься, хотя у них там все запутанно. Наш гость пытался объяснить, но я не стал вникать в подробности. Главным остается то, что за девочкой объявили настоящую охоту, однако ее отец это предвидел и буквально за несколько часов до нападения успел отправить Киану из своей резиденции, а верные люди вывезли ее с планеты.

— Причем тогда здесь мековцы?

— Этот Суйк…тьфу-ты ну и имечко, — усмехнулся Кир, мотнув головой. — Короче, он и сам не знает, или не хочет говорить, но, судя по косвенным данным, Конгломерат приложил свою лапу к этому восстанию.

— Недавно на Аларии были обнаружены крупные запасы лактриумной руды, причем довольно чистой, а в этом секторе она редкость, — подала голос со своего места Тайк. — Кое-кто из руководства местного отделения «МеКТоКа»[16] мог и позариться.

— Да уж, куш солидный, — присвистнул Намар. — Однако это значит что девочка в большой опасности. Не знаю, что там для нее придумали бунтовщики, но для мековцев она точно кость в горле. Если наша пассажирка доберется до своей цели, то скандал может получиться нешуточный.

— Страшно?

Энгмарец повел ушами в разные стороны, что было равносильно пожиманию плечами, и возмущенно фыркнул.

— Вот еще, просто удивляюсь, как это моя женушка умудряется встревать в подобные ситуации.

— Ну, это ты у нее сам спроси, — бросил Керк. — Измени вот этот отрывок, надо завернуть на Сепор, — последние слова относились уже к Тайк.

Астронавигатор, склонила голову набок, и карта маршрута исчезла с экрана, сменившись безбрежной чернотой космоса утыканного холодными огоньками далеких звезд.

— Маршрут принят, капитан, — посереди рубки возникло объемное изображение рыжеволосой девушки лет двадцати, в черном облегающем комбинезоне.

— Хорошо, Гера, начинай прокол.

— Слушаюсь, капитан, — голограмма улыбнулась и, тряхнув длинными волосами, распалась на тысячи огоньков, завертевшихся вокруг Кирилла в причудливом хороводе.

— Любит она у нас спецэффекты, — улыбнулся мужчина, неторопливо подходя к расположенному посреди рубки дугообразному пульту и опускаясь в стоявшее рядом кресло.

Намар согласно кивнул и поспешил последовать примеру капитана, устроившись на месте бортинженера.

— Вниманию, экипажу, всем занять компенсационные кресла, до перехода в надметрику десять, девять…

Пространство впереди корабля дрогнуло, заполыхало разноцветными сполохами остаточных постизлучений, тело космолета визуально стало утончаться, одновременно вытягиваясь в тонкую нить, которая тут же резко свернулась в ярко зеленую точку, — вспышка и космос опустел.

Киана проснулась от стойкого ощущения пристального взгляда в спину. Несколько минут она лежала неподвижно, вспоминая, где находиться, затем вздохнула и резко перевернулась на другой бок. Прямо на нее смотрело улыбающееся лицо, покрытое короткой золотистой шерсткой. От неожиданности девочка взвизгнула и, подскочив на кровати, испуганно вжалась спиной в покрытую белым пластиком стену.

— Какая ты пугливая, — фыркнула незваная гостья, поднимаясь с колен, — я просто ждала, когда ты проснешься.

Киана растерянно кивнула, разглядывая стоявшую перед ней юную инору, которая по виду была примерно ее возраста и явно относилась к той же расе что и спасшая их на Эвоне женщина.

— Эй, ты по торкленски хоть понимаешь? — зачем-то помахала у ней ладонью перед носом незнакомка.

Девочка растерянно проследила за ладошкой, мысленно отметив остренькие коготки на кончиках тоненьких пальчиков иноры, и вновь вопросительно уставилась в ее сторону, заставив ту нервно задергать своими остренькими ушками.

— Так, — инора заложила руки за спину и с задумчивым видом прошлась туда-сюда по каюте, затем покосилась на аларку и хищно улыбнувшись, поинтересовалась. — А может мне тебя укусить и посмотреть, на каком языке ты кричать будешь.

Когти девочки неожиданно удлинились и она, обнажив довольно длинные клычки, направилась к Киане, заставив ту схватить лежащий на кровати валик подушки и метнуть тот в ее сторону. Инора легко уклонилась и, издав мявкающий рык, одним прыжком оказалась рядом.

— Перестань! — взвизгнула аларка.

— Поверила, поверила, — звонко рассмеялась незнакомка, слезая с кровати.

Киана зло посмотрела на нее, заставив ту виновато отвести глаза, при этом ее уши исчезли в гриве белоснежных волос.

— Извини.

— Дура, — бросила девочка, вставая с кровати и подбирая подушку, затем покосилась на понурившуюся незнакомку и, вздохнув, спросила. — А ты вообще кто?

— Эйра Ай Намар, — сразу же встрепенулась та.

— Э…э…э, — растерялась Киана. — А что из этого имя?

— Эйра, — улыбнулась девочка и тут же пояснила. — Ай- имя матери, а Намар — отца.

— Понятно, — кивнула аларка. — А я Киана Тойва из династии Ингма, можно просто Киа или Киана.

— Хорошо, Киа, — ушки Эйры вновь вынырнули из волос. — Можно спросить?

Киана кивнула.

— А ты далеко летишь?

— Ну… — девочка задумалась. — Господин Суйутух что-то говорил о Гертрабе, только я не знаю где это.

— Я тоже, — инора задумчиво подергала себя кончик лохматой челки, затем подскочила к столу и, щелкнув тумблером активации элендра, заставила глухо заурчать приплюснутый с боков шар системного блока. Пальцы девочки забарабанили по клавишам, а на экране замелькали информплоскости открываемых ею паков.

— Что ищем?

Раздавшийся из-за спины голос заставил Киану ойкнуть от неожиданности и резко обернуться. Посереди каюты стояла рыжеволосая инора, с легкой улыбкой смотря на склонившихся над элендром девочек.

— О, Гера, — бросила Эйра, оборачиваясь на невольный возглас аларки. — Может, ты мне сама скажешь, где находиться планета Герт…Гирт… — она вопросительно посмотрела на Киану.

— Гертраб.

— Угу, точно.

— Гертраб не планета, а система, — поправила девочек девушка. — И если нам лететь прямо к ней, то путь займет больше месяца.

— Здорово! — Эйра крутанулась в кресле и, сделав пару оборотов на вращающемся сиденье, затормозила ногами, с улыбкой посмотрев на Киану. — Значит, целый месяц будем вместе и сможем получше познакомиться, а может даже подружиться.

— Я тоже на это надеюсь, — кивнула в ответ Киана, которая неожиданно ощутила странную симпатию к своей новой знакомой.

Рыжеволосая девушка пару секунд внимательно смотрела на девочек, при этом ее глаза загадочно мерцали, постоянно меняя цвет, а порой наливаясь призрачным неоновым огнем, затем улыбнулась и исчезла.

Он стоял на балконе своего дома, а над головой раскинулось бездонное ночное небо, украшенное яркими россыпями звезд. Млечный путь серебристой дорогой избороздил небосклон, проложив свой путь вдоль растущего неподалеку соснового бора, а легкий ветерок, изредка налетавший со стороны протекающей прямо за ним реки, обдавал приятным холодком разгоряченное тело, принося с собой запах хвои и бодрящей свежести. Смотря на темную полосу шумящего ветвями леса, порой не верилось, что несколько столетий назад здесь было царство пустынь и холодных марсианских ветров.

— Кир, ты скоро? — он оглянулся и посмотрел на Лаймалин, которая сидела на кровати, кутаясь в тонкое одеяло. Странно, но, не смотря на царящий в комнате сумрак, он прекрасно различал черты лица девушки, которая обольстительно ему улыбалась. Одеяло медленно соскользнуло с ее плеч, открывая его взгляду гибкое тело с вздымавшимися холмами грудей. Он улыбнулся в ответ и уже шагнул к своей любимой, но странный пищащий звук заставил его замереть на месте.

Кирилл открыл глаза и несколько минут бездумно смотрел в потолок, по которому змеились люминесцирующие зеленым светом полосы, ночного освещения, затем провел рукой по лицу и, вздохнув, сел. Бросив осуждающий взгляд в сторону мерцающего и гудящего диска СВСки[17], он поднялся с кровати и, прошлепав босыми ногами к столу, над которым располагался прибор, ткнул в него пальцем.

— Слушаю.

— Капитан, мы на подходе к Сепору, будем на орбите через час, — раздался из него голос Тайк.

— Понятно, сейчас буду, — он прервал связи и, потянувшись, подумал, что в отличие от сна, в реальности они с Лайм так и не побывали в его марсианском жилище.

Кирилл надел куртку и вдруг чуть не застонал от пронзившей запястье его левой руки боли, которая пробежала вверх, на миг сведя судорогой лицо и тяжелым молотом ударив в мозг.

— Черт, — простонал он, падая на кровать и судорожно стягивая перчатку, которая скрывала остатки «ВИПСа»[18], покрывавших его кисть блестящей металлической пленкой. Этот прибор, по сути являющийся биоимплантом симбиотического типа, почти не функционировал еще со времени перехода Кира через пространственные врата на Энгмаре. Тем не менее, некоторое время он все же пытался выполнять свои функции помощника и защитника, несколько раз выручая своего хозяина в различных ситуациях, хотя взаимодействие с ним и оставляло желать лучшего. Однако в последние годы «ВИПС» окончательно вышел из строя, а его попытки наладить с хозяином мыслесвязь перетекали в подобный приступ, на несколько минут практически выводящий Кирилла из строя. К сожалению, здешние технологии не позволяли починить прибор или извлечь из тела и мозга его нейросеть, так что приходилось терпеть.

— Да успокойся ты успокойся, — бормотал Кир, обхватив раскалывающуюся голову руками, — все равно я не понимаю, что ты хочешь сказать. Отключись, черт тебя подери!!

Звучавшее в ушах похожее на радиопомехи пронзительное шипение, смолкло, а боль стала потихоньку отступать. Облегченно вздохнув, Кирилл перекатился на спину, вытер тыльной стороной ладони выступивший на лбу пот и пару минут лежал, раскинув руки, чувствуя противную дрожь во всем теле.

— Хочешь не хочешь, а идти надо, — пробормотал он, решительно поднимаясь и подходя к стенному шкафу. Слабость еще ощущалась, но боль окончательно ушла, а мысли были четкими и ясными. Одевшись и выйдя в коридор, Кир почувствовал, что уже полностью пришел в себя, — на этот раз «приступ» был не слишком сильным.

Мостик встретил его тишиной и приглушенным освещением. Сидевшая за своим пультом Тайк на мгновение повернула голову и, бросив взгляд на мужчину, вновь вернулась к своей работе, лишь ее рожки сменили цвет с коричневого на ярко фиолетовый.

— Что у нас? — спросил Кир, опускаясь на свое место.

— Два часа назад вышли из нырка и движемся к Сепору. — Для многих голос Кай-Хары показался бы абсолютно без эмоциональным и механическим, словно говорило не живое существо, а какая-то кукла, впрочем, это впечатление было обманчиво. За прошедшие годы Кир научился различать различные интонации, которые в первую очередь заключались в едва ощутимом изменении темпа речи и разной расстановки ударений на одни и те же слова, — вот и сейчас он уловил явственные нотки волнений.

— Говори, Тайк. — Рожки девушки потемнели.

— Третий двигатель ведет себя нестабильно, капитан, — ответила она, не оборачиваясь. — При попытке перевести в штатный режим растет температура отражательных пластин.

— Сильно?

— Пять минут работы и почти критическая.

— Черт, — выругался Кирилл на «едином». — Рику сообщила?

— Да. Сказал, что заменит, пока будем на орбите болтаться.

Кир кивнул и, откинувшись в кресле, задумчиво пробарабанил кончиками пальцев по краю пульта. С двигателями надо было что-то решать. С каждым годом их ремонт обходился все дороже и дороже, да и возможен он был не всегда. Космолет был наследием древней дайтанской цивилизации, и запасных частей для него просто не существовало, так что любую деталь приходилось заказывать индивидуально. Кирилл уже давно порывался заменить движки, но каждый раз натыкался на одну и ту же проблему: все подходящие образцы в разы уступали по энергомощности стоящим на «Гере», а обладающие схожими характеристиками были слишком громоздки. Приходилось пока довольствоваться старыми, хотя надежность их падала год от года. Однако попытка капитального ремонта уткнулась в невозможность с помощью местных технологий воспроизвести часть из применяемых в их конструкции деталей и материалов.

— Ну хорошо, — сказал он через пару минут, — думаю, Рик разберется. А пока давай еще пробежимся по нашему дальнейшему маршруту и я вызову Ай, тебе уже давно пора отдохнуть.

— Я не устала, капитан.

— Трое суток вахты даже для тебя тяжко, вон смотри уже кончики рогов побелели.

А на орбите и Ай будет достаточно.

Девушка повернула голову и, посмотрев на землянина своими большими бездонно черными глазами без всякого намека на зрачок, словно нехотя кивнула.

— Глиссада выверена, начинаю снижение.

Небольшой четырехместный челнок клюнул носом и, свалившись на крыло, устремился к блеклой дымке атмосферы, плывущей внизу планеты. Вспыхнула радуга силового поля, отгораживая обшивку от взметнувшегося вокруг легкого кораблика пламени, а тела пассажиров вдавила в спинки кресел навалившаяся перегрузка, которую не смогли до конца погасить его слабые гравиокомпенсаторы.

— Девочки, вы как? — Кирилл обернулся и с беспокойством посмотрел на сидевших позади Эйру и Киану, которые напросились слетать с ними на планету.

— Нормально, дядя Керк, — улыбнулась энгмарка, хотя дрожащие кончики ее ушей говорили обратное — девочке явно было страшно. А вот Киана была абсолютно спокойна, завороженно разглядывая бушующее за иллюминаторами пламя.

Кир вздохнул, прошло уже три года после той аварийной посадки, а Эйра до сих пор испытывает чувство страха при полете на этой шлюпке. Огонь за бортом медленно угасал и землянин, бросив взгляд на приборы, поспешно отключил автопилот, взяв управление на себя. Сопла двигателей полыхнули синим огнем, и кораблик выровнял свой полет, устремившись к невидимому пока космопорту.

Намар, весь вечер прокопавшийся с двигателями «Геры», и поэтому продремавший всю процедуру спуска, приоткрыл один глаз и, покосившись в иллюминатор, с протяжным мявканьем потянулся.

— И что на корабле не сидится? — усмехнулся Кирилл. — Спал бы да спал.

— Ага, как же Ай даст поспать, — буркнул бывший «ищущий». — Она там в каюте уборку затеяла, ворчит, что грязью совсем заросли, хотя роботы уборщики у нее и так в режиме постоянной чистки стоят. Останься так и меня припахала бы.

— Мама просто чистоту любит, — подала голос Эйра.

— Я знаю, дочка, — улыбнулся Намар. — Вот только после твоего рождения это у нее превратилось в какую-то манию.

— Да ладно тебе, Нам, просто она о тебе заботиться, а ты все недоволен. Эх, мне бы такую женушку, я б ее на руках носил…

— На мою не засматривайся, а то загрызу, — грозно нахмурился энгмарец, хотя в глазах плясали озорные чертики смеха. — Знаю я тебя.

— Да ты что, жена друга для меня табу, — рассмеялся Градов. — Да и Эйра тебя любит.

— К тому же у дяди Керка и мамы разные генные наборы, а я хочу братишку или сестренку, — неожиданно заявила девочка с самым серьезным видом, заставив мужчин удивленно переглянуться.

— Уела доча тебя.

— И не говори, грамотная не по годам, — землянин притворно вздохнул и, подмигнув девочке, сдвинул поднятый вверх усик микрофона к губам. — Сепор, это челнок «Геры», идентификационный номер «семь три сорок два велта», разрешите посадку.

— Челнок, это космопорт Сейпора, метка включена, площадка «три б», удачной посадки.

Мелькавшее внизу безбрежное море зелени исчезло, сменившись сперва разноцветными квадратами полей, а затем серыми прямоугольниками приземистых зданий припортовых сооружений. На лобовом стекле челнока вспыхнула красная точка, которая превратилась в уходящую вдаль пунктирную линию, указывающую дорогу к посадочной площадке. Кораблик скользнул над практически пустым полем космопорта и, зависнув над бетонным квадратом посадочной площадки, по периметру которой мерцали желтые огоньки, медленно опустился вниз, балансируя на струях маневровых двигателей.

— Приехали, — констатировал Кирилл, отстегивая ремни и поднимаясь из кресла, после чего бросил взгляд на своих спутников и добавил: — Ну что сидим-то, вперед и с песнями.

Все дружно засуетились, щелкая пряжками ремней безопасности.

Часть обшивки челнока ушла вверх, выпуская своих пассажиров на волю. Спустившись по небольшому трапу Кир, остановился, озираясь, — на Сейпоре он не был уже около пяти лет.

— Вроде туда, — сказал он несколько неуверенно, указав пальцем на небольшое куполообразное здание.

— Смотри какой интересный кораблик, — голос Намара заставил его обернуться и посмотреть в указанном им направлении. Вдали, почти на краю поля, где располагались площадки для посадки тяжелых судов, возвышалось гигантское сооружение напоминающее своим видом египетскую пирамиду, к вершине которой прикрепили огромный серебристый шар.

— Как-то несильно это на корабль похоже, — засомневался Кир, с интересом разглядывая застывшую громадину, чей корпус словно был сложен из огромных выщербленных от времени каменных блоков. — Может какое-то техническое сооружение…

— Это кергарский найтак, — неожиданно вмешалась в разговор Киана. — У папы была фотография такого.

— Найтак?

— Да, — кивнула девочка, — старый военный корабль кергаров, сейчас они используют их в качестве торговых судов.

— Вот оно что, — Кир задумчиво посмотрел на чужой космолет. О кергарах он много слышал и читал, но за все эти годы ни разу не видел не только их самих, но даже их корабли. Не смотря на давно закончившуюся войну, те были нежелательными гостями на территории Торкленской Федерации и практически не появлялись на ее планетах.

— Какая громадина, да дядя Керк? — в голосе Эйры звучали нотки восторга.

— Да уж, здоровый, — согласился Кир и, хлопнув стоявшего рядом Наимара по плечу, бросил: — Ладно, хватит глазеть, двигаем к космопорту.

Внутри терминала было пусто и довольно прохладно, что особенно чувствовалось после стоявшей снаружи жары. За десять минут, что им понадобились, чтобы дойти от челнока до здания космопорта, все буквально взмокли под палящими лучами местного светила.

— Четыре гостевых, пожалуйста, — Кирилл сунул четыре пластинки по тысячу унвиксов в окошечко небольшой стойки, за пластиковым стеклом которой скучала молодая торкленка в форменной рубашке «таможенной службы федеративных космолиний».

Та сгребла пластинки и кивнула в сторону стоявшего сбоку от стойки столбика «биометрика».

— Подходите по одному.

Пройдя всю процедуру буквально за пять минут, они получили временные паспорта, и вскоре расположились на скамейке, приютившейся под одним из навесов расположенных вдоль длинного перрона, рядом с которым пролегла широкая блестящая рельса похожая на застывший поток металла, текущий к видневшемуся вдали городу.

— Кстати, заметил, как эта торкленка на Киану посмотрела? — тихим голосом спросил Намар, косясь в сторону девочек, которые уселись на противоположном конце длинной скамейки и что-то активно обсуждали, поедая купленный в порту десерт похожий по виду на земное мороженное.

— Не думаю что это как-то связано с событиями на ее родине. Мековцы скорее должны держать это в тайне…

— Угу, то-то, по словам Рика, об охоте за аларцами уже все на ближайших системах в курсе.

— Ну, эту охоту они могут объяснить попыткой поимки какого-нибудь контрабандиста или преступника. А вот о том, что они ищут именно эту девочку, думаю, знают немногие, иначе даже среди «вольных» нашлось бы немало желающих подзаработать на этой малышке.

— Тоже верно, — согласился Намар. — И все же зачем ты взял девочек с собой?

— Да пусть немного развеются, особенно твоя, а то уже несколько месяцев из корабля нос не высовывает. К тому же здесь неплохие пляжи, да и федеральная власть достаточно крепкая, так что ни наемников, ни мековских прихвостней можно не опасаться, сюда они точно не сунуться.

— А ее спутник не возражал?

— Не особо, — пожал плечами Кирилл. — У меня вообще создалось такое впечатление, что он рад переложить ответственность за свою подопечную на других.

— Странный он тип, — рассеянно повел ушами Намар, — все дни сидит в своей каюте и почти не выходит, даже свою подопечную всего разок навестил, чтобы проверить, как устроилась.

— Чужая душа потемки, к тому же, кто знает какие у них на планете порядки.

— Согласен, — кивнул энгмарец. — Значит, отвозим девочек в гостиницу, а потом займемся нашими делами.

— Да, пока мы были на борту, Гера соединилась с местной информсетью и подобрала нам небольшую гостиницу прямо у моря, так что…

Пронзительный гудок заставил его прерваться и бросить взгляд на замерцавшую полоску электронного табло, по которой побежали строчки, предупреждающие о прибытии электрограва, а вскоре появился и он сам. Небольшой полупрозрачный вагончик замер напротив перрона, приветливо распахнув свои двери. Внутри сидело несколько пассажиров, которые практически не обратили внимания на вошедших. Разместившись на свободных местах, ехали практически молча, лишь Эйра с Каной тихонько переговаривались друг с другом, обсуждая мелькавший за окном пейзаж. Намар вновь задремал и лишь изредка шевелил ушами, словно к чему-то прислушиваясь. Кир краем глаза наблюдал за шушукающимися девочками, которые буквально за несколько дней стали закадычными подругами, и улыбался. Перед внутренним взором вновь пронеслись воспоминания об академии, полузабытые лица друзей и подруг, оставляя в душе легкий налет какой-то детской радости смешанный со щемящей грустью потери.

Кир мотнул головой и, вздохнув, посмотрел в окно вагончика, за которым уже проносился прибрежный пейзаж, сменивший серые невзрачные коробки городских зданий. Эйра буквально прилипла к стеклу, уткнувшись в него носом, и широко раскрытыми глазами смотрела на мелькающее за деревьями море.

— Так, девочки, — Кир достал из внутреннего кармана треугольники «эйперов»[19] и протянул их подружкам. — Мы с Намаром займемся своими делами, а вас оставим в гостинице. Купайтесь, загорайте, а если что, сразу выходите на связь…

— Слушаюсь, капитан, — отсалютовала ему Эйра, вскинув раскрытую ладонь к виску и прикрепляя треугольник себе на плечо, после чего тут же полюбопытствовала: — А по магазинам пройтись будет можно?

— Можно, — кивнул Кирилл, вздохнув и подумав, что видимо в любой части галактики и у женщин любых возрастов поход по магазинам это практически «святое». — Там рядом небольшой поселок можете по нему гулять, но чтобы больше никуда.

— Угу, — кивнула в ответ девочка. — Не маленькие уже.

— Надеюсь, — усмехнулся Кир.

Девочка улыбнулась в ответ и на краткое мгновение стала похожа на довольную кошку, узнавшую, где храниться хозяйская сметана. Кирилл почувствовал холодок нехорошего предчувствия, — все же дочь Намара была порой довольно непредсказуемым ребенком. Однако взглянув на ее полные немого восхищения глаза, смотревшие на раскинувшееся за окном вагончика море, он решительно мотнул головой, отгоняя дурные мысли. И все же когда они уже выходили на небольшую платформу, расположившуюся на окраине утопающего в зелени городка, он словно невзначай коснулся рукой головы девочки, оставив в ее густых волосах маленькую чешуйку датчика слежения.

Глава 4

Гостиничный комплекс, в котором решено было обосноваться, представлял из себя несколько десятков домиков расположившихся вдоль побережья и отгороженных друг от друга высокой оградой. В результате каждый из них являлся как бы маленьким мирком со своим кусочком пляжа, что избавляло от толп отдыхающих, и где вполне можно было расслабиться в кругу друзей или родственников, не мешая другим. Персонал гостиницы появлялся на территории домика, только в случае вызова или каких-то нештатных ситуаций, а в остальное время; уборкой, мелким ремонтом и обслуживанием клиентов занимались роботы, похожие своим видом на небольшие тумбочки снабжённые колесами или резиновыми гусеницами.

Так что после того как капитан и отец Эйры уехали по своим делам, девочки остались предоставлены самим себе. Бегло осмотрев небольшой двухэтажный домик, перво-наперво решили наведаться на пляж, захватив с собой одного из обслуживающих роботов, предварительно нагрузив его различными напитками, благо размещенный на кухне большой двухстворчатый холодильник, буквально ломился от все возможных баночек, бутылочек и пакетиков всех цветов радуги. Все это входило в стоимость аренды, о чем и извещала глава в буклете, выданном им при получении ключей от домика. Большинство из названий Киане было неизвестно, и она со спокойной совестью доверила выбор продуктов Эйре. Та буквально за пять минут загрузила внутренности робота под завязку, после чего они направились к морю.

Вода имела странный почти изумрудный цвет, отчего раскинувшаяся до горизонта гладь моря была похожа на огромное покрытое зеленой травой поле.

Киана пару минут в нерешительности топталась у края прибоя, с интересом наблюдая за небольшими волнами то и дело накатывающими на красноватый песок, затем осторожно ступила в воду. Набежавшая волна ударила ее по лодыжкам, заставив взвизгнуть от неожиданности, а плещущуюся неподалеку Эйру, задорно рассмеяться.

Девочка сама улыбнулась своему испугу и, поправив купальник, темно-красной чешуей плотно облегающей ее тело, решительно направилась к подруге.

Где-то с полчаса они дурачились в теплой воде, затем выбрались на берег и обессиленно растянулись на деревянных шезлонгах, стоящих под небольшим навесом.

— А я думала, что кошки воду не любят, — сказала Киана, беря напиток с подноса, закреплённого на макушке небольшого тумбообразного робота, застывшего между шезлонгами.

— Я люблю, — улыбнулась Эйра, — а вот мама и папа не очень. Меня же дядя Керк приучил. Мы как-то жили на одной планете почти год. Моря там не было, но зато было озеро, и он учил меня там плавать. Вода мне нравиться, только вот шерстка на теле скатывается и приходиться носить это, — она немного оттянула ворот своего купальника, больше похожего на тонкий гидрокомбинезон, оставляющий открытым лишь кисти рук и ступни ног, и вздохнула.

— А с волосами разве такой проблемы нет? — поинтересовалась Киана, с некоторой завистью смотря на роскошную белоснежную гриву энгмарки, — ее короткие волосы не шли с ней ни в какое сравнение.

— Нормально, — отмахнулась Эйра, в свою очередь беря напиток с подноса. — Расчешу, и все будет в порядке. Девочка нажала кнопку на шезлонге, заставив тот приподнять подголовник, и принялась неспешно потягивать напиток, задумчиво наблюдая за набегающими волнами.

— Эйр, слушь, а капитан Керк он кто?

— В каком смысле? — девочка непонимающе покосилась на подругу.

— Ну, — аларка на мгновение замялась. — В школе нам преподавали общую историю рас э-зоны, и там даже было упоминание о твоей, но вот так таких как он… я что-то не помню.

— А ты об этом, — Эйра поставила пустой стакан обратно на поднос и, потянувшись с каким-то утробным урчанием, поерзала в шезлонге, устраиваясь поудобнее. — Просто дядя Керк не отсюда, — ответила она, улегшись и тут же пояснила, — не из энвок-зоны. Он родился на планете, которую у нас даже не знают, и теперь ищет путь домой, а мама с папой ему в этом помогают.

— Он чужак!? — удивилась Киана, резко садясь.

— Угу, — кивнула Эйра. — Только никому не говори.

— Но…но… — девочка несколько растерялась. В голове крутились кадры из фантастического фильма, где инопланетянин, прилетевший откуда-то извне э-зоны, уничтожает отважных космодесантников. Правда, то существо было этаким трехглавым монстром, плюющимся ядовитой слюной, и капитан «Геры» на него походил мало, но все же эта новость никак не давала Киане успокоиться.

Даже после того как они вернулись в свой домик, стоявший на вершине небольшого холма метрах в ста от берега, девочка все еще продолжала обдумывать услышанное, — в конце концов, кто знает, что за тварь могла скрываться за приветливой внешностью капитана. Конечно, Эйра знает капитана с самого детства, но вполне возможно, что тот просто выжидает, изучая цивилизованные миры и готовя почву для вторжения своих хищных сородичей.

Мысли были бредовыми, и Киана сама это прекрасно понимала, однако на всякий случай решила по возвращении на корабль все рассказать господину Суйктуху.

Меж тем Эйра принялась изучать различные рекламные проспекты, во множестве разбросанные на всех столиках внутри домика, так как по ее словам бездельничать в таком месте было бы верхом глупости. Киана нехотя с ней согласилась, хотя у самой совершенно не было желания куда-либо идти. Купание и пара часов проведенных под жарким солнцем ее несколько разморили, и хотелось просто подремать в холодке. Так что пока Эйра решала, чем им заняться дальше, Киана оккупировала небольшой диванчик в гостиной, сквозь полудрему слушая рассуждения своей подруги.

— О, Киана, оказывается, тут есть скутеры и даже мини-подлодка, может покатаемся?

— Не хочу опять в воду, — бросила она, с трудом борясь с дремотой.

— Понятно, — энгмарка замолчала, и какое-то время был слышен лишь шелест перелистываемых страниц. — Так, бары, рестораны, налк-зоны — это не для нас. Во! Парк аттракционов, — может туда? Киана, кончай дрыхнуть!?

Аларка почувствовала, как ее затрясли за плечи и, вздохнув, открыла глаза, встретившись с рассерженным взглядом Эйры.

— Ты прям как мама, она тоже подремать любит. Собирайся давай.

— И куда? — поинтересовалась Киана, зевнув.

— Пока еще не решила, — призналась Эйра. — Хотя давай по магазинам пройдемся, мне папа элфинак[20] оставил. — Она продемонстрировала прозрачный цилиндрик, внутри которого поблескивали золотистые полоски. — Сказал что там десять тысяч унвиксов.

— И все можно тратить? — Киана почувствовала, как сонливость улетучивается.

— Естественно, — улыбнулась Эйра, на миг показав свои острые клычки. — Когда мы на планетах, папа всегда выдает мне на личные расходы, правда обычно меньше, но видимо тут и на тебя рассчитано.

Киане вдруг стало грустно. Вспомнилось, что когда они отправлялись куда-нибудь с родителями, то отец поступал так же, — только это было так редко и еще до того как ее отправили обучаться в небольшую закрытую школу на Торгувию — одну из планет центрального сектора энвок-зоны. С тех пор дома она бывала всего лишь пару месяцев за стат-год, да и то почти не видела родителей: утренний ужин в полуофициальной обстановке, приемы, да редкие спокойные вечера, когда они могли уделить ей внимание. Как ни странно, но она уже с трудом может вспомнить лицо отца, а единственное яркое воспоминание о матери это момент прощания на ступеньках загородного дома, перед тем как бежать с господином Суйктухом.

— Киан, ты что? — девочка вздрогнула и, бросив взгляд на подругу, которая с беспокойством смотрела в ее сторону, отвернулась, быстро вытирая выступившие в уголках глаз слезы. — Ничего, видимо соль на ресницах осталась, в глаза попала.

— Так умыться надо.

— Так и сделаю, — улыбнулась Киана. — Ладно, я в душ, а ты давай переодевайся и вперед за покупками.

— Господин Керк, господин Гайдан, рад, что вы решили принять мое предложение. — Пожилой лысый торкленец одетый в темно-красный деловой костюм, напоминающий своим покроем длиннополые земные сюртуки восемнадцатого века с широким рукавом, привстал из-за стола и, прикоснувшись в знак приветствия к каждому из своих лобовых наростов ладонью правой руки, коротко поклонился.

— И я рад вас приветствовать, господин Лайпида, — Кирилл ответил приветственным жестом «вольных торговцев»: хлопнув себя по предплечью, затем легонько стукнув кулаком в грудь. — Однако хочу заметить, что ваше предложение мы пока еще не приняли, так как не знаем его сути.

— Как? — хозяин кабинета удивленно посмотрел на своих гостей. — Неужели Вайд не передал вам мою просьбу?

— Нет, сказал только, что вы хотели меня видеть для какого-то дела.

— Ох уж этот Вайд, — покачал головой Лайпида. — Впрочем, может это и к лучшему. Главное что вы откликнулись на мой зов и прилетели.

— А разве я мог по-другому? — улыбнулся Кирилл, — Вы в свое время очень много для нас сделали, господин Лайпида, да и все ваши заказы весьма выгодны.

— Рад, что вы не забываете о моей скромной помощи… — улыбнулся в ответ хозяин кабинета, — Впрочем, не будем о прошлом, — торкленец жестом указал на три кресла, расположившиеся вокруг небольшого столика. — Прошу, господа, обсудим нашу сделку.

Кирилл коротко кивнул и, усевшись в одно из кресел, с интересом огляделся. Комната, не могла похвастаться богатством обстановки и вообще создавалось такое впечатление, что все что в ней находилось, служило лишь декорациями для их встречи, причем собранными на «скорую руку». Например, стоявший у окна стол был заставлен различным оборудованием, которое видимо должно было создать иллюзию рабочего места делового человека, — вот только подключено оно не было. Лежащий на полу великолепный тауский ковер был брошен прямо на грязное пластпокрытие, а в воздухе чувствовался плохо выветрившийся запах свежей краски. Кир поднял глаза к потолку, который сверкал девственной белизной и усмехнулся.

Лайпида кер Увар Авайт был для Кирилла большой загадкой и за прошедшие годы он так и не смог понять, кем же являлся этот на первый взгляд ничем не примечательный пожилой торкленец, с биомеханическим протезом вместо правой руки. Официально тот был всего лишь представителем небольшой фармацевтической компании одной из планет окраинного сектора, однако Кир знал, что этот вроде бы мелкий клерк был вхож в самые верхние эшелоны власти многих миров, и его слово имело там немалый вес. Было понятно, что статус фармпредставителя всего лишь прикрытие, только вот кем является Лайпида на самом деле узнать так и не удалось. Как-то раз Кир познакомился с другом профессора, который был довольно влиятельной фигурой в Федерации и прекрасно знал Авайта, однако даже он не смог прояснить ситуацию, а лишь пожал плечами и ответил:

— Как-то не задумывался об этом, а вообще Лайпида — это Лайпида — , потом помолчал и добавил. — Не лезли бы вы в эти вопросы, молодой человек. Скажу одно, Авайт очень могущественная фигура, а его простота — напускное. И если он к вам благоволит, лучше принять это как должное и не задавать лишних вопросов, поверьте, быть у него в опале намного хуже.

В конце концов, Кирилл решил последовать этому совету, тем более что Лайпида, действительно сильно помог им в первые годы после бегства с Энгмара. Именно он посоветовал верфь, где была переделана «Гера», именно он помогал сбывать дайтанские артефакты, и именно с его помощью удалось получить лицензию свободного торговца, минуя совет гильдии. Да и в дальнейшем Авайт частенько оказывал им неоценимую помощь, особенно по части информации, а за это они выполняли его поручения, в основном связанные с доставкой различных грузов, порой довольно странных. Например, как-то им пришлось перевозить два огромных прозрачных контейнера с похожими на лягушек существами, а другой раз их грузом была спящая в медкапсуле безногая девушка в сопровождении двух военных.

Еще одной странностью при встрече с Лайпидой было то, что все эти встречи постоянно происходили в разных местах, а зачастую и на разных планетах. Кир просто получал весточку; дескать, его ожидает один старый знакомый «инвалид» и он просит поторопиться, после чего ему вручался клочок бумаги с указанием места, причем принести записку мог кто угодно. В этот раз это был один из свободных торговцев, а до этого послание от Лайпиды застало его в небольшом ресторанчике на планете окраинного сектора в паре десятков парсек от их нынешнего местонахождения, и принес его робот-официант, так что оставалось только поражаться осведомленности господина Авайта. Впрочем, все это, и пара вроде бы незначительных оговорок самого Лайпиды, навело Кира на мысль, что его странный знакомый имеет прямое отношение к определенным правительственным структурам занимающимися безопасностью Федерации, только вот к каким, оставалось лишь догадываться.

Первоначально это несколько встревожило Кирилла, так как, являясь обладателем корабля давно исчезнувшей цивилизации и относясь к разряду так называемых «чужаков» — представителей цивилизации не известных в э-зоне, он прекрасно осознавал всю опасность подобной опеки со стороны спецслужб. Очень уж не хотелось оказаться в их «лапах», став предметом изучения. Однако пока его не трогали и, в конце концов, Кир решил, что несколько преувеличил предполагаемую опасность, да и Лайпида не давал знать о себе уже почти три стат-года и вот новый вызов…

Градов вздохнул и мысленно выругавшись, посмотрел на торкленца опустившегося в кресло напротив.

— Итак, зачем же мы понадобились вам на этот раз? — спросил он.

— Зачем? — Лайпида бросил взгляд на своих гостей и, усмехнувшись, достал из кармана тонкую трубку. Следом оттуда же появилась маленькая, украшенная причудливым вензелем в виде рогатой змеи, черная коробочка, внутри которой рядами лежали завернутые в фольгу шарики укаса размером с горошину. Авайт неспешно развернул один из шариков и, покатав его между пальцев, превратил тот в небольшую колбаску желтого цвета, которую аккуратно вставил в трубочку.

Кир с Намаром терпеливо дожидались окончания этой процедуры, хотя если судить по изредка вздрагивающим ушам бывшего ищущего того все это порядком нервировало.

Наконец Лайпида щелкнул небольшой зажигалкой и, поднеся огонек к кончику трубки, сделанную, насколько знал Кир, из листьев оргуры, раскурил ее, окутав себя облачком приторно сладкого дыма.

— Дело, которое я вам хочу предложить, не совсем обычно и напрямую касается моей компании, — наконец сказал он и, заметив, что Кир нахмурился, тут же добавил. — Нет, нет ничего противозаконного, тут можете не беспокоиться, — Лайпида выпустил изо рта струйку дыма, вежливо направив ее в сторону размещенной на стене решетки вентиляции. — Видите ли, наша компания занимается разработкой нового лекарства от так называемой «чумы Ригела», надеюсь, слышали о такой?

Кирилл и Намар дружно кивнули. «Чума Ригела» была болезнью поражающей исключительно торкленцев и являлась для них нестоящим бичом, унося ежегодно сотни тысяч жизней, не смотря на все предпринимаемые меры. Эта болезнь подвергалась лечению, но постоянно возникали новые штаммы вируса, а местная медицина никак не могла найти универсального лекарства. Поговаривали, что данный вирус был некой разновидностью бактериологического орудия кергарцев, использованного ими в последние годы войны, но это были только ничем неподтверждённые слухи.

— И причем же здесь мы? — поинтересовался Кирилл. — Не думаю, что вы позвали нас, для транспортировки лекарства.

— А почему нет? — Лайпида с легкой улыбкой посмотрел на землянина.

— Это слишком просто, — пожал плечами Кир.

Торкленец хмыкнул и несколько минут сидел молча, сосредоточенно дымя огуровой трубкой и задумчиво смотря на Кирилла.

— Вы правы, господин Керк, — наконец сказал он, опуская остатки трубки в стоящую на столе тушительную колбу. — Работа для вас будет несколько другая.

— Киана, смотри какая ящерка, — Эйра буквально прилипла лицом к огромному аквариуму стоящему посереди небольшого магазинчика торгующего различными безделушками.

Аларка примеряющая накладку на головной гребень, покосилась на свою подругу и, попросив хозяина магазина упаковать выбранную, подошла к подруге.

— И что тут?

— Вот, — девочка ткнула пальцем в стенку аквариума, за прозрачной стенкой которого, лениво наблюдая за стайками разноцветных рыбешек, сидела довольно большая ящерица.

Кожа земноводного буквально переливалась всеми цветами радуги, а на кончиках длинных шипов, тянущихся вдоль всего ее тела, изредка посверкивали разноцветные огоньки, словно в них были встроены миниатюрные лампочки.

— «Гортоский ныряльщик», — раздался из-за спины голос хозяина магазинчика. — Нравится?

— Ага, — Эйра закивала головой. — Красивая.

— Вы еще ее в темноте не видели, — улыбнулся старый торкленец и, пришаркивая ногами, удалился куда-то за прилавок. Свет погас, зато внутри аквариума словно зажглось множество маленьких лампочек. Почти все рыбки расцветились разноцветными огоньками, а вот лежащая на дне ящерица наоборот превратилась в темное пятно, едва видимое через стенки аквариума.

Девочки, ожидавшие большего, разочарованно вздохнули, но тут по темному силуэту «ныряльщика» пробежала цепочка фиолетовых огоньков, которые на ходу начали менять свой цвет, переливаясь всеми цветами радуги, — миг и ящерица стала похожа на грозди разноцветных камней.

— Здорово, — пискнула Эйра.

Свет в магазине вновь вспыхнул, унося ореол таинственности и чувство прикосновения к «сказке» чужого моря.

— Хочу, хочу, хочу такую.

Киана недоуменно посмотрела на подругу. Уши энгмарки стояли торчком, глаза горели жадным блеском, а коготки со скрипом скользили по стеклу аквариума.

— Хочу…

— К сожалению, она не продается, — раздался со стороны прилавка голос хозяина. — Эти ящерицы очень редки и этот экземпляр является гордостью моего магазина.

— А где их можно купить? — уши Эйры повернулись в сторону продавца, тогда как глаза продолжали смотреть на «ныряльщика».

— Можно заказать охотникам, но ждать приходится по полгода.

— Жалко, — девочка вздохнула, а кончики ее ушей обвисли. Она бросила взгляд на Киану и понуро направилась к выходу из магазина.

Девочка непонимающе посмотрела вслед подруге, быстренько расплатилась за покупку и, подхватив оставленные Эйрой пакеты, выскочила на улицу. Оглядевшись, она облегченно вздохнула; энгмарка сидела на расположенной напротив магазина скамеечке, сосредоточенно поглощая мороженное, видимо купленное в стоящем неподалеку торговом автомате.

— Ты что расстроилась? — Киана уселась рядышком, аккуратно примостив пакеты с покупками с краю скамейки.

Эйра промолчала, лишь нервно дернула ушами и повела ими в разные стороны. Киана пару минут гадала, что может означать подобный жест, затем поинтересовалась:

— А вообще, зачем тебе эта ящерица?

— Просто красивая, — буркнула Эйра.

Девушка с удивлением посмотрела на расстроенную подругу, неожиданно вспомнив реальный возраст своей спутницы. Эйре было чуть больше семи стат-лет и, несмотря на подростковую внешность, она продолжала оставаться ребёнком.

— Эйр, а где бы ты ее держала? — спросила она.

— Ну… — девочка на мгновение задумалась. — Думаю, папа придумал бы.

— Так может он что-нибудь и придумает когда вернется с капитаном. Уговорит хозяина магазина продать эту или договорится с местными охотниками.

— Точно, — Эйра вскочила на ноги, а ее ушки встали торчком. — Папа или дядя Керк обязательно что-нибудь придумают. Бежим обратно в домик, вдруг они уже вернулись.

— И что ты об этом думаешь? — Намар вопросительно посмотрел на задумавшегося Кирилла, который растерянным взглядом провожал мелькающие за прозрачной дверью лифта этажи.

— Ты насчет чего? — Кир покосился на своего друга.

— Насчет задания естественно.

Градов пожал плечами.

— Бывало и посложнее. Не думаю, что нам составит трудности отловить эту зверушку.

— Да я не о том, — Намар нервно дернул ушами. — Меня беспокоит, что придётся сунуться в сектор Трейта. Кто знает, чего там ожидать.

Кирилл согласно кивнул.

Сектор Трейта[21] являлся этакой нейтральной территорией, отделявшей Торкленскую Федерацию от Кергарской Империи невидимой чертой шириной в пару десятков парсек. В этом секторе было запрещено строительство шлюзов, поэтому добраться до нее можно было только на пространственных двигателях. В секторе было с десяток планет населенных представителями практически всех цивилизаций энвок-зоны.

До войны сектор Трейта был кергарской территорией, где находилось несколько многонаселенных систем, однако после ее окончания от их прежнего величия остались лишь жалкие осколки. Выжившие кергарцы покидали умирающие миры, а на их место устремились различные искатели приключений, беглые преступники и просто разумники[22] ищущие лучшей жизни.

На данный момент эти миры официально не подчинялись ни Федерации, ни Империи и имели свои правительства, а неофициально весь сектор Трейта был поделен между торкленцами и кергарцами на зоны влияния. Однако, по словам побывавших там торговцев, влияние это было не особо сильным, а пребывание в некоторых системах сектора было просто опасно для жизни. Местная власть едва контролировала порядок на планетах и в ближайшем от них пространстве, а вот на подходах можно было ожидать всего чего угодно: патруля федерации, кергарских хватнеров или же обыкновенных пиратов, причем иногда даже нельзя было сказать, какая встреча предпочтительнее. Убивали редко, но ограбить или лишить корабля могли и те, и другие, и третьи. Единственное отличие было в том, что федералы и имперцы прикрывались какими-нибудь пунктами закона своих государств, а пираты грабили в открытую. Естественно порой на эту тему разражались громкие скандалы и даже кого-то наказывали, но хватало этого ненадолго; проходило пара месяцев и все начиналось по новой. А еще в секторе упорно ходили слухи о каких-то неизвестных кораблях, встреча с которыми не сулила ничего хорошего.

Тем не менее, многие из свободных торговцев мечтали оказаться в секторе Трейта, так как там неплохо можно было навариться на поставках робототехники, электроники и запасных частей к корабельным двигателям. К тому же только здесь можно было купить товары, поставляемые из Кергарской Империи, некоторые из которых очень ценились в определённых мирах Федерации. Среди торговцев то и дело появлялись слухи об особо удачливых капитанах, которые за один полет сделали себе целое состояние, позволившее им покинуть звездные маршруты, осев на одной из планет центрального сектора[23].

И все же лететь туда было опасно…чертовски опасно. За один стат-год в Трейте пропадало больше кораблей, чем за пятилетку во всей Федерации.

И все же Кир и раньше задумывался о полете в этот сектор и в первую очередь из-за информации о неизвестных кораблях. Навряд ли это были земные разведчики, но возможно их экипажу было что-нибудь известно об Анклаве. Оставалась, конечно, проблема контакта с чужаками, но это уже можно было решить на месте, — в конце концов, ствол излучателя у головы сделает разговорчивее любое разумное существо.

Кирилл ухмыльнулся своим мыслям и, вздохнув, хлопнул Намара по плечу:

— Не дрейфь, дружище, меня сейчас куда больше заботят две вещи; что делать с нашими пассажирами и как там девочки?

— С девочками все нормально, пока вы Лайпидой обсуждали все мелочи, я связался с дочкой. Они сейчас на пляже. А вот с пассажирами действительно как-то нехорошо получилось, да и жалко их.

Они вышли из замершего лифта и не торопясь направились к выходу из здания, на тридцатом этаже которого находился так называемый «офис», в котором они встречались с Лайпидой.

— Ничего страшного, — сказал Кир, останавливаясь у стоявшего на улице торгового автомата и пробегая глазами по выставленным за прозрачным стеклом прямоугольным бутылкам с различными напитками, — я же не предлагаю их бросить, дойдем до Тайгры там и высадим. Это как раз по пути, да и «центральные» частенько в ее порты заглядывают. Деньги конечно потеряем, но мне контракт с Авайтом дороже, кто знает, где и когда он нам еще сможет помочь.

— Это правильно, — Намар кивнул и, оглядев заполненную народом широкую улицу, посереди которой возвышалась эстакада с проходящей по ней дорогой для наземного транспорта, поинтересовался. — Сразу в гостиницу, или еще какие дела?

— Да нет, дел никаких больше нет, — ответил Кирилл, вставляя цилиндрик элфинака в отверстие и щелкая светящимся тумблером напротив нужной бутылки.

Машина утробно заурчала и, издав тихий тренькающий звук, выдвинула из своего верха металлический цилиндр, в углублении которого стоял выбранный им напиток. Открыв пробку, он отхлебнул напитка и невольно поморщился; вкус был как у смеси прокисшего молока и малинового варенья.

— Как же я соскучился по обычному апельсиновому соку, — сказал он, на «едином». — И почему все местные напитки обязательно имеют какой-нибудь противный привкус.

— Так их готовили не для твоей расы, — так же на «едином» ответил Намар, для которого земной язык стал почти что родным, впрочем, как и для остального экипажа «Геры». — А мне вот многие нравятся.

— Рад за тебя, — Кир еще раз отхлебнул и, скривившись, протянул бутылку бывшему «ищущему». — Держи, любитель местной экзотики, может тебе по вкусу придется, а я лучше обычной минералки попью.

Намар усмехнулся и, припав к бутылке, восторженно мявкнул, одним махом опустошив ту до дна.

— Вкусно!

— А по мне так противная кислятина, — поморщился Кирилл. — Ладно, давай пройдемся до ближайшего торгового центра, а то я слышал, тебе Ай целый список покупок составила.

Намар удивленно посмотрел на капитана, затем кивнул, доставая из нагрудного кармана комбинезона листок смятой бумаги.

— И откуда ты все знаешь?

— Должность у меня такая, — Кир улыбнулся. — А если честно, твоя женушка мне наказала напомнить, коль забудешь, да и Тайк кое-чего просила прикупить. Так что вперед дружище, нас ждет шоппинг.

Намар тяжело вздохнул и, нервно дернув ушами, с обреченным видом поплелся за землянином.

Пустая полутемная комната, посреди которой в воздухе завис двухметровый овал, светящийся каким-то потусторонним бледно-зеленым светом и застывшая напротив высокая фигура, закутанная в бесформенный балахон. Фигура стоит абсолютно неподвижно, и можно было бы подумать, что это какое-то изваяние, если бы не тихое дыхание, доносящееся из-под зеркальной маски и отчетливо слышное в пустом помещении.

— Мы нашли «проникшего», вершитель Тойцу, — голос, несущийся из овала, едва слышен. — Один из «младших» сообщил, что он направлялся на Сепор.

— Отправьте туда охотников, — в скрипучем голосе, донесшемся из-за маски, абсолютное равнодушие. — И на этот раз постарайтесь его не потерять.

— Обязуюсь, Вершитель.

Фигура еще несколько минут стоит неподвижно, затем с легким хлопком растворяется в воздухе.

Глава 5

Подлодка была похожа на огромную ракушку, верхняя створка которой была абсолютно прозрачной. Она медленно двигалась над ажурными переплетениями кораллов, изредка прижимаясь почти к самому дну, но практически тут же вновь взмывала вверх. При приближении лодки, снующие вокруг стайки небольших рыбок испуганно «рассыпались» в разные стороны, словно блестящие разноцветные «конфетти», но едва та удалялась, вновь собирались вместе и продолжали заниматься своими неведомыми рыбьими делами. Изредка рядом с маленьким корабликом появлялись какие-то большие пучеглазые рыбины, красуясь перед его пассажирами огромными веерообразными спинными плавниками с причудливой раскраской. Обычно некоторое время они плыли рядом, видимо разглядывая и пытаясь понять, что за странное создание вторглось в их среду, но вскоре их интерес угасал и, вильнув длинными хвостами, которые по красоте почти не уступали спинным плавникам, эти гиганты исчезали в морских глубинах.

Пару раз в поле зрения попадали странные существа похожие своим видом на длинную связку небольших прозрачных шариков, внутри которых змеились цветастые нити разрядов, но подлодка тут же выпускала в их сторону бледно-синий луч, прекрасно видимый даже невооруженным взглядом, и твари спешно ретировались.

Киана с интересом рассматривала снующую вокруг лодки живность, изредка косясь на сидевшую за штурвалом Эйру.

— Ты где так хорошо лодкой управлять научилась, вроде ж говорила, что на планетах мало бываешь? — спросила она после того как энгмарка заложила очередной крутой вираж, проведя юркую машину среди череды вздымающихся со дна причудливых каменных колонн, похожих на поросшие кораллами развалины какого-то храма.

— А что тут сложного? — Эйра с удивлением посмотрела на подругу. — Штурвал вправо — влево, вверх- вниз, рычаг всплытия-погружения и одна педаль для регулировки скорости, — это тебе не легким космолетом управлять.

— Неужели управляла?

— Нет, но на тренажере частенько с дядей Керком занимались, правда, я постоянно во что-нибудь врезаюсь, — там столько кнопок.

Киана понимающе улыбнулась.

— Однако с лодкой у тебя хорошо получается.

— Не, — мотнула головой Эйра. — Просто тут какой-то автопилот или нечто подобное, он постоянно меня контролирует, вот смотри…

Девочка резко повернула штурвал до упора вправо, заставив Киану предупреждающе вскрикнуть, так как в это время подлодка как раз проплывала рядом с очередной колонной. Однако субмарина только дернулась в сторону, однако тут же легла на прежний курс и начала поворачивать, лишь после того как препятствие оказалось в нескольких метрах позади.

— Вот видишь. По правде, я только ей направление указываю. Хотя думаю, она и без меня справится, — Эйра отпустила штурвал и откинулась в кресле, ожидая реакции со стороны подлодки. Пару минут ничего не происходило, и субмарина продолжала свой путь в прежнем направлении, затем на приборной доске мигнул синий огонек и механический голос произнес:

— Внимание, перехожу на автоматический режим. Обзорный маршрут номер один. Для отмены нажмите кнопку разблокировки ручного управления. Спасибо.

Лодка резко наклонилась вправо и увеличила скорость, устремившись в сторону берега, однако вскоре басовитое гудение двигателей практически стихло, зато пронизанная солнечными лучами изумрудная зелень воды за бортом стала стремительно темнеть.

— Кажется, мы погружаемся, — констатировал Киана с беспокойством в голосе.

— Угу, — кивнула Эйра. — Интересно, куда она нас повезет?

— Кто?

— Да лодка.

— А…а…а, — потянула аларка, оглядываясь и пытаясь понять направление движения, однако за прозрачным стеклом фонаря кабины практически ничего не было видно, лишь смутно угадывалось очертание какой-то темной массы, мимо которой скользила субмарина.

Неожиданно темноту воды прорезали белоснежные лучи, выхватив из мрака вздымающиеся вокруг огромные колоннады, точно состоящие из кристально чистого льда внутрь которого были вкраплены мириады небольших драгоценных камней, которые переливались в свете носовых прожекторов подводной лодки. Девочки замерли в восхищении.

— Тарсова пещера, — одна из достопримечательностей нашего курорта, — подал голос компьютер лодки. — Видимые вами колоны состоят из кварцлата с вкраплениями полудрагоценного таурита. Пещера была открыта в… — электронная машина продолжала рассказывать об истории открытия и изучении пещеры, но Эйра с Кианой ее не слушали, просто любуясь буйством красок вокруг медленно дрейфующей лодки.

К сожалению, продолжалось это недолго и вскоре, приглушив прожектора, субмарина двинулась дальше, вызвав у девочек легкий вздох разочарования.

— Красиво было, — наконец сказала Киана.

— Да уж, у меня аж подшерсток зашевелился, никогда подобного не видела. Может быть вернемся и еще немного посмотрим? — Эйра потянулась к кнопке активирующей ручное управление.

— Подожди, — остановила ее аларка. — Хочу узнать, куда она нас дальше повезет.

Киана покосилась на подругу и, пожав плечами, вновь откинулась в кресле, изредка бросая взгляд в сторону небольшого экранчика на приборной панели, отображающего непонятные для Эйры разноцветные пятна. Подлодка тем временем резко задрала нос и вскоре вынырнула на поверхность, подсветив свои контуры небольшими огоньками, а откуда-то с кормы ударили голубоватые лучи прожекторов, осветив свисающие с низких сводов подводной пещеры сталактиты.

Неподалеку от них из воды вынырнула еще одна лодка и замерла неподалеку, покачиваясь на поднятых при всплытии волнах, расходившихся широкими кругами по бездонно-черному зеркалу воды. Сквозь прозрачный верх отчетливо была видна подсвеченная зеленоватым светом кабина с сидящей в ней длинноволосой женщиной и ребенком лет семи. Мальчик крутил головой во все стороны и заметив их лодку, прильнул к стеклу, приветственно замахав рукой. Киана улыбнулась и, помахав в ответ, толкнула локтем Эйру с вдумчиво слушающей монотонное бубнение электронного гида, рассказывающего что-то о размерах пещеры, ее обитателях и даже составе образующих пород. Энгмарка вопросительно посмотрела на подругу, но заметив машущего им малыша, расплылась в улыбке и, перегнувшись через Киану, помахала в ответ. В глазах мальчика мелькнул огонек испуга, он отпрянул от стекла и принялся дергать свою мать за широкий рукав блузки, тыча пальцем в их сторону. Женщина в соседней лодке повернула голову и несколько мгновений буравила их недовольным взглядом, затем что-то сказала мальчику, заставив того недовольно «надуться» и усесться на свое место, скрестив руки на груди. Огоньки на бортах их субмарины заморгали, и она двинулась вперед, медленно скрываясь под водой.

— Что это с ними? — удивленно спросила Эйра, нервно подергивая ушами.

Киана посмотрела на подругу, чье лицо в мертвенно-зеленом освещении кабины было похоже на довольно устрашающую маску и, невольно прыснула, быстро прикрыв свой рот ладошкой.

— А с тобой что? — поинтересовалась энгмарка, с подозрением смотря на подругу.

— Да, так, — отмахнулась та. — Подумалось, что зеленый оттенок очень идет твоей шерсти, с ним ты выглядишь просто страшно красиво.

Эйра несколько мгновений непонимающе смотрела на Киану, затем бросила взгляд на свое отражение в стекле кабины и вдруг, скривив злобную рожицу, вытянула вперед руки со скрюченными пальцами.

— Я злобный монстр-мозгопожиратель с планеты Пламдия и сейчас высосу твои мозги, ууу, — она ухватила подругу за плечо и, щелкнув зубами, глухо зарычала.

— Не ешь меня, — с притворным ужасом взвизгнула Киана, тут же рассмеявшись.

Пару минут девочки дурачились барахтаясь в тесной кабине и успокоились лишь после того как лодка двинулась дальше.

— Не похожа ты на «пламдийского мозгососа», — сказала Киана, переводя дух и поправляя растрепавшуюся прическу. — У тех хоботки были.

— Тоже смотрела этот сериал?

— Не полностью, просто, когда папа бывал в Центральном, то всегда привозил пластформы[24] с этим фильмом… почему-то он думал, что он мне нравится… — на миг по лицу девочки скользнула тень затаённой боли, и она поспешно отвернулась, чтобы Эйра не заметила неожиданно навернувшихся на глаза слез.

— А мне и маме фильм нравится, — сказала Эйра, потягиваясь, — хотя дядя Керк постоянно смеется над нами, когда мы его смотрим. Говорит, что большей ерунды никогда не видел. Нет, я согласна, что в нем многое неправдоподобно, но рейк-командер там такой классный, — она прикрыла глаза и, откинувшись в кресле, коротко муркнула. — Я просто балдею, когда его вижу.

Киана задумчиво посмотрела на спутницу, лицо которой приобрело мечтательное выражение, а острые ушки «ходили» в разные стороны, изредка прячась в густой гриве волос, подумав, что если брать реальный возраст энгмарки, то лично она в это время ни о чем кроме новых игрушек и не мечтала. Губы аларки тронула легкая улыбка, — Эйра постоянно преподносила ей новые сюрпризы, неоднократно и невольно напоминая о разности их рас. Киана вздохнула и обратила свой взор на проплывавшие над головой низкие своды пещеры, усеянные причудливыми «статуями» сталактитов, которые в лучах прожекторов порой напоминали своими очертаниями неизвестных ей существ.

— Наверное, папа с дядей Керком уже вернулись, — голос Эйры вывел Киану из созерцательного состояния. — Думаю, что надо возвращаться.

— Ага, да и кушать охота.

Энгмарка склонилась над пультом и, ткнув пальцем в кнопку ручного управления, толкнула рычаг «всплытия-погружения» от себя. Лодка замедлила свой ход и, отключив двигатели, некоторое время двигалась вперед по инерции, не погружаясь и никак не реагируя на судорожные дерганья Эйрой рычага и штурвала, а в кабине вновь забубнил знакомый электронный голос:

— Извините, но в данный момент отключение автопилота невозможно, однако по вашему желанию обзорная экскурсия может быть продолжена или отменена. Нажмите для отмены клавишу с пиктограммой «один», для продолжения с пиктограммой «два».

— Наверное это из-за того что мы в пещере, — заметила Эйра, пару раз нервно дернув ушами. — ну что, жму отмену?

— Угу, — кивнула Киана. — Слушай, а это не та ящерица, что мы видели в магазине? — она указала на огромный почти касающийся своим концом воды сталактит свисающий метрах в пяти от борта их наконец-то остановившейся лодки.

— Где!? — девочка аж подскочила на месте, едва не стукнувшись головой о низкий потолок кабины и заставив легкую субмарину покачнуться.

— Вон, почти у воды.

Эйра прищурила глаза, пристально уставившись в указанном направлении, при этом ее уши на какое-то мгновение скрылись в волосах, чтобы потом вновь выскочить оттуда и застыть торчком, немного подрагивая от охватившего юную энгмарку плохо скрываемого возбуждения.

— Она, это точно она! — девочка заозиралась, затем принялась нажимать все кнопки на пульте, заставляя компьютер то и дело повторять одну и ту же фразу о невозможности ручного управления.

— Ты что делаешь? — спросила Киана, с беспокойством наблюдая за суетящейся подругой.

— Хочу открыть кабину.

— Зачем!?

— Как зачем? — Эйра посмотрела на нее с удивлением. — Естественно чтобы поймать ящерицу.

— И как ты это сделаешь?

— Подведу лодку поближе и прыгну, мне главное ее схватить…

— С ума сошла?

— Не-а, — мотнула головой энгмарка. — Я знаешь, какая ловкая, — она неожиданно выпустила когти и, поддев ими крышку пульта резким рывком открыла ее, обнажив хитросплетения проводов. Удовлетворённо мявкнув Эйра сунула внутрь правую руку, и, не обращая внимания на протесты Кианы, выдернула оттуда небольшую желтую коробочку. Огни и прожектора лодки тут же погасли, а в кабине вспыхнули тускло-красные лампочки аварийного освещения.

— Обычный мп-блокиратор, — фыркнула Эйра, крутя выдернутый прибор в руках. — В некоторых детских игрушках и то получше ставят.

— В игрушках? — переспросила Киана дрожащим голосом, стараясь силой воли подавить подступающий страх. Кабина лодки вдруг как-то сразу стала для нее слишком тесной, а плещущая за бортом темная бездна наполнилась неведомыми чудовищами, которые в любой момент могли утянуть их в глубины моря.

— Ну да в игрушках, — Эйра бросила коробочку на пол и вновь сунула руки внутрь пульта. — Такие в роботах ставят для ограничения их функционала, меня папа давно научил, как их обходить. Сейчас соединю провода…так этот сюда, а этот так…вот…

Двигатель подлодки глухо загудел, а аварийное освещение сменилось на привычное, заставив Киану облегченно вздохнуть и с укоризной посмотреть на Эйру, которая что-то весело муркая себе под нос устанавливала крышку пульта на место.

Усевшись на место, энгмарка щелкнула тумблером разгерметизации, и часть кабины послушно откатилась назад, впуская внутрь неожиданно теплый и влажный воздух пещеры. Повинуясь ее действиям, лодка медленно развернулась, осветив ярким светом носовых прожекторов сталактит с сидящей на нем ящерицей, заставив ту застыть на месте и, вытянув шею, разразится недовольным шипением.

— Похоже, мы ее ослепили, — с довольным видом заметила Эйра, поворачивая субмарину своим бортом к сталактиту, — сейчас я ее… — она залезла с ногами на сидение, готовясь прыгнуть, но «ныряльщик» неожиданно раскрыл свой гребень и, разжав лапы, рухнул в черную воду.

Энгмарка возмущенно мякнула, а ее ушки возмущенно заходили из стороны в сторону. Она быстро плюхнулась обратно на сиденье и загерметизировав кабину, дернула рычаг «всплытия-погружения», постоянно бросая взгляд на мерцающий разноцветными пятнами экран.

— Ты что ее преследовать собралась? — обеспокоенно спросила Киана. — Успокойся, она уже пойди далеко, да и как ее теперь найдешь.

— По эхолоту, — коготок Эйры указал на экран. — Видишь маленькую черточку, это она и есть.

— И откуда ты все знаешь? — буркнула Киана, наблюдая как гладь воды медленно наползает на прозрачный колпак кабины.

— А я наблюдательная, — с нотками хвастовства в голосе ответила Эйра. — Когда мы плыли по рифу, заметила, что на этом экранчике стайки рыб отражаются, словно облако мелких синих черточек.

— Так это эхолот. — Киана мысленно обругала себя за недогадливость, так как много раз видела подобные приборы в фильмах.

— Чего? — левое ухо Эйры повернулось в сторону подруги.

— Подводный радар.

— А…а… — девочка заложила правый крен, огибая вынырнувший из темноты огромный сталагмит похожий на сломанный клык и довольно хмыкнула, так как в лучах прожекторов мелькнул знакомый силуэт.

— Эйр, хватит ерундой маяться, — попыталась образумить подругу Киана. — Эта ящерица может здесь часами плавать.

— Не может, она же земноводное.

— И что? — Киана вздохнула. — У меня на родине есть ящерицы, которые целый день могут сидеть под водой.

— Эта не сможет, — нахмурилась энгмарка.

— Почему ты так думаешь?

— Не сможет, — упрямо надула губы девочка, резко поворачивая лодку вслед за вильнувшей в сторону ящерицей.

— Эйра!! — только и успела крикнуть Киана, с расширенными от ужаса глазами смотря на вынырнувшую из мрака узкую извилистую расщелину, похожую на огромную зубастую пасть неведомой рыбы. Энгмарка испуганно прижала уши к голове и резко сбросила скорость, но было уже поздно, — ящерица скользнула внутрь, а спустя мгновение корпус субмарины заскрежетал о торчащие из краев расщелины зазубренные камни. Свет внутри кабины погас.

Кир стоял на небольшой веранде и, скрестив руки на груди, задумчиво смотрел на безбрежную гладь моря раскинувшегося в нескольких десятках метров от гостиничного домика, думая о том, сколько морей и океанов различных расцветов и оттенков ему пришлось повидать за эти годы. Он так рвался к звездам, к новым неизведанным мирам, туда, где еще не ступала нога человека, видел себя в мечтах капитаном стремительного космолета исследующего глубины вселенной. Мечты…Кто ж знал, что им суждено осуществиться. Он саркастически усмехнулся. Неизвестные человечеству миры — вот они, вокруг на сотни парсек, но…но сердце осталось там…в глубинах космоса на небольшой планетке в маленьком домике со скрипучей калиткой и дорожками выложенными меняющей рисунок плиткой. Сердце осталось с зеленовласой девушкой, что когда-то заглянула ему в душу своими огромными фиолетовыми глазами. Лайм…

Кирилл оперся руками о перила веранды и, плотно зажмурив глаза, мотнул головой, стараясь отогнать бередящие душу воспоминания.

— Капитан, что-то я не могу с девочками связаться, — сказал подошедший сзади Намар. — Попробуй со своего «эйпера».

— Сейчас, — Кир нажал двумя пальцами на прикреплённый к воротнику куртки треугольник приборчика, заставив замерцать на его концах зеленые огоньки. — Эйра, Киана, вы меня слышите, прием. Девочки…

Из динамика донеслось лишь легкое шипение и потрескивание помех.

— Может пошли куда, а «эйперы» дома оставили.

Намар мотнул головой.

— Не думаю, — он продемонстрировал Киру цилиндрик элфинака.

— Странно, — Кирилл с беспокойством оглядел видимый с веранды кусок пляжа. — Ты давай пройдись вдоль берега, вдруг, где купаются, а я попробую запеленговать «байпер»[25].

— И когда ты успел его прицепить?

— Когда с поезда сходили, сунул твоей доче в ее шевелюру.

— Будем надеяться, что он еще на ней, — сказал Намар, нервно подергивая ушами. — Ладно, я на пляж, может, зря волнуемся.

Кирилл кивнул и едва бывший «ищущий», перепрыгнув через периллы веранды, быстрым шагом направился к морю, повернул один из углов «эйпера», заставив светящийся на нем огонек мигнуть и сменить свой цвет на темно-синий.

— Мостик, ответь «Первому».

— Да, капитан.

Услышав знакомый голос, Кир усмехнулся:

— Тайк, ты же вроде отдыхать должна.

— Не спится, капитан, — голос асторки как-всегда был лишен всяческих интонаций, хотя он мог поклясться, что кончики ее рожек стали абсолютно черными, выдавая неслышимый в голосе сарказм.

— Вернусь, запру в каюте, — пригрозил он, — ты должна отдохнуть. А пройдись сканером по моему пеленгу, я тут девочкам «байпера» подсадил, хочу чтобы ты его нашла.

— Что-то случилось, капитан?

— Пока не знаю, но надеюсь ничего серьезного, — ответил Кир, входя в дом и окидывая гостиную пристальным взглядом.

Подойдя к стоявшей у стены тумбе, он заглянул в лежащие на ней пакеты и, задумчиво почесав переносицу, повернулся в сторону замершего в углу робота.

— Пусто, капитан, точнее сигнал есть, но размытый, не могу точно указать точку, — раздалось через пару минут. — С орбиты больше ничего сделать не могу. Запросить разрешение на вход в атмосферу?

— Не надо, слишком много вопросов возникнет, а они нам ни к чему, попробуем разобраться своими силами. Да и Ай ни слова.

— Хорошо.

— Все, отбой, — он повернул угол «эйпера» в прежнее положение и подошел к роботу, который при его приближении глухо заурчал, а створки его бочкообразного корпуса распахнулись, выдвигая наружу небольшой экран, на котором появилось схематичное изображение лица.

— Готов служить, господин разумник, — нарисованные губы задвигались, немного не попадая в такт словам, а противный дребезжащий голос робота заставил Кира поморщиться. Вообще здешние роботы: громоздкие, медлительные, неуклюжие, вечно жужжащие машины, чаще всего похожие на небольшие пластиковые бочонки к которым зачем-то прикрутили пару манипуляторов, попутно снабдив гусеницами или колесами — вызывали у него лишь саркастическую ухмылку. И если на Земле это были по настоящему разумные машины, являющиеся надежными помощниками, а порою и партнерами в работе, то здешних роботов можно было отнести скорее уж к причудливым и довольно дорогим игрушками. Чаще всего они представляли собой этакий гибрид пылесоса, холодильника и информера с набором определённых функций. Правда иногда попадались и продвинутые модели, заточенные под выполнение определённых задач, но даже они без контроля со стороны мало на что были способны. И все же робот был способен дать интересующую его информацию, а большего в данный момент от этой «железяки» и не требовалось. Кир бросил взгляд на корпус, где была прикручена табличка с номером и спросил:

— Экма семь, я хотел бы знать, куда отправились находящиеся здесь разумники женского пола?

Робот коротко пискнул, что свидетельствовало о принятии и обработке вопроса, но ничего не ответил. Кир уже было подумал, что машина не снабжена отслеживающим блоком, позволяющим регистрировать перемещение клиентов, но тут «губы» робота вновь задвигались, однако голос теперь явно принадлежал живому существу.

— Извините за задержку, господин Керк, — рисунок лица на мониторе исчез, а вместо него появилось изображение молодой торкленки в форме персонала гостиницы. — Машина передала ваш запрос, и я хотела бы узнать, чем он вызван?

— Просто беспокоюсь за своих подопечных, малан[26].

— Понятно, секундочку, господин Керк, — девушка отвернулась от экрана, смотря куда-то вбок. — Судя по нашим записям, час назад на ваш домик была заказана экскурсионная субмарина.

— Субмарина?

Кирилл мысленно чертыхнулся, а служащая, видимо заметив мелькнувшее на его лице беспокойство, быстро затараторила:

— Не беспокойтесь, все наши подлодки оборудованы великолепными системами безопасности и всегда придерживаются определенных маршрутов, так что…

— Капитан, — в дверях появился взволнованный Намар. — С девочками какая-то беда, они смогли связаться со мной по «эйперу», но слышно было плохо. Понял только про какую-то пещеру…

— Они, наверное, имели в виду Тарсовы пещеры, — донесся из динамиков робота голос служащей. — Там абсолютно безопасно, а какие виды…

— Уважаемая! — Нахмурившийся Кир резко перебил девушку, заставив ту посмотреть на него растерянным взглядом. — Находящуюся на этой подлодке девочку я знаю с малых лет, и поверьте, просто так она паниковать не будет, так что заканчивайте про здешние красоты и свяжите меня со службой спасения, — надеюсь, таковая у вас имеется.

Свет в кабине то погасал, то загорался вновь, но с каждым разом периоды темноты становились все длиннее и длиннее. Мало того откуда-то стала сочиться вода и вскоре на полу ее уже собралось по щиколотку, что заставило Киану с Эйрой забраться на сиденья с ногами. Некоторое время они пытались связаться по «эйперу» с отцом Эйры или капитаном, однако в динамике раздавалось лишь пустое шипение и, в конце концов, девочки совершенно отчаялись. С одной стороны они прекрасно понимали, что вскоре их должны хватиться и начать искать, но медленно прибывающая вода говорила о том, что спасатели могут просто не успеть. Эйра предложила было разбить стекло кабины и попытаться выплыть, но все их попытки потерпели неудачу, — тонкое на вид оно оказалось не менее прочным, чем металл корпуса. В результате оставалось только надеяться и ждать.

Юная энгмарка сидела на своем месте, плотно прижав уши к голове и, уткнув подбородок в колени, смотрела перед собой невидящим взглядом.

— Как думаешь, нас скоро найдут? — спросила она, покосившись на скрючившуюся в соседнем кресле Киану.

— Надеюсь, — девочка с беспокойством посмотрела на плескавшуюся у сидении воду, в которой плавал какой-то мусор, лениво кружась в небольших водовротиках. — Тебе не кажется, что воды больше стало?

Эйра склонила голову набок и, покосившись вниз, тяжело вздохнула.

— Может еще раз попытаться выбраться, — сказала она, усаживаясь в кресле поудобнее и берясь за рычаги управления.

Двигатель глухо заурчал, лодка вздрогнула и вдруг где-то внутри нее, за спинами девочек, что-то громко хлопнуло, а в кабине отчетливо запахло горелой пластмассой. Свет мигнул и погас. Эйра наощупь отключила двигатель и посмотрела в сторону Кианы испуганным взглядом.

— Лучше больше ничего не трогай, — дрожащим голосом сказал та.

— Хо-ро-шо, — почему-то по слогам ответила Эйра и тут же испуганно вжала голову в плечи от серии глухих ударов по корпусу лодки.

Мрак воды разрезал яркий луч света, а за стеклом кабины появились силуэты громоздких фигур, с цилиндрическими головами и светящимися бледно-синим светом блюдцеобразными глазами.

Кирилл с Намаром и группой прибывших из города спасателей расположились в небольшом гроте на берегу озера, которое было соединено подводным тоннелем с Тарсовой пещерой.

Энгмарец нервно расхаживал по берегу, бросая беспокойные взгляды на темную воду, куда с берега уходило несколько толстых кабелей, два из которых были подключены к тумбообразным аппаратам, рядом с которыми расположилась тройка спасателей.

Неожиданно вода забурлила и на поверхности показалась голова водолаза облаченного в массивный цилиндрический шлем. Двое из спасателей поспешили к берегу, помогая своему товарищу выбраться на берег. Отщелкнув герметизирующие защелки и сняв шлем, водолаз пару минут переводил дух, затем обвел уставшим взглядом собравшихся вокруг него.

— Дело дрянь, — наконец сказал он, отстегивая перчатки. — Лодку плотно зажало в расщелине, корпус распорот в двух местах и если дернем лебедками, то боюсь, его просто разорвет.

— А если взять дыхательные аппараты, разрезать корпус и помочь девочкам выплыть, — предложил Намар.

— На сто метровой глубине? — водолаз грустно усмехнулся и, взяв из рук одного из спасателя протянутую ему кружку с каким-то горячим напитком с шумом отхлебнул. — К тому же в этом месте слишком сильное течение, одна ошибка и их утянет. Не понимаю, как они вообще там оказались, — он покачал головой и вновь прильнул к кружке.

— И что же делать? — энгмарец рассеянно оглядел спасателей.

— Попробуем немного расширить расщелину. У этих лодок стоят регенераторы кислорода и на пару дней их хватит, так что время есть, а теперь извините мне надо передохнуть и подготовится к новому погружению.

Намар понимающе кивнул и отошел в сторону.

— Не переживай, дружище, ребята свою работу знают, — Кир ободряюще похлопал друга по плечу.

— Ай с ума сойдет, когда узнает, — Гайдан вздохнул. — И какого стабилитрона их туда понесло! — его кулак впечатался стену пещеры.

— Господин Керк, можно вас? — окликнул Кера пожилой торкленец командующий группой спасателей.

Кир бросил взгляд на Намара и, еще раз хлопнув его по плечу, направился к позвавшему.

— Не хотел говорить при нем, — торкленец посмотрел в сторону понурого энгмарца, — но дела действительно неважны. У нас нет нужного оборудования для освобождения лодки, а пока его доставят, пройдет несколько часов.

— И в чем же проблема, кислорода же вроде должно хватить?

Спасатель кивнул.

— Должно, но, по словам Урса, — короткий кивок в сторону сидящего водолаза. — Внутри лодки видно воду. По всей видимости, где-то течь.

— Шардзым! — Кир скрипнул зубами. — Много у нас времени?

Торкленец задумчиво потер ладонью лобные наросты.

— Не могу точно сказать. Зависит от пробоины. Внутренне давление пока держит воду, но… — он развел руками.

— Понятно, — Кирилл на мгновение задумался, затем поинтересовался. — У вас еще один водолазный костюм есть?

— А зачем? — удивился тот.

Моноклинок развернулся с легким шелестом и перечеркнул торчащий рядом конус сталагмита. Кир толкнул ногой отрезанный кусок, заставив его с шумом рухнуть на пол пещеры, и с легкой улыбкой посмотрел на опешившего спасателя.

— Инструмент есть, но использовать его смогу только я.

Вода сдавила оболочку гидроскафандра, сковывая и замедляя движения, поэтому, удерживающие подлодку выступы скалы, приходилось не рубить, а в буквальном смысле пилить, — впрочем, по-другому бы все равно не получилось. Камень был слишком толстый и длины меча не хватало, чтобы просто перерезать его, отделив таким образом от основной скалы, в результате пришлось вырезать небольшими кусками, которые затем при помощи Урса отбрасывать в сторону. Моноклинок входил в камень словно раскалённый нож в масло и сперва Кир думал справиться с проблемой минут за пятнадцать, однако на деле все затянулось почти на три часа. К тому же оказалось, что лодку заклинило в нескольких местах и пришло в буквальном смысле прорезать в скале небольшой тоннель.

Так что когда субмарина наконец-то дернулась и медленно поползла назад увлекаемая за собой лебедочными тросами, Кир почувствовал дикую усталость и, едва выбрался на берег, буквально распластался на холодных камнях пещеры, чувствуя огромную слабость во всем теле. Последний раз под воду он погружался во время работы на Ганимеде, но там скафандры были похожи на маленькие подлодки, к тому же внутри них было довольно уютно.

С трудом отстегнув шлем, Кир вдохнул прохладный воздух пещеры и, посмотрев на склонившегося над ним взволнованного Намара, уши которого так и дергались в разные стороны, радостно улыбнулся.

Глава 6

Сегодня океан был спокоен. Его темное покрывало слабо поблескивало в мерцающем свете ярких звезд, усыпавшими ночной небосклон крупными гроздями незнакомых созвездий, превращая окружающую ночь в странную полумглу. Необычные светящиеся бледно-сиреневым светом цветы плотным ковром усеяли холм, освещая стоящую на его вершине одинокую фигуру человека.

— Ты снова пришел, Искатель… — раздавшийся из-за спины голос то ли спрашивал, то ли утверждал, а может одновременно делал и то и другое.

— Если бы я еще знал, как это получается, — ответил Кир, не отрывая взгляда от сияющего огнями города, расположившегося на берегу океана у подножья холма. Смысла оборачиваться не было, он знал, что не увидит своего собеседника.

— Поверь, я тоже не знаю, — в голосе невидимки проскользнули нотки растерянность.

— Как-то не верю.

— Зря, — голос замолчал, зато рядом зашуршала трава, словно невидимка садился на землю.

Неожиданно налетевший со стороны океана ветерок зашуршал высокой травой, сорвав со светящихся цветов мерцающие облачка светящейся пыльцы, заставив воздух вокруг наполниться миниатюрными огоньками.

