Беляева Наталья

Диковинница

В незапамятную старину глубокую

В стольном граде правил достославный князь.

Созывал пированья разгульные,

Ненасытный в распутстве да похоти.

И пришли к нему Волхвы многомудрые.

Говорили слова — речи горькие:

Нарушаешь, мол, князь, законы правые,

Наказанье предстоит тебе божее.

Закручинился князь, призадумался.

Не о древних заветах порушенных,

А замыслил от веры пращуров

Отступить и предать глумлению.

И настали времена жестокие.

Разрушались светыни да капища.

Полыхала огнём Земля-матушка.

Обливалася кровью защитников.

Вырывали живьём веру древнюю,

Что по прави велела людям жить.

Насаждали любовь да спасение

За покаяние вслед прегрешению.

Собрались тогда жрецы мудрые

На последнее вече великое.

Стали думу гадать скорбную —

Как спасти древний мир поруганный.

И пришли на то вече славное

Кто смириться не смог с новой верою.

Духи, сущности земные, воители,

Ведуны, простой люд и правители.

Долго думали думу горькую,

Признавали борьбу безрассудною,

Порешили свой мир отделить навек

Нерушимой волшбы преградою.

Девять дней и ночей, девять Солнца кругов

Чародейство вершилось великое.

Тридевятые земли трое славных Волхвов

Защищать поручили хранителям.

Предание

Пролог

Осенний город с раннего утра поливало холодным, мелким дождём. А к вечеру он превратился в настоящий ливень. Выйдя из тепла учебного корпуса, Вера Сергеевна поёжилась от нахлынувшего промозглого ветра, растрепавшего короткие волосы, плотнее закуталась в дождевик, слишком широкий для худощавой фигуры, и раскрыла зонт.

До машины пройти всего десяток метров. Не стоило допоздна засиживаться на кафедре, проверяя курсовые. Дождь не прекратился, а бонусом к нему спустились густые, безрадостные сумерки. Устроившись в салоне, она завела мотор и включила печку. Привычным жестом нажав кнопку проигрывателя, тронулась в путь.

Вера любила водить машину, и дорога её всегда умиротворяла. Сквозь густые потоки дождя на лобовом стекле, под светом тусклых фонарей, мелькали в ритме Вивальди дворники, словно палочки дирижера, уносились магазинные витрины, редкие прохожие и мокрые автомобили. Пролетающие огни освещали серьёзное лицо с правильными чертами, темные волосы и маленький узорчатый медальон на тонкой цепочке — подарок погибшего в аварии мужа. Единственное украшение, которое она хотела носить.

С того дня прошло четверть века. Вера давно покинула город, где всё напоминало о нём, принося острую боль, и вернулась домой в Айдарск. Защитив кандидатскую, стала преподавать в недавно открытом здесь ВУЗе. Работа стала для неё настоящим спасением, а лаборатория, в которую вложила всю душу и силы — любимым детищем. Со временем скучный и размеренный образ жизни стал привычным. Каждый свой день она до отказа загружала делами, хватаясь за самые безнадёжные и рискованные исследования. А вечерами возвращалась в слегка запущенную квартиру, опустевшую после смерти родителей и казавшуюся огромной для неё одной.

Теперь дождь шел немного слабее. Свернув направо, серая Волга выехала на дорогу к мосту. Минут через пятнадцать буду дома, — утомлённо размышляла Вера, — Приму, наконец, горячий душ и напьюсь ароматного чаю.

Внезапно яркая вспышка ударила в глаза, отвлекая от уютно-сладких раздумий. Вера инстинктивно сбросила скорость и зажмурилась, рискуя в любой момент потерять управление на мокрой и скользкой дороге. Сияние продержалось несколько мгновений и исчезло так же неожиданно, как появилось.

Проехав мост, Вера притормозила и съехала на обочину, заглядывая в зеркало заднего вида. Никаких возможных источников света не заметила, зато всего в нескольких шагах рассмотрела неясный человеческий контур. Что можно делать в такое позднее время на безлюдной дороге, под резким, словно иглы, ледяным дождём?

Была — не была. Включив заднюю передачу, Вера тихонько подъехала к чудаку. Чудак оказался промокшей насквозь молодой женщиной в длинном светлом плаще и отсутствующим выражением на лице. Привидение, да и только. В привидений Вера не верила, в отличие от воспаления лёгких, поэтому опустила боковое стекло и задала резонный вопрос:

— Вам помочь?

Вместо ответа незнакомка, бледная как мел, пошатываясь от бессилия, опустилась на землю. Но даже не это заставило Веру выскочить из машины. На руках у женщины, завёрнутый в покрывало, спал ребёнок.

— Садитесь скорее, после разберёмся! — бормотала она, запихивая обоих на заднее сиденье. Поспешно захлопнула за ними дверцу, обежала автомобиль, и, успев продрогнуть до костей, плюхнулась в водительское кресло.

— Куда едем? — поинтересовалась, встряхивая мокрыми волосами, — Чёрт возьми, всё-таки вымокла, — тихо пробубнила себе под нос, шаря в бардачке в поисках салфеток, — Что ж Вы, милая, по такой погоде, да ещё с ребёнком?

И снова не дождавшись ответа, Вера включила в салоне свет и повернулась назад. Незнакомка, как и её дитя, кажется, спали. Молодая женщина была удивительно красива, но выглядела необычно — словно не от мира сего. Светлые волосы туго заплетены в длинную толстую косу, перекинутую через плечо, на лбу очелье, а под мокрым плащом серебристое платье в пол. Ребёнок, совсем крошка, мирно посапывал во сне. Несмотря на проливной дождь — поправив покрывальце, Вера убедилась в этом — свёрток оказался абсолютно сухим и тёплым, как и мягкая ткань покрывала.

Незнакомка вздрогнула и открыла глаза. Синие. Не голубые, как у большинства людей, а именно синие. Внимательно взглянула на Веру, затем на своё дитя, удивлённо осмотрела салон машины. Попыталась приподняться. Но застонав, словно от боли, бессильно отказалась от этой попытки, закусив бледные губы.

— Вы ранены? — встревожено спросила Вера, — Может, отвезти Вас в больницу?

Но незнакомка, похоже, снова отключилась.

Недолго думая, Вера завела двигатель и рванула в городскую больницу.

Глава 1

Золотое блюдечко, наливное яблочко

Ослепительное сияние вокруг тонкого силуэта служит Щитом. Свет ограждает, защищает, но не избавляет от ужаса, что неумолимо приближается. Она слышит чудовищный крик, от которого кровь стынет в жилах. А жуткая тьма безжалостно настигает.

Но вот из потока света возникает яркий луч, на глазах превращаясь в спасительный Посох. Загустевший воздух бесшумно разрывается сокрушительной волной. И безобразная черная птица с раздирающим душу воплем взмывает в беспросветную мглу.

Беляна проснулась от собственного крика и села на кровати. Её снова била крупная дрожь, сопровождаемая клацаньем зубов и холодным потом — знакомые симптомы, последствия привычного кошмара. Она заставила себя посмотреть в окно, прогоняя наваждение, и мысленно трижды произнесла: "Куда ночь, туда и сон".

Небо за окном едва посерело, часы показывали начало пятого. Слишком рано, лишь слышны первые цвириньканья ранних пташек. Она попыталась выровнять дыхание и снова легла, переворачиваясь на другой бок. Так учит бабушка — чтобы сон не вернулся.

Беляна Буянова, а для друзей просто Белка, трусихой никогда не была. Если что её и пугало, так это неизвестность. А почему снится этот сон, и что означает, она не понимала. Один и тот же, в последнее время всё чаще. Но неизменно вызывает панический ужас. После него, как ни старайся, не заснёшь. Ни другой бок не помогает, ни что-либо иное.

Несмотря на раннее утро и широко распахнутое окно, прохлады в комнате не чувствовалось. Это лето выдалось на удивление жарким и сухим, заставив горожан с самого начала июня прислушиваться к прогнозам погоды и мечтать о дожде, способном хоть слегка охладить пышущий жаром асфальт. И в немыслимом количестве скупать кондиционеры, опустошая магазины бытовой техники быстрее, чем те успевали наполняться. Полежав с закрытыми глазами ещё несколько минут, Белка нащупала ногами мягкие тапочки-собачки и потопала в ванную. Незачем впустую тратить время. Сегодня последний экзамен. Для пользы дела можно полистать что-нибудь умное — вдруг пригодится. Или пройти ещё пару тренировочных тестов в интернете.

Так рассуждала девушка, утешая себя. На самом деле, закрывая глаза, она всё ещё видела уродливую черную птицу. И ужас сковывал грудь ледяным обручем.

Вернувшись из ванной, она закрыла окно. Рассвет превращался в утро, и в комнате с каждой минутой становилось все светлее. Солнце, едва поднявшееся над горизонтом, уже нагревало и иссушало воздух. Беляна механически включила кондиционер и уселась перед ноутбуком.

Для прохождения теста по биологии дополнительная подготовка ей не нужна. У неё от природы отличная зрительная память, а в сочетании с успешно освоенной техникой скорочтения ни малейших проблем с гуманитарными науками не возникает. С алгеброй сложнее. Белка мыслит образами, и её мозг наотрез отказывается изучать иксы да игреки. Даже геометрия интересней. Там, по большому счёту, любая задача сводится к поиску нужного треугольника.

В целом, Беляна училась отлично. Разве что математика слегка портила общую картину, да бесконечные марафоны с отжиманиями по физкультуре. Зато по биологии ей непременно нужен самый высокий балл. Не для того, чтобы поступить в медицинский университет или стать биологом — Белка вообще не представляла, что будет делать после школы. А потому, что её бабушка доктор биологических наук. И, несмотря на возраст — глубоко за шестьдесят — она, строгая и суровая со всеми, кроме любимой внучки, до сих пор преподавала в университете.

Вера Сергеевна Буянова не была Беляне родной бабушкой. Лет в пять малышка спросила, где её родители. И Вера Сергеевна поведала девочке, как отвезла незнакомую женщину с ребёнком в больницу. Что женщина была невероятно красива, но едва дышала от слабости, объяснения которой врачи так и не нашли. Она умерла в больничной палате, успев лишь несколько минут поговорить с Верой. Назвала имя дочери и дату рождения. Попросила позаботиться о ней, оставив мешочек, туго набитый неизвестными золотыми монетами. А ещё отдала шкатулку, которую велела открыть Беляне, но не раньше, чем той исполнится семнадцать. В ту же шкатулку вложила и короткую записку для дочери.

Вера, ни минуты не сомневаясь, приняла девочку. Дала ей свою фамилию, поскольку незнакомка отказалась называть настоящую. Тратить золото не стала, оставив его для Беляны в неприкосновенности. И всегда просила называть себя бабушкой, чтобы не вызывать лишних вопросов из-за разницы в возрасте.

Малышка стала для исстрадавшегося сердца Веры Сергеевны светом в окошке. Девочка росла озорной и смышлёной. Училась хорошо, особых неприятностей не доставляла, и с каждым годом всё больше походила на мать. Светловолосая, с теми же удивительными васильковыми глазами и хрупкой фигуркой. За одним исключением — волосы Белка нещадно коротко стригла, подобно самой Вере. Но укладывала в изумительном художественном беспорядке. Немыслимые прядки причудливо торчали в разные стороны, придавая образу девушки налёт легкомысленности. Впрочем, милое личико ничто не могло испортить.

Да и легкомысленной Беляну Буянову можно было назвать только с первого взгляда. Она слишком часто пренебрегала излюбленными молодёжными развлечениями, предпочитая всему тишину и хорошую книгу. Немалую библиотеку, доставшуюся Вере Сергеевне от отца, а затем пополненную мужем, Белка одолела годам к тринадцати. А затем продолжила любимое занятие через интернет, чем немало пугала Веру Сергеевну, утверждавшую, что девушка непременно испортит себе глаза, проводя целые часы у экрана компьютера.

Она не бегала на свидания, не возвращалась домой за полночь, не стремилась к дешевой популярности. Её очарование и лёгкий, весёлый нрав сами влекли к ней людей. Но в школе ни один из парней её не заинтересовал, а встреченные на жизненном пути мужчины нравились не больше, чем одноклассники. Белка насмехалась над возрастающим интересом к ней мужского пола, и к своим почти семнадцати годам зарекомендовала себя этакой ироничной ледышкой. Все окружающие были абсолютно уверены, что стремления к романтике в девушке нет ни на йоту. Кроме ближайшей подруги Натальи, убеждённой, что Белкина страстная натура, находящаяся вероятно в спячке, непременно удивит всех, когда проявится. Однако Наталье вскоре предстояло выйти замуж и уехать в далёкий Новый Свет, и Беляна в преддверии разлуки с подругой всё больше замыкалась в себе.

Вера Сергеевна не требовала от внучки немедленного выбора ВУЗа и будущей профессии. Любой университет будет счастлив принять студентку с такими баллами. Дело было в ином. Вера с ужасом предчувствовала, что вместе с семнадцатилетием, а точнее вскрытием злополучной шкатулки, в их с Беляной размеренной жизни наступит перелом. Уж очень странной выглядела незнакомка. И её появление, и внешность, и смерть, и даже монеты, происхождение которых не смог определить ни один нумизмат — всё было окутано тайной. И тайну эту Вера отчаянно не хотела открывать.

* * *

Беляна шумно ворвалась в гостиную, с налёта сбросив туфли. Плюхнулась на мягкий диван и закинула сумку в угол.

— Всё! — торжественно сообщила она, — Биология сдана, я свободный человек и могу делать что угодно!

— А что тебе угодно? — улыбаясь, спросила Вера Сергеевна, отрываясь от газеты.

— Мне угодно… — Беляна уставилась в потолок и мечтательно улыбнулась, — Мне угодно путешествовать. Я хотела бы увидеть океан, тропические леса и Египетские пирамиды. Научиться плавать с аквалангом, прыгать с парашютом, летать на самолёте, разговаривать с дельфинами, печь пироги…

— Так кем же ты всё-таки хочешь быть? — переспросила Вера, снова опуская глаза и переворачивая страницу, — поваром, лётчиком, дайвером-экстремалом?

Белка поднялась с дивана, задумчиво подобрала одну туфлю, другую, и отнесла их на место. Затем на цыпочках подкралась к Вере и чмокнула её в щёку — крепко, громко, обняв руками за шею.

— Да не знаю я, бабуль, — произнесла она тихо, — Была мысль поступать в педагогический, как ты. Потом в медицинский, юридический, иностранных языков. Ты ведь знаешь, как я люблю французский. Но… иногда кажется, что в этом мире для меня ещё не придумали профессии.

Вера Сергеевна отложила газету на стол и закрыла глаза. В словах Беляны было даже больше правды, чем та хотела сказать.

— Тебе звонил какой-то Антон, — произнесла она после паузы.

— Ай, — отмахнулась Белка, — Меня нет дома.

— Это малодушие, — покачала головой Вера.

— Это равнодушие, — возразила девушка, — Я никому не давала ни повода, ни номера телефона. Иначе он звонил бы на мобильник.

Вера пожала плечами и снова взялась за газету.

— А Наташка вообще… — Беляна расстроено побрела на кухню и вернулась с ложкой и банкой клубничного варенья, — Выходит замуж за Ча-а-арльза, — с издёвкой протянула она, — И уезжает в Америку.

— Наташа? — переспросила удивлённо Вера Сергеевна, — А не рановато?

— Бабуль, Наташке в августе восемнадцать. Вкусное варенье, кстати, — облизнулась она и продолжила, — Это мне только семнадцать, и то — через три дня.

— Надо же… замуж… какие вы теперь ранние, — изумилась Вера.

— Я не ранняя, — поправила Белка.

— Да ты у меня вообще с другой планеты. Или скрытничаешь. Не могут мальчики тобой не интересоваться. Не слепые ведь.

— Они и интересуются, — успокоила бабушку Беляна, слизнув с ложки очередную порцию варенья, — Не волнуйся.

— Так что же — тебе никто не нравится?

Белка поставила банку на журнальный столик и с довольным видом погладила живот.

— Да кто мне может понравиться, бабуль? — она насмешливо подняла брови, — Ты ж меня неправильно воспитала!

— Как так — неправильно? — поперхнулась Вера Сергеевна, уронив газету на колени.

— А так. Не те слова говорила, не те книжки читала…

Вера вопросительно взглянула на девушку, и та виновато продолжила:

— Не сердись, бабуль, я не в упрёк. Просто я какая-то… словом, порой мне становится не по себе.

— Так, — Вера сняла очки и озадаченно потёрла переносицу, — Ну-ка присядь и расскажи всё по порядку.

Белка уселась на подлокотник кресла и задумчиво сплела пальцы рук:

— Я попробую привести пример. Помнишь, на днях мы с одноклассниками ездили в Дом Природы?

— Помню. Там что-то случилось?

— Нет, абсолютно. Совершенно ничего необычного, — покачала головой Беляна, — Скорее, даже наоборот. Возвращаясь, мы сели на конечной остановке в совершенно пустую маршрутку. Мы — это я, ещё две девушки и четверо парней. Пока ехали к центру, все места заняли, и набился полный салон стоящих людей. В том числе женщин.

— Так, и что?

— Ничего. Ни один из ребят не счёл нужным подняться.

Брови Веры Сергеевны чуть подпрыгнули, а затем она медленно опустила глаза.

— Этот Антон сидел рядом со мной. Когда я попрощалась со всеми, он пробрался за мной к выходу. Чтобы, видите ли, проводить, — горько усмехнулась Белка.

— И что ты ответила? — тихо спросила Вера.

— Я ответила, что он, вероятно, очень утомлён, поэтому не стоит утруждаться. И знаешь, бабуль, по-моему, он даже не понял. Никто не понял. Ребята болтали, девочки кокетничали и смеялись над их шутками… в целом, как я и сказала — ничего необычного.

На какое-то время повисло молчание. Вера Сергеевна протёрла стёкла в очках, надела их, снова сняла и положила на журнальный столик:

— На самом деле, милая, ребята сидели не потому, что я тебя неправильно воспитала.

— Знаю, бабуль, — вздохнула Беляна, — Но как-то очень грустно жить в таком мире.

— Да… давненько я в маршрутках не ездила, — после паузы заметила Вера и ободряюще похлопала девушку по плечу, — С другой стороны, хуже чужих заблуждений может быть только навязывание собственных. Поэтому прекращай дуться. Найдёшь ещё своё счастье. А исполнится восемнадцать — сразу сядешь за руль. Водишь ты прекрасно, так что и меня, старуху, будешь возить.

— Да когда это я дулась? — беззаботно воскликнула Белка, — И кто это у нас старуха? Ты у меня самая что ни на есть молодая! Я горжусь тобой, и люблю… сильно-сильно!

Она прижалась щекой к плечу Веры Сергеевны и добавила, усмехнувшись:

— Конечно, найду.

* * *

Утро Беляна со спокойной совестью проспала. Сегодня, чуть не впервые за долгое время, даже сны её не беспокоили. Открыв глаза, девушка сразу зажмурилась от яркого солнечного света из окна, предвещающего очередной жаркий день. Села на кровати, сладко потянувшись, и по привычке нащупала ногами тапочки.

Сегодня ей семнадцать. Мобильник, будто ожидавший пробуждения хозяйки, завертелся на тумбочке и истошно завопил, возвещая о приёме первой смски. "Потом", — бросила ему Белка и потопала в ванную. Умывшись и почистив зубы, она вышла в гостиную, где Вера Сергеевна уже хлопотала, готовя завтрак. Из кухни доносился упоительный запах свежеиспечённых булочек.

— Доброе утро, именинница!

Улыбаясь и вытирая руки о фартук, Вера направилась к Беляне. На ней было длинное домашнее платье с накрахмаленным белым воротничком, и девушка в который раз отметила, что, несмотря на возраст, бабушка даже дома выглядит как настоящая леди. И как только такая женщина терпит её, шалопайку? Белка от всей души обняла и поцеловала Веру в щёку:

— Доброе, бабуль. А кофе есть? Долго спать, оказывается, тоже вредно.

Она села за стол и потянулась за стеклянным кувшином со свежим апельсиновым соком. Налив себе стакан, сделала пару глотков, с удовольствием причмокнула и спросила с надеждой:

— Булочки?

— Да, — усмехнувшись, Вера подала ей плетёнку со свежей выпечкой, — С клубникой, как ты любишь.

Белка схватила булочку и откусила, прикрывая глаза от удовольствия:

— М-м-м, вкусняшка, — пробормотала с блаженной улыбкой.

Вера Сергеевна поставила перед ней дымящуюся чашку кофе и маленькую коробочку с синей ленточкой. А сама присела рядом. Сделав глоток ароматного напитка, Беляна аккуратно развязала упаковку, хоть та никак не поддавалась. Наконец, открыла коробочку и онемела поначалу:

— Твой медальон? — пробормотала, изумлёнными глазами уставившись внутрь, — Но бабуль… я не могу, — она покачала головой, — Он так тебе дорог, я же знаю…

— Думаю, самое время отдать его тебе, — мягко возразила Вера Сергеевна.

— Но почему? — приготовившись к серьёзному спору, Беляна уже подбирала в голове сильные аргументы…

— Потому что я так хочу, — тихо, но уверенно произнесла Вера Сергеевна.

Какое-то время девушка пристально смотрела в спокойные глаза бабушки. Но удостоверившись в непоколебимости её решения, смиренно вздохнула. Аккуратно достав медальон, положила себе на ладошку и залюбовалась замысловатым узором на крышечке. Через некоторое время бережно открыла его. Изнутри сверкнул, словно подмигивая, тёмно-красный рубин в форме сердечка.

— Всегда хотела спросить, — заговорила она, — Почему камень внутри?

— Потому, что медальон этот, по сути, часы, — улыбнулась Вера Сергеевна.

— Часы? — округлила глаза Белка и снова опустила взгляд на украшение.

Только теперь она заметила, что сбоку действительно находится крошечное колёсико, с виду предназначенное для того, чтобы заводить механизм. Но ни циферблата, ни стрелок, ничего другого, указывающего на принадлежность медальона к хронометрам, не было. Только рубин.

— И как же они работают? — недоумённо моргнула девушка.

— Когда-то давно, милая, — Вера Сергеевна подпёрла подбородок сплетёнными пальцами, — Этот медальон подарил мне муж. Точнее, тогда он ещё не был мужем. Подарил, и попросил завести часы.

— Вот здесь? — Белка осторожно коснулась ноготком колёсика.

— Да, — подтвердила Вера, — Я так и сделала, — она притихла на мгновение, заставив Беляну поднять глаза:

— И что? — нетерпеливо заёрзала та.

— И тогда рубиновое сердечко забилось внутри медальона, — с загадочной улыбкой произнесла Вера, глядя прямо в ошеломлённые глаза девушки.

— Не может быть!

— Да, — подтвердила Вера, — Он очень обрадовался. Сказал, что часы эти передаются в их семье из поколения в поколение. И отмеряют они время любви.

— Какая красивая история… — промолвила Белка после паузы, мечтательно разглядывая медальон.

— В тот день он попросил меня стать его женой, — тихо добавила женщина.

Беляна вскинула на неё взгляд, полный нежности и сочувствия, но так и не смогла найти слов утешения. Да и разве существуют подобные слова…

Вера Сергеевна первая нарушила повисшую тишину:

— Это похоже на чудесную сказку, правда? — улыбнулась она.

— Да, сказку, — согласилась Белка, — Но почему сейчас они не работают? — отважилась она задать волнующий её вопрос. И сразу пожалела. Лицо Веры Сергеевны потемнело, а губы сжались, словно от боли:

— Часы остановились в тот день, когда он погиб, — голос женщины звучал приглушённо, — И сколько я ни пыталась завести их, сердечко больше не билось. Уверена, на этой груди, — Вера похлопала себя по белоснежному воротнику, — Больше и не забьётся.

— Бабуль…

Не то, чтобы Беляна верила в только что услышанную восхитительную сказку, зато верила в искреннюю боль, что испытывала сейчас бабушка.

— Поэтому, милая, я от всего сердца отдаю медальон тебе, — со вздохом и подобием улыбки заключила Вера, — И прошу завести часики прямо сейчас.

Белка улыбнулась и иронично вскинула брови. Тем не менее, послушалась, сделав пальчиками несколько вращающих движений.

— Ничего, — подождав несколько секунд, она бросила на бабушку взгляд с хитринкой.

— И не удивительно — ты же пока не влюблена, — невозмутимо пожала плечами Вера, — Зато часы теперь знают, кто их новая хозяйка.

— Спасибо, бабуль, — подойдя к бабушке, Беляна благодарно обняла её за плечи и поцеловала, — Обещаю их беречь.

— Рада, что подарок тебе понравился, — ответила Вера и вздохнула, словно собираясь с силами.

Возвращаясь на место, девушка надела цепочку на шею. Прихлёбывая кофе, всё ещё любовалась изысканным рисунком медальона.

— Когда собираешься открыть шкатулку? — набравшись мужества, спросила Вера Сергеевна.

Белка сразу напряглась, сжав в ладошке драгоценный подарок. Разумеется, она не забыла. И ей не терпелось ознакомиться с содержимым маминой шкатулки, дожидавшейся своего часа почти семнадцать лет. Но тоскливые глаза бабули и собственное необъяснимое беспокойство заставили тихо промолвить:

— Давай вечером вместе откроем, а?

— Хорошо, — с облегчением выдохнула Вера.

Судьба подарила ей ещё несколько безмятежных часов. Ну почему, почему она так волнуется? Мать Беляны нисколько не производила впечатления злодейки. Скорей несчастной, загнанной в угол, обессиленной женщины. Вот и объяснение. Вера боялась, что открытие злополучной тайны тоже загонит их с Белкой в угол. И заставит принять трудное решение.

Ближе к вечеру Беляна, напевая весёлую мелодию, заволокла домой гору пакетов с подарками, охапки цветов — видимо, от незадачливых поклонников, и букет разноцветных воздушных шаров. Которые, как только девушка выпустила из рук ленты, мгновенно подскочили к потолку и расселись там, словно цветные китайские фонарики.

Целый жаркий летний день они с друзьями гуляли в парке. Катались на аттракционах, обедали в кафе и поглощали немереное количество разнообразного мороженого. К концу дня Белку уже мутило от сладкого.

Глядя в окно гостиной, Вера даже не обернулась, чтобы встретить именинницу. Вместо приветствия она тихо промолвила:

— Всегда боялась этого дня.

— Бабуль…

Беляна подошла к бабушке и прильнула к её спине, положив руки на плечи. На столе стояла шкатулка, а рядом графин с водой. "На всякий случай, что ли? Мало ли что оттуда вырвется? — подумала с улыбкой Белка, — Ещё бы топор припасла". Но, заметив рядом пузырёк валерьянки и стакан, устыдилась своих мыслей.

— Открывай, — произнесла Вера Сергеевна и повернулась.

Присев за стол, Беляна развернула шкатулку к себе, повернула ключик и подняла крышку. И что же? Ни чертёнка из табакерки, ни столба пламени, ни Хоттабыча! На дне ларчика мирно покоилось небольшое блюдечко из желтого металла с узорчатым краем. И каким-то сверхъестественным образом сохранившееся в течение семнадцати лет румяное яблочко.

Весьма разочарованная, Беляна развернула короткую записку. Всего несколько фраз, которые, по словам бабули, мама из последних сил успела нацарапать за несколько минут до смерти.

"Милая доченька. На закате Солнца повесь блюдечко на восточную стену. Покати яблочко по часовой стрелке. Выбор за тобой, но сохрани наш Мир в тайне. С любовью, мама".

— Мама…

В носу защипало, а глаза наполнились влагой. Пока девушка оцепенело молчала, Вера Сергеевна решительно прошла к стене напротив окна и сняла с неё картину.

— Уже закат, — твёрдо произнесла она.

Тяжёлое блюдечко неожиданно крепко прилипло к обоям, словно намагниченное. Да и наливное яблочко, освещённое розовым закатным светом, вопреки ньютоновским законам вовсе не собиралось никуда падать. Тем более кому-нибудь на голову. Оно, поддавшись первому же толчку, чинно поплыло, описывая правильный круг по узорчатому краю золотой посудины.

— Тада-тада-дам, тада-дам, тада-дам-там… — чтобы хоть как-то разрядить обстановку, пропела Белка. Она почти знала. А скорее чувствовала, что сейчас произойдёт.

Не тут-то было! Нет, разумеется, в центре блюдечка появилось круглое окошечко, словно телевизор. Но оттуда, вопреки ожиданиям, никто не выглянул. То есть вообще никто! Ни Иван-царевич, ни Волшебная Щука, ни даже прибитый дорожной пылью Колобок явиться не соизволили. На экране — назовём его так — показывали обыкновенную комнату, а скорее горницу. Стол, застеленный вышитой скатертью на деревенский манер. Деревянное окно с лёгкими кружевными занавесками, сквозь которые, повторяя картину за спиной у Веры Сергеевны и Беляны, розовело закатное солнце.

— Тук-тук-тук, — шутливо произнесла Белка.

— Иду-иду! — неожиданно ответил звонкий женский голос с той стороны.

Беляна и Вера одновременно подпрыгнули. Мимо экрана, вероятно, в направлении входной двери, продефилировала стройная молодая женщина с тёмной косой, перекинутой через плечо.

— Кхм, — откашлялась Белка.

— Ой! — вздрогнула женщина.

— Добрый вечер, — вежливо приветствовала её девушка.

Обладательница длинной косы медленно повернулась и уставилась на них с бабушкой. Её глаза изумлённо округлились, будто увидели привидение, а правая рука накрыла рот.

— Лика! — воскликнула женщина, охватив теперь уже обеими ладонями лицо.

— Простите? — не поняла Беляна.

— Ты очень похожа на маму, — тихонько прошептала ей Вера Сергеевна.

— А-а-а, — протянула Белка и, обращаясь к собеседнице за экраном, промолвила, — Извините, но я не Лика. Меня зовут Беляна.

— Силы небесные! — всплеснула руками женщина и опустилась на стул, не спуская взгляда с Белки и Веры за её спиной.

— А я Вера, — представилась бабушка, — Вера Сергеевна.

Женщина непроизвольно кивнула:

— Меня Радмилой зовут, — пришла она, наконец, в себя.

— Очень приятно, — одновременно изрекли бабушка и внучка.

— А где Милолика?

— Милолика — это мама? — переспросила на всякий случай Беляна.

Радмила хлопнула ресницами.

— Извините, но мама умерла семнадцать лет назад.

На глаза Белки навернулись слёзы. Ох, и день рождения!

Женщина по ту сторону экрана закрыла ладонями лицо, опустив голову, и начала раскачиваться со стороны в сторону. Её плечи подрагивали в такт тихому причитанию, смысл которого был понятен и так.

Наконец она подняла лицо, мокрое от слёз, и промолвила, вздохнув:

— Я так и думала. Но всё-таки надеялась, — она проморгалась, спустив по щекам ещё пару слезинок, — А ты, значит, Белянушка.

Радмила подошла ближе к экрану и посмотрела на Белку с такой нежностью, будто хотела запомнить каждую её ресничку, обнять каждую чёрточку. Белка тоже внезапно почувствовала теплоту к этой незнакомой, странной женщине.

— Простите, а кто Вы маме? — несмело спросила девушка, — Сестра?

Радмила задорно усмехнулась:

— А что, разве похожа? — спросила любезно, — Нет, Белянушка, я ей не сестра, скорей, подруга. Близкая подруга, подчас, больше, чем сестра.

— Расскажите о моей маме, пожалуйста, — попросила Белка.

— Расскажу, милая. Конечно, расскажу. Вот только солнышко скоро сядет. Связь, если не ошибаюсь, прервётся и зерцальник погаснет. Жду вас обеих завтра, в то же время.

— Зерцальник?

— Ну да, золотое блюдечко — наливное яблочко мы коротко зерцальником называем. Или вещальником — кому как нравится.

— Скажите хоть, где Вы находитесь? Может, я приеду к Вам завтра? — спросила Белка, недоумевая, зачем ждать ещё целые сутки.

Но Радмила вдруг звонко рассмеялась, слегка запрокинув голову, и ласково промолвила в ответ:

— Не сможешь ты ко мне приехать, деточка. Потерпи до завтра, хорошо? Я догадываюсь, где тебя Милолика спрятала. А вот тебе, милая, придётся о многом узнать. До завтра, Верочка…

Последние слова маминой подруги Белка и Вера Сергеевна едва расслышали через резко потемневший экран. Солнце село, а вместе с ним погасло золотое блюдечко, которое, как выяснилось, называется зерцальником.

— Тортика? — предложила Вера, когда Беляна понуро отошла с яблоком в ладони от блюдца, которое теперь вовсе не походило на нечто волшебное.

— Только не тортика! — в ужасе воскликнула девушка, сразу приходя в себя, — Во мне сидит тонна мороженого! На всю жизнь наелась! Просто чаю. Черного. Крепкого. Можно колбаски, — добавила она, улыбаясь.

— Мне Радмила понравилась, — уверенно произнесла Вера Сергеевна, наливая кипяток в заварник.

— Мне тоже, — отозвалась Белка, — Схожу пока к себе, переоденусь.

— Правильно, — согласилась Вера, — И возвращайся сразу — чай пить.

Готовясь к следующей вечерней встрече, Вера с Беляной придвинули стол поближе к стене, на которой повесили блюдечко, и заварили чай заранее. Лишь только солнечные лучи из окна упали на зерцальник, Белка толкнула яблочко.

— Привет, мои дорогие, — искренне заулыбалась им Радмила с той стороны.

Все втроём рассмеялись, заметив, что устроились одинаково — удобно и с комфортом. После короткого обмена любезностями, Рада поспешила приступить к делу:

— Значит так, Белянушка. Мама твоя, хоть и экспериментаторшей знатной была, однако глупостью несусветной не отличалась. Поэтому, милая, расскажи-ка мне всё, чтобы мы вместе решили, что дальше делать.

Вера кивнула, отпивая глоточек ароматного чая.

— Да я, тётя Рада, очень мало знаю. Пусть лучше бабуля начнёт.

Вера Сергеевна подробно изложила историю о том, как встретила странную молодую женщину на дороге, что та успела сказать и что велела передать подросшей дочери. А ещё коротко историю их с Беляной жизни.

Радмила внимательно слушала Веру, не перебивая. На её лице отражалось глубокое раздумье, будто она складывала мозаику из разрозненных кусочков у себя в голове. Пару раз женщина смахивала слезинки белоснежным тонким платком.

— Значит, велела семнадцатилетия дождаться… — промолвила она вполголоса, — Понятно. Что именно Лика написала в записке?

Беляна прочитала короткое послание вслух.

— "Выбор за тобой", — рассеянно процитировала подругу Радмила. — Что ж, — бодро добавила после паузы, — Для того, чтобы сделать выбор, необходимо знать, на что идёшь. Разговор наш будет долгий. Возможно, не один вечер нам с вами просидеть придётся. Матушка твоя, Беляна, судя по всему, хотела, чтобы ты в наш мир вернулась. Но выбор тебе оставила.

— Какой мир? — для проформы спросила Белка. Она, кажется, уже знала ответ.

Радмила рассказала о том, как тысячу лет назад перед славянским народом встал нелёгкий выбор. Смириться перед выбранной князем новой религией или принять неминучую смерть. Борьба оказалась неравной. Под беспощадной рукой рабов божьих гибли тысячи свободолюбивых русов. Было уничтожено почти всё сословие волхвов, разрушены славянские светыни и сожжены ведические писания.

И тогда уцелевшие Солнечные жрецы созвали последнее вече. На котором было принято решение сохранить остатки древнего мира, пока его окончательно не уничтожили. Трое великих Волхвов в течение девяти дней и ночей сотворили нерушимый барьер, навсегда разделивший два мира. В память о той великой волшбе их земли были названы Тридевятыми.

* * *

— Если ты примешь решение вернуться, я против не буду, — твёрдо заявила Вера утром за чаем. — Что уж тут говорить — я и сама не отказалась бы у них побывать. Хочется только знать, что ты там будешь делать?

— Не знаю, бабуль. Зерцальник вчера вырубился на самом интересном месте. Думаю, там есть чем заняться.

— Радмила не производит впечатления дремучей невежды. И разговаривает так же, как мы с тобой.

— Сама удивляюсь, — пожала плечами Беляна.

— С другой стороны — полагать, что у них за тысячу лет ничего не изменилось, по меньшей мере, наивно.

— К тому же волшебство… — девушка мечтательно подвела глаза к потолку.

— Волшебство и мирная жизнь, как раз, скорее тормоз прогресса, — уверенно произнесла Вера Сергеевна.

— Как это?

— Да так. Вот будь у тебя скатерть-самобранка, стала бы ты изобретать микроволновку? Да и вообще — зачем сеять, жать, хлеб печь, за скотиной ухаживать, если развернул её, родимую — тут тебе и хлеб, и молоко, и гусь жареный?

Белка рассмеялась:

— А будь у каждого по паре сапог-скороходов, не нужно было бы изобретать автомобили, самолёты и пароходы. Нет, пароходы, пожалуй, стоило бы изобрести. В сапогах по морю как-то неудобно…

— На этот случай есть ковёр-самолёт, — напомнила Вера.

— Точно, — согласилась Беляна, — И этот… летучий корабль, — добавила с усмешкой.

* * *

Все последующие дни, вечер за вечером, словно домохозяйки к любимому сериалу, Вера и Беляна спешили к зерцальнику. Радмила была неистощима. Взяв с собеседниц обещание хранить в тайне всё, что услышат, она ничего не скрывала. И на вопросы отвечала без возражений.

— Мы с твоей мамой выросли в одной деревне, — рассказывала она, — Залесье называется. А когда обеим исполнилось по семнадцать, вместе поступили в Ведарию Мудрограда.

— Что такое Ведария? — подняла брови Вера Сергеевна.

— Учебное заведение, — улыбнулась Рада, — Так вот. Поступили мы туда на ведуний учиться.

— На ведуний? — поперхнулась Белка.

— Ну да — ведающих. Твоя мама была очень способной. Все преподаватели нахвалиться не могли, как быстро она всё схватывала. А на третьем курсе, когда к знаниям ещё и сила открывается, Милолика оказалась самой могущественной чародейкой в Ведарии. Но этого ей было мало, — Радмила погрустнела, — Она помимо использования ведовства, начала изобретать новые заклинания и заговоры. И меня в свои эксперименты втягивала. Чего только мы не вытворяли, вспомнить страшно! Но по молодости всё было нипочём. А целительницей она была отменной, так что ожоги наши да переломы на раз лечила. Помню, как долго мы мучились над заклинанием, что дверь в барьере открывает…

— Каком барьере? — всполошилась Вера Сергеевна.

— В том самом, Верочка. Что разделяет наши миры.

— А разве зерцальник — не такая дверь? Или его как раз мама изобрела? — подала голос Беляна.

— Нет, милая. Зерцальник — это лишь окно, открывающееся во время заката. Его действительно придумали мы с твоей мамой, но опробовать не успели.

Заклинание, открывающее проход, через который можно из одного мира в другой попасть всегда было, только держалось в строгом секрете. Вот его-то твоя мама и решила повторить. Но не вышло ничего. Вроде, и формулы подобрали, и формы учли, а чего-то не хватало.

Мне надоели все эти эксперименты, и я отказалась в них участвовать. А твоя мама — нет. Прибегала она однажды — весёлая, довольная. Намекала, баловница, что нашла недостающее звено. Теперь-то я понимаю, что она имела в виду. Закрутилось всё как-то — учёба, выпускные экзамены, потом сразу две свадьбы отыграли. Тут уж не до экспериментов было…

* * *

— Ты будешь такой же, как твоя мама, — недовольно ворчала Вера Сергеевна, — Это надо удумать — опыты над собой ставить!

— Но ты ведь не знаешь, что было дальше! — возразила ей Беляна.

— Не поверишь, милая. Я знаю, чем дело кончилось.

Белка прикусила губу:

— Обещаю, бабуль, я такой не буду…

— Значит, уйдёшь туда и никогда не вернёшься, — глаза бабушки наполнились влагой.

— Я что-нибудь придумаю, — пообещала Белка.

— Вот мы и пришли туда, откуда начали. Ты будешь такой же выдумщицей, как твоя мама.

— Моя мама делала это ради эксперимента, а я — ради тебя! — в отчаянии воскликнула девушка, — Неужели думаешь, я соглашусь уйти, не имея возможности вернуться?

— Тсс, моя девочка, — Вера крепко обняла Белку, заметив, что та готова расплакаться, — Хочешь туда? — спросила, прижав белокурую голову к груди.

— Хочу, — подняла лицо Беляна, с мольбой заглянув ей в глаза.

— Значит, поедешь… — Вера Сергеевна пригладила непослушные волосы внучки, — Или пойдёшь, уж не знаю, как правильно. Но не смей там умирать! — приказала строгим тоном.

— Мама умерла не там, а здесь, — грустно промолвила Беляна. — И мы ещё не знаем, куда делся мой отец.

— Погоди до завтра, милая. Всё узнаем. Хотя… если Радмила до сих пор ничего не сказала, он вряд ли жив. Что-то у них там не заладилось…

* * *

От зоркого взгляда Радмилы не укрылось, что настроение её слушательниц сегодняшним вечером изменилось. И она, видимо, догадалась, в чём дело, потому что начала рассказ с очень странной фразы:

— Вы простите меня, мои дорогие. Не успела я вчера сказать, что в конечном итоге именно эксперименты Милолики и спасли твою, Беляна, жизнь.

Вера Сергеевна с Белкой недоумённо переглянулись. А Радмила, уловив, что попала в точку, глубоко вздохнула и продолжила уже спокойнее:

— А теперь всё по порядку. По окончании Ведарии мы с твоей мамой остались в Мудрограде. Вышли замуж. Мама твоя, Милолика — за Владислава, а я за Ярослава Тихомировых. Родными братьями они были. Так что я тебе, Белянушка, тётка по мужу. А матери твоей не только подруга, но и сноха.

Белка счастливо улыбнулась новой родственнице. А Радмила, пригладив косу, продолжила повествование:

— Были мы несказанно счастливы. Но недолго. Всего несколько месяцев прошло со свадебных пиров, как пришло трагичное известие. Кощеевы полчища напали на наше родное Залесье.

— Кощеевы, значит… — Белка не спрашивала, а скорей констатировала факт.

— Кощей Бессмертный — Владыка Кощеева Царства. Но ты дальше слушай. Сожгли кощейцы нашу деревню дотла. Убили всех — мужчин, женщин, стариков… — Радмила горестно приложила ладонь к груди и сглотнула, — Погибли и наши с Милоликой родители. Лишь нескольких ребятишек да младенцев удалось спасти. И тогда собрали наши мужья рать из верных друзей — сильномогучих богатырей. И пошли они с Кощеем воевать, Кощеевой смерти искать.

Рада помолчала, прихлебнув из чашки:

— Да только не вернулся никто. Все в том бою головы сложили.

Она горестно заломила руки. Беляна и Вера не торопили её, но Радмила мужественно продолжала:

— Не знали наши мужики, уходя, что мы обе на сносях были. Твоя-то мама ничего — выдержала. Родилась ты — славненькая такая, здоровенькая. Милолика в тебе души не чаяла! А у меня с горя ребёночек помер, не родившись…

А дальше, Белянушка, не знаю я, что произошло. Кощей ни с того, ни с сего, стал на твою мать охотиться. Помститься, поди, хотел — про то не ведаю. В тот вечер прибежала она ко мне с тобой на руках. Глаза горят, руки трусятся, словно у малахольной. Я ещё слаба была после скидыша. Она лишь сунула мне книгу свою ведовскую да зерцальник вот этот в руки вложила. "Храни, — говорит, — всегда на виду". Я и хранила, как велено, все семнадцать лет.

Матушку твою я с тех пор не видела. Да и про Кощея никто слыхом не слыхал с той поры. Я раньше думала, одолела она его — больно могучей была. Ценой жизни своей погубила. Но раз она тебя в другом мире спрятала, возможно, и сама не поняла этой победы. Как-никак, а Бессмертный он…

На несколько секунд повисла тишина. Затем Радмила рассеянно поправила косу и вздохнула:

— В общем-то, милые, я рассказала всё, что знаю. Может, сами спросить чего желаете?

— Я вот о чём думаю, тётя Рада, — нерешительно заговорила Беляна после паузы, — Если мама была такой могущественной ведуньей и целительницей, почему она не смогла спасти себя?

Радмила понимающе кивнула:

— Я знала, что ты задашь этот вопрос, — она помолчала немного, собираясь с мыслями, — Понимаешь, деточка, когда люди отказались от своего наследия, они предпочли ведам — знаниям слепую веру. Буква писания присвоила вашему Богу исключительное право на чудо, тем самым вытеснив все иные источники. Магия предков ушла из вашего мира. Но даже тогда её жалкие остатки ещё несколько столетий продолжали искоренять. Так волшебство сконцентрировалось в нашем мире, почти ничего не оставив вам. Поэтому твоя мама осталась беззащитной. Думаю, спасая тебя, она потеряла слишком много сил. А пополнить запас на той стороне оказалось просто нечем.

Белка грустно вздохнула. С каждым днём она всё лучше представляла, какой была её мама. Красивая женщина, сильная ведунья, верная подруга. Беляна тоже хотела стать такой. Но для этого ей придётся оставить бабушку и уйти в незнакомый мир, полный волшебства.

— А вдруг у меня нет никаких способностей? — робко промолвила она, — Вдруг я вовсе не ведунья? Разве это обязательно наследуется?

— Не обязательно, конечно. Но не беспокойся — ты, бесспорно, можешь стать ведуньей.

— Откуда Вы знаете? Ведь в нашем мире нет магии, и я не могу себя проверить.

— Ну, немножко ещё осталось, — улыбнулась Радмила, — Твоя мама и об этом позаботилась. Ты ведунья уже потому, что смогла задействовать зерцальник, — простодушно добавила она.

* * *

На тестах Беляна набрала достаточно баллов, чтобы поступить практически в любой ВУЗ страны. Приятно, конечно, но… теперь они с бабушкой шутливо гадали, какой проходной балл необходим для поступления в Ведарию Мудрограда? Нужно ли брать с собой аттестат, и не придётся ли пересдавать экзамены?

Беляну волновало, что от неё потребуется в родном, но неизвестном для неё мире, а Вера Сергеевна переживала, как Беляна туда попадёт. Ведь если существует нерушимый барьер, а заклинание, открывающее в нём проход, держится в строгой тайне, то такой переход — явное нарушение Тридевятого законодательства.

— Не хватало ещё сразу по прибытии в тюрьму попасть, — бурчала она, — Нет уж — надо, чтобы всё по закону — никаких хитростей. Как ты вообще собираешься объяснять своё прибытие?

— Да уж мы с тётей Радой что-нибудь придумаем…

— Тоже мне, придумщицы! Ты слишком приметная, и волосы у тебя стриженые. У славян считалось волосы стричь — отнимать ум, силы и здоровье.

— Волосы не руки — отрастут, — отшучивалась девушка. Но в душе впервые в жизни жалела, что не обзавелась длинной, как у Радмилы, косой. А вдруг из-за короткой стрижки у неё не хватит сил или ума для обучения ведовству?

— Я вот чего не пойму, — Беляна задумчиво пригладила непослушные пряди перед зеркалом в гостинной, — Ведь жестокие времена "огня и меча", средневекового варварства, когда так называемых ведьм по малейшему подозрению топили, сжигали и вешали, давно прошли. Почему бы теперь не объединить оба наших мира?

— А я понимаю, — возразила ей Вера Сергеевна, не отрываясь от кроссворда, — Все волшебные миры не желают быть обнаруженными. Подумай что будет, если завтра над Ленинским проспектом Баба Яга в ступе пролетит?

— А ты права, бабуль, — согласилась Белка, снова растрепав волосы, — В лучшем случае решат, что кино снимают со спецэффектами. А когда поймут, что она настоящая — стрельбу откроют.

— Вот именно. А ведь речь идёт о многих тысячах людей и существ, наделённых сверхъестественными силами, которые горохом высыпятся на головы наших далеко не простодушных сограждан.

К вечеру Белка почувствовала какую-то неуверенность, сдобренную волнением и щемящим чувством в груди. Войдя в гостиную, она прислонилась к стене и печально вздохнула, пытаясь разобраться в собственных мыслях.

— Что? — подняла Вера глаза от курсовой.

Ничего не скроешь от её проницательности.

— Бабуль, а ты всегда верила в сказки? — рассеянно поинтересовалась девушка.

— С чего ты взяла, что я верю? — Вера Сергеевна опустила очки на кончик носа.

— Хм… ты ведь понимаешь, насколько удивительно то, что сейчас происходит?

Вера сдвинула оправу назад на переносицу и выпрямилась в кресле:

— "Всё, созданное воображением, должно существовать где-то во Вселенной", — назидательным тоном процитировала она.

— Само собой, — усмехнулась Беляна, — И куда бы ни занесли нас фантазии — в каменный век, или на другую планету, разговаривать там будут на чистом русском языке.

— А на каком нужно — на французском? — пожала плечами Вера Сергеевна, — Несмотря на тысячу лет изоляции, речь Радмилы почти не отличается от нашей. Да и записка твоей мамы более чем понятна. Почему? Спроси об этом у Рады.

Хмыкнув в очередной раз, Белка толкнула яблочко. И оно послушно описало первый круг по кромке золотого блюда. Чудеса!

Однако знакомая горница оказалась пустой. Только через минуту запыхавшаяся и румяная Радмила ворвалась в горницу, сходу подскочив к зерцальнику:

— Ой, вы здесь, мои дорогие! Простите — докучная заказчица попалась.

— Заказчица? — переспросила Вера.

— Ну да. У меня ведь тоже работа, а как вы думали? — усмехнулась Рада и присела к столу.

— Вы целительница? — поинтересовалась Белка.

— Нет, Белянушка, — Радмила напряжённо сложила руки перед собой, — Я давно перестала практиковать волшбу. Когда погиб муж, что-то надломилось во мне, — она вздохнула, привычным жестом пригладив косу, — Держу с подругой небольшую лавочку. Шьём одежду на заказ. Рукодельниц у нас несколько — ткачих, швей, вышивальщиц. В общем, споро дело идёт, не жалуемся, — добавила бодрым тоном.

— Я хотела спросить, тётя Рада, — после паузы заговорила Беляна, — На изучение рунического письма, вашего календаря, математики… мне понадобится много времени. Не то, чтобы я против, но разве можно учиться таким сложным вещам, как ведовство, не освоив для начала азбуки? Я вовсе не хочу быть самой тупой в Мудрограде!

— Так значит, вот что тебя волнует, деточка! — обрадовалась Рада, — То есть учиться в Ведарии ты уже хочешь?

— Конечно, хочу, — засмущалась девушка.

— Значит, будешь. Если бабушка, разумеется, тебя отпустит. — Радмила бросила лукавый взгляд на Веру Сергеевну.

— Я просто хочу быть уверенной, что Беляне у вас ничего не грозит, — твёрдо ответила та.

— Не больше, чем в вашем мире. У нас, по крайней мере, нет автомобилей, самолётов с их регулярными катастрофами и продуктов с ГМО, — засмеялась собственной шутке Рада.

Вера Сергеевна и Беляна дружно открыли рты.

— Откуда такие познания? — едва придя в себя, спросила Вера, — Вы там что — газеты наши выписываете?

— Нет. Газет мы, конечно, не выписываем. Но есть у нас одно ведомство полезное… в общем, слушайте.

Первое время после создания барьера в Тридевятых землях царил полный хаос. Смысл жизни был непонятен, работать никто не хотел, даже торговля застыла. Волшебство только мешало…

Вера и Белка синхронно кивнули. Эту тему они уже обсуждали. Радмила, заметив, что слушательницы понимают, о чём идёт речь, продолжила.

— Начались войны за владычество. Хотя какой смысл во власти, которая держится на дудочках-самогудочках, палицах семисотных, свистках всех мастей и прочем оружии массового поражения? Да-да, в этих бесконечных побоищах не обходилось без воровства и мошенничества. Пришлось вмешаться волхвам. Они заперли наиболее опасные чудесные предметы в Диковиннице и строго-настрого запретили пользоваться чарами в широкомасштабных целях. После этого их вмешательства потихоньку всё наладилось. Ну, были, конечно, стычки, в результате которых Тридевятые земли разделились на несколько держав. Но так оно даже к лучшему.

С той поры, как был возведён барьер, никому, даже Кощею, не приходило в голову его разрушить. Какие бы события не происходили. Но это не означает, что мы забыли о вашем существовании. Вы ведь нас тоже не забыли? Наш мир отчасти сохранился в ваших сказках, мифах и легендах. И он никогда не представлял угрозы вашему. Но не наоборот. Поэтому Хранители позволили послать к вам соглядников. Обмениваться знаниями, идеями, опытом. В условиях строгой секретности, конечно. Теперь мы называем их связистами. И если ты, Белянушка, твёрдо решила учиться в Ведарии Мудрограда, без их помощи нам не обойтись…

— Ну почему, почему всякий раз на самом интересном месте! — выдала Белка незабвенную мультяшную цитату, когда солнце закатилось за горизонт, и экран зерцальника погас.

— И так почти всё понятно, — успокоила её Вера Сергеевна. — Не такие уж они и изолированные. Просто посещения строго регламентированы. Пойдём-ка спать. Утро вечера мудренее.

* * *

Мудрым, или нет, но утро оказалось хмурым и неприветливым. Бросив взгляд за окно, Беляна убедилась, что на улице моросит мелкий и мерзкий дождик, вопреки ожиданиям не охлаждая воздух, а делая его густым и душным. Судя по виду неба, до вечера ничего не изменится, — подумала она с грустью, — Хорошо, что не нужно никуда идти.

— Как спалось? — вместо приветствия спросила Вера Сергеевна, попивая кофе.

— Вообще не спала, — ответила ей лохматая Белка, входя в гостиную.

— Что надумала? — с притворным безразличием поинтересовалась Вера.

С мрачным выражением на лице Беляна налила себе огромную чашку кофе и присела напротив бабушки:

— Дом там, где сердце, — неопределённо ответила она.

— Что это значит? — удивилась Вера Сергеевна.

— Я не могу тебя бросить. Вот что.

Вера как-то грузно поднялась и медленно двинулась к мойке поставить чашку. Затем обернулась и произнесла после паузы:

— Я не собираюсь тебя отговаривать. Отнюдь.

— Спасибо, бабуль. А ты сможешь вечером сама сказать Раде…

— Нет уж, уволь. Ты взрослая девочка. Учись отвечать за собственные решения, — твёрдо отчеканила она.

— Я что-то не пойму. Ты всё-таки против?

— Нет. Я рада, что ты останешься со мной. Но позволь уточнить — ты действительно останешься?

— Я решила, и я остаюсь.

— Хорошо, — Вера саркастично усмехнулась, — Айдарск городок небольшой. Всего два ВУЗа. В какой из них ты собираешься поступать?

Белка пренебрежительно поморщилась. Она поняла, что бабушка имела в виду. Уезжать, скорее всего, пришлось бы в любом случае. Не в другой мир, так в другой город. Она молчала, не в силах произнести ни слова.

— Я спрашиваю тебя, кем ты хочешь быть? Учительницей или бухгалтером? — Вера Сергеевна слегка повысила голос, — Это простой вопрос. Ты можешь мне ответить? После всего, что ты о себе узнала, какую профессию ты выберешь?

— Подам документы в оба, — упрямо нахмурилась Беляна.

— А ты простишь себе это решение? Нет, даже не так. Ты мне простишь? Сидя через пять лет за пыльной конторкой или уставившись в экран монитора. О чём ты будешь думать, стоя в очереди с отчетами в налоговую инспекцию? Или по ночам проверяя пусть не контрольные работы, а курсовые и дипломные, как я. Ладно, пусть не я. Я далеко не лучший пример. Ты выйдешь замуж за одного из мальчишек, что сидят в маршрутке. Нарожаешь ему детей и будешь по вечерам читать им сказки. Зная, что могла стать частью этой сказки. И каждый раз! Каждый раз, милая, твоё сердце будет рваться на куски от того, что ты сегодня сказала "дом там, где сердце".

Беляна закрыла ладонями лицо. Но Вера Сергеевна была неумолимо жестока:

— И вот тогда ты придёшь ко мне. Через пять лет мне будет хорошо за семьдесят, и мы всё равно будем жить отдельно. Как ты думаешь, тогда ты расскажешь мне, как далеко твоё сердце от дома?

Белка уронила лицо на руки, сложенные на столе. Через минуту напряжённого молчания, когда поняла, что жалеть её никто не собирается, подняла голову:

— Всё может сложиться совсем не так. В этом мире тоже можно стать счастливой!

— Можно, — утвердительно заявила Вера, — Но не тебе. Этот мир чужой для тебя, дорогая. Смирись с этим. Как я смирилась семнадцать лет назад, когда впервые взяла тебя на руки. Я всегда знала, что наступит этот день. Но, как и твоя мама, изо всех сил желала и желаю тебе счастья! Она хотела этого. Поэтому завтракай, а потом иди к себе и выспись. Утро не считается мудрым, если ты не спала всю ночь. А вечером расскажешь мне о том, где заблудилось твоё сердце.

* * *

В дверь комнаты осторожно постучали. Неспокойный сон прервался, и Беляна открыла глаза. На часах почти семь. Скоро закат.

— Не сплю, бабуль. Заходи, — окликнулась она.

Вера Сергеевна вошла в комнату и присела на край кровати:

— Кажется, я поступила с тобой несправедливо, милая, — произнесла тихо, — Это должно было быть твоим решением, а я пыталась на него повлиять.

— Нет, бабуль. Во-первых, ты имеешь полное право на меня влиять, а во-вторых, я благодарна тебе за то, что ограждаешь меня от ошибок, — грустно промолвила Белка, — Только кто же будет меня вразумлять, если тебя не будет рядом?

— Боязнь совершить ошибку — тоже ошибка, — Вера Сергеевна улыбнулась, — Ты добрая, честная и справедливая девочка. А ответов на все вопросы не знает никто, даже я.

— Если мне там не понравится, я смогу вернуться и поступить в университет в следующем году. Как думаешь — меня отпустят обратно?

— Надеюсь, что отпустят, — ответила Вера, — Но… думаю, тебе там понравится.

— Прежде чем соглашусь, я должна быть уверена, что есть возможность вернуться, и что я смогу общаться с тобой.

— Пойдём ужинать, милая. Скоро закат. Прибереги свои вопросы для Радмилы.

* * *

— Даже не думала, что буду так волноваться, — смущённо пробормотала Рада, едва появившись в зерцальнике, — Сегодня утром мне вдруг пришло в голову, что ты можешь отказаться. Что я недостаточно рассказала тебе о нашем… о твоём мире.

— Мда… Как раз сегодня утром у нас был очень серьёзный разговор, — отозвалась Вера Сергеевна, подмигнув Беляне.

— Но мы согласны, — кивнув бабушке, заверила та.

Губы Радмилы растянулись в счастливой улыбке, а затем в глазах заплясали лукавые искорки:

— И ты не боишься неизвестности? — усомнилась она.

— Боюсь, — согласилась девушка, — Но раз так хотела мама… да и мне самой любопытно. Вот только… я должна быть уверена, что с бабушкой всё будет в порядке.

— Надеюсь, вы сможете договориться с Вершилой обо всём.

— Кто такой Вершила? — поинтересовалась Вера.

— Связист, — ответила Рада, — Я говорила вам в прошлый раз, кто они такие. А Вершила — ещё и мой старинный друг. Очаровательный человек, — улыбнулась она, — Но не думаю, что будет в восторге от того, что мы тут с вами вытворяем.

Радмила нахмурилась и продолжила:

— Связь между нашими мирами строго контролируется. И зерцальник этот, — она взглянула, очевидно, на блюдечко со своей стороны, — Вероятно, единственный в своём роде. Но попытаюсь объяснить Вершиле, в чём дело. Ты принадлежишь нашему миру, Белянушка. Они не могут этого не учитывать.

— Они ведь не накажут Вас, да и Беляну заодно? — заволновалась Вера Сергеевна.

— А за что нас наказывать? — Радмила усмехнулась, — Это ведь Милолика осуществила недозволенное проникновение в ваш мир. И думаю, — Радмила постучала пальцами по щеке, — У неё были очень серьёзные причины для такого поступка. Жаль мы не узнаем, что произошло с Кощеем. В любом случае, Милолика его обезвредила ценой своей жизни, чего раньше никому не удавалось. А значит, заслуживает хотя бы того, чтобы в награду за этот подвиг её дочь могла вернуться домой.

Глава 2

Лунное озеро

Время в ожидании новой встречи с Радмилой тянулось невыносимо долго. В столице Пресветлого княжества — Княжграде — проводилась очередная большая ярмарка, и Рада должна была на ней присутствовать. К тому же оказалось, что её знакомый связист сейчас находится в нашем мире, и встретиться с ним можно будет только через десять дней, когда он вернётся.

Конечно, после принятия окончательного решения, сомнения больше не терзали Белку. Теперь её терзало неведение. Рассказанного Радмилой было слишком мало, чтобы достаточно определённо представить, что ждёт девушку на той стороне. Рада предупредила, чтобы Беляна не пыталась изучать один мир по источникам другого. "Не надо ничего читать, если не хочешь, чтобы у тебя в голове образовалась каша. В ваших книгах слишком много фантазий и несуразиц", — не допуская возражений, объявила она.

Поэтому иногда воображение разыгрывалось до такой степени, что ожидание становилось просто нестерпимым. Но беспокоить понапрасну Веру Сергеевну девушка не хотела. Та всё равно мало чем могла помочь. Они с удовольствием обсуждали известные им факты о неизвестном пока крае, не усложняя рассуждения лишними предположениями. Обе старались вести себя так, будто не случилось ничего большего, чем поступление в университет в другом городе и скорый отъезд в связи с этим счастливым событием. Впрочем, убеждала себя Беляна, такое самовнушение не так уж далеко от истины. Наверняка, Вера Сергеевна рассуждала точно так же.

Одним вечером Белка прибежала домой и заявила, что завтра они с Натальей, Чарльзом и ещё парой ребят отправляются на озёра. Отдохнуть на несколько дней. С Натальей Беляна училась вместе с первого класса, девушки сидели за одной партой, а теперь им предстояла разлука и может быть навсегда. Кроме того, сидеть дома и мусолить в голове вопросы, на которые невозможно найти ответы, Белке надоело. Необходимо было отвлечься.

Рано утром, наскоро собрав нехитрый багаж — купальник, шорты, пару футболок и прочую ерунду, Беляна в потёртых джинсах и коротком топике вылетела из своей спальни. Вера Сергеевна уже позавтракала и читала газету, попивая ароматный чай с бутербродом. Взглянув мельком на девушку, она улыбнулась:

— Ты всё-таки подумай насчет гардероба. Иначе сказать, что ты произвела фурор в сказочном мире, будет сильным преуменьшением.

— Подумаю, бабуль, — пообещала Белка, целуя бабушку в щёку, — Но пока дай последние недельки насладиться пусть и заморским, но таким исключительным изобретением, как джинсы!

Она шлёпнулась на стул и потянулась за бутербродом.

— Кстати, совсем не исключено, что я, как жертва реального мира, введу у них там моду на джинсы и… интересно, там едят бутерброды? — нахмурилась она, откусывая небольшой кусочек.

— Если не едят, ты станешь первой. Брось сейчас же и сначала поешь по-человечески, — ответила Вера Сергеевна, накладывая овсяную кашу.

Белка с обречённым видом подвинула к себе тарелку и стала грустно елозить по ней ложкой.

— Вы вернётесь как раз в день встречи с Радмилой. Постарайся не задерживаться.

— Ни за что! — пообещала девушка.

Через полчаса под окном раздался автомобильный гудок. Схватив спортивную сумку, Беляна выскочила в дверь, махнув Вере Сергеевне на прощанье рукой.

Её уже встречали. Наташка первой выскочила с заднего сиденья чёрного седана и, встряхнув коротким каре тёмно-каштанового цвета, чмокнула подругу в щёку. За ней из машины вышли мужчины. Долговязый Чарльз, недовольный тем, что его невеста самостоятельно выскочила из автомобиля. Весёлый, коренастый Макс — брат Натальи и вечная душа компании. За рулём оказался незнакомый высокий черноволосый парень лет двадцати пяти.

— Познакомься, Беляна, это Сергей — партнёр Чарльза по бизнесу, — промурлыкала Наталья, хитро улыбаясь. И прижалась к угрюмому жениху.

Сергей с достоинством кивнул. За тёмными очками выражения его глаз видно не было. Белка приветственно махнула рукой.

— Привет всем, — улыбнулась она.

— Рассаживаемся, рассаживаемся, — засуетился Максим, открывая перед Беляной пассажирскую дверь. А сам устроился сзади, рядом с воркующими Чарльзом и Наташкой.

— Это чтоб ты себя третьей лишней не чувствовала, — заверил он Белку, бросая на влюблённых насмешливый взгляд.

— А ты как же? — улыбнулась ему девушка.

— А я привык, — подмигнул Макс.

Пару часов спустя Беляна с Натальей уже отдыхали на пляже, нежась под ласковыми солнечными лучами. Мужчины хлопотали у мангала, не подпуская женщин к приготовлению мяса, чем последние были весьма довольны.

Дача, куда они приехали, принадлежала Сергею. Уютный домик с гостиной, кухней и верандой на первом этаже, тремя спальнями и ванной на втором. Большая беседка и сад, спускающийся непосредственно к озеру, берег которого засыпали песком, оборудовав небольшой пляж, где и загорали теперь девушки.

Озеро с романтичным названием Лунное оказалось небольшим и действительно вытянутым в форме полумесяца. Метров сто пятьдесят в ширину и уходящей за поворот длиной. Вдоль одного берега расположился дачный посёлок, а другой утопал в зелени, привлекающей Белкин взгляд. Однако Сергей сразу предупредил, чтобы без него на ту сторону не плавали, так как там водятся гадюки и прочая пугающая девушек нечисть. Наташка брезгливо поморщилась, заявив, что всё равно плавает плохо. Поэтому никуда не поплывёт, даже ради знакомства с гадюками. А вот Белку такой запрет наоборот, заинтриговал. Ей, выросшей в городе и воспитанной бабушкой, не часто удавалось вырваться на природу. Дачи у них не было, самим ездить в лес — собирать грибы и ягоды — им с Верой Сергеевной как-то в голову не приходило. И теперь она не сводила взгляда с маняще покачивающих макушками деревьев изумрудного леса.

— Значит, уезжаешь, — нарушила молчание Наталья.

— Ты тоже, — откликнулась Беляна ей в тон.

— Я не растворяюсь, по крайней мере. Ты можешь мне позвонить, связаться по скайпу, я буду приезжать с Чарльзом, ведь у него здесь дела, — возразила подруга, — А как исчезаешь ты, Белка? Почему не говоришь куда, не берёшь с собой мобильный, что это за тайны?

— Я не могу тебе рассказать, Наташ, — серьёзно ответила Беляна, — Правда, не могу. И ты всё равно не поверишь, — добавила вполголоса.

Наталья обиженно засопела и снова погрузилась в молчание. Но долго безмолвствовать было не в её характере, поэтому, перевернувшись на живот, девушка снова заговорила:

— Ладно. Надеюсь, эти шпионские страсти хотя бы пойдут тебе на пользу, — усмехнулась она, — Скажи лучше, как тебе Сергей?

— Приятный молодой человек, — уклончиво ответила Белка.

— Красивый, умный, ответственный и взрослый, — перечислила достоинства парня Наталья, — Тебе такой должен понравиться, — добавила она.

— Да? — подняла брови Беляна, — Откуда ты можешь знать, какой мне должен понравиться, если я никогда ни с кем не встречалась?

— Чарльз считает, что вы идеально подходите друг другу, — не слыша возражений подруги, продолжила Наталья, — И я разделяю его мнение.

— Погодите, — возмутилась Белка, — Так вы всё это затеяли… — она села на покрывале.

— Ну да, — невозмутимо ответила подруга, — Не только, конечно. У Сергея в самом деле отличная дача, и нам всем не помешает приятный отдых.

— И бесплатный цирк, судя по всему! А не рановато ли вы меня в старые девы записали? — продолжала злиться Беляна, — Мне только семнадцать!

— Ничего, Серёжа подождёт, — менторским тоном ответила Наталья, блаженно растягиваясь на спине, — Чарльз же дождался, — промурлыкала она с улыбкой и демонстративно надела очки, показывая, что Белкины возмущения её ничуть не задевают.

У Беляны от такой наглости просто отпала челюсть. Она неверящим взглядом уставилась на подругу. Устроить такое, за её спиной… Как теперь смотреть в глаза Сергею? Что они там ему наговорили? Тоже мне, сводники нашлись!

Белка раздраженно встала и пошла к берегу озера. Хотелось сбежать и как можно дальше, от стыда и злости на подругу. Она медленно вошла в воду и поплыла, стараясь растворить в окружающей прохладе свой гнев. Плыла медленным уверенным брассом, забыв обо всём, кроме неприятного инцидента с Наташкой, её женихом и незнакомым парнем, тоже ставшим жертвой интриг гнусной парочки. Ведь даже если бы они с Сергеем понравились друг другу… она исчезнет из этого мира почти на год! А возможно, навсегда. Нет, какое "может быть понравились"? Ей не нужны сейчас никакие отношения. Или… Беляне вдруг пришло в голову, что подруга таким образом хотела остановить её от поездки, смысла которой не могла понять. Или, уезжая, не могла оставить её здесь, совсем одну…

Она улыбнулась про себя. Напряжение слегка отпустило, и девушка, наконец, огляделась вокруг. Размышления привели её к середине озера, и теперь расстояние до зелёного берега оказалось даже меньше, чем до пляжа. Вот и шанс добраться до манящей роскошной зелени, — подумала она, забыв о предупреждении хозяина дачи.

До берега осталось всего пару десятков метров, когда Беляна неожиданно увидела перед собой быстро движущуюся в воде толстую чёрную спираль. Гадюка! — пронеслась ужасная мысль, и сразу вспомнилось предостережение Сергея. Она конвульсивно забарахталась, пытаясь свернуть с пути змеи. В этот момент правую ногу пронзила острая боль. Судорога, — догадалась она. Дыхание от испуга и боли сбилось, и Белка неожиданно для себя начала погружаться в воду. "Я что, тону? — забеспокоилась ещё больше, — Не может быть!"

Беляна прекрасно плавала. Но сейчас даже просто вернуться на поверхность, выровнять дыхание и доплыть при помощи одних рук, стараясь отвлечься от боли, пронзившей ногу до самой поясницы, никак не удавалось. Белку неумолимо тянуло на дно. Она безнадёжно теряла силы. "Какая глупая смерть", — мелькнуло в сознании. Она ещё раз постаралась вздохнуть, но вместо этого наглоталась воды и закашлялась. Попытка привести лёгкие в порядок усугубила ситуацию. Беляна опускалась на глубину, понимая, что сил бороться больше не осталось.

* * *

Наталья блаженствовала под тёплыми солнечными лучами. Она слышала, как разозлённая подруга потопала прочь, но это не беспокоило девушку. Она знала, что поступила правильно, а Белка успокоится — никуда не денется. Ещё и спасибо скажет. Сергей действительно хорош — Чарльз не солгал. И она заметила, как парень украдкой поглядывает на Беляну. Девушка явно ему понравилась, даже слишком…

Довольная собой, Наталья потянулась и села на покрывале, любуясь красотой озера. Но внезапно вскочила, как ужаленная, и заорала не своим голосом, схватившись за голову. Парни, хохочущие о чём-то, опрометью бросились к ней. Первым подскочил Чарльз. Увидев безумные глаза невесты, проследил за её взглядом. Туда же смотрели Максим и Сергей. Они вчетвером бросились к берегу. Беляна была уже далеко за серединой озера.

— Белка! — заорал Макс.

— Беляна!!! — вторили ему Наталья и Чарльз.

— Бесполезно, — рявкнул Сергей, — Ветер в нашу сторону, она нас не слышит.

Он одним рывком сорвал футболку и бросился в озеро. Рассекая воду широкими мощными гребками, быстро плыл к середине водоёма.

Но Беляна к тому времени уже была далеко. Она почему-то бросилась в сторону от выбранного направления и начала барахтаться.

— Ерунда какая-то, — бормотала Наталья, — Она плавает, как рыба. Может, напугать хочет?

Но нет, это не в характере её подруги. Белка априори не способна на лицемерие. Господи, неужели… в глазах Наташи отразился ужас. Она разозлила подругу, и та сейчас погибнет по её вине…

— Что ти ей сказалья?

Увидев перед собой разгневанное лицо жениха, Наталья сморгнула слёзы. И Чарльз всё понял. Он отлично знал характер своей любимой, и что держать язык за зубами та не умеет — тоже знал. А ещё прекрасно понимал гордую натуру её подруги. Именно потому предложил познакомить их с Сергеем. "Два сапога пара" — кажется, так звучит русская поговорка. Неудивительно, что Беляна рассердилась. Он тоже ни слова не сказал Сергею, предугадывая его реакцию.

Тем временем события развивались с головокружительной скоростью. Сергей приближался туда, где только что барахталась Белка. Но голова её уже несколько секунд не показывалась над поверхностью. Наконец, доплыв до места, где должна быть девушка, Сергей исчез под водой.

Глубина около четырёх метров, не больше. Он должен быстро её найти и вытащить, пока последствия не стали необратимыми.

Пусто. Он вернулся на поверхность, пару раз глубоко вздохнул и снова нырнул. Храбро боровшаяся за жизнь девушка продолжала плыть, даже погрузившись в воду. Она может быть в паре метров от места, где он последний раз её заметил. Вот она! Сергей, наконец, увидел бледную фигурку и изо всех сил вытолкнул её на поверхность.

Её сознание почти погасло. В голове промелькнули последние отчаянные мысли о бабушке, об ожидающем её сказочном мире и собственной глупости. Мука, раздирающая всё тело, куда-то пропала, в глазах потемнело, а помыслы улетучились…

Вдруг что-то сильное подхватило её, выталкивая к свету. Оно несло её куда-то, а в грудь вернулась раздирающая неистовая боль. Белка закашлялась, выплёвывая огромное количество воды. Но здесь был воздух. Было больно, но она могла дышать. А значит, она жива!

Беляна перевернулась на бок, пытаясь удалить из лёгких остатки воды, судорожно хватая ртом воздух. Немного отдышавшись, схватилась за пучок травы, и глядя на зелёные травинки, улыбнулась им. Она выплыла. Она смогла. Она будет жить!

— А Чарльз утверждал, что ты девушка серьёзная, не склонная к легкомысленным поступкам, — вдруг услышала она негромкий голос откуда-то сверху, и сообразила, что у неё, плюс ко всему, шумит в ушах.

Белка встряхнула головой и подняла взгляд. Рядом на траве сидел Сергей. Несмотря на упрёк в словах, глаза парня светились радостью и облегчением. Беляна мигом всё поняла. Она выплыла не сама, её вытащил новый знакомый. И тем самым спас ей жизнь.

"Как в глупом любовном романе, — подумала девушка, — Хорошо хоть искусственное дыхание не понадобилось, соответственно закону жанра". Если бы в её организме были силы, она бы покраснела. Но сил не было. Пришлось зажмуриться.

"Всё потом, — успокаивала она себя, — Сейчас надо прийти в норму, чтобы проплыть то же самое расстояние в обратном направлении". Мысль пугала своей несбыточностью. О красотах неприступного зелёного берега, окружавшего её теперь, Беляна больше даже не задумывалась.

Когда они с Сергеем, наконец, вышли из воды, Наташка первая подскочила к подруге, набрасывая на плечи огромное махровое полотенце. В её глазах читался испуг и вина, и Белка улыбнулась девушке. Только что пережитое сгладило все недоразумения, а незначительную размолвку сделало смешной и глупой.

Беляна с честью выдержала испытание обратного заплыва. Сергей переживал, что она теперь станет бояться воды. И когда, отдохнув, они решили, что лучше отправляться сейчас, чем ждать, пока голод отберёт остатки сил, постоянно плыл рядом, готовый прийти на помощь в любой момент, если она устанет, испугается, или снова схватит судорога. Но всё обошлось благополучно.

Через несколько минут все впятером — сухие и тепло одетые, уже весело обсуждали произошедшее, жуя слегка подгоревший шашлык. Сергей настоял, чтобы Беляна выпила несколько глотков вина, и остальные из солидарности присоединились к ней. Сладкая терпкая жидкость благотворно растеклась по телу приятной волной, разогревая кровь и расслабляя утомлённые мышцы.

— Я должна произнести речь, — громко и деловито заявила Наталья.

Все уставились на неё, но глядя в нахмурившееся лицо девушки, внезапно дружно расхохотались.

— Нет, ну это важно… — протянула, улыбаясь, Наташка.

— Мы принимаем только тост, — сквозь смех выпалил Максим.

— Неважно, тост, значит, тост, — согласилась девушка. Так вот. В том, что произошло, виновата я и моя сумасбродная натура.

Она серьёзным взглядом обвела компанию:

— Мы с Чарльзом специально устроили эту поездку, чтобы познакомить Беляну и Сергея.

Белка смущённо уставилась в пластиковый стаканчик. Сергей напряжённо откинулся на спинку стула. Обстановку слегка разрядил Макс:

— Не понял, сеструха. А как же я? Ты разбила сердце родному брату? — он драматично схватился за грудь.

— Ты, братец, лоботряс и разгильдяй, — показала ему язык Наталья и напряжённо вздохнула.

Максим задумчиво принялся раскачиваться на стуле, ковыряя в зубах зубочисткой.

— А ещё была так глупа, что намекнула об этом своей подруге, — продолжила Наталья виноватым тоном, — И она… Я должна была знать, что она может разозлиться. В общем, говорят, чтобы справиться с проблемой, над ней нужно посмеяться. Простите меня, ребята. Правда. Ну, вот такая я дура…

И девушка опустила голову в ожидании приговора. Чарльз с улыбкой взял любимую за руку, сжав её в своей.

Первым захохотал Макс. Его заразительный смех тут же подхватил Чарльз. Белке вдруг тоже ситуация со сводничеством показалась забавной. Она представила Наташку, заговорщицки перешептывающуюся с Чарльзом, и гневную реакцию невинных жертв их интриг — её и Сергея. Детский сад, — подумала Беляна и улыбнулась. Она вообще чуть не утопилась…

И тут её разобрал смех. Она и не заметила, что подключилась к гогочущей компании последней. Максим согнулся в три погибели. Сергей смеялся сдержанно, прикрыв глаза ладонью, но его выдавали растянутые в улыбке губы и конвульсивно вздрагивающие плечи. Наталья поначалу тихонько подхихикивала, а затем залилась звонким смехом, присоединившись к колокольчику Беляны, и крепко поцеловала подругу в щёку.

Когда все успокоились, Сергей в почти полной тишине пробормотал:

— Клоуны…

Что вызвало новый приступ хохота, не стихающего ещё долго.

* * *

Через неделю погода испортилась, и весёлая компания вернулась в город. Сергей всех по очереди развёз по домам — сначала Наталью с Максом, затем Чарльза в гостиницу. Наконец, осталось отвезти только Беляну.

Когда они подъехали к дому, на улице совсем похолодало. Июльское небо потемнело, затянувшись серыми тучами. Она отстегнула ремень безопасности.

— Похоже, собирается дождь, — сказал Сергей. Стоило ему произнести эти слова, как тяжёлые капли начали падать на пыльный асфальт. Ни у кого не было с собой зонта.

— Подождём немного, пока стихнет? — он пересмотрел диски, и поставил один из них в проигрыватель.

На даче они не слушали музыку, предпочитая шелест листвы и пение птиц днём, а по вечерам — стрекот сверчков и кваканье лягушек. Проигрыватель, с аппетитом проглотив диск, тихонько заиграл соло на гитаре. Обстановка показалась Беляне слишком романтичной. Одно дело проводить время в компании, но сейчас, вдвоём, под дождём… она не готова была к такому развитию событий.

"Днём и ночью, он стоял и плакал", — прошептали с обеих сторон колонки, словно издеваясь. Что она себе думает? Беляна засуетилась и как можно радостнее сообщила:

— Я пойду, ладно? Подумаешь, намокну слегка.

Сергей внимательно посмотрел на неё и указал глазами на лобовое стекло, сплошь залитое густыми струями воды, с которыми даже дворники не справлялись:

— Ты промокнешь до нитки за секунду.

Не согласиться с ним было сложно. Но промокнуть Беляна была согласна, хоть до костей. А вот сбежать в такой дождь, продемонстрировав нежелание остаться наедине с парнем, который спас ей жизнь… она просто боялась показаться неблагодарной и невежливой.

Тем временем проигрыватель, не сдаваясь, с упоением выводил мелодию одной из самых красивых рок-баллад. И Белка решила перебить его настойчивую романтику своей беспечной весёлостью:

— Ты оказался радушным хозяином на даче. Сегодня развёз всех по домам, а теперь заботишься, чтобы меня дождь не намочил. Это так мило с твоей стороны.

Сергей пожал плечами:

— Слышала поговорку про собаку? — он улыбнулся одними глазами, — Так вот, я — добрый хозяин.

— Я и так у тебя в неоплатном долгу.

— Что ты имеешь в виду?

— То, что сказала — ты ведь не позволил мне утонуть.

Он хмыкнул:

— Ты отлично плаваешь. Хочешь сказать, что не бросилась бы спасать тонущего на твоих глазах человека?

Беляна нервно рассмеялась:

— Уж лучше бы я… — обронила нечаянно.

— Что ты? — удивился он.

— Спасла тебя, — простодушно ответила девушка.

— Ты так боишься быть кому-то обязанной? — Сергей не спрашивал, а скорее утверждал.

Она промолчала в ответ, и он понимающе кивнул, заявляя:

— Я прощаю тебе долг.

Беляна подняла взгляд. На его губах играла усмешка, а карие глаза задорно искрились. Обстановка, наконец, разрядилась, а мелодия сменилась на рок-интерпретацию русской народной песни.

Ливень продлился больше пятнадцати минут. Белка даже слегка расстроилась, что время пролетело так быстро. Они разговорились о музыке и обнаружили сходство музыкальных предпочтений. Гроза потихоньку стихала, дождь почти прекратился, и она, бросив взгляд на улицу, произнесла:

— Ну, теперь точно не растаю.

— Был рад с тобой познакомиться, Беляна. Даже, несмотря на обстоятельства.

Она вспыхнула, припомнив Наташкину афёру.

— Я тоже, — усмехнулась, — Всего доброго.

Сергей вышел из машины и, обойдя вокруг, открыл перед ней дверцу. Белка, схватив с заднего сиденья сумку, пробормотала прощание и, прежде чем он успел взять её за руку, побежала к подъезду.

* * *

Солнце зашло. Радмила исчезла с экрана зерцальника, пообещав завтра пригласить Вершилу. Опустились сумерки, и Вера Сергеевна, пожелав Белке спокойной ночи, удалилась к себе в комнату.

Беляна подалась в свою спальню, где оперевшись локтями о подоконник, уставилась в распахнутое настежь окно. Дождь закончился, охладив, наконец, давно жаждущий его город. Тучи разбежались, открывая взгляду прохладное тёмное небо с крупинками звёзд. Тонюсенький молодой месяц висел над горизонтом. Так красиво, что хотелось мечтать.

Но Беляна размышляла о том, что завтра окончательно определится её дальнейшая судьба. Останется она в этой жизни или уйдёт в неведомый сказочный мир, который уже манил её. Душу кольнуло сожаление, и она поймала себя на мыслях о Сергее. Из всего окружения он оказался единственным, о ком она вообще задумалась. Беляна улыбнулась этому открытию. Друзья посчитали их идеальной парой. И он спас ей жизнь. Такая вот неловкая ситуация.

Иногда она представляла себе будущего мужа, рисуя в воображении черты его внешности и характера. Каким будет мужчина, которого она когда-нибудь полюбит и захочет видеть рядом с собой? Разумеется, он будет её обожать. Любовь должна приносить радость, и никак иначе. Иначе бессмысленно и очень обидно. Белка встряхнула головой и непроизвольно пожала плечами, спроваживая подальше безрассудные мечты. Внутренний протест подсказывал, что думать об этом ей не хочется. Пока не хочется.

* * *

Едва замерцал экран зерцальника, как оттуда уже послышались возмущённые голоса. Знакомому щебетанию Радмилы возражал похожий на пароходный гудок незнакомый мужской баритон:

— Вы чем тут, паршивки, занимаетесь? А если кто узнает? Беды не оберёшься…

Наконец, изображение в зерцальнике стало устойчивым, и Белка испуганно уставилась в него в поисках обладателя гудящего голоса. Вера, настроенная на защиту внучки, инстинктивно подалась вперёд, готовая отразить любое, даже словесное, нападение. Cтоя к ним спиной, Радмила обернулась и приветственно кивнула, а заметив движение Веры Сергеевны, ободряюще улыбнулась.

— Познакомьтесь, милые, — она отступила в сторону, — Это Вершила.

Из-за спины Радмилы выглянул едва достававший ей до плеча лохматый кадр. Бережно отодвинув женщину в сторону, он уставился в экран.

— Здрас-сьте, — робко промямлила Белка.

— Добрый вечер, — уверенно объявила Вера Сергеевна.

Вершила мгновение смотрел словно сквозь них. Затем встряхнул косматой головой и удивлённо протянул:

— Привет-привет… Рада, ты не говорила мне, как вы общаетесь.

Он несколько раз моргнул, обводя взглядом блюдечко зерцальника с той стороны. Рада беззаботно пожала плечами:

— Как будто ты дал мне хоть слово сказать, — она скорчила язвительную гримаску и демонстративно уселась пить чай.

— А как он работает? — продолжая игнорировать Веру и Беляну, спросил Вершила.

— На закате, — коротко ответила Радмила и откусила пирожок.

— Хмм, — глубокомысленно промычал Вершила, — Шикарное изобретение!

Он снова замолчал, пока Радмила не прервала его раздумья:

— Я сказала "на закате", Вершила. У нас мало времени. Займёшься зерцальником, когда девочка будет здесь.

— Девочка — это я, — попыталась сострить Беляна.

— Вижу, — сверкнул неожиданно белоснежной улыбкой связист, — А Вы? — обратился он к Вере.

— Вера Сергеевна, — чинно кивнула бабуля, — Я бабушка Беляны.

— Тоже ведунья? — он вопросительно склонил голову.

— Нет-нет, — улыбнулась Вера, — Я целиком и полностью принадлежу этому миру.

— Бабушка взяла меня к себе, когда умерла мама, — тихо заметила Белка.

— Её мама — Милолика, — объяснила Радмила, и по реакции Вершилы стало понятно, что ему знакомо это имя, — Проход открыла она. Как и почему это произошло — мы не знаем. Девочка была младенцем.

Косматые брови связиста с каждым словом Рады уползали по лбу всё выше.

— И я хочу вернуться назад, — подхватила Беляна, — Если это, конечно, возможно.

— Без нежелательных последствий, — поспешила добавить Вера.

— Ей исполнилось семнадцать, — продолжила Рада, — И она должна учиться. Так хотела Лика, — она тихонько шмыгнула носом.

Наконец, все трое замолчали. Вершила тоже не спешил возобновлять беседу, не задавая лишних вопросов. Он сосредоточенно обдумывал услышанное:

— Зерцальник, как я понимаю, тоже изобретение Милолики? — он скорее утверждал, чем спрашивал.

— Да, — хором ответили все втроём.

— Я должен забрать его, — хмуро констатировал связист.

— Нет! — изумлённо воскликнула Белка.

— Я не поняла, Вы поможете Беляне вернуться? — Вера успокоительным жестом взяла ладонь девушки в свою.

— Конечно помогу! — Вершила возмущённо передёрнул плечами, — Эта девочка принадлежит нашему миру. Тысячу лет мы старались скрыть от людей правду о своём существовании. Но что случилось, то случилось. У Милолики уже никто ничего не спросит. Тем не менее, это изобретение нельзя оставлять в вашем мире. И его просто необходимо изучить.

— Но ведь тогда я не смогу общаться с бабушкой! — в носу у Белки предупредительно защипало. Мелькнувшая, было, радость от согласия Вершилы переправить её в сказочный мир вдруг померкла от ужаса быть навсегда отрезанной от этого.

— Пойми, девонька, — виновато покачал головой связист, — Бабушка всё равно не сможет его задействовать — она не владеет магией.

Правда обрушилась на Беляну всей своей беспощадной реальностью. Как она могла забыть? Чтобы зерцальник сработал, с обеих сторон должны быть ведуньи.

— Я… я… я…, — промямлила Белка, — Я не могу тогда.

Идея покинуть этот мир ради какого-то неизвестного, где не будет ни одной родной души, вдруг показалась Беляне просто абсурдной. Куда она собирается? К кому? Зачем? Да ни за что!

Вера Сергеевна крепко обняла девушку за плечи:

— Ну что такое, милая, — ласково успокаивала она, — Неужели ты не догадывалась, что так и будет?

— Я не хотела об этом думать, — ответила Белка, стараясь придать голосу уверенность, и заглянула в добрые и умные глаза бабушки.

— Единственное, что я обещаю, — нарушил их молчание Вершила, — Это обмен письмами. Каждое новолуние, когда мы осуществляем служебный переход. И ты сможешь два месяца гостить у бабушки летом, во время каникул.

Зерцальник погас, оставив их наедине с невесёлыми мыслями.

* * *

Следующим вечером, уже без Вершилы, они с Радмилой договорились выйти на связь за день до перехода. Рада снова предупредила Беляну, чтобы та не вздумала забивать себе голову мифами и легендами. И что лучше всего использовать оставшееся время для полноценного отдыха.

До новолуния оставалось меньше месяца. Так долго, и так мало, — думала Белка, — И как много хочется узнать ещё об этом мире прежде, чем отправиться в Тридевятый. Наталья звонила почти каждый день, настаивала на встрече и неустанно намекала на что-то, связанное с Сергеем. Белка скучала по подруге. Но решила, что к предстоящей долгой разлуке друзей, а заодно и саму себя, лучше приучать заранее.

Было только одно, к чему она не могла и не хотела привыкать. Это расставание с бабушкой. Сейчас Белка пристально смотрела на хлопочущую у плиты Веру, и словно видела её впервые. Короткие тёмные волосы с густой проседью аккуратно зачесаны назад. Строгое, красивое лицо выражает спокойствие. Как вышло, что эта женщина стала ей самым близким и надёжным другом? Её мама умерла, и Вера захотела заботиться о чужом для неё ребёнке. С любовью и распростертыми объятиями приняла маленькую девочку в дом и свою жизнь. Всегда её любила. Рядом с бабушкой она чувствовала себя легко и свободно. С ней Белке никогда не нужно было притворяться, изображать кого-то, кем на самом деле не являлась. У большинства подростков даже с настоящими родителями возникали постоянные недопонимания и ссоры. А Беляна скорее скрыла бы что-то от лучшей подруги, но перед Верой Сергеевной была словно открытая книга. Они умели читать мысли друг друга и предугадывать желания. И обе были от этого счастливы.

Будет ли у неё столь же верный и понимающий человек там? Белка очень сильно сомневалась в этом. И от такой мысли становилась ещё печальнее. Да, у неё будет Радмила. На сердце становилось чуть теплее, когда она думала о лучшей подруге мамы, так трепетно относящейся и к самой Беляне. Да и Вершила, несмотря на краткость знакомства, ей понравился. Вера Сергеевна не раз повторяла, что не видит причин не доверять им обоим. И возможно, в мире, куда направляется девушка, ещё много столь же достойных людей. Неизвестно, кого она больше успокаивала — себя или Белку, говоря, что отдаёт внучку в надёжные руки.

В общем, через несколько дней Беляна решительно заявила, что хочет провести оставшиеся недели только вместе с Верой. Долго не раздумывая, они купили горящую путёвку и отправились в путешествие по Черноморскому побережью — наслаждаться морем, солнцем, богатством природы и общением друг с другом.

К счастью, страха воды после того, как она чуть не утонула, у Белки не возникло. Она с бесконечным упоением носилась по пляжу, шлёпая босыми ногами по кромке прибоя, и с восторгом ныряла в накатывавшие волны. Они купались и загорали, ездили на экскурсии и лазали по горам. Были на руинах некогда великого и богатого древнего города-государства. В Затерянном мире, славном морскими пейзажами и нетронутой заповедной природой. Насмеявшись и наговорившись вдоволь, каждый вечер планировали маршрут следующего дня.

Беляна отчасти исполнила желание пообщаться с дельфинами, и поплавала с ними в вольере дельфинария. А ещё до смерти напугала бабушку, когда полезла в зловещий грот древней богини, легенды о которой утверждали, что жертвоприношения она принимала исключительно в виде утопленников. Вера заставила пообещать Белку, что та не будет понапрасну рисковать жизнью и ради любопытства лезть, куда не следует. Но, зная внучку, махнула рукой и огорчённо вздохнула. Беляна, обнимая сердитую бабушку за плечи, пообещала быть осторожной и через год вернуться к ней живой и невредимой.

Три незабываемые, чудесные недели пролетели, словно одна. Мысли о скором расставании терзали всё сильнее, и настроение под конец путешествия резко упало. Да ещё и родной город встретил Веру и Беляну проливным дождём. Он показался ещё более холодным и серым после купающегося в солнечных лучах южного побережья.

Плотнее закутавшись в дождевик, Вера Сергеевна прихватила только сумку с продуктами, а багаж оставила в машине до утра и побежала к подъезду. Беляна немного замешкалась, открывая зонт, и также последовала за ней.

Дойдя до двери, она услышала чей-то оклик и обернулась. В полусотне шагов стоял знакомый чёрный седан. А рядом с ним Сергей, слегка ссутулившийся под дождём. Покрепче охватив зонтик, так и норовивший вырваться от порывов ветра, удивлённая Белка, вместо подъезда направилась к нему. Он обежал вокруг машины и открыл пассажирскую дверь.

Оказавшись в салоне, она сложила зонт и стряхнула капли на асфальт. Захлопнув дверцу, изумлённо взглянула на молодого человека:

— Что случилось? — поинтересовалась вполголоса.

Он неторопливо провёл ладонью по мокрым волосам, отбрасывая их назад, и пристально посмотрел на Беляну. Под жарким южным солнцем она загорела, её волосы ещё больше посветлели, а дождливый день окрасил глаза в почти кобальтовый цвет.

"Не из тех, кого я знаю,

Не из тех, кто со мной…", — тихонько замурлыкал CD-проигрыватель.

— Чудесно выглядишь, — серьёзно произнёс он.

— Ты неизвестно сколько прождал под дождём, чтобы сказать мне, что я хорошо выгляжу? — Беляна улыбнулась в замешательстве.

— Я ждал в машине, — невозмутимо ответил он, и улыбнулся, — Утром синоптики пообещали грозу, и я понял, что сегодня ты вернёшься.

Белка удивлённо подняла брови — как могут быть связаны гроза и её приезд?

— Зачем, Сергей? — виновато спросила она, отводя взгляд в сторону.

— Ты исчезла, не сказав ни слова…

— Разве я должна была что-то говорить? — пожала она плечами.

— Наталья призналась, что по возвращении ты сразу уедешь снова, и надолго.

— Да, уеду.

