Хелен Кинг

Две капли в море

1

Джад Хантер! Подруги уже почти пересекли автостоянку, направляясь к потрепанному синему «форду» Энни, когда Карла заметила знакомую мускулистую фигуру. Проклятье! Ее охватила паника. И ведь знала же, что непременно рано или поздно столкнется с ним. В конце концов, Санта-Орвел просто-напросто большая деревня. Но все равно подсознательно надеялась на удачу. Кто знает, может, Джад эмигрировал в Китай!

А уж такой подлости от судьбы — что он материализуется в первый же день ее приезда — она и вовсе не ожидала.

Однако, похоже, пока ей все-таки везло: Джад ее не заметил. Высокий, темноволосый, как всегда одетый в джинсы и тенниску, он размашисто шагал между рядами автомобилей к стоящему в дальнем углу стоянки запыленному «лендроверу». Плечи расправлены, взгляд устремлен вперед, как будто во всем мире не существует никого, кроме него.

Так, значит, ничего не изменилось. Он все еще оставался тем самым человеком, которого она столь горячо невзлюбила два года назад. Что ж, ничего удивительного. Люди вроде Джада Хантера изваяны из гранита.

Однако встреча с ним неожиданно всколыхнула в груди Карлы и иные чувства, куда более волнующие, чем просто неприязнь. Неистовое, резкое возбуждение, смешанное с чувством вины и испепеляющим стыдом, заставило кровь похолодеть в жилах. Карлу словно бы отбросило во времени к тому, что, без сомнения, являлось самым унизительным эпизодом за все двадцать пять лет ее жизни.

Ну-ка, прекрати таращиться на него! — сурово одернула она себя, отводя взгляд. Не портить же такой чудесный день из-за подобного типа!

А день и вправду был хорош. На безоблачном летнем небе сияло яркое солнце, в теплом воздухе витал едва ощутимый запах соли, разносимый над городом нежным морским бризом. Всего лишь минуту назад Карла поздравляла себя с решением снова приехать сюда. Сейчас же сильно усомнилась в мудрости этого поступка.

До машины Энни оставались считанные шаги, а Джад так ничего и не заметил. Карла испустила вздох облегчения. Спасена — хоть на этот раз! Однако в следующий миг Энни вдруг остановилась и замахала руками над головой.

— Джад! Эй, постой! Привет! Мы чуть не разминулись!

Он резко повернулся в их сторону, а Карла поморщилась от досады. Кто бы мог подумать, что ее начальница и подруга окажется хорошей знакомой ненавистного Джада Хантера!

Спокойней, сказала себе Карла, спокойней. Не позволяй ему разозлить тебя. Она расправила плечи, тряхнула белокурой головой и развернулась навстречу приближающемуся мужчине. Могло быть и хуже. По крайней мере, при Энни ему придется соблюдать вежливость.

А до чего же ему, наверное, не хочется вести себя благопристойно по отношению к ней, Карле! Она спрятала улыбку. Что ж, может, эта встреча окажется не такой уж и неприятной!

— Привет и тебе!

Здороваясь с Энни, Джад даже не взглянул в сторону Карлы, но та была твердо уверена, что он прекрасно узнал ее. Она остро ощущала исходившую от него враждебность, — как прикосновение холодной руки к коже.

Так, значит, и тут ничего не изменилось. Их чувства все еще взаимны.

— Карла, позволь тебе представить. — Энни повернулась к подруге. — Это Джад Хантер. Он живет на Пенторре, прелестном острове, что виден из гавани и управляет тамошним поместьем. Джад, познакомься…

— Я уже знаком с этой молодой леди, — оборвал Энни молодой человек, серо-стальные глаза уставились на Карлу.

Карла разом утратила недавнюю решимость. Она уже забыла силу этого темного взгляда, забыла, как бессмысленно даже пытаться устоять перед ним. А Джад меж тем продолжал:

— Наши с мисс Робертс жизненные пути уже ненадолго пересеклись пару лет назад.

Пожалуй, можно было выразиться и так! На самом-то деле Карла провела в замке Пенторры целых две недели как гостья двоюродного брата Джада, Николаса, лондонского дизайнера, ее тогдашнего приятеля. И к концу этих двух недель Карла и Джад уже друг друга буквально видеть не могли. Однако никто никогда не догадались бы об этом, глядя на его притворную улыбку.

— Какой приятный сюрприз! Подумать только, — так неожиданно столкнуться с тобой!

И впрямь сюрприз! Карла ответила Джаду столь же фальшивой улыбкой:

— Именно это я и хотела сказать.

Опомнившись от первоначального потрясения, она с холодной отстраненностью разглядывала стоявшего перед ней мужчину. Сейчас ему, должно быть, исполнилось тридцать пять, но за минувшие два года он нисколько не изменился. Все те же квадратный подбородок, прищуренные глаза, выступающие скулы, твердая линия губ, грива черных, чуть вьющихся волос. Необычное лицо, приковывающее взгляд, полное жизненной силы и энергии, хотя, пожалуй, слишком угловатое, чтобы назвать его красивым по обычным стандартам.

Но именно в этом и заключался секрет успеха Джада. Аскетичная суровость облика, полное отсутствие светского лоска и какое-то темное, вселяющее тревогу выражение глаз совершенно неожиданно делали его самым неотразимым мужчиной, какого Карла когда-либо видела.

Просто дух захватывает, думала она, глядя на него. Неудивительно, что однажды я попалась на эту приманку. Хотя, пообещала она себе, это, конечно, не повторится. Даже в те далекие дни неприязнь к нему была гораздо сильнее его мужских чар.

Джад тем временем не спускал с нее глаз.

— Позволь спросить, что привело тебя в Санта-Орвел? Казалось бы, тебе решительно нечего делать в таком глухом уголке Корнуолла. — Он чуть помолчал и спросил: — Наверное, ты тут проездом?

Похоже, он искренне на это надеялся. Что ж, Карла собиралась его разочаровать.

— А вот и нет. Я устроилась тут на работу.

— На работу? — Лицо Джада вытянулось.

— Только на лето, — сжалилась над несчастным Карла. — В конце августа я возвращаюсь в Лондон.

Хотя Джад не вздохнул открыто, Карла почувствовала его облегчение. Каков наглец! Будь это кто-либо другой, она не сдержала бы негодования.

— Карла будет работать со мной в центре, — вмешалась Энни. — Она из нашего дополнительного летнего набора и приехала только вчера вечером… Ой, господи, просто не верится! Я забыла покупки в аптеке! — Она бросила умоляющий взгляд на подругу: — Пожалуйста, подожди здесь. Поболтай пока с Джадом, а я мигом.

Не успела Карла и слова вымолвить, как Энни упорхнула. Атмосфера мгновенно переменилась, будто в теплый летний день вдруг повеяло ледяным ветром.

Карла подняла взгляд на Джада.

— Послушай, Энни просто не знает, что нам с тобой совершенно нечего сказать друг другу. Я уверена, у тебя полно всяких дел, так что можешь не стоять тут со мной из чистой любезности. — Ха! Будто он захочет проявлять любезность по отношению к ней! — Я скажу, что ты опаздывал на важную встречу, — добавила она, желая поскорее спровадить Джада восвояси.

Однако тот и с места не двинулся. Глаза его впились в Карлу точно колючая проволока.

— Я не ослышался? Ты и вправду собираешься работать в детском центре?

Это был не столько вопрос, сколько прямой вызов. Таким тоном в боевиках не знающий страха главный герой спрашивает злодея из бара, действительно ли тот собирается стряхивать пепел в его пиво.

В ответ Карла в упор посмотрела на него.

— Да. Именно так. А что? У тебя есть возражения?

Если так, предупреждал ее взгляд, тем хуже для тебя. Быть может, Джаду нравилось воображать себя боссом Пенторры — и действовать соответственно — однако пока он всего-навсего состоял на жалованье у своего богатого дядюшки. А кроме того, здесь Санта-Орвел, а вовсе не остров. Так что самоуверенному типу придется смириться с ее присутствием.

Серо-стальные глаза ни на миг не отрывались от ее лица.

— Полагаю, ты отдаешь себе отчет, что центр — это летняя школа для детей из неблагополучных семей? — Он сделал выразительную паузу, как будто рассчитывал, что это сообщение окажется для нее новостью. — Какой интерес подобное место может представлять для тебя?

— Очень даже большой, — как ни в чем не бывало ответила Карла, хотя от злости ее бросило в жар. — Именно по этой причине я и согласилась здесь работать.

Джад улыбнулся. Похоже, он уже много лет не слышал такой удачной шутки.

— И ты будешь учительницей? — А эта шутка явно заняла бы, по его мнению, второе место на конкурсе острот.

Карле захотелось ударить его.

— Да. Я буду учительницей.

Джад удостоил ее очередного пытливого взгляда.

— А что сталось с рекламой? Разве во время нашей последней встречи перед тобой не открывалась самая что ни на есть блестящая карьера на этом поприще?

Да, он не утратил былой язвительности. Карла слишком хорошо помнила, что братец Николаса всегда отличался талантом к уничижительным замечаниям. Однако, рассудила она, Джад Хантер не стоит того, чтобы на него сердиться.

— Я бросила рекламу. Решила вернуться к преподаванию. Видишь ли, я уже работала учительницей до того, как пошла в рекламные агенты.

Джад, разумеется, этого не знал. Откуда бы? Он ведь вообще практически ничего о ней не знал, хотя это не мешало ему обвинять ее во всех смертных грехах.

— В самом деле? — Черные брови взлетели вверх. — Ну и сюрприз. Просто не представляю тебя в роли учительницы. По-моему, реклама куда более в твоем стиле, а? Но, без сомнения, это ведь временное занятие? — Не дав ей ответить, он уже несся дальше: — Просто, чтобы заполнить промежуток между двумя работами. Ты ведь вернешься на прежнюю стезю, как только найдешь что-нибудь подходящее?

— И не подумаю!

Джад с минуту обдумывал новость, однако в глазах его читалось сомнение.

— Уж не хочешь ли ты сказать, будто променяла блестящий вихрь рекламной шумихи, все эти светские вечеринки, коктейли, пресс-конференции и поездки на скучную монотонную жизнь учительницы? Да, эту сторону твоего характера мне наблюдать еще не доводилось.

Он саркастически улыбнулся, ясно давая понять, что не верит ни единому слову собеседницы. Карла ответила ему такой же улыбкой. Пусть себе думает, что хочет.

— Ошибаешься. Преподавать не так уж скучно. Напротив, в этом деле столько маленьких радостей… ну например, приехать в Корнуолл и встретиться с тобой. Только ради одного этого можно было навеки забыть про все приемы и вечеринки.

— Польщен, что ты так думаешь.

Карла и раньше замечала, что Джад умел не только сам поддразнивать окружающих, но и добродушно выслушивать насмешки в свой адрес.

Серые глаза тем временем критически изучали ее.

— Придется тебе меня простить… Не так-то просто переварить подобную перемену твоего образа жизни. Видишь ли, я догадываюсь, сколько зарабатывают учителя, и просто не в силах представить, что тебя привлек именно денежный аспект дела.

Ага, наконец-то он перешел к главному. Карлу охватил приступ негодования. Она всегда знала, какого Джад о ней мнения, и ненавидела его за это. Для него она была особой, для которой в жизни главное — деньги. А говоря короче и жестче, — гнусной, корыстной стяжательницей.

Карла плотнее сжала зубы. Нет, Джад Хантер не увидит, как ее задели его слова. Много чести! Его мнение для нее ничего не значит. Глупо огорчаться из-за такого пустяка.

— В одном ты прав. Действительно, по сравнению с работой в рекламе, уровень доходов у меня значительно понизился. Зато я получаю удовлетворение, просто общаясь с детьми. — Карла произнесла последние слова с иронией в голосе, зная, что собеседник ни за что не поверит ей, хотя она сказала чистую правду. Никакими деньгами нельзя было измерить ту радость, что получала она от своей новой работы.

— Ясно-ясно. Так ты и впрямь стала другим человеком?

Взгляд прищуренных серых глаз скользнул по фигурке девушки, одетой в белую блузку и зеленые брючки, а потом вновь вернулся к лицу. Короткий прямой нос, унаследованный от матери, четко очерченный изящный рот, полученный от отца, и огромные голубые глаза в обрамлении густых длинных ресниц.

— Ага, понял… — протянул Джад. — Ты постриглась.

— Уже довольно давно.

Перемена темы застала Карлу врасплох. Девушка нервным, бессознательным движением откинула со лба светлую челку. Она изменила прическу восемнадцать месяцев назад, после разрыва с Николасом. Новая жизнь, решила тогда Карла, новый образ.

— А мне нравится. — Джад помолчал, оценивающе разглядывая девушку, потом покачал головой. — Просто не представляю, что столь стильной особе делать здесь, в Санта-Орвеле. Разве для такой девушки, как ты, не естественней обитать в большом городе? Что, ради всего святого, заставило тебя презреть яркие огни Лондона?

— Возможно, надежда снова увидеть тебя, — насмешливо парировала Карла. — Ты ведь, наверное, замечал: наши столкновения всегда действовали на меня необыкновенно стимулирующе. Быть может, мне недоставало общества такого утонченного и волнующего собеседника, как ты.

— Ты меня удивляешь. Вот уж не думал, что ты находишь меня утонченным.

Он слегка выделил последнее слово, демонстративно пропустив второй эпитет. А в серых глазах вспыхнул такой жаркий, дразнящий огонек, что Карле вдруг стало трудно выдерживать взгляд Джада. Она знала, о чем он вспомнил…

Они вдвоем в лодке, неистовый шторм, черное как смоль небо. Грохот грома, ослепительный блеск прорезающих тучи молний — и резкое, судорожное возбуждение, поднимающееся из глубин ее существа. Но не ярость разбушевавшейся стихии заставляла Карлу дрожать, а объятия Джада. Выражение его глаз. Невообразимо дивная, всепобеждающая магия его поцелуя.

От одного этого воспоминания Карлу охватил дикий ужас. То было чистой воды безумие, и Джад глубоко ошибался, если делал из случившегося какие-то выводы. Скорее ад замерзнет, чем произойдет нечто подобное. И коль скоро он сам затронул эту тему, лучше раз и навсегда расставить все точки над «i».

Карла решительно вздернула подбородок.

— Вот тут ты прав на все сто. Я ошибочно употребила по отношению к тебе слово «утонченный». Сказать по правде, единственное выражение, которое следовало бы привести, — она чуть помолчала, чтобы до собеседника лучше дошло слово «единственное», — это «человек, с которым я не желаю иметь ничего общего». — Не дав Джаду возразить что-либо, Карла перевела дыхание и торопливо продолжила: — И, возвращаясь к теме нашей беседы, должна указать, что вовсе не обязана отчитываться перед тобой в своих поступках. Причины, побудившие меня приехать сюда, тебя совершенно не касаются.

Лицо Джада словно окаменело.

— Хотелось бы думать. Поверь, я не горю желанием вмешиваться в твои делишки. Только ответь на еще один вопрос… — Он испытующе поглядел на нее. — Ты, часом, не замышляешь нанести визит на Пенторру?

Честнее всего было бы ответить «нет». Остров Пенторра и расположенный на нем древний замок принадлежали дяде Джада и Николаса, Джасперу, милейшему старому джентльмену, с которым Карла за время своего пребывания там успела завести самую теплую дружбу. Он сотни раз твердил, что будет всегда рад снова увидеть ее, и она может приезжать, когда захочет. Но как бы ни заманчиво было воспользоваться приглашением, как бы много ни значила для Карлы возможность снова увидеть своего старшего друга, девушка пришла к выводу, что лучше будет воздержаться.

А что, если там окажется и Николас? Ситуация будет не из приятных. Они с Карлой расстались отнюдь не лучшими друзьями. Так что девушка могла бы успокоить Джада одним словом. Однако в ее планы это не входило.

— Еще не думала. — Она бросила на него мятежный взгляд. — Однако, коли уж ты завел об этом речь, идея неплохая.

— Тогда подумай-ка еще раз, — мрачно посоветовал Джад, делая угрожающее движение в ее сторону. — Боюсь, на Пенторре тебе не обрадуются.

— Кто мне не обрадуется? Ты? Ах, какое горе, теперь я ни за что не усну! — Карла поняла, что на самом деле он не сдвинулся с места, лишь чуть наклонился к ней. Запугать хочет? Пусть и не надеется! — Видишь ли, твои чувства по этому поводу меня абсолютно не волнуют. В данном случае в расчет следует принимать лишь чувства самого Джаспера, а он будет мне рад.

— Ты так думаешь?

— Ни капли не сомневаюсь.

— Да, кажется, припоминаю: тебе быстро удалось обвести его вокруг пальца. — Глаза Джада потемнели от гнева. — Скажи, — требовательно осведомился он, — а ты случайно не разыскиваешь тут Николаса?

— И не думаю! — Как только ему в голову пришла подобная идея? — Между нами давно все кончено.

— Если же ты лжешь, то знай, что проделала столь дальний путь понапрасну. Его здесь нет и не будет. В настоящий момент он находится на другом конце света — в Южной Америке. Так что, если надеешься возобновить роман, можешь смело выкинуть эту идею из головы и возвращаться домой.

Он что, оглох? Карла нетерпеливо вздохнула.

— Уверяю, мне и в голову подобное не приходило. Я приехала сюда лишь ради работы в центре, а если бы даже вздумала съездить на остров, то уж не в поисках Николаса. Только чтобы повидаться с Джаспером.

— Вот оно как? — Джад надолго умолк, а потом нахмурился, задумчиво покачивая головой: — Ага, кажется, я начинаю понимать.

— Что ты начинаешь понимать?

— Зачем ты приехала.

— Что ж, поздравляю! Я повторила всего два раза, а до тебя уже дошло.

— Не спорю. Но, знаешь, почему-то твоя версия меня не убедила. Поразмыслив немного, я могу выдвинуть свою.

— И какую же? — От одного взгляда на Джада у Карлы замерло сердце: серо-стальные глаза взирали на нее с нескрываемым отвращением. — Хотя нет, пожалуй, лучше не надо ничего говорить. Вполне обойдусь и без твоих гнусных домыслов на мой счет.

Не мазохистка же она, чтобы самой напрашиваться на оскорбления! Впрочем, этот возмутительный человек и не собирался ничего объяснять.

— Все, что тебе надо знать, — держись подальше от Пенторры. А главное, не смей и близко подходить к моему дяде.

Карла ошарашенно уставилась на него.

— В самом деле? А если вдруг подойду?

— Тогда тебе придется иметь дело со мной. Вот и все. — На этот раз он и вправду шагнул к ней. Теперь Джад стоял так близко, что Карла ощущала тепло его тела. — Видишь ли, приехав сюда, ты совершила ошибку. — В тихом голосе слышалась угроза. — Твой хитроумный план заранее обречен на неудачу.

Какой еще план? О чем он говорит? Неужели все еще считает, будто она мечтает помириться с Николасом? Но не успела Карла спросить, Джад уже круто развернулся и зашагал прочь.

— Лучшее, что ты можешь сделать, — бросил он через плечо, — это вернуться в Лондон. Не сомневаюсь, Энни без труда подыщет тебе замену, и ты избавишь нас всех от кучи неприятностей. — Через два шага он снова обернулся: — Поверь, если тебе хватит глупости или дерзости проигнорировать мой совет, я тебе этого так не спущу. — И, пронзив ее последним убийственным взглядом, удалился.

Не в силах дышать ровно, Карла следила, как он садится в машину и уезжает. Еще добрых пару минут сердце у нее билось так, будто хотело выпрыгнуть из груди.

Джад тоже никак не мог унять бешеное биение сердца. В гневе он так вцепился в руль, что побелели костяшки пальцев. Он с трудом удержался от того, чтобы со всей силы не вдавить в пол педаль акселератора.

Чертова девчонка! И чего ради она сюда притащилась? Ему сейчас и так хлопот хватает, а тут еще за ней присматривай. Но выбора нет: нельзя подпускать Карлу к Пенторре.

Вырулив на берег моря, Джад остановился на обочине близ старого полуразрушенного маяка, чтобы собраться с мыслями и немного остыть. Это было одно из его любимых мест. Отсюда открывался совершенно потрясающий вид. Даже зимой, если только над водой не стелился туман, остров посреди бухты лежал пред тобой как на ладони. Джад частенько приезжал сюда просто, чтобы в одиночестве полюбоваться пейзажем.

Однако сейчас наследнику Пенторры было не до природных красот. Нахмурив брови, он невидящим взором уставился в ветровое стекло, жалея, что с первых же слов столь сурово накинулся на Карлу. Не стоило перегибать палку. Кроме того, это не самая мудрая линия поведения. Карла не из тех, кто пасует перед угрозами, — слишком уж она отважна и своевольна.

При этой мысли Джад невольно улыбнулся. Ну и потрясение же он испытал, увидев на стоянке рядом с Энни старую знакомую. Вот уж кого он совершенно не ожидал встретить в Санта-Орвеле. Хотя, если говорить начистоту, первая его реакция была не всецело отрицательной. Собственно, при иных обстоятельствах приезд Карлы обещал бы внести в его жизнь приятное и интригующее разнообразие. Однако сейчас она олицетворяла собой лишь еще одну головную боль, без которой вполне можно было обойтись.

Вздохнув, Джад посмотрел на море, и на душе у него мгновенно полегчало при виде встающего из волн острова. Пенторра — места, которое ему дороже всего в мире.

Какая жалость, что Карла собирается работать в центре, — мысль его совершала причудливые скачки, — потому что это значительно усложнит их отношения с Энни. Отныне придется вести себя очень и очень осмотрительно. А что с остальным? Что ж, он вовсе не шутил, предупреждая Карлу. Пусть теперь только попытается выкинуть какой-нибудь из своих милых фокусов.

Наконец Джад окончательно успокоился. На смену недавнему гневу пришла холодная решимость.

«Лендровер» плавно тронулся с места и покатил дальше.

2

Когда Джад наконец уехал, а Карла снова обрела спокойствие, она дала себе торжественное обещание. Отныне Джад Хантер для нее не существует. И если ей «посчастливится» когда-нибудь снова столкнуться с ним, пусть хотя бы издали заметить, она перейдет на другую сторону улицы. Лишь бы больше не видеть этой гнусной рожи! Так что нечего ему беспокоиться за свой драгоценный остров. Однако пусть не тешит себя мыслью, будто сумел запугать ее. Захочет приехать на Пенторру, — так приедет. И плевать ей на его идиотские угрозы!