— Душа у меня не на месте, — сказал Кир, смотря на медленно оседающую пыльцу. — И уверенности нет…

— Просто ты потерял себя, Искатель. Вспомни, пойми, чего ты хочешь, чего ищешь…

— Уже не знаю, — Кирилл покачал головой. — Не знаю…

— В этом и проблема, — невидимый собеседник вздохнул. — Позволь дать совет: реши, что для тебя по-настоящему дорого и все ответы найдутся сами.

— Вот дожил, мой сон дает мне советы, — усмехнулся Кир.

— Ты все еще думаешь, что это сон? — в голосе невидимки послышался явный сарказм.

— А разве нет?

— Возможно, — не стал отрицать собеседник. — Возможно, я просто отражение твоего «я», твое подсознание, дающее советы в трудную минуту. Думай так, если тебе от этого легче. А сейчас тебе пора, пора, Искатель. Вновь пришло время решений…прими на этот раз правильное.

Кирилл открыл глаза и пару минут невидящим взглядом таращился в потолок, пытаясь удержать в голове воспоминания о странном сне, который быстро таял, оставляя только смутные образы светящихся цветов, темной глади океана, блистающего огнями далекого ночного города и странное ощущение щемящей грусти. Он вздохнул и повернулся на бок, столкнувшись взглядом с сидевшей рядом с кроватью на корточках асторкой.

— Тай, что-то случилось? — спросил Кир после секундной паузы, одновременно пытаясь вспомнить, закрывал он дверь каюты или нет.

Девушка молча склонила голову к одному плечу, затем к другому, буравя его пристальным взглядом своих бездонно черных глаз, при этом ее рожки постоянно меняли свой цвет, явственно говоря, что она находится в некоторой растерянности.

— Вам одиноко, капитан? — неожиданно спросила она. — В последнее время я часто ощущаю внутри вас странную грусть.

— Просто хандра, — Кирилл зевнул и, потянувшись, резко сел на кровати, затем с улыбкой посмотрел на своего астронавигатора. — Не обращай внимания, Тайк, все пройдет.

Рожки асторки стали бледно-коричневыми. Она медленно поднялась на ноги и двинулась вдоль каюты, рассматривая стоящие на полках различные безделушки собранные Киром за время их странствий. Ее тонкий хвост выписывал в воздухе замысловатые петли, изредка замирая и осторожно касаясь своей пушистой кисточкой той или иной вещи.

— У вас давно не было женской особи, капитан, мужчинам это вредно. Если хотите, могу предложить свои услуги. — Она на секунду замерла у стола и, повернув голову, посмотрела на опешившего от удивления Кира.

— Не говори глупости, — наконец буркнул тот, открывая расположенный в стене кроватной ниши небольшой шкафчик и доставая оттуда майку. — Во-первых, мы относимся к разным биологическим видам…

— Гера мне сообщила, что наши половые органы вполне совместимы…

Кирилл почувствовал, что краснеет как мальчишка, мысленно руганув корабельный компьютер и различия в моральных принципах рас, к некоторым из которых он до сих пор не мог привыкнуть.

— Некоторые отличия имеются, но, как я поняла, особых неприятных ощущений это не вызовет, — продолжала меж тем асторка.

— Тайк, перестань, — резко оборвал ее Кир, вставая с кровати и натягивая майку. — Спасибо за предложение, но нет.

— Хорошо, капитан, — хвост асторки замер, затем пару раз дернулся вверх-вниз и безвольно обвис, а рожки потемнели. — Надеюсь, я не оскорбила вас своим предложением?

Кирилл с удивлением посмотрел на асторку, в ее обычно безэмоциональном голосе явственно чувствовались нотки беспокойства.

— Нет, Тай, — Градов улыбнулся. — Действительно спасибо. Рад, что хоть кто-то обо мне заботится. Только неужели ты только за этим пришла?

Девушка повернулась и пару минут молча смотрела на Кира, словно решая говорить или нет.

— Несколько часов назад я засекла два корабля неизвестной конструкции идущих параллельным с нами курсом, — наконец сказала она.

Кир нахмурился. В принципе в этом не было ничего удивительного, так как в системе кораблей хватало, но хорошо зная девушку, он понимал, что та просто так беспокоиться не будет.

— И что тебя насторожило? — спросил он, открывая дверь каюты и выходя в коридор.

— Я уже несколько раз делала корректировку курса, и они каждый раз повторяли за мной, — пояснила девушка, направляясь следом.

— Может обычные «цеплялы»?

Хвост Тай взлетел вверх, а его кончик с кисточкой качнулся из стороны в сторону, что было равнозначно человеческому пожиманию плечами.

— Слишком большой киллградж[27].

Кир понимающе кивнул. Действительно «цеплялами» обычно называли капитанов небольших кораблей, часто устаревшей конструкции, которые во множестве курсировали между близлежащими системами, обычно перевозя частные грузы. Обычно эти колымаги имели плохое астронавигационное оборудование едва способное вести их внутри системы и для того чтобы как можно быстрее добраться до шлюзов они буквально «прилеплялись» к идущему в нужном направлении судну, полностью повторяя его маневры.

— Кто сейчас на мостике?

— Рик, капитан. И он опять ко мне приставал, — хвост девушки опоясал ее вокруг талии.

Кир покосился на астронавигатора и, хлопнув по пластине вызова лифта ладонью, саркастически хмыкнул — взаимоотношения у асторки с бортинженером не клеились. Тот с маниакальным упорством пытался за ней ухаживать, но это почему-то раздражало девушку, хотя торкленец был весьма галантен.

— Опять пойди хвостом по носу заехала.

Тай промолчала, виновато теребя пальцами кисточку своего хвоста, а ее рожки приобрели розоватый оттенок.

— Понятно, — Кирилл покачал головой и рассмеялся. — Ладно, сам, в конце концов, виноват, знает ведь твой характер. Давно сменилась?

— Три тика…пятнадцать минут назад.

— Рику про «цеплял» сообщила?

— Да. Он тоже считает их подозрительными.

Они поднялись на верхнюю палубу и, выйдя из лифта, Кир в нерешительности остановился. После их возвращения с Сейпора он только один раз перекусил, да и то в спешке. Просто как-то сразу навалилась куча дел и помимо объяснения с Ай, которой Намар все-таки рассказал о случившемся с дочерью, пришлось заниматься предполетной подготовкой и размещением присланного Лайпидой оборудования. Закончили почти в три ночи по корабельному времени и, снявшись с орбиты, взяли курс к шлюзу, после чего он решил хоть немного отдохнуть. Теперь же голод давал о себе знать и Кирилл несколько мгновений раздумывал, не завернуть ли сперва в кают-компанию, но пронзительно пискнувший эйпер прервал его размышления.

— Кэп, вы нужны на мостике. — В голосе бортинженера слышались нотки тревоги.

— Что-то срочное?

— Скорее да, чем нет.

— Ясно мы с Тайк уже почти там. Сейчас будем.

Дверь рубки распахнулась, и сидевший на капитанском месте Рик поспешно вскочил на ноги.

— Докладывай, — бросил Кир, опускаясь в кресло.

— Это касаемо «попутчиков». Надеюсь, наша хвостатая тебе о них сообщила?

— Сообщила, — кивнул Кирилл, косясь в сторону внешне вечно невозмутимой асторки, которая при слове «хвостатая» поменяла цвет своих рожек на изумрудно-зеленый и уставилась немигающим взглядом на бортинженера.

— Два часа назад они неожиданно пошли на сближение. Я на всякий случай приказал увеличить скорость, но они не отстают, идут за нами уже в открытую. А десять минут назад….Гера, дай изображение на центральный экран.

Звездное небо на огромном мониторе, занимающего всю переднюю стенку рубки и имитирующего панорамный иллюминатор, мигнуло, сменившись изображением чужих кораблей.

— Десять минут назад чужаки разделились и теперь идут параллельными с нами курсами.

— Понятно. — Градов облокотился на подлокотник кресла, внимательно разглядывая неизвестные космолеты, похожие своим видом на три конуса соединённые между собой извилистыми шипастыми трубами. — Каракатицы какие-то. Рик, ты не знаешь, чьи они?

— Нет, кэп, впервые вижу. — Бортинженер растерянно потер рукой лобные наросты. — Хотя сейчас столько барахла в пространстве ходит.

— Барахло не такое шустрое, — ответил Кир, в задумчивости проводя рукой по подбородку и, отрешено отмечая, что следовало бы побриться. — Гера, какая у нас скорость?

— Семь бремов[28], - ответила возникшая из воздуха рыжеволосая девушка.

— Подними до десяти.

— Слушаюсь, капитан. — Глаза Геры блеснули зеленым, а на коричневый круг на дисплее приборной панели плавно увеличился в размерах.

Судя по отображаемым на центральном мониторе цифрам, расстояние до чужих кораблей стало быстро возрастать, однако буквально через пару минут вновь пошло на убыль.

— Чужие корабли увеличили свою скорость, — спокойным голосом доложила голограмма.

— Вижу, — Кир усмехнулся уголками рта. — А теперь, выведи траекторию нашего маршрута.

Изображение кораблей послушно уменьшилось, сдвинувшись в правый угол, а весь экрана заняла объемная схема системы, перечеркнутая извилистой зеленой линией соединяющей Сейпор с находящимся на ее окраине шлюзом. По линии медленно продвигался черный ромбик, позади которого на небольшом отдалении следовали два красных треугольника.

— Гера, отклонение с курса: плюс тридцать градусов по вектору от нулевой плоскости, — две минуты, потом возвращение на прежний курс.

— Принято.

Ромб резко вынырнул из зеленого коридора и тут же красные треугольники устремились в его сторону, однако стоило ему вернуться на место, как преследователи, сбросив скорость, последовали этому примеру.

— Нас ведут, — констатировала стоявшая рядом Тай.

— Согласен, — кивнул Кирилл. — Кому-то очень надо чтобы мы не отклонялись от своего нынешнего маршрута. И это мне не нравится.

— А я вот не понимаю, кэп, — зачем? — Рик подошел к расположенному слева от капитанского места дугообразному пульту, и, развернув стоявшее рядом кресло с высокой узкой спинкой, опустился в него.

— Зачем, что? — поинтересовался Кир, одновременно кивком головы указывая асторке на место навигатора.

— Зачем нас ведут? Их двое и скорей всего это не торговые лоханки. От Сейпора мы уже отошли порядочно и даже если мы позовём на помощь, патрулю до нас еще добраться надо. Почему не нападают? Боятся? А может просто решили поиграть в догонялки? К тому же еще несколько часов и мы будем около шлюза, а там наверняка корабли сибезовцев пасутся.

— Не знаю, — покачал головой Кирилл. — не знаю, и знаешь, как-то не тянет это выяснять. Гера, поднимай Намара и Ай. Рик, готовься поиграть полями. Тайк, рассчитай мне новый маршрут. Будем уходить на пространственных.

— Курс прежний на Тайгру?

— Нет, идем в сектор Трейта, система 784Крог.

— Сектор Трейта!? — Рик повернулся в кресле, удивленно уставившись на Градова.

— Лайпида, — пояснил Кир, не отрывая взгляда от центрального экрана.

— Понятно, а то все гадал, что это за контейнеры вы с Намаром притащили. Профессор в курсе?

— Да. Хотя, не смотря на приличное вознаграждение, не скажу, что особо доволен.

— Оно и понятно, — торкленец криво усмехнулся. — Задания Лайпиды обязательно с каким-нибудь подвохом. Впрочем, меня другое беспокоит; не опасно нам в Трейт балласт в виде пассажиров с собой тащить? Да и Намарову дочку желательно бы оставить в каком-нибудь надежном месте.

— Это и хотели. Я еще на Сейпре связался по межпространственной с Картом, он должен был ждать нас на Тайгре. Думал, что приглядит за Эйрой, да и гостей наших заодно пристроил бы.

— Да уж, старине Карту можно доверять, особенно если заплатить хорошенько… наличными, — бросил Рик саркастически.

— Я его и сам недолюбливаю, но надо признать он нас еще ни разу не подводил, да и денег должен порядочно.

— Тоже верно, — согласился бортинженер, — пусть отрабатывает. Так в чем тогда проблема? Идем на Тайгру, тем более с нее на Ракас можно шлюзом прыгнуть, а оттуда до Трейта пару дней в нулевике.

— А ты уверен, что нас там не ждут? — спросил Кирилл. — Может эти ребятки как раз и посланы проконтролировать, чтобы мы не отклонялись от намеченного маршрута.

— Шардзым. Не подумал, кэп.

Кир понимающе кивнул. Действительно, по идее им следовало бы дойти до системы связанной прямым шлюзом с одним из основных секторов, однако до ближайшей почти две недели хода в нулевике. Можно конечно пройти по цепочке шлюзов, но это еще дольше, а Лайпида попросил уложиться за пару месяцев. Тем не менее, у них до сих пор есть обязанности перед Кианой и ее сопровождающим, причем дело даже не в договоре, — жалко саму девочку, ставшую заложницей мало понятных политических игрищ. К тому же если их сегодняшние преследователи не банальные пираты, а мековские ищейки, то наверняка все близлежащие системы со шлюзами перекрыты охотниками конгломерата. Однако для их пассажиров главное выбраться из Приграничья, после чего мековцам будет намного труднее до них дотянуться. Тайгра в этом смысле просто идеальное место, — известный торгово-перевалочный пункт Приграничья, где даже корабли из Центрального сектора довольно частые гости. Конечно клоака там еще та, не планета, а сплошной рынок — вавилонское столпотворение, но в данном случае это даже к лучшему. Суйктух с девочкой легко смогли на ней затеряться, пока бы не подвернулся подходящий корабль. Смогли бы, но не сейчас…сейчас их будут ждать, причем сложившаяся ситуация опасна не только для аларцев. Если мековцы начнут полномасштабную охоту, они быстро поймут что «Гера» не обычный корабль и если кто-нибудь из них сопоставит пару фактов, то придется вновь на несколько лет «залечь на дно».

«Черт… — мысленно ругнулся Кирилл, откидываясь в кресле и с угрюмым видом рассматривая чужие корабли, которые больше не предпринимали попыток сближения, — Скорее всего Конгломерат дал ориентировку по всем своим отделениям, и кому-то наверняка попалась на глаза передача про спасение девочек. Надо же было Эйре впутаться в эту историю… хотя, что с нее возьмешь — ребенок. Увидела красивую зверушку…». Он вздохнул. На данный момент сектор Трейта — это лучший вариант для всех. Исчезнуть там на некоторое время и, выполнив задание, попросить Лайпиду о помощи.

— Капитан, расчет нового курса закончен, — голос Тай оторвал Кира от размышлений. — Ориентировочное время прохода сто тридцать четыре часа семнадцать минут пятьдесят девять секунд.

— Принято. — Он нажал кнопку внутренней связи. — Намар, ты на месте?

— Да, Кир.

— Проследи за реактором, «старичку», возможно, придется поднапрячься.

— Что-то серьезное?

— Пара «банок» на хвосте. Идут след в след, однако на «цеплял» не похожи.

— Мековцы?

— Не уверен. Таких кораблей у них не видел. Как там наши пассажиры?

— Ай за ними присматривает.

— Хорошо, тогда начинаем, — Кир отключил связь. — Гера, через две минуты двигатели в стайер-режим, поднять скорость до тридцати бремов. Рик, кормовые поля на возможный максимум, лови гостинцы, если последуют. Тай, веди нас.

Асторка развернула кресло и, уставившись в сторону землянина своими черными глазами, медленно кивнула, после чего вновь повернулась к пульту. По кораблю разнесся мелодичный сигнал тревоги, вслед за которым зазвучал мягкий женский голос, призывающий всех занять компенсационные кресла. Коричневый круг указателя скорости резко вырос в размерах и тут же Кир почувствовал, как его руки налились свинцовой тяжестью, а на грудь навалилась невидимая каменная плита, заставив амортизаторы кресла протестующе заскрипеть, — гравиокомпенсаторы корабля не смогли до конца погасить столь резкое ускорение, заставив экипаж переживать неприятные мгновения перегрузки. К счастью это продолжалось недолго и вскоре все вздохнули облегчено.

— Скорость необходимая для входа в надметрику достигнута, маршевые двигатели переведены в штатный режим, до прокола десять минут, — доложила асторка.

— Быстрее не получится? — поинтересовался Кир, наблюдая за тем как на экране красные треугольники, явно не ожидавшие от них столь резкого рывка, спешно сокращают расстояние.

— Нет, капитан, мы недостаточно отошли от системы, гравиовозмущения довольно сильны.

— Ясно, прыгай, как только станет возможно. — Он стукнул пальцем по треугольнику эйпра. — Ай, как наши пассажиры?

— Нормально, Керк. Господин Суйктух немного нервничает, а вот Киана просто умничка, кстати, она тут кое-что интересное мне расска…

— Кирилл, — рядом с креслом возникла Гера. — По нам стреляют.

Схематическое изображение их корабля и преследующих его чужаков исчезло, сменившись своим объемным аналогом, дающим более полную картинку происходящего.

Было видно, как от космолетов преследователей отделилось несколько серебристых капель, которые понеслись по направлению к «Гере», ускоряясь с каждой секундой.

— Гер, отклонение от вектора движения в плоскости минус десять.

— Принято, капитан.

На экране было видно, как немного сместился рисунок созвездий, свидетельствуя о повороте корабля. Впрочем, это было куда понятнее по искривившейся зеленой линии тянущейся вслед за ним и убегающей пунктиром вперед, отражающей таким образом пройденный и предполагаемый маршрут движения. Космолеты противника никак не отреагировали на смену курса, зато серебристые капли дружно повторили их маневр.

— Кэп, судя по линейным — это торпеды, — сообщил Рик, не отрывая взгляда от экранов своего пульта.

Кирилл пару минут недоуменно смотрел на экран, пытаясь понять, чего хочет добиться противник, затем усмехнулся.

В отличие от земных аналогов, по сути представлявших из себя стабилизированные энергосгустки с программированной структурой, порой заключенные в специальные металлопластиковые оболочки и движимые за счет истечения собственного энергетического тела, здешние ракеты были аналогами древних земных приспособлений. По сути обычными «железяками» несущими на своем борту различные типы взрывчатки и применявшимися в основном на близких расстояниях. Это было обусловлено небольшими размерами самих ракет, из-за чего они не имели достаточного количества топлива для совершения дополнительных маневров. Ракета выжигала его всего за пару минут, разгоняясь до приличной скорости в десятки бремов, после чего продолжала двигаться по инерции, и атакуемый космолет мог довольно легко уйти с ее курса. А вот при близком огневом контакте крупная цель, обладающая к тому же приличной массой, просто не успевала уклониться от выпущенной в ее сторону стаи небольших ракет. Конечно же, были еще и самонаводящиеся ракеты способные корректировать свой курс в соответствии с маневрами корабля противника, но они обладали куда меньшей мощностью и применялись по наименее энергозащищеным и легкобронированным целям. Куда более серьезную опасность представляли так называемые «торпеды», обладающие не только возможностью преследовать космолеты противника, но и снабженные собственными генераторами полей, что повышало вероятность их выживания при применении противником средств активной защиты. Имея размеры, соизмеримые с габаритами небольшого истребителя, они частенько снабжались мощными боеголовками способными если и не уничтожить, то довольно сильно повредить даже тяжелый торкленский крайтер[29]. И все же: противоракеты, ложные цели и постановщики помех, заставляющие сбоить электронную начинку торпеды, были довольно действенными средствами обороны, а грамотно выставленное напряжение защитного поля сводило практически на «нет» любую торпедную атаку. Так что применяли их в основном по уже поврежденному противнику, с просаженными полями и хотя бы частично подавленными огневыми точками, обычно ставя их ударом финальную точку в битве. Именно поэтому подобная атака была полной глупостью со стороны преследователей… если только они не считали «Геру» обычной торговой лоханкой, пусть и довольно скоростной. Только в этом случае данный выпад имел смысл. Чтобы уцелеть, обычному торговцу пришлось бы спешно перебрасывать энергию реактора на защитные поля, практически обесточивая накопительные решетки гиперпривода, а это привело бы к отмене прыжка, — скорей всего враг рассчитывал именно на это. Однако тут преследователей ждал небольшой сюрприз…

— Ошибочка друзья мои, — пробормотал Кирилл и, бросив взгляд на «стоявшую» рядом с его креслом голограмму, скомандовал. — Гера, сбей эти гостинцы и готовь кормовые излучатели.

— Принято, капитан.

Голографическая девушка вышла на середину рубки и замерла там, став прозрачной, — превратившись практически в едва заметную тень. Ее глаза вспыхнули жидким огнем, а длинные волосы взметнулись вверх, зависнув вокруг головы причудливым облаком.

— Антиракеты пошли, — доложил Рик. — До контакта тридцать секунд.

— Ясно. Гера, давай пощиплем этих птичек. Оба кормовых на того что справа, целься в эти трубообразные соединения.

По кончикам волос девушки пробежали голубые искорки разрядов, а изображение чужого космолета, выведенное на небольшой участок в правом углу главного экрана, на мгновение подернулось фиолетовой дымкой, по всей видимости, свидетельствующей о срабатывании какого-то защитного поля. Какое-то мгновение казалось, что выстрел прошел безрезультатно, однако неожиданно откуда-то изнутри корабля вырвалось огненное облако, тут же растаяв в темноте космоса рваными бледно-оранжевыми лоскутами, а шипастые трубы стали переламываться словно стеклянные. Один из конусов отделился и, медленно вращаясь вокруг горизонтальной оси, исчез с экрана, а оставшийся кусок корабля продолжили свой дальнейший полет, истекая «кровью» осколков. Второй преследователь тут же резко сбросил скорость, а красная линия его траектории на экране стала медленно изгибаться.

— Цель поражена, — доложила Гера и, обернувшись к Кириллу, победно улыбнулась, одновременно приобретая цвет и объем.

— Я бы пока не стал праздновать, — в голосе Рика слышалась неприкрытая тревога. — Все антиракеты поразили цель, однако торпеды противника не уничтожены. Они только что прошли поражающее облако.

Девушка вздрогнула и, бросив быстрый взгляд в сторону инженера, вновь стала бледнеть, а затем е изображение свернулось в струну света и исчезло. Кирилл впился глазами в экран, на котором ярко красными каплями пылали четыре значка идущих вслед за их космолетом торпед и мысленно чертыхнулся.

Антиракеты несли две боеголовки: активную и пассивную. Активная: предназначалась для уничтожения ракеты (торпеды) противника путем прямого воздействия взрывом или вывода из строя ее защитных полей. Пассивная; являлась, по сути, обычным контейнером, который подрывался на пути ракеты, создавая перед ней облако из небольших металлических ежиков, которые превращали ее в некую разновидность дуршлага. Обычно это гарантировало практически сто процентное уничтожение ракет противника в случае их успешного перехвата, но не в этот раз.

— Подтверждаю прохождение торпед, активирую кормовые излучатели. Есть поражение цели…

Один из красных значков мигнул и погас, затем еще один и еще… однако последний стремительно приближался и через секунду слился с изображением их корабля.

— Рик, поля на полную! — крикнул Кир, нервно вцепляясь в подлокотники.

Казалось что «Гера» вздрогнула всем корпусом, застонав переборками. Центральный экран переключился на внешний обзор и, вспыхнув всеми цветами радуги, погас, чтобы тут же вновь «протаять» звездным небом.

Кирилл обессиленно откинулся на спинку кресла, чувствуя, как по виску ползет противная капля холодного пота.

— Повреждения? — хрипло выдавил он.

— Двигатели в норме, поля в разнос, продолжаем движение в штатном режиме, — голос бортинженера дрожал.

— Гера?

— Повреждения фальшобшивки, возможно есть повреждения основного корпуса, в секторе семь, не могу полностью просканировать свое тело из-за выхода из строя датчиков. — Голограмма рыжеволосой девушки вновь возникла рядом с креслом Кира. — Это довольно неприятно, капитан, — пожаловалась она.

— Выйдем из нуля, посмотрим, что к чему. Главное что уцелели, — парень смахнул с виска пот и ободряюще улыбнулся Гере, на миг, позабыв, что она всего лишь образ созданный бортовым компьютером. Девушка улыбнулась в ответ и, тряхнув волосами, исчезла.

— Тай, что там с переходом? — бросил он устало.

— Начато формирование зоны перехода, — голос асторки как-всегда был невозмутим, лишь серебрящиеся кончики рожек выдавали пережитый ею испуг. — До входа в надметрику осталось: пять, четыре, три…

Мир вокруг Кирилла дрогнул, поплыв точно расплавленный воск, а уши словно заложило ватой, но все эти неприятные ощущения перехода продолжались всего лишь короткое мгновение.

— Есть переход, — констатировала астронавигатор и, развернувшись в кресле, уставилась на Кира. — Разрешите заступить на вахту?

— Не разрешаю. — Он поднялся из кресла. — Ты и так из рубки не вылазишь, пусть Рик дежурит.

Бортинженер, не поворачиваясь, молча вскинул руку с распрямленными двумя пальцами, показывая, что полностью с ним согласен. Кирилл подошел к двери, которая приветливо распахнулась перед ним и, остановившись, посмотрел на все еще сидящую на своем месте девушку.

— Тайк, пошли давай. Приказываю тебе отдыхать, а еще лучше составь мне компанию. Хочу в кают-компании посидеть, перекусить, а одному скучно.

Глаза асторки немного расширились, а ее рожки приобрели ярко-фиолетовый цвет. Она коротко кивнула и, вскочив на ноги, буквально выбежала вслед за вышедшим в коридор землянином.

Рик проводил девушку взглядом и, растеряно почесав лобный нарост, вздохнул.

Глава 7

Тот, кого во многих мирах Торкленской федерации знали под именем Лайпиды кер Увар Авайта, стоял у большого занимающего практически всю стену иллюминатора и, крутя в пальцах тонкую ножку узкого высокого бокала с тонизирующим напитком, не отрываясь, смотрел на холодные точки звезд. Двери каюты с легким звяканьем ушла в нишу, пропуская внутрь молодого торкленца в светло-коричневой форме военно-космического флота федерации.

— Господин советник, поступает информация от «стелсов». Передают, что нашего «скитальца» ведут два неопознанных космолета.

— Неопознанных?

— Так точно. Подобных кораблей в нашей базе данных нет, — проверили несколько раз.

Лайпида обернулся и, окинув вошедшего задумчивым взглядом, вновь вернулся к молчаливому созерцанию космической бездны.

В это время шестиугольный стэйп[30] прикреплённый на запястье мундира пронзительно пискнул, заставив офицера вскинуть руку к уху, на мочке которого была закреплена полоска динамика. Выслушав сообщение, он коротко кашлянул, привлекая внимание Лайпиды и заметив, что тот шевельнул пальцами, как бы говоря этим жестом, что слушает, доложил:

— Элан-нам, получено сообщение, что неизвестные открыли огонь. Прикажете вмешаться?

Авайт не оборачиваясь, покачал головой.

— Ни в коем случае, сайдук[31], ни в коем случае. Я думаю, наши друзья смогут за себя постоять, а вот за их сопровождающими стоит понаблюдать и повнимательнее. Пусть «стелсы» повиснут у них в струе и ведут столько, сколько будет возможно. Да, и пусть выведут изображение с их камеры на мой элендр.

— Будет исполнено, — офицер быстро приложил раскрытую ладонь ко лбу, отдавая таким образом честь, и вышел из каюты.

Лайпида еще пару минут стоял у иллюминатора, затем резко развернулся и подошел к стоявшему в одном из семи углов его каюты небольшому столику, на котором расположился шар системного блока компьютера. Бросив взгляд на висевший над столом монитор, он довольно усмехнулся и, отсалютовав бокалом изображению на экране, пробормотал тихим голосом:

— Кажется, я не ошибся в своих предположениях, мальчик мой, и «незримые» действительно тобой интересуются. Только вот почему? Чем ты успел им насолить?

Он прошелся по каюте и снова остановился перед монитором, внимательно наблюдая за развернувшейся на экране короткой схваткой. После того как корабль Керка вошел в подпространство уцелевший космолет неизвестных направился к своему подбитому напарнику и не дойдя несколько тысяч километров, неожиданно выпустил в него четыре торпеды, превратившие тот в груду разлетающихся обломков. Некоторое время он висел неподвижно, словно любуясь проделанной работой, затем резко набрал скорость и исчез в яркой вспышке.

Авайт скривил рот в усмешке и стукнул пальцем по клавише, выводя на экран эйпра изображение командной рубки.

— Капитан, отследили вероятностный маршрут чужака?

Появившийся на нем пожилой полноватый торкленец отрицательно покачал головой:

— Никак нет, господин советник. Они применили неизвестную систему перемещения.

— Ясно. Тогда пошлите один из транспортников к месту боя, пусть соберут что возможно.

— Слушаюсь, — капитан коротко поклонился и, отдав честь, отключил связь.

Лайпида вздохнул и, мысленно выругавшись, залпом осушив оставшийся в бокале тоник. Он опять пере осторожничал и дал подручным «незримых» ускользнуть. Впрочем, возможно оно и к лучшему, — не стоило тревожить «гнездо шаршней» раньше времени. Пока еще слишком мало о них сведений….слишком мало.

Фальш-обшивка, монолитная издали, вблизи была похожа на лоскутное одеяло. Срощенная из подручных кусков бронеплит списанных космолетов, испещрённая следами от ударов микрометеоритов и температурного воздействия — следствие входов в атмосферу, она к тому же пестрела многочисленными прорехами, сквозь которые был виден настоящий корпус «Геры». Кир медленно плыл в полуметре над ней, изредка корректируя свое положение при помощи ранцевых двигателей.

— Гер, ты здесь?

— Да, капитан, что-то надо?

Кирилл бросил взгляд на датчик внутри шлема и, убедившись, что его никто кроме компьютера не слышит, поинтересовался:

— Что это за новости о моей совместимости с Тайк? Ты чего ей наболтала?

— Я не болтала, а отвечала на ее вопросы.

— Да, — Кир удивленно хмыкнул. — И какие же, если не секрет?

— Не секрет. Она интересовалась; возможен ли половой контакт между представителями ваших видов, — я ответила утвердительно.

— Это шутка?

— Нет. На самом деле, не смотря на все внешние различия, ваши расы довольно схожи. Те же энгмарцы отличаются намного больше и их особи женского пола вашему виду не подошли бы, так как при попытке полового контакта оба партнера скорей всего испытывали бы сильную боль. Это связано с некоторыми особенностями устройства их половых органов…

— Гера, давай сейчас без лекций на эту тему, если я решу найти себе партнершу, обязательно проконсультируюсь, а пока не надо. Тоже мне нашлась электронная сводьня. Откуда только ты это все знаешь, вроде бы ничего подобного в твоих базах нет.

— Хорошо, Кир, как скажешь.

— И все же интересно, почему Тайк этим интересовалась?

— Капитан, видно что-нибудь? — раздавшийся в шлеме голос Рика, прервал их беседу.

— Если не считать старых дыр, то ничего, — ответил Кирилл, озираясь в поисках бортинженера. — Ты сам-то где?

— Позади и правее вас, рядом с ионником.

Кирилл развернулся, бросив взгляд в сторону ажурной колонны с чашей ионного двигателя на конце, с трудом разглядев рядом с ней небольшую фигурку в мерцающем зелеными линиями скафандре.

— Ты чего там завис?

— Да думаю, а не срезать ли нам эти тарелки, мешают ведь только.

Керк задумчиво посмотрел на колонну. В принципе Рик был прав, муляжи ионников при посадке приходилось постоянно убирать под фальш-обшивку, что было довольно неудобно. Свою роль они конечно играли, маскируя и придавая «Гере» некую неуклюжесть свойственную всем торкленским торговым судам, но в связи с последними событиями явно пришло время несколько подправить контуры корабля, чтобы немного сбить с толку возможных преследователей.

— Вот ты этим и займись, — бросил он. — Инициатива она, знаешь ли, наказуема.

— Хорошо, сделаю, дело не хитрое. Однако где же наша пробоина? Может Гера ошиблась, и торпеда просто вывела из строя датчики целостности корпуса.

— Я не ошиблась, — в голосе компьютера скользнули нотки возмущения. — Датчики, конечно, сгорели, но я и без них чувствую неполадки. Разорвано пять энерговодов и уничтожено несколько панелей излучателей защитного поля. К тому же есть небольшая утечка кислорода, — все в седьмом секторе.

— Да я просто предположил, — попытался оправдаться Рик.

— Глупое предположение, — фыркнула Гера.

Кирилл усмехнулся и, включив двигатели ранца, направился вдоль корпуса корабля к его носу, краем уха слушая перепалку компьютера с торкленцем. Искомая пробоина обнаружилась метрах в пяти от располагающегося позади горба рубки управления плавника вертикального стабилизатора. Скрываясь в отбрасываемой им тени, она была едва заметна, и Кир пролетел бы мимо, если бы ее не осветила вспыхнувшая вдоль верхнего края стабилизатора красная полоса сигнального огня.

— Рик, я, кажется, нашел место попадания, давай ко мне.

— Понял, кэп, уже лечу.

Кирилл завис над огромной дырой метра три в диаметре, края которой были похожи на застывшую черную пену и, медленно опустившись вниз, включил встроенные в подошвы ботинок скафандра магниты. Приблизившись к краю пробоины, он опустился на одно колено и, взявшись рукой за вспененный кусок обшивки с легкостью его отломал, — металл превратился в пористую крошащуюся губку.

— Ого, чем это нас? — спросил с удивлением опустившийся по другую сторону пробоины Рик. — Впервые вижу такое.

— А я вот нет, — ответил Кир, поднимаясь с колена. — Так называемый «в-эффект»: в центре полный распад материи по краям частичное ее вырождение, — след от удара аннигилятора.

— Земное оружие?

— Да, — Кирилл размял в руках отломленный кусок и, разжав ладонь, задумчиво посмотрел вслед срывающимся с нее крошкам «вырожденного» металла. — Точнее тут нечто похожее, — сказал он через пару минут молчания, — у нас не применяют подобные торпеды.

— У нас, знаешь ли, тоже, — сказал Рик, — никогда не слышал ни о чем подобном. Думаешь, мековцы что-то новое придумали?

— Не исключено, — Кирилл тяжело вздохнул и, посмотрев на плывущий над головой серый испещрённый кратерами шар планеты, на орбите которой зависла «Гера», добавил: — Смысл гадать, давай лучше займемся ремонтом, а с этими преследователями мы еще, думаю, встретимся — предчувствие такое.

— Ну, спасибо, кэп, приободрил, — хмыкнул бортиженер, отцепляя от пояса довольно громоздкую коробку с инструментами и направляя свет нашлемного фонаря в пробоину. — Ладно, я полез внутрь, давай за мной.

Нижний стабилизатор разделился на две части и плотно прижался к корпусу, а из днища корабля выдвинулись ноги посадочных опор. Огни двигателей погасли, и космолет с хрустом просел на амортизаторах, замерев темной громадой посреди каменистой равнины покрытой редкой невысокой травой необычного фиолетового цвета. Нижнюю часть корабля прорезала светящаяся зеленым огнем щель и, быстро разрастаясь в большой прямоугольный проем, «выплюнула» из своего темного нутра длинный рифленый язык пандуса, по которому медленно скатилась похожая на огромного жука семиколесная машина. Отъехав немного в сторону, она остановилась.

— Ну все, Ай, мы поехали, — Кир посмотрел на корабль и помахал рукой, зная, что сквозь прозрачный верх тарелкообразной кабины «скрабера» его прекрасно видно, — осмотримся немного поставим манок и назад.

— Удачи, и глубоко в джунгли не лезьте.

— А мне какую-нибудь зверюшку поймайте, — раздался из динамиков голос Эйры.

— Эй, какую еще зверюшку!

— Маленькую и пушистую, — пискнула девочка.

— А ну брысь из рубки… — вмешался бас Намара. — Элкон улак усстар асна (накажу за непослушание дочка)… — бывший «ищущий» перешел на энгмарский.

— Акона уруста ка радас (не ругайся она ведь ребенок), — бросил Кир, улыбаясь.

— Слишком много вредничать стала, — по ту сторону динамика вздохнули. — Ладно, Керк, до связи.

— До связи, — Кирилл отключил передатчик и, послав ручку газа от себя, направил вездеход к видневшейся неподалеку стене леса.

— Девочке много позволяют, потомки должны воспитываться в строгости, — неожиданно заявила сидящая в соседнем кресле Тайк, поглаживая подбородок кисточкой своего хвоста, кончик которого торчал из-за ворота скафандра.

Кирилл покосился на свою спутницу и мысленно согласился. Несмотря на всю показную строгость Намар с Ай баловали дочку и она это прекрасно чувствовала, постоянно выкидывая какие-нибудь «фокусы» — чего стоила только последняя ее выходка с попыткой поймать ящерицу. Молодой человек вздохнул. Он тянул до последнего, но, похоже, дальше уже некуда, в конце концов, все эти приключения до добра не доведу, и Эйра учудит что-нибудь такое, от чего плохо будет всему экипажу. И как капитан он должен думать об этом в первую очередь. Девочка взрослеет, ей надо учиться, играть с другими детьми, жить полной жизнью, — ей нужно обычное детство, а не болтание по космосу. Конечно «Гера» стала для всех их практически родным домом, но как бы там ни было, приходит время обзаводиться так называемой «тихой гаванью» — местом, куда можно будет вернуться. Место, которое они смогут по настоящему считать своим домом. К тому же, Лайнос сдает все сильнее, а, насколько ему было известно, старому профессору и податься некуда. Как-то он рассказал об этих размышлениях Ай и та неожиданно его поддержала, заявив, что они с Намаром неоднократно думали об этом, но не решались ему говорить. После этого разговора Кир неожиданно понял как все устали — устали от вечных приключений, погонь и поисков, — устали от космоса. Они шли за ним больше по привычке, нежели по необходимости, молча снося его метания от звезды к звезде в тщетном поиске своей потерянной родины. Профессор, Намар, Ай, Рик, Тайк все эти годы они были вместе с ним, — видимо пришло время их отпустить. Кирилл вздохнул.

— Кир, тебя снова что-то тревожит?

Он повернул голову и с удивлением посмотрел на асторку, которая впервые за все время обратилась к нему на «ты».

— Почему ты так решила?

— Ощущаю, — рожки девушки стали ярко-желтыми, говоря о ее смущении.

Кирилл понимающе кивнул. Асторцы были природными эмпатами и могли воспринимать чувства находящихся рядом с ними существ, причем порой настолько точно, что это было уже сродню чтению мыслей.

— Ничего серьезного, Тайк, просто вспоминал кое-что, не обращай внимания, — бросил он, нажимая на тормоз и останавливая скрабер, в паре десятков метров от первых деревьев, позади которых раскинулись самые настоящие джунгли. Окинув взором густые заросли, причудливого фиолетово-синего цвета, добавил; — Думаю, дальше соваться на вездеходе не стоит, а то еще завязнем в этих дебрях, — лучше пешком. Давай на выход. Чем быстрее начнем, тем быстрее закончим.

Он щелкнул тумблером на приборной панели, и длинные штанги осей колес прогнулись, опуская трапециевидный корпус машины ближе к земле. Кир поднялся со своего места и, пригибаясь (потолок в кабине был довольно низким), направился к лестнице, ведущей в грузовой отсек вездехода. Спустившись вниз, он подошел к стойке с оружием, взял из нее пару излучателей и, передав один следовавшей за ним асторке, подхватил с полки шлем.

— Значит так, углубляемся метров на сто в эти заросли, ставим манок, — он указал взглядом на стоящий рядом с ногами объёмный рюкзак, — и назад. Далеко от меня не отходи. Если заметишь что-нибудь подозрительное, сперва стреляй, а уж потом разбираться будем, — разумников тут всё равно нет.

— Хорошо, капитан.

Кирилл ободряюще улыбнулся, надел шлем и, проведя рукой по горловине, заставил сработать невидимые защелки. Закинув рюкзак за спину, и повесив излучатель через плечо, он повернулся к асторке занятой осмотром своего скафандра, который состоял как бы из двух оболочек. Первая была уже надета на девушку и походила на гидрокостюм серого цвета с большими вырезами, идущими от шеи до середины спины и груди, вдоль края которых тянулись широкие металлические ленты. Вторая напоминала своим видом раздутый рыцарский доспех, сделанный из плохо подогнанных друг к другу металлических лент, и являлась некой разновидностью экзоскелета с закреплённой на ней системой жизнеобеспеченья. Тайк нырнула внутрь этой груды металла и та с легким лязгом уменьшилась в объеме, сдвигая ленты, плотнее облегая тело девушки. Шлем, похожий на огромную каплю застывшего металла, качнулся вперед-назад, давая понять Кириллу, что девушка готова следовать за ним. Он кивнул в ответ и дернул ручку открытия двери, заставив ту опуститься вниз, превратившись в некое подобие небольшого трапа.

Фиолетовая трава больше похожая на какие-то липкие покрытые слизью щупальца противно хрустела при каждом шаге и, закрыв глаза можно было подумать, что они идут по сплошному ковру из мертвых насекомых, панцири которых лопались под их ногами.

Судя по базе данных Геры, воздух планеты был пригоден для дыхания, поэтому Кир на мгновение отключил воздушные фильтры скафандра, но вдохнув внешний воздух, пахнущий каким-то противным кисло-горьким едким запахом, закашлялся, спешно активировав их обратно.

— Не стоит это делать, капитан, кто знает, что тут за дрянь в воздухе летает, — резонно заметила идущая позади Тайк.

— Я би-фильтры не отключал, к тому же федерация до войны пыталась колонизировать эту планету, и поселенцы жили здесь довольно долгое время.

— В информационных базах таких данных нет, я во время вахты просматривала. Откуда вам это известно, капитан?

— Лайпида поделился информацией, спроси у «Геры», я скидывал файл.

— И что же случилось с колонией? — поинтересовалась асторка, останавливаясь около огромного цветка похожего на земной подсолнух, семечки которого были ярко красного цвета. Девушка коснулась его лепестка пальцем, и тот неожиданно сжался в узкую трубку, обдав шлем девушки струей семян. Тайк невольно отпрянула назад, издав при этом какой-то рычащий звук и, пинком сломав стебель растения, обрушила свой сапог на поникший цветок.

— Жестко ты с ним, — хмыкнул Кир, с легкой улыбкой наблюдая за действиями своей спутницы.

— Он рычал на меня, — ответила Тайк, сосредоточенно топчась по остаткам цветка.

— Растение рычать не может, ну-ка пригнись! — Кирилл вскинул излучатель к плечу и выстрелил едва девушка присела. Часть пейзажа, находившаяся за ее спиной, неожиданно вздыбилась, завизжала пронзительным голосом и пошла разноцветными волнами, превращаясь в нечто похожее на огромного паука почти метровой высоты обтянутого гладкой матово-синей кожей. Асторка оглянулась и, испуганно «ойкнув» точно обычная земная девушка, буквально с места отпрыгнула в сторону, покатившись по земле, с хрустом подминая под себя траву. Кир выстрелил еще раз, разворотив часть тела, срезав одну из ног «паука» и заставив того забиться в предсмертной агонии. Тайк, вскочила на ноги и, замерла на месте, наведя свое оружие на все еще вздрагивающую тварь.

— Что это за создание? — спросила она. — И почему оно было невидимо?

— Ну не совсем невидимо, посмотри на ее шкуру. — Он подошел ближе и, ткнув винтовкой в тело существа, на коже которого вновь стал проступать травяной рисунок, пояснил: — Мимикрирует — сливается с местностью. Хорошо я заметил, что трава позади тебя почему-то не колышется, хотя остальная волнами пошла от ветра.

— Так это оно рычало?

Кир пожал плечами.

— Ну не цветок уж точно.

Он огляделся, активировав встроенный в шлем тепловизор, однако тот мало чем помог — больше мешал — джунгли смотрелись огромным разноцветным колышущимся облаком. Да и в окружающей траве сияло множество цветастых пятен и оставалось только гадать: живая это тварь или разогретый на солнце валун. В принципе существа размером с убитого паука скорей всего не могли бы им повредить, но рисковать не стоило, бывало всякое. Например, на одной из планет они как-то повстречали похожую на белку симпатичную зверушку, которая своими коготками легко вспорола прочнейший комбинезон Рика, ткань которого выдерживала удар стального меча. Другой раз небольшое насекомое с комара размером пробило навылет шлем скафандра, причем, даже не замедлив при этом своего полета. Были и другие подобные случаи. Так что Кир давно уже зарекся судить об опасности встречаемых существ по их виду и размеру. Вполне возможно, что этот «паучок» мог вскрыть его скафандр одним ударом своей весьма когтистой лапы.

— Вот мерзость, ненавижу пауков, — он пнул мертвую тварь и, повернувшись к Тайк, бросил: — Ты хотела знать, что случилось с колонистами?

— Да.

— Они все погибли. Планета «сожрала» их. Так что «держи ухо востро».

— Ухо острым?

— Востро, — поправил ее Кир, — это такой земной оборот речи — будь начеку, в общем. Двинулись.

Он поудобнее перехватил излучатель и зашагал в сторону джунглей, изредка останавливаясь и внимательно рассматривая какой-нибудь особо подозрительный на его взгляд куст. В переданной ему Лайпидой информации была маленькая такая, но весьма многозначительная приписочка — «агрессивная биосфера». Это и вызывало определённые опасения, как и мрачная история местных колоний. Из-за войны почти полсотни стат-лет сюда не ходили корабли федерации, а когда они все же тут появились, то их встретили лишь захваченные местными хищниками пустые развалины поселений да белеющие в траве кости. Что тут случилось до сих пор оставалось загадкой (вполне возможно, что колонисты были уничтожены неожиданной атакой кергарцев, и местная живность тут была не причём) однако, как бы там ни было, после этого случая планета сыскала весьма дурную репутацию и новые колонисты не спешили на ее освоение. Вскоре, согласно договору с кергарцами, она отошла к сектору Трейта и о ней практически позабыли.

Их задание на первый взгляд было довольно просто: прибыть на планету и отловить пару местных хищников названных колонистами «эрснами». Кир, смотря на снимки, долго не мог понять, кого ему напоминают эти существа: мускулистые тела, матово-черная кожа, лобастые головы с большими закручивающимися вниз рогами и огромными зубастыми пастями. Потом в его памяти всплыл эпизод из онлайн игры, в которую он любил погружаться во времена своей школьной жизни, и битва с горгульями. Эрсны были буквально копиями этих мифических созданий, правда, в отличие от них, бескрылыми. Эти животные якобы были нужны торкленским медикам для создания вакцины от чумы Ригела. Так это, или Лайпида просто решил пополнить личный зоопарк причудливой зверюшкой Градов выяснять не собирался, — платил тот всегда исправно, да и в помощи никогда не отказывал.

Не дойдя нескольких метров до плотной стены деревьев, переплетённые ветви которых изредка шевелились словно живые, Кир в раздумье остановился. По инструкции манок генерировал звуки некоего животного являющегося для эрснов этаким ходячим деликатесом и по задумке разработчиков те должны были просто-таки «слетаться» на его зов как мотыльки на огонь. Для большего эффекта его следовало установить в джунглях у какого-нибудь водоема, где обычно собирались эти травоядные, но лезть в заросли особо не хотелось.

— Ставим манок прямо здесь, — сказал он после пары минут раздумий, указывая на растущее неподалеку разлапистое дерево с огромными мясистыми листьям. — Понаблюдаем ночку, и если ни одна из этих зверушек не появится, полезем в джунгли.

С полчаса провозились с установкой манка и камер наблюдения. К счастью за это время ничего чрезвычайного не произошло, а вот при возвращении к вездеходу Тайк опять подверглась нападению на этот раз какого-то слизня, которого они сперва приняли за обычную грязную лужу. Кир прошел рядом, а асторка наступила прямо в полуметровое пятно этой лже воды, и то неожиданно обхватило ногу девушки, не давая ей двинуться с места, причем не помогло даже активирование экзоскелета. Пришлось дать пару импульсов, которые живо заставили слизня отцепиться и исчезнуть в земле, словно утекя в какую-то невидимую глазу дыру. Дальнейший путь до космолета прошел без приключений.

Загнав скрабер внутрь корабля, Кир оставил Тайк осматривать вездеход на предмет неожиданных гостей, выживших после обработки машины несколькими типами жестких излучений, а сам отправился в рубку, где его дожидалась Ай с Риком.

— Ну как съездили? — поинтересовался сидящий за своим пультом бортинженер, едва он переступил порог мостика.

— В принципе нормально, — ответил Кир, морщась от неожиданной боли в запястье, которая пробежав вверх по руке, переместилась на шею и резко ударила в виски. В голове возник знакомый гул, в котором едва угадывались какие-то малопонятные обрывки слов. Он мотнул головой, мысленно уговаривая ВИПС успокоиться и подойдя к своему креслу, с облегчением опустился в него, ободряюще улыбнувшись друзьям, от которых, судя по их беспокойным взглядам, не укрылась его неожиданная бледность и слегка неуверенная походка.

— Все нормально, просто опять мой помощник норов показывает, — пояснил он, стягивая перчатку и демонстрируя бликующую огоньками поверхность ВИПСа, — сейчас отпустит.

— Керк, может в медотсек? — Ай нервно дернула в разные стороны ушами. — Давай я тебя провожу.

— Брось, — махнул рукой Кир, чувствуя, что боль стала несколько отпускать, — все равно Гера ни чем мне не поможет, максимум успокоительное вкатит или спазмолитик какой — не хочу. Лучше уж у себя в каюте полежу немного и отпустит. Надеюсь, у вас тут все в порядке?

— Все спокойно, — ответила Ай. — Рик закончил латать внутренние повреждения и теперь тестирует новые датчики.

Бортинженер поднял руку вверх и, махнув ей, вновь вернулся к своей работе.

— Космос вроде чист, преследователей невидно. Кстати, я тут просматривала кадры нашей посадки и заметила кое-что интересное…

Девушка вопросительно посмотрела на Кира.

— Давай рассказывай, — сказал он, откидываясь на спинку кресла. — Я в норме.

Ай кивнула.

— Гера, дай отобранные кадры.

Центральный экран послушно высветил картинку каменистой равнины выбранной Кириллом для посадки корабля.

— И что тут такого? — спросил Кир, глядя на экран и задумчиво почесывая переносицу.

— Ну, в таком ракурсе действительно мало что видно, — загадочно улыбнулась энгмарка. — Просто меня удивило, что вокруг сплошные джунгли и посередине их такая проплешина.

— Судя по камням вокруг, тут выход скальных пород и почва не особо плодородна.

— Я тоже так думала, — склонила голову Ай. — Однако если взглянуть на кадр сделанный с более высокой отметки…

Изображение на экране сменилось. Теперь каменное пятно равнины было едва заметно среди фиолетово-синего «океана» леса.

— Присмотрись, Керк, — девушка подошла ближе к экрану и провела указательным пальцем круг в воздухе, как бы пытаясь обвести этим видишь, определенную область на фотографии. — Видишь, вокруг равнины леса почти нет, да и дальше он очень редкий. Такое впечатление, что джунглям что-то не дает расти, и они с трудом отвоевывают тут свое место. Гера, покажи эту зону.

На мониторе возникло почти ровное синее пятно.

— Ну как, интересно, правда? — девушка повернулась к парню, а ее уши встали торчком.

Кирилл, не отрывая взгляда, смотрел на схему, а в памяти неожиданно вспыхнула отчетливая картинка из прошлого…

Серая туша танка высшей защиты, над которым раскинулся мерцающий желтым светом зонтик энергополя. Рядом с ним натянут тент, защищающий от жаркого солнца полукруглый стол над которым мерцало несколько экранов «персоналов», на которые внимательно смотрели двое мужчин. Причем один из них в нарушении всех инструкций расстегнул комбинезон до пояса и, сняв его верхнюю часть, завязал ее рукавами вокруг талии.

— Растительность здесь не растет из-за какого-то излучения, — говорит ему стоящий рядом Малышев. — Точно понять пока не можем, но что-то из разряда тахионных возмущений. Впрочем, наша защита с ним прекрасно справляется, однако без скафандра рядом находиться не советую.

— Неужто эта штука что-то до сих пор излучает? — удивляется он, во все глаза рассматривая возвышающуюся посреди каменного поля огромную решетчатую арку.

— Она, нет, — Андрей качает головой, — но там, — он указывает пальцем себе под ноги. — По данным сканирования внутри плато разветвленная система тоннелей и, похоже, это поле результат какой-то утечки.

Кир нервно вцепился в подлокотники кресла.

— Гера, вычисли центр этого круга и дай увеличение насколько возможно.

В центре круга возникла зеленая точка, затем все отметки пропали, а деревья резко увеличились в размерах.

Он закрыл глаза и, откинув голову на подголовник, несколько минут сидел молча, чувствуя, как бешено колотится сердце, в котором вновь проснулась почти потерянная надежда.

Глава 8

Кирилл пристегнул перчатки и в задумчивости замер перед стойкой с оружием. Пробежав глазами по всему стоящему в ячейках разнообразию образцов, он остановил свой выбор на крепящемуся к запястью агранском штурмовом импульснике. Подсоединив его систему наведения к переходнику скафандра, он согнул руку в локте и, зажав большим пальцем кнопку на изогнутой пластине, идущей вдоль указательного пальца, заставил плоскую коробку импульсника раскрыться, выдвинув из своего нутра черный ребристый ствол.

— И что ты собираешься делать?

Кир резко обернулся и, бросив взгляд на стоявшего в дверях ангара профессора Лайноса, заставил оружие деактивироваться.

— Ай послала? — буркнул он, подхватывая с полки шлем и ложа его на тянущийся вдоль стены металлический стол, рядом с ранцем жизнеобеспеченья.

— Она просто волнуется, — ответил профессор, внимательно наблюдая, как Кирилл меняет кассеты биофильтров: — Тебе не кажется, что ты слишком торопишься?

— Тороплюсь? — молодой человек усмехнулся. — Профессор, я столько лет искал эти врата, неужели вы думаете, что я буду спокойно сидеть на корабле?

— Я этого и не ожидал, — покачал головой Лайнос. — Но неужели ты думаешь, что сможешь их активировать?

Кир замер и повернувшись, пристально посмотрел на старого торкленца, затем тяжело вздохнул и пожал плечами:

— Я просто должен попытаться и не пытайтесь меня остановить. — Он поднял ранец и вставил его в загрузочную нишу, после чего удалил заглушки с контактных выемок и, бросил их на стол.

— Но ты бы мог взять кого-нибудь с собой, — не унимался профессор.

— Намар с Ай идут на охоту. Тайк на мостике. Вы с господином Суйктухом присмотрите за девочками и давайте без возражений, Рик занимается двигателем, а то отражатель почти выгорел, — Кирилл нахмурился и, прислонившись спиной к ранцу, дождался, пока звонкий щелчок возвестит о соединении интерфейсов.

— Капитан, — профессор устало оперся на свою трость, — пообещайте мне, что не наделаете глупостей. Я, конечно, не верю, что вы сможете открыть эти врата, но если что…прошу, не кидайтесь туда, не подумав.

— Естественно, — кивнул Кирилл и, подхватив шлем, с улыбкой посмотрел на старика. — Профессор, я ведь еще не сошел с ума и прекрасно понимаю, что эти врата могут вести куда угодно. Просто хочу на них посмотреть, пощупать. Отвезем зверюшку Лайпиде, доставим девочку и уж тогда вернемся, чтобы попытаться с ними разобраться, думаю, у вас найдутся знакомые, которые смогут в этом помочь.

Профессор на секунду задумался, прикрыв глаза, затем кивнул:

— Да, думаю, знаю парочку таких безумцев.

— Вот и хорошо, — Кир надел шлем и, махнув рукой на прощание, направился к выходному шлюзу.

Прозрачная труба пневмолифта выдвинулась из корпуса космолета и, почти коснувшись своим концом поверхности, «выплюнула» Кирилла из своего нутра, после чего тут же ушла вверх. Он мягко приземлился на ноги, слегка присел и, выпрямившись, проводил ее взглядом, после чего решительно зашагал в сторону врат, изредка снимая с пояса серебристую пластину портатипа[32], чтобы убедится в правильности своего курса.

Судя по заложенным в него «Герой» данным древний артефакт располагался почти в четырех километрах от корабля и если в пути ничего не случится, то где-то через час он уже будет рядом. Естественно Кир понимал, что его нынешняя вылазка, по сути, абсолютно бесполезна, а в какой-то степени даже безрассудна, — планета была опасна. Конечно, отсутствие вокруг густой растительности несколько уменьшало риск его небольшого путешествия, однако, судя по их недавней вылазке с Тайк, местные хищники прекрасно могли маскироваться и на абсолютно ровном месте. По-хорошему следовало взять скрабер, но тот нужен был для охоты, а ждать Кир больше не мог. Его просто тянуло к этим таинственным вратам, которые давали путь и призрачную, но все же надежду на возвращение домой, хотя с другой стороны он прекрасно понимал, насколько она хрупка эта самая надежда. Даже если врата в нормальном состоянии, не факт что их получится активировать, а если каким-то чудом и удастся это сделать, то неизвестно куда они приведут. В любом случае для этого нужна хорошая команда ученых, способных разобраться, что к чему, а так же достаточное количество денег и времени. И все равно удачу гарантировать нельзя, — слишком уж велика разница в уровнях технологий. Создатели врат на несколько столетий, а то и больше, опередили в развитии все местные цивилизации. Это подтверждали и рассказы профессора. По его словам подобные находки случались и раньше, вот только толку от этого было мало, — светила здешней науки даже приблизительно не смогли понять принцип их действия. Высказывались кое-какие предположения, но все это было лишь на уровне теорий и догадок. К тому же чаще всего власти довольно быстро перекрывали доступ к обнаруженному артефакту и дальнейшее его изучение проходили в режиме полной секретности, поэтому судить о реальных достижениях можно было только по скудным крупицам информаций изредка просачивающихся на страницы научных изданий. Так что решение отправиться к вратам было больше для успокоения собственной совести, чем в надежде на реальный результат. Кир усмехнулся своим мыслям и, остановившись, с подозрением уставился на лежащий впереди огромный валун, форма которого была слишком идеальна для обычного камня, да и в режиме тепловизора он светился куда сильнее окружавших его «собратьев». Активировав импульсник, Кирилл поймал камень в визор прицела, но передумал. Постоянно держа подозрительный валун в поле зрения, обошел его по большой дуге и решительно зашагал дальше.

Намар активировал маскировочную сеть, превратившую его с Ай для взора построенного наблюдателя всего лишь в нагромождение камней среди густой травы, и замер неподвижно, внимательно вглядываясь в стену джунглей. Эрсны пока не появлялись, хотя если судить по записям камер эти твари практически всю ночь рыскали вокруг установленного манка, не находя добычи и явно обескураженные происходящим. К сожалению, когда они прибыли на место животных уже не было.

— Надо было изготовить ловушку как на диких хогрундов и попытаться их туда заманить, — буркнул Намар.

— А ты знаешь, чем их приманивать? — поинтересовалась Ай, с легкой улыбкой косясь на лежащего рядом мужа.

— Джунгли большие. Кого-нибудь да поймали бы для приманки. Они же хищники, значит, жрут всех подряд.

— Не факт, — возразила бывшая хранительница.

— Все равно толку было бы больше, чем валятся тут без дела, — проворчал Намар.

Ай вздохнула, нервно дернув кончиками ушей. С самого момента ухода Керка Тавр пребывал не в самом лучшем расположении духа, явно волнуясь за друга.

— Не переживай, все с ним будет нормально.

— А я и не переживаю, просто мог бы немного потерпеть. Закончили бы со зверями и вместе отправились бы туда на скрабере.

— Его можно понять. Столько лет поисков и хоть какой-то результат. Керк просто не мог больше ждать.

— Да понимаю я, — буркнул в ответ Намар и раздраженно добавил: — Шардзым, от этого фиолета вокруг даже глаза болят, что за противный цвет.

Они некоторое время молчали, думая каждый о своем и внимательно наблюдая за джунглями, — все было тихо. Пару раз среди листвы мелькали какие-то небольшие существа, быстро скачущие с ветки на ветку, да в десятке метров от них из земли выполз огромный слизень, заставивший Ай противно скривиться от отвращения. Тварь была похожа на гигантскую полупрозрачную амебу желтоватого цвета, внутри которой отчетливо были видны полу растворившиеся останки каких-то существ. Слизень приподнял часть своего тела над землей, словно осматриваясь, при этом идущие по краю его тела мелкие щупальца быстро зашевелились. Постояв таким образом пару минут, он медленно опустился на землю. В его теле возникло несколько дыр, из которых принялась вытекать тягучая жидкость, перемешанная с костями и кусками полупереваренного мяса. Закончив исторгать из себя эту смесь, тварь затянула отверстия в своем теле и стала медленно погружаться в землю, словно утекая в невидимую дыру.

— Можно сказать, испражнился прямо на нас, — хмыкнул Намар, едва слизень полностью исчез под землей. — Знаешь, жена, я рад, что на нас скафандры. Не хотелось бы ощутить ароматы этой кучи.

— Да, зрелище не самое приятное, — согласилась Ай, с брезгливостью смотря на оставленные слизнем экскременты, рядом с которыми уже собирались какие-то странные создания похожие на небольших желтых ящерок, вставших на задние лапы. Они в буквальном смысле слова ныряли в испражнения, вытаскивая оттуда непереваренные куски мяса, устраивая за них грызню друг с другом.

— Ай, смотри, кажется, наконец-то наши друзья пожаловали, — голос Намара отвлек женщину от наблюдения за «маленькими ассенизаторами».

— Где?

— Правее манка, прямо за вон теми кустами, — Намар осторожно указал пальцем, стараясь не колебать маскировочную сеть.

Ай перевела взгляд в указанном направлении. Среди узких длинных фиолетовых листьев то ли кустарника, то ли высокой травы были отчетливо видны темные фигуры эрснов, стоящих на задних лапах и задравших тупорылые морды к небу.

— Достанешь? — поинтересовался Намар, имея в виду способность жены к оглушению при помощи пси импульса.

— Нет, слишком далеко, да и не уверена что подействует. Одно дело глушить разумников и совсем другое хищную тварь.

— Ну, тогда по старинке, — Намар приподнял лежащий перед ним парализатор и, переведя ползунок мощности на максимальный заряд, поймал одного из эрснов в кружок прицела.

Глухой шлепок выстрела. Край сетки немного приподнялся от горячего воздуха вырвавшегося тонкими струйками из дырок в кожухе ствола. Вопреки ожиданиям зверь, в которого целился Тавр, не упал, а закрутился на месте, издавая громкие хрюкающие звуки.

— Шардзым, — Намар скинул сеть и, приподнявшись на одного колено, вновь выстрелил.

Эрсн упал ничком, но тут же вскочил и затряс своей рогатой головой, а второй неожиданно гортанно взревел и вместо того чтобы сбежать кинулся к озадаченным охотникам.

— Эрнал уртор ел алловал талка[33]! — Нервно бросил Тавр на энгмарском, переводя прицел на приближающегося хищника и вновь спуская курок.

Передние лапы зверя (больше похожие на длинные руки на которые он опирался при движении) подогнулись и он покатился по земле, однако не успел Намар опустить парализатор и вздохнуть с облегчением, как эрсн уже поднялся на ноги. Утробно рыча, пошатываясь и спотыкаясь на каждом шагу, он вновь направился в сторону энгмарцев. Тем временем его собрат, по всей видимости, полностью оправившись от действия парализатора, устремился ему на помощь.

— Ай, отходим к скраберу, этими пукалками мы их не возьмем, — скомандовал Намар, закидывая парализатор на плечо и срывая с бедра пистолет. Они медленно попятились назад, держа зверей в поле зрения, а те разошлись в разные стороны и принялись обходить их по дуге.

— Они нужны нам живыми, — на всякий случай напомнила мужу Ай.

— Знаю, — процедил сквозь зубы тот, быстро оглядываясь и понимая, что до скрабера они не успеют. Пистолет издал короткий глухой звук напоминающий вой, а с его ствола сорвался едва заметный оранжевый сполох. Лапа эрсна, находившегося уже в каком-то десятке метров справа от Намара, подломилась, и он упал на землю. В это же время второй зверь прыгнул, и Ай вскинула руки навстречу летящему в их сторону хищнику. Тот словно натолкнулся на невидимую стену и, на какой-то миг зависнув в воздухе, крутанулся вокруг своей оси. Раздался сопровождаемый коротким взвизгом противный хруст, после чего тело эрсна мешком рухнуло вниз и забилось в конвульсиях.

— Дорогая, по-моему, ты переборщила, — усмехнулся Намар, внимательно наблюдая за подстреленным зверем, который уже стоял на трех лапах, поджав под себя поврежденную и угрожающе рычал.

— Да вроде несильно ударила, — Ай виновато повела ушами под шлемом: — Впрочем, нам и одного хватит.

— Ты права, дорогая, придержи этого «красавца», только на этот раз осторожно.

Ай кивнула и послушно вытянула вперед правую руку, пытаясь сформировать вокруг хищника невидимое поле, тормозящее его движение. Это удалось не сразу, но все же через пару минут движения эрсна замедлились и стали какими-то дерганными.

Намар удовлетворенно кивнул, вложил пистолет в магнитный захват на бедре и вновь скинул с плеча парализатор. И, тем не менее, ему понадобилось опустошить почти всю обойму, прежде чем оставшийся в живых хищник замер неподвижно.

К удивлению Намара попытка поднять парализованного эрсна окончилась неудачно, — зверюга оказалась настолько тяжелой, что им с Ай не удалось даже оторвать ее от земли. Пришлось подгонять скрабер и при помощи лебедки буквально затягивать того в клетку, предварительно пропустив трос через ее прутья.

Закрепив клетку в грузовом отсеке и еще раз убедившись, что эрсн жив, Тавр поднялся в кабину планетохода, где его уже дожидалась Ай. Сняв шлем, он повел ушами в разные стороны, разминая их, и устало плюхнулся в кресло.

— Впервые вижу живое существо, которому понадобилось два десятка выстрелов из парализатора, — сказал он, поворачиваясь к жене, — странное создание.

Ай согласно кивнула.

— Я тоже с трудом могла на него воздействовать, интересно было бы его изучить.

— Так попроси капитана, может он договорится с Лайпидой, — улыбнулся Тавр, заводя двигатель планетохода.

— А вот и попрошу…

— Ты серьезно? — Намар скосил глаза на жену.

— Более чем, — женщина откинулась в кресле, задумчиво перебирая меж пальцев хвост своих длинных белоснежных волос. — Устала я, Намар, устала от такой жизни. Устала от этих вечных мотаний от планеты к планете, он этой неопределенности, — ищем непонятно что. Дочка вон дикаркой растет, ей общение нужно со сверстниками, да и учиться…

— Ай, перестань, — бросил Намар нахмурившись. — Думаешь, останься ты на Энгмаре, лучше было бы? Или ты уже забыла, какая судьба тебя ждала?

— Не забыла, — зло огрызнулась женщина: — До конца своей жизни, до последнего вздоха и удара сердца, верой и правдой служить своему карду. Использовать все свои знания и умения во благо и для защиты своего господина, ибо моя душа и тело принадлежит только ему. Так повелел великий Алуман, — процитировала она строчки из клятвы ордена Хранительниц, и гневно сверкнув глазами в сторону мужа, поинтересовалась: — И что это меняет?

— Жена, я тебя не понимаю. — Намар резко развернул скрабер и послал ручку газа вперед на пару делений, увеличивая скорость.

— А что тут понимать. Хочу пожить нормальной жизнью, без ожидания постоянных неприятностей, не скрываясь, не боясь, что тебя в один прекрасный момент превратят в облачко плазмы вместе с кораблем или пристрелят откуда-нибудь из-за угла. И знаешь, дорогой, боюсь я не столько за себя, — это из меня вытравили еще в храме. А вот наша дочка…

— Ай, ты действительно думаешь, что нам удастся найти место, где мы сможем жить спокойно?

— Федерация большая.

Намар усмехнулся и покачал головой:

— Федерация-то большая, только вот таких как мы в ней нет. Мы всегда будем выделяться среди жителей, куда бы ни отправились и не факт что нам везде будут рады. Ты же знаешь, как на некоторых планетах относятся к инорам.

— Но попытаться-то можно.

Тавр несколько минут молчал, нервно подергивая кончиками ушей, затем словно нехотя кивнул.

На приборной панели замерцала зеленая линия, а через секунду пискнул зуммер входящего вызова, заставивший мужчину быстро провести по ней пальцем.

— Борт вызывает скрабер, — раздался в кабине голос асторки.

— Слушаем тебя, Тайк, — ответила вместо Намара Ай, снимая висевшую рядом гарнитуру и пристраивая ее на голове, — что-то случилось?

— Пять минут назад «Гера» засекла остаточный след от входа в атмосферу неизвестного корабля.

Ай с Намаром обеспокоенно переглянулись.

— Понял тебя, Тайк, идем за капитаном, дай направление.

Небольшой экранчик на пульте моргнул, и на нем высветилась синяя лента предлагаемого маршрута.

— Теперь ты понимаешь, чего я боюсь? — тихим голосом спросила Ай. — Таких вот моментов. Этой вечной неизвестности. А вдруг это за нами? А вдруг они атакуют, а мы ничего не успеем предпринять? А вдруг, а если, а возможно…А там… — бывшая хранительница пристально посмотрела на хмурого мужа. — Там наша дочь, единственная дочь, неужели тебе не страшно за нее?

Намар ничего не ответил, а лишь скрипнул зубами и передвинул рычаг скорости вперед.

Эти врата отличались от виденных им ранее. Больше всего они были похожи на небольшую цельнометаллическую арку примерно трехметровой высоты, всю поверхность которой покрывал причудливый геометрический узор. Но что самое главное напротив врат на небольшом постаменте возвышалось нечто напоминавшее раскрывшийся каменный цветок с тремя лепестками, внутри которого что-то поблёскивало на солнце, отбрасывая разноцветные лучики. Кирилл остановился, пристально оглядываясь и не спеша бросаться к этому странному «цветку». Торопиться в этом деле не стоило, а вот проявить осторожность следовало. Строители портала вполне могли оборудовать его какой-нибудь системой безопасности. К тому же настораживал замерший неподалеку гусеничный вездеход, в борту которого зияла огромная дыра. Колонистам явно было известно о существовании врат, только вот ни в одних записях об этом факте не упоминалось. Хотя вполне возможно, что их обнаружили уже после начала войны, когда связь с колонией была прервана. Кир на мгновение замер обдумывая пришедшее в голову предположение. Врата ведь вполне могли служить ответом на загадку таинственного исчезновения ее обитателей. Вероятно, колонисты каким-то образом смогли активировать древний артефакт и покинули планету, проживание на которой стало проблематично после потери связи с метрополией. В таком случае существует возможность это повторить, еще бы знать, куда эти врата ведут. А то вполне возможно оказаться еще дальше от дома. Но как говорится в древней поговорке, «кто не рискует, тот не пьет шампанского». Кир вздохнул и, смотря под ноги, осторожно двинулся в сторону вездехода. Сработало вдалбливаемое в академии правило — первоначально необходимо произвести осмотр всех второстепенных объектов.

Не дойдя несколько метров до машины, он поднял с земли камень и, подкинув его в руке, резко запустил в зев пробоины, внимательно прислушиваясь и готовясь в случае чего отскочить в сторону. Все было тихо. На всякий случай, выждав еще пару минут, Кирилл подошел ближе. Включив нашлемный фонарь, он заглянул внутрь. Луч света высветил свисающие со стен прогнившие лоскуты внутренней обшивки, сквозь дыры в которой проглядывал проржавевший металл, местами покрытый какой-то ярко-голубой слизью, — снаружи вездеход выглядел куда лучше. Лезть внутрь как-то не особо хотелось. Кир оглядел оплавленные края дыры и, обернувшись, прикинул траекторию выстрела. Получалось, что били не со стороны врат, а откуда-то левее. Вездеход стоял таким образом, что загораживал врата своим корпусом. Создавалось такое впечатление, что он прикрывал чей-то отход к ним. Вспрыгнув на крыло, Кирилл добрался до возвышающегося на прямоугольном корпусе каплевидного бугра кабины и заглянул в ее помутневшее стекло, тут же отшатнувшись. Изнутри на него скалился череп, зияя провалами глазниц, в которых шевелилось что-то белесое. Парень тихонько чертыхнулся. Судя по торчащему меж ребер корявому куску металла, водитель был убит осколком корпуса. Вот только почему его никто не похоронил? Сплошные вопросы.

Кир спрыгнул вниз, машинально отряхнув руки от прилипших к перчаткам кусочкам ржавчины, — машина была «пуста». Взрыв довольно сильно повредил кабину, а годы, ржа и голубая гадость доделали остальное, уничтожив всю уцелевшую электронику.

— Что ж, теперь займемся «цветочком», — пробормотал Кирилл, на этот раз, подбирая с земли пару камней покрупнее.

Кинув их один за одним в сторону врат, таким образом чтобы они легли на одной линии, он удовлетворенно хмыкнул и вновь нагнулся за следующей «порцией». Минут пять он активно метал камни, буквально выслав ими себе дорожку, после чего двинулся вперед, остановившись рядом с самым дальним из брошенных, который он специально выбрал более темного цвета, чем остальные. Скорей всего опасности не было. Ведь если тут и существовала какая-то система безопасности, то исследующие артефакт колонисты, наверняка ее отключили. К тому же, насколько он помнил, изучавший врата на 3274 Андрей, ни о чем подобном не говорил. Однако опыт работы в «Искателе» научил Кирилла не доверять внешне безопасным вещам. Поэтому он упорно продолжал «строить» себе дорожку из камней, шаг за шагом приближаясь к цели. На весь путь от вездехода ушло почти полчаса.

Наконец он оказался рядом с «каменным цветком», который, судя по всему, являлся чем-то вроде пульта управления. Постамент и лепестки сделаны из материала похожего на обычный песчаник, а вот середина «цветка» напоминает пчелиные соты. Несколько удручало отсутствие каких-либо кнопок или переключатели, лишь на одном из лепестков поблескивало несколько небольших разноцветных камушков, под которыми были выбиты знакомые буквы дайтанского алфавита.

— Период, синхронность, танта и какая-то закорючка, танта и, блин, другая закорючка, мардрай. Ну и что это значит? — Кир хотел в задумчивости почесать макушку, но рука натолкнулась на преграду. Усмехнувшись, он постучал кулаком по шлему и, активировав встроенную в плечевой щиток видеокамеру, вызвал корабль.

— Гера, что думаешь по этому поводу?

— Не зна… — голос компьютера дрогнул, но через секунду продолжил, правда, на этот раз в нем явственно звучали механические нотки: — Прошу подождать, полученная видеоинформация обрабатывается, нуж…

Внутри шлема воцарилась тишина, нарушаемая лишь шуршанием помех в наушниках. Кир непонимающе скосил глаза на датчик, — судя по ярко-синей полосе, связь с космолетом была стабильной.

— Гера, ответь, Гера! — Молчание.

— Канал два, — на небольшом прямоугольном экране внутри шлема высветился синий треугольник, одна из вершин которого погасла, зато другая налилась огнем. — Тайк, у вас там все в порядке?

— Да, капитан, все в норме.

— Хорошо.

— Ай с Намаром еще не вернулись.

— Нет, связаться с ними?

— Не стоит. Отбой. Канал один, — треугольник послушно мигнул синим. — Гера, ответь.

— Слушаю вас, капитан.

Кирилл облегченно вздохнул.

— Что случилось, Гера, почему ты отключилась?

— Я не отключалась, капитан, — в голосе компьютера проскользнули нотки неуверенности, — просто кое-что проверяла. Повернись, пожалуйста, направо.

Кир послушно выполнил просьбу, развернувшись в указанном направлении, с удивлением увидев там торчащую из земли ранее незамеченную пирамидку.

— Капитан, я определила, что это за система.

— Определила? — переспросил Кирилл растерянно.

— Да, капитан. Перед вами малый транспортный пробойник семнадцатой модели. Такие устанавливались лишь даль-экспедициями СПОКа.

— Стоп, — Кир мотнул головой. — Гера, откуда такая информация? Вроде в твоей базе данных ничего подобного нет?

— Есть.

— Ладно, — не стал спорить Кирилл. В системе «Геры» действительно имелось множество не идентифицированных файлов, которые они так и не смогли открыть. Вполне вероятно, что сработал один из них, — это давало надежду.

— Гер, а ты случайно не знаешь, как активировать эти врата?

— Левая панель, крайняя сенсор-полоса, вниз-вправо вверх-влево.

Кирилл недоуменно уставился на правый лепесток, затем смахнул с него мелкую пыль, обнаружив под ней вырезанные в поверхности углубления. Если не знать что это такое, то вполне можно было бы подумать, что на камне неведомые шутники вырезали изображение какого-то лабиринта. Кир протянул руку, почувствовав, как сердце запрыгало в груди. Если эти врата действуют… Он провел пальцем по линии — ничего. Еще раз и еще. На миг ему показалось, что внутри полыхнул зеленый огонек, который сразу же погас. Коротко выругавшись, он сорвал с головы шлем и застыл, захлебнувшись от обрушившихся на него ароматов. Запах был такой, словно неподалеку сдохло что-то большое, причем это «нечто» пролежало тут достаточно давно, но еще окончательно не сгнило. Он оперся рукой о пульт, чувствуя легкое головокружение.

— Черт, — Кир пару раз глубоко вздохнул и, почувствовав, как голова несколько прояснилась, склонился над панелью. Сенсорные полосы были забиты пылью, так что пришлось в буквальном смысле выдувать ее. Закончив с очисткой, он вновь провел пальцем по нужному желобку и к его облегчению тот послушно засветился зеленым светом.

— Вни. ние, на. то тестирование систем, — раздался из центра «цветка» шипящий голос. — Контур один — работо. ость тридцать проц. ов. Контур два — работоспособность дес. ать процентов. Контур три — исправен. Система готова к пробою, жду ввода координат. Внимание, в связи с неисправностями пробой может быть нестабилен, рекомендуется произвести калибровку.

Кир судорожно сглотнул и поднял глаза на врата. По периметру арки сверкали голубые разряды неведомой энергии, а внутри дрожало странное марево.

— Гер, что делать дальше?

— Это пробойник ближнего радиуса действия с фиксированными выходами. К тому же он больше рассчитан на прием, чем на пересылку. Посмотри на левой панели, там должны быть датчики соединений.

— Тут только какие-то камушки.

— Они и есть. Проверь активность, прове…

— Внимание зафиксирована нестабильная линия пробоя по параллельному вектору с два угва урва кай три. Опасность завихрения. Произвести соединение, отклонить?

Кирилл недоуменно уставился на панель напротив, поверхность которой неожиданно потемнела, а внутри нее проступила какая-то малопонятная схема из пересекающихся линий. Судя по всему, компьютер пробойника требовал срочно принять какое-либо решение. Словно подсказывая, под изображением замерцали две пиктограммы. Кир пожал плечами и наугад ткнул пальцем в первую попавшуюся.

— Устанавливается соединение.

Марево внутри врат стало сгущаться, превращаясь в ярко пылающий синим светом шар, который стал быстро разрастаться, заполняя все внутренне пространство арки. Гулкий удар и внутри ворот возникло окно, за которым была сплошная темнота. Кир несколько минут пытался разглядеть, что находится по ту сторону портала, затем вновь склонился над пультом. Неожиданно ему показалось, что его кто-то внимательно рассматривает, причем взгляд этот был устремлен со стороны врат. Кирилл медленно поднял голову. Тьма больше не была сплошной. По другую сторону портала стояла человеческая фигура в скафандре, с плеч которого били яркие лучи света.

— Кирилл!!

Глава 9

Огненный шар ударил в борт вездехода, заставив его обшивку потечь серебристыми каплями расплавленного металла. Неизвестное существо, похожее в своем скафандре на какого-то огромного причудливого жука, остановилось, медленно поворачивая из стороны в сторону свою небольшую голову в цилиндрическом шлеме. Кирилл выглянул из-за гусеницы вездехода и, вскинув руку, выстрелил. Существо покачнулось на своих четырех ногах, попятилось, и тут же, развернулось в сторону землянина, вскидывая похожее на громоздкую металлическую трубу оружие. Кир быстро перекатился в сторону, уходя с лини огня. Удар неведомой энергии разорвал гусеницу и расплавил один из катков, заставив старую машину накрениться с пронзительным металлическим хрустом.

— Черт.