Он помолчал, уставившись невидящим взглядом в лобовое стекло. Затем повернулся и уверенно взял её холодную ладошку в свои тёплые руки.

— Ты мне очень нравишься, Беляна, — глухо сказал он.

Белка растерянно опустила глаза. Она должна что-то ответить на это признание? Что — "спасибо", "извини", "ты мне тоже", "мы слишком мало знакомы"? Глупо, сомнительно, банально. Слов для ответа отчаянно не находилось. И это единственная правда.

— Я не знаю, что ответить, Сергей, — она мягко освободила руку.

Тёмно-карие глаза глубоко заглянули в синие.

"Она всего лишь улыбка и взгляд.

Она уходит, и не вернётся назад…"

— Когда ты едешь?

— Завтра вечером.

— Ты дашь мне номер телефона?

— Не думаю, что там есть связь.

На его лице появилось недоверие. Он нахмурился, но упрямо произнёс:

— Когда вернёшься?

— К следующему лету, наверное.

Сергей закрыл глаза и потёр ладонью лоб. Затем поднял голову и усмехнулся:

— Чёрт, — произнёс насмешливо, — Никогда бы не поверил, но, кажется, я навязываюсь.

— Нет, — покачала головой Белка, — Если бы всё сложилось иначе…

И снова почувствовала лёгкое прикосновение к руке.

— Вообще-то я слегка устала, — пробормотала она, высвобождаясь.

"Вот и всё…, — прошептал проигрыватель.

— Извини, — нахмурился Сергей, — Я подвезу тебя ближе.

Он завёл мотор и подкатил под самую дверь подъезда.

— Удачи, — произнёс невозмутимо и добавил с вызовом, — До встречи следующим летом.

— Пока, — промолвила Беляна, выскакивая из машины.

— Зачем ты морочишь парню голову? — сердито спросила Вера Сергеевна, уже переодевшаяся в домашнее платье и хлопотавшая на кухне.

— Поверь, бабуль, я даже не пыталась, — с сомнением в собственных словах ответила Белка.

— А он об этом знает? — горько усмехнулась Вера.

— Нет, не знает…, — грустно промолвила девушка и вдруг встрепенулась, — Что я должна сделать, чтобы не морочить ему голову? Признаться, что разговариваю с тёткой из сказочного мира по тарелке на стене? Ты права, бабуль, он тут же перестанет за мной ухаживать. А ещё, скорее всего, вызовет бригаду из психушки.

— Иди, переоденься, и приходи обедать, — усмехнулась Вера.

Беляна направилась к себе. Стянула джинсы, футболку, и потопала в душ. Подставляя лицо под горячие струи воды, думала, как нелепо всё сложилось. И так не вовремя. Теперь она поняла, что Сергей ей искренне нравился. Он не был похож на её инфантильных одноклассников. На изнеженных мальчиков, и уже далеко не мальчиков, вся мужественность которых — лишь внешний антураж. Белка вспомнила свои собственные слова, что и в этом мире тоже можно стать счастливой. Сергей казался ей настоящим. Он серьёзен, умён, уверен в себе, в меру настойчив. Такой не отступит, столкнувшись с первыми же трудностями. А может, даже и со вторыми. И он спас ей жизнь. О чём бабушка никогда не узнает.

Беляна вышла из душа, обернулась пушистым полотенцем и вернулась к себе в комнату. Усевшись перед туалетным столиком, стала приглаживать щёткой мокрые волосы. Из зеркала на неё глядела хрупкая белобрысая девчонка с бровями вразлёт и тёмными ресницами. Симпатичная, но ничего особо выдающегося. Что он в ней нашёл? Разве что глаза — синие, огромные, выразительные. Она вспомнила его жаркий карий взгляд в машине, и встряхнула головой, отгоняя неловкие мысли. Бабушка тоже права. Она не простит себе, если теперь откажется вернуться в свой мир. И уж совсем несерьёзная для этого причина — парень, с которым едва знакома.

* * *

Проснувшись утром, Беляна взглянула на часы. Ничего себе — почти десять! Вчера от волнения она едва сумела заснуть уже за полночь. И компенсировала усталость тем, что проспала всё утро.

В гостиной, сидя как обычно с газетой за чашкой чая, её встретила Вера Сергеевна. Белка чмокнула бабушку в щёку, пожелав доброго утра, и потопала наливать себе кофе. Неожиданно раздался звонок в дверь.

— Ты кого-то ждёшь? — подняв глаза от газеты, спросила Вера.

— Нет, — отпив глоток горячего напитка, ответила Белка, — Кому понадобилось явиться в такую рань?

Поставив чашку на стол, девушка отправилась открывать. Через слегка приоткрытую дверь голову ей вскружил дурманящий аромат. Затем она увидела великолепный букет белоснежных лилий. И наконец, из-за цветов выглянул незнакомый голубоглазый паренёк с ослепительной улыбкой, которая белизной могла бы соперничать с самими лилиями.

— Доставка цветов, — радостно заявил мальчишка, — Вы Беляна Буянова?

— Я, — ошарашено произнесла Белка.

— Получите и распишитесь, — воскликнул он ещё более счастливым тоном.

Она поставила подпись на бланке, и мальчишка, торжественно вручив букет, опрометью бросился вниз по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки.

Беляна задумчиво закрыла дверь и виновато взглянула на Веру. Та посмотрела на девушку исподлобья и пожала плечами:

— Повторюсь: морочишь парню голову, — угрюмо произнесла она, делая вид, что погрузилась в чтение.

Белка порылась в букете и достала короткую записку: "Пусть будет год. Я искал тебя дольше", — гласил её текст.

* * *

— Одежду не брать, технику не брать, книги не брать, — ворчала Вера, бесполезно суетясь по гостиной, тщательно пересматривая полки и перекладывая вещи с места на места в поисках хоть чего-нибудь, способного пригодиться там, куда отправляется Беляна.

— Зубную щётку я взяла, — заговорила Белка, наблюдая за бабушкой, — Твой подарок, мешочек с монетами, мамину записку, детское одеяльце, ну и так, кое-что по мелочи. Зерцальник тоже упаковала, как просил Вершила, — добавила с грустью. И вдруг тихонько попросила:

— Просто посиди со мной…

Вера Сергеевна растерянно остановилась и замерла на мгновение:

— Разумеется, милая, — опустилась она в кресло напротив Белки и сжала её ладони, — Это просто нервное, — улыбнулась виновато.

— А я совершенно спокойна, — удивлённо заметила девушка, прислушавшись к своим чувствам, — Вероятно, так переволновалась за эти недели, что уже устала.

Она поглаживала рукой непривычно длинное платье, которое они с Верой купили специально для путешествия. Светло-голубое, самого простого покроя, с плотно облегающим верхом, слегка присобранной на талии юбкой и рукавами-фонариками, оно подчёркивало цвет глаз, но делало фигурку девушки ещё более хрупкой.

Несколько минут они сидели молча, держась за руки. Наконец, Вера тяжело вздохнула и встала с усилием, которого Беляна никогда за ней не замечала:

— Пора. Нам ещё нужно найти место, которое описал Вершила. Неизвестно, сколько придётся плутать по лесу в темноте, — недовольно пробормотала она.

— Недолго, бабуль, — неуверенно ответила Белка, — Искать придётся долговязого субъекта по имени Глеб, который будет несказанно удивлён тем, что на этот раз ему придётся тащить домой не только себя, но и маленький довесочек, затерявшийся в этом мире. То есть меня.

Доехав до моста, где семнадцать лет назад встретила Милолику, Вера спустилась по грунтовой дороге в лес и остановила машину. Дальше им с Беляной предстояло идти пешком, полагаясь на инструкции, оставленные Вершилой.

Они вышли из автомобиля, и свежий ночной воздух непривычно наполнил лёгкие. Закидывая на плечи лёгкий рюкзачок, Белка никак не могла понять, почему так спокойна. Создавалось впечатление, что всё происходящее — просто сон. Со всех сторон сверчки заливались серенадами, искушая своих возлюбленных. Ночное небо, утыканное россыпью звёзд, казавшихся гораздо ярче здесь, вдали от городских фонарей, усиливало ощущение нереальности.

Впереди с оглушительным рёвом промчался мотоцикл и остановился в нескольких метрах на берегу реки. Крикливые лягушки испуганно бросились в воду с булькающим звуком, но через пару секунд снова повысовывали уморительные головки, продолжая прерванный концерт.

— Это, наверное, Глеб, — прошептала Белка, схватив Веру за руку.

У неё пересохло во рту. Все инструкции внезапно вылетели из головы — она совершенно не представляла, что делать дальше.

Тем временем Глеб, сняв шлем, подошёл к большому и плоскому, вдающемуся в воду валуну на самом берегу. И каким-то образом очень быстро развёл огонь прямо на нём. Белка с надеждой взглянула на Веру. Но та стояла с каменным лицом. Видимо, её волнение с каждой минутой только усиливалось.

— Напомни, бабуль, мы должны сейчас подойти, или дождаться Вершилу? — в отчаянии прошептала Беляна.

Поздно. Долговязый субъект на берегу вздрогнул и обернулся в их сторону. И хотя в темноте выражения лица было не разобрать, его поза не предвещала ничего хорошего. Белка глубоко вздохнула, делая шаг вперёд.

— Доброй ночи, Глеб, — очень вежливым тоном произнесла она и, не дав ему опомниться, продолжила, — Вы не возражаете, если мы вместе с Вами подождём здесь Вершилу?

В ответ Глеб лишь сглотнул и озадаченно прокашлялся. А в кармане Веры запищал телефон, возвещая, что до назначенного времени осталась одна минута. Она обняла Беляну сзади за плечи:

— Пора прощаться, — пробормотала вполголоса.

Белка обернулась к бабушке, пытаясь разглядеть в слабом отсвете костра её напряжённое лицо.

— Кто вы такие? — пришёл, наконец, в себя Глеб.

И в этот момент яркий свет резанул глаза. Огонь, разведённый на камне, вспыхнул и превратился в огромный, сияющий, белоснежный круг. Оттуда, словно цирковой акробат из обруча, выскочил ловкий человечек небольшого роста. Человечек спрыгнул с валуна и быстро заговорил, обращаясь к Глебу:

— Девочка пойдёт с тобой. Объяснения получишь в Ведомстве. Беляна, — бросил он взгляд на Белку, — Идите быстро! Радмиле трудно удерживать проход.

Глеб, хлопнув глазами, протянул девушке руку, и Белка автоматически подала ему свою. Входя в начавший сужаться сияющий портал, и до конца не веря в происходящее, она обернулась к оцепеневшей Вере:

— Я люблю тебя! — воскликнула, и яркий свет в то же мгновение поглотил их вместе с Глебом.

Глава 3

Белокаменный город

Они никуда не шли. Казалось, сделали всего пару крошечных шагов. Белка только успела сморгнуть предательскую слезинку, как свет уже погас, и её обступила кромешная тьма. Разумеется, после слепящего сияния обычная ночь показалась мглой. Рука Глеба крепко держала, не давая ступить лишнего шага.

Здесь разливался такой же хор сверчков и лягушек. А ночной воздух казался ещё более сладким и влажным. Быть может, ей всё приснилось? Сейчас она проснётся в своей кровати, в знакомой комнате, и войдёт в наполненную упоительными ароматами готовящегося завтрака гостиную. Её встретит как всегда улыбающаяся бабуля…

Глаза никак не привыкали к темноте. Глеб тихонько пробормотал что-то себе под нос, и стало светлее, будто зажёгся яркий фонарик. Он легко спустил девушку с валуна, поддерживая за талию. И она, отчаянно моргая, тут же очутилась в тёплых, пахнущих лавандой, объятиях Радмилы.

— Настоящая красавица! — восхищённо констатировала та, сияя счастливой улыбкой, — Вся в Милолику!

Белка зарделась от неожиданного комплимента и огляделась вокруг. Фонариком она посчитала светящийся шарик, размером с теннисный мячик, зависший над ними в воздухе. Радмила была всего на пару сантиметров выше Беляны и гораздо красивее, чем показалась в зерцальнике. А долговязый и худой Глеб смотрел на них обеих, поражая отсутствием всяческих эмоций на лице. Заметив взгляд девушки, он почесал в затылке:

— Мы идём? — промычал, явно предпочитая экономить на словах.

— Конечно-конечно, — встрепенулась Радмила, — Ночь на дворе, девочка устала, испереживалась вся. Нам надо поскорее добраться до города, и желательно без приключений.

Они двинулись от реки по едва заметной тропинке. Шарик света выкинул весёлое сальто в воздухе и двинулся за ними, освещая дорогу на несколько метров вперёд. Белка бросила на него любопытный взгляд. Её просто разрывало от неимоверного количества вопросов, кружащихся в голове. Но, не сумев выбрать с какого из них начать, она решила молчать. Радмила тем временем безостановочно щебетала:

— Я так переживала, чтобы всё получилось. И чтобы Глебушка правильно всё понял. И чтобы проход продержался. Я ведь столько лет не практиковалась! Ты, Глебушка, не серчай, позволение на переход в Ведомстве дали. Вот только связаться с тобой не могли. Но теперь, думаю, и вам, связистам, полегчает. С Милоликиным-то изобретением…

Глеб хмыкнул что-то невразумительное, вероятно, выражая согласие, но ни на миг не прекратил мерить тропинку метровыми шагами. Белка с Радмилой семенили, едва поспевая за связистом. Слева и справа от них простирались уже скошенные поля, а впереди возвышался высокий холм, похожий на Медведь-гору, поросший с северной стороны густой лесной шапкой.

— Далеко ещё? — спросила Белка, не имея понятия, куда они идут.

— Ну что ты, — улыбнулась Рада, — вот сейчас Велесов холм обогнём, и через десять минут уже в Мудрограде. А там и до дома рукой подать. Ты поживёшь до начала занятий у меня, — объявила она довольным тоном, — Пока освоишься. Через неделю у тебя собеседование с Властелиной. Первокурсникам не разрешается проживать в городе, к сожалению, поэтому будешь жить в Ведарии. Не волнуйся — там очень удобно, уютно и не скучно — тебе понравится…

Рада продолжала тараторить. А у Белки от страха перед неизведанным засосало под ложечкой. Собеседование. Властелина. Ведария. Радмила упоминала обо всём этом, как об обыкновенном шопинге.

Они уже почти дошли до холма, когда на тропинку выкатилось нечто взъерошенное и пыхтящее. Ростом чуть выше колена, оно изо всех сил тянуло за собой ворох соломы и пискляво поругивалось, то и дело останавливаясь и подбирая выпавшие соломинки. Глеб, идущий впереди, остановился и вытянул руку назад, приказав всем задержаться.

Существо было одето в подобие рубашки грязновато-белого цвета, однако начисто лишено штанов. Оно скосило выпученные глазки, сверкнувшие оранжевым светом и, ругнувшись в очередной раз, оскалило всего два, но довольно крупных зуба. Белка непроизвольно хихикнула.

— Тсс, — прошептал Глеб.

— Кто это? — тихо спросила девушка, уставившись на чудище.

— Полевик, — шёпотом ответила Рада.

— А что он делает? — задала Белка следующий вопрос, хотя ответ на первый нисколько не помог ей определиться с природой представшего существа.

— Тащит в гнездо к невесте несжатые с полей колосья, — простодушно ответила Радмила.

Белка кивнула с умным видом, решив, что дальнейшие расспросы сейчас бесполезны. Но непроизвольно зауважала косматого жениха, который хоть и не располагал штанами, но зато обзавёлся невестой. И в настоящий момент ревностно заботился об их совместном домашнем очаге.

Полевик тем временем тщательно собрал выпавшие соломинки. Схватил в охапку драгоценный ворох и потащил его, перебирая тоненькими голыми ножками, подальше от тропинки, продемонстрировав напоследок хвостик с кисточкой на конце. Продолжая сопеть и отдуваться, он пару раз шлёпнул хвостом по земле, подняв облачко пыли. "Следы заметает", — догадалась Белка и прыснула от смеха.

— Полевик — хозяин полей, — живо объясняла Радмила, когда они продолжили путь, — Вчера были Спожинки — окончание жатвы. Чтобы отблагодарить Полевика, который следил всё лето за сохранностью посевов, на сжатом поле оставляют небольшую часть не срезанных колосьев. Вот эти-то колосья он и тащил сейчас в гнездо к своей суженой — Полуднице. Она утром проснётся — рада будет. Её тоже надо задобрить, потому что от неё зависит плодородие земли. Мешать ему было никак нельзя. Иначе разгневавшись, он может отвести от поля дождь, склонить ветром колосья к земле, испортить растения. В общем, вместо пользы беды натворить…

— И много подобных существ мне ещё предстоит встретить? — ошарашено спросила Белка.

— Придётся привыкнуть, — весело рассмеялась Радмила, — Существа, которых вы никогда не видели, у нас встречаются на каждом шагу. Более того, они полноправные члены общества, так что относиться к ним необходимо с уважением, если не хочешь неприятностей на свою голову. С моим домовым, Баламутом, возможно, познакомишься уже сегодня. Если, конечно, появится. Он у меня с характером — чужих не жалует…

Белка открыла, было, рот, чтобы расспросить о домовом подробнее, но в этот момент тропинка, огибавшая холм, закончилась. С возвышенности, где они стояли, открывался изумительный и величественный вид на долину с раскинувшимся перед ними белокаменным городом, будто светящимся изнутри.

— Мы почти пришли, — улыбаясь, возвестила Радмила, с гордостью глядя на открывшуюся картину.

Перед ошеломлённым взором Беляны предстал Мудроград во всём своём грандиозном величии. Обнесённый по окружности высокой каменной стеной со сторожевыми башнями, он занимал пространство до самого горизонта. Высокие терема изящной архитектуры утопали в садах и парках. А мягкий свет, которым освещались улицы, исходил, казалось, прямо от стен зданий.

Белка восхищённо хлопала глазами, очарованная красотой, которой не могла представить даже в самых буйных фантазиях. Это и есть её мир?

Через десять минут спуска они вошли в город через массивные и роскошные кованые ворота. Преисполненный чувства собственного достоинства стражник, кивнув Глебу, поначалу удивлённо уставился на Белку. Но всё же предпочёл промолчать, и они с Радмилой тихонько посеменили вслед за связистом.

Вдоль мостовой потянулись дома. Оказалось, что Мудроград состоит не только из высоких зданий, как показалось издалека, но и совсем небольших домиков, хоть и очень аккуратных. Перед каждым — обязательный садик с цветниками, кустарниками и посыпанными мелким гравием дорожками. Кое-где беседки, затенённые плющом и увитые плетистыми розами. Или даже небольшой пруд, искусно выложенный булыжниками и украшенный белыми, кремовыми и розовыми кувшинками. Воздух наполнял лёгкий аромат ночной фиалки. Такое всё ухоженное, как будто горожане ведут соревнование по ландшафтному дизайну, — подумалось Белке, — И изгороди здесь ставить не принято. Наверное, чтобы каждый прохожий и гость мог оценить художественный вкус и стремление хозяев к высокой культуре растениеводства.

— Вот здесь живёт моя подруга Цветана, — без умолку щебетала Радмила, — Лучшей рукодельницы во всём Пресветлом княжестве нет. Надеюсь, вы с ней скоро познакомитесь. А тут бабка Веденея, она к нам частенько захаживает, так что с нею видеться придётся, хочешь или не хочешь. Вон там высокий терем, видишь? Это дом Вершилы. Да-да, мы соседи. Жена у него в родстве с самим князем, между прочим. И шестнадцать деток. Вот так-то. Одиннадцать уже взрослых совсем, у них свои дети подрастают, один — почти твой ровесник, и ещё четверо — мал мала меньше.

— Ну, я пошёл, — прервал её болтовню Глеб.

— Ах, да. Вот и моя избушка, — махнула Радмила на двухэтажный дом с резными ставнями. Глебушка, благодарны тебе, что проводил.

— Не за что, — буркнул тот и направился дальше.

— Погодите, Глеб, — опомнилась от разглядывания окрестностей Беляна, — Я должна отдать Вам…

Она сняла с плеча рюкзачок. Порывшись внутри, вытащила аккуратно завёрнутое блюдечко зерцальника:

— Передайте в своё Ведомство, пожалуйста, — грустно промолвила она, — Я обещала.

— Хорошо, — кивнул Глеб. На свете явно существовало очень мало вещей, способных его удивить.

Он неторопливо засунул зерцальник в котомку и, ссутулившись, побрёл по мостовой. Белка тоскливо посмотрела ему вслед. Светящийся шарик остался с ними. Связист рассеянно взмахнул рукой, и над его головой взмыл в воздух второй — точно такой же. Хлопнув глазами, Беляна пообещала себе первым делом научиться создавать светящиеся шарики. Если получится, конечно. Если у неё вообще, хоть что-то будет получаться, — печально размышляла она.

Маленький, но аккуратный домик Радмилы Белке очень понравился. Его весь окружала уютная веранда, обвитая ползучими ветвями жимолости. А между крупных камней, из которых была сложена дорожка, ведущая к крыльцу, проклёвывалась нежная изумрудная травка.

Радмила широко распахнула тяжёлую деревянную дверь. Шарик, совершив в воздухе очередной пируэт, влетел в дом и взмыл наверх. Словно только того и ждали, по соседству с ним засияли пол дюжины других, шаловливо рассыпавшихся по потолку. Беляна окинула взглядом уже знакомую горницу. Всё тот же стол, застеленный вышитой скатертью, и те же окна с лёгкими кружевными занавесками. Из горницы вели несколько дверей и деревянная лестница с резными перилами на второй этаж.

— Ну что ж, — мягко, но серьёзно произнесла Радмила. — Думаю, на сегодня впечатлений тебе хватит. Я приготовила для тебя комнату наверху. Там же купальня и, надеюсь, всё, что может понадобиться.

Она ласково погладила Белку по плечу:

— Всё остальное завтра, милая. Спокойной ночи.

Беляна улыбнулась и устало побрела наверх. Два шарика тут же увязались за ней. Бросив на них косой взгляд, она не выдержала и обернулась к Радмиле:

— Только один вопрос, тётя Рада. Как это называется? — кивнула она на шарики.

Те, словно обрадовавшись, что на них обратили внимание, весело запрыгали по потолку. Радмила тихонько рассмеялась:

— Горисветы они называются.

— А если я захочу их погасить? — не унималась Белка.

— Они обученные. Захочешь спать — погаснут сами.

Беляна угукнула и в сопровождении двух Горисветов, соревнующихся друг с другом за первенство по полётам, поднялась на второй этаж.

Комната оказалась небольшой, но уютной, выдержанной в голубых тонах. На столе — белоснежная скатерть с синей вышивкой по краю. Вазочка с васильками и колокольчиками, кувшин и большая тарелка с яблоками и виноградом. Но есть совсем не хотелось. На кровати, покрытой бирюзовым стёганым одеялом, целая гора подушек. Несколько плетёных стульев, комод и большое зеркало над ним. Но самое главное — небольшой стеллаж с книгами. Белка тут же потянулась к ним, но одёрнула себя, устало присаживаясь на кровать. Достала из рюкзачка любимые тапочки-собачки, свободную футболку и утомлённо поковыляла в ванную.

Купальня, как назвала её Радмила, была наполнена всевозможными баночками, разноцветными скляночками, о назначении которых Беляна не имела понятия. Что ж, непременно испробую со временем, — подумала она, перебрав несколько пузырьков, среди которых обнаружила нечто, более всего похожее на жидкое мыло. Неспешный тёплый душ в сочетании с необыкновенно ароматной пеной успокоили и привели её мысли к согласию.

Свежая и благоухающая земляникой, в одной футболке, Белка вернулась в комнату. Разувшись, откинула одеяло с кровати.

"Что ж, — пробормотала сама себе с ухмылкой, — Как говорится, на новом месте приснись жених невесте!"

Она с наслаждением скользнула в постель. Опустившись на подушки, лишь успела заметить приятную мягкость да лёгкий свежий запах постельного белья, как мгновенно отключилась.

* * *

Босиком она шла по лужайке, покрытой мягкой изумрудной травой, сверкающей на солнце каплями утренней росы. Радужная россыпь полевых цветов нежного розового, яркого синего и радостного жёлтого цветов расстилалась у неё под ногами. Где-то недалеко исступлённо пели птицы, а из травы раздавалось стрекотанье и жужжание насекомых. Красочные бабочки перелетали с цветка на цветок, кружа в одним им ведомом танце. Она наслаждалась этим волшебным утром, вдыхала опьяняющий аромат сказочного пёстрого луга, не замечая, как роса намочила лёгкую шёлковую юбку.

Лес окутался призрачной дымкой тумана, обращаясь каким-то тревожным предчувствием. Словно она никак не могла вспомнить нечто важное.

Наконец дымка рассеялась, и впереди показался смутный контур. Это было дерево громадных размеров, с ветвистой кроной и мощными корнями. Её несказанно потянуло к нему. Захотелось подойти и почувствовать его удивительное спокойствие и умиротворение.

Его очертания были ещё совсем неясны и размыты. Но нет надобности смотреть, если чувствуешь всем сердцем. Он всё приближался, и сквозь шелест листвы послышался шепот: "Я иду к тебе, любимая". Чтобы встретиться с ним глазами, она подняла голову. В убеждении, что только так и должно быть, шагнула навстречу. Оказавшись в сильных руках, окунулась в океан нежности. Почувствовала тепло и аромат, наслаждаясь упоительным счастьем.

Беляна проснулась, ещё ощущая вкус поцелуя на губах и с удивительным чувством в груди. Не желая открывать глаз, глубоко вздохнула и огорченно подумала, что даже не запомнила привидевшегося лица.

Безумие… — она приказала себе успокоиться, — Это был просто сон! Но откуда это ослепительное ощущение… счастья? Она никогда не испытывала ничего подобного. Как оно могло ей присниться?

Решительно открыв глаза, Белка села на кровати. Утренний свет едва пробивался сквозь плотные бирюзовые шторы. Она осмотрелась вокруг, припомнив вчерашний день, и безмерная тоска сжала сердце.

Сегодня нужно думать о гораздо более важных вещах, чем какой-то глупый сон. Спустив ноги с постели, Беляна по привычке пошарила ногами в поисках тапочек и грустно вздохнула. Её вздох неожиданно повторился где-то наверху. Девушка вздрогнула и подняла голову.

В самом углу под потолком восседало розовощёкое существо размером примерно с кошку. Существо было одето в нечто напоминающее распашонку в зелёный горошек и снабжено рыжим клоком волос на макушке. Оно пялилось на неё тёмными, близко посаженными глазками и шевелило огромными воронкоподобными ушами. Белка вскочила от неожиданности и отпрыгнула подальше от кровати. А существо невозмутимо повернулось к стене и утонуло в ней, словно зефирина в горячем шоколаде. "Домовой!" — вспомнила Беляна предупреждение Радмилы.

Сделав пару глубоких вдохов, она подошла к окну и распахнула шторы. Яркий утренний свет наполнил комнату. Солнце было уже высоко, окно выходило не на улицу, а в ухоженный сад. И от вида мирно покачивающих головками удивительно крупных цветов на душе стало гораздо теплее. Она заправила постель, и пока разглаживала простыню и взбивала подушки, мысли, которые прервало появление Баламута, снова нахлынули.

Это лишь сон, и на самом деле ничего не было, — убеждала сама себя. Но он был так удивителен! Её вновь охватило чувство всепоглощающей нежности, и из глубины души вырвался вздох

Нет, — встряхнула головой Беляна, отгоняя непрошеные мысли, — Я вовсе не намерена погрязнуть теперь в мечтах. Подумаешь — сон! Сказок и фантазий в ближайшее время мне и так будет предостаточно… я должна просто забыть.

Бросив самую маленькую подушку на макушку подушечной пирамиды, она схватила зубную щётку и решительно направилась умываться.

Напомнив себе, что находится в другом мире, Белка поначалу растерялась. Можно было, конечно, надеть вчерашнее платье. Но в ней отчего-то поднялся бунтарский дух. Она вытащила из рюкзачка тонкие светло-голубые джинсы и короткий белый топ. Захватывая эту пару с собой на всякий случай, она скрыла сей факт от Веры Сергеевны. Быстро одевшись, девушка натянула сандалии и подошла к зеркалу.

Мда… видок тот ещё. Сказочная фея в джинсах с голым пузом и художественной катастрофой на голове. Ну да ладно, вряд ли Радмила выпустит её сегодня на улицу, тем более в таком виде. А если кто придёт в гости, можно быстренько убжать наверх и переодеться. Встряхнув короткими волосами, Беляна уверенно открыла дверь.

Лёгкие сразу наполнились знакомым ароматом свежей выпечки. Радмила хлопотала, кружась по горнице, и мурлыкала себе под нос весёлый напевчик. Ещё один женский голосок рассказывал о хитростях приготовления какого-то соуса… стоп. По телевизору?

Беляна опрометью сбежала с лестницы. На стене, украшенной резными деревянными панелями, висел зерцальник. Похожий на тот, что она сегодня ночью отдала Глебу, но гораздо больше. И в нём, так точно, как в её мире по выходным с утра, шло… кулинарное шоу?

Белка опешила от неожиданности, и встала, как вкопанная, уставившись в экран.

"И как только лучок станет золотистым…", — продолжала щебетать румяная ведущая в цветастом кокошнике…

— Доброе утро! — привёл её в себя голос Радмилы, — О-о-о…

— Д-доброе, — заикаясь, пробормотала Белка, с трудом отрывая глаза от телеви… зерцальника, и поворачиваясь к Раде лицом.

— О-о-о… — повторила та, изумлённо уставившись на девушку.

Белка опустила глаза, недоумевая, что её так удивило. Ах да, она совсем забыла про своё диковинное обмундирование!

— Мне просто нечего надеть, и я подумала, что сегодня никуда… — попыталась оправдаться она.

— О-о-о, — Радмила двинулась к ней, на ходу вытирая руки о передник, — Я слышала про такие штаны! Вершила говорит, в вашем мире в них ходят все — и мужчины, и женщины…

— И дети… — добавила Белка.

— Но сама никогда не видела…

Рада обошла вокруг Беляны. Затем взяла девушку за руку и покружила пару раз, словно в вальсе.

— Нет, — поразмыслив, проговорила она, — Наши бабы такое носить не станут. А вот мужчины…

— А, — догадалась Белка, — Я совсем забыла, что Вы у нас местный модельер!

— Кто я местный? — Рада на минутку отвлеклась от разглядывания Белкиных штанов.

— Не важно, — махнула рукой та, — Я хотела сказать, что дома я могу себе позволить ходить в том, в чём мне удобно?

— Удобные, говоришь? — Радмила снова метнула заинтересованный взгляд на Белкин наряд.

— Да, — обречённо ответила Беляна, догадываясь, что просто так от темы джинсов не отделаться. — Но мужчины предпочитают несколько иные модели. Я нарисую потом, если надо.

— Надо-надо, — обрадовалась Радмила, — Непременно нарисуй, я буду тебе очень благодарна. И знаешь, что, — она слегка нахмурила брови, — Давай-ка привыкай обращаться ко мне на "ты"… Ох! — тут же всполошилась она, — Я совсем отвлеклась на эти твои штаны!

И Радмила суетливо вернулась к печке.

— У нас с тобой сегодня большая программа, — объясняла она, — Я взяла выходной. Через час придёт Цветана, принесёт одежду. Выберешь то, что тебе понравится. Я не знаю, стоит ли тебе привязывать косу…

— Ни в коем случае! — возмутилась Белка.

— Я тоже так думаю, — повернулась к ней Рада и улыбнулась, — Шила в мешке не утаишь, рано или поздно это станет явным, и тогда объяснения будут ещё более сложными. Если спросят — говори, что переболела чем-то.

— Ну, уж нет. Скажу, что опалила волосы, и пришлось их отрезать.

— Тоже годится, — согласилась Радмила и поставила на стол большое блюдо, — Уж не знаю, что ты любишь на завтрак, но я напекла сегодня блинов.

— Я всеядна! — радостно объявила Белка, с удовольствием плюхаясь на плетёный стульчик, — А блины просто обожаю!

Рада добавила к блинной тарелке ещё несколько маленьких — со сметаной, вареньем, ещё чем-то и поставила в центр стола нечто среднее между чайником и самоваром.

— А варенье ты любишь? — улыбнулась она, присаживаясь на второй стул.

— Клубничное, — ответила Белка, с удовольствием откусывая первый кусочек блина.

— Ммм, земляничное, значит, — догадалась Рада.

— Ага, — согласилась девушка, — Только тётя Рада… Я не особенно умею готовить, и мне из-за этого очень неудобно. Зато я могу покупать продукты, мыть посуду и убирать в доме, — пообещала она.

— Ну что ты, милая, — нахмурилась Радмила, — Я так долго жила одна. Если бы ты знала, какое мне доставит удовольствие заботиться о тебе! Тем более, что мы не чужие друг другу.

Белка кивнула, но после вкусного завтрака всё же настояла на том, чтобы убрать со стола и навести порядок.

В ожидании Цветаны они сидели за столом, попивая травяной чай и поглядывая в зерцальник, который показывал передачу, смысл которой сводился к сезонным работам на приусадебных участках.

— Телевидение, прямо как у нас… — пробормотала Беляна.

— Это у вас, как у нас, — уточнила Рада, — Потому что мы наслаждаемся вещанием уже почти тысячу лет.

— Хочешь сказать…

— Да-да, магия наливного яблочка испокон веков известна. Даже странно, что у вас столько времени ушло на то, чтобы придумать это ваше… телевидение.

Белка озадаченно вздохнула и, прихлебнув из чашки, стала озираться по сторонам, изучая обстановку. На противоположной стенке от вещальника висели обыкновенные на вид часы с кукушкой. Каждые полчаса круглое окошко с мягким бряцаньем открывалось, и оттуда показывалась заспанная кукушкина голова. Пичуга хрипло прокашливалась, словно мучимая вечной простудой, сердито буркала своё "ку-ку" и с чувством выполненного долга возвращалась на место. Этот мини-спектакль веселил Белку даже больше, чем волшебная передача, и она с удовольствием поглядывала на часы в ожидании следующего сеанса.

— Ну, и что тебе сегодня снилось, милая? — спросила Радмила, как бы невзначай.

Белка погрустнела, вернувшись мыслями к своему удивительному сновидению. И вновь отогнала нахлынувшие, было, чувства:

— Дерево, — ответила уклончиво.

— Дерево? — удивилась Рада.

Белка кивнула, внимательно уставившись на дно чашки. Из угла послышалось мерзкое хихиканье, и мелькнула знакомая розовощёкая мордочка с близко посаженными глазками.

— Кстати, хотела спросить, тётя Рада. Домовой сегодня утром слегка меня напугал. Он что, каждую ночь будет со мной ночевать?

— О, ты привыкнешь, — засмущалась Радмила, — Он не со зла. Просто сны подглядывает.

— Что? — поперхнулась Белка.

— Подглядывает сны. Увлечение у него такое. А затем, кстати, очень толково разгадывает, — добавила Рада, — А первый сон на новом месте… разумеется, он не мог такое пропустить! Извини, я должна была предупредить.

— Ну, и что означает мой сон? — обратилась Беляна к Баламуту, стараясь придать голосу безразличие.

— А то и означает, что твой суженый — бревно! — крякнул он противным голоском и опять гадко захихикал.

— Какое-такое бревно? — удивилась Рада.

— Стоеросовое, — добавил он, выразительно выпучив глазки с таким видом, будто ему приходится им, тупорылым, объяснять самые очевидные вещи.

Белка обиделась. Она вроде не ссорилась с домовым. Откуда же такая вредность? Бревно. Это надо же… стоеросовое…

Баламут с достоинством датского короля вниз головой продефилировал по потолку в направлении угла и растворился в стенке.

— Не волнуйся, Белянушка, вы подружитесь, — извиняющимся тоном произнесла Радмила, — Вечерком испечёшь ему ржаную лепёшку, нальёшь молочка блюдечко, и он перестанет тебя бестолку беспокоить.

Белка промолчала в ответ, обводя взглядом комнату. Заметив, что на потолке нет светящихся шариков, к которым она уже успела привыкнуть за прошлую ночь, спросила:

— А где Горисветы?

— Горисветы днём вылетают на солнышке греться, — улыбнулась Радмила. Набираются сил, чтобы вечером светить

"Нормальные светильники на солнечных батарейках, — подумалось Белке, — У нас тоже такие есть. Только они не летают и не обладают интеллектом". В этот момент на зерцальнике появились помехи в виде разноцветных пузырей.

— Цветана летит, — объявила Рада, подойдя к окну.

— Летит?

— В ступе, — объяснила Радмила, — Это её любимое средство передвижения. Шагу ногами не ступит — уж очень ей летать нравится. Но сейчас она не из дома, из нашей мастерской прилетела, а она на другом конце города находится, рядом с Дружинной избой.

Белка спохватилась, взмывая по лестнице в свою комнату. На летающую ступу посмотреть было, конечно, занимательно, но благоразумие взяло верх над любопытством. В мгновение ока девушка сбросила джинсы и топ, натянула вчерашнее платье и, мельком заглянув в зеркало, выскочила в дверь.

Радмила как раз радушно встречала гостью. В горницу, покачивая пышными бёдрами, вошла золотоволосая женщина, сияя широкой улыбкой. За ней в той же манере, только по воздуху, в дверь заплыл небольшой кованый сундучок.

— А вот и я! — радостно объявила она.

Заметив на лестнице Белку, женщина окинула её профессиональным взглядом.

— Здравствуйте, — Белка слегка присела, разыгрывая реверанс, — Меня зовут Беляна, — "Видимо, длинное платье вынуждает соответствовать образу", — подумала она вскользь.

— О-о-о, — округлила глаза Цветана, — Вот есть у людей одно качество, которое всегда меня потрясает. Это природная красота! — добавила с ослепительной улыбкой, разминая, словно в предвкушении, запястья, — Думаю, с нарядами для твоей племяшки, Радочка, у нас не возникнет никаких проблем!

Белка прыснула от смеха и смущённо зарделась:

— Мне очень неудобно Вас беспокоить… — улыбнулась виновато.

— Ну что ты, деточка! — защебетала на манер своей подруги Цветана, — Это ведь моя работа! И заметь — любимая работа. Тем более, одевать такую хорошенькую девочку, как ты — одно сплошное удовольствие!

Сундучок тем временем мягко опустился на пол. Его крышка сама по себе открылась, издав мелодичную трель. Прямо на глазах маленький ларец превратился в огромный сундук, внутри которого разноцветным ворохом ярких тканей аккуратно уместился целый магазин женской одежды. Белка изумлённо заморгала, но вовремя взяла себя в руки. "Ничему не удивляться!" — приказала себе и чинно спустилась с лестницы.

* * *

Вечером Беляна, всё ещё находясь под впечатлением, напевая Венский вальс, кружилась по горнице в новом платье. Нежно-лавандовое, струящееся до щиколоток, с завышенной талией и поясом, который завязывался под грудью, оно превратило нескладную пацанку, каковой считала себя Беляна, в женственную и утончённую красотку. Особенно радовал факт, что наверху в комоде её ждал ещё с десяток как изящных, так и повседневных нарядов. И целых шесть пар разнообразной обуви! А она-то считала себя совершенно равнодушной ко всяким видам шопинга.

Следом за ней, ошалевшие от радостного возбуждения, мотались дюжина Горисветов, устроив под потолком небольшое световое шоу. Радмила, глядя на всё это безобразие, весело заливалась смехом.

Вконец запыхавшаяся Белка, наконец, шлёпнулась на стул, обмахиваясь салфеткой, словно великосветская дама веером.

— Ну что, стрекоза, напрыгалась?

— Обижаете, сударыня, — сморщила носик девушка, — у меня наверху ещё целых четыре платья, которые сегодня не танцевали.

— Вот завтра наденешь любое из них, и пойдём с тобой вместе в город.

— Как, уже? — испугалась Беляна.

— А как ты хотела? — распахнула глаза Радмила, — Времени у нас не так много. Будешь больше смотреть да помалкивать, и всё будет хорошо.

Белка напряжённо свела брови, а её сердце гулко забилось в груди. Что это — страх? Разумеется, она знала, что адаптироваться к новым условиям придётся очень быстро. Но всё же рассчитывала какое-то время настроиться, побыть в тишине, почитать, поспрашивать… Вдруг она не справится? Вдруг сделает или скажет нечто такое, что поставит под удар людей, которые ей помогли? Тётю Раду, Вершилу, Глеба…

— Прекрати трусить, — словно услышав её мысли, уверенно произнесла Радмила, — Самый лучший способ обучения — практика. И не забывай — это твой мир. Быть здесь для тебя — самое, что ни на есть, естественное состояние. И очень скоро ты сама в этом убедишься.

Белка кивнула, не поднимая глаз от скатерти.

— А теперь, — Радмила положила на стол чистый лист бумаги и карандаш, — Твоя очередь. Ты обещала мне всё рассказать об этих, как их…

— Джинсах, — пробормотала девушка и придвинула бумагу поближе.

— Да. Над названием, разумеется, придётся поработать.

— В общем, рассказывать-то особенно нечего. Штанам этим в нашем мире уже больше ста лет. Шили их поначалу из плотной парусины, а нынешние в основном хлопковые. Ткань с диагональным переплетением нитей — вот таким, видишь? — Беляна взяла в руки свои потрёпанные джинсы, — Впрочем, не обязательно. Обязательны — крепкие швы и заклёпки на карманах. Мои тонкие совсем, потому что летние. Но чаще они куда более плотные. Теперь о моделях…

Белка рисовала на бумаге все типы джинсов, которые когда-либо видела. Рассказывала об их оттенках, посадках и стилях, обращая внимания на те, что нравились ей самой. И всё больше увлекалась, забывая об опасениях, связанных с завтрашним выходом в город.

* * *

— А кто та смешная маленькая тётенька из сувенирной лавки? — заливаясь от смеха, спросила Беляна, когда они с Радмилой вернулись из города, нагруженные пакетами и корзинками.

— Кучеря? — переспросила разрумянившаяся Рада, выкладывая покупки на стол, — Кучеря, между прочим, чистокровная кикимора. Так что не зли её, если не хочешь, чтобы она на тебя мороку навела.

— Мороку?

— Ага, это такое жуткое состояние, когда несколько дней не знаешь, кто ты и где находишься.

— Ну, для меня это сущая ерунда, — усмехнулась Белка, — Я и так сомневаюсь, что нахожусь в здравом уме.

— Не шути так, — покачала головой Рада, — Кикиморы, ежели осерчают, могут стать очень опасными. Несмотря на то, что ноги у них коленками назад, — она улыбнулась, почесав нос в предвкушении следующего вопроса.

— Что ещё за нелепость такая — коленки назад? Зачем? — вытаращила глаза Белка.

— Кикимора болотная, — наставническим тоном проговорила Радмила, — Живёт в трясине, которая является обычным местом её обитания. Соответственно, под длинной юбкой у неё ноги, напоминающие лапы цапли. Дальше продолжать?

— Не надо, — затрясла головой Беляна, — У неё не только коленки, но и нос, как у цапли, — добавила, прикусив губу, и постаралась скрыть улыбку.

Радмила откинулась на стуле и разразилась смехом, выплескивая компот из чашки.

— Шутница, — прерывистым голосом произнесла она, вытирая появившиеся от смеха слезинки, — А в целом, ты молодец. Ни одного лишнего вопроса или неуместной фразы. Держалась просто великолепно!

— Я старалась, — согласилась Белка.

— Не будешь больше бояться выходить в город?

— Не-а, — покачала головой девушка, — Мне понравилось. Мудроград даже пахнет не так, как наши закопчённые и пыльные города. Он пахнет…, — она задумалась.

— Булочками с мёдом, — догадалась Радмила.

— Точно! — воскликнула Белка.

— Это из-за Лепковой пекарни, — объяснила Рада с улыбкой, — Знатные булочки, между прочим. Если не опасаешься за фигуру, а тебе не мешало бы немного поправиться, можешь сама зайти туда в любой свободный день.

Беляна улыбнулась и поднялась, намереваясь разложить покупки. Она как раз перебирала пакеты с тканями, когда Радмила тихонько поинтересовалась:

— Я уже говорила, как рада, что ты здесь?

— Пару раз, — зарделась Белка, — Я что хотела спросить…, — перевела она тему, — Пекари, швеи, сувенирщицы. Это всё хорошо. А чем у вас занимаются ведуньи, окончив Ведарию?

— О, это во многом зависит от их способностей.

— А если у меня не окажется…

— Я уже говорила тебе, ты — несомненно, ведунья, причём довольно сильная.

Беляна с сомнением покачала головой и, закончив раскладывать продукты, присела за стол:

— И всё же?

— В конце второго курса большинство студентов выбирают специализацию. К тому времени у вас определятся наклонности и дарования. Это может быть целительство, рукоделие, ясновидение, да что угодно! Даже боевые и защитные чары, как получилось у твоей мамы.

Белка сглотнула комок в горле. Её мама была чародейкой-воительницей? Словно отвечая на её вопросительный взгляд, Радмила продолжила:

— Да, твоя мама создавала огненные шары, умела возводить довольно мощный охранный щит, обладала даром целительства и умением обращать людей в животных. Удивительно талантливая ведунья. Но дары у ведающих распределяются согласно каким-то своим, неведомым законам. Мы о них знаем немного. В мирное время, как сейчас, дар воительницы появляется крайне редко. Если в выпуске слишком много целителей — непременно жди какого-нибудь мора… поняла закономерность?

Белка кивнула. По её коже побежали мурашки.

— Наш мир очень гармоничен. Поэтому к образованию в Ведарии весьма серьёзный подход. Преподаватели там — самые уважаемые люди в обществе. Даже князь не обладает большим влиянием. И нет чести выше, чем получить приглашение от Властелины.

Синие глаза Беляны подёрнулись мечтательной дымкой. А Радмила, подбадривающее улыбнувшись, заметила:

— Так что не жди прямого наследования дара своей мамы. Она получила его, вероятно, потому, что ей суждено было сразиться с Кощеем. Какая судьба уготована тебе, мы не знаем. Предвидеть можно только Силу, и ты не окажешься слабее, если, разумеется, приложишь усилия. А призвание может оказаться любым.

— Тогда расскажите мне, например, о тех, кто выбрал специальность ясновидящих.

— Наша соседка, — криво усмехнулась Радмила, — Веденея. Бабка-сводня.

— Сводня? — переспросила Беляна с удивлением, смешанным с ужасом.

— Ага. Фактически, она провидица. Но специализируется на брачных связях.

— Этим и объясняется, что у вас все семьи крепкие и счастливые? Что пользуетесь услугами сводни?

— Ну, это несколько упрощённо, — усмехнулась Радмила, — Веденея — баба вредная и брехливая. Словом — ни стыда, ни совести. Кроме того, алчная до денег. Если ей хорошо заплатить, она кого угодно с кем угодно переженит. Иногда на одного жениха так целый конкурс устраивает — родители какой невесты больше заплатят. Но это не означает, что остальным деньги отдаст. И завидных невест то же самое касается. У неё правды не добьёшься.

— Но если она обманывает, зачем с ней связываться?

— Затем, что ссориться с ней никто не смеет.

— Не понимаю, честно говоря. Почему?

— Потому что… — Радмила подумала мгновение, — Человек так создан. Он не может быть счастлив, не делая счастливым каждый день кого-то близкого и любимого. Ошибка в этом деле слишком дорого обходится и её никак не исправить. Семью ничто не может заменить — ни богатство, ни ратные подвиги, ни всемирная известность.

— Тем более, разве можно в таком случае полагаться на свидетельство лживой сводни?

— Полагаться нельзя, но и ссориться тоже, иначе…

Расскажу-ка я тебе одну историю. Был у нас такой парень — Есислав. Хоть куда богатырь, красавец, и семья хорошая. Отец — купец, мать — знатная вышивальщица. Девки по нём сохли, в любую семью с радостью бы приняли. А невесты себе так найти и не мог.

Вот так он к Веденее и обратился. А она ему Голубу — сапожникову дочку нагадала. Голуба-то кривенькая слегка, и матери у неё не было. Отец сам и хозяйство, и детей поднимал.

Ох, и осерчал тогда Есиславушка! Такое буйство учинил — небу жарко стало! Досталось всем — и Веденее, и Голубе. Веденея-то что — просто деньги отдала, и ухмыльнулась… так, знаешь, кисленько. А Голуба с семьёй от позора уехали из Мудрограда, и поминай, как звали.

Еся вскоре после этого скандала женился-таки. Выбрал девку из соседней деревни. Ну, как сказать выбрал… у нас в тот год все девки, что на выданье, замуж повыходили. Не иначе, как проделки нашей сводни драгоценной. А эта приехала к тётке своей двоюродной, и давай перед Есей хвостом крутить. Красивая, надо сказать. Но гулливая оказалась — страсть! Уж сколько раз он её из чужих кроватей вытаскивал — не перечесть. А она ничего — вроде как так и надо. Он её за косу домой притянет, а она на весь город визжит, обратно хочет. В конце концов, забеременела она неизвестно от кого, и в родах померла.

Еся помаялся маленько, да и поехал в столицу по делам купеческим. И там влюбился без памяти. Да так влюбился, что ни есть, ни пить, ни спать не мог. Почернел вовсе. Как год со дня смерти жены истёк, заслал сватов в тот дом. И получил отказ. Да не отказ, а самый что ни на есть пинок под зад.

Оказывается, Голуба-то по дороге из Мудрограда заболела чем-то. И попала к столичному целителю. А тот её не только вылечил, но и поправил маленько, так что стала она красавицей писаной. А затем и у отца её дела в гору пошли. Так что через год она завидной невестой стала. Вот Голубу-то свою отвергнутую наш Еся и полюбил. А она ему, как водится — отворот-поворот. Не смогла простить, значит.

Вернулся Еся из столицы, и с горя стал пить по-чёрному. Пропил всё, ради чего сотнями лет трудилась его семья. Теперь он у нас в городе что-то вроде местного посмешища. Грязный, больной, оборванный. И ведь живёт, сердешный, мается. Живое напоминание о том, кто такая Веденея.

— И что она, просто ради денег с лёгкостью разрушает судьбы человеческие?

— Не только ради денег, ещё из вредности.

— Ни за что не обратилась бы за подобными услугами!

— Ну, ты бы не обратилась, а другие считают за необходимость. И очередь к ней не уменьшается. Ты же сама сказала — семьи у нас в большинстве своём счастливые. Вы вот сами супругов выбираете. И ошибаетесь в половине случаев. Веденея, хоть и сволочь редкая, но никогда не допустит совсем уж неподходящего союза. Другое дело, что из трёх подходящих вариантов выберет самый выгодный для себя, а не самый счастливый. Но с уверенностью можно сказать, что безвременной смерти, бездетности или предательства, как самого страшного преступления в отношении любимого человека — в семье, которая к ней обратилась, не допустит. Хотя бы потому, что это ей самой не выгодно.

— То есть, она действительно, видит будущее?

— Одна из самых талантливых восколейниц в наше время. К тому же согласись, если парень с девушкой действительно любят друг друга, к Веденее они не пойдут. А если пойдут, то худого не послушают и всё равно поженятся.

— Ужас. Ни за что не стану вещуньей!

— Веденея — не самый лучший пример, согласна. Но ведь есть ещё и Властелина.

— Глава Ведарии?

— Она самая. Но это совсем другой уровень. Уровень преподавателя Ведарии Мудрограда. Для того чтобы вещать о будущем, Властелине не нужен растопленный воск, руны или заговоры. Она слышит мысли, видит будущее, причём не только человека, который находится перед ней, как Веденея, а в глобальном смысле. Её способности безмерны настолько, что приходится их блокировать, чтобы иметь возможность нормально общаться с людьми.

— И мне придётся пройти собеседование с ней? — на Белку нахлынула паника.

— Да, — подтвердила Радмила, — Но не волнуйся. Собеседование у Властелины обычно заключается в том, что ты с ней поздороваешься. Она лишь на пару мгновений опускает свою защиту и определяет — являешься ли ты ведуньей. Возможно, смотрит ещё на что-то, но я не в курсе. Сомневаюсь, что она станет копаться в твоём прошлом или родословной. Разве, что ты вызовешь у неё подозрения. Пойми правильно — если она постоянно будет читать мысли и будущее людей, то попросту сойдёт с ума.

— Невероятно, — ошеломлённо пробормотала Беляна, — Она, наверное, самая сильная из ведуний?

— Таланты ведающих нельзя сравнивать, — немного подумав, ответила Радмила, — Среди ясновидиц Властелина самая могущественная, это несомненно. Хотя… легенды утверждают, что есть вещун посильнее её.

— Кто такой? — полюбопытствовала Беляна.

— Кот Баюн, — улыбнулась Рада, — Слыхала?

— Великан и сказочник… — автоматически прошептала девушка.

— Он самый. Но поскольку в большинстве случаев он недоступен…

— Потому что живёт на море-океане, на острове Буяне? — усмехнулась Белка.

Радмила удивлённо округлила глаза:

— Ничего себе… откуда знаешь?

— Сказки, тётя Рада, — мечтательно уставилась в потолок Беляна и повторила, — Сказки.

— А-а-а, — разочарованно протянула Радмила, — Ну, тогда это недостоверная информация. Я, например, понятия не имею, существует ли Баюн вообще. Поэтому и утверждать не стану.

— Сказка — ложь, да в ней намёк, — шутливо возразила девушка, — Но я хотела спросить о другом…

— Слушаю, — кивнула Радмила.

— Я понимаю, что сравнивать нельзя… но всё же — какой из даров считается самым желанным и самым могущественным?

Радмила пристально посмотрела на девушку и вздохнула в замешательстве:

— Есть один. Правда, его нельзя со всей определённостью назвать даром.

— Как это? — едва заметно подпрыгнула от нетерпения Беляна.

— Потому, что сам по себе он ничего не делает — не превращает, не разрушает, не исцеляет.

— А зачем же он тогда? — изумилась Белка, — И что собой представляет?

— Я слышала, что представляет он собой Посох, — с сомнением произнесла Радмила, — И усиливает любую магию в сотни, если не в тысячи раз.

— Любую… усиливает… — тихо повторила Беляна, — Как?

— Я не знаю, — тихо ответила Рада, пожав плечами, — Говорят, много сотен лет назад была ведунья, владеющая силой Посоха, — ещё тише добавила она, — Но правда ли это, и что с нею стало, я, милая, не знаю.

* * *

На следующий день Белка добралась-таки до книг на стеллаже в её комнате. Выбрав сперва-наперво сборник карт Тридевятого мира, учебники по географии и истории, она решила, что это совсем неплохо для начала, и засела за чтение.

Вскоре девушка сделала вывод, что Тридевятый мир, вопреки её представлениям, вовсе не являлся параллельным. Она не нашла сходств его географии с какой-либо территорией в её мире. На самом деле так и осталось непонятным, где он находится. Если к данному случаю вообще можно применить слово "где".

Каждое их Тридевятых княжеств было независимым государством, со своей культурой и обычаями. Они обладали собственным законодательством и отличались друг от друга рельефом, климатом и составом населения. Три державы носили гордое название Царств — Девье, Кощеево и Подземное. Причём двух последних Беляна так и не нашла на карте, как ни старалась.

Полностью поглощённая чтением, она и не заметила, как на соседний стул взобрался Баламут. И обратила внимание, только когда тот начал нетерпеливо ёрзать, подчёркивая своё присутствие.

— Что? — холодно поинтересовалась девушка.

Домовой скорчил злобную гримаску, привыкнув, очевидно, к более любезному обращению. Белка бросила на него хмурый взгляд и снова погрузилась в чтение.

— Ну, и где моя лепёшка? — нетерпеливо прокрякал он.

— Ты проголодался? — невозмутимо переспросила Беляна, не отрываясь от книги.

— Нет, — ворчливо ответил Баламут и замолчал.

Белка пожала плечами и перевернула очередную страницу.

— Но ты собираешься со мной дружить, или как? — изумлённо добавил домовой.

Беляна отодвинула книгу:

— Давай так, Баламут, — спокойно заговорила она, — Забудем о лепёшках. Есть что-нибудь, чего тебе действительно хочется? Такое, с чем я могу помочь?

Домовой задумался, пошевелив ушками-воронками:

— Я хочу рисовать, — заявил, наконец.

— Рисовать?

— Да. Я всегда хотел рисовать, — с расстановкой проговорил он.

— Чем? — подняла брови Белка.

Баламут непонимающе наклонил голову.

— Ну, карандашами, красками, мелками…

— Красками! — воскликнул он, зардевшись, и сверкнул редкозубой улыбкой.

Беляна встала и молча спустилась вниз. Там вызвала Радмилу по зерцальнику и, выспросив, где можно приобрести бумагу, краски и прочие принадлежности, взяла кошёлку и пошла в художественную лавку.

* * *

Баламут малевал, высунув язык, почти повторяя им движение кисти. Время от времени Беляна отрывала взгляд от книги и бросала взгляд на его художества. Осмыслить фантазии домового оказалось не просто. Но когда девушка догадалась, что он, судя по всему, дальтоник, стало проще. На рисунке был изображён веник. Нормальный такой, синий веник, что стоит у Радмилы в углу за печкой.

— Ты никогда ничего не видел за пределами этого дома? — с сожалением спросила Белка.

Баламут замотал головой, добавляя последние штрихи к шедевру. Откинувшись назад, полюбовался на результат своего творчества, засунув кисточку в рот, как взаправдашний художник:

— Я вижу ваши сны, — пробормотал, скосив глаза на Белку. И отложив первый лист, начал новый рисунок.

Вскоре на белом листе появились раскидистые ветви и мощный ствол векового дерева. Беляна узнала силуэт, и с минуту молча смотрела на до боли знакомую картину:

— Ты скажешь, что означает мой сон? — спросила тихо.

— Мне нечего добавить, — проворчал Баламут в ответ.

"Чушь! Ерунда! Немедленно выкинь это из головы!" — мысленно приказала себе Белка, тряхнув головой. Она никогда больше не вспомнит об этом дурацком сне!

— Ладно, — безразлично сказала она, поднимаясь со стула и направляясь из комнаты, — Скоро Радмила придёт, мне нужно на стол накрыть.

— Уже сделано, — буркнул домовой.

Белка вскинула брови и недоверчиво спустилась на первый этаж. В нос ударил аромат жареной рыбы и тушеных овощей. Стол в самом деле оказался не просто накрыт, а изысканно сервирован. Причём, когда Баламут успел провернуть подобное, и где взял продукты, которых они с Радмилой не покупали, осталось не известным.

Чтобы поблагодарить домового, Беляна вернулась в комнату, но там его уже не оказалось. На столе остались лишь аккуратно сложенные краски и кисти. Однако рисунки исчезли вместе с художником. Тепло улыбнувшись невидимому проказнику, Белка, довольная тем, как всё удачно складывается, вернулась в горницу.

Через минуту зашла Радмила и ахнула при виде готового ужина. Выслушав объяснения Беляны о том, как она подружилась с домовым, женщина удивилась ещё больше. Баламут оказался в самом деле изумительным кулинаром. За разговорами они с удовольствием смаковали рыбку без единой косточки, но зато в хрустящей корочке, потрясающе нежное овощное рагу и самый вкусный и воздушный хлеб, который Белке приходилось есть. Наслаждаясь необыкновенно крепким и ароматным чаем со свежими булочками, Радмила сообщила:

— Я решила запустить в работу пробную партию твоих штанов. Эх, пошить бы их из русалочьего полотна… — она мечтательно подвела взгляд.

— Что такое русалочье полотно? — привычно спросила Беляна.

— Ооо, это самая дорогая из существующих тканей! — сверкнула глазами Радмила, — Называется так, потому что ткут её исключительно русалки. И они же берегут секрет её изготовления.

— И чем же она так хороша? — поинтересовалась Белка.

— Русалочье полотно — самое крепкое, — с удовольствием объяснила Рада, — Оно не рвётся и не мнётся, не промокает и даже не горит! Оно может быть жёстким или очень мягким, тонким или плотным. Одежда, сшитая из него, не изнашивается, её не нужно стирать или чистить. В жаркую погоду она холодит, а при сильных морозах греет лучше любого тулупа.

— Погоди-ка, — задумчиво промолвила Беляна, — Моё детское одеяльце!

Она сорвалась с места, бегом поднялась по лестнице в свою комнату, и тут же слетела вниз, держа в руках маленький белоснежный свёрток. Радмила взяла его и нежно погладила ладонью мягкую тёплую ткань.

— Да, милая, я помню его, — с грустью улыбнулась она, — Это покрывало подарили твоим родителям на свадьбу.

— Бабушка говорила, что когда встретила маму со мной на руках, шёл проливной дождь. Но я в этом одеяльце оставалась сухой и тёплой, как будто капли воды попросту пролетали мимо.

Беляна с щемящим чувством взяла назад протянутый Радмилой свёрток и прижала его к груди. Надо же — русалочье полотно! А они-то с бабушкой гадали, что за удивительными свойствами обладало обыкновенное на вид детское одеяльце.

— Так и есть, — Радмила заметила печаль девушки и, старательно борясь с собственной грустью, жизнерадостно защебетала, — Да что там говорить! Русалочье полотно выдерживает даже магическое воздействие. Стоит оно, конечно, целое состояние. Но в том-то и дело, что стоит!

Белка попыталась улыбнуться:

— На джинсы тут не хватит, да и ткань эта слишком мягкая для брюк.

Улыбка вышла натянутой, а шутка горькой, но Радмила всё равно рассмеялась:

— Ну, разумеется, твоё детское одеяльце для мужских штанов не подходит, — согласилась она, — К тому же, даже если бы мы наскребли золота на закупку русалочьего полотна, такие штаны будут слишком дорогими в продаже.

— Овчинка выделки не стоит, — понимающе заметила Беляна.

— Точно, — кивнула Рада, — И у нас возникла одна неожиданная проблема. В городе нашем с некоторых пор нет кузнеца, и заказывать заклёпки для джинсов придётся в соседнем. Вот такая заминочка вышла, — огорчённо добавила она, — Причём туда ехать нужно, чтобы показать образец. Даже не знаю, когда смогу вырваться.

Глава 4

Дева-воительница

"Все оказалось довольно просто", — счастливо думала Беляна, оглядывая пейзаж сказочного города. Отсюда, с Велесова холма, открывался изумительный вид на Мудроград.

Вчера вечером она решила, наконец, исполнить желание, возникшее в первый же день пребывания в Тридевятом мире. Поэтому ещё до рассвета оделась и покинула дом Радмилы. Быстрым шагом добралась до ворот ещё спящего города, дошла до холма и поднялась на него.

Восход солнца она встретила здесь. Беляна стояла босиком на мягком зелёном ковре, щекотавшем ступни шелковистыми травинками, вдыхала пьянящий воздух нового утра и наслаждалась тем, как волосы треплет легкий ветерок. Она чувствовала какой-то древний восторг, приветствуя появление на небе молодого светила, которому тысячелетиями поклонялись её предки. И никак не могла понять, почему так переживала, прежде чем решиться вернуться сюда. Сейчас она всем сердцем чувствовала, что нет ничего более естественного, чем быть здесь, в этом мире, на её родине.

Гостеприимный Мудроград очаровал её и принял в свои объятия. Она уже любила этот город, пахнущий свежей выпечкой и спелыми яблоками днём и ночными фиалками по вечерам. С его просторными ухоженными улицами, утопающими в зелёных садах, живописными теремами, весёлыми и в подавляющем большинстве добродушными людьми. Всё здесь ей нравилось, представляясь изумительным и необыкновенным, и даже цветы казались невиданными и более красивыми.

Поначалу она думала, что Тридевятый мир — что-то вроде застывшего прошлого. Древняя история и вечная сказка. Но неожиданно угодила в будущее. В правильное будущее, где люди ценят мир и гармонию природы, друг друга и то, что их окружает. Где не ждут со дня на день экологической или ядерной катастрофы, конца света, или другого жуткого армагеддона. Где женщины мудры и очаровательны. А мужчины сильны и великодушны.

В гардеробе Беляны больше не было обычных для неё рваных джинсов и любимых трикотажных футболок. Цветана подобрала ей из своих неисчерпаемых запасов прекрасно подходящие к фигуре и внешности длинные платья, воздушные юбки и украшенные искусной вышивкой блузки. И Белке очень нравилось новое ощущение нежности натуральных тканей, струящихся по телу. В новых нарядах исключительно ручной работы, ещё хранящих тепло создавших их рук, она чувствовала себя сопричастной к чему-то сказочному и волшебному. Стала более женственной и в чём-то даже одухотворённой.

Сейчас на ней была шелковая голубая юбка и белоснежная батистовая блузка с изящной вышивкой. Волосы она как обычно оставила в беспорядке, готовая отвечать на многочисленные вопросы. Но вопреки ожиданиям, окружающие оказались достаточно тактичны, чтобы не досаждать молодой девушке излишним любопытством. Возможно, Мудроградцы привыкли видеть в своём городе и куда более удивительных созданий. Большинство новых знакомых приветливо и снисходительно относились к белобрысой стриженой девчонке, явившейся с целью поступления в Ведарию. Радмила всем объясняла, что девушка приехала из её родного Залесья и приходится ей дальней родственницей.

Глядя на рассвет, Беляна размышляла о том, что подарит ей сегодняшний день. Сердце переполняло предвкушение чего-то прекрасного.

Она обулась и спустилась с холма с другой стороны, решив час-полтора прогуляться на пути к городу, а заодно исследовать местность. Извилистая тропинка проходила вдоль густого леса. Стволы деревьев с почти непроницаемой кроной покрывали изумрудные косяки мха. Проснувшиеся птицы беззаботно пели, приветствуя новый день, который обещал быть солнечным и безветренным.

Вдруг она услышала за спиной чей-то вскрик и лошадиное ржание. Повернувшись посмотреть, что произошло, девушка едва успела испуганно отскочить, но, не удержавшись на ногах, села в придорожную пыль. Прямо на неё с бешеной скоростью неслась лошадь. Под седлом, но без наездника.

Белка мало что понимала в верховой езде. Но сложив три фактора — явно человеческий крик, наличие седла и неадекватное поведение коняки, которая за малым не убила и её за компанию с хозяином, поняла, что кто-то в данный момент может нуждаться в помощи. Окинув взглядом местность, она встала и, стряхнув пыль с новой юбки, направилась проверять свои подозрения.

Войдя в лес, Беляна растерянно осмотрелась. Птицы неистово заливались, соревнуясь друг с другом за первенство по вокалу, солнце играло лучиками, пробивающимися сквозь густую листву. Всё так мирно и спокойно. Может, у неё паранойя?

Она прошла ещё пару десятков шагов, когда увидела, наконец, то, что искала — огромного субъекта, лежащего на земле без признаков жизни. В глаза бросился пропитанный кровью рукав его рубашки, и, приблизившись, девушка прощупала сонную артерию. Жив. Но без сознания.

Белка похвалила себя за проницательность. Помощь действительно нужна. И что ты намерена делать, помощница? Она вытащила нож из-за пояса мужчины и осторожно вспорола окровавленный рукав. Так и есть — кость торчит. К горлу подкатила тошнота. "Возьми себя в руки, — приказала сама себе, — Или поищи кого-нибудь, кто сделает это за тебя".

Итак, открытый перелом. Это, наверное, чертовски больно. И то, что он без сознания, возможно, даже к лучшему. Или к худшему. В любом случае, нашатырного спирта у неё с собой нет. Силы небесные, да у неё вообще ничего нет!

Белка заставила себя снова перевести взгляд на рану. Кровь хлещет. Толчками. Классика жанра. В памяти стали всплывать обрывки полученных в школе знаний. "Ведунья хренова, — ругала себя неизвестно за что Беляна, — Ну, пока ты не ведунья, придётся воспользоваться тем, что есть. Времени немного. Аллё, милостивый государь, Вы не подождёте три годика, пока я закончу Ведарию? Нет? Ну что ж, тогда вам не повезло…"

Она всеми силами старалась отвлечь себя, отрывая от подола широкую полосу ткани. В голове мелькнула мысль, сколько юбки останется после того, как она наложит жгут, затем повязку, и зафиксирует сломанную конечность такому здоровяку. Радует одно — юбка длинная, а значит, есть шанс, что от неё останется обрывок, свидетельствующий о том, что с утра она была. Если бы на месте юбки были джинсы, всё осложнилось бы гораздо больше…

Кровь утихла. Вторая полоса ткани пошла на перевязку открытой раны. Но чтобы примотать руку, эту тушу придётся поднять!

"Люди, подмените меня! — мысленно возопила Белка в отчаянии, — А я отдам Вам свою юбку… Снова нет? Ну что ж, горе-наездник, терпи. Ой! И кто ж тебя выкормил-то, такого борова? Благодарность мамочке. И папочке тоже… Ой! За наследственность. От меня отдельная. Я на собственной… ой… спине испытала богатырскую силушку вашего сыночка…"

Больше всего она боялась причинить человеку боль. Наконец, крепко примотав руку незнакомца к телу, девушка обессилено уселась на траву. От юбки остался короткий ошмёток, едва прикрывающий причинное место.

"Ну, сами понимаете, — оправдывалась перед собой Беляна, — я ведь человека спасала. Тут уж не до моды. Кстати, вот и новая моделька! Простите, уважаемые, я так не хотела вас шокировать своим гардеробом… Так, а что ж это мы всё без сознания?" Она приблизилась к лицу мужчины, снова проверила пульс и ощупала голову. Так и есть — под ней булыжник. А на и так измазанных красных пальцах свежая липкая кровь.

"Как в кино! — рассердилась девушка, — Ни одного камня вокруг, зато под головой… ан нет, их везде полно. Голову надо перевязать. Эх, прощай юбка! Хотя… почему, собственно, только юбка? — Белка плотоядно воззрилась на брюки пострадавшего, — Придётся поделиться, уважаемый!" Она с помощью ножа быстренько отрезала продольную полосу от его штанов и аккуратно перевязала голову. Так, теперь скорая…

Белка встала и замерла, как вкопанная. Какая, к лешему, скорая? Ну, зачем, зачем она так далеко зашла? Хотя, если бы её здесь не было, человек скорее всего погиб бы. Нельзя быть такой эгоисткой. И он всё ещё может умереть, несмотря на все старания. До городских ворот идти как минимум час. Бежать — минут двадцать. Пока соберут помощь. Пока назад. Доживёт ли? Ладно, выхода нет. Сама она никак не справится, а он в себя не приходит. Плевать на юбку!

Она бросилась, было, из лесу на тропинку, но внезапно увидела всего в нескольких метрах от себя… Амазонку? Беляна остановилась, в изумлении открыв рот.

Ей навстречу шла смуглая красавица с пронзительными изумрудными глазами и сияющими волосами цвета горького шоколада. Её высокая толстая коса начиналась от макушки и заканчивалась ниже тонкой талии, затянутой в кожаный корсет с множеством металлических прибамбасов. Длинная, тяжёлая коричневая юбка с двумя высокими разрезами сидела у смуглянки на бёдрах, открывая плоский живот и ошеломительно длинные ноги, обутые в высокие до колен сапоги. К массивному ремню был пристёгнут свёрнутый кнут. И это она, Белка, так старалась поменьше отличаться от обитателей сказочного мира? Когда в нём есть подобные колоритные персонажи?

Девушка направлялась в их сторону. Она была примерно того же роста и возраста, что и Беляна, и вела по уздцы гнедую лошадь. Та недовольно фыркала, вынужденная пригибаться, чтобы не цеплять головой низкие ветви деревьев. Её хозяйка, напротив, производила впечатление воплощённого спокойствия.

— Мне навстречу промчалась лошадь под седлом, — низким, певучим голосом произнесла красавица, — С тобой всё в порядке? — поинтересовалась, невозмутимым взглядом окинув Белку.

— Со мной да, — просипела та и представила себе, как сейчас выглядит. Взъерошенная, в оборванной по самое некуда юбке и по локоть перемазанная кровью. Не хватает прозрачных крылышек, волшебной палочки, и вылитая фея Динь-Динь. Версия для ночного кошмара. Но эта девица вроде не из пугливых. И откашлявшись, Беляна произнесла:

— Тут вот мужчина, — она отступила, чтобы незнакомка смогла увидеть распростёртого на земле раненного.

— О-о-о. Так ты на него надела свою юбку? — догадалась девушка, слегка приподняв брови.

— Я бы тоже с удовольствием посмеялась, — нахмурилась Белка, одёргивая остатки одежды, — Но давай сделаем это после того, как доставим его в город, а?

— Давай, — пожала плечами смуглянка, и вдруг так искренне улыбнулась, что у Белки мигом потеплело на душе.

Незнакомка подвела лошадь поближе к раненому и ласково похлопала её по крупу. Животное безропотно опустилось на землю. Следующие пять минут девушки пытались переместить тяжеленного мужика на спину лошади и усадить поудобнее. Вконец измученные, они кое-как взгромоздили бесчувственное тело в седло и крепко привязали. Лошадь, повинуясь приказу хозяйки, осторожно встала на ноги.

— Давай, безъюбочное создание, полезай наверх, а я поведу, — тяжело переводя дух, пропыхтела девица.

— Я не умею ездить верхом, — замотала головой Белка.

— Так я и думала. Тогда поспевай следом, — Девушка порылась в котомке и вручила ей ворох ткани оливкового цвета, — Надевай!

— Благодарю, — пробормотала Белка, натягивая юбку сверху на обрывки перевязочного материала, — Ты удержишь его?

— Постараюсь, — усмехнулась та одним уголком губ, легко и грациозно поднимаясь в седло позади мужчины.

Когда они подъехали к городу, утро уже вступило в свои права. Слышались привычный городской шум и суета, стук колёс и копыт, крики уличных торговцев и негромкая музыка.

У ворот их встретили два дружинника. Стражник постарше, выпустивший Беляну утром, приветствовал её привычным кивком. Затем окинул невозмутимым взглядом всадников. Девушка легко соскочила с седла и протянула какую-то грамоту. Мельком пробежав глазами по строчкам, он аккуратно свернул бумагу и вернул с вежливым наклоном головы.

Второй дружинник, помоложе, беззастенчиво уставился на смуглянку, чуть не пуская слюни. Он разглядывал её сверху донизу, задерживаясь на особо привлекательных местах. Девушка обдала его ледяным взглядом, от которого парень тотчас съёжился, облизав губы:

— А это кто? — спросил, указав взглядом на раненого.

— Спросите у лошади, которая его сбросила, — откликнулась Беляна, — Бумаг при нём я не видела. Он ранен, и ему срочно требуется помощь.

— Под Вашу ответственность, — пробурчал старший.

Белка кивнула:

— И пожалуйста, пригласите целителя в дом Радмилы, — продолжила она, — Чтобы не тратить зря время, пока мы будем добираться.

Стражник бросил многозначительный взгляд на молодого охранника, и тот мухой взлетел по лестнице наверх сторожевой башни. Беляна повернулась к девушке:

— Мы живём недалеко. Ты поможешь довезти раненого до дома?

— Разумеется, коль уж я здесь, — пожала плечами смуглянка.

Возле дома стояла незнакомая ступа, а их встречали перепуганная насмерть Радмила и хлопотливая старушка-целительница с цепкими глазками. Рада тут же начала причитать, упрекая Белку:

— Я так перепугалась, так перепугалась. Ты жива-здорова! Прилетела Матрёна, говорит, её вызвали со сторожевой башни. У меня сердце упало! Здравствуйте, — кивнула она незнакомой девушке и уставилась на привязанного к седлу мужчину.

Быстро сообразив, что к чему, Радмила тут же взяла дело в свои руки. Организаторских способностей ей было не занимать, и всего через пять минут двое соседских мужиков уже перетащили неизвестного в дом, уложив на кушетку в горнице. Целительница Матрёна взялась за работу, и Беляна смогла, наконец, перевести дух, вымыть руки и выйти во двор. Там незнакомка задумчиво поправляла снаряжение лошади.

— Всё в порядке, надеюсь? — спросила она, заметив Белку.

— Да, — устало ответила та, присев на скамеечку, — Раненым занимается целительница. Радмила позаботится обо всём остальном.

— Радмила? Разве это не твоя мама? — осведомилась девушка, поглаживая фыркающую от удовольствия лошадь.

Беляна молча покачала головой и встала, протягивая незнакомке руку:

— Меня зовут Беляна, и я очень благодарна тебе за помощь, — улыбнулась она.

— Я Светлана, — охотно ответила девушка, — И не стоит благодарности.

Она удивлённо взглянула на протянутую руку и, чуть помедлив, пожала тёплую ладонь.

— Ты определённо не здешняя, — лукаво склонила голову на бок.

— Да, я издалека, — уклончиво заметила Белка, растерявшись, и забрала руку, — И ты тоже.

Светлана кивнула:

— Я из Девьего Царства, — в голосе девушки заструились высокомерные нотки, — Прибыла сюда учиться в Ведарии Мудрограда.

— Не может быть! — воскликнула Беляна, захлопав глазами.

— Очень даже может, — обиделась Света, — Признаю, у нас очень редко рождаются ведуньи, но я — одна из них.

— Да я не об этом, — махнула рукой Белка, — Просто я тоже поступаю в Ведарию в этом году.

Обе девушки смотрели друг на друга со смешанным чувством удивления и радости.

— Эй, девчонки! — послышался сзади чей-то голос.

Девушки разом обернулись на крик. По дороге к ним приближался молодой стражник. Он вёл под уздцы взмыленную рябую кобылу под седлом. Ту самую, что пронеслась мимо Беляны утром, перед тем, как она нашла сброшенного пугливым животным седока. Кобыла недовольно мотала головой, то и дело норовя вырваться на волю.

— Похоже, мы нашли лошадь вашего раненого, — прошамкал стражник, пожирая Светлану плотоядным взглядом, — И она рассказала нам, что её незадачливый хозяин — прибывший в город новый кузнец.

— Какая разговорчивая лошадь, — надменно усмехнулась Светлана.

— Мы нашли его документы, красавица, — облизнулся стражник и протянул девушке рулон с восковой печатью.

— Стожар Везнич, — прочитала она имя кузнеца и, свернув бумагу, передала его Белке. Пока та бегло просматривала листок, Светлана приняла поводья несчастной лошади.

— Меня, кстати, зовут Могута — понизив голос и выразительно подняв брови, произнёс стражник, не сводя с девушки масляных глазок.

— Совершенно некстати, — невозмутимо парировала Светлана, окидывая ледяным взглядом впалую грудь и тщедушное телосложение парня.

Похоже, мужское внимание девушку нисколько не смущало, а лишь донимало. Белка улыбнулась про себя. Новая знакомая нравилась ей с каждой минутой всё больше.

В этот момент двери дома распахнулись, и оттуда, оживлённо переговариваясь, вышли Радмила и Матрёна.

— Пару денёчков, конечно, ему надобно отдохнуть, милочка, — слегка шепелявя, объясняла целительница, — Но в целом всё было сделано правильно, хоть и необычно. В первый раз вижу такие странные методы помощи. Кто его, говорите, нашёл?

Белкино сердце ёкнуло, и она побледнела. Ну вот, снова что-то сделала не так, снова выдала себя. И вдруг почувствовала чью-то тёплую руку на своём запястье. Светлана стояла рядом и тепло улыбалась. "Всё хорошо", — прошептала она одними губами, а вслух произнесла:

— Мы нашли.

Целительница окинула девушку цепким взглядом, задержалась на её голом животе и осуждающе закивала:

— Ну, тогда понятно, — попыталась она улыбнуться, — У деванок почти нет целителей. От них совершенно не знаешь, чего ожидать! — затараторила она и осеклась, поняв, что переступила границы вежливости.

Светлана даже бровью не повела, а Радмила засуетилась, пытаясь сгладить неловкую ситуацию:

— Чья это лошадка? — спросила, пожалуй, даже слишком заинтересованно.

— А это провинившаяся кобыла нашего постояльца, тётя Рада, — весело сообщила ей Белка, — И есть хорошая новость. Похоже, искать кузнеца в другом городе не придётся. Наш раненый — Стожар Везнич — новый кузнец Мудрограда.

— Очень хорошо, — прошепелявила целительница, — Новый кузнец, значит, — она сверкнула глазками в предвкушении свежей сплетни, — Больной должен прийти в себя к вечеру. Когда очнётся, показан отдых, много питья и хорошее питание. Если что-то пойдёт не так — вызывайте.

С этими словами Матрёна, кряхтя, забралась в ступу и нетерпеливо взмыла вертикально вверх, даже не прощаясь. Радмила вежливо помахала ей вслед рукой:

— Премного благодарны! — громко крикнула она и пробормотала, переводя дух, — Ну, зато целительница, что надо.

Всё ясно. По крайней мере, сплетня будет не о ней, — с облегчением подумала Белка. Рядом с яркой красавицей Светланой (как там назвала её Матрёна — деванкой? Надо бы поподробнее разузнать, что это значит), её методы первой помощи попросту меркнут. Причём, вместе с короткой стрижкой, которую городская сплетница, судя по всему, элементарно не заметила. Что уж говорить о нарисовавшемся в доме молодой вдовы здоровяке-кузнеце! Эта новость повкуснее Тунгусского метеорита будет. Белка устыдилась собственных мыслей и виновато взглянула на обеих стоящих рядом женщин.

Тем временем стражник, заметив, что на него никто не обращает внимания, пробормотал какие-то прощальные слова и потопал обратно к воротам города, бросив на Светлану последний взгляд, полный безнадёжного обожания. На этот раз — мысленно заметила Белка — почтительного, а не похотливого обожания.

Радмила, обречённо вздохнув, пристально посмотрела на девушек и улыбнулась Светлане:

— Я Радмила Тихомирова, — простодушно сообщила она, — По-моему, мы не знакомы.

— Светлана Валдай, — представилась Света, кивнув, — И, если не возражаете, мне пора.

Белка закусила губу. В суете сегодняшних событий она успела почувствовать невольную симпатию к этой спокойной, немногословной девушке.

— Мне ещё нужно устроиться на постоялом дворе, — продолжала Светлана, — Если хотите, пристрою там и эту норовистую лошадку, — кивнула на рябую кобылу.

Беляна искренне огорчилась, осознав, что ей совсем не хочется расставаться с новой знакомой. Возможно потому, что она оказалась такой же необычной, какой ощущала себя сама Белка в этом мире.

— Конечно, Светочка, — защебетала Радмила, — Это было бы чудесно! У нас в доме совершенно негде держать лошадей. А когда наш раненый поправится, сможет забрать свою проказницу.

— Хорошо, — любезно согласилась Света, — Только подскажите, где мне найти приличное подворье?

— Езжай, милая, прямо по дороге, — Радмила протянула руку в направлении центра города, — По левую сторону увидишь гостиницу Звонко. Там и комнатки чистенькие, и публика спокойная. И непременно, непременно приходи к нам сегодня на ужин! — добавила, бросив понимающий взгляд на огорчённое личико Беляны.

Светлана с присущей ей грациозностью поднялась в седло, взмахнув на прощанье рукой, и уехала по дороге, ведя на поводу рябую кобылу кузнеца, которая внезапно стала ласковой и послушной. Белка полюбовалась гордо сидящей в седле красивой и сильной наездницей и побрела в дом вслед за Радмилой.

* * *

Кузнец Стожар лежал в горнице, на кушетке у окна. Измученный путешествием, падением, переломом и потерей крови, он крепко спал, время от времени тихонько посапывая. Скорее всего, Матрёна напоила его сонным зельем, чтобы дать возможность отдохнуть и набраться сил. Следов перелома видно не было, руки мужчины спокойно лежали вдоль тела.

У огромного мужчины оказались светлые локоны, словно у ангела, и красивое, добродушное лицо. Странно, — заметила Беляна, — что проведя столько времени, оказывая ему помощь, она обращала внимания только на повреждения и размеры пострадавшего. И только сейчас рассмотрела детали его внешности.

Радмила собирала разбросанные по полу обрывки голубой ткани, бормоча с сожалением:

— Юбку жалко. Мы с Цветаной эту ткань из Княжграда привезли…

Вдруг она остолбенела, словно громом поражённая. Лицо женщины вытянулось, на нём отразился ужас, смешанный с изумлением. Будто в замедленной съёмке она разглядывала клубок окровавленных лоскутов и, бросив взгляд на кузнеца, вдруг прижала их к груди, прикрыв глаза.

— Извини, тётя Рада, — недоумённо промямлила Белка.

— Что ты, что ты, Белянушка, — всполошилась Радмила, придя в себя, — Ты человеку жизнь спасла! Это я так, даже не думай, что в упрёк! Ты умница моя!

Радмила поднялась с охапкой голубого перевязочного материала в одной руке, и подойдя к ней, ласково приобняла за плечи другой:

— Иди наверх, приведи себя в порядок. Позавтракаем быстренько, потом я на работу. Придётся тебе присмотреть сегодня за нашим гостем. Впрочем, возможно, он до вечера не проснётся, — успокоила она.

— Конечно, присмотрю, — кивнула Беляна и потопала к себе.

Только стягивая с себя одежду перед душем, она обнаружила, что всё ещё одета в оливкового цвета юбку, одолженную Светланой. И улыбнулась, подумав, что придётся наведать девушку на постоялом дворе. Вряд ли та примет приглашение Радмилы на ужин, сочтя его простым проявлением вежливости.

Оттирая грязные коленки, Белка неожиданно поняла, что уже думает об утренней знакомой, как о подруге. Странно, ведь ей всегда было тяжело сходиться с новыми людьми. Разумеется, их со Светланой знакомство никак не назовёшь светским. Но за короткое время хорошо узнать человека можно, наверное, только в экстремальных условиях. Белка знала, просто чувствовала, что встретила своего человека. Тем более, им предстояло вместе учиться. Она усмехнулась этим мыслям и вышла из душа, оборачиваясь мягким полотенцем.

Радмила уже сидела за накрытым столом, время от времени бросая взволнованные взгляды на кушетку, где спал Стожар. Белка сбежала вниз и, бережно уложив свёрнутую оливковую юбку на сундук, присела к столу. Завтракали поначалу в тишине, нарушаемой лишь постукиванием приборов и мирным посапыванием кузнеца.

— Милая девушка эта Светлана, — нарушила молчание Радмила.

Белка кивнула и, отложив вилку, произнесла:

— У меня такое странное чувство, как будто я всю жизнь её знаю.

— Ничего удивительного, — уверенно заявила Рада, — Мы с твоей мамой тоже сразу почувствовали себя близкими людьми. Без всяких видимых причин для этого. С первой минуты стали лучшими подругами. И до самого конца, — Радмила сглотнула, на мгновение прикрыв глаза.

— Мы почти не знакомы, — робко возразила Беляна.

— Познакомитесь, — пожала плечами Радмила.

— Она приехала поступать в Ведарию, — рассеянно сообщила Белка, намазывая на хлеб тоненький слой масла.

— Да что ты! — обрадовалась Рада, — Ну вот, видишь!

— И она такая же странная, как я, — улыбнулась девушка.

— Ха! Ещё бы не странная, она же деванка!

— Второй раз слышу это слово, — хмыкнула Белка, — Что сие означает?

— Деванки — племя женщин-воительниц, населяющих Девье Царство, — ответила Радмила с довольной улыбкой, — Почитать о них можешь в Истории Тридевятого Мира. Я точно помню, что отбирала эту книгу для тебя. Правда, там написано немного, но ты будешь знать не меньше, чем другие. Деванки очень ревностно оберегают свои секреты.

Белка кивнула. Она просто ещё не успела добраться до этого увесистого тома.

— Сегодня же почитаю, — пообещала она.

Радмила поднялась из-за стола:

— Всё, я побежала, — прощебетала, схватив плетёнку, — А тебе придётся сегодня посидеть дома, до моего прихода. Приберёшься, и делай что хочешь. Надеюсь, со Стожаром всё будет хорошо, но если что не так, сообщи сначала мне. Матрёну будем вызывать только в крайнем случае.

— Я поняла, — подкатила глаза Беляна, вспоминая хитрые глазёнки и ехидные замечания пожилой целительницы.

— Всё равно хорошо, что уезжать мне никуда не придётся, — улыбнулась Радмила, снова бросая взгляд на спящего кузнеца, и внезапно зарделась, — Наш гость скоро поправится, а я слышала, он очень хороший кузнец. Настоящий мастер своего дела.

— Ты слышала о нём? — удивилась Беляна.

— А как же! В нашем городе хороших мастеров все знают. Недаром каждые три года турнир проводится.

— Турнир? — переспросила Белка, — Это рыцарский что ли?

— Княжеский, — Радмила засуетилась, — Давай вечером, хорошо? А не то я опоздаю.

— До вечера, — пробормотала Беляна.

Она вдруг подумала, что ей рановато заводить подругу. Радмила единственная, с кем она могла разговаривать, не опасаясь обнаружить своё вопиющее невежество и попасть в неприятную ситуацию. Книги — это, конечно, замечательно. Помимо них Белка старалась чаще смотреть передачи по вещальнику, чтобы побольше узнать о Тридевятом мире. Но она скучала по простому человеческому общению. О бабушке. О друзьях. О Наташке. А что будет, когда она поступит в Ведарию и станет жить там? Ведь тогда даже с Радмилой можно будет видеться только по выходным, а остальное время жёстко контролировать любое слово, и ни в коем случае ничему не удивляться. Безрадостная перспектива.

Белке стало грустно, когда она представила, как на протяжении энного количества времени будет оглядываться и продумывать каждый следующий шаг.

За такими невесёлыми размышлениями она прибрала со стола и помыла посуду. Затем, подойдя к кузнецу, послушала его дыхание. Подивилась тому, что не обнаружила ни перелома, ни шрамов от утренних ран. Поправила одеяло, прикрывающее торс, поросший золотистой растительностью, и поднялась наверх за книгой.

Радмила оказалась права. Из истории Тридевятого мира о деванках узнать можно было немного. Их наименование происходило не от названия легендарного Девьего Царства, как подумала Беляна вначале. Девана — богиня охоты, которую чтили девы-воительницы.

Прирожденные воины, деванки росли в спартанских условиях. Их с детства натаскивали на всевозможные виды боевых искусств. К своему совершеннолетию девушка обязана была в совершенстве овладеть мечом, метко стрелять из лука, и стать непревзойдённой наездницей, в чём Беляне пришлось убедиться сегодня утром. Она вспомнила, как норовистая кобыла, сбросившая Стожара, стала шёлковой, стоило Светлане лишь прикоснуться к ней.

Посвящение деванка проходила, когда ей исполнялось двадцать лет. Для этого ей необходимо было победить в единоборстве воина-мужчину. Как выбирался этот воин, История Тридевятого Мира умалчивала. Значит, посвящения Светлана ещё не прошла.

О ведуньях-деванках действительно не упоминалось. Как и о ведунах. И насколько поняла Беляна, мужчин в Девьем Царстве не жаловали. Точнее, их там просто не было. Информацию о том, куда они девались, и подробности осуществления репродуктивной функции фолиант также тактично пропустил. Белка решила, что обычаи деванок, вероятно, не далеки от обычаев легендарных амазонок, мифами о которых пестрят книжные полки в её мире. Белка содрогнулась, вспомнив некоторые из них — выжигать одну грудь, чтобы удобнее было носить лук, и убивать младенцев-мальчиков. С грудью у Светланы явно был полный порядок. И стало ясно, откуда у новой знакомой некоторое пренебрежение к мужчинам.

Мда… более необычной подруги Беляна просто не могла встретить. Она улыбнулась этой мысли. Светлане тоже не повезло со мной, — подумала вскользь и закрыла книгу.

Кузнец на кушетке зашевелился, и Беляна обеспокоенно подошла к нему. Мужчина, не прерывая сна, недовольно почавкал губами, и она заботливо смочила их мокрой салфеткой. Сладко облизнувшись, он повернулся на бок и громко всхрапнул. Возможно, ему просто надоело лежать на спине, — решила Белка, натягивая сползшее с могучих плеч одеяло.

Пора было готовить ужин. Беляна не знала, явится ли к нему Светлана, но точно решила, что обязана вернуть девушке оливковую юбку. Тем более, что поклажа у той была невелика и возможно юбка эта единственная. У меня, например, в гардеробе юбок вообще не было, — усмехнулась про себя Белка и поднялась наверх, чтобы поставить Историю Тридевятого Мира на полку.

У себя в комнате на столе она нашла рисунок. Стройная девушка с высокой косой чинно восседала на несуразном животном зелёной масти, формами напоминавшем бегемота. По-видимому, Баламут не очень хорошо умел рисовать лошадей. Что и понятно — не так-то много их он видел на своём веку. Да и что можно разглядеть через маленькое окошко?

Белка аккуратно вложила рисунок в альбом, поставила книгу на полку и спустилась вниз. Стожар на кушетке недовольно кряхтел, снова сияя обнажённым торсом и оголившейся ногой, лишённой половины штанины. Впрочем, он и не думал просыпаться. Покрывало бесследно исчезло.

Вот проказник! — разозлилась Беляна. Пока она рассматривала творчество Баламута у себя в комнате, домовой успел наглядно продемонстрировать антипатию к новому постояльцу, стянув с него одеяло.

— Сейчас же верни на место! — сердито проговорила девушка, обращаясь к потолку, — Этот человек серьёзно пострадал. Ему необходим отдых. И он не задержится у нас надолго.

Выдав эту тираду, Беляна направилась к кухне. Оглянувшись через минуту, убедилась, что одело на месте, заботливо подоткнутое со всех сторон.

— Хороший мальчик, — похвалила она домового, — И замечательный рисунок, — добавила, улыбнувшись.

Откуда-то сверху донеслось довольное похрюкивание. Белка достала печенье, плюхнула сверху маленькую ложечку мёда и поставила в блюдечке на стол:

— Угощайся! — промолвила в никуда. Ей начинало доставлять удовольствие такое общение с Баламутом.

Она увлеклась приготовлением ужина и лишь когда начала выставлять приборы на стол, заметила, что блюдечко опустело. Домовой с удовольствием принял угощение.

* * *

Кузнец до вечера так и не проснулся, и ужинать им с Радмилой снова пришлось вдвоём. Как только с основными блюдами было покончено и Беляна начала разливать чай, залязгали часы. Но вместо неизменного и ожидаемого "ку-ку" оттуда раздалось нелепое кряхтение. Она подняла глаза.

Простуженная кукушка, оказавшаяся слишком толстой для небольшого окошка, всеми силами пыталась выпростать пухлую тушку из узкого отверстия. Причём хвостом вперёд. Оказавшись, наконец, на насесте, несчастная пичуга развернулась. И раздражённо выплюнув из клюва довольно большой бумажный свиток, неизвестно как умещавшийся в часах, в той же манере стала втискиваться обратно.

Брови девушки удивлённо взметнулись вверх:

— Птичку жалко! — драматично всхлипнула она.

— Нам письмо, — спокойно возвестила Рада, неторопливо разворачивая свиток. Пробежав по нему глазами, протянула бумагу девушке:

— Точнее, письмо тебе, — счастливо улыбнулась она.

Белка ошарашено уставилась в послание. На плотной белоснежной бумаге с причудливыми золотыми узорами на полях, уверенным почерком с изысканными завитками было начертано:

Глава Ведарии Мудрограда

Верховная Вещунья Пресветлого княжества

Властелина Берегова

Имеет честь пригласить

Беляну Буянову и Светлану Валдай

на собеседование, которое состоится завтра,

в одиннадцать часов по Мудроградскому времени

в здании Ведарии.