Но с чего все-таки разгорелся весь сыр-бор? Все эти нелепые обвинения, что у нее, мол, есть тайные причины для приезда? Некий хитрый план? Просто безумие какое-то! Полная бессмыслица!

Карла решительно тряхнула челкой. Нечего зазря ломать голову. Откуда нормальному здравомыслящему человеку понять, что творится в бредовом сознании Джада Хантера?

Как назло, вернувшись на автостоянку, Энни тут же набросилась на Карлу с расспросами:

— А куда делся Джад? Почему не подождал меня?

Карла скорчила гримасу:

— Куда-то спешил. Может, на свидание.

Вполне безвредная ложь, решила она, с удивлением отметив, что голос Энни прозвучал довольно разочарованно. А вдруг бедняжка не на шутку увлечена Джадом? В Карле проснулось любопытство, но она мудро решила держать его на привязи и резко сменила тему:

— Вот здорово — ты нашла сумку!

Но, увы, на этом дело не кончилось. Ведя машину обратно к детскому центру, Энни обратилась к подруге:

— Откуда ты знаешь Джада?

О боже, да она хуже гриппа: привяжется — не отстанет! Карла набрала в грудь воздуха.

— Мы встречались, когда я проводила здесь отпуск. — Она уже упоминала, что приезжала на побережье несколько лет назад. — Но я бы не сказала, что действительно знаю его, — поспешно добавила девушка, надеясь тем самым предупредить дальнейшие расспросы. — Я имею в виду, что друзьями мы не стали. Уж это точно!

— Так, значит, ты не была на острове? Какая жалость! Много потеряла. Хочешь, я попрошу Джада пригласить тебя? Уверена, тебе понравится. Остров чудо как красив.

— О, не беспокойся. — Нечего сказать, уместное предложение! — Наверняка у меня теперь будет мало свободного времени.

— Чепуха! Я что, по-твоему, рабовладелец? — засмеялась Энни, с шутливым возмущением глядя на Карлу. — Непременно поговорю с Джадом. Сегодня же позвоню ему.

— Не стоит. — Карла тихо вздохнула: с каждой минутой ее положение становилось все глупее. Пора внести ясность, хотя бы в общих чертах. — Коли на то пошло, я уже была на острове, — смущенно призналась она. В конце концов, ей вовсе не хотелось устраивать из этого тайну, а уж тем более — морочить голову Энни. — Просто раньше как-то к слову не приходилось… Тогда, в мой прошлый приезд, я как раз гостила в замке.

Энни рассмеялась, удивленно приподняв бровь:

— Вот ведь темная лошадка! Гостила в замке — подумать только. Так ты знаешь и самого старого хозяина?

— Ну да, хотя познакомилась с ним только там. Понимаешь, в то время я встречалась с его племянником Николасом.

— Ах, вот оно что. — Впервые за все время Карла расслышала в голосе подруги едва уловимую холодную нотку. Но Энни, словно спохватившись, продолжила гораздо теплее: — Значит, ты хорошо знаешь остров. Правда же, изумительное место?

Карла улыбнулась:

— В жизни не видела ничего прекраснее.

Так оно и было. В памяти Карлы по сей день не поблекло первое впечатление от Пенторры. Она сидела в катере, жадно следя, как остров становится все ближе и ближе и наконец открывается перед ней во всем своем великолепии. Сияющие на солнце белые домики с красными черепичными крышами, покрытые буйной зеленью живописные холмы и, разумеется, вознесшийся на вершине скалистого мыса старинный замок, защищенный узкой тесниной, как и триста лет назад. Карла влюбилась в это место с первого взгляда и продолжала любить его до сих пор. С каждым незабываемым днем, проведенным на острове, любовь ее все крепла и крепла. Единственной ложкой дегтя в бочке меда был Джад…

Голос Энни вызвал Карлу из глубин воспоминаний:

— Так жалко Джаспера, правда? Говорят, врачи уже потеряли всякую надежду.

— О чем это ты? — встрепенулась Карла, тревожно заглядывая Энни в лицо. — Что с ним? Он болен? Я и не знала.

— Так ты не в курсе? О боже, он давно уже плох. Подхватил воспаление легких, а в его возрасте…

Новость так потрясла Карлу, что она сама поразилась этому. Что ни говори, а они с Джаспером не виделись уже два года. Однако в тот раз они успели так привязаться друг к другу, что, разрывая отношения с Николасом, Карла сожалела лишь об одном: ей больше не доведется встретиться с его дядей.

Весь день Карла ходила сама не своя. Джаспер при смерти! Какой ужас! Надо непременно навестить его!

Но как быть с Джадом? Не хватало только, чтобы он устроил скандал на глазах у больного. Что же делать? Может, отказаться от личного визита и ограничиться букетом цветов и запиской? Нет, этого мало. К тому же слишком формально и бездушно.

Так ничего и не решив, Карла отправилась спать. Но уснуть не удавалось — в голове роились тревожные мысли. Внезапно в мозгу у нее словно что-то щелкнуло. Теперь она поняла подоплеку обвинений Джада. Все стало ясно как божий день. Джад всегда считал ее вымогательницей. Вот и теперь, наверное, посчитал, будто она примчалась в Санта-Орвел, надеясь поживиться в преддверии близкой смерти Джаспера.

Карлу бросило в дрожь от гнусности вымышленных обвинений. Как смеет кто-либо, пусть даже Джад, так гадко думать о ней!..

Неприязненное отношение к Карле возникло у Джада не сразу. Поначалу он держался с гостьей весьма учтиво, хотя и слегка отстраненно. Правда, по заверению Николаса, он так вел себя практически со всеми. И похоже, так оно и было. Поведение Джада подкупало Карлу своей прямотой и непосредственностью, но все же между ним и окружающими все время ощущалась незримая дистанция. Например, к Николасу и его старшей сестре Хенриет Джад относился дружелюбно, но почти не бывал в их обществе.

— По-моему, он не очень-то жалует своих лондонских родственников, — не слишком огорчаясь, объяснил приятельнице Николас. И он, и Хенриет жили в столице, хотя лето неизменно проводили на Пенторре. — Кажется, Джад считает, что мы способны на любые гадости.

Так что вначале Карла не придавала особого значения холодности Джада. Возможно, он недолюбливал новую знакомую лишь за то, что та приехала вместе с его кузеном. Хотя отношения Карлы и Николаса можно было назвать скорее приятельскими, но на непосвященных они производили впечатление влюбленной парочки. Однако затем Джад начал постоянно отпускать на ее счет всякие колкости, и Карла поняла, что тут кроется нечто большее.

Однажды вечером, когда все собрались за обедом, Джаспер начал расспрашивать Николаса о его новой квартире на Слоун-сквер.

— О, квартирка — высший сорт! — заявил тот. — Гораздо просторней прежней. — И он бросил заговорщический взгляд на Карлу. — Вдобавок рукой подать до наших любимых магазинов и ресторанов.

Из вежливости та кивнула. На самом-то деле оттуда было рукой подать до любимых забегаловок Николаса. Не то чтобы они не нравились Карле — просто были ей не по карману! Пока Николас продолжал расписывать дяде новую квартиру, Карла перехватила устремленный на нее взгляд Джада.

Задержавшись на лице Карлы, серые глаза скользнули по ее льняному жакету и юбке. Карла подозревала, что в отличие от Николаса и его знакомых, способных даже в темноте с пятидесяти шагов распознать ярлычок Шанель или Гуччи, Джад вряд ли хорошо разбирался в дамских туалетах. Но выражение его лица недвусмысленно свидетельствовало, что помощник по рекламе не может позволить себе столь дорогих нарядов, а значит, жакет и юбка куплены на деньги Николаса в одном из упомянутых магазинов.

Карла покраснела от досады. Вот уж попал пальцем в небо! Она никогда не позволяла Николасу делать ей дорогие подарки. А одежду обычно покупала сама в недорогих магазинчиках. К слову, льняной костюм от Джилл Сандер обошелся ей в десятую часть начальной стоимости — и заплатила за него она своими честно заработанными деньгами, а не по кредитной карточке Николаса. Однако объяснять все это было не к месту. Да и потом, чего ради ей оправдываться перед Джадом?

Похожий случай приключился через несколько дней. Николас вдруг принялся рассказывать, что взял билеты в ложу на премьеру новой постановки «Риголетто».

— Для Карлы годится только самое лучшее. — Он с добродушной улыбкой поглядел на девушку.

«С каких это пор? Я ничуть не меньше обрадовалась бы месту на галерке в любой другой день!» — эти слова готовы были уже сорваться с губ Карлы, но Джаспер перебил ее:

— Вы любите оперу?

— Да, очень, — с улыбкой обернулась она к нему, и тут заметила насмешливую гримасу Джада. «Вздор, — как бы говорил он. — Все, что ты любишь, так это прийти в шикарном платье на премьеру и усесться на лучшие места!» — Очень люблю, — повторила она, игнорируя нахала.

Страсть к опере ей привила горячо любимая мать-итальянка. В их доме постоянно звучали волшебные мелодии Верди и Пуччини. Карла наизусть знала основные арии «Риголетто» задолго до того, как смогла двумя пальцами наиграть «Три слепые мышки»! Она хотела рассказать это Джасперу, но внезапная боль сжала сердце и стеснила дыхание. Всего шесть месяцев назад мир ее безмятежного детства безвозвратно погиб — мама скончалась после тяжелой и долгой болезни.

Так что она и в этот раз не сумела поставить Джада на место. Впрочем, Кларе все меньше хотелось объяснять что-либо Джаду. Пусть думает, что хочет.

Однажды утром, под конец первой недели ее пребывания на острове, Николас отправился с визитом, а Карла устроилась с книгой на террасе. Внезапно из-за ее спины вырос Джад.

— Не возражаешь, если я составлю тебе компанию?

— Конечно нет. — Постаравшись скрыть изумление, Карла отложила книгу. Что, интересно знать, ему вдруг понадобилось?

Впрочем, беседа началась вполне вежливо.

— Тебе нравится на Пенторре? — осведомился Джад, устраиваясь в плетеном кресле напротив нее.

— Конечно, — просияла Карла. — Здесь просто чудесно!

— О да. — Он улыбнулся в ответ сногсшибательной, обаятельной улыбкой, неизменно потрясавшей Карлу. Она была уверена, что, несмотря на все недостатки Джада, женщины гроздьями вешаются ему на шею. — И ты не обижаешься, что тебя оставили одну-одинешеньку?

— Ничуть. Меня вполне устраивает одиночество. К тому же я знала, что Николас часто будет занят, так что захватила с собой книгу.

— Очень предусмотрительно, — согласился Джад. — А что ты сейчас читаешь?

— Ничего серьезного. Всего лишь роман. — Карла показала титульный лист. — Очень славная книга, хотя ты, наверное, понятия не имеешь о такой литературе.

Он кивнул:

— И правда, не имею. А что это? Очередная история о том, как бедняжка-героиня находит дружка?

Незримый колокольчик в голове Карлы забил тревогу. Она пристально посмотрела на собеседника.

— Ничего подобного. Скорее о том, как бедняжка-герой находит подружку.

Казалось, такой поворот событий на миг развеселил Джада.

— Понятно. Редкое отклонение от традиционного сюжета! — Молодой человек откинулся на спинку кресла, вытянув длинные ноги, и пристально посмотрел Карле в лицо. — А как ты познакомилась с моим кузеном?

На первый взгляд — вполне невинный вопрос, но за ним слышался скрытый подтекст. Как девушка среднего класса из Ист-Энда ухитрилась завязать дружбу с его родственником? Ведь наступит день — и Николас вместе с Джадом вступит во владение Пенторрой.

Может, внезапно осенило Карлу, все дело в классовых предрассудках? Она не принадлежит к кругу Джада — отсюда и его неприязнь. Вот странно. Он не казался ей снобом.

— Мы встретились на вечеринке, — ответила она. — У одного общего приятеля. — Карла с трудом подавила искушение выложить все начистоту: что в то время она ничегошеньки не знала ни о семье, ни о богатстве Николаса и что именно он сам с первого же дня знакомства начал настойчиво добиваться ее благосклонности. Хотя пока не очень-то в этом преуспел.

Однако Карла промолчала. Уж больно противно оправдываться. Да и вряд ли из этого что-нибудь выйдет. Все равно Джад так и будет задирать перед ней нос. Николас предупреждал ее, что кузен косо смотрит на всех, кто ведет, на его взгляд, праздный образ жизни.

— Он сам вечно носит джинсы и старые тенниски, а прогулку по лесу с собакой считает верхом светской жизни. Вот и решил, что все остальные должны разделять его непритязательные вкусы, — говорил Николас.

Карлу позабавило столь явное преувеличение. Джад действительно одевался весьма небрежно, и повсюду его сопровождал Бастер, черный Лабрадор. Но Карле казалось, что кузен Николаса не так прост, как выглядит. Впрочем, в чем-то Николас был прав. Джад и впрямь открыто не одобрял расточительности кузена, хотя тот, безусловно, имел право распоряжаться своими деньгами по собственному усмотрению…

Тем временем Джад продолжал разглядывать ее.

— Тебе нравится жизнь на Слоун-сквер? — осведомился он. — Что, новая квартира Николаса действительно так великолепна?

— Да, квартира замечательная. — Карла выпрямилась в кресле, желая расставить точки над «i».

— Но в одном ты ошибаешься: я там не живу. Видишь ли, у меня есть собственная квартирка, хотя и не такая роскошная, на Эрнос-гроув.

В первое мгновение Джад заметно удивился, но тут же хмыкнул и процедил сквозь зубы:

— Ну, не сомневаюсь, что это всего лишь вопрос времени. Николас ведь говорил, что от Слоун-сквер рукой подать до твоих любимых магазинов и ресторанов.

Только Карла хотела возразить, что не собирается переезжать к Николасу, как на террасе появилась домоправительница, миссис Пайклс, и позвала Джада к телефону. Тот мгновенно вскочил, словно был рад избавиться от общества Карлы.

— Сейчас иду! — крикнул он миссис Пайклс и обернулся к девушке: — Не буду больше отвлекать тебя от чтения. — И поспешно вышел, предоставив ей полную возможность в одиночестве возмущаться его поведением.

После этого разговора Карле стало все окончательно ясно. Джад и в самом деле испытывал к ней глубокую неприязнь. По каким-то, одному богу ведомым, причинам он вбил себе в голову, что в Николасе ее больше всего привлекает богатство.

Карла провела без сна почти всю ночь, припоминая эти давние события, злясь на Джада и еще больше — на себя. Не следовало ей тогда замыкаться в гордом молчании. Надо было объясниться с Джадом начистоту, втолковать ему, что он заблуждается. Возможно, теперь он не строил бы на ее счет подобных отвратительных предположений, не думал бы, что она явилась в Санта-Орвел, дабы обобрать больного старика.

Однако на следующее утро Карла решила, что так недолго и с ума сойти. У нее и без Джада Хантера забот хватает. Поэтому, сидя рядом с игровой площадкой на деревянной скамейке, буквально ходившей ходуном от гула веселых голосов и топота детских ног, она заставляла себя думать лишь о том, как же здесь хорошо.

Карла только сегодня приступила к работе с детьми, и это занятие пришлось ей по душе. Никогда раньше она не испытывала такого энтузиазма. Забавно, но она заранее знала, что ей здесь понравится. Поняла это сразу же, как только увидела объявление в местной газете:

«Частный центр для неблагополучных детей в Корнуолле нанимает временный персонал на лето».

Как учитель географии в одном из самых бедных районов столицы, Карла прекрасно знала таких ребятишек и их проблемы. Как раз для меня, решила она. Единственный миг замешательства она испытала, обнаружив, что открывшийся всего год назад центр расположен в предместьях Санта-Орвела. Было бы неприятно столкнуться там с Николасом. А с Джадом — так и вовсе ужасно.

Но Карла быстро отбросила колебания. Она ведь будет все время проводить в центре, а если даже случайно повстречает кого-нибудь из этой парочки, то разве не сумеет достойно справиться с ситуацией?

Так что Карла послала заявку, съездила на собеседование и спустя неделю получила письмо, гласившее, что она вошла в счастливую шестерку избранных. И вот теперь она грелась в лучах июльского солнышка, присматривая за веселящимися ребятишками и чувствуя, что давно не проводила такого замечательного утра.

Карла обвела взглядом огромную площадку, где резвились шестьдесят детей, приехавших сюда на лето. Тридцать мальчишек и столько же девчонок в возрасте от шести до двенадцати лет носились кто с мячом, кто с прыгалками, кто с ракетками. Большинство приехали вчера или, как и она сама, позавчера, и Карла до сих пор путалась в именах. Ничего, за предстоящие пять недель будет время перезнакомиться со всеми.

С неменьшим удовольствием Карла предвкушала работу в обществе своих шестерых коллег — особенно Энни, ее веснушчатой начальницы. Умная и энергичная двадцатидевятилетняя женщина понравилась ей с первого взгляда еще на собеседовании в Лондоне. С помощью одной молоденькой секретарши и двух добродушных поварих Энни управляла всем центром, а прямо сейчас на другом конце площадки присматривала за группкой играющих девочек.

При взгляде на нее Карла неожиданно вспомнила о Джаспере и ощутила острое чувство вины, поскольку так и не решила, стоит ли ей навестить больного или нет. Чертов Джад! Как бы все было просто, если бы ни он.

Тут ее внимание привлекла визгливая перебранка. Рыжеволосый Фредди, чья необузданность мешала ему обзаводиться друзьями, похоже, не поделил мячик с другим десятилетним сорванцом. Противники злобно сверлили друг друга взглядами. Вот-вот вспыхнет потасовка!

Вскочив, Карла поспешила на место происшествия.

— Эй, что за шум, а драки нет? — еще издали крикнула она. Вот и первое настоящее испытание.

Навести порядок — легче сказать, чем сделать. Несколько минут пролетели в бесплодных попытках примирить двух разошедшихся мальчуганов. Когда наконец раздался звонок, призывающий детей на занятия, из груди Карлы вырвался вздох облегчения.

— Ладно, потом разберемся, чей это мячик, — заявила она, подталкивая мальчишек в сторону учебного центра. — Идите скорее и хватит ссориться.

При виде того, как недавние враги удаляются, хоть и хмурясь, но, по крайней мере, не пиная друг друга исподтишка, Карла ощутила тепло в душе. Да, работа здесь обещала быть не из легких. Эти детишки не сахар, зато какая будет отдача!

Она принялась рыться в сумочке в поисках блокнота с расписанием, как вдруг осознала, что пришла к решению. К черту идиотский запрет Джада! Как он смеет не пускать ее на остров? При других обстоятельствах она и сама носа туда не показала бы, но теперь просто обязана поехать. Старик, который два года назад проявил к ней столько доброты, лежит больной менее чем в получасе езды отсюда. Просто позор не повидать его!

Карла засунула блокнот обратно в сумочку и вскочила. Решено, завтра же после ланча она отправится на Пенторру. У нее как раз выдастся пара часов свободного времени.

— Прыгайте, мисс. Еще есть два места.

Карла ухватилась за сильную обветренную руку и шагнула на плавно покачивающуюся палубу.

— Спасибо, — кивнула она рулевому, пробираясь к свободному сиденью на корме.

Этот небольшой паром пять раз в день курсировал между Санта-Орвелом и Пенторрой, хотя пассажиров на каждую поездку набиралось немного. Карла впервые плыла на нем. Два года назад они с Николасом всегда пользовались одной из моторок Джаспера.

Рулевой всмотрелся вдаль и спрыгнул на пристань, дожидаясь последнего пассажира. В этих краях никто особо не переживал о потерянном времени.

Карла с опаской проследила за его взглядом, еле сдерживая дрожь. Она поступает правильно. Теперь девушка ничуть не сомневалась в этом. Но, господи, только бы не столкнуться с Джадом! И вдруг сердце у нее остановилось. Она зажмурилась, задохнувшись от ужаса. Наверное, ей просто померещилось! Не может быть!

Однако ей не померещилось. Не в силах перевести дыхания, чувствуя, как краска сбегает с ее лица, Карла обреченно смотрела на высокую темноволосую фигуру, идущую по причалу прямо к парому. Затем испуганно опустила взгляд, слепо уставившись на доски палубы. Звук шагов Джада пушечным громом отдавался в ее ушах. Все, полная катастрофа! Ее миссия закончилась, не успев начаться. Стоит Джаду заметить ее, а это произойдет, едва он ступит на паром, как он тут же распорядится, чтобы ее высадили. Если, конечно, сдержится и не вышвырнет ее за борт самолично!

Суденышко колыхнулось, принимая нового пассажира. Сжавшись, Карла ожидала неминуемой расплаты. Вот-вот цепкая рука схватит ее за плечо, а гневный голос потребует, чтобы она убиралась прочь.

Но ничего не происходило. Замурлыкал мотор, паром вздрогнул и отошел от пристани.

Карла изумленно подняла взор. Полоса воды между бортом и пристанью становилась все шире, а Джад, который, по-видимому, и не собирался никуда плыть, был уже почти на самом конце мола. Расплываясь в глуповатой улыбке, Карла поудобнее устроилась на скамье. Спасена!

Карла спрыгнула на берег и восторженно огляделась. Наяву остров выглядел ничуть не хуже, чем в ее воспоминаниях. До чего же чудесно вернуться сюда!

До замка было добрых пятнадцать минут хода: мимо ряда выстроившихся вдоль гавани белоснежных домиков, потом вверх по широкой дороге, утопающей в тени платанов, — и ты у старых массивных железных ворот. На Пенторре не было такси, так как у большинства жителей имелись собственные машины, поэтому, если не повезет поймать попутку, оставалось только добираться на своих двоих.

От души радуясь прогулке, Карла быстрым шагом двинулась по дороге. Однако на полпути смутно знакомый женский голос вдруг окликнул ее по имени. Удивленно обернувшись, она узрела остановившуюся на обочине красную спортивную машину с откинутым верхом.

— Так и думала, что это ты! — раздался приветливый возглас. — Вот приятный сюрприз! А что ты делаешь на Пенторре?

— Хенриет! — обрадовалась Карла. — Вот здорово! Ты замечательно выглядишь.

