Сергей Юрьевич Кашкин

Право Европейского Союза

АВТОРЫ

С. Ю. Кашкин, д-р юрид. наук, проф. — предисловие, вопросы № 10–13, 43, 124–125, 128, 145–147, 149, 174, 176, совместно с А. О. Четвериковым № 1–6, 18–23, 29–32, 78–88, 160, совместно с П. А. Калиниченко № 119–120, 136–141, совместно с А. В. Жупановым № 142–143, 148, 150; А. О. Четвериков, канд. юрид. наук, доц. — вопросы № 7–9, 14–15, 17, 24–28, 33–36, 38–39, 41–42, 44–69, 77, 151–157, 161–163, 170–171, 175, совместно с С. Ю. Кашкиным № 1–6, 18–23, 29–32, 78–88, 160, совместно с Е. А. Чегринцом № 37 40; П. А. Калиниченко, канд. юрид. наук, доц. — вопросы № 16, 70–77, 121–123, 126–127, 129–135, 169, 172–173, совместно с С. Ю. Кашкиным № 119–120, 136–141; Е. А. Чегринец, канд. юрид. наук, доц. — вопросы № 89-102, 106–108, 164–168, совместно с А. О. Четвериковым № 37, 40; А. В. Жупанов — № 103–105, 109–114, 158–159, совместно с А. В. Кондратьевым № 116–118, совместно с С. Ю. Кашкиным № 142–143, 148, 150; А. В. Кондратьев, канд. юрид. наук — № 115, совместно с А. В. Жупановым № 116–118.

Ответственный редактор — заведующий кафедрой права Европейского Союза Московского государственного юридического университета им. О. Е. Кутафина (МГЮА), доктор юридических наук, профессор С. Ю. Кашкин.

К ЧИТАТЕЛЮ

Из некогда мало известного регионального сугубо экономического явления Европейские сообщества выросли в Европейский Союз, уверенно утверждающий себя в качестве растущего геополитического центра экономического, политического, финансового и военного влияния.

Союз включает в себя уже 27 стран с совокупным населением около 500 млн человек и территорией, превышающей 5 млн кв. км. Эта уникальная надгосударственная интеграционная организация политической власти представляет собой принципиально новый компонент мирового развития, требующий всестороннего изучения и учета.

С вступлением в Союз ряда бывших республик СССР и наших прежних социалистических союзников у России появилась стратегически важная протяженная общая граница с ним, не говоря уже о том, что он является нашим главным внешнеэкономическим и очень перспективным политическим партнером. Улучшается взаимопонимание между руководством России и Евросоюза, расширяется сотрудничество в борьбе с международным терроризмом, преступностью и во многих других сферах.

Для достижения оптимального сотрудничества и взаимодействия России с Европейским Союзом имеются все необходимые предпосылки: исторические судьбы наших народов традиционно взаимно переплетались, культуры взаимообогащались, экономики взаимодополнялись. В будущем эта многоплановая и цивилизационно закономерная взаимозависимость и взаимовыгодность с неизбежностью будет развиваться и принимать новые формы.

Чрезвычайно велико в этом процессе значение права — важного практического инструмента интеграции и взаимодействия. В рамках Европейского Союза в ходе всеобъемлющей интеграции сформировалось качественно новое наднациональное право. В нем интегрировались элементы систем как международного, так и национального права, права наиболее передовых европейских стран с устоявшимися демократическими традициями, права, вобравшего в себя опыт как континентальной, так и англосаксонской правовых семей, богатую практику регулирования рыночных отношений, учета социальных факторов и умения согласовывать позиции самых различных участников общественных отношений.

Вот почему право Европейского Союза накопило ценный опыт и в значительной степени стало примером для других интеграционных группировок, в том числе и тех, в которых участвует Российская Федерация.

В рамках уникальной правовой системы Европейского Союза формируются механизмы защиты прав человека не только от лиц, органов и государств, их нарушающих, но и от наднациональных институтов и органов, создаются демократические правовые инструменты, позволяющие согласовывать динамику процессов интеграции и глобализации с интересами государств, регионов, а главное — человека, который все более выдвигается в качестве определяющего критерия оценки прогресса нашей цивилизации.

Поскольку многие мировые достижения в сфере права нашли свое концентрированное выражение в праве Европейского Союза, изучение этого качественно нового, наднационального права имеет большое значение для совершенствования системы высшего юридического образования в России. Оно в определенной степени подводит итог развития современного права, его принципов, приемов и методов регулирования общественных отношений и формирует тенденции его дальнейшего совершенствования.

Одной из первых в России кафедра права Европейского Союза Московской государственной юридической академии опубликовала почти все виды научных, методических и учебных изданий по праву Европейского Союза. Это и фундаментальный учебник «Право Европейского Союза» (2002 и 2008 гг., «Юристъ», 1055 с.), и сборники документов с комментариями, и учебное пособие «Основы права Европейского Союза: схемы и комментарии».

До сих пор в нашей стране не было популярного краткого, но достаточно полного издания по праву Европейского Союза в вопросах и ответах, к которым уже привыкли российские студенты, особенно заочной и вечерней форм обучения. Представляемая вашему вниманию книга ликвидирует этот пробел.

«Право Европейского Союза в вопросах и ответах», однако, не получилось упрощенной и сокращенной версией большого учебника. Это иное по жанру, но вполне обстоятельное и самостоятельное издание.

Европейский Союз планирует в самое ближайшее время принять Лиссабонский договор 2007 г., который потребует обстоятельного осмысления с теоретической и практической точек зрения. Его принятие приведет к существенному изменению как основ, так и конкретных сфер права Европейского Союза. В предлагаемой книге материал излагается с учетом новелл, вносимых Лиссабонским договором. С момента первого издания этого пособия был также принят целый ряд регламентов директив, и других документов, внесших существенные изменения в отдельные отрасли права Европейского Союза, например транспортного, корпоративного, экологического права и т. д. Все это по возможности учтено в этом концентрированном издании.

Нельзя не отметить учебно-методические достоинства книги, позволяющей в доходчивой форме изложить непростые основы наднациональной системы права, складывающейся в Европейском Союзе. В этом смысле книга оказалась очень полезным средством популяризации достижений права Европейского Союза, анализа тенденций его развития и способов решения возникающих проблем.

Президент

Московской государственной

юридической академии,

академик РАН

О. Е. Кутафин

ПРЕДИСЛОВИЕ

Большая часть учебных дисциплин, изучаемых в юридических вузах нашей страны, связана с российским правом, несколько — с правом международным, и лишь один-единственный предмет — право Европейского Союза (иногда несколько расширительно называемый Европейским правом) — представляет собой сравнительно недавно возникшую принципиально новую систему права — наднациональное право. Оно творчески переработало и интегрировало в себе как элементы международного, так и внутригосударственного права, все более приближаясь к последнему, но так и не превращаясь в него, обогащая при этом как правовую науку, так и практику.

Право Европейского Союза — это одно из высших достижений современной юридической мысли, воплотившей в себе многовековой правовой опыт наиболее развитых демократических государств Европы и соединивший в себе достоинства разных правовых семей и систем. Это в определенной степени прообраз «права будущего», права, построенного на максимальном согласии, сотрудничестве, координации, со всесторонним учетом интересов каждого государства-члена, региона, а в конечном счете — каждого отдельного человека, который рассматривается в качестве центрального элемента этого права. При этом право Европейского Союза уже сегодня реально и императивно регулирует жизнь более чем полумиллиарда людей из 27 стран по все более расширяющемуся кругу жизненно важных вопросов.

Знакомство с правовыми принципами и механизмами Европейского Союза представляет несомненный теоретический и практический интерес. Право Европейского Союза может служить полезным примером для отечественного законодателя в правовом оформлении и регулировании интеграционных процессов, протекающих в рамках Союза России и Беларуси, СНГ, совершенствовании правовых основ российского федерализма, дальнейшем проведении согласованной с мировыми тенденциями правовой реформы в нашей стране.

Вот почему с конца 90-х гг. новый предмет «Право Европейского Союза» стал все шире включаться в учебную программу российских вузов. В нашей стране возникли серьезные научные школы, появились первые учебные пособия и учебники по этому предмету. Кафедра права Европейского Союза Московской государственной юридической академии явилась одной из первых, освоивших при творческом сотрудничестве с рядом европейских вузов преподавание этого предмета в России. Ее авторский коллектив помимо прочих книг издал на сегодня наиболее полный и учитывающий новеллы Лиссабонского договора фундаментальный учебник («Юрайт», 2010, 1119 стр.) и столь же современное, но совсем иное — краткое учебное пособие «Право Европейского Союза в схемах и комментариях» («Юрайт» 2010 г.), вместе позволяющие на любом уровне освоить этот непростой предмет. Учебный материал подкрепляется рядом серьезных сборников документов[1] по праву Европейского Союза, в основном переведенных преподавателями кафедры, а также методических материалов.

Чрезвычайно динамичное право Европейского Союза, однако, не стоит на месте. После неудачи с ратификацией Конституции для Европы 2004 г., ее основные идеи были включены в подписанный в декабре 2007 г. Лиссабонский договор. Его вступление в силу должно существенно изменить многие положения Европейского права.

Учесть это новое явление в учебном процессе необходимо. В то же время разные формы обучения, разные цели изучения этого предмета студентами требуют использования новых и разнообразных методик обучения и видов учебной литературы. Поэтому, имея опыт создания всеобъемлющего базового учебника и более визуально ориентированного краткого пособия, сочетающего текст со схемами, авторский коллектив решил предложить читателю ставшее в последнее время популярным издание в форме вопросов и ответов.

Настоящее пособие подготовлено с учетом учредительных, нормативных и иных правовых актов Европейского Союза и Сообществ по состоянию на 20 сентября 2009 г., включая проект Лиссабонского договора[2].

Предлагаемое читателю издание органично вписывается в имеющуюся систему учебных и методических материалов по праву Европейского Союза. Оно написано в соответствии с обновленной учебной программой курса «Право Европейского Союза» и четко и с достаточной полнотой раскрывает все основные темы учебной программы.

В сочетании с вышеупомянутым учебником и учебным пособием в схемах и комментариях предлагаемое издание обеспечивает глубокие и качественные знания предмета.

В то же время предлагаемое пособие занимает свое, только ему принадлежащее место в списке рекомендованных по этому предмету изданий. С учетом особого дефицита учебного времени, отводимого в учебных планах этой непростой дисциплине, и времени, выделяемого на подготовку к зачету или экзамену (особенно для заочной и вечерней форм обучения), предлагаемое пособие позволяет наиболее эффективно освоить прежде всего минимально достаточные основы знаний права Европейского Союза. Особенно оно методически удобно для повторения и обобщения материала после изучения фундаментального учебника и рекомендованных первоисточников.

Пособие обладает рядом присущих ему дидактических и методических особенностей:

— авторы стремились логично изложить в нем всю совокупность требуемых учебной программой знаний, но в максимально сжатой и лаконичной форме;

— книга написана просто, но не упрощенно — это вполне серьезное издание, снабженное солидным научным аппаратом;

— по объему содержания и глубине анализа книга носит одновременно дополнительный к базовому учебнику характер — она также знакомит с новейшими документами и событиями, определяющими современное положение и перспективы развития предмета. В частности, это учебное пособие, учитывает положения Лиссабонского договора 2007 г., знание которого необходимо почти по всем разделам изучаемого предмета.

Здесь помещены не только те вопросы, которые традиционно присутствуют в экзаменационных билетах, но и те, которые вероятнее всего могут задать экзаменаторы, стремящиеся объективно оценить знания студента.

Пособие рассчитано не столько и не только на сдачу экзамена, но ставит своей целью понимание предмета, получение системных, упорядоченных знаний, умений ими пользоваться на практике, а также ознакомление с новейшими тенденциями и перспективами развития права Европейского Союза.

Методически многие ответы представляют собой, прежде всего, добротную канву, базовую модель ответа, его схематический «скелет», который необходимо конкретизировать правовыми нормами, аргументами, фактами, комментариями, иллюстрациями и собственными выводами, проявив инициативу и самостоятельность для получения высшей оценки своего ответа. Поставленные вопросы заставляют задуматься о сути и проблемах права Европейского Союза, а структура и характер ответов — научиться выделять главное и представлять, что к нему необходимо добавить для достижения студентом полноты и глубины изложения материала.

В книге учитывается полезный отечественный и зарубежный опыт по созданию учебников и учебных пособий. Использованию зарубежного опыта способствовала продолжительная и плодотворная работа с Центром международного правового сотрудничества (г. Лейден, Нидерланды), рядом голландских и бельгийских университетов.

Предлагаемое вашему вниманию пособие является многоцелевым. Оно раскрывает основные темы учебного курса «Право Европейского Союза» («Европейское право»), охватывает ряд тем международного публичного права, а в институционной части предлагаемый материал тесно связан с конституционным правом. Настоящее издание окажется полезным для студентов, аспирантов, преподавателей, научных работников и юристов-практиков, занятых во всех упомянутых сферах правовой деятельности.

В конце пособия помещен список литературы, рекомендованной для углубленного изучения всего курса и его отдельных разделов.

Одновременно вопросы и ответы рассчитаны отнюдь не только на формальную успешную сдачу экзамена — они определенно содержательны для любого человека, интересующегося правом Европейского Союза. Это, пожалуй, самая удобная для любого юриста, особенно не изучавшего этот предмет ранее, книга. Она дает достаточно широкий и вполне профессиональный обзор состояния права Европейского Союза не только на сегодняшний день, но и на ближайшую перспективу.

Силами сотрудников кафедры создан интернет-сайт[3], на котором находится большой объем информации по праву Европейского Союза, в том числе и на английском языке. Им пользуются граждане более 40 стран мира. Это наш своего рода дистанционный помощник в процессе изучения права Европейского Союза. Там вы найдете многое из того, что нам не удалось «вместить» в скромные рамки этого небольшого издания. На этом сайте вы также можете высказать свои пожелания и замечания по поводу этой книги.

Заведующий кафедрой

права Европейского Союза МГЮА,

профессор

С. Ю. Кашкин

Раздел I

ПОНЯТИЕ ПРАВА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

1. Что такое «право Европейского Союза»?

Право Европейского Союза (англ. European Union Law; франц. droit de l’Union europйenne) — самостоятельная правовая система, возникшая в результате усилий по строительству «единой Европы».

Будучи интеграционным по своему характеру, право Европейского Союза вводит единые (единообразные) правила поведения граждан и организаций во многих областях их жизни, закладывая тем самым юридические основы для создания «как можно более тесного союза народов Европы» (ст. 1 Договора о Европейском Союзе). Именно в нормах данной правовой системы закреплены принципы единого внутреннего рынка ЕС и правовой режим единой валюты евро; статус «европейских» институтов (Европейский парламент, Совет Европейского Союза и др.) и «европейских» юридических лиц («европейское акционерное общество» и др.); условия и порядок выдачи «европейского ордера на арест», единой (шенгенской) визы и т. д.

В отличие от правовых систем отдельных государств (национального, или внутригосударственного, права) право Европейского Союза распространяет свое действие на территорию свыше 20 государств — членов Европейского Союза (см. вопрос № 2).

Право Европейского Союза занимает самостоятельное положение и по отношению к международному (публичному) праву, в частности, потому, что оно создается в рамках единой политической организации (Европейский Союз), наделенной властными полномочиями и обладающей рядом общих признаков с федеративным государством (федерацией).

С целью подчеркнуть своеобразие права Европейского Союза и его отличия от классических правовых систем (внутригосударственного и международного права) в научной литературе оно часто характеризуется как наднациональное (надгосударственное) право. В современной западной доктрине получил также распространение термин транснациональное право[4], который делает акцент на способности норм Европейского Союза действовать через государственные границы, не ограничиваясь территорией одной-единственной страны.

2. Какова географическая сфера действия права Европейского Союза?

Действие права Европейского Союза распространяется на территорию стран, входящих в состав организации Европейский Союз. Эти страны официально именуются государствами-членами, и их количество постоянно возрастает:

— Бельгия, Италия, Люксембург, Нидерланды, Франция, ФРГ — государства-основатели, начавшие в 1950-е гг. процесс строительства Союза;

— Великобритания, Дания, Ирландия (с 1973 г.);

— Греция (с 1981 г.);

— Испания, Португалия (с 1986 г.);

— Австрия, Финляндия, Швеция (с 1995 г.);

— Венгрия, Кипр, Латвия, Литва, Мальта, Польша, Словакия, Словения, Чехия, Эстония (с 1 мая 2004 г.).

— Болгария, Румыния (с 1 января 2007 г.).

В качестве государств-кандидатов на вступление в Европейский Союз к середине 2009 г. были признаны Македония, Хорватия и Турция. Точных сроков вступления этих государств не установлено; перспективы членства Турции в Европейском Союзе остаются неопределенными.

В 2009 г. заявки о вступлении в Европейский Союз также подали Албания и Исландия. Аналогичный шаг планируют предпринять Сербия и Черногория. В случае приема заявок этих стран они получат официальный статус государств-кандидатов, и с ними начнутся переговоры об условиях и сроках вступления, как и с другими государствами-кандидатами.

В 2003 г. руководители действующих государств — членов Европейского Союза официально заявили, что в перспективе в состав этой организации смогут вступить все страны Балканского полуострова. Помимо вышеупомянутых государств к таким «предкандидатам» относится Босния-и-Герцеговина[5].

Из принципа общеобязательности права Европейского Союза на всей его территории существуют отдельные исключения. Наиболее важные из них касаются норм, регулирующих единую валюту-евро (см. вопрос № 107), и Шенгенских соглашений (см. вопросы № 153–154).

Постепенное расширение состава Европейского Союза и территории, на которой действует его правовая система, привело к тому, что право Европейского Союза все чаще называют сегодня европейским правом, а сам Союз — Европой. Подобная терминология является более лаконичной, но фактически неточной, так как «исключает» из Европы страны, не являющиеся государствами — членами Союза (Россия, Украина, Швейцария и др.).

3. Кто выступает субъектами права Европейского Союза?

Субъекты права Европейского Союза — это носители прав и обязанностей, установленных нормами данной правовой системы.

Отличительная особенность права Европейского Союза — способность его норм иметь прямое действие, т. е. устанавливать субъективные права и обязанности непосредственно для физических и юридических лиц (см. вопрос № 19). Принцип прямого действия права Европейского Союза послужил предпосылкой для введения в 1992 г. гражданства Союза.

Таким образом, в качестве основных субъектов данной правовой системы сегодня выступают:

— граждане Союза, в качестве которых автоматически признаются граждане всех его государств-членов (см. вопрос № 86);

— юридические лица, имеющие официальное местонахождение на территории Союза, в том числе «европейские» юридические лица (организации, учреждаемые согласно законодательству Союза);

— государства — члены Союза и их компетентные органы (правительства, парламенты, национальные суды, прокуратуры и т. д.);

— Европейский Союз в целом и его структурные подразделения.

В качестве субъектов права Европейского Союза также могут выступать третьи страны (государства, не входящие в состав Союза), иностранные граждане, апатриды (лица без гражданства) и иностранные юридические лица, проживающие, находящиеся или осуществляющие свою деятельность в пределах Союза.

Соблюдение норм права Европейского Союза обязательно для всех, кто находится на его территории (т. е. на территории любого из государств-членов). В отдельных случаях подобная обязанность распространяется и на иностранцев, находящихся за пределами Союза (например, соблюдение условий, требуемых для получения шенгенской визы).

4. Каковы предмет и содержание права Европейского Союза?

Предмет права Европейского Союза — это общественные отношения, которые оно регулирует. Содержание права Европейского Союза складывается из отдельных правил поведения — юридических норм, среди которых особое место занимают нормы-принципы (см. раздел III).

В западной доктрине содержание права Европейского Союза принято делить на две части: институционное и материальное право[6].

Предметом институционного права является сам Европейский Союз как интеграционная организация, статус его руководящих органов (институтов). Например, правила, регулирующие порядок формирования Европейского парламента или юрисдикцию судов Союза, — это нормы его институционного права.

Материальное право — право, создаваемое Европейским Союзом в целях регулирования общественных отношений, которые складываются на его территории между гражданами, юридическими лицами, государствами-членами и другими субъектами. Например, таможенное или уголовное законодательство Союза выступают источниками его материального права.

Материальное право Европейского Союза неоднородно по своему характеру и включает нормы разных отраслей, в том числе относимых традиционно к процессуальному праву (конституционное, административное, гражданское, трудовое, гражданское процессуальное и уголовно-процессуальное, аграрное и т. д.).

5. Какие методы использует право Европейского Союза?

В праве Европейского Союза используются те же методы регулирования общественных отношений, какие характерны для современных государств: методы управомочивания, позитивного обязывания и запрета; императивный и диспозитивный методы; коллизионный метод.

В то же время, поскольку формирование права Европейского Союза осуществляется путем интеграции правовых систем разных государств, наряду с указанными выше для него характерны специфические методы воздействия — методы унификации и гармонизации.

Метод унификации предполагает установление Союзом единых правил поведения, которые непосредственно регулируют общественные отношения на всей его территории. Инструментом унификации служат регламенты(англ. regulation; франц. rйglement) — нормативные правовые акты, сходные по своим признакам с федеральными законами.

Метод гармонизации означает издание Союзом основ законодательства, в соответствие с которыми государства-члены приводят свои внутренние законы и подзаконные акты. Посредством гармонизации Союз «сближает» правовые системы государств-членов друг с другом, но не вводит полное единообразие. Инструментом гармонизации служит директива(англ., франц. directive), а в сфере уголовного и уголовно-процессуального права — рамочное решение(англ. framework decision; франц. dйcision-cadre).

Регламенты, директивы и рамочные решения не подлежат ратификации со стороны государств-членов!

Регламенты вступают в силу на 20-й день после их опубликования в Официальном журнале Европейского Союза (если иное не предусмотрено самим регламентом).

Директивы и рамочные решения предусматривают так называемый срок трансформации — период времени, который дается государствам-членам на то, чтобы привести свое законодательство в соответствие с указанными актами (в среднем полтора года).

6. На скольких языках существует право Европейского Союза?

Правовая система Европейского Союза является многоязычной. Поскольку ее нормы способны наделять правами и обязанностями непосредственно граждан, последние должны иметь возможность читать и понимать источники этих норм на своих родных языках.

В этой связи еще в 1950-е гг. было определено, что официальными языками Союза призваны служить государственные языки всех его стран-участниц. После 1 января 2007 г. у Союза 23 официальных языка: английский, болгарский, венгерский, датский, греческий, ирландский, испанский, итальянский, латвийский, литовский, мальтийский, немецкий, нидерландский, польский, португальский, румынский, словацкий, словенский, финский, французский, чешский, шведский, эстонский. Кроме того, по инициативе правительства Испании ее гражданам, принадлежащим к национальным меньшинствам, с 2006 г. предоставлено право обращаться к органам Союза и получать от них ответ на своих родных языках (баскский, галисийский, каталонский). На эти языки могут официально переводиться источники права Европейского Союза.

Официальный журнал Европейского Союза (см. следующий вопрос) издается на всех 23 языках, а тексты правовых актов, в нем опубликованных, имеют одинаковую юридическую силу (являются равно аутентичными). В случае расхождений между разными языковыми версиями одного и того же документа суды Союза вырабатывают «синтетическое» толкование, которое основывается на сопоставлении друг с другом текстов на нескольких языках (не отдавая приоритет какому-либо одному).

В судах Европейского Союза дела могут рассматриваться на любом из 23 вышеперечисленных языков. Решение соответственно выносится на одном из этих языков, но затем официально переводится на остальные. Главные правила использования языков в судопроизводстве таковы:

— язык дела выбирает истец: например, если рассматривается спор «Комиссия против Европейского центрального банка», то право выбора принадлежит Комиссии (как истцу)[7];

— однако если ответчиком выступает государство-член или гражданин/юридическое лицо, то дело рассматривается на языке ответчика: например, в споре «Комиссия против Греции» разбирательство должно производиться на греческом языке (на нем же выносится и решение);

— в делах «преюдициальной юрисдикции», рассматриваемых по запросам судебных органов государств-членов, решение выносится на том языке, на котором поступил запрос: например, решение по запросу суда ФРГ будет выноситься на немецком языке.

Несмотря на многообразие официальных языков, в совещательной комнате процесс обсуждения между судьями в силу обычая происходит на французском языке. Наряду с французским в качестве рабочих языков институтов и органов Союза используются английский и, в меньшей степени, немецкий.

7. Где публикуются нормативные акты и иные документы Европейского Союза?

Официальным органом, в котором публикуются документы Европейского Союза (аналогом российских Собраний законодательства), является Официальный журнал Европейского Союза(англ.: Official Journal of the European Union — OJ; франц.: Journal officiel de l’Union europйenne — JO)[8]. Он издается на всех 23 официальных языках Союза (см. предыдущий вопрос). Номера Официального журнала издаются по мере необходимости, как правило, ежедневно, а подчас и по несколько номеров в день.

В серии «L» — «Законодательство» (англ.: Legislation; франц.: Lйgislation) публикуются регламенты, директивы, рамочные решения и другие юридически обязательные акты. Кроме того, Официальный журнал Европейского Союза издается также в серии «С» — «Сообщения» (англ., франц.: Communications). Они содержат законопроекты, резолютивные части решений судов Союза и иные документы официального характера.

В специальном «Сборнике судебной практики»(англ.: European Court Reports — ECR; франц.: Recueil de la jurisprudence de la Cour — Rec.) публикуются решения судов Союза. Он регулярно выходит в свет на всех официальных языках Союза.

В результате бурного развития в ЕС информационных технологий были созданы официальные компьютеризированные базы данных законодательства Союза. Бесплатно документация Европейского Союза может быть получена с его официальной страницы в сети Интернет http://europa.eu путем обращения в базу данных Ведомства официальных публикаций (Eur-Lex).

Россия не входит в Европейский Союз, а потому официальных текстов нормативных актов и других источников права Европейского Союза на русском языке не существует! В настоящее время на русский язык переведены (неофициально) учредительные документы, проект Конституции 2004 г., Лиссабонский договор 2007 г. и некоторые акты текущего законодательства Союза. Они доступны через базу данных кафедры права Европейского Союза Московской государственной юридической академии (http://eulaw.edu.ru) и в печатной форме в виде изданий кафедры (см. краткую библиографию в конце книги).

Раздел II

ВОЗНИКНОВЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ПРАВА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

8. Кем создается право Европейского Союза?

Право Европейского Союза — результат нормотворческой деятельности организации Европейский Союз.

Субъектами этой деятельности выступают государства — члены Союза, действующие совместно, и его руководящие органы (институты), в том числе относящиеся к судебной власти:

— государства-члены являются субъектами нормотворческой деятельности Европейского Союза главным образом при заключении и пересмотре его учредительных договоров (Договор о Европейском Союзе и др.). Эти документы основополагающего характера составляют категорию первичного права Союза (см. вопросы № 15 и № 24);

— аналогично правовым системам суверенных государств, наибольшая часть норм Европейского Союза содержится в регламентах, директивах, рамочных решениях и иных правовых актах «европейских» органов политической власти — институтов Союза, прежде всего в актах Европейского парламента, Совета Европейского Союза, Европейской комиссии, а также Европейского центрального банка. Количество этих документов измеряется десятками тысяч.

Правовые акты наднациональных институтов и некоторые другие источники, издаваемые на базе учредительных договоров, составляют вторичное право Союза (см. вопросы № 25–26);

— самостоятельную группу источников права Европейского Союза образует прецедентное право, разрабатываемое его судами. Прецеденты, установленные в решениях союзных судов, считаются обязательными для национальных органов правосудия всех государств-членов (см. вопрос № 28).

Граждане Европейского Союза непосредственно не осуществляют правотворческую деятельность в рамках данной организации. Однако важнейшие реформы учредительных документов Союза во многих его странах выносятся на всенародное голосование (референдум). Граждане Европейского Союза непосредственно не осуществляют правотворческую деятельность в рамках данной организации. В то же время важнейшие реформы учредительных документов Союза во многих его государствах-членах выносятся на всенародное голосование (референдум). В государствах-кандидатах посредством референдума, как правило, утверждается их вступление в состав Союза. Аналогичные референдумы (референдумы о даче согласия на прием новых стран в Европейский Союз) в дальнейшем планируют проводить также некоторые действующие государства-члены, в частности Франция.

Лиссабонский договор о реформе Европейского Союза, подписанный 13 декабря 2007 г. (см. вопрос № 17), предусматривает введение в Союзе гражданской инициативы (франц. initiative citoyenne). Суть ее заключается в предоставлении союзным гражданам возможности официально запрашивать Европейскую комиссию о разработке проекта правового акта по конкретному вопросу — при условии, что количество лиц, поддержавших такую инициативу, составляет не менее одного миллиона человек, а инициаторы являются выходцами из значительного числа государств-членов.

9. Существует ли в Европейском Союзе лоббизм?

Да, и он получил значительное развитие. К началу XXI в. при институтах и органах Союза действовали от 10 до 15 тысяч лоббистов, которые представляли около 3000 «групп интересов» разнообразного характера[9]. Наибольшее число среди них (около трети) — коммерческие ассоциации, выражающие интересы европейского бизнеса, однако немало представителей и других социальных групп и профессий (в том числе адвокатов).

Для эффективного представительства и защиты собственных интересов произошла консолидация заинтересованных общественных объединений государств-членов в европейские федерации и конфедерации[10]. В их числе:

— профессиональные союзы. Наиболее влиятельной организацией, представляющей интересы наемных работников, служит Европейская конфедерация профессиональных союзов — CES (от франц. Confйdйration europйenne des syndicats). Созданная в 1973 г., CES охватывает ныне порядка 15 отраслевых групп, таких как Федерация шахтеров Европы, Европейский профсоюзный комитет образования и др.;

— объединения работодателей, самым крупным из которых является функционирующая с 1958 г. ассоциация «Бизнес Европа» (Business Europe)[11]. Функционируют также множество секторных объединений: Банковская федерация Европейского сообщества — FBCE (от франц. Fйdйration bancaire de la Communautй europйenne), Ассоциация западноевропейских работодателей металлургии — WEM (от англ. Western European Metal Traders Employers’ Association) и др.[12];

— потребительские и экологические ассоциации, например Европейское бюро потребительских союзов — BEUC (от франц. Bureau europйen des unions de consommateurs), Европейское сообщество потребительских кооперативов — EURO-COOP (от англ. European Community of Consumer Cooperatives), Европейское экологическое бюро (англ. European Environmental Bureau).

В Брюсселе (неофициальной столице Союза) открыты также «специализированные кабинеты», которые оказывают услуги заинтересованным предприятиям и ассоциациям по установлению контактов с руководящими органами Союза. Там же функционирует специальное научно-исследовательское учреждение по изучению проблем, связанных с лоббизмом: Европейский институт по вопросам деятельности публичной власти и лоббирования (франц. Institut europйen des affaires publiques et du lobbying).

10. Как происходило формирование Европейского Союза и его правовой системы?

Формирование Европейского Союза — поэтапный процесс, который продолжается по сей день.

1. Начало ему было положено 9 мая 1950 г., когда правительство Франции официально предложило ФРГ и другим заинтересованным странам континента приступить к формированию основ Европейской федерации, действуя при этом максимально острожно и постепенно.

Данный план вошел в историю как «план Шумана»[13], а его первым результатом стало создание Европейского объединения угля и стали (ЕОУС), которому государства-члены передали компетенцию по управлению общим рынком в сфере угольной и сталелитейной промышленности (в то время — важнейших отраслей хозяйства развитых стран).

Договор об учреждении Европейского объединения угля и стали (Договор о ЕОУС) был подписан в Париже 18 апреля 1951 г. и вступил в силу 23 июля 1952 г.

2. Следующим шагом стало образование Европейского экономического сообщества — ЕЭС (ныне: Европейское сообщество — ЕС) и Европейского сообщества по атомной энергии — Евратом. Благодаря этим Сообществам, прежде всего ЕЭС, процесс интеграции (общий рынок) был распространен на всю экономическую сферу.

Учредительные договоры ЕЭС и Евратома были подписаны 25 марта 1957 г. в Риме и вступили в силу 1 января 1958 г.

3. Поскольку три Европейских сообщества включали одни и те же страны (см. вопрос № 2) и ставили перед собой одинаковые цели, было решено объединить руководящие органы ЕЭС, ЕОУС и Евратома в единую систему:

— на основании Конвенции о некоторых общих институтах (подписана и вступила в силу вместе с договорами о ЕЭС и Евратоме) стали функционировать Ассамблея Европейских сообществ (ныне Европейский парламент) и Суд Европейских сообществ;

— в соответствии с Договором о слиянии от 8 апреля 1965 г. приступила к работе Комиссия Европейских сообществ (Европейская комиссия) и Совет Европейских сообществ (ныне — Совет Европейского Союза)[14].

Указанный договор вступил в силу 1 июля 1967 г., и с этого момента произошло фактическое слияние трех Европейских сообществ в одну политическую организацию, управляемую единым институционным механизмом: Ассамблея (Европейский парламент), Совет, Комиссия и Суд. Позднее к числу институтов добавилась Счетная палата.

4. На рубеже 1960-70-х гг. страны Европейских сообществ пришли к выводу о необходимости распространить процесс интеграции на другие сферы общественной жизни — внешнеполитическую и правоохранительную:

— в целях выработки «европейской внешней политики» в 1970 г. совместным решением министров иностранных дел государств-членов[15] было создано Европейское политическое сотрудничество (ЕПС). Европейское политическое сотрудничество объединяло те же страны, что и Европейские сообщества, но на деле являлось обособленной структурой с собственными механизмами принятия решений. Оно послужило прообразом общей внешней политики и политики безопасности Европейского Союза (см. ниже);

— в 1975 г. была создана группа Trevi в составе министров внутренних дел стран Сообществ (от франц. Terrorisme, radicalisme, extremisme et violence international[16]), положившая начало сотрудничеству государств-членов в области охраны правопорядка и борьбы с преступностью.

Несколько позже, в 1977 г., Президент Франции В. Жискар д’Эстен выдвинул план создания европейского уголовно-правового пространства, однако в тот период он не получил реализации (как и проект Европейского уголовного суда, предложенный Францией в 1982 г.)[17].

5. В связи с изменением экономических и общественнополитических реалий Европы в 1986 г. была проведена крупномасштабная реформа правовых устоев Сообществ, выразившаяся в принятии Единого европейского акта (ЕЕА).

Единый европейский акт (по форме — договор) был подписан 17 и 28 февраля 1986 г. в Люксембурге и Гааге[18] и вступил в силу 1 июля 1987 г.

ЕЕА не создавал новых организаций. Будучи «ревизионным» договором, он вносил многочисленные поправки в учредительные документы Сообществ, прежде всего в Договор о ЕЭС. В частности, Единым европейским актом была расширена предметная компетенция Сообществ, проведена реформа институционного механизма, установлена окончательная дата создания единого «внутреннего рынка» (1 января 1993 г.).

В отдельном разделе ЕЕА юридически закрепил правовой режим Европейского политического сотрудничества (сотрудничества государств-членов в сфере внешней политики). Он же наметил дальнейшие шаги в целях объединения существовавших интеграционных структур в единую политическую организацию — Европейский Союз.

6. Договор о Европейском Союзе был подписан 7 февраля 1992 г. в г. Маастрихт (Нидерланды) и вступил в силу 1 ноября 1993 г.

Он консолидировал три сложившиеся ранее сферы интеграции (экономическую, внешнеполитическую и правоохранительную) в единое политико-правовое образование, «которое имеет своей задачей организовать на основе сплоченности и солидарности отношения между государствами-членами и между их народами» (ст. 1 Договора о Европейском Союзе).

После создания Европейского Союза граждане государств-членов приобрели дополнительное «европейское» гражданство (гражданство Союза), а институты Европейских сообществ отныне выступают как институты Союза в целом.

Принципиальное значение также имели нормы Маастрихтского договора о переходе государств-членов к экономическому и валютному союзу, включая единую валюту.

7. Заключение Договора о Европейском Союзе не стало последним шагом в развитии интеграционного процесса в Европе. В конце XX — начале XXI в. состоялись еще две реформы правовых устоев Союза, призванных подготовить его к функционированию в расширенном составе (присоединение стран Восточной Европы и Средиземноморья) — Амстердамский и Ниццкий договоры (названия официальные):

— Амстердамский договор был подписан 2 октября 1997 г. и вступил в силу 1 мая 1999 г.;

— Ниццкий договор подписан 26 февраля 2001 г. и действует с 1 февраля 2003 г.

Так же как и Единый европейский акт 1986 г., Амстердамский и Ниццкий договоры не создают новых организаций, а вносят изменения и дополнения в существующие учредительные документы Союза (Договор о Европейском Союзе и договоры об учреждении Европейских сообществ, которые остались в силе).

С 1 февраля 2003 г. учредительные документы Союза действовали в редакции Ниццкого договора!

Важным достижением Европейского Союза в рассматриваемый период стало принятие им собственного «билля о правах» — Хартии Европейского Союза об основных правах, подписанной и торжественно провозглашенной 7 декабря 2000 г. (см. раздел IX).

11. Каковы предпосылки образования Европейского Союза?

Тенденции к интеграции получили наибольшее развитие именно в Западной Европе, потому что здесь раньше, чем в других районах мира, сложилась достаточно развитая рыночная экономика, имелась сравнительная близость экономической, общественно-политической, правовой и культурной среды, а относительно небольшие размеры территорий государств подчеркивали узость национальных границ и внутреннего рынка, подталкивая страны к взаимовыгодному объединению усилий.

Движение в направлении большего экономического единства — общая историческая тенденция европейского развития. На рубеже конца Средневековья и нового времени рыночное хозяйство пришло на смену натуральному, что способствовало преодолению феодальной раздробленности и возникновению основанных на национальном рынке централизованных государств. Во второй половине XX в. спираль истории аналогичным образом сделала новый виток: на базе меняющегося международного разделения труда и интегрирующегося рынка хозяйственные связи стали вырываться за пределы раздробленной на небольшие страны, разделенной границами, пошлинами, визами и т. д. «Европы суверенных государств».

Выход хозяйственных связей за рамки государственных границ поставил вопрос о формировании еще более крупной политической организации народов Европы. Ею и стали Европейские сообщества, первым крупным начинанием которых послужило создание именно общего рынка (посредством отмены всех национальных барьеров на движение товаров, рабочей силы, других факторов и результатов производства).

Национальные государства в рамках Сообществ и основанного на них Европейского Союза не ликвидируются, но постепенно добровольно ограничивают свой суверенитет в пользу этого надгосударственного формирования. При этом интеграция в экономике постепенно втягивает в данный процесс и другие сферы общественной жизни: политическую, социальную, культурную, информационную и т. д., которые со временем также включаются в сферу ведения Европейского Союза.

На всех этапах своего развития «европейская идея» носила демократический и геополитический характер. Объединенная Европа в значительной степени виделась как средство защиты от крупного потенциального агрессора. Таковыми в исторической последовательности рассматривались Османская империя, Российская империя, СССР, а ныне, в определенном смысле, и США. С ростом экономического, политического и военного влияния Европейский Союз все чаще рассматривается в качестве признанной «сверхдержавы». Он стремится закрепить и усилить свое особое геополитическое положение в меняющемся мире, что особенно заметно в проекте Конституции для Европы 2004 г. и Лиссабонском договоре 2007 г.

Несмотря на все разнообразие этнонациональных особенностей народов Европы, их объединяют общие культурные, этические и религиозные основы жизни, совместное многовековое историческое развитие и взаимодействие. Неоднократно выдвигались идеи объединения европейцев на религиозной (христианской) основе. Огромное значение для становления Европейского Союза и формирования его права имеет общая правовая и конституционная культура.

Европейские по происхождению, идеи конституционализма, правового государства, прав человека и разделения властей вместе образуют тот идеологический фундамент, на котором сегодня осуществляется функционирование политических учреждений как в рамках отдельных государств Европы, так и всего Союза.

12. Как развивалась «европейская идея» до Первой мировой войны?

Исторически первым проектом реализации этой идеи было предложение в 1306 г. французского юриста П. Дюбуа создать в Европе «Христианскую республику».

Среди проектов объединения феодальной Европы большое значение имела деятельность короля Богемии Иржи Подебрада (1458–1471), который не только предлагал объединиться, но и непосредственно агитировал европейских монархов предпринимать в этом направлении конкретные действия.

В геополитическом плане объединенная Европа в значительной степени виделась как средство защиты от крупного потенциального агрессора. Так, в Средние века и первый период нового времени таковым считалась Османская империя, на борьбу с которой был направлен выдвинутый герцогом Сюлли в 1639 г. «Большой проект», предусматривавший создание Федерации европейских государств.

Постепенно появлялись предложения создания общеевропейских органов власти. Так, в 1693 г. англичанин У. Пенн призвал покончить с «мозаикой государств в Европе» и выдвинул идею создания европейского парламента. Через столетие эту идею дополнил его соотечественник, выдающийся философ и правовед И. Бентам, который предложил создать не только единый парламент (Европейскую ассамблею), но и европейскую армию.

Неоднократно выдвигались идеи объединения европейцев на религиозной (христианской) основе. Так, еще в 1815 г. в документах созданного по инициативе российского императора Александра I Священного Союза народы стран-участниц рассматривались как «члены единого народа христианского».

Еще более разработанный проект уже в начале XIX в. (1814 г.) выдвинут выдающимся французским социалистом-утопистом Анри Сен-Симоном. Его план политического объединения Европы предусматривал создание поста евромонарха, образование европейского правительства, армии. Идеи А. Сен-Симона активно изучались в России петрашевцами, в частности в кружке Н. С. Кашкина.

В конце XIX в. план будущего политического союза предложил один из крупнейших ученых-международников того времени — К. Блунтшли (Швейцария). В опубликованной в 1878 г. статье под названием «Организация европейского союза государств» он предлагал учредить данный союз под управлением Федерального совета и Сената, избираемого прямыми выборами.

Позитивное отношение к европейской идее в Средние века высказывали итальянский поэт Данте, английский философ У. Оккам. В новое время число сторонников этой идеи существенно выросло. К ним присоединились Вольтер, В. Гюго, Г. Лейбниц, Ж. Ж. Руссо и многие другие.

Изменилась также политическая основа и содержание инициатив: если в Средние века потребность объединения обосновывалась главным образом внешней угрозой, то в новое время на первое место вышло прекращение войн на континенте. Проекты феодальной эпохи носили аристократический или монархический характер. По мере утверждения идей конституционализма принципы демократии начинают проникать и в проекты устройства будущей «единой Европы», где они приобретают более конкретные очертания.

13. Как развивалась «европейская идея» после окончания Первой мировой войны до начала формирования Европейского Союза?

Наиболее крупный проект начала XX в. — это проект Соединенных Штатов Европы, появившийся в годы Первой мировой войны. Он предлагал перестроить отношения между европейскими странами по образцу США. Этот проект остается в центре внимания и на последующих этапах развития европейской идеи.

В межвоенный период (1919–1939 гг.) происходит организационное объединение сторонников европейской идеи, до сих пор развивавшейся отдельными, изолированными друг от друга мыслителями.

Под руководством австрийского политика, графа Куденхова-Калерги в 1923 г. был создан Панъевропейский союз, который пользовался активной поддержкой французского правительства и призывал в Панъевропейском манифесте 1924 г. к созданию Соединенных Штатов Европы.

Одним из основателей Панъевропейского союза, видным французским государственным деятелем, Аристидом Брианом, в 1929 г. был выдвинут так называемый план Бриана, в котором впервые была четко сформулирована основа объединения Европы на почве «федеративной связи» и «общего рынка» как экономического базиса, а не только в целях борьбы против «общего врага» или предотвращения внутренних конфликтов. Важными целями этого плана был подъем экономики и повышение уровня жизни европейцев.

Озвученные А. Брианом идеи в 1930 г. были изложены в официальном меморандуме французского правительства, адресованном другим членам Лиги Наций. Меморандум предлагал создать организацию Европейский Союз с высшим политическим органом — Европейская конференция — в составе представителей государств-членов и исполнительным органом — Европейский комитет.

В период Второй мировой войны (1939–1945 гг.) европейская идея получила серьезный импульс для своего развития — сначала на почве объединения против фашизма, затем — при разработке планов будущего переустройства Европы.

Именно в этот период европейская идея, которая родилась в умах единиц, ранее опиралась главным образом на представителей элиты (политической, экономической, культурной) и пропагандировалась интеллигенцией, проникает в широкие массы населения. Большая заслуга в этом принадлежит движению Сопротивления, которое действовало на территории оккупированных Германией стран Европы.

В рамках предложенного Декларацией европейских движений Сопротивления в 1944 г. федеративного союза предлагалось создать единое правительство, ответственное перед народами (очевидно, через Европейский парламент), единую армию, подчиненную этому правительству, и верховный суд, «который будет рассматривать любые вопросы толкования федеральной конституции и разрешать возможные споры между государствами-членами или между государствами и федерацией».

После окончания Второй мировой войны интеграционный процесс в Европе приобрел более конкретные очертания. Этому способствовала, с одной стороны, возросшая популярность европейской идеи, а с другой — реальные проблемы Европы, которые дали импульс для политического объединения.

В 1946 г. У Черчилль поддержал идею Соединенных Штатов Европы, а в 1948 г. в Гааге состоялся Конгресс Европы.

В тот период на первый план выходили три главные проблемы: восстановление разрушенного войной европейского хозяйства, организация системы безопасности, позволяющей предотвращать новые войны, и защита прав человека.

Проблему восстановления экономики Европы с использованием американской помощи по плану Маршалла (1947 г.) была призвана решить созданная в 1948 г. Организация европейского экономического сотрудничества (ОЕЭС), включившая 16 стран Западной Европы и Турцию.

Вопрос защиты прав человека в качестве основной своей задачи взял на себя Совет Европы, образованный в 1948 г. в результате Конгресса Европы.

Обеспечение безопасности возлагалось на Брюссельский пакт 1948 г., подписанный пятью европейскими государствами, и созданный в 1949 г. с участием США блок НАТО.

Однако все эти организации не смогли обеспечить полномасштабной европейской интеграции в духе реализации европейской идеи. Они остались организациями межправительственного сотрудничества суверенных государств, сохраняющих право вето.

К концу 1940-х гг. возникло понимание того, что реальная интеграция в Европе возможна при сочетании международно-правовых инструментов с государственно-правовыми. Она должна основываться на добровольном ограничении суверенитета стран-участниц, объединении и передаче ими ряда функций наднациональному органу, действующему в общих интересах.

Такой подход был предусмотрен представленным 9 мая 1950 г. планом Монне-Шумана, основанном на так называемом коммунитарном методе. Его суть состояла в постепенной интеграции, обеспечивающей «слияние неотъемлемых интересов» государств на основе прежде всего экономического объединения, ориентированного на решение практических задач и достижение федеративной цели.

Реализация этого плана началась с создания Парижским договором 1951 г. Европейского объединения угля и стали, которое рассматривается как отправная точка формирования будущего Европейского Союза.

14. Как устроен Европейский Союз в настоящее время?

Поэтапный характер формирования Европейского Союза отразился на внутреннем устройстве этой организации, которое является уникальным и не имеет аналогов в мире.

На сегодняшний день Европейский Союз включает три структурных компонента, каждый со своим автономным правопорядком. В научной литературе, а иногда и в официальных документах эти компоненты именуются опорами Союза(англ. pillar; франц. pilier)[19].

I опора — Европейские сообщества, созданные в 1950-е гг. и сохранившиеся после учреждения Союза. В настоящее время Европейских сообществ два — Европейское сообщество (ЕС)[20] и Европейское сообщество по атомной энергии (Евратом). Старейшее из них — ЕОУС — прекратило существование 24 июля 2002 г., так как его учредительный договор был заключен сроком на 50 лет и не продлевался (имущество и компетенция ЕОУС перешли к ЕС).

Таким образом, Европейский Союз как целое имеет в качестве частей две другие организации, каждая из которых обладает собственным учредительным договором (Договор о ЕС и Договор о Евратоме 1957 г.).

II опора — общая внешняя политика и политика безопасности (ОВПБ), наследница созданного в 1970 г. Европейского политического сотрудничества (см. предыдущий вопрос).

III опора — сотрудничество полиций и судебных органов в уголовноправовой сфере (СПСО), в рамках которой Союз занимается координацией мероприятий государств-членов в области борьбы с преступностью. Основы данной опоры также были заложены в 1970-е гг. («группа Trevi»).

Несмотря на то что Союз разделен на три части (опоры), он имеет единые руководящие органы (институты), единое гражданство и единый состав государств-членов. Каждая страна, вступающая в Союз, автоматически становится членом Европейских сообществ, а также участницей двух других опор.

Современное устройство Европейского Союза иллюстрирует следующая схема.

Деление Союза на опоры должно исчезнуть после вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. Это приведет к существенному изменению всего устройства Европейского Союза.

Так, по лиссабонскому договору 2007 г. «храмовая структура из трех опор трансформируется в «локомотив» европейской интеграции. «Локомотив» Европейского Союза (EU) состоит как бы из «корпуса», «платформу» (или фундамент) которого составляют государства-члены и народы Союза, состоящие из граждан.

Динамику и способность к ускоренному развитию придают ему «колеса» — как бы представляющие собой двуединый договор (конституционного по своей сути характера) — т. е. краткий и направляющий обновленный Договор о Европейском Союзе 1992 г. и более объемный и детализированный Договор о функционировании Европейского Союза (ранее называвшийся Договором о Европейском Сообществе (EC) 1957 г.).

Разработанные и утвержденные государствами и народами договоры реализуют предоставленную ими Европейским Союзом компетенцию через обладающие властными полномочиями институты, которых в новом Союзе уже не пять, а семь. Статус института придается высшему органу политической координации — Европейскому совету, а также Европейскому центральному банку, приобретающему в условиях мирового финансового кризиса особое значение.

Опирающийся на укрепленный «корпус» из государств, народов и институтов, функционирующих на основе Договоров, единый Европейский Союз (в форме кабины на рисунке) уже не делится на опоры. Его дополняет в сфере своей специальной компетенции Евратом (в качестве организации, состоящей при новом Европейском Союзе, имеющей тот же состав и управляемой теми же институтами).

Две новых детали «локомотива европейской интеграции» внешне выделяются, напоминая очертания высокой «трубы» паровоза, — это Высокий представитель Союза по иностранным делам и политике безопасности (Высокий представитель) и один из ведущих политических руководителей «нового» ЕС, которым станет Председатель Европейского совета, избираемый из числа первых лиц государств-членов на два с половиной года.

Цели и задачи Союза, в качестве «обтекателя», показывают основное направление движения этого «локомотива» по рельсам интеграции.

Таким образом, в отличие от прежней схемы Европейского «дома» (храмовой структуры из трех опор) новая схема точнее отражает большую однородность, единство, управляемость и динамику «нового» Европейского Союза, которые стремится придать ему Лиссабонский договор 2007 г.

УСТРОЙСТВО ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА В СООТВЕТСТВИИ С ЛИССАБОНСКИМ ДОГОВОРОМ 2007 г.[21]

15. Что представляют собой учредительные документы Европейского Союза?

Европейский Союз функционирует на базе трех учредительных документов, которые играют для него роль «конституции». Это, с одной стороны, договоры, учреждающие Европейские сообщества (ЕС и Евратом) 1957 г., с другой — Договор о Европейском Союзе 1992 г.[22]

Договор об учреждении Европейского сообщества (Договор о ЕС, «Римский договор»)[23] — наиболее важный по значению и самый крупный по объему учредительный документ Союза. Именно в нем закреплена почти вся компетенция этой организации (кроме общей внешней политики и политики безопасности, вопросов борьбы с преступностью, а также атомной энергетики); установлены основы экономической системы, статус граждан и руководящих органов (институтов) Союза в целом.

В действующей редакции Договор о Европейском сообществе включает преамбулу (указывает причины и цели подписания документа) и нормативные положения — всего 318 статей[24].

Из всех учредительных документов Договор о ЕС также имеет самую сложную, многоуровневую структуру. Его статьи сгруппированы в шесть частей. Наиболее крупные из частей содержат в себе несколько разделов. Некоторые разделы делятся на главы, а главы — на отделы. Например: отдел 1 «Европейский парламент» главы 1 «Институты» раздела I «Институциональные положения» части пятой «Институты Сообщества».

Часть первая «Принципы» (ст. 1-16) провозглашает создание Европейского сообщества, указывает цели, институты, основные направления и собственно принципы деятельности ЕС, которые имеют значение для Европейского Союза в целом (см. вопрос № 23).

Часть вторая «Гражданство Союза» (ст. 17–22) вводит данное гражданство, закрепляет условия его приобретения, соотношение с национальным гражданством, а также ряд основных прав граждан Союза (см. вопрос № 86).

Часть третья «Политика Сообщества» (ст. 23-181А) — наиболее объемная часть Договора о ЕС. В разделах этой части (всего их 21) устанавливаются полномочия Сообщества в разных сферах общественной жизни, как экономической, так и иных (аграрная, транспортная, визовая политика, культура, здравоохранение и т. д.)[25].

Здесь же закреплены правовые основы единого внутреннего рынка ЕС (раздел I «Свободное движение товаров»; раздел III «Свободное движение лиц, услуг и капиталов»), экономического и валютного союза, включая единую валюту (раздел VII «Экономическая и валютная политика»).

Часть четвертая «Ассоциация с заморскими странами и территориями» (ст. 182–188) посвящена взаимоотношениям ЕС с колониями, зависимыми территориями и другими географически отдаленными частями государств-членов, которые не вошли со своими метрополиями в состав Европейского сообщества и Союза (главным образом по причине слабого уровня экономического развития). Вместе взятые, данные области именуются «заморские страны и территории»[26]. В настоящее время их 21: Британские Виргинские острова, Нидерландские Антильские острова, Французская Полинезия, Гренландия[27] и др.

Необходимо отметить, что отдельные неевропейские территории государств-членов входят вместе с ними в Сообщество, в том числе в «зону евро»[28]. Это Гваделупа, Гвиана, Мартиника и Реюньон (Франция), Азорские острова и Мадейра (Португалия), Канарские острова (Испания).

Часть пятая «Институты Сообщества» (ст. 189–280) в первую очередь закрепляет основы правового положения институтов ЕС, выступающих одновременно институтами Евратома и Европейского Союза в целом (Европейский парламент, Совет, Комиссия, Суд и Счетная палата), а также статус двух консультативных органов (Экономический и социальный комитет, Комитет регионов) и Европейского инвестиционного банка.

Здесь же предусмотрены система правовых актов, издаваемых институтами в рамках ЕС, порядок их принятия, опубликования и вступления в силу (см. вопрос № 26).

Кроме институциональных положений (раздел I) указанная часть Договора о ЕС устанавливает основы финансовой системы ЕС (раздел II «Финансовые положения»), включая процедуру принятия и исполнения бюджета Сообщества, ныне выступающего как «общий бюджет Европейского Союза».

Часть шестая «Общие и заключительные положения» (ст. 281–314) содержит нормы о правосубъектности ЕС, включая деликтоспособность, о порядке заключения международных договоров Сообщества (соглашений ЕС с «третьими странами» и международными организациями), о лингвистическом режиме (условия использования разных языков) и другие положения «общего» или «заключительного» характера.

К Договору о ЕС имеются два приложения, содержащие перечень видов продукции, на которые распространяется общая аграрная политика Сообщества (приложение I), и список «заморских стран и территорий» (приложение II).

Договор об учреждении Европейского сообщества по атомной энергии (Договор о Евратоме) подписан вместе с Договором о ЕС, однако по своему значению далеко уступает последнему.

Он регулирует деятельность институтов Союза в области мирного (только мирного!) использования энергии атома, в том числе функционирование общего рынка по атомной энергии. Эта деятельность происходит в рамках отдельного Сообщества — Евратома, которое ныне вместе с ЕС является одним из элементов первой опоры Европейского Союза (см. предыдущий вопрос).

Договор о Евратоме 1957 г. состоит из преамбулы и нормативных положений (более 200 статей), многие из которых дублируют соответствующие нормы Договора о ЕС (например, статус институтов или порядок принятия бюджета)[29].

Нормативные положения Договора о Евратоме сгруппированы в разделы.

Раздел первый «Задачи Сообщества» носит вводный характер.

Раздел второй «Положения по содействию прогрессу в области атомной энергии» закрепляет права и обязанности наднациональных институтов и государств-членов в области изучения и использования атомной энергии.

Раздел третий «Положения, регулирующие деятельность институтов» и

раздел четвертый «Финансовые положения» содержат в основном те же правила, что и часть пятая Договора о ЕС.

Раздел пятый «Общие положения»,

раздел шестой «Положения, относящиеся к начальному периоду» и

раздел (без номера) «Заключительные положения» корреспондируют последней части Договора о ЕС (содержат нормы общего, заключительного или переходного характера).

Договор о Европейском Союзе 1992 г.

Подписанный в г. Маастрихт (Нидерланды) в 1992 г. Договор об Европейском Союзе (Маастрихтский договор) — самый молодой из учредительных документов организации. Он объединил Европейские сообщества и другие сложившиеся к началу 1990-х гг. интеграционные структуры государств-членов в целостную конструкцию — Европейский Союз (см. вопросы № 10, 14).

В Маастрихтском договоре закреплены наиболее общие цели и условия деятельности Союза во всех сферах жизни, которые обязательны в том числе для Европейских сообществ (как первой опоры). Договор о Европейском Союзе также непосредственно регулирует функционирование второй и третьей опор организации, не имеющих собственного учредительного документа — общей внешней политики и политики безопасности (ОВПБ), сотрудничества полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере (СПСО).

Договор о Европейском Союзе включает преамбулу и 63 статьи[30], которые сгруппированы в восемь разделов, три из которых не имеют самостоятельного значения.

Раздел I «Общие положения» (ст. 1–7) закрепляет общие принципы, на которых строится функционирование Союза, в том числе демократические принципы конституционного строя и санкции за их нарушение (см. вопрос № 21).

Разделы II–IV (ст. 8-10), каждый из которых включает одну статью, содержат поправки в учредительные договоры Европейских сообществ[31]: раздел II «Положения об изменении Договора об учреждении Европейского экономического сообщества с целью образовать Европейское сообщество» (ст. 8); раздел III «Положения, изменяющие Договор об учреждении Европейского объединения угля и стали» (ст. 9); раздел IV «Положения, изменяющие Договор об учреждении Европейского сообщества по атомной энергии» (ст. 10).

Раздел V «Положения об общей внешней политике и политике безопасности» (ст. 11–28) и

раздел VI «Положения о сотрудничестве полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере» (ст. 29–42) устанавливают правовые основы деятельности Европейского Союза в рамках его второй (ОВПБ) и третьей (СПСО) опор.

Раздел VII «Положения о продвинутом сотрудничестве» (ст. 43–45) разрешает по инициативе отдельных государств-членов (минимум восьми) ставить перед институтами Союза дополнительные задачи, которые они будут осуществлять только в отношении государств, заинтересованных в таком сотрудничестве.

Необходимость подобного раздела обусловлена значительным расширением состава и территории Союза в начале XXI в. Европейский Союз становится все более неоднородным, и поэтому нужен более гибкий, дифференцированный подход к развитию интеграции («Европа двух, трех и т. д. скоростей»).

Наиболее известным примером продвинутого сотрудничества на сегодняшний день служит «Шенгенское пространство» с прозрачными внутренними границами и единой визой (см. вопросы № 152–153).

Раздел VIII «Заключительные положения» (ст. 46–53) определяет порядок ратификации и вступления в силу Маастрихтского договора и содержит другие нормы общего или заключительного характера. В частности, именно здесь закреплена единая процедура пересмотра учредительных документов Союза, предусмотрены условия и порядок вступления в него новых государств-членов.

Кроме основного текста учредительные документы Европейского Союза имеют структурно обособленные разделы, приложенные к ним в виде протоколов.

В протоколы к учредительным документам чаще всего включаются нормы специального или переходного характера, которые государства-члены посчитали целесообразным отделить от основных положений, чтобы не перегружать последние. Так как к учредительным договорам Союза не разрешаются односторонние оговорки государств-членов, то исключения и изъятия для некоторых из них также оформлены протоколами.

Всего ныне действуют 36 протоколов, приложенных к учредительным документам в разное время (например, Ниццкий договор 2001 г. приложил четыре новых и отменил три ранее действовавших протокола).

Наибольшее число протоколов приложено к Договору об учреждении Европейского сообщества (Договору о ЕС) 1957 г. — двадцать пять. Существуют также совместные протоколы, приложенные к двум или сразу ко всем учредительным договорам.

С точки зрения предмета и содержания протоколы к учредительным документам можно разделить на четыре группы.

1. Протоколы, содержащие организационные положения, например:

— Протокол «Об уставе Европейского инвестиционного банка» (приложен в 1957 г. к Договору о ЕС);

— Протокол «Об уставе Европейской системы центральных банков и Европейского центрального банка» (приложен в 1992 г. к Договору о ЕС);

— Протокол «О статуте Суда» (приложен в 2001 г. к Договору о ЕС, Договору о Евратоме и Договору о Европейском Союзе);

— Протокол «Обустановлении местонахождений институтов, некоторых органов и служб Европейских сообществ» (приложен в 1997 г. ко всем учредительным договорам);

— Протокол «О роли национальных парламентов в Европейском Союзе» (приложен в 1997 г. ко всем учредительным договорам).

2. Протоколы, содержащие специальные положения, например:

— Протокол «О привилегиях и иммунитетах Европейских сообществ» (1965 г.)[32];

— Протокол «Об особом режиме, применяемом к Гренландии» (приложен в 1985 г. к Договору о ЕС);

— Протокол «О критериях сближения, указанных в статье 121 Договора об учреждении Европейского сообщества» (приложен в 1992 г. к Договору о ЕС);

— Протокол «Об интеграции Шенгенских достижений в рамки Европейского Союза» (приложен в 1997 г. к Договору о ЕС и Договору о Европейском Союзе);

— Протокол «О применении принципов субсидиарности и пропорциональности» (приложен в 1997 г. к Договору о ЕС);

— Протокол «О праве на убежище для граждан государств — членов Европейского Союза» (приложен в 1997 г. к Договору о ЕС);

— Протокол «О защите и благополучии животных» (приложен в 1997 г. к Договору о ЕС).

3. Протоколы, содержащие переходные положения, например:

— Протокол «О расширении Европейского Союза» (приложен в 2001 г. ко всем учредительными договорам);

— Протокол «О финансовых последствиях истечения Договора о ЕОУС и о Фонде по исследованию угля и стали» (приложен в 2001 г. к Договору о ЕС).

4. Протоколы, содержащие изъятия и исключения для отдельных государств-членов, например:

— Протокол «О некоторых положениях, относящихся к Соединенному Королевству Великобритании и Северной Ирландии» и Протокол «О некоторых положениях, относящихся к Дании» (приложены в 1992 г. к Договору о ЕС; на основании данных протоколов Великобритания и Дания уполномочены, в частности, не переходить на единую валюту евро);

— Протокол «О применении некоторых аспектов статьи 14 Договора об учреждении Европейского сообщества к Великобритании и Дании» (приложен в 1997 г. к Договору о ЕС и Договору о Европейском Союзе; согласно Протоколу названные страны сохраняют право осуществлять контроль на границах с остальными государствами — членами Союза)[33].

Кроме протоколов при подписании учредительных договоров или при внесении в них поправок государства-члены составляют декларации, отражающие их позицию по тому или иному вопросу. В отличие от протоколов, декларации не содержат норм права и не имеют обязательной юридической силы. В то же время они могут использоваться при толковании нормативных положений и иметь важное политическое значение, например Декларация «О будущем Союза»[34].

16. Что представляют собой Договоры о присоединении 2003 и 2005 гг.?

Договор между Бельгией, Данией, Германией, Грецией, Испанией, Францией, Ирландией, Италией, Люксембургом, Нидерландами, Австрией, Португалией, Финляндией, Швецией, Соединенным Королевством (государствами — членами Европейского Союза) и Чехией, Эстонией, Кипром, Латвией, Литвой, Венгрией, Мальтой, Польшей, Словенией и Словакией относительно присоединения Чехии, Эстонии, Кипра, Латвии, Литвы, Венгрии, Мальты, Польши, Словении и Словакии к Европейскому Союзу (далее — Договор о присоединении) был подписан в Афинах 16 апреля 2003 г.

Договор о присоединении 2003 г. оформил так называемую первую волну современного расширения Европейского Союза. В соответствии с ним к Союзу присоединяются 10 из 13 государств-кандидатов, обозначенных в Ниццком договоре 2001 г.

Ниццкий договор, лейтмотивом которого являлась подготовка Европейского Союза к расширению, вступил в силу за два с половиной месяца до подписания Афинского договора, 1 февраля 2003 г. Учитывая, что именно Ниццкий договор в своих положениях обозначил дату первой волны расширения Союза, можно говорить о том, что Договор о присоединении 2003 г. представляет собой логическое продолжение реформ, начатых в Ницце.

Более того, Договор о присоединении является результатом почти десятилетней подготовки к небывалому по масштабу присоединению к Европейским сообществам и Европейскому Союзу сразу 10 стран Центральной, Восточной и Южной Европы, а также Кипра, территориально расположенного за пределами европейского континента.

Важнейшей частью Договора о присоединении, общий объем которого чуть менее 2500 страниц, является Акт относительно условий присоединения и изменений договоров, на которых основывается Европейский Союз. Кроме того, составной частью Договора о присоединении 2003 г. являются 18 приложений, 10 протоколов, Заключительный акт, 44 декларации и Обмен письмами.

Акт относительно условий присоединения в ст. 1 подразделяет стороны Договора на существующие государства-члены Союза и новые государства — члены Союза. В соответствии с ним 10 новых государств-членов присоединились ко всем учредительным договорам Европейского Союза и признали действующими на своей территории все акты, принятые институтами Союза, включая решения Суда Европейских сообществ (ст. 2).

На новые государства-члены в полном объеме распространяются положения Шенгенских соглашений (ст. 3), а также всех актов, составляющих сегодня.

Таким образом, Литва и Польша окончательно закрыли границы для свободного транзита граждан России через свою территорию по автомобильным и железным дорогам, связывающим Калининградскую область и другие субъекты Российской Федерации. Учитывая это обстоятельство, к Договору была приложена Декларация о транзите лиц между Калининградской областью и остальной частью Российской Федерации, которая определила создание специального упрощенного режима для целей такого транзита.

Проблема обеспечения свободы передвижения лиц в новых границах Сообщества стала одной из ключевых на современном этапе расширения, хотя она и была вынесена за пределы основной части Договора 2003 г. и Акта относительно условий присоединения. Этому вопросу посвящены 11 из 44 деклараций, приложенных к Договору.

В соответствии с актом новые государства-члены становятся сторонами всех соглашений, заключенных Союзом с третьими странами и международными организациями, в том числе и Соглашения о партнерстве и сотрудничестве с Российской Федерацией 1994 г. Присоединение новых государств-членов оформлено специальным протоколом к нему.

Новые государства-члены участвуют в экономическом и валютном союзе, созданном существующими государствами-членами, в качестве государств-членов с изъятием (ст. 4 Договора о присоединении). В этой связи необходимо признать ошибочным мнение, бытующее в средствах массовой информации, о том, что с присоединением к Союзу национальные валюты новых государств-членов заменяются евро.

Акт относительно условий присоединения пересмотрел численный состав институтов и других органов Союза, с учетом квот новых государств-членов, содержавшихся в Протоколе о расширении, приложенном к Ниццкому договору. Сам Протокол утратил свое значение, так как наиболее существенные его положения воплощаются в жизнь Договором 2003 г.

Помимо этого Акт относительно условий присоединения содержит технические и финансовые положения, связанные со вступлением новых государств-членов.

25 апреля 2005 г. в Люксембурге был заключен последний на сегодняшний день Договор о присоединении — Договор о присоединении к Европейскому Союзу Болгарии и Румынии. Документ вступил в силу 1 января 2007 г. после ратификации сторонами (всеми 25 на тот момент государствами — членами Европейского Союза, с одной стороны, и Болгарией и Румынией, с другой стороны). С этого дня Болгария и Румыния стали новыми государствами — членами Союза, а состав организации возрос до 27 государств-членов.

По своей структуре и содержанию Договор о присоединении 2005 г. в целом сходен с рассмотренным выше Договором о присоединении 2003 г.: основной текст Договора, прилагаемый к нему, — Акт об условиях присоединения, а также другие приложения, протоколы и декларации.

17. Что представляет собой Лиссабонский договор о реформе Европейского Союза 2007 г.?

С наступлением XXI века, вскоре после подписания 26 февраля 2001 г. Ниццкого договора о внесении поправок в действующие учредительные документы Европейского Союза (см. вопросы № 10 и № 24), руководители всех государств-членов на встрече в верхах в Лаакене (пригород Брюсселя) согласились с необходимостью более масштабной, по сути всеобъемлющей реформы правовых устоев этой интеграционной организации.

Намеченная реформа преследовала следующие главные цели:

— упростить внутреннее устройство Европейского Союза, т. е. ликвидировать структуру трех опор (см. вопрос № 14);

— повысить эффективность принятия решений на европейском уровне, главным образом, за счет сокращения количества вопросов, по которым государства-члены еще располагают правом вето;

— демократизировать весь процесс функционирования Европейского Союза посредством расширения прерогатив Европейского парламента и более активного привлечения к этому процессу парламентов государств-членов.

В соответствии с одобренной на встрече в верхах Лаакенской декларацией от 15 декабря 2001 г. (официальное название: «Декларация о будущем Европейского Союза») было решено подготовить подлинно новый, единый конституционный договор Европейского Союза, заменяющий собой ранее подписанные учредительные документы. Включение в заголовок будущего договора термина «конституция» свидетельствовало о том, что Европейский Союз уже обладает элементами государственности (см. вопрос № 31). Напротив, договорная форма конституции Союза указывала на сохранение у него черт международной организации (см. вопрос № 30).

Для подготовки конституционного договора на основании Лаакенской декларации было созвано специальное учредительное собрание — Европейский конвент под председательством бывшего президента Франции Валери Жискар д’Эстена. В состав Европейского конвента вошли представители законодательной и исполнительной ветвей власти всех государств-членов и государств-кандидатов, а также представители соответствующих институтов Европейского Союза в целом (Европейский парламент и Европейская комиссия).

В течение полутора лет — с февраля 2002 г. по июль 2003 г. — Европейский конвент подготовил проект конституционного договора, который после доработки его текста на межправительственной конференции был официально подписан всеми государствами-членами в Риме 29 октября 2004 г. Документ получил официальное название «Договор, устанавливающий Конституцию для Европы» (неофициально: Европейская конституция или Конституция Европейского Союза)[35].

Договор, устанавливающий Конституцию для Европы, не вступил в силу, так как был отклонен на референдумах во Франции и Нидерландах (май-июнь 2005 г.). Одной из причин отрицательного голосования большинства граждан этих стран служили опасения по поводу превращения Европейского Союза в «сверхгосударство», о чем могло свидетельствовать использование в названии документа термина «конституция».

С другой стороны, Договор, устанавливающий Конституцию для Европы, успешно прошел ратификацию в 18 государствах-членах, т. е. в 2/3 от их общего числа (в частности, в Испании и Люксембурге на референдумах). Поскольку документ реально обеспечивал совершенствование интеграционных механизмов на европейском уровне, после двухлетнего «периода размышления» было решено ввести в действие его основные положения в иной форме, без слова «конституция».

С этой целью текст Европейской конституции был трансформирован в новый договор, подписанный государствами-членами в Лиссабоне 13 декабря 2007 г. Его официальное название: Лиссабонский договор 2007 г. (полностью: «Лиссабонский договор, изменяющий Договор о Европейском Союзе и Договор об учреждении Европейского сообщества»). Неофициальное название: «Договор о реформе Европейского Союза».

Лиссабонский договор 2007 г. подтвердил нововведения Европейской конституции, но представил их в виде поправок в действующие учредительные документы. Наиболее фундаментальные положения проекта Европейской конституции включены им в Договор о Европейском Союзе 1992 г. Положения детализирующего характера включены в Договор об учреждении Европейского сообщества 1957 г., переименованный в Договор о функционировании Европейского Союза. Некоторые изменения также претерпел Договор об учреждении Европейского сообщества по атомной энергии 1957 г.

Для вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г., как и предшествующих ему ревизионных договоров (Амстердамского 1997 г., Ниццкого 2001 г. и др.), требовалась его ратификация всеми государствами-членами. В отличие от проекта Европейской конституции, почти во всех государствах-членах этот процесс осуществлялся парламентским путем. Единственным исключением стала Ирландия, где первый референдум по Лиссабонскому договору, состоявшийся 12 июня 2008 г., принес негативный результат. Повторный референдум в этой стране был назначен на 2 октября 2009 г., и его результаты на момент написания этой книги были неизвестны[36].

Вероятное вступление в силу Лиссабонского договора в 2010 г. фактически должно привести к возникновению «нового» Европейского Союза, который будет иметь более простое внутреннее устройство, функционировать более эффективно и демократично. Тем самым в значительной мере будут достигнуты главные цели реформы, поставленные при подписании Лаакенской декларации и подготовке Европейской конституции.

Основные достижения Лиссабонского договора заключаются в следующем:

1. Упрощается внутреннее устройство Европейского Союза. «Новый» Европейский Союз (Союз, реформированный Лиссабонским договором) не будет включать в себя никаких опор (см. вопрос № 14). Он наделяется единой компетенцией и правосубъектностью, в том числе на международной арене.

Ключевой элемент в структуре прежнего Союза — Европейское сообщество (бывшее ЕЭС) — прекращает существование, а его учредительный договор (Римский договор 1957 г.) с новым содержанием становится одним из двух учредительных документов «нового» Союза (с новым названием: «Договор о функционировании Европейского Союза»).

Единственную сложность в понимании устройства «нового» Европейского Союза представляет сохранение Лиссабонским договором Европейского сообщества по атомной энергии (Евратома), входящего ныне вместе с Европейским сообществом в первую опору.

Евратом в дальнейшем продолжит функционирование как формально самостоятельная организация со своим учредительным договором и с тем же, что и Союз, составом государств-членов (Договор об учреждении Европейского сообщества по атомной энергии 1957 г., действующий между 27 государствами).

В то же время поправки, внесенные Лиссабонским договором в Договор о Евратоме 1957 г., предусматривают, что Европейское сообщество по атомной энергии будет управляться непосредственно руководящими органами (институтами) Европейского Союза. Фактически Евратом превращается в своеобразный «филиал» Союза, имеющий одинаковый с ним состав государств-членов и управляемый одними и теми же людьми.

В дальнейшем не исключено проведение более значительной реформы правовых устоев Европейского сообщества по атомной энергии, по результатам которой положения Договора о Евратоме могут быть инкорпорированы в учредительные документы «нового» Союза, а сам Евратом, аналогично Европейскому сообществу, — прекратить существование.

2. Устанавливается более четкое разграничение компетенции между Европейским Союзом и государствами-членами за счет выделения внутри компетенции Союза разных категорий, прежде всего «исключительной компетенции» (правовые акты, как правило, могут издаваться только Европейским Союзом) и «совместной компетенции» (правовые акты могут издаваться как Европейским Союзом, так и государствами-членами, с преимущественной юридической силой актов Союза)[37].

3. Усиливаются механизмы защиты основных прав человека и гражданина на европейском уровне. Прежде всего Европейский Союз приобретает право и даже обязанность присоединиться в качестве отдельной стороны к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, являющейся основным «биллем о правах» подлинно общеевропейского характера, в котором участвует и Россия (см. вопрос № 84).

В случае такого присоединения действия и бездействие наднациональных органов Союза можно будет в конечном счете обжаловать в Европейском суде по правам человека (г. Страсбург) — так же, как в настоящее время обжалуются акты национальных органов европейских стран (см. вопрос № 49).

Кроме того, подготовленная в 2000 г. Хартия Европейского Союза об основных правах (см. вопросы № 84–87) признана Лиссабонским договором в качестве обязательного источника права, имеющего равную юридическую силу с учредительными документами «нового» Союза (т. е. высшую юридическую силу в его правовой системе). Граждане Европейского Союза и другие управомоченные лица получат возможность ссылаться на положения этой Хартии в судах самого Союза, а также судах всех его государств-членов (национальных судах).

4. Повышается эффективность и укрепляются демократические начала в функционировании системы институтов, органов и учреждений («организационного механизма») Европейского Союза: благодаря более частому использованию метода квалифицированного большинства (вместо единогласия) при принятии решений в межправительственных инстанциях Союза (Совете, Европейском совете), увеличению прерогатив института Союза, избираемого всеобщим прямым голосованием его граждан, — Европейского парламента, более активному привлечению к обсуждению новых законопроектов на европейском уровне парламентов государств-членов и других мер (см. разделы VI и VII).

В тексте Договора о Европейском Союзе в редакции Лиссабонского договора впервые появляется специальный раздел под названием «Положения о демократических принципах»: равенство граждан Союза, «которые пользуются одинаковым вниманием со стороны его институтов, органов и учреждений» (ст. 9), принципы непосредственной и представительной демократии (ст. 10), право граждан Союза и общественных объединений участвовать в обсуждении новых мероприятий Союза, поддерживать диалог с союзными властями (ст. 11), активное содействие функционированию Союза со стороны национальных парламентов (ст. 12).

К числу демократических принципов относится и «гражданская инициатива», т. е. право граждан Союза непосредственно инициировать принятие новых правовых актов на европейском уровне (см. вопрос № 8).

5. Предусматривается создание новых органов и должностных лиц Европейского Союза, в частности Европейской прокуратуры (см. вопрос № 38), Верховного представителя по иностранным делам и политике безопасности (см. вопрос № 35), постоянного Председателя Европейского совета (см. вопрос № 36).

6. Проведена модернизация правового режима деятельности Европейского Союза в разных сферах его компетенции. Наибольшие усовершенствования вносятся в механизмы внешнеполитической деятельности Союза, прежде всего общей внешней политики и политики безопасности (см. раздел XXII). В рамках внутренней политики Союза в максимальной степени были усовершенствованы положения, закрепляющие его компетенцию по вопросам создания единого «пространства свободы, безопасности и правосудия» (см. раздел XXI).

В учредительные документы Европейского Союза Лиссабонским договором впервые включены специальные статьи, главы, разделы, которые прямо наделяют его компетенцией принимать правовые акты по вопросам энергии, освоения космоса, спорта, туризма и др. (см. вопрос № 82).

Лиссабонский договор также упростил содержащиеся положения о продвинутом сотрудничестве (см. вопрос № 15), что позволит заинтересованным группам государств-членов в количестве не менее девяти более эффективно развивать с помощью институтов Союза взаимную интеграцию по различным вопросам внутренней и внешней политики.

7. Впервые прямо предусмотрено право государств-членов на добровольный выход из состав Европейского Союза и устанавливается процедура такого выхода: подача заявления; заключение соглашения о выходе; в противном случае (если соглашение об условиях выхода между выходящим государством и Европейским Союзом не было подписано) выход может быть произведен через два года с момента подачи соответствующего заявления.

8. Также впервые в истории Европейского Союза предусмотрено установление «привилегированных отношений» с соседними государствами, не входящими в его состав. К числу таких государств в первую очередь относится Россия.

Согласно ст. 8 Договора о Европейском Союзе в редакции Лиссабонского договора «Союз развивает с соседними ему странами привилегированные отношения в целях создания пространства процветания и добрососедства, которое основано на ценностях Союза и характеризуется тесными и мирными отношениями, базирующимися на сотрудничестве».

В этих целях Союз уполномочен заключать специальные соглашения с заинтересованными странами-соседями, которые «могут предусматривать взаимные права и обязанности, а также возможность проведения совместных действий».

В соответствии с Лиссабонским договором кардинальные изменения должна претерпеть система учредительных документов Европейского Союза. Она станет значительно более простой и логичной по сравнению с той, которая существует в настоящее время (в 2009 г.) и охарактеризована выше (см. вопрос № 15).

Как уже отмечалось, Лиссабонский договор в форме поправок инкорпорирует основные положения не вступившей в силу Европейской конституции 2004 г. Наиболее фундаментальные нормы проекта Европейской конституции включены в Договор о Европейском Союзе 1992 г., или «Маастрихтский договор», который в настоящее время уступает по значению «Римскому договору» (Договору об учреждении Европейского сообщества 1957 г.).

Напротив, в «новом» Союзе именно Договор о Европейском Союзе 1992 г. (в редакции Лиссабонского договора 2007 г.) становится базовым учредительным документом организации. В нем закреплены главные принципы устройства Европейского Союза, а также общие правовые начала его внешней политики.

Как следствие, Договор о Европейском Союзе в «лиссабонской» редакции является достаточно небольшим по объему (в доктрине его отсюда нередко называют «мини-договор»). Он включает преамбулу и 55 статей, распределенных в шести разделах.

Раздел I «Общие положения» (ст. 1–8) провозглашает создание Европейского Союза (ст. 1) и определяет его сущностные характеристики: ценности (ст. 2), цели (ст. 3), принципы взаимоотношений с государствами-членами (ст. 4) и др.

Раздел II «Положения о демократических принципах» (ст. 9-12) фиксирует основополагающие гарантии демократического устройства Союза (см. выше).

Раздел III «Положения об институтах» (ст. 13–19) определяет систему руководящих и иных органов Европейского Союза (Европейский парламент, Европейский совет и др.), важнейшие принципы их правового статуса.

Раздел IV «Положения о продвинутом сотрудничестве» (ст. 20) закрепляет наиболее общие правила относительно возможности групп государств-членов в количестве не менее девяти развивать более тесную взаимную интеграцию в рамках Европейского Союза. Нормы этого раздела, состоящего из одной статьи, детализируются во втором учредительном документе — Договоре о функционировании Европейского Союза.

Раздел V «Общие положения о внешнеполитической деятельности Союза и специальные положения об общей внешней политике и политике безопасности» (ст. 21–46) посвящен закреплению правовых основ политики Союза в отношении стран, не входящих в его состав (третьих стран). Здесь же заложены основы военно-политической интеграции государств — членов Европейского Союза («общая политика безопасности и обороны»).

Раздел VI «Заключительные положения» (ст. 47–55) дополняет раздел I другими нормами общего и заключительного характера, в частности устанавливает условия и порядок приема новых государств-членов, право выхода действующих государств-членов и его процедуру (см. выше), процедуры пересмотра учредительных документов Союза (Договора о Европейском Союзе и рассматриваемого ниже Договора о функционировании Европейского Союза).

Процедуры пересмотра являются едиными для обоих учредительных документов. При этом в «новом» Европейском Союзе они становятся более демократичными, чем в настоящее время: право инициировать поправки приобрел Европейский парламент (наравне с любым государством-членом и Европейской комиссией), а для новых крупномасштабных реформ учредительных документов предусмотрен созыв специального представительного органа — Конвента — аналогичного тому, который разрабатывал проект Европейской конституции.

В то же время каждое государство-член сохраняет право абсолютного вето на пересмотр любой нормы учредительных документов, т. е. и в «новом» Союзе они в полной мере сохраняют качество международных договоров.

Второй учредительный документ «нового» Союза — Договор о функционировании Европейского Союза (в редакции Лиссабонского договора). Такое наименование, как отмечалось выше, получил «Римский договор» 1957 г., который первоначально назывался Договором об учреждении Европейского экономического сообщества (Договором о ЕЭС), затем — Договором об учреждении Европейского сообщества (Договором о ЕС).

Упомянутый Договор в «лиссабонской» редакции приобретает новое юридическое назначение: организовать «функционирование Союза» и определить «сферы, границы и порядок осуществления его компетенции» (ст. 1 Договора о функционировании Европейского Союза).

Как следствие, Договор о функционировании Европейского Союза имеет значительно больший объем по сравнению с Договором о Европейском Союзе: преамбула и 338 статей, распределенных в семи частях (внутри частей имеются разделы, далее главы и отделы).

Часть первая «Принципы» (ст. 1-17) определяет предмет Договора (процитированная ст. 1) и устанавливает общие положения о порядке реализации и категориях компетенции Союза.

Часть вторая «Недискриминация и гражданство Союза» (ст. 18–25) регулирует принцип равенства в разных его проявлениях и устанавливает основы правового статуса граждан Европейского Союза, дополняя тем самым положения раздела II Договора о Европейском Союзе «Положения о демократических принципах».

Часть третья «Внутренняя политика и деятельность Союза» (ст. 26-197) устанавливает полномочия Союза по управлению общественными отношениями и процессами на его территории, т. е. на территории всех объединенных в него государств-членов.

Часть третья является самой большой в структуре Договора о функционировании Европейского Союза. Она включает 24 раздела, посвященные конкретным сферам и направлениям внутриполитической деятельности организации: внутренний рынок, сельское хозяйство, пространство свободы, безопасности и правосудия и т. д.

Часть четвертая «Ассоциация с заморскими странами и территориями» (ст. 198–204) определяет правовой режим взаимоотношений Европейского Союза с отдельными островными территориями государств-членов, не вошедшими вместе с метрополиями в состав этой организации. Содержание части четвертой не претерпело существенных изменений по сравнению с предыдущими редакциями Римского договора (см. вопрос № 15).

Часть пятая «Внешнеполитическая деятельность Союза» (ст. 205–222) дополняет и детализирует нормы раздела V Договора о Европейском Союзе применительно к политике Союза в отношении стран, не входящих в его состав, и международных организаций. В нормах этой части, например, закреплены правовые основы экономических направлений внешней политики Союза («общая торговая политика» и др.).

Часть шестая «Институциональные и финансовые положения» (ст. 223–334) дополняет собой положения раздела III Договора о Европейском Союзе «Положения об институтах». В ней закреплены детальные правила функционирования институтов и других органов Союза, а также положения о видах издаваемых ими правовых актов и законодательных процедурах. Здесь же урегулирован порядок принятия и исполнения бюджета Европейского Союза.

