Шерон Ди Мельо

Волшебство соблазна

Глава 1

— Леди, не двигайтесь!

Мужской голос буквально прогремел над Амандой Стэнфилд, и ее тело застыло в оцепенении, при этом она одной ногой стояла на приставной лестнице, колено другой опиралось на фанерный корпус строящегося дома.

Недовольная тем, что ее неожиданно прервали, она осторожно повернулась, чтобы осмотреть свой участок из пяти акров. Лестница заскрипела, почти застонала, словно от невыносимой боли.

Вначале Аманда увидела лишь знакомые заросли карликового дуба, эвкалипта и лесных цветов. Затем, присмотревшись, она заметила высокого светловолосого мужчину в сапогах, джинсах, хлопковой рубашке и темных очках. Он стоял в добрых пятидесяти футах от нее.

Девушке стало неловко. Ему была хорошо видна ее спина, мягко говоря. Видимо, этот человек работает на одного из владельцев строительной фирмы, нанятой ею для строительства своего нового дома. Сложив ладони рупором у рта, он крикнул что-то еще, но что именно, она не расслышала и резко ответила:

— Я здесь уже достаточно долго, спасибо.

Ей было все равно, понял он ее или нет. В крайнем случае подождет, пока она доберется до земли. Вечерний бриз приятно охлаждал разгоряченное лицо Аманды, но и он не мог успокоить ее взвинченные нервы, по которым с новой силой ударил громкий голос незнакомца:

— Держись, принцесса!

Если он крикнет еще раз, то будет виноват в том, что она сломает себе шею. И Аманде совсем не понравилось, что ее назвали принцессой.

— Держитесь, я помогу вам.

Голос раздражал все сильнее.

Аманда холодно наблюдала, как незнакомец вышел из тени и подошел ближе. Ветер шевелил его светлые волосы, давно уже нуждающиеся в стрижке. Выгоревшая голубая рубашка облегала широкие плечи, а стройные бедра привлекли ее внимание в большей степени, чем это было позволительно.

Она быстро пресекла подобные мысли. В жизни ей не нужны мужчины, разве только те, которых она наняла, чтобы построить дом. Озабоченность на лице этого рабочего свидетельствовала о его глубоком убеждении, что строительство — не женское дело. Что ж, с такими она умеет обращаться. Сейчас она устала, ее мучает жажда, а больше всего ей хочется коснуться твердой земли.

— Я сама, — сказала она и стала спускаться дальше.

— Леди, вы уверены, что хотите потревожить гремучую змею, отдыхающую под вашей лестницей?

Аманда застыла, похолодев от страха. Наконец, собравшись с духом, она посмотрела вниз.

Там, свернувшись колечком, лежала змея с головой в форме сердца.

У мужчины, должно быть, великолепное зрение, подумала она и тотчас была вынуждена сильнее схватиться за лестницу: от волнения голова закружилась. Она терпеть не могла смотреть вниз и ненавидела змей.

Прислонившись лбом к холодной ступеньке, она закрыла глаза и не открывала, пока не прошло головокружение. Затем, глубоко вздохнув, стала карабкаться назад, на спасительную крышу.

Постепенно Аманда убедила себя не паниковать, и волнение незаметно рассеялось. Непосредственная опасность миновала. Все вновь стало спокойно, под лучами ленивого полуденного солнца в небе парил ястреб. Было тихо.

Сдвинув на лоб солнечные очки, она решилась взглянуть через кроны деревьев вниз. Ее золотоволосого спасителя нигде не было видно. Неужели ушел? Бросил ее?

Лестница вдруг упала, и она услышала шаги на дорожке, засыпанной гравием. Минуту спустя верхушка той же лестницы показалась на другой стороне крыши.

— Берег чист, принцесса, — прокричал незнакомец. — Можете выходить из своей башни.

Осторожно перебравшись через крышу и спустившись по лестнице, она почувствовала себя глупо, что сразу же послушалась его. Он что тогда крикнул про змею? Добравшись до земли, она сняла рабочие перчатки и засунула их за пояс. Потом повернулась, чтобы поблагодарить незнакомца, но он уже исчез.

Аманда нетерпеливо барабанила пальцами по ноге. Здесь негде скрыться. Ее дом — пока что просто рама размером два на четыре. Он скорее всего направился или мимо эвкалиптов на запад, или мимо дубов на восток. А может быть, пошел с обратной стороны дома к склону.

Ей ведь говорили, что здесь иногда появляются гремучие змеи. Но когда она сюда приезжала время от времени, то не видела ни одной. Аманда внимательно осмотрела пространство вокруг дома. Осторожно поворачиваясь, она вздохнула с облегчением: никаких признаков змеи.

Затем, услышав шаги, она резко обернулась и увидела незнакомца. У нее вдруг сжалось горло, когда он подошел ближе, держа в руках кувшин с водой.

Незнакомец остановился перед ней, на нем по-прежнему были большие солнцезащитные очки.

— Вот. Вам, возможно, хочется пить. Ваш кувшин был пуст.

Он налил ей воды в пластиковую чашку.

— Спасибо, но воду из реки пить не рекомендуется.

Она пыталась получше рассмотреть этого мужчину, но темные линзы скрывали выражение его глаз.

— Вам следовало бы сразу сказать про змею. Я чуть не упала от страха.

На самом деле ей даже не пришло в голову посмотреть вниз. Да, предстоит еще много узнать о жизни в деревне.

— Но я кричал. Вы меня, наверное, не расслышали.

Мужчина, наклонив голову набок, также внимательно рассматривал ее.

Аманда знала, что выглядит испуганной, и то, что он так смотрит, ей не понравилось.

— Да, по-видимому, я не расслышала.

— Пейте воду. Она из колодца.

— Вы нашли мой колодец? — спросила она, потянувшись за чашкой.

Ее пальцы коснулись его руки, и она почувствовала нечто странное. Что он здесь делает? Она должна его остерегаться? Почему ее пальцы задрожали? Поколебавшись какое-то мгновение, она выпила воды, частично для того, чтобы охладить пылающее горло, частично, чтобы скрыть чувства, которые не имели ничего общего с благодарностью. А ведь только ее она должна чувствовать по отношению к нему. Только благодарность, и ничего больше.

Опустошив чашку, Аманда взяла из рук незнакомца кувшин.

— Вы меня искали? — сказала она скорее осуждающе, чем вопросительно.

Его ответ прозвучал дружелюбно:

— Вы моя соседка.

— О? Соседка? Где же вы живете?

Помедлив, он показал на запад, где росли высокие эвкалипты, огораживающие ее участок.

Аманда чуть не выронила чашку, пролив воду на землю. Ее сердце подпрыгнуло. Даррелл, ее бывший муж, устроил ей еще и это! Крысы! Ей хотелось топнуть ногой.

— Это мои пять акров, — выпалила она, не успев даже подумать. — Он на это согласился!

Мужчина нахмурился, минуту помолчал, а потом снял свои темные очки.

— К сожалению, ничем помочь не могу. Это условие только что состоявшейся сделки. Пять акров вместе с планом постройки дома. Чернила сохнут, пока мы тут беседуем.

Отступив назад, Аманда начала обдумывать новость, затем, выплеснув оставшуюся воду на землю и стараясь таким образом сдержать свой гнев, она сердито сказала:

— У Даррелла в рукаве припрятано больше секретов, чем пасхальных яиц в шоколадном зайце.

— Вы, должно быть, говорите о своем бывшем муже? — Уголки его губ иронически дернулись.

— До вас еще не дошли новости, сосед, — сказала она с отвращением и отвернулась, с трудом сдерживая дыхание, чтобы не выдать себя. Она планировала построить здесь конюшню и манеж для выездки. Эта земля по праву должна принадлежать ей!

Аманда внимательно посмотрела на мужчину, стоящего рядом. Надо действовать, причем быстро. И вдруг ей показалось, что голубые глаза незнакомца кого-то напоминают, и не только глаза. Высокие скулы, квадратная челюсть также вызывали в памяти знакомые образы. Гнев, однако, явно мешал ей.

— У вас еще не сложилась полная картина на месте?..

— Далтон, Маккензи Далтон. — Он даже не протянул ей руки, а, наоборот, засунул их обе в карманы джинсов, приготовясь, видимо, выслушать, что она скажет в ответ.

Аманда, тяжело переведя дыхание, постаралась быть убедительной:

— Мой бывший муж, доктор Даррелл Чапин — имеет отношение к налоговому управлению. И после того, как он и его адвокат так хитро составили документы, управление наложило арест на мою собственность. Я должна была подать на него в суд, чтобы вернуть свои деньги, но он обещал все устроить и отдать мне этот участок земли в качестве компенсации.

Она внимательно посмотрела на лицо Далтона, надеясь хотя бы на слабый проблеск понимания. Он, в свою очередь, бросил взгляд на соседний участок, потом на нее. Проблеска не было.

— Может, он вместо этого вернет вам деньги.

— Сомневаюсь.

Она так устала за этот длинный жаркий день, что была не в силах рассуждать. И ее привлекательный спаситель, казалось, был на стороне оппозиции.

— Я слушаю, — сказал он низким голосом, — и мне жаль вас разочаровывать, но он предложил хорошие условия, и я собираюсь здесь построить себе дом.

— Не представляю, чтобы Даррелл смог предложить что-то разумное.

И в ту же секунду Аманда вспомнила, как Даррелл что-то говорил о совместном пользовании. Так вот в чем дело! Она пробормотала про себя какие-то ругательства и, со всей силы пнув гальку, молча смотрела, как несколько камешков откатились и исчезли в пыли.

Переступив с ноги на ногу, Аманда приготовилась к следующему раунду.

— Мистер Далтон, что касается урегулирования спора мирным путем, то должна вас предупредить, что от Даррелла можно ждать чего угодно. Я не согласна на совместное пользование. — Она поставила кувшин на землю и выпрямилась. — Вы меня слушаете?

Да, он ее слушал. Линия его подбородка была так тверда, что ей захотелось взять свои слова обратно. Она чуть не отступила под взглядом его сузившихся глаз, подумав, что может сделать этот высокий и широкоплечий человек, весивший больше, чем она, футов на шестьдесят или еще больше, если его рассердить.

Аманда чувствовала, что его внимательный взгляд посылает электрические разряды по ее нервным окончаниям и между ними возникает какое-то странное чувство общности, которое она старается разрушить. Голубые глаза Мака Далтона, опушенные темными ресницами, казалось, проникали ей прямо в душу без всякого на то приглашения.

Она чувствовала себя уязвимой, но не запуганной, хотя сердце отчаянно билось. Его красивое лицо, которое он слегка наклонил к ней, чтобы иметь возможность смотреть прямо в глаза, казалось знакомым. Она видела его раньше? Это сейчас не важно, решила Аманда. Расправив плечи, она ждала его реакции на эту информацию, на эти земные, грязные факты.

Ее бывший муж, интриган и тупица, обманул их обоих. И она решила идти до конца, что бы ее ни ожидало — победа или поражение.

Взгляд Мака Далтона медленно опустился на губы Аманды, видимо, для того чтобы понять, закончила ли она свой рассказ. Минутой позже он продолжил:

— Сделка, которую мне предложили, устраивала меня. Доктор Чапин направил риелтору здесь в городе все бумаги. Проблем тут как будто не возникает. Надеюсь, мы будем хорошими соседями.

Итак, ее спаситель принес плохие новости. К тому же Аманде показалось, Мак до конца не верит в ее рассказ.

Терпение покидало ее.

— Это невозможно, — настаивала она. — Они вам все насочиняли. Даже пробурить этот колодец обошлось мне в немалую сумму. Впрочем, что вы знаете о колодцах? — Она задохнулась. — Забудьте мой вопрос. Просто посмотрите на это серьезно. Я не подписывала такого документа.

Мак Далтон явно не собирался сдаваться:

— Послушайте, я уже вложил деньги в строительство, что, насколько мне известно, вы приняли с одобрением, Аманда.

Он как будто бы выговаривал ребенку.

Аманде не нравился ни его строгий тон, ни то, что он знает ее имя. И она не доверилась бы никому, кто имеет дело с доктором Чапином. Она переехала в сельскую местность для того, чтобы избавиться от его снобистских претензий в духе Беверли-Хиллз, расточительности и всех этих поверхностных взаимоотношений.

— Откуда вам известно мое имя? — спросила она. — Вы клиент Даррелла?

— Ваше имя стоит на соглашении, Аманда Чапин. — Склонив опять голову набок, он посмотрел на нее так, как будто это она вела себя странно. — Мне никогда не приходило в голову сделать косметическую операцию. Вы думаете, что мне это необходимо?

Его сарказм свидетельствовал о том, что он до сих пор не воспринимает ее серьезно. Она проигнорировала его вопрос, но не могла, в свою очередь, удержаться от того, чтобы не задать ему свой:

— Послушайте, зачем вы приехали сюда?

— Затем, чтобы узнать вас получше. По-моему, неплохой способ.

Впервые за целый год вспомнив о том, что она все-таки женщина, Аманда, отодвинув прядь каштановых волос, выбившихся из ее немудреной прически, всеми силами старалась не показать, что она волнуется. Она знала, что выглядит ужасно, но решила не обращать на это внимания. Ей остается только настаивать на своей позиции.

Разговаривая с Маком так, как будто дураком был он, она продолжала:

— Подумайте над этим, мистер Далтон. Если я не знала о продаже, то я не знала и об акциях, и о совместном владении.

Его светлые глаза потемнели.

— Вы подписали соглашение, миссис Чапин. Вы согласились, что система водоснабжения, то есть колодец, будет общей. Это частично и привлекает меня, помимо финансовых условий, плана дома и великолепной природы.

Какой упрямый! Стараясь сдерживаться, она отряхнула джинсы от прилипшей грязи, получив таким образом возможность несколько секунд не смотреть ему в глаза. Нечаянно она опрокинула кувшин, и маленькие комочки грязи полетели в сторону Мака.

Аманда не извинилась, но подняла глаза.

— Я не подписывала никаких соглашений. Вы поговорите об этом лучше с риелтором, мистер Далтон. Вас надули.

Подняв кувшин, девушка решительно направилась к своему джипу.

— Осторожнее, у старой змеи могут быть родственники.

Аманда остановилась. Она совсем забыла про змею. Осторожно повернувшись к Маку, стараясь при этом казаться значительно храбрее, чем это было на самом деле, она спросила:

— А что случилось со змеей?

— По-моему, она уползла под ваш джип.

Аманда с почти нескрываемой ненавистью рассматривала человека, который в одно мгновение уничтожил с таким трудом обретенный ею покой. Она поймала в его глазах искорки смеха и инстинктивно поняла, что насчет змеи он сочиняет.

— Чего вы добиваетесь? Это не добрососедский визит.

— Я собирался нанести именно его. И сейчас готов к этому, но после того, как вы покинули меня, я не мог удержаться от искушения. Не беспокойтесь, я отправил старушку в бухту с помощью вот этой двадцатифутовой трубы.

— В ней восемнадцать футов, и я забыла поблагодарить вас. Итак, спасибо. Кажется, я действительно это не сказала. — Она не могла уйти и не добавить на прощание: — Доверять доктору Чапину глупо.

Мак не спеша надел свои темные очки. Это замечание его как будто не задело. Аманда вытерла лоб: полуденное майское солнце совсем ее не щадило. Может, она несколько опередила события.

— Мистер Далтон, наверное, вы просто стараетесь убедить меня, что совместное владение — это хорошая идея?

— Нет, мадам. Говорю вам, это свершившийся факт.

Аманда подошла ближе.

— А где доказательства?

— В документах. Они в городе, в моем мотеле. Хотите поехать и взглянуть?

— Не глупите. Давайте не будем больше тратить ни моего, ни вашего времени. — Она схватится с любым, кто опять попытается ее обмануть. И она выстроит дом своей мечты, несмотря ни на что. — Я буду здесь завтра утром, если вы захотите видеть меня, но вы должны знать, что документы, которые дал мой бывший муж, — фикция. Поверьте.

Резко повернувшись, Аманда пошла к своему джипу. Положив пояс с инструментами на заднее сиденье, она села в машину и включила зажигание. Руки твердо держали руль. Значит, она вполне владела собой. Даже если только на время. Аманда быстро отъехала, оставив Мака Далтона стоять одного в пыльных сумерках.

Прибивая рубероид на крыше, Аманда не переставала думать о случившемся. Она надеялась, что Мак Далтон просто все выдумал. Однако внутренний голос говорил, что напрасно она не выслушала его последнего аргумента. Когда строители ушли на ленч, она решила использовать перерыв, чтобы проанализировать ситуацию.

Держа в руке сандвич с индюшкой и бутылку ледяного чая из холодильника, она отошла к стоящему в тени стулу под дубом и стала наблюдать, как водопроводчик роет канаву возле колодца, чтобы поставить кран. Работа была уже почти закончена. И завтра она сможет поставить здесь свой фургон на колесиках. По крайней мере это уже дом. Позже она планировала разбить небольшой садик. С новым домом и садом, надеялась Аманда, жизнь ее будет заполнена.

Девушка сделала несколько глотков чая, но прежде, чем успела развернуть сандвич, услышала на дороге звук машины. Красный грузовой пикап въезжал на ее территорию. Машина остановилась, и через несколько секунд на дорожке появился Мак Далтон. На нем были потертые джинсы, вязаная футболка и сапоги. Аманда затаила дыхание. Разве она не знала, что он вернется? И опять где-то глубоко в ее сознании мелькнула мысль, что она уже видела его раньше.

Из машины вышел еще один мужчина, в черных штанах и сером жилете. Риелтор, догадалась Аманда. У него в руках был дипломат. Он огляделся вокруг, как будто определяя стоимость участка. Минуту спустя мужчины заметили ее. Она сидела спокойно, стараясь не обращать на них внимания.

— Мадам, к вам приехали, — сказал один из водопроводчиков.

Аманда кивнула:

— Они меня найдут.

Уголком глаза она наблюдала как широко шагал Мак, быстро и решительно. Риелтор с трудом поспевал за ним.

Когда он остановился возле нее, она бросила небрежный взгляд в его сторону. Глаза Мака в тени казались более глубокими и внимательными, но не менее пронзительными. Аманда не сняла своих черных очков, чтобы он не видел выражения ее глаз.

— Что нового в городе, господа? — весело спросила она.

— Это Роберт Кесслер, риелтор, который оформлял сделку.

Риелтор прикоснулся к шляпе, Аманда кивнула. Это был не тот человек, который продал десять акров ей и Дарреллу. Она с насмешкой взглянула на Мака:

— Вы что, до сих пор не уточнили вопрос, мистер Далтон? У вас на это было целое утро.

Мак одной рукой оперся о спинку ее стула и наклонился так, чтобы их глаза были на одном уровне. В ровном тоне его голоса слышалась решимость:

— Пока нет. Меня договор устраивает.

Неровный стук сердца выдавал Аманду, и она где-то в душе начала сомневаться: может, и ее это устроит. Хотя она и встретила Мака только вчера. «Ты просто слишком уж долго была одна», — тут же напомнила она себе.

— Представьте меня водопроводчикам, мне нужно, чтобы они копали в противоположном направлении.

Уверенность Мака заставила Аманду покраснеть. Он что, провоцирует ее? Сжав сильнее бутылку с чаем, она опустила ее на ручку своего плетеного стула, отклонившись таким образом от Мака, от волнующей ее интимности его позы.

— Я так не думаю, — сказала она. — Можете представить себя сами не хуже, чем это сделаю я. — Она наконец поняла, что в физическом плане будет представлять для нее его соседство. Этого просто не должно произойти. Она должна помешать этому!

Мак встал и нетерпеливо повернулся к риелтору.

— Боб, разберись с ней, пожалуйста, — сказал он и, отмахнувшись от них обоих, направился к рабочим.

По крайней мере она хоть дышать теперь сможет. Аманда, успокоившись смотрела в спину уходящему Маку. Боб снова нервно дотронулся до шляпы, затем чуть отступил, чтобы поставить и раскрыть свой чемоданчик. Он вынул скоросшиватель, полный различных папок, достал одну из них и протянул ей.

Аманда даже не взглянула.

— Боб, что бы там у вас в ней не было, это все фикция. Я не подписывала никаких документов, чтобы делить с кем-то мой колодец.

Боб, худой пятидесятилетний человек с серебряными волосами, нервно прокашлялся.

— Взгляните, пожалуйста, на подпись. Если то, что вы говорите, правда…

— Если… — Она сделала паузу. Даррелл Чапин оказался еще большим мерзавцем, чем она предполагала. — Вы хотите сказать, Боб, что не верите мне? — В ее голосе зазвучал сарказм.

— Нет, мадам, — ответил он. — Я просто хотел бы знать, кто подписал это, если не вы. — Он был взволнован и не скрывал этого.

Странно, подумала она. Он расстроен или чувствует себя виноватым? Из вежливости Аманда взяла бумагу из его протянутой руки. Внизу она увидела свою фамилию по мужу, которую она использовала, когда они покупали землю, а потом делили ее. Значит, Даррелл нашел женщину, чтобы подписать и заверить этот документ. Он явно воспользовался услугами подставной личности, потому что документ был заверен у нотариуса и имел порядковый номер. Черт! Теперь она знает, куда делись ее старые водительские права.

Она вернула бумагу Бобу. Его глаза удивленно расширились, когда она сказала:

— Кто-то подписал документ как Аманда Чапин. Это имя я носила в замужестве, но я снова стала носить свою девичью фамилию задолго до того, как был подписан этот документ. Это подделка, как я и сказала. Я Аманда Стэнфилд. — Она поставила свою полупустую бутылку на землю и, уперев руки в бедра, с торжествующим видом смотрела на него. — Ну, Боб, что вы теперь станете с этим делать? Мистер Далтон может получить обратно свои деньги, чтобы строиться где-то в другом месте.

— Я сейчас вернусь, мадам. — Он поспешил к Маку. Они о чем-то возбужденно говорили, риелтор отчаянно жестикулировал.

Аманда с чувством глубокого удовлетворения наблюдала, как двое мужчин направились к машине Мака. Она подумала, что риелтор хочет отговорить его от этой сделки. Подождав, пока он не взялся за ручку машины, она крикнула:

— Вы забыли свой дипломат!

Боб повернулся, явно раздраженный, а затем поспешил в ее сторону. Но наблюдала-то она внимательно за Маком. Он прислонился к своему пикапу, сложив, как ковбой, руки на груди. Она была не в силах оторвать от него взгляд. Он был похож на быка в ожидании смертельной схватки.

Аманда села и, когда Боб подошел к ней, лениво усмехнулась. Любезность слетела с его лица, когда он поднимал свой дипломат.

— Мисс Стэнфилд, я заверил своего клиента, что, насколько я знаю, груз доказательств лежит на вас. До свидания.

Вот если бы в руке у нее оказался пучок дротиков для игры в дартс! Она бы с удовольствием запустила их в спину Бобу Кесслеру. Когда тот дошел до машины, то едва успел закрыть за собой дверцу, как Мак рванул машину с места и понесся в сторону города.

В Аманде Стэнфилд проснулись недавно развившиеся инстинкты самозащиты. Как только она доберется до телефона, тут же позвонит своему адвокату. Мысль о том, что придется снова встретиться с Дарреллом, раздражала ее. Она бы предпочла иметь дело с Маком Далтоном. При этой мысли все ее чувства завибрировали, как земля во время землетрясения в Калифорнии.

Аманда заметила, что рабочие смотрят на нее, и почувствовала, как запылали ее щеки. Мужчины торопливо вернулись к работе, делая вид, что ничего не заметили.

Погруженная в свои мысли, Аманда вдруг поняла, что идет к старому дубу, возле которого она видела вчера Мака. С мистером Далтоном, видимо, люди считаются. Ей надо узнать его получше, вот и все. Нужно изучить своего противника, если он является таковым.

Оглянувшись, она заметила, что, по всей видимости, ее гнусное настроение подстегнуло рабочих. Прислонившись к широкому стволу дерева, она усмехнулась: хоть что-то пошло на пользу.

Легкий ветерок шевелил листья. Она снова подумала о Маке Далтоне. Интересно, как разовьются их так называемые добрососедские отношения, когда вопрос будет решен окончательно.

Кровельщики вернулись после ленча, работа вновь закипела, и она выбросила Мака Далтона из головы. Она с ним завтра разберется.

Глава 2

Аманда еще работала, когда кровельщики начали расходиться. Она оставила на земле пистолет для вбивания гвоздей и взяла молоток, так как уже почти покрыла рубероидом свой участок крыши.

Она решила забыть о своей злости и раздражении и сосредоточиться на работе. И казалось, что на шляпке каждого забиваемого ею гвоздя теперь было написано имя Даррелла.

Когда и водопроводчики отправились домой, Аманда последовала их примеру. Все тело болело. Горячий душ непременно должен расслабить и успокоить ее.

Как всегда вечером, с тех пор как она начала строительство, Аманда позволила себе некоторое время полюбоваться чудесными пейзажами сельской Калифорнии. Она никогда не уставала от ее красоты. Только это и давало ей силы и решимость, чтобы перестраивать свою жизнь.

На западе виднелась гряда холмов Санта-Росас. Временами низкие облака с побережья Тихого океана, похожие на руки, сжимающие пальцами верхушки, наплывали на них или спускались в долину, наполняя ее туманом.

Аманда привычно наблюдала за облаками, с удовольствием подставляя лицо освежающему бризу. Ее окружали покой и тишина. Ближайшие соседи жили в миле отсюда. По дороге машины проезжали очень редко, и лишь шелест листвы нарушал это торжественное безмолвие.

Но в этот вечер тишина длилась недолго. Вернулся Мак Далтон в своем помятом пикапе. На этот раз, слава Богу, он был один. Аманда распустила непослушные локоны. Выглядит она, конечно, так себе, но какое это имеет значение.

Она занялась холодильником: лед растаял, и необходимо было избавиться от многочисленных лужиц. Когда машина Мака остановилась совсем близко, Аманда повернулась и увидела сначала его сапоги, потом плотно сидящие джинсы и плоский живот. Она выпрямилась во весь рост, а незваный гость в ответ на это снял свои солнечные очки, демонстрируя полное хладнокровие.

При виде этих проникающих в душу голубых глаз Аманда сдвинула колени, чтобы стоять на земле покрепче. И уперев руки в бедра, вызывающе сказала:

— Ну и с чем вы пожаловали на этот раз, мистер Далтон? Я не в настроении заниматься вашими делами. У меня для этого есть адвокат.

— Аманда. Могу я называть вас Аманда?

— Это мое имя, — медленно ответила она.

— Нам надо узнать друг друга получше, Аманда. Мне это отнюдь не неприятно, что касается вас… Выслушайте меня, пожалуйста, — примирительно попросил он и сделал жест рукой, как судья, объявляющий беглеца свободным.

Он, по всей видимости, решил прибегнуть к новой тактике. Аманде хотелось, чтобы он ушел. Она понимала, что его голубые глаза послужат ему дополнительным аргументом.

— Я устала и голодна. Нелепо обсуждать это сейчас. Извините меня.

Она направилась к дому, войдя через раму, которая пока была установлена вместо двери, и взяла сандвич, яблоко и баночку диетической колы. Усевшись поудобнее в середине своей будущей гостиной прямо на цементную плиту, она развернула сандвич с индейкой и откусила от него. Минуту спустя послышались шаги Мака.

— Мне на это наплевать, — сказала она самой себе, но тем не менее его появление в дверном проеме привлекло ее внимание. В руках у него был пластиковый стул.

Мак небрежно подошел совсем близко, не обращая внимания на выражение ее лица. Наклонившись, он положил рядом с ней свою шляпу. Неужели цемент передает электрический заряд? Что он делает? В ушах начинало шуметь и сердце выпрыгивало из груди, когда этот мужчина приближался.

— Мне кажется, вам холодно сидеть на цементе, — сказал он.

— Ну и что?

— Слышал, что это вредно для спины. Так мне моя бабушка говорила. — Улыбнувшись, он поставил рядом пластиковый стул. — Так лучше.

Аманда с трудом перевела дыхание. Решил поразить ее своими хорошими манерами?

— А она не говорила вам, что прежде, чем войти, нужно стучаться? — сердито спросила она.

— Конечно, но это там, где есть дверь. А вам не объяснили в детстве, что есть, не предлагая сделать то же самое собеседнику, невежливо? — Он протянул сильную руку, чтобы помочь ей пересесть. Его губы дрогнули. А улыбка уже вовсю светилась в глазах.

Взяв у нее банку с колой одной рукой, он протянул другую, чтобы помочь ей. Аманда держала в одной руке сандвич и яблоко, и потому вторая рука почти автоматически поднялась навстречу его заботливому жесту. Мак Далтон — опасный тип. Действует, как магнит. Но улыбка у него очаровательная.

— Не помню, чтобы я приглашала гостей. — Она отдернула руку. Нелепость какая. Зачем?

Его раскованные манеры заставляли ее чувствовать себя ребенком, поставленным в угол, а выражение его глаз — женщиной, жаждущей его внимания. Она тут же напомнила себе, что Далтон — противник. И ей действительно нужно знать о нем побольше. — О’кей, вы же пришли сюда не для того, чтобы обсуждать манеры и приличия. Что вы хотите?

— Воззвать к разуму моей новой соседки, если в этом есть какой-то смысл. — Он пододвинул к ней пластиковый стул. — Пожалуйста, сядьте, Аманда.

— Благодарю вас, мистер Далтон, — сказала она, стараясь сохранять достоинство.

— Зачем так формально? Зовите меня Мак. Пожалуйста.

Она обтерла яблоко и протянула его Маку.

— Моя мать привила мне безупречные манеры, Далтон. Вы будете удивлены.

— Или зовите меня Далтон, — пробормотал он, позволяя таким образом Аманде обращаться к нему так, как она сама выберет. Он взглянул на блестящее красное яблоко. Одна бровь его изогнулась, и он засмеялся. — Я пришел сюда заключить сделку и послушать, что вы мне можете предложить. Однако красное яблоко от красивой женщины может увести мужчину в целый лабиринт проблем. Слава Богу, что вас зовут не Ева.

Он взял яблоко, слегка коснувшись при этом пальцами ее руки. Магнетизм. От его прикосновения по ее телу разлилось опасное, искушающее тепло. Хотя Аманда никогда не считала себя красивой, в глазах ее появилось выражение удовольствия, и щеки вспыхнули багровым румянцем.

Господи, да она просто слишком долго была на солнце. Голова перегрелась. Аманда приторно улыбнулась:

— Вы забыли спросить о моем другом прозвище — Белоснежка. Слышали об отравленном яблоке?

Мак посмотрел сначала на яблоко в своей руке, потом на нее.

— Да. Но Белоснежка никому не давала отравленное яблоко. Скорее наоборот.

Его пристальный взгляд нервировал ее. Она не умеет играть в такие игры и не знакома с их правилами. Быстро отхлебнув колы, она почти прокричала:

— Скажите мне, что у вас на уме. Не заставляйте меня терять терпение, Далтон.

Мак окинул взглядом и как будто бы только сейчас понял, что она имеет в виду бизнес.

— Прежде всего извините меня за причиненное неудобство, Аманда. Я не знал о мошенничестве.

Она отвела глаза и поняла, что очень хочет ему верить.

— Что ж, вполне возможно, но это ничего не меняет.

— Доктор Чапин, возможно, поступил так, чтобы подсластить сделку. Насколько я понимаю, он хотел побыстрее все закончить.

Аманда отложила в сторону свой несъеденный бутерброд.

— Знаете, мой ленч не пойдет мне на пользу, если мы будем говорить о моем бывшем муже. — Но тут же осознала свою ошибку. Зря! Ведь ей по-прежнему нужно побольше узнать про Мака. И знает ли он Даррелла? Не удержавшись, она спросила: — Вы разговаривали с ним непосредственно?

— Мне друзья сказали, что он продает участок. — Мак опять посмотрел на яблоко в своей руке. — Если вы не хотите говорить о нем, давайте поговорим о совместном пользовании, точнее, о преимуществах такого использования земли.

Аманда с неохотой наблюдала, как Мак поднес яблоко ко рту и с удовольствием вонзил в него превосходные белые зубы.

— Это сейчас главное, — сказала она. — Я не хочу.

Он не ответил, а продолжал жевать яблоко, и это выводило ее из себя. Еще более раздражающей была его небрежная сексуальность, которую она почему-то не могла не отметить. Она, приказавшая себе не обращать на это никакого внимания.

«Ну-ка, спустись на землю, Аманда».

— Давайте поговорим об этом в другое время, — заявила она. — Сандвич несвежий, мне надо найти что-нибудь из еды. — «И принять дома горячий душ, чтобы немножко расслабиться и утихомирить свои разыгравшиеся гормоны», — добавила она уже про себя.

Его глаза сузились.

— Нет уж, давайте поговорим об этом сейчас. Мы можем делить стоимость ремонта и заполнения колодца. Я оплачу счет за электричество за первый год.

Его глубокий голос, богатый всевозможными оттенками, успокаивал, как теплый вечерний бриз, и Аманда чуть было не уступила.

— Эй, похоже, начинается дождь, — небрежно заметил Мак, и Аманда посмотрела на свою незаконченную крышу.