Кирилл, передвинул ползунок разряда на максимум и вновь выстрелил. На этот раз синяя вспышка от попадания отчетливо была видна на матовом панцире скафандра чужака, буквально бросив того на землю. Однако не прошло и минуты, как тот вновь поднимался на ноги. Ответный выстрел инора пробил дыру в корпусе вездехода, заставив избранную машину протяжно «застонать» корежащимся от высоких температур металлом, а Кирилла плотно вжаться в каменистую землю. Еще раз чертыхнувшись, он вскочил на ноги и перебежал к корме вездехода, вновь осторожно выглянув из-за него. Незнакомец все еще оставался на месте, словно охраняя находящиеся позади него ворота. Кир с тоской посмотрел на валявшийся около пульта шлем, о котором совершенно позабыл при неожиданном появлении чужака. Тот в буквальном смысле слова свалился с небес, судя по всему применив нечто подобное антигравитационному парашюту, и сразу же открыл огонь на поражение. Кириллу повезло, что, не ожидая от неожиданного гостя ничего хорошего, он спешно ретировался к старому торкленскому вездеходу. Это спасло ему жизнь, но одновременно стало западней. Кругом была открытая местность, и стоило уйти из-под прикрытия машины, как он сразу оказывался хорошей мишенью. Конечно, существовала возможность, что чужак не станет преследовать, но надеяться на подобный исход дела было глупо. К тому же неизвестный не мог взяться ниоткуда, скорей всего он десантировался с корабля, а значит тот тоже где-то здесь. Кир задрал голову, окинув взглядом бездонную сиреневость местного неба, и грустно усмехнулся. Космолет наверняка накрыт каким-то стелс полем и без специальных приборов увидеть его будет невозможно. Он еще раз выглянул из-за вездехода, чтобы убедиться, что чужак не двигается с места и, прислонившись плечом к его борту, задумался. История с каждой секундой становилась все интереснее. В федерации не были известны технологии антигравитации, да и о четырехногих разумниках он ничего не слышал. Так кто же это такой? Чего выжидает? И, черт побери, как связаться с Герой? Рация была вмонтирована в шлем и теперь была недоступна. Кир пару раз стукнул затылком о теплую броню вездехода, чувствуя как отлетевшие кусочки ржавчины, медленно заскользили по шее и упали за воротник комбинезона, неприятно покалывая. Поведя плечами, чтобы куски повалились глубже, он почувствовал, как на миг в ключицу уперлось что-то металлическое. Эйпер! Мысленно обозвав себя старым маразматиком, Кир сунул руку за воротник скафандра и нашарил пальцами закреплённый на воротнике комбинезона треугольник передатчика.

— Гера, ты меня слышишь, Гера?

Потрескивание разрывов и тишина. Кир поочерёдно повернул углы, переключая каналы, но везде были только пустые шумы. Либо невидимый корабль ставил помехи, либо… Скрипнув зубами, Кирилл бросил беглый взгляд на покрасневший датчик заряда импульсника и, отщелкнув цилиндрик обоймы, вставил новый. Следовало надеяться на лучшее, да и самому надо было действовать. Чужак явно был защищен каким-то полем поглощавшим разряды импульсника, а значит оставалось одно… Кир снял с пояса брусок мономеча и резким движением развернул блеснувшее на солнце лезвие. Глубоко вздохнув, он выпрыгнул из-за вездехода и, выстрелив, тут же ушел в боковой перекат, пропуская над собой ответный выстрел, тут же вскакивая на ноги. Оружие чужака тратило почти десять секунд на перезарядку, и этого времени должно было хватить. Кирилл рванул вперед, мысленно отсчитывая мгновения до выстрела. Пришелец развернулся в его сторону и замер, а затем словно что-то почувствовав, попятился назад. Его четырехпалая рука принялась судорожно сжимать прикреплённый снизу «трубы» небольшой шарик. Кир проскочил буквально в паре десятков сантиметров от матовой туши своего противника, а лезвие мономеча ярко сверкнуло, тут же окрасившись темно- зеленым цветом чужой крови. Чужак застыл, покачиваясь, затем все его четыре ноги подогнулись и он, выронив свое оружие, завалился набок, заскребя руками по камням. Кирилл глубоко вздохнул, чувствуя, как по шее и спине струятся противные ручейки липкого пота, а сердце бухает в груди, изгоняя лишний адреналин. Идея была откровенно идиотской, но как-то сработала. Свернул меч и, повесив его на пояс, он подхватил оружие четырехногого, попутно подивившись его легкости. Повертев серебристую «трубу» в руках, Кир прицелился в разбитый вездеход и сдавил болтающийся на коротком тросике шарик. Ничего не произошло. Хмыкнув, он вновь принялся разглядывать незнакомое оружие, пытаясь понять значение горевших на его поверхности знаков, однако знакомый гул двигателя заставил его прервать это занятие и, повернувшись, помахать рукой приближающемуся скраберу.

Тайк нервно провела кисточкой своего хвоста по щеке и, закусив ее острыми зубками, пробежалась пальцами по клавишам, — тщетно. Капитан не отвечал, а в эфире царил лишь шум помех. Девушка откинулась в кресле и бросила злой взгляд на экран, куда было выведено изображение чужого космолета висящего в пяти харах[34] над тем местом, где сейчас должен был находиться Кирилл. При этом ее рожки принялись быстро менять свой цвет, в конце концов, став ярко-зелеными.

— Гера, ты определила, чей это корабль? — наконец спросила она, рассматривая неизвестный ей космолет, похожий своим видом на огромное яйцо с наискось срезанной верхушкой.

— Унтарский рейт. Класс: легкий разведчик. Особой угрозы не представляет.

Тайк растерянно прикусила кисточку. Эта информация почти ничего ей не давала, а значит, была абсолютно бесполезна. Кто такие унтары она не знала, да и подобное название расы слышала впервые. Впрочем, сейчас для нее это было неважно. Больше всего ее беспокоила судьба главы их трайта[35]. Тот уже несколько раз разделил с ней пищу, причем именно в часы ухаживаний, а в ее мире это значило очень много. Таким образом их мужчины обычно давали понять понравившимся женщинам, что не против связать себя предварительными отношениями. И хотя Тайк прекрасно понимала, что капитан является представителем другой расы, чьи традиции наверняка отличны от принятых на ее родной планете, эти мечты грели оба ее сердца. Все это началось с полгода назад, когда она вошла в период взрослости. Тогда впервые ее тело очень странно отреагировало на присутствие капитана. Встретив его в коридоре корабля, она неожиданно почувствовала как ее хвост, словно живя своей собственной жизнью, обвился вокруг талии и, подняв свой кончик, принялся постукивать кисточкой между грудей. Тогда она буквально вцепилась своими ногами в пенистую обивку пола, чтобы не натворить глупости. Хорошо еще, что Керк спешил на мостик и, заметив ее, только приветственно кивнул. В тот день ей пришлось принять сразу несколько таблеток блокираторов и попросить Ай сменить во время вахты, так как, не смотря на выпитое лекарство, тело просто сошло с ума. Эта реакция привела Тайк в ужас, хотя и была вполне ожидаема, только вот должно это было произойти на родной планете, куда она должна была вернуться для выбора своего малада. Именно там, идя в церемониальных одеждах перед строем юношей из соседних трайтов, она должна была ощутить подобное, поняв таким образом, кто ее избранник. Это была особенность всех женщин ее мира, — тело само делало свой выбор. Именно этот факт приводил ее в ужас — она не хотела этого. Первое время ей даже было стыдно своих чувств и она, анализируя их, никак не могла понять, что тянет ее к этому инору. По меркам ее народа капитан Керк был довольно уродливым созданием с бледной кожей, небольшими глазками и тщедушным для мужчины телосложением. Но, тем не менее, при каждой встрече с ним, ее хвост начинал нервно подрагивать, точно живя своей жизнью, а рожки наливаться ярким фиолетом. Приходилось изнурять себя работой и по нескольку раз в день принимать блокираторы. И вот недавно она все-таки приняла свои чувства, смирившись с выбором тела, и оно сразу же успокоилось, терпеливо ожидая момента соития. Тайк понимала, что этого скорей всего никогда не произойдет, хотя Гера утверждала, что биологически они с Керком биологически совместимы, но помечтать стоило. Тем более что в газетах и различных передачах частенько обсуждали межрасовые связи, а значит, надежда была…

Девушка на миг замерла, ее пальцы зависли над клавиатурой, а глаза заволокла белесая поволока.

Надежда… Тайк нервно дернула хвостом. В последнее время от Керка частенько «пахло» одиночеством, и она по мере возможности старалась его скрасить, каждый раз, словно невзначай оказываясь рядом. В любом случае свой выбор она уже сделала, и тело его подтвердило, вновь полностью став подвластным ее воле без помощи опротивевших таблеток. И теперь, хочет того капитан или нет, но пока это возможно она всегда будет с ним, а если он уйдет то ее уделом станет пристанище отверженных. Но пока он рядом, она должна приложить все силы чтобы, чтобы уберечь своего избранника.

Тайк выплюнула кисточку, а в ее глазах мелькнул огонек принятого решения.

— Гера, активировать излучатели. Цель чужак.

— Могу задействовать только два орудия из пяти. Рик занят калибровкой поля, возможна перегрузка реактора.

— Хорошо, думаю, этого хватит. Захватывай цель.

— Принято.

— Тайк, ты уверена, что это хорошее решение? — раздалось из-за спины.

Девушка оглянулась. В дверях рубки, опираясь на трость, стоял профессор Лайнос.

Хвост асторки взметнулся вверх, замерев рядом со щекой, при этом его кисточка принялась мотаться из стороны в сторону в немом вопросе.

Профессор вздохнул и, проковыляв к капитанскому креслу, с нескрываемым вздохом облегчения опустился в него.

— Сбив этот космолет, — он ткнул тростью в сторону экрана, — вы поставите жизнь капитана под угрозу.

— Почему? — кончики рожек Тайк позеленели.

Уфин покачал головой.

— Девочка моя, чужак висит на одном месте. Подбей мы его и как думаешь, куда он упадет? Или ты думаешь, что его останки будут «плавать» в атмосфере как в космосе. Гера, просчитай примерную зону поражения.

Центральный экран послушно моргнул, высвечивая оранжевый круг предполагаемого энергетического воздействия на поверхность при падении чужого звездолета, поверх которого наложился синий круг возможного разлета осколков.

Девушка почувствовала, как оба сердца дали сбой. Сбей она чужака и Кирилл мог оказаться почти в эпицентре.

— Тайк, иногда надо думать головой, а не тем что здесь, — сказал тихим голосом профессор, стукнув кулаком себе в грудь. — Или ты думаешь, что никто из нас не видит, как ты хвостиком бегаешь за капитаном? Неужели таков выбор твоего тела?

Асторка развернула свое кресло и уставилась на Лайноса немигающим взглядом своих бездонно черных глаз, заставив того понимающе усмехнуться.

— Не удивляйся, девочка моя, для меня особенность вашей расы не секрет, я все же ученый. К тому же в молодости знавал я несколько асторцев и довольно близко.

Его взгляд на миг стал задумчивым, а на губах заиграла легкая улыбка, видимо воспоминания связанные с этим знакомством были довольно приятными.

— Впрочем, речь сейчас не об этом, — сказал он, через пару минут молчания. — Просто мне тебя жалко, Тайк, и дело тут даже не в том, что вы принадлежите к разным расам. Подобные союзы хоть и не одобряются правительством федерации, в наше время давно уже не редкость. Однако Кирилл ведь чужак, причем в прямом смысле этого слова. И дело ту не в ксенофобичности, как раз этого-то я за ним никогда не замечал. Нет, Тайк, просто он дитя другого мира, другой культуры и других ценностей. К тому же его там ждут. Не думаю, что он примет тебя.

От старого ученого просто хлынуло сочувствием и желанием помочь, но это только вызвало у девушки раздражение.

— Тело выбрало, — в голосе Тайк послышались едва заметные нотки упорства, а кончик ее хвоста принялся нервно постукивать по плечу.

— Я это понимаю, — кивнул старый торкленец. — Но ведь ты можешь вернуться на некоторое время к себе на родину и там пройти специальный обряд очищения. Насколько мне известно, это позволит тебе осуществить новый выбор.

Волна застарелой грусти и вины накатила на асторку, заставив ее непроизвольно прикрыться ментальным барьером и недоуменно посмотреть на своего собеседника.

— Знаешь, моя знакомая когда-то именно так и поступила, — бывший ученый тяжело вздохнул и с кряхтением поднялся. — Пойду к себе, надо еще с документами поработать, а то после последнего контракта такой бардак. А о капитане не беспокойся, он и не из таких ситуаций выпутывался, просто готовь корабль к экстренному старту и еще раз прошу, поразмысли над моими словами.

Дверь с легким шелестом затворилась, оставив Тайк в уже привычном для нее одиночестве. Позади ее кресла возникла Гера. Электронная девушка некоторое время стояла молча, с грустью смотря на склонившуюся над пультом асторку, затем вздрогнула, бросила взгляд куда-то вверх, и исчезла.

Ай обошла вокруг поверженного чужака, стараясь не наступать на пропитанную зеленой кровью каменистую землю. Лезвие мономеча тонкой линией перечеркнуло нагрудную часть его скафандра и это было прекрасно видно благодаря все ещё выделяющейся вдоль линии разреза крови. Женщина присела на корточки рядом с головой незнакомого инора и попыталась рассмотреть, что находится за блестящей лицевой поверхностью его шлема, затем принялась шарить руками по широкой горловине в поисках защелок.

— Жена, бросай это дело, — сказал стоявший рядом Намар, нервно сжимая импульсник и вертя головой в разные стороны, — все равно он уже сдох.

— Мне просто интересно, что это за существо? — спокойным голосом ответила Ай, продолжая попытки снять шлем.

— А мне интересно, что же Керк так долго там возится. — Он бросил недовольный взгляд в сторону землянина склонившегося над пультом управления вратами. — Мы же тут как на ладони. Если друзья этого четырехногого пожалуют, будет совсем плохо. А Гера как назло не отвечает.

— Намар, смотри, как интересно, — сказал Ай не обращая внимание на ворчание мужа. — Кирилл сказал, что его выстрелы не вредили чужаку, однако это не совсем так.

Она указала пальцем на углубления в панцире скафандра, словно заполненные какой-то блестящей пеной.

— Похоже это следы от попадания, а эта пузырчатая дрянь, какой-то герметизирующий состав.

Намар покосился на распростертое тело.

— Так наш капитан все же подстрелил его?

— Не думаю, что скафандр пробит насквозь, но, тем не менее, это означает, что они уязвимы для обычного оружия. Шардзым, да как же он отстегивается! — последнее относилось к шлему инора, который Ай никак не могла снять.

— А ты попроси капитана, ему голову отрезать, — усмехнулся Тавр, искоса наблюдая за попытками жены. — Он как раз сюда идет.

Ай оглянулась и, увидев, что Кирилл почти бегом направляется в их сторону, вскочила на ноги.

— Все, народ, уходим, хватит рисковать, — бросил тот приблизившись. — Что надо я узнал, теперь тут без полноценной экспедиции делать нечего.

— А этого тут бросим? — Девушка кивком головы указала на поверженного Кириллом чужака.

— С собой точно не потащим, — ответил Кир, вытряхивая пыль из своего шлема, — пусть его свои забирают. Знать бы еще, почему они не атаковали, чего выжидают, наверняка ведь наблюдают за происходящим.

Он с беспокойством оглядел чистый небосвод, словно надеясь увидеть чужой корабль и, надев шлем, одним движением руки загерметизировал его.

— Всё. Все в скабер. Намар, пушку чужака захвати только, попробуем с ней разобраться. Ай, попробуй связаться с «Герой» пусть готовятся к старту, нужно убираться отсюда.

Тавр кивнул и, подхватив лежащее на земле оружие, посмотрел на жену, которая с явной неохотой направилась вслед за ним к планетоходу.

Поверхность стремительно удалялась, скрываясь за сиреневой дымкой кучевых облаков. Гравиокомпенсаторы как всегда включились с опозданием, заставив пассажиров пережить пару минут неприятных ощущений от стремительного взлета. Наконец «Гера» покинула верхние слои атмосферы и, включив маршевые двигатели, устремилась прочь от негостеприимной планеты.

Кирилл устало опустился в свое кресло и, помассировав большим и указательным пальцем виски, щелкнул клавишу на пульте. С легким шуршанием в потолке раскрылась ниша, откуда выдвинулись два дугообразных экрана и, зависнув на уровне глаз, разошлись в стороны, замерев по обе стороны от кресла.

— Тайк, сколько до входа в надметрику?

— Пять часов, двадцать минут, сорок две секунды, по корабельному времени, — отозвалась девушка не оборачиваясь и тут же добавила: — Прыгнем сразу же, как только будет возможно.

Кир понимающе кивнул, мысленно чертыхнувшись. В отличие от земных кораблей, здешние космолеты не могли пользоваться пространственными двигателями внутри системы. Это было связано с повышенным фоном гравитационных помех искажающих работу контура формирователя прокола. Приходилось отходить на некоторое расстояние от ее плоскости, да еще тратить время на набор нужной скорости. И хотя двигатели «Геры» работали несколько на ином принципе, чем у кораблей федерации, в данном вопросе она не являлась исключением. Оставалось только надеяться, что до момента прокола не случится ничего непредвиденного. А бездействие чужаков, никак не среагировавших на их отлет и даже не предпринявших попытки спуститься на землю, дабы проверить, жив ли их товарищ, настораживало. В принципе можно было предположить, что поверженный инор был на корабле один, но Кирилл мало верил в такую возможность. Слишком уж большие размеры имел этот яйцеобразный аппарат, чтобы нести на своем борту единственного члена экипажа, хотя и такое вполне возможно. Тем более что Гера дала ему характеристику как легкому разведчику. И все же раньше им такие корабли не встречались, да и об так называемых унтарах лично ему не было ничего известно. Однако бортовой компьютер их знал и, судя по всему, данная информация проистекала из тех самых таинственных закрытых файлов, а это означало только одно — бывшие хозяева Геры уже с ними встречались.

— Гера, что тебе еще известно о чужаке?

— Ничего, Кир, — ответила электронная девушка с некоторой заминкой, причем в ее голосе явственно звучали нотки неуверенности. — Знаю только что этот корабль нам не соперник. Вооружение всего лишь одна низкочастотная волновая пушка и несколько ракет «пространство-пространство». Предназначен для глубокой разведки в тылах противника. Снабжен мощным генератором стелс-поля. Крейсерская скорость порядка сорока бремов.

— Ого, — невольно присвистнул Кир, — это даже больше чем у нас в стайер-режиме. Скоростная машинка. Однако если у него такой мощный генератор поля сокрытия, то почему ты его увидела?

— Скорей всего они не поняли, что имеют дело с кораблем дайтанцев поэтому и не стали включать его на полную мощность.

— Или хотели, чтобы мы их увидели, — пробормотал Кир задумчиво и, хлопнув руками по подлокотникам, поднялся из кресла. — Тайк, я в кают-компанию, надо кое-что обсудить с остальными. Курс прежний, если что зови.

Асторка молча наклонила голову. Кирилл непонимающе посмотрел на девушку, которая сегодня была еще более немногословна чем обычно и, пожав плечами, вышел из рубки.

Все та же темная комната с мерцающим зеленым овалом, только на этот раз вместе с закутанной в мешковатый балахон высокой фигурой, рядом стоит еще одна в таких же одеждах. Зеленые отблески играют на их зеркальных масках, придавая им потусторонний вид. В глубине овала видно изображение человека рассматривающего оружие только что поверженного четырехногого врага. Одна из фигур поворачивает свою голову к другой.

— Ситуация выходит из-под вашего контроля, райгад Тойцу.

Голос, словно скрип по стеклу.

— Вы слишком заигрались с «проникшим», это может быть чревато не просчитываемыми последствиями.

— Все произошедшее случайность, — голос второй фигуры более мелодичен, но и в нем слышится странный скрип. — Проникший помог нам понять истинную опасность. Это позволило просчитать вектор вероятностных событий. Теперь в нем действительно нет нужды, я уже отдал приказ «открывшимся».

— Хорошо, райгард, — первая фигура вновь повернулась к экрану. — Отзывайте наблюдателей и прикажите уничтожить мост, содержание его в этой точке пространства становится опасно.

— Как прикажете, каплан Эйтрахк.

Фигура Тойцу с легким хлопком растворилась в воздухе, а тот, кого назвали Эйтрахком, еще некоторое время продолжал смотреть вглубь зеленого овала, при этом из-за его маски порой долетало пронзительное поскрипывание и пощелкивание. Однако продолжалось это недолго. Из-под балахона высунулась тонкая рука с шестью длинными пальцами и раздраженно ударила по экрану, заставив тот свернуться в трубку и погаснуть. Комната опустела, погрузившись в непроглядную тьму.

Кир оглядел собравшихся в кают-компании членов экипажа и вздохнул. Судя по их лицам его идея с посещением Найрады не вызвала особого вдохновения. В принципе это было и понятно. Планета была похожа на помесь биржи, зоны нелегальных развлечений казино и подпольного рынка. Здесь собирались различные торговцы, проходимцы и откровенные бандиты со всех концов федерации и здесь практически не действовали ее законы. Пребывание на ней всегда являлось некой разновидностью лотереи: можно было заключить выгодные сделки, а можно было потерять все, даже голову. В последнее посещение приходилось постоянно находиться на стороже, подозревая всех и всякого, а это довольно сильно выматывало. Тем не менее, по мнению Кирилла, это было единственное ближайшее место, где можно было найти новых надежных попутчиков для Суйктуха и его подопечной. Найрада буквально магнитом притягивала всевозможных искателей удачи и приключений из центральных секторов, да и вольные торговцы оттуда же не были на ней большой редкостью. Конечно можно было оставить пассажиров на борту и, выгрузив заказ Лайпиды, самому заняться дальнейшей доставкой, однако в свете последних событий Кир сомневался что это удастся сделать. Преследование и атака неизвестных кораблей, затем нападение около портала, по мнению Кира это были звенья одной цепи, и дальнейшее развитее событий было непредсказуемо. Судя по всему вновь начала действовать та самая таинственная сила, постоянно препятствующая ему в поисках дороги домой. На этот раз этот неведомый «некто» в чем-то допустил ошибку и теперь явно готов исправлять ее любыми способами, причем самыми радикальными. Так что вполне возможно вновь придется ставить «Геру» на прикол и «залечь» на пару лет где-нибудь на задворках Федерации. Решение не самое плохое. Денег пока что хватало, а дочке Ай эта передышка пойдет на пользу и девочка хоть немного поживет нормальной жизнью подростка, да и «Геру» следовало привести в порядок. К тому же, по словам Лайпиды, после инцидента с атакой неизвестных космолетов, господин Суйктух неожиданно сам стал настаивать на скорейшей высадке их в ближайшем подходящем порту. Именно поэтому Найрада была самым подходящим местом. Во-первых, находилась всего в неделе хода, а во-вторых, после высадки там пассажиров останется почти целый месяц, чтобы доставить лайпидовский груз к назначенному месту.

— И все же я бы предпочел рискнуть на Тайгре, — сказал Лайнос. Ай и Намар согласно кивнули, а сидевший в углу Рик равнодушно пожал плечами.

— Я бы тоже, — не стал возражать Кир, — но мы банально не успеваем. Отсюда до Тайгры почти три недели ходу. К тому же у мековцев там глаз и ушей хватает. Так что рискованно им там появляться.

— Согласен с капитаном, — подал голос бортинженер. — Причем даже если мы передадим Киану властям, то это совсем не гарантирует ее безопасности. У мековцев там почти все куплено.

— Но на Найраде они тоже долго не продержаться. Не зная местной кухни… — Ай многозначительно повела ушами в разные стороны. — Вспомните наш первый прилет туда?

Все расплылись в улыбках.

— Да уж, — буркнул профессор, качая головой. — Помню, как одна молодая энгмарка устроила бучу на рынке, из-за того что ее ухватили за мягкое место. Нашему капитану тогда пришлось даже встречаться с главарем местной банды, дабы замять данную ситуацию.

— Угу, и разнести все их логово, — коротко хохотнул Рик. — Весело было.

— Профессор, Рик… — кончики ушей девушки нервно задергались, хотя в ее раскосых глазах заплескались искорки озорного веселья.

— А еще…

— Потом повспоминаем, — прервал бортинженера Кирилл, хлопнув ладонью по столу. — А пока решено: идем на Найрад, находим надежных людей, передаем им наших пассажиров, после чего доставляем заказ Лайпиды. Вопросы есть?

Все промолчали.

— Вот и хорошо, — Кир еще раз оглядел собравшихся. — Всем пока отдыхать.

— Я не устал, — помахал рукой Рик.

Кирилл покосился на инженера и, усмехнувшись, бросил:

— Тогда сходи, проверь, как себя чувствует наша зверюга, затем отправляйся на мостик, — поможешь Тайк если понадобится.

— Есть, капитан, — отсалютовал тот, вскакивая с места и направляясь к двери.

— Ну а я тогда вернусь к своим бумажкам, — сказал профессор, с кряхтением поднимаясь со стула и направляясь вслед за Давором.

— Подождите, Уфин, — остановил его Кир, — я с вами, надо переброситься парой слов.

Они вышли в коридор, оставив Намар с Ай в кают-компании. Энгмарцы явно были недовольны решением Кирилла идти к Найраду, но больше возражать не стали, а землянин не стал выяснять причины этого недовольства.

— И о чем разговор? — поинтересовался Лайнос, едва створки двери сомкнулись за их спинами.

— Профессор, — Кир на секунду замялся. — Я не стал пока никому говорить, но найденные нами врата действующие. С помощью Геры мне удалось их активировать.

— Вот как?! — Брови торкленца удивленно взметнулись вверх, почти заползя на надбровные выпуклости.

— Да.

Кирилл быстро пересказал Лайносу произошедшее. Тот замер на месте и, склонив голову к плечу, внимательно слушал не перебивая, затем покачал головой.

— Даже не знаю, что посоветовать в этом случае. Открытие действительно поразительное, даже уникальное. Подумать только, действующие врата, — он хмыкнул. — Однако пока вопросов больше чем ответов. Кого ты видел в портале? Может это кто из бывших колонистов? И главное, что за неизвестные иноры? Какое они отношение имеют к вратам? Из твоего рассказа у меня вообще создалось такое впечатление, что они просто прибыли проверить, кто воспользовался вратами.

— Довольно агрессивная надо сказать проверочка, — усмехнулся Кир. — Хотя признаюсь, думал о чем-то подобном. Только считаю, что они не поверяльщики, а что-то типа охраны, не позволяющей шастать через порталы кому попало.

— Все может быть, — профессор неторопливо направился по коридору продолжая рассуждать. — Отсюда проистекает следующий вопрос: а что они предпримут, если туда заявится целая экспедиция?

— Кто знает, — Кир вздохнул. — Все равно хочу попробовать. В конце концов, профессор, пока этот портал единственная моя надежда на возвращение домой.

— Я понимаю, — кивнул Лайнос, — и постараюсь помочь. Тут ведь главное подобрать спецов умеющих держать язык за зубами, а то пойдут слухи, и за эту планетку может начаться хорошая драчка.

— Согласен. Тогда я на вас рассчитываю.

— Ну, естественно, мальчик мой, — улыбнулся профессор. — Естественно.

Кирилл улыбнулся и, благодарственно хлопнув старика по плечу, поспешил к себе в каюту. Он не знал, что буквально через пару часов после их отлета, в атмосферу планеты вошел тяжелый крайтер «МеКТока» и нанес удар по вратам. Пяти мегатонная торпеда взметнула над равниной грибовидное облако, превратив ее в радиоактивную пустыню.

Глава 10

Лифт полз вверх с каким-то натужным гулом. Закт Активи стоял обопершись руками об идущие по его периметру поручни, морщась и стараясь подавить упорно подступающую тошноту. С напитками он сегодня явно перебрал, да к тому же только за полночи умудрился спустить весь свой гонорар за последнюю роль. Хотя кто ж знал, что юная нигранка обойдется ему в копеечку, но что поделаешь, за экзотику приходится платить. Торкленец тяжело вздохнул и, откинув голову, уперся затылком в полированную стену лифта, растерянным взглядом рассматривая темно-синий потолок с потрескавшимся бледно-желтым плафоном. Надо признаться, что удовольствие он получил все же ниже среднего, а в некоторых моментах было даже неприятно. Нет, все же любовь с представителями других рас это не его, не стоило даже экспериментировать, тем более что и обычных девушек хватает. Он всегда так думал, но видимо в последнее время пересытился. Слава, деньги, куча поклонниц и вот финал: он на задворках федерации в одном из самых злачных ее мест, бездумно спускает деньги на всякие глупости. Дожил. Докатился. Закт криво усмехнулся. А ведь когда-то он хотел стать примером для молодежи и, получив роль рейк-командера Нарта, радовался как ребенок, изо всех сил стараясь создать на экране образ настоящего героя. Он вздохнул. Да уж герой: растрепанный, с опухшей физиономией, помутневшими глазами и выхлопом изо рта не меньшим чем у садящегося на «прыгунах» космолета. Последняя мысль его изрядно рассмешила, невольно заставив захихикать. Настроение как-то сразу улучшилось, и из лифта он уже выходил, бурча себе под нос бравурную песенку из заставки своего сериала.

И если вдруг настигнет вас беда,

Приду на помощь я, лишь позови

Мне не страшны ни…

Закт на секунду замер, припоминая слова, затем махнул рукой и, достав ключ от номера, открыл дверь. Зайдя внутрь, он снял ботинки и хлопнул рукой по кнопке выключателя, заставив настенные лампы налиться бледно-желтым светом.

— Доброго вам утречка, господин Активи.

Закт резко повернулся, уставившись на сидевшего в кресле непонятно как оказавшегося тут незнакомого ему инора одетого в темно-синюю рубашку и такого же цвета штаны. Рука торкленца непроизвольно метнулась к карману куртки, где у него лежал портативный парализатор, но практически в то же мгновение повисла онемевшей плетью.

— Не стоит, красавчик.

Из-за спины Закта вынырнула облачённая в черный обтягивающий комбинезон инора и одним гибким движением извлекла пистолет из его кармана. Кинув оружие на пол, она ловко пробежалась своими пальцами по различным частям тела растерявшегося торкленца и, повернувшись к сидевшему в кресле незнакомцу, коротко кивнула, одновременно подтолкнув Закта в его сторону.

— Садитесь, господин Активи, я хотел бы с вами поговорить, — инор кивком головы указал на кресло стоящее по другую сторону небольшого овального столика.

Торкленец бросил угрюмый взгляд на незнакомку, с удивлением отметив выглядывающие из гривы белоснежных волос кончики острых ушей и, нервно дернув щекой, послушно опустился в указанное кресло. Оба инора были представителями неизвестных ему рас, что несколько пугало, но одновременно и интриговало.

— Если вы хотите денег, то могу сообщить, что их у меня не так уж и много осталось, — бросил он, с вызовом смотря на незнакомца.

Уж чем, чем, но вот трусостью Закт никогда не отличался. Выросший на недавно подвергшейся колонизации окраинной планете он повидал достаточно, чтобы теперь с равнодушной усмешкой не отводить взора от направленного на него пистолета. Он сунул руку в нагрудный карман куртки и, вытащив из него цилиндрик элфинака, кинул его на столик:

— Можете забирать, код «верх-право-два-право-семь-верх». Как я и говорил там немного, но думаю, вам хватит.

Мужчина взял элфинак, с задумчивым видом покрутил тот в руке и, покачав головой, аккуратно поставил его обратно на стол.

— Спасибо, господин Активи, но это меня не интересует. Мы тут вообще не ради денег, причина нашего визита несколько иная.

— Но? — Закт растерянно посмотрел на сидевшего напротив, натужно пытаясь припомнить, кому бы он мог невзначай перейти дорогу. Мысли ворочались в голове тяжелым комом, — две бутылки эрта и одурманивающая ампула с уратра[36] давали о себе знать.

Закт потер налобный нарост, пытаясь собраться с мыслями, однако ничего припомнить не мог. Особых недоброжелателей у него не было (если не считать пары коллег по цеху, завидующих его успеху), да и в конфликт он вроде в последнее время ни с кем не вступал. Единственно кого он мог вспомнить это его недавний соперник по ридзеру, который проиграл четыре партии подряд, обвинив его в мошенничестве. Даже попытался затеять драку, но охрана игрового зала быстро с ним разобралась. Активи мотнул головой. Нет, тот парень явно не мог быть тут замешан, да и проиграл он не настолько много чтобы затаить на него злобу, хотя всякое бывает. Он вздохнул и покосился на девушку, чья высокая тяжелая грудь обтянутая тканью комбинезона невольно притягивала его взор. Та перехватила его взгляд и ее губы тронула легкая улыбка, а острые уши дернулись в разные стороны, на мгновение скрывшись из виду в гриве белоснежных волос. Она подобрала лежавший на полу парализатор и, вытащив аккумулятор, протянула его торкленцу. Тот удивленно посмотрел на инору и, взяв его, хотел было сунуть назад в карман, но передумал и положил перед собой на стол. Что ж, судя по всему убивать его не собираются, иначе разговор бы шел в другом русле.

— Так для чего вы здесь? — наконец спросил Закт, так как незваные гости сами не торопились продолжать разговор, словно чего-то выжидая.

Те молча переглянулись, затем мужчина щелкнул пальцем по закреплённому на вороте рубашки треугольнику эйпера и, что-то сказав в него на незнакомом Закту языке, вновь повернулся к торкленцу.

— Видите ли, господин Активи, мы здесь для того, чтобы сделать вам предложение от которого вы не сможете отказаться…

Эйра передвинула фигурку на последнюю клетку игрового поля и, вскочив на ноги, гордо подбоченилась, победно вскинув руку вверх.

— И вот мой космолет приходит к финишу, а экипаж отважной капитанши Эйры в очередной раз празднует победу, смеясь в лицо своим преследователям. Ха-ха.

— Но тут коварный пират Киана — острый зуб, неожиданно нападает из-за угла, на потерявшего бдительность капитана.

Асторка вскочила с места и, обхватив подругу руками, повалила ее на кровать. Пару минут девочки барахтались, устроив бой подголовными валиками, но шелест открывшейся двери, заставил их прервать свою игру.

— Госпожа, извините, что прерываю вас, но пройдемте, пожалуйста, со мной, — сказал появившийся на пороге Суйктух, окидывая свою растрепанную подопечную недовольным взглядом.

Девочка кивнула и, аккуратно положив валик на место, спрыгнула с кровати. Посреди каюты неожиданно возник вихрь золотистых искорок, которые через мгновение сформировались в рыжеволосую девушку в обтягивающем зеленом комбинезоне.

— Господин Суйктух, поторопитесь пожалуйста, вас ждут, — сказала Гера и, повернувшись к юной энгмарке, добавила: — Эйр, капитан попросил, чтобы ты тоже шла в кают-компанию вместе с ними.

— Хо-ро-шо, — по слогам ответила девочка и, подбежав к подруге, ухватила ее за руку. — Бежим, Киана, давай наперегонки.

Ангмарка кивнула и, бросив быстрый взгляд на нахмурившегося советника, сорвалась с места, заставив Эйру мявкнуть от неожиданности и устремиться следом.

Рик поставил перед Активи бутылку минералки и, опустившись в кресло напротив, с понимающей улыбкой посмотрел на хмурого торкленца.

— Спасибо, — сказал тот, быстро откупоривая бутылку и припадая к ней. Вода скользнула в иссохшее горло, холодной струйкой пробежала по пищеводу, изгоняя из головы остатки вчерашнего дурмана.

— Вот еще выпейте, — бортинженер вытащил из кармана темно-синюю капсулу в прозрачной упаковке и протянул ее актеру.

— Что это? — Закт с подозрением покосился на таблетку.

— Д-статик, — энергетик, армейская разработка, быстро приведет вас в чувство, поверьте, сам частенько пользуюсь.

— Слышал о таком, — актер взял упаковку с капсулой и повертел ее в руках, разглядывая. — Но вроде его не продают в открытом доступе.

— У нас свои каналы, — оскалился Рик.

Закт понимающе кивнул и, разорвав блистер, сунул капсулу в рот, запив ее минералкой.

Дверь кают-компании отворилась, впуская внутрь Намара с Ай.

— Ну и как дела? — поинтересовался сидевший за дальним концом стола Кир, отрывая взгляд от экрана своего портатипа.

— Все, как и сказал господин Активи, — бросил Намар, подходя к выпуклости на стене каюты и проводя пальцем по горевшей на ее поверхности зигзагообразной зеленой линии. Выпуклость тут же разделилась на три части, открыв взору несколько прозрачных полок уставленных банками, бутылками и пакетами различных расцветок и конфигураций. Взяв один из пакетов, он вернулся к столу и уселся рядом с бортинженером.

— Мы с Ай прощупали барменов и завсегдатаев прилегающих баров и все как один твердят, что «Центральный» буквально забит патрулями Конгломерата. Мало того, досматривается почти каждый взлетающий корабль, особенно те, что оснащены гиперприводом.

— Так, — Кирилл отложил компьютер в сторону и, потерев пальцами виски, мотнул головой. — Черт, быстро среагировали. Впрочем, наши планы это не меняет, только несколько усложняет.

— Неужели ты хочешь попытаться взять штурмом кишащий мековцами космопорт?

Уши бывшего «ищущего» нервно дернулись.

— Я не настолько сумасшедший, — улыбнулся в ответ Кирилл. — Хотя признаюсь, некая доля безумия в моем плане есть.

— Очень я бы сказал большая доля, — вставил Рик.

— Риск — благородное дело.

— Опять эта ваша земная поговорка, — поморщился Намар. — Порой я их не понимаю. Лучше скажи, что ты задумал?

— Ничего такого, — пожал плечами Кирилл, придавая взгляду невинное выражение. — Просто хочу воспользоваться челноком и доставить наших пассажиров прямо к кораблю господина Активи.

Намар несколько минут буравил взглядом невозмутимое лицо землянина, затем вопросительно посмотрел на жену, но та только пожала плечами и повела ушами в разные стороны.

— Сумасшествие, — наконец буркнул энгмарец. — Вас же возьмут сразу при посадке, или ты считаешь мековцев настолько тупыми, что они не обратят внимания на садящийся челнок.

— Не считаю, — покачал головой Кир.

— Вот именно! Но даже если это произойдет, и конгломератчики не обратят на вас внимания, то всё равно все корабли досматриваются при взлете. Не знаю, может у господина Активи и есть какой-то тайник на его космолете, но не думаю, что он настолько хитро сделан, чтобы его не нашли. К тому же мековцы в этом деле мастера. Поэтому…

— Поэтому господин Суйктух со своей подопечной должен попасть на корабль непосредственно перед взлетом, когда проверяющие уже покинут его борт, — прервал Намара Кир.

— Для этого надо приземлиться рядом с влетающим кораблем, не один диспетчер этого вам не позволит. А будете настаивать, обязательно что-нибудь заподозрят и могут сбить прямо на подлете.

— Это если будем садиться нормально, вот так, — вновь встрял в разговор Рик, проводя ладонью над столом и мягко опуская ее. — А вот если так… — Его ладонь вновь поднялась и, проплыв над столешницей, резко рухнула вниз.

Намар с удивлением посмотрел на скалящегося бортинженера и в его глазах вспыхнул огонек понимания.

— Безумие, — пробормотал он, нервно задергав кончиками ушей в разные стороны. — Подлинное безумие.

— Не беспокойся, Намар, я справлюсь, — улыбнулся Кир, заметив неприкрытое волнение в глазах друга. — В любом случае, другого нам не остается. Все гиперпириводные садятся на «Центральном»…

— А мы вот почему-то нет, — огрызнулся энгмарец. — Может просто плохо искали?

— Может, — не стал спорить Кирилл. — Но не забывай, что «Гера» несколько отличается от остальных космолетов. И в первую очередь тем, что ее гипердвигатели не нуждаются в столь тщательном обслуживании после каждого прыжка, как те что применяют корабли федерации. На Найраде же существует только три космопорта, где есть нужное оборудование и специалисты, — «Центральный» просто ближайший.

— Может все же следовало…

— Намар, — Кир вздохнул. — Что ты как маленький, сам же знаешь, что мы ограничены во времени и нам банально некогда здесь торчать, выискивая в других местах того кто согласится взять наших пассажиров. Мы и так тут уже почти три дня сидим, и с этим актером нам просто повезло, — он на мгновение замолчал, затем покачал головой и добавил: — К тому же не уверен, что в других космопортах ситуация лучше.

— И все же, не проще ли было немного подождать и не торопиться? Неужели тебе настолько важен контракт с Лайпидой, что ты готов рисковать жизнью этой девочки?

Кирилл поднял глаза, с удивлением посмотрев на раздраженного энгмарца, неожиданно осознавая, что он в чем-то прав. Намар ошибался в одном, не контракт с Лайпидой гнал его с этой планеты, а межзвездные врата, оставленные на планете системы Крога. Кир откинулся в кресле и несколько мгновений смотрел перед собой пустым взглядом, барабаня пальцами по столу, затем упрямо мотнул головой.

— Решение принято, Намар.

— Принято тобой, — лицо энгмарца исказила кривая ухмылка. — А с остальными посоветоваться ты не пробовал?

Кир угрюмо посмотрел на товарища, при этом в его глазах мелькнул стальной огонек непреклонности.

— «Ищущий», ты, кажется забыл, кто тут капитан? — произнес он тихим голосом. — Решение принято и точка.

Намар резко выпрямился, при этом его уши дернулись из стороны в сторону, затем плотно прижались к голове. Он бросил на Кирилла гневный взгляд и, резко развернувшись, направился к двери.

— Намар…! — Ай вскочила на ноги, но энгмарец даже не обернулся. Женщина понурила голову, а кончики ее ушей поникли, изредка подергиваясь. Она покачала головой и, осуждающе посмотрев на землянина, выбежала вслед за мужем.

Закт Активи с удивлением и непониманием наблюдал за происходящим, так как весь разговор происходил на незнакомом ему языке. Было ясно одно — в команде корабля возникло какое-то разногласие и это напрямую касалось его скромной персоны. А вообще конечно предложение сопроводить особу королевских кровей до одной из планет центрального сектора попахивало некой аферой, и было несколько неправдоподобно. Тем не менее, он согласился. Почему? Да потому, что просто стало любопытно. История, рассказанная капитаном Киром, была настолько неправдоподобна, что по ее мотивам вполне можно было снять очередной приключенческий фильм. Подумать только: атака неизвестного флота окраинной планеты, свержение законной власти, бегство юной наследницы знатного рода, преследование, тайные операции торгового конгломерата. Да тут материала может хватить на целый сериал. Мало того, если вся эта история правда, то его пошатнувшаяся в последнее время репутация могла взлететь просто до небес, — ради этого стоило рискнуть. В любом случае пока он ничего не терял и если что пойдет не так отказаться можно в любой момент. Хотя надо признать, что эти космики действительно странные. О таких разумниках он даже не слышал, хотя в свое время посетил много планет. Скорей всего это были «чужаки», но тогда почему ими до сих пор не занялись агенты Трабра[37]?

Вопросов больше чем ответов, но от это только еще интересней. Закт улыбнулся своим мыслям. На самом деле дать согласие его подвигло не меркантильное желание прослыть «спасителем принцессы», а нечто другое, — нечто почти позабытое. Нечто такое, что пробудило в его груди позабытые воспоминания о том времени, когда он сбежал из дома и, пробравшись на торговое судно, отправился в свой первый полет. Конечно же, далеко он не улетел. Его нашли почти сразу после старта и высадили на орбитальной станции, но вот то сладкое предчувствие настоящего приключения, тот адреналин, который бушевал в его крови, пока он прятался среди контейнеров с грузом, он запомнил на долгие годы. И это чувство ему понравилось, — он заразился им, подсел словно на наркотик. Это чувство вело его по жизни, заставляя бросаться в различные авантюры и, в конце концов, пробиться к вершине славы, а потом…потом он его потерял. Успокоился, завяз в делах, закрутился в водовороте обыденности, обрюзг, принялся пожинать лавры, или как говаривал один из его друзей: «растратил весь свой кураж». Активи вздохнул. Распахнувшаяся дверь заставила его отвлечься от мыслей и посмотреть на вошедших. На этот раз это был пожилой аларец вместе с двумя девочками лет пятнадцати, одна из которых принадлежала к его расе, а вторая явно была дочерью той странной пары инор чем-то похожих на огромных кошек.

— Господин Активи, — капитан о чем-то тихо разговаривающий с оставшимся в каюте торкленцем на своем непонятном языке, поднялся навстречу вошедшим. — Разрешите вам представить наследницу верховного лорда династии Ингма — Киану Ран Ингм и ее сопровождающего стер-тарка Вайнс Суйктуха.

Закт встал со своего места и почтительно поклонился. Аларец бросил изучающий взгляд на актера и, коротко кивнув в ответ, а девочки непонимающе переглянулись и с вопросительным видом дружно уставились на капитана.

— Вы им разве не сказали? — спросил тот у их сопровождающего.

Суйктух молча покачал головой.

— Понятно.

Капитан повернулся к девочкам.

— Киан, дальше вы полетите с господином Активи.

— Как? — глаза аларки удивленно расширились. — Но почему…

— Потому что в данный момент наш путь лежит в противоположную сторону от Центрального сектора, — прервал ее тот, ласково улыбнувшись и тут же добавил: — Извини. Давай собирайся, прощайтесь с Эйрой и в путь, на все про все у вас три часа…

— Дядя Керк!

Капитан повернулся к подскочившей к нему девочке-кошке.

— Давай без возражений Эйр, решение уже принято. А теперь извините, мне надо вас покинуть, — он потрепал девочку промеж ушей и быстрым шагом вышел из каюты.

— Что ж все слышали капитана, — продолжавший сидеть в кресле Рик осмотрел оставшихся, затем повернулся к Закту. — Господин Активи, надеюсь, вы не передумали…

— Киан, это же рейк-командер Нарт! — девочка-кошка одним гибким движением оказалась рядом с Зактом. — Это ведь, правда, вы?

Активи неожиданно почувствовал, как на его лицо наползает идиотская улыбка, — всегда приятно, когда тебя узнают, тем более что в последние годы это случалось все реже и реже. Сериал про Нарта окончательно выродился, найдя себе прибежище на второсортных каналах заштатных планет, а новые роли не приносили былой славы.

— Это правда я, — ответил он. — А вы, молодая госпожа, смотрели мой сериал?

— Конечно, все серии, у меня в каюте куча пластформ, пойдемте, покажу, — она схватила Закта за руку и потянула за собой. Активи в растерянности посмотрел на бортинженера, но тот только понимающе усмехнулся и кивнул.

— Через полчаса я вас жду у трапа. Нам еще надо добраться до «Центрального».

— Хорошо, — Активи на секунду замялся. — И «да», я не передумал, — он обернулся к почему-то понурившейся аларке и, почтительно склонив голову, добавил: — Рад буду помочь вам, ваше высочество.

Девочка подняла голову и, посмотрев на застывшего в почтительно поклоне актера, слабо улыбнулась.

— А мы ведь с вами уже встречались, господин Активи, — неожиданно сказала она. — И вы даже давали мне автограф. Это было пять стат-лет тому назад. Я тогда с отцом летала на Этейру, к дяде Старну, а вы были у него в гостях.

— Старну? — Закт удивленно посмотрел на аларку. — Сенатор Старн вы имеете в виду? — В его глазах мелькнул огонек узнавания. — Так вы та самая юная леди, с которой я танцевал у него на балу?

Киана кивнула.

— Да, господин Активи, просто с тех пор я немного выросла.

Кирилл обессиленно откинулся на спинку кресла, чувствуя как липкие капли пота скатываются по вискам. Сегодня приступ был особо сильным, и пришлось даже прибегнуть к обезболивающему. Не смотря на это, голова продолжала гудеть и в этом гуле то и дело проскальзывали обрывки трудно разбираемых фраз.

— Что же ты мне хочешь сказать, о чем предупредить? — пробормотал Кир, вытирая ладонью пот и с трудом поднимаясь на ноги.

Доплетясь до кровати, он буквально рухнул на нее ничком и, оттолкнув подголовный валик в сторону, уткнулся лицом в мягкий матрас. Боль потихоньку отступала и Кир почувствовал как глаза начались слипаться. Вспышка.

Темный океан сегодня был неспокоен, «ворча» и «ворочаясь» внизу, словно какое-то огромное живое существо. Ветер налетал холодными порывами, срывая со странных светящихся цветов небольшие огоньки, унося их в укрытое тучами небо, сквозь разрывы в которых проглядывали крупные звезды. Далекий город на берегу все так же манил огнями, но Кир знал, что дойти до него невозможно. Он уже много раз пытался сделать это, и каждый раз возвращался на знакомый холм. Странный сон, — непонятный. Он вздохнул и, поежившись от очередного порыва ветра, застегнул куртку. На миг в голове всплыли воспоминания.

Он сидит на кушетке, а вокруг его головы медленно плавают три датчика медицинского диагноста. Смуглый седовласый доктор, с интересом смотрит на экран и, что-то задумчиво хмыкнув себе под нос, качает головой, затем поворачивается в его сторону.

— Я думаю с тобой все в порядке, — говорит он, отключая аппарат. — Твои сны конечно странное явление, но ничего экстраординарного я в этом не вижу. Раньше наши предки сказали бы, что ты общался с богами, сейчас же…

Доктор разводит руками.

— Богами? Док, вы в это верите?

Врач несколько мгновений смотрит на него пристальным взглядом, затем неопределённо поводит плечами.

— С моей профессией можно поверить не только в это. Ну, если не хочешь думать о богах, давай перефразируем и скажем так… Ты смог подключиться к единому информационному полю вселенной, насколько я знаю, про него сейчас даже в школах рассказывают.

— Рассказывают, да только бред это все…

Ему на миг становится смешно. Неужели этот врач всерьез верит в такие вещи. Он с трудом сдерживает рвущуюся на лицо улыбку и, натягивая рубашку добавляет:

— Пока идут только разработки нужных аппаратов, причем давно уже идут. А вообще об этом поле известно еще с двадцатого века. В двадцать втором его существование доказали математически, а в двадцать четвертом предпринимались попытки его считать, только до сих пор все это из разряда: «возможно».

— Понятно, — доктор почему-то смеется. — Ну, тогда у тебя это просто на нервной почве и от богатой фантазии. Так устраивает?

Тихий шелест травы позади, заставил его вынырнуть из омута воспоминаний и резко обернуться, — никого. Усмехнувшись, он скрестил руки на груди и бросил в никуда:

— Ветрено сегодня.

— Да, — голос Невидимки послышался откуда-то из-за правого плеча. — Здесь это редкость, но цветам полезно. В такие дни их семена улетают на много километров.

Кир обернулся и, проследив глазами за взмывающими в небо огоньками, понимающе кивнул.

— Красиво… — он пару мгновений помолчал, затем вздохнув, спросил: — Можно вопрос?

— Конечно.

— Почему я постоянно оказываюсь здесь? Что это за место? Это сон или явь?

— Тут целых три вопроса. Впрочем, на два последних я не могу тебе дать ответа, — извини, — в голосе Невидимки почему-то слышны нотки грусти. — А вот насчет первого… Загляни в себя и поймешь, думаю, ответ известен тебе самому.

Кир несколько минут стоял молча, подставляя лицо налетающим порывам ветра, затем тяжело вздохнул и пробормотал тихим голосом:

— Я вновь запутался, потерялся. Не знаю что делать. Чувствую, что команда распадается, и ничего не могу с этим поделать, не могу понять…

— А что тут понимать, — Невидимка вздыхает. — Нити ваших жизней переплелись в плотный клубок, но все же их судьба не твоя судьба. Пришло время, каждому из вас идти своей дорогой. Ты просто должен это понять.

— Я понимаю…Думал об этом. Но что я должен сделать, как поступить?

— Тебе решать, Искатель, только тебе, — голос Невидимки стал удаляться, — тут я тебе не советчик, я ведь всего голос во сне…бесплотный голос. Решай. Время пришло.

Кир вздрогнул и, открыв глаза, перевернулся на спину. Несколько минут он смотрел на змеящиеся по потолку световые линии, светящиеся бледно-голубым светом, затем резко сел.

Рик сидел в кресле, со скучающим видом выслушивая обмен любезностями между Активи и Кианой, пока слабый писк эйпера не привлек его внимания.

— Слушаю.

— Рик, ты еще на корабле?

— Да, капитан.

— Тогда прежде чем отправляться загляни ко мне на пару минут, обсудим все тонкости. А то Намар кое в чем прав — слишком мы уж рискуем. Надо чтобы все задуманное прошло гладко.

— Уже бегу, кэп. — Давор поднялся и, проходя мимо разговаривающего с девочками актера, бросил: — Полчаса.

Активи скосил на него глаза и коротко кивнул.

Глава 11

Красная лампочка на пульте пару раз мигнула, а в наушнике коротко пискнул сигнал вызова, заставивший диспетчера спешно щелкнуть тумблером приема.

— Башня слушает.

— Это «Атранс» проверку прошел, разрешите начать подготовку к старту?

— Принято «Атранс» ждите, — он нажал на кнопку ожидания и, развернув кресло, вопросительно посмотрел на стоявшего позади офицера «МеКТоКа».

Тот поднес руку к уху, в котором был вставлен наушник рации и, бросив усталый взгляд на ожидавшего его решения диспетчера, отошел к двери. Пару минут он полушепотом о чем-то говорил своему «невидимому» собеседнику, затем вернулся на прежнее место и коротко кивнул:

— Пусть взлетает.

Диспетчер послушно отжал кнопку удержания вызова.

— «Атранс» взлет разрешен. Горизонт чист. У поверхности ветер умеренный. На двенадцати тысячах возможны сильные порывы до двадцати пяти локов в секунду. Открываю тридцати минутное окно.

Он нагнулся над встроенным в пульт большим экраном и специальным стилусом сделал на нем необходимые пометки, тут же отправленные всем воздушным бортам находящимся вблизи космопорта. Вложив стилус в магнитный захват на подлокотнике кресла, он раздраженно покосился на мековца и уставился на экран радара, испещрённый разноцветными линиями и движущимися по ним и между ними синими треугольниками.

Неожиданно в наушниках пронзительно защелкал сигнал предупреждения о возможной опасности, заставивший диспетчера сперва непонимающе посмотреть на экран, а затем вновь схватиться за стилус. Судорожно ткнув им в появившуюся невесть откуда новую метку, пылающую ярко-красным цветом, он пододвинул усик микрофона ко рту.

— Неизвестный борт, это башня Центрального, назовите себя.

В наушниках раздался лишь какой-то хаотичный шум.

— Борт, вы находитесь в зоне взлета, прошу немедленно покинуть ее. Борт, слышите меня.

— Не…огу поврежд… двигатели, нужна срочная пос. ка. Дайте пел…на свобод. ую площадку, — голос в наушниках едва прерывался сквозь пронзительный треск помех.

Диспетчер коротко выругался и, сорвав наушники, повернулся к сидевшему за соседним пультом напарнику.

— Тикс, у нас черезвычайка. Отведу его на десятую. Вызывай команды.

Тот, кого назвали Тикс, бросил взгляд на свой монитор, и понимающе кивнув, спешно защелкал тумблерами, что-то забормотав в свой микрофон.

— Что-то случилось? — холодно поинтересовался мековец, заставив диспетчера нервно поморщиться.

— Чрезвычайная ситуация. Борт просит срочной посадки. Похоже у них какая-то авария. Не могу понять, связь плохая, — бросил он, орудуя стилусом на экране.

— Что за судно? Откуда?

— Да почем я знаю! — сорвался диспетчер. — Судя по линейным какой-то челнок.

Он щелкнул тумблером.

— Борт, это башня, пеленг передан, садитесь.

— Б..шня вас по…ял, иду на пос….

Голос резко оборвался, а метка, моргнув, исчезла. Диспетчер пару мгновений точно завороженный смотрел на экран радара, затем сорвал наушники и, вскочив с кресла, подбежал к идущему по периметру башни широкому окну. У дальнего края поля, покачиваясь под порывами ветра, ввысь поднимались густые клубы черного дыма. Из-за них, похожая на причудливого вида гигантский гриб, вынырнула туша «Атранса» и, на какую-то секунду зависнув на «прыгунах», медленно устремилась в светлеющее утреннее небо.

Взвизгнув шинами, оранжевая туша пожарной машины, резко затормозила и, развернувшись, медленно вползла в пустой полуразрушенный ангар. Двери распахнулись и из них выпрыгнули две фигуры, облаченные в мешковатые серые комбинезоны и массивные серебристые шлемы.

— Рип, спасибо тебе, за мной должок! — крикнула одна из них, приоткрывая забрало шлема.

Из кабины донеслось какое-то невнятное бормотание, после чего машина сорвалась с места и исчезла за углом.

Кирилл проводил глазами отъезжающую пожарку и, вздохнув, стянул с головы защитный шлем.

— Ну как все прошло, кэп? — спросил Рик, следуя его примеру.

— Нормально, — ответил Кирилл, растягивая молнию пожарного комбинезона. — Когда бросил челнок к земле, Киана немного испугалась, да и перегрузкой изрядно приложило, но девочка она действительно сильная. Я уж боялся, что этому Активи ее придется на руках до корабля нести, а она быстро в себя пришла. Да и ты молодец. Полыхнуло так, что аж страшно стало.

— Десять брусков термита в нужных местах. Думаю, там даже собирать нечего будет. Но челнок все равно жалко, — вздохнул бортинженер. — Хорошая машинка была, надежная.

— Да брось ты, — махнул рукой Кир, направляясь к стоявшему в глубине ангара скраберу: — Этот челнок летал уже на честном слове. К тому же Суйктух нам столько номиналов отвалил, что пару таких купить сможем.

— Ага, это если его чеки еще обналичат, — заметил Рик, направляясь следом.

— Будем надеяться. А если и нет, — Кирилл пожал плечами, — что с того? Ну, будем считать, что просто помогли хорошим разумникам выбраться из затруднительного положения.

Рик в ответ только что-то недовольно буркнул себе под нос и принялся торопливо стягивать свой комбинезон. Кир покосился на бортинженера, понимающе усмехнулся и, повернувшись к планетоходу, провел пальцами по извилистым сенсорным линиям на двери, заставив ту откинуться наружу, превращаясь в некое подобие трапа.

Похожий на огромную рыбу дайтанский космолет вынырнул из раскинувшегося до горизонта «облачного моря». Некоторое время он плыл над ним, словно в задумчивости, потом резко ушел ввысь, почти сразу же превратившись в маленькую черточку в бездонной синеве неба.

— Высота полторы тысячи харов, скорость три тысячи, атмосферу пройдем через пять минут, — доложила асторка, пальцы которой буквально «порхали» над пультом, словно руки какого-нибудь пианиста-виртуоза. — Переход на маршевые двигатели прошел нормально. Мощность двадцать процентов. — Капитан, будут какие-нибудь указания? — Руки девушки на мгновение зависли в воздухе.

— Нет, продолжай в том же духе.

— Принято.

Хвост асторки взвился над спинкой кресла и принялся покачиваться в такт движения ее пальцев. Кирилл завороженно наблюдал за его причудливым танцем, гадая чтобы это значило, ибо такое он наблюдал впервые. Судя по виду Рика, который то и дело косился на девушку, растерянно потирая свои лобные наросты, удивляло это не только его одного.

Сигнал вызова по внутрикорабельной связи, заставил его прервать созерцание танцующего хвоста и, нажав кнопку приема, перевести свое внимание на монитор где уже маячило встревоженное лицо Намара.

— Керк, срочно нужна помощь Рика.

— Что-то серьезное?

— Проблемы с третьим и четвертым двигателем. Пошел перегрев. Не могу понять, в чем проблема, похоже, сбоят решетки синхронизатора. Хотя мощность пока держат.

— Этого еще не хватало.

Кирилл мысленно чертыхнулся. Выход из строя двух из четырех маршевых двигателей грозил походом через шлюз, так как на оставшихся скорость для гиперпрыжка набрать будет весьма проблематично.

— Ладно. Сейчас пришлю, мы тут с Тайк и сами справимся, — бросил он, отключая связь и поворачиваясь к задумчиво пялящемуся на асторку торкленцу. — Рик, давай в двигательную.

Бортинженер непонимающе оглянулся.

— У Намара какие-то проблемы. Говорит что-то не так с третьим и четвертым маршевиком, но разобраться не может.

— Шардзым! — выругался тот, быстро вскакивая со своего места и выбегая из рубки.

— Капитан, мы за пределами атмосферы, — подала голос асторка. — Ложусь на орбиту и начинаю расчет курса для перехода в надметрику.

— Тайк, учитывай, что пойдем на двух движках. Я, конечно, надеюсь, что Рик с Намаром их починят, но на всякий случай…

— Хорошо…Кирилл, — асторка склонила голову в бок, а цвет ее рожек с коричневого сменился на фиолетовый. — Я…

Мелодичный сигнал внешнего вызова, заставил ее прерваться и резко вскинуть голову.

— Капитан, — рядом с креслом появилась Гера, — у нас гости. Судя по отраженным сигналам мековские ханлайнеры. Идут в стелс-режиме, причем поля держат на максимуме, поэтому заметила слишком поздно, — в голосе электронной девушки проскользнули нотки извинения.

— Понятно, — Кир нахмурился. — Выведи их на центральный и прими входящий, посмотрим, что им от нас нужно. Хотя я и так догадываюсь.

Центральный экран, занимающий всю переднюю стенку рубки, разделился на три неравные части, на одной из которых появилось коренастая фигура нигранца[38] в зелено-серой форме офицера МеКТоКа.

— Космолет «Гера», приказываю вам заглушить реакторы и лечь в орбитальный дрейф.

— С чего бы это? — хмыкнул Кирилл. — Я вроде не работаю на Конгломерат и не обязан подчиняться его приказам.

Волосы нигранца, похожие на тонкие полупрозрачные трубки, раздраженно дернулись.

— По нашим сведениям вы укрываете на своем борту беглых преступников, и мы требуем предоставить нам доступ на ваш корабль для досмотра.

— В порту нас уже досматривали и никого подобного среди экипажа не обнаружили. Можете запросить землю. К тому же, насколько мне известно, данная планета не входит в зону ответственности Конгломерата, а вне данной зоны меня могут досматривать только силы СиБЭЗа.

— Тем не менее, я требую…

— Да плевать мне на ваши требования, — бросил Кир и, отключив канал внешней связи, протянул руку к закрепленному на воротнике треугольнику СВСки. — Рик, что там с реакторами.

— Дело дрянь, кэп. Потоковые кольца почти накрылись. Я сейчас перебрасываю часть энергии с рабочих, но мощность упадет в разы. На прыжок нас хватит, но и только. Впрочем, в обычной метрике ползать сможем, правда, не так быстро как обычно. В любом случае нам здесь таких не достать, придется на пару месяцев ставать на прикол и делать заказ.

— Понятно, ладно, работайте. Гера, что там мековцы?

— Один встал на параллельную орбиту, два других идут следом. Ощущаю маломощные импульсы, похоже, что нас берут в прицел.

— Твою ж, — Кир растерянно потер переносицу. — Похоже, если начнем уход с орбиты, откроют огонь. Гер, попробуй связаться по общему коду с сибэзовцами. Наверняка ведь кто-нибудь из них в системе пасется.

— Уже, капитан, — улыбнулась голограмма. — На геостационаре висит их крайтер. Вызвать?

— Да, — кивнул Кирилл, задумчиво разглядывая угловатые обводы мековских космолетов похожих своим видом на огромные буквы «V». — И выведи на мои мониторы.

С легким шуршанием в потолке раскрылась ниша, откуда выдвинулись два дугообразных монитора и, зависнув на уровне глаз, разошлись в стороны, замерев по обе стороны от кресла. На одном из них вспыхнула зеленая точка входящего сигнала, тут же уступив место изображению стоявшего на небольшом возвышении пожилого торкленца в темно-синей форме. За его спиной виднелся огромный экран, усеянный какими-то графиками, изображениями различных кораблей и проекциями звездного неба, вдоль которого расположилось несколько операторов.

— Космолет «Гера», бортовой номер «3789терна3», это капитан Марнар, патрульный крайтер «Энвенс-Эк». У вас что-то случилось?

— Да капитан. В данный момент нахожусь на орбите планеты, где меня преследуют три корабля МеКТоКа. Их командир уверяет, что у меня на борту находятся беглые преступники, хотя кроме членов экипажа тут никого нет. Судя по тому, что сообщает мой компьютер, они взяли нас на прицел. Прошу помощи.

— Вы в этом уверены?

— У моего корабля довольно чуткие сенсоры, капитан.

Токленец нахмурился.

— Ясно. Можете обеспечить трехстороннюю связь.

Кирилл покосился на Геру, которая склонила голову набок, а ее волосы заколыхались словно от порыва легкого ветерка, и коротко кивнул.

— Да могу, сейчас вызову.

На втором мониторе появился уже знакомый Киру офицер МеКТоКа. Впрочем, вполне возможно, что это был и другой. Для Кирилла отличить друг от друга разумников некоторых рас порой было довольно трудно.

— Корабль МеКТоКа, это патрульный крайтер СиБЭЗа «Энвенс-Эк», вы меня слышите?

Нигранец несколько мгновений молчал, косясь куда-то вправо на что-то находящееся за пределами видимости камеры, затем быстро дернул плечами друг к другу, что, судя по всему, означало знак согласия.

— «Энвенс-Эк» это командующий трейком[39] артал[40] Торус. Мы вас слышим.

— Артал, я хотел бы получить объяснения по сложившейся ситуации и узнать, почему вы ведете преследование данного корабля. В противном случае мы должны будем вмешаться.

— Вы уверены, что ваше вмешательство поможет? — безгубый рот нигранца скривился в некоем подобии презрительной ухмылки.

— Хотите попытаться? — в голосе торкленца скользнули ледяные нотки.

— Что вы, капитан, помилуй меня Великие Созидающие…

— Капитан, крайтер СиБЭЗа перешел на среднеорбитальную орбиту и идет на сближение, — голос Тай заставил Кира отвлечься от мониторов и бросить взгляд на центральный экран, где появилось изображение сигарообразного корабля. Кирилл облегченно вздохнул и с благодарностью посмотрел на торкленского капитана.

— …и, тем не менее, я настаиваю, что имею право задержать этот космолет и даже прибегнуть к силовому захвату в случае неподчинения, в связи с тем, что на борту этого корабля находится беглый преступник, нанесший значительный материальный урон Конгломерату.

— И кто же это?

— Некий Рикан кер Нум Давор бывший бортмеханик второго класса, торгового корабля «Таурис», гильдии свободных торговцев Аркаса. Он был осужден на тридцать стат-лет каторжных работ, но, не отбыв и половину срока, бежал.

Сибэзовец нахмурился.

— Почему вы уверены, что он на этом корабле?

— Позвольте, я передам вам все данные, а заодно свой личный номер, чтобы подтвердить свои полномочия.

Кирилл, наблюдавший за этой беседой, мысленно выругался. Такого поворота события он не ожидал. Несмотря на скандал с мековской базой на Энгмаре, с Рика действительно до сих пор не были сняты ложные обвинения. Некогда его торговый корабль преследовал транспорт Конгломерата в надежде, что тот выведет их к планете с дайтанскими артефактами, а в результате эта погоня привела их прямо в лапы мековского патруля. Те недолго думая взяли нахальный космолет на абордаж и, перебив половину экипажа, отправили выживших в тюрьму, обвинив их в нападении на какую-то окраинную колонию и убийстве мирных жителей. Обвинения были довольно серьезными, ибо за подобные преступления любой разумник объявлялся вне закона, и на него начиналась настоящая охота. Кирилл скрипнул зубами. Мековцам нужна была причина для нападения — официальная причина и, к сожалению, она у них была. Сейчас они действуют по закону и патрульный навряд ли будет им мешать, скорей уж поспособствует в случае чего.

— Не могу вам препятствовать, — словно в подтверждении его мыслей раздался голос торкленского капитана. — Однако все же настаиваю, чтобы огонь вы открывали только в случае прямого неповиновения.

— Естественно, капитан, естественно, — довольно оскалился нигранец. — Именно так и будет, в случае прямого неповиновения.

Капитан патрульного крайтера бросил быстрый взгляд на Кира и в его глазах мелькнули искорки сочувствия. Землянин зло впечатал кулак в мягкий подлокотник кресла, быстро перебирая в уме варианты дальнейших действий. Несмотря на все преимущества «Геры», бой с тремя мековскими ханлайнерами, да еще на низкой орбите, где возможность для маневра куда меньше чем в открытом пространстве, был бы чистым самоубийством. К тому же проблемы с двигателями…Конечно, можно было попытаться уйти в атмосферу, приземлиться где-нибудь и, оставив космолет, затеряться среди множества туристов, однако эту мысль Кир отверг сразу. Бросать «Геру» он не собирался. И дело тут было не только в том, что хранящаяся в закрытых блоках ее памяти информация, возможно, была его единственной надеждой на возвращение. Он просто сроднился с этим кораблем, сросся с ним душой. К тому же однажды он уже потерял одну Геру… Кирилл вздохнул, отгоняя видение яркой вспышки над морем, и с хрустом сжал кулаки. Из сложившейся ситуации был только один выход, хоть и весьма рискованный. Только вот имел ли он право подвергать опасности остальных членов экипажа? На миг перед его внутренним взором встала заплаканная мордашка Эйры, которая расстроилась из-за отлета Кианы. Черт! Кир скрипнул зубами. Что же делать? Сдача мековцам тоже ничего хорошего не сулила; об их варварском обращении со своими пленниками и теми, кого они считали преступниками, ходили весьма пугающие истории. Говорили об избиениях, пытках, биологических экспериментах и практически рабском положении многих заключенных, которых корпорация использовала для различных работ на своих базах. Впрочем, о последнем факте Кирилл сам знал не понаслышке. Перед глазами был пример Рика, который как раз сбежал с подобной каторги на Энгмаре. А уж как использовали на мековских базах заключенных женщин, Давор рассказывал много раз. И ведь эти гады могут не пожалеть даже Эйру. Кирилл резко выпрямился в кресле, чувствуя, как отступает последняя тень сомнения и решительным голосом скомандовал:

— Гера, самую малую мощность на носовые излучатели. Цель патрульный крайтер.

Мековец на экране непонимающе вскинул брови, а сибэзовец на мгновенье нахмурился, затем в его глазах вспыхнул огонек понимания, а губы коснулась легкая улыбка.

— «Поисковик», вы понимаете, что хотите сейчас сделать? — спросил он.

Кир коротко кивнул.

— Гера, три импульса, беглым, огонь.

Изображение торкленского корабля на миг полыхнуло разноцветными сполохами, показывающими срабатывание защитного поля, а лицо мековца на экране вытянулось от удивления.

— Космолет «Гера» бортовой номер «3789терна3», — в голосе капитана патрульного корабля зазвучали официальные нотки. — Вы подвергли нападению боевой космолет СиБЭЗа. Требую заглушить реакторы, лечь в дрейф и ожидать прибытия абордажной команды. В случае неподчинения буду вынужден открыть огонь на поражение.

— Мы подчиняемся, капитан, и заранее приносим извинение за это досадное недоразумение, — ответил Кир, с победной усмешкой смотря на офицера МеКТоКа, до которого, судя по его несколько ошарашенному виду, только сейчас стала доходить суть происходящего.

Хрипло выругавшись на торкленском, он бросил на ухмыляющегося землянина уничтожающий взгляд и отключил связь. Угловатые туши мековских ханлайнеров тут же стали медленно отворачивать в разные стороны, посверкивая сполохами маневровых двигателей. В это же время от сигары патрульного корабля отделилась черточка десантной капсулы и неторопливо поплыла в сторону «Геры».

— Капитан, вы рисковали, — как всегда невозмутимым голосом заметила асторка, разворачивая свое кресло, и пристально смотря на Кира своими бездонно-черными глазами.

— Я знаю, Тайк, я знаю, — Кир обессиленно откинулся на спинку, чувствуя легкую нервную дрожь в теле. — Выбора все равно особого не было.

Девушка пару минут не сводила взгляда с капитана, при этом ее рожки стали дымчато-серыми, затем коротко кивнула и повернулась обратно к пульту.

— Мы могли бы попытаться уйти, — бросила она. — Наша «Гера» куда быстрее мековских «банок».

— Не в этой ситуации, Тайк, — понимающе улыбнулся Кир, потянувшись к кнопке внутренней связи. — Реакторный, Рик, глуши двигатели.

— Что-то случилось, кэп? — раздался из динамика удивленный голос бортинженера.

— Да, кое-что. Глуши движки и готовься встречать гостей.

— В смысле?

— В прямом, — ответил Кирилл уклончиво. — Выполняй приказ, все объяснения потом.

Он отключил связь и несколько минут угрюмо смотрел на экран, следя глазами за приближающейся капсулой, затем тяжело вздохнул и, протянув руку к воротнику, нажал пальцем в центр треугольника СВСки.

— Всему экипажу. В данный момент мы ожидаем прибытия абордажной команды с патрульного крайтера СиБЭЗа. Прошу соблюдать спокойствие и не оказывать сопротивление. Так было нужно.

Кирилл убрал палец и, деактивировав СВС, отцепил ее от куртки, кинув серебристый треугольник на пульт. Откинувшись в кресле, он повернул голову и устало посмотрел на стоявшую рядом с креслом рыжеволосую девушку.

— Гера, пока сибэзовцы на борту, постарайся не показываться им на глаза. И вообще, будь паинькой. — Хорошо, Кирилл, — кивнула голограмма, — но если они попытаются тебе навредить. — Глаза девушки полыхнули призрачным пламенем.

Землянин молча улыбнулся.

Дверь его каюты, на целых три недели превратившейся в камеру заключения, с легким шелестом ушла в сторону, заставив Кирилла отложить в сторону книгу и подняться с кровати. Появившийся на пороге охранник, обвел каюту прищуренным взглядом, на миг задержал его на землянине и, шагнув в сторону, пропуская внутрь стоявшего за ним пожилого торкленца в темно-красном костюме.

— Рад вас снова видеть, капитан Керк, надеюсь, вы будете не против, если я нарушу ваше уединение?

— Думаю, что нет, господин Лайпида, вам я всегда рад, — ответил Кирилл, привычно приветствуя торкленца жестом «вольных торговцев».

— Что ж и я рад нашей встрече, — Лайпида окинул взглядом каюту и, подойдя к стоявшему у небольшого столика креслу с накинутой на его спинку курткой, опустился в него: — Да, хочу сразу поблагодарить вас за эрсна. Наши биологи говорят, что это превосходный экземпляр.

— Рады были помочь и спасибо, что откликнулись на мой вызов.

— Пустяки, господин Керк, пустяки. К тому же я должен был забрать свой заказ, — он растянул свой рот в синезубой улыбке и, с прищуром посмотрев на Кира, добавил: — Только вот почему-то мне кажется, что вы и так были уверены в моем прилете. Или я не прав?

— Правы, — не стал отрицать Кирилл. — Не зря же вы так опекали нас все последние годы. Судя по всему, чем-то мы вам интересны, господин Лайпида. Так что не думаю, что вы бы нас бросили на произвол судьбы.

— «На произвол судьбы», — Лайпида хмыкнул. — Какой интересный речевой оборот, господин Керк, думаю надо его запомнить. Хотя в своих выводах вы не ошиблись. Я действительно давно наблюдаю за вами. Хотите знать почему?

— Думаю, я догадываюсь, — улыбнулся Кирилл: — Служба у вас такая.

Авайт откинулся на спинку кресла и несколько минут молча разглядывал стоявшего напротив землянина, затем покачал головой.

— И давно вы это поняли?

— Ну, догадаться было не так уж трудно, — ответил Кир, усаживаясь обратно на кровать. — Вы всегда демонстрировали достаточную осведомленность в моих делах, к тому же ваши возможности намного превосходят возможности любого другого разумника. Вы вхожи в различные эшелоны власти, вам беспрекословно подчиняются многие политики и военные, а некоторые законы Федерации не являются для вас указом. Это говорит лишь о том, что вы обладаете определенными полномочиями, и сегодня это еще раз подтвердилось. Весь вопрос лишь в том насколько велики эти ваши полномочия и достаточно ли их для того чтобы меня отпустили.

— Поверьте, господин Керк, их вполне достаточно, — сказал Лайпида, извлекая из внутреннего кармана костюма знакомую Киру коробочку с шариками укаса и трубочками огуры. Аккуратно развернув обертку из фольги, он неторопливо скатал темную массу в некое подобие тонкой «колбаски» и, вставив ту в трубочку, поднес к ее кончику зажигалку. Кирилл терпеливо ждал, отрешенно наблюдая за этим процессом. Наконец Авайт пару раз глубоко затянулся и, выпустив в потолок тонкую струйку дыма, посмотрел на землянина оценивающим взглядом, словно решая, стоит ли им продолжать разговор.

— Давайте начистоту, господин Керк, — наконец сказал он, — думаю, смысла таиться больше нет. Я действительно все эти годы наблюдал за вами, ну точнее не я сам конечно, а мои люди. Почему спросите вы?

— Да уж, хотелось бы узнать, — усмехнулся Кирилл. — Хотя с одной стороны я этот интерес понимаю; разумник неизвестной расы на звездолете древней цивилизации и все такое… Но все равно. Если честно, то я сперва даже был несколько удивлен, почему местные спецслужбы не схватили меня и не упрятали куда подальше.

— За это стоит благодарить вашего профессора, — ответил Авайт, отламывая истлевший кончик палочки пальцами своей биомеханической руки и аккуратно ложа его на стол. — Ведь именно благодаря его показаниям о произошедшем на Энгмаре было решено обождать с арестом и ограничиться обычным наблюдением. Хотя, признаюсь, противников этого решения было много. Некоторые до сих пор считают вас разведчиком чуждой расы, причем возможно враждебно настроенной.

— Значит все-таки профессор, — Кир покачал головой. — Не ожидал. Я думал это Тайк.

— Не стоит его винить.

Кирилл пожал плечами.

— Я и не виню. Лайнос слишком много сделал для меня, слишком во многом помог, а значит, у него был повод поступить подобным образом. Лучше скажите, почему именно сейчас вы решили мне открыться. Уверен, могли бы нас вытащить и без личного визита.

— Мог бы, — согласно склонил голову Лайпида. — Однако на этот раз обстоятельства сложились таким образом, что нам нужно было срочно встретиться.

Он бросил быстрый взгляд на стоявшего у двери охранника и тот тут же распахнул ее, впуская внутрь низкорослого молодого торкленца в серо-черной форме «Трабра». Он покосился на Кира и, смущенно поправив узкую полоску оптической ленты, просеменил к Лайпиде, протянув тому небольшую бумажную папку. Тот взял ее и, открыв, достал оттуда несколько фотографий. Быстро перебрав их, он протянул одну Киру.

— Посмотрите, господин Керк, узнаете?

Кирилл поднялся с кровати и, взяв фото, пару минут разглядывал изображенную на нем огромную оплавленную воронку, затем вопросительно посмотрел на своего собеседника.

— И что же я тут должен узнать?

— Это то самое место, где вы недавно обнаружили действующий портал дайтанцев. Профессор сообщил нам об этом, едва узнал от вас. Мы сразу же послали разведдрон. Фото получено два дня назад.

— Но кто это сделал? — Кирилл растерянно посмотрел на Лайпиду, чувствуя, как внутри тает призрачная нить надежды на возвращение домой.

— Точно сказать не могу, — покачал головой торкленец. — Но думаю, что за этим стоят те, кого я называю «Незримыми».

— Незримые?

— Да, господин Керк, «Незримые». Кто они, или что они, нам пока неизвестно, но их вмешательства в дела Федерации мы с каждым годом наблюдаем все отчетливее и отчетливее. Причем чаще всего эти вмешательства ведут к хаосу и большим жертвам среди разумников различных рас, — торкленец тяжело вздохнул и, вернув папку своему помощнику, глазами указал тому на дверь. Тот прижал раскрытую ладонь ко лбу и почти бегом покинул каюту, причем вместе с охранником.

— Знаете, господин Керк, — продолжил Лайпида, едва они остались одни, — сперва я принял вас за одного из этих «Незримых» и даже обрадовался, что враг, наконец-то обрел, так сказать, плоть. Но потом, наблюдая за вами, я понял что ошибся, — вы к ним явно не относитесь. Однако…

Он растерянно посмотрел на потухшую трубочку огуры, от которой остался лишь небольшой кусочек, и аккуратно положил его на стол рядом с огарком.

— … однако я понял одно. Эти «Незримые» почему-то вами сильно интересуются и то и дело вмешиваются в ваши поиски. Насколько мне известно, вы это тоже почувствовали.

Кир согласно кивнул.

— Да, было дело. Давайте скажем так: я несколько раз сталкивался с ситуацией, когда кто-то явно специально препятствовал мне в получении нужной информации. Несколько раз пытался выяснить кто это, но тщетно. Хотя у меня создалось стойкое ощущение, что кто-то очень не хочет, чтобы я нашел дорогу домой.