Часть седьмая «Общие и заключительные положения» (ст. 335–338) дополняет и уточняет предписания последнего раздела Договора о Европейском Союзе.

Как и ранее, к текстам учредительных документов Европейского Союза в редакции Лиссабонского договора имеются два приложения (список сельскохозяйственных продуктов, подпадающих под действие общей аграрной политики, и список «заморских стран и территорий»).

Составной частью учредительных документов «нового» Союза будут выступать прилигаемые к ним протоколы, de jure признаваемые их составной частью. Большая часть протоколов сохранилась из ныне действующей редакции учредительных документов с соответствующими изменениями (например, Протокол 1957 г. об Уставе Европейского инвестиционного банка).

Некоторые старые протоколы были отменены (например, Протокол 1992 г. о переходе к третьему этапу экономического и валютного союза) или заменены новыми текстами (например, новый Протокол 2007 г. о применении принципов субсидиарности и пропорциональности, заменяющий одноименный Протокол 1997 г.).

Наконец, Лиссабонский договор приложил к учредительным документам несколько новых протоколов, например Протокол о Еврогруппе, устанавливающий порядок более тесного сотрудничества в экономической политике государств-членов, перешедших на единую валюту «евро».

Оба учредительных документа «нового» Европейского Союза — Договор о Европейском Союзе и Договор о функционировании Европейского Союза (включая протоколы и приложения) — официально обозначаются термином «Договоры» (с большой буквы). При этом важно иметь в виду, что, несмотря на различную роль каждого из «Договоров», в праве Европейского Союза они вместе наделены равной и высшей юридической силой, т. е. фактически должны выступать его «конституцией» (но без использования этого государственноправового термина).

По своей юридической силе к учредительным документам («Договорам») приравнивается Хартия Европейского Союза об основных правах 2000 г., которая непосредственно перед подписанием Лиссабонского договора (12 декабря 2007 г.) была утверждена в новой редакции.

С полными текстами на русском языке Договора о Европейском Союзе, Договора о функционировании Европейского Союза и Хартии Европейского Союза об основных правах в редакции Лиссабонского договора от 13 декабря 2007 г. заинтересованный читатель может ознакомиться в кн.: Европейский Союз: Основополагающие акты в редакции Лиссабонского договора с комментариями / пер. А. О. Четверикова под ред. С. Ю. Кашкина. М.: ИНФРА-М, 2008).

Раздел III

ПРИНЦИПЫ ПРАВА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

18. Что такое «принципы права Европейского Союза»?

Принципы — это предписания основополагающего характера, которые определяют сущность, содержание и порядок применения остальных норм правовой системы.

В праве Европейского Союза существует своя собственная, присущая ему совокупность принципов. Некоторые из них сходны с принципами других правовых систем (внутригосударственного и международного права), а некоторые имеют оригинальную природу.

Общую совокупность принципов права Европейского Союза можно разделить на несколько групп, которые различаются своим назначением и сферой действия:

— принципы верховенства и прямого действия права Европейского Союза, определяющие его соотношение с правовыми системами государств-членов;

— общие принципы права — исходные начала правового регулирования, которые действуют во всех сферах ведения Союза и присущи также другим демократическим правовым системам;

— специальные принципы права Европейского Союза, имеющие силу в рамках отдельных отраслей или сфер его правового регулирования;

— принципы деятельности Европейского Союза, которые определяют порядок реализации Союзом имеющейся у него компетенции.

19. Что означают принципы верховенства и прямого действия права Европейского Союза?

1. Принцип верховенства права Европейского Союза означает, что нормы данной правовой системы имеют большую юридическую силу, чем правила, установленные в рамках государств-членов.

Иными словами, в случае несоответствия (коллизии) между законом или другим источником национального права, с одной стороны, и источниками права Европейского Союза — с другой, надлежит руководствоваться последними.

Противоречия между предписаниями Европейского Союза и его государств-членов чаще всего обнаруживаются в национальных судах при рассмотрении конкретных дел. В подобных обстоятельствах судебные органы должны отдавать приоритет Договору о ЕС, регламенту, директиве, другому источнику права Союза, при необходимости «откладывая в сторону» противоречащий им внутригосударственный закон или подзаконный акт.

Если национальный суд испытывает трудности или сомнения, он может приостановить производство и направить преюдициальный запрос в Суд Европейских сообществ (см. вопрос № 55).

2. Принцип прямого действия означает, что право Европейского Союза наделяет субъективными правами и обязанностями не только государства-члены, но и непосредственно физических и юридических лиц. Последние могут основывать свои требования в национальных судах, «напрямую» ссылаясь на статьи учредительных документов или правовых актов Союза.

При этом в доктрине и судебной практике различаются два вида прямого действия — горизонтальное и вертикальное:

а) горизонтальное прямое действие — это прямое действие в «горизонтальных» правоотношениях, т. е. отношениях между частными лицами (например, обязательство из договора между двумя предприятиями-контрагентами);

б) вертикальное прямое действие — прямое действие в отношениях «индивид — власть», т. е. в правоотношениях между частными лицами и государственными органами и учреждениями.

В отличие от принципа верховенства, принцип прямого действия не имеет универсального характера. Его реализация в жизнь зависит от вида источника права Европейского Союза, в котором закреплена соответствующая норма:

— нормы регламентов («законов» Союза) имеют прямое действие в полном объеме; более того, государствам-членам запрещено подменять регламенты своим внутренним законодательством (например, издавать нормативные акты, воспроизводящие предписания регламентов);

— нормы учредительных договоров имеют прямое действие, если они достаточно четко закрепляют субъективное право или обязанность, в том числе обязанности государств-членов.

Например, ст. 23 Договора о ЕС 1957 г., отменяющая таможенные пошлины или эквивалентные сборы внутри Сообщества, позволяет любому хозяйствующему субъекту предъявлять судебные иски, если какое-либо государство или иной субъект потребует уплаты подобного сбора.

С другой стороны, ст. 136 Договора о ЕС, согласно которой «Сообщество и государства-члены… ставят целями содействие занятости, улучшение условий жизни и труда…», не является нормой прямого действия, так как из нее невозможно вывести четкое субъективное право, которое можно отстаивать в судах.

Аналогичные условия действуют для норм, которые закреплены в соглашениях (международных договорах), заключенных ЕС с третьими странами, в том числе с Россией;

— директивы (основы законодательства Союза), по общему правилу, не имеют прямого действия, так как их нормы подлежат трансформации в национальное законодательство (см. вопрос № 5). Иными словами, директива действует «опосредованно», через изданные на ее основе нормативные акты государств-членов, в которых и закрепляются соответствующие права и обязанности частных лиц.

Но как быть, если некоторое государство-член не приняло в установленный срок (срок трансформации) необходимые меры в соответствии с директивой ЕС? Суд Европейских сообществ постановил, что в подобных условиях физические и юридические лица вправе опираться на положения директивы в спорах с государственными органами и учреждениями.

Таким образом, при определенных обстоятельствах директивы все же могут непосредственно наделять людей субъективными правами. В то же время содержащиеся в директивах обязанности частных лиц приобретают законную силу только после их трансформации в национальное законодательство.

Итак, директивы, в отличие от регламентов и учредительных договоров, способны обладать только вертикальным, но не горизонтальным прямым действием;

— в праве Европейского Союза существуют также источники, которые вовсе не имеют прямого действия. К ним относятся акты, принимаемые в рамках второй и третьей опор: общей внешней политики и политики безопасности — ОВПБ, сотрудничества полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере — СПСО (см. вопрос № 26).

20. Где закреплены принципы верховенства и прямого действия права Европейского Союза?

Принципы верховенства и прямого действия права Европейского Союза имеют прецедентное происхождение: не будучи прямо закрепленными в учредительных договорах, они были установлены судебной практикой — решениями Суда Европейских сообществ.

Сначала, в 1963 г., Суд признал принцип прямого действия (решение по делу «Van Gend en Loos»), затем, в 1964 г., принцип верховенства (решение по делу «Costa»)[38]. В последующие годы Суд Европейских сообществ уточнил содержание и условия применения названных принципов, в том числе провозгласил приоритет предписаний Сообщества над конституциями государств-членов (решение 1970 г. по делу «Internationale Handelsgesellschaft» и решение 1978 г. по делу «Simmenthal»)[39].

В 1980-е гг. из принципа верховенства Суд вывел принцип лояльной интерпретации, называемый также принципом косвенного действия. Данный принцип требует от судебных органов государств-членов осуществлять толкование национального законодательства в соответствии с правом ЕС, включая нормы, содержащиеся в директивах Сообщества[40].

В 1990-е гг. Суд установил принцип имущественной ответственности государств-членов перед физическими/юридическими лицами за ущерб, причиненный нарушением с их стороны норм права ЕС (принцип «Francovich», введенный Судом в решении 1991 г. по одноименному делу).

При подписании Лиссабонского договора о реформе Европейского Союза от 13 декабря 2007 г. (см. вопрос № 17) государства-члены в специальной декларации подтвердили свою приверженность принципу верховенства (примата) права Европейского Союза в том виде, как он был сформулирован судебной практикой Суда Европейских сообществ («Декларация о примате» от 13 декабря 2007 г.).

Таким образом, и после вступления в силу Лиссабонского договора принцип верховенства, а равно принцип прямого действия права Европейского Союза будут регулироваться, применяться и охраняться на основании судебной практики (прецедентного права) Суда Европейских сообществ, переименованного Лиссабонским договором в Суд Европейского Союза (см. вопрос № 47).

21. В чем заключаются общие принципы права?

Общие принципы права выражают основополагающие ценности, которыми Союз должен руководствоваться в своей правотворческой и правоприменительной деятельности.

В качестве общих принципов права Сообщества (англ. general principles of Community law; франц. principes gйnйraux du droit communautaire) они были сформулированы в решениях Суда Европейских сообществ. Последний, в свою очередь, отталкивался от принципов, выработанных в правовых системах государств-членов (начиная с римского права), а также в международном публичном праве[41].

В разные годы в качестве общих принципов Судом, в частности, были провозглашены:

— обязательность соблюдения основных прав личности и сами эти права (например, соблюдение права собственности как общий принцип права Сообщества). Таким путем Суд восполнял пробел в учредительных договорах, которые и в первоначальной, и в действующей редакции не содержат полноценного «билля о правах» (см. вопрос № 84);

— процессуальные права и гарантии применительно к делам, рассматриваемым наднациональными институтами (например, при наложении Комиссией штрафов на предприятия, нарушающие законодательство ЕС о конкуренции): право на защиту, конфиденциальность общения с адвокатом, право быть заслушанным и др.;

— принцип правовой определенности, или правовой безопасности (англ. legal certainty; франц. sйcuritй juridique), согласно которому законодательство ЕС должно быть ясным и предсказуемым для всех субъектов. Данный принцип, в частности, не разрешает придавать обратную силу мерам, ухудшающим положение лиц по сравнению с действующим правовым регулированием.

В 1990-е гг. ряд основополагающих правовых принципов были закреплены непосредственно в Договоре о Европейском Союзе (ст. 6). Это принципы свободы, демократии, уважения прав человека и основных свобод и принцип правового государства. В случае их «существенного и устойчивого» нарушения (ст. 7) государство может быть привлечено к ответственности в виде лишения отдельных прав, вытекающих из членства в Европейском Союзе (например, права голоса его представителей в некоторых институтах и органах последнего).

Лиссабонским договором 2007 г. (см. вопрос № 17) вышеназванные основополагающие принципы были дополнены и закреплены в качестве общих ценностей Европейского Союза. Согласно ст. 2 Договора о Европейском Союзе в редакции Лиссабонского договора «Союз основан на ценностях уважения человеческого достоинства, свободы, демократии, равенства, правового государства и соблюдения прав человека, включая права лиц, принадлежащих к меньшинствам. Эти ценности являются общими для государств-членов в рамках общества, характеризующегося плюрализмом, недискриминацией, терпимостью, справедливостью, солидарностью и равенством женщин и мужчин».

22. В чем заключаются специальные принципы права?

Специальные принципы права — это принципы, действующие в рамках отдельных сфер правового регулирования Европейского Союза[42].

С учетом того, что исторически первой сферой интеграции в рамках Сообществ служила экономика, наиболее важными среди специальных принципов являются принципы, определяющие правовой режим внутреннего рынка ЕС: принципы свободы движения товаров, лиц, услуг и капиталов (ст. 14 Договора о ЕС). Каждый из названных принципов закрепляет комплекс субъективных прав физических и юридических лиц (прежде всего, предприятий), поэтому их часто обозначают термином «свободы»: свобода движения товаров и т. д.[43]

Существуют также принципы более узкой сферы действия: принципы бюджетного права, например принцип сбалансированности доходной и расходной части союзного бюджета (ст. 268 Договора о ЕС); принципы экологического права, например принцип «загрязнитель платит» (ст. 174 Договора о ЕС); принципы продовольственного законодательства Сообщества, например «принцип предосторожности» (ст. 7 Регламента (ЕС) № 178/2002 Европейского парламента и Совета от 28 января 2002 г. «Об установлении общих принципов и общих предписаний продовольственного законодательства, об учреждении Европейского органа по безопасности продуктов питания и о закреплении процедур, относящихся к безопасности продовольственных товаров»), и др.

23. Каковы важнейшие принципы деятельности Европейского Союза?

Принципы деятельности Европейского Союза — это основные начала, регулирующие функционирование данной организации.

Наиболее важные из этих принципов закреплены в Договоре об учреждении Европейского сообщества (ст. 5):

— принцип законности, в соответствии с которым деятельность Сообщества и Союза в целом должна осуществляться в рамках полномочий и целей, зафиксированных в учредительных документах организации;

— принцип субсидиарности, требующий от Сообщества воздерживаться от вмешательства в те вопросы, которые государства-члены могут эффективно решать самостоятельно, собственными усилиями. Принцип субсидиарности, однако, не распространяется на сферы, отнесенные к исключительной компетенции ЕС (см. вопрос № 81);

— принцип пропорциональности, согласно которому действия Сообщества должны строго соответствовать (быть «пропорциональны») его целям.

Детальные условия реализации двух последних принципов закреплены в специальном протоколе к Договору о ЕС: Протокол «О применении принципов субсидиарности и пропорциональности».

Лиссабонский договор 2007 г. усиливает гарантии принципа субсидиарности, который служит барьером против «гиперцентрализации» в современной Европе. Согласно новой редакции упомянутого Протокола, национальные парламенты будут уполномочены ходатайствовать о пересмотре законопроектов Союза, когда по их мнению последние нарушают принцип субсидиарности. От имени своего парламента (или даже одной из его палат) любое государство-член должно получить возможность оспаривать в судах Союза европейские правовые акты, изданные вопреки принципу субсидиарности.

Все три рассмотренных принципа признаны Лиссабонским договором в качестве основополагающих принципов компетенции Европейского Союза в целом. При этом принцип законности получил новое официальное название — принцип наделения компетенцией (см. вопрос № 79).

Согласно параграфу 1 ст. 5 Договора о Европейском Союзе «принцип наделения компетенцией регулирует границы компетенции Союза. Принципы субсидиарности и пропорциональности регулируют осуществление данной компетенции».

Раздел IV

ИСТОЧНИКИ ПРАВА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

24. Какие источники составляют первичное право Европейского Союза?

Первичное право Европейского Союза — это документы основополагающего характера, которые обладают высшей юридической силой в его правовой системе. Источники первичного права разрабатываются и принимаются совместно государствами-членами и потому являются по форме международными договорами.

В качестве источников первичного права Союза выступают, в первую очередь, его учредительные документы (договоры): Договор об учреждении Европейского сообщества 1957 г. (Договор о ЕС), Договор об учреждении Европейского сообщества по атомной энергии 1957 г. (Договор о Евратоме) и Договор о Европейском Союзе 1992 г. Эти документы (включая протоколы к ним) были рассмотрены выше в разделе II (см. вопрос № 15). Они составляют основное первичное право Союза.

Кроме учредительных договоров в первичное право Европейского Союза входят источники, которые содержат к ним изменения или дополнения, — дополнительное первичное право:

а) ревизионные договоры, посредством которых вносятся поправки в Договор о Европейском Союзе и другие учредительные документы.

Последним ревизионным договором, в редакции которого действуют ныне учредительные документы Союза[44], служит Ниццкий договор от 26 февраля 2001 г. (вступил в силу 1 февраля 2003 г.). Полное название этого источника: «Ниццкий договор, изменяющий Договор о Европейском Союзе, договоры, учреждающие Европейские сообщества, и некоторые связанные с ними акты»;

б) договоры о присоединении, на основании которых в Европейский Союз вступают новые государства-члены.

Подобные договоры заключаются с согласия Европейского парламента между действующими государствами-членами, с одной стороны, и государствами-кандидатами на вступление — с другой. Последние договоры о присоединении, на основании которых в Европейский Союз вступили 12 стран Восточной Европы и Средиземноморья, были подписаны в 2003 и 2005 гг. и вступили в силу соответственно в 2005 и 2007 гг. (см. вопрос № 16).

Составной частью каждого договора о присоединении выступает Акт об условиях присоединения, который вносит соответствующие поправки в учредительные документы (например, об изменении численного состава «европейских» институтов) и устанавливает переходный период для постепенной адаптации новых государств-членов к требованиям Европейского Союза.

К актам об условиях присоединения, как и к учредительным документам, приложены многочисленные протоколы, являющиеся их составной частью. Всего существует порядка 100 подобных протоколов.

Некоторые из них содержат переходные положения, которые с течением времени утрачивают значение. Например, Протокол «О реструктуризации чешской металлургической промышленности», приложенный к Акту об условиях присоединения стран Восточной Европы и Средиземноморья 2003 г. (вступил в силу в 2005 г.)

Другие протоколы рассчитаны на постоянное применение. Они могут устанавливать специальные дополнения или изъятия в отношении правового статуса вступающих в Европейский Союз государств. Например: Протокол «О Фарерских островах», приложенный к Акту об условиях присоединения Великобритании, Ирландии и Дании 1972 г. (в силе с 1973 г.), Протокол «Об использовании специфически австрийских терминов немецкого языка в рамках Европейского Союза», приложенный к Акту 1994 г. об условиях присоединения Австрии, Финляндии и Швеции (в силе с 1995 г.), Протокол «О транзите лиц сухопутным путем между Калининградской областью и остальными частями Российской Федерации», приложенный к Акту 2003 г. об условиях присоединения стран Восточной Европы и Средиземноморья (в силе с 1 мая 2005 г.).

Юридическая сила ранее заключенных договоров о присоединении, включая все прилагаемые к ним документы, не затрагивается положениями Лиссабонского договора 2007 г. о реформе Европейского Союза (см. вопрос № 17). После вступления в действие Лиссабонского договора присоединение к Европейскому Союзу новых государств-членов будет производиться в аналогичном порядке. Следовательно, объем рассмотренной группы источников дополнительного первичного права и количество входящих в нее документов будут возрастать;

в) Акт «Об избрании представителей в Европейский парламент всеобщим прямым голосованием» от 20 сентября 1976 г. (с изменениями и дополнениями от 25 июня и 23 сентября 2002 г.). Данный Акт закрепляет основополагающие правила, в соответствии с которыми проходят выборы в представительный институт Европейского Союза на всей его территории (см. вопрос № 35);

г) Решение «О системе собственных ресурсов Европейских сообществ» от 7 июня 2007 г., устанавливающее источники финансирования доходной части бюджета Сообществ (ныне — общего бюджета Европейского Союза) на базе сочетания международно-правовых и государственно-правовых подходов.

К «собственным ресурсам» Сообществ отнесены, в частности, таможенные пошлины и отчисления государств-членов, соответствующие размеру их ВВП и доле взимаемого на их территории НДС.

Несмотря на свои названия, Акт 1976 г. и Решение 2000 г. на деле являются нормативным договорами, дополняющими текст Договора о ЕС 1957 г. Хотя проекты этих документов утвердил Совет Европейского Союза (в первом случае — по предложению Европейского парламента), они вступили в силу лишь после ратификации всеми государствами-членами.

25. Из каких источников складывается вторичное право Европейского Союза?

Вторичное (или производное) право Европейского Союза — это документы, которые принимаются в соответствии с его учредительными договорами и не должны им противоречить.

Несмотря на свое «второстепенное» положение по юридической силе, указанные документы выступают наиболее динамичным компонентом правовой системы Европейского Союза. Именно посредством регламентов, директив и других актов вторичного права надгосударственные институты Союза осуществляют регулирование общественных отношений по вопросам, отнесенным к компетенции этой интеграционной организации.

Вторичное право Европейского Союза, как и право первичное, складывается из двух частей. Главная — это правовые акты институтов, которые будут рассмотрены в следующем вопросе (вопрос № 26).

Другая часть — нормативные договоры, которые в зависимости от субъектов, их заключающих, подразделяются на три вида[45]:

а) соглашения Европейского Союза с третьими странами. Это международные договоры, которые Союз заключает с иностранными государствами или (реже) — с международными организациями.

В связи с тем что Европейский Союз в его нынешнем виде состоит из трех частей-опор (см. вопрос № 14), он не имеет единой международной правосубъектности. В зависимости от предмета соглашения стороной последнего может выступать как Союз в целом, так и Европейские сообщества, образующие его первую опору. На практике встречаются несколько основных вариантов:

— соглашения «Европейский Союз — третья страна», например Соглашение между Европейским Союзом и Российской Федерацией «Об участии Российской Федерации в деятельности Полицейской миссии Европейского Союза в Боснии и Герцеговине» от 24 июля 2003 г., соглашения от 25 июня 2003 г. с США «По вопросам выдачи» и «По вопросам взаимной правовой помощи» и др.

Международные договоры от имени Союза в целом заключаются только в рамках его второй и третьей опор — ОВПБ (общая внешняя политика и политика безопасности) и СПСО (сотрудничество полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере);

— соглашения «ЕС (Европейское сообщество) — третья страна» или «Евратом — третья страна», например Соглашение между Правительством РФ и Европейским сообществом «О сотрудничестве в области науки и технологий» от 31 декабря 2000 г., соглашения между РФ и Евратомом «О сотрудничестве в области ядерных реакций» и «О сотрудничестве в области ядерной безопасности» 2000 г.

Международные договоры от имени ЕС, Евратома, а также (ранее) ЕОУС заключаются в том случае, если они имеют своим предметом общественные отношения, входящие в компетенцию того или иного из Европейских сообществ. Поскольку наибольшим объемом компетенции располагает ЕС, то соглашения с третьими странами чаще всего заключает именно оно.

Суд Европейских сообществ, кроме того, постановил, что полномочия ЕС заключать международные договоры носят исключительный характер, т. е. когда некоторый вопрос предусмотрен его учредительным документом или законодательством, то международное соглашение по данному вопросу должно подписывать ЕС, но не государства-члены в отдельности;

— соглашения «Европейские сообщества — третья страна», называемые также «совместные соглашения». Подобные соглашения заключаются от имени сразу нескольких Сообществ в том случае, когда их предмет относится к компетенции и ЕС, и Евратома (ранее также и ЕОУС).

Примером может служить первое соглашение Сообществ с нашей страной 1989 г. «О торговом и коммерческом и экономическом сотрудничестве» (ныне не действует). Его заключили, с одной стороны, СССР, с другой — Европейское сообщество и Евратом, вместе взятые;

— соглашения «[Европейские сообщества плюс все государства-члены] — третья страна», известные в доктрине как «смешанные соглашения». Появление данного вида соглашений обусловлено сложным разграничением компетенции в современной Европе: весьма часто возникает ситуация, когда часть вопросов, по которым намечено заключить договор с третьей страной, подведомственна

Европейским сообществам, а другая часть находится в компетенции государств-членов.

Чтобы не делить текст международных договоров на отдельные блоки (соответственно для национальной и наднациональной компетенции), стали заключаться «смешанные соглашения», в качестве стороны которых наряду с Европейскими сообществами выступают все их государства-члены. Для вступления в силу «смешанное соглашение» нуждается в одобрении не только институтов Сообществ, но и компетентных органов каждого государства-члена.

В форме «смешанного соглашения» заключен базовый договор, закладывающий правовые основы взаимоотношений нашей страны с Европейским Союзом, — Соглашение о партнерстве и сотрудничестве от 24 июня 1994 г. Его участниками выступают, с одной стороны, Российская Федерация, с другой — Европейские сообщества и их государства-члены, вместе взятые;

— еще одну разновидность международных договоров Европейского Союза образуют соглашения, заключаемые органами Союза, которые имеют статус юридического лица: соглашения Европола, Евроюста, Европейского инвестиционного банка и др. (см. вопрос № 42). Одним из примеров таких документов служит соглашение между Россией и Европолом о сотрудничестве 2003 г.;

б) дополнительные конвенции между государствами-членами. В прошлом в отношении ряда вопросов, по которым институты Союза не были уполномочены издавать нормативные акты, государства-члены иногда заключали между собой специальные дополнительные конвенции. Возможность подписания такого рода документов до сих пор предусмотрена в Договоре о ЕС 1957 г. (ст. 295) и Договоре о Европейском Союзе 1992 г. (ст. 34).

Наиболее известными примерами дополнительных конвенций служат: Конвенция от 19 июня 1980 г. «О праве, применимом к договорным обязательствам», Конвенция от 25 июля 1995 г. «О создании Европейского полицейского ведомства (Конвенция о Европоле)», Конвенция от 26 июля 1995 г. «О защите финансовых интересов Европейских сообществ», Конвенция от 29 мая 2000 г. «О взаимной правовой помощи по уголовным делам между государствами-членами Европейского Союза», а также Шенгенские соглашения, которые первоначально не входили в правовую систему Европейского Союза.

Необходимо отметить, что большинство из свыше 20 подписанных в разные годы дополнительных конвенций не вступили в силу, так как не были ратифицированы государствами-членами. Такая судьба постигла, например, очень прогрессивную для своего времени Брюссельскую конвенцию от 29 февраля 1968 г. о взаимном признании хозяйственных обществ, которая осталась «на бумаге» ввиду сопротивления Нидерландов. Например, вышеупомянутая Конвенция от 19 июня 1980 г. «О праве, применимом к договорным обязательствам» была заменена Регламентом Европейского парламента и Совета от 17 июня 2008 г. «О праве, подлежащем применению к договорным обязательствам». Вместо Конвенции о Европоле 1995 г. в 2009 г. издано Решение Совета «О создании Европейского полицейского ведомства (Европол)» (см. вопрос № 38). Постепенно заменяются нормативными актами ЕС и Шенгенские соглашения (см. вопрос № 152)[46].

В настоящее время практика заключения дополнительных конвенций между государствами-членами в основном сошла на нет, а подписанные ранее конвенции (как вступившие, так и не вступившие в силу) постепенно заменяются нормативными актами институтов Европейского Союза[47];

в) межинституционные соглашения — нормативные договоры, заключаемые институтами Союза в целях уточнения и дополнения отдельных положений учредительных документов (как правило, процедурных норм). Межинституционные соглашения чаще всего носят трехсторонний характер, связывают три политических института: Европейский парламент, Совет и Комиссию. Примером может служить Межинституционное соглашение от 16 декабря 2003 г. «Повысить качество законотворческой деятельности».

Аналогичные соглашения способны заключать также другие органы Европейского Союза, например Соглашение от 13 декабря 2001 г. между Европолом и Европейским центральным банком, посвященное их сотрудничеству в борьбе с фальшивомонетничеством.

26. Какие виды правовых актов издают институты Европейского Союза?

Правовые акты — важнейшая разновидность источников вторичного права Европейского Союза, основная форма нормотворческой деятельности его институтов. Наличие полномочий издавать нормативные, а также индивидуальные акты, не подлежащие ратификации странами-участницами, сближает Европейский Союз с федеративными государствами, а его правовую систему — с «федеральным правом».

Помимо уже рассмотренных выше регламентов, директив, рамочных решений (см. вопрос № 5), институты Европейского Союза издают множество предписаний в других формах, которые не всегда вписываются в традиционную классификацию «нормативный — индивидуальный» акт. Эти документы могут носить как обязательный, так и рекомендательный характер.

Действующая система правовых актов наднациональных институтов имеет комплексную природу, что обусловлено «опорным» строением организации Европейский Союз. Она подразделяется на три подсистемы, которые соответствуют трем опорам Союза: Европейские сообщества (первая опора), общая внешняя политика и политика безопасности (вторая опора), сотрудничество полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере (третья опора).

Правовые акты Европейских сообществ (ЕС и Евратом) издаются на основании «римских договоров» 1957 г. — Договора об учреждении Европейского сообщества (Договор о ЕС) и Договора об учреждении Европейского сообщества по атомной энергии (Договор о Евратоме). Согласно Договору о ЕС (ст. 249) видами правовых актов Европейского сообщества служат[48]:

— регламент и директива — нормативные акты, выступающие в качестве «закона» (регламент) или «основ законодательства» (директива) ЕС (см. вопрос № 5);

— решение(англ. decision; франц. dйcision), которое в рамках Сообщества, как правило, служит индивидуальным актом. «Решение обязательно во всех своих элементах для адресатов, которых оно указывает» (ст. 249). Например, в форме решений Европейская комиссия налагает штрафы на предприятия или санкционирует объединение крупных компаний.

В некоторых случаях посредством решений Сообщества устанавливаются нормативные предписания, обычно по организационным вопросам. Такие акты в доктрине называют решения sui generis (особого рода), например совместное Решение Европейского парламента, Совета, Комиссии, Суда, Счетной палаты, Экономического и социального комитета, Комитета регионов и Омбудсмана от 25 июля 2002 г. «О создании Ведомства по подбору персонала Европейских сообществ»;

— рекомендация и заключение — акты, не имеющие обязательной силы.

Рекомендация (англ. recommendation; франц. recommandation) служит формой для выдвижения предложений, пожеланий в адрес государств-членов, физических и юридических лиц, например Рекомендация Европейской комиссии от 16 мая 2002 г. «Независимость бухгалтерских ревизоров в Европейском Союзе: общие принципы» или Рекомендация того же института от 11 марта 2002 г. «Об общеевропейской модели curriculum vitae».

Если, как в приведенных примерах, рекомендации содержат положения общего характера, то в западной доктрине их рассматривают в качестве источников «мягкого права» (англ. soft law) Европейского Союза. Нормы последнего хотя и не сопровождаются санкциями, тем не менее добровольно используются в качестве стандартов поведения участниками общественных отношений.

Заключение (англ. opinion; франц. avis)[49] — это акт, отражающий официальную позицию заинтересованного института или органа ЕС по конкретному вопросу, например Заключение Европейского центрального банка от 19 сентября 2003 г. «О проекте Договора, устанавливающего Конституцию для Европы», где ЕЦБ высказал свои оценки, замечания и предложения по проекту Конституции Европейского Союза (см. вопрос № 17).

Хотя рекомендации и заключения ЕС, в отличие от регламентов, директив и решений, не имеют обязательной силы, Суд Европейских сообществ постановил, что судебные власти государств-членов должны принимать их во внимание при уяснении смысла других источников права Сообщества, т. е. рекомендации и заключения могут считаться обязательными как акты толкования юридических норм ЕС.

Правовые акты, изданные в рамках Европейских сообществ, публикуются в Официальном журнале Европейского Союза с шифром «ЕС» — Европейское сообщество (англ. ЕС; франц. СЕ)[50] или «Евратом» (Euratom).

Правовые акты по вопросам общей внешней политики и политики безопасности Европейского Союза — ОВПБ (вторая опора) издаются на основании Раздела V Договора о Европейском Союзе 1992 г. «Положения об общей внешней политике и политике безопасности» (ст. 13–15).

Поскольку ОВПБ обращена «за пределы» Союза, т. е. касается его отношений с третьими странами и международными организациями, то институты Союза в данной области не могут регулировать поведение иностранных государств посредством нормативных и индивидуальных актов, не вправе приказывать им, как вести себя в отношении собственных граждан или на международной арене.

По этой причине система юридических инструментов ОВПБ заметно отличается от той, которая сложилась в Европейских сообществах (первая опора). Правовые акты ОВПБ устанавливают программу, позиции или конкретные мероприятия Союза внешнеполитической направленности. Они являются обязательными для государств-членов и для самого Союза, но как таковые непосредственно не порождают прав и обязанностей для физических и юридических лиц (не обладают прямым действием):

— общая стратегия (англ. common strategy; франц. stratйgie commune) — документ, устанавливающий программу действий Европейского Союза по отношению к определенной стране или географическому региону.

Европейский Союз издает общие стратегии с 1999 г., и первым актом такого рода явилась Общая стратегия от 4 июня 1999 г. «По отношению к России». Позднее были утверждены общие стратегии по отношению к Украине и к Средиземноморскому региону;

— общая позиция(англ. common position; франц. position commune) — правовой акт, посредством которого Европейский Союз определяет свой подход к конкретной внешнеполитической проблеме. Например, в Общей позиции от 11 июня 2001 г. «О Международном уголовном суде» Европейский Союз поддержал создание этого нового органа международного правосудия и обязался поддерживать его деятельность.

В настоящее время на основании общих позиций устанавливаются санкции Европейского Союза по отношению к иностранным государствам и их руководителям, в том числе запрет въезда последних на территорию государств-членов. Актами подобного рода служат, к примеру, Общая позиция от 18 февраля 2002 г. «Об ограничительных мерах в отношении Зимбабве» и Общая позиция от 27 февраля 2003 г. «Об ограничительных мерах в отношении руководителей Приднестровской области (Республика Молдова)»;

— общая акция(англ. joint action; франц. action commune) — правовой акт, на основании которого Европейский Союз осуществляет практические действия на международной арене, в том числе военные операции. Примерами этого вида документов выступают Общая акция от 31 марта 2002 г. «О полицейской миссии Европейского Союза» (в Боснии и Герцеговине), Общая акция от 25 июня 2003 г. «О вкладе Европейского Союза в процесс урегулирования конфликта в Грузии/Южной Осетии», Общая акция от 27 января 2003 г. «О военной операции Европейского Союза в бывшей югославской Республике Македония»;

— как и в рамках Европейских сообществ, по вопросам ОВПБ издаются решения, которые служат здесь мерами по исполнению общих стратегий, позиций, акций, а также принципов и ориентиров ОВПБ.

Например, на основании и во исполнение Общей акции от 27 января 2003 г. («О военной операции Европейского Союза в бывшей югославской Республике Македония») 18 марта того же года было принято Решение «О начале военной операции Европейского Союза в бывшей югославской Республике Македония», которое определило начальную дату и предельный срок осуществления данного мероприятия.

Правовые акты, изданные в рамках общей внешней политики и политики безопасности, публикуются в Официальном журнале Европейского Союза с шифром «ОВПБ» (англ. CFSP; франц. PESC)[51].

Правовые акты в рамках сотрудничества полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере — СПСО (третья опора) издаются согласно разделу VI Договора о Европейском Союзе 1992 г. «Положения о сотрудничестве полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере» (ст. 34).

С учетом предмета третьей опоры акты, принимаемые институтами Союза в этой области, касаются только вопросов борьбы с преступностью. Как и акты ОВПБ, они тоже не имеют прямого действия. Это означает, в частности, что граждане не могут быть непосредственно привлечены к уголовной ответственности за совершение преступлений, предусмотренных правовыми актами Европейского Союза. Во всех случаях необходимо принятие национального «трансформирующего» закона, например поправок в уголовный кодекс государства-члена:

— наиболее важным правовым актом Союза в рамках третьей опоры служит рамочное решение — «основы законодательства» в уголовно-правовой сфере (см. вопросы № 5, № 155 и № 157);

— по вопросам СПСО правовые акты издаются также в форме решений, имеющих юридически обязательный характер.

Решения СПСО обычно содержат организационные положения, например Решение от 28 февраля 2002 г. «О создании Евроюста в целях усиления борьбы с тяжкой преступностью». Они также служат основой для практических мероприятий Союза и государств-членов в сфере борьбы с преступностью, например Решение от 27 июля 2002 г. «О совместном использовании офицеров по связи, откомандированных карательными органами государств-членов»;

— как и в сфере ОВПБ, по вопросам сотрудничества полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере Союз может принимать общие позиции, определяющие его подход к определенной проблеме. Общие позиции СПСО издаются в том случае, когда вопрос выходит за рамки Европейского Союза, носит общеевропейский или глобальный характер. Например, посредством общих позиций СПСО устанавливается единый подход государств-членов к готовящимся новым международным соглашениям по борьбе с преступностью.

Правовые акты, изданные в рамках сотрудничества полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере, публикуются в Официальном журнале Европейского Союза с шифром «ПВД» — правосудие и внутренние дела (англ. JHA; франц. JAI)[52].

27. Как изменится система правовьх актов институтов Европейского Союза после вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г.?

Одним из главных правовых последствий вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. о реформе Европейского Союза станет упрощение внутреннего устройства этой организации, ликвидация созданной Маастрихтским договором 1992 г. структуры трех опор (см. вопросы № 14 и № 17).

В результате значительно упростится и система издаваемых институтами Европейского Союза правовых актов. В соответствии со ст. 288 Договора о функционировании Европейского Союза в редакции Лиссабонского договора (бывшей ст. 249 Договора об учреждении Европейского сообщества) по всем вопросам компетенции «нового» Союза его институты будут издавать пять видов правовых актов, которые ранее принимались только в рамках первой опоры (т. е. в рамках Европейского сообщества и Евратома): регламент, директива, решение, рекомендация и заключение.

Юридические свойства этих документов остались неизменными (см. вопрос № 26). В то же время Лиссабонский договор расширил определение решения. Решения теперь могут не только являться юридически обязательными индивидуальными актами, адресованными конкретному субъекту, но также приниматься для иных практических, в том числе организационных потребностей функционирования Союза (нынешние решения sui generis). Решениями также станут оформляться все мероприятия по вопросам общей внешней политики и политики безопасности Союза. Существующая в настоящее время отдельная подсистема правовых актов ОВПБ («общие стратегии», «общие позиции» и «общие акции») ликвидируется.

В свою очередь директива как основа законодательства Европейского Союза будет в полной мере использоваться и в уголовноправовой сфере, в том числе по вопросам, по которым ранее издавались рамочные решения СПСО (сотрудничество полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере).

Кроме упрощения системы правовых актов Европейского Союза, Лиссабонский договор установил их классификацию на «законодательные» и «незаконодательные», приближенную к государственно-правовым стандартам:

1) к «законодательным актам» Европейского Союза отнесены только те юридически обязательные документы (регламенты, директивы и решения), которые издаются законодательными институтами на европейском уровне (Европейским парламентом и Советом, как правило, совместно) посредством законодательной процедуры;

2) остальные акты (например, решения Европейского центрального банка), в том числе не имеющие юридически обязательной силы (рекомендации и заключения), включены в категорию незаконодательных актов.

В свою очередь среди незаконодательных актов Лиссабонский договор выделяет «делегированные акты» и «исполнительные акты».

«Делегированные акты» — это акты, издаваемые главным исполнительным институтом Европейского Союза (Комиссией) на основании и в пределах полномочий, делегированных ей законодательными институтами (Европейским парламентом и Советом).

«Исполнительные акты» также, как правило, будут издаваться Комиссией с целью обеспечить единообразные условия исполнения законодательных и других юридически обязательных актов Союза.

В название делегированных и исполнительных актов в обязательном порядке должно включаться слово «делегированный» или «исполнительный» (например, «делегированная директива», «исполнительный регламент»).

28. Каковы источники прецедентного права Европейского Союза?

Еще на этапе становления Европейского Союза в его правовой системе появилась третья, особая группа источников, состоящая из решений наднациональных судов (главным образом, Суда Европейских сообществ).

Совокупность этих решений в западной доктрине обозначают терминами «прецедентное право» (англ. case law) — в странах англосаксонской правовой семьи (Великобритания, Ирландия)[53] или «судебная практика» (франц. jurisprudence) — в странах континентальной Европы (остальные государства-члены)[54].

Прецедентное право/судебная практика Европейского Союза создается в ходе толкования Судом положений учредительных документов и других источников первичного и вторичного права организации. Давая официальное толкование, Суд, однако, не только разъясняет смысл действующих правоположений, но и весьма часто выводит из них новые принципы и нормы.

Именно таким путем были сформулированы принципы верховенства и прямого действия права Европейского Союза (см. вопрос № 20), многие «общие принципы права Сообщества» (см. вопрос № 21), а также значительное число более специальных норм, действующих в рамках отдельных отраслей права Союза.

Установленные Судом правила в дальнейшем служат источником, который используется при разрешении дел судебными органами всех государств-членов. Суд Европейских сообществ, со своей стороны, также руководствуется принципами и нормами, установленными им ранее. По этой причине в новых решениях Суда постоянно можно встретить ссылки на «сложившееся прецедентное право», «установившуюся судебную практику». В то же время Суд формально не связан своими правовыми позициями, может изменять их. Правда, он делает это обычно весьма осторожно и постепенно, в эволюционном порядке.

Существующее ныне прецедентное право Союза останется в действии и после вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. (см. вопрос № 17). Можно предполагать, что роль этой группы источников продолжит возрастать в связи с предусмотренным Лиссабонским договором расширением юрисдикции союзных судов.

Раздел V

ПРАВОВАЯ ПРИРОДА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

29. Какова правовая природа Европейского Союза?

Европейский Союз возник хотя и с элементами наднациональности и федеративной направленностью, но прежде всего на основе международно-правовых форм и инструментов. Так, Сообщества, ставшие впоследствии основой Союза, были учреждены посредством заключения суверенными государствами (ограничивающими, однако, в общих интересах определенные элементы своего суверенитета) международных договоров. Как и в международных организациях, наиболее принципиально важные решения принимаются в Союзе на основе единогласия. В рамках общей внешней политики и политики безопасности и сотрудничества полиции и судебных органов в уголовно-правовой сфере отношения строятся с использованием международно-правовых методов.

Стремление к оптимальному экономическому развитию Сообщества с неизбежностью требовало от государств-членов все большего согласования в общих интересах своих действий, в том числе в областях, ранее находившихся в сфере исключительного суверенитета отдельных государств. Происходило все более явное обособление правовой системы Сообществ и Союза от международного права.

Право Европейских сообществ и Союза активно регулирует отношения граждан и юридических лиц, чем оно стало более походить на право национальных государств. Основной формой правового регулирования в Сообществах, как и в государствах, стал нормативный акт и судебный прецедент.

В начале 1990-х гг. Суд изменил характеристику правовой сущности Сообществ, подчеркнув, что учредительные «договоры создали новый правопорядок, в пользу которого государства-члены ограничили свои суверенные права в как никогда ранее широких сферах»[55]. В свою очередь, «Договор о ЕЭС создал свою собственную правовую систему, которая выступает составной частью правовых систем государств-членов…»[56].

Таким образом, по своим источникам, формам и методам правотворчества и правоприменения, механизмам защиты юридических норм в Европейском Союзе возникла особая самостоятельная правовая система, обосабливающаяся от международного (публичного) права, но, при эволюции в направлении национального права, не превратившаяся в его полный аналог.

Элементы государственности все более отчетливо проявляются в ходе развития от Европейских сообществ к Европейскому Союзу и далее (подробнее см. вопрос № 31).

30. В чем проявляется международно-правовая составляющая права Европейского Союза?

Создатели первооснов будущего Союза — Европейского объединения угля и стали, Евратома и Европейского (Экономического) Сообщества — избрали уже оправдавшие себя на практике привычные для них в то время механизмы международного права в форме международных организаций, добавив к ним элементы наднациональности. Экономическая, а впоследствии и всеобъемлющая интеграция придала этим организациям интеграционный характер. Наднациональность, в свою очередь, стала ярко выраженным центральным качеством права Европейского Союза.

Таким образом, правовая природа Европейского Союза имеет комплексный, гетерогенный характер, совмещающий в себе видоизмененные для целей Союза черты как внутригосударственного, так и международного права.

Рассмотрим международно-правовые черты права Европейского Союза.

Сообщества и сам Союз были учреждены на основе международных договоров между суверенными государствами, уступающими или ограничивающими в общих интересах определенные элементы своего суверенитета, из которого складывалась их компетенция.

Как в обычных международных организациях, наиболее важные решения в рамках Союза принимаются на основе единогласия. По многим другим вопросам Европейский Союз постепенно отходит от этого принципа с ростом числа государств-членов.

Что касается второй и третьей опор — Общей внешней политики и политики безопасности и сотрудничества полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере — то деятельность Союза в этих сферах в значительной мере строится на межгосударственном уровне и часто осуществляется международно-правовыми методами.

Эти исторически обоснованные черты международно-правовой организации, изменяясь в ходе постоянного и тесного взаимодействия с элементами государственности, все еще достаточно явно присутствуют. Государствоподобные элементы, по мере своего совершенствования и укоренения, все более успешно заменяют международно-правовые механизмы и инструменты Европейского Союза, смешиваются с ними и в совокупности создают принципиально новое наднациональное право Европейского Союза.

31. В чем проявляются элементы государственности в праве Европейского Союза?

Элементы государственности все более отчетливо проявляются в ходе развития от Европейских сообществ к Европейскому Союзу и далее. К ним можно отнести следующее.

«Конституционные» (конституирующие) акты Союза можно в определенной мере сопоставить с неписаной конституцией Великобритании или некодифицированными конституционными актами Швеции. Подобно государству, Союз обладает общей для 27 стран (с 1 января 2007 г.) территорией с единой границей, общим визовым и таможенным режимом.

Население Союза приближается к полумиллиарду человек. В нем единое гражданство, имеющее дополнительный к национальному характер, а граждане обладают общим правовым статусом, подкрепленным, помимо учредительных договоров, Хартией Европейского Союза об основных правах 2000 г.

На территории Союза функционирует единый внутренний рынок, в котором реально обеспечена свобода движения товаров, лиц, услуг, капиталов, платежей и информации.

На этом рынке функционирует общесоюзная валюта евро и единый Европейский центральный банк, обладающий независимостью и широкими полномочиями. Общий бюджет Союза формируется из собственных источников.

Управление Европейским Союзом осуществляется посредством единой наднациональной системы институтов и органов. Их решения обязательны для граждан, юридических лиц, государств-членов и их органов.

Европейский Союз создал свою уникальную наднациональную правовую систему, опирающуюся на принципы верховенства и прямого действия его собственных правовых норм.

В Союзе сложилась вполне скоординированная правоохранительная система, включающая в себя Сотрудничество судов и полиций в уголовно-правовой сфере; Европол как координирующий полицейский орган; Евроюст как общий орган с функциями прокуратуры; согласованную наднациональную трехуровневую систему судебных органов. Сфера СПСО все более активно регулируется рамочными решениями и решениями, которые являются уже инструментами не международного, а наднационального права.

Политическая жизнь на всей территории Союза осуществляется с непосредственным участием общеевропейских политических партий. Формируются элементы гражданского общества.

Европейский Союз стремится проводить единую и согласованную общую внешнюю политику. Союз также осуществляет общую военную политику и политику безопасности. Созданы союзные органы военного управления и формируются основы будущих вооруженных сил.

Компетенция Союза все более напоминает федеративную схему. Выделяются вопросы, относящиеся к исключительной компетенции Европейского сообщества. В необходимых случаях Сообществам предоставляется дополнительная компетенция, куда входят подразумеваемые полномочия и сферы продвинутого сотрудничества. В результате возникает широкая сфера совместных полномочий, в то время как остаточная компетенция предоставляется государствам-членам.

Сопоставление элементов международного и государствоподобного характера в праве Европейского Союза приводит к выводу, что усиливающиеся черты государственности в нем проявляются в наднациональной форме как в рамках каждого конкретного института, так и в любой отрасли его права.

Будучи обязательными или рекомендательными для национальных государств-членов, их органов власти, юридических и физических лиц, установления права Европейского Союза представляют собой не что иное, как «наднациональное право».

С прогностических позиций эту новую наднациональную систему права можно рассматривать как своеобразный этап и форму проявления тенденции к формированию в условиях интеграции и глобализации будущего «всемирного права» Человечества.

Таким образом, право Европейского Союза представляет собой уникальную комплексную наднациональную правовую систему, интегрировавшую в себе на новом уровне как творчески развитые внутригосударственные черты, так и модифицированные под свои задачи и цели международно-правовые характеристики. Наднациональность Европейского Союза, однако, несет в себе прежде всего государствоподобные характеристики.

32. Как соотносятся между собой право Европейского Союза, международное право и национальное право государств-членов?

Система внутригосударственного права разных стран и система международного права долгое время развивались как два различных, мало между собой связанных типа правовых систем. По мере необходимости международного экономического развития, урегулирования вооруженных конфликтов и становления международного гуманитарного права международное право стало оказывать все большее влияние на систему внутригосударственного права в соответствующих областях. В настоящее время международное и внутригосударственное право как два различных типа правовых систем продолжают сосуществовать при нарастающем взаимопроникновении друг в друга. Право Европейского Союза возникло и развивается на стыке международного права и национального права государств-членов Союза. Истоками права Европейского Союза явилось международное право с чертами наднациональности и федеративной направленностью.

Право Европейского Союза постепенно превратилось в самостоятельную наднациональную систему права, находящуюся в состоянии активного саморазвития и самосовершенствования. Это наднациональное право посредством унификации и гармонизации оказывает большое влияние на национальное право государств — членов Союза. В последнее время одновременно с процессом конституционализации права Европейского Союза оно испытывает все возрастающее влияние внутригосударственного права, которое превращается в ведущую тенденцию его развития.

Объединяя в себе черты как международного, так и национального права государств-членов, уникальная надгосударственная система права Европейского Союза все более приобретает собственные специфические черты, не характерные для международного права и не приемлемые для внутригосударственного права стран-членов, которые обеспечивают формирование собственного уникального «правового поля» Европейского Союза.

Все это происходит на фоне устойчивого роста правового массива, обеспечивающего деятельность Европейского Союза, и неуклонного повышения значения права Европейского Союза. Это касается как международно-правового регулирования (особенно в Европе), так и правового регулирования все более широких сфер общественной жизни внутри отдельных государств. Приемы и методы, вырабатываемые в недрах права Европейского Союза, все активнее применяются в системах международного и национального права.

Раздел VI

ИНСТИТУТЫ И ОРГАНЫ ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

33. Из каких элементов складывается организационный механизм Европейского Союза?

Европейский Союз в качестве наднациональной организации публичной власти управляет подведомственными ему сферами общественной жизни через собственные органы, которых более 200.

Наиболее важные органы, наделенные, как правило, властными полномочиями, обозначаются в учредительных документах Союза термином «институты» (англ., франц. institutions). Остальные именуются «органы» (англ. bodies; франц. organes). В этой связи в статьях Договора о ЕС иногда можно встретить выражение «институты или органы»[57].

Из сказанного вытекает, что организационный механизм Европейского Союза складывается из двух частей (подсистем).

Система институтов («институционный механизм») в настоящее время является единой для всего Европейского Союза, хотя ввиду особенностей истории этой организации состав и порядок формирования институтов по-прежнему регулируется Договором об учреждении Европейского сообщества 1957 г. (см. вопросы № 10 и № 15).

На сегодняшний день Европейские сообщества и Союз в целом располагают пятью институтами, которые перечислены в ст. 7 Договора о ЕС 1957 г.:

«Реализацию задач, возложенных на Сообщество, обеспечивают:

— Европейский парламент,

— Совет,

— Комиссия,

— Суд,

— Счетная палата.

Каждый институт действует в пределах полномочий, которые предоставлены ему настоящим Договором».

Согласно Договору о Европейском Союзе 1992 г. в Союзе функционирует «единый институционный механизм» (ст. 3), а перечисленные институты «осуществляют свои полномочия на условиях и в целях, предусмотренных, с одной стороны, договорами, учреждающими Европейские сообщества… и, с другой стороны, иными положениями настоящего Договора» (ст. 5).

Следовательно, в зависимости от того, в рамках какой опоры Союза действуют институты, их полномочия и порядок принятия решений, устанавливают разные учредительные документы: Договор о ЕС и Договор о Евратоме 1957 г. (первая опора), разделы V и VI Договора о Европейском Союзе (вторая и третья опоры — ОВПБ и СПСО). Наибольшая часть полномочий институтов реализуется на основании Договора о ЕС, т. е. в рамках Европейского сообщества.

Система органов Европейского Союза, в отличие от институтов, является открытой: наряду с органами, предусмотренными в учредительных договорах, Европейский парламент, Совет и Комиссия своими правовыми актами ежегодно учреждают новые органы Союза, число которых, таким образом, постоянно возрастает.

В эту категорию, в частности, входят:

— Европейский совет как орган политической координации и планирования Союза;

— банки ЕС: Европейский центральный банк и Европейский инвестиционный банк;

— контрольные органы, прежде всего Европейский омбудсман;

— правоохранительные органы: Европол, Евроюст и Европейское ведомство по борьбе с мошенничеством;

— консультативные органы: Экономический и социальный комитет, Комитет регионов и др.;

— органы специальной компетенции, имеющие собственную правосубъектность (в качестве юридического лица) и называемые, как правило, агентствами: Европейское агентство по оценке медикаментов, Европейское агентство по авиационной безопасности и др. Ввиду специфики агентств Лиссабонский договор выделяет их в отдельную подсистему организационного механизма: «институты, органы и учреждения».

Необходимо отметить, что наряду с органами Европейского Союза как самостоятельными элементами его организационного механизма существуют также органы, выступающие подразделениями других институтов или органов («внутренние органы»). Например, Европейский парламент, Совет и Комиссия располагают в качестве вспомогательного органа (аппарата) собственным Генеральным секретариатом.

34. Где закрепляется правовое положение институтов и органов Европейского Союза?

Правовую основу деятельности институтов и важнейших органов Союза образуют учредительные документы, прежде всего часть пятая Договора о ЕС 1957 г. «Институты Сообщества».

У Суда, Европейского центрального банка и Европейского инвестиционного банка имеются также собственный статут (Статут Суда) и уставы (Устав Европейской системы центральных банков и Европейского центрального банка, Устав Европейского инвестиционного банка), которые содержатся в протоколах к учредительным договорам (см. вопрос № 15).

Для большинства органов Союза (в том числе не предусмотренных учредительными договорами) главным источником правового статуса выступают нормативные акты институтов, например Регламент Европейского парламента и Совета от 27 июня 2003 г. «Об учреждении Европейского агентства по морской безопасности», Общая акция Совета от 20 июля 2001 г. «О создании Спутникового центра Европейского Союза».

Внутреннюю структуру и порядок функционирования институтов, а также многих коллегиальных органов закрепляют документы под названием «внутренний регламент» (франц. rиglement intйrieur) или, что то же самое, «правила процедуры» (англ. rules of procedure)[58], например Внутренний регламент Совета от 15 сентября 2006 г., Внутренний регламент Евроюста от 13 июня 2002 г.

Внутренний регламент является особым видом правовых актов, регулирующих внутриорганизационные отношения; его не следует отождествлять с обычными регламентами («законами») ЕС, посредством которых институты регулируют поведение государств-членов, граждан и юридических лиц (см. вопросы № 5 и № 26).

Хотя подобные акты регламентируют внутреннюю жизнь конкретного института или органа и не нацелены на создание прав и обязанностей для других субъектов общественных отношений, нарушение институтом (органом) норм своего внутреннего регламента может служить основанием для отмены принятого им решения Судом Европейских сообществ.

35. Каков статус политических институтов Европейского Союза?

К политическим институтам Союза принято относить те из них, которые разрабатывают и осуществляют политику Союза: Европейский парламент, Совет и Комиссию. В этом качестве их противопоставляют «неполитическим» институтам (Суд, Счетная палата), которые в ходе принятия решений должны руководствоваться нормами права, стоять «вне политики».

Именно от слаженной, скоординированной работы трех политических институтов в решающей мере зависит эффективность и правотворческой, и иных направлений деятельности Европейского Союза. Вместе они образуют институциональный треугольник (как его называют в западной доктрине), каждый из элементов которого играет свою оригинальную роль в политическом процессе на европейском уровне.

Европейский парламент[59]

Состав и порядок формирования. Европейский парламент — представительный институт Сообщества и Союза. Он состоит «из представителей народов государств, объединенных в Сообщество» (ст. 189 Договора о ЕС). Все члены (депутаты) Европарламента избираются всеобщими прямыми выборами сроком на пять лет.

Общее число членов (депутатов) Европейского парламента после последних выборов 2009 г. достигло 736. Количество депутатов, избираемых на территории разных стран, определено квотами, которые установлены непосредственно в учредительных договорах: Германия — 99 депутатов, Великобритания, Италия, Франция — по 82 депутата… Мальта — 5 депутатов.

Лиссабонский договор 2007 г. о реформе Европейского Союза (см. вопрос № 17) предусматривает некоторое увеличение численного состава Европарламента: до 751 депутата. Его вступление в силу, соответственно, должно повлечь увеличение квот государств-членов. Чтобы оперативнее реагировать на изменения в численности населения разных государств — членов Союза, согласно Лиссабонскому договору квоты разных стран будут фиксироваться не в самих учредительных договорах, а в специальном решении, не требующем последующей ратификации государствами-членами.

При этом граждане Союза вправе избирать и быть избранными в Европейский парламент как в своем родном государстве, так и в любом другом государстве-члене, в котором они имеют свое место жительства (ст. 19 Договора о ЕС).

Несмотря на неоднократные инициативы Европарламента, до сих пор не принят единый закон о выборах его депутатов. По этой причине европейские парламентарии в разных государствах-членах избираются согласно правилам, содержащимся в национальном законодательстве: Закон Бельгии «О выборах в Европейский парламент» 1989 г., британский «Акт о выборах в Европейский парламент» 1978 г. и т. д.

Эти документы, однако, должны соответствовать общим принципам, которые закреплены в особом источнике первичного права Европейского Союза — Акте об избрании представителей в Европейский парламент всеобщим прямым голосованием 1976 г. (см. вопрос № 24). Согласно Акту 1976 г. (в редакции 2002 г.):

— во всех государствах-членах депутаты должны избираться на основании системы пропорционального представительства (система партийных списков или единого передаваемого голоса)[60];

— выборы должны проводиться на основе всеобщего прямого избирательного права при свободном и тайном голосовании;

— государства-члены могут устанавливать заградительный пункт (т. е. минимальное количество голосов, которое должна получить партия, чтобы участвовать в распределении мандатов), но не свыше 5 % поданных голосов[61];

— членам Европарламента запрещено одновременно являться депутатами национальных парламентов государств-членов. Установлены также другие условия несовместимости мандата европарламентария: с членством в правительствах государств-членов или в Комиссии, в судах Союза, с должностью Европейского омбудсмана и т. д.;

— выборы депутатов в Европарламент во всех государствах-членах проводятся в течение одной недели месяца (на практике — июнь), с четверга по воскресенье. Подсчет голосов и оглашение результатов производятся только после завершения процесса голосования во всех странах Союза.

Лица, избранные в состав Европейского парламента, обладают свободным мандатом (т. е. не связаны наказами своих избирателей и не могут быть досрочно отозваны) и наделяются депутатским иммунитетом, который может быть снят самим Парламентом. Решением Европарламента от 28 ноября 2005 г. принят Статут депутатов Европейского парламента. Документ закрепляет гарантии свободного и независимого осуществления мандата европейского парламентария, а также единые гарантии и компенсации депутатской деятельности, включая денежное вознаграждение (оклад депутатов Европарламента установлен в размере 38,5 % жалованья судьи Суда Европейских сообществ).

Независимо от того, в какой стране избраны парламентарии, они выступают представителями всех народов Сообщества и Союза в целом и объединяются друг с другом в «политические группы (фракции) исходя из своей партийной принадлежности. Роль фракций в Европейском парламенте «всегда была и остается фундаментальной»[62].

Появление Европейского парламента дало импульс консолидации однородных политических сил из разных государств-членов в политические партии на европейском уровне, называемые также европейскими политическими партиями. Самыми крупными фракциями в стенах Европарламента традиционно располагают Европейская народная партия (правоцентристская) и Партия Европейских социалистов.

Для признания политической партии действующей «на европейском уровне» требуется, чтобы она располагала поддержкой избирателей минимум в четверти государств-членов (т. е. в семи). Для этого, в свою очередь, необходимо, чтобы в семи странах кандидаты заинтересованной партии были избраны в представительные органы (Европейский парламент, национальный парламент, региональные представительные органы) либо чтобы партия в семи государствах-членах собрала не менее 3 % поданных голосов (ст. 3 Регламента Европейского парламента и Совета от 4 ноября 2003 г. «О статусе и финансировании политических партий на европейском уровне»). По своей форме политическая партия на европейском уровне может являться как объединением граждан, так и союзом (альянсом) политических партий государств-членов[63].

Функции и полномочия. Современный Европейский парламент в качестве основных направлений деятельности осуществляет те же функции, что и одноименные органы суверенных государств: рассмотрение и принятие законодательных актов (законодательная функция), обсуждение и утверждение бюджета (бюджетная функция), политический контроль за исполнительной властью в лице Комиссии (контрольная функция).

Реальный объем полномочий Европарламента, однако, меньше, чем у его национальных аналогов. Прежде всего это касается полномочий в законодательной сфере (принятие регламентов, директив и т. д.):

а) в отличие от парламентов суверенных государств, Европарламент не вправе самостоятельно издавать нормативные акты, а может делать это лишь с одобрения Совета Европейского Союза — второго института данной организации[64];

б) законодательные полномочия Европейского парламента неодинаковы в разных сферах общественной жизни. Они зависят от вида законодательной процедуры, которую предусматривает по конкретному вопросу статья учредительного договора:

— если предписана процедура совместного принятия решений, то документ издается Европарламентом и Советом в качестве совместного нормативного акта (регламент Европейского парламента и Совета и т. д.). Оба института соответственно имеют право абсолютного вето на законопроект;

— если установлена консультативная процедура, то в окончательном виде документ принимает Совет (регламент Совета и т. д.), а мнение депутатов носит совещательный (консультативный) характер. В рамках данной процедуры Европейский парламент может отсрочить принятие документа, но не воспрепятствовать ему, т. е. располагает правом отлагательного вето на законопроект.

В настоящее время процедура совместного принятия решений используется, например, для издания законодательства о защите прав потребителей, в области внутреннего рынка, консультативная процедура — в сфере уголовного, налогового права.

После вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. (см. вопрос № 17) законодательные акты Европейского Союза (регламенты, директивы и решения) в подавляющем большинстве случаев будут издаваться совместно Европарламентом и Советом в рамках «обычной законодательной процедуры» (аналог нынешней процедуры совместного принятия решений). По некоторым вопросам предусмотрено использование «специальной законодательной процедуры», как правило, дающей бoльшиe права Совету (подобно нынешней консультативной процедуре). Подробнее об особенностях законодательного процесса в Европейском Союзе рассказано в разделе VII (вопрос № 61).

Полномочия Европейского парламента в бюджетной сфере состоят в обсуждении и принятии общего бюджета Европейского Союза. Бюджет Союза принимается Европарламентом совместно с Советом, причем эти институты имеют неодинаковые права в отношении разных категорий бюджетных расходов (см. вопрос № 75).

Европейский парламент активно осуществляет контроль за другими институтами и органами Союза, главным образом за Комиссией. Результатом этого контроля может служить вынесение ей вотума недоверия, влекущего отставку. Контрольные полномочия Европарламента реализуются в разных формах, большинство из которых известны парламентскому праву современных государств: устные и письменные вопросы, в том числе «час вопросов» (введен в начале 1970-х гг. по образцу британской Палаты общин), заслушивание докладов и отчетов, создание следственных комиссий и др.

Кроме законодательных, бюджетных и контрольных полномочий Европейский парламент также располагает рядом других прерогатив, в частности:

— дача согласия на заключение важнейших международных договоров ЕС с иностранными государствами и международными организациями (соглашений с третьими странами);

— разрешение на вступление в Европейский Союз новых государств-членов;

— назначение или участие в формировании ряда институтов и органов Союза: Омбудсмана, Комиссии, а также (с правом совещательного голоса) Счетной палаты и Дирекции Европейского центрального банка;

— право на получение своевременной информации и проведение дебатов о развитии общей внешней политики и политики безопасности Европейского Союза.

Организация работы и принятия решений. Европейский парламент работает в сессионном режиме. Его ежегодная сессия открывается во второй вторник марта и подразделяется на 11 сессионных периодов (каждый месяц, кроме августа). Сессионный период длится в течение одной недели и включает в себя множество пленарных заседаний. Кроме участия в пленарных заседаниях «европейские» парламентарии осуществляют свою работу в рамках парламентских комиссий и политических групп (фракций).

Кворум на заседаниях Европарламента составляет 1/3 от списочного числа депутатов, однако его проверка не обязательна (проводится по требованию депутатских групп).

По общему правилу Европейский парламент принимает решения простым большинством голосов, которое отсчитывается от числа присутствующих и голосовавших депутатов (например, если в принятии решения участвовали 400 депутатов, то достаточно 201 голос «за»).

Лишь в отдельных исключительных случаях учредительные документы требуют, чтобы решения Европарламента принимались большинством от списочного состава депутатов. К этому условию может добавляться условие о том, что проект решения должен также получить поддержку 2/3 или 3/5 поданных голосов.

Например, согласие Европейского парламента на вступление новых государств-членов в Европейский Союз дается абсолютным большинством всех парламентариев (т. е. 369 из 736). Вотум недоверия Комиссии считается одобренным при выполнении двух условий: во-первых, при поддержке 2/3 от числа поданных голосов; во-вторых, количество депутатов, проголосовавших «за», должно быть больше половины от списочного состава Европарламента.

В целях более эффективной организации работы Европейского парламента из числа депутатов образованы постоянные комиссии, осуществляющие подготовку вопросов для рассмотрения на пленарных заседаниях: комиссия по внешним сношениям, комиссия по правам и свободам граждан, комиссия по конституционным делам, комиссия по региональной политике, транспорту и туризму и т. д.

Наряду с постоянными комиссиями Европейский парламент может учреждать временные комиссии, в том числе комиссии по расследованию противоправных действий и других нарушений в ходе претворения в жизнь права Сообщества («следственные комиссии»).

В целях поддержания контактов с иностранными парламентами из числа депутатов Европарламента создаются также межпарламентские делегации.

В качестве руководящих органов и должностных лиц Европарламента выступают:

— Председатель и его заместители (вице-председатели), которые избираются депутатами на 2,5 года (т. е. на половину легислатуры Европарламента);

— Председатель вместе с его заместителями составляют Бюро, которое отвечает за административные, организационные и финансовые вопросы функционирования Европарламента, например определяет структуру и штатную численность аппарата, устанавливает порядок использования электронной системы голосования и т. п.;

— Бюро в выполнении его задач помогают шесть квесторов, избираемых Европарламентом из числа депутатов. В частности, квесторы ведут специальный реестр, куда заносятся данные о профессиональной деятельности и финансовых доходах парламентариев. Квесторы участвуют в заседаниях Бюро с правом совещательного голоса;

— главным органом политического руководства Европейским парламентом выступает Конференция председателей, в состав которой входят руководители политических групп (фракций) и Председатель самого Европарламента. Именно Конференция председателей разрабатывает проект повестки дня пленарных заседаний Европейского парламента;

— в структуре Европарламента также имеются Конференция председателей комиссий и Конференция председателей делегаций (в целях координации работы данных подразделений).

В качестве вспомогательного органа Европейского парламента, как и других институтов Союза, выступает Генеральный секретариат. В Генеральном секретариате работают чиновники, состоящие на гражданской службе Европейских сообществ (примерно 3500 постоянных сотрудников и 600 временных).

Европейский парламент — относительно недорогой институт. По его собственным подсчетам, функционирование Европарламента обходится каждому гражданину Союза в среднем в 2,5 евро в год.

Сотрудничество с национальными парламентами. После того как Европейский парламент стал избираться прямым голосованием (с 1979 г., до этого он состоял из делегатов национальных парламентов), возникла потребность установить контакты между корпусом европейских парламентариев и представительными органами государств-членов.

Первым шагом в организации этого взаимодействия стало проведение регулярных встреч председателей Европейского и национальных парламентов (с 1983 г.). В 1989 г. учрежден специальный форум межпарламентского сотрудничества — Конференция органов, специализирующихся в делах Сообщества, сокращенно — COSAC (от франц. Confйrence des organes spйcialisйs dans les affaires communautaires).

Членами Конференции являются представители специализированных органов (комиссий) национальных парламентов по вопросам деятельности Европейских сообществ и Союза (шесть депутатов из каждого государства-члена). Вместе с национальными парламентариями в работе COSAC участвуют члены Европарламента (также шесть человек).

В рамках COSAC происходит обсуждение законопроектов, которые намечено принять на уровне Европейского Союза. По итогам обсуждения COSAC вправе представлять рекомендации политическим институтам Союза, которые, однако, не являются обязательными для последних, равно как и для парламентов и правительств государств-членов.

Существование COSAC было юридически признано в Протоколе «О роли национальных парламентов в Европейском Союзе» (см. вопрос № 15); 6 мая 2003 г. утвержден новый Регламент (правила процедуры) COSAC.

Согласно последнему документу заседания Конференции должны проводиться минимум один раз в полугодие, а ее решения подлежат принятию «широким консенсусом». Если последний недостижим, то достаточно 3/4 поданных голосов, причем делегация каждого парламента располагает двумя голосами.

Совет Европейского Союза[65]

Состав и порядок формирования. Совет Европейского Союза — «межправительственный» институт, состоящий из должностных лиц исполнительной власти государств-членов, обычно в ранге министра. «В Совет входят по одному представителю от каждого государства-члена на министерском уровне, уполномоченному создавать обязательства для правительства этого государства-члена» (ст. 203 Договора о ЕС).

В отличие от Европейского парламента, члены Совета выражают и защищают интересы своих государств и связаны указаниями органов, их направивших (т. е. национальных правительств).

Договор о ЕС, как видно из процитированной статьи, не определяет, каких министров государства-члены должны направлять для участия в заседаниях Совета. Поскольку на этих заседаниях обсуждаются и принимаются решения по широкому кругу общественных проблем, Совет стал собираться в разных составах. Они получили название формации Совета.

Так, Совет по вопросам правосудия и внутренних дел принимает нормативные акты и другие решения в сфере охраны правопорядка и борьбы с преступностью, а также в области гражданского судопроизводства, визовой, иммиграционной политики и убежища. Членами Совета данной формации выступают министры внутренних дел или юстиции государств-членов.

Совет по вопросам окружающей среды в составе компетентных министров государств-членов рассматривает и утверждает мероприятия в сфере экологической политики ЕС.

Всего в настоящее время в Совете функционируют девять формаций. Среди них приоритетную роль играет Совет по общим вопросам и внешним сношениям (в составе министров иностранных дел), который отвечает за принятие решений в сфере внешней политики, а также решает другие вопросы «общего» характера (в том числе о распределении обязанностей между прочими формациями Совета).

В случаях особой важности, прямо предусмотренных учредительными договорами, Совет обязан собираться на уровне не «просто» министров, но высших руководителей исполнительной власти государств-членов — Совет в составе глав государств или правительств. В будущем (согласно Лиссабонскому договору) эта формация должна исчезнуть.

Из сказанного следует, что Совет — единственный из институтов Европейского Союза, который не имеет фиксированного состава членов и срока полномочий. Подобная многоликость Совета создает некоторые проблемы, но в целом заметно повышает профессионализм и компетентность «межправительственного» института Европейского Союза.

Председательство в Совете. Так как Совет заседает в разных составах (формациях), руководство данным институтом не может быть поручено отдельному человеку.

В этой связи Договор о ЕС установил, что председательство в Совете осуществляют государства-члены, которые руководят работой всех его формаций и вспомогательных органов через своих должностных лиц (министр иностранных дел государства-председателя возглавляет Совет по общим вопросам и внешним сношениям и т. д.).

Пост Председателя Совета не является выборным. Государства-члены занимают его поочередно, в порядке ротации, каждое в течение одного полугодия. Очередность замещения поста Председателя определяет сам Совет, принимая на этот счет специальное решение (Решение от 1 января 2007 г. «Об установлении порядка очередности осуществления председательства в Совете»). Так, в 2008 г. председателями Совета Европейского Союза являлись Словения (первое полугодие) и Франция (второе полугодие), в 2009 г. — Чехия (первое полугодие) и Швеция (второе полугодие).

Государство-председатель не только направляет работу Совета Европейского Союза (в частности, путем составления программы его деятельности на конкретное полугодие и предварительных повесток дня сессий разных формаций), но и обладает важными полномочиями общеполитического характера.

Согласно Договору о Европейском Союзе именно государство-председатель является высшим представителем Союза по вопросам общей внешней политики и политики безопасности, ведет международные переговоры и делает официальные заявления от имени данной организации в целом. Ввиду этого обстоятельства пост Председателя Совета для государств-членов является очень престижной должностью, а в средствах массовой информации государство-председателя часто называют Президентом Европейского Союза.

В дальнейшем, после вступления в силу Лиссабонского договора о реформе Европейского Союза (см. вопрос № 17), действующая система замещения поста Председателя Совета сохранится с одним существенным изменением: с целью обеспечить большую последовательность и преемственность председательство в Совете планируется сделать коллективным. Его будут осуществлять сообща по три государства-члена (сопредседатели) сроком полтора года. Если бы такая модель действовала сейчас, то с 1 июля 2008 г. по 31 декабря 2009 г. «коллективным председателем» Совета являлись бы Франция, Чехия и Швеция с соответствующим распределением обязанностей между собой.

С другой стороны, Лиссабонский договор лишает Председателя Совета права представлять Европейский Союз за рубежом в рамках общей внешней политики и политики безопасности. Эти общеполитические полномочия переходят к новым должностным лицам Союза, работающим на постоянной основе, — Председателю Европейского совета (см. вопрос № 36) и Верховному представителю Союза по иностранным делам и политике безопасности (см. ниже в настоящем вопросе).

Функции и полномочия. Несмотря на то что членами Совета являются представители исполнительной власти государств-членов, данный институт Европейского Союза выступает, прежде всего, в роли законодателя по общему праву[66]. В настоящее время Совет реализует законодательную функцию совместно с Европейским парламентом, однако, в отличие от последнего, вето Совета на законопроекты всегда носит абсолютный характер.

В сферах, где законопроекты издаются на базе консультационной процедуры (см. вопрос № 70), именно Совет принимает документ в окончательной редакции, в том числе вопреки возможным возражениям Европарламента. Как уже отмечалось, подобные документы оформляются как единоличные акты Совета Европейского Союза: регламент Совета, рамочное решение Совета и т. п.

Совет осуществляет бюджетную функцию, принимая совместно с Европейским парламентом бюджет Европейского Союза, а также утверждая автономные бюджеты некоторых органов последнего (например, бюджет Европола).

Наряду с законодательной и бюджетной, Совет Европейского Союза осуществляет также функции определения политики и координации (так они названы в Лиссабонском договоре). Основными полномочиями в рамках этих функций выступают:

— принятие ежегодно «главных ориентиров экономической политики», адресуемых всем государствам-членам, а также иных мер по координации и контролю за их экономической политикой и финансовым положением (в том числе санкции по отношению к государствам-членам, в которых существует чрезмерный бюджетный дефицит). Специальные «ориентиры» Совет издает также в сфере политики занятости ЕС, направленной на сокращение безработицы;

— утверждение всех мероприятий, в том числе правовых актов, в рамках общей внешней политики и политики безопасности, сотрудничества полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере (т. е. второй и третьей опор Европейского Союза), а также контроль за их исполнением государствами-членами (через собственного Председателя и Генеральный секретариат)[67];

— заключение соглашений Европейских сообществ и Союза с третьими странами и международными организациями.

Среди иных полномочий Совета важно отметить назначение на многие должности в институтах и органах Европейского Союза, единолично или с согласия Европарламента (Председатель и члены Европейской комиссии; члены Счетной палаты, Экономического и социального комитета и др.), а также отдельные права в сфере учредительной власти. Именно Совет созывает конференцию по пересмотру учредительных документов Европейского Союза и может самостоятельно вносить поправки в некоторые их статьи без ратификации государствами-членами (см. вопрос № 69).

Организация работы и принятия решений. Совет Европейского Союза, как и Европейский парламент, работает в сессионном порядке. Однако, поскольку членами Совета выступают министры правительств государств-членов, его сессии не могут продолжаться длительное время. В течение года проходят в среднем 100 сессий Совета в разных формациях; каждая сессия длится, как правило, один день (реже два дня). Количество сессий Совета и даты их проведения определяются заранее, в программе государства-председателя, рассчитанной на срок его полномочий (шесть месяцев).

Наряду с официальными сессиями, где принимаются нормативные акты и другие решения, в практике Совета получили широкое распространение неформальные заседания (также в разных формациях), на которые министры съезжаются для обсуждения текущих проблем развития Европейского Союза.

Кворум на заседаниях Совета составляет большинство от его списочного состава (т. е. 15 из 27), причем один член Совета может делегировать свое право голоса другому члену (такая возможность используется очень редко).

В качестве основных способов принятия решений Советом выступают единогласие и квалифицированное большинство; какой именно способ подлежит использованию в конкретном случае, определяют уполномочивающие статьи учредительных договоров. Например: «Совет, постановляя единогласно… может принимать любые регламенты» в целях регулирования вопросов государственной помощи предприятиям (ст. 89 Договора о ЕС); «пошлины общего таможенного тарифа устанавливаются Советом, постановляющим квалифицированным большинством…» (ст. 26 Договора о ЕС).

Единогласие в Совете предполагает, что проект решения получил поддержку со стороны всех его членов. Голосование, тем не менее, не проводится: документ считается одобренным, если никто из присутствующих на заседании министров не выступил против. Таким образом, на практике в Совете вместо единогласия используется консенсус (принятие решений без голосования при отсутствии прямо заявленных возражений).

В связи с тем что единогласие (de facto консенсус) дает возможность государствам-членам через собственных министров накладывать вето на проекты, данный способ принятия решений постепенно заменяется другим, более гибким и эффективным — квалифицированным большинством.

В соответствии с проектом Конституции именно этим способом Совет по общему правилу будет утверждать европейские законы и рамочные законы, а также иные правовые акты. Единогласие сохранится лишь как исключение, в наиболее «чувствительных» для государств сферах жизни.

Особенность квалифицированного большинства в Совете заключается в том, что оно учитывает дуалистическую (двойственную) природу организации Европейский Союз: объединение государств и союз народов. Соответственно для принятия решения в данном случае необходимо выполнить два основных условия:

— проект должны поддержать абсолютное большинство членов Совета (т. е. 15 из 27), а по некоторым вопросам — 2/3 (т. е. 15 из 27)[68];

— «за» должно быть подано не менее 255 из 375 так называемых взвешенных голосов. «Взвешивание» голосов представителей разных стран производится в соответствии с численностью их населения, причем соответствующие квоты (как и для числа избираемых депутатов Европарламента) жестко зафиксированы в Договоре о ЕС (ст. 205). Так, министры из Германии, Великобритании, Франции и Италии имеют каждый по 29 «взвешенных голосов»; испанский и польский министры — по 27; нидерландский — 13 и т. д. Наименьшее число «взвешенных голосов» у представителя Мальты (3);

Зафиксированные в Договоре о ЕС квоты государств-членов не являются строго пропорциональными (т. е. неточно отражают соотношение их по численности населения). По этой причине Ниццкий договор 2001 г. наделил каждого члена Совета правом требовать проверки того, что «государства-члены, образующие это квалифицированное большинство, представляют не менее 62 % всего населения Союза. Если окажется, что данное условие не выполнено, то соответствующее решение не принимается» (новый параграф 4 ст. 205 Договора о ЕС).

Лиссабонский договор 2007 г. предусматривает отмену «взвешенного голосования» (вместе с дополнительным условием о перепроверке 62 %). Он устанавливает новое определение квалифицированного большинства на основе метода «двойного большинства» (большинство представленных в Совете государств-членов + большинство населения Европейского Союза в целом).

Согласно ст. 16 Договора о Европейском Союзе в редакции Лиссабонского договора квалифицированное большинство в Совете определено следующим образом: «не менее 55 % членов Совета, включая как минимум пятнадцать из них, представляющих государства-члены, в которых сосредоточено не менее 65 % населения Союза». По некоторым вопросам предусмотрено также суперквалифицированное большинство: «не менее 72 % членов Совета, представляющих государства-члены, в которых сосредоточено не менее 65 % населения Союза» (ст. 238 Договора о функционировании Европейского Союза в редакции Лиссабонского договора).

В то же время, по настоянию ряда государств-членов, прежде всего Польши, введение в действие нового определения квалифицированного большинства отложено Лиссабонским договором до 1 ноября 2014 г. До наступления этой даты в Совете продолжит использоваться метод «взвешенного голосования», как он существует в настоящее время (переход к методу «двойного большинства» будет осуществляться постепенно и должен окончательно завершиться к 1 апреля 2017 г.).

Кроме единогласия (консенсуса) и квалифицированного большинства Совету известен и такой способ принятия решений, как простое большинство (большинство от списочного состава). Он используется, в основном, для принятия процедурных решений[69].

С учетом непостоянного характера работы Совета в функционировании данного института огромную роль играют вспомогательные органы (комитеты). Важнейший среди них — Комитет постоянных представителей, обозначаемый также аббревиатурой Coreper (от франц. Comitй des reprйsentants permanents). В его состав входят главы официальных представительств государств-членов при Европейском Союзе (в ранге послов) либо их заместители.

Coreper в предварительном порядке рассматривает проекты, вносимые на утверждение Совета, и старается достигнуть консенсуса между представителями государств-членов. Если это удалось, то Совет, как правило, автоматически (без обсуждения) утверждает текст, согласованный в Coreper. Так происходит примерно в 75–80 % случаев, т. е. Coreper своей деятельностью существенно «разгружает» Совет[70].

Наряду с Coreper в структуре Совета имеются ряд специальных комитетов (по сельскому хозяйству, по вопросам политики и безопасности и др.), а также создаются рабочие группы по отдельным вопросам, число которых варьируется от 250 до 300[71].

Аппарат Совета представлен его Генеральным секретариатом (примерно 3000 сотрудников). Руководитель последнего с 1999 г. совмещает две должности: Генеральный секретарь Совета — Высокий представитель Европейского Союза по общей внешней политике и политике безопасности (сокращенно: «Генеральный секретарь — Высокий представитель»). В качестве Высокого представителя это должностное лицо помогает Председателю Совета в осуществлении внешнеполитических функций Европейского Союза.

В целях усиления последовательности и согласованности внешней политики Европейского Союза Лиссабонский договор 2007 г. предусматривает ликвидацию совместной должности Генерального секретаря — Высокого представителя. Пост Генерального секретаря Совета в дальнейшем сохранится лишь в качестве внутренней административной должности (начальника аппарата).

Что касается поста Высокого представителя, то вместо него вводится новое должностное лицо под названием «Верховный представитель Союза по иностранным делам и политике безопасности» (в проекте Европейской конституции 2004 г., на основе которой был подготовлен Лиссабонский договор, этой должности планировали дать более лаконичное название — «Министр иностранных дел Союза»).

Верховный представитель по иностранным делам и политике безопасности будет курировать все аспекты внешнеполитической деятельности Европейского Союза, действуя в двойном качестве:

— с одной стороны, Верховный представитель наделен правом председательствовать (без права голоса) на заседаниях Совета Европейского Союза при принятии им внешнеполитических решений (в формации «Совет по иностранным делам» на уровне министров иностранных дел государств-членов);

— с другой стороны, Верховный представитель будет являться вице-председателем главного исполнительного института Союза — Европейской комиссии.

Европейская комиссия[72]

Состав и порядок формирования. Европейская комиссия — институт, сходный по составу и способу формирования с национальными правительствами. Она включает 27 человек: Председателя и 26 комиссаров, отвечающих за определенную сферу управления (комиссар по внешним сношениям, комиссар по вопросам правосудия и внутренних дел и т. д.).

Председатель и комиссары должны быть гражданами Европейского Союза, причем от каждого государства-члена назначается по одному гражданину (27 государств-членов Союза — 27 членов Комиссии). Ниццкий договор 2001 г. (см. вопрос № 10) предусматривал сокращение численного состава Комиссии (в ее состав должно было входить меньше лиц, чем имеется государств-членов; точные цифры не определялись). Однако Лиссабонский договор 2007 г. о реформе Европейского Союза (см. вопрос № 17) вернулся к прежней формуле «одно государство-член — один комиссар». Она может быть изменена лишь после 2014 г. путем сокращения численного состава Комиссии до 2/3 от общего числа государств-членов.

Несмотря на существование национальных квот, Председатель и комиссары, в отличие от членов Совета, не связаны указаниями своих государств и обязаны действовать только в интересах Сообщества и Союза в целом. Независимость комиссаров служит важнейшим условием назначения их на должность и гарантируется запретом для членов Комиссии получать или запрашивать указания от кого бы то ни было, в том числе от властей родных государств.

Члены Комиссии могут быть отрешены от должности только Судом Европейских сообществ в случае, если они перестают соответствовать установленным требованиям или совершат серьезный проступок. Возможна также принудительная отставка отдельных комиссаров по требованию Председателя (при условии поддержки этого требования большинством членов Комиссии).

Отправить в отставку Комиссию в целом может лишь Европейский парламент путем вынесения ей вотума недоверия, причем в усложненном порядке (абсолютное большинство депутатского корпуса и 2/3 поданных голосов). На практике таких случаев еще не было[73].

Комиссия формируется сроком на пять лет совместно Советом Европейского Союза и Европейским парламентом: назначение членов Комиссии производит Совет (квалифицированным большинством), а утверждение Комиссии в форме «вотума доверия» — Европейский парламент (простым большинством).