Ей всегда казалось, что элегантная сестра Николаса, с ее пышными каштановыми волосами, не потеряет привлекательности даже в платье из мешковины.

— Залезай! — Хенриет распахнула дверцу. — Я заметила тебя еще на пристани, когда забирала с парома посылку, но решила, что обозналась. А теперь вот убедилась, что никакой ошибки не было, хотя ты и постриглась. — Она сверкнула белозубой улыбкой. — Знаешь, а мне нравится. Просто шик!

— Спасибо, — улыбнулась в ответ Карла, невольно вспомнив, что и Джад сказал примерно то же самое. Но тут же прогнала незваную мысль. Думать о Джаде Хантере — это уж лишнее! Тем более он, по счастью, остался в Санта-Орвеле и понятия не имеет, что она дерзнула нарушить его запрет.

Пока машина одолевала подъем, Карла объясняла Хенриет, как вышло, что она приехала в Корнуолл работать в детском центре и узнала о болезни Джаспера.

— Я была просто потрясена! Ему действительно так плохо?

— Боюсь, что да, — Хенриет погрустнела, — но все же я еще не окончательно потеряла надежду. По-моему, худшее уже позади. Конечно, он еще очень слаб. Болезнь его здорово измотала, но ты же знаешь, Джаспер — прирожденный боец. — Она ненадолго замолкла, но вскоре продолжила чуть веселее: — Дядя страшно обрадуется твоему приходу…

Хенриет припарковала машину на покрытой гравием площадке рядом с замком. Высокие каменные башенки, увитые плющом стены… За два года здесь ничего не изменилось, все осталось столь же величественным и благородным.

— Я провожу тебя к дяде. — Хенриет взяла Карлу за руку и повела за собой по лестнице. — Знаешь, не стоит долго у него засиживаться, он очень быстро устает. Только не уходи потом сразу, давай выпьем по чашечке кофе и поболтаем, ладно?

— С удовольствием, — улыбнулась Карла, входя в отделанный старинными дубовыми панелями огромный холл, где висели тяжелые бронзовые светильники. Как хорошо, что она все же решилась приехать! Хенриет всегда держалась с ней как нельзя более любезно и приветливо. Приятно возобновить старую дружбу.

Поднявшись по широкой лестнице с перилами красного дерева, девушки свернули в полумрак узкого коридора. Похожие на бойницы окна едва пропускали косые лучи солнца.

Хенриет остановилась около двери в конце коридора.

— Вот и пришли. — Она хмуро взглянула на Карлу и крепко сжала ей руку. — Приготовься. Он уже совсем не тот, что два года назад.

Карла кивнула.

— Не волнуйся. — Как она ни храбрилась, но с трудом подавила тяжелый вдох.

Хенриет толкнула дверь, пропуская гостью в комнату. А в следующую секунду Карла превратилась в ледяное изваяние. Она готовилась к потрясению, но совсем другого рода! Объятая ужасом девушка застыла, не успев даже взглянуть на изможденную фигуру на кровати. Она была просто не в силах отвести глаз от высокого темноволосого мужчины, сидевшего в кресле рядом с постелью больного. В первое мгновение на лице его отразилось такое же изумление, но оно тут же сменилось неприкрытым бешенством.

Это был Джад!

3

Карле мучительно захотелось провалиться сквозь землю. И как ей в голову не пришло, что для возвращения на остров Джаду вовсе не нужен рейсовый паром, — у него есть моторка! Какой же дурой надо быть, чтобы не учесть эту возможность!

— Я зайду за тобой попозже, — прошептала позади нее Хенриет.

Дверь тихо затворилась, и Карла осталась одна в логове тигра. Боже, ну зачем Хенриет скрылась? Теперь помощи ждать не от кого!

— Кажется, я тебя ясно предупредил. — Джад злобно буравил незваную гостью взглядом. — Какого дьявола ты тут делаешь?

— Я пришла навестить Джаспера, — взяв себя в руки, ответила Карла, сама удивляясь, как спокойно звучит ее голос. — И вообще это не твое дело, — ядовито добавила она, раздраженная тем, что ей все время приходится оправдываться перед Джадом Хантером.

Ответа не последовало. В наступившей тишине Карла слышала лишь бешеный стук своего сердца. Я знаю, как поступит Джад, думала она. Все написано на его лице. Сейчас он вскочит с кресла, схватит меня за шиворот и вышвырнет в коридор. И, как ни грустно, я не смогу ему помешать. Разве можно поднимать шум или хотя бы думать о сопротивлении — а до чего же ей хотелось отплатить Джаду его же монетой! — когда в двух шагах лежит больной Джаспер?

Заранее смирившись со своей участью, Карла напряженно ждала неминуемой расплаты. Но вдруг из глубин кровати донесся старческий дрожащий голос, напоминающий чириканье птенца.

— Кто это? Тут кто-то есть. Я же слышал.

Поняв, что Джад готов сказать какую-нибудь спасительную полуложь, Карла собралась с духом и поспешно выпалила:

— Это я, Карла Робертс. Пришла узнать, как ваше здоровье.

— Кто? Кто это, вы говорите? — Джаспер, чуть приподнявшись, напряженно глядел в ее сторону. — Кто бы вы ни были, я не могу разглядеть вас. Будьте добры, подойдите поближе.

Когда Карла шагнула вперед, Джад резко шевельнулся, и она испуганно вздрогнула. Неужели он все-таки набросится на нее? Но нет, он просто повернулся к маленькому столику справа от себя, словно бы в поисках чего-то.

— Это Карла Робертс, — услышала она голос Джада, — бывшая подружка Николаса. Помнишь, она приезжала сюда два года назад?

— Какая Карла?

По-видимому, за время болезни старик несколько утратил память. Он продолжал разглядывать гостью мутным взором, и Карла внутренне содрогнулась. Боже, он даже не помнит ее! Может, и правда не стоило приходить? Но тут Джад наконец отыскал предмет своих поисков — очки в широкой оправе и осторожно водрузил их на нос дяде.

— Карла Робертс, — повторил он. — Подружка Николаса. Из Лондона.

Однако пояснения были уже не нужны. Едва мир вокруг него приобрел четкие очертания, лицо старика озарилось радостной улыбкой узнавания.

— А, наша Карла! Что же ты сразу не сказал? — Он протянул девушке исхудалую руку. — Дорогая, как приятно вас видеть! Идите сюда, присаживайтесь на край кровати.

Радостно улыбаясь, Карла послушалась и исподтишка с любопытством посмотрела на Джада. В этом крошечном эпизоде с очками сквозило что-то невыразимо заботливое и трогательное. В поведении Джада читались яростное желание защитить дядю и всепоглощающая нежность к нему. Карле казалось, будто перед ней незнакомец.

Она и раньше понимала, что Джад очень привязан к Джасперу, но лишь теперь осознала, насколько сильно. Ей и в голову не приходило, что он способен на столь глубокое чувство!

Словно почувствовав что-то, Джад резко обернулся. На смену теплу и нежности пришло открытое предостережение: будь осторожнее, только попробуй причинить ему вред!

Боже, он и впрямь верит, что я явилась сюда хладнокровно обобрать больного старика! — ужаснулась Карла. Чудовищно! Она беспомощно отвела взгляд и обернулась к хозяину дома.

— Я тоже ужасно рада видеть вас… И вы выглядите куда лучше, чем я ожидала. — Джаспер исхудал, казался собственной тенью, но глаза на призрачно белом лице сохранили толику былого огня. Что бы там ни говорили врачи, сам он явно не собирался сдаваться.

Карла наклонилась вперед и пожала худую руку. На душе у нее стало чуть легче.

— Ну и сюрприз. Вы здесь спустя столько времени, — покачал головой Джаспер. — Удивительно, правда, Джад?

— Еще как.

— По правде говоря, это чистая случайность. — Не желая дать Джаду возможности вставить что-нибудь нелестное в ее адрес, Карла поспешила рассказать, что привело ее в эти края.

— Но до вчерашнего дня, пока Энни не сказала мне, я не знала, что вы болеете. Естественно, мне сразу же захотелось навестить вас.

Она сознавала, что частично объяснения предназначены для ушей Джада. Закончив рассказывать, девушка наполовину сердито, наполовину умоляюще покосилась на него. Клянусь, говорил ее взгляд, все это — чистая правда.

Но выражение ледяных глаз не смягчилось. Бесстрастное лицо яснее ясного свидетельствовало, что Карла зря потратила время. Проклятье! Она отвернулась. Ну почему она решила, что его возможно переубедить? Может, Джад и способен на душевную тонкость, когда дело касается его дяди, но по отношению к ней он несгибаем, словно сталь.

— Как бы там ни было, я рад вас видеть, — повторил Джаспер. — Что может лучше подействовать на бедного больного старика, чем визит молодой очаровательной девушки? — Карла рассмеялась, и он добавил: — Значит, теперь вы будете работать в центре? Вам должно понравиться. Замечательное место. Там так много делают для детей.

— Вы угадали, — Карла сжала его руку, — мне там уже нравится. Действительно, место совершенно особенное.

Джаспер кивнул.

— К сожалению, сам я там не был. — Он хмуро усмехнулся: — Слишком давно прикован к этой распроклятой постели. Но Джад постоянно мне все рассказывает. Понимаете, он принимает большое участие в работе центра.

— Джад? В работе в центре? — изумилась Карла. Сообщение показалось ей настолько абсурдным, хоть смейся. А другой стороны, вдруг это правда? Вот ужас!

Ей вдруг представилось, как он следит за ней на детской площадке, на занятиях, изыскивает сотни способов превратить ее жизнь в ад. Как можно нормально работать бок о бок с человеком, который тебя ненавидит?

Пытаясь скрыть смятение, Карла обернулась к Джаду, почти дословно повторив то, что сказал он ей во время их недавней встречи:

— Боже праведный, просто не представляю тебя в этой роли!

Он улыбнулся — похоже, овладевшая ею паника не осталась для него секретом.

— Вижу, ты в восторге, — промурлыкал он и, покачав головой, повернулся к кровати больного. — Но ты сильно преувеличиваешь, дядя. Не так уж много я делаю. Просто слегка интересуюсь их проектами, вот и все.

Карла с облегчением перевела дух. Ну и перепугалась же она! Хотя, пожалуй, не стоило принимать все так близко к сердцу. Любому ясно, что работа в детском центре не может привлекать Джада. Если только он не преследует какие-то личные цели.

— Так вы теперь работаете под началом Энни?

Услышав голос Джаспера, Карла с благодарностью обернулась к нему.

— Да. У нас с ней даже один кабинет на двоих. Она мне очень симпатична.

— Да, Энни славная, ее все любят, — подтвердил Джаспер.

Так вот в чем дело, улыбнулась про себя Карла. Теперь-то понятно, — хотя можно было догадаться и раньше, — чем объясняется повышенный интерес Джада к делам центра. Он просто увлечен его очаровательной начальницей!

Карла скользнула по Джаду любопытным взглядом. Интересно, они с Энни любовники или еще не достигли этой стадии в отношения?

Как вчера огорчилась Энни, не застав Джада на автостоянке. Неужели бедняжка влюблена в него? Сердце Карлы сжалось от сострадания. Да, влюбиться в такого самоуверенного упрямца, как Джад Хантер, — радости мало! Джаспер прервал ее размышления:

— Карла, расскажите, что поделывали все это время. Мы ведь так давно не виделись. Вам по-прежнему нравится в Лондоне?

— Да, очень.

Карла снова мысленно улыбнулась. Можно биться об заклад, что реальная жизнь школьной учительницы в Лондоне как небо и земля отличается от того, какой представляет ее себе Джаспер. И от той жизни, что она вела два года назад. Тогда благодаря обязанностям рекламного агента и привычкам Николаса Карла кружилась в бесконечной череде вечеринок, приемов, посещений театров и ресторанов, уик-эндов в загородных домах. Это было суматошное и светское времяпрепровождение. Тут Джад был абсолютно прав. Зато теперь единственной роскошью, которую она могла себе позволить, стали редкие походы в кино или вылазка в пиццерию по соседству.

Но Карла не жаловалась. Сейчас она была куда счастливее, чем раньше. После возвращения на преподавательскую стезю, ее жизнь обрела смысл. Карла знала, что теперешняя ее работа стоит и не таких жертв.

— Я преподаю в школе поблизости от Холлоуэй-роуд, — продолжила она. — Дети там просто замечательные.

Видя, что Джасперу действительно интересно, она принялась подробно рассказывать о повседневных занятиях, припоминая всякие забавные истории, способные развеселить больного. При этом Карла усиленно старалась не смотреть на Джада. Зачем — враждебный взгляд только понапрасну расстроит ее. Но Карла сознавала, что он анализирует каждое ее слово. Она почти физически ощущала буравящий взгляд на затылке. Пытаешься меня смутить? Не выйдет! Ты для меня просто не существуешь! — мстительно думала она.

Через некоторое время, заметив, что больной начал уставать, Карла нагнулась и взяла его за руку.

— Мне, кажется, уже пора… — начала было она, имея в виду, что ей следует попрощаться и дать Джасперу отдохнуть.

Но закончить фразу ей не удалось. Джад внезапно поднялся из кресла, словно дикий зверь из логова.

— Хватит! — заявил он. — Не видишь, дядя устал. Пора бы тебе и откланяться.

— А я что собиралась делать? Твое вмешательство совершенно излишне, — тихо огрызнулась Карла, поворачиваясь к противнику. — Нечего разыгрывать из себя сторожевого пса!

— Прекрасно. Но, когда дело касается дяди, я всегда буду вести себя как сторожевой пес. Он нуждается в защите.

От этих слов Джада Карлу бросило в краску.

— Вполне согласна, — отрезала она. — Но не от меня. Я действую только в его интересах.

Желая завершить неприятный разговор, она начала подниматься, все еще держа старика за руку и радуясь, что тот задремал и не слышал их короткой перебранки вполголоса. Однако, почувствовав ее движение, Джаспер вновь открыл глаза и заморгал:

— Неужели вы уже уходите?

— Боюсь, мне пора. Да и вам нужно отдохнуть. Но если хотите, я скоро снова навещу вас.

Произнося это, Карла внутренне сжалась. Подозрительный Джад наверняка сочтет их открытой провокацией. А ведь ничего подобного. Она просто высказала то, что чувствовала. Ей действительно было бы очень приятно вновь повидать Джаспера. А коли Джаду это не нравится, тем хуже для него!

В ответ Джаспер кивнул и улыбнулся:

— Конечно, буду рад. Приходите в любое время, когда вам будет удобно. Как только соберетесь, позвоните Джаду, и он пришлет за вами моторку. Не хочу, чтобы вам приходилось связываться с паромом. — Он на секунду замолк и поглядел куда-то за спину Карлы. — Тебе ведь нетрудно будет позаботиться об этом, правда, Джад?

На долю секунды повисла напряженная тишина. Карла едва подавила нервный смешок, представив себе выражение лица Джада. Ему, верно, больших трудов стоит не придушить ее на месте!

Но ответ Джада прозвучал вполне спокойно:

— Разумеется. Буду рад лично позаботиться о мисс Робертс.

Карла повернулась и с недоумением уставилась в спокойное самоуверенное лицо. Что он имел в виду? Такое притворное согласие пострашнее прямых угроз. Наверняка, готовит ей ловушку!

Ну да ничего. В конце концов, кто предупрежден, тот вооружен.

— Как мило с твоей стороны, — отозвалась она, скрывая под легкой улыбкой истинные мысли: «Можешь делать что угодно. А я уж постараюсь держаться от тебя подальше, так что не жди звонка понапрасну. Куда надежнее воспользоваться паромом!»

Поцеловав старика на прощание, она направилась к выходу. Джад демонстративно распахнул перед ней дверь и собрался выйти следом, но тут, словно в ответ на немую мольбу Карлы, Джаспер окликнул его:

— Джад, подожди немного…

Карла с облегчением вздохнула. Спасибо, Джаспер! Ты настоящий друг!

Джад неохотно вернулся в комнату, а Карла поспешила по коридору. Дойдя до лестницы, она взглянула на часы. Оказывается, было куда позднее, чем она думала. Какая жалость! Теперь уже нет времени выпить кофе и поболтать с Хенриет, а то она не успеет на ближайший рейс парома. А успеть надо непременно, или она опоздает на занятия.

Найду Хенриет и извинюсь перед ней, решила Карла. Отложим болтовню до следующего раза.

Она почти бегом спустилась по ступенькам, но внизу замешкалась. Где искать Хенриет? Холл был пуст. И спросить не у кого. Карла огляделась по сторонам. Может, Хенриет решила подождать подругу в парадной гостиной? Если память ей не изменяет, эта гостиная находится за дверью в конце холла.

Карла поспешила к полуоткрытым дверям.

— Хенриет! — позвала она. — Хенриет! Ты здесь?

Молчание. Карла громко постучала, чтобы дать знать о своем присутствии, и вошла в комнату.

— Хенриет! Это Карла. Боюсь, мне уже пора уходить.

— Ну, так и уходи. Хенриет здесь нет.

Джад словно вырос из-под земли, заставив девушку подскочить от неожиданности.

4

— Кой черт тебя сюда принес? — отшатнулась Карла, переводя дух. — С чего вдруг ты на меня набрасываешься?

Джад застыл в дверном проеме. В ироническом взгляде явно читалось, что никаких извинений она не дождется.

— Вот уж не собирался на тебя набрасываться. Просто услышал, как ты зовешь Хенриет, и вышел сообщить, что ее тут нет.

Какая вежливость! Карла с подозрением покосилась на него:

— Как ты здесь оказался? Что-то я не заметила, чтобы ты спускался по лестнице.

— А, так ты старалась не попадаться мне на глаза? — Он изучающе уставился на девушку. Заветное желание Карлы потихоньку улизнуть, не вступая в новые стычки, очевидно, не укрылось от него. — Что ж, все очень просто. Никакой мистики. Я всего лишь воспользовался черной лестницей.

— Ну да, чтобы нарочно напугать меня. Хотел устроить засаду и довести меня до сердечного приступа.

— С чего бы вдруг? — Джад всем видом продемонстрировал, как шокировала его сама эта идея. — Это было бы так некстати. Подумай, сколько сразу всяких хлопот.

Ага, например, необходимость вызывать «скорую». Упади гостья в обморок к ногам Джада, ему это было бы всего-навсего некстати…

— Собственно говоря, я спустился по другой лестнице главным образом в надежде избежать встречи с тобой. Не думал же я, что ты начнешь рыскать по всему дому.

— Ничего я не рыскала. Просто искала Хенриет.

— Только зря время тратила. Повторяю: ее здесь нет.

— Позволь узнать, с чего ты так решил? — не поверила Карла. Наверняка он просто пытается обманом выставить ее отсюда.

— Очень просто. Я хорошо знаю кузину. Увидев меня, она предпочла ретироваться.

— Почему бы это?

— Боюсь, тебе лучше спросить у нее самой. — Джад с невозмутимым видом вынес пристальный взгляд Карлы, а потом вновь улыбнулся так, словно его что-то забавляло. — Могу только еще раз заверить, что ее здесь нет. Оставив в стороне наши с ней отношения, добавлю, что, спускаясь по лестнице, я заметил в окно, как ее машина отъезжала от дома.

Карла не верила своим ушам. Неужели это правда? Не успела она прийти к какому-либо выводу, как Джад продолжил:

— Зря удивляешься. Разве ты не заметила, что она не слишком обрадовалась, обнаружив меня в спальне дяди Джаспера?

Значит, я не одна такая, подумала Карла, живо припомнив панику, охватившую ее, когда, войдя в комнату, она неожиданно узрела Джада. У него несомненный талант вселять ужас в сердца всех, кто его знает.

Ну конечно, за исключением Энни, мелькнула неожиданная мысль. Глупенькая, доверчивая Энни попалась на удочку этой притягательной, хотя и сумрачной красоты. Бедняжка вступила в заведомо проигрышную игру: Джад никогда не сделает ее счастливой, подумала Карла, прекрасно понимая, как легко девушки могут увлечься им. Она и сама, правда всего на миг, пала жертвой его чар.

Отогнав непрошеные мысли, Карла гордо вскинула голову:

— Что ж, я не виню Хенриет. Она всего лишь старается избежать неприятностей.

— Не в пример тебе.

— О чем это ты?

— Ты предпочла проигнорировать мой совет. — Увидев ее недоуменно нахмуренные брови, Джад пояснил: — Насчет приезда на остров.

— А, теперь это называется советом? — скептически улыбнулась Карла. — Забавно, а мне-то показалось, что это была скорее угроза.

— Тем более ты зря оставила ее без внимания, — заявил Джад. — Похоже, что в отличие от моей кузины тебя так и тянет нарваться на неприятности.

— Отнюдь. Просто я не верю угрозам хвастунов. — Она бестрепетно встретила его взгляд. — Ты не имеешь права запрещать мне что-либо. Я знала, что Джаспер мне обрадуется, и, как видишь, не ошиблась.

Пока она говорила, Джад отошел на несколько шагов вглубь гостиной и, небрежно прислонившись к столику из красного дерева, вновь обернулся к Карле. Свет из окна высветил очертания сильной стройной фигуры. На мгновение Карле показалось, будто она видит перед собой древнего воина. И в груди девушки вспыхнул какой-то трепетный огонек, перенесший ее в прошлое.

Она снова сидела в лодке, видела раскалывавшие небо ослепительные зарницы и насквозь промокшего Джада рядом с собой. Ощущала тепло его прикосновений и безумное желание, которое дарили его объятия.

Изумившись власти, которую приобрели над ней эти воспоминания, она постаралась заглушить их, но на смену пришли раздумья о Джаде и Энни. Интересно, они, и правда, любовники? Вконец утратив душевное равновесие, Карла едва ли не обрадовалась, когда голос Джада прервал ее размышления:

— Скажи-ка мне, все эти россказни о том, как тяжела нынче твоя жизнь — сплошная работа и никаких развлечений, — соответствуют действительности? Или это только уловка, чтобы вызвать сочувствие дяди?

— Хочешь сказать, что я надеялась разжалобить его, чтобы вынудить подарить мне чек на крупную сумму? — Карла пронзила Джада убийственным взглядом. — Я ведь знаю, какого ты обо мне мнения. Жаль, конечно, что ты так считаешь, но я не имею ни малейшего желания разубеждать тебя. Не хочу опускаться до твоего уровня!

Совсем как два года назад. Гордость неизменно брала верх над стремлением оправдаться. Видно, так уж она устроена.