— Причем настолько сильно, господин Керк, что уничтожает портал термоядерной бомбардировкой, а после этого натравливает на вас Конгломерат. Но интересно другое: дело в том, что в случае вашей сдачи капитан мековцев имел прямой приказ вас уничтожить.

— Меня? — удивился Кирилл.

— Да, именно вас. Причем этот приказ поступил прямиком из сектор-штаба МеКТоКа. Интересно, не правда ли?

— Считаете, что Конгломерат имеет отношение к этим вашим «Незримым»?

— Не уверен, хотя все может быть. Тут важно не это. Судя по всему «Незримым» вы почему-то больше не нужны и они решили от вас избавиться.

— Думаю, так просто это у них не получится, — Кирилл криво усмехнулся.

— Просто или не просто, в конце концов, они вас достанут, господин Керк, поверьте, — бросил Авайт, устало потирая пальцами надбровные дуги. — Это всего лишь вопрос времени. Лишь тот факт что ни смогли послать на ваш перехват трейк хайнлайнеров, уже о чем-то говорит. Подумайте.

Кир задумчиво посмотрел на своего собеседника, прекрасно понимая, что тот прав. Судя по всему, за них решили взяться и всерьез. Сперва нападение таинственных кораблей, затем непонятный чужак около врат, а теперь еще и мековцы, — слишком часто. Только вот кто за этим стоит? Может все проще и эти «Незримые» тут не причем? За прошедшие годы они и так достаточно насолили Конгломерату, чтобы тот, в конце концов, решил избавиться от надоедливых «поисковиков», которые частенько суют нос не в свои дела. Что ж, тоже вариант, хотя и версию Лайпиды не следовало скидывать со счетов. Кирилл прошелся по каюте и, бросив взгляд на внимательно наблюдавшего за ним торкленца, спросил:

— Что вы предлагаете?

— Объединить наши усилия, — ответил Лайпида, убирая коробочку с укасом обратно в карман пиджака. — Я помогу вам, вы поможете мне. Предлагаю вам вместе вести охоту за «Незримыми» и вполне возможно, что в случае удачи вы найдете ответы и на свои вопросы.

— Я всего лишь хочу вернуться домой.

— Я это понимаю, — кивнул Авайт. — Но как вы считаете, господин Керк, если бы «Незримые» не знали, где находится ваш мир, стали бы они препятствовать вашим поискам?

Кирилл замер. Действительно, если принять версию Лайпиды об этих «Незримых», то все их поступки можно было объяснить только одним — они знали дорогу к Анклаву человечества и почему-то не хотели чтобы он туда вернулся. А значит, путь существует и его остается только найти. Но почему тогда эти таинственные существа не уничтожили его? Чего выжидали? Что надеялись узнать? Кирилл нервно прошелся по каюте. А может Лайпида лукавит, а все происходящие игра местных спецслужб и никаких «Незримых» не существует. Но с другой стороны, — зачем им это? Вопросы, вопросы…

Кир скрипнул зубами и, упершись рукой в стену, пару минут стоял неподвижно, сверля бездумным взглядом пол каюты, затем спросил тихим голосом:

— А если я откажусь? Что тогда?

— Ничего, — пожал плечами Лайпида. — Я покину борт этого корабля, а вы продолжите свой путь в качестве заключенного до одного из центрального секторов, где будете переданы в руки правосудия. Думаю, много вам не дадут, — лет десять от силы, а членам экипажа и того меньше. Корабль, конечно, изымут, тем более что это дайтанский артефакт. Но выйдя на волю, вы вполне сможете продолжить свои поиски, и возможно я вам в этом даже помогу, если конечно буду жив. Я, знаете ли, стар уже.

— Шах и мат, — пробормотал Кир себе под нос на «едином» и резко выпрямившись, с легкой усмешкой посмотрел на своего невозмутимого собеседника. — Я согласен с вашим предложением.

— Я в этом и не сомневался, — губы торкленца растянулись в довольной улыбке. — И поверьте, господин Керк, я рад, что вы приняли такое решение.

— А вы оставили мне выбор? — усмехнулся землянин. — И что же мы будем делать дальше?

— А дальше, я предлагаю залечь вам на дно, — спрятаться на несколько лет, — Лайпида с кряхтением поднялся из кресла. — Официально капитан Кир Керк будет приговорен к пожизненному заключению, сослан на окраинный мир, где и погибнет через пару месяцев в одной из шахт во время обвала.

— Понятно, но что будет с моим экипажем и кораблем?

— А вот тут можете не беспокоиться. Ваши люди получат достаточно средств и всю необходимую помощь для начала новой жизни в любом уголке Федерации по их желанию.

— Думаете, они согласятся?

— Уже согласились. Я буквально несколько дней назад разговаривал с вашей командой, обрисовал им всю ситуацию, и они дружно решили, что так будет лучше для всех. Лайпида подошел к двери и, распахнув ее, жестом предложил следовать за ним. Они вышли в коридор, который к удивлению Кирилла оказался абсолютно пустым, — Даже неизменный охранник у двери его каюты покинул свой пост.

— Неужели вы им рассказали все тоже, что и мне? — поинтересовался Кир, оглядываясь.

— Помилуй Созидающие, — махнул рукой Авайт. — Этого им знать не стоит, целее будут. Я лишь сказал им, что вам грозит огромный срок за нападение на корабль патруля и единственный для вас выход это перейти ко мне на службу. Как видите, это практически чистая правда.

Они остановились у лифта, ведущего на верхнюю палубу, и Кир автоматически хлопнул ладонью по пластине вызова.

— А «Незримые» их не достанут? — спросил он, входя внутрь приветливо распахнувшей двери кабины.

Лайпида покачал головой.

— Не думаю, что они их интересуют. К тому же наш противник далеко не всесилен, а у нас достаточно возможностей чтобы помочь вашим друзьям затеряться на просторах Федерации. Поверьте.

— Я вам верю, — Кирилл вздохнул. — А что с «Герой»?

— Ничего, — ответил торкленец. — Корабль ваш и отбирать его ни кто не собирается.

— Да и не думаю, что он станет кого-нибудь слушаться кроме вас, — добавил он улыбнувшись.

Они молча прошли по коридору и остановились у дверей рубки.

— Я могу попрощаться с экипажем? — спросил Кир.

Лайпида покачал головой.

— Ваши друзья уже покинули корабль. — Он выдержал небольшую паузу: — Кроме одного. Точнее одной…

Кир покосился на своего спутника и, быстро проведя пальцем по сенсорной линии, шагнул внутрь рубки. Кресло астронавигатора медленно развернулось. Асторка окинула вошедших холодным взглядом своих бездонно-черных глаз, и только ее рожки, идущие разноцветными волнами, выдавали бушующие в груди девушки эмоции.

— Тайк…

— Жду ваших приказаний, капитан, — ответила она, склонив голову к плечу, а ее хвост взлетел над головой и «шустрой змейкой» обвился вокруг шеи, принявшись похлопывать кисточкой по щеке девушки. Она пару мгновений смотрела на землянина, словно хотела что-то сказать, затем повернула кресло обратно к пульту.

— Я рада, что вы…что ты вернулся, Кир, — неожиданно раздался ее тихий голос.

Землянин удивленно посмотрел на девушку, чьи рожки буквально «пылали» фиолетом и, вздохнув, бросил на Лайпиду вопросительный взгляд.

— Она подала прошение о поступлении к нам на службу, и я не нашел повода ей отказать, — пояснил тот с невозмутимым видом. — К тому же вам ведь нужен астронавигатор, или я не прав?

— Нужен, впрочем, как и остальные члены экипажа.

Торкленец только молча развёл руками.

— Понятно.

Кир прикусил губу, неожиданно для себя почувствовав легкий укол обиды, от того что большинство из его друзей предпочли новую жизнь. Впрочем, могло ли быть по-другому? Почти девять стат-лет они шли за ним, забыв о своих планах, чаяньях, интересах и мечтах. Почти девять стат-лет они бороздили окраины э-зоны, постоянно рискуя жизнями ради ЕГО призрачной цели. И вот теперь им наконец-то выпал шанс начать нормальную жизнь. Так стоило ли винить их за то, что они ухватились за этот шанс? Кирилл вышел на середину рубки и, скрестив руки на груди, замер напротив центрального экрана. Несколько минут он смотрел немигающим взглядом на расстилающуюся перед ним черную бездну, усеянную ледяными огоньками далеких звезд, затем повернулся к стоящему у дверей Лайпиде.

— Куда мы теперь направляемся?

— Система Ригол, Аграский сектор, планета Криус, — ответил тот и демонстративно поклонившись, добавил: — Командуйте капитан, не буду вам мешать. Если понадобится, то найдете меня в бывшей каюте профессора.

Кирилл проводил торкленца глазами и, подойдя к капитанскому креслу, опустился в него, чувствуя, как его охватывает странное спокойствие. Судьба сделала очередной виток, и оставалось только ждать, куда он его приведет. Что ж и этот новый путь следовало пройти до конца и надеяться что, в конце концов, он все же приведет его домой. Домой…Кир резко выпрямился, а в его глазах вспыхнул огонек решительности.

— Тайк, расчет курса для перехода в надметрику. Цель: система Ригол.

— Принято, капитан.

Висевшее среди звезд рыбообразное тело корабля замерцало полосами зеленого огня и медленно двинулось вперед, ускоряясь с каждой секундой, пока не затерялось во мраке космоса.

Профессор Лайнос, стоявший на палубе сибэзовского крайтера, до последнего момента идущего с «Герой» параллельным курсом, проводил удаляющийся корабль грустным взглядом и, отвернувшись от большого обзорного экрана, тихонько прошептал:

— Прощай, мальчик мой, и удачи тебе в твоих поисках.

Часть 2. В предчувствии грозы

Глава 1

Серебристая капля «летака» неспешно скользила над ярко-бирюзовой поверхностью марсианского океана. Изредка под ее металлопластиковым брюхом проносились зелено-коричневые пятна небольших атоллов, чтобы через мгновение вновь смениться сверкающей на солнце бирюзой.

Сидевшая в пассажирском кресле худощавая черноволосая женщина с каким-то почти детским восторгом смотрела в окно, порой, словно в волнении, проводя языком по своим бледно-розовым губам. Изредка она отрывала свой взор от убегающей к горизонту водной глади и переводила его на управляющего легкой машинкой мужчину, а в ее карих глазах начинали мерцать огоньки нежности.

— Ой, смотри, это что киты?

— Где? — мужчина вопросительно посмотрел на свою спутницу.

— Да вон же, — пальчик женщины ткнул в стекло, указывая на плывущие почти у поверхности черные тела.

— Наверное, — равнодушно пожал плечами ее спутник, но, тем не менее, заложил вираж и некоторое время вел машину над морскими гигантами, завалив ее на бок, чтобы женщине было удобнее их рассматривать. Женщина просто цвела от восторга, наблюдая за неспешно плывущими по своим неведомым делам животными, хлопая от радости в ладоши, когда кто-нибудь из них выбрасывал вверх фонтан воды.

— Жена, тебе уже за сорок, а ты у меня все еще ребенок, — наконец сказал он, выравнивая машину и передвигая вперед рукоять управления скоростью.

— Это плохо? — поинтересовалась женщина, с легкой укоризной посмотрев на мужа.

— Нет, — улыбнулся тот. — В конце концов, может именно за это я тебя и люблю.

Женщина пару минут усиленно хмурила брови, явно пытаясь показать своему спутнику что сердится, но не вытерпела и, звонко рассмеявшись, чмокнула его в щеку.

Если бы эту пару увидел человек двадцатого или даже двадцать второго столетья, то он решил бы, что перед ним молодые люди которым еще нет и двадцати пяти лет, однако это было не так. Обоим им было уже за сорок, что впрочем, в их веке, где средняя продолжительность жизни переваливала отметку в двести пятьдесят лет, считалось почти юношеским возрастом. Благодаря генетике люди их столетия доживали до глубокой старости, оставаясь при этом молодыми и полными сил. Даже в двести лет многие из землян едва ли выглядели на сорок, хотя время все же накладывало на них незримые отпечатки, хотя на всех и по-разному. Оставило оно их и на нашей паре. Легкие едва заметные морщинки пролегли в уголках глаз женщины, а в черных волосах мужчины можно было заметить редкие серебряные волоски.

— Долго нам еще лететь? — женщина неожиданно стала серьезной.

— Минут пять — ответил мужчина, бросая быстрый взгляд на висящий чуть сбоку от его лица прямоугольник плазмоэкрана, где отображались данные со спутника и тут же добавил: — Впрочем, остров уже должно быть видно.

Его спутница прищурила глаза и несколько мгновений всматривалась в лобовое стекло, затем согласно кивнула. Действительно впереди по курсу летака протянулась темная полоска земли, стремительно увеличивающаяся в размерах с каждой секундой. Вскоре юркая машина скользнула над прибрежными скалами и понеслась вглубь острова, а под ее днищем замелькал густой лес, быстро уступивший место рядам ровных домиков утопающих в зелени садов.

— Вроде это здесь, — сказал мужчина с сомнением в голосе, заставляя зависнуть машину над небольшим двухэтажным зданием.

— Ну, если здесь, то давай, садись, — улыбнулась его спутница.

Повинуясь движению руки, летак плавно скользнул вниз к стояночной площадке, расположенной метрах в десяти от здания и, выпустив из своего днища небольшие колеса, мягко коснулся ими серой поверхности пластасфальта.

— Кафе «Вечерний Торсан», — прочитала женщина горящую над входом надпись.

— Угу, значит все правильно, — мужчина открыл дверь и, выйдя из кабины, с хрустом потянулся. — Устал я что-то. Два часа полета. Надо было брать сейпер а не эту малютку.

— И смотреть на окружающий мир через обзорные плазмоэкраны, — женщина презрительно фыркнула. — Нет уж, дорогой муженек, спасибо. Мы впервые на Марсе, так что будь добр терпи, я хочу видеть планету своими глазами, а не посредством электронных приспособлений.

— Вообще-то я тут по работе, — буркнул он, открывая багажник и вытаскивая из него небольшую спортивную сумку.

Женщина ничего не ответила, а лишь бросила на мужа угрюмый взгляд и, поправив прическу, направилась к входу в кафе.

Небольшое светлое помещение с десятком стилизованных под дерево столиков, рядом с которыми стояли стулья с необычно высокими спинками. Народу почти никого. Заняты были всего два столика. За одним сидела милующаяся парочка, которая не обратила на вошедших никакого внимания, за другим расположился мускулистый широкоплечий мужчина, лениво ковыряющийся в тарелке с лапшой. Услышав шуршание открывшийся двери он поднял глаза и, окинув прилетевших изучающим взглядом, расплылся в радостной улыбке.

— Антон, Лиа, я здесь, — позвал он тихим голосом, приподнимаясь со стула и приветственно маша рукой.

— А ты думаешь, мы тебя бы не заметили, — усмехнулся в ответ Антон, подходя к столу и обнимая друга. — Привет, Андрюха, сто лет тебя не видел.

— Не сто, а всего семь, — улыбнулся Малышев, отодвигая Соболева в сторонку и чмокая в щеку засмущавшуюся Лиа. — Привет, красавица, вот тебя я точно сто лет не видел. А ты все хорошеешь.

— Здравствуйте, Андрей Львович, — потупила глаза вторичница.

— Андрей Львович, — передразнил ее Малышев. — Лиа, это еще что за официоз? А ну отставить.

Щеки женщины покраснели. Она бросила на Андрея прищуренный взгляд и, покосившись на улыбающегося мужа, коротко кивнула.

— Ну вот и хорошо, — пробасил Андрей и, дождавшись пока друзья усядутся за стол опустился на свое место, после чего поинтересовался: — Как долетели?

— В принципе нормально, — ответил Антон, оглядывая столешницу в поисках сенсора активации меню. — Сперва космолетом «Искателя» до Аларики, а там на базе ЦентрСпаса взяли летак.

— А почему летак? — удивился Андрей — На сейпере или глайдере удобней ведь было бы, да и быстрее.

— Жене захотелось быть ближе к природе, — буркнул в ответ Антон.

— Это как? — брови Малышева удивленно взметнулись вверх.

— Сам не знаю, — пожал плечами Соболев. — Спроси у нее.

Андрей перевел взгляд на женщину, которая в ответ только быстро-быстро захлопала своими длинными ресницами, одарив его виноватой улыбкой.

— Ясно, что ничего не ясно, — вздохнул Малышев и, заметя затруднение друга, все еще продолжающего тщетно тыкать пальцем в разные места столешницы, пояснил: — Это не интерактивная поверхность, а обычный металлопластик. У нас тут все по старинке, дружище.

Он привстал и, повернувшись к расположившейся в глубине кафе небольшой стойке, крикнул:

— Лиа, можно меню, а то у тебя тут посетители!

— Ага, уже бегу! — раздалось оттуда.

Женщина удивленно вскинула глаза на друга мужа, который с невозмутимым видом опустился обратно на стул, но заметив ее вопросительный взгляд, пояснил:

— Тезка твоя. Я, когда первый раз услышал, сам удивился. Больно уж имя редкое.

— Ну не такое уж и редкое, я например… — начал Антон, но появление рядом со столом высокой худенькой девушки в легком цветастом сарафане, заставило его умолкнуть.

— Вот ваши меню, Андрей Львович, — сказала она, очаровательно улыбнувшись новым посетителям и протянув им небольшие книжицы в зеленой обложке.

— Опять Львович, — Малышев хлопнул себя по лбу и, закрыв ладонью глаза, сокрушенно покачал головой. — Народ, я прямо себя уже стариком чувствовать начинаю или каким-то официальным лицом. Лиа, неужели я уже настолько плохо выгляжу.

— Нет, — дружный хор женских голосов заставил его рассмеяться, а сказавших это недоуменно переглянуться.

— Меня тоже зовут Лиа, — сказала Соболева, дружелюбно улыбаясь несколько растерявшейся девушке. — Приятно познакомится.

— Ага, — кивнула та, словно зачарованная вглядываясь в лицо женщины, и вдруг сорвалась с места, скрывшись за стойкой.

— Что это с ней? — удивился Антон, провожая ее взглядом.

— Понятия не имею, — Малышев пожал плечами. — Вообще она особой стеснительностью никогда не отличалась, бойкая девчушка. Ладно, смотрите меню, перекусим и летим в мои владения.

— Когда испытания?

— Через два дня, — Андрей откинулся на спинку стула, а его лицо неожиданно стало серьезным. — Если все получится…Ребята, вы даже не представляете! — в его глазах загорелись фанатичные огоньки. — Эта технология в буквальном смысле положит звезды к нашим ногам. Долгие полеты окажутся в прошлом, достаточно будет сделать несколько шагов и вот ты уже на другой планете, за сотни парсек.

— И как далеко можно перемещаться?

— Ну, пока максимум били на двадцать, послезавтра будет дальний прострел. Приемник монтирован на внешней границе Анклава, а это считай более ста парсек.

— Впечатляет, — покачал головой Антон и, покосившись на жену, которая уже отложила меню в сторону и скучающим взглядом рассматривала убранство кафе, спросил: — Выбрала?

— Да, — кивнула женщина. — Возьму чая и десерт. А ты?

— Пожалуй, грибной крем-суп и салат.

Он огляделся в поисках убежавшей официантки, затем посмотрел на Андрея.

— Лиа, мы выбрали! — вновь гаркнул тот, заставив все еще милующуюся за дальним столиком парочку на миг прервать свои объятия и удивленно посмотреть в их сторону.

В ответ Малышев лишь виновато улыбнулся и развел руками.

Вопреки ожиданиям на этот раз из-за стойки появилась не девушка, а высокий широкоплечий мужчина, который объемами своих бицепсов мог бы посоперничать с Андреем. Однако в отличие от Малышева, держащего себя в превосходной физической форме, было заметно, что здоровяк несколько сдал, к тому же возраст давал о себе знать. Мелкие морщинки избороздили его лицо, а волосы стали пепельными от седины. Такие явные физиологические изменения выдавали в нем уроженца Анклава, многим из которых продлевающие жизнь генетические корректировки были просто недоступны.

— О, Браен, привет дружище, а где Лиа? — спросил Андрей, приветственно махнув рукой подошедшему.

— На кухне, прилетела вся взъерошенная, бормочет какие-то глупости. Что у вас тут случилось?

— Ничего, — пожал плечами Андрей. — Просто представил ее своим старым друзьям. Кстати, знакомься, Антон — мы с ним вместе учились и его жена Лиа — тезка твоей дочери.

Браен улыбнулся и, пожав руку привставшему Соболеву, перевел взгляд на Лиа. Улыбка застыла на его лица, он резко побледнел и ухватился рукою за край стола.

— Не может быть, — прошептал он.

Андрея вскочил со своего места и, подхватив его под руки, быстро усадил на свободный стул.

— Старина, что это с тобой?

Антон поспешил на помощь другу и, спешно активировав встроенную в его «запястник» систему медицинской диагностики, направил вырвавшийся из него тонкий зеленый лучик на мужчину. Тот лишь недовольно отмахнулся, продолжая во все глаза рассматривать смутившуюся от его пристального взгляда Лиа. Зеленый луч оторвался от руки Антона и, охватив Браена тонким кольцом, резко посинел, затем с легким звоном растворился в воздухе. Соболев скосил глаза на экран «запястника» и, показав Андрею жестом, что с его знакомым все в порядке, вернулся на свое место. Малышев кивнул в ответ и положил руку на плечо мужчины.

— Браен?

— А? — тот вздрогнул и, медленно повернув голову, посмотрел на Малышева отсутствующим взглядом.

— Что с тобой, дружище?

— Она…

— Что она?

— Она…она так похожа на мою Эн, просто копия…Дочка сказала, а я не поверил, думал глупости… Извините. — Браен мотнул головой, словно отгоняя какое-то видение и, проведя ладонью по лицу, хотел было уже подняться со стула, но тихий голос Лиа остановил его.

— Подождите.

Лицо Лиа превратилось в застывшую маску затаенной боли, а ее глаза были полны слез.

— Эн. Эна 234-Л, вы, о ней говорите?

Браен вздрогнул и снова впился взглядом в женщину, а в его потускневших глазах зажглись искорки понимания.

— Неужели, — пробормотал он.

— Да, — кивнула женщина, подтверждая его догадку, а с ее губ сорвались слова почти позабытого официального представления, не слышанного Антоном уже десятки лет: — Я «вторичница», Лиа 234-Л, приятно познакомиться.

Марк Дорнер открыл лежащую на столе зеленую папку и, прихлебывая из кружки приготовленный в «пищекомбе» кофе, принялся вчитываться в бегущие по пластбумаге вереницы слов. Изредка он проводил пальцем по листку, выделяя целые абзацы и перетаскивая их на глянцевую поверхность стола, в которой они исчезали с легким шелестом, сообщающим о сохранении поступившей информации. Легкий мелодичный звон заставил его отвлечься от работы и ткнуть пальцем в сенсор приема. На развернувшемся в воздухе плазмоэкране появилось изображение кибер-секретаря.

— Командор Дорнер, к вам куратор Лаймалин, впустить?

— Конечно, Шурочка, пусть заходит. Кстати, ты хорошо сегодня выглядишь.

— Спасибо.

На бипластиковом лице машины, стилизованной под симпатичную рыжеволосую девушку, не появилось даже намека на какие-либо эмоции, — застывшая маска. Дорнер тяжело вздохнул и, подумав, что даже этой последней модели далеко до майеровской Галечки. Кибер Арнольда был наследием двадцать седьмого века, когда данные технологии достигли своего пика и обладал возможностью самообучения, а так же встроенным блоком эмоций, позволяющей ему выглядеть живым существом. К сожалению, с тех пор многие из технологий были утрачены, или признаны ненужным излишеством. Дорнер снова вздохнул и, закрыв папку, поднялся навстречу вошедшей в кабинет зеленоволосой девушке.

— Привет, Лайм, как добралась?

— Нормально, — уклончиво ответила та, подходя к столу и ложа на него еще одну папку. — Вот списки набранных кадетов и отчет.

— Хорошо, — Дорнер отодвинул документы над которыми работал в сторону, хлопком руки заставив те медленно погрузиться в крышку стола, и открыл принесённую папку.

— Я сделаю себе чаю?

Марк коротко кивнул, не отрываясь от изучения бумаг, и указав на небольшой столик в углу кабинета, на котором примостилась белая сфера пищекомба, добавил:

— Картриджи во втором ящике.

— Спасибо, я знаю, — улыбнулась девушка.

Лаймалин подошла к столику и, выдвинув ящик, пару минут перебирала потертые пластинки пищевых картриджей, затем выбрала одну из них, а остальные вернула на место. Вставив ту в приемник «пищекомба», она нажала клавишу выдачи. Внутри сферы что-то тихонько зажурчало, потом она разделилась на две половинки и на стол выдвинулась пластиковая кружка с дымящимся чаем.

— И чай и кружка состоят из одних и тех же атомов, только по-разному структурированных, — с философским видом заметила она, отхлебывая чай и, поморщившись, добавила: — Только чаек на этот раз структурировался неважно. Вкус какой-то слишком уж искусственный.

— Картриджи старые, — буркнул Дорнер, не отрывая глаз от доклада. — Все хочу новые заказать, да как-то не с руки.

— Специально куплю и принесу, не глотать же этот денатурат, а то у меня чувство такое, что у этого чая и кружки одинаковый вкус.

— Кружки обычно не съедобные, — заметил Марк, с улыбкой косясь на свою собеседницу.

— Остряк, — хмыкнула девушка и, подойдя к окну, уселась на широкий подоконник.

Дорнер поднял глаза и, подперев подбородок кулаком, несколько минут смотрел на задумавшуюся Лайм.

Искусственная девушка, результат генетического эксперимента безумного ученого из Империи Солнц, который скрестил живую клетку с неживой материей. Благодаря этой технологии, а так же мании императора «солнечников» сделать своих потомков бессмертными, и родилась Лайм. Она должна была стать женою дряхлеющего властители и матерью его будущих детей, — сумасшествие.

Дорнер покачал головой и, вдохнув, помассировал пальцами переносицу, подумав, что надо бы все-таки выспаться. Перемотнув строчки доклада, он закрыл папку и, приложив большой палец к ее краю, завизировал документы, после чего вновь посмотрел на девушку. Высокая с узкой талией и большой тяжелой грудью, короткие зеленые волосы, маленький бледно розовый ротик, курносый нос, узенький подбородок и огромные в пол лица глаза необычного фиолетового цвета. Облик ожившей мультяшки так популярный у «солнечников»; нет, профессор был поистине сумасшедшим, если решил подарить его своей названной дочери. Впрочем, этого ему показалось мало, и он напичкал ее тело множество имплантов, практически превратив его в кибернойда. И все-таки она человек — настоящий человек со своими чувствами, вкусами и характером.

Он снова вздохнул и достал из нагрудного кармана рубашки сигаретную пачку.

— Лайм, открой окно, я закурю.

— Не обязательно, — ответила она, продолжая что-то рассматривать за окном. — Я включу свои фильтры, курите.

— Эх, золото ты, а не девушка, — сказала с улыбкой Марк. — Вот повезет тому, кто возьмет тебя в жены.

— Заигрываете? — улыбнулась в ответ Лайм.

— А почему бы нет? Смотри, какой красавец. — Дорнер поднялся со своего места и, расправив плечи, комично выкатил грудь колесом, при этом активно дымя сигаретой. — Ну как? — поинтересовался он, скосив глаза на девушку.

Лаймалин прищурилась и, окинув начальника саркастическим взглядом, неожиданно задорно рассмеялась.

— Умеете вы поднять настроение, командор, — сказала она, поднимаясь с подоконника и отправляя пустую кружку в воронку утилизатора. — Ну что, посмотрели документы?

— Естественно, — Дорнер стал серьезным. — Скажу честно, результаты меня не радуют.

Лайм понимающе кивнула.

— Многие из претендентов отказались. Молодежь не торопиться рисковать своими жизнями. Основной отсев происходил именно после последнего этапа, стоило только объявить, что мы полувоенная организация как половину аудитории точно ветром сдуло.

— Так всегда было, — усмехнулся Марк. — Помню, когда твоего Кира принимал…

Командор резко замолчал, заметив, как вздрогнула Лайм, и мысленно обругал себя идиотом.

— Извини.

Девушка мотнула головой.

— Нет, все нормально, мне даже интересно. И что, Кир?

— Да как тебе сказать, — сказал Дорнер, туша сигарету и отправляя бычок в утилизатор. — Если честно, то Кирилл тоже хотел уйти, но…

— Но? — в глазах Лайм вспыхнули огоньки интереса.

— Но его остановила Минако. Она так вцепилась в его руку, что он просто не мог встать со своего места. А потом в его взгляде что-то изменилось, и он остался. До сих пор не знаю, что повлияло на его решение. Помню только, посмотрел тогда на него и подумал, что этот парень далеко пойдет.

— Да, Кир он такой, — улыбнулась девушка. — Порой мне казалось, что он слишком нерешителен, но уже через мгновение он меня мог в этом переубедить. В этом был он весь.

Лайм поднялась из кресла.

— Ладно, командор, разрешите идти. А то я что-то сегодня устала все же три собеседования за день это трудновато.

— Сколько еще осталось?

— Еще завтра и все, но думаю, наберем еще от силы человек пятнадцать.

— Тоже неплохо, — сказал Дорнер и, махнув рукой, добавил: — Все, иди, иди, отдыхай. Завтра закончишь с собеседованиями и можешь взять небольшой отпуск на пару недель, но к началу занятий, чтобы была здесь.

— А куда я денусь, — улыбнулась Лайм, направляясь к двери. Открыв ее она замерла на пороге и, послав командору воздушный поцелуй, вышла из кабинета.

Дорнер вздохнул и вызвал секретаршу.

— Шурочка, меня не для кого нет, только если что-то сверхсрочное.

— Принято, командор.

Марк с унынием посмотрел на лицо киборга, похожее на застывшую маску и, зябко передернув плечами, отключил связь.

— Пластиковый труп какой-то, — пробормотал он, доставая из пачки очередную сигарету и закуривая. — Нет, надо как-то раздобыть себе нормальную модель, а не это пугало.

Браен сдавленно улыбнулся и отставил в сторону бокал с коктейлем.

— Вот так все и было, — сказал он. — После того как ваш брат улетел, мы с Эной недолго пробыли на том планетоиде. До конца моего контракта как раз оставалась всего пара месяцев, после чего мы улетели в Анклав.

— Помню, Кир мне что-то такое рассказывал, — Андрей наморщил лоб. — Точно! Это было как раз перед нашим отлетом в экспедицию. Он тогда еще какие-то справки наводил…

— А что было дальше? — спросила Лиа, бросив на Малышева быстрый взгляд.

— Ну, — Эдвард на мгновение задумался, словно решая, что стоит рассказывать, затем продолжил: — Мы с Эн поселились в небольшом городке на Малом Лондоне. У меня были кой-какие сбережения и я прикупил там неплохой домик. К сожалению, наше счастье продолжалось недолго.

По лицу мужчины пробежала тень давней боли, заставив его замолчать и потянуться к стакану с коктейлем. Залпом осушив его содержимое, он лишь поморщился.

— Черт, сейчас чего бы покрепче, а не этот лимонад.

Лиа с грустью посмотрела на Браена и неожиданно для всех накрыла его сжатую в кулак руку своей ладошкой.

— Эдвард, мне надо знать, пожалуйста.

Браен поднял глаза на женщину, несколько минут молча смотрел на нее, затем тяжело вздохнул и понимающе кивнул.

— Хорошо. Только рассказывать особо нечего. Мы три года прожили с вашей сестрой душа в душу. Я устроился на работу водителем погрузчика в космопорте, а Эна подрабатывала в местном цветочном магазине. Все было хорошо, но постепенно ее редкие провалы в памяти стали прогрессировать. Сперва, я не предавал этому особого значения, пока однажды утром она не узнала меня. Это было пугающе… — Эдвард покачал головой и вновь замолчал, было видно, с каким трудом ему даются эти воспоминания.

Лиа хотела что-то спросить, но Антон осторожно тронул жену за плечо и, когда она обернулась, покачал головой.

— Приехали врачи, но в клинику ее брать не стали. Она ведь клонер, а вы знаете, как у нас к ним относятся? Они для многих недолюди. Так, живые инструменты, игрушки, существа созданные для грязной работы. Даже последний преступник иногда имеет больше прав, чем они! — слова рвались из него, прорвав плотину многолетнего молчания. — Эне становилось хуже и хуже. И если сперва она просто не узнавала меня, то постепенно ее разум стал угасать. Она действительно превратилась в некое подобие механической куклы, которая только что и могла удовлетворять свои естественные потребности.

Браен закрыл ладонью глаза и прошептал:

— Это было страшно.

Побледневшая Лиа широко раскрытыми глазами смотрела на поникшего мужчину, даже не стараясь вытереть струившиеся по щекам слезы. Антон приобнял жену, успокаивающе провел рукой по ее волосам, и та с коротким всхлипом уткнулась ему в плечо.

— А ваша дочь? Ей ведь всего восемнадцать.

— Моя дочь? — Браен удивленно посмотрел на задавшего вопрос Андрея и понимающе усмехнулся. — Вы когда-нибудь слышали о так называемых «генных детях»?

Андрей отрицательно покачал головой и посмотрел на утешающего жену Антона, но тот только неопределенно повел плечами.

— В общем, я тоже толком в это не разбираюсь, но как мне объяснили суть такова: берутся гены родителей и внедряются в искусственную яйцеклетку. После этого зародыш подсаживается живой женщине, и она его вынашивает. Конечно, все это не дешево, но у нас были кой-какие сбережения…

— Но…но генотип Эны был с дефектами, — неожиданно вмешалась Лиа. — Из-за этого ее…ее, — она вновь залилась слезами.

— Да, — кивнул Браен, с грустью смотря на всхлипывающую женщину. — На исправление цепочек ее ДНК ушло целых семь лет и несколько тысяч кредитов. Однако результат того стоил, вы же сами видели. — Его губы тронула легкая улыбка. — Эна всегда хотела дочку и всегда хотела назвать ее именем сестры. Я рад, что смог выполнить ее желание.

Они медленно шли к прибывшему за ними черному глайдеру «Искателя». Все молчали, каждый по-своему переживая эту неожиданную встречу. Андрей беспокоился за своего старого знакомого, которому визит его друзей разбередил старую рану, и одновременно переживал за названную сестру Кира. Антон был несколько растерян от случившегося, а Лиа, держась за руку мужа, постоянно перематывала в голове рассказ Браена и едва удерживалась от слез.

— Тетя Лиа, подождите! — Раздавшийся позади них девичий голос заставил их остановиться.

Дочь Браена подбежала к ним и неожиданно для всех бросилась на шею Лиа.

— Тетя Лиа, пожалуйста, прилетайте еще. Мне так надо с вами поговорить, я столько хочу узнать о своей маме. Пожалуйста!

Андрей бросил обеспокоенный взгляд на жену друга и вдруг увидел, как ее лицо разгладилось, а на губах появилась улыбка. Она обняла девочку.

— Я постараюсь, тезка, я постараюсь. Мне тоже многое нужно тебе рассказать, девочка моя, очень много.

Глава 2

Антон спустился по трапу «сейпера» и невольно прищурился от ударившего в глаза яркого солнца. Мимо, глухо бухая своими ногами по металлической поверхности трапа, прошагали два кибера высшей защиты, заставив его благоразумно отойти в сторону. Вслед за роботами в распахнутом зеве грузового люка показался вездеход и, лязгая траками, принялся медленно сползать вниз. На краю распахнутого люка сидела худенькая девушка с коротко стриженными черными волосами, но заметив хмуро смотрящего на нее Соболева, тут же скользнула внутрь машины.

— Совсем технику безопасности не соблюдают, — усмехнулся Антон и, погрозив кулаком в сторону многотонной машины, поднес палец к виску, где был закреплен кругляш рации. Легкое нажатие и тот выбросил из себя две серебристые нити, одна из которых потянулась к уху, а другая спустилась ко рту мужчины.

— Бета семь, как выгрузитесь, доложишь, — бросил он в микрофон, внимательно оглядывая огромное взлетное поле недостроенного космодрома. Если не считать их сейпера и замерших в отдалении пары глайдеров оно было абсолютно пусто. Впрочем, на Марсе подобные места были не редкостью. Планета, некогда терраформированная под нужды землян, так и не была полностью заселена. Теперь многие из ее больших и малых городов пустовали, медленно превращаясь в руины, несмотря на все усилия ремонтных киберов. Вот и тут здание космопорта, с воздуха напоминающее распластавшуюся на земле огромную металлическую медузу, раскинувшую во все стороны свои тонкие щупальца, чернело провалами в стенах, сквозь которые проглядывал причудливый «скелет» его внутренних конструкций.

Приложив ладонь козырьком ко лбу, Антон огляделся и, заметив стоявшего около одного из глайдеров Андрея, приветственно помахал ему рукой.

— Ну и где размещаться моим ребятам? — спросил он, подходя ближе и пожимая руку Малышева.

— Можете занять один из ангаров, — ответил Андрей, указав на возвышающиеся у края поля белоснежные куполообразные строения. — Особых удобств не обещаю, но уж как есть, — он виновато развел руками.

— Ничего страшного, не впервой, — Антон надавил пальцем на кругляш рации и скомандовал: — Бета семь, размещайтесь в одном из ангаров.

— Принято, командир, — раздался в наушнике задорный девичий голосок. — А вы куда, если не секрет?

— Любопытство сгубило кошку, Торико, — усмехнулся Соболев. — Хотя секрета особого нет, осмотрю объект и вернусь, а вот ты за ненужные вопросы получишь у меня наряд.

— Это не честно! — пискнула рация.

— Честно, честно, — Антон отключил связь и, покосившись на улыбающегося друга, буркнул: — Детский сад какой-то.

— Сам такими были, дружище, или уже забыл?

Соболев покачал головой, а кончики его губ дрогнули вверх.

— Не забыл, Андрюха, не забыл. Ладно, полетели, покажешь свои владения.

— Зачем лететь, мои владения это весь космопорт, а установка находится вон там, — он указал рукой на длинное приземистое здание, расположенное в дальнем конце взлетного поля.

— Далековато, — вздохнул Соболев, которому совершенно не хотелось топать под жарким солнцем по гладкому полю, покрытому огромными серыми шестигранниками пласткерамических плит.

— Далековато, — передразнил друга Малышев. — Совсем скоро ногами ходить разучишься, — видно стареешь.

Антон покосился на Андрея и вдруг резко подпрыгнул вверх. Сделав кульбит, он мягко приземлился на ноги и, окинув Малышева с ног до головы придирчивым взглядом, с ехидной улыбкой поинтересовался:

— А может наперегонки, профессор?

Андрей задорно рассмеялся.

— Уел, уел, дружище. Ладно, сегодня поедем на мобиле, — он кивнул в сторону приютившийся между глайдерами небольшой колесной машины и, направившись к ней, добавил: — Но наперегонки обязательно сбегаем, и не надейся, что я в худшей форме.

Вечер выдался на редкость чудесным и спокойным. Большее из солнц уже скрылось за горизонтом, а малое светило не могло полностью справиться с его обязанностями, погружая окружающую действительность в странный белесый полумрак. В это время суток, называемое здесь «вечерним сумраком», все краски словно притухали, и мир выглядел точно выцветшая открытка. Пройдет еще пару часов и на землю падет звездная ночь, длящаяся здесь почти двадцать часов. А пока природа готовилась ко сну. Дневные птицы умолкали, а их мелодичные трели сменялись щелканьем и писком их ночных собратьев. Лайдосовы деревья прижали свои раскидистые ветви к стволам и теперь напоминали пирамидальные тополя далекой Земли, а огромные бутоны тюльпанов Ардога неспешно закрывались, до последнего ловя своими лепестками свет почти негреющего светила. Со стороны реки протекающей в полукилометре от холма, на вершине которого расположился небольшой двухэтажный коттедж, потянуло холодным ветерком, заставив сидевшего на веранде человека зябко повести плечами.

— Томано, дорогой, может, в дом пройдешь, а то скоро стемнеет.

— Нет, дорогая, я еще тут посижу, трубочку выкурю! — крикнул в ответ мужчина, беря со стоящего рядом с его плетеным креслом небольшого стеклянного столика пошарпанную трубку.

Неторопливо набив ее табаком, он с удовольствием затянулся, выпустив из ноздрей тонкие струйки сизого дыма и откинувшись на спинку, усмехнулся. Дочь всегда не одобряла это его неожиданное увлечение, приводя тысячи доводов, дабы он отказался от этой вредной привычке — а ему просто нравилось. Томано тяжело вздохнул. Сколько же он не видел свою девочку, два, три года? Как же летит время. А ведь кажется, что только вчера он нянчил ее на руках…только вчера. Время…Он резко поднялся из кресла и, подойдя к высоким перилам, идущим по периметру веранды, оперся на них руками. Несколько минут он задумчиво рассматривал раскинувшийся за домом луг, прямо за которым темнела стена лайдосовой рощи, затем резко выпрямился.

Томано Мацуто — бывший глава тайной канцелярии Империи Солнц, доверенный самого Императора. Предатель. Глава повстанческого правительства. А теперь?

Томано скривил рот в саркастической ухмылке. Теперь он просто обыкновенный фермер выращивающий картофель, а все его владения это несколько акров земли, да тройка сельхоз-киберов. Черт возьми, но ведь ему нравится такая жизнь, или уже нет?

Мацуто вытащил трубку изо рта и провел рукой по лицу. Что с ним? Почему в последнее время он все чаще и задумывается над тем, а правильно ли он поступил? Может все из-за того, что дети выросли, а новых жена не хочет. Или все потому, что когда-то он хотел большего? Власть, — возможность повелевать судьбами миллионов людей, руководить их помыслами и желаниями. Власть — это как наркотик, так что даже спустя столько лет трудно избавиться от желания ее иметь. А ведь у него все это было… По сути, он являлся вторым человеком в Империи, — был ее «серым кардиналом». Перед ним склонялись главы крупнейших кланов, а имперский флот по его указанию был готов превратить любую планету в выжженную пустыню. И вот теперь фермер…обычный фермер…и картошка.

Томано нервно хихикнул, затем мотнул головой и, вздохнув полной грудью прохладный, сумрачный воздух, улыбнулся. Нет, на самом деле он ни о чем не жалеет и если бы ему пришлось проживать жизнь заново, то он вновь поступил бы так же. Его Хибика стоит сотен империи, а все его мысли просто от усталости. В конце концов, надо им с женой просто куда-нибудь слетать — развеяться и все будет в порядке.

Легкий свист, заставил Томано вскинуть голову и удивленно уставиться на пронесшиеся над лугом остроносые машины. Истребители, заложили горку, сделали круг над домом и свечой ушли в небо. На миг небо закрыла огромная тень. Мацуто хмыкнул и, сунув потухшую трубку в рот, скрестил руки на груди, с прищуром наблюдая за проплывающим над крышей дома склайдером. Огромная машина на мгновение зависла в воздухе и, выпустив похожие на птичьи лапы посадочные опоры, медленно опустилась на землю, просев с громким «вздохом» амортизаторов. Ее борт прочертила светящаяся ярким светом линия, через мгновение превратившаяся в зев входного люка из которого выдвинулась широкая лестница.

— Дорогая, к нам гости! — крикнул Мацуто, поправляя воротник рубашки и приглаживая несколько взъерошенные волосы.

— Кто, еще там в такое время? — раздалось изнутри дома. — Неужели Рендолы наконец-то решили наведаться.

— Нет, милая, не угадала. Иди-ка лучше сюда. Поверь, ты будешь удивлена! — бросил Томано, угрюмо наблюдая за спускавшимся по трапу человеком, впереди и вслед за которым шло несколько фигур в боевых скафандрах стилизованных под старинные доспехи. Впрочем, даже без этих своеобразных телохранителей Мацуто узнал бы этого человека. Слишком уж много воспоминаний было связано у него с этим невысокорослым седовласым мужчиной в черных расшитых золотыми драконами одеждах, — слишком много. Щека Томано нервно дернулась, а пальцы буквально впились в перила.

Тем временем солдаты замерли у входа на веранду, выстроившись на манер небольшого коридора, по которому неторопливо прошествовал прилетевший. Он поднялся по ступеням и остановился напротив Мацуто, окинув его усталым взглядом своих карих глаз.

Повисшая над верандой тишина буквально «зазвенела» от напряжения.

— Я всё-таки до сих пор твой Император, — голос гостя был мягким и вкрадчивым, но, тем не менее, Томано почувствовал, как по спине пробежал неприятный холодок. Колени невольно подогнулись…

Тихое шуршание открывшейся двери за спиной.

— Не смей, Тома! — резкий оклик жены, заставил Мацуто невольно вздрогнуть и выпрямиться.

— Не вздумай, дорогой, — повторила она уже более спокойным тоном, выходя из дома и останавливаясь напротив прилетевшего. Несколько долгих мгновений златовласая женщина и седой мужчина молча смотрели друг на друга, затем Хибики угрюмо поинтересовалась: — Что тебе надо, отец?

Император неожиданно опустил взгляд.

— Я просто хочу поговорить, дочка, — тихим голосом ответил он, — просто поговорить, вот и все.

Женщина вздрогнула. Перед ней, склонив голову, стоял не грозный властитель Империи Солнца, а уставший от жизни, одинокий, растерянный старик. Хибики замерла в растерянности, не зная как поступить, а затем вдруг звонко всхлипнула и, резко развернувшись, скрылась в доме.

Император проводил ее грустным взглядом и вновь повернулся к Томано.

— Может присядем, если, ты, конечно не против? — он указал глазами на стоящие у столика кресла.

Мацуто растерянно кивнул и жестом руки пригласил гостя садиться. Они долго молчали, лишь изредка обмениваясь малозначительными фразами. Хибики не возвращалась. Вместо нее на веранде появилась девочка-андройд которая принесла поднос с чаем и печеньями, после чего замерла у дверей дома, словно ожидая дальнейших приказов.

Меж тем второе солнце планеты скрылось за горизонтом и сумречное время сменилось ночью, а вокруг веранды вспыхнула легкая синеватая дымка защитного поля, отгораживающая ее от ночного гнуса.

— Томано, ты бы не хотел вернуться?

Вопрос императора застал Мацуто врасплох. Он непонимающе посмотрел на правителя, с невозмутимым видом потягивающего чай из высокой кружки и неопределенно повел плечами.

— Наверное, нет, — ответил он через какое-то мгновение. — К тому же в Империи я все еще мятежник, или вы забыли, какую награду пообещали за мою голову?

Император тяжело вздохнул и покачал головой.

— Не забыл Томано, просто….просто времена теперь изменились. И в последние годы я все чаще думаю, что вы с Хибикой были, не так уж и неправы говоря, что Империи требуются перемены.

Томано с удивлением посмотрел на своего собеседника, не понимая к чему тот клонит.

— Хорошо тут у вас, спокойно, — император поднялся с кресла и, подойдя перилам, несколько минут вглядывался в ночное небо. — Знаешь, Томано, на самом деле я с удовольствием бы поменялся с тобой местами. Остался бы тут, сидел бы в этом кресле, нянчил внуков.

— Они уже давно выросли, мой…ваше величество.

— Я знаю, — по лицу правителя пробежала тень затаенной грусти. — Неужели ты думаешь, что я не слежу за судьбой своих внуков. Ная — подающий надежды биолог в Седвильском Институте Космобиологии, а Орто стал киберинженером и сейчас стажируется на Верге-3.

Знаешь, Томано, Ная так похожа на свою бабку — прямо вылитая Клариса и судя по докладам, характер у нее такой же, а…

— И что же вы все же хотите от нас, ваше величество? — прервал императора Мацуто, мысленно ежась от своей дерзости, хотя и понимая, что сейчас он находится в полной безопасности. Император явно не затем летел десятки световых лет, чтобы лично казнить своего бывшего подчиненного и непокорную дочь. Да и находились они сейчас не в империи, а на одной из планет ОСМ, где власть императора пустой звук, а сам он лишь высокопоставленный гость. В любом случае если императору и не понравилось, что его так резко перебили, виду он не подал. Несколько минут он молча продолжал смотреть на звезды, затем повернулся к Мацуто.

— Томано, на ближайшем совете министров я хочу объявить о сложении с себя всех полномочий и передаче власти своей дочери. Сюда я прилетел лишь для того, чтобы получить ее согласие.

Пивший чай Мацуто застыл с поднесенной ко рту кружкой и, мотнув головой, вопросительно посмотрел на императора, не понимая шутит тот или нет, но судя по его лицу, тот был абсолютно серьезен. Девочка-андроид неожиданно издала тихий возглас удивления, заставивший разговаривающих мужчин дружно посмотреть в ее сторону.

Губы императора тронула легкая улыбка.

— Дочка, а ты совсем не изменилась, — сказал он, с грустью в голосе. — Может, хватит подслушивать, а присоединишься к нам, и я все объясню.

Широкая решетчатая металлическая площадка, возвышающаяся над землей на несколько метров. Под ней целое переплетение разноцветных энергокабелей, большинство из которых собраны в аккуратные жгуты и подведены к расположенным по бокам от площадки ребристым цилиндрам генераторов. С двух сторон к площадке подходят широкие пандусы, словно для въезда на нее какой-то тяжелой техники. Сами «врата» — это две широченные металлические пластины десятиметровой высоты с отполированной почти до зеркального блеска поверхностью. Несмотря на размер толщина этих пластин всего пара сантиметров, отчего кажется, что они вот-вот согнутся под собственным весом или рухнут на землю даже от неосторожного движения. Метрах в пяти от площадки тянуться мерцающие столбики с-поля, охватывая ее по периметру огромным кругом, а прямо за ними высятся пирамиды излучателей полей высшей защиты. Всё это было расположено в центре немаленького ангара некогда предназначавшегося для ремонта космолетов среднего класса, внутри которого вовсю кипела бурная деятельность. Вокруг «врат» суетились люди в светло-синих комбинезонах, то тут, то там слышалось характерное шипение молекулярной сварки, глухие стуки, скрежет, всхлипы каких-то предупредительных сигналов. Порой со стороны площадки начинал идти низкий басовитый гул и тогда столбики с-поля начинали предупредительно моргать желтыми огоньками на своих вершинах. В тот же миг все звуки работы пропадали, но стоило гулу стихнуть, как вся какофония тут же возвращалась, словно повинуясь повороту некоего невидимого рубильника. Лишь грузовые киберы, перетаскивающие какие-то громоздкие контейнеры, не обращали ни на что внимания, неспешно занимаясь своими делами.

Антон замер в широко распахнутых воротах ангара, оглядываясь с интересом и едва успел отскочить в сторону от небольшого кибера спешащего по своим делам с мотком энергокабеля. Чем-то похожая на большого краба машинка, на миг остановилась, повернула в его сторону один из своих видоискателей и, по всей видимости, убедившись, что с человеком все в порядке, скрылась в глубине помещения.

— Ну и как тебе мои владения, дружище? — спросил стоявший рядом Андрей.

— Пока не очень впечатляет, — хмыкнул Соболев. — Больше похоже на какую-то стройку.

— Ну, можно сказать, что так оно и есть, — кивнул Малышев. — Постоянно что-то меняем и доводим, но сейчас это больше косметическое. Сам пробойник в рабочем состоянии и в эти дни нас ждут финальные испытания. Если пойдет все гладко, то…

Он многозначительно посмотрел на друга и тот понимающе кивнул.

— Значит, я буду присутствовать при историческом моменте.

— Практически, — улыбнулся Андрей и, бросив взгляд на «запястник», добавил: — Кстати, если не спешишь к своим, можешь остаться, у нас как-раз через полчаса пробный пуск.

Система управления вратами располагалась в небольшой приземистой постройке из пенобетона расположенной в паре сотен метров от ангара. Судя по всему, ее сформировали не так давно при помощи стандартного строительного комплекса, причем с отделкой явно решили не заморачиваться. Просто наполовину утопленный в землю серый куб без окон, вокруг которого установлены знакомые пирамиды ИПВЗ. Внутри это строение чем-то напоминало рубку космолета; огромный плазмоэкран во всю стену, ряд сенсор-кресел вдоль него, висящие в воздухе плекситаловые пластины пультов. Посередине небольшое возвышение, над которым парит полупрозрачное кольцо золотистого цвета.

Приветственно махнув рукой сидевшей в одном из кресел женщине и указав Соболеву глазами на пустующее, Малышев быстрым шагом прошел внутрь кольца, которое при соприкосновением с его телом замерцало зеленым светом.

— Ну что начнем потихоньку, — сказал он, обращаясь к самому себе. — Дана, дай сигнал.

Женщина коротко кивнула и, нагнувшись к пульту, пробежалась по нему пальцами. При этом из кресла вытянулись тонкие жгуты нейродатчиков и метнулись в ее сторону, сливаясь с тканью обтягивающего ее тело сенсоркомба, а на экране появилось изображение «врат». В то же время над взлетным полем бывшего космопорта разнесся громогласный голос:

— Внимание всему персоналу, до начала прокола десять минут, всем срочно покинуть зону перехода.

Работающие в ангаре люди спешно принялись заканчивать свою работу и, отложив инструменты, торопливо направлялись к выходу. Вслед за ними потянулись и некоторые киборги. Тем не менее, к удивлению Соболева, ни кто из рабочих далеко не уходил. Большинство, лишь зашло за пирамиды излучателей и осталось стоять там, переговариваясь и с интересом наблюдая за происходящим. Антон бросил быстрый взгляд на Малышева, но тот был абсолютно спокоен.

— Тридцать секунд до начала прокола, начинаю обратный отчет…

Андрей, все это время молча стоявший на своем месте скрестив руки на груди, встрепенулся и провел ладонью над окружавшим его зеленым кольцом. Повинуясь резким движениям его руки, он разделилось на несколько частей, каждая из которых засверкала разноцветными огоньками пиктограмм. Теперь со стороны Малышев был похож на Юпитер с его множеством спутников, роль которых здесь исполняли плавающие вокруг него мерцающие разноцветными огнями плазмопласты пультов управления.

Изображение «врат» на экране подернулось голубоватой дымкой, и вдруг в воздухе между пластинами возникла ярко-желтая точка.

— Есть пробой, Андрей Львович, связь с приемником установлена, начинаю стабилизацию канала.

Малышев бросил взгляд на свою помощницу и коротко кивнув, принялся манипулировать с кружащими вокруг него пультами, передвигая их с места на место, словно причудливую головоломку.

Желтая точка резко набрала яркости и уже походила на маленькое солнышко, заставляя находящихся в ангаре людей невольно щуриться. Ее резкое исчезновение стало для Антона полной неожиданностью. Он даже сперва, подумал, что что-то пошло не так, пока невидимая камера не сменила ракурс, направив свой объектив прямо на «врата».

Залитая пенобетоном площадка, огороженная по периметру невысокой металлической оградой. Прямо за ней уходящая к самому горизонту равнина, покрытая высокой темно-зеленой травой. Вдали виднеются какие-то строения. Создавалось такое впечатление, что какой-то неведомый шутник загнал между пластинами «врат» голопроекцию.

— Есть пространственная развертка.

Камера вновь сместилась. Некоторые из оставшихся в ангаре людей обнимались, хлопая друг друга по спинам и плечам, радостно пожимая руки, другие что-то бурно обсуждали — было заметно, что по другую сторону экрана царит праздничное настроение.

Соболев поднялся из кресла и подошел к Андрею.

— Думаю тебя можно поздравить.

— Пока рано, вот откатаем полностью программу, тогда можешь поздравлять.

Антон понимающе кивнул и пару мгновений всматривался в раскинувшийся по другую сторону портала пейзаж, затем спросил:

— А что это за планета?

— Это Дальняя. Пятая планета системы А324У дельты Бригса. Находится в девяноста двух парсеках от Земли. Независимая колония, — ответила вместо Малышева его помощница, бросив на Антона быстрый взгляд и сверкнув на миг белозубой улыбкой.

— Ого, прилично, — присвистнул тот. — И сколько же на это надо энергии?

— Порядочно мой друг, порядочно. — Андрей скользнул взглядом по висевшим перед ним небольшим мониторам. — Грубо говоря затраты на этот пробой соизмеримы с количеством энергии выработанной реактором корабля на полет до нее. Так что тут выигрышей никаких, но время… Обычный космолет в подпространстве будет идти до Дальней около месяца. Корабль с прокольником конечно сделает это почти мгновенно, но ты знаешь его минусы — обычный человек внефазовый переход не переживет. Плюс для его полета в точке назначения нужен специальный «финишь-фиксатор», к тому же кораблю еще и сесть надо, а на это тоже уйдет пара часов, зато я…

— А ты можешь преодолеть это одним шагом, — закончил за него Антон.

— Вот именно, — улыбнулся Малышев, не отводя глаз от поступающих на экраны показаний датчиков. Он поднес руку к виску и оттуда по его щеке стек тоненький усик микрофона.

— Василий, повысь напругу на тройке, пошел провал в синусоиде и давай уже продолжать.

— Пять минут, пробой стабилен, — разнесся над площадкой громовой голос. — Всем внимание, начинаем фазу два.

— Фаза два?

— Переправка грузов, — пояснил Андрей, пододвигая ближе один из плавающих в воздухе пультов и пробегая по нему пальцами. — Колонисты как-раз нуждаются кой в каких запчастях на сельхоз технику, ну и так по мелочам. Корабли-то к ним редко ходят, да и все дорого обходится, а тут и людям поможем и проверим заодно.

— Разумно, — кивнул Антон. — Кстати, там защита надеюсь не хуже чем здесь.

— Точно такая же, — рассеянно ответил Малышев, а его рука вновь скользнула к виску. — Андре, синхронизатор идет в разнос, включай резерв, иначе не удержим.

— Что-то не так? — спросил Соболев, с беспокойством смотря на неожиданно нахмурившегося друга.

— Пока не знаю, раньше такого не было. Такое впечатление, что линия пробоя дрожит.

— Это как?

— Потом объясню, — бросил в ответ Малышев, вновь принявшись «играть» пультами и Антон, поняв, что не стоит мешать другу лишними расспросами, вернулся на свое место.

Меж тем к «вратам» подплыла грузовая гравиоплатформа с установленными на ней контейнерами и медленно «протиснулась» между пластинами. Антон невольно напрягся, ожидая всего чего угодно: от обычной вспышки света, до пространственных искажений, однако ничего подобного не произошло — переход прошел совершенно буднично. Такое впечатление, что платформа просто перелетела в соседнее помещение, а не пересекла почти сотню парсек. Вслед за первой платформой к «вратам» направилась вторая, затем третья и каждый раз Антон невольно ожидал какого-нибудь светопреставления, но все шло гладко. Лишь вид нервно кусающего губы Андрея, угрюмо наблюдавшего за происходящим на экране, говорил, что на самом деле все далеко не так радужно. Руки Малышева то и дело скользили от пульта к пульту, заставляя те в ответ вспыхивать чередой разноцветных огоньков.

Наконец, все пять платформ оказались по другую сторону «врат» и Антон уже решил, что эксперимент подошел к концу, но знакомый голос дал понять, что это не так.

— Внимание, начало фазы три! — вновь загремело над полем. — Команде Рикарда приготовиться к переходу!

— Неужели люди пойдут? — он обеспокоенно посмотрел на Малышева. — Андрей, это не опасно?

— Не опаснее обычного рейса на космолете, — ответил тот. — Канал мы стабилизировали, так что все нормально. Неужели ты думал, что я стану зазря рисковать людьми?

Андрей оглянулся и пристально посмотрел на друга, заставив Соболева смущенно отвести глаза.

— И все же…

— Не беспокойся, смотри.

По пандусу поднималось несколько массивных «горбатых» фигур. Три человека, облаченные в поблескивающие иссиня-черной чешуей фазовых т-отражателей скафандры высшей защиты, неспешно направлялись к «вратам». На миг идущий впереди замер у границы перехода, словно чего-то опасаясь, затем сделал шаг. Несколько долгих минут он стоял неподвижно, затем обернулся и махнул рукой своим спутникам, которые тут же последовали за ним.

— Ну вот, видишь… — Андрей пододвинул к себе висящий сбоку пульт и ткнул в него пальцем. — Стив, как все прошло?

— Нормально, Андрей Львович, — в голосе Рикарда слышались напряженные нотки. — Правда, на этот раз «плывун» был гораздо сильнее, но все в пределах нормы.

Брови Малышева сошлись к переносице.

— Без скафандра сможешь?

— Думаю да, тут ведь дело привычки.

— Ясно. Давайте назад и на сегодня закончим. — Он резким движением оттолкнул от себя мерцающую синим светом пластину плазмопласта и тут же пододвинул к себе другую.

Группа Рикарда совершила обратный переход, и тут же окно портала погасло, словно кто-то решительным жестом стер нарисованную между пластинами «врат» картину.

Усик микрофона вновь скользнул к губам Андрея.

— Всем спасибо. На сегодня испытания окончены.

Он устало провел ладонью по лицу, тряхнул головой и сошел со своего места. Висящие в воздухе прямоугольники плазмопластов тут же потеряли свои очертания и с легким звоном соединились в знакомое зеленое кольцо.

— Ну как тебе? — спросил он поднявшегося из кресла Соболева.

— Как-то все… — Антон прищелкнул пальцами, подбирая слова, — обыденно я сказал бы. Ожидал чего-то этакого, а тут…

— Это и хорошо, — улыбнулся Андрей. — «Этакого» нам как раз и не надо, хватило и при первых запусках.

— Были проблемы?

— А куда без них, — уклончиво ответил Малышев и, хлопнув Антона по плечу, добавил: — Не заморачивайся, давай лучше ко мне. Посидим, старые времена повспоминаем. Да и Тина тебя увидеть хотела.

— Она здесь?

— А где же ей быть. Вчера меня весь вечер «пылесосила» за то, что тебя с Лиа в гости не затащил.

— Ну, надо же было на новом месте обустроиться.

— Я ей то же самое говорил, только толку. Так что давай залетим за твоей женушкой и к нам, а то моя меня точно сегодня съест.

— Хорошо, — улыбнулся Антон, — я не против. Только можно сперва пару вопросов?

— Давай. Хотя погодь минутку, — Малышев повернулся к своей помощнице. — Дана, возьми у Андре записи системы и вечерком переправь мне на «вирт», хочу понять, что это сегодня был за сбой.

— Хорошо, Андрей Львович, сделаю, — кивнула та, поднимаясь со своего места и потягиваясь.

Неожиданно для себя Антон загляделся на хрупкую точенную фигурку девушки затянутую в облегающий сенсокомб, но легкий толчок локтем под ребра, заставил его быстро отвести глаза в сторону.

— Не засматривайся, а то ишь, слюни распустил, — шепнул ему на ухо Андрей, но судя по быстрому взгляду девушки, та все же услышала. Малышев расплылся в широкой улыбке и легонько подтолкнул Антона к выходу. Друзья вышли на улицу и быстро переглянувшись, рассмеялись.

— Что ж это ты, старче, на девок молодых засматриваешься, неужели жены уже не хватает? — В глазах Андрея прыгали искорки озорного веселья.

— Ну, я чисто в эстетическом плане, просто полюбоваться, — Антон придал своему лицу смущенное выражение и виновато шаркнул ногой. — Только Лиа ничего не говори, — убьёт.

— Могила, — кивнул Малышев с самым серьезным видом, но не удержался и вновь расхохотался, смотря на неожиданно раскрасневшегося друга.

Они неспешно направились к находящейся неподалёку посадочной площадке служебных глайдеров, дурачась и подтрунивая друг над другом. Изредка навстречу им попадались идущие по своим делам сотрудники, которые с удивлением смотрели на своего начальника, но Андрей не обращал на них внимания. На какой-то краткий миг он вновь почувствовал себя тем самым беззаботным парнем, только что окончившим школу и поступившим в академию. Впереди была жизнь полная неожиданных открытий, приключений и новых знакомств. Как же давно это было. Андрей вздохнул. Давно. А ведь в суете повседневности он даже и не заметил, как промелькнули целые десятилетия. Антон, рассказывающий очередную веселую историю, почувствовал изменение в настроении друга и замолк. Несколько минут они шли молча.

— О чем задумался?

— Да так, — Малышев неопределенно повел плечами. — Вспомнил нашу первую встречу в академии. Здорово тогда над нами подшутили.

Антон удивленно посмотрел на своего спутника, затем понимающе усмехнулся.

Действительно. Первый их день в казармах «Искателя» был полон сюрпризов, которые оставили им их предшественники. В тот день всей их группе пришлось несладко.

Андрею досталась «бешенная кровать» которая принимала какие угодно формы, кроме нужной. Душ Кира вместо воды окатил его инфразвуком. Тина застряла в шкафу с мономолекулярной стеной, которая «заросла» у нее за спиной едва она решила разложить там свои вещи. Айко «вирт» выдал голопроекцию какого-то чуда-юда, отчего тот едва не вынес дверь, спешно ретируясь из своей комнаты. Георг, Эрика, Минако, Гера — все они тогда получили свою порцию так называемого «посвящения в кадеты». Да и ему самому досталось…

— Да уж, помню, помню. Я после этого «посвящения» дня три от люминесцентентки отмыться не мог — светился в темноте как новогодняя елка. А к чему ты это вспомнил?

— Даже и не знаю. Просто что-то на ум пришло. — Андрей ловко перепрыгнул через невысокое ограждение идущее по периметру посадочной площадки. Подойдя к глайдеру, он махнул рукой над сенсором, заставив дверь с легким шипением уйти в сторону. — Кстати, ты о чем хотел спросить-то?

— Спросить? — Антон растерянно потер лоб. — Ах, да. Хотел узнать, что означает «плывун» и зачем тебе вообще понадобилась здесь моя команда?

— А ты вон о чем, — Андрей опустился в приветливо развернувшееся в его сторону кресло. — Садись давай, во время полета поговорим.

Антон послушно влез в кабину. Антигравитационные решетки глайдера налились бледно-синим светом; он приподнялся над площадкой и стремительно ушел ввысь. Малышев включил автопилот и, настроив маршрут, покосился на Антона с отсутствующим видом смотрящего на проплывающий внизу океан. Недостроенный космодром находился на соседнем острове, и до поселка было почти двадцать минут лета.

— Задумался?

— Да так, — Антон вздохнул. — Последние три года мы с Лиа жили на «Немфусе»[41] и теперь как-то непривычно видеть за окном все эти красоты. Там из пейзажа лишь звездное небо, каменистая равнина, да мутный Уран над горизонтом.

— Ясно. — Андрей откинул кресло и, заложив руки за голову, посмотрел на товарища. — Насчет твоих вопросов. Так называемый «плывун» это состояние возникающее при проходе через врата: тошнота, головокружение, расфокусировка зрения, потеря ориентации в пространстве. Продолжается это каких-то пару минут, но довольно неприятно.

— А защита?

Андрей пожал плечами.

— Пока ничего не придумали. Даже СкВЗшки[42] не помогают. Мало того, мы даже не можем определить, что так воздействует на организм. Технология «врат» для нас во многом еще темный лес. Если честно, то, грубо говоря, мы научились бурить дыру в пространстве, толком не понимая как это происходит.

Соболев с удивлением посмотрел на друга.

— Удивлен? — Андрей криво усмехнулся. — Да, да, Антох, это не шутка. Не смотря на все расчеты и исследования многое из происходящего для нас «темный лес». По сути, нынешняя установка это гибрид технологии чужаков найденной на «3274» и пробойника профессора Тана.

— Это той штуки, что ты нашел на Титане? — поинтересовался Антон.

— Слышал об этой истории?

— Краем уха как-то слышал о твоем приключении, поэтому перед полетом сюда ознакомился кой с какими документами, благо доступ позволяет. Да и интересно было знать, чем мой друг занимался все эти годы.

— Ага, ну тогда мне проще будет объяснить тебе причины вызова твоей команды, — Андрей резко предал спинке кресла нормальное положение и, бросив взгляд в окно машины, под днищем которой уже мелькал прибрежный лес, продолжил: — Надеюсь, ты прочел в тех документах, об эксперименте профессора позволившем тому установить канал с «вратами» чужаков.

— Естественно, — кивнул Антон. — Интересно…Стоп. — В глазах Соболева мелькнули огоньки понимания. — Не может быть, — он уставился на друга недоверчивым взглядом. — Андрей, неужели…

— Да, дружище, — кивнул тот с легкой улыбкой. — Пару недель назад мы смогли это повторить.

Глава 3

Бросив беглый взгляд в сторону о чем-то шепчущихся женщин, Андрей получил в ответ многозначительную улыбку жены, тихонько вздохнул и, прикрыв дверь своего кабинета, повернулся к Антону.

— Пусть девчонки пока посплетничают о своем, а мы о делах потолкуем. Садись, — Малышев кивнул в сторону приютившегося у стены углового диванчика, напротив которого стоял небольшой прозрачный столик на тонкой ножке.

Соболев, стоящий у книжного шкафа и с любопытством вертящий в руках золотистую пластину далькского артефакта, понимающе кивнул и, осторожно положив ее на полку, уселся на диван.

— Интересная штука, — сказал он, с любопытством смотря на крышку стола внутри которой мерцало объемное изображение Магелланова облака.

— Ты про стол что ли? — удивился Андрей, пододвигая кресло.

— Да нет, про треугольники Дальского. Интересные штуки. Сколько мы их уже нашли? Пару тысяч?

— Думаю, что больше, — ответил Андрей, наморщив лоб. — Блин, подожди секундочку, — он вернулся к двери и, приоткрыв ее, высунул голову. — Дорогая, можно пару кофе.

Затворив дверь, он вернулся к креслу и, плюхнувшись в него, с улыбкой посмотрел на друга.

— Так что там про треугольники?

— Да я просто увидел его у тебя и задумался. Странная ситуация мы расселились по космосу, вмешиваемся в геном человека, создаем машины с искусственным интеллектом, а эта железяка завела нас в тупик. Куча исследований, сотня гипотез, а по факту мы ведь так и не можем понять, что это за пластинки, откуда они, кто их сделал. Мы просто порой находим их здесь, но кроме этих треугольников ведь нет никаких намеков на то, что на Марсе когда-то была разумная жизнь, или я не прав?

— И да, и нет, — ответил Андрей, откидываясь в кресле. — Косвенных признаков хватает, однако наши предки немного сдурили.

— В смысле?

— В прямом, — Малышев скрестил руки на груди. — Терраформинг Марса проводился в полуавтоматическом режиме, так что остается только гадать, что было уничтожено в те годы. По сути, в данное время на несколько десятков метров в глубину Марс новоделка.

— Интересное выражение.

— Зато точное, — Андрей, улыбаясь, нравоучительно воздел палец. — Тем не менее, в записях первых колонистов встречаются упоминания о каких-то развалинах и попытках их исследования. К сожалению, в конце 23-его столетия во время марсианской войны множество данных было уничтожено и теперь остается только гадать, что отыскали тут местные исследователи. Однако ты прав, пластинка интересная. Я и сам как-то пытался понять, что это такое, но не продвинулся дальше своих коллег. По всем параметрам это просто обыкновенная пластина из хромо-никелевого сплава с напылением из золота и множеством прямоугольных отверстий на поверхности. Ходило предположение, что это какие-то информоносители, но на поверхности нет следов записи, да и атомные решетки не изменены, так что по всем параметрам это обычная железяка с дырками. Возможно украшение, монета или ну не знаю…подставка под чайник.

— Видимо марсиане очень чай любили, коль столько их наштамповали, — усмехнулся Антон.

Андрей только развел руками.

— Кто знает, дружище, кто знает.

Дверь комнаты распахнулась, и на пороге появился домашний кибер похожий на полуметрового рыцаря в белой пластиковой броне. Подойдя к столику, он осторожно поставил на него поднос с дымящимися кружками, между которыми примостилась небольшая вазочка с печеньями и, пожелав «приятного аппетита», удалился.

— А вот и наш кофе, — констатировал Андрей и, повернувшись к двери, крикнул. — Спасибо дорогая, ты у меня золото!

— Не за что, — донеслось из гостиной.

Антон взял кружку и, подцепив одну из печенек, заметил:

— Эх, жаль, Рена тут нет, он бы был рад этой вазочке.

— Это уж точно, — хохотнул Малышев. — Кстати, ты давно с ним виделся?

— Пару лет назад встречались на Лунной базе, да и то мельком, а ты?

— Где-то с год назад он с Минако залетал в гости. Насколько мне известно, они сейчас вместе в дальнике. Вроде наши нашли какую-то планетку с фторной атмосферой, да еще и с признаками развитой биосферы. Биологи аж взбеленились.

— Что-то слышал, — Антон наморщил лоб. — Это не та куда «Стерх» отправился?

— Она самая, — кивнул Андрей и, отхлебнув из своей кружки, добавил: — Кстати путь туда не близкий и даже если все пойдет гладко, то только на полет в одну сторону месяцев пять уйдет. Так что думаю, мы их еще года два не сможем увидеть, а то и больше.

— Грустно все это, — пробормотал Соболев и, заметив немой вопрос в глазах собеседника, пояснил: — Видимся редко, словно боимся друг друга, что ли. Вроде в одной системе живем, а порой даже позвонить рука не поднимается.

— Это верно…

Несколько минут молчали. Малышев сосредоточенно пил кофе, а Антон с задумчивым видом крутил в руках кружку, разглядывая скачущих по ее поверхности антилоп.

— Я думаю, это случилось после смерти твоей сестры, — нарушил затянувшееся молчание Андрей. — Они с Кириллом были как бы стержнем нашей группы, на котором все и держалось. После того случая Кир сломался и это дало первую трещину, а после его исчезновения… Знаешь, Антош, мне кажется мы просто не можем простить себя за случившееся, — все мы. Вроде и вины в этом нашей нет, просто так случилось, но иногда нет-нет, да спрашиваешь себя: «а что было бы, если бы я поступил вот так?»

Перед внутренним взором Антона неожиданно всплыл образ Геры. Сестра сидела на диване, подогнув под себя ноги, и радостно улыбалась. Мужчина почувствовал, как в душе зашевелился противный комок застарелой боли. Он поднял глаза на Андрея, лицо которого словно окаменело, и понимающе кивнул.

Малышев одним глотком допил остававшийся в кружке напиток и, поставив ее на стол, хлопнул ладонью по его поверхности.

— Ладно, дружище, давай закончим эту тему. Нам еще надо обсудить задание твоей группы, а уж плакаться в жилетку друг другу будем как-нибудь потом.

— Хорошо, — Антон провел рукой по лицу, отгоняя призраков прошлого, и проведя рукой по лицу, с грустной улыбкой посмотрел на своего собеседника. — Как я понимаю, дело нас ожидает не совсем обычное, особенно если учесть, что мою группу отправили сюда все же для проведения спасательных работ, а не для испытаний твоих врат. Андрей, скажи прямо, скольких человек ты туда отправил?

— Пятерых, — Малышев откинулся в кресле и тяжело вздохнул. — Я был против, но приказ шел откуда-то сверху.

— Дорнер?

— Нет, — он покачал головой. — Мы не подчиняемся «Искателю», бери выше — Совет.

— Даже так, — Антон озадаченно хмыкнул. — Странно, обычно там всегда осторожничают.

Андрей развел руками.

— Я и сам удивился. Однако кто-то в СВИСе[43] решил, что нам просто необходимо как можно скорее исследовать, что находится по другую сторону, — пришлось подчиниться.

— А не проще было запустить парочку роботов?

— Каких? — усмехнулся Андрей. — Те, что у нас есть, для подобного не годятся. Мы ведь, знаешь ли, как-то не предполагали, что будем исследовать чужие планеты.

— Могли бы запросить.

— Я и хотел, но мой помощник Мастерсон… давайте Андрей Львович, да давайте… В общем, уговорил он меня, Антоха, — уговорил. Впрочем, там делов то: оглядеться, быстренько взять пробы атмосферы, грунта, выставить датчики и назад. Ничего сложного и экстраординарного. К тому же ребята в группе все опытные и подготовленные. Так что единственная загвоздка была во времени удержания канала. Представляешь, это гад жрет энергии точно десяток боевых космолетов и наших генераторов едва хватает на семь минут.

— Расстояние?

— Скорей всего. Но тогда я боюсь даже представить, в какие дали мы пробились. Три адаптированных аг-генератора класса «К-7» и, тем не менее, каждый пробой идет практически в красной зоне, представляешь?

Соболев тихонько присвистнул. Один подобный генератор мог без особого усилия снабжать энергией миллионный город, полностью покрывая все его потребности, а тут целых три. Он озадаченно покачал головой и с укором посмотрел на своего собеседника.

— Андрей, я тебя не узнаю, ты же всегда был сама осторожность, а ту решился на подобную авантюру. Забросил людей черт знает куда, хотя все оборудование работает на грани фола.

Малышев помрачнел, по его лицу было видно что сложившаяся ситуация ему самому не очень нравится.

— Не сыпь соль на рану. Я знаю, что виноват и лично отвечу за это, — бросил он, нахмурив брови. — Пока главное вытащить людей.

— Согласен, — кивнул Антон. — Так что все-таки случилось?

— Даже не знаю, — Андрей на мгновение замялся. — Поначалу все шло нормально. Переход прошел как по маслу, канал был стабилен. Группа пошла, мы отслеживали ее по мониторам, а потом неожиданно канал захлопнулся.

— Захлопнулся?

— Ага, словно кто-то просто его перекрыл.

Антон удивленно вскинул брови.

— Как такое возможно?

— Не знаю, — Малышев развел руками. — Есть предположение, что на той стороне сработала какая-то защита. Как бы там ни было, но связь наладили лишь через сутки.

— И что?

— А ничего, — Андрей скрестил руки на груди, — совершенно ничего, Антош. Ребята как в воду канули. Я лично возглавил следующий отряд, но кроме установленных датчиков мы там ничего не нашли. Увы, за семь минут много не выяснишь, а еще раз рисковать людьми и оставаться до следующего окна я не решился. Мы еще два раза открывали портал, но с тем же результатом.

— Когда это произошло?

— Три дня назад.

— Понятно, — Антон на минуту задумался. — После нашего перехода, через сколько ты сможешь вновь открыть портал?

— Через десять часов, не раньше, — ответил Андрей. — Пять часов на подзарядку накопителей, плюс замена трансмиттерных пластин — горят почти все, и пока не поймем почему. Возможно, идет какая-то обратная пространственная дифракция струны или влияет несовместимость в оборудовании. Если честно, то я вообще удивлен, что нам удалось подключиться к технике чужаков, причем канал получается довольно стабильным.

— Связаться с группой пытались?

— Глупости не спрашивай, — буркнул Малышев. — Связь и бипсы молчат. Нужно оборудование и полноценная поисковая операция, поэтому вас и вызвал.

Дверь комнаты приоткрылась и внутрь просунулась голова жены Андрея.

— Мальчики, вы еще долго, а то нам скучно.

— Уже идем, дорогая, — Малышев послал жене воздушный поцелуй и снова повернулся к Антону. — Ну что пойдем к нашим красавицам, а то что-то заболтались. Думаю, что все остальное подождет до завтра.

— Смотрю ты совсем не переживаешь о своих людях. — Антон сразу же пожалел о невольно вырвавшихся словах, потому как в прищуренных глазах Андрея на мгновение протаяли огоньки стального блеска.

— А ты предлагаешь биться головой о стену и молить о прощении? — зло бросил он. — Ребята знали на что идут, к тому же риск был минимальным. Я уже сказал тебе, что отвечу за принятое решение. И давай на этом сегодня закончим. — Андрей хлопнул ладонями по коленям и резко встал. — Пойдем к девочкам, а то действительно неудобно как-то, бросили их одних.

Не дожидаясь собеседника, он быстрым шагом вышел из комнаты, словно сбегая от возможных новых вопросов. Соболев несколько минут сидел в одиночестве, проматывая в уме произошедший разговор, затем мысленно выругался, обозвав себя последними словами. Насколько он знал Андрея, тот наверняка корил себя за произошедшее и сделал все возможное для поиска пропавших — обвинять его в равнодушии было полной глупостью. Он, покачал головой и, с тяжелым вздохом поднявшись с дивана, подошел к распахнутой двери.

Андрей уже сидел рядом с женой за стоявшим посереди гостиной накрытым столом и что-то увлеченно рассказывал, заставляя женщин смеяться.

— А вот и Антоха, живой и здоровый, — прокомментировал он, бросая на появившегося в дверях Соболева быстрый взгляд. — Давай скорее за стол, а то твоя жена уже бог знает в чем тут меня подозревает. Даже предположила, что я тебя там скушал.

— Ты у меня вообще подозрительная личность и кто знает, чего от тебя ожидать, — рассмеялась Тина, ткнув мужа кулачком под ребро, от чего тот притворно закатил глаза и, схватившись за бок, обмяк на стуле.