Председатель Комиссии назначается первым, отдельно от других комиссаров, и также отдельно утверждается Европейским парламентом. Согласно Лиссабонскому договору назначение этого должностного лица должно будет производиться с учетом результатов выборов в Европарламент, вероятно, из представителей той «европейской политической партии», которая сформировала наибольшую по численности фракцию в представительном институте Союза.

Функции и полномочия. В институционном механизме Европейского Союза Комиссия отвечает за выполнение в основном тех же задач, которые на уровне государств решают национальные правительства. Отсюда в политическом лексиконе ее часто характеризуют в качестве «главного исполнительного органа» или даже «европейского правительства».

При этом полномочия Комиссии, аналогично полномочиям правительств государств, проистекают из двух источников — непосредственно из «конституции» (учредительных договоров), а также из текстов законодательных актов, издаваемых Советом и Европарламентом (производные или делегированные полномочия). Благодаря этому реальный круг прав и обязанностей Комиссии постоянно возрастает.

В западной доктрине сложилась классификация основных направлений деятельности Комиссии на три функции. В рамках каждой она наделяется соответствующими властными прерогативами:

— охранительная функция, т. е. обеспечение соблюдения учредительных договоров, правовых актов институтов и других источников права Европейского Союза его государствами-членами, а также физическими и юридическими лицами.

Наиболее важное полномочие в рамках этой функции — это расследование противоправных действий и бездействия государств-членов и привлечение их к ответственности перед Судом Европейских сообществ. Сама по себе Комиссия правом наказывать государства-члены не обладает (см. вопрос № 50). Таким полномочием она может наделяться в отношении предприятий в соответствии с правовыми актами (регламентами) Европейского сообщества. При этом понятие «предприятие» охватывает как юридических, так и физических лиц, осуществляющих хозяйственную деятельность на внутреннем рынке ЕС.

Регламенты, предоставляющие Комиссии право налагать штрафы на предприятия, изданы в ряде отраслей законодательства Сообщества, прежде всего антимонопольном, транспортном и энергетическом. Например, согласно Регламенту Совета от 27 июня 1960 г. «Об отмене дискриминации в области цен и условий транспортных перевозок» Комиссия вправе штрафовать перевозчиков на сумму до 10 тыс. евро.

Многомиллионные штрафы (до 10 % годового оборота предприятия) Комиссия налагает на крупные компании, нарушающие правила конкуренции в ЕС, к примеру «Фольксваген» (решением Комиссии от 29 июня 2001 г. оштрафован на сумму 30,96 млн евро), «ДаймлерКрайслер» (10 октября 2001 г. наложен штраф на сумму около 72 млн евро), «Нинтендо» (оштрафован на 149 млн евро согласно решению от 30 октября 2002 г.), «Майкрософт» (решениями от 24 марта 2004 г. и от 27 февраля 2008 г. оштрафован в совокупности на сумму около 1,5 млрд евро).

В рамках охранительной функции Комиссия наделяется правом санкционировать определенные действия государств-членов и предприятий (форма предварительного контроля). В частности, предварительного согласия Комиссии требуют слияние крупных компаний, предоставление государственной помощи предприятиям и нормативные акты государств-членов по ряду вопросов (например, в области стандартизации).

Законодательством ЕС Комиссии также может предоставляться право предписывать или запрещать определенные действия. Например, посредством своих решений она вправе приказать государствам-членам запретить сбыт или изъять с рынка любой товар, который представляет серьезную угрозу для потребителей (Директива Европейского парламента и Совета от 3 декабря 2001 г. «Об общих условиях безопасности продукции»);

— инициативная функция, т. е. подготовка новых нормативных актов и иных мер, подлежащих принятию на уровне Европейского Союза.

Правом вносить в Совет и Европейский парламент проекты регламентов, директив и иных правовых актов Комиссия обладает в рамках всех трех опор Союза. Однако в рамках Европейского сообщества, где издается наибольшая часть законодательства Союза, данное право носит исключительный (монопольный) характер. Другими словами, в рамках ЕС законодательные институты — Европейский парламент и Совет, — как правило, могут принимать решения лишь по предложению Комиссии, но не по собственной инициативе. Более того, Комиссия вправе в любой момент изменить или отозвать внесенное предложение. Если окончательное решение должен принимать Совет, то поправки, с которыми не согласна Комиссия, он может вносить лишь единогласно.

Монополия Комиссии на правотворческую инициативу — особенность механизма сдержек и противовесов в ЕС, благодаря которой Комиссию принято характеризовать как «мотор Сообщества». Данную особенность планируется сохранить и в будущей Конституции Союза. Согласно ее проекту европейские законы и рамочные законы будут издаваться по предложению Комиссии. Лишь в сфере уголовного права и полицейского сотрудничества инициаторами законодательных актов наряду с Комиссией смогут выступать государства-члены (не менее четверти от общего их числа).

К другим важным полномочиям Комиссии в рамках инициативной функции относятся разработка проекта бюджета Европейского Союза и ведение переговоров с иностранными государствами и международными организациями по вопросам, которые входят в компетенцию ЕС и Евратома (первой опоры);

— исполнительная функция (в узком смысле слова), под которой понимается самостоятельное претворение в жизнь Комиссией предписаний учредительных договоров и других источников права Союза.

К главным полномочиям в этой области относится, прежде всего, издание делегированного законодательства и принятие других «мер по исполнению» регламентов, директив, решений Европейского парламента и Совета, исполнение бюджета Европейского Союза, а также управление структурными фондами Сообщества (Европейский социальный фонд, Европейский фонд регионального развития и др.).

Организация работы и принятия решений. Комиссия — постоянно действующий институт, которому в силу характера ее функций и полномочий приходится принимать огромное число решений (в среднем около 10 тыс. каждый год).

По этой причине в Комиссии осуществляется распределение обязанностей («портфелей») между отдельными членами — комиссарами. Общее руководство Комиссией возложено на Председателя, который из числа комиссаров вправе назначать себе заместителей (вице-председателей).

В дальнейшем, согласно Лиссабонскому договору 2007 г., один из вице-председателей Комиссии будет являться Верховным представителем Союза по иностранным делам и политике безопасности. Это должностное лицо одновременно будет выполнять функции Председателя Совета Европейского Союза на уровне министров иностранных дел государств-членов (см. выше в настоящем вопросе).

Лиссабонский договор также наделяет Верховного представителя рядом самостоятельных прерогатив, осуществляемых им единолично: право представлять Союз в целом на международной арене, руководство «Европейской службой внешнеполитической деятельности» (дипломатической службой ЕС), право самостоятельно разрабатывать и представлять на утверждение Совета и Комиссии проекты новых внешнеполитических мер Европейского Союза.

В качестве отраслевых подразделений (ведомств) Комиссии выступают генеральные директораты (или генеральные дирекции), обозначаемые аббревиатурой DG[74] и номерами в виде римских цифр, например: DG II «Экономические и финансовые вопросы», DG VI «Сельское хозяйство» и т. д. Руководителем генерального директората является генеральный директор (должностное лицо, назначаемое из числа гражданских служащих Европейских сообществ). Генеральный директор, в свою очередь, подчиняется комиссару, который отвечает за соответствующую отрасль управления.

Кроме генеральных директоратов в структуре Комиссии имеются специализированные службы (Служба переводов, Юридическая служба и др.) и Генеральный секретариат (вспомогательный аппарат).

Большая загруженность Комиссии обусловливает существование у нее обширного персонала (около 50 тыс. служащих — больше, чем в любом другом институте или органе Союза), а также практику внутреннего делегирования, т. е. передачу полномочий принимать решения отдельным комиссарам или генеральным директорам.

36. Что такое Европейский совет?

Европейский совет — это высший орган политической координации и планирования Европейского Союза[75]. «Европейский совет дает Союзу импульсы, необходимые для его развития, и определяет его генеральные политические ориентиры» (ст. 4 Договора о Европейском Союзе).

Членами данного органа по должности выступают руководители всех государств-членов и Председатель Европейской комиссии, которых сопровождают министры иностранных дел и один из комиссаров. Поскольку большинство стран Союза по форме правления являются парламентарными республиками или монархиями, то в Европейском совете их обычно представляют главы правительств (премьер-министры), реже — президент (например, Францию)[76].

Сессии Европейского совета, по общему правилу, должны собираться не реже двух раз в год, на практике — дважды в полугодие. Председательствует на них руководитель страны, которая в соответствующий период занимает пост Председателя Совета Европейского Союза.

Каждая сессия Европейского совета продолжается два дня, на протяжении которых обсуждаются важнейшие проблемы развития Европейского Союза и мировой политики. По итогам сессии принимается итоговый политический документ под названием «заключения» (англ., франц. conclusions). В этом документе излагаются общие оценки и согласованные инициативы, подлежащие реализации на уровне Союза в целом и его государств-членов.

Европейский совет не издает правовых актов, за исключением «общих стратегий» в рамках ОВПБ (см. вопрос № 26). Он также вправе рекомендовать государствам-членам создать «общую оборону», если возникнет такая необходимость (ст. 17 Договора о Европейском Союзе).

Высокий состав и важность проблем, обсуждаемых на сессиях Европейского совета, обусловливают его характеристику в литературе и средствах массовой информации как «встречи в верхах» или «саммита» Европейского Союза. По этой причине, хотя заключения Европейского совета не имеют юридически обязательной силы, на практике они обычно реализуются в жизнь.

Новеллы Лиссабонского договора приведут к дальнейшему повышению роли Европейского совета в организационном механизме, в том числе к признанию его в качестве института Союза[77]. Предусмотрено также ввести пост Председателя Европейского совета, работающего на постоянной основе и избираемого самим Европейским советом на 2,5 года.

37. Каковы основные контрольные институты и органы Европейского Союза?

Отталкиваясь от опыта современных государств, в организационном механизме Европейского Союза были учреждены специализированные институты и органы, которые осуществляют контрольную функцию. Важнейшие среди них — Счетная палата и Омбудсман.

Европейская счетная палата[78] создана в 1977 г. в качестве единого органа финансового контроля Европейских сообществ. В 1992 г. поправками Договора о Европейском Союзе ее статус был повышен: Счетная палата была признана в качестве пятого института Союза наряду с Европарламентом, Советом, Комиссией и Судом.

«Счетная палата обеспечивает контроль за счетами» (ст. 246 Договора о Европейском сообществе) и с этой целью проверяет их в отношении «всей совокупности доходов и расходов Сообщества» (ст. 248 Договора о ЕС).

С этой целью Счетная палата проводит аудиторские проверки как на основе бухгалтерской документации, так и непосредственно на месте, в частности в помещениях других институтов и органов Сообщества, физических и юридических лиц, получающих средства из союзного бюджета.

По результатам проверок Счетная палата представляет доклады (специальные и ежегодные), а также выносит заключения. Правом самостоятельно наказывать нарушителей она не обладает.

Счетная палата ежегодно представляет Европарламенту и Совету заверительную декларацию в отношении бухгалтерской документации, относящейся к исполнению общего бюджета Европейского Союза.

Двадцать семь членов Счетной палаты (по одному от каждого государства-члена) назначаются на должность Советом Европейского Союза после консультации с Европейским парламентом, сроком на шесть лет. Из своего состава они избирают Председателя Счетной палаты (на три года).

При осуществлении полномочий члены Счетной палаты полностью независимы и могут быть отрешены от должности только Судом Европейских сообществ.

Счетная палата функционирует на постоянной основе и располагает собственным аппаратом около 500 человек.

Европейский омбудсман[79]

Должность специального парламентского уполномоченного по контролю за административными органами появилась в средневековой Швеции, а в XX в. была заимствована большинством современных государств, в том числе Россией. В 1992 г. аналогичный пост введен и в Европейском Союзе.

Европейский омбудсман — единоличный орган, который избирается Европарламентом сроком на пять лет (выборы всегда альтернативные). В своей деятельности Омбудсман полностью независим, в том числе от самого Европарламента. Его полномочия могут быть досрочно прекращены лишь в судебном порядке (Судом Европейских сообществ).

Задача Омбудсмана — расследовать дела по жалобам на «случаи нарушения порядка управления в деятельности институтов или органов Сообщества», кроме судебных (ст. 195 Договора о ЕС)[80]. С жалобами к Омбудсману могут обращаться граждане Союза, а равно любое юридическое или физическое лицо, проживающее (имеющее местонахождение) на его территории. Омбудсман вправе проводить расследования также по собственной инициативе.

Институты и органы ЕС должны предоставлять Омбудсману любые необходимые сведения, а их сотрудники могут быть приглашены для дачи показаний. Обязанность предоставлять информацию Омбудсману распространяется и на все государства-члены (кроме сведений, которые в соответствии с законодательством страны носят секретный характер).

Если в ходе рассмотрения жалобы подтвердится, что конкретный институт или орган допустил нарушение, то Омбудсман сначала пытается достичь «полюбовного урегулирования» (франц. solution а l’amiable), которое позволит устранить нарушение и удовлетворить справедливые требования лица, обратившегося с жалобой[81].

Когда достичь примирения сторон не удается, Омбудсман готовит доклад, содержащий проекты критических рекомендаций[82]. Институт или орган, в адрес которого направлен доклад, обязан в течение трех месяцев дать на него свой ответ Омбудсману (подробное заключение) с возможным указанием мер, принятых во исполнение критических рекомендаций.

Если ответ института/органа признан Омбудсманом неудовлетворительным, то он направляет специальный доклад Европейскому парламенту. Этот доклад завершает рассмотрение жалобы. В дальнейшем Европарламент может принять соответствующие меры в рамках своих полномочий.

Срок давности для направления жалобы Европейскому омбудсману — два года с момента, когда лицу стало известно о фактах, послуживших ее основанием. Подаче жалобы должно предшествовать обращение к заинтересованному институту или органу. С целью облегчить данную процедуру Омбудсман утвердил типовой формуляр жалобы, опубликованный в Официальном журнале Европейского Союза[83].

В 2000 г., исходя из потребности обеспечить более эффективную защиту прав личности при обработке институтами и органами Союза информации об их частной жизни, была введена должность специального информационного омбудсмана, который официально именуется Европейский контролер по защите данных. Правовой статус этого нового органа Союза закреплен в Регламенте Европейского парламента и Совета от 18 декабря 2000 г. «О защите физических лиц в отношении обработки данных личного характера институтами и органами Сообщества и о свободном обращении таких данных».

38. Какими правоохранительными органами располагает Европейский Союз?

Органами, посредством которых Европейский Союз осуществляет координацию мероприятий государств-членов по борьбе с преступностью, служат Европол и Евроюст. При Европейской комиссии также функционирует Европейское ведомство по борьбе с мошенничеством.

В последние годы активно обсуждается вопрос об учреждении Европейской прокуратуры; возможность ее создания прямо предусмотрена Лиссабонским договором.

Европейское полицейское ведомство, или Европол (Europol)[84], - орган Европейского Союза, который осуществляет координацию и оказывает помощь деятельности полицейских служб государств-членов в сфере предотвращения и расследования тяжких преступлений, затрагивающих интересы двух и более стран.

Его статус первоначально был закреплен в специальной (дополнительной) конвенции между государствами-членами, подписанной в 1995 г. и вступившей в силу в 1998 г., - Конвенции «О создании Европейского полицейского ведомства» (краткое название: «Конвенция о Европоле»). В 2009 г. текст Конвенции был заменен одноименным нормативным актом Совета Европейского Союза: Решением Совета от 6 апреля 2009 г. «О создании Европейского полицейского ведомства (Европол)».

В настоящее время деятельность Европола концентрируется в основном на информационной поддержке мероприятий по борьбе с преступностью путем сбора, передачи и обработки соответствующих данных. Для этого в государствах-членах созданы национальные отделы, отвечающие за контакты с Европолом, и каждое из них направляет в Европол своих офицеров по связи.

В соответствии с Решением о создании Европейского полицейского ведомства 2009 г. Европол также наделен рядом важных дополнительных полномочий, в частности:

— правом откомандировывать своих сотрудников для участия в работе совместных следственных бригад, формируемых государствами-членами;

— правом направлять государствам-членам официальные запросы о возбуждении уголовных дел, а также о проведении и координации расследований по определенным уголовным делам. В случае отказа государства-члены обязаны направлять Европолу мотивированный ответ.

Главным внутренним органом Европола служит Административный совет, состоящий из представителей государств-членов (собирается не реже двух раз в год). Текущее управление осуществляет директор, назначаемый на четыре года Советом Европейского Союза.

В 2003 г. министры внутренних дел пяти крупнейших стран Европейского Союза (Великобритании, Германии, Испании, Италии, Франции) выступили с предложением усилить полномочия Европола, что может со временем привести к преобразованию его в правоохранительное учреждение, подобное Федеральному бюро расследований США[85].

Евроюст (Eurojust) — новый орган Европейского Союза, созданный для координации работы национальных прокуратур и иных ведомств государств-членов, которые осуществляют уголовное преследование и/или расследование уголовных дел. Компетенция Евроюста распространяется на более широкий круг противоправных деяний, чем компетенция Европола (к ней дополнительно отнесена, например, экологическая преступность).

Правовой статус данного органа закреплен в Решении Совета от 28 февраля 2002 г. «О создании Евроюста в целях усиления борьбы с тяжкой преступностью».

В соответствии с указанным Решением в состав Евроюста входят по одному «национальному члену, откомандированному каждым государством-членом… и являющемуся по должности прокурором, судьей или офицером полиции с аналогичными прерогативами» (ст. 2).

Национальные члены выступают уполномоченными представителями своих стран. Они обеспечивают постоянное взаимодействие органов уголовного преследования разных государств — членов Союза.

В содержание полномочий национальных членов входит право обращаться к компетентным органам своего и других государств-членов с ходатайствами о начале расследования или возбуждении уголовного преследования, о создании совместных следственных групп, передача запросов о правовой помощи по уголовным делам и др.

В то же время каждое государство самостоятельно определяет характер и объем судебно-правовых полномочий своего национального члена на собственной территории (например, может ли он давать обязательные распоряжения местным правоохранительным органам, обладает ли правом доступа к их банкам данных и т. д.).

В некоторых случаях, например когда расследование преступления (преступлений) имеет значение для Союза в целом, Евроюст может действовать в лице коллегии, объединяющей всех национальных членов. Коллегия Евроюста избирает одного из национальных членов Председателем, которого затем утверждает в должности Совет Европейского Союза.

Для текущего управления Евроюстом коллегия назначает административного директора.

Советом Европейского Союза принято Решение от 14 декабря 2008 г. «Об усилении Евроюста», которое вносит множество изменений и дополнений в вышеупомянутое Решение от 28 февраля 2002 г. В частности, предусмотрено создание в рамках Евроюста «постоянного координационного механизма» (франц. dispositif permanent de coordination), который будет обеспечивать доступность этого органа в круглосуточном режиме для оказания помощи компетентным инстанциям государств-членов. Также расширяются полномочия национальных членов Евроюста.

Согласно Лиссабонскому договору о реформе Европейского Союза (см. вопрос № 17) может быть учреждена Европейская прокуратура, которая будет непосредственно заниматься уголовным преследованием в национальных судах ряда преступных деяний.

«Европейская прокуратура, при необходимости, во взаимодействии с Европолом, уполномочивается осуществлять расследование, уголовное преследование и предание суду в отношении исполнителей и соучастников преступных деяний, посягающих на финансовые интересы Союза» (параграф 2 ст. 86 Договора о функционировании Европейского Союза в редакции Лиссабонского договора).

В дальнейшем компетенция Европейской прокуратуры может быть распространена на другие виды «тяжкой преступности с трансграничными масштабами», включая международный терроризм (параграф 4 той же статьи).

Европейское ведомство по борьбе с мошенничеством, сокращенно — OLAF (от франц. Office europйen de la lutte anti-fraude)[86] было учреждено в 1999 г. Европейской комиссией в целях «усиления борьбы с мошенничеством, коррупцией и любой иной противоправной деятельностью, посягающей на финансовые интересы Сообществ…» (ст. 2 Решения Комиссии от 26 мая 1999 г. «Об учреждении Европейского ведомства по борьбе с мошенничеством»).

Кроме указанного решения статус OLAF регулируют специальный Регламент Европейского парламента и Совета «О расследованиях, осуществляемых Европейским ведомством по борьбе с мошенничеством (OLAF)» и Межинституционное соглашение Европарламента, Совета и Комиссии «О внутренних расследованиях, осуществляемых OLAF».

Главным объектом усилий OLAF служит выявление противоправных деяний, ведущих к непоступлению средств в бюджет Европейского Союза или, напротив, к незаконному их использованию. Объектом проверок OLAF могут выступать и органы Союза, обладающие автономным бюджетом (например, Европейский центральный банк).

Расследования, проводимые OLAF, подразделяются на внутренние и внешние. Первые осуществляются в рамках институтов и органов Союза, вторые — в отношении иных лиц и организаций, в частности тех, которые получают финансовую помощь за счет союзного бюджета.

И те и другие расследования носят административный характер, однако по их итогам OLAF может направлять прокуратурам или иным компетентным органам государств-членов информацию на предмет возбуждения уголовного дела.

OLAF возглавляет директор, назначаемый Европейской комиссией сроком на пять лет. В целях обеспечения подлинной независимости OLAF (в том числе от самой Комиссии, при которой состоит данный орган) образован Наблюдательный комитет в составе пяти независимых и компетентных лиц. Их назначают сроком на три года по общему согласию Европейский парламент, Совет и Комиссия.

39. Какие органы Европейского Союза осуществляют консультативные функции?

Наиболее важными и авторитетными органами консультативного характера выступают Экономический и социальный комитет и Комитет регионов, функционирующие в рамках ЕС и Евратома (первой опоры). Кроме того, у Союза имеется большое число специализированных консультативных органов, компетенция которых охватывает отдельные виды деятельности (например, Комитет по вопросам занятости).

Экономический и социальный комитет — орган, состоящий из представителей разных классов и социальных групп Европейского Союза: наемных работников, работодателей, фермеров, ремесленников и т. д. Их работа в данном Комитете дает возможность «различным социально-экономическим составляющим организованного гражданского общества» Европы (ст. 257 Договора о ЕС) оказывать большее влияние на политику наднациональных институтов.

Это влияние осуществляется путем вынесения Экономическим и социальным комитетом консультативных заключений по законопроектам ЕС, а также по иным актуальным вопросам общественной жизни. Комитет может давать их как по собственной инициативе, так и по запросу со стороны политических институтов Союза (чаще всего, Комиссии).

Во многих областях Договор о ЕС предусматривает обязательную консультацию с Экономическим и социальным комитетом (аграрная, социальная политика, охрана окружающей среды, здравоохранение и др.). Правовые акты по этим вопросам могут быть изданы лишь «после консультации» с Комитетом, которому дается месячный срок (как минимум) на подготовку своего заключения.

Непроведение консультации с Экономическим и социальным комитетом, когда таковая обязательна, представляет собой существенное нарушение процедурных требований и может послужить основанием для отмены регламента или иного правового акта судами Европейского Союза.

Экономический и социальный комитет включает 344 члена, избираемых на четыре года Советом Европейского Союза из списка кандидатов, которые представляют каждое государство-член. Подобно Европарламенту, здесь предусмотрены национальные квоты, различающиеся в зависимости от численности населения разных стран Союза.

Несмотря на это обстоятельство, члены Экономического и социального комитета «осуществляют свои функции полностью независимо, в общих интересах Сообщества» (ст. 258 Договора о ЕС). Внутри Комитета они объединяются в группы в зависимости от их социального происхождения: группа I «Наемные работники», группа II «Работодатели» и группа III «Прочие виды деятельности» (представители ремесленников, ассоциаций потребителей и т. п.).

Наиболее многочисленной в составе Комитета является первая группа, объединяющая в основном представителей профессиональных союзов, большинство из которых входят в Европейскую конфедерацию профессиональных союзов (см. вопрос № 9).

Представитель каждой из этих групп поочередно избирается на пост Председателя Экономического и социального комитета, представители двух других — соответственно вице-председателями. Коллегиальным руководящим органом Комитета выступает Бюро, избираемое также на паритетных началах из членов разных групп. Срок полномочий всех этих внутренних органов — два года.

В целях более эффективной работы в структуре Комитета образованы специализированные секции в соответствии с направлениями политики ЕС (по транспорту, сельскому хозяйству и др.); допускается учреждение подкомитетов.

Экономический и социальный комитет работает в сессионном порядке.

Комитет регионов состоит из представителей территориальных и местных коллективов, т. е. административно-территориальных образований внутри государств-членов на разных уровнях (области, провинции, коммуны и т. п.).

Согласно Договору о ЕС (ст. 263) в качестве этих представителей могут выступать либо «обладатели выборного мандата в рамках территориального или местного коллектива» (например, депутаты городского совета), либо должностные лица, «политически ответственные перед избираемой ассамблеей» (например, мэр города, назначенный местным советом).

Благодаря Комитету регионов, таким образом, обеспечивается привлечение низовых звеньев публичной власти к решению общих дел в рамках Европейского Союза. Так же как и рассмотренный выше Экономический и социальный комитет, данный орган выносит консультативные заключения по законопроектам и иным документам, принимаемым институтами Союза. Во многих случаях такая консультация обязательна (сферы культуры, здравоохранения, образования и др.)[87].

Состав (344 человека), порядок формирования (назначение Советом на четыре года) и правовой статус членов Комитета регионов сходны с Экономическим и социальным комитетом. Похожи также организация работы (сессионная) и внутренняя структура обоих комитетов: Председатель, вице-председатели (в Комитете регионов они назначаются по принципу «один вице-председатель от каждого государства-члена»), Бюро, специальные комиссии.

С учетом особенностей состава Комитета регионов его члены объединяются в политические группы — фракции (в этом он сходен с Европарламентом), а также в национальные делегации (объединяют членов Комитета — выходцев из одного государства).

40. Какие специализированные органы функционируют в рамках экономического и валютного союза?

Экономический и валютный союз — особая сфера компетенции Европейского сообщества, в рамках которой ЕС осуществляет координацию всей экономической политики государств-членов (экономический союз) и проводит единую денежно-кредитную политику на основе единой валюты — евро (валютный союз).

Наряду с традиционными политическими институтами (Европарламент, Совет, Комиссия) управление в рамках этой сферы осуществляют специализированные органы ЕС и государств-членов, прежде всего Европейская система центральных банков во главе с Европейским центральным банком. Консультативные и наблюдательные функции возложены на Экономический и финансовый комитет.

Европейская система центральных банков и Европейский центральный банк

В связи с введением в ЕС единой валюты евро была проведена реорганизация «денежной власти» государств-членов, а ее носители (центральные банки) были объединены друг с другом в Европейскую систему центральных банков (ЕСЦБ) во главе с новым органом Союза — Европейским центральным банком (ЕЦБ).

ЕСЦБ, таким образом, включает в себя 28 элементов: 27 национальных центральных банков и Европейский центральный банк. Однако из-за того что на единую валюту в силу разных причин смогли перейти не все государства-члены (см. вопрос № 108), полноправными участниками данной системы выступают центральные банки лишь тех стран, которые вошли в «зону евро» (в 2010 г. — 16 стран).

Ввиду этого обстоятельства внутри ЕСЦБ выделяется Евросистема: Европейский центральный банк плюс 16 центральных банков стран «зоны евро»[88]. Остальные центральные банки входят в ЕСЦБ в основном с совещательным статусом, а их руководители не участвуют в принятии решений в рамках единой денежно-кредитной политики.

Главной целью ЕСЦБ служит поддержание стабильности цен, а ее основными задачами выступают:

— определение и претворение в жизнь денежной политики Сообщества;

— проведение валютных операций;

— хранение официальных валютных резервов и управление ими;

— содействие надлежащему функционированию платежных систем (ст. 105 Договора о ЕС; ст. 2–3 Протокола «Об Уставе Европейской системы центральных банков и Европейского центрального банка»).

Важнейшим принципом правового статуса ЕСЦБ является принцип независимости, который распространяется на Европейский центральный банк и на центральные банки всех государств-членов (ст. 105 Договора о ЕС).

Европейский центральный банк — ключевой элемент ЕСЦБ, который обладает широкими властными полномочиями, включая наложение штрафов на предприятия. К исключительной компетенции ЕЦБ относится санкционирование эмиссии денежных знаков евро (ст. 106 Договора о ЕС).

ЕЦБ реализует свои полномочия путем издания регламентов и решений в форме ориентиров и указаний для национальных центральных банков. Он может также принимать рекомендации и заключения, не имеющие обязательной силы.

Высшим должностным лицом ЕЦБ является Председатель, которому помогает в работе вице-председатель.

Указанные должностные лица плюс четыре других члена составляют Дирекцию[89] — орган текущего управления Европейского центрального банка. Члены Дирекции назначаются сроком на восемь лет по общему согласию правительств государств-членов, входящих в «зону евро».

После вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. о реформе Европейского Союза (см. вопрос № 17) членов Дирекции будет назначать Совет Европейского Союза на основании квалифицированного большинства (государства-члены утрачивают право вето). В голосовании, как и в настоящее время, будут участвовать представители правительств только тех государств-членов, которые перешли на единую валюту «евро».

Главным внутренним органом ЕЦБ выступает Совет управляющих[90], в состав которого по должности входят члены Дирекции и руководители (управляющие) центральными банками стран «зоны евро».

В целях координации денежной политики, проводимой в рамках «зоны евро», с центральными банками стран, не перешедших на единую валюту, в структуре ЕЦБ образован еще один коллегиальный орган — Общий совет[91]. В него входят Председатель, вице-председатель ЕЦБ и руководители всех без исключения центральных банков государств-членов.

Европейский центральный банк наделен статусом юридического лица, и в этом качестве располагает собственным уставным капиталом и резервами.

Экономический и финансовый комитет — орган, помогающий Совету и Комиссии в осуществлении координации экономической политики государств-членов, в том числе в контроле за состоянием их бюджетов.

Данный Комитет, в частности, дает указанным институтам свои заключения (по их запросу или по собственной инициативе); следит за экономическим и финансовым положением государств-членов, предоставляя об этом доклад Совету и Комиссии; выполняет по поручению Совета подготовительные и консультативные задачи; производит не реже одного раза в год анализ ситуации в области движения капиталов и свободы платежей в Сообществе (ст. 114 Договора о ЕС).

В состав Комитета входят лица, назначаемые государствами-членами, Комиссией и Европейским центральным банком (по два человека от каждого). Члены Комитета должны обладать «исключительной компетентностью в экономической и финансовой сфере» (ст. 2 Решения Совета «О порядке формирования Экономического и финансового комитета») и осуществлять свои функции «в общих интересах Сообщества» (ст. 3 Статута Экономического и финансового комитета, утвержденного решением Совета от 31 декабря 1998 г.).

Руководит работой Экономического и финансового комитета Председатель, избираемый членами Комитета сроком на два года.

41. Чем занимается Европейский инвестиционный банк?

Европейский инвестиционный банк (ЕИБ) — это особый орган Европейского сообщества и Союза, который функционирует в качестве кредитной организации. В соответствии с Договором о ЕС и приложенным к нему Протоколом «Об Уставе Европейского инвестиционного банка» он имеет статус юридического лица и располагает собственным уставным капиталом, подписчиками на который являются все государства-члены (в качестве членов Банка).

ЕИБ был образован в 1957 г. (одновременно с учреждением Сообщества) для того, чтобы способствовать выравниванию экономического развития между разными странами и регионами создаваемого общего рынка ЕС. «С этой целью, путем предоставления займов и гарантий, не стремясь к получению прибыли, он помогает финансированию следующих проектов во всех секторах хозяйства» (ст. 267 Договора о ЕС):

— направленных на повышение благосостояния менее развитых регионов Сообщества (например, юг Италии);

— по модернизации или конверсии предприятий либо по созданию новых видов деятельности, которые не могут быть в полной мере профинансированы отдельными государствами-членами;

— представляющих общий интерес для нескольких государств-членов, для реализации которых им также не хватает финансовых средств (например, строительство туннеля под Ла-Маншем в 1980-е гг.).

В последние годы Европейский инвестиционный банк все более активно подключается к финансированию проектов за пределами Европейского Союза, в том числе в России (например, природоохранные проекты в Санкт-Петербурге и Калининграде, на которые им выделена сумма 100 млн евро)[92].

ЕИБ также выступает соучредителем других финансовых учреждений, в частности Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР)[93] и Европейского инвестиционного фонда[94].

Главными внутренними органами ЕИБ являются:

— Совет управляющих — высший коллегиальный орган, определяющий основные направления политики Банка, состоит из компетентных министров государств-членов (обычно министры финансов);

— Административный совет — орган, принимающий решения о предоставлении займов и кредитов со стороны ЕИБ. Включает 28 администраторов, назначаемых на пять лет Советом управляющих (по одному от каждого государства-члена и от Европейской комиссии), а также их заместителей, назначаемых в аналогичном порядке (количество заместителей от разных государств-членов зависит от их доли в уставном капитале ЕИБ);

— Руководящий комитет — орган текущего управления Банком, осуществляющий подготовку решений Административного совета. Состоит из Президента и восьми вице-президентов ЕИБ, назначаемых на шесть лет Советом управляющих по предложению Административного совета.

Европейский инвестиционный банк не единственный орган, производящий финансирование инвестиционных проектов в ЕС. В настоящее время он осуществляет эту деятельность во взаимосвязи с другими финансовыми инструментами Сообщества (ст. 267 Договора о ЕС). К ним относятся, в частности, структурные фонды ЕС, находящиеся в подчинении Европейской комиссии: Европейский фонд регионального развития, Европейский социальный фонд, Европейский фонд по ориентированию и предоставлению гарантий сельскому хозяйству.

В Сообществе имеются также финансовый инструмент по ориентированию рыболовства, Фонд сплочения, Фонд солидарности и другие финансовые инструменты.

42. Какие агентства существуют в Европейском Союзе?

Расширение и усложнение задач, возлагаемых на Европейский Союз, обусловило появление в его организационном механизме большого числа автономных подразделений, которые чаще всего называются агентствами. Эти подразделения имеют оригинальную юридическую природу и, в качестве особой категории, получили в доктрине наименование «децентрализованный организм» (от франц. organisme dйcйntralisй).

«Организм» (в политико-правовом смысле) — это взаимосвязанная совокупность постов и служб, созданных для осуществления конкретной функции. Вместе взятые, они способны образовать единое учреждение[95].

Будучи децентрализованным, подобное учреждение наделяется статусом юридического лица, а равно большей или меньшей админитративно-финансовой автономией по отношению к остальным институтам и органам Союза.

Таким образом, децентрализованный организм — это одновременно и орган Европейского Союза, и организация, входящая в его структуру как обособленное подразделение с собственной правосубъектностью. В качестве юридического лица децентрализованный организм может от своего имени заключать соглашения с иностранными государствами и международными организациями, которые, однако, нуждаются в одобрении политическими институтами Союза.

Децентрализованными организмами выступают рассмотренные выше Европейский центральный банк и Европейский инвестиционный банк (вопросы № 32 и № 33), Европол и Евроюст (вопрос № 30). Непосредственно в учредительных договорах предусмотрено также создание Агентства по снабжению рудой, сырьем и «специальными расщепляющимися материалами», необходимыми для производства атомной энергии (ст. 52–55 Договора о Евратоме).

Остальные органы подобного характера функционируют на базе правовых актов институтов Союза, изданных преимущественно в рамках Договора о ЕС 1957 г. Не претендуя на исчерпывающий характер, перечислим некоторые из этих подразделений (в скобках указан год их создания)[96]:

— Европейский центр по развитию профессионального образования (1975);

— Европейское учреждение по улучшению условий жизни и труда (1975);

— Европейское агентство по окружающей среде (1990);

— Европейское учреждение по вопросам обучения (1990);

— Европейский наблюдательный центр в отношении наркотических средств и наркомании (1993);

— Европейское агентство по оценке медикаментов (1993);

— Ведомство по гармонизации в рамках внутреннего рынка (1994);

— Европейское агентство по вопросам здоровья и безопасности на рабочем месте (1994);

— Ведомство Сообщества по растительным сортам (1994);

— Европейский наблюдательный центр в отношении проявлений расизма и ксенофобии (1997);

— Европейское агентство по морской безопасности (2002);

— Европейское агентство по авиационной безопасности (2002);

— Европейский орган по безопасности продуктов питания (2002);

— Европейское агентство по координации оперативного сотрудничества на внешних границах государств — членов Европейского Союза (2004 г.);

— Европейское агентство по химическим продуктам (2008 г.).

В рамках общей внешней политики и политики безопасности (вторая опора Союза) в качестве автономных «организмов» в 2002 г. были учреждены Спутниковый центр. Институт по исследованиям безопасности Европейского Союза и Европейское оборонное агентство.

В рамках Союза функционирует также Европейский полицейский колледж, Европейский университет и европейские школы (на основании соглашений между государствами-членами и ЕС).

В ближайшие годы планируется создание новых агентств в различных областях компетенции Союза.

43. Используется ли принцип разделения властей в формировании и деятельности органов Европейского Союза?

Классическая система разделения властей, предусмотренная для отдельных государств, не вполне подходила такому динамично саморазвивающемуся государствоподобному наднациональному образованию интеграционного типа, как Европейский Союз. Вместо этого была создана гибкая и подвижная система элементов разделения и взаимодействия властей, не ставящая перед собой целью их разделить и жестко закрепить в определенной взаимной связи, но дающая возможность эффективно обеспечить их взаимодействие между собой. Такая организация оптимально способствует достижению координации при постановке задач и обеспечению субординации при их осуществлении. Именно это отражает специфический метод права Европейского Союза — метод скоординированной субординации (или гармонизации).

Исторически усиливающий свое значение Европейский Совет, подобно коллективному главе государства, призван разрабатывать и координировать стратегию развития Союза. С одной стороны, в явно ослабленную ограниченностью полномочий Европейского парламента законодательную власть вторгается Комиссия, являющаяся единственным источником законодательной инициативы и издающая акты в порядке делегированного законодательства. С другой — жесткость конституирующих Союз актов несколько уравновешивается влиянием на нее вырабатываемого Судом прецедентного права и возможностью толкования им норм права Европейского Союза.

Совет, официально являющийся органом законодательной власти Союза, состоит из министров — членов исполнительной власти, что явно противоречит традиционной системе разделения властей, но вполне успешно работает в структуре единого институционного механизма Европейского Союза. Положение и развитие судебной системы, в том числе и в результате внесенных Ниццким договором изменений, пожалуй, ближе всего к классическому. Совет, однако, наделяется характерными для суда полномочиями по наложению штрафов. Передача ряда законодательных функций Европейскому центральному банку (в сложнейший период введения единой валюты евро) также отличает организацию власти в Союзе от стандартной схемы. Лиссабонский договор показывает, что в ходе развития Европейского Союза дальнейшие подвижки в системе элементов разделения и взаимодействия властей неизбежны.

44. Где размещены институты и органы Европейского Союза?

В 1950-е гг., когда начался процесс строительства Европейского Союза, обсуждалась идея выделить для европейских институтов «особый округ, имеющий собственный суверенитет», т. е. поступить по образцу США (федеральный округ Колумбия, где расположена столица Вашингтон)[97].

Эта идея не получила реализации. Приложенный в 1997 г. к учредительным договорам Протокол «Об установлении местонахождений институтов, некоторых органов и служб Европейских сообществ» окончательно закрепил режим множественности географических центров Союза. Наиболее важными из них служат Брюссель и Люксембург, которые часто называют «европейскими столицами».

Брюссель — официальная резиденция Совета Европейского Союза и Европейской комиссии, а также консультативных органов (Экономический и социальный комитет и Комитет регионов).

В Люксембурге размещены неполитические институты Союза: Суд и Счетная палата. Здесь же находится штаб-квартира Европейского инвестиционного банка. В Люксембурге, кроме того, расположены некоторые службы Комиссии и три месяца в год проводит заседания Совет (апрель, июнь и октябрь).

Европейский центральный банк размещен во Франкфурте-на-Майне (ФРГ), а Европейский парламент — в Страсбурге (Франция). Однако комиссии Парламента заседают в Брюсселе (Бельгия), а его аппарат (Генеральный секретариат) находится в Люксембурге. В Страсбурге также работает Европейский омбудсман.

Штаб-квартира правоохранительных органов Союза (Европол и Евроюст) — в Гааге[98] (Нидерланды).

Агентства Союза являются децентрализованными организмами не только по своему статусу, но и по местонахождению. Их принято размещать в разных частях территории Союза, например Европейское агентство по окружающей среде расположено в Копенгагене (Дания), Ведомство по гармонизации в рамках внутреннего рынка — в Аликанте (Испания), Европейский центр по развитию профессионального образования — в Салониках (Греция) и т. д.

Раздел VII

СУДЕБНАЯ СИСТЕМА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

45. Какую роль играет судебная власть в Европейском Союзе?

Европейский Союз с самых первых лет своего существования располагает самостоятельной и авторитетной ветвью судебной власти, на вершине которой находится Суд Европейских сообществ. Будучи не только правоприменительным, но и правотворческим институтом, Суд сыграл выдающуюся роль в утверждении основополагающих начал правопорядка Сообщества и Союза, таких как принципы верховенства и прямого действия, приоритет основных прав человеческой личности, последовательная защита от нарушений свобод внутреннего рынка (свободы движения товаров, лиц, услуг и капиталов).

Судебная практика, созданная Судом, — одна из важнейших категорий источников права Европейского Союза, распространяющая действие на все государства-члены и их органы правосудия (см. вопрос № 28). Изучение этой практики — неотъемлемый элемент подготовки любого европейского юриста.

Посредством своих нормативных (прецедентных) решений Суд Европейских сообществ последовательно усиливает федеративные черты Союза, что выразилось в признании им Договора о ЕС 1957 г. «конституционной хартией», а самого себя — «конституционным судом».

«Истина состоит в том, что с течением лет Суд постепенно создал образование конституционного типа, затушевывая при этом элементы, которые относили Сообщество к классическому международному правопорядку»[99].

Результаты указанной деятельности консолидированы в Лиссабонском договоре 2007 г. о реформе Европейского Союза (см. вопрос № 17). Вступление в силу Лиссабонского договора также должно привести к дальнейшему возрастанию юрисдикции союзных судов.

46. Сколько звеньев включает судебная система Европейского Союза?

Долгое время Суд Европейских сообществ являлся единственным судебным институтом организации. Количество поступающих дел было небольшим, и он оперативно справлялся с их рассмотрением. Однако постепенно ситуация изменилась. Так, если за весь 1957 г. Суд вынес четыре решения, десять лет спустя — 24, то в 1977 г. число вынесенных решений достигло 100, а в 1987 г. — 208.

Возрастание нагрузки на единственный судебный институт потребовало соответствующих реформ: на основании поправок, внесенных в учредительные договоры в 1986 г., был создан второй судебный орган Сообществ — Трибунал первой инстанции[100]. В юрисдикцию Трибунала перешли дела по жалобам физических и юридических лиц на действия (бездействие) институтов и органов ЕС, а также служебные споры (споры, возникающие в связи с прохождением гражданской службы Европейских сообществ).

Таким образом, Суд Европейских сообществ получил возможность сосредоточиться на разрешении дел «конституционного» характера. Трибунал первой инстанции выступает преимущественно в роли органа административной юстиции.

При этом, в отличие от Суда, Трибунал не является отдельным институтом Европейского Союза. Это орган, состоящий при Суде, имеющий с ним одно местонахождение (Люксембург) и общий вспомогательный аппарат.

Создание Трибунала не позволило разрешить проблему перегруженности делами, которая грозит в ближайшее время усилиться в связи со вступлением в Европейский Союз десяти новых государств-членов. Так, в 2002 г. Суд вынес 269 решений (в том же году поступило 470 новых дел). Трибунал в указанный период завершил рассмотрение 331 дела (поступило — 411). Средняя продолжительность рассмотрения дел возросла до двух лет.

С учетом этой ситуации Ниццким договором 2001 г. (см. вопрос № 10) было предусмотрено гибкое решение проблемы: Совет Европейского Союза получил право учреждать новые судебные органы специальной юрисдикции в качестве третьего (нижнего) звена судебной системы ЕС. Это звено получило обобщенное наименование «судебные палаты», или «специализированные трибуналы» (последний термин является более корректным; именно он использован в Лиссабонском договоре 2007 г.). В компетенцию судебных палат (специализированных трибуналов) могут передаваться строго определенные категории дел искового производства, ныне рассматриваемых Судом или Трибуналом (здесь и далее под Трибуналом имеется в виду Трибунал первой инстанции).

В 2004 г. был создан первый специализированный трибунал Европейского Союза — Трибунал по делам публичной службы. В его юрисдикцию переданы споры между Европейским Союзом, с одной стороны, и лицами, находящимися на его «европейской публичной службе» (аналог государственной службы), а также иными сотрудниками аппарата ЕС, с другой стороны.

В дальнейшем планируется создание других специализированных трибуналов. Количество подобных органов, которые могут быть образованы в рамках судебной системы Европейского Союза, не ограничивается.

Итак, судебная система Европейского Союза включает три звена: высшее — Суд (Суд Европейских сообществ); далее — Трибунал первой инстанции (Трибунал); наконец, специализированные органы правосудия — судебные палаты (специализированные трибуналы), из которых к 2010 г. был создан один: Трибунал по делам публичной службы.

Лиссабонский договор 2007 г. о реформе Европейского Союза (см. вопрос № 17) полностью сохраняет указанную модель построения судебной системы организации. В то же время изменениям подвергаются названия входящих в нее звеньев (см. следующий вопрос).

47. Почему в названиях судов Европейского Союза используется устаревшая терминология?

Действительно, несмотря на то что Договор о Европейском Союзе 1992 г. вступил в силу более 15 лет назад (1 ноября 1993 г.), его судебный институт по-прежнему именуется Судом Европейских сообществ, а не Европейского Союза. То же самое относится к Трибуналу (полное наименование: Трибунал первой инстанции Европейских сообществ).

Причина, по которой были оставлены прежние названия, лежит в сложной внутренней структуре организации Европейский Союз. Напомним, что Союз в его нынешнем виде состоит из трех частей (опор), которые имеют разный правовой режим (см. вопрос № 14).

Юрисдикция Суда, а равно Трибунала, в полной мере распространяется лишь на первую опору, т. е. на Европейские сообщества (согласно Договору о ЕС и Договору о Евратоме 1957 г.).

Общая внешняя политика и политика безопасности (вторая опора Союза) полностью изъята из-под судебного контроля, а полномочия рассматривать дела в рамках третьей опоры (сотрудничество полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере) появились лишь в 1999 г. и являются достаточно ограниченными.

Таким образом, Суд в своей деятельности чаще всего выступает именно как институт первой опоры: как Суд Европейских сообществ и даже как Суд ЕС (дел, возникающих в рамках второго из Сообществ — Евратома, крайне мало). Аналогичная ситуация с Трибуналом.

Замена устаревших названий судов должна произойти после вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. Все эти органы, вместе взятые, т. е. судебная система Европейского Союза в целом, будет именоваться «Суд Европейского Союза». Ее высший элемент (нынешний Суд Европейских сообществ) сохранит краткое наименование «Суд». Второе звено — Трибунал первой инстанции — переименовывается в «Трибунал». Наконец, судебные палаты, или специализированные трибуналы, будут обозначаться только последним термином — «специализированные трибуналы».

Суд Европейского Союза в целом признан Лиссабонским договором в качестве одного из семи высших руководящих органов (институтов) Союза наравне с Европейским парламентом, Европейским советом, Советом Европейского Союза, Европейской комиссией, Счетной палатой и Европейским центральным банком.

48. Что такое «Статут Суда»?

Статут Суда — основной источник, закрепляющий внутреннюю организацию и порядок функционирования судебной власти Европейского Союза. Хотя в названии Статута указано только слово «Суд», его нормы распространяются и на Трибунал первой инстанции, и на судебные палаты (когда они будут созданы).

Действующий Статут Суда принят в 2001 г. и, с учетом последующих изменений и дополнений, включает в себя пять разделов:

— раздел I «Статус судей и генеральных адвокатов» (ст. 2–8)[101];

— раздел II «Организация» (ст. 9-18);

— раздел III «Процедура» (ст. 19–46);

— раздел IV «Трибунал первой инстанции Европейских сообществ» (ст. 47–62 ter);

— раздел IV bis «Судебные палаты» (ст. 62 quater);

— раздел V «Заключительные положения» (ст. 63–64).

В приложении к Статуту зафиксированы состав, правила работы и юрисдикция Трибунала по делам публичной службы.

Аналогичную структуру Статут Суда сохранит и после вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. Документ переименован в «Статут Суда Европейского Союза».

Статут Суда — источник первичного права Европейского Союза. Он содержится в специальном протоколе, который приложен ко всем учредительным договорам этой организации (см. вопросы № 15, № 17).

Однако, в отличие от остальных положений учредительных документов, нормы Статута (кроме раздела I) могут изменяться в упрощенном порядке — путем внесения поправок Советом Европейского Союза (без ратификации со стороны государств-членов).

Детальные правила процедуры судов Союза закрепляют их процессуальные регламенты.

49. Входит ли Европейский суд по правам человека в судебную систему Европейского Союза?

Нет. Европейский суд по правам человека (Страсбург) учрежден Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод 1950 г. и функционирует в рамках другой интеграционной организации — Совета Европы. Он рассматривает дела по жалобам на нарушения упомянутой Конвенции со стороны ее государств-участников (включая Россию).

По итогам рассмотрения дела Европейский суд по правам человека может признать страну нарушителем, а также назначить выплату «справедливой компенсации» потерпевшей стороне, размер которой определяет самостоятельно (ст. 41). При этом физические лица и их объединения вправе обращаться в данный Суд лишь в качестве последнего средства, «после того, как были исчерпаны все внутренние средства правовой защиты» (ст. 35 Конвенции).

Члены Европейского суда по правам человека избираются Парламентской ассамблеей Совета Европы (состоит из представителей национальных парламентов). Контроль за исполнением его решений осуществляет Комитет министров Совета Европы (входят по одному министру от каждого государства — участника организации).

Европейский суд по правам человека является высшим гарантом соблюдения в масштабах всей Европы основных прав личности «первого поколения» (главным образом, личные и политические права человека и гражданина, а также право собственности). В дальнейшем, после планируемого присоединения Европейского Союза к Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г., в этом Суде можно будет обжаловать действия и решения наднациональных институтов и органов Союза, в том числе судебных. Присоединение Европейского Союза к Конвенции о защите прав человека и основных свобод прямо предусмотрено Лиссабонским договором 2007 г., а также Протоколом № 14 2004 г. к Конвенции (см. вопросы № 17 и № 84).

Следует отметить, что термины «Европейский суд» (неофициальное название высшего судебного органа Союза) и «Европейский суд по правам человека» не являются синонимами и различны по написанию в официальных языках:

— Европейский суд (т. е. Суд Европейских сообществ): European Court of Justice (англ.), Cour de justice europйenne (франц.);

— Европейский суд по правам человека: European Court of Human Rights (англ.), Cour europйenne des droits de l’homme (франц.).

50. Кто и в каких случаях может привлекать государства-члены к ответственности перед судами Европейского Союза?

По общему правилу это делает Европейская комиссия при осуществлении ею охранительной функции (т. е. контроля за соблюдением учредительных договоров и правовых актов Союза).

Если Комиссия установит, что какое-либо государство-член совершило действие или бездействие, нарушающее право ЕС, то она возбуждает против него расследование (ст. 226 Договора о ЕС). По итогам расследования Комиссия выносит мотивированное заключение, в котором назначает государству срок для устранения нарушений (например, для издания необходимых законов в соответствии с директивой ЕС).

В случае если государство не подчинится указаниям, Комиссия подает иск в Суд Европейских сообществ. Подобные категории дел называются в доктрине «иски о неисполнении обязательств» (т. е. обязательств, вытекающих из членства в ЕС). Это наиболее распространенная категория исков в практике Суда. Например, в 2002 г. он вынес по ним 93 решения, из них 90 исков удовлетворено, в трех отказано.

Если Суд признает государство-член нарушителем, то оно должно принять все необходимые меры по исполнению решения Суда. В противном случае Комиссия вправе ходатайствовать перед Судом о наложении штрафа на государство, который может выступать в виде единовременной суммы или периодических платежей (пени). Подобные суммы уплачиваются в бюджет Европейского Союза. Например, решением Суда от 25 ноября 2003 г. на Испанию наложена пеня в размере 624 150 евро в год до тех пор, пока она не обеспечит в полной мере выполнение одной из директив Сообщества в сфере экологического права[102].

Наибольший (к 2010 г.) размер штрафных санкций был наложен Судом на Францию за ненадлежащее исполнение законодательства ЕС об охране морских биологических ресурсов и борьбе с браконьерством: единовременная сумма штрафа 20 млн евро плюс пеня около 58 млн евро каждые полгода до тех пор, пока Франция не обеспечит устранение констатированных Судом нарушений (решение Суда от 12 июля 2005 г.).

Комиссия — единственный институт Союза, который может преследовать государства-члены за нарушения права ЕС (Европарламент, Совет и Счетная палата таким полномочием не обладают). Иски о неисполнении обязательств в рамках своей компетенции могут предъявлять к государствам также Европейский инвестиционный банк и Европейский центральный банк (последний — к национальным центральным банкам).

Иски о неисполнении обязательств в настоящее время предъявляются только в рамках первой опоры (Европейское сообщество и Евратом). Следовательно, Комиссия не может привлечь государства-члены к ответственности за неисполнение актов Союза, изданных по вопросам ОВПБ и СПСО (второй и третьей опор).

В связи с ликвидацией Лиссабонским договором 2007 г. (см. вопрос № 17) структуры трех опор (см. вопрос № 14) Комиссия получит право преследовать в Суде государства-нарушители по всем вопросам компетенции Европейского Союза, кроме общей внешней политики и политики безопасности (бывшей второй опоры).

Сроки исковой давности в отношении подобных дел не предусмотрены.

51. Рассматривают ли суды Европейского Союза межгосударственные споры?

Да, но это случается крайне редко (всего несколько дел из более 13 тыс., рассмотренных Судом и Трибуналом за время их существования). Авторы учредительных договоров сознательно установили препятствия для возникновения подобных споров, так как это чревато дестабилизацией политической ситуации в Сообществах и Союзе.

Если одно государство-член полагает, что другая страна нарушила свои обязательства из Договора о Европейском сообществе, то оно сначала должно обратиться в Комиссию (ст. 227 Договора о ЕС). Лишь в том случае, если последняя не отреагирует на нарушение в течение трех месяцев, заинтересованное государство-член может само обратиться с иском в Суд.

Если между государствами-членами возникают разногласия по поводу применения или толкования актов, изданных в рамках третьей опоры (сотрудничество полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере), то эти разногласия выносятся сначала на рассмотрение Совета Европейского Союза. Если Совету не удается урегулировать их в течение полугода, то заинтересованная страна может передать дело в Суд (ст. 35 Договора о Европейском Союзе).

Два и более государства-члена совместно могут также представлять на разрешение Суда Европейских сообществ свои разногласия по вопросам, которые имеют отношение к предмету Договора о ЕС, но прямо не регулируются правом Сообщества (например, территориальные споры). Такая возможность ими ни разу не использовалась, хотя и была предусмотрена изначально (ст. 239 Договора о ЕС).

Таким образом, Суд Европейских сообществ (а равно Трибунал) почти никогда не выступает в роли международного суда, т. е. органа, разрешающего конфликты между государствами.

52. Можно ли подавать в суды Европейского Союза иски к его институтам и органам?

Да, поскольку нормы права Европейского Союза способны нарушать не только государства-члены, но и наднациональные власти.

Договор о Европейском сообществе в этой связи предусматривает две основные категории исков:

— иски об аннулировании, т. е. иски, направленные на оспаривание правовых актов Европарламента, Совета, Комиссии, а также Европейского центрального банка (ст. 230 Договора о ЕС). В случае удовлетворения иска Суд или Трибунал объявляют оспариваемый акт ничтожным с момента издания, хотя и могут оставить в силе некоторые его юридические последствия (ст. 231 Договора о ЕС).

Срок исковой давности по таким делам весьма краток: два месяца с момента опубликования документа (например, регламента или директивы), доведения его до сведения адресата (например, индивидуального решения) или, в противном случае, со дня, когда истец узнал о существовании этого акта (например, Европейская комиссия разрешает слияние двух компаний, а третья компания, их конкурент, узнав о решении Комиссии, оспаривает его в судебном порядке).

С помощью исков об аннулировании могут быть отменены любые правовые акты ЕС, кроме рекомендаций и заключений (так как они не имеют обязательной силы). Аналогичные иски также могут предъявляться в целях отмены рамочных решений и решений Союза, изданных в области борьбы с преступностью (ст. 35 Договора о Европейском Союзе);

— иски из бездействия, целью которых служит «заставить» через Суд/Трибунал институты Союза или ЕЦБ принять решение, необходимое истцу (ст. 232 Договора о ЕС). Перед подачей таких исков заинтересованная сторона в обязательном порядке должна сначала обратиться к соответствующему институту, «пригласить» его исполнить необходимое действие. Если последний не отреагировал на просьбу в течение двух месяцев, то на протяжении следующего двухмесячного срока к нему может быть предъявлен иск из бездействия.

Если Суд или Трибунал признают бездействие института или ЕЦБ противоречащим Договору о ЕС, то он констатирует нарушение. В таком случае ответчик должен принять необходимые меры для исполнения судебного решения, т. е. издать регламент или иной правовой акт в рамках Сообщества (кроме рекомендаций и заключений).

Круг субъектов, которые управомочены предъявлять иски к наднациональным институтами и ЕЦБ, шире, чем в исках о нарушении обязательств государствами-членами. Правом на подачу исков об аннулировании или из бездействия обладают, во-первых, любое государство-член (например, Германия, не согласная с новой директивой Европарламента и Совета, оспаривает ее в Суде); во-вторых, институты Союза и Европейский центральный банк (например, Европарламент оспаривает правовой акт или бездействие Совета Европейского Союза)[103].

Наконец, в качестве истцов по таким делам способны выступать физические и юридические лица, причем независимо от места их проживания или нахождения. Однако, в отличие от государств-членов и институтов (привилегированных истцов), индивиды могут оспаривать в судах Союза только акты, им адресованные, или, во всяком случае, «прямо и непосредственно их касающиеся» (например, принятие или непринятие Комиссией антидемпинговых мер в отношении конкретного производителя). То же самое относится к искам из бездействия (гражданин не может требовать, например, издания основ законодательства ЕС в форме директивы).

Лиссабонский договор 2007 г. расширяет возможности физических и юридических лиц по обращению с судебными исками к органам Европейского Союза. В частности, согласно новой редакции ст. 230 Договора о ЕС (ст. 263 Договора о функционировании Европейского Союза в редакции Лиссабонского договора) они получат право оспаривать в Суде Европейского Союза «регламентарные» (т. е. нормативные) акты других органов ЕС, которые непосредственно их затрагивают и не требуют исполнительных мер.

Кроме того, иностранные физические и юридические лица, против которых Советом Европейского Союза были введены санкции («ограничительные меры») в рамках общей внешней политики и политики безопасности, управомочены оспаривать подобные санкции в Суде Европейского Союза посредством исков об аннулировании.

53. Что такое «иски о договорной и внедоговорной ответственности Сообщества»?

Иски о договорной ответственности Сообщества (ст. 238 Договора о ЕС) — это иски, которые предъявляются в случае нарушения со стороны ЕС обязательств по контрактам, заключенным им с юридическими и физическими лицами (например, договор о выполнении ремонтных или иных подрядных работ в офисах институтов или договор поставки им компьютерной техники).

Ответчиком по таким искам выступает Европейская комиссия, так как именно она представляет Сообщество в имущественных отношениях. Однако если подписанный контракт нарушен другой стороной, то иск предъявляется Комиссией к соответствующему контрагенту (предприятию).

Необходимым условием для рассмотрения Судом или Трибуналом споров из контрактов ЕС служит наличие в них так называемой арбитражной оговорки, т. е. условия о том, что возможные разногласия между сторонами подлежат разрешению именно судами Европейского Союза.

Иски о внедоговорной ответственности Сообщества (ст. 235 Договора о ЕС) — это иски, направленные на компенсацию ущерба, причиненного его институтами, органами или служащими другим лицам, в том числе гражданам. В зависимости от характера нарушения Суд или Трибунал могут компенсировать потерпевшей стороне как понесенные убытки (включая упущенную выгоду), так и моральный ущерб.

Срок исковой давности по этим делам — пять лет с момента причинения ущерба.

Каждый год подается в среднем 10–20 подобных исков.

54. В каких случаях физические и юридические лица вправе обращаться в суды Европейского Союза?

Физические и юридические лица независимо от их гражданства и/или местонахождения могут предъявлять в суды Союза иски только к его институтам и органам. Возможные нарушения права Европейского Союза со стороны государств-членов или других лиц подведомственны национальным судам, которые в случае необходимости обращаются с преюдициальным запросом к Суду Европейских сообществ.

Физические и юридические лица могут подавать в суды Европейского Союза иски об аннулировании и из бездействия (см. вопрос № 52), а также о договорной или внедоговорной ответственности Сообщества (см. вопрос № 53). Кроме них учредительный договор и законодательство ЕС предусматривают еще несколько категорий дел, в которых истцами, как правило, выступают физические или юридические лица:

— иски об оспаривании санкций (штрафов), налагаемых Европейской комиссией или Европейским центральным банком на предприятия (ст. 229 Договора о ЕС). В отношении данных санкций наднациональные суды наделяются полной юрисдикцией, т. е. проверяют не только законность, но и соразмерность наложенных штрафов, и могут, при случае, уменьшить их размер;

— трудовые (служебные) споры — споры, возникающие в связи с прохождением гражданской службы Европейских сообществ (например, иск гражданина в связи с недопуском его к конкурсу на замещение вакантной должности в аппарате Комиссии). Подобные споры по первой инстанции в настоящее время рассматривает специализированный трибунал Европейского Союза — Трибунал по делам публичной службы (см. вопрос № 46);

— споры в сфере интеллектуальной собственности, а именно жалобы на решения агентств Союза, занимающихся регистрацией отдельных прав в этой области, — Ведомства по гармонизации в рамках внутреннего рынка (товарные знаки, промышленные образцы) и Ведомства Сообщества по растительным сортам (селекционные достижения).

55. Что такое «преюдициальные запросы»?

Преюдициальные запросы (ст. 234 Договора о ЕС) — это обращения судебных органов государств-членов, которые в процессе рассмотрения дел сталкиваются с трудностями в толковании или применении права Сообщества.

Эти запросы в настоящее время адресуются Суду Европейских сообществ и образуют его косвенную (или преюдициальную) юрисдикцию, которая составляет почти половину всех разрешаемых им дел.

Правом на обращение в Суд Европейских сообществ с преюдициальным запросом в настоящее время обладают юрисдикционные органы всех государств-членов, причем это может быть не только орган судебной власти, но и внесудебный орган, рассматривающий правовые конфликты (органы административной юрисдикции). Подача преюдициального запроса приостанавливает рассмотрение дела до получения ответа из Люксембурга (т. е. от Суда Европейских сообществ).

На практике встречаются три основных вида преюдициальных запросов:

— запросы о толковании, цель которых — получить от Суда Европейских сообществ разъяснение смысла тех или иных положений учредительного договора или законодательства ЕС (например, испанский суд, разрешающий дело на основании регламента Сообщества, не знает, как трактовать отдельные его статьи);

— запросы о действительности правовых актов ЕС, подаваемые в тех случаях, когда национальный суд приходит к выводу о возможном противоречии правового акта ЕС его учредительному договору. В подобной ситуации он также приостанавливает рассмотрение дела и направляет соответствующий запрос в Суд Европейских сообществ. Рассмотрев запрос, последний может объявить оспоренный акт или отдельные его положения недействительными, что лишает их юридической силы на всей территории Союза;

— запросы о соответствии внутригосударственных актов праву Сообщества. Подобные запросы подаются, когда при рассмотрении дел в национальных судах обнаруживается возможное противоречие между правовым регулированием на внутригосударственном уровне и на уровне ЕС.

Если национальный суд констатирует такое несоответствие, он обязан руководствоваться источниками и нормами последнего (в соответствии с принципом верховенства права Европейского Союза). Если же он испытывает сомнения, то может приостановить дело и обратиться с запросом в Суд Европейских сообществ.

Обращение с преюдициальными запросами — это право национальных судов государств-членов. Однако оно превращается в обязанность, когда дело рассматривается в национальных судах высших инстанций. Соответственно если Кассационный суд Франции или Верховный суд Греции сталкивается с неясностью, например, в вопросе о толковании директивы ЕС, то он не только может, но и должен направить запрос в Суд Европейских сообществ (кроме случаев, когда проблема уже была разрешена прецедентным правом последнего).

В настоящее время возможность направления преюдициальных запросов с рядом оговорок признана также в рамках третьей опоры Европейского Союза — сотрудничества полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере. В 2002 г. Суд разрешил первый такой запрос, касавшийся неясностей в толковании принципа «ne bis in idem» (недопустимость дважды привлекать к ответственности за одно и то же преступление), закрепленного в Шенгенской конвенции 1990 г.

После вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. о реформе Европейского Союза и предусмотренной им ликвидации структуры трех опор (см. вопросы № 14 и № 17) преюдициальные запросы в Суд смогут направляться по всем аспектам ведения Европейского Союза, с изъятием только для общей внешней политики и политики безопасности.

56. Как распределяется юрисдикция между судами Европейского Союза?

Суд Европейских сообществ, который первоначально (до создания Трибунала первой инстанции и специализированных трибуналов) рассматривал все иски и преюдициальные запросы, предусмотренные в учредительных договорах, сегодня концентрирует свою деятельность на разрешении важнейших с правовой и политической точек зрения категорий дел.

В настоящее время к его ведению, в частности, отнесены все преюдициальные запросы национальных судов, а также наиболее политизированные дела искового производства, в которых истцом выступают государства — члены или органы Союза («Германия против Европейского парламента и Совета», «Комиссия против Европейского центрального банка» и т. д.).

Трибунал первой инстанции рассматривает только дела искового производства, как правило, возбуждаемые физическими и юридическими лицами. К его ведению также отнесены некоторые иски об аннулировании и из бездействия, подаваемые государствами-членами или институтами.

Наконец, Трибунал по делам публичной службы — единственный к 2010 г. из специализированных трибуналов Европейского Союза — в качестве судебного органа специальной юрисдикции рассматривает и разрешает исключительно трудовые (служебные) споры между Европейским Союзом и его служащими и иными сотрудниками.

Указанные правила распределения юрисдикции сохранены Лиссабонским договором 2007 г. о реформе Европейского Союза (см. вопрос № 17). В дальнейшем планируется расширение юрисдикции Трибунала первой инстанции, переименованного Лиссабонским договором в «Трибунал» (см. вопрос № 47). К юрисдикции Трибунала дополнительно могут быть отнесены новые виды исковых дел, а также отдельные категории преюдициальных запросов.

С другой стороны, часть споров, которые в настоящее время рассматривает Трибунал, в дальнейшем могут быть переданы в юрисдикцию новых специализированных трибуналов.

Иски к государствам-членам (иски о нарушении обязательств) как самые политически ответственные дела и впредь планируется сохранить в исключительной компетенции Суда.

Перераспределение юрисдикции внутри судебной системы Союза в настоящее время, а равно после вступления в силу Лиссабонского договора, может производиться путем изменения Статута Суда, поправки в который вносятся в упрощенном порядке (см. вопрос № 48).

57. Какие дополнительные категории дел правомочны разбирать суды Европейского Союза?

Помимо рассмотренных в предыдущих вопросах дел искового производства (прямой юрисдикции) и преюдициальных запросов (косвенная юрисдикция), суды Европейского Союза уполномочены разбирать некоторые другие категории дел. Они подсудны Суду Европейских сообществ, и наибольшее практическое значение среди них получили запросы о проверке не вступивших в силу международных договоров ЕС.

Эти запросы могут исходить от любого государства-члена или института (кроме Счетной палаты) и должны быть направлены на выяснение того, соответствует ли планируемое соглашение ЕС с третьими странами его «конституции», т. е. учредительному договору.

Если Суд констатирует факт противоречия между двумя источниками, то планируемое соглашение может вступить в силу только при условии внесения поправок в Договор о ЕС либо в текст самого соглашения (что на практике и делается).

Кроме предварительного контроля международных договоров ЕС Суд Европейских сообществ также правомочен:

— по обращению государств-членов санкционировать проведение обыска или иные принудительные меры в отношении зданий и остального имущества Европейских сообществ, которое по общему правилу является неприкосновенным (ст. 1 Протокола «О привилегиях и иммунитетах Европейских сообществ»);

— проверять соблюдение процедуры в ходе привлечения государств-членов к ответственности за нарушение демократических принципов конституционного строя — по обращению заинтересованного государства (ст. 46 Договора о Европейском Союзе);

— отрешать от должности комиссаров (членов Европейской комиссии), Европейского омбудсмана, собственных членов (а также судей Трибунала), членов Дирекции Европейского центрального банка и ряд иных должностных лиц Союза в случае, если они перестали отвечать условиям пребывания в должности или совершили «серьезный проступок». Члены и бывшие члены Комиссии могут быть также лишены Судом права на пенсию или иных заменяющих ее льгот (ст. 213 Договора о ЕС).

58. Как формируются суды Европейского Союза?

Суд Европейских сообществ включает две категории членов: 27 судей (по одному от каждого государства-члена) и восемь генеральных адвокатов.

Судьи — полноправные члены Суда, участвующие в рассмотрении и разрешении дел. Генеральные адвокаты — должностные лица, которые проводят параллельное расследование материалов поступающих дел и представляют по ним свое мотивированное заключение. Наличие генеральных адвокатов позволяет Суду выносить более компетентные и обоснованные решения, так как их подготовку осуществляют, с одной стороны, один из судей (судья-докладчик), с другой — генеральный адвокат, назначенный на соответствующее дело.

Несмотря на свой титул, генеральные адвокаты не являются защитниками чьих-то персональных интересов. Они обязаны действовать «полностью беспристрастно и независимо» (ст. 222 Договора о ЕС) и пользуются всеми гарантиями судейской независимости.

Судьи и генеральные адвокаты назначаются сроком на шесть лет правительствами государств-членов по общему согласию, причем обновление состава Суда происходит по частям: каждые три года заменяются половина (14 или 13) судей и половина генеральных адвокатов. Члены Суда могут быть повторно назначены на свои должности неограниченное число раз.

При осуществлении своих функций судьи и генеральные адвокаты полностью независимы (в том числе от своих государств). Они могут быть отрешены только самим Судом, причем единогласно (чтобы досрочно освободить от должности любого из судей или генеральных адвокатов, нужно согласие всех остальных членов Суда).

Порядок формирования и статус членов Трибунала первой инстанции в целом аналогичны Суду Европейских сообществ. Главное отличие — отсутствие в Трибунале генеральных адвокатов. В настоящее время он включает 27 судей.

Порядок формирования специализированных трибуналов (судебных палат) определяется решениями Совета Европейского Союза об их создании. Так, в соответствии с Решением Совета от 2 ноября 2004 г. «О создании Трибунала по делам публичной службы Европейского Союза» данный орган состоит из семи судей, назначаемых Советом сроком на шесть лет из числа независимых квалифицированных экспертов. Хотя количество судей Трибунала по делам публичной службы значительно меньше числа государств-членов, при их назначении Совет обязан заботиться о «равномерном представительстве» на максимально широкой географической основе и с точки зрения присутствия разных правовых систем.

59. Существуют ли квалификационные требования для назначения в суды Европейского Союза?

Чтобы быть назначенным судьей или генеральным адвокатом, кандидат должен в первую очередь предоставить «все гарантии независимости», которые обеспечат в дальнейшем его объективный, беспристрастный подход к рассмотрению дел (ст. 223 Договора о ЕС).

Собственно квалификационные требования, определяющие профессиональную пригодность судей и генеральных адвокатов, сформулированы в виде альтернативы:

— с одной стороны, членом Суда Европейских сообществ может быть назначено лицо, которое в своем государстве отвечает условиям для назначения на высшие судебные должности. Например, датский гражданин, отвечающий условиям для назначения в Верховный Суд Дании, может быть назначен и членом Суда Европейских сообществ;

— с другой стороны, судьей или генеральным адвокатом могут становиться «знатоки права, обладающие признанной квалификацией». Термин «знаток права» (дословно: юрисконсульт) обозначает крупных представителей юридической науки, обычно профессоров университетов.

Сходные требования в несколько ослабленном виде установлены и для других звеньев судебной системы Союза: отвечать условиям для назначения на «старшие» (для Трибунала) или на любые «судебные должности» (для членов судебных палат Союза).

С целью обеспечить более компетентную проверку квалификации будущих членов союзных судов Лиссабонский договор предусматривает создание квалификационной коллегии (комитета) в составе бывших членов Суда и Трибунала, бывших членов верховных судов государств-членов и авторитетных юристов. Данный комитет станет давать заключения на предмет «адекватности кандидатов для осуществления должностей судьи и генерального адвоката».

60. Какие должностные лица существуют в судах Европейского Союза?

Высшим должностным лицом Суда Европейского сообщества является Председатель, избираемый судьями из своего состава сроком на три года[104] (полномочия Председателя Суда, как правило, неоднократно продлеваются). Председатель осуществляет руководство деятельностью Суда и его аппарата, распределяет дела между палатами, может производить соединение дел, если они касаются одного и того же предмета. Он обладает также важным правом принимать предварительные меры по делу и приостанавливать своим определением действие оспариваемых актов ЕС (до вынесения Судом решения по существу).

Из числа генеральных адвокатов судьи на один год избирают Первого генерального адвоката, в задачу которого входит распределение поступающих дел между этими членами Суда в целях подготовки мотивированных заключений (см. вопрос № 58).

В качестве вспомогательного должностного лица Суд назначает на шесть лет своего секретаря, который в отличие от Председателя и Первого генерального адвоката не входит в состав этого института. Функции секретаря двоякие:

— во-первых, содействие правосудию (обеспечивает получение и передачу всех документов по делам, в том числе исковых заявлений, рассылку повесток, ведение протокола, является «хранителем печати» Суда);

— во-вторых, административные функции. В качестве заведующего канцелярией секретарь осуществляет текущее руководство аппаратом Суда. Его сотрудники (около тысячи человек) непосредственно подчиняются именно секретарю.

Система должностных лиц Трибунала первой инстанции аналогична Суду Европейских сообществ, за исключением Первого генерального адвоката (в Трибунале отсутствует ввиду отсутствия в нем самих генеральных адвокатов). Собственные председатели и секретари также должны назначаться в рамках третьего звена судебной системы Союза — специализированных трибуналов (судебных палат). В частности, в Трибунале по делам публичной службы, аналогично вышестоящим судам Союза, Председатель избирается судьями из собственного состава сроком на три года.

61. Какова структурная организация судов Европейского Союза?

В целях более оперативного рассмотрения дел в Суде Европейских сообществ и Трибунале первой инстанции образованы палаты.

Эти внутренние подразделения комплектуются из судей каждого из судов, и их не следует отождествлять с судебными палатами Европейского Союза, которые составляют отдельное звено его судебной системы[105].

В Суде Европейских сообществ имеются палаты, рассматривающие дела в составе трех судей (три палаты) или пяти судей (две палаты). Специализации между палатами (по административным, финансовым и т. п. делам) не существует. Каждый судья обычно приписан к двум палатам (по три и по пять судей) и осуществляет рассмотрение дел в рамках каждой из них.

В настоящее время ввиду большого количества дел подавляющее их большинство Суд разрешает именно в рамках указанных палат.

Однако если дело представляет повышенные трудности или имеет важное значение, то Суд вправе рассмотреть его в рамках Большой палаты. Кроме того, Суд обязан передать дело в Большую палату по требованию государства-члена или института Союза, являющихся сторонами по делу (например, если рассматривается иск Комиссии к Ирландии, то и истец, и ответчик могут потребовать его разбирательства в Большой палате).

Большая палата — новое подразделение Суда Европейских сообществ, образованное в 2003 г. в соответствии с поправками Ниццкого договора. Она является своеобразным президиумом этого института: Председатель Суда плюс председатели палат по пять судей, а также другие члены, занимающие места в Большой палате в порядке ротации, — всего 13 человек.

Лишь в том случае, когда дело признано Судом в качестве имеющего «исключительную важность» (ст. 16 Статута), оно рассматривается на пленуме, т. е. Судом в полном составе (27 судей). В рамках пленума Суд должен также разбирать дела об отрешении от должности Омбудсмана, членов Европейской комиссии и Счетной палаты.

Внутренняя организация Трибунала первой инстанции сходна с Судом, однако здесь допускается рассмотрение некоторых категорий дел единолично судьями. В Суде Европейских сообществ принцип коллегиальности не знает исключений.

Внутренняя организация Трибунала по делам публичной службы включат в себя пленум и палаты из трех или пяти судей. Здесь также допускается разрешение дел судьями единолично.

62. Как организована деятельность судов Европейского Союза?

Суд Европейских сообществ функционирует на постоянной основе. Дважды в год он уходит на «судебные каникулы» — рождественские (18 декабря — 10 января) и летние (15 июля — 15 сентября). В этот период продолжают работать канцелярия и Председатель либо исполняющий его обязанности. В случае неотложной необходимости последний может вызвать судей и генеральных адвокатов на заседания и в период каникул.

Разбирательство дел всегда производится в нечетном составе, а решения принимаются простым большинством голосов. Аналогичные правила действуют в нижестоящих звеньях судебной системы Союза. В то же время в Трибунале первой инстанции и Трибунале по делам публичной службы допускается разрешение отдельных категорий дел судьями единолично (см. вопрос № 61).

Независимо от того, в каком составе рассматривается дело — пленум, Большая или обычные палаты, единолично (в Трибунале), — государство-член, являющееся стороной, не может требовать присутствия своего гражданина или, напротив, исключения судьи по причине его национального гражданства. Данное условие свидетельствует о высокой степени независимости судов Европейского Союза, члены которых не являются представителями государств и служат беспристрастными вершителями правосудия. Оно также отличает суды Союза от Европейского суда по правам человека, где в разбирательстве дела обязательно участие судьи от того государства Совета Европы, действия (бездействие) которого обжалуются.

63. Допускаются ли в судах Европейского Союза особые мнения судей?

Нет. В отличие от российских судов, а также от Европейского суда по правам человека, в Суде Европейских сообществ и подчиненных ему трибуналах принцип тайны совещательной комнаты доведен до своего логического предела: решения судов Союза выносятся от имени всех участвующих судей, а последним категорически запрещено разглашать или комментировать ход их обсуждения.

Каждый судья при вступлении в должность приносит клятву «ни в чем не разглашать тайну разбирательств» (ст. 2 Статута), а ее нарушение может служить основанием для досрочного освобождения судьи от своих функций.

Таким образом, решения судов Союза всегда обезличены, выносятся от имени коллегии, но не отдельных судей (кроме некоторых дел, разрешаемых в индивидуальном порядке судьями трибуналов). Запретов выражать особые мнения на первый взгляд является недемократичным ограничением для судей, так как «подавляет» их индивидуальность (подобное мнение высказывали некоторые американские правоведы).

Однако на деле указанный запрет служит очень важной гарантией их независимости, прежде всего от собственных государств-членов. Благодаря ему последние не в состоянии проконтролировать поведение «своего» судьи, а значит, оказывать на него давление.

64. В каком порядке возбуждаются дела в судах Европейского Союза?

Возбуждение дел в Суде, Трибунале и в судебных палатах осуществляется путем подачи заявления (англ. application; франц. requкte) на имя секретаря. Секретарь проверяет соответствие заявления установленным требованиям и направляет его ответчику, который в месячный срок представляет свой отзыв (англ. defence; франц. mйmoire en dйfence).

В сроки, установленные Председателем, истец может направить ответчику письменную реплику (англ. reply; франц. rйplique), а ответчик, в свою очередь, — ответ на реплику (англ. rejoinder; франц. duplique).

Заявление и реплика истца, отзыв и ответ на реплику ответчика имеют ключевое значение для сторон, так как именно в этих документах (или приложениях к ним) должны быть представлены или указаны доказательства, на которых они будут основывать свои требования в ходе судебного разбирательства. Представление в дальнейшем сторонами новых доказательств запрещено, если только Председатель в порядке исключения не разрешит сделать это.

Особый порядок предусмотрен для возбуждения дел косвенной юрисдикции, рассматриваемых по запросам национальных судов (см. вопрос № 55). Эти запросы поступают в форме определений судебных органов государств-членов, посредством которых они приостанавливают разбирательство дела и формулируют правовые вопросы в адрес Суда Европейских сообществ.

Документы, полученные от сторон, национальных судов или иных лиц, переводятся затем на французский язык, который служит рабочим языком для судов Союза и на котором проект решения будет обсуждаться в совещательной комнате. Разбирательство дела может производиться на любом из 23 официальных языков Союза в соответствии со специальными предписаниями Статута Суда (см. вопрос № 6).

О заявлениях и преюдициальных запросах публикуется сообщение в Официальном журнале Европейского Союза (см. вопрос № 7).

65. Разрешается ли участие третьих лиц в делах, рассматриваемых судами Европейского Союза?

Да, причем государства-члены и институты Союза могут вступить в любое дело искового производства. Таким же правом обладают другие лица, если они докажут наличие «интереса в разрешении спора», за исключением дел по спорам между государствами-членами и институтами (ст. 4 °Cтатута).

Для того чтобы вступить в дело, заинтересованный субъект должен обратиться с ходатайством к Председателю Суда/Трибунала. Ходатайство должно быть подано в течение трех месяцев с момента опубликования сообщения о деле в Официальном журнале Европейского Союза.

Цель вступления в дело во всех случаях состоит в поддержке требований одной из сторон. Например, когда Европейский центральный банк ограничил возможности для проведения в отношении себя административных расследований Европейским ведомством по борьбе с мошенничеством (см. вопрос № 38), Комиссия предъявила в Суд иск об аннулировании соответствующего решения ЕЦБ (иск был удовлетворен). На стороне истца в этом деле участвовали два других института Союза (Европейский парламент и Совет), а также Нидерланды.

Необходимо отметить, что понятие «третье лицо» (франц. le tiers), известное российскому процессуальному праву, в праве Европейского Союза употребляется в ином смысле: для обозначения лиц (в том числе государств-членов и институтов), которые не участвовали в рассмотрении дела, возможно, затрагивающего их права или интересы. Если же лицо вступает в дело, осуществляет процессуальную «интервенцию», то оно официально именуется «сторона, вступившая в дело», или «интервент» (франц. partie intervenante/intervenant).

В делах «косвенной юрисдикции» процессуальная интервенция невозможна, так как Суд в этом случае не разбирает спор, а отвечает на преюдициальный запрос со стороны органа правосудия государства-члена. По этим делам государства-члены, институты и другие заинтересованные лица (в том числе стороны по делу, разбираемому в национальном суде, который обратился с запросом) могут представлять Суду Европейских сообществ памятные записки или письменные замечания.

66. Из каких стадий складывается разбирательство дел в судах Европейского Союза?

«Процедура в Суде состоит из двух стадий: письменной и устной» (ст. 2 °Cтатута Суда).

1. Письменная стадия начинается с обмена процессуальными документами между сторонами через секретаря: заявление истца или определение национального суда (в делах преюдициальной юрисдикции), отзыв ответчика и т. д. Действия Суда на этой стадии развиваются по следующей схеме:

— Председатель Суда направляет дело в одну из палат и назначает из ее состава судью-докладчика. После этого Первый генеральный адвокат поручает подготовку независимого заключения по делу одному из своих коллег (или самому себе). Однако в соответствии со Статутом 2001 г. (ст. 20), если «дело не поднимает никакого нового правового вопроса», то Суд может постановить о его рассмотрении без участия генерального адвоката;

— в срок, установленный Председателем, судья-докладчик подготавливает предварительный доклад по делу, в котором оценивается его сложность и, в частности, необходимость в сборе дополнительных доказательств;

— предварительный доклад рассматривается Судом на так называемом административном заседании[106]. По его итогам обычно принимается решение направить дело на устную стадию. При этом Суд определяет, в каком составе будет производиться разбирательство: в палате по три или пять судей, в рамках Большой палаты или на пленуме (см. вопрос № 61).

Однако если по делу нужно собрать дополнительные доказательства, Суд может сначала назначить «следствие», проведение которого он поручает соответствующей палате;

— подготовку дела к судебному разбирательству завершает итоговый доклад судьи-докладчика, который направляется лицам, участвующим в деле, в среднем за три недели до первого судебного заседания (первоначально доклад зачитывался непосредственно на заседа нии).

Итак, к началу устной стадии в распоряжении Суда уже находятся необходимые доказательства по делу. Назначение данной стадии состоит в том, чтобы уточнить их и окончательно подготовить членов коллегии судей к вынесению решения. Как указывает сам Суд, «устная процедура должна рассматриваться как дополнение письменной процедуры и исключает повторение того, что уже было написано»[107].

2. Устная стадия включает обычно два заседания:

— первое из них посвящается судебным прениям. Суд заслушивает представителей сторон и задает им вопросы в целях прояснить для себя обстоятельства дела[108]. Выступления должны быть максимально лаконичными (максимум 15 минут в палатах или 30 минут на пленуме). В конце заседания сторонам представляется возможность сделать краткие реплики;

— второе заседание отделяет от первого интервал в месяц и более. На протяжении этого отрезка времени генеральный адвокат завершает подготовку мотивированного заключения по делу и затем оглашает свои выводы перед Судом. Соответственно данное заседание принято называть заседанием для представления заключений генерального адвоката (франц. audience de conclusions).

После этого председательствующий объявляет о завершении устной процедуры, и Суд приступает к подготовке решения, проект которого разрабатывает судья-докладчик. До вынесения решения Суд, если посчитает необходимым, может назначить проведение дополнительных следственных мер или возобновить устное разбирательство, однако такие ситуации встречаются редко.