Мак заметил новое обогревательное устройство, которое надо было еще устанавливать. Что с ним сделает вода? Может, ничего? В этот момент Аманда подбежала к дверям. Посмотрев на небо, она увидела темное облако, медленно выползающее из-за Санта-Росас.

— Дождь может идти всю ночь. Я лучше прикрою обогреватель, — крикнула она через плечо и побежала к своему дому.

Мак поспешил за ней.

— У вас есть толь?

— В багажнике.

— Давайте его сюда!

— Вы хотите помочь мне? — спросила она удивленно.

Дождь усиливался, и рубашка Мака промокла и прилипла к телу. Но у него и сомнений никаких не возникло в том, что даме нужно помочь.

— Пошли.

Он взял рулон и направился к дому, опередив ее на несколько шагов. Кто бы не помог этой женщине с огромными глазами оленихи, которые мгновенно отражают все движения ее души?

Она крикнула ему вслед:

— В доме есть кирпичи, ими можно прижать толь. — Прежде чем она догнала его, он уже поднимался по лестнице.

Уже сверху Мак распорядился:

— Передайте несколько кирпичей. Вы можете подать их в связке. Я видел там нейлоновый шнур.

Аманда вошла в дом и смастерила подобие упряжи, как он предложил. Работа пошла быстрее, но они оба успели промокнуть до нитки, прежде чем закончили.

Когда Мак сошел с лестницы, Аманда с торжествующим криком бросилась к нему и приобняла его за плечи.

— Спасибо. Я не могу позволить себе дорогостоящих ошибок.

Потом, пожалев о своем импульсивном поступке, она быстро от него отстранилась, но он, успев почувствовать жар ее тела, обвил руками ее талию и легонько прижал к себе.

Удар грома заставил ее задрожать в его объятиях, и она инстинктивно прильнула к его груди. Мак не ожидал подобного от этой норовистой женщины. Он почувствовал возбуждение. Черт. Она заставила его побеспокоиться о ней.

Аманда попыталась высвободиться из его объятий, и, поймав ее испуганный взгляд, Мак понял, что она испытывает примерно то же, что и он.

— Спасибо вам большое, — сказала она дрожащим голосом, вытирая капли дождя со своего лица и стараясь не смотреть на него.

Войдя в дом, она рухнула на стул так, как будто ноги уже не держали ее.

Мак, появившийся на пороге следом за ней, подошел ближе. Но Аманда, кажется, даже не заметила его. Она старалась как-то оттянуть мокрую футболку от тела, но безуспешно, материя словно навсегда прилипла к груди и неприлично напрягшимся соскам.

Услышав шаги, она подняла на него смущенные глаза. Он понимал, что это объятие было импульсивным, но почему она сейчас старается вновь воздвигнуть между ними стену? Может, боится, что он ее неправильно понял? Хотя Мак был бы не прочь понять ее именно так.

У Аманды слегка кружилась голова. Она убеждала себя, что это от голода и усталости, а не от прикосновений Мака Далтона. Она беспомощно сложила руки на груди. Хотя грудь была небольшая, но вполне устраивала ее. Она не раз отказывалась от предложения своего бывшего мужа, пластического хирурга, увеличить размер. Даррелл говорил ей, что это от затянувшейся депрессии.

Аманда взглянула на Мака Далтона. Он так изменился и выглядит великолепно: кожа блестит, волосы и ресницы потемнели от влаги. Его взгляд не отрывался от нее и был еще более откровенным, чем ее мокрая футболка.

Его низкий голос перекрывал шум дождя:

— Маленький кусочек вашего яблока привел к большим последствиям, чем сделка, за которой я пришел. — Мак остановился сзади нее, его бедра почти касались пластикового стула, и он прекрасно понимал, куда устремлен взгляд этой женщины.

Она высоко подняла подбородок.

— Вы, конечно, увеличили шанс на то, чтобы мы договорились, но я до сих пор не приняла решения о колодце. В любом случае я планирую быть очень экономной по-женски. Вам понятно, сосед?

— Почти, но, когда ваши милые карие глазки так сверкают, трудно сосредоточиться на том, что вы говорите.

По телу Аманды будто пробежал электрический разряд, вызвав в сердце и голове мгновенную панику. Она беззвучно отругала себя за то, что так реагирует на него, и резко сказала:

— Что ж, думаю, это не так трудно сделать.

— Я тоже, Аманда. — На губах его появилась ленивая улыбка. — Но не подходите слишком близко, а то может ударить молния.

Аманда хотела встать и выпрямиться во весь рост, чтобы заглянуть ему прямо в глаза, но дрогнула и отступила на несколько шагов.

— Оставьте ваш тон. Бизнес — это бизнес. Я не хочу ни на что отвлекаться. Закончить строительство этого дома для меня очень важно, — твердо сказала она.

Далтон засунул большие пальцы в петли от пояса джинсов, руки его лежали на бедрах.

— Черт побери, я сделаю все, чтобы это запомнить. — Хотя улыбка постепенно исчезла с его губ, глаза по-прежнему горели. — Нельзя сказать, что вы были очень сговорчивы, соседка.

Мокрый и разгоряченный, Мак подумал вдруг, что давно не испытывал такого состояния в обществе женщины. Даже если посчитать, что он мокр от дождя, а горяч от ее темперамента. Аманда встала и начала ходить по комнате, разглядывая его в очках, как подопытный экземпляр. Он, прислонившись к дверной раме там, где должна быть дверь, в свою очередь, изучал ее.

— Мак, вы женаты?

А может быть, тут есть какая-то надежда? Ему не понравилась дерзость Аманды.

— Нет, я вполне доступен.

Она холодно заметила:

— Я не это имела в виду. Мне кажется, что я про вас что-то знаю, но не могу вспомнить что. Это мучает меня с нашей первой встречи. Мы с вами встречались раньше?

Привозил ли доктор Даррелл Чапин когда-либо Аманду в «Кингз рэнсом»? Он не мог этого вспомнить, потому что большинство женщин Даррелла были блондинками.

— Вам кажется, что вы видели меня раньше?

— Да… может быть.

— Возможно. — Большие пальцы его рук были по-прежнему засунуты в петли ремня, все тело было напряжено. Он вдруг вспомнил, что все-таки видел Аманду в ресторане два или три года назад.

Наблюдая за ней, мокрой, но забавной и чертовски сексуальной, ему было очень трудно обсуждать сейчас что-либо — особенно его прошлое. Он не хотел тревожить в ней эту боль. Он сам был свидетелем того, как доктор устраивал целый парад своих любовниц с их скульптурными подбородками и выпирающими бюстами.

Аманда не заслуживала такого обращения. Он знал, что ему нечего сказать ей, кроме того, что она и так уже знала о своем бывшем муже.

— Аманда, я тоже приехал сюда, чтобы начать все заново, но уверяю вас, с самыми добрыми намерениями.

Если, конечно, не считать, что хотеть ее — это преступление, вдруг подумал он. Мак Далтон не мог припомнить, чтобы он когда-либо так желал женщину.

Нужно снова побывать под дождем, чтобы немного охладиться. Он приказал своему телу расслабиться. С женщиной, которая способна под дождем залезть на крышу, чтобы устранить неполадки, шутить не следует. И она дала ему ясно понять, что хочет остаться одна. «Нет» означало «нет».

Аманду знобило.

— Вам лучше сейчас уйти. Я замерзла. Мы можем поговорить позднее. — В уголках ее губ мелькнула улыбка. — Может, я вспомню, где вас видела. В любом случае я сейчас удаляюсь и думаю, что вы поступите так же. — Она быстро прошла мимо него к двери.

Промокший до нитки, он все равно испытывал жар от присутствия этой женщины — частично от ее чувственности, частично от ее раздражительности. «Не трогай меня», — говорило в ней все.

Но смотреть-то было можно, тем более что мокрая футболка давала ему эту возможность. Он вспомнил, как солнечный луч, отразившись в ее волосах, придавал им оттенок нового медного центовика. А сейчас ее лицо в форме сердечка обрамляли волны мокрых прядей.

Она казалась рассеянной, внимание ее было приковано к джипу. Мак догадался, что ей отнюдь не хочется выскакивать снова на дождь, но его старый пикап стоял еще дальше.

— Где вы остановились, Аманда? — спросил он.

— «Эйрстрим» на Глен-Оукс-парк. — Обхватив себя руками, чтобы было теплее, она, вся дрожа, повернулась к нему. Его желание уехать как будто бы уже испарилось. Она обеспокоенно посмотрела на него.

— Что такое? — спросил он, с трудом отводя взгляд от злополучной футболки.

— Еще раз спасибо за помощь с крышей. — Она показала рукой на цементную плиту. — Посмотрите, все сухо, за исключением места, куда успел попасть дождь.

— Да. Толь как раз для этого.

Какое-то время Аманда молча смотрела на него. Казалось, она борется с желанием что-то сказать, но не решается.

— Извините, — пробормотала она наконец, приподняв подбородок. — Но мне придется попросить вас еще об одном одолжении. — Она повернулась и указала на свой джип. — Последний раз, когда шел такой же дождь, я не могла его завести. Водитель в клубе сказал, что его надо отвезти в мастерскую, но я этого не сделала.

— Идите и попробуйте. Если машина не заведется, я отвезу вас на своей вниз в долину. — Мак скрестил пальцы за спиной, надеясь, что ему повезет.

Она кивнула, принимая его предложение, затем повернулась и побежала к своему джипу. Минутой позже он услышал, как мотор хрипло задышал. Она посмотрела в его сторону, и он махнул рукой, приглашая ее в свой пикап.

Аманда открыла дверцу и устроилась на пассажирском сиденье. Она села боком и сняла грязные туфли и мокрые носки, прежде чем поставить ноги на коврик.

— Спасибо, — сказала она, оглядев скромный салон и положив рядом с собой сумочку.

— Машина не бог знает что, но она хорошо послужила мне последний год. — Когда они выехали на дорогу, дождь усилился. — Настоящий ливень.

Мак пытался сконцентрироваться на вождении, пока они спускались в долину. Когда переехали через мост, он отметил, что вода в реке стоит высоко.

— Как ехать к Глен-Оукс-парку?

— Еще примерно две мили. Это на другой стороне города.

— Вам не холодно? — спросил он.

Аманда помотала головой, но выглядела она озябшей и сидела плотно обхватив себя руками. Видно, что ей неудобно, но ведь будет упрямо настаивать, что с ней все в порядке. Он опять сосредоточил свое внимание на дороге.

Темекула была много лет тому назад железнодорожным центром для перевозки скота. Старая часть городка была небольшой, всего дюжина кварталов; на окраинах, как грибы, выросли маленькие фирмы и магазины. В долине там и тут были разбросаны домики и пастбища для овец. Виноградники переместились выше, в горы.

Через несколько миль показался знак, указывающий дорогу к парку. Мак повернул, но тут же увидел дорожное заграждение.

— Есть другой проезд? — спросил он Аманду.

Она наклонилась вперед и неуверенно сказала:

— По-моему, нет. Отвезите меня в мотель, пожалуйста.

— Скорее всего это лучший выход. Я отвезу вас туда, где остановился сам, — в «Оук три инн».

Мак понимал, что у него появилась возможность узнать Аманду получше, но поможет ли это? Он не имел ни малейшего представления о том, что может привести ее в хорошее настроение.

Черт! Он совершенно не планировал снова влезать куда-то надолго. Но что-то говорило ему, что ладно, он уже попался, хотя последняя женщина в его жизни преподала ему урок: бизнес и роман так же несовместимы, как вода и масло. Но можно ли рассматривать совместное владение как бизнес?

Въехав на дорожку, ведущую к мотелю, он остановился у двери администрации.

— Подождите минуту. Я посмотрю, что они могут предложить.

Аманда ласково дотронулась до его руки.

— Нет, вы загородили проезд. Я справлюсь сама. В любом случае, спасибо. Я бы не хотела, чтобы сияющая броня вашей машины заржавела.

Мак получил удовольствие от ее неожиданно остроумного дружеского замечания и теплого прикосновения.

Внутренний голос подсказывал ему, что под этой холодной внешностью скрывается бурный темперамент.

— О’кей. Выходите и дайте мне знать, когда получите номер.

— Как скажете, сэр, — лукаво сказала она, кивнув. Затем, подхватив свои испачканные глиной теннисные туфли, в которые были засунуты мокрые носки, и все еще поеживаясь от холода, она направилась к офису. Как бы он хотел согреть ее.

Его босоногой даме нужно еще и пообедать. Но даже если ближайший ресторан недалеко, ей необходимо переодеться в сухое. Он нашел место для парковки и укрылся под черепичным навесом, слушая шум ливня. Несмотря на то, что территория хорошо освещалась, он с трудом видел Аманду через забрызганное дождем окно. Несколько минут спустя она вышла и направилась по крытой аллее к нему.

— Все в порядке. — Она взглянула на номер комнаты, возле которой он стоял. — Как раз здесь. — Пройдя мимо, она вставила ключ в замок и сказала торжествующе: — Здесь, здесь. — Открыв дверь, она бросила свои теннисные туфли и повернулась, чтобы в очередной раз поблагодарить.

Мак поискал в кармане свой ключ.

— А как насчет того, чтобы пообедать, соседка?

Она удивленно посмотрела на него и сказала:

— Я закажу пиццу в номер.

— Пицца. Значит, так. Вы заказываете, я плачу, но сначала вам нужно переодеться во что-нибудь сухое. — Он вставил ключ в замочную скважину своего номера.

Аманда в изумлении отступила на пару шагов.

— Что вы делаете?

— Я здесь живу, если это то, что вы имеете в виду. Найду для вас какую-нибудь одежду.

— Это ваша комната?

Он невинно кивнул.

Потерянный взгляд этого мокрого несчастного цыпленка выражал явное подозрение. Ему нужно ее успокоить.

— Сама судьба приговорила нас к тому, чтобы быть соседями. — Легкая улыбка скользнула по его губам. — Входите, я дам вам что-нибудь теплое, — сказал он, подталкивая ее в свою комнату.

Он подошел к шкафу и достал свитер, носки и футболку. Она, конечно, не женская, будет мала в груди. Свитер лучше всего.

— Пожалуйста, белья не надо.

Аманда, все еще босая, стояла в дверях, не решаясь сделать и шагу вперед.

— Смотрите не простудитесь, — вновь усмехнулся он, бросив ей пару шерстяных носков.

Она поймала их на лету и, прищурив глаза, спросила:

— Что с вами, Далтон? Сначала вы хотите разделить со мной мой колодец, потом делите со мной свою машину, а сейчас хотите разделить мою пиццу и вашу одежду. Такие отношения…

— Что, такие отношения?.. — спросил он и, подойдя ближе, накинул свитер ей на плечи.

— Это уж слишком по-соседски. Я-то хотела жить отшельницей, — сказала Аманда, бросив на него осуждающий взгляд. — О’кей, заходите после душа. Обед за мной. Какую пиццу вы предпочитаете, Далтон?

— Мак, просто Мак. У меня возникают подозрения, что я начинаю вам нравиться.

Глава 3

Сидя на стуле у окна, Мак наблюдал за Амандой. Свитер был слишком большой для нее, и носки тоже. Она сидела на кровати, опираясь на спинку, подсунув за себя две подушки. С удовольствием проглотив часть сосиски, зеленый перец и очередной кусочек пиццы с оливками, она откинулась на подушки и умиротворенно вздохнула.

— Еще? — спросил Мак, приподнимая со стола коробку с пиццей.

Она покачала головой:

— Точно нет. Это все вам.

Аманда вела себя с ним сейчас более раскрепощенно, и он надеялся, что это ему поможет. Вот уже целый год он жил один, и ни одна женщина так и не сумела заинтересовать его. Что же касается Аманды, то она невероятно привлекательна и как будто не знает об этом.

— Нет, я тоже больше не могу. У меня есть другое предложение. Я кое-что покажу вам, и вы кое-что покажете мне, — сказал он. — Сознаюсь, что не хотел бы делать это в одиночку.

— Мак, вы со всеми женщинами так разговариваете или это мне так повезло? — Подтянув колени к груди, Аманда поправила подушку у себя за спиной.

Он заметил, как порозовели ее щеки, и был доволен, что пробудил в ней какое-то женское любопытство.

Аманда решила не обращать внимания на его поддразнивания. Теперь ее мужчина голыми руками не возьмет. Она знала, что единственное, что нужно от нее Маку, — это соглашение на совместное пользование землей. Когда она повернулась к нему, его глаза горели, и было ясно, что он опять играет с ней.

— Мне самой сказать вам, чтобы вы вышли из комнаты и пошли домой, сосед? — спросила она терпеливо.

— Я говорю о планах дома. Я знаю, что они у вас где-то есть. Не здесь, конечно. Мне бы кое-какие советы пригодились. Я ничего не знаю про домовые конструкции. В том смысле, как тут можно меня надуть. На одной из выставок по строительству домов мне пришла в голову одна идея. Она показалась мне привлекательной. Но вы, по-видимому, считаете меня полным дураком, коль скоро я принялся за строительство, ничего в этом не понимая.

— Я бы так не сказала. — В ее голосе неожиданно для нее самой прозвучала теплая нота. — Вы же должны когда-то начать, и потом, у вас же все-таки есть план. Вы должны поговорить с несколькими строителями и узнать их предложения и цены. Все это, конечно, должно быть отражено на бумаге и оговорено, что вы можете позже внести какие-то изменения.

— Что вы тогда скажете, соседка? Можем мы обменяться идеями? — спросил Мак. В его глазах были ирония и вызов. — Я подумываю, не нанять ли мне субподрядчика, как вы. Метод самостоятельного строительства должен сэкономить много денег, во всяком случае, так говорят.

Черт! Мак Далтон, возможно, приличный человек, и он просит у нее помощи. Но ведь и Даррелл в свое время убедил ее в том, что ему нужна помощь в офисе. Его бизнес процветает. Их отношения потерпели крах. А ведь она практически вела все его дела, в то время как он предавался развлечениям. Она была дура. Больше это не повторится.

Она посмотрела на Мака.

— Лучше походите еще по строительным выставкам. Я лично потратила на изучение этого вопроса не один месяц. Еще больше на то, чтобы составить план. А вы хотите один урок, раз — и все? — «Может, он все-таки что-то задумал, для того чтобы добиться соглашения в той форме, которая его устраивает?»

— И все-таки вы могли бы потратить на это часок-другой? — настаивал он.

В их браке с Дарреллом дающей стороной всегда оказывалась она, но тогда Аманда была слишком слепой для того, чтобы это понимать.

— Извините, но у меня очень много работы, потому что нет прораба, который следил бы за всем.

— И что вы делали на крыше, если у вас в контракте предусмотрен специалист?

Аманда вздохнула:

— На крыше? Я же сказала, что часть работы выполняю сама.

— Не слишком ли это трудно?

— Нет, ведь этот дом для меня очень много значит. — Она сделала паузу, опустив глаза. — Я понимаю, что на мне ваша одежда и вы едите мою пиццу. Но это все, что мы с вами делим. Вы должны как следует разработать план своего дома со своим подрядчиком.

Мак какое-то время молча смотрел на нее.

— Что ж, подумайте об этом и вы, Аманда. Две головы лучше, чем одна. В мотеле вам дали комнату по соседству с моей. Разве это не судьба?

Однако этот мужчина настойчив и довольно изыскан, подумала Аманда, но тут же напомнила себе, что подобный шарм на нее не действует.

— Вряд ли. Женщина-администратор видела, что я выходила из вашей машины, и решила, что мы пара.

— Конечно. Естественное предположение. Меня оно вполне устраивает, — сказал он низким голосом, а в глазах появилось нечто похожее на призыв.

— Это ее ошибка, — четко ответила Аманда.

Однако если быть честной, то следует признать, что ей интересно с Маком, ну просто… забавно. Ей это нравилось, судя по его волчьей ухмылке — ему тоже.

— Серьезно. Я был бы признателен за любой совет, если он не отнимет у вас слишком много времени. Совершенно очевидно, что вы знаете из вашей практики уже очень много.

— Как сказать. — Она не собирается обсуждать, что ей нужно сделать, чтобы закончить свой проект. — Мой дядя — строительный подрядчик. В прошлом году, чтобы как-то отвлечься от развода и побыть вдали от своей семьи, я какое-то время провела в его конторе.

— Женщина, обладающая кучей талантов, — польстил он ей, — но не желающая давать советы. Прекрасное качество…

Аманда усмехнулась:

— Совет? О’кей. Поговорите с Барбарой о планировке. Она объяснит, какие вам нужны документы. Затем наймите подрядчика.

— И все равно я не буду знать, что делаю. — Беспомощность, прозвучавшая в его голосе, тронула ее, и она изменила тон.

— Хорошо. Я дам вам почитать пару книг.

— Вот это по-соседски, мадам. Я узнаю про Барбару. Как я понимаю, сначала — вода.

Аманда знала, что Мак не хотел бы выглядеть пробивным. Чувствуя себя тепло и уютно в его одежде, она немного смягчилась:

— Совместное владение — хорошая идея, но вы не представляете, как раздражает меня то, что приходится иметь дело с Дарреллом. Пусть даже на расстоянии.

Мак наклонился к ней и прошептал:

— Вы как будто бы недолюбливаете его.

— Еще как. Кроме того, я не доверяю ему. — Она подняла руки, и шарики из салфеток, которые она скрутила незаметно для себя, покатились по кровати. Она следила за ними глазами, но сидела спокойно, погрузившись в воспоминания. — Даррелл обманул меня. Я думала, что он бывал просто любезен, когда, взяв своих пациенток ласково за руки, показывал им комнаты. Он говорил, что они должны расслабиться и чувствовать себя комфортно.

Глаза Аманды подозрительно заблестели. Она резко посмотрела вверх. Нет она не потеряла ничего особенно важного, кроме нескольких лет, потраченных на спасение своего брака.

— Даррелл говорил, что пластическая хирургия эмоционально мучительна для некоторых. Особенно для тщеславных, красивых… — Неожиданно она зажала рот рукой, чувствуя себя глупо из-за того, что разоткровенничалась перед абсолютно незнакомым человеком. — Забудьте о том, что я сказала. Вам ни к чему знать о моих ошибках. — Глупая! Неужели Мак Далтон стал ей близок настолько, что она готова рассказать ему обо всем? Может быть, ей действительно стоит прибегнуть к помощи психотерапевта?

— Мужчина, не сумевший оценить по достоинству такую женщину, как вы, совершил главную ошибку в своей жизни. Именно он, а не вы. Ваш Даррелл просто дурак.

Казалось, что Мак говорит абсолютно искренне. Щеки Аманды раскраснелись, она стала нервно накручивать на палец прядь волос. Конечно, у него есть причины льстить ей, и она хорошо понимает какие.

— Вы решительно настроились на то, чтобы мы сообща владели этим колодцем? — постаралась спросить Аманда как можно хладнокровнее.

— Потому что я назвал Даррелла дураком? Да это любому ясно. Он потерял единственно красивую вещь, которой владел.

Аманда пристально посмотрела на него. Этот мужчина опасен, он уже знает о ней слишком много.

Даррелл говорил ей, что она привлекательна, и предлагал хирургическим путем сделать из нее красавицу. Мак же как-то естественно сумел расположить ее к себе. Но в то же время он был из разряда тех мужчин, для которых флирт с незнакомой женщиной — дело привычное. Она вновь обескураженно на него посмотрела.

— Положим, почти каждый вел себя когда-то неправильно по отношению к другому человеку. Я не исключение.

Мак мгновенно подхватил нить ее рассуждений:

— Да, вы правы. Я в свое время так и не понял, что бизнес и интерес той женщины к нему — для нее главное. Она никогда не собиралась за меня замуж… В конечном итоге я смотрю на это дело так: ни вы, ни я не в проигрыше. Может быть, мы просто отдали этому слишком много времени.

Аманда подошла к столу и встала напротив Мака. Странно, но он как будто читает ее мысли, и при этом она ничего про него не знает.

— Как давно это было?

— Мы расстались год тому назад. С тех пор я путешествую, привожу в порядок свои мысли. В конце концов, я решил утихомириться и начать все заново. Как видите, мы можем стать отшельниками вместе, — пошутил он.

Преодолевая искушение коснуться его, Аманда сложила руки за спиной. По собственному опыту она знала, что прикосновение к страдающему человеку ненадолго облегчает его боль, но в данном случае она может оказаться неправильно понятой. Причем если Мак и испытывал боль, то тщательно скрывал это.

— Собираетесь жить один? — спросила она наконец.

— Конечно. Я неплохая компания. И я использую не много воды, потому что моюсь лишь время от времени.

Аманда хихикнула. Последнее время рассмешить ее не удавалось никому.

Мак продолжал:

— Я буду вести себя так тихо, что вы и не заметите моего присутствия.

Аманда на секунду задумалась. Она имела право задавать вопросы.

— Это для вас второй дом или главный и единственный? И чем вы занимаетесь?

— Ага, вот теперь пошли личные вопросы. Думаю, что вам также следует знать о состоянии моего банковского счета. Разве не это в первую очередь интересует женщину в мужчине?

Несмотря на улыбку, играющую в его глазах, Аманда подозревала, что Мак шутит лишь отчасти.

— Я так не считаю, — быстро сказала она. — А вдруг вы фермер и будете брать воду из моего колодца для полива? И я должна буду ждать часами, чтобы принять душ.

Мак откинулся на спинку стула, и в глазах у него появилось странное выражение.

— А вы смотрите в корень. Я бы хотел разводить у себя в саду съедобные травы. Я люблю возиться с ними с тех пор, как моя бабушка-француженка учила меня готовить в своей большой сельской кухне.

Аманда почувствовала себя заинтригованной.

— Звучит привлекательно.

— И да и нет. Она растила меня с тех пор, как умерли мои родители.

Ее сердце дрогнуло.

— Вам повезло, что был кто-то, кто о вас заботился.

Он просто кивнул.

— Вы любите готовить?

Почему он спросил об этом?

— Если это можно сделать без особых трудностей. Добавить воды и размешать — вот мой принцип, — сказала она. — Вот видите, я буду использовать больше воды, чем вы.

Мак усмехнулся:

— Послушайте, дайте себе время подумать, утро вечера мудренее. И помните, что я готов платить за всякие неполадки.

Аманде пришлось сделать над собой усилие, чтобы отвести взгляд от его лица. Он, казалось, искренне стремился к тому, чтобы соглашение о совместном пользовании было удобно и той и другой стороне.

— Я изучу этот вопрос. Это все, что я могу вам обещать.

— Отлично. Приятных снов, леди соседка. Если дорогу освободят к утру, то отвезу вас домой. — Подойдя к двери, он остановился и задумался, затем, повернувшись, спокойно сказал: — Если вам что-нибудь потребуется, вы знаете, где меня найти.

Слова эти нашли отклик в ее сердце, и не потому, что их можно было трактовать как намек на сексуальное приключение, а потому, что звучали искренно. Она молча кивнула. Мак вышел, и в дверь ворвался порыв холодного ветра. Прислушиваясь, она ждала, когда он откроет свою дверь. И хотя Аманда знала, что Мак в соседнем номере, она вдруг почувствовала себя одиноко, ей не хватало его общества.

Она пересела на стул, прислонилась головой к его мягкой спинке и стала анализировать свои впечатления. Затем встала, подошла к зеркалу, чтобы посмотреть, как она выглядит в его одежде.

О нет!

Он дал понять, что считает ее привлекательной! Кого он обманывал?

Но по крайней мере она выглядит в этом свитере маленькой и хрупкой. Чувствовать на себя его одежду было ей странно приятно, к ней вернулось давно забытое ощущение.

Несмотря на все ее усилия, все в этом мужчине импонировало ей. Ну и как тут принять разумное решение? Что-то в нем дразнило ее. Она вновь уставилась в зеркало и увидела в нем женщину с кокетливой улыбкой, женщину, которую еще вчера она не знала.

«Аманда Стэнфилд, приди в себя, а то ты впутаешься в историю, о чем можешь позже пожалеть. Поговори сначала с адвокатом», — почти приказала она себе.

— Пошли этого негодяя подальше, дорогая. Даррелл скорее всего передал кому-то право на это соглашение.

Дождавшись, пока отец перестанет бушевать, Аманда вновь поднесла телефонную трубку к уху:

— Папа, не волнуйся. Я просто должна проверить это у юриста, вот и все.

— Ты знаешь, что думают по этому поводу твоя мать и сестры. Мы должны были предупредить тебя.

— О’кей. Но я не хочу больше ничего слышать о Даррелле.

— С другой стороны, Аманда, почему ты должна тратить свое время и деньги на Даррелла? Ты можешь заключить более выгодную сделку с твоим новым соседом. Может, он купит бак. Спроси его. Я слышал, что он приличный человек.

— Но, папа! Как ты можешь это знать? — Аманда затаила дыхание в ожидании ответа отца.

— Он был, а может, и есть владелец «Кингз рэнсом». Ты его не узнала?

Пальцы Аманды застыли вокруг телефонной трубки. Она вспомнила, что ресторан открылся в квартале от врачебного кабинета Даррелла. Она видела хозяина как-то раз на расстоянии, в смокинге, стильным и ухоженным. Мак? С ума сойти. Она не могла объединить два этих образа в единое целое.

— Аманда?

— О нет. Я его не узнала. Но может, он захочет переговорить. Я дам тебе знать. — Ей вдруг захотелось отойти подальше от телефона. Оказывается, Мак знает больше, чем говорит. — Спасибо, папа, что выслушал меня. Скажи маме, что все хорошо.

— Отлично, дорогая. Ты по-прежнему пытаешься сделать слишком много. Как это ты стала такой независимой? Мы постараемся, чтобы твой подрядчик, твой дядя Петер, избавил тебя от лишних хлопот. Мы с удовольствием оплатим дополнительные расходы.

— Нет, не надо. Благодарю тебя. Ты всегда мне помогал, и пора мне сделать что-то самой и за свой счет. Мне жаль, что ты потерял деньги на товарах, которые Даррелл убедил тебя купить.

— Да это старая история. Забыто.

— И тем не менее строить что-то в нашей семье — традиция. Помнишь, как ты начинал? И с тех пор никак не остановишься. Ну, все, я тебя отпускаю. Пока, папа.

— Ама-анда…

Она положила трубку и вновь оперлась о спинку кровати. Мак обманул ее, не сказав, кто он. Ну, может, если быть точной, и не обманул. Но он и Даррелл, видимо, сделаны из одного теста: обслуживают богатых и знаменитых, тех, кто далек от реальной жизни. Аманда почувствовала себя неуютно. Напряжение внутри нее нарастало. Где-то вдалеке прогремел гром, но за окном пока было тихо. Природа, казалось, замерла в ожидании бури. Аманда не знала, по каким причинам Мак Далтон находится здесь. Ей же лично нужно жизненное пространство и место, чтобы просто дышать, в общем, своя собственная жизнь, которую она стала ценить только тогда, когда брак развалился.

Хотя она и вспомнила его, однако не смогла отыскать в нем сходства с мужчиной из соседнего номера. Мак сейчас был загорелым, мускулистым, раскованным. Его можно было принять за ковбоя…

Убаюканная раскатами приближающегося шторма, Аманда почувствовала сонливость и в то же время какое-то беспокойство. Она решила на сегодня выбросить Далтона из головы и подумать обо всем завтра. Сон овладел ею, и она проснулась, лишь услышав стук в дверь. Открыв глаза, она спросила:

— Кто это? Постойте там.

— Мак, — ответили за дверью, и она смутно припомнила, что он каким-то образом присутствовал в ее сне, когда она медленно падала в бездонный колодец. Покачав головой, Аманда встала с кровати. Как она могла проспать так долго?

Зеркало, мимо которого она проходила, отразило нечто странное. Волосы от дождя стали волнистыми, почти кудрявыми. Мак вполне может использовать ее в своем саду, который он намеревался развести, — ворон пугать, например. Она запустила пальцы в волосы, откинула их назад и, надев на голову обруч, чуточку приоткрыла дверь.

— Да?

— Это я, — сказал он, вглядываясь в темноту. — Вы еще кого-то ждете?

— Да нет как будто. — Она открыла дверь пошире и сразу же зажмурилась от яркого утреннего света. Мак стоял перед ней тщательно причесанный, одетый в джинсы и полосатую рубашку. Аманда почему-то вспомнила о ковбое. — Доброе утро, — сказала она и тут же напряглась, почувствовав свежий запах его лосьона после бритья. Этот мужской аромат напомнил ей о тех чувствах, которые он может вызвать. Затем, к счастью, запахло свежим кофе.

Она шире раскрыла глаза. В руках у него была небольшая картонная коробочка с двумя бумажными стаканчиками кофе, салфетками и жареными пончиками.

— Я принес вам свой сегодняшний улов. Это подают в девять утра, а сейчас значительно больше.

Аманда открыла дверь.

— Входите. Кофе — то, что нужно. — Взяв у него стаканчики, она поставила их на стол, а Мак торжественно добавил к ним пончики и салфетки. Она сняла крышку со своего стаканчика и вопросительно посмотрела на него.

Сел на стул, он снял пластиковую крышку со своего стакана.

— Я догадывался, что вы любите черный. И что вы будете роскошно выглядеть в моей футболке.