— Прямо в сердце, жена. Как ты можешь так думать о своем муже. Не ел я его, так понадкусал только.

— Угу, — подтвердил Антон, усаживаясь рядом с улыбающейся Лиа. — Кусанул пару раз, потом сказал, что я слишком жилистый для его старых зубов.

— Именно, — воздел указательный палец вверх Андрей. — Зачем мне такое старое мясо, когда рядом со мной такая аппетитная красавица. — Он резко выпрямился на стуле и, обхватив Тину руками, нежно куснул ее за мочку уха, заставив щеки женщины залиться краской смущения.

— Муж, перестань!

Малышев рассмеялся. Весь вечер они провели дурачась, разговаривая о жизни, вспоминая друзей и учебу в академии. Изредка Андрей брал в руки старенькую гитару и пел. Только почему-то в этот вечер его репертуар был не очень веселым, порой заставляя глаза женщин наполняться слезами. А Соболев, глядя на своего старого друга, впервые почувствовал, что монолит их дружбы дал некую трещину, и в этом был виноват он сам.

Окружающее вирт-пространство диспетчерского пульта всегда напоминало Ирине кусок слоеного пирога. Чернота космоса, темно-синяя светлеющая к низу полоса мезосферы, затем желтизна стратосферы медленно переходящая в ласковую голубизну тропосферы, и уже под всем этим далекая туманная Земля. Ты словно паришь над планетой, однако ощущения присутствия нет, скорее есть чувство, что ты находишься внутри некой причудливой картины, живущей своей таинственной жизнью. Зеленеют мерцающие линии маршрутов рейсовых летаков. Туманными, постоянно меняющимися пунктирами пробегают вероятностные пути глайдеров и других летательных аппаратов. Бледно-оранжевыми полосами горят разрешенные коридоры для прохода космолетов. Все это напоминает какую-то причудливую постоянно шевелящуюся паутину. Над головой ее нити тоньше, а их переплетение почти незаметно, зато чем ниже, тем рисунок становится гуще и вычурнее. К тому же вся эта «паутина» буквально усеяна разноцветными огоньками различной величины и формы. Внизу их так много, что сектор тропосферы «пылает» словно новогодняя елка. Неподготовленному человеку эта причудливая картина может показаться полным хаосом; огоньки бегут во все стороны, уносятся ввысь, падают вниз, гаснут, вновь появляются, меняют цвет, от их движения буквально рябит в глазах. Однако на самом деле в этом мельтешении есть свой строгий порядок и даже неискушенный наблюдатель, присмотревшись, сможет заметить, что каждый из огоньков бежит строго по своей нити, не отклоняясь от нее ни на йоту.

К счастью сегодня нижние сектора не относятся ее зоне ответственности, и упорядочивать этот «хаос» дело ее напарниц. Ее же работа довести космолет до нижней границы стратосферы, после чего им займутся другие диспетчеры. Вот и сейчас, едва зеленый шарик со светящейся рядом надписью «Б-478» подошел к границе желтого сектора, Ирина скрестила безымянный палец правой руки с указательным.

— Борт четыреста семьдесят восемь, смещение на двадцать три градуса вправо, уходите слишком к северу. Держитесь указанного коридора.

— Понял, диспетчерская, выполняю маневр.

Шарик послушно дернулся, отклоняясь от прежнего курса.

Ирина несколько секунд наблюдала за его перемещением, затем шевельнула пальцами, смещая себя в верхнюю часть синего сектора, где ее указаний ожидало еще три шарика различных размеров. Изображение поверхности Земли резко уменьшилось.

— Борт семьдесят восемь «Артранс», начинайте уход с орбиты и подготовку к спуску, даю коридор.

— Понял, начинаем сход.

— Борт две тысячи семь, ожидайте. — Легкое шевеление пальцами вновь унесло ее к Земле.

Несколько минут женщина двигалась вслед за шариком первого корабля, изредка бросая взгляд на висевший справа экран, где отображалась общая обстановка, затем провела пальцами по запястью.

— Ингма, забирай гостя, он полностью твой, только долго не возись, еще двое на подходе.

— Принято, Ир. Кстати, к тебе там пришли, говорят срочно.

— Да? — Ирина удивлено вскинула брови. — Странно, кому это я понадобилась. Ладно, Оля, подмени.

Пространство рядом замерцало, протаивая струйками огня, которые обрисовали висящий в воздухе тонкий девичий силуэт.

— Ир, я подключилась, — силуэт приветственно махнул рукой.

— Хорошо, Оль, оставляю их на тебя, спускай семьдесят восьмого.

— Будет сделано, Ирина Анатольевна, — огненная фигура вскинула руку к голове, словно отдавая честь. Ирина добродушно усмехнулась и, окинув напоследок вирт-пространство внимательным взглядом, провела двумя пальцами по запястью, как бы рисуя на нем невидимый треугольник. Виртуальный мир погас.

Сг-кресло разделилось на три части, выпуская из своих мягких объятий стройную женскую фигуру, затянутую в облегающую матово-серую кожу сенсокомба. Ирина сняла с головы обруч псиконтроля и, вставив его в специальное углубление, легонько подтолкнула один из лепестков, заставив кресло вновь превратиться в помаргивающий разноцветными огоньками овал.

— Смотрю, ты все так же прекрасна и в хорошей форме.

Спина женщины на миг напряглась, а по лицу пробежала тень легкого раздражения, однако она быстро взяла себя в руки.

— Арни, когда ты появляешься, обязательно происходит какая-то гадость. Что на этот раз?

— Ну почему сразу гадость, Ирочка. Не надо меня уж так демонизировать, — улыбнулся стоящий позади нее высокий худощавый мужчина в строгом костюме. — Я просто решил навестить свою старую знакомую.

— Арнольд, — Ирина поморщилась. — Давай не будем рассказывать сказки. Ты вспоминаешь обо мне, только когда я тебе нужна.

— Не буду спорить, — Майер вздохнул и, оглядев уставленный коконами сг-кресел полутемный зал диспетчерской, добавил: — Ир, нам действительно нужно кое о чем поговорить.

— Кто бы сомневался, — женщина усмехнулась. — Ладно, минут через десять буду в твоем распоряжении, только сброшу с себя эту «змеиную кожу», — сказала она, демонстративно оттягивая у горла прилегающую к телу пластткань сенсокомба.

— Ну, я совершенно не против, чтобы ты осталась в этом наряде, — мужчина с нескрываемым восторгом окинул взглядом точеную фигуру женщины, подчеркнутую плотно обтягивающим комбинезоном. Ирина перехватила этот взгляд и, фыркнув в ответ, неспешно направилась к выходу из зала, грациозно покачивая бедрами.

— Артистка, — пробормотал Майер, задумчиво смотря ей вслед, затем улыбнулся своим мыслям и, покачав головой, направился следом.

С каким-то низким утробным гулом угловатая туша челнока проплыла над головой и, зависнув в воздухе, медленно опустилась вниз, скрывшись за видневшимся за деревьями зданием космопорта. Майер проводил его взглядом и посмотрел на свою собеседницу, остановившуюся у цилиндра торгового автомата. Та, морща лоб, просматривала висящее перед ней меню, растерянно накручивая на указательный палец прядь своих волос. Наконец она вздохнула и щелкнула ногтем по одной из пентаграмм. Внутри автомата что-то зашелестело, а в его матово-сером корпусе появилось небольшое отверстие, откуда выдвинулась блестящая лента со стоящим на ней пластиковым стаканом. Ирина взяла свой заказ и, повернув кольцо на донышке, дождалась, когда синяя полоса вдоль края позеленеет, после чего отхлебнула из него и недовольно поморщилась.

— Мне вот интересно, почему у кофе из автоматов всегда такой противный вкус? — буркнула она. — Это ж бурда какая-то, из чего его делают?

— Ну, — Майер растерянно потер подбородок, вскользь по себя отметив, что неплохо было бы побриться. — Сперва приготавливается шаблонный продукт из натуральных компонентов, затем делается его атомарная копия, которая записывается на специальный носитель и помещается в этот аппарат. Когда покупатель выбирает нужный ему товар, данный шаблон проецируется на жидкую биоматрицу, выстраивая ее атомы в нужном порядке, и на выходе мы получаем нужный продукт.

— Арни, ты думаешь, я не знаю, как это происходит? — улыбнулась женщина. — Об этом же еще в школе рассказывают. Я имела в виду, что сам шаблон, судя по всему, был приготовлен из рук вон плохо. И ведь не меняют его. Постоянно тут беру кофе и постоянно страшенная гадость, впрочем, в других не лучше.

Она посмотрела на зажатый в руке пластиковый стаканчик наигранно-страдальческим взглядом и, отхлебнув маленький глоток, вновь поморщилась. Майер бросил взгляд на свою спутницу, переодевшуюся в бежевый плащ, и отвернулся, чтобы скрыть рвавшуюся на лицо улыбку. Ирина всегда негативно относилась к молекулярной пище и за прошедшие годы явно ничего не изменилось. Они некоторое время шли молча.

— Так о чем ты хотел поговорить?

Арнольд оторвался от бесцельного созерцания растущих вдоль аллеи тополей одетых в расплавленное золото пожелтевшей листвы и посмотрел на Ирину.

— Может где-нибудь присядем. Есть тут поблизости кафе какое-нибудь?

Женщина поморщилась.

— Ближайшее в здании космопорта. Да и не хочу я сидеть, давай лучше пройдемся, ноги разомнем.

— Тоже полезное занятие, — улыбнулся Майер. — Ирин, тут дело такое….черт, как бы сказать — он замялся, заставив женщину удивлённо вскинуть брови, затем нахмуриться.

— Арни, я же тебя просила беспокоить меня только в том случае, если вы вновь отыщете очередную «нору» этих четерехруких. Нашли?

Мужчина покачал головой.

— Нет, Ир не нашли. После разгрома их базы все ниточки оборвались.

— Тогда чего ты от меня хочешь?

Арнольд вздохнул.

— Ир, помнишь «Сайрус».

На лицо Градовой легла тень. Корпорация «Сайрус» была заподозрена в передаче технологий и помощи квадройдам, но прямых доказательств собрать не удалось. Несмотря на большое количество косвенных улик корпорации удалось избежать ответственности, свалив всю вину на отдельных своих высокопоставленных сотрудников. Последовала серия арестов, обысков и громких судебных разбирательств, но на этом все и закончилось. Слишком велико было влияние боссов «Сайруса», слишком высоко вверх тянулись нити их связей, теряясь в глубинах Верховного Совета Анклава (ВеСА). Вот только Ирина почему-то была уверена, что основные виновники произошедшего не понесли заслуженного наказания, оставшись в тени. Майер вполне разделял эту уверенность, но ничего поделать не мог. Землянам мягко, но настойчиво намекнули, чтобы они знали свое место и не совали свой нос, куда не следует. Правда, надо отметить, что после ликвидации базы квадройдов нападение на космолеты Анклава прекратились и их странные гантелеобразные корабли больше не появлялись в пределах его границ. Кое-кто в ВеСАх поспешил объявить о полной победе, приписав ее себе и отодвинув в сторону принявших на себя удар землян. Вскоре все информационные каналы шумели об успехе совместной операции космодесантников ОСМ и СаГеИ, в тяжелейшей битве разгромивших базу террористов. Правду сокрыли, и настоящим героям оставалось лишь скрипеть зубами в бессилии, оплакивая погибших товарищей и проклиная трусость чиновников не решившихся рассказать людям правду. Тогда многие из ребят сломались… Молодые, горячие, верящие в справедливость они просто не понимали, как могло такое произойти.

— Мы ничего не могли сделать, Ир, — тихим голосом произнес Майер, словно прочитав ее мысли. — Да и неважно это было. Главное что мы наконец-то смогли отыскать и уничтожить этих гадов.

Ирина остановилась и пристально посмотрела на Майера.

— Арни, может про «неважно» ты скажешь родителям тех мальчишек и девчонок, что остались там, — бросила она. — Им ведь до сих пор правду не сказали. «Погибли во время выполнения спасательной миссии в результате неблагоприятного стечения обстоятельств» — и все — вся формулировка. Думешь…

Щека Майера нервно дернулась, а в глазах на миг протаяла такая боль, что Ирина невольно замолчала. Прикрыв рот ладошкой, несколько минут молча смотрела на своего собеседника, неожиданно осознав всю тяжесть лежащего на нем бремени власти, которая была для него одновременно даром и проклятием. Арнольд словно мгновенно состарился на несколько десятков лет, его плечи поникли, под глазами пролегли тени, а на лице застыло выражение смертельной усталости. Однако это продолжалось лишь мгновение. Майер быстро смог взять себя в руки вновь превратившись в симпатичного уверенного в себе мужчину средних лет.

— Арни…

— Все нормально, Ир, прости, просто устал что-то. Ты конечно права, но мы, действительно, ничего не могли сделать. Прости, — он вздохнул и, расстегнув стоячий воротник костюма, добавил: — К тому же, возможно оно и к лучшему.

В глазах женщины вспыхнул немой вопрос.

— Понимаешь, Ир, если бы мы рассказали правду, то непонятно чем это могло бы обернуться. Поверь, большинство обывателей не обрадуются, узнав, что их уютный теплый мирок находится под непонятной угрозой и их привычный образ жизни может в один прекрасный момент рухнуть. Реакция людей могла быть непредсказуемой. Поэтому Совет Анклава решил засекретить все произошедшее, дабы не поднимать панику.

— Понятно, — Ирина вздохнула. — Все равно ребят жалко.

— Жалко, Ир, кто спорит. Но они были солдатами, и они выполняли свой долг, не стоит этого забывать, а наш долг не дать их жертве быть напрасной. Враг пока залег, стал осторожнее и чего-то выжидает, а это тревожит даже сильнее.

— Готовят полноценное вторжение?

— Не думаю, — Майер покачал головой. — Эти квадройды отстают от нас в техническом плане на пару сотен лет, если не больше. Их корабли с гравиопушками конечно доставили нам много неприятностей, но это был больше эффект неожиданности и теперь мы можем им эффективно противодействовать. Передача «Сайрусом» некоторого количество оружия и техники так же многого им не даст, так как они еще долго не смогут его воспроизвести. Нет, и наши и анклавские аналитики сходятся в одном: в случае начала полноценных боевых действий квадройды потерпят поражение и довольно быстро.

— Тогда зачем им все это было нужно? База, захват людей, нападения…

— Кто знает, — комиссар пожал плечами, — теорий много. Есть предположение, что граница Анклава подошла вплотную к их территориям, и они просто-напросто решили нас прощупать, оценить возможную угрозу. Так же есть мнение, что нападавшие на нас это некие отщепенцы, преступники, можно сказать космические пираты.

— На пиратов точно не похожи, — сказала Ирина задумчиво. — Большинство из убитых на базе были в одинаковой форме и с однотипным оружием, а это говорит о том, что скорей всего они солдаты регулярной армии.

— Возможно, — не стал спорить Майер, — все равно пока гадать бестолку, информации слишком мало. Давай лучше вернемся к «Сайрусу».

— И что они натворили на этот раз? — поинтересовалась Ирина.

— Пока ничего противозаконного, однако, к нам поступили сведения, что их очень заинтересовала работа профессора Малышева.

— Малышева, — Ирина на секунду наморщила лоб, услышав смутно знакомую фамилию, затем ее тонкие брови взметнулись вверх. — Арни, ты имеешь в виду Андрея Малышева — друга Кира.

Майер молча кивнул.

— В данный момент профессор занят разработкой СМПП и добился в этом больших успехов.

— СМПП?

— Стационарный межпространственный переход прямого пробоя, — пояснил Майер. — Попросту говоря это как бы портал для мгновенного перехода с одной планеты на другую.

— Ого, — в глазах женщины зажглись огоньки удивления. — Неужели Андрей все-таки смог это сделать?

— Ты знала о его работе?

— Не совсем, — Ирина грустно улыбнулась. — Просто они с женой залетали к нам после того случая на Титане и Андрей говорил что хочет попытаться воспроизвести найденные там врата.

— Понятно, ладно, пойдем, а то стоим тут столбами, — Майер бросил взгляд вверх, где над головами проплывал очередной челнок и медленно двинулся дальше по аллее, заставив женщину последовать следом.

— В принципе в интересе «Сайруса» нет ничего удивительного. Я думаю, что эту технологию многие захотели бы прибрать к своим загребущим рукам, однако мы пока и близко не подпускаем анклавцев к данным исследованиям. Тем не менее, сведения о наших успехах как-то просочились наружу и стали известны корпорации.

— Беспокоит, что они связаны с квадройдами?

— И это тоже, — не стал отрицать Майер. — В общем, вот, — он остановился и протянул ей извлеченную из нагрудного кармана пуговку пак-транса. — Пару дней назад на Марс прибыло несколько агентов внешней безопасности «Сайруса», нужно узнать, зачем они там и если что пресечь их деятельность на корню.

— Почему я? — Ирина покосилась на пластинку кристалла и, взяв ее, ехидно поинтересовалась. — У совета что, своих агентов не хватает?

— Хватает, но… в общем, я думаю, что лучше этим заняться тебе. Вот, — он сунул руку за пазуху и, достав оттуда пластинку статфото, протянул ее женщине.

Ирина удивленно посмотрела на Майера и, взяв фотографию, несколько минут внимательно разглядывала изображенную на ней высокую темноволосую девушку, лицо которой сразу же показалось ей смутно знакомым. Заметив в углу фото мерцающий треугольник, она провела по нему пальцем, разворачивая в воздухе небольшой информэкран.

— Тайнор Элина двадцать девять лет, гражданка ОСМ, старший офицер ОВБ, специалист по технической безопасности вирт-систем. Официальная цель визита: осмотр достопримечательностей.

— И что тут такого?

— Ниже читай.

Ирина послушно нажала на треугольник еще раз, выводя на плазмоэкран новую порцию информации.

— Закончила Меласский институт микроэлектроники и кибенизации. Несколько научных работ. Два года назад защитила докторскую. Отец: Генрих Тайнор — профессор биологии, мать: Картай… — Ирина резко замолчала, пристально вглядываясь в горящие строчки, словно не веря своим глазам.

— Картай Ольга Грегоровна, — закончил за нее Арнольд. — И это не совпадение, Ирин, я специально проверил.

— Но это значит… — она посмотрела на мужчину растерянным взглядом. — Это значит…

— Да, Ирин.

Майер осторожно взял ее под руку и почти насильно усадил на стоявшую неподалеку от них скамейку — такой реакции он не ожидал. Ирина выглядела абсолютно потерянной. Неожиданно налетевший ветер, взметнул ее волосы, закачал ветви тополей, обрушив на зажатую между их рядами дорожку целый дождь из листвы. Женщина зябко повела плечами и, закинув голову, уставилась в неожиданно посмурневшее небо; блестящая капля пробороздила дорожку по ее щеке.

— Хорошо, Арни, я согласна.

Глава 4

Клубящееся желто-коричневое марево точно густой клейкий кисель — не видно уже буквально в паре метров. Изредка внутри него возникают какие-то непонятные волнения, заставляющие этот странный туман идти причудливыми завихрениями. Такое впечатление, что внутри двигается что-то огромное, но как бы ты ни вглядывался, увидеть ничего не удается. Под ногами крупные камни, некоторые из которых покрыты корявыми наростами которые похожи на толстую корку засохшей плесени. Несколько раз камера выхватила из тумана изогнутые ветки невидимых деревьев со странной листвой напоминающей шелковистые волосы, а один раз в поле ее зрения попали чьи-то белесые кости. Невидимый оператор остановился, а изображение каменной поверхности резко приблизилось. Видимо снимавший решил получше рассмотреть неожиданную находку. На экране появилась закованная в черно-серую металлопластиковую перчатку рука, которая подобрала одну из костей, однако рассмотреть ее не получилось, так как экран резко погас и, свернувшись в линию, растворился в воздухе.

— Теперь вы примерно представляете, что вас ожидает, — Андрей с прищуром оглядел собравшихся в ангаре спасателей. — Атмосфера там кислородная, но слишком насыщена хлороводородом, да и других не очень полезных примесей хватает, так что без скафандров особо не побегаешь. К тому же довольно жарко: температура колеблется от плюс тридцати по Цельсию ночью до пятидесяти пяти днем. Большая влажность.

— Вопрос, — один из спасателей вскинул руку вверх и, дождавшись разрешающего кивка Андрея, поинтересовался: — Такой туман там постоянно или это временное явление?

— Мы не знаем, — покачал головой Малышев. — Вполне возможно, что это особенность данной местности. По составу это обычные испарения, этакая пароводяная смесь что-то типа этого можно наблюдать у нас на Земле в долине гейзеров, только конечно не в таком масштабе.

— Вау, значит, отправляемся на горячие источники, — хихикнула стоявшая сбоку от задававшего вопрос парня белобрысая девушка, вызвав тем самым гневный взгляд Антона и тут же виновато потупив глаза.

— Вполне возможно, — улыбнулся Андрей. — Только особо расслабиться при гравитации в три джи в любом случае не получится.

Среди спасателей кто-то удивленно присвистнул.

— Черт, придется постоянно таскаться с «заксом»[44], - вздохнула худощавая темноволосая девушка.

— Поверь, Грета, даже этот горб не изуродует твою прекрасную фигурку, — сказал стоявший позади нее парень, обхватывая ее за шею и притягивая к себе.

— Так, команда, — Антон вышел вперед. — Закончили разглагольствования и шуры-муры, — он зыркнул в сторону милующейся парочки, заставив тех буквально вытянуться по стойке смирно. — Начинаем готовиться к выброс…переходу. Андрей, дай, пожалуйста, карту.

Малышев кивнул и, активировав «запястник» соединился с виртом, заставив тот развернуть в воздухе перед собой объемную проекцию.

— Это примерный план местности построенный «виртом» на основании данных с наших сканеров, — пояснил он. — К сожалению, времени у нас было немного, поэтому охват небольшой, всего метров триста, да и точность оставляет желать лучшего, однако хоть какое-то представление, но дает.

Движением руки Андрей увеличил проекцию, одновременно приподняв ее над полом и несколько наклонив, для лучшей видимости.

— Судя по наклону поверхности «врата» находятся на какой-то возвышенности, причем метрах в ста выше по склону сканеры фиксируют пустоту, так что можно предположить, что там обрыв. А вот ниже по склону уже интереснее, — он указал на шевелящееся темно-синее пятно. — Сканер зафиксировал там некий биомассив, что это можно только гадать. Возможно просто обычный лес, а возможно группа злобных инопланетян ожидающих нашего прихода.

Эта неудачная шутка вызвала у собравшихся лишь сдавленные улыбки. Было заметно что, несмотря на общую браваду, большинство из спасателей заметно нервничает. Эти ребята привыкли рисковать своими жизнями, спасая жизни других, но на сей раз задание было несколько необычным. Все прекрасно понимали, что работать придется в непривычных условиях, где каждая ошибка может стать самой настоящей катастрофой для всей команды, причем спасения ждать будет неоткуда. Андрей еще раз оглядел напряженные лица стоявших перед ним парней и девушек, большинству из которых едва ли исполнилось больше двадцати пяти, и мысленно вздохнул. На ум почему-то пришла поговорка Игатьева, что преподавал им «искусство выживания» в академии: «А кто же будет спасать самих спасателей?» Действительно, кто?

Малышев скрипнул зубами. Его глупость и опьянение полученными результатами, поставили под угрозу жизнь не только друзей и коллег, но и этих молодых ребят. И абсолютно прав Антон, обвинивший его в бездушии, — прав как бы ни обидно было это признавать. Он совсем забыл о людях помогавших ему все эти годы. Все они превратились для него лишь в какие-то неодушевлённые приспособления. Стали всего лишь безликими «винтиками» созданной им исследовательской машины необходимой для достижения ЕГО цели. Чувств «винтиков» не замечаешь, с ними не считаешься, так что все произошедшее всего лишь закономерный результат.

— …идем в полной выкладке на ТВЗ-шке. Андрей, танк пройдет в портал.

Слова Антона заставили его вздрогнуть. Он пару секунд смотрел на друга растерянным взглядом, затем кивнул.

— Да, вполне.

— Вот и отлично, — Соболев вновь повернулся к членам своей группы. — Значит всем начать подготовку, до переброса у нас… — он скосил глаза на Малышева.

— Думаю, минут через пятьдесят будем готовы.

— Ясно, значит на все про все минут сорок. Сбор у ангара. Командирам отделений остаться, остальным «разойтись».

Спасатели, переговариваясь и обсуждая услышанное, потянулись к выходу. Одна из девушек остановилась у «врат», принявшись с интересом их рассматривать, но ее практически сразу же окликнули, и она поспешила за своими товарищами. Через пару минут ангар практически опустел.

Антон окинул взглядом оставшихся командиров отделений.

— Значит, действовать будем так: переправляемся двумя отделениями. Дерек, Никол, со мной. Олег, ты со своими ребятами остаетесь пока здесь, переправитесь при следующем открытии. Слишком не расслабляться. Если что-то пойдет не так, именно вам придется нас вытаскивать.

— Принято, командир, — кивнул в ответ коренастый крепыш с коротким ежиком белобрысых волос на голове, хотя по его лицу было видно, что эта новость его несколько расстроила.

— И еще, опросите всех. Если кто-то решит остаться, пусть остается. Задание рискованное и это вполне может быть билет в один конец. Тут каждый должен решить сам за себя.

— У нас каждое задание рискованное, — буркнул высокий смуглый парень и тут же добавил: — Командир, не думаю, что из моих кто-то откажется, к тому же это ведь чертовски интересно побывать в неизведанном мире, — он расплылся в белозубой улыбке, которая правда тут же увяла под насупленным взглядом Антона.

— Опросить, всех, — отрезал Соболев. — За пять минут до сбора доложить результаты. Всё. Свободны.

Парни вытянулись по стойке смирно и, отдав честь, поспешили к выходу из ангара.

— Дружище, а я смотрю у тебя в прайде почти военная дисциплина, — сказал Андрей, с улыбкой хлопая Антона по плечу. — Строго ты с ними.

— А как иначе, — пожал плечами Соболев. — Ребята молодые и горячие, — он покачал головой. — Порой удивляюсь, какой ветер у них в голове.

— Антон, брось, забыл, какими мы были?

— Возможно наоборот, слишком хорошо помню, — Антон криво усмехнулся. — Но так же помню к чему это, в конце концов, привело.

Он вскинул открытую ладонь к виску и, резко развернувшись на каблуках, направился вслед за своими подчинёнными. Малышев долго смотрел ему вслед, нервно играя желваками, затем тяжело вздохнул и, сунув руки в карманы короткой куртки, покачал головой.

Город поражал — поражал в первую очередь практически полным отсутствием людей. Элине, выросшей в огромном мегаполисе на планете входящей в десятку ведущих миров Анклава, было странно и дико смотреть на его полупустые улицы. Ни суеты, ни вечного потока машин на земле и в небе, ни разномастного гула навязчивых реклам, разворачивающих свои красочные «тела» в любом доступном взору месте. По сравнению с ее родным Миассом тут царила тишина. Редкие пешеходы неспешно бродили по широким проспектам, больше похожим на рукотворные сады, да небольшие разноцветные машинки, изредка проносились над головой по полупрозрачным лентам дорог. Пару раз в высоте с шуршанием проносились чечевицеобразные тела глайдеров, но в основном местные жители почему-то предпочитали передвигаться пешком или на наземном транспорте. А еще ее подкупила какая-то странная открытость людей, готовность помочь абсолютно незнакомому человеку. Такое было просто невозможно представить на Миассе, где каждый был занят собой, погрязнув в бесконечной череде однотипных будней огромного мегаполиса. Но, пожалуй, больше всего ее удивило отсутствие пожилых людей, большинство встреченных ей жителей города словно сошли с обложки гламурного журнала: молоды, подтянуты с белозубыми счастливыми улыбками. Раньше она считала, что это прерогатива ее матери выглядеть в свои сорок с хвостиком едва ли на двадцать пять, но теперь убедилась что это не так. Странная планета. Отправляясь на окраину Анклава, она ожидала увидеть очередной заштатный мир, медленно регрессирующий в отдалении от центра, а тут…Непонятно. Непонятно еще и то, что с самого первого дня своего пребывания на этой планете она чувствовала необыкновенное спокойствие и легкость, словно наконец-то вернулась домой после долгого путешествия. Впрочем, в какой-то степени так оно и было. Ее мать ведь родом из этой системы.

Элина вздохнула и, потянувшись всем своим гибким телом, плюхнулась в стоявшее у большого панорамного окна мягкое кресло, закинув руки за голову.

«Мама. Как же давно мы не виделись? Год, два…может больше. Почему же когда я сказала что лечу на Марс, ты так побледнела и долго буравила меня взглядом, нервно кусая губы. Почему? Что же ты скрываешь? Почему ты всегда так мало рассказывала о своей родине и что за незнакомый парень изображен на том фото, которое ты так бережно хранишь?»

Элина несколько минут буравила белоснежную гладь потолка отсутствующим взглядом, затем мотнула головой и резко встала. Прошлепав босыми ногами к темно-синей глыбе схрона, она сунул руку в его податливое нутро и, достав оттуда цветастую банку апельсинового сока, подошла к окну.

Рассвет робко наползал на небосклон, сгоняя звезды с его черного покрывала. Здесь было мало высотных зданий и поэтому из ее расположенного на двадцатом этаже номера, утопающий в зелени город был как на ладони. Она припала губами к холодному краю банки, наблюдая, как словно нехотя гаснут фонари уличного освещения. Город потихоньку просыпался. По дорогам понеслись разноцветные машины, а на улицах появились роботы-уборщики и принялись за свою работу, стараясь не мешать первым прохожим уже спешившим куда-то по своим делам. Все это так же разительно отличалось от привычного для нее облика большого города, в котором жизнь ночью кипела не менее бурно, чем днем и, тем не менее, здесь ей нравилось. Возможно, когда-нибудь стоило бросить карьеру и перебраться сюда или в какое-нибудь подобное место, подальше от суеты.

— Здесь, наверное, хорошо растить детей, — прошептала она и, грустно усмехнувшись, кинула пустую банку себе под ноги. Металлический цилиндрик несколько секунд лежал неподвижно, затем медленно погрузился в казавшуюся монолитной поверхность пола.

Элина еще несколько минут стояла у окна, любуясь рассветом, но тихонько тренькнувший дверной звонок заставил ее прервать это занятие и обернуться.

— Кого это там принесло? — буркнула она себе под нос и, подойдя к входной двери, провела рукой по ее поверхности на уровне глаз, словно стирая невидимую пыль. Пластик в этом месте послушно стал прозрачным, открывая ее взору залитый светом коридор и стоящего напротив светловолосого парня в фривольно-разноцветной рубашке с хаотично движущимся рисунком.

Девушка удивленно вскинула брови и, ткнув пальцем в сенсор блокировки, распахнула дверь.

— Дерик, ты чего в такую рань? Что-то случилось?

— Да наша «железная леди» приказала трубить сбор, — парень поморщился, — ждет всех у себя через полчаса, так что поторопись.

— Черт, — Элина невольно провела рукой по взъерошенным волосам. — Ладно, сейчас оденусь, буди Тана, а то он опять пойди половину ночи в сети болтался.

Парень коротко кивнул и, сунув руки в карманы ярко-красных шорт, неспешно направился по коридору в сторону лифта, насвистывая себе под нос какую-то бодренькую мелодию. Элина проводила его взглядом и, захлопнув дверь, поспешила в ванную — нужно было срочно приводить себя в порядок, ибо Ланга ждать не любила.

Ирина сидела за столом и, подперев подбородок руками, с задумчивым видом рассматривала стоявших напротив нее своих новых подчинённых. Парень: Андрей Соколов, двадцать семь лет, старший лейтенант оперуполномоченный УБВУ СБЗ[45], специалист по безопасности вирт-сетей, закончил с отличием Берлинскую Академию Правопорядка. Худой, высокий юноша, с короткими черными волосами и твердым пристальным взглядом. Девушка: Арина Дзак, двадцать пять лет, капрал УБВУ СБЗ, судя по досье, только месяц назад закончила стажировку и принята в штат Новониколаевского отделения. На первый взгляд растерянная пигалица, которая с испугом смотрит на свою новую начальницу большими пронзительно-зелеными глазами. Однако если судить по тому же досье, девочка не лыком шита и уже успела поучаствовать в нескольких операциях, причем проводимых в мирах Анклава, а это говорило о многом. На задания вне системы обычно посылали лучших агентов, готовых в прямом смысле слова рисковать своей жизнью; анклавцы очень не любили когда лезли в их дела и в случае провала обычно не церемонились. Ясно одно — девчонка не так проста, как хочет казаться.

— Что ж, ребятки, позвольте представиться — Градова Ирина Анатольевна майор ВСС. С сегодняшнего дня и до окончания операции вы в моем полном подчинении, так что пока прошу забыть о своих личных делах и прочих проблемах. Все понятно?

Оперативники дружно кивнули, при этом по лицу девушки почему-то промелькнула легкая тень раздражения, но она промолчала.

— Вот и хорошо, — Ирина на секунду задержала взгляд на Арине, затем продолжила: — О себе хочу сказать, что я женщина добрая, общительная и отзывчивая, однако люблю, чтобы мои команды выполнялись в точности и беспрекословно. Впрочем, безынициативные и не имеющие своего мнения люди меня тоже не устраивают. Так что нужно балансировать между этими моими противоречивыми желаниями, — она улыбнулась, заметив некоторую растерянность на лицах своих новых подчинённых. — Ладно, ребята, потихоньку поймете, а пока введите меня немного в курс дела. Что мы там имеем по нашим подозреваемым?

Арина шагнула вперед ложа на стол тонкую красную папку, которую все это время держала в руках.

— Тут все, что удалось узнать по прибывшим. — Голос у девушки был мягким и вкрадчивым.

Ирина приоткрыла папку и, заметив внутри кругляш пак-транса[46], поморщилась.

— Давай-ка лучше сама, документы я вечером посмотрю.

Девушка коротко кивнула и, вытащив из папки пластинку информ-кристалла, бросила взгляд на стол, затем вопросительно посмотрела на женщину.

— Можно?

— Естественно, — Она поднялась с кресла, уступая место оперативнице и, отойдя к окну, указала рукой на свое место. — Прошу, капрал. Арина быстро подошла к столу и, активировав «вирт», вставила пластинку в углубление считывателя. Одна из стен кабинета тут же превратилась в экран, на котором появились фотографий пяти человек. Судя интерьеру, все они были сделаны в одном и том же космопорте и отличались лишь датой и временем проведения съемки.

— Двое мужчин и три женщины, судя по документам, прибыли из разных концов Анклава и никак не связаны друг с другом, если бы не наш информатор в «Сайрусе» мы бы и не обратили на них внимания. Точнее полученная нами информация касалась только ее, — Арина провела двумя пальцами по поверхности стола, разводя их в стороны и одна из фотографий послушно увеличилась, выдвигаясь на передний план.

— Ланга Фарбиа, сорок три года, бывший майор спецназа ОСМ, награждена «орденом мужества» за операцию на Гарии, «орден славы» второй и третей степени, медаль за…

— Регалии можешь не перечислять, давай кратенько, — прервала девушку Ирина, разглядывая фотографию с которой на нее смотрела привлекательная светловолосая женщина, взгляд которой больше походил на равнодушный взор видеосенсоров какого-нибудь кибера.

— Где-то три года назад, — продолжила меж тем оперативница, после секундного молчания, — майор Фарбиа неожиданно была обвинена в убийстве двух своих подчинённых во время одной из операций и взята под стражу. В конце концов, ее все же оправдали, но, не смотря на снятые обвинения, армия поспешила от нее избавиться. Фарбиа была отправлена в отставку, однако без работы она оставалась недолго и буквально через пару недель поступила в службу безопасности «Сайруса», где сразу же была назначена замначальника отдела технико-экономической безопасности корпорации.

— Технический шпионаж, — Ирина понимающе усмехнулась. — Однако «Сайрус» серьезно подходит к воровству разработок конкурентов, коли нанимает таких спецов. Что-то еще есть по ней важного?

— Да, судя по нашим данным, она кибернойд с шестидесяти процентным замещением.

Брови женщины удивленно взметнулись вверх, затем озабоченно сошлись на переносице.

— А вот это уже серьезно, — Ирина с прищуром посмотрела на фото. — Орден за операцию на Гарии говоришь… — она многозначительно хмыкнула. — Похоже наша дамочка бывший боец восьмой кибернезированной бригады ОСМ.

— «Палачи бога».

Градова скосила глаза на парня стоявшего все это время молча.

— Откуда знаешь про них?

— Читал в сети, — уклончиво ответил тот. — Они элита космодесанта. Причем все бойцы в бригаде кибернойды. Обычно «Палачей» отправляют на самые трудные задания, и пока провалов у них не было.

— Ну, почти верно, — кивнула Ирина, задумчиво накручивая локон ниспадающих на плечи волос на указательный палец. — М-да не удивительно, что «Сайрус» так быстро прибрал ее к рукам. Удивительно, что они послали ее к нам, такими людьми просто так не раскидываются и, по всей видимости, разработки профессора Малышева зачем-то очень нужны корпорации. Только вот зачем? — она покачала головой. — Ладно, пока смысла гадать нет, вариантов может быть много. Что было в сообщении информатора и как вышли на остальных?

— Про содержание сообщения нам неизвестно, — покачала головой Арина. — Лучше вам обратиться за этим непосредственно к комиссару, а насчет остальных… Мы провели структурный анализ прибывших из Анклава в течение последнего месяца и обнаружили еще четверых гостей так или иначе связанных с «Сайрусом». После этого оставалось лишь загрузить их биометрики в городскую сеть видеонаблюдения и ждать. Вот результат.

Оперативница пробежалась пальцами по замерцавшей на поверхности стола клавиатуре, убирая с монитора фото и выводя видеозапись небольшого уличного кафе. Причем съемка велась откуда-то снизу, так что в поле камеры в основном мелькали ножки столов стульев да ноги немногочисленных посетителей.

— Съемка ведется с сенсоров кибер-уборщика, — пояснила Арина, перематывая запись. — Вот сейчас.

Судя по происходящему на экране, машинка медленно двигалась между столов, выполняя свою монотонную работу и вдруг замерла, а в углу монитора заморгал красный треугольник. Изображение дернулось и резко сместилось вверх, показывая сидящую за столиком пару, в которых нетрудно было узнать людей с фотографии.

— О, Аманда, смотри, похоже, этот малыш в тебя влюбился, — раздался мужской голос. — Смотри, как разглядывает. Всегда думал, что железкам ты нравишься, только не как не могу понять почему.

— Просто я не такая дура как ты, — как-то зло бросила в ответ девушка, одетая в темно-зеленый обтягивающий комбинезон больше похожий на закрытый купальник со штанинами. — Стул пододвинь, а то он к соседнему столику не может подобраться.

— Объедет, — буркнул в ответ мужчина и отпихнул робота ногой, заставив того откатиться назад и врезаться в стоящий позади стул. Экран погас.

Оперативница отключила запись и вновь вывела на экран фотографии, выделив и увеличив две из них.

— Некто Аманда Роун и Таниел Ланк, бывшие научные сотрудники «Сайруса», уволены после скандала с квадройдами. По нашим сведениям работали в одном из филиалов поставлявшим чужакам оружие, однако прямую причастность их к сделкам установить не удалось.

— И что их связывает с госпожой Фарбиа?

— То, что за прошедшие четыре дня они несколько раз встречались в этом кафе как друг с другом, так и с другими подозреваемыми.

— Понятно, кто еще остался?

— Дерик Ноул и Элина Тайнор. И если с последней все понятно — она действующий сотрудник корпорации, то Дерик наоборот довольно интересная личность и одновременно темная лошадка.

— Вот даже как. И чем же ты удивишь меня на этот раз?

— Он биотик, предположительно четвертого класса, — сказала Арина, оборачиваясь и пристально смотря на Ирину, словно ожидая от нее какой-то реакции, однако та лишь вопросительно приподняла бровь.

— Продолжай.

Арина с некоторым разочарованием кивнула и вновь повернулась к экрану, увеличивая и выводя на экран фото парня лет двадцати пяти стоящего у тянущегося вдоль реки парапета.

— Дерик Ноул по всем документам ему двадцать три года, нигде официально не работает, музыкант, закончил Тернскую консерваторию по классу фортепьяно. О его биотических способностях упоминания нет, так что скорей всего документы фальшивка.

— Причем очень хорошая фальшивка, — вновь подал голос Соколов.

Причем нигде в документах это не отмечено, да и датчики в космопорте ничего подозрительного не засекли, однако, вот, смотрите…

На этот раз съемка велась откуда-то сверху и немного сбоку, позволяя разглядеть задумчивое лицо юноши. Он облокотился на парапет и лениво смотрел куда-то перед собой, словно что-то внимательно разглядывая. Камера чуток сместилась и Ирина с удивлением увидела висящие над водой прозрачные пузыри, внутри которых таращили глаза испуганные рыбины. В это время по губам парня вдруг скользнула хищная улыбка, и он резко хлопнул в ладоши, заставив шары разлететься кровавыми брызгами. Рассмеявшись чему-то своему, юноша ловко запрыгнул на парапет и, балансируя руками, двинулся по нему вперед, но вдруг замер и медленно повернул голову в сторону камеры. Его правый глаз нервно дернулся, а рот скривился в презрительной усмешке; взмах руки и запись прервалась.

— Наблюдение производилось с патрульного дрона стражей, — пояснила оперативница, возвращая стене первоначальный вид и поднимаясь из-за стола. — Робота потом нашли, но его внутренности превращены психоимпульсом буквально в кашу и восстановлению не подлежат.

— Это все?

— Да, мэм.

Ирина невольно скривилась.

— Арина, давай без этих «мэм», «госпожа полковник» и прочего — не люблю, — она бросила быстрый взгляд в сторону Соколова. — Это кстати и тебя Андрей касается. Для вас я просто Ирина Анатольевна. Понятно?

Оперативники удивленно переглянулись и дружно кивнули.

— Вот и хорошо, — «изменённая» улыбнулась. — А пока ответьте на один вопрос: как думаете, они почуяли слежку?

— Думаю что нет, — мотнула головой Арина. — Вели мы их осторожно, на прямой визуальный контакт не шли, да и…

— Думаю что да, — неожиданно перебил девушку Андрей, заставив ту недовольно вскинуться и «окатить» его гневным взглядом. Виновато улыбнувшись в ответ, он продолжил: — Мы уже почти неделю наблюдаем за подозреваемыми, и если в первые дни после прибытия они вели себя осторожно, встречаясь друг с другом словно случайно, то в последние два дня делают это буквально демонстративно. Они словно говорят нам: «Вот мы — смотрите, обычные туристы, ходим по городу, ездим на экскурсии, развлекаемся. Да, мы знакомы друг с другом, ну и что?»

— Не согласна, — упрямо мотнула головой Арина. — Я считаю, что они просто расслабились, решили, что им ничего не угрожает. Впрочем, по моему мнению, эта реакция вполне ожидаема, мы ведь для них провинциалы.

— Возможно, возможно, — пробормотала Ирина задумчиво. Она несколько минут сидела неподвижно, затем мотнула головой. — Ладно, как бы там ни было, но нам уже пора выяснить, что им действительно тут надо, а поэтому поступим так…

Ирина вышла на балкон и, облокотившись на перила, набрала на заяпястнике номер Арнольда. Узкая туманная полоска экрана скользнула на ее глаза, отрезая от внешнего мира. Майер долго не отвечал, но, в конце концов, экран моргнул, отобразив его несколько взъерошенную и заспанную физиономию.

— Ир, ты не могла до утра потерпеть, или что-то срочное?

— Арни, ты знал о биотике?

Майер неопределенно повел плечами.

— Вроде что-то такое докладывали. А в чем проблема?

— Я думаю, что его уровень куда выше определённого твоими ребятами.

— Даже так, — комиссар на секунду задумался. — Подожди минутку, Ир, переберусь в свой кабинет, а то жену разбужу.

Экран на некоторое время погас, мерцая разноцветными фигурами заставки ожидания, а когда вспыхнул вновь, то Ирина увидела что Арнольд сидит за столом, помешивая ложечкой в небольшой кружке.

— Три часа ночи, Ир, ну ей богу, неужели нельзя было подождать до утра, — проворчал он, с шумом отхлебывая из нее исходящий паром напиток.

— А у нас тут день и погода замечательная.

— Острячка, — буркнул Майер. — Лучше в нормальный режим перейди, а то как-то неудобно с аватаркой разговаривать.

Ирина послушно провела пальцем по запястнику, превращая туманные «очки» в висящий перед глазами полуметровый экран.

— Вот так-то лучше, — Майер с легким вздохом откинулся в кресле и, «подцепив» со стола кружку с кофе, посмотрел на Ирину. — Ну-с, я тебя внимательно слушаю.

— Арни, я считаю, что твои ребята ошиблись с оценкой, — повторила «изменённая». — Этот анклавский биотик куда сильнее четвертого класса.

— И что? — бросил Майер, едва сдерживаясь, чтобы не зевнуть. — Разве это что-то меняет?

— В принципе нет, но если ты хочешь чтобы все прошло как по маслу, то мне нужен Геп.

— Геп? — Арнольд рассеяно покрутил в руках кружку. — Ну, думаю, тут проблем не будет, тем более что он как раз на Марсе.

— На Марсе?

— А ты не знала? — комиссар добродушно усмехнулся. — Он уже лет пять, как перебрался на Марс. У него тут небольшая ферма, разводит помидоры, огурцы и прочую растительность. В общем, я с ним сейчас свяжусь. Что-то еще?

— Нет, — Ирина покачала головой. — Вроде все.

— Стоило из-за этого мне поднимать посереди ночи, — проворчал Майер. — Ладно, как тебе молодежь?

— Ну, на первый взгляд ребята перспективные, а там посмотрим. Игру мы уже начали.

Арнольд отсалютовал кружкой.

— Что ж, удачи и будь добра, держи меня в курсе. — Экран погас и разлетелся мириадами искорок.

Ирина несколько минут стояла неподвижно, провожая глазами пролетающие мимо балкона глайдеры, затем мотнула головой и, вздохнув, вновь пробежалась пальцами по запястнику. С развернувшегося экрана на нее удивленно смотрела стройная миловидная женщина в купальнике; судя по видневшимся на заднем фоне лежакам, вызов застал ее прямо на пляже.

— Тетя Ира? — наконец неуверенно произнесла она.

Глава 5

Божья коровка перебралась с ладони на тыльную сторону руки и, быстро семеня своими лапками, устремилась к кончикам пальцев. На несколько мгновений застыла на ногте указательного, затем ее крапчатый панцирь «треснул» выпуская на волю дымчатые пленки крыльев. Миг, и жучок унесся в бездонную голубизну летнего неба.

Лаймалин проводила божью коровку грустным взглядом, завидуя ее свободе, и покосилась на сидевших неподалеку кадетов. Из ее подопечных до испытания дошли всего два отделения из четырех — не самый плохой результат, но и не самый хороший.

С другой стороны все ее ребята увлечены своими профессиями и это прекрасно видно по их «горящим» глазам, так что о результатах можно поспорить. Лаймалин улыбнулась своим мыслям и, потянувшись, бросила взгляд на пустую взлетную полосу над поверхностью которой дрожало марево от раскаленных на солнце плит пенобетона. Жарко. Температура давно уже перевалила за тридцать градусов, и даже тень от ангара, в которой расположились кадеты, мало помогала. Хорошо еще, что на ней «элэска» со встроенной системой микроклимата и жара, собственно говоря, по боку, а вот ребятишек жалко — маются. В их «тридцатьчетверках» подобная система пока отключена, впрочем, как и некоторые другие функции — таковы условия испытания. Кадеты должны быть, как можно ближе к матушке природе, или как любил приговаривать Дорнер: почувствовать ее «ласковое дыхание» и «любящие поцелуи» на своих изнеженных цивилизацией телах. Естественно перемещения всех отделений будут отслеживать, но вмешательство предусмотрено только в крайних случаях, — ребята должны и всех трудностей выпутываться сами. Хотя какие там трудности? Так, легкая пешая прогулка по лесу с выполнением определенных заданий. Конечно есть вероятность напороться на хищного зверя, но это редкость. С людьми они не горят особым желанием встречаться, да и оружие кадетам выдается. Так что единственные настоящие проблемы в данном испытании — это комары, собственные страхи, да личностные взаимоотношения в команде. Впрочем этого вполне достаточно, для того чтобы некоторые сошли с дистанции. И все же случается всякое…

— Нет, мальчики, правда, мне Светка из «гаммы» рассказывала. Во время подобных испытаний лет десять назад одна из групп обнаружила корабль чужаков. Ребята решили его исследовать сами, полезли внутрь, а там огромные пауки. Пока помощь подоспела, одного сожрали.

Лайм вынырнула из раздумий и невольно навострила уши.

— Оль, брось, неужели в эти побасенки веришь, этой истории в обед сто лет. Мне ее ребята еще на первом курсе рассказывали, — бросил один из парней. — Только в их интерпретации были не пауки, а ящерицы и произошло это не десять лет назад, а двадцать пять.

— А я слышал про каких-то разумных амеб, — пробасил развалившийся на траве неподалеку от Лаймалин рыжеволосый кадет, — и те сожрали почти всю группу.

— Вот — вот, — кивнул первый. — Я и говорю — сказки все это.

— Фома ты неверующая, Дим, вот кто ты.

Девчонка надула губы и отвернулась всем своим видом показывая обиду, заставив парня растерянно захлопать глазами и вопросительно посмотреть на своего товарища. Рыжеволосый оглядел друзей, понимающе усмехнулся и, подмигнув другу, растянулся на траве, заложив руки за голову.

Лайм закрыла глаза и оперлась спиной о стену ангара. Тот давний случай с группой Кирилла был засекречен руководством академии, но полностью скрыть происшедшее все равно не удалось — слухи просочились. В результате это приключение постепенно обросло, слухами домыслами и преувеличениями, превратилось в легенду, сказку, историю об отважных кадетах попытавшихся ценой жизни остановить вторжение инопланетной угрозы. Девушка невольно улыбнулась и покачала головой. Как же мало в этом правды, хотя так ли уж она нужна этим ребятам, может сказка лучше… Она вздохнула и скосила глаза на «запястник» — глайдер задерживался. По расписанию высадку всех групп должны были закончить до полудня, а судя по цифрам на дисплее уже было полдвенадцатого и еще оставалось пять отделений. График явно летел в тартарары. Лаймалин мысленно чертыхнулась и вызвала Лунина.

— Павел Николаевич, у нас задержка, не в курсе, что там с глайдерами случилось?

— Ничего серьезного, у Дина решетка накрылась сел и чинится, Алексей ему помогает. Хотел выслать ремонтников, но говорят, что сами управятся за пару часов. Задействуем пока сейпер, так что минут через десять готовь следующую партию. Кто там у вас остался?

— Мои и Николая.

— Тогда всех сразу и отправляй.

— Принято, Павел Николаевич, — струйка микрофона втянулась за ухо.

Лайм резко выпрямилась и хлопнула в ладоши, привлекая внимание кадетов. Все дружно повернули головы в ее сторону.

— Так, подъем, всем пять минут на сборы. Ник, ты своих тоже давай готовь, Лунин сказал, всех сразу заберут!

Высокий светловолосый мужчина, сидевший метрах в десяти от нее в окружении десятка кадетов и что-то им тихонько рассказывающий, удивленно поднял голову.

— Что-то случилось?

— Один из глайдеров сломался, забросят сейпером.

— Понятно, — кивнул Ник, ловко вскакивая на ноги, отряхивая руки и подходя к Лайм. — Давай тогда их строить, что ли.

Серебристый полумесяц сейпера скользнул вниз и, зависнув над взлеткой, медленно опустился вниз, выкинув из своего более темного подбрюшья небольшие опоры. Кадеты выстроились вдоль края взлетного поля и ожидали приказа своих кураторов на посадку. Лайм прошлась вдоль куцего строя, мысленно отмечая плохо скрываемое волнение на их Впрочем, удивительного тут было мало. Во-первых, несмотря на всю свою подготовку, большинство из ребят все же были городскими жителями, привыкшими ко всем благам цивилизации, поэтому их фантазия рисовала различные ужасы при мысли о близком контакте дикой природой. Во-вторых, это был все-таки экзамен, от которого завесила их дальнейшая судьба. Часто бывало и такое, что имея прекрасные оценки по всем дисциплинам, но столкнувшись с обычными трудностями туристического похода, курсанты «сдувались». Но такой провал лучше для них же самих. По сравнению с дальнейшими трудностями обучения, когда они уже курсантами пойдут на стажировки в отряды спасателей, это испытание покажется им всего лишь легкой прогулкой — забавной шуткой кураторов. Так что слабаков лучше отсеять сразу. Сколько ж из ее ребят выдержат его? Кто сдастся? Пожалуй стоит потревожится за Нину, Егора и Катрин. Девчонки умницы, но слишком уж домашние какие-то, а парень наоборот слишком резв, напорист и порой нахален — словно постоянно старается спрятать свою неуверенность. Вот и сейчас с вызовом зыркает глазами, но пульсирующая на виске венка ясно говорит, что он сильно мандражирует. Что ж посмотрим, результаты порой бывают непредсказуемы.

— Ребята, хочу пожелать вам всем удачи, — Лайм еще раз внимательно оглядела строй.

— Помните, в любой момент, любой из вашей группы может подать сигнал и его заберут. Для этих целей у всех вас имеются маячки. К сожалению, для сошедшего с дистанции это будет означать провал экзамена и соответственно отчисление. Исключения составляют: серьезные ранения, непредвиденные случаи связанные с прямой угрозой для жизни и прочее ЧП. И помните, это испытание лишь малая часть трудностей, с которыми предстоит столкнуться вам в вашей дальнейшей работе, а сейчас еще раз удачи.

Она на секунду замолчала, а потом неожиданно добавила.

— Кстати, та история про кадетов и инопланетный корабль, только частично выдумка.

Я сама лично знаю ее участников.

Большинство лиц стоявших перед ней ребят удивленно вытянулись, а в глазах застыл немой вопрос. Однако как ни странно это вроде бы безобидное замечание прогнало висевшее над строем напряжение, заставив кадетов несколько оживиться. Было видно, что они просто готовы закидать ее вопросами. Что ж так-то получше. Лайм в ответ многозначительно улыбнулась и резко вскинула к виску раскрытую ладонь, отдавая честь.

— Служу Земле.

— Служим Земле! — раздался в ответ нестройный хор голосов.

— Уверены, что нас ведут?

— Естественно, — бросил Таниел, плюхаясь в кресло и загребая горсть разноцветных шариков конфет из вазочки стоящей на приткнувшемся сбоку журнальном столике. — Дилетанты. Пацан так мне вообще чуть в спину не уткнулся, — он коротко хихикнул. — Смутился — страсть.

— Может мне ими заняться? — поинтересовался равнодушным голосом сидевший на широком подоконнике Дерек. — Проучим местных легавых.

— А что идея неплохая, — улыбнулся Таниел, отправляя в рот все конфеты за раз. — Мугно пощукутоть дурувенщуну.

— Отставить, — появившаяся в дверях спальни высокая мускулистая женщина, на которой из всей одежды были только обтягивающие брюки, окинула собравшихся пристальным взглядом. — Совсем уже страх потеряли, расслабились. Эти земляшки не такие уж и дураки, какими хотят казаться.

— Да бросьте, Фарбиа, обычная заштатная системка считающая себя пупом галактики. Аманда, помнишь, как нас на Ригволе местные пытались взять.

— Еще бы, — усмехнулась сидевшая в кресле по другую сторону столика худенькая рыжеволосая девушка. — Ты был тогда неподражаем, дорогой.

— Как всегда, милая, — мужчина довольно прищурился в ответ. — Здорово мы там покуролесили, — он снова потянулся за конфетами. — Повторим?

— Ты что меня плохо слышал? — Ланга неуловимым движением оказалась рядом с Таниелом, а ее нога впечаталась в обивку кресла между спешно раздвинутых ног мужчины. — Ланк, запомни, — прошипела она, наклоняясь к его уху, — выкинешь что-нибудь выходящее за рамки моих приказов, и я превращу твою «мужскую радость» в фарш. Усек?

Мужчина нервно кивнул, не отводя глаз от нависших над ним упругих шаров грудей своей командирши.

— Вот и молодец, — она похлопала его по щеке и повернулась к сидевшей на небольшом диванчике Элине. — Что-нибудь узнала?

— Кое-что да.

— Докладывай.

— Да особо нечего, — пожала плечами девушка. — Институтская сеть на удивление довольно неплохо защищена, так что вытянуть удалось минимум. Нужно прямое подключение к их серверу. Все что удалось достать это подробный план института и точное месторасположение лаборатории искомого объекта.

— Уже неплохо, — Фарбиа в задумчивости прошлась по комнате, затем вновь повернулась к девушке. — Тайнор, если проберемся к серверу, сможешь его вскрыть?

— Думаю что смогу. Система тут несколько непривычная, но я уже почти разобралась.

— Вот и хорошо, — она хлопнула в ладоши. — Так, значит идем сегодня вечером, всем подготовится. Сбор в десять. Свободны. Эл, ты останься.

Дерек тут же напялил наушники и, молча соскочив с подоконника, направился к выходной двери. Таниел бросил в сторону Фарбии злой взгляд, на секунду задержав его на ее груди, но получив подзатыльник от Аманды, выгреб оставшиеся конфеты и последовал за биотиком. Дождавшись пока все уйдут Ланга, с нескрываемым облегчением вздохнула и, подойдя к Элине, опустилась рядом с ней на диван. Проведя рукой по своей правой груди, она вдруг резко надавила на нее. Кожа выше бледно — коричневого кругляша соска истаяла, став абсолютно прозрачной и обнажив внутри переплетение мерцающих проводов.

— Эл, посмотри, пожалуйста, а то, похоже, какой-то сенсор барахлит. Грудь постоянно словно кто-то лапает. Отвлекает.

Элина понимающе кивнула и, активировав свой «перском», запустила программу диагностики.

Проход сквозь врата словно хороший нокдаун. Сознание как-то резко поплыло, окружающий мир на мгновение смазался, завертелся, а желудок «прыгнул» к горлу, едва не выбросив на волю свое содержимое. Антон судорожно сглотнул, чувствуя как противная горечь рухнула вниз, несколько мгновений сидел неподвижно, ожидая пока мир «твердо встанет на ноги», затем огляделся. Судя по бледным лицам остальных членов группы и их несколько потерянным взглядам, несладко пришлось всем. Так называемый «плывун» достал несмотря на включенную защиту ТВЗ-шки. Оставалось только посочувствовать людям Андрея, которые постоянно испытывали подобные ощущения, раз за разом проверяя работу врат. Но если смогли они, то им тем более стыдно раскисать.

Соболев, все еще ощущая легкое головокружение, поднялся со своего места и, окинув взглядом десантный отсек, поинтересовался:

— Все живы?

Сидевшие неподвижно спасатели зашевелились. Некоторые недоуменно оглядывались, словно очнувшись ото сна, другие трясли головой. Одна из девушек неожиданно упала на колени и принялась изливать на пол содержимое своего желудка, заставив сидящих рядом спешно отодвинуться в сторону.

— Вот это переходик, командир. — Лицо у подошедшего Дерека имело несколько ошарашенный вид. — Такое впечатление как будто у меня все внутренности вынули, а затем с размаху назад вставили. Ноги до сих пор трясутся.

— Да уж, чувство поганое, — согласился Соболев, жестом приказывая сержанту помолчать и активируя гарнитуру связи. — В кабине, как самочувствие?

— Уже нормально, командир, — донеслось из наушника. — Однако тошниловка была еще та.

— Сочувствую, — Антон понимающе усмехнулся. — Что вокруг?

— Туман, по-моему, даже еще гуще, чем нам показывали на записи — обзорники сплошная муть. На сканерах тоже пусто, никакой активности в радиусе ста метров.

— Понятно. Готовь «шарики» к запуску и зонтик раскрой пошире, мы выходим.

— Принято, командир.

Антон отключил рацию и стукнул закованным металлопластиковую перчатку кулаком в низкий потолок, призывая к вниманию всех находившихся в десантном отсеке. Четырнадцать пар глаз тут же уставились в его сторону.

— Так, народ, пора работать, расслабляться будем потом. Никол, твои ребята держат периметр. ТВЗ-шка нас накроет своим «одеяльцем», но кто знает чего тут можно ожидать. Дерек, разворачивай МРаКС[47] и подключай его к «шарикам», посмотрим, что тут вокруг творится, а уж потом начнем действовать. Да, и отряди пару ребят, пусть найдут и снимут информацию с датчиков ученых. Профессор вроде говорил, что они несколько штук тут оставили. Все, выходим.

Туман, такой густой, что стоит вытянуть руку и ее ладонь тут же теряется в его плотных светло-серых объятиях. Мутное молоко, в котором как ни старайся ничего не разглядишь, даже земля под ногами и то едва угадывается. Стекло шлема сразу же покрылось мелкими капельками, которые медленно стекают вниз, оставляя за собой тоненькие дорожки с мелким черными крапинками. Судя по ним туман, наполнен какой-то пылевой взвесью или чем-то подобным. Сработал очиститель, однако стекло тут же вновь покрылось изморосью. Андрей вздохнул и пробежал взглядом по висевшему на уровне лба ряду разноцветных пиктограмм, остановившись на одной из них, которая послушно сменила свой бледно-синий цвет на зеленый. Скафандр был оборудован системой прямого мыслесчитывания, но Антон, как и большинство спасателей, ее не очень жаловал. Во время работ возникали разные ситуации, отчего в голове порой творилось такое, что не каждый фильтр мог отсечь. Именно поэтому многие предпочитали пользоваться голосовыми или визуальными командами — лучше уж перестраховаться, чем оказаться в неадекватно ведущей себя бронескорлупе. Тем временем стекло шлема словно подернулось тонкой изморосью, через секунду превратившуюся в серую металлическую поверхность. Наступила темнота, однако через мгновение перед глазами Антона развернулась уходящая вдаль черно-белая каменистая поверхность. Правда, вмонтированный в скафандр компьютер тут же подкорректировал картинку, получаемую с датчиков «т-сканера». Камни остались серыми, зато небо над головой разверзлось голубизной, подернутой лишь легкой туманной дымкой. Естественно вирт не знал реальных красок этого мира, поэтому просто раскрасил ее привычными человеческому глазу красками, заставив Соболева только саркастически фыркнуть. Впрочем, постепенно, по мере поступления информации, картинка будет меняться, все больше и больше приближаясь к реальности. Хотя не все так радужно, дальность сканера скафандра около ста метров, а дальше опять знакомый туман, так что видимость все же ограничена, но это лучше чем ничего.

Антон огляделся. Отделение Никола уже рассредоточилось. Прятаться на равнине особо негде, самый большой камень тут размером с кулак, так что бойцы просто распределились примерно на равном расстоянии друг от друга по периметру защитного поля. В действительности это поле видится как легкое синеватое марево, но на экране шлема это бледно-зеленый купол, соединённый с ТВЗ-шкой тонкими дрожащими лучами энергоподпитки. Врата под него не попали, и их иссиня-черная громада темнеет метрах в нескольких метрах от его края выше по склону. В отличие от Андреевских это просто таки монументальное сооружение высотой под полсотни метров, выполненное, то ли из метала, то ли из пластика, гладкая поверхность которого покрыта тонкой серебрящейся вязью причудливого узора. Систем управление или энергоподачи не видно, — просто торчащая из земли арка. Видимо, все лишнее надежно укрыто глубоко под поверхностью, а значит должен быть проход, должны же были неведомые строители этим всем как-то управлять. Возможно, ребята Малышева нашли эту заветную дверцу и не удержались, чтобы не заглянуть, хотя это было бы большой глупостью. Если действуют эти врата, то вполне вероятно, что работоспособность сохранила и система охраны, а она просто обязана быть у подобного объекта, если конечно его создатели не законченные пацифисты. Значит, стоит поискать все равно пока других идей и зацепок ноль. Антон вздохнул и скосил глаза на танк, с небольшой круглой башенки которого время от времени срывались красные шарики разведзондов, уносясь в небо. Поисковая скан-сеть уже начала формироваться, но до полного ее задействования нужно не менее получаса. Конечно, при их возможностях охват будет небольшой, но пару десятков километров пусть и неплотной ее «паутиной», но перекрыть все же возможно. Пока же остается ждать, ибо лезть наугад глупо, а порой и весьма вредно для здоровья.

Моргнул огонек вызова.

— Командир, — раздался в наушниках голос Дерека. — Ребята нашли датчики мозголомов, говорят ничего интересного.

— Ясно, тогда ждем формирования сети. За купол пока не суемся. Что с МРаКСом?

— Заканчиваем калибровку.

Последнее можно было и не спрашивать, модуль разведывательного комплекса, чем-то похожий на огромную косточку миндаля, находился от него в паре десятков метров. Его верхняя часть была приподнята, обнажая белесое нутро перемаргивающееся разноцветными плоскостями плазмопанелей. Сидевший внутри оператор уже вовсю активно «жонглировал» их разноцветными прямоугольниками, перемещая в удобные для себя положения. Наконец он закончил формирование рабочего места и «косточка» МРаКСа захлопнулась, вспыхнув по периметру зеленой полосой.

— Дерек, кто у тебя на паутине? — автоматически поинтересовался Антон.

— Синица…тьфу-ты, извини, командир, привычка. Рядовой Наварова.

— Ясно. Пусть попробует поискать какую-нибудь пещеру или остатки строений. Наверняка ведь эти врата отчего-то питаются, а если это не снаружи, то значит где-то под поверхностью.

— Принято, командир. Будем искать. Думаешь, наши потеряшки нашли вход?

— Нельзя исключить. Ладно, я буду в ТВЗ-шке, если найдете что интересное, сразу вызывай.

Отключив связь, он неспешно направился к танку похожему со стороны на застывшего в неподвижности гигантского жука закованного в причудливый угловатый панцирь. В небольшом тамбуре очистки пришлось замешкаться, дезинфекционная мембрана никак не хотела пускать внутрь. Судя по всему, сканирование обнаружило что-то подозрительное и пришлось ждать почти минуту, прежде чем висевшая перед ним упругая неподатливая пелена стала полностью прозрачной. Антон снял шлем и, вложив его в специальную нишу, опустился на тянущуюся вдоль борта скамейку. Казавшийся незыблемым металл борта тут же послушно прогнулся, пытаясь подстроиться под горб ЗАГСА, но все равно сидеть было не особо удобно. Соболев невольно поерзал на скамейке, устраиваясь поудобнее, и отстегнул от бедра прямоугольник командирского планшета, однако включать его не стал. В голове то и дело прокручивался вчерашний разговор с Андреем. Антон вздохнул. И зачем он сорвался и нагрубил? Что на него опять нашло? В последнее время это стало прям каким-то наваждением, пару раз он даже срывался на Лиа, доводя ее до слез. А ведь прошло уже более двух десятков лет, так почему именно сейчас гибель сестры вновь отзывается болью в душе, заставляя совершать непростительные глупости, обвиняя всех и вся. Стечение обстоятельств, глупое стечение. Ведь на ее месте мог оказаться любой из их группы и, тем не менее…Антон криво усмехнулся. А может это все из-за треклятого сна, в котором его сестра стоит на холме, усеянном странными светящимися цветами и, смеясь, протягивает к нему руки. Он бежит к ней со всех сил, но вершина холма не становится ближе. Тогда он начинает кричать, звать ее, но Гера молчит и лишь улыбается в ответ, а потом вдруг начинает распадаться на мелкие кусочки, словно все ее тело состоит из песка. Ее фигура течет, оплывает, а налетевший ветер уносит мерцающий песок, заставляя кружить его небольшими вихрями над светящимися соцветиями. Душа плачет и стонет от боли. Антон скрипнул зубами. В который раз он уже дает себе обещание пройти полное обследование и постоянно откладывает. Хотя с другой стороны постоянные медкомиссии ведь ничего не обнаруживают — по всем тестам он полностью здоров. А вот боль в сердце и какую-то дикую тоску одиночества никакими приборами не определить. Такое впечатление, что от души оторвали кусок — большой кусок и эта рана никак не хочет заживать. Коротко пискнул сигнал вызова, заставив Антона автоматически потянуться за шлемом. Усмехнувшись своему жесту он, мотнул головой, отгоняя дурные мысли и провел указательным пальцем за ухом, активируя систему связи.

— Слушаю.

— Командир, мы запустили паутину, а тут такое…В общем, тебе лучше самому глянуть. — В голосе Дерека чувствовалось плохо скрываемое волнение, перемешанное с каким-то непонятным восторгом, и это заставило Антона невольно напрячься. Сюрпризов он не любил, хотя прекрасно понимал, что от неизвестной планеты, на которой расположен вполне работоспособный артефакт чужаков, можно ожидать всякого. И, тем не менее, была надежда что пронесет, видимо, нет… Соболев вздохнул.

— Выведи на планшетку.

Он провел пальцем по ее поверхности, выбрасывая в воздух плазмоэкран и пару минут хмурясь смотрел на развернувшееся перед ним изображение. Сенсоры на зондах «Сетки» были не очень чувствительными позволяя получать только общее представление по попавшим в ее поле сканирование объектам. В основном ее применяли для быстрой рекогносцировки на местности, составления примерной карты района исследования с отметками возможных зон внимания. Кроме того «Сетка» позволяла определить наличие биологических объектов, сделать их сортировку, вот только отличить человека от того же медведя она не могла, разве только по линейным размерам. Тем не менее, получаемых с нее данных обычно вполне хватало для начала работ, после чего (и в случае необходимости) ее чувствительность увеличивалась подключением дополнительных систем. Однако в данном случае и без дополнительных средств было понятно, что за объект попал в ее поле зрения. Космический корабль — огромный космический корабль, имеющий непривычную эллипсоидную форму. Он стоял почти вертикально, вонзившись одной своей стороной в гору и уйдя в нее почти наполовину.

Антон мысленно чертыхнулся. Не пронесло….

Глава 6

— Итак, все развернули тетради. Если есть желание можете подключить их к партам и поставить в режим записи.

Лайм прервалась, окинув пристальным взглядом просторную аудиторию заполненную ровными рядами уходящих вверх дугообразных парт. Кадеты, тихонько переговариваясь, послушно разворачивали разноцветные трубочки тетрадей. Выждав пару минут, девушка активировала доску и вновь повернулась к замершему в ожидании классу.

— Что ж начнем. Сегодня у нас вводная лекция по теме: «Исследовательские зонды и их применение в полевых условиях».

Она провела пальцем по поверхности кафедры и из нее выдвинулся небольшой прозрачный цилиндр, внутри которого находились три отливающих металлом шарика размером чуть больше горошины. Вытряхнув один на ладонь, она зажала его пальцами и продемонстрировала своим ученикам.

— ПИЗ-76 — малый исследовательский зонд. В простонаречии «шарик».

В аудитории послышались смешки, и Лайм пришлось немного «поднять» голос, заставив шушукающихся умолкнуть.

— Представляет из себя упорядоченную плазмоидную структуру с ограниченным функционалом. Может использоваться как в одиночку, так и во взаимодействии с другими видами зондов. В частности служит для создания первичной области масштабного сканирования «Паутина-1».

Одна из парт окрасилась в ярко красный цвет, заставив Лайм прерваться.

— Слушаю ваш вопрос, гамма семь.

— Кадет Алексеева. А почему вы называете этот зонд плазмойдом?

— Вы куда-то торопитесь, гамма семь? — Лайм с легкой улыбкой посмотрела на смутившуюся девушку. — Лекция вроде только началась, сейчас все объясню.

Она положила металлическую горошину на кафедру и легонько нажала на нее указательным пальцем, вдавливая в поверхность.

— Для активации зонда нужно подать на него импульс определенной частоты. В полевых условиях это делается при помощи специального пускового устройства ПРГ-7, изображение которого вы можете видеть на доске, однако здесь я воспользуюсь своей кафедрой.

Горошина вдруг стала разбухать, одновременно наливаясь огнем, и буквально через пару мгновений над поверхностью кафедры повис небольшой шар светящийся изнутри бледно-красным светом.

— Структурированный плазмоид, — Лайм провела рукой над поверхностью зонда. — Холодный, если вам интересно, так что можете не бояться. По сути это не чистая плазма, а определенная конфигурация полей собранная в видимое глазу полевое образование…

— Что-то типа обычных плазмоэкранов, — раздалось откуда-то с задних парт.

— Ну, сравнение не совсем корректное, структура тут совсем другая, но в принципе похоже. — Лайм активировала свой запястник и с улыбкой посмотрела на сидящего напротив нее за передней партой кадета. — А теперь, дельта четыре, я хочу, чтобы вы помогли мне с одним маленьким экспериментом. Встаньте, пожалуйста, у двери аудитории и помашите руками над головой.

Парень удивленно вскинул брови, однако послушно поднялся. Подойдя к двери, он с удивлением и некоторой опаской уставился на подлетевший к нему шар зонда, затем нерешительно взмахнул руками над головой, словно отгоняя невидимых мух.

Лаймалин сдержала рвущуюся на лицо улыбку и, отведя зонд немного в сторону, скомандовала:

— Всем внимание на доску.

На экране появилось размазанное оранжевое пятно, шевелящее толстыми отростками и мало чем напоминающее человека. Внизу побежали ярко синие строчки букв: биологически активный объект, класс возможной угрозы — три. Лайм заставила изображение застыть и, кивком головы указав кадету на его место, повернулась к классу.

— Итак, как вы видите, семьдесят шестой выдает минимальную информацию о найденном объекте. Однако даже такой информации чаще всего хватает, например, в случае поиска человека…

— Извините…

— Да, Алексеева?

— Но как этот зонд может помочь отыскать человека, например в лесу. Там ведь множество биологических объектов, на экране же будет сплошное пятно.

Лайм вздохнула и жестом приказала вскочившей девушке сесть.

— Для этого, собственно говоря, и нужен оператор. Именно он калибрует сеть, задавая каждому зонду нужный параметр. Например, один можно настроить видеть биологические объекты с определенной частотой температур, другой — объекты определенного диапазона величины, ну и так далее. То есть создаётся этакая паутина, в которой каждый такой зонд несет одну строго выверенную функцию. И вот тут надо заметить, что количество и качество получаемой от «паутины» информации напрямую зависит от мастерства оператора, от того насколько точно он задаст параметры сканирования. Кстати, время существования такого зонда всего лишь чуть больше часа…

— А если получаемой информации недостаточно? Ну, нашли мы нужный объект, а что с ним понять не можем.

Лаймалин перевела взгляд на задавшего вопрос симпатичного черноволосого парня, пару секунд его рассматривала, затем понимающе кивнула и пробежалась пальцами по кафедре. Экран доски моргнул, и на нем появилось изображение приплюснутого диска.

— СИЗ -47 «Скат» — средний зонд класса разведчик….

Звонок заставил кадетов буквально сорваться с места. Не прошло и пяти минут, как аудитория опустела. Лайм отключила доску и, расстегнув молнию форменного пиджачка, с упоением потянулась. Осталось еще пара занятий, после чего можно будет вернуться на аэродром и наконец-то поднять в небо своего «зверя». Девушка мечтательно улыбнулась. В последние месяца приходилось больше торчать в аудиториях, читая нуднейшие лекции, чем проводить занятие с пилотами. Впрочем, это было понятно — преподавательского состава в академии не хватало. К счастью, пока справлялись, да и кадетов за последние годы стало куда меньше. После последнего набора пришлось даже законсервировать пару казарм, до лучших так сказать времен. Грустно. Лайм вздохнула. Академия стала для нее настоящим домом, и было больно наблюдать за ее медленным увяданием. Оставалось только надеяться на лучшее. Можно было конечно перейти во внутрисистемный патруль или как некогда Кир податься в свободные, но что-то ее постоянно останавливало. Академия ведь была не просто ее домом, здесь…здесь она впервые встретила Кира, здесь зародилась ее любовь. В памяти всплыло удивленное лицо Кирилла. Тогда он так пялился на нее, что невольно вызвал раздражение. Лаймалин улыбнулась своим мыслям и покачала головой. Кто бы мог подумать, что ее кто-то сможет когда-нибудь по-настоящему полюбить. Искусственное существо — биандр. Недочеловек, недоробот — химера. Сколько раз, смотря в зеркало, она проклинала свою внешность, но это…это было еще до Кирилла. Он именно он подарил ей не только любовь, он подарил ей веру в себя. Рука невольно скользнула к груди, где под рубашкой на тонкой цепочке висел потертый ментановый дельфинчик. Несколько минут Лайм сжимала фигурку, смотря перед собой невидящим взглядом, затем тряхнула волосами и направилась к выходу из аудитории.

Мембрана шлюза пошла сполохами и истаяла, пропуская внутрь закованную в скафандр фигуру.

Антон бросил быстрый взгляд через плечо, затем вновь повернулся к развернутому посереди отсека плазмоэкрану планшетки.

— Ну и что думаешь по этому поводу? Давно он тут?

— Пока непонятно, командир. — Денис снял шлем и, положив его на скамью, подошел ближе. — «Скаты» сделали только дальний облет, но уже понятно, что штуковина довольно древняя. Думаю этому кораблю не одна тысяча лет. В некоторых местах он на ладан дышит. Например, массивные разрушения оболочки здесь и здесь. — Он провел пальцем по экрану, увеличивая поочередно нужные места и формируя под них отдельные экранчики. — Видите.

Антон понимающе кивнул — корпус корабля буквально зиял огромными дырами. Местами внешняя обшивка вообще отсутствовала, обнажая изъеденные коррозией ребра шпангоутов, рваные нитки стрингеров и лонжеронов. В некоторых местах из проломов торчали какие-то тросы, тянущиеся вдоль корпуса почти до самой земли. Мало того, огромная трещина расколола тело корабля почти на две части, змеясь меж надстроек и разбегаясь по все стороны причудливыми змейками.

— Ты прав, древность еще та. — Соболев увеличил один из экранов, пытаясь рассмотреть что-нибудь интересное среди хаоса металлических обломков, но это оказалось практически невозможно. Общее сканирование с дальнего расстояния позволило лишь получить более четкую модель чужого космолета, но не более.

— Сколько понадобится на полное внешнее сканирование?

— Часа три не меньше. Больно он здоров, а «скатов» у нас всего три штуки, — Денис с легким вздохом опустился на скамейку, вытягивая ноги. — Тяжко что-то, командир. Вроде и гравиакомпенсатор исправен, а такое впечатление, словно что-то давит. Думал только у меня, но некоторые ребята тоже жалуются.

Антон удивлено покосился на сержанта, но промолчал — сам он ничего подобного не ощущал. С другой стороны Дэн тоже просто так жаловаться не будет, да и остальные ребята отнюдь не желторотые юнцы, некоторые из них уже не раз рисковали своими жизнями. Возможно, все дело в том, что многие только сейчас начали осознавать, в какой ситуации они находятся. Раньше, работая даже в дальних уголках системы, а порой даже за ее пределами, все они чувствовали за спинами незримую мощь родной планеты, всегда готовой прийти на помощь. Теперь все было по-другому, теперь они были одни, отрезанные от Земли десятками, а возможно и сотнями, тысячами световых лет, причем врата, приведшие их в этот мир, могли в следующий раз и не открыться. Конечно же, все знали и понимали на какой риск они идут, но реально ощутить это можно было только здесь. Так что скорей всего ощущение давления было чисто психологическим фактором, хотя не стоило сбрасывать со счетов какого-нибудь нерегистрируемого излучения неизвестной природы. И все же данное обстоятельство следовало принять во внимание.

Соболев устало провел пальцами по глазам от висков к переносице. Уже больше трех часов прошло с момента перехода, а до сих пор никаких результатов — ученые как в воду канули.

— Как думаешь, наши потеряшки могли в него полезть?

Денис пожал плечами

— Кто знает, командир. До этого малыша почти два километра вверх по склону и из-за этого тумана отсюда он не виден. К тому же дорогу вверх преграждает расщелина…Скорей уж они пошли бы вниз к лесу. Хотя тут не угадаешь…

— Вот именно, — кивнул Соболев, деактивируя дополнительные экраны. — По идее они вообще должны были оставаться у врат или хотя бы оставить сообщение куда направились, не дураки ведь, — он на мгновение замолчал, обдумывая пришедшую в голову мысль. — Дэн, пусть твои еще раз пошерстят около врат, ну не верю я чтобы люди профессора не оставили какую-нибудь подсказку, может мы что-то проглядели.

— Сделаем, — сержант с легким кряхтением поднялся, — хотя сомневаюсь. Кстати, командир, может мне с парой ребят пробежаться до этой развалюхи, пощупать ее ручками, так сказать.

— Любопытно?