С уважением…,

и восхитительная по своему изяществу подпись — В. Берегова.

— Меня и Светлану… — изумлённо пробормотала Белка, — Но откуда…

— Это же Властелина, — пожала плечами Рада, — Что от неё можно скрыть? Хотя для неё весьма необычно без особой необходимости открывать видение.

— Я пойду к Звонко, — серьёзно объявила Беляна, — Отнесу Светлане юбку и письмо.

— Чай допей, — напомнила Радмила.

Белка одним глотком осушила чашку, сложила письмо и оливковую юбку в старый рюкзачок и отправилась на постоялый двор к Светлане.

* * *

Гостиница Звонко представляла собой трёхэтажный терем, расположенный в глубине широкого двора, вымощенного отполированными до блеска и плотно подогнанными каменными плитами. Во дворе стояли две потрёпанные метёлки, новенькая ступа, и скучали, переминаясь с ноги на ногу, пара осёдланных лошадок.

Едва Беляна подошла к входной двери, как та распахнулась, и навстречу ей, словно от пинка, выкатился потрёпанный мужик с косматой бородой. Его клочковатые, когда-то светлые лохмы были давно немытыми и нечесаными. А одежда, состоящая сплошь из пятен, происхождения которых Белке знать не хотелось, свидетельствовала о том, что владелец менял её ещё реже, чем мыл голову. Столкнувшись с девушкой, мужик проморгал красные глазёнки и, дыхнув крепким перегаром, вдруг упал на колени:

— Голубушка! — завыл сиплым голосом, — Душа моя!

Белка в ужасе попятилась, стараясь отцепить скрюченные пальцы пьяницы от своего подола. Но не тут-то было — мужик резво засеменил на карачках вслед за ней. Цепляясь и кланяясь, он бормотал какие-то несуразные ругательства вперемешку с извинениями и клятвами в вечной любви. А Беляна, всё так же отмахиваясь и заверяя, что он обознался, отступала назад. Пока не споткнулась и упала, больно ударившись о мостовую. Её поклонник, спьяну, вероятно, приняв падение за прощение, тут же охватил мохнатыми ручищами её ноги, и принялся тыкаться в них опухшей мордой, приговаривая: "Голубушка, Голубушка!"

Наконец, улучив момент, Белка вскочила и отбежала в сторону. Пьянчуга взревел, поднимаясь с трудом. Пошатываясь, пошёл на неё и, схватив за руку, окатил смрадным дыханием. По телу девушки пробежала волна отвращения — ну что ж ей так не везёт?

Дверь гостиницы снова с грохотом распахнулась. Беляна оглянулась с недобрым предчувствием, ожидая — что ещё может оттуда выползти? Но увидела Светлану. Деванка с угрюмой ухмылкой стояла в дверном проёме, сверля глазами косматого мужика и поигрывая кнутом. Тот, заметив её, сощурился, пытаясь сфокусировать взгляд. И вдруг замахал руками, отступая:

— Чур! Чур меня! — исступлённо завыл он, — Ведьма проклятая! Всю жизнь мне испоганила! Поди прочь!

Беляна даже не заметила движения, которым Светлана привела в действие кнут. Тот, описав в воздухе изящную петлю, обвился вокруг слабоустойчивых ног пьяницы и в мгновение уложил того на мостовую.

— Еся, лихо тебя побери! — взревел возникший за спиной Светланы пузатый субъект с крупным бесформенным носом, похожим на картофелину, — А ну чеши отсюда подобру-поздорову!

Светлана сделала ещё один грациозный жест, и кнут послушно вернулся к хозяйке. Девушка легким движением свернула его и, пристегнув к ремню на талии, гордо вскинула голову.

Освободившийся Еся, как оказалось звали пьянчугу, охая и причитая, с трудом перекатился со спины на живот. И бросив ненавидящий взгляд на Светлану, пополз со двора, бормоча и поскуливая себе под нос.

Картофеленосый пузан раздражённо сплюнул в его сторону и, заметив ошалевшую Беляну, отвесил короткий поклон:

— Я Звонко — хозяин сего заезжего дома. Приношу свои извинения, барышня. Как правило, у нас спокойно, Вы уж не серчайте. Да и Еся… жалкий человек, но обычно тихий. Даже не знаю, что на него нашло сегодня. Обещаю, этого порога он больше не переступит. А Вас милости просим, ежели потребность есть.

— Благодарю, сударь, — промолвила Беляна, с трудом переводя дыхание, — Не стоит из-за меня беспокоиться.

— Ну, как желаете, барышня, — пожал плечами Звонко, закрывая за собой дверь.

Светлана с улыбкой посмотрела на Белку, стряхивающую пыль с платья:

— А с тобой не соскучишься, — усмехнулась она.

— То ли ещё будет, — пробормотала Беляна, протягивая девушке письмо Властелины.

Та бегло просмотрела текст и свернула бумагу:

— Я тут из окна скамеечку присмотрела, во внутреннем дворике. Пойдём, что ли, поговорим, — предложила она, — Пока ты не явилась, мне целых полдня скучно было.

— Да я, знаешь, не назвала бы себя искательницей приключений, — серьёзно ответила Белка и почесала нос, — Как-то день… с утра не задался.

Девушки жизнерадостно рассмеялись.

* * *

Когда Беляна вечером вернулась домой, то застала Радмилу, хлопочущую на кухне, и Стожара, опустошающего за столом тарелку за тарелкой. У кузнеца оказался подходящий к общему образу густой добродушный бас и серые глаза с насмешливым прищуром. Заметив в дверях только что вернувшуюся Беляну, он неожиданно прытко вскочил со стула и, пробасив "А вот и моя спасительница!", заключил её в могучие объятия. Да так, что у Белки косточки захрустели. Слегка задохнувшись от проявленных кузнецом чувств, она смущённо пробормотала:

— Как Вы себя чувствуете?

— Отлично, милая, отлично! — воскликнул он, — Ты лучше скажи, деточка, как же это вы, птички-невелички, справились с таким боровом, как я?

— Ну, что Вам сказать, — на губах Беляны заиграла задорная улыбка, — Было нелегко…

Радмила мягко улыбнулась. Стожар мигом стал серьёзным, взяв ладошку Белки в свои лапищи:

— Я теперь навеки Ваш должник, барышня, — произнёс, нахмурив брови и глядя ей прямо в глаза.

— Да бросьте Вы, — засмущалась девушка, — Я сейчас сделаю всем чаю, и Вы расскажете, как же Вас угораздило так неудачно упасть.

— Я уже всё сделала, Белянушка, — засуетилась Радмила, — Присаживайся к нам.

— Ох, объем я вас, красавицы, — покачал головой кузнец, возвращаясь за стол, — Но погодите. Вот устроюсь, как положено, и отплачу вам за всё добро. Сторицею отплачу!

Радмила улыбнулась. Белка перехватила её взгляд и бросила не без насмешки:

— Думаю, тётя Рада уже знает, о чём попросит Вас в первую очередь. Но сначала я хочу историю! — добавила, делая первый глоток чая и откусывая тающий во рту кусочек медовой лепковой булочки.

— Да что история? — виновато начал Стожар, — Вся история начинается тем, что по дороге в город мне встретился Злыдень.

Белка открыла, было, рот для вопроса. Но Радмила бросила на неё остерегающий взгляд, и девушка тут же захлопнула его.

— И заканчивается она тем же, — словно не замечая их переглядок, продолжил кузнец, — Потому что лошадь, которая досталась мне за неимением лучшей, оказалась с норовом. С перепугу она встала на дыбы и сбросила меня. А очнулся я уже здесь — в Вашем гостеприимном доме, красавицы.

Радмила понимающе кивнула Стожару. Белка тоже сделала умное лицо. Злыдень, так Злыдень. Обычное дело. С кем не бывает?

Она заинтересованно уставилась в чашку, предоставив вести беседу Радмиле. Но вовсе не Радмила произвела следующий звук.

Неожиданно с потолка донеслось шипение. Беляна подняла глаза и увидела Баламута, уцепившегося побелевшими от напряжения пальчиками в стропила. Она ещё никогда не видела такого злобного выражения на личике домового.

— Ш-ш-ш, — шипел он, оскалившись, и сверкая глазками по углам. Его уши-воронки бешено вращались вокруг своей оси, а рыжий клок на макушке взъерошился шикарным ирокезом. Домовой приобрёл настолько устрашающий вид, что распашонка в зелёный горошек на таком чудище внезапно показалась Беляне совершенно неподходящим аксессуаром.

— Ууть — ууть, — добавил Баламут к шипению ещё и поскуливания.

— Чего это с ним? — всё же не удержавшись, шепотом спросила девушка.

— Чего-чего, — ответил за Радмилу Стожар, — Про Злыдня услышал. Теперь вот прислушивается, приглядывается — не увязался ли злой дух за мной? И не притащил ли я вместе с ним в ваш дом несчастья.

— Ну, и как — не притащил? — так же шепотом поинтересовалась Беляна, наблюдая, как взъерошенный шипящий Баламут скачет по потолку из угла в угол.

— Не волнуйся, Белянушка, — отозвалась Радмила, — Баламут у нас сильный домовой. Даже если и появилась какая нечисть — выгонит, не сомневайся.

Словно в подтверждение её слов, маленький хранитель прекратил скачки по стропилам и, растворившись в потолке, продолжил завывания где-то на чердаке. Через минуту к завываниям присоединилось негромкое постукивание колотушек.

— Ещё чайку? — зардевшись, обратилась Радмила к кузнецу.

— Да, Радушка, — сверкнул белозубой улыбкой Стожар.

— А мне ещё медовых булочек! — подхватила Белка.

Ей до смерти хотелось объяснений по поводу Злыдня и военных действий, открытых против невидимого врага Баламутом. Но вместо этого пришлось самой рассказывать о письме Властелины и неожиданной встрече с Есиславом на постоялом дворе. Радмила рассказала Стожару о невесёлом прошлом некогда богатого и красивого молодого купца. Тот внимательно слушал, время от времени сокрушённо качая головой.

— Так что, милая, Еся, видимо, спьяну принял тебя за свою возлюбленную Голубу, — предположила Радмила.

— А подружку твою за свою жену, — нахмурясь, добавил Стожар, — Я вот что не пойму, Радушка, — обратился он к женщине, и та, словно по команде, снова зарумянилась под его взглядом, — Что ж, в Мудрограде целителей не нашлось, чтобы отвадить этого несчастного от пьянства?

Радмила огорчённо вздохнула:

— Нет такой силы, чтобы против воли человека исцелить. К тому же, после истории с Веденеей, Еся лютой ненавистью воспылал к ведуньям всех мастей.

— За что ж лютой ненавистью, если Веденея, по большому счёту, права оказалась? — возмутилась Белка.

— А кто его знает? — пожала плечами Рада, разливая чай по чашкам.

Они ещё немного посидели, наслаждаясь чаепитием и мирной беседой. Беляна с удовольствием наблюдала, как всякий раз при взгляде на Радмилу менялось выражение лица Стожара. Оно из задорного и насмешливого тут же становилось мягким и даже мечтательным. Та тоже не оставалась в долгу, то и дело вспыхивая ярким румянцем, украшавшим и без того восхитительное лицо.

Наконец, не желая больше быть третьей лишней, Белка сердечно пожелала всем спокойной ночи и отправилась к себе. Поднимаясь по лестнице, подумала, что сегодняшний день был не так уж плох, коль подарил Радмиле встречу со Стожаром. Ну, или Стожару с Радмилой, — усмехнулась она своим мыслям.

Пережить бы ещё и завтрашний день, — думала, сидя в ароматной ванне. И почувствовала, как от волнения сжалось сердце. Предстоящее собеседование, несмотря на заверения Радмилы, пугало её. Ведь всё, чем жила она последние месяцы, могло пойти прахом в одну минуту! Всё решится завтра. Её дальнейшая судьба целиком в руках незнакомой могущественной вещуньи с красноречивым именем Властелина.

* * *

Проворочавшись с боку на бок добрую половину ночи, Беляна, наконец, задремала. И роящиеся в голове мысли превратились в кошмарные сновидения.

Ей снилось, что на собеседование собрался, как на судилище, весь город. Со всех сторон её окружали существа чудаковатого вида. Создания самых разных форм и размеров, продукты чьей-то воспалённой фантазии, были снабжены диковинными ушами, ногами, хвостами, крыльями и всевозможными наборами зубов. Толпа неистово горлопанила, наперебой обвиняя Белку в промышленном шпионаже, краже рецепта медовых булочек и косы у Светланы.

Властелина с носом-картофелиной злорадно ухмылялась, закатывая глаза, и возвещала с упрёком: "Я всё про тебя знаю, голубушка!" А рассвирепевшая кикимора Кучеря трясла перед Белкиным носом окровавленными обрывками голубой юбки и визжала: "Я покажу тебе цаплю!"

Сама Беляна сидела задом наперёд на рябой кобыле, теребя в руках белое детское одеяльце. Из которого должна была до конца линчевания пошить пару синих джинсов.

Радмила горько плакала на плече у Стожара. А он гладил её по голове, заверяя, что поскольку Злыдень и Беляна — одно и то же лицо, им придётся продать Баламута в рабство, а Радмиле до конца жизни стирать Есину одежду.

В разгар представления явился полевик с ворохом соломы. Он укусил рябую кобылу за ногу, затем призвал всех присутствующих к тишине ударом хвоста с кисточкой на конце. И не терпящим возражений тоном объявил приговор Белке — отправляться назад в её мир работать трамвайным кондуктором.

Резко открыв глаза, она села на постели, обхватив дрожащими руками согнутые колени, и бросила взгляд в окно.

Горизонт на востоке едва заметно посветлел, окрашиваясь золотистым светом. Совсем скоро рассветёт, и начнётся новый день. Возможно самый важный день в её жизни. А она совершенно измучена изнурительной ночью и бредовыми кошмарами. И, кажется, разбита ещё больше, чем накануне вечером.

Волнение, накрывшее Беляну, с каждой минутой становилось сильнее. В голове то и дело возникала мысль, что еще не поздно от всего отказаться.

От невесёлых раздумий её отвлёк шорох под потолком. Пока ещё не проданный в рабство Баламут широко распахнутыми глазками глядел куда-то сквозь неё. А затем, с визгом "Паразиты в доме!" невероятно резво спрыгнул за спинку кровати. Беляна вздрогнула и вскочила на ноги. Домовой с яростным шипением выволок на свет нечто пыльное и трепыхающееся, затянул существо на стену, и растворился вместе с ним в углу.

Ошарашенная происходящим, Беляна только теперь обнаружила под босыми ногами холодный пол и забралась обратно в постель. Почувствовав внезапно накатившую дрёму, свернулась под одеялом клубочком, мгновенно проваливаясь в спокойный и беззаботный сон.

Она проснулась через пару часов великолепно отдохнувшая и сладко потянулась. На этот раз ей снилось, как они со Светланой раскачивались на качелях в парке аттракционов и весело смеялись. В голове прояснилось, а глупые и страшные мысли почти исчезли. Нащупав ногами тапочки-собачки, она радостно соскочила с кровати и побежала в купальню.

Для сегодняшнего дня она выбрала строгую юбку лилового цвета и тонкую блузку с того же цвета вышивкой. Постаралась придать причёске хотя бы мало-мальски приличный, то есть прилизанный вид и сунула ноги в мягкие кожаные туфельки. Захватив письмо-приглашение, вышла из комнаты.

Внизу Радмила уже провожала Стожара. Окончательно поправившийся кузнец на прощанье крепко обнял Беляну за плечи, поцеловал в макушку и сердечно пробасил:

— Удачи тебе, доченька.

Затем обернулся к Радмиле и, широко улыбаясь, отвесил низкий поклон:

— Всегда к вашим услугам, сударыня.

На губах женщины заиграла очаровательная улыбка. Как чудесно, — подумала Беляна, — что через столько безрадостных лет судьба, наконец, усмехнулась и Радмиле.

Помахав кузнецу ладошкой, Белка сделала лёгкий пируэт и умостилась на стуле, схватив воздушный сахарный рогалик со сливовой начинкой. Уже позавтракавшая со Стожаром Радмила тоже рассеянно присела за стол, и начала зачем-то размешивать сахар в сахарнице. Белка фыркнула, накрыв её руку своей ладонью. Рада, заметив, что чудит, усмехнулась, но тут же виновато поджала губы. Подавив желание позубоскалить, Беляна сделала сосредоточенное лицо:

— Сдерживаться я больше не в силах, тётя Рада, Поэтому вернёмся к нашим баранам — или ты расскажешь мне про Злыдней, или я лопну от любопытства!

Радмила откинулась на спинку стула и попыталась привести мысли в порядок.

— Злыдни — злые духи, — стараясь придать голосу невозмутимый тон, рассказывала она, — Попав в дом, они насылают на его хозяев бедность и неудачи.

— Очаровательно, — выгнула бровь Белка, — А причём тут Стожар?

— Ну, иногда Злыдня выгоняют, и он какое-то время не может найти для себя жилище. Тогда он временно селится в лесу, поджидая одинокого путника. Злыдни могут становиться невидимыми для человеческого глаза, увязываются за путешественником, и так попадают в его дом.

— Значит, лошадь Стожара напугал вот такой бездомный Злыдень?

— Вероятно, так, — кивнула Радмила.

— А затем мы привезли его в наш дом.

— Скорее всего.

— Понятно. А что за буйство учинил Баламут?

— А его задача как раз и заключается в том, чтобы не пускать в дом Злыдня. Поскольку злой дух приносит нищету, беды и несчастья, и разрушает жилище, которое так ревностно оберегает домовой.

— Бедненький, — сочувственно свела брови Беляна, — Я теперь чувствую себя виноватой перед Баламутом.

— Да что ты! — весело усмехнулась Радмила, — Баламуту такое развлечение, как битва со Злыднем — самое что ни на есть лекарство от скуки. Домовые гораздо сильнее их, хоть и меньше.

— Ничуть не меньше, — возразила Беляна.

— Откуда тебе знать? — удивлённо поинтересовалась Рада.

— А я видела его сегодня перед рассветом, — сверкая глазами, похвасталась девушка, — Баламут вытащил его у меня из под кровати. Маленького такого, пыльного и лохматого.

— Это не Злыдень… — хмуро покачала головой Радмила.

— А кто? — округлила глаза Белка.

Радмила пожала плечами и задумалась на минуту.

— Слушай, а тебе случайно страшные сны в эту ночь не снились? — наконец, спросила она.

— Ещё какие! — аж поперхнулась Беляна, вспомнив абсурдную тарабарщину, привидевшуюся ей ночью.

— Ну, точно! — с довольной улыбкой махнула рукой Рада, — Это Бабай!

— Ба-ба-бай? — заикаясь, пролепетала Белка.

— Конечно! — Радмила вдруг весело рассмеялась, — У Баламута сегодня была весёлая ночка! То-то я его с утра не видела — спит, наверное, после ратных подвигов, без задних ног.

Белка сглотнула:

— Попрошу подробнее про Бабая, — попросила она, — А то скоро уже Светлана придёт, а моё любопытство, кажется, раздулось ещё больше.

— Бабай — это ночная сущность, которая насылает на людей вместо обычных снов кошмары. И питается человеческими страхами, особенно детскими. Коль напал на тебя, значит, ты или ещё не совсем повзрослела, или была чем-то сильно напугана.

— И то, и другое, — смешно поджав губы, заметила Беляна, — Так значит, то чучело, что выволок Баламут у меня из-под кровати сегодня на рассвете, был не Злыдень, а Бабай?

— Разумеется! — кивнула Радмила, — И знаешь, что я тебе скажу? С домовым нам с тобой просто чудо, как повезло!

— Не сомневаюсь, — прищурилась Белка, — И художник талантливый — шикарно изобразил Светлану верхом на зелёном бегемоте, — усмехнулась она, — Вот только сны разгадывать он всё-таки не умеет.

— Зря ты так говоришь, — задумчиво покачала головой Радмила.

— Ой, только не говори, что его предсказания сбываются! — отмахнулась девушка и встала из-за стола.

— Ещё как сбываются, — Рада потёрла ладонью лоб, — Не далее, как вчера начало сбываться ещё одно.

Белка застыла и медленно повернулась, заинтересованно приподняв бровь. Радмила смущённо зарделась и вздохнула:

— Баламут ещё год назад напророчил, что тело моего суженого я получу, когда сошью для него шёлковую юбку.

Беляна широко распахнула глаза и вдруг, прыснув, громко расхохоталась. Радмила, прикрыв глаза рукой, тоже рассмеялась.

— Могу-гу себе представить, что ты по-подумала! — заикаясь от смеха, заговорила Беляна, — Тело, да ещё в юбке!

— Если честно, я просто испугалась, — вытирая выступившие слёзы, ответила Радмила.

— И-ик-спугалась? — икнув, переспросила Беляна, — Хочешь сказать, что поверила в этот бред?

— У меня нет ни малейшего повода не доверять Баламуту, — пожала плечами Рада.

Белка не успела ответить, потому что в дверь постучали, и она, всё ещё хихикая, открыла дверь. На пороге стояла Светлана — в оливковой юбке, кремовой приталенной сорочке, без кнута и ремня, но зато с неизменной высокой косой. Окинув изумрудным взглядом горницу и её хохочущих хозяек, она вежливо кивнула и с достоинством произнесла:

— Надеюсь, я не помешала?

* * *

Ведария Мудрограда оказалась величественным, белокаменным зданием, возвышающимся посреди зелёного парка, или скорее ухоженного сада. Парк наполняло благоуханье цветущих деревьев и кустарников. На мягком покрове трав густо мостились клумбы самых причудливых цветов. А вдоль ровненьких дорожек аллей там и тут белели уютные беседки.

Белкино воображение тут же нарисовало сцену, где она сидит в одной из этих беседок с учебниками и конспектами. И картина эта ей понравилась. Только бы успешно пройти сегодняшнее собеседование!

Светлана рядышком тоже притихла, думая о чём-то своём. Взглянув на подругу, Беляна взяла её за руку и тихонько произнесла:

— Надеюсь, всё будет в порядке.

Деванка кивнула, и они вместе прошли через открытые ворота во двор. Тяжёлая двустворчатая дверь сама по себе открылась, словно приглашая войти. Они синхронно перешагнули порог и застыли в изумлении.

Перед ними открылся интерьер самого настоящего сказочного дворца — великолепного и изящного. Изнутри сооружение оказалось даже больше, чем снаружи. Парадный вход вел в огромный зал, освещённый каким-то нереальным — то ли солнечным, то ли свечным светом. В его центре, прямо из начищенного до зеркального блеска пола росло большое и ветвистое Ореховое дерево. Высокие мозаичные окна преломляли свет разноцветными стеклышками, а их рамы украшала искусная резьба. Расписной купол потолка терялся за тремя этажами витых ступенек по левую и правую сторону.

Беляна подняла голову. Под куполом, ничем не закреплённые, висели огромные сверкающие люстры. Присмотревшись внимательнее, она поняла, что люстры состояли из тысяч Горисветов, причудливо собравшихся в геометрически правильные живописные грозди. Стены, там, где не были украшены узорчатыми позолоченными панелями, были обиты удивительной тканью, которая при изменении угла освещения мягко переливалась оттенками красного и зелёного.

Обе девушки во все глаза рассматривали открывшуюся перед ними картину. И за этим увлекательным занятием не заметили, как в противоположной стороне зала открылась ещё одна дверь.

— Если думаете, что вас станут ждать, пока вы озираетесь по сторонам, то глубоко ошибаетесь — пропищал оттуда звонкий голосок, — у Наставницы достаточно забот и без вас.

Светлана толкнула локтём Белку в бок, и девушки мелкими перебежками, стараясь, однако, соблюдать достойный вид, проследовали на голос.

У дверей их поджидало малюсенькое существо женского пола. Оно было одето в скромное розовое платьице с белоснежным воротничком, а реденькие светлые волосики тщательно уложило на абсолютно круглой голове с нервно подёргивающимися ушками-воронками. Белка сделала вывод, что, судя по строению ушей это существо — домовой, как их драгоценный Баламут. Только девочка.

— Наставница ждёт вас. Вы опоздали на три минуты, — язвительно пискнула домовушка.

Они оказались в аккуратной приёмной, стены которой, казалось, почти целиком состоят из полок с огромным количеством педантично расставленных книг и папок с документами.

— Письмо, — потребовала домовушка, протянув крошечную ладошку, в которую Беляна вложила свиток.

Малявка незамедлительно покинула растерянных девушек, растворившись в единственно свободной части стены. Но тут же возникла снова, изнутри распахнув перед ними дверь кабинета.

— Прошу, — чопорно пропищала она.

Беляна подумала, что у домовушки просто талант — пищать с такой важностью. Слегка подталкивая друг дружку, девушки прошли в кабинет Береговой.

— Светлана Валдай и Беляна Буянова, — учтиво объявила ушастая секретарша и неспешно закрыла дверь.

В аппартаментах Главы Ведарии царила атмосфера спокойной элегантности в красно-коричневых тонах. Их встретила высокая статная женщина с гривой серебряных волос, уложенных в высокую причёску. У Властелины оказались слегка неправильные черты лица и довольно крупный ахматовский нос. Но она обладала такими пронзительными глазами и уверенностью в себе, что казалась просто красавицей. И весь её облик, и сдержанная улыбка сразу вызывали доверие.

— Рада видеть вас, Беляна и Светлана, — заговорила она глубоким голосом с лёгкой хрипотцой, — Меня зовут Властелина, я Глава Ведарии Мудрограда. Можете обращаться ко мне Наставница.

Они обменялись приветливыми улыбками. Властелина приглашающим жестом указала девушкам на диван, а сама обошла массивный письменный стол и села в кресло.

Беляна устроилась на мягких диванных подушках и внезапно почувствовала себя уютно и непринуждённо. Интересно, — подумала она, — опустила ли уже Властелина свою защиту? Возможно, я чувствую себя так расслабленно потому, что именно в этот момент ясновидящая копается в моих мозгах, изучая прошлое и заглядывая в будущее? Догадка слегка испугала. Белка отвела взгляд от лица вещуньи, делая вид, что глазеет по сторонам, и попыталась сосредоточиться.

— Как чувствует себя кузнец? — услышала неожиданный вопрос.

Она непроизвольно взглянула на Берегову. Та слегка откинулась на спинку кресла с безмятежным видом, хотя Белке показалось, что глаза Властелины подозрительно блеснули.

— Хо-хорошо, Наставница, — заикаясь, ответила девушка, — Сегодня утром, живой и здоровый, направился обживать новый дом и кузницу.

Они со Светланой переглянулись. Деванка недоумённо пожала плечами.

Властелина одобрительно кивнула и мягко улыбнулась:

— Что ж, это было доброе дело, — коротко провозгласила она, — Не смею вас больше задерживать.

Она величественно встала, и девушки тоже соскочили с дивана. Наставница обошла стол, вручая каждой по небольшой, размером с ладонь, карточке.

— Это Ведова, — благодушно объяснила она, — Ваш пропуск в Ведарию и табель успеваемости.

Беляна опустила взгляд. На карточке с такими же узорчатыми полями, как на вчерашнем письме, прямо у неё на глазах появился текст:

Ведария Мудрограда

Первый курс

Беляна Буянова

Белка бросила взгляд на Ведову Светланы. Там появилась такая же надпись, только с её именем.

— Всего доброго и до встречи, девушки, — попрощалась Властелина, — Бусинка вас проводит.

Дверь кабинета снова открылась. Пробормотав какие-то слова благодарности и прощания, свежеиспечённые студентки Ведарии Мудрограда вышли в приёмную, а затем, в сопровождении Бусинки, в Большой зал.

— Мы прошли, — хмыкнула Светлана.

— Ура, — прошептала Беляна.

— Ура, — произнесли девушки в унисон.

Они одновременно остановились и, взглянув друг на друга, вдруг подпрыгнули и закричали от восторга:

— Ур-р-ра-ааа!

Взявшись за руки, подруги кружились по Большому залу Ведарии и орали, словно оглашенные, в расписной потолок. А он с удовольствием многократно усиливал звон девичьих голосов, щедро рассыпая их, словно яркие бисеринки по самым дальним уголкам старого и величественного сооружения.

К их стройному созвучию вдруг присоединился ещё один голос, внёсший неуместный налёт какофонии. Остановив радостное кружение, девушки расслышали, что голосок раздаётся снизу:

— Прекратить! — надрывалась малышка-Бусинка, топая крошечными ножками в белых носочках.

Обе подруги испуганно прижали ладони к губам. Надо же, как неудобно! И чего это им вздумалось так разойтись, даже не покинув здания?

— Прекратить! — продолжала визжать домовушка, зажмурившись и гневно потрясая кулачками.

— Ох, извините, — воскликнула Беляна, в раскаянии сложив ладони под подбородком.

Бусинка бросила верещать, обиженно сморщив губки, вытаращила глазёнки и уставилась на подруг взглядом, который, видимо, должен был означать неистовую свирепость.

— Простите, — пробормотала Светлана, — До свидания.

Подруги схватились за руки и, не дожидаясь выволочки, выбежали из зала Ведарии в яркий и солнечный полдень.

* * *

— Возмутительно! — сокрушалась Бусинка, — Это просто возмутительно!

Властелина устало откинулась на спинку кресла и потёрла пальцами виски:

— Сколько у нас времени до следующего собеседования?

— Ещё пятнадцать минут, — домовушка сочувственно взглянула на Наставницу и, схватив с дивана подушку, подоткнула ей под спину.

— Принеси-ка чайку ромашкового, милая.

Бусинка растворилась в стене и тотчас вернулась с горячим чайником и чашкой на подносе.

— Вопиющее безобразие! — бормотала она, наливая чай, — Ничего удивительного — одна из них деванка, — домовушка презрительно сморщила нос-пуговку.

— Да, — согласилась Властелина, — Но меня гораздо больше заинтересовала вторая.

— Вы что-то увидели, хозяйка? Плохое? Хорошее?

— В том-то и дело, что ничего, — невозмутимо ответила Властелина, с наслаждением делая глоток.

— Тогда почему Вы вручили ей Ведову? — малышка недоумённо всплеснула ручонками.

— Потому что сопротивляться моему видению — это тоже дар.

Бусинка неодобрительно затрясла круглой головой.

— Кроме того, они добрые девочки. И такие непосредственные! — Властелина мечтательно улыбнулась, отпивая ещё глоток ромашкового отвара, и утомлённо прикрыла глаза.

* * *

Выскочив из Ведарии, Беляна и Светлана, недолго думая, решили прямиком направиться на работу к Радмиле и немедленно поделиться радостной новостью. Ведь та беспокоилась о Белке ничуть не меньше её самой. Хоть и старалась не подавать виду.

Яркое полуденное солнце ослепительным шаром висело на фоне бездонного лазурного неба. Погода была чудесной, настроение — великолепным, будущее казалось Беляне восхитительным, и лишь ласковый ветерок растрёпывал тщательно причёсанные утром волосы.

Девушки, по дороге купив по стаканчику вишнёвого сока, и не заметили, как дружески болтая, обсуждая свою недавнюю выходку и особенно уморительную реакцию секретарши-Бусинки, вышли на широкую мощёную Торговую площадь.

Здесь, как и всегда в этот час, жизнь била ключом. Отовсюду раздавался шум и гомон, открывались и закрывались двери бессчётных торговых лавок, перекрикивались лотошники, суетились разносчики фруктов и напитков, суматошливо сновали покупатели. Беляна лишь однажды была в этом месте, покупая краски и бумагу для Баламута. Светлана же оказалась впервые.

Они прошли через площадь, с любопытством озираясь по сторонам. Где-то среди множества витрин находилась и лавочка Радмилы. Но искать её девушки не стали — им сегодня нужно попасть в мастерскую, где принимают и выполняют индивидуальные заказы, а она должна располагаться сразу за огромным и солидным зданием Дружинной избы.

Вскоре они вышли на широкую, но более тихую улицу. Дружинная изба разительно отличалась от других домов в городе. Грозными формами, отсутствием не только цветущей, а всяческой растительности во дворе и строгой каменной кладкой тёмно-серого цвета. Её обитатели, вероятно, всеми силами старались подчеркнуть, что в этом доме проживают могучие и серьёзные воины, которым нет дела до внешней помпезности, и с которыми, разумеется, шутки плохи.

Тем не менее, оба стражника, несущие караул у тяжёлых ворот, заметив девушек, проводили их недвусмысленно восхищёнными взглядами. Белка фыркнула, заметив, как оба втянули животы, силясь произвести впечатление. А Светлана одарила их сдержанной, милостивой улыбкой, от которой у одного из славных богатырей съехал набекрень начищенный до блеска шлем, а у второго лицо сравнялось с ярко-красным узором на расписном щите.

Из окон второго этажа высунулись ещё с пяток любопытных мужских физиономий. Обладатель одной из них, снабжённой густым слоем мыльной пены, по пояс свесился с подоконника, и непременно вывалился бы из него, если бы кто-то из товарищей, с криком и руганью, вовремя не втащил его обратно. На шум из соседних окон выглянули ещё несколько любопытных. Дружинники с добродушным гоготом восприняли чудесное спасение товарища, и друг за другом вежливо поприветствовали девушек.

* * *

Приёмная мастерской Радмилы была отделана деревом светлых тонов, отполированным до блеска, и паркетом такого же цвета, покрывающим пол. У высоких стеклянных окон стояли огромные кадки с буйно разросшимися цветущими розами. Посередине находилась стойка, за которой работала хозяйка, а сбоку от неё располагался мягкий диван для посетителей. Остальную половину комнаты заняли стенды с образцами тканей и кружев самых разнообразных цветов и фактур. Некоторые из них драпировались причудливым образом, образуя на стенах некое подобие геометрического узора.

Когда девушки вошли, Радмила за стойкой как раз заканчивала обслуживать клиентку. Она бросила на Белку испытующий взгляд, а заметив, каким счастьем светятся у той глаза, улыбнулась, вздохнув с облегчением. Затем быстро перевела взгляд на Светлану. Та помахала в воздухе заветной Ведовой, и улыбка молодой женщины стала ещё шире.

Дверь за клиенткой с мягким звоном закрылась, и Радмила, наконец, смогла обнять обеих новоиспечённых студенток:

— Я ведь говорила, что всё будет хорошо! — в её глазах плясали задорные искорки, — Как вам показалась Властелина, она что-нибудь сказала?

— Ничего, — пожала плечами Светлана, с интересом прохаживаясь вдоль стен, увешанных шелком и бархатом, — Спросила только о самочувствии кузнеца.

Радмила вспыхнула, как обычно при упоминании Стожара, а затем удивлённо подняла брови:

— Потрясающе, — пробормотала она, — Похоже, способностей у Властелины даже больше, чем я предполагала.

— Может, ей просто кто-то рассказал, — невозмутимо предположила Беляна, просматривая журнальчик с новыми фасонами сарафанов.

— В любом случае, я очень рада за вас обеих, девочки, — с довольной улыбкой пропела Радмила.

В задних дверях, ведущих из мастерской, показалась Цветана, за которой парили друг за другом десяток разнокалиберных свёртков. Разложив их мановением руки горкой на широком столе, она приветственно кивнула Радмиле и, заметив Белку, сразу спросила:

— Ну как?

Беляна показала ей Ведову. Цветана расплылась в широкой улыбке:

— Если твоя тётушка будет утверждать, что не переживала по поводу твоего поступления, не верь ей. Она извела меня с утра, выглядывая в окно и спрашивая каждую минуту который час!

Радмила смущённо повела плечами. Цветана глубоко вздохнула, расправила складки синей понёвы, и только тут заметила Светлану, выходящую из-за стенда с воздушными тканями, напоминающими тафту.

— Ах! — всплеснула руками женщина, оглядывая деванку с ног до головы, — Скажи мне, что ты наша новая клиентка! Ну, пожалуйста! — умоляюще протянула она.

Белка прыснула. Светлана скромно улыбнулась:

— Пока не знаю. Мне многое у вас очень нравится, но не думаю, что смогу себе позволить…

Радмила понимающе улыбнулась:

— Это Светлана, — произнесла она, обращаясь к рукодельнице, — Она тоже сегодня поступила в Ведарию.

С восхищением осмотрев девушку, Цветана задумчиво нахмурилась:

— Я готова сделать скидку за свой счёт для этой красавицы. Таким, как она и твоя племянница, Рада, доплачивать надо, чтобы они носили наши платья и рассказывали, где их купили.

Колокольчик на входной двери снова зазвенел, возвещая о приходе посетителя. В мастерскую вошла разодетая в парчу и бархат сухощавая женщина. Её лицо отличалось почти полным отсутствием подбородка, отчего создавалось весьма странное впечатление, что нижняя губа плавно перетекает в шею.

— Здравствуй Веденея, — подчёркнуто вежливо поприветствовала её Радмила.

— Здравствуй-здравствуй, Радмилушка, — слащаво произнесла женщина, охватив цепким взглядом присутствующих и намеренно проигнорировав Цветану, — Вот, зашла к тебе присмотреть что-нибудь тёпленькое к осени.

— Замёрзла, сука, — едва слышно прошипела рукодельница, демонстративно продефилировав мимо Белки к дверям мастерской.

Беляна округлила глаза от резких слов обычно ласковой Цветаны, и тут же опустила их, нахмурясь. Радмила достала из-за стойки стопку журналов и, протянув их Веденее, пригласила присесть на диван. Та кисло усмехнулась, презрительно зыркнула на Светлану, а затем, прищурившись, уставилась на Белку.

— А это, стало быть, те самые девицы, про каких Матрёна сказывала? Что кузнеца в лесу нашли, — прогнусавила она.

Беляна съёжилась под тяжёлым, пронизывающим, словно рентгеновские лучи, взглядом сводни. Женщина определённо ей не нравилась. Она, нисколько не смущаясь, обошла вокруг девушки, осматривая с ног до головы, задержала взгляд на взъерошенных коротких волосах, и многозначительно отчеканивая каждое слово, спросила:

— И где ж тебя, девонька, так ободрали? Уж, не в стольном ли граде Киеве?

Сердце Беляны пропустило пару ударов, а затем понеслось вскачь. Она сглотнула, силясь подобрать слова для достойного ответа. Но в горле, как назло, застрял противный комок, а мозг наотрез отказался работать.

Светлана пораженно переводила взгляд с побледневшей Белки на схватившуюся за сердце Радмилу и обратно. Брови деванки всё выше ползли на лоб, на лице чувства сменяли друг друга, пока не отразилось понимание. Сводня, тем временем, издевательски сощурясь, настойчиво ждала ответа.

— Это моя племянница, Веденея, — стараясь придать голосу уверенность, произнесла Радмила, — И её подруга. Девушки сегодня поступили в Ведарию Мудрограда.

Веденея насмешливо хмыкнула и села на диван, делая вид, что просматривает журналы.

Несколько минут спустя дверь снова распахнулась. Вошла супружеская пара — среднего роста сутуловатый мужчина в расшитой косоворотке и его полная маленькая жена с вцепившимся в юбку мальчиком лет трёх. Беляна вздохнула с облегчением. Ей очень захотелось уйти, но, взглянув на Светлану, она опустила глаза. Подруга собственными глазами наблюдала более чем красноречивую реакцию Беляны на слова сводни. А она, хоть и деванка, но далеко не дурочка. Так что объяснений не избежать, — размышляла Белка, пока Радмила упаковывала комплект рубашек для маленького сыночка оживлённо переговаривающихся клиентов.

— Ах да, — приторно сладким голосом поинтересовалась с дивана Веденея, словно спохватившись, — Хотела спросить тебя, Радушка. Ты как, пробу-то с кузнеца сняла? Можно его нашим бабам сватать, аль слабоват оказался?

Каждый из присутствующих по-своему отреагировал на такое беспримерное хамство. Радмила, судорожно вздохнув, коснулась пальцами шеи и залилась краской стыда. Округлив глаза и почесав вздёрнутый нос, посетительница злорадно захихикала. А её муж, оценивающе взглянув на хозяйку мастерской, ухмыльнулся и пригладил пышные усы.

Только Веденея, словно ничего особенного не произошло, громко сплюнула на пальцы и перевернула очередную страницу модного каталога.

У Белки от возмущения перехватило дыхание, и она, забыв о собственной уязвимости, выступила вперёд:

— Что Вы сказали? — напряжённо спросила она, уже готовая пристыдить бессовестную сводню.

Светлана положила руку на пояс, но не найдя кнута в привычном месте, гневно сжала кулаки и угрожающе шагнула к нахалке. Радмиле пришлось удержать её за руку, всем видом умоляя обеих девушек не делать глупостей. Обдав ненавидящим взглядом дружную троицу, Веденея с довольной ухмылкой поднялась с дивана.

В этот момент в дверях мастерской, уперев руки в бока, показалась Цветана. Глаза ведуньи-рукодельницы метали молнии.

— Я правильно понимаю, — спокойно и уверенно заговорила она, — Что знаменитая вещунья Мудрограда утратила свой дар? — Цветана подняла брови и упёрлась взглядом в оторопевшую сводню, — Иначе, зачем ей задавать вопросы по поводу грязных слухов и сплетен, а не знать на них ответы, как положено искусной провидице?

Супружеская пара переглянулась, и мужчина недовольно покачал головой, бросив взгляд на Веденею. Его жена смущённо засуетилась, собирая свои пакеты. Они вежливо раскланялись с Радмилой и поспешно удалились.

Покрывшись пятнами ярости, сводня швырнула недосмотренные журналы на пол и вылетела за ними, на прощанье хлопнув дверью. Вздохнув с облегчением, Цветана взмахнула рукой. Разбросанные журналы собрались в аккуратную стопочку и послушно вернулись к стойке.

— Языком мелет, словно помелом метёт, — недовольно бормотала ведунья, возвращаясь в мастерскую, — Муж, что ли, ночью не приласкал? Злющая, что твоя собака!

* * *

Назад девушки шли, соблюдая напряжённое молчание. Наконец, Белка заставила себя нарушить тишину:

— Ты догадалась, — выдохнула она.

— Да, догадалась, — без лишних оговорок ответила Светлана, — Мне с первой встречи показалось, что ты с причудами, но теперь всё стало на свои места.

— И что ты будешь делать? — робко спросила Беляна, затаив дыхание.

Светлана повернулась и серьёзно посмотрела на неё:

— Тебе понадобится поддержка, Белка, и я готова помочь, чем смогу, — произнесла деванка, легко и без сомнений назвав Беляну так, как звали только друзья. Так, словно они были старыми подругами. Так, что противный комок, засевший в горле, бесследно растворился, а с души свалился тяжеленный булыжник.

Оставшуюся дорогу они весело и непринуждённо болтали, не в силах наговориться. А обсудить было что. Светлана, не стесняясь в выражениях, на чём свет стоит костерила Веденею. Белка, рискуя ещё больше разозлить подругу, рассказала ей о судьбе Еси, в которую бесцеремонно вмешалась сводня.

Девушки обладали разными характерами, но одинаково смотрели на мир, и потому дополняли друг друга. Теперь они чувствовали себя вместе легко и уютно. Будто пал, как Берлинская стена, последний разделявший их барьер. Будто нашлась та самая недостающая часть, чтобы из паззлов сложилась нужная картинка.

Беляна очень надеялась, что неприятная ссора с Веденеей и для Радмилы, и для неё самой обойдётся без последствий. Справедливости ради, Белка признавала, что, несмотря на грубую и бесцеремонную форму, восколейница во многом оказалась права.

Разумеется, относительно отношений Радмилы и Стожара нахалка могла ориентироваться на сплетни, источником которых могла быть та же целительница Матрёна. Они и не догадывались, что о появлении в городе красавца-кузнеца и его пребывании в доме Радмилы уже судачил весь город. Ситуация осложнялась тем, что Стожар действительно нравился Раде, и очевидно взаимно.

Едва устроившись на новом месте, он, несмотря на занятость и множество дел, накопившихся за время отсутствия в городе кузнеца, частенько навещал их. Радмила уже успела заказать ему первую партию заклёпок, но Стожар то и дело находил повод для посещения — то крышу поправить, то перенести на второй этаж тяжеленный шкаф. Это, несомненно, только добавляло жару в извращённые умы желающих почесать языки, но Радмила, научившись, наконец, не краснеть всякий раз при упоминании кузнеца, встречала его неизменной приветливой и мягкой улыбкой.

Что касается стольного града Киева, откуда, по мнению Веденеи, явилась Беляна, то и тут сводня почти не ошиблась. Девушка тогда испугалась не на шутку. Однако Светлана и Радмила в один голос убедили её, что этот факт достаточно сложно доказать. А после метких слов умницы-Цветаны, Веденея, возможно, и прекратит попытки вмешиваться не в свои дела.

Белка со Светланой действительно быстро стали подругами. На следующий же день после собеседования, Радмила, убедившись, что скрывать девушкам друг от друга больше нечего, решительно попросила деванку переехать с постоялого двора к ним. И теперь они втроём наслаждались совместными чаепитиями, задушевными беседами, озорными шутками и остальными восхитительными ритуалами женской дружбы, время от времени прерываемыми визитами влюблённого кузнеца.

Беляна ловила себя на мысли, что у неё появился ещё один человек, с которым можно говорить так же свободно и откровенно, как с Радмилой. Кто поддержит в трудную минуту и ответит на бесконечно возникающие вопросы. И этот человек Светлана. В её обществе Белка могла отбросить все свои опасения и растерянность. Их дружба отличалась искренностью, и они понимали друг друга с полуслова.

В такие моменты Беляна вспоминала о Вере Сергеевне, и её сердце сжимала гнетущая тоска. Несмотря на то, что пока всё складывалось замечательно, она нуждалась в возможности поговорить с бабулей. Обнять её и спросить, как дела. Просто заглянуть в её добрые и такие родные глаза.

Глава 5

Ведария Мудрограда

Наступил тот день, когда Беляна и Светлана тепло попрощались с Радмилой и, прихватив каждая свой небольшой багаж, отправились в Ведарию. Основную часть вещей практичная Рада ещё вчера отослала туда, за что подруги были ей очень благодарны.

Перед высокими, пока закрытыми воротами, на мощеном дворе уже толпился студенческий народ. Молодые парни и девушки стояли парами и группами. Некоторые переговаривались с серьёзным видом, другие дурачились и смеялись. Оправившись от первоначальной растерянности, подруги шагнули в веселую толпу. Белка с нескрываемым любопытством таращилась на ребят, пытаясь представить каждого в роли настоящего волшебника — Мерлина или, допустим, Гендальфа. Но нет, обыкновенные парни и девчонки — ни тебе горящих глаз, ни хрустальных шаров с волшебными палочками. Болтают, смеются, ничем, в общем-то, не отличаются от тех, что она уже встречала на улицах Мудрограда.

Наконец, створки ворот открылись, и молодёжь шумной толпой штурмовала здание Ведарии. Теперь первокурсников можно было легко отличить от остальных — по открытым ртам. И неудивительно — за одно посещение никак не привыкнуть к великолепному зрелищу, которое представляло собой убранство Большого зала.

Старшекурсники с гомоном сразу направились к правой лестнице, поднимаясь, вероятно, в свои комнаты. А Белка всё ещё ошеломлённо озиралась по сторонам, как и растерявшаяся Светлана, сжимающая подругу за руку.

— Что стоим? Чего ждём? — раздался за спиной насмешливый голос.

Белка и Светка обернулись. Им улыбался высокий русоволосый парень со светлыми, словно выгоревшими на солнце прядями, спадающими на лоб, и голубыми, почти прозрачными глазами Ихтиандра.

— Вон там, — он, слегка пригнувшись к ним, указал куда-то влево, — Расписание занятий и план Ведарии с жилыми комнатами и учебными кабинетами. Там же списки, кто где живёт. Можете поменяться при желании. Ваши вещи уже в комнатах. Там же комплекты необходимых учебников. Начало занятий — завтра. Жилое крыло — восточное, учебное — западное.

Завершив эту тираду, парень подмигнул им, весьма довольный собой. Затем внимательней присмотрелся к девушкам, задержав взгляд на Светлане.

— Между прочим, я Богдан. Богдан Славер, второкурсник, — представился он.

Беляна улыбнулась новому знакомому. Светка строго подняла брови.

— А я Белка, Беляна Буянова. Это Светка. Светлана, то есть, Валдай.

Деванка чинно кивнула.

— Приятно познакомиться, Белка и Светка, — снова подмигнул Богдан и обернулся на чей-то зов.

— У него что — нервный тик? — съязвила Светлана шепотом.

Но, по счастью, Богдан не услышал её слов. Махнув на прощанье рукой, он помчался к друзьям. А девушки уверенно двинулись к доске с расписанием.

— Мы живём вместе, — с облегчением промолвила Светлана, первым делом заглянув в списки комнат, — На втором этаже, комната "В". Как ты думаешь, записать расписание сразу, или потом спустимся?

— Я запомню, — отмахнулась Белка и озадаченно добавила: — Ты лучше глянь, как колоритны имена преподавателей! Стихии и энергии — Водень Водокрутич. Травоведение — Кукоба Кикаморовна. Можно подумать, что предметы ведут настоящие Водяной и Кикимора!

— А что, собственно, тебя удивляет? — сзади подскочил Богдан с обрывком бумаги и карандашом в руках.

— Ты что, преследуешь нас? — воскликнула Светка, подпрыгнув от неожиданности.

— Ну да, я соскучился, — весело, но с извинением в голосе пробормотал Богдан, задумчиво глядя Светлане в глаза, — А насчет преподавателей — так это правда. Никто не может знать о травах больше, чем Кикимора. И никто не расскажет о законах природы лучше самого Лешего.

— Очуметь, — констатировала Светка, сменив гнев на милость и уставившись в расписание. А Богдан продолжил царапать что-то на своём клочке бумаги, искоса поглядывая на неё.

— Вот это да-а-а, — внезапно оторвавшись от писанины, он в изумлении открыл рот. Девушки проследили за его взглядом, и увидели, что так поразило парня.

В нескольких шагах от них стояла ослепительно красивая женщина в коричневом дорожном плаще с откинутым капюшоном. Бархатные глаза с поволокою, дивная улыбка на чувственных губах, обворожительное лицо. Словом — глаз не отвести. От такой восхитительной красоты даже у неё, Белки, захватило дух. Что уж говорить об обалдевших парнях.

Внезапно у Беляны закружилась голова. Слегка покачнувшись, она обернулась, чувствуя, как по спине пробежало необъяснимое тепло, постепенно охватывая всё тело.

На лестничном пролёте стоял мужчина. Настоящий великан, с тёмными волосами и резкими чертами, он был великолепен — огромен и как-то небрежно, первозданно красив. Настолько, что Супермен, несмотря на всю свою прилизанность, заплакал бы от зависти. В серых брюках и черной рубашке, облегавшей широкие плечи и обтягивающей грудь, скрестив руки перед собой, незнакомец наблюдал присутствующих с видом скучающим и слегка насмешливым. Затем перевёл взгляд в их сторону, и ирония в его глазах вдруг погасла, сменившись недоумением.

Вероятно, заметив красавицу, незнакомец удивлённо приподнял бровь, замерев на мгновение. А затем решительно развернулся и стал быстро подниматься по лестнице. В тот же миг женщина, одарив окружающих пленительной улыбкой, грациозно проплыла мимо онемевших студентов к приёмной Властелины.

— Белка! — вывела её из оцепенения Светлана. Беляна поняла, что та уже давно трясёт её за рукав, пытаясь вернуть в реальность. Залившись румянцем, она смущенно повернулась к подруге, уставившейся на нее изумлёнными глазами.

— Всё в порядке, — уже вполне твердым голосом ответила она.

— Мне показалось, что ты привидение увидела! — недовольно обронила Светка, провожая взглядом красавицу.

— Мне тоже так показалось, — пробормотал Богдан в ответ.

— Да я не о женщине, а о мужчине, что стоял на лестнице.

— А-а-а, — разочарованно протянул Богдан, — Это не привидение…

Он откашлялся, и драматичным тоном продекламировал:

— Только что Вы имели удовольствие лицезреть преподавателя Основ Мироздания собственной персоной. А вот что это за раскрасавица — я не знаю… — с сожалением в голосе добавил он.

— Лѝхард Лесогор, — по памяти пробормотала Белка себе под нос.

— Так точно, — удовлетворённо кивнул Богдан.

— Он что — тот самый Леший? — уточнила Светка, взметнув брови.

Белка стряхнула с себя последние капли наваждения и вспомнила, что рассказывала ей Радмила.

— Не может быть, — возразила она, — их же так мало!

— Но по счастью, один у нас есть, — подмигнув ей, изрёк второкурсник, — Гроза браконьеров и девичьих сердец, неприступный и мудрый хранитель Дивных Лесов, заботливый Владыка зверей, птиц и ящериц… — конец тирады утонул в звонком смехе всех троих.

* * *

— Не поверишь — я устала.

Закончив раскладывать одежду и закрыв дверцу шкафа, Светлана, раскинув руки, демонстративно упала на широкую, мягкую кровать. Белка угукнула, расставляя последние книги по полкам. Одну из них она, прочитав название, отложила на тумбочку и с филигранной точностью повторила действие подруги в отношении своего ложа.

Всего в горнице стояли четыре кровати — две слева и две справа от входной двери. К каждой из них прилагалось по тумбочке. Обстановку дополняли два плательных шкафа, два письменных стола прямо перед входом напротив окон, занавешенных воздушными, густо драпированными занавесками. И большой круглый стол посередине, покрытый расшитой скатертью. В общем, комната выглядела уютной и домашней. Особенно порадовало наличие отдельной купальни, которую Белка обнаружила за ещё одной дверью в комнате.

Покои подруги делили с двумя девушками. Одна из них — стройная, огненноволосая Стася Суханова — могла быть удивительно красивой, если бы не вечно поджатые губы и хитрющие нефритовые глаза. Оглядев Белку с ног до головы, она сходу и в довольно бесцеремонной форме поинтересовалась, куда та дела косу, и не заразна ли её болезнь. Вторая — робкая и милая Олеся Легостай — отличалась оленьими глазами в обрамлении длинных, пушистых ресниц и косой глубокого карамельного цвета. Обе они, заняв кровати и наскоро побросав вещи, решили сначала обследовать Ведарию и прилегающую территорию, предоставив устроиться подругам. Через час Леся и Стася вернутся, и на экскурсию отправятся Белка и Светлана.

— Я в купальню, — вздохнув, произнесла Света через пару минут. Она села на кровати, сматывая высокую косу в рулет на макушке.

— Угу, я после тебя, — ответила Беляна, не отрываясь от чтения.

Книга, которую она взяла, называлась "Волшебные создания, существа и духи". После ознакомления с расписанием занятий, Белка поняла, что знаний, полученных от Радмилы, ей явно недостаточно, чтобы даже сравняться с теми, кто всю жизнь прожил в этом сказочном мире. И демонстрировать невежество, расспрашивая окружающих обо всём вокруг, ей вовсе не хотелось. Ладно ещё Светлана — подруга в курсе, что Беляна меньше месяца назад жила в другом мире. И ни сном, ни духом не ведала, где её настоящая родина. Но открывать своё происхождение каждому встречному-поперечному в планы Белки не входило.

Чтение было довольно занятным. Оказалось, что в сказках и легендах, с которыми Беляне доводилось знакомиться в её мире, есть доля правды. Но только доля. Первым делом Белка открыла раздел, посвящённый тому, с кем уже успела столкнуться — Лешему. Здесь сказания были очень далеки от истины. Либо присутствовала серьёзная путаница в лесных обитателях, смешанных в кучу.

Представления о Леших в её мире были как о дряхлом косматом старике в одежде наизнанку и лаптях не на ту ногу. Существо должно пугать людей хохотом и отгонять дичь от охотников. Такое описание отчасти подходило бы лесовикам — проказливым подданным Лешего. Сам же Лесной Владыка — могущественный и заботливый хранитель, которому подчиняются все лесные обитатели, способен менять обличье, становясь то гигантом ростом выше верхушек деревьев, то высоким и могучим мужчиной. Он защищает животных и помогает им, заботится о больных растениях, может по своей воле ускорять или обращать вспять их рост.

В лесу Леший переносится куда угодно. Исчезает в одном месте и мгновенно появляется в другом, будь оно хоть на краю света. Обладает силой изменять погоду — разгонять тучи, вызывать бурю, грозу и ливень. И даже менять время года, посреди лета устраивая трескучий мороз или, наоборот, ускоряя наступление весны. Впрочем, учитывая недоразвитое чувство юмора, как и другие эмоции, Лешие подобным образом развлекались довольно редко, предпочитая всему на свете размеренность и порядок.

Её щёки снова вспыхнули при воспоминании о том, как она уставилась на преподавателя. Подобное поведение вовсе не было для неё характерно, и объяснения ему Беляна найти не могла.

Лешие, согласно учебнику, существа бессмертные. Они не стареют и не умирают, пока жив лес, которому покровительствуют. Не боятся никакого оружия. Существенную опасность для них представляет лишь огонь. Хранителей леса заботит исключительно благополучие лесных обитателей — как животных, так и растений. Не способные на чувства, они могут создавать кратковременные союзы с так называемыми Лешинками — смертными женщинами, отличающимися необъяснимой и неконтролируемой страстью к своему Лешему. Каждому Владыке на протяжении жизни встречается лишь одна Лешинка, и она исчезает после рождения сына.

"Кошмар! — подумала Белка. Что значит, исчезает, куда?" Вероятно, этим и объясняется исключительная малочисленность Леших. Ведь для рождения ребёнка Лесному Владыке мало дождаться Лешинку — учитывая природную эмоциональную холодность, вопрос продолжения рода их вообще мало интересует — так нужно ещё и обречь эту несчастную на забвение…

Беляна отложила книгу в сторону и закрыла глаза. Шум воды в купальне затих, и на пороге появилась счастливая, румяная Светка, завёрнутая в пушистое полотенце:

— Я смотрю, тебе не терпится приступить к учёбе? — весело пропела она, плюхнувшись на кровать и разматывая косу.

— Мне многое нужно узнать, чтобы не спотыкаться на каждом шагу, — ответила Беляна, — Ты знала, например, о том, что после рождения Лешего, его смертная мать исчезает?

— Конечно, — ответила Света, приглаживая волосы перед зеркалом и укладывая обратно выбившиеся из косы пряди. — Все об этом знают. А также об исключении.

— Каком исключении? — удивилась Белка.

— Иди, сполоснись, а то скоро девчонки придут. Позже расскажу.

Беляна пошла в купальню и уже под душем расслышала весёлый гомон в комнате. Видимо, с прогулки вернулись Стася с Олесей, и наперебой делились впечатлениями.

* * *

— Я очень рада, что Вы согласились к нам приехать, — радушно объявила Властелина, как только чопорная Бусинка привела гостью из приёмной.

Ярославна переступила порог кабинета и осмотрелась:

— Я готова приступить к работе немедленно, — мелодично ответила красавица-ведунья, — Для меня великая честь преподавать в вашей славной Ведарии. Надеюсь, буду соответствовать и не разочарую Вас, Властелина, — скромно добавила она.

— Полагаю, Вам у нас понравится, Ярина.

Властелина улыбнулась и, пригласив гостью присесть, продолжила:

— Но, поскольку не в моих правилах морочить людям голову, прежде, чем Вы дадите окончательное согласие, я должна кое о чём предупредить.

Ярина Ярославна кивнула и сложила руки перед собой, приготовившись слушать.

— Признаюсь, что пригласила Вас преподавать в Ведарию Мудрограда не только потому, что у нас образовалась вакансия, — Властелина говорила серьёзно и неторопливо, — Да, Вас рекомендовал человек, которому я полностью доверяю. У Вас безупречная репутация. Но самое главное — Вы являетесь самой могущественной из известных мне ведуний. И боюсь, что именно это может вскоре нам понадобиться. Ведь одновременно с должностью преподавателя Чародейства в Ведарии, Вы получите статус и обязанности Главной чародейки Мудрограда.

Ярославна нахмурила соболиные брови и заинтересованно склонила голову, вся обратившись во внимание.

* * *

Когда Беляна со Светланой вышли из Ведарии, солнце уже начало клониться к западу. Девушки обошли всё учебное крыло. Побывали в трапезной, которая откроется только к завтраку. Заглянули в Книжницу на первом этаже, поразившись огромным стеллажам с книгами, терявшимся где-то так высоко, что непонятно было, как до них добраться. Прошли мимо кабинетов, определив, в каких из них будут проходить уже завтрашние занятия. Справедливо рассудили, что всё здание за раз всё равно не обойти. И, купив в закусочной по пирожку и бутылочке молока, вышли в парк.

Прогуливаясь по аллеям, девушки обсуждали завтрашнее расписание. Первую лекцию по предмету Всеведание преподавала некая Гордея Гамаюн. Белка припомнила, что Гамаюн, Алконост, и, кажется, Сирин — имена вещих птиц в славянской мифологии. Но делиться догадками со Светланой не стала. Ей казалось, что она со своим невежеством и так злоупотребляет терпением подруги. Завтра в любом случае всё выяснится.

На второй паре занятий их группе предстояло разделиться на парней и девушек. Рукоделие у девчонок преподавала Домна Догадовна. А Ставр Зарубич — Воинское искусство у ребят. Третьей парой у первокурсников была назначена Ворожба у Главы Ведарии Властелины Береговой, с которой Беляна и Светлана уже были знакомы. Вспомнив о дне собеседования, Белка задумалась о том, как могла бы сложиться сейчас её жизнь в том мире, где она выросла. Снова загрустила по бабушке Вере. Из раздумий её вывел голос Светки:

— … и не стесняйся, пожалуйста, задавать мне вопросы, — продолжала щебетать подруга, — Поверь, мне легче самой рассказать, чем видеть, как ты теряешься под удивлёнными взглядами. Одна Сушка чего стоит! А нам, между прочим, с ней бок о бок не только учиться, но и жить придётся.

— Кто такая Сушка? — удивилась Беляна.

— А-а-а… да, это я Стаську так назвала, — усмехнулась Светлана.

Беляна понимающе улыбнулась. Меднокосая Стася и её смущала своим неумеренным любопытством и бесцеремонностью. И прозвище подходило ей как нельзя лучше. Беляна вздохнула:

— Так что там насчет исключений? — будто, между прочим, обронила она.

— Каких? — переспросила Светлана. И тут же спохватилась, вспомнив данное обещание, — Ты про Лешего? Ладно. Ну, в общем, однажды — лет сто назад — произошло так, что Лешинкой оказалась не простая смертная, а ведунья. Так вот, она не исчезла после родов.

Они по дорожке вышли к одной из беседок, заплетенной виноградом, и присели в ней за стол на скамеечку.

— Так значит, Лешим нужно всего лишь искать Лешинок среди ведуний? — заинтересовалась Белка.

— Ага, как же! — горько рассмеялась Светлана, — Во первых, Лешие никого не ищут. Им судьбой предназначена только одна Лешинка. Но в том случае всё ещё сложнее оказалось. Я подробностей не знаю, конечно. Ведунья та после родов жива осталась. Но что-то там у неё перемкнуло, и она убила своего благоверного. А сама стала самой злой и могущественной ведьмой в нашем мире. Мы её Бабой Ягой называем. Слыхала, небось?

— Слыхала… — ошеломлённо пробормотала Белка, и сглотнула, — А ребёнок?

— Ребёнок? — Светка от души расхохоталась, — Все-таки хорошо, что я тебе хоть о чём-то успею рассказать заранее. Ох, и насмешила бы ты всех наших!

Светка хитро сощурила изумрудные глаза, шутливо поманив Белку пальцем, и прошептала ей на ухо:

— А их ребёнка ты, милая, имела честь лицезреть, как выразился Богдан, сегодня утром.

Белка потрясённо откинулась спиной на перила беседки:

— Лесогор?

Светка только кивнула, надкусывая пирожок, довольная произведённым эффектом.

— Ему что же — сто лет? — прошептала Беляна себе под нос.

Светка поперхнулась и закашлялась. Белка рассеянно похлопала подругу по спине.

— Ну, ты даёшь! — успокоив кашель, сказала Светлана, — Им хоть сто, хоть тридцать, хоть триста тридцать — какая разница? Они не стареют, и не умирают.

— Как же тогда Баба-Яга убила своего мужа?

— Откуда я знаю? Она могущественная ведунья — мало ли способов? Надо — спроси у неё. Она в Чёрном лесу живёт, так говорят.

— В избушке на курьих ножках?

Светка округлила глаза.

— Почему на курьих?

— Ну, в наших сказках Баба-Яга живёт в избушке на курьих ножках, у неё костяная нога, черный кот, а забор из человеческих костей с черепами на кольях. И летает она в ступе, пестом погоняет — помелом след заметает…

Светка отхлебнула ещё глоток молока, решив, вероятно, больше не удивляться бредням подруги:

— В ступе все летают. Можно и на помеле, но не всегда удобно. Зачем и то, и другое — не понимаю. Про кости человеческие, или куриные — не буду врать — не знаю.

Беляна, виновато вздохнув, наконец, надкусила свой пирожок.

* * *

Следующим утром, на первом занятии Белка впервые получила повод гордиться собой. В кабинете Всеведания они со Светкой сели в третьем ряду у прохода. Кроме входной, обыкновенной с виду двери, в аудиторию со стороны преподавательского места вела ещё одна — арочная, резная, хитро изукрашенная. Как только прозвенел звонок, эта дверь сама по себе распахнулась настежь, и все студенты дружно пооткрывали рты. По ту сторону бушевал шторм! Дул ураганный ветер и сверкали молнии. Запахло морским прибоем, мелкие брызги которого, казалось, долетали до самых задних рядов. Наконец, оттуда вылетела огромная, размером с хорошую индюшку, птица. Птица сделала круг под потолком и приземлилась на высокую спинку преподавательского стула, как на насест. Дверь в портал с грохотом, смешавшимся с разрядом грома, захлопнулась.

— Эффектно! — констатировал лохматый паренёк с заднего ряда.

Словно поражённые громом, только что громыхавшим за арочной дверью, все студенты благоговейно оцепенели. Так что Беляна, ещё вчера задумавшаяся над странным именем преподавателя Всеведания, оказалась самой подготовленной к её появлению.

К вещей птице помимо сизого, блестящего оперения, прилагались крепкие ноги с мощными загнутыми когтями хищника, широкие крылья размахом в сажень, и голова прекрасной женщины с ярко красными капризными губами.

Гамаюн, убедившись, что все в аудитории обратились во внимание, запрокинула голову, и… запела:

Гамаюн мудра, птица вещая.

Слышит Вышних зов, и всё ведает.

Юным отрокам откроет истину.

Благовестную, иль печальную…

Слушая песню, Белка неожиданно для самой себя будто очнулась после долгого сна и улыбнулась. Она осознала, наконец, истину во всей её прекрасной реальности. Этот сказочный мир — её мир. Он наполнен волшебством и мифическими существами. Это не сон, и не легенда. Это отныне её жизнь, и её предназначение.

В целом, за исключением весьма помпезного появления, лекция Гамаюн оказалась довольно утомительной. Птица умудрялась весь учебный материал излагать в форме былинного стиха, причём нараспев. Получалось довольно тоскливо. И несмотря на безусловно занимательное содержание, сосредоточиться на сути большинству студентов не удавалось.

Под конец занятия Гордея растопырила крылья, и на доске позади неё проявилась запись домашнего задания. Арочная дверь в портал с шумом открылась, и одновременно со звонком птица — ничуть не менее величественно, чем появилась — вылетела в бурю.

* * *

Домна Догадовна — преподаватель рукоделия у девушек — Белке понравилась. Улыбчивая, дородная и румяная женщина в цветастой кике напомнила Белке бабку-сказительницу из фильмов Александра Роу. Она не пыталась произвести впечатление на студенток. Впечатление произвело убранство самого кабинета.

На стенах, казалось, нет ни пяди свободного места. Вышитые рушники, передники, навершники, головные полотенца. Нарядные рубахи с кружевным краем сплошь покрытые вышивкой, шушпаны и иные уборы, густо украшенные разноцветным мерным кружевом. Полки, уставленные глиняной посудой, разукрашенной самыми невообразимыми орнаментами. У Беляны разбежались глаза. Никогда не имея склонности к шитью или вязанию, она вдруг остро почувствовала желание создать что-нибудь подобное.

Но преподаватель рукоделия не спешила вручить девушкам нитки и иголки. Усадив студенток за полукруглый стол, она начала рассказывать. Таким простым, понятным языком о совсем непростых вещах. Об обереговом значении каждого элемента вышивки или узора. Как с помощью рисунка можно притянуть нужные события, а какая форма одежды сделает её волшебной. Что движение гончарного круга непременно против часовой стрелки наделяет кувшин или кринку силой Земли-Матушки. И пить из такой посуды означает не только утолять жажду, но и накапливать силы.

Полтора часа пролетели для Беляны, словно десять минут. Душевный голос Догадовны зачаровывал, безмятежный взгляд цвета теплого какао согревал. Когда прозвенел звонок, и Белка нехотя складывала в сумку принадлежности, преподаватель Рукоделия тихонько подошла к ней. С материнской нежностью и сожалением едва коснулась стриженых волос и протянула синюю тканую ленту:

— Носи, деточка, очелье. Покуда волосы не отрастут.

Белка ошарашенно пробормотала благодарность, и Догадовна, загадочно улыбнувшись, выплыла из кабинета.

* * *

— Тебе идёт! — Богдан, вихрем пролетавший по коридору, остановился перед задумчивой Беляной, — Прямо в цвет глаз.

— Подлецу всё к лицу, — пробормотала она в ответ, вынужденно поднимая голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Чего подлецу? — не понял парень.

Белка безнадёжно махнула рукой.

— А где Светка? — вроде невзначай бросил он.

— Снова соскучился? — хитро улыбнулась Белка, и щеки высоченного Богдана залило краской, — Не знаю, буркнула что-то и улетела куда-то после Рукоделия.

— А-а-а. У вас сейчас что?

— Властелина.

— Первое занятие? — Богдан заинтересованно прищурился.

— Ну да.

— Тогда молодец, что очелье одела. Пригодится.

И Богдан понёсся дальше по коридору, оставив Беляну раздумывать над его словами.

Первое занятие Властелина проводила в парке. С шумом, смехом и гомоном первокурсники горохом высыпали в сад. Коротко поздоровавшись со студентами, Наставница без лишних слов вывела их на просторную поляну. Затем взяла за руку девушку рядом с собой, та ближайшего парня, тот своего соседа… Белка сжала теплую Светкину ладонь, и скоро все первокурсники сначала по спирали, а затем в одном общем круге вели огромный хоровод.

Белка не знала, откуда, но издалека тихонько донеслось чьё-то пение — всё громче и громче, а вскоре она уже напевала сама. Берегова вела хоровод то змейкой, то восьмеркой, то круг в круге, то спиралью, то вновь замыкала в одно большое коло. Снова и снова все менялись местами, пока у Белки не закружилась голова, и она не закрыла глаза. Ей казалось, что они уже не в парке, а в каком-то мистическом месте. Что она не в тесной юбке и строгой блузке, а в длинной вышитой рубахе, опоясанной шелковым поясом. И что волосы не острижены, а заплетены в долгую косу и синей лентой переплетены. Вокруг ярко светило солнце, пахло цветами, и порхали бабочки. Беляна потеряла счет времени. Зато почувствовала, как из земли, от солнца и каждой травинки вокруг к ней тянутся светящиеся нити, наполняющие всё ее существо волшебным светом и силой. Вдруг начала понимать, что облака и деревья поют с ней в унисон песню с незнакомыми, но понятными, словно дыхание, словами. Кружилась и кружилась в этой карусели, а цветы и птицы вторили ей, согласно кивая головками и дирижируя крылышками. Её голова, сердце, тело теперь уже не пропускали светящиеся нити, а пропитывались соком, ароматом и силой природы.

Внезапно пение стихло, а бесконечное движение прекратилось. Очарованная Беляна открыла глаза и огляделась вокруг. Хоровод остановился. Она по-прежнему крепко сжимала ладонь улыбающейся Светланы. А лица первокурсников светились вдохновением и радостью.

— Теперь каждый из вас знает и чувствует свой путь, — слегка устало улыбнулась Властелина, — Надеюсь, он будет добрым. Отдыхайте сегодня. Следующие занятия будут проходить в кабинете, в обычном режиме.

* * *

— Я даже не знаю, что сегодня меня больше впечатлило, — тихонько промолвила Беляна, когда они вошли в трапезную и присели за свободный столик, покрытый вышитой скатертью.

По столовой перекатывался сдержанный гомон, привычный в местах, где собирались юные ведуны и ведуньи. Скатерть-самобранка, а это была именно она, как объяснила Светка, подала на обед самые вкуснючие щи, которые когда-либо пробовала Беляна, потрясающий рыбный пирог и клюквенный морс в высоком кувшине.

Пообедав на славу, девушки снова спустились в сад, который уже успел стать их излюбленным местом. Ветерок, нежно играя верхушками деревьев, заставлял их тихонько колыхаться из стороны в сторону. Листья винограда, оплетающие беседку, где отдыхали Белка и Светка, о чем-то перешептывались между собой. Беляна захватила с собой книгу, которую не успела закончить вчера.

— Слыхала уже? — тихонько спросила Светлана, блаженно откидываясь спиной на перила и подставляя лицо проскальзывающим под крышу беседки солнечным лучам, — В холодное время года в разных частях парка Ведарии по-прежнему будут и весна, и лето, и осень. На выбор.

— Чудесно! — обрадовалась Беляна, поднимая голову от чтения, — Я уже подумала, что зимой буду скучать по посиделкам в беседке. Небось, Леший старается?

— Наверное… — простодушно пожала плечами Светлана, не открывая глаз.

— Я уже обожаю это место! — счастливо усмехнулась Белка, возвращаясь к книге.

— Как ты так быстро читаешь? — подглядывая за ней одним глазом, спросила подруга.

— Хочешь — тебя научу? Правда, у меня ещё и память хорошая, — ответила Белка, пролистывая очередную страницу.

— Да не переживай ты так. На самом деле никто здесь ничему особо не удивляется. А на Всеведании ты вообще была молодцом, я наблюдала за тобой.

— О птице Гамаюн в наших легендах всё верно написано. Я просто была готова к чему-то подобному. Кстати, — Беляна отложила книгу, — Ты не знаешь, откуда в нашем мире берутся сведения о вашем? Да, отрывочные, да, бессистемные, но всё-таки…

— Точно я тебе не скажу. Спроси у своего знакомца Вершилы из Ведомства по связям.

— Спрошу. Но новолуние ещё не скоро. Она, перевернув последнюю страницу "Волшебных созданий", закрыла книгу и расслабленно прислонилась спиной к перекладине беседки.

Немыслимо. Лешие и домовые. Упыри и волкодлаки. Аспиды, водяные и кикиморы. Все порождения человеческого воображения в этом мире оказались реальными. Прав был Пристли, никакая они не фантазия. С некоторыми из существ она уже успела познакомиться, встреча с другими только предстоит. Впрочем, не обязательно, потому что большая часть нечисти, как утверждал учебник, проживает в Кощеевом и Подземном Царствах. А они наверняка не близко находятся, она их даже на карте не нашла.

Покопавшись в сумке, Белка вытащила ещё один увесистый фолиант — "Учение о формах", и снова погрузилась в чтение. Светка хмыкнула, придвинув к себе "Созданий", и, пробормотав: "Я с тобой так отличницей стану", тоже начала перелистывать книгу.

"Учение о формах" — учебник по рукоделию. Вводный курс оберегового мастерства, совершенствовать которое им предстояло все три года обучения. Беляна не знала, как отблагодарить Догадовну за потрясающее первое занятие, а тем более за неожиданный подарок. Поэтому решила порадовать преподавателя хотя бы знаниями предмета. Но пролистывая том, с лёгкостью запоминая узоры, формы талисманов и меры их изготовления, Беляна не могла отвлечься от иной мысли. Первая лекция завтра — Основы Мироздания. Встречи с Лешим Белка по какой-то смутной причине опасалась. И это изрядно портило ей настроение. Пытаясь отвлечься от грустных мыслей, она задумчиво рисовала на листке бумаги схемы оберегов, которые уже сумела запомнить — Коловрат, Ладинец, Цветок папоротника, Лунница, Алатырь, Одолень-трава, повторяя про себя назначение каждого.

* * *

Солнце уже клонилось к закату, когда крошечная Бусинка, протиснувшаяся сквозь стену кабинета Главы Ведарии, доложила Береговой, что один из преподавателей просит аудиенции. Усталая Властелина согласно махнула домовушке рукой. И через распахнутую настежь дверь семимильными шагами в кабинет ворвался Лесогор:

— Наставница, мне необходимо с Вами поговорить, — уверенным тоном отчеканил он.

— Присаживайтесь, коллега, — вежливо ответила Властелина.

— Я хочу забрать вещь, которую оставил Вам на хранение, — с серьёзным видом он сплёл руки на груди.

Такого заявления Берегова не ожидала. Бросив на Лешего удивлённый взгляд, она тихо произнесла:

— Конечно, Лѝхард, она принадлежит только Вам. По праву рождения. Но позвольте поинтересоваться — зачем Вам Лунница? — как можно безмятежнее спросила она.

От проницательного взгляда Властелины не укрылось, что обычно сдержанный и надменный Лесогор несколько взволнован. В голове мелькнула догадка, и на лице Наставницы отразился недюжинный испуг. Она постаралась успокоиться:

— Сядьте, — величаво махнула рукой, указав Лѝхарду на диван у стены, и сама чинно присела в высокое, роскошное кресло.

В ожидании, пока Лесогор устроится, она задумчиво рассматривала свои руки и молчала.

— Я так понимаю, Вас можно поздравить? — Властелина испытующе взглянула на Лешего, — В Ведарии Лешинка?

На суровом лице Лѝхарда отразилась мученическая ухмылка.

— И, если я правильно поняла, она ещё и ведунья.

Он выпрямился и кивнул.

— Почему я ничего не заметила? — озадаченно пробормотала она.

— Эти чары не поддаются ясновидению. Вы и не могли ничего заметить. Ведь Ядвигу в своё время Вы тоже не угадали.

Властелина прикрыла глаза, словно от боли, и сглотнула.

— Что ж… непростая ситуация. Непредвиденная. А Вы уверены в этом решении, Лѝхард? Отпустить Вас я не могу — контракт нерушим. Заменить Вас некем. При всём уважении, не хотелось бы повторения трагедии…

— Знаю, Властелина, и поэтому мне нужна Лунница.

Она встала, бросив на Лешего странный взгляд, и усмехнулась. Могучий Лѝхард в безупречных брюках из русалочьего полотна и черной рубашке с широким воротом, являл собой исключительный образец мужественности и небрежной элегантности. Исконно женское украшение на нём могло стать, как минимум, неожиданным аксессуаром.

— Вы ведь помните о побочных эффектах? — сомневающимся тоном произнесла она.

— Да, Наставница. Благодарю Вас, — он отвернулся к окну.

— Вы не скажете мне, кто она… — это был даже не вопрос, а утверждение.

Он с минуту молчал, сдвинув брови, затем медленно ответил:

— Думаю, лучше об этом никому не знать.

— Согласна, — кивнула Властелина, — Будьте осторожны, Лѝхард. Вы лучше меня понимаете, насколько сильны эти чары. И знаете, что их нельзя игнорировать.

* * *

После кружка чтения, устроенного в парковой беседке, вечером в горнице девушкам учиться уже не хотелось.

Сушка с Лесей на ужин не явились, и вернулись поздно — обе слегка помятые и растрёпанные. Олеся чуть не в слезах, а Стаська румяная и довольная, как после тайского массажа. Оказалось, что сразу после обеда она потащила подружку прогуливаться мимо Дружинной избы. Расчет оказался верен — вниманием девушек молодые богатыри, понятное дело, не обошли. В результате пригласили к себе на огонёк, откуда к вечеру обе едва вырвались.

Слушая о похождениях подружек, Светка заливисто хохотала. А Беляна утешала Олесю, гладя несчастную по её садовой — по собственному признанию — голове.

От нечего делать все, кроме Белки, сели играть в игру, называемую бирюльки. Беляна некоторое время наблюдала за сваленным в кучу хламом и бестолковой с её точки зрения вознёй. А затем фыркнула и демонстративно улеглась на кровать, уставившись в потолок. Её действия не остались незамеченными.

— Чего это ты фыркаешь? — ядовито спросила Сушка.

— Глупая игра, — безапелляционно ответила Белка, — Неужели чего позанимательнее нет?

— Например? — прищурилась Стася.

Белка задумалась. В самом деле — что она могла предложить? Шахматы, шашки, монополию или морской бой? На выручку пришла Светлана:

— Да не стесняйся ты, Беляна. Ничего страшного, если поделишься с нами парой весёлых игр. Если надо чего — мы поможем.

После некоторых размышлений Белка решила, что чем вырезать шахматные фигурки или рассказывать об эсминцах, проще всего нарисовать карты. Тем более, что развлечение предполагалось не на двоих.

— Мне понадобится плотная бумага, ножницы, черный и красный карандаши.

Буквально через полчаса девчонки общими усилиями разрисовали тридцать шесть карт. Роль Дамы и Короля сыграли Князь и Княгиня, Туза нарекли Волхвом, а функции мастей великолепно исполнили руны. Белка объяснила заинтригованным подружкам правила самой безобидной игры в "верю — не верю".

Через пару часов из соседней комнаты на визг и хохот прибежали соседки — успокаивать разошедшихся девиц. До слёз смеялась даже грустная и взлохмаченная Леся. А взбалмошная Стаська, складывая колоду, заметила, что в такую потеху вполне можно играть не просто так, а на сладости или домашние задания.

Засыпая, Беляна подумала, что учить Сушку другим карточным играм не станет. А не то пронырливая девица непременно организует в Мудрограде собственное казино.

Глава 6

Владыка Дивного леса

На следующее утро после завтрака Беляна с подругами поднимались на второй этаж к кабинету Лесогора. Девушки весело щебетали, припоминая вчерашний вечер, а Белка чувствовала себя идущей на голгофу. Всякий раз при одной только мысли о Лешем, её сердце начинало учащённо биться. Заметив неладное, Светлана незаметно сжала локоток подруги:

— Я рядом, — прошептала она, и Беляна благодарно улыбнулась.

Кабинет Мироздания мало чем отличался от остальных в Ведарии. Разве что обилием растений, произраставших не только из цветочных горшков, но из самых неожиданных мест. Пытаясь отвлечь себя от волнения, Белка разглядывала резную панель с изображением зайчишки, притаившегося под кустом ежевики. Девушка умиротворённо любовалась тонкой работой, пока ей не показалось, что зайчик, смешно дёрнув носиком, перепрыгнул на рядом стоящий пенёк. Зажмурившись от неожиданности, она встряхнула головой. Но, открыв глаза, обнаружила проказника на прежнем месте — съёжившимся под кустом с испуганно навострёнными ушками.

Решив, что у неё галлюцинации, Беляна сморгнула и перевела взгляд. Всё, как обычно. Возле доски, как и у Гамаюн, возвышалась роскошная арочная дверь. Видимо, не только вещая Гордея, а многие преподаватели имели в кабинетах порталы.

Сидя с самого краю в последнем ряду, Беляна со Светкой молчали, сложив руки перед собой, как примерные ученицы. Наконец, не дожидаясь звонка, сказочная дверь скрипнула. Белка ожидала появления кого-то или чего-то внушительного. Но сквозь узенькую щёлочку в вершке от пола в кабинет протиснулся черный блестящий носик. Затем показалась рыжая мордочка с глазками-бусинками, острые ушки, и, наконец, весь лисёнок целиком. Во всей своей крошечной трехмесячной красе, включая пушистый хвост.

Аудитория грохнула от гомерического хохота. Лисёнок от неожиданности сел на попку и, не удержав равновесия, завалился на бочок.

— Я не знала, что Леший может обернуться лисой, — сквозь смех прыснула Беляна.

— Это не Леший, — заливалась Светка, — Поверь мне, это — просто лисёнок.

В этот момент прозвенел звонок, и дверь портала распахнулась. На пороге, на фоне залитой солнцем лесной опушки, появилась огромная фигура преподавателя Основ Мироздания в сопровождении, по-видимому, мамы-лисы. Заметив своё чадо, лисичка недовольно тявкнула. Лесогор с трогательной улыбкой нагнулся и подтолкнул неразумного детеныша к мамке. Осмелев, лисёнок поднялся на ножки, и деловито покосолапил обратно к порталу.

Мягкая улыбка на губах Лешего исчезла сразу, как только дверь за зверьём захлопнулась. Он обвёл взглядом студентов, и лицо его приобрело обычное невозмутимое выражение:

— "Не сломи без надобности ни дерева, ни куста, ни травы. Ибо живое оно, ибо корни его силу пьют, и тебе ее дарят. Не обидь того, кто защиты не имеет! Обидишь дерево — великое али малое — и Род отомстит тебе. Ибо ты тоже дитя Рода, яко и дуб тысячелетний, яко и травинка маленькая. Слейся с живым воедино — дыши лесом и воду пей родниковую!"

Белка, ранее не слышавшая голоса Лесогора, изумилась так соответствующему его облику невероятно приятному, низкому тембру. Равно как и силе слов, им произнесённых.

Светка тихонько сжала руку Беляны:

— Как ты? — произнесла одними губами.

— Нормально всё, — пожала плечами та.

Никаких непонятных ощущений она и в самом деле не испытывала. Внешность Лесного Владыки, давеча показавшаяся ей колдовской, за исключением, пожалуй, роста, оказалась вполне приемлемой. Нет, появись такой в её мире, разумеется, произвёл бы фурор. Он словно олицетворял собой силу и мощь природы. И всё же придирчивая Беляна, к своему удовлетворению, заметила слега кривоватый нос Лешего и некоторую неловкость в движениях. "Будто у него и в самом деле обе ноги левые", — подумалось девушке, и она усмехнулась. Лесогор тут же заметил неуместную улыбку, бросив на неё негодующий взгляд. Но его выражение лица вовсе не напугало, а снова развеселило, поскольку напомнило вытаращенные глаза мультяшного Дядюшки Ау. Не видом своим, конечно, скорей ожиданием подобного сходства. Прикрыв рот ладонью, она уткнулась в учебник, стараясь подавить смешок.

Светка толкнула её под столом:

— Прекрати, — зашипела она.

Белка выпрямилась и старательно нахмурилась, придавая лицу серьёзное выражение. К сожалению, тщательно контролируя глупую смешинку на протяжении всей лекции, она мало что усвоила из учебного материала. Решила, что расспросит попозже Светку, которая, в отличие от Беляны, слушала Лѝхарда, открыв рот, и старалась записывать чуть не каждое слово последнего.

* * *

— Ты неадекватная! Знаешь об этом? — ругалась Светлана по пути к кабинету Водокрутича, — То цепенеешь в его присутствии, словно истукан, то трясёшься со страху, то хихикаешь, точно блаженная.

— Свет, ну не сердись ты, — ныла Белка, — Это к Лесогору никак не относится. Просто в нашем мире считается, что у леших обе ноги левые. Я вспомнила об этом, потому и смеялась.

— Всю лекцию? — подняла брови Светка, — Ты точно ненормальная!

Они вошли в кабинет и расположились на свободных местах. Белка, заметив, что подруга и впрямь дуется, попыталась объяснить, кто такой Дядюшка Ау и что такое мультфильмы. Понимая, что рассказ Светлану не впечатлил, нарисовала в тетради нечто лохмато-пучеглазое, и даже спела песенку про ёлочку. Затем, рассудив, что если будет продолжать в том же духе, подруга насильно отведёт её к целителю, Беляна сама надула губы и успокоилась. Через минуту напряжённого молчания Светка толкнула её локтем:

— Дай посмотреть!

Она открыла Белкину тетрадь. И уставившись на весьма далёкую от истины свободную интерпретацию внешнего облика Дядюшки Ау, внезапно громко и заливисто расхохоталась. Белка, в отместку подпёрев ладонью подбородок, задумчиво рассматривала подругу с видом психиатра, наблюдающего за пациентом в период обострения.

— А вы стоите друг друга! — обернулся к ним худощавый паренек, усыпанный веснушками.

— Ага, то одна хохочет, то вторая, — произнёс второй — точно такой же.

— Вы близнецы? — задала очевидный вопрос Беляна.

— Нет, это у тебя в глазах двоится, — хохотнул первый.

— Я Гудимир, — перебил его второй.

— А я Гудислав, — эхом отозвался брат.

— Воятичи, — произнесли они хором.

Тут прозвенел звонок, и дверь портала открылась. Словно из водопада, в переливчатом, как водная гладь, плаще, в кабинет заплыл неожиданно сухой, высокий и стройный преподаватель Стихий и энергий.

"Когда-нибудь я к этому привыкну", — пронеслась мысль в Белкиной голове.

Водокрутич отличался бледной кожей, журчащим голоском и, пожалуй, слишком утончёнными для мужчины чертами лица. С его длинных, белых с зеленоватым оттенком волос время от времени стекали капельки воды. А постоянно унылый вид и, казалось, глаза на мокром месте, наводили на мысль о вечной депрессии, в которой пребывал Водяной.

* * *

Преподаватель Чародейства Ярина Ярославна оказалась той самой красивой женщиной, которую Беляна и Светлана видели в Большом зале в свой первый день в Ведарии. Сегодня, без дорожного плаща, в простом кремовом платье, она показалась даже краше, чем тогда. Восхитительней, чем изрядно обработанные фоторедактором модели в глянцевых журналах Белкиного мира. Высокая, с обольстительными формами и тонкой талией, она обладала завораживающим голосом и дивной, околдовывающей походкой. Глаза с поволокою, соболиные брови, фарфоровая кожа и черные, блестящие волосы, сплетенные в длинную трубчатую косу, дополняли образ Главной чародейки Мудрограда.

Когда она появилась в кабинете, мужская половина группы буквально заскулила, а девушки открыли рты. Как можно чему-нибудь научиться у такой красавицы? Если всё внимание приковано не к предмету, а к её лицу. К тому, как она двигается. К тому, как говорит, а не что говорит.

В общем, Беляна почти ничего не запомнила на уроке Чародейства, кроме одного. Оказывается, светлая, добрая магия придаёт ведунье красоту, а тёмная, злая — уродует. Применение обеих — продлевает жизнь. Решив непременно стать хорошей ведуньей, а на следующем занятии Чародейства сидеть с закрытыми глазами, Белка поспешила догнать Светлану, всё внимание которой было занято уже нарисовавшимся откуда-то Богданом.

* * *

Дни шли за днями, складываясь в недели. Первокурсники уже познакомились со всеми преподавателями. Были выполнены первые домашние задания, появились первые оценки. Ведова Беляны пестрела красным сиянием "отлично" напротив всех предметов, кроме Основ Мироздания. Гнусный Леший дал самостоятельную работу на втором же занятии. Будто специально подметил, что на лекции Беляна его не слышала.

Помимо всего, заметив, что Белка имеет перспективы отличницы, к ней стали обращаться сокурсники за подсказками. И надо же ей было именно на Мироздании брякнуть в адрес Гудимира, или Гудислава — их все путали — легендарную отныне в Ведарии фразу "Иди к Лешему!" Выражение, конечно, повеселило всю группу. Но зато, вероятно, возмутило услышавшего его Лесогора. Потому что в результате Белка едва наскребла на оценку "посредственно" — то же, что "тройка" в её мире.

Зато все остальные преподаватели были от Беляны в восторге. Догадовна только что не обнимала любимую ученицу. Черноволосая красавица Ярина Ярославна — поражена Белкиной способностью запоминать сложнейшие заклинания и заговоры с первого прочтения. Водокрутич степенно закатывал глаза, слушая правильные ответы. Рисуя оценки, он, правда, довольно часто заливал журнал стекающей с волос водой. Но быстро осушал его, оставляя разводы, часто принимавшие вид забавных картинок.

Властелина и Гамаюн пока ещё не ставили отметок. Занятия Вещей Птицы по-прежнему представляли собой организованную борьбу студентов с сонливостью. А мелкая и крикливая Кукоба Кикаморовна — преподаватель Травоведения — сразу заявила, что никого не допустит к практическим занятиям, пока не выложит весь теоретический материал.

Светка по всем дисциплинам шла ровно на "хорошо". Именно эта надпись ярко-синими чернилами сама собой появлялась в её Ведове. Стася наоборот — хромала по всем предметам, проводя вечер за вечером вне Ведарии. Оказалась отличницей она только по Стихиям, очевидно покорив Водокрутича огненным цветом волос. Остальные графы её табеля успеваемости были заполнены грустно-зелёными "тройками". А Олеся лучше всех успевала у Лешего, будучи единственной, кто с завидной регулярностью удостаивался у него оценки "отлично".

Беляне же с Основами Мироздания катастрофически не везло. Решив непременно исправить унизительное "посредственно", она проштудировала весь учебник за два дня, не забыв выучить наизусть Светкины конспекты. Уверенная в своих знаниях, она вышла отвечать. И тут, к несчастью, её подвели знания других предметов и собственный язык. Рассказывая тему, она изо всех сил старалась не смотреть Лесогору в глаза. Вместо этого смиренно разглядывала шелковый пояс, перевязывающий его талию, к которому крепился серебряный оберег в виде полумесяца, обращенного рогами вниз. Слегка сбитая с толку, она завершила выступление совершенно дурацкой фразой:

— А Вы, сударь, зачем носите на поясе девичье украшение? В качестве трофея?

Когда она прикусила язык, было уже поздно. Первокурсники снова ползали под столами от смеха. Снисходительно приподняв бровь, Лесогор одарил её своей фирменной полуулыбкой, и тихо, но достаточно внятно, чтоб услышали все, пророкотал:

— Оставлю этот вопрос на волю Вашей фантазии, барышня.

Никогда Белка не чувствовала себя хуже, чем в тот день. До конца занятия девушка так и просидела с красными ушами, ругая себя круглой дурой и слушая насмешки со всех сторон. Хихикала, прикрыв глаза ладонью, даже Светлана. "Подруга называется!" — обиделась на неё Белка, хоть и признавала, что посмеяться есть над чем.

Да уж, виновата только она сама. Надо отдать должное Лешему — одной фразой перевести её насмешку вспять, словно бумеранг. Неплохо для существа, обделённого чувством юмора. В общем результате Беляна получила несправедливое "хорошо" по предмету и совершенно заслуженный титул Местного Скомороха в Ведарии.

* * *

— Вот такая дребедень, изо дня в день, — печально завершила Белка свой рассказ, сидя вечером за чашкой чая у Радмилы. Однако та, похоже, не разделяла мрачного настроения девушки. Слушая её, Рада то и дело давилась от смеха, хватаясь за живот, который под конец повествования уже побаливал.

— Не вижу ничего смешного, — буркнула Белка, — Я не могу выбраться из троек по Мирозданию. Мало того, что мне не даётся данная наука… так ещё… — Беляна замолчала, подбирая правильные слова.

— Что? — подбодрила её Радмила, сразу став серьёзной.

— Я на этих лекциях словно впадаю в детство. И веду себя, как форменная идиотка, — сердито нахмурилась Беляна, раскачивая остатки чая в чашке, — Хотя, честное слово, уделяю сему предмету больше времени, чем любому другому. И в точности цитирую учебник. Даже не знаю, в чём дело.

— Если чего-то не знаешь, надо просто спросить, — Радмила пожала плечами.