Решение Суда оглашается публично на специальном заседании. На практике зачитывается только резолютивная часть.

Аналогичные стадии включает в себя процедура рассмотрения дел в Трибунале первой инстанции и Трибунале по делам публичной службы.

Ее главными особенностями служат отсутствие генеральных адвокатов и возможность передачи некоторых дел для разрешения судьями в единоличном порядке.

67. Каковы характерные черты процедуры в судах Европейского Союза?

Наряду с признаками, указанными выше (две стадии процедуры, возможность участия генеральных адвокатов в делах, рассматриваемых Судом, и др.), необходимо отметить ряд других существенных аспектов, характеризующих судопроизводство в судах Европейского Союза.

Сроки рассмотрения дел. Дела рассматриваются в порядке их поступления. В то же время, по причине большой загруженности союзных судов, четких сроков для совершения ими процессуальных действий не установлено.

В большинстве случаев необходимые временные интервалы определяет председательствующий (например, дату открытия устного разбирательства). При наличии особых обстоятельств он может, в частности, решить вопрос о проведении устного разбирательства конкретного дела в приоритетном порядке (ст. 55 Процессуального регламента Суда).

В последние годы в целях ускорения работы союзных судов были введены различные виды упрощенных процедур, однако проблема затянутых сроков разбирательства остается. Именно в целях ее решения Ниццким договором 2001 г. предусмотрено формирование третьего звена судебной системы ЕС — судебных палат (специализированных трибуналов) — в рамках которого уже функционирует Трибунал по делам публичной службы Европейского Союза.

Представительство. В судах Европейского Союза установлен принцип обязательного представительства сторон, т. е. стороны должны совершать процессуальные действия только через своих представителей.

Представителями государств-членов и институтов Союза служат их агенты (должностные лица), назначенные на конкретное дело. Физические и юридические лица обязаны действовать через адвокатов, которые имеют такой статус в соответствии с законодательством государств-членов. В качестве адвокатов также могут допускаться университетские профессора.

Если сторона не располагает средствами для оплаты услуг адвоката, то на основании ее мотивированного ходатайства Судом или Трибуналом может предоставляться бесплатная юридическая помощь: назначение бесплатного адвоката, кандидатуру которого вправе предложить ходатайствующая сторона.

Ходатайство о назначении бесплатного адвоката может предшествовать подаче иска.

Судебные расходы. Процедура в судах Европейского Союза бесплатная; пошлина при подаче исков не взимается.

Издержки, понесенные сторонами, возмещаются ими самими, если только выигравшая сторона не потребовала взыскать их с проигравшей. К подлежащим возмещению издержкам относятся, в частности, расходы на оплату услуг представителя, суммы, причитающиеся свидетелям, экспертам.

В случае частичного удовлетворения иска Суд/Трибунал распределяет между сторонами понесенные ими расходы, но может постановить, что каждая из сторон сама оплачивает собственные издержки.

Доказательства и доказывание. Вопросы сбора доказательств и доказывания имеют значение главным образом при рассмотрении дел прямой юрисдикции (искового производства). Напротив, в делах косвенной юрисдикции специальное исследование фактических обстоятельств не проводится, так как в обязанности Суда Европейских сообществ здесь входит анализ только правовых проблем, а решение по существу выносит национальный суд, обратившийся с преюдициальным запросом.

На этапе возбуждения производства доказательства представляются сторонами: истцом, ответчиком и, возможно, лицами, вступившими в дело (интервентами).

Впоследствии доказательства собирают судья-докладчик и генеральный адвокат. С этой целью они могут запрашивать от сторон «любые сведения, относящиеся к фактам, любые документы или любые материалы, которые они считают уместными» (ст. 54bis Процессуального регламента Суда). Такие действия уполномоченных членов Суда называются подготовительными мерами. В Трибунале первой инстанции круг предварительных мер более широк, и они именуются мерами по организации процедуры. Это обусловлено особенностями юрисдикции Трибунала, рассматривающего дела по искам физических и юридических лиц и вынужденного чаще обращаться к исследованию фактических обстоятельств.

По наиболее сложным делам в целях получения дополнительных доказательств Суд и Трибунал могут назначать следствие (франц.: instruction). Как правило, оно имеет предварительный характер: проводится перед началом устного разбирательства судьей-докладчиком в рамках палаты при возможном участии генерального адвоката. Процессуальные регламенты Суда и Трибунала предусматривают пять видов следственных мер (франц. mesures d’instruction):

— персональную явку сторон в целях дачи ими необходимых показаний по делу;

— запрос о предоставлении сведений и предъявление документов, которые необходимы Суду/Трибуналу;

— получение доказательств от свидетеля;

— экспертизу;

— выезд на место.

Получение свидетельских показаний и назначение экспертизы производятся Судом/Трибуналом по собственной инициативе, а также по ходатайству сторон или генерального адвоката. Свидетели вызываются повесткой и после дачи показаний приносят присягу: «Я клянусь, что сказал правду, всю правду, ничего кроме правды».

В случае неявки свидетеля, который был должным образом извещен, а также отказа его от дачи показаний или принесения присяги, он может быть оштрафован Судом/Трибуналом на сумму до 5000 евро. В случае дачи свидетелем заведомо ложных показаний указанные суды направляют представление в министерство юстиции компетентного государства-члена на предмет возбуждения уголовного дела.

Сходные обязанности и меры ответственности действуют в отношении экспертов, назначенных Судом/Трибуналом.

Активная роль судов Европейского Союза в собирании доказательств свидетельствует о том, что процедура в них построена по ярко выраженной континентальной (романо-германской) модели. Эта модель, заимствованная, в основном, из практики французского правосудия, существенно отличает их от англо-американской модели, для которой характерна большая пассивность судебных органов. Аналогичная процедура действует и в третьем, низшем, звене судебной системы Европейского Союза, представленным в настоящее время Трибуналом по делам публичной службы.

68. Разрешается ли обжалование решений судов Европейского Союза?

Решения Трибунала по делам публичной службы в качестве представителя низшего звена судебной системы ЕС можно обжаловать в кассационном порядке в Трибунал первой инстанции. Последний в этом случае de facto выступает уже в качестве суда второй инстанции, что и обусловило его переименование Лиссабонским договором 2007 г. в «Трибунал» (см. вопрос № 47). В дальнейшем проигравшая сторона может производить обжалование в надзорном порядке в Суде Европейских сообществ (термин «надзор», известный российскому праву, в данном случае не используется). С этой целью она может обратиться с ходатайством к Первому генеральному адвокату Суда Европейских сообществ (см. вопрос № 60). Последний, признав ходатайство обоснованным, вправе внести соответствующее представление в Суд.

Решения Трибунала первой инстанции могут быть пересмотрены Судом Европейских сообществ по жалобам заинтересованных лиц. При этом «жалоба в Суд ограничена вопросами права» (ст. 58 Статута), т. е. речь идет о кассационной процедуре.

Если Суд признает жалобу обоснованной, он может вынести по делу окончательное решение или отправить его на новое рассмотрение в Трибунал.

Срок на обжалование является весьма продолжительным: два месяца с момента уведомления о решении Трибунала. Достаточно обширным является также круг лиц, управомоченных подавать жалобу: помимо сторон такой возможностью обладают любое государство-член или институт Союза.

С другой стороны, обращение в вышестоящую инстанцию (т. е. в Суд Европейских сообществ) не приостанавливает действия обжалуемого решения Трибунала. По общему правилу, последнее вступает в силу с момента его оглашения. Чтобы приостановить исполнение, заинтересованная сторона должна подать мотивированное ходатайство Председателю Суда Европейских сообществ.

Суд Европейских сообществ — высшая инстанция, решения которой не могут быть отменены никаким институтом или органом Союза, а равно иными европейскими, национальными или международными инстанциями.

Статут и Процессуальный регламент в некоторых случаях допускают возможность пересмотра своих решений самим Судом, а именно:

— ревизия (франц. rйvision): пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам не позднее 10 лет с момента вынесения решения;

— оппозиция (франц. opposition): обжалование заочных решений со стороны неявившегося ответчика (не позднее одного месяца с момента уведомления о решении);

— оппозиция третьих лиц (франц. tierce opposition): обжалование со стороны лиц, не участвовавших в судебном разбирательстве, по мнению которых решение Суда наносит ущерб их интересам (не позднее двух месяцев после опубликования решения в Официальном журнале Европейского Союза).

Указанные способы обжалования на практике почти не используются. Предусмотренное Лиссабонским договором 2007 г. присоединение Европейского Союза к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (см. вопросы № 17 и № 84) позволит оспаривать акты его органов, в том числе судебных, в действующем на основании данной Конвенции Европейском суде по правам человека (см. вопрос № 49).

Однако следует учитывать, что Европейский суд по правам человека не наделен полномочиями отменять акты, признанные им противоречащими Конвенции. В случае констатации такого факта сторона (государство — участник Конвенции или, в будущем, Европейский Союз) должна самостоятельно внести изменения в свои правовые акты, в том числе, при необходимости, пересмотреть ранее вынесенные ею судебные решения.

Раздел VIII

ПРАВОТВОРЧЕСКИЕ ПРОЦЕДУРЫ В ЕВРОПЕЙСКОМ СОЮЗЕ

69. Каким путем вносятся изменения и дополнения в учредительные документы Европейского Союза?

Учредительные документы Европейского Союза по форме являются международными договорами (Договор о ЕС и Договор о Евратоме 1957 г., Договор о Европейском Союзе 1992 г.). Следовательно, их пересмотр осуществляется также в договорном порядке, требует согласия всех государств-членов.

Процедура пересмотра учредительных документов предусмотрена ст. 48 Договора о Европейском Союзе и подразделяется на три основных этапа:

— любое государство-член или Комиссия представляет в Совет Европейского Союза «проекты, направленные на пересмотр договоров, на которых основан Союз» (таким образом, учредительные документы пересматриваются в комплексе, а не по отдельности);

— если Совет поддерживает реформу, то после консультации с Европейским парламентом и, когда необходимо, с Комиссией и Европейским центральным банком его Председатель созывает конференцию представителей правительств государств-членов. Межправительственная конференция подготавливает текст ревизионного договора, который затем подписывается всеми государствами-членами;

— ревизионный договор подлежит ратификации в каждом из государств-членов в соответствии с национальными конституционными правилами. Лишь после этого он вступает в силу, а внесенные им поправки включаются (инкорпорируются) соответственно в Договор о Европейском Союзе, Договор о ЕС, Договор о Евратоме или иные источники первичного права Союза (см. вопрос № 24).

Наряду с общей (стандартной) процедурой учредительные документы предусматривают возможность пересмотра отдельных своих положений в упрощенном порядке. В этом случае либо не требуется проводить межправительственную конференцию (например, чтобы расширить перечень основных прав граждан, закрепленных в части второй Договора о ЕС), либо поправки вносятся Советом вовсе без ратификации со стороны государств-членов. Таким путем разрешается изменять, к примеру, численный состав Европейской комиссии и союзных судов, некоторые положения Устава Европейской системы центральных банков и Европейского центрального банка, нормы Статута Суда.

Общая процедура пересмотра учредительных документов в новой редакции (после вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. о реформе Европейского Союза) будет сходна с ныне действующей: межправительственная конференция, подписание и ратификация поправок всеми государствами-членами.

Однако правом инициировать поправки наделяется также Европейский парламент. Кроме того, для обсуждения важнейших реформ предусмотрен созыв временного представительного органа — Конвента — в составе представителей национальных парламентов и правительств, а также Европейского парламента и Комиссии (см. вопрос № 17). Конвент должен будет представлять свою рекомендацию межправительственной конференции на основании консенсуса, т. е. с правом вето у любого государства-члена, а равно у Европейского парламента и Комиссии.

70. Что понимается в Европейском Союзе под законодательным процессом?

В Европейском Союзе в понятия «законодательный процесс», «законодательные процедуры» вкладывается несколько отличный от общепринятого смысл. Эти термины используются в значительной степени условно.

Обращаясь к данному вопросу, необходимо принимать во внимание ряд факторов. Во-первых, субъектами законодательного процесса в Европейском Союзе являются не высшие органы государственной власти, а обладающие элементами публичной власти наднациональные органы. Во-вторых, праву Европейского Союза неизвестна такая форма, как закон. Ближайшим к закону по юридическим свойствам актом является регламент, однако законодательные процедуры Союза применяются равным образом для издания как регламентов, так и других нормативных актов — директив и рамочных решений. В-третьих, эти же законодательные процедуры используются и для принятия индивидуальных и рекомендательных актов. В-четвертых, влияние на законодательный процесс Союза такого института, как Европейский парламент, значительно ниже, чем аналогичных органов, непосредственно избираемых населением, в законодательном процессе государств-членов.

Под законодательным процессом в Европейском Союзе понимаются определенные в учредительных договорах процедуры принятия институтами и органами Европейского Союза нормативно-правовых и других актов вторичного права. Соответственно понятие законодательного процесса в Европейском Союзе синонимично понятию процесса принятия решений в международной организации.

Законодательный процесс в Европейском Союзе находит выражение в нескольких законотворческих процедурах. Эти процедуры в чем-то схожи, имея при этом существенные различия, что дает основания для их классификации.

По сфере распространения процедуры принятия решений в Европейском Союзе можно классифицировать на две группы: общие и специальные.

К общим относятся те, которые используются так или иначе при принятии решений в различных областях сквозь призму уполномочивающих статей (что иногда обеспечивает многовариантность этих процедур). Теоретически общие процедуры могут быть распространены на любую сферу деятельности Союза. Общими процедурами являются процедура «Комиссия — Совет», процедура консультаций, процедура совместного принятия решений, процедура санкционирования, процедура сотрудничества.

К специальным процедурам относятся те, которые используются только при принятии решения по определенному вопросу. Они не применимы к другим вопросам. Специальная процедура находится в зависимости от специфики проблематики, характер протекания процедуры органически связан со сферой принятия решения. Так, бюджетная процедура зависит от структуры статей расходов бюджета Союза, а, например, процедура заключения международных соглашений ЕС — от специфики заключения международных соглашений и трансформации их в правопорядок Союза.

Общие законодательные процедуры можно подразделить по степени их распространенности на основные и неосновные. Основными являются наиболее распространенные — процедуры консультаций и совместного принятия решений, к ним также можно отнести и процедуру «Комиссия — Совет». Не являются основными процедуры сотрудничества и санкционирования.

Общими чертами, характерными для законодательных процедур Европейского Союза, являются наличие одних и тех же субъектов, участвующих в принятии решения, а также то, что процесс принятия решения всегда проходит три этапа: подготовка проекта и законодательная инициатива, обсуждение проекта решения, принятие решения. При этом основные различия в законодательных процедурах Союза проявляются во второй фазе — фазе обсуждения.

После вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. о реформе Европейского Союза понятия «законодательный процесс» и «законодательные процедуры» будут относиться только к принятию юридически обязательных (как правило, нормативных) актов законодательными институтами Союза — Европейским парламентом и Советом (см. вопросы № 17 и № 35).

Остальные процедуры (процедуры издания «незаконодательных» актов в значении Лиссабонского договора — см. вопрос № 27) будут считаться иными правотворческими процедурами.

71. В чем состоит процедура консультаций?

Классической правотворческой процедурой в Европейском Союзе принято считать процедуру консультаций. Принято также говорить, что это самая «древняя» и самая «простая» законодательная процедура. Изначально, до 1986 г., она являлась основной процедурой принятия решений в Сообществе.

Это, однако, не совсем так. Дело в том, что наряду с процедурой консультаций первоначально учредительные акты предусматривали применение по широкому кругу вопросов еще более простой процесс принятия решений — процедуру «Комиссия — Совет», которую и сегодня можно встретить в тексте договоров (например, ст. 45, 49, 132 Договора о ЕС). Принятие решений в этой процедуре зависит, как видно из названия, исключительно от двух институтов: Комиссии — инициатора решения, и Совета — органа, рассматривающего и утверждающего решение без какого-либо участия Европейского парламента. Чрезвычайно простой характер процедуры «Комиссия — Совет» позволяет сказать, что это даже своего рода «протопроцедура», содержащая зачаточные элементы регулирования отношений, определяющих законодательный процесс в Европейском Союзе сегодня.

Процедура консультаций несколько сложнее. Особенностями этой процедуры являются быстрота и исключительно консультативный характер полномочий Европейского парламента. Однако в отличие от процедуры «Комиссия — Совет» мнение Европейского парламента имеет определенное значение.

Первой стадией процедуры консультации является правотворческая инициатива Комиссии. Инициатор представляет проект решения в Совет. За этим следует запрос Советом мнения Европейского парламента относительно проекта решения. Далее Европейский парламент высказывает свое мнение по проекту в виде заключения, оформляемого резолюцией. После чего Совет принимает решение единогласно (или квалифицированным большинством голосов) или отклоняет его. Юридически Совет не обязан учитывать заключение Европейского парламента, но Совет обязан дождаться его поступления. Как сформулировал Суд в своем Решении по делу SA Rйquette Frйres v. Council, данное положение является существенным процедурным требованием и его несоблюдение влечет аннулирование утвержденного акта.

Процедура консультаций является одной из наиболее распространенных законодательных процедур Союза. Она встречается достаточно часто в учредительных актах (например, ст. 52, 67, 83, 89 Договора о ЕС) и по праву причисляется к основным правотворческим процедурам.

Процедура консультаций и процедура «Комиссия — Совет» применяются при принятии решений в рамках сотрудничества полиций и судов в уголовно-правовой сфере, т. е. по третьей опоре[109]. При этом процедура консультаций применяется в подавляющем большинстве случаев.

Процедура «Комиссия — Совет» и процедура консультаций являются порядками принятия решений, характерными и даже типичными для международной организации.

В соответствии с Лиссабонским договором процедура консультаций будет являться главной разновидностью «специальной законодательной процедуры». Ее сфера применения значительно сокращена в пользу процедуры совместного принятия решений, переименованной в «обычную законодательную процедуру» (см. вопрос № 73). Процедура «Комиссия — Совет» сохранится в отдельных случаях для незаконодательных актов.

72. Что представляет собой процедура сотрудничества?

Лейтмотивом принятого в 1986 г. Единого европейского акта была введенная им новая для того времени законодательная процедура — процедура сотрудничества. Данная процедура более сложная, чем процедура консультаций, и роль Европейского парламента при принятии решений в процедуре сотрудничества значительно выше. Определенное сходство процедура сотрудничества имеет с процедурой совместного принятия решений, однако процедура сотрудничества значительно проще нее. Справедливо будет отметить, что «процедура совместного принятия решений является логическим продолжением процедуры сотрудничества». Так же как и процедура совместного принятия решений, процедура сотрудничества описывается в специальной статье — ст. 252 Договора о ЕС.

Процедура сотрудничества начинается, что совершенно естественно, с правотворческой инициативы Комиссии. Проект решения направляется в Европейский парламент и в Совет. Далее Европейский парламент дает заключение по проекту решения (так называемое первое чтение) и направляет его Совету. В случае получения положительного заключения парламента Совет утверждает решение. При негативном заключении Европейского Парламента Совет на основе изложенных в заключении замечаний вырабатывает общую позицию (одобряя ее квалифицированным большинством) по проекту решения и направляет ее Европейскому парламенту.

Европейский парламент рассматривает общую позицию (так называемое второе чтение), и по результатам рассмотрения далее процедура может развиваться следующим образом.

Если Европейский парламент дает положительное заключение по общей позиции или не рассматривает ее в течение трех месяцев, то Совет безусловно утверждает решение квалифицированным большинством голосов.

Если Европейский парламент дает отрицательное заключение по общей позиции, на основе абсолютного большинства голосов отклоняет ее (отлагательное вето), то Совет единогласно может утвердить решение, игнорируя отрицательное заключение Европейского парламента по общей позиции.

Если Европейский парламент абсолютным большинством голосов вносит поправки к общей позиции, то данные поправки направляются Комиссии. Комиссия в течение месяца рассматривает данные поправки и направляет предложения по ним в Совет. Совет либо квалифицированным большинством утверждает решение с поправками Европейского парламента и с учетом предложения Комиссии, либо единогласно, отклоняя поправки с предложениями, утверждает решение в редакции общей позиции. На каждую стадию процедуры дается не более трех месяцев (за исключением специального срока для рассмотрения Комиссией поправок Европейского парламента по общей позиции — один месяц). По общему согласию Совета и Европейского парламента имеется возможность продления срока максимально еще на один месяц.

Некогда процедура сотрудничества была одой из наиболее распространенных при принятии решений. Маастрихтский, а затем Амстердамский договоры свели применение данной процедуры к минимуму. Сегодня она используется только при принятии некоторых решений по экономическому и валютному союзу (ст. 99, 102, 103, 106 Договора о ЕС). Снижение значимости процедуры сотрудничества не позволяет включить ее в число основных законодательных процедур Европейского Союза. После вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. эта процедура должна полностью исчезнуть.

73. Как осуществляется процедура совместного принятия решений?

В отличие от процедуры консультации, процедура совместного принятия решений относительно новая и наиболее сложная из всех процедур Союза. Она была введена Маастрихтским договором 1992 г. Специально описанию процедуры совместного принятия решений посвящена ст. 251 Договора о ЕС. Отличительной чертой процедуры также является влиятельная роль в ней Европейского парламента, выступающего вместе с Советом в качестве «созаконодателя» в процессе принятия решений. Данная процедура сегодня наиболее широко распространена (например, применение ее предусматривают ст. 47, 95, 141, 156 Договора о ЕС). Она применяется при принятии многих решений Сообщества и является одной из основных законодательных процедур.

Процедура инициируется Комиссией, которая вносит проект решения в Совет и Европейский парламент. Европейский парламент рассматривает проект (так называемое первое чтение), и в зависимости от результатов рассмотрения процедура развивается следующим образом. Если Европейский парламент одобряет проект решения или вовсе не рассматривает его, то решение квалифицированным большинством утверждается Советом. Если Европейский парламент вносит поправки в проект решения (либо другим образом выражает свое несогласие с проектом решения), то Совет может согласиться с поправками Европейского парламента и утвердить квалифицированным большинством решение или, действуя также на основе квалифицированного большинства, выработать общую позицию по проекту решения. Данная общая позиция по проекту решения направляется Европейскому парламенту на рассмотрение (так называемое второе чтение).

Рассмотрев общую позицию, Европейский парламент может, во-первых, одобрить общую позицию (или не рассматривать ее) и утвердить решение, во-вторых, абсолютным большинством голосов отклонить общую позицию и проект решения в целом (абсолютное вето). Наконец, в-третьих, Европейский парламент абсолютным большинством голосов может внести поправки к общей позиции по проекту и направить их на рассмотрение в Совет и Комиссию. По получении всех материалов из Комиссии Совет либо квалифицированным большинством одобряет поправки Европейского парламента к общей позиции с учетом мнения Комиссии (а если мнение Комиссии было отрицательным, то Совет действует единогласно) и утверждает решение, либо не одобряет поправки к общей позиции, и тогда Председатель Совета и Председатель Европейского парламента созывают Согласительный комитет.

Согласительный комитет создается из числа членов Совета (или их представителей) и такого же числа представителей Европейского парламента при участии в заседаниях комитета представителей Комиссии. Целью Согласительного комитета является доработка проекта решения, приведение его текста в такое состояние, которое могло бы удовлетворять интересы каждой из сторон. Если в течение установленного срока Согласительный комитет не одобрит доработанный проект решения (или даже не сможет доработать текст), то проект решения считается отклоненным. Если Согласительный комитет квалифицированным большинством представителей Совета и простым большинством представителей Европейского парламента одобряет доработанный проект, то он направляется на одновременное голосование в Совет и Европейский парламент (так называемое третье чтение). Для утверждения решения необходимо абсолютное большинство голосов депутатов Европейского парламента и квалифицированное большинство членов Совета. Если доработанный проект решения не набирает необходимого числа голосов хотя бы в одном из институтов, проект считается отклоненным.

Для прохождения каждой стадии процедуры Договором о ЕС предоставляется три месяца, за исключением созыва Согласительного комитета и периода его работы (на эти действия дается по шесть недель).

Процедура совместного принятия решения является результатом компромисса между демократизацией законодательного процесса в Европейском Союзе путем усиления позиций Европейского парламента и сохранением традиционной роли Совета как основного законодательного органа. Лиссабонский договор 2007 г. значительно расширил сферу применения процедуры совместного принятия решений, признав ее по сути важнейшей законодательной процедурой Европейского Союза. Отсюда вытекает новое, введенное Лиссабонским договором, название рассмотренной процедуры: «обычная законодательная процедура».

74. В каком порядке осуществляется процедура санкционирования?

Процедура санкционирования распространена незначительно (ст. 105, 161, 190 Договора о ЕС), ее характерной чертой является ключевая роль Европейского парламента в процессе принятия решений.

Процедура санкционирования протекает аналогично процедуре консультаций, но, в отличие от последней, Совет запрашивает не мнение Европейского парламента по проекту решения, а согласие, санкцию на утверждение решения. В случае отрицательного ответа Европейского парламента решение отклоняется.

Описанный выше порядок олицетворяет так называемую позитивную процедуру санкционирования. Договору о ЕС известна также негативная процедура санкционирования (ст. 195), в которой Совет и Европейский парламент как бы меняются местами — Европейский парламент запрашивает одобрение и полномочен утверждать решение, а Совет дает санкцию на утверждение решения.

Вместе с процедурой совместного принятия решений, процедура санкционирования является процедурой, в которой роль Европейского парламента наиболее высока. После вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. процедура санкционирования во всех рассмотренных вариантах, а также рассмотренная выше процедура консультаций (см. вопрос № 71) будут выступать в качестве разновидностей «специальной законодательной процедуры».

75. Что представляет собой бюджетная процедура?

Наряду с основными правотворческими процедурами большое значение имеет процедура принятия бюджета Европейского Союза. Она изложена в ст. 272 Договора о ЕС. Специфика бюджетной процедуры предопределена разделением бюджетных расходов на обязательные и необязательные.

Предварительный проект бюджета составляется Комиссией и направляется в Совет, где проходит утверждение квалифицированным большинством голосов и в качестве окончательного проекта бюджета направляется в Европейский парламент на одобрение не позднее 5 октября года, предшествующего году исполнения бюджета.

Если Европейский парламент в течение 45 дней после получения проекта одобрит или не рассмотрит проект бюджета, то бюджет считается принятым. Европейский парламент также может простым большинством голосов внести поправки в статьи необязательных расходов бюджета и/или абсолютным большинством голосов предложить модификации статей обязательных расходов.

После этого в течение 15 дней Совет может согласиться с поправками и модификациями Европейского парламента или даже в определенных случаях не рассматривать их и утвердить бюджет.

Однако возможен и другой вариант. Совет квалифицированным большинством может модифицировать поправки Европейского парламента и/или, в зависимости от того, ведут ли модификации Европейского парламента к увеличению расходов института или нет, не принимать такие модификации (что равносильно отклонению) или квалифицированным большинством отвергнуть их, а также изменить их.

При последнем варианте развития событий проект бюджета возвращается обратно в Европарламент. Европейский парламент в течение 15 дней может изменить или отклонить модификации Совета большинством в 3/5 голосов или не рассматривать проект бюджета и утвердить его.

Европейский парламент может также отклонить бюджет в целом большинством в 2/3 голосов, как указывает ст. 272 Договора о ЕС, «руководствуясь важными аргументами».

Как видно, процедура принятия бюджета в Европейском Союзе отличается от других законодательных процедур, что характерно и для бюджетных процедур в государствах-членах. Другое дело — бюджетные процедуры демократических государств, предоставляющие органам, непосредственно избираемым гражданами, широкие возможности влиять на структуру расходов в процессе обсуждения. Бюджетная процедура в Европейском Союзе не предоставляет таких возможностей Европейскому парламенту в полном объеме.

Гармоничное прохождение бюджетной процедуры сегодня во многом предопределено реализацией положений Межинституционного соглашение от 6 мая 1999 г. между Европейским парламентом, Советом и Комиссией о бюджетной дисциплине и совершенствовании бюджетной процедуры, которое предусматривает консультации сторон как заранее, так и в рамках бюджетного процесса.

Лиссабонский договор 2007 г. отменяет деление расходов Союза на обязательные и необязательные. По этой причине бюджетная процедура существенно упрощается и становится сходной с «обычной законодательной процедурой» (см. вопрос № 73). В рамках новой бюджетной процедуры Европейский парламент и Совет будут обладать практически одинаковыми правами.

76. Как заключаются соглашения Европейского Союза с иностранными государствами и международными организациями?

В Европейском Союзе существуют две специальные правотворческие процедуры, оформляющие процесс присоединения Союза к международным договорам. Первая процедура применяется при заключении международных соглашений Европейским сообществом, т. е. в рамках полномочий по первой опоре. Вторая — при заключении международных договоров для реализации целей и задач общей внешней политики и политики безопасности, а равно сотрудничества полиций и судов в уголовно-правовой сфере, т. е. при реализации полномочий по второй и третьей опоре.

Описанию процедуры заключения международных договоров Европейским сообществом посвящена ст. 300 Договора о ЕС. Она применяется в случаях, когда Договор предусматривает возможность заключения соглашений между Сообществом и одним или несколькими государствами или международной организацией.

Процедура инициируется Комиссией с предоставлением Совету рекомендаций относительно заключения международного соглашения. Рассмотрев рекомендации, Совет уполномочивает квалифицированным большинством голосов Комиссию на ведение переговоров. Комиссия проводит соответствующие международные переговоры, консультируясь в их процессе со специальными комитетами, назначенными Советом для выполнения этой задачи.

По окончании переговоров Совет заключает международный договор. По общему правилу используется процедура консультаций. При этом Совет в зависимости от срочности вопроса может установить срок для дачи заключения Европейским парламентом. Пропуск срока позволяет Совету действовать в отсутствие такого заключения. Совет утверждает решение о заключении договора квалифицированным большинством голосов, кроме случаев заключения соглашений, учреждающих ассоциацию, и соглашений, охватывающих сферу, в которой необходимо единогласие для принятия внутренних норм. В таком случае в Совете требуется единогласие.

Существуют также исключения из общего правила об использовании процедуры консультаций при заключении международных соглашений ЕС. В ряде случаев применяется процедура санкционирования (позитивная). Такими случаями являются:

— заключение соглашений, учреждающих ассоциацию;

— заключение других соглашений, устанавливающих особые институциональные рамки путем организации процедур сотрудничества;

— заключение соглашений в рамках общей торговой политики;

— заключение соглашений, имеющих важное бюджетное значение для Сообщества;

— заключение соглашений, влекущих внесение поправок в акт, утвержденный на основе процедуры совместного принятия решений.

Срок получения согласия Европейского парламента может быть специально оговорен Советом и самим Европейским парламентом.

Процедура заключения международных договоров ЕС допускает несколько факультативных стадий. Первая такая стадия имеет место в случае, когда заключаемое соглашение влечет за собой внесение поправок в Договор о ЕС. До заключения соглашения такие поправки должны быть приняты в соответствии с процедурой, применяемой для внесения изменений в учредительные акты Союза и изложенной в ст. 48 Договора о Европейском Союзе.

Другая факультативная стадия имеет место, когда Совет, Комиссия или государства-члены обращаются в Суд за заключением о том, является ли намечаемое соглашение совместимым с положениями Договора о ЕС. В случае отрицательного заключения Суда соглашение может вступить в силу только в соответствии со ст. 48 Договора о Европейском Союзе.

Примечательной особенностью процедуры заключения международных соглашений ЕС является то, что она включает в себя другие правотворческие процедуры. Специфика присоединения к международным договорам выступает в качестве своего рода надстройки для одной из общих процедур, используемых в зависимости от конкретного случая.

Процедура заключения международных договоров Европейского Союза в сферах ОВПБ и СПСО закрепляется в ст. 24 Договора о Европейском Союзе. Она осуществляется следующим образом. Совет единогласно предоставляет председательствующему государству-члену полномочия начать переговоры о заключении необходимого соглашения. Председательствующее государство-член при содействии Комиссии проводит соответствующие переговоры. По окончании международных переговоров председательствующее государство-член представляет Совету рекомендацию о заключении международного договора. Совет, основываясь на этой рекомендации, решением, принятым единогласно, заключает такой договор.

Следует отметить, что если международные договоры Европейского сообщества безоговорочно обязательны для всех институтов Сообщества и государств-членов (§ 7 ст. 300 Договора о ЕС), то международные соглашения Союза в сферах ОВПБ и СПСО могут применяться к государствам-членам с исключениями. Во-первых, представитель государства-члена в Совете может заявить, что он должен подчиняться собственным конституционным процедурам, и тогда соглашение не будет являться обязательным для представляемого им государства-члена. Во-вторых, другие члены Совета в этом случае могут согласиться с тем, что соглашение применяется к ним временно.

Следует обратить внимание на то, что Европейский парламент не принимает участия в процедуре заключения международных соглашений в сферах ОВПБ и СПСО, а Совет занимает доминирующее положение. Роль Комиссии в этом случае незначительна.

После вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. Европейский Союз будет обладать единой международной правосубъектностью и заключать все международные договоры непосредственно от своего имени (см. вопрос № 17). Рассмотренная выше процедура заключения международных договоров Европейского сообщества будет применяться к Союзу в целом, что повлечет за собой возрастание роли Европейского парламента и Комиссии.

В то же время международные договоры по вопросам общей внешней политики и политики безопасности (бывшей второй опоры) продолжат заключаться по специальной процедуре, как правило, по предложению нового должностного лица Союза — Верховного представителя по иностранным делам и политике безопасности (см. вопрос № 35).

77. Посредством каких процедур в Европейском Союзе издаются акты делегированного законодательства?

Аналогично ситуации в современных государствах, законодательные институты Союза (Европейский парламент и Совет) не в состоянии справиться с колоссальным объемом правотворческой деятельности, которую осуществляет данная организация. В этой связи получила широкое распространение практика делегирования нормотворческих полномочий «правительству» ЕС — Комиссии.

На основании указанных полномочий Комиссия издает акты делегированного законодательства (например, регламенты «о применении» Таможенного кодекса ЕС). Нередко ей даже разрешается вносить поправки в тексты нормативных актов, утвержденных Европарламентом и Советом.

Вполне очевидно, что подобная деятельность Комиссии не должна носить бесконтрольный характер, подменять волю законодателя. Данная проблема наиболее остро проявляется во взаимоотношениях Комиссии и Совета, так как первая выражает «общие интересы» ЕС, а члены второго (национальные министры) служат защитниками интересов отдельных государств-членов.

Не приведет ли делегирование нормотворческих полномочий Комиссии к тому, что она станет пренебрегать мнениями стран Союза, действовать без учета их позиций? Чтобы исключить такую возможность, был изобретен особый процедурный механизм, который в западной доктрине называют «комитология» (англ. comitoligy; франц. comitologie).

Суть его в следующем: всякий раз, когда Совет предоставляет Комиссии определенное полномочие, он образует специальный комитет, состоящий из национальных экспертов (по одному от каждого государства-члена). Всего функционирует около 200 подобных комитетов.

Прежде чем издать правовой акт, Комиссия должна внести его проект в соответствующий комитет, который дает свое согласие или отказывает в таковом. Заключение комитета утверждается квалифицированным большинством с использованием метода «взвешенного голосования», аналогичного тому, которое применяется в Совете (см. вопрос № 35).

Дальнейшие события могут развиваться по разным сценариям — в зависимости от того, к какому типу относится созданный комитет:

— если для контроля за Комиссией создан консультативный комитет (франц. comitй consultatif), то его мнение имеет рекомендательный характер, не препятствует Комиссии принять необходимое решение;

— если образован управленческий комитет (франц. comitй de gestion), то Комиссия также может действовать по собственной воле. Однако в данном случае Совет вправе отменить решение Комиссии, изданное вопреки негативному заключению управленческого комитета, и заменить его своим собственным;

— когда образуется регулирующий комитет (франц. comitй de rйglementation), Комиссия должна заручиться его согласием. В противном случае право принятия решения переходит к Совету.

Классификация комитетов и соответствующих процедур установлена специальным Решением Совета Европейского Союза от 28 июня 1999 г. «Об установлении порядка осуществления исполнительных полномочий, возлагаемых на Комиссию». Заложенные в нем принципы применяются при издании Комиссией не только нормативных, но и многих индивидуальных актов.

Например, генетически измененные продукты питания допускаются на рынок ЕС лишь при наличии специального разрешения, даваемого в каждом отдельном случае Европейской комиссией по предложению Европейского органа по безопасности продуктов питания (одно из агентств ЕС). Перед тем как дать свое разрешение, Комиссия должна заручиться поддержкой Постоянного комитета по продовольственной цепочке и здоровью животных. Данный комитет состоит из представителей государств-членов и относится к типу регулирующих комитетов. В 2006 г. Европейскому парламенту были предоставлены дополнительные возможности по контролю за делегированным законодательством (новая «процедура регулирования совместно с контролем» Европарламента).

После вступления в силу Лиссабонского договора акты Комиссии, издаваемые в рамках делегированных ей полномочий, будут официально именоваться «делегированными актами» и относиться к категории «незаконодательных актов» Европейского Союза (см. вопрос № 27).

Процедуры контроля за реализацией делегированных полномочий будут определяться законодательными актами Европейского парламента и Совета. Отдельные правила также будут приняты для контроля за реализацией Комиссией исполнительных полномочий (полномочий по изданию «исполнительных актов»).

Раздел IX

КОМПЕТЕНЦИЯ И СФЕРЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

78. В каких источниках закрепляется компетенция Европейского Союза?

Источниками, в которых закреплена компетенция Европейского Союза, служат его учредительные документы: Договор об учреждении Европейского сообщества 1957 г. (Договор о ЕС), Договор об учреждении Европейского сообщества по атомной энергии 1957 г. (Договор о Евратоме) и Договор о Европейском Союзе 1992 г. (см. вопрос № 15).

Подавляющее большинство вопросов, входящих в компетенцию данной организации, содержатся в первом источнике, т. е. в Договоре о ЕС 1957 г. Подписанный одновременно с ним Договор о Евратоме носит узкоспециальный характер и закрепляет полномочия наднациональных институтов в сфере атомной энергетики.

В Договоре о Европейском Союзе 1992 г. устанавливаются его полномочия по вопросам общей внешней политики и политики безопасности (ОВПБ), сотрудничества полиций и судебных органов в уголовноправовой сфере (СПСО), т. е. в рамках второй и третьей опор.

Таким образом, в настоящее время компетенция Европейского Союза содержится в трех основных источниках:

— в Договоре о ЕС 1957 г., прежде всего в его части третьей «Политика Сообщества»;

— разделах V и VI Договора о Европейском Союзе: в положениях об ОВПБ и СПСО;

— разделе втором Договора о Евратоме 1957 г. «Положения по содействию прогрессу в области атомной энергии».

Именно в данных источниках сосредоточены уполномочивающие статьи, т. е. положения, наделяющие институты Союза полномочиями принимать меры по конкретным вопросам общественной жизни. Ссылки на эти статьи обязательны в преамбуле каждого правового акта Союза.

После вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. о реформе Европейского Союза (см. вопрос № 17) вся внутриполитическая компетенция организации, т. е. компетенция по регулированию общественных отношений в пределах территории Союза, будет закреплена в части третьей Договора о функционировании Европейского Союза под названием «Внутренняя политика и деятельность Союза». Эта часть включает 24 раздела, посвященные отдельным сферам внутриполитической деятельности Союза: раздел I «Внутренний рынок», раздел XX «Окружающая среда» и т. д.

Базовые положения о внешнеполитической компетенции организации, т. е. компетенции по развитию отношений с третьими странами и международными организациями, будут содержаться в Договоре о Европейском Союзе (раздел V «Общие положения о внешнеполитической деятельности Союза и специальные правила об общей внешней политике и политике безопасности»). Остальные правила о внешней политике Союза закреплены в части пятой Договора о функционировании Европейского Союза «Внешнеполитическая деятельность Союза» (включает семь разделов).

Полномочия институтов Союза в области мирного использования атомной энергии будут по-прежнему регулироваться Договором о Евратоме (раздел II «Положения о содействии прогрессу в области атомной энергии»).

79. Каковы сущность и происхождение компетенции Европейского Союза?

По своей сущности компетенция Союза является властной, так как включает в себя полномочия издавать нормативные и индивидуальные акты, обладающие юридически обязательной силой на его территории.

Осуществляемые Союзом властные прерогативы появились за счет добровольной уступки государствами-членами своих суверенных прав во многих областях (в западной доктрине пишут также о «слиянии суверенитетов»). По своему происхождению компетенция Европейского Союза, таким образом, является производной, или делегированной, т. е. полученной от государств-членов.

Из данного признака, который возведен проектом Лиссабонского договора в разряд принципа — принципа наделения компетенцией (франц. principe d’attribution), вытекает важное следствие: за государствами-членами сохраняется остаточная компетенция, т. е. полномочия принимать решения по всем вопросам, не отнесенным к ведению Союза. Напротив, институты и органы последнего могут действовать тогда и только тогда, когда соответствующая компетенция предусмотрена в его учредительных документах.

Упомянутый признак (или принцип) на практике подвергается определенной корректировке с учетом динамичного характера интеграционного процесса:

— во-первых, Договор о ЕС содержит особые «статьи-лазейки», разрешающие Сообществу издавать нормативные акты по вопросам, которые прямо не отнесены к его ведению, но важны для нормального функционирования внутреннего рынка (ст. 94, 95) или, шире, для достижения целей ЕС (ст. 308).

Например, 3 июня 2003 г. в соответствии со ст. 94 Совет издал Директиву «По вопросам налогообложения доходов от сбережений в форме процентных платежей». Эта Директива относится к сфере прямого налогообложения, хотя Договор о ЕС прямо уполномочил Совет законодательствовать только в сфере косвенных налогов и сборов (НДС, акцизы и т. п.).

Другим примером могут служить директивы Европейского парламента и Совета о порядке введения летнего времени (изданы на основании ст. 95). Специальных полномочий по этому вопросу учредительные договоры также не предусматривают;

— во-вторых, уполномочивающие нормы Договора о ЕС обычно подвергаются расширительному толкованию со стороны Суда Европейских сообществ, решения которого носят характер прецедента.

«Отвергнув традиционные каноны толкования международного права… Суд предпочел обеспечить себе возможность исходить из амбициозных целей Договора, в одних случаях давая расширительное толкование положениям о компетенции Сообщества, в других — осуществляя внимательный контроль за тем, как государства-члены используют свои прерогативы»[110].

80. Что такое «политика Союза»?

Политика Союза — это комплекс мероприятий, проводимых им в отношении конкретных сфер общественной жизни.

Поскольку таких сфер существует ныне свыше 20, в учредительных документах термин «политика» используется во множественном числе (англ. policies; франц. politiques). В частности, так именуется третья часть Договора о ЕС (дословно: «Политики Сообщества»). Так же будут именоваться соответствующие части и разделы учредительных документов «нового» Европейского Союза после вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. (см. вопросы № 17 и № 78).

В некоторых случаях учредительные документы вместе со словом «политика» используют прилагательное общая с целью подчеркнуть стремление к выработке единого политического курса в определенной сфере: «общая торговая политика», «общая политика в сфере транспорта», «общая политика в сферах сельского хозяйства и рыболовства» и т. д.

Напротив, в тех областях, где деятельность Сообщества и Союза сводится в основном к дополнению и поддержке (в том числе финансовой) мер, осуществляемых на уровне отдельных государств-членов, учредительные договоры обычно употребляют более осторожные формулировки: «содействие научным исследованиям и технологическому развитию», «вклад в образование и качественное обучение, а также в расцвет культур государств-членов» и т. п.

С точки зрения своего предмета политика Союза подразделяется на внутреннюю и внешнюю. Первая обращена к общественным отношениям, складывающимся на территории Союза между его государствами-членами, гражданами и юридическими лицами.

Внешняя политика имеет своим предметом отношения Европейского Союза с государствами, не входящими в его состав (с «третьими странами»), а также с международными организациями. Исходя из классификации политики Союза на внутреннюю и внешнюю, в дальнейшем будет закрепляться вся его компетенция после вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. (см. вопрос № 78).

81. На какие виды (категории) подразделяется компетенция Европейского Союза?

Сообразно модели федеративных государств компетенция Союза подразделяется на две основные категории — в зависимости от ее соотношения с компетенцией государств-членов.

Первая категория — исключительная компетенция — охватывает вопросы, решение которых полностью изъято из ведения государств-членов и должно осуществляться только Союзом в лице своих институтов и органов.

Примером служит установление пошлин общего таможенного тарифа в отношении продукции, импортируемой в ЕС из третьих стран, а также другие мероприятия в рамках общей торговой (внешнеторговой) политики Сообщества. К исключительной компетенции ЕС относится и разработка денежной политики в пределах «зоны евро».

Подавляющее большинство вопросов, подведомственных Европейскому Союзу, образуют его совместную компетенцию с государствами-членами. По этим вопросам последние не лишаются возможности принимать собственные правовые акты и другие меры на национальном уровне. Однако эти меры должны соответствовать законодательству, изданному институтами Союза, и в случае противоречия последнее имеет приоритет.

Осуществление Союзом совместной компетенции подчиняется принципу субсидиарности, в соответствии с которым он не должен вмешиваться в проблемы, способные эффективно решаться в рамках отдельных государств-членов (см. вопрос № 23). Напротив, если конкретная проблема имеет транснациональные масштабы, то Союз не только может, но и должен предпринять необходимые шаги.

Хотя термины «исключительная» и «совместная» применительно к компетенции Союза употребляются в его действующих учредительных документах (например, ст. 5 и 133 Договора о ЕС), определения данных терминов они не содержат.

Указанный пробел будет устранен Лиссабонским договором, который посвящает несколько статей установлению и разграничению его разных категорий компетенции (франц. catйgories de compйtence). Наряду с «исключительной» и «совместной» компетенцией в отдельную группу выделены «сферы деятельности, направленной на поддержку, координацию или дополнение» (защита здоровья, культура и др.).

Это те сферы общественной жизни, в которых Союз не должен стремиться проводить унификацию или гармонизацию национального права, но может координировать деятельность государств-членов или помогать им.

В качестве особых категорий компетенции в Лиссабонском договоре указаны координация Союзом экономической политики и политики занятости государств-членов, общая внешняя политика и политика безопасности.

82. Планируется ли дальнейшее расширение компетенции Европейского Союза?

Да. Речь идет о таких новых сферах, как космос (европейская космическая политика) и спорт. Лиссабонский договор также расширяет круг задач Союза в некоторых других, уже осуществляемых им видах деятельности: защита населения от катастроф (гражданская оборона), энергетика, туризм и др.

В основном же Лиссабонский договор ориентируется не столько на дальнейший рост имеющейся у Союза компетенции, которая и так достаточно широка (не следует забывать о наличии «статей-лазеек»), сколько на повышение эффективности процесса ее реализации.

Главными средствами выступают, с одной стороны, дальнейшее сокращение количества вопросов, в которых государства-члены располагают правом вето (при голосовании их министров в Совете Европейского Союза), с другой стороны, развитие «продвинутого сотрудничества» в тех областях, где отдельные страны Союза желают развивать интеграцию более быстрыми темпами (см. вопрос № 15). Подобное сотрудничество в рамках Европейского Союза планируется установить, в частности, в рамках оборонной политики.

Дополнительным механизмом для увеличения эффективности функционирования Союза служит учреждение новых органов и постов, таких как министр иностранных дел, Председатель Европейского совета, Верховный представитель Союза по иностранным делам и политике безопасности, Европейская прокуратура.

Раздел X

ЕВРОПЕЙСКОЕ ПРАВО В ОБЛАСТИ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА

83. Что такое «европейское право в области прав человека»?

Термин «европейское право в области прав человека» используется в современной доктрине для обозначения совокупности норм, которые закрепляют и гарантируют основные права личности в «европейском масштабе», т. е. в рамках Европы в целом или, по крайней мере, значительного числа расположенных в ней государств.

В настоящее время европейское право в области прав человека служит предметом научных исследований и преподается в виде отдельного учебного курса студентам зарубежных университетов[111].

Особенность европейского права в области прав человека состоит в том, что оно создается усилиями двух европейских интеграционных организаций: Европейского Союза и Совета Европы.

Созданный в 1947 г., Совет Европы не обладает, в отличие от Союза, законодательными полномочиями. Однако еще до создания Европейских сообществ в рамках этой организации был подписан уникальный международный договор, который впоследствии стал ядром общеевропейской системы защиты прав человека: Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 г.

Европейский Союз заимствовал эту Конвенцию в свою правовую систему, но не ограничился этим. В 2000 г. была разработана и торжественно провозглашена Хартия Европейского Союза об основных правах, которая со временем способна получить роль второго важнейшего источника европейского «билля о правах».

Таким образом, на сегодняшний день система источников европейского права в области прав человека слагается из двух частей, которые взаимодополняют друг друга. При этом документы, принятые в рамках Совета Европы, имеют потенциально более широкую сферу действия (в состав этой организации входят 47 стран). Они являются обязательными и для России при условии подписания и ратификации нашей страной конвенций, подготовленных Советом Европы.

84. Каковы основные источники европейского права в области прав человека?

Действующие источники европейского права в области прав человека являются результатом правотворческой деятельности, с одной стороны, Совета Европы, с другой — Европейского Союза.

Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 г. и другие источники права Совета Европы

Совет Европы осуществляет правотворческую деятельность в форме международных договоров (конвенций), которые предлагаются государствам-участникам для подписания и ратификации. Аутентичные тексты этих документов существуют только на английском и французском языках, являющихся официальными языками Совета Европы.

Первым и наиболее важным источником рассматриваемой категории служит Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод (ЕКПЧ), подписанная в Риме 4 ноября 1950 г. Конвенция вступила в силу для России 5 мая 1998 г., и с этого момента ее правила в обязательном порядке должны учитываться российскими судам[112].

Согласно Договору о Европейском Союзе (ст. 6) ЕКПЧ обязательна не только для его государств-членов (которые подписали Конвенцию в качестве сторон), но и для Союза в целом. Контроль за ее соблюдением со стороны наднациональных институтов и органов осуществляют Суд Европейских сообществ и Трибунал первой инстанции, которые могут, в частности, отменять правовые акты ЕС на основании противоречия их ЕКПЧ.

Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод включает преамбулу и 59 статей, объединенных в три раздела:

— раздел I «Права и свободы» (ст. 2-18) закрепляет, собственно, основные права и свободы личности, их допустимые ограничения;

— раздел II «Европейский суд по правам человека» (ст. 19–51) устанавливает порядок создания и функционирования указанного суда, условия обращения к нему с жалобами (см. вопрос № 49);

— раздел III «Прочие положения» (ст. 52–59) содержит нормы общего и заключительного характера.

Список прав и свобод, закрепленных в разделе I, был дополнен с помощью протоколов, которые отдельными соглашениями приложены к ЕКПЧ и имеют равную с ней юридическую силу. В настоящее время действуют следующие протоколы: № 1 (от 20 марта 1952 г.), № 4 (от 16 сентября 1963 г.), № 6 (от 28 апреля 1983 г.) и № 7 (от 22 ноября 1984 г.)[113] Например, право собственности закреплено в Протоколе № 1 (ст. 1), а принцип равноправия супругов — в протоколе № 7 (ст. 5).

Российская Федерация — участница всех этих протоколов, кроме шестого, устанавливающего запрет применения смертной казни (кроме смертной казни во время войны). В последние годы к ЕКПЧ подписаны еще два протокола, которые для нашей страны тоже пока не вступили в силу: протокол № 12 (от 4 ноября 2000 г.), предусматривающий общий запрет на дискриминацию, и протокол № 13 (от 3 мая 2002 г.), который безоговорочно запрещает смертную казнь, в том числе во время войны. Протокол № 14 (от 13 мая 2004 г.) направлен на реформирование контрольного механизма Конвенции, прежде всего Европейского суда по правам человека. По этой причине для вступления в силу он требует ратификации всеми 47 государствами — участниками Конвенции. К концу 2009 г. ратификационный процесс завершили 46 из них (Российская Федерация подписала, но не ратифицировала данный Протокол).

Важным дополнением к Конвенции служит также судебная практика Европейского суда по правам человека, который традиционно осуществляет расширительное толкование прав и свобод, закрепленных в ЕКПЧ, и их гарантий[114]. Органы правосудия европейских стран, в том числе Россия, обязаны учитывать постановления этого Суда при вынесении своих решений[115].

Вторым по значимости источником Совета Европы служит Европейская социальная хартия (ЕСХ), которая существует в двух версиях: первоначальной (от 18 октября 1961 г.) и дополненной (так называемая пересмотренная Европейская социальная хартия от 3 мая 1996 г.). Пересмотренная ЕСХ содержит более обширный круг социальных прав, чем первоначальная версия. Часть стран Совета Европы уже ратифицировали ее, для других сохраняет действие текст 1961 г. Российская Федерация присоединилась к Европейской социальной хартии (пересмотренной) в 2009 г.

В отличие от ЕКПЧ, закрепляющей права «первого поколения», главным образом, личные и политические (свобода мысли и слова, неприкосновенность личности, право на свободные выборы и т. д.), ЕСХ провозглашает социально-экономические права, реализация которых требует активных (в том числе финансовых) мер со стороны государства: право на труд, право на профессиональное обучение, право на охрану здоровья и т. д.

Чтобы облегчить государствам выполнение Европейской социальной хартии, она построена по принципу «ala carte» (меню): страны могут по своему выбору присоединяться к одним статьям ЕСХ и не присоединяться к другим[116]. Контрольный механизм данной Хартии также ослаблен: функционирует специальный комитет по социальным правам, но он не является судебным органом. Европейский суд по правам человека не уполномочен рассматривать жалобы на нарушение ЕСХ.

Европейский Союз не включил Европейскую социальную хартию в свою правовую систему, но в его учредительных договорах присутствуют отсылки к этому документу. Положения ЕСХ принимаются во внимание институтами Союза при разработке нового законодательства в социальной сфере.

Кроме Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и Европейской социальной хартии в рамках Совета Европы подписаны также ряд специальных конвенций, посвященных защите отдельных прав личности: Конвенция о защите частных лиц в отношении автоматизированной обработки данных личного характера (от 18 января 1981 г.), Европейская конвенция по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (от 26 ноября 1987 г.), Европейская конвенция об осуществлении прав ребенка (от 25 января 1966 г.) и др. Дела о нарушении этих конвенций также не подсудны Европейскому суду по правам человека.

В соответствии с Лиссабонским договором 2007 г. Европейский Союз официально уполномочен присоединиться к важнейшей конвенции Совета Европы — Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод — в качестве самостоятельной стороны. Для реализации этого полномочия необходимо также вступление в силу Протокола № 14, так как в соответствии с действующей редакцией Конвенции ее сторонами могут быть только государства.

В случае присоединения Союза к Европейской конвенции действия и бездействие органов Союза, так же как и действия/бездействие национальных властей, можно будет в конечном счете обжаловать в Европейском суде по правам человека.

Хартия об основных правах 2000 г. и другие источники Европейского Союза

В отличие от конституций демократических государств, учредительные документы Европейского Союза не содержат полноценного каталога основных прав личности. В 1950-е гг. при создании Европейских сообществ в них были закреплены лишь отдельные положения в этой области, касающиеся преимущественно социальноэкономической сферы жизни.

Речь идет о свободах единого внутреннего рынка, которые гарантируют возможность осуществления экономической деятельности на всей территории ЕС, и принципе недопустимости дискриминации в зависимости от принадлежности к национальному гражданству того или иного государства-члена (ст. 12 Договора о ЕС). Ввиду больших масштабов дискриминации женщин в социально-трудовых отношениях в Договор о Европейском сообществе был также включен принцип равенства мужчин и женщин в вопросах оплаты труда (см. вопрос № 125).

В 1990-е гг. перечень прав и принципов, содержащихся в Договоре о ЕС (как главном учредительном документе), был расширен. В связи с введением гражданства Союза в 1992 г. в него были включены ряд основных прав союзных граждан (часть вторая «Гражданство Союза»). В 1997 г. (поправками Амстердамского договора) добавился общий принцип социального равенства (ст. 13), т. е. недопустимости дискриминации в зависимости от «пола, расы или этнического происхождения, религии или убеждений, инвалидности, возраста или сексуальной ориентации». Указанный принцип, однако, закреплен косвенно, т. е. путем наделения Сообщества полномочиями издавать законодательство о борьбе с данными видами дискриминации.

Таким образом, и в первоначальной, и в действующей редакции «конституция» Европейского Союза не содержит всеобъемлющего «билля о правах», который охватывал бы весь комплекс основных личных, политических и социально-экономических прав человека и гражданина. В учредительных документах Союза отсутствуют, например, такие основополагающие права, как право на свободу и личную неприкосновенность, право собственности, свобода мысли и слова и т. д.

Признание и защита этих и иных базовых прав личности стали возможны благодаря судебной практике Суда Европейских сообществ. С конца 1960-х гг. Суд в своих решениях признал основные права в качестве «общих принципов права Сообщества» и провозгласил в качестве основного их источника Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод 1950 г. (см. вопрос № 21).

Несмотря на использование Конвенции Совета Европы 1950 г., Европейский Союз не оставил попыток подготовить собственный «билль о правах», отражающий состояние их развития на конец XX в. Кульминацией этих усилий стало торжественное провозглашение 7 декабря 2000 г. Хартии Европейского Союза об основных права[117].

Хартия призвана защитить человеческую личность во взаимоотношениях, прежде всего, с наднациональными институтами и органами Союза, а также с государствами — членами Союза, когда последние действуют во исполнение установленных им правил (например, привлекают к ответственности за нарушение предписаний регламентов, директив или рамочных решений).

При этом Хартия 2000 г. не отменяет иных «биллей о правах», существующих в рамках государств-членов или международного сообщества. Все они сохраняют силу «в рамках своей соответствующей области применения» (ст. 53 Хартии). Более того, когда положения Хартии корреспондируют нормам ЕКПЧ 1950 г., они должны толковаться одинаковым образом, в том числе с учетом прецедентов Европейского суда по правам человека. Например, «право на свободу и личную неприкосновенность» (ст. 6 Хартии) имеет те же ограничения и пределы, что и одноименное право, провозглашенное в ЕКПЧ (ст. 5 «Право на свободу и личную неприкосновенность»).

Из сказанного не следует делать вывод, что Хартия Союза лишь копирует Конвенцию Совета Европы. В отличие от последней, она охватывает всю совокупность основных прав и свобод (в том числе социально-экономических и культурных). Хартия может устанавливать и более высокие стандарты защиты личности, но в любом случае она не должна снижать их по сравнению с ЕКПЧ, к которой Союз в дальнейшем планирует присоединиться в качестве отдельной стороны.

Полноценное действие Хартии Европейского Союза об основных правах станет возможным после придания ей высшей юридической силы в правовой системе Союза. Это предусмотрено Лиссабонским договором 2007 г., согласно которому Хартия будет иметь одинаковую юридическую силу с учредительными документами организации: Договором о Европейском Союзе и Договором о функционировании Европейского Союза в редакции Лиссабонского договора (см. вопрос № 17).

После вступления в силу Лиссабонского договора Хартия Европейского Союза об основных правах также будет действовать в новой редакции, адаптированной к функционированию «нового» Европейского Союза (утверждена 12 декабря 2007 г.). Новая редакция Хартии не затрагивает содержания закрепленных в ней основных прав и свобод (см. вопрос № 85).

Применение Хартии судебными органами в дальнейшем будет осуществляться с учетом официального комментария, приложенного к ее тексту («Разъяснения Хартии об основных правах»). Кроме того, двум государствам-членам — Великобритании и Польше — предоставлены отдельные изъятия из применения Хартии на их территории. Эти изъятия касаются главным образом группы социальных прав.

85. В чем заключаются особенности Хартии Европейского Союза об основных правах?

Главная особенность Хартии — новый, уникальный подход к систематизации основных прав и свобод личности. В отличие от классического подхода, принятого в том числе в Конституции России, основные права личности систематизированы в Хартии не по сферам их реализации (личная, политическая, социально-экономическая), а по ценностям, которые они защищают. Важнейшие среди них указаны в преамбуле документа: человеческое достоинство, свобода, равенство и солидарность.

В соответствии с этими и другими ценностями построена структура Хартии:

— глава I «Достоинство» (ст. 1–5) закрепляет те права и гарантии, без которых немыслимо бытие человеческой личности: право на человеческое достоинство, право на жизнь, запрещение пыток и др.;

— глава II «Свободы» (ст. 6-19) призвана обеспечить свободную жизнедеятельность человека во всех сферах общественных отношений, защитить его от неправомерного вмешательства публичных властей (в том числе институтов Союза). Это выражается в признании за личностью таких прав, как право на свободу и личную неприкосновенность, на уважение частной и семейной жизни, свободы мысли, совести и вероисповедания, свободы искусства и науки, свободы предпринимательства, права частной собственности и т. д.;

— глава III «Равенство» (ст. 20–26), название которой говорит само за себя, закрепляет наряду с принципом равенства положения о признании и уважении интересов групп населения, нуждающихся в особой защите общества (дети, пожилые люди, инвалиды);

— глава IV «Солидарность» (ст. 27–38) содержит трудовые и социальные права, призванные обеспечить снижение или устранение классовых и иных социальных противоречий: право работников предприятия на информацию и консультации, право на переговоры и коллективные действия, включая забастовку, запрещение детского труда, право на социальное обеспечение и т. д.;

— глава V «Гражданство» (ст. 39–46) устанавливает права и гарантии, предоставляемые в первую очередь гражданам Союза;

— глава VI «Правосудие» (ст. 47–50) предусматривает уголовноправовые и процессуальные гарантии прав личности: право на эффективное обжалование и на доступ к беспристрастному суду, презумпция невиновности и др.;

— глава VII «Общие положения» (ст. 51–54) определяет сферу действия и порядок применения Хартии, ее соотношение с другими источниками прав и свобод, в том числе с ЕКПЧ 1950 г.

К особенностям Хартии наряду с уникальной систематизацией основных прав и свобод можно отнести признание в этом качестве «права на целостность личности» (ст. 3) и «права на хорошее управление» (ст. 41). Первое защищает человека от возможных посягательств на его тело и душу с использованием достижений научно-технического прогресса (медицинские и биологические опыты, евгеника, клонирование, торговля частями человеческого тела), второе — от злоупотреблений со стороны институтов и органов Союза.

86. Каковы содержание и значение гражданства Европейского Союза?

Гражданство Европейского Союза — устойчивая правовая связь между гражданами государств-членов (национальными гражданами) и Союзом в целом. В истории это первый случай, когда «гражданство существует вне классических рамок государства и нации[118].

Гражданство Союза начало формироваться еще в 1950-е гг., после создания Европейских сообществ. Официально оно было признано в 1992 г. Договором о Европейском Союзе. Положения об этом гражданстве закреплены в Договоре об учреждении Европейского сообщества (Договор о ЕС), являющемся главным учредительным документом организации (см. вопрос № 15).

В соответствии с частью второй Договора о ЕС «Гражданство Союза» в качестве союзных граждан признаются граждане всех государств-членов, вместе взятых. Таким образом, приобретение немецкого, испанского, греческого или иного национального гражданства автоматически приводит к появлению у лица второго гражданства — гражданства Союза в целом.

«Гражданство Союза дополняет национальное гражданство и не подменяет его» (ст. 17 Договора о ЕС). Дополнительный характер этого гражданства выражается в наделении его обладателей рядом новых основных прав и свобод, которые связаны именно с обладанием «европейским» гражданством.

Данные права в настоящее время закреплены в Договоре о ЕС и воспроизведены в Хартии Европейского Союза об основных правах (глава V «Гражданство»):

— свобода передвижения и проживания на всей территории Союза;

— избирательные права: право гражданина Союза избирать и баллотироваться кандидатом в Европарламент и муниципальные органы на территории любого государства-члена, где он проживает;

— право на консульскую защиту: в третьих государствах, т. е. в странах, не входящих в Союз, гражданин может обращаться за защитой своих прав и интересов в дипломатическое и консульское представительство любого государства-члена, если там отсутствует представительство его родного государства;

— право петиций в Европейский парламент;

— право на подачу жалоб Европейскому омбудсману;

— право направлять письменные обращения институтам и органам Союза и получать ответ на любом из официальных языков Союза по своему выбору;

— право на доступ к документам Европейского парламента, Совета Европейского Союза и Европейской комиссии. После вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. перечисленные права будут закрепляться в части второй «Недискриминация и гражданство Союза» Договора о функционировании Европейского Союза и в вышеназванном разделе Хартии. Кроме того, новый раздел II Договора о Европейском Союзе под названием «Положения о демократических принципах» наделяет граждан Союза рядом важных политических прав, в том числе правом инициировать издание новых нормативных актов на европейском уровне — «гражданская инициатива» (см. вопросы № 8 и № 17).

87. Распространяется ли Хартия Европейского Союза об основных правах на иностранцев?

Подавляющее большинство прав и свобод, закрепленных в Хартии 2000 г., так же как и в ЕКПЧ 1950 г., являются правами человека, т. е. не связаны с принадлежностью к определенному гражданству. Таким образом, гражданин России, находящийся на территории Европейского Союза, вправе рассчитывать на соблюдение в отношении его принципов и норм указанных документов, кроме отдельных правомочий, зарезервированных исключительно для местных граждан.

Однако и в последнем случае Договор о ЕС и Хартия 2000 г. иногда приравнивают к гражданам Союза других физических и юридических лиц, имеющих место жительства (местонахождение) на его территории. Это относится, например, к праву петиций в Европейский парламент, праву на подачу жалоб Европейскому омбудсману, на обращение к институтам и органам Союза и на доступ к их документации.

Хартия, кроме того, разрешает предоставлять иностранцам некоторые дополнительные права, которые в прошлом распространялись только на «европейских» граждан, в частности право на свободу передвижения по территории разных стран Союза (ст. 45).

В Хартии Европейского Союза содержатся также отдельные положения, адресатами которых выступают прежде всего иностранцы:

— граждане третьих стран, получившие разрешение заниматься трудовой деятельностью на территории государств-членов, имеют право на условия труда, аналогичные гражданам Союза (ст. 15);

— право на убежище (ст. 18);

— запрет коллективной высылки, а равно высылки, выдворения или выдачи в те страны, где человек может быть подвергнут смертной казни, пыткам, иному бесчеловечному или унижающему достоинство обращению и наказанию (ст. 19).

В настоящее время в Европейском Союзе продолжается формирование специальных отраслей законодательства, обращенных к иностранцам и апатридам (лицам без гражданства): визового, иммиграционного, а также законодательства об убежище.

88. В какие инстанции следует обращаться в случае нарушения прав и свобод, гарантированных Европейским Союзом?

Права и свободы, закрепленные в источниках Европейского Союза, подлежат судебной защите, которая включает в себя право на компенсацию убытков, причиненных их нарушением. Подведомственность дел между судами разграничивается исходя из того, кто выступает субъектом нарушения:

— если установленные Союзом права физического или юридического лица нарушают его собственные институты или органы (например, Европейская комиссия), то соответствующие дела подведомственны союзным судам. Иск в этом случае подается в Трибунал первой инстанции с правом кассационного обжалования в Суде Европейских сообществ (см. вопросы № 54, 56 и 68);

— в остальных случаях, т. е. когда нарушителями выступают другие лица или государства-члены, споры рассматривают национальные суды. Например, если немецкому гражданину созданы препятствия в трудоустройстве на территории Франции, то он вправе обратиться за защитой в компетентный общий или административный суд этой страны. В случае необходимости последний направляет преюдициальный запрос Суду Европейских сообществ.

Согласно прецедентному праву Суда Европейских сообществ национальные судебные инстанции при рассмотрении подобных дел связаны двумя принципами: принципом эквивалентности и принципом эффективности.

Принцип эквивалентности (франц. principe d’йquivalence) означает, что условия защиты прав и свобод, установленных Союзом, должны быть не менее благоприятными, чем условия защиты прав, закрепленных в конституции и законодательстве соответствующего государства.

Принцип эффективности (франц. principe d’effectivitй) требует, чтобы государства-члены «не делали невозможными или чрезмерно трудными» условия реализации прав, гарантированных Союзом[119].

Указанные принципы относятся, в частности, к срокам исковой давности в национальных судах, размерам компенсации, правилам доказывания и т. д. Их нарушение может послужить основанием для привлечения к ответственности соответствующего государства-члена перед Судом Европейских сообществ (см. вопрос № 50).

Государства также могут быть привлечены к ответственности перед Европейским судом по правам человека — в случае нарушения ими прав, гарантированных ЕКПЧ 1950 г. (см. вопрос № 50).

Кроме обращения к органам правосудия, физические и юридические лица с целью защиты нарушенных прав могут подавать жалобы во внесудебные учреждения. На уровне Европейского Союза это, прежде всего, Европейский омбудсман, которому подведомственны жалобы только на институты и органы этой организации (см. вопрос № 37). Широкое распространение получила также практика жалоб на государства-члены в Европейскую комиссию. Признав жалобу обоснованной, она вправе начать расследование против государства-нарушителя, которое может завершиться наложением на него штрафа (см. вопрос № 50).

Раздел XI

ПРАВОВОЙ РЕЖИМ ВНУТРЕННЕГО РЫНКА ЕС

89. Что представляют собой принципы внутреннего рынка Европейского сообщества?

Внутренний рынок является основой, ядром, вокруг которого развиваются и право Сообщества и само Сообщество. Центром же этого ядра, его смыслом являются четыре принципа, или четыре свободы внутреннего рынка.

Все четыре свободы перечислены в тексте Договора. Пункт «с» § 1 ст. 3 Договора говорит о том, что для осуществления поставленных перед Сообществом целей «деятельность Сообщества должна включать в себя… внутренний рынок, характеризуемый отменой препятствий свободе передвижения товаров, лиц, услуг и капитала между государствами-членами». Из этой статьи мы можем определить и перечень этих свобод:

1) свобода передвижения товаров;

2) свобода передвижения лиц;

3) свобода передвижения (или, более точно, предоставления) услуг;

4) свобода передвижения капитала.

Кроме того, из текста этой статьи следует, что авторы Договора считали, что эти четыре свободы являются основными характеристиками, а значит, и основными компонентами внутреннего (единого) рынка, без которых он не может существовать. В свою очередь, без единого рынка не могут быть осуществлены и цели Сообщества. Вообще, хотелось бы отметить, что единый рынок является, пожалуй, самым значительным и развитым достижением Сообщества, а четыре свободы — одним из самых разработанных разделов права ЕС, причем как по количеству принятых в этой области нормативных актов, так и по количеству решений Суда в рамках его прямой и преюдициальной юрисдикций.

Употребляя термин «свободы», мы должны понимать, что он означает. Во-первых, каждая из вышеуказанных свобод является принципом внутреннего рынка ЕС, без которого он не смог бы существовать.

Во-вторых, в узком значении, каждая из свобод означает определенное субъективное право граждан ЕС, юридических лиц, зарегистрированных на территории государств — членов ЕС, а также, в некоторых случаях, и иностранцев. Например, свобода передвижения товаров в своем узком значении означает право любого из этих лиц свободно и беспрепятственно перемещать товары между государствами-членами.

В-третьих, со временем в праве ЕС термин «свобода» стал употребляться в более широком смысле и означать не только собственно свободу осуществлять те или иные действия, но и весь комплекс прав и обязанностей, связанных с такой свободой и закрепленных в нормативных актах Сообщества, государств-членов, а также в решениях Суда.

Нормам права ЕС, регулирующим четыре свободы, присущи в той же степени, что и другим нормам права Сообщества, такие правовые принципы, как принцип прямого действия, принцип отсутствия дискриминации и принцип верховенства права Европейского Союза.

Лиссабонский договор 2007 г. о реформе Европейского Союза (см. вопрос № 17) не вносит принципиальных изменений в правовой режим внутреннего рынка ЕС. После вступления в силу этого документа рассматриваемые в настоящей главе принципы и другие правила внутреннего рынка будут закрепляться в части третьей Договора о ЕС 1957 г., переименованного в Договор о функционировании Европейского Союза (часть третья «Внутренняя политика и деятельность Союза»: раздел I «Внутренний рынок», раздел II «Свободное передвижение товаров», раздел IV «Свободное передвижение лиц, услуг и капиталов»).

90. Что представляет собой свобода передвижения товаров?

Статья 23 Договора о ЕС гласит: «Сообщество основывается на таможенном союзе, который должен охватывать всю товарную торговлю и включать в себя запрещение таможенных пошлин на импорт и экспорт, всех сборов, имеющих равнозначный эффект между государствами-членами, а также предусматривать принятие общего таможенного тарифа для отношений между ними и третьими странами».

Мы видим, что в соответствии со ст. 23 Договора о ЕС в рамках Европейского сообщества таможенный союз состоит из двух равнозначных компонентов: 1) запрещения как экспортных, так и импортных таможенных пошлин и любых эквивалентных им мер, а также количественных ограничений между государствами-членам[120] и 2) принятия общего таможенного тарифа, т. е. единой системы регулирования экспортно-импортных отношений с третьими странами.

Для того чтобы понять смысл и практический эффект норм, регулирующих свободу передвижения товаров внутри таможенного союза, необходимо ответить на вопрос — к каким товарам применяются эти нормы, а точнее — применяются ли эти нормы к товарам из третьих стран, ввезенным на территорию Сообщества. Ответ на него мы можем найти в ст. 24 Договора: «Продукция, привозимая из третьей страны, должна считаться находящейся в свободном обращении в государстве-члене, если были соблюдены формальности по импорту и любые таможенные пошлины или сборы, имеющие равнозначный эффект, которые должны быть уплачены, были собраны в этом государстве-члене, а также если она не оказалась в более благоприятном положении из-за полного или частичного возвращения таких пошлин или сборов».

Рассматривая свободу передвижения товаров, необходимо также учитывать, что нормы Договора, регулирующие эту сферу права ЕС, распространяются не только на барьеры в торговле между государствами-членами, но и на барьеры, существующие внутри самого государства-члена.

Важными статьями Договора, определившими свободу передвижения товаров внутри Европейского Союза, являлись ст. 25, 28 и 29. Статья 25 говорит о том, что таможенные пошлины на импорт или экспорт и сборы, имеющие равнозначный эффект, а также таможенные пошлины фискального характера должны быть запрещены между государствами-членами. Статьи 28 и 29 посвящены количественным ограничениям (т. е. квотам) и говорят, что квоты на импорт и экспорт, а также все меры, имеющие равнозначный эффект, должны быть запрещены между государствами-членами. Статьи 90–93 Договора регулируют ограничения дискриминационного внутригосударственного налогообложения.

Кроме того, важную роль играет ст. 30 Договора, регулирующая ограничения свободы передвижения товаров.

Как явствует из указанных выше статей Договора, свобода передвижения товаров состоит из:

1) отмены таможенных пошлин и сборов, имеющих равнозначный эффект;

2) запрещения на дискриминационное внутригосударственное налогообложение;

3) запрета на количественные ограничения и меры с равнозначным эффектом.

91. Как определяются количественные ограничения и меры, равнозначные им в праве ЕС?

Наиболее сложным вопросом, вызвавшим наибольшее количество решений Суда, было толкование и применение ст. 28 и 29 Договора, запрещающих количественные ограничения (квоты) на экспорт и импорт товаров между государствами-членами, а также меры, имеющие равнозначный эффект.

Определение мер, имеющих эффект, равнозначный количественным ограничениям, впервые появилось в Директиве Комиссии № 70/50. Она содержит довольно объемный перечень практики, которая признается незаконной как мера, имеющая эффект, равнозначный квотам. В этой Директиве Комиссия впервые применила способ определения законности тех или иных мер исходя не только и не столько из их правовой природы, сколько из эффекта, оказываемого ими на торговлю между государствами-членами.

Правильность такого теста, называемого тестом эффекта, подтвердила в дальнейшем решения Суда. Существует три основных решения, показывающие, как Суд трактует эти меры и применяет тест эффекта.

Первым таким решением было решение по знаменитому делу Procureur de Roi v. Dassonville. Суд постановил, что Бельгия не имела права запрещать импорт из Франции шотландского виски, у которого отсутствовал сертификат происхождения, выданный органами страны-производителя, поскольку виски уже на законных основаниях находился в свободном обращении во Франции. Решение Суда определило меры, имеющие эффект, равнозначный количественным ограничениям, как «любых торговых правил, принятых государствами-членами, которые способны прямо или косвенно, в настоящий момент или потенциально затруднить торговлю внутри Сообщества».

В этом же деле Суд признал, что торговые правила, принимаемые государствами-членами для защиты потребителей, «должны быть разумными», должны «не действовать в качестве затруднений в торговле между государствами-членами» и должны быть «доступны всем гражданам Сообщества». Кроме того, они «не должны являться способами произвольной дискриминации или замаскированными ограничениями на торговлю между государствами-членами».

Может ли применяться ст. 28 Договора к национальным торговым правилам, которые применяются ко всем производителям без дискриминации? Ответом на этот вопрос послужило решение Суда по делу 1979 г., известному как Cassis de Dijon.

Суд признал незаконными требования немецкого законодательства о минимальном содержании алкоголя на том основании, что оно не соответствует тесту разумности (иногда он называется тестом Cassis). Этот тест, первоначально появившийся в деле Dassonville, и был доведен до логического конца в этом решении Суда. Он состоит в том, что, до тех пор пока Сообщество не приняло норм в определенных сферах, государства-члены могут принимать «разумные» и «пропорциональные» (т. е. не шире, чем это непосредственно необходимо) меры для обеспечения защиты интересов общества.

Приведем для наглядности параграф 8 решения Суда по этому делу: «В отсутствие общих правил, касающихся производства и распространения алкоголя… государство-член должно само регулировать все вопросы, связанные с производством и распространением алкоголя на своей территории. Препятствия к свободе передвижения (товаров. — Примеч. авт.) внутри Сообщества, вытекающие из расхождений между национальными законодательствами, регулирующими распространение товаров, могут быть приемлемыми постольку, поскольку они необходимы для удовлетворения императивных потребностей, касающихся эффективности фискального надзора, защиты общественного здоровья, честности торговых сделок и защиты потребителя».

В решении суда по делу Cassis de Dijon было сформулировано также правило «взаимного признания», т. е. если товар законно произведен в одном государстве-члене, он может свободно продаваться в другом государстве-члене, даже если он не соответствует его национальным стандартам.

92. Каковы возможным ограничения свободы передвижения товаров?

Отдельным вопросом, который необходимо рассмотреть в связи со свободой передвижения товаров, является вопрос о содержании ст. 30 Договора о ЕС, посвященной разрешению определенных национальных препятствий свободе передвижения товаров. Оснований для оправдания таких препятствий пять:

1) общественная мораль;

2) общественный порядок или общественная безопасность;

3) защита здоровья и жизни людей, животных или растений;

4) защита национальных сокровищ, имеющих художественную, историческую или археологическую ценность;

5) защита промышленной или коммерческой собственности.

Если бы ст. 30 Договора этим и ограничивалась, то государства-члены смогли бы постараться оправдать практически все свои меры на одном из этих оснований. Однако второе предложение ст. 30 Договора говорит, что «такие запрещения или ограничения не должны являться способами выборочной дискриминации или скрытого ограничения торговли между государствами-членами». Как и можно предположить, именно толкование этого положения Судом и дает нам реальные основания для оправдания тех или иных национальных мер. Отметим, что толкование ст. 30 Договора непосредственно взаимосвязано с толкованием иных статей Договора, регулирующих свободу передвижения товаров. Ведь если мера государства-члена признается Судом противоречащей ст. 30 Договора, такая мера подлежит отмене как подпадающая под действие какой-либо из статей 25, 28, 29 и 90 Договора.

Государства-члены ограничены в случаях, когда они могут применять ст. 30 Договора. Так, Суд неоднократно указывал, что применение государствами-членами ст. 30 Договора невозможно в тех случаях, когда Сообществом приняты меры по гармонизации каких-либо вопросов, а применение ст. 30 Договора окажет воздействие на достижение такой гармонизации.

В своих решениях Суд интерпретировал ст. 30 Договора таким образом, чтобы государства-члены могли использовать нормы, являющиеся основаниями для оправдания запретительных мер в их наиболее узком значении и толковании. Для пояснения позиции Суда необходимо рассмотреть в виде примеров несколько таких дел.

Общественная мораль. Суд разрешил Соединенному Королевству использовать основание общественной морали для применения норм уголовного законодательства, используемого для запрета на экспорт определенных порнографических материалов из Нидерландов, производство и продажа которых была запрещена в Великобритании.

В другом деле Суд признал незаконным запрет на ввоз в Великобританию из Германии резиновых надувных кукол, основывавшийся на тех же нормативных актах, поскольку их производство и продажа в Великобритании считались законными. Суд посчитал, что такой запрет носит протекционистский характер.

Из решений Суда по этим делам мы можем сделать вывод, что хотя государства-члены имеют право самостоятельно устанавливать на своей территории торговые ограничения, имеющие под собой как основание защиту общественной морали и нравственности, такие ограничения не должны носить дискриминационный характер.

Защита жизни и здоровья. Суд признал незаконным законодательство Германии, которое требовало продажи на ее территории пива, отвечающего определенной рецептуре, и которое Германия пыталась оправдать на основании защиты здоровья и жизни людей (речь шла об импорте голландского пива «Хайнекен» в Германию). Суд также признал несостоятельной итальянскую попытку использовать то же основание для оправдания запрета на торговлю макаронами из сортов обычной, а не твердой пшеницы.

Однако Суд признал оправданным требование государств-членов к импортерам пищевой продукции, содержащей искусственные добавки, предоставлять данные о потенциальном риске от таких добавок, даже если продукты с ними находятся в обращении на территории Сообщества. Это не означает, что импортеры должны доказывать безвредность таких добавок, но государства имеют право собирать информацию, которая в будущем может послужить им основанием для запрещения импорта такой продукции, оправданной на основании защиты здоровья. Однако даже если есть основания для такого запрета, он не должен быть непропорциональным в достижении цели защиты общественного здоровья.

Защита общественной безопасности. Одним из немногих дел, когда мера, ограничивающая торговлю между государствами-членами, была оправдана на основании защиты общественной безопасности, было дело 1984 г. Campus Oil Ltd. v. Minister for Industry and Energy. Обстоятельства дела были таковы.

В Ирландии существовало законодательное требование о том, чтобы все импортеры бензина в Ирландию закупали не менее 35 % от необходимого им бензина на государственном нефтеперерабатывающем заводе по ценам, установленным правительством Ирландии. Правительство Ирландии оправдывало существование такого правила интересами общественной безопасности. Оно утверждало, что нефть является исключительным продуктом, всегда затрагивающим интересы национальной безопасности, и для любого государство необходимо иметь собственное нефтеперерабатывающее производство. В свою очередь, правило об обязательной закупке бензина должно было обеспечить постоянное производство и продажу продукции государственного нефтеперерабатывающего производства.

Суд отклонил такую широкую трактовку и просто признал, что наличие минимальных требований по закупке нефтепродуктов у государства, не имеющего или почти не имеющего собственной нефтедобывающей и нефтеперерабатывающей промышленности, попадает в рамки применения ст. 30.

В этом же решении Суд подчеркнул, что, в принципе, меры по защите общественной безопасности не должны носить экономический характер, и применение их к нефтепродуктам является исключением из правила.

Общественный порядок. Такое основание для введения ограничений на свободу передвижения товаров, как общественный порядок, является очень широким. В целом ряде решений Суд ясно определил, что это основание не подлежит расширительной трактовке и не может включать в себя, например, защиту прав потребителей.

В своих решениях Суд подчеркивал, что концепция общественного порядка изначально является французской правовой концепцией ordre public и толкуется Судом исходя из этого. Благодаря этому угрозой общественному порядку являются только угрозы основополагающим интересам общества.

Для применения такого оправдания ограничения движения товаров, как общественный порядок, государство-член должно предварительно предпринять все имевшиеся в его распоряжении меры и вводить ограничения на свободу передвижения товаров лишь как крайнюю необходимость.

93. Как осуществляется свобода передвижения лиц?

Свобода передвижения лиц в широком смысле состоит из нескольких блоков правовых норм. Это:

а) нормы, регулирующие свободу передвижения неработающих граждан ЕС с целью проживания;

б) нормы, регулирующие свободу передвижения трудящихся, а также членов их семей;

в) нормы, регулирующие свободу передвижения трудящихся и иных лиц, не являющихся гражданами ЕС;

г) Шенгенские соглашения, инкорпорированные в право ЕС (см. вопрос № 152) Договор, и его право;

д) нормы, регулирующие свободу учреждения, т. е. вариант свободы передвижения, но для юридических лиц и граждан, занимающихся предпринимательской деятельностью.

Свобода передвижения лиц в узком смысле охватывает только свободу передвижения работников-мигрантов и членов их семей.

Перед тем как мы рассмотрим свободу передвижения лиц, необходимо отметить, что начиная с 1992 г. эта свобода должна рассматриваться в контексте гражданства Европейского Союза. Не останавливаясь на этой теме, которая была уже освещена выше, отметим, что ст. 18 Договора о ЕС специально предусматривает, что все граждане Европейского Союза обладают правом свободы передвижения и жительства, поскольку они предусмотрены Договором.

Свобода передвижения работников и членов их семей является важнейшей основой любого экономического союза. Поэтому неудивительно, что эта свобода присутствовала еще в Римском договоре 1957 г. Договор посвятил свободе передвижения работников-мигрантов ст. 39–42. Принципиально важное значение имеет ст. 39 Договора, п. 2 которой содержит определение свободы передвижения работников. Он гласит: «Такая свобода… должна включать отмену любой дискриминации на основании гражданства работников государств-членов, по отношению к найму, вознаграждению и другим условиям работы и найма». Однако существует не только определение, показывающее, что должно отсутствовать при свободе передвижения работников.