— Еще бы, — Денис усмехнулся. — Не то слово. Представляете, сколько там может быть интересного? Кто его знает, когда еще представиться подобная возможность. К тому же если наши мозголомы отправились туда, то есть вероятность наткнуться на их следы.

— Понимаю, — Антон задумчиво посмотрел на экран, затем повернулся к сержанту и согласно кивнул. — Ладно, действуй, только осторожно. Связь постоянная. Внутрь не соваться, проверьте по периметру, может действительно, что найдете.

— Принято, командир, разрешите идти.

Соболев молча отмахнулся.

Оставшись в одиночестве, Антон некоторое время стоял неподвижно, глядя на экран, затем вздохнул, опустился на скамейку и, подперев подбородок рукой, задумался. Нужно было срочно решать что делать, ибо топтание на пятачке у врат делу явно не помогало. К тому же можно было смело утверждать, что поблизости людей Андрея нет иначе «паутина» давно бы засекла сигнальные маячки их скафандров. Конечно же, существовала возможность, что по какой-то причине ученые их просто не включили, но даже без этого их, или их тела, давно бы обнаружили. Датчики некоторых зондов были откалиброваны на поиск объектов определенной линейной величины, так что даже лежащая на земле палка длинною более метра тут же отмечалась на карте. А ведь размер был лишь одним из параметров поиска… Нет, если бы потерянная группа была неподалеку, то они ее бы давно отыскали. Так куда же они делись?

Антон устало провел рукой по лицу и, мотнув головой, задумчиво посмотрел на экран.

Возможно, следовало еще раз проверить небольшой лес ниже по склону, чьи деревья своим видом напоминали бетонные столбы, с вершин которых свисали куски оборванных проводов. «Паутина» пару раз засекала там какое-то движение, но посланная группа вернулась ни с чем. В любом случае вариантов дальнейших действий не так уж и много. Ворота, по сути, расположены в небольшом ущелье и по обе стороны от него довольно отвесные скалы. Остается вверх или вниз. Вот только куда направились потерявшиеся ученые? Если вверх по склону, тогда явно наткнулись на корабль, а значит, искать их следует именно там, пройти мимо такой громадины не получится. Если вниз, то все намного хуже. Судя по сканированию, у подножия горы начинается что-то типа болота, которое тянется в разные стороны на много километров — а это проблема. Датчики «паутины» буквально сыпят сигналами, то и дело сообщая об обнаружении очередного биологического объекта. В этом месте карта уже просто полыхает разноцветными пятнами, и быстро найти трех людей в этом «бульоне» практически нереально, по крайней мере, не с их оборудованием. Возможно, следует отступить и вызывать подмогу. Нужна полноценная спасательная операция: больше людей, спецтехника, воздушная разведка, да и чужой космолет довольно интересный для изучения объект. Вот только все это весьма рискованно, ибо врата чужаков могут закрыться в любой момент, удивительно, что они вообще функционируют. Сколько они лет тут стоят? Тысячу, две тысячи, пять, а может всего десяток. Как связан с ними этот корабль? Пока сплошные догадки.

Соболев мотнул головой, отгоняя все вопросы и сомнения, и активировал рацию.

— Рядовой Наварова бета четыре, на связи, — пискнуло в наушнике.

— Четверка, я отправил Аграпова к кораблю, прилепи к нему один из скатов.

— Но, командир, у нас пара на ближнем облете чужака, еще два забрал Никол, он что-то там тоже нашел, если…

— Сними один с облета, — несколько резко прервал девушку Антон. — Пусть скат идет за группой. И что там у Никола?

— Точно пока непонятно, но, похоже, нашли какие-то полузатопленные строения. Скаты только вышли на позиции работы, думаю, минут через пять дам картинку.

— Понятно. Жду.

Он отключил связь и криво усмехнулся, подумав, что с каждой находкой ситуация становится все интереснее и интереснее.

Диск солнца медленно «нанизывался» на шпиль стоящего у реки небольшого двухэтажного здания. Элина уже знала, что пройдет еще каких-то двадцать минут и на город упадет тень сумерек, медленно перетекая в ночь и раскрашивая улицы мягкими огнями разноцветных фонарей. В воздухе меж домов заполыхают рекламные растяжки, зазывая прохожих в различные заведения, однако все это продлиться недолго. Ближе к полуночи город практически полностью «заснет» и лишь редкие прохожие, да диски патрульных дронов будут нарушать покой его широких улиц. Это было настолько непохоже на привычную жизнь большого города, что первые дни Элине было даже несколько жутковато. Постоянно казалось, будто произошла какая-то неведомая катастрофа выкосившая жителей города, а она как-то умудрилась пропустить этот неприятный момент. Однако через пару дней это чувство улетучилось и ей даже стала нравиться ночная тишина, лишь изредка нарушаемая шуршанием проходившего рядом с гостиницей монорельса. В эти ночные часы хорошо было посидеть на балконе с пласткнигой в руках, неторопливо проматывая страницы и потягивая густой местный кофе, в послевкусии которого ощущалась легкая вяжущая горчинка. Безмятежность и странное спокойствие, вот что она ощущала все эти дни. Нечто подобное она чувствовала давно…очень давно, еще тогда, когда они с матерью и отцом жили в небольшом домике на окраине Миасса. К сожалению, это счастье продолжалось недолго. Когда ей исполнилось десять, отец ушел, оставив их с матерью почти без средств существования. Элина хорошо запомнила тот день. Тогда она только пришла из школы и сидела в своей комнате с учебником ксенозоологии, когда услышала громкий голос отца обвиняющей мать в том, что она никак не может забыть какого-то мужчину из прошлого. Приоткрыв дверь, она с удивлением увидела, что тот мечется по комнате, а мать стоит и молча смотрит на него с легкой улыбкой на губах. А затем отец неожиданно оборачивается…До сих пор она помнит тот ненавидящий взгляд. Тогда он напугал ее до глубины души заставив забиться в угол комнаты испуганным мышонком. Много позднее мать рассказала, что отец уже давно встречался с другой женщиной, и просто пришло время расстаться. Элина это все поняла, вот только объяснения тому ненавидящему взгляду не нашла до сих пор. Каким-то пятым чувством она ощущала, что это было как-то связано с той странной фотографией незнакомого парня, вот только мать упорно не хотела делиться с ней этим секретом своего прошлого. Элина грустно усмехнулась и бросила быстрый взгляд на экран перскома[48]; до назначенного Фарбией времени оставалось еще полчаса, однако следовало подготовиться. Оттолкнувшись обеими руками от перил балкона, она потянулась и, окинув взглядом стремительно темнеющий небосклон, вернулась в номер.

Достав из шкафа небольшую сумку, она вытряхнула ее содержимое на диван и, быстро перебрав разноцветные цилиндры с упакованной одеждой, с легким вздохом отодвинула их в сторону. Вывернув сумку, одним резким движением отодрала подкладку и аккуратно расстелила ее рядом, после чего поднялась и принялась быстро раздеваться. Оставшись полностью обнаженной, Элина аккуратно приложила ее к груди, сжимая промеж пальцев спрятанный в углу ткани активатор и с некоторым отвращением ощущая, как по спине и животу зазмеились липкие щупальца. Пленка слайма плотной теплой перчаткой обтянула тело, стянула кожу лица, заставив на миг непроизвольно задержать дыхание. Теперь со стороны девушка напоминала пластиковую куклу черного цвета, по телу которой то и дело пробегали белые огоньки. Отпихнув ногой скинутую одежду в сторону, она подхватила с дивана один из цилиндров и несколько секунд возилась с ним, закрепляя на спине между лопаток. Покончив с этим делом и облегченно вздохнув, Элина подошла к висевшему на стене зеркалу и, оглядев себя с ног до головы, саркастически хмыкнула. Со стены на нее смотрела черная как сажа фигура с узкими горящими огнем полосами в районе глаз — встреть такую в темном переулке, надолго заикой станешь.

— Да уж в таком костюмчике только прохожих пугать, хотя фигуру подчеркивает, даже очень, — Элина кокетливо повела бедрами и рассмеялась.

Неожиданно шея противно заныла, а внутри головы словно замолотили маленькие молоточки, заставив девушку пошатнуться и опереться ладонью о стену. Она невольно схватилась за затылок, где пульсировала горячая звезда боли и мысленно выругалась — судя по всему, сбоил недавно вшитый бимер. Помассировав шею и почувствовав, что боль отступает, Элина облегченно вздохнула. Такое порой случалось, однако сейчас для подстройки не было ни времени, ни необходимых программ. Имплант был новинкой и обладал рядом полезных функций. Например, с его помощью можно было мысленно общаться с другим обладателем подобного приборчика, напрямую подключаться к большинству вирт-сетей, а так же производить видеозапись, используя в качестве камер собственные глаза, да и слайм пленка управлялась именно им. Однако основное его предназначение было не в этом. Как ни странно, но по своей сути это была всего лишь обычная информкарта сотрудника с уровнем его допуска. Похожие импланты вживляли многие компании, вот только никто не снабжал их подобными функциями. Ходили упорные слухи, что новый чип предназначен в первую очередь для слежки за самим носителем и, по мнению Элины, это было похоже на правду. «Сайрус» всегда стремился контролировать своих служащих, а в последнее время слежка стала просто парноидальной. Подобное отношение ей не нравилось, и она всерьез подумывала об уходе, но понимала, что сотруднику с ее уровнем допуска сделать это не так уж и просто. К своему сожалению, она была в курсе многих разработок и исследований «Сайруса», некоторые из которых были не совсем законы. А если учесть, что даже рядовые сотрудники при увольнении проходили процедуру промывки мозгов, то в ее случае будет все куда печальнее — слишком уж она увязла во всей этой «грязи». Девушка понимала, что скорей всего она просто бесследно исчезнет, чтобы через какое-то время всплыть обезображенным трупом в какой-нибудь зловонной клоаке. «Сайрус» не любил выдавать своих секретов, а его служба безопасности жестко пресекала даже малейшую возможность утечки информации. Поэтому все, что ей оставалось, — это стиснуть зубы, задвинуть свои желания куда подальше, и продолжать добросовестно выполнять свою работу, втайне надеясь на лучшее.

Боль отступила так же неожиданно, как и накатила. Элина облегченно вздохнула и бросила быстрый взгляд в сторону мерцающих на панели информера цифр. Как оказалось прошло всего несколько минут и все же следовало поторопиться. Она выбежала на балкон и, опершись рукой о перила ограждения, прыгнула вниз. Земля рванула навстречу, но развернувшиеся за спиной крылья остановили падение, превратив его в планирующий полет. Вингерам[49] понадобилось всего несколько секунд, чтобы подстроится под параметры хозяина и вот уже Элина парила меж домов подобно гигантской птице, а маскирующее поле надежно скрывало ее от взглядов редких прохожих и патрульных дронов. Незримой тенью пронеслась она над крышами и, миновав окраину, некоторое время летела вдоль извилистого русла реки, опустившись на землю лишь в паре километров от города рядом с небольшим недостроенным зданием. Свернув вингеры, Элина огляделась. Судя по всему, ее спутников еще не было на месте и оставалось только ждать. Девушка вошла в здание и, поднявшись по лестнице на второй этаж, уселась в пустующем оконном проеме… По сравнению со стандартным «хамелеоном»[50] слайм-пленка имела куда меньшую функциональность, но и ее сенсоров вполне хватало, чтобы видеть в темноте так же хорошо, как и днем. Некоторое время Элина задумчиво смотрела в сторону протекающей неподалеку реки, отстраненно наблюдая за легким колыханием растущего вдоль берега камыша, пока легкий скрип камушка под чьими-то ногами не заставил ее очнуться от раздумий и быстро оглянуться. Появившаяся в дверном проеме черная фигура приветственно махнула рукой.

— Дерика еще нет? — Голос в голове заставил девушку поморщиться, и отрицательно мотнуть головой.

— Ясно, — Фарбиа подошла к окну и уселась рядом с Элиной. — Тогда подождем, надеюсь, этот супермен не учудит какой-нибудь глупости.

— Думаю, все будет нормально, он себя вполне контролирует. А где Таниел с Амандой?

— Планы несколько изменились, — ответила с некоторой заминкой Ланга. — Тан с Амандой проверяют другой объект, так что идем втроем.

Элина удивленно скосила глаза на сидевшую рядом женщину, но промолчала, прекрасно понимая, что любые вопросы сейчас бесполезны и Фарбиа сама скажет все, что посчитает нужным. Они так и сидели молча, пока над домом с легким шелестом не пронеслась крылатая тень, на миг, затмив свет одного из спутников.

Дерик сидел на перилах балкона и растерянно перебирал плейлист плеера. С самого утра настроение было не ахти. Руки чесались выплеснуть бурлящую внутри энергию, причем желательно на что-нибудь живое, да вот только «железная» девка тогда наверняка опять бы полоскала мозги своими нравоучениями. Парень криво усмехнулся и, остановив выбор на одной из композиций, стер взмахом ладони висевший перед лицом экран — нужно было спешить, выполнить работу и убираться отсюда к чертовой матери. Эта зачуханная планета уже порядком ему обрыдла — какая-то вся слишком слащаво-прилизанная и будь его воля, он бы внес в ее безмятежность толику настоящего хаоса. Остается надеяться, что сегодня представится возможность порезвиться. Последняя мысль заставила его довольно прищуриться и расплыться в улыбке предвкушения, которая тут же сползла. Брови парня озабоченно сошлись к переносице. Он пару минут сидел неподвижно, прислушиваясь к своим ощущениям, затем мотнул головой, словно отгоняя назойливую муху, и прыгнул в темноту.

Рыжеволосый худощавый мужчина, сидевший в холе гостиницы и внимательно изучавший свежую газету, удивленно вскинул брови. Склонив голову к плечу, он несколько минут сидел неподвижно, словно к чему-то прислушиваясь, затем резко вскочил на ноги. Висевший перед ним лист газеты пошел рябью и с легким звоном растворился в воздухе, однако мужчина не обратил на это внимания. Он быстрым шагом преодолел расстояние до прозрачной трубы лифта и, шлепнув ладонью по сенсору, поднес палец к уху.

— Тень, это Геп, похоже, наши ребятки решили прогуляться на ночь глядя.

Глава 7

Над головой пронзительно громыхнуло и на город обрушился практически тропический ливень, заставив спешащих по своим делам людей спешно активировать «дождевики». Налетевший ветер несколько раз хлестанул по стеклу струями воды, заставив Дорнера вынырнуть из пучин раздумий и с удивлением посмотреть на творящуюся по другую сторону стекла природную вакханалию. Несколько минут он рассеянно наблюдал за изредка пробегавшими мимо окна людьми, чьи силуэты едва угадывались сквозь пелену дождя, затем покачал головой и бросил быстрый взгляд на запястник.

— Не меня потерял? — раздался из-за спины знакомый голос, заставивший командора оглянуться и подняться со стула, поворачиваясь к стоявшему позади Майеру.

— Рад тебя видеть, дружище, — сказал тот, хлопая друга по плечу и протягивая руку. — Сколько ж мы с тобой не виделись?

— Живьем почитай уже года три, — ответил Марк, пожимая руку и жестом приглашая комиссара садиться. — А вот по вирту я твою физиономию вроде как вчера лицезрел, потом половину ночи кошмары снились.

— Ну предположим, это не от меня, а от того что ты кофе много на ночь дуешь, — парировал Арнольд, опускаясь на стул по другую сторону небольшого овального столика в глубине столешницы которого то и дело менялись разноцветные узоры. — К тому же жену бы тебе завести не помешало, глядишь, спать лучше будешь. Курить хоть бросил?

— Бросишь тут, — буркнул Дорнер, следуя его примеру. — С этой академией нервы сплошные. Вчера вон один из кадетов «гладиус» умудрился повредить при посадке, завис над полосой на десяти метрах и вырубил антигравы. Николаич два часа его потом пытал, пытался понять, зачем он так сделал.

— И как?

— А никак, молчит точно партизан на допросе. И главное парень-то вроде толковый, да и налетал уже почти сто часов.

— Всяко бывает, — пожал плечами Арнольд. — Возможно, его опыт как раз и сыграл с ним злую шутку. Парень стал самоувереннее, расслабился, потерял осторожность вот и результат.

— Не спорю. Однако сейчас его Николаич напряжет по полной, вся дурь махом вылетит.

— Да уж, Паша это умеет, — усмехнулся Майер, проводя пальцем по синей полосе сенсора и вызывая меню. Быстро пролистав его, он выделил приглянувшиеся позиции и вопросительно посмотрел на товарища.

— Мне только кофе, пока тебя ждал, перекусил немного.

Комиссар понимающе кивнул и, ткнув в пиктограмму «принять выбор», откинулся на спинку стула, затем с легкой усмешкой посмотрел на собеседника.

— Ну и зачем ты меня вызвал?

— А разве должны быть причина для встречи старых друзей? — повел плечами Дорнер. — Считай, что соскучился. Вот думал, встретимся, посидим, потом может быть на рыбалку махнём или еще куда.

— Да я бы с радостью, — развел руками Арнольд. — Но у меня через два часа заседание совета, так что не получится. Марк, не тяни, а то мне действительно некогда, я и так едва вырвался.

— Вот так всегда, хочешь встретиться с другом, поболтать о том о сем, повспоминать былые деньки, а приходится говорить исключительно о делах, — Марк с притворной грустью вздохнул и. окинув взглядом кафе, заполнившееся стремящимися укрыться от непогоды людьми, включил «завесу». Светло-серая дымка плотным кольцом окружила их столик, отрезая его от ненужных взглядов и звуков внешнего мира. Вынув из кармана пластинку информ-кристалла, Дорнер положил ее перед собой на стол, затем двумя пальцами толкнул в сторону комиссара.

— Три дня назад, — начал он, не дожидаясь вопросов со стороны Майера, — мы получили данные с одного из наших зондов. В принципе ничего интересного, система, через которую он проходил, имеет всего одну планету, да и та расположена слишком близко к звезде…

— Что за зонд? — прервал командора Арнольд, прикладывая пластинку к своему запястнику. Кристалл с легким звоном растекся тонкой пленкой по золотистому браслету, на миг заставив его замерцать зеленым светом, а перед глазами комиссара развернулась туманная полоска плазмоэкрана.

— Проект «Стрела», надеюсь, слышал?

Майер наморщил лоб, затем отрицательно качнул головой.

— Просвети вкратце.

— Ну, — Марк откинулся на спинку стула и привычно потянулся к нагрудному карману, но вспомнив, что находится в общественном месте, только тяжело вздохнул. Растерянно потерев подбородок, и в сотый раз мысленно пообещав себе избавиться от дурной привычки, он продолжил. — Проект «Стрела» — это несколько разведывательных зондов отправленных за пределы исследованного человечеством космоса, причем у некоторых заброс довольно дальний.

— И насколько?

— До двух сотен парсек.

— Ого, — комиссар, отодвинул ладонью экран и удивленно посмотрел на друга. — Задумали проверить, что там за «горизонтом»?

— Практически, — кивнул Дорнер. — После столкновения с квадройдами было решено прочесать несколько перспективных звезд с планетами лежащими в зоне Златовласки.

— Как понимаю, наших четырехруких «друзей» не нашли, иначе я бы об этом знал, но что-то интересное видимо отыскали. Не зря же ты тут сидишь с таким загадочным видом.

В ответ Марк расплылся в довольной улыбке, но промолчал, так как дымчатая стена пошла волнами, пропуская внутрь небольшого робота с подносом. Ловко расставив принесенные тарелки на столике, механический официант пожелал им приятного аппетита и вновь исчез за энергетической завесой.

— Долго ж они тут с заказом тянут, — проворчал Майер, пододвигая к себе тарелку с дымящимся супом. Отхлебнув ложку, он недовольно поморщился и, бросив быстрый взгляд на Дорнера, добавил: — Если не против, я немного перекушу, а ты можешь продолжать. Только давай по существу

— По существу, так по существу, — Марк взял со стола принесенный роботом кофе и, отпив глоток, аккуратно поставил чашку обратно на блюдце. — Если вкратце, то наш зонд, покидая одну из систем, сделал несколько снимков окраинной планеты. Особого интереса она не представляла — обычный кусок камня, даже не планета, а планетоид, так что остается только гадать, почему вирт зонда решил ее заснять. Тем не менее, эту причуду ИИ можно считать удачей. Впрочем, посмотри лучше сам, я их там пометил.

Майер скосил глаза на все еще висевший сбоку экран и резко выпрямившись, отложил ложку. Несколько минут он рассматривал появившееся на нем изображение парящей среди звезд странной ажурной конструкции чем-то похожей на огромную белоснежную снежинку, затем откинулся на спинку стула и угрюмо посмотрел на товарища.

— Зонд еще в системе?

Дорнер покачал головой.

— Покинул два месяца назад.

— Плохо, — Майер вздохнул. — Черт, аппетит что-то совсем пропал, — он резко отодвинул тарелку в сторону и, вытерев рот салфеткой, подхватил со стола узкий бокал с соком. — Умеешь же ты подкидывать новые проблемки.

— Уж извини, — развел руками Дорнер. — Помниться еще каких-то пару десятков лет назад ты бы не считал это проблемой, а только был бы рад подобной находке. А сейчас…

— А сейчас все артефакты чужаков мы в первую очередь рассматриваем не с научной точки зрения, а с точки зрения опасности для Земли и человечества в целом, — закончил за него Арнольд и, криво усмехнувшись, добавил: — Неохота этого признавать, но квадройды порядком всех напугали, да так, что многим в Анклаве уже мерещится призрак галактической войны.

Марк удивленно вскинул брови.

— Ты действительно думаешь, что эти четырехрукие решаться на нас напасть?

— Не знаю, — Майер покачал головой. — Не знаю, Марк. Хотя думаю, если это произойдет, то будет тяжко — размякли мы, привыкли к мирной жизни. Появись завтра космолеты квадройдов в системе и что мы сможем им противопоставить? Пару корветов, древний крейсер и пучок истребителей.

— Отзовем остальные.

— И сколько они будут добираться до Земли? Неделю, месяц? Прибудут как раз к шапочному разбору, — комиссар криво усмехнулся и махнул рукой. — Да и не в кораблях дело, дружище, я говорю о людях. Многие ли из них готовы будут взять в руки оружие и встать на защиту родной планеты?

— Ну, мы можем в одночасье мобилизовать около двадцати тысяч человек, да и ВСС…

— Да я не об этом, — Арнольд поморщился. — Я имею в виду простых людей. Обычного рядового гражданина живущего обычной жизнью, имеющего стандартный коттедж или квартиру, получающего каждый месяц бесплатный набор картриджей для пищекомба, необходимую медпомощь ну и прочий набор гарантированных услуг. Сможет ли он, этот обычный человек, вылезти из «раковины» благополучной сытой жизни и, взяв в руки оружие, отправиться воевать? Или же он предпочтет отдаться на волю захватчикам, особенно если те сохранят ему хоть часть из вышесказанного, а главное его драгоценную жизнь? Думаю последнее более вероятно.

— Не преувеличивай.

— А я и не преувеличиваю, — как-то слишком нервно огрызнулся Майер. — В последние годы многие ведь даже работать не хотят. А зачем? Жилье предоставляется, обучение бесплатно, транспорт практически бесплатен, если конечно не отправляешься за пределы планеты. Еду можно получать из пищекомбов, минимальные выплаты государство гарантирует, так что на одежду и развлечения хватает. Зачем работать, когда можно проводить жизнь в веселом безделье?

— Опять ты все утрируешь, — поморщился Дорнер. — Прожигатели жизни существовали во все века и сейчас их не больше и не меньше.

— Ты просто не видел последних данных статистики, — буркнул Майер. — Впрочем, речь не об этом. Надеюсь, помнишь людей спасенных с базы квадройдов.

Командор коротко кивнул.

— Так вот, почти все они были с одной из приграничных колонии. Квадройды напали на их поселение довольно небольшим отрядом, но, не смотря на то, что практически все колонисты имели личное оружие, сопротивление оказали лишь единицы, остальные сдались после первых же выстрелов. И это люди, рискнувшие отправится в недавно открытый мир, что уж говорить о простых обывателях!

— Там же было неожиданное нападение, к тому же у квадройдов была тяжелая техника, да и… — попытался возразить Марк, но Арнольд резким жестом остановил его.

Несколько минут они молчали. Комиссар, нервно покусывая губы, рассматривал «снежинку», а Дорнер крутил в руках чашку с остывшим кофе, изредка бросая на друга растерянные взгляды. Майер всегда отличался оптимизмом и безграничной верой в светлое будущее и человечество в целом. Ведь в большей степени именно благодаря ему и этой непреклонной вере, академия «Искателя» до сих пор продолжала существовать. И вот теперь, глядя на своего старого товарища, Марк мог только гадать о причинах подобного пессимизма.

— Ладно, — Майер взмахом руки заставил экран раствориться в воздухе и, бросив взгляд на запястник, с прищуром посмотрел на Дорнера. — Насколько я понимаю, ты пришел с просьбой о помощи в организации экспедиции для изучения этой штуковины.

— В прозорливости тебе не откажешь, — буркнул командор, залпом выпивая остатки холодного кофе и ставя чашку обратно на стол. — Мы ведь сейчас можно сказать безлошадные. «Дальнеба» и «Мантикора» задействованы в поисках возможных баз квадройдов и прочесывают окраинные системы в нашем секторе, а «Сибирь» стоит в доке в полуразобранном состоянии. Наш же научный отдел просто мозги мне проел. По их мнению, данный артефакт никак не может принадлежать нашим четырехруким друзьям — не тот, понимаешь ли, коленкор и уровень развития.

— Тут я с ними согласен, — ответил Майер, задумчиво потирая подбородок. — Стиль явно не их. У тех все постройки грубые, точно топором вырублены. Кстати, далеко эта система?

— Около семидесяти парсек от нас, можно сказать совсем рядом.

— Понятно.

Несколько минут комиссар сидел молча, с отрешенным видом смотря в окно, за которым проливной дождь сменился мелкой изморосью, и рассеяно постукивая кончиками пальцев по столу. Наконец он тяжело вздохнул и снова повернулся к Дорнеру.

— Хорошо, я переговорю с главой Совета, думаю, что корабль мы тебе найдем. Только услуга за услугу. — На ладони Арнольда точно из воздуха появился кругляш пак-транса. — Мне нужно чтобы ты послал пару надежных людей проверить этот островок. Не думаю что там что-то опасное, но исключать все же не стоит.

— Ох, ты и жук, — усмехнулся Дорнер. — Знал ведь, что я буду что-то просить и подготовил мне ответный сюрприз. Почему не послал официальный запрос?

— Были причины, — ушел от ответа Майер.

Дорнер удивленно вскинул брови и, взяв пластинку, тихонько присвистнул, когда та налилась ярко-красным светом.

— Высшая степень секретности? Какой сюрприз предков отыскали на этот раз?

— Надеюсь, что никакой. Впрочем, твои ребята и должны это выяснить, — Арнольд посмотрел на запястник и резко поднялся, отодвигая стул. — Все, мне пора. Вся нужная информация в паке. И еще… — Майер на мгновение замялся. — Марк, ты должен знать… В этом деле замешаны интересы одной высокопоставленной особы из Анклава и очень не хотелось бы… Впрочем, сам поймешь не маленький.

Он дружески хлопнул сидевшего Дорнера по плечу и исчез за завесой, оставив несколько растерявшегося командора в одиночестве. Марк некоторое время буравил кругляш пак-транса хмурым взглядом, затем покачал головой и, прилепив его к виску, откинулся на спинку стула.

Туша корабля нависла над спасателями огромной серо-зеленой давящей на сознание массой, вершина которой скрывалась в тумане и не просматривалась даже при помощи включенных на полную мощность сканеров. Казалось достаточно шального ветерка, чтобы вся эта махина обрушилась вниз, превратив незваных гостей в кровавые лепешки.

Аграпов провел рукой закованной в металлопластиковую перчатку по шероховатому корпусу корабля, обрушив на землю целый водопад какой-то темно-оранжевой пыли покрывавшей его тонким слоем. Посмотрев на оставленный рукой четкий след, он растер промеж пальцев осевшие на перчатки частицы и, озадаченно хмыкнув, повернулся к одному из двух своих спутников.

— Егор, как думаешь, что это такое? На ржавчину вроде не похоже.

— Не знаю, сержант, — в голосе Кравченко, водившем по корпусу цилиндриком портативного анализатора, слышались нотки растерянности. — Основа вроде биологическая. Скорей всего какая-то местная плесень, мох или что-то подобное, точнее сказать не могу, я же не ученый. Прибор показывает, что угрозы никакой — дохляк.

— Ну и хорошо.

— Сержант, а может здесь попробуем? — раздался в шлеме голос Ланы.

Аграпов оглянулся и, увидев, что стоявшая позади девушка указывает куда-то вверх, задрал голову и несколько минут задумчиво разглядывал огромную рваную дыру в корпусе. Туман здесь был намного реже, так что даже без сканеров отчетливо были видны торчавшие наружу изломанные элементы конструкции и болтающиеся меж ними рифлёные «змеи» толстенных кабелей. Несмотря на то, что пролом располагался не так уж и высоко над землей, а наличие различных выступов и углублений на корпусе корабля могло помочь при подъеме — это был риск. Стоило сделать одно неверное движение, и падение обеспечено, а если учесть местную гравитацию, то его последствия могли быть весьма плачевными. Денис вздохнул и, вспомнив старинную поговорку про близкий локоть, махнул рукой.

— Не пойдет, слишком опасно. Двигаем дальше, надо отыскать вход получше. Связь не отключать, и смотрите по сторонам.

Они неспешно двинулись вдоль корабля, порой останавливаясь, чтобы осмотреть валявшиеся на земле обломки. Судя по увиденному, технология чужаков отставала от земной на целые века. На Земле корпуса космолетов давно уже перестали собирать из отдельных частей. Теперь их внешняя обшивка выращивалась из специальных композитов, в результате чего корпус представлял собой монолитную биметаллическую структуру с возможной вариативностью по формам. После этого в него начинали в буквальном смысле имплантировать нужное оборудование, сращивая его с оболочкой и постепенно превращая в некое подобие квазиживого механизма. В каком-то смысле земные корабли обладали даже зачатками интеллекта, только вот находился он где-то на уровне собаки всегда готовой служить своему хозяину. В конструкции же космолета чужаков просматривались технологии, применяемые на Земле в начале двадцать четвёртого века, когда постройка межпланетных кораблей осуществлялась на орбите из готовых модулей. Наверное, именно этот заставляло Аграпова сомневаться в том, что хозяева этого корабля и строители звездных врат относились к представителям одной цивилизации. Хотя утверждать это со сто процентной уверенностью было нельзя. Пока было ясно одно: врата появились значительно позднее падения корабля, ибо из-за своего близкого расположения навряд ли смогли бы уцелеть в подобной катастрофе. Тут бы не спасло никакое защитное поле. Даже если неведомые пилоты смогли смягчить приземление (косвенно об этом говорил тот факт, что часть корабля все же уцелела) все равно удар такой массы о землю должен был вызвать настоящее землетрясение. На таком расстоянии врата если бы и не уничтожило, то просто смело бы подвижками почвы вместе со всеми защитными механизмами.

— Сержант, идите сюда.

Кравченко стоял рядом с большим изогнутым куском обшивки и что-то внимательно рассматривал.

— Что тут у тебя? — спросил Денис, подходя ближе.

— Смотрите сами, — Егор ткнул пальцем в выдавленные в металле символы, которые явно кто-то недавно очистил от знакомого оранжевого налета.

— Твоя работа?

— В том-то и дело что нет, — мотнул головой Кравченко.

— Ясно, — сказал Аграпов, мыслеприказом включая т-сканер скафандра и оглядываясь. — Значит одно из двух: либо это наши потеряшки, либо мы здесь не единственные разумные создания.

— Думаете кто-то из экипажа?

— Не говори глупости, — поморщился Денис. — Эта рухлядь здесь пойди ни одну сотню лет торчит…

— Но ведь кто-то мог выжить и основать колонию, — подала голос Лана.

Сержант покосился на подошедшую девушку и согласно кивнул.

— Все может быть, но смысл гадать?

Он обошел вокруг плиты, внимательно осматривая ее в поисках других свидетельств присутствия, но ничего больше не обнаружил. Если пропавшие ученые и проходили тут, то никаких отметок и подсказок о своём дальнейшем маршруте не оставили. Единственный интерес представляла внутренняя сторона обшивки похожая на пористую губку или же мелкие пчелиные соты треугольного сечения. Однако для чего так было сделано, можно было только предполагать. Покрутившись еще пару минут у куска обшивки и погадав о значении причудливых символов, двинулись дальше. По большему счету шли молча лишь изредка перебрасываясь ничем незначительными фразами, да и то лишь для того чтобы разрядить гнетущую тишину. Мысль о том, что кроме людей тут могут быть и другие разумные существа, плотно засела в головах всех членов их маленькой разведгруппы, заставляя постоянно быть в напряжении и гадать, к каким последствиям приведет возможный контакт.

Вход внутрь корабля нашли примерно через полчаса пути. В этом месте корпус чужого космолета зиял огромной дырой. Создавалось такое впечатление, что внутри что-то взорвалось, разорвав металл точно бумагу и вывернув наружу куски обшивки.

Спасатели осторожно пробрались внутрь и, включив наплечные фонари, замерли, внимательно разглядывая открывшееся их взору огромное пустое пространство больше похожее на причудливую пещеру со сталактитами и сталагмитами из изогнутых, изломанных и перекрученных кусков металла.

— Тут, наверное, был ангар или что-то подобное, — наконец сказал стоявший впереди Кравченко. — Вон видите эту кучу? Очень похоже на остатки челнока или какого-нибудь вездехода, — лучи его фонарей уперлись в нечто напоминающее причудливый скелет приплюснутой ящерицы задравшей вверх все свои семь лап. — Может осмотрим?

— На обратном пути глянем, — сказал Аграпов и, еще раз оглядевшись, махнул рукой куда-то вбок. — Пока двинемся вдоль той стены, если какой-то проход и есть, то он…

— Сержант, — неожиданно перебила его Лина, смотрящая на экран закрепленного на ее запястье широкодиапазонного детектора. — Есть сигнал, пока очень слабый, но, кажется, мы нашли наших потерявшихся.

Ирина прошлась по комнате, вышла на балкон, глянула вниз, затем вернулась обратно. Остановившись около дивана с разбросанными вещами, она подняла одну из распечатанных туб и, повертев ее в руках, повернулась к стоявшему в дверях Соколову.

— Значит, говоришь из гостиница обычным путем она не выходила?

— Нет, Ирина Анатольевна, ни она, ни кто из их группы. Скорей всего воспользовались антигравами.

— А что на камерах?

— На камерах все наши «гости» уже спят сладким сном, — усмехнулся оперативник и кивнув в сторону стоявшей на полу небольшой серебристой пирамидки, добавил: — Фантомники. Судя по всему какая-то новая модель.

— Понятно, — Ирина кинула тубу на диван и, усевшись следом, откинулась на спинку, уставившись в потолок невидящим взглядом.

«Так, десять минут на раздумье. Что же она упустила? Почему все так получилось? Слишком быстрая реакция. Неужели ее решение дать анклавцам понять, что их ведут, было ошибочно? Черт, вместо того чтобы заставить противника отступит, получилось все в точности наоборот. Хотя подобный вариант прорабатывался и вероятнее всего ребята действуют второпях, однако, это далеко не факт. Врага не стоит недооценивать и вполне вероятно, что у них существует свой план для выхода из подобной ситуации. Скорей всего так и есть. Ирина нервно закусила губу. Думай девка, думай, решай задачку. Они профи и если решились на такое, то явно надеются уйти, только вот как, и какой их вектор дальнейших действий, каковы приоритеты? Так. Их цель Малышев, но в городе его нет, он на острове, а вот знают ли они об этом? Навряд ли, иначе группе было бы проще высадиться в другом месте. Однако на сегодняшний день они явно в курсе, что нужный им объект в городе отсутствует, не зря же они тут столько дней ошивались, наверняка выясняли, что да как. Потом мы их спугнули, но от продолжения операции они не отказались, а решили идти напролом. Почему? Взыграло раздутое самомнение анклавцев, или так уверены в своем успехе и безнаказанности, что решили рискнуть? Скорее и первое и второе. Ирина усмехнулась. Ну естественно, разве они могут спасовать перед какими-то отсталыми провинциалами, а если что-то пойдет не так нужные люди в Совете Миров наверняка осадят дурных земляшек. Так, ладно, в принципе это сейчас неважно. Главное понять, что они сейчас задумали, куда направляются. Узнать о местоположении Андрея могут всего в двух местах: в институте и институтском городке. Скорее первое, не будут же они ходить и спрашивать у местных жителей, тем более посереди ночи. Значит институт. Теперь пути отступления…..?»

Ирина провела пальцем за ухом, активируя рацию и мысленно отдавая команду на вызов «тройки».

— Арин, срочно, свяжись с диспетчерской Фобоса, узнай, какие корабли Анклава болтаются на орбите, когда отбывают и разрешенные точки старта.

— Сейчас сделаю, Ирина Анатольевна.

«Пятерка»

— Геп, группа готова к вылету?

— Да, Тень, ждем твоей команды.

— Хорошо, иду к вам.

Она резко поднялась.

— Андрей, ты со второй группой дуй к Малышеву, вдруг я ошиблась и они направились туда. Я с ним свяжусь, предупрежу. Он мужик бывалый и если что постоять за себя сможет.

— Думаете?

— Знаю, — усмехнулась женщина.

Глава 8

Лаймалин остановила гравик и, спрыгнув с него, подхватила с багажника сумку с вещами. Гравик тут же сложил руль и, погасив решетки антигравов, с легким «вздохом» опустился на пластасфальт в ожидании следующего пассажира. Стоявшие около ворот аэродрома охранные киборги, чем-то похожие на средневековых рыцарей, проводили девушку пристальным взглядом своих сенсоров и вновь застыли неподвижно.

Лаймалин неторопливо шла вдоль взлетной полосы к ангарам, раздумывая над выданным Дорнером необычным заданием. Впервые командор ничего толком не объяснил, а на все наводящие вопросы только хмурился и вместо ответов лишь молча сунул коробочку с двумя «паками», сказав, что на них находится вся необходимая информация. Было видно, что ему самому не очень нравится происходящее. Лайм остановилась и, проводив взглядом пронесшийся над головой «гладиус», поправила выбившуюся из-за уха прядь, подумав, что возможно все это лишь ее домыслы, а поведение Дорнера просто результат последних событий. Несмотря на то, что был конец учебного года, и большинство кадетов отправилось на каникулы домой, неделя выдалась довольно напряженной. Две аварии во время тренировочных полетов; оба «гладиуса» практически в лепешку, а пилоты на больничных койках, причем один из них пострадал довольно серьезно. Катапульта почему-то не сработала, а с-поле не смогло полностью погасить удар. В причинах разбираются техники, но жизнерадостности Дорнеру это явно не прибавило — всю неделю ходил мрачнее тучи. К тому же неожиданно нагрянула какая-то комиссия из Совета Земли… Лаим вздохнула — смысла гадать не было. Задание получено, а значит, следовало его выполнять, единственно, что было действительно странно так это то, что она до сих пор не знала кто ее напарник.

Серая туша полумесяца «сейпера» застыла около ворот ангара, а вокруг нее уже вовсю суетились киборги техобслуги, подготавливая машину к полету. Лайм остановилась и несколько секунд стояла в нерешительности, перебирая в уме, что она могла забыть и не стоит ли на прощание заглянуть в ангар, где стоял ее «волк». Так ничего и, не вспомнив, она мысленно махнула рукой и направилась к трапу.

— Куратор Курозаки, борт двести тридцать к полету полностью готов, — отрапортовал подскочивший к ней киборг, вытянувшись по стойке смирно и потешно щёлкнув пятками пластиковых ступней. — Будут какие-то указания?

— Нет, — Лайм бросила быстрый взгляд на грудь киборга, где была закреплена табличка с номером, — двадцать второй, можете быть свободным.

— Слушаюсь, мэм, — робот козырнул и, чеканя шаг, направился в ангар.

Лайм проводила его взглядом, затем усмехнулась и сказала:

— Столько лет уже, а ты все не меняешься, как был мальчишкой, так и остался.

— Но прикольно ведь, вон какой бравый вояка получился, — раздалось из-за спины.

Лаймалин обернулась. Спустившийся по трапу и теперь стоявший перед ней смуглокожий, мускулистый мужчина в цветастой рубашке, по которой порхали разноцветные бабочки, расплылся в белоснежной улыбке.

— Привет, Лайм, я может и не меняюсь, зато ты все хорошеешь, — он неожиданно рухнул на одно колено и ухватил ее за руку. — Позвольте, мадам, облобызать вашу ручку, припасть, так сказать, своими недостойными губами к вашей неземной красоте.

— Я конечно не против, лобзай, сколько хочешь, — Лаймалин скромно потупила глаза. — Но что на это Минако скажет?

— Что я пошлая камбала, — мужчина отпустил руку и, вскочив на ноги, обнял несколько опешившую девушку, затем быстро отстранился и добавил: — Хотя это так и есть и тут уж ничего не поделаешь, к тому же я действительно рад тебя видеть.

— Я тоже, Рен, — улыбнулась в ответ Лайм. — Только почему ты здесь, вы же вроде с Айрой в дальнике должны быть?

— Не совсем так, — ответил Айко, забирая у девушки сумку. — Айра действительно полетела, а я сошел в одной из дальних колоний и последние два года мотался по окраинам.

— Зачем?

— Да, так искал кое-что по заданию начальства, — уклончиво ответил Рен, на какой-то миг став абсолютно серьезным. Впрочем, продолжалось это какую-то долю секунды, и исчезнувшая с лица улыбка вновь возвратилась на свое привычное место, после чего он обхватил ойкнувшую Лайм за талию, увлекая ее к трапу.

Кристина открыла глаза и тут же закрыла их вновь. Череп никуда не исчез, он все так же продолжал смотреть на нее своими раскосыми глазницами, щурясь в довольной острозубой улыбке. Женщина застонала и, бросив взгляд на горевший в верхнем углу шлема экран, попыталась приподняться на локте, однако тут же рухнула назад, заскрипев зубами от пронзившей тело боли. Некоторое время она лежала неподвижно, стараясь не обращать внимания на горевшую красным надпись, сообщающую о критических повреждениях организма, затем повернула голову, посмотрев на лежащего в паре метров от нее Георга. Он перестал отвечать на вызовы еще два часа назад, а она даже не могла подползти к нему и узнать в чем дело. Любая попытка сдвинуться с места отзывалась жуткой болью в спине и встроенная в скафандр система экстренной помощи ничего не могла с этим поделать. К тому же стал барахлить поврежденный при падении гравиокомпенсатор, и тяжесть то и дело наваливалась на грудь тяжелой плитой, сбивая дыхание, принося новую волну боли в спине. Из-за этого она уже пару раз теряла сознание и последний раз ее «отсутствие» в этом мире затянулось на целый час. Кристина прикрыла глаза, чувствуя, как по щеке поползла одинокая слеза — умирать не хотелось, тем более в одиночестве и один бог знает где. Женщина вздохнула и вновь скосила глаза на Георга — неподвижен. Лишь видно как внутри шлема мигает красный огонек тревоги, впрочем, у нее мерцает такой же. Оно и неудивительно, падение почти со стометровой высоты…странно, что они вообще еще живы. Хотя видимо продлиться это не долго. Кристина невольно всхлипнула и тут же мысленно одернула себя. Стоило раскиснуть, сдастся и тогда уж точно все. Нужно было надеяться и верить. Андрей наверняка уже поднял всех на уши и делает все возможное, а значит, есть вероятность, что канал восстановят. Конечно же, они сглупили, ушли от врат, но в тот момент это было просто необходимо, нужно было где-то укрыться от надвигающей бури, которая в условиях повышенной гравитации обещала быть особенно жестокой. Поэтому когда поднявшийся ветер проредил пелену тумана, позволив им увидеть чужой космолет, раздумывали они не долго, другое дело что не стоило слушать Сашку и лезть вглубь этого ржавого корыта. Хотя смысла его винить тоже не было, он всего лишь выразил вслух общие мысли — слишком уж велик был соблазн. В конце концов, они все же ученые, исследователи неведомого. Вот только результат их любопытства оказался весьма плачевен. Она так до конца и не поняла, что произошло, просто пол под ними неожиданно провалился, и они полетели вниз в разверзнувшуюся под ногами бездну. Возможно, не выдержали перекрытия, а возможно это был какой-нибудь технологический люк, или дверь, или просто дыра заваленная хламом, через который они пробирались — теперь смысла гадать уже не было. Их подвела обычная самонадеянность. Шли напролом, не прощупывая, не осматривая, без страховки. Пять лет службы в «Искателе» и так сглупить. Кристина криво усмехнулась, подумав, что сказались годы, проведенные в тиши институтских кабинетов, во время работы спасателем она себе не позволила бы подобной глупости. Она вновь скосила глаза на Георга, но тот по-прежнему не двигался. Жив ли? И что с Сашкой? Во время падения краем глаза она видела, как его тело ударилось о какой-то выступ и осталось там лежать, может ему повезло больше? Может Алана с Николаем, его отыскали? Где они, почему не приходят на помощь, почему не отзываются на вызовы? Уже ведь давно должны были вернуться. Кристина активировала систему связи и несколько минут пыталась вызвать своих спутников, но в эфире царила ватная тишина, изредка разрежаемая пощелкиванием помех.

Противно заверещал предупреждающий зуммер, а на грудь навалилась каменная плита тяжести, сбивая дыхание, принося с собой очередную порцию боли, однако на этот раз Крис удалось удержаться на границе беспамятства. Спина неожиданно онемела, видимо СЭП применила какое-то сильнодействующее обезболивающее, а значит, все было плохо. Впрочем, это было понятно сразу — ниже пояса она давно уже ничего не чувствовала, да и одна из ног была вывернута под таким неестественным углом, что становилось просто страшно. Ей еще повело, что скафандр хоть как-то функционирует, хотя даже беглого взгляда хватило заметить мерцающие то тут, то там светящиеся бледно-синим светом пятна насоловых заплаток.

Дождавшись, когда голова немного проясниться, женщина приподнялась на локте и попыталась сдвинуться в сторону Мастерсона, подальше от осточертевшего черепа с его ехидной ухмылкой, однако тело словно приклеилось к полу. Кусая губы, чтобы не заорать от боли она все же смогла подтянуться примерно на полметра и рухнула без сил. Дышать почему-то стало нечем, перед глазами заплясали разноцветные круги, а по лицу побежали капли холодного пота. Несколько минут она словно рыба хватала ртом воздух, затем вытянула руку и хлопнула Мастерсона по плечу. Его шлем немного качнулся из стороны в сторону, но и только. Кристина коротко выругалась.

— Георг, ты меня слышишь! — Тишина и лишь редкое потрескивание. — Георг. Черт…

Кристина закусила губу, так как неожиданно осознала, что мерцание внутри шлема прекратилось, и красный огонек горел ровным тусклым светом.

— Георг…

Она вновь откинулась на спину и закусила губу, чувствуя, как накатывает отчаянье и какой-то животный ужас — захотелось завыть от беспомощности и безысходности. Слезы хлынули из глаз и покатились по щекам, смешиваясь с каплями пота. Белесый луч света, ударивший в глаза, заставил ее невольно зажмуриться.

Вытянутый диск «Ската» завис над женщиной, затем сделал круг над телом мужчины, и унесся куда-то ввысь, а внутри шлема зазвучал незнакомый мужской голос:

— Говорит сержант Аграпов, вы меня слышите?

— Да, слышу, слышу! — хотела крикнуть женщина, но вместо этого изо рта вырвался лишь сдавленный хрип, однако ее все же услышали.

— Постарайтесь не двигаться, скоро мы будем у вас.

Вновь наступила тишина. Кристина с трудом повернула голову в шлеме и посмотрела на распластанное тело Мастерсона.

— Они все же пришли, Георг. Все же пришли…

— Итак, что мы имеем на нынешний момент? — Антон вопросительно посмотрел на Аграпова.

— Хорошего мало, командир, — ответил тот, отстегивая шлем и взъерошивая потные волосы. — Ф…у…у, спарился что-то, видимо термореле опять барахлит, как в бане.

Он распахнул небольшой шкафчик и, достав оттуда бутылку с водой, повернул кольцо на горлышке, переключая на охлаждение, затем подошел к Соболеву стоящему перед постоянно обновляющейся объемной моделью чужого космолета.

— «Скат» прошел коротким путем, ориентируясь на сигнал, но нам так не пролезть. Видишь, здесь и здесь, — его палец ткнул в светящееся переплетение разноцветных линий, — слишком узко. Видимо это какие-то технологические колодцы. Мы запустили еще один, но прохода пока не нашли. Внутри корабль довольно сильно разрушен, так что местами зонды сами с трудом пробираются.

— Что думаете предпринять?

Аграпов пожал плечами и, отхлебнув из бутылки, провел ее горлышком по синей полосе.

— Пока начали расчищать вот этот коридор, однако так мы пройдем от силы метров двадцать. Думаю, нужно бить прямой проход.

— Опасно, судя по тому, что я увидел это корыто ржавое насквозь, может начать сыпаться в самых неожиданных местах.

— Загоним энергетическую опалубку и укрепим пеной, если понадобится, сформируем тюбинги.

— Вариант, однако, торопиться не стоит, лучше идти не спеша. К пострадавшим отправим медкиборга, это поможет им продержаться.

— Не согласен, — упрямо мотнул головой Аграпов. — Судя по увиденному там все плохо, нужно их скорее вытаскивать. К тому же, кто знает, сколько раз удастся открыть портал. Командир, ты извини, но меня как-то не вдохновляет провести здесь остаток жизни, — пейзаж, знаешь ли, не нравится, вгоняет в уныние и меланхолию. — Он криво усмехнулся и, закрыв бутылку, отправил ее в цилиндр утилизатора. — Кстати, как прошла связь с Марсом? Слышал, ты пару человек назад отправил, что-то случилось?

Антон нахмурился.

— Ничего серьезного. Ребята сами попросились, пожаловались на самочувствие. Пусть лучше их на Марсе медики глянут, чем нам тут гадать действительно ли им плохо или это у них в голове.

— А вот это правильно. — Сержант пристально посмотрел на задумчивого Антона и тихим голосом поинтересовался: — Командир, давай уж выкладывай, что беспокоит?

— С чего ты это решил? — буркнул Соболев.

— С того, дружище, что я тебя уже не первый год знаю. — Аграпов, стукнул Антона кулаком по плечевому щитку скафандра. — Колись, давай.

Тот покосился на спасателя и вздохнул, бросил:

— Проблема с вратами. Олег сказал, что на той стороне больше не хотят рисковать, так что на все про все у нас десять часов.

— Так какого ты…

— Не хочу торопиться? — Антон усмехнулся. — Дэн, вот скажи честно, ты у нас доподлинно знаешь конструкцию корабля? Уверен, что если начнем резать то не попадем на какой-нибудь реактор или нечто подобное, а?

— Ну…

— Вот тебе и «ну». Хочешь, чтобы наши клочки потом по всей планете собирали? Однако ты прав, медлить, тоже не стоит, но и наобум лезть не будем.

Несколько минут они молчали, наблюдая за медленно разветвляющимися линиями коридоров и формирующимися очертаниями внутренних отсеков. Зонды прошли не так много, однако примерная планировка той части корабля, где они находились, была уже более-менее понятна. Три параллельные палубы соединённые шахтами лифтов и технологическими проемами. Одна из них явно относилась к жилой зоне — длинный коридор с примыкающими пустотами кают или каких-то подсобных помещений. Другая, судя по размерам и разномастным обломкам техники, являлась ангаром или чем-то подобным, а вот с идентификацией третьей возникло затруднение. Больше всего она походила на какой-то склад с множеством отсеков плотно забитых трапециевидными контейнерами. Во время крушения они сорвались со своих мест и, судя по выстроенной компьютером картинке, на палубе царил настоящий хаос, через который с трудом пробирались «блины» разведывательных зондов. Проблема была в том, что эта палуба находилась посередине и отделяла их от спасаемых, а что находилось в контейнерах и для чего они предназначались, оставалось только гадать. Вполне возможно, что там находился какой-нибудь безопасный груз, типа еды или запасных частей, однако с таким же успехом это могли быть топливные элементы или же оружие.

— Но как-то же они туда прошли? — наконец пробормотал Антон и, повернувшись к Аграпову, добавил: — Значит, действуем так: пока не торопимся, продолжайте расчистку коридора, в зону с контейнерами не соваться, кто знает, что там такое, не хочу рисковать. Если за три часа зонды не отыщут проход, тогда попробуем пробиться напрямую.

— Принято, командир, — Денис подхватил лежащий на скамейке шлем. — Кстати, а где отделение Никола?

Антон усмехнулся.

— Занимаются сбором артефактов.

— В смысле? — Аграпов непонимающе посмотрел на командира.

— В прямом, вот смотри.

Соболев взмахом руки сместил голографическую схему чужого космолета в сторону, одновременно уменьшив ее в размерах и, проведя пальцем по точпаду парящей перед ним панели управления, развернул перед собой плазмоэкран. Серая панель моргнула и протаяла знакомым туманом, в разрывах которого мелькала каменистая поверхность земли.

— Съемка ведется с одного из «скатов», — пояснил Антон. — Кстати, тумана внизу почти нет. Всю эту гадость тянет из расщелины ниже по склону. Вот, смотри.

Изображение на мгновение погасло и вот уже на экране замелькали утопающие в бурой воде развалины каменных строений. Большинство из построек было разрушено практически до основания, но были и вполне хорошо сохранившиеся здания, напоминающие небольшие замки, щерившиеся на мир слепыми глазами узких бойниц.

Аграпов тихонько присвистнул.

— Цивилизация, однако. Местные?

Соболев покачал головой.

— Скорей всего выжившие после крушения. Никол говорит, что нашел много интересного. Я послал ему пару киборгов, думаю, что наши ученые обрадуются таким подаркам.

— У нас там этих подарков, — Аграпов ткнул большим пальцем себе за плечо, — не унесешь.

— Тебе что людей не хватает? Так я и так всех отозвал, там только Никол с двумя ребятами, остальные через полчаса они будут в твоем распоряжении. Агрессивных биобов[51] тоже не видно, поэтому если понадобятся еще люди, прорежу периметр и отошлю освободившихся тебе.

— Пока не надо, справляемся, — отмахнулся Денис. — Если Нику охота копаться в этой жиже, его проблемы. Просто…

Соболев сделал жест рукой, призывая спасателя замолчать, и поднес руку к уху, активируя связь. Некоторое время он слушал невидимого собеседника, с каждой секундой становясь все мрачнее и мрачнее, затем коротко бросив «ясно», отключил связь и повернулся к Аграпову.

— Это был Олег. Они нашли еще двоих.

— И?

— Оба мертвы.

— Черт, — кулак сержанта впечатался в борт вездехода. — Черт!

Обшивка стены послушно прогнулась и тут же восстановила свой первозданный вид.

— Как они погибли?

— Точно непонятно. Олег с ребятами нашел неподалеку от корабля небольшую полузасыпанную постройку, причем от космолета к ней тянутся какие-то трубы, еще несколько уходят в землю по направлению к вратам.

— Пункт управления?

— Навряд ли, врата все же функционируют, однако эта постройка с ними явно как-то связана, ребята сейчас пытаются разобраться в том, что осталось. Скорей всего наши ученые хотели пробраться внутрь и, судя по следам на металле, попытались ее вскрыть при помощи импульсника, но видимо луч что-то задел внутри. В общем, рвануло порядочно. Мужчину проткнуло куском металла, у женщины оторвана рука, плюс многочисленные переломы, так что погибли они сразу.

— Защитные поля не помогли?

— Они же в обычных эсэсках, там этой защиты, да и при взрыве на таком расстоянии… Не сработай защита, от них вообще каша осталась бы.

— Понятно, — Денис несколько минут стоял неподвижно, затем надел шлем. — Ладно, пойду. Будем надеяться, что хоть кого-то спасем.

Он направился к мерцающей стене мембраны, но вдруг остановился и повернулся к Соболеву.

— Командир, ты все еще предлагаешь не торопиться?

Антон пристально посмотрел на товарища и медленно качнул головой из стороны в сторону.

— Вот и хорошо, — Аграпов опустил забрало шлема и, отдав честь, шагнул сквозь мембрану.

«Таблетка» пака с едва слышимым потрескиванием растворилась, выбросив в мозг череду разноцветных картинок и образов, заставив Лайм удивленно вскинуть брови. По всем параметрам дело было совершенно рядовое; группа молодежи отправилась в поездку по островам Карибского бассейна и пропала. Хотя «пропала» пока громко сказано, просто кое-кто из родителей забеспокоился, так как его чадо не вернулось домой к обещанному сроку. Связаться с ними не смогли, а опрос немногочисленного населения Пуэрто-Рико, в одной из гостиниц которого они зарегистрировались, практически ничего не дал. Ребят видели, но куда они направились, никто не знал. Ничего удивительного, подобное случалось регулярно — молодежь во все времена была одинаково безрассудна. Вполне возможно, что ребята просто решили отдохнуть без постоянного контроля со стороны родителей и специально заблокировали связь. Косвенно это подтверждалось тем фактом, что буквально перед исчезновением они взяли глайдер отправились на расположенные рядом Багамские острова. Беспокоило две вещи: почти все они были из Анклава да к тому же из рядов так называемых «сталкеров» — популярного молодежного движения, члены которого любили совать свои носы в самые опасные места различных планет. Последнее не нравилось Лайм больше всего, от этих можно было ожидать всего чего угодно. «Любой риск, ради адреналина и приключений. Разрушим скорлупу обрыдлой обыденности» — таков был девиз сталкеров, а их выходки частенько становись головной болью спецслужб различных планет. И хотя официально это движение было запрещено во всех мирах Анклава, однако неофициально ширилось и процветало. Беспокоило еще то, что один…точнее одна из пропавших была дочерью какой-то анклавской шишки. Пожалуй, последнее и объясняло всю эту спешку и таинственность. Просто кое-кто запаниковал и надавил на все имеющиеся связи. Впрочем, чисто по-человечески, понять чиновника можно, для него Земля — это чуждая, отсталая планета на задворках цивилизации — практически дикие места, где может произойти всякое. К тому же если выяснится, что потерявшиеся действительно влипли в какую-нибудь историю, связанную со сталкерским движением, то это вполне может сказаться на карьере. Отсюда секретность и нежелание подключать региональные службы. В любом случае угрожай ребятам хоть какая-то серьезная опасность, они наверняка подали бы сигнал о помощи — не совсем дураки ведь. Ну а если все же ума не так много, то в случае угрозы жизни это сделал бы «запястник», постоянно контролирующий состояние хозяина и в случае чего автоматически отсылающий сигнал тревоги в планетарную сеть. Конечно, ребята были не местные, но насколько Лайм знала, анклавские «перскомы» обладали подобной системой безопасности и прекрасно подключались к земной сети. Тем не менее, никаких тревожных сигналов с их номеров на пульты служб Центр Спаса не поступало, а значит, и особых причин для волнений пока не было. Однако приказ есть приказ.

— Что думаешь по этому поводу? — Лайм скосила глаза на Рена, который привел свое кресло практически в горизонтальное состояние и с задумчивым видом буравил невидящим взглядом потолок.

— Пока не знаю, — Айко растерянно взъерошил и без того торчащие во все стороны волосы. — Вполне возможно, что ребятки просто «ловят волны» на одном из островков или же ушли в загул со всеми тяжкими.

— В каком смысле?

— В прямом, — Рен возвратил спинку кресла в нормальное положение и, с хрустом потянувшись, пояснил: — Выпивка, «люмен» или другая подобная гадость. Анклавская молодежь частенько подобной ерундой балуется, хотя даже у них многое из этого противозаконно.

— Охота им свое здоровье губить? — поморщилась Лайм.

Айко пожал плечами.

— У каждого свои муравьи в голове, порой большущие.

— Тоже верно.

Лаймалин пробежалась взглядом по приборам и, убедившись, что все в порядке, вывела на стекло кабины карту. Несколько минут она задумчиво рассматривала лоскутное одеяло архипелага, затем повернулась к Айко, который достав из сумки упаковку арахиса в шоколаде, с философским видом поглощал его, одновременно смотря по запястнику какой-то фильм.

— Слуш, Рен, ты же вроде оттуда?

— Угу, — кивнул тот, не отрывая глаз от висевшей перед ним полоски плазмоэкрана. — С одного из малых Антильских. Смотри чуть ниже Анегада.

— Да я не о том.

— Наши ребятки ведь из сталкеров, может, есть догадки, куда они могли отправиться?

Рен наморщил лоб, затем неожиданно стал серьёзен, нахмурился и, резко выпрямившись, взмахом руки заставил экран разлететься разноцветными квадратиками, истаивающими в полете.

— Черт, Лайм, а ведь ты права, — он поднялся со своего места и, подойдя к карте, ткнул пальцем в небольшое зелено — желтое пятно острова. — Остров Хувентуд — тут есть разрушенный военный порт.

— Ты там был?

— Нет. Но отец частенько туда ходил рыбачить, он и рассказывал. Помнится, постоянно ругался, что сети цепляются за всякую дрянь на дне, а один раз даже приволок домой ржавый пулемет — вытащили тралом вместе с уловом. Все ребята в поселке мне завидовали, когда мы в космодесантников играли, — Айко усмехнулся и покачал головой. — Пару раз из-за него даже с соседским пацаном дрался, блин как же его звали, — он рассеяно почесал в голове. — Блин, не помню уже — Тан вроде. Так вот однажды мы с ним так сцепились, что отец аж из себя вышел, отобрал пулемет и засунул его в утилизатор. Я потом на него месяц дулся — обидно было до жути. А ведь главное я его отчистил от ржавчины, напыление сделал, так классно получилось…

— Так значит, ты хлам уже с детства собираешь, неудивительно, что в «Искатель» пошел — призвание…

Рен непонимающе посмотрел на девушку, в глазах которой прыгали озорные искорки, озадаченно хмыкнул, в очередной раз поскреб в затылке и наконец, расплылся в белозубой улыбке.

— Блин, Лайм, я уже и забыл что нас «мусорщиками» называют. Хотя кое в чем ты даже права, я ведь в детстве, что только в дом не волок. У нас на южной оконечности острова целое кладбище старых траулеров было, так мы с пацанами с них постоянно что-то скручивали, сдирали, отламывали — интересно было разобрать, посмотреть что внутри.

— Вот видишь, — улыбнулась в ответ Лаймалин, крутясь в кресле туда-сюда. — Значит я права это у тебя в крови. Ладно, давай глянем, что там у нас есть по этому острову.

Она оттолкнулась ногами, так что кресло сделало полный оборот, вновь развернув ее лицом к дуге пульта и, вбив персональный код в появившееся окошечко, откинулась на спинку, пробегая глазами по строчкам выведенного на экран документа. Айко стоял позади, облокотившись на подголовник и, тихонько бормотал себе под нос, периодически многозначительно хмыкая.

— Весело, — наконец сказала девушка, закидывая голову и смотря на своего спутника. — Ты об этом знал?

— Откуда, — развел руками Айко. — Если честно, то даже и не подозревал что у меня дома под боком целая база военно-морских сил ОША. Гадюшник, наверное, еще тот.

— Да что там от этой базы осталось…Сколько веков прошло-то?

— Не так много, — покачал головой Рен, — и древнее ковыряли. К тому же эта же из поздних, закрыта после роспуска ОША, а это, дай бог память…Двадцать шестой…

— Двадцать восьмой, — подсказала Лайм. — Объеденные штаты были ликвидированы в 27… году после создания Единой Федерации Солнечной Системы, ты что, историю прогуливал в школе?

— Было дело, — признался Айко, виновато потупив глаза. — Учителя истории у нас в школе не было, так что ее вел киберзам, а они знаешь какие нудные — ужас. Как вспомню его лекции, до сих пор спать тянет.

— Да ты и в академии большой охотник подремать на лекциях был, Кирилл мне рассказывал.

— Ну, всяко бывало, — усмехнулся Рен. — Ладно, что сейчас вспоминать. Меня больше беспокоит другое, сдвинь ка в самый низ, просто впервые вижу такое обозначение.

Лайм послушно провела пальцем по сенсору и коротко выругалась, заставив мужчину удивленно вскинуть брови. Внизу текста красными буквами горело: «Возможный класс опасности А17 — не зачищено».

Глава 9

Андрей отключил вирт, откинулся на спинку кресла и, устало проведя ладонью по лицу, зевнул. Потерев ладонями упорно слипающиеся глаза, он несколько минут сидел неподвижно, обдумывая пришедшую в голову идею, затем резко встал и вышел из комнаты. Пройдя на кухню, он открыл ящик стола, растерянно перебрал лежавшие в нем картриджи и, выбрав один, сунул его в считыватель пищекомба. Серебристая сфера тихонько звякнула и, разделившись на две половинки, выдвинула из своего нутра исходящую паром зеленую кружку. Отхлебнув кофе, Андрей довольно кивнул, поставил ее обратно на стол и активировал запястник.

— Что-то случилось, Андрей Николаевич? — с развернувшегося экрана на Малышева вопросительно смотрел черноволосый мужчина в бело-синем лабораторном халате.

— Ничего серьезного, Ген, просто хочу кое-что обсудить. Как у нас там, все нормально, успеваем?

— Да, Андрей Николаевич. Подготовка пробойника идет по графику, даже с опережением, так что все в порядке. А вы-то что не отдыхаете, ночь ведь на дворе?

Малышев отмахнулся.

— Еще успею. Сейчас главное нам ребят со спасателями оттуда вытащить. А последний пробой мне ох как не понравился, направляющие потоки видел, как вихляли?

Собеседник Андрея молча кивнул и тут же поинтересовался:

— Что-то предлагаете?

— Да, Ген, подожди минутку, — Андрей передвинул экран, так чтобы он находился не напротив лица, а чуть сбоку от головы и, взяв кружку, прошел в гостиную. Устроившись на диване, он поставил кружку на пол рядом с ногами, немного раздвинул границы экрана, чтобы лучше видеть собеседника и, проведя пальцем по запястнику, «выбросил» в воздух перед собой полупрозрачную пластину клавиатуры.

— Вот смотри. Заменяем в вихревом стабилизаторе транскодер Е-56 на семьдесят пятый, ставим дополнительные мезотроны на формирующие решетки, немного повышаем мощность эмиттеров и получаем…

— Менее гибкую линию потока, но зато с большей пробивной мощностью и жесткостью тонелирования.

— Прямо в точку, коллега, — сказал Малышев, подхватывая кружку с пола и салютуя ей своему собеседнику. — Смотрю, понял мою идею.

Мужчина по другую сторону молча кивнул, с задумчивостью рассматривая выведенные на экран строчки расчета.

— Нам уже известна их входная амплитуда, а значит можно пожертвовать вероятностным разбросом. Это позволит нам стабилизировать точку захвата и увеличить время, правда есть опасность струнного свертывания… — наконец пробормотал он, явно ни к кому не обращаясь и покачав головой, добавил: — Все-таки вы гений, Андрей Николаевич.

— Ага, я такой. — Андрей улыбнулся.

Рядом с ним в воздухе возникла мультяшная девочка в разноцветном платьице.

— Хозяин, вам входящий с пометкой срочно, — сообщила она, поклонившись.

— Это еще кто в такое время?

— Пометка абонента «мама Кира».

— Ирина Анатольевна? — Малышев озадаченно хмыкнул и, повернувшись к своему собеседнику, бросил: — Ген, я перезвоню.

— Хорошо, Андрей Николаевич. Если что я на малом полигоне, попробую применить ваши наработки сперва на нем.

Экран свернулся в тонкую линию и погас, а Андрей откинулся на диване и пару секунд буравил угрюмым взором висящую перед ним аватарку, словно надеясь пронять по ее облику цель этого неожиданного звонка, затем вздохнул и коротко бросил:

— Принимай.

Девочка кивнула, а над ее головой вспыхнул золотистый нимб соединения с абонентом.

— Тетя Ир, какими…

— Андрей, — несколько резко перебила его мать Кирилла. — Ты где сейчас находишься?

— Дома, а что? — говорить с мультяшкой было несколько неудобно, но Ирина Анатольевна почему-то не активировала видеосвязь.

— Плохо, — в голосе Градовой проскользнули нотки едва скрываемого беспокойства. — Слушай сюда. Постарайся не выходить на улицу и никому не открывай, дождись прибытия стражей, группа уже вылетела.

— Стражей? — Малышев непонимающе посмотрел на аватарку. — Что случилось, тетя Ир?

— Долго объяснять. Хотя… В общем, если вкратце, то по твою душу идет пара наемников из Анклава.

— Наемников? — Малышев удивленно посмотрел на аватарку. — О чем вы, тетя Ир? Какие наемники? Это что шутка какая-то?

— Да не до шуток мне сейчас, Андрюша. И объяснять некогда, просто доверься мне и постарайся не подставляться. Стражи будут минут через пятнадцать, так что ты продержись уж как-нибудь. Все, я отключаюсь.

Нимб над головой девочки стал зеленым, а сама она, пару минут повисев перед хозяином, находящегося в состоянии небольшой прострации, с легким звоном исчезла. Некоторое время Андрей сидел без движений, буравя взглядом кружку с остывшим кофе, затем раздраженно мотнул головой — вопросов было больше чем ответов. Ясно две вещи: во-первых, — это не шутка, а во-вторых, мать Кирилла не так проста, как кажется, а ее работа диспетчером лишь одна из граней действительности. Впрочем, последнее как раз было понято еще со времен их обучения в академии. Эта простая на вид женщина частенько была осведомлена о некоторых вещах куда больше, чем полагается обычному обывателю. Например, она всегда знала обо всех их злоключениях, хотя все происходящее за стенами академии считалось тайной и никогда не разглашалось. Этот факт удивлял всех в отделении, ну, пожалуй, кроме самого Кирилла, который в некоторых вещах бывал необычайно слеп. Хотя возможно он просто не хотел говорить, а они не спешили спрашивать, кем его мать является на самом деле. Как бы там ни было, но даже после пропажи Кирилла тень его матери продолжала маячить за их спинами, а ее присутствие незримо ощущалось во многих происходящих с ними событиях. Это порой напрягало. Ирина Анатольевна могла в любой момент связаться с любым из них, при этом совершенно не имело значения, где они в это время находятся и что делают. Звонок мог достать даже в абсолютно закрытой для всех зоне, что в свою очередь говорило о высочайшем уровне допусков.

— Так кто же вы такая на самом деле, тетя Ирина, а? — пробормотал Малышев, затем вздохнул и, допив кофе одним глотком, резко поднялся. Пройдя в кабинет, он поставил кружку на край стола и сев в свое кресло пробежался пальцами по вспыхнувшей перед ним клавиатуре. Поверхность стола рядом с его правой рукой протаяла равносторонним прямоугольником, открывая взору нишу заполненную прозрачными коробочками с разноцветными информ-кристаллами[52].

Андрей сунул руку внутрь и, пошарившись там, извлек наружу угловатый пистолет. Оттянув затвор, заглянул в патронник и, отпустив его, криво усмехнулся, подумав, что судьба порой делает странные повороты. Кто бы мог подумать, что это древнее оружие найденное Вернером на заброшенной базе сможет пригодиться. А ведь когда-то он с юмором отнесся к подарку техника, который на прощание подарил ему этот отреставрированный пистолет. И вот надо же… Где-то наверху что-то тихонько звякнуло, заставив Андрея вздрогнуть. Он посмотрел в потолок, прикидывая, из какой комнаты идет звук, затем достал из ящика обойму и, вогнав ее в магазин, щелкнул флажком предохранителя.

Грузовой киборг чем-то похожий на огромного темно-серого краба, на боку которого неведомый шутник зачем-то написал цифру семь, медленно продвигался вперед, каждый раз ощупывая скрытое под слоем мутной жижи дно своими длинными тонкими ногами. Тем не менее, трое сидящих на его броне спасателей то и дело хватались за торчащие из корпуса поручни, так как машина частенько кренилась в разные стороны, преодолевая скрытые под водой препятствия.

— Сержант, как думаете, что стало с жителями этого поселения?

Никол Ганьский оторвался от разглядывания очередного «проплывающего» мимо здания и, повернув голову, бросил взгляд на сидевшую рядом девушку. Даже в скафандре с массивным горбом «ЗАГСа» Тори каким-то неведомым образом умудрялась выглядеть хрупкой и грациозной.

— А сама что думаешь? — поинтересовался он.

— Ну… — Тори поднесла руку к голове, желая привычно почесать кончик носа перед ответом на ставящий в тупик вопрос, однако перчатка уперлась в стекло шлема, заставив ее смущенно хихикнуть.

— Вот и я не знаю, — улыбнулся Ник и тут же коротко выругался, так как киборг неожиданно круто завалился набок, из-за чего часть корпуса ушла под воду и резко встал. Пару раз дернулся туда-сюда, упираясь «лапами» в невидимое дно и пытаясь сдвинуться с места, затем, застыл, а его куполообразная башенка повернулась к людям, уставившись на них матовыми пластинами своих видеосенсоров.

— Черт, похоже, приехали, — бросил Малков, спрыгивая в воду и погружаясь в нее по грудь. — Сейчас гляну, где увязли.

Его голова скрылась под водой.

— Сержант, ну-ка подмогни, — раздалось через минуту в шлеме Никола. — Наш торопыга тут ногу защемил, не могу сдвинуть.

— Сейчас, — Ганьский отпустил поручень и, скользнув по броне, плюхнулся в болото, подняв целый фонтан брызг, чем вызвал у Тори короткий смешок.

— Сержант да вы у нас просто бомба, — прокомментировала она его неуклюжее падение.

— Рад, что смог тебя рассмешить, — буркнул он в ответ, активируя сенсоры, так как в окружающей его жиже даже перчатка, поднесенная к самому шлему, различалась с трудом.

Минут двадцать они с Малковым и присоединившейся позднее Тори пытались высвободить ногу киборга, зажатую меж двух прямоугольных камней явно искусственного происхождения, однако все было тщетно. Сказывалась повышенная гравитация, и даже при помощи экзоскелетов их скафандров сдвинуть с места почти трехметровые каменные блоки оказалось практически нереально. Оставалось только удивляться, как нога киборга попала в подобную ловушку, оказавшись зажатой между ними словно в тисках.

— Все, сержант, хорош, без подъемников тут делать нечего, — наконец констатировал Малков. — Надо резать. Ничего страшного, до берега тут не далеко, так что доковыляет до базы на пяти ногах, а уж дома отремонтируем.

— Долго провозишься?

— Да с полчаса. Резану где-то тут, — он стукнул ребром ладони по выступающей из воды ноге робота, — чтобы не цеплялся ни за что в этом «бульоне», да подрегулирую чуток в программе и двинем дальше.

— Хорошо, а я тогда пока гляну что в этом здании, — он кивнул шлемом в сторону торчавшей из воды башни, одна из стен которой рухнула, открывая взору часть комнаты с лестницей.

— Сержант, а может не надо? Мы и так «семерке» все брюхо разным хламом забили, ей богу не понимаю что ценного в этих обломках.

— Эх, Толя, Толя, недалекий ты человек, — Ганьский похлопал Малкова по плечу. — Это ж не обломки, а практически история неизвестной нам цивилизации. Поэтому так называемому «хламу» наши ученые мужи смогут понять, как они тут жили, чем занимались, о чем мечтали, как выглядели…

— Как жрали и как, пардон, испражнялись, — Малков отмахнулся. — Да ну тебя, Ник. Тебе просто лавры наших поисковиков покоя не дают. Давно бы перевелся в исследовательский отдел и мотался бы по галактике в поисках черепков туалетных ваз очередной таинственной цивилизации «бумба-бамба».

— А может, и переведусь, — бросил Никол в ответ. — Ладно, давай занимайся резкой по киборгу, а я смотаюсь по-быстрому туда-сюда. Тори, ты со мной или с этим занудой?

— С вами, сержант.

Дождавшись пока «поплавок» шлема торчащий из воды рядом с киборгом доберется до него, Ганьский двинулся в сторону развалин.

— Кстати, сержант, — вновь подал голос Малков, заставив Ника обернуться, — мне вот интересно, почему в мы тут не видели никакой живности. Водорослей, или чего-то подобного здесь навалом, насекомых… — он стукнул по броне киборга, заставив взлететь с нее пару созданий похожих на причудливую помесь кузнечика со стрекозой, — … тоже хватает. А ни тебе местных лягушек, ни ящериц, ни птиц каких-нибудь.

— Ты это к чему спросил?

— Да так, просто что-то в голову взбрело. Вообще по мне так это похоже не на болото, а на вышедшее из берегов озеро. На Земле в таких местах куча птиц бы была, да всякой живности типа выдр, ондатр, а тут пустота, словно всех кто-то распугал.

— Ну, ты здешние места с Землей все же не сравнивай, тут свой биоценоз. Да и мы могли всю живность разогнать.

— Может и так, — не стал спорить Анатолий, открывая борт киборга и вытаскивая оттуда молекулярный резак. — Но вы все же поосмотрительнее там.

— Не беспокойся «мамочка» свою пушечку я взял, — усмехнулся Ганьский, похлопав по закрепленному за плечами излучателю. — Хотя не думаю, что стоит волноваться, мы тут уже несколько часов лазим и крупнее этих стрекоз никого не видели.

— Тоже верно, — согласился Малков.

Коротко пискнул сигнал, заставив Ника бросить взгляд на экран внутри шлема, где моргал зеленый ромбик вызова. Повинуясь его мысленному приказу, вокруг ромбика вспыхнула синяя окантовка, а желтые треугольники Анатолия и Тори обрамились красным.

— Слушаю, командир.

— Никол, ты там скоро?

— Думаю, где-то через час буду у врат. У нас тут небольшая поломка, поэтому задерживаемся.

— Что-то серьезное? — в голосе Соболева проскользнули нотки беспокойства.

— Нет. «Семерке» ногу зажало камнями, сейчас обрежем и двинемся дальше.

— Ну, смотри, если что вызывай, пошлю подмогу.

— Сами справимся, не впервой.

— Понял тебя. Ждем, — ромбик покраснел и погас.

В темноте Институт Прикладной Физики Марса напомнил Элине стоящий на стартовом столе древний фотонный космолет, виденный ей в каком-то историческом фильме: длинный цилиндрический корпус, внизу которого закреплена огромная чаша отражателя. В данном случае роль последнего выполняли первые четыре этажа, из которых словно указующий в небо перст торчало основное десятиэтажное здание института. Сходство усиливала остроконечная крыша со шпилем, на конце которого то и дело вспыхивал красный маячок сигнального огня, служивший одновременно ориентиром и предупреждением пролетавшим над ним глайдерам.

— Ну как, есть что-нибудь? — тихий голос Ланги заставил Элину вздрогнуть. Отключив сканер, она обернулась и отрицательно мотнула головой.

— Нет, все чисто. Ни тебе защитных полей, ни сканеров, да даже охраны никакой нет. Такое впечатление, что по окончанию рабочего дня все уходят, институт закрывается, а ключ ложится под коврик у входа.

— Не удивлюсь если так оно и есть, — хмыкнула Фарбиа и с неожиданной злостью добавила: — Расслабились провинциалы, совсем страх потеряли, устроили себе здесь уютное болото.

— А что в этом плохого? — удивилась Элина, но Ланга не ответила, а только с неожиданной силой сжала плечо девушки, заставив ту невольно ойкнуть и коротко бросила.

— Выдвигаемся.

Активировав маскирующее поле, они одним броском преодолели отделявшую их от здания института широкую лужайку, засаженную аккуратно подстриженным кустарником и, прильнув к стене, еще раз убедились, что их короткая пробежка не вызвала какой-либо подозрительной активности вокруг. Все было тихо.

— Как будем входить? — лениво поинтересовался Дерик, «материализуясь» из воздуха рядом с девушкой. — Может прямо через центральный вход, а то как-то скучно все идет, драйва нет.

— Помолчи, а то сейчас устрою тебе драйв, мало не покажется, — раздался из ниоткуда голос Фарбии. — Элина, куда дальше?

Дерик пожал плечами и снова исчез, а девушка послушно активировала перском, коротко вздрогнув, когда тот выбросил в мозг пакет необходимой информации.

— Ближайший нужный нам вирт в правом крыле на третьем этаже.

— Ты же говорила, что тебе нужно подключиться напрямую к серверу.

— По идее да, просто… — Элина на секунду замялась. — Просто точное местонахождение центрального сервера я так и не установила, поэтому думаю, что стоит попытаться с одного из терминальных.

— Понятно. Так нам куда?

— Ну, — девушка вновь задумалась, затем отключила поле и указала рукой вверх. — Прямо сюда, четвертое окно от края стены.

— Дерик.