Джад несколько мгновений пристально вглядывался в ее лицо, скорее всего решив, что ее слова — всего-навсего завуалированное признание вины. Ну, тут уж ничего не поделаешь.

— Кроме того, — продолжала Карла, видя, что противник не собирается прерывать затянувшееся молчание, — ты заблуждаешься, предполагая, что я считаю свою жизнь трудной. Тебе, может, она и показалась бы тяжелой, а мне как раз по душе. Да, сейчас я получаю меньше, чем раньше, зато — хочешь верь, хочешь нет — стала гораздо счастливее.

— И ты не скучаешь по светской жизни? — недоверчиво изогнул брови Джад. — Прости мне мое удивление, но, когда мы виделись в последний раз, пристрастие к великосветскому обществу было твоей неотъемлемой чертой.

— Моей? Да никогда в жизни!

Однако приходилось признать, что у стороннего наблюдателя могло сложиться такое впечатление. Карла хорошо помнила тот странный период своей жизни, когда все словно неслось кувырком. Она невольно потупилась. Все началось со смерти матери. Карле казалось, что она никогда не оправится от этого удара. Даже сейчас сердце пронзила боль — эта рана еще не зарубцевалась.

Собравшись с духом, Карла вновь подняла взгляд.

— Тогда просто выдался такой период. А на самом деле светская жизнь вовсе не для меня.

— Не для тебя? Ты только делала вид?

— Да. Я прекрасно могу обходиться без дорогих ресторанов и премьер. Никогда не придавала им большого значения.

Тут ее осенило: а вдруг Джад подумает, будто она просто пытается подладиться под него. Ведь сам-то он никогда не гнался за светскими развлечениями! Чтобы в корне пресечь подобные предположения, Карла поспешно добавила:

— Хотя, признаю, мне это нравилось. — Действительно, на какое-то время она ощутила вкус совершенно иной, незнакомой ей жизни.

Джад по-прежнему не спускал с нее сурово прищуренных, осуждающих глаз.

— Можно подумать, будто существуют сразу несколько девушек по имени Карла Робертс… — протянул он. — Хотелось бы мне знать, какая из них настоящая?

— Думаю, тебе этого никогда не узнать. — Карла смерила его холодным взглядом.

На какое-то мгновение там, в спальне Джаспера, ей показалось, что можно простить Джаду многое, но теперь Карла поняла, что ошибалась. Пусть она и производила впечатление легкомысленной светской бабочки, однако это еще не давало ему права обвинять ее в низменной корысти!

— Хотя, — добавила она, — я уверена, что правда тебя вовсе не интересует. Ты ведь у нас и так все знаешь наперед.

Джад выпрямился во весь рост.

— По-моему, один раз я видел тебя настоящую.

Карлой вновь овладело смятение.

— И когда же, скажи на милость?

Но она блефовала, прекрасно понимая, что Джад имел в виду. Молодой человек сделал шаг по направлению к ней.

— Бывают ситуации, когда трудно скрыть, какая ты на самом деле.

Ее сердце забилось чаще. Опять эти воспоминания: жгучие поцелуи, страстное возбуждение, головокружительное упоение… Но на самом деле она ведь совсем не такая! Он просто сошел с ума, если думает, что она…

Джад сделал еще шаг и оказался совсем рядом. Карла хотела отступить, но ноги словно приросли к полу.

— Как бы там ни было, — усмехнулся он, — похоже, у меня будет прекрасная возможность получше узнать тебя. Нам ведь предстоит проводить в обществе друг друга немало времени.

— С чего ты взял?

Усилием воли она отвела взгляд от упавшей на лоб Джада прядки волос — черной и блестящей, слегка влажной на вид. Вот бы дотронуться до нее…

— Ну, это же неизбежно. Поскольку ты вознамерилась часто наведываться к моему дяде, мне не остается ничего, кроме как присутствовать при ваших свиданиях и не спускать с тебя глаз. Сколько ни уверяй, что я в тебе ошибаюсь, мне рисковать неохота.

— Как тебе заблагорассудится, — процедила Карла сквозь зубы. Только пусть не тешит себя мыслью, что она позволит ему сделаться ее тенью. Ни за какие блага мира она не станет сообщать, когда собирается приехать.

Джад словно прочел ее мысли. И на губах его заиграла надменная усмешка:

— Естественно, я вовсе не жду от тебя телефонных звонков. Со стороны дяди было наивно предлагать подобный выход из положения. — Он помолчал, явно забавляясь выступившим на ее щеках ярким румянцем. — Не беда, я и так узнаю, когда ты вздумаешь посетить остров. Не надейся, что тебе удастся проскользнуть незамеченной.

Проклятье! Он ее насквозь видит! Карла пожала плечами:

— Ну, дело твое. Однако мне, право, удивительно, что у тебя не найдется занятия поинтереснее, чем изображать при мне дуэнью.

— Занятий у меня хватает. Но это я почту за честь. — Джад как-то странно на нее посмотрел. — Кроме того, я рассчитываю получить компенсацию.

Рука его внезапно начала подниматься. Взволнованная Карла тут же решила, что он собирается обнять ее. Тело охватила томная слабость, потом — безотчетная дрожь. Резкое возбуждение сменилось столь же резким испугом. Она инстинктивно вскинула руки, собираясь оттолкнуть обидчика, но тут же поняла, что заблуждалась. Джад просто убрал со лба прядь волос.

Карла замерла. Пылающие щеки недвусмысленно выдавали ее смущение. Нет, я просто ненормальная! Что со мной творится? Решила повторить сцену в лодке? — ужаснулась она.

Джад не смог сдержать улыбки:

— Эй, ты опережаешь события. Разве мне не полагается сначала поцеловать тебя, а уж потом схлопотать пощечину?

— Обойдешься!

Она поспешно отвернулась. Хватит выставлять себя на посмешище! На подгибающихся ногах Карла устремилась к двери, сопровождаемая издевательским смехом Джада.

Пусть себе смеется, если охота. Тут любой бы умирал со смеху. Она рывком распахнула дверь, выскочила на лестницу и опрометью бросилась из дома. Только за воротами ей удалось немного перевести дух.

Боже, как она себя вела? Что наговорила? Предаваясь самобичеванию, Карла торопливо шла вниз, к пристани. Что с ней происходит? Куда только подевался ее здравый смысл? Почему она вновь и вновь вспоминает тот злосчастный поцелуй? Достаточно одного взгляда на Джада — и ее захватывает пьянящее, будоражащее ощущение, будто она снова в его объятиях!

Машинально девушка взглянула на часы. Кошмар! Паром отправляется через полминуты! Карла бросилась бегом, моля судьбу, чтобы паром задержался с отплытием. Она же подведет Энни, если опоздает на этот рейс!

Запыхавшись, ловя ртом воздух, она завернула за поворот, откуда была видна пристань. Похоже, ее молитвы были услышаны — паром еще не отчалил. Отчаянно размахивая руками, чтобы привлечь внимание рулевого, она помчалась к пирсу. Было бы смертельно обидно упустить последний шанс так близко от цели!

Когда Карла добежала до трапа, рулевой услужливо протянул ей руку.

— Забирайтесь, мисс. Устраивайтесь поудобнее и отдышитесь.

С благодарной улыбкой она рухнула на свободное сиденье.

— Спасибо, — пробормотала она не в состоянии выговорить более длинной фразы.

Рулевой шутливо погрозил ей пальцем.

— Знаете, юная леди, больше так не опаздывайте! Еще несколько минут — и мое терпение кончилось бы.

Карла удивленно подняла взор. Неужели он ее ждал? Но почему? Она ведь никого не предупреждала. Матрос, сматывающий швартовы, вывел ее из недоумения:

— Мистер Джад позвонил и попросил подождать вас. Сказал, вы только что вышли из замка и минут через пятнадцать будете в гавани. — Паром начал медленно разворачиваться. — Ну а мы всегда рады оказать ему услугу.

В ответ Карла выдавила слабую улыбку. Странно, но она вовсе не испытывала признательности Джаду, хотя и должна была бы. Неужели он никогда не перестанет совать нос в чужие дела?

Позвонив на пристань, Джад вернулся в спальню дяди и заботливо склонился над постелью. Прекрасно: Джаспер заснул, а ему сейчас нужно как можно больше спать. Джад вгляделся в изможденное старое лицо, почти такое же белое, как подушки, и его захлестнула волна любви и жалости. Визит Карлы не нанес вреда больному — скорее наоборот. Ей удалось пробудить в нем искорку интереса к жизни. Может, в конечном итоге не так уж и плохо, что Карле вздумалось иногда навещать его?

Губы Джада тронула легкая улыбка. По правде говоря, не только Джаспер будет рад ее приходу! Пусть это нелепо, но есть в Карле нечто необыкновенное… Отчасти тому причиной ее внешность — очаровательное личико с синими бездонными глазищами. Но дело не только в красоте. Эта девушка буквально излучает жизненную энергию и трогательную свежесть. А это тонкое, неожиданное чувство юмора, что постоянно заставляет его улыбаться… Нет, без сомнений, Карла волнует его.

Почувствовав, как исподволь накатывает возбуждение, Джад невольно вспомнил то, что произошло меж ними два года назад, в лодке. Конечно, такого не должно было случиться, ведь Карла была девушкой Николаса. Но он до того страстно желал ее, что не смог устоять перед искушением. И Карла… Карла тоже, пусть даже все и закончилось пощечиной. Он не раз думал, что хорошо бы повторить тот эпизод, только, разумеется, с иной развязкой. И вот Карла снова здесь… Кто знает, что теперь может произойти?

Но тут верх взял рассудок. Не стоит поддаваться провокационным эмоциям. Джад взглянул на часы. Уже давно надо было позвонить Энни. Она, верно, гадает, куда он делся, — ведь договорились же встретиться сегодня после ланча. Но неожиданный визит Карлы сбил его с толку и заставил позабыть об обещании.

Джад нахмурился. Может, стоит передоговориться с Энни на завтра? Да, теперь приезжать в центр станет далеко не так удобно, как раньше. Карла наверняка удивится, встречая его там чуть ли не каждый день. Не хочется постоянно ловить на себе подозрительные взгляды — а значит, лучше подыскать для встреч с Энни другое место.

Молодой человек снова перевел задумчивый взгляд на Джаспера. Тот казался таким слабым и уязвимым, таким хрупким и затерянным на огромной кровати из резного дуба.

— Не тревожься, — пробормотал племянник. — Я не оставлю тебя.

Собственные слова, произнесенный вслух, вдруг отрезвили его. Если между ним и Карлой и произойдет что-нибудь, то лишь в виде ничего незначащей интрижки. Вопреки убедительным речам девушки, Джад доподлинно знал, с кем имеет дело. И не собирался об этом забывать. Хотя порой трудно было поверить всему тому, что ему было известно о Карле Робертс, но Джаду не хотелось два раза совершать одну и ту же ошибку. С него хватит!

С тяжелым вздохом он отошел от кровати. Решено: он не допустит, чтобы мимолетное увлечение переросло в более серьезное чувство!

5

Той ночью Карле снился сон. Она снова перенеслась на два года назад и оказалась в утлой лодчонке посреди бушующей стихии. Все было реально и живо, как наяву…

Она отправилась кататься по морю в гордом одиночестве, чисто из духа противоречия, — потому что Джад возражал. Ибо на этой стадии — через полторы недели со дня приезда Карлы в замок — черноволосый кузен Николаса уже возглавлял список наиболее отвратительных ей людей.

— У тебя нет никакого опыта, — убеждал он. — Если что-то пойдет не так, ты не сообразишь, что и как делать. Подожди, пока с тобой сможет отправиться Ларри — как местный старожил и мой помощник он прекрасно справится с любой ситуацией и на суше, и на море — или еще кто-нибудь из ребят. И ради бога, хоть сегодня никуда не отправляйся.

— А я хочу именно сегодня и прекрасно слажу с управлением. Ларри уже дал мне пару уроков. И потом, не забывай, речь идет всего-навсего о моторке, — капризно фыркнула Карла. — Я ведь не собираюсь в одиночку выходить в море на «Королеве Элизабет».

Джад покачал головой и с досадой отвернулся.

— Вольному воля. Не стану больше тебя отговаривать. Только, если влипнешь в неприятности, не жди, что я все брошу и поспешу на выручку.

Славная шутка! Карла с трудом сдержала смех.

— Не волнуйся, вот уж на что я отнюдь не рассчитываю. С каких это пор ты стал рыцарем в сверкающих доспехах? — Да и все равно ей помощь не потребуется. К чему?

Так что в тот же день после обеда, когда Джаспер прилег вздремнуть, Карла спустилась на частный причал Пенторры и попросила дать ей моторку. День выдался теплым, хотя и не таким жарким, как несколько предыдущих. По небу плыли разрозненные лохматые облачка. Карла запрыгнула в лодку и убрала волосы под забавную кепочку.

— В баке полно горючего, — заверил работающий на причале парнишка по имени Пит, когда Карла отвязывала швартов. — Так что плывите куда хотите, хоть на край света.

— Замечательно, — улыбнулась она в ответ, уже решив, куда отправиться — к Чаячьей бухте, на другой конец острова.

— Там просто дух захватывает, — восторженно рассказывал ей Джаспер. — Буйство дикой природы. Для меня прекраснейший пейзаж в мире.

Мотор завелся с первой попытки. Карла помахала рукой Питу и отчалила. Сидя у руля, она улыбалась, крайне довольная собой. Похоже, Джад считает ее полной дурочкой, неспособной даже самостоятельно справиться с крохотной моторкой! Невозможный человек! Ничего, она докажет, что он не прав!

Судя по словам Джаспера, путешествие должно было занять минут сорок пять. Лодка ровно резала носом сияющую гладь. Карла откинулась на сиденье, наслаждаясь одиночеством. Правда, пока его нельзя было назвать полным: кругом виднелись другие моторки и катера. Однако по мере продвижения к западу их становилось все меньше, и вскоре Карла ощутила себя настоящей королевой морей.

Джаспер не преувеличивал. Завернув за мыс, она восхищенно ахнула. Чаячья бухта просто ошеломляла красотой. Живописный каскад нагроможденных друг на друга скал, покрытых пышной зеленью, обрушивался прямо в море, обдающее его подножие белопенными валами. А чуть дальше, где утес отступал, волны поменьше нежно ласкали полоску серебристого песка.

Туда-то и направилась Карла. Пришвартовав моторку возле выступающего из воды валуна, она вброд добралась до берега и растянулась на пляже, блаженно улыбаясь. Подумать только: одна в раю!

Через полчаса она решила прогуляться. Солнце скрылось за облаком, в воздухе повеяло прохладой. Поднявшись на ноги, Карла поправила кепку. Пора разведать, что таится на другой стороне бухты.

Впоследствии она и сама не могла понять, как умудрилась проглядеть приметы надвигающегося шторма. Не успела Карла пройти и полпути через бухточку, как небо потемнело, налетел порывистый ветер. Но она, ничего не замечая, беззаботно скакала по камням. И лишь у подножия утеса обратила внимание, что начал накрапывать дождь.

Ну, все равно ерунда — несколько капель ей не повредят, да и потом, наверняка дождик кончится, не успев начаться. Однако обратно Карла шла уже быстрее и не так беззаботно, а под конец чуть ли не бежала. Небеса разверзлись, обрушивая на землю потоки ледяной воды, а где-то вдалеке рокотал гром.

Что же теперь делать? Сквозь завесу дождя она вглядывалась в то место, где пришвартовала свое суденышко, теперь ставшее игрушкой разбушевавшихся волн. Карла ощутила первый укол страха. А что, если лодку перевернет или того хуже сорвет с привязи и унесет в открытое море?

Нахмурившись, она запрокинула голову, надеясь увидеть спасительный просвет. Напрасно. Небо сделалось свинцово-черным, грозовой фронт приблизился, а тяжелые серые тучи нависали над самым морем, почти задевая гребни темно-оливковых волн.

Оставалось одно — ждать у моря погоды. Но как же лодка? Она плясала на волнах, как пьяная. Привязывая ее, Карла вовсе не рассчитывала на ураганный ветер.

Не раздумывая, Карла скинула сандалии, кепку и кинулась в разыгравшиеся волны. Нужно вытащить лодку на берег, подальше на пляж, чтобы ее не смыло. Это единственный шанс на спасение. Делать нечего, придется справляться собственными силами. Еще миг — и будет поздно.

Добравшись до моторки, Карла обнаружила, что та уже отвязалась и начала отплывать от камня. Она потянулась к веревке… Тут-то все и случилось: огромная волна вдруг налетела на нее сзади, подмяв под себя и едва не утопив. Когда же Карла, откашливаясь, вынырнула на поверхность, лодка была уже далеко.

Проклятье! Борясь с волнами, Карла бросилась в погоню и наконец сверхчеловеческим броском умудрилась ухватиться за борт.

— Ага! Попалась!

Она изо всех сил пыталась подтянуться и влезть, пока новая волна буквально не перекинула ее через борт. Слава богу! Их уже и так сильно отнесло в море, пора возвращаться в бухту. Лишь бы добраться до отмели, а там она вброд дотянет лодку до суши.

Карла повернулась взглянуть далеко ли до берега… и похолодела, расширенными глазами озирая волны. Остров исчез! Как в воду канул!

Не паникуй! — приказала она себе, стараясь дышать ровно и размеренно. Всего-то и надо — включить двигатель и подождать очередной молнии, чтобы получше разглядеть, куда плыть. Спотыкаясь и скользя, Карла добралась до кокпита и попыталась завести двигатель.

Мотор молчал. Карла попробовала еще раз, другой, третий… пятидесятый… сотый… Безрезультатно! Вконец обессилев, она опустилась на сиденье, внезапно осознав, что продрогла до костей, а вокруг лодыжек плещется вода. Впервые ей стало по-настоящему страшно. О господи, неужели я скоро умру! — пронеслось в мозгу.

Что ж, если погибнуть, то сражаясь! Вскочив, Карла принялась горстями вычерпывать воду со дна лодки.

— Карла-а-а!

Девушка замерла. Неужели она сходит с ума? Уже и голоса мерещатся. Помотав головой, чтобы отогнать наваждение, она вновь принялась выплескивать воду за борт. Но наваждение не исчезало.

— Карла-а-а? Ты меня слышишь?

Затаив дыхание, она прислушалась к завываниям бури. Там кто-то есть? Возможно ли? Однако голос раздался в третий раз, уже ближе:

— Карла-а-а! Если слышишь, отзовись!

— Слышу! Слышу! Я здесь, только тону! — завопила она во всю силу своих легких и вдруг различила во тьме слабый мерцающий огонек. Боже мой! Ее затопила горячая волна облегчения. Спасена! Она не погибнет! Кто-то пришел ей на выручку!

— Сюда! Сюда!

Огонек приближался. Вскоре она уже различила смутные очертания моторной лодки. Над бортом вырисовалась высокая фигура нежданного спасителя. Лицо его тонуло в тени капюшона. Скорее всего, это Пит — он заметил, в какую сторону она поплыла, и пустился на помощь.

Вот смельчак! Она будет благодарна ему по гроб жизни.

Когда Пит накрепко пришвартовал лодки друг к другу, Карле захотелось обнять и расцеловать его.

— Слава богу, что ты подоспел вовремя! Я уже думала, мне конец.

В этот миг он поднял голову, и капюшон слетел с его лица. Сердце Карлы чуть не остановилось. Джад!

— Давай руку!

Он тянулся через борт к остолбеневшей девушке. Лицо его было столь же темным и непроницаемым, как грозовое небо над головой. Карла замерла в нерешительности. Почему-то очутиться с ним в одной лодке вдруг показалось ей куда более пугающей перспективой, чем остаться среди разбушевавшихся волн.

— Давай руку! — нетерпеливо повторил он. И не успела растерявшаяся девушка опомниться, как Джад перегнулся через борт, выдернул ее из ледяной воды, доходившей уже почти до колен, и легко, как перышко, перетащил в свою лодку.

— Может, тебе и хочется утонуть, — проворчал он, бесцеремонно опуская спасенную на палубу позади себя, — но почему-то сегодня у меня не самое подходящее настроение для самоубийства.

Скорее, для убийства! Карла зашаталась и с трудом удержалась на ногах. Да он зол, как черт, что пришлось плыть за ней!

— Натягивай. Живо!

Он швырнул ей желтую ветровку, такую же, как была на нем. Карла послушно попыталась всунуть в нее голову, но пальцы так закоченели, что еле-еле удерживали куртку.

— Иди сюда. Не дергайся. Придется мне самому!

Притянув Карлу к себе, Джад надел на нее ветровку, так энергично продевая руки Карлы в рукава, что чудом обошлось без вывиха.

— А теперь садись. — Он без особых церемоний отпихнул Карлу назад, так что она налетела на скамейку и с грохотом шлепнулась на нее. — И постарайся не путаться под ногами, пока я не вытащу нас отсюда.

Карла молча уставилась ему в спину. Джад проверил крепление обеих лодок и завел мотор. Глупо конечно, но Карла не могла отделаться от мысли, что предпочла бы спасаться своими силами. Ходить в должницах у Джада, — что может быть хуже!

За следующие несколько минут шторм заметно усилился. Зазубренные зигзаги молний раздирали небо в клочья, волны превратились в огромные вздымающиеся валы, лодка плясала и металась, как бык на родео.

— Ты ведь не собираешься добираться до дому по такому морю? — Карле пришлось кричать, чтобы хоть самой себя слышать сквозь раскаты грома. — Это безумие. Тебе вообще не следовало сюда приплывать.

Джад одарил ее убийственным взглядом.

— Спасибо за вотум доверия. Запомню и в следующий раз избавлю себя от лишних хлопот.

— Не волнуйся, следующего раза не будет. Мы оба найдем могилу на дне океана.

Едва эти слова слетели с ее губ, как Карла ощутила приступ жгучего стыда. Можно ли быть столь неблагодарной? Пусть Джад — свинья, но он рискует жизнью, пытаясь ее спасти. А она? Карла смущенно потупилась, сиротливо кутаясь в куртку, а Джад повернулся к ней спиной и склонился над рычагами управления с таким видом, будто кроме него в лодке никого не было.