Свобода передвижения работников в соответствии с п. 3 той же ст. 39 Договора предполагает, что граждане одного государства-члена могут принимать реально сделанные предложения о трудоустройстве в другом государстве-члене. Для этого они могут свободно передвигаться по территории принимающего государства-члена. Наконец, после окончания такой трудовой деятельности они могут оставаться и снова искать работу на тех же правах, что и граждане принимающего государства-члена, либо просто оставаться на территории принимающего государства-члена. В настоящее время правила реализации свободы передвижения и проживания граждан Европейского Союза и членов их семей кодифицированы в специальном нормативном акте Европейского парламента и Совета Европейского Союза — Директиве 2004/38/ЕС от 29 апреля 2004 г. «О праве граждан Союза и членов их семей свободно передвигаться и проживать на территории государств-членов».

В соответствии с Директивой к «членам семьи» гражданина Союза относятся:

— супруг;

— партнер, если он официально зарегистрировал партнерство с гражданином Союза и если государство проживания признает такое партнерство эквивалентом брака;

— дети и другие потомки в возрасте до 21 года или находящиеся на иждивении гражданина Союза и/или его супруга;

— родители и другие родственники по восходящей линии, находящиеся на иждивении гражданина Союза и/или его супруга.

Признание лица в качестве «члена семьи» гражданина Союза в указанном смысле не зависит от гражданства этого лица. Следовательно, он может иметь гражданство не только Союза, но и третьих стран, в том числе России.

94. Как решаются вопросы, связанные с трудоустройством граждан Европейского Союза?

Все вопросы, связанные с трудоустройством граждан ЕС, воспользовавшихся свободой передвижения, включая вопросы об их заработной плате, социальном обеспечении, медицинской защите и т. д., должны решаться так же, как и с гражданами принимающего государства-члена, т. е. без дискриминации. Эти вопросы подробно урегулированы целым рядом нормативных актов Сообщества и решений Суда, и прежде всего Регламентом Совета № 1612/68/ЕЭС «О свободе передвижения работников в Сообществе».

Так, ст. 3 Регламента № 1612/68/ЕЭС предусматривает запрещение на применение норм любых правовых актов государств-членов, которые ограничивают подачу заявлений или предложений работы, или право иностранных граждан на трудоустройство или осуществление трудовой деятельности в качестве наемного работника, или подчиняют их условиям, которые не применяются в отношении собственных граждан.

Таким образом, нормативные акты Сообщества предоставляют работникам, являющимся гражданами ЕС, все возможности для трудоустройства в других государствах-членах и приравнивают их во всех правах и обязанностях к работникам таких государств-членов. Кроме того, нормативные акты Сообщества обеспечивают таким работникам право на получение пенсии по достижении пенсионного возраста в том государстве-члене, где они работали, а также право на проживание в таком государстве после выхода на пенсию.

95. Кто признаетсяработником-мигрантом?

Определение работника-мигранта применительно к этой свободе было дано в ст. 1 Регламента № 1612/68/ЕЭС. В соответствии с ней работником-мигрантом признается такой гражданин государства — члена ЕС, который осуществляет трудовую деятельность в качестве работника по найму. Обязательными признаками работника, вытекающими из этого определения, являются: 1) наличие гражданства государства — члена ЕС и 2) осуществление работы по найму.

В дальнейшем это определение толковалось Судом в целом ряде решений. Прежде всего Суд признал, что толкование определения работника является исключительной прерогативой права ЕС, а не национального законодательства, так как это абсолютно необходимо для одинакового применения свободы передвижения работников во всех государствах-членах.

Суд признал, что под определение работника-мигранта подпадают лица, занятые неполное время, лица, получающие заработную плату ниже установленного минимума, и вообще все лица, осуществляющие «эффективную и реальную деятельность». В решении по тому же делу Levin Суд признал, что к работникам не относятся лишь такие лица, работа которых столь незначительна, что может рассматриваться исключительно как вспомогательная и несущественная. Необходимо также отметить, что к работникам не относятся лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, и лица, приехавшие в государство-член с целью получения образования.

96. Какие ограничения существуют в отношении свободы передвижения?

Они содержатся в п. 3 и 4 ст. 39 Договора о ЕС. В п. 3 признается возможность введения ограничений, оправданных необходимостью обеспечения общественного порядка, общественной безопасности или здравоохранения. Порядок применения этих ограничений определен в Директиве 2004/38/ЕС и неоднократно толковался Судом.

Принципиально важным было решение Суда по делу Van Duyn v. Home Office.

Во-первых, в решении по этому делу Суд указал, что участие в определенной организации и разделение ее целей и задач может рассматриваться как индивидуальное поведение лица, на основании которого можно сделать вывод о применении ограничения в целях поддержания общественного порядка и общественной безопасности.

Во-вторых, важным моментом в решении по этому делу является то, что Суд указал, что взгляды на поведение, являющееся основанием для применения такого ограничения, могут варьироваться в различных государствах-членах, и если конкретное государство-член рассматривает ту или иную деятельность как вредную и принимает в ее отношении административные меры, то оно может использовать и такое ограничение. Нормальное отношение к такой деятельности любого другого государства-члена не должно играть роли.

В-третьих, принципиальным положением в решении Суда по этому делу явилось признание Судом невозможности абсолютного равенства в подходе к своим гражданам и иностранцам при применении ограничений на право свободы передвижения трудящихся. Действительно, государство-член не может применить к своим гражданам депортацию или запретить им въезд на свою территорию.

Следующим ограничением свободы передвижения трудящихся является так называемая оговорка о публичной службе, содержащаяся в п. 4 ст. 39 Договора. Она гласит: «Положения настоящей статьи не должны применяться к трудоустройству на публичную службу». Причина ее наличия вполне очевидна, и вряд ли можно ожидать, что она будет отменена, пока Европейский Союз формально не станет федеративным государством. Однако что же можно считать публичной службой?

В решении по делу Commission v. Belgium Суд дал ей определение, как «серии постов, которые прямо или косвенно связаны с осуществлением власти в соответствии с публичным правом и обязанностью охранять общие интересы государства или других публичных властей».

В принципе, можно признать, что оговорка о публичной службе распространяется на служащих полиции, военнослужащих, государственных чиновников, имеющих властные полномочия, а не просто финансирующихся из государственного бюджета. Однако если государство-член все же допустило гражданина другого государства-члена к публичной службе, оно не может относиться к нему иначе, чем к своим собственным гражданам, находящимся на той же службе.

97. Что представляет собой свобода учреждения?

Свобода учреждения представляет собой право заниматься на территории государств-членов самостоятельной экономической деятельностью (ненаемным трудом), в том числе путем создания юридических лиц. Свобода учреждения состоит из двух основных компонентов: а) свободы передвижения предпринимателей и б) собственно свободы учреждения юридических лиц и иных форм, не являющихся юридическими лицами.

Основные положения, предусматривающие свободу учреждения для предпринимателей, или, если использовать терминологию Договора, «лиц, занимающихся самостоятельной деятельностью», содержатся в ст. 43 Договора о ЕС. Она гласит: «В рамках положений, установленных ниже, ограничения на свободу учреждения граждан государства-члена на территории другого государства-члена должны быть запрещены. Такое запрещение должно также применяться к ограничениям на создание агентств, филиалов или дочерних компаний гражданами любого государства-члена, которые учреждены на территории любого государства-члена».

Второй абзац этой статьи раскрывает содержание термина «свобода учреждения»: «Свобода учреждения должна включать в себя право начинать и продолжать деятельность в качестве лица, занимающегося самостоятельной деятельностью, а также создавать и управлять предприятиями, в частности компаниями или фирмами в значении второго пункта ст. 48 на тех же условиях, что и установленные для граждан той страны, где произведено такое учреждение».

Ограничено ли право на свободу учреждения физическими лицами и если оно распространяется на юридические лица, то в какой степени? Ответом на этот вопрос служит ст. 48 Договора, которая говорит, что «компании или фирмы, образованные в соответствии с законодательством государства-члена и имеющие свой зарегистрированный офис, центральную администрацию или основное место деятельности на территории Сообщества, должны, в целях настоящей главы, быть приравнены к физическим лицам, являющимся гражданами государств-членов». Таким образом, свобода учреждения распространяется в равной степени как на физические, так и на юридические лица.

Естественно, необходимо уточнить, что понимается договором под термином «компании или фирмы». Ответ на этот вопрос содержится во втором абзаце той же ст. 48, который гласит: «Термин «компании или фирмы» означает компании или фирмы, основанные в соответствии с гражданским или коммерческим правом, включая кооперативы, и другие юридические лица, подпадающие под действие публичного или частного права, за исключением некоммерческих».

98. Каковы исключения и ограничения из свободы учреждения?

По субъектам их можно разделить на две группы: 1) исключения и ограничения, применяемые как к физическим, так и к юридическим лицам, и 2) исключения и ограничения, применяемые только к юридическим лицам.

Первое ограничение свободы учреждения содержится в ст. 43 Договора о ЕС. Эта статья требует от лиц, пользующихся свободой учреждения, чтобы их действия не противоречили «условиям главы, посвященной капиталу». Сейчас это положение в значительной степени потеряло свою актуальность, хотя и сохраняет свою юридическую силу.

Второе ограничение на свободу учреждения содержится в ст. 45 Договора. Эта статья устанавливает, что свобода учреждения не может использоваться, если при ее осуществлении в конкретном государстве-члене она связана, даже временно, с выполнением официальных обязанностей.

Важной особенностью этого исключения является то, что каждое конкретное государство-член должно определить, какая деятельность на его территории связана с выполнением официальных обязанностей. Естественно, что каждое конкретное решение государства-члена, относящее ту или иную деятельность к выполнению официальных обязанностей, может быть обжаловано в Суде, который традиционно толкует эту оговорку ограничительно.

Последнее ограничение, применяемое ко всем субъектам свободы учреждения, содержится в ст. 46 Договора и заключается в классической триаде: общественный порядок, общественная безопасность и охрана здоровья населения. Однако текст этой статьи лишь косвенно вводит эти запреты. В ст. 46 говорится о том, что применение свободы учреждения не должно противоречить использованию положений, установленных законом, правилами или административными действиями, предусматривающими особый режим для иностранных граждан с целью поддержания общественного порядка, общественной безопасности или здравоохранения.

Рассмотрим последнее исключение из свободы учреждения. Оно распространятся лишь на физических лиц и содержится во втором абзаце ст. 48 Договора. Дело в том, что, распространяя свободу учреждения на юридические лица, Договор использует термин «компании и фирмы», а в формулировке этого термина ясно говорится, что «компаниями и фирмами» в соответствии с Договором не являются некоммерческие организации, которые таким образом лишаются права на свободу учреждения.

99. Что означает свобода предоставления услуг?

Основы правового регулирования свободы предоставления услуг закреплены в ст. 49 Договора о ЕС. Она гласит: «В рамках положений, установленных ниже, ограничения свободы предоставления услуг на территории Сообщества гражданами государств-членов, которые учреждены в государстве Сообщества, отличном от того, в котором находится лицо, которому предназначаются услуги, должны быть запрещены».

В соответствии со ст. 50 Договора: «Услуги должны считаться «услугами» в значении настоящего Договора там, где они обычно предоставляются за вознаграждение постольку, поскольку они не подпадают под действие положений о свободе движения товаров, капитала или лиц. «Услуги» должны, в частности, включать в себя: а) деятельность промышленного характера; b) деятельность коммерческого характера; с) деятельность ремесленников; d) деятельность лиц свободных профессий».

Услуги, подпадающие под действие свободы предоставления услуг, можно разделить на две категории: 1) услуги, предоставляемые на территории другого государства-члена, нежели государство-член, в котором находится лицо, оказывающее услуги, и 2) услуги, предоставляемые в том же государстве-члене, в котором находится лицо, оказывающее услуги лицам из другого государства-члена.

Услуга может предоставляться на территории другого государства-члена, и лицо, предоставляющее ее, может для этого временно осуществлять свою деятельность в государстве, где предоставляется такая услуга, на тех же условиях, которые устанавливаются таким государством для его собственных граждан.

Толкование Судом ст. 49 Договора показывает, что Суд признает, что в соответствии с этой статьей государства-члены обязаны отменить любые правила, дискриминирующие между иностранцами — гражданами ЕС, предоставляющими услуги на их территории, и своими гражданами, предоставляющими те же услуги. Они также должны отменить любые ограничительные правила, применяемые ко всем лицам, предоставляющим услуги, без дискриминации. Такие правила являются препятствием для предоставления услуг лицом, находящимся в другом государстве-члене и имеющим право предоставлять их на законных основаниях.

Кроме того, Суд ясно указал, что государство-член не имеет права требовать от лиц, пользующихся свободой предоставления услуг, полного соблюдения всех тех правил, соблюдение которых требуется от компаний, учрежденных в этом государстве-члене для предоставления аналогичных услуг. Ведь в противном случае исчезнет всякая разница между свободой учреждения и свободой предоставления услуг.

С другой стороны, для обеспечения возможности беспрепятственного предоставления услуг, предоставляемых в том же государстве-члене, в котором находится лицо, оказывающее услуги, лицам из другого государства-члена законодательство Сообщества обеспечивает беспрепятственный доступ иностранных получателей услуг к месту предоставления услуг. К лицам, пользующимся такими правами доступа к месту предоставления услуг, относятся, среди прочих, туристы и лица, желающие получить медицинские услуги. Однако такие лица могут находиться на территории того государства-члена, в котором им оказываются услуги, только в течение времени оказания этих услуг. На них не распространяются правила, предусмотренные правом ЕС в рамках обеспечения свободы передвижения.

Договор формально не либерализует все виды услуг. Так, п. 2 ст. 51 Договора говорит, что либерализация банковских и страховых услуг, связанных с передвижениями капитала, должна осуществляться одновременно с либерализацией передвижения капитала. Это положение вполне естественно, так как либерализация таких услуг невозможна без соответствующей либерализации передвижения капитала. Положения Договора об услугах также не затрагивают положение с услугами в области транспорта, которые регулируются положениями Договора, посвященными транспорту.

Для либерализации каждого конкретного вида услуг требуется соответствующий документ Совета. В качестве примера таких законодательных актов Сообщества можно привести Директиву Совета № 90/314/ЕЭС «О комплексном туризме, комплексном отдыхе и комплексных турах», которая была принята для либерализации некоторых туристических услуг.

Принципиальную важность для понимания свободы предоставления услуг представляет собой ст. 55 Договора. Она гласит: «Положения статей с 45 по 48 должны применяться к вопросам, рассматриваемым в настоящей главе». Статья 48 Договора распространяет свободу учреждения на все юридические лица, кроме некоммерческих. Таким образом, положения Договора, регулирующие свободу предоставления услуг, не ограничиваются физическими лицами, но распространяются также на все юридические лица, кроме некоммерческих. Использование ст. 48 Договора для правового регулирования свободы предоставления услуг вполне объяснимо, ведь если бы субъекты свободы учреждения и свободы предоставления услуг были различны, то существовала бы легкая возможность обойти существующие ограничения, пользуясь другой свободой.

Статья 45 Договора устанавливает, что свобода учреждения не может использоваться, если при ее осуществлении в конкретном государстве-члене она связана, даже временно, с выполнением официальных обязанностей, что вызвано необходимостью одинакового подхода к этим проблемам во избежание возможности обойти те или иные запреты, содержащиеся в Договоре. Существует еще одна причина, почему к свободе предоставления услуг применяются нормы этих статей. Дело в том, что, применяя напрямую эти статьи, применяется и та часть acquis communautaire, которая корреспондируется этим статьям, а это значит, что применяются и все решения Суда, и меры по либерализации, принимаемые Советом и Комиссией.

В конце 2006 г. Европейским парламентом и Советом Европейского Союза издан специальный нормативный акт, устанавливающий общие правила осуществления свободы предоставления услуг, а также свободы учреждения — Директива 2006/123/ЕС от 12 декабря 2006 г. «Об услугах на внутреннем рынке».

100. Что представляет собой свобода передвижения капитала?

Свобода передвижения капитала, наравне со свободой передвижения лиц, товаров и услуг, а также свободой учреждения, является одной из основ, позволяющих функционирование и существование единого рынка. К сожалению, долгие годы исследования в этой сфере практически не велись, что было вызвано отсутствием прямого действия соответствующих положений учредительного Договора Сообщества.

Для того чтобы лучше понять сущность свободы передвижений капитала, мы хотели бы прежде всего дать ее определение, а также отграничить ее от свободы текущих платежей. Договор о ЕС не дает четкого определения понятия «передвижение капитала», а без этого невозможно понять, что такое свобода передвижений капитала. Этот пробел был восполнен решениями Суда. В решении по делу Luisi and Carbone v. Ministero del Tesoro Суд определил, что «передвижения капитала» означают финансовые операции, существенно связанные с инвестированием соответствующих фондов.

В решении по делу R. v. Thompson Суд заметил: «не желая определить каждый случай, при котором происходит передвижение капитала, считаем, что во многих случаях передвижение капитала имеет место, когда финансовые источники, расположенные в одной стране, используются для инвестиций в другую страну и инвестиция не перечисляется обратно в страну первоначального местонахождения финансовых ресурсов в разумный срок».

Таким образом, мы можем заключить, что наиболее важными составляющими передвижений капитала являются:

— финансовые операции, связанные с инвестированием;

— инвестирование ресурсов в другое государство;

— невозвращение в страну своего первоначального местонахождения в разумный срок инвестированных финансовых ресурсов.

Свобода передвижений капитала является свободой осуществления таких финансовых операций.

В упомянутом выше решении по делу Luisi and Carbone Суд, следуя п. 2 ст. 67 Договора об учреждении ЕЭС, провел разграничение между операциями, составляющими передвижение капитала, и текущими платежами.

Таким образом, выделяют наиболее существенные черты текущих платежей:

— простые перечисления иностранной валюты;

— перечисление происходит между двумя государствами;

— перечисление является оплатой за предоставленные услуги;

— валютой такого перечисления является валюта одного из государств-членов, в котором проживает либо кредитор, либо бенефициарий. Если платеж происходит в валюте третьей страны, то он не подпадает под действие ст. 107 Договора.

В настоящий момент свобода передвижения капиталов регулируется ст. 56–60 Договора. Пункт 1 ст. 56 Договора гласит: «В рамках положений, указанных в данной главе, все ограничения на передвижение капитала между государствами-членами и между государствами-членами и третьими странами должны быть запрещены». Важным является тот факт, что Суд признал за положениями ст. 56 Договора прямое действие. Он постановил, что запрет, содержащийся в ст. 56 Договора, является ясным и безусловным.

101. Какие ограничения свободы передвижения капитала между государствами-членами закреплены в Договоре о Европейском сообществе?

Им посвящена ст. 58. Прежде всего, Договор ввел возможность для государств-членов применять уместные положения национального налогового права, различающие налогоплательщиков по их месту жительства и по месту инвестирования их капитала.

Договор также дал государствам-членам право принимать все необходимые меры для предотвращения нарушений национального законодательства в области налогообложения и предусмотренного в законодательстве наблюдения за финансовыми учреждениями. Подпункт «b» п. 1 ст. 58 Договора предоставил государствам-членам право на процедуры, требующие декларирования передвижений капитала в целях сбора административной или статистической информации. Вдобавок в соответствии с тем же подпунктом «b» п. 1 ст. 58 Договора государства-члены «могут применять меры, оправданные целями поддержания общественной политики и общественной безопасности».

Из всего вышесказанного мы можем сделать вывод, что положения Договора предоставляют полную свободу передвижениям капитала, которые подвержены лишь нескольким ограничениям.

Договор также уделил большое внимание и значительно расширил вмешательство Сообщества в сферу передвижений капитала между государствами-членами и третьими странами. Уже цитированный выше п. 1 ст. 56 Договора устраняет все ограничения, кроме указанных в Договоре. Вполне естественно, что такие передвижения гораздо более глубоко подпадают под отдельные ограничения, чем подобные передвижения между государствами-членами.

Для ряда таких передвижений капитала не существует прямого действия п. 1 ст. 56 Договора, а применяется та же схема, что до 1990 г. использовалась для всех передвижений капитала внутри Сообщества. На них не распространяется свобода передвижения капиталов, хотя государства-члены и обязуются не принимать новых ограничений для этих видов передвижений капитала после 31 декабря 1993 г., правовое регулирование таких пердвижений капиталов по-прежнему осуществляется самими государствами-членами.

Под национальную юрисдикцию подпадают перемещения капитала, затрагивающие:

1) прямые инвестиции, включая инвестиции в недвижимость;

2) право учреждения;

3) предоставление финансовых услуг;

4) доступ ценных бумаг на рынок капитала.

Для того чтобы действие п. 1 ст. 56 Договора распространилось и на какую-либо из этих групп передвижений капитала, необходимо, чтобы по предложению Комиссии Совет принял соответствующие меры, одобрив их квалифицированным большинством. Принятые меры отменить будет гораздо сложнее, так как для этого необходимо единогласное решение Совета.

Вторая группа ограничений, под которую подпадают передвижения капитала между государствами-членами и третьими странами, находится в ст. 59 Договора. Положения этой статьи позволяют «в исключительных обстоятельствах» и при «строгой необходимости», когда передвижения капитала в или из третьих стран вызывают или могут вызвать серьезные трудности для функционирования Экономического и валютного союза, вводить решением Совета защитные меры в отношении третьих стран на срок, не превышающий шести месяцев.

Под действие этих ограничений могут подпадать любые рассматриваемые передвижения капитала. Однако ситуация, когда такие меры могут быть приняты, достаточно ограничена. Кроме того, такие меры могут быть приняты лишь на довольно короткий срок (не более шести месяцев). Действовать эта статья начала с 1 января 1999 г.

Наконец, третья группа ограничений передвижения капитала между государствами-членами и третьими странами состоит из ограничений, вызванных политическими причинами. Такие ограничения могут возникнуть в результате общей внешней политики (ст. 301 Договора) и в таком случае вводятся Советом с использованием процедуры ст. 301 Договора. Принятые таким образом меры распространяются на все Сообщество.

Кроме того, такие ограничения могут быть введены отдельными государствами-членами из серьезных политических соображений. Такие меры не принимаются всем Сообществом в рамках ст. 301 Договора.

102. Что такое свобода передвижения платежей?

Свобода платежей тесно связана со свободой передвижения капитала. В Договоре им отведена одна и та же глава, а ряд правил, действующих для свободы передвижения капитала, распространяется и на свободу платежей. Несмотря на это, свобода платежей и свобода передвижения капиталов это не одна, а две разных свободы общего рынка.

Текущие платежи были определены Судом как перечисления иностранной валюты, представляющие собой оплату за услугу. Они обязательно происходят между двумя государствами-членами.

Тридцать первого мая 1963 г. Совет принял Директиву 63/340, которая была направлена на выполнение положений ст. 106 Договора о ЕЭС, регулировавшей свободу платежей. Эта Директива отменяла все ограничения или препятствия на оплату услуг в тех случаях, когда только ограничение таких платежей не давало возможности предоставлять услуги. Позднее Суд признал прямое действие положений п. 1 ст. 106 Договора о ЕЭС. Таким образом, решение Суда безусловно и во всей полноте либерализовало текущие платежи.

Другим важным шагом для развития свободы текущих платежей стало решение Суда о том, что ст. 106 Договора о ЕЭС не касается положений национального законодательства, которое обязывает экспортеров получать иностранную валюту, вырученную за свои операции, через банк и обменивать такую валюту на регулируемом обменном рынке. Такие положения национального законодательства лишь затрагивают способ, которым экспортер должен был получить свои платежи, не касаясь того, был ли выражен платеж в национальной или иностранной валюте. Эти положения, по мнению Суда, не имеют влияния ни на способность импортера уплатить в валюте государства-члена, в котором находится покупатель, ни на способность экспортера получить такой платеж.

В отличие от передвижений капитала, законодатель не предусмотрел никаких ограничений свободы платежей между государствами-членами. Относительно платежей между государствами-членами и третьими странами существует только одно ограничение, содержащееся в ст. 60 Договора, которая была рассмотрена выше. Эта статья предусматривает возможность ограничивать рассматриваемые платежи в рамках мер, принимаемых в ходе ведения единой внешней политики (ст. 301 Договора).

103. Каковы перспективы формирования единого договорного права ЕС?

До нынешнего времени развитие законодательства ЕС в области договорного права заключалось, в основном, в издании актов в форме директив по отдельным вопросам и отдельным типам договоров, имеющим значительное влияние на реализацию принципов внутреннего рынка. Так, в течение последних двадцати лет был принят ряд директив в отношении договоров с потребителями, договоров страхования, лицензионных договоров, договоров франчайзинга и др. Кроме того, особым источником права ЕС международно-правового характера — Римской конвенцией 1980 г. — урегулированы коллизионные вопросы права, применимого к договорным обязательствам с иностранным элементом (см. вопрос № 25).

Однако, учитывая, с одной стороны, степень развития интеграционных процессов и, с другой стороны, глубокие различия в основополагающих принципах и традициях договорного права различных государств — членов ЕС, достаточность подобных мер на нынешнем этапе вызывает большие сомнения. Нормальное функционирование внутреннего рынка может быть в значительной мере осложнено проблемами, связанными с заключением, толкованием и исполнением договоров с иностранным элементом (или трансграничных контрактов англ. cross-border contracts).

В июле 2001 г. Комиссия объявила о начале широкой дискуссии относительно будущего договорного права Европейского Союза. При этом в качестве основного поставлен вопрос о выборе метода дальнейшего регулирования договорного права в ЕС из следующих вариантов:

— сохранить регулирование договорного права преимущественно на уровне государств-членов, оставив решение возникающих проблем на частноправовом уровне;

— разработать общие принципы договорного права, которые не носили бы обязательного характера, но могли бы использоваться при разработке договорных условий, а также в правоприменительной практике и в законотворчестве;

— осуществить ревизию и обновление существующих нормативных актов ЕС;

— принять новый акт права ЕС кодификационного уровня, который включал бы в себя единообразные нормы по общим вопросам договорного права и по отдельным договорам.

Первый шаг на пути разработки единого свода норм о договорах на уровне «soft law» был сделан созданной в ЕС специальной Комиссией по руководством проф. О. Ландо (Дания) и проф. К. фон Бара (Германия), которая представила текст двух частей Европейских принципов договорного прав[121]. Данные принципы подлежат применению, если стороны пришли к согласию об этом прямо или косвенно (в том числе путем ссылки на «общие принципы права», «lex mercatoria» и т. п.).

С учетом поступивших предложений и высказанных мнений, Европейская комиссия в феврале 2003 г. представила План действий[122], поддержанный в сентябре 2003 г. Европейским парламентом и Советом. Наиболее проработанной и интересной из предложенных инициатив представляется разработка общих условий сделок (англ. Standard Terms and Conditions), предназначенных для применения в отдельных сферах бизнеса. Такого рода общие условия активно используются европейскими компаниями, зачастую представляя собой обобщение обычной деловой практики, и подлежат применению в случае ссылки на них в договоре. Новизной же общеевропейских общих условий должна стать их разработка на основе общеевропейского, а не какого-либо национального правопорядка, что, в свою очередь, вызывает большие вопросы: сохранятся ли проблемы применения императивных норм законодательства отдельных государств?

Все вышесказанное позволяет сделать вывод о том, что единое договорное право ЕС по-прежнему находится в начальной стадии своего развития, однако логика интеграционных процессов неминуемо приведет к созданию наднациональных нормативных актов, из которых по кирпичику может быть сложено здание единого Гражданского кодекса ЕС[123].

Одной из предпосылок для появления в будущем подобного кодекса может стать разрабатываемый в настоящее время Европейским Союзом общий справочник договорного права (франц. cadre commun de rйfйrence).

104. Как развивалась единая политика ЕС в области защиты прав потребителей?

Единая политика ЕС в области защиты прав потребителей зародилась в начале 1970-х гг. Целесообразность наднационального регулирования данной сферы объясняется значительными различиями в подходах государств-членов к обеспечению прав потребителей, а также необходимостью обеспечить возможность активного участия потребителей во внутреннем рынке ЕС, исключить дискриминацию по признаку гражданства.

В регулярно принимаемых программах действий в отношении потребителей (первая из таких программ датируется 1975 г., последняя по времени была принята в 2002 г.[124]) Европейская комиссия сформулировала основные права потребителей, подлежащие защите на общеевропейском уровне. Это право на:

— охрану здоровья и безопасность;

— защиту экономических интересов;

— возмещение убытков;

— информацию и обучение;

— представительство.

Первые акты права ЕС, принимавшиеся в форме директив в середине 1980-х гг., носили фрагментарный характер и касались вопросов безопасности отдельных продуктов (в частности, косметических), вводящей в заблуждение рекламы[125], а также сделок, заключенных «на ходу» (англ. doorstep selling), т. е. за пределами офиса коммерсанта. К числу наиболее важных актов, оказавших огромное влияние на частное право государств — членов ЕС, относится директива 1985 г.

касательно ответственности за некачественный товар[126], предусмотревшая принцип объективного вменения в отношении производителя дефектного товара за ущерб, причиненный потребителю.

Со вступлением в силу Единого Европейского акта впервые на уровне первичного права был зафиксирован принцип единой потребительской политики ЕС (ст. 100а) в рамках завершения создания внутреннего рынка, впоследствии развитый в Маастрихтском договоре, что позволило достичь значительного прогресса в законотворческой сфере: были приняты важные директивы о несправедливых условиях в договорах с потребителями[127], о сделках, совершенных на расстоянии[128], а также о договорах «таймшера»[129] — аренде недвижимости на короткий срок.

Кризис, связанный с «коровьим бешенством» в середине 1990-х гг., привел к пересмотру политики ЕС в области прав потребителей, вынудив сделать акцент на охране здоровья граждан и безопасности продуктов. Статья 153 Договора о ЕС в редакции 1997 г. предусматривает необходимость инкорпорации прав потребителей при реализации политики ЕС в других сферах.

В соответствии с документами Европейской комиссии основными целями политики ЕС на нынешнем этапе являются: достижение высокого единого уровня защиты прав потребителей, обеспечение эффективного использования потребителями своих прав, в том числе в судебном порядке, а также вовлечение в политику ЕС потребительских организаций. В настоящее время на рассмотрении законодательных институтов Европейского Союза находится проект единой директивы о защите потребителей, которая должна кодифицировать ранее принятое в этой области законодательство ЕС.

105. Какие ограничения право ЕС накладывает на лицензионную торговлю?

В ст. 30 Договора о ЕС было закреплено положение о том, что таможенный союз государств — членов Сообщества не должен наносить ущерб положениям о защите промышленной собственности. Возникает вопрос, означает ли данная норма исключение отношений в связи с охраняемыми результатами интеллектуальной деятельности из сферы действия принципа свободного движения товаров. Весьма скоро после учреждения ЕЭС данная правовая проблема потребовала вмешательства Суда Европейских сообществ, который в решении по делу исходил из требований дальнейшей экономической интеграции.

Суд сформулировал важнейшее различие между двумя понятиями — существование прав и осуществление прав интеллектуальной собственности. Действие исключения, установленного в ст. 30, было ограничено только самим фактом признания существования исключительных прав, но не распространено на их осуществление в указанных Судом пределах. Разграничение между двумя понятиями применительно к патентной сфере определяется тем, что существование права связано со специфическим объектом интеллектуальной собственности, который заключается в праве производить товар и впервые выпускать его в коммерческий оборот, а также защищать данное право от нарушений. Все дальнейшие действия относятся к сфере осуществления права.

Таким образом, в судебной практике ЕС был зафиксирован принцип исчерпывания прав интеллектуальной собственности (англ. exhaustion of rights), хорошо известный в национальном законодательстве[130]. Так, правообладатель теряет исключительные права на товар при первой его продаже им самим или его лицензиатом на территории государства. В случае если товар, защищенный патентом или содержащий товарный знак, уже выпущен в обращение в одной из стран Европейского Союза с согласия обладателя исключительного права на такой товар, это лицо не может противиться дальнейшим перемещениям товара внутри территории Союза.

Применение теории исчерпывания исключительных прав имеет свои пределы: очевидно, что данный принцип не будет применяться в случае коммерциализации поддельного товара, а также товаров, выпущенных на рынок за пределами Европейского Союза.

Другими положениями Договора о ЕС, которые были использованы судебной практикой для ограничения исключительного характера прав интеллектуальной собственности, явились правила конкуренции на внутреннем рынке, установленные в рамках антимонопольной политики ЕС. Права патентообладателя или его лицензиата действуют на определенной территории, исключая возможность конкуренции, что противоречит принципу свободной конкуренции (ст. 81 Договора о ЕС). С другой стороны, интеллектуальная собственность необходима как средство стимулирования научно-технического прогресса, поэтому полный запрет лицензионных соглашений в принципе невозможен. Для нахождения баланса интересов Комиссия издает регламенты, содержащие групповые изъятия из действия запрета ст. 81 Договора о ЕС, о чем говорится в вопросе № 112.

Раздел XII

ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ЭКОНОМИЧЕСКОГО И ВАЛЮТНОГО СОЮЗА

106. Что представляет собой Экономический и валютный союз?

В ст. 2 Договора о Европейском Союзе перед Союзом поставлена цель — «содействовать экономическому и социальному прогрессу… путем создания экономического и валютного союза, в конечном счете включающего введение единой валюты в соответствии с положениями настоящего Договора». Кроме того, эта статья говорит о том, что своих целей Европейское сообщество должно достичь путем «учреждения общего рынка и экономического и валютного союза» (далее — ЭВС).

Общие положения об ЭВС мы можем найти в ст. 4 ДЕС, которая определяет все основные составляющие такого союза. Так, п. 1 этой статьи посвящен «экономическому» компоненту Экономического и валютного союза и определяет принцип свободной рыночной экономики со свободной конкуренцией, которыми должна руководствоваться экономическая политика Сообщества, а также те основы, на которых она должна базироваться. Таких основ три:

1) тесная координация экономических политик государств-членов;

2) внутренний рынок;

3) определение общих целей.

Пункт 2 ст. 4 ДЕС определяет «валютный» компонент ЭВС, сразу же подчиняя его экономической политике Сообщества. Этот же пункт определяет, что «валютный» компонент состоит из единой валюты, определения и проведения общей валютной политики и единой политики обменных курсов. При этом основной целью этих политик является поддержание стабильности цен, т. е. стабильность валюты и отсутствие инфляции. Это не должно противоречить поддержанию стабильности цен. Эта политика должна также поддерживать общую экономическую политику Сообщества.

Наконец, п. 3 ст. 4 ДЕС определяет основополагающие принципы, которым должна соответствовать деятельность Сообщества в рамках Экономического и валютного Союза. Ими являются:

1) стабильность цен;

2) платежеспособные государственные финансовые и валютные условия;

3) устойчивый платежный баланс.

Более подробно компоненты ЭВС описаны в разделе 7 ДЕС. Из его положений можно сделать вывод о том, что основой «экономического» компонента ЭВС является проведение координации экономической политики государств-членов. Существенными составляющими ЭВС являются запрет на осуществление определенных операций, который будет рассмотрен ниже в связи с правовым статусом Европейского центрального банка (ЕЦБ), а также процедуры, связанные с контролем над бюджетными дефицитами государств-членов и с борьбой с чрезмерными бюджетными дефицитами. В свою очередь, «валютный» компонент ЭВС состоит из единой валютной политики Сообщества, которая основывается на единой денежной единице — евро[131] и на единой институциональной структуре органов, предназначенных для проведения единой валютной политики. Ими является Европейская система центральных банков (ЕСЦБ) с ЕЦБ во главе и Экономический и финансовый комитет (ЭФК), имеющий целый ряд консультативных функций.

Необходимо также отметить, что ЭВС вводился в действие тремя этапами. Однако на третий этап, связанный с отказом от национальной валюты и переходом на единую денежную единицу ЕС — евро, перешли не все государства — члены Союза. Первоначально (с 1 января 1999 г.) их число равнялось 11; впоследствии оно возросло до 16 (с 1 января 2009 г.).

Большинство государств-членов, не вошедших в «зону евро», не смогли пока сделать это, так как не отвечают необходимым экономическим условиям — критериям сближения (см. вопрос № 107). Это в основном восточноевропейские страны: Латвия, Литва, Эстония, Польша, Венгрия, Чехия, Болгария, Румыния, а также Швеция. Эти государства официально именуются в Договоре о ЕС «государства-члены с изъятием».

К государствам-членам с изъятием во многом приравниваются Великобритания и Дания — государства-члены, не пожелавшие переходить на евро и получившие такое право на основании специальных протоколов к Договору о ЕС.

Лиссабонский договор о реформе Европейского Союза 2007 г. (см. вопрос № 17) не меняет рассматриваемый в настоящей главе правовой режим ЭВС, в том числе статус государств-членов с изъятием. В то же время в дополнение к существующим правилам он предусматривает специальные положения для более тесной координации экономической политики государств-членов, входящих в «зону евро»: так называемая «Еврогруппа», состоящая из министров финансов стран «зоны евро» во главе с постоянным председателем. Еврогруппа на практике функционирует уже в настоящее время (до вступления в силу Лиссабонского договора), но на неформальных началах.

107. Как осуществляется правовое регулирование единой валюты евро?

Важнейшим элементом экономического и валютного союза является единая валюта. В отличие от ЭКЮ, существовавшей до 31 декабря 1998 г. и являвшейся корзинной валютой, евро является самостоятельной денежной единицей, заменяющей национальные денежные единицы государств-членов, перешедших на третий этап ЭВС. Евро стал единственно законным средством платежа.

Эмиссию единой валюты осуществляет Европейский центральный банк. Государства-члены, перешедшие на евро, конвертировали свои валюты на основе необратимо закрепленных обменных курсов, которые были определены Регламентом Совета № 2866/98/ЕС. В соответствии с Регламентом Совета № 1103/97/ЕС и «частное», и «официальное» ЭКЮ было конвертировано в евро по курсу один к одному, а все упоминания об ЭКЮ теперь считаются упоминаниями о евро.

Для того чтобы государства-члены перешли на евро, они должны отвечать целому ряду условий. Кроме того, сам ввод евро в действие имеет достаточно сложный механизм, состоящий из трех этапов.

Для того чтобы перейти на единую валюту, государства-члены должны соответствовать четырем критериям сближения, которые предусмотрены в ст. 121 Договора о ЕС и в специальном Протоколе «О критериях сближения, указанных в ст. 121». Эти критерии таковы.

1. Критерий достижения высокого уровня стабильности цен означает, что показатель цен государства-члена, характеризующий долговременный средний темп инфляции, наблюдаемый в течение года, не превышает более чем на 1,5 % такой же показатель у трех государств-членов с наименьшим показателем.

2. Критерий защищенности финансового положения правительства означает, что соответствующее государство-член не обладает на данный момент чрезмерным бюджетным дефицитом, т. е. против него не возбуждена процедура чрезмерного бюджетного дефицита.

3. Критерий нормального участия в механизме обменных курсов (МОК) за последние два года. Это понятие означает, что государство-член не прилагало особых усилий для участия в этом механизме. В частности, оно не предпринимало девальвации своей валюты в отношении валюты любого другого государства-члена (в том числе на двусторонней основе).

4. Критерий сближения, достигнутый государством-членом, и его участия в МОК, отраженный в уровне долгосрочных процентных ставок, в свою очередь, означает, что в течение года государство-член имело среднюю номинальную величину долгосрочной процентной ставки, не превышающую более чем на 2 % этот же показатель у государств с наибольшим уровнем стабильности цен.

Вопрос о присоединении государства-члена к единой валюте решается Советом на основании докладов Комиссии и Европейского центрального банка. В этих докладах отражаются два вопроса, необходимые для достижения экономического и валютного союза.

Первым является вопрос о соответствии национального законодательства в отношении национальных центральных банков Договора о ЕС и Уставу Европейской системы центральных банков и Европейского центрального банка и, прежде всего, требованию независимости национальных центральных банков.

Вторым вопросом (решение которого гораздо труднее) является достижение соответствия критериям сближения (или, как их еще называют, критериям конвергенции). Кроме этих вопросов доклады должны также принимать во внимание результаты интеграции рынков, положение и развитие платежных балансов, развитие стоимости единицы труда и другие показатели.

На основе предоставленных докладов Совет по рекомендации Комиссии квалифицированным большинством оценивает, соответствует ли каждое конкретное государство-член необходимым условиям для перехода к единой валюте. Последние решения Совета о выполнении критериев сближения и приеме новых государств-членов в «зону евро» были приняты в 2006–2008 гг. в отношении Словении, Кипра, Мальты и Словакии.

108. Как был осуществлен переход на евро на практике?

Сценарий и график ввода евро для первой группы государств-членов, перешедших на евро, был установлен на заседании Европейского Совета в Мадриде в декабре 1995 г. Целый ряд элементов этого плана закреплен в Регламенте Совета № 1103/97/ЕС и в Регламенте Совета № 974/98/ЕС. Как и ожидалось, Совет принял предложенный Комиссией трехфазовый план.

Первая фаза перехода на единую валюту началась в мае 1998 г. после того, как Совет назвал первую группу стран, которые стали переходить на третий этап ЭВС. Сразу после этого на базе Европейского валютного института был создан Европейский центральный банк, который начал подготовительную работу для второй фазы ввода евро.

Тридцать первого декабря 1998 г. Совет Регламентом № 2866/98/ ЕС необратимо фиксировал обменные курсы для перехода на евро, после чего с 1 января 1999 г. собственно начался старт Экономического и валютного союза, евро стал полноценной, самостоятельной денежной единицей.

Вступила в действие Европейская система центральных банков, которая начала выполнять свои обязательства в полном объеме, в том числе нести всю ответственность за создание и применение единой валютной и обменной политики — в особенности установления краткосрочных процентных ставок и любых валютных интервенций по отношению к доллару и йене. Участвующие в евро национальные валюты перестали независимо выставляться на международных валютных рынках по отношению к другим валютам. Их внешняя стоимость стала целиком зависеть от курса евро, что, естественно, вызвано наличием фиксированных обменных курсов между ними. Новые выпуски в обращение государственных долговых обязательств номинируются в евро (т. e. их номинальная стоимость указывается не в национальной валюте, а в евро).

Покупатели продолжали пользоваться обычными банкнотами национальных денежных единиц до тех пор, пока банкноты и монеты евро не были введены в обращение. При этом эти монеты и банкноты de jure являлись монетами и банкнотами евро в выражении национальных денежных единиц.

С 1 января 2002 г. и за максимально короткий срок, определяемый самими государствами-членами (не более чем за шесть месяцев), национальные валюты подлежали изъятию, и новые банкноты и монеты евро были введены в обращение. Те лица, у которых остались национальные банкноты и монеты после их выхода из обращения, смогут обменять их на евро в банках в течение следующих 30 лет.

С 1 января 2002 г. предприятия розничной торговли по-прежнему принимали национальную валюту, однако операции также ввелись и в евро. Все денежные операции в экономике (заработная плата, пенсии, банковские балансы и т. д.) исчислялись в евро. Сам процесс обмена, который завершился к 1 июля 2002 г., проводился органами государств-членов.

В новых государствах — членах Европейского Союза, входящих в «зону евро», обмен бывших национальных денежных знаков на единую валюту производится, как правило, в течение января. Последней такой обмен производила Словакия (член «зоны евро» с 1 января 2009 г.).

Обратный процесс — выход или исключение из «зоны евро» с возвратом к национальной денежной единице — правом Европейского Союза не предусмотрен.

Раздел XIII

АНТИМОНОПОЛЬНОЕ ПРАВО ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

109. Каковы цели и задачи антимонопольной политики ЕС?

Общее направление политики в области конкуренции можно определить как движение от негативной ситуации монополизации рынка к положению, более или менее приближенному к экономике совершенной конкуренции. Поэтому целью правового и административного регулирования конкурентной борьбы является противодействие различным угрозам свободному рынку.

Правила конкуренции ЕС традиционно подразделяются на нормы, применимые к индивидуальным и коллективным антимонопольным действиям предприятий (англ. antitrust), контроль за слияниями (mergers regulation) и регулирование государственной помощи (state aids), кроме того, антимонопольная политика ЕС все в большей степени определяет деятельность естественных монополий и предприятий публичного сектора экономики (транспорт, коммуникации, топливно-энергетический комплекс).

В действующем праве конкуренции ЕС еще с 1960-х гг. практически вся ответственность за проведение антимонопольной политики возложена на наднациональные институты, тогда как компетентные органы государств-членов лишь оказывают им поддержку и участвуют в обмене информацией. Кардинальная реформа правил конкуренции, проводимая в настоящее время Европейской комиссией, направлена на предоставление национальным судебным или антимонопольным органам права самим осуществлять большее количество полномочий в рамках единой антимонопольной политики.

110. Что понимается под предприятием для целей права конкуренции ЕС?

Основным субъектом права конкуренции ЕС является предприятие(англ. undertaking), легальное определение которого, однако, не содержится ни в учредительных договорах, ни во вторичном праве ЕС. Суд Европейских сообществ рассматривает понятие предприятия как экономическую общность, состоящую из совокупности человеческих, материальных и нематериальных ресурсов, способную нарушить законодательство о конкуренции ЕС. При этом важнейшим для Суда является не юридический (правоспособность), а экономический критерий: способность участвовать в экономической деятельности.

В качестве предприятия обычно рассматривается индивидуальный предприниматель и другие самозанятые лица, занимающиеся экономической деятельностью без образования юридического лица. Предприятием может быть также признан любой хозяйствующий субъект, независимо от его юридического статуса, порядка финансирования и основной деятельности. Так, субъектами права конкуренции Суд Европейских сообществ в различных делах признавал государственные бюро занятости, пенсионные фонды, некоммерческие по своему статусу кооперативы, сертифицирующие органы и др.

Кроме того, под действие норм антимонопольного законодательства ЕС подпадают предприятия публичного сектора экономики, если на них не распространяются специальные нормы права ЕС, и даже государства-члены Европейского Союза, если они действуют в качестве хозяйствующих субъектов и их роль не сводится к регулированию рынка.

Предприятие для целей антимонопольного регулирования должно обладать правовой и экономической независимостью, что обычно отсутствует в случае дочернего предприятия или филиала. Их соглашения между собой и с материнским предприятием не подпадают под действие ст. 81 Договора о ЕС, а ответственность за злоупотребление филиалом занимаемым им доминирующим положением на рынке несет головное предприятие.

Интересно, что в данном случае не важно, находится ли головная компания на территории Европейского Союза или за ее пределами. Таким образом, предприятие, находящееся в третьей стране, в том числе в России, может быть привлечено к ответственности за нарушение правил конкуренции ЕС, совершенное его дочерним предприятием, находящимся в Европейском Союзе.

Даже при прекращении деятельности юридического лица, ответственного за нарушение, и отсутствии правопреемства ответственность может быть возложена на новое предприятие, эксплуатирующее те же ресурсы, что и ликвидированный нарушитель.

111. Как Европейская комиссия борется с антиконкурентными действиями предприятий?

Основным актом, определяющим процедуру применения правил ЕС о конкуренции, применимых к предприятиям, до последнего времени являлся «первый Регламент о применении статей 81 и 82 Договора» № 17 от 1962 г., но с 1 мая 2004 г., в рамках реформы права конкуренции ЕС, ему на смену пришел новый Регламент[132]. Процедура осуществления контроля за слиянием предприятий установлена также в Регламенте 2004 г. В соответствии с данными актами Европейская комиссия наделена широчайшими полномочиями по предотвращению нарушений конкуренции со стороны предприятий.

Европейской комиссии предоставлено право проводить расследования возможных нарушений конкуренции со стороны предприятий, причем как по запросу, так и по собственной инициативе. Предприятия обязаны предоставлять проверяющим должностным лицам Комиссии доступ на всю территорию предприятия, всю запрашиваемую информацию, в том числе бухгалтерскую, а также давать устные объяснения.

Наиболее серьезным полномочием Комиссии является предоставленное ей право налагать штрафные санкции (в виде фиксированной суммы и/или пени) как за нарушения конкуренции, так и за неисполнение предприятиями обязанностей в отношении представителей Комиссии в ходе расследования. История права конкуренции ЕС знает случаи применения санкций на десятки и даже сотни миллионов евро в отношении огромных концернов.

По общему правилу, для того чтобы подпадать под действие норм права ЕС, монополистические действия предприятий должны затрагивать торговлю на внутреннем рынке Сообщества. Европейская комиссия максимально широко толкует возможную связь действий предприятий с торговлей внутри ЕС, установив, что такая связь может быть прямой или косвенной, действительной или потенциальной. При этом под контроль Комиссии зачастую попадают сделки между предприятиями, находящимися за пределами Европейского Союза, но деятельность которых оказывает влияние на конкурентную среду внутреннего рынка ЕС.

112. В каком случае антиконкурентное соглашение может быть признано правомерным?

Даже если коллективная антиконкурентная практика предприятий подпадает под действие запрета, установленного в ст. 81 Договора о ЕС, она может быть признана правомерной, если удовлетворяет критериям, установленным в § 3 данной статьи. Исключением из правила пользуются соглашения предприятий, которые отвечают всем четырем нижеследующим требованиям:

а) направлены на улучшение производства или распределение товаров или на содействие техническому или экономическому прогрессу;

б) предоставляют соразмерные выгоды потребителям;

в) не налагают непропорциональных ограничений на предприятия;

г) не дают возможности ограждать от конкуренции существенную часть товаров.

Исключительным правом предоставлять индивидуальные изъятия была наделена Европейская комиссия, однако на практике она оказалась не в силах справиться с валом ходатайств от предприятий, поэтому Комиссия прибегает к процедуре неформальных решений — так называемых комфортных писем (англ. comfort letter), которая, не являясь формальным изъятием, тем не менее исключает ответственность предприятия в будущем, если соглашение все же будет признано незаконным.

Иным нормативным методом установления определенной правовой стабильности являются групповые изъятия(англ. block exemptions) в отношении отдельных категорий соглашений, возможность которых установлена в самой ст. 81. К числу групповых изъятий, предоставляемых на основании регламентов Комиссии, относятся двусторонние соглашения об эксклюзивном дистрибьюторстве и эксклюзивных поставках товара, договоры франчайзинга, лицензионные соглашения о передаче технологий. Указанные в регламентах Комиссии соглашения подпадают под изъятие автоматически, при этом в тексте регламента определяется само соглашение, а также приводятся перечни разрешенных и запрещенных (так называемые черный и белый списки) положений таких соглашений. Соглашение, которое содержит положения, предусмотренные черным списком, не может быть признано правомерным.

113. Каким ограничениям подвергаются монополисты на рынке ЕС?

Запрету нарушений правил конкуренции со стороны не группы лиц, а одного предприятия посвящена ст. 82 Договора о ЕС. Обязательной предпосылкой для такого нарушения является объективная способнооть предприятия действовать на рынке, в той или иной степени не обращая внимания на поведение конкурентов. В этой связи принято говорить о доминирующем положении (от франц. position dominante), которое занимает хозяйствующий субъект на определенном товарном рынке.

Важно учитывать, что, в отличие от картельных соглашений, само по себе доминирующее положение не запрещено: эта та реальность современной рыночной экономики, с которой власти вынуждены мириться. Не совместимыми с правилами конкуренции на внутреннем рынке ЕС являются злоупотребления монополистом своим положением, приводящие к нарушениям конкуренции.

Хотя злоупотребление доминирующим положением на рынке относится к индивидуальным монополистическим действиям, в праве ЕС оно может быть инкриминировано нескольким тесно связанным между собой предприятиям, которые находятся в ситуации, обозначаемой английским термином joint dominance. В этом случае предприятия несут солидарную ответственность за нарушение антимонопольного законодательства ЕС.

Определение факта занятия предприятием доминирующего положения предполагает сложный научно обоснованный анализ и экспертное мнение не столько юристов, сколько специалистов по экономическим проблемам.

Важнейшим вопросом, во многом предопределяющим решение о наличии злоупотребления доминирующим положением, является формирование соответствующего рынка (англ. relevant market), что происходит путем определения границ рынка, на котором действует монополист, в трех измерениях: по виду товаров или услуг, в пространстве и во времени.

Для установления наличия нарушения ст. 82 Договора о ЕС или его отсутствия необходимо утвердительно ответить на все следующие четыре основных вопроса:

1) является ли положение предприятия на товарном рынке доминирующим — для этого необходимо определить долю рынка (англ. market share), которую занимает соответствующее предприятие;

2) имеет ли место злоупотребление предприятием своим доминирующем положением на товарном рынке;

3) существует ли причинно-следственная связь между доминирующим положением и нарушением свободы конкуренции;

4) затрагивает ли такое нарушение существенную часть внутреннего рынка ЕС.

Запрещенными являются, в частности, установление несправедливых условий торговли, дискриминация одних торговых партнеров по сравнению с другими, заключение договора при условии принятия контрагентом дополнительных, не связанных с предметом такого договора, обязательств и ряд других антиконкурентных действий.

114. В чем суть контроля ЕС за слияниями предприятий?

Коллективные действия предприятий, особенно те из них, которые оформлены в виде соглашения, могут представлять существенную угрозу для свободы конкуренции. Между тем координация поведения предприятий на рынке нередко приводит к организационному оформлению сотрудничества — созданию совместного предприятия или даже объединению предприятий.

Очевидно, что если исходные хозяйствующие субъекты совокупно занимали достаточно существенное положение на каком-либо товарном рынке, то такое новое объединенное предприятие становится монополистом на данном рынке в силу самого факта создания или потенциально может стать монополистом. В этой связи становится понятным то большое внимание, которое уделяется слияниям[133] предприятий в национальной антимонопольной политике.

Но в Договоре об учреждении ЕЭС, в разделе о конкуренции ни слова не говорилось о регулировании слияний. Только в 1989 г. был принят Регламент[134], определивший полномочия институтов ЕС в области контроля за операциями по слиянию предприятий. Всей полнотой компетенции по данному вопросу была наделена Европейская комиссия, решения которой могут быть обжалованы в Трибунале первой инстанции с возможной апелляцией в Суд Европейских сообществ. С 1 мая 2004 г. вступил в силу новый регламент ЕС о слияниях[135](англ. EC Merger Regulation).

Под слияниями предприятий регламент понимает объединение двух или более ранее независимых предприятий, а также установление контроля одного предприятия над другим. При этом определены критерии, при наличии которых слияние предприятий подпадает под контроль Комиссии: совокупный годовой оборот на мировом рынке свыше 5 млрд евро или годовой оборот, по крайней мере, двух предприятий на едином рынке ЕС свыше 250 млн евро.

В то же время из-под контроля ЕС исключаются предприятия, больше 2/3 годового оборота которых на рынке ЕС приходятся на одно государство ЕС, новеллой же регламента 2004 г. стало положение, что даже при этом регламент подлежит применению в целом ряде случаев, в частности если совокупный годовой оборот предприятий на мировом рынке превышает 2,5 млрд евро либо если оборот предприятий в каждом из по крайней мере трех государств ЕС превышает 100 млн евро.

Слияния предприятий, подпадающие под указанные выше критерии, являются объектом контроля со стороны Комиссии на предмет их соответствия требованиям общего рынка. Основным фактором, влияющим на решение Комиссии, является, согласно регламенту, усиление доминирующего положения на рынке, которое может в значительной мере воспрепятствовать свободной конкуренции.

Все планы слияний, которые подпадают под действие регламента ЕС о слияниях, должны предварительно передаваться в Комиссию, которая может вынести одно из трех решений. Либо слияние не подпадает под действие регламента, либо слияние не представляет серьезной угрозы для конкуренции и может быть признано соответствующим принципам внутреннего рынка ЕС, либо слияние вызывает серьезные сомнения. В последнем случае возбуждается дело, которое может привести к запрету слияния либо, что происходит чаще, к установлению значительных ограничений и требований по отношению к участвующим в слиянии предприятиям.

Раздел XIV

КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

115. Каковы тенденции правового регулирования юридических лиц в ЕС?

Правовое регулирование юридических лиц в праве Европейского Союза в настоящее время носит частичный и вспомогательный характер: оно дополняет по определенным вопросам сложившееся регулирование на национальном уровне. Данная отрасль права Европейского Союза развивается медленно и сталкивается с большим сопротивлением, вызванным, в первую очередь, серьезными расхождениями во внутреннем законодательстве различных государств-членов. В целом регулирование юридических лиц в Европейском Союзе остается на национальном уровне, а корпоративное право ЕС носит субсидиарный характер, и основным механизмом его реализации являются директивы, принимаемые на основе положений § 2 ст. 44 Договора о ЕС о свободе учреждения.

Данная свобода действует и применительно к юридическим лицам, являющимся коммерческими организациями, которые, как мы знаем, также признаны субъектами права ЕС. В соответствии со ст. 48 Договора о ЕС торговые товарищества[136], созданные в соответствии с законодательством одного из государств-членов, пользуются свободой самостоятельной экономической деятельности наравне с гражданами Союза.

На основании положений Договора о ЕС можно выделить основные цели регулирования юридических лиц в праве Европейского Союза:

— обеспечение свободы учреждения юридических лиц, а также снятие препятствий на пути открытия филиалов, представительств и дочерних обществ на территории любого государства-члена на условиях национального режима данного государства;

— установление единых минимальных требований к юридическим лицам, в первую очередь предоставление одинаковой защиты на всей территории Европейского Союза участникам и кредиторам юридических лиц;

— облегчение деятельности трансъевропейских компаний посредством снятия барьеров, вытекающих из различий, существующих между национальными правовыми системами;

— поощрение сотрудничества между юридическими лицами различных государств-членов во всех сферах экономической деятельности.

Ввиду неэффективности международно-правовых механизмов Европейским Союзом был избран другой путь — сначала подготовка посредством директив достаточно единообразного общеевропейского правового поля, а затем — создание наднациональных (европейских) юридических лиц, а именно единых организационно-правовых форм в масштабах всего Союза. Они учреждаются на основании законодательства ЕС (регламентов) и свободны размещать свой юридический адрес на всей территории Европейского Союза.

В рамках развития права ЕС наблюдается тенденция движения от более общего регулирования (в Договоре о ЕС) к его детализации, большей специализации и постоянной корректировке. При этом приоритет, по возможности, отдается не жесткой унификации на основе регламентов, а более гибкому и «мягкому» методу — гармонизации законодательства с помощью директив.

116. Каким вопросам посвящены важнейшие директивы ЕС в области корпоративного права?

Разработанные и частично принятые в течение последующих тридцати лет директивы принято именовать в соответствии с их порядковыми номерами, отражающими очередность представления подготовленных проектов.

Можно выделить три основных направления гармонизации законодательства по I Директиве 1968 г.: открытость основных документов торгового товарищества, действительность обязательств товарищества, условия и последствия недействительности самого товарищества — все эти задачи направлены на наибольшую защиту кредиторов торговых товариществ с ограниченной ответственностью.

II Директива 1976 г. также предусматривает установление общего уровня гарантий со стороны торговых товариществ в отношении их участников и третьих лиц и регулирует вопросы создания товариществ и изменения их уставного капитала. В законодательстве государств-членов должен быть определен минимальный уставный капитал для учреждения и функционирования акционерного общества в размере не менее 25 тыс. евро, который может быть оплачен только имеющими экономическое выражение активами.

К двум первым директивам ЕС в области корпоративного права примыкает XI Директива 1989 г., которая установила обязательное раскрытие торговыми товариществами информации о своих филиалах, находящихся на территории другого государства-члена. Для российских юристов интерес представляет распространение требований об обязательной публикации сведений на филиалы, открытые на территории Европейского Союза торговыми товариществами из третьих стран.

III Директива 1978 г. регулирует некоторые вопросы, связанные со слиянием акционерных обществ, и направлена на защиту акционеров сливающихся обществ.

В 1982 г. вступила в силу VI Директива, гармонизовавшая законодательство о разделении акционерных обществ. Защита прав акционеров обеспечивается предоставлением им максимально объективной информации о предстоящей реорганизации. Кроме того, директивы обеспечивают охрану имущественных интересов третьих лиц, в первую очередь кредиторов компании, владельцев ее облигаций.

Особняком среди директив ЕС о торговых товариществах стоит принятая в 1989 г. XII Директива, предусматривающая обязанность государств-членов признавать возможность учреждения и существования товариществ, в которых участвует лишь один субъект права. Торговые товарищества могут напрямую создаваться одним лицом или приходить к такому состоянию при объединении всех долей участия у одного участника.

В мае 2003 г. Европейская Комиссия обнародовала План действий по совершенствованию права компаний и корпоративного управления[137] в Европейском Союзе до конца текущего десятилетия. План предусматривает предложения по совершенствованию действующих директив и по достижению компромисса по проекту V Директивы, которая посвящена гармонизации национального законодательства по широкому кругу вопросов, связанных со структурой акционерных обществ и полномочиями их органов управления.

В 2004 г. Европейским парламентом и Советом Европейского Союза издана XIII Директива о поглощениях (официальное название: «Директива 2004/25/ЕС о публичных офертах о приобретении»). Она устанавливает общие правила в отношении смены контроля над акционерными обществами в результате приобретения внешними инвесторами их акций.

Позднее, после продолжительных дискуссий, утвержден текст X Директивы, регулирующей порядок трансграничных слияний юридических лиц. В отличие от III Директивы, регулирующей слияния внутри одного государства-члена, она устанавливает аналогичные правила для слияний акционерных обществ и обществ с ограниченной ответственностью из разных государств-членов.

117. Что такое Европейское акционерное общество?

Еще в 1970 г. Европейская комиссия предложила принять статут нового, наднационального юридического лица — Европейского акционерного общества (ЕАО[138]). Работа над данным проектом продолжалась более 30 лет, и только в октябре 2001 г. Совет Европейского Союза единогласно одобрил Регламент о Статусе ЕАО (в силе с 8 октября 2004 г.) и директиву, дополняющую Статус ЕАО нормами по вопросам участия работников в управлении[139].

Для создания Европейского акционерного общества требуется, чтобы все объединяющиеся в данной форме или учреждающие ЕАО юридические лица были созданы в соответствии с законодательством государств-членов, были зарегистрированы в соответствующих государствах и их головные конторы находились на территории Европейского Союза.

Кроме того, для придания акционерному обществу европейского характера его учредители должны быть зарегистрированы, по крайней мере, в двух различных государствах-членах или должны иметь на протяжении двух лет дочернее общество или филиал в другом государстве-члене.

Общеевропейский характер ЕАО подчеркивается тем требованием, что фирменное наименование ЕАО независимо от того, на каком языке оно приводится, должно содержать аббревиатуру SE[140]. Регламент предусматривает значительный минимальный уставный капитал: не менее 120 тыс. евро. Европейское акционерное общество должно быть зарегистрировано по месту нахождения, причем юридический адрес ЕАО должен совпадать с местом нахождения головной конторы.

Важнейшим достоинством нового вида торгового товарищества, помимо унифицированного правового статуса, является упрощенный порядок трансграничного переноса места регистрации ЕАО внутри Сообщества без изменения юридического лица. Особое внимание, кроме того, уделяется должному соблюдению прав миноритарных акционеров и кредиторов ЕАО.

Одним из самых интересных положений Регламента о Статусе ЕАО является решение вопроса о его органах управления. Достигнутый компромисс заключается в том, что учредители ЕАО смогут сами избрать тип внутренней организации общества, выбрав между двухзвенной (без отдельного совета директоров) и трехзвенной системой управления.

118. Какие другие наднациональные юридические лица известны праву ЕС?

Одновременно с разработкой проектов первых директив о торговых товариществах в 1974 г. Комиссия выступила с предложением о придании правового статуса особому виду юридического лица, получившему наименование Европейское объединение с общей экономической целью (ЕОЭЦ[141]). Соответствующий регламент был принят в 1985 г., и ЕОЭЦ стало исторически первой наднациональной организационно-правовой формой юридического лица в ЕС. ЕОЭЦ создано по модели существующего в праве Франции объединения с общей экономической целью и имеет черты полного товарищества и частично ассоциации (союза) юридических лиц.

Объединение может быть направлено на достижение какой-либо экономической цели участников, которая заключается, например, в продвижении на рынок товаров и услуг, их рекламе, проведении совместных научно-исследовательских работ, решении возникающих юридических вопросов.

Деятельность ЕОЭЦ должна быть связана с хозяйственной деятельностью его участников, но ни в коем случае не должна полностью заменять ее — иначе речь будет идти о совместном предприятии. Кроме того, препятствием, направленным на недопущение превращения ЕОЭЦ в концерн, является установление максимальной численности сотрудников — не более 500.

Европейское объединение с общей экономической целью не является коммерческой организацией и не должно быть направлено на получение прибыли. В случае если его деятельность все же приносит прибыль, она распределяется между участниками.

Вопрос придания ЕОЭЦ статуса юридического лица отдан на усмотрение национального законодателя. Тем не менее ЕОЭЦ должно на всей территории Европейского Союза обладать способностью приобретать права и нести обязанности от собственного имени, заключать сделки и выступать в суде в качестве истца или ответчика. Важным фактором, отличающим ЕОЭЦ от классического юридического лица, служит его имущественная необособленность от участников. Важно иметь в виду, что учредители ЕОЭЦ несут неограниченную и солидарную ответственность по обязательствам объединения любой природы.

В июле 2003 г. был принят Регламент о статусе Европейского кооператива[142], которому корреспондирует одновременно с ней принятая директива об участии работников в управлении Европейским кооперативом. Таким образом, практика показала стремление включать в законодательство о коммерческих юридических лицах выработанные в отдельных наиболее передовых в этом вопросе государствах-членах элементы производственной демократии и распространять их в масштабах всего Союза.

В Плане действий Европейской комиссии 2003 г. предусматривается принятие регламентов об учреждении новых наднациональных юридических лиц, таких как Европейское общество с ограниченной ответственностью, Европейское общество взаимного кредитования, Европейский фонд, Европейская ассоциация.

Раздел XV

ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ОКАЗАНИЯ БАНКОВСКИХ, СТРАХОВЫХ И ТРАНСПОРТНЫХ УСЛУГ В ЕВРОПЕЙСКОМ СОЮЗЕ

119. В чем специфика правового регулирования банковских и страховых отношений в ЕС?

Специфика правового регулирования банковских и страховых отношений в ЕС предопределена особенностями этих отношений, реализующихся на стыке трех из четырех свобод единого рынка.

В первую очередь, правовое регулирование отношений в сфере банковского и страхового дела на уровне Сообщества развивается как специальные правовые режимы свободы предоставления услуг. В соответствии с п. 2 ст. 51 главы 3 «Услуги» части III Договора о ЕС «либерализация банковских и страховых услуг, связанных с движением капитала, осуществляется в соответствии с либерализацией движения капиталов».

Формулируя данное исключение из общего режима реализации свободы предоставления услуг, сам Договор о ЕС увязывает развитие правового регулирования банковских и страховых услуг с развитием правового регулирования свободы движения капиталов и платежей.

Вместе с тем обозначенная специфика банковской и страховой деятельности обусловливает необходимость гармонизации системы контроля и ограничений, касающихся экономических операторов, осуществляющих таковые. Соответственно полноценное правовое регулирование банковских и страховых услуг на европейском уровне невозможно без определения порядка создания, доступа к рынку, реорганизации и ликвидации кредитных и страховых организаций, взаимного признания их правоспособности по Сообществу и устранения дискриминационных ограничений в зависимости от места учреждения. Следовательно, правовой режим предоставления банковских услуг и оказания страховых услуг напрямую соприкасаются со свободой передвижения юридических лиц — свободой учреждения. Более того, именно в правовом регулировании банковских и страховых отношений наиболее ярко проявляется взаимосвязанность и взаимозависимость свободы учреждения и свободы предоставления услуг.

С поэтапным осуществлением либерализации банковского и страхового сектора, развитием и расширением их правового регулирования в законодательстве ЕС сложились две самостоятельные отрасли правового регулирования — банковское право ЕС и страховое право ЕС. При этом эти две отрасли имеют много общих черт, включая схожесть принципов регулирования и некоторые общие источники.

120. В чем сущность банковского права ЕС?

Банковское право ЕС представляет собой отрасль права Европейского Союза, нормы которой регулируют отношения в сфере банковских услуг, связанные с созданием, деятельностью и ликвидацией кредитных организаций и определяющие порядок надзора за деятельностью этих организаций.

Правовое регулирование банковской деятельности в Европейском Союзе берет свое начало в упомянутой выше статье учредительного договора Европейского сообщества и получает развитие и толкование во вторичном и прецедентном праве ЕС.

Основным источником банковского права ЕС является Директива Европейского парламента 2006/48/ЕС от 14 июня 2006 г. о порядке создания и деятельности кредитных организаций.

Директива 2006/48/ЕС стала результатом кодификационных работ в сфере банковского регулирования, проведенных Комиссией, и воплотила в себе около 20 директив, принятых в рассматриваемой сфере с начала 1970-х гг.

Статья 1 Директивы 2006/48/ЕС дает определение кредитной организации как предприятия, деятельность которого заключается в привлечении депозитов (вкладов) и иных средств другим лицам и предоставлении кредитов от своего имени и за свой счет. Определением кредитной организации охватываются аналогичные частные и публичные предприятия, получившие лицензию на осуществление данной деятельности в третьей стране, а также филиалы кредитных организаций и их дочерние предприятия.

В соответствии со ст. 3 Директивы иным организациям запрещается заниматься деятельностью по привлечению вкладов и иных средств от других лиц.

Директива 2006/48/ЕС устанавливает требование обязательного лицензирования банковской деятельности, вводит общие стандарты такого лицензирования, определяет принципы сотрудничества между органами надзора за банковской деятельностью, устанавливает правила открытия подразделений кредитной организации, в том числе из третьих стран.

Упомянутая Директива устанавливает национальный режим для любых кредитных организаций одних государств-членов, действующих на территории других государств-членов, и требует устранения всех ограничений на их учреждение и предоставление услуг ими, в том числе и путем признания национальных банковских лицензий в других государствах-членах.

При этом Директива возлагает функции контроля за деятельностью кредитных организаций на компетентные органы государства происхождения.

Рассматриваемая Директива закладывает концепцию собственных средств кредитной организации и определяет общие принципы исчисления, а равно составляющие собственных средств, их вычеты и ограничения.

Директива устанавливает правила о надзоре за деятельностью кредитных организаций на консолидированной основе, принципы надзора и порядок предоставления финансовых отчетов — основного инструмента надзора.

Банковская Директива 2006 г. определяет порядок исчисления коэффициента платежеспособности, содержит правила об учете крупных рисков (выше 10 % собственных средств организации) самой организацией и контролирующими ее деятельность органами власти, а также правила относительно ограничения крупных рисков (не выше 25 % от собственных средств организаций).

Деятельность кредитных организаций регулируется также иными документами.

Порядок реорганизации и ликвидации кредитных организаций гармонизирует Директива Европейского парламента и Совета 2001/24/ЕС от 4 марта 2001 г. о реорганизации и ликвидации кредитных организаций.

Правила относительно достаточности капитала кредитных институтов устанавливаются в Директиве Совета 2006/49/ЕС от 14 июня 2006 г.

Условия и порядок составления финансовой отчетности кредитных организаций определяется Директивой Совета 86/635/ЕЭС от 8 декабря 1986 г. о годовом отчете и консолидированном отчете банков и иных кредитных организаций. После внедрения по Сообществу единообразных международных стандартов отчетности (Регламентом (ЕС) № 1606/2002 от 19 июля 2002 г.) в Директиву 86/635/ЕЭС были внесены незначительные изменения на основе положений Директивы Европейского парламента и Совета 2003/51/ЕС от 18 июня 2003 г.

Существенную роль в регулировании банковской деятельности играют Директива Европейского парламента и Совета 94/19/ЕС от 30 мая 1994 г. о схемах гарантий возврата вкладов. Немаловажна и Директива Совета 93/22/ЕЭС от 19 мая 1993 г. об инвестиционных услугах в сфере сделок с ценными бумагами, или просто — Директива об инвестиционных услугах.

Положения о дополнительном надзоре за кредитными институтами, являющимися частью финансовых конгломератов, вводит Директива Европейского парламента и Совета 2002/87/ЕС от 16 декабря 2002 г. В области банковского регулирования данная Директива дополняет положения Директивы 2000/12/ЕС, Директивы 93/6/ЕЭС и Директивы 93/22/ЕЭС.

Деятельность кредитных организаций также затрагивается законодательством ЕС о потребительском кредите и нормами Сообщества, регулирующими порядок осуществления электронных платежей и электронной торговли.

121. Что представляет собой страховое право ЕС?

Страховое право ЕС представляет собой отрасль права Европейского Союза, нормы которой регулируют отношения в сфере страховых услуг, связанные с созданием, деятельностью и ликвидацией страховых предприятий и определяющие порядок надзора за деятельностью этих предприятий.

Основное внимание европейское законодательство уделяет вопросам прямого страхования. Правовое регулирование прямого страхования дифференцируется по двум направлениям — страхование жизни и страхование иное, чем страхование жизни.

Нормы, принятые в сфере страхования жизни, кодифицированы. Они сконцентрированы в Директиве Европейского парламента и Совета 2002/83/ЕС от 5 ноября 2002 г. относительно страхования жизни. Эта Директива заменила три базовые директивы, непосредственно регулировавшие эту область на протяжении прошлых лет, а также упразднила еще пять тесно связанных с ними директив.

Директива относительно страхования жизни — достаточно объемный документ, она содержит преамбулу, восемь частей, 74 статьи и шесть приложений.

Директива 2002/83/ЕС выделяет девять видов страхования жизни. Также Директива устанавливает порядок лицензирования деятельности по страхованию жизни и организационно-правовые формы страховых предприятий. В соответствии со ст. 1 Директивы страховым предприятием признается предприятие, получившее официально лицензию на занятие страховой деятельностью.

В Директиве определяются принципы и методы финансового надзора, правила формирования технических резервов, а также правила определения маржи платежеспособности и гарантийных фондов страховых предприятий.

В сфере страхования иного, чем страхование жизни, действуют несколько актов Сообщества. Важнейшим из них является первая Директива 73/239/ЕЭС от 24 июля 1973 г. о координации законодательных, регламентарных и административных положений относительно осуществления деятельности по прямому страхованию иному, чем страхование жизни.

Первая Директива по страхованию иному, чем страхование жизни, определяет 17 видов такого страхования, формулирует правила обеспечения финансовых гарантий страховых предприятий, правила надзора за их платежеспособностью и контроля за техническими резервами со стороны государственных органов.

Вместе с Директивой 73/240/ЕЭС от 24 июля 1973 г., устраняющей ограничения на свободу учреждения в сфере страхования иного, чем страхование жизни, первая Директива по страхованию иному, чем страхование жизни, предоставляет страховым предприятиям возможность учреждаться, а равно создавать дочерние организации, филиалы и представительства на территории любого государства — члена ЕС.

Первую Директиву по страхованию иному, чем страхование жизни, дополняют положения второй Директивы 88/357/ЕЭС от 22 июня 1988 г. и третьей Директивы 92/49/ЕЭС от 18 июня 1992 г. относительно страхования иного, чем страхование жизни, а также Директивой 84/641/EЭC от 10 декабря 1984 г. о страховой помощи (о содействии туризму). Последняя вводит в законодательство Сообщества еще один, восемнадцатый вид страхования иного, чем страхование жизни.

Вопросам реорганизации и ликвидации страховых предприятий посвящена Директива 2001/17/ЕС от 19 марта 2001 г. Директива распространяется как на страховые предприятия, осуществляющие деятельность по страхованию жизни, так и на предприятия, осуществляющие иные виды страхования.

Деятельности по сострахованию посвящена Директива 78/473/ ЕЭС от 30 мая 1978 г. Директива не охватывает все аспекты сострахования и затрагивает только страхование рисков, покрываемых международным страхованием в сфере страхования иного, чем страхование жизни.

Регулированию деятельности по перестрахованию посвящена Директива 64/225/ЕЭС от 25 февраля 1964 г. об устранении ограничений на свободу учреждения и свободу предоставления услуг в сфере перестрахования и ретроцессии, старейший документ в области страхового права ЕС.

Сообществом также гармонизированы статус и деятельность страховых посредников. Этот вопрос регулирует Директива Европейского парламента и Совета 2002/92/ЕС от 9 декабря 2002 г. о страховом посредничестве. Реформа страхового законодательства продолжается.

Дополнительный надзор со стороны соответствующих органов государств-членов за деятельностью страховых предприятий, входящих в страховые группы, установлен Директивой 98/78/ЕС от 27 октября 1998 г.

Положения о дополнительном надзоре за страховыми предприятиями, являющимися частью финансовых конгломератов, ввела Директива Европейского парламента и Совета 2002/87/ЕС от 16 декабря 2002 г. В области регулирования страховой деятельности данная Директива дополнила положения Директивы 73/239/ЕЭС, Директивы 92/49/ЕЭС и Директивы 98/78/ЕС.

122. Каковы правовые основы транспортной политики и транспортного права ЕС?

Правовой основой транспортной политики ЕС является раздел V части III Договора о ЕС «Транспорт», положения которого не претерпели существенных изменений с момента заключения Договора в 1957 г. Наиболее важными среди них являются ст. 70, 71 и 80.

Статья 70 Договора о ЕС устанавливает в компетенции Сообщества особую сферу деятельности — транспортную политику, которой должны придерживаться государства-члены при реализации собственных мероприятий в области транспорта.

В ст. 80 указаны конкретные виды транспорта, регулирование которых может или должно проводиться в рамках транспортной политики Сообщества. К их числу, безусловно, принадлежат автомобильный, железнодорожный и внутренний водный транспорт (§ 1 ст. 80). Что касается воздушного и морского транспорта, то они выведены из сферы действия положений Договора. В то же время Совет вправе (но не обязан) принимать соответствующие нормативные акты и иные решения, направленные на регулирование и развитие данных видов транспорта (§ 2 ст. 80).

Статья 75 Договора о ЕС устанавливает компетенцию Сообщества в области транспортной политики и является по сути главной уполномочивающей статьей раздела о транспорте. Полномочия Сообщества достаточно обширны. Оно вправе определять:

— общие правила межгосударственных транспортных перевозок;

— условия, при которых перевозчики-нерезиденты вправе предоставлять транспортные услуги в государствах-членах;

— меры по повышению безопасности на транспорте, а также другие необходимые меры.

Сфера транспорта относится к предметам совместного ведения Сообщества и государств-членов. Договор о ЕС четко очерчивает пределы деятельности государств-членов в рассматриваемой области.

Компетенция государств-членов обусловлена:

— во-первых, запретом любой дискриминации в перевозках внутри Сообщества, заключающейся в применении транспортными агентствами тарифов и разных условий при перевозке одного и того же товара и по одним и тем же транспортным путям в зависимости от страны происхождения или назначения товара (ст. 75 Договора о ЕС);

— во-вторых, запретом применения без санкции Комиссии государством-членом к перевозкам внутри Сообщества тарифов и условий, содержащих какой-либо элемент поддержки или защиты в интересах одного или нескольких определенных предприятий или отраслей промышленности (ст. 76 Договора о ЕС).

Государствам-членам разрешается вводить меры помощи транспортному сектору, если они отвечают потребностям координации перевозок или компенсируют выполнение некоторых обязательств, входящих в понятие коммунальных услуг (ст. 72).

Правовые акты, принятые Сообществом в этой области, вместе с положениями раздела V «Транспорт» учредительного договора составляют источники складывающейся в рамках системы права Европейского Союза особой группы правовых норм — транспортного права ЕС. Определенное значение для регулирования транспортного сектора имеют также положения раздела XV «Трансъевропейские сети» части третьей Договора о ЕС.

123. Как осуществляется правовое регулирование различных видов транспорта?

Правовое регулирование транспортного сектора дифференцируется в зависимости от видов транспорта: железнодорожного, автомобильного, морского, внутреннего водного, воздушного и смешанных перевозок.

В сфере регулирования железнодорожного транспорта Сообществом был издан ряд правовых актов, проводящих унификацию и гармонизацию отдельных элементов правового статуса железнодорожных предприятий, формы и содержания предоставляемых ими услуг, в частности:

— Регламент № 1191/69 от 26 июня 1969 г. о действиях государств-членов в связи с обязательственными отношениями, возникающими в сфере общественных услуг, оказываемых в железнодорожном, автомобильном транспорте и внутренних водных путях;

— Регламент № 1192/69 от 26 июня 1969 г. об общих правилах нормализации расчетов железнодорожных предприятий;

— Регламент № 1107/70 от 4 июня 1970 г. о государственной помощи, обеспечивающей меры по координации функционирования транспорта;

— Директива 95/18/ЕС от 19 июня 1995 г. о лицензировании железнодорожных предприятий;

— Директива 91/440/ЕЭС от 29 июля 1991 г. о развитии железных дорог Сообщества (с изменениями, внесенными Директивой 2001/12/ ЕС от 26 февраля 2001 г.);

— Директива 2001/14/ЕС от 26 февраля 2001 г. о размещении мощностей железнодорожной инфраструктуры, взимании платы за использование железнодорожной инфраструктуры и сертификации безопасности;

— Директива 2008/57/ЕС от 17 июня 2008 г. о функциональной совместимости железнодорожной системы в Сообществе.

Обеспечению свободного передвижения автотранспортных средств государств-членов на всей территории Сообщества посвящен Регламент № 4060/89 от 21 декабря 1989 г. об устранении контроля на границах государств-членов в сфере автомобильного и внутреннего водного транспорта.

Важнейшим актом Союза, регулирующим автотранспортные перевозки, является Директива 96/53/ЕС от 25 июля 1996 г., устанавливающая для некоторых транспортных средств, перемещающихся по Сообществу, максимально допустимые размеры при национальных и международных перевозках и максимально допустимый вес при международных перевозках, измененная Директивой Европейского парламента и Совета 2002/7/ЕС от 18 февраля 2002 г.

Гармонизации законодательных положений государств-членов о страховании автотранспортных средств посвящена Директива 72/166/ ЕЭС от 24 апреля 1972 г. о сближении законодательства государств-членов относительно страхования гражданской ответственности при использовании автотранспортных средств и развитию страхования в этой области. Дополняют указанную Директиву Директива Совета 84/5/ЕЭС от 30 декабря 1983 г. о сближении законодательства государств-членов по страхованию гражданской ответственности, возникающей при использовании транспортных средств, и Директива Совета 90/232/ЕЭС от 14 мая 1990 г. с аналогичным названием.

Несколько регламентов и директив ЕС направлены на обеспечение действия принципов свободного предоставления услуг, свободного передвижения работников применительно к деятельности предприятий морского транспорта. Взаимодействие и взаимное переплетение различных направлений политики ЕС в этом вопросе демонстрирует Регламент № 4056/86 от 22 декабря 1986 г., посвященный применению к предприятиям морского транспорта положений антимонопольного законодательства ЕС, сформированного в рамках политики защиты конкуренции.

ЕС утвердило ряд нормативных актов, существенно воздействующих на функционирование внутреннего водного судоходства. Важнейшим из них является Регламент № 718/1999 от 29 марта 1999 г. о политике Сообщества в области пропускной способности флота в целях стимулирования внутреннего водного транспорта. Еще одним немаловажным документом в рассматриваемой области является Директива 96/75/ЕС от 19 ноября 1996 г. о системе фрахтования и расценок в Сообществе для национального и международного внутреннего водного транспорта.

С целью реализации на воздушном транспорте принципа свободного предоставления услуг в 1990 г. был принят Регламент № 2343/90 от 24 июля 1990 г. о доступе воздушных перевозчиков к регулярным линиям внутри Сообщества и разделе объемов перевозок пассажиров между авиаперевозчиками на регулярных линиях и государствами-членами.

Двадцать третьего июля 1992 г. Сообществом были приняты два важнейших документа в сфере регулирования воздушного транспорта — Регламент № 2407/92 о лицензировании транспортных авиакомпаний и Регламент № 2408/92 о доступе транспортных авиакомпаний Сообщества на авиалинии внутри Сообщества. В соответствии с ними на территории ЕС действуют единые правила лицензирования воздушных перевозчиков всех государств-членов.

Европейским сообществом также были утверждены правила об ответственности воздушных перевозчиков в соответствии с Регламентом Совета № 2027/97 от 9 октября 1997 г. об ответственности воздушных перевозчиков в случае аварии, измененном Регламентом Европейского парламента и Совета № 889/2002 от 13 мая 2002 г.

Регламент Европейского парламента и совета № 261/2004 от 11 февраля 2004 г. учреждает общие правила относительно компенсаций и помощи пассажирам в случае снятия с борта, отмены или чрезмерной задержки рейсов. В 2008 аналогичные схемы компенсаций утверждены для железнодорожных перевозок.

В рамках транспортной политики Сообщества особое внимание уделяется поддержке развития смешанных перевозок внутри ЕС, а также между ЕС и другими странами. Определяющим является мнение, что смешанный транспорт способен решить множество проблем, связанных с перегрузкой путей сообщения, охраной здоровья и окружающей среды. Ключевым актом в этой сфере является Директива 92/106/ЕЭС от 7 декабря 1992 г. об учреждении общих правил для некоторых видов смешанных перевозок грузов между государствами-членами.

Раздел XVI

ТРУДОВОЕ И СОЦИАЛЬНОЕ ПРАВО ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

124. Как регулируются вопросы социальной политики в Договоре, учреждающем Европейское сообщество?