Гибкая фигура биотика вновь проявилась рядом с Элиной. Он пару мгновений стоял неподвижно глядя вверх, затем присел и свечой взвился в воздух, исчезая налету.

— Чисто, — прозвучал в голове его голос, а еще через миг на женщин совершенно беззвучно обрушился град осколков, заставив их невольно пригнуться.

— Чертов псих, — буркнула Фабриа, выпрямляясь и смотря на зияющее в казавшейся монолитной стене идеально круглое отверстие. — Никогда не может удержаться от своего позерства. Ладно, идем.

— Командир, а как мы туда поднимемся? — спросила Элина, проводя рукой по полированной поверхности стены. — Забраться не получится, а с помощью вингеров с земли не взлетишь, может нам войти через нижний этаж?

— Нет времени, держись, — кибернойда неожиданно подхватила девушку на руки и одним прыжком буквально влетела в проделанное биотиком отверстие.

Они оказались в небольшой комнате, главной деталью интерьера которой являлось огромное металлическое яйцо. Дерик сидел рядом с ним на корточках, изредка проводя рукой по его поверхности, и явно пытался понять, для чего был предназначен этот аппарат.

— Это оно? — поинтересовалась Фарбиа, но Элина отрицательно мотнула головой, указав рукой на тонкий столбик вирта возвышающийся в углу комнаты и призывно помаргивающий огоньками на своей верхушке.

— Тогда занимайся, времени у нас в обрез, — Ланга подтолкнула девушку в сторону вирта, а сама приоткрыла ведущую из комнаты дверь, выглянула в коридор и, убедившись, что там никого нет, вновь повернулась к Элине. — Ну, чего ждешь, действуй.

Элина кивнула и, подойдя к вирту, вытащила из запястья светящуюся нить щупа. Закрепив его на корпусе компьютера, она уселась на полу, скрестив ноги и, активировав систему прямого мыслеподключения, отключилась от внешнего мира, погрузившись в переплетение информационных паутин. Фарбиа бросила быстрый взгляд на свою подчинению, которая в своей неподвижности стала похожа на эбонитовую статую из какого-нибудь буддийского храма и перевела его на Ноула все еще продолжавшего рассматривать странный аппарат.

— Дерик, кончай гладить яйца, а то совсем расслабился, лучше за улицей присмотри.

Биотик оглянулся, затем нарочито медленно поднялся на ноги, подошел к дыре и, выглянув наружу, молча вернулся на прежнее место. Ланга скрипнула зубами, чувствуя, как внутри поднимается волна неудержимого гнева, совсем как тогда на Тарусе, когда эти чертовы новички попробовали оспорить ее приказ. А ведь он был предельно ясен: «полная зачистка». Так нет же, они решили пожалеть детишек, проявить гуманизм, нашли, где сопли распускать. А ведь ее приказы предельно ясны, и их надо всего лишь выполнять четко и неукоснительно. Команда должна действовать как слаженный механизм, без сбоев. Они должны выполнить задание, невзирая на все потери, не считаясь ни с кем. Любое препятствие должно быть устранено, любое.

— Командир, тут у нас ничего не получится.

Фарбиа вздрогнула, чувствуя, как пелена гнева несколько отступает и, разжав кулаки, повернулась к Элине.

— Что не так?

— Не могу пробиться. Не знаю, какой у них тут файервол, но отсекает любые попытки расшарить сервер. Взломать я его могу, но боюсь, на это уйдет часа три четыре. Проще напрямую подключиться к серверу…

— Ты же вроде не знаешь где он!? — резко перебила девушку Ланга.

— Уже знаю, — перед Элиной развернулась объемная карта здания. — На седьмом этаже. Вот здесь.

— Здесь? — женщина ухватила девушку за плечо и резко притянула ее к себе. — Ты в этом уверена, девочка моя? Точно уверена на этот раз?

— Да, — пискнула та.

— Ну что ж, — кибернойда резко оттолкнула ее от себя. — Значит так, вы с Дериком отправляетесь вперед и занимаетесь сервером, а я посмотрю, чтобы вам никто не помешал.

— Но…

— Никаких но! — кулак женщины впечатался в стену, заставив ее пойти паутиной трещин. — Выполнять!

— Майор, с вами все в порядке? — выдавила из себя Элина, не понимая причину неожиданного гнева своей командирши.

— Естественно. Все системы организма работают нормально, — голос женщины стал каким-то механическим. — Не понимаю, почему вы еще здесь офицер Тайнор, выполняйте приказ, немедленно!

Дерик подошел к Элине и, ухватив ее за плечо, буквально вытолкал девушку в коридор, аккуратно закрыв за собой дверь.

— Пошли, пусть наша «железка» в себя немного придет. Догонит потом.

— А что с ней?

— Да ничего серьезного, побесится и перестанет, — Ноул провел рукой по голове, сгоняя с нее пленку слайма и вставляя в уши пуговки плеера. — Вояки всовывая в нее все эти железяки видать что-то напортачили, вот ее порой и клинит, особенно когда пытаешься ей противоречить. Ребята из твоего отдела уже несколько раз чинили ее импланты, только помогает это мало. Впрочем, мы уже привыкли.

— Странно, а почему мне ничего не сказали.

Дерик равнодушно пожал плечами и завертел головой, оглядывая полутемный коридор.

— Ну и куда нам?

— До конца коридора, затем по лестнице наверх.

Биотик коротко кивнул и, высветив плейлист плеера, пару раз ткнул в него пальцем, после чего направился в указанном направлении, покачивая головой в такт неслышимой Элиной музыки.

— Ну и что мы узнали нового? — спросил Айко, расстёгивая рубашку и скребя пальцами загорелую грудь. — Ребята прилетели сюда из Пуэрто-Рико два дня назад, но пробыли недолго. В этот же день взяли другой глайдер и умчались в неизвестном направлении. Машина назад не вернулась, а значит стоит в режиме резервирования или же ей активно пользуются. Диспетчерскую запросила, может, смогут отследить ее местоположение?

— Еще пять минут назад, — ответила Лайм, оглядывая пустой холл гостиницы, мельком отмечая пошарпанные стены и разросшиеся за широким окном заросли какого-то разлапистого растения. — Сказали что попробуют, хотя местные аппараты не всегда оборудованы системами навигации.

— Точнее они не всегда на них исправны, — оскалился Рен, плюхаясь на стоящий у стены небольшой диванчик. — Что поделаешь в основном местная техника хлам еще тот.

— Почему тогда не заменят?

— А смысл? — бросил Айко, закидывая руки за голову и откидываясь на спинку. — Кому тут на них летать? Во всей гостинице одни киборги да с десяток постояльцев, которые прибыли на своих машинах.

— А местные?

— А что местные? — Рен отмахнулся. — Брось, Лайм, весь остров за час на гравике вдоль и поперек проехать можно, смысл пользоваться глайдером? Полюбоваться сверху на окрестности? Не думаю, что живущим здесь это интересно. Так что глайдеры тут держат больше из-за того что положено. Ты же знаешь, что по федеральному закону любая территория, на которой проживает более трех десятков человек, обязана иметь общественную стоянку с летающим транспортным средством.

— Знаю, — кивнула Лайм, усаживаясь рядом. — Неужели они никуда не летают?

Рен скосил глаза и пожал плечами.

— Да практически никуда. Люди живут тут крайне обособленно обычно маленькими деревушками и на большую землю выбираются редко. Как говорит мой отец: «где ты родился, там жить и помереть должен», — он грустно усмехнулся и, покачав головой, коротко хохотнул. — Знаешь, Лайм, из-за того что я улетел учиться на материк меня многие односельчане до сих пор ненормальным считают и когда приезжаю в гости к родителям, только что пальцем у виска не крутят. Хотя, может, и крутят, я как-то не приглядывался. Я тут как-то…

В воздухе пред девушкой с мелодичным перезвоном распустилась голубая роза, на лепестках которой поблескивали крупные капли росы.

— Это из диспетчерской, — сказала Лайм, бросая быстрый взгляд на высветившийся над розой номер и нажимая пиктограмму приема. Цветок вздрогнул и, превратившись в голубой вихрь, развернулся в небольшом экран, на котором появилось изображение девушки в обтягивающем сенсокомбе.

— Полковник Курозаки, мы обнаружили сигнал искомого вами борта. Сигнатура слабая, но четкая, передаю координаты.

— Спасибо за содействие, — кивнула Лайм. — Вы нам очень помогли.

— Всегда, пожалуйста, — девушка улыбнулась и, покосившись на тянущего шею Рена, который буквально пожирал глазами ее стройную фигурку, отключила связь.

— Эх, все-таки красивая у них форма, — притворно тяжело вздохнул Айко. — Я как-то настраивал оборудование в одной диспетчерской, виды — закачаешься.

— Виды чего?

— Ну… — Рен выписал в воздухе руками волнообразные движения. — Сама понимаешь, не маленькая.

— Я-то нет, — хмыкнула Лаймалин. — А вот кто-то из коротких штанишек так и не вырос.

— Ты это о чем? — Айко посмотрел на свои цветастые шорты, затем перевел взгляд на улыбающуюся девушку, почесал переносицу и вкрадчиво поинтересовался: — Как я понимаю, это было в переносном смысле?

— В прямом. — Лайм, поднялась с дивана. — Рен, ты не меняешься. И как тебя Минако терпит?

— Она меня просто любит, — ответил Айко. — На самом деле я ведь сущий ангел, — он сделал невинное лицо и, сложив руки лодочкой, посмотрел на девушку жалостливым взглядом, заставив ее рассмеяться.

— Ладно, ангел, пойдем, дела ждут. Кстати, мы были правы.

— Ты это о чем? — Рен непонимающе посмотрел на свою спутницу.

— О том, где их следует искать, — Лайм развернула перед собой экран запястника, выводя на него полученные координаты. — Остров Хувентуд, восточная оконечность.

Глава 10

Айко прошелся по лагерю, оглядывая разбросанные на песке вещи и подойдя к кострищу, провел над ним рукой, затем поворошил валявшейся рядом палкой, после чего задумчиво хмыкнув, посмотрел на Лайм.

— Костер погас довольно давно, не думаю, что они ночевали в лагере.

Девушка согласно кивнула и, откинув полог ближайшей палатки, окинула быстрым взглядом творящийся внутри бедлам. Одежда и личные вещи раскиданы по всей палатке, словно внутри нее пронесся небольшой ураган. Причем часть одежды порвана буквально в клочья. Лайм наклонилась и, откинув в сторону валявшуюся у входа оранжевую майку, вытащила из-под нее серебристый браслет перскома. Повертев его в руках, она повернулась к своему спутнику, который застыл у кострища, с задумчивым видом уставившись себе под ноги.

— Вскрыть сможешь?

— А? Чего? — Айко вопросительно уставился на протягивающую браслет Лайм.

— Вскрыть говорю, сможешь?

Рен подошел ближе и, взяв перском, оглядел его со всех сторон, затем отрицательно покачал головой.

— Судя по всему это «Эркон-237и» с активацией по биокоду и широкой формовой вариативностью, при покупке настраивается на хозяина и работает только в его руках — взломать практически нереально.

— Но все же возможно?

— Возможно все, — бросил Айко, проводя пальцем по грани браслета и пробегая глазами по развернувшемуся перед ним небольшому экрану. — Хотя нет, не стоит, — он отключил перском и бросил его обратно Лайм, — начну вскрывать, испорчу игрушку, а она не из дешевых, так что лучше спрячь куда-нибудь, потом вернешь владельцу.

Девушка послушно сунула браслет в карман комбинезона и направилась к следующей палатке. Оглядев ее и убедившись, что внутри царит такой же бедлам, как и в первой, она некоторое время перебирала разбросанные вещи, в тщетной надежде найти что-нибудь указывающее на нынешнее местонахождение их хозяев, затем вернулась к Рену. Мужчина устроился на лежащей у погасшего кострища массивной коряге и с отсутствующим видом постукивал по носку сапога подобранной где-то палкой.

— Ну что, докладывать в Центр будем? — поинтересовалась Лайм, устраиваясь рядом.

Айко скосил на нее глаза и неопределенно повел плечами.

— О чем докладывать-то? Пока еще ничего не ясно и тревогу бить рано. Вполне возможно, что ребята просто отправились вглубь острова, места-то здесь красивые и посмотреть есть на что.

— А кто тогда перевернул вверх дном их палатки.

— Они, — Айко не оборачиваясь, ткнул себе палкой через плечо.

Лайм обернулась и увидела выглядывающие из-за пальм мохнатые мордочки.

— Обезьяны?

— Они родимые, — кивнул Рен, резко разворачиваясь и запуская палку в сторону растущих неподалеку пальм, отчего зверьки с протестующими криками скрылись среди прибрежных зарослей, после чего пояснил: — Ребята забыли включить у палаток охранное поле, а эти мохнатые гады только и ждут подобного случая, чтобы запустить свои загребущие ручонки в чужое имущество. Поверь, они это любят. Чуть оставишь вещь без присмотра, сразу упрут. Наше появление их спугнуло и теперь они ждут не дождутся, когда мы уйдем, чтобы продолжить свое веселие.

Он отряхнул руки от песка и кивнул в сторону покачивающегося на волнах сейпера.

— Может, попробуем покричать туристам через громкоговоритель, авось отзовутся.

Лайм согласно кивнула и пробежалась кончиками пальцев по экрану своего запястника, а к ее губам из волос скользнула тоненькая струйка микрофона.

— Внимание, служба спасения, просит откликнуться владельцев темно-зеленого глайдера с бортовым номером «345кл»! Просим срочно выйти на связь или подать сигнал каким-либо другим способом! — разнесся над берегом ее громовой голос, заставив взвиться в воздух стаи птиц, а подбиравшихся к палатке мартышек кинуться с ужасом врассыпную.

Лаималин повторила сообщение еще пару раз, после чего отключилась от вирта сейпера и вопросительно посмотрела на своего спутника.

— Думаешь отзовутся?

Айко пожал плечами.

— Кто знает, но попытаться стоило.

Девушка согласно кивнула. Несколько минут они сидели у погасшего костра, вслушиваясь в наступившую тишину, разбиваемую лишь шелестом ветра в ветвях деревьев, да шумом волн, затем Лайм неожиданно вздрогнула и вытянула руку, указывая куда-то вдоль берега.

— Там, кто-то кричал.

Рен удивленно посмотрел на девушку.

— Показалось наверное, я лично ничего не слышал.

— Ты и не услышишь, у меня в голове ведь не зря столько всего понапихано. Вот снова, — Лайм вскочила на ноги. — Пошли, давай.

Рен неохотно поднялся и неспешным шагом направился вслед за своей спутницей, устремившейся по берегу к видневшемуся вдали широкому каменистому мысу. Они отошли метров сто от лагеря, как Лайм неожиданно вскрикнула, и указала рукой на выбежавшую из тянущихся вдоль пляжа зарослей бамбука беловолосую девушку. Та резко остановилась, словно чего-то испугалась и даже сделала несколько шагов назад, но видимо поняв, кто перед ней, запрыгала на месте, замахала руками, явно привлекая их внимание.

— А то мы тебя не видим, — буркнул себе под нос Айко, усмехаясь и прибавляя шаг.

Они не дошли до незнакомки каких-то десяток метров. Знакомый треск, стремительный, едва заметный глазу бледно-зеленый росчерк импульса и девушка, схватившись за бок, с легким вскриком рухнула на песок. Рен мысленно чертыхнулся и быстро растянулся на песке, внимательно оглядывая ближайшие заросли в поисках неведомого стрелка, а его рука метнулась к поясу. Не обнаружив на своем законном месте кобуры с импульсником, Айко выругался уже вслух и посмотрел на Лайм, которая склонилась над раненой и вдруг резко сорвалась с места, скрывшись в зарослях. Рен пару мгновений смотрел ей вслед, решая дилемму: «остаться с раненой или последовать вслед за товарищем», затем усмехнулся и покачал головой. Если исходить из того что он знал о подруге Кира, то помощь скорей всего понадобится не ей, а стрелявшему.

Он поднялся и, подбежав к раненой девушке, опустился рядом с ней на колени, активировав встроенный в запястник медсканер. Тонкие словно иголки зеленые лучи скользнули по ее телу, оплетая его причудливым узором, а по висящему перед лицом Айко экрану побежали строчки отчета, заставив мужчину нахмуриться. Он снял с пояса диск апмкашки[53] и, активировав его, положил на голый живот девушки. Тот несколько секунд лежал неподвижно, помигивая разноцветными огоньками, затем выкинул псевдоподия и, сместившись к опаленной ране, опустился на нее, тут же растекшись по телу бликующей металлом лепешкой.

За спиной протяжно свистнуло, а затем со стороны палаток донесся глухой взрыв. Айко резко оглянулся через плечо и, бросив взгляд на взметнувшиеся в небо клубы черного дыма, процедил сквозь зубы:

— Твою ж… ну это вы ребятки зря.

Девушка коротко застонала, заставив его отвлечься. Проверив показания «АПМ» и убедившись, что состояние раненой стабильно, он активировал запястник.

— Лайм, ты где?

— Примерно в трёхстах метрах западнее, стрелка я устранила, только вот тут с ним киборг был, кажись это ТБК -47, хотя может, ошибаюсь. Выдвигайтесь к лагерю, я сейчас с железякой разделаюсь и буду у вас.

— Помочь?

— Не стоит, — Лайм отключилась.

Рен нахмурился, затем покачал головой.

— Что ж, ситуация становится все интересней, — пробормотал он, вновь проводя пальцем по висевшей рядом с его лицом менюшке запястника. То коротко моргнуло и, свернувшись в трубочку, исчезло, напоследок высветив знак щита с торчащим из-за него мечом, а ко рту мужчины из-за правого уха скользнула серебристая дорожка микрофона.

— Альфа три, это омега пять, кажется, наши подозрения подтвердились. Единственно не могу понять, что они в этой глуши забыли. Бывшая база ОША на другой стороне острова. Пошерстите по архивам, может, найдете что, передаю свои координаты.

— Принято, омега пять. Подмога нужна?

— Пока нет.

— Понятно, тогда действуй по обстановке. Отбой.

Рен провел пальцем по закреплённому за ухом паучку рации, заставив его втянуть в себя жгутик микрофона и вновь стать невидимым. Посмотрев на распластанное у ног тело раненой девушки, он тяжело вздохнул и, подхватив ее на руки, направился к лагерю.

Денис спрыгнул с выступа вниз и, отключив антигравитационные пластины, отстегнул трос. Спуск на каких-то полсотни метров вниз в условиях повышенной гравитации превратился в настоящую проблему. Встроенные в скафандр антигравы полностью не справлялись с нейтрализацией местной гравитации, а транспортная платформа не могла пролезть в узкий лаз из сформированного пеной прохода. Пришлось по старинке прибегнуть к помощи страховочных тросов и лебедки. Однако оставалась еще проблема подъема раненой ученой. От имеющихся в наличии «четверок»[54] толку было чуть больше чем от антигравов скафандра и максимум чем они могли помочь, так это несколько облегчить тело. Придется все делать практически вручную. Аграпов вздохнул и огляделся, выхватывая лучами наплечных фонарей рваные куски искореженного металла. Судя по всему здесь что-то взорвалось, превратив внутренности корабля в причудливую мешанину из оплавленных конструкций, только вот случилось это до падения корабля или после, можно было только гадать. Впрочем, сейчас было не до этого. На расчистку и укрепление прохода ушло слишком много времени, так что следовало поторопиться.

— Кристина Семеновна, вы меня слышите? — бросил он в усик микрофона, однако ученая не отозвалась. Связь прервалась полчаса назад и на вызовы женщина не отвечала, хотя медкиборг сообщал, что с пациенткой все в порядке и ее состояние стабильно. Оставалось только предположить неполадки с рацией, поврежденной при падении. Аграпов еще раз оглянулся и медленно двинулся вперед к видневшемуся в темноте желтому сигнальному маячку медкиборга, но противный хруст под ногами заставил его остановиться и посмотреть вниз. Кости. Весь пол под ногами был усеян костями различных размеров, а рядом с носком сапога ему приветливо скалился острозубый череп.

— Черт, — невольно вырвалось у Аграпова. Он осторожно убрал ногу с разломившейся под его весом кости и, наклонившись, подобрал лежавший рядом череп. Две глазницы немного вытянутые к краям, более узкое, чем у человека носовое отверстие, зато лобная кость шире и как бы приплюснута, зубов куда больше чем тридцать два, причем большинство из них заострены, но, тем не менее, это был череп гуманоидного существа. Впрочем, вся внутренняя планировка космолета: коридоры, двери, технологические люки, лестницы, остатки оборудования как бы намекали на это всем своим видом и конструктивными особенностями. Слишком уж они были похожи на те, что используют люди и вот сейчас эта догадка просто нашла свое подтверждение.

— Сержант, вы там как? — раздавшийся в шлеме голос заставил Дениса вздрогнуть.

— Я внизу, все нормально, — сказал он, аккуратно возвращая череп на место и проводя лучами фонарей по полу. — Спускайтесь, жду и еще… Ребята, тут у нас прямо настоящий склеп, весь пол в костях, даже не представляю, сколько тут народу перемололо.

— В смысле!?

— Так много костей?

— А целые скелеты есть?

— Отчего они погибли?

Эфир буквально взорвался чередой возгласов и вопросов.

— Тишина в эфире, — резко оборвал всех Аграпов. — Знаю не больше вашего, просто констатирую факт. Могу сказать одно, они были гуманоидами — все. Группа, вы где?

— Через пару минут будем, командир.

— Ясно, жду, — он отключил фонари и активировал т-сканер. Темнота сразу же отступила, открыв взору довольно длинное узкое помещение, одна из стен которого зияла огромной рваной дырой, а над головой вместо потолка застыл причудливый конгломерат из кусков обшивки, остатков каких-то решетчатых конструкций, металлических балок, труб, проводов и прочего мусора. Оставалось только надеяться что вся эта масса, висевшая здесь явно не один десяток, а может и сотню лет, не вздумает рухнуть вниз во время их работы. По хорошему следовало бы установить подпорки и развернуть зонтик поля, но времени просто не было. Осторожно, стараясь не наступать на останки погибших существ, Денис двинулся к раненой. Сплющенный диск медкиборга завис над ней словно огромный паук над жертвой, суча своими металлическими ножками в предвкушении пиршества, да и скафандр ученой, залитый специальной фиксирующей пеной, чем-то напоминал кокон из паутины. Аграпов опустился на колени и, вновь включив фонари, заглянул в стекло шлема. Глаза женщины были закрыты, но скользнувший по векам луч света заставил ее поморщиться, а Дениса облегченно вздохнуть. За спиной раздалось приглушенное шуршание, вслед за которым последовал тройной стук подошв о металл и по стенам заплясали белые пятна наплечных фонарей спустившихся. Пару минут прибывшие спасатели стояли неподвижно, оглядываясь по сторонам, затем Кравченко тихонько присвистнул.

— Весело тут у нас, сержант, прям как в могиле, даже чуток жутковато.

— Сколько ж их тут? — в голосе девушки слышалась плохо скрываемая дрожь. — Сержант, не знаете, что у них тут произошло?

— Я что похож на ясновидящего? — буркнул в ответ Аграпов, жестом подзывая их к себе.

— Так, ребят, работаем осторожно, сами видите, — он ткнул пальцем вверх. — Если эта гадость поползёт вниз, нас за сто лет не откопают, поэтому стараемся ничего особо не трогать, работаем быстро и аккуратно. Егор, Лана, берем пострадавшую, отправляем ее наверх, затем забираем тело погибшего. Крис, займись останками, возьми несколько образцов, потом поможешь нам. Все ясно?

— Да, — раздался в ответ нестройных хор голосов.

— Ну, тогда начали.

Темнеть начало как-то неожиданно резко. Минуту назад вечно серое небо над головой еще играло светлыми оттенками, а в следующий момент на него стала наползать темнота. Окружающие краски мира как-то резко пригасли и мир погрузился в странный туманный полусумрак — казавшийся бесконечным день чужой планеты явно подходил к концу.

Никол выглянул через дыру в стене и, окинув взглядом темную поверхность болота с торчащими то тут, то там остатками строений, которые в сумраке стали похожи на скелеты увязщих в нем монстров, задумчиво покосился на часы. По идее Анатолий уже должен был закончить с ремонтом, так что можно было отправляться назад. К тому же уже понятно, что здание пусто, словно выкинутая яичная скорлупа. И если в других встречался разнообразный мусор и даже остатки каких-то механизмов, то тут была лишь череда комнат с голыми стенами, единственным украшением которых являлся длинноворсный мох похожий на темно-серые пучки нечесаных волос. Все, что было тут интересного, так это внутренняя планировка здания, сильно смахивающая на лабиринт: все комнаты были соединены друг с другом, причем в некоторые можно было попасть только через дыру в полу или потолке. Возможно, что-то можно было отыскать на первом этаже, однако он был практически целиком затоплен, а лезть под воду в надежде отыскать очередной кусок какого-нибудь ржавого механизма как-то не хотелось.

— Сержант, смотрите, что это?

— Где? — Никол обернулся и, увидев, что Тори указывает рукой в сторону ведущего в соседнюю комнату дверного проема, подошел ближе. — И что ты там увидела?

— Вон там в углу.

Комната была без окон и в наступившем сумраке разобрать, что находится внутри, было довольно проблематично, поэтому Ганьский активировал т-сканер и с интересом уставился на свернутую в колесо широкую ленту, состоящую и множества шестигранных сегментов.

— Как думаете, что это такое? — почему-то шепотом спросила девушка, словно боясь, что ее кто-то услышит, несмотря на надетый скафандр.

— А я откуда знаю, — так же шепотом ответил Ник, едва сдерживая улыбку и, подтолкнув напарницу в плечо, добавил: — Сходи да глянь.

— Лучше вы, — Тори сделала шаг в сторону, освобождая проход и вынимая из наплечного зажима импульсный пистолет. — Я прикрою.

Она сняла предохранитель, обхватила рукоять пистолета двумя руками и, прицелившись в сторону двери, качнула шлемом, показывая, что готова.

— Защитница, — буркнул Никол, входя внутрь. — Смотри сдуру палить не начни, а то наделаешь во мне дырок.

Он подошел ближе к странному артефакту, остановился в полуметре, затем обошел вокруг и задумчиво хмыкнул. Ширина ленты примерно метр, толщина сантиметров двадцать, причем в комнате находится только часть ее, а остальная сокрыта где-то в недрах зияющей в полу дыры. Блестящее покрытие чем-то похожее на отполированный металл, на каждом сегменте причудливый рисунок в виде точек и черточек, в размещении которых не наблюдается какого-либо порядка. Сбоку некоторых сегментов находятся отверстия, в которые вставлены конусообразные штыри с руку толщиной. Ганьский нахмурился, пытаясь вспомнить, что это ему напоминает, затем шагнул веред. Проведя по артефакту перчаткой, он осторожно постучал по его поверхности — глухой звук, словно от куска пластика. Зато где-то внизу раздался явственно слышимый плеск и какое-то пощелкивание, словно от ударов камня о камень, заставившее его резко отдернуть руку.

— Что это? — пискнул в наушниках голос Тори.

— Понятие не имею, где-то внизу, — Ник подошел к краю дыры и осторожно заглянул внутрь. — Черт, похоже, там затоплено, сканер только муть показывает, попробую подсветить.

Лучи наплечных фонарей ударили вниз, освещая черное зеркало воды, дальнейшее заняло секунды. Торчащие из бока ленты штыри резко удлинились, изгибаясь на концах, а из глубин дыры взвилась огромная змея, обдав стены комнат и замерших от неожиданности спасателей водопадом брызг. Перед лицом Ника мелькнули блюдца горящих зеленым фосфоресцирующим светом глаз, а по лицевому щитку шлема скребанули серповидные жвала, оставив на нем слизистую дорожку. Удар огромного извивающегося тела сбил мужчину с ног, отбросив его к стене, вырвав из рук выхваченный из заплечных зажимов импульсник.

Бледно синие разряды ударили в тело гигантской многоножки, заставив ее противно застрекотать. Приподняв свою переднюю часть словно рассерженная кобра, она развернулась в сторону остолбеневшей девушки, которая словно заведённая продолжала нажимать на курок пистолета.

— На разрыв переведи. На разрыв, Тори! Мать твою за ногу!

Ганьский оттолкнулся руками от пола, перекатываясь к отлетевшей в сторону винтовке. Меж тем насекомое, не обращая внимания на полосующие ее тело импульсы, обвилась вокруг девушки и принялась долбить по ней своими неожиданно гибкими ногами, вызвав в динамиках шлема целую череду испуганных визгов. Ник подхватил импульсник и, перевернувшись на спину, впечатал в тело многоножки разряд, а когда та развернула свою голову к новому врагу, движением указательного пальца перевел ползунок излучения на максимум. Верхняя часть насекомого лопнула, словно переспелый арбуз от удара палки, разбрасывая по комнате темно-зеленую слизь, а огромное тело забилось в конвульсиях, заставляя Никола вжиматься в пол. Во все стороны полетели выбиваемые из стен осколки камня, а перегородка между комнатами с грохотом рухнула, подняв целые облака пыли. Впрочем, агония продолжалась недолго и вскоре труп насекомого замер, напоследок судорожно поджав свои лапы. Ник с кряхтением поднялся, все тело болело, словно он грохнулся с высоты нескольких этажей, причем внизу явно забыли подстелить что-нибудь мягкое. Вернув винтовку в зажимы, он активировал связь.

— Тори, ты жива?

— Да сержант, — голос девушки звучал как-то неестественно хрипло. — Однако не могу выбраться, эта змеюка меня до сих пор не отпускает.

— Это не змея, это червяк, точнее сколопендра-переросток какая-то.

Ник хотел сплюнуть, так как во рту явственно ощущался соленый привкус крови, но вовремя вспомнил про шлем. Пришлось проглотить тяжелую тягучую слюну. Перебравшись через образовавшийся после обрушения стены завал, он обнаружил Таю стоящей посередине комнаты. Тело девушки до груди продолжали сдавливать кольца убитой многоножки, так что она не могла пошевелить и рукой. Попытавшись несколько раз разжать стальные объятия руками, Ганьский выругался сквозь зубы и вытащил винтовку.

— Так, не дергайся и не бойся, попробую срезать, не получится, придется звать на помощь Влада с резаком.

Импульс ударил в тело мёртвой многоножки примерно в районе талии девушки, вырвав из него приличный кусок и заставив Таю испуганно охнуть.

— Шевелиться можешь?

— Попробую.

Дымящиеся внутренности насекомого задрожали и вдруг лопнули, истекая знакомой зеленой слизью и выпуская наружу закованную в металлопластик руку спасательницы. Однако потребовалось еще почти десять минут работы подобранной валявшейся в углу железкой, похожей на обломок трубы, прежде чем девушка была окончательно свободна. И только после этого Ник обратил внимание на моргавший значок вызова.

— Ну и что у вас там происходит? — голос Анатолия был как всегда невозмутимым. Порой Николу казалось, что в этом мире вообще ничего не сможет повлиять на его спокойствие

— Да так, встретились с местным жителем, поговорили по душам.

— И как оно прошло?

— Да как-то не очень, — буркнул Ник, жестом показывая своей напарнице в сторону выхода. — Не нашли общего языка. Идем обратно. Как наша лошадка?

— Готова скакать обратно, выходите, буду у вас через пару минут. Да, про местных, — он на мгновение замолк. — Я тут тоже с парочкой поговорил, с одним вот буквально только что. Почему-то мне кажется, что мы им как-то не очень нравимся.

— Знаешь, у меня создалось такое же впечатление. Кстати, твои новые знакомые тоже с большими глазами, множеством ног и длиной… — Никол бросил взгляд на мертвое насекомое, — метров тридцать. Этакие сколопендры — переростки.

— Не, мои поменьше, метра три от силы, но настырные, а так похожи.

— Значит, мы повстречались с их мамочкой или папочкой.

— Рад за вас, — Анатолий снова умолк, а затем добавил: — В общем, прощайтесь там с гостеприимным родителем и дуйте сюда, а то не нравиться мне происходящее. Похоже, эти твари ночные жители и пока окончательно не стемнело надо бы нам отсюда убраться.

— Уже идем. Тая, что с тобой! — Ник резко остановился, едва не споткнувшись об неожиданно упавшую на одно колено девушку.

— Не…не знаю… похоже что-то с ЗАГСОм. Нейтрализатор… шевелиться порой трудно, бок болит…же реб…о, — связь работала урывками.

— Да, ешкин кот, — Ганьский присел. — Хватайся, нужно выбираться. Дотерпишь.

— Да, — Серая поверхность шлема девушки неожиданно стала прозрачной, позволив Нику увидеть капельки пота, катящиеся по ее лицу.-…шать больно и идти тяжело.

— Еще бы, три джи все-таки, — сказал он, помогая ей подняться. — Ничего, терпи, ты же отважная спасательница. Вернемся домой, обязательно приглашу тебя на свидание. Пойдешь?

Девушка коротко кивнула. В сумраке, отблески светящихся внутри шлема экранов плясали по ее лицу причудливыми татуировками, а в глазах блестели огоньки плохо скрываемого испуга, однако, несмотря на это, она улыбалась.

Глава 11

«Блинчик» сделал еще пару прыжков и ушел под воду, распугивая стайки разноцветных рыбешек, деловито снующих меж ветвей кораллов.

— Совсем что-то разучился, — Айко усмехнулся и, отряхнув руки от песка, бросил взгляд в сторону догорающего сейпера.

Машина завалилась на правый бок, частично погрузившись под воду, а ее корпус треснул словно переспелый кокос упавший с верхушки пальмы на острые камни. Начался прилив, и волны уже вовсю захлестывали внутрь пробоины, гася редкие языки пламени. Несмотря на это изнутри все еще продолжали подниматься клубы едкого дыма, причем изредка там что-то пронзительно потрескивало, выбрасывая в воздух целые снопы искр. Рен скрестил руки на груди и с задумчивым видом рассматривал догорающий сейпер, пока его уши не уловили легкое поскрипывание песка под ногами.

Лайм встала рядом и, поправив висевшую через плечо короткоствольную винтовку, поинтересовалась:

— Что с раненой?

— Ожог тканей, испарило часть ребра, дыра в печени, обожжена почка. В общем, ничего веселого. Отправил на глайдере в ближайший город, там ее встретят. А как у тебя?

— Дрона грохнула, но пока с ним возилась, стрелок очухался и ушел.

— Надо было отмутузить его посильнее, чтобы небо с овчинку показалось, — проворчал в ответ Рен.

— Это еще зачем? — глаза Лайм удивленно расширились, затем в них промелькнул огонек понимания. Девушка тут же нахмурилась и пристально посмотрела на товарища. — Рен, в чем дело?

Айко вздохнул.

— Эх, надо было тебе все сразу рассказать, но просто хотел сперва убедиться, — пробормотал он, растерянно взъерошивая пальцами челку. — Черт, все так запутанно, даже не знаю с чего начать.

— Сначала.

— Слишком долго будет, — усмехнулся мужчина. — Ну а если в краткости…

Он активировал запястник и, проведя пальцем по развернувшемуся над рукой экраном, «выбросил» в воздух три фото.

— Эн Райзел, Патрик Оуэл и Вахтан Урнав — все граждане ОСМ, сталкеры почти с десятилетним стажем, к тому же члены крыла «Оружейников». Слыхала о таких?

Лайм коротко кивнула.

— В каких-то отчетах мелькали, воде они из тех, кто ищет именно артефакты являющиеся оружием, причем не только произведенные человеческими руками. Но они же вроде не опасны, в основном находят старые железки, реставрируют их и продают различным коллекционерам. Или я не права?

— В основном права, — Айко движением руки стер фотки, оставив после них в воздухе бликующий след, который тут же осыпался на песок серебристыми звездочками и, помолчав, тихим голосом добавил: — Однако среди них есть и такие, которые ищут оружие именно для того чтобы его использовать и использовать прямо по назначению.

Например, расстрелять стадо редких животных из автоматических винтовок трехвековой давности, взорвать автоматический грузовоз при помощи древней пушки, устроить артобстрел фермерского поля, ну и тому подобное. Но главное, что все свои подвиги они записывают на перскомы и тут же выкладывают в планетарные сети.

— Сумасшествие какое-то, — Лаймалин мотнула головой. — Какой во всем этом смысл?

Рен пожал плечами.

— Бахвальство, жажда славы, банальная дурость, — да мало ли причин. Пусть специалисты — психологи в этом разбираются, нам сейчас главное свое разгрести и найти твоего стрелка и его дружков.

— Может вызвать подмогу?

— Думаешь, не справимся?

Лайм пожала плечами.

— А есть смысл рисковать? Да и с оборудованием быстрее их найдем, нашему-то капут.

— Тоже верно, — не стал спорить Рен. — Я уже связался с нашими, чтобы покопались в архивах, что тут поблизости есть интересного, да и со спутников глянут, а то в этих зарослях можно вечность искать.

— И что сказали?

— Действовать по обстановке, группа прибудет в течение дня.

— Весело.

— И не говори — Айко кивнул головой в сторону чадящего сейпера. — Судя по всему, ребята дорвались до чего-то жирного, вон как борт разворотило. Как думаешь, из чего жахнули?

— Сорок седьмой с ракетной подвеской, модель «ЛР». Подобные дроны состояли на вооружении военно-морских сил ОША, после распада альянса были переданы вооруженным силам Земной Федерации. Официально последний дрон подобной модели был снят с вооружения и утилизирован около ста лет назад.

Рен покосился на Лаймалин и, хмыкнув, мотнул головой.

— Ну ты прям ходячая энциклопедия. А насчет снят и утилизирован…сама же знаешь, какие порой железяки находим, описание некоторых даже в архивах не сохранилось. За годы своего существования человечество столько всяких игрушек понаделало, что мы еще долго будем все тут разгребать. Удивляет другое. Эти «туристы» как-то смогли его активировать, а ведь это не так просто, там ведь защита нужно знать код, а порой нужен электронный ключ, да и…в общем странно.

Он прищурил глаза и с задумчивым видом почесал кончик носа.

— А ваш случай, ну когда вы с Киром, там где Гера…

Лаймалин замялась. История с базой была практически запретной темой среди друзей Кирилла. Гибель Геры тенью легла на их прошлое. Все старались как можно реже вспоминать об этом случае, вычеркнуть его из памяти. Вот и сейчас левая щека Айко нервно дернулась, он на миг нахмурился, затем покачал головой.

— Нет, там другое. Тогда активировалась защитная система базы, и компьютер просто выполнял заложенный в него протокол, считая врагами всех, кто вторгся в его зону ответственности и не передал специальный код. Здесь же дрон действовал именно совместно с человеком. Я ведь прав?

Лайм молча кивнула и, снова поправив сползший ремень импульсника, спросила:

— Интересно, зачем он стрелял по девушке?

Рен пару минут молчал, затем отошел в сторону и, выковыряв из песка плоский камень, запустил его по поверхности воды, затем вновь повернулся к девушке.

— Не знаю, возможно, хотел пугануть, но промахнулся. «Оружейники» никогда не поворачивают оружие против человека — это их неписаный закон.

— А зачем их вообще на Землю пустили?

— Так не было причин отказывать? — ответил Айко, рассеяно оглядываясь. — Ребята уже пару раз у нас бывали и до этого момента ничего подобного не делали, вели себя вполне цивилизовано. К тому же они друзья дочери одной высокопоставленной дипломатической шишки. Так что… — он развел руками, — сама понимаешь, причин для отказа не было.

— И все-таки…

— А, вот, — нагнувшись, он вытащил из песка еще один голыш и вопросительно посмотрел на Лайм. — Что все-таки?

— Все-таки их подозревали?

— Не сразу. Первые подозрения возникли после того как в блогах сталкеров появились заявления о предстоящем «Большом шухере на задворках миров». По фоткам стало ясно, что намечается это действо именно на Земле — вот тогда наши службы, начали шевелиться, шерстить подноготную всех прилетевших за последнее время. Ну а после того как выяснили, что эта троица относит себя к сталкерам, меня послали проверить возможность их причастия к этой афере, причем сделать это надо было без лишнего шума. Кое-кто в верхах, — он ткнул пальцем в небо, — боится шаг лишний сделать, чтобы не дай бог вызвать недовольство в Анклаве, — политика, мать ее за ногу во всей красе.

— Хм, — Лайм окинула товарища задумчивым взглядом. — Рен, скажи честно, ты ведь сейчас работаешь совсем не в ЦИВК[55].

— В точку, красавица, — Айко наставил на нее оба указательных пальцев. — Разрешите представиться: майор госбезопасности Земной Федерации Рен Айко. — Он вытянулся в струнку и попытался щегольски щелкнуть каблуками, но вместо этого только сгреб сапогами песок, вызвав у девушки короткий смешок.

— Ну тогда понятно, — улыбнулась она. — А то я все гадала, что это тебя подтянули для подобной операции, ты же из «Искателя» лет пять назад ушел.

— Семь, — поправил ее Айко и, бросив из-под ладони взгляд на сияющее в горизонте солнце, добавил: — Жарко, может искупаемся, а то пока в Центре решат, что нам делать дальше, делать все равно нечего.

— Я без купальника.

— Так это же еще лучше, такие обводы грех прятать, поверь ценителю.

Его восхищённый взгляд скользнул по телу девушки, заставив ее тонкие брови сойтись к переносице.

— Ты что думаешь если я не совсем человек, то у меня стыда нет? — в голосе Лаймалин зазвучали ледяные нотки, заставившие Айко смущенно отвести глаза. — Не переходи границы, Рен, рука у меня тяжелая.

— Нет, Лайм, я совсем не это…я, эх… — он махнул рукой. — Прости дурака, ляпнул не подумав. Ты действительно красивая, но у меня и в мыслях ничего не было. Ты же знаешь, что для меня кроме Минако других женщин не существует.

— Ты сам-то в это веришь, — буркнула девушка, криво улыбнувшись. — Ладно, лезь, купайся, а я лучше посторожу, кто знает, что от этих «туристов» еще ожидать можно.

— Лады, заодно и до сейпера сплаваю. Гляну, может что уцелело.

Он расстегнул комбинезон и тут его «запястник» издал пищащий звук. Рен бросил на него быстрый взгляд и нажал пиктограмму приема, развернув перед лицом тонкую полоску плазмоэкрана.

Видимо вызов был личный, потому как вокруг головы Рена заклубилась серая дымка, не позволявшая слышать, о чем он говорит с невидимым собеседником. Впрочем, продолжалось это недолго. Экран с легким звоном разлетелся мелкими искорками, и на Лайм взглянули карие глаза мужчины полные неприкрытой тревоги.

— Что-то случилось?

— Да, — Айко одним резким движением руки заставил ткань комбинезона срастись. — Нужно идти.

— Куда?

— Судя по карте недалеко, всего пара тройка километров к востоку отсюда.

— И что там?

— Старая база ОША и в ее районе замечена какая-то активность. Черт, времени мало…

Лаймалин пристально посмотрела на мужчину на лице, которого нервно играли желваки и тихим голосом спросила:

— В чем дело, Рен?

— В том, что там некогда базировались гиперзвуковые бомбардировщики ДРК-69 класса «Смертоносец», — так же тихо ответил он. — Представляешь, что эти дуры могут натворить?

Девушка нахмурилась, а перед глазами уже возникла картинка плосконосой машины с треугольными крыльями, услужливо подсовываемая одним из встроенных в мозг имплантов.

— До пяти термоболических ракет во внутрекорпусных пилонах, — пробормотала она, вчитываясь в бегущие строчки ТТХ. — Надеюсь, ваши предки додумались их демонтировать.

— И я на это надеюсь, — ответил Рен, — очень надеюсь, однако в Центре хотят перестраховаться. Нам дали всего час, чтобы попытаться стабилизировать ситуацию. Если это не удастся, то при малейшем подозрительном шевелении ее сотрут в порошок вместе с этой частью острова. Пострадают люди…много людей. Тут в округе несколько мелких деревушек, плюс туристы, плюс… — он скрипнул зубами. — Всех эвакуировать даже за пару суток не успеют, хотя нас могут забрать хоть сейчас. Но ты же понимаешь?

— Конечно понимаю, не дура, — Лайм перекинул ремень импульсника через голову, чтобы тот не мешал при беге и, посмотрев на товарища, добавила: — В конце концов, мы же спасатели и давали клятву рисковать… Ну что, давай наперегонки?

Айко улыбнулся и коротко кивнул.

Аманда осторожно приоткрыла дверь и, оглядев пустую спальню, мысленно бросила: «Чисто, похоже наш профессор на первом этаже или же его вообще нет дома».

«Будем надеется, что он внизу, а то неохота уходить пустыми», — так же мысленно отозвался Таниел, послав вдогонку мыслеобраз поцелуя и получив в ответ изображение изгибающегося обнаженного тела, расплылся в довольной улыбке предвкушения.

«Если никого не найдем, может, попрыгаем немного, перед уходом?»

«Я не против, дорогой, — в голове Тана послышалось шаловливое мурлыканье. — Тем более там, в спальне, приличная кроватка. Чур, я сверху и…».

Внизу что-то звякнуло, заставив агента замереть, вскинув руку в предупредительном жесте. Голос Аманды в голове послушно умолк, словно боясь, что его услышат. Ланк указал пальцем вниз и передав своей напарнице мыслеобраз с довольной ухмылкой.

«Похоже, наша мышка все же в норке».

«Эх, а я уже надеялась, — мысленный вздох, тут же сменившийся образом прищуренных глаз. — Ну, хоть можно я с ним немного поиграюсь, ты же знаешь, как я люблю издеваться над учеными очкариками».

«Только не переусердствуй, а то нам головы поснимают, причем в прямом смысле».

«Не бойся, живым оставлю», — женщина кокетливо вильнула бедрами, заставив Ранка вздохнуть и усилием воли подавить рвущееся на волю желание, немедленно повалить ее на пол, срывая с крепких мячиков грудей обтягивающую их слайм пленку. Наверное он невольно предал какой-то образ, потому как в голове раздался довольный смешок. Аманда подошла к нему в упор, многозначительно проведя рукой его по щеке, вновь мысленно муркнула, после чего, покачивая бедрами, направилась в сторону ведущей на первый этаж широкой лестницы.

«Следуй за мной, котик. Сейчас позабавлюсь с нашей мышкой, а потом займусь тобой, ты же знаешь, как меня возбуждают подобные игры».

Хлесткий звук выстрела, заставил Тана вздрогнуть и замотать головой, от пронзившего мозг беззвучного крика боли. Роун растерянно посмотрела на свою грудь, но второй выстрел мотнул ее голову назад и ее тело, завалившись вбок, рухнуло через тянущиеся вдоль лестницы перила вниз. Слайм пленка могла выдержать даже выстрел портативного излучателя в упор, но против обычной пули оказалась абсолютно бесполезной.

Таниел вжался в стену, проклиная себя за беспечность, затем включил невидимость и осторожно выглянул в дверной проем, готовый в любой момент отпрянуть назад — просторная комната внизу была пуста. Стрелявший в его напарницу не стал задерживаться на одном месте и уж тем более проверять результативность своего выстрела, а тут же сменил позицию. Это говорило о многом. Ланк спрыгнул вниз и, опустившись на одно колено рядом с телом женщины, ласково провел рукой по его привлекательным изгибам, затем сжал кулаки и огляделся. Аманад конечно по жизни была порядочной сучкой, но она была его сучкой. Он скрипнул зубами, чувствуя, как его заполняет неудержимая злоба, оттесняя в сторону всяческую осторожность. Почти семь лет вместе. Вместе в бою и в постели, десятки выполненных заданий, когда смерть буквально стояла за плечом и такой глупый финал. Тан вновь склонился над мертвой женщиной и вдруг ощутил на своем затылке чей-то пристальный взгляд. Вспыхнувший свет, заставил его невольно зажмуриться и взмахом руки согнать слайм пленку с лица.

— Давай без глупостей, не хочу второй труп в своем доме, — раздался из-за спины спокойный голос. — Вставай.

Ланк медленно поднялся и, повернувшись, со злостью уставился на стоявшего позади него высокого мускулистого мужчину лет тридцати, одетого в темно-синий комбинезон с белой восьмиграной звездой на плече.

— Отойди туда и руки держи на виду, — ствол зажатого в его руке пистолета указал в сторону ближайшей стены.

Тан послушно сделал несколько шагов вправо, продолжая внимательно следить за всеми движениями хозяина дома.

— Ты убил ее, — прошептал он, но мужчина услышал.

— Я так понимаю, вы ко мне тоже не чай пить пришли, — бросил он, подходя к телу Аманды и ногой переворачивая ее. — Уж извини, но таких гостей я хлебом с солью не встречаю.

— Ты убил ее…

Тан прыгнул, прыгнул с места, на лету разворачиваясь в сторону вскидывающего оружие землянина. Удар и пистолет черным бумерангом скрывается под стоящим вдоль стены диваном, однако второй выпад проходит мимо цели — противник ловко уходит в сторону, а его нога врезается ему в грудь, сбивая дыхание. Ланк коротко охнул, но тут же, уклонившись от летящего в голову кулака, провел быструю серию ударов по болевым точкам, которые, впрочем, так же не достигли своей цели. Последовал новый обмен ударами и блоками, после которого Тан отпрянул назад и принялся обходить своего противника по дуге, отрезая ему возможность к отступлению в соседнюю комнату. Этот ученый был силен, да к тому владел каким-то неизвестным боевым искусством, но все же он был непрофессионалом. Последняя серия ударов пробила его защиту, оставив отметки на лице в виде рассечённой губы и брови, заставив левую руку повиснуть беспомощной плетью.

Бой был выигран, осталось его только красиво завершить. Таниел кровожадно улыбнулся.

— Знаешь что, земляшка, — прошипел он. — Нам приказали доставить тебя живым, в целости и сохранности, относится к тебе точно к «vip- персоне», но я решил нарушить приказ. Плевать на приказ! — голос анклавца сорвался в крик. — Лучше я урою тебя! Изрежу в лохмотья! Или нет, я поступлю так, как поступила бы она. Буду всю ночь отрезать от тебя по маленькому кусочку, слушать твои крики и наслаждаться ими!

Закрепленные на бедре ножны послушно выплюнули в руку Ланка тонкий обоюдоострый нож, о котором он совсем забыл в пылу драки.

— Что, земляшка, готов сдохнуть?

В глазах ученого на миг промелькнул огонек страха, однако он быстро взял себя в руки и, вытерев здоровой рукой текущую из уголка рта кровь, с вызовом бросил:

— Ну, давай, дружок, попробуй.

Тан довольно оскалился и поднял клинок. Выпад. Землянин попытался уклониться, но не успел. Лезвие с атомарной заточкой с трудом вспороло ткань комбинезона, словно тот был сделан из какого-нибудь многослойного бронекомпозита, но, тем не менее, оставило на груди ученого длинный на глазах темнеющий разрез. Он схватился рукой за рану, попытался ударить в ответ, но ответная подсечка заставила его рухнуть на колени.

— Вот и все, ублюдок, вот и все, — прошептал Тан, облизывая губы в предвкушении и занося нож для завершающего удара. Звон разбитого стекла заставил его остановить занесённый клинок и резко обернуться.

Последнее что он видел в своей жизни, была вспышка синего света, идущая со стороны окна.

После того как Элина и Дерик покинули лабораторию, Фарбиа некоторое время стояла абсолютно неподвижно, затем бросила быстрый взгляд в сторону двери и подойдя к пролому спрыгнула вниз. Активировав систему невидимости, разведчица двинулась вдоль стены, изредка посматривая наверх, словно что-то ища на ее абсолютно гладкой поверхности. Наконец она остановилась, огляделась и, подойдя к растущим неподалеку кустам сирени, присела на корточки, пару мгновений всматривалась в переплетение ветвей, затем, сунув руку внутрь, втащила оттуда небольшой прямоугольный контейнер. Подбросив его в руке и довольно усмехнувшись, Ланга пристегнула коробочку к поясу и полубегом направилась прочь от здания института. Широкая вымощенная многогранными плитами площадь с установленной в центре странной т-скульптурой в виде атома водорода с медленно движущемся по его орбите шариком электрона, осталась позади, когда ее сенсоры уловили доносившийся сверху тихий гул. Женщина остановилась и, проследив взглядом промелькнувшие над головой тени, кинулась к растущим по периметру площади деревьям. Прильнув к стволу ближайшего, она осторожно выглянула из-за него, наблюдая за приземляющимися глайдерами. Чечевицеобразные машины, посверкивая решетками антигравов, зависли над площадью на высоте полутора метров и из них принялись выпрыгивать люди облаченные в непревычного вида гибкую чешуйчатую броню. Фарбиа, довольно усмехнулась. Всё же она оказалась права в своих предположениях — ее команду вели, вели с самого начала, вели грамотно и профессионально, наперед просчитывая все их действия…почти все. Ланга почти ласково похлопала себя по бедру, где был закреплен пенал с переданной агентом информацией, продолжая внимательно следить за высадкой местного спецназа который занимал позиции, беря на прицел все возможные входы и выходы. Последней из нутра десантной машины появилась высокая женщина облаченная в обтягивающий черный комбинезон и глайдеры, выпустив напоследок несколько дисковидных дронов, исчезли в ночном небе. Оглядевшись, незнакомка что-то сказала стоящему рядом десантнику и они быстрым шагом направились к входу в институт. Ланга заинтересованно хмыкнула и, задействовав встроенные в сетчатку глаз визоры, хотела получше рассмотреть прилетевшую, но та вдруг резко остановилась и обернулась в ее сторону, словно почувствовав скользнувший по спине взгляд. Фарбиа, коротко чертыхнулась, спешно деактивируя импланты и гадая, случайность это или нет, тем более что один из дронов неожиданно резко развернулся в воздухе и направился прямиком к ее укрытию. Впрочем, даже если десантница как-то засекла излучение визора, она не стала ждать, а вместе со своим спутником скрылась в дверях, оставив роботам самим разбираться с этой проблемой. Встреча с шустрыми машинками и как следствие схватка с местным спецназом не входила в планы разведчицы, поэтому кибернойда выпустила из ноздрей облачко пиктополей, которые должны были сформировать для сканеров дрона зону устойчивых помех, и быстро попятилась назад. Пригнувшись, она устремилась к окружающему территорию институту забору, одним прыжком преодолев почти двухметровую ограду, изготовленную из причудливо переплетенных между собой металлических прутьев. Рисковать и задерживаться здесь дольше, чтобы посмотреть за дальнейшим развитием событий, не имело смысла. Техника землян была куда более продвинута, чем предполагалось перед началом операции и далеко не факт, что сканирующие лучи дронов не смогут ее заметить. Поэтому следовало поторопиться, пока остальные члены группы, сами того не зная, жертвуют своими жизнями ради выполнения возложенной на нее задачи. Отбежав почти на полкилометра, кибернойда остановилась и, включив встроенные в тело сканеры на полную мощность, «огляделась» во всех доступных диапазонах — все было тихо. Судя по всему, ей все же удалось уйти незамеченной. Облегченно вздохнув, Фарбиа присела и, подпрыгнув в воздух, развернула вингеры, направив всю оставшуюся в их аккумуляторах энергию на подъем. Взмыв вверх почти на сто метров, она перевела крылья в режим планирования и направила свой полет в сторону извилистой ленты реки, тускло блестевшей в свете взошедшего над горизонтом спутника планеты. Пройдя вдоль русла, она заложила крутой вираж, беззвучно пронеслась над раскинувшимся на другом берегу сосновым лесом, едва не задевая за макушки вековых деревьев и, зависнув над небольшой опушкой, резко свернула крылья, буквально камнем рухнув вниз. Устеленная опавшей хвоей земля мягко приняла удар ее ног. Кибернойда неспешно выпрямилась и, оглядевшись, шагнула к центру поляны, где, словно образ на древней фотопластинке, медленно «проявлялась» угловатая глыба шаттла.

Серверная была обычной большой комнатой с панорамным окном во всю стену и торчащими из пола полупрозрачными трехгранными колоннами блоксерверов, в глубине которых задорно перемигивались разноцветные огоньки. Элина устроилась на полу рядом с одной из них и, «повесив» перед собой светящуюся пластину планшета, извлекла откуда-то пару тонких стеклянных игл, воткнув их прямо в поверхность колонны. Несколько мгновений ничего не происходило, затем торчащие наружу кончики игл налились красным, выбросив из своего нутра тонкие светящиеся нити, которые устремились к голове девушки. С каждой секундой этих нитей становилось все больше и вскоре над головой Элины развивалась целая грива огненных волос — зрелище было довольно сюрреалистично. Стоявший у окна Дерик покосился на свою спутницу, пальцы которой просто порхали над экраном миникомпьютера, тихонько хмыкнул и, отвернувшись, вновь уставился в ночное небо. Все шло по плану и одновременно не так, как должно было. Это ощущалось на грани сознания, даже не пятым, а каким-то восьмым чувством, заставляя биотика нервно покусывать губы, в тщетных усилиях определить причину своего беспокойства.

— Ничего не понимаю, — Элина вытащила один из щупов и воткнула его в другое место колонны. — Бред какой-то…

— Что-то не так? — Дерик вынул из правого уха наушник и вопросительно посмотрел на спутницу.

— Он не бэкапит. Последний бэкап сделан три дня назад, — она снова переткнула щуп сканера, заставив часть «шевелюры» погаснуть.

Биотик вопросительно приподнял правую бровь, явно не понимая, о чем идет речь.

— Данные сервера работают в режиме постоянного зеркалирования, — Элина замялась, пытаясь подобрать более понятное объяснение. — Проще говоря, они постоянно себя копируют… Ну, сбрасывают всю обрабатываемую информацию на сторонний носитель, а то и сразу на несколько.

— И?

— Этот сервер не делает этого уже три дня. Ничего не понимаю, — она мотнула головой. — Неужели местные админы настолько беспечны.

— Думаю это их проблемы. Информацию скачала?

Девушка отрицательно мотнула головой.

— Нет, — она подняла глаза и уставилась на биотика взглядом, в котором была полная растерянность. — Я вообще ничего не понимаю. Тут на сейсах сплошная ерунда, бардак и куча бесполезной информации. Не сервер, а свалка какая-то. Совсем не похоже на то, что я видела, когда пыталась вскрыть его удаленно. Может это неосновной их сервак, а дублирующий, ну-ка…

Она вытащила щупы и перебежала к соседней колонне.

Дерик с прищуром посмотрел на девушку, затем вынул из левого уха вторую пуговку наушника и, сунув обе в нагрудный карман, застыл на месте, опустив голову и прикрыв глаза. Пару минут он стоял абсолютно неподвижно, затем края его губ изогнулись в презрительной ухмылке.

— Можешь больше не искать, — бросил он.

— Почему? — Элина непонимающе покосилась на биотика.

— А разве непонятно, — усмехнулся тот, похлопывая по протестующе замерцавшей системколонне блоксервера. — Все это бутафория, заранее заготовленная ловушка, и мы в нее попались.

Он закинул голову и почти беззвучно рассмеялся.

— Ловушка? Ты хочешь сказать, что за нами все это время… — она закусила нижнюю губу и затравленно оглядевшись, добавила: — Нужно сообщить Ланге, скорее… идем.

Она спешно отсоединила иглы щупов, вставила их в планшет и, закрепив тот на поясе, направилась к двери, но, не пройдя и половины расстояния остановилась, так как Ноул и не думал следовать за ней.

— Пойдем…

— Зачем? — биотик меланхолично пожал плечами. — Ты что думаешь, она не знает?

Он криво усмехнулся.

— Пойми, дура, нас отдали на убой, принесли в жертву. Твоя мисс «железяка» наверняка уже далеко, — его щека нервно дернулась. — Убью эту полуметаллическую сучку, — он замолчал и, уставившись куда-то за спину девушки, добавил: — Да и поздно уже куда-то идти.

Его глаза сверкнули злобой, а передняя губа приподнялась, словно у скалившегося зверя, обнажив белоснежные зубы. Элина быстро оглянулась, пытаясь понять, что он там увидел, и тут над головой неожиданно вспыхнули световые панели, залив комнату ярким светом и заставив ее невольно зажмуриться. Двери серверной распахнулись, пропуская внутрь облаченную в черный комбинезон женщину и худощавого рыжеволосого парня. Тонкие белесые брови биотика резко сошлись к переносице, а во взгляде проскользнуло удивление.

— Так это я тебя почувствовал в гостинице?

— Возможно, — рыжеволосый вышел вперед, жестом остановив свою спутницу явно хотевшую что-то сказать. — Ну что сразу начнем, или сперва поболтаем?

— А чего ждать? — Дерик встряхнул руками, словно скидывая с ладони невидимые перчатки и замер напротив землянина.

Казалось, что ничего не происходит, и противники просто стоят друг напротив друга, играя в детские гляделки, однако неожиданно с громким треском от потолка начали отваливаться куски бетона, а по полу зазмеились мелкие трещины. Часть пластин освещения замерцало и погасло, а в воздухе возникло странное переливчатое марево словно от пересечения неведомых энергополей.

— А ты силен, — губы Ноула растянулись в довольной улыбке, — пожалуй, так же силен как я, но ты проиграешь в моей игре.

— В игре? — рыжеволосый удивленно приподнял брови и качнул головой из стороны в сторону. — Не проиграю, и знаешь почему?

— Почему?

— Да потому что я не играю. — Он резко выбросил вперед руку с растопыренной ладонью, словно отталкивая от себя невидимую преграду. Дерик быстро скрестил руки и наклонился вперед, словно защищая себя от порыва ветра, затем выпрямился и издевательски рассмеялся.

— И это все?!

— Нет, — тихий голос из-за спины заставил его вздрогнуть.

Боль, дикая боль. Биотик опустил глаза и растерянно уставился на торчащие из своей груди тонкие лезвия.

— Нечестно. — Его сознание подернулось тонкой пеленой, поплыло.

— А жизнь она вообще нечестная штука, — вновь раздался из-за спины вкрадчивый женский голос, в котором звучала неприкрытая насмешка. — Неужели, мальчик, ты и взаправду решил, что это все игра, что ты бессмертен. Увы, спешу тебя разочаровать.

Дерик почувствовал, как его мозг вновь затуманивает неконтролируемый гнев. Его губы изогнулись в хищной улыбке. Одним с каким-то звериным рыком рванулся вперед, соскальзывая с пронзивших его грудь когтей, и развернулся к своей противнице, вскидывая руку для нанесения удара. Поздно. Гибкая тень скользнула ближе, а через секунду мир окружающий погас…теперь уже навсегда.

С легким всхлипом когти вышли из подбородка анклавца, а его тело безвольным мешком осело на пол. Ирина брезгливо стряхнула с них кровь и, криво усмехнувшись, медленно направилась к скорчившейся в углу девушке, одновременно жестом показав Гепу, чтобы тот оставался на месте. Подойдя к Элине, женщина присела на корточки и, приподняв её голову за подбородок, заглянула ей в прямо глаза.

— Ну что ж, привет, внученька, не ожидала, что наша встреча пройдет именно таким образом.

Испуг во взоре Элины сменился растерянностью, однако Ирина не стала ничего объяснять, а только улыбнулась и, почти ласково проведя ладонью по ее лицу, резко выпрямилась.

— Уведите, — бросила она вбежавшим в комнату оперативникам, кивком головы указывая на все еще сидящую на полу девушку. Те помогли ей подняться и, защелкнув на запястьях мерцающие огоньками кольца наручников, повели к выходу.

Градова проводила внучку взглядом, стараясь сохранять самообладание: хотелось прижать ее к себе, такую перепуганную и потерянную, успокоить, а затем расспросить о жизни, по-женски посплетничать о том, о сем, рассказать об отце… Ирина на миг закрыла глаза, оперевшись спиной о мерцающую колонну блоксервера и, пару раз легонько приложившись об нее затылком, с горечью пробормотала:

— Ну почему все так, почему…господи, почему?

— Все будет хорошо, Тень, — рука Гепа легла на плечо изменённой, — не беспокойся, максимум, что ей грозит это высылка и запрет на посещение Солнечной системы. А учитывая, что она твоя… — он похлопал ее по плечу. — Все будет хорошо.

— Твои б слова да начальству в уши, — буркнула она в ответ, затем тяжело вздохнула и поднесла палец к уху. — Арина, доклад по ситуации.

— Слушаюсь мэ… Ирина Анатольевна. Группа заканчивает прочесывание здания и окружающей местности, однако следов объекта «три» пока не обнаружено.

— Понятно, — Градова нахмурилась. — Что у второй группы?

— Двое «безвозвратных» и один раненый?

В груди что-то екнуло, а сердце словно сжала ледяная рука, заставив его сбить свой четко выверенный ритм.

— Кто?

— Анклавцы. Причем как я поняла, одного из них уложил наш профессор.

— Ясно, — Ирина облегченно вздохнула и, отключив связь, перевела взгляд на стоящего рядом Гепа.

— Что-то случилось? — поинтересовался тот.

— Похоже, одна рыбка от нас все же ускользнула.

— Кибернойда?

— Да, — она резко оттолкнулась от колонны. — И знаешь, Геп, мне это не очень нравится. Почему-то у меня смутно ощущение… Стоп, — она вновь поднесла руку к уху. — Арина, свяжись с навигационной станцией Фобоса…

— Уже, Ирина Анатольевна, — перебила ее девушка. — Точнее это они с нами связались. Полчаса назад на границе атмосферы была засечена неопознанная сигнатура, предположительно легкий челнок. Координаты сразу же были переданы на «Стремительный», однако неизвестный корабль был снабжен прокольником, так что перехватить его не удалось.

— Растудыть… — она на мгновение замолчала, обдумывая полученную информацию, затем провела пальцем за ухом и скомандовала: — Всем группам: конец операции. Возвращаемся на базу.

Отключив рацию, Ирина устало покачала головой, пару секунд стояла абсолютно неподвижно, затем вдруг витиевато выругалась, заставив Гепа удивленно расширить глаза. Повернувшись к своему спутнику, она виновато улыбнулась.

— Извини, не сдержалась. Просто мне кажется, Геп, что нас только что обвели вокруг пальца, причем сделали это весьма профессионально, — она устало вздохнула и, поправив выбившийся из-за уха локон, махнула рукой в сторону двери. — Ладно, идем, анализировать будем завтра, а пока хочу просто тупо выспаться.

Глава 12

Окружающее пространство было похоже на бездонно-черный кисель, мрачную толщу которого с трудом разрезали белесые лучи прожекторов. Изредка в их «объятия» попадала облаченная в скафандр фигура, чтобы через мгновение вновь кануть в колышущемся вокруг покрывале тьмы. Порой начинало казаться, что эта тьма живая и стоит выключить прожектора, как ее склизкие щупальца устремятся к планетоходу и снующим вокруг него людям, чтобы в порыве гнева уничтожить вторгнувшихся в ее мир чужаков. Но пока лучи света заставляли ее отступить и выжидать нужного момента, притворившись обычным ночным мраком.

— Командир, мы закончили, возвращаемся, — раздавшийся из динамика голос Дениса, заставил Антона очнуться от странного оцепенения, вызванного созерцанием раскинувшейся за боротом планетохода черноты наступившей ночи. Пару секунд он сидел неподвижно, затем провел ладонью по лицу и, мотнув головой, пододвинул указательным пальцем ко рту усик микрофона

— Принято, ждем, поторопитесь только. До открытия врат полчаса. Как там, кстати, чувствует себя последний ваш найдёныш?

— На удивление нормально. Ему вообще повезло. Упал на какой-то карниз и лишь руку сломал, да к тому же вышел на нас вполне самостоятельно. Говорит, рация накрылась и работала только на прием, он услышал наши переговоры, понял, где мы находимся, и решил не ждать.

Антон озадаченно хмыкнул.

— Силен мужик, подняться наверх через все эти завалы, да еще со сломанной рукой…действительно везунчик.

— Вот и я говорю. К тому же… — на мгновение голос Аграпова пропал за пронзительным подвыванием и резким пощелкиванием, заставив Соболева поморщиться. С наступлением ночи в эфире вообще началась странная свистопляска. В ответ техники только разводили руками, ссылаясь на магнитные помехи неизвестной природы, которые не могли отсечь штатные фильтры. Приходилось терпеть. К счастью на это раз вакханалия в эфире длилась недолго.

— Командир, ты меня слышишь?

— Теперь да.

— Черт, что за фигня с этой связью. Короче, этот профессор-альпинист пока до нас пробирался, много интересного увидел. В общем, судя по его выводам, эта посудина колониальный корабль или что-то подобное.

— Почему он так решил?

— Наверное потому, что те самые непонятные контейнеры, что мы обнаружили на одной из палуб, не что иное, как капсулы криосна, ну или что-то подобное. По его словам некоторые из них пусты, но большинство… — он сделал паузу, а потом тихим голосом добавил: — Братская могила это, в общем, командир. Остается только гадать, что тут у них вообще произошло. Некоторые капсулы ведь не повреждены и по идее те, кто в них находился, были живы во время приземления этого корыта, но их даже не попытались спасти. К тому же должна была сработать автоматика экстренного пробуждения или что-то подобное, да и… В общем, вопросов пока больше чем ответов. Сюда нужна полноценная экспедиция с хорошим оборудованием и десятком башковитых парней из научного отдела.

— Согласен, думаю так и будет, если конечно этот портал удержится. Интересного тут действительно много: корабль, портал, развалины хотелось бы понять одни и те же существа их строили или все же нет. К тому же Ганьский, когда возвращался назад, столкнулся с представителями местной фауны, едва ноги унес, пришлось даже ребят на подмогу посылать. Так что эта планетка еще полна сюрпризов и кто знает, что тут еще можно найти.

В наушниках коротко хмыкнуло.

— Даже не сомневаюсь, командир, именно поэтому если наши будут готовить сюда еще одну экспедицию, то я первый напишу рапорт с просьбой включить меня в ее состав. Думаю, не откажут.

— Хочешь податься в поисковики?

— А почему бы нет? Я вообще после выпуска хотел туда попасть, но как-то не сложилось, а потом работа затянула, да и вообще…

Эфир вновь заполнился протяжными визгами, к которым на этот раз добавился противный скрип. Неожиданно все резко смолкло, а в наушниках зазвучал чей-то певучий голос, говорящий на незнакомом языке. Это продолжалось каких-то пару минут, после чего из динамиков вновь зазвучали шумы помех и наконец все смолкло. Антон ошарашенно мотнул головой, пробежал глазами по висящим перед ним экранам, словно надеясь увидеть на них источник странной передачи, затем связался с МРаКсом.

— Оператор, засекли, откуда шла передача?

— Только направление — северо-запад от нашего текущего местоположения. Источник находился вне зоны покрытия наших датчиков. Однако…

— Что, однако?

— Командир, — в голосе девушки чувствовалась неуверенность, — сразу скажу, что это лично мое мнение, больше основанное на ощущениях. Приборы этого пока не подтверждают, просто я уже достаточно долго работаю с этой системой и…

Соболев поморщился и, бросив быстрый взгляд на экран, буркнул:

— Бета четыре, а ну заканчивай этот детский лепет, давай выкладывай, что там у тебя.

— Просто я пыталась отследить источник помех сразу после их появления, — затараторила девушка, — и мне показалось, что эти помехи с каждым разом становятся все сильнее и сильнее, словно…

— Словно их источник к нам приближается, — закончил за нее Антон, нахмурившись.

— Так точно, — пискнуло в наушниках.

— Ясно, «четверка», продолжай наблюдение, если что сразу сообщай.

Отключившись, он пробежался взглядом по висящим перед ним экранам, затем задумчиво потер подбородок, мельком про себя отметив, что неплохо бы побриться и включив общую связь скомандовал:

— Всем отделениям, отойти под защиту ТВЗ, приготовиться к отражению возможного внешнего воздействия. Код «оранжевый три».

Вопросов со стороны членов команды не последовало. Все прекрасно слышали чужой голос, непонятно каким образом прорвавшийся в защищённый эфир, и поэтому те, кто еще не вернулся к вратам, спешно заканчивали свои дела, сворачивали оборудование, торопясь укрыться под куполом защитного поля вездехода. Суеты и хоть какого-то намека на панику не было. Группа действовала как хорошо отлаженный механизм. Часть спасателей заменяли модули на киберах, превращая их в боевые машины, другие готовили огневые позиции для стрелков, выплавляя излучателями в каменистой почве некое подобие окопов. Остальные занимались более привычными делами, подготавливая собранные материалы, оборудование и раненых к переправке домой. В нападение неведомых инопланетян мало кто верил, но все понимали, что лучше перестраховаться, чем потом жалеть об упущенном моменте.

Антон вновь окинул взглядом экран планшетки и, посмотрев на цифры обратного отчета, нервно дернул щекой — казалось, что время замерло на месте. Шипение шлюза заставило его отвлечься от «гипнотизирования» цифр и оглянуться. Дезинфекционная мембрана пошла сполохами, пропуская внутрь закованные в металлопластиковую броню фигуры. Одна из них тут же вытащила из зажима на поясе пластинку блокключа и приложила его к шее.

— Ну и что у нас нового, командир? — поинтересовался Аграпов, стягивая шлем и взъерошивая потные волосы.

— Пока ничего особенного, — буркнул в ответ Антон. — Лучше скажи, что там с нашими «найденышами»?

— Оба у медиков в грузовом. Женщину уже загнали в гель, а «альпинисту» руку пока латают, но там ничего серьезного.

— Понятно. Никол, что с Тори?

— Тоже в порядке, — передняя часть шлема Ганьского стала прозрачной. — Сломана пара ребер, незначительно повреждено легкое, медики занимаются. Думаю, пару дней отдохнет и будет в норме.

— Это радует, мы…черт!

Резкий, протяжный свист в наушнике, заставил Соболева буквально выдрать его из уха, а Ганьского охватить руками шлем, спешно отключая связь.

— Это еще что за напасть? — наконец пробормотал Никол, снимая шлем и тряся головой. — Точно шило в мозг вставили.

Антон, пожал плечами и, вернув пуговку наушника обратно, провел пальцем за ухом.

— Оператор, Олег, кто-нибудь меня вообще слышит?

В эфире царила какая-то ватная тишина, а экран планшетки вообще свернулся в тонкую светящуюся линию и не реагировал ни на какие команды. Друзья взволновано переглянулись. Никол быстро напялил шлем обратно и тоже попытался связаться с кем-нибудь из своего отделения, однако это ему не удалось.

— Чертовщина какая-то, — буркнул он, направляясь к шлюзу. — Я наружу.

— Погоди, я с тобой.

Аграпов вопросительно посмотрел на Антона и, получив в ответ легкий кивок, одел шлем, после чего вытащил из закрепленного почти под самым потолком зажима протонный излучатель. Подключив его к скафандру и повертев головой для калибровки прицельной рамки, он уже направился вслед за Ганьским, как эфир неожиданно ожил, взорвавшись чередой взволнованных возгласов. Аграпов замер на месте, отвечая на запросы, а Антон сразу же пододвинул к себе висевшую в воздухе планшетку и та, как ни в чем не бывало, развернула перед ним экран, послушно высыпав на него пиктограммы состояния членов команды. Он быстро пробежался по ним глазами и облегченно вздохнул — судя по датчикам все было нормально. Эмоциональный фон несколько зашкаливал в красную зону, но это было вполне понятно.

— Бета четыре, что на радарах?

— С юго-востока, множественные сигналы неопределенного происхождения, — голос девушки дрожал. — Что это понять сложно, помехи, к тому же ни один из «скатов» не отвечает, а «шарики» у нас закончились. Командир, можно еще одну догадку?

— Внимательно слушаю.

— Источник заглушившего связь излучения на востоке, тогда как первая передача велась с северо-запада, возможно, голос нас о чем-то предупреждал или…

— Все догадки потом, — резко прервал девушку Соболев. — Что у нас на северо-западе?

— Судя по радарам, чисто, но ведь именно в той стороне находится инопланетный космолет, а значит…

— Ничего не значит. Все, сворачивайте комплекс и на борт, — его указательный палец скользнул к другой пиктограмме. — В кабине. С машиной все в норме?

— Да, командир.

— Тогда усильте поле. Генераторы не жалеть, до открытия прохода десять минут, надо продержаться.

— Принято, командир. А от кого хоть защищаемся?

— От зеленых монстров в тумане, — буркнул в ответ Соболев. — Не спрашивайте глупости, все, отбой.

Повинуясь движению его руки, экран разделился на несколько частей, где отображалось все, что происходило вокруг танка в пределе прямой видимости его сенсоров. Большинство из спасателей заняли позиции вокруг ТВЗ-шки, используя для укрытия все, что только было возможно, от выплавленных в земле окопов, до корпусов киборгов превращенных в огневые точки поддержки. Все старались вести себя как можно естественнее, даже не видя показаний датчиков можно было понять, что большинство из них на взводе.

Антон нервно прикусил нижнюю губу.

Все его ребята прошли школу «Искателя», но все же они не были солдатами, да и их вооружение оставляло желать лучшего, так что прямое боестолкновение с неизвестным противником могло обернуться далеко не в их пользу. И главное, помощи ждать было не откуда.

— Командир, я все же пойду к своим, а то ребята нервничают.

Антон повернул голову, посмотрел на Аграпова растерянным взглядом и, кивнув, вновь уставился на экран.

Минуты до открытия врат показались вечностью, поэтому, когда периметр арки замерцал голубыми сполохами, в эфире буквально прокатилась волна радостных вскриков. Люди почти бегом устремились к распахнувшемуся окну портала, по другую сторону которого виднелся знакомый ангар. Угловатая глыба ТВЗ последней вползла в арку врат, до конца прикрывая своим бронированным корпусом возвращение спасателей, которое больше всего походило на паническое бегство.

Соболев погасил планшет и, повесив его на пояс, облегченно вздохнул. Неведомый враг так и не появился. Впрочем, вполне возможно, что существовал он лишь в их воображении, ибо у страха, как известно, глаза велики. Чужой мир был не изучен и блокировка каналов связи вполне могла быть вызвана неизвестными природными процессами, а голос в эфире можно было объяснить случайной активацией какого-нибудь передающего устройства чужаков, того же спасательного маяка. Передача шла как раз со стороны их корабля, так что вполне возможно, что при проведении работ задели какую-нибудь фиговину и включили ее. Впрочем, смысла гадать не было — все обошлось и это радовало.

Антон отстегнул «горб» ЗАГСа и, вставив его в зажимы на стене, бросил взгляд на горевшую над шлюзом красную полосу. Дезактивация еще не закончилась, так что пока он заперт в этой «коробке», к тому же потом придется еще и самому проходить данную процедуру. Он опустился обратно на скамью и, скрестив руки на груди, принялся терпеливо ждать, в который раз прокручивая в голове все произошедшее.

Эта вылазка оставила после себя множество вопросов, на которые пока не было ответов и поэтому можно было не сомневаться, что новая экспедиция не заставит себя долго ждать. Люди порой весьма любопытны и настойчивы в достижении поставленных целей, а возникшие препятствия и возможная опасность многих только подстегнут. К тому же следует учитывать, что реальность контакта с внеземным разумом в данном случае как никогда высока, а корабль чужаков просто манит неизведанными технологиями. Да и возможность заиметь форпост так далеко от Земли… Нет, этот мир слишком лакомый кусок для многих, чтобы его оставили в покое, наверняка в верхах уже строят планы по освоению. Он криво усмехнулся. Без него. Давно уже пора завязывать с подобной жизнью, возвращаться на Землю, навестить, наконец, могилу сестры, завести с Лиа ребенка…дочку. Все, хватит болтаться среди звезд, хватит.

— Я просто устал, — пробормотал Антон вслух ни к кому не обращаясь и, проведя ладонью по лицу, бросил в выдвинувшийся из-за уха усик микрофона: — Всем отделениям, конец операции, мы дома.

До базы они добрались довольно быстро. Примерно двадцать минут бега по зарослям, и они выскочили на широкую пенобетонную полосу взлетного поля так до конца и не поглощенную окружающими джунглями. К счастью вход в саму базу долго искать не пришлось. Рядом с взлетной полосой находилось всего лишь одно полуразрушенное здание, где они и обнаружили вмонтированный в пол люк с откинутой крышкой.

Это был какой-то инженерный колодец и, судя по свежим следам резки на защелках люка, именно через него «сталкеры» проникли на базу, однако выбирать особо не приходилось.

Дальше был полутемный коридор с потрескавшимися световыми панелями, некоторые из которых все еще пытались разогнать темноту скудным свечением. Окружающие стены местами зияли рваными дырами, внутри которых виднелись потемневшие от времени жгуты кабелей, а под ногами то и дело хлюпала непонятно откуда взявшаяся вода. Их продвижению никто не мешал, хотя Лайм и утверждала, что чувствует активность каких-то спрятанных в стены датчиков — за ними явно наблюдали. Тем не менее, Рен до конца надеялся, что все пройдет тихо и мирно. В конце концов, произошедшее с девушкой и подрыв глайдера можно было объяснить стечением обстоятельств, тем, что ребята просто заигрались в войнушку. Увы, его надеждам не суждено было сбыться…

Рен уперся спиной в стену и, скосив глаза на заглядывающую за угол Лайм, вздохнул — все повторялось. Опять беготня, коридоры, перестрелки с киборгами. Только на этот раз вместо Кирилла с ним несколько странная зеленовласая девушка, сама являющаяся наполовину машиной. Вот ведь повороты судьбы.