Пожалуй, убито размышляла Карла, лучше его не сердить. Теперь она всецело в его власти — к добру или к худу… Хотя эту мысль она тоже отвергла как проявление неблагодарности. В глубине сердца Карла почему-то больше не испытывала ни малейшего страха. Джад уж как-нибудь умудрится доставить ее на берег в целости и сохранности. Она не сомневалась в этом с той самой минуты, как увидела его лицо.

Следующие минут пятнадцать Карла чувствовала себя как на русских горках. Закрыв глаза, она съежилась на скамье, дрожа как осиновый лист и пытаясь хоть немного согреться.

Вдруг, как по мановению волшебной палочки, ветер улегся, а волны, только что грозившие опрокинуть лодки, присмирели. Карла удивленно открыла глаза и услышала голос Джада:

— Прибыли.

— Куда? — Прищурившись, девушка вглядывалась в царящий кругом полумрак. Не могли же они так быстро добраться до причала Пенторры? — Куда прибыли? Где мы?

— В безопасности. Отсидимся здесь, пока не перестанет штормить.

Выключив мотор, Джад привязал лодки к выступу огромной скалы, уходившей вверх точно гигантская стена. И тут Карлу осенило: они заплыли в какую-то огромную пещеру!

— Как ты совершенно верно подметила, до дома мы бы по такой погоде не добрались. — В голосе его звучали насмешливые нотки.

Значит, сообразила Карла, он с самого начала направлялся именно сюда. Она подняла взгляд на своего спасителя, собираясь извиниться за недавнюю грубость, однако внутри нее все восстало против подобной идеи. Зубы сжались, губы не могли вымолвить ни слова. Ах ты, маленькая дрянь! — выругала себя Карла, однако в следующий миг обрадовалась, что промолчала.

— Какого дьявола ты не надела спасательный жилет? Чертовски глупо с твоей стороны! — Джад уселся напротив девушки. — Скажи на милость, зачем, по-твоему, на лодках вообще существуют жилеты? Уж не для украшения!

Карла возмущенно уставилась на него. С какой стати он разговаривает с ней, как с малолетней идиоткой? Хотя, честно говоря, сейчас она именно так себя и чувствовала.

— Я… я не знала, где лежит спасательный жилет. Не знала даже, что он тут вообще есть.

— Разве Ларри не показал тебе, когда ты в первый раз каталась на моторке? — Прищуренные глаза буравили ее, добиваясь ответа. — Это входит в его обязанности, и я буду весьма удивлен, если он ими пренебрег.

Да, она и впрямь хуже малолетней идиотки! Внезапно Карла все вспомнила. Ларри, разумеется, показывал ей, где что лежит, а она почти не слушала, полагая, что уж ей-то это не пригодится.

— Я забыла, — покаянно призналась она, чувствуя, как предательски срывается голос.

— Забыла? — Брови Джада взлетели вверх. — Оказалась в моторке посреди океана в разгар шторма и забыла такую незначительную деталь, как спасательный жилет?!

— Боюсь, именно так все и было. Как-то не подумала…

— Полагаю, о том, что надо бы выпустить сигнальную ракету, ты тоже не подумала? Что стоило бы как-то обозначить свое местоположение для тех, кому придется тебя искать? Если бы не вспышка молнии, я бы в жизни тебя не разглядел.

Лицо Карлы залилось румянцем. У нее начисто вылетело из памяти, но про сигнальные ракеты Ларри ей тоже объяснял. Она с вызовом поглядела на сурового Джада.

— Я не думала, что меня станут искать. В такую-то бурю! Мне это и в голову не приходило.

— Так, значит, ты не забыла про ракеты? Сознательно не стала ими пользоваться, да?

Само собой, он знал, что дело не в этом, просто издевался над перепуганной жертвой. Но, несмотря на это, Карла ощутила, как вся ее враждебность внезапно растаяла без следа. Ведь ей и вправду ни на долю секунды не приходило в голову, что кто-нибудь осмелится ради нее бросить вызов шторму. А Джад рискнул — рискнул жизнью, чтобы спасти глупую девчонку, которая даже не сообразила облегчить ему задачу, выполнив элементарнейшие правила. Даже дети знают, что, если попал в беду во время шторма на море, надо просигналить ракетой.

— Прости, — пролепетала она, заикаясь от стыда. — Мне так жаль. Правда-правда. Я не подумала. Так глупо с моей стороны… — Горло сжимала судорога, мешая говорить. — Я вела себя как полная кретинка. Испугалась до полусмерти и перестала соображать.

Самообладание наконец изменило Карле, и она разразилась слезами, дав выход копившемуся напряжению. Эти страшные секунды, когда она думала, что скоро погибнет… Облегчение, когда подоспело спасение… Огорчение, что спасителем оказался Джад… Чувство вины… Слишком много для одного дня.

— Эй, а вот этого не надо. — Джад внезапно очутился возле всхлипывающей девушки и ласково обвил рукой ее плечи. — Я не хотел тебя расстраивать. Я понимаю: конечно, ты очень испугалась. Я просто переволновался за тебя. Ведь ты могла утонуть.

— Прости, пожалуйста. — Теперь Карла никак не могла перестать извиняться. — Обычно я не веду себя так глупо. Прости.

— Ничего, все в порядке. — Он ободряюще похлопал ее по спине. — Все кончилось хорошо, давай больше не будем ни о чем вспоминать. Ты ведь не выпала за борт, так что спасательный жилет тебе не понадобился, а я отыскал тебя даже в темноте, без всяких ракет.

Свободной рукой он приподнял лицо Карлы и, бережно повернув его к себе, смахнул пальцем катившуюся по ее щеке слезинку.

— Ничего, — улыбнулся он. — В следующий раз будешь знать, что делать.

— Надеюсь, следующего раза не будет. В жизни ничего ужаснее не испытывала.

Карла робко взглянула на своего утешителя. Ослепительная молния внезапно осветила небо у него за спиной, на миг выхватив из тьмы светлый овал лица. Намокшие волосы Джада волнистыми прядями налипли ему на лоб, на ресницах блестели капли дождя. И на девушку нахлынуло совершенно неуместное в этой ситуации желание. Карла замерла, боясь даже пошевелиться, охваченная смятением. Вырваться ли из объятия или просто сделать вид, что ничего не замечает?

В серых глазах Джада зажглось какое-то новое выражение, окончательно лишившее Карлу душевного покоя. Незнакомая ей прежде теплота, даже нежность, плюс что-то еще более будоражащее. Голодный, жаркий блеск, пламя, грозящее вот-вот вырваться наружу и испепелить ее.

В следующую секунду пещера снова погрузилась в полумрак. Карла затаила дыхание. Касание руки Джада — еще миг назад такое невинное и безопасное — теперь обжигало огнем, грозило самыми невероятными последствиями. Это было все равно, что сидеть на бомбе с часовым механизмом.

Карла поспешно вытерла слезы обеими руками.

— Прости. Не знаю, что на меня нашло.

Она откашлялась и издала нервный смешок. Быть может, теперь Джад уберет руку. Но он не сделал этого.

— Не говори глупостей. Тебе действительно пришлось пережить пару неприятных минут.

Пальцы ласково поглаживали ее плечо. Возбуждение все нарастало. Карла сжалась еще больше, хотя перестала обманывать себя, будто предпочитает, чтобы он убрал руку. Нет, сейчас ей больше всего хотелось набраться мужества и перестать комплексовать.

Повисло напряженное молчание. Показалось ей, или объятие Джада стало чуть крепче? До чего же приятно. Вот бы забыть все и просто наслаждаться минутой! Бедный Джад, наверное, ему кажется, что рядом с ним бесчувственная деревяшка.

— А почему ты вообще отправился меня разыскивать? — заговорила Карла, надеясь развеять напряжение. — Точнее, почему ты решил, что я попала в беду?

— Когда разыгрался шторм, Пит прибежал ко мне и сказал, что ты еще не вернулась. Было совершенно очевидно, что дело принимает опасный оборот, вот я и решил поискать тебя.

Джад произнес это совершенно буднично, ничуть не рисуясь. Однако Карла не сомневалась, что все было именно так. Она представила, как он, не медля ни секунды, уплывает в бурное море, — и вовсе не потому, что опасность грозила именно ей, Карле, а просто потому, что иначе не мог. Сердце замерло от невольного восхищения.

— Но как ты узнал, куда плыть? Я ведь могла отправиться куда угодно.

— Просто пораскинул мозгами. — Она даже в темноте поняла, что Джад улыбается. Рука его легонько сжала ей плечо. — Зная тебя, я сразу понял, что ты выбрала самую отдаленную и опасную часть острова.

До чего же уничижительно! Неужели мотивы ее поступков столь прозрачны? Чего доброго, Джад догадался и о том, что она поплыла туда отчасти из духа противоречия, назло ему!

Но ведь она вовсе не столь безрассудна, как он думает! Карла принялась сбивчиво и горячо объяснять, как все получилось и что вообще-то она собиралась пересидеть шторм на пляже, а в воду полезла, только чтобы привязать лодку покрепче.

— Не отвяжись она, со мной все было бы в полном порядке. Скажи, а такой вариант тебе не приходил в голову? Что я скорее всего сижу на суше и мне ровным счетом ничего не грозит?

— Я надеялся, но где-то в глубине души чувствовал, что это не так. Понимаешь… очень уж не хотелось терять лодку!

В эту секунду ветвистая молния залила пещеру синеватым сиянием и Карла по улыбке Джада поняла, что тот шутит.

— Правда, все равно теперь придется потратить кучу денег, чтобы залатать ее, — добавил он и, к несказанному удивлению Карлы, вдруг нагнулся и поцеловал ее.

Это был не настоящий поцелуй. По крайней мере, поначалу. А так, всего лишь легкий дружеский поцелуйчик. Но в последний миг, под раскат оглушительного грома, губы Джада, коснувшись губ Карлы, не отдернулись, а прижались с неожиданной страстью, пробудившей в ней не менее сильный отклик. Сковывавшее ее напряжение внезапно исчезло. Сильные руки обвили ее, притянули ближе — и она с радостью припала к груди Джада, положила ладони ему на плечи и с тихим стоном запустила пальцы в мокрые спутанные волосы.

И сразу же шторм снаружи словно утих, зато внутри Карлы разыгралась новая буря — не чета первой. Поцелуй становился все жарче, и она инстинктивно льнула к Джаду, вся дрожа, уносясь куда-то ввысь на крыльях дикого неистового возбуждения. Бомба, ждавшая своего часа, наконец взорвалась.

Снова полыхнула молния, и, открыв глаза, чтобы взглянуть на Джада, Карла ощутила острейшее, пронизывающее насквозь желание. Никогда прежде ни один мужчина не заставлял ее переживать ничего подобного. Ни один!

Что-то неуютно кольнуло ее. Карла замерла, мысли лихорадочно кружились. И тут она вспомнила. Николас! Это имя было словно удар по лицу. И как только она могла забыть? Карла попыталась высвободиться.

— Что такое?

Джад не отпустил ее. Стоило Карле откинуть голову — и он принялся покрывать горячими поцелуями ее шею, посылая по всему ее телу пульсирующие электрические разряды.

Устоять было невозможно. Карла сдалась. И когда его губы вновь прильнули к ее устам, снедавшая девушку страсть взвилась ярким пламенем, в который подбросили дров. Задыхаясь, сгорая в этом огне, она неистово ответила на поцелуй, перебирая и лаская пальцами кудри Джада.

Но вдруг какое-то смутное чувство заставило ее остановиться. Нет, так нельзя! Паника придала ей сил. Вскрикнув, Карла вырвалась из объятий Джада и звучно ударила его по щеке.

— Прекрати! — пронзительно завизжала она и, вскочив на ноги, метнулась на другой конец лодки. — Какого черта ты себе позволяешь? Ты в своем уме? Как ты посмел ко мне приставать?

Даже тогда она понимала, до чего же фальшиво звучат ее слова. Очередная вспышка молнии высветила презрительную гримасу на лице Джада. Увы, Карла знала, что заслужила подобное отношение. Если кто-то из них двоих и сошел с ума, — так это она.

Впрочем, неважно, что подумал о ней Джад или даже она сама. Главное, что еще могла уразуметь Карла в тот момент, — спасена. Не от бури — от бури Джад уже ее спас, — а от чего-то в сотни раз более опасного.

Только что, секунду назад, невидимые барьеры, разделявшие их с Джадом, пали. Взаимная неприязнь и раздражение сменились симпатией и даже душевной близостью. Карла забыла, кто он такой и какого о ней мнения. Забыла, какого мнения о нем она, и позволила себе отдаться предательскому чувству.

Подумать только, куда это могло ее завести! Однако опасность миновала: они с Джадом снова стали врагами…

Вот как все это случилось два года назад. И вот что вновь пережила Карла во сне — столь ярком и жизненном, что, одним рывком вернувшись к действительности, она могла бы поклясться, что секунду назад сидела в моторке вместе с Джадом.

Сердце яростно билось в груди, тело покрылось холодным потом. Еще долго, не в силах уснуть, Карла лежала, стараясь унять дыхание и спрашивая себя, как спрашивала все эти два года: а чего, собственно, она так боится?

6

Вдоволь наворочавшись с боку на бок, Карла поняла: уснуть не удастся. В голове роились видения, ожившие образы прошлого. Она вылезла из кровати, накинула халат и отправилась вниз, в кухню. Выпью чего-нибудь, решила Карла, глядишь, и успокоюсь.

По дороге она сделала небольшой крюк, чтобы поглядеть, как там Фредди, тот самый рыжий сорванец, что привлек к себе ее внимание еще вчера на игровой площадке, затеяв ссору из-за мяча. Прошлой ночью Карлу разбудили доносившиеся из одной из спален отчаянные вопли. Стремглав примчавшись вниз, она обнаружила бедного мальчика в плену жуткого кошмара. Настоящего кошмара, а не глупого сна вроде того, что только что приснился ей самой.

Как же трудно оказалось его успокоить! Бедняжка находился в ужасном состоянии. И, когда он наконец уснул глубоким мирным сном, Карла еще долго сидела у кровати, держа мальчугана за руку и гладя по голове. Лишь перед самым рассветом она позволила себе уйти и оставить его одного.

Утром его соседи по комнате сказали, что Фредди часто кричит по ночам, хотя так плохо, как предыдущей ночью, ему еще не было. Поэтому Карла решила приглядывать за ним.

Но сейчас, заглянув в спальню, которую Фредди делил с пятью другими мальчиками, она увидела, что все шестеро спят, как ангелочки. Постояв минутку и полюбовавшись спящими, Карла пошла вниз.

Сквозь незанавешенное окно кухни ярко сияла луна. Не зажигая света, Карла прошла к холодильнику, взяла с полки пакет апельсинового сока и, налив себе стакан, с наслаждением отпила. Закрывая дверцу, она вдруг услышала под окном скрип шин.

Машина — здесь, в это время? Странно! Уже второй час. Шагнув к окну, Карла пригляделась и увидела за деревьями под ближайшим уличным фонарем знакомый «лендровер». Она так и замерла. Сердце забилось быстро и неровно. Что, ради всего святого, могло привести сюда Джада посреди ночи?

Словно в ответ на этот невысказанный вопрос дверца со стороны пассажирского сиденья отворилась и на мостовую выпорхнула Энни. Глаза Карлы расширились. Она-то думала, что Энни давным-давно десятый сон видит. А та потихоньку встречалась с Джадом.

Обернувшись, Энни сказала что-то водителю, засмеялась и захлопнула дверцу. Помахивая сумочкой, полуночница легкой походкой направилась к калитке, потом, повернувшись, махнула Джаду на прощание и скрылась из виду.

Машина тронулась, а Карла в растерянности отошла от окна. Что же делать? Спрятаться? Глупо. Энни скорее всего заглянет в кухню. Да и зачем вообще прятаться? Она ведь не делает ничего плохого! Хотя, кто знает, как ее действия могут выглядеть со стороны. Карла зажгла свет. Не хватало еще попасться в роли соглядатая, притаившегося во мраке. Секундой позже, услышав, как хлопнула входная дверь, она высунула голову в коридор.

— Так и думала, что это ты. А мне вот захотелось соку. — Ослепительно улыбнувшись, Карла продемонстрировала стакан в руке.

Лицо Энни вытянулось. Она помедлила в дальнем конце коридора, в глазах появилось какое-то затравленное выражение. Казалось, в первые секунды она так растерялась, что не могла вымолвить ни единого слова.

— Я… я только что вернулась, — запинаясь, пробормотала Энни наконец.

— Да, я видела машину.

Почему Энни так странно себя ведет? Ну и что с того, даже если она куда-то ездила с Джадом! Карле-то какое до этого дело?

— Ну ладно, пойду лягу. — Карла шагнула в коридор, но голос Энни остановил ее:

— Я уже собиралась спать, а тут Джад позвонил… Ну, совершенно неожиданно. Спросил, не присоединюсь ли я к нему чего-нибудь выпить перед сном.

Энни снова замолчала. Карла буквально слышала, как ворочаются мысли у нее в голове. Глупышка, пытается выдумать какое-нибудь невинное объяснение. И зачем только старается? Разве она должна кому-нибудь что-то объяснять?

Карла понимающе кивнула.

— Куда ездили? Славное местечко?

— Да нет, ничего особенного. «Партридж-инн». Знаешь, просто дружеская встреча.

Карла знала «Партридж-инн» — как-то раз ездила туда в прошлом. Эта старинного вида гостиница, со стенами увитыми розами, находилась за пределами Санта-Орвела среди великолепных садов. Старомодная и очень-очень живописная. Самое подходящее место для романтического свидания.

Дружеская встреча… Бог ты мой, внезапно подумалось девушке. Так, значит, Энни все-таки спит с Джадом!

— Поболтали о том о сем. Так, пустяки. Он рассказывал мне, что и как собирается переделать в поместье.

В голосе Энни слышалось страстное желание убедить подругу, что их свидание с Джадом не имело никакого отношения к сексу. Карла ничего понять не могла. Быть может, это Джад настаивает на сохранении тайны? Иначе зачем напускать столько тумана на такие простые вещи?

— У Джада есть несколько совершенно изумительных идей. — Энни замолчала и подавила притворный зевок. — Ладно, завтра дорасскажу. Пора спать.

Вернувшись к себе, Карла неохотно скользнула в постель. Спи! — приказала она себе, выключая свет. Сосредоточься на сне и ни о чем не думай. Однако стоило лишь уютно свернуться и натянуть одеяло на плечи, как перед глазами возникли отнюдь не способствующие сну сцены.

Вот Энни в постели с Джадом в «Партридж-инн». А в следующую секунду это была уже не Энни, а она сама, Карла. И не в «Партридж-инн», а снова в моторке. Пальцы ее перебирали кудри Джада. Он целовал ее, она отвечала ему тем же. А потом они вместе опустились на дно лодки, сплетясь в горячем объятии.

Палуба вдруг превратилась в кровать, огромную двуспальную кровать с балдахином, вроде тех, что стоят в лучших номерах «Партридж-инн». И они с Джадом, совершенно обнаженные, уже не просто целовались, а любили друг друга, с дикой и неистовой страстью, столь же безграничной и необузданной, как бушевавшая в небе гроза…

Что за наваждение! Карлой уже не в первый раз овладевало подобное безумие. После того лета подобные видения посещали ее с завидным постоянством. Она сама себя стыдилась! Что происходит? Уж не становится ли она нимфоманкой?

Очень похоже, что именно так. Подумать только, как она себя вела: чуть ли не сама бросилась в объятия мужчины, который ей даже не нравился, да к тому же — приходился кузеном ее приятелю, который, судя по всему, имел на нее виды! Хорошо еще, что несколько оставшихся дней до конца короткого отпуска Карла практически не видела Джада. Скорее всего, он избегал ее столь же старательно, как и она его.

Однако не слишком ли строго она себя судит? Ведь больше между ними ничего не было. Единственная причина того краткого умопомрачения — гроза и владевшее Карлой смятение чувств. Как будто все первобытные инстинкты вырвались на свободу.

Конечно, если бы она по-настоящему любила Николаса, ничего подобного просто не произошло. Гроза, не гроза — это не играло бы никакой роли. Однако их отношения с Николасом и так находились на грани разрыва. Карла уже две недели назад пыталась все прекратить и осталась с ним, лишь не выдержав его просьб и уговоров не устраивать сцен на Пенторре…

Карла постаралась взять себя в руки. Что толку думать об этом сейчас? Теперь это не имеет никакого значения. Было и прошло. Ни к чему придумывать себе какие-то запоздалые извинения. Просто безвредная, хотя и безумная выходка. Пятиминутное затмение!

Карла нетерпеливо перевернулась на другой бок. Наверное, она переутомилась. Да, конечно, только усталостью объясняется и сегодняшний сон, и последовавшие за ним навязчивые фантазии. Надо просто расслабиться, подумать о чем-нибудь другом и постараться все-таки заснуть.

Закрыв глаза, она принялась строить планы на завтрашний день. И это сработало: минут через двадцать на нее наконец снизошел долгожданный сон.

— Добрый вечер. Как приятно снова встретиться!

— Скучал по мне?

— А то как же. Не жил — мучился. Сущий ад. — Джад ослепительно улыбнулся. — Но я сжал зубы и страдал молча.

Когда через два дня Карла снова переступила порог замка, Джад уже поджидал ее на верхней ступеньке парадной лестницы. При виде темноволосого гиганта она с трудом сдержала досаду. Хотя он обещал присутствовать при каждом ее визите к Джасперу, и Карла сильно удивилась бы, не приведи он угрозу в исполнение. Однако в глубине души все равно уповала на чудо. А зря!

— Как ты узнал, что я здесь? — полюбопытствовала она, поднимаясь по ступеням и тая слабую надежду, что ему надо будет куда-нибудь уходить.

— У меня есть свои тайные осведомители.

— Вот уж не сомневалась.

— Если помнишь, я тебя предупреждал: не пытайся проскользнуть без моего ведома.

— Не волнуйся, не забыла. Полагаю, мне надлежит чувствовать себя польщенной, раз, по твоему мнению, я достойна таких трудов. — Карла удостоила Джада взглядом, полным притворного участия. — Надеюсь, я причиняю тебе неслишком много хлопот? Я бы просто умерла от угрызений совести, если бы ты из-за меня пропустил что-нибудь важное.

Лицо его расплылось в широкой улыбке:

— Как мило с твоей стороны. Я всегда знал, что у тебя доброе сердце.