О, Господи! Она осмотрела себя: футболка только-только доходила ей до оголенных бедер. Ночью было слишком жарко. Она бросилась в ванну, где натянула на себя свитер Мака, завязав длинные рукава вокруг талии. Когда она вышла оттуда, он усмехался. Аманда сумела тоже криво улыбнуться в ответ.

— Спасибо, что пожалели меня. Мне действительно не помешает кофе. Вы отгадываете вкусы людей просто по их внешнему виду?

Он пожал плечами:

— В какой-то степени. Я много лет занимался ресторанным бизнесом.

Ну конечно! Когда-нибудь он должен был рассказать о своем успехе. Все эти разговоры, что он хочет жить на природе, — болтовня. Аманда отпила еще глоток кофе. Теперь она его вспомнила окончательно. Перед ее глазами, словно на экране, проплывали картинки, одна за другой: галантный ресторатор, элегантный, во фраке с черной бабочкой…

— Ресторанный бизнес?

Мак поднял на нее глаза и в первый раз посмотрел как-то уклончиво.

— Мне раньше надо было вам об этом сказать. Я совладелец «Кингз рэнсом». Вы это знаете?

Она коротко кивнула. Его слова в очередной раз пробудили в ее памяти воспоминания. Она и Даррелл отправились туда пышно отметить первую годовщину своей свадьбы. Тогда она впервые и увидела Мака.

Воздух вокруг нее, казалось, наполнился едким дымом. Мак знал Даррелла. Он, конечно, видел длинную вереницу женщин, которых ее муж приводил в «Кингз рэнсом».

— С шоколадом или без? Других не было. — Мак спокойно расстелил салфетку и выложил на нее пончики.

Аманда моргнула, когда ее мысли прервали, и подняла голову.

— Почему вы раньше мне все не рассказали? Вы знаете Даррелла. Он достаточно часто бывал в ресторане.

— Вообще-то я его не знаю. Но вы ведь как-то сказали, что не хотите говорить о нем. Зачем же касаться больной темы?

Она испытывала странные чувства — гнев и смущение одновременно — и сама не понимала, становятся они сильнее или постепенно исчезают.

— Шоколадный, — сказала она, потянувшись за пончиком.

— Правильный выбор. Страстные люди отдают им предпочтение — каждый второй.

Мак протянул ей салфетку. Эта рука… Аманда вспомнила, как он обнимал ее, когда ударил гром. И она тогда чувствовала себя в этих объятиях в безопасности. Теперь это чувство исчезло.

— Вы все знали о Даррелле, не правда ли? Уверена, что он предложил вам большую скидку из-за того, кто вы есть.

Ответ Мака снова был уклончив:

— Возможно, ему нужны были деньги.

Сердце ее болезненно сжалось.

— Нет. Он просто хочет обмануть меня и нажиться на том, что принадлежит мне. Вам это когда-нибудь приходило в голову?

Мак наклонил голову, как будто обдумывая ее вопрос, но ничего не ответил.

— Почему вы дали мне возможность выговориться?

— Вам хотелось говорить. Мне — слушать.

— Вы по-прежнему владеете «Кингз рэнсом»?

— Да. Но сейчас я веду переговоры о продаже.

— Вы хотите все это бросить? — недоверчиво спросила Аманда. Даррелл в свое время говорил ей, что ресторан — это золотая жила.

Мак пододвинулся, чтобы смотреть ей прямо в глаза.

— Если вы готовы выслушать — я расскажу.

— Давайте.

— Я начал свое небольшое дело в Вудленд-Хиллс, напротив мойки машин. Оно неожиданно стало очень популярно. Потом я встретил свою партнершу. Она только что окончила школу по ресторанному менеджменту. К тому же она была привлекательна. Ей удалось уговорить меня перебраться в Беверли-Хиллз и назвать ресторан «Кингз рэнсом». Дела снова пошли успешно.

Аманда напряглась.

— Конечно. Это был самый модный ресторан во всей округе. Во всяком случае, для людей, желающих сорить деньгами. Таких, как старина Даррелл.

— Насколько хорошо вы его знаете? — спросила она резко.

— Только как клиента, — ответил он, нахмурившись.

— Он эту собственность продал вам лично? — Подозрения начали окутывать ее темным облаком.

— Нет, я услышал об этом от другого знакомого, который по-прежнему посещает ресторан и хорошо знает Даррелла. Я взял у него телефон и позвонил. Мы обсудили деловые вопросы, и он договорился с риелтором. — Наклонившись, он накрыл ее руку своей. — Вы теперь меня меньше подозреваете?

Какое-то время Аманда не могла высвободить свою руку: ее почти парализовала необъяснимая интимность этого прикосновения. Но он все равно видит, что она не доверяет ему.

— Вообще-то мое прошлое с ним не имеет в нашем вопросе значения, — сказала Аманда, не поддаваясь его обаянию и буквально отняв у него руку. Она не даст ему понять, как трудно ей все это давалось. Она потеряла дом, мужа, большинство своих сбережений и людей, которых она считала друзьями. Нет причин доверять и Маку. Особенно, если у него с Дарреллом есть какие-то дела.

— Вы бывали в «Кингз рэнсом»?

— Раз или два. — Помолчав, она продолжала довольно твердым голосом: — Скорее всего вы видели там Даррелла с другими женщинами. А я, конечно, узнала об этом последней. Он изменял мне. Банальная история. Не правда ли?

Мак сказал глухо:

— И потому я нашел вас здесь.

Сердце Аманды на минуту сжалось от смущения. В его голосе прозвучало что-то, что тронуло ее до глубины души. Он правда старался не затрагивать раньше этот вопрос, чтобы избежать болезненной темы? Но вслух она сказала подчеркнуто твердо:

— Да, поэтому я здесь, и это к лучшему. — Она вспомнила, какое облегчение и чувство свободы испытала, когда ее план начал реализовываться. — По-моему, и вы здесь?

— Я вышел из игры совсем недавно. Одной из причин было то, что взаимоотношения с моей партнершей не сложились. У леди амбиций хватает на двоих, поэтому ресторан выжил. С тех пор я путешествовал.

Аманда на секунду задумалась над его рассказом. Он сказал, что взаимоотношения для него были важнее бизнеса? Кое-что еще оставалось неясным, но она и так уже узнала слишком много для одного дня.

— Извините мою дерзость, но я хотела бы поехать домой. Не возражаете?

— Дерзкая дама пьет свой кофе черным. — Он улыбнулся. — Хотите еще перед отъездом?

Она покачала головой и отодвинула недоеденный шоколадный пончик.

Мак встал.

— Тогда я подожду вас на улице.

Он вышел, и тут Аманда вспомнила, что на ней его одежда и ей больше нечего надеть. Ее вещи все еще мокрые. Нужно немедленно поехать домой, тогда она сможет отдать ему его вещи. Может, есть и другой выход, но чем скорее она будем в своем, тем лучше.

Она позвонила, чтобы сказать, что посмотрит вечером крышу, и связала свой немногочисленный багаж в узелок.

Когда она вышла босиком, Мак стоял, прислонившись к машине со стороны водительского места.

— Служба такси Далтон в вашем распоряжении.

Аманда кивнула, принимая приглашение.

Земля еще была вся мокрая, на асфальте следы глины. Она почти не поддерживала беседу, заметив только, что дорога открыта. Мак сказал, что уже звонил из мотеля, чтобы выяснить это.

Она отметила для себя, что Мак Далтон всегда все предусматривает. Если он мог открыть ресторан и управлять им, то проблем с постройкой дома у него не будет. Но Аманда твердо знала, как она вписывается в его планы, — он по-прежнему хочет половину ее колодца. В этом она была уверена так же, как и в том, что солнце светит.

Ее бригада закончила покрывать крышу к тому времени, как приехала инспекция. Мак болтался рядом, как любопытный ребенок. Несмотря на ее вежливое замечание о том, что у нее нет времени, он, как собака, ходил за рабочими, задавая им десятки вопросов.

Ей не раз хотелось стукнуть его. Помимо его ненасытного любопытства, Аманду выводило из себя и то, что очень часто Мак стоял слишком близко. Ее глаза невольно обращались к его груди, широким плечам и мускулистым рукам, в которых она так уютно себя чувствовала во время грозы. Все это мешало ей сосредоточиться на работе.

Когда она наконец ускользнула от него, Мак пристал к строительному инспектору, и так надолго, что тот не выдержал. К счастью, крышу приняли, и одной проблемой стало меньше.

Когда инспектор уехал, она нашла Мака на лужайке под дубом.

— Мак, я хочу, чтобы мой джип проверили, прежде чем опять неожиданно пойдет дождь. Обещаю, я просмотрю соглашение о колодце. Договорились?

Он стоял, засунув руки в карманы.

— Это все, о чем я прошу.

Аманда ждала, не скажет ли он что-то еще, но его, казалось, ее обещание устраивало.

— Увидимся, — сказала она.

Мак кивнул, но не двинулся с места. Аманда поняла, что он не последует за ней. Оглянувшись через плечо, она увидела, что он снова уселся в ее кресло.

— Вы разве не уезжаете? — окликнула она его.

— О нет. Я жду посылки. Я побуду здесь, если вы не возражаете, пока не получу ее.

— Конечно, не возражаю. Чувствуйте себя как дома, — сказала она не подумав и тут же пожалела об этом. Ей совсем не хотелось создавать подобный прецедент. Но она уже разрешила ему остаться. — Пока. Еще раз спасибо.

Все-таки она чувствовала себя неловко, оставив его одного, но ее ждали в автосервисе. Она завела мотор и, махнув Маку, уехала.

Механик занялся ею уже перед закрытием. В серьезном ремонте необходимости не было, и она провела остаток вечера в своем домике на колесах, просматривая план и схемы. Завтра можно зарегистрировать дом, раз водопроводные краны поставлены.

Даррелл, чему она была сильно удивлена, оплатил коммуникации. Ее особенно радовало скорое появление телефона. На какое-то время Аманда отодвинула на задний план мысли о Маке Далтоне и о совместном пользовании.

В десять часов утра, когда она въехала на свою собственную территорию, что-то привлекло ее внимание. Она притормозила, чтобы рассмотреть поближе. Его посылка прибыла. И он определенно почувствовал себя дома.

Господи Боже ты мой!

Глава 4

На самой границе ее участка, примерно футах в тридцати от ее колодца, стоял навес в синюю с белым полоску, а под ним — стол для пикника. Чуть дальше — бассейн с минеральной водой. На специальной раме висел широкий зеленый гамак, а в гамаке с таким выражением лица, будто ему наплевать на все на свете, лежал Мак Далтон.

У Аманды возникло сумасшедшее желание обдать его пылью, но она понимала, что ее возможности маневрирования в управлении прицепом размером с бегемота были, к сожалению, ограничены.

Идея, однако, была заманчивой. Он устроил кемпинг как раз напротив того места, где она была намерена расположить свой дом на колесах. Слишком уж близко, чтобы чувствовать себя комфортно. Она всего лишь обещала ему подумать о колодце, а теперь он купил бассейн и уже заполнил его минеральной водой.

Она дала ему палец, а он отхватил всю руку, думая, что вопрос решен. Хоть землю для бассейна не разрыл, и на том спасибо.

Аманда старалась вернуть себе ощущение радости, испытываемое ею при виде дома, но ей совсем не нужны зрители, когда она паркует свою машину.

Она знала, что Мак наблюдает за ней, а это действовало на нервы. Может, он хоть из гамака своего не вылезет. Он лежал, положив руки под голову, и выглядел вполне довольным. Черт! Его присутствие невыносимо мешает ей. Она остановилась и прикинула, как развернуть прицеп, чтобы поставить его слева от колодца.

Откуда-то внезапно выскочила собака, как только машина тронулась с места. Она нажала на тормоза, сердце у нее ухнуло оттого, что она чуть не наехала на нее. Пес лаял и прыгал почти под колесами. Затем он исчез, но в боковом зеркале было видно, как он обнюхивает шины одну за другой.

Это взбесило Аманду. Собаку нужно было прогнать немедленно. Она вышла из машины. Пес стоял, задрав лапу у понравившейся ему шины. Она свистнула.

— Иди сюда, ну же!

За своей спиной она услышала ответный свист. Пес, мимолетом взглянув на нее, умчался. Повернувшись, она увидела, что к ней в джинсовых шортах и кожаных сандалиях направляется Мак. Он еще не загорел как следует, но то, что она увидела… Этот мужчина обладал какой-то тревожащей, загадочной привлекательностью. С этим надо было что-то срочно делать.

Держа в руках футболку, он был почти так же весел и игрив, как пес, который вдруг остановился, чтобы почесать у себя за ухом, а затем приветливо завилял хвостом. Правда, вместо хвоста у него был лишь жалкий обрубок.

Аманда со вздохом поняла, что они пара и оба сейчас будут докучать ей.

— Подержите его, пожалуйста, пока я паркуюсь, — крикнула она. Ей будет значительно легче, если они оба исчезнут.

И тем не менее Мак и собака через минуту вновь появились перед ней. У Мака хотя бы хватило совести натянуть на себя футболку. Но лучше бы она не облегала так плотно его мускулистую грудь и плоский живот. А пес? С мокрыми и грязными лапами…

Да, ничего себе команда, подумала она. В ее голосе явственно прозвучало раздражение:

— Вы можете его придержать?

— Конечно. Но лучше не дайте ему почувствовать вашу враждебность, иначе он просто не поймет, что вы ему рады, как это понимаю я.

С легким сарказмом она сказала:

— Вы купаетесь в чистой воде, а собака в реке? Его что, не пускают в ваш новый бассейн? — Она внезапно поняла, что ей трудно будет игнорировать его присутствие, если он тут каждый день будет демонстрировать в гамаке свое тело.

Мак усмехнулся:

— Он пытается найти кого-то, на кого можно совершить облаву. Сегодня ему повезло. Он нашел вас. Боз, это Аманда. Аманда, это Боз.

Аманда посмотрела на Боза, обнюхивающего ее руки, и ее сердце потеплело. Она знала, что так и будет.

— У него странные глаза, серо-голубые.

— Он помесь овчарки с бог знает кем. Но меня это не волнует. Он здесь мой единственный друг.

Аманда проигнорировала намек на то, что она пока еще в число друзей не входит, но поняла, что его пристальный взгляд проигнорировать будет труднее. К счастью, Боз опять направился в сторону прицепа, что отвлекло внимание Мака. Он позвал собаку.

— Он какое-то время жил у моих знакомых, поэтому сегодня так возбужден: осматривает свое новое жилье.

— Я уверена, что он его полюбит, — шутливо сказала Аманда и с улыбкой посмотрела на общительного пса. — А теперь, пожалуйста, постарайтесь, чтобы он не попал мне под колеса.

— Конечно. А может, вы подержите его, а я поставлю машину?

— Это не ваша проблема. Спасибо. Я справлюсь.

Мак испытывал ее терпение, и Аманду злило, что она не в состоянии не обращать внимания на его физическую привлекательность. Она думала, что научилась справляться с этим, когда работала физиотерапевтом.

Аманда хотела поставить машину сама, без помощи Мака, который в ее глазах все больше становился похож на человека, с которым она только что развелась.

— Я уже делала это, помните, в парке?

— Ну что ж, не будем вам тогда мешать. — Наклонившись, он погладил пса. — Ну, что, Боз, разве я не говорил тебе, что наша новая соседка девушка независимая?

Щеки у Аманды пылали. Она жалела, что огрызнулась на Мака. Ведь единственная его вина была в том, что он пришел на ее участок полуголым.

— Послушайте, Мак. Я обычно не такая уж грубиянка.

В глазах его мелькнули веселые искорки, а губы сложились в лукавую улыбку.

— Но для меня вы делаете исключение.

— Да нет, — попыталась она защититься. — Я просто стараюсь, чтобы вы поняли до конца… Я приехала сюда, чтобы жить самостоятельно. Суметь — для разнообразия — позаботиться о себе самой. Если вам это непонятно, то я не знаю, как вам это объяснить.

Наклонив голову, Мак с интересом смотрел на нее.

— Ладно, я просто буду рядом. На всякий случай, если вы не возражаете.

Ну вот. Только его присутствия ей и не хватало. Она решила занять его делом.

— Ну, ладно, если вы настаиваете. Видите вот эту плоскую площадку перед колодцем?

Мак кивнул.

— Я буду смотреть в боковое зеркало, и вы посигналите мне, когда прицеп будет там.

Мак посмотрел на своего пса.

— Понял? Думаешь мы справимся? — Боз помахал хвостом.

Аманда поняла, что Мак продолжает ослаблять ее оборону и сейчас привлек к этому собаку. Она еще пока не говорила с адвокатом по поводу совместного владения. Что ее держит?

— Если это слишком трудно, отправляйтесь обратно в свой гамак, — сказала она сердито и пошла к своему джипу. Она больше никогда не позволит мужчине обращаться с собой как с ребенком. Хватит с нее Даррелла.

Тяжелый автомобиль легко справился с маневрированием, и, поддав назад по указке Мака, Аманда снова почувствовала удовольствие оттого, что она на своей земле.

— Отлично, Аманда. У вас есть электрический шнур?

— Конечно. Сначала мне нужно заблокировать и выровнять прицеп. Шнур и вода потом, — сказала она, говоря так быстро, что слова сливались вместе.

— Минуту. Все по порядку. Для меня все это в новинку.

— Хорошо. По порядку, так по порядку. — Она открыла машину.

Мак оказался очень кстати. Через тридцать минут ее домик стоял ровно. Она должна по меньшей мере предложить ему выпить чего-нибудь холодного в благодарность за помощь. Пригласив Мака войти, Аманда достала из холодильника две содовых и поставила одну для Мака на обеденный стол.

— Ну вот, — вздохнула она с облегчением, очень гордая собой. Затем, отойдя от Мака, прислонилась к раковине на расстоянии, достаточно удобном для соседской беседы.

Он уселся на скамью и открыл банку с содовой. Затем огляделся.

— Это старая модель, но хорошо сохранившаяся и просторная.

— Пока мне здесь очень удобно.

— Аманда, я должен вам заплатить за воду и электричество, так как уже наполнил свой источник. Думаю, что мы будем пользоваться им сообща. Он ваш в любое время суток.

Усмешка Мака вызвала у нее подозрение.

— Поэтому вы мне и помогали? Вы делаете все это для того, чтобы мы пришли к соглашению?

— Что вы имеете в виду?

— Вам ведь нужно воды больше, чем для того, чтобы наполнить ванну? Не так ли?

Взгляд Мака стал каким-то странным.

— Аманда, вы что, боретесь со старыми призраками? Вы как пуганая ворона. Боитесь, что вас используют. Но я вас понимаю. Хотите верьте, хотите нет, сам через это прошел.

Она уклонилась от прямого ответа:

— Я плачу не за воду, а за электричество.

— Это что, такая большая проблема? — глухо спросил он.

Почему она оказалась такой мелочной? Пожалуй, Мак почти разгадал ее проблему.

— Нет, это не слишком крупная сделка. Я просто не хочу отдать дюйм, а потом терять и дальше. Есть люди, которые этим пользуются, — продолжала Аманда.

— Похоже, что вам приходилось с ними сталкиваться. Может, точнее, не с ними, а с ним?

Слова Мака были достаточно понятными, но выражения его глаз она разгадать не могла: эти холодные голубые глаза зажигали в ней искры, и она знала, что он тоже чувствует это. И что из того, если у них в прошлом много общего, в том числе старые призраки.

— Пожалуйста, не злоупотребляйте моим к вам отношением, — сказала она.

Мак встал, и она решила, что он собирается уйти, но он подошел к ней ближе.

— Я для этого недостаточно хорошо вас знаю. И я не держу вас за дурочку, Аманда.

Она подняла свой подбородок немного выше, но это лишь приблизило ее губы к его. Она знала, что выглядит самонадеянной, но бизнес есть бизнес.

— Хорошо. Электричество — это мелочь. Но если рассматривать это соглашение о колодце, то мне нужна его копия, основные характеристики вашего дома и какое-то время на размышление. Вы собираетесь строить большой дом?

Мак, проглотив остатки содовой, поставил пустую банку на полку за ее спиной. Близость этой женщины соблазняла, но вел он себя сдержанно.

— Я приготовлю бумаги для вас, — сказал он задумчиво и попрощался.

— Подождите, я должна вам кое-что отдать. — Она быстро вошла в свою спальню и вернулась со стопкой аккуратно сложенных, выстиранных вещей. — Спасибо за то, что выручили.

Он было направился, чтобы взять их у нее, но затем остановился, глядя на аккуратную стопку в ее руках.

— Я всегда буду помнить, что на вас они смотрелись лучше, — пробормотал он. — Я заплачу за электричество, но есть нечто, что я хотел бы украсть у вас, с того самого момента, как мы встретились.

Сердце Аманды бешено забилось. Он наклонился и накрыл ее губы своими губами. Она так сильно прижала к себе вещи, что подумала, что они сомнутся, но в ту же секунду забыла об этом, потому что ее обдало волной неведомого чувства, нарастающей радости. Она безмолвно подчинилась его власти. Это было что-то невероятное, она и вообразить себе не могла, что поцелуй может быть таким. Минуту спустя он оторвался от нее и взял вещи из ее рук.

— Надеюсь, что это не будет записано в наш договор о колодце. Это больше не повторится, если вы сами этого не захотите. — Он выжидательно смотрел на нее, но она была не в силах что-либо произнести. Затем он ушел, оставив Аманду наедине с мыслями, которые она никак не могла собрать воедино, как ни старалась.

Мак Далтон — это головная боль, которая ей совсем не нужна. Она не должна отвлекаться. Она полна намерений сконцентрироваться на строительстве дома, а теперь вдруг оказывается на пороге романа. Разве брак не научил ее ничему? Или она снова хочет пройти через все эти сложности? Самое ужасное то, что она теперь не уверена в своей способности судить и понимать людей, особенно мужчин. Хотя если послушать Мака, то в этом она не виновата. Кстати, напомнила она себе, это вообще его не касается. Она собиралась жить настоящим и забыть прошлое, но из-за происков и жульничества Даррелла ей теперь на голову свалился Мак. Она должна решить, что ей делать. Но с этим можно и подождать, принять решение она еще успеет.

Аманда открыла кладовку и аккуратно расставила там коробки с банками, которые перемешались во время поездки по извилистой дороге. Теперь они стояли ровными рядами: тунец, бобы и равиоли.

Аманда зачем-то представила себе обед на двоих из равиоли при свечах и тут же выбросила эту идею из головы.

Аманда договорилась с кровельщиками о покрытии крыши над кухней. Когда секция была закончена, ей понравилось, как выглядит конек из дранки под дуб, которую она выбрала.

Один рабочий спросил ее, почему она устроила свой бассейн далеко от дома. Объяснив ему, что он принадлежит ее сумасшедшему соседу, Аманда оставила кровельщиков работать и ушла.

В последние несколько дней она не видела Мака и, как человек рациональный, договорилась о встрече с юристом и расспросила рабочих о том, как работает система «колодец-колонка».

Мак оставил всю информацию в конверте у ее двери — копию мошеннического соглашения, которое он предлагал, план и размеры дома. Она изучила документы и поняла, что присоединение к ее системе избавит его от ряда сложностей. Разозлившись, она засунула документы в ящик стола. Он что, просто изображает интерес к ней, чтобы заручиться ее согласием?

Ее недоверчивое отношение к Маку строилось исключительно на ассоциациях. Он принадлежит к миру знаменитых и богатых, он умеет очаровывать самонадеянных клиентов. Интересно, какие из своих многочисленных талантов он употребит на то, чтобы добиться соглашения? Или он считает, что почти уговорил ее? Мысль о том, что опять придется воевать с Дарреллом и его адвокатами, ей ненавистна. Легче сражаться с крокодилами.

Будут ли взаимоотношения с Маком такими же в деловом или личном плане? В горле пересохло. Погубит ли ее еще один поцелуй?

В воскресенье рано утром Мак выписался из мотеля. Очень скоро он и Аманда станут настоящими соседями. Мак подъезжал к долине. За ним следовал маленький трейлер, но он не слышал ничего, поглощенный мыслями об Аманде. Леди непредсказуема. Бог мой, неужели он ошибается в том, каким образом она вызвала в нем эти чувства?

Мак попытался представить себе, как она прореагирует на его появление. Леди сводит его с ума с тех пор, как он увидел ее в этой прилегающей к красивой груди мокрой футболке. Она его крепко зацепила в день, когда они пили кофе в мотеле, хотя ее соблазнительную фигуру скрывал его большой свитер. Когда увидел ее на крыше, с инструментами — в общем, он теперь думает о ней, как о самой сексуальной из всех когда-либо встреченных им женщин.

Она возбуждает его. Она необыкновенна, как, впрочем, и все женщины. Но он останется реалистом. Подписание соглашения потребует работы и бездны такта с его стороны, потому что ему мало наладить с ней лишь добрососедские отношения. Вот романчик устроил бы его, как отличное вино.

Но для того чтобы находиться рядом с ней, ему нужна вода. Он должен с ней договориться, а время — деньги. Суд сейчас только осложнит весь процесс, да и взаимоотношения тоже. Он должен склонить хорошенькую соседку к сотрудничеству.

Он остановил свой пятнадцатифутовый трейлер рядом с бассейном. Быстрый взгляд на домик-прицеп Аманды и шевельнувшаяся там занавеска дали ему знать, что соседка заметила его появление. Он посмотрел на часы. Шесть тридцать утра. Ему необходимо ее видеть, он только сам не понимает, что для него было важнее — бизнес или удовольствие.

Мака Далтона игнорировать было нельзя. Шум его машины она услышала, когда солнце только показалось из-за горизонта. Она знала, что рано или поздно он вернется. И все-таки не была готова к встрече с ним.

Аманда выбралась из постели и быстро натянула джинсы. «Надо позавтракать в городе», — пронеслось у нее в голове, пока она застегивала красную хлопчатобумажную блузу. Но как только она вышла, от взгляда голубых глаз Мака и его плутоватой улыбки у нее остановилось дыхание.

— Я разбудил вас, соседка?

Его тон был более легкомысленным, чем когда она видела его последний раз. Ее сердце подпрыгнуло. Что ж, ей остается только подыграть ему.

— У мужчин свои потребности. — Солнце светило ему прямо в глаза, и он загородил их рукой.

— У меня кончились сахар и кофе, — сказала она, радуясь тому, что может вразумительно говорить. Возникла пауза. Аманда поняла, что предоставляет ему время для того, чтобы мысли его приняли другое направление. Она почти читала сценарий в его глазах.

— Тогда, может, вы уделите мне немного внимания?

Аманда ожидала более чувственного ответа. Его взгляд, казалось, проникал сквозь стены трейлера. Она понимает, что его, как и Даррелла, всегда окружали красивые женщины. Но она не примет правила этой игры. За закрытыми дверями Даррелл тоже мог быть очень хорошим. Ему всегда хватало пациенток.

— А это что? — спросила она, глядя на небольшой пакет в его руке.

— Вы завтракали?

— Пока нет. Я не избегаю вас, поймите, но мне действительно нужно в город.

— Можем мы немного поговорить? Я принес кофе. На всякий случай — вдруг он у вас кончился?

— Подготовились как всегда?

Мак улыбнулся и кивнул:

— Это мокко «Ява». Я иногда позволяю себе нечто особенное.

Она не забыла, что поцелуй, который он позволил себе, тоже был «нечто особенное», и понимала, что волнение и трепет во всем теле она чувствует без всяких на то его усилий.

— Это надолго?

— Нет. Если вам не захочется выпить еще чашку. — Он протянул пакет.

— Входите, — сказала она, напоминая себе, что у них есть деловой вопрос, который до сих пор остается открытым.

Они вошли вместе, и Мак тоже подошел к раковине, когда она стала наполнять кофейник. Его плечо задело ее, и она отступила, так как сердце сделало лишний толчок. Комната в его присутствии, вдруг уменьшившись в размерах, стала тесной.

Поставив кофейник на стойку, она молча наблюдала, как он готовит кофе. Джинсы он носит явно не на провинциальный манер. Слишком уж совершенен покрой. Она заметила, что он подстригся, хотя и так всегда выглядел опрятным. Даже при малейшем движении на плечах под трикотажной рубашкой цвета молодой листвы перекатывались мускулы. Аманда опомнилась: слишком уж явно ощущает она его присутствие.

— Чашки? Где они у вас?

Аманда указала на шкаф слева от мойки и села за стол. Она сама не понимала, нравится ей или нет, что он хозяйничает на ее кухне.

Он сел напротив, ожидая, когда кофе закипит, и начал разговор. По-светски, не с главного.

— Все выглядит прекрасно. Как вы успеваете сделать так много за день? Здесь кто-то помогает?

— Моя семья живет в Брентвуде. У них всегда масса советов, но слава Богу, мало времени.

— О, и вам достаточно совета?

— Абсолютно. Больше, чем достаточно. Каждый из них считает, что я сумасшедшая, раз хочу построить свой дом без их помощи. Слава Богу, отец еще занят своими магазинами одежды для женщин и девушек. В общем-то имея трех дочерей, он в этом разбирается. Я младшая. Мысль обо мне пришла им в голову поздновато.

— Значит, за вами присматривает куча народу.

Аманда поняла, что дала вовлечь себя в разговор о личном. Мак умеет располагать к себе людей тем, что делает вид, что они ему интересны. Как и Даррелл. Но она на это не поддастся.

— Кофе готов, резко поменяла она тему. — Вам черный, правильно?

— Не забыли. — Мак был явно доволен. — У нас одинаковые вкусы. — Он поднес чашку ближе, наслаждаясь тонким ароматом.

— Может быть, послаще? — не унималась хозяйка.

Выражение глаз Мака изменилось.

— Отлично. Я знаю, что отнимаю у вас время, но я должен с вами поговорить.

Преодолев свою привычку угождать, Аманда решила дать ему понять, что она в действительности чувствует.

— Я понимаю. Одну минуту.

Она подошла к бюро и вынула из ящика соглашение по совместному пользованию, которое он дал ей. Она перелистала страницы.

— Статья по этому вопросу, условия по другому вопросу, ограничения и привилегии обеих сторон. — Она положила документ перед Маком на стол. — Имеется в виду, что я разбираюсь во всех этих юридических тонкостях?

Мак наклонился вперед.

— Леди что-нибудь смущает?

— Да, черт возьми, вы правы. Бурильщики сказали, что в противном случае это было бы дорого и потребовало бы изменений в системе.

— Все требует времени, размышления и труда… также… как взаимоотношения, — спокойно сказал он.

Аманда крепилась изо всех сил. Но что за чувства он в ней вызывает!

— Я не хочу, чтобы меня вели тропинкой усеянной розами, а потом она окажется посыпанной ядом, Мак.

Он задумчиво потягивал кофе. Затем ответил нарочито небрежно:

— Спокойнее, соседка. Вы ведь должны были рассмотреть идею как таковую. Не правда ли?

Она нахмурилась. Мысль о том, чтобы иметь дело с человеком, один поцелуй которого заставил ее почувствовать себя полностью в его власти, была ей ненавистна.

— Вот что я скажу вам, Мак. Я готова сесть с адвокатом за стол переговоров и выработать свои условия. Пойдет?

Мак слегка ударил кулаком по столу.

— Прекрасно! Чем быстрее, тем лучше и для моих сроков, и для моего бюджета. Но я знаю, что вам нужно многое решить.

Он замолчал, но глаза его продолжали говорить. Она почти физически чувствовала, как этот взгляд буквально омывает ее.

Минутой позже он спросил:

— Ну и как вам кофе? — Глаза его блестели.

Аманда хотела сказать, что кофе очень возбуждает, но передумала.

— Мне понравился, — просто ответила она.

— Тогда за вами тост по поводу моего вселения. — Он поднял чашку.

— Добро пожаловать в соседи, — сказала она, подняв в ответ свою.

Если в мире есть хоть какая-то справедливость, то этот мужчина не окажется таким, как тот, с которым она развелась. Он кажется довольно приятным, даже милым.

— Если откровенно, то я буду с большим удовольствием жить рядом с вами, чем с бандой велосипедистов, которые пару дней назад прикатили в мотель.

— Отлично. Спасибо за сравнение. Теперь я знаю, почему вы здесь, — проворчала она, притворяясь обиженной.

Усмешка Мака, когда он поднялся, чтобы уйти, подействовала на нее как электрический удар.

— Мне лучше уйти сейчас, чтобы не сказать лишнего. Моя судьба в ваших руках, но я доверяю вам.

Доверяет. Он даже не попытался пожать ей руку, чтобы скрепить устное соглашение, но от одного звука его голоса она чуть не задохнулась. И это происходит в тот момент ее жизни, когда она совсем не уверена, что сможет вновь доверять кому-либо, особенно мужчине.

— Спасибо, Аманда. Вы сделали меня счастливым. — Мак осторожно закрыл дверь ее домика.

Насколько правильно ее решение, и по разумным ли причинам оно принято? А Мак выглядел таким аппетитным на ее крошечной кухне, что если бы он остался еще ненадолго, то она бы подумала: не откусить ли мочку его уха?

Остаток дня она посвятила работе, но не могла не замечать, как Мак ходит по своему участку, лежит в гамаке и часто разговаривает по сотовому телефону.

После ужина она, как всегда, прогулялась по берегу реки, приводя в порядок свои мысли. Щедрая россыпь звезд на ночном небе приводила ее в благоговейный восторг. Аманда любила ночные звуки: хор сверчков, журчание воды, далекий крик койота.

На обратном пути домой она неожиданно услышала, как в этот привычный хор вплетаются новые звуки. Из трейлера Мака доносился стук пишущей машинки. Он пишет дома?

Укладываясь спать, Аманда взяла с собой в кровать ненавистное ей чтение — соглашение по водоснабжению. Через несколько минут она бросила его на пол и выключила свет. И прежде чем уснуть, поймала себя на мысли, что впервые за долгое время чувствует себя в безопасности: Мак рядом.

Но под звуки ужасного металлического скрежета слишком быстро наступило утро. Она плотнее закуталась в одеяло и спрятала голову под подушку, но звук все равно продолжал терзать ее. Наконец, сняв с головы подушку, Аманда выглянула в окно. Как она и предполагала, было еще темно для утра, и она вновь нырнула в постель.

Если где-то в округе есть петухи, то Далтон непременно разбудит их.

Глава 5

Отодвинув занавески, Аманда тайком наблюдала, как Мак делает разметки для своего дома при помощи столбиков и бечевок. Пока она пила кофе, шум не утихал, а к тому времени, как Аманда начала красить карнизы, Мак уже лениво разлегся в своем гамаке. Этот человек решил свести ее с ума не тем, так другим способом.

Она уже превысила свои расходы и вышла из графика. Как бы ей ни претила эта идея, но стало понятно, что без посторонней помощи не обойтись.

После ленча Аманда позвонила подрядчику, которого порекомендовал ей дядя, и оставила ему послание на автоответчике. Вернувшись к работе, она вскарабкалась по лестнице на крышу за перчатками, которые забыла там. Подгоняемые ветром, они оказались на самом верху крыши. Она осторожно добралась до верха. Ветер усиливался. Держа в руках перчатки, Аманда стала спускаться по склону крыши. Но мощный порыв ветра опрокинул ее вниз.

Черт!

Отодвинувшись от края крыши и пригнувшись пониже, она взглянула в сторону соседского участка, но Мака нигде не было видно, а его машина исчезла. Черт побери. Под прицепом храпел Боз. Что ж. У нее оставалась два выхода: спрыгнуть или ждать. Если она вывихнет лодыжку, то лечить ее нужно будет несколько недель. «Буду ждать», — решила она. Это лучше. В этом случае пострадает только гордость.

Мак почувствовал, как усилился ветер, когда он и его новый подрядчик вышли из кафе. Он вспомнил, что, по прогнозу, обещали резкое ухудшение погоды. К тому времени, как они доехали до долины, разразилась настоящая, ломающая ветки деревьев буря.

Подъезжая к своему участку, он увидел, что его навес вот-вот сорвется. Вместе с подрядчиком они опустили его, сложили и убрали. Затем он отстегнул у бедного Боза поводок и впустил его в трейлер.

Если бы внимание Мака не было так занято навесом, то он бы, конечно, посмотрел в сторону участка Аманды сразу же. Это вошло у него в привычку.

Но только сейчас он увидел ее на крыше. Она до сих пор сидела там, прижав лицо к коленям и обхватив их руками. Металлическая лестница лежала на земле.

У Мака все похолодело внутри. Он почему-то чувствовал себя виноватым, что не присмотрел за ней.

— Эй, мы должны спасти мою соседку.

Подрядчик с интересом посмотрел на Аманду, которая, казалось, не слышала, как они подъехали.

Борясь с ветром, они дошли до ее дома. Подрядчик сумел поставить лестницу, а Мак подтянуться по ней. Сколько же она здесь сидит?

— Эй, леди, вы когда-нибудь по земле ходите?

Аманда, подняв голову, откинула волосы назад. Когда она заметила Мака, он увидел в ее глазах облегчение и благодарность. А может, это ему просто показалось.

Она осторожно двинулась в его сторону.

— Не думайте, что я превращаю это в профессию, — заявила она, когда он мог ее уже слышать.

Мак подавил улыбку и посмотрел на лестницу, заставляя себя сосредоточиться на том, насколько она прочно стоит. Сильный ветер плотно облепил футболку Аманды, подчеркнув тем самым все ее изгибы и округлости. Невероятно, но эта женщина постоянно приковывала к себе его внимание независимо от того, где она находилась и что на ней было надето. Мак Далтон никогда не испытывал ничего подобного.

— Спасибо, — отрывисто сказала она, оказавшись на земле.

Он с облегчением вздохнул.

— Не стоит. Иногда соседи могут пригодиться друг другу.

— Неужели? — с сомнением спросила она, отряхиваясь. Затем направилась к своему фургону, держась прямо и уверенно, несмотря на ветер.

То, что Аманда отмахнулась от случившегося, позабавило его. Но сейчас было не время что-то обсуждать. Ее решимость граничила с саморазрушением. Он быстро догнал ее и, взяв за плечи, повернул в сторону второго человека:

— Аманда, это Джей Ди. Мой подрядчик.

Аманда откинула волосы со лба и поприветствовала его.

— Уверена, что Маку нужна любая помощь, которую он может получить, — сказала она, обращая свое замечание к Маку и стараясь, чтобы он, несмотря на ветер, расслышал каждое ее слово.

— Может, это относится к нам обоим? — Мак наклонился и одним пальцем приподнял ее подбородок. — Давайте спрячемся от ветра и поблагодарим Джей Ди за помощь.

Аманда пожала плечами, освободившись таким образом от прикосновения Мака, и направилась к своему прицепу, отнюдь не выражая своим видом благодарность.

Он догнал ее и открыл дверь.

Аманда быстро освободила маленький столик от бумаг и книг и сложила их на полке. Подрядчик расправил ворот рубашки и пригладил рукой седые волосы. Он устроился на покрытом пледом стуле, двигаясь, несмотря на возраст, очень живо.

— Джентльмены, с моей стороны будет непростительно, если я не поблагодарю вас обоих за свое спасение, — сказала Аманда и добавила, обращаясь к Маку: — Я знала, что рано или поздно вы вернетесь.

«Отлично, она рассчитывала на меня», — подумал он с улыбкой удовлетворения.

— Можно спросить, сколько вы там пробыли?

Ответом ему был лишь холодный взгляд.

— Ладно, будем считать, что я не спрашивал.

— Как насчет того, чтобы что-нибудь выпить? — спросила Аманда, меняя тему. — Вы подрядчик?

— Да, мисс. Делаю все. Берусь за все, что мне предлагают.

Мак понимал, что драгоценная независимость Аманды скомпрометирована. Но она еще себя проявит. Из стратегических соображений он сел на противоположную от подрядчика сторону стола. Когда Аманда решит присесть, то ей придется выбирать, с какой стороны это сделать.

Она нетерпеливо взглянула на Мака:

— Кофе или чай?

Он хмыкнул:

— Конечно, кофе. Думаю, что Джей Ди тоже любит черный. — Он повернулся к гостю: — Вы ведь постоянный посетитель в той маленькой кондитерской, где я про вас услышал?

Джей Ди кивнул:

— Я наполовину на пенсии. Но жене иногда нужно побыть одной, поэтому я там часто бываю по утрам. Каждому человеку нужно свое пространство. Разве не это говорите вы, молодые, и ведь, наверное, поэтому вы здесь.

Аманда положила зерна в фильтр кофеварки.

Видимо, этот мужчина думает, что женщина не может справиться сама, без чьей-либо помощи. Но Мак-то знает, что она считает иначе.

— Думаю, что сумею это проверить, — сказала Аманда, включая кофеварку.

— Наверняка, — сказал Джей Ди. — Большинство молодых любит садоводство, но для того, чтобы собирать урожай, нужно время. Да вы, наверное, к тому же работаете?

Аманда взглянула на Мака. Он был рад, что вопрос задан скорее ей, чем ему.

— Сначала дамы.

Аманда кивнула:

— Да, я хотела бы иметь сад. Я буду работать, а сад будет для меня прекрасным хобби.

— Что ж, — сказал Джей Ди, — похоже, строительство у вас пока идет неплохо. Кто у вас кроет крышу?

— Фирма «Топ кавердж руфинг. Тони Эстрада». — Она посмотрела в угол комнаты. — Извините, мне необходимо прослушать автоответчик.

Мак подождал, пока она вышла, затем повернулся к Джей Ди:

— Она выполняет часть работы сама. Сегодня она собиралась красить карнизы… кистью. Она скорее всего перфекционистка.

— Крепкая барышня. Но вернемся к делу. Вам сейчас предложат хорошие условия. Вы выбрали удачное время для строительства.

— Но с ней трудно договориться о совместном пользовании, — сказал Мак. Неожиданно ему пришла в голову запоздалая мысль. Аманда не говорила ему этого прямо, но развод принес ей много боли. И сейчас она старается создать убежище для себя, а он приблизился к ней на недопустимое, по ее мнению, расстояние. Теперь он, кажется, понял, что происходило с его очаровательной соседкой все это время.

Мак почти не слушал, что говорит Джей Ди, но слово «вода» привлекло его внимание.

— Я думаю, что через несколько лет тут будет городская вода. Вы видели, что у подножия горы строят водонапорную башню.

Мак задумался. Отлично. Это должно помочь ему договориться с Амандой. Соглашение может быть временным.

Аманда вернулась на свою крошечную кухню.

— Кофе готов. — Она поставила кружки, сахар, молочник и положила ложки на стойку. — Угощайтесь, — сказала она, налив себе первой и отошла, освободив место мужчинам.

Видимо, не хочет сидеть рядом, подумал Мак. Чтобы убедить Аманду в том, что он гораздо больше, чем надоедливый сосед, потребуется немало времени. Мак это твердо знал.

Аманда, похоже, удобно устроилась рядом с мойкой.

— Кто еще у вас работает? — спросил Мак. — Джей Ди знает в городе всех. Правда, Джей Ди?

Аманда доверчиво повернулась к своему второму гостю:

— Да вот нашла еще штукатура, вроде приличный. Том Уэнделл.

— Он здесь новенький, но я ничего плохого о нем не слышал. Кстати, Мак сказал, что вам перекрывали крышу. Такое впечатление, что Эстрада решил сделать это сам, чтобы была полная гарантия качества.

Аманда потягивала кофе, и в глазах у нее светилась гордость.

— Я сама заканчивала, когда рабочие ушли домой. Я заверила городского инспектора, что справлюсь, и он принял работу.

Джей Ди кивнул:

— Сейчас все стали как-то разговорчивее. Хотите спросить еще о ком-то?

— Да, сэр. — Аманда взглянула на кучу бумаг и взяла верхнюю. — Мой дядя хочет, чтобы я переговорила с консультантом, но он мне пока не перезвонил. — Она протянула составленный документ. — Вот об этом человеке, — сказала она.

Джей Ди коротко взглянул на нее, а затем перевел взгляд сначала на Мака, потом на Аманду. От улыбки по его щекам пробежали морщинки. Карие глаза таинственно замерцали.

— Кто он? — спросила Аманда, заметив усмешку Джей Ди.

— Ну, это великий парень, — ответил он. — Да, сэр. Можно сказать, почти что самый лучший.

С выражением любопытства на лице, Аманда наклонилась ближе:

— Вы так думаете?

— Ваш дядя дал вам отличный совет. У меня предчувствие, что вы оба делаете все правильно.

— Хорошо. Я должна показать Маку, как это делается, — легко сказала она.

«Маленькая леди решила поставить меня на место», — подумал Мак. Он улыбнулся.

— Я последую за вами, соседка. Везде и во всем. Конечно, после того, как получу воду.

— Вы скоро узнаете об этом, — сказала она. — Я завтра встречаюсь с адвокатом.

— Я готов все сделать сегодня, — предложил Джей Ди.

Аманда недоуменно посмотрела на него, садясь рядом с Маком и не замечая этого.

— Как это?

Мак слегка отодвинулся, не желая испугать ее.

— Это меня рекомендовал ваш дядя.

— Но вы работаете на Мака. — Аманда взяла из его рук документ и, еще раз перечитав, спросила: — Джерри Дэнверс?

Джей Ди кивнул и гордо улыбнулся. Ответная улыбка Аманды исчезла, когда она повернулась к Маку. Ее глаза сузились.

— Вы наняли Джей Ди?

— Да.

Он понял по ее тону, что она недовольна, и смиренно ожидал приговора.

— Вы видели бумагу, которую я составила?

— Когда я мог это сделать? Вы ведь даже не показали мне плана, если помните. Я невинен, как дитя.

Джей Ди щелкнул языком.

— Да, так и есть.

Аманда села, стараясь изо всех сил взять себя в руки. Джей Ди и Джерри Дэнверс — одно и то же.

Мак был доволен тем, что она сидит так близко. Она, похоже, не замечает, что прислонилась плечом к его руке. Значит ли это, что ему можно прикасаться к ней только незаметно?

Джей Ди продолжал так, как будто бы его уже наняли:

— Вы знаете, что сюда скоро будет поступать вода? Это может повлиять на ваше соглашение. Не забудьте сказать об этом своему юристу.

Аманда молча смотрела на Мака.

— Вы хотите получить и мою бригаду тоже?

— О!

Леди уже обижали, и она недоверчива. Ему нравился ее пыл и то, как она мужественно защищает себя, однако, похоже, паранойя может все осложнить.

— Я не украл Джей Ди у вас. Это просто совпадение. — Но, наверное, это нечто большее, подумал он, если судьба, как сильный ветер, все время сталкивает их. — Я украл у вас, Аманда, только одно, если вы не забыли.

Она отвернулась, чтобы скрыть предательский румянец. Затем, взглянув на Джей Ди, быстро проговорила:

— У вас есть пара часов, чтобы посмотреть мои планы?

— Конечно, меня все устраивает.

Аманда поднялась и поставила на стол кофейник, все еще обдумывая его слова.

— Еще кофе, Джей Ди?

Он кивнул, и она снова наполнила его чашку. Держа кофейник в руках, она с любезной улыбкой повернулась к Маку.

— Нет, благодарю, достаточно, — сказал Мак. Леди и без всякого кофе его стимулирует.

— Вам не нравится мой кофе?

— Прекрасный кофе, — солгал он.

Она опять отвернулась от него так, как будто эти маленькие детали ее не касались, и снова прислонилась к стойке.

— Вы знаете, Джей Ди, что не должны выдавать господину Далтону мои секреты?

Мак посмотрел на Джей Ди, который выглядел несколько обескураженным.

— Это так, Джей Ди. Если наши дома будут уж слишком похожи, то я по ошибке ночью могу попасть не в ту спальню.

Плутоватые глаза Джей Ди блеснули.

— Мне не смешно, Далтон, — огрызнулась Аманда.

Мак получил удовольствие от выражения ее глаз. Но может, он чуток перестарался, пытаясь привлечь ее внимание к себе?

— Серьезно, Аманда, — начал Мак. — Вы были более чем благоразумны. Думаю, у нас все получится. Я оплачу услуги адвоката. Отдайте мне потом счет. И чтобы закрепить нашу сделку, позвольте мне пригласить вас всех на ужин — вас и вашу жену тоже, Джей Ди. Завтра вечером подойдет?

На следующий день ветер утих, небо прояснилось, воздух стал прозрачным. Аманда надела на себя пояс с инструментами и отправилась на работу. Она отмеряла и резала доски для шкафа у входа, который она спроектировала. Ей хотелось занять себя чем-нибудь до разговора с юристом. Но мысли ее так или иначе возвращались к Маку.

Она много раз говорила себе, что должна была быть готова к встрече с ним. В силу своей профессии она имела дело с врачами, бизнесменами, профессиональными спортсменами, у многих из них были колоссально развиты чувство собственного достоинства и представления о собственном «я». И ею уже манипулировали с помощью шарма — это успешно делал ее бывший муж.

Но когда она пыталась анализировать поступки Мака Далтона, ее суждения и представления о нем никак не складывались в четкую картину. У нее нет возможности сравнить его с Дарреллом. Она просто недостаточно его знает. Аманда старалась выбросить мысли о нем из головы, уверяя себя, что от самого обычного ужина с ним в компании Джей Ди и его жены ее независимость не пострадает.

Час спустя Аманда так и не пришла ни к каким выводам, только у нее ужасно разболелась голова. К счастью, Мак не валялся в своем гамаке. Она решила, что в висках стучит от бесконечных мыслей по поводу соглашения о колодце.

Она закончила работу и, войдя в дом, добавила к своему скромному ленчу таблетку аспирина. Аманда до последних минут надеялась, что тот проект соглашения, который предложит юрист, позволит ей общаться с Маком как можно меньше. Она понимала, что Мак волнует ее, как никогда не волновал ни один мужчина. Ее проблема в том, что независимо от того, придется ли ей отстаивать что-то в соглашении или полностью согласиться с ним, она все равно будет так или иначе вовлечена в отношения с Маком, хочет она этого или нет.

Аманда медленно ехала в город, напоминая себе, что должна получать удовольствие от окружающего пейзажа и что вообще ей нужно расслабиться. Карен Тейлор, ее новый адвокат, уже ждала ее и сразу же пригласила в свой офис. Кабинет ее был оформлен просто: бледно-серый ковер и мебель с обивкой розового и темно-серого цвета. Аманда почувствовала себя здесь комфортно. После того как она коротко рассказала о неожиданном появлении нового соседа, который претендует на половину ее колодца, Карен стала внимательно просматривать документы.

Карен, кареглазая женщина со светлыми волосами, среднего роста, примерно лет сорока, произвела на Аманду приятное впечатление.

— Что вы лично думаете о Маке Далтоне? — спросила она, закрыв папку с копиями документов.

В ее улыбке была доброта, на носу веснушки, которые она не пыталась ничем замазать. Она располагала к откровенности.

— Я стараюсь с ним поменьше общаться, пока вопрос не решен.

Карен прокашлялась.

— Я скажу, почему я спросила. Моя подруга Барбара Лангстон из строительного отдела рассказывала мне о нем. Она надеется еще встретиться с ним, потому что этот мужчина не женат.

Аманда кивнула:

— Да, я встречала Барбару, и вы можете подтвердить, что он действительно холост.

— А потом ваше отношение к нему может повлиять на то, что в результате вы хотите получить, — заметила Карен.

— Да он в порядке, — призналась Аманда, — купил то, что ему предложили купить.

— Значит, он сам невиновен?

Аманда задумалась. Невиновен — понятие относительное. Она все еще сомневается в Маке?

— Нет! Он не принимал участия в этом обмане. Я в этом совершенно уверена.

— Он может подать в суд на пересмотр дела, но ваши действия тоже потребуют некоторого времени, и в этом случае вопрос о каком бы то ни было ремонте будет спорным.

Аманда вздохнула:

— Расскажите мне о возможных вариантах. Для этого я здесь. — Ей не хотелось, чтобы Мак Далтон изменил ее жизнь, но он оказывает на нее такое воздействие, подобного которому она раньше не знала.

На протяжении последующего получаса Карен обсудила с Амандой проблему со всех сторон, оставляя каждый раз последнее слово за своей клиенткой. Аманда ненавидела себя за то, что не умеет принимать быстрые решения. Но ей нужно было рассмотреть альтернативу, которую предлагали бурильщики. Карен взяла их номер телефона.

После консультации Аманда решила как-то отвлечься и зашла в антикварную лавку, все еще стараясь избавиться от головной боли, но так и не смогла сосредоточиться. Ей мешали мысли о Маке. Он тоже хочет построить себе дом, это понятно, но все равно ей кажется, что ее права нарушаются.

Наконец Аманде пришло в голову, что нужно принимать решения таким образом, чтобы Мак не переспорил ее. Даже если это совершенно неразумно, она призналась себе, что ей нужен контроль. И родители были довольны, когда она приняла помощь Джей Ди.

Это больше подходит для молодой леди.

В конце концов Аманда решила для себя, как будет действовать в дальнейшем. Соглашение должно быть временным с правом на продление, и правила будет устанавливать она.

Успокоившись, она зашла еще в один магазин, специализирующийся на продаже мебели для дачных домиков. Рассматривая различные предметы, она подумала, что не помешало бы выровнять дорогу к дому Мака, если он согласится на ее условия. Она объяснит ему сегодня это за ужином и надеется, что Джей Ди с ней согласится.

Вернувшись домой Аманда увидела, что у дверей стоит консервная банка с собачьей едой, а под большой миской из нержавейки прижата записка от Мака. Там было сказано, что ужин на сегодня отменяется, что он сообщил об этом Джей Ди и, так как он может домой вернуться поздно, не будет ли она так добра покормить Боза.

Вот так! Никаких объяснений! Он что, надеется, что она еще и нянькой его собаки будет? Дома станет сидеть, раз у него что-то изменилось?

Она посмотрела на Боза. Тот был привязан к столбу на длинный поводок между деревьями и домиком, поэтому он мог находиться в тени. В записке также говорилось, что собачью еду на улице оставлять ни в коем случае нельзя, потому что это может привлечь разных животных, например, скунсов. Ну что ж, хоть чему-то его научила сельская жизнь.

Она раздраженно фыркнула. Вместо ужина в ресторане она получила Боза, и Мак, кажется, уверен в том, что она его просьбу выполнит. Плохой признак.

Аманда покачала головой. Даррелл слишком пренебрегал ею, часто оставляя одну.

Разозлившись, она ворвалась внутрь и позвонила Карен:

— Готовьте временное соглашение. Мак или просто принимает мои условия, или соглашения не будет вообще.

Прежде чем заняться своим собственным обедом, Аманда выложила собачью еду в миску и подошла к Бозу, который радостно помахивал огрызком хвоста.

— Ну что? Нас обоих бросили? — спросила она его с горькой улыбкой.

Аманда поставила миску на землю, и пес с готовностью набросился на еду. Она погладила его по голове и, подождав немного, подняла его переднюю лапу. Наклонившись, она стала прощупывать ее. Пес взвизгнул и отскочил назад.

— Боз, что случилось? — Опустившись на колено, она осторожно взяла в руки его лапу. Между пальцами было небольшое кровяное пятно. — Придется тебе пройти со мной в дом, дружище, — пробормотала она. — Здесь слишком темно. — Она отвязала поводок. — Пойдешь со мной и будешь себя хорошо вести. — Аманда надеялась, что из-за раны он будет спокойнее.

Держа в одной руке собачью миску, а другой не отпуская его ошейник, Аманда вошла в дом. Оказавшись внутри, Боз, возбужденный тем, что находился в новой обстановке, с энтузиазмом обнюхал все кухонные шкафчики. Тут нужен определенный подход, подумала Аманда.

Она взяла аптечку и вынула из холодильника кусок мяса.

Обняв одной рукой собаку за шею и угостив его, другой она подняла лапу и раздвинула шерсть. Там торчала колючка.

— Так. Как ты думаешь, нам потребуется операция?

Он преданно посмотрел на нее и даже постарался лизнуть в подбородок, но не достал.

— Хватит, парень. Мы всего лишь соседи. — Она приказала Бозу лежать и почувствовала облегчение, когда он послушался. — Манеры у тебя лучше, чем у твоего хозяина, — сказала она, направляясь в комнату, чтобы позвонить в ветеринарную службу.

Вскоре Аманда сама вытащила колючку и обработала ранку, следуя инструкции ветеринара. Наконец она принялась за свой обед, но половина его пошла ее пациенту, стоицизм которого восхищал ее.

В десять часов она услышала звук машины и, выглянув из окна, увидела трейлер Мака.

— Думаю, ты сейчас пойдешь домой, Боз, — заметила она, поглаживая его теплую шерсть. — Спасибо за компанию. — Она взяла миску Боза, вымыла ее и поставила у входа.

В дверь тут же постучал Мак.

— Не думал, что у вас гость, Аманда. — Входя, Мак удивленно посмотрел на пса, улегшегося на одном из стульев.

— Бозу была нужна помощь, — сказала она, поражаясь тому, как присутствие этого человека преобразило ее скупо освещенный домик.

Перед ней стоял лощеный Маккензи Далтон с Беверли-Хиллз. На нем были льняные брюки, шелковая рубашка и сшитый портным блейзер. Но он, казалось, был чем-то раздражен, — в уголках губ уверенно поселились жесткие морщины. Аманда решила воздержаться от комплимента, тем более что он точно так же привлекал ее и в джинсах.

Ее реакция — учащенный пульс и прерывистое дыхание — в очередной раз взбесила Аманду. Она злилась на саму себя.

Мак сел на край стула напротив Боза, так, как будто бы ему не терпелось уйти.

— Надеюсь, он вел себя прилично.

— Он хороший, только вот лапа была в крови. Ветеринар сказал, чтобы я его всего осмотрела — нет ли клеща.

Мак встал и наклонился, чтобы лучше рассмотреть лапу Боза.

— Вы отвезли его к ветеринару?

— Нет, я позвонила ему, чтобы проконсультироваться, потом сама обработала рану.

Она подошла к Маку и поставила на стол собачью миску. Сигнал был достаточно ясен: можете удаляться. В этом маленьком пространстве его неважное настроение особенно ощущалось. Видимо, решила она, встреча была неудачной.

— С Бозом все будет в порядке.

— Извини, что я не заметил это раньше. — Он ласково погладил пса по голове. Это извинение относилось в равной степени к собаке и к Аманде. Он поднял на нее глаза. — Простите меня за то, что я отменил ужин.

— Ладно, — сказала она, думая, что это к лучшему.

— В город неожиданно приехал человек, с которым надо было встретиться по делу.

Она прислонилась к мойке.

— Послушайте, это не было так уж важно ни для одного из нас.

Мак встал со стула, подошел к ней ближе, затем осторожно приподнял рукой ее подбородок. Потрясение, которое она испытала, было вызвано как тревогой в его глазах, так и прикосновением его теплой ладони.

— Мне жаль, что у вас создалось такое впечатление. Вы для меня всегда вопрос первой важности, Аманда. Я и сам подобного не ожидал. По правде говоря, я весь вечер о вас думал.

Она почувствовала исходящий от него запах дорогого одеколона. Или ей это только показалось?

— Значит, сегодняшний вечер был отнюдь не пикником.

— Умница.

Он легонько провел пальцами по ее щеке.

— Может быть, наш ужин не был столь уж важным, коль скоро мы будем видеть друг друга так часто. Но я хотел бы, чтобы мы… — Не отводя от нее взгляда, он мягко приподнял ее волосы и, пропустив их между пальцами, погладил изгиб ее шеи. Его ладонь остановилась на ее плече. Затем его рука опустилась вниз и слегка задела грудь.

Подняв ладонь, она уперлась ему в грудь, пытаясь сделать глубокий вздох, но, почувствовав, как сильно бьется под ее пальцами его сердце, испытала буквально шок, понимая, что их жизни соприкоснулись.

— Мак, я не… — Она никак не могла выдохнуть как следует. Почему она все это разрешает ему? — Я не думаю, что нам надо вступать в какие-то отношения.

Мак резко выдохнул:

— Черт. Я не догадался спросить: у вас кто-то есть?

Она осторожно сняла ладонь с его груди.

— Нет, дело не в этом. Роман с соседом…

— Мы не будем спешить.

— Не знаю. Я приехала сюда, чтобы побыть в одиночестве, разобраться со своей жизнью, привести в порядок мысли. — Она сделала шаг назад, чтобы успокоиться, и переменила тему: — Вы выглядите усталым.

Мак, сунув руки в карманы брюк, занял ее место у мойки и, кажется, не собирался уходить.

— Вы очень наблюдательны и даже не представляете, как это здорово, оказаться здесь, рядом с вами, после того, как ты потерпел фиаско. Вы молодец, Аманда. Вы сумели взять себя в руки. Я восхищаюсь вами.

Она взяла себя в руки. И ей не нужен Мак, чтобы снова все осложнять. Она поежилась, когда он посмотрел на нее, как психоаналитик.

— Вы, по-видимому, говорите о моей жизни.

— Да, вы со всем так хорошо справляетесь, — сказал он. — Со строительством дома, с рабочими, сегодня вот с Бозом.

Слушая его ласковый голос она залилась краской: ей стало неловко от этого комплимента. Он не тот человек, чтобы отступать от задуманного, и он умеет льстить.

— Я физиотерапевт, а Боз очень хорошо меня слушался. Вот и все. А вообще-то я ничего не знаю про животных, — призналась она. — Строить дом, конечно, труднее, но у меня был хороший учитель.

— Физиотерапевт? Я не знал, — удивился он.

Аманда заметила в его глазах сомнение, подобное тому, которое она видела в глазах своих пациентов-мужчин. А может, он просто раздумывает, почему она тратит время на строительство дома.

— Я думаю вернуться к работе, как только закончится строительство дома, — пояснила она.

Возникла пауза. Его взгляд беспокоил и волновал ее. Наконец он задумчиво кивнул:

— Я встречался сегодня с Джей Ди, и он просветил меня немного по вопросам строительства собственными силами. Вы разбираетесь в конструкциях в целом. Я — нет. Он будет вести все работы для меня.

— Это будет ваш дом, и вполне естественно, что вы хотите, чтобы все было в порядке.

— То, что я хочу, и то, что я могу себе позволить в данный момент, разные вещи. Думаю открыть здесь местный ресторан, когда найду совладельца.

Аманда вздохнула. Наверное, сейчас не лучшее время говорить о совместном владении.

— Послушайте, Мак, раз уж вы здесь… Мой адвокат составляет новый проект.

— Хорошо. Спасибо, Аманда…

— Не спешите меня благодарить. Он вам может не понравиться. Но так или никак, — сказала она более резко, чем намеревалась.

— Я в ваших руках. Приму все ваши условия.

Аманда неожиданно почувствовала себя смущенной и виноватой без всяких видимых причин.

— Придется так сделать. Так будет надежнее для женщины, если она хочет обезопасить себя. После этого мы можем продолжать заниматься своими проектами. — Почему она считает нужным что-то объяснять?

— Хотите посвятить меня в подробности сейчас или попозже? — деловито спросил он.

Его глаза излучали такое доверие, что Аманда даже не вспомнила точно, что она наговорила Карен. Она растерялась.

— Я еще пока не видела соглашения в готовом виде. Я просто объяснила свою точку зрения. Карен свяжется с бурильщиками. Вы получите копию… когда все будет готово и нужна будет ваша подпись.

— Отлично. Извините, что я принес вам так много беспокойства. Я сейчас заберу Боза. Спасибо за все. — Он подошел к собаке.

Боз поднял голову, виляя хвостом, но не встал.

— Боз, пошли, — сказал Мак более строго.

Пес посмотрел на Аманду и заскулил.

— Что такое? Ему что больно?

Аманда взглянула на Боза. Он с грустью смотрел на нее, растянувшись на скамье. Она не очень-то была знакома с повадками животных, но инстинктивно чувствовала, что собаке хочется комфорта. Она заметила и смущение Мака.

Подойдя к собаке, она наклонилась и взяла в руку его лапу.

Боз ткнулся носом ей в плечо, но лапы не отдернул.

Аманда погладила его и выпрямилась, удивляясь проявлению его доброго отношения.

— Он в порядке.

— О’кей, Боз. Слышал? Мы уходим, — сказал Мак, хлопнув в ладоши.

Собака умоляюще посмотрела на Аманду своими серо-голубыми глазами.

— Ну может, он не хочет наступать на лапу. — Аманда вдруг поняла, что Боз хочет остаться.

Мак недовольно взял его за ошейник, но пес отказывался встать. Мак сдался первым.

— Поверить не могу, — пробормотал он. — Предатель.

Аманда улыбнулась.

— Где твоя лояльность? Тебя надо отдать переучиваться. — Он повернулся к Аманде: — Вы что-нибудь понимаете?

— Боюсь, что да, — засмеялась она. — Он хочет остаться, чтобы о нем получше заботились.

— А, пациент влюбился в медсестру. Могу ли я его за это винить?

Аманда покраснела.

— Пусть останется сегодня на ночь. Он чувствует себя здесь в большей безопасности, потому что это я вынула колючку. Я пошлю его домой завтра утром. — Ей хотелось, чтобы Мак быстрее ушел. Маленькое пространство быстро заполнялось его теплом, его запахом, его присутствием. У Аманды защемило в груди от мысли, что никогда она не испытывала такого простого и доброго отношения к себе, даже со стороны мужа, который уверял, что любит ее.

Мак снова взглянул на Боза.

— Хорошо, приятель. На сегодня ты победил, но смотри, чтобы без всяких там штучек. — Мак посмотрел на Аманду. — Позвоните мне, если он будет вам мешать. Я оставлю свой номер телефона. Хорошо?

— Все в порядке. — «Да уходи же, Мак, уходи скорее!»

Мак кивнул, разрешая Бозу остаться. Он было уже открыл дверь, но оглянулся.

— О’кей. Вы тут двое присматривайте друг за другом. Встретимся завтра утром, — сказал он мягко и скрылся в темноте.

Глава 6

Мак медленно шел при свете луны по направлению к своему участку. Ему не хватало компании Боза. Но по-настоящему то его волновало совсем другое. Отсутствие в его жизни и в его постели женщины не заботило Мака. Но это было до тех пор, прока он не встретил Аманду.

В несколько минут она заставила его забыть о неприятной встрече с Клариссой. Увидев ее, он снова вспомнил то, что пытался забыть навсегда.

В частности, он вспомнил о телефонном разговоре, который она не хотела бы, чтобы он услышал. Он просто собрал свои вещи, взял Боза и весь последний год провел в путешествиях. Они останавливались там, где, по мнению Мака, должна была быть хорошая кухня, от Санта-Фе до Ниццы. И каждый раз Боз, видимо, считал, что они наконец обрели дом, свой дом.

Мак вошел в свой домик на колесах, включил радио и снял пиджак. Звучал женский голос, сладкий и притягательный, увеличивая потребность в том, чего уже и так требовало его тело. Это было больше, чем усталость от года, проведенного постоянно в дороге. Сегодня Аманда взволновала его и пробудила глубоко спрятанное желание.

Он сел на кровать, послушал еще какое-то время радио, затем выключил.

Аманда проснулась от отчаянного лая Боза. Она попыталась отбиться.

— Тихо. Слишком рано. Тебя уже выводили, — пробормотала она, пока не поняла, что он стоит у дверей.

Не обращая внимания на ее приказы, Боз не отходил от двери, лая на кого-то, кто был снаружи. Перекатившись на бок, она отодвинула оконную занавеску. В двадцати футах от ее двери остановился большой белый лимузин. Вышедшая из него длинноногая блондинка была одета в безупречный хлопковый костюм. Осторожно ступая по неровной земле в туфлях на высоких каблуках, она направилась к двери Аманды. Заблудилась, что ли?

Аманда вскочила с кровати в своей несуразной футболке, которая на целый размер была ей велика. Семь часов. Почему она проспала? Аманда не успела подумать о своей привычке вставать рано, как в дверь постучали.

Сняв с волос резинку и помотав головой, она подошла к двери.

— Замолчи, Боз, и дай мне посмотреть, что тебя так взбудоражило.

Когда она открыла дверь, женщина посмотрела сначала на Аманду, потом на собаку Мака. Затем, вновь повернувшись к хозяйке, окинула ее оценивающим взглядом. У нее, видимо, был талант держаться высокомерно, хотя Аманда была выше ее.

— Где он? Скажите Незаменимому, что здесь Кларисса, — потребовала она. — У меня нет времени играть в прятки.

Боз замолчал, когда Аманда ответила:

— Извините. Кого вы ищите?

— Вы знаете кого. Я сказала Гарольду, что за этой шарадой кроется женщина, — выпалила незнакомка.

— А кто такой Гарольд?

— Мы приехали сюда, чтобы договориться, и готовы выслушать окончательное предложение. Где он?

Аманда решила, что Гарольд — это, по всей видимости, представительный седой пассажир, который был виден сквозь открытую дверь лимузина.

Женщине, решила Аманда, недостает вкуса. Черты лица красивые, но вот белокурые волосы затянуты в слишком тугой пучок. Любезно, но твердо она сказала:

— Вы, видимо, ошиблись. — Боз в подтверждение тявкнул.

— Единственная моя ошибка в том, что я стала партнером этого типа. И намерена немедленно исправить ее. Скажите ему, что Кларисса здесь, — не унималась незнакомка.

— Извините меня, Кларисса, но препирательства бесполезны. Здесь больше никого нет. — Аманда хотела закрыть дверь, но женщина не позволила это сделать.

— Не играйте со мной в эти игры. Как будто я не помню его нелепую собаку. Коли Боз здесь, значит, и Маккензи тоже.

Аманда напряглась. Она ведь будет деловым партнером Мака. До нее дошел смысл намека. Она посмотрела на Боза. «Бедняга, она тебя не любит. Я лично не считаю тебя нелепым, если мое мнение что-то значит».

Женщина было направилась к двери, но остановилась, когда Боз зарычал. Аманда, указав на прицеп Мака, холодно сказала:

— Мистер Далтон живет там, соседняя дверь. Найдете?

В следующую минуту пес, чуть ли не перепрыгнув через Аманду и Клариссу, вырвался в дверь и, залаяв, понесся домой.

Женщина повернулась к Аманде.

— Как удобно, — ехидно сказала она.

— Осторожнее, Кларисса, здесь водятся змеи! — крикнула ей вслед Аманда.

Та замерла на месте и испуганно уставилась себе под ноги. Уверенная в том, что Боз найдет дорогу домой, Аманда закрыла дверь и пошла одеваться. Она слышала, как лимузин отъехал.

Несколько минут Аманда, раздраженная неожиданным визитом, что-то бормотала про себя, потом подумала о Маке. Она надеялась, что Мак вырвется из когтей этой женщины. Интересно, зачем она приехала? Затем ей вспомнились рассказы Мака о своем прошлом, но она решила не давать волю воображению.

Пока она чистила зубы, до нее доносился визгливый голос Клариссы. Слова тоже, мягко говоря, были еще те. Она не могла удержаться, чтобы не выглянуть из окна. Блондинка отчаянно размахивала руками, представительный седой джентльмен скучающе стоял рядом, в лимузине терпеливо ждал водитель.

Мак, в джинах и вязаном пуловере, с безразличным видом улегся в гамак и, заложив руки за голову, наблюдал шоу. Кларисса, казалось, воевала с воздухом.

Аманда не спеша сделала себе тост и намазала его яблочным желе. Она надеялась, что все это закончится до того, как ей нужно будет выходить. Но ей явно не везло. Она начала работать, стараясь игнорировать происходящее, но в прохладном утреннем воздухе пронзительный голос блондинки звучал как полицейская сирена.

Кларисса угрожала, льстила, изображала горе. Со стороны это выглядело так, будто она старается заколдовать Мака. Последнее, что она сказала, Аманда расслышала отчетливо.

— Тебе, дураку, видимо, нравится питаться бобами и хот-догами. Ты мог бы получить деньги и спокойно жить дальше.

Мак раскачивался в гамаке, вероятно, решив досмотреть представление до конца.

Примерно через полчаса Кларисса, подняв в отчаянии руки к небу, села в лимузин.

Шикарная машина, сорвавшись с места, зашуршала гравием. Мак, наклонившись, погладил собаку, затем встал и как ни в чем не бывало вошел в домик.

Шум утих, и Аманда присела на цементные ступеньки отдохнуть. Она положила молоток рядом и сняла перчатки. Из слов Клариссы было понятно, что Мак почти разорен.

Она что, предлагала ему выкуп или что-то в этом роде? Может, у Мака свои причины не прерывать эти отношения. Интересно, размышляла Аманда, эти отношения чисто деловые или в них есть что-то личное?

Какими бы они ни были, сказала себе Аманда, ею владеет лишь любопытство, не более того. И во всяком случае, это объясняет, где Мак был вчера вечером. Может быть, он встретился с точно таким же предательством в браке, как и она сама?

Господи! Она что, чувствует себя на стороне мужчины, который ее привлекает? То, что происходит с ним, ее вообще не должно касаться, напомнила она себе. Но не смогла удержаться от очередного вопроса: как может Мак поддерживать какие-то отношения с этой светловолосой барракудой?

Аманда так задумалась, что вздрогнула, почувствовав у себя на щеке влажный нос, затем щеку лизнули.

— A-а, приятель. — Отстранившись чуть от собаки, она почесала ее за ухом. — Боз, ты чересчур откровенен.

Затем рядом с ней на ступеньки уселся Мак, и она тут же почувствовала исходящее от него тепло. Уж слишком ее тело активно реагирует на него. Он выглядел озабоченным.

— Извините за то, что помешали, Аманда.

— Вы мне не помешали, — соврала она. — Мне было нечего делать. Сегодня придут электрики.

— Я имел в виду Клариссу.

— Да, это было как военное вторжение. — Она улыбнулась. Его извинения обрадовали ее, но она, задержав дыхание, ждала, что будет дальше. Она помнит его прикосновения, его поцелуй. Может ли она игнорировать тот факт, что его присутствие вызывает у нее отнюдь не только добрососедские чувства? Она решительно не хочет слышать ничего о Клариссе.

— Я говорю о том, что она тут устроила. Уверен, что вы слышали, что она о нас сказала.

— Нет. Я не смотрю мыльные оперы. Она сначала побывала у меня, увидела Боза и решила, что вы тоже здесь.

Мак вздохнул:

— О, Господи. — Он сидел, повесив голову, и она дотронулась до его руки:

— Эй, бросьте. Худшее позади.

Мак кивнул и положил свою руку на ее.

— Что тут скажешь? Это постоянно было у меня перед глазами. Я тогда видел лишь то, что хотел видеть. Я был честолюбив, но, с ее точки зрения, недостаточно.

Осторожно высвободив руку, Аманда вытянула ноги и положила руки на колени. В его голосе она слышала осуждение самого себя. Ей надо было бы продолжать работу, но она не могла оставить Мака. Ему было нужно, чтобы его выслушали.

Он на минуту посмотрел куда-то вдаль, как будто бы собираясь с мыслями. Наступило молчание. Затем он сказал низким голосом:

— Могу себе представить, что она вам тут наговорила.

— Да, не стоит повторять. Но она Боза обидела, вот с этим уже нельзя было мириться, — с улыбкой добавила Аманда.

— Боз ее никогда не любил. Мне надо было на это обратить внимание, — улыбнулся в ответ Мак, — а вот к вам он сразу потянулся.

— Он меня еще просто недостаточно хорошо знает, — поддразнила она.

Мак усмехнулся. Это было ей приятно, и она вдруг поняла, что ей просто нужно видеть его искреннюю улыбку.

— Уверен, что вам не хочется слушать про все это, — сказал он, поворачиваясь на ступеньках так, чтобы сидеть к ней лицом.

У Аманды сразу похолодело внутри.

— Это не мое дело, не так ли? — Она взглянула на чистое голубое небо, уверяя себя в том, что действительно не хочет знать о его взаимоотношениях с Клариссой.

— Аманда, будьте мне другом на несколько минут.

Мак, накрыв ладонью ее руку, умолял выслушать его.

От этих сильных пальцев по ее телу пробежала дрожь. Она высвободила руку якобы для того, чтобы поправить прядь волос на лбу, и кивнула.

— Извините, что Кларисса потревожила вас. Уж не знаю, как она меня нашла. Мне казалось, что я уже все сказал вчера вечером. Но она чудовищно настойчива, я даже думаю, что она и сама не рада этому своему качеству. Она считает, что я стою у нее на пути.

Аманда повернулась к Маку, от его близости у нее возникли совершенно необычные ощущения, но это не были ощущения опасности.

— А вы можете не стоять на этом самом пути? — спросила она. — Так, наверное, будет легче для вас обоих.

— Вы прямо ставите вопрос. Признаюсь, я думал об этом. Но она хочет получить от меня больше, чем я готов ей отдать. А я бы хотел построить здесь свой ресторан.

Его слова вызвали знакомый отклик. Наверное она все-таки его понимает. Трудно начинать все сначала. Взяв свой молоток, она встала…

Мак тоже встал.

— Ну ладно, хватит с вас моих проблем. Я пришел не только, чтобы извиниться, но и предложить свою помощь. Что я могу сделать?

Она удивленно на него посмотрела, комкая в кулаке перчатки. Он все время сбивает ее с толку.

— А что вы умеете? Обслуживание гурманов не подготовило вас к тому, чтобы приобретать на работе мозоли.

— У меня они есть. Я хочу в благодарность сделать что-нибудь для вас. Вы обошлись со мной очень прилично, учитывая обстоятельства. И я уверен, что вы хороший учитель.

Мак шагнул к ней, и Аманда с любопытством заглянула в его лукавые голубые глаза.

— Вам разве недостаточно того, что вам нужно строить планы о собственном доме или что-то делать по проекту?

— Я отдаю все на откуп Джей Ди. Строительство собственными силами — это для людей, которые что-то умеют делать и знают, чего они хотят. Я не отношусь к их числу. Да и плату он берет умеренную.

Лицо Аманды выразило удивление.

— Я не учитель, Мак, а просто соседка, у которой масса работы. — Она не могла работать в его присутствии. Да она глаз с него не сводит, как глупая девчонка при виде своего кумира.

— Послушайте, я уверен, что могу помочь с чем-то, помимо обеда, сегодня. Я же пригодился вам во время дождя?

— Нет, спасибо, Мак. Я скоро поеду в город, мне нужно купить всякую утварь для кухни. Я не знаю, когда вернусь. — Она поспешно отступила и направилась в свой домик, почти спасаясь бегством.

Через минуту Мак, широко шагая, догнал ее.

— Вот чему я у вас могу поучиться… Кастрюльки, краны, кухонные шкафчики. То, что надо, леди. За мной ленч.

Аманда остановилась.

— Почему бы вам не напроситься к кому-то еще?

— Я уже и так это сделал, — лукаво ответил он.

Ветер распахнул ворот его незастегнутой до конца рубашки.

Вид загорелой, поросшей мягкими волосами груди пробуждал в Аманде женщину. Ей становилось все более неловко. Сосчитав до пяти, она потерла переносицу большим пальцем. Боже, да он настойчив, не говоря уже о том, что чертовски привлекателен.

— У вас болит голова? — озабоченно спросил он.

Открыв глаза, она обескураженно посмотрела на него, потом на ее губах появилась неуверенная улыбка.

— Значит, уходить вы не собираетесь? — Ответ она знала, но сомневалась, что справится с его маневрами.

Его глаза невинно расширились.

— Я? Я стараюсь вести себя по-соседски.

— Да, да, конечно. Я знаю. — Иначе он не загорал бы тут часами в гамаке, наблюдая за ней. Ну что ж, если он хочет чему-то научиться у нее, она преподаст ему урок. Покажет, как могут быть привлекательны и интересны головки душевого шланга и туалет. — Тогда собирайтесь.

Я уезжаю через пять минут. С вами или без вас.

* * *

Мак заглядывал через плечо Аманды.

— Вас действительно интересует вода? — спросил он, в то время как она листала рекламу душа.

— Это Калифорния. Вы об этом не забыли? — Она сунула брошюру ему в руки.

— Это моя ошибка, — согласился он. — Дело ответственное.

— Это вы напросились поехать со мной. Делаете какие-либо пометки? — Ее вопрос был чисто риторическим, она продолжала записывать номера заинтересовавших ее вещей в блокнот. — Это все нужно для установки воды. Теперь пошли к кухонным шкафам.

Мак послушно поплелся за ней. Он понимал, что испытывает ее терпение. Она, по всей вероятности, уже посещала эти огромные хозяйственные магазины, потому что хорошо ориентировалась. И вообще она во всем этом хорошо разбирается.

— Который вам больше всех нравится? — спросила Аманда, когда они стояли перед целым рядом кухонных шкафчиков.

— А, кухня! — Мак деловито прошелся, открывая дверцы, чтобы посмотреть, насколько легко это делается и как размещаются полки. Он нашел один шкафчик с выдвижными полками. — Вот этот. По-моему, прекрасный.

— Естественно. Он дороже остальных.

— Зато у вас не устанет спина, — заметил он, задвигая полку на место. — Люди моей профессии должны думать о спине и ногах. Думаю, что вы тоже. Где вы собираетесь работать, когда строительство дома будет закончено?

— Здесь есть десяток больниц в пределах часа езды, терапевтических и реабилитационных центров. Работу я найду, — ответила она, направляясь к следующему ряду шкафов.

Она остановилась, чтобы посмотреть данные по их размерам. Маку показалось, что в какой-то момент в глазах ее появилось отрешенное выражение, как будто она задумалась еще о чем-то. Она скучает по своей работе.

— Как вы пришли к решению строить свой собственный дом?

Минуту глаза ее ничего не выражали, затем он увидел, что плечи ее напряглись. Немного погодя, когда она повернулась к нему, лицо ее выглядело обычно, по-видимому, она ловко скрывала эмоции.

— Мне нужно было место, чтобы как-то прийти в себя после того, как я узнала о связи Даррелла с одной из пациенток. — Аманда заглянула в свой блокнот, но, как понял Мак, ничего там не увидела. — Я часто думала о том, чтобы приобрести здесь землю, но он никогда не задавал вопросов и не говорил о планах построить здесь дом. Он даже не спрашивал, где я была. Он вообще ни о чем не спрашивал. — Она вздохнула, и напряжение, казалось, несколько отпустило ее.

— И вы решили строить свою жизнь сами.

Она подняла глаза, в них читалось подтверждение.

— Я могу понять это, — сказал он тихо.

— Я знала, что должна начинать сначала где-то. У меня была маленькая квартира, где я могла поразмышлять и пережить развод. Но я хотела остаться совсем одна и обратилась к дяде с вопросом, с чего мне начать. — На какой-то момент глаза ее затуманили воспоминания. — Я ответила на ваш вопрос?

— Я не хотел пробуждать тяжелые воспоминания, Аманда.

— Знаю, — ответила она, вновь занявшись ценами и размерами.

Маку до боли хотелось прикоснуться к ней, заключить в свои объятия, но он знал, что она не готова к этому. Он подумал о том, что она очень мужественная. Оставить за собой все и начать жизнь на своих собственных условиях — все это тяжело. Он лично прошел через определенный период жалости к себе, но Аманда вряд ли позволила себе это.

Мак оставил ее выписывать данные по шкафчикам и сделал вид, что рассматривает другие. Ему понравился шкаф из березы, но он вспомнил, что она останавливалась около него и нахмурилась, когда увидела цену.

Он все больше узнавал о ее вкусах и понял, что они не так уж и отличаются от его собственных. Ему нравились те же краны для ванной, та же плитка. Ему даже понравились обои, которые она выбрала для столовой. Однако Мак сомневался, что если скажет ей это, то она ему поверит. Все, что он может сделать, это предложить ей короткий роман. Но, будучи честен сам с собой, он понимал, что хочет, чтобы она присутствовала в его жизни. Он начинал мечтать о ней.

Аманда неожиданно вернула его на землю:

— Вот так, Мак. Мы закончили. Нашли что-нибудь интересное для своей кухни?

«Тебя. Тебя в кухне». Он вдруг понял, что она весь день впервые обращается к нему по имени. Ну, что ж. Явный прогресс.

— Конечно. У меня теперь появилось новое представление о кухонном дизайне, — ответил он, стараясь говорить в общем. — Но где продавец? Надо узнать сроки поставки.

— Это можно сделать по телефону. Неплохо бы для сравнения заглянуть еще в один магазин. Затем мне нужно посмотреть еще некоторые материалы. Готовы?

Он кивнул, и она пошла к выходу, ловко увертываясь от других покупателей и их сумок.

Мак старался представить себе ее стиль поведения с пациентами. Организовывая то, что для нее наиболее важно, она всегда выдерживает принцип «никакой ерунды». Но у Мака другие намерения. Когда они вышли из магазина, он предложил пообедать:

— Лично у меня мозги работают лучше, когда желудок полон. А у вас?

Аманда взглянула на часы.

— Половина третьего! Извините меня. Вы сегодня ели что-нибудь?

Когда она подняла на него глаза, Мак увидел в них искреннюю заботу. Если Аманда не держала себя в узде, ее естественная теплота вырывалась наружу. У него напряглось все тело. Голод — это второстепенно. Черт побери, она такая настоящая. В ней так легко вызвать эмоции. Он вдруг понял, что она рождена для того, чтобы оказывать помощь другим, и, наверное, она классный физиотерапевт.

— Нет, я не ел. А вы?

— Конечно, я бы тоже не прочь перекусить, — сказала она, останавливаясь перед лотком с едой у входа в магазин. — Как насчет хот-дога? — Вряд ли профессиональный шеф-повар опустится так низко. — Нет? Не хотите?

— Уговорили. Посмотрим, что там есть. Я знаю, вы экономите время, — улыбнулся он.

— Уверены? — Аманда щедро намазала булку горчицей.

— Это все, что вы умеете? — пошутил он, накладывая на булку кучу всякой всячины. — Мы ведь не хотим, чтобы обед был примитивным, — поддразнивал он ее.

— Это что — соревнование? — спросила она, добавляя в целях стратегии лук.

— Держу пари, — он добавил еще больше лука, — суть этого блюда — выше и шире.

Аманда засмеялась, груда съестного на его булке все увеличивалась.

— Так. Посмотрим, как вы сумеете съесть это чудовище.

Соревнование началось. Они уселись на скамью и прежде, чем откусить первый раз, посмотрели друг на друга. Щеки у Аманды раздулись, как у бурундука.

Когда она наконец смогла проглотить, то засмеялась:

— Больше не могу. Вы видели, как на нас смотрели дети?

— Поверьте мне, они вами восторгались. — Он с удовольствием наблюдал, как в глазах у нее заиграли веселые искорки. Она могла быть славным малым, когда захочет. Ему в его жизни нужны эти ее качества. — Я хотел бы от вас еще многому научиться, бурундучок, — мягко признался он.

Он сказал это как раз тогда, когда Аманда откусила от булки еще раз. Ее глаза блестели. Он позволил себе так назвать ее, потому что у нее забит рот и она не может ответить. С решительным выражением на лице она потянулась к его руке с хот-догом и направила ее к его рту. Что она имеет в виду было ясно без слов: ешь и заткнись.

Он с удовольствием принял вызов.

Когда она постучала в дверь домика на колесах, у нее было такое же настроение, как тогда, когда они беседовали на заднем крыльце. Ее боязнь быть рядом с Маком лишена каких бы то ни было оснований, сказала она себе. Мак флиртовал так, самую малость и прекрасно вел себя весь день. Но прикосновение и его поцелуй она тем не менее хорошо помнила. Она что, на неприятности нарывается?

Через минуту он открыл дверь:

— Привет, бурундучок. К Джей Ди сегодня приезжают дети. Поэтому мы ужинаем вдвоем.

Взяв за руку, он аккуратно свел ее со ступеней. Аманда Целый день старалась не вспоминать его голубые глаза. Обратный путь был очень веселым. Мак развлекал ее остроумными замечаниями всю дорогу.

Они побывали в антикварных лавочках, мебельных магазинах и даже в магазине спален. Мак предложил шелковые простыни малинового цвета. Она сказала, что малина, это на десерт. Шелковые простыни тоже, заметил Мак. После этого по ее настоянию они вернулись в строительный магазин.

Увидев освещенный свечами стол, она решила, что Мак откладывал серьезные романтические объяснения до тех пор, пока они не останутся одни.

Войдя внутрь Аманда сказала:

— Вы и Джей Ди оба любители льстить. Поэтому думаю, что одного из вас вполне достаточно.

— Вы хотите сказать, что я не могу предложить ничего большего, чем Джей Ди? Ну, я уничтожен. — Его улыбка опровергала его слова.

В маленьком домике на колесах на Аманду вдруг нахлынули воспоминания о первом в своей жизни поцелуе. Она была влюблена отчаянно, главным образом потому, что мальчик должен был уезжать. Ей было тогда всего четырнадцать лет. Она отбросила глупые мысли.

— Я слышала, что вы отличный повар, — сказала она Маку, поддразнивая.

— Точно, черт побери. Я этим зарабатывал на жизнь, — ответил он.

— Знаю. А вы не скучаете по созданию ужинов для великих?

— Нисколечко. Некоторые из них были хуже, чем штрудель.

Аманда улыбнулась, понимая, что он в свое замечание включил и Даррелла.

Хозяин официальным жестом указал на маленький столик, накрытый белой льняной скатертью, и налил ей бокал шардоне.

Аманда подумала, что его надежды на то, что она будет десертом, напрасны, но когда Мак пододвинулся, чтобы подать ей бокал, он задел ее руку и поднес вино к ее лицу, скользнув по прохладной щеке. Она не была готова к ощущению, которое испытала. Прикосновение было подобно ласке возлюбленного.

Она не могла на этот раз отстраниться, очарованная тем, что видела в его глазах: свет свечи смягчил черты лица, околдовывая ее лучше любого волшебника.

Отодвинув бокал, он положил свободную руку ей на шею и начал медленно проводить большим пальцем по линии подбородка, осторожно подбираясь к губам. «Он хочет поцеловать меня, — подумала Аманда, — на закуску».

Глава 7

Отступив назад, Аманда взяла свой бокал из его руки, избегая смотреть ему в глаза. Она старалась не обращать внимания на утонченность обстановки: скатерть, свечи, цветы, серебро.

Вместо этого, оглядевшись, она в целом оценила обстановку.

— Красиво. Но я не могу представить, как вам удается готовить в таком ограниченном пространстве, — сказала она и села, пока ее не подвели ставшие совсем резиновыми колени. Его передвижной домик был меньше, чем ее. С одной стороны кухня, с другой — складывающаяся двуспальная софа.

— Я здесь один, спроектировано это на двоих.

Все утро Аманда чувствовала, как он постепенно преодолевает барьеры, которые она воздвигла вокруг себя после развода. Ей нравилась ирония в его глазах, но она проигнорировала его намеки.

— Ну и что же такого изысканного вы приготовили сегодня?

— Простой, но вкусный ужин. Цыпленок на вертеле а-ля Дижон, молодая красная картошка и свежая спаржа. Я нашел маленький рынок, пока вы были в магазине. Вы даже не заметили мое отсутствие.

Аманда пожала плечами:

— Там было много интересного, а главное, полезного.

Мак аккуратно поставил две тарелки на стол.

— И вино, — сказал он, демонстрируя бутылку. — Это из погребов Темекула-Вэлли. Но, по правде говоря, я уже почти пьян от вашей улыбки, от того, что вы здесь, у меня.

— О, ради Бога, — вздохнула она. — Приберегите это для девушек в городе. В вашем ресторане так принято говорить?

— Нет. Это я только сейчас придумал. У меня такое чувство, что мы празднуем начало чего-то нового. И мне хорошо с вами.

Аманда покраснела до корней волос и, быстро опустив голову, глотнула вина. У него великолепный вкус. Может ли он забыть о своем успехе в городе?

Он сел и выжидательно смотрел на нее, когда она пробовала цыпленка.

— Ну как?

Она пробормотала что-то одобрительное. Цыпленок был сочным и острым. Она пробовала готовить его по этому рецепту, но у нее так не получалось.

— Для меня никто никогда специально не готовил. Он великолепен.

— Счастлив, что вам понравилось. Надеюсь, вы позволите мне поэкспериментировать с новыми рецептами и выскажете мне свое мнение. Я много путешествовал за последний год и изучал домашние рецепты во многих местах.

— О! И где же?

Мак засмеялся: ну не на другой же планете он побывал.

— Только по Америке, — сказал он. — Новый Орлеан, обе Каролины, Нью-Йорк, Средний Запад. Назовите любое место, и я там скорее всего побывал.

— В таком случае, расскажите мне о разных рецептах.

— Как, например, лимонно-чесночные хлопья или крабовые пирожки?

Аманда шутливо потерла живот.

— М-м.

На губах его появилась легкая усмешка. Он принялся за еду, но вскоре положил вилку.

— Знаете, я таких замечательных людей в этих путешествиях повстречал. Вернувшись в Калифорнию, решил привести в порядок свой бизнес. Правда, я знал, что с городом покончено. Здесь мне сначала показалось, что я где-то за сотни миль от дома. Но теперь я чувствую, что это мое. — Глаза его сверкали.

— Почему? — Она вспоминала постоянные сетования Даррелла по поводу их уютного дома в городе. Он никогда не был доволен, ему все было мало. А Мак счастлив даже в этом домике на колесах.

— По правде говоря, я встретил настоящего человека. Лучше всех, кого я когда-либо знал.

Их взгляды встретились, и Аманду поразило то, что она увидела в его глазах. Неожиданно ее потянуло к нему, как притягивает измученную душу свет свечи. Как же это могло случиться? Она спохватилась:

— Кого же вы здесь нашли? Друга?

— Нет, Аманда. Вас.

Они продолжали ужинать в напряженной тишине. Казалось, что Бог создал пятый сезон года. Последний сезон — сезон красоты. Все еще слабо мерцающие в ее душе надежды теперь оказались связаны с Маком. Ее мир стал таким, каким она всегда мечтала его видеть.

— Я сегодня хорошо провела время, — сказала она, понимая, что это явное преуменьшение.

— С вашей помощью я придумал несколько последних штрихов в дизайнерском оформлении своего нового дома, но все придет в свое время… когда мы поженимся.

У Аманды на вилке в этот момент был стебель спаржи, сдобренный масляным соусом, и она уронила его, когда до нее дошел смысл сказанного Маком. Он открыл в ней еще одну слабость, о существовании которой она сама не догадывалась. Он сумел заставить почувствовать, что о ней заботятся. Что она защищена. А теперь вот что!

— Что… что вы сказали?

— Вы подали мне ряд идей. Если их воплотить, это будет выглядеть прекрасно.

— Я спрашиваю не об этом, как вы понимаете. Я ясно слышала слово «поженимся».

— Да, вы не ошиблись. — Он не спеша прожевал. — Пересолил?

— Нет. Что вы сказали, Мак? — Ей хотелось стукнуть как следует его за упрямство.

— Виноват. Может, я поторопился. Я думаю, что вы будете великолепной завершающей точкой в нашем новом доме, в каком бы из них мы ни решили жить.

— Маккензи Далтон, остановитесь. Вы шагаете впереди себя самого. Вы просто невыносимый человек.

Мак усмехнулся:

— Я знаю. Просто хотел вас по-честному предупредить. — В его глазах, как солнце в воде, играло озорство.

— Я еще не встречала никого, кто шутил бы подобным образом. — Она взяла вилку.

— О’кей. Благодарю за великолепный урок, который я получил сегодня, милая.

— Никакая я вам не милая. И не дразните меня, пожалуйста, словом «брак». Я не уверена, что вообще захочу когда-нибудь его услышать. О’кей?

— О’кей. Как скажете. — Мак поднял свой бокал. — Можем поболтать о пустяках, о чем-нибудь полегче. Например, как уберечь дом от трещин и царапин. Что вы знаете об этом?

Аманда вздохнула с облегчением.

— Я знакомилась с основными принципами строительства и обсуждала их при составлении проекта с архитектором. По его совету я остановилась на легком штукатурном гипсе. Вещь несложная, а придает дому характер.

Мак, потягивая вино, продолжал наблюдать. Ему не стоит сейчас приближаться к ней. Ее сердце до сих пор колотится от его слов о женитьбе. В этом он был абсолютно уверен.

Мак опустил бокал.

— Ваша гордая улыбка говорит красноречивее слов, Аманда. Ваш дом будет прекрасен.

Она опять чуть покраснела. Его слова грели и искушали. Она не знала, как долго сможет продолжать обсуждать всякие мелочи, но решила досидеть до конца вечера. Опустив глаза на почти пустую тарелку, она спросила:

— Где вы учились готовить?

— Я начал экспериментировать еще ребенком в кухне своей бабушки. Своим друзьям я об этом, конечно, не рассказывал. Но мне всегда нравилось готовить.

— Вы оттачивали мастерство на каких-то кулинарных курсах или в процессе работы?

— Так и так, — ответил он. — Это все шло естественным путем. Может, даже генетическим.

— Что ж. Это здорово. Спасибо вам большое. — Она положила на стол салфетку. Надо придумать предлог, как проще уйти отсюда и… бежать, бежать, бежать.

Мак медленно улыбнулся:

— Может, пройдем к бассейну? Вам не помешает расслабиться после всего, что вы сегодня сделали.

— Гидротерапия? Это уже моя территория.

Мак усмехнулся. Маленькие радости снимают стресс.

— Но это ваша территория, и ее достоинства вам видны лучше. — Встав, он убрал тарелки. — Сначала расскажите мне немного о вашей работе.

В голове Аманды мгновенно прозвучал сигнал предупреждения.

— Быстро окунуться было бы очень славно. Но давайте сначала вымоем посуду.

— Вы, соседка, отправляйтесь-ка пока за купальником. Встретимся на воздухе, когда вы будете готовы.

Аманда встала. Горячая вода снимет напряжение и успокоит нервы. У нее практически не было возможности отдохнуть с тех пор, как она занялась строительством, разве что прогулки вдоль реки.

— Хорошо. Нам нужно расслабиться. — Она потянулась к дверной ручке, но Мак неожиданно прошептал ее имя.

Прежде чем она что-то успела понять, он быстро поцеловал ее, так, скорее слегка прикоснулся губами к ее щеке, но все равно это ее взволновало. Затем, протянув руку над ее плечом, он толкнул дверь.

— До скорого, — сказал он, мягко поддерживая ее и включив фонарь. — Не оступитесь.

Она вышла и окунулась в темноту ночи, слегка освещенную луной. Аманда понимала, что поцелуй этот ничего не означал.

Ей действительно надо идти осторожно, но не в прямом смысле — по неровному гравию. Мак разбудил дремлющие естественные инстинкты. Но вступать в какие-то личные взаимоотношения с Маком Далтоном — это слишком сложно, и не стоит даже думать об этом.

И, конечно же, в том, что такой искусный повар не предложил десерта, не было ничего особенного. Совсем ничего.

— Мак, где тут ступеньки? — Увидев его в воде, Аманда подошла ближе.

Она не торопилась, и Мак уже решил, что она передумала.

— Рад, что вы пришли. — Он поднялся из пузырящейся воды и показал, где ступеньки. Она сбросила свой халат, он взял ее за руку, и она ступила в воду.

Ее талия была еще тоньше, чем он ожидал, а грудь значительно больше. Она скользнула в воду, и легкая рябь, вызванная этим движением, показалась Маку волной прилива. Кровь у него закипела, и он был рад, что нижняя часть его туловища надежно скрыта под водой.

Он увлек ее в заднюю часть бассейна. Поднимающийся мягкий пар ласкал ее плечи, приятно увлажняя кожу.

— Вот сюда, — сказал он, указывая на скамейку напротив себя. — Готовы к полной процедуре?

Она удивилась:

— А что это такое?

Он снова взял ее за руку.

— Увидите.

Она быстро села на указанное место, стараясь оставаться в тени, чтобы он не видел выражения ее лица. Но его глаза уже приспособились к слабому лунному свету.

— Это массаж ног, — заявил он. — Мы сегодня очень много прошли. Расслабьтесь. — Даже в свои тридцать пять лет он помнил наставление отца: «Никогда не торопи леди».

У Аманды изумленно расширились глаза, когда Мак перебросил ее ногу через свое бедро. Подушечкой большого пальца он медленно круговыми движениями массировал ее подошву. Она захихикала, это было не совсем то, что он ожидал.

— Обычно это я делаю массаж, а не мне.

— Тем более наслаждайтесь. — Он перешел к лодыжке, массируя нежную кожу вокруг косточки. Через минуту-другую она прислонилась к спинке скамьи. Положив другую ногу на колени Маку, она отдыхала.

— Божественно. Вы более умелый, чем я думала, мистер Далтон, — сказала она, закрыв глаза, чтобы расслабиться и не видеть выражения его лица.

Мак, закончив массировать ее вторую ногу, охватил пальцами ее колени и мягко потер их. Затем его руки опять скользнули к ее лодыжкам, и он медленно потянул за них. Да она так и в воду свалится.

— Нет, Мак, не надо, — попросила она, открыв глаза.

Но он проигнорировал ее просьбу и хитро улыбнулся:

— Мне нравится, когда вы вся мокрая.

Бац, и Аманда оказалась под водой — только на минуту. Обхватив ее за талию, он приподнял ее себе на колени. Когда она перестала отплевываться, он вытер ей глаза и невинно спросил:

— Мы ведь не можем все время работать, не так ли? Игра полезна для души и для тела тоже.

— Оказывается, мы сейчас играем, — пробормотала она, отжимая волосы.

Мак не мог прийти в себя от ее реакции. Она обвила одной рукой его шею. Ее кожа цвета слоновой кости светилась в темноте. Вода капала у нее с носа, ресниц, губ. Его пронзило желание, когда она со спокойной решимостью посмотрела ему в глаза.

— Я прощен? — спросил он и собрался уже вынести ее из воды, но она не захотела.

— Мак, ты мне тоже нравишься мокрым, — свободной рукой она несколько раз плеснула на него. — Вот, теперь лучше.

Он засмеялся, прижимая ее к себе.

Аманда не знала, как описать все, что с ней происходит, но волны жара прокатывались по ней, загораясь внутри нестерпимым пламенем. Она молча подняла на него глаза.

— Аманда?

— Я не знаю, что мне делать с этим. Или с тобой.

Мак понимал, что в первую очередь ей нужна честность, но знал также и то, что им обоим нужно нечто большее, чем слова.

— Попробуем выяснить? — Он еще крепче прижал ее к себе, положив руку ей на бедро. — Думаю, что мне тебя, соседка, из своей системы уже не вычленить. Ты веришь в судьбу?

Аманда молчала. О судьбе она как-то не задумывалась. Слишком была занята для этого.

— Пожалуй что нет, — призналась она.

Его рука поднялась по ее спине выше, и она почувствовала себя полностью обезоруженной, способность соображать у нее просто пропала. Может быть, им действительно нужно посмотреть, что может произойти между ними?

Она знала, что ее сопротивление шло от разочарования в браке, а не от врожденного недоверия к мужчинам. И никто на протяжении многих лет не сумел дать ей почувствовать себя желанной женщиной. А вот сегодня это случилось. Мак что-то важное вернул ей в жизни.

Она не позволит этому необоснованному стражу запугать ее. После сегодняшнего дня она всем сердцем поверила в то, что они с Маком сумеют справиться со всем, что бы ни произошло с ними ночью. Он ей слишком близок. Ну пусть это даже не будет фатальным романом. Все равно они могут многое дать друг другу.

В коконе окутывающего их пара она подняла губы к его губам, и, уловив этот намек, он сам нашел их. Она чувствовала, как его горячее тело впечатывается в ее, демонстрируя силу его желания.

— Мак? Пусть это будет… Просто.

Между ними повисла тишина, ни звука, кроме ее стучавшего сердца.

В кружащихся вокруг тенях существовал только Мак, его поцелуи становились все более глубокими. Ее рука была прижата к его груди, пальцы ощущали теплую влагу его волос.

Он на секунду отстранился, чтобы взглянуть на нее, и, казалось, пробормотал что-то. Не отрывая глаз, он протянул руку к застежке купальника. Над водой была видна лишь верхняя часть ее груди, но он восхищенно смотрел на нее. Она никогда не чувствовала себя столь желанной, не чувствовала себя женщиной, готовой любить и быть любимой.

Но какой-то внутренний предостерегающий голосок что-то нашептывал ей.

— Мак? — Она прятала лицо у него на груди, сердце ее отчаянно стучало. Или это было его сердце?

— Прекрасна. Ты прекрасна. — Голос его был хриплым от волнения. Он поцеловал ей макушку. Затем взял в ладони ее груди, гладя большим пальцем напрягшиеся соски. У нее из горла вырвался стон, а его рука скользнула вниз, к купальнику на ее бедрах.

Еще несколько движений, и она поняла, что между ними уже нет ничего, лишь одна все возрастающая страсть. Он медленно опускал руку все ниже, мягко лаская ее плоть.

— Бог мой, я хочу тебя Аманда, — прошептал он.

Она ощутила знакомую теплую волну и восхитительную слабость во всем теле. Сопротивление не имело смысла. Но вдруг к ней вернулась способность соображать. Она потянулась за купальником.

— Мне нужно идти, Мак.

Он сел на край скамьи, откинув назад голову.

— Я хочу того, чего хочешь ты, Аманда. Пожалуйста, поверь в это.

— Мак, ты больше того, что я ожидала.

— А ты та самая женщина, которую я увидел в тебе.

Замерев от силы желания, которое читалось в его глазах, она не двигалась, пока он впитывал вкус ее губ. Затем он начал ритмично покусывать ее рот. Держа руку на талии, он медленно двигался, как будто старался сдерживать себя. Сердце ее отчаянно билось. Она была так же готова к любовному поединку, как и он.

Мак отодвинулся.

— Господи, да ты меня с ума сведешь.

— Маккензи, ты мне нужен сегодня ночью, — пробормотала она, закрыв глаза и чувствуя, как новая волна желания накрывает ее.

Пьяная от этих безумных поцелуев, она мечтала прижать его, удержать его, но знала, что это будет мучительно. Аманда отодвинулась и почувствовала, что ее сердце замедляет свой бешеный темп, но подумала, что вряд ли оно теперь когда-либо будет биться нормально. Она не боялась Мака, она боялась саму себя.

На губах Мака появилась страстная улыбка.

— Ты так… чертовски хороша.

Может быть, она чересчур доверчива, — ну и пусть. Она все равно верит ему.

— Видеть тебя, целовать тебя, и потом ночью… Аманда, раздели со мной сегодня постель.

Три часа ночи. Она услышала крик совы, который как будто бы вернул ей способность здраво мыслить.

В серебряном свете луны, проникавшем через окно, она видела рядом с собой спящего Мака. Ее иллюзии по поводу того, что она сумеет держать его на расстоянии, рассеялись. Она только теперь поняла, как глубока ее потребность в нем, как ее привлекают его остроумие, его доброта. Всего этого так давно не было в ее жизни. Разве она могла сопротивляться? Аманде захотелось положить руку ему на грудь, просто так, чтобы почувствовать удовольствие от этого прикосновения.

Что-то удержало ее, она и сама не понимала, что именно. Сердце ее, бесстыдно-радостное несколько часов назад, теперь было подобно тонущему кораблю. Может быть, ей просто нужно научиться снова доверять мужчине. Может быть, все будет в порядке? Но остаться она не может. Нет, не может.

Аманда осторожно выскользнула из кровати и, не потревожив Мака, нашла свой халат, тихо вышла за дверь, держась подальше от будки Боза, чтобы не разбудить его.

— Самая замечательная ночь в моей жизни — пробормотал Мак, вглядываясь через окно в густой утренний туман, — а она даже не осталась на завтрак. — Он налил себе кофе и повернулся к Бозу: — Это дружище нехороший признак.

Боз, соглашаясь, шевельнул хвостом. Мак задумчиво пробормотал опять:

— Интересно, о чем она сейчас думает?

В течение всего утра Мак старался не думать об Аманде. Он собирал документы для встречи с Джей Ди. Но при этом каждые пять минут выглядывал в окно, понапрасну надеясь, что туман рассеется. Когда это наконец-то произошло, он увидел, что джипа Аманды на месте нет.

Он вспомнил, что в столь ранний час открыты только кафе и строительные магазины. Может, она вернется к тому времени, как они с Джей Ди закончат разговор.

Мак приготовил специальную смесь кофе, надеясь, что гость его будет не против. В десять часов Джей Ди уже оценивал мастерски сваренный напиток.

— Отличный кофе, — признался он, — не такой, как тот с корицей или с миндалем, который покупает жена. От него просто тошнит.

Мак усмехнулся:

— Рад, что тебе понравилось. Мне сегодня утром была нужен сильный кофе. — Еще раз глотнув горячий напиток, он принес из кладовки план дома, поставил их кружки на прилавок и разложил планы и чертежи на столе перед Джей Ди. — Скажи мне приблизительно стоимость и возьми с собой план дома, чтобы познакомиться с ним подробнее.

Джей Ди, взглянув на план, нахмурился, затем откинулся назад и, достав из кармана рубашки футляр с очками, водрузил их себе на нос. Наклонившись вперед, он стал все внимательно рассматривать, продолжая хмуриться.

— Что-то не так, Джей Ди? Может быть, для тебя это слишком уж сложно? Я понял, что ты всех можешь за пояс заткнуть.

— Нет, сэр, здесь нет ничего сложного для меня, но эти планы могут создать трудности для вас. — Он снял очки и положил их в футляр.

— А в чем проблема? — Мак надеялся, что ему во время строительства не потребуется вот так вытаскивать из него каждое слово.

— Вы ведь знаете, что я встречался с Амандой. А это точная копия дома, который строит ваша хорошенькая соседка. Она сказала, что нарисовала план сама с помощью архитектора из Лос-Анджелеса. Как к вам попал этот план?

— Этого не может быть. Площадь этого дома две тысячи квадратных футов, а ее… — Мак угрожающе взмахнул кулаком и опустил его на свою ладонь. — Черт, она права в отношении своего бывшего мужа. Он делает все, чтобы облегчить себе жизнь, наплевав на нее. Я получил эти бумаги вместе с документами на землю. Думаю, что он просто заказал архитектору копию.

— Что-то в этом роде, — согласился Джей Ди. — Она правильно сделала, что рассталась с ним. Он занимается грязными делами.

— Она знает.

— Что вы собираетесь делать?

— Делать? — Мак задумчиво нахмурился. Он не хотел больше тратить время понапрасну. — Я должен подумать, — он вновь потянулся за кофе. Джей Ди тоже протянул кружку. — Мне теперь придется начать все сначала, ведь планы уже согласованы с департаментом строительства.

— Если мы начнем строить, она быстро это заметит.

— Наверняка.

— Может, она не будет возражать, — с сомнением в голосе сказал Джей Ди. — А может, и будет. Есть какие-нибудь идеи?

Они оба знали, что Аманда вложила в эти планы сердце и душу.

— Да, мне надо подумать.

— Если она согласится, то мы берем за окна с двойными рамами, покрытием крыши, которое вы выберете, кухонные шкафы и камины минимум по девяносто долларов за квадратный фут.

— Хорошо. Спасибо. Я должен придумать, как уговорить ее. — Сделав еще глоток, он постарался успокоиться: и не из таких переделок выходил. Но кого он дурачит? — Послушай, Джей Ди. То, что я решу, может ей не понравиться, но нужно все сделать поскорее. Мой заем скоро будет консолидирован, и соглашение по колодцу вот-вот прибудет. — Мак скатал план в рулон и отдал его Джей Ди. — Давай, Действуй и договаривайся с субподрядчиками. Я свяжусь с тобой, как только смогу.

Джей Ди кивнул:

— Удачи, Маккензи.

— Спасибо.

Туман рассеялся, сияло солнце, Джей Ди уехал. Мак заметил, что джип Аманды уже припаркован рядом с гаражом, и не стал терять время.

Он направился к ее дому и услышал, как она с силой заколачивает гвозди, их стук почти предупреждал его, что идти не стоит. Но им теперь управляло сердце, а не разум. Она отдалась ему с таким чувством свободы, и он испытывал такое удовлетворение, о котором ранее и не подозревал. Вопреки логике он знал, что им еще много предстоит открыть вместе.

Она вбивала гвозди в сухую штукатурку в косяки в гараже и не слышала, как он подошел.

— Аманда?

При звуке знакомого голоса она замерла, затем медленно повернулась лицом к нему. Глаза ее были затуманены, но инстинкт говорил ему, что она просто скрывает свою чувственность, которую продемонстрировала вчера ночью.

— Когда ты ушла, дорогая? Я соскучился.

Выражение ее лица не вдохновляло. И он услышал лишь вежливое:

— Привет, Мак.

Он никогда не видел ее столь напряженной, а ведь минуту назад она работала с такой яростью.

— Да, ты, видимо, рано начала, — ответил он со скрытой насмешкой в голосе.

После короткой паузы Аманда сказала:

— Мне нужны кое-какие приборы, которые сейчас есть в продаже. Я заканчиваю гараж, чтобы сложить их там.

— Я повторяю: во сколько ты ушла?

Она попыталась улыбнуться.

— Я ушла в три, как только немного образумилась. — Она чуть отступила, всем своим видом показывая, что хотела бы вернуться к работе.

Мак дал ей время собраться с мыслями. Хотя ему вовсе не хотелось, чтобы она их высказала вслух.

Но он не может уйти, он не сделает этого, пока не почувствует, что она оттаяла.

Он подошел ближе, она хотела отступить, но было некуда, и, положив молоток в свой рабочий пояс, Аманда беспомощно прижалась в угол.

— Ты можешь не прятаться от меня, Аманда. Мне и так ясно, что ты не хочешь, чтобы я прикасался к тебе.

Ему показалось, что в глазах ее мелькнуло сомнение, затем она снова насторожилась, подняла голову вверх, к балкам потолка, и хрипло сказала, даже не глядя в его сторону:

— Будем считать, что нацеловались мы вдоволь. На этом и остановимся.

Глава 8

Мак почувствовал, как его желудок свело от боли. Он прислонился к стене на расстоянии нескольких ярдов от Аманды.

— Нацеловались, и будет? — Он старался, чтобы голос его звучал ровно, и пытался отгадать, о чем она думает.

Аманда повернула голову и прямо посмотрела на него:

— Боюсь, что мне это не очень-то удается, Мак.

Он слышал, что ее голос дрожит. Давай, давай, соседка. У тебя это хорошо получается. Что дальше? Он подавил злость. С ней нужно время и терпение. Видимо, она еще была не готова к тем страстным занятиям любовью, которым они предавались прошлой ночью.

Они оба замолчали. Тишина становилась все напряженнее.

— Я слушаю, — сказал он.

Она неожиданно отошла от стены и подняла руки кверху, как бы признавая свое поражение.

Хорошо. Ну что ж придется сделать из себя дуру. Она сунула руки в карманы джинсов, видимо, не зная, что делать с ними.

— А может, это уже и случилось прошлой ночью.

— Вряд ли ты это докажешь. — Заложив руки за спину, он вжимался ими в стену. Ему, как никогда, страстно хотелось коснуться ее. Прижать ее тело к своему, развеять ее страхи.

— Наверное, это звучит нелепо. — Она стала ходить по гаражу взад и вперед. — Я думала об этом все это время и поняла, что у меня возникли чувства, о которых я давно забыла. И хотя это было прекрасно, такие отношения не приемлемы ни для одного из нас.

Она подняла на него глаза, в них было смятение. Мак старался стоять спокойно, когда она чуть приблизилась к нему. Он понимал, что ему нужно ее выслушать, чтобы знать, как пробиться сквозь возведенные баррикады. Но едкие слова задели его.

— Забыла? А может, лишена? И я подвернулся в качестве лекаря? Как долго будет длиться курс лечения? Впрочем, главная тут ты, и я не должен задавать вопросов. И тем не менее на уме у меня нечто большее, чем быть просто физиотерапевтом.

Его резкие замечания достигли своей цели, она указала на дверь:

— Уходи, Мак. Немедленно.

Куда делось его умение контролировать себя? Он понимал, что зашел слишком далеко. Он быстро поднял вверх руки, извиняясь, но ее глаза по-прежнему сверкали от гнева.

— Прими это просто, Мак. Скажи себе, что я не соображала, что делаю.

— А что на самом-то деле не так, Аманда?

— Я уже все сказала. — Снова сунув руки в карманы, она ждала, когда он уйдет.

— Это что, как-то связано с твоей независимостью? — настаивал он.

— Меня нежили и баловали в моей семье, но мне не всегда предоставлялось право выбора. Я вышла замуж и делала все так, как хотел Даррелл. А теперь я поняла, что мне нравится принимать решения самой.

Мак молча смотрел на нее, стараясь прочесть между строк, но решил, что Аманда сама должна решить для себя, что значит остаться одной.

— Ну что ж, пока я принимаю это. — Он бросил на нее быстрый взгляд. — Дай мне знать, если я тебе понадоблюсь, соседка.

Аманда подняла голову, чтобы что-то сказать, и ему показалось, что она старается скрыть слезы. Поэтому он рискнул продолжить как можно более миролюбиво:

— Аманда, мне нужно поговорить с тобой о плане моего дома.

Не взглянув на него, она отошла в угол и отковырнула маленький кусок штукатурки.

— Попозже, Мак, — сказала она. Не поднимая головы, она вернулась к работе и, казалось, несколько смягчилась.

— Продолжай командовать. Мне нравится, когда мне объясняют, что для меня хорошо и что неприемлемо. Я, таким образом, могу позволить себе ни о чем не думать и ничего не чувствовать. — Слова вырвались у Мака помимо его воли, но уже ничего нельзя было исправить.

Аманда замерла. Щеки ее порозовели, потом покраснели и запылали. Надо отдать ей должное, она не попыталась уйти от этого разговора.

— Ты прав. Но я лишь пытаюсь объяснить про себя. Боюсь, однако, что ты не поймешь.

— А вдруг? — Его пальцы сводила боль, частично оттого, что он так яростно вжимал руки в стену, но еще больше оттого, что ему так хотелось к ней прикоснуться.

— Я прокрутила это в голове тысячу раз, Мак. Мое образование подразумевает помощь людям: я должна касаться их, работать руками. В человеке есть эта попотребность, чтобы его касались и он касался кого-то. Здесь я была лишена этого. Поэтому откликнулась на твой призыв. Попала под обаяние… ночи, звезд, твоего прикосновения. Ты заставил меня почувствовать себя особенной, не такой как все, но это не значит, что мы подходим друг другу.

Мак продолжал стоять на месте, удивляясь тому, как работает ее очаровательная головка. Хорошо, он понял одно. Она хочет, чтобы отношения между ними были такими, какими они оба хотят их видеть.

Но Маку вовсе не хотелось думать об этом. Сейчас его волновало только то, что он чувствовал к этой женщине.

Казалось, что ей неловко в установившей тишине, и она сделала несколько шагов назад.

— Лучше я объяснять не умею, Мак. Извини, если я ввела тебя в заблуждение.

Вот! Она начинает его жалеть. Черт побери! Он никому не разрешал этого с тех пор, как умерли его родители. Он отодвинулся от стены и подошел к ней, но не настолько близко, чтобы можно было схватить и как следует потрясти ее, чтобы до нее наконец все дошло.

Не стоит давить на нее сейчас. Он попытается поговорить с ней попозже. Интересно, относится ли она к числу тех женщин, которые могут не разговаривать целыми днями. Он в этом сомневался, хотя понимал, что заслужил это. Что ж, ему тоже нужно работать, если он сумеет выбросить Аманду из головы. Мак пошел к себе.

Он должен убедить ее, что вдвоем может быть лучше, чем одной. Он внутренне глубоко в это верил и понимал, что одна ошибка не может изменить этой веры. Кларисса — это прошлое. Аманда будет частью его будущего.

Ничего не бывает случайно. Аманда, занимаясь любовью с Маком, отдавала себе отчет в том, что она делает. Но сегодня утром эта ясность не была столь очевидна.

Сквозь облака начало пробиваться солнце. Аманда вышла из гаража минуту спустя после Мака. Глядя ему вслед, она вдруг отчетливо поняла, что сама все запутала. Только себя саму она никак понять не могла.

Неужели она просто использовала Мака? Он дал ей возможность снова почувствовать себя женщиной. Но она не будет ничего усложнять, притворяясь, что между ними есть что-то серьезное.

Аманда решила зайти домой, чтобы выпить чаю и немного успокоиться. Когда она вошла, звонил телефон. Сняв трубку, она услышала голос своего адвоката:

— Аманда, это Карен Тейлор. Я проработала этот проект по совместному пользованию, поговорила с твоими бурильщиками и составила соглашение с учетом в первую очередь, конечно, твоих интересов. Это же твой колодец.

— Спасибо. Нужно обсудить его с Маком.

— Я отправляю почтой сегодня копии вам обоим. Просмотри и дай мне знать, какие изменения ты хотела бы внести, прежде чем соглашение будет зарегистрировано. О’кей?

— Конечно, Карен. Спасибо, до скорой встречи.

Ну вот, теперь она та женщина, которой хотела бы быть. Все держит под контролем, и вся из себя деловая. Зачем во все это вмешивается ее сердце? Почему Мак Далтон? Она понимала, с какими трудностями он столкнется. Она знала, каким трудным будет строительство для новичка в этом деле. Хоть у него и есть Джей Ди, ему еще многому предстоит научиться.

У нее не сохранился номер телефона Мака. Надо сказать ему свой. Тогда он не будет приходить, когда ему вздумается. Собрав все мужество и испытывая внутреннюю дрожь, она направилась к дому Мака. Поколебавшись какое-то время перед его дверью и повторяя про себя слова, она постучала.

Мак открыл дверь, губы его мгновенно изобразили улыбку, но глаза смотрели строго.

— Аманда? Ты что-то забыла?

— Забыла дать тебе свой номер телефона, если у тебя возникнут срочные вопросы по строительству. Я чувствую, что обязана помочь тебе. Мы ведь все-таки соседи.

Мак выглядел несколько обескураженным.

— Верно.

Она глубоко вздохнула, надеясь, что дрожь уймется, но это не помогло. Она продиктовала ему свой номер телефона, он записал его и вопросительно посмотрел на нее. Аманда почувствовала себя маленькой глупой девочкой, которую никто почему-то не ругает за непростительные выходки.

Внутренне собравшись, она продолжила свой монолог:

— Попроси чеки за все строительные материалы от своих субподрядчиков, чтобы товар не подменили на более дешевый. Пусть они распишутся в получении денег, а то могут прийти за ними еще раз. Обрати особое внимание на материалы для крыши, чтобы не было протечек. Дренажная система для воды должна находиться примерно в пятнадцати футах от дома.

У Мака хватило здравого смысла не прерывать этот поток добровольных советов. Его голос был вежлив, когда она наконец предоставила ему возможность вставить слово:

— Ну конечно же, я хочу, чтобы крыша держалась подольше.

Аманда, опустив глаза, рассматривала свои грязные теннисные туфли. Она и так тут много всего наговорила. Если продолжать в том же духе, то Мак сочтет ее советы просто компенсацией за нанесенный моральный ущерб. Отбросив назад волосы, она снова посмотрела ему в глаза и сказала:

— Ну что ж. Надо идти работать. У тебя теперь есть мой номер телефона, поэтому в целях экономии времени ты всегда можешь мне позвонить, если будут какие-то вопросы по строительству.

«Держись подальше от моей двери».

Мак осторожно сказал:

— Спасибо, Аманда. Я ценю эти советы. Надеюсь, что, если я совершу какую-то ошибку, она будет поправимой. Планы дома… — Боз прыгал у двери, игнорируя приказ хозяина сидеть. Собака явно просилась в гости к Аманде. — О планах. Я хотел бы поговорить о дизайне, когда у тебя будет время.

Аманда кивнула, затем быстро повернулась и пошла к своему гаражу. Заколачивание гвоздей, оказывается, неплохая терапия. Она, пожалуй, забьет еще несколько.

Через два дня Мак понял, почему Аманда так старалась показаться столь любезной. Он сидел у себя за кухонным столом, разбирая бумаги, присланные адвокатом. Ему хотелось смачно выругаться. Первое письмо объясняло, что бурильщикам колодца для внесения кое-каких изменений требуется оборудование, заказать его можно у «Мерседес-Бенц». Парень, может, и не шельмовал, но Мака все равно не устраивали цены.

Он бросил письмо и поднял телефонную трубку. Не останавливаясь, ходил взад-вперед по комнате, насколько позволяла длина шнура, пока сообщал подробности Джей Ди.

— В чем дело? Похоже, что дамочка решила сделать для меня все это предельно сложным.

— Ну, это определенно лучшая система, которую можно купить за деньги. Очень мощная, вам такая не нужна, если только вы не собираетесь заводить рощу фруктовых деревьев. Может, она хочет, чтобы насос работал подолгу. Она заранее пытается исключить вероятность разного рода осложнений.

— Я бы сказал, что она пытается отделаться от меня. У меня нет выбора, коль скоро сюда подведут воду из города. На меня сваливают все дополнительные затраты.

— Дело в том, что неизвестно, когда сюда проведут воду. Но действительно похоже, что на вас взваливают все расходы по водоснабжению. Но, с другой стороны, у вас не будет проблем с водой.

Мак понимал, что он борется впустую.

— Может, мне стоит потратить время и выкопать собственный колодец?

Джей Ди лишь подтвердил то, что Мак и без этого знал:

— Нельзя гарантировать, что бурильщики сразу доберутся до воды. А потом оба колодца будут снабжаться водой из одного и того же источника, и вполне вероятно, что вам придется бурить глубже. А сейчас вода вам уже гарантирована.

— Ну хорошо, дружище. Поехали.

Он повесил трубку. Теперь ему предстоит сделать следующий шаг — поговорить с Амандой. Минуту он колебался и выглянул в окно, чтобы посмотреть, здесь ли ее джип, затем набрал номер, который она дала ему.

Звук ее голоса затронул его чувства больше, чем ему бы того хотелось, напомнив о его постоянной потребности видеть ее, прикасаться к ней. Черт, она его просто околдовала.

— Это Мак. Мне нужно поговорить с тобой о документах на колодец, Аманда. Можешь заскочить на несколько минут?

В ее милом голосе появились невинные ноты, и это его обеспокоило. Что она опять задумала?

— Документы на колодец? Боюсь, что пока я не получила свою копию. И я жду звонка от подрядчика.

Терпению Мака пришел конец.

— Освободись как можно скорее. Я должен обратить твое внимание еще кое на что.

Он должен рассказать ей о дизайне и плане дома и сбросить с себя эту проблему, пока не приехала машина по заполнению фундамента цементом.

И тем не менее Мак не был готов к своей реакции на нее, когда она появилась в дверях. Он понял, что леди буквально впечаталась в его нервную систему. Она выглядела великолепно в сиреневой шелковой блузе, бежевых льняных брюках и сандалиях с задниками из ремешков.

Мысли при виде ее заметались, тело предательски заныло.

Казалось, что его сознание впитывает и запоминает о ней все: линию ее маленьких грудей под тонкой материей, стройный изгиб бедер, тонкую талию. Он вспомнил, что чувствовал, когда держал ее в своих объятиях, и эти мысли и воспоминания не имели ничего общего с добрососедскими чувствами.

Она смотрела настороженно, и он постарался вести себя непринужденно.

— Что, сегодня ты не работаешь? — указал он на ее костюм.

Она стояла в дверях, как будто чувствовала себя безопаснее у выхода, спиной к кровати.

— Ухожу на ленч, — пояснила она.

И не одна, подумал он, и не с подругой. Мак скорчил гримасу.

— Тогда я постараюсь быть кратким. Планы о колодце накладывают на меня дополнительные расходы.

Аманда, казалось, удивилась.

— Я сказала тебе, что еще не получила свою копию соглашения.

— Но оно составлено согласно твоим пожеланиям?

— Да. Это альтернатива суду.

— И ты относишь эти расходы на мой счет?

Аманда пожала плечами.

— Это соглашение составлял мой адвокат. Я просила сделать все предельно точно, если мне вдруг придется принимать решение позднее.

— Понятно. — Он достал из шкафа, развернул и положил на стол план дома. — Пожалуйста, посмотри на эти планы, они входили в стоимость сделки, которую я заключил при покупке.

Аманда смотрела на него еще более настороженно.

— Что ты хочешь, чтобы я посмотрела?

— Джей Ди сказал, что это планы твоего дома, точная копия.

— Нет, ни за что! — вырвалось у нее, затем она уставилась на стол. При взгляде на чертежи ее глаза расширились. Она выдохнула. — Бог мой, я не верю своим глазам. Даррелл никогда этим не интересовался.

— По-видимому, все-таки интересовался. Хотя бы настолько, чтобы запомнить имя архитектора. — Мак стоял позади Аманды, и она, отступив, удивленно прислонилась к его груди. Он обнял ее за талию, и она на минуту замерла. Ее кожа и волосы были пропитаны запахом летних цветов. Этот аромат буквально сводил с ума. У Мака слегка закружилась голова.

Резко повернувшись, она подняла подбородок, посмотрела на него и, запинаясь, сказала:

— Этой мой проект. Ты не можешь использовать его.

— У меня нет выбора. Я уже потратил кучу времени и не хочу еще раз проходить все эти процедуры утверждения.

Глядя на ее бледное лицо, Мак понял, как тяжело она приняла это известие. Он не знал, каким образом можно смягчить удар.

— Я не верю этому, — наконец сказала она, в голосе ее прозвучала злость. — Если ты сумел сделать так, чтобы все шло по-твоему, то что ж, ты добился того, чего хотел. Ты победил.

— Я победил? Я тебе уже говорил в отношении колодца, что победила ты. Ты ясно сформулировала в соглашении, что хочешь сохранять контроль над водой и намерена так и действовать. У меня есть только соглашение по колодцу на случай юридических осложнений в наших отношениях.

Глаза Аманды гневно сверкнули. Он попал в цель и абсолютно уверен, что ему удастся и дальнейшее. Ее ответ был краток:

— Всего хорошего, Мак. У меня свидание. Ясно, что обсуждать нам больше нечего. — Она выскочила прежде, чем он успел что-то сказать. Но звук яростно захлопнутой двери побудил его к действиям.

Он поднял телефонную трубку и снова позвонил Джей Ди.

— Джей Ди, у тебя есть бонус, согласно которому этот дом может быть закончен как можно раньше. Там могут быть лишь небольшие изменения. Понял?

Ответ Джей Ди, состоящий всего из двух слов, был достаточным для Мака:

— Еще бы!

Аманда положила салфетку на колени. Когда официант отошел, она вновь обратилась к своей старшей сестре:

— Я приехала сюда, Шелли, чтобы обрести покой. Так и получилось, но длилось это совсем недолго.

— Как может тебя так допекать какой-то там сельский сосед? Разве вас не разделяют пять акров земли?

— И да и нет. Когда дома будут закончены, между нами будет большее расстояние. А сейчас он живет в пяти футах от меня.

— Ну, запирай свою дверь, Аманда. Я не скажу об этом папе и маме. Отец заявится сюда с ружьем. Он ведь всегда так беспокоится о тебе.

Шелли остановилась в городе по пути в Сан-Диего. Выглядела она, как всегда, великолепно. На ней были брюки цвета персика и кремовый хлопчатобумажный жакет, что очень шло к ее роскошным темно-коричневым волосам.

Аманда поменяла тему разговора:

— Не хочешь посмотреть, что я уже сделала?

— Конечно, но я должна показаться на конференции. В этом году мне нужно завязать как можно больше контактов. Это будет веселый уик-энд с занятиями и семинарами. Я собираюсь работать по плану. Хватит с меня благотворительности.

Шелли, несмотря на то, что окончила колледж и рано вышла замуж, всегда была очень амбициозна.

— Ты уже подошла к синдрому пустого гнездышка, сестричка? — Аманда всегда хотела детей, но после случившегося у нее выкидыша Даррелл настоял на том, чтобы они отложили этот вопрос.

Ребенок. Как же ей хочется иметь ребенка!

Шелли задумчиво смотрела в свою тарелку.

— Знаешь, я тоже подумываю об этом. Двойняшки так заняты… и потом, они слишком скоро уедут в колледж. Я тебе говорила, что они хотят поступить в один и тот же колледж в Нью-Йорке?

Аманда знала, что Шелли будет скучать по детям.

— Эти годы пролетят очень быстро. Они добьются успеха.

— Коль скоро мы заговорили о городе, скажи честно, Аманда, ты не скучаешь по родным пенатам?

Аманда отрицательно покачала головой, ее развлекало, что все задают этот вопрос.

— Абсолютно.

— А как же ты найдешь себе нового мужа, если будешь продолжать жить затворницей?

Аманда скорчила гримасу!

— Я не хочу, чтобы все повторилось. Нет уж, спасибо.

Шелли, наклонив голову, внимательно посмотрела на Аманду.

— А что, тем не менее представляет собой этот твой новый сосед?

Сердце бешено заколотилось в груди, и Аманда не решалась посмотреть на сестру.

— От него полно проблем… с колодцем.

— О да. Папа рассказывал мне про это. Он сказал, что ему надо или строиться, или заткнуться. Как тебе эта тактика?

— Да нет, он в общем-то с ума не сходит. Он злится на меня за соглашение, которое подготовил мой адвокат, но я этот документ пока не видела. Я посмотрю его сегодня вечером, но пусть он его или принимает, или катится подальше.

— Малость поссорились?

В глазах Шелли появилось тоже задумчивое выражение, и Аманда, чтобы не встречаться с ней взглядом, занялась едой.

— Нет, он пока не дал мне возможности обсудить его. Он просто озверел. — «Интересно, — подумала она, — какое отношение имеет его реакция к нашей первой и последней ночи?»

— Вот собака…

— Нет, с собакой я дружу, — сказала Аманда, вызвав на лице Шелли удивление.

Через минуту она опять сменила тему, заговорив о жизни Шелли, что было не особенно трудно при самовлюбленности ее сестры. Тем не менее встреча с ней доставила Аманде удовольствие, и она постаралась скрыть разочарование, когда Шелли отклонила приглашение посмотреть ее дом. Но у нее возникла идея.

— Дорогая, ты так умело все планируешь, а что, если ты мне дашь какие-то советы, как мне организовать новоселье?

Шелли тут же заинтересовалась:

— Да, но кто будет приглашен? Ты здесь мало кого знаешь.

— Семья, конечно. Я хочу, чтобы все приехали. Дядя Пит, кузины, друзья из Лос-Анджелеса. Я приглашу своих субподрядчиков, своего консультанта Джей Ди и его жену. Человек двадцать. Как тебе?

Прежде чем уйти Шелли подала несколько идей, ни одна из которых не пришлась Аманде по сердцу. Она предложила сделать это на сельский лад.

— Знаешь, семья обычно собирается четвертого июля — в День независимости. Вот мы тогда и устроим новоселье.

— К этому времени строительство еще не закончится.

— Ну и что? Увидим, как далеко ты продвинулась.

Хотя Аманда знала, что это будет нашествие на голливудский лад, мысль о предстоящем приезде родных подняла ей настроение.

На стоянке ресторана, куда Шелли поставила свой «БМВ» она вдруг вспомнила:

— Ой, чуть не забыла. Мама с папой передали тебе посылку, я думаю, чтобы ты окончательно не оторвалась от цивилизации. Это, кажется, машина эспрессо для кофе и что-то еще симпатичное. Они никогда не упускают случая побаловать тебя.

Аманда, проигнорировав снисходительный тон сестры, поблагодарила ее за то, что она заскочила сюда. Затем поставила большую коробку в багажник джипа и поехала, чтобы забрать свою почту. Среди писем она без труда нашла конверт из офиса Карен и отложила его в сторону, чтобы прочесть дома. Надо постараться понять, что так рассердило Мака.

По дороге домой она во всех подробностях представляла себе визит родственников. Все будут притворяться, что великолепно провели день, а затем поспешат в шум и толкотню Беверли-Хиллз, Брентвуда, Уэствуда и Долины. Они все согласятся, что девочке просто пришлось многое пережить из-за развода, но скоро она вернется в семейное гнездо.

Подъехав к своему домику, она заметила на стороне Мака машину Джей Ди и тут же вспомнила его ядовитые слова. После того что Мак высказал ей сегодня, он вряд ли будет переживать по поводу окончания их однодневной связи. И все равно она не могла забыть, каким он был внимательным и нежным. Она изо всех сил захлопнула дверь джипа.

Аманда грустно посмотрела на конверт в своей руке и вошла в дом. Ей надо сосредоточиться на деле, решила она. К ужину она уже перечитала контракт несколько раз. Адвокат составила договор так, как будто Мак берет ее колодец во временную аренду. Конечно, это дорого.

На месте Мака она бы тоже разозлилась. Но он, однако, не задумался над тем, что использует чертежи и планы ее дома. Она вложила в них сердце и душу.

Им руководят исключительно его интересы. Она уже это проходила.

То, что фактически ее план находится за соседней дверью, раздражало ее. Неужели ей досталась копия Даррелла в качества соседа? Столь же эгоистичный и упрямый тип.

Но такой привлекательный, каким Даррелл никогда не был.

Ночью, стараясь заснуть, Аманда крутилась на кровати час или больше, прислушиваясь к ночным звукам. Кто-то заскребся у двери. Что это, понять она не могла и, встав с кровати, медленно подошла к двери. Потом это повторилось, и она услышала негромкое жалобное подвывание.

С бьющимся сердцем она, включив свет, осторожно приоткрыла дверь. Появился нос Боза. Затем он сам постарался пролезть в щель. Испытывая облегчение, она открыла шире.

— Что случилось, приятель?

Пес пролез внутрь, тыкаясь носом ей в ноги, и направился в ее спальню. Она снова заперла дверь, затем, последовав за ним, обнаружила, что он улегся в ногах ее кровати.

Аманда заметила, что его поводок оборван.

— О, я понимаю. Мак не знает, что ты удрал и что моя кровать нравится тебе больше, чем собачья будка.

Пес завилял хвостом.

— Ну, хорошо завтра утром ты отправишься домой.

Боз потер нос лапой и закрыл глаза, Аманда снова забралась в постель.

— Надеюсь, что Мак обработал тебя антиблошиным средством. Правда, он слишком занят сейчас, чтобы обращать на тебя внимание. Не так ли?

Она поплотнее закуталась, получая удовольствие от теплого тела собаки. Странно, но, когда Боз оказался рядом, она перестала крутиться на кровати, и Мак растворился в ее сознании, где-то там глубоко, там, где рождаются мечты.

Глава 9

Ее разбудил знакомый и уже привычный шум строительных работ. Странно. Ей казалось, что сегодня воскресенье. Боз, похрапывая у нее в ногах, на шум не прореагировал.

Окончательно проснувшись, она потянулась и отодвинула оконную занавеску. Бригада рабочих закладывала фундамент дома Мака, строительство началось, судя по всему, по ее проекту. Во внимание принималось южное солнце: утром оно будет освещать окна кухни.

За работой наблюдал Мак, злой, как черт, в джинсах, рабочих сапогах, тельняшке, и умопомрачительно красивый. Сердце Аманды выстукивало целую мелодию, словно оркестр в цирке.

Господи, он просто околдовал ее. И это было больше, чем просто осознание его внешней привлекательности.

Сегодня воскресенье, а Мак тем не менее нанял рабочих. Он хотел устранить все препятствия, мешающие ему строить дом. Она что, входит в их число? Как хорошо им было вместе, он искренне делился с ней проблемами, сумев затронуть ее сердце и душу. Почему она оттолкнула его? Зачем?

Она встала и обсудила с Бозом все недостатки его хозяина.

— Я не уверена, что он заметил твое отсутствие, дружище, — сказала Аманда внимательно слушающему ее псу. Она надела просторные брюки, полосатую льняную блузу и сделала себе кофе крепче, чем обычно. Если у Мака нет совести, то она все-таки есть у нее. Надо исправить положение.

Она встретится с ним и несколько изменит контракт по колодцу, сделает его более честным. Надежды мало, но, может, все-таки удастся договориться, чтобы он не дублировал ее проект. Кофе несколько приободрил ее и даже помог собраться с духом перед встречей с Далтоном. Боз, как привязанный следовал за ней по пятам.

— Будем надеяться, что твой хозяин окажется благоразумным, — сказала она ему. Как только дверь открылась, пес пулей вылетел из дома. Аманда вышла следом.

Мак ласково потрепал пса по загривку, потом увидел Аманду, и глаза его стали холодными. Ей же пришлось опять отгонять от себя опасные воспоминания — их ночь, ее страсть, его стройное мускулистое тело, слившееся с ней. Она попыталась заменить эти образы отвлеченными понятиями: структура, система, интеграция.

Не помогло.

В ее голове что-то произошло. Как короткое замыкание, с тех пор как она познакомилась с Маком. Но необходимо мобилизоваться. Она остановилась перед ним и попыталась что-то сказать.

Мак сердито сдвинул брови и прокричал:

— Такой шум, я ничего не слышу. — Он деловито и даже слегка грубовато взял ее за руку и отвел за трейлер.

От выражения его глаз у нее защемило сердце. В них не было ничего похожего на то, как он смотрел на нее той ночью.

— Похоже, ты опомнилась? Или по-прежнему притворяешься, что между нами ничего не было?

У Аманды внутри все перевернулось. Самообладание, которое она умудрилась ранее продемонстрировать, исчезло как дым. Рука, держащая соглашение, дрожала.

— Я пришла сюда говорить лишь о документах. — Она показала их ему. — Тебе не нравится соглашение по колодцу, мне не нравится, что ты строишь дом в точности как мой… все получается нечестно.

— Жизнь — вообще нечестная штука, Аманда. Все, что мы можем сделать, это выровнять игровую площадку. — В эту минуту взгляд его стал другим, и ей снова почудилось, что в этом мире есть только они двое. Мак обнял ее напрягшиеся плечи своими сильными руками. — Разве у нас нет более важных тем?

Его дыхание ласково коснулось ее лица. Аманда сжала руки в кулаки, но, когда Мак нашел губами ее губы, они разомкнулись во встречном порыве.

Она чувствовала, как он изголодался по ней. Его сердце вот-вот выскочит у него из груди. И она не могла заставить себя утихомирить свое желание. Его руки обхватили ее тонкую талию, а тела словно впечатались друг в друга. Аманда вновь ощутила знакомую теплую волну и восхитительную слабость во всем теле. Однако по мере того, как росло ее желание, росли ее сомнения. Мак хочет получить все разом, как и ее бывший муж, в том числе жизнь без любви. Она не может позволить мужчине снова причинить себе боль.

Аманда нашла в себе силы оттолкнуть его и вспомнить данное себе обещание — жить своей жизнью. Посмотрев в его обескураженное лицо и полные решимости глаза, она внутренне помолилась, чтобы он правильно понял ее.

— Мак, мы не должны. Не надо опять. Не создавай мне трудности.

Когда он отодвинулся, ей стало холодно. В глазах Мака был вопрос, отвечать на который было слишком болезненно. Она не знала, что ей сказать, что думать.

— Ты решил, как изменить дизайн дома? — пробормотала она. — Я должна поговорить с Карен Тейлор. — Лицо ее горело, она понимала, что говорит бессвязно.

Мак отступил назад.

— Если ты хочешь торговаться, Аманда, то все — вопрос закрыт. Документы подписаны. Я согласился на твои условия, — с упреком напомнил он.

Она растерялась.

— Мак, мне очень жаль… я знаю, что… — Она пыталась сказать, что соглашение не идеально, но он не желал слушать ее объяснений и извинений.

— Не волнуйся, соседка. И о доме не переживай. Я внес достаточно изменений снаружи и внутри, чтобы ты была довольна. Ты хорошо поработала с архитектором, я ценю это. Может только добавлю несколько комнат. Но это позднее.

— Мак?

— Это бизнес, и ты мне хорошо все объяснила, спасибо, что привела Боза.

Оставив ее стоять на месте, он пошел к рабочим. От его внимательного взгляда ничто не ускользнет.

Ее сердце внезапно пронзила острая боль. Если он этого хочет, пусть так и будет. Понимая тщетность попыток договориться с ним, она рванулась к своему домику. Не стоит болтаться здесь весь день. Она решила сходить в городе в кино. Комедия поможет ей избавиться от неприятного осадка, оставшегося от разговора. Но во время фильма она, вместо того чтобы смеяться, плакала и просидела в зале два сеанса подряд.

В последующие несколько недель она консультировалась пару раз с Джей Ди и почти каждый день видела его на участке Мака вместе со своими кровельщиками и другими рабочими. Строительство шло с рекордной скоростью.

У нее была куча дел, но ее все равно волновало, что Мак плохо о ней думает, хотя она пыталась уверить себя, что его мнение для нее не важно. Но сама знала, что это не так.

Когда она и штукатуры работали внутри над отделкой стен, другие отделочники занимались внешней стороной дома. Аманда делала все, чтобы игнорировать Мака. И он не предпринимал никаких попыток увидеть ее.

Боз, однако, навещал ее довольно часто, каким-то образом умудряясь срываться с поводка. Она любила эти вечера. Пес, свернувшись, лежал рядом с ней на скамье или в ногах кровати, когда она читала или изучала чертежи.

Работы на участке Мака, продвигаясь сначала так стремительно, внезапно остановились. И Аманда подумала, что что-то не так. Мак заставлял их работать на пределе сил. Сегодня, однако, они не работали, а сгрудились вокруг огромного, накрытого навесом стола. К ним присоединилась прекрасно одетая блондинка. Аманда даже не попыталась отгадать, откуда она там взялась.

Ну, что… Хорошо. Она старалась не раздражаться тому, что строительство дома опережает график, пока не наступила большая жара. У нее неожиданно стали возникать трудности с рабочей силой, у Мака этих проблем, похоже, не было.

В день, когда электрик должен был сделать проводку на кухне, он вообще не пришел. Во всяком случае, к ней. Но она видела его белый пикап на участке Мака.

Не рискнув отправиться туда, она тем не менее решила высказать, что она о нем думает. Аманда тут же достала свой мобильный и позвонила Джей Ди. Ответила его жена.

Аманда представилась, и женщина начала болтать с ней так, как будто бы они были старые приятельницы.

— О! Привет. Я Лили. Джей Ди рассказывал мне про вас. Вы ведь та самая девушка, которая сама строит свой дом?

— Да, кое-что сделала.

— Вы как моя бабушка. Она поселилась здесь одной из первых, тут были, вы знаете, только ферма и ранчо. Они с дедушкой начали с нуля. Бабушка сама строила уборную во дворе, потому что дедушка был очень занят на поле.

Аманда еле подавила смех.

— Ну я-то тут не пионер. Я, конечно, не обладаю искусством Джей Ди, но хочу узнать его мнение о моем электрике, который сегодня не явился на работу. А до сих пор работал хорошо. На этот раз он даже не позвонил. Думаю, что вас здесь знают и вы имеете на них какое-то влияние.

— Вовсе нет, дорогая. Просто эти люди любят поесть, и, если этой еды дают много, они рвутся туда на работу. Держу пари, что ваш электрик Бадди Бакстер.

— Правильно. Джей Ди говорил вам? — Аманда, разговаривая, ходила взад-вперед по своей незаконченной кухне.

— Ему и не надо было мне говорить. Вы, наверное, заметили, какое у него брюшко, его жена рассказывала мне, что он обожает поесть. Ребрышки, котлеты, цыпленок по-техасски. — Она остановилась, чтобы передохнуть. — Все женщины злятся, потому что их мужья, приходя с работы, ожидают, что они готовят как Мак Далтон.

— Ну, он же хозяин ресторана. Как можно сравнивать с профессионалом?

— О, у него уже есть ресторан? Я думала, что он еще только ищет для него место. Говорит, что пока опробывает рецепты на этих парнях.

— Я не знала. Мы не общаемся.

— О, а Джей Ди говорил, что между вами что-то есть.

— Нет, нет. Ничего подобного, — прервала Аманда женщину на другом конце провода. — Он не останавливается даже, чтобы поздороваться.

— Ну, похоже, что у вас могут быть проблемы и с другими рабочими. Если вы не можете кормить их так, как кормит Мак, думайте, как взяться за хлыст.

— Нет, я почти совсем не готовлю. Как Джей Ди подбирает их?

— У него на то свои секреты. То уговаривает, то шилом колет. — Она снова поцокала языком.

Аманде нравилась откровенность этой женщины. У нее было такое чувство, что они вскоре подружатся.

— Лили, у меня скоро будет новоселье. Джей Ди мне так помог. Мне бы очень хотелось, чтобы вы пришли.

— Ой, да я ни за что не пропущу это. Дайте мне знать когда, мисс Стэнфилд.

— Пожалуйста, зовите меня Аманда.

Бадди Бакстер появился к четырем часам, после того как закончил у Мака. Аманда была в приподнятом настроении, пока он не сказал, что у него для нее только час. Она весь день думала, как ей использовать совет Лили — действовать с помощью хлыста, но так ничего и не надумала.

Джей Ди перезвонил ей с хорошей новостью. Он заверил, что Мак изменил внешний вид дома. Затем последовала плохая. Маку потребуются те же рабочие и в то же самое время, как и ей. Джей Ди пообещал приехать и помочь ей пересмотреть ее график. По всей видимости, придется координировать ту работу, которую она не может выполнить сама, с Маком, и это ее разозлило.

Бадди, проработав только полчаса, мало что успел сделать.

— Извините, мадам, у меня плечи сводит судорога, и мне очень больно поднимать вверх руки, — сказал он, слезая со стремянки.

Внезапно в голову Аманды пришла одна идея. Может хлыст ей все-таки не понадобится.

— Бадди, — ласково сказала она, положив руку ему на плечо. — Болит здесь?

— Да, откуда вы знаете?

— Ты слишком сильно напрягаешь плечо. Я опытный физиотерапевт. Если ты сядешь, я тебе его помассирую.

Бадди настороженно посмотрел на нее.

— Дай мне десять-пятнадцать минут, и ты почувствуешь себя лучше. И я надеюсь, что, когда ты приедешь завтра закончить работу, у тебя не будет проблем.

— Ну, давайте. — Он нахмурил брови, видимо, все-таки не доверяя ей.

— Подожди минуту. Я принесу масло для массажа и горячие полотенца. — Она велела ему сесть на складной металлический стул, прижать плечи к спинке, руки опустить, чтобы они немного расслабились, пока она не вернется.

В трейлере Аманда взяла все, что ей было нужно. Вернувшись, она вспомнила, что не переоделась — на ней по-прежнему были шорты и розовая рубашка без рукавов. Ладно, Бадди не будет на нее смотреть. Попросив его снять рубашку, она положила ему на плечи теплое влажное полотенце. Слава Богу, что она не допускала того, чтобы ее пальцы и руки огрубели.

— Расслабься, Бадди, — сказала Аманда через несколько минут.

Повернувшись в сторону, он вытаращил глаза. Она поняла, что он только что заметил, как одета физиотерапевт. Велев ему держать голову прямо, она спросила:

— Слишком горячо, Бадди?

— У-ух, нет, мадам. Приятно. Да, приятно.

Пока горячее влажное полотенце делало свое дело, Аманда отвлекла Бадди на какое-то время вопросами о его работе, о доме Мака, упомянув, что у него на кухне свет тоже будет в нише. Он сказал, что будет делать это у Мака немного позже.

— Тебе нравится работать у мистера Далтона? — небрежно спросила она.

— Он строг с нами, но у него потрясный харч.

— Это хорошо. Он должен хорошо обращаться с рабочими, они это заслуживают. Строительные работы — большая нагрузка для тела, если ты не умеешь правильно пользоваться мускулами. — Она осторожно сняла влажное полотенце из-под сухого. — Сейчас есть великолепная хирургия для снятия серьезных проблем. Мне нравится помогать людям возвращаться к работе и восстанавливать силы.

— Хирургия? — переспросил Бадди с тревогой в голосе.

— Я не имела в виду тебя. Бадди, постарайся расслабиться. Сначала будет немножко больно. Если станет чересчур больно — скажи мне. Хорошо?

Бадди кивнул.

— Это недолго. Я знаю, что ты спешишь домой.

— Это… ох… ну пусть. Действуйте как надо, мисс Стэнфилд. Мне повезло, что мой заказчик физиотерапевт.

Он немного повернул голову, и она поняла, что он смотрит на ее шорты. Она вернула его в прежнее положение, чтобы он не мог ее рассматривать. Затем нанесла масло и начала медленно и мягко массировать, начиная с основания головы, затем шею и плечи. Хотя она уже давно не практиковала, навыки остались прежними.

Аманда снова почувствовала себя превосходно. Мак может лишь наполнять их желудки. Она же поможет им вылечиться.

Аманда сосредоточилась на работе, поняв, что мускулы становятся под ее руками мягче.

— Лучше, Бадди?

— Намного!

Если он говорит правду, то она знает теперь, как снова привлечь к себе рабочих.

— Мы можем это повторить завтра утром, если будет нужно. И я научу тебя видеть своим телом, чтобы таких проблем больше не было.

— Все? — спросил он, когда она остановилась.

— Почти. Погоди. Только остатки масла сотру, чтобы рубашку не испачкать. — Она была уверена, что завтра утром Бадди Бакстер явится вовремя.

Мак налил Джей Ди кофе. Они завтракали в крошечной кухне в трейлере Мака, которая служила им конференц-залом. Они подружились, беседуя за этим столом.

— Это не твоя вина Джей Ди. Работа идет, просто иногда мне почему-то кажется, что я топчусь на месте.

— Строительство требует времени. Почему ты так торопишься?

— Да в общем-то и сам не знаю, просто я занимаюсь, наверное, одновременно слишком многим и жду, когда хоть что-то получится. Только с домом дела идут нормально. — Он не хотел сознаваться, что втянулся во что-то иное, помимо работы. — Ты знаешь, я думаю, что дом Аманды должен быть закончен первым. Если какие-то работы будут совпадать по времени, посылай рабочих в первую очередь к ней.

— А ты не слышал, что происходит? Несколько парней потянули мышцы, да и у других появились разные болячки.

— Да, знал, — проворчал Мак.

— Ее работа идет по графику. Не думаю, что здесь ты можешь стать причиной конфликта, — усмехнулся Джей Ди.

— Я так и думал, что ты это скажешь. — Он и сам начал задумываться над тем, что не дал Аманде возможности как следует объясниться и теперь не знает, как заговорить с ней.

— Страшно, но жены их поддерживают, — пошутил Джей Ди. — Скорее всего потому, что она профессионал. Они у нее чувствуют себя более свободно.

— А ты? — спросил Мак. — У тебя не болит локоть или еще что-нибудь?

Джей Ди, казалось, не обиделся.

— Нет. У меня пять ребятишек и десять внуков. Думаешь, мне нужно ссориться с Лили? А то опять придется везти ее в Лас-Вегас.

Мак отбросил легкомысленный тон:

— Ладно. Поговори с рабочими. Если они закончат работу у меня в промежуток между ее терапевтическими сеансами, то за мной премия.

Джей Ди посмотрел на него, как заговорщик, поверх кружки, которую держал двумя ладонями.

— Конечно. Что ты надумал?

— Тут два момента. Работа должна быть выполнена хорошо и вовремя.

— Понял.

Мак кивнул.

— Тогда их пригласят с женами на праздничный обед с вином в «Кингз рэнсом» в Беверли-Хиллз. Как ты думаешь, клюнут?

— Конечно. Дамы с ума сойдут от радости. Это твой ресторан?

— Да, я партнер.

— Считай, что дело сделано.

Настроение у Мака улучшилось, он вдруг представил себе теплую улыбку Аманды. Как же она нужна ему в жизни!

Он видел ее почти каждый день, когда она ходила по своему дому, работая с мужчинами, и чувствовал себя как школьник, влюбленный в девочку, живущую по соседству, которая не обращает на него никакого внимания.

Черт побери, он хочет ее снова увидеть. Он отпустил Боза к ней в надежде, что тот приведет ее к своему хозяину. Но ничего не вышло, он лишь плохо спал и завидовал собственному псу, который сладко посапывал рядом с Амандой.

Приготовление обедов для строительной бригады отнимало достаточно много времени, но не отвлекало мыслей от его хорошенькой соседки. Он теперь лучше понимал, почему Аманда заняла такую позицию по колодцу. Ей нужно было быть осторожной и предусмотрительной. Она должна думать о своем будущем, так же как и он. Но одна-единственная проведенная с нею ночь пустила крепкие корни в его душе.

— Ты где? О чем задумался? — спросил Джей Ди. — Хочешь что-то поменять?

— Извини, — резко ответил Мак. — Да, хочу. Все в моем доме по возможности должно быть таким же, как у нее, за исключением кухонных шкафчиков. Я хочу джакузи в своей ванной комнате и стеклянный купол над ней. Цветы, лебеди. Я сам это закажу.

— Все? — пробормотал Джей Ди, делая пометки в своем блокноте и стараясь скрыть свое недоумение.

— Так проще, — сказал Мак, защищаясь.

— Конечно. — Джей Ди почесал голову. — Ты скажешь об этом ей?

— Да, предоставь это мне.

— Ты хозяин, — пробормотал Джей Ди, допивая свой кофе.

— О’кей. Спасибо, что зашел. Ты скажешь мне, что она использует для покрытия пола, вдруг я не попаду туда, чтобы увидеть самому. И не забудь получше кормить рабочих, чтобы стимулировать их. Я бы хотел, чтобы ее мечта реализовалась как можно быстрее.

— И чтобы рабочие освободились, — прокомментировал Джей Ди.

— И это тоже, — согласился Мак. Он снова посмотрел на чертежи, пряча глаза. — На сегодня все. Дай знать, если будут какие-то проблемы.

Джей Ди встал. Положив руку Маку на плечо, он сказал:

— И ты дай мне знать, если что.

На какой-то момент в глазах Джей Ди что-то промелькнуло, похоже, у него были ответы на все. Потому что сейчас Мак чувствовал себя человеком в маске, скрывая то, что ему действительно нужно. Он постарался забыть о страстной ночи с женщиной, созданной, чтобы ее любили.

Мак благодарил Бога за отличное здоровье. Он уже пообедал во всех ресторанах в радиусе двадцати миль. Исследование. Сейчас, к концу июня, он обошел их все и вновь прошел в «Уэстсайд инн». Он прошлый раз заказывал грудку утки на гриле в апельсиновом соусе и наградил шеф-повара комплиментом.

Рано утром к нему снова зашел Джей Ди, чтобы спросить еще раз, сказал ли он Аманде о том, что их будущие дома будут одинаковые.

Мак придумал очередное оправдание, почему он этого не сделал. Джей Ди принес еще приглашение на обед в «Уэстсайд инн».

Маккензи вошел в слабо освещенный холл, уставленное деревянными скамьями и колесами от повозок. Прежде чем к нему подошла официантка, чтобы принять заказ, молодая хозяйка-латиноамериканка в длинном голубом платье обратилась к нему:

— Сэр, ваше место здесь.

Мак посмотрел на вход. В комнате было мало народу.

— Ко мне кто-то собирается присоединиться? Это хороший столик?

— Вы мистер Далтон? — обеспокоенно спросила молодая женщина, боясь, что она что-то напутала.

— Правильно.

Она улыбнулась.

— Леди скоро придет. — Сказав это, она отправилась за стойку.

Он решил, что его заметил кто-то из риелторов, с которыми он консультировался. Он ведь говорил с несколькими из них по поводу места для ресторана.

Эта его догадка не подтвердилась. Неожиданно в шикарном прозрачном платье перед ним появилась Аманда. У Мака пересохло в горле.

Эмоции нахлынули на него, когда он увидел ее настороженные глаза. Без сомнения, он должен извиниться. Мак встал, когда она подошла к столу, и, подавив волнение, сказал:

— Аманда, я рад тебя видеть.

Он пододвинул ей стул и сел рядом.

Аманда положила на стол сумочку.

— Джей Ди сказал, что тебе нужно мне что-то сообщить.

Глава 10

— Может ты сначала что-нибудь закажешь? — Мак постарался произнести это как можно спокойнее. Он не был готов к этой встрече. Его персональный купидон не предупредил его.

— Джей Ди рекомендовал копченого цыпленка. Я попробую. — Они оба замолчали.

Мак должен был что-то сказать.

— Аманда, я надеюсь, ты не обиделась. Я чересчур долго ждал, чтобы извиниться.

Аманда какое-то время молчала, глядя ему в глаза.

— Ты хочешь извиниться? — В ее голосе не было враждебности.

— Да, но, может, сначала поедим?

Аманда протянула руку к стакану с водой, и Маку показалось, что ее пальцы дрожат. Конечно, она нервничает, подумал он. Она не знает, как он с ней обойдется или что ему нужно, но тем не менее она все же пришла.

Он глубоко вздохнул, радуясь, что на нем простые брюки и спортивная рубашка, а не галстук. А то бы он себя просто задушил за то, что несколько недель не попытался увидеться с ней.

— Твои родные приезжали к тебе посмотреть, как идут дела?

— Нет. Вместо этого приходят пакеты с надписью «Осторожно» и следуют бесконечные звонки по телефону.

— А когда они приедут?

— Надо знать, что такое моя семья. Они очень заняты и считают, что я вскоре приду в себя и вернусь домой.

К ним подошла симпатичная официантка в обтягивающих джинсах, сапожках и рубашке в красно-белую клетку.

— Будете что-нибудь пить?

— Мак, заказывай ты, я полагаюсь на твой вкус.

Он заказал все сразу, чтобы им меньше мешали, и задумался над тем, что Аманда сказала про свою семью. Он сомневался, что она полагается на кого-либо, кроме себя. Она дает ему сегодня отсрочку.

От возникшей надежды у него заболело сердце. Может, У него все-таки есть шанс. Он не мог оторвать от нее глаз, вспоминая мягкость ее кожи, ее запах, ее чувственность.

Официантка подошла с бутылкой белого вина. Мак, чтобы им побыстрее остаться одним, сказал, что разольет вино сам.

— Попробуй местное вино и расскажи мне еще про твою семью.

Наливая вино в бокалы, Мак внимательно следил за Амандой, однако взгляд ее ничем не выдавал ее чувства. Она осторожно положила вилку на стол. Глядя на ее нежную руку, он почувствовал, как внутри закипает кровь. Он помнил прикосновения этих рук. Руки, которые могут строить, снимать боль, — великолепные, сильные, чувственные.

Последовала долгая пауза. Глотнув вина, Аманда сказала:

— Мои родители не так уж плохи, но они чересчур заботливы. Я в семье самая младшая. Сестры старше меня. Их дети почти уже взрослые. Мама с папой всегда настаивали, что они должны за мной присматривать. Я думаю, что хоть это им не нравилось временами, но я почти всегда добивалась своего.

— А сейчас?

— Они очень заняты, но тем не менее стараются меня по мере возможности контролировать и надеются уговорить вернуться.

— А твои сестры?

— Тэмми старше на десять лет, Шелли — на двенадцать.

— Они тоже живут в Лос-Анджелесе?

— В Вествуде и Баллей, и очень заняты. Но с Шелли мы недавно встречалась.

Она ответила даже на вопросы, которые он и не задавал. Все слишком заняты, чтобы заниматься ее проблемами. Но что он знает про семейную жизнь? И тем не менее он решил продолжить этот разговор.

— Ты говоришь, что у них на тебя нет времени? — спросил он, беря в руки стакан воды и делая вид, что вопрос несерьезен.

— Нет, это не так, — возразила она, защищая свою семью. — Четвертого числа, например, они устраивают мне новоселье.

— Я не знал, что ты почти закончила.

— Да нет. Работы еще полно, но Шелли почти все уже организовала, для нее это своего рода практика в ее новой карьере, и совместила это с днем, когда мы все обычно встречаемся.

Мак кивнул. Они вписывают Аманду в свой график, а не наоборот.

— Уверен, что вы прекрасно проведете время.

Поколебавшись немного, она сказала:

— Приходи, пожалуйста, если у тебя нет других планов.

— Я не хочу мешать семейной встрече.

— Будут не только родственники. Я пригласила Джей Ди и Лили, Бадди Бакстера и его жену и некоторых друзей из Лос-Анджелеса.

— В таком случае я приду не с пустыми руками. Что принести?

К ним подошла официантка и поставила на стол заказанные салаты.

Когда она отошла, Аманда прямо спросила:

— Почему ты пригласил меня на обед? Это что, призыв к примирению?

— Думаю, да. Я был груб и невнимателен. Я не принял во внимание, через что ты прошла и…

— Стоп. — Она на минуту закрыла глаза, подняв кверху ладонь. — Я поняла.

Мак усмехнулся, заметив смешинку в ее глазах, и спросил:

— Какое твое любимое блюдо?

— Феттучине с жареным красным перцем, — ответила она, глядя ему прямо в глаза. — Мне оно понравилось в «Кингз рэнсом».

Маку был приятен ее комплимент.

— Спасибо. Я сделаю все возможное, чтобы приготовить его для тебя. Ты как-нибудь зайдешь ко мне?

Аманда не ответила и, пока подавали обед, выглядела несколько недовольной. Он больше ничего не спрашивал, лишь смотрел на нее. Попробовав копченого цыпленка, она одобрительно кивнула:

— Вкусно. Мне нужно больше есть. Мои родители тоже так считают. Боятся, что без домашней кухни я оголодаю. Они прислали мне путеводитель по ресторанам Лос-Анджелеса и Беверли-Хиллз.

Мака это позабавило.

— Там есть «Кингз рэнсом»?

— Да. Ты пробился на рынке, где масса конкурентов. Среди владельцев ресторанов так много кино и телезвезд, которым помогла преуспеть их слава. Ты же начал с нуля. В путеводителе рассказывается о твоем таланте и даже гениальности. Ты по-прежнему хочешь бросить ресторан?

— Не забывай, что у меня есть партнер и я долго отсутствовал. Путеводитель, видимо, появился как раз к тому времени, как я уехал, — сказал он, понизив голос. Ему вовсе не хотелось вспоминать о прошлом.

— О твоем партнере тоже упомянули. Там сказано, что она создала карту вин.

— Они забыли рассказать о ее искусстве в маркетинге. Она в первую очередь охотилась на крупную рыбу. Так, чтобы на всю жизнь.

— Это седовласый джентльмен в лимузине?

— Уверен, что он своим влиянием, славой и известностью сделает отличную рекламу ресторану. Если еще этого не сделал. — Мак с удовольствием отметил про себя, что не чувствует никакой враждебности к новому в жизни Клариссы мужчине. Ему казалось, что все это происходило с ним в другой жизни.

— А ты за славой не гнался?

— Нет, во всяком случае, не за такой. Но я, конечно же, хотел добиться успеха, в своем понимании этого слова. Ты будешь есть этого цыпленка или нет? — спросил он. У него явно не было желания говорить о себе и своих планах.

— Мак? — прошептала Аманда, и он понял, что был слишком резок.

Черт! Не надо было так. Он пояснил:

— Я хотел бы знать твое мнение.

— Попозже, Мак.

Они какое-то время ели молча, потом начали болтать о том, как продвигается строительство их домов. Джей Ди поступил очень мудро, когда помог им встретиться на нейтральной территории, подумал Мак. Он почти ничего не ел. И уж совсем не представлял себе, что он должен говорить в такой ситуации. Но он знал наверняка, что Аманда нужна ему, и не хотел упустить этот шанс все исправить.

На десерт принесли ореховый пирог. Аманда, съев половину своей порции, решительно отодвинула остальное в сторону.

— Итак, я готова высказать свое мнение.

Мак смотрел ей в прямо в глаза, она, казалось, изучала его.

— Отлично. Я слушаю.

— Я не специалист по ресторанам, — сказала она. — Но я знаю, что ты можешь достичь большего.

— Большего? — удивился Мак. Он как раз и собирался это сделать, но к кулинарии это отношения не имело.

— В меню, вообще в ресторанном деле. У тебя есть амбиции и талант.

— Для меня твои слова очень важны, но жизнь — это не только работа, не так ли?

— Конечно. — Аманда даже не пыталась скрыть разыгравшееся любопытство.

— Я должен признаться. Я хочу, чтобы в моей жизни присутствовала ты, Аманда. Я думал, что мы стали большими друзьями.

Она мягко улыбнулась:

— Мы не будем чужими друг другу.

— Хорошо — только и сумел произнести Мак, почувствовав, как гора свалилась у него с плеч.

— И помимо этого, ты любезно изменил из-за меня план своего дома. Я уверена, что пейзаж вокруг тоже будет другим. Я даже не знаю, почему это значит для меня так много. Но я ценю то, что ты сделал.

Чувство облегчения тут же пропало. Мак забыл сказать о своих намерениях опять увидеть, как намертво она стоит против того, чтобы соседний дом был точной копией ее собственного. Но сейчас было не время. Он неожиданно пожалел, что все-таки оставил галстук дома.

Больше они не говорили о серьезных вещах. Он просто пригласил ее на утренние прогулки вместе с ним и Бозом. Аманда чувствовала себя прекрасно в этом обществе. Не стоит притворяться перед самой собой, что он теперь по-иному привлекает ее. Ей нравятся его открытость, то, что он явно наслаждается ее обществом, его сердечность.

Она хотела только сохранить эту непринужденность отношений между ними. И ничего больше. Возможно ли это? Сможет он понять, как много значит для нее ее независимость? Она наконец-то сама добивается решения тех задач, которые ставит перед собой. Ей не надо думать о бесконечных проблемах, создаваемых мужем. Она не должна угождать своим родственникам. Интересно, что бы они все сказали о Маке Далтоне?

Он приходил каждый день, чтобы забрать свою собаку, потому что у Боза вошло в привычку появляться у нее перед тем, как ложиться спать. Втроем они гуляли вдоль реки или по дороге. Хотя Мак старался ничего не усложнять, он, казалось, был заинтересован в том, как продвигается строительство и как у нее дела. Аманда чувствовала, что ее отношение к нему стало меняться: это уже не просто физическое возбуждение, которое он вызывал в ней когда-то.

Наступило Четвертое июля. Столы и стулья, которые Шелли заказала на складе, поставляющем товары и мебель для праздника, уже были на месте. Сегодня кухня Аманды впервые будет работать по-настоящему.

Хотя дом был еще не закончен, не завершена отделка, не покрашены стены, не постелены ковры, она была в восторге, что все согласились прийти на это предварительное новоселье. Мак пришел первым и принес с собой салат с цыпленком по-китайски и тайский куриный кебаб.

— Спасибо, Мак. Пахнет потрясающе, — сказала она, вдыхая пикантный аромат. — Можно попробовать?

Мак поддел кусочек на тоненькую деревянную палочку и поднес к ее рту.

— Теплый. Если захочешь, его можно будет подогреть.

Нежный кусочек растаял у нее во рту, как теплый мед со специями.

— Невероятно вкусно.

— Я так и думал, что тебе должно понравиться.

— Мак, не нужно быть таким официальным.

На нем был пиджак с галстуком. На ней — спортивные брюки и пестрая блуза, завязывающаяся на талии. По-видимому, подумала она, хочет произвести впечатление.

— Да мне тут кое-куда нужно. Я приду на твой вечер попозже.

Нет, оказывается, он так оделся не для того, чтобы впечатлять ее семью, во всяком случае. Она почувствовала легкое разочарование, но постаралась скрыть это.

— Джей Ди сказал, что если мы в семь тридцать выйдем на дорогу, то сможем увидеть праздничный фейерверк. Ты там будешь?

— Я останусь, пока не приедут твои. А потом вернусь. На фейерверк я успею.

Ее несколько успокоило, что он какое-то время будет с ней, но, куда идет и зачем, он так и не сказал.

— Жаль, что тебе нужно уйти. Мне тебя будет не хватать, но ты можешь по крайней мере избежать удовольствия встречи с моими родственниками.

— Ну, не могут быть они уж так плохи.

— Ну смотри. И не удивляйся, если они будут уж очень… ну… прямолинейны. Они никогда не стесняются высказывать свое мнение.

Через какое-то время Аманда услышала шум за окном и увидела, как колонна «БМВ» поворачивает на ее новую дорожку. Пора приветствовать войско?

Встретив их у дверей, Аманда провела всех на кухню.

Мак обратил внимание на низенькую темноволосую женщину, в руках у которой были коробки с крекером и посуда из пластмассы. Он понял, что это мать Аманды. Она поставила все на столик цвета миндаля.

— О, какой милый цвет! От него кухня будет казаться чище, — сказала она Аманде, поцеловавшей ее в щеку.

У всех в руках было что-нибудь. Подростки поставили свои коробки на пол, а затем быстро удалились в сторону ванны, споря по пути, кто будет первым. Аманда, взяв мать за руку, подвела ее к Маку.

— Мама, это Мак — мой сосед. Я тебе говорила.

Та сразу все распределила по категориям.

— О, конечно, шеф-повар. Здравствуйте. — Она слегка улыбнулась, еще не определив свое отношение к Маку.

— Рад познакомиться с вами, миссис Стэнфилд. У вас такая трудолюбивая дочь. Она заслужила этот вечер и, главное, возможность отдохнуть.

— О да. Мы сегодня не позволим ей и пальцем шевельнуть. — В голосе ее было больше властности, чем искренности. Миссис Стэнфилд повернулась к высокой женщине, похоже распорядительнице компании, судя по ее действиям и одежде: — Правда, Шелли?

Та поставила коробку с украшениями, выбрав сухое местечко на мокром столике.

— Аманда, это твой новый сосед? Аманда говорила нам про вас, мистер Далтон. Вы останетесь? — Не дождавшись ответа, она повернулась и позвала: — Папа, иди сюда и познакомься с соседом Аманды.

После Шелли Мака познакомили со всеми взрослыми членами семьи, двумя племянниками Аманды, двумя ее знакомыми, а потом вернулись близнецы и заявили, что не нашли компьютера. Аманда была готова к этому и сунула им в руки ракетки для бадминтона.

Другая сестра Аманды раза три за пять минут отрывала ее от дела какими-то несерьезными вопросами, и каждый раз Аманда бросала все, чем занималась, чтобы сделать то, что было нужно Тэмми.

Миссис Стэнфилд, усевшись на стул, стала листать журнал по дизайну, который она привезла Аманде. Отец Аманды выполнял все указания Шелли. Аманда же буквально разрывалась между ними. Шелли было нужно то одно, то другое. Племянники и племянницы тоже одолевали ее просьбами. Аманда подавала им напитки и легкую закуску. Два других гостя, правда, пытались поговорить с ней и посмотреть дом. Но Мак понял, что все они почти не проявляют интереса к тому, что она сделала за все это время.

Маку же потребовалось немного времени, чтобы представить себе, как все сейчас происходит в семье. Если раньше старшие так заботились о сестричке, как рассказывала Аманда, то теперь они брали реванш. Мама выступала с конструктивной критикой, папа с комплиментами. Он обожает Аманду. Это очевидно.

У Мака не было семьи, но он неплохо разбирался в человеческой природе. То, что происходило здесь, многое для него прояснило. Он понял, почему Аманда не хотела принимать от него какую-либо помощь. Он то предлагал ей захватить почту, когда ехал в город, то приготовить завтрак, но она всегда отказывалась.

Ему казалось, что он понял и то, почему она убежала от него в первую ночь. Аманда хотела и умела отдавать, и из ее отдельных фраз он понимал, как это сумел использовать Даррелл. Может, она просто не умеет принимать любовь. Он же хотел отдать ей все, что так долго копилось в его душе. Любовь на всю жизнь. Почему он ей об этом еще не сказал?

После этого ужина в ресторане он многое решил. Он должен договориться с Клариссой, чего бы это ни стоило. Его жизнь здесь. Он будет ждать, пока Аманда не примет его любовь, сколько бы времени для этого ни потребовалось.

Прежде чем уйти, он отозвал Аманду в тень дуба.

— Дорогая, я должен идти. Я думаю, что Кларисса наконец готова подписать соглашение, которое мне нужно, и предоставить мне приемлемые условия, хотя она и выбрала для этого странный день. Документы пришли вчера, и мне нужно, заехать в ресторан. Заехать неожиданно, чтобы посмотреть, как там все идет на самом деле. Она уверяет, что все прекрасно.

Аманда удивленно посмотрела на него:

— И сегодня самый подходящий день?

— Праздники могут принести с собой неожиданности. Это хороший день для того, чтобы увидеть то, что я хочу увидеть.

— Ну надеюсь на лучшее для тебя, — сказала она.

Мак легко поцеловал ее в щеку.

— Знаешь, хотя ты и самая маленькая в семье, они как-то умудрились не испортить тебя.

Аманда улыбнулась.

— Я думаю, что выросла из этой роли.

— Я в этом уверен. Встреча с ними открыла мне на многое глаза. Все поменялось местами. Теперь ты изо всех сил стараешься испортить их.

— Что ты имеешь в виду? — удивилась Аманда.

— Дорогая, ты слишком много отдаешь. Я тебе когда-нибудь говорил, что хотел бы для тебя сделать? И пойми меня правильно. Я получил удовольствие от общения с твоей семьей. У меня ведь была только бабушка, и приятно видеть, как большая семья собирается вместе. Я думаю, что, как в любой семье, кто-то берет, а кто-то дает. Мне бы хотелось, чтобы хоть кто-то ценил то, что ты делаешь.

Аманда смотрела на него со странным выражением на лице.

Он взял ее лицо в свои ладони.

— Не обижайся. Я просто говорю, как ценю тебя.

— По-моему, я понимаю. — Она положила свою руку на его и почувствовала, как сильно бьется его пульс.

— И еще я хочу, чтобы ты и твоя семья знали кое-что обо мне.

— Что именно? — спросила она, убрав его руки со своего лица, но не ослабляя пожатия.

Мак смотрел на ее маленькую ручку в своей руке. Здесь ее место.

— Вот что. Я тебя обожаю.

— Мак, я…

Под тем самым дубом, где она его впервые увидела, он обнял ее, и наконец она поняла, что может смело смотреть в глаза любви и не убегать прочь.

Она наклонилась вперед, и он запечатлел на ее губах бесконечно длинный поцелуй, объединивший их души воедино. Аманда забыла об окружающем мире, пока мимо не пробежали ее племянники, споря о счете в бадминтоне.

Покраснев, она подняла глаза. Мак медленно отпустил ее.

— Они нас видели. Теперь я буду должна все всем объяснить. Спасибо, — сказала она.

— Хорошо. И скажи им, что я люблю тебя.

В два часа ночи Аманда, совершенно измученная, рухнула в постель. Мак обещал вернуться, но не пришел. И даже не позвонил. Ей что, этот невероятный поцелуй просто привиделся?

Она уже потеряла счет вопросам женщин, сначала когда вернется Мак, а потом почему он так и не вернулся.

У нее заболела голова, и ей захотелось отправить всех по домам. Но все ждали фейерверка, и она не могла быть столь грубой и неблагодарной.

Позднее, когда гости наслаждались теплым вечером и холодными напитками, она улизнула к себе в каморку — ее единственное убежище. Опустившись на обитый ситцем стул, купленный на распродаже, она закрыла глаза. Потом услышала, как жена Бадди и Лили пришли на кухню еще за одним куском шоколадного торта с клубникой, который привезла Шелли. Женщины сравнивали его с тортом в «Кингз рэнсом», и, по их мнению, тот был значительно вкуснее.

Аманда услышала, что Мак подарил каждому члену бригады пригласительный билет на бесплатный обед в ресторане. Ей он об этом не говорил. Кроме того, он также отблагодарил людей, которые работали у нее.

И вдруг, несмотря на головную боль, она поняла, почему рабочим больше не требовалось лечение. Вот опять Мак внедряется в ее жизнь, и ей это совсем не нравилось. Он сделал это за ее спиной. В висках стучала боль.

Она должна сопротивляться неразумному голосу своего сердца. Она не может любить человека, которому не доверяет.

Глава 11

Стук в дверь болью отозвался в голове. Она не пошевелилась, пока Мак, постучав вторично, не позвал ее по имени. Она боролась с собой — надо же быть последовательной — и отчаянно вспоминала решения, к которым она пришла в День независимости.

Внутри у нее похолодело. Нет, она не уступит настоятельным требованиям ни своего сердца, ни своего тела. Мака просто нет и не может быть в ее жизни, особенно в три часа ночи.

Вытащив себя из кровати, она подошла к двери босиком, в короткой льняной рубашке. Стоя в темноте, Мак поднял на нее глаза и хотел войти, но она не позволила.

— Нет, Мак. Уже поздно.

— Аманда, пожалуйста. Ты не поверишь, что случилось сегодня в «Кингз рэнсом». Я хочу объяснить. Как прошел твой вечер?

Что его задержало — бизнес или Кларисса? Имея ресторан в Лос-Анджелесе, он никогда не останется в деревне.

— Вечер прошел прекрасно. Еда и компания были просто отличны, фейерверк очень красив. Я ответила на все твои вопросы? — спросила она холодно.

— В чем дело?

Прохладный ночной воздух, казалось, остудил ей голову.

— Оставь меня в покое, Мак. Живи своей жизнью.

Мак буквально окаменел, не зная, что сказать или что сделать — впервые после встречи с ней. Но, она была в этом уверена, он скоро придет в себя. А она сама?

— Аманда, что за ерунда? Нам надо поговорить.

Он поднялся на одну ступеньку, она включила на крыльце слабый свет. Она теперь лучше его видела — усталый и какой-то взъерошенный. Интересно, имеет ли к этому отношение Кларисса.

— Я не хочу ни о чем говорить. Ты обещал вернуться и не пришел. Я волновалась. А сейчас я очень устала.

Мак посмотрел на нее внимательнее. Было ясно, что спорить бесполезно.

— Аманда, — прошептал он. В глазах его была мольба. — Я вижу, что ты тоже измучена. Я уйду. Но завтра вечером ты должна прийти на новоселье ко мне. Обещай.

Аманда не могла ответить: у нее перехватило дыхание. Она разрывалась между тягой к нему и уверенностью, что он этого не заслужил. Она любила его, но то, что он нарушил обещание и даже не позвонил, причинило ей боль.

— Аманда, между нами — нечто важное. Не забывай этого, черт побери.

— Не забывай, что ты не вернулся и не позвонил.

Мак не отвечал.

Амандой овладело чувство нереальности происходящего. Мак повернулся и ушел, его поглотила тьма.

Заперев дверь, Аманда нырнула в постель и провалилась в глубокий сон. Утром, пытаясь прийти в себя, она встала под теплый душ. Вспоминая, как Мак ушел и не вернулся на ее вечеринку, она чувствовала себя так, будто стоит не под струей воды, а на краю обрыва. Чтобы развеяться, она решила отправиться за покупками.

Аманда постаралась забыть о том, что виновата сама. Она не владела собой. Она чувствовала Мака Далтона даже кончиками пальцев. От его поцелуя ее бросало в дрожь. Он был так мил с ней эту неделю, мил и ласков. У него просто бездна терпения, настойчивости и умения управлять ситуацией в свою пользу.

Аманда только вышла из душа, как позвонила Лили. Закутавшись в полотенце, она взяла трубку.

— Аманда, девочка, ты прекрасно вчера все устроила. Надеюсь, что, когда строительство закончится совсем, ты пригласишь нас еще раз.

— Конечно, Лили. С удовольствием. Я буду рада познакомиться и с другими леди.

— Дорогая, им так хотелось на тебя посмотреть.

— Посмотреть на меня?

— Они несколько беспокоились по поводу того, что ты бесплатно массируешь их мужей. Но я все им объяснила. Огонь против огня. Тебе ведь нужно было, чтобы работа продвигалась.

— Лили, мне и слова никто не сказал. Но мужчинам вдруг мои услуги стали не нужны.

— Это потому, что Мак велел им не валять дурака и работать. Он угостил нас всех обедом в своем ресторане в Беверли-Хиллз. Это было так здорово! Мы все вырядились в свои платья из Лас-Вегаса. Мы видели двух кинозвезд — парня, который играл второстепенную роль, и Кэсси Миллер. Она такая хорошенькая и грациозная.

— О, Мак мне об этом не рассказывал. Он не должен был этого делать.

— Джей Ди говорит, что ему не нравилось то, что ты уделяла этим парням столько внимания. Может, он ревнует.

Аманда почувствовала, как запылали ее щеки. Она теперь и сама не понимала, как воспринимает вмешательство Мака. Она снова вернулась к разговору:

— Лили, поверь мне, этим парням здесь ничего не угрожало, и Мак не имеет к этому никакого отношения. Я профессионал и отношусь к работе серьезно.

— Я слышала, что ты прекрасный мастер. Но вот, как ты была одета… ну право же, ты забавная. Хлыстом можно пользоваться по-разному.

Аманда, не удержавшись, засмеялась. Она и не подозревала, что о ней так много говорят.

— Спасибо, Лили.

Но Лили не собиралась прекращать разговор:

— Между прочим, мы беспокоились, сумел ли Мак прошлой ночью добраться домой.

«Про него и так все вчера весь вечер спрашивали. Может, хватит?»

— По-моему, нормально. А что?

Ей не хотелось обсуждать его появление в три часа ночи.

— В утренней газете целая страница о нем и о его ресторане. Кто-то позвонил и сообщил, что в ресторан подложена бомба. Им пришлось эвакуировать всех.

Газета пишет, что хозяин, Маккензи Далтон, сумел предотвратить панику, он сказал, что произошла утечка газа на кухне.

— О, неужели? — Аманда почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. Господи! Мак мог пострадать. — Что, правда была бомба?

— Нет. Пожарники обыскали все уголки. В статье говориться, что Мак сам приготовил им еду после того, как они это сделали. Он и о посетителях побеспокоился. Ничего себе Четвертое июля, правда? — В завершение рассказа Лили прочла конец статьи: — Полиция пока не обнаружила ни преступника, ни того, кто звонил.

— Но надеюсь, что это им еще удастся сделать, — негодующе выпалила Аманда. Кто посмел сделать с Маком подобное? — Спасибо, что рассказала мне. Но я уверена, что слышала, как ночью подъехала его машина.

— О’кей, милая. Еще раз спасибо за вечер.

Аманда хотела тут же бежать к Маку, но в полотенце это делать вряд ли стоило. Она набрала его номер. Ей нужно было видеть его, слышать его голос, но… линия была занята.

Положив трубку, она представила, как люди могут расценить случившееся в «Кингз рэнсом». Может быть, Мак связан с сомнительными делишками Даррелла? Нет, она больше не может сравнивать его с Дарреллом.

Она вернулась в мыслях к главному. Мак сказал, что любит ее. Ее сердце говорило ей, что он хочет большего, чем легкий флирт. В ту ночь, которую они провели вместе, он украл кусочек ее сердца. А потом производил за ее спиной разные манипуляции, чтобы достичь своей цели, какой бы она ни была. Если бы она только могла доверять ему! Если бы только ее сердце перестало жаждать его! Если бы только… Она сердито приказала себе остановиться.

Аманда вернулась домой после прогулки по магазинам с легким чувством вины. Она не устояла, чтобы не сделать несколько покупок, испытывая потребность окружать себя красивыми вещами и стараясь этим заглушить в себе мысли о своем соседе.

Она прослушала свой автоответчик. Там было шесть посланий, все от Мака. Час за часом он звонил ей, чтобы напомнить о новоселье в пять часов. Он также просил прийти пораньше, если она сможет, и помочь ему.

Вечер был теплым, поэтому она надела желтый льняной топик, бермуды того же цвета и подходящие сандалии.

Послеполуденное солнце было еще ярким, и, выйдя из трейлера, Аманда зажмурилась. Она удивленно заморгала, но видение не исчезало: из дома Мака вышла высокая блондинка в деловом костюме и направилась к «мерседесу». Женщина напоминала Клариссу, но Аманда не была уверена в этом.

Она решительно зашагала к соседскому дому, поднимая пыль столбом и готовясь к скандалу. Но, подойдя к двери, остановилась. Однако отступать было уже поздно.

Она постучала в дверь кухни, полагая, что Мак скорее всего там. Ответа не было. Она заметила, что эта задняя кухонная дверь — точная копия ее двери. Она постучала еще раз. Ничего.

Взявшись за латунную ручку, она обнаружила, что дверь не заперта, и вошла. Или это Мак так беспечен, или блондинка оставила дверь открытой.

Она вошла в кухню и, потрясенная, остановилась. Все как будто перевернулось. Ей показалось, что она стоит в своей собственной кухне. Да нет же. Это кухня Мака. Ниша для приготовления пищи казалась шире, был гриль и вытяжка. Там, где у нее стоит высокий посудный шкаф, у него — сдвоенная плита. Оттуда исходит запах свежеиспеченного хлеба. Шкафчики из березы были так похожи на ее, что она, не удержавшись, открыла ближайший. Полочки в нем выдвигались. Дорого. Но практично и удобно. У Мака все самое лучшее. Но это был ее дизайн. А где же те изменения, которые он обещал ей сделать?

Она шагнула в уголок для завтрака и увидела над ним стеклянное покрытие точно такое же, как у нее. Прошла в столовую. У него там пока не было большого стола, а стоял маленький, покрытый льняной белой скатертью. На нем — букет полевых цветов и старинный подсвечник. Ей в голову пришла ужасная мысль. Может, она перепутала день?

Она быстро вернулась на кухню и на этот раз заметила там поварскую книгу. Она просто приросла к полу, прочтя ее заглавие — «Прелести сельской кулинарии». Автор Маккензи Далтон, знаменитый хозяин ресторана «Кингз рэнсом» на Беверли-Хиллз.

Аманда открыла страницу с перечнем содержания и увидела имена известных певцов кантри, политиков и просто деревенских жителей, отмеченных в качестве спонсоров. Книга, помимо рецептов, рассказывала о поездках Мака по Америке, о том, с какими замечательными людьми он встречался. Книга воспевала прелести домашнего очага, в ней было много замечательных историй и сопутствующих им рецептов.

Она инстинктивно посмотрела на титульный лист. На ней было посвящение его бабушке. Под ним надпись: «Аманде, сельской девушке моей мечты. С любовью. Мак».

Аманда рухнула на стул. Она понимала, что Мак намерен заполнить ее жизнь тем, чего в ней недостает. В минуты слабости она не доверяла ему, но книга и надпись на ней дали ей ясно почувствовать, что лучшее, что она может сделать в своей жизни, — это любить его.

По ее щеке покатилась слеза. Прочтя еще несколько страниц, она услышала в этих рассказах его голос, теплый и все понимающий.

Минуту спустя она услышала, как Мак зовет ее. Она вошла в прихожую, но дверь во дворик была закрыта.

— Мак, ты где? — тихо позвала она, и дрожащий голос выдал ее чувства. Аманда вошла в гостиную. Она оказалась копией ее, в том числе шкаф для одежды, который она сконструировала сама. Ее захлестнули странные чувства. Она ощущала себя дома, хотя знала, что это не так.

У нее слегка кружилась голова, все как-то сместилось. Дом был еще до конца не обустроен, но она чувствовала присутствие в нем Мака.

Что ж, коль скоро этот человек украл ее планы, ему не удастся украсть ее сердце, если он не намерен удержать его.

— Мак, ты где?

Наконец где-то в глубине холла она услышала его голос. Почему он не выходит?

— Мак, — еще раз позвала она.

— В спальне.

Она подошла к двойным дверям в конце холла и отрыла их. Ни ковра, ни кровати. Где же он?

— В ванной. Зайди и посмотри окно с мозаикой.

А вот этого у нее нет. Он, однако, становится изобретательным. Пройдя мимо кладовки, она увидела облицованный плиткой вход в ванную комнату. Та же самая керамика, которую выбрала она.

— Пожалуйста, объясни мне, что происходит, — умоляла она. Мак буквально с ума ее сводил. — Мак?

— Я здесь, дорогая. Сними обувь.

Странно. Туфли не могут повредить плитку. Но ладно, это его дом. Она сбросила их и вошла.

— О, Мак! — В глаза ей бросилось мозаичное окно — белые лебеди на озере с лилиями, над ними склоняются плакучие ивы. Все освещалось мягким романтичным светом. Аманда затаила дыхание. — Как красиво!

Она оглянулась кругом.

— Золотые краны?

Она вдруг поняла, что Мак лежит в огромной ванне, наполненной бадузаном. Ванна была значительно больше, чем ее.

— Я что пришла слишком рано?

— Тебе нравится дом?

— Великолепный. Мне бы следовало догадаться. — Подойдя ближе, она наклонилась, зачерпнула душистую пену и бросила в него. — Это за то, что украл мои идеи.

Он нырнул, из его груди вырвался гортанный смех.

— Ты это имел в виду, говоря об изменениях? — спросила она, подняв бровь в шутливом неодобрении. Но Мак лишь продолжал улыбаться.

Затем Аманда заметила на раковинах свечи, от которых шел приглушенный розовый свет. Она неожиданно почувствовала себя незваным гостем и резко выпрямилась, подняв подбородок.

— Мак у меня вопрос и сверх того дюжина других.

— Давай. Какой первый? — Он с невинным видом баловался с пузырями.

— Кто эта блондинка, которая выходила из твоего дома?

— О, эта. Очень хорошенький риэлтор, подыскивающий место для моего нового ресторана. Я отослал ее на сегодня. У меня другие планы.

Аманда почувствовала такое облегчение, как будто внезапный летний бриз освежил душный воздух и ее сердце может снова биться нормально.

— Что случилось прошлой ночью?

— Да один сумасшедший, бывший повар, позвонил и сказал, что подложили бомбу. Кларисса в восторге. «Кингз рэнсом» попал на первые страницы газет.

— Это я слышала. Но почему она в восторге? По-моему, ресторану не нужна такая реклама.

Мак пожал плечами, и в воздух взлетели пузырьки бадузана.

— Кларисса обожает спектакли. Ты ведь видела. Но теперь она может управлять рестораном, как ей вздумается.

— Ты решил с ней все вопросы?

— Да. Я буду продолжать получать прибыль как основной инвестор. Но я не хочу иметь ничего общего с рестораном. И с ней.

Аманда, совершенно изумленная, молча смотрела на него.

— У, даже не знаю, что сказать. — Она боролась с искушением прыгнуть к нему в ванну, прямо так, в одежде. — Я видела твою книгу.

— Это твой экземпляр. Ты видела, как я ее надписал?

— Да, — застенчиво произнесла она, не в силах придумать что-то еще.

— Меняю тему, — сказал он, приближаясь к ней. — Тебе нравится дом? Хочешь его осмотреть?

— Да. Подожди. Я дам тебе полотенце.

Хотя они и провели ночь вместе, она чувствовала себя глупо, подавая великолепному обнаженному Маку, с которого капала вода, пушистое розовое полотенце.

— Остальные скоро придут?

— Какие остальные? Я надеюсь, ты не будешь против, если мы будем только вдвоем.

Сказав это, он с силой обнял ее, и в следующую минуту с шумным плеском она рухнула в воду. Вынырнув, она стерла с лица пузыри и очутилась в объятиях Мака. Она пыталась увернуться, но он крепко держал ее, покрывая поцелуями волосы.

— Я не знаю, что ты сейчас скажешь, — прошептал Мак ей на ухо.

Аманда чувствовала, что его ноги плотно прижаты к ее бедрам.

— Мак, ты играешь нечестно.

Теплая вода окончательно расслабила ее.

— Мак, ты думаешь, что знаешь меня, — упрямо сказала она и тут же застонала, когда он взял в ладони ее груди.

— Дорогая, я знаю, что это безумие — повторять сейчас тут, что я люблю тебя. Но я хочу как-то пробиться к тебе.

Аманда, оттолкнув его руки, повернулась к нему лицом.

— Мак, я в невыгодном положении.

— Ты слышала, что я сказал?

— Слышала, но я не собираюсь с тобой разговаривать… когда ты вот такой голый, а я выгляжу в одежде как утонувшая крыса.

— Это легко поправить.

— Мак!

— Ты меня любишь? Тебе нравится дом? Полно комнат. Хватает для семьи? Ты думала об этом?

Аманда потеряла дар речи, когда он, наклонившись, стал снимать с нее топик. Она опять попала под его обаяние. А может, она наконец обрела жизнь?

Стянув через голову топик, она бросила его в раковину.

— Теперь мы можем поговорить.

Но разговаривать Аманде хотелось все меньше.

Мак, взяв в руки душистое мыло и потерев его между ладонями, стал осторожно мягкими кругами намыливать ее щеки, шею, плечи.

Ею овладело удивительное ощущение, когда она, закрыв глаза, поняла, что он намерен делать дальше. Ее буквально переполняло чувство блаженства. Она пригладила свои мокрые волосы, пока он осторожно касался ее груди. Не открывая глаз, она прошептала:

— Мак, скажи мне это сейчас.

Голос Мака стал приглушенным.

— Аманда, я люблю тебя. Я хочу тебя. Будь со мной.

Не отрывая от него взгляда, она спросила:

— Мак, что ты хочешь от меня?

Мак, слегка поцеловав ее в губы, сел так, чтобы видеть ее лицо. Они так хорошо понимали друг друга.

— Больше всего мне хочется доставлять тебе удовольствие, Аманда. И позволь мне побаловать и слегка испортить тебя.

— Испортить? Постараюсь вспомнить, что это такое, — улыбнулась Аманда. В глазах ее стояли слезы радости. Мак готов полностью делить с ней себя. Теперь она понимала, что он взял у нее план, чтобы построить дом, который она полюбит. — Как ты думаешь, ты можешь научить меня готовить?

— О занятиях кулинарией потом, женщина. Ты сейчас соблазнительна, как мокрая нимфа, поэтому я намерен начать с занятий любовью.

— А как же еда? — спросила она с притворным негодованием.

— Феттучине с жареным красным перцем, к которому подается свежий сыр пармезан. И любовь. Как основное блюдо. Сейчас и навсегда.

— Я люблю тебя, Мак.

Слов больше было не нужно. Вечернее солнце сияло сквозь мозаичные стекла, посылая на них отблески радуги. Мак, прижав Аманду к себе, стал медленно целовать ее. Это были не горячие, страстные поцелуи, а неспешное обещание будущего наслаждения.

В его объятиях Аманда чувствовала себя полной жизни и свободы. Она понимала, что наконец-то обрела дом, мечту, к которой стремилась всю свою жизнь. Она пришла домой, а не в ту крепость, которую выстроила для себя. Она пришла к человеку, который поселился в ее сердце уже навсегда.

Content

Шерон Ди Мельо
Волшебство соблазна

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11