Айко коротко и несколько нервно хохотнул, заставив Лаймалин быстро оглянуться и вопросительно посмотреть в его сторону.

— Да это я так, вспомнил тут кое-что, не обращай внимания. Что там у нас?

— Две выдвижные турели и тройка киберов охраны, практически весь коридор у них под прицелом, мертвые зоны разве только на потолке, да и то не уверена, что перемещаться по нему безопасно, но это хоть какой-то вариант.

— Весело, — криво усмехнулся Рен. — Кстати, про потолок надеюсь, ты пошутила?

— Нет, — бросила Лайм, вновь на короткое мгновение заглядывая за изгиб стены и тут же «ныряя» назад. — Это единственный безопасный путь.

Она быстро высунула ствол винтовки за угол и, сделав пару выстрелов, прокомментировала:

— Один из киборгов готов, второй поврежден.

Айко удивленно посмотрел на спутницу.

— Ты и сквозь стены видишь?

Лаймалин отрицательно мотнула головой.

— Не через все. Сквозь эти, нет, просто моделирую последствие своих действий на основе ранее полученных данных. Хотя…

Она снова выглянула из-за угла и тут же, ойкнув, отпрянула назад, так как турели шустро развернулись в ее сторону, с пронзительным визгом выплюнув из дырчатых «обрубков» своих стволов стрелы синего пламени.

— Вот же шустрые.

Девушка с улыбкой посмотрела на Айко, в глазах которого неожиданно вспыхнули огоньки неприкрытого беспокойства.

— Лайм, у тебя на лице кровь.

— Где?

— Справа.

Лаймалин провела рукой по щеке и, бросив взгляд на грязно-красную полоску на ладони, махнула рукой.

— Мелочи, видимо осколком бетона царапнуло, сейчас затянется, главное, что я не ошиблась в своих расчетах — одного киборга сняла, второй сильно поврежден, остался еще один, — она коротко хохотнула. — Хотя сейчас я это исправлю.

«Лайм не рискуй», — хотел сказать Айко, но не успел. Его напарница вскинула винтовку и вдруг бросилась вперед, длинным кувырком преодолевая открытое пространство примыкающего коридора и сразу же вжимаясь в стену по другую его сторону. В ответ турели вновь разразились чередой «повизгивании», раз за разом обдавая стены потоками синих лучей.

— Киборгов сняла, у турелей, похоже, какое-то поле, эта пукалка их не берет! — сообщила она, довольно улыбаясь.

Рен посмотрел на почерневшую от попаданий фазеров стену напротив, на всякий случай отодвинулся на пару метров от угла и показал девушке большой палец. Та почему-то высунула в ответ язык и звонко рассмеялась. Айко только покачал головой. Судя по озорному блеску в ее огромных глазах было видно, что все происходящее с ними ей даже нравилось. Она словно ожила, превратившись из вечно меланхоличного создания в до чертиков опасную, но по-своему прекрасную, валькирию. Рен даже залюбовался своей спутницей, но подловив себя на том, что уже полминуты рассматривает ее вздымающуюся грудь, быстро отвел взгляд, мысленно обозвав себя «похотливой камбалой». На мгновение стало стыдно. Лаймалин конечно была по-своему привлекательна, но это была девушка его лучшего друга, да и он сам давно был женат на самой прекрасной женщине вселенной.

— И моя милая обязательно оторвет мне кое-что, если буду и дальше так пялиться, — пробормотал он себе под нос, затем тяжело вздохнул и, покосившись на Лайм, крикнул: — Сходи, глянь, что там дальше по коридору, только осторожно!

— Будет сделано, господин полковник, — Лаймалин вскочила на ноги и, игриво отдав честь, быстрым шагом двинулась вглубь полутемного коридора, почти сразу исчезнув из виду за его очередным изгибом. Несколько минут Рен сидел неподвижно, прислушиваясь к удаляющимся шагам своей спутницы, затем тяжело вздохнул и, распластавшись на полу, подполз к углу, осторожно выглянув из-за него. Турели тут же среагировали, развернувшись в его сторону, так что пришлось спешно ретироваться обратно.

— Ребристая башенка, конусовидный накопитель, две теплоотводных трубки снизу, рекомпенсатор…судя по всему это двенадцатый полярис, или же пятнадцатый. Вот же… Не помню уже, — пробормотал он, поднимаясь на ноги и быстро озираясь. — Ну-ка…

Подобрав с пола пару кусков отлетевшей штукатурки, он прижался спиной к холодной стене и, пододвинувшись поближе к краю стены, метнул один из найденых «снарядов». Первый кусок пролетел вдоль коридора, вызвав лишь легкое дерганье стволов одной из турелей в его сторону, на второй реакции не последовало вообще.

— Анализатор цели, значит все же пятнашка. Черт, это плохо.

Он перевел взгляд на «запястник», где в углу экрана мерцали цифры обратного отчета, и скрипнул зубами — отведенное время стремительно утекало, следовало подстраховаться.

— Альфа четыре, мы внутри базы, ситуация пока стабильна, прошу отсрочку по времени.

— Принято, омега пять, даю плюс тридцать, — раздалось в наушнике. — Сильно не рискуйте…секундочку, примите вызов.

Голос смолк, а через мгновение перед лицом Айко развернулась полоска плазмоэкрана, с которого на него смотрел до боли знакомый черноволосый мужчина.

— Командор….

— Рен Айко, рад тебя видеть, — Марк Дорнер приветливо улыбнулся. — Ну как там у вас дела?

— Могло быть и лучше. Судя по тому, что я увидел, сталкерам все же удалось влезть в «мозги» базы, по крайней мере, часть охранных систем им подчиняется. Мне бы сейчас добраться до какого-нибудь управляющего терминала…

— Сумеешь их остановить?

Айко пожал плечами.

— Зависит от многих факторов. В любом случае попытаться стоит, иль вы думаете, что идея взорвать тут все к чертовой матери лучше?

Дорнер нахмуриться, зло зыркнул глазами, затем потер пальцами левую бровь и кинул.

— Хорошо, действуйте. Будем ждать до последнего. Стражи уже начали эвакуацию туристов и людей из ближайших поселков. Кроме того мы направили к вам на помощь пару групп. К сожалению поблизости никого достаточно опытного не было, так что подмога летит аж из Берлина, прибудут не раньше чем через час.

Рен усмехнулся.

— Подмога это хорошо, вот только боюсь, что ребята успеют лишь к шапочному разбору.

— Не будь слишком самоуверен.

Айко махнул рукой.

— Да тут не в самоуверенности дело. Судя по тому, что эти ребятки все же смогли взломать систему, они далеко не так просты, а значит вариантов развития событий всего два: либо я смогу их заблокировать и перехватить управление над виртом базы, либо нет, третьего не дано. К тому же даже если они и захватят контроль, не факт что это им что-то даст, возможно, что тут один дохляк и мы зря волнуемся.

— Не зря, — покачал головой Дорнер. — Мы тут подняли архивы…Короче, Рен, эта база не обычный мертвяк, а объект глубокой консервации. ОША использовало ее до последнего. В общем, помимо бомберов там еще и баллисты…

— Твою ж, — Айко нервно долбанул кулаком по стене. — Предки что совсем головами не думали, эту-то гадость, зачем было оставлять.

— Кто знает, может, посчитали, что демонтаж и последующая утилизация слишком хлопотны или экономически невыгодны. В те годы такой бардак на Земле творился, что нельзя исключить и того что отложили на потом, а затем просто забыли.

— Нам только от этого не легче, — пробурчал Рен. — Ладно, командор, я понял, провала быть не должно иначе последствия могут быть непредсказуемы, кто знает, что у этих психов там на уме.

— Именно, — кивнул Дорнер и, окинув лицо Айко пристальным взглядом, добавил: — Рен, не рискуй, если что-то пойдет не так, сразу уходите. Глайдер мы послали, будет ждать наверху. Пойми, тянуть мы тоже не будем…

— Я понимаю…

— Не понимаешь, — резко оборвал его командор. — «Грифоны» уже вышли на цель и висят на низкой орбите, так что если с этой базы хоть что-то вылетит… — он замолчал и посмотрел на Рена многозначительным взглядом. — В общем поторопись. Ладно, все, отбой.

Экран резко свернулся в линию и с легким звоном погас.

Айко устало провел ладонью по лицу, затем мотнул головой и не глядя ткнул пальцем в пиктограмму вызова.

— Лайм, ты где?

Глава 13

Дорнер стукнул указательным пальцем по поверхности стола, внутри которой мерцала неоновая сетка клавиатуры, и экран вирта послушно свернулся в синюю точку, растаяв с мелодичным звоном. Командор с угрюмым видом откинулся на спинку кресла и, взяв стоявшую на блюдце чашку с дымящимся кофе, осторожно отхлебнул из нее ароматного напитка.

— Что-то не так?

Марк скосил глаза на сидевшего по другую сторону стола Майера и, хмыкнув, проворчал:

— А то вы не знаете, господин комиссар. Сами же подкинули мне эту проблему.

— Не подкинул, а попросил по-дружески помочь.

— Просьба начальства это практически то же самое, что и приказ, тебе ли этого не знать.

— Ну, извини, — развел руками Арнольд. — Просто в тот момент под рукой реально никого не было кому бы смог доверить это дело.

— Издеваешься?

— Нет, — покачал головой Майер. — Вполне серьезно.

— Вот те на, — Дорнер с прищуром посмотрел на комиссара. — Дружище, скажи честно, неужели все так плохо?

— Да уж хорошего мало, — помолчав, ответил Арнольд. — Начнем с того, что у внешних границ вновь заметили корабли квадройдов.

— В курсе, «Мантикора» пыталась догнать один, дак он драпанул так, что аж пространство завибрировало, боятся они нас теперь.

— Боятся, только все равно лезут. За какие-то полгода три десятка сообщений о встречах, а сколько капитанов просто не посчитало нужным доложить. Радует лишь тот факт, что эти четырехрукие гады пока не нападают. Кстати, ты в курсе, что, несмотря на их внешний вид, по строению они все же ближе к насекомым.

— Вот даже как? — удивился Дорнер.

— Именно так. У них так называемый внешний скелет, а кожа на самом деле и не кожа, а некая разновидность хитинового покрова. Да ты что совсем отчеты не читал?

— А когда? Своих проблем перед началом учебного года по горло, а еще финансирование опять резанули, чую, придется кое-где программу сокращать и часть техники отправлять на консервацию.

— Это плохо, — комиссар нахмурился. — У нас тревожных служб и так шиш да маленько если так дальше пойдет, то вскоре одни киборги в спасателях и «стражах» останутся.

— Не преувеличивай, — усмехнулся командор. — Неприятно конечно, но пока не смертельно. Что недодадим, наверстают потом в полевках на стажировке, так даже лучше, сразу рабочего опыта наберутся.

— Одно другому не мешает, — возразил Арнольд, поднимаясь из кресла и подходя к окну. — Попробую поговорить кое с кем в Совете, думаю тут смогу помочь.

— Буду весьма благодарен.

— Брось.

Комиссар скрестил руки на груди, и некоторое время молчал, рассматривая пустую аллею за окном.

— Знаешь, прошло столько лет, а я до сих пор скучаю по академии, — наконец тихим голосом сказал он. — Тут было все как-то проще.

— Так возвращайся, с радостью уступлю тебе это кресло, а сам вернусь в кураторы, мне там тоже проще было.

Арнольд грустно усмехнулся и покачал головой.

— К сожалению это не возможно, ты же знаешь. Я увяз в политике по самые гланды, и теперь вырваться оттуда практически невозможно.

— Что власть затягивает.

— Нет, мне как-то на это плевать. Просто слишком много на мне сейчас завязано, слишком многое от меня зависит, и этот груз просто так не сбросишь, поверь. Увы, прошлое не вернуть, дружище, как бы мы этого не хотели.

— Да, это так.

Марк поднялся из кресла, подошел к Арнольду и, ободряюще похлопав его по плечу, распахнул окно. Усевшись на широком подоконнике, он вытащил из кармана пачку с сигаретами и, достав одну, щелкнул пальцем по кончику, заставив ту задымится.

— Что у вас там в Совете вообще происходит, может хоть немного расскажешь? — спросил он, затягиваясь и выпуская в сторону качавшихся напротив окна ветвей раскидистого клена тонкую струйку сизого дыма.

— Разброд и шатание, — буркнул в ответ Майер, недовольно морщась от запаха сигаретного дыма. — ОСМ опять предлагает войти в их состав на правах свободной системы, на том же настаивает и СаГеИ, причем некоторые в Совете уже активно лоббируют их интересы. К счастью мы пока успешно отбиваемся.

— А стоит ли?

Комиссар нахмурился.

— Ты хочешь, чтобы Земля превратилась в одну из заштатных планет Анклава и познала все прелести подобного существования?

— Ну не все там так плохо…

— Брось, Марк, там, — Майер ткнул пальцем вверх. — Как сказали бы наши предки, эпоха дикого империализма со всеми ее прелестями, может тебе подобная жизнь и привычна, но здесь я подобной гадости не хочу.

— Так не везде.

— Не везде, — согласился Арнольд. — В Империи Солнц — монархия с клановым уклоном, в СаГеИ — практически национал-социализм, который с каждым годом становится все агрессивнее, в РоИ парламентская монархия. Про романцев и исламистов я вообще молчу, там черт ногу сломит. К кому предлагаешь присоединиться?

— Да понял я, понял. У нас тут самое справедливое общество и вообще полный… — он пощелкал пальцами. — Как его там…ах да, коммунизм.

— Это плохо?

— Ни в коем случае, — Дорнер вновь затянулся и, стряхнув с кончика сигареты столбик пепла, добавил: — Просто тут спокойно, порой как в болоте, аж квакать хочется. Может поэтому люди и продолжают улетать?

— Люди всегда искали лучшей жизни, к тому же в последнее время количество возвращающихся увеличилось в разы. Да и улетают все чаще не в Анклав, а на окраинные миры, которые только начинают осваиваться, так что возможно ты прав и людям просто не хватает некоего адреналина в жизни, способности самовыражаться. Однако пусть над этой проблемой бьются социологи это их работа.

— Согласен, — командор щелчком отправил докуренную сигарету за окно и в ответ на удивленный взгляд Арнольда, пояснил: — Утилизатор что-то барахлит, сегодня заменить должны, а внизу кибер-уборщик подберет.

— Все у тебя не слава богу, — покачал головой Майер, усаживаясь обратно в кресло. — Знаешь на самом деле вся эта грызня в Совете о присоединении — мелочи, пустой треп. Главная проблема в том, что на нынешний день человечество разобщено как никогда и пропасть все увеличивается, каждый уже сам за себя. Мы больше не являемся единым целым, а значит, с каждым годом становимся слабее.

Дорнер нахмурился и, бросив быстрый взгляд на собеседника, спросил тихим голосом:

— Значит все-таки война? Уверен?

Комиссар тяжело вздохнул.

— Рад бы ошибаться, но последние события уже просто кричат об этом.

— Я чего-то не знаю? Просвети.

— Ну, начнем хотя бы опять с квадройдов и участившегося появления их кораблей. Все наши эксперты и аналитики сходятся в одном: они к чему-то готовятся. К тому же явно где-то вновь организовали базу, только на этот раз спрятали ее получше.

— Это мне известно, — махнул рукой Марк. — Найдем мы их укрытие, дай только время. Да и не соперники они нам, обсуждали ведь уже. К тому же ты и сам говорил, что воевать они с нами не будут.

— Говорил но, к сожалению, квадройды это только вершина айсберга, так сказать «предвестники бури».

— Что ты имеешь в виду?

— То и имею, смотри, — Майер пробежался двумя пальцами по экрану «запястника», затем махнул над ним рукой, заставив развернуться в воздухе почти в двухметровую проекцию какого-то механизма чем-то напоминающего связку иголок. — Эту штуку извлекли из шеи уже бывшей сотрудницы «Сайруса», по утверждению наших ученых данная технология в корне отличается от той, что нам известна. Нашу она не превосходит, просто построена несколько на других принципах, однако и квадройдам она не принадлежит, так как опережает их технические возможности на несколько порядков.

— Вот даже как? И чья же это штука? И главное для чего?

— Чья, не знаем, но так как тут завязан «Сайрус», то явно замешаны и квадройды или какие-то их союзники. А вот для чего… — она на мгновение замолчал, подбирая слова, затем продолжил: — В общем, как выразился один мой знакомый профессор, эта «колючая хрень» служит для глубокой психоэмоциональной перестройки личности. До конца мы программу еще не расшифровали, но понятно уже понятно, что человек с подобным имплантом со временем превращается в довольно эгоистичную, самоуверенную, да к тому же агрессивную личность, которой плевать на всех и вся кроме самого себя. Однако, что интересно, в программе есть закладка о какой-то цели и беспрекословном подчинении.

— Кому?

Арнольд пожал плечами.

— Нам тоже очень хотелось бы это знать, но что не ребятам из «Сайруса» это точно.

— Дела, — покачал головой Дорнер, вытаскивая из кармана еще одну сигарету. — А может все-таки квадройды?

Комиссар криво усмехнулся и вновь провел пальцем по «запястнику», меняя картинку. На этот раз имплант несколько отличался от предыдущего и больше походил на морского ежа, хотя общность конструкций все же прослеживалась.

— Этот извлечен из тела одного из квадройдов.

— Еще лучше.

Марк нервно прикурил сигарету и, встав с подоконника, несколько раз прошелся вдоль окна, изредка бросая задумчивые взгляды на висевшую посреди кабинета проекцию.

— Сильно эти штуки воздействуют на человека? — наконец спросил он.

— Пока непонятно, но ученые говорят, что взрослый человек вполне может сопротивляться воздействию, личность все же уже сформирована, было бы желание. В случае с агентом «Сайруса» как раз нечто подобное и произошло. Другое дело, что эта штука чуть его, точнее ее, не убила. Видимо, девушка пошла супротив какого-то вшитого в имплант императива, вот только какого, понять мы пока не можем. Тем не менее, если поносить эту гадость пару лет в себе результат может быть непредсказуем. Вода, знаешь ли, даже по капле камень точит.

— Да уж, ситуация, — Дорнер наморщил лоб, проведя большим и указательным пальцем правой руки от висков к центру лба. — Получается, кто-то готовит внутри Анклава «пятую колонну» и что ждать от нее непонятно.

— Почему же непонятно, как раз понятно. Думаю изменения личности в сторону агрессивного поведения и тому подобного — не главное, основная цель именно подчинение.

— То есть когда придут захватчики эти люди примут их с распростертыми объятиями и буквально на блюдечке с голубой каёмочкой преподнесут ключ от планеты, — он покачал головой. — Хитро. Этакие живые «троянские кони» и главное не знаешь, где эта заподлянка сработает.

— Вот именно, — кивнул Арнольд. — На самом деле нам сильно повезло, что мы вообще про них узнали. Девчонка пожаловалась на плохое самочувствие и рассказала про имплантат, правда она думала, что это просто несколько модернизированный чип, обычно внедряемый сотрудникам корпорации.

— Это тот, что типа пропуска, кредитки, мини вирта и системы внутрикорпоративной связи — все водном. Слышал, слышал. На них в ОСМ и СаГеИ сейчас прямо мода. Любая более-менее крупная фирма сразу чипует своих сотрудников, ибо иначе непрестижно. Дурдом.

— Согласен. Так вот, наши доктора естественно решили глянуть, что там анклавовские эскулапы напортачили при установке и натолкнулись на эту штуковину. Она в это время стала активно разрушаться, выделяя какой-то гадкий токсин, который и вызывал у девчонки дикие головные боли. В общем, успели вовремя. Что интересно, у других агентов имплантатов не обнаружили, хотя, по словам девушки, ставили их всем, остается только предположить, что они после смерти разрушаются и…

— Стоп, стоп, — прервал Майера Дорнер. — Ну- ка просвети меня про эту историю с мертвыми агентами «Сайруса», а то до меня тут слухи уже дошли о какой-то заварушке на Марсе связанной с операцией СБЗ, как понимаю, уши оттуда растут.

— От тебя ничего не скроешь, — улыбнулся комиссар. — Впрочем, я к этой истории и подводил, так как она связана с еще одним беспокойным «звоночком». Только сперва кофе, если ты не против.

— Конечно нет, — вторая сигарета отправилась вслед за первой. — Я тоже еще одну кружечку пропущу, а то у меня от твоих новостей уже голова кругом.

— Ну и что будем делать?

Лаймалин оторвалась от созерцания своей челки, подпаленной очередным залпом турельных фазеров, и коротко дернула плечами.

— Особого выбора-то нет, там дальше по коридору ничего для нас полезного: казармы, пара пустых помещений и что-то типа столовой. Так что… — она ткнула большим пальцем через левое плечо, — …только туда.

— Оно понятно, — Айко растерянно взъерошил волосы, вытряхивая из них крошки бетона, — только вот как? С нашим вооружением эти пушки нейтрализовать не получится и времени обход искать нет. Черт, видимо придется надеяться, что подмога все же прибудет раньше того момента когда эти дурни решатся что-нибудь выкинуть.

— Предлагаешь тут посиделки устроить? — скосила на него глаза Лайм.

— А у тебя есть другие идеи?

— Ну не знаю, — девушка задумчиво подергала себя за челку и, тяжело вздохнув, обиженным голосом добавила: — Смотри, эти железяки мне всю прическу испортили, как думаешь, могу я их за это простить?

Айко с удивлением посмотрел на свою зеленовласую напарницу и, хмыкнув, поинтересовался:

— Хочешь все же попытаться?

— Хочу, — кивнула та. — Должно же быть у них слабое место?

— Оно есть, только вот подобраться к нему в нашем случае сложно.

Лайм сощурила глаза.

— И где оно?

— Сзади. Это старенький сзк-15 «Полярис» у них защитные поля кроют только переднюю полусферу, да и плотность их невелика, будь у нас хоть один протонник… — он сжал кулак и вытянув указательный палец демонстративно пуфкнул.

— Понятно, — потянула Лайм и снова принялась дергать свою челку, бормоча: — Значит, говоришь, сзади они беззащитны, поля только спереди…ясненько. Что ж стоит попробовать.

Она озорно подмигнула Рену и, отсоединив магазин от винтовки, подошла к краю стены. Пару секунд стояла неподвижно, склонив голову к правому плечу, словно во что-то вслушиваясь, затем неожиданно прыгнула вперед, на лету метая обойму в сторону турелей. Импульсник в ее руках глухо хлопнул, выпуская оставшийся в накопителе заряд, и тут же в глубине коридора полыхнуло синим пламенем. Лаймалин покатилась по полу, но сразу вскочила на ноги и, с улыбкой посмотрев на опешившего Айко, с поклоном указала рукой на коридор, давая понять, что путь свободен.

Солнечный луч упал на закрытые веки, заставив Элину недовольно поморщиться и повернувшись на бок натянуть одеяло на голову. Просыпаться совершенно не хотелось, тем более стремительно ускользающий сон был о чем-то хорошем, вот только вспомнить о чем уже не удавалось. В результате, поворочавшись еще пару минут, в тщетной надежде вернуться в объятия капризного Морфея, она тяжело вздохнула и, открыв глаза, встретилась взглядом с сидевшей рядом с кроватью незнакомой русоволосой женщиной.

— Ну наконец-то ты проснулась.

Незнакомка приветливо улыбнулась и, поднявшись со стула, подошла к окну, резким движением руки заставив исчезнуть закрывавшие его легкие занавески. Повинуясь ее жесту, створки окна ушли в разные стороны, впуская в комнату свежий воздух наполненный запахами хвои и пеньем невидимых девушке птиц. Элина внимательно наблюдала за всеми ее действиями, одновременно пытаясь понять, где она находится, однако в памяти было пусто. Последним что она помнила, было вечно угрюмое лицо допрашивающего ее следователя, потом лишь нестерпимая боль в шее и пустота. Девушка вздохнула и вновь огляделась, одновременно краем глаза наблюдая за стоявшей у окна незнакомкой. На тюремную камеру комната мало походила, скорей уж на больничную палату. Судя по всему, вновь забарахлил имплантат, только на этот раз приступ был особенно силен, и она банально рухнула в обморок. Это все объясняло, кроме, пожалуй, полного отсутствия какой-либо одежды.

— Что со мной случилось?

Женщина неопределенно повела плечами, но промолчала, продолжая задумчиво смотреть в окно.

— Твой имплантат едва не убил тебя, выделив какой-то неизвестный нам нейротоксин, — наконец произнесла она и, бросив взгляд на обескураженную Элину, добавила: — Однако теперь все хорошо, не беспокойся, у нас хорошие врачи.

Девушка машинально кивнула, не зная как реагировать на подобную новость и, откинувшись на подушку, растерянно уставилась в потолок. Такого поворота событий она не ожидала. Нет, конечно, она подозревала, что новый имплантат не просто очередной гаджет корпорации, повернутой на тотальном контроле своих сотрудников, однако токсин…это было чересчур даже для «Сайруса». Если, если только…Она закусила губу, боясь, что пришедшее в ее голову невероятное предположение верно.

— Мы все должны были здесь умереть, — произнесла Элина тихим голосом, однако незнакомка услышала.

— Похоже на то, — сказала она, не оборачиваясь.

— Но почему? За что?

— Кто знает, мы можем только догадываться. Возможно, корпорация просто подстраховывалась, боясь, что при провале вы выболтаете лишнее.

— Бред, — Элина откинулась обратно на подушку, почувствовав неожиданную слабость. — Агенты и раньше проваливались, однако ни кто от них таким образом не избавлялся.

— Все меняется в этом мире, — ответила женщина филосовским тоном и, обернувшись, посмотрела на побледневшую Элину. В ее глазах промелькнули огоньки беспокойства.

— Ты как себя чувствуешь?

— Не знаю, мутит как-то, — девушка плотнее закуталась в одеяло, стараясь унять охватившую ее дрожь. — Холодно.

Незнакомка нахмурилась, подошла к Элине, приложила ладонь к ее лбу и, покачав головой, нажала на желтую пиктограмму плавающей сбоку от кровати полупрозрачной панели экстренного вызова.

— Дежурная, — на развернувшемся экране появилась девушка в довольно обтягивающем бело-синем комбинезоне с красным крестом не предплечье.

— Третья палата у пациентки сильный жар.

— Секундочку, — врач повернула голову, смотря на что-то вне поля видимости камеры, затем вновь перевела взгляд на незнакомку. — Успокойтесь, Ирина Анатольевна, у нее всего лишь тридцать семь и пять, все в пределах нормы. Просто организм еще до конца не отправился от действия токсина и до конца дня еще возможны скачки температуры. Не беспокойтесь, мы все отслеживаем. Кстати, пациентке лучше поспать, так что не задерживайтесь там.

Экран погас и, свернувшись в тонкую линию, с легким звоном раслетелся на мелкие звездочки.

— Что ж, наверное, она права, я пойду, — Ирина Анатольевна ободряюще улыбнулась Элине и направилась к двери, но тихий голос девушки заставил ее застыть наместе.

— Это ведь вы убили Дерика.?

— Да, — кивнула «измененая» не оборачиваясь. — Прости, но выбора особого не было, твой друг…

— Он мне не друг, — несколько резко перебила ее Элина. — На самом деле я этого психа терпеть не могла. Меня интересует другое, почему…почему вы тогда, там, в институте, назвали меня внучкой.

Женщина медленно повернулась и, окинув девушку грустным взглядом, улыбнулась.

— Потому что я и есть твоя бабушка, Эл, твоя настоящая бабушка. Надеюсь, ты знаешь, что Генрих не твой настоящий отец.

Элина отвела глаза и, закусив нижнюю губу, кивнула — застареля обида на «отца» вновь всколыхнулась в ее сердце. Женщина видимо что-то почувствовала, потому как подошла к кровати и, присев на ее край, акурратно поправила сползшее с плеч девушки одеяло.

— Извини, что так резко. Генрих, конечно, растил тебя…

— Нет, все нормально, — мотнула головой Элина. — Мама с отцом растались уже давно и мы почти не видимся. Значит вы моя бабушка, а, а…. мой настоящий отец, он тоже здесь?

— Нет. — По лицу женщины пробежала тень застарелой боли. — Нет, девочка моя, к сожалению, твой отец пропал в одной из экспедиций.

— Простите.

— Ничего, — Ирина улыбнулась. — Я все равно верю, что когда-нибудь он вернется.

— Расскажите мне о нем?

— Конечно, но не сейчас, — «измененая» провела ладонью по щеке девушки и поднялась на ноги. — Выздоравливай, Эл.

Массивная дверь послушно ушла в сторону, открывая взору довольно просторное помещение с несколькими экранами на стене и стоящими вдоль него столами, на которых размещались купола портативных виртсистем. Некогда все это было покрыто специальной защитной пленкой, которая по идее должна была герметизировать оборудование, сберегая его от пыли и влаги, но годы сделали свое, превратив сверхпрочный пластик в шелестящие под руками лохмотья.

— Ну и что мы тут имеем?

Айко резким движением руки содрал с одного из столов остатки защитной пленки и, плюхнувшись в стоящее рядом кресло, несколько раз звонко чихнул от взметнувшейся в воздух пыли.

— Вот ведь зараза, — бросил он, махая одной рукой перед лицом, а другой вытирая навернувшиеся на глаза слезы.

— Думать надо, прежде чем мостить свою пятую точку куда не попадя, — поддела его Лайм, с интересом рассматривая лежавшую на столе клавиатуру, крупные пластиковые кнопки которой были «украшены» буквами незнакомого ей алфавита.

Айко в ответ лишь возмущенно фыркнул, но промолчал, полностью признавая ее правоту.

Оглядев стол и, даже заглянув под него, он озадаченно хмыкнул, поскреб пальцами в затылке и, активировав свой «запястник», развернул перед своим лицом туманную полоску плазмоэкрана.

— Что-то не так? — поинтересовалась Лаймалин.

— Нет, все нормально, просто пытаюсь понять, где мы находимся и как заставить этот хлам работать. Так…

Он вскочил из кресла, вновь подняв при этом облачко пыли, и сдвинув плазмоэкран вбок, направился вглубь комнаты. Дойдя до стены Айко замер на месте, крутя головой и что-то бормоча себе под нос, затем провел рукой по ее поверхности и вдруг неожиданно принялся долбить по ней кулаком. К удивлению Лайм, встроенные сканеры которой показывали вокруг сплошной монолит, стена треснула и Рен, вцепившись пальцами в образовавшуюся прореху, с каким-то утробным рыком отогнул фальшпанель скрывающую за собой небольшой щиток управления.

Спящая несколько веков техника оживала: купола виртов замерцали разноцветными огоньками, короткими писками сообщая о своем включении, а мониторы на стене засветились, и по ним побежали какие-то надписи на незнакомом Лайм языке. Над головой налились светом уцелевшие световые панели, разгоняя полумрак аварийного освещения, а промеж столов забегали юркие роботы уборщики. Правда большинство из них тут же замерло, уткнувшись в стены или ножки столов, однако парочка упорно продолжала свою работу, поглощая пыль и куски пластика.

— Ну вот, теперь можно и поработать, — сказал Рен, возвращаясь на прежнее место. — Что ж, давай посмотрим, что тут происходит.

Его пальцы забегали по тихонько поклацывающим клавишам, а буквы на центральном экране сменило изображение белого орла державшего в когтях синий щит, украшенный золотистыми звездами.

— Слушь, Рен, а почему тут все такое…

— Какое? — спросил Айко, с задумчивым видом смотря на плавающий сбоку от его головы экран «запястника».

— Ну не знаю, все какое-то слишком древнее, громоздкое… Такой клавиатурой ведь и убить можно.

Айко покачал головой.

— Легкая слишком. А насчет древности, я бы не сказал, эти «малышки», — он простучал указательным пальцем по куполу вирта, — современным еще фору дадут. Ну а громоздкость, — он усмехнулся, и вдруг клавиатура под его руками поплыла, сжимаясь и превращаясь в тонкие пластины со светящимися пиктограммами клавиш. — На самом деле это предок наших ВСУшек[56].

— Здорово, никогда раньше подобного девайса не видела.

— Они редко попадаются тем более в такой сохранности, я сам всего пару раз встречал, неплохие штуки. Кстати, почему не видела, в «Волке» ведь нечто подобное установлено, только там еще БМК[57] встроено, но смысл тот же. Так, стоп, это еще что за новости… — брови Рена сошлись к переносице, а руки буквально запорхали над клавиатурой.

Центральный экран неожиданно моргнул, пошел рябью, и на нем появилась ухмыляющаяся физиономия вольготно развалившегося в кресле белобрысого парня, на коленях которого пристроилась худенькая девушка в полупрозрачной маечке.

— Что не получается? — поинтересовался он сочувствующим голосом. — Ай, ай, как же так, прямо не знаю, а ты, дорогая.

Девушка противно захихикала и, чмокнув парня в губы, обернулась, показав спасателям свой язык.

— Эн Райзел, как я понимаю, — не то спросил, не то констатировал Айко, откидываясь на спинку кресла и полностью игнорируя продолжавшую кривляться девицу, которая уже задрала майку, демонстрируя спасателям свои небольшие груди. — Можно поинтересоваться, откуда у вас коды доступа такого уровня?

— Ух-ты, вопрос прямо в лоб, — он отстранил от себя девушку, и, проведя рукой по ее правой груди, добавил: — Ну-ка, красавица, иди к Патрику, пусть он тебя еще сладкой таблеточкой угостит, а мне тут поговорить надо.

Девица надула губки, зло зыркнула на Рена, однако послушно спрыгнула с колен и, покачивая бедрами, удалилась куда-то вглубь комнаты, а парень наклонился прямо к объективу невидимой камеры.

— Слышь, земляшка, ты что, настолько тупой и действительно думаешь, что я тебе это расскажу, или просто дурака валяешь.

— На дурака я смотрю, — спокойным голосом ответил Рен. — И знаешь что, может, не будем ломать комедию, а сразу прекратим этот цирк пока не произошло непоправимого.

Парень пару минут молча смотрел на Рена, щуря глаза, затем неожиданно рассмеялся.

— Ой, как страшно, земляшка, я весь прямо дрожу. И что вы нам сделаете, а? Да чтобы вскрыть это бункер вам и года не хватит, тут кругом моноброня пятого класса защиты, а попробуете пробить чем-нибудь мощным, рискуете навредить здоровью любимой дочки посла. А ее папочка этого не простит, так ведь Кира?

Движение рукой и камера сместилась, демонстрируя лежащую у стены на голом полу полностью обнаженную девушку, тело которой покрывали синяки и ссадины. Услышав свое имя, та вздрогнула и, подняв голову, уставилась на спасателей взглядом полным боли и отчаянья, заставив стоявшую позади Рена Лайм нервно сдавить его плечо. Айко обернулся и, посмотрев на Лаймалин, в чьих глазах буквально полыхал нескрываемый гнев, в свою очередь сжал ее руку, призывая успокоиться.

— Я в порядке, — тихим голосом произнесла она, высвобождая ладонь и делая шаг назад.

Меж тем камера вновь вернулась на место, демонстрируя друзьям ухмыляющееся лицо Райзела.

— Вот видите, она в порядке. Ну, почти в порядке, просто Патрик ее немного поразвлек, только вот перестарался, но они ведь парочка, — он коротко хихикнул. — А если влюблённые сорятся это только по любви и мы не должны лезть в эти отношения. Так ведь, Пат!?

— Истинно так, «Летяга».

В поле зрения камеры показалась скалящаяся физиономия мускулистого парня, чей обнаженный торс украшало несколько татуировок, а правый глаз зиял огромным фингалом. Увидев Лайм, здоровяк тут же скривился и, продемонстрировал девушке средний палец, насмешливо бросил:

— Вот где я тебя видел зеленоволосая сучка, думала, скрутила «Штыря», а хрена тебе. Да я таких как ты, знаешь, где вер…

— Успокойся, «Штырь», не стоит показывать этим провинциалам своей некультурности.

— В голосе белобрысого послышались нотки раздражения, и его товарищ сразу же умолк на полуслове и, что-то невнятно пробурчав себе под нос, исчез с экрана. Райзел проводил его взглядом и демонстративно вздохнув, развел руками. — Ну что вот с ним поделаешь, вы извините, Патрика за грубость, просто он с утра перебрал с выпивкой и люменом, ну вы понимаете…

— Не понимаем, — отрезал Айко. — Лучше скажите, чего вы добиваетесь?

— А ты не догадываешься? — анклавец махнул рукой. — Да тут все просто. Хочу прославиться и по-крупному. Ты даже не представляешь, сколько пользователей сети ждут обещанного мной шоу и, знаешь, я просто не могу их разочаровать, тем более в моих руках такие «красавцы».

Повинуясь легкому движению его тонких пальцев, невидимая камера изменила свой ракурс, демонстрируя Рену с Лайм огромный экран со стоящим в ангаре бомбардировщиком, затем вновь повернулась назад.

— Чудесная машинка, не так ли? — он провел рукой по голове, приглаживая и так идеально уложенные волосы и мечтательно улыбнулся. — Признаюсь, я в полном восторге, что смог обнаружить подобное чудо на такой заштатной планетке. Прямо так и хочется забрать его с собой, чтобы и мои друзья смогли увидеть его воочию.

— Что, ты, задумал сделать? — процедил сквозь зубы Рен.

— О, ничего такого. Я просто заряжу эти самолетики под завязку, после чего направлю на три произвольно выбранных мной города, и с помощью бортовых камер буду наблюдать, как вы пытаетесь их остановить. Поверь, шоу будет просто бомбой…

— Убью…

— Да брось, — отмахнулся Райзел. — Ну что ты со своим киборгом нам сделаешь? База практически полностью под моим контролем, а пока мы тут с тобой мирно точим лясы, Вахтан заканчивает разбираться с системой защиты, так что…

— Это только отсрочит, — прервал его Айко. — Скоро тут будет группа спецназа и тогда никакая защита тебя не спасет. Поверь, мы тебя выковырим из командного бункера как моллюска из раковины.

— Ой, как страшно, — оскалился анклавец. — Надеюсь, — он поднял указательный палец вверх и, выдержав паузу, ткнул им куда-то вправо, — ты не забыл про лежащий вон там, мой маленький страховой полис. Бедная девочка ведь может нечаянно пострадать при штурме, и в этом виноваты будут плохие земляшки, ай, ай, ай. Я уже представляю заголовки газет: «Дочь посла изнасилована, а затем расчленена земными военными», «Безутешный отец взывает об отмщении», «Дикари с окраины убили невинную девочку».

Щека Айко нервно дернулась.

— Ты думаешь, кто-то поверит в подобную ложь?

Райзел пожал плечами.

— Журналисты любят привирать, а людская биомасса любит кушать подобное вранье, в любом случае, не думаю, что вашим правителям нужен подобный скандал, кто знает, как все может повернуться. Однако именно поэтому вы нам ничего не сделаете, а когда мы сами, заметь, САМИ, сдадимся, то согласно закону вы нас экстрадируете в ОСМ, где мы и предстанем перед судом…

— И где вы естественно заявите, что госпожа Байер полноправный член вашей шайки…

Тонкие брови Эна удивленно взлетели вверх.

— А ты не так глуп, земляшка. Естественно мы будем утверждать, что Кира действовал с нами заодно и даже активно помогала. В результате ее папуля задействует все свои связи, чтобы замять этот во всех смыслах неудобный для него скандал. Так что, дорогой мой друг, максимум, что нам может грозить — это пара лет в колонии общего режима, однако все эти неудобства с лихвой окупятся…

— Мы все разбогатеем! — Половину экрана заняла лыбящаяся физиономия «Штыря», белки глаз которого имели неестественно синий оттенок. — Слышите, нам отвалят кучу бабла и мы будем богаты!

— Патрик, заткнись! — Райзел вскочил с кресла и, несмотря на хрупкое телосложение, буквально отшвырнул своего товарища в сторону, затем вновь повернулся к камере. — В общем, вы меня поняли, земляшки, не мешайтесь и жертв будет куда меньше, а если все-таки надумаете сунуть нос куда не надо, то дядя Эни перестанет быть хорошим и натравит на вас злых роботов.

Экран погас, и в помещении повисла тишина, прерываемая лишь монотонным стуком робота-уборщика, упорно пытающего проехать сквозь стену.

— Рен, да он же сумасшедший, — выдавила наконец Лайм. — Такого отпускать нельзя.

— А никто этого делать и не собирается? — ответил Айко, нервно барабаня пальцами по столу. — Хотя кое в чем он прав. Пока они сидят в командном бункере, сделать мы с ним ничего не можем, там одной брони почти полметра не считая защитных полей, да и девчонку приказано доставить живой, а мы практически безоружны. Черт, ну и ситуация!

Он грохнул кулаком по столу, заставив лежавшую на нем клавиатуру спешно менять очертания, обтекая по периметру «приземлившуюся» руку.

— Неужели ничего нельзя сделать?

— Не знаю, — покачал головой Рен, — пока ничего в голову не лезет. У этого гада откуда-то почти все коды доступа, так что система почитай блокирована, все, что я могу это поиграться с некоторыми дверьми, лифтами, да системой вентиляции, только это нам ничего не даст, — он на мгновение замолчал, щуря глаза и продолжая барабанить пальцами по столу, затем почесав переносицу, хмыкнул. — Знаешь, есть у меня одна безумная идейка, готова рискнуть?

— Мог бы и не спрашивать, выкладывай давай.

— Смотри, — Рен развернул плазмоэкран, демонстрируя Лаймалин выведенную на него схему. — Мы сейчас тут, ангары с бомбардировщиками практически над нами, если воспользоваться вот этой технической шахтой, — его палец скользнул по бледно-синей полосе, — то мы окажемся прямо там.

— Погоди, ты, что собираешься как-то помешать их старту.

— Собираюсь.

— Но как?

Рен резко поднялся из кресла и, взмахом руки выключив экран «запястника», бросил:

— Пойдем, по пути все объясню.

Глава 14

— Значит все же вторжение?

— Скорей всего, — кивнул Майер. — Точнее само вторжение началось уже давно, и теперь оно просто готовится перейти так сказать в горячую фазу.

Дорнер удивленно посмотрел на Арнольда, словно надеясь, что тот шутит, затем покачал головой.

— Вот даже как, и на чем основаны подобные выводы?

— Да на многом. Если коротко, то это так сказать компиляция наблюдений за происходящим в Анклаве более чем за сто лет, — ответил тот, делая глоток из своей кружки. — Наши аналитики давно уже отмечали нарастающую раздробленность нашего общества, его дестабилизацию, причем не только политическую, но и социальную, однако всегда это списывалось на различные внутренние причины. Мало того, многие исследователи отмечали странную потерю интереса к освоению новых планет. Даже крупные государства типа ОСМ и СаГеИ в последние годы свернули свою экспансию и не столько стремятся присоединять или осваивать новые системы, сколько стараются удержать старые. За последний год пять восстаний на их окраинах, которые пришлось подавлять с применением военной силы. К сожалению, мы можем только догадываться об истинных причинах восстаний, так как в данный момент эти системы закрыты, и делится с нами информацией по этому поводу, как ты понимаешь, ни кто не спешит.

— Это не аргумент, — фыркнул Дорнер. — Беспорядки не такое уж и редкое явление в окраинных колониях, туда ведь частенько всякую шваль спроваживают.

— Да, но не настолько крупные и уж тем более не в системах полностью зависимых от своих метрополий. Например, Энганда, далеко не окраина ОСМ. По сути, планета-курорт с населением чуть более ста миллионов. Из производства только сельское и океаническое хозяйство, а вся основная инфраструктура заточена под туризм. По нашим сведениям восстание отличалось там особой жестокостью. Вчерашние клерки, турагенты и метрдотели резали туристов похлеще фанатиков из ИcС.

— Бред какой-то.

Комиссар криво усмехнулся.

— Вот тебе и бред. За первый день количество жертв превысило сто тысяч, а пришедшее к власти непонятно откуда возникшее революционное правительство объявило Энганду свободной планетой. В результате, после недели безуспешных переговоров в систему был отправлен 7-корпус генерала Агера. Что там дальше произошло, мы не знаем, но по нашим данным что-то в этом восстании настолько напугало правительство ОСМ, что они увеличили финансирование своего флота в разы.

Дорнер озадаченно хмыкнул, пару минут молчал, смотря перед собой невидящим взглядом, затем с прищуром посмотрел на Арнольда.

— Имплантаты влияющие на сознание человека, говоришь.

Майер кивнул.

— Мы тоже об этом подумали. К тому же у этой версии имеется косвенное подтверждение.

— Вот даже как? И какое же?

— Где-то спустя месяц после подавления энгарского восстания во всех космопортах ОСМ в срочном порядке были установлены новые сканеры.

— М-да, дела, — потянул Дорнер, вновь запуская руку в карман рубашки. — Получается, оэсэмовцы все знают, но молчат.

— Скорее не знают а, так же как и мы догадываются, однако не хотят поднимать паники. Но самое интересное, что буквально пару месяцев назад мы намекнули об этих своих догадках их послу, а в результате получили инцидент на Марсе и случай разгребаемый твоими ребятами.

— Издеваешься?

— Если бы. Хочешь еще один интересный факт?

— Я уже заранее боюсь, — буркнул Марк, вытаскивая из пачки сигарету и щелкая ногтем по ее кончику. — Хотя все равно давай, а то когда я еще услышу подобные откровения из уст самого комиссара Совета.

— Не ерничай, — усмехнулся Арнольд, поднимаясь из кресла и направляясь к открытому окну. — Лучше бы дымить бросил, а то все тут табаком уже провоняло. Ладно, о чем это я, ах да. Так вот, к твоему сведению, первым чужое вмешательство в человеческий социум вычислил не наши аналитический отдел и даже не оэсэмовцы, а профессор социологии Каменского университета, господин Энрих Ланкастер из Романской республики. Полсотни лет назад он издал у себя на родине небольшую брошюрку под названием: «Влияние внешних факторов на агрессивность человечества».

— И что?

— Да ничего, погиб в аварии глайдера буквально через пару недель после выхода в свет своего исследования.

— Весело, — хмыкнул Дорнер. — А тираж этой брошюрки, как понимаю, весь пропал в неизвестном направлении.

— Весь, да не весь, одну мы найти все же смогли, — Майер поставил кружку с кофе на подоконник и помахал рукой перед лицом, отгоняя сигаретный дым, устремившийся в открытое окно. — Блин, даже здесь от тебя спасения нет. Марк, хорош травиться этой гадостью и меня травить.

— Хорошо, хорошо, — в притворном испуге воздел руки командор, — слово гостя для меня закон. — Он потушил сигарету в небольшой пепельнице и, убрав ту в нижний ящик стола, спросил: — Так что там в этой брошюре?

— О, там много интересного, особенно выводы. Правда Ланкастер напрямую не говорит об инопланетном вмешательстве, завуалировав его под определением «суммарное воздействие внешних интерполяционных факторов», но суть-то от этого не меняется. Так вот в своих выводах профессор определил две основных точки воздействия этих факторов, первая это СаГеИ, вторая солнечники. Но что интересно, если в случае с Империей Солнца он вводит понятие НДРП, или нарастающий дестабилизирующе-разрушительный процесс, то в случаи с СаГеИ в этом названии вместо «разрушительный» стоит «созидательный».

— И что все это значит?

— Мы тоже сперва не поняли. К счастью у нас в аналитиках ребята головастые, они быстро смекнули, что к чему и быстренько загрузили нашего «Умника» различной статистикой по ВИС и СаГеИ. Интересная, знаешь ли, картинка получилась. Например, если исходить из полученных результатов, то Империя Солнц вскоре должна утратить часть своих территорий, а СаГеИ наоборот расширить свои границы путем вторжения в пространство сопредельных государств.

— Вот даже как, — хмыкнул в ответ командор. — Хотя насчет солнечников оно и без аналитиков понятно. Их император стар, с наследниками полная неразбериха, система корпоративного сегуната прогнила настолько, что многие из сегунов уже в открытую игнорят приказы центра. Не государство, а карточный домик, посыплется в любой момент. А вот насчет СаГеИ сомневаюсь. Они конечно всегда любили побряцать оружием, но больше для устрашения, да и последний конфликт с ОСМ им дорого обошелся, не думаю, что они решатся вновь.

Арнольд развел руками.

— Таковы выводы «Умника». И если машина права, то последствия для человечества в целом прогнозируются весьма пессимистические. Война внутри Анклава не только окончательно расколет нашу расу и остановит дальнейшую экспансию, но и откинет назад в технологическом плане. И вот тогда…

— И тогда нас можно будет брать тепленькими, — закончил за комиссара Дорнер и криво усмехнувшись, добавил: — Веселая перспективка. Однако не слишком ли демонизируешь предполагаемых захватчиков. Хочешь сказать, что они смогли просчитать и спланировать все на века вперед.

— А почему бы нет? — пожал плечами Майер. — Предположим, что они почему-то видят в нас угрозу своему существованию, но понимают, что прямое столкновение грозит если не взаимным уничтожением, то крупными потерями. Как бы ты поступил на их месте?

— Ну, — Дорнер задумчиво потер подбородок. — Думаю, сперва создал бы буферную зону, утыкал ее станциями слежения и запретил соваться туда всем кому не надо. Естественно любой чужой корабль, углубившийся в данную зону, тут же уничтожался бы. Затем я отправил бы разведчиков, чтобы понять, с кем имею дело, выяснить уровень их технологий, ну и если бы решил что войны не избежать, то попытался бы нанести предполагаемому противнику наибольший урон до того момента, как он поймет в чем…

Он на мгновение замолчал, таращась на Майера ошалевшим взглядом, затем мотнул головой.

— Черт, Арни, а ведь ты прав! Мы бы действовали примерно так же, старались бы подорвать экономику и внести раскол в ряды противника.

— Вот именно, — кивнул Арнольд. — Разделяй и властвуй — этот метод никогда не устареет.

— Так, погоди, брр, — Марк замотал головой. — И как давно они здесь? — Он вопросительно посмотрел на комиссара.

— По нашим прикидкам лет семьдесят, однако, к активной фазе воздействия перешли лет тридцать назад.

— Семьдесят лет? — во взгляде командора сквознуло недоверие. — И ты хочешь сказать, что за все эти годы они умудрились остаться незамеченными?

— Ну, действовали-то они скорей всего через своих эмиссаров. Ты же сам знаешь, некоторые будут работать хоть на черта лысого, лишь бы платил. А вот методикам у них стоит поучиться, чествуется не дюжий опыт в подобных делах. Работают, так сказать, в «бархатных перчатках», грубую силу применяют крайне редко, а воздействие идет на уровне процессов внутри общества и заметить его крайне трудно. Подумай сам, если в какой-нибудь окраинной колонии ее совет принимает решение о переносе строительства космопорта в другое место, обратим мы на это внимание?

— Конечно нет, мы скорей всего об этом даже и не узнаем.

— Вот именно, — Арнольд направил указательный палец на своего собеседника. — А меж тем это вроде бы незначительное решение привело к интересной цепочке последствий. Сперва во время подготовки площадки было обнаружено гнездовье летающих ящеров, которых ни кто до этого на планете не встречал, а буквально через пару дней после этого в колонии началась эпидемия неизвестной болезни. Своими силами они справиться не смогли и вызвали помощь. Результат: известная всем Этайнийская лихорадка, несколько миллионов погибших, десяток опустевших колонии многие из которых не заселены до сих пор.

Дорнер удивленно посмотрел на комиссара.

— Всерьез думаешь, что это дело твоих таинственных чужаков?

— Кто знает, — Майер вздохнул. — Вполне возможно. Наши ученые ведь до сих пор не могут понять, как давно известный и вполне безобидный вирус мог мутировать в подобную гадость. Вмешательство в его генную структуру все бы объяснило, к тому же подобные теории высказывались.

— Однако были опровергнуты другими учеными… Там же вроде разобрались.

— Скорее спустили на тормозах, — отмахнулся Арнольд. — Впрочем, неважно, это просто пример, для понимания сути.

— Да я и так понял, не дурнее кибор-уборщика, — усмехнулся командор, откидываясь в кресле. — Объясни мне другое: если эти твои таинственные чужаки не имеют отношения к квадройдам, то это значит что наши четырехрукие друзья еще одна сторона намечающегося конфликта?

— Есть и такое мнение, однако я так не думаю…погоди минутку, — Майер поднялся с подоконника и, поставив свою опустевшую кружку рядом с белоснежной сферой пищекомба, уселся в стоящее напротив стола Дорнера кресло, после чего продолжил: — Лично я склоняюсь к версии, что квадройды используются этими чужаками в качестве этакого внешнего раздражителя время от времени отвлекающего наше внимание от чего-то действительно важного. К тому же они точно лакмусовая бумажка показывающая уровень тревожности «человеческого улья». И знаешь, сейчас мы для них очень тревожный улей.

— Из-за уничтожения базы?

— Не только. Мы ведь тоже не сидим сложа руки. Твои ребята гоняются за квадройдами, а наши люди пытаются прижать «Сайрус» и выти на других агентов влияния чужаков. Да и ОСМ в последние годы начало довольно активно действовать в подобном направлении.

Наши таинственные «друзья» это явно почувствовали, заволновались, поняли, что их вычислили, в результате стали допускать ошибки.

— Все-таки «Сайрус».

— А ты еще в этом сомневался? — усмехнулся Арнольд и, нахмурившись, добавил: — Однако надо отдать им должное, прямых доказательств того что корпорация сотрудничает с чужаками у нас до сих пор нет.

— А импланты?

— Брось, — махнул рукой Майер. — Во-первых, у нас в наличии только единичный экземпляр. Во- вторых, скажут, что заказывали у какой-нибудь небольшой конторы и даже представят нужные документы, или же вообще представят своей разработкой, а наличие токсина спишут на происки конкурентов. Ну и в третьих, если где и рыть, то в их головном офисе в Нев-Берлине, а ты сам понимаешь, куда нас пошлют, подай мы подобный запрос властям СаГеИ.

— Понятно, — Дорнер вновь потянулся к карману, но заметив приподнятую бровь товарища, вздохнул и виновато улыбнувшись, спросил: — Кстати, а что там на Марсе все-таки произошло, а то заикнулся и молчок.

— Я собственно к этому и подвожу.

Мелодичный перезвон заставил Майера прерваться и бросить взгляд на экран запястника. Пару мгновений он морщил лоб, словно вспоминая, кому принадлежит высветивший номер, затем озадаченно хмыкнул.

— Извини, я отвечу.

— Конечно, конечно, разговаривай, я пока себе еще кружечку организую.

Дорнер поднялся из кресла и, подойдя к столику с пищекомбом, принялся перебирать лежащие рядом картриджи, исподволь косясь в сторону Арнольда, вокруг головы которого дрожала синеватая дымка блокирующего поля. Лицо Майера было скрыто серой полоской плазмоэкрана, но, даже не видя его выражения, Марк мог с уверенностью сказать, что разговор для того был не самым приятным. Впрочем, разговор был недолгим и уже через пару минут комиссар быстрым взмахом руки заставил экран исчезнуть.

— Мне тоже сделай, — сказал он, разворачиваясь в кресле к Дорнеру который в это время извлекал из раскрывшегося купола пищекомба исходящую ароматным паром чашку с кофе.

Командор молча кивнул и защелкнул обратно выскочивший из считывателя картридж, заставив пищекомб утробно заурчать. Половинки купола сомкнулись, а его белоснежная поверхность стала матово-серой, чтобы буквально через десяток секунд сменить свой цвет на светло-зеленый, сообщая таким образом об окончании процесса готовки.

Марк подхватил обе чашки и, отдав одну из них Майеру, вернулся за стол.

— Судя по твоему взъерошенному виду звонок не самый приятный, — заметил он, опускаясь в свое кресло.

Комиссар поморщился.

— Да так, мелочи жизни. На чем мы там остановились?

— Ты хотел мне рассказать про пришествие на Марсе.

— Ах, да, — он отхлебнул кофе. — Ну если в краткости, то «Сайрус» послал пятерку своих агентов, дабы они стянули у нас технологию СМПП.

— Во как. И зачем это им понадобилось? Насколько я помню, мы не собирались делать из этого тайны, а совсем наоборот.

— Вот и я о том.

Майер нахмурился.

— Неужели отвлекали внимание?

— В точку, дружище, — Арнольд отсалютовал собеседнику своей чашкой. — Причем из всей группы только один ее член знал о настоящих целях, и именно он и смог уйти, оставив своих товарищей нам на растерзание.

— Стандартная схема «хвост ящерицы». Как там в учебнике, — Дорнер наморщил лоб, затем процитировал: — «В случае обнаружения группы и увеличения вероятности провала миссии, следует пожертвовать ее менее значимыми членами, для отвлечения внимания противника. Во избежание раскрытия обмана противником, желательно чтобы психопортрет отторгаемых членов группы не изменялся, для чего следует внушить им, что все происходящее соответствует какому-либо заранее намеченному плану».

Майер удивленно приподнял брови.

— Это где ж такому учат?

— Курс лекций Высшей Тангарской Школы Спецопераций.

— Понятно, — Арнольд пару минут молча изучал лицо друга, словно видел его в первый раз, затем усмехнулся. — Знаешь, постоянно забываю о твоей бурной биографии.

— Оно и к лучшему, — буркнул в ответ Дорнер, поморщившись. — Особо гордиться там нечем, не хочу вспоминать. Лучше скажи, есть какие догадки, что в действительности нужно было ребятам из «Сайруса» на Марсе?

— Состав и численность наших сил обороны, а так же размещение опорных точек и станций слежения.

— Еп…

Дорнер откинулся в кресле и ошарашенно уставился на комиссара, переваривая услышанное, затем спросил тихим голосом:

— Это только предположение?

— Уже практически уверенность, — ответил Майер, бросая быстрый взгляд на запястник и поднимаясь из кресла. — Ладно, Марк, мне пора, что воду в ступе зазря толочь, примерную ситуацию я тебе обрисовал, думай. Хорошего, конечно, мало, но уж такова ситуация. Завтра сброшу на твой вирт всю нужную информацию, немного скорректируешь действия своих людей. Кстати, по найденному вашим зондом артефакту принято решение, туда отправится «Византия», так что отбирай спецов.

— Сколько у нас осталось?

Комиссар вздрогнул, словно заданный тихим голосом вопрос застал его врасплох, затем пожал плечами.

— Кто знает. Год, два, а может пять. В любом случае решено готовится. Через месяц начинаем расконсервацию «Табола» и «Отважного», к тому же принято решение о строительстве станций наблюдении на внешних планетойдах. Да, и еще. На следующей неделе получишь партию новых сканеров, проверь всех на наличие этого, — он похлопал себя пальцами левой руки по шее. — Конечно сомневаюсь, что эта зараза к нам пробралась, но береженного, как известно…сам понимаешь.

Дорнер молча кивнул.

— Что ж тогда до встречи, — комиссар поставил чашку с недопитым кофе на стол и, пожав на прощание руку поднявшемуся из своего кресла Марку, направился к двери. Открыв ее, он неожиданно замер на пороге и, не оборачиваясь, бросил: — Похоже, что мы будем их первой целью, дружище. Вот так.

После ухода комиссара Дорнер некоторое время сидел неподвижно, буравя взглядом потолок, затем устало провел рукой по лицу и, поднявшись, подошел к окну. Было уже поздно и небо, укутанное тяжелыми дождевыми облаками, пламенело алым закатом, словно предвещая зловещие отблески грядущих пожарищ. Прохладный ветер ворвался в раскрытое окно, бросая в лицо командору мелкую изморось начавшегося дождя. Где-то вдали сверкнула молния, а через пару десятков секунд по ушам «ударил» пронзительный раскат грома. Дорнер прикрыл окно, достал из кармана сигарету, пару минут нервно крутил ее меж пальцев затем, тяжело вздохнул и, сунув в рот, пробормотал:

— Вот, черт, а ведь только стал привыкать к спокойной жизни. Что ж видимо не судьба…

«Смертоносцы» впечатляли. Судя по высветившимся на запястниках данным, их размеры были вполне сопоставимы с размерами легких космолетов. Однако одно дело было видеть трехзначные цифры на экране и совсем другое воочию смотреть на замершие в ряд бомбардировщики, чьи агрессивные обводы матово-серых корпусов просто кричали об их хищной натуре.

— Вот это махины, — прошептала Лайм, не скрывая своего восхищения. Свесившись через перила небольшой металлической площадки, приткнувшейся под самым потолком огромного ангара, девушка буквально пожирала взглядом стоящие внизу машины.

— Знаешь, — она обернулась к стоящему позади Рену, — а я бы не отказалась слетать на подобной, думаю шустрые аппараты.

— Еще какие шустрые, — ответил Айко, подходя к краю платформы и ногой пробуя висевший рядом с ней «блин» гравиоподьемника, — только вот не получится.

— Почему?

— Они полностью на автоматике, у них даже кабины нет, к тому же…

Диск под его сапогом неожиданно полыхнул снопами искр, закрутился на месте и рухнул вниз, заставив Рена спешно отдернуть ногу и нервно вцепиться в поручни.

— Так, придется спускаться по лестнице, — констатировал он, едва утихло эхо грохота от упавшего подъемника, поднявшего внизу целое облако пыли. — Нам нужно добраться вон до тех столбиков.

Его палец указал на торчавшие из пола прямоугольники, которые небольшим полукругом обхватывали приплюснутый нос каждого бомбардировщика.

— Это внешние интерфейсы систем контроля и перед взлетом они должны светиться хлеще новогодних елок, однако пока все тихо и это радует.

— Хочешь сказать, что этот придурок соврал насчет своего желания запустить «Смертоносцев»?

— Навряд ли, — покачал головой Рен. — Этот парень был серьёзен как никогда, однако доступ к этим машинкам получить не так уж и просто, там тройная система контроля с функцией внешнего подтверждения через битключ, не думаю, что он у них есть. Хотя если учесть какие у него коды доступа…. В общем, лучше нам поторопиться.

Он вцепился рукой в тянущуюся вдоль стены металлическую лестницу, подергал ее и, шумно выдохнув точно перед нырком на глубину, принялся спускаться. Лаймалин дождалась пока его ноги коснуться пола и буквально сбежала вниз, заставив Айко удивленно вытаращить глаза и озадаченно почесать в затылке.

— М-дя, а ты у нас просто кладезь сюрпризов. Летать случайно не умеешь?

— Пыталась, только руками махать надоедает.

Айко скосил глаза на девушку, с трудом сдерживавшую рвущуюся на губы улыбку, и коротко хмыкнув, направился к ближайшим столбикам, оставляя в покрывашей пол пыли цепочку следов. Лайм некоторое время оставалась на месте, оглядываясь и вслушиваясь в окружающую тишину, разрушаемую лишь звуком шагов Рена да тихим потрескиванием вышедшей из строя световой панели, затем мотнула головой и поспешила следом.

Айко тем временем уже опустился на одно колено у крайнего столбика, состоявшего из множества мелких, словно сделанных из стекла трубок, соединив тот тонкой ниткой умб-кабеля[58] со своим запястником.

Лайм встала позади, не отвлекая своего напарника ненужными вопросами и разглядывая нависающий над ними бомбардировщик. Несмотря на прошедшие годы тот выглядел абсолютно новым, словно само время, испугавшись его грозного вида, в страхе отступило перед этой «стальной птицей».

— Кстати, Лайм, а знаешь, почему их прозвали «Смертоносцами»? — неожиданно сказал Рен, продолжая «колдовать» со своим запястником, развернув перед лицом аж пять небольших плазмоэкранов.

— Нет, в тех файлах, что у меня об этом ничего нет.

— Еще бы, — хмыкнул Айко. — В свое время эти машинки были секретными штуками, а все из-за прыжковых двигателей.

— Прыжковых двигателей? — Лайм удивленно посмотрела на товарища. — Погоди, это же атмосферные аппараты, какие могут быть прыгуны. Искривление метрики в непосредственной близи от столь массивного объекта чревато серьезными последствиями — да тут никаких бомб не надо. Ты видел хоть раз выход корабля рядом с астероидом? Картина еще та. Последний от спонтанного искривления на кварки разносит, да и космолету порядком достается.

— Ну, это все же не космолеты, кривизна движков у них небольшая и тут смотря на каком расстоянии от поверхности вынырнуть.

— Да какая разница, — поморщилась Лайм. — Просчитать последствия применения подобных двигателей в атмосфере практически нереально, слишком много факторов, разрушения могут быть колосальными.

— А никто и не просчитывал. Это же, — он ткнул пальцем вверх, — по-сути оружие возмездия, последнее средство, когда на все последствия уже плевать.

Лаймалин мотнула головой.

— Бред, их создатели вообще в своем уме были?

Айко пожал плечами.

— Кто знает. Так, кажись, подключился.

Трубчатый прямоугольник вдруг замерцал призрачным белым светом, выкидывая в воздух множество полупрозрачных нитей, которые тут же устремились к носу самолета, сплетаясь на лету в тонкие жгуты.

— The system is connected. I look forward to entering commands. Attention, including limited access.

Проскрипевший над головой Лайм механический голос, заставив ее невольно посмотреть вверх, затем перевести взгляд на поднимающегося с колен Рена.

— Это, он на каком языке?

— На английском, — ответил Айко, отряхиваясь. — Говорит, что готов выслушать наши команды.

— Так значит, ты, сможешь их отключить?

— Не уверен, — Рен с сомнением покосился на один из плавающих вокруг него экранов. — Подобную команду отсюда я дать не смогу, этот интерфейс для техперсонала, чтобы можно было подшаманить машинки перед вылетом по быстренькому. Впрочем, это как раз то, что нам сейчас нужно.

Лайм непонимающе посмотрела на хитро улыбающегося Айко, лицо которого просто светилось самодовольством.

— Может, тогда и меня посвятишь в свой план?

— Да ничего такого, — повел плечами Рен. — Дело в том, что у этих малышек стоят семнадцатые криперы[59], а у них на повышенной напруге проблемы со стабилизацией. Так что если совсем чуток сбить балансировку амплитуд… — он сжал и резко разжал кулак. — Фейерверк будет залюбуешься.

— Ну так действуй.

— Так уже начал, — бросил Айко, пробегая пальцами по одному из экранов. — Только вот меня пытаются блокировать, почуяли собаки дикие, что жареным запахло, да поздно уже, «червяк» в системе.

— Вы все-таки решили мне как-то помешать, земляшки, а я ведь вас предупреждал, теперь пеняйте на себя!

Голос Райзела эхом разнесся по ангару, заставив Айко нервно дернуть правой бровью и криво усмехнуться.

— Ну, ну, уже испугались.

— Лифт, — бросила Лаймалин, указывая рукой в сторону стены, на которой высветился белый прямоугольник.

Рен резко обернулся и тихонько выругался. Из раздвинувшихся дверей одна за другой вышли три фигуры похожие на очень худых людей облачённых в пластиковые имитации рыцарских доспехов.

— Кибер-стражи класса «А», модель БК-234, - доложила Лайм, с прищуром разглядывая замерших киборгов, чьи приплюснутые головы медленно поворачивались из стороны в сторону, затем обернулась к Айко и поинтересовалась: — Рен, тебе, сколько времени нужно.

— Минут десять, — бросил тот, не раздумывая.

— Ясно. — Девушка огляделась и, подойдя к трехколесному шасси самолета, подняла с пола валявшийся там металлический штырь. Взвесив его в руке, она довольно кивнула. — Будет у тебя десять минут, приступай.

— Лайм, погоди не дури, ты же без оружия, лучше…

Рен шагнул в ее сторону, но девушка решительным жестом остановила его.

— Я сама оружие, Рен, работай, давай.

Развернувшись на пятках, она медленно направилась в сторону вскидывающих излучатели киборгов.

— Ну что, мальчики, потанцуем.

Обезглавленное тело последнего киборга упало на колени и, завалившись набок, распласталось в пыли. Лаймалин, тяжело дыша, оперлась спиной о стену и медленно сползла вниз, чувствуя, как уходят последние силы. На какой-то миг мир померк, погрузив сознание в полутьму, разрываемую лишь багровыми сполохами пиктограмм сообщающих о внутренних повреждениях.

— Лайм! Лайм! Ты меня слышишь!

Она вздрогнула и с трудом открыла глаза, непонимающе посмотрела на склонившегося над ней мужчину. Пару секунд девушка пыталась вспомнить кто он такой, и почему задает подобный вопрос, затем выдавила:

— Все нор…мально, Рен, я впо. рядке кажется.

— Какое там нормально, — нервно бросил тот, — да на тебе места живого нет.

— Мелочи жизни, я крепче, чем ты думаешь, — Лайм попыталась улыбнуться, но вымученная улыбка больше походила на гримасу. Она закашлялась. Струйка крови протянулась из уголка рта и упала тяжелыми каплями на пропаленный в нескольких местах комбинезон.

— Встать сможешь?

Плечи девушки дернулись вверх.

— Наверное, — она откинул голову киборга, оперлась рукой о стену, попыталась подняться, но тут же рухнула обратно. Несколько мгновений сидела тяжело дыша, затем виновато посмотрела на Айко. — Похоже, не получится. Извини, но видимо тебе придется выбираться самому. Скажи Киру…

— Вот еще, — перебил ее Рен. — Сама ему все скажешь, нечего тут нюни распускать, давай помогу.

Он присел на корточки закинул ее левую руку себе на шею и, обхватив за талию, медленно встал, сдавленно крякнув при этом.

— А ты тяжелая.

— И не стыдно тебе такое девушке говорить, тоже мне кава… — Лайм снова закашлялась, выплюнув на пол целый сгусток крови. Вытерев губы тыльной стороной ладони, она скосила глаза на помрачневшего Рена и тихим голосом поинтересовалась: — Как думаешь, сколько у нас времени?

— Кто знает, зависит, сколько у этого гада уйдет на взлом системы. Может день, а может и пяти минут нет.

По ангару неожиданно разнесся пронзительный гул сирены, а на стенах замелькали желто-красные проблесковые маячки.

— Attention. Activation command is received. Started downloading. All personnel please leave the starting area. Fifteen minutes before starting the engines. Countdown.

Женский голос умолк и вместо него из невидимых динамиков стали доносится монотонные щелчки.

— А вот ответ и на твой вопрос, — буркнул Айко, поудобнее обхватывая девушку за талию.

— Ладно, заканчиваем болтать, нужно выбираться, а то едва этот придурок даст команду на старт светопреставление тут будет еще то.

— Я только за…

Лайм улыбнулась уголками губ, стараясь не замечать, что выведенные на сетчатку датчики имплантов, мерцавшие до этого красным светом, гаснут один за другим, а окружающий мир перед глазами то и дело погружается в странную серую дымку. Пару раз сознание практически гасло и только голос Айко вырывал ее из упорно подступающей темноты.

— Держись, подруга, держись, — то и дело шептал он, буквально волоча ее за собой. Каких-то сто метров до дверей лифта неожиданно показались ему вечностью. — Главное держись. С нашими я связался, бомбить они не будут. Наверху нас ждет глайдер, так что надо лишь туда добраться, поэтому держись…

Он посмотрел на девушку, глаза которой вновь закрылись, и со злостью влепил ладонью по панели вызова, облегченно услышав за закрытыми дверьми знакомое шуршание.

Дыхание Лайм вдруг стало хриплым и прерывистым, заставив Рена заскрипеть зубами от накатывающего отчаянья.

— Ten minutes before the start of engines, — загремел над головой знакомый голос.

— Рен, брось меня, не успеешь, — едва слышно сказала Лайм, не открывая глаз. — Оставь, передай Киру, что я его люблю, всегда буду… — она умолкла на полуслове, а ее тело резко обмякло.

— Лайм, эй, Лайм, — Айко осторожно прислонил девушку к стене. Ее голова безвольно мотнулась, а из уголка рта к полу потянулась нитка кровавой слюны. — Лайм!

Он опустил ее безвольно тело на пол и, упав на колени, обхватил руками голову.

— Лайм, черт, Лайм, — его кулаки впечатались в бетон пола, подняв легкие облачка пыли. — Лайм!

Несколько мгновений он сидел неподвижно, затем мотнул головой и решительно поднявшись, склонился над телом.

— Нет, ты не умрешь, не сейчас, — пробормотал он, пытаясь взвалить ее на плечо. — Не сейчас, подруга, не сейчас. История с Герой не повториться. Ты еще должна дождаться Кирилла, должна слышишь, ДОЛЖНА!

Двери лифта с легким треньканьем разошлись в разные стороны, заставив Айко невольно прищуриться, от хлынувшего изнутри света. Он выпрямился и, придерживая тело девушки рукой, шагнул вперед.

— Должна!

Конец.

Новокузнецк, 2013 г.

Примечания

1

Инор (а) — простонародное обозначение разумного существа другого вида.

2

трафикатор — член гильдии свободных торговцев, занимающийся подбором корабля для выполнения полученного заказа.

3

«старые» — общее название цивилизаций некогда существовавших на территории энвок-зоны, и исчезнувших по тем или иным причинам.

4

Тейтр — тяжелый космонесущий корабль Торгового Конгломерата. Вмещает до 30 истребителей класса «Эх-та»

5

шардзым — торкленское ругательство.

6

СиБЭЗ — силы безопасности энвок-зоны. Созданы после принятия всеми цивилизациями э-зоны определенного пакета законов, которому должны подчиняться все находящиеся там цивилизации, вне зависимости от состояния межпланетарных отношений. Формально патруль подчиняется только Конгрессу миров, а по факту в основном отстаивает интересы Торкленской Федерации, как основополагающей силы э-зоны.

7

Хранительница — жрица ордена с планеты Энгмар. Призвана защищать и помогать в бою своему хозяину, в остальное время служащая оруженосцем и «походной женой». Все «хранительницы» обладают прирожденными психокинетическими способностями.

8

Хогрунд — одомашненный хищник кошачьей породы, чем-то похож на земного тигра. Обитает на планете Энгмар. Служит местным жителям в качестве ездового животного.

9

САТсПэ — Сайханская Академия Тонких структур и Прикладного энерговоздействия.

10

«Ищущий» — простонародное название членов ордена с планеты Энгмар занимающихся охотой на демонических созданий.

11

юнвер, — младший член экипажа, стажер.

12

«единый» — международный язык общения, используемый на Земле и планетах Анклава.

13

«балтер» — член экипажа, занимающийся поиском клиентов, заключением контрактов и контролем за их исполнением.

14

«стайр» — мера расстояния равная 0,7 парсек.

15

элендр — простонародное торкленское название персонального компьютера, пошедшее от первых марок носивших наименование «электронный друг».

16

МеКТоК — межпланетный конгломерат торговых корпораций. В просто наречии его членов именуют «мековцами».

17

СВС — система внутренней связи.

18

ВИПС — вирт-интеллектуальная плазматическая симбионт-система

19

эйпер — портативная широкополосная система связи.

20

элфинак- электронно финансовый накопитель, аналог пластиковой карты.

21

Сектор Трейта — назван по имени Дравара кер Трейта, торкленского дипломата подписавшего мирный договор с кергарцами.

22

Разумники — обобщающее название, относящееся к группе разумных существ различных рас. Просто оборот речи. Например: торкленец, смотря на стоящую толпу, мог бы сказать «группа иноров», но если бы в ней были и торкленцы он бы уже назвал ее «группой разумников».

23

Вся территория Торкленской Федерации разбита на шесть секторов: Центральный, Аграский, Утар-Зет, Нигра, Такас-Тар-Эйт, Граничный, Трейт. Центральный — это сектор включает в себя родной мир торкленцев и первые из колонизированных ими миров. Аграский, Утар-Зет, Нигра, Такас-Тар-Эйт — сектора носящие название доминирующих в них цивилизаций. Граничный — зона в несколько десятков парсек вдоль всей границы федерации, по мере ее роста зона отодвигается дальше, а сектору присваивается название доминирующей расы.

24

Пластформа — информационный носитель небольшой емкости.

25

байпер — миниатюрный датчик передвижения.

26

малан — вежливое обращение к разумнику женского пола, элан-нам — к разумнику мужского.

27

Киллгр — торкленская мера веса равна примерно 850 кг. В данном случае Тай использует ее для обозначения величины неизвестных кораблей, — в том же смысле что и «тоннаж»

28

1 брем = 1 тыс. км/с

29

крайтер — класс боевого корабля торкленской федерации. В земной классификации соответствует крейсеру.

30

стрейп — более совершенный аналог эйпера.

31

сайдук — младшее офицерское звание в торкленском флоте.

32

портатип — портативный компьютер с ограниченным функционалом.

33

да что же это за тварь такая (энгм.)

34

1 лок — 1,67 метра, состоит из 100 паков. 1 хар — 1000 локов. — торкленские меры длины

35

трайт — клан??

36

урата — легкий наркотик. Оказывает влияние только на торкленцев. Вполне легален на многих планетах Федерации.

37

Трабр — силы безопасности внешней разведки Торкленской Федерации

38

Нигранцы — одна из доминирующих рас Федерации. Гуманоиды. Внешний вид: невысокие коренастые существа около метра ростом. Некоторое части тела покрыты роговыми пластинками напоминающими панцирь черепахи. На руках и ногах имеют по три пальца, причем крайние левые почти в два раза длиннее остальных. Физиономический несколько похожи на людей, но носа как такового нет, хотя в середине лица имеется небольшая выпуклость. Тем не менее, дыхательные щели расположены на плечах. Головы нигранцев покрыты небольшим «волосяным покровом», на самом деле являющимся атрофированными щупальцами, которые практически утратили свои двигательные функции. Двуполы. Из-за того что их планета обладает довольно высокой гравитацией, очень сильны физически по сравнению со многими представителями других рас.

39

трейк — небольшая группа из 3–5 кораблей.

40

артал, ка-артал, нирус, ка-нирус, урак — звания высшего офицерского звена во флотах федерации.

41

Немфус — Космическая станция на Титании — спутнике Урана. Одна из окраинных баз ЦентрСпаса.

42

СкВЗ — скафандр высшей защиты.

43

СВИС — сектор внеземных исследований Верховного Совета Земной Федерации.

44

ЗАКС — защитный комплекс спасателя СВИС — сектор внеземных исследований Верховного Совета Земной Федерации.

45

УБВУ СБЗ — управление по борьбе с внешними угрозами Совета Безопасности Земной Федерации.

46

Пак-транс (в простонародье «пак») — переносное устройство прямой подачи информации в мозг владельца.

47

МРаКС — малый разведкомплекс спасателя.

48

Перском — аналог применяемого на земле «запястника». Портативный многофункциональный компьютер, с встроенной функцией защитника и функцией прямой мыслепередачи информации в мозг.

49

Вингеры — т. н. пленочные антигравы. В сложенном виде это всего лишь небольшой цилиндрик длиной двадцать и диаметром пятнадцать сантиметров, в развернутом напоминают птичьи или стрекозиные крылья, хотя форма может варьироваться от желания заказчика. Максимальная скорость полета 250 км\ч. В основном используются так называемыми бестфлайтингами — любителями острых ощущений устраивающих воздушные гонки в городской черте. Нейтрализующее поле равномерно распределено по всей поверхности и за счёт изменения его плотности можно варьировать высоту и направление полета.

50

Хамелеон — в данном контексте Элина имеет в виду комбинезон «Х-135» используемый различными спецподразделениями Анклава для спецопераций.

51

биоб — сокр. от биологический объект.

52

информ-кристалл, инфро-кристалл — типы информационных носителей. Отличаются типом записи информации… Если в «инфро-кристалле» запись идет посредством изменения колебания атомарных решеток так называемого «кристалла Терита», то «информ-кристалл» использует более традиционный тип хранения информации путем ее записи в блок чипов пиктосхем.

53

АПМК — автоматический портативный медицинский комплекс.

54

точка, четверка — точечные антигравы «апк-4». Имеют вид металлического кругляша диаметром 5–6 см, толщиной 0,5 см, обладают масстягой до 20 кг. Мах высота подъема при стандартной гравитации 3 метра.

55

ЦИВК — Центральный институт высокосложных киберсистем.

56

ВСУ — вариативно-адаптивная система управления.

57

БМК — блок мыслеконтроля.

58

УМБ (UMB) — универсальная многофункциональная шина.

59

МЛАК -17 — малый линейный антиграв Крипера.

Content

Дмитрий Сергеевич Кружевский
Бродяга

Пролог

Часть 1. «Средь чуждых звезд»

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Часть 2. В предчувствии грозы

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Примечания