В странах Европейского Союза в настоящее время существует наиболее развитая в современном мире система социального обеспечения, основы которой были заложены еще в первой половине XX в. Однако, как и в любой другой области деятельности, всегда существуют потребности в ее улучшении, совершенствовании; применительно к социальной политике — повышение уровня жизни и социальной защищенности граждан. Поэтому, учредив Европейское сообщество, государства-члены закрепили в Договоре общее согласие относительно необходимости «содействовать повсеместно в Сообществе… достижению высокого уровня занятости и социальной защиты, равноправию мужчин и женщин. повышению жизненного уровня и качества жизни» (ст. 2 Договора о ЕС). Вместе с общими политиками по регулированию различных аспектов экономической деятельности, одним из составных элементов компетенции ЕС являются «политика обеспечения занятости» и «политика в социальной сфере» (п. «i», «j» § 1 ст. 3 Договора о ЕС), равно как и «политика в области здравоохранения» (п. «р» § 1 ст. 3 Договора о ЕС).

Правовой основой проводимой ЕС социальной политики, как и других общих политик, являются положения соответствующих разделов и глав части III учредительного договора «Политика Сообщества». В сфере социальной политики источником полномочий ЕС служат раздел VIII «Занятость», две главы раздела XI ч. 2 Договора о ЕС — глава 1 «Социальные положения» и глава 2 «Европейский социальный фонд», а также раздел XIII «Здравоохранение».

Целями социальной политики Европейского сообщества согласно § 1 ст. 136 Договора, учреждающего ЕС, являются: «содействие занятости, улучшение условий жизни и труда, с тем чтобы сделать возможной их гармонизацию, сохраняя при этом все достижения, а также содействие надлежащей социальной защите, диалогу между предпринимателями и трудящимися, развитие человеческих ресурсов ради долговременного обеспечения высокого уровня занятости и борьбы с обездоленностью».

Социальная сфера относится к предметам совместного ведения Европейского сообщества и государств-членов. Сообщество поддерживает и дополняет действия государств-членов в следующих областях:

— улучшение производственной среды в целях охраны здоровья и обеспечения безопасности работающих;

— условия труда;

— информирование и консультирование трудящихся;

— интеграция лиц, исключенных из рынка труда;

— равенство мужчин и женщин в отношении возможностей на рынке труда и обращения с ними на работе.

Среди них приоритетными областями в соответствии с § 3 ст. 137 учредительного договора являются: социальное обеспечение и социальная защита работников, защита работников после прекращения действия трудовых контрактов с ними; представительство и коллективная защита интересов работников и предпринимателей, включая их право на совместное принятие решений, условия найма и труда граждан третьих стран, легально проживающих на территории Сообщества, борьба с обездоленностью и модернизация систем социальной защиты.

Европейское сообщество также поощряет сотрудничество между государствами-членами и содействует координации их действий во всех областях социальной политики, и особенно в вопросах:

— занятости;

— трудового законодательства и условий труда;

— базового и последующего профессионального обучения;

— социального обеспечения;

— предотвращения профессионального травматизма и профессиональных заболеваний;

— гигиены на производстве;

— права на профессиональные объединения и коллективные переговоры между предпринимателями и трудящимися.

Социальную политику ЕС отличает широкий арсенал инструментов, посредством которых институты ЕС осуществляют «гармонизацию социальной сферы», содействуют расширению гарантий социальной защиты граждан Европейского Союза.

Финансовое обеспечение мероприятий Сообщества в социальной сфере возложено на бюджет, а также специальные структурные фонды Сообщества, среди которых ключевую роль играет Европейский социальный фонд.

125. Как закрепляется в праве Европейского Союза принцип равенства мужчин и женщин в профессиональной жизни?

Принцип равенства мужчин и женщин является одним из основных принципов деятельности Европейского сообщества. В соответствии с § 2 ст. 2 Договора 1957 г., учреждающего ЕС, вся деятельность Сообщества «направлена на устранение неравенства и содействие достижению равенства между мужчиной и женщиной». Рассматриваемый принцип является также одним из основных принципов правового статуса личности (ст. 23 Хартии Европейского Союза об основных правах 2000 г.). Положения об устранении неравенства между мужчиной и женщиной являются частным случаем проявления принципа недискриминации. Действуя на основании ст. 13 Договора о ЕС, Сообщество может предпринимать соответствующие меры для борьбы с дискриминацией по признаку пола.

В социальной сфере Договор позволяет ЕС поддерживать и дополнять действия государств-членов по обеспечению равенства мужчин и женщин в отношении возможностей на рынке труда и обращения с ними на работе (§ 1 ст. 137). Он также наделяет Сообщество полномочиями принимать меры, обеспечивающие применение принципа равных возможностей и равного отношения к мужчинам и женщинам в вопросах занятости и профессиональной деятельности, включая принцип равной оплаты за равный труд (§ 3 ст. 141).

Договором о ЕС установлен принцип равной оплаты для мужчин и женщин за равный или равноценный труд. Государства-члены обязаны обеспечивать его соблюдение в соответствии с п. 1 ст. 141. Договором также определены понятия «оплата» и «равная оплата без дискриминации по признаку пола». Под «оплатой» подразумеваются обычная или минимальная заработная плата или должностной оклад, а также любое другое вознаграждение в денежной или натуральной форме, которые работник прямо или опосредованно получает от работодателя в связи со своей работой.

«Равная оплата без дискриминации по признаку пола» означает:

1) сдельную оплату за работу одного и того же качества, рассчитанную в одинаковых единицах;

2) почасовую оплату за одинаковую работу, рассчитанную по единым расценкам.

Несмотря на то что принцип равной оплаты для мужчин и женщин за равный труд изначально был закреплен в учредительном договоре Сообщества, по окончании первой стадии формирования общего рынка (1 января 1962 г.) и позднее в странах ЕС этот принцип в значительной степени носил характер декларации, не имеющей надлежащего правового обеспечения. Государства рассматривали соответствующие правила в качестве программы действий, нормы, не имеющей прямого действия и, как следствие, не подлежащей судебной защите.

Положение удалось изменить только Суду в Решении по делу Defrenne v. Sabena. Суд распространил на ст. 119 Договора о недискриминации полов в оплате труда принцип прямого действия права ЕС. В последующем Суд в Решении по делу Barber v. Guardian Royal Exchange еще более расширил сферу применения принципа равной оплаты труда мужчин и женщин, применив его и к вопросам пенсионного обеспечения.

С середины 1970-х гг. принцип равноправия полов в области оплаты труда, а также в других сферах трудовых отношений и социального обеспечения получил развитие во вторичном праве.

Директива 75/117, принятая Советом в феврале 1975 г., обязала государства-члены устранить из национальных законодательных актов, коллективных договоров и соглашений все положения, прямо или косвенно сохраняющие дискриминацию мужчин и женщин в вопросах установления и выплаты заработной платы, иного вознаграждения за труд.

Годом позже, 9 февраля 1976 г., Совет утвердил Директиву 76/207, предусматривающую устранение всех форм прямой или косвенной дискриминации по признаку пола в трудовых отношениях, в частности в вопросах приема на работу, профессионального обучения, продвижения по службе. Этот документ был существенно модернизирован Директивой Европейского парламента и Совета 2002/73/ЕС от 23 сентября 2002 г.

Сообществом также были приняты меры по обеспечению прав и охраны здоровья работающих беременных женщин, женщин — матерей малолетних детей, в частности Директивой 92/85/ЕЭС от 19 октября 1992 г. о введении мероприятий по повышению безопасности труда и охраны здоровья беременных работниц, а также работниц, недавно перенесших роды и кормящих грудью. Запрещается увольнение по основаниям, связанным с беременностью, рождением ребенка или материнством, а также изменение по инициативе работодателя условий трудового контракта по тем же причинам. Устанавливается минимальный размер пособий и компенсаций данной категории работников (не менее пособия по временной нетрудоспособности); длительность отпуска по беременности и родам должна составлять минимум 14 недель.

В 1980-1990-е гг. Сообщество разработало и осуществляет ряд программ, определяющих направления деятельности ЕС в содействии равенству прав мужчин и женщин в трудовых отношениях. В 2006 г. рассмотренные выше положения директив в области равного обращения женщин и мужчин были кодифицированы в Директиве 2006/54/ЕС Европейского парламента и Совета от 5 июля 2006 г. об осуществлении принципа равных возможностей и равенства в обращении мужчин и женщин в вопросах трудоустройства и занятости.

126. Как регламентируются вопросы охраны труда в законодательстве ЕС?

Как следует из § 1 ст. 137 Договора о ЕС, важнейшим направлением социальной политики Европейского сообщества является обеспечение охраны труда. Планы конкретных мер в этой сфере устанавливаются в программах действий по охране безопасности и здоровья на производстве. На основании таких программ Сообщество в 1970-1980-е гг. приняло ряд директив, устанавливающих единые минимальные требования защиты работников на производстве и в отдельных его отраслях (атомная, металлургическая промышленность), в отраслях инфраструктуры (транспорт) от различных видов производственных рисков: уровня шума на предприятиях, кабинах транспортных средств, химических и биологических препаратов, используемых в производстве, строительстве, радиационной безопасности и др.

Особенно активно гармонизация стандартов безопасности на предприятиях ЕС стала проводиться с конца 1980-х гг., одновременно с шагами по окончательному введению в действие внутреннего рынка. В этот период были приняты директивы о персональных защитных средствах работника, знаках безопасности на рабочем месте, максимальной тяжести переносимых вручную грузов, эмиссии канцерогенных веществ и др.

Все действующие и намечаемые к принятию в будущем директивы Сообщества и соответственно законодательные акты государств-членов должны следовать трем правовым принципам охраны труда и здоровья работников, установленным в рамочной Директиве 89/391/ ЕЭС от 12 июня 1989 г., вводящей мероприятия, способствующие повышению безопасности и улучшению охраны здоровья трудящихся на производстве:

— обязанность работодателя гарантировать здоровье и безопасность в процессе осуществления трудовой деятельности, в частности путем надлежащего и своевременного информирования работников с помощью инструкций, специальных курсов правильного обращения с оборудованием предприятия;

— обязанность каждого работника способствовать охране собственного здоровья и безопасности, безопасности других работников путем соблюдения инструкций безопасности, правильного использования технических средств;

— отсутствие (или ограничение) ответственности работодателя за ущерб, причиненный здоровью работника ввиду непреодолимой силы (непредвиденных либо чрезвычайных обстоятельств).

Отдельная директива посвящена охране трудовых прав несовершеннолетних. В соответствии с Директивой 94/33/ЕЭС от 22 июня 1994 г. о защите молодежи на рабочем месте государства-члены обязаны ввести специальные правила, регулирующие продолжительность рабочего времени и времени отдыха, установить повышенные стандарты безопасности трудовой деятельности лиц моложе 18 лет.

127. Как осуществляется правовое регулирование трудовых отношений на предприятиях в ЕС?

Согласно ст. 140 Договора о ЕС Сообщество содействует координации социальной политики государств-членов в вопросах трудового законодательства и условий труда. Опираясь на полномочия, предоставленные Договором, ЕС может проводить гармонизацию трудового законодательства государств-членов, в том числе и в вопросах обеспечения трудовых прав работников.

Важнейшие гарантии трудовых прав устанавливает принятая 14 октября 1991 г. Советом Директива 91/533/ЕЭС об обязанности работодателя информировать работника об условиях, предусмотренных в трудовом договоре. Данная Директива вводит обязанность работодателя представлять работнику письменную декларацию, содержащую детальное описание условий трудового контракта. Декларация должна быть направлена не позднее двух месяцев с момента фактического начала выполнения работником своих трудовых обязанностей и, в частности, содержать сведения о продолжительности рабочего дня и оплачиваемого отпуска, размере заработной платы, месте работы, сроке трудового контракта, социальных гарантиях работнику на данном предприятии и др.

Охране занятости и обеспечению права на труд служат принятые ЕС правовые акты, регулирующие положение работников при банкротстве предприятия, сокращении штатов предприятий, смене собственника компании. Так, Директива 98/59/ЕС от 20 июля 1998 г. о коллективных сокращениях устанавливает обязанность предпринимателя в случае планируемого масштабного сокращения проводить консультации с представителями трудовых коллективов, уведомлять о предполагаемых мерах по сокращению штатов компетентные национальные органы с целью снижения возможных социальных последствий подобных действий.

Интерес представляет также принятая Советом 20 октября 1980 г. Директива 80/987/ЕЭС о защите работников в случае банкротства работодателя, измененная Директивой Европейского парламента и Совета 2002/74/ЕС от 23 сентября 2002 г. В случае банкротства, а также когда работодатель ввиду отсутствия средств не выполняет свои обязанности по выплате заработной платы работникам, последняя должна выплачиваться из специальных гарантированных фондов, которые формируются независимо от операционного капитала предприятия и не подлежат распределению между остальными кредиторами в процессе признания компании банкротом.

Среди законодательных актов, принятых в этой области в последнее время, особое внимание необходимо уделить Директиве 2001/23/ ЕС от 12 марта 2001 г. о сближении законодательства государств-членов в отношении охраны прав работников в случае изменения владельца предприятия и части предприятия. Указанная Директива заменила посвященную тем же вопросам Директиву 77/187/ЕЭС от 14 февраля 1977 г., а также кодифицировала в своем тексте все существовавшие нормы права Сообщества по вопросам трудовых переводов. Действие новой Директивы распространяется на все случаи переводов работников. Директива 2001/23/ЕС установила обязанность работодателя информировать представителей работников на предприятии о планируемых переводах.

Существенное внимание при проведении социальной политики Сообщество уделяет такому институту трудового законодательства, как рабочее время и время отдыха.

Так, утвержденная 4 ноября 2003 г. Директива 2003/88/ЕС относительно некоторых аспектов организации рабочего времени, вводящая минимальные требования к продолжительности рабочего времени на всей территории Европейского Союза, определяет, что длительность рабочей недели не должна превышать 48 часов, ежедневный отдых — не менее 11 часов, продолжительность отпуска — не меньше четырех недель и др. Таким образом, хотя в государствах-членах большинство работников пользуются более высокими социальными гарантиями в этой области, обсуждаемые в правительственных и предпринимательских кругах в последние годы и реализуемые проекты их значительного сокращения вступают в противоречие с правом Европейского сообщества и потому будут признаны незаконными.

Договор о ЕС в ст. 142 установил обязанность государств-членов заботиться о сохранении существующей эквивалентности схем предоставления оплачиваемых отпусков. Эта важнейшая гарантия обеспечения права на отдых, совместимости семейной и профессиональной жизни подкрепляется во вторичном праве положениями Директивы 96/34/ЕС от 3 июля 1996 г. о рамочном соглашении относительно отпусков по уходу за ребенком, заключенном Индустриальным союзом ЕС (UNICE), Европейским центром публичных предприятий (CEEP) и Европейской конфедерацией профсоюзов (ETUC). Это рамочное соглашение было заключено между упомянутыми организациями европейского уровня в 1995 г. с целью установить минимальные требования предоставления отпусков по уходу за ребенком и приводится в качестве приложения к Директиве 96/34/ ЕС. Положения рамочного соглашения распространяются на всех работников, как мужчин, так и женщин, работающих по трудовому договору и имеющих ребенка до восьми лет независимо от того, был ли он рожден ими или усыновлен. Отпуск по уходу за ребенком должен предоставляться не менее чем на три месяца. В период нахождения в отпуске по уходу за ребенком работник не может быть уволен, а после его окончания имеет право на получение той же или эквивалентной работы. Подробные условия предоставления отпусков по уходу за ребенком должны определяться коллективным соглашением.

128. Какие меры принимаются в Европейском Союзе для развития производственной демократии?

С целью укрепления социальной солидарности, повышения заинтересованности работников в делах предприятия большинство западноевропейских стран в последние десятилетия приняли законодательные акты, предусматривающие создание рабочих советов, иные формы участия трудящихся в управлении предприятием и доходах от его деятельности. Координация усилий и гармонизация законодательства государств-членов Европейского Союза в этой области осуществляется Сообществом, которое в соответствии с § 1 ст. 137 учредительного договора обязано «поддерживать и дополнять деятельность» стран ЕС в отношении «информации и консультации работников».

В принятой Советом в 1992 г. рекомендации государствам-членам предлагается принять дополнительные меры обеспечения прав работников на участие в управлении и прибылях компаний, в частности разработать и ввести в действие эффективные правовые формы распределения доходов предприятий, предоставлять налоговые и иные льготы для схем «рабочего участия».

Непосредственно правовым регулированием со стороны Сообщества охватывается «информация и консультация работников» в компаниях европейского масштаба, которой посвящена принятая 22 сентября 1994 г. Советом Директива 94/45/ЕС, учреждающая Европейский рабочий совет.

Обеспечению прав работников на информирование и консультации на предприятиях непосредственно посвящена Директива Европейского парламента и Совета 2002/14/ЕС от 11 марта 2002 г., учреждающая общие рамки для информирования и консультаций работников в Европейском сообществе.

Рассмотренный выше вопрос является составной частью проблемы организации социального партнерства — консультаций и переговоров о заключении коллективных договоров и соглашений, иных договоренностей между представителями работников (обычно профессиональными союзами), работодателями, а также уполномоченными государства. В рамках Европейского сообщества возникает необходимость в организации нового уровня социального партнерства: трехсторонних консультаций между Сообществом и европейскими объединениями профессиональных союзов и предпринимателей, представляющих интересы работников и работодателей. От имени Сообщества эта задача возлагается на Комиссию, которая в соответствии с Договором о ЕС обязана предпринимать усилия для «развития диалога между работодателями и работниками на европейском уровне и предпринимать все необходимые меры для облегчения их диалога, оказывая сбалансированную поддержку обеим сторонам», выступать посредником в заключении коллективных соглашений (ст. 138, 139).

Важным этапом в развитии такого диалога на европейском уровне при посредничестве ЕС стала состоявшаяся в 1985 г. в Брюсселе встреча руководства Комиссии (Председателя и ряда членов этого института), с одной стороны, и высокопоставленных представителей ETUC, UNICE и CEEP — с другой. Основные результаты проделанной Сообществом работы в области социального партнерства — принятое в 1991 г. совместное решение представителей Комиссии ЕС, европейских ассоциаций профессиональных и предпринимательских союзов о необходимости заключения коллективного соглашения по социально-трудовым вопросам. В 1992 г. социальные партнеры подписали также совместную декларацию, в которой выразили удовлетворение новыми формами влияния на политику в социальной сфере на уровне Сообщества, включая новое законодательство ЕС.

В соответствии с последними тенденциями в социальной политике ЕС проблемы занятости также были вынесены на европейский уровень социального партнерства путем учреждения Трехстороннего социального саммита по росту и занятости на основе Решения Совета 2003/174/ЕС от 6 марта 2003 г.

Специальные положения о развитии производственной демократии были предусмотрены также для наднациональных юридических лиц, учреждаемых непосредственно на основании законодательства ЕС — европейского акционерного общества и европейского кооператива (см. вопросы № 117–118).

Раздел XVII

ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ ПРАВО ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

129. Какова компетенция Европейского Союза в области окружающей среды?

Мероприятия в области окружающей среды осуществляются Европейским сообществом. Содействие высокому уровню защиты и улучшение качества окружающей среды сегодня являются одной из ключевых целей, стоящих перед Сообществом согласно ст. 2 Договора о ЕС. Для ее выполнения в соответствии со ст. 3, наряду с другими направлениями деятельности, ЕС осуществляет деятельность по защите окружающей среды. Статья 6 Договора о ЕС идет еще дальше, закрепляя принцип экологической ориентированности деятельности ЕС: «Потребности окружающей среды должны быть интегрированы в определение и осуществление политики и деятельности Сообщества, указанных в статье 3, особенно в целях содействия устойчивому развитию». Отсылочный характер нормы ст. 6 подчеркивает приоритетное значение решения экологических задач Сообществом. Этому должна служить вся деятельность организации. Статья 6 устанавливает экологические пределы достижения экономических, социальных и политических целей ЕС. Любая «общая политика» Европейского сообщества, любое направление интеграции должны исходить из учета потребностей окружающей среды.

Непосредственно определению компетенции в области окружающей среды в Договоре о ЕС посвящены ст. 174–176 раздела XIX «Окружающая среда», а также ст. 95.

Основные положения об экологической политике Сообщества содержатся в ст. 174 Договора о ЕС, в соответствии с которой политика Сообщества в отношении окружающей среды имеет собственные цели:

— сохранение, защиту и улучшение состояния окружающей среды;

— защиту здоровья людей;

— достижение разумного и рационального использования природных ресурсов;

— содействие на международном уровне мерам, относящимся к региональным и общемировым проблемам окружающей среды.

Параграф 2 ст. 174 указывает, что политика Сообщества в отношении окружающей среды нацелена на «достижение высокого уровня защиты», и, таким образом, увязывает реализацию положений раздела XIX с достижением экологических целей, перечисленных в ст. 2 Договора о ЕС. Здесь же устанавливается важное положение о дифференцированном характере деятельности ЕС по окружающей среде. Экологическая политика проводится Сообществом с учетом специфики проблем окружающей среды в каждом регионе Сообщества.

Статья 174 перечисляет принципы экологической деятельности ЕС — принцип превентивных действий, принцип предосторожности, принцип возмещения ущерба окружающей среде, принцип ответственности загрязнителя («загрязнитель платит»). В решении по делу Safety High-Tech Суд указал на то, что цели и принципы экологической политики ЕС, изложенные в ст. 174 Договора о ЕС, имеют нормативное значение. В соответствии с ними должно проводиться толкование нормативных актов Сообщества о защите окружающей среды.

Параграф 3 ст. 174 закрепляет критерии, учитываемые при разработке программ действий Сообщества в области окружающей среды.

В § 4 ст. 174 говорится и о внешних связях Сообщества в области экологии: «В рамках своей компетенции Сообщество и государства-члены сотрудничают с третьими странами и международными организациями». Договором Сообществу предоставляется возможность присоединяться к международным соглашениям по охране окружающей среды, а также наряду с государствами-членами участвовать в экологической деятельности международных организаций.

«Уполномочивающей» статьей для действий по реализации политики ЕС в отношении окружающей среды является ст. 175. Порядку принятия Сообществом экологических решений посвящены § 1–3. Положения о финансировании экологических мероприятий содержатся в § 4, 5 ст. 175 Договора о ЕС.

Положения раздела XIX о компетенции ЕС в области окружающей среды дополняются нормами ст. 95 Договора о ЕС, которые предоставляют возможность Сообществу проводить мероприятия по сближению экологического законодательства государств-членов. Компетенция, предоставляемая ЕС согласно ст. 95, по своему характеру отличается от полномочий, предоставляемых Сообществу ст. 174 и 175.

С другой стороны, и ст. 95, и ст. 174 соответственно содержат положения о том, что экологическая политика ЕС и деятельность Сообщества по сближению экологического законодательства государств-членов должны осуществляться в соответствии с экологическими целями деятельности ЕС. Такую ситуацию можно обозначить как дуализм компетенции Европейского сообщества в области охраны окружающей среды.

Договор о ЕС в ряде своих положений наряду с полномочиями Сообщества определяет компетенцию государств-членов в области окружающей среды. Параграф 4 ст. 175 устанавливает, что «государства-члены финансируют и осуществляют политику в области окружающей среды» без ущерба для совместных мероприятий. Согласно абзацу второму § 4 ст. 174 государства-члены могут независимо от деятельности ЕС на международной арене вести международные переговоры и заключать международные соглашения в области окружающей среды.

Статья 176 Договора о ЕС позволяет государствам-членам вводить более строгие природоохранные меры, нежели предусмотренные правом Сообщества, либо сохранять таковые, если они существовали до вступления государства в Европейский Союз (как, например, это имеет место в Австрии). Статья 176 ставит два условия, при которых подобные меры возможны, — совместимость их с положениями Договора и информированность о них Комиссии. Судебной практикой было выработано еще одно условие — данные меры не должны носить дискриминационный характер. Это положение отразилось в решении Суда по делу Danish Beer Cans (1987 г.).

То же касается других полномочий государств-членов в области окружающей среды. В соответствии с абзацем вторым § 2 ст. 174 государства-члены могут вводить меры по неэкономическим причинам экологического характера, идущие вразрез с мероприятиями Сообщества в сфере гармонизации, при условиях, что возможность введения данных мер должна быть предусмотрена законодательством Сообщества, а сами меры государств-членов должны носить временный характер и подлежать инспекции Сообщества.

Параграф 4 ст. 95 Договора о ЕС позволяет государствам-членам после принятия Сообществом мер по гармонизации сохранять положения национального права в силе исходя из потребностей окружающей среды при условии уведомления об этом Комиссии. Параграф 5 ст. 95 идет еще дальше, говоря о том, что государство-член может вводить подобные положения и после проведения мер по сближению законодательства, но такие положения должны быть обоснованы новыми научными данными и специфическими проблемами конкретного государства-члена. Об этом также должна быть уведомлена Комиссия. И в первом и во втором случае Комиссия может не согласиться с мотивировкой и/или характером сохраняемых или вводимых мер и обратиться в Суд с иском к государству-члену.

Экологическое значение имеет также положение ст. 30 Договора, позволяющее государствам-членам вводить ограничения на импорт, экспорт, транзит в товарообороте по мотивам защиты здоровья животных и растений. Это было констатировано Судом в его решении по делу Danish bee (1998 г.).

Лиссабонский договор 2007 г. о реформе Европейского Союза (см. вопрос № 17) расширяет полномочия ЕС в области экологической политики. В частности, к ведению Европейского Союза дополнительно отнесено принятие мер, направленных на борьбу с изменениями климата.

130. Что представляет собой Шестая программа действий Европейского сообщества в области окружающей среды?

Опираясь на положения конституирующих документов, практическая деятельность ЕС в области экологии строится на основе специальной среднесрочной программы действий в отношении окружающей среды. Программа действий Сообщества в области окружающей среды — это политико-правовой документ, определяющий приоритетные мероприятия организации на ближайшую перспективу и устанавливающий конкретные цели и задачи, достигнуть и выполнить которые Сообществу под силу исходя из современной ситуации.

За все время проведения Сообществом экологической политики было принято шесть таких программ. Первая из них появилась в 1973 г. Последующие экологические программы действий принимались соответственно в 1977 г. (Вторая программа), в 1983 г. (Третья программа) и в 1987 г. (Четвертая программа).

Фундаментальной по содержанию явилась Пятая программа действий Сообщества в области окружающей среды, принятая в 1993 г. и получившая название «В направлении устойчивости». Пятая программа действий по окружающей среде взяла на вооружение ЕС концепцию устойчивого развития, ставшую официальной стратегией ООН по выходу человечества из экологического кризиса после проведения Конференции ООН по окружающей среде и развитию 1992 г. в Рио-де-Жанейро (РИО-92).

Современная Шестая программа действий Сообщества в области окружающей среды была утверждена решением Европейского парламента и Совета № 1600/2002/ЕС от 22 июля 2002 г.

Утверждение новой программы определено было провести на основе решения Европейского парламента и Совета, а не на основе резолюции Совета и представителей государств-членов, как это имело место при утверждении предыдущих экологических программ ЕС.

В целом принятие новой экологической программы ЕС заняло около полутора лет.

Как и планировалось, Шестая программа учреждена сроком на 10 лет, что отличает ее от предыдущих программ, которые охватывали меньший период времени. Первоначально планировалось ввести новую программу до 2010 г., однако из-за задержки принятия в окончательном тексте было определено, что программа действует в течение 10 лет начиная с 22 июля 2002 г., т. е. до 21 июля 2012 г.

Новая программа экологических действий в целом направлена на обеспечение трех условий проведения экологических мероприятий Сообщества:

1) интеграции потребностей окружающей среды в различные направления деятельности ЕС и имплементации принципа экологической обусловленности деятельности Сообщества, изложенного в ст. 6 Договора об учреждении ЕС;

2) продолжения мероприятий, направленных на обеспечение устойчивого развития;

3) проведения экологических мероприятий с расчетом на текущее и будущее расширение Европейского Союза, т. е. вступление в него новых государств.

Программа концентрирует внимание на четырех приоритетных сферах действий Сообщества на ближайшие годы, к которым относятся:

— изменение климата;

— природа и биологическое разнообразие;

— окружающая среда, здоровье и качество жизни;

— природные ресурсы и отходы.

Шестая программа определяет как общие цели, задачи, принципы и стратегические подходы экологической деятельности ЕС на ближайшие 10 лет, так и конкретные цели, задачи и ключевые мероприятия в упомянутых выше сферах. Программа также определяет основные задачи организации в сфере международного сотрудничества по проблемам экологии и устанавливает критерии формулирования экологической политики на основе обработки соответствующей информации и получения новых данных.

Программа учреждает специальные политико-правовые инструменты, на основе которых будут проводиться те или иные мероприятия в четырех приоритетных сферах, — тематические стратегии. Такие тематические стратегии должны содержать описание предложений по решению тех задач Программы, ради которых они учреждены, и меры по их реализации.

Шестая программа намечает серьезную законотворческую работу, которую предстоит провести Сообществу и ее государствам-членам в области окружающей среды.

В этой связи при определении Программой стратегических подходов к решению экологических задач делается специальный акцент на необходимости обновления соответствующего законодательства Сообщества, а также имплементации и обеспечения принудительной силой экологического законодательства ЕС. Последнее предусматривает:

— совершенствование мер по повышению уважения экологических правил Сообщества и пресечение нарушений экологического законодательства;

— содействие совершенствованию процедур правопринуждения, инспекции, мониторинга экологического законодательства в государствах-членах;

— систематический обзор применения экологического законодательства в государствах-членах;

— обмен информацией о наилучшей практике по имплементации законодательства ЕС.

Среди этих же подходов Программа особо выделяет необходимость становления законодательства ЕС об экологической ответственности и скорейшей ратификации Сообществом и государствами-членами Орхусской конвенции 1998 г.

К важнейшим законодательным мероприятиям, предусмотренным Шестой программой экологических действий ЕС, в четырех приоритетных сферах можно отнести следующие.

В сфере изменения климата меры, заложенные в Шестой программе, направлены на реализацию Киотского протокола к Рамочной конвенции ООН об изменении климата 1992 г.

В сфере природы и биологического разнообразия Шестая программа предполагает дальнейшую реализацию положений Конвенции о биологическом разнообразии 1992 г. и, в частности, Картахенского протокола о биологической безопасности к ней. Также предусматривается имплементация морских конвенций о защите морской среды от загрязнения и расширение применения Хабитат-директивы и Директивы о защите птиц, в том числе и путем введения их положений в государствах-кандидатах.

В сфере окружающей среды, здоровья и качества жизни Программа предусматривает необходимость:

— учета во всех сферах законодательства Сообщества результатов оценки вредности химикатов;

— анализа эффективности применения законодательства, определяющего правовые рамки использования пестицидов;

— ратификации международных конвенций об устойчивых органических загрязнителях, опасных химикатах и пестицидах и изменения в связи с этим Регламента Совета по экспорту и импорту некоторых опасных химикатов;

— совершенствования применения положений Рамочной водной директивы и Директивы о качестве воды для купания;

— совершенствования законодательства по шумовому загрязнению.

В сфере природных ресурсов и отходов Шестая программа специально подчеркивает необходимость пересмотра законодательства об отходах, которое уже давно нуждается в кодификации, включая законодательство о сточных нечистотах, биодеградировавших отходах, об упаковке, батарейках и перевозке отходов, а также дополнения Рамочной директивы об отходах 1975 г.

Шестая программа действий Сообщества в области окружающей среды является центральным документом в области экологии на европейском континенте на ближайшее десятилетие. Учитывая масштабы предусматриваемых мероприятий и характер деятельности ЕС, в соответствии с Программой будут координироваться мероприятия в сфере охраны окружающей среды не только государств-членов ЕС, но и государств-кандидатов, а также других стран Европы и европейских международных экологических организаций. Нет сомнений, что данный документ имеет большое значение и для России как участника европейских процессов в природоохранной сфере.

131. Каковы основные инструменты охраны окружающей среды в ЕС?

Важнейшей составляющей механизма охраны окружающей среды является экологическая стандартизация (экологическое нормирование). Введение общих для государств-членов экологических стандартов — самый старый и наиболее разработанный инструмент защиты окружающей среды в рамках ЕС. С начала 1970-х гг. Сообществом принято колоссальное количество различных стандартов в рассматриваемой области, экологической стандартизации посвящены более сотни актов вторичного права.

Рекомендацией Совета от 3 марта 1975 г. относительно распределения стоимости и действий публичных властей в экологических делах дается официальная правовая классификация экологических стандартов Европейского сообщества. В документе устанавливается, что Сообществом принимаются следующие виды экологических стандартов:

— стандарты качества окружающей среды, ее компонентов (вода, воздух, почва, флора и фауна);

— экологические стандарты продукции;

— экологические стандарты производственных процессов.

В последние годы Комиссией были предприняты попытки кодификации норм в области охраны окружающей среды. Результатом этих действий стало принятие 24 сентября 1996 г. Директивы 96/61/ ЕС, интегрирующей положения о предупреждении загрязнения и контроле над ним, которая действует сегодня с изменениями, внесенными Директивой Европейского парламента и Совета 2003/35/ЕС от 26 мая 2003 г. Частичная кодификация норм в области охраны вод была проведена Директивой 2000/60/ЕС, учредившей рамки деятельности Сообщества в области водной политики от 23 октября 2000 г.

Шестая программа действий Сообщества в области окружающей среды указывает на необходимость кодификации в ближайшем будущем законодательства Сообщества об отходах.

Следующим важнейшим инструментом охраны окружающей среды в ЕС является оценка воздействия на окружающую среду. Правовое регулирование проведения оценки воздействия на окружающую среду осуществляется на основе Директивы 85/337/ЕЭС по оценке некоторых государственных и частных проектов на окружающую среду от 27 июня 1985 г., измененной Директивами в 1997 и 2003 гг.

Существенное значение для проведения такой оценки в государствах-членах имеют также положения Конвенции об оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте, принятой в 1991 г. в Эспо (Финляндия) под эгидой Европейской экономической комиссии ООН (ЕЭК ООН). Европейское сообщество принимало активное участие в разработке и является участником данной Конвенции.

Директива 85/337/ЕЭС оказала огромное влияние как на международно-правовое сотрудничество в области окружающей среды, так и на экологическое законодательство различных стран, которые не являются членами Европейского сообщества. В основу Директивы был положен принцип превентивных действий, смысл которого состоит в том, что меры по защите окружающей среды должны проводиться заблаговременно, до появления непосредственно неблагоприятного источника. Любой, государственный или частный, экономический проект, который может повлиять на окружающую среду, будь то строительство автострады или ввод в действие нового металлургического цеха, должен пройти соответствующую экологическую оценку согласно ст. 1 Директивы.

Директивой определены критерии такой оценки (ст. 3), а также приводятся типы проектов, оценка которых обязательна (Приложение 1), и типы проектов, для которых государства-члены могут определить обязательность оценки (Приложение 2). Проведение оценки представляет собой сложную процедуру, в которой участвуют компетентные органы государств-членов, осуществляющее проект лицо и заинтересованная общественность. Серьезное внимание уделяется в документе распространению экологически значимой информации и учету общественного мнения.

Существенную роль в обеспечении охраны окружающей среды играет информационный инструмент экологической политики ЕС — Европейское агентство по окружающей среде (ЕАОС), осуществляющее сбор, обработку и анализ информации о состоянии окружающей среды на континенте. Правовую базу для деятельности Агентства составляет Регламент № 1210/90 от 7 мая 1990 г. об учреждении Европейского агентства по окружающей среде и Европейской сети информации и наблюдения за окружающей средой, измененный Регламентом № 933/1999 от 29 апреля 1999 г.

Европейское агентство по окружающей среде является учреждением Европейского сообщества, Регламент № 1210/90 выступает в качестве его устава. Де-факто Агентство начало функционировать только с декабря 1993 г. Его штаб-квартира была определена в Копенгагене. ЕАОС выполняет следующие функции:

— обеспечение ЕС и государств-членов объективной экологической информацией; регистрацию, сопоставление и оценку информации о состоянии окружающей среды; участие в информационном обмене и обеспечение сравнимости получаемой экологической информации на европейском уровне; обеспечение широкого распространения достоверной информации о состоянии окружающей среды и о результатах исследований в области экологии;

— координацию Европейской сети информации и наблюдения за окружающей средой, содействие в инкорпорации ее в международные системы мониторинга, содействие государствам-членам в становлении систем мониторинга окружающей среды и консультирования государств-членов по данным вопросам;

— совершенствование методов оценки стоимости ущерба, превентивных и восстановительных мероприятий;

— участие в международном сотрудничестве.

Статья 19 Регламента № 1210/90 указывает, что в работе Европейского агентства по окружающей среде могут участвовать не только государства-члены, но и другие государства, разделяющие подход Сообщества и государств-членов к задачам Агентства. Это в полной мере относится и к Российской Федерации, тем более что подобное участие упоминается как возможное средство экологического сотрудничества между ЕС и РФ в ст. 69 Соглашения о партнерстве и сотрудничестве, заключенном в 1994 г. между Россией, с одной стороны, и Европейскими сообществами и их государствами-членами — с другой.

Регламент № 1210/90 по существу ввел два инструмента экологической политики Сообщества: информационный инструмент экологической политики ЕС — Европейское агентство по окружающей среде и общую для Сообщества систему мониторинга окружающей среды — Европейскую сеть информации и наблюдения за окружающей средой. Сеть, согласно ст. 4 Регламента, включает в себя важнейшие элементы национальных информационных сетей государств-членов, национальные опорные пункты по сбору информации, тематические центры обработки информации в государствах-членах. Возглавляет и координирует Сеть, учрежденную Регламентом № 1210/90, Европейское агентство по окружающей среде.

В Европейском сообществе действует своеобразная система экологической сертификации продукции — система «эко-лейбл». Система присуждения эко-лейбла не носит обязательного характера, ее целями являются:

— распространение дизайна, производства, маркетинга и использования продукции, имеющей минимальное воздействие на окружающую среду;

— улучшение обеспечения потребителей информацией о продукции, оказывающей воздействие на окружающую среду.

Для получения эко-лейбла — своего рода сертификата качества продукция должна соответствовать строгим экологическим критериям согласно ст. 5 Регламента № 880/92. Сообществом разработаны соответствующие критерии для ряда категорий товаров: туалетной бумаги, удобрений, стиральных и посудомоечных машин и др. В присуждении эко-лейбла участвуют комиссия, специально созданный для этих целей комитет и форум, состоящий из представителей заинтересованных сфер (промышленность, коммерция, организации потребителей, экологические организации). Эко-лейбл не присуждается продуктам питания, напиткам и лекарственным препаратам.

В Европейском сообществе введена и функционирует общая система экологического менеджмента и экологического аудита. Сегодня она базируется на положениях Регламента № 761/2001 от 19 марта 2001 г. о добровольном участии организаций в системе эко-менеджмента и эко-аудита Сообщества.

Согласно ст. 2 Регламента № 761/2001 эко-менеджмент — это часть общей системы менеджмента организации, включающая структуру, распределение ответственности, процедуры, процессы, источники разработки и реализации политики организации в отношении окружающей среды. Эко-аудит в соответствии с положениями Регламента № 761/2001 — это инструмент управления, включающий в себя систематическую, документированную, периодическую и объективную оценку системы управления и мер, направленных на защиту окружающей среды, и позволяющий:

— упростить контроль за теми видами деятельности, которые могут оказывать воздействие на окружающую среду;

— оценивать соответствие их политике организации в отношении окружающей среды.

Следовательно, по смыслу Регламента эко-аудит является механизмом оценки деятельности организации в отношении окружающей среды, проводящейся в рамках эко-менеджмента данного предприятия, корпорации, компании, фирмы и т. д. Основной задачей эко-аудита является оценка на месте систем менеджмента, их соответствия политике и программам организации, которые должны соблюдать требования соответствующих постановлений, касающихся окружающей среды.

Регламент № 761/2001 принят в помощь предприятиям и организациям, преследует цели совершенствования управления компаниями, создает единообразные стандарты проведения экологической политики для предприятий, действующих на территории Европейского Союза. Одновременно Регламент № 761/2001 способствует усилению контроля за соблюдением компаниями экологических требований со стороны государств-членов и ЕС. На сегодняшний день в данной системе принимает участие более 1500 крупных и средних предприятий.

132. Как осуществляется защита экологических прав в законодательстве Европейского Союза?

Реализация экологических целей Европейского сообщества является важнейшей гарантией социальных прав личности, как это следует из ст. 37 Хартии Европейского Союза об основных правах 2000 г. При этом право Европейского Союза не содержит основных экологических прав личности — права на благоприятную окружающую среду, права на информацию об окружающей среде, права на возмещение вреда, причиненного экологическим правонарушением, права на участие в принятии экологически значимых решений, права на доступ к правосудию по делам экологического характера. Данные права провозглашает законодательство государств-членов. Однако в экологическом законодательстве ЕС в настоящее время формируется механизм гарантий экологических прав, созданы правовые инструменты, позволяющие обеспечить их реализацию. Это свидетельствует о косвенном признании Европейским Союзом экологических прав личности.

Существенную роль для становления механизма гарантий экологических прав в Сообществе играет Орхусская конвенция о доступе к информации, участии общественности в принятии решений и доступе к правосудию по делам экологического характера 1998 г., принятая под эгидой ЕЭК ООН. Европейское сообщество, государства-члены, другие европейские страны (в том числе и Россия) принимали активное участие в разработке данной Конвенции.

Положения Орхусской конвенции 1998 г. имплементированы в правопорядок Союза двумя документами:

— Директивой Европейского парламента и Совета 2003/4/ЕС от 28 января 2003 г. о доступе общественности к информации об окружающей среде и отмене Директивы 90/313/ЕЭС;

— Директивой Европейского парламента и Совета 2003/35/ЕС от 26 мая 2003 г., обеспечивающей участие общественности в разработке некоторых планов и программ, касающихся окружающей среды, и вносящей изменения относительно участия общественности и доступа к правосудию в Директивы Совета 85/337/ЕЭС и 96/61/ЕС.

Директива 2003/4/ЕС призвана полностью заменить к 14 февраля 2005 г. один из самых громких и известных актов Сообщества в области окружающей среды — Директиву 90/313/ЕЭС от 7 июля 1990 г. о свободе доступа к информации об окружающей среде, которая впервые на европейском уровне гарантировала право граждан на информацию об окружающей среде.

Оба документа были приняты с целью обеспечить свободу доступа и распространения экологической информации, имеющейся в распоряжении органов власти, а также определить пределы доступности такой информации.

Статья 3 Директивы 2003/4/ЕС устанавливает, что государства-члены должны делать доступной информацию о состоянии окружающей среды для любого частного лица. При этом ст. 4 дает перечень оснований, по которым экологическая информация может быть закрыта государством для доступа общественности (информация, затрагивающая международную и государственную безопасность, составляющая коммерческую или личную тайну, и т. п.).

В соответствии со ст. 6 Директивы 2003/4/ЕС лицо, которому было, по его мнению, необоснованно отказано в получении экологической информации, должно быть обеспечено возможностью доступа к судебным средствам защиты своих прав.

Доступ к экологической информации является бесплатным. Однако новая Директива допускает возможность предоставления дополнительной информации властными органами лицу за определенную плату. Эта плата не должна превышать разумных пределов (ст. 5).

В отличие от Директивы 2003/4/ЕС Директива 2003/35/ЕС не отменяет, а дополняет уже существующее законодательство Сообщества о доступе общественности к принятию экологических решений и правосудию по экологическим делам. Эти положения содержатся в Директиве 85/337/ЕЭС и Директиве 96/61/ЕС.

Директива 85/337/ЕЭС по оценке воздействия некоторых государственных и частных проектов на окружающую среду от 27 июня 1985 г., измененная Директивой 97/11/ЕС от 3 марта 1997 г., в ст. 6 обязывает государства-члены обеспечить общественности возможность выражать свое мнение при проведении оценки воздействия на окружающую среду тех или иных проектов, непосредственно участвовать в консультациях при принятии решений экологического характера. Указываются также формы обеспечения такого участия. Согласно ст. 9 Директивы 85/337/ЕЭС компетентные органы, проводящие оценку воздействия, должны также подробно проинформировать общественность о принятом решении.

Директива 2003/35/Ес дополнила Директиву 85/337/ЕЭС определениями понятий «общественность» и «заинтересованная общественность», установила дополнительные гарантии информирования общественности о проводимых в рамках Директивы мероприятиях и доступа ее к участию в проведении оценки.

Схожие изменения были внесены Директивой 2003/35/ЕС и в ст. 15 Директивы 96/61/ЕС от 24 сентября 1996 г., интегрирующей положения о предупреждении загрязнения и контролю над ним. Данная статья обязывает государства-члены обеспечивать участие общественности в принятии экологически значимых решений. Директива 96/61/ЕС была дополнена также ст. 15а, которая предусматривает возможность доступа общественности к правосудию по соответствующим делам.

В последние годы Европейским сообществом предприняты дополнительные меры по охране окружающей среды от негативных воздействий, влекущих причинение ущерба гражданам и обществу в целом. С этой целью издана Директива 2004/35/ЕС Европейского парламента и Совета от 21 апреля 2004 г. об экологической ответственности в том, что касается предотвращения и возмещения ущерба окружающей среде.

Уголовно-правовые санкции за нарушение предписаний экологического законодательства ЕС закреплены в Директиве 2008/99/ЕС Европейского парламента и Совета от 19 ноября 2008 г. об уголовноправовой охране окружающей среды.

Раздел XVIII

ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

133. В чем сущность правового регулирования энергетической политики Европейского Союза?

Энергетика представляет собой важнейшую промышленную инфраструктуру, без которой сегодня немыслимо устойчивое социальноэкономическое развитие Европейского региона. Топливно-энергетический комплекс всегда был самым уязвимым звеном экономики стран Западной Европы, поэтому частичная интеграция в этой области осуществлялась изначально с появлением Сообществ в рамках ЕОУС и Евратома. Энергетический кризис начала 1970-х, вызванный нехваткой энергоресурсов, еще раз подтвердил необходимость совместных скоординированных усилий государств — членов Сообщества в данной сфере. Однако к серьезным практическим мероприятиям по интеграции в области энергетики государства-члены пришли только с созданием внутреннего рынка.

В мае 1988 г. Комиссия в своем Рабочем документе, озаглавленном как «Внутренний энергетический рынок», определила создание внутреннего энергетического рынка в качестве важнейшей цели расширения общего рынка и представила план поэтапной либерализации энергетического сектора экономики государств-членов. Данный план, предусматривавший координацию цен на энергоносители на уровне Сообщества и введение общих для государств-членов правил транзита электричества и газа через их территорию, был в целом осуществлен в начале 1990-х гг.

Кроме мероприятий по формированию внутреннего энергетического рынка, в 1990-е гг. Сообществом были проведены также меры, направленные на стимулирование инвестиций в энергетический сектор, обеспечение надежности поставок энергоресурсов, поддержки энергоэффективности и режима экономии энергии, развитие и расширение потребления энергии из альтернативных источников, сохранение окружающей среды в процессах производства энергии и энергопотребления.

Основу деятельности Европейского сообщества в сфере энергетики закладывает сегодня п. «и» § 1 ст. 3 Договора о ЕС 1957 г., называющий среди прочих направлений деятельности Сообщества «мероприятия в области энергетики». Однако энергетическая политика ЕС не находит сегодня отражения среди политик Сообщества, приведенных в части III учредительного договора. Компетенция ЕС в этой сфере реализуется преимущественно через ст. 95 Договора о ЕС, предусматривающую проведение мер по сближению законодательства государств-членов в целях обеспечения функционирования внутреннего рынка.

Определенное значение для энергетической политики ЕС приобретают в последнее время положения ст. 154–156 раздела XV «Трансъевропейские сети» Договора 1957 г., которые в достаточно общих формулировках говорят о поддержке Сообществом проектов развития трансъевропейских энергетических инфраструктур. Мероприятия Сообщества в области энергетики непосредственно соприкасаются также со «свободами» движения товаров и услуг, экологической политикой ЕС, а поскольку энергетика является сферой естественных монополий, то еще и с конкурентной политикой ЕС. Энергетика относится к совместным предметам ведения Европейского сообщества и государств-членов.

Ключевую роль для развития собственной энергетической политики ЕС играют такие международные документы, как Европейская энергетическая хартия 1991 г. и Лиссабонский договор к Энергетической хартии 1994 г.

Важно также помнить о том, что правовые основы интеграции в области атомной энергетики осуществляются на основе положений Договора 1957 г., учреждающего Евратом.

Анализ энергетического законодательства Европейского Союза позволяет выделить несколько основных принципов осуществления энергетической политики ЕС:

— принцип недискриминации, который вытекает из общего принципа недискриминации и для энергетической сферы означает, в первую очередь, недискриминацию на энергетическом рынке, запрет на включение дискриминационных условий в договоры об энергоснабжении, возможности «доступа третьей стороны»;

— принцип транспарентности, характеризующий прозрачность ситуации на внутреннем энергетическом рынке, возможность получения информации потребителями об уровне цен на энергоносители, а также наблюдения Сообществом за поставками и транзитом энергоресурсов;

— принцип непричинения вреда окружающей среде, отражающий необходимость проведения превентивных мероприятий по охране окружающей среды при осуществлении деятельности по энергоснабжению;

— принцип учета социального фактора в энергетической политике, требующий уделять внимание зависимости уровня безработицы в энергетике от конъюнктуры рынка, обеспечению безопасности работников в энергетическом секторе, повышенной социальной значимости услуг общеэкономического значения.

В целом необходимо признать, что эти принципы одновременно являются и принципами энергетического права Европейского Союза как совокупности норм права Европейского Союза, регулирующих отношения, складывающиеся в процессах функционирования внутреннего энергетического рынка, обеспечения стабильности энергоснабжения, повышения энергоэффективности и развития альтернативных и возобновляемых источников энергии при учете целей достижения устойчивого развития и предотвращения изменения климата.

Современная структура рынка энергоснабжения расставляет приоритеты в правовом регулировании этой сферы. Снабжение электроэнергией, газо- и нефтеснабжение составляют основу энергетического рынка для стран ЕС сегодня, отодвигая далеко на задний план все другие инфраструктуры, в том числе и рынок угля. Также важнейшими приоритетами правового регулирования в этой области являются обеспечение надежности энергетического снабжения в Союзе, содействие энергетической эффективности и экономии энергии, а также развитию новых и возобновляемых видов энергии.

Важнейшим документом в сфере энергетической политики Европейского Союза сегодня является первая общая программа действий Союза в этой сфере «Разумная энергия — Европе», учрежденная Решением Европейского парламента и Совета № 1230/2003/ЕС от 26 июня 2003 г. Документ принят на период до 2006 г. Общая программа действий в сфере энергоснабжения консолидировала в себе несколько уже существовавших ранее в этой области программ, таких как SAVE (повышение энергоэффективности и рационального использования энергии), ALTENER (поиск новых и использование возобновляемых источников энергии), STEER (поддержка энергетических инициатив в транспортном секторе) и COOPENER (поддержка использования возобновляемых источников энергии в развивающихся странах), действие которых завершилось в 2002 г.

Поддержка надежности энергоснабжения, интеграция энергетической политики Европейского Союза в современную Союзную стратегию по устойчивому развитию, а также снижение зависимости внутреннего энергетического рынка от импорта энергии из развивающихся стран являются основными идеями первой многолетней программы действий Союза в области энергетики. Осуществление программы проводится за счет определения так называемых ключевых действий, охватывающих энергетические приоритеты, которые проводятся в четырех упомянутых секторах комбинировано или сепаратно, возможно также проведение ключевых действий по отдельным регионам Сообщества.

Лидирующая роль в реализации энергетической политики Европейского Союза отведена Комиссии. Сегодня деятельность этого института в сфере энергетики строится на основе приоритетов, обозначенных в Сообщении Комиссии от 23 апреля 1997 г. об общей перспективе энергетической политики и действий.

Функции Комиссии в этой области преимущественно концентрируются на координации, надзоре и контроле деятельности участников энергетического рынка Союза. Так, например, Регламент (ЕС) № 736/96 от 22 апреля 1996 г. об уведомлении Комиссии об инвестиционных проектах, затрагивающих интересы Сообщества в нефтяном, газовом секторах и секторе электроэнергии, требует раскрытия по крупным инвестиционным проектам в энергетическом секторе информации об инвесторах перед Комиссией.

В структуре Комиссии функционирует специальный департамент, курирующий вопросы европейской энергетики, — Генеральный директорат по вопросам транспорта и энергетики. Комиссией создан также ряд специализированных учреждений в этой сфере, таких как Европейский форум по транспорту и энергетике или Европейская группа регулирования электричества и газа.

Лиссабонский договор 2007 г. о реформе Европейского Союза (см. вопрос № 17) впервые включил в учредительные документы организации специальный раздел, посвященный компетенции Союза в области энергетической политики (раздел XXI «Энергия» части третьей «Внутренняя политика и деятельность Союза» Договора о функционировании Европейского Союза в редакции Лиссабонского договора).

В соответствии с этими разделом политика Союза в энергетической сфере должна в духе солидарности между государствами-членами преследовать цели:

— обеспечения функционирования энергетического рынка;

— обеспечения надежности энергоснабжения в Союзе;

— содействия энергетической эффективности и экономии энергии, а также развитию новых и возобновляемых видов энергии;

— содействия межсоединению энергетических сетей.

134. Что представляют собой правовые основы формирования и развития внутреннего энергетического рынка?

Либерализация энергетического рынка государств-членов, предусмотренная в Рабочем документе Комиссии 1988 г., началась с принятием 26 июня 1990 г. Директивы 90/377/ЕЭС, касающейся процедуры Сообщества по повышению прозрачности цен на газ и электричество для конечных потребителей. Директива обязала государства-члены предоставлять Статистическому бюро Европейских сообществ информацию о рыночных ценах на электричество и природный газ. Сообщество добилось того, что такая информация не может быть конфиденциальной, и установило в известной мере контроль за ценообразованием на энергетических рынках, что привело к выравниванию цен на электричество и газ по Сообществу в целом.

Дальнейшие мероприятия Сообщества по регулированию процессов снабжения электроэнергией были закреплены Директивой 90/547/ЕЭС от 29 октября 1990 г. о транзите электричества через энергосистемы и Директивой 91/296/ЕЭС от 31 мая 1991 г. о транзите природного газа через энергосистемы. По своему содержанию обе директивы были «близнецами», основные правила транзита совпадали практически полностью.

Процесс либерализации рынка электроэнергии завершился принятием 19 декабря 1996 г. Директивы 96/92/ЕС относительно общих правил для внутреннего рынка электроэнергии. Полную либерализацию рынка газоснабжения предусмотрела Директива 98/30/ЕС от 22 июня 1998 г. относительно общих правил для внутреннего рынка природного газа.

В июле 2003 г. в энергетическом законодательстве была проведена коренная реформа. Четыре директивы относительно либерализации рынков снабжения газом и электричеством — Директива 90/547/ ЕЭС, Директива 91/296/ЕЭС, Директива 96/92/еС и Директива 98/30/ЕС — были отменены. С 1 июля 2004 г. их место в правовом регулировании должны занять новые, модернизированные и кодифицированные документы — Директива Европейского парламента и Совета 2003/54/ЕС от 26 июня 2003 г. относительно общих правил на внутреннем рынке электричества и отмены Директивы 96/92/ЕС, а также Директива Европейского парламента и Совета 2003/55/ЕС от 26 июня 2003 г. относительно общих правил на внутреннем рынке природного газа и отмены Директивы 98/30/ЕС.

Директива 2003/54/ЕС определяет общие правила относительно генерации, передачи и поставок электроэнергии по Сообществу. В ней нашли отражение нормы об организации и функционировании энергетического сектора экономики государств-членов, критериях и условиях доступа на внутренний энергетический рынок Сообщества. Согласно Директиве 2003/54/ЕС государства-члены самостоятельно устанавливают права и обязанности предприятий электроснабжения и по своему усмотрению определяют доступ производителей электроэнергии на рынок либо на основе разрешительной, либо заявительной системы. Государства-члены должны обеспечивать доступ потребителей к системам электроснабжения на основе принципов недискриминации и транспарентности, в том числе и в отношении тарифов, а также предпринимать меры по поддержанию открытости своих энергетических рынков.

Положения Директивы 2003/54/ЕС дополняются нормами, закрепленными в Регламенте Совета и Европейского парламента (ЕС) № 1228/2003 от 26 июня 2003 г. об условиях доступа к сетям в целях трансграничного обмена электричеством. Этот Регламент нацелен на создание справедливых условий для трансграничного обмена электричеством при нормальной конкуренции и с учетом региональной специфики в государствах-членах путем установления единой тарификации при доступе на внутренний рынок ЕС.

Так называемая «газовая» Директива 2003/55/ЕС устанавливает общие правила для транспортировки, снабжения, поставок и хранения природного газа. Документ закладывает правила, относящиеся к организации и функционированию газового сектора экономики государств-членов, включая рынок снабжения сжиженным газом, обеспечивает гармонизацию положений о порядке доступа на рынок соответствующих предприятий. Директивой вводятся общие критерии и процедуры выдачи разрешений предприятиям на транспортировку, снабжение, поставки и хранение природного газа.

Директива 2003/55/ЕС направлена на демонополизацию и развитие рынка газоснабжения в государствах-членах путем его полного открытия, стимулирования конкуренции в газовом секторе, интеграцию газотранспортных сетей при учете зависимости газового рынка от поставщиков газа из третьих стран. В основу проведения выше обозначенных мероприятий документ закладывает принцип субсидиарности.

Принципиальное значение для обеспечения газоснабжения и снабжения нефтью имеет Директива Совета 94/22/ЕС от 30 мая 1994 г. об условиях предоставления и использования разрешений на разведку, исследование и разработку углеводородов — важнейших компонентов природного газа и нефти. Гармонизация правил относительно их разведки и разработки является существенным шагом для поддержания функционирования внутреннего энергетического рынка.

Ряд директив, также принятых Сообществом в начале 1990-х, был направлен на гармонизацию законодательных положений государств-членов относительно процедуры поставок для государственных нужд в энергетическом секторе. Это Директива Совета 93/38/ЕЭС от 14 июня 1993 г., координирующая процедуры поставок субъектами, осуществляющими деятельность в водном, энергетическом, транспортном и телекоммуникационном секторах, и Директива Совета 92/13/ЕЭС от 25 февраля 1992 г., координирующая законодательные, регламентарные и административные положения относительно применения правил Сообщества о процедурах поставок субъектами, осуществляющими деятельность в водном, энергетическом, транспортном и телекоммуникационном секторах. В 2009 г. Европейским парламентом и Советом утвержден новый «пакет» энергетического законодательства ЕС, призванный обеспечить еще большую либерализацию энергетического рынка, прежде всего в газовом и электроэнергетическом секторах.

135. Каковы правовые основы обеспечения надежности энергоснабжения в Европейском Союзе?

Необходимость создания системы обеспечения надежности энергоснабжения в Европейском Союзе сегодня вызвана двумя проблемами. Первая из них — экономико-политическая. Европейский Союз и его государства-члены являются крупнейшими потребителями энергоресурсов, на 70 % потребность в которых обеспечивается за счет импорта из третьих стран. Основными производителями энергоресурсов для Европейского Союза являются страны Ближнего Востока и Россия. С расширением Европейского Союза его энергозависимость только возрастет, так как в состав Союза войдут государства, полностью зависящие от поставок энергоресурсов извне.

Вторая проблема — экономико-экологическая. Современное потребление энергии напрямую связано с вредным воздействием на окружающую среду. Положения Киотского протокола и мероприятия в контексте устойчивого развития ставят потребителей энергоресурсов в жесткие рамки экологической обусловленности.

Рост потребления энергии сегодня должен быть увязан со стимулированием рационального использования энергии путем экологического регулирования цен на энергоносители и проведения мероприятий по энергосбережению и энергоэффективности, а также с развитием альтернативных источников энергии, более благоприятных для окружающей среды.

Важнейшим актом в сфере обеспечения надежности энергоснабжения является Директива Совета 68/414/ЕЭС от 20 декабря 1968 г., налагающая обязанность на государства — члены ЕЭС по созданию минимального резерва очищенной нефти и/или нефтепродуктов, измененная Директивой 98/93/ЕС от 14 декабря 1998 г. В связи с тем что очищенная нефть и нефтепродукты играют важнейшую роль в энергоснабжении стран Сообщества и любые перебои в их поставке могут серьезно нарушить деятельность организации, Директива вводит требование для государств-членов относительно стратегического запаса такой продукции. Каждое государство-член обязано иметь в своем распоряжении такое количество очищенной нефти и нефтепродуктов, которое может обеспечить нормальное их потребление в течение 90 дней на протяжении года.

Существенную роль в поддержании стабильности снабжения нефтью в Сообществе играет также Регламент № 2964/95 от 20 декабря 1995 г., вводящий регистрацию в Сообществе импорта и подачи неочищенной нефти. Регламент обязывает всех лиц и предприятия, импортирующих неочищенную нефть из третьих стран или принимающих подачу неочищенной нефти из другого государства-члена, предоставлять государству-члену, в котором они учреждены, информацию относительно характеристик импорта и подачи. Собираемая государствами-членами информация по мере истребования предоставляется Комиссии в целях создания общей картины условий импорта и подачи по Сообществу. В собираемую информацию включается информация о цене. Информация должна предоставляться регулярно, не реже одного раза в месяц. Указанная информация носит конфиденциальный характер, однако это не препятствует составлению и опубликованию открытых докладов по проблеме, носящих общий характер и не называющих детали участия конкретных предприятий.

Комиссия в настоящий момент подготавливает реформу мероприятий по созданию стратегического запаса энергоресурсов. В частности, планируется заменить Директиву 68/414/ЕЭС новой, а также создать схожую систему для сферы газоснабжения.

Необходимой задачей поддержания надежности энергоснабжения является проведение мероприятий по энергосбережению и повышению энергоэффективности. В соответствии с определением Комиссии, данным в ее Сообщении о плане действий по повышению энергоэффективнгости в Европейском сообществе, энергоэффективность означает снижение потребления энергии без снижения использования энергии производством и оборудованием.

Ряд директив Сообщества обеспечивают проведение таких мероприятий. В первую очередь, это Директива Совета 93/76/ЕЭС от 13 сентября 1993 г. об ограничении эмиссии углекислого газа путем повышения энергетической эффективности (SAVE), которая заложила общие мероприятия в рамках учреждаемой ею программы SAVE по повышению энергоэффективности промышленных объектов, зданий и других сооружений. В развитие положений Директивы 93/76/ ЕЭС были приняты Директива Европейского парламента и Совета 2000/55/ЕС от 18 сентября 2000 г. о требованиях энергетической эффективности к проводке флуоресцентного освещения и Директива Европейского парламента и Совета 2002/91/ЕС от 16 декабря 2002 г. об энергетической эксплуатационной характеристике сооружений. В духе этих же мероприятий реализуются нормы Директивы Совета 92/42/ЕЭС от 21 мая 1992 г. о требованиях эффективности к современным установкам нагрева воды, сжигающим жидкое или газообразное топливо.

Другим направлением деятельности ЕС в этой области стало повышение энергосбережения и энергоэффективности за счет усиления требований к бытовой технике. На это направлены Директива Совета 92/75/ЕЭС от 22 сентября 1992 г. о получении информации относительно потребления энергии и других ресурсов бытовой техникой путем сертификации и стандартизации продукции, Директива Европейского парламента и Совета 96/57/ЕС от 3 сентября 1996 г. о требованиях эффективности для бытовых электрических холодильников, морозильников и холодильников с морозильными камерами.

Летом 2001 г. Европейское сообщество заключило с Соединенными Штатами Америки Соглашение о координации программ в области сертификации энергоэффективности офисного оборудования.

На основе этого Соглашения Сообщество восприняло систему сертификации «Energy Star», внедренную в правопорядок ЕС Регламентом № 2422/2001 от 6 ноября 2001 г.

Достижению надежности энергоснабжения служит также поиск новых и стимулирование использования существующих альтернативных источников энергии. Провести такие меры призвана Директива 2001/77/ЕС от 27 сентября 2001 г. о стимулировании поступлений электричества, произведенного из возобновляемых источников энергии на внутренний рынок электроснабжения. Под возобновляемыми источниками энергии Директива понимает альтернативные источники энергии, не связанные со сжиганием топлива (ветер, солнце, волны и источники гидроэнергии, источники геотермальной энергии и т. д.). Государства-члены должны подготовить и опубликовать доклады, в которых будут отражены национальные цели в области производства электричества от возобновляемых источников энергии, а также разработать конкретные мероприятия по развитию такого производства на основе принципов транспарентности и недискриминации.

Этому же вопросу посвящена Директива Европейского парламента и Совета 2003/30/ЕС от 8 мая 2003 г. о поддержке использования биологического топлива и других возобновляемых источников энергии на транспорте. Именно транспорт, потребляющий энергоресурсы, получаемые государствами-членами преимущественно извне, является самым незащищенным в этом отношении сектором экономики. Использование энергии для нужд транспорта также значительно влияет на состояние окружающей среды. В этой связи принципиальным вопросом является переход транспортной инфраструктуры на более надежные источники энергии. Одним из них является биотопливо. Биологическим топливом в смысле ст. 2 Директивы является жидкое или газообразное топливо, произведенное из биомассы, естественных отходов сельского или лесного хозяйства и связанных с ними производств.

На стимулирование рационального использования энергоресурсов и использование альтернативных источников энергии в значительной степени направлен и механизм «зеленых налогов», введенный Директивой Совета 2003/96/ЕС от 27 октября 2003 г. о реструктуризации рамок Сообщества по налогообложению энергетических продуктов и электричества. Введенный Директивой механизм отражает экономический метод регулирования в области обеспечения надежности энергоснабжения путем существенного влияния на ценообразование в энергетическом секторе.

Раздел XIX

ОСНОВЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ПОЛИТИКИ ЕС В СФЕРЕ ОБРАЗОВАНИЯ И КУЛЬТУРЫ

136. Какова компетенция ЕС в сфере образования?

Страны Европейского Союза характеризует высокий уровень образования, преподавания и образованности населения, подготовки квалифицированных кадров и, как следствие, значительный процент квалифицированной рабочей силы на рынке труда.

Первоначально учредительные договоры Сообщества не уделяли особого внимания сфере образования, содержали лишь единичные упоминания о действиях Сообщества в этой области в контексте создания и обеспечения функционирования общего рынка. Только начиная с 1970-х гг. в рамках ЕЭС стали проводиться некоторые мероприятия по интеграции в области образования, и в первую очередь в области профессионального обучения. Первая программа действий Сообщества в области образования была принята еще в 1974 г.

Сегодня п. «q» § 1 ст. 3 Договора 1957 г., учреждающего ЕС, называет среди направлений деятельности Сообщества сферу образования и профессионального обучения. Этому вопросу посвящены положения ст. 149, 150 главы 3 раздела XI «Образование, профессиональное обучение и молодежь».

В соответствии с § 2 ст. 149 Договора о ЕС политика Сообщества в сфере образования преследует следующие цели:

— развитие европейских аспектов в образовании, в частности путем преподавания и распространения языков государств-членов;

— поощрение мобильности студентов и преподавателей, в том числе путем признания дипломов и сроков обучения;

— содействие сотрудничеству между учебными заведениями;

— развитие обмена информацией и опытом по проблемам, общим для образовательных систем государств-членов;

— поощрение обмена молодежью и преподавателями в области общественных наук;

— поощрение развития заочного (дистанционного) образования.

Задачей Сообщества в этой области является содействие улучшению качества образования путем поощрения сотрудничества между государствами-членами, поддержка их действий, а также дополнение их действий при осуществлении политики профессионального обучения. Вместе с тем государства-члены полностью несут ответственность за содержание обучения, организацию систем образования и их культурного и языкового разнообразия.

Сфера образования и профессионального обучения относятся к предметам совместного ведения Европейского Союза и государств-членов. При этом Сообщество в данной области обладает преимущественно координирующими полномочиями. Оно вправе принимать только рекомендации, поощрительные меры и меры, способствующие достижению целей политики профессионального обучения, исключая какую-либо гармонизацию законов и других нормативных актов, принятых государствами-членами.

Согласно § 3 ст. 149 Договора о ЕС Сообщество и государства-члены способствуют сотрудничеству с третьими странами и международными организациями в области образования, особенно с Советом Европы.

В дополнение к политике в области образования Европейское сообщество также осуществляет мероприятия по обеспечению взаимного признания дипломов и квалификации, профессиональной подготовки кадров в агропромышленном комплексе, развитию образования в областях здравоохранения и защиты потребителей, защите прав в работников-мигрантов и их детей в сфере образования и др.

Важнейшим правовым актом Сообщества по этим вопросам является Директива 2005/36/ЕС Европейского парламента и Совета от 7 сентября 2005 г. о признании профессиональных квалификаций.

137. Какие основные программы приняты в области образования в Сообществе?

Конкретные мероприятия по осуществлению политики ЕС в области образования формулируются в специальных программах действий. Основные такие программы действий в области образования, существующие сегодня, берут свои истоки в конце 1980-х, когда появились первые крупные проекты Сообщества в рассматриваемой сфере — программы КОМЕТТ, ЭРАЗМУС, ЛИНГВА и ТЕМПУС.

Перед программой КОМЕТТ (COMETT), учрежденной Решением 86/365/ЕЭС в 1986 г., была поставлена цель обеспечить развитие сотрудничества между высшими учебными заведениями и промышленными предприятиями в области профессионального обучения путем придания ему европейского измерения.

В отличие от программы КОМЕТТ, программа ЭРАЗМУС (ERASMUS), учрежденная Решением 87/327/ЕЭС от 15 июня 1987 г., была нацелена на расширение межвузовских связей. Программа ЭРАЗМУС предусматривала меры, поощряющие заключение соглашений между университетами государств-членов, которые являлись бы базисом для развития обмена студентами и преподавателями, проведения совместных проектов в области образования и исследований, а также создание для этих целей специальной Европейской межвузовской сети.

В 1989 г. Решением 89/489/ЕЭС была создана программа действий по распространению изучения иностранных языков ЛИНГВА (LINGUA). Данная программа воплотила в себе идею о том, что современному студенту для полноценного образования помимо родного языка необходимо практическое знание еще хотя бы двух языков. Программа предусмотрела мероприятия, направленные на количественное и качественное совершенствование владения иностранными языками, методиками преподавания, подготовки преподавателей иностранных языков.

В середине 1990-х гг. программы действий Сообщества в области образования подверглись существенной ревизии. В 1995 г. Решением 819/95/ЕЭС была создана программа «Сократес» (Socrates), которая консолидировала в себе программы ЭРАЗМУС и ЛИНГВА, добавив к ним проект Сообщества в сфере школьного образования КОМЕ-НИУС (COMENIUS), программу развития заочного образования МИНЕРВА (MINERVA), проект, посвященный дополнительному образованию и самообразованию ГРУНДТВИГ (GRUNDTVIG). Осуществление программы «Сократес» в период 2000–2006 гг. базируется на положениях Решения 253/2000/ЕС от 24 января 2000 г., согласно которому программа «Сократес» преследует следующие цели:

— укрепление европейского измерения в образовании на всех уровнях и обеспечение широкого транснационального доступа к образовательным ресурсам в Европе;

— продвижение количественного и качественного улучшения знания иностранных языков;

— усиление сотрудничества путем расширения обмена между образовательными учреждениями, развития заочного образования, расширения сфер признания дипломов и сроков обучения;

— развитие информационного обмена и новых технологий в обучении.

В соответствии с Решением Европейского парламента и Совета 2317/2003/ЕС от 5 декабря 2003 г. об учреждении программы по повышению качества высшего образования и содействия культурному взаимопониманию путем сотрудничества с третьими странами (Erasmus Mundus) (2004–2008 гг.) программа «Сократес» была дополнена новой программой, ставшей составной частью программы Erasmus. Программа Erasmus теперь дополнена сферами сотрудничества в области образования с третьими странами, т. е. государствами, не входящими в ЕС, не имеющими статуса государства-кандидата и не входящими в число участников ЕЭП — ЕАСТ.

Основываясь на достижениях программ КОМЕТТ и ЛИНГВА, в 1994 г. Решением 94/819/ЕС в ЕС была учреждена программа действий в сфере профессионального обучения «Леонардо да Винчи» (Leonardo da Vinci). Современная стадия осуществления программы «Леонардо да Винчи» базируется на положениях Решения 1999/382/ ЕС от 26 апреля 1999 г., в соответствии с которыми основными направлениями программы являются:

— повышение навыков и компетентности населения, в особенности молодежи, в сфере профессионального обучения на всех уровнях;

— совершенствование условий профессионального обучения и переподготовки в целях адаптации к технологическим и организационным изменениям;

— содействие изучению иностранных языков и пониманию различных культур в контексте профессионального обучения;

— расширение обмена опытом и информацией в области профессионального обучения.

Важнейшей программой Сообщества в области образования, учрежденной еще в конце 1980-х и осуществляемой по сей день, является Трансъевропейская программа передвижений для университетских занятий ТЕМПУС (TEMPUS). Проведение данной программы было одобрено Решением 90/233/ЕЭС от 7 мая 1990 г. и первоначально касалось только сферы сотрудничества в области образования между Сообществом, Польшей и Венгрией. Впоследствии программа была распространена на все государства Восточной Европы.

138. В чем суть политики Сообщества в сфере профессионального обучения?

Специальный режим правового регулирования Сообществом сферы профессионального обучения берет начало в положениях ст. 150 Договора о ЕС. Указанная статья определяет цели и полномочия ЕС при осуществлении политики профессионального обучения. Целями Сообщества в этой области являются:

— содействие адаптации к изменениям в промышленности, особенно через профессиональное обучение и переподготовку;

— совершенствование начального и последующего профессионального обучения в целях профессиональной интеграции и реинтеграции в рынок труда;

— увеличение доступности профессионального обучения и поощрение мобильности преподавателей и обучающихся, особенно молодежи;

— стимулирование сотрудничества в обучении между учебными заведениями или центрами профессиональной подготовки и фирмами;

— развитие обмена информацией и опытом по проблемам, общим для систем профессионального обучения государств-членов.

В соответствии с Римским договором 1957 г., учреждающим ЕС, политика Сообщества в области образования осуществляется наряду с политикой профессионального обучения. Это подчеркивается в п. «q» § 1 ст. 3 и названии главы 3 раздела XI Договора, называющими образование и профессиональное обучение через запятую в качестве направлений деятельности ЕС. Такая ситуация делает существенной постановку вопроса о соотношении в праве Европейского сообщества понятий «образование» (англ. education) и «профессиональное обучение» (англ. vocational training).

Учредительный акт и нормативные акты Сообщества не дают четкого ответа на этот вопрос. Определение понятия «профессиональное обучение» в качестве ключа к разрешению вопроса о соотношении рассматриваемых понятий было дано в прецедентном праве Сообщества. Этой проблеме посвящено несколько решений Суда. Основным из них является решение по делу Gravier, рассмотренному Судом в 1983 г. Суд определил, что «любая форма образования, которая подготавливает к получению квалификации по конкретной профессии, ремеслу или занятию или которая обеспечивает получение необходимого обучения или навыков для такой профессии, ремесла или занятия, является профессиональным обучением независимо от срока и уровня обучения учащегося или студента, даже если программа обучения включает элементы общего образования».

Несколько важнейших уточнений к определению профессионального обучения было сделано в решениях по делам Blaizot и Humbel. В своем решении по делу Blaizot Суд установил, что обучение в университете в общем полностью отвечает определению профессионального обучения, данном в решении по делу Gravier. Это означает, что любое образование, получаемое в высшем учебном заведении, может являться и обычно является профессиональным обучением. В другом решении по делу Humbel Суд указал, что понятием «профессиональное обучение» охватывается и обучение в последнем классе школы, если оно подготавливает для поступления в вуз, несмотря даже на то, что обучение в последнем классе является обязательным элементом общего образования.

На основе толкования Судом понятия профессионального обучения можно сделать вывод о соотношении понятий «образование» и «профессиональное обучение» в праве Европейского сообщества. Понятие «образование» является общим по отношению к понятию «профессиональное обучение», последнее является составной частью понятия «образование». Согласно этому как общее и специальное соотносятся правовое регулирование образования и правовое регулирование профессионального обучения в ЕС.

139. Каковы гарантии правработников-мигрантов и их детей в сфере образования?

Чрезвычайно важным направлением деятельности Сообщества в области образования является обеспечение права на профессиональное обучение работников-мигрантов и права на образование детей работников-мигрантов. Соответствующие права в качестве необходимых условий для реализации принципа свободного передвижения лиц данным категориям были предоставлены Регламентом № 1612/68 от 15 октября 1968 г. о свободе передвижения работников в Сообществе. Тем более это важно сегодня, когда ст. 14 Хартии Европейского Союза об основных правах 2000 г. провозглашает право каждого на образование и право на доступ к системе профессионального обучения и повышения квалификации.

Право на доступ к профессиональному обучению работников-мигрантов установлено п. 3 ст. 7 Регламента № 1612/68. Такой доступ должен предоставляться работникам-мигрантам на тех же правах и условиях, что и для национальных работников.

Принципиальные дополнения указанных норм были сделаны в решениях Суда. Первым из этих решений является решение по делу Lair, которое рассматривалось Судом по запросу немецкого административного суда. Суд указал, что проработав несколько лет в государстве-члене и потеряв работу, гражданин другого государства-члена не утрачивает статус работника-мигранта, и как работник-мигрант он вправе получить доступ к профессиональному обучению на равных условиях с национальными работниками и пользоваться всеми теми же социальными льготами, что и национальные работники, включая получение гранта на образование согласно п. 2 и 3 ст. 7 Регламента № 1612/68. Единственным условием для этого является профильная связь получаемого образования с прошлой деятельностью работника.

В другом своем решении Суд, рассмотрев дело Matteucci, распространил право работника-мигранта получить грант на образование на случаи, когда возможность получения такого гранта предусмотрена двусторонним международным соглашением с другим государством-членом.

Соответственно работники-мигранты независимо от того, являются они занятыми или нет, имеют право на равных условиях с национальными работниками получить доступ к профессиональному обучению, включая возможность получения гранта на это обучение, даже если оно предусмотрено двухсторонними соглашениями между государствами-членами.

Право на образование детей работников-мигрантов установлено ст. 12 Регламента № 1612/68. Они должны иметь возможность на получение образования на тех же условиях, что и дети граждан государства. Более того, государства-члены должны прилагать усилия для обеспечения указанным детям возможности получить это образование на наилучших условиях.

В развитие положений ст. 12 Регламента № 1612/68 Советом была утверждена 25 июля 1977 г. Директива 77/486/ЕЭС об образовании детей работников-мигрантов, которая обратила особое внимание на необходимость обеспечения усвоения детьми работников-мигрантов официального языка государства-члена, в котором они обучаются. При этом, в соответствии с нормами национальной системы образования, детям работников-мигрантов должен быть обеспечен доступ к изучению родного языка и культуры.

Право на образование детей работников-мигрантов получило значительное развитие в прецедентном праве Сообщества. Первое дело, рассмотренное Судом в области образования, — дело Casagrande как раз и касалось этого вопроса. Суд, рассматривавший дело по запросу немецкого административного суда, в своем решении указал, что ст. 12 Регламента № 1612/68 говорит о равных условиях образования граждан государства-члена и детей работников-мигрантов, что подразумевает возможность участия детей работников-мигрантов во всех тех же мероприятиях в области образования, которые предусмотрены для граждан государства-члена.

Существенноедополнение право на образованиедетей работников-мигрантов получило в решении Суда по двум объединенным делам Echternach and Moritz. Ключевым вопросом, объединившим два дела, был вопрос о том, распространяются ли положения ст. 12 Регламента № 1612/68 на возможность получения финансовой помощи для обучения, предоставляемой гражданам государств-членов. Суд, используя предыдущую судебную практику и толкуя положения Регламента, утвердительно ответил на этот вопрос. Суд также определил и то, что дети работников-мигрантов, получающие образование, имеют право закончить его в этом же качестве независимо от того, утратили их родители статус работников-мигрантов или нет.

В дальнейшем Суд развил положения о возможности получения финансовой помощи детьми работников-мигрантов для целей образования, указав в своем решении по делу Di Leo на возможность получения такой помощи детьми работников-мигрантов наравне с гражданами государства-члена для обучения за пределами этого государства-члена.

Таким образом, право на доступ к образованию детей работников-мигрантов включает в себя: право на равные условия образования и равную возможность участия во всех образовательных мероприятиях наряду с гражданами государства-члена, право закончить образование независимо от изменения статуса родителей и право на финансовую помощь, которая предоставляется гражданам государства-члена для получения образования, включая обучение за рубежом. Государства-члены обязаны обеспечивать доступ детей работников-мигрантов к образованию, обращая особое внимание на изучение официального языка, а также предоставление возможности изучения родного языка и культуры. Все эти меры служат далеко идущей цели — формированию у жителей Европейского Союза «европейской идентичности» и созданию в конце концов «гражданина (гражданки) Европы».

140. Что представляют собой правовые основы политики ЕС в области культуры?

Культура народов Европы всегда поражала воображение всех тех, кто хотя бы раз с ней соприкасался. Европейцы обладают богатейшим культурным и историческим наследием, оказывавшим и оказывающим колоссальное влияние на культуры народов других континентов. Современный расцвет культуры в Западной Европе сопряжен с выдвижением на первый план общеевропейских, единых для всех европейских культур черт и традиций при сохранении устоявшегося их многообразия и специфики развития. Европа не перестает быть конгломератом культур, однако современная тенденция интеграции не может не коснуться духовно-культурной сферы.

Как и образование, культура оказалась в сфере интересов Сообщества с начала 1970-х гг., но окончательное закрепление в учредительных документах компетенция Сообщества получила только с принятием Маастрихтского договора 1992 г.

Пункт «q» § 1 ст. 3 Договора о ЕС называет «вклад в… расцвет культуры в государствах-членах» в качестве одного из направлений деятельности ЕС. Компетенция в этой области предоставлена Сообществу разделом XII «Культура» Договора о ЕС, содержащим всего одну статью — ст. 151.

Согласно ст. 151 Договора деятельность Сообщества в области культуры имеет целью содействие «расцвету культур государств-членов, уважая их национальное и региональное разнообразие и в то же время выдвигая на первый план общее культурное наследие». Для достижения этой цели Сообщество поощряет сотрудничество между государствами-членами, а также поддерживает и дополняет их действия в следующих областях:

— расширение и распространение знаний о культуре и истории европейских народов;

— сохранение и защиту культурного наследия европейской значимости;

— некоммерческий культурный обмен;

— художественное и литературное творчество, включая аудиовизуальный сектор.

Принципиальное положение содержится в § 4 ст. 151 Договора о ЕС. Оно говорит о том, что все другие направления деятельности ЕС должны принимать во внимание культурные аспекты, прежде всего руководствуясь принципом уважения разнообразия культур. В развитие этого положения Советом 20 января 1997 г. была утверждена Резолюция об интеграции культурных аспектов в действия Сообщества. Данный принцип нашел также отражение в ст. 22 Хартии Европейского Союза об основных правах 2000 г., в которой провозглашается уважение Европейским Союзом культурного, религиозного и языкового разнообразия.

Сфера культуры относится к совместным предметам ведения ЕС и государств-членов. Как и в области образования, полномочия Сообщества в области культуры нельзя назвать значительными. ЕС для достижения целей ст. 151 Договора о ЕС вправе издавать лишь рекомендации и принимать поощрительные меры, исключая какую-либо гармонизацию законодательства государств-членов.

Практические мероприятия Сообщества в области культуры сегодня проводятся по трем основным направлениям:

— содействие расцвету культуры на пространстве без внутренних границ;

— культурное наследие, литература, аудио-визуальный сектор;

— сотрудничество с третьими странами и международными организациями[143].

Одной из самых важных программ Сообщества в области культуры является программа «Культурная столица Европы», начало осуществления которой было положено еще в 1985 г. Сегодня на период до 2019 г. мероприятия по данной программе проводятся на основе Решения 1419/1999/ЕС от 25 мая 1999 г. Программа учредила своеобразный конкурс между городами Европы на звание «культурной столицы». Целью программы является освещение богатства и разнообразия европейских культур и их общих черт для широкого ознакомления с ними граждан Европы.

Сообщество оказывает также финансовую поддержку мероприятиям в области культуры, проводимым в государствах-членах. С этой целью каждые пять лет Европейским парламентом и Советом учреждаются специальные финансовые программы.

141. Как осуществляется правовое регулирование торговли «культурными товарами»?

Определение правового режима торговли «культурными товарами» имеет в своей основе несколько вопросов. Первый из них — что следует считать «культурными товарами». Второй — в какой степени на торговлю «культурными товарами» распространяется свобода передвижения товаров. Третий вопрос состоит в необходимости определить соотношение между понятием «культурные товары» и понятием «национальные сокровища, имеющие художественную, историческую или археологическую ценность». Ответы на эти вопросы дают нам нормативные акты Сообщества и судебная практика.

Понятие «культурные товары» дается в Регламенте № № 116/2009 от 10 декабря 2008 г. об экспорте культурных товаров. Согласно ст. 1 Регламента «культурными товарами» признаются все культурные объекты, перечисленные в Приложении к Регламенту №№ 116/2009.

Приложение перечисляет различные категории культурных объектов — книги, карты, средства транспорта, картины и другое, определяя их принадлежность к «культурным товарам» на основе временного критерия. Так, к «культурным товарам» относятся: книги, изданные более 100 лет назад, карты, нарисованные более 200 лет назад, транспортные средства, выпущенные более 75 лет назад, и т. д. Несмотря на отсутствие четкой дефиниции, очевидно одно: не каждый объект культуры является «культурным товаром» в смысле права ЕС.

Регламент № № 116/2009 определил, что экспорт «культурных товаров» за пределы Сообщества осуществляется на основе экспортных лицензий, выдаваемых уполномоченными органами государств-членов.