Он стоял, скрестив руки на груди. Ноги, обтянутые джинсами, казались чуть ли не бесконечными, под выцветшей тканью вырисовывались очертания мускулистых бедер. К полнейшему своему ужасу, Карла вдруг снова вспомнила эпизод в лодке и ощутила мгновенный прилив пламенного желания.

— Но не волнуйся, — тут же добавил Джад. — Что для меня может быть важнее, чем провести несколько драгоценных минут с тобой?

— Да ты снова читаешь мои мысли.

Карла уже добралась почти до самого верха, а Джад не выказывал ни малейшего желания отойти с дороги. Нахмурившись, она остановилась, не доходя до него двух ступенек.

— Прости, но ты вообще-то собираешься дать мне пройти? Или мы так и будем стоять тут, обмениваясь дурацкими колкостями?

Джад засмеялся:

— А что, чудесный способ проводить время. Ничуть не хуже любого другого. И, кто знает, может, даже лучше.

— Ничего не лучше, — отрезала Карла, начиная сердиться. — Я не затем сюда пришла. У меня всего сорок минут на то, чтобы повидаться с твоим дядей. — Она раздраженно покосилась на часы. — Нет, уже тридцать семь.

— Ладно. Прибережем дурацкие колкости до следующего раза.

Он несколько секунд глядел ей в глаза, а потом, по-прежнему улыбаясь, повернулся и зашагал по коридору к спальне дяди. Сегодня, как с радостью убедилась Карла, Джаспер выглядел гораздо лучше. Впалые пергаментные щеки чуть порозовели, а в глазах появился обнадеживающий огонек, вспыхнувший ярче при виде желанной гостьи.

Карла обняла старшего друга.

— Вы чудесно выглядите. — Взяв его за руки, она присела на краешек постели.

Джад устроился в том же кресле, что и в прошлый раз, где безмолвно нес свою стражу. Он промолчал почти все время ее визита, принимая участие в разговоре лишь тогда, когда Джаспер обращался непосредственно к нему.

Замечательно! Карла просто нарадоваться не могла. Иногда она даже забывала о присутствии Джада. Однако под конец беседа приняла неожиданный… и неприятный оборот.

Джаспер рассказывал ей, как и где ему доводилось проводить отпуска, и вдруг неожиданно переменил тему:

— Кстати, дорогая, а какие планы у вас? Когда собираетесь устроить себе отпуск? После напряженной работы в центре вам непременно потребуется отдых.

— Признаюсь, я бы не против. Однако, боюсь, в этом году мне отпуска не видать как своих ушей. После занятий в центре придется сразу возвращаться на основную работу. Так что сейчас отдых не стоит у меня на повестке дня.

— Тогда вам надо пересмотреть повестку дня. Всем время от времени нужно давать себе передышку.

— Знаю, но…

Карла осеклась, внезапно со всей остротой осознав присутствие Джада. Еще миг — и она бы откровенно призналась, что в этом году не смогла отложить денег на отпуск. Нетрудно представить, как бы воспринял это заявление подозрительный племянник Джаспера! «Мне-то какое дело, что он подумает?» — говорила в ней гордость. Но что-то остановило Карлу. Все-таки не хотелось выступать в роли корыстолюбивой мошенницы.

— …наверное, сумею съездить куда-нибудь на выходные, — с деланной беззаботностью закончила она оборванную фразу.

— Выходные? Но этого же недостаточно! Выходные всегда кончаются, не успев даже толком начаться. Нет, что вам нужно, так это…

— Дядя, по-моему, Карла пытается сказать нам, что не может позволить себе уйти в отпуск, — внезапно подал голос Джад, наклоняясь в кресле вперед. Карла резко обернулась к нему. Глаза их встретились. — Или я не прав? Ты именно это имела в виду?

Карла почувствовала, как щеки залились жарким румянцем, словно ее и впрямь уличили в попытке злоупотребить симпатией старика. А Джад, без сомнения, как раз на это и намекал. Однако на смену стыду немедленно пришла злость.

— Да, — ледяным тоном подтвердила она. — Раз уж ты об этом заговорил, не стану спорить. Так и есть.

— Боже ты мой, это не годится. Никуда не годится, верно, Джад? — снова вмешался Джаспер. — Я так думаю, мы должны непременно это как-то исправить.

Под пристальным взглядом серых глаз Карла окаменела. Вопросительно приподнятая бровь Джада, слегка склоненная набок темнокудрая голова словно бросали вызов: ну-ка, посмей продолжить начатое, зайди хоть на шаг дальше! Неужели Джад и правда считал, что она все подстроила? Как ни больно было признавать, но Карла в этом не сомневалась.

Глубоко вздохнув, она снова повернулась к старику.

— Вы очень добры, но, честное слово, не стоит волноваться. — Она улыбалась, но в голосе звучала сталь. — Мне вовсе не нужен никакой отдых. И давайте поговорим о чем-нибудь другом.

Больше тема отпуска не поднималась. И, к счастью, еще более опасная тема — сколько Карла получает в месяц — тоже. Однако даже этот короткий эпизод не просто раздосадовал Карлу, а взволновал до глубины души. Она чувствовала себя задетой, даже раненой. Уже на пароме, возвращаясь с острова, она никак не могла успокоиться и снова, и снова перебирала в уме происшедшее. Если рассудить здраво — разве ей не безразлично, какого Джад о ней мнения? Но, увы, ей было далеко не безразлично. Вот ужас-то! И все же — ну почему, почему он так плохо о ней думает?

Что ни говори, а подобная неприязнь не может возникнуть просто так, на пустом месте. Ей должно найтись какое-то обоснование. Но какое? Пока паром преодолевал расстояние до берега, мозг Карлы отчаянно работал, пытаясь докопаться до истины. Джад слишком рассудителен, слишком рационален, чтобы ополчиться на человека, о котором ровным счетом ничего не знает. А он ведет себя так, будто что-то знает, причем что-то плохое. Но что? Откуда? И потом — ведь и знать-то нечего. Нет, пора выяснить все от начала и до конца.

Внезапно Карлу осенило. Может, поинтересоваться у Хенриет? Завтра же и спрошу, решила она. Ведь Хенриет только вчера звонила ей в центр — извинялась за внезапный отъезд и опять предлагала встретиться и поболтать.

— Как насчет послезавтра? — предложила приятельница. — Только не дома. Где-нибудь в городе.

— Чудесно, — согласилась Карла.

Приятельницы условились встретиться в «Сковородках», где, по словам Хенриет, подавали лучшие блинчики во всем городе.

Вот и замечательно! Карла весело спрыгнула с парома на причал. Завтра, за блинчиками и земляничным вареньем, можно будет попытаться выудить у двоюродной сестрицы Джада какую-нибудь информацию.

Встреча и правда удалась на славу, хотя и не в том смысле, на который надеялась Карла. Хенриет понятия не имела, по какой причине Джад невзлюбил бывшую подругу Николаса.

— Бог весть, в чем тут дело. Но не принимай близко к сердцу. Ты не единственная, на кого он взъелся. — Хенриет склонилась к собеседнице. — Правда-правда, можешь считать, тебе еще повезло, что он имеет возможность оскорблять тебя не каждый день, а лишь от случая к случаю. Знала бы ты, как он обошелся с Николасом!

И она принялась излагать одну душераздирающую историю за другой…

Когда Карла снова заехала навестить Джаспера, Джад опять ждал ее на верху лестницы. Однако на сей раз он ограничился сухим «ладно, пойдем» и зашагал впереди нее по коридору. Карла была признательна судьбе: после вчерашнего разговора с Хенриет ей крайне не хотелось вступать с Джадом ни в какие беседы. Откровения приятельницы не на шутку потрясли ее.

Сегодня Джаспер казался усталым, и Карла не стала долго засиживаться. Не прошло и получаса, как она нагнулась поцеловать морщинистую щеку.

— По-моему, сейчас вам надо отдохнуть. Но на днях я непременно снова заеду.

В прошлый ее визит Джад остался с дядей и не стал провожать гостью к выходу. Закрывая за собой дверь, Карла молила Бога, чтобы и сегодня все шло тем же порядком. Почти бегом она направилась к лестнице. Однако не прошла и половины коридора, как услышала, что дверь спальни снова открылась.

— Что за спешка? До парома еще добрых тридцать пять минут. — Нехотя обернувшись, Карла увидела Джада. — Вовсе ни к чему мчаться как на пожар.

— Никуда я не мчусь. Просто ухожу.

Карлу так и подмывало без разговоров повернуться и уйти. Но что-то остановило ее. Какое-то извращенное любопытство — желание заглянуть ему в глаза теперь, когда ей все было известно.

— Ты хотел видеть меня по какому-то конкретному делу?

— Да нет, ничего конкретного. Просто думал перекинуться словечком. — Джад остановился в двух шагах от нее и улыбнулся: — Ты же знаешь, как я люблю наши обмены любезностями. Так что расскажи, как дела в центре? Ты все еще получаешь удовольствие от работы?

— Больше, чем когда-либо.

— И никаких сожалений?

— Ни малейших. Могу честно сказать, что никогда еще не наслаждалась работой больше, чем сейчас.

— У тебя такой голос, будто ты говоришь искренне.

— Иначе бы я этого не говорила.

Глядя на Джада, Карла ощущала, как растет напряжение внутри нее, как все язвительней становится голос. В прошлый раз она — как бы странно это ни казалось на первый взгляд — даже радовалась их дружеской перепалке на лестнице. Все было так весело и легкомысленно, без малейшей враждебности. Сегодня же в сердце девушки кипели гнев и возмущение. Внезапно она поняла, что не может больше скрывать свои чувства.

— Надо думать, — сузив глаза, произнесла она ледяным тоном, — мне следовало бы поздравить тебя.

— Поздравить? С чем?

— С удачей в делах. И каково это — быть единственным наследником Пенторры?

Оказывается, шесть месяцев назад Джаспер переменил завещание и, вместо того чтобы, как собирался, передать поместье в совместное владение обоим племянникам, оставил все одному Джаду.

— Похоже, подобное развитие событий задело тебя за живое, — усмехнулся он. — Хотелось бы знать почему? Тебе-то какая разница?

— Ровным счетом никакой. Просто, по-моему, это нечестно.

Хенриет рассказала Карле о тактике, которую пустил в ход Джад, добиваясь, чтобы Николаса вычеркнули из завещания. О злобной кампании вероломных намеков и обвинений, постепенно подорвавших силы и без того уже полубольного старика.

— На мой слух, все это звучит довольно гнусно.

— В самом деле? — Джад ответил ей немигающим взглядом. — Прав ли я буду, предположив, что ты разговаривала с Хенриет?

— Абсолютно прав. Она мне все рассказала.

— О да. Вот уж не сомневаюсь. И по-твоему, это нечестно?

— На редкость нечестно!

Молодой человек улыбнулся:

— Какая преданность Николасу. Придется сказать ему, как сильно я впечатлен.

— Не стоит. Дело не в преданности. Просто я считаю, что с ним сыграли злую шутку.

Ей и впрямь было слегка жаль Николаса. Неожиданный оборот событий так подкосил беднягу, что тот с горя отправился в Южную Америку. Однако по большей части чувства Карлы не имели к Николасу никакого отношения. Она негодовала на Джада за то, что он сделал и как он это сделал. Карла уже сказала, что считает его поступок гнусным, хотя тут, скорее, подошло бы более крепкое слово.

Она с отвращением повернулась к выходу.

— Прости. Мне пора на паром.

По счастью, Джад не стал ее преследовать. Сейчас она в прямом смысле слова не могла его видеть.

Точно такой же гнев обуял ее вчера, когда она впервые услышала о происшедшем. Увидев, какое впечатление на Карлу произвел печальный рассказ, Хенриет перегнулась через стол:

— Знаешь, а ведь ты могла бы помочь все уладить. Ты имеешь влияние на старика. Ты ему нравишься. Он к тебе прислушивается. Поговори с ним. Вдруг удастся переубедить его. Быть может, вдвоем мы сумеем заставить дядю вернуться к первому завещанию.

— Ой, нет, только не это. Я не могу. — Несмотря на сочувствие к незаслуженно обиженной приятельнице, Карла была непоколебима. — Во-первых, это совершенно не мое дело. И потом, я не хочу давить на Джаспера. Он сейчас слишком болен. Так что, по-моему, тебе тоже лучше помалкивать. Это будет непорядочно.

И теперь, направляясь к пристани, Карла снова вспоминала вчерашнюю беседу. Наверняка Хенриет последует ее совету и не станет докучать дяде насчет завещания. Просто естественная тревога за брата вытеснила из ее головы все прочие соображения. Но Хенриет любит дядю и не хочет ему ничего дурного. А Джад, наоборот, проявил себя распоследним негодяем.

Плохо уже то, что он, фигурально выражаясь, вонзил кузену нож в спину. Однако больше всего Карлу возмущало даже не это. Как же цинично «любящий племянник» повел себя по отношению к Джасперу. Разве можно было приставать к больному старику, не давать ему покоя и буквально требовать, чтобы тот лишил Николаса наследства?

Сначала Карла никак не могла поверить услышанному.

— Не может быть! Ты не сгущаешь краски? — допытывалась она у Хенриет. — Мне всегда казалось, что Джад искренне любит дядю и заботится о нем.

Однако та лишь печально покачала головой.

— Похоже, куда больше он заботится о наследстве…

Каблучки Карлы сердито цокали по мостовой. Сегодня, заглянув в глаза Джаду, она гадала, сумеет ли обнаружить в них то, чего не замечала раньше, увидит ли хоть малейший намек на то, какое чудовище скрывается под красивой непроницаемой маской. Однако ничего такого она не увидела. Пред ней стоял все тот же Джад — Джад, к которому Карла, помимо собственной воли, уже начала относиться гораздо лучше. Она даже стала задумываться, не ошибалась ли на его счет, так ли он плох, как она привыкла считать? А оказывается, все еще хуже.

Не беда, утешала себя Карла. Главное — вовремя спохватиться. Теперь ее отношение к Джаду вернулось на исходную точку. Так отчего же тогда она так сердита? Отчего так взволнована?

«Я взволнована, — ответила Карла сама себе, — оттого, что ненавижу двуличных людей. А сержусь потому, что невольно подпала под его обаяние». Однако тут явно крылось нечто большее. По каким-то необъяснимым причинам Карла чувствовала себя жестоко обманутой. Как будто потянулась к чему-то драгоценному… и обнаружила искусную подделку.

7

Когда Джад свернул с шоссе, начал накрапывать дождик, а через две минуты, когда он подъезжал к детскому центру, уже лило как из ведра. Небеса словно разверзлись, хотя только что в ясном небе ослепительно сияло солнце.

Паркуя «лендровер» у обочины тротуара, Джад улыбнулся. Добрая старая английская погода! Никогда не знаешь, чего ожидать. А в этом захолустном уголке Англии она порой бывала переменчивей оперной дивы. Хотя лично Джад отнюдь не считал это недостатком. Непостоянство погоды входило в бесконечный список всех тех неповторимых черт, за которые он так любил этот край.

Выключая двигатель, он похлопал себя по карману, проверяя, не забыл ли записку для Энни. Сейчас молодой руководительницы в центре наверняка не было, поэтому Джад хотел передать письмо через секретаршу. Будь у него время, он бы непременно сам дождался Энни, но, на беду, приходилось крайне спешить.

Он уже собрался с духом, чтобы вылезти из машины под ливень, как до него долетел взрыв веселого смеха. Джад обернулся. По дороге к центру брела стайка детей, жавшихся друг к другу под большим полосатым зонтом — одним на всех, — который держала над их головами худенькая темноволосая девушка. Все они, особенно девушка, промокли до нитки, но это явно не портило им настроения. И дети, и юная воспитательница дружно болтали и смеялись.

Поскольку никто из них не замечал стороннего наблюдателя, заинтересованный Джад остался сидеть на месте и только, когда группка подошла поближе, узнал в девушке Карлу. Внутри него вдруг что-то дрогнуло. Тогда, два года назад, в лодке она выглядела совершенно такой же — промокшая до костей, светлые волосы от дождя стали почти каштановыми. Джад замер, не отрывая взгляда от девушки, в голове проносились сотни неясных образов и воспоминаний.

Вот стайка достигла ворот центра, и Карла придержала створку, пропуская своих подопечных. Вскоре веселая компания пробежала через двор и скрылась за парадной дверью.

Несколько минут Джад не двигался, невидящим взором уставившись в ветровое стекло. Сколько эмоций пробудило в нем это короткое путешествие в прошлое! И теперь он чувствовал себя как выжатый лимон.

Усилием воли стряхнув приступ тоски, Джад отворил дверцу. Я ведь спешу, напомнил он себе. Выйдя из машины, он быстро зашагал к входу в центр.

В офисе не оказалось не только самой Энни, но даже и ее секретарши. Джад нахмурился, не зная, как быть. Оставлять конверт на столе не хотелось. Лучше положить его в ящик для писем, что висит возле комнаты персонала.

Путь его пролегал мимо классной комнаты, куда Карла отвела своих подопечных. Джад знал, где они, потому что веселые детские голоса разносились по всему зданию. И хотя он очень спешил, все же, проходя мимо полуоткрытой двери, невольно остановился и заглянул внутрь, стараясь остаться незамеченным.

Карла стояла в дальнем конце комнаты, яростно вытирая огромным синим полотенцем волосы хихикающей девчушки.

— Стой смирно! — строго выговаривала она, хотя сама давилась от смеха. — Ну и как, по-твоему, я могу что-нибудь сделать, когда ты извиваешься точно уж?

Джад зачарованно наблюдал эту милую сценку — невообразимо живую, полную тепла, света и радости. Надо же! Такой Карлу он еще никогда не видел.

Наконец он осторожно отступил от двери и заторопился к ящику для писем. Однако пять минут спустя, бегом добираясь сквозь потоки дождя до машины, Джад ощутил вдруг, что сердце его преисполнилось новой решимостью. Непременно, чего бы ему это ни стоило, он повторит эпизод в лодке!

Карла как раз собиралась подняться по сходням на паром, как вдруг заметила Джада. Совсем как в первый визит на остров. Он шагал вдоль мола, и Карла не поняла, видел он ее или нет.

«Не тешься ложной надеждой, — посоветовал ей внутренний голос. — Наверняка он углядел тебя раньше, чем ты его! А теперь идет себе к личному катеру и, как всегда, встретит тебя на верхней ступеньке лестницы…»

Однако на верхней ступеньке Джада не оказалось. Странно! Верно, его шпионы сегодня дали промашку, подумала она.

— Карла!

Она спешила к Джасперу, как вдруг одна из боковых дверей у нее за спиной отворилась. Джад! — немедленно пронеслось в голове. Но уже через секунду Карла узнала голос и поняла, что так ошибиться могла только со страху.

— Хенриет! Силы небесные, как ты меня напугала!

— Прости, не хотела. — Хенриет ласково ущипнула ее за руку. — А я тебя нарочно жду. Мне надо тебе кое-что сказать… Не бойся, Джада нет дома.

— Ты уверена? — Карла рассказала, как едва не столкнулась с ним на пристани. — Быть может, он как раз направляется домой.

Хенриет покачала головой.

— Пару минут назад я разговаривала с Ларри. Он сказал, что сегодня свободен только один катер — и этот катер тут. Так что сама видишь, Джада нам опасаться нечего.

Карла скорчила гримасу.

— Я бы не стала на это полагаться. Стоит только Джаду выяснить, что я сейчас здесь, и, честное слово, нисколько не удивлюсь, если он сюда доберется вплавь. — Лицо ее посерьезнело: подругу явно что-то угнетало. — Но зачем ты мне все это говоришь? Что ты хочешь?

— Карла, мне нужно от тебя небольшое одолжение… Помнишь мою просьбу? Ну, замолвить словечко Джасперу про наследство, чтобы он изменил завещание… Сейчас такой чудесный момент… Джада нет. Старик в полном твоем распоряжении.

— Хенриет, но я же говорила тебе, что не стану этого делать. — Нахмурившись, Карла отрицательно покачала головой: — Прости. Но я объяснила тебе почему.

— Пойми, ты наша последняя надежда. Никто другой тут не поможет. А завещание составлено нечестно. Ты же сама говорила…

— Хенриет, дело в другом…

— Карла, я в отчаянии. — Кузина Джада подошла ближе и крепче сжала руку девушки. — Послушай, я обещаю, ты не прогадаешь. Мы с Николасом в долгу не останемся.

— Что? — в ужасе отшатнулась Карла. — Ушам своим не верю! Знаешь, я иду к твоему дяде, и давай оставим этот разговор раз и навсегда. — Сердито вырвав руку, она повернулась и торопливо зашагала прочь.

Тридцать пять минут в обществе Джаспера помогли ей прийти в себя. Сегодня старик находился в превосходном настроении и выглядел молодцом: легкий румянец на щеках, в глазах озорные искорки. Он уже не лежал, а сидел, откинувшись на подушки.

Как всегда, они болтали о сотне различных вещей — музыке, погоде, книгах, разных блюдах… Потом Джаспер спросил о детях в центре. Карла рассказала, чем они сегодня занимались, упомянув к слову Фредди и его ночные кошмары. Мальчуган снова провел беспокойную ночь.

— Бедный малыш! — Лицо старого джентльмена выражало неподдельное сострадание. — Как хорошо, что вы так добры к нему.

Карла вздохнула:

— Да, конечно, но я ведь не задержусь тут надолго. Вот что самое грустное. А что с ним станется — только богу известно. Понимаете, Фредди один-одинешенек. Ни семьи, ни родителей. Безусловно, в детском доме стараются, чтобы ему было хорошо, но… — Голос ее прервался, девушка сглотнула и печально опустила голову. — Как бы мне хотелось забрать его с собой.

Только выйдя из спальни Джаспера и спускаясь по лестнице, Карла вспомнила неприятный разговор с Хенриет. Да, не ожидала она такого. Однако Карла уже не сердилась, беседа с Джаспером вернула ей хорошее настроение. Скорее всего на бедненькую Хенриет нашло что-то вроде временного помрачения рассудка. Не расставаться же теперь на такой недружелюбной ноте! Карле пришла в голову отличная идея — отыскать подругу и все уладить.

В первую очередь она заглянула в гостиную, но там никого не оказалось. Карла вздохнула. Ну и куда теперь? Она повернулась к выходу… и второй раз за день чуть не умерла от разрыва сердца, налетев прямиком на Джада.