— Ага, разбежалась, — с досадой хмыкнула Белка, — Я соврала, что не знаю причины. Всё дело в том, что Леший меня ненавидит!

— Ты говоришь глупости, милая, — покачала головой женщина, — Вам очень повезло с преподавателем. Я слышала о Лесогоре…

— Что? — возмутилась Беляна, — И ты туда же?!

В этот момент в очередной раз залязгало окошко в часах. "Кхе-кху-у-у", — раздался оттуда хриплый надрывный кашель. Не открывая глаз, кукушка выдала положенное ей "ку-ку", снова прокашлялась, и с несчастным видом засунула голову обратно.

— Ты о чём? — попыталась вернуться к прерванному разговору Радмила.

— О том, что довольно с меня всеобщего и повального восхищения Лесогором! Какой он замечательный, умный, красивый, — передразнила кого-то Белка, — Он надутый, зловредный и самодовольный тип! И нос у него кривой!

— Чего ты взъелась-то так? — подозрительно сощурилась Рада

— Да потому, что мне это надоело! — раздражённо воскликнула Беляна и обиделась. Не получив никакого ответа, поднялась с места и принялась копаться в шкафчиках, гремя посудой и перебирая одну за другой баночки.

— Можно узнать, что ты делаешь? — спокойно спросила Радмила.

— У твоей кукушки как минимум бронхит. И не за горами воспаление лёгких! — объяснила Белка, — Если, конечно, у механических кукушек вообще бывают простудные заболевания, — озадаченно добавила она, слегка замедлив бурную деятельность.

— Она не совсем механическая, но кашляет так, сколько я себя помню, — попыталась оправдаться Рада, — Думаешь, её надо показать целителю?

— Ветеринару, — буркнула Белка и поджала губы, скрывая усмешку.

— Ну-ну, — улыбнулась Рада, — И что ты собираешься делать?

— Лечить, — подтаскивая под часы скамеечку, прокряхтела Беляна, проверяя её ладонью на крепость.

Когда время подошло, девушка открыла банку с мёдом и набрала немного лакомства в маленькую ложечку. Призадумавшись, капнула туда же чуть горячего травяного чая. Взглянув ещё раз на часы, взобралась на скамейку и застыла в ожидании.

— Хм, — ухмыльнулась Радмила, — Может, горчичники достать?

— Не успеем приклеить, — почти серьёзно пробормотала Белка, не сводя глаз с циферблата, — Три, два…

"Кхе-кха-ууу" — послышался жалобный голосок, и через распахнутое окошко протиснулась голова многострадальной пташки. Не теряя ни секунды, Белка прицелилась, и стоило клювику приоткрыться, ловко влила в него тёплое лекарство. Не успев даже поперхнуться, кукушка проглотила неожиданное лакомство, широко распахнув удивлённые глазки. "Ку!" — сократила она обычное приветствие. И моргнув пару раз, скрылась в часах.

— Не за что, — кивнула Белка и обернулась к Раде с хитрой усмешкой, — Давно собиралась это сделать!

— Будешь заниматься этим каждые полчаса? — недоверчиво полюбопытствовала Радмила.

— У нас выходные впереди, — весело ответила Беляна, внимательно разглядывая часы, — А что можно сделать, чтобы она не надрывалась так часто?

— Там рычажок есть слева. В среднем положении она будет выскакивать каждый час, в нижнем — вообще не будет.

— Вот и отличненько, — пробормотала Белка, перестраивая механизм, — Сегодня принимаем лекарство ещё пару раз, через каждый час. Ночью пусть отдохнёт. А завтра продолжим лечение, — улыбнулась она, спрыгивая на пол.

— Расскажи об этой методике врачевания кукушек своему Лешему… — развеселилась Радмила.

— И он всё равно найдёт, к чему придраться, — ядовитым тоном перебила её Беляна, — К тому же он не мой.

— Преподаватель, я имела в виду.

— Угу, конечно, — проворчала девушка, споласкивая ложечку и усаживаясь обратно за стол, — Так что ты мне хотела рассказать?

— Ох, чуть не забыла! — спохватилась Рада, поднимаясь из-за стола, — У меня для тебя есть подарок… Ну, не совсем подарок, но думаю, уже пора.

С этими словами Радмила достала из шкафа большую книгу в коричневом, весьма потрёпанном переплёте.

— Вот! — с торжественной улыбкой произнесла она, протягивая книгу девушке.

— Люблю читать, — улыбнулась Беляна, принимая подарок, — А что это?

— Это Ведовская Книга твоей мамы, — серьёзно сообщила Радмила.

— Правда? — растерялась Белка, трепетно поглаживая немного потрескавшуюся корочку.

— Определённо, — кивнула Рада, — Только я тебя умоляю, Белянушка, — попросила она, наблюдая, как девушка поднимает обложку, — Будь благоразумна. С такими вещами нельзя шутить.

— С какими вещами? — недоумённо поинтересовалась Белка, перелистывая одну за другой абсолютно чистые страницы, — Это шутка?

— Не поняла? — уточнила Радмила.

Беляна подняла на неё сощуренные глаза. Но на лице женщины отражалось искреннее недоумение.

— Книга пуста! Вот, сама посмотри, — Белка показала её Радмиле. Но та только мельком взглянула на страницы:

— Ты что же, ничего не видишь?

— А ты, можно подумать, видишь!

— Разумеется… всё, что там написано, — тихо промолвила Рада, — Но ты ведь знаешь — я не практикую.

Беляна недоверчиво взглянула в расстроенное лицо женщины и подняла брови домиком. Её глаза стали совершенно несчастными.

— Я просто ни на что не годная, — пробормотала девушка, и голос её дрогнул, — Не ведунья! Ты правда видишь здесь заклинания? — спросила она, продолжая с надеждой листать страницы.

— Мы это уже обсуждали, милая, — покачала головой Рада, — Ты ведунья. Просто ещё молодая. Скорее всего, я слишком поспешила… Лика наверняка придумала что-то, чтобы защитить свою магию.

— Да… защитить… от меня… — обиженно пробубнила Белка.

— Не расстраивайся, Белянушка, — погладила её Радмила по плечу, — Всему своё время. Может, оно и к лучшему.

* * *

Вечером в день смены луны Беляна собралась на встречу с Вершилой. Олеся, что оставалась дома одна, чуть было не увязалась следом. Оказывается, неугомонная Стаська, поняв, что подружка больше ни за что не пойдёт к Дружинной избе, тут же нашла ей замену — второкурсницу из соседней комнаты. Леська с глазами на мокром месте чувствовала себя преданной и покинутой. Белка как могла утешала соседку, убеждая, что Сушка ей всё одно не подруга — слишком разные у девушек темпераменты.

Пообещав скоро вернуться, Беляна набросила на плечи кацавейку. Кликнув парочку Горисветов, которые стайками сновали по всей Ведарии, и прихватив письмо для Веры Сергеевны, она выскочила из комнаты и сбежала по лестнице вниз. Там наткнулась на Светку с Богданом. Подруга излучала спокойствие, тогда как второкурсник, размашисто жестикулируя, отчаянно пытался её развлечь.

— Я с тобой, — без лишних вопросов заявила Светлана.

— А куда вы? — мгновенно погрустнев, спросил Богдан.

— Извини, друг, — улыбнулась ему Белка, — У нас важное дело.

Они вышли из Ведарии и направились в сторону реки.

— Чего ты над ним издеваешься? — отчитывала подругу Беляна, — Парень явно хочет тебе понравиться.

— Ну и что я, по-твоему, должна делать? — будничным тоном спросила Света.

— Ну, хоть улыбнись ему. Он счастлив будет.

— Хорошо. Завтра улыбнусь, — спокойно пообещала Светлана, и подруги весело рассмеялись.

В сопровождении двух Горисветов они за разговорами добрались до реки, и пошли вверх по течению. Ночная прохлада потихоньку пробиралась под одежду, и Белка не пожалела о накинутой кацавейке. А Светка уже начинала стучать зубами, когда они, наконец, наткнулись на Глеба. Мрачный и сутулый, он был недвижим, словно изваяние, уперевшее взгляд в одну точку на горизонте.

— Привет, — несмело промолвила Беляна.

— А… привет, — монотонно отозвался связист, — Меня предупредили, что ты придёшь.

Беляна протянула ему конверт:

— Передай, пожалуйста, моей бабушке на той стороне. И скажи, что у меня всё хорошо, и я очень соскучилась.

— Передам, не волнуйся, — Глеб положил письмо в карман и снова уставился на горизонт.

— Пора, — через минуту произнёс он, — До встречи через месяц.

Воздух вокруг него засветился и загустел. Глеб исчез, а через мгновение на его место из клубка света выпрыгнул мелкий и подвижный, словно макака, Вершила. Он отряхнулся, как пёс от воды, и, заметив Беляну, широко развёл руки.

— Дорога-а-ая моя! — прогудел, шагнув навстречу, и заключил Белку в объятия. Макушкой связист едва доставал девушке до мочки уха, но обнимал явно покровительственно.

— Рада тебя видеть, Вершила, — искренне проворковала Беляна.

— Вблизи ты ещё краше, чем показалась вначале, — блеснув безупречными зубами, улыбнулся тот, — А это что за красавица?

— Светлана. Моя лучшая подруга.

Светка отстучала зубами приветственную дробь.

Вершила, недолго думая, перекинул вперед рюкзачок и, порывшись там, протянул Светлане тёплую пуховую шаль:

— Грейся, лапушка. А то я по ответу не понял, насколько сильно тебе понравился, — беззаботно хохотнул он.

Светка закуталась в пушистую накидку и чуть не замурлыкала от благодарности.

— Хорошая у тебя подруга, — подмигнул Вершила обеим девушкам, — И бабушка хорошая. Кстати — шальку эту она тебе передала, так что можешь не возвращать. У неё все ладно, велела кланяться, письмецо вот возьми…

Так, непринуждённо болтая, они втроём шли к городу.

— У меня к тебе вопрос, Вершила, — проговорила Беляна. — Откуда в нашем мире сказки берутся?

— Ох, ты ж любопытная моя! — не без насмешки воскликнул связист, — Но я не сомневался, что у тебя будут вопросы — чем дальше, тем больше.

Он помолчал и, словно байку, начал повествование:

— Мы, милая, эти сказки сами рассказываем вашим. Кое-что мы говорим, а они перевирают. Кое-где и мы не договариваем, чтобы сказки на быль не больно походили. Вот, помню, лет эдак сто пятьдесят назад. Привязался ко мне один из ваших. Да словно банный лист прилип! Ходил за мной днём и ночью, да всё записывал.

— Сто пятьдесят лет? Сколько ж тебе всего? — удивилась Белка.

Вершила радостно расхохотался. А ответила за него раздобревшая от тепла Светлана:

— Сколько тебе твердить, Белка. Это в вашем мире люди умирают, едва появившись на свет. А у нас даже смертные до двухсот лет живут и здравствуют.

— Умница, деточка — похвалил Светку Вершила и продолжил, — Ну я этому писателю и наворотил с три короба. Попадались мне потом его знаменитые сказки. Хохотал до колик! Пользы, правда, от них мало, но и вреда никакого. Ведь главное — держать людей в убеждении, что наш мир существует только в их фантазиях.

Они уже подходили к воротам Ведарии, когда Белку осенило:

— Я догадываюсь, о ком ты говоришь!

— Ну, вот и ладненько, раскрасавицы. До дому я вас провёл, а теперь пора и честь знать. Мне ещё отчет писать.

Девушки одновременно с двух сторон чмокнули Вершилу в щёки. Тот крякнул довольно и отправился восвояси.

— Я влюбилась! — глядя связисту вслед, ухмыльнулась Светка.

— Угомонись, болезная, он женат! — язвительно парировала Белка, и подруги залились смехом.

* * *

Вера Сергеевна писала, что получила приглашение на Наташкину свадьбу. Все друзья удивляются, что Беляна уехала, не оставив даже телефона. Хоть Вера и не упоминала об этом, Белка поняла — бабуля очень скучает и поэтому снова допоздна засиживается на работе. Письмо, написанное небрежным и оптимистичным тоном, расстроило девушку. Она читала между строк, и сквозь время и пространство словно видела, как Вера при свете настольной лампы старательно утирает слёзы, чтобы они не капали на бумагу.

Когда они вернулись домой, ни Олеси, ни Стаси, несмотря на поздний час, в комнате не оказалось. Белка, лёжа в кровати, шмыгнула носом. Светка, повернувшись к ней, разлепила глаза:

— Что? — пробормотала спросонья.

— Ничё, Свет, спи. Я больше не буду.

Светлана перевернулась на спину, уставившись в потолок, и наставническим тоном произнесла:

— Ты могла уехать в любой другой город в универти… униревси…

— Университет, — облегчила участь подруги Беляна.

— Вот именно. И в своём мире. Прошел всего месяц. Она привыкнет. Ты написала ей хорошее письмо. Она прочитает и будет рада за тебя. Не раскисай. А то покажу Лесогору его портрет в твоей тетради!

Белка прыснула и горько засмеялась. В коридоре раздался шорох, и в комнату бочком протиснулась Олеся.

— А-а-а, вы ещё не спите? — осмелела девушка, — А мы учили соседей в карты играть. Твоя потеха, Белка, им тоже по вкусу пришлась.

— Казино! — недовольно констатировала Беляна, отворачиваясь к стене.

— Где Сушка? — сонно прошамкала Светка, накрываясь с головой.

— Ещё играет, — ответила Леся, закрывая за собой дверь купальни.

* * *

Открыв дверь в комнату, Светлана зажмурилась от яркого света.

— Что здесь происходит! — испуганно воскликнула она, прикрываясь ладонью и осторожно открывая один глаз. Сквозь слепящий свет едва разглядела Белку, преспокойно сидящую по-турецки на своей кровати.

— "Гасисвет!", — недовольно буркнула Беляна, и комната погрузилась в кромешную тьму.

— А-а-а-а-а, — послышался Светкин крик, а за ним раздался грохот падающего тела, — Ой-ой-ой… Да чем ты тут занимаешься? — простонала она.

— Ох, Светик! — испуганно взвизгнула Белка и пробормотала скороговоркой: "Прилети, Горисвет, лёгким пёрышком. Освети темноту ясным солнышком".

В воздух взмыл яркий шарик, освещая весьма живописную картину. Лежащую на полу Светлану посреди разбросанных по всей комнате вещей. Книг, подушек, обуви и множества самых разношёрстных предметов, об один из которых в темноте споткнулась девушка.

— Больно? — виновато склонилась к ней Беляна.

— Выживу, — буркнула Светка, потирая ушибленную ногу, — Это баррикада? Мы готовимся к сражению?

— Нет, — мотнула головой Белка, — Я просто тренировалась.

— Как убить подругу? — предположила Светлана, поднимаясь с пола.

— Нет, — снова покачала головой Беляна, подавая ей руку, — Горисветов вызывать.

— Это были Горисветы? — усомнилась Светка, — Я решила, что у нас пожар!

Белка виновато склонила голову. Светлана отряхнула платье и примирительно спросила:

— И сколько их здесь было?

— Не знаю… — промямлила Беляна, — Штук двадцать, наверное.

— Скорее сто двадцать! — возразила Светка, — Похоже, ты слегка увлеклась.

Белка вздохнула, переминаясь с ноги на ногу.

— Ну, а остальное? Только не говори мне, что это Горисветы устроили в комнате такой бардак.

— Нет. Это тоже я, — окончательно расстроилась Беляна, — Я всё уберу! — пообещала, хлопнув глазами.

— Конечно, уберёшь, — согласилась с ней Светка, — Иначе Сушка с тебя шкуру снимет. Но объясни на милость, в кого ты швырялась всем этим? — она двумя пальцами подняла с пола пучок каких-то перьев, вымазанных мерзкой жижей непонятного происхождения. Понюхала и сморщилась, поворачивая и брезгливо рассматривая находку.

— Я пыталась перемещать предметы, — объяснила Белка, с не меньшим интересом рассматривая Светкину добычу, — А это что за хрень?

— Тебя хотела спросить, — небрежно бросила Светлана, — Твои же боеприпасы?

— Эта штука вылетела из твоей подушки, — возразила Белка.

— А что тебе сделала моя подушка? Погоди, — изумлённо переспросила Светка, и отбросила перья на пол, — Ты сказала, перемещать предметы?

— Ну да, — пожала плечами Беляна, — Только у меня ничего не получается, — огорчённо продолжила девушка, поднимая с пола Светкину подушку и меняя на ней наволочку, — Точнее, отбрасывать я их могу, а вот попадают они куда попало.

— Ничего себе, — протянула Светлана, — А меня научишь?

— Чему учить-то? Говорю же — не получается.

— После того, как ты с помощью волшебства устроила в комнате погром, говоришь, что у тебя не получается? Я, между прочим, ещё и Горисветов вызывать не пробовала. И никто из наших не пробовал!

— А где ты была целый день? — робко спросила Белка, продолжая собирать разбросанные вещи.

— Богдану улыбалась, где ж ещё? — проворчала деванка, — Ты же сама сказала!

— Ну и как он? — подбадривающе улыбаясь, спросила Беляна.

— Заверяю тебя — абсолютно счастлив! — уверенно возвестила Светка.

— Правда?

Светка бросила на подругу раздражённый взгляд, и та примолкла, старательно расставляя книги по полкам.

— А Сушка с Леськой где? — ворчливо поинтересовалась Светлана.

— Я одна… из семи миллиардов людей… — жалобным голоском запела Белка.

Светка прыснула:

— На тебя совершенно невозможно сердиться! — усмехнулась и повторила уже серьёзно, — Научишь меня?

Белка, убедившись, что подруга больше не хмурится, радостно закивала.

* * *

На следующий день после занятий девушки спустились в парк. Светлана достаточно быстро освоила технику вызова Горисветов. Правда те, едва появившись на свежем воздухе, тут же сматывались на крышу, словно опасаясь пропустить послеобеденные лучики солнца. Так что Светлане пришлось повторять заклинание огромное количество раз, чтобы убедиться, что шарики получаются такие, как надо, и вполне жизнеспособны. Белка подумала, что огромные люстры из Горисветов в Ведарии сформировались от того, что каждый из студентов в своё время наколдовал их не меньше сотни.

Незаметно подошло время ужина. И девушки вынуждены были прервать тренировку.

Скатерть-самобранка сегодня превзошла сама себя. Раньше для Белки репа была лишь чем-то огромным и жёлтым, что необходимо тянуть из земли, призвав на помощь всю домашнюю живность, за исключением тараканов. Девушка и не догадывалась, что фаршированная мясом, она может быть настолько изысканным блюдом. Да и брусничный кисель стал у неё теперь любимым напитком.

Сытые и довольные, подруги решили подняться в комнату, чтобы захватить что-нибудь небольшое и безопасное для тренировки по перемещению предметов. И застали дома довольно странную картину. Сушка, пыхтя от натуги и нашёптывая под нос ругательства, поспешно перерывала Светкину постель. Подруги удивлённо застыли:

— Что ты ищешь в моей кровати? — округлила глаза Светлана.

— Я… по-подушки взбивала, — стала заикаться Сушка, судорожно расправляя одеяло.

Белка шумно выдохнула и покачала головой, сощурившись:

— А она, Свет, ищет ту самую мерзость, что мы вчера выкинули, — недобрым тоном промолвила она.

— Я хо-хотела забрать… — промямлила Стася и вспыхнула, сообразив, что проговорилась.

— И что же это было? — спросила Светлана, обдавая рыжеволосую пакостницу ледяным взглядом.

— Я хотела забрать, — повторила Стаська, разглядывая носки своих туфель.

— Значит так, Сушка, — Беляна медленно подошла к напуганной Стасе, — Имей в виду. Если ты только попробуешь сотворить какую-нибудь каверзу, я порву тебя, как Тузик грелку! — глаза её сверкнули.

Сушка испуганно сглотнула, попятившись.

— Ты запомнила? — Беляна наклонила голову в ожидании ответа.

— Да, — прохрипела Стася, судорожно кивнув.

Белка резко развернулась и вылетела из комнаты. Светлана, бросив на Сушку уничтожающий взгляд, шагнула вслед за подругой.

— Кто такой Тузик? — поинтересовалась она, спускаясь по лестнице.

— Страшный зверь! — рявкнула Беляна и добавила, смягчившись, — Не обращай внимания.

— Не ожидала от тебя такого напора, — улыбнулась Светлана, — В какой-то момент мне даже стало жалко Стаську…

— Мерзавка какая! — злобно прошипела Белка, — Ишь чего удумала?

— А что она удумала? — заинтересованно спросила подруга.

— Да закрутка это, Свет! И как я только сразу не догадалась?

Светлана поперхнулась в изумлении. Какое-то время девушки молча шли в направлении парка. Затем Света, стараясь придать голосу невозмутимый тон, заметила:

— И всё-таки, она хотела её забрать.

Белка хмыкнула, раздражённо подёрнув плечами:

— Уверена?

— У меня есть идея, — произнесла Светлана с довольной улыбкой.

* * *

— Хочу напомнить тебе, Стасенька, что тёмная магия уродует ведунью, — безразличным тоном произнесла Светлана вечером.

Олеся непонимающе уставилась на деванку, а затем перевела взгляд на копошащуюся в своём углу Сушку.

— Да-да, Стася, — подтвердила Беляна, не отрываясь от книги, и кисло усмехнулась, — Бородавки, горб, лишаи… не говоря уж про облысение. Ты какое предпочитаешь — полное или частичное?

Сушка в углу съёжилась и засопела.

— Нужно было внимательнее слушать Ярославну, — недобрым тоном добавила Белка.

— Кого-то замуж не возьмут… — издевательски пропела Светлана.

— Девочки, а вы о чём? — удивлённо поинтересовалась Леся.

— Про дружбу, Олесенька, — ласково ответила ей Беляна, — Про крепкую женскую дружбу.

* * *

Утро встретило студентов Мудроградской Ведарии холодным моросящим дождём за окном. Видимо, осень всё же решила заявить о себе и послала на разведку первый поистине осенний денёк. Спускаясь к завтраку, немного сонные из-за погоды подруги негромко переговаривались:

— И всё-таки, любопытно, — тихонько зевнув в кулачок, промурлыкала Светлана, — Почему Стаська не покрылась этими… лишаями?

— Я читала об этом, — грациозно подбирая юбку, чтобы спуститься по лестнице, ответила Беляна, — Всё обошлось потому, что её чары не успели на тебя подействовать. Ну, или учитывая Сушкину безграмотность, были попросту неправильно наложены.

— То есть, — нахмурилась Светлана, — Её спасло то, что мы вовремя успели выбросить эту дрянь?

— В общем-то, да. Спасло и её, и тебя. Понимаешь, одно дело изготовить закрутку, и совсем другое — применить её. Так же, как сварить зелье или отравить им человека. Создать жидкий огонь или отнять с его помощью чью-то жизнь.

— Поняла, — пробормотала Светлана, окончательно просыпаясь, — Ужас какой. И откуда в Стаське подобная злобность? Что я ей сделала?

— Зависть обыкновенная, — уверенно объявила Беляна.

— А повод? — с сомнением в голосе поинтересовалась Светка.

— Шутишь? — Белка недоверчиво усмехнулась, — Ты себя в зеркале видела?

— Видела, — Светлана кивнула, припоминая, что, несмотря на сонливость, с утра точно переплетала косу, — И что?

— В воспалённом воображении Сушки, ты — её соперница в амурных делах.

— В каких-каких делах? — не поняла Светлана.

— Амурных. Любовных то есть, — со знанием дела уточнила Беляна.

— Что за чепуха? — фыркнула деванка.

— Тебе вот чепуха, а Сушка помешана на мечтах о замужестве.

— Ну да, — иронично заметила Светлана, — Если вешаться на шею каждому встречному, то шансы, разумеется, возрастают.

— Олеся упоминала, как Стася жаловалась — парни частенько просят её с тобой познакомить.

— Что ж сами не знакомятся? — саркастично усмехнулась Светка.

— А вот на этот вопрос, будь любезна, ответь сама, — шутливо пожала плечами Беляна.

— Мне её жаль, — после паузы констатировала Светлана, — Это ж сколько чуши в одной рыжей голове!

— А мне нет, — возразила Белка, — Мне тебя жаль. Случись что… и клянусь, я не стану дожидаться пока она облысеет. Собственноручно оборву её наглые, ржавые патлы, — сквозь зубы добавила она.

— Ух, какая ты воинственная! — хмыкнула Светлана и тепло улыбнулась, — Кстати, насчёт воинственности. Хочу тебя кое-куда пригласить, — загадочно добавила она.

* * *

Кое-куда оказалось занятиями по искусству боя. Светлана, наконец, открыла, куда исчезает время от времени после лекций. Оказывается, она вместе с Богданом посещает тренировки для парней, да ещё и второго-третьего курса.

Воинские искусства преподавал в Ведарии Ставр Зарубич. Кудрявый и улыбчивый богатырь, помимо ратных подвигов, славился репутацией неисправимого романтика и сердцееда. Но к парням был требователен и суров, а в минуты гнева обращался к ним не иначе, как "барышни".

Светка же, несмотря на полное соответствие термину "барышня", меньше всех удостаивалась этого прозвища из уст Зарубича. Как оказалось, деванка не менее искусно, чем кнутом, владела копьём и луком. А так же, как и подобает истинному воину, с упоением размахивала мечом, без малейших усилий одерживая верх над большинством парней.

Что совершенно не относилось к Беляне. Поддавшись на уговоры подруги, она, разумеется, попробовала… но, едва взяв в руки тяжеленный клинок, сразу отказалась от мысли продолжать обучение мастерству боя. И если посещала изредка эти занятия, то только затем, чтобы посмотреть, как тонкая и хрупкая Светлана грациозно выбивает меч из рук очередного заносчивого увальня почтенных размеров. И понаблюдать, как трогательно вздрагивает, чуть не бросаясь на помощь, Богдан. Что происходило всякий раз, когда девушка оказывалась в наиболее сложной ситуации.

Глава 7

Таинственная дверь

Прочитав основную часть учебников для первого курса, Беляна направилась за чем-нибудь свеженьким в библиотеку Ведарии, носящую гордое название Книжница.

Библиотека оказалась огромной. У стены с множеством арочных окон, пропускавших максимальное количество света, располагались длинные узкие столы с мягкими удобными стульчиками. Всё остальное пространство занимали стеллажи, от пола до потолка уставленные как толстыми пыльными фолиантами, так и совсем небольшими томами. Несколько закрытых массивных шкафов были забиты немыслимым количеством изрядно потрёпанных свитков, написанных вручную в незапамятные времена.

Здесь пахло старинными пергаментами, древностью и знаниями. Беляна с детства обожала этот запах. Ещё с тех пор, как бабушка приносила ей старые, обшарпанные и увесистые книги из библиотеки. Тогда она трепетно переворачивала пожелтевшие страницы, будто впитывая с них дух времён, о которых они были написаны.

С первого же посещения Белка чем-то покорила библиотекаря Книжницы — крошечного и лохматого домовичка по имени Бублик. Тот, с восторгом поцокивая, любовался её кое-как уложенными светлыми прядями, вероятно, почувствовав в их обладательнице родственную душу. Домовой с неимоверной скоростью носился на коротеньких ножках по книжным полкам, с лёгкостью проходя сквозь стеллажи в поисках нужной книги. И обладал сверхъестественной способностью угадывать малейшее, даже мысленное, Белкино желание.

К сожалению, Бублик совсем не разговаривал — то ли не умел, то ли просто был молчалив от природы. А Беляну очень радовала уютная обстановка, царившая в Книжнице. Она благодарно угощала домового домашними пирожками от Радмилы и фруктами, купленными на рынке.

Вскоре они подружились, и Беляна про себя стала называть домовичка Гугликом. Бублик оказался даже лучше знаменитого поисковика. Потому что Гугл предлагал на запрос сразу множество вариантов, часто совсем неподходящих. Домовой же, словно читая Белкины мысли, находил именно тот источник, который был ей нужен.

И даже больше. Однажды Беляна явилась в Книжницу в отвратительном настроении. Сегодня у Веры Сергеевны был день рождения, а она не могла позвонить, чтобы поздравить родного человека. Разумеется, Белка подготовила ей подарок, но передать могла только в следующее новолуние.

Грусть и тоска по бабушке сжимали сердце девушки. Вдобавок мерзкий Леший в очередной раз поставил ей "посредственно" за домашнюю работу. Беляна уже почти привыкла быть троечницей по его предмету, но сознание этого факта всё ещё угнетало.

Пристально заглянув в печальные глаза девушки, домовичок-библиотекарь впервые за всё время скорчил непонимающую гримаску, пожав узкими плечиками.

— Не расстраивайся, Бублик, — грустно вздохнула Беляна, — Я и сама не знаю, зачем пришла. Быть может, что-нибудь отвлекающее? — неуверенно спросила она.

Бублик наклонил голову, раздумывая, и вдруг счастливо оскалился в улыбке, словно ему в голову пришла блестящая идея. Вскочив на ближайший стеллаж, он с хитрющим видом поманил девушку пальчиком. Легко проходя сквозь полки, углубился в дальний край библиотеки, увлекая Белку за собой. Пока они вместе не оказались у самой далёкой стены Книжницы, где последний стеллаж был уставлен томами…

Не поверив собственным глазам, Беляна протянула руку, чтобы погладить книжные корешки и убедиться в отсутствии у неё галлюцинаций. Шекспир. Полное собрание сочинений. Стройными рядами, и прямо перед ней.

Она подняла взгляд выше. Хемингуэй, Гомер, Конан-Дойл. Жюль Верн, Джек Лондон, Джейн Остин — выхватило сознание. Пушкин, Экзюпери, Толстой. Толкиен, Дюма, Булгаков… Орфографические, переводные и толковые словари от Даля до самых современных. Сказки, энциклопедии и всевозможные справочники… от пола до теряющегося где-то очень высоко потолка.

Комок подкатил к горлу Белки, и она прижала ладони к губам:

— Бубличек… — хрипло прошептала девушка, — Солнышко ты моё незаходящее…

Домовичок, радостно взвизгнув, подпрыгнул от счастья и засиял белозубой улыбкой. Услужливо подтолкнув к Беляне небольшую лестницу, способную подниматься и парить между полок, он растворился в соседнем стеллаже, оставив девушку наедине с целой библиотекой знакомой с детства литературы.

Проведя целый вечер в Книжнице, Беляна пришла в себя, только когда за окном стало темнеть. И её, поглощённую чтением, посетила весёлая троица Горисветов, разгоняя сумрак и напоминая о позднем времени.

Оставив себе для чтения парочку томов фэнтези, Белка старательно расставляла остальные книги по местам, педантично придерживаясь Бубликовой системы. Когда обнаружила в узком тёмном пространстве за высоким стеллажом ещё одну арочную дверь. Она немного походила на те, что находились в кабинетах Водокрутича, Лесогора и Гамаюн. Но, в отличие от них, была сделана не из резного дерева, а отливала медью. "Ещё один портал? — удивилась девушка, — Сколько же их здесь?"

Она покидала Бубликову сокровищницу в прекрасном настроении. Словно побывала дома, в детстве, когда Вера Сергеевна стопками приносила ей очередное "что-нибудь вкусненькое" из библиотеки.

Пританцовывая на ходу, Беляна думала о том, как она счастлива. И даже несправедливый Леший не сможет испортить ей сегодняшний чудесный день. Потому, что…

М-мда… С Мирозданием всё-таки нужно что-то делать, — твёрдо решила Беляна. И если собственными силами она справиться не может, придётся просить помощи. Но не у Лесогора, разумеется. Только не у него!

* * *

После нескольких дождливых дней снова выглянуло солнце. И неожиданным сюрпризом высветило уже позолоченную листву, красочным налётом покрывающую кроны деревьев. А ещё подарило городу новый набор ароматов — на этот раз осенних, а потому немного терпких.

Сегодня был выходной, и после лёгкого завтрака девушки неспешно направились к Радмиле, которая пообещала какой-то приятный сюрприз.

— И что Рада имела в виду? — гадала по пути Беляна, — Что-нибудь вроде пустой Ведовской Книги? — расстроено добавила она. Девушка так и не смогла смириться с мыслью, что мамина книга не захотела открыть ей своих секретов.

Светлана неопределённо хмыкнула в ответ, и чтобы отвлечь подругу от невесёлых мыслей, стала рассказывать, как отколошматила на последнем занятии у Зарубича очередного третьекурсника.

— Ты непобедима! — с довольной улыбкой похвалила её Белка.

— Вовсе нет, — возразила Светка немного ворчливо, — Ро̀слав меня почти одолел. Причём я уверена, что он поддавался.

— Кто такой? — поинтересовалась Беляна.

— Сокурсник Богдана, — невозмутимо ответила деванка, — Я вас познакомлю.

Приблизившись к дому, они обнаружили привязанного к столбу крепкого гнедого скакуна.

— Стожар здесь, — констатировала очевидный факт Светлана.

— Угу, — подтвердила Белка.

Но на стук никто не отозвался, и она толкнула дверь. Та послушно отворилась, впуская девушек в знакомую горницу. Внутри никого не оказалось. На столе, прикрытое ажурной салфеткой, возвышалось огромное блюдо. Беляна с любопытством сняла салфетку и обнаружила под ней румяные и ароматные ватрушки. Схватив одну, немедленно запустила в неё зубки, а вторую протянула Светлане. Та благодарно кивнула, принимая угощение:

— Как думаешь, где они?

Белка пожала плечами и зажмурилась от удовольствия, смакуя воздушную выпечку. В наступившей тишине послышались шум и возня. А затем прерывающийся, низкий голос Стожара произнёс с придыханием:

— Ох, как же здесь узко!

Девушки замерли, не веря собственным ушам. Глаза Беляны ошарашено округлились. Светлана открыла рот, но забыла укусить ватрушку.

— Нет, это ты слишком большой! — возразил ему задыхающийся голосок Радмилы.

Светлана закрыла рот и сглотнула. А Белка, вспыхнув до самых корней волос, застыла в изумлении.

— Но я же как-то вошёл? — пыхтя, отозвался кузнец.

— О да, вот так хорошо! — восхищённым тоном пропела Рада.

Белка вышла из оцепенения и попятилась к дверям. А Светлана, напротив, совершенно спокойно откусила кусочек ватрушки и принялась задумчиво и основательно его жевать. Через секунду раздался грохот:

— Ой, не туда! — снова воскликнул женский голос.

— Тебе больно? — испуганно пробасил мужской, — Говорил же, убери руки, я сам!

Белка, решив не дожидаться развязки разыгрывавшейся сцены, крепко схватила подругу за руку и потащила к дверям. Светлана нехотя повиновалась.

Оказавшись на воздухе, Белка шумно выдохнула и приземлилась на скамейку. Светлана присела рядом, продолжая невозмутимо жевать.

— Что это было? — наконец, придя в себя, выдала Беляна.

— Тебе объяснить? — подняла брови Светка.

Белка отрицательно покачала головой.

— И так понятно. Сюрприз, — пробормотала девушка. Она никогда не считала себя ханжой, но…

Тем временем, в доме снова раздался грохот. На этот раз гораздо ближе и явственнее. Шум продолжался, но, в конце концов, дверь широко распахнулась, и на пороге спиной вперёд показался Стожар.

Он тащил за собой какое-то огромное и весьма пыльное сооружение, в общих чертах напоминающее бочку. За ним хлопотливо семенила Радмила.

Обе девушки встали, непонимающе взирая на открывшуюся картину. Заметив подруг, Радмила оживлённо защебетала:

— Здравствуйте, девочки. А мы со Стожаром наконец-то вытащили из подпола ступу твоей мамы, Белянушка!

— Угу, — кивнул кузнец, улыбаясь и отирая со лба воображаемый пот, — Только подпол у Радочки оказался куда меньше, чем ступа. И как только её туда втиснули — понять не могу!

Одно мгновение стояла оглушительная тишина. Затем Светка позади Беляны негромко хихикнула, мягко ткнув подругу в бок. Та закусила губу и повернулась к ней, пряча лицо с зажмуренными от смеха глазами. Её плечи тряслись от едва сдерживаемого хохота. Светка, глядя на уморительную Белкину мордашку, тоже прыснула, прикрывая рот рукой. Стожар недоумённо посмотрел на хихикающую парочку и угрюмо произнёс, оправдываясь:

— Ну… если бы там не было так тесно, я бы справился гораздо быстрее…

Согнувшись пополам и не в силах больше сдерживаться, Белка, наконец, оглушительно расхохоталась. Светлана поддержала подругу, едва устояв на ногах, и вытирая выступившие на глазах слёзы.

Могучий Стожар обиженно посмотрел на Радмилу, ища у неё поддержки. Но та сумела лишь озадаченно пожать плечами. Обоим пришлось ждать, когда у девчонок закончится истерика.

Успокоившись первой, Светлана, всё ещё усмехаясь, похлопала подружку по плечу:

— Ну, и чем мы с тобой лучше Веденеи? — прошептала она так, чтобы слышала только Белка. Та сразу успокоилась:

— Мы гораздо хуже, — ответила она, выпрямляясь и делая пару глубоких вдохов. Стоя в сторонке, Стожар с Радмилой тихо переговаривались между собой. Беляна вдруг почувствовала себя виноватой:

— Извините, это мы о своём…

— Мы так и подумали, — спокойно отозвалась Рада, выглядывая из-за плеча кузнеца, — Вы голодные?

— Мы уже съели по ватрушке! — брякнула Белка.

Светлана поперхнулась и обречённо подвела глаза к небу.

Радмиле понадобилось лишь мгновение, чтобы вспыхнуть, а затем покрыться пятнами. Неопределённо крякнув, Стожар наклонил голову и сощурился. После некоторой паузы усмехнулся:

— Можно мне кое о чём спросить? — поинтересовался он.

— Не надо! — умоляюще пробормотала Радмила.

— Нет, надо! — перебил её Стожар, — Я хочу знать. Когда надумаю жениться, необходимо ли будет просить у Вас, Беляна, руки Вашей тётушки?

Он испытывающе посмотрел на Белку, и девушка сжалась под его взглядом:

— Нет, — дёрнула головой она, — Я и так согласна!

"Да что ж это такое!" — спохватилась, прикусывая свой несдержанный язык.

Позади неё Светлана тихонько заскулила, закрыв ладонями лицо. Её плечи конвульсивно дёргались от смеха. Судорожно вздохнув, Радмила снова залилась краской и смущённо глянула на кузнеца.

— Благодарю, — отвесил он лёгкий поклон девушкам. Затем склонился к Раде и, приподняв её подбородок, медленно и нежно поцеловал.

Нахально разглядывая целующуюся парочку, Белка счастливо подумала, как хорошо, когда люди созданы друг для друга. Она была уверена, что Стожар с Радмилой именно такая пара. И почему кому-то судьбой предназначен красавец-кузнец, а ей непременно какое-то бревно? Кстати, — мелькнула забавная мыслишка, — ведь Светка тоже ночевала в доме Радмилы. Интересно, что приснилось в первую ночь подруге?

Вздохнув, Белка отвела глаза и присоединилась к Светлане, разглядывающей ступу. Лицо деванки было слегка нахмурено:

— Мда, — рассеянно произнесла она, — Впечатления, честно говоря, не производит.

Беляна кивнула, окинув взглядом обшарпанную, кое-где обожжённую и потрескавшуюся, покрытую ошмётками облупившегося лака конструкцию.

— Может, проще новую купить? — пробормотала Светка, — Дорого, конечно, но…

— Нет, — покачала головой Белка, — Это ступа моей мамы.

И она нежно погладила ладонью шершавый ободок, снимая густой налёт пыли. Будто в ответ на ласку, ступа слегка задрожала, и Беляна испуганно одёрнула руку. Продолжая дрожать, ступка расширилась, словно вздохнула. И вдруг совершенно необъяснимым образом чихнула, подняв вокруг облако пыли!

Обе девушки ахнули и подскочили от неожиданности. Радмила, оторвавшись, наконец, от могучих объятий кузнеца, подошла к ним и пристально заглянула внутрь.

— Хмм… — изумлённо произнесла она, — Похоже, Ступка-то тебя признала!

Она выпрямилась и опустила руку на плечо Беляны.

— Она что, живая? — взволнованно прошептала Беляна так, чтобы не услышал Стожар.

Радмила кивнула и усмехнулась с заговорщицким видом:

— Твоя мама так и называла её — Ступка.

Затем она приблизила губы к уху девушки и добавила:

— Не совсем живая, конечно. Но ни в коем случае не говори этого при ней!

Белка ошарашено сглотнула, во все глаза разглядывая наследство:

— Почему она такая потрёпанная? — пробормотала себе под нос.

— Ох! — покачала головой Рада, — Если бы ты знала, в скольких переделках они с твоей мамой побывали, то не спрашивала бы.

— Недельки через три будет в порядке, — пробасил сверху голос Стожара, — Пест к ней где?

— Не сохранился, — огорчённо добавила Радмила и вздохнула.

— Ничего, сделаем, — успокоил её кузнец.

— Три недели? — расстроилась Белка.

— Ну, — попытался оправдаться Стожар, — нужно ещё, чтобы лак просох…

— Знаешь что, милая, — вступила Радмила, — Этой премудрости — полётам в ступе — вас начнут учить только на втором курсе. И то, освоят её не все.

Белка уныло вздохнула, и Рада постаралась её утешить:

— Мы с Цветаной за это время смастерим для тебя новую нарядную подушечку. Бархатную, — улыбнулась она, прикоснувшись к плечу Беляны.

— А подушечка зачем? — растерялась девушка.

— А вон там видишь — внутри скамеечка. Твоя мама предпочитала летать с комфортом.

Белка только теперь заметила внутри ступы пыльную, облупленную перекладину. Ей снова захотелось прикоснуться к Ступке. А ещё своими руками вычистить и поухаживать за ней. Но, решив отдать дело в руки профессионалов, она не стала спорить. Только погладила старую мамину подружку по обшарпанному бочку, почувствовав исходящее от неё тепло.

Ещё неизвестно, получится ли у неё летать. Возможно, Ступке придётся подождать, пока она, неумёха, научится подниматься в воздух. А самое главное — плавно опускаться, а не брякаться оземь, рискуя собственным здоровьем и целостностью маминого наследства.

— Как кукушка, кстати? — спросила Белка, чтобы немного отвлечься от невесёлых мыслей.

— Не кашляет, — улыбнулась Радмила, пропуская Беляну в дом, — Зато постоянно требует мёда. Ты разбаловала мне птичку. У меня в часах теперь совершенно здоровая, но беспредельно наглая кукушка!

Они не стали долго засиживаться в этом гостеприимном доме. Ведь Радмиле со Стожаром наверняка было что обсудить. Особенно после нежданного предложения кузнецом руки и сердца. Или, быть может, не такого уж и нежданного? В любом случае, им необходимо не только поговорить.

Беляна подумала, что отныне им со Светланой придётся быть осторожнее с визитами, чтобы не помешать влюблённым. Поэтому, выпив лишь по чашке ароматного чая с волшебными на вкус ватрушками, они распрощались и не спеша направились в Ведарию.

По дороге романтично настроенная Беляна вспомнила, что хотела спросить у подруги:

— Слушай, Свет, а тебе Баламут ничего не предсказывал после первой ночи в доме?

Светка бросила на подругу подозрительный взгляд:

— Ты о чём это?

— Ну, понимаешь, Баламут он вроде как сны разгадывает. Вот Радмиле он Стожара давным-давно предсказал. А тебе?

Светка пожала плечами и неопределённо хмыкнула. Беляна бросила на неё умоляющий взгляд:

— Ну скажи-и-и… — заныла она.

— Твоё любопытство не доведёт тебя до добра, — сердито предупредила Света.

— Любопытство — моё второе имя! — весело парировала Белка.

— Может, он мне вообще ничего не говорил! — возмутилась Светлана.

— Не-а, — мотнула головой Белка, — Уж кому-кому, а тебе… Это мне пришлось подкупать его красками, кисточками да печенюшками с мёдом. А после вашей первой встречи он даже нарисовал твой портрет.

— Хм… — интригующе хмыкнула деванка, но упрямо промолчала.

— Ну и ладно, — обиделась Беляна, надув губки, — Тогда я тоже не скажу!

Некоторое время они шли в тишине. Наконец, Светлана нарушила молчание:

— Ладно, так и быть. Тем более, тебя это тоже касается.

— Да? — обрадовалась Белка, — Мы будем соперницами? — оживлённо добавила она.

— Очень смешно, — состроила Светка уморительную гримасу, — В общем, Баламут сказал, что по мнению моей лучшей подруги, мой суженый будет похож на рыбу.

Светлана остановилась и испытывающе уставилась на Белку, стараясь придать лицу серьёзное выражение:

— И поэтому я просто обязана спросить, — взметнула она брови, — А не встречала ли ты, дорогая, кого-нибудь настолько уродливого, чтобы соответствовать моим ожиданиям?

Беляна, едва сдерживая смех, от усилий прикусила губу. Не в состоянии больше терпеть, она тихонько хрюкнула и отрицательно замотала головой. Светлана милостиво кивнула:

— Что ж, если увидишь нечто подобное… Маякни, будь любезна, — ехидно добавила Светлана.

— А ты уверена? — захлёбывалась смехом Белка.

— Что мне это надо? Нет, — усмехнулась Светка, — Надеюсь, это убожество обойдёт меня стороной. Хотя, посмотреть хотелось бы. Так, из любопытства. Но имей в виду — если что, я с радостью уступлю.

— Да ладно, Свет, — успокаивающим тоном заговорила Беляна, — Баламут пророчит слишком иносказательно. Думаешь, Радмиле он сказал что-то вроде "Вот появится в городе златокудрый кузнец с телом античного героя…"?

Светка заинтересованно вскинула брови:

— А как он сказал?

— Да не поверишь! — хмыкнула Белка, — "Тело своего суженого ты получишь, когда сошьёшь для него шёлковую юбку".

Какое-то время Светлана переваривала информацию, затем прыснула, а, отсмеявшись, заявила:

— Бедная Рада. Мне ещё повезло.

— Тебе дважды повезло! — согласилась с ней Беляна, — Рыба, она что? Предмет как минимум одушевлённый. К тому же, заметь, только похож. Моему милому подфартило меньше. Он бревно.

— Что значит бревно? — удивилась Светлана.

— Обыкновенное, стоеросовое, — выразительно процитировала Белка, — Что же тут непонятного? — насмешливо добавила она, — Так что, если споткнёшься о какое-нибудь Буратино… Маякни, ага?

— Очуметь! — заявила Светлана. Она больше не в силах была смеяться сегодня, поэтому подробности о Буратино решила узнать позднее. Вместо этого сощурилась, сосредоточившись взглядом на лежащем на мостовой небольшом камне, и отшвырнула его в сторону.

Беляна улыбнулась про себя. Света училась медленнее, чем она. Зато обладала завидным упорством, которого Белке не хватало. Поставив для себя цель, подруга шла напролом, тогда как Беляна, как выяснилось, предпочитала лёгкие пути, полагаясь на собственное везение да способности. Надо бы брать пример со Светки. Но представив в своей руке тяжеленный меч, она снова откинула эту идею. Нет уж, каждому своё. В нашем тандеме Светлана — сила, а я… Беляна не сумела найти ответа на этот вопрос. Пусть будет настроение!

* * *

По опустевшим после занятий коридорам Беляна направлялась к залу Воинского искусства, где договорилась встретиться со Светланой. Почти достигнув цели, остановилась, присматриваясь к очередной резной панели на стене.

Однажды ей уже привиделось, что фигурки на этих изображениях двигаются. Вот и сейчас… да, со всей определённостью Белка наблюдала, как словно в замедленной съёмке богатырский конь поднимается на дыбы, принимая на себя смертельный удар копья, предназначенного могучему всаднику.

С замирающим сердцем девушка приложила пальчик к позолоченному дереву, пытаясь отклонить летящую смерть. Ей даже показалось, что палец слегка кольнуло, будто заноза попала под кожу. И она ошеломлённо отдёрнула руку.

Скакун опустился на передние ноги, и могучий воин, как почудилось девушке, обернулся к ней, склоняя голову в благодарном поклоне…

— Даже не пытайся возражать! — послышался возмущённый голос, отвлекая Беляну от захватывающего занятия.

Отойдя от стены, она открыла дверь, с удивлением заглядывая в огромный зал Воинского искусства.

Картина маслом! Кричащая и размахивающая руками подруга больше всего сейчас напоминала Моську. Рядом с рослым Богданом и таким же высоким, как Славер, черноволосым парнем. Оба без рубашек, с внушительными мускулами, от которых так и веяло тестостероном, виновато склонили головы перед обтянутой в кожу миниатюрной в сравнении с ними Светкой.

— Я пришла сюда учиться! — деванка гневно сверкала глазами, — А вы решили надо мной издеваться? Ну ладно Славер. Он принципиально не хочет иметь со мной дело. Но ты-то чего, Рос?

— А что я? — пробормотал тот, искоса поглядывая на Богдана.

— Ты поддаёшься! — звонко выкрикнула Светка, — Чему я смогу научиться, если вы оба не сражаетесь со мной всерьёз? С кем мне становиться в пару? С Зарубичем?

— Зарубич — мой напарник, — промямлил Богдан, и тут же прикусил язык.

Светлана зарычала:

— Сговорились, да? — глаза деванки метали молнии.

— Свет? — несмело позвала Беляна разгневанную подругу.

Все трое обернулись на её голос. Заметив Беляну, Богдан выдохнул с видимым облегчением, отбрасывая светлые пряди со лба. А его черноволосый приятель, наоборот, напрягся ещё больше.

— Привет, подруга! Полюбуйся-ка на этих красавцев, — раздражённо рявкнула Светка, — Из всего курса всего два достойных соперника. И что же — один бегает от меня…

— Я не бегаю… — попытался возразить Богдан.

— … а второй притворяется калекой! — не слушая друга, продолжала Светлана, — Чего обомлел? — наклонила она голову, заметив, как парень, названный Росом, уставился на Беляну.

— Только не говорите, что с ней мне тоже придётся драться, — пробормотал тот, окидывая хрупкую фигурку девушки испуганными, чёрными, как ночь глазами, и растерянно провёл ладонью по взъерошенным волосам.

— Не придётся, — отмахнулась от него Светка, как от мухи. И, словно вспомнив о чём-то, добавила, — Кстати, познакомься, Беляна. Это Ро̀слав Гордар — друг Славера и по совместительству редкостный прохвост!

Ро̀слав сдержанно кивнул Белке, и даже изобразил нечто вроде улыбки.

— Беляна моя лучшая подруга, — быстро протараторила Светка, будто не желая отвлекаться от главной темы, — А этот проходимец сегодня всё занятие притворялся хромым!

Светка неожиданно развернулась и сделала выпад, целясь ногой Ро̀славу в бедро. Но тот, не отрывая пристального взгляда от Белки, без труда поймал её лодыжку и аккуратно опустил на пол.

— Видала? Ожил, гад! — с яростью воскликнула Светлана, сжав от злости кулачки и принимая боевую стойку.

— Брэк, — вытянула ладонь Белка, останавливая кровопролитие, — Мы собирались с тобой сегодня заниматься другими упражнениями, помнишь?

Светка расслабилась немного, не отрывая, однако, разъярённого взгляда от черноволосого красавца.

— Очень приятно познакомиться, Ро̀слав, — промурлыкала тем временем Белка, вознаграждая парня восхитительной улыбкой, и одновременно стараясь поймать рукой ладонь подруги.

— Взаимно, Беляна, — произнёс он с вежливым кивком, одарив девушку чарующим взглядом.

— Ах, как мило! — подкатила глаза Светка, — Гордар, ты включил обаяшку? — ядовито протянула она.

— Всего доброго, ребята, — мило усмехнулась Беляна, — Ещё увидимся.

Оба парня благодарными взглядами проводили Белку, когда она, положив руку на плечо подруги, мягко подтолкнула её к выходу

— Чего ты меня пихаешь? — шипела Светлана, нехотя двигаясь по коридору.

— Да что с тобой такое? — удивлённо хлопала глазами Беляна, не в силах скрыть улыбку, — Впервые вижу тебя в таком настроении.

— Я деванка! — воскликнула Светка, — Нет ничего оскорбительней для деванки, чем снисхождение от мужчин!

— А-а-а, — понимающе протянула Белка, — Так ты бы объяснила Богдану, что лучший способ покорить твоё сердце — это надрать тебе задницу, — простодушно пошутила Белка.

— Именно этим я и занималась, когда ты выволокла меня из зала, — продолжала злиться Светка.

— Нет, сейчас ты просто орала и брыкалась, как норовистая кобыла. Ничего конструктивного я не услышала, — спокойно возразила Беляна, — К тому же, как по мне, нет ничего унизительнее для мужчины, чем поднять руку на женщину.

— Это же Воинские искусства! — возмутилась Светка, — Здесь нет мужчин и женщин!

— Тогда почему им занимаются только парни? Кроме тебя, разумеется, — вопросительно подняла брови Белка.

— Да потому, что никто больше из девчонок не хочет сюда ходить! — не задумываясь, выдала Светлана.

— Правильно, — согласилась с ней Беляна, — И тебе, хоть ты и деванка, придётся свыкнуться с мыслью, что в Пресветлом княжестве, как и в любом другом, кроме вашего, парням не по вкусу драться с девушками.

— А… — открыла, было, рот Светлана, но внезапно захлопнула его и нахмурилась, — А что же мне делать?

— Думаю, извиниться перед Ро̀славом, и прийти вместе с ним к общему решению. А иначе с тобой вообще никто не захочет связываться. Ни в полную силу, ни в полсилы.

Нехотя признав правоту подруги, Светлана понуро опустила голову. Белке даже стало не по себе от того, что расстроила её:

— Ну, не дуйся, — ласково промолвила она, на ходу придумывая какую-нибудь отвлекающую тему, — Я, знаешь, хотела у тебя спросить… почему я ни на одной карте не найду ни Кощеева, ни Подземного Царства?

— Ишь, чего захотела! — простодушно ответила Светлана, — И не найдёшь. Потому что никто не знает, где они находятся.

— Как это? — удивилась Беляна, не в силах осмыслить этот факт. Разве может быть, что целых два государства однозначно существуют, но никто не знает где именно?

— Очень просто, — пожала плечами деванка, — Рассказывать некому. Никто и никогда не возвращался оттуда.

— Хм, — ошарашено хмыкнула Белка, — Ну, допустим. А как они туда попадали?

— Опять же — спрашивать не у кого, — повторила Светлана, словно удивляясь непонятливости подруги.

— Ну и дела… — задумчиво протянула Беляна. Ей потребовалась почти минута, прежде чем произнести следующую фразу, — Клубочек путеводный нужен! — решительно заявила она и улыбнулась.

— Какой клубочек? — уточнила, словно не расслышав, Светка.

— Пу-те-водный, — по слогам повторила Беляна, и затараторила, — В наших сказках Иван-царевич, чтобы найти Кощея, обычно обращался к Бабе Яге. Она давала ему клубочек. Царевич бросал его на землю — куда клубочек покатится, туда следовало и путь держать. Так оказывался он в Кощеевом Царстве.

— Забавно, — ухмыльнулась Светлана, — Ну а к Бабе Яге он как попадал?

— О-о-о, вот это ты меня озадачила, — протянула Беляна, вспоминая сказку, — Для этого надо, кажется, спасти муравья, отказаться убивать медведя или просто — встретить Старичка-Боровичка.

— Весьма подробная инструкция, — весело хмыкнула Светлана, — Ну, а как насчёт Подземного Царства?

— А Подземное — оно под землёй, — глубокомысленно изрекла Белка, пряча улыбку, — Не пойму — кто кому рассказывает? Ты мне или я тебе?

— Ты мне, — уверенно кивнула Светлана, — Теперь я всё знаю, и с уверенностью могу заявить: найти Кощеево Царство — плёвое, в сущности, дело. Как только наши до сих пор не догадались?

— И не говори. В сказке живёте, а сказок не знаете, — поддержала подругу Беляна, радуясь, что настроение у той заметно улучшилось.

* * *

"Обладать определённым талантом — означает приобрести определённые обязанности", — печально размышляла Беляна, спускаясь поздним вечером в Большой зал. Девчонки, сообразившие, что Белка отличается прекрасной зрительной памятью, стали бессовестно пользоваться её способностью, намеренно "забывая" записывать расписание. А потому вторую неделю подряд посылали её, Беляну, его просто запомнить. Видимо, пока не придумали, как бы повыгоднее использовать дарование подруги.

В зале было пусто и так тихо, что слышалось даже позвякивание золотистых листочков на Ореховом дереве. Большая часть Горисветов погасли за ненадобностью, а оставшиеся, хоть и трудились усердно, но давали слишком мало света. Поэтому главный зал был погружён не только в тишину, но и в полутьму. Ленясь призвать парочку светящихся шариков поближе, Белка щурилась, разглядывая расписание, и ругала себя за то, что не нашла времени подойти сюда раньше. Не пришлось бы одеваться и спускаться сейчас, после ванны, когда больше всего хочется просто спать. Что и делали все нормальные люди, не обладающие лишними способностями. Или обладающие достаточным количеством ума, чтобы держать их в секрете.

— Привет, синеглазая, — услышала она над ухом низкий, бархатный голос.

Подпрыгнув от неожиданности, она обернулась и почти уткнулась в грудь ухмыляющемуся Ро̀славу.

— Привет, Рос, — тепло улыбнулась она, делая шаг назад.

— Извини, — проронил он, не сводя с неё чёрного взгляда, и нехотя отступил, — Всё запомнила? — кивнул на расписание, а в ответ на её удивление объяснил с улыбкой, — Богдан упоминал как-то, что у тебя отличная память. Ты наверх?

— Да, — ответила Беляна сразу на оба вопроса.

— Я провожу, — с галантным кивком предложил он, пропуская её немного вперёд.

— Ты так предупредителен, — вежливо заметила она, пряча улыбку и направляясь к лестнице.

— Я благодарен. Не знаю, что ты сделала со Светланой, но мы с Богданом очень тебе признательны.

— И к чему вы с ней пришли? — поинтересовалась девушка.

— Если коротко, договорились не сражаться до победы, а учиться и отрабатывать приёмы. Я пообещал не поддаваться, а она не увлекаться и не превращать искусство боя в заурядную драку.

— Так Светлана у нас драчунья? — с иронией протянула Белка, поднимаясь рядом с ним по лестнице.

— Ещё какая! — кивнул Ро̀слав.

— Ты предпочёл бы биться с Богданом или Зарубичем? — расстроилась за подругу Беляна.

— Нет, — решительно ответил Рос, — Она интересный и сильный соперник. Опасный, ловкий, коварный. Её учили добиваться победы любой ценой. И она в самом деле уделала всех наших парней. Без поддавок.

— Кроме тебя.

— И Славера, — подтвердил он.

— Я так поняла, что Богдан с ней не дрался.

— Не удивительно, — чуть нахмурился он, — Но мы с ним играем на равных, так что исход их со Светланой поединка был бы тем же. Если честно, я даже рад — сражаться со Славером второй год подряд… скучно, — криво усмехнулся он.

— Сейчас он партнёр самого Зарубича.

— Зарубич, конечно, мастер, — согласился Рос, — Но у него как-то всё по трафарету — правильно, надёжно и уныло. Без шуток — Богдан много теряет, отказываясь становиться в пару со Светланой. Там где не хватает силы или умения, она берёт быстротой, гибкостью и вероломством. Теперь, когда мы с ней пришли к взаимопониманию, я даже смогу научиться кое-чему свеженькому.

— Рада за вас, — искренне улыбнулась Беляна, останавливаясь у двери в свою комнату.

— Это всё благодаря твоему вмешательству, — любезно склонив голову, проворковал Рос, — Но мне хотелось бы сменить тему. И поговорить, например, о тебе, — его чёрные глаза стали бездонными.

Кроме колдовского взгляда, как оказалось, Гордар мог похвастаться чувственными губами, словно созданными для улыбок и поцелуев. Не говоря уже об атлетической фигуре и удивительной пластике в каждом движении.

Надо же, — подумала Белка, — Не парень, а картинка! Желая ослабить намеренно созданное им напряжение, она захлопала ресницами, изображая блондинку:

— Ох, Ро̀слав, ты снова, как выразилась Светлана, включил обаяшку? — отшутилась она.

Помедлив, он усмехнулся, и его взгляд стал ещё обольстительней:

— Что, не срабатывает?

— Да… как-то не особенно, — лукаво сощурилась девушка.

— Хм… странно, — пробормотал он, притворившись обиженным, — Но интересно! — заявил с озорной улыбкой.

— Спокойной ночи, Рос, — сдерживая усмешку, промолвила Белка и толкнула дверь.

— Сладких снов, синеглазая, — склонившись к её уху, шепнул он.

* * *

Разноцветным вальсом ворвалась в Мудроград тёплая осень. Одарила роскошными багровыми, лимонными и охристыми красками. Терпким ароматом земли и спелых яблок, грибов и свежестью дождя. Звуками шуршащей под ногами листвы и собирающихся в стаи птиц. Ловя последние погожие денёчки, подруги бродили в Дивном лесу, вдыхая его пряное благоухание и мягко ступая по золоту увядающих листьев под ногами.

— Я побеседовала с Росом, — нарушила молчание Светлана.

— Знаю, — кивнула Белка, — Он говорил.

— О, вы уже встречаетесь? — обрадовалась деванка.

— Мы только познакомились! — удивлённо распахнула глаза Беляна, — Виделись всего-то пару раз.

Выйдя, наконец, к Велесовому холму, они обе, не сговариваясь, опустились на траву, подставив лица всё ещё тёплым лучам уставшего за лето солнца.

— Ты ему нравишься, — уверенно заявила Светлана.

— Я польщена, — беззаботно хмыкнула Белка.

— А он тебе? — Светка бросила на подругу заинтересованный взгляд.

— Сильный, умный, симпатичный, — согласилась та, — И он тоже стрижёт волосы! — улыбнулась задорно. Но вспомнив о Сергее, тут же помрачнела.

— Погоди, — заёрзала Светлана, словно прочитав её мысли, — Я никогда не спрашивала, но… у тебя есть кто-то в твоём мире?

— В сущности, ничего серьёзного, — голос девушки звучал неуверенно, — Мы не успели хорошо узнать друг друга. "Он всего лишь спас мне жизнь", — добавила мысленно.

— Надо же, — неопределённо хмыкнула Светка, — Оказывается, ты взыскательна. Назвать Гордара просто симпатичным — всё равно, как обозвать Жар-птицу курицей.

— Не преувеличивай, — уклончиво ответила Белка, — Хотя… наверное, да. Рядом с ним я выгляжу серой мышкой.

— Ха! — округлила глаза Светлана, забыв о солнце, — Ты с ума сошла?

— Ох, Свет, — вздохнула Беляна, — В этом мире всё такое восхитительное, и столько красивых людей, что я и впрямь начинаю чувствовать себя неловко со своей тщедушной фигуркой и куцыми волосёнками.

— У тебя шикарные волосы самого необыкновенного перламутрового цвета, который я видела, — возразила Светка, — А насчёт фигуры… так ты, очевидно, напрашиваешься на комплимент, поэтому я промолчу. И кого же ты, интересно, считаешь лучше себя? — холодно полюбопытствовала она.

— Тебя, конечно, Ярославну… А ещё Богдана, и…

— Лѝхарда, — продолжила Светка, кивнув.

— Я хотела сказать Ро̀слава, — поправила подругу Беляна, — Лесогор — не человек.

— Ох, извините, — ухмыльнулась Светлана, — И как это я не учла такого важного нюанса!

Белка примирительно улыбнулась:

— А ты не знаешь, откуда Рос родом?

— Неа, — беззаботно отозвалась Светка, снова подставляя лицо солнцу, — Почему бы тебе самой не спросить у него?

— Не могу.

— Чего это? — удивилась Светлана.

— Потому, что не хочу, чтобы он задал мне тот же вопрос.

— А-а-а, — понимающе протянула деванка, — Ну, если для тебя это важно, я спрошу у Богдана.

— Да ладно, — махнула ладонью Беляна, — Не так уж и важно.

— Похоже, что так, — пробормотала Светка, — Расскажешь мне про того парня, который в твоём мире? И вообще, мы никогда не разговаривали с тобой о том, как ты там жила.

— Может быть, когда-нибудь, — пожала плечами Белка, — Мне сложно заводить отношения, Свет, — после паузы с грустью продолжила она, — Так всегда было, но теперь… Правду обо мне знаете только вы с Радмилой. Всем остальным мне приходится лгать. Сергею и друзьям в Айдарске я не сказала, куда направляюсь. В Мудрограде никому не могу признаться, откуда я. А какое может быть доверие, если всё начинается с вранья? С другой стороны, как поведать свою тайну человеку, которого не знаешь? Замкнутый круг какой-то…

— По-моему, ты всё слишком усложняешь, — серьёзно заметила Светлана, — Однажды ты встретишь того, кому будет не важно, откуда ты. Мне, например, не важно.

— Ты — редкое исключение, — тепло улыбнулась Беляна, — Но разве тебя бы не обидело, если бы то, что я из другого мира, выяснилось не сразу, а, положим, через год?

— Ты сама как думаешь? — спросила Светлана.

Белка помолчала, размышляя:

— Думаю, ты бы меня поняла, — твёрдо произнесла она.

— Вот именно, — кивнула Светка, опуская голову и открывая глаза, — И тот, кто тебе нужен, тоже поймёт.

Беляна вздохнула с облегчением, благодарно глядя на подругу:

— Всё равно, ненавижу врать, — поджала она губы.

— А ты и не врёшь, — подняла брови Светка, — Ты не договариваешь. Разве обязательно открывать душу и исповедоваться всем подряд?

— Нет, конечно, — пробормотала Белка.

— Ну, вот и не заморачивайся, — успокоила Светлана девушку, — И насчёт Гордара подумай. Из вас получилась бы очень красивая пара.

— С каких пор ты, подруга-деванка, хлопочешь о Росовом счастье? — с заметной иронией поинтересовалась Беляна.

— Да с тех самых, что смотрит он на тебя, как кот на сало, — ухмыльнулась Светлана.

— Откуда у меня сало? — деланно возмутилась девушка.

— У Ро̀слава спроси. Или этого своего парня… Сергея?

Улыбка сразу сползла с лица Беляны, и Светка сочувственно погладила подругу по плечу:

— Ты грустишь, когда вспоминаешь о нем. Он обидел тебя?

— Нет! — решительно мотнула головой Белка, — Нет. Это скорее я…

— Не может такого быть, — недоверчиво сощурилась Светлана, — Ты не способна никому сделать больно.

— И всё же сделала, — вздохнула Беляна. Заметив серьёзный взгляд подруги, она тихо произнесла, — Понимаешь, он собрался ждать меня, непутёвую. Целый год. Правда, тогда я и сама не знала, получится у меня здесь что-нибудь или нет. Но теперь понимаю, что вместе нам не быть. А значит, я легкомысленно и малодушно украла год его жизни.

Глава 8

Ведовская книга

Иногда, задумываясь о том, что её жизнь могла бы сложиться иначе, Беляну охватывала паника. И она по достоинству оценила заслугу бабушки, которая сумела в самый ответственный момент оградить девушку от ошибки.

Юрист? Учитель? Бухгалтер?

Да ни за что! С каждым проведённым в волшебном мире днём Белка всё сильнее влюблялась в дело, которым занималась. В город, в котором жила. В Ведарию, где училась. А ещё больше — в людей, которые её окружали. Даже в Сушку, которая после истории с закруткой стала гораздо мягче и приятнее в общении.

Правда, учиться лучше Стася не стала. И избранная старостой Олеся то и дело напоминала подруге о домашних заданиях, которые та не сдала и контрольных, которые не написала.

Беляна напротив, поглощала знания, словно губка. И будто недостаточно ей было учебников, лекций и практических занятий. Она буквально жила в библиотеке, проводя в ней всё свободное время, особенно когда погода окончательно испортилась. А если вдруг не являлась, то Бублик начинал переживать — не случилось ли с его любимицей чего-либо дурного. Дошло до того, что Беляне пришлось успокаивать расстроенного домового. Он разыскивал незадачливую девчонку по всем этажам Ведарии, когда она беспечно не являлась в Книжницу целых два дня подряд. И даже не задумалась о том, что крошечный домовичок не находил себе места от беспокойства.

Расстраивало только одно. Теория, теория, теория… Белка не могла дождаться, когда же её способности, снабжённые недюжинными знаниями, начнут проявляться в полной мере? Не утешало даже то, что большинство студентов не постигли в практической магии даже того, что с лёгкостью освоила сама Беляна.

И по-прежнему портило настроение Мироздание с нестерпимым Лесогором во главе. Беляна заметила, что чем меньше творческого подхода она применяет в своих работах, тем лучше у неё выходит оценка. А пару раз в контрольных, где необходимо было просто выбрать правильный ответ из нескольких возможных, она получила долгожданное "отлично". Недоумевая, в чём дело, Беляна всё больше склонялась к выводу, что Леший упрямо считает её идиоткой. Просто на тестах не имеет возможности придраться, а потому вынужден ставить заслуженное "пять".

Светлана старалась по всем предметам успевать за Белкой. Хотя без способностей подруги ей это удавалось нелегко. Время, которое Беляна проводила в Книжнице, Светка занималась в тренировочном зале с Ро̀славом и Богданом. А потом, засыпая от усталости, пыталась выполнить домашние задания, пользуясь, конечно, подсказками верной подруги.

Когда осень окончательно вступила в права, превратив улицы Мудрограда в грустные и серые, а буйные леса и луга раздев для зимнего отдыха, среди студентов пронёсся радостный слух. В парке Ведарии, наконец, наступила весна. Точнее, весна началась в его восточной части, постепенно продвигаясь дальше, и обещая, что вскоре превратится в тёплое и радостное лето. Из старшекурсников чуду никто не удивлялся, поскольку ребята в прошлом году уже успели им насладиться. Зато Светлана с Беляной незамедлительно воспользовались возможностью погреться на весеннем солнышке, потащив с собой и своих неизменных спутников — Богдана и Роса.

Произошло ещё одно немаловажное событие. Однажды, вытирая в горнице пыль с книжных полок, Белка наткнулась на мамину Ведовскую Книгу. С грустью открыла она бесполезный подарок, ожидая увидеть абсолютно чистые страницы. Но на первой же из них с удивлением обнаружила надпись, сделанную почерком, каким была написана записка, которую она прочитала в свой семнадцатый день рождения:

Книга заговоров и заклинаний ведуньи Милолики.

Дрожащими пальцами Белка перевернула первую страницу, в надежде обнаружить и другие записи. И не веря собственным глазам, уставилась на первую из них.

"Открыть любой замок" (годится для входных ворот Ведарии, но не действует на магические замки).

Словно не своим голосом, а совсем другим, из далёкого прошлого, таким родным и знакомым, хотя она совсем его не помнила, Беляна прочитала вслух: "Ворота отворитесь, запоры отомкнитесь! Любого заслона крепче моё слово!"

— Ой! — взвизгнула от резкой боли в голени и схватилась за неё рукой.

На глазах выступили слёзы. Ни с того, ни с сего, один из ящиков, выскочив из Светкиной тумбочки, ударил девушку как раз в самоё больное место. Присев на кровать, Беляна потёрла ушибленное место и снова вернулась взглядом к книге. Ниже слов заговора, маминым почерком красовалась приписка: "Произнося заклинание, держаться от двери подальше, дабы не получить ею по лбу".

"По лбу? У Милолики, то есть мамы, с чувством юмора однозначно всё было в порядке", — подумала Белка, аккуратно задвигая Светкин секретный ящичек, пока тот не закрылся с лёгким щелчком. Девушка вовсе не собиралась копаться в вещах подруги. Она вообще не собиралась открывать чужие двери. И понятия не имела, зачем бы ей могло понадобиться подобное заклинание.

И всё же из любопытства Белка стала листать книгу дальше, пообещав себе больше не читать ничего вслух. Но тут её ждало разочарование. Большинство страниц по-прежнему оставались чистыми. А на некоторых красовались названия заклинаний, но отсутствовало содержание:

"Сделать предмет больше или меньше", "Зажечь огонь на камне", "Избавиться от страха", "Создать защитное поле", целый раздел, посвящённый Превращениям чего-то в кого-то, и обратно.

И огромное количество пустых, но от этого ещё более многообещающих страниц. Беляна, наконец, поверила, что книга и в самом деле была зачарована. И заговоры в ней будут появляться по мере обретения ею ведовской силы.

Мурашки по телу бегали целыми стадами от осознания того, какая могущественная сила заключена в Ведовской Книге. А от предвкушения, что когда-нибудь она, Белка, сможет делать всё то, что здесь написано, у неё перехватывало дыхание.

Негнущимися пальцами она закрывала рукопись и, вернувшись к первой странице, прочла ещё одну надпись, которую не заметила сначала: "Будь осторожна", — гласило предупреждение. На глазах у Беляны выступили слёзы, когда она прижала книгу к сердцу:

— Обещаю, мама, — прошептала девушка.

* * *

На следующий день, сразу после занятий, воспользовавшись тем, что Светлана снова умотала в парк сражаться с парнями, добросовестно забежав на минутку к Бублику, Беляна поспешила в лавочку к Радмиле — поделиться радостью. Ещё бы — наконец-то загадочная мамина Книга начала перед ней открываться!

— Даже не сомневалась, что это произойдёт! — тепло улыбнулась Радмила, на радостях обнимая девушку за плечи.

— Я всё-таки ведунья! — счастливо лепетала Белка, сияя глазами.

— Силы Небесные! Неужели ты до сих пор сомневалась? — недоверчиво воскликнула Радмила.

Глядя, как укоризненно она качает головой, Беляна кивнула, смущённо опустив взгляд:

— Я всё время боялась быть уверенной. Очень боялась… разочароваться, — тихо промолвила она.

— Убедилась? — шутливо хмыкнула Радмила, сворачивая потрясающее персиковое платье с некрасивыми жирными пятнами в районе талии.

— Убедилась, — уверенно заявила Белка, — А что с этим платьем?

— Бывает, — пожала плечами Рада, — Покупательница случайно испачкала. Нужно будет отнести его Цветане.

— Испортится от стирки, — расстроено прошептала Белка, едва касаясь кончиками пальцев тончайшей нежной ткани.

— Никто не собирается его стирать, — возразила Радмила, — Цветана уберёт пятна с помощью магии.

— А можно мне посмотреть? — заинтересовалась Беляна.

— Конечно, — подняла брови Радмила, — Даже сегодня, если есть время.

— Я сама отнесу его в мастерскую, — обрадовалась девушка, аккуратно складывая несчастное платье в пакет, — Что-нибудь ещё передать?

В два счёта избавив тонкую персиковую ткань от расплывшегося по ней жира, Цветана встряхнула платье, и под её взглядом несколько складочек, образовавшихся во время упаковки, мгновенно разгладились.

Белка пискнула от разочарования. Мало того, что она так и не поняла, куда подевалось злосчастное пятно, так теперь ещё и это… Беляна терпеть не могла гладить. Даже в своём мире старалась выбирать вещи, не требующие каждодневной глажки. Но шёлк и хлопок, которые она теперь носила, требовали постоянного и тщательного за собой ухода, поскольку трикотаж и привычные стрейчевые джинсы ушли в далёкое прошлое.

Заметив разочарование, мелькнувшее на лице девушки, Цветана понимающе усмехнулась:

— Не переживай, научишься и ты.

— Когда? — спросила Беляна с совершенно несчастным видом.

— Не знаю, милая, — пожала плечами рукодельница, — Для того, чтобы освоить этот фокус, тебе придётся сначала подучиться.

— Что именно мне нужно выучить? — решительно спросила Беляна, стерев с лица подавленное выражение.

— Ну, для начала, хотя бы передвигать предметы, — ответила Цветана, улыбаясь.

— Я умею двигать предметы! — обрадовалась Белка, — Правда, они у меня пока приземляются в неожиданных местах, — добавила она, смутившись.

— Хм, — удивлённо хмыкнула Цветана, — А не рановато для тебя? Впрочем, давай попробуем, — вдруг согласилась она и поставила на стол катушку ниток:

— Покажи-ка себя! — задорно подмигнула она.

Белка прищурилась, сосредоточившись на катушке, и та выстрелила в направлении окна.

— Неплохо, — похвалила Цветана, — Но недостаточно. Теперь то же самое, но задержи её хотя бы на краю стола.

Катушка под взглядом ведуньи послушно вернулась на прежнее место.

Белка глубоко вздохнула и снова сосредоточилась. Катушка вздрогнула и на этот раз не полетела, словно пуля, а плавно скатилась со стола, брякнувшись на пол. Белка разочарованно шмыгнула носом, нагибаясь за ней.

— Я поняла, — прокомментировала Цветана, хмуря брови, — Ты слишком рано бросаешь взгляд. Попробуй задержать его, привязать глаза к предмету. Вот так — смотри на меня.

Цветана уставилась на катушку, и глаза ведуньи слегка засветились. Катушка вздрогнула, поднялась над столом и, описав почти правильный круг в воздухе, вернулась точнёхонько на место.

Белка восхищённо вытаращилась на волшебницу. Та, заметив взгляд девушки, улыбнулась, но настойчиво кивнула на объект эксперимента:

— Давай.

Беляна снова уставилась на многострадальный моток ниток. Прищурилась и медленно подняла взгляд. Катушка взлетела, зависнув в воздухе. Белка напряжённо сжала кулачки, изо всех сил стараясь не отводить глаз. От натуги сфокусировалась настолько, что катушка сорвалась с места и влетела ей между глаз!

— Не до такой же степени, милая! Без глаз останешься, — испугалась за девушку Цветана.

Белка потёрла ладонью переносицу и улыбнулась:

— У меня почти получилось.

— Почти, — согласилась Цветана, — Моим бы девчонкам твои таланты.

— Девчонкам? — автоматически спросила Беляна.

— Дочкам моим, — простодушно ответила рукодельница, — У меня их три. Старшая уже Ведарию закончила, средняя немного младше тебя, а меньшой семь годков.

— Правда? — восхитилась Белка, — И чем занимается старшая?

Цветана неожиданно погрустнела, вздохнув:

— Травница она. Хорошая травница. Но двигать предметы научилась только на втором курсе.

Беляна, почувствовав смену настроения рукодельницы, посчитала дальнейшие расспросы бестактными. Она осторожно поставила катушку на стол, не зная, что сказать. Но Цветана, словно очнувшись от раздумий, снова улыбнулась:

— Для начала потренируйся дома. И когда с предметами не останется никаких сложностей, приходи — мы непременно продолжим.

* * *

В последующие два дня жизнь в девичьей комнате превратилась в полный кошмар. Ошалевшие девчонки то и дело наблюдали, как по воздуху летали самые разнообразные вещи, то неожиданно сваливаясь со своих мест, то складываясь в аккуратные стопочки, то перелетая на подоконник, стол, и даже забираясь в купальню, стоило только одной из девушек приоткрыть туда дверь.

— Хватит! — заорала, наконец, Стаська, когда в очередной раз её, расслабленную и умиротворённую, на выходе из ванной встретило зависшее в воздухе, словно привидение, пушистое Белкино полотенце. Которое всего-то собиралось в ожидании хозяйки заранее забраться на крючок.

— Извини, — весело отозвалась Белка, — Сейчас наша очередь.

Шутливо приманив пальчиком махрового компаньона, девушка с довольным видом заперлась вместе с полотенцем в купальне.

— Угомони свою подругу! — потребовала от Светланы Сушка, устраиваясь на кровати и доставая из ящика пилочку для ногтей.

— Не могу, — с напускным сожалением ответила Светка, — Более того, я сама намерена научиться тому же. Чего и тебе желаю.

— А можно мне с вами? — несмело попросила со своего места Олеся, откладывая в сторону конспект по Чародейству.

— Вот видишь, Сушка, — вздохнула Светлана, — Народ стремится к знаниям! А тебе лишь бы перед парнями хвостом крутить.

— Кто бы говорил! — сквозь зубы прошипела Стася, яростно подпиливая острые ноготки.

— Ты о чём? — невозмутимо поинтересовалась Светка.

— Это вы с Белкой целые дни проводите с самыми отпетыми ловеласами Ведарии! — злобно заявила Сушка, сверкнув глазами.

— Это кто ловелас? — ошеломлённо вскинула брови Светлана, — Богдан?

Стаська вспыхнула, сжав губы в тонкую линию, но упрямо нахмурилась:

— Про Славера не слышала. А вот Гордар только в прошлом году, считай, дюжину девчонок сменил. И это я точно знаю, — заверила она, бросая убойный взгляд на деванку.

Светка сглотнула, пытаясь переварить поступившую информацию:

— А можно поподробнее, Стася, — сменила она тон на гораздо более мягкий, — О ловеласах. Если не возражаешь, разумеется…

* * *

Тем временем незаметно прошёл ещё месяц. И девушки, тепло одевшись на этот раз, снова отправились к реке. Провожать драгоценного Вершилу, груженого подарками для Веры Сергеевны. И встречать Глеба с долгожданной весточкой от бабули. Расцеловав на прощание связиста в обе щеки, и взяв с него клятвенное обещание проделать то же самое с Верой на той стороне, они обе наблюдали, как он исчезает в клубке света ещё на один лунный месяц. И из того же сияния появляется мрачный и вечно недовольный Глеб.

Светлана оказалась права — письмо от Веры Сергеевны было гораздо веселее предыдущего. Видимо убедившись, что Беляна нашла своё предназначение, Вера успокоилась. Для разнообразия набрала себе учеников-абитуриентов и даже нашла отдушину в увлечении вышивкой. Белка со Светкой решили непременно передать ей в следующий раз схемы обереговых узоров, смысл и содержание которых давно был потерян в чересчур практичном и реальном мире.

* * *

На протяжении всего дня лил нескончаемый дождь. Привычное Мудроградское небо аквамаринового цвета до самого горизонта обложили тяжёлые свинцовые тучи, запасы воды в которых, казалось, были неиссякаемы.

"Вот и чудесно, — подумала Беляна, наблюдая на последнем занятии из окна сплошные потоки, заливающие город, — Погода шепчет — иди учиться. Ни одну собаку сегодня хозяин не выпустит. А значит, и сам никуда не пойдёт. Самое время навестить Цветану, наверняка скучающую сейчас без дела".

Когда в комнате Беляна плотно заворачивалась в плащ и натягивала высокие сапоги, девчонки смотрели на неё, как на умалишённую.

— Ну, и куда тебя несёт? — поинтересовалась Сушка, дожёвывая блинчик, прихваченный с обеда.

— В самом деле, Белка, — нахмурилась Светлана, — Я бы составила тебе компанию, но уж больно погода гадкая.

— Охота пуще неволи, — улыбнулась подруге Беляна, заглядывая в зеркало, — Сиди уж дома.

"Ну и видок", — ухмыльнулась она себе мысленно. С задорным выражением на лице ещё больше разлохматила волосы и набросила на голову капюшон:

— Если меня не смоет, ждите к вечеру, — пошутила она, закрывая за собой дверь.

Несмотря на настоящий ливень, бушующий вокруг, под плащом было тепло и уютно. Сапоги не промокали, и Белка весело шлёпала по лужам, намеренно выбирая самые глубокие места и разбрызгивая их дистиллированное содержимое вокруг себя.

Мостовые в Мудрограде, как уже давно заметила Беляна, были удивительно чистыми. А дождевая вода, которую она расплёскивала, почти прозрачной. Кроме того, луж было не так много, потому что львиная доля жидкости струйками стекала в аккуратные канавки по обеим сторонам улицы, и с весёлым журчанием уносилась по ним из города.

— А ты упёртая, — похвалила её Цветана, с улыбкой открывая дверь мастерской раньше, чем Белка успела до неё дойти, — Заходи. В окно тебя увидела.

— Я понимаю, что Вы сегодня очень заняты… — не без иронии начала Белка.

— Точно, — кивком подтвердила Цветана с задорными искорками в глазах, — Ну, рассказывай, как твои успехи?

— Я лучше покажу, — стряхивая с плаща воду, ответила Беляна.

Повесив его сушиться и поменяв верные резиновые сапожки на туфельки, она одёрнула подоткнутую выше колен юбку. И осмотрелась вокруг, подыскивая, что бы такое продемонстрировать.

Наконец, уперев руки в бока, девушка сосредоточилась на выложенных по столам предметах. И на глазах у изумлённой Цветаны, они начали проворно и аккуратно складываться сами по себе. Начиная с самых крупных пакетов, затем журналов, коробок с нитками, нескольких пар ножниц, образуя сначала причудливую пирамиду, а затем напоминая экстравагантную дизайнерскую ёлку.

— Вот! — выдала Белка с победным видом, водрузив на её вершину игольницу, похожую на лучистого ёжика, утыканного булавками.

Цветана молчала, пока девушка придирчиво рассматривала своё творение и поправляла на расстоянии сползающую с разноцветной коробки спицу.

— Сколько, говоришь, ты учишься в Ведарии? — подтягивая под себя стул, пробормотала рукодельница и уселась на него с ошарашенным видом.

— Два месяца почти, — невозмутимо ответила Беляна.

— Что ж дальше-то будет? — подняла брови Цветана, пристально изучая девушку.

— Нужно приложить усилия, — пожала плечами Белка, смущённо почесав переносицу, — Сегодня по плану — пятна.

— Пятна… — озадаченно повторила за девушкой Цветана и поднялась со стула, поверив в серьезность её намерений, — Что ж, пятна, так пятна, — тепло улыбнулась она и на несколько секунд скрылась в мастерской.

Оттуда рукодельница вернулась с коробкой, доверху набитой лоскутками:

— Первое, что ты сделаешь по неопытности — это разорвёшь волокна, — усмехнулась она, — Я сама долго училась, так что отлично помню все ошибки. А портить вещи я тебе, разумеется, не дам, поэтому потренируйся пока на обрезках.

Цветана выложила несколько кусочков ткани на стол, и капнула на каждый по капельке чернил:

— Смотри внимательно, — она уставилась на один из лоскутов, — Сосредоточься на пятне так, словно видишь раздельно ткань и чернила. А дальше поднимай чернила, будто это отдельный предмет.

Белка не сводила глаз с ярко-красного материала с чёрной кляксой посередине. Под взглядом ведуньи клякса вдруг скатилась в одну крупную капельку, и поднялась над тканью.

— Уф, — выдохнула Белка, наблюдая, как бывшее чернильное пятно отлетело в сторону и мягко приземлилось в стоящее рядом блюдце.

— Попробуй теперь ты, — добродушно предложила Цветана.

Как и ожидалось, первая попытка закончилась дыркой в месте, где была клякса. Надувшись, Белка укоризненно сощурилась на непослушный лоскуток, и с досады отправила его в мусорное ведро.

— Ещё раз, — положила Цветана перед девушкой второй обрезок, — Но теперь — только чернила.

Вторая попытка ознаменовалась получением смеси чернил и ниток в воздухе и небольшой дырочкой на лоскутке. Третья, четвёртая и пятая отличались только размерами дыр и разной степенью очистки. Зато шестому обрезку повезло — пятно охотно сдвинулось с места, и… поползло в направлении края.

— Куда! — зашипела на него Белка, словно оно могло её услышать.

Не сдержавшись, Цветана прыснула от смеха:

— Впервые вижу подобный метод выведения пятен, — беззаботно рассмеялась она.

— Почему-то мне легче заставлять их ползать, а не подниматься, — обиделась на чернила девушка, стирая со стола сбежавшую с лоскута каплю.

— Это не рационально, — хихикнула Цветана, — Заставлять пятна ползать по всему платью. Давай-ка ещё.

Белка потеряла счёт испорченным обрезкам, когда результат её магического воздействия преподнёс очередной сюрприз — пятно исправно исчезло с зелёного однотонного лоскутка, оставив вместо себя совершенно белую прогалину.

Глаза Цветаны округлились.

— Кхм… — сдавленно кашлянула она, — Если мне понадобится отбеливатель, я знаю, кого звать.

— Зато какое разнообразие! — с драматичной ноткой в голосе произнесла Беляна, заглядывая в мусорное ведро, переполненное разноцветными пострадавшими.

— Мда уж… с тобой не соскучишься, — согласилась Цветана.

— Все так говорят, — пожав плечами, подтвердила Белка.

Расчет оказался верным. В этот дождливый день в мастерскую так и не забежал ни один посетитель. Так что через три часа напряжённого труда Беляна таки получила желанный результат, сбросив чернильную каплю в блюдце. И залюбовалась на абсолютно чистую, яркого одуванчикового цвета ткань:

— Вуаля! — восхищённо воскликнула она, убедившись, что никаких нежелательных последствий её магия не оставила.

— Поздравляю! — с довольной улыбкой кивнула Цветана.

— Не знаю, как Вас благодарить! — повернулась к ней Беляна, прижав ладони к груди, — За науку, за терпение…

— Да ерунда, — махнула рукой женщина и улыбнулась.

— Нет, не ерунда, — покачала головой Белка, — В Ведарии пока лишь теория и осторожность! Теория и осторожность! — жизнерадостно пропела девушка, и закружилась с поднятым вверх одуванчиковым лоскутком, словно с платочком.

— Осторожность пока ещё никому не вредила, — усмехнулась, наблюдая за ней, рукодельница.

— Я осторожна, — сразу стала серьёзной девушка, — Это ведь не огненный шар. Просто чистоту люблю, — подёрнув плечиком, весело добавила она.

— Ты очень талантливая девочка, — заметила Цветана, — И тебя, несомненно, ждёт большое будущее.

— Я стараюсь, — смущённо зарделась Белка, помогая рукодельнице убрать со стола и разбирая импровизированную ёлку.

— Чай будешь? — предложила гостеприимная хозяйка.

— Буду! — обрадовалась Белка, доставая коробку, чтобы сложить в неё оставшиеся лоскутки.

Чай у Цветаны был ароматным и горячим, с богатым цветочным и ягодным вкусом. К нему прилагался клюквенный джем и свежие сырники, которые Белка с удовольствием поглощала один за другим.

Они непринуждённо болтали о тонкостях выведения пятен всевозможного происхождения с различных тканей и об учёбе в Ведарии. Пока Белка, совершенно расслабившись, не брякнула ни с того, ни с сего:

— Почему вы не любите Веденею? Не то чтобы я удивлена… мне она тоже не нравится, — подумав, девушка уточнила, — По-моему, она вообще никому не нравится. Но всё же?

— У меня есть на то причины, милая, — медленно опустив глаза, ответила Цветана, — О которых неприятно говорить.

— Извините, — пробормотала Белка с виноватым видом, и почувствовала себя гадко из-за собственного неуместного любопытства.

— Ничего, — спокойно отозвалась женщина. Но несколькими секундами позже вдруг снова заговорила, — С другой стороны, вдруг ты сможешь избежать ошибки… — её голос звучал неуверенно.

— Если Вы о том, чтобы обратиться к ней за советом… — усмехнулась Белка, — То поверьте, я — ни за что! Мне вполне хватило истории с Есей.

— Нет… — покачала головой Цветана, — История с Есиславом как раз настолько образцово-показательна, что уже много лет верно служит репутации Веденеи, как лучшей свахе в Мудрограде.

Цветана помолчала несколько мгновений и вздохнула, решаясь:

— В общем, если коротко, то она женила на другой суженого моей дочери.

— Кхм… — смутилась Беляна, выдерживая паузу, — Но…

— Я знаю, что ты хочешь сказать, — поспешила договорить ведунья, — Зачем моей девочке муж, которого можно так запросто увести?

— Вот именно! — с облегчением, что не пришлось самой озвучивать неприятные мысли, выдохнула Белка.

— Вот и дочь моя так сказала, уезжая, — кивнула Цветана, — Много времени прошло, прежде чем мы узнали, что парня опаивали приворотным зельем до самой свадьбы. Да и после тоже, — с отчаянием махнула рукой женщина и встала из-за стола.

Беляна ошеломлённо округлила глаза:

— Да р-разве ж так м-можно? — заикаясь, пробормотала она.

— Можно, милая. Можно. А вот доказать ничего нельзя, — замогильным тоном произнесла Цветана, опираясь ладонями о стол, словно ноги отказывались её держать.

— Мне очень жаль, — с искренним сочувствием промолвила девушка.

Потерять любовь. Хуже того — наблюдать, как у твоего ребёнка отбирают счастье! В голове Белки копошились самые разнообразные мысли — от вариантов страшной мести до планов исправления ситуации. Но ничего путного она так и не смогла произнести, а расспрашивать дальше было бессмысленно и жестоко.

* * *

Оказывается, смысл жизни некоторых людей состоит лишь в том, чтобы быть назиданием и поучением для других, — размышляла Беляна по дороге домой, — Примером ошибок, которые нельзя совершать. Несчастий, от которых никто не застрахован. Преданного доверия, боли разбитого сердца…

Не жизнь, а нравоучение. Вот, мол, посмотрите на него и сделайте выводы, как странно или страшно может обернуться судьба.

А ведь это — целая жизнь. Настоящая, не придуманная история, которую можно прочитать в книжке. Кто-то наступил на неё грязным ботинком? Взял новую, и заново прочитал…

Нет. Люди обязаны быть счастливыми, коль уж появились на этот свет. Причём, самое обидное, что второго шанса обычно не бывает. Нельзя собрать себя по кусочкам, а потом продолжать жить, как ни в чём не бывало. Потому, что ты теперь другой. Ты — человек из кусочков…

В таких горьких раздумьях добралась Беляна до Ведарии. И стряхивая плащ у входа, столкнулась с Олесей.

— Вернулась? — улыбкой поприветствовала её девушка, — Светлана передала, если что — она с ребятами в Летнем саду.

— Благодарю, Лесь, — пробормотала Белка, снова набрасывая плащ на плечи.

Общение с друзьями ей сейчас не помешает. Открыв тяжёлую дверь, Белка вновь вернулась под дождь, стараясь как можно быстрее пересечь его полосу и попасть туда, где начиналось волшебное Лето.

Будто перешагнув невидимый рубеж, она ступила на ковёр зелёной травы. Её окутали тёплые лучи заходящего солнца. Шум осеннего ливня стих, и теперь стал слышен уже знакомый перезвон мечей. Светлана с парнями не теряли времени, используя для тренировки каждый свободный час.

Сняв сапожки, Белка зажмурилась от удовольствия, шагнув босиком на щекочущую и холодящую ступни молодую травку. Перекинув плащ через одну руку, а в другую подхватив обувь, пошла туда, где раздавался мерный лязг сражения, по пути наслаждаясь ароматами и звуками почти настоящего цветеня.

К тому времени, как она нашла в саду воинственную троицу, ребята уже отложили мечи. Ро̀слав и Богдан по обыкновению сели на траву спинами друг к другу. Уставшая Светлана опустилась рядом, прислонившись к широким плечам парней и, прикрыв глаза, подставила лицо закату.

— Привет, — шепнула Белка, бросая поклажу и усаживаясь с четвёртой стороны.

— Пахнешь дождём, — умиротворённо пророкотал Рос, почувствовав её прикосновение к своему плечу.

— Глаза слипаются, — прошелестела Светлана.

— Не пытайся смотреть на солнце, — тихо ответил ей Богдан.

Разомлев от тепла, они потеряли счёт времени. Может, минут пятнадцать, а возможно час сидели, наслаждаясь тишиной, ласковым бризом и весенним благоуханьем. Отключив абсолютно все мысли, Беляна стала засыпать, удобно устроив голову на чьём-то плече. Пока крошечный нахальный мотылёк не защекотал чёлку, возвращая к реальности. Отмахнувшись от непрошеного гостя, она приоткрыла глаза.

— Ты такая милая, когда спишь, — совсем рядом прошептал Рос и улыбнулся одними глазами.

— Я не спала, — смутилась под его пристальным взглядом Белка.

— Она всегда милая, — уточнил Богдан.

— Эй, на северо-востоке, — послышался со спины негромкий Светкин голос, — Вы чем там занимаетесь?

— Любезничают, — усмехнулся Славер.

— Безобразие, — проворчала Светлана, заёрзав на месте.

— Сиди тихо, — шутливо приструнил её Рос.

— Если я ещё немного посижу, тоже засну, — промурлыкала та, сладко потягиваясь.

— Вечно ты всё испортишь, — недовольным тоном заметил Ро̀слав.

— "Ибо Чебурашка на посту", — ответила ему Светлана цитатой из стихотворения, которое недавно услышала от Белки.

— Кто? — удивлённо переспросил Богдан.

Но Светлана, проигнорировав реплику, уже поднялась, отряхивая юбку. Подобрав с травы меч, стала пристёгивать его к поясу.

Не сговариваясь, остальные последовали за ней. Парни занялись оружием, Беляна неохотно натягивала сапоги.

— А скажи-ка мне, друг Ро̀слав, — небрежным тоном спросила Светлана, — Правду ли говорят, что ты ищешь любовь на всю жизнь?

Богдан и Беляна обменялись озадаченными взглядами. Ро̀слав непонимающе уставился на деванку. А она с довольным видом добавила:

— И при этом каждый месяц начинаешь жить заново?

Белка озадаченно приподняла брови. Рос нахмурился, а в глазах Богдана мелькнула искорка понимания.

— Не то, чтобы я слишком любопытна, — насмехалась над парнем Светлана, — Но слухами земля полнится, что за первый год в Ведарии ты сменил десяток пассий. Увы, я не сумела запомнить всех твоих подвигов, но из-за одной из них ты устроил драку у Звонко. А однажды встречался одновременно с двумя…

Богдан, неожиданно прыснув, громко расхохотался. Рос, кисло ухмыльнувшись, опустил глаза. Метнув на парня яростный взгляд, Светлана беспощадно продолжила:

— Кажется, они были близняшками? Третьекурсницами…

Богдан, пытаясь сдержаться, беззвучно хохотал, прикрыв глаза рукой. Беляна переводила изумлённый взгляд с подруги на Роса. И никак не могла взять в толк, в чём причина конфликта.

— Кто бы мог подумать, — медленно произнёс Ро̀слав с кривой ухмылкой, — Не знал, что обо мне слагают легенды.

— Точнее, басни, — хрюкнув от смеха в очередной раз, попытался помочь другу Богдан, — Послушай, Свет…

— Нет уж, я сам, — перебил его Рос.

— Ага! — с вызовом парировала Светка, — Скажи, что всё это сплетни.

— Не скажу, — покачал он головой, — В сущности, всё так и есть.

Светлана с победным видом одарила Белку многозначительным взглядом. Та недоумённо моргнула. Зачем подруга подняла эту тему? Ей совершенно не нравилось возникшее между ними напряжение. Какое кому дело, кто с кем встречается?

Ро̀слав, наконец, поднял глаза. Но не на Светлану, а на неё:

— С небольшими уточнениями, — усмехнулся он, — Что касается близняшек, я просто не знал, что их две.

— Девчонки почти месяц морочили ему голову, — не выдержав, подхватил Богдан.

— Иногда я сомневался в собственном здравомыслии.

— Пока я не увидел их обеих, — Богдан хмыкнул, — Одновременно. Спросил его, знает ли он, что у его девушки есть сестра-близнец?

— Разумеется, я понятия не имел, — пожал плечами Ро̀слав.

— Девчонки, как оказалось, просто не смогли его поделить, — добавил Богдан, — Когда всё выяснилось, мы даже подружились. Такая вот весёлая история.

— Да. Но другая не такая весёлая, — глухо проговорил Рос, — Я действительно встречался с дочерью Звонко. Пока не узнал, что позволяя мне ухаживать за собой, всё остальное она позволяла другому.

Светка в ответ сдавленно кашлянула, и Богдан с лёгкой улыбкой похлопал девушку по спине.

— Я убью тебя, Сушка, — гневно прошипела деванка.

* * *

Время мчалось незаметно. Лето превратилось в осень, за каждым утром непременно следовал вечер, прочитанные книги сменялись новыми, а пройденные темы становились понятными. И только одно в этом мире оставалось стабильным и угнетающим…

Беляна зашла в девичью горницу и, раздражённо бросив на стул сумку, протянула Лесе несколько исписанных аккуратным почерком листков:

— Олесенька, у меня к тебе просьба, — убитым тоном пролепетала она, — Вот моя работа по Мирозданию. Посмотри, пожалуйста. И, быть может, тебе удастся объяснить, почему моя оценка не "отлично", а всего лишь "хорошо"?

Леся кивнула и погрузилась в чтение. Через несколько минут подняла глаза:

— Не знаю, — произнесла, добросовестно изучив работу, — Вроде всё правильно. Вот только… я ведь не преподаватель.

— Ты просто меня не ненавидишь! — сердито воскликнула Беляна, забирая листочки.

— У Сушки спроси — она всех ненавидит, — шутливо предложила Света, не отрывая глаз от учебника по Стихиям.

— Ну да, Стаська сама из "посредственно" не вылезает!

— Вот видишь, кого-то не любят ещё больше, чем тебя. Причём поголовно все преподаватели.

— Да не надо меня любить! — возразила Беляна, — Я правда не понимаю, — огорчённо пробормотала она, присев на краешек кровати, — Я ведь стараюсь…

Леся растерянно переводила взгляд с одной девушки на другую:

— Почему бы тебе не спросить у самого Лесогора? — сочувственно поинтересовалась она у Беляны.

— Ага, — нахмурилась та, — Дать ему ещё один повод поиздеваться?

— Ха! — ухмыльнулась Светка, — Вот уж не знаю, кто из вас двоих над кем больше издевается!

— Думаешь, это из-за того, что я такая несносная? — подняла брови Белка.

— А ты считаешь себя несносной? — удивилась Светлана.

Беляна задумалась. В словах подруги была доля правды. В присутствии Лесогора Белку словно черти за ниточки дёргали, заставляя то ляпать глупости, то хихикать без повода.

— Леший его знает, — пожала плечами она.

Светка захохотала. Олеся округлила глаза и застенчиво улыбнулась. Лицо Беляны стало несчастным. Нет, она будет гордой. И не станет выпрашивать у Лесогора оценки. В конце концов, это ему должно быть стыдно, что он единственный, кто не может объяснять так, чтобы поняла тупая отличница.

— Я в Книжницу! — раздражённо сообщила она подругам и решительно направилась к дверям.

— Завтра итоговое занятие по Стихиям, — спокойно напомнила Светлана.

— Поверь, Водокрутич достойно оценит мои глубокие знания предмета. В отличие от некоторых, — сквозь зубы выпалила Белка, захлопывая дверь.

* * *

Вихрем слетев с лестницы, она чуть не столкнулась с Лешим, очевидно намеревающимся подняться. И метнула в него разгневанный взгляд, надменно вскинув голову. Он чуть заметно кивнул, глядя на неё с каким-то беспокойством, которое тут же сменилось насмешкой. Отчего у Беляны снова зачесался язык брякнуть какую-нибудь гадость. Но хромота и неловкость, которую Белка заметила в начале года, бесследно исчезли, будучи, видимо, следствием какой-то травмы. Движения Лесогора теперь были лёгкими и уверенными, да и Лунницы на поясе она тоже не заметила. Не найдя за что зацепиться, она скрипнула зубами и гордо двинулась через Большой зал в сторону библиотеки. "Тоже мне, мистер Совершенство!" — злобно бормотала она себе под нос.

Зато очарованный Бублик пришёл в полный восторг от её посещения. Забавно мурлыкая, он, как обычно, ни о чём не спрашивал. Мигом облетев пару стеллажей, положил перед Беляной три небольшие книжечки. И уселся напротив, умостив подбородок на крохотные ладошки. Он уморительно шевелил ушками-воронками, с всепоглощающей теплотой глядя в её глаза. Верхний учебник назывался "Полёты. Пособие для начинающих". Белка улыбнулась, ласково растрепав его и без того всклокоченную шевелюру. Она никогда не поймёт, как домовой угадывает, зачем она пришла. Получив свою долю нежности, Бублик взмыл под потолок, исчезнув внутри одного из стеллажей, и предоставил Беляну самой себе.

Если Белка и имела какое-то представление о полётах в ступе, то все они черпались из сказок и мультфильмов. Непременной участницей событий в которых была пресловутая Баба Яга. Сгорбленная старуха залихватски махала метлой, и транспортное средство от этого дела послушно взлетало, позволяя злодейке похищать детей и творить прочие пакости.

Беляна открыла учебник и уже через минуту убедилась, что по большей части это чушь. К ступе в Тридевятом мире метлы не прилагалось. Только пест. Который, как выяснилось, служил рулём. Соответственно, отталкиваться было нечем. То есть, как бы руль-то есть, а вот двигателя — нет… Газ, тормоз, коробка передач тоже отсутствуют. Куда уж проще?

Ах да… метла. Метла — самостоятельное средство передвижения. Отдельное. Гораздо более дешёвое и… кто бы мог подумать — не модное! Вот так-то вот. На изготовление метлы попросту требовалось меньшее количество леса-летуна. А рулём ей служили прутья с того же дерева. Отходы, то бишь…

Разница, как между велосипедом и автомобилем. Чего же тут непонятного?

Насколько Беляна поняла из пособия по полётам, насчёт того, чтобы подняться в воздух, необходимо было договариваться с самой ступой… ну, или с метлой. Кому как повезёт.

Ей, Белке, повезло. Её модель обладала прекрасной маневренностью, ортопедической (шутка) скамеечкой и боковой дверцей. Кроме того, была снабжена защитой от ветра, дождя, мороза и прочих непогодных условий. Строго говоря, над нею всегда будет как бы… невидимый колпак. Опа! Ни дать, ни взять — климат-контроль.

Да у неё практически Феррари…

И её Феррари умеет чихать. Это Белка усвоила определённо. Насчёт всего остального терзали сомнения. Особенно, что касается ведения дипломатических переговоров. Со ступой, то есть, с Феррари. У которой аллергия на пыль, зато нет необходимости в бензине.

Беляна засиделась допоздна, перелистывая учебник. Он был во многом посвящён истории ступостроения, вариантам крепления и управления пестом. Но ни слова о том, какой язык для откровенной беседы предпочитают ступы. Это как бы… само собой разумелось. Ничего себе…

Впрочем, — осенило Белку, — научиться водить автомобиль по учебнику тоже невозможно. Беляна вспомнила, как бабушка учила её этой премудрости, едва девочка выросла настолько, чтобы доставать ногами до педалей. Терпеливо и настойчиво. Сцепление, передача, газ, тормоз, правила — всё это было легко запомнить. Но даже машину, хоть она и не чихает, нужно чувствовать.

Успокоив себя этой мыслью, Беляна закрыла пособия. И благодарно улыбнувшись на прощанье Бублику, вышла из библиотеки.

Глава 9

Варганка

На занятиях по Мирозданию у Белки была только одна радость — момент, когда они заканчивались. Но не в этот раз… Она уже побросала вещи в сумку, когда Стася Суханова обиженно сморщив нос, громко заявила своей соседке-старосте:

— Леся, а почему ты ещё ни разу не оставила дежурить Белку? Все уже по два раза отдежурили! Вот и сегодня… почему снова я?

— Хм, — озадаченно хмыкнула Олеся, роясь в бесчисленных бумажках, — Действительно… — она внимательно посмотрела в список и кивнула Белке, — Останешься?

— Я сегодня не могу, — оторопела Беляна, растерянно дёргая рюкзачок за лямки. "Ну погоди, Сушка! Ведь знала же, рыжая бестия, что у неё на сегодня совсем другие планы. И дежурство не входит ни в один из его пунктов!"

— Тогда завтра, — пожала плечами Леся.

— Это же почему завтра, а не сегодня? — зловредно сощурилась Сушка, заметив, что Лесогор всё ещё находится в кабинете, — Лешего боишься?

"Вот, поганка бесцеремонная!" — Белка постаралась скрыть усмешку:

— Верно, Сушка. Я ему и на лекциях хуже смерти надоела, — прошептала она, впрочем, вполне внятно.

— Чего ему смерть, раз он бессмертный? — не унималась Стаська, выходя из класса.

Беляна хохотнула и, забросив на плечо сумку, тоже направилась к выходу.

— Буянова, — услышала она его голос откуда-то сверху.

Неведомо как возникший перед ней Лесогор загородил выход. Она едва успела отшатнуться, чтобы не врезаться в него и подняла недоумённый взгляд. Его глаза полыхнули расплавленным янтарём:

— Значит, отлыниваем, барышня? — обычная надменная ухмылка искривила его губы, и бессознательно Белка стала пристально их разглядывать, заинтересованно наклонив голову. Пока в голове не мелькнула мысль, что так пялиться совершенно неприлично. Ей стало ужасно неловко, и она опустила ресницы, отступая на шаг:

— Вовсе нет, я дежурю завтра. А у Вас сегодня останется Стася, если не возражаете, — произнесла она очень вежливо.

— Не возражаю, — неожиданно быстро согласился он. И усмехнулся, отчего в глазах вспыхнули лукавые искорки, — Ко мне можете даже не заходить. Как раз завтра помощь понадобится преподавателю Колдовства. В варганной.

"Вот это попала!" — мысленно возопила Белка.

Хуже варганки в Ведарии не было ничего. Это было нечто вроде лаборатории, где старшекурсники учились варить самые разнообразные отвары и зелья. Там, по рассказам отдежуривших ребят, всегда было полно грязных котлов, нуждающихся в чистке. С совершенно непредсказуемым содержимым отвратительного вида и запаха.

Разозлившись на коварного Лешего, по её убеждению решившего непременно сжить её со свету, Белка бросила на него испепеляющий взгляд. Хотелось сказать что-то гадкое. И она, злобно сощурившись, неожиданно для самой себя, ляпнула:

— А у Вас, сударь, всегда такой кривой нос был? Или к нему приложился кулак одной из студенток?

С этими словами она круто развернулась и потопала вон из кабинета, услышав за спиной рокочущий смешок Лесогора.

"Он ещё и смеётся!" — возмутилась Беляна, ускоряя шаг. Но внезапно ей стало стыдно за свои последние слова.

"С каких пор ты считаешь себя лучше всех? — мысленно ругала она себя, — Подумаешь, принцесса нашлась! Котлов что ли грязных не видела? Вот кто тебя за язык тянул?"

* * *

Едва закончились занятия, Белка со Светланой рванули к Радмиле. Столкнувшись в Большом зале с Ро̀славом, что-то невразумительно буркнули и вылетели из Ведарии.

С погодой им повезло. Дождь, ливший целую неделю почти без перерыва, наконец, прекратился. Сквозь редкие облака радостно светило прохладное осеннее солнце, и девушки, подпрыгивая от спешки, быстро добрались к цели. Не стали заходить в дом, сразу отправившись на задний двор.

Там их уже ждали воркующие голубки — Стожар с Радмилой. Кузнец, трепетно обвив громадными ручищами свою невесту за талию, с всепоглощающей нежностью пожирал её глазами. А она что-то щебетала, то и дело касаясь пальчиками его могучих бицепсов.

Ступка сияла, подобно новой копейке! Так, что поначалу Белка её даже не узнала. Цвета красного дерева, с искусной резьбой по ободку, переливающаяся от щедрого слоя защитного лака, покрывающего её, она казалась музейным экспонатом, к которому и притронуться-то страшно, не то, что… летать. И медные петельки на боковой дверце, и колечко для песта из того же металла только добавляли элегантности образу.

— Моя Феррари, — голосом, полным нежности промолвила Беляна, ласково погладив ступку по ободку. Та в ответ едва заметно задрожала. Бархатная подушечка глубокого вишнёвого цвета, с золотыми кисточками по углам, лежала внутри на скамеечке.

— Ну как, нравится? — прервал её восторженное разглядывание голос Радмилы.

— Просто загляденье, — сипло прошептала Белка сквозь комок в горле, и откашлялась, — Никогда не видела ничего красивее.

— Как ты её назвала? — густым басом из-за спины уточнил Стожар.

— Феррари, — всё ещё очарованная рукотворным чудом, пробормотала Белка.

— Кхм, — тихонько кашлянула Светлана, — Не думаю…

— Да, — спохватилась Беляна, — Пусть остаётся Ступкой! "Хотя имя Феррари подошло бы гораздо больше", — мысленно возразила сама себе.

Потом девушка долго благодарила Стожара, кидаясь ему на шею, обнимая за внушительные плечи и целуя в обе щёки. Чем довела кузнеца до абсолютно пунцового цвета лица. Не меньше нежностей досталось и Радмиле, но та уже привыкла к бурному выражению девушкой эмоций. Поэтому лишь тихонько посмеивалась, утверждая, что первый же полёт поумерит её восторги. А синяки и ссадины, возможно, заставят даже передумать.

Отчасти Рада оказалась права. Сначала Ступка наотрез отказывалась взлетать. Причём только под нею. Потому что Светлане с первой попытки удалось подняться в воздух почти на метр. Победа была бы засчитана, но лукавая Ступка тут же перевернулась на бок. Да ещё и встряхнулась, задавая ускорения своей пассажирке волшебным пенделем. И гордая Светка торжественно стартовала из неё, пропахав локтями и коленями влажную землю.

После этого в Беляне взыграли амбиции. Раз за разом она повторяла попытки взлететь, пока Ступка не уступила, взмыв резко и довольно высоко. Но не успела Белка восторженно взвизгнуть, как её ехидная Феррари, осуществив головокружительный пируэт, перевернулась вверх дном. Белка неловким комком буквально высыпалась из ступы, повиснув на одной руке, держась за кольцо. Смилостивившись, Ступка опустилась ниже, и девушка спрыгнула на землю с метровой высоты, тут же усевшись на пятую точку.

После часа сражений с непокорным летательным аппаратом, ушибов, смеха и повторных заходов, Беляна окончательно поверила, что её ступа обладает характером. И главной его чертой было лукавство. Она ни разу не упала сама, не нанеся себе ни малейшей царапины — все возможные ушибы получали девушки. Но и их она щадила, не подвергая серьёзному риску.

Похоже, простояв без дела целых семнадцать лет, Ступка просто развлекалась. А веселилась она с упоением — разве что не хихикала. Но и не чихала больше. Очевидно, у неё действительно была обычная аллергия на пыль.

Наконец, устав бороться с настырными девчонками, или просто сжалившись над ними, Ступка нехотя сдалась. Позволив обеим по паре весьма удачных полётов с послушным следованием указаниям песта и плавным приземлением, она заявила об окончании тренировки тем, что почти ласково вытряхнула Беляну на землю.

— Всё. Больше не могу, — перекатилась несчастная девушка на колени и поднялась, отряхивая, а скорей размазывая грязь по подолу.

Уже наступали сумерки, когда Белка со Светланой возвращались от Радмилы. Светка бодро вышагивала по мостовой, делясь с подругой впечатлениями о самом удачном из своих полётов. В отличии от деванки, Беляна не чувствовала себя так уж прекрасно. Её нетренированное тело ныло от самой макушки до пальцев на ногах. А мысль о том, как она будет себя чувствовать завтра, когда проступят все синяки и ссадины, что набила сегодня, пугала ещё больше.

Помимо незавидного самочувствия, было ещё кое-что, что беспокоило девушку. Прервав болтающую без умолку Светлану, она промолвила, стараясь придать голосу безразличный тон:

— Мне завтра дежурить в варганке…

Светка уставилась на подругу, забыв при этом закрыть рот.

— Это у Колдуньи что ли?

Белка кивнула. Преподаватель Колдовства была загадочным персонажем даже для волшебной Ведарии. Точно известно было только, что звали её Хорсистина. Однако из первокурсников её никто не видел, а студенты постарше почему-то предпочитали помалкивать.

Светлана помолчала минуту, раздумывая.

— Ну, насколько я знаю, из тех, кто дежурил в варганке, с Хорсистиной не столкнулся никто. Правда возвращались все за полночь, и едва живые после чистки котлов. Давай я приду тебе помочь. Если хочешь, расспросим завтра Богдана, отчего все так её боятся.

— Помогать не надо, — покачала головой Беляна.

Не хватало ещё, чтобы противный Леший подумал, что она не в состоянии справиться сама.

— А Богдана расспросить не мешало бы, — добавила, и глаза её загорелись любопытством.

— Как знаешь, — пожала плечами Светлана, — Когда вернёшься завтра со стёртыми в кровь руками, не говори, что я не предлагала помощь.

— Угу, — буркнула Белка и задумалась.

Со стёртыми в кровь руками? Да у неё и так на теле живого места нет!

В глубине души снова пробудилась злость на Лесогора и Сушку. Беляна стала успокаивать себя мечтами о страшной и скорой вендетте. Внезапно, среди нелепых и несбыточных фантазий, в голове начали возникать вполне реальные идеи о том, как справиться завтра с дежурством без излишних усилий. И в комнату она вернулась с полной решимостью: непременно воплотить в жизнь план, который, вопреки своей скромности, считала гениальным.

* * *

Богдана девушки поймали на перемене. Тот поначалу обрадовался и с удовольствием оставил компанию сокурсников, чтобы поболтать с подругами. Но лишь услыхав, что разговор предстоит о Хорсистине, замялся:

— Да нечего особенно рассказывать, — промямлил, растерянно озираясь по сторонам.

— Да ладно, Славер, — недоверчиво протянула Светлана, — Вот уж не думала, что ты такой зануда.

Лицо Богдана вспыхнуло, и он виновато взглянул на Светку. Та демонстративно вздохнула, состроив разочарованную гримасу.

После длительных уговоров Богдан, наконец, раскололся.

Колдунью боялись все студенты. Причём до дрожи в коленях. Помимо непредсказуемого настроения, которым отличалась Хорсистина, она терпеть не могла, когда её обсуждают, и обладала мстительным характером. То ли угадывая, то ли обладая сверхъестественным слухом, появлялась в самое неожиданное мгновение, и…

Впрочем, Богдан не уточнил, какого рода лекарство от болтливости предпочитала использовать Колдунья. Разговаривая шёпотом, он и так постоянно оглядывался. Подруги только поняли, что внешность Хорсистины постоянно балансировала на грани добра и зла. Как она выглядела на самом деле, никто не знал, потому, что из занятия в занятие её облик менялся, включая самые разные варианты. Самым жутким из которых был образ покрытой струпьями и огромными гнойниками старухи. Гнойники её имели свойство лопаться с отвратительным чавкающим звуком в самый неподходящий момент, и разбрызгивать содержимое в разные стороны.

Но возле своего здоровенного медного котла Хорсистина обладала немыслимыми возможностями. О которых Богдан не стал рассказывать, как девушки не пытались его уговорить.

* * *

Чистка и мытьё посуды, разумеется, дело нелёгкое. Но такого Белка не ожидала! Словно вкопанная она замерла на пороге варганки, окидывая помещение перепуганным взглядом. Здесь пахло… к сожалению, не только сушёными травами и ягодами. Развешанные по стенам пучки растений, чьих-то хвостов и волос были последним, на что девушка обратила внимание. Гораздо большее впечатление произвело изысканное боа из крыльев летучих мышей прямо над дверью. Связки рассортированных согласно принадлежности к конечностям костей и роскошные гроздья небольших высушенных сердечек с отчётливым запахом гнили.

Одна из коробок оказалась доверху усыпана… Белку передёрнуло от омерзения, потому что содержимое очень напоминало фаланги пальцев. Чёрт её дёрнул туда заглянуть! Нет бы морские ракушки или сушёные кузнечики… Исследовать остальные ящички девушка не рискнула. Поглазеть и так было на что.

Банальные баночки с червячками, личинками и икрой, отличающейся цветами и размерами меркли рядом с большой склянкой, заполненной чьими-то глазами — Белка очень надеялась, что не человечьими. Кроме чудовищно грязных стеклянных посудин, многочисленные полки варганной были уставлены устрашающего вида черепами, которые перед усушкой не потрудились очистить от кожи и мяса. А неожиданно милый тазик с синим цветочком порадовал полупрозрачными рулетиками, которые при ближайшем рассмотрении оказались аккуратно уложенными в колечки маринованными кишками.

Оцепенев от ужаса, Беляна постаралась взять себя в руки и перевести взгляд на то, зачем пришла. Поле деятельности тоже не оставило её равнодушной. Не меньше трёх десятков котлов, покрытых снаружи и изнутри весьма разнообразного вида, цвета и консистенции содержимым, ожидали немедленных водных процедур. К тому же они жутко воняли. И не удивительно, если в них смешивалось то, чем Хорсистина разукрасила стены с тем, что коллекционировала на полках своего обиталища.

Кошмарная смесь ароматов, выедающих глаза, наотмашь ударила Белке в нос, как только она попыталась приблизиться. Девушка отшатнулась, пожалев, что не захватила с собой противогаз или хотя бы респиратор. Да и желудок тут же напомнил о съеденном на ужин, заставив побледнеть. Отступив на пару шагов, она достала носовой платок, соорудив из него некое подобие врачебной маски, и отважно приблизилась к горе посуды. Смрад немного ослабел, но зато стало трудно дышать.

Белка потянулась к верхнему котлу, но отдёрнула руки. Нет уж, прикасаться к этой гадости она не собирается. Тем более, что помимо противогаза забыла прихватить с собой резиновые перчатки. Она глубоко вздохнула и, сосредоточившись на посудине, заставила её мягко спуститься на стол. Затем то же самое проделала со следующей. Пока первый десяток котлов не выстроился в стройный рядок. Девушка с отвращением заглянула в каждый, и внезапно ею овладел испуг. Если не получится то, что она задумала, придётся чистить всё это паскудство руками!

Мысленно отругав себя за нерешительность и лень, она постаралась собраться. Немигающим взглядом, как учила Цветана, уставилась на серо-зелёное с бурыми вкраплениями содержимое одного из котлов. В глазах молодой ведуньи вспыхнул огонёк, и покрывающие стенки котла нечистоты стали сами собой сползаться ко дну, оставляя за собой чуть не зеркально сверкающую поверхность. Когда минуты через три Белка расслабила, наконец, взгляд, котёл снаружи и изнутри сиял чистотой, а на его дне собрался комок всё ещё шевелящейся от магии мерзости.

— Вуаля! — восхищённо воскликнула Белка, любуясь проделанной работой. "Мои бы способности да в полезное русло" — похвалила себя мысленно. И с уверенностью приступила к очистке следующего котла. Сосредоточившись на кроваво-красной в этот раз жиже, она подумала, какая замечательная вещь — волшебство. Вся работа займёт от силы пару часов. И никаких тебе устрашающих возвращений за полночь, или стёртых в кровь рук, — усмехнулась она, пристально наблюдая, как послушно пузырится гадость, собираясь в липкую лужицу.

Примерно через полчаса Беляна созерцала первый блестящий десяток котлов, внутри каждого из которых лежало по зловонной кучке. Раздумывая лишь мгновение, решила, что теперь просто заставит грязь собраться в одну общую массу, и отправит полученный результат в помойку. Мысленно представив себе самодовольную физиономию Лешего, она показала ему язык. "Вот Вам!" — хмыкнула с довольной улыбкой. Раз, два, три… Кучки, лужицы и комки одна за другой присоединились друг к другу в воздухе, образовав одно большое, разноцветное, копошащееся месиво…

— Что это? — раздалось за спиной.

Белка подпрыгнула от неожиданности и обернулась на голос.

Гадость, до этого послушно висевшая в воздухе, как и положено всякой воспитанной гадости, проследовала за её взглядом… направившись прямо в лицо Лесогора! Но тот ухитрился ловко отклониться от неё. И сгусток грязи, со свистом пролетев мимо его головы и разбрызгивая во все стороны ошмётки жижи, с отвратительным чавкающим звуком вмазался в узорчатую стену коридора. А затем медленно стёк на пол, оставляя за собой дорожку зеленовато-коричневой слизи и тошнотворное амбре.

Лѝхард, изумлённо проследив героический путь результата студенческой деятельности, поднял на Беляну вопросительный взгляд и повторил:

— Так что это было?

— Гол? — брякнула она, подняв брови домиком и виновато втянув голову в плечи.

— Вы хотели меня убить? — спросил он, не сводя с девушки недоумевающих глаз.

— Этим Вас не убъёшь! — с сожалением выпалила Белка и зажмурилась, поняв, что снова ляпнула глупость, — Вы сами напугали меня, подкравшись сзади! — вдруг рассердилась она, снимая импровизированную маску, — И теперь, кроме котлов, мне придётся чистить ещё и стенку!

Лѝхард скользнул взглядом от начищенных до блеска посудин к огромному пятну в коридоре, и понимающе кивнул:

— Значит, я виноват?

— Ну не я же? — нахально хмыкнув, Беляна пожала плечами и, прихватив один из котлов, направилась к вонючей кляксе.

Уставившись на неё немигающим взглядом, сосредоточилась. За последние полчаса она так наловчилась проделывать этот фокус, что он не вызывал теперь никаких затруднений. Расплывшиеся по стенке и полу пятна, словно ртутные шарики, стали собираться в один комок.

— Здорово! — заметил Лесогор, глядя на Белкины манипуляции, — Вы даже рук не испачкали.

— Только попробуйте напугать меня снова, — сквозь зубы прошипела она, — И на этот раз я не промахнусь!

Он тихо рассмеялся и, не прощаясь, направился восвояси. А она, сбросив гадкую жижу в котёл, победоносно вернулась в варганку заканчивать работу.

Даже хорошо, что Леший увидел, чем она занимается и как ловко это у неё получается. Белка гордилась собой. Пусть знает, что ей недаром ставят "отлично" по всем предметам.

Жаль только, что она действительно промахнулась. Беляна зловредно ухмыльнулась сама себе. Забавненько было бы посмотреть на физиономию этого напыщенного сноба с головы до ног обляпанного смрадными остатками колдовского варева.

Её сладкие мечты прервала скрипнувшая дверь. Наученная горьким опытом, Беляна не стала резко оглядываться. И плавно опустив последнюю порцию грязи в помойку, медленно и с достоинством повернула голову:

— Что ещё? — вздёрнула брови, уверенная, что увидит Лесогора.

Но нет. Забавная девчонка с двумя небрежно заплетёнными косичками и веснушками на носу с интересом заглядывала в варганку. Заметив, что Белка обернулась, малявка одарила её лучезарной улыбкой и скрылась за дверью.

"Это ещё что за чудо? — удивилась девушка, — На вид лет пятнадцать, не больше!".

Снедаемая любопытством, Беляна выглянула в коридор. Девчонка весело и вприпрыжку доскакала до поворота. Там покружилась в своём жёлтом сарафанчике, озорно подмигнула Белке на прощанье и, пританцовывая, скрылась за углом.

"Странно", — пожала плечами девушка. Ещё раз окинула хозяйским глазом проделанную работу и с чувством выполненного долга покинула жутковатые владения таинственной Хорсистины.

* * *

Рассказывая о своём дежурстве друзьям на следующий день после обеда, Белка упомянула и о смешной девчонке в жёлтом сарафане.

— Может, тебе показалось? — невозмутимо пожала плечами Светлана, — В Ведарию принимают с семнадцати лет.

Они как раз перешли границу между хмурой осенью и ласковым теплом Летнего сада.

— Не показалось, — хохотнул Ро̀слав, лукаво сверкнув глазами.

— Хорсистина, — сквозь зубы процедил Богдан, и содрогнулся, словно у него мурашки поползли по спине.

— Что? Эта маленькая проказница? Та самая зловещая колдунья, которую вы все так боитесь? — распахнула глаза Беляна

— Один из её обликов, — вполголоса добавил Славер, опускаясь на траву.

— Не все боятся, — насмешливо бросил Рос, — Богдану просто досталось от неё в прошлом году.

— А вот это уже интересно… — протянула Светка.

— Мне тоже, — весело кивнула Белка.

— Хотите трое суток питаться жуками? — беззаботно фыркнул Ро̀слав, усаживаясь спиной к Богдану. Тот неожиданно икнул, прикрыв ладонью рот.

— Нет, — в два голоса ответили девушки, покачав головами.

— Тогда забудьте о любопытстве, — сконфузился Славер, принимаясь затачивать меч.

Обменявшись растерянными взглядами, девушки присоединились к парням. Достав из сумки книгу, Белка погрузилась в чтение. Рос сорвал длинную травинку и по привычке сжав её зубами, искоса наблюдал, как непослушные пряди девушки ласкает лёгкий ветерок. Немного поворчав на Богдана, Светка заставила его прекратить дёргаться и умиротворённо подставила лицо солнцу, опираясь на их с Ро̀славом плечи.

Несколько минут прошли в молчании. Пока, задумчиво вздохнув, Белка не нарушила его:

— Ну, и как жуки, вкусные? — простодушно поинтересовалась она, — Ты их ел сырыми? А где брал?

Птицы испуганно притихли, ошалев от громовых раскатов, на которые походил совместный хохот Ро̀слава и Богдана. Попытка Светланы сдержаться закончилась тем, что она согнулась пополам и сдавленно хрюкала от смеха, стараясь восстановить дыхание.

Глядя на друзей, Беляна тоже стала смеяться. Но рассказывать о таких деликатесах, как жареные тараканы и кузнечики, о которых она слышала, но не пробовала, не стала. Пусть лучше думают, что она пошутила.

* * *

Вскоре слухи о том, как Буянова справилась с котлами, распространились по всей Ведарии. И теперь первокурсники были готовы на всё, лишь бы Белка отдежурила за них в варганке. Поначалу девушка и не возражала попрактиковаться лишний раз. Но, как обычно, никакое доброе дело не остаётся безнаказанным.

— Говорят, ты оказалась талантливой судомойкой? — съязвила Сушка однажды вечером.

Вот за эту "судомойку" и расплачивались студенты, по-прежнему скобля котлы руками. И в целом это было справедливо. Положа руку на сердце, Беляна удивлялась — зачем учиться в Ведарии Мудрограда, если просить кого-то поколдовать вместо себя?

Другое дело — Светлана. Девушка очень старалась освоить виртуозную технику Белки. Но, к сожалению, дальше отшвыривания предметов так пока и не продвинулась.

Зато ей гораздо легче, чем Беляне, давались полёты в ступе. И, разумеется, деванка никому не давала спуску на занятиях по Воинскому искусству. Возможно, благодаря дополнительным занятиям в Летнем саду, которые у друзей вошли в привычку.

Богдан, наконец, сумел преодолеть себя, и иногда отрабатывал приёмы в паре со Светланой. Но только приёмы, и только защитные. Он не был способен нанести девушке серьёзный удар и лишь отражал её атаки. Когда они сражались все втроём, битва превращалась в сражение против Роса. Тот совершенно не возражал, тем более что Беляна стала его преданной болельщицей. Практически фанаткой, — смеялась она.

На самом деле необходимости в тренировках у этой троицы не было. Как и не было им равных в Ведарии во владении мечом. Такое времяпровождение просто нравилось всем четверым. А Белка получала возможность побыть с друзьями, почитать на свежем воздухе. Ну, разве что немного пострелять из лука.

Да, стрельба стала почти её хобби. Ещё бы, ведь у неё открылся настоящий талант! Несмотря на то, что Беляна и лук держала неправильно, и руки от его тяжести дрожали, её стрела всегда попадала в яблочко! Так продолжалось целых три дня, и слава о Белкиной меткости непременно облетела бы сначала Ведарию, а затем и весь мир, но… Светлана сообразила, что на самом деле происходит.

А объяснялась Белкина поразительная меткость очень просто. Девушка с помощью магии взглядом отправляла наконечник стрелы прямо в центр мишени. Именно поэтому техника владения луком не имела ровно никакого значения. Белка встретила догадку подруги весёлым и беззаботным смехом. Заявила, что принимать участия в соревнованиях всё равно не собиралась, потому что основной интерес для неё представляет всё же чародейство. Тем не менее, от хобби пришлось отказаться. В пользу более честных стрелков.

Покончив с тренировкой и перед тем, как отправляться по домам, друзья садились отдыхать. Как обычно — спина к спине. Рос всегда выбирал северную сторону, напряжённо вглядываясь вдаль. Туда, где сквозь раскачивающиеся деревья можно было даже рассмотреть верхушку Велесова холма. Богдан садился лицом на юг, и сквозь полуприкрытые веки разглядывал величественное здание Ведарии — само по себе произведение искусства. Белка усаживалась на востоке. Её устраивало, потому что послеполуденное солнце не слепило глаз и не мешало читать. А Светлане, соответственно, доставался Запад. Светка вообще любила загорать.

Каждое новолуние Беляна передавала бабушке толстое и обстоятельное письмо вместе с ворохом подарков. Особенно доставалось Вершиле. Потому что мрачного Глеба ни Вера, ни Белка нагружать не решались. "Ещё одно подтверждение тому, что кто везёт, того и погоняют", — посмеивался Вершила, по-прежнему добродушно балагуря и веселя очарованную им Светлану новыми байками.

Глава 10

Коляда

Время текло незаметно. И в одно прекрасное утро за окном уже летали мохнатые пушинки первого снега. А к вечеру все улицы, дома и деревья укутались белоснежными зимними шубками.

Вскоре отгремела Коляда, готовясь к которой Белка целую неделю потратила на изготовление маски. Рожки из папье-маше, чубчик из мочалки, берестовая мордочка… вырядившись в овечью шубку, девушка объявила себя козой. И вместе с покатывающейся от смеха Светланой, которая ограничилась журавлиным клювом на голове, они присоединились к шумной процессии колядующих.

Самая длинная ночь в году пролетела, как одно мгновение. Вначале весёлые гуляния с колядками и мешками разнообразной вкуснятины, затем пир горой в доме Вершилы. А под утро молодёжь отправилась на Велесов холм — вкатить на него горящее колесо и встретить первый рассвет повёрнутого на весну солнца.

В Мудроград возвращались утомлённые, но весёлые и довольные. Многочисленные отпрыски Вершилы, распрощавшись у ворот, со смехом и гиканьем разбежались по домам. Светлана и Богдан, далеко позади оставив Роса с Белкой, всё ещё пританцовывали, делясь впечатлениями о бессонной праздничной ночи. Ро̀слав в одной руке нёс свою жуткую медвежью маску и смешную козью мордашку Беляны, а другой поддерживал под локоток едва не шатающуюся от усталости бывшую козу.

Наслаждаясь долгожданной тишиной, негромким поскрипыванием снега под ногами и хрустальным морозным воздухом, тихонько переговариваясь, они неторопливо брели к Ведарии.

— Гадали? — с насмешкой поинтересовался Ро̀слав.

— Да, девчонки что-то там ворожили по-тихому, — устало вздохнула Беляна.

— А ты?

— О, нет, — усмехнулась она, — С меня и снов довольно.

— Тебе снятся вещие сны? — хмыкнул Рос.

— Вещие? — Белка небрежно пожала плечами, — Скорей, бредовые. Никогда не сбываются, только голову засоряют.

— Может, не время ещё им… сбываться, — рассеянно пробормотал Ро̀слав, широко распахивая перед девушкой ворота Ведарии.

— Может, и не время, но и желания особого нет, — она прошмыгнула в дверь и оказалась в Большом зале.

— Сны это важно, — мягко возразил Рос, наблюдая, как она притопывает, сбивая с сапожек снег, — Ты пыталась их разгадать?

— Ха, у меня мастер под рукой, — вспомнила Беляна о Баламуте и протянула руку, чтобы забрать свою маску.

— Собираешься уйти? — бархатным тоном спросил Ро̀слав.

Девушка весело кивнула на маску:

— Эта коза несколько утомила меня, — заявила с улыбкой, — До встречи?

Вместо ответа он медленно склонился к ней, окутывая горящим колдовским взглядом. Чуть помедлив, Беляна опустила ресницы и подняла лицо. Гадая, как это будет в первый раз. И что она, собственно, должна делать?

Разве об этом она должна сейчас думать? Разве она вообще должна сейчас… думать? Стоит тут, как селянка в очереди за маракуйей — ничего, кроме любопытства не чувствует. Пробудившиеся в душе сомнения словно окатили холодной водой. Отчего всё кажется таким неправильным?

Рос медленно привлёк её к себе, но она смущённо отстранилась:

— Я пойду, — едва слышно промолвила, сама не понимая, почему.

— Почему? — озвучил он её вопрос.

"Если бы я знала!" — воскликнула она мысленно. А вслух прошептала:

— Мы друзья, — и закусила губы.

— Угу, — иронично хмыкнул он, но не выпустил из кольца.

Она попыталась мягко освободиться, но оказалась в стальных тисках, которые и не собирались разжиматься. Рос был слишком силён — настолько, что заставил девушку почувствовать себя беспомощной. Наверное, испуг промелькнул в её глазах, потому что в следующее мгновение он, нахмурившись, опустил руки и отошёл в сторону:

— Пока, — прозвучал его голос, ставший ледяным.

"Пока друзья, или пока — в смысле до встречи?" — пыталась сообразить Белка, взлетая по лестнице. "Что я наделала?!!" — ослепила её другая, гораздо более важная мысль.

Несмотря на утомительную ночь, заснуть никак не удавалось. Сначала мучил неприятный осадок, названия которому она так и не придумала. Потом казалось, что слишком ярко светит солнце. В конце концов, Белка сдалась и стала размышлять.

Как ни странно, она совсем не сердилась на Роса. Да, сегодня он был с ней груб, но, если рассуждать справедливо, то совсем немного. Скорее, слегка настойчив. Он никогда не скрывал своих намерений, и долгое время был достаточно терпелив, а вот она… Беляне стало стыдно.

Чего она испугалась? Неужели впрямь думала, что Ро̀слав станет её принуждать? Вытаращила глаза от страха, словно её не обнимали, а резали! Он всего лишь хотел её поцеловать. Тоже мне — большое дело! Белка уткнулась лицом в подушку, словно та могла охладить вспыхнувшие от воспоминаний щёки. Правильно бабушка говорила — морочит она парням головы. И хотя девушка никогда не делала этого намеренно, но в словах Веры Сергеевны всё же была доля правды.

С одной стороны, она сказала то, что чувствовала, и была честной. Разумеется, они с Росом друзья. А поцелуй, даже один — это шаг между дружбой и тем, чему пришлось бы потом соответствовать. И она вовсе не горела желанием переводить их отношения в иное русло. Пока. Но останется ли теперь всё по-прежнему?

Ей очень нравилось это "по-прежнему". Она только теперь поняла, насколько важными были их посиделки вчетвером в Летнем саду, бесконечные разговоры обо всём на свете, совместный беззаботный смех.

С другой стороны, она себя совсем не понимала. Рос просто великолепен. Сильный, красивый, остроумный. И явно к ней не равнодушный. Но сегодня, видя желание в его глазах, голосок в её голове словно нашёптывал укоризненно: "Не садись на пенёк — не твой пирожок…" А Ро̀слав, между прочим, больше всех заслуживает того, чтобы его любили уверенно, а целовали искренне. Мечта, а не мужчина. Любая девушка была бы счастлива.

И будет. Звонкова дочка, или, вон, Сушка, млеющая от одного бездонного взгляда Роса. Невзирая на упорные слухи о его сластолюбии. Ха! Которые сама же и распространяет. И не одна она готова на всё ради внимания черноглазого красавца. И тогда уж точно никаких тебе посиделок. Или пятое колесо в телеге. Которым, скорее всего, окажется она, Белка. Вот так-то.

Несомненно, Рос ей нравился. Очень нравился. Очень-очень! Хм… может, она уже влюблена, просто пока не понимает этого? Вдруг именно для этого предназначены поцелуи? Откуда ей знать? Был бы, что ли, тест какой, или анализ крови…

Стоп! Беляна отыскала на шее цепочку и сжала в ладони бабушкин медальон. На какое-то мгновение её дыхание замерло. Если семейная легенда правдива, а она влюблена, рубиновое сердечко внутри украшения должно сейчас биться. Нежные чувства к Ро̀славу, поселившись в её сердце, должны были запустить хитрый механизм, в который, несмотря на весь свой прагматизм, верила бабуля.

Дрожащими пальцами девушка подняла узорчатую крышечку. Приоткрыв один глаз, с замирающим сердцем заглянула внутрь. Ничего. Рубин приветливо подмигнул ей, отражая свет, струящийся из окна, но никаких изменений с его подвижностью не произошло. Слава Небесам!

Белка облегчённо выдохнула, закрывая и пряча медальон под рубашку, и усмехнулась про себя. Дожилась. Чтобы определить, не влюблена ли, прибегает к фантастическим тестам.

Может, она вообще не способна на всепоглощающее чувство? Такое, о котором пишут в книжках. Любовь с первого взгляда определённо не для неё, это Белка точно знала. Ненависть — пожалуйста. И яркий пример тому — Леший.

Почему она о нём вспомнила?

Но любовь — нет. Это не может быть — бац, и всё. И ни дышать не можешь, ни спать, ни есть, и ни тебе вариантов, ни раздумий… только бы он был рядом. Рядом, я сказала! Шутка, конечно. Никого нельзя заставлять делать что-то против его воли.

Но ведь и её тоже! Если она не уверена, ну, не получилось это — бац, и всё. Навсегда, навеки. Разве она виновата? Может, ей просто нужно немного больше времени. Нет у него времени? А как же тогда вопрос о вечности вместе? Вон, Василиса Прекрасная в лягушку обратилась… Сказка — ложь? Ага, как же… Это метафора такая, а в жизни и не то бывает. И это вовсе не повод искать замену. Поближе да посговорчивее, поздоровей да покрасивше.

Ибо это любовь, а не хухры-мухры. Это про неё, родимую, сказки да песни складывают. А остальное — так, симбиоз. Взаимовыгодное сосуществование с вероятным воспроизведением себе подобных. Скучно. Симбиоза Белке не хотелось. Равно, как и соответствовать чьим-то ожиданиям. Мало ли, кто себе чего намечтает? Может, я вовсе не такая, или ноги у меня волосатые? Брить? А как же любовь? Взялся, так люби всю… в комплекте с волосатыми ногами и неумением готовить…

"Занесло". Беляна перевернулась на другой бок, предпринимая очередную — двадцатую попытку заснуть. Ноги у неё были длинные и гладкие, и готовить она научится, вот только… любят наверняка не за это. А за душу. Это как с конфетами. Приятно, конечно, когда они любимые, да ещё в соответствующей упаковке. Но внутри может находиться вовсе не монпансье. А совсем даже наоборот — грильяж. Вот этот грильяж и нужно любить, а не зариться на чужое монпансье.

Успокоив себя ставшими сумбурными размышлениями о красивых ногах и любимых конфетах, Белка, наконец, заснула. И во сне видела невообразимую чепуху о том, как Рос рубил мечом какой-то чурбан. Затем по воздуху приплыла загадочная голубоглазая рыба, и, махнув хвостом, заявила, что поскольку коза, наевшись монпансье, совершенно не голодна, то и орехов на грильяж вполне достаточно.

* * *

Они не виделись два дня. Всех измотала весёлая, безумная ночь, проведённая без сна и отдыха. И утро после праздника, затянувшееся до самого вечера, напоминало первое января. Тяжёлое забытьё, сменяющееся походами на кухню и утомительным ничегонеделанием.

Второй день Светлана с Белкой провели у Радмилы, терзая Ступку на заднем дворе. Успехи девушек были очевидны, но они решили отложить дальние полёты до весны.

На третий выходной была запланирована тренировка в Летнем саду, но Беляна отказалась от мероприятия, сославшись на усталость. Почти без возражений Светлана исчезла вместе с Богданом. А Белка, чувствуя себя несчастной и покинутой, от нечего делать отправилась туда, где ей всегда были рады. В Книжницу.

Она лишь успела обменяться любезностями с Бубликом, выбрать книгу и присесть за широкий стол, как в библиотеку уверенными шагами зашёл Ро̀слав.

— Поговорим? — забыв о приветствии, спросил он.

— Хорошо, — послушно кивнула девушка, отложив в сторону томик Экзюпери. Сердце отчаянно забилось в груди.

Он развернул стул и уселся лицом к его спинке напротив неё:

— Я должен извиниться? — начал без обиняков.

— Нет, — совершенно искренне ответила Беляна.

— Тогда как исправить ситуацию? — его лицо было непроницаемо.

— Быть может, забыть о ней? — мягко предложила она.

— То есть, сделать вид, что забыли, — уточнил он. И помедлил, раздумывая, — Не получится. Я хочу знать — чего ты боишься?

Она молча покачала головой.

— Ты ведь не могла принять всерьёз то, что говорила Светлана, — его губы тронула усмешка.

— Ты о чём? — вскинула брови Белка с невозмутимым видом.

— О нескончаемом потоке покинутых мною женщин, разумеется, — насмешливым тоном произнёс он.

— Вовсе нет, — заверила его Беляна.

— Хм… — Рос недоверчиво усмехнулся, — Тогда почему ты меня избегаешь?

— Это неправда, — она решительно встретилась с его пристальным взглядом.

— Правда. И то, и другое, — убеждённо кивнул он.

Несколько мгновений они рассматривали друг друга. Наконец, сокрушённо вздохнув, Рос положил подбородок на сплетённые перед собой руки, и с выражением обиженного щенка на лице, спросил:

— Скажи, синеглазая, у меня репутация такого же прожжённого бабника, как Лесогор, или я пока не дорос? — его тон стал ироничным.

— Разве Лесогор бабник? — распахнула глаза Беляна.

— Мы будем говорить сейчас о Лешем? — слегка рассердился Ро̀слав.

— Ты сам начал, — спокойно ответила она, — И обвинил его, между прочим, так же, как осудили тебя.

— Ты права, извини, — он сбавил тон, — Просто не знаю, как объяснить тебе…

— Никаких объяснений, — покачала головой Белка, — Тебе не сто лет. И выражение "пора остепениться" в данном случае — неуместно. Тебе девятнадцать, и было бы странно… — она запнулась, подбирая правильные слова.

— Обещаю больше не давить на тебя, — твёрдо заявил Рос, воспользовавшись паузой.

— Ты и не… — но она не стала договаривать. Потому что в этот момент поняла — он сказал именно то, что ей так хотелось услышать. Зажмурившись от радости, Белка облегчённо выдохнула.

— Но сдаваться не обещаю, — улыбнулся он лукаво, заметив смену выражений на её лице.

— Замечательно, — она забавно склонила голову набок, — И не станешь испытывать на мне своего "обаяшку"?

Он демонстративно нахмурился, шутливо выглянув исподлобья:

— Так и быть, — тоном, словно открывает страшную тайну, заговорил он, — Открою тебе секрет. На самом деле я не пытаюсь включать "обаяшку". Это всё мои черные глаза. Кажется, что зрачки всегда расширены и проникают в самую душу, так ведь?

Беляна сжала губы, стараясь подавить усмешку. Рос точно знал, о чём говорит. О его бездонных глазах можно было слагать легенды, стихи, и даже песни.

— Раньше мне даже нравилось производить впечатление этакого коварного соблазнителя, — хитро сощурился он, — А девчонкам, вероятно, нравилось чувствовать себя очарованными. Но с некоторых пор… — он замолчал, и Белка подняла глаза, встретившись с его колдовским взглядом, — С некоторых пор меня интересует только одна девушка.

Беляна отвернулась, скрывая румянец.

— Всё-всё, — поднял он ладони, капитулируя, — Больше не буду. Мир?

Её лицо осветила безоблачная улыбка.

— Мир, — кивнула она после паузы.

— Тогда пойдём, — он встал и протянул ей руку.

— Куда? — удивлённо взметнула она брови.

— В Летний сад, куда же ещё? Нас уже заждались. Давай-давай, — он поманил её ладонью, — Хватит прятаться!

Белка мигом собрала книги и, махнув на прощанье Бублику, забросила сумку на плечо. На выходе остановилась и, не в силах сдержать порыва, благодарно чмокнула Ро̀слава в щёку, приподнявшись на цыпочках.

— Хм, — хмыкнул он себе под нос, сверкнув на неё глазами, — Неплохое начало.

Беляна в ответ одарила его ослепительной улыбкой, и они вместе шагнули из Книжницы в переполненный народом Большой зал. В суетливой и шумной толпе студентов выделялась громадная фигура хмуро наблюдающего за ними Лесогора.

— Почему бы ему не впасть в спячку, как положено зимой всякому порядочному Лешему? — сквозь зубы прошипел Ро̀слав, окатывая великана убийственным взглядом.

А в самом деле, почему? — мысленно усмехнулась Белка, в который раз отмечая, что стоит ей лишь вспомнить о Лесогоре, как он тут же появляется, так или иначе. Только что он, без сомнения, стал свидетелем их невинного поцелуя. И сейчас янтарные глаза метали молнии. Надо же… какой моралист.

Они пересекли Большой зал и сквозь снегопад поспешно добрались до границы волшебного лета, где сразу замедлили шаг.

— Видела, каким взглядом сверлил нас с тобой Леший? — хохотнул Рос.

— Да ладно! — бросила Белка, насмешливо вскинув брови, — Твой был куда красноречивее! — и рассеянно добавила, — Ты тоже его не любишь. Почему?

— Отвечать обязательно? — уточнил Ро̀слав.

— Нет, — безразлично пожала плечами Беляна.

— Тогда, с твоего позволения, я не буду, — он галантно склонил голову.

Богдан и Светлана сидели на траве с одинаково тревожными лицами и одинаково прямыми, напряжёнными спинами. Оба их клинка лежали рядом, даже не вынутые из ножен. Беззаботно болтая с Росом, Белка шагала к друзьям. И не будь так увлечена, непременно заметила бы, как с видимым облегчением перевела дух подруга. И как отвернулся Славер, пытаясь скрыть широкую ухмылку.

* * *

Промелькнул ещё месяц зимы. Красивой, многоснежной и морозной. И не надоедливой, что особенно радовало. Ведь в любой момент можно было спуститься в парк, а там уж выбрать время года по настроению.

Темнело по-прежнему рано, и вечером, когда Беляна возвращалась от Радмилы, сумерки были довольно густыми. Уже пару дней, как мороз отступил, снег немного подтаял, поэтому она шла медленно и осторожно, внимательно глядя себе под ноги, чтобы не оступиться на скользкой мостовой.

Внезапно со страшным грохотом мимо неё пронеслась чья-то телега. И едва напуганная Белка успела отскочить, как раздался душераздирающий визг. Беляна рванулась вперёд. Шальная телега переехала что-то живое, беспомощно копошащееся и пищащее теперь на дороге. Плохо соображающая Белка подняла этот живой комочек боли. Котёнок! На руках она почувствовала что-то тёплое и липкое. Кровь!

Обезумев от ужаса, Беляна побежала, не разбирая пути, ежеминутно спотыкаясь и ориентируясь лишь на ярко освещённые окна Ведарии.

Ворота. Главный зал. Никого. Мысли судорожно сменялись в Белкиной голове. Куда бежать? К Властелине? Причём тут ворожба. Где искать помощи? Она не могла набраться мужества опустить глаза и взглянуть на свою ношу. Ноша дрожала, но прерывисто дышала. Белка рванула на второй этаж. Кабинет Стихий. Нет, Водокрутич не поможет. Всеведание. Совсем не то. Мироздание. У Белки в голове пронеслось воспоминание о лисёнке, к которому Лесогор отнёсся с такой нежностью на первом занятии. Что ж, ничего лучшего в голову всё равно не приходит. Только бы Леший был на месте!

Она пинком открыла дверь и влетела в кабинет. Лѝхард оказался там. И не один. Вплотную к нему стояла улыбающаяся Ярославна, поигрывая косой. Голубки явно ворковали, когда обезумевшая Белка ворвалась и, задыхаясь, прохрипела:

— Помогите… помогите, пожалуйста.

Лѝхард удивлённо взглянул на непрошеную гостью. Но, заметив неладное, в два шага пересёк разделявшее их расстояние. Следом за ним подплыла Ярославна. И тут же, закрыв глаза ладонью, испуганно отвернулась. Лѝхард мельком взглянул на окровавленный комочек:

— Ярина? — вопросительно взглянул на ведунью.

— Нет-нет, я не возьмусь! — не оглядываясь, отозвалась та.

— Давайте его сюда, — обратился Лѝхард к Белке, протягивая руки.

— Он ещё дышит, я чувствую, — кусая бледные губы, прошептала Беляна. Она старалась не смотреть на котёнка, перекладывая его в широкие ладони Лешего.

— Идёмте со мной, — приказал он, выходя из кабинета, — У нас немного времени.

— Почему он затих? — не выдержала Белка, едва бегом поспевая за Лесогором, — Он умер?

— Заснул, — коротко ответил тот.

Они поднимались на третий этаж.

— Нам сюда, — объявил Лѝхард, открывая плечом дверь незнакомого Беляне кабинета. — Кудеяр! — прогремел он.

— Кто там меня зовёт? — раздался густой бас. И из подсобки вышел приземистый мужичок с тёмно-золотыми кудрями и такой же бородой. Целитель! — догадалась Белка.

— Помочь сможешь? — спросил Лесогор, протягивая ладони с дремлющим комочком.

— Ох, силы Небесные! Садись! — приказал Кудеяр, засуетившись.

Лѝхард сел. Белка встала за его спиной, сглатывая слёзы. Кудеяр присел напротив, потирая руки, будто разогревая их. Беляна, наконец, нашла в себе силы глянуть на искалеченное существо. Судя по виду, телега отдавила котёнку обе задние лапки, на месте которых теперь было кровавое месиво. Девушка в ужасе отвернулась. Всё зря! Даже на её дилетантский взгляд, исправить такое невозможно. В лучшем случае, бедный крошка останется калекой. Ну и пусть! Она всё равно будет заботиться о нём.

Белка с надеждой взглянула на целителя. И глаза её расширились от удивления. Между ладоней Кудеяра, буквально из ничего, возникал сгусток света, напоминающий большое вращающееся веретено.

— Убери руки, — приказал он Лѝхарду, и тот аккуратно положил котёнка на стол.

Целитель стал катать светящееся веретено над несчастным созданием. И на глазах у Беляны происходило чудо. Лапки вытягивались, обретая форму. Вбирая собственную кровь со стола и шерстки, они наполнялись живой силой. Так продолжалось минут пять. Наконец, Кудеяр убрал веретено, и оно растворилось в воздухе.

Котёнок проснулся, открыл глазки и попытался встать на ножки. Погладив крошку, целитель стал внимательно его ощупывать. Ещё через минуту удовлетворённо вздохнул и, опустив на пол, позволил детёнышу сделать несколько первых неуверенных шагов. Потом поднял на Беляну сияющие бирюзовые глаза и душевно улыбнулся:

— Твоя, красавица?

— Мммойяяя, — ошеломлённо протянула Белка, и кивнула для убедительности, — А он девочка?

Кудеяр улыбнулся ещё шире, и подмигнул девушке:

— Кошечка. Пусть побудет у меня до завтра. Не волнуйся, всё хорошо будет. Посмотрю за ней, если что, поправлю.

Напряжение потихоньку отпускало. Белка вдруг почувствовала такую усталость, что покачнулась, не устояв на ногах. Лѝхард вскочил, вовремя поддержав её одной рукой, а другой отодвинул соседний стул, помогая сесть.

— Ох, лапушка! — засуетился целитель.

Он метнулся к себе и через пару мгновений вынес на подносе кувшин, три чашки и блюдце.

— Нам всем не помешает успокоиться, — пробасил он, наливая ароматное питьё Беляне, Лесогору и себе.

Затем поставил перед кошечкой блюдце со сметаной, в которую она тут же опустила мордочку, довольно урча.

— Как зовут-то тебя, девонька?

— Белка, — всхлипнула она, мигом осушив чашку, и закашлялась.

Лѝхард метнул на неё укоризненный взгляд, чинно отпивая из своей.

— Беляна Буянова, — поправилась она, переведя дух.

Кудеяр благодушно загоготал. Лесогор подавил ухмылку:

— Познакомьтесь, Беляна. Ваш будущий преподаватель Целительства — Кудеяр Радованыч.

— Очень приятно. И моя сердечная благодарность Вам! — искренне промолвила Белка. По телу разливалось блаженное тепло и умиротворение, хотя в напитке она не почувствовала ни капли алкоголя.

Они ещё немного посидели, непринуждённо болтая. Кудеяр, в отличие от Лесогора, оказался приятным собеседником. Белка совсем расслабилась, посмеиваясь над шутками добродушного балагура. Она коротко рассказала о том, что случилось. Пушистая серебристо-полосатая кошечка мирно посапывала оранжевым носиком, свернувшись клубочком на старом шерстяном платке.

* * *

— Очень признательна Вам за помощь, — нарушила безмолвие Беляна, когда они с Лесогором неторопливо возвращались из кабинета Целительства.

— Не стоит благодарности, — пророкотал Лѝхард в ответ и неожиданно добавил, — Вы меня удивили сегодня.

— Чем? — удивлённо подняла она брови.

— Вам присуще сострадание, — коротко отозвался он.

Белка возмутилась:

— Вы что же — считали, что у меня нет сердца?

— Вы казались мне легкомысленной.

— А Вы мне — равнодушным! — парировала она, — Но за помощью я всё-таки обратилась к Вам.

— Так и есть, — констатировал он и снова погрузился в молчание, ускоряя шаг.

Беляна рассердилась. У неё было слишком хорошее настроение, чтобы безропотно терпеть ставшего отчего-то сердитым Лесогора.

— А позвольте спросить, сударь. О чём это вы там ворковали с Ярославной?

Его брови взметнулись вверх, и Белка злорадно ухмыльнулась — шпилька попала в цель.

— Вы не в меру любопытны, барышня, — холодным тоном ответил он.

— Что есть, то есть, — насмешливо согласилась она.

Он сдержался и промолчал. Но Белка не собиралась так легко сдаваться — даже видя, как он теряет терпение. Сцена в кабинете Мироздания противной занозой засела в голове. Она и сама не смогла бы объяснить, зачем дразнит и без того чем-то рассерженного Лешего.

— Ой! — воскликнула она, притворно испугавшись, — Вдруг подумалось! Надеюсь, я ничему не помешала? — добавила трагически заботливым тоном.

— Чему это Вы могли помешать? — он всё больше раздражался от её бесцеремонности.

— Ну-у-у, вдруг она Ваша Лешинка? — ядовито предположила Беляна, подкатив глаза, и тихонько прыснула от смеха.

Он резко остановился и повернулся к ней:

— Хотите знать? — янтарные глаза метали искры, от которых по её спине побежали мурашки.

— Вы сами сказали — я не в меру любопытна! — с вызовом напомнила девушка.

Если он думает, что напугал её, то глубоко ошибается. Жаль, нельзя дерзко встряхнуть короткими волосами, как она умела это делать раньше. Они теперь отросли, и она стягивала их на затылке задорным хвостиком. И почему она сейчас думает о причёске?

Словно видя её впервые, Лѝхард внимательно заглянул в синие глаза, пытаясь совладать с нахлынувшим потоком возмущения. Маленькая нахалка пытается его провоцировать? Не соображает, с кем имеет дело? Или… догадка заставила его глубоко вдохнуть, позволив здравомыслию взять верх:

— Много будете знать — скоро состаритесь, — шёлковым тоном произнёс он, и гнев на его лице уступил место обычной снисходительной полуулыбке.

Возмутительно! Любой другой на его месте вышел бы из себя…

— Ха! И это мне говорит преподаватель, — скорее по привычке съязвила Белка, — Какой же Вы зануда! — добавила на прощание, сбегая по лестнице в Большой зал.

"Я вела себя просто отвратительно, — думала Беляна, поднимаясь на второй этаж, — Бесцеремонно, хуже Сушки! Какая шальная муха меня укусила?"

Отдалённо подозревая, что муху, которой она не соперница, скорее всего, зовут Ярославна, Беляна в очередной раз недоумевала, почему в присутствии Лешего не может держать язык за зубами. Но всего через минуту в нетерпении влетела в комнату и отбросила лишние мысли, чтобы рассказать девчонкам о котёнке и её новом кумире — целителе Кудеяре.

* * *

Лѝхард вихрем ворвался в свой кабинет, с размаху захлопнув едва не слетевшую с петель дверь. "Что-то не так", — пробормотал, запуская руку в волосы. Девушка намеренно дразнила его. И, что гораздо хуже — ей почти удалось вывести его из равновесия. Невероятно!

С беззвучным проклятием он размахнулся, собираясь впечатать кулак в стену, но заметил Ярославну. Та, как ни в чём не бывало, стояла, опираясь о стол, и от скуки переплетала блестящие чёрные волосы. С приходом Лесогора отбросила недоплетенную косу за спину и невозмутимо улыбнулась.

— Вы ещё здесь? — удивлённо выдавил он.

— Как успехи, Лѝхард? — безмятежно поинтересовалась чародейка.

— Ярина, только не сейчас, — тряхнул он головой, на минуту позабыв о галантности.

Красавица, потупившись, постояла мгновение, раздумывая. Затем заманчиво встала, и во всем своём ослепительном великолепии подплыла к нему:

— С каких пор, Лѝхард? — промурлыкала она. Продемонстрировала, как длинные ресницы веером ложатся на щёки, а затем взмахнула ими.

От обезоруживающей улыбки и открытого кокетства его ярость куда-то испарилась. Он нежно коснулся её щеки, а она ласково провела ладонями по широким плечам и груди. Стальные с поволокою глаза встретились с янтарно-карими. От томного взгляда чародейки повеяло невозмутимой уверенностью и, взяв руку Лѝхарда в свою ладонь, она решительно двинулась к двери в лесной портал, мягко увлекая его за собой.

* * *

Девчонки с восторгом отнеслись к перспективе обзавестись пушистым любимцем. Сердобольная Леська плакала, сморкаясь в замусоленный платок, когда Беляна рассказывала о злоключениях несчастного котёнка. Светлана оставалась почти спокойной, лишь иногда удивлённо приподнимая брови. В частности, её очень заинтересовало Кудеярово веретено. Белка была солидарна с подругой.

Только Стаська ехидно наморщилась, заявив, что не намерена ни за кем убирать. Подруги заверили Сушку, что неприятные обязанности возьмут на себя, и та нехотя согласилась, заметив однако, что мышей у них в горнице нет, и необходимости заводить кошку она лично не видит.

Глава 11

Кудеярова наука

На следующий день Беляна, дождавшись конца занятий, наскоро побросала учебные принадлежности в сумку и сразу после Травоведения понеслась к Кудеяру. Тот встретил её своей обычной широкой улыбкой:

— Пришла, красавица? А Лесогор уже заходил — справлялся, как зверёныш себя чувствует. Вы едва разминулись с ним.

Беляна только вздохнула с облегчением. Дни, когда она не видела Лешего, девушка считала удачными. Сама не понимала, почему он так её раздражал. А ещё более непонятным было, почему её саму так и подмывало всякий раз его поддразнивать.

Кошечка тихонько дремала на том же шерстяном платке, что и вчера. Почувствовав нежное прикосновение Беляны к спинке, она открыла глазёнки, зевнула и потянулась, оттопыривая задние ножки. Беляна отошла на пару шагов, и киска шустро побежала к ней. Выглядела она совершенно здоровой.

Кудеяр добродушно загоготал.

— Ишь, признала спасительницу! Ну, раз так, забирай своё сокровище.

Беляна подняла кошечку и та, удобно устроившись у неё в ладонях, замурлыкала под ласковыми пальцами девушки.

— Учитель. У меня к Вам ещё одна просьба.

— Слушаю девонька, — насторожился Кудеяр.

— Научите меня лечить так, как Вы вчера — веретеном. Пожалуйста, — добавила она.

Целитель помолчал мгновение, затем покачал головой.

— Ты думаешь записать слова заговора? Нет, деточка. Для этих чар не заговор важен.

— Я буду стараться. Обещаю! — Белка ожидала чего-то подобного. Вчерашнее действо Кудеяра поразило её. Она чувствовала, что это совсем другой уровень, чем тот, которому их пока учили. А ещё понимала, что упрашивать бесполезно, поэтому говорила твёрдо, уверенно глядя Кудеяру в глаза.

— Ты ведь только на первом курсе, Беляна. Вот в следующем году придёшь ко мне на занятия, и попробуем. Хотя, с этими чарами и третьекурсники не справляются. Даже если у тебя есть дар целительства, сейчас ты ещё слишком молода, не подготовлена. Да просто слишком мало знаешь.

— Я прошу у Вас только один час времени. Если у меня не будет получаться, я не стану настаивать на большем.

— Хорошо, — произнёс он после паузы, — Завтра выходной, приходи, попробуем. Но ничего не обещаю.

— Я не подведу Вас, учитель! — обрадовалась Белка. Она чуть не кинулась Кудеяру на шею. Но вовремя сообразила неуместность своего порыва и просто поклонилась, — Благодарю за доверие.

* * *

Весь вечер подруги провели, мастеря кошкин дом по эскизу, нарисованному Беляной. Такие домики она видела в зоомагазинах в своём мире, куда заходила вместе с Наташкой покупать корм для её попугая.

Светлана ещё днём притащила из кухни нечто вроде поддона для запекания. Так что проблема кошачьего туалета была решена. Стася после занятий умотала куда-то в город с новыми подружками, поэтому девушки рукодельничали втроём. На пошив домика было решено пустить добрый отрез льняного полотна, а Леся пожертвовала старую подушку в качестве набивки.

Выкупанная и высушенная сразу по прибытии, кошечка быстро освоилась в комнате. Предварительно обследовав каждый уголок, она уверенно напудила в поддон. Затем выбрала для временной лежанки Белкину кровать и устроилась там тщательно вылизываться. Олеся и Света, простёгивая корпус домика, вместе решили, что выбрать кличку для кошки должна Беляна. Та обещала подумать.

— Нам ещё понадобится дряпалка, — задумчиво пробормотала она, выравнивая набивку под наволочкой для седушки.

— Что это такое? — в два голоса спросили девушки.

— Такая штука, чтобы кошка когти точила не обо что попало.

Она отложила шитьё и рядом с кошачьим домиком нарисовала самый простой вариант когтеточки.

— Вот это делается из деревянной доски, а это место обычно пеньковой верёвкой обматывают, — показала она, — ну, и украшают как-нибудь…

— Давай, — уверенно взяла рисунок Светлана, — покажу завтра Богдану — он смастерит. Нужная вещь.

— Обычно дряпалку приобретают, если кошка на улицу не выходит, — добавила Белка.

— Думаю, после приключений, о которых ты рассказывала, наша киска и носа туда не покажет, — подала голос Олеся.

Приоткрыв один глаз, киса мурлыкнула в подтверждение правомерности этого утверждения.

* * *

Кудеяр встретил Беляну без обычного благодушия, и она осознала, что Целитель более чем серьёзен, когда дело касается его предмета. Он усадил студентку напротив себя и говорил очень медленно, тщательно выговаривая каждое слово. Будто желая впечатать их глубоко, в самое Белкино сердце:

— Это очень светлые чары, — он пристально смотрел ей в глаза, — Ты добрая девочка, но здесь мало доброты. Необходима концентрация. Сила. И понимание.

Беляна боялась даже кивнуть. Кудеяр, убедившись, что она достаточно внимательно относится к тому, что он говорит, продолжил:

— Веретено не стягивает и не сшивает кожу. Не сращивает кости и не залечивает ожоги. Если упрощённо, то оно вообще ничего не исправляет. Оно создаёт. Это на самом деле — вообще не веретено. Мы лишь сгущаем с помощью волшбы энергию сил природы — земли, воды, огня и воздуха. Придаём ей для удобства форму веретена. Снабжаем информацией о том, как должно быть. И направляем её в нужном русле. Веретено — это концентрация мысли и энергии. Эти чары из материи, силы и знаний создают форму.

Беляна непроизвольно дотронулась пальцами до висков. Кажется, она уловила разницу.

— Ты поняла? — вмешался в её раздумья Целитель, — Иди. До завтра подумай над тем, что я тебе сказал.

Белка даже не стала возражать против того, что урок закончился так скоро. Ей было о чём подумать. А Кудеяр, словно услышав её мысли, добавил:

— Завтра ты не должна просить меня научить "лечить веретеном". Ты должна понять, что веретена не существует, и оно не лечит. А на это нужно время. Если завтра ты придёшь и задашь мне правильный вопрос, мы продолжим. Если нет — извини. И не расстраивайся. Большинство студентов заканчивают Ведарию, так и не освоив этого вида чар. А ты — всего лишь первокурсница.

Итак, следующая остановка — целительство. Белка в одиночестве бродила по парку. Сейчас ей никто не был нужен, даже Светка. Слова Кудеяра запали в душу, они звенели в ушах, меняя сознание. Беляна ощущала, как в голове поднимается гул, ведь все представления о медицине она должна сейчас изменить и перенаправить в иное русло. "Не лечит, а создаёт", — басил её рассудок голосом Кудеяра, — "не сшивает, а исцеляет".

Разумеется, от знаний ей избавляться не придётся. Наоборот, они более чем пригодятся в нелёгком целительском деле. Хотя, вероятно, будут несколько отличаться от тех, что необходимы для полной картинки. Картинки? Надо бы в Книжнице поискать здешние книги по анатомии и гистологии. Или как они тут называются…

* * *

Едва дождавшись конца занятий следующим днём, Беляна поспешила к Кудеяру. Добежала до кабинета, и уже протянула ладонь к дверной ручке, но вдруг замерла в нерешительности.

Не много ли она на себя берёт? Можно научиться разбираться в травах. Сшивать кожу и складывать кости. Готовить чудодейственные зелья и мази, отвары и настойки. И они помогут, если правильно всё сделать, и организм выдержит. Не сразу, конечно, но от болезней нет иного спасения. И именно этому их будут учить, начиная со второго курса.

Веретено же — быстрое средство от ран, ожогов, переломов и других повреждений. Такие целители незаменимы на поле боя. Они могут спасти жизнь, когда она висит на волоске. Но от инфекций или заболеваний крови веретено беспомощно. Здесь поможет только длительное и планомерное лечение.

Разница подобна той, что между двумя вещуньями — Веденеей и Властелиной. Первой для ворожбы нужен воск, руны, камни, прочие принадлежности, и она получает ответы на конкретные вопросы. Второй всё это без надобности. Потому что у неё дар. Тем не менее, она видит только то, что ей суждено или полагается знать.

Целительство энергетического уровня — это тоже дар. Ему нельзя научиться с бухты-барахты. Её мама обладала силой веретена, но получится ли у неё? Была ни была! Она повернула ручку и решительно вошла в кабинет.

— Здравствуйте, учитель, — поклонилась, казалось, ожидающему её целителю.

— Здоров будь, красавица, — с хитринкой взглянул на неё Кудеяр, — Смотрю, не передумала? Разгадала мою загадку?

— Загадку? Вы всё вполне доходчиво объяснили, — промолвила Белка, усмехнувшись. — Мне нужно было лишь услышать да понять.

Целитель сцепил руки за спиной и отошёл к окну.

— Ну, и что ты поняла? — спросил, не оборачиваясь.

— А что легко не будет, — невозмутимо ответила Беляна, — Научиться своей силой призывать энергии природы и сообщать этой энергии информацию о строении того, что хочу создать, — продолжила она.

Кудеяр повернулся и с улыбкой уставился на девушку. А Белка вытащила из сумки зелёную ветку, прошептав заговорщицки:

— Только не говорите Лесогору. А то я из "посредственно" по его предмету никогда не вылезу.

Кудеяр тихо засмеялся и, бросив лукавый взгляд куда-то в сторону, пригладил волосы.

— Он ни за что не простит мне, если я буду экспериментировать не на собственной ноге, а на растении, — весело добавила Белка и переломила ветку, — Ведь не имеет значения — возвращаю я форму человеческой коже или лубяным волокнам? — она задорно улыбнулась, — Если я неправильно поняла Вас вчера, можете меня выгнать.

Лицо Кудера просветлело:

— Ни за что, деточка! — Он по-отечески приобнял её, похлопав по плечу, — Пойдём. И веточку прихвати. Как назвала кошечку-то?

— Вита.

Учитель тихонько загоготал в своей неповторимой манере.

— Ну-ну…

В кабинете лицо Кудеяра сразу изменилось. Куда и исчезли благодушие да весёлость. Он повелительным жестом приказал Белке сесть, а сам устроился напротив. Менторским тоном, не терпящим возражений, он, как и вчера, чеканил каждое слово:

— Очень важна концентрация.

Если ты неверно понимаешь форму того, куда направляешь поток силы, или отвлечёшься на иную форму, то вместо поломанной кости вырастет, к примеру, хрящ.

Чтобы излечить лапку котёнка, надо вложить в поток энергии недюжинное понимание. Знание о строении костей аккурат в этом месте, именно у котёнка, и как раз в этом возрасте. Особенностей строения сухожилий, кровеносных и лимфатических сосудов, кожи и даже шерсти.

Если не правильно рассчитаешь и сконцентрируешь силу, она может не излечить, а покалечить. И на месте ожога получится, например, язва. А кость превратится в песок. Или исчезнет царапина, но появится перелом. И даже вопреки желанию, это будут очень тёмные чары.

Направь на рану поток целебной силы, вложи в него познания о том, как должно быть. Не приступай к каждому конкретному случаю, не обладая достаточными знаниями. Начиная работу, ни в коем случае не отвлекайся. Не пытайся исправить, вернуть, как было раньше, сшить или залечить. Просто сообщи, как нужно.

Шел третий час занятия, когда Кудеяр поднёс к глазам безупречно гладкую и упругую, а так недавно ещё сломанную ветку.

На лбу у Белки блестела испарина, но она сияла от счастья. Создать веретено из силы и энергии ей удалось довольно быстро. Правда, оно пока напоминало кое-как смотанный клубок. Да и сломанная ветка восстановилась далеко не с первой попытки — получались то ниточки, то шишечки, а однажды даже нечто, похожее на пластырь.

Но терпению целителя, казалось, нет конца. После каждой неудачной пробы он спокойно объяснял ей, в чём ошибка. Белка удивлялась, как при таком внимании преподавателя Целительства к студентам, хоть кто-то из них не осваивает техники лечащего веретена.

Не то, что Лесогор. Тот выбрал себе одну любимицу — Олесю. И ни с кем больше не возится. Никому не ставит оценки выше, чем "хорошо". Может, у Леси, конечно, тоже дар, которого нет у неё, Белки. Ну и что? Невозможно обладать всем, и несправедливо поощрять только одарённых студентов. Другие ведь тоже стараются.

— Иди, деточка. Отдохни. Ты умница, — наконец, произнёс Кудеяр, — Не пытайся пока делать что-либо без меня.

— Обещаю, учитель, — устало промолвила Белка.

* * *

Два раза в неделю Беляна занималась с Кудеяром. Прилежно и терпеливо, стараясь, чтобы увлечение не влияло на успехи в других дисциплинах. Но целительство отныне занимало все её мысли и чувства.

— Не направляй энергию глубже, чем это требуется, — учил её Радованыч, — Если это царапина, не надо лечить кость. Ты думаешь о коже — её и создавай. На неглубоких порезах веди поток силы вдоль раны, а не вглубь неё.

На уроке у Догадовны, проколов палец, она специально попросилась выйти. А вернувшись через пару минут, так сияла, что Светлана не выдержала:

— Я сейчас ослепну от твоего счастья, — прошептала она, — Ты что, влюбилась?

— Я себя исцелила! — с гордостью призналась девушка на ухо подруге.

Её веретено постепенно выровнялось и вытянулось, превратившись в небольшое, но сияющее и белоснежное. Кудеяр, довольно потирая руки, признался, что такое веретено свидетельствует об исключительно положительной энергии ведуна, его сотворившего.

На одно из занятий Белка принесла синюю куриную тушку. И с важностью уложила пациентку на предварительно расстеленную салфетку.

— Я уже ничему не удивляюсь, — рассмеялся Кудеяр, почёсывая бороду, — Но ты уверена, что знаешь достаточно для такой работы?

— Да, учитель, — твёрдо ответила Беляна, скромно умолчав о том, что была отличницей по биологии. А её бабушка преподаёт цитологию и гистологию в университете.

— Ну что ж, пробуй, — согласился Кудеяр, и они оба склонились над несчастной птицей.

Клеточное строение в её мире изучалось в основном на примере тканей человека. Вероятно, поэтому исцелённая куриная кожица напоминала скорее человеческую, а мышцы имели заметный красный оттенок и довольно плотную структуру. Но Белку этот факт только радовал. Сомнительно, чтобы ей пришлось исцелять кур. Она ведь не собирается становиться ветеринаром. Хотя с другой стороны, что было бы с её Виткой, не умей Кудеяр исцелять котят?

Радованыч, конечно, гений. Ей, Белке, ни за что такой не стать. Но если она будет усердно заниматься, то возможно когда-нибудь сумеет спасти кого-то от смерти. А это дорогого стоит.

Кошечка, получившая имя Вита, вела спокойный и размеренный образ жизни. Хорошо кушала, исправно пудила в туалет, спала в домике и с упоением вылизывалась в свободное от всей этой непростой работы время.

У неё оказался дружелюбный и весёлый характер. Даже Сушка в конце концов растаяла, и кошачья миска благодаря её неусыпному вниманию никогда не оставалась пустой. А ещё, на удивление, Витка демонстрировала просто собачью преданность по отношению к Беляне. Только ей доставался изысканный "массаж" лапками и уморительное мурлыкание кошечки. А ещё Вита прекращала есть, если девушка несколько дней подряд оставалась ночевать у Радмилы.

Однажды вечером Беляна в полном одиночестве сидела на своей кровати. Кошечка, устав мурлыкать, свернулась уютным клубочком у неё на коленях и мирно посапывала носиком. Внезапно дверь с грохотом открылась, и спиной вперёд в неё протиснулась Светлана, тащившая в руках тяжеленный сундук.

Витка, испугавшись грохота, с пробуксовкой оттолкнулась от Белки и шмыгнула под соседнюю кровать.

— Ай! — взвизгнула та, поднимая ночную сорочку. На бедре красовалась длинная царапина, над которой уже проступили капельки крови.

— Извини, — нахмурилась Светлана, — Я не думала…

— Сколько тебе говорить — не таскай ты тяжёлое, лучше меня позови! — Беляна пристально уставилась на сундук, и тот, послушно проплыв по воздуху, отправился на место, — И где Богдан? Он в курсе, чем ты занимаешься?

— Не знаю, — виновато пожала плечами Светка.

Из-под кровати высунулся оранжевый носик:

— Мяу? — поинтересовалась Витка, испуганно хлопнув глазёнками.

— Иди сюда, моя девочка, — ласково похлопала Беляна по одеялу, — Ты не виновата, это наша тётя Света бицепсы качает.

Выбравшись наружу, кошечка выгнула спинку, потягиваясь. И послушно запрыгнула на кровать. Фыркнув, Светлана полезла в шкафчик с лекарствами:

— Где-то у меня была тут одна мазюка, — бормотала она, перебирая пузырьки.

— Хм… — задумчиво хмыкнула Белка, — Не надо мазюки, — она с почти хищным выражением лица уставилась на царапину.

Светка обернулась, её изумрудные глаза понимающе сверкнули:

— Думаешь, получится?

— Не попробуем — не узнаем.

Размяв руки, как делал это Кудеяр, молодая ведунья сосредоточилась. И вскоре изумлённая Светлана наблюдала, как между ладоней девушки завертелось веретено.

— Очуметь, — одними губами пролепетала она, когда царапина бесследно исчезла под белоснежным сиянием.

Беляна и сама выглядела ошеломлённой, рассматривая собственную абсолютно гладкую кожу.

Наконец, обе девушки встретились взглядами:

— У тебя, случайно, ничего… не болит? — подняв брови домиком, с надеждой спросила Белка.

— Нет, — тряхнула головой Светлана, прыснув от смеха.

Взглядом, полным отчаяния, Беляна обвела комнату и остановила его на серебристо-полосатом клубочке, дремлющем рядом. Недолго думая, взяла котёнка в руки:

— Ну, поцарапай меня ещё, — просила она, елозя ошалевшей Виткой по ногам, — Что тебе, жалко?

— Мяу! — рассердилась та, но даже не подумала выпустить коготки.

— Извращенка! — рассмеялась Светлана, — Что ты делаешь?

Оставив кошку в покое, Белка надула губы:

— Мне нужен человек, — виновато пробормотала она, — Для того, чтобы научиться исцелять по-настоящему, мне нужен настоящий раненый.

Светлана и Витка смотрели на неё с одинаковым выражением укора и сочувствия на мордашках. Наконец, деванка, простодушно пожав плечами, открыла свою тумбочку. Порывшись в ней, вытащила нож, и протянула подруге:

— Дерзай! — насмешливо предложила она.

— Э не-е-ет, — протянула Беляна, нахохлившись, — Так я не могу-у-у.

Она взяла обиженную кису на руки и стала примирительно гладить её спинку.

— Тогда тебе нужен доброволец, — хихикнула подруга, — Которому это будет нравиться.

— Ты сама извращенка! — сердито буркнула Белка, подсаживая повыше кошечку и лаская её за ушками.

* * *

Возможно, всё сложилось бы иначе, но сегодня подруги засиделись в трапезной, продлевая удовольствие от чаепития и наслаждаясь обсуждением последнего занятия Догадовны. До Светкиной тренировки оставалось ещё немного времени, и Беляна решила составить подруге компанию по выбору обереговой вышивки для итоговой оценки.

— Куда все подевались, не пойму? — пробормотала Светлана, осматриваясь вокруг.

— Не знаю, — пожала плечами Белка, — Как тебе вот эта? — она ткнула пальчиком в учебник.

— У меня такое ощущение, что мы с тобой что-то пропускаем, — подозрительно нахмурилась деванка, — Ничего, сойдёт, — кивнула она, бросив взгляд на рисунок.

— Хм… точно… — Беляна подняла голову и сощурилась, — Олеся просила собраться всех сегодня после занятий.

— Зачем? — поинтересовалась Светка.

— Не знаю, — невозмутимо ответила Белка, укладывая учебник в сумку, — Пойдём, узнаем…

И подруги неспешно покинули столовую, направляясь на второй этаж учебного крыла.

— Вы опоздали! — возмутилась Олеся, подскакивая к девушкам, — Мы готовимся к Новолетию, распределяем задания. Но вам выбирать не придётся, потому, что осталась только… — нахмурившись, девушка заглянула в список, — Ага, вот — Перепляска-веселуха!

— Что? — воскликнула Светлана, — Пе-перепляска?

— Ве-веселуха? — пробормотала, вторя подруге, Белка.

Леська сочувственно поглядела на девушек и вздохнула:

— Ничего не могу сделать. Нужно было вовремя приходить.

— Я деванка! — злобно прошипела Светка, склонившись к уху Олеси, — Меня не учили дрыгать ногами!

— Вот заодно и научишься, — с достоинством парировала Леся, — Беляна из Залесья, её наверняка учили.

Закашлявшись, Белка прижала ладонь к губам, чтобы не сболтнуть лишнего. Светлана, метнув на неё понимающий взгляд, в ужасе прикрыла глаза.

— Свет, ты сама хотела, чтобы к тебе относились так же, как к остальным, — пожала плечами Леся, — А теперь на каждом шагу кричишь, что ты, видите ли, деванка. Ну и что? У вас там разве Новолетие не встречают?

Светлана обречённо нахмурилась, не найдя, что ответить подруге.

— Словом, если вам понадобится музыка, возьмите у Догадовны Гусли-самоигры, — добавила староста и, сделав вид, что ей срочно необходимо куда-то бежать, мигом выскочила из кабинета.

— Пляска-веселуха? — пытаясь восстановить голос, просипела Беляна.

— Перепляска, — поправила её Светка, скрипя зубами.

— И в чём разница? — поинтересовалась Белка, кашлянув в кулачок.

— В приставке, — съязвила деванка.

— Я умею танцевать вальс, — задумчиво промолвила Беляна, пытаясь найти решение мудрёной задаче, нежданно-негаданно свалившейся на их с подругой голову.

— Что такое вальс? — послышался сзади знакомый бархатный голос.

— Привет, обаяшка, — с досадой рявкнула Светлана, не оборачиваясь.

Беляна кивнула Ро̀славу с хмурым видом.

— Привет-привет, — озадаченный настроением девушек, ответил Рос, — Что такие задумчивые?

Из-за его спины появился Богдан:

— Свет, ты на тренировку идёшь?

— Может, Радмила поможет? — высказала гениальную мысль Белка. Светлана, вздохнув, мрачно посмотрела на подругу.

— С чем? — в два голоса спросили парни.

— С перепляской, — выдавила из себя Светка.

Богдан и Рос переглянулись:

— А в чём, собственно, проблема? — пожал плечами Славер.

— В том, что мы не знаем… — начала, было, Белка и осеклась, — Не умеем. Это… как его…

— Плясать, — снова выдавила подруга.

— И переплясывать тоже, — на всякий случай уточнила Беляна.

Парни, не сговариваясь, вдруг захохотали в унисон. Светлана гордо вскинув подбородок, пронзила их испепеляющим взглядом. Белка сплела руки на груди, готовясь дать отпор насмешникам.

— Всё-всё, — поднял ладони перед собою Рос, сдаваясь, — Мы вам поможем, а вы за это не будете нас убивать.

— Как? — хором выпалили девушки.

— Откуда я знаю, как вы собирались? — пожал он плечами с усмешкой.

"Смертоносный взгляд должен выглядеть именно так", — подумала Белка, наблюдая за подругой, уставившейся на Ро̀слава.

— Пошли на тренировку, — успокаивающим тоном произнёс Богдан, похлопывая ладонью по спине Светланы, — А после займёмся перепляской.

— Приходи через пару часов в тренировочный зал, — улыбнулся Беляне Рос. И они втроём покинули расстроенную девушку.

Дверь за ними закрылась, и Белка осталась наедине со своими мыслями. О Новолетии она знала и с нетерпением ждала приближения праздника. Весеннее равноденствие и наступление Нового года встречать будут через неделю. В этот день полагались радостные торжества по поводу наступления Весны, весёлые песни, пляски с прибаутками и непременное праздничное пиршество.

Но вот чтобы участвовать? Беляне такое в страшном сне не снилось. Она всего-то без году неделю в Тридевятом мире. Какие перепляски, если она и плясок не видела? Популярные клубные, хип-хоп и прочие танцы её мало привлекали, хотя она с удовольствием смотрела их в профессиональном исполнении. Бабушка научила её танцевать вальс, поскольку искренне считала, что девушке это необходимо. И Беляна с блеском освоила науку, а однажды даже победила в танцевальном конкурсе. В каком, бишь, классе это было?..

Стянув со стола сумку, Белка задумчиво отправилась по коридору к кабинету Рукоделия. В конце-концов, а как ты думала? Созерцать со стороны? — ругала себя она, — Что для тебя всё приготовят, а ты только будешь наслаждаться и набивать живот блинами да ватрушками? Что никаких сложностей не возникнет? Ты в другом мире, милая, у тебя не может не быть сложностей! Привыкла во всём рассчитывать на Радмилу, а если той нет поблизости, то прикрываться Светкой? Вот тебе! Радмила в Княжграде, и появится не раньше праздника. Светлана сама в ярости от перспективы делать то, чем сроду не занималась. Беляна давно заметила, что хладнокровную подругу можно вывести из себя единственным способом — задеть её честь девы-воительницы.

Подойдя к кабинету Догадовны, Белка глубоко вздохнула. Остаётся лишь одно — полагаться на Роса с Богданом. Она мысленно улыбнулась, представив себе двух здоровенных вояк, которыми, несмотря на их юный возраст являлись парни, обучающих их с подругой… танцам. Как их там? Веселухам? Она потёрла пальцами нос, сдерживая усмешку, и вежливо постучала в дверь.

Догадовна, как всегда улыбчивая и румяная, на просьбу девушки о Гуслях-самоиграх, вынесла ей симпатичный, вытянутой формы расписной ящичек размером с большую обувную коробку:

— Береги их, — попросила она, — Новенькие совсем.

— Конечно, — пообещала Белка, заглядывая под крышку, — А как ими пользоваться?

— Как обычно, — удивилась Догадовна, — Просто скажи им, что хочешь услышать, — усмехнулась она.

Беляна вскинула на Рукодельницу ошеломлённый взгляд, но тут же спрятала глаза, сделав вид, что с любопытством разглядывает вещицу. "Само-игры, — напомнила сама себе по слогам, — Музыкального образования не требуется".

Гусельки представляли собой изящный деревянный инструмент с золотистыми струнами, одна сторона которого была вырезана в виде головы птицы, а тыльная искусно изукрашена орнаментами.

— Какие красивые, — восхищённо прошептала Белка.

Поблагодарив Догадовну, она направилась в комнату, чтобы отдохнуть перед уроком переплясок-веселух. Укладываясь в кровать, Белка подумала, как должно быть, устанет Светлана после целого учебного дня, да ещё занятий по Воинскому искусству. И почувствовала себя предательницей, поскольку сама решила расслабиться на часок. С другой стороны — чем раньше они начнут учиться, тем больше шансов не опозориться перед всей Ведарией на празднике.

Почти засыпая, девушка посетовала на злую судьбу, которая подкинула им эти перепляски. Они со Светкой с удовольствием напекли бы блинов для Кома-Медведя или каких-нибудь печенюшек-жаворонков. У Светланы под чутким руководством Радмилы в последнее время неплохо получается выпечка. Белка согласилась бы даже изготовить чучело Зимы. Несмотря на то, что оно подлежит непременному публичному сожжению во время всеобщих празднований.

Проснувшись через час, она вскочила сразу на ноги, осознав, что опаздывает. Наскоро ополоснув лицо, подлетела к шкафу. "Танцы, значит танцы!", — подумала, срывая с вешалки любимое лавандовое платье. Уже у дверей вспомнив о Гуслях, вернулась, подхватив инструмент, и мухой вылетела в дверь.

В зале Боевых искусств её ждали только друзья, потому что остальные уже успели разойтись. Светлана в кожаном корсете и юбке с высокими разрезами, в которой обычно тренировалась, стояла, мрачно скрестив руки перед собой. И Белка подумала, что зря вырядилась, позабыв в каком виде будет подруга.

— Ух! — восхищённо выдохнул Богдан, заметив Белку, всю такую воздушную, в шелках и почти бальных туфельках.

— Всё-всё, — зарделась Белка, — Я уже поняла, что оделась неправильно. Просто не сообразила спросонья.

— Очень даже правильно, — возразил ей Ро̀слав бархатным тоном.

Светка издала невразумительное сочетание звуков и добавила:

— Давайте уже начнём. Точнее, быстрее покончим с этим безобразием.

— Перепляски не безобразие, — не согласился с ней Богдан, улыбаясь, — Перепляски это весело.

— У Беляны уже преимущество, — усмехнулся Рос.

— Что значит преимущество? — поинтересовалась Светлана.

— Понимаете, девушки, — стараясь сдержать улыбку, объяснил Богдан, — Перепляски — это соревнование. Так что вы обе…

— Должны переплясать друг друга, — закончил за него Ро̀слав.

"Батл, — обречённо подумала Белка, — А звучит, как приговор".