Куда более сложный вопрос о том, должна ли на торговлю внутри Сообщества «культурными товарами» в полной мере распространяться ст. 23 Договора о ЕС (бывшая ст. 30), закладывающая принцип свободного передвиения товаров. Проблему создает толкование положения ст. 30 Договора о ЕС, позволяющего вводить ограничения свободы передвижения товаров в целях защиты национальных сокровищ, имеющих художественную, историческую или археологическую ценность. Государства-члены долгое время пытались как можно шире истолковать данную оговорку, свести ее к понятию «защита культурных ценностей». Однако Суд не решался подтвердить подобную трактовку. Неопределенность позиции Суда в полной мере отразилась в решении 1984 г. по объединенному делу Cinеtheёque. Колебания Суда были вполне понятны: в отсутствии определения понятия «культурные товары» широкое толкование положения ст. 30 Договора о ЕС привело бы к распространению оговорки на все культурные объекты, что само по себе не оправдано.

Тем не менее Суд оставил без ответа вопрос о соотношении понятий «культурные товары» и «национальные сокровища, имеющие художественную, историческую или археологическую ценность». Эта проблема была разрешена Директивой 93/7/ЕЭС от 15 марта 1993 г. о возвращении культурных объектов, противоправно вывезенных с территории государств-членов. В Приложении к Директиве перечисляются объекты культуры, относящиеся к национальным сокровищам, имеющим художественную, историческую или археологическую ценность в контексте ст. 30 Договора о ЕС. Данный список культурных объектов полностью совпадает с перечнем «культурных товаров», приведенным в Приложении к Регламенту № 3911/92.

Соответственно на торговлю «культурными товарами» распространяется оговорка по ст. 30 Договора о ЕС. При этом не каждый объект культуры, являющийся предметом купли-продажи, признается правом ЕС в качестве «культурного товара».

Раздел XX

ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ И ЗАЩИТА АВТОРСКИХ ПРАВ В ЕВРОПЕЙСКОМ СОЮЗЕ

142. Как происходит гармонизация и унификация правового регулирования промышленной собственности в Европейском Союзе?

Первым опытом разработки в ЕС основополагающего правового акта в сфере промышленной собственности стала подписанная в 1973 г. в Мюнхене Конвенция о выдаче Европейского патента. Она учредила Европейскую патентную систему[144] и Европейское патентное ведомство. При этом не ставилась задача создать единый патент, дополнявший или даже замещавший национальные охранные свидетельства. Целью Европейской патентной системы является прежде всего упрощение формальностей, связанных с получением нескольких патентов. Посредством единой унифицированной процедуры заявитель может получить правовую охрану изобретения сразу в нескольких странах — участницах Мюнхенской конвенции. Российские изобретатели, желающие защитить свое изобретение на территории государств Европейского Союза, также могут использовать процедуру, установленную Мюнхенской конвенцией.

В ноябре 2000 г. в Мюнхене состоялась Международная конференция по европейской патентной реформе, на которой была изменена Конвенция о выдаче Европейского патента 1973 г. Нововведения касаются процедурных вопросов и направлены на повышение эффективности деятельности Европейского патентного ведомства.

Весной 2007 г. Европейская комиссия представила специальное Сообщение «Об улучшении патентной системы в Европе»[145], в котором предлагается создание специального патентного трибунала Европейского Союза.

Правовые рамки в отношении биотехнологических изобретений в Европейском Союзе были установлены директивой 1998 г.[146], направленной на защиту нравственных и этических принципов. Под эгидой Комиссии была учреждена Европейская группа по этике в науке и новых технологиях. Суд ЕС в 2001 г. признал правомочность издания этой директивы.

Если патент традиционно направлен на правовую охрану изобретений, то полезная модель представляет собой имеющее новизну конструктивное решение, которое не претендует на высокий изобретательский уровень. Данный вид промышленной собственности носит дополняющий по отношению к патентной системе характер. Основной целью правовой охраны полезных моделей является содействие инновационной деятельности мелких предприятий и отдельных изобретателей. На международном уровне полезная модель признана с 1911 г., когда на нее было распространено действие Парижской конвенции.

Для достижения большего единообразия, необходимого для эффективного развития внутреннего рынка ЕС, а также обеспечения прав и прогрессивного развития мелких и средних предприятий во всех государствах-членах, Европейская комиссия в 1997 г. представила проект директивы о гармонизации законодательных положений об охране изобретений в форме полезных моделей. В проекте был урегулирован широкий круг вопросов, связанных с охраной полезных моделей. Государства-члены должны принять единообразные нормы относительно круга изобретений, охрана которым может быть предоставлена, критериев патентоспособности, требований к заявке и к формальной ее экспертизе, а также условия опротестования регистрации. Права на полезную модель должны предоставляться на шесть лет, при условии уплаты пошлин, с возможностью продления до 10 лет.

В 2001 г. был принят Регламент о промышленном образце Сообщества[147]. Изобретатели получили возможность регистрировать промышленные образцы непосредственно на уровне Европейского Союза, в Ведомстве по гармонизации на внутреннем рынке. Регламент осуществляет унификацию законодательства государств — членов Союза в сфере защиты интеллектуальной собственности. Регламент 2001 г. состоит из 111 статей. Он детально регулирует вопросы принадлежности и защиты прав на промышленные образцы, их регистрации, а также определяет порядок разрешения связанных с этим споров.

Годом позже Комиссия приняла регламент по имплементации Регламента Совета о промышленных образцах Сообщества, в котором весьма детально рассмотрела основные технико-организационные вопросы, связанные с регистрацией промышленных образцов.

Такой новый и важный вид промышленной собственности, как топология интегральных микросхем, получил в Европейском Союзе особую правовую защиту. Директива, принятая в 1986 г.[148] установила обязанность государств-членов предоставлять правовую охрану этим результатам интеллектуальной деятельности (РИД).

143. Как право Европейского Союза регулирует вопросы охраны товарных знаков?

Со времени перехода к массовому производству предприниматели стали использовать для выделения своей продукции из массы товаров, поступающих на рынок, особые запоминающиеся обозначения, индивидуализирующие товар и его производителя. Товарный знак выполняет идентификационную, информационную и рекламную функции и играет важную роль в развитии мировой экономики, особенно в отраслях, ориентированных на широкие слои населения. В условиях общества массового потребления принято говорить даже о «брендовом сознании», определяющем психологию покупателя. Решающим в выборе товара или услуги становится проставленное на них производителем обозначение (англ. brand), которое, в случае его правовой охраны, именуется товарным знаком (англ. trade mark, франц. marque).

В государствах — членах ЕС специальное законодательство о товарных знаках начало складываться еще с середины XIX в. В 1883 г. положения об этом виде промышленной собственности были включены в Парижскую конвенцию. Важнейшим источником международного права по товарным знакам остается Мадридское соглашение о международной регистрации знаков 1891 г. в редакции Мадридского протокола 1989 г., к которому в 2001 г. присоединились государства — члены Европейского Союза. Договор о товарных знаках[149], подготовленный в рамках ВОИС, до сих пор не вступил в силу.

Регламент о товарном знаке Сообщества[150] был принят в 1993 г. и позднее дополнен специальным регламентом об имплементации, содержащим технические нормы, а также регламентами, устанавливающими пошлины за регистрацию и процедуру рассмотрения споров в Апелляционной палате. Решения Апелляционной палаты могут быть обжалованы в Трибунале первой инстанции и далее в Суде ЕС.

Система товарного знака Сообщества была сформирована к началу 1996 г. В г. Аликанте (Испания) было учреждено Ведомство по гармонизации на внутреннем рынке[151]. Оно принимает заявки, проводит регистрацию и ведет реестр товарных знаков Сообщества. Выгоды от учреждения общего товарного знака ЕС для хозяйствующих субъектов очевидны — в результате одной процедуры предприниматель получает правовую защиту обозначения своих товаров или услуг в 27 государствах ЕС. Основная сложность действия товарного знака Сообщества связана с тем, что он не отменяет действия национальных товарных знаков. Более того, Регламент 1993 г. устанавливает безусловную преимущественную юридическую силу обозначения, зарегистрированного на национальном уровне.

В конце 2008 г. была принята Директива Совета о сближении законодательств государств-членов о товарных знаках[152]. Директива признала целесообразным ограничиться гармонизацией законодательства государств-членов только по вопросам, оказывающим непосредственное влияние на развитие внутреннего рынка ЕС.

Главная задача, на решение которой направлены положения Директивы, заключается в установлении близких к идентичным норм во всех государствах-членах относительно условий регистрации и продолжения использования зарегистрированного товарного знака. Директива содержит перечень оснований, которые исключают регистрацию нового товарного знака, а также дают право требовать отмены действующей регистрации.

Кроме исчерпывающего минимального перечня оснований, которые должны присутствовать во всех законодательствах, установлен факультативный перечень дополнительных оснований для отказа в регистрации товарного знака или ее отмены, введение которых оставлено на усмотрение государств-членов. Такие основания могут вытекать из национальных особенностей данного государства, правовой охраны иных объектов исключительных прав, положений, имеющих характер lex specialis (например, законодательства о защите прав потребителей), и др.

Директива 2008 г. не установила общего для ЕС приоритета по дате подачи заявки на регистрацию в первом из государств-членов. Поданная в одном государстве-члене заявка на регистрацию определенного обозначения имеет последствия только для данного государства. Заявителям должно быть отказано в регистрации позднейших заявок на обозначения, сходные до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком. В Директиве также закреплено единообразное регулирование прав и правомочий владельца товарного знака, а также их ограничений. Предоставление третьему лицу права использовать охраняемый товарный знак осуществляется путем предоставления лицензии. В случае нарушения установленных в Директиве положений лицензионного соглашения (о сроке, территории, круге товаров и услуг, на которые распространяется лицензия) у лицензиата возникают перед лицензиаром не только обязательства из их соглашения, но и обязательства из закона (в первую очередь по прекращению незаконного использования товарного знака).

Товарный знак предоставляет лицу, которое им владеет, право требовать от всякого третьего лица прекращения неразрешенного использования. Однако случается, что владелец товарного знака в действительности никак не использует его в течение длительного времени. Для снижения общего количества товарных знаков, охраняемых на территории Европейского Союза, и борьбы с описанными «спящими» товарными знаками Директива Совета предусмотрела ряд мер.

Директива о товарных знаках 2008 г. устанавливает, что ее нормы в полной мере соответствуют положениям Парижской конвенции и не затрагивают обязательств государств, вытекающих из Парижской конвенции. В случае если коллизия норм все же возникнет, она должна быть разрешена согласованными действиями государств-членов в соответствии с процедурой п. 2 ст. 307 ДЕС. Было также принято решение разработать наднациональный механизм охраны прав на товарный знак, которые должны признаваться в силу единовременной регистрации в едином ведомстве и действовать на всей территории Европейского Союза.

Товарному знаку подобен еще один вид промышленной собственности — наименование места происхождения товара[153]. Защиту географическим обозначениям и местам происхождения сельскохозяйственных товаров и продуктов питания[154] предоставляет специальный регламент, принятый Советом в 1992 г. В соответствии с ним географические наименования, свидетельствующие об определенном регионе изготовления продукта, который придает продукту специфику, защищаются на территории всего Европейского Союза после включения их в регистр посредством издания отдельного регламента. Этот регламент поддержан также и практикой Суда ЕС.

144. Что представляет собой авторское право Европейского Союза?

Правовое регулирование авторского и смежных с ним прав в Европейском Союзе направлено на обеспечение высокого уровня охраны этих прав, поскольку они являются правовой основой для защиты результатов творческой деятельности. Эффективная правовая регламентация авторского и смежных прав гарантирует развитие творческого потенциала и интересов авторов, способствует инновационному развитию общества, улучшает конкурентоспособность экономики ЕС. Сближение законодательств государств-членов в данной области также способствует реализации принципов внутреннего рынка и его развитию.

Основы регулирования отношений в сфере авторского права, оказавшие большое влияние на его формирование в Европейском Союзе и внутригосударственное регулирование таких отношений в государствах-членах, закреплены во Всемирной конвенции об авторском праве[155] и Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений 1967 г. Главным источником регулирования смежных прав является Международная конвенция «Об охране интересов артистов-исполнителей, производителей фонограмм и вещательных организаций», подписанная в Риме в 1961 г.

Важные положения правового регулирования авторского права содержатся и в Соглашении об относящихся к торговле аспектах прав интеллектуальной собственности (ТРИПС). Во вступившем в силу с 1 января 1995 г. Соглашении о Европейском экономическом пространстве содержится обязанность государств — членов Европейского Союза, а также Исландии, Норвегии и Лихтенштейна по ратификации основополагающих договоров в области авторского права.

Первые шаги по унификации и гармонизации законодательства в области авторского права в Европейском Союзе были предприняты в 1988 г., когда Европейская комиссия опубликовала «Зеленую книгу по авторскому праву и развитию технологии». В ЕС приняты и имплементированы в национальное законодательство несколько директив, посвященных вопросам охраны авторских и смежных прав[156]. Целью этого законотворчества является не только урегулирование противоречий, но и создание авторского права Европейского Союза. Особую роль в правовом регулировании вопросов авторского права приобрел Суд ЕС, поскольку большинство принятых директив базируется на его решениях.

Усилия Европейского Союза по сближению национального законодательства в области авторского права и смежных прав не только содействуют созданию внутреннего рынка, но и обеспечивают защиту авторских и смежных прав, которая хотя и по-прежнему основана на принципах Бернской конвенции, но представляет собой более высокий уровень правовой охраны литературной и художественной собственности. Гармонизация норм авторского права создает климат, способствующий развитию творческого потенциала. Она укрепляет европейское единство в гуманитарной сфере и содействует формированию европейской идентичности.

Авторское право Европейского Союза начало формироваться на основе директив Совета с конца 1980-х годов и быстро развивается. Так, в 2001 г. были изданы Директива о действии авторского права в информационном обществе, а также Директива о праве автора на вознаграждение при перепродаже произведения искусства[157]. Последняя содержит обязанность государств-членов предусмотреть в своем законодательстве выплату минимальных гарантированных платежей — роялти — в пользу автора при каждой перепродаже оригинала его произведения (за исключением сделок непредпринимательского характера между физическими лицами).

Роялти, минимальный размер которых установлен на уровне 2–4% от цены произведения, должен уплачивать продавец оригинала произведения в пользу автора и его наследников. По общему правилу Директива распространяется только на граждан Европейского Союза, но государства-члены вправе предоставить аналогичные права иностранцам в соответствии с режимом взаимности. Таким образом, чтобы авторы произведений искусства из России могли рассчитывать на получение минимальных гарантированных роялти при каждой перепродаже их произведений на территории ЕС, нормы, равнозначные положениям Директивы, должны быть закреплены в российском законодательстве.

145. Как осуществляется правовое регулирование компьютерных программ и баз данных в качестве объектов авторского права?

Директива Совета о правовой охране компьютерных программ от 14 мая 1991 г.[158] — первый документ в этой новой области авторского права. Она ставила своей основной целью достижение согласия по ключевому вопросу: при каких условиях произведение может считаться объектом защиты. Кроме того, принятие этого нормативного акта было направлено на обеспечение большей охраны прав авторов программ от их незаконного копирования.

Главный принцип, заложенный в Директиве, состоит в том, что компьютерная программа должна рассматриваться как объект авторского права в соответствии с Бернской конвенцией. Согласно Директиве объектом охраны является компьютерная программа, выраженная в любой форме, включая ее подготовительные и проектные материалы. При этом авторским правом не охраняются идеи и принципы, лежащие в основе любого элемента компьютерной программы, включая те, которые составляют основу ее интерфейса.

Автором компьютерной программы по общему правилу признается физическое или юридическое лицо, ее создавшее. Имущественными правами на программу, созданную в рамках исполнения наемным работником своих обязанностей, обладает его работодатель, если иного не установлено в трудовом договоре между ними. Более подробные нормы определения авторства должны предусматриваться национальным законодательством.

К основным исключительным правам автора компьютерной программы Директива относит права на воспроизведение, перевод, адаптацию, изменение и распространение. На совершение указанных действий третьими лицами требуется особое разрешение (лицензия) автора, за исключением отдельных случаев, предусмотренных Директивой, например для устранения ошибок в копии программы, законно используемой лицом.

Директива устанавливает, что государства-члены должны предусмотреть адекватные меры ответственности в отношении лица, владеющего, а также совершающего любое действие по распространению копии компьютерной программы, если лицо знает или имеет основание полагать, что программа является контрафактной копией. Всякая контрафактная копия компьютерной программы подлежит конфискации в соответствии с законодательством соответствующего государства-члена.

Необходимость правовой охраны новых объектов исключительных прав объясняет появление на свет в 1996 г. еще одной Директивы ЕС — о правовой охране баз данных[159]. Имеющая большое значение для развития правового регулирования информационного общества, эта Директива закрепляет права авторов разного рода информационных хранилищ — баз данных, зафиксированных как в электронном виде, в том числе с доступом через сети общего пользования, так и на бумажном носителе. Под базой данных (БД) понимается «собрание независимых произведений, данных или иных материалов, упорядоченных систематически или методологически, доступное в индивидуальном порядке электронным или иным путем».

Отнесение БД к объектам авторского права означает их правовую охрану в силу самого факта создания, без требования какой-либо государственной регистрации прав. Единственным критерием для отнесения БД к объектам исключительных прав является ее создание интеллектом автора в качестве самостоятельного произведения благодаря особому отбору данных и их компоновке. В отношении БД применимы авторское право Европейского Союза, а также специальные нормы Директивы, так называемые права sui generis. В отношении БД установлен 15-летний срок действия исключительных прав, однако каждое существенное изменение БД влечет начало течения нового срока правовой охраны.

146. Как осуществляется унификация сроков охраны авторского и смежных прав в ЕС?

Важным решением, послужившим основанием для принятия Директивы 2006/116/EC о согласовании сроков защиты авторских и смежных прав[160], явилось решение Суда ЕС по делу «EMI v. Electrola». В решении по этому делу Суд высказал принципиальную точку зрения: объект авторского права, не обремененный лицензией владельца авторских прав, может свободно распространяться в другом государстве-члене только по истечении периода его правовой охраны в государстве распространения.

До издания Директивы о сроках в национальных законодательствах государств-членов устанавливались различные сроки действия авторского права. Директива же предусмотрела унификацию таких сроков защиты, установив, что произведение пользуется правовой охраной на протяжении жизни автора и в течение 70 лет после его смерти[161]. Срок действия авторского права начинает течь одновременно во всех государствах-членах, с 1 января года, следующего за датой создания (обнародования) произведения.

В случае соавторства начало течения 70-летнего срока защиты авторских прав исчисляется со дня смерти последнего из соавторов. Произведения, написанные под псевдонимом (когда настоящий автор действительно неизвестен) или анонимно, защищены в течение 70 лет с момента, когда произведение впервые было опубликовано на законных основаниях.

Отдельно урегулированы Директивой сроки защиты кинематографических и аудиовизуальных произведений. Такие сроки истекают через 70 лет после смерти последнего из соавторов произведения. К соавторам аудиовизуального произведения Директивой о сроках отнесены главный режиссер, автор сценария, автор диалогов, а также композитор оригинальных музыкальных произведений.

Директива также установила 50-летний срок правовой охраны смежных прав, который начинается с момента публикации произведения: его исполнения, либо сообщения о записи, либо передачи в эфир или по кабелю. В 2001 г. это положение было дополнено в связи с развитием новых средств коммуникации: публикацией произведения считается любое его сообщение публике, в частности размещение в сети общего пользования.

Для российских авторов важным является положение Директивы, установившее, что в отношении произведения, происходящего из третьей страны, срок правовой охраны, предоставленной в определенном государстве-члене, истекает одновременно со сроком охраны в стране происхождения произведения, но не может превышать максимального срока, установленного в Директиве.

147. Как действует авторское право в информационном обществе?

В 1995 г. Европейская комиссия опубликовала «Зеленую книгу», в которой была рассмотрена возможность законодательного регулирования на уровне ЕС вопросов авторского и смежных прав в условиях новой социально-экономической реальности — информационного общества. В результате широкой дискуссии был выдвинут проект Директивы о гармонизации определенных аспектов действия авторского и смежных прав в информационном обществе[162], утвержденной в мае 2001 г. Основная задача регулирования авторского права в контексте информационного общества заключается в поиске баланса между правами и законными интересами авторов произведений и свободой доступа неограниченного круга пользователей к этим произведениям через сети общего пользования. С развитием новых средств связи, в первую очередь сети Интернет, появились новые способы использования объектов авторского права, которые не могли быть учтены в прежнем законодательстве. Доступ к произведениям литературы и искусства стал как никогда простым, одновременно на порядок возросли возможности незаконного использования произведений и пиратства.

Принятие этой Директивы было необходимо также в связи с тем, что в рамках ВОИС в декабре 1996 г. были приняты два новых международных договора — Договор об авторских правах (WIPO Copyright Treaty) и Договор о выступлениях и фонограммах (WIPO Performances and Phonograms Treaty). В марте 2000 г. Европейское сообщество стало участником обоих договоров[163], а их положения были включены в Директиву. Комиссия получила право представлять интересы государств-членов в дальнейших переговорах.

К основополагающим положениям Директивы (ст. 2) относится четкое определение круга лиц, исключительные права которых подлежат правовой охране, а также круга объектов таких прав:

— авторы: в отношении оригинала и копий произведений;

— исполнители: в отношении записи исполнений;

— производители фонограмм: в отношении фонограмм;

— производители первой записи фильмов: в отношении оригинала и копий фильмов;

— вещательные организации: в отношении передач.

Права автора, закрепляемые Директивой, состоят в исключительном праве разрешать или запрещать любое сообщение неограниченному числу лиц оригинала или копий произведения. К понятию публикации произведения, и это новелла Директивы, относится само предоставление доступа публики к произведению, даже если место и время обращения к произведению пользователь определяет сам. Очевидно, что описанный случай охватывает размещение литературного или художественного произведения на страницах Интернета или другой сети общего пользования. Аналогичным образом определены и смежные права.

Автору принадлежит также исключительное право на первое обнародование произведения (ст. 4 Директивы). Данное право может считаться исчерпанным только при продаже или ином переходе собственности на произведение на территории ЕС. Таким образом подтверждается территориальный характер прав интеллектуальной собственности, но в качестве территории действия авторского права рассматривается не отдельное государство, а Европейский Союз в целом.

Сформулировав в общем виде исключительные права авторов и субъектов смежных прав, Директива (ст. 5) закрепила длинный (около 20 случаев) перечень исключений, которые могут вводиться в законодательство государств-членов. Общий принцип действия таких исключений определяется так называемым тестом на экономический эффект: использование произведения без санкции правообладателя не должно наносить существенного ущерба его исключительным правам и никак не может служить источником дополнительной прибыли.

Интерес представляют ограничения, дополнительно накладываемые на признанные ранее способы свободного использования произведений. Так, право делать копии с произведений для личного некоммерческого использования физическими лицами обусловлено выплатой справедливой компенсации владельцу исключительных прав. Директива установила также ряд обязанностей государств-членов в отношении борьбы с несанкционированным использованием литературных и художественных произведений. Производство контрафактной (поддельной) продукции и пиратство представляют важнейшую проблему в области интеллектуальной собственности, нанося миллиардные убытки экономике и сокращая количество рабочих мест. Для координации мер борьбы с преступлениями в данной сфере на уровне Европейского Союза Комиссия в 1998 г. представила «Зеленую книгу», а в 2000 г. — План действий на ближайшую и среднесрочную перспективу. Некоторые из этих мер уже реализованы с принятием в 2004 г. Директивы о соблюдении прав интеллектуальной собственности, распространяющей действие и на обладателей промышленной собственности.

148. Каковы цели и принципы правового регулирования электронной торговли в Европейском Союзе?

Электронную торговлю можно определить как совершение коммерческих сделок с использованием электронных средств связи прежде всего в онлайновом режиме без использования традиционных носителей информации.

Можно выделить следующие цели и принципы правового регулирования этой новой сферы на уровне Европейского Союза:

а) реализация принципов внутреннего рынка в части обеспечения свободы движения услуг информационного общества;

б) обеспечение уважения прав и основных свобод человека в условиях применения новых средств связи, включая свободу слова, право на получение информации, право на неприкосновенность частной жизни и др.;

в) решение важнейших задач, стоящих сегодня перед Союзом, таких как увеличение занятости населения путем создания рабочих мест в «новой экономике», инновационное развитие малого и среднего бизнеса, рост инвестиций в научные исследования;

г) установление правовой определенности в электронной торговле, при соблюдении баланса прав потребителей, производителей и общественно важных интересов, в таких областях, как, например, здравоохранение.

Законопроектные работы в Европейском Союзе по разработке базового нормативного акта в области электронной торговли были начаты в 1996 г. По итогам широкой дискуссии Европейская комиссия в апреле 1997 г. выступила с «Европейской инициативой в области электронной торговли». В июне 2000 г. была принята Директива о некоторых правовых аспектах услуг информационного общества и, в частности, электронной торговли на внутреннем рынке[164] (Директива об электронной торговле). Данный акт основывается на общих принципах внутреннего рынка ЕС, таких как свобода учреждения и свобода предоставления услуг, а также положениях о гармонизации национального законодательства (ст. 95 ДЕС).

К особенностям предмета Директивы, как и других нормативных правовых актов Европейского Союза в области электронной торговли, относится фрагментарность национального законодательства, которое может отсутствовать вовсе, а при наличии — даже создавать преграды развитию информационного общества или не обеспечивать должной защиты законных прав и интересов юридических и физических лиц. Поэтому законодательные акты Европейского Союза в данной сфере призваны скорее создать новое единообразное право, а не только гармонизировать или унифицировать уже действующее.

Директива об электронной торговле обеспечивает развитие внутреннего рынка ЕС в отношении услуг информационного общества, под которыми понимаются «услуги, оказываемые по индивидуальному запросу клиента на расстоянии, обычно за вознаграждение, посредством электронной передачи и хранения данных»[165]. Оказание таких услуг по индивидуальному запросу является их отличием, в частности, от телевизионных услуг[166]. Приведенное понятие выходит за рамки сделок, заключаемых электронным путем, и включает услуги по онлайновому поиску и предоставлению информации, доступу к базам данных, пересылке и хранению информации, обмену коммерческой корреспонденцией.

Общий принцип, закрепленный в Директиве, гласит, что государства-члены не вправе ограничивать осуществление услуг информационного общества, происходящих или адресованных за национальную границу, но в пределах Европейского Союза. При этом в законодательство вводится принцип ответственности государства происхождения услуги. Действие Директивы об электронной торговле распространяется на услуги, предоставляемые поставщиками с территории Европейского Союза, и не применимо к услугам, предоставляемым с территории третьих стран.

Важнейшим в этой связи оказывается вопрос определения государства, с территории которого оказывается услуга. Директива исходит из сложившегося в практике Суда ЕС понимания места учреждения поставщика услуги как места действительного осуществления экономической деятельности.

Исключением из принципа свободы предоставления услуг информационного общества является традиционный перечень вопросов общественного порядка, государственной безопасности, здравоохранения и охраны нравственности. Ограничение свободы электронных сообщений требует применения принципа пропорциональности, развитого в праве Европейского Союза.

Реализация принципов внутреннего рынка ЕС находит свое выражение также в том, что для оказания услуг информационного общества не требуется получения предварительного разрешения властей (ст. 4 Директивы). При этом поставщик услуг обязан обеспечивать постоянный доступ к информации о себе.

В июле 2001 г. Комиссия объявила о начале широкой дискуссии относительно будущего договорного права Европейского Союза. К важнейшим вопросам, которые должны найти отражение в новых актах в области частноправовых договоров, относятся проблемы регулирования электронных контрактов, законодательное закрепление которых в соответствии с Директивой об электронной торговле должно существенно упростить заключение трансграничных контрактов.

149. Как регулируется в праве Европейского Союза электронная цифровая подпись?

В декабре 1999 г. Европейским парламентом совместно с Советом была принята Директива о порядке использования электронных подписей в Европейском сообществе[167]. В соответствии со ст. 2 Директивы под электронной цифровой подписью понимаются данные в электронном формате, которые прилагаются к другим электронным данным или логически ассоциируются с ними и служат в качестве метода установления аутентичности.

Для так называемой продвинутой электронной подписи предусмотрено специальное правовое регулирование. Такая подпись должна удовлетворять следующим критериям: 1) быть уникальным образом связанной с сигнатарием; 2) обладать способностью его идентификации; 3) создаваться на основе средств, находящихся под единоличным контролем сигнатария и 4) быть связанной с данными, к которым она относится таким образом, что любое последующее изменение данных будет неизбежно обнаружено.

Обязательным является предоставление сертификационных услуг государственными организациями и физическими лицами при условии их строгого соответствия национальному законодательству. Сферы использования электронных документов и подписей определяются национальным правом. Поэтому именно государства-члены обязаны создавать условия для организации эффективной системы контроля за деятельностью провайдеров сертификационных услуг на своей территории. Они же несут ответственность за предоставление общественности правомочных сертификатов. В соответствии с принципами внутреннего рынка ЕС государства-члены обязаны обеспечивать свободное распространение продуктов электронной подписи на национальном внутреннем рынке и условия сохранения конкурентоспособности провайдеров.

Сфера применения и цель Директивы определены в ст. 1. Директива призвана способствовать использованию электронных подписей и внести вклад в дело их юридического признания. Она обеспечивает создание правовой базы электронных подписей и некоторых сертификационных служб для внедрения электронных подписей на внутреннем рынке. Статья 3 Директивы посвящена регулированию организационных и правовых вопросов, связанных с доступом на рынок электронных услуг. В соответствии со ст. 5 Директивы государства-члены обязаны создавать условия, при которых продвинутые электронные подписи вместе с защищенными устройствами создания подписи и правомочными сертификатами отвечали бы правовым требованиям, предъявляемым к подписи под информацией, представленной в электронной форме аналогично подписи, сделанной на бумаге от руки. Рекомендации по надежному удостоверению подписи изложены в Приложении IV к Директиве. Директива предусматривает строгое соблюдение требований по защите физических лиц относительно обработки личных данных и обеспечения свободы их передвижения.

В соответствии с Директивой 95/46/ЕС Европарламента и Совета от 24 декабря 1995 г. должны неукоснительно соблюдаться требования по защите физических лиц относительно обработки личных данных и их свободного передвижения. Ответственность за аккредитование и надзор за соблюдением этих требований лежит на службах провайдера по сертификации и соответствующих государственных органах (п. 1 ст. 8 Директивы об электронной подписи). Персональные данные можно собирать только непосредственно с согласия самого субъекта и только с целью выпуска сертификата.

Таким образом, Директиве в целом удалось заключить использование новейших телекоммуникационных технологий, обеспечивающих применение электронно-цифровой подписи, в четкие правовые рамки, целью которых является гармонизация правового регулирования этих отношений на территории ЕС, а также способствовать установлению баланса интересов Союза, государств-членов, юридических лиц и граждан. Кроме того, Директива призвана обеспечить максимальную защиту авторских прав, права на информацию, а также гарантировать необходимую информационную безопасность и тем самым внести свой вклад в развитие информационного общества и стабилизацию экономической жизни.

150. Что такое электронные деньги?

Законодательство Европейского сообщества не только регулирует такие уже ставшие привычными явления, как электронная торговля, но и еще недостаточно развитое, но потенциально экономически перспективное явление, как электронные деньги.

Электронные деньги — это серии зашифрованных наборов символов, заменяющие банковские купюры и монеты. Как средство платежа и накопления электронные деньги представляют собой информацию о количественном выражении стоимости денежного эквивалента. Эта информация хранится в электронном виде на специальном устройстве, принадлежащем пользователю электронных денег. По мере того, как лицо, которому принадлежат электронные деньги, использует их для совершения сделок, в том числе оплаты товаров или услуг, информация об их денежной стоимости, хранящаяся на электронном устройстве, изменяется.

Принятая 18 сентября 2000 г. Директива 2000/46/ЕС «Об учреждении, деятельности и надзоре за деятельностью организаций, занимающихся электронными деньгами» (далее — Директива 2000/46/ЕС)[168], является одной из первых в мире попыток создать правовые рамки для развития электронных денег. В подп. «b» п. 3 ст. 1 она дает правовое определение электронных денег: «Электронные деньги означают денежную стоимость требования к лицу, его выпустившему, которое: 1) хранится на электронном приспособлении; 2) выпускается при получении средств, обладающих стоимостью не меньшей, чем денежная стоимость выпущенного требования; 3) принимается в качестве средства платежа и другими лицами, кроме лица, выпустившего такое требование».

С технической точки зрения, в зависимости от их электронного носителя, электронные деньги принято разделять на «жесткие» электронные деньги и «программные» электронные деньги.

«Жесткие» электронные деньги имеют большее распространение в современном мире. Для них характерно хранение информации на каком-то определенном и специально для этого предназначенном устройстве — в большинстве случаев на микрочипе, находящемся в пластиковой карте.

«Программные» электронные деньги в свою очередь фиксируются в специальной программе и могут храниться пользователем на персональном компьютере. Это обеспечивает удобное использование «программных» электронных денег для расчетов через Интернет и иные телекоммуникационные сети.

Для всех электронных денег на современном этапе характерны следующие черты: в отличие от дебетовых и кредитных карт они предоставляют своим пользователям высокую степень анонимности; для них характерна сложная и стойкая криптографическая защита. Они позволяют реализовать такие основные функции денег, как средство обмена и накопления. При этом мгновенное выполнение финансовых операций с использованием электронных денег существенно ускоряет и упрощает систему расчетов.

На территории Европейского Союза выпуск электронных денег возможен только кредитными организациями, которые могут быть как традиционными кредитными организациями, так и специализированными кредитными организациями, занимающимися электронными деньгами и не осуществляющими обычной банковской деятельности.

Раздел XXI

ПРОСТРАНСТВО СВОБОДЫ, БЕЗОПАСНОСТИ И ПРАВОСУДИЯ

151. Что такое «пространство свободы, безопасности и правосудия»?

Термин «пространство свободы, безопасности и правосудия» (англ. area of freedom, security and justice; франц. espace de libertй, de sйcuritйet de justice) был введен в учредительные документы Европейского Союза по предложению Комиссии в 1997 г. (поправки Амстердамского договора). Он обозначает, с одной стороны, цель, к которой должен стремиться Европейский Союз, с другой — особую сферу его компетенции.

Пространство свободы, безопасности и правосудия как цель предполагает достижение высокого уровня охраны законности и правопорядка в масштабах Европейского Союза в целом.

К реализации этой цели призван вести комплекс мероприятий со стороны институтов Союза, которые осуществляются по нескольким направлениям:

— меры по вопросам пересечения внутренних и внешних границ, включая визовую политику;

— меры в области предоставления убежища и в сфере иммиграционной политики, в том числе регулирование статуса иностранцев, проживающих в ЕС;

— меры в области судебного сотрудничества по гражданским делам;

— меры, призванные обеспечить сотрудничество между компетентными административными службами государств-членов в вышеуказанных областях (в частности, между службами пограничной охраны);

— меры по предупреждению преступлений и по борьбе с преступностью.

Правовую основу для принятия указанных мер образует, прежде всего, раздел IV части третьей Договора о ЕС 1957 г. «Визы, предоставление убежища, иммиграция и другие направления политики, связанные со свободным передвижением людей»[169]. Нормативные акты и иные меры в сфере уголовной политики утверждаются на основании раздела VI Договора о Европейском Союзе 1992 г. «Сотрудничество полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере» (т. е. в рамках третьей опоры).

После вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. о реформе Европейского Союза (см. вопрос № 17) все упомянутые положения будут кодифицированы в едином разделе Договора о функционировании Европейского Союза (раздел V «Пространство свободы, безопасности и правосудия» части третьей «Внутренняя политика и деятельность Союза»).

152. Какую роль в создании пространства свободы, безопасности и правосудия играют Шенгенские соглашения?

Шенгенские соглашения — это форма продвинутого сотрудничества между государствами — членами Союза, которые стремятся к ускоренному созданию пространства свободы, безопасности и правосудия. Первоначальными участниками данных соглашений были пять стран (Франция, ФРГ, Бельгия, Нидерланды, Люксембург). Впоследствии к Шенгенским соглашениям присоединились остальные государства-члены, кроме Великобритании и Ирландии.

В 1999 г. «Шенгенские достижения» (Шенгенские соглашения плюс изданные на их основе правовые акты) были признаны составной частью права Европейского Союза, которую обязаны ввести в действие на своей территории все страны, вступающие в состав этой организации.

Великобритания и Ирландия на основании специальных решений Совета Европейского Союза позднее также присоединились к Шенгенским соглашениям, но лишь в части, касающейся борьбы с преступностью. На основании специальных договоренностей ассоциированными участниками Шенгенских соглашений стали еще три страны, не входящие в состав Европейского Союза, — Исландия, Норвегия и Швейцария.

Шенгенские соглашения были подписаны во второй половине 1980-х гг., т. е. еще до заключения Договора о Европейском Союзе (1992 г.). Слово «шенгенские» в их названии указывает на место подписания этих документов: небольшая деревня и одноименный замок Шенген (Schengen), расположенные в государстве Люксембург на пересечении его границ с Францией и ФРГ.

Всего существует два Шенгенских соглашения, подписанных соответственно в 1985 и 1990 гг. Первое — Соглашение о постепенной отмене проверок на общих границах (Шенгенское соглашение 1985 г.) — носило предварительный характер и на сегодняшний день утратило значение. Второе — Конвенция о применении Шенгенского соглашения (Шенгенская конвенция 1990 г.) — сохраняет большую роль по сей день. Именно в Шенгенской конвенции:

— закреплен принцип прозрачности внутренних границ, т. е. границ между государствами — членами Союза: «Внутренние границы можно пересекать в любом месте, не подвергаясь какому бы то ни было личному контролю» (ст. 2);

— введены единые условия въезда на территорию Союза иностранцев и единая («шенгенская») виза;

— содержатся нормы правоохранительной направленности, объединенные в специальный раздел «Полиция и безопасность» (раздел III Шенгенской конвенции);

— предусмотрено создание «Шенгенской информационной системы», благодаря которой в единую компьютеризированную сеть были объединены правоохранительные базы данных разных государств-членов.

На основании Шенгенской конвенции функционировал также специальный орган — Шенгенский исполнительный комитет, состоявший из министров внутренних дел государств-участников. Данный Комитет издал множество правовых актов по вопросам пересечения внутренних и внешних границ, борьбы с преступностью, которые образуют составную часть «Шенгенских достижений» (англ. Schengen acquis; франц. acquis de Schengen). В 1999 г. Исполнительный комитет был ликвидирован, а его полномочия перешли к Совету — главному законодательному институту Европейского Союза. В настоящее время активно развивается процесс замены «Шенгенских достижений», включая Шенгенские соглашения, нормативными актами Совета Европейского Союза и Европейского парламента. Так, в период 2006–2009 гг. взамен Шенгенской конвенции и актов Шенгенского исполнительного комитета были изданы:

— Шенгенский кодекс о границах 2006 г.[170], в котором собраны все основные правила относительно пересечения как внутренних (между государствами-членами), так и внешних (с третьими странами) границ ЕС. Именно в Шенгенском кодексе о границах (ст. 5) закреплены теперь единые условия въезда в ЕС иностранцев, которые также применяются при выдаче Шенгенской визы;

— законодательство о Шенгенской информационной системе второго поколения 2006–2007 гг.[171] Шенгенская информационная система второго поколения базируется на передовых технических принципах, обеспечивающих ей бoльшую надежность, вместимость и скорость передачи данных по сравнению с Шенгенской информационной системой первого поколения, учрежденной Шенгенской конвенцией 1990 г.;

— Визовый кодекс ЕС 2009 г.[172] После вступления в силу (5 апреля 2010 г.) он заменил собой соответствующие нормы Шенгенской конвенции и актов Шенгенского исполнительного комитета, посвященных единой (Шенгенской) визе. В соответствии с Визовым кодексом Европейская комиссия должна издать новую практическую инструкцию о выдаче виз, адресованную консульствам всех шенгенских государств.

Итак, после 2010 г. большинство норм, первоначально содержавшихся в Шенгенских соглашениях, закрепляются в нормативных актах Европейского Союза, изданных его законодательными институтами. Шенгенские соглашения все более превращаются в своеобразный «исторический памятник», который представляет интерес не столько в практическом, сколько в историко-правовом контексте.

153. Что представляет собой шенгенская виза?

Шенгенская виза — это единая многонациональная виза, действие которой распространяется на все «шенгенские государства» (франц. Etats Schengen)[173].

Вместе взятые, эти государства образуют «шенгенское пространство» (франц. espace Schengen), или «Шенгенскую зону»[174]. К концу 2009 г. шенгенское пространство официально включало 25 стран: 23 государства — члена Европейского Союза (из 27) плюс Исландия, Норвегия и Швейцария (ассоциированные участники «Шенгенских достижений»)[175].

За рамками шенгенского пространства, таким образом, оставались 5 государств — членов Европейского Союза. Из них 3 государства-члена, вступивших в Союз в 2004–2007 гг., временно оставались за рамками шенгенского пространства по техническим причинам, в частности, поскольку не были подключены к Шенгенской информационной системе (Болгария, Румыния, Кипр). После завершения необходимых технических мероприятий Совет Европейского Союза в течение ближайших лет издаст решение о включении этих стран в шенгенское пространство.

Еще 2 государства-члена — Великобритания и Ирландия — не входят в шенгенское пространство по юридическим причинам. Благодаря изъятиям, предусмотренным в специальных протоколах к учредительным документам Европейского Союза и подтвержденным Лиссабонским договором (см. вопрос № 17), на них не распространяют действие источники и нормы права ЕС по вопросам пересечения границ и визового режима.

В настоящее время Великобритания и Ирландия подчиняются «Шенгенским достижениям» лишь в части, относящейся к мероприятиям по усилению борьбы с преступностью. В то же время названные государства-члены сохраняют юридическую возможность впоследствии присоединиться к «Шенгенским достижениям» в полном объеме и, соответственно, войти в шенгенское пространство.

Шенгенская виза бывает двух типов:

— виза для краткосрочного пребывания (код «С»), максимум — три месяца в течение одного полугодия;

— транзитная виза (код «В»), на основании которой иностранец осуществляет проезд через территорию шенгенского пространства из одной третьей страны в другую[176]; срок пребывания по этой визе ограничен пятью днями.

Каждая из указанных виз может быть однократной или многократной. Обладатель многократной шенгенской визы (с формулировкой «MULT») вправе въезжать на территорию шенгенского пространства два и более раз при условии, что его пребывание не превышает трех месяцев в течение одного полугодия. Предельный срок действия многократной шенгенской визы для краткосрочного пребывания составляет пять лет.

Кроме визы для краткосрочного пребывания и для транзита существуют еще два типа виз, не относящихся к шенгенским:

— виза для транзита через аэропорт (код «А»), на основании которой иностранец совершает остановку или пересадку (трансферт) в аэропортах Шенгенских государств. Подобные визы требуется иметь гражданам отдельных развивающихся стран, из которых наиболее вероятны попытки незаконной иммиграции в Европейский Союз. Для остальных иностранцев трансферт является свободным, не требует получения визы;

— виза для долгосрочного пребывания (код «D»), т. е. для пребывания более трех месяцев. Данная виза является национальной. Она выдается странами ЕС на основании их внутреннего законодательства. В свою очередь, обладатель такой визы не получает права на свободное передвижение по территории шенгенского пространства.

154. Каковы условия выдачи шенгенской визы?

Шенгенские визы выдаются консульскими учреждениями Шенгенских государств; в исключительных случаях они могут быть получены на границе.

По общему правилу, за получением данной визы необходимо обращаться в посольство или консульство той страны, которая является единственным или основным местом назначения поездки. Когда это место невозможно определить (например, в случае транзита), компетентным является представительство страны, через которую будет осуществлен въезд на территорию шенгенского пространства.

Хотя выдача шенгенских виз осуществляется в децентрализованном порядке (т. е. отсутствуют единые визовые центры ЕС), государства-члены могут выдавать их тогда и только тогда, когда ходатайствующее лицо соответствует единым условиям для въезда в шенгенское пространство. Эти условия закреплены в ст. 5 Шенгенского кодекса о границах 2006 г. и конкретизированы в Визовом кодексе ЕС 2009 г. (см. вопрос № 152).

Чтобы получить шенгенскую визу:

— иностранец должен обладать действительным документом на поездку (как правило, загранпаспорт). Необходимо, чтобы этот документ признавался всеми Шенгенскими государствами и чтобы срок окончания его действия превышал на три месяца срок действия визы (из этого требования допускаются исключения);

— иностранец должен подтвердить цель и условия своей поездки, наличие достаточных материальных ресурсов (определяются по законодательству государств-членов), а также предоставить гарантии своего намерения возвратиться на родину (т. е. что он не стремится под прикрытием визы стать незаконным иммигрантом);

— на иностранца должен отсутствовать «информационный запрос о недопуске». Подобный запрос вправе направить любое шенгенское государство, например когда имеются «серьезные основания полагать», что иностранец совершил тяжкие преступления, или если «существуют реальные данные о том, что он планирует совершить подобные деяния» на территории шенгенских государств (ст. 96 Шенгенской конвенции).

Запросы о недопуске направляются государствами-членами по каналам Шенгенской информационной системы. Если хотя бы одно из них внесло такой запрос в отношении конкретного иностранца, то последнему не может быть предоставлена шенгенская виза ни одним из государств-членов;

— иностранец не должен рассматриваться «в качестве лица, способного представлять угрозу публичному порядку, национальной безопасности или международным отношениям» шенгенских государств. Данное условие дополняет предыдущее и позволяет отказывать во въезде даже в том случае, когда иностранец уже получил необходимую визу и прибыл с ней на пограничный пропускной пункт.

Если иностранец не соответствует хотя бы одному из вышеуказанных условий, то шенгенская виза ему предоставлена быть не может. Однако любое из государств-членов в порядке исключения вправе выдать ему так называемую «визу с ограниченной территориальной сферой действия» (например, если Швеция направила на иностранца N запрос о недопуске, а Финляндия со своей стороны готова допустить его на свою территорию). Визы с ограниченной территориальной сферой действия не предоставляют права на свободное передвижение по территории шенгенского пространства.

155. Какие нормативные акты изданы в рамках визовой политики ЕС?

Важнейшими нормативными актами общего действия являются Шенгенский кодекс о границах 2006 г., Визовый кодекс 2009 г., а также законодательство ЕС 2006–2007 гг. о Шенгенской информационной системе второго поколения (см. вопрос № 152).

Кроме того, законодательными институтами Европейского Союза издан ряд актов по специальным вопросам, которые уточняют или дополняют правила вышеуказанных документов. К ним относятся, в частности:

— Регламент (ЕС) Совета от 15 марта 2001 г. № 539/2001 «Об установлении перечня третьих стран, граждане которых подлежат обязанности иметь визу для пересечения внешних границ государств-членов, и перечня стран, граждане которых освобождаются от этого требования». В соответствии с указанным Регламентом в отношении граждан России и большинства других стран для въезда в ЕС действует визовый режим. Граждане США, Японии, Бразилии и еще примерно 40 иностранных государств освобождены от обязанности получать визу для краткосрочных (до трех месяцев) поездок в шенгенские государства. Действие Регламента не распространяется на Великобританию и Ирландию;

— Регламент (ЕС) Совета от 29 мая 1995 г. № 1683/95 «Об установлении единообразного формата визы». Регламент определяет структуру и содержание шенгенских и иных виз, предоставляемых государствами-членами, стандарты их безопасности (в целях защиты от подделок);

— Директива 2001/51/ЕС Совета от 28 июня 2001 г. «О дополнении положений статьи 26 Конвенции о применении Шенгенского соглашения от 14 июня 1985 г.». Директива предусматривает штрафные санкции в отношении перевозчиков, которые доставляют на территорию ЕС иностранцев, не обладающих необходимыми документами для въезда;

— Регламент (ЕС) № 1931/2006 Европейского парламента и Совета от 20 декабря 2008 г. «Об установлении правил в отношении малого пограничного движения на внешних сухопутных границах государств-членов и об изменении положений Шенгенской конвенции» устанавливает упрощенные правила пересечения границ жителями пограничных зон сопредельных с ЕС третьих стран в целях поездок в пограничную зону соответствующего государства-члена (например, поездок из пограничной зоны Калининградской области России в пограничные зоны Литвы или Польши). Ширина пограничной зоны согласно Регламенту составляет до 30 км от границы, максимум до 50 км (если охватывает территорию города или иного муниципального образования).

В рамках режима малого пограничного движения жителям пограничных зон выдается специальный документ, заменяющий собой визу и действительный для многократных поездок («разрешение на местное пересечение границы»). Для введения в действие режима малого пограничного движения дополнительно требуется заключение двусторонних соглашений между заинтересованными государствами-членами и третьими странами, например между Россией и Польшей и/или Литвой;

— Регламент (ЕС) № 767/2008 Европейского парламента и Совета от 9 июля 2008 г. о Визовой информационной системе и обмене данными между государствами-членами о визах для краткосрочного пребывания. Согласно Регламенту в Визовую информационную систему заносятся данные обо всех выданных или отказанных шенгенских визах и об обладателях подобных виз, в том числе «биометрические идентификаторы» (фотография и отпечатки пальцев). Эти данные впоследствии должны проверяться на границе (при въезде в шенгенское пространство), а также при новых обращениях за шенгенской визой.

Особый интерес для граждан России представляет законодательство ЕС, направленное на решение «калининградской проблемы». Данная проблема обусловлена вступлением в состав Европейского Союза Литвы и Польши, в результате чего гражданам России для проезда в Калининградскую область и обратно придется пересекать территорию шенгенского пространства.

Поскольку условия и процедура получения шенгенских транзитных виз являются достаточно сложными и длительными, были изобретены особые виды транзитных документов, которые выдаются в упрощенном порядке. В соответствии с политической договоренностью между Россией и Европейским Союзом с этой целью был издан Регламент (ЕС) № 693/2003 Совета от 14 апреля 2003 г. «О создании упрощенного транзитного документа (УПД) и упрощенного проездного документа на железной дороге (УПД-ЖД) и об изменении Общей консульской инструкции и Общего руководства[177].

В соответствии с Регламентом УПД может выдаваться на трехмесячный срок, он действителен для транзитного проезда всеми видами транспорта. За его получением необходимо обращаться в консульские органы. Сбор за выдачу УПД — 5 евро.

УПД-ЖД действителен только для проезда железнодорожным транспортом и имеет однократное действие («туда-обратно»). Его выдача производится бесплатно через билетные кассы.

Упрощенный транзитный документ и упрощенный проездной документ на железной дороге разрешают находиться лишь в пределах того государства-члена, через территорию которого совершается транзит. Правом на посещение других государств-членов они не наделяют и потому приравниваются по своим юридическим свойствам к визе с ограниченной территориальной сферой действия. 25 мая 2006 г. было заключено Соглашение между Россией и ЕС «Об упрощении выдачи виз гражданам Российской Федерации и Европейского Союза», которое в основном касается строго определенных категорий лиц (члены официальных делегаций, журналисты, предприниматели и др.). Для всех граждан России оно снижает размер визового сбора (35 евро вместо 60 евро), а также фиксирует четкий срок рассмотрения ходатайств (10 дней с возможностью продления до 30 дней).

Одновременно было заключено Соглашение «О реадмиссии», в соответствии с которым стороны обязались производить возврат на свою территорию лиц, незаконно проникших с территории России в Европейский Союз или с территории Европейского Союза в Россию.

156. Из каких источников складывается законодательство ЕС об иммиграции и предоставлении убежища?

Иммиграционная политика Европейского сообщества (ст. 63 Договора о ЕС) направлена на введение единообразных правил в отношении иностранцев, приезжающих в государства-члены в целях долгосрочного пребывания (свыше 3 месяцев) или на постоянное место жительства. В рамках этой политики в последние годы были изданы:

— Директива 2001/40/ЕС от 28 мая 2001 г. «О взаимном признании решений о выдворении граждан третьих стран». В соответствии с Директивой решение о выдворении иностранца, вынесенное одним из государств-членов, подлежит исполнению другими государствами-членами, на территории которых может находиться соответствующее лицо.

Упрощению процедуры выдворения также служат Директива 2003/110/ЕС от 25 ноября 2003 г. «О содействии транзиту в рамках мер по выдворению воздушным путем» и Решение от 29 апреля 2004 г. «Об организации совместных авиарейсов в целях выдворения с территории двух или более государств-членов граждан третьих стран, являющихся объектом мер по выдворению на территории двух или более государств-членов».

Единые правила возврата на родину (репатриации) нелегальных иммигрантов были установлены Директивой 2008/115/ЕС от 16 декабря 2008 г. «Об общих стандартах и процедурах, подлежащих применению в государствах-членах к возврату незаконно пребывающих граждан третьих стран»;

— в 2002 г. принято законодательство, направленное на противодействие нелегальной иммиграции уголовно-правовыми средствами: Директива 2002/90/ЕС от 28 ноября 2002 г. «Об определении помощи незаконному въезду, транзиту и пребыванию» устанавливает признаки соответствующих преступлений, а Рамочное решение от 28 ноября 2002 г. «Об усилении уголовно-правовых стандартов в целях наказания помощи незаконному въезду, транзиту и пребыванию» предусматривает меры ответственности за их совершение, которые могут достигать восьми лет лишения свободы.

Единообразные уголовно-правовые, административные и иные меры ответственности работодателей ЕС, принимающих на работу нелегальных иммигрантов, были введены Директивой 2009/52/ЕС от 18 июня 2009 г. «Об установлении минимальных стандартов в отношении санкций и мер к работодателям незаконно пребывающих граждан третьих стран»;

— кроме превентивных мер и санкций в отношении нелегальной иммиграции Европейский Союз стремится разработать единообразное законодательство, регулирующее статус законных иммигрантов. В частности, иностранцам, получившим вид на жительство сроком более одного года, предоставлено право на переезд к нему супруга и детей, также не являющихся гражданами Союза (Директива 2003/86/ ЕС от 22 сентября 2003 г. «О праве на семейное воссоединение»).

Правовой статус иностранцев, законно проживших в одном из государств-членов не менее пяти лет, регулирует Директива 2003/109/ ЕС от 25 ноября 2003 г. «О статусе граждан третьих стран, проживающих на долгосрочной основе». Согласно Директиве подобные иностранцы («долгосрочные резиденты») во многих социально-экономических правах приравниваются к гражданам Европейского Союза.

Специальные директивы были приняты с целью урегулировать вопросы неэкономической иммиграции в ЕС, т. е. въезда иностранцев в целях осуществления образовательной, научной или иной деятельности, не направленной на извлечение прибыли или иного дохода: Директива 2004/114/ЕС от 13 декабря 2003 г. «Об условиях допуска граждан третьих стран в целях образования, обмена учащимися, неоплачиваемой профессиональной подготовки или волонтерской деятельности» и Директива 2005/71/ЕС от 12 октября 2005 г. «О специальной процедуре допуска граждан третьих стран в целях научных исследований».

По вопросам экономической миграции Советом Европейского Союза была издана Директива 2009/50/ЕС от 25 мая 2009 г. «Об установлении условий въезда и пребывания граждан третьих стран в целях высококвалифицированной работы». Чтобы обеспечить приезд на работу в ЕС обладающих высшим образованием специалистов из-за рубежа, Директива предусматривает выдачу им специального вида на жительство, дающего более широкие права в сравнении с обычным видом на жительство, — «Европейской голубой карты» (франц. carte bleue europйenne);

— аналогично визам, Европейским сообществом установлен единый формат видов на жительство, выдаваемых государствами-членами: Регламент (ЕС) № 1030/2002 от 13 июня 2002 г. «Об установлении единообразного формата вида на жительство для граждан третьих стран». В виды на жительство также вскоре планируется включить биометрические индикаторы.

Политика предоставления убежища тесно связана с иммиграционной политикой Сообщества и регулируется вместе с ней ст. 63 Договора о ЕС. Объектами данной политики служат иностранцы, которые желают поселиться в Сообществе ввиду преследований, которым они подвергаются у себя на родине. Подобные лица вправе претендовать на получение убежища в соответствии с универсальным международным договором в этой области (Женевская конвенция от 28 июля 1951 г. «О статусе беженцев»).

Основная проблема для ЕС состоит в том, что иностранцы, стремящиеся получить убежище на его территории, часто подают ходатайство сразу нескольким государствам-членам в расчете на большую вероятность достижения успеха (т. е. предоставление статуса беженца хотя бы одним из государств). С целью решить эту проблему государства-члены в 1990 г. заключили в Дублине специальную конвенцию (Дублинская конвенция от 15 июня 1990 г.), которую в 2003 г. заменил нормативный акт Европейского сообщества: Регламент (ЕС) № 343/2003 от 15 февраля 2003 г. «Об установлении критериев и механизмов определения государства-члена, ответственного за рассмотрение прошения об убежище, представленного в одном из государств-членов гражданами третьих стран». Данный Регламент разграничивает подведомственность ходатайств (прошений) об убежище с тем, чтобы каждое из них рассматривалось властями одного-единственного государства-члена.

С целью облегчить применение Дублинской конвенции и заменившего ее Регламента ЕС была образована специальная компьютеризированная база данных «Евродак» (Eurodac), куда заносятся отпечатки пальцев лиц, ходатайствующих о предоставлении убежища, а также иностранцев, задержанных в связи с незаконным проникновением на территорию государств-членов: Регламент (ЕС)№ 2725/2000 от 11 декабря 2000 г. «Обучреждении «Евродак» для сопоставления отпечатков пальцев в целях эффективного применения Дублинской конвенции».

Гармонизации (сближению) основ правового статуса просителей убежища в разных государствах-членах посвящены Директив 2003/9/ЕС от 27 января 2003 г. «О минимальных нормах для приема в государствах-членах лиц, ходатайствующих о предоставлении убежища», Директива 2004/83/ЕС от 29 апреля 2004 г. «О минимальных стандартах в отношении условий, которым должны соответствовать граждане третьих стран или апатриды, чтобы иметь возможность претендовать на статус беженца, или лица, которые по иным причинам нуждаются в международной защите», а также Директива 2005/85/ЕС от 1 декабря 2005 г. «О минимальных стандартах в отношении предоставления и лишения статуса беженца в государствах-членах».

Лиссабонский договор 2007 г. о реформе Европейского Союза (см. вопрос № 17) предусматривает принятие дальнейших мер по формированию общей иммиграционной политики и политики предоставления убежища. Их результатами должно стать, с одной стороны, обеспечение «эффективного управления миграционными потоками, справедливое обращение с гражданами третьих стран, законно проживающими в государствах-членах, а также предотвращение нелегальной иммиграции, торговли людьми» и, с другой стороны, завершение формирования «общей европейской системы предоставления убежища» (ст. 78–79 Договора о функционировании Европейского Союза в редакции Лиссабонского договора).

157. Что представляет собой уголовное и уголовно-процессуальное законодательство Европейского Союза?

Нормативные акты Европейского Союза в сфере уголовного права (материального и процессуального), как правило, издаются в рамках третьей опоры — сотрудничества полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере (см. вопрос № 14). Главной формой правотворчества по этим вопросам служат рамочные решения — основы законодательства Европейского Союза в уголовно-правовой сфере (см. вопросы № 5 и № 26).

После 2005 г. в соответствии с прецедентным правом Суда Европейского сообщества нормативные акты по вопросам уголовного права также стали издаваться в рамках первой опоры Союза (Европейского сообщества) в форме директив.

После вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г., ликвидирующего деление Европейского Союза на опоры (см. вопрос № 17), директива станет единственным видом основ законодательства Союза во всех сферах, в том числе в уголовно-правовой.

Нормативные акты

Рамочные решения Совета в области материального уголовного права устанавливают общие признаки преступных деяний, которые носят «транснациональный» характер или посягают на интересы Европейского Союза в целом. Как правило, эти документы определяют также размер и виды наказаний, которые служат для государств-членов минимальным стандартом.

Например, за любое из «террористических преступлений», признаки которых установлены Рамочным решением 2002/475/ПВД Совета от 13 июня 2002 г. «О борьбе с терроризмом»[178], в каждом государстве-члене должно быть предусмотрено наказание в виде лишения свободы. За некоторые из этих деяний верхний предел санкции должен быть не меньше восьми лет (участие в деятельности террористической группы) или 15 лет (руководство террористической группой).

Кроме терроризма, в последние годы изданы директивы и рамочные решения, определяющие признаки и наказания в отношении следующих преступных деяний:

— фальшивомонетничество и подделка безналичных средств платежа: Рамочное решение от 29 мая 2000 г. «Об усилении защиты от фальшивомонетничества в связи с введением евро посредством мер уголовной ответственности и других санкций» и Рамочное решение от 28мая 2001 г. «О борьбе с обманными действиями и подделкой в отношении безналичных средств платежа»;

— отмывание (легализация) доходов, полученных преступным путем: Рамочное решение от 26 июня 2001 г. «Об отмывании денег, идентификации, выявлении, замораживании или изъятии и конфискации орудий совершения преступлений и доходов от преступной деятельности»;

— торговля людьми: от 19 июля 2002 г. «О борьбе с торговлей людьми»;

— помощь незаконному въезду, транзиту и пребыванию иностранцев (см. вопрос № 156);

— коммерческий подкуп и сходные преступления: Рамочное решение от 22 июля 2003 г. «О борьбе с коррупцией в частном секторе»;

— сексуальная эксплуатация несовершеннолетних: Рамочное решение от 22 декабря 2003 г. «О борьбе против сексуальной эксплуатации детей и детской порнографии»;

— незаконный оборот наркотических средств и психотропных вещества: Рамочное решение от 25 октября 2004 г. «О введении минимальных положений в отношении составных элементов уголовных преступлений и санкций, подлежащих применению в сфере торговли наркотиками»;

— компьютерная преступность: Рамочное решение от 24 февраля 2005 г. «Об атаках на информационные системы»;

— организованная преступность: Рамочное решение от 24 октября 2008 г. «О борьбе с организованной преступностью»;

— экологические преступления: Директива 2008/99/ЕС от 19 ноября 2008 г. «Об уголовно-правовой охране окружающей среды»;

— преступления, связанные с расизмом и ксенофобией (ненавистью к иностранцам): Рамочное решение от 28 ноября 2008 г. «О борьбе с некоторыми формами и проявлениями расизма и ксенофобии посредством уголовного права».

Уголовно-процессуальное законодательство Европейского Союза призвано в первую очередь обеспечить взаимное признание и исполнение решений по уголовным делам, которые выносятся судами и другими компетентными органами государств-членов.

Главным результатом этих усилий стало принятие Рамочного решения от 13 июня 2002 г. «О европейском ордере на арест и процедурах передачи лиц между государствами-членами». Европейский ордер на арест должен заменить громоздкую и малоэффективную процедуру выдачи (экстрадиции) обвиняемых и преступников, скрывающихся от правосудия на территории других государств-членов. Применительно к аресту имущества и передаче вещественных доказательств издано Рамочное решение 2003/577/ПВД Совета от 22 июля 2003 г. «Об исполнении в Европейском Союзе решений о замораживании имущества или доказательств». Последним к 2009 г. крупным шагом в развитии принципа взаимного признания в уголовно-правовой сфере стало введение законодательством Союза еще одного европейского ордера, который может применяться в целях получения из других государств-членов доказательств по уголовным делам — «европейского ордера на получение доказательств». Правовой режим этого ордера предусмотрен Рамочным решением от 18 декабря 2008 г. «О европейском ордере на получение доказательств в целях получения предметов, документов и данных для их использования в рамках уголовных процедур».

Вопросам взаимной правовой помощи по уголовным делам посвящена одноименная глава Шенгенской конвенции 1990 г. (глава 2 раздела III «Полиция и безопасность»). В 2000 г. по этим вопросам подписана Конвенция от 29 мая 2000 г. «О взаимной правовой помощи по уголовным делам между государствами — членами Европейского Союза».

Большое внимание Европейский Союз уделяет вопросам организации информационного и практического взаимодействия между судами, прокуратурами и полицейскими службами государств-членов. С этой целью установлены правовые основы для обмена офицерами или магистратами «по связи», создана Европейская информационная сеть в области правосудия, объединяющая контактные пункты в министерствах юстиции и судах разных государств-членов.

Главным техническим средством оперативной передачи правоохранительной информации служит Шенгенская информационная система, в которую заносятся не только данные о нежелательных иностранцах, но и другие виды «информационных запросов» (о разыскиваемых преступниках или без вести пропавших лицах, о похищенных автомобилях, информационные запросы в целях конфиденциального наблюдения за физическими лицами и др.).

В рамках полицейского сотрудничества (глава 1 раздела III «Полиция и безопасность» Шенгенской конвенции) сотрудникам полиции государств-членов разрешено осуществлять свои полномочия на территории других стран Союза в случае, если они производят трансграничное наблюдение или преследование «по горячим следам» лица, совершившего преступление.

Существует также большое число нормативных актов Союза, регулирующих отдельные аспекты полицейского и судебного сотрудничества. Например, Решение от 25 апреля 2002 г. «О безопасности в ходе международных футбольных матчей» предусматривает создание в каждом государстве-члене специального информационного отдела, взаимодействующего с полицейскими службами своего государства и аналогичными отделами других стран Союза.

Как и в сфере материального уголовного права, законодатель Европейского Союза стремится к постепенной гармонизации отдельных принципов и норм уголовного процесса государств-членов. Первым шагом в этом направлении стало принятие Рамочного решения от 15 марта 2001 г. «О статусе потерпевших в уголовном процессе».

158. Какими документами ЕС регулируется сотрудничество в области гражданского судопроизводства?

Идея Европейского судебного пространства получила свое развитие еще в конце 1960-х гг. Первоначально правовой основой для принятия актов права ЕС служила ст. 220 Договора о ЕЭС (в новой нумерации — ст. 293), предусматривающая возможность заключения отдельных международных договоров закрытого типа между государствами — членами ЕС, в частности, направленных на упрощение формальностей, установленных для взаимного признания и исполнения судебных решений. В 1968 г. была подписана Брюссельская конвенция о международной подсудности и исполнении иностранных судебных решений по гражданским и торговым делам, действие которой после вступления в силу «параллельной» Луганской конвенции 1988 г. было распространено на Швейцарию и страны Европейского экономического пространства[179]. Другим важнейшим международным договором, принятым в рамках указанной нормы учредительного договора, стала Римская конвенция 1980 г. о праве, применимом к договорным обязательствам. Параллельно значительное количество международных конвенций было разработано в рамках Совета Европы.

Принципиально новый этап в развитии регулирования ЕС в области гражданского судопроизводства связан с предоставлением Европейскому Союзу по Маастрихтскому договору определенных полномочий в рамках третьей опоры (раздел VI). Но уже Амстердамский договор 1997 г. предусмотрел коммунитаризацию положений о судебном сотрудничестве по гражданским делам, включив их в раздел Договора о ЕС, посвященный свободе передвижения лиц (ст. 65). Таким образом, впервые данные вопросы могут регулироваться на наднациональном уровне путем издания регламентов Совета Европейского Союза.

Двадцать девятого мая 2000 г. были приняты сразу три соответствующих регламента: о процедурах несостоятельности, о передаче судебных и внесудебных документов по гражданским и торговым делам и о признании и исполнении решений по семейным спорам[180]. В декабре 2000 г. положения Брюссельской конвенции 1968 г. были перенесены в соответствующий регламент, получивший наименование «Брюссель I». В последующие годы были изданы Регламент «Брюссель П»(Регламент (ЕС) № 2201/2003 от 27 ноября 2003 г. «О юрисдикции, признании и исполнении судебных решений по семейным делам»), а также Регламент № 4/2009 от 18 декабря 2008 г. «О юрисдикции, применимом праве, признании и исполнении судебных решений и о сотрудничестве по делам об алиментных обязательствах».

Нормы международного частного права, посвященные разрешению конфликтов законов между государствами-членами, были унифицированы посредством Регламента № 593/2008 от 17 июня 2008 г. «О праве, подлежащем применению к договорным обязательствам» (кратко называется «Регламент Рим I», поскольку заменил собой ранее действовавшую Римскую конвенцию 1980 г. по аналогичным вопросам) и Регламента (ЕС) № 864/2007 от 11 июля 2007 г. «О праве, подлежащем применению к внедоговорным обязательствам» («Регламент Рим II»).

В числе других актов ЕС в области гражданского судопроизводства можно назвать Регламент 2001 г. о сотрудничестве судов в получении доказательств по гражданским и торговым делам[181].

Специальным решением Совета от 28 мая 2001 г. было объявлено о создании Европейской судебной сети по гражданским и торговым делам, призванной упростить жизнь граждан ЕС, сталкивающихся с трансграничным судебным разбирательством. Основные механизмы, закрепленные в решении, сводятся к созданию с конца 2002 г. в государствах-членах специальных контактных органов, отвечающих за межгосударственное сотрудничество и информирование граждан. Дальнейшее развитие данные положения получили в Регламенте 2002 г., установившем общие принципы деятельности ЕС по упрощению сотрудничества судебных органов по гражданским делам[182], предусмотревшем финансирование соответствующих проектов.

Краеугольным камнем сотрудничества в области гражданского судопроизводства является принцип взаимного признания судебных и административных решений, направленный на максимальное упрощение исполнения решений по делам с иностранным элементом. В качестве важнейшей цели ЕС рассматривает развитие общеевропейской судебной сети и одновременно внесудебных способов разрешения споров, в особенности с участием потребителей. Директива[183] Совета 2003 г. содержит минимальные общие правила относительно правовой помощи по судебным делам с иностранным элементом. Из последних нормативных актов ЕС в этой области следует упомянуть Регламент (ЕС) № 1393/2007 от 13 ноября 2007 г. «О вручении в государствах-членах судебных и внесудебных документов по гражданским и торговым делам», а также акты, вводящие упрощенные процедуры признания и исполнения судебных решений по отдельным категориям трансграничных дел:

— Регламент (ЕС) № 805/2004 от 21 апреля 2004 г. «О создании европейского исполнительного листа для бесспорных требований»;

— Регламент (ЕС) № 1896/2006 от 12 декабря 2006 г. «Об учреждении европейской процедуры судебного приказа»;

— Регламент (ЕС) № 861/2007 от 11 июля 2007 г. «Об учреждении европейской процедуры разрешения исковых требований на незначительную сумму» (с ценой иска не более 2 тыс. евро).

Вопросам использования в трансграничных и, по усмотрению государств-членов, внутригосударственных частно-правовых спорах института «медиации» (посредничества в достижении мирового соглашения между сторонами) посвящена Директива 2008/52/ЕС от 21 мая 2008 г. «О некоторых аспектах медиации по гражданским и торговым делам».

159. Как в ЕС решаются проблемы, связанные с трансграничной несостоятельностью?

Случаи несостоятельности предприятий, имеющие трансграничный характер, так называемые трансграничные банкротства[184], традиционно порождают значительное количество коллизионных вопросов, которые в рамках Европейского Союза могут негативно влиять на надлежащее функционирование внутреннего рынка. Когда дело о банкротстве связано одновременно с несколькими правопорядками, у сторон есть возможность инициировать процессы в различных юрисдикциях, а также переносить процесс из одного государства в другое, затягивая рассмотрение дела. Данное явление, известное как «forum shopping», также чревато принятием различными судами противоречащих друг другу решений по одному делу.

Работа над международным договором государств — членов ЕС продолжалась с 1963 г. и завершилась принятием 23 ноября 1995 г. Конвенции о процедурах несостоятельности, которая, однако, так и не вступила в силу из-за того, что не была ратифицирована Великобританией.

Предусмотренные Амстердамским договором полномочия ЕС в области судебного сотрудничества по гражданским делам предоставили новый, наднациональный механизм регулирования данного вопроса, и 29 мая 2000 г. был принят Регламент Совета о процедурах несостоятельности[185], слово в слово повторивший положения Конвенции 1995 г.

Основной принцип, закрепленный в Регламенте, устанавливает проведение одного процесса по банкротству, который порождал бы юридические последствия на всей территории ЕС. Данное правило, однако, не исключает возможности возбуждения в отношении имущества должника в другой стране вторичных процедур при определяющей роли в них ликвидатора, назначенного в рамках основной процедуры.

В качестве компетентного признается суд по месту регистрации должника, при этом стороны вправе оспаривать данную подсудность, доказывая, что основное имущество и интересы должника находятся в другой стране. Регламент содержит определенный понятийный аппарат, в частности понятие «ликвидатор» (аналог российского арбитражного управляющего), однако, абсолютное большинство вопросов как процессуального, так и материального права отнесено к регулированию lex fori, т. е. правом страны суда, в котором инициирована процедура несостоятельности, но с определенными изъятиями.

Решения суда по делу о банкротстве подлежат немедленному исполнению в другом государстве-члене, если только такие решения не противоречат публичному порядку такого государства и не ограничивают личные свободы. К важнейшим положениям Регламента также относятся вопросы публикации в других государствах-членах сведений о возбуждении дела о несостоятельности, назначении ликвидатора, завершении процедуры.

Регламент 2000 г. в равной степени применим к физическим и юридическим лицам, к коммерческим и некоммерческим организациям. За сферой действия Регламента остались вопросы трансграничной несостоятельности страховых, кредитных и инвестиционных учреждений.

Следует отметить, что очень часто основанием для возбуждения дела о банкротстве служит просрочка платежа. В целях борьбы с данным явлением, негативно влияющим на развитие экономики ЕС, была принята Директива 2000/73/ЕС от 29 июня 2000 г. «О борьбе с просрочкой платежей в коммерческих сделках».

Раздел XXII

ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА НА МЕЖДУНАРОДНОЙ АРЕНЕ

160. По каким направлениям развивается внешняя политика Европейского Союза?

Внешняя политика Европейского Союза — это политика, которую Союз проводит в отношении государств, не входящих в его состав (третьих стран). Внешняя политика Европейского Союза развивается по нескольким направлениям, в рамках которых его институты наделены разным объемом полномочий.

Старейшей и наиболее эффективной сферой международной деятельности Союза служит внешнеторговая политика, которая официально именуется «общая торговая политика» (раздел IX части третьей Договора о ЕС). Общая торговая политика базируется на таможенном союзе в рамках ЕС и относится к исключительной компетенции Сообщества. Именно в рамках данной политики ЕС издает антидемпинговое законодательство, заключает торговые и тарифные соглашения с иностранными государствами.

Самостоятельными направлениями внешнеполитической деятельности ЕС также признаны:

— сотрудничество в поддержку развития (раздел XX части третьей Договора о ЕС): сотрудничество с развивающимися странами планеты, в рамках которого ЕС оказывает им помощь и предоставляет экономические льготы и преференции;

— экономическое, финансовое и техническое сотрудничество с третьими странами (раздел XXI части третьей Договора о ЕС), которое охватывает те аспекты социально-экономических взаимосвязей, которые находятся за рамками общей торговой политики и сотрудничества в поддержку развития.

Вышеуказанные направления внешней политики относятся к компетенции ЕС и регулируются Договором об учреждении Европейского сообщества 1957 г. (Договор о ЕС).

Остальные аспекты внешнеполитической деятельности Союза, в том числе вопросы обороны и поддержания международной безопасности, подчиняются Договору о Европейском Союзе 1992 г. (раздел V «Положения об общей внешней политике и политике безопасности»). Общая внешняя политика и политика безопасности Союза выступает как сфера деятельности и как отдельный компонент (опора) в структуре этой организации (см. вопрос № 14).

После вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. о реформе Европейского Союза (см. вопрос № 17) направления внешнеполитической деятельности, которые ранее осуществлялись в рамках Европейского сообщества, будут регулироваться частью пятой Договора о функционировании Европейского Союза «Внешнеполитическая деятельность Союза». В этой части также урегулирован порядок заключения международных соглашений Союза и введения им санкций против третьих стран.

Общие принципы внешнеполитической деятельности Союза, а также положения о бывшей второй опоре (общая внешняя политика и политика безопасности) будут закрепляться в разделе V Договора о Европейском Союзе «Общие положения о внешнеполитической деятельности Союза и специальные положения об общей внешней политике и политике безопасности».

161. Кто представляет Европейский Союз на международной арене?

Европейский Союз не имеет единого представителя в международных отношениях.

В рамках общей торговой политики и по другим вопросам, относящимся к компетенции Европейского сообщества и Евратома (первой опоры), Союз представляет Комиссия, обычно в лице своего Председателя и/или комиссара по внешним сношениям.

По вопросам ОВПБ, а также СПСО (вторая и третья опоры) высшим представителем Европейского Союза является Председатель Совета, которому помогает Генеральный секретарь Совета — Высокий представитель по общей внешней политике и политике безопасности.

Если в ходе переговоров с иностранными партнерами обсуждается широкий круг международных проблем как экономического, так и сугубо «политического» характера, то от имени Союза выступает «тройка», объединяющая упомянутых должностных лиц[186].

После вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. основным представителем Европейского Союза на международной арене будет выступать Верховный представитель Союза по иностранным делам и политике безопасности, которого ранее (в проекте Европейской конституции 2004 г.) планировали назвать «Министр иностранных дел Союза» (см. вопрос № 35).

Существующий механизм «тройки» также, по-видимому, сохранится. Однако «тройка» будет выступать в новом составе: Верховный представитель, Председатель Европейской комиссии плюс еще одно новое должностное лицо Союза — постоянный Председатель Европейского совета (см. вопрос № 36).

162. Поддерживает ли Европейский Союз дипломатические отношения с иностранными государствами?

Да, они установлены с большинством стран планеты, в том числе с Россией. С этой целью иностранные государства открывают свои представительства при Европейском Союзе (в Брюсселе). В роли зарубежных представительств Союза выступают постоянные делегации Европейской комиссии, которые размещаются в столицах зарубежных государств (включая Москву).

Лиссабонский договор 2007 г. предусматривает реорганизацию этих делегаций в официальные представительства (делегации) Европейского Союза в целом. С этой целью также создается специальная дипломатическая служба Союза («Европейская служба внешнеполитической деятельности»). Руководство этой службой будет осуществлять Верховный представитель Союза по иностранным делам и политике безопасности.

Кроме зарубежных государств Европейский Союз также установил официальные отношения с рядом международных организаций, включая ООН и Совет Европы.

163. Каков объем международной правосубъектности Европейского Союза?

Она достаточно обширна, так как Союз вправе заключать международные договоры по вопросам, относящимся не только к его внешнеполитической, но и внутренней компетенции (например, соглашения по вопросам охраны окружающей среды, авторского права, в сфере борьбы с преступностью).

В настоящее время подавляющее большинство соглашений с третьими странами подписываются от имени Европейского сообщества (ЕС), поскольку именно здесь сосредоточена основная часть властной компетенции данной организации (см. вопросы № 25 и № 78).

В свою очередь, государства-члены не имеют права заключать соглашения, которые противоречат учредительным документам или законодательству Союза, а равно по вопросам, входящим в исключительную компетенцию последнего. Например, соглашения, предусматривающие снижение или отмену таможенных пошлин на продукцию из третьих стран, может заключать только ЕС.

Благодаря широкой международной правосубъектности Европейское сообщество получило возможность стать полноправным членом ряда международных организаций экономической направленности: ВТО (Всемирная торговая организация), Европейской экономической комиссии ООН и др. После вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. Европейский Союз приобретет единую международную правосубъектность, которая будет распространяться на все вопросы его компетенции. «Новый» Европейский Союз также становится правопреемником по всем международным договорам, ранее заключенным от имени Европейского сообщества.

В то же время в связи с сохранением Европейского сообщества по атомной энергии международные договоры по вопросам атомной энергетики по-прежнему будут заключаться институтами Союза от лица Евратома (см. вопрос № 17).

164. В чем сущность таможенного союза ЕС?

С момента создания ЕЭС таможенный союз был одной из основ общего рынка. Как уже отмечалось выше, целью образования Сообщества с самого начала было создание такого политико-юридического пространства, в котором товары, услуги и капитал могли бы свободно передвигаться и продаваться. Таможенный союз является тем основанием, на котором была возможна реализация как четырех свобод в частности, так и практически всех общих политик Сообщества вообще.

Создание таможенного союза в рамках Сообщества было закреплено в ст. 9 Договора о ЕЭС (ныне ст. 23 Договора о ЕС): «Сообщество основывается на таможенном союзе, который должен охватывать всю товарную торговлю и включать в себя запрещение таможенных пошлин на импорт и экспорт, всех сборов, имеющих равнозначный эффект между государствами-членами, а также предусматривать принятие общего таможенного тарифа для отношений между ними и третьими странами».

Н. Муссис определил таможенный союз как экономическое пространство, участники которого согласились на основании договора отказаться от наложения друг на друга любых таможенных пошлин, сборов, имеющих равнозначный эффект, или количественных ограничений и принять внешний общий таможенный тариф в отношении третьих стран[187].

Экономическая интеграция принимает различные формы, которые можно расположить в порядке, в котором степень вовлечения экономик государств-участников между собой постепенно возрастает.

Зона свободной торговли является формой, требующей наименьшего вовлечения. Это — соглашение между государствами убрать все таможенные пошлины (и квоты) в торговле между собой. Каждая из сторон такого соглашения остается, однако, свободной в одностороннем порядке устанавливать таможенные пошлины на товары, импортируемые из третьих стран.

Следующая ступень экономической интеграции — таможенный союз. Здесь в торговле между государствами-участниками пошлины и квоты также не существуют, но, кроме этого, государства соглашаются применять к товарам, поступающим в такой союз извне, общую таможенную пошлину. Эта пошлина именуется общим таможенным или общим внешним тарифом.

Еще одной ступенью является общий рынок, технически означающий, что к свободному передвижению товаров в рамках таможенного союза добавляется свободное передвижение производительных факторов — труда, капиталов и предприятий.

Наконец, «существует экономический союз. Он представляет собою общий рынок, в котором также осуществляется полное объединение кредитно-денежной и фискальной политик. В нем должна использоваться единая валюта, контролируемая центральным органом власти, а его государства-члены, по сути, становятся регионами этого союза»[188]. Иными словами — это экономический и валютный союз.

165. Что представляет собой Таможенный кодекс ЕС?

Основным документом Сообщества, регламентирующим торговлю с третьими странами, является Таможенный кодекс Сообщества (далее — Кодекс), который вступил в силу с 1 января 1994 г.

Кроме того, для применения Кодекса был принят специальный Регламент Совета № 2454/93 от 2 июля 1993 г. В этом нормативном акте собраны все основные нормы, детально регулирующие применение таможенного законодательства ЕС и прежде всего Кодекса. По сути, применение Кодекса вне контекста этого Регламента невозможно.

Кодекс объединил около 75 регламентов, принятых с 1968 по 1992 г., и был направлен на достижение ясности и единообразия в толковании положений права ЕС, касавшихся торговли с третьими странами. Он состоит из трех частей:

1) основ таможенного законодательства (таможенная территория Европейского Союза, таможенный тариф, таможенная стоимость, происхождение товаров);

2) правил, связанных с таможенными направлениями (customs destinations), имеющими экономический эффект: некоторые таможенные режимы («таможенные процедуры экономического содержания»), основание изменения направления (redirection) и уничтожения товаров;

3) правил, связанных с вопросами таможенного долга (customs debt) и опротестованием решений, связанных с таможенными вопросами. В 2008 г. вместо Таможенного кодекса 1992 г. Европейским парламентом и Советом Европейского Союза издан новый, «Модернизированный таможенный кодекс» ЕС. Он предусматривает значительно более широкое использование в таможенных операциях информационных технологий. По этой причине документ будет вводиться в действие постепенно — до 24 июля 2013 г.

166. Что такое таможенные процедуры экономического содержания?

В таможенном законодательстве ЕС отсутствует понятие таможенного режима. Экспорт, импорт и уничтожение товаров выделяются отдельно, а все остальные режимы, которые существуют в праве Сообщества, носят название «таможенных процедур экономического содержания» (customs procedures with economic impact).

Все эти режимы были в свое время гармонизированы директивами Совета, положения которых перешли в Кодекс. С этой целью были приняты директивы, касающиеся статуса таможенных складов (customs warehouses), свободных зон (free zones), а также обычных форм распоряжения товарами, находящимися в таможенных складах и свободных зонах. Производство товаров под таможенным контролем было урегулировано Регламентом Совета № 2763/83, разрешавшим такую процедуру. Производство под таможенным контролем до выпуска товаров в свободное обращение было необходимо для избежания производства некоторых операций, таких как переработка некоторых нефтепродуктов в третьих странах, а не в Сообществе.

Режим временного допуска контейнеров появился в результате принятия Советом специальной регулирующей системы, которая позволяла контейнерам, имеющим маркировку своего государства-члена, свободно передвигаться по территории Сообщества. Сделано это было для увеличения пользования контейнерами при перевозках, например при совмещенной автомобильной и железнодорожной.

Особый интерес представляет режим внутренней переработки (inward processing) — временный выпуск в свободное обращение продукции из третьей страны для переработки в государствах-членах, после чего товар реэкспортируется обратно в третью страну. Для того чтобы добиться правильного и единообразного применения этого режима, Совет принял Регламент № 1999/85 для регулирования процедуры внутренней переработки. Правовой статус этого режима был дополнен разрешением государствам-членам проверять процедуры внутренней переработки, содержащиеся в Регламенте Комиссии № 2228/91.

Многие европейские фирмы, которым в рамках международного разделения труда было выгодно экспортировать товары в третьи страны, чтобы после переработки, обработки или починки вновь реимпортировать их в Западную Европу, были заинтересованы в появлении режима внешней переработки (outward processing). Этот режим впервые был закреплен в 1982 г. в Соглашении о товарах из текстиля и одежде. В 1986 г. режим внешней переработки был расширен до соглашений о стандартном обмене, а в 1988 г. включил так называемое треугольное движение (triangular traffic), при котором товар вывозится из одного государства-члена в третью страну, там перерабатывается, а потом реимпортируется в другое государство-член.