— Снова разыскиваешь Хенриет? Боюсь, не найдешь. Все та же история. Едва увидев, что я приехал, она дала деру.

Карла никак не могла совладать с дыханием.

— А тебе обязательно всякий раз подкрадываться ко мне тайком?

Сердито сверкнув на Джада глазами, она отступила на шаг. Испуг — это еще полбеды, куда хуже физическое ощущение, что испытала она, когда их тела на миг соприкоснулись.

— Я не хотел тебя пугать. Даже не знал, что ты уже спустилась. Думал, ты еще сидишь у дяди.

Что?! Она не ослышалась? Джад знал, что она в замке, но не примчался наверх? Карла с любопытством поглядела на него.

— Давно ты вернулся?

— С полчаса.

Это уж совсем ни в какие ворота не лезло. Причем удивляло не то, как Джад сумел добраться до острова без моторки, — скорее всего его кто-то подвез, — а то, почему он не поднялся наверх.

— И ты оставил меня наедине с твоим дядей? — Вот чего она никак понять не могла! — С чего это вдруг? Решил, что уже поздно, и я успела выманить у старика половину фамильного замка?

— Очень может быть… Хотя при желании я бы успел и раньше. Видишь ли, я заметил тебя еще на пароме, а там ведь были свободные места. Мог бы присоединиться к тебе.

На миг Карла потеряла дар речи.

— Так что же, скажи на милость, тебе помешало?

— Не хотел пропускать назначенную встречу в городе. Так что решил рискнуть и разок спустить тебя с поводка.

— Неужели? — Вот нахал! Дать бы ему по носу как следует, чтоб не зазнавался. Кто она, по его мнению, дрессированная собачка, что ли? Ну, он у нее получит. — Да, пожалуй, с твоей стороны, это было довольно опрометчиво. Кто знает, что я могла натворить в твое отсутствие?

Казалось, Джада это ничуть не волновало.

— И что же ты натворила? Сколько тысяч фунтов удалось заграбастать?

— Как ни странно, ни одного.

— А фамильное серебро?

— Ни ложечки.

— Ах ты, бедняжка. Наверное, плохо старалась.

Карла упрямо тряхнула головой.

— А может, я еще не нанесла удар. Может, я люблю работать медленно, по плану. Знаешь, сначала подготовлю почву…

— Тогда, наверное, с моей стороны будет мудро не слишком часто спускать тебя с поводка.

Джад улыбнулся, и Карла невольно улыбнулась в ответ, хотя тотчас же об этом пожалела. Разве теперь ей не известно его настоящее лицо? Разве она забыла, каким жадным и гнусным чудовищем он является?

Положа руку на сердце, Карле следовало признать, что именно эти мысли непрерывно осаждали ее после их последней встречи. Не то чтобы она не верила Хенриет, нет, девушка постоянно твердила себе, что та лишь открыла ей очевидную истину. Но в словах кузины Джада сквозило нечто такое, отчего Карлу точил червячок сомнения. Но что именно?

Словом, бедняжка вконец запуталась. Особенно сейчас, стоя перед Джадом, улыбаясь ему, купаясь в исходящем от него душевном тепле — и решительно не зная, что же обо всем этом думать.

Несколько секунд оба молчали, не сводя глаз друг с друга.

— А почему ты в первый раз бросила работу с детьми? — неожиданно спросил Джад.

— Что за поворот на сто восемьдесят градусов? — изумленно воззрилась на него Карла. — Недавно ты удивлялся, что я вообще пошла в учительницы! Не ты ли утверждал, что мне гораздо больше подходит должность рекламного агента?

— Ты права. Наверное, я поторопился. Судя по тому, что я видел, ты рождена быть учительницей.

Карла сощурилась:

— Боюсь, тебе придется объясниться.

— На днях я видел тебя с детьми. Ты меня не заметила. Я приехал в центр передать одно письмо и увидел, как ты возвращаешься под дождем с учениками. Я даже задержался, чтобы на вас поглядеть. Мне показалось, тебе с ними нравится. У тебя явно особый дар.

— Не знаю, что и сказать. — Карла покраснела. — Мне правда нравится с ними возиться, вот и все. Возможно, это заметно со стороны.

— Еще как заметно. — По губам Джада скользнула улыбка. — Так, значит, до того как прийти в рекламу, ты работала учительницей?

— Да. Я с детства никем другим не хотела быть. Лет с десяти или даже раньше. Целыми днями давала уроки куклам и нашей кошке.

Внезапно Карла спохватилась. Она была бы не прочь рассказать Джаду побольше, но ему все это наверняка не интересно. Однако, похоже, она ошибалась.

— А в семье у вас много учителей?

— Ни одного, я стала первой. Зато меня все очень поддерживали. Тоже с самого детства.

— Тогда почему же ты ушла? Просто устала и захотела перемен?

— Нет… — Карла замялась. — Дело не в том.

В душе у нее шла внутренняя борьба.

— Потеряла работу?

Карла покачала головой. Какой-то рок! Она бы с радостью рассказала все — но Джаду? С каких это пор она может довериться ему?

— Нет. Тоже не то.

— Тогда почему же? — Джад подался вперед, склонившись над девушкой, словно желая заглянуть ей в душу.

— По личным причинам. Семейные проблемы… — Карла смущенно отвела взгляд, охваченная внезапным смятением. Внутри нарастало тревожное беспокойство. Джад стоял так близко…

Она снова шагнула назад.

— Мне пора. Паром… — Карла бросила взгляд на часы и похолодела. — О нет! Погляди, сколько времени! Я уже не успею!

Джад тоже взглянул на часы.

— Ты права. Пойдем. — Повернувшись, он торопливо направился к выходу. — Я тебя подвезу до пристани, ведь это по моей вине ты опоздала.

Карла следила за ним взглядом, но с места не двинулась. Вот о чем она уж совсем не мечтала. Ей бы сбежать от Джада, а не ехать с ним в одной машине.

— В чем дело? Чего ты ждешь? — Он остановился в дверях и нетерпеливо обернулся к девушке: — У нас всего несколько минут.

Та все еще не могла пошевелиться. Наконец она заставила себя встряхнуться. Разве у нее есть выбор?

— Ладно. Иду.

Слава богу, ехать было недалеко. Всю дорогу Карла не смела глаз поднять на своего спутника. Тесное соседство с Джадом в замкнутом пространстве автомобиля грозило полностью лишить ее душевного равновесия. Рядом с ним Карлу словно окутывало теплое облако. Каждый раз, когда Джад протягивал руку, чтобы переключить скорость, сердце ее пускалось вскачь.

Он не пытался снова завести разговор, чему она безмерно радовалась, ибо весьма и весьма сомневалась в способности вымолвить в ответ хоть два связных слова. Однако молчать оказалось немногим легче. В повисшей тишине не было ровным счетом ничего расслабляющего или уютного, Карла была напряжена, как скрученная до предела пружина.

Наконец автомобиль подкатил к пристани, и Карла с облегчением увидела, что на борт парома еще поднимаются последние пассажиры. Взявшись за ручку дверцы, она полуобернулась к Джаду, готовая наскоро поблагодарить его и бежать. Но что-то в выражении его лица заставило ее замереть на месте. Джад не сводил глаз со спутницы, а потом вдруг задал еще один неожиданный вопрос:

— А почему тебя назвали Карлой? Редкое имя.

— В честь бабушки. — Она бросила на него очередной озадаченный взгляд. — Понимаешь, моя мама была итальянкой. Из Ареццо, маленького городка под Флоренцией.

— А-а-а… — Он улыбнулся. — Ты не похожа на итальянку.

— Да, пожалуй. Я не вписываюсь в привычный стереотип. Но знаешь, не у всех итальянцев обязательно черные волосы и карие глаза. Моя мама, например, была такой же светленькой, как я.

Джад нахмурился, и Карла вдруг поняла почему. Каким-то образом, то ли по ее интонации, то ли по мгновенно промелькнувшей в глазах тени он почувствовал, как болезненно сжалось сердце девушки при упоминании любимой, так рано умершей матери. Карла до сих пор не могла привыкнуть к утрате, хотя мало кому хватало чуткости, чтобы уловить ее боль. А уж от Джада она этого меньше всего ожидала. Она порывисто отвернулась.

— Спасибо, что подвез.

В следующую секунду она уже вылезла из машины и без оглядки поспешила прочь. Однако инстинкт безошибочно подсказывал, что Джад смотрит ей вслед. Лишь когда паром начал отходить от причала, она увидела, как «лендровер» отъезжает от пристани.

Карла провожала машину взглядом до тех пор, пока та не скрылась за поворотом. И вдруг в мозгу у нее словно что-то прояснилось. Тот червячок сомнения, что неустанно глодал ее после разговора с Хенриет… Сердце гулко забилось, как бывает, когда случайно оступишься, спеша вниз по лестнице, и нога уйдет в пустоту. Возможно ли… возможно ли, что рассказ Хенриет про Джада — неправда?

В следующий раз Карла увидела Джада только через пару дней на острове, в очередной раз приехав проведать Джаспера. Однако встреча вышла недолгой.

Джад выезжал из ворот замка, когда Карла входила в них. Она подумала, что он тотчас же развернется и последует за ней. Но не тут-то было. Джад лишь притормозил, опустил стекло и обратился к девушке:

— Сегодня дядя в не очень хорошей форме. Плохо провел ночь. Так что ты лучше недолго. В такие дни он быстро устает. — И не успела Карла рта раскрыть, как он дружески помахал ей и укатил.

Она растерянно глядела ему вслед. «Все страньше и страньше» — как сказала бы Алиса из Зазеркалья. Означает ли это, что ему неохота пропускать важную встречу или он решил вообще спустить ее, Карлу, с поводка? Не будь такой оптимисткой, сказала она себе. Скорее всего, не хочет пропускать встречу.

Джад был прав насчет Джаспера. Сегодня старик выглядел неважно, хотя, несомненно, обрадовался гостье.

— Присаживайтесь поближе, поговорим. — Он похлопал по краешку постели. — Хотя, боюсь, разговаривать нынче придется в основном вам. А я с удовольствием послушаю.

Так оно и вышло, хотя в какой-то момент Джаспер оживился.

— А как там наш юный Фредди? — с интересом спросил он.

Карла улыбнулась:

— Как и у вас, день на день не приходится. К несчастью, бедняжку все еще донимают ночные кошмары. Прошлой ночью — снова, хотя не очень сильный. Пришлось просидеть с ним почти целый час.

— Смотрите, барышня, поосторожней, не то заработаетесь до полного изнеможения! — озабоченно нахмурился Джаспер.

— Ах, полно, не волнуйтесь. Со мной все в полном порядке. — Карла ласково потрепала его по руке. — Жаль только, я не могу придумать, как бы прекратить эти кошмары. Знаете, Фредди, когда познакомишься с ним поближе, такой славный мальчик. — Она улыбнулась, вспомнив выразительное худенькое личико под шапкой не поддающихся расческе рыжих кудрей и глаза, взгляд которых мог быть таким вызывающим, и в то же время таким уязвимым. — Мне кажется, ему отчаянно не хватает любви.

Поймав на себе пристальный и задумчивый взор Джаспера, она умолкла. Старик с улыбкой покачал головой.

— Какая же вы славная, Карла. Я всегда говорю Джаду: будь я лет на сорок помоложе, непременно бы к вам посватался…

Эти слова звучали в ушах девушки и на обратной дороге. До чего мило со стороны Джаспера. Но как, интересно, Джад отреагировал на дядино заявление? Ох, не следовало Джасперу этого говорить!

Хотя, зная Джада, нетрудно было догадаться, что он скорее всего сохранил свое мнение при себе. Только вот — какое мнение? Любопытно, смягчились ли его взгляды? Стал ли он лучше думать о бывшей приятельнице Николаса? Карла вспомнила их последний разговор. Действительно ли между ними возникла какая-то странная теплота, или это лишь игра ее воображения? За последнюю пару дней Карла много размышляла об этом. Даже слишком много! И почти столько же времени пыталась разобраться в своих чувствах к Джаду.

Они явно сильно переменились. С каждым днем племянник Джаспера нравился ей все больше и больше. Сколько в нем всяких приятных черт, о которых она раньше и не подозревала! И еще одно… Теперь, хорошенько все обдумав, Карла была абсолютно уверена, что история, рассказанная ей Хенриет, — выдумка.

Но почему? Зачем Хенриет лгать? Напрашивалось одно-единственное объяснение: чтобы очернить Джада и переманить Карлу на свою сторону. Но тут Карла устыдилась сама себя. Разве можно так плохо думать о подруге?! Да, Хенриет всегда рьяно вставала на защиту брата, но ни за что не отважилась бы на отвратительную, злобную клевету.

Словом, все ужасно запуталось. Может, виной всему какое-то недоразумение? Ясно только одно — Джад ни за какие блага мира не стал бы делать ничего во вред Джасперу, и уж тем более намеренно изводить его наветами и клеветой на своего кузена, как выходило со слов Хенриет. Джад способен на многое, но рисковать здоровьем дяди — нет и еще раз нет!

Все! — решительно сказала себе Карла в один прекрасный момент, когда в сотый — нет, тысячный! — раз прокручивала в голове одни и те же мысли. Хватит! Завела себе хорошенькую привычку! А что Джад — тайный возлюбленный Энни, уже забыла?

Сомневаться в этом не приходилось, хотя сама Энни по-прежнему притворялась, будто между ней с Джадом ровным счетом ничего не происходит, и это она не с Джадом разговаривала то телефону перед тем, как ускользнуть к нему на свидание в «Партридж-инн». Карла отлично видела все эти маленькие хитрости. Так что, коли на то пошло, ее, Карлы, чувства к Джаду не имели ровным счетом никакого значения. Даже если допустить, что она способна испытывать к нему хоть какие-то теплые чувства. Он не свободен — и это решает все.

Последний довод наконец помог Карле вырваться из заколдованного круга и начать думать о других вещах. Ну например, об уроке рисования, который предстояло давать ближе к вечеру. Она только что придумала подходящую тему. «Нарисуйте мне… — предложит она своим воспитанникам, — нарисуйте мне Человека-Невидимку!»

— Вчера вечером Джаду пришла в голову замечательная идея. Он предложил, чтобы мы, учителя, по очереди брали себе по группе старших детей и возили бы их на остров на два-три дня погостить. Ребята могли бы сходить в птичий заповедник, вдоволь накупаться и вообще хорошенько развлечься.

Карла недоуменно воззрилась на Энни. Подруги сидели в офисе, пили кофе, болтали… и вдруг на тебе!

— Звучит заманчиво, — наконец ухитрилась выговорить она. — Но так ли уж надо там жить? Можно ведь ограничиться однодневными экскурсиями?

— Вот и я то же самое сказала, но Джад твердо стоит на своем. И, знаешь, наверное, он прав. В замке полно свободных комнат, и нам не придется тратить уйму времени на поездки туда-сюда.

Черт бы побрал Джада и его логику!

— Да, наверное.

— Давай начнем с тебя. Бери группу старших мальчиков и отправляйся в начале следующей недели. — Энни радостно улыбнулась. — Ну, как тебе эта идея?

Карла сглотнула и постаралась ответить столь же ослепительной улыбкой:

— Изумительно! Просто чудесно!

Откинувшись на спинку кресла, Карла обвела взглядом полукруг разрумянившихся мальчиков, сидящих по-турецки на полу у ее ног.

— На сегодня все. — Она захлопнула книгу. — А что случилось дальше, узнаете завтра вечером.

Раздался общий стон протеста.

— Ну пожалуйста… Еще хоть одну страничку…

— Мисс Робертс, почитайте еще…

— Пять минуточек…

Однако Карла осталась непреклонной.

— Ни полминуточки! Вам давно пора спать.

Она прекрасно видела, что, несмотря на все попытки разжалобить ее, лишь упрямая решимость не давала ребятишкам, уже одетым в пижамы, уснуть на месте. Оно и неудивительно — богатый событиями день свалил бы с ног кого угодно.

Они приехали на остров около девяти часов утра, и с тех пор практически не успели даже дух перевести. И так — тринадцать часов кряду. Сначала футбол, затем прогулка, потом купание в бухточке и поиски крабов в оставленных отливом лужицах среди камней. Ах да, не пропустить еще буйную игру в прятки, во время которой Джимми выдал свое убежище, от хохота свалившись с яблони. Хорошо еще, что каким-то чудом ни он, ни дерево не пострадали.

И теперь в расставленных в комнате десяти кроватях сияли десять сонных, но довольных мордашек. Карла одного за другим обошла мальчиков, чтобы поцеловать их на ночь и подоткнуть им одеяла.

— До завтра, — прошептала она, бросив последний взгляд на Фредди перед тем, как выключить свет, и тихо улыбнулась сама себе. Как и следовало ожидать, ответа на «спокойной ночи» не последовало. Большинство мальчиков, включая и самого Фредди, уже мирно посапывали.

Выскользнув в дверь, Карла бесшумно затворила ее за собой… и вздрогнула, почувствовав чей-то взгляд.

— Надеюсь, не напугал? — В коридоре стоял Джад. — Похоже, у меня уже выработалась эта дурная привычка.

Кто бы спорил!

— Мне тоже так кажется, — согласилась Карла, хотя сердце ее подскочило в груди отнюдь не от испуга.

Джад был одет в легкие серые брюки и белую футболку. Темные волосы, откинутые назад с худощавого загорелого лица, казались влажными, словно он только что принимал душ. При взгляде на мускулистого красавца Карла ощутила знакомую жажду и острое влечение.

— Наконец угомонились? — Герой ее непрошеных грез с улыбкой взирал на девушку. — Денек вышел, что надо. Тебе всегда приходится так много работать?

— Ну, не всегда, но заканчиваю я, как правило, примерно в это время. Надо же приглядеть, как дети улягутся.

— Так, значит, на сегодня ты свободна. Замечательно… потому что я как раз искал тебя, чтобы предложить составить мне компанию внизу, на террасе. Посидим, выпьем, поговорим… Если ты, конечно, согласна.

Ой, нет! Только не это. Под каким бы предлогом отвертеться?

— Прости, никак не могу. Хочу навестить Джаспера. — Собственно говоря, это была чистая правда. — Прости, — повторила Карла, внутренне вздыхая от сожаления, зато чувствуя, что спасена.

Увы, этому чувству не суждено было продлиться долго.

— А он уже спит. Я как раз от него. — Джад снова улыбнулся. — Пойдем. По глоточку на сон грядущий. Заодно сможешь дать ногам отдых хоть на полчасика.

Карла только и мечтала о том, чтобы ненадолго присесть и расслабиться. Но не в компании же Джада! Она лихорадочно подыскивала предлог для отказа. Увы, в голову, как на грех, ничего не приходило.

— Знаешь, мне сейчас совсем не хочется пить…

— Ерунда. Не может быть, — отмахнулся Джад. — Ну, пойдем же. Я настаиваю.

Не успела Карла помешать ему, как он взял ее за руку. Она замерла, сражаясь с вихрем нахлынувших на нее ощущений. Нет, нельзя ему уступать. Это может оказаться роковой ошибкой!

Карла уже собиралась вырвать руку, но в этот момент Джад с улыбкой заглянул ей в глаза… В следующую секунду Карла вдруг осознала, что без единого слова протеста идет за ним по коридору, покорно и безгласно, точно ягненок за мясником.

8

Несколько минут спустя Карла уже сидела на террасе с бокалом превосходного бренди.

Ночь была чудесная — свежий, душистый воздух благоухал райскими ароматами ночных цветов. На небосклоне таинственно мерцали звезды. Над горизонтом всходила яркая полная луна… Сейчас бы расслабиться после трудного дня, наслаждаясь прелестью природы. Но какая-то частица рассудка неумолчно била тревогу, настойчиво предупреждая, что находиться здесь и, главное, в таком обществе — все равно что играть с огнем. Карла примостилась в кресле, настороженно ожидая подвоха.

Чтобы скрыть нервозность, она торопливо отпила большой глоток бренди и тут же закашлялась, с трудом переводя дыхание. Правило номер один: бренди следует пить не спеша, а не заглатывать лошадиными дозами.

Джад устроился в кресле напротив.

— Значит, завтра ты повезешь детей в заповедник? — спросил он. — Хотелось бы поехать с вами, но, к сожалению, дела призывают в город.

Раньше Карла вряд ли поверила бы, что ему придет в голову отправиться в птичий заповедник с оравой ребят. Но не теперь. Весь сегодняшний день Джад терпеливо возился с мальчишками и, похоже, от души развлекался. Он водил их по поместью, познакомил с Бастером, своим огромным черным Лабрадором, тут же ставшим общим любимцем. А после обеда с блеском исполнял обязанности судьи на футбольном матче и показывал камни, под которыми водятся самые крупные крабы.

— Но ничего, с вами отправится Ларри, так что ты будешь в надежных руках, — продолжал тем временем Джад. — Он подвезет вас туда на микроавтобусе. Так удобнее всего добираться. — На его губах заиграла легкая дразнящая улыбка, и он добавил: — Уж куда удобнее, чем по морю. Никогда нельзя знать заранее, какие приключения поджидают в морских пучинах.

Очень смешно! Карла отвернулась. Птичий заповедник находился на обрывах за Чаячьей бухтой, так что пришлось бы повторить маршрут, проделанный ею с таким сомнительным результатом два года назад.

— Да уж, — коротко согласилась она, не желая развивать эту тему. Незачем подвергаться опасности, ввязываясь в подобный двусмысленный разговор!

Ехидно ухмыляясь, Джад неторопливо потягивал бренди, но все же соизволил сменить предмет беседы:

— Представляю, как дети предвкушают эту поездку!

— Да, ждут не дождутся. — Карла ощутила себя в родной стихии. — Они несколько часов не могли оторваться от книжки, выискивая птиц, которые водятся в заповеднике.

— А там и правда есть несколько довольно редких видов. Например, иволги. В этом году их много.

Карла искоса наблюдала за Джадом, вновь изумляясь воцарившейся между ними гармонии. Сегодня днем, когда мальчики отправились на конюшни учиться верховой езде, Карла улучила полчаса, чтобы наведаться к Джасперу. И Джад снова пренебрег своими обязанностями добровольного надсмотрщика, хотя прекрасно видел, как она поднимается наверх. Да и весь день вел себя дружелюбно и приветливо, совсем не так, как раньше. Ну и перемена, просто не верится!

Джад бросил на нее взгляд поверх бокала.

— Похоже, ты и впрямь необыкновенно привязана к детям. Я слышал, как ты читала им сказки на ночь.

Карла кивнула.

— Да, я очень их люблю, — подтвердила она.

— Похоже, тот рыженький — твой любимец… Нет-нет, сам он и его приятели, наверняка, ничего не замечают, — поспешно добавил Джад, уловив виноватое выражение в глазах Карлы. — Но когда ты смотришь на него, твой взгляд делается особенно мягким и нежным.

— Правда? — покаянно вздохнула Карла. — Иногда совершенно невозможно обуздать себя. Как ни пытаешься относиться ко всем одинаково, находится один, который тебе особенно дорог.

— А почему тебе так дорог именно Фредди?

— Не знаю. — Потупившись, она разглядывала терракотовые плитки пола. Но Джад не сводил с нее пристального взора, явно ожидая продолжения. Клара подняла голову и сказала уклончиво: — Может быть, мне чудится в нем что-то знакомое.

— А что, например?

— Не знаю, — повторила она, надеясь, что Джад прекратит расспросы.

Выждав несколько секунд, он мягко заметил:

— Мне кажется, это как-то связано с твоей матерью, светловолосой итальянкой, которую ты обожала. А Фредди тоже потерял мать?

Глаза Карлы расширились. Глубокое изумление подобной проницательностью боролось с негодованием на навязчивость. «Не твоего ума дело!» — уже хотела выпалить она, но злые слова внезапно умерли на губах.

Оказывается, Джад прекрасно все понимает. Ее боль, чувство невосполнимой потери. Гнетущую, не меркнущую с годами печаль. Он и сам через это прошел! Испытал на собственной шкуре.

— Разве я не прав?

Карла кивнула.

— Да. Мать Фредди скончалась полгода назад. А отца у бедняжки никогда не было.

— Как и у тебя?

— Мой отец умер, когда мне было десять. — Карла горестно поникла, пытаясь справиться с вновь проснувшейся болью. — Но у меня все же оставалась мама… Я потеряла ее всего два с половиной года назад. И еще у меня куча дядюшек и тетушек в Италии. У Фредди же совсем никого нет.

Несколько мгновений оба молчали, не сводя друг с друга глаз. Наконец Джад произнес:

— Ты оставила преподавание из-за маминой смерти?

— Да. — Как он смог догадаться? Карла невидящим взором уставилась вдаль и тихо продолжила: — Она долго болела. Рак… Это было ужасно. Поэтому я бросила работу, чтобы ухаживать за ней. А потом… — Она замолкла и с тяжелым вздохом на мгновение прикрыла глаза. — Словно разом рухнул весь мой мир. Все, что раньше казалось важным, вдруг потеряло всякий смысл. Несколько месяцев я ничего не делала. Я точно окаменела. Не могла собраться с духом и вновь заняться преподаванием. А потом подруга рассказала, что в одной фирме ищут рекламного агента. Она была знакома с директором и устроила мне собеседование.

Карла перевела дыхание и печально посмотрела на Джада. Тот молчал, и она продолжила:

— Эта работа так отличалась от всего, что я делала раньше. С ней не было связано ни надежд, ни воспоминаний. Я пыталась убежать от прошлого, от боли и страдания. Казалось, будет проще выжить, если я полностью поменяю образ жизни.

— Тогда-то ты и повстречала Николаса?

— Да, вскоре после этого. Он стал частью моего нового окружения. Как раз то, что мне было тогда необходимо. Но, конечно, так не могло длиться вечно…

Карла запнулась, не желая ни в чем обвинять Николаса. Они просто были слишком разными, вот и все. Губы девушки искривились в горькой усмешке:

— Я поняла, что от себя не убежишь. И решила вернуться к преподаванию.

Немного помолчав, Джад улыбнулся:

— По-моему, ты приняла верное решение.

Карла взглянула на него, чувствуя, как обволакивает душу это странное, уютное тепло, имя которому взаимопонимание. Прежде, когда она пыталась объяснить кому-нибудь тот сумбурный и запутанный период своей жизни, ее встречало откровенное недоумение слушателей. Но с Джадом все вышло иначе.

«Не слишком увлекайся!» — забил тревогу знакомый предупреждающий колокольчик. Карла вдруг осознала, что они с Джадом становятся небезразличны друг другу.

Он пристально и жадно смотрел на нее, словно хотел целиком вобрать ее образ, выпить ее взглядом до последней капельки. А сама она… она сияла точно фонарик на новогодней елке. Это становилось слишком опасным.

— Ты постриглась, когда вернулась к прежней жизни?

Джад склонился к Карле, отставив в сторону бокал, словно желая освободить руки. Сейчас это произойдет! — в панике подумала Карла. Сейчас он дотронется до меня. Я знаю. И самое ужасное, что я этого хочу.

— Да, — прошептала она.

Джад мягко прикоснулся ладонью к ее пылающей щеке. У нее стеснилось дыхание, сердце пустилось вскачь, мысли смешались. Весь мир сконцентрировался в теплых мужских пальцах, бережно заправивших непокорную прядку ей за ухо.

— Перемена явно к лучшему. — Его лицо расцвело в медленной, дразнящей улыбке.

Взор Карлы помутился, глаза невольно приковались к слегка изогнутым губам Джада. Она внезапно представила, каково чувствовать на своих губах их прикосновение — прохладное, решительное, бесконечно чувственное. Вот бы забыть обо всем и отдаться во власть возбуждению, совсем как во время той бури.

Ох, нет, необходимо прекратить это! Карла усилием взяла себя в руки.

— Думаю, мне пора. День был не из легких, а завтра рано вставать. — Она поднялась и на нетвердых ногах зашагала к двери.

— Но ты не допила бренди. К чему такая спешка?

Ему и невдомек!

— Правда, мне пора. Постель — как раз то, что мне сейчас нужнее всего. — Лучше б ей этого не говорить! — В смысле, всласть выспаться, — поспешно добавила Карла, но вышло только хуже. Она жалко улыбнулась: — Ладно, до завтра.

— Я провожу тебя до комнаты.

— Нет. Спасибо, не надо. — Она махнула рукой, чтобы Джад не вставал, и заторопилась к выходу. — Не беспокойся. Спокойной ночи, и спасибо за бренди.

Торопливое отступление больше напоминало паническое бегство. Всю дорогу до спальни Карла отчаянно ругала себя. Ну и идиоткой она выглядела. Да что с ней творится, во имя всего святого? Куда девалось ее хваленое хладнокровие?

Увы, ответ был очевиден. Хваленое хладнокровие разбилось вдребезги от одного-единственного прикосновения Джада.

Закрыв дверь, она, не зажигая света, подошла к окну, подняла занавеску и выглянула наружу. Окно выходило на террасу. И тут же испуганно замерла, завидев, что Джад все еще не ушел в дом. Он стоял на краю террасы, спиной к ней, глядя куда-то вдаль, волосы мягко искрились в лунном сиянии. Вот он с бокалом в руке медленно подошел к ведущей в сад лестнице. Затаив дыхание Карла, неотрывно следила за каждым его движением. Вот Джад на мгновение замер… и вдруг резко повернулся и посмотрел на нее.

Наверное, он не мог разглядеть ее в темной комнате, но Карла приглушенно вскрикнула, выпустила занавеску и отпрянула.

Джад допил бренди, поставил бокал на перила и, засунув руки в карманы, неторопливо зашагал по мощеной дорожке.

Он часто вечерами прогуливался по саду, отдыхая после дневных хлопот. Если ты целый день мотался в машине по всему поместью, или, вот как сегодня, провел несколько часов подряд за письменным столом, а потом еще играл в футбол с ребятней весьма приятно побродить по тенистым тропинкам. Какая благодать — тишина, свежий ночной аромат, сознание, что поблизости никого нет. Джад частенько использовал эту краткую передышку, чтобы распланировать следующий день.

Сегодня, однако, его помыслы были весьма далеки от работы. Джад раздумывал о том, что происходит между ним и Карлой… и что могло бы случиться, не уйди она так поспешно! Он хмуро улыбнулся. Честно говоря, почти весь день ему приходилось бороться с мыслями об особе, чью привлекательность он ощущал все сильней и сильней. Это уже походило на навязчивую идею!

Добрых сорок минут он бродил по саду, а вернувшись, ничуть не удивился, обнаружив, что окна комнаты Карлы погружены в темноту. Почти наверняка, гостья уже спит мирным сном. Вот и хорошо, она и вправду выглядела усталой.

Пробираясь к своей комнате, он старался поменьше шуметь. Какая жалость, что завтра так много дел и никак не удастся присоединиться к экскурсии в птичий заповедник. А как приятно было бы провести с Карлой целый день, хотя, надо признаться, орава мальчишек способна на корню погубить любую романтику.

Уже находясь на верхней площадке лестнице, он вдруг услышал раздающиеся со стороны детской крики. В следующее мгновение послышался скрип двери, и маленькая фигурка с распущенными волосами пронеслась по коридору, на ходу завязывая пояс халата. Она скрылась из виду, раздался скрип другой двери, и крики смолкли.

Джад замер. Какого дьявола здесь происходит?

На следующее утро, когда Карла спустилась в кухню, чтобы с помощью миссис Пайклс и горничной Люси приготовить завтрак для своих подопечных, ее застал врасплох странный телефонный звонок.

— Знаешь, — раздался в трубке прерывающийся голос запыхавшийся Энни, — сейчас долго рассказывать… Но я хочу, чтобы ты сегодня взяла выходной. Берта заменит тебя, она уже в пути… Будет примерно через полчаса. Ладно, мне пора бежать. — И не дав Карле слова вымолвить, бросила трубку.

Господи, что там случилось? И зачем ей выходной? Может, Берта — еще одна учительница летнего состава — прольет свет на эту загадку?

Карла отправила навстречу Берте такси и с нетерпением ожидала ее приезда. Но и та в ответ на все вопросы недоуменно качала головой.

— Понятия не имею. Я не говорила с Энни, она была занята водопроводчиками и сантехниками, а секретарша велела мне отправляться сюда и сменить тебя. — Пожав плечами, Берта огляделась по сторонам и широко улыбнулась: — Что ж, мне грех жаловаться. Чудесное место!

Карла ничего не понимала. А ей-то что здесь делать в выходной? Слоняться по саду и ворон считать?

— Послушай, — предложила она, — если ты не против, я тоже отправлюсь с вами в заповедник. Ты будешь главной, а я на подхвате. Мне правда ужасно хочется поехать.

Да к тому же будет приятно провести день с Бертой. Эта давно разведенная женщина средних лет обладала счастливым характером, и они с Карлой прекрасно ладили.

— Прекрасная идея, — согласилась Берта.

У Карлы имелась и еще одна причина стремиться на экскурсию — а точнее, прочь из замка. Тут ведь в любой момент можно натолкнуться на Джада, а до добра такая встреча не доведет. Прошлым вечером они уже вплотную подошли к опасной черте. Разумнее всего будет не попадаться ему на глаза.

Увы, легко сказать! Все уже собрались садиться в мини-автобус, как вдруг из-за угла вырулил знакомый «лендровер». Карла с замиранием сердца следила за Джадом, который вылез из машины и шел к ним, сопровождаемый верным Бастером. Только бы он не передумал насчет поездки, мысленно взмолилась она.

— Вижу, вы уже отправляетесь. — Джад оглядел столпившихся ребятишек. — Я хочу узнать, когда вас ждать обратно. — Он взъерошил белобрысую шевелюру Джонни. — Непременно расскажете мне потом обо всех птицах, которых увидите.

Замечательно: он не едет! Карла облегченно вздохнула. Должно быть, по зрелому размышлению он тоже пошел на попятный.

Джад повернулся к Берте.

— Вы, наверное, миссис Остин?

Они обменялись рукопожатием. Скорее всего, это миссис Пайклс рассказала ему о прибытии новой гостьи.

— Добро пожаловать на остров, — продолжил он, и вновь обернулся к детям: — Вам стоит поторопиться. Надеюсь, вы хорошо проведете время.

— А можно взять Бастера? — внезапно попросил Фредди. Мальчуган был в полном восторге от умного пса. — Мне кажется, он будет рад поехать с нами.

На Джада уставилась пара умоляющих глаз. Остальные ребята с жаром поддержали Фредди. Джад секунду пребывал в нерешительности, затем широко улыбнулся:

— Почему бы и нет? Если ему приказать, он будет вести себя смирно и не переполошит птиц. А вообще-то он всегда не прочь прогуляться. Но с другой стороны… — Джад поднял руку, чтобы остановить гул восторга. — Сейчас командую не я. Как решат мисс Робертс и миссис Остин. — Он обернулся и с улыбкой взглянул на Карлу.

Под веселым взглядом серых глаз сердце Карлы забилось чаще. Вот ненавистная слабость! Скрывая предательскую дрожь, девушка обвела взглядом мальчишек.

— Пожалуйста, мисс Робертс!

— Скажите «да»!

— Пусть Бастер едет с нами!

Карла засмеялась:

— Ладно, я не возражаю, но все же последнее слово за миссис Остин. Сегодня она главная.

Берта тоже рассмеялась, видя устремленные на нее умоляющие взоры.

— Конечно, пускай едет, — согласилась она, хотя последние слова утонули в хоре восторженных воплей.

— Он слушается Ларри. — Джад ласково погладил пса. — Да с ним вообще никаких хлопот, даже приглядывать особо не нужно. Бастер прекрасно знает все тропинки на острове.

Пять минут спустя ребята заняли места в автобусе и приготовились к отъезду. Карла уселась рядом с Бертой на переднее сиденье, а Джад заглянул внутрь попрощаться.

— Удачной поездки, — напутствовал он детей.

Автобус тронулся. Джад направился к своему «лендроверу», а Карла до самого поворота следила за ним в боковое зеркало, ломая голову, собирается ли он сегодня встречаться с Энни или нет.

Четыре перепелки, три иволги, два дрозда и грач — и все за первые полчаса прогулки. Поездка в заповедник удалась на славу.

Мальчики, затаив дыхание и стараясь не выдать своего присутствия, прижимали к глазам бинокли, в полном восторге от нового приключения. Правда, столь тщательно оберегаемую тишину иногда прорезал сдавленный вопль, когда в пределах видимости появлялась новая птица.

Довольная Карла следила больше за детьми, чем за птицами, жадно ловя смену выражений на мальчишеских лицах. Поистине поездка сюда была чудесной идеей. Городские ребята чуть ли не впервые в жизни попали на природу.

Когда первый пыл слегка угас, все вместе быстренько набрали сухого хвороста для костра, а затем развалились на траве, поедая припасы и делясь впечатлениями. День выдался просто замечательный. Мягкий теплый ветерок, безоблачное небо. Карле казалось, что ничего лучшего просто не бывает.

Убрав мусор, маленький отряд снова пустился в дорогу. Минут через десять Ларри вывел их на тропинку, идущую вокруг мыса. Карла с Бертой замыкали процессию, подгоняя замешкавшихся, а Фредди — куда пропала его обычная мрачность? — с несколькими приятелями опрометью припустил вперед в сопровождении Бастера.

— Не уходите далеко! — крикнула им Карла. — И не спускайте глаз с Ларри, а то заблудитесь.

Вокруг было столько интересного для непоседливых мальчишек, что учительницы буквально сбились с ног, пересчитывая подопечных чуть ли не каждый пять минут. Однако через полчаса мирное течение прогулки неожиданно нарушилось. К Карле, чуть не плача, подбежал запыхавшийся Фредди:

— Бастер пропал! Увидел кролика и пустился в погоню. Он потеряется!

— Нет, что ты. — Карла вспомнила заверения Джада. — Подожди немного, и он сам вернется.

Но Фредди не хотел ничего слушать.

— Я побегу за ним! — решительно заявил он и, не успели его остановить, скрылся в лесу.

— Фредди, вернись! Фредди! Фредди! — громко закричала Карла вслед неслуху. Но она знала, что это бесполезно: глупыш и вправду решил, что Бастер в опасности!

Оставалось только одно. Она быстро обернулась к напарнице.

— Я за ним, — заявила она. — Объясни Ларри, что случилось. — И без долгих раздумий устремилась в чащу.

9

— Фредди! Где ты? Фредди, вернись!

Петляя между деревьями, дорога разветвлялась на множество мелких тропинок, сбегавших к прибрежным утесам. Карла наугад бросилась по одной из них, но скоро заметила, как где-то справа мелькнула рыжая макушка.

Проклятье! Она выбрала не ту тропку! Карла поспешно кинулась назад, громко взывая:

— Фредди! Фредди! А ну, вернись!

Но мальчик тут же снова исчез из виду. Погоня вывела Карлу почти на самый край утеса, где уже отчетливо слышался шум моря. Она остановилась перевести дыхание и огляделась по сторонам.

Конечно, негодный мальчишка забрался на самый обрыв! Карла поспешила туда, даже не пытаясь вновь звать беглеца, — все равно порывистый ветер унес бы слова в сторону. Выбирая дорогу, она на секунду отвела глаза, а когда вновь подняла их, Фредди опять исчез.

Боже, ему некуда было деваться — разве что только вниз! Она рванулась вперед, скользя и оступаясь по краю пропасти. Из-под ног градом катились мелкие камушки. Но тут ей почудилось, как что-то огненно-рыжее мелькнуло ниже по склону, хотя каким образом Фредди мог попасть туда, одному богу было известно! Теперь он забрался на выступ с другой стороны каменной гряды. Этот мальчишка, должно быть, настоящий король горных коз!

Карла вновь устремилась в погоню, то сгибаясь в три погибели, то ползя на четвереньках. Уже почти добравшись до цели, она вдруг оступилась и упала, но, не обращая внимания на острую боль в лодыжке, стиснула зубы и продолжила путь. Оставалось всего лишь несколько ярдов. Последний короткий, хотя и очень крутой спуск. Одним рывком преодолев его, Карла закричала:

— Фредди! Фредди, я здесь! — И вдруг похолодела от ужаса. О боже! Пышный куст оранжевых цветов покачивался под ветром, будто насмехаясь над ней.

На мгновение Карла застыла, задыхаясь после бега и чувствуя, как сердце рвется выпрыгнуть из груди. Куда же он подевался? Сколько драгоценного времени потрачено понапрасну. Теперь придется лезть обратно на этакую кручу.

Спуститься сюда было достаточно трудно, но вылезти наверх — просто немыслимо. Карла в полном отчаянии огляделась по сторонам. Что ж, остается лишь одно — добраться до самого низа и поискать более легкий подъем.

Почти плача от бессилия, Карла заскользила вниз. Кто знает, что могло случиться с Фредди, пока она его искала. Вдруг мальчик свалился? Сломал себе руку или ногу? А виновата во всем только она. Надо было сразу остановить его!

Наконец ей удалось выбраться на берег. С трудом выпрямившись, она огляделась вокруг, стараясь не замечать острую боль в ноге. И тут внезапная догадка заставила ее содрогнуться. Это же Чаячья бухта — тот самый пляж, где она едва не закончила свою жизнь два года назад!

Карла обернулась к морю. Вот те самые камни, где она причалила лодку перед штормом. А здесь гуляла по пляжу. На Карлу нахлынуло чувство беспомощности. Ну как судьба может быть такой жестокой?

И вдруг краешком глаза она заметила какое-то движение на морской глади. Из-за скал вывернула, направляясь к берегу, небольшая моторка. Карла недоверчиво зажмурилась. Почему ей все время что-то мерещится? То приняла цветы за мальчика, теперь вот лодка…

Но когда она вновь открыла глаза, лодка никуда не пропала и даже заметно приблизилась. На борту кто-то размахивал руками и окликал ее по имени:

— Карла!

Не может быть! Ужас сковал ее по рукам и ногам. Я не верю, отказываюсь верить, мысленно твердила она. Пожалуйста, пусть это будет галлюцинацией!

Объятая одуряющей паникой, она не могла пошевелить ни рукой, ни ногой, а лодка стремительно неслась к берегу. Вскоре уже можно было различить ялик с подвесным мотором и того, кто сидел за рулем. Хотя Карла уже и так все знала. Кто же еще это мог быть?

Джад выскочил на берег и устремился к ней.

— С тобой все в порядке? — Темно-серые глаза были полны тревоги. — У тебя такой вид, словно ты только что повстречалась с призраком.

Пожалуй, уж лучше призрак. Что угодно, лишь бы не Джад. Карле хотелось провалиться сквозь землю.

— Зачем ты приехал? — спросила она. — Откуда ты знал, что я тут?

— Я всегда знаю, где ты. — Он улыбнулся: — В чем дело? Разве ты мне не рада?

Разумнее было промолчать, да Джад и без того наверняка прочел по ее лицу, какой законченной идиоткой она себя чувствует. Но сейчас ее куда сильнее волновали более важные проблемы.

— Надо скорее подняться наверх. Фредди потерялся! — выпалила она и резко повернулась, но чуть не упала, подкошенная острой болью в ноге.

— Что случилось? — Джад одним прыжком оказался возле нее и поддержал за талию. — Ты ударилась, да? Я так и знал. Дай-ка посмотрю.

— Ничего страшного. Просто слегка вывихнула щиколотку, когда спускалась. — Карла хотела высвободиться, но боялась даже дотронуться ногой до земли — от жгучей боли на глаза наворачивались слезы. Она медленно перевела дыхание. — Подожди минутку. Сейчас все пройдет. Правда-правда. Все равно надо скорей подняться наверх…

— Никуда нам не надо. — Не успела она договорить, как Джад бесцеремонно подхватил ее на руки и, не обращая внимания на протесты, усадил на песчаный холмик, осторожно вытянув вперед ее больную ногу. — Спешить некуда. С Фредди все прекрасно, чего нельзя сказать о тебе.

Недолго думая, он нагнулся и принялся расшнуровывать ботинок Карлы. Что за вольности! Она сердито уставилась ему в затылок.

— Перестань, не надо. И откуда ты знаешь, что с Фредди все в порядке?

— Сорванец вернулся вскоре после твоего ухода. — Джад аккуратно и совсем безболезненно стащил с нее ботинок. — Наверное, Бастер отыскал его и привел обратно к Ларри и всем остальным.

— Ох, слава богу. — У нее с плеч словно гора свалилась. — А ты уверен, что с ним действительно все нормально?

— Ни царапинки. Перестань волноваться. — Носок последовал за ботинком, и