— Перещеголять, так сказать, — продолжил Богдан, — В пляске, прибаутках и праздничных нарядах. Поэтому Ро̀слав и сказал, что у Беляны преимущество.

— Да, — кивнул Рос, — Кроме того, у переплясок нет определённых движений и фигур. Вы можете танцевать так, как вам нравится.

— "А судьи кто?" — пробормотала Беляна, не заметив, что произнесла это вслух.

— Весь собравшийся в круг народ, перед которым вы танцуете, — улыбнулся ей Богдан.

— Убейте меня, — простонала Светка, закатив глаза.

Белке вдруг стало жалко подругу. Даже жальче, чем себя. Гордая деванка наверняка чувствовала себя сейчас скоморохом на ярмарке. Беляне перепляски тоже были не по вкусу, но она, по крайней мере, не дева-воительница. Воительница? И тут в голову девушке пришла идея, как помочь подруге:

— Только после того, как я тебя сделаю! — с шутливо-угрожающим видом сощурилась она, и пошла на Светлану, грозно размахивая лавандовым шёлком.

— Иди к Лешему, малахольная! — огрызнулась та.

— По больному бьёшь, подруга? — вскинула подбородок Беляна, — Только в терновый куст не бросай!

За спиной послышалось сдавленное хрюканье. Парни, глядя на их перепалку, едва сдерживали вырывающийся из лёгких хохот, а потому оба издавали куда более странные звуки, чем смех. Богдан, подавляя усмешку, пробрался к Гуслям, и, достав их из ящика, что-то пробормотал.

В тренировочном зале раздался звон и бряцанье настраиваемых гусель, постепенно превращающихся в переборы гармони. Беляна удивилась было несоответствующему инструменту звуку. А ещё больше тому, что он исходил не от самих гусель, а, казалось, со всех сторон. Но тут зазвучала мелодия, напоминающая заводную Барыню.

Сердце Белки сделало сальто, а каблучки сами начали вытоптывать ритм, отбивая мелкую дробь. Ноги понеслись по кругу напротив ошалевшей поначалу деванки. Беляна весело и с упоением отплясывала, гадая, откуда всё это взялось? Не иначе, как её русская душа вылезла подышать свежим воздухом! Или гусли те самые, волшебные, что заставляют плясать без остановки?

Спустя минуту Светлана, тряхнув головой, тоже встала, принимая вызов. Повернувшись лицом к Белке и сверкая глазами, она повела плечами, грациозно перекинув косу за спину. Описала круг возле подруги, слегка притоптывая ножками, и вдруг завела заливистую частушку:

Разыгрались чудо-гусли

Заплясать не удержусь.

Сарафан на мне дырявый,

Так верёвкой подвяжусь!

Надменно ухмыльнувшись, Светлана встала перед Белкой и подбоченилась, топая правой ногой. Та в удивлении открыла рот, но внезапно вошла в раж. С важным видом обойдя подругу со спины, запела звонким голосом:

У красавицы-подружки

Ниже пояса коса.

Перепеть её частушки

Не хватает голоса!

Парни с увлечённым восхищением наблюдали, как девчонки отплясывают, теперь уже вместе, под развесёлую мелодию. А когда музыка закончилась, и обеим девушкам пришлось остановиться, ни один из них не смог произнести ни слова.

— Всё! — утомлённо, но с улыбкой выдохнула Светлана, опускаясь на пол, — На сегодня хватит, я устала.

— И не удивительно. Я провожу тебя, — вызвался Богдан.

— Вы теперь сможете тренироваться по отдельности, — усмехнулся Рос, — Встретитесь на празднике.

— Так будет честно, — кивнул Богдан, подмигивая другу и подавая руку устроившейся на полу деванке.

— Отлично, — согласилась с ними Светлана, поднимаясь, — Ты идёшь? — спросила она Белку.

— Мне нужно вернуть Гусли, — ответила та, наблюдая, как Славер, прихватив обе их сумки, отправился вслед за Светланой

— Я помогу, — проговорил Ро̀слав, наклоняясь к Гуслям.

Глава 12

Вальс Цветов

— И что бы мы без вас делали… — благодарно улыбнулась парню Белка.

— Ты о перепляске? — усмехнулся Рос и махнул рукой, — Ерунда. Получилось отлично. Похоже, вы обе просто притворялись.

— Не ерунда, и не притворялись, — обиженно возразила Беляна.

— Ладно, — он прищурился, — Взамен ты обещала рассказать о вальсе.

— Нет, — покачала она головой и улыбнулась, — Взамен мы со Светланой пообещали вас не убивать.

— Точно, — согласился Ро̀слав, вздохнув, — И всё же? — он вопросительно вскинул бровь и положил Гусли на место.

— Рос… — нахмурилась она, но взгляд парня был полон любопытства.

И она сдалась. Склонившись к струнам, задумалась на долю секунды. Была, ни была! Если в Книжнице есть полное собрание Шекспира, то почему бы… Прошептав что-то, Белка улыбнулась, не особо, впрочем, надеясь на успех.

Гусельки вздрогнули. Поначалу оттуда слышались какие-то суетливые звуки, похожие на топот крохотных ножек, перелистывание и перешёптывание. Или ей так только показалось? Затем струны, к удивлению Беляны, начали перестраиваться. Их перезвон стал напоминать интонации арфы, но становился ещё глубже и громче. Пока — Белка не поверила собственным ушам — в нём не стали появляться не только скрипичные и виолончельные нотки, но трели флейты, гудки валторны и даже раскаты ударных. Звуковой фон в тренировочном зале стал походить на настройку симфонического оркестра перед концертом. А потом всё затихло. Но только на несколько мгновений…

От Гуселек, а точнее откуда-то сверху, сбоку, из стен и потолка послышались нежные переливы великолепного, знакомого до боли вступления.

— Это будет Вальс Цветов, — ошеломлённо пробормотала Белка, оборачиваясь к Ро̀славу, — Слушай.

— Стоп, — отчётливо приказал он, и Гусли, недовольно пиликнув, умолкли, — Слушать? Ты говорила, что это танец, — понизив голос, усмехнулся он.

— Танец, — кивнула Беляна, — Но он совсем не похож на перепляски, поэтому…

— Не люблю лёгких путей, — он пристально посмотрел в глаза и накрыл ладонью руку девушки, — Научи меня, синеглазая.

Беляна застыла в замешательстве, с трудом представляя себе этот урок. Но выражение лица парня было неумолимо, и идея вдруг показалась забавной:

— Уверен? — не без насмешки спросила она.

— Я способный, — в тон ей ответил Ро̀слав.

Белка сощурилась с недоверием:

— Ты знаешь, что тебе трудно отказать?

— Знаю, — проворковал он тихо, не сводя с девушки колдовского взгляда.

— Хорошо, — опустила глаза Беляна, мягко освобождая руку.

Отступая на несколько шагов, она вдруг задорно усмехнулась, и заговорила с чопорным видом:

— "Главное в танце — это приглашение. Кавалер медленно, с достоинством подходит к даме…", — процитировала она.

Когда Ро̀слав охотно подчинился, она поджала губы, сдерживая усмешку, и продолжила:

— "Пристально смотрит ей в глаза", — брови Роса удивлённо взлетели, и Белка не выдержала, рассмеявшись, — Я шучу, Рос! Впрочем… всё нужно делать по правилам, — она снова стала серьёзной, — "Дама склоняется в глубоком реверансе".

Она легко и грациозно присела, приподнимая пальчиками шёлковую юбку:

— Вальс Цветов, — любезно обратилась к Гуслям, и они с готовностью повиновались.

Беляна положила его правую кисть чуть выше своей талии, и устроила ладонь у него на плече. А когда заиграла вступительная тема арфы, они взялись за руки.

— Раз, два, три. Раз, два, три, — тихо зашептала девушка, глядя прямо в изумлённые глаза Роса, — Позволь мне вести. Раз — левая нога вперёд, — она сделала шаг назад, — Два — правая в сторону. Три. Смотри на меня, а не под ноги.

Она всё считала, помогая Ро̀славу почувствовать музыку и ритм, в котором они двигались. Терпеливо вела в такт музыке, пока его неловкие поначалу шаги не стали уверенными, повороты плавными, а движения не превратились в мягкие и скользящие.

И вскоре они уже легко кружились среди пустого зала — он весь в чёрном, она в нежно-лавандовом, под чудесную, воздушную музыку, льющуюся, казалось, со всех сторон. Беляна, не отрываясь, смотрела в зачарованные глаза Роса, и с ними стало происходить нечто удивительное. Вальсируя среди воображаемых цветов, они сами стали казаться себе лепестками, уносясь в бурном потоке торжественной мелодии. Беляна ловила себя на желании продлить это волшебство до бесконечности, утопая в восхитительных ощущениях, которые дарил сказочный вальс.

Наконец, музыка достигла своей блистательной кульминации. Подчиняясь то ли какому-то импульсу, то ли фантазии музыкального гения, на последнем аккорде Ро̀слав стремительно поднял девушку за талию и прокружил, с лёгкостью удерживая в воздухе.

Тихонько охнув в наступившей тишине, Беляна усмехнулась, сквозь ресницы глядя на него сверху вниз.

— Что? Разве не так должен закончиться этот танец? — негромко поинтересовался он, медленно опуская её на пол.

— Не совсем, — смутилась Белка, — Мы должны поблагодарить друг друга — ты поклоном, а я реверансом.

— Я очень благодарен тебе, — едва слышно произнёс Рос, склоняясь к её лицу. И Беляна уже была готова растаять в его объятиях, как услышала какой-то шум, усиленный акустикой огромного зала.

Подпрыгнув от неожиданности, они оба обернулись, и Ро̀слав защитным движением задвинул девушку себе за спину. Как по-мужски, — подумала Белка, выглядывая из-за его плеча.

У входа, полностью перекрывая дверной проём, с подчёркнуто надменным видом стоял Лесогор и демонстративно громко им аплодировал.

— Лѝхард, — составляющая ему компанию Ярославна, сердито хлопнула Лешего ладонью по рукам, — Простите ребята. Мы проходили мимо и услышали музыку, — попыталась оправдаться она, очевидно, смущаясь.

— Кхм, — кивнул Лесогор, сверля взглядом оторопевшую парочку.

Белка вышла из-за спины Ро̀слава, и тот притянул её к себе за талию, словно подтверждая, что никому ничего не привиделось, и их действительно прервали. Глаза парня метали молнии, и Беляна, в целом, понимала почему. В тренировочном зале повисло неловкое молчание, в течение которого Беляна попыталась разобраться в собственных чувствах. Огорчило её внезапное появление преподавателей, или… обрадовало?

— Это было восхитительно, — снова попыталась разрядить обстановку Ярославна, — Правда ведь, Лѝхард? — она толкнула его в бок и натянуто улыбнулась ребятам.

— Несомненно, — ледяным тоном произнёс Лесогор, не сводя глаз с Беляны, и полностью игнорируя взбешённый взгляд Роса.

— Вы такая красивая пара, — промурлыкала Ярина, и добавила, — Не будем вам больше мешать, — она дёрнула Лешего за рукав, и он следом за красавицей неохотно покинул зал, одарив ребят на прощание странным взглядом.

Ро̀слав медленно выдохнул, поворачиваясь к Белке лицом. Похоже, его романтическое настроение испарилось, что полностью соответствовало и чувствам девушки, которая приклеила к лицу рассеянную улыбку:

— Поклон и реверанс, — пробормотала она, отступая на шаг назад и склоняясь в грациозном книксене.

— Это было восхитительно, — повторился он, наклоняя голову.

Беляна одарила его лучезарным взглядом и стала суетливо складывать Гусли в коробку.

— Хочешь, я помогу тебе подготовиться к перепляскам? — вполголоса спросил Рос, забирая у неё инструмент, — Не скажу, что у меня так уж много опыта… зато нет сомнений, что Славер будет заниматься со Светланой.

— Наверняка, — задумчиво промолвила Белка и встрепенулась, прогоняя собственные мысли, — И да, Рос. Думаю, помощь мне не помешает. Если это тебя не слишком затруднит.

— Ты прекрасно знаешь, что не затруднит, — сердито пробормотал парень.

Они вместе отнесли волшебные Гусли Догадовне. Затем, почти в полном молчании, Рос проводил Беляну до комнаты, где они сдержанно попрощались.

Светлана спала без задних ног, раскинувшись на кровати. Стася с Лесей куда-то исчезли — вероятно, убежали готовиться к празднику. Интересно, какое задание они выбрали?

Белка устроилась в кровати, поджав ноги, и тихонько зажгла Горисвета, приказав ему не подниматься высоко, чтобы не мешать подруге. Взяла в руки мамину книгу, но ей не читалось. Она всё думала о произошедшем.

Беляна совсем не чувствовала сожалений о несостоявшемся поцелуе. Она думала о Лешем. Его поступок был бестактным и намеренным. Вопиюще бестактным и демонстративно намеренным! Если уж они с Ярославной услышали музыку, и стали свидетелями их с Росом вальса… кстати, действительно восхитительного вальса, — признала она. Ро̀слав оказался даже более, чем способным… Так о чём это она? Ах да, о Лесогоре…

Итак, они с Ярославной могли бы выразить свой восторг по поводу танца, и это было бы вполне уместно. Если бы не очевидный факт: Ро̀слав собирался её поцеловать. И не заметить этого мог только слепой. Да что там, слепой тоже заметил бы, так как парень испускал феромоны в таком количестве, что они сделали воздух в тренировочном зале похожим на апельсиновое желе!

Ну вот, она снова отвлеклась. Ярославна как раз поняла, что аплодисменты Лѝхарда остановили их на самом интересном месте. И заметив это, приличным взрослым людям нужно было просто тихонько исчезнуть, позволив малявкам продолжить свои занятия. Но это людям, а он — Леший.

И, между прочим, это мог быть её первый поцелуй. Снова с Росом. Попытка номер два. И она понятия не имела, что нужно делать. И сомневалась так же, как в прошлый раз. Уф-ф…

Интересно, а Богдан со Светкой уже целовались? Беляна подозрительно зыркнула в сторону спящей подруги и от любопытства заёрзала на кровати. В голове был сумбур. Мысли упорно не желали раскладываться по полочкам.

Нет, всё понятно — потрясающая, совершенно гениальная музыка, бальный танец, романтическая обстановка и всё такое. Но поцелуй означал бы начало отношений. А она всё ещё не была готова к чему-то серьёзному.

Возможно ли, что со стороны Лесогора это была месть? За то, что она совсем недавно не менее бестактно расспрашивала его об их отношениях с Ярославной? Мило… один-один, значит? Леший решил сравнять счёт? Вот только даже не подозревал о том, что тем самым оказал ей услугу.

Ничья? — усмехнулась она, — Да, без сомнения, это была месть. Леший даже не удосужился обратить внимание на полный ярости взгляд Ро̀слава. Он изучающе, пристально разглядывал её, Белку. Словно только её реакция его интересовала. Чего он ожидал?

— Чего ты всё пыхтишь? — недовольно заворочалась Светлана, — Я устала, как собака.

— Извини. Авитаминоз, наверное. Весна, все ходим дохлые…

— Что такое авитаминоз?

— Фрукты надо есть, вот что, — высказалась Белка, — А не печенюшки с булочками.

— Что ты имеешь против булочек?

Это было бестактно. И намеренно. Почему?

* * *

Время летело, как сумасшедшее в суетливой подготовке к Новолетию, тренировках по танцам и кучей соломы на полу в девичьей горнице. Беляна правильно догадалась — заданием Олеси и Стаси было изготовление чучела Марены. И девушки с завидным упорством каждый вечер старательно плели соломенные косы, добавляя в них разноцветные яркие ленты.

Светлана то и дело бегала в мастерскую — на примерки к Цветане. И через неделю принесла потрясающее платье из малахитового шёлка с переливом и расшитым золотом поясом, охватывающим тонкую талию. В новом наряде глаза деванки казались ещё ярче, движения грациознее, и красотой своей девушка теперь попросту ослепляла. "Ни дать, ни взять — Медной горы Хозяйка", — восхищённо бормотала Белка, не в силах наглядеться на подругу. "Богдана ждёт сюрприз", — хихикала про себя, в глубине души сочувствуя парню, угодившему в сети зеленоглазой красавицы.

Наступил долгожданный день весеннего равноденствия, а вместе с ним и Новый год. Сушка и Олеся вместе с другими девчонками ещё до завтрака успели смотаться в лес со свежеиспечёнными блинами. А вернувшись оттуда, весёлые и разрумянившиеся, утверждали, что хоть и не встретили ни одного Косолапого, но их кулинарные изыски точно не остались незамеченными. Поскольку один из блинов прямо на глазах умыкнула пушистая лисичка. А ещё один сердобольная Леська повесила на сучок ради очаровательных, но голодных беличьих глазок. Стаська с присущим ей ехидством заявила, что теперь всё пропало — Медвежий Бог непременно обидится на подобное расточительство. А Белка, скромно потупившись, промолчала о том, что самый первый блин всё равно вымурчила Витка — их пушистая домашняя любимица.

Надевая лавандовое платье, Беляна страшно волновалась перед переплясками. Несмотря на то, что у них со Светланой, со слов, разумеется, совершенно не объективных Роса и Богдана, всё выходило великолепно. Подруги танцевали вместе, развлекая себя и парней. Заранее отказались от соперничества друг с другом, и решили по возможности просто показать класс. А там будь, что будет.

Ознаменовав начало праздника традиционной "блинной жертвой", студенческая братия требовала пиршеств и гуляний. С песнями, плясками и прибаутками студенты двинулись к Велесову холму, примкнув к шумной толпе направляющихся туда же горожан. Всеобщее веселье сумело, наконец, заразить и Беляну, которая подпевала ничуть не тише остальных, а смеялась ещё звонче. Светлана хохотала, наблюдая как близнецы Гудимир и Гудислав Воятичи пытались на двоих разделить честь нести соломенное чучело зимы, то и дело рискуя разорвать его пополам. В результате один из них сам взвалил его на плечо, а другой, возмущённо пожав плечами, присоединился к праздничной процессии в качестве скомороха.

Денёк выдался по-настоящему весенним и тёплым. Блины вкусными, шутки остроумными, а игры задорными. И лишь Светка была расстроена до глубины души. Ведь частью праздника оказались скачки на лошадях. А её, деванку, вместо состязаний заставили танцевать! Подруга искренне сокрушалась, и Беляна старательно успокаивала её, гладя по голове и угощая воздушными ватрушками.

Озираясь по сторонам и наблюдая за праздничными приготовлениями, Белка заметила ещё кое-что, что совсем не понравилось бы Светлане. И чтобы отвлечь подругу, предложила использовать сегодняшнюю чудесную погоду для полётов в Ступке, сразу после переплясок отправившись к Радмиле. Та как раз вчера должна была вернуться из Княжграда, а они так давно не виделись, что обе успели соскучиться.

В самый разгар утешения и объедания явился Ро̀слав, потрясая Гуслями-Самоиграми, и напомнил, что они опаздывают к началу хоровода. В спешке забыв о волнении, девушки ринулись в круг. Синхронно сбросили верхнюю одежду, и… шумная толпа на мгновение онемела от восторга. Боковым зрением Беляна успела заметить, как пошатнулся, схватившись за сердце, Славер. И хохочущий Ро̀слав подставил другу плечо для опоры.

Но тут заиграли развесёлые Гусельки, и девчонки пустились в пляс, бойко и задиристо вытанцовывая утверждённую и отрепетированную до автоматизма программу. Они вертелись и притопывали под жизнерадостную музыку, подзадоривая друг друга и окружающих звонкими частушками. Стройные фигурки в лавандовом и малахитовом кружились и мелькали, вызывая всеобщее восхищение. Не удивительно, что как только закончилась мелодия, кто-то следом заказал другую. И раззадоренная молодёжь, не теряя времени, беззаботно включилась в шальную пляску, позволив девчонкам незаметно улизнуть из круга.

Хихикая и подталкивая друг дружку, неблагодарные ученицы дезертировали с холма, покинув верных наставников, и даже не дожидаясь объявления результатов перепляски. Совесть мучила, но совсем немного — у парней найдётся занятие и без них. А свою задачу девушки выполнили — Веселуха состоялась как нельзя лучше. Они так завели остальных, что пляски закончатся ещё не скоро. А значит, право на отдых и свободное время заслужено честно и справедливо. Но сначала, разумеется, нужно переодеться.

* * *

Не чувствуя земли под ногами, подруги долетели до города, и уже через несколько минут перед ними распахнулись величественные ворота Ведарии. Большой зал без привычной суеты, царившей здесь в середине дня, встретил их почти прозрачной тишиной, показавшись пустым, а оттого ещё более огромным, чем обычно.

Девушки в лёгких туфельках бесшумно устремились к лестнице, когда обе замерли на середине, услыхав тоненький плач, доносящийся из… Книжницы? Белкино сердечко вздрогнуло. Неужели кто-то обижает её драгоценного Гуглика?

Не сговариваясь, девушки бросились к библиотеке, но, услышав голос Береговой, застыли у двери.

— У меня тоже тревожные видения, малыш, — продолжала говорить Властелина, — В Ведарии появилось зло. Нападение на Диковинницу состоится, и довольно скоро…

Бублик издал возмущённый писк, и Белка, не удержавшись, заглянула внутрь. Наставницу она не увидела, а домовой отрицательно мотал косматой головой, словно стараясь убедить вещунью в своей безграничной преданности.

— Знаю, мой хороший, — с теплотой промолвила Властелина, — Ты сильный и отважный. И никого не подпустишь к ней.

Беляна отшатнулась от дверей, и, прижавшись спиной к стене, изумлённо уставилась на Светлану:

— Диковинница? — пробормотала одними губами.

— Она здесь, в Ведарии… — прошептала Светка, прикрывая рот ладонью.

Девушки обменялись озадаченными взглядами.

— К сожалению, ни ты, ни я не сможем этому помешать, — продолжала тем временем Властелина.

Послышалось, как Бублик огорчённо всхлипнул в ответ.

— В моих видениях всё очень странно и запутанно, — голос Властелины стал задумчивым и отстранённым, — Но всё будет хорошо, если ты примешь верное решение.

Домовой недовольно заворчал. Беляна ошарашено округлила глаза. Безумие! Складывалось впечатление, что главным защитником Диковинницы Берегова назначила крошечного библиотекаря!

— Да-да, малыш. Именно так я вижу. Ты будешь один и не сможешь позвать на помощь.

Белка снова осторожно выглянула из-за дверного откоса и заглянула в Книжницу. Властелина ласково гладила домового по махонькой ручке, уговаривая и утешая:

— И всё же, кто-то вмешается. Я не вижу его, и мне нечего тебе посоветовать. Ты должен прислушаться к собственному чутью. Будем надеяться, оно не подведёт тебя…

Шумно вздохнув, Властелина тяжело поднялась с кресла, и Беляна попятилась от двери. На цыпочках девушки прошмыгнули к доске с объявлениями и, оказавшись на достаточном, чтобы их не обнаружили, расстоянии, поспешили через Большой зал к лестнице.

Когда дверь в горницу захлопнулась, запыхавшаяся Беляна уселась на свою кровать напротив Светланы. Какое-то время обе ошеломлённо молчали, переваривая информацию.

Итак, легендарная Диковинница, где спрятаны от недобрых глаз и рук самые опасные волшебные предметы, находится в Ведарии, — размышляла Белка. И строго говоря, это вовсе не удивительно. Поскольку здесь она под охраной самой могущественной провидицы Властелины и чародейки Ярославны. Зарубич, Кудеяр и колдунья Хорсистина тоже не лыком шиты. Все они — лучшие в своём деле. Не говоря уж о хранителях Тридевятого мира — Водяном, Лешем и вещей Гамаюн, постоянно присутствующих здесь. Лучшего места не найти.

И всё же Властелина утверждает, что когда придёт время, все их совместные усилия будут бесполезны. Как такое может быть? Почему она ничего не предпринимает? Ведь если кто-то замыслил открыть Диковинницу, ничего хорошего от этого сказочному миру не светит.

— Что же делать? — задумчиво пробормотала Беляна, не отдавая себе отчёта в том, что произнесла фразу вслух.

— Делать? — удивилась Светка, — Это мы с тобой должны что-то делать? Да ты с ума сошла! — передёрнула плечами деванка.

Белка сжала губы и огорчённо вздохнула, признав правоту подруги. В самом деле, чем они — первокурсницы — способны помочь? Если даже всемогущая Властелина в растерянности. И ещё одного Беляна не понимала. Почему такую серьёзную проблему, как угроза Тридевятому миру, Глава Ведарии обсуждала с малышом Бубликом?

— Вход в Диковинницу находится в Книжнице! — взвизгнула Белка, когда её осенило, и поперхнулась от следующей догадки, — И я даже знаю где!

— Ну, ты даёшь… — сглотнула Светлана, — Ты серьёзно, что ли?

— Куда уж серьёзнее! — выпалила Беляна, — Ты послушай…

И девушка рассказала подруге об арочной двери, которую обнаружила в библиотеке, роясь на стеллажах с литературой из своего мира. Светлана слушала, не перебивая, а эмоции на её лице сменяли друг друга:

— Ты уверена, что это и есть вход? — уточнила она, когда Беляна закончила.

— Почти, — кивнула та.

— Слишком просто, — здраво рассудила Светка.

— У нас говорят, если хочешь что-то спрятать — прячь на самом видном месте.

— Хм, — хмыкнула деванка, — Если ты нашла эту дверь, её кто угодно мог найти.

— Верно, — согласилась Белка и задумалась на мгновение. Глаза её сверкнули, — У меня идея! — воскликнула она, вскочив.

— Что ты ещё придумала? — заунывно протянула Светлана, — Мы к Радмиле идём или нет?

— Погоди, я сейчас… — бормотала Беляна, листая мамину ведовскую книгу, — Где-то я тут видела… Вот! — с победным видом провозгласила она, подсовывая её подруге.

— Что это? — с досадой промолвила Светлана.

— Заговор на восковую печать! — торжественно объявила Белка, — Работает почти как отпечатки пальцев, только магические.

— Я вот сейчас вообще ничего не поняла, из того, что ты сказала, — недовольно пробурчала Светка, намеренно усложняя фразу.

— А ты почитай, — упрямо предложила Беляна.

— Открою тебе секрет, подруга, — язвительно проскрежетала Светка, — Я вижу в твоей книге далеко не каждую страницу.

— Я тоже вижу не всё, — захлопала глазами Белка.

— Да, но больше, чем я! — сердито нахмурилась деванка.

— Извини, — виновато прошептала Беляна, — Тогда я тебе расскажу.

— Валяй! — милостиво разрешила Светлана.

Опуская лишние подробности, Белка рассказала о заговоре, позволяющем отследить вора. Внимательно выслушав подругу, Светлана недоверчиво ухмыльнулась:

— А ты дотрагивалась до двери?

— Нет! — с вызовом ответила Беляна, радуясь, что подруга усекла основную идею.

— А если обнаружится, что последними до неё дотрагивались Властелина или Бублик?

— Значит, наша затея провалится на корню, — Белка невозмутимо пожала плечами, — Проверим их первыми.

— Допустим, — после недолгого раздумья кивнула Светка, — Но полнолуние ты уже пропустила.

— Придётся дождаться следующего, — согласилась Беляна.

— Предположим, — неопределённо хмыкнув, кивнула Светлана и повторила, после паузы, — Предположим. Мы узнаем, кто прикасался к входу в Диковинницу последним. Что ты намерена делать дальше?

— Пойду к Властелине и расскажу о своих подозрениях, — ответила Белка, но уже не так уверенно.

— И признаешься, что подслушивала? — недоверчиво сощурилась Светка.

— Если это поможет, — голос Беляны звучал всё тише, — Можно подбросить записку…

— Белка, она — ясновидящая! — напомнила подруга, — Она читает мысли и чувства людей. Я вообще удивляюсь, как она не вычислила нас с тобой прямо сегодня.

— Радмила говорила, что большую часть времени Властелина блокирует свой дар, чтобы не сойти с ума от голосов.

— А-а-а, — понимающе пропела Светлана, и добавила иронично, — Поверь, получив записку, она тут же перестанет его блокировать.

— Я понимаю, — кивнула Белка, — Можешь предложить что-то другое?

— Да, — вскинула брови Светлана, — Предлагаю переодеться и заняться тем, чем мы с тобой сегодня планировали.

— Уфф, — выдохнула Беляна, опуская плечи.

— Да, а защиту Диковинницы оставь тем, кто смыслит в этом поболе тебя. Хорошо?

— Угу, — выдавила Белка, — Но восковую печать я всё-таки сделаю, — хитро сощурилась она.

* * *

Северный Лес только просыпался, готовясь жить по-новому. И даже здешние облака больше походили на сизые снежные сугробы.

Там, откуда он пришёл, оживлённая и ароматная весна уже началась во всей красе. По сравнению с ней — блистательной и шумной — здесь было тихо. Несмелые птичьи цвириньканья изредка сменялись барабанной трелью дятла-оптимиста. И счастливым поцокиванием пышнохвостой белочки, с упоением потрошащей найдённую шишку.

Он шагал по мягкой хвое, сменяющейся хрустящими остатками сугробов и хлюпающими под ногами ручейками. Прислушивался к весенним звукам леса, но больше полагался на чутьё. Где-то совсем близко. Он уже должен видеть…

В зернистом снегу переплетались корни вековых деревьев. Их озябшие ветви сбросили снежные зарукавья, но так и не осмелились до конца проститься с зимой. Лишь там, где косые солнечные лучи теснее пробивали мохнатые хвойные лапы, чернели густые проталины. Там пахло сосновой смолой и оттаявшей землёй, сквозь которую пробивалась дерзкая молодая поросль.

— Ты опоздал, — раздался за спиной скрипучий голос.

Лѝхард остановился, и его лицо осветила тёплая улыбка.

— Прости, Светобор, — ответил он невидимому собеседнику, медленно поворачиваясь на голос, — Не успел к твоему пробуждению.

— И что же тебя задержало?

Из густого ельника на согретую солнцем лужайку вышло огромное косматое пугало. Окинув его ироничным взглядом, Лѝхард рассмеялся:

— Прекрати паясничать, отец.

Чучело выпрямилось во весь рост и, немного помедлив, сбросило с себя ворох листьев, веток и хвои, из которых состоял его импровизированный тулуп:

— Рад видеть тебя, сынок, — всё ещё хриплым от долгого сна голосом проговорил Лесной Владыка.

Светобор приблизился к приёмному сыну, и тот шагнул навстречу, принимая крепкое отцовское объятие с похлопыванием по спине.

— Не растёшь, — пробормотал тот, окинув воспитанника хмурым взором.

Сам Повелитель Леших почти на голову возвышался над Лѝхардом, обладая при этом более широкими плечами и могучим телосложением.

— Давно, — с улыбкой согласился с ним Лесогор.

Не часто он чувствовал себя карликом по сравнению с другим мужчиной. И русоволосый великан с глазами цвета хвои и мрачным выражением лица был не единственным, кто превосходил его ростом. Лѝхард был самым невысоким среди Леших, что совершенно не беспокоило его самого, но всегда огорчало приёмного отца.

— Что нового в Дивном лесу? — неспешно поинтересовался Светобор, пытаясь вернуть сиплому горлу способность издавать звуки.

— У меня появилась Лешинка, — угрюмо поведал Лесогор.

Дубыня медленно повернулся и одарил сына пристальным взглядом:

— Я слышу уныние в твоём голосе. Кто она?

— Ведунья, — коротко ответил Лѝхард.

На грозном лице Светобора отразилось удивление:

— Снова? Не может быть… — озадаченно пробормотал он, — Ты не можешь быть уверен.

— Могу, Дубыня. В моём лесу появились мавки. Сначала я решил, что родилась моя Лешинка. Но она явилась почти сразу, совершенно взрослая. Теперь я ношу Лунницу отца, чтобы…

Светобор жестом остановил поток его красноречия:

— Это неслыханно, — сдвинул брови он, — Мавки появляются вскоре после рождения Лешинки и задолго до её взросления. Какая она?

— Воплощение мечты, — улыбнулся Лѝхард.

— Как всегда, — прохрипел Светобор.

— Я был уверен, что придумал нечто невероятное, что таких не бывает… — в глазах Лѝхарда светилось изумление, — Но она даже лучше, чем я воображал!

— Они всегда идеальны, — впервые за всё время усмехнулся Светобор, но улыбка вышла кислой, — Ты слышишь её?

— Да, — уверенно кивнул Лѝхард, — С каждым днём всё яснее.

— И уверен, что не ошибаешься?

Лесогор задумался. Появление мавок — событие весьма редкое и далеко не случайное. Эти игривые красавицы обитают в лесу лишь того Владыки, которому предстоит скорая встреча с Лешинкой. Лешему полагается оберегать свою суженую. Стоит ей хотя бы вскользь подумать о нём, где бы она ни была, он услышит, устремляясь на этот зов. Только Лунница способна подавить притяжение, и благодаря оберегу Лихард способен сдерживать инстинкты. С другой стороны, он всегда отличался от чистокровных Леших. Что, если Дубыня прав и все совпадения — не более чем случайность?

— Всё может быть, — он нерешительно потёр ладонью лоб.

— Так проверь её, — предложил Светобор, — Сними Лунницу, и она себя проявит.

— А что потом? — во взгляде Лѝхарда блеснул недобрый огонёк.

— Если выяснится, что она принадлежит тебе?

— Она, прежде всего, принадлежит себе! — прорычал Лесогор, сверкая глазами, — Почему ты не поступил так со своей Лешинкой?

— Потому что моя Лешинка превратилась бы в безмозглую мавку! — прогремел Светобор.

— А моя — в злобное чудовище, вроде Яги! — взревел в ответ Лѝхард, и сверху, вторя ему, прогремел раскат грома.

Светобор поднял удивлённый взор к небу, затем медленно перевёл его на сына:

— Если ты будешь в истинном обличье, а она окажется поблизости… ты не сможешь сопротивляться.

— Значит, я не буду обращаться, пока она рядом, — невозмутимо парировал тот.

— Собираешься пренебрегать прямыми обязанностями? — возмутился Дубыня.

— С обязанностями всё будет в порядке, — с досадой ответил Лѝхард, — У меня тьма тьмущая лесовиков. А теперь ещё и мавки…

— Ты и так занимаешься не своим делом! — сердито буркнул Дубыня.

— Преподавание меня развлекает, — пожал плечами Лесогор, ухмыляясь, — Жизнь не кажется такой скучной.

— Скучной? — взметнул брови Светобор.

— Да, похоже, именно так я сказал, — Лѝхард снова нахмурился.

— Ты первый Леший, которому нужны развлечения, — пробасил Дубыня, поднимаясь во весь огромный рост, — Найди способ и проверь её! — добавил, шагая в лес.

* * *

Переступив порог дома Радмилы, Белка испуганно пригнулась, спасаясь от шалопутной часовой кукушки, которая пронеслась мимо, почти задевая девушку крыльями. В следующий миг подпрыгнула от неожиданности и Светка, потому что ей под ноги бросился домовой, с диким гиканьем размахивающий полотенцем в погоне за недисциплинированной птицей.

— Ты создала монстра, — шутливо упрекнула Радмила, улыбаясь и обнимая девушек.

Оказалось, что выздоровевшая кукушка больше никак не хотела сидеть в часах. Она пунктуально возвращалась в домик ровно за пять минут до того, как куковать, с достоинством сообщала своё звонкое "ку-ку", а затем проказничала по всему дому, таская песочные печенья, путая пряжу и выпивая из кружек остатки сладкого чая.

Всё это, якобы, здорово раздражало педантичного Баламута, по складу характера стремящегося привести домочадцев к порядку. Правда, нередкие погони кукушки и домового друг за другом несли ещё большее разрушение. Но поскольку Баламут всегда сам исправлял то, что они натворят, их развлечения чрезвычайно веселили хозяйку. Так что все трое были вполне довольны жизнью, что не могло не радовать.

Вдоволь насмеявшись, девушки отправились на задний двор и немного полетали в Ступке. Та больше не выкаблучивалась, послушно выполняя указания обеих. Беляна слетала аж до Велесова холма. Благополучно приземлилась на его вершине и вскоре вернулась домой. Затем то же самое проделала Светлана, и подруги согласились, что пора выходить в большое плаванье. То есть забирать Ступку с тренировочной площадки и использовать по прямому назначению.

В дом вернулись как раз к ужину. Радмила хлопотала на кухне, мурлыкая под нос весёлую мелодию. Крылатая шалунья мигом присела на Белкино плечо и невозмутимо стала чистить клювом пёрышки. Хмурый Баламут наблюдал за всем этим действом, сверкая из угла глазами. Затем притащил сверху краски, и стал что-то малевать на полу, искоса поглядывая на Светлану.

За ужином хозяйка сообщила радостную весть о том, что в Мудрограде начался настоящий джинсовый бум. Первую партию джинсов выпустили в продажу как клёпаные штаны. Вскоре название сократилось до клепашей, да так и прилипло к ним. Первым, кто щеголял в новой модели, был, разумеется, Стожар. Белка оценила разумный ход Радмилы, лишь на миг представив могучего красавца в потёртых джинсах и с обнажённым торсом, размахивающего молотом. Впечатляющее зрелище. Недаром она то и дело замечала на студентах в Ведарии брюки, похожие на джинсы. В клепашах пижонили оба близнеца Воятича. Белка никак не могла поверить своим глазам, но объяснение Радмилы всё расставило по местам.

Абсолютно счастливая кукушка, объевшись мёду из рук Беляны, залетела в часы. Через пять минут благодарно прокуковала оттуда семь раз, как положено, и, видимо устав за день, больше не появилась. Баламут, закончив рисунок, постеснялся его показывать. И, несмотря на все уговоры, потянул так и оставшийся неизвестным портрет к себе, растворившись в потолке.

От Радмилы девушки возвращались уже затемно, неспешно переговариваясь и делясь впечатлениями.

— Между прочим, — задумчиво промолвила Беляна уже на подходе к Ведарии, — Когда мы обе окончательно освоим полёты, тебе придётся обзавестись собственной ступой.

— Ну да, — иронично хмыкнула Светлана, — Она следующая в списке моих покупок. Года через три как раз насобираю нужную сумму.

— Три? — Белка сокрушённо вздохнула, — Имей в виду, я намерена летать всегда и везде, как Цветана. И даже дикие угрызения совести по поводу того, что ты идёшь следом пешком, не заставят меня передумать, — упрямо замотала она головой.

— Ну и станешь толстой и некрасивой, — насмешливо буркнула Светка, открывая ворота.

— Радмила говорила — мне не мешает поправиться, — Белка легко прошмыгнула мимо подруги и показала ей язык.

— Она шутила. А поправиться и растолстеть — разные вещи, — ухмыльнулась Светлана и подняла глаза, — Кстати, вот сейчас и спросим Роса — поправляться тебе или нет.

Белка хихикнула, заметив, что оба парня стоят на лестничном пролёте второго этажа, угрюмо опираясь на перила. И чуть было не помахала им рукой. Но те демонстративно развернулись и с самодовольным видом поднялись на третий этаж, не удостоив девушек даже улыбкой.

— Похоже на бойкот, — подняла брови Беляна, — Вероятно, им не понравилось наше исчезновение, — догадалась она.

— С какого перепугу мы обязаны перед ними отчитываться? — фыркнула Светка.

И сдержав огорчённый вздох, обе подруги поднялись к себе. Отдыхать после насыщенного и утомительного дня.

* * *

Наутро Белку и Светку ждал сюрприз — парни пересели за завтраком к отдельному столу. Светлана, сделав подчёркнуто безразличное лицо, упорно давилась какой-то кашей. А вот Белке совсем кусок в горло не лез. Все три лекции, последовавшие затем, у неё перед глазами стояли угрюмые физиономии Богдана и Роса, ожесточённо работающие челюстями.

В обед повторилось то же самое. За исключением того, что из четверых только окончательно изголодавшаяся Белка сумела влить в себя пару ложек супа.

— Ну вот, а ты грозилась, что мы растолстеем, — чуть не проскулила она, осознав, что желудок снова встал колом.

— Ты гляди, какие обидчивые, — надулась Светлана, поднимаясь. И мрачно кивнув подруге, отправилась сдавать Догадовне задержанное рукоделие.

Проводив подругу глазами, Беляна разочарованно вздохнула в ожидании, пока опустеет столовая. Но по соседству, как назло, собралась стайка хихикающих первокурсниц, бросающих на Ро̀слава с Богданом красноречивые взгляды. "Ишь, слетелись стрекозки!" — с досадой подумала Белка и уверенным шагом направилась к столику парней. Миновав девиц, она подошла к засидевшимся с мрачным видом друзьям, и скрестила на груди руки.

— Ну, и что это значит? — сердито вскинула она брови.

— Как повеселились вчера? — демонстративно глядя перед собой, спросил Богдан.

— Чудесно, — кивнула Белка, — А Вы?

— Мы не заметили, как вы ушли, — спокойно объяснил Ро̀слав, поднимаясь и отодвигая для неё стул.

— Могли бы и предупредить, — в тон ему добавил Богдан.

— Хм. Ну надо же… — Беляна присела, изображая на лице муки совести, но тут же сменила его выражение на вызов, — А знаете, почему вы не заметили?

— Почему? — поинтересовался Рос, подперев кулаком подбородок. Он явно не поддерживал объявленного девушкам бойкота, и соблюдал его лишь из мужской солидарности с лучшим другом.

— Вы были заняты, — иронично пропела Белка, — Скачками! — её глаза выразительно блеснули, — Один из вас в них даже участвовал. Ну что, Богдан, выиграл?

Не сомневаясь в ответе, Беляна метнула на парня гневный взгляд и выжидающе улыбнулась, наблюдая, как сменяются эмоции на лице друга.

— Д-да, — выдавил, наконец, тот, догадавшись, о чём идёт речь.

— Кхм… — прокашлялся Рос, прикрыв кулаком губы, растянувшиеся в усмешке.

— Поздравляю тебя, Славер! — торжественно объявила Белка и, не удержавшись от цитаты, добавила, — Ты балбес!

— Разрази меня гром… — пробормотал Богдан, взъерошивая пятернёй светлые волосы.

— То-то же… — с победным видом возвестила Беляна, — Благодарны должны быть, что я вовремя увела её. А они мордочки воротят, — язвительным тоном обронила она.

Хихикающие девчонки, убедившись, что на них никто не обращает внимания, потихоньку рассосались. И в пустой столовой они остались втроём.

— Крепись, друг, — Ро̀слав похлопал ошеломленного Богдана по плечу, — И молись, чтобы она не узнала.

— Белка… прости, — Богдан с сожалением покачал головой.

— Мне-то что? — безразлично передёрнула плечами девушка.

— Чёрт! — выругался Богдан, и, помедлив, решительно устремился вслед за Светланой.

— Э-э-э… — окликнула его Белка, вставая, — Никакого раскаяния! Веди себя, как обычно.

— Хорошо, — согласился тот и бросился вон из трапезной.

— Ужинаем сегодня вместе? — послышался над ухом бархатный голос Роса, а его ладонь мягко легла ей на талию.

— Разумеется, — подкатила она глаза и счастливо улыбнулась, совершенно довольная собой.

* * *

Вечером, когда они вчетвером вошли в трапезную, все взгляды почему-то обратились на них. Не обратив на это особого внимания, друзья устроились за своим обычным столом, заказав самобранке любимые блюда.

Богдан с упоением что-то рассказывал Светлане, лишь время от времени вспоминая об ужине. Ро̀слав поглощал еду с завидным аппетитом, а Беляна, всего час назад объевшаяся Лепковыми булочками, ковырялась в тарелке, жалея, что не попросила просто чаю.

За соседним столиком близнецы Воятичи привычно зубоскалили в окружении восхищённых их остроумием девчонок. В трапезной стоял обычный приглушённый гомон, но на какое-то мгновение наступила тишина. И очередная шуточка, брошенная Гудиславом, прозвучала неожиданно громко:

— Гляди, как усмирила белобрыска нашего сердцееда!

Белка замерла, позабыв, как жевать, и стеклянными глазами уставилась в тарелку. Приподняв брови, Ро̀слав медленно откинулся на спинку стула и сделал из чашки задумчивый глоток, пытаясь перебороть раздражение. Даже Богдан со Светланой притихли, переваривая услышанное.

— Я бы тоже присмирел, — хохотнул, как бы между прочим, второй Воятич.

Заметив, как оцепенела четвёрка за соседним столом, Гудислав продолжил бравировать:

— Белка, может, усмиришь и меня, после того как Гордар натешится?

Вот теперь оскорбление касалось не только его. Ро̀слав облегчённо выдохнул, словно только и ждал повода. Одарив друзей красноречивой усмешкой, поднялся и небрежной походкой подошёл к близнецам:

— Извинись, — холодным тоном предложил Гудиславу.

— За что? Что я такого сказал? — побледнел тот, отчего веснушки на его носу и щеках стали ещё ярче.

— Извинись перед девушкой, и будем считать твои слова недоразумением, — голос Роса звучал вкрадчиво, словно он говорил не совсем то, чего хотел на самом деле.

— Сам знаешь, твой традиционный месяц давно закончился, — попытался объясниться Гудислав.

— Раньше за тобой такого не водилось, и мы с нетерпением ждём своей очереди, — ляпнул его брат, ещё больше усугубляя ситуацию.

Ро̀слав чуть заметно выгнул бровь. Почти неуловимый жест заставил одного близнеца нервно сглотнуть. Второй растерянными глазами шарил по сторонам в поисках поддержки толпы.

— Вы. Оба… — ещё тише пророкотал Рос, — … меня слышали. Я не стану повторять.

В наступившей звенящей тишине не было слышно даже позвякивания столовых приборов. Белка не знала, стоит ли останавливать Гордара. С одной стороны это было бы правильно, и именно такого поступка от неё ждали. С другой — она тоже злилась, и в данной ситуации вовсе не желала выступать в роли миротворца.

— Ро̀слав… — спокойно произнесла она, наконец, решившись.

В глазах Гудимира отразилась искорка надежды.

— Ну, нет, — шепнула Светка, толкнув её локтем, — Если ты остановишь Роса, они получат от меня. Пожалей дураков. Отгрести от девчонки ещё позорнее, чем разобраться по-мужски.

— Он всё верно делает, — подал умиротворённый голос Богдан, — Магию не применяет, оружие не использует. Он один, а их двое…

Метнув в друзей испепеляющий взгляд, Белка съёжилась, понуро уставившись в тарелку. Они правы. Метод не самый изящный, но близнецы окончательно обнаглели от безнаказанности. Вовсе за языком не следят, клоуны чокнутые.

Догадавшись, что Белка передумала их спасать, Гудислав упрямо сжал челюсти. Второй близнец прикрыл глаза, понимая неизбежность того, что сейчас произойдёт.

Есть такие личности, — философствовала про себя Беляна, кротко ожидая развития событий, — По мнению которых извинения равносильны поражению. Идиоты, не понимающие, что последствия глупых ошибок и сгоряча произнесённых слов могут оказаться куда хуже, чем простые, как дважды два, слова. Судя по всему, близнецы принадлежали именно такой категории людей.

Не дождавшись ответа, Ро̀слав почти нежно, по одному в каждую руку, взял близнецов за шкирки. И без малейшего напряжения поднял обоих над полом. Беляна предполагала, конечно, что Рос силён, но чтобы настолько… Хоть Воятичи и не отличались могучим телосложением, но килограмм по семьдесят в каждом всё-таки было. Вполне достаточно, чтобы не удерживать их на весу с такой лёгкостью.

— Не передумали? — поинтересовался Рос своим фирменным бархатным голосом.

Если парни и хотели что-то сказать, то не смогли. Близнецы были заняты тем, что отчаянно дрыгали ногами, вытягивая носки ботинок в надежде достать ими до пола. На лицах застыло удивление вперемешку со страхом, что выглядело жалко и унизительно. Все студенты замерли в предвкушении шоу, раскрыв любопытствующие рты.

Но шоу оказалось коротким. Ро̀слав совсем легонько, даже без усилий столкнул близнецов друг с другом их одинаковыми лбами. И тем хватило, чтобы обмякнуть, повиснув у него в руках.

— Что здесь происходит? — прорезал тишину вопрос вошедшего в трапезную Зарубича.

— Проводится воспитательная работа, — признался Рос, укладывая нокаутированных соперников на пол строго параллельно друг другу.

— Демонстрировать силу нужно на поле боя, Гордар! — прогремел Ставр, — Или в зале Воинских искусств.

— Мы в разных категориях, тренер, — буркнул Ро̀слав, вразвалочку возвращаясь на место.

— Тем более, — Зарубич опустился на одно колено перед близнецами, похлопав по щекам сначала одного, затем другого. Поднял им веки, обеспокоенно разглядывая закатившиеся белки.

— Я имел в виду — у них языки длиннее, — криво усмехнулся Рос и по столовой прокатился развесёлый смешок.

— У него были причины, — громко заявила Светлана, глядя прямо в глаза Зарубичу.

— Глава Ведарии, думаю, с удовольствием выслушает их, — безразлично ответил ей тот, поднимаясь.

Ро̀слав чуть заметно вздрогнул и нахмурился, сжав губы. Близнецы застонали на полу, приходя в себя.

— Не волнуйся, — погладила Беляна плечо друга, — Мы пойдём с тобой.

— Справлюсь сам, — учтиво отказался Рос, задумавшись о чём-то своём.

* * *

Уже несколько минут Ро̀слав не выходил из кабинета Береговой. И Белка, подобно тигрице в клетке, нарезала взволнованные круги, разглядывая начищенный паркет возле приёмной. Светлана настаивала, чтобы всем присутствовать на предполагаемой выволочке. Но вынуждена была согласиться с железными доводами Богдана о том, что Гордар способен позаботиться о себе сам. Тем не менее, Беляна не выдержала, спустившись сюда, чтобы сократить время ожидания и вмешаться в случае чего.

Наконец, дверь отворилась, и крошечная Бусинка с обычным самодовольным кряканьем выставила за неё громадного студента, гордо поправив при этом белоснежный воротничок.

— Ну? — подскочила к нему Беляна, — Что?

— Ты… ждёшь… — проговорил Рос странным тоном, шагнув навстречу, и легонько сжал плечи девушки. Его лицо было бледным.

— Разумеется, жду, — рассердилась она, — Что сказала Властелина?

Вероятно, он не расслышал вопроса, потому что продолжил пристально её разглядывать:

— Все думают, что мы с тобой… — сделав паузу, будто пропуская слово, он добавил, — … вместе.

Белка вспыхнула, смутившись:

— Прав…? — промямлила она, отстраняясь.

— … да, — порывисто выдохнул он вместе с ней.

До Беляны донёсся приятный, но весьма диковинный аромат.

— Т-т-ты пьян? — округлила она глаза, не веря собственному обонянию.

— Это не хмель, — качнул головой Ро̀слав, — Эм-м, настойка, чтобы… не важно. Передо мной у Властелины были близнецы. Все считают нас парой, — он иронично усмехнулся, — Знали бы они, что я даже не целовал тебя.

— Рос… — упрекнула его Беляна.

— Помню. Я обещал. Но не могу закрыть рты всем, — он горько усмехнулся, — Берегова запретила.

— И не надо, — раздражённо передёрнула плечами девушка, — На чужой роток, как говорится… Так что сказала Властелина?

Он опустил руки, и Белка напряглась в ожидании ответа.

— Она, как обычно, была справедлива, — с невольным уважением ответил Ро̀слав, и Белка почувствовала, как уходит напряжение последнего часа.

— Ты ходил к ней под этой… настойкой? Скорее, мудрёным зельем…

Вздрогнув, Рос вскинул на неё настороженный взгляд.

— Не злись, — мягко добавила Беляна, — Я бы тоже так сделала. Никому не нравится, когда роются у него в голове.

Рос поднял брови и примирительно улыбнулся, протягивая ей согнутую в локте руку:

— Если понадобится, Белка, я ради тебя закрою все рты, — уверенно кивнул он.

— Ты мой герой, — тепло промолвила она. И взяв его под руку, повела через Большой зал, — Вот погоди, подучусь немного, и помогу тебе.

Она хихикнула и в шутку прижалась головой к его плечу. Не заметив, как внешне хладнокровный Ро̀слав зажмурился и сцепил зубы, сдерживая эмоции:

— Жду с нетерпением, синеглазая, — его голос снова звучал, как мягкий бархат.

* * *

Даже через несколько дней неугомонные близнецы под дружный хохот сокурсников демонстрировали синюшные шишки на лбах. У одного левее, у другого чуть правее от середины. Изначально впечатляющее зрелище с каждым днём становилось всё живописнее, меняясь в цветах и оттенках. И оказалось полезным для преподавателей, поскольку пока ссадины не сошли, различить близнецов не составляло труда.

Не обращая внимания на гвалт, царящий вокруг, Светлана сосредоточенно рылась в котомке:

— Это тебе, — достав оттуда медовую булочку, не глядя, выложила её на стол.

— Эй! — возмутилась Беляна, заметив, что булочка угодила как раз на раскрытую Ведовскую книгу мамы.

— Пардон, — виновато вставила Светка недавно понравившееся словечко, — Лихо Одноглазое? — вскинула брови, прочитав название статьи.

— Как подчинить Лихо… — бросила косой взгляд на страницу Белка, — Надо же, чушь какая. И зачем оно может понадобиться?

Взяв булочку, девушка захлопнула книгу. Открыла проверенную работу по Мирозданию и раздражённо нахмурилась. "Хорошо". Снова. Чёртов Леший!

— Я знаю только одно Лихо, — язвительно взвизгнула она, отшвыривая тетрадь, — Но оно — желтоглазое!

Близнецы Воятичи по соседству, расслышав её слова, беззаботно и громко расхохотались. Вот уж поистине неунывающие создания.

— Кхм, — кашлянул кто-то сзади.

Даже не оглядываясь, Беляна знала, кого там увидит. Надо же, снова попалась!

— Здрасьте, — ослепительно улыбнулась она, поворачиваясь к Лесогору. И слегка присела, грациозно отставив туфельку, — Чудесное утро, не правда ли?

— Даже моему терпению рано или поздно придёт конец, — склонившись к её уху, вполголоса предупредил Лѝхард, сдерживая ответную улыбку.

— Вам не нравится хорошая погода? — упрямо затрепетала ресницами Белка, прикидываясь дурочкой.

— Прекрати нарываться, — шикнула на неё Светлана, дёрнув подругу за рукав.

Беляна скромно опустила глаза, исподлобья наблюдая за ненавистным Лешим.

— Чего ты добиваешься? — возмущённо прошептала Светка, когда Лесогор их покинул.

— Ничего не могу с собой поделать, — растерянно пожала плечами Белка, — Он меня бесит.

— Чем на этот раз? — уточнила Светлана.

— У меня снова "хорошо" за работу.

— У меня тоже, и что? Может, ты влюбилась?

— В кого? — округлила глаза Беляна.

— В Водокрутича, например, — язвительным тоном предположила деванка.

— Нет, хотя он весьма симпатичен, — в той же манере усмехнулась Белка, — Не люблю сырость.

— На мой взгляд, у тебя типичный синдром дёрганья за косички…

Беляна почти открыла рот, чтобы ответить подруге, но Леший уже начал лекцию, и рот поневоле пришлось захлопнуть.

Глава 13

Восковая печать

Впервые Белка с нетерпением ждала не только новолуния, когда получала весточку от бабушки, но и дня полной луны, чтобы изготовить восковую печать. У неё давно всё было приготовлено. Она с первого взгляда наизусть выучила слова заговора. Но чтобы волшба сработала правильно, прочитать их, а значит добраться до таинственной двери, необходимо было в строго определённый день. А точнее, вечер, когда восходила эта самая полная луна.

Сложность состояла ещё и в том, что ей отчаянно не хотелось обманывать Бублика. Она с удовольствием рассказала бы домовому правду, но в данных обстоятельствах не могла найти подходящих слов. А учитывая, что библиотекарь всегда угадывал причины её появления в его владениях, ей нужен был серьёзный повод, чтобы не вызвать подозрений.

Повод вскоре нашёлся. На всю голову всезнающая Гамаюн задала на дом краткий обзор истории Пресветлого княжества. Кроме того, Белка закончила перечитывать "Отверженных" и собиралась покопаться на своём стеллаже в поисках чего-нибудь более лёгкого.

Успокоив себя тем, что не замышляет ничего дурного, и её намерения исключительно благие, забив себе голову учебными заданиями и стараясь выбросить из неё все мысли о восковой печати, она отважно шагнула в Книжницу.

Бублик сидел на высокой табуретке и старательно вырисовывал буквы, заполняя карточки для каталога. И зачем они ему? — всегда поражалась Белка, — Он досконально знает не только где искать любую книгу вплоть до последнего свитка, но и что в каждой из них написано. Наизусть помнит кто, когда и какой справочник взял и когда должен вернуть. Но, такова уж сущность благородных домовых — порядок прежде всего. Нет, разумеется, среди них встречались и другие — шалопаи, хулиганы и редкие безобразники. Но таких Властелина в Ведарию не брала.

Бублик бросил на неё короткий заинтересованный взгляд и метнулся в сторону полок с историей Тридевятого мира. Оставил два томика на её любимом столе и тут же вернулся к прерванному занятию.

Беляна отблагодарила его улыбкой и углубилась в изучение содержания учебников. Не отрывая глаз, одной рукой полезла в рюкзачок на краю столешницы, чтобы достать тетрадь. И неловким движением опрокинула его на пол. Всё содержимое шумно вывалилось наружу — расчёска, карандаши, разрисованные карикатурами тетради, пакетик леденцов, раскрывшиеся от удара книги, зеркальце… Беляна склонилась к ним, возводя виноватые глаза на библиотекаря, но наткнулась взглядом на Ро̀слава, с улыбкой наблюдающего за её неуклюжими движениями.

— Я помогу, — негромко предложил он, опускаясь на одно колено.

— Я сама виновата, — сконфузилась Беляна, пряча за спину упаковку с женскими премудростями.

— Лихо Одноглазое? — удивлённо пробормотал Рос, поднимая мамину ведовскую книгу, открывшуюся, как обычно, на последней просматриваемой странице.

— Так, одна старая книжка, — смутилась Беляна, забирая и укладывая её в сумку, — Ты к Бублику?

— Поверишь, если скажу, что к тебе? — в глазах Ро̀слава заплясали озорные искорки.

— Рос, мне правда нужно заниматься.

— А я не собираюсь мешать, — пожал плечами Гордар, располагаясь в одном из кресел.

Ну как объяснить парню, что он мешает уже одним своим присутствием? Тем более что он имеет такое же право находиться здесь, как и она.

— Тебе придётся взять книгу, а то Бублик рассердится, — стараясь придать голосу непринуждённый тон, промолвила Беляна.

Ро̀слав согласно кивнул, и они оба повернулись туда, где только что сидел домовой. Но его не оказалось на месте. Белка удивлённо подняла брови. Лицо Роса расплылось в улыбке:

— Ты всегда ему нравилась, — с пониманием проворковал он.

Беляна не стала уточнять, что Ро̀слав имел в виду. На самом деле её очень устраивало исчезновение Бублика. Случись оно чуть позже. Луна ещё не взошла, а восковую печать нужно сделать непременно, когда она будет в небе. Если поступок домового продиктован тактичностью, или мужской солидарностью, то он не появится здесь, пока они с Росом вдвоём. Вот проказник! — усмехнулась своим мыслям Белка. Значит, нужно немного потянуть время. А пока рассказать другу о том, что задумали они со Светланой. Нет, нельзя — вдруг кто-то услышит? Тот же Бублик, мало ли?

Приняв решение, Беляна приветливо улыбнулась парню. Тот изобразил на лице смущение:

— Славер унёсся куда-то со Светланой, — объяснил он, — Я подумал, почему бы и мне…

— Понятно, — кивнула Беляна, — Но почему в Книжнице?

— Можно подумать, я не знаю, где тебя искать, — насмешливо фыркнул Рос.

— Мда… — протянула Белка, — Я становлюсь предсказуемой библиотечной крысой. А ещё земляным червяком! — она снова погрузилась в учебник, хотя конспектировать для Гамаюн окончательно расхотелось.

— Ну и словечки у тебя! — хохотнул Ро̀слав, — И где только берёшь?

— Например? — Беляна сделала удивлённое лицо.

— Например? — Рос подкатил глаза, — Давно хотел спросить — что за история про терновый куст?

Беляна смутилась, не зная как правильно ответить на простой с виду вопрос.

— Это просто сказка… — несмело начала она.

— Обожаю сказки, — прикрыл глаза Ро̀слав, удобнее располагаясь в кресле.

— Ты же не думаешь, что я сейчас начну тебе её рассказывать? — вскинула брови Беляна.

— Именно так я и думаю, — он открыл один глаз, — Пожалуйста.

— Хорошо, — подумав, согласилась Белка, — Это история о том, как братец Лис поймал братца Кролика. И стал думать, что с ним делать…

— А что с ним делать? — шутливо возмутился Ро̀слав, — Съесть его, и всё.

— Может, расскажешь сам? — сделала сердитое лицо Беляна, но тут же смягчилась, — Не перебивай. Если бы всё было так просто, не было бы сказки.

Рос привычным для себя жестом вскинул ладони, умолкая с улыбкой на губах.

— Сначала братец Лис решил зажарить братца Кролика, — продолжила Белка, — Но тот неожиданно согласился, умоляя: "Делай со мной, что хочешь, братец Лис! Только в терновый куст не бросай!"

Ро̀слав, с усмешкой закрыв глаза, откинулся на спинку и завёл руки за голову.

— Тогда братец Лис надумал повесить Кролика. А он так послушно и смиренно говорит: "Вешай, братец Лис, повыше! Только в терновый куст не бросай!"

Беляна не заметила, как увлеклась и стала пискляво подражать голосу братца Кролика.

— Но Лис хотел расправиться с Кроликом покрепче, и предложил утопить его. На что братец Кролик снова заладил: "Топи меня, братец Лис, поглубже! Только в терновый куст не бросай!" "Ну, раз ты так боишься, брошу тебя в терновый куст", — согласился братец Лис. "Где тебе, — говорит братец Кролик, — Ты не добросишь!" На что Лис размахнулся посильнее, и забросил Кролика далеко-далеко в терновый куст.

Ро̀слав открыл глаза и заинтересованно опёрся подбородком на кулак.

— Братец Кролик кувыркнулся в кустах, вскочил, отряхнувшись, и кричит издалека: "Благодарю тебя, братец Лис! Терновый куст — мой дом родной!"

И Белка умолкла с улыбкой. Какое-то время Рос молча смотрел на неё. Затем встал с кресла и, присев на корточки перед стулом, положил руку на её талию. Чёрные, как ночь, глаза стали бездонными, когда он произнёс совершенно некстати:

— Я боюсь. Тебя потерять, — и выдохнул прерывисто.

Беляна хотела было усмехнуться. Но неожиданно серьёзный, полный отчаяния взгляд Ро̀слава отбил желание зубоскалить.

— Почему ты должен меня потерять? — прошептала она, отважившись поднять руку и пригладить намеренно всклокоченные волосы.

Он с наслаждением втянул воздух, прикрывая глаза. Вот сейчас, именно сейчас, ей очень хотелось, чтобы Рос её поцеловал. Но он почему-то прекратил попытки. Вместо ответа Беляна почувствовала, как сжалась его ладонь.

— Почему мне всё время кажется, что ты что-то скрываешь? — мягко спросила она. Но подумав, что и сама недостаточно откровенна, уточнила, — Что-то важное.

— Я хочу тебе рассказать. Правда, хочу, — хрипло ответил он, поднимаясь. И словно отогнав наваждение, добавил с лёгкой улыбкой, — Но не буду мешать. Занимайся.

Проводив Ро̀слава глазами, Белка вытащила из сумки свёрток с воском и на цыпочках поспешила к стеллажу у дальней стены. Луна взошла. Бублик, проведав, что Рос ушёл, может вернуться в любую минуту. А значит, у неё совсем немного времени.

* * *

— Нет. Властелина не касалась двери последней, — сообщила Светлана, присаживаясь на кровать и возвращая Белке сморщенный комок воска.

— Вот как… — задумчиво протянула та, засовывая его в карман, и откинулась на подушку, — Не Бублик, и не Властелина. Значит, у нас есть шанс.

— Определённо, — согласилась Светка, — Но лишь узнать о том, кто касался двери последним, а не о том, кто замыслил ограбить Диковинницу.

— Это одно и то же, — отмахнулась Белка.

— Нет. Не одно, — серьёзным тоном заключила деванка.

— Между прочим, — заёрзала от любопытства на кровати Белка, — Что ты спросила у Властелины? Тебе ведь нужен был повод, чтобы подойти к ней достаточно близко.

— Да так, ерунда. Первое, что пришло в голову.

— А что туда пришло? — поинтересовалась Беляна.

— Попросила официально включить Воинские искусства в план моих занятий.

— И? — усмехнулась Белка, поражаясь гениальности подруги.

— Нормально, — невозмутимо пожала плечами Светлана, — На втором курсе мы можем сами выбирать предметы, которые хотим углублённо изучать. Мне будет позволено ходить к Зарубичу.

— Бедные первокурсники… — протянула Беляна и весело рассмеялась.

— Я не бью слабых и немощных, — фыркнула Светка, недовольно зыркнув на неё.

— Значит, мне ничего не грозит? — Белка заморгала невинными глазами.

— Нет, — милостиво пропыхтела Светлана, — Ты до самой старости будешь выводить меня из себя, причём совершенно безнаказанно.

— Я обожаю тебя, — хихикнула Беляна, с нежностью глядя на расплывшуюся в улыбке подругу.

* * *

Восковая печать упорно молчала. Почти две недели подруги обменивались восковым комком, в зависимости от того, кто из них куда направлялся. Сокурсники были проверены первыми. Затем очередь дошла до студентов второго и третьего курса. Белка приставала к ним в трапезной, то и дело подсаживаясь за разные столики. Светлана, к недовольству Богдана, задирала парней на Воинских искусствах. Они повадились ходить в гости по вечерам, то играя в карты в одной комнате, то угощая булочками в другой. Девушки понимали, как нелепо всё это выглядит со стороны. Но что делать — цель ведь оправдывает средства, не так ли?

Особенно недоумевали Ро̀слав и Богдан. С какой радости их подруг внезапно поразила паранойя общительности? Была мысль посвятить парней в эту тайну. Но чем больше проходило времени, тем более тщётными оказывались поиски. А значит, и говорить было не о чем.

Беляна разглядывала божью коровку, беспокойно снующую по её ладони. Взлетать насекомое не хотело, бросать его было жалко, и девушка почти смирилась с тем, что отныне они связаны навсегда.

— Кого же ещё мы забыли проверить? — задумчиво пробормотала она, подставив готовому упасть солнышку вторую ладонь.

— Тараканов, — раздражённо процедила сквозь зубы Светлана, не открывая глаз.

— Разве в Ведарии есть тараканы? — подавила ухмылку Белка.

— Сушку я проверила, а другие вредители мне неизвестны, — сдержанно отозвалась деванка.

Беляна внезапно поняла, что терпение подруги приближается к финишной черте.

— Глупая затея, — нехотя выдохнула она, и божья коровка, словно только и ждала этих слов, расправив крылышки, улетела-таки на небко… к деткам.

— Слава небесам! — продолжая лежать, Светлана драматично воздела руки к небу, — Я уж думала, ты этого никогда не скажешь!

Белка фыркнула, неосознанно шаря ладонью в траве в поисках очередной забавы:

— Это предварительный диагноз. Окончательно скажу, как только в моём списке не останется ни одного имени.

— У тебя есть список? — Светлана округлила глаза, но сразу захлопнула их, ослепнув от солнца.

— Есть, — хмуро кивнула Беляна.

— Хм… я недооценила степень тяжести твоего заболевания. И я там есть?

— И ты, и Ро̀слав, и Богдан. Вас я проверила сразу. Самое главное — не делать никаких исключений.

— Очуметь, — Светлана удручённо закрыла ладонями лицо, — Прости, подруга, но я в этом больше не участвую.

— И не нужно, я закончу сама, — спокойно отозвалась Белка.

— Кто там у тебя остался?

— Водокрутич, Гамаюн, Леший, Бусинка…

— Существа? — деванка практически взвыла от негодования, — Светлые? Да ты сумасшедшая!

— Что делать — будь в Ведарии упырь или волкодлак, я бы проверила их первыми, — Беляна упрямо нахмурилась. Она и сама осознавала, что продолжать уже проигранную эстафету крайне нелепо. Просто привыкла доводить дело до конца.

— Послушай меня, — Светлана повернула голову и сощурилась, — Достань с верхней полки лучшие из своих извилин, и попробуй понять, что я скажу. Если кто-то из этих созданий и касался двери Диковинницы, это означает лишь то…

— … что он один из её защитников. Я поняла.

Светка что-то пропыхтела в ответ и умолкла, распластавшись на солнышке. Обняв колени, Беляна думала о том, что подруга, как всегда, права. Давно пора признать бессмысленность дальнейших поисков и вернуться к привычным делам. Она послушно улеглась рядом со Светланой, которая уже несколько минут притворялась солнечной батарейкой, и заявила расслабленным, но звонким голосом:

— Ребята, устройте себе перерыв, а?

Никакой реакции. Закрыв глаза, Белка постаралась отвлечься от звона и лязга скрещивающихся мечей дорвавшихся до единоборства Роса и Богдана.

— Чего бы такого заказать сегодня на ужин? — промурлыкала Светлана, довольная тем, что Белка, похоже, перебесилась.

— Ты проголодалась? У меня в сумке кулебяка.

— Давай! — снисходительно согласилась подруга.

Не вставая с места, Беляна повернула голову в направлении сумки. Взглядом открыла её, и уже собиралась вытащить свёрток с выпечкой, как…

Звон клинков внезапно прервался, и послышался сдавленный стон. Обе девушки вскочили, как по команде. На лице Ро̀слава застыло удивлённое выражение. Белоснежная ткань его рубашки с левой стороны быстро окрашивалась кроваво-красным.

— О, боги… — воскликнул Богдан, роняя меч и бросаясь к другу.

Обрывая пуговицы, он сорвал с Роса сорочку. На левом боку парня зияла длинная кровоточащая рана.

— Я за целителем! — взвизгнула Светлана, опрометью уносясь из сада.

Беляна, покачнувшись, шагнула вперёд и подобрала отброшенную рубашку.

— Да что вы всполошились? — проскрежетал Ро̀слав сквозь зубы, — Обычная царапина.

— Рана в самом деле неглубокая, — сглотнув, пробормотала Беляна, складывая сорочку и прижимая её к боку парня.

— Тебе помочь сесть? — озабоченно спросил Богдан.

— Нет, — покачал головой Ро̀слав, — Ерунда. Я нормально себя чувствую.

— Я ранил тебя, — побелевшими губами произнёс Славер.

— Точно, — криво усмехнулся Рос, — Ты меня сделал.

— Проклятье… — прохрипел Богдан, — Я оценил расстояние. Ты должен был увернуться, я чувствовал это!

— Послушай, дружище, — разозлился на друга Рос, — Ты в самом деле думал, что сражаться стальными мечами так же безопасно, как в бирюльки играть?

Богдан вскинул на друга странный взгляд и сел на траву. Беляна увела Ро̀слава к беседке, где прислонила спиной к колонне. Несколько напряжённых минут прошли в молчании.

— Что-то их долго нет, — отчуждённым тоном произнёс Славер, — Пойду, позову кого-нибудь ещё. Останешься, Белка?

— Разумеется, — пожала та плечами.

Не произнося больше ни слова, Богдан зашагал прочь.

— Позволь мне взглянуть, — обернулась Беляна к Ро̀славу.

— А ты не брякнешься в обморок? — с улыбкой поинтересовался он.

— Не должна, — усмехнулась она, — Целителя в самом деле долго нет, а я училась…

Она осторожно отняла рубашку от его бока, и Рос от боли резко втянул воздух сквозь зубы.

— Удар скользящий, пришёлся вдоль ребра, — бормотала она, — Я справлюсь.

Она нежно пробежалась пальчиками по коже вокруг раны, не касаясь её. Кровь текла уже гораздо тише. Просто удивительно!

— Ммм, приятно, — прикрыл глаза Рос, — Синеглазая, да ты меня просто бессовестно щупаешь!

— Я хочу помочь! — поперхнулась Белка, смутившись.

— Все вы, девчонки, так говорите, — шутливо надулся он, — А у самих одно на уме.

— Не паясничай! — рассердилась она, и он скорчил забавную гримасу, — Так ты мне позволишь?

— Что угодно, синеглазая, — бархатным тоном проворковал он.

— Мне будет удобней, если ты всё-таки сядешь, — попросила девушка.

— Можем даже прилечь, — промурлыкал он, хитро сощурившись.

— Рос, это не смешно, — покачала головой Беляна.

— Не смешно? Я умираю? — на его лице отразилась паника, — А у меня есть последнее желание?

— Сядь! — приказала она, решительно указав на землю.

— Нехорошо так… с умирающим, — недовольно буркнул он, опускаясь на траву. Чтобы подавить стон закусил губы, опираясь на локти.

Беляна встала рядом с ним на колени. В её руках стал сгущаться белоснежный туман, который, быстро вращаясь, вытянулся в сияющее веретено.

"Мышцы, сосуды, нервы… — шевелила она губами. Благодаря услужливой памяти в голове одна за другой вспыхивали подробные картинки, — Косая мышца живота. Ого, какая. Ещё раз, осторожненько… и, наконец, кожа…"

Всего-то пара минут.

— Аккуратнее, для себя стараешься, — проворковал Рос, наблюдая за её манипуляциями, — Тебе нравятся мужчины, покрытые шрамами? — поинтересовался, сощурившись.

Белка вспыхнула, чувствуя, как краснеют уши под его пристальным взглядом.

— Ты чокнутый! — усмехнулась она и добавила с облегчением, — Всё!

Он сел, осматривая свой бок, и озадаченно поднял брови:

— Могла бы и оставить что-нибудь… на память, — хмыкнул, разворачивая корпус в одну сторону, затем в другую.

— Больно? — обеспокоенно спросила Беляна, усаживаясь рядом.

— Неа, — покачал он головой, и склонился к ней, — Благодарю, — промурлыкал, нежно прикасаясь губами к щеке.

Но не стал сразу отстраняться. Его неторопливое дыхание блуждало по её шее и затылку, и Беляна с наслаждением прикрыла глаза.

— Почему я, Рос? — прошептала она, спустя несколько мгновений, чувствуя, как начинает кружиться голова.

— А кто? — удивился Ро̀слав, не останавливаясь и продолжая искушать её сладкими прикосновениями.

— Ты не ответил, — пробормотала она, преодолевая неловкость, и отклонилась.

Он протянул руку, чтобы удержать её. Но девушка уже встала, отойдя на пару шагов. Туда, где лежала его окровавленная сорочка. Он разочарованно опустил сжатый кулак и поднялся следом.

— Держи, — тихо промолвила Белка, протягивая ему рубашку. Кровь исчезла, словно её там никогда и не было.

— Разве я должен объяснять? — он взял рубашку вместе с её рукой, — Неужели сама не видишь? Ты соткана из света…

— Нет, — покачала головой она, — Из плоти и крови.

— И это мне нравится ещё больше, — проворковал он и притянул её к себе.

— Рос! — укоризненно нахмурилась Беляна, отнимая ладонь.

— Что? Глаза я закрыл, — он шутливо пошарил вокруг руками, изображая слепого, — никаких тебе "обаяшек"!

— Ты неисправим, — вздохнула девушка, не в силах скрыть улыбку, и повернулась к нему спиной.

— Я безнадёжен, — согласился он, обнимая её сзади, и шумно вдохнул аромат её волос.

— Ты меня нюхаешь? — возмущённо воскликнула Белка, оборачиваясь.

— А ты меня щупала! — обиженно парировал Рос, комично округлив глаза.

Она хихикнула, готовясь ответить что-нибудь язвительное, но в это мгновение с тропинки послышался добродушный басок:

— И кто здесь смертельно ранен?

Торопливо семеня, к ним приближался запыхавшийся Кудеяр.

— Я, — серьёзным тоном отозвался Ро̀слав, по-прежнему не сводя глаз с отступившей на пару шагов Беляны, — Меня никто не любит! — пожаловался он.

— От этого не умирают, — хохотнул Кудеяр, подходя ближе, — И где рана?

— Вот тут, — провела Белка пальчиком по левому боку Роса.

— Щекотно, — авторитетно заявил тот.

— Ему щекотно, — повторил Кудеяр для Беляны, — Значит, чувствительность не нарушена. А ну-ка повернись! — приказал он Росу, — Подними руку, развернись влево, теперь вправо.

Ро̀слав с обречённым видом послушно выполнял упражнения.

— Ну, мне здесь делать нечего, — выдохнул, наконец, целитель, внимательно обследовав Роса, — Никаких следов травмы. Ты даже объём мускулатуры учла.

Сердце Белки затрепетало от радости.

— Молодец! — выпрямился Кудеяр и одобрительно подмигнул смущённой ученице, — Горжусь тобой.

— Это только Ваша заслуга, учитель, — скромно потупилась та.

— Ничего себе! — ошеломленно пролепетала Светлана, подходя сзади и касаясь гладкой загорелой кожи в том месте, где несколько минут назад зияла окровавленная рана.

— Не трогай. Не для тебя эта розочка цвела, — шутливо поддразнил её Рос.

Хрюкнув от смеха, Кудеяр размашистым жестом подкрутил усы и отправился восвояси. Провожая его взглядом, Беляна размышляла о том, что впервые чувствует себя настоящей целительницей. Не игрушечной.

— Я не хотел… — раздался позади мрачный голос Богдана.

Все трое обернулись к нему. Ро̀слав, с беззаботным видом надевая рубашку, шагнул вперёд:

— Ничего подобного, Славер. Ты хотел победить, и сделал это. Сегодня, — ухмыльнулся он, — Привыкай, иначе, какой же ты воин к чертям собачьим?

— В самом деле, Богдан, — согласилась Светлана, — Издержки Воинских искусств. Что же мы будем делать в настоящем сражении? Зато у нас теперь есть собственный целитель! — похвасталась она.

— О, нет! — испуганно возразила Беляна, — Я пока только по неглубоким ранам…

— Ну, это пока, — положил Рос руку ей на плечо.

— Значит, ты не сердишься? — хмуро произнёс Богдан, исподлобья глядя на него.

— Один — ноль, Славер. И вскоре я потребую реванш, — подмигнул Ро̀слав другу.

* * *

Беляна не могла избавиться от неясной тревоги в груди. Проснувшись сегодня утром, она обнаружила, что в горнице одна — все девчонки куда-то исчезли. А когда попыталась найти причину своего состояния, вспомнить, что же так расстроило её во сне, так и не сумела.

Сегодня выходной. Прохладный душ немного успокоил нервы и улучшил настроение. Расчёсывая мокрые волосы перед зеркалом, она подумала, что было бы неплохо их подравнять. Потому что отросшие пряди давно потеряли право называться художественным беспорядком, а нового названия так и не получили.

Закутавшись в мягкий кремовый халат, она почувствовала себя совсем уютно и устроилась на кровати с маминой книгой в руках. Та послушно раскрылась на странице с восковой печатью. Сжав губы, Белка перевернула несколько страниц, чтобы в следующий раз этого не повторилось, и раздражённо захлопнула рукопись, бросив её на подушку.

Вероятно, желая развеять сумрачный настрой хозяйки, Витка высунула оранжевый носик из своего домика. И, сладко потянувшись, ступила мягкими лапками на кровать, заранее мурлыча в предвкушении. Белка протянула к кошечке готовую погладить её ладонь, но тут раздался уверенный стук в дверь. С каких пор девчонки стучат в собственную комнату? Нащупав тапочки на полу, она почти встала, но передумала двигаться:

— Войдите, — объявила звонким голосом.

Ро̀слав вошел, слегка пригнув голову, и заполнил собой небольшое пространство девичьей комнаты. Она сразу стала казаться теснее, потолок ниже, и Белка поневоле задумалась, а не просторнее ли комнаты на третьем, мужском, этаже? Просто невозможно вместить четырёх подобных экземпляров в комнатушке размером с их горницу. Испуганно округлив глаза, Витка юркнула под кровать.

— Ха! — улыбнулся Рос, окинув девушку восхищённым взглядом, — Какая ты домашняя, — протянул, склонив голову набок.

— Это потому, что я дома, — констатировала она очевидное, поднимаясь и затягивая потуже пояс на талии. Распущенные влажные волосы, длинный пушистый халат, тапочки-собачки… Беляна и чувствовала себя белым плюшевым медвежонком, и выглядела так же.

— Уютненько, — усмехнулся Рос, с трудом отрывая глаза от неё и осматривая апартаменты, тонущие в кружевах и вышивках, — Но тесновато, — добавил, словно отвечая на её вопрос.

— Нам хватает, — улыбнулась Беляна, — Ты по делу? — поинтересовалась, удивляясь появлению Ро̀слава в комнате. До сих пор никто из парней, даже Богдан, не заходил к ним в гости.

— По делу, — кивнул Рос.

Из-за его спины появился неизвестно как спрятанный там роскошный букет. Не меньше пяти дюжин крупных оранжерейных тюльпанов просто ослепили Белку буйством красок. Целая охапка белых, сиреневых и розовых цветов в окружении ярко-зелёных клинышков-листьев.

— За что? — открыв рот и задохнувшись от восторга, она разглядывала это изумительное воплощение весны, её буйной силы и свежести.

— Я ведь так и не поблагодарил тебя за спасение моей жизни, — вернул её в реальность насмешливый голос Роса.

— Ч-что? — ей пришлось встряхнуть головой, прежде чем прийти в себя, — Не преувеличивай. Твоей жизни ничего не угрожало, — пробормотала она, заворожено разглядывая букет.

— Ты спросила — я ответил. Разве нужен повод, чтобы подарить девушке цветы? — пожал плечами Ро̀слав, наслаждаясь её реакцией.

— Угу, — кивнула она, — Что ты сказал?

— Я говорю, что цветочкам нужна водичка, — ухмыльнулся он.

— Ах, да… — очнулась Беляна, моргая и всё ещё не в силах оторвать глаз от букета, — Сейчас. Проходи. У нас и вазы-то такой нет. Ведро нужно, — бормотала она себе под нос, косясь на тюльпаны.

— Ничего, я подожду, — благодушно согласился Рос, пробуя на прочность изящный стульчик у стола, — А потом приглашаю тебя на соревнования по стрельбе из лука.

Услышала его Беляна уже в купальне, где набирала воду в небольшое ведёрко — белое в зелёный горошек.

— Какие соревнования? — уточнила она.

— У нас скоро итоговое занятие по стрельбе. Так что все уже в саду. Я за тобой пришёл.

— Вы ведь не заставите меня выступить в роли живой мишени? — усмехнулась Белка, возвращаясь с ведёрком в горницу.

— Как пожелаешь, синеглазая. — Он с любопытством рассматривал разнообразные баночки на девичьем столике, — Не рискнул садиться на ваш стульчик. Ещё сломаю ненароком.

Синие глаза девушки снова были загипнотизированы букетом. Деликатно обняв его руками, она бережно опустила цветы в воду.

— Такие красивые. И так много… — зачарованно улыбнулась она, — Ты меня балуешь!

Не сумев сдержаться, она засунула в середину лицо, вдыхая нежнейший весенний аромат.

— Что тебе сказать… — хмыкнул он, — Я высоко ценю свою жизнь. И… — после паузы его голос звучал уже не так радостно, — Пожалуй, немного ревную. Цветы тебе определённо нравятся больше, чем я.

— Не говори глупостей, — безоблачным тоном промурлыкала Беляна, поднимая голову, — На свете очень мало вещей, которые нравятся мне больше, чем ты.

— Правда? — его губы дрогнули в усмешке, но глаза остались серьёзными.

— Иди за дверь! — шутливо приказала Белка, взмахнув рукой, — Мне нужно переодеться.

— Слушаю и повинуюсь, — величественно поклонился Ро̀слав.

Вот откуда это в нём? — вскинула брови Беляна, когда дверь за Гордаром мягко закрылась. Никто больше из её знакомых не обладал такой отточенной пластикой, безупречными манерами, врождённым самообладанием. И вместе с тем силой, обаянием, умом и потрясающим чувством юмора. Ох, ну и расписала… Прямо совершенство. Стоп. К кому-то она уже применяла это слово, и совсем недавно…

Белка натянула сарафан, стянула волосы в хвост и поправила медальон на груди. Заглянув в зеркало, осталась весьма довольна собой. Не прынцесса, конечно, но очень даже ничего. Рос тоже ведь не прынц, несмотря на все его несомненные достоинства. Пора взрослеть — подумала она — и соответствовать. С другой стороны, она давно выяснила, что соответствовать никому не нужно. Если ты притворяешься кем-то, кем не являешься, то и людей к себе привлекаешь под стать — неискренних и неподходящих. А это — чревато. И вообще — не комильфо. Вот так то.

* * *

Последний месяц в Ведарии напоминал учебную лихорадку. Все студенты, даже Сушка, исступлённо начали зубрить, просиживать целые вечера в Книжнице, переписывать друг у друга конспекты и практиковаться в чародействе. Всего через три недели предстояло сдать экзамены, и первый год обучения можно будет считать завершённым. Каждая полученная отметка теперь имела огромное значение. Каждая. В том числе и эта.

Пылая праведным гневом, Белка влетела в кабинет Мироздания и со злостью бахнула своей работой о стол. Щёки её пылали. Она сдула нависшую на лицо прядку и гневно уставилась на Лесогора.

— Слушаю вас, барышня, — окинул он её насмешливым взглядом, отворачиваясь от окна.

— Благодарю, — сквозь зубы прошипела девушка, — Скажите, пожалуйста, сударь. Каковы мои шансы получить когда-нибудь отличную оценку по Вашему предмету? — с неожиданной наглостью выпалила она.

Лѝхард приподнял бровь:

— Считаете, что заслуживаете её?

— Допустим, — хмыкнула она, — Перефразируем вопрос. Что ещё мне нужно выучить, чтобы произошло это знаменательное событие?

Он невозмутимо пожал плечами:

— Ничего. Для студентки первого курса Вы знаете достаточно.

— Так я и думала, — вздохнула Белка, присаживаясь и бросая на него косой взгляд. И вдруг заговорила тихим, полным безысходности тоном, — Вероятно, Вы не поверите, но я люблю учиться. И всегда считала, что у меня это неплохо получается. Мне даже нравились Ваши лекции. Раньше. И всё же, Вы умудрились начисто отбить охоту изучать Ваш предмет. Бессмыслица какая-то — дело нужно или делать хорошо, или не делать его совсем. Я просто отчаялась понять, почему у меня ничего не выходит. Потеряла надежду и не хочу больше у Вас заниматься.

Опустив голову, она встала, намереваясь уйти.

— Думаю, Беляна, Вы получите заслуженное "отлично", как только в каждой Вашей работе перестанет сквозить убеждение в превосходстве человека над всеми другими живыми существами, — услышала она его глубокий сдержанный голос.

— Чего сквозить? — ошарашено пробормотала она, усаживаясь обратно и пытаясь проанализировать непредвиденный ответ.

Отодвинув для себя стул, Лѝхард сел напротив и откинулся на его спинку. Затем усмехнулся, сложив руки на груди:

— Я рад, что у Вас, наконец, хватило мужества задать мне прямой вопрос, а не исходить ядом втихомолку, как делали до сих пор.

Белка вскинула на него яростный взгляд.

— Кроме того, я не занимаюсь проверкой тетрадей, — угадав, что у неё на уме, добавил он, — А моим подопечным вряд ли есть до Вас какое-то дело.

Растерянно хлопнув глазами, Беляна заинтересованно наклонила голову.

— Природа не нуждается в Вашем покровительстве, барышня, — спокойно объяснил Леший, — Наоборот — это люди нуждаются в ней. Она вообще не требует вмешательства человека. Для этого существуют такие как я. Ваша задача — научиться жить в согласии со всеми живыми существами, пользоваться дарами, не нанося вреда, поскольку вред вы, таким образом, наносите и сами себе.

Беляна ошеломлённо слушала Лешего, не в силах оторвать взгляда. Только однажды отряхнула юбку, почувствовав какой-то дискомфорт. В следующее мгновение что-то блеснуло у него на правой руке. Кольцо? Она моргнула несколько раз, присматриваясь. Нет, показалось. А Лѝхард тем временем продолжал:

— Вы достаточно часто употребляете в своих работах такие слова, как защищать и охранять. Да-да, я поинтересовался, за что снижаются Ваши оценки. Вы не считаете человека частью природы, а противопоставляете их. Кто вбил в Вашу голову эту чушь? Сначала я предположил, что это такой вид добросердечия. Но вскоре понял, что это не доброта. Это — высокомерие! Какие у Вас основания для подобной заносчивости?

Поймите, этот мир создан почти идеально. Между людьми, животными, растениями и даже грибами нет разницы, все они обладают сознанием. И если по какой-либо причине человечество исчезнет с лица земли, природа в целом от этого нисколько не пострадает.

— Она не пострадает, если исчезнет и любой другой вид, — промолвила Белка упрямо.

— Вот именно — как и любой другой…

— Но я выучила учебник по Вашему предмету почти наизусть! Можете проверить.

— Беляна, целью изучения предмета является понимание законов природы. Если бы только их знание, у Вас были бы отличные оценки. К сожалению, понимания у Вас я не вижу. Вы пришли в Ведарию, чтобы стать ведуньей. И Ваши успехи свидетельствуют, что непременно станете ею. Но, не постигнув самых важных принципов, можете использовать эти способности во вред себе и окружающим. Прочитать учебник, присутствовать на всех моих лекциях мало — Вы так и не поняли главного. Человек себялюбивый, алчный, желающий возвыситься над другими, никогда не сумеет постигнуть истинного ведания.

— Хотите сказать, что я могу стать злой ведьмой? Как Ваша… — она осеклась, и замолчала.

— Я этого не говорил, — нахмурился Лѝхард.

— В таком случае Ведария обучает огромное количество тёмных колдунов и ведьм, — язвительно возразила Белка, — Поскольку на нашем курсе лишь одна студентка имеет отлично по Основам Мироздания.

Он вздохнул:

— Вы неисправимы, Беляна. Что лишний раз убеждает меня в моей правоте. Поймите, наконец — я не учу добру, или свету, — он криво усмехнулся, — Неуспеваемость по моему предмету не означает автоматически приверженность студента к тёмной магии. Как Вам должно быть известно, в мире необходимо равновесие — без тьмы нет света, без зла добра… Абсолютное большинство студентов, не обладая Вашими способностями и памятью, знают куда меньше Вас. Но при этом гораздо больше понимают. Ваш балл снижен по единственной и особой причине. Ни у кого другого ничего подобного я не замечал. Вы уверены в том, что всё живое вокруг призвано служить человеку!

Белка молчала, не в силах ничего возразить. В голове крутились и постепенно таяли мысли об уроках биологии и экологии в мире, где она выросла. Абсурдности понятия "покорение природы", постепенно приводящего к её уничтожению. О совсем недавней уверенности в том, что Лесогор просто невзлюбил её. И, справедливости ради надо сказать, было за что…

— Почему Вы не объяснили мне этого раньше? — наконец, спросила она.

Лѝхард снова усмехнулся:

— А Вы не спрашивали. Ещё одна черта, мешающая привести знание к пониманию — слышать только то, что хотите. Сегодня Вы захотели услышать меня. Поэтому пришли задать волнующий Вас вопрос. Пусть из-за того же высокомерия — получить высший балл — но надеюсь, мой ответ будет Вам полезен. Если бы я сам навязал Вам эту беседу, Вы восприняли бы её как нотацию, и пропустили мимо ушей. Поскольку упрямо считаете, что я к Вам придираюсь.

* * *

— Короче, Свет, я, оказывается, упрямая и высокомерная!

— Хмм… — улыбнулась Светка, — Какая точная формулировка!

— Что? — округлила глаза Беляна, — Ты тоже так считаешь?

— Успокойся, подруга, — сощурилась Светлана и похлопала Белку по плечу, — Да, я тоже так считаю, но не вижу в этом ничего дурного. Тем более что я сама такая — ты же знаешь.

— Вот уж утешила! — скорчила Белка уморительную гримаску и вдруг вздрогнула, ощупывая свою юбку, — Да что у меня тут такое? Который раз уже щиплет!

Девушка вытащила из кармана сморщенный комочек.

— Это печать, — усмехнулась Светлана, — Мы про неё забыли совсем. Я думала, ты её уже выкинула.

— Нет… не выкинула, — пробормотала Беляна, разглядывая горячий, светящийся кусочек воска, — Я тебе больше скажу, — добавила она, зажмурившись на мгновение, — Она сработала. На Лесогора.

— Что? — ошеломлённо выдохнула Светка.

— Лесогор входил в Диковинницу последним. Вот что, — ледяным тоном проговорила Белка.

* * *

Несколько дней Беляна ходила по пятам за Лешим, делая перерывы только на время занятий и сон. Стремилась поймать его за каким-нибудь сомнительным разговором, или подозрительным поступком, который выдаст с головой его зловещие замыслы.

Светлана предположила, что он, например, мог быть в Диковиннице три дня назад, или вовсе посещать её с завидной регулярностью. Хотя, пыли на ручке арочной двери было достаточно, чтобы с уверенностью утверждать: Диковинница — не музей, посетители в ней — весьма редкое явление.

Теория подтверждалась тем, что за всё время, что она наблюдала за перемещениями Лесогора, он и разу не заходил в Книжницу. Белка даже начала сомневаться, что он вообще знаком с Бубликом. Зато Лѝхард был очень хорошо знаком с Ярославной. Слухи, ходившие о них, не лгали. И это был неприятный момент.

На самом деле неприятным было всё. Шпионка из неё получалась никудышная, и Лесогор то и дело ловил её — то подслушивающей у двери лесного портала, то подглядывающей в замочную скважину. Её поведение было настолько странным, что следи она за собой, уже давно решила бы, что она преступник, а не детектив.

После очередного такого разоблачения, Беляна твёрдо решила, что нужно идти к Властелине. Странный вывод, потому что она как раз и следила за Лешим, чтобы причина для обвинений была более веской, чем простое прикосновение к дверям Диковинницы. А он, строго говоря, не дал ей никакого другого повода.

Беляна расхаживала по горнице от одной стены к другой и обратно. Нахмурив брови, мерила шагами комнату, пытаясь вникнуть в убедительные доводы Светланы:

— Мы ведь с тобой решили, что светлые существа могут являться для Диковинницы только защитниками. Не угрозой, Белка! Лесогор — Леший. Какой смысл в твоей слежке?

Беляна, наконец, села на стул и нахмурилась в раздумье. Через пару мгновений вспомнила о том, что не одна в комнате, и поделилась со Светланой догадкой, которая уже давно пришла в голову:

— Да, — мрачным тоном подтвердила она, — Но есть нюанс — ты сама рассказывала, что Лесогор — необычный Леший.

— В каком смысле? — удивилась Светлана, — В том, что его мать ведунья?

— Да, — с победным видом кивнула Белка, — И не просто ведунья. Вспомни-ка поточнее — кто его мамочка?

— Баба Яга, — ошеломлённо пробормотала Светлана.

— Баба Яга, — повторила за ней Беляна, — То-то же!

— Это ничего не меняет… — неуверенно пробормотала Светка, — Властелина не пригласила бы его преподавать…

— Властелина не может разоблачить злодея, задумавшего проникнуть в Диковинницу. Как думаешь, почему?

— Ты никогда не думала, что злоумышленник находится не в стенах Ведарии? — поинтересовалась деванка.

— Думала. Сто раз. Помнишь, как звучали слова Береговой? "В Ведарии появилось зло". В Ведарии, понимаешь?

— Лѝхард появился здесь много лет назад, — возразила Светлана.

— А зло в нём — недавно. Может, его мамочка переманила на тёмную сторону! Я вообще не пойму — почему ты его защищаешь?

— Зато ты, похоже, просто счастлива от того, что печать указала именно на Лесогора! — Светка вскинула на подругу подозрительный взгляд, — Пойми, я всего лишь пытаюсь быть объективной.

— Да? По-твоему искать нужно было только среди первокурсников?

— Ярославна тоже появилась только в этом году.

— Я её проверяла, — встряхнула волосами Белка, — Но мы отвлеклись от темы.

— Какой? — спросила Светлана.

— Я была в Книжнице, — Белка протянула руку к кошачьему домику и ласково почесала Витку по шейке, — У меня были вопросы, и я искала на них ответы.

— Удачно? — не дослушав, выпалила Светлана.

— Не перебивай, — покачала головой Белка, — Оказывается, существа такого уровня, как Леший и Водяной в большинстве своём не поддаются ясновидению. Лесовики, русалки, кикиморы и прочая мелочь — да. Но не их Повелители. И тёмные, между прочим, тоже.

— Вот это да… — протянула Светка, — Я поняла. Властелина…

— Не могла прочитать Лесогора — совершенно верно, — кивнула Беляна.

— Проблема остаётся. Что ты собираешься делать с этой информацией?

— Есть одна идея, — задумчиво промолвила Белка.

— Какая?

— Я знаю, как поговорить с Властелиной, но сказать ей только то, что хочу.

— О-о-о, — подкатила глаза Светлана, — Ты тоже принадлежишь к высшим существам?

— Нет, я принадлежу к разумным существам, — улыбнулась Беляна.

* * *

На следующий день после занятий Белка нашла Ро̀слава в парке. В полном одиночестве он сидел в одной из беседок. Вытянув на столе руки со сплетёнными пальцами, немигающим взглядом смотрел перед собой.

— Рос, я, наконец, придумала, как ты можешь отплатить мне за спасение твоей жизни, — натянуто усмехнулась Белка, присаживаясь напротив.

— Я знал, что ты корыстная, — по привычке отшутился Ро̀слав, приветствуя её горькой улыбкой.

Между ними в последнее время пролегла какая-то невидимая грань. Даже Светлана заметила, что Гордар изменился, став мрачным и отчуждённым

Беляна замялась и постаралась придать голосу теплоту:

— Рос, мне действительно нужна твоя помощь. А ещё — чтобы ты ни о чём не спрашивал.

Он не ответил. Она помолчала немного и растерянно хлопнула глазами:

— Почему ты молчишь?

— Ты сказала, чтобы я не спрашивал. Передумала? — он поднял одну бровь.

— Нет. Ждала, что ты спросишь "какая помощь?" — улыбнулась девушка.

— Ты не только корыстная, у тебя ещё и логика хромает, — покачал головой он.

— Составляешь список моих недостатков?

— Пытаюсь, — негромко пробормотал Рос, — Ничего не выходит.

— Бумага закончилась? — весело предположила Белка.

— Синеглазая, не верю своим ушам — ты пытаешься кокетничать? — Ро̀слав облокотился на перила беседки.

— Я пытаюсь тебя развеселить, — надула губки девушка.

— Ха-ха, — любезно заверил её Рос.

Белка округлила глаза:

— Ты теперь так смеёшься? Твой прежний смех мне нравился больше.

— Точно. Кокетничаешь, — убедился Рос, — Но стоит мне шагнуть навстречу, как ты отступишь назад, — он нахмурился, — Как в первый день. Ничего не изменилось.

Беляна умолкла, не зная, что ответить. Так вот, что его мучает. Он не приближается к ней, опасаясь шага назад, который она непременно сделает? Что ж, он прав. Легенда о дружбе, что превращается в любовь, не сработала. Нет, не так. Спроси сейчас Ро̀слав — любит ли она его, она не задумываясь ответит, что да. Но целовать его было бы всё равно, как целовать… Богдана. Или родного брата, которого у неё никогда не было. Только в щёчку и без продолжения. Или в лоб. Шутка. Не этого он ждёт. И гораздо большего заслуживает. И она тоже чувствует, что должно быть не так. Не знает как, но не так.

— Мне нужно сходить к Властелине, Рос, — поведала Беляна, сменив тон на абсолютно серьёзный.

— Понятно, — после паузы кивнул он, — Но у этого зелья есть серьёзные побочные эффекты.

— Я потерплю, — согласилась Беляна.

— И мне понадобится время. Его готовлю не я.

— Я подожду. Сколько это будет стоить?

Рос метнул в неё раздражённый взгляд, и она умолкла, прочитав в нём желание остаться наедине с собой. Она резко поднялась со скамейки. Немного потопталась на месте, но убедившись, что её никто не задерживает, направилась к выходу из сада.

Она шла прямиком к зданию Ведарии, даже не ощущая, что начал накрапывать дождик. Неужели Ро̀слав злится на неё только за то, что она честна с ним? Смахнув мокрые пряди с лица, Беляна пересекла Большой зал. Она тогда тоже имеет право сердиться. Почему он считает, что у неё не может быть иного мнения? Взбежала по лестнице и рывком открыла дверь в комнату. Он предпочёл бы, чтобы она сделала над собой усилие? А вдруг ей и не нужно никаких особых усилий, откуда ему знать? Быть может, просто немного больше настойчивости!

М-мда, определённо, она ненормальная. Сама ведь его отталкивает. Постоянно. Обнаружив себя сидящей на кровати под пристальным взглядом Светланы, Белка оглянулась вокруг.

— Всё в порядке. Я смогу пойти к Властелине, — ответила она на безмолвный вопрос подруги, — Позже.

— Ты видела Лесогора? — поинтересовалась та.

— С чего ты взяла? — удивилась Беляна.

— Такое лицо у тебя бывает только после разговора с ним.

— Не угадала, — язвительно ответила Белка, — Я беседовала с Росом.

— Довела-таки парня, — понимающе улыбнулась Светка, опуская глаза в книгу.

— Сама такая, — огрызнулась на подругу Беляна, — Сколько можно издеваться над Славером?

— Справедливо, — согласилась деванка, задумавшись на мгновение, — Но у нас иные обстоятельства.

— Даже не хочу слышать, что ты там себе напридумывала!

Метнув в подругу тоскливый взгляд, Светка молча продолжила читать.

— Я хочу помириться, Свет, — не выдержала тягостного молчания Беляна.

— Я с тобой не ссорилась, — пожала плечами деванка.

— Я с тобой тоже. Я Ро̀слава имела в виду. Хотя, я и с ним не ссорилась… просто хочу, чтобы всё было, как раньше.

— А как было раньше?

— Мы дружили. Нам было хорошо вместе. Мы же целых две недели все вчетвером встречаемся только во время пережёвывания пищи!

— Все заняты подготовкой к экзаменам, — попыталась успокоить её Светлана, — Кроме тебя — то носишься по Ведарии с восковой печатью, то шпионишь за Лесогором. Ну чего ты хочешь?

— Ты не можешь этого не чувствовать, — покачала головой Белка.

— Чувствовать? Мне не нужно ничего чувствовать! Я вижу! — возразила Светка, едва сдерживая эмоции, — В глазах Роса одна сплошная безнадёжная тоска! На последнем занятии у Зарубича я разделалась с ним в пух и прах! Белка, или поговори с ним открыто, или оставь в покое. Он переживёт, но сделает собственные выводы.

— Свет… но я не знаю, что сказать. Потому, что я ничего не сделала и ни в чём не виновата.

— Тогда ничего не делай. Извини, подруга, но, похоже, твоей дружбы ему мало. Если бы ты любила Ро̀слава, то знала бы об этом. Значит, ты его не любишь!

Вот так просто? Светка разделалась с её сомнениями всего одной фразой? Или это личный опыт?

— А ты… Богдана? — тихонько спросила она.

— У нас совсем другая ситуация, — угрюмо ответила деванка.

— Да какая у вас ситуация?! — взорвалась Беляна, — Кроме той, что от тебя с ума сойти можно!

— От тебя тоже, — Светлана упрямо сжала губы.

Глава 14

Червивая роза

Через два дня Ро̀слав принёс в трапезную обещанный пузырёк, наполненный красно-коричневой жидкостью. Зелье, помогающее сопротивляться ясновидению. Он был мрачен, как и всё последнее время, и даже перестал смотреть девушке в глаза.

— О каких побочных явлениях ты говорил? — мягко поинтересовалась Беляна, когда они вдвоём отошли в сторону — подальше от чужих ушей.

— Сначала ты почувствуешь некоторую сосредоточенность. Твои мысли будут течь только в одном выбранном направлении.

Белка кивнула. Именно то, что нужно.

— А потом?

— Зелье начнёт выводиться из организма примерно через полчаса. Будет тошнить, и ломить всё тело. Холодный пот и боли, особенно в суставах.

— Ужас, — Беляна недоверчиво посмотрела на склянку, — Из чего делают эту гадость? — она вспомнила впечатляющую до омерзения коллекцию Хорсистины и содрогнулась.

— Тебе лучше не знать, — ледяным тоном ответил Рос.

— Я должна, — возразила Беляна, — Хочу принять осознанное решение.

Ро̀слав вскинул на неё странный взгляд и криво усмехнулся:

— Из крови. Ты просила, и я выполнил твою просьбу.

Не дожидаясь её реакции, Рос развернулся и уверенным шагом вышел за дверь. Ошеломлённо сглотнув, Беляна так и осталась стоять, опираясь на стену опустевшей столовой. Через минуту развернула ладонь и, растерянно уставившись на пузырёк, пожалуй, впервые задумалась о том, что делает.

Она собирается пить кровь какой-то злобной твари. Скорее всего — высшего тёмного существа, способного противостоять дару Властелины. И всё это для того, чтобы донести на светлого хранителя Тридевятого мира.

Белка стала сама себе противна. Она прошла к одному из столиков и, поставив зелье напротив себя, тяжело опустилась на стул. Как это будет выглядеть? С одной стороны, беду необходимо предотвратить любой ценой. Но, если она не права, и все догадки окажутся клеветой… ужасно.

Она не помнила, сколько времени просидела вот так. Одна. Размышляя и обвиняя себя. То в нерешительности, то в чрезмерной самонадеянности и попытке влезть, куда не надо. Ругала себя трусихой, ябедой и стукачкой, кровопийцей и любопытной Варварой.

Как поступить правильно, девушка не знала. Но чувствовала, что это должно быть только её решение. Нечего пытаться переложить часть ответственности на Светлану. Подруга и так достаточно натерпелась от неё за последний месяц.

В конце концов, Беляна решилась. К Береговой она пойдёт. Но зелье использовать не станет. Если оговаривать кого-то, то нужно хотя бы быть честной, и прежде всего перед собой. Разумеется, она постарается не думать о мире, где выросла. Выбросит из головы всё личное и ненужное. Но только так сможет примириться с собой.

Ну и пусть! Пусть последним, что она сделает здесь, будет защита благополучия этого мира. Даже если её, Белку, вышвырнут отсюда, как паршивую овцу.

На сердце стало спокойно. Так бывает, когда принимаешь верное решение. Отличаешь категорию "хорошо" от категории "плохо" и придерживаешься выбранной стороны. Беляна спрятала пузырёк в карман и отважно встала из-за стола. Не собираясь больше тянуть кота за хвост, направилась прямо к приёмной. Просить немедленной аудиенции у Наставницы Ведарии.

Бусинка проводила её в кабинет Властелины и неслышно прикрыла дверь с обратной стороны. Берегова величественно восседала в своём роскошном кресле, но приветливо наклонила голову, жестом пригласив Беляну подойти ближе.

— Наставница, я знаю, что кто-то хочет открыть Диковинницу, — произнесла Белка почти решительным тоном, не дожидаясь позволения сесть.

Брови Властелины удивлённо взметнулись вверх.

— И у меня есть некоторые основания подозревать, кто намеревается это сделать, — горько добавила девушка.

Властелина опустила взгляд на руки и спросила:

— А Вы уверены, что они есть?

Беляна покачала головой. Она совершенно не уверена.

— Нет, — пробормотала растерянно, — Мне не хочется в это верить.

Эмоции одна за другой сменялись на её лице. Властелина молчала, испытывающе глядя на девушку.

— Присядьте, Беляна, — вспомнила она, наконец, о необходимости быть гостеприимной, — Хотите чаю?

— Прочитайте мои мысли, — обречённо попросила Белка, плюхаясь на стул.

— Даже так? — Властелина заинтересованно сощурила глаза.

— Да. Это мучает меня, но я не хочу никого оговаривать. Поэтому прошу Вас. Прочитайте то, о чём я сейчас думаю. И будете знать всё, что знаю я.

Лицо Властелины с виду совсем не изменилось. Разве что стало немного напряжённее. Беляна старательно прокрутила в голове одну за другой картинки о том, как они случайно услышали разговор о Диковиннице. Как наложили заклинание на восковую печать, и на кого она указала. Она очень старалась не думать ни о чём другом. Впрочем, особо не надеясь, что сумеет скрыть лишнюю информацию.

Властелина, наконец, расслабленно откинулась в кресле и тепло улыбнулась Беляне:

— Восковая печать, — вполголоса промолвила она, — Как изобретательно.

Белка судорожно выдохнула и зажмурилась, стараясь больше ни о чём не думать. Будь что будет. Вещунья уже увидела, что нужно. Но упорно молчала. Беляна с выражением обречённости на лице открыла глаза. Властелина смотрела прямо на неё и всё ещё улыбалась. Улыбалась?

— Я понимаю, как Вы обеспокоены, Беляна. И у Вас, в самом деле, есть на это причины. Но могу заверить с полной уверенностью — Вы совершенно напрасно его подозреваете.

Белка вздохнула с облегчением. По крайней мере, она сделала всё, что могла.

— А почему печать указала на него? — изумлённо спросила она.

— Потому что Лесогор действительно последним входил в ту дверь. С моего ведома, — простодушно ответила Властелина.

— Зачем?

— Потому что там хранилась вещь, принадлежащая ему по праву. И ни для кого не представляющая угрозы.

— Какая вещь? — полюбопытствовала Белка.

Властелина с улыбкой покачала головой, уклоняясь от разговора на эту тему.

— Он всего лишь забрал свою вещь, — пробормотала девушка, — А я на этом основании выстроила целую теорию заговора.

— Да, Беляна. И думаю, что Вам не мешало бы извиниться перед Лѝхардом.

Беляна отрицательно покачала головой:

— А если он возвращался туда уже после того, как забрал эту… вещь? — ухватилась она за последнюю соломинку.

— Не важно, печать уже не доказательство, — парировала Властелина, — А если бы она указала на меня?

Белка кивнула, соглашаясь с железной логикой Наставницы.

— Но почему тогда Вы чувствуете угрозу? — всё-таки отважилась спросить.

— Не знаю, — нахмурилась Берегова, — Если что-то и произойдёт, то как-то иначе. Никто не сможет пройти в Диковинницу. Вы меня слышите? Никто. В том числе и Лесогор.

— Не говорите ему, пожалуйста, — виновато попросила Беляна.

— Не буду, — с усмешкой пообещала Властелина, — Думаю, Вы сами рано или поздно расскажете.

Нет уж. Извиняться перед Лешим она ни за что не станет, — подумала Белка, выходя из кабинета Наставницы. Но почему-то даже не удивилась, когда увидела его возле Орехового дерева в Большом зале. Лесогор стоял, скрестив руки на груди, надменный и хмурый, и Беляна почему-то решила, что он всё знает. На душе было на редкость паршиво, когда она подошла к нему и прошептала побледневшими губами:

— Простите.

Не поднимая глаз, повернула к ступенькам, чтобы подняться в комнату. Леший не окликнул её и не попросил объясниться. Поднявшись до середины лестницы, Белка оглянулась. Лѝхард стоял в той же позе, провожая её взглядом, но на губах его играла едва заметная полуулыбка. Самодовольная, снисходительная, или всё же злорадная? В душу снова прокрались сомнения.

"Ты сделала всё, что могла, — уговаривала она себя, открывая дверь комнаты, — Даже больше. Ты влезла не в своё дело. Потому что твоё — это пройти на "отлично" завтрашнее испытание по Чародейству".

* * *

Беляна в отчаянии листала учебник по Мирозданию, понимая, что если даже и сумеет завтра сдать экзамен на "отлично", всё равно не получит соответствующую оценку по предмету. Слишком долго она упрямилась, надеясь на свои способности, и не слушала Олесю, которая ещё в начале года советовала пойти к Лесогору.

Светлана, уставшая от учёбы, рассеянно листала Ведовскую книгу Милолики в поисках новых заклинаний, которые, возможно, проявились для неё.

— Ты видела, что здесь не хватает одной страницы? — пробормотала она, разглядывая чуть заметные обрывки между двух листов.

— Нет, не замечала, — Белка бросила удивлённый взгляд на рукопись, — Я давно не брала её в руки. С тех пор, как провалилось заклинание на восковую печать, — недовольно буркнула она.

— Зря ты так, — пожала плечами Светка, — Заклинание сработало, как надо, обижаться не на что.

— Я и не обижаюсь. Я злюсь, причём, только на себя.

— Это правильно, но не рационально, — усмехнулась Светлана и добавила после паузы, — Её могли вырвать и двадцать лет назад.

— Кого?

— Страницу. Ты не помнишь, что здесь было?

— Свет, изначально я запоминаю текст, как картинку. Если бы в книге было содержание, я бы запомнила и его, а так…

— Ладно, — вздохнула Светка, — Чего ты там ещё учишь? Пойдём, погуляем.

— Не хочу, — прошипела Беляна.

— Почему?

— Тебя я и так вижу. А Ро̀слав и Богдан нас игнорируют, — она постаралась сказать эти слова безразличным тоном, но голос, как назло, сорвался.

— У них гораздо больше экзаменов, чем у нас, — попыталась утешить подругу Светлана, — И они куда сложнее…

— Я скучаю по ним, Свет! — Беляна отложила Мироздание и до боли сцепила пальцы рук, — О нас скучаю!

— Я тоже, — Светка сползла с кровати и обняла подругу за плечи, — Надеюсь, Рос перебесится и всё будет по-прежнему.

— Не будет, — покачала головой Беляна, — И у меня только два дня после экзаменов и до новолуния, когда я вернусь домой.

— Будет, — возразила деванка, — Я поговорю с ним. Не всё ж тебе нас мирить. Думаешь, я до сих пор не знаю про скачки?

Беляна вскинула на подругу испуганный взгляд, но та только насмешливо подмигнула:

— Партизанка! Мне Славер рассказал всё. Не сразу, правда…

— Под пытками? — хихикнула Белка, убедившись, что подруга не сердится.

— Почти, — усмехнулась Светлана, — Я и в самом деле немного помешана на всех этих скачках, сражениях, оружии… а они, оказывается, совсем не главное.

Беляна ошеломлённо распахнула глаза. Что произошло с её лучшей подругой? Куда подевалась гордая дева-воительница? Неужто ледяное сердце деванки растаяло в сияющих водах глаз Богдана?

— Он так тебя любит, и он такой хороший… — прониклась её словами и собственными чувствами Беляна, — Хоть бы у вас всё получилось! Пообещай мне, а?

— Не могу, — Светлана снова глубоко погрузилась в размышления, куда не хотела никого пускать, — Он слишком хорош для меня.

— Никто не может быть слишком хорош для тебя! — замотала головой Белка и добавила, чтобы развлечь подругу, — Идём гулять!

* * *

Она мягко спускалась по лестнице. Так легко, что, казалось, не шла, а парила, пока вплывала в Большой зал Ведарии.

Он был пуст и огромен. Ореховое дерево, как обычно, слегка позвякивало золотистыми веточками. Резные панели переливались в волшебном мягком свете, а Горисветы суетливо сновали под потолком, оспаривая лучшие места на фантастических люстрах.

"Куда все подевались?" — рассеянно думала Беляна. И, словно в ответ на её вопрос, в зале появилась домовушка Бусинка. С огромной для её роста табуреткой в одной руке и свёрнутым в свиток объявлением в другой.

Сопя и отдуваясь, малышка волокла свою ношу к доске с расписанием, но, когда попыталась взобраться наверх, табуретка покачнулась.

Белка дёрнулась с твёрдым намерением помочь ушастой секретарше. Но почему-то не смогла двинуться с места.

Тем временем, гневно сверкнув глазами, домовушка перевернула табурет. Маленькими ручонками крепко схватила одну из ножек. И с треском сломала её, отбрасывая подальше.

— Как глупо! — пробормотала, не сумев сдержаться, Белка.

— Нужно чем-то жертвовать, синеглазая, — послышался бархатный голос за её спиной.

Не оборачиваясь, поскольку знала, кого там увидит, девушка возразила:

— Конечно, глупо, — она же сейчас упадёт…

Бусинка, однако, вполне успешно взобралась на трёхногую табуретку. И уже с победным видом прикалывала объявление кнопками.

"Странно…" — растерялась Беляна. Но Большой зал поглотил туман, и внезапно картинка сменилась.

Теперь она оказалась в саду, но вокруг было всё размыто. Словно художник разлил воду на не пришедшуюся ему по вкусу акварель. Лишь узкий тоннель, в котором она шла, отличался яркими красками и ясными контурами. Увлекаемая неведомой силой, она зачарованно двигалась вперёд.

Внезапно тоннель расширился, и перед ней возникли четыре восхитительных куста роз. Один краше другого, они были часто усыпаны охристо-жёлтыми, нежно-коралловыми, белоснежными и тёмно-красными, почти багровыми, бутонами.

— Удручающее зрелище, — послышался сзади тихий, низкий голос.

— Почему? — удивилась поначалу Белка.

Но подойдя ближе, заметила, что красный куст густо усеян крупными и мерзкими шипастыми червями. Которые с безжалостным хрустом поедали чудесное растение.

— Мы должны что-то сделать! — отчаянно воскликнула она. Но ноги словно вросли в землю. И пришлось поневоле стать наблюдателем, а не участником абсурдного видения. Розовые бутоны, казалось, стонут от боли, разрываемые мощными челюстями жестоких личинок. А она…

— Ты ничем не сможешь помочь, синеглазая, — печально продолжил её мысли Рос.

— Но так не должно быть, — дрожащим голосом промолвила девушка, чуть не плача.

Недоеденные розы чернели, поражённые ядом, их лепестки сворачивались, дымясь и опадая. На месте роскошного прежде растения остался колючий скелет, в котором невозможно было угадать былого великолепия.

— Ты расстроилась? — прошелестел голос возле её уха, — Мне очень жаль…

Они снова очутились в Большом зале, и знакомые руки легли ей на талию.

— Жаль, что мы так и не закончили наш вальс, — промолвил Ро̀слав, мягко разворачивая её к себе.

Расписной потолок, лестницы, резные панели и даже Ореховое дерево завертелись вокруг. И вот они уже кружатся в танце, почти не касаясь ногами пола.

— Разве? — усмехнулась девушка.

— Ты сама знаешь, как он должен был закончиться, — донеслось в ответ.

Она вдруг отчётливо поняла, что это сон. А во сне…

— Мы всегда можем повторить, — голова приятно закружилась, и она закрыла глаза.

Объятья стали тесней и уверенней, и жар от них разлился по всему телу. Ей захотелось большего, и она подняла голову, уже чувствуя дыхание на своих губах…

— Уверена? — произнёс голос. Но совсем другой. Не бархатный Роса, а густой и раскатистый…

От неожиданности она широко открыла глаза. Но лишь мельком заметив тёплый тёмно-зелёный взгляд…

Проснулась. И сразу села в кровати, охватив ладонями пылающие щёки.

— Бред! — ошеломлённо прошептала, закусив губы. Чувствуя, как колотится сердце и пересыхает в горле, сглотнула, стараясь выровнять дыхание.

В комнате ещё царил полумрак, и подруги спали. Если солнце и намеревалось подняться, провозглашая рассвет, то плотные шторы на окнах пока не пускали его внутрь.

Тихонько на цыпочках, чтобы никого не разбудить, Беляна прошмыгнула в купальню. Приводя себя в порядок и собирая волосы в густой конский хвост, всё ещё не могла отойти от впечатления, которое на неё произвёл… Белка мысленно хихикнула. Ей приснился эротический сон. Почти…

Да ну, глупости! Разозлившись на себя, она слишком резко дёрнула ленту, которой пыталась стянуть волосы и, ойкнув от боли, оставила их распущенными.

Так же тихо Беляна покинула ванную, пересекла комнату и вышла из неё, неслышно прикрыв дверь. Спускаясь по лестнице, на чём свет ругала себя за то, что знала, куда идёт. А шла она, не в силах бороться с искушением, в парк. Найти те самые розовые кусты и убедиться, что с багровым всё в порядке. Хотя, изучив за год каждую пядь сада Ведарии, наверняка знала, что таких роз там нет. Какие угодно есть, но не такие. И всё же шла. Шаг за шагом повторяла тот же путь, что всего полчаса назад совершила во сне.

Роз предостаточно. Самых разнообразных оттенков, видов и размеров. А помимо них — лилий и петуний, гиацинтов и фиалок, и ещё огромное количество цветов, чьих названий Белка не знала. Такова уж отличительная черта волшебного сада — растёт и цветёт всё, причём сразу. Даже зимой…

Убедившись в тщётности поисков, Беляна вздохнула и села на траву. Прислонясь спиной к стройной, кудрявой берёзке, постаралась успокоиться. И вскоре ей это удалось. Мысли пришли в порядок, послушно разместившись по полочкам. Ведь сон — это сон, а реальность — это реальность. Да и глаза однозначно были не янтарные, а зелёные. Темного, хвойного цвета. Таких она ни у кого не видела. И вообще — мало ли кому что приснится? Есть дела поважнее.

Например, сегодня последний день в Ведарии. Её ведова, наконец, перестала мерцать, окончательно определившись с отметками. Ярко-красные "отлично" по всем предметам, и одно-единственное "хорошо" по Мирозданию. Ну и пусть. Нужно собрать вещи, сдать книги в библиотеку, обязательно попрощаться с Бубликом. Чтобы завтра с утра вернуться к Радмиле. А следующей ночью новолуние. Совсем скоро она увидит бабушку. Белка мечтательно улыбнулась, представляя их встречу. Столько всего хочется рассказать…

— Не спится в кровати? — послышался негромкий бархатный голос Роса.

Находясь в удивительном равновесии с собой, Беляна даже не удивилась его приходу. Но сердце окутало радостью. Он пришёл. Его голос снова тёплый и родной — такой, каким был всегда. Он больше на неё не сердится!

— Доброе утро, — промурлыкала она умиротворённо, не открывая глаз, чтобы не спугнуть свою капельку счастья.

— Ты сейчас похожа на мавку, — насмешливо сообщил он, присаживаясь рядом.

— Это комплимент? — поинтересовалась она, усмехнувшись.

— Разумеется. Видела когда-нибудь лесных дев?

— Только на картинках, — вздохнула девушка, поворачиваясь к нему лицом.

— Я тоже, — согласился Рос, — Но мне они кажутся прелестными.

Какое-то странное ощущение омрачило её блаженство. Прелестные мавки — непременные спутницы Леших…

"Тьфу! И что за напасть такая!" — мысленно возмутилась она, сердито заёрзав. Открыла глаза и увидела перед собой улыбающегося Ро̀слава.

— Но ты прелестнее их, — проворковал он, убирая с её лица подхваченную ветром прядь, — Просто восхитительна, — добавил, не отводя чёрного, как ночь, взгляда.

На какое-то мгновение ей снова показалось, что это сон. Но яркий солнечный луч скользнул по его лицу… и Беляна вздрогнула.

— Этого не может быть… — пробормотала ошеломлённо.

— Что? — он приподнял бровь.

— Ничего, — смутившись, усмехнулась она, — Просто свет упал так, что на одну секунду я увидела твои зрачки.

— И? — спросил он напряжённо, внимательно глядя ей в глаза.

— Да ну, ерунда, — смутилась Белка, — Они показались мне… вертикальными.

Повисла тишина, в течение которой Ро̀слав пристально рассматривал её лицо.

— Как у змеи? — проговорил тихо.

— Рос! — укоризненно воскликнула Беляна, — Говорю же — по-ка-за-лось.

Он молча отвернулся и, сорвав травинку, сжал её зубами.

— Мы расстаёмся, — тихо произнёс после паузы.

— Всего на пару месяцев, — ответила она жизнерадостным тоном.

Повисла тишина, в течение которой каждый думал о чём-то своём.

— Мне жаль… что мы так и не закончили наш вальс, — нарушил безмолвие Ро̀слав.

Беляна окаменела. Дыхание перехватило, потемнело в глазах:

— Ч-что? Что ты сказал? — стала заикаться она, отползая и поднимаясь на ноги.

— Я… — начал, было, Рос.

— Нет! Не повторяй! Не говори этого, — побледневшими губами воскликнула Белка.

— Хорошо. Не буду, — нахмурился он, метнув на неё странный взгляд, и тоже встал.

— Я совсем не то хотела сказать… — спохватилась девушка, осознав, как прозвучали её слова, и с силой сдавила виски ладонями, — Совсем не то… — промолвила виноватым тоном.

— Да нет, — хмуро пробормотал он, — Похоже, именно то.

* * *

Беляна принесла свои учебники в Книжницу и, пожалев затурканного заботами Бублика, осталась ему помогать. Настроение было подавленным, перед глазами стояло мрачное, как грозовая туча, лицо Роса. Она испытывала чувство вины, какую-то непонятную тревогу и ещё целый спектр чувств, объяснения которым не находила. Растерянно сортировала книги, которые целыми десятками приносили студенты, и взглядом отправляла их на полки. А благодарный домовичок только заполнял следом карточки.

Примерно через час поток посетителей ослаб, шум и гвалт стих в опустевшем Большом зале, и Беляна собралась уходить. Но в дверях столкнулась со Светланой и Богданом. Славер со счастливой улыбкой нёс обе их стопки, а Светлана поддерживала норовящие соскользнуть учебники.

— Ух, да вы с амуницией? — улыбнулась друзьям Беляна, заметив полное боевое снаряжение обоих.

— Решили потренироваться в саду, — кивнула Светлана, — Всё равно делать нечего. Ты с нами?

— Куда я без вас, — пожала плечами девушка, радуясь, что не придётся сидеть в комнате наедине со своими мыслями.

— Роса не видела? — поинтересовался Богдан.

— Видела утром, — нахмурилась Белка, — Не похоже, чтобы он был в настроении.

Спорхнув откуда-то с верхних полок, Бублик принялся принимать новых посетителей, тщательно проверяя все записи. И не найдя к чему придраться, разочарованно вздохнул.

— Да не переживай ты, Белка, — успокоил девушку Славер, — Он и со мной в последнее время не особо общается. Уходит рано, приходит поздно…

— Думаешь, меня это утешает? — потерянно вздохнула Беляна.

— Что-то пусто сегодня, — сменила тему Светка, выглядывая через дверь в Большой зал.

— Так сегодня же выпускной экзамен, — напомнил Богдан, — Все третьекурсники с преподавателями в Зачарованной Долине. Вернутся только после обеда.

— Верно, забыла… — пробормотала деванка.

— А правда, что выпускников подвергают настоящим испытаниям и они должны отбить магическую атаку? — с любопытством спросила Беляна и вдруг онемела, уставившись на Бублика.

Светлана и Богдан, проследив за взглядом подруги, посмотрели туда же.

Домовой замер на одной из книжных полок, и глаза его сделались совершенно круглыми. С несчастным выражением лица он хватал ртом воздух, не способный издать и звука.

— Что случилось, малыш? — подскочила к нему Белка, — Тебе нехорошо?

Бублик тряс головой, словно в лихорадке, и смотрел, казалось, куда-то внутрь себя.

— Что это с ним? Припадок? — вмешался Богдан.

— Белка… — послышался голос Светланы, и Беляна обернулась к подруге, — Мне кажется, это оно…

— Что оно? — задала вопрос та, но тут же уточнила, догадавшись, — То есть… почему ты так думаешь?

— Пророчество Властелины, — пробормотала Светлана, — "Ты будешь один и не сможешь позвать на помощь".

— Да о чём вы обе говорите? — вскинулся Славер, нахмурив брови, — Какое ещё пророчество?

— Ты меня пугаешь, — побледнев, прошептала Беляна и, встряхнув головой, снова вернулась к Бублику, — Бубличек, милый, скажи что-нибудь! Или напиши! — она подсунула ему карандаш и свою тетрадь.

Две крупные слезы скатились по щекам домового. Он убрал их дрожащими ручонками.

— Разрази меня гром… — ошеломлённо проговорил Богдан, — Плач домового! Это не к добру.

— Мягко говоря, — Светлана с усилием потёрла лоб, — Что делать будем?

Беляна молча сорвалась с места и побежала к дальней стене Книжницы. Светка рванула за ней.

— Заперто! Сюда никто не заходил, — присмотрелась она к ручке арочной двери.

— Тогда почему он плачет?

— Что это за дверь? — осведомился Богдан.

— Ему нужно объяснить, — нахмурилась Светлана.

— Объясняй, — махнула рукой Беляна, не сводя глаз с приближающегося к ним по полкам Бублика.

Пока Светка, отчаянно жестикулируя, поспешно объясняла Богдану, что происходит, Белка пыталась вести немой разговор с домовым. Он всегда чувствовал её настроение. И как знать — вдруг их взаимопонимание вовсе не случайность? Она протянула к нему ладонь, и плечики домового перестали трястись.

— Мой Бублик-Гуглик… — прошептала Белка, ласково улыбаясь, — Мне тоже страшно. Но у нас с тобой больше никого нет…

Бублик всхлипнул, хлопая глазками и стряхивая слёзы с ресниц. А потом вытянул свою ручку навстречу. Беляна сжала тёплую ладошку:

— Ты примешь правильное решение, — медленно кивнула она, — И всё будет хорошо…

Произнося эту фразу, Беляна не верила собственным ушам. Что? Она это всерьёз? Собирается идти сражаться за Диковинницу?

Сердито зыркнув на возмущённого рассказом Славера, Светлана обратилась к Белке:

— Так что, мы идём?

Оборачиваясь к деванке, Беляна зажмурилась с улыбкой на губах. Вот за какие такие заслуги судьба подарила ей самую потрясающую подругу во Вселенной?

— Я иду одна, Свет, — тихо произнесла она, — Бублик пропустит только меня.

— Он тебе так сказал? — встрял Богдан.

— Это правда, — пробормотала Светлана побледневшими вмиг губами, — Пройдёт только кто-то один.

— Поскольку Роса сейчас рядом нет, то скажу я, — заявил Богдан с обеспокоенным выражением на лице, — Ты никуда не пойдёшь. Понятно? Если нужно, пойду я, а ты останешься здесь. В безопасности.

— Ро̀слав делегировал тебе эту функцию? — взметнула брови Белка. И не дождавшись ответа, продолжила уверенным тоном, — Извини, Богдан. Но у нас слишком мало времени, чтобы разводить дискуссии.

Когда дверь медленно отворилась, она ещё раз взглянула на друзей, стараясь скрыть растерянность:

— Всё будет хорошо, — ободряюще улыбнулась она с трудом сглотнувшей от страха Светлане, — Ты ведь знаешь, Свет. Бублик принял правильное решение…

Ступив в портал, Беляна почувствовала, как её затягивает внутрь. Затем вязкое пространство расползлось, и она оказалась в странном месте, словно вырванном из чьего-то причудливого сна. Бесцветное небо окутывали сливочные облака. А по обе стороны шафрановой тропинки вздымались гряды отвесных, пепельно-жёлтых скал.

Девушка застыла на пороге, придерживая рукой дверь, и окинула взглядом картину, похожую на песочную анимацию. Вдали всё было размыто, поглощённое ванильным туманом, но она остерегалась двигаться дальше. Казалось, стоит сделать один шаг, пересекая невидимый рубеж, как её проглотит этот жуткий пейзаж в стиле сепии, и возврата уже не будет.

Туман рассеивался помалу, будто кто-то кисточкой разметал песок. Перед ней открывался вид на каменное ущелье, по которому медленно, раскачиваясь из стороны в сторону, удалялся смутный, продолговатый силуэт.

Белка прищурилась в попытке разглядеть его контуры. Создание обладало вытянутым телом, одетым в долгополую рубашку. И, вероятно, очень короткими ногами, способными лишь на неторопливую, ковыляющую походку.

Совершенно ни на что не похоже! Ошеломлённо захлопав глазами, Беляна погрузилась в раздумья, суматошно перебирая в голове всех возможных существ, о которых читала. У этого была большая шарообразная голова, и совершенно отсутствовали плечи. Будто кто-то засунул мячик в середину большого носового платка, перевязав снизу ниткой.

Стоп… что-то это ей напоминает…

— Белка, — раздался за дверью перепуганный голос Светланы, — Возвращайся!

Беляна вздрогнула от неожиданности. Уф-ф… Она почти забыла о друзьях. Прав был Богдан — ему нужно было идти. Парень всё же закончил два курса Ведарии. А от неё толку — шиш, да маленько. Нет, пожалуй, просто — ни шиша.

Она бросила взволнованный взгляд в глубину ущёлья. Вероятно, услышав голос Светланы, чучело обернуло голову на сто восемьдесят градусов, не меняя положения тела. Издалека показалось, что лицо, или что там у него, сморщилось в злобной гримасе, которая очевидно должна была означать злорадную усмешку. А затем верхняя губа создания задралась и вместо зубов, языка, или какого-либо другого содержимого, обнажила зияющую внутри пустоту. Беляну охватил ужас. От кошмарного зрелища и по-прежнему неразгаданной загадки.

Тем временем, сущность слегка взмахнула руками под балахоном. Белка покачнулась, чувствуя, как подкашиваются ноги, и, довольно больно ударившись, упала на колени.

Ничего себе поздоровался! Она в ответ подняла взглядом и швырнула в чудище увесистый булыжник. Тот, ни на мгновение не задержавшись, пролетел сквозь оказавшееся призрачным тело и брякнулся на землю, подняв облачко пыли.

Дух! — осенило Беляну, — Бесплотный и неуязвимый.

Мороз пробежал по её коже. Догадки одна за другой всплывали в голове девушки. Это не носовой платок… а саван мертвеца. Внутри совсем, ну ни капельки, не мячик. И пустотой чернел не рот чудовища, а его единственный глаз. Перед ней не просто дух. Лихо Одноглазое. Злобное и непобедимое, о котором писала мама в ведовской книге.

Силы небесные! Это же именно из её книги кто-то узнал про Лихо! И именно страница о нём была вырвана из рукописи! А значит, отчасти она виновата в том, что сейчас происходит.

— Не молчи, Белка, — умоляла с той стороны Светлана, — Бублик пропал, и мы не можем к тебе пройти!

Беляна в отчаянии закрыла ладонями лицо. Она почти ничего не могла вспомнить. Ну почему, почему было не прочитать статью внимательней? Лишь на секунду скользнуть взглядом по странице — разве этого может быть достаточно?

Нет. Она должна. Ей всегда хватало одного мгновения, чтобы информация отпечаталась в сознании. Лихо Одноглазое. Кукла… Кусок савана… Заклятие… Куклу сжечь. Вот оно!

— Найдите куклу, — проскрипела Беляна и, не узнав собственный голос, прокашлялась, — Вам нужно найти куклу, слышишь? Свет!

— Зачем? — голос Светланы сорвался, — Я тебя не понимаю.

— Вспомни страницу из моей книги. Куклу, которой хозяин контролирует Лихо Одноглазое необходимо сжечь!

Она перекрикивалась со Светланой, а в голове метались отчаянные мысли. Она не может просто так уйти. Обязана исправить то, что натворила своей легкомысленностью.

— Выходи уже, и мы вместе будем её искать, — послышался голос Славера.

— Нет, Богдан. Я остаюсь, — решительно проговорила Беляна, — Попробую остановить Лихо и защитить Диковинницу.

— Белка, не шути так, — взревел Богдан с той стороны, — Если это проход, то там полно опасностей. Ты погибнешь, слышишь?

— Поспешите, — попросила Беляна.

Шагнув вперёд, она всё же оглянулась. Дверь, впустившая её сюда, тут же исчезла, и на её месте возникла каменная скала. Возмущённые голоса друзей стихли, словно одним шагом она перенеслась за тысячи километров от Ведарии. Что ж, наверняка так и есть. А назад дороги нет.

Глава 15

Пещера желаний

Внезапно всё вокруг охватила тьма. Абсолютный мрак, будто кто-то вырубил электричество. Она больше не видела тропы, по которой ковыляло Лихо. Не понимала, куда идти. Всё вокруг поглотила темнота и глухое безмолвие.

Наверное, так бывает, если одновременно лишить человека и зрения, и слуха. Даже в ушах не звенит, и перед глазами не летают блестящие мошки.

"Мамочка! — испуганно подумала Белка, шаря вокруг руками, но натыкаясь лишь на пустоту, — На что я надеялась? Я ведь совершенно бессильна и беспомощна здесь!"

Её сковал приступ острой паники. Хотелось кричать, нарушая эту жуткую тишину, чтобы хоть немного снять оцепенение. Она уже открыла рот, но затем вспомнила, что гораздо практичнее, используя уже разинутое отверстие, вызвать Горисвета. И почти произнесла заклинание, но где-то впереди, под сводами неведомой пещеры, которую она раньше не заметила, едва уловимо забрезжил свет. Забыв о заклинании и не в силах сопротивляться, она, словно мотылёк на свечу, двинулась в его направлении.

Свет становился всё ближе. Девушка уже стала различать неясные контуры, от которых исходило мерцающее сияние. Молодая светловолосая женщина приветливо смотрела на неё, держа в руках огромный переливающийся жезл.

"Мама!" — осенило Беляну, и она побежала навстречу. Не чувствуя под собою ног, неслась к призрачной красавице. А та ласково улыбалась, протягивая ей Посох Силы.

— Мама! — закричала Белка, бросаясь к ней в объятия.

Но лишь только прикоснулась к видению, как свет резко погас, и всё исчезло.

Резкая боль пронзила правое плечо, а какая-то неведомая сила подхватила, стремительно поднимая в воздух. Она закричала, но, не услышав собственного крика, взмыла над землёй, прикованная за руки и ноги к холодной скале.

Всё вокруг вновь окружил мрак. И на этот раз к нему присоединились ужас и жгучая боль в вывернутом плече. Она висела в темноте, дрожа от страха и покрываясь ледяной испариной.

"Ловушка!" — догадалась Беляна под аккомпанемент стучащих зубов.

"Начинай думать!" — приказала себе она, и стала глубоко и размеренно дышать, стараясь выйти из ступора.

Итак, она в какой-то пещере, прикованная к скале. Лихо в портале, а все преподаватели на выпускном экзамене. Помощи ждать неоткуда.

Куда она полезла? Тоже мне, защитница. Вместо того, чтобы пытаться задержать чучело, свернула совсем в другую сторону. Или так было задумано? Её просто отвлекли от цели, предложив взамен самое желанное видение, какое только можно представить в мечтах. Маму. А помимо того, могущественную ведунью, которая уж точно знала, как справиться с Лихом — порождением чьей-то злой магии.

Стоп. Казнить себя бессмысленно. Беляна закрыла глаза, чтобы темнота не казалась такой кошмарной, и заставила извилины судорожно шевелиться.

Лихо Одноглазое. Прямо сейчас злой дух движется к Диковиннице. Пусть медленно, но ковыляет, настойчиво продвигаясь к цели, указанной его хозяином. И у Светланы с Богданом слишком мало времени, чтобы найти его в громадном здании Ведарии.

Злодей, контролирующий Лихо, не пожелал иметь дела с ловушкой, в которую она, Белка, попала. Как знать, может эта западня и не последняя… Грабитель ловко обошёл необходимость двигаться по проходу, заставив проделать этот путь бесплотный дух. Но вот странное дело… будучи бестелесным, даже достигнув Диковинницы, Лихо не сможет ничего оттуда взять. В чём смысл?

Беляна нахмурилась, изо всех сил напрягая память. Пытаясь полнее восстановить картинку из маминой книги, которой уделила слишком мало внимания.

Ну конечно, вот оно! Одноглазый обладает способностью призвать хозяина к себе. Когда дух окажется в Диковиннице, злодей всё же планирует явиться. И тогда можно будет его перехватить. Но для этого нужно быть там. Учитывая скорость передвижения Лиха, догнать его не было бы проблемой. Если бы она не висела распятая на стене, подобно старинному канделябру.

Допустим, хозяин появляется в Диковиннице. Берёт то, что ему нужно. Как он планирует исчезнуть вместе с сокровищем? Идти назад — значит снова столкнуться с опасностями, с которыми злодей явно не захотел связываться. Стало быть, он должен обладать даром переноситься в пространстве. Туда, куда пожелает. А такой способностью обладает только… Силы небесные, она ходит по кругу. Неужели всё-таки Леший?

Беляна попыталась дёрнуться, пробуя на прочность связывающие её путы. Но плечо снова пронзила мучительная боль, и она застонала, почти теряя сознание. Бессмысленно.

В следующую минуту какой-то шорох, словно под шагами перекатывается гравий, раздался совсем недалеко. "Только сказочного чудовища мне и не хватало!" — испугалась Белка.

Вспомнив, наконец, про Горисветов, она произнесла заклинание, и маленький светящийся шарик взмыл в воздух, трусливо прижавшись к потолку. Мягкое сияние осветило своды пещеры. Девушка заморгала, пытаясь рассмотреть окружавшее её пространство, когда увидела перед собой…

— Невероятно! — поднял брови Лесогор, — Вы по-прежнему полны сюрпризов, барышня, — он удивлённо оглядывал её, щурясь от света.

— Это Вы, — хрипло пробормотала она, — Вы его призвали…

— Кого? — удивился Лѝхард.

— Всё верно, — согласилась сама с собою Белка, — Только Вы обладаете способностью исчезнуть отсюда.

— Не понимаю, о чём Вы? И что вообще здесь делаете?

— При Вас должна быть кукла, — сощурилась девушка, игнорируя вопрос, — Связь нельзя прерывать. Где она?

— Я не играю в куклы, барышня, — криво усмехнулся он.

— Повернитесь, — жёстким тоном, несмотря на собственное бедственное положение, приказала Беляна.

Ухмыльнувшись, он медленно повернулся, подняв руки и позволяя ей осмотреть себя со всех сторон:

— Мне раздеться? — в его голосе сквозила ирония.

Белка выдохнула с облегчением. Кукла не должна быть меньше локтя своего хозяина. Одежда сидела на Лешем идеально, как влитая. Куклу, тем более такого размера, как его локоть, под ней никак не спрятать.

— Нет, не нужно, — качнула она головой. Похоже, это в самом деле не Вы.

Ей стало стыдно. Второй раз она обвиняет Лесогора в одном и том же преступлении. И второй раз злоумышленником оказывается не он. Но кто тогда?

— Освободите меня…

— Я уж думал, Вы не попросите, — усмехнулся он, приближаясь.

Одной рукой охватил её талию, а другой резким движением вырвал из скалы ремни, приковывающие левую кисть. Казалось, что она висит высоко над землёй, но Лешему даже не пришлось вставать на цыпочки. Он всегда был таким огромным?

— Вы ещё и ранены, — сердито пробормотал Лѝхард, услышав, как она тихонько заскулила, когда он освободил правое запястье.

Она угодила ему прямо в руки. На одну он усадил её, а второй придерживал спину и больное плечо, которое мгновенно перестало болеть. Какое странное ощущение — рассеянно подумала Беляна — словно сработал щелчок. И она идеально вписалась в самое уютное и правильное место на свете. Борясь с накатившей сонливостью, девушка тихонько засопела и зажмурилась от удовольствия.

— Вы в порядке? — взволнованно спросил он.

В порядке? О, она была более, чем в порядке. С ней происходили поистине невероятные вещи. Тепло его рук упоительными волнами растекалось по телу, вызывая внутри незнакомое желание. Обвив его шею, она глубоко вдохнула с наслаждением. Как вкусно он пахнет…

— Нам нужно выбираться отсюда, — пробормотал он в замешательстве.

Она не разобрала слов, но почувствовала дыхание на губах. Они в поисках себе применения стали такими чувствительными и мягкими, что Белка облизнулась в предвкушении. "Нас просто необходимо поцеловать!" — хныкнули они жалобно. Из груди Лѝхарда вырвался сдавленный стон:

— Беляна, прекратите загадывать желания! — почти прорычал он, задохнувшись, — Мы в пещере, которая их исполняет!

Едва ли она поняла, о чём он просил.

— Я поставлю Вас, — сквозь зубы произнёс Лесогор.

И она стала помимо воли соскальзывать вниз, потому что он осторожно опускал её на землю. Вот досада. Только что она чувствовала себя… матрёшкой. Настоящей, которая сидит в большей матрёшке — удобном гнёздышке, созданном для неё одной. А теперь вот… выпадает.

"Нет! Хочу обратно!" — всхлипнула в голове нескромная мыслишка, заставив девушку крепче ухватиться за широкие плечи.

— Это была матрёшка… — промурлыкав очевидную глупость в вырез его сорочки, она насилу сдержала порыв потереться носом о смуглую грудь.

— Что? — не понял он.

Она сказала это вслух? Белка закусила губы, пытаясь вернуть способность мыслить разумно, и через силу опустила руки:

— Ох, нет. Ловушка! — сглотнув, смущённо поправилась она.

— Это Пещера желаний, — пророкотал Лесогор.

От его густого голоса по спине пробежала стайка ласковых мурашек. Но она потихоньку приходила в себя. Вот это да! Целый год, так или иначе, отталкивала Роса, а тут… реально теряет над собой контроль. Впервые в жизни по-настоящему млеет от мужчины. И от кого? От Лешего! Фу!

Может это место какое-то особенное, что так влияет на неё? Как он там его назвал — Пещера Желаний? И чьё же, любопытно, желание сейчас исполняется — её или Лесогора? Она снова постаралась согнать в кучу разбежавшиеся по углам извилины. Но на первых порах лишь сообразила, что руку больше не разрывает острая боль.

— Вы меня обезболили? — пробормотала ошеломлённо. Уже хорошо, она хоть что-то чувствует.

— Да, — мягко ответил он.

— Как котёнка? — это был глупый вопрос.

— Идти сможете? — он не стал на него отвечать.

— Угу… — пролепетала она и тут же вздрогнула, — Но нам нельзя уходить! — воскликнула, тряхнув головой, и решительно встретила его удивлённый взгляд, — Там Лихо!

— Беляна… — укоризненно нахмурился он.

— Похоже, что я шучу? — рассердилась она, сверкнув глазами, — Что я, по-вашему, здесь делаю? Не Вы! Одноглазое! Настоящее! Кто-то подчинил себе Лихо, и сейчас оно направляется в Диковинницу, — протараторила скороговоркой.

— Откуда Вы…

— Бублик плакал! И я лично его видела! Богдан и Светлана разыскивают того, кто его контролирует. Но если они не успеют…

— А они и не успеют, — озадаченно покачал головой Лѝхард, — Властелина опасалась людей и существ. Лихо Одноглазое — дух, а поэтому пройдёт к Диковиннице совершенно беспрепятственно. В отличие от Вас и меня. Этот кто-то…

— … просто гений, — продолжила за Лешего Беляна, — Что же нам делать?

— Звать на помощь бессмысленно. В Ведарии сейчас нет никого из преподавателей.

— Этот кто-то и время выбрал идеально, — догадалась Белка, — А Вы как здесь оказались? Вас Бублик впустил?

— Можно попробовать его задержать, — сделал он вид, что не расслышал вопроса, — Если, разумеется, знать как. Правда, я не силён в этом предмете.

— Я тоже не сильна… — попыталась соскочить Беляна, хлопнув глазами.

— Вы знаете о том, что можно контролировать Лихо, — возразил Лесогор, — Возможно, помните что-то ещё. Идёмте!

— Позвольте напомнить, сударь, я — первокурсница! — возмутилась Беляна, следуя за ним.

— Я помню, барышня. Вы и ведёте себя, как ребёнок, — язвительно пробормотал он, шагая под сводами Пещеры, — Если знаете о кукле, должны знать, что может нам помочь. Где Ваша хвалёная память? Вы хоть понимаете, что происходит и чем это грозит всему миру?

— Но я не знаю! — внезапно испугалась Белка, семеня следом за ним, — Не помню я! Мне показалось это не интересным!

— Что — это? Где Вы начитались подобной дряни? В нашей Книжнице? Тогда сосредоточьтесь и попытайтесь вспомнить!

— Нет… в одной старой книжке, — пролепетала Белка, — Почему Вы на меня кричите?

Лѝхард остановился, и гнев на его лице сменился отчаянием. Девочка права. Несмотря на то, что единственный шанс предотвратить сейчас беду — её память, нечестно возлагать на хрупкие плечики ответственность за целый мир. Они и так дрожат от страха.

— Тсс, — он обернулся и привлёк девушку к себе, — Успокойтесь. Я не хотел Вас пугать.

Его тепло согрело и вывело из оцепенения, а глубокий голос успокоил, возвращая утраченное равновесие.

— Понимаете, моя память работает, запоминая картинки, — с сожалением объяснила Беляна, сжав кулачок здоровой руки.

— Понимаю. Вы вспомнили о том, как победить Лихо. Это уже хорошо. Я не имел права требовать большего.

— Дело не в этом, — она отстранилась, поднимая глаза, — Я не вижу страницу полностью потому, что на ней лежала булочка, — добавила, виновато взмахнув ресницами.

— Булочка. На книге, — с мягким укором он покачал головой, — Ну что ж. Жаль, конечно. Но мы с Вами уже вступили в игру. Попробуем её выиграть?

— Угу. Ставки сделаны, — пробормотала Беляна себе под нос.

Перед ними наконец-то забрезжил неясный свет, обозначая выход из Пещеры. В песочном тумане показался неуклюже раскачивающийся контур.

— Смотрите! — воскликнула Белка, выскакивая вперёд.

— Я вижу, — Лѝхард задержал её, крепко охватив талию.

— Почему мы стоим? — растерянно спросила девушка, снова улавливая странные ощущения от его рук и голоса, нежно коснувшегося макушки.

— Мы думаем, — спокойно ответил Лесогор.

— А о чём мы думаем? — с иронией уточнила девушка.

— Я говорил Вам — ни один из уровней защиты Диковинницы не был рассчитан на дух. Но мы с вами живые, поэтому должны соблюдать осторожность.

Лихо тем временем растворилось, словно пройдя сквозь невидимый барьер.

— Куда оно подевалось? — взвизгнула Беляна, отстраняясь, и рассерженно вытаращилась на Лешего, — Пока мы думали, упустили Одноглазого!

— Тихо, — негромко приструнил её Лесогор, — Проход длиннее, чем кажется. Здесь пространство растягивается, и Лихо, судя по всему, опережает нас на одну ловушку.

— Ещё одна? — ошеломлённо округлила глаза девушка.

— Конечно. И не одна, — подтвердил Лѝхард.

— Вы были здесь! — вспомнила Белка историю с восковой печатью и разговор с Властелиной.

— Да. С ключом. Тогда на моём пути не возникло препятствий.

— А теперь?

— Пещера желаний — первая из ловушек. Вам нельзя было касаться её стен.

— Но я видела маму… — Беляна опустила тоскливый взгляд.

— Вы видели то, что хотели видеть, — тихо поправил её Лесогор.

Повисла пауза, в течение которой Беляна задумчиво разглядывала кустики пепельно-серой травы на жёлтом песке.

— Вот, как мы поступим, — в его голосе звучала настойчивость, — Я попробую перенестись к Диковиннице, и буду поджидать Лихо там.

— А… а как же я? — пролепетала Белка, чувствуя, как в горле зарождается тревожный комок.

— А Вы останетесь. Если, разумеется, не обладаете таким же даром, — отстранённо нахмурился он, — И будете сидеть на месте.

— Но… — сглотнула Беляна, стараясь справиться с комком, — Что Вы собираетесь…

— Имейте в виду, — перебил её реплику Лѝхард, — Один лишний маневр, и Вы можете снова оказаться в западне.

— Я поняла, — буркнула девушка, понимая, что спорить бесполезно.

Прошла секунда ожидания, другая, и она с надеждой подняла глаза. Во взгляде Лесогора сквозила растерянность.

— Почему Вы ещё здесь? — несмело спросила Белка.

Он встряхнул головой, словно силясь понять, что происходит.

— Быть может, Вашу способность что-то блокирует? — произнесла она, стараясь подавить звенящую в голосе радость.

"Чёрта с два! — мысленно возразил Лѝхард, — Я с лёгкостью попал сюда, а значит…" Внезапная догадка обожгла его:

— Вам страшно? — изогнул он бровь.

Что? Белка моргнула от неожиданности. Разумеется, ей было очень страшно остаться в этом зловещем месте в полном одиночестве. Но она ведь не идиотка, хоть и блондинка. У Лесогора гораздо больше шансов справиться с ловушками портала, да и с самим Лихом. Вот только…

— Да, — призналась она на выдохе, — Я боюсь. Но это не важно! — она храбро вздёрнула подбородок.

Запустив руку в волосы, Лѝхард выругался про себя. Ещё как важно! И большего доказательства не требуется. Встретив её решительный взгляд, он смягчился, отвечая на него медленной улыбкой. Вся его природа призвана защищать эту девушку. Вот и объяснение. Он не может покинуть её в опасности.

— Похоже, наши планы меняются, — мягко произнёс он, — Мы идём вдвоём.

— Хорошо, — послушно кивнула Белка, пряча счастливую искорку в глазах, — Что нам нельзя делать, чтобы не сработала очередная ловушка?

Лѝхард удивлённо вскинул брови:

— Возможно, Вы правы, — задумчиво пророкотал он, — Будьте внимательны и слушайтесь меня.

— Я и так внимательна, — обиделась девушка.

— Да уж, ступили в портал, пробудили его…

— Почему я? Лихо вошло сюда первым, — возмутилась Беляна.

— Лихо — дух. Его появление осталось незамеченным. Чего не скажешь о нас с Вами.

— Ах, да… — фыркнула она, — Но зачем тогда Бублик впустил меня?

— Может, он рассчитывал, что Вам хватит ума вернуться, узнав, что грозит Диковиннице? — насмешливо предположил Лѝхард.

Белка обиженно засопела.

— А Вам хватило отваги попытаться его задержать, — странным тоном добавил он.

Беляна вскинула недоверчивый взгляд. Похвала? От Лешего? Она спит?

* * *

Выскочив из Книжницы, Светлана пересекла половину Большого зала и затормозила у Орехового дерева.

— Давай разделимся, — скороговоркой протараторила она, — Я в жилое крыло. Ты внимательно осматривай учебное. Каждый метр, Славер! — деванка устремилась к лестнице.

— Я не брошу тебя одну, — воскликнул Богдан, взбегая следом за ней на второй этаж.

— Что? — яростно сверкнула глазами Светка, останавливаясь посередине пролёта.

— То, Свет, — Богдан взял её за плечи, — Я прошу тебя. У меня очень плохое предчувствие. Нам нельзя оставлять друг друга.

— Но так мы потеряем больше времени! — в панике взвизгнула девушка и продолжила бег по ступенькам, выкрикивая на ходу, — Там Белка! Одна! С одноглазым чудовищем и ещё неизвестно чем!

— Возможно, мы найдём Ро̀слава. Он поможет в поисках.

Одна за другой Богдан и Светлана открывали двери мужских горниц, невзирая на половые различия. Оттуда, то и дело раздавались возмущённые крики и раскатистый хохот потревоженных вторжением парней.

— Мы ещё и Гордара будем искать? — возмутилась Светлана, когда комната Роса с Богданом оказалась пустой.

Её зрение обострилось до предела, заставляя обращать внимание на любые мелочи. В другое время она потратила бы драгоценные минуты, обыскивая помещения. Но не сейчас. Сейчас её глаза цеплялись за каждого увиденного человека в поисках куклы или чего-то похожего на неё. Мгновенно оценивали обстановку и настроение. И всё же только через двадцать минут они закончили проверять третий этаж восточного крыла.

— Спускаемся на второй, — пробормотал Богдан, — Но в комнаты заглядывать придётся тебе. Я осмотрю коридоры.

— Мне не до приличий! — взвизгнула в отчаянии Светлана, — Я не ищейка! Даже не представляю, где искать эту чёртову куклу! — голос деванки предательски дрогнул.

Она испугалась, что прямо сейчас из страха за подругу из глаз польётся то, что девушка презирала больше всего на свете. Топнув ногой от бессилия, она рванула первую дверь. Пусто!

— Успокойся. Мы найдём её, — Богдан ласково похлопал Светлану по спине, — По-моему, сначала нужно подумать.

— Найдём, но когда! — выкрикнула та, и внезапно замолчала, — Погоди, — пробормотала после секундной паузы. Её вдруг осенило, — Кукла не может быть в жилом крыле! Она и её хозяин должны находиться поблизости от входа в портал. Первый или второй этаж… только западное крыло!

— Точно! — согласился Богдан, — Видишь, какая ты умница! Мы зря теряли время.

* * *

Лесогор сощурился, оглядываясь вокруг:

— Стойте на месте, — приказал, внимательно осматривая землю под ногами, — Всё это очень походит на болото.

— Болото?

Белка недоверчиво уставилась на совершенно твёрдый с виду грунт. Лешему, конечно, виднее, но она не заметила никаких отличий здешней почвы от обычной. И неосознанно протянула ногу — попробовать её на прочность. Под туфелькой что-то хлюпнуло, и девушка, внезапно покачнувшись, стала буквально всасываться внутрь — быстро и неудержимо. Открыла рот, чтобы закричать, но через секунду была уже по колено в полужидкой трясине, продолжая проваливаться глубже.

— Я ведь сказал — не двигайтесь! — Лѝхард схватил её за подмышки, и рывком выдернул из болота.

Не успела она охнуть, как вернулась на твёрдую почву. Зато платье, облепившее ноги, оказалось покрыто густой жижей, стекающей по нему медленной, склизкой массой. Ну, наконец-то она в своей стихии! Белка стянула прилипшие туфли, и они громко чавкнули, сползая с ног. Стараясь не смотреть Лешему в глаза, она занялась их очисткой. Но внезапно замерла, огорошено уставившись на землю. Оттуда, на ходу сплетаясь друг с другом, стремительно росли молодые, но крепкие побеги. Целая дюжина толстых лиан удлинялись, вытягиваясь массивной косой вверх и вперёд, и изгибались, напоминая мост.

— Справитесь? — недоверчиво полюбопытствовал Лѝхард.

Ха! И он ещё сомневается?

— Запросто! — с вызовом вскинула брови девушка.

— Постарайтесь не свалиться, а то мы оба будем выглядеть, как Вы, — насмешливо предупредил он.

— Это было бы справедливо, — хихикнула Белка, размазывая грязь по подолу и подавая ему вторую, относительно чистую руку. Плечо тут же отозвалось забытой болью, и он подсадил её за талию.

Дорога по живому мосту заняла не больше десяти минут. Слева и справа простиралось замаскированное под серо-коричневый луг болото. Толстые побеги под пристальным наблюдением Лесогора, время от времени опускались, проверяя грунт на прочность. Но, проваливаясь внутрь, продолжали свой рост, приглашая Лесного Владыку и его неуклюжую спутницу осторожно продвигаться дальше.

Наконец, нащупав твёрдую почву, лианы надёжно вросли в землю. Стоило лишь ступить на неё ногами, как над болотной ловушкой нависла непроглядная темень.

— Беляна, может, всё-таки останетесь здесь? — с надеждой в голосе спросил Лѝхард, когда мрак рассеялся в очередной раз.

На горизонте, скрытом густым туманом, замаячили очертания фигуры в длинном балахоне и скрылись с глаз.

— По-моему, я неплохо справилась.

— Почти, — хмыкнул Лесогор, оглядывая подсохшие катышки болотной грязи, украшающие её подол.

— Это не считается! — возмутилась Беляна.

— Почему? — поинтересовался он, сдерживая улыбку.

— Потому, что… м-мм…

Если рассуждать справедливо, то он прав. Не окажись Леший рядом, она непременно захлебнулась бы в грязи. Брр… Нет, скорее всего, до сих пор висела бы на стене в пещере…

— Тем более. Сами видите — за мной нужен глаз да глаз! — выдала она неожиданно для себя самой и хлопнула ресницами.

Он вскинул брови, ошеломлённый её нахальством.

— Отращивайте эту свою косу, — заявила Белка, — Путешествовать по ней вполне комфортно. Обещаю, что не упаду.

— Здесь мост нам не потребуется, — покачал головой Лѝхард

— А что потребуется?

— Тишина.

У-у-у…

— И, разумеется, молчание, — добавил Лесогор, ухмыляясь, — Вообще не представляю Вас с закрытым ртом!

— Вы считаете меня болтуньей? — возмутилась Белка.

— Болтушкой, — с насмешкой уточнил Лѝхард.

Беляна фыркнула.

— А вдруг я что-нибудь вспомню? — сощурилась она, упрямо сжав губы.

— Что, например? Вы же утверждаете, что на странице лежала булочка. Или Вы приобрели способность видеть сквозь предметы?

— Нет, — буркнула она.

Таланты Супермена у неё точно отсутствуют. К сожалению. Иначе она охотно перелетела бы через болото, а не тягала на себе целый липкий огород.

— Хорошо, — внезапно согласился Лѝхард и вздохнул, — Времени на споры у нас нет. И помните, сейчас, как никогда, молчанье — золото. Что бы ни произошло — постарайтесь не производить шума.

— Да поняла я… — сердито промолвила девушка.

* * *

Когда они шагнули в очередную ловушку, Беляна, сохраняя молчание, вернулась мыслями к маминой книге, всеми силами пытаясь восстановить в памяти картинку.

Итак. Подробная инструкция по созданию куклы и заклинание для призвания Лиха. Чтобы повернуть магию вспять, куклу необходимо сжечь. Способности Одноглазого — проходить сквозь любые барьеры, связь с хозяином, абсолютная неуязвимость, в том числе и перед чарами. А дальше — булочка. Блин…

Стоп! Но ведь она видела страницу ещё раз… там, в Книжнице. Когда заговаривала восковую печать. Книга, выпав из её сумки, раскрылась как обычно, на той странице, где её закрыли в прошлый раз. А Ро̀слав её подобрал…

И на том месте был… рисунок. Точно!

Конопля? Нет, в тексте речь идёт о крапиве. Почему крапива? Растерянно шевеля вновь задрожавшими губами, она пробормотала:

— Крапива… — и споткнулась о камень, — Я вспомнила! — закричала радостно.

Неистовый гром расколол воздух ловушки. И кряжистые скалы, нависающие с обеих сторон, содрогнулись в зловещей вибрации.

Беляна зажмурилась, ужаснувшись того, что натворила. Снова раздался грохот, и в ущелье обрушилась яростная каменная лавина. Несколько небольших камней первыми скатились под ноги, и, споткнувшись о них, девушка упала, упираясь ладонями в землю. Конец! — вспыхнуло в голове. Но не успела она додумать мысль, как сильные руки подхватили её, увлекая в сторону.

— Чёрт. Не уберёг, — хрипло пробормотал Лесогор.

Она открыла глаза. Её спина прижималась к скале в небольшом её углублении. Леший закрывал её со всех сторон своим огромным телом, склонив голову и защищая сверху согнутыми в локтях руками.

— Я сама виновата, и мне совсем не больно, — виновато всхлипнула Белка.

Всякий раз, когда очередной булыжник с огромной высоты падал на плечи или затылок Лѝхарда, на его лице играли желваки. А она синхронно вздрагивала, понимая, что камни раскраивают ему спину острыми краями. Почти чувствовала его боль и кусала губы. Пока не поняла, что Лесогор держит между ними дистанцию в целых двадцать сантиметров!

— Придвиньтесь ближе! — возмущённо приказала она, притягивая его к себе за рубашку.

— Держите свои лапки при себе, — пророкотал он, сжав в ладони оба её запястья, — Я бессмертен, а Вас поранит.

Белка фыркнула. Лапки? Невероятно! Оставаться под ударами града камней, и не использовать нишу, в которой она пряталась, как в гнёздышке под живым щитом его тела.

— Идите сюда немедленно! — раздражённо прошипела она, схватив его за ремень, и дёрнула к себе.

Он приблизился на полшага, и всё же отстранился, оставив пару сантиметров пустоты:

— Вы усложняете мне задачу, — прошептал совсем близко, буравя её глазами.

— Какую?

— Вытащить Вас отсюда живой и невредимой. Держитесь подальше.

— Почему? — выдала Беляна и вспыхнула. Это ведь не означает, что я хочу держаться поближе? — оправдала себя мысленно.

И гневно сощурилась, готовя очередную колкость, но… забыла какую, не в силах оторвать взгляда от его лица. Где-то на подсознании понимала, что беспардонно таращится. Но не могла с собой ничего поделать, изучая и рассматривая каждую чёрточку.

Тёмно-зелёные крапинки в насмешливых янтарных радужках. Резко очерченные брови, придающие лицу некоторую суровость. Немного искривлённую переносицу. Губы правильные, гладкие и вкусные… наверняка он шикарно целуется. Повезло Ярославне… Ох! Интересно, они твёрдые или мягкие? Да что же с ней такое?!

Не будь Лешим, он был бы великолепным мужчиной. Природа не скупилась, создавая его, щедро одаривая как исключительным лицом, так и впечатляющей фигурой. И впрямь — чего ей жадничать на Лесного Владыку?

Его губы снова вздрогнули от боли, и Беляна плотнее притянула его за ремень к себе. Она всё время держала пальцы в его брюках? Безобразие! Девушка резко опустила руку, сжав её в кулачок, и он усмехнулся, блеснув белозубой улыбкой. Красавец! Все тридцать два зуба на месте. Она наверняка покраснела, потупившись, и тоже не сдержала усмешки. Любопытно, сколько у Леших зубов?

Белка решила зажмуриться, чтобы покончить с соблазном разглядывать его дальше. Грохот понемногу стихал, и только мелкие камушки всё ещё струились, сбегая с отвесных скал.

— И что же Вы вспомнили? — поинтересовался он, отстраняясь и выглядывая из их импровизированного укрытия.

Она открыла глаза и внезапно испугалась. А вдруг это не важно, и ничем не поможет? И она зря заставила его принять на себя этот град из огромных и острых каменных глыб.

— Там было что-то о крапиве, — уверенно произнесла Беляна и подняла взгляд, — Лихо то ли боится, то ли обходит её стороной, но с помощью крапивы его можно отогнать…

Её лицо стало растерянным и совершенно несчастным:

— Вам очень больно? — спросила виновато, — Больше я не знаю, чем помочь — это всё, что было написано в книге.

Лѝхард словно ненамеренно коснулся её растрёпанных волос и отдёрнул руку.

— Достаточно, — улыбнулся он.

* * *

Вихрем слетев с лестницы, Светлана опрометью кинулась на второй этаж западного крыла. Богдан едва успевал за охваченной страхом деванкой. Все учебные кабинеты были заперты, но послушно открывались один за другим под действием открывающего замки заклинания. Ещё через двадцать минут наступила очередь первого этажа.

Не сговариваясь, они оба пробежали мимо двери в Книжницу. Бублик уж точно почувствовал бы присутствие злоумышленника в своих владениях. Светлана не помнила, чтобы развивала подобную скорость, когда неслась по длинному изукрашенному резными панелями проходу, не обращая внимания на изображённые на них сцены былинных битв и сражений. Коридор между входом в огромную библиотеку и дверью в зал Воинского искусства казался бесконечным. А когда, наконец, он закончился, пришлось даже развернуться с лёгкой пробуксовкой, чтобы затормозить и не врезаться слёту в стенку.

У двери в зал в полном боевом снаряжении неспешно прогуливались конопатые близнецы Воятичи. Их с Беляной сокурсники.

— Вы не видели здесь кого-нибудь? — скороговоркой спросил ребят Богдан.

— С куклой, — добавила Светлана, опираясь ладонями о колени и стараясь выровнять сбившееся от бега дыхание.

— Нет, — покачал головой один из близнецов.

— А в Тренировочном зале есть кто-нибудь? — сглотнув, прохрипела она, собираясь уже бежать дальше.

— Никого, — равнодушным тоном объявил второй.

— Ро̀слава не видели? — на всякий случай поинтересовался Славер.

— Не видели, — веснушчатые лица качнулись, словно головы китайских болванчиков.

— А что вы двое здесь делаете? — выпрямившись, сощурилась Светлана, — Да ещё с мечами.

— Гуляем, — безразличным голосом отозвался какой-то из братьев.

— Брось их, Свет. Куклы у них нет. Бежим дальше, — пропыхтел Богдан, дёрнув деванку за рукав.

— Ну, нет, — протянула Светлана, — Они даже не поинтересовались, что за куклу мы ищем. И теперь я хочу посмотреть, кого стерегут эти вояки со стеклянными глазами. Уж больно они изменились со вчерашнего дня. Где привычные шутки, зубоскалы? — поддела она ребят.

Никаких эмоций не отразилось на лицах близнецов. Гудимир и Гудислав молча заняли оборону, закрывая спинами вход в зал.

— Может, там Зарубич заперся с очередной зазнобой? — попытался предположить Богдан.

Но Светка уже положила ладонь на рукоять меча, готовясь к бою.

— Тогда. Я. Извинюсь, — уверенно отчеканила она, сверкнув глазами на близнецов, — Кыш от дверей! — приказала резким тоном.

Оба близнеца, как по команде, вынули мечи из ножен.

Опешивший Богдан тут же выскочил вперёд:

— Вы что? — округлил он глаза, и едва успел вынуть клинок, отражая первый удар от левого брата.

Светлана уже скрестила мечи с правым близнецом. В пустующем коридоре лязг сражения звучал, как перезвон колоколов. Стройно, но не долго. Меньше, чем через минуту сопернику Богдана досталось мечом плашмя по затылку. И он бы непременно рухнул, как подкошенный, но Славер подхватил его, бережно уложив на каменный пол.

Со своим близнецом Светлана не церемонилась, ловко увернувшись от удара и с разворота зарядив тому рукоятью прямо в лоб. С идиотской улыбкой на лице он сполз по стене, как перезревшая квашня. Проверив, что оба близнеца живы, и всего лишь потеряли сознание, победители вернули мечи в ножны.

— Ну, что теперь говорит твоё чутьё? — подмигнула Славеру деванка, — Заглянем в зал?

— Давай посмотрим, — усмехнулся тот, но как только девушка отвела глаза, угрюмо нахмурился. Предчувствие, как и прежде, было поганым.

* * *

— Беляна, я всё равно не смогу использовать крапиву в проходе, — Лѝхард сдвинул брови, — Здесь каждая пядь земли и глоток воздуха пропитаны магией. Нужно свободное пространство, а такое есть только возле самой Диковинницы.

— Значит, нам придётся пройти до конца? — Белка решительно встретила его взгляд.

— Другого выхода нет, — ответил он и двинулся вперёд.

Поначалу казалось, что ничего не изменилось. А потом стало холодно, словно они шагнули в мясной отдел супермаркета. Морозный воздух проник в лёгкие, пробирая до самых костей, а на коже появились мурашки, которые мгновенно затвердели, превратившись в шипы. Беляна ошеломлённо округлила глаза, пытаясь разглядеть покрывающиеся инеем пальцы. И зря это сделала, потому что глазные яблоки тут же защипало, будто схватывая ледяной корочкой. Она поспешно опустила веки:

— Лих-хард, — отстучали зубы чёткую дробь, — Зд-дес-сь…

— Очень холодно, — услышала его густой голос, и почувствовала, как на плечи легло что-то большое и тёплое, укутав со всех сторон.

Её тело словно вытащили из ледяной воды. Она почти сразу согрелась, хотя ног по-прежнему не чувствовала — они приросли к мёрзлой земле, обратив девушку в живой, но окоченевший постамент. Отважившись открыть глаза, Беляна убедилась, что конечности хотя бы на месте. Но тут всё закружилось, и она охнула от неожиданности. Пока не поняла, что это Лесогор, легко подхватив её на руки, стремительно направился вперёд.

Обнимая его шею, она чувствовала себя в безопасности и с любопытством озиралась вокруг. Здесь шёл тихий снег. Такой медленный, словно снежинкам тоже было холодно, и они не торопились с тихим звоном падать на обманчивые колючки промёрзшей травы. Прозрачные травинки, ломаясь под тяжёлыми шагами Лешего, хрустели, будто хрупкое стекло. А ей было тепло и уютно — в его объятиях и его же рубашке из диковинного полотна.

Опустив глаза, Беляна заметила, что кожа Лѝхарда слегка потемнела и стала бугристой, похожей на кору. Она незаметно провела по ней пальчиком. И поймала себя на мысли, что ей безумно, просто до безобразия это нравится! Снова хотелось замурлыкать. Ох. Несмотря на мороз. И зарыться носом в эту ямочку между ключицей и шеей. Вдохнуть тёплый древесный запах…

Надо же, какие подробности. Наверное, Леший испускает какие-то особые флюиды, которые действуют на женщин… одуряющее. Будоражат кровь и превращают в первобытных кретинок, стоит лишь приблизиться. Не она первая… Уф-ф… Да он сам по себе ловушка! Беляна фыркнула, надув губы, и заставила себя отстраниться.

Через несколько минут он поставил её на ноги. Свет в таинственном проходе погас, знаменуя окончание очередного этапа и начало следующего.

Глава 16

Диковинница

После приглушённого освещения в коридоре казалось, что зал Воинских искусств залит солнцем. На мгновение Светлана сощурилась, привыкая к свету.

Остолбенев поначалу, Богдан ошеломлённо запустил руку в волосы.

— Вы… — мрачно произнёс Ро̀слав, — И почему я не удивлён? — криво усмехнулся он.

— Зато мы удивлены, — сверля его глазами, ответила деванка.

В руках Роса болтался кусок запачканного чем-то савана, перетянутого в нескольких местах, обозначающих голову, руки, ноги…

— Так с каких пор ты играешь в куклы, Гордар? — Светлана медленно вынимала из ножен меч.

— Не верю, что это ты… — наконец, обратился к другу Славер.

— Придётся поверить, — жёстко ответил тот.

Некоторое время они просто смотрели друг другу в глаза.

— Отдай куклу, Рос, — Богдан осторожно шагнул вперёд.

— Стой на месте! — приказал Ро̀слав и, ничуть не колеблясь, приставил конец меча к его груди. Другой рукой пристегнул куклу к ремню на поясе.

— Нет! — взревела Светлана, бросаясь вперёд, и отклоняя направленный в Славера клинок в сторону.

Отшатнувшись, Богдан сделал шаг назад и неохотно вытянул меч:

— У тебя нет шансов против нас двоих, — недобрым тоном предупредил он.

— С вами обоими я всегда играл в поддавки, — иронично сощурился Ро̀слав.

— Да ну?! — недоверчиво вскинулась Светлана, — Докажи!

— Что тебе нужно в Диковиннице? — по-прежнему не веря в происходящее, спросил Богдан, поднимая меч перед собой.

— Это длинная история, — усмехнулся Ро̀слав, — Хочешь, расскажу.

— Изволь, — напряжённо кивнул Богдан.

Они двигались по кругу с поднятыми мечами, так и не решаясь нанести первый удар.

— Ты что, не видишь — он время тянет! — взвизгнула Светлана.

— Вижу, но я должен знать, за что убиваю лучшего друга, — лицо Славера стало мрачнее тучи, — Говори, что тебе нужно!

— Огненный Щит моего отца, — ледяным тоном ответил Рос.

— Огненный Щит — Пламенное копиё принадлежал Царю Змиулану! — изумлённо возразила деванка.

— И мне, как его наследнику, — сверкнул глазами Ро̀слав.

— Ты… ты сын Подземного Владыки? — в замешательстве пробормотал Богдан.

— Довольно! — вскипела Светлана, — Славер, у нас нет времени изучать его родословную! Белка сейчас сражается с Лихом и пытается защитить Диковинницу!

— Беляна в портале? — на мгновение растерялся Рос.

— Да, Ваше Высокомерие! Это ей ты будешь рассказывать длинную и душещипательную историю своего рода. Если она выживет и захочет тебя слушать!

Гордар перевёл пылающий гневом взгляд на Богдана:

— Ты позволил ей? — проскрежетал он.

— Нечего искать виноватых! — встряла Светка.

— Рос, — хмуро проговорил Богдан, наблюдая, как тот склонился к кукле, продолжая что-то шептать в её набитую неизвестной гадостью голову, — Пока не поздно. Отдай куклу. Мы сделаем вид, что ничего не произошло.

— Нет, — угрюмо ответил Рос, покачав головой, — Лихо получило свои задания. И смерть Белки не в их числе. Если она не попадёт в ловушки… если не станет мешать…

— Она станет мешать! — взревела Светлана, бросаясь вперёд. Её меч со свистом рассёк воздух и встретился с клинком Ро̀слава.

* * *

Беляна села на траву, прижав к себе колени, и закуталась в огромную, как палатка, рубашку:

— Что я снова сделала не так? — поинтересовалась, поджав губы, всё ещё сердитая на собственные ощущения и Лесогоровы флюиды.

— Ничего на этот раз, — покачал головой он, — Мы теплее воздуха, этого хватило, чтобы запустить морозную ловушку.

Его волосы выбились из-под ремешка, стягивающего их на затылке. Хм… почему, когда подобное происходит у неё на голове, она становится похожей на всклокоченную курицу, а его эти свисающие пряди делают ещё привлекательней? Несправедливо! Она бывает лохматой гораздо чаще!

Не рискуя встречаться с янтарными глазами, Белка скользнула взглядом по его губам. Мням! Вообще не легче. Покосилась на широкую грудь, затем пересчитала кубики на животе и опустилась ниже.

Бли-и-ин… Глубинный смысл метафоры "есть глазами" открывался в новом свете. Это означает пялиться так, словно никогда не видела ничего более вкусного. Чем она и занималась. Следующий этап — интенсивное слюноотделение, дабы сделать процесс ещё более приятным.

Беляна фыркнула и постаралась отвести глаза в сторону. Странно. Мужчины частенько щеголяли перед ней обнажённым торсом. Ро̀слава с Богданом без сорочек она видела едва ли не чаще, чем одетыми. Но обычно это зрелище не вызывало у неё подобной реакции…

— Ой! — спохватилась девушка, — Ваша рубашка! — она выпрямилась, собираясь снять её с себя.

— Оставьте, — отозвался Лѝхард, — Вы всё ещё дрожите от холода.

Точно. Она дрожала. Только от холода ли? — подумала Белка, укутываясь снова. И как только Светлана терпит, когда Богдан вот так же поигрывает перед нею мускулами? Стоп! С какого перепугу она сравнивает отношения подруги со Славером и их с Лесогором случайное турне?

Лѝхард опустился перед ней на одно колено, прерывая лихорадочный поток мыслей. У-у-у… зря он это сделал. Пленительный аромат защекотал нос и вскружил голову. А мысли, свернув с неуместного направления, стали совершенно нескромными. Срочно захотелось, растопырив пальчики, жадно облизнуться, запуская в золотистую кожу ноготки…

Блин! Откуда такие нелепые идеи? Она что — мозг себе отморозила?

— Беляна, — позвал он, вынуждая встретиться с его тёплыми глазами.

Точно. Отморозила. Причём, самую главную извилину. Отвечающую за здравый смысл.

— Дальше я пойду один, — продолжил он, и голос его звучал так серьёзно, что она сразу пришла в себя, растерянно моргнув.

— Почему? — сумела выговорить, чувствуя себя пятилетней, — Пещера, болото, камнепад. И этот убойный мороз, — перечислила она, — Что может быть хуже?

— Огонь, — сдержанным тоном объявил он.

Она пробежала по нему испуганным взглядом и безмолвно покачала головой.

— Беляна. Пожалуйста. Останьтесь здесь… — его глаза умоляли.

Ей хотелось возразить. Очень. А ещё закричать и затопать ногами, как делают капризные дети. Но внезапно девушка поняла, что он прав. Абсолютно. Потому, что из четырёх ловушек она, Белка, умудрилась попасть во все четыре. Потому что она, недотёпа, каждый раз подвергала опасности не только себя, но и его. Но теперь, как ни крути, игры закончились. Эта ловушка для него самая страшная. Ведь огонь — единственное, что может навредить Лешему. Белка не могла его подвести. Только не в этот раз. И она сдалась. Вот так — сразу и без возражений.

— Хорошо, — кивнула девушка, — Я остаюсь.

Его лицо осветила улыбка:

— Не ходите за мной и не двигайтесь с места. Обещаете?

— Зуб даю! — неслышно проскрежетала Беляна.

Видимо, он принял её бормотание за согласие.

— Когда я отойду, боль в плече вернётся. Потерпите?

— Что Вы намерены делать? — обеспокоенно спросила она.

— Видите там что-нибудь? — сощурился Лѝхард, всматриваясь в кромешную темноту впереди.

— Нет, — пожала здоровым плечом Белка, — Такое впечатление, что там ночь. Но я могу призвать для Вас Горисветов.

— Не нужно. Эту ловушку можно пройти только вслепую. Откроешь глаза — и всё вокруг охватит пламя, от которого уже не будет спасения.

— О боги! — ужаснулась Белка, — Не ходите туда! — попросила вдруг.

— Не волнуйтесь, — усмехнулся он, — Я не стану делать глупостей.

— Я и не волнуюсь, — раздражённо хмыкнула она. "Вот ещё! Из нас двоих на глупости способна только я!"

— Не хочу подвергать Вас опасности. Мы почти догнали Лихо. В морозной ловушке оно исчезло, будучи всего на пару десятков шагов впереди меня.

— Будьте осторожны, — сердито пробормотала Беляна, поддерживая ноющую руку и покорно опускаясь на землю.

Провожая его взглядом, она только теперь заметила, что вся спина Лешего покрыта запёкшейся кровью и уже затягивающимися ранами, полученными под камнепадом. Выругала себя за то, что не позаботилась о нём, хотя могла с лёгкостью исцелить. Попробовала успокоиться мыслями о его бессмертии, но снова выругалась — на этот раз за попытку отмазаться от ответственности.

Покончив с моральным самоистязанием, она раздражённо встала, не в силах усидеть на месте и не находя себе применения. С помощью магии привела в порядок туфли и тщательно очистила платье от болотной грязи. На это ушло какое-то время, но потом всё равно пришлось беспокойно ходить туда-сюда в ограниченном пространстве. Всматриваясь в пустоту, поглотившую Лесогора. В надежде разглядеть хоть что-то в непроглядной тьме и прислушиваясь к каждому шороху.

Добрался, или нет? Это жестоко — оставить её вот так, одну. Сходить с ума от безделья и беспокойства. Заключённую между морозной и огненной ловушками.

"Он не верит, что я смогу пройти каких-то пару сотен шагов, не распахнув в темноте глаз! — мысленно возмущалась девушка, сердито срывая ленту с косы, — Считает меня полоумной!"

Она расплела взлохмаченные волосы и стала прочёсывать их пальцами здоровой руки, пряча за раздражением и жаждой деятельности невыносимую тревогу. Вдруг в этот самый момент Лесогору необходима помощь? Или исцеление? А она сидит тут и занимается своей идиотской причёской! Воображение услужливо представило красочную картину обгоревшего до костей и истекающего кровью Лѝхарда. Дыхание перехватило, и Белка сглотнула комок в горле, зажмурившись от ужаса.

С другой стороны, если он прошёл ловушку и сейчас находится на той стороне, огонь ему уже не грозит. Даже если она сглупит, то погибнет одна и по собственной вине, не так ли?

Погибать не хотелось. Кое-как переплетя косу, она уставилась на шёлковую ленту, собираясь закрепить ею волосы. Задумалась. Просьба Лешего оставаться на месте не была лишена оснований. Она и в самом деле способна из чистого любопытства открыть глаза. Случайно наступить на что-нибудь, или перепугаться. Но если на глазах будет повязка, она сможет гораздо лучше себя контролировать…

"В конце концов, я ничего не обещала. Только зуб", — постаралась убедить себя девушка, отпуская волосы, которые снова рассыпались по плечам.

Глубоко вдохнув и стараясь думать только о правильности выбранного направления, она перевязала лентой глаза и решительно ступила во тьму огненной ловушки.

* * *

Это была не тренировка. Светлана знала, что с каждой минутой в треклятом портале с её подругой может произойти что угодно. И эта страшная мысль придавала ей такую ярость, какой она не чувствовала никогда.

Главной целью Богдана была кукла, пристёгнутая к ремню Ро̀слава. Ситуация до сих пор казалась ему абсурдной, и он не хотел ранить друга.

Схватка казалась бесконечной, и каждый из них потерял счёт времени, сосредоточившись лишь на мелькании клинков, рук, лиц…

Что стояло на кону для Роса, друзья до конца не понимали. Но он с умопомрачительной силой и скоростью атаковал их обоих. Предугадывая каждое движение, неистово отбивал удары, что сыпались на него со всех сторон. Пока, слегка замешкавшись, не позволил деванке слишком близко подобраться к своей спине. Воспользовавшись оплошностью, Богдан ловко развернулся, полоснув мечом по пристёгнутой к поясу кукле. Её голова отлетела в одну сторону. Тело, ещё мгновение продержавшись на ремне, в конце концов, направилось в другую.

Ро̀слав взревел, и секундой позже стремительным выпадом нанёс сокрушительный удар в правый бок Богдана. Не издав и звука, тот рухнул на колени.

— Славер! — в ужасе закричала Светлана. С неимоверным усилием заставив себя не отводить глаз от бешеного соперника, она одна продолжила бой.

— Я в порядке, — прохрипел Богдан, зажимая кровоточащую рану. Но глядя, как отчаянно сражается деванка, взял меч в левую руку…

— Нет! — заметив его движение, воскликнула Светлана, — Кукла! Сожги её!

Несмотря на адскую боль и льющуюся ручьём кровь, Богдан кинулся к голове окаянной куклы.

— Чёрта с два! — прорычал взбешенный Рос, одним могучим ударом выбивая меч из рук Светланы. Тот со звоном отлетел в дальний конец зала.

Казалось, ничто не могло его остановить. В мгновение ока Ро̀слав оказался перед истекающим кровью Богданом. С тревожным звоном снова скрестились клинки. "Никаких шансов", — с ужасом подумала Светлана, выхватывая из-за пояса чёрную рукоять.

— Ты ещё не знаешь всех моих примочек, Гордар! — свирепо проскрежетала деванка.

И тогда в воздух взметнулся кнут. Почти неслышно разрезал пространство и, описав правильную дугу, намертво обвил шею Ро̀слава. Резким движением Светлана рванула его на себя.

Какую-то долю секунды до того, как потерять равновесие, Рос ещё пытался сорвать тугие петли с горла. Но в следующее мгновение опрокинулся на спину, так и не выронив меча, но крепко ударившись головой о твёрдый настил.

Улучив момент, Светлана села сверху, упираясь поверженному противнику коленями в грудь. Всего через мгновение, придя в себя, он ухмыльнулся:

— Предпочитаешь быть сверху, подруга? — язвительно хохотнул, поднимая ладонь с намерением погладить её по щеке.

— Не позволяй ему себя касаться! — хрипло выкрикнул Богдан.

Светлана удивлённо вскинула брови. Ревность? Сейчас? Но не стала требовать объяснений. Перехватив предплечье Ро̀слава, изо всех сил врезала кулаком по лицу. Его голова дёрнулась, а из носа ручейком потекла кровь.

Рос взревел, делая попытку поднять меч. Но новая резкая боль и давление на запястье заставили его остановиться. Наступив на руку бывшего друга, Богдан разоружил его, вырвав рукоять из сжимающих её железной хваткой пальцев.

* * *

Лѝхард с беспечным видом подбрасывал круглый камешек одной рукой. Второй подпирал голову, расслабленно полулёжа на боку. Лихо корчилось в плотном кольце буйно разросшейся крапивы у самого входа в Диковинницу. Жестокое растение, вероятно, нещадно жгло его, заставляя отпрыгивать в сторону. Там обжигало ещё сильнее и отбрасывало обратно, как бумеранг.

Наконец, Одноглазое чучело взвилось над землёй, пытаясь перелететь живую зелёную клетку. Но Лесогор почти ленивым жестом заставил крапиву вырасти выше. И в следующее мгновение расслышал за спиной мелодичный смех Беляны:

— Я там с ума схожу от беспокойства, а Вы тут, похоже, развлекаетесь?

Он в бешенстве вскочил он на ноги:

— Вы нарушили обещание! — взревел, сверкая глазами.

— Да. И должна Вам зуб, — невозмутимо повела плечиком девушка и уставилась на него круглыми глазами, — Можете выбрать любой, если желаете, — язвительно заявила она.

Он нахмурился, пытаясь сдержать усмешку:

— Непременно выберу, — пригрозил ворчливо, — Вы видели, что за Вами полыхает огонь?

— А, это? — Белка беззаботно махнула рукой, — Я, кажется, сняла повязку на мгновение раньше, чем надо. Пусть горит!

Вдруг глаза Беляны округлились в изумлении, и он резко обернулся в ту же сторону. Голова Лиха со свистом слетела со своего места, мячиком откатившись в сторону.

— Они добрались! — воскликнула Белка и попыталась хлопнуть в ладоши, забыв про руку, которая тут же отозвалась резкой болью, — Они нашли его!

— Этого мало, — пробормотал Лесогор, наблюдая, как безголовое чучело, похоже, совсем не ощущая потери, продолжает борьбу с крапивной стеной.

— Куклу надо сжечь, я говорила им, — дрожащими губами промолвила Беляна, — Они не могли забыть!

Внезапно Лѝхард покачнулся и в следующее мгновение упал на колени, словно подкошенный.

— Что происходит? — взвизгнула Белка, остолбенев от неожиданности.

— Спрячьтесь за меня! — рявкнул Лесогор.

Он протянул ей руку, пытаясь подняться на ставшие нечувствительными ноги. Но огромное тело Лешего, потеряв координацию, снова опрокинулось на спину. Беляна подскочила было на помощь, когда внезапная догадка заставила её обернуться.

Голова рассеченного надвое Лиха оказалась не менее опасным соперником, чем сам дух целиком. Пока тело чудовища бессмысленно сражалось с ветряными мельницами в виде зарослей крапивы, она, похоже, маясь от безделья, вступила в настоящую войну, посылая обезноживающие и отталкивающие проклятия. Но почему только Лесогору?

Он вновь поднялся на колени. Молодые ростки крапивы стали окружать отсеченную голову чудовища. Но следующим одноглазым взглядом Лихо бросило Лешему новый мощный толчок. Будто тряпичная кукла, могучий Лесной Владыка отлетел на несколько метров, приземляясь в локте от входа в пылающую огненную ловушку. Ту, что даже на расстоянии обдавала нестерпимым жаром, зажжённая Белкиной легкомысленностью.

— Нет! Только не это! — в отчаянии закричала девушка, бросаясь к Лѝхарду.

Каждую минуту она ждала, что её постигнет та же участь. Ещё один удар Одноглазого, и они вместе с Лесогором сгорят в безжалостном огне. Какой-то безумный инстинкт заставил её закрыть его собой.

* * *

Холодное остриё прижалось к горлу, заставив Роса рычать, яростно стиснув зубы. Его красивое лицо исказилось от злобы и боли. Но он продолжал бороться, даже когда клинок, всё глубже входя в кожу, вызвал густую струйку крови, бегущую по шее.

— Дай мне повод, Гордар, — прошипела Светлана, забирая у Богдана и удерживая у горла врага лезвие его собственного меча, — Только дай повод, и я отрежу твою жалкую голову! — свирепо добавила она.

В следующий миг обе половинки куклы вспыхнули в руках Славера. Издав стон отчаяния, Ро̀слав обмяк, прекратив сопротивление. Словно в обрывках савана заключалась не только власть над Лихом, но и его бесконечное упорство.

Обессилено прислонившись к стене, Богдан сполз по ней на пол и улыбнулся:

— Надо всё же научиться метать огонь, а не только создавать его…

Его тело судорожно вздрогнуло и, уронив голову на грудь, он закрыл глаза.

— Славер! — с отчаянием воскликнула Светлана, переворачивая неподвижное тело Роса. Она стянула ему руки его же ремнём, а ноги кнутом, — Не умирай! — приказала дрогнувшим от отчаяния голосом.

Вскочив, она с безумными глазами бросилась к Богдану, но густо залитый кровью пол заставил её поскользнуться. Упав, дальше поползла на коленях, не тратя времени на то, чтобы подняться. Достигнув цели, склонилась к бледному лицу:

— Не умирай, пожалуйста, — дрожащими руками девушка оторвала подол своей юбки и прижала скомканную ткань к его ране, — Слышишь? Не смей умирать! — шептала, гладя светлые пряди его волос, осыпая поцелуями глаза, лоб, щёки…

— Теперь ни за что, — едва слышно промолвил он, и даже сделал попытку улыбнуться.

Глаза Светки вспыхнули радостью, и она импульсивно прильнула к его губам. Но почувствовав их нежный отклик, смущённо отстранилась.

— Я сейчас снова потеряю сознание, — шепнул Славер, закрывая глаза, — Но оно того стоило.

* * *

По совершенно необъяснимой причине Лихо не стало повторять попыток оттолкнуть их обоих к огненной пучине. Его голова, раззявив чёрный, бездонный глаз, бессильно зашипела.

Лѝхард зарычал, пытаясь подняться. Осознавая, что он гораздо сильнее её, Беляна скороговоркой произнесла заклинание, на какое-то время вынудив его замереть, и крепко вцепилась в плечи, позабыв о больной руке. Откуда взялась эта уверенность, что одноглазый монстр её не тронет?

В следующее мгновение внезапная вспышка огня охватила голову и тело Лиха. Они полыхнули, словно два клока соломы, и исчезли в тот же миг.

— Успели, — не поверила своим глазам Беляна, поднимая лицо, — Они смогли! — радостно воскликнула, сияя глазами.

— Слезьте с меня! — приказал Лѝхард, сердито встречая её взгляд.

— Ну, разве Вы не рады, что я здесь… под Вашим присмотром? — смущённо промолвила Белка, сползая с него, огромного, как диван.

Встав на ноги, мучительно поморщилась, сжимая надрывно стонущий сустав. Лѝхард, заметив этот жест, окружил её руками, и боль послушно растворилась, заставив девушку тихонько и с облегчением вздохнуть. А заодно снова почувствовать его необыкновенный аромат. Она уютно устроила голову у него на груди, потёршись о неё щекой, как котёнок, и прикрыла глаза. Их обнимашки, похоже, становятся обычным делом. И очень приятным, надо сказать…

— Рад, — едва слышно шепнул он над её виском.

В его голосе сквозила такая нежность, что она невольно потянулась навстречу. Легко и без раздумий — словно иначе и быть не могло.

Он шумно втянул воздух и выпрямился, ускользая от её губ. Но не разжал объятий. Пророкотал, стараясь придать голосу ироничный тон:

— Очень рад. Особенно если учесть, что именно Вы подожгли ловушку.

— Неблагодарный! — распахнула глаза Белка и отстранилась.

— Угу, — хмыкнул Лесогор, нехотя отпуская её, — Между прочим — не ожидал от Вас такого нажима.

— Всего лишь маленькое волшебство, — усмехнулась она, — Я даже не была уверена, что получится.

— И почему, собственно, Лихо Вас не тронуло? — поинтересовался он.

— А вот об этом не имею ни малейшего понятия! — озадаченно промолвила девушка, отряхивая платье, — Запишем в загадки?

— Загадки?!! — устрашающе прогремел он, — Вы хотите сказать, что не были уверены? И цеплялись за меня, зная, что в любой момент можете сгореть заживо?

— Я?! Цеплялась?!

От возмущения её голос сорвался на писк. Щёки вспыхнули, а в глазах предательски защипало. Он был совершенно прав! Но правда, брошенная в лицо, всегда обиднее лжи.

— Да Вы… Вы сами… тискали меня при любой возможности! — выпалила она. Слова вылетали из неё, как гранаты из бешеной базуки, — Чёртов Леший! Престарелый столетний извращенец!

Лѝхард отшатнулся, словно от пощёчины, остолбенев в замешательстве. Они молча сверлили друг друга взглядами — она пылающим гневом, он необъяснимо хмурым. Беляна даже надеялась услышать ответ, приготовив ещё парочку острых словечек. Но Лесогор, похоже, не имел желания продолжать спор. Правильно. Он и так сказал достаточно.

Внезапно всё вокруг поглотил мрак.

— Что? Опять? — испуганно взвизгнула Белка, заметавшись в темноте.

Но буквально через пару секунд свет снова вспыхнул. И какой!

Краски вернулись в заколдованный портал. Воздух наполнился озоном, как бывает после грозы, трава стала сочно-зелёной, а пылающая огненная ловушка исчезла без следа. Небо, вспыхнув яркой синевой, опоясалось жизнерадостной семицветной радугой, а Беляна оказалась в сильных объятиях Лешего… Всё по своим местам. Блин. Вместо тысячи слов.

* * *

Раздавшийся позади встревоженный голос заставил Светлану поднять голову и обернуться:

— Ох, силы Небесные!

Обходя лужи крови, к ним поспешно семенил Кудеяр, а следом семимильными шагами вышагивал Зарубич.

— Вы целы? — прогремел богатырь, но обратив внимание на покрытый кровью пол, осёкся.

— Помогите ему, — со слезами на глазах обратилась к Кудеяру деванка.

— Затем я здесь, — пробормотал целитель, опускаясь на колени перед Богданом и разрывая его рубашку, — Большая кровопотеря, — добавил шёпотом, сотворяя из воздуха светящееся веретено.

— Он будет жить? — с надеждой пискнула Светлана.

— Типун тебе… — фыркнул Кудеяр, — Разумеется, будет!

— Белка… — хрипло заговорил связанный по рукам и ногам Ро̀слав, переворачиваясь на спину, — Беляна. Она жива?

— Жива, — уверенно кивнул Зарубич, бросая на него его косой взгляд, — Что здесь произошло?

— А произошло то, — замогильным голосом произнесла Светлана, грузно поднимаясь с колен, — Что этот царевич подпольный захотел ограбить Диковинницу. А попутно предал всех нас, сотворил Лихо, и за малым не убил лучшего друга.

— Хм… — Зарубич одарил странным взглядом Светлану, скользнул им по Богдану, и затем перевёл глаза на Роса, — То есть вы хотите сказать, что он сделал… вас обоих?

Светлана замялась, рассматривая носки своих сапог.

Сияющее веретено, завершив дело, растаяло в руках Кудеяра. И тот встал на ноги, прислушиваясь к разговору.

— Он и в самом деле сделал нас, Свет, — заявил Богдан, делая попытку сесть.

— Да? А почему не я валяюсь на полу, связанная? — сквозь зубы съязвила деванка, помогая ему подняться.

— Если бы не твой кнут… — мягко возразил Богдан.

Послышался сдавленный смех.

— Проклятье… кнут! — расхохотался Ро̀слав, — Славер, я всегда говорил — твоя девчонка коварна, как змея!

Зарубич парой лёгких движений освободил его ноги от петель.

— Сам ты змея! — огрызнулась Светлана, возвращая кнут на место и одаривая Роса яростным взглядом.

— Аспид, — кивнул тот и криво усмехнулся, — Неплохая была тренировочка, да, подруга?

— У тебя нет друзей, — угрюмо ответил Богдан, подходя к Светлане и обнимая девушку за талию.

— Пойдём, — повернулась та и смущённо улыбнулась, встретившись с его яркими глазами, — Посмотрим, как там Белка.

Глава 17

Наследник Подземного Царя

Беляна кинулась на шею Светлане. Затем отстранилась от подруги и крепко обняла Богдана, поднимаясь на цыпочки и чмокая его в щёку:

— Вы молодцы! Я верила! Нет, знала, что вы справитесь! — восторженно звенел её голос, — Ну? И кто это был? Я его знаю? — в её глазах светилось любопытство.

Богдан и Светлана мрачно переглянулись.

— Ты его знаешь, подруга, — напряжённо кивнула Светка и опустила глаза.

— Надо же… — усмехнулась Беляна, — И?

Она вопросительно вскинула брови. Не дождавшись ответа, нахмурилась, скрестив руки перед собой:

— Что вы оба молчите?

— Понимаешь, Белка… — с видимым трудом заставил себя говорить Богдан, — Дело в том, что это… Рос, — наконец, выдохнул он.

— Нет! — расширила глаза девушка и повторила, отступая, — Нет… зачем вы меня обманываете?

Не сговариваясь, Богдан и Светлана оба покачали головами, серьёзно глядя Беляне в глаза. Какое-то время она переводила недоверчивый взгляд с одного на другого. Затем горестно закрыла ладонями лицо.

Обрывки фраз, событий и картинок ураганом проносились в голове девушки. Они сплетались между собой, складывая узор, безошибочно находя каждый своё место. Соединялись как музыкальные отрывки, образуя стройную партитуру. Как она могла не заметить? Ро̀слав сильно изменился, вокруг него появилась эта тревожная аура, и она самодовольно заключила, что это из-за неё. Прекратила попытки достучаться, пустив дело на самотёк…

— Нет. Не могу… — всхлипнула она минутой позже, — Я не готова.

— Никто из нас не был готов, — погладила её Светка по растрёпанным волосам.

— На то оно и предательство, что о нём не предупреждают в новостях, — проворчал Богдан.

— Но почему? — не унималась Белка.

— Его отец — Змиулан, Владыка Подземного Царства, — угрюмо ответил Богдан.

— А ещё он аспид, — презрительно добавила Светлана.

— Только наполовину, — уточнил Славер.

— Аспид… — ошеломлённо пробормотала Белка, — Но у аспидов змеиная кожа. И солнце не вредит ему.

— Его мать — ведунья из Несказанного княжества, — объяснил Богдан, — Похоже, в этом он не солгал. Она воспитала его, но умерла почти два года назад. Судя по всему, после её смерти Змиулан забрал сына к себе. Но об этом Ро̀слав умолчал, и теперь понятно почему.

* * *

Капли душа казались Беляне огромными и тяжёлыми, будто свинцовыми. Она чувствовала каждую из них, как удар. Даже дыхание стало глубже, а каждый вздох отмерял время, оставшееся до заката. На закате за ним придут. Сердцу стало тесно в груди, а влажный воздух купальни показался нестерпимо душным. Наскоро обтеревшись полотенцем и ещё раз проверив исцелённое Кудеяром плечо, девушка вошла в комнату и сразу подошла к шкафу.

— Куда собираешься? — угрюмым тоном спросила Светлана. Подруга сидела на кровати, обхватив колени, и сосредоточенно смотрела в никуда.

— Ты знаешь, — тихо ответила Белка.

Света недовольно фыркнула, заёрзав на месте:

— Отговаривать бесполезно? — уточнила она.

Беляна решительно замотала головой, застёгивая пуговицы на блузке.

— Мы будем ждать тебя на Велесовом холме, — обречённо выдохнула деванка.

Глава Ведарии будто ждала Беляну в кабинете. Обычно чопорная Бусинка встревожено и суетливо проводила девушку в кабинет Наставницы и поспешно растворилась в стене.

Какое-то время сохранялось молчание. Беляна с потерянным видом рассматривала свои бледные руки, контрастирующие с тёмным полированным деревом стола. Властелина, сидя в высоком кресле, казалось, терпеливо ожидала вопросов, сочувственно глядя на девушку.

— Почему Вы были так спокойны? — наконец заговорила Белка убитым тоном, — Вы ведь знали об угрозе.

— Я не была спокойна, Беляна, — покачала головой Берегова, — Но Диковинница действительно была защищена более чем надёжно. Во-первых, там всегда был Бублик.

— Бублик, — вскинула брови девушка, — Вы полагались на защиту крошечного домовичка?

Властелина усмехнулась, добродушно взглянув на неё:

— Никто не проникнет в дом вопреки желанию его хранителя.

— Но Бублик! — не смогла скрыть недоумения Белка, — Всего лишь маленькое, слабое существо. Его можно заставить…

— Вопреки Желанию. Понимаешь? Домового нельзя заставить открыть дверь. Он должен захотеть этого.

— Но его можно поймать… — упрямо возразила Белка.

— Ты когда-нибудь пыталась поймать домового? — усмехнулась Властелина.

— Н-нет, — пробормотала девушка, мотнув головой.

— В лучшем случае, тебе удастся мельком дотронуться до него, как он тут же испарится. Я была уверена, что дверь в портал никто не откроет. Так и случилось. В своём доме, Беляна, домовой обладает огромным могуществом. Которое не может оспорить ни одно другое существо.

— И всё же одному удалось, — прошептала Белка и содрогнулась при воспоминании о Лихе.

— Да, — согласилась Берегова, — Я ошибалась. Так глупо с моей стороны — забыть об этом.

— Лихо — не человек и не существо, он злой дух, — огорчённо промолвила Беляна, — Ему не было нужды проходить через дверь, охраняемую Бубликом.

— Совершенно верно, — кивнула Властелина, — Он возник прямо внутри портала. Там, где велел ему хозяин. Поэтому домовой плакал.

— Это я виновата, — склонила голову Белка, — Это из моей книги Ро̀слав вырвал страницу о том, как подчинить себе Лихо.

— Не казни себя, — решительно возразила Наставница, — Как бы то ни было, мы сумели разоблачить его раньше, чем был нанесён непоправимый вред, — она вздохнула и продолжила, — Когда я почувствовала опасность, что грозит Диковиннице, то приняла дополнительные меры.

— Вы устроили ловушки.

— Да. Отодвинули портал от её входа и установили ещё несколько препятствий на пути.

— Ловушки не задерживали Лихо, — покачала головой Беляна.

— Да. К сожалению, оно точно знало, куда нужно идти. Но расстояние дало вам время победить его.

— Кто, кроме Вас и Лесогора, знал об этих ловушках? — сощурилась Беляна.

Властелина помолчала, напряжённо сведя брови:

— Тебе ведь не понравилось это чувство — подозревать кого-то? — улыбнулась она.

— Ужасно! — передёрнула плечами Белка.

— Вот и мне не нравится, — покачала головой Берегова, — Давай пока положимся на мой дар. А он говорит, что Диковиннице в ближайшее время ничего не грозит.

— Я бы на Вашем месте, зная об угрозе, читала мысли всех подряд, и вычислила злодея.

Властелина с рассеянной улыбкой покачала головой.

— Я не всех могу читать, — спокойно призналась она,

— Вы не слышите мыслей высших существ, — сорвалось с языка у Беляны.

— Не только. На моей памяти было несколько таких людей. И от моего дара, при желании, можно защититься. Я не сомневалась, что злоумышленник именно так и поступит.

— Но тогда можно было определить того, чьих мыслей Вы не слышите, — нетерпеливо воскликнула Белка.

В глазах Властелины сверкнули весёлые искорки:

— Например, тебя? — усмехнулась она.

Белка разинула рот от удивления:

— Вы не можете меня читать?

— Не могу, — простодушно пожала плечами Наставница.

— Но… — Беляна озадаченно потёрла виски, — Вы ведь узнали про восковую печать и Лѝхарда…

— Только потому, что ты позволила.

— Но на собеседовании…

— Я ничего не смогла увидеть.

— Но как? Почему? Я ничего не делала!

— Верю, — успокаивающе кивнула Властелина, — Будем считать, что это один из твоих талантов. Способность противостоять видению — это всегда признак серьёзной магии. Намеренной или врождённой.

— И Вы, тем не менее, дали мне Ведову? Зная, что Диковиннице грозит опасность?

— Пойми, девочка, — Берегова сплела пальцы и опёрла на них подбородок, — Мой Дар даётся вовсе не для того, чтобы каждый раз принимать меры для предотвращения событий. Да, я не читаю тебя. Но, тем не менее, с радостью приняла в Ведарию. И разве плохо, что мы вместе отвели беду?

Беляна невольно согласилась с железной логикой Властелины.

— И всё же, Вы должны были меня подозревать, — безжизненно пробормотала она.

— Я подозревала всех, — вздохнула Берегова, — Ужасное ощущение. Чувствовала, что попытка будет осуществлена. Но когда начались занятия, мои видения изменились. И я поняла, что несчастье непременно предотвратят. Правда, не знала как именно. Я успокоилась, решив, что преградой послужат ловушки. Теперь понимаю, что это была ты, Беляна. Именно твоё появление запустило цепь событий, которые привели к сегодняшней развязке.

— Разве? — горько усмехнулась Белка, — Я была так глупа! Таскала повсюду мамину книгу, не понимая, как она может быть опасна.

— Твоя книга, Беляна, всего лишь позволила Ро̀славу не искать других способов проникнуть в Диковинницу. Ведь он, — Властелина задумчиво потёрла лоб, — Непременно нашёл бы их.

— Не в этом, так в следующем году…

— Верно. И именно вы с друзьями стали внимательней присматривать за Книжницей, вовремя обнаружив напасть.

— Друзья — да. Но я была совершенно беспомощна. Лихо сумел задержать только Лесогор.

— Нет, ты. И твоя отличная память. Лѝхард ничем не смог бы помочь, не знай наверняка, что нужно делать.

— Замкнутый круг, — пробормотала Беляна.

— Некоторым событиям просто суждено исполниться. Другие, даже несчастливые, должны произойти для того, чтобы не свершилось гораздо большее зло. Тебе было предназначено вызвать доверие домового, пройти через портал, и защитить Диковинницу.

— Я была не одна.

Властелина хитро сощурилась:

— Возможно, Лѝхард оказался в Диковиннице тоже не случайно.

Она встала и мягко улыбнулась, намекая на окончание разговора. Беляна проглотила висящий на языке вопрос о случайностях. Зато задала другой:

— Мне можно его увидеть? — промолвила тихо.

— Ро̀слава? — уточнила Наставница.

— Да.

— Разумеется, Беляна. Но у вас не будет много времени. Совсем скоро за ним придут.

* * *

У кабинета Зарубича дежурили четверо дружинников амбалистого вида с бесстрастными лицами и одинаково тяжёлыми подбородками. С её приближением они расступились, и Беляна лишь протянула руку, как дверь бесшумно отворилась, пропуская её в показавшееся мрачным помещение.

Хозяин кабинета отсутствовал. Лишь Ро̀слав, ссутулившись, в полном одиночестве стоял спиной к окну. Хмурый и побледневший, он не походил на себя. Словно радость навсегда покинула его душу, заставив в один день стать на десять лет старше. Услышав шаги, он поднял голову и устремился навстречу, порывисто прижимая Белку к груди:

— Ты… — пробормотал с облегчением, — С тобой всё в порядке?

— Угу, — буркнула она, не понимая — то ли сердиться, то ли плакать.

— Не вынес бы, случись что-нибудь с тобой, — хрипло прошептал Рос.

Беляна замерла, и какое-то время не могла проронить и слова. Пока не заговорила совесть. Всего час назад она смотрела в глаза кипящей от ярости Светлане и принимала утешения всё ещё бледного от кровопотери Славера. А теперь вот… обнимается с их противником.

— Ты мог остановиться, — отдалилась она, а в её словах проскользнула боль, — Если так беспокоился обо мне, ты должен был остановиться!

Ро̀слав с сожалением покачал головой, и Белка закрыла глаза от безысходности.

— Не понимаешь? — заговорил он, одаривая её взглядом, полным горечи, — Это ничего не изменило бы. Ты уже была в портале. Я лишь надеялся, что застрянешь в Пещере желаний — самой безопасной из ловушек. И приказал Лиху ни в коем случае тебе не вредить.

Внезапно Белке захотелось, чтобы всё происходящее оказалось страшным сном. Пусть самым жутким из её кошмаров, самым продолжительным, только бы не правдой.

— Всё равно, — еле слышно проворчала она, — Я бы вышла оттуда, и всё было бы по-прежнему.

Или нет.

— Я не собирался останавливаться, Белка. Ничто не могло заставить меня сойти с выбранного пути, — так же тихо ответил Рос.

Силы небесные. Это реальность, — заныло сердце, — Ничего нельзя изменить!

— Сделанного не воротишь, — добавил он, — Вам, троим, не стоило вмешиваться.

Снова несправедливость. Значит, это им нужно было остановиться, а не ему? Тем не менее, сил сердиться на Роса не осталось. В голове стучала только одна мысль. Он уйдёт. Уйдёт навсегда, и они больше никогда не увидятся!

— Ты вырвал страницу из моей книги, — с горьким упрёком проговорила Беляна, — Притащил те злосчастные тюльпаны только затем, чтобы проникнуть в комнату.

— Ты перестала носить её с собой, — бросил в ответ Ро̀слав.

— Это твоё оправдание? — взвизгнула она, — Некоторые заклинания в книге были опасны, а значит, не для чужих глаз!

— Верно. У меня не было выхода, — согласился он и добавил после паузы, — Но цветы я принёс не поэтому.

— Врёшь! — разозлилась она, — Ты… ты даже не поцеловал меня! — выпалила неожиданно для себя самой и прикрыла рот ладонью.

Вздрогнув от её слов, Ро̀слав шагнул навстречу. Отчаянно сгрёб её в охапку и обнял крепко-крепко, прижавшись к макушке щекой:

— Моя синеглазая, — порывисто шептал он, — Ты только что сделала меня самым счастливым на земле!

— Так и не нашёл времени… — укоризненно прошелестела Белка.

— Сначала ты не была готова, — тихо напомнил он, трепетно поглаживая её спину.

— А потом? — она и сама не верила, что говорит об этом.

Случившееся сегодня и предстоящая разлука смели все барьеры, оставив только боль и безнадёжность. Не суждено. Казалось, впереди ещё уйма времени, что всё успеется, а оказалось… никогда! Сердце сжалось так, что Белка даже зажмурилась.

— Потом… опасался тебя спугнуть, — понизил голос Ро̀слав.

— Чем? — не поняла Беляна.

— Тем… — он умолк, будто раздумывая, — Тем, что у меня не только зрачки вертикальные, — признался хрипло.

Она вздрогнула в его объятиях, но он прижал её теснее:

— Да-да, ты не ошиблась…

— Ты аспид, — вспомнила она, поднимая глаза, — Наполовину… ну, конечно. Что ещё?

Бросив виноватый взгляд, Рос приоткрыл губы.

— О небо, — тихо воскликнула Беляна, отшатнувшись, — У тебя…

— Раздвоенный язык, — кивнул он.

— Но других девушек ты целовал!

Ещё более глупая фраза. Вместо того чтобы испугаться, взыграла нелепая ревность. Ну что с её головой?

— С другими я легко себя контролировал, — он почти улыбнулся в ответ на её нечаянную реакцию, — Ты же непременно заметила бы… потому, что сводишь меня с ума.

Чёрные глаза задержались на её губах, когда он медленно приблизился:

— Что скажешь теперь, когда знаешь?

Ох, уж этот его бархатный голос…

А может, всего на одну минуточку представить, что всё по-прежнему? Что ничего плохого не случилось и сейчас им только предстоит кружиться в восхитительном вальсе. Вдвоём. Что все последующие события можно предотвратить. Но непременно снова…

Их дыхания на миг соприкоснулись, когда она отклонилась, пряча взгляд:

— Рос, теперь я знаю не только это. Чего ты от меня хочешь?

— От тебя я хочу всего, — улыбнулся он из-под ресниц и опустил руки.

Чуть заметно встряхнув головой, Беляна отступила назад. Пытаясь сгладить неловкость, сменила тему:

— Как ты собирался вернуться из портала?

— Хм… — иронично хмыкнув, Рос скрестил руки на груди, — А ещё отличница. Я как-никак сын Подземного Владыки, синеглазая.

— Ты бы просто… Ты умеешь проваливаться под землю? — после секундного раздумья догадалась Белка.

Он едва заметно кивнул.

— Тогда почему не возник прямо в Диковиннице?

— Потому, что никто не знает, где она находится. Я тоже.

— Тогда у входа в портал.

— Э нет, — усмехнулся Ро̀слав, — Каждая пядь земли в проходе пропитана магией. Кроме той, на которой стоит Диковинница. Зачем рисковать? Я бы попал в кучу ловушек, а это вовсе не входило в мои планы.

— Откуда ты столько знаешь о портале?

Он сощурился и покачал головой, отказываясь отвечать.

— У тебя был сообщник, так ведь? — сообразила Белка, — Тот, кто знал о защите Диковинницы не понаслышке и рассказал тебе. Кто это?

— Белка, — вскинул брови Ро̀слав, — Разумеется, я не скажу тебе, кто этот человек. Тем более он не помнит, о чём болтал и с кем.

— Заклинание памяти? — уточнила Беляна, и тут же отмахнулась — Не важно, даже если он потом забыл. Посвящённый с самого начала не должен был разглашать тайну, — она сердито сжала губы.

— Ему не пришлось выбирать, — пожал плечами Рос, — Это ещё один мой дар. Убеждение.

— Что значит убеждение? — не поняла Белка, — Никогда не слышала о нём.

— Дар убеждения даёт возможность подавлять чужую волю. Человек чувствует то, что прикажу я. Действует, как хочу я. Исполнение моих желаний становится для него делом первостепенной важности. Даже ценой жизни.

— О боги… — опешила Беляна, — Но в таком случае ты владеешь страшной силой! — она сглотнула и подняла на него испуганные глаза, — Часто им пользуешься?

— Не волнуйся, синеглазая. Я никогда не применял его к тебе. Ты бы почувствовала.

— Как? — нетерпеливо поинтересовалась девушка.

— Ты не захочешь этого знать.

Его голос обволакивал нежным шёлком, и ей наоборот, даже очень захотелось… узнать.

— Как? — повторила настойчиво, снедаемая любопытством.

— Ну, что ж, — он пожал плечами, — Никогда не мог ни в чём тебе отказать.

Рос коснулся её щеки лишь на миг, склоняясь к самому уху:

— Что ты хочешь почувствовать, синеглазая? — окутал её ласковым шёпотом, — Страх, сомнение, спокойствие… а может быть, желание? Нет, пожалуй, с желанием пока повременим…

Фантастической волной накрыл Беляну необъяснимый восторг. На какую-то секунду она почувствовала себя совершенно счастливой, растянув губы в блаженной улыбке. Но лишь на мгновение, следом за которым, словно удар, последовало разочарование. Её ноги подкосились, и она непременно упала бы, не подхвати её Ро̀слав, то ли удерживая, то ли обнимая.

— О, небо, — промолвила она, пытаясь выровнять дыхание, — Это было…

— Неплохо, правда? — его тон был полон тщеславия.

— Неплохо? Я почувствовала себя идиоткой! — возмутилась Белка.

— Ты сама просила, — поднял он брови, помогая ей присесть, — Прости.

— И ты всё это можешь? Всё, что перечислил? — распахнула глаза девушка, покраснев до самых корней волос.

— И не только… — с весьма прозрачным намёком сощурился он.

Беляна закрыла глаза, делая несколько глубоких вдохов. Ничего себе дар! — со смесью восхищения и ужаса думала она, — Не мудрено, что Ро̀слав скрывал его. Да одного этого… убеждения… достаточно, чтобы подчинить любого ведуна! А значит, обладать какой угодно силой, по желанию наследника Подземного Владыки. Страшно подумать, на что он способен!

— У меня к тебе тоже вопрос, — прервал её размышления Рос.

Слегка покачиваясь, он присел на стул. Похоже, использование дара и у него отбирало немало сил. Пока. То ли ещё будет.

— Что? — вздрогнула Белка, отвлекаясь от раздумий.

— Как ты спаслась в портале? Я приказал Лиху не причинять тебе вреда, но ты не могла самостоятельно обойти все ловушки.

— Мне помогли, — пожала плечами Беляна, — Там был Лесогор.

— Лесогор? — Ро̀слав вскочил, и глаза его сверкнули недобрым огнём, — Как он там оказался? — раздражённо рявкнул он.

— Я не знаю, — невозмутимо ответила Белка.

— Даже так… — задумчиво протянул Рос, усиленно потирая ладонью лоб.

— Вначале я подумала, что он и есть хозяин Одноглазого. Но при нём не оказалось куклы… — увлечённо продолжила Беляна, — А потом, чтобы дать Светлане и Богдану время найти… как выяснилось, тебя, мы с Лѝхардом пытались задержать твоё жуткое чучело.

— Лѝхардом, — с иронией повторил Ро̀слав.

— Что? — не поняла Белка.

— Ты назвала его Лѝхардом.

— Вероятно, потому, что это его имя, — вскинула она брови.

Подозрительно сощурившись, Гордар пристально разглядывал Беляну, словно видел впервые. Девушка удивлённо округлила глаза:

— Почему ты так на меня смотришь? — тревожно спросила она.

— Он пытался… — Рос помедлил, подбирая верные слова, — Он… ничего с тобой не сделал?

— Почему он должен был что-то мне сделать? — удивилась Белка и добавила ядовито, — Злодей у нас — ты…

— Разумеется, — криво усмехнулся Рос.

— Так вышло, Ро̀слав, — сощурилась девушка, — Именно Лесогор, а не ты спас меня в портале. Я на каждом шагу попадала в ловушки, и непременно погибла бы, не окажись он рядом.

— Значит, Леший решил поиграть в благородство, — помешкав, пробормотал Рос, — Любопытно, как это ему удаётся?

— Что ты имеешь в виду под этим своим "поиграть в благородство"? — почти рассердилась Беляна.

Глубоко вздохнув, Ро̀слав бросил на неё хмурый взгляд:

— Ты же знаешь, он мне не нравится, — произнёс мрачным тоном.

— Это не ответ, — возразила девушка, — Быть может, он тот, кого предпочла тебе Звонкова дочка? — насмешливо предположила она.

— Я не собираюсь говорить о Лешем! — с угрозой в голосе ответил Рос, и отвернулся к окну, яростно стиснув зубы.

Моргнув от неожиданности, Белка сконфузилась. Похоже, целясь пальцем в небо, она случайно попала не в бровь, а в глаз.

Внезапно за дверью послышался какой-то шум, и через пару секунд она распахнулась. На пороге, лёгкий на помине, оказался Лесогор, глаза которого метали искры. Два амбалистых дружинника пыхтели за его спиной, безуспешно пытаясь оттащить Лешего назад.

Белка наблюдала эту живописную картину, думая о том, что даже понятие "амбал" меркнет рядом с Лѝхардом. Так же, как "два амбала", дёргающих его с обеих сторон с успехом баранов, атакующих стальные ворота. Кстати, у дверей их было четверо — мысленно хихикнула Белка — Где же двое остальных?

— Почему Вы здесь? — обратился Лесогор к девушке, стараясь придать голосу спокойный тон, — Кто разрешил?

Охранники с багровыми от натуги лицами по-прежнему болтались на его плечах, не в силах сдвинуть великана с места.

— Вла-вла-властелина… — пробормотала Белка и сглотнула.

Дружинникам удалось порвать его рубашку, и теперь вояки свисали с её рукавов, как бультерьеры с фуфайки. Сравнение показалось Белке смешным, и она сжала губы, скрывая улыбку.

— Здесь достаточно защитных заклинаний, чтобы я не исчез, — ледяным тоном проговорил Ро̀слав, — И я никогда не причиню ей вреда.

Он медленно повернулся от окна, и Беляна впервые осознала, что перед ней не человек. При взгляде на Лешего глаза Аспида стали отливать багровым. Одна за другой в них отражались противоречивые эмоции — от лютой ненависти до вынужденной признательности. Синхронно с ними сжимались и разжимались кулаки Роса.

Сверля друг друга убийственными взглядами, мужчины, казалось, ведут немые переговоры. Ярость мальчишки поначалу ничуть не задевала Лесогора, но вскоре напряжение между ними натянулось до предела, загудев, как высоковольтная линия. Леший первым отвёл глаза, но лишь для того, чтобы вопросительно взглянуть на девушку.

Беляна согласно кивнула, подтверждая, что со стороны друга, пусть и бывшего, ей ничего не грозит. Лѝхард ещё раз внимательным взглядом окинул кабинет Зарубича, фигуру Ро̀слава, и, задержав его на Белке, нехотя отступил назад. Дверь за ним мягко закрылась. Крики и возня за ней вскоре стихли. Электричество в воздухе помалу растворилось в наступившем безмолвии.

— Я узнавала, тебя не станут наказывать, — тихо промолвила Беляна, нарушая звенящую тишину, — А просто отправят домой.

— Домой? — криво усмехнулся Рос и замолчал, снова скрестив руки на груди.

Белка остолбенела, испугавшись собственных догадок:

— Что тебя там ждёт? — со страхом пролепетала, шагнув к нему.

— Мягко говоря, это не терновый куст, синеглазая, — медленно пробормотал он.

— Что ты имеешь в виду? — в её горле внезапно запершило.

— Только то, что сказал.

— Говори! — приказала она, и её голос сорвался, — Я уговорю Властелину сменить тебе наказание!

— Ты никого. Не будешь. Просить за меня! — отчеканил Рос.

— Нет, буду! Просить, умолять, плакать. Что угодно, лишь бы…

— Осторожно, Белка, — угрюмо предупредил он, — Не говори того, в чём не уверена. Потому, что в этом случае ничто в мире меня не остановит.

— Рос… — ошеломлённо пробормотала она.

— Я справлюсь, синеглазая. Приму положенное наказание. И рано или поздно найду способ добиться, чего хочу! — его голос звучал твёрдо, а черные глаза вдруг стали бездонной пропастью, — Ты не понимаешь, что во мне живёт. Мой отец столетиями отсиживался под землёй. Но я не он. Сила — это не Щит, её невозможно запереть в Диковиннице!

— Далась тебе эта Диковинница! — взвизгнула Белка, — Если ты так силён, что тебе там понадобилось? — от досады она сжала кулачки, — Ты всё испортил! Предал нас! Чуть не убил Богдана! Ради чего?

— Я никого не предавал! — взревел Ро̀слав, — Это был честный бой, и я никогда не взял бы ничего, что не принадлежало моей стране!

Беляна удивлённо вскинула брови.

— У каждого своя правда, не так ли? — тихо добавил он, сощурившись, — С точки зрения моего народа, Диковинница — не что иное, как склад украденных вещей.

Белка отшатнулась в изумлении. Очевидно, им никогда не понять друг друга. Украденных вещей? Вещей, которые в состоянии уничтожить целый мир? Такой прекрасный и любимый ею мир! Но таким ли он будет без него… Нет-нет, она не влюблена…

— Я надеялся, что когда-нибудь у нас будет общая правда, и тогда ты пойдёшь со мной.

— У нас разная правда, и разные дороги, Рос, — пробормотала Белка.

— Тогда пожелай мне удачи в моей, — горько усмехнулся он.

— Нет. Я никогда не смогу принять того, что ты хочешь сделать.

— Ты ошибаешься. Не так уж это сложно, — Рос выпрямился и высоко поднял голову, — Послушай, Беляна. На моей земле и под ней когда-то было два могучих Властителя. Сначала Волхвы обезглавили отца, отняв у него Огненный щит Пламенное копиё — символ его власти. Затем исчез Кощей. И я думаю, его сила тоже находится на этом проклятом складе — в вашей Диковиннице. Вы получили благополучие, а мой народ разрознен. У нас идёт бесконечная война за господство. И я лишь хочу положить конец кровавой бойне. Вернуть Щит, подтвердив, что достоин занять престол отца. Взять власть в свои руки и с честью удержать её.

— Война идёт не только потому, что вас, как ты утверждаешь, обокрали! — возразила девушка, — Всё из-за того, что вы признаёте только силу, но не справедливость. Страх, но не мудрость!

— Да, мы такие, — сверкнул глазами Рос, — Аспиды, вурдалаки, волоты, упыри и волкодлаки. Но какими бы мы ни были — плохими ли, хорошими — это наша сущность — покоряться силе и могуществу. Ты ведь не считаешь, что нужно изменить природу и суть тысяч существ, подравняв их под остальных? Без нас не будет вас. Забыла, что мир держится на равновесии?

— Проблема в том, что ни Змиулан, ни Кощей никогда не могли ограничиться властью на своей земле. Сколько ни дай — всё мало!

— Борьба добра со злом вечна, — согласился Рос, выдерживая её гневный взгляд.

— И мы по разные стороны баррикад, — в тон ему добавила Белка и внезапно сощурилась, — Ты ведь давно знал, что сделаешь это. Не целовал меня, не желая себя выдавать. Да?

Он отвёл глаза, даже не пытаясь спорить.

— Отвечай!

Повисла тяжёлая пауза, в течение которой каждый думал о своём. Она раздражённо отвернулась в другую сторону.

— Да, я знал, зачем нахожусь здесь, — нарушил молчание Ро̀слав, — Моей первостепенной задачей было найти способ проникнуть в Диковинницу и взять Щит. Но если смогу получить и тебя…

— Нет, — решительно произнесла девушка, покачав головой, — Ты не сможешь получить меня. Только не так…

Выйдя из кабинета, Беляна на ватных ногах прошла несколько шагов и растерянно остановилась. Поймала себя на мысли, что не помнит, попрощалась ли с Ро̀славом. К горлу стремительно подкатывал предательский комок, а глаза изо всех сил боролись с готовыми вот-вот навернуться слезами. Зажмурившись, она обняла себя за плечи, пытаясь согреться и успокоиться. Встряхнула головой, силясь понять, куда теперь идти. Ах, да. На Велесовом холме её ждут друзья. Страшно подумать, что сегодня она могла потерять ещё одного из них…

Став тяжёлыми, словно на них надели цементные башмаки, ноги с трудом выполняли привычную работу. Большой зал внезапно показался длинным, как стадион. Ореховое дерево издевательски позвякивало листочками. Она шла, а цель, будто в ночном кошмаре, отодвигалась всё дальше.

Входная дверь широко распахнулась. В сопровождении Властелины в Ведарию вошли двое мужчин столь необычной внешности, что Белка ошеломлённо остановилась, с трудом сдерживая едва не упавшую челюсть.

Отбросив надвинутые на бесстрастные лица капюшоны, пришельцы направились в её сторону, позволяя рассмотреть себя во всей красе. А посмотреть было на что. Их движения отличались мягкой грацией, отдалённо сходной с пластикой Гордара. Высокие, стройные и широкоплечие, в длинных плащах и удивительным узором на коже, напоминающем змеиную чешую, они выделялись несомненной привлекательностью и пугающим взглядом ярко-красных глаз с чёрными вертикалями зрачков.

"Аспиды, — догадалась Беляна, — Явились за Росом".

Её сердце снова болезненно сжалось. Удивительные, бездушные и жестокие создания. В выражении лица первого ничего человеческого, он прошёл мимо неё, даже не удостоив мимолётным взглядом. Белка с надеждой заглянула в глаза второму. "Помогите ему" — прошептали её губы. Бровь мужчины чуть заметно дрогнула, и девушка с облегчением вздохнула, заметив, как он на мгновение прикрыл глаза. Обещание? Навряд ли она узнает, какая судьба уготована Ро̀славу, но теперь у неё появилась слабая надежда. Она благодарно моргнула, но аспид уже отвёл в сторону ничего не выражающий взгляд.

Выйдя из ворот Ведарии, Беляна открыла дверцу Ступки и тяжело опустилась на скамеечку. Увидятся ли они с Росом ещё когда-нибудь? Может, а главное, должна ли она хоть чем-нибудь помочь парню, в которого почти влюбилась?

* * *

В свете закатного солнца Светлана и Богдан поднялись на Велесов холм. И опустились на свежий, ещё пахнущий весной зелёный ковёр. Немного помедлив, широкая ладонь Славера скользнула снизу вверх по руке девушки, остановившись на плече, и ласково привлекла её ближе. Деванка, слегка смутившись, уютно примостила голову в углублении над его ключицей, и он улыбнулся, нежно касаясь губами её макушки. Насмешливо фыркнув и незаметно прикрыв от удовольствия глаза, Светка доверчиво прижалась к нему.

— Ты знал о его даре? — промолвила через минуту, щурясь от солнца, — Как ты догадался, что нельзя позволять ему себя касаться?

— Я предполагал, — неохотно ответил Богдан, — Всегда подозревал, что он обладает способностью как-то влиять на людей. А убедился, когда увидел, что он сделал с близнецами.

Текли минуты. Солнце неторопливо увязало в облаках на горизонте, раскрашивая их удивительными оранжево-красными оттенками. Они молчали, прислушиваясь к вечерней трели соловья вдали, шороху листвы и перешёптыванию трав. Какой-то неясный звук послышался в воздухе, и оба, как по команде, подняли глаза.

— Летит, — прошептала Светлана, слегка отстраняясь от парня.

Тот недовольно пропыхтел что-то нечленораздельное, но тоже отодвинулся. Описав в воздухе грациозный полукруг, на землю опустилась Ступка, сверкнув в закатных лучах отполированными до блеска боками.

— Виртуозно! — похвалил Богдан ловко выскользнувшую из летающего чуда Беляну.

Та благодарно улыбнулась в ответ, присаживаясь рядом с друзьями:

— Какой бесконечный день… — устало промолвила, с блаженным видом вытягивая ноги.

— Мне тоже кажется, что прошла как минимум неделя, — согласилась с ней Светлана.

— Или целая жизнь, — угрюмо добавил Богдан.

— Как поговорили? — не скрывая иронии, поинтересовалась деванка.

Нахмурившись, Беляна с досадой махнула рукой, пытаясь сдержать глубокий вздох сожаления.

Сорвав травинку, Богдан неосознанно сжал её зубами, но тут же выплюнул:

— Проклятье! — с мукой на лице прошипел, отворачиваясь от солнца.

Вновь повисла тишина. Густая, как желе, и весом в небесный свод. Даже Светлана растеряла свою язвительность, всем сердцем чувствуя удручённое состояние друзей.

— Словно нож в спину, — проворчала она, свирепо вонзив меч в землю. Сжав ладонями виски, с грозным видом уставилась на ставший кровавым закат.

Белка засопела и развернулась, опираясь о спины друзей. Не сговариваясь, они сели так, как делали, когда их было четверо — Юг, Запад, Восток… но на этот раз Север оказался пуст, и девушка с грустью смотрела на примятую, словно Ро̀слав только что встал, траву.

— Что ты молчишь? — тихо окликнул её Богдан, — Белка?

— Я волнуюсь за него, — ответила Беляна, пересаживаясь так, чтобы занять слишком большое пустующее место.

— Хм, — хмыкнула Светлана, — Ты в своём репертуаре.

— Не трудись, — убитым тоном произнёс Богдан, заметив её перемещения, — Север останется пуст.

— Он бессмертный. Сын самого Змиулана. Что с ним станется? — криво усмехнулась Светка.

— Бессмертного тоже можно убить, — прошептала Беляна, перестав, наконец, ёрзать, — На сердце как-то беспокойно.

— Знаешь, я тебе удивляюсь! — начала, было, возмущаться подруга.

— Ну не могу я в это поверить! — воскликнула Белка, — Всё понимаю, но сил нет — просто так взять и вычеркнуть его из нашей жизни!

— Её там не было, Свет, — тихо обратился к деванке Богдан, — Она не осознаёт, каков он на самом деле. И что представляет собой в настоящем сражении.

— Да, а ещё она не видела тебя, истекающего кровью! — съязвила Светка.

— Не говорите так, словно меня здесь нет! — всхлипнула Беляна, — Да, меня там не было. Я не дралась, и не видела… Я в это время…

"А что я в это время? Липла к Лесогору, как полоумная мартовская кошка…"

— Беляна тоже пострадала, — продолжил защищать подругу Богдан, — Мы с тобой хотя бы сражались с тем, у кого есть тело. Ей же достался бесплотный дух, которого невозможно победить. Плюс все ловушки портала.

— Хм… сражалась, — проворчала Белка, — Вся моя заслуга в том, что я, как ты верно подметил, Богдан, умудрилась пострадать. Остальное сделал Лесогор и вы двое.

— Скромница ты наша, — насмешливо пропела Светка, — Не знаю, каким чудом занесло в портал Лѝхарда, но кроме тебя никто бы не догадался, как справиться с Одноглазым. Мы все только и делали, что выполняли твои инструкции.

Беляна вздохнула, обняв колени руками, и положила на них подбородок. Ей не хотелось отвечать. Несмотря ни на что, она отчаянно скучала по Росу. Может, есть какой-то способ внушить себе к нему ненависть, а ещё лучше презрение, как у Светки…

— У нас была шикарная четвёрка, — глухим голосом произнёс Богдан.

— Да уж, — согласилась Светлана, — Ты из Заветного княжества, я деванка, Рос, как выяснилось, сын Подземного Владыки, Белка… — девушка осеклась.

— Да ладно тебе, Свет, — невозмутимо отозвался Богдан, — Не такой уж я тупой.

Беляна растерянно прокашлялась, напоминая, что она всё ещё здесь. Светлана легонько подтолкнула её плечом.

— А… он тоже догадался? — смущённо промолвила Белка.

Кто бы мог подумать? Мучительно даже произносить его имя.

— Не знаю, мы это не обсуждали, — признался Славер, — Но он не дурак.

— Он умнее нас всех, — язвительным тоном вмешалась Светлана. И в ответ на напряжённое молчание друзей добавила, — Что? Только я так зла на него?

— Нет, — коротко ответил Богдан и продолжил после паузы, — Не только ты. Но он был моим лучшим другом.

— Он не был другом ни тебе, никому из нас! — громко возмутилась Светлана, — Это мы сидим здесь втроём, и рвём себе души на куски. А у него за пазухой всегда был припасён здоровенный булыжник, способный удавить не только всех нас, но и тех, кого мы любим!

— Ты права, Свет, — тихо ответила Белка, — Во всём. Но всё равно больно.

— Зачем ему понадобился этот Огненный Щит? — поинтересовался Богдан, — Он ведь и так наследник Подземного Владыки.

— Огненный щит Пламенное копиё — утраченный символ власти царя Змиулана, — безжизненным тоном объяснила Беляна, — Я так поняла, Владыка давно смирился с его потерей, несмотря на царящие в стране беспорядки. Чего не скажешь о Ро̀славе.

— Погоди, — нахмурилась Светлана, — Я понимаю, зачем Змиулану Огненный Щит. Но зачем ему наследник? Ведь Подземный Царь бессмертен…

— Ро̀слав собрался вернуть символ власти своей стране, и тем самым доказать, что является достойным преемником.

— Не слабо, — присвистнул Славер, — Солидные амбиции. Но я бы не назвал Огненный Щит только символом. Это, прежде всего, сокрушительное и смертоносное оружие колоссальной силы.

— Которое, к счастью, до сих пор находится в Диковиннице, — напомнила деванка.

— Да, — с убитым видом согласилась Беляна и опустила глаза, — А Рос у Подземного Царя…

— Мы должны забыть, и жить дальше, — решительно заявила Светлана.

Глава 18

Лесной портал

Следующим утром ушастая Бусинка жестом, полным достоинства, велела воротам Ведарии закрыться за последними студентами. "Вот и всё", — одними губами шепнула Белка, бросая унылый взгляд на любимое до боли здание. Витка дрожала на руках, пряча мордочку в подмышку хозяйки. Кошечка боялась всего, что выходило за рамки привычной девичьей горницы, ещё не догадываясь о том, что ей предстояло путешествие в другой мир. Приласкав пушистую трусишку, Беляна вздохнула, догоняя опередившую её на несколько шагов Светлану.

Кукушка, пулей пролетевшая перед носом, первой встретила подруг в доме Радмилы. Взвизгнув от неожиданности, Светлана умчалась наверх, а Белка, опустив испуганную кошечку на пол, присела за стол. Пока киса на полусогнутых лапках исследовала помещение, напротив девушки, подёргивая ушками-воронками, появился домовой.

— Баламут… — искренне усмехнулась Белка

— Скучал, — неохотно признался тот, сделав неловкую попытку улыбнуться.

— Я тоже, — кивнула она.

— У меня заканчиваются краски, — нахмурил нос коротышка.

— Купим новые, — заверила его Беляна и печально вздохнула, подбирая с пола Витку, вьющуюся возле ног.

Кошечка, потоптавшись, уютно устроилась на коленях девушки, за что удостоилась косого взгляда Баламута.

— Что? — пробасил он после паузы, всё время которой потратил на разглядывание пушистой гостьи.

Белка в недоумении подняла глаза. Домовой вопросительно развёл ручонками:

— Что ты хотела спросить?

— Я? — удивилась Беляна, — Ничего, вроде… — она задумалась, — Хотя…

— Давай быстрей, и иди за красками, — проворчал Баламут, напуская на себя сердитый вид. Услышав, как Витка тихонько заурчала под ласковыми пальцами девушки, он завистливо сжал губы.

И она рассказала о своём сне накануне злополучного дня. Шаг за шагом, словно прокручивая киноплёнку в голове.

— Мы танцевали. Мне было так легко и спокойно, но потом… словом, внезапно я поняла, что рядом совсем другой. И что он… — конец фразы Беляна почти проглотила, залившись румянцем, и помимо воли прикоснулась пальчиками к губам.

Изучающе глядя на Беляну, домовой молчал. Пока не понял, что продолжать девушка не намерена:

— Оба сюжета означают одно и то же, — склонив голову набок, объявил Баламут, — Один из четверых уйдёт из твоей жизни.

— Я так и подумала, — тяжело вздохнула Беляна, — Я так глупа! Могла бы догадаться раньше. Это можно было предотвратить? — с отчаянием взглянула она на домового.

— Нет, — мотнул головой Баламут, — Тебе было прямо сказано: "Ты ничем не сможешь помочь". А вот окончание твоего сна означает, что…

— Я догадываюсь, что означает окончание моего сна! — перебила его Белка, вспыхнув.

— Ну, как знаешь, — пожал плечиками Баламут, странно зыркнув на неё близко посаженными глазками.

— Ничего оно не означает, — пробурчала себе под нос девушка.

— Тогда иди в лавку, — хмыкнул домовой, протягивая ей откуда-то взявшуюся корзинку.

Едва начав переодеваться, Белка обнаружила, что все её вещи измяты. Кроме лавандового платья, которым она собиралась порадовать бабушку сегодня ночью. Идти в художественную лавку в самом лучшем наряде? Белка хмыкнула. Но возиться с глажкой хотелось ещё меньше, так что выбирать не пришлось.

И как это она не додумалась научиться у Цветаны ещё и гладить! Нет, нельзя злоупотреблять добротой рукодельницы. Придёт время осилить и эту науку. А пока хватит с неё и пятен, с которыми она справляется на ура.

Забрасывая вещи обратно в сундук, Беляна наткнулась на большой свёрток чёрной, удивительно приятной на ощупь ткани. Рубашка Лесогора. Та самая, из русалочьего полотна, которую он набросил ей на плечи, когда она чуть не окоченела в морозной ловушке. И как она могла забыть? Впрочем, ничего удивительного — они же повздорили перед самым выходом из портала. Сильно повздорили.

Уф-ф… эта сорочка в золоте стоит больше, чем весит. А ей сегодня ночью предстоит исчезнуть из этого мира. Леший ещё подумает, что она её украла… — мысленно съязвила Белка. Ничего, разумеется, он не подумает, но вернуть всё равно нужно. И извиниться, кстати, не помешает. Потому что она, как обычно, была не права.

Так и быть, — отважно решила Беляна, — куплю краски для Баламута, и заодно заскочу в Ведарию. Но как же туда попасть? Ведь сегодня утром кованые ворота закрылись до следующего учебного года. Внезапно Беляну осенило. Мамино заклинание! — обрадовалась она — Вот и пригодилось! Хотя… никогда бы не подумала, что придётся открывать чужие замки. Но ведь другого варианта нет?

Аккуратно складывая рубашку, Белка отогнала мысль о том, что пытается глубже дышать, стараясь уловить знакомый аромат. Уложив свёрток в рюкзачок, заглянула в зеркало и счастливо усмехнулась.

Хороша! Это платье и впрямь делает её похожей на эльфийскую принцессу. Короткие взлохмаченные волосы теперь отросли до лопаток, став гладкими и сияющими, словно жемчуг. Она научилась делать из локонов замысловатый пучок на затылке, придающий образу налёт изысканности.

Похоже, права Светлана, она действительно становится привлекательней. А если станет практиковать светлую магию, когда-нибудь догонит и Ярославну. В мечтах, например, — ухмыльнулась она своей самонадеянности.

И всё же, каким бы невероятным это не могло показаться, синие глаза уже сейчас сияли под тёмными длинными ресницами, а губы не нуждались ни в каком блеске. И не только они. Беляна наверняка подумала бы, что девушка прелестна, не знай, что там, в зеркале, её собственное отражение.

А может, вовсе не в магии дело, а в том, куда она собралась? Но в этом Белка тоже не захотела себе признаваться. "Вот уж глупости какие… просто отдам рубашку, и всё!" — фыркнула себе под нос, надевая изящные, расшитые серебряной ниткой туфельки.

— Куда собралась? — встретила её вопросом Радмила.

— За красками для Баламута.

— А красивая какая… — восхищённо покачала головой Рада.

— Больше нечего надеть, всё мятое, — застенчиво оправдалась Белка.

— Обе красавицы, — улыбнулась женщина, — Светлана тоже нарядилась и убежала куда-то.

— К Богдану, куда же ещё, — ответила Беляна, усмехнувшись.

— Хм… — задумалась Радмила, — Чего только не бывает…

— Ты о чём, тётя Рада? — обернулась уже от порога Белка.

— Да так, ни о чём, — простодушно махнула рукой та, — Иди уже… за красками.

По городу Беляна шла, ловя на себе восхищённые взгляды не только мужчин, но даже женщин и мальчишек. "Вот уж действительно, вырядилась", — смущённо думала она, впрочем, получая несомненное удовольствие от созерцания открытых настежь ртов.

Быстренько выбрав краски для домового, она запаслась ещё парой пачек бумаги и новой кисточкой. Закончив покупки, сложила их в рюкзачок, и только теперь поняла, насколько он не подходит к её наряду. Нужно было всё-таки взять симпатичную корзинку, которую настойчиво подсовывал Баламут.

Ведария выглядела непривычно пустой и тихой, словно отдыхала, прикрыв от усталости глаза. Так, наверное, выглядит спящий великан, — взыграла Белкина фантазия. Глупое сравнение… разумеется, огромное здание не могло быть живым.

Чудесный парк теперь целиком находился во власти птиц. И они по этому поводу восторженно заливались трелями, которые были слышны издалека.

Она так любила здесь каждый закоулок! И сад, который даже зимой оставался летним. И тенистые аллеи с цветами и уютными беседками. И мягкую шелковистую траву, на которой они так любили сидеть… вчетвером…

Сердце сжалось от боли.

Ро̀слав… Где он сейчас? Что с ним? А вдруг в этот самый момент он отчаянно нуждается в помощи друзей, которые так легко от него отказались!

Легко ли?

Богдану эта схватка едва не стоила жизни. Глядя на Светлану, можно с уверенностью сказать, что деванка не пережила бы потери. Их отношения со Славером напоминали вулкан, который от взрыва отделяет лишь тоненькая перегородка из выдержки, самообладания и чего-то ещё, чего Белка до сих пор не разгадала. Но рано или поздно вулкан проснётся. Только слепой не заметит, что эти двое созданы друг для друга. И если с одним из них что-то случится, даже представить страшно, что произойдёт с другим.

Беляна понимала, за что они ненавидели Роса. Но сама так и не сумела обнаружить в себе это чувство.

Вместо этого она идёт сейчас к Лешему. Ха! К тому самому, что пробудил в ней такие сильные ощущения, о которых она и в книжках-то не читала.

Ну да, идёт. В частности для того, чтобы убедиться — её странное поведение вызвано лишь проделками Пещеры Желаний. Не больше, понятно?

А потом… потом она будет скучать о Ро̀славе.

Или не будет. Потому что смерть Богдана причинила бы невыносимую боль и ей, Белке. И она даже думать не хочет о страданиях любимой подруги! Не говоря уж об Огненном Щите в руках Змиулана или его наследника. Сколько горя и смертей принесли бы они в этот мир!

Ну вот, кажется, у неё всё же получается вызвать в себе злость на Роса. Самое время, — сконфуженно усмехнулась она, — потому что вот они ворота, которые нужно открыть маминым заклинанием. И если получится, всего через несколько минут она увидит Лесогора.

Ворота с лёгкостью поддались магии, послушно распахнувшись перед молодой ведуньей. Оглянувшись по сторонам, она на цыпочках прошмыгнула через Большой зал и взлетела по лестнице на второй этаж. Перед кабинетом остановилась, пригладив и без того безупречную причёску, и решительно вошла.

Кабинет Мироздания оказался пуст. Должно быть, Леший уже ушёл к себе. Но любопытство таки взяло верх и, бросив рюкзачок на стол, Беляна осторожно толкнула дверь, ведущую в портал. Ни скрипа, ни шума. Дверь не поддалась.

И на что она надеялась — что вот так легко проникнет во владения Лесного Владыки? Разочарованно вздохнув, Белка повернулась к выходу, раздумывая, не воспользоваться ли ещё раз маминым заклинанием. Но нет, оно не подходит для магических замков…

Неожиданно в спину дунул свежий ветер, и она неуверенно обернулась.

В распахнувшемся портале от урагана гнулись вековые деревья. Небо было чёрно от туч, которые, разрываемые молниями, неслись с бешеной скоростью, казалось, прямо над головой. В сотне шагов, среди необъятных исполинов возвышался один, ещё более громадный дуб. Две внушительные скелетные ветви возносились к небосводу, надёжно подпирая его. Могучие корни гигантскими канатами широко расходились по земле. Древо мерно раскачивалось. Казалось, это не оно склоняется по велению бури, а буря подчиняется его величию.

Поразмыслив мгновение — была, ни была, когда ещё представится такая возможность — Белка сделала шаг вперёд. Ураган сразу сбил её с ног. В шуме ветра различался неистовый рёв, едва не громче громовых раскатов. Упав на колени, и почти оглохнув, Белка испуганно попыталась отползти назад, к выходу. Но дверь, впустившая её сюда, бесследно исчезла…

Идиотка! — выругалась она про себя, — Ничему-то жизнь тебя не учит. Мало было одного портала? Ты в другой полезла? Внезапный страх пробрал до костей. Где же Лесогор? Если она не сможет отсюда выбраться, никто никогда не узнает, где она. И придётся умереть здесь, от голода и холода.

Прижавшись к земле и закрыв руками уши, Белка пыталась усмирить разбушевавшуюся не хуже урагана фантазию. Во-первых, Лешему больше нечего делать в Ведарии, и он вернётся в свой лес. И возможно, она к этому времени ещё будет жива. А во-вторых, есть же Светка и Радмила. Они уж точно станут её искать. Правда, ни одна из них не в курсе, что ей вздумалось нанести этот визит вежливости…

О, боги… ведь если она не вернётся сегодня домой, следующего новолуния придётся ждать целый месяц! Вера Сергеевна с ума сойдёт от беспокойства!

Стоп! Не паниковать. Из этого портала, в отличие от того, что прячет Диковинницу, должен быть выход в обычный лес. Нужно только переждать бурю. Спрятаться от пронизывающего колючего ветра, как-нибудь согреться и подумать.

Беляна открыла один глаз. Из всего окружения доверие внушал только тот здоровенный дуб. На вид он был достаточно старый, и выглядел как покровитель, способный защитить и обогреть. А если повезёт, — мысленно хихикнула девушка, — в нём может оказаться дупло. Закрыв глаза от пыли и лишь иногда приоткрывая их, чтобы не терять направления, она поползла к размеренно покачивающемуся гиганту.

Внезапно очередной порыв ветра сломал большую ветку, и она упала прямо перед Белкиным носом, оцарапав ей руку. От неожиданности и боли девушка вскрикнула. Ей стало жаль себя, а от отчаяния к горлу подступил противный комок. В попытке рассмотреть, что с рукой, в глаза надуло песка. И вдруг громоподобный рёв вывел её из оцепенения:

— Что Вы здесь делаете?!

Этот голос не звучал, как человеческий. В ужасе Беляна подняла голову. С ней разговаривал тот самый дуб, к которому она направлялась. Ошалело моргая, забыв про царапину, девушка смотрела, как огромное дерево приближается к ней, одновременно уменьшаясь в размерах. Вот оно уже всего метров шести высотой, четырёх, вот совсем близко. Корявые ветви втягивались внутрь, кора разглаживалась и светлела. "Дупла в нём точно нет", — пискнуло несокрушимое чувство юмора.

В голове пронеслось какое-то смутное воспоминание и потерялось, так и не успев оформиться. Она неожиданно почувствовала, как сознание охватывает необъяснимый туман. Мысли в этом мареве смешались, а затем охотно и безмятежно растворились, уступив место единственному и непреодолимому желанию — немедленно оказаться рядом.

Тем временем, буря стихала. Он приближался, хотя часть его понимала, какая это ошибка. "Не сможешь сопротивляться", — пронеслось в голове предупреждение старого друга. Но цель была так близка, что ноги помимо воли продолжали совершать тяжёлые шаги в её сторону.

Трёхметровый, ещё не до конца преобразившийся Леший поднял её, как котенка, и поставил на ноги. В потемневших до хвойного цвета глазах сверкали молнии. Остатки разорванной в клочья рубашки открывали взгляду огромное сильное тело, состоящее сплошь из мускулов.

Беляну окатило горячей волной узнавания. Неуверенно приблизившись к Лѝхарду, она нежно коснулась ладонью его груди и, встав на цыпочки, обвила руками плечи.

Прикосновение послало упоительную дрожь по его телу, и рука сама поднялась, чтобы обнять тонкую талию. Взгляд встретился с широко распахнутыми синими глазами, которые теперь сияли счастьем. Он стремительно притянул её к себе, склоняясь всё ниже.

Закрыв глаза, девушка потянулась к нему губами, сложив их "уточкой".

Брови Лешего удивлённо взметнулись вверх. Мысли лихорадочно заметались, путаясь в голове, разрывая его на части.

"Не смей!" — галопом пронеслась одна из них и скрылась на задворках сознания.

"Она не умеет целоваться!" — злорадно захихикала другая.

Догадка о том, что он первым коснётся этих губ, заставила почти потерять самообладание. И он зарычал, прогоняя её невероятным усилием воли.

"Сжалься. Она всего лишь девчонка", — прогалопировала очередной круг мысль по имени совесть.

"Вот именно. Научи девочку правильным поцелуям…" — ехидным фальцетом возразил цинизм.

В ожидании она доверчиво приникла к нему, и его неуёмное желание, разрушив последнюю преграду, одержало заслуженную победу.

"Не могу сопротивляться!" — в отчаянии простонал помутневший рассудок.

Склонив голову, он деликатно коснулся губами "уточки", поддразнивая её. Ощутил, как от легкого прикосновения у девушки остановилось дыхание, и повторил, уже слегка настойчивей. Разгадав, что от них хотят, её губы смягчились, приоткрываясь навстречу, и он проник в них нежно, всё сильнее пьянея от блаженства. Едва осознавая, с каким трудом сдерживает дикое желание ворваться безудержным и исступлённым потоком. Ответный поцелуй был совсем невинным, но у него закружилась голова. Как он жил без этого? Отчего такие неловкие ласки кажутся слаще всего, что приходилось испытывать за целое столетие?

"Моя!" — едва родившийся собственнический инстинкт удовлетворённо облизнулся, не скрывая триумфа.

"Сжалься!" — едва слышно выдохнула совесть, прервав, наконец, свой безумный галоп.

Он со стоном отстранился. От гулких ударов сердца земля содрогалась под ногами.

— Что со мной? — пробормотала Беляна, не в силах оторваться от его дыхания. И тут же, словно не желая слышать ответ, прижалась ещё теснее.

"Пощади. Не калечь ей жизнь", — не сдавалась совесть.

"Она моя! Я имею право!" — озверевший инстинкт взорвался ненасытным чудовищем, искушая воспользоваться моментом.

В тёмно-зелёных глазах сверкнул неукротимый огонь:

— Ты. Моя. Лешинка, — хрипло, словно каждое слово давалось ему с трудом, проскрежетал Лѝхард.

"Что ты делаешь? — ужаснулся признанию рассудок.

Поздно. Опустив потерянный взгляд, девушка нахмурила брови. Сквозь густую пелену новых головокружительных ощущений с усилием попыталась осмыслить, что он сказал. Но мозг наотрез отказывался служить. И из замутнённого сознания удалось выудить только, что Лешие не способны на человеческие чувства…

— Тогда полюби меня! — в отчаянии воскликнула Беляна, сверкнув синими радужками, которые внезапно стали такими огромными, что заняли, кажется, пол лица.

Где-то над головой ударила молния, и прозвучавший раскат грома разбил на осколки повисшее в воздухе напряжение. Он зажмурился, а когда открыл глаза, окутал её чарующим и полным обещания янтарным взглядом. Здравомыслие снова покинуло Беляну. Уютно и доверчиво устроившись в колыбели его рук, она вновь оказалась в мире, где мыслить не требовалось. В зачарованном мире, созданном для двоих.

Он тесно прижал её к груди, не в силах пошевелиться. Продлевая похожую на муку минуту счастья, и ошеломлённо наслаждаясь ею. До сих пор он только наблюдал, какой восхитительной и способной, отважной и забавной была девушка, предназначенная ему коварной судьбой. Заранее решил не принимать подарка, запрещая себе думать, каково было бы обнимать её. Вдыхать чудесный аромат её волос. Прикасаться к нежным и сладким губам.

Теперь он знает. И мысль о том, чтобы отпустить её сейчас, причиняет настоящую физическую боль. И всё же… их желание не настоящее. Оно вызвано лишь чарами. И что самое горькое — он совсем не оставил ей выбора.

Нахмурившись, Лихард прижался губами к светлой макушке. Собрав всю волю в кулак, разомкнул обнимавшие его руки. Она разочарованно всхлипнула. В распахнутых синих глазах отразился немой вопрос, наивная обида и ещё что-то, чего он никогда не забудет. "Прости", — едва слышно попросил он. Пошатываясь, отступил на шаг и протянул руку:

— Забудь! — приказал, легко коснувшись её лба.

Пока к девушке возвращалась способность мыслить, Лѝхард поднял с земли пояс с Лунницей и завязал его на талии. Боль утихла, оставив после себя сладкие покалывания там, где соприкасались их тела.

Беляна встряхнула головой и открыла глаза, словно только что отошла ото сна. За исключением странного ощущения, будто пропустила что-то важное, она чувствовала себя совершенно обычно. Огляделась вокруг и ошеломлённо уставилась на Лешего. Ух, какой же он всё-таки огромный! Но она никак не могла вспомнить, откуда он взялся…

Не произнося ни единого слова, он мягко подтолкнул девушку к невесть откуда взявшейся двери портала. И они оба оказались в кабинете.

Ей вдруг стало неловко. На Лесогоре были его привычно-безупречные брюки, а могучий торс живописно украшали обрывки рубашки. Преображение? Вероятно, да. И судя по всему, обычная ткань обращений Лесного Владыки не выдерживала.

"Хорошо, что не наоборот". Внезапно Белка громко икнула. Воображение в красках нарисовало остатки штанов Лѝхарда, не будь они из русалочьего полотна. Книги утверждали, что при желании Леший становится гигантом ростом выше верхушек деревьев. Хм… хотелось бы это видеть…

— Вы в порядке? — обеспокоенно спросил Лесогор.

— Нет, не в порядке, — брякнула она, пристально разглядывая его обнажённую грудь, — Мне, ик… не нравится фасон Вашей сорочки.

Услышав привычную колкость, он с облегчением вздохнул. А Белка опустила взгляд на собственное платье. Так и есть — вся в грязи! Разумеется, ведь она ползала на карачках по лесу, а там как раз сегодня забыли пропылесосить.

Она попыталась отряхнуть юбку и пригладить причёску. Не обнаружив ни одной шпильки, нащупала на затылке оставшийся от элегантного пучка колтун и растрепала волосы. Они рассыпались по плечам, и девушка, присев на стул, удручённо нахохлилась. Ик!

Замечательно! Собиралась явиться перед Лесогором вся такая красивая и гордая, в любимом лавандовом платье, похожая на сказочную принцессу. У неё даже была идея присесть в лёгком и изящном реверансе, с достоинством поблагодарив Лешего за спасение. Чтобы… словом, чтобы не думал, что она вечно возится в нечистотах, говорит глупости и выглядит, как круглая дура.

Вместо этого запёрлась в портал без приглашения. Грохнулась, вывозилась как замарашка, нарушила его уединение, и бог знает, что он там ещё про неё думает. В общем, романтичная Джульетта в очередной раз грациозно брякнулась с балкона. На бис. В довершение — сидит тут лохматая, в замусоленном платье и совершенно неприлично икает.

Тем временем, Лѝхард сорвал с себя остатки рубашки и натянул свежую.

— А Вы по-прежнему носите Лунницу, — усмехнулась Белка, заметив расшитый пояс, мелькнувший на его талии, и издевательски сощурилась.

Ощущение потерянности пропало, и она списала непонятные чувства на последствия шока и бури в портале.

— Что Вы помните? — спросил он сквозь зубы.

Беляна пожала плечами:

— Ветер. Я упала. И оцарапалась, кажется, — пробормотала, удивлённо разглядывая царапину, — Опачки…

"Чёрт побери! — Лѝхард с силой провёл ладонью по волосам, отбрасывая их назад, — Я действительно промыл ей мозги".

— Аптечка в столе, — виновато буркнул он, заметив кровь на руке девушки.

— Ик, — вместо ответа выдала она, и рассеянно пробормотала, — Странно, никогда раньше не теряла сознания.

— Прекратите, наконец, икать! — отчего-то разозлился он, — Хоть чему-нибудь Вы научились за этот год?

За что он злится на неё? За неуёмное любопытство, из-за которого ситуация вышла из-под контроля? Или пытается оправдать себя за вмешательство в её разум?

— Аптечка мне в таком случае тоже не нужна, — парировала Белка и настойчиво добавила, — Ик!

Она закрыла глаза, мысленно проговорив "икота-икота…", и для верности щёлкнула пальцами. Устроилась удобнее на стуле и сконцентрировалась. Воздух между её ладоней начал густеть.

— Исцеление ран — программа второго курса, — поднял брови Лесогор.

— Не для отличницы по всем предметам.

— Кроме моего, — проворчал он, наблюдая, как Беляна ловко соорудила из воздуха призрачное белоснежное веретено. Дважды прокатав его по ране на руке, собрала сначала кровь, а затем и саму царапину.

— Будь я учителем по целительству, поставил бы Вам отлично, — заключил Лѝхард.

— Не поставили бы, — буркнула себе под нос Белка.

— Но за любопытство могу зарезервировать для Вас дополнительное дежурство, — предложил он, не расслышав её последних слов.

— Не пугайте. Учебный год закончился вчера, — съязвила она.

— Да. И я был уверен, что в Ведарии не осталось студентов, — холодно заметил Лесогор, — Зачем Вы пришли?

— Во-первых, я принесла Вашу рубашку, — кивнула Белка на стол, куда бросила рюкзачок, — Во-вторых, хотела поблагодарить за то, что спасли меня в портале. А в-третьих… — она нахмурилась, — Зашла просить прощения за свои вчерашние слова. Что ж поделать, если я даже извиниться не могу, не раздражая Ваше Владычество, — пожала она плечами.

— Вы меня не раздражаете, — покачал он головой. "Вы — самое чудесное, что произошло в Ведарии за время, что я здесь" — добавил про себя.

— Я даже сама себя раздражаю, — пробормотала Белка. "Когда Вы рядом" — тоже мысленно вздохнула она, потому что произнести это вслух… было бы чересчур.

Поскольку даром читать мысли никто из них не обладал, на какое-то время повисла тишина.

— Вам пора идти, — первым нарушил молчание Лѝхард, — А мне выполнять свои обязанности.

— Устраивать ураган в лесу — Ваша обязанность? Зачем, кстати? — Белке не терпелось задать этот вопрос.

— Это, барышня, Вас не касается, — отрезал Лесогор.

— Коснулось, однако, — Белка потёрла только что залеченную руку.

— Вас туда никто не приглашал, — отстранённо ответил он.

Беляна бросила хмурый взгляд на его пояс с неизменной Лунницей, которую он не стал прятать:

— Надеюсь, к следующему дню рождения Вам подарят бусики! — ехидно усмехнулась она.

На его лице не дрогнул ни один мускул. Здраво рассудив, что в случае с Лешим ирония — лишь бессмысленная трата времени, она безразлично повела плечами и пошла к выходу:

— Прощайте, — бросила, не оборачиваясь.

— Прощайте… — еле слышно, как эхо, прошептал он.

* * *

Беляна лежала на спине и разглядывала звёзды на тёмном потолке. Звёзды были подвижные, рукотворные и свежеиспеченные. Строго говоря, дюжина крошечных, словно светлячки, Горисветов, которых девушка только что научилась создавать, слегка изменив стандартное заклинание.

Задумчиво вздохнув, она опустила глаза и покосилась в сторону Светланы. Та сидела на кровати и сосредоточенно пыталась сотворить целительное веретено.

— Баламут просит, чтобы я оставила ему Витку, — обратилась к ней Белка, озадаченно почесав нос.

— Так оставь, — отозвалась деванка, — Незачем травмировать нашу трусишку переходом между мирами.

— Они, вроде, подружились… — отрешённо промолвила Беляна, — Но вдруг она будет скучать?

— Не будет. Домовые и кошки прекрасно ладят друг с другом, — Светлана бросила бесплодные попытки с веретеном и заёрзала на постели.

— Тогда оставлю, — согласно кивнула Белка и замялась, не решаясь затронуть другую тему, — А как думаешь, Свет. С чего бы Лесогору устраивать ураган в лесу?

Светлана бросила на подругу подозрительный взгляд.

— Такое ощущение, что его… что-то мучает, что ли, — добавила та с сомнением.

— Угу, — буркнула Светка, — Согласно твоей логике, у него мог умереть какой-нибудь зайчик. И теперь он скорбит.

— Кхм, — усмехнулась Беляна, — Скорее, этот зайчик его укусил, и теперь у Лешего бешенство. А что не так с моей логикой? — удивилась она.

— С чего ты взяла, что Лесогора что-то мучает? — прагматизм деванки был неумолим.

— Да ты бы видела ту бурю! — Белка вспомнила о своём утреннем приключении и содрогнулась.

— Может, он жалеет, что спас вчера твою жизнь? — шутливо предположила Светлана. Беляна забавно выпучила глаза, и подруга ответила ей тем же, — Четырежды, если я не ошибаюсь?

— Я тоже помогла ему, между прочим, — парировала Белка.

— Это ещё вопрос… — пробормотала деванка.

— "Прекратите икать!" — передразнила Лесогора девушка, — Представляешь?

— Лешие равнодушны ко всему, что не касается лесных обитателей, — вздохнула Светлана, — Ты просто привыкла, что на все твои выходки он отвечает лишь усмешкой.

— Ага, а в этот раз я его достала, да? — фыркнула Беляна.

— Возможно. Как ты там его назвала? Столетним престарелым извращенцем? — Светка прыснула, не в силах сдержать заливистый хохот.

— Я, между прочим, извинилась, — нахмурилась Белка.

— Молодец! — издевательским тоном похвалила её подруга, — Тогда инцидент, разумеется, исчерпан. И какое тебе дело, что его мучает? — поинтересовалась она, зевая.

— Да никакого, конечно, — поспешно ответила Белка, поворачиваясь набок.

— Ну да, ну да, — Светлана погасила лампу и улеглась. — Мне можешь не рассказывать…

И Беляна почти увидела в темноте, как подруга ухмыляется.

Закрыв глаза, девушка глубоко и с наслаждением вздохнула. Всего пара часов на отдых перед дорогой. А потом она вернётся в свой мир, к самому дорогому для неё человеку. Разумеется, спать сегодня не придётся. Они с бабушкой слишком долго не виделись. Белка мечтательно усмехнулась, прислушиваясь к наступившей тишине, нарушаемой лишь лёгким посапыванием Светланы и мерным тиканьем в собственной груди.

Тиканьем? Не может быть! Определённо, ей показалось!

Беляна села в кровати и одними губами вызвала крошечного Горисвета, не позволив ему подняться вверх, чтобы не разбудить подругу. Медальон в её ладони чуть ощутимо трепетал в такт биению сердца. Раскрывая его, она уже не сомневалась в том, что сейчас увидит…

Рубиновое сердечко ритмично пульсировало внутри, отстукивая одному ему известный счёт. Глаза девушки распахнулись в изумлении, и она встряхнула головой, решив, что это очередной странный сон. Ничего подобного. Она однозначно не спала. А значит, согласно легенде, часы, отсчитывающие время её любви, начали свой ход…

В тусклом сиянии Горисвета Белка ещё какое-то время разглядывала удивительное украшение. Эффект пульсации сердца придавало рубину едва заметное ритмичное колебание вперёд. Вдоволь насмотревшись на механическое чудо, она закрыла крышечку и неслышно улеглась на спину, погасив свет. Заставила себя расслабиться, но не смогла подавить саркастичную усмешку.

Итак, история о волшебном рубиновом сердечке оказалась всего лишь красивой сказкой. Беляна почти чувствовала сожаление. Обидно. И бабушка расстроится…

Она повернулась на бок, и тёплый медальон скользнул в её ладонь. Бьётся… надо же. Невероятно! Видимо, во время падения в лесном портале она как-то стукнулась, отчего пружинка в механизме удачно села на место, запустив его ход. Любопытно, надолго ли? Жаль, если часики… хотя, какие же это часики — просто забавная игрушка… но всё равно, досадно будет, коль они снова остановятся.

* * *

Лишь одна из корявых ветвей тысячелетнего Ясеня давала жизнь редким зелёным листочкам. Остальные напоминали чёрный, обезображенный временем, но всё ещё могучий скелет. Подойдя к древнему исполину, Лѝхард упёрся рукой в обвитый плющом ствол, и кора под ладонью провалилась внутрь. Он шагнул в глубину открывшегося прохода и через мгновение окинул взором залитую солнцем и утопающую в зелени долину.

В центре сказочного пейзажа раскинулись высокие хоромы из цельного массива дерева. Под изумрудными травяными крышами полукруглой формы мостились балконы и башенки. Оконные рамы представляли собой сплетенную в замысловатую косу лозу, а стены по углам обвивали цветущие лианы. Настолько диковинный дом, казалось, невозможно построить. Не иначе, как он вырос из-под земли по велению своего всемогущего хозяина.

Горько усмехнувшись, Лѝхард прошёл вдоль звонкого ручья. В его хрустальной воде парочка полосатых енотов сосредоточенно полоскали одно на двоих полотенце. Пощекотал шейку забавной белочке, слетевшей с ветки ему на плечо. Та, довольная полученной лаской, через секунду взметнулась обратно на дерево. А Леший уселся на широкой террасе, под сиреневыми кистями роскошной глицинии.

Его любимое кресло было огромным и монументальным, словно трон. Оно казалось слегка грубоватым, поскольку обработка лишь подчеркнула естественные изгибы дерева. Но от того не стало менее удобным и как нельзя лучше подходило облику Лесного Владыки.

Хозяйский взгляд Лешего привычно осматривал владения. У поросшего кувшинками пруда напряжённо пялилась на поплавок остроносая Лесавка, нетерпеливо дёргая удочкой. Две другие, почёсывая колючие вихры, суматошно копошились вокруг в ожидании улова. А вдали, среди бушующего зелёного великолепия, рассыпалось множество разномастных ярких домиков. Его подданные, вопреки традициям, и зимой не желали покидать своего могущественного покровителя. По его примеру они, соревнуясь друг с другом, стали возводить собственные чудные жилища. И теперь, через сотню лет, в запретной части Дивного Леса раскинулся этот сказочный городок, подобного которому в Тридевятом мире не было.

Лѝхард упёрся руками в подлокотники и расслабленно откинулся на спину. Он выделялся среди сородичей не только ростом и цветом глаз. Владыка Дивного леса прослыл сумасбродом среди Леших тем, что легко ладил с людьми и увлекался женщинами, обладал способностью бодрствовать зимой и почти так же свободно, как в лесу, чувствовал себя в городе. Но ничто не могло нарушить его внутреннего покоя… доныне.

Его воспоминания были столь отчётливы и реальны, что всякий раз заставляли сердце радостно выпрыгивать из груди. В одно мгновение. А в следующее — замирать от страха. За полные нежности синие глаза. Трепетные и сладкие губы. За слова, что навсегда останутся в памяти. "Полюби меня". Будто его нужно просить об этом. Будь всё так просто…

От раздумий отвлёк лесовичок с перекинутой через руку белоснежной салфеткой. Его голова с разросшимся вместо волос черничным кустом чинно склонилась в приветствии. А круглые глазёнки вопросительно уставились на Лешего в ожидании распоряжений. Тот отрицательно покачал головой, и, отвесив учтивый поклон, Кустик исчез, оставив на земле молоденький росток черники.

Оглянувшись вокруг, Лѝхард заново оценил окружающий ландшафт. Его дом более чем комфортабелен. Но она не привыкла жить среди лесных существ, тем более, вдали от друзей и родных. Вдруг ей здесь не понравится? Ведь то, что хорошо для Лешего… поймав себя на неуместных фантазиях, он раздражённо взъерошил волосы, заставляя мысли вернуться в реальность. Боги всемогущие, да он однозначно сходит с ума!

Мимо, смеясь и пританцовывая, промчались три изумительно красивые девушки с развевающимися волосами. Их полупрозрачные одежды, подпоясанные яркими лентами с серебряными подвесками в виде полумесяца, больше открывали, чем прятали стройные фигурки. Трава не приминалась под лёгкой поступью мавок, а смех переливался звонкими колокольчиками.

Следом за ними, кряхтя и переваливаясь на кривых ножках, поспешно семенил лесовичок в похожей на мухомор широкополой шляпе. На ходу подтягивая штаны, старикашка забавно покрякивал и отдувался, пытаясь догнать лукавых красавиц. Одному Велесу ведомо, зачем… А те резвились пуще прежнего, кружась вокруг незадачливого ухажёра, дразня воздушными поцелуями и щекоча лоскутками платьев, что проскальзывали совсем рядом, не позволяя себя ухватить.

"Такие же хрупкие", — восхищённо подумал Лѝхард, с улыбкой наблюдая за жизнерадостным танцем своих подопечных. В следующую секунду сердце болезненно сжалось, заставив его прерывисто вздохнуть. Подумать только — в минуту опасности отважная девочка, не раздумывая, закрыла его собой!

Одна из красавиц, обернувшись к Лешему, отделилась от процессии. Вращаясь и грациозно размахивая тонкими руками, прокружилась ближе.

— Привет, Рябинка, — хмыкнул он, зная, что не получит ответного приветствия.

Девушка ослепительно усмехнулась, встряхнув шелковистыми локонами, и красные ягоды, вплетенные в её венок, весело подпрыгнули.

Каждую из мавок, появившихся в его лесу, он называл соответственно цветам или ягодам, что предпочитала она вплетать в свои волосы или венки. Рябинка, Ромашка, Муравка. Впрочем, им — беззаботным и нежным созданиям, лёгким, как пёрышко и прекрасным, как сама весна — кажется, было всё равно, есть ли у них имена. Им неведомы были размышления о прошлом и будущем. Не тяготили сожаления, чувство утраты или угрызения совести. Лесных дев интересовали только игры и шалости, смех и развлечения, радость и веселье.

Рябинка, протанцевав перед Лесным Владыкой ещё пару изящных кругов, неслышно опустилась на подлокотник кресла. Её пальчики старательно расправили прозрачно-мятные лоскутки невесомого одеяния, а головка безмятежно умостилась на его плече. Девушка тихонько вздохнула, словно приглашая Лешего к беседе. Вот только поддерживать её мавка не умела.

— Лунница работает иначе, чем я ожидал, — пробормотал Лесогор, утешаясь хотя бы тем, что не разговаривает сам с собой.

Светлые бровки Рябинки нахмурились с намёком на мыслительный процесс. Её ладошка несмело скользнула вдоль талии Лешего и, нащупав оберег, задумчиво поиграла с Лунницей.

— Всеми силами я стремлюсь оградить её от опасности, — рассеянно продолжил он, — А от самого себя защитить не могу.

Мавка чуть слышно фыркнула, дёрнув носиком, и согласно кивнула.

— Жаль, что ты ничего не помнишь, — с сожалением добавил Лѝхард, бросая на лесную красавицу взгляд, полный надежды.

Глаза Рябинки хитро сощурились. Снова хихикнув, она без малейших усилий вспорхнула на ноги. И, собрав в охапку струящиеся по ногам клинышки платья, пустилась догонять подружек, весело пританцовывая по дороге.

"Вот и поговорили", — усмехнулся про себя Лесогор. Целая минута спокойствия — немалое достижение для неугомонной мавки. Светобор презирает их и считает безмозглыми. Самому же Лѝхарду казалось, что за внешней легкомысленностью лесных дев кроется нечто более мудрое и глубокое. Но стоило отвернуться, как красавицы вытворяли очередное безрассудство, и его вновь одолевали сомнения в разумности проказниц.

Бесспорным было только одно. Даже такое — пусть полоумное, но счастливое неведение — не будет даровано его Лешинке, если он сдастся. Её участь куда более жестока. И как избежать её, может знать лишь одно существо в мире. Страшное существо. Воплощённое чудовище. Его мать.

Эпилог.

Беляна покидала Тридевятый Мир. Свой удивительный и родной, идеальный мир, полный настоящей магии и сказочного волшебства. Уходила, чтобы непременно вернуться. Ведь здесь её ждали настоящие друзья. Те, с кем она разделила радость, приключения и весёлый смех, а затем испытала боль и горечь разочарования. Здесь обитали сказочные существа — добрые хранители и злобные чудовища. И далеко не все люди являлись примером честности и великодушия. Но, как же без них? Без них было бы скучно. А разве в идеальном мире может быть скучно? Никогда! А значит, здесь есть всё, о чём только можно мечтать. То ли ещё будет!

Глубоко вдохнув прохладный и сладкий ночной воздух, Белка улыбнулась и бросила последний взгляд на лица, освещаемые шариком-Горисветом. Остановила его на смахнувшей слезинку Радмиле и улыбающемся Богдане, приобнявшем за плечи немного хмурую Светлану. И в следующий миг почувствовала ладонь Вершилы, увлекающего её за руку в ослепительный свет открывшегося барьера.

А на другом конце света, в чужедальнем краю, куда даже вездесущий ветер целый век не заносил своих животворных крыльев, выросла, возникнув ниоткуда, громадная фигура Владыки Дивного леса.

Здесь воздух был тяжёл, словно в нём навсегда застыл горький дым пожара столетней давности. Обугленные стволы, когда-то бывшие деревьями, походили на искарёженых графитовых чудищ, торчащих из чёрной, как порох, земли. Их навеки окаменевшие ветви плотно сплетались фалангами, спутываясь между собой, образуя непроницаемые кроны, не пропускавшие света к безжизненной почве.

Солнце и не заглядывало сюда, не желая просачиваться сквозь густой слой грязных, застывших облаков, из которых никогда не прольётся ни капли дождя. Лишь изредка — перед самым закатом и на рассвете — его косые лучи тускло высвечивали мрачную гравюру проклятого края, позабытого богами и людьми.

Чёрный лес недаром называли Мёртвым. Здесь некому было нарушать зловещую тишину скрипом или шумом. Даже всемогущий Леший смог явиться лишь на его, так называемой опушке, где робко зеленели случайные жидкие травинки. И дальше двигаться пешим ходом, рискуя каждый миг провалиться в зыбучую пыльную бездну, жаждущую впитать чужака. Сравнять его со своей привычной неподвижностью. Поглотить мёртвым безмолвием.

Мучительно густой и пыльный воздух сжимался удавкой вокруг горла, а день смешивался с ночью. Будучи воплощением всего живого, самой силой природы, Лѝхард задыхался в нестерпимо удушливой мгле, но упрямо шёл дальше. Часами. Днями. Быть может, неделями.

Наконец, его затуманенному взору открылась относительно свободная от сумрака пустошь. Замедлив шаги и прогоняя настойчивые сигналы сознания об опасности, он ступил на влажную землю, над которой вились лохмотья зеленоватого, источавшего зловоние тумана.

Перед ним находилась укрытая прогнившим мхом избушка с маслянистыми вязкими стенами и заплывшими желеобразным смальцем окнами. Преодолевая отвращение, он шагнул на ступеньки и коснулся низкой, склизкой двери.

Сквозь открытую створку в темную избу проникла полоса тусклого красноватого света заходящего солнца, и Лѝхард попытался сориентироваться в полутьме. На полатях заворошилась куча какого-то тряпья, и оттуда появилась отвратительного вида образина. Два желтых огонька сверкнули там, где у образины предположительно находились глаза.

— Здравствуй, Ядвига, — приветствовал её Леший.

Баба Яга сощурилась. Нос размером с хороший огурец заворочался вокруг своей оси, стараясь уловить запах гостя, а серые морщинистые щеки задрожали в предвкушении:

— Здравствуй, касатик, — проскрипела Яга. Рот её растянулся в ехидной улыбке, обнажив неожиданно ровный, хоть и болотного цвета ряд зубов. Она силилась рассмотреть контуры посетителя из потёмок, — Сто лет русского духу было слыхом не слыхать, видом не видать, а нынче…

Внезапно взор Ядвиги упал на пояс с Лунницей, и желчная улыбка сползла с её лица. Длинный бородавчатый подбородок гневно задрожал:

— Ты?! — она со скрипом села на полатях, — Какого Лешего?.. — и осеклась, осознав нелепость собственных слов, — Чего припёрся, пень корявый?

— Мне нужна твоя помощь. — смиренно опустил глаза Лѝхард. Он изначально решил — выдержит всё, чтобы найти ответы на свои вопросы.

— Я никому не помогаю! — хрипло расхохоталась Яга, — А на обед ты не годишься, стоеросовый. Убирайся, откуда пришел!

Лѝхард подошел к печи и протянул матери руку, чтобы помочь слезть. Яга зыркнула на него ненавидящими глазами и слезла сама, кряхтя и отдуваясь.

— Нахватался манер! — она снова бросила на перевязь взор, полный отвращения, — Чего напялил эту дрянь? Думаешь, красивше станешь, деревяшка?

— Ты знаешь, для чего она нужна, — спокойно ответил Лѝхард, — Думаю, на всём свете только тебе известно, как действует Лунница. На самом деле.

— Мавки знают, — Яга скривилась в отвратительной гримасе, — Они мастерили, они и знают.

Мерзко захихикав себе под нос, она со скрипом нагнулась, пошарив где-то под сундуком, и достала черную, длинную курительную трубку.

— Поэтому ты извела всех Мавок в своём лесу?

— Эти хохотухи бессловесные… — Яга снова скривила и так скособоченную физиономию, — Не стали бы тебе помогать.

"Мудрость Мавок не в словах", — хотел ответить Лихард, но не рискуя ещё больше разозлить ведьму, нахмурился.

— Я чувствую, — мрачно проговорил он, — Несмотря на то, что ношу оберег…

— Я знаю, что ты чувствуешь! — грубо перебила его старуха. Смела ладонью сухие коричневые листья со стола и корявым пальцем набила чубук.

— Это было бы полбеды, — настойчиво продолжил Леший, — Она чувствует то же самое.

Яга голыми пальцами выковыряла из печи уголёк и разожгла трубку, пристально разглядывая сына. А Лихард внезапно вспомнил, что какой бы старой не выглядела мать, она ровесница Властелины.

— Мои условия ты знаешь, — старуха уселась в некое подобие разваленной качалки возле печи и глубоко затянулась. Воздух наполнился смрадным и едким дымом, — Три задания. Выполнишь, и я расскажу тебе то, что ты хочешь. Но не надейся, что я буду к тебе снисходительной…

Приступ омерзительного кашля сотряс старуху. В Лихарда полетели капли слюны и вонючей слизи, однако он даже не вздрогнул.

— … потому что ты, якобы, мой сын, — проскрежетала она, уняв кашель, — Наоборот. Не выношу Леших!

Снова затянувшись, она блаженно закрыла глаза, будто в предвкушении сладкой мести:

— Для начала сними эту дрянь! — Баба Яга размазала слюни рукавом по лицу и кивнула на оберег, — Здесь она тебе не понадобится.

— Не могу, — произнёс Лихард, почти умоляя. Этого он боялся больше всего, — Когда я снимаю его…

— … не можешь контролировать себя? — мерзко закхекав, Яга понимающе кивнула, наслаждаясь его мольбой, — Боишься, что она позовёт?

— Боюсь ей навредить, — глухо ответил Лихард, глядя прямо в ядовито-желтые глаза матери.

— Здесь ты её не услышишь, — оскалила Яга зеленые зубы и откинулась на спинку качалки, — Слишком далеко!

Драный подол её лохмотьев разошелся, и взгляду Лихарда предстало не покрытое плотью костяное колено.

— Это непременное условие, — не пытаясь прикрыться, заявила ведьма, — Не снимешь оберег — скатертью дорога!

Лихард раздумывал мгновение, затем снял Лунницу и протянул Ядвиге.

— Вот и ладненько, — старуха грязной рукой скомкала пояс и засунула куда-то внутрь своих лохмотьев, — Завтра утром начнём. Если захочешь. А сейчас ступай на лавку — спать. Недосуг мне с тобой болтать — меня дела ждут.

С этими словами Баба Яга выкорчевала из-за печи ступу. С неожиданной ловкостью запрыгнув в неё, она с шумом и свистом вылетела через печную трубу в ночь.

Content

Беляева Наталья
Диковинница

Пролог

Глава 1 Золотое блюдечко, наливное яблочко

Глава 2 Лунное озеро

Глава 3 Белокаменный город

Глава 4 Дева-воительница

Глава 5 Ведария Мудрограда

Глава 6 Владыка Дивного леса

Глава 7 Таинственная дверь

Глава 8 Ведовская книга

Глава 9 Варганка

Глава 10 Коляда

Глава 11 Кудеярова наука

Глава 12 Вальс Цветов

Глава 13 Восковая печать

Глава 14 Червивая роза

Глава 15 Пещера желаний

Глава 16 Диковинница

Глава 17 Наследник Подземного Царя

Глава 18 Лесной портал