167. Что представляет собой общий таможенный тариф?

Одной из наиболее важных составляющих таможенного союза ЕС является общий таможенный тариф (ОТТ). Именно он позволил ЕЭС ввести независимую таможенную и общую торговую политики, а с 1975 г. доходы от ОТТ поступают не государствам-членам, а напрямую Сообществу, являясь одним из важных источников бюджета ЕС.

Общий таможенный тариф был введен ст. 18–29 Договора о ЕЭС[189] в 1958 г. и стал целиком применяться с завершением переходного периода (т. е. с 1968 г.). ОТТ был закреплен на уровне среднего арифметического пошлин, которые были в силе на 1 января 1957 г. Исключения из этого правила были внесены в различные списки, прилагавшиеся к Договору.

Составление ОТТ было долгим и трудным, особенно в вопросах создания тарифной номенклатуры. Этот таможенный инструмент крайне важен не только для сбора таможенных пошлин, но и для ряда сфер деятельности Сообщества, например сбора статистических данных, связанных с внешней торговлей, или применения мер торговой, сельскохозяйственной или фискальной политики. В 1958 г. ОТТ был создан на основе номенклатуры, закрепленной Брюссельской конвенцией 1950 г. о номенклатуре для классификации товаров в таможенных тарифах.

Двадцать второго сентября 1987 г. Сообщество ратифицировало Международную конвенцию о гармонизированной системе описания и кодирования товаров (ГС). Новая номенклатура была сформулирована Советом таможенного сотрудничества (Customs Cooperation Council) и заменила практически во всем мире прежнюю брюссельскую номенклатуру, став основой как для тарифных, так и статистических номенклатур Сообщества и его торговых партнеров. Она вступила в силу на территории Сообщества с 1 января 1988 г. в форме совмещенной номенклатуры (Combined Nomenclature) и действует до сих пор. Совмещенная номенклатура (СН) включает в себя:

1) номенклатуру ГС;

2) субпозиции к этой номенклатуре, созданные Сообществом и называющиеся «субпозиции СН» (CN Subheadings);

3) предварительные положения, т. е. дополнительные секции, примечания к главам и подстрочные примечания к субпозициям СН.

Совмещенная номенклатура полностью удовлетворяет как тарифным, так и статистическим требованиям Сообщества и используется не только Сообществом, но и его основными торговыми партнерами.

168. Как исчисляется общий таможенный тариф?

Надо отметить, что полностью ОТТ применяется лишь к торговле со странами Северной Америки, Австралией и ЮАР.

На применение ОТТ к другим странам решающее влияние оказывают такие международные соглашения Сообщества, как Генеральное соглашение о тарифах и торговле, а также всевозможные тарифные льготы на разные товары разным государствам. Самым важным международным соглашением, которое повлияло на снижение тарифов и предоставление тарифных льгот, стало Генеральное соглашение о тарифах и торговле (ГАТТ).

Каждый из раундов ГАТТ приводил к существенным снижениям таможенных тарифов в отношении стран-участниц. С 1985 г. Сообщество приняло участие в подготовке нового раунда переговоров в рамках ГАТТ, которые прошли в Пунта дель Эсте (Уругвай) с 20 сентября 1986 г. по 15 декабря 1993 г. В результате значительно уменьшились тарифы на промышленную продукцию. В таких секторах, как строительные материалы, сельскохозяйственная техника, медицинское оборудование, сталь, пиво, бумага, спирты, фармацевтическая продукция, игрушки и мебель, таможенные пошлины промышленных, а также многих развивающихся стран сократились на треть и более.

В результате таких существенных сокращений таможенных пошлин стало необходимым изменить и ОТТ С 1995 г. вступил в силу его новый вариант, учитывающий результаты Уругвайского раунда. Каждый подпункт тарифной номенклатуры теперь имеет два уровня тарифов: автономный и договорной. Последний применяется для стран — участников ГАТТ.

Большое влияние на размер ОТТ оказывают общие тарифные предпочтения, которые применяются к развивающимся странам в рамках политики оказания помощи их экономическому развитию. Так, для стран, подписавших Конвенцию Катану 23 июня 2000 г. (Африканские, Карибские и Тихоокеанские государства), Сообщество гарантирует свободный доступ практически всех их товаров на свою территорию, существенную финансовую и техническую помощь.

Остальным развивающимся странам ЕС предоставляет значительные таможенные привилегии, за исключением сфер, связанных с текстильной продукцией и большинством отраслей европейского сельского хозяйства. Такими мерами ЕС пытается помочь развитию экономически неразвитых государств, предоставляя при этом большие преимущества более бедным странам.

Также определенное влияние на исчисление ОТТ для импорта из ряда государств оказало подписание в 1974 г. договоров об ассоциации ЕЭС со странами — членами Европейской ассоциации свободной торговли. Эти договоры с 1 января 1994 г. были заменены соглашением о Европейском экономическом пространстве (ЕЭП), объединяющем Норвегию, Исландию, Лихтенштейн и ЕС. В соглашении о ЕЭП страны-участницы гарантируют действие четырех свобод общего рынка.

Последним фактором, влияющим на исключение ОТТ для импорта товаров из некоторых государств, являются тарифные квоты, тарифные потолки и временные приостановления тарифов. Тарифные квоты и потолки принимаются в результате двусторонних соглашений с третьими странами либо многосторонних соглашений, чтобы обеспечить снабжение Сообщества некоторыми товарами, и утверждаются Советом ежегодно. Их цель, с одной стороны, такая же, как и у тарифных квот и потолков, а с другой — давление на промышленность Сообщества с целью создания стимулов для ввода и использования новых технологий.

Временное приостановление действия тарифов охватывает около 1800 товаров или групп товаров. По большей части это химические продукты, товары электронной и авиационной промышленности. Кроме того, обычно приостанавливается действие тарифов на некоторую сельскохозяйственную и рыболовную продукцию. Делается это с целью обеспечения Сообщества некоторыми видами продуктов питания, а также для удовлетворения традиционных вкусов потребителя, которые связаны с товарами, происходящими из некоторых стран, не являющихся членами ЕС.

Важным вопросом для определения того, какой тариф взимается с товаров и взимается ли вообще, является происхождение товаров. Концепция происхождения товаров была впервые сформулирована в праве Сообщества в Регламенте Совета № 802/68. Эта концепция также была крайне важна для того, чтобы предотвратить подделку, вызываемую неправильным указанием страны производства. В свою очередь, для товаров, экспортируемых из Сообщества, Комиссия приняла образцовый сертификат происхождения (model certificate of origin), который соответствует существующим рекомендациям ООН. Теперь вопросы происхождения товаров рассматриваются в Таможенном кодексе.

169. Каковы основные принципы антидемпингового законодательства ЕС?

Важнейшим фактором обеспечения стабильности торговли, развития конкуренции и бизнеса является защита внутреннего рынка от демпинга. Демпинг традиционно определяется как ценовая дискриминация между национальными рынками. Антидемпинговые процедуры Сообщества осуществляются в рамках общей торговой политики ЕС (ст. 131–134 Договора о ЕС), так как являются важнейшим средством обеспечения соблюдения правил мировой торговли и применяются в отношении импорта на внутренний рынок.

Такие торговые правила, как и средства их обеспечения, сегодня устанавливает Генеральное соглашение по тарифам и торговле 1947 г. (ГАТТ). Антидемпинговым процедурам посвящена ст. VI ГАТТ, а также специальное Соглашение о применении ст. VI ГАТТ 1994 г. (так называемый Антидемпинговый кодекс), заключенное в ходе Уругвайского раунда переговоров по ГАТТ[190].

Современное антидемпинговое законодательство ЕС имплементирует в правопорядок Сообщества соответствующие положения вышеуказанных международных документов. Основным актом Сообщества в этой сфере является Регламент о защите от демпингового импорта из стран, не являющихся членами Европейского сообщества (Базовый антидемпинговый регламент).

Базовый антидемпинговый регламент устанавливает порядок определения демпинга, проведения антидемпингового расследования и введения антидемпинговых пошлин.

Особенно важной для России и ее товаропроизводителей в практическом плане является дифференциация Регламентом государств, из которых поставляется импортируемая продукция, на страны с рыночной экономикой и страны с нерыночной экономикой. Статья VI ГАТТ дает формальную возможность для проведения такого различия. Выделение отдельной категории стран с нерыночной экономикой было проведено в Сообществе во времена холодной войны и по инерции сохраняется по сей день, являясь уже скорее средством дискриминации в международной торговле, нежели средством ее защиты.

Регламентом № 905/98, который внес изменения в Базовый антидемпинговый регламент, Россия и Китай были исключены из списка стран с нерыночной экономикой, однако им не был автоматически предоставлен статус стран с рыночной экономикой. Экспортеры из этих стран оказались в своего рода подвешенном состоянии. Вследствие чего российские экспортеры должны были в каждом случае доказывать свою «рыночность» (что в общем-то не легко), чтобы полноценно торговать на внутреннем рынке ЕС.

Подобное положение дел, учитывая объемы внешнеторгового оборота с ЕС, являлось для России и ее товаропроизводителей, более десяти лет работающих в условиях рыночной экономики, несправедливостью и создавало препятствия к вступлению нашей страны в ВТО.

В ходе прошедшего в мае 2002 г. Саммита Россия — Европейский Союз на высшем уровне была достигнута договоренность о предоставлении нашей стране рыночного статуса для целей антидемпинговых процедур. Летом 2002 г. Комиссией был подготовлен проект изменения Базового антидемпингового регламента, реализующий эту договоренность. Однако даже после принятия соответствующих изменений в законодательство Сообщества российские экспортеры смогут полноценно работать на внутреннем рынке ЕС только после вступления России в ВТО.

170. Может ли Европейский Союз вводить санкции против иностранных государств?

Да, и он неоднократно пользовался такой возможностью. Объектами подобных санкций могут становиться не только иностранные государства, но и их руководители (установление запрета на въезд в пределы Союза).

Решение о санкциях принимается Советом Европейского Союза в рамках общей внешней политики и политики безопасности и оформляется, как правило, общей позицией (см. вопрос № 26). На основании общей позиции Совет далее принимает меры, направленные «на полное или частичное приостановление или прекращение экономических отношений с одной или несколькими третьими странами» (ст. 301 Договора о ЕС).

Например, Регламент (ЕС) № 1146/2001 Совета от 11 июня 2001 г. «Об ограничительных мерах по отношению к Либерии» запретил гражданам и юридическим лицам ЕС оказывать этой африканской стране любое содействие в военной сфере, а также импортировать в Сообщество из Либерии необработанные алмазы.

171. Что представляет собой «европейская политика в сфере безопасности и обороны»?

В документах последних лет «европейской политикой в сфере безопасности и обороны» (англ. European Security and Defence Policy — ESDP; франц. Politique europйenne de sйcuritй et de dйfence — PESD) называются мероприятия, направленные на обеспечение Европейского Союза собственным военным потенциалом.

С его помощью Союз планирует участвовать в урегулировании международных конфликтов в разных регионах планеты и уже на практике делает это, хотя и в ограниченных масштабах. В 2003 г. под началом Союза были проведены военные операции в Республике Македония и в Демократической Республике Конго (бывший Заир), а также организована «полицейская миссия» в Боснии и Герцеговине.

Для более оперативного решения данных задач в Союзе ведется работа по созданию Сил быстрого реагирования, комплектуемых из военнослужащих государств-членов. Создание данных сил неоднократно откладывалось, не в последнюю очередь ввиду разногласий с США, которые желают концентрации европейского военного сотрудничества исключительно в рамках НАТО.

Кроме военных операций, Европейский Союз также проводит в рамках европейской политики в сфере безопасности и обороны «гражданские миссии»: полицейские, наблюдательные и др. Для их проведения государства-члены аналогичным образом предоставляют в распоряжение Союза необходимые человеческие и материальные ресурсы.

Лиссабонским договором 2007 г. введено новое официальное название рассматриваемой сферы деятельности Союза: «общая политика безопасности и обороны». Как и в настоящее время, она будет выступать элементом общей внешней политики и политики безопасности.

В целях повышения эффективности общей политики безопасности и обороны Лиссабонский договор предусматривает усиление мер по координации военно-технического сотрудничества государств-членов в рамках Европейского оборонного агентства, а также учреждение «постоянного организованного сотрудничества» между государствами-членами, готовыми на более активное взаимодействие по военным вопросам в интересах Союза в целом.

Также впервые в истории Европейского Союза закрепляется принцип коллективной самообороны его государств-членов: «В случае если государство-член подвергнется вооруженной агрессии на его территории, другие государства-члены должны оказать ему помощь и содействие всеми возможными для них средствами в соответствии со статьей 51 Устава Организации Объединенных Наций» (параграф 7 ст. 42 Договора о Европейском Союзе в редакции Лиссабонского договора).

Раздел XXIII

ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ МЕЖДУ РОССИЕЙ И ЕВРОПЕЙСКИМ СОЮЗОМ

«Конечно, Россия более чем разнообразная страна, но мы — часть западноевропейской культуры. И вот в этом наша ценность, на самом деле. Где бы ни жили наши люди — на Дальнем Востоке или на юге, мы — европейцы».

Путин В.В.[191]

172. Как развивались взаимоотношения России и Европейского Союза?

Вот уже несколько сотен лет наша Родина является самым большим государством на Европейском континенте. Народы России и народы Европы объединяют общая история, общие традиции, общие духовные ценности. Россия является частью европейской цивилизации, занимая в ней свое специфическое, оригинальное положение многонациональной страны, расположенной на двух континентах и воплощающей в себе десятки различных культур.

Перестройка и окончание холодной войны привели Россию к обновлению в начале 90-х гг. ХХ в., утверждению в ней демократического политического режима с устойчивой ориентацией на рыночную экономику. Становление «новой», демократической России совпало по времени с появлением Европейского Союза.

Российская Федерация не является членом Европейского Союза, однако это нисколько не умаляет того значения развития отношений между Европейским Союзом и Россией, которое оно имеет как для них самих, так и для всего региона в целом. Для России Европейский Союз — главный торговый партнер, почти 35 % внешнего торгового оборота России приходится на государства — члены Союза. Расширение Европейского Союза вывело этот показатель на уровень 50 %. В свою очередь, во внешнем торговом обороте Союза Россия занимает 6-8-е место, при этом в такой важной области, как энергоснабжение, — первое.

Кроме существующих экономических предпосылок, установление самых тесных взаимоотношений необходимо и ввиду того, что после присоединения Финляндии к Европейскому Союзу в 1994 г. Россия и Европейский Союз стали соседями с общей границей. Протяженность совместной границы выросла с присоединением к Европейскому Союзу Литвы, Эстонии, Польши и Латвии. Общая граница всегда означает общие трансграничные проблемы, решить которые возможно только совместными усилиями.

Но самое важное, что обуславливает развитие и расширение связей между РФ и Союзом, это зависимость от существа и характера таких отношений стабильности и безопасности в Европе, в «новой» Европе, свободной от разграничительных линий, от идеологического противостояния, но все еще не свободной от вооруженной агрессии, нарушений прав человека, экономической нестабильности, разгула терроризма, преступности и других проблем.

Очевидно, что данные условия диктуют жизненную необходимость развития взаимоотношений между Россией и Союзом по самому широкому кругу вопросов. Трудно себе представить, но еще совсем в недалеком прошлом, еще каких-то 15–20 лет назад, СССР и Сообщества находились в отношениях «бесполезного безразличия», все попытки установить контакты между Сообществами и государствами — членами Совета экономической взаимопомощи (СЭВ)[192], предпринимавшиеся до этого, наталкивались на взаимное непонимание, оказывались тщетными.

История взаимоотношений Советского Союза и Европейских сообществ началась только с принятием 25 июня 1988 г. Совместной декларации об установлении официальных отношений между СЭВ и ЕЭС, в которой подчеркивалось взаимное стремление сторон «развивать сотрудничество в областях, относящихся к их компетенции и представляющих общий интерес». Декларация юридически оформила признание Сообществ государствами — членами СЭВ и самой организацией социалистических стран. Никаких серьезных мероприятий эти две организации совместно предпринять не успели в виду роспуска СЭВ в 1991 г.

Непосредственная юридическая база для развития отношений между СССР и Сообществами была создана в декабре 1989 г. с подписанием Соглашения между СССР и ЕЭС и Евратомом о торговле и коммерческом и экономическом сотрудничестве.

Реализовать положения Соглашения 1989 г. полноценным образом не удалось ввиду распада в 1991 г. СССР. Россия получила признание Европейского сообщества и его государств-членов в качестве правопреемника СССР, что отразилось в Заявлении Сообщества и государств-членов от 23 декабря 1991 г. о будущем статусе России и других бывших советских республик. В указанном Заявлении подчеркивалось, что Сообщество «будет продолжать поддерживать дружеские отношения с Россией, принимая во внимание изменение ее конституционного статуса».

Отношения же между Российской Федерацией и образованным на базе Сообществ Европейским Союзом оказалось необходимым строить на новой основе, как это было констатировано в Совместной политической декларации о партнерстве и сотрудничестве между Российской Федерацией и Европейским Союзом от 9 декабря 1993 г.

173. Каковы основные положения Соглашения о партнерстве и сотрудничестве 1994 г.?

Отношения России и Европейского Союза, Европейского сообщества сегодня строятся на основе Соглашения о партнерстве и сотрудничестве (СПС), учреждающего партнерство между Российской Федерацией, с одной стороны, Европейскими сообществами и их государствами-членами, с другой стороны, заключенного 24 июня 1994 г. на о. Корфу (Греция)[193]. Федеральное Собрание Российской Федерации ратифицировало договор в ноябре 1996 г.[194] Соглашение вступило в силу с 1 декабря 1997 г. после прохождения им ратификации в Европейском парламенте и во всех национальных парламентах государств — членов Союза и сообществ.

Данное соглашение относится к категории международных договоров Союза, заключенных совместно Сообществами и государствами-членами. Оно было заключено сроком на десять лет с последующей ежегодной автоматической пролонгацией Соглашения, если ни одна из сторон не будет заявлять о его денонсации. Соглашение содержит преамбулу, 112 статей, десять приложений, два протокола, несколько совместных и односторонних заявлений и переписку.

Соглашение 1994 г. предусматривает сотрудничество сторон по широкому спектру вопросов, в основном в области экономики, но не только. Несомненно, что приоритет в сотрудничестве между Российской Федерацией и Европейским Союзом на долгосрочную перспективу отдается построению тесных экономических отношений вплоть, как указано среди целей Соглашения (ст. 1), до создания зоны свободной торговли. Однако среди целей СПС, перечисленных в ст. 1, мы находим обеспечение соответствующих рамок для политического диалога сторон, поощрение устойчивого развития, укрепление политических и экономических свобод, поддержку усилий России по укреплению ее демократии, обеспечение основы для социального и культурного сотрудничества, а также поощрение деятельности, представляющей взаимный интерес. Следовательно, Соглашение о партнерстве и сотрудничестве является документом комплексного характера и направлено на развитие взаимоотношений Сторон в различных областях жизни.

Примечательным моментом в Соглашении 1994 г. является то, что оно содержит большое количество бланкетных норм, отсылающих к другим международным договорам, а также документам международного характера.

СПС закладывает общие принципы сотрудничества РФ и Союза, такие как:

— уважение демократических принципов и прав человека в смысле Хельсинского акта 1975 г. и Парижской хартии для новой Европы 1990 г. (ст. 2);

— совместные усилия сторон для создания зоны свободной торговли между ними (ст. 3);

— построение торговых отношений на основе принципов Генерального соглашения по тарифам и торговле с учетом будущего вступления России в ВТО (ст. 4);

— постепенное предоставление Россией режима наиболее благоприятствуемой нации в торговых отношениях (ст. 5).

Политическое сотрудничество на основе СПС, именуемое в Соглашении 1994 г. политическим диалогом, включает установление более активных политических связей путем экономического сближения, содействие сближению позиций по международным вопросам, являющимся предметом общей озабоченности при укреплении тем самым безопасности и стабильности, сотрудничество по вопросам, относящимся к соблюдению принципов демократии и прав человека (ст. 6). Такой политический диалог должен проводиться регулярно, в одной из форм, перечисленных в ст. 7–9 СПС.

Важнейшие положения СПС закреплены в разделе III «Торговля товарами». Данный раздел определяет основные принципы товарооборота между Россией и Европейским Союзом. Положения раздела применяются к торговле любыми видами товаров, кроме текстильной продукции, угля и изделий из стали, ядерных материалов (ст. 20–22 СПС), правовой режим торговли которыми должен определяться отдельными соглашениями.

Во взаимной торговле товарами стороны предоставляют друг другу общий режим наиболее благоприятствуемой нации. Термин «режим наиболее благоприятствуемой нации», также как и термин «зона свободной торговли», используется в СПС в том смысле, как они описываются в ст. I и XXIV ГАТТ соответственно.

Стороны ввели в торговых отношениях между собой принцип свободы транзита. Каждая из них обеспечивает свободный транзит через свою территорию товаров, происходящих из таможенной территории или предназначенных для таможенной территории другой. Соглашение не исключает и запретов или ограничений импорта, экспорта, транзита товаров по закрытому перечню оснований.

Соглашение о партнерстве и сотрудничестве уделяет также значительное внимание положениям, связанным с передвижением лиц и услуг. Этому посвящен раздел IV «Положения о предпринимательской деятельности и инвестициях».

Сообщество, входящие в него государства-члены и Российская Федерация договорились о предоставлении возможности гражданам другой стороны быть принятыми на работу на их территории на основе принципа недискриминации по признаку гражданства в том, что касается условий труда, вознаграждения и увольнения.

Стороны предоставляют друг другу режим наибольшего благоприятствования в том, что касается учреждения компаний, деятельности дочерних компаний и филиалов компаний другой стороны. При этом стороны признают важность предоставления друг другу национального режима в отношении учреждения и деятельности компаний (там, где это не предусматривается в СПС) друг друга на их территории и рассмотрят в будущем возможность продвижения к этой цели на взаимоприемлемой основе.

В отношении предоставления трансграничных услуг Россия и Европейский Союз также предоставили друг другу режим наибольшего благоприятствования.

Соглашение между РФ и Европейским Союзом закрепляет важные положения относительно движения капиталов и платежей (ст. 52). В соответствии с СПС стороны обязуются разрешить проведение в свободно конвертируемой валюте любых текущих платежей между своими резидентами. Стороны согласились на предоставление режима наиболее благоприятствуемой нации в отношении свободы осуществления текущих платежей и движения капиталов и в отношении методов платежей.

Таким образом, Соглашение о партнерстве и сотрудничестве затрагивает практически все аспекты экономических связей с Россией, вытекающие из осуществления в ЕС принципов общего рынка — свободы движения товаров, лиц, услуг и капиталов.

Статья 55 СПС закрепила положения о сближении законодательства сторон в качестве важного условия для развития и укрепления экономических связей между Россией и Сообществом. Как указано в упомянутой статье, Россия стремится к постепенному достижению совместимости своего законодательства с законодательством Сообщества. Процесс гармонизации права обозначен сторонами в различных отраслях права. В частности, Соглашение предусматривает сближение законодательства по вопросам регулирования предпринимательской деятельности и правового режима предприятий, банковской деятельности, бухгалтерского учета и налогообложения компаний, охраны труда, предоставления финансовых услуг, условий конкуренции, государственных закупок, охраны здоровья и жизни людей, животных, растений, охраны окружающей среды, защиты прав потребителей, косвенного налогообложения, таможенного дела, транспорта, ядерной энергетики, установления технических норм и стандартов.

Разнообразные по своему характеру положения содержатся в разделе VII «Экономическое сотрудничество». Согласно ст. 56 целями экономического сотрудничества являются содействие развитию экономик сторон, создание благоприятного международного экономического климата, интеграция между Россией и более широкой областью экономического сотрудничества в Европе, а равно укрепление и развитие взаимовыгодных связей. Основными направлениями экономического сотрудничества между РФ и Европейским Союзом являются:

— развитие их соответствующих отраслей промышленности и транспорта;

— освоение новых источников снабжения и новых рынков;

— стимулирование научно-технического прогресса;

— содействие стабильному развитию социальных и людских ресурсов, занятости населения;

— оказание содействия региональному сотрудничеству с целью гармоничного и устойчивого развития.

Отдельными разделами Соглашения о партнерстве и сотрудничестве предусматривается сотрудничество по предотвращению противоправной деятельности, культурное сотрудничество, а также финансовое сотрудничество. В настоящее время между Россией и Европейским Союзом ведутся переговоры по заключению нового базового соглашения — «Соглашения о стратегическом партнерстве». Этот документ должен был вступить в силу еще 1 декабря 2007 г., когда истек десятилетний срок действия СПС 1994 г. Однако ввиду противодействия ряда государств-членов (Польши, Литвы) подготовка нового базового соглашения неоднократно откладывалась.

До вступления в силу Соглашения о стратегическом партнерстве между Россией и Европейским Союзом сохранит действие СПС 1994 г., которое ежегодно продлевается (пролонгируется) сторонами.

174. Что представляет собой система соглашений на основе Соглашения о партнерстве и сотрудничестве?

Соглашение о партнерстве и сотрудничестве между Россией и Европейским Союзом 1994 г. заложило прочный фундамент для развития диалога сторон по политическим, экономическим, культурным вопросам в начале XXI столетия. Соглашение 1994 г. носит базовый характер, оно содержит общие положения о сотрудничестве между Европейским Союзом и Россией. СПС имеет рамочный характер, так как многие его положения нуждаются в дальнейшем развитии и конкретизации в рамках специальных двусторонних соглашений по отдельным вопросам. Некоторые статьи СПС закрепляют не просто возможность, а даже необходимость заключения таких соглашений (например, ст. 21–22).

Первоначально на основе СПС было заключено шесть двусторонних соглашений. В их числе: Соглашение между РФ и ЕС о торговле текстильными товарами 1998 г., Соглашение между РФ и ЕС о сотрудничестве в области науки и технологий 2000 г., Соглашение между РФ и Евратомом о сотрудничестве в области ядерных реакций 2001 г., Соглашение между РФ и Евратомом о сотрудничестве в области ядерной безопасности 2001 г., Соглашение между РФ и ЕОУС о торговле некоторыми изделиями из стали 2002 г. Опираясь также на положения СПС, 6 ноября 2003 г. в Риме было заключено Соглашение о сотрудничестве между Российской Федерацией и Европейской полицейской организацией (Европол). Все это позволяет говорить о том, что сегодня на основе Соглашения о партнерстве и сотрудничестве объективно формируется целая система двусторонних соглашений между Россией и Европейским Союзом.

Процесс заключения двусторонних соглашений между Россией и Европейским Союзом на основе СПС, несомненно, будет продолжаться. В частности, в 2006 г. были заключены соглашения «Об упрощении выдачи виз гражданам Российской Федерации и Европейского Союза» и «О реадмиссии» (см. вопрос № 155). Заключение новых специальных соглашений предусмотрено также «Дорожными картами» 2005 г. о создании между Россией и Союзом общих пространств (см. вопрос № 110).

175. Что представляют собой «Дорожные карты» 2005 г. о создании общих пространств между Россией и Европейским Союзом?

На встрече в верхах «Россия — Европейский Союз», проходившей 10 мая 2005 г. в Москве, были подписаны программные документы о постепенном формировании между нашей страной и Союзом «общих пространств» в четырех важнейших сферах сотрудничества и взаимной интеграции. Документы получили название «Дорожные карты» (от англ. Road Maps).

«Дорожная карта» по общему экономическому пространству ставит целью создание открытого и интегрированного рынка между Россией и Европейским Союзом. Задачей общего экономического пространства является создание таких условий, которые будут способствовать расширению возможностей хозяйствующих субъектов, содействовать развитию торговли и инвестиций, облегчать создание и работу компаний на основе взаимности, укреплять сотрудничество в сфере энергетики, транспорта, сельского хозяйства, охраны окружающей среды, укреплять экономическое сотрудничество, усиливать конкурентоспособность экономик России и Союза на основе принципов взаимности, прозрачности (транспарентности), эффективного управления с учетом диалога деловых кругов.

«Дорожная карта» по общему пространству свободы, безопасности и правосудия призвана обеспечить «строительство новой Европы без разделительных линий и тем самым способствовать поездкам между всеми европейцами». С этой целью предусмотрен переход к режиму безвизовых поездок между Россией и Союзом, но в долгосрочной перспективе.

Неотъемлемыми элементами общего пространства свободы, безопасности и правосудия также признаны расширение сотрудничества в области борьбы с преступностью, гражданского судопроизводства, противодействия нелегальной иммиграции.

«Дорожная карта» по общему пространству внешней безопасности направлена на совместное решение Россией и Европейским Союзом глобальных проблем международной безопасности, таких как международный терроризм, распространение оружия массового поражения, урегулирование кризисов, гражданская оборона.

В контексте формирования общего пространства внешней безопасности должно быть интенсифицировано сотрудничество между военными структурами России и Союза, включая Европейское оборонное агентство.

«Дорожная карта» по общему пространству науки и образования, включая культурные аспекты, ставит целью «использовать богатое интеллектуальное наследство и накопленные знания России и ЕС» применительно к таким областям, как исследования, наука и технологии, образование, культура.

Одним из направлений сотрудничества в этих сферах признано «стимулирование деятельности в области изучения в России европейского права».

По своей юридической природе «Дорожные карты» являются политическими документами, содержащимися в приложении к совместному заявлению по итогам встречи в верхах 10 мая 2005 г. Они непосредственно не учреждают общих пространств, а формируют детальную программу их построения, рассчитанную на постепенную реализацию.

Положения «Дорожных карт» 2005 г. в дальнейшем должны получить юридическое закрепление в новом базовом соглашении «О стратегическом партнерстве», а также в новых соглашениях между Россией и Союзом по специальным вопросам.

176. Каковы перспективы укрепления сотрудничества между Россией и Европейским Союзом?

Будущее Соглашения о стратегическом партнерстве, как и будущее взаимосвязей России и Европейского Союза, во многом зависит от того, какие приоритеты в отношениях друг к другу закладываются ими сегодня.

На заседании Европейского Совета 3–4 июня 1999 г., проходившем в Кельне (Германия), была утверждена Общая стратегия Европейского Союза по отношению к России. Общая стратегия — это определенная программа действий Союза и государств-членов в приоритетных для них сферах международных отношений. Первой Общей стратегией, утвержденной Европейским Союзом, стала Общая стратегия 1999/414/CFSP в отношении России 1999 г. Этот факт подчеркивает то значение, которое придается в Европейском Союзе развитию отношений с Российской Федерацией.

В части I документа, посвященной представлениям Союза о партнерстве с Россией, указывается, что Европейский Союз имеет ясные стратегические приоритеты:

— стабильная, открытая, плюралистическая демократия в России, управляемая на принципах правового государства с опорой на рыночную экономику, на благо как народов России, так и Европейского Союза;

— обеспечение стабильности в Европе, укрепление безопасности в мире и принятие вызовов, стоящих перед нашим континентом, путем интенсификации сотрудничества с Россией.

Там же отмечается, что основой отношений между Союзом и Россией остается Соглашение о партнерстве и сотрудничестве, ставящее своей целью содействие интеграции России в более широкую сферу сотрудничества в Европе. Общая стратегия определяет основные цели в отношениях с Россией. Такими целями являются:

1) укрепление демократии, принципа правового государства и государственных учреждений в России;

2) интеграция России в общеевропейское экономическое и социальное пространство;

3) сотрудничество в интересах укрепления стабильности и безопасности в Европе и за ее пределами;

4) сотрудничество по общим проблемам европейского континента.

Согласно части II рассматриваемого документа для достижения обозначенных целей Европейский Союз сосредоточит свои усилия в соответствующих сферах деятельности.

Наряду с этим в Общей стратегии предусмотрены и конкретные инициативы (часть III).

Общая стратегия предусматривает, что проведение ее положений в жизнь осуществляется в соответствии с действующими процедурами существующих договоров. Европейский Союз достигает установленные в Общей стратегии цели путем соответствующего использования всех необходимых инструментов и средств, имеющихся в распоряжении Союза, Сообществ и их государств-членов.

Таким образом, Европейский Союз имеет и реализует четкую программу действий в отношениях с Россией, направленную на оказание содействия проводимым в ней реформам, укрепление добрососедских связей и безопасности в регионе.

Основываясь на положениях Общей стратегии в отношении России, Европейский Союз принял несколько важнейших документов, касающихся ключевых аспектов сотрудничества между Россией и Европейским Союзом.

Первым из этих документов является Совместная акция 1999/878/ ОВПБ от 17 декабря 1999 г., учреждающая Программу Европейского Союза по сотрудничеству с Российской Федерацией в области нераспространения оружия массового уничтожения и разоружения.

Совместная акция предусмотрела конкретные меры по разоружению и нераспространению оружия массового уничтожения (биологического, химического и ядерного) на первую стадию реализации Программы и выделение финансовых средств для этих целей, а также проведение необходимых организационных мероприятий.

Срок действия Совместной акции 1999/878/ОВПБ должен был истечь в 2003 г. Однако, учитывая продление срока действия Общей стратегии в отношении России, Совместная акция Совета 2003/472/ ОВПБ от 24 июня 2003 г. продлила действие Программы до окончания срока действия Общей стратегии.

Позиция России в отношении Европейского Союза, в свою очередь, сегодня находит отражение в Стратегии развития отношений Российской Федерации с Европейским Союзом на среднесрочную перспективу (2000–2010 гг.), представленной российской стороной на встрече Россия — Европейский Союз в Хельсинки 22 октября 1999 г. Данная Стратегия «является логическим развитием общей внешнеполитической концепции России на европейском направлении, исходит… из общности исторических судеб народов и ответственности государств Европы за будущее континента, взаимодополняемости их экономик».

Основными целями Стратегии являются:

1) обеспечение национальных интересов и повышение роли и авторитета России в Европе и мире путем создания надежной общеевропейской системы коллективной безопасности;

2) привлечение хозяйственного потенциала и управленческого опыта Европейского Союза для содействия развитию социально ориентированной рыночной экономики России, базирующейся на принципах справедливой конкуренции;

3) дальнейшее строительство демократического правового государства в России.

В Стратегии указывается, что Россия отдает приоритет построению отношений с Европейским Союзом на основе Соглашения о партнерстве и сотрудничестве и не ставит целью на ближайшие десять лет вступление в Европейский Союз или создание ассоциации с ним. Напротив, в том, что касается процессов экономической интеграции, российская сторона выражает всяческую поддержку этому и не исключает идеи создания зоны свободной торговли между нашей страной и Европейским Союзом в первые десятилетия XXI в.

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

Договор о Евратоме — Договор об учреждении Европейского сообщества по атомной энергии 1957 г.

Договор о ЕОУС — Договор об учреждении Европейского объединения угля и стали 1951 г. (утратил силу в 2002 г.)

Договор о ЕС — Договор об учреждении Европейского сообщества 957 г.

Договор о ЕЭС — прежнее название Договора о ЕС (до 1 ноября 1993 г.)

Евратом — Европейское сообщество по атомной энергии

ЕКПЧ — Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 г.

ЕОУС — Европейское объединение угля и стали (прекратило существование 24 июля 2002 г.)

ЕПС — Европейское политическое сотрудничество, предшественник ОВПБ

ЕС — Европейское сообщество

ЕСХ — Европейская социальная хартия 1961 г.

ЕСЦБ — Европейская система центральных банков ЕЦБ — Европейский центральных банк

ЕЭС — Европейское экономическое сообщество, прежнее название ЕС, утратившее силу 1 ноября 1993 г.

ОВПБ — общая внешняя политика и политика безопасности, вторая опора Европейского Союза

ПВД — правосудие и внутренние дела

СПСО — сотрудничество полиций и судебных органов в уголовноправовой сфере, третья опора Европейского Союза

БИБЛИОГРАФИЯ

I. Учебная литература

1. Право Европейского Союза: учеб. / под ред. С. Ю. Кашкина. 3-е изд. М.: Юрайт, 2010.

2. Основы права Европейского Союза: схемы и комментарии: учеб. пособие. 2-е изд. / под ред. С. Ю. Кашкина. М.: Юрайт, 2010.

3. Россия и Европейский Союз: документы и материалы / под ред. С. Ю. Кашкина. М.: Юридическая литература, 2003.

4. Хартия Европейского Союза об основных правах: комментарий / под ред. С. Ю. Кашкина. М.: Юриспруденция, 2001.

5. Право Европейского Союза: Документы и комментарии / под ред. С. Ю. Кашкина. М.: ТЕРРА, 1999.

6. Документы Европейского Союза. М., 1994–1999. Т. I–V.

7. Европейский Союз. Путеводитель / под ред. Ю. А. Бор ко и О. В. Буториной. М.: Интердиалект+, 2003.

8. Европейский суд по правам человека: избранные решения: в 2 т. М.: Норма, 2000.

9. Капустин А. Я. Европейский Союз: интеграция и право. М., 2000.

10. Основы права Европейского Союза: учеб. пособие / под ред. С. Ю. Кашкина. М.: Белые альвы, 1997.

11. Суд Европейских сообществ: избранные решения. М.: Норма, 2001.

12. Толстопятенко Г. П. Европейское налоговое право. М.: Норма, 2001.

13. Топорнин Б. Н. Европейское право: учеб. М.: Юристъ, 1998.

14. Хартли Т. Основы права Европейского сообщества. Введение в конституционное и административное право Европейского сообщества. М.: ЮНИТИ, 1998.

15. Шенгенские соглашения. М.: Профобразование, 2000.

16. Европейское право: учеб. / отв. ред. Л. М. Энтин. М.: Норма, 2008.

II. Интернет-ресурсы

http://europa.eu.int — официальный сайт Европейского Союза.

www.eur.ru — представительство Европейской комиссии в России.

http://eulaw.edu.ru — сайт кафедры права Европейского Союза Московской государственной юридической академии.

www.aes.org.ru — Ассоциация Европейских исследований.

Примечания

1

Право Европейского Союза: документы и комментарии / отв. ред. С. Ю. Кашкин. М.: Терра, 1999. 640 с.; Хартия Европейского Союза об основных правах: комментарий / отв. ред. С. Ю. Кашкин. М.: Юриспруденция, 2001. 208 с. Основы права Европейского Союза: схемы и комментарии: учеб. пособие / под ред. С. Ю. Кашкина. М.: ИНФРА-М, 2002. 137 с.; Шенгенские соглашения / вступ. статья и сост. С. Ю. Кашкин, А. О. Четвериков. М:. Профобразование, 2000. 192 с. Россия и Европейский Союз: документы и материалы / под ред. С. Ю. Кашкина. М.: Юрид. лит., 2003. 560 с.

2

Европейский союз: Основополагающие акты в редакции Лиссабонского договора с комментариями / пер. А. О. Четверикова; коммент. — А. О. Четверикова, С. Ю. Кашкина. М.: ИНФРА-М, 2008. 699 с.

3

eulaw.edu.ru

4

См.: Conseil d’Etat. L’influence internationale du droit francais. Paris: La documentation francaise, 2001. P. 13.

5

Статус Косова в качестве суверенного государства — субъекта международного права не был признан Европейским Союзом в целом. Часть государств-членов сделали это; другие (например, Испания) выступили против такого признания.

6

См., напр.: Rideau J. Droit institutionnel de l’Union et des Communautйs europйennes. Paris: LGDJ, 1999; Dubouis L., Blumann C. Droit matйriel de l’Union europйenne. Paris: Montchrestien, 2001.

7

На практике в спорах между органами Союза традиционно используется французский язык.

8

До 1 февраля 2003 г. он назывался «Официальный журнал Европейских сообществ».

9

См.: Vayssiиre B Groupes de pression en Europe: Europe des citoyens ou des intйrкts? Toulouse: йditions Privat, 2002. P. 51.

10

О «европейских политических партиях» см. ниже, вопрос № 27.

11

Первоначально называлась «Союз конфедераций промышленности и работодателей Европы — UNICE» (от франц. Union des confйdйrations de l’industrie et des employeurs d’Europe).

12

См.: Teyssiи B Droit europйen du travail. Paris: Litec, 2001. P. 250–260.

13

Назван так по имени министра иностранных дел Франции Робера Шумана, который огласил данный проект. Р. Шуман и другой французский политический деятель — Жан Монне (автор проекта) по аналогии с разработчиками Конституции США 1787 г. в современной политической литературе характеризуются как «отцы-основатели» Европейского Союза или даже как «отцы Европы».

14

Официальное название Договора о слиянии следующее: Договор об учреждении единого Совета и единой Комиссии Европейских сообществ.

15

Так называемый Доклад Давиньона (по имени бельгийского дипломата Э. Давиньона, руководившего процессом его подготовки). Доклад Давиньона был официально утвержден министрами иностранных дел государств-членов 27 октября 1970 г.

16

Терроризм, радикализм, экстремизм и насильственные действия международного характера.

17

См.: Pradel J., Corstens G. Droit pйnal europйen. Paris: Dalloz, 2002. P. 44–45.

18

17 февраля 1986 г. в Люксембурге подпись под ЕЕА поставили все государства-члены, кроме Дании, Греции и Италии. Последние сделали это 28 февраля 1986 г. в Гааге.

19

См.: Commentaire article par article des traitйs UE et CE // Sous la direction de Ph. Lйger. Bвle-Paris-Bruxelles: Helbing amp; Lichtenhahn, 2000. P. 10.

20

Прежнее название — Европейское экономическое сообщество (ЕЭС) — было изменено Договором о Европейском Союзе 1992 г. в связи с расширением компетенции Сообщества.

21

Текст Договора с комментариями см.: Европейский Союз: Основополагающие акты в редакции Лиссабонского договора с комментариями / пер. А. О. Четверикова, под ред. С. Ю. Кашкина). М.: ИНФРА-М, 2008.

22

Старейший из учредительных документов (Договор о ЕОУС) утратил силу в 2002 г. (см. предыдущий вопрос).

23

Название «Римский договор» (по месту подписания Договора о ЕС) не является официальным, но часто используется в теоретической литературе и средствах массовой информации. Термин «Римские договоры» (во множественном числе) обозначает Договор о ЕС и подписанный одновременно с ним Договор о Евратоме.

24

Нумерация статей Договора о ЕС была изменена Амстердамским договором 1997 г. (ст. ЗА стала ст. 4, ст. 3В — ст. 4,… ст. 189 — ст. 249 и т. д.). Ниццкий договор 2001 г. снова добавил в текст документа несколько статьей с буквенными обозначениями (ст. 229А и др.). Соответственно количество статей Договора о ЕС превышает их численную нумерацию (последняя статья имеет номер 314).

25

В дословном переводе часть третья называется «Политики Сообщества» (во множественном числе). Речь идет, таким образом, не об одной политике, а о широкой их совокупности (см. вопрос № 67).

26

Указанный термин используется Договором о ЕС в узкоспециальном значении. К «заморским странам и территориям» он относит лишь такие регионы, которые находятся под суверенитетом государств-членов, но не являются при этом частью ЕС. Например, Фолклендские острова (Великобритания) — это заморская территория. Аргентина, США, Австралия и другие суверенные государства, не входящие в Сообщество и Союз, относятся к категории «третьих стран» (или «третьих государств»).

27

До 1985 г. Гренландия входила в ЕЭС, однако после получения статуса автономной территории внутри Дании она вышла из Сообщества.

28

Они соответственно не подпадают под категорию «заморских стран и территорий».

29

Данная ситуация обусловлена тем, что первоначально институты были отдельными для каждого из Европейских сообществ (см. вопрос № 10). Ныне, поскольку в Сообществах и Союзе в целом действует единый институционный механизм, соответствующие нормы Договора о Евратоме содержат положения, идентичные Договору о ЕС. Ссылки обычно производятся только на последний источник.

30

Как и в случае с Договором о ЕС, нумерация статей Договора о Европейском Союзе была изменена Амстердамским договором 1997 г. В первоначальной редакции статьи Договора о Европейском Союзе имели буквенное обозначение, в настоящее время — цифровое (ст. А, ст. В ныне ст. 1, ст. 2). Ниццкий договор 2001 г. включил в Договор о Европейском Союзе десять дополнительных статей (ст. 27А и др.). Последний, таким образом, содержит в общей сложности 63 статьи, хотя заключительная статья имеет номер 53.

31

Данные поправки были инкорпорированы (включены) в тексты Договора о ЕС, Договора о Евратоме и Договора о ЕОУС и являются их составной частью. Договор о ЕОУС ныне утратил силу.

32

Данный Протокол был приложен в 1965 г. к Договору о слиянии (см. вопрос № 10). В настоящее время имеет самостоятельный статус (формально не приложен ни к одному из действующих учредительных договоров).

33

Для Великобритании, Ирландии, Дании установлены и некоторые другие изъятия, содержащиеся в специальных протоколах. Отдельные исключения из общих правил предусмотрены особыми протоколами также для Италии, Франции, Португалии, Нидерландов.

34

Декларации могут быть как общими (принимаются всеми государствами-членами), так и односторонними или совместными (исходят от одной или нескольких стран Союза).

35

Полный текст на русском языке с комментарием см.: Кашкин С. Ю., Четвериков А. О. Конституция Европейского Союза с комментарием. М.: ИНФРА-М, 2005.

36

Перед проведением повторного референдума Ирландии были предоставлены несколько дополнительных уступок, не меняющих сути Лиссабонского договора. Следует отметить, что проведение повторных референдумов в прошлом уже неоднократно практиковалось в рамках Европейского Союза. Так, с двух попыток народ Ирландии несколько лет назад одобрил Ниццкий договор 2001 г. Еще ранее два референдума по Договору о Европейском Союзе 1992 г. потребовалось проводить в Дании (первый референдум дал отрицательный результат, второй — положительный).

37

Подробнее о компетенции Союза см. раздел IX.

38

«Van Gend en Loos» — голландская компания, «Costa» — итальянский гражданин, выступавшие истцами по соответствующим делам.

39

Вопрос о соотношении права Сообщества, ныне Союза в целом, с конституциями государств-членов продолжает вызывать споры в европейской доктрине. На практике этих противоречий стараются избегать путем заблаговременного внесения поправок в основные законы, с тем чтобы конституция страны в дальнейшем не противоречила ее обязанностям как государства — члена Европейского Союза.

40

См.: Monijal P-Y. Les normes de droit communautaire. Paris: PUF, 2002. P. 36, 41; Craig P., De Burca G. EC Law: texts, cases and materials. Oxford: Clarendon Press, 1997. P. 189–197.

41

Суд в то же время отказался перенести в правовую систему ЕС ряд принципов международного права, посчитав их несовместимыми с правопорядком Сообщества, который основан на ограничении суверенитета государств-членов. См.: Rideau J. Droit institutionnel de l’Union et des Communautйs europйennes. P. 181.

42

В отличие от общих, специальные принципы права в западной доктрине не выделяются в особую категорию.

43

Ввиду основополагающего значения данных принципов (свобод), выходящего за рамки чисто хозяйственных отношений, многие ученые предпочитают относить их к категории «общие принципы права Сообщества» (см. предыдущий вопрос). Подробнее см.: Rideau J. Droit institutionnel de l’Union et des Communautйs europйennes. P. 181–182.

44

По состоянию на сентябрь 2009 г. (см. вопрос № 17).

45

Читателю следует иметь в виду, что нормативные договоры в Европейском Союзе могут относиться и к первичному, и ко вторичному праву. Об учредительных и иных нормативных договорах, входящих в первичное право Союза, см. вопросы № 12 и № 20.

Нормативные договоры, о которых идет речь в настоящем вопросе, как и правовые акты институтов, имеют «вторичный» по своему происхождению и юридической силе характер. Некоторые из них даже уступают по силе регламентам, директивам и другим актам институтов Союза.

46

См.: Ripert G., Roblot R. Droit commercial. Tome 1. Paris: LGDJ, 1996. P. 1262.

47

В то же время по некоторым вопросам, специально предусмотренным учредительными документами, государства-члены продолжают заключать договоренности, оформляемые в виде их коллективных решений. Примером может служить «Решение, принятое по общему согласию представителями государств-членов, заседающими на уровне глав государств или правительств, о размещении местонахождений некоторых ведомств и агентств Европейского Союза» от 13 декабря 2003 г.

48

Аналогичные положения для Евратома содержит ст. 161 его учредительного договора.

49

В дословном переводе с английского — «мнение».

50

Англ. European Community; франц. Communautй europйenne. Акты, принятые до 1 ноября 1993 г., имеют шифр ЕЭС — Европейское экономическое сообщество (прежнее название ЕС).

51

Англ. Common Foreign and Security Policy; франц. Politique йtrangиre et de sйcuritй commune.

52

Англ. Justice and Home Affairs; франц. Justice et affaires intйrieures.

53

Термин «case law» дословно переводится как «казуальное право», т. е. право, созданное решениями судов, которые вынесены по конкретным делам. Однако британские юристы рассматривают понятия «case law» и «judicial precedent» (судебный прецедент) как синонимы. См.: Wade E.C.S.; BradleyA.W. Constitutional and administrative law. London: Longman, 1991. P. 12–13.

54

Пришедшее из латинского языка понятие «jurisprudence» (дословно: юриспруденция) в современном западном правоведении, в частности французском, используется для обозначения «серии совпадающих решений [судов], вынесенных по определенному правовому вопросу». В этой связи по аналогии с английским «case law» сложилась категория «droit jurisprudentiel» — право, созданное судебными органами. См.: Starck B., Roland H., Boyer L. Introduction au droit. Paris: Litec, 2000. P. 327.

55

Opinion 1/91, First EEA Case, [1991] ECR 6079.

56

Cases C-6, 9/90 Francovich v. Italy, [1991] ECR I-5357/

57

В теоретической литературе, как отечественной, так и зарубежной, эту формулу часто изменяют: «институты и другие органы». Подобная терминология более логична, так как любой институт (например, Европейский парламент) по своим признакам тоже служит органом Союза. Отсюда следует, что понятие «органы Европейского Союза» может рассматриваться в двух значениях: в широком смысле оно охватывает все элементы организационного механизма, в узком (буквальном) — лишь те из них, которые не отнесены к институтам.

58

Оба варианта перевода являются допустимыми, так как отражают названия документов на двух самых распространенных официальных языках Союза. Далее в настоящем издании будет использоваться, как правило, первый вариант: «внутренний регламент», или — в отношении Суда — «процессуальный регламент» (rиglement de procйdure).

59

В русскоязычной литературе сокращенно именуется «Европарламент». В официальных языках Союза используется всегда полное наименование: European Parliament (англ.); Parlement europйen (франц.). Первоначальное наименование Европейского парламента — Ассамблея Европейских сообществ.

60

Система единого передаваемого голоса, предполагающая голосование избирателя за кандидатов разных партий с помощью преференций (цифрами 1, 2 и т. д.), используется в Ирландской Республике и в Северной Ирландии, входящей в состав Великобритании (Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии). В остальных государствах-членах используется та или иная разновидность системы голосования по партийным спискам.

61

На выборах 2009 г. пятипроцентный заградительный пункт, например, применялся во Франции и ФРГ; в Австрии и Швеции он составлял 4 %.

62

См.: Burban J-L. Le parlement europйen. Paris: PUF, 1998. P. 64.

63

Ныне действующие политические партии на европейском уровне являются объединением родственных политических сил государств-членов, например в Европейскую народную партию входят Христианско-демократический союз ФРГ, Народная партия Испании и т. д.

64

В этой связи в западной литературе и средствах массовой информации Европарламент нередко сравнивают с нижней палатой, а Совет Европейского Союза, состоящий из представителей государств-членов на уровне министров, — с верхней палатой.

65

Рассматриваемый институт имеет два официальных наименования: полное (Совет Европейского Союза) и краткое (Совет). Неофициально (в научной, учебной литературе и средствах массовой информации) Совет в силу его состава также называют «Советом министров». «Специальным советом министров» официально именовался межправительственный институт ЕОУС — первого из Европейских сообществ, с которого в 1951 г. началось формирование Европейского Союза (см. вопрос № 10).

66

Rideau J. Droit institutionnel de l’Union et des Communautйs europйennes. P. 349.

67

Исключением служат общие стратегии ОВПБ (см. вопрос № 22), которые разрабатывает Совет, но утверждает Европейский совет.

68

Если Совет должен принимать решение по инициативе Европейской комиссии (что имеет место в подавляющем большинстве случаев), то достаточно абсолютного большинства. В остальных случаях, когда проекты могут представлять другие субьекты, в частности государства-члены, необходима поддержка 2/3 членов Совета (подобная ситуация характерна для актов, издаваемых в рамках второй и третьей опор Европейского Союза).

69

Согласно действующей редакции Договора о ЕС именно простое большинство должно применяться в качестве общего правила («если не предусмотрено иного»), а единогласие и квалифицированное большинство — как исключения. На деле, однако, исключения превалируют над правилом. Лиссабонский договор в качестве общего правила принятия решений устанавливает квалифицированное большинство, а для процедурных вопросов — простое большинство.

70

См.: Dony M. Droit de la Communautй et de l’Union europйenne. Bruxelles: Institut d’йtudes europйennes, 2001. P. 65.

71

См.: Introduction au Conseil de l’Union europйenne. Luxembourg: Office des publications officielles des Communautйs europйennes, 2002. P. 9.

72

В учредительных договорах Европейского Союза данный институт кратко именуется «Комиссия», полностью — «Комиссия Европейских сообществ». В связи с тем что последнее наименование явно устарело, чаще всего, в том числе в официальных документах, используется название Европейская комиссия, которое должно стать единственным после принятия Конституции.

73

В 1999 г. Комиссия во главе с Ж. Сантером ушла в отставку «добровольно», не дожидаясь вотума недоверия со стороны Европарламента. Причиной отставки послужили злоупотребления со стороны отдельных членов Комиссии.

74

Англ. Directorate-General; франц. Direction gйnйrale.

75

Европейский совет (англ. European Council; франц. Conseil europйen) не следует путать с Советом Европы (англ. Council of Europe; франц. Conseil de l’Europe). Первый — это орган Европейского Союза, второй — самостоятельная международная организация со своим собственным организационным механизмом (см. вопросы № 40 и № 70).

76

Таким образом, в зависимости от целей и характера принимаемых решений руководители стран Союза могут по должности входить как в Совет Европейского Союза (Совет в составе глав государств или правительств), так и в Европейский совет.

77

Напомним, что категория «институты» считается более важной частью организационного механизма Союза, чем категория «органы», к которой ныне относится Европейский совет (см. вопрос № 25).

78

Полные официальные названия: Счетная палата Европейских сообществ или Европейская счетная палата, краткое — Счетная палата (франц. Cour de comptes). В англоязычных источниках именуется Палата аудиторов (Court of Auditors).

79

Термин «омбудсман» (Ombudsman) является исторически первым наименованием парламентского уполномоченного по контролю за публичной администрацией. Применительно к Европейскому омбудсману данное слово используется в скандинавских и английском языках (отсюда нередко употребление транскрипции «омбудсмен»). В других официальных языках Европейского Союза рассматриваемый орган называется иначе, с учетом национальных традиций. Во французском языке — Mйdiateur, т. е. «посредник».

80

На основании данной статьи Европейский парламент с согласия Совета Европейского Союза издал 9 марта 1994 г. Решение «О статусе и общих условиях осуществления функций Омбудсмана». Процедура рассмотрения дел Омбудсманом детально регулируется положениями, которые Омбудсман 16 октября 1997 г. утвердил во исполнение данного решения. Дальнейшие цитаты производятся по этому акту (Dйcision du Mйdiateur europйen portant adoption de dispositions d’exйcutiton).

81

То есть Омбудсман выступает своеобразным посредником между сторонами дела, что и обусловливает название этого органа на французском языке — «европейский посредник».

82

Если устранить нарушение уже невозможно или если оно не имеет «общих последствий», то вместо доклада Омбудсман вправе прекратить своим решением разбирательство по делу. Принятое Омбудсманом решение может содержать критический комментарий в адрес института или органа ЕС.

83

См.: Que peut faire pour vous le Mйdiateur europйen? Le Mйdiateur europйen: le guide du citoyen. Luxembourg: Office des publications officielles des Communautйs europйennes, 2002.

84

Оба названия — полное и краткое — являются официальными. Чаще используется последнее (Европол).

85

См.: Le G5 veut faire d’Europol un FBI europйen // Le Figaro, le 21 octobre 2003.

86

Данная аббревиатура используется во всех официальных языках Союза.

87

Нередко Договор о ЕС предписывает проведение консультации сразу с обоими комитетами. Например, нормативные акты и иные меры по вопросам здравоохранения Европейский парламент и Совет обязаны принимать «после консультации с Экономическим и социальным комитетом и с Комитетом регионов» (ст. 152).

88

Термин «Евросистема» был изобретен Европейским центральным банком, но не употребляется в Договоре о ЕС.

89

Или «Исполнительный комитет» (франц. Directoire; англ. Executive Board).

90

Или «Управляющий совет» (франц. Conseil des gouverneurs; англ. Governing Council).

91

Или «Генеральный совет» (франц. Conseil gйnйral; англ. General Council).

92

См.: Banque europйenne d’investissement: information. № 3 (№ 112), 2002. P. 12.

93

Учрежденный в 1990 г., ЕБРР есть самостоятельное международное банковское учреждение (не орган ЕС), финансирующее главным образом проекты в странах Восточной Европы. ЕИБ подписался на 3 % уставного капитала ЕБРР.

94

Создан Европейским инвестиционным банком в 1994 г. для содействия экономическому росту путем гарантирования займов и участия в капитале предприятий. Подписчиками на капитал указанного Фонда выступают сам ЕИБ, Сообщество, а также около 60 других (в том числе частных) банков.

95

См.: Cornu G. Vocabulaire juridique. Paris: PUF, 2003. P. 621.

96

Подробнее см.: Bray R. (ed.). Constitutional Law of the European Union. London: Sweet amp; Maxwell, 1999. P. 352–354; Rideau J. Droit institutionnel de l’Union et des Communautйs europйennes. P. 444–446.

97

См.: Монне Ж. Реальность и политика: мемуары. М.: Московская школа политических исследований, 2001. С. 458.

98

Европейское ведомство по борьбе с мошенничеством как орган, состоящий при Комиссии, имеет с ней одинаковое местонахождение.

99

Dehousse R. La Cour de justice des Communautйs europйennes. Paris: Montchrestien, 1997. P. 40.

100

В англоязычных источниках называется Судом первой инстанции. Однако это не отражается на официальном обозначении рассматриваемых дел: дела, подсудные Суду, обозначаются на всех языках буквой «С» (например, дело С-101/01 — дело № 101 за 2001 г.); дела, разрешаемые Трибуналом, носят гриф «Т» (например, дело Т-266/97 — дело № 266, поступившее в Трибунал в 1997 г.).

101

Статья 1 имеет вводный характер и не входит ни в один из разделов.

102

Фактический размер взыскиваемой пени значительно больше, так как она взимается в расчете за каждый процент водных ресурсов, не соответствующих требованиям директивы ЕС. К моменту вынесения решения эта величина составляла 20 % (т. е. первоначальный размер равен 624 150 евро u 20).

103

Счетная палата и ЕЦБ могут обращаться с рассматриваемыми исками только в целях «защиты своих прерогатив».

104

Генеральные адвокаты правом голоса на выборах Председателя и иных должностных лиц Суда не обладают.

105

Термин «палата» в праве Европейского Союза в настоящее время имеет два значения: во-первых, структурная единица Суда или Трибунала первой инстанции, во-вторых, специализированный суд, входящий вместе с другими подобными судами в третье, низшее звено судебной системы Союза. Неоднозначность терминологии исчезнет после принятия вступления в силу Лиссабонского договора, который переименует судебные палаты в «специализированные трибуналы» (см. вопрос № 47).

106

См.: Rideau J. Droit institutionnel de l’Union et des Communautйs europйennes. P. 411.

107

Guide aux conseills: guide destinй aux agents et avocats concernant la procйdure йcrite et orale devant la Cour de justice des Communautйs europйennes. Luxembourg, 2001. P. 23.

108

В делах косвенной юрисдикции заслушиваются выступления сторон по делу, которое рассматривает национальный судебный орган, направивший Суду преюдициальный запрос. Суд также заслушивает выступления представителей государств-членов и институтов Союза, которые воспользовались правом направить свои письменные замечания по делу.

109

В рамках третьей опоры, при использовании процедуры «Комиссия — Совет», законодательная инициатива принадлежит не только Комиссии, но и любому государству-члену.

110

Dehousse R. La Cour de justice des Communautйs europйennes. P. 56.

111

См., напр.: Renucci J-F. Droit europйen des droits de l’homme. Paris: LGDJ, 2001.

112

См.: п. 11–15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» // Российская газета. 2003. 2 дек. С. 11.

113

Тексты остальных протоколов в 1998 г. были инкорпорированы (включены) в основную часть Конвенции. Подробнее см.: Гомьен Д., Харрис Д., Зваак Л. Европейская конвенция о правах человека и Европейская социальная хартия: право и практика. М.: МНИМП, 1998.

114

Наряду с указанным Судом до 1 ноября 1998 г. функционировала Европейская комиссия по правам человека, являвшаяся «квазисудебным» органом. Вынесенные ею решения также должны учитываться в ходе применения Конвенции.

115

См.: п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. «О судебном решении» // Российская газета. 2003. 26 дек. С. 7; п. 2.1 постановления Конституционного Суда РФ от 5 февраля 2007 г. по делу о проверке конституционности положения ряда статей ГПК РФ // Российская газета. 2007. 14 фев. С. 20.

116

Подробнее см.: Европейская социальная хартия: справочник. М.: Международные отношения, 2000. С. 85–87.

117

Предшественниками Хартии являлись принятые в 1989 г. Декларация основных прав и свобод (утвердил Европейский парламент) и Хартия Сообщества об основных социальных правах работников (одобрили все государства-члены, кроме Великобритании). Эти документы не получили обязательной юридической силы, однако имели большое политическое значение.

118

См.: Garot M. La citoyennetй de l’Union europйenne. Paris: Editions L’Harmattan, 1999. P. 17.

119

Cour de justice des Communautйs europйennes. Arrкt du 9 dйcembre 2003 dans l’affaire C-129/00 «Commission des Communautйs europйennes contre Rйpublique italienne». P. 25.

120

Что обычно и называется свободой передвижения товаров.

121

The Principles Of European Contract Law, Part I (1995) amp; Part II (1999).

122

Commission Communication of 12 February 2003 «A more coherent European contract law — an action plan».

123

Характерно, что упоминавшаяся Комиссия по Европейскому договорному праву была преобразована в Исследовательскую комиссию по Европейскому гражданскому кодексу.

124

Communication from the Commission of 7 May 2002 «Consumer Policy Strategy 2000–2006».

125

Directive 84/450/EEC of 10 September 1984 on the approximation of the laws (…) concerning misleading advertising (amended by Directive 97/55/EC of 6 October 1997).

126

Directive 85/374/EEC of 25 July 1985 on the approximation of the laws (…) concerning liability for defective products (amended by Directive 1999/34/EC of 10 May 1999).

127

Directive 93/13/EEC of 5 April 1993 on unfair terms in consumer contracts.

128

Directive 97/7/EC of 17 February 1997 on the protection of consumers in respect of distance contracts.

129

Directive 94/47/EC of 26 October 1994 (…) relating to the purchase of the right to use immovable properties on a timeshare basis.

130

См., напр.: Сергеев А. П. Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации. М., 1996. С. 476.

131

В тексте Договора об учреждении Европейского Сообщества единая европейская денежная единица носит название ЭКЮ. Однако на заседании Европейского Совета в Мадриде в декабре 1995 г. было принято решение, что ее названием будет евро. Именно это название употребляется и на банкнотах и монетах Сообщества, и в нормативных актах Сообщества. В качестве примера приведем Регламент Совета № 974/98/ЕС «О переходе на евро».

132

Regulation № 1/2003 of 16 December 2002 on the implementation of the rules on competition laid down in Articles 81 and 82 of the Treaty.

133

Англ. merger; франц. concentration.

134

Regulation № 4064/89 of 21 December 1989.

135

Regulation № 139/2004 of 20 January 2004 on the control of concentrations between

136

Франц. sociйtйs; англ. companies or firms.

137

Communication of 21 May 2003 «Modernising Company Law and Enhancing Corporate Governance in the European Union — A Plan to Move Forward».

138

Англ. European Company; франц. sociйtй europйenne; нем. Europдische Gesellschaft.

139

Regulation № 2157/2001 of 8 October 2001 on the Statute for a European company (SE); Directive 2001/86/EC of 8 October 2001 supplementing the Statute for a European company with regard to the involvement of employees.

140

От лат. Societas Europaea.

141

Франц. Groupement europйen d’intйrкt йconomique, GEIE; англ. European Economic Interest Grouping, EEIG.

142

Regulation № 1435/2003 of 22 July 2003 on the Statute for a European Cooperative Society (SCE).

143

McMahon J. A. Education and Culture in European Community Law. London: The Athlone Press Ltd., 1995. P. 166.

144

См.: Белов В. В. и др. Интеллектуальная собственность. Законодательство и практика применения. М., 1999. С. 63–72; Мэггс П. Б., Сергеев А. П. Указ. соч. С. 97.

145

Communication de la Commission au Parlement europйen et au Conseil «Amйliorer le systeme de brevet en Europe» // Bruxelles, le 3.04.2007. COM (2007) 165 final.

146

Directive № 98/44 // OJ. 1998. L 213.

147

Council Regulation № 6/2002 of 12 December 2001 on Community designs // OJ. 2002, L 3.

148

Council Directive No. 87/54 // OJ. 1987, L 24.

149

Trademark Law Treaty, signed in Geneva on 27. October 1994.

150

Council Regulation on the Community Trade Mark 40/94 // OJ. 1994. L 11.

151

Office for Harmonisation in the Internal Market (Trade Marks and Designs)/ Cм.: www.oami.eu.int

152

Директива 2008/95/ЕС от 22 октября 2008 г. (OJ. L 299/35); Директива 2008/99/ЕС заменила прежнюю Директиву 1988 г. о товарных знаках.

153

Понятие определено в ст. 22 ТРИПС.

154

Council Regulation 2081/92 // OJ. 1992. L 208, Аmended by Regulation 535/97 // OJ. 1997. L 83.

155

Женевская конвенция от 6 сентября 1952 г., пересмотренная в Париже 24 июля 1971 г.

156

Русские переводы текстов важнейших директив ЕС по авторскому праву и комментарии см.: Право Европейского Союза: документы и комментарии. М., 1999. С. 519–541.

157

Directive 2001/84 // OJ. 2001. L 272.

158

Council Directive 91/250 // OJ. 1991. L 122.

159

Directive 96/9 // OJ. 1996. L 77.

160

Директива в первоначальной редакции была издана 29 октября 1993 г. (Директива 93/98/ЕС). 12 декабря 2006 г. Европейский парламент и Совет утвердили новую, кодифицированную редакцию этого нормативного акта (Директива 2006/116/ЕС), опубликованную в «Официальном журнале Европейского Союза» 27 декабря 2006 г. (JO. L 372 du 27.12.2006. P. 12).

161

Подробнее об унификации сроков защиты авторских прав в ЕС см.: Основы права Европейского Союза / под ред. С. Ю. Кашкина. М., 1997. С. 321–324.

162

Directive 2001/29 // OJ. 2001. L 167.

163

Решение Совета от 16 марта 2000 г.

164

Directive № 2000/31/EC // OJ. 2000. L 178.

165

См.: Directive № 98/34, art. 1(2) // OJ. 1998. L 204.

166

Оказание телевизионных услуг в ЕС регулируется отдельной Директивой № 89/552.

167

Directive № 1999/93/CE of 13 December 1999 // OJ. 2000. L 13.

168

OJ.2000. L 275/39.

169

В силу специальных протоколов к Договору о ЕС акты по ряду вопросов, издаваемые на основании данного раздела, не имеют обязательной силы для Великобритании, Ирландии и Дании.

170

Полное наименование: Регламент (ЕС) № 562/2006 Европейского парламента и Совета от 15 марта 2006 г., устанавливающий Кодекс Сообщества о режиме пересечения людьми границ (Шенгенский кодекс о границах). Слово «Шенгенский» в названии Кодекса указывает не на его место принятия (утвержден в Страсбурге по месту нахождения Европарламента), а на связь с «Шенгенскими достижениями».

171

Основные источники: Регламент (ЕС) № 1987/2006 Европейского парламента и Совета об учреждении, функционировании и использовании Шенгенской информационной системы второго поколения (SIS II) и одноименное Решение Совета от 12 июня 2007 г., изданное в рамках сотрудничества полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере (третья опора Союза).

172

Полное наименование: Регламент (ЕС) № 810/2009 Европейского парламента и Совета от 13 июля 2009 г., устанавливающий Кодекс Сообщества о визах (Визовый кодекс).

173

Формулировка «шенгенские государства» является внешним признаком шенгенской визы. Она воспроизводится в верхней части каждой подобной визы на одном из официальных языков Европейского Союза.

174

Термин «шенгенское пространство» является официальным, используется в источниках права Европейского Союза и в доктрине. Понятие «шенгенская зона» — неточный перевод, который употребляется преимущественно в средствах массовой информации. Далее в книге применяется первый термин.

175

De facto в шенгенское пространство также входят ряд малых стран Западной Европы: Монако, Сан-Марино, Ватикан, Андорра. Лихтенштейн подписал протокол о присоединении к «Шенгенским достижениям» в 2008 г.

176

Термин «иностранец» в Шенгенских соглашениях обозначает лиц, не имеющих гражданства Европейского Союза. Граждане Великобритании и Ирландии иностранцами не считаются.

177

Общее руководство — правовой акт, изданный в 1999 г. Шенгенским исполнительным комитетом. Он регулирует деятельность компетентных служб государств-членов по осуществлению контроля за пересечением внешних границ шенгенского пространства.

178

ПВД — правосудие и внутренние дела. См. предыдущее примечание и вопрос № 22.

179

См. вопрос № 175.

180

Регламенты № 1346/2000, 1347/2000 и 1348/2000 (последний из Регламентов был заменен новым Регламентом № 2201/2003).

181

Regulation № 1206/2001 of 28 May 2001 on cooperation between the courts of the Member States in the taking of evidence in civil and commercial matters.

182

Regulation № 743/2002 of 25 April 2002, establishing a general framework for Community activities to facilitate the implementation of judicial cooperation in civil matters.

183

Council Directive 2003/8/EC of 27 January 2003 to improve access to justice in crossborder disputes by establishing minimum common rules relating to legal aid for such disputes.

184

См.: Ануфриева Л. П. Международное частное право. М., 2001. Т. 3. С. 1–63.

185

Regulation № 1346/2000 on insolvency proceedings.

186

Слово «тройка» было заимствовано официальным лексиконом Союза из русского языка.

187

Moussis N. Access to European Union. P. 61.

188

Swann D. The Economics of the Common Market. L.: Penguin, 1992. P. 11–12.

189

Ныне ст. 26 и 27 Договора.

190

В ходе того же раунда было принято решение создать на основе ГАТТ Всемирную торговую организацию (ВТО).

191

От первого лица: разговоры с Владимиром Путиным. М., 2000. С. 155–156.

192

Совет экономической взаимопомощи (СЭВ) — международная экономическая организация стран социалистического блока, образованная в 1949 г. и распущенная в 1991 г.

193

Дипломатический вестник. 1994. № 15, 16. С. 29–59. Тексты всех соглашений и документов, упомянутых в настоящей главе, можно найти в: Россия и Европейский Союз: документы и материалы / под ред. С.Ю. Кашкина. М.: Юрид. лит., 2003.

194

Федеральный закон от 25 ноября 1996 г.

Content

Сергей Юрьевич Кашкин
Право Европейского Союза

АВТОРЫ

К ЧИТАТЕЛЮ

ПРЕДИСЛОВИЕ

Раздел I ПОНЯТИЕ ПРАВА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

1. Что такое «право Европейского Союза»?

2. Какова географическая сфера действия права Европейского Союза?

3. Кто выступает субъектами права Европейского Союза?

4. Каковы предмет и содержание права Европейского Союза?

5. Какие методы использует право Европейского Союза?

6. На скольких языках существует право Европейского Союза?

7. Где публикуются нормативные акты и иные документы Европейского Союза?

Раздел II ВОЗНИКНОВЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ПРАВА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

8. Кем создается право Европейского Союза?

9. Существует ли в Европейском Союзе лоббизм?

10. Как происходило формирование Европейского Союза и его правовой системы?

11. Каковы предпосылки образования Европейского Союза?

12. Как развивалась «европейская идея» до Первой мировой войны?

13. Как развивалась «европейская идея» после окончания Первой мировой войны до начала формирования Европейского Союза?

14. Как устроен Европейский Союз в настоящее время?

15. Что представляют собой учредительные документы Европейского Союза?

16. Что представляют собой Договоры о присоединении 2003 и 2005 гг.?

17. Что представляет собой Лиссабонский договор о реформе Европейского Союза 2007 г.?

Раздел III ПРИНЦИПЫ ПРАВА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

18. Что такое «принципы права Европейского Союза»?

19. Что означают принципы верховенства и прямого действия права Европейского Союза?

20. Где закреплены принципы верховенства и прямого действия права Европейского Союза?

21. В чем заключаются общие принципы права?

22. В чем заключаются специальные принципы права?

23. Каковы важнейшие принципы деятельности Европейского Союза?

Раздел IV ИСТОЧНИКИ ПРАВА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

24. Какие источники составляют первичное право Европейского Союза?

25. Из каких источников складывается вторичное право Европейского Союза?

26. Какие виды правовых актов издают институты Европейского Союза?

27. Как изменится система правовьх актов институтов Европейского Союза после вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г.?

28. Каковы источники прецедентного права Европейского Союза?

Раздел V ПРАВОВАЯ ПРИРОДА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

29. Какова правовая природа Европейского Союза?

30. В чем проявляется международно-правовая составляющая права Европейского Союза?

31. В чем проявляются элементы государственности в праве Европейского Союза?

32. Как соотносятся между собой право Европейского Союза, международное право и национальное право государств-членов?

Раздел VI ИНСТИТУТЫ И ОРГАНЫ ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

33. Из каких элементов складывается организационный механизм Европейского Союза?

34. Где закрепляется правовое положение институтов и органов Европейского Союза?

35. Каков статус политических институтов Европейского Союза?

36. Что такое Европейский совет?

37. Каковы основные контрольные институты и органы Европейского Союза?

38. Какими правоохранительными органами располагает Европейский Союз?

39. Какие органы Европейского Союза осуществляют консультативные функции?

40. Какие специализированные органы функционируют в рамках экономического и валютного союза?

41. Чем занимается Европейский инвестиционный банк?

42. Какие агентства существуют в Европейском Союзе?

43. Используется ли принцип разделения властей в формировании и деятельности органов Европейского Союза?

44. Где размещены институты и органы Европейского Союза?

Раздел VII СУДЕБНАЯ СИСТЕМА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

45. Какую роль играет судебная власть в Европейском Союзе?

46. Сколько звеньев включает судебная система Европейского Союза?

47. Почему в названиях судов Европейского Союза используется устаревшая терминология?

48. Что такое «Статут Суда»?

49. Входит ли Европейский суд по правам человека в судебную систему Европейского Союза?

50. Кто и в каких случаях может привлекать государства-члены к ответственности перед судами Европейского Союза?

51. Рассматривают ли суды Европейского Союза межгосударственные споры?

52. Можно ли подавать в суды Европейского Союза иски к его институтам и органам?

53. Что такое «иски о договорной и внедоговорной ответственности Сообщества»?

54. В каких случаях физические и юридические лица вправе обращаться в суды Европейского Союза?

55. Что такое «преюдициальные запросы»?

56. Как распределяется юрисдикция между судами Европейского Союза?

57. Какие дополнительные категории дел правомочны разбирать суды Европейского Союза?

58. Как формируются суды Европейского Союза?

59. Существуют ли квалификационные требования для назначения в суды Европейского Союза?

60. Какие должностные лица существуют в судах Европейского Союза?

61. Какова структурная организация судов Европейского Союза?

62. Как организована деятельность судов Европейского Союза?

63. Допускаются ли в судах Европейского Союза особые мнения судей?

64. В каком порядке возбуждаются дела в судах Европейского Союза?

65. Разрешается ли участие третьих лиц в делах, рассматриваемых судами Европейского Союза?

66. Из каких стадий складывается разбирательство дел в судах Европейского Союза?

67. Каковы характерные черты процедуры в судах Европейского Союза?

68. Разрешается ли обжалование решений судов Европейского Союза?

Раздел VIII ПРАВОТВОРЧЕСКИЕ ПРОЦЕДУРЫ В ЕВРОПЕЙСКОМ СОЮЗЕ

69. Каким путем вносятся изменения и дополнения в учредительные документы Европейского Союза?

70. Что понимается в Европейском Союзе под законодательным процессом?

71. В чем состоит процедура консультаций?

72. Что представляет собой процедура сотрудничества?

73. Как осуществляется процедура совместного принятия решений?

74. В каком порядке осуществляется процедура санкционирования?

75. Что представляет собой бюджетная процедура?

76. Как заключаются соглашения Европейского Союза с иностранными государствами и международными организациями?

77. Посредством каких процедур в Европейском Союзе издаются акты делегированного законодательства?

Раздел IX КОМПЕТЕНЦИЯ И СФЕРЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

78. В каких источниках закрепляется компетенция Европейского Союза?

79. Каковы сущность и происхождение компетенции Европейского Союза?

80. Что такое «политика Союза»?

81. На какие виды (категории) подразделяется компетенция Европейского Союза?

82. Планируется ли дальнейшее расширение компетенции Европейского Союза?

Раздел X ЕВРОПЕЙСКОЕ ПРАВО В ОБЛАСТИ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА

83. Что такое «европейское право в области прав человека»?

84. Каковы основные источники европейского права в области прав человека?

85. В чем заключаются особенности Хартии Европейского Союза об основных правах?

86. Каковы содержание и значение гражданства Европейского Союза?

87. Распространяется ли Хартия Европейского Союза об основных правах на иностранцев?

88. В какие инстанции следует обращаться в случае нарушения прав и свобод, гарантированных Европейским Союзом?

Раздел XI ПРАВОВОЙ РЕЖИМ ВНУТРЕННЕГО РЫНКА ЕС

89. Что представляют собой принципы внутреннего рынка Европейского сообщества?

90. Что представляет собой свобода передвижения товаров?

91. Как определяются количественные ограничения и меры, равнозначные им в праве ЕС?

92. Каковы возможным ограничения свободы передвижения товаров?

93. Как осуществляется свобода передвижения лиц?

94. Как решаются вопросы, связанные с трудоустройством граждан Европейского Союза?

95. Кто признаетсяработником-мигрантом?

96. Какие ограничения существуют в отношении свободы передвижения?

97. Что представляет собой свобода учреждения?

98. Каковы исключения и ограничения из свободы учреждения?

99. Что означает свобода предоставления услуг?

100. Что представляет собой свобода передвижения капитала?

101. Какие ограничения свободы передвижения капитала между государствами-членами закреплены в Договоре о Европейском сообществе?

102. Что такое свобода передвижения платежей?

103. Каковы перспективы формирования единого договорного права ЕС?

104. Как развивалась единая политика ЕС в области защиты прав потребителей?

105. Какие ограничения право ЕС накладывает на лицензионную торговлю?

Раздел XII ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ЭКОНОМИЧЕСКОГО И ВАЛЮТНОГО СОЮЗА

106. Что представляет собой Экономический и валютный союз?

107. Как осуществляется правовое регулирование единой валюты евро?

108. Как был осуществлен переход на евро на практике?

Раздел XIII АНТИМОНОПОЛЬНОЕ ПРАВО ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

109. Каковы цели и задачи антимонопольной политики ЕС?

110. Что понимается под предприятием для целей права конкуренции ЕС?

111. Как Европейская комиссия борется с антиконкурентными действиями предприятий?

112. В каком случае антиконкурентное соглашение может быть признано правомерным?

113. Каким ограничениям подвергаются монополисты на рынке ЕС?

114. В чем суть контроля ЕС за слияниями предприятий?

Раздел XIV КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

115. Каковы тенденции правового регулирования юридических лиц в ЕС?

116. Каким вопросам посвящены важнейшие директивы ЕС в области корпоративного права?

117. Что такое Европейское акционерное общество?

118. Какие другие наднациональные юридические лица известны праву ЕС?

Раздел XV ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ОКАЗАНИЯ БАНКОВСКИХ, СТРАХОВЫХ И ТРАНСПОРТНЫХ УСЛУГ В ЕВРОПЕЙСКОМ СОЮЗЕ

119. В чем специфика правового регулирования банковских и страховых отношений в ЕС?

120. В чем сущность банковского права ЕС?

121. Что представляет собой страховое право ЕС?

122. Каковы правовые основы транспортной политики и транспортного права ЕС?

123. Как осуществляется правовое регулирование различных видов транспорта?

Раздел XVI ТРУДОВОЕ И СОЦИАЛЬНОЕ ПРАВО ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

124. Как регулируются вопросы социальной политики в Договоре, учреждающем Европейское сообщество?

125. Как закрепляется в праве Европейского Союза принцип равенства мужчин и женщин в профессиональной жизни?

126. Как регламентируются вопросы охраны труда в законодательстве ЕС?

127. Как осуществляется правовое регулирование трудовых отношений на предприятиях в ЕС?

128. Какие меры принимаются в Европейском Союзе для развития производственной демократии?

Раздел XVII ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ ПРАВО ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

129. Какова компетенция Европейского Союза в области окружающей среды?

130. Что представляет собой Шестая программа действий Европейского сообщества в области окружающей среды?

131. Каковы основные инструменты охраны окружающей среды в ЕС?

132. Как осуществляется защита экологических прав в законодательстве Европейского Союза?

Раздел XVIII ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

133. В чем сущность правового регулирования энергетической политики Европейского Союза?

134. Что представляют собой правовые основы формирования и развития внутреннего энергетического рынка?

135. Каковы правовые основы обеспечения надежности энергоснабжения в Европейском Союзе?

Раздел XIX ОСНОВЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ПОЛИТИКИ ЕС В СФЕРЕ ОБРАЗОВАНИЯ И КУЛЬТУРЫ

136. Какова компетенция ЕС в сфере образования?

137. Какие основные программы приняты в области образования в Сообществе?

138. В чем суть политики Сообщества в сфере профессионального обучения?

139. Каковы гарантии правработников-мигрантов и их детей в сфере образования?

140. Что представляют собой правовые основы политики ЕС в области культуры?

141. Как осуществляется правовое регулирование торговли «культурными товарами»?

Раздел XX ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ И ЗАЩИТА АВТОРСКИХ ПРАВ В ЕВРОПЕЙСКОМ СОЮЗЕ

142. Как происходит гармонизация и унификация правового регулирования промышленной собственности в Европейском Союзе?

143. Как право Европейского Союза регулирует вопросы охраны товарных знаков?

144. Что представляет собой авторское право Европейского Союза?

145. Как осуществляется правовое регулирование компьютерных программ и баз данных в качестве объектов авторского права?

146. Как осуществляется унификация сроков охраны авторского и смежных прав в ЕС?

147. Как действует авторское право в информационном обществе?

148. Каковы цели и принципы правового регулирования электронной торговли в Европейском Союзе?

149. Как регулируется в праве Европейского Союза электронная цифровая подпись?

150. Что такое электронные деньги?

Раздел XXI ПРОСТРАНСТВО СВОБОДЫ, БЕЗОПАСНОСТИ И ПРАВОСУДИЯ

151. Что такое «пространство свободы, безопасности и правосудия»?

152. Какую роль в создании пространства свободы, безопасности и правосудия играют Шенгенские соглашения?

153. Что представляет собой шенгенская виза?

154. Каковы условия выдачи шенгенской визы?

155. Какие нормативные акты изданы в рамках визовой политики ЕС?

156. Из каких источников складывается законодательство ЕС об иммиграции и предоставлении убежища?

157. Что представляет собой уголовное и уголовно-процессуальное законодательство Европейского Союза?

158. Какими документами ЕС регулируется сотрудничество в области гражданского судопроизводства?

159. Как в ЕС решаются проблемы, связанные с трансграничной несостоятельностью?

Раздел XXII ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА НА МЕЖДУНАРОДНОЙ АРЕНЕ

160. По каким направлениям развивается внешняя политика Европейского Союза?

161. Кто представляет Европейский Союз на международной арене?

162. Поддерживает ли Европейский Союз дипломатические отношения с иностранными государствами?

163. Каков объем международной правосубъектности Европейского Союза?

164. В чем сущность таможенного союза ЕС?

165. Что представляет собой Таможенный кодекс ЕС?

166. Что такое таможенные процедуры экономического содержания?

167. Что представляет собой общий таможенный тариф?

168. Как исчисляется общий таможенный тариф?

169. Каковы основные принципы антидемпингового законодательства ЕС?

170. Может ли Европейский Союз вводить санкции против иностранных государств?

171. Что представляет собой «европейская политика в сфере безопасности и обороны»?

Раздел XXIII ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ МЕЖДУ РОССИЕЙ И ЕВРОПЕЙСКИМ СОЮЗОМ

172. Как развивались взаимоотношения России и Европейского Союза?

173. Каковы основные положения Соглашения о партнерстве и сотрудничестве 1994 г.?

174. Что представляет собой система соглашений на основе Соглашения о партнерстве и сотрудничестве?

175. Что представляют собой «Дорожные карты» 2005 г. о создании общих пространств между Россией и Европейским Союзом?

176. Каковы перспективы укрепления сотрудничества между Россией и Европейским Союзом?

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

БИБЛИОГРАФИЯ

I. Учебная литература

II. Интернет-ресурсы

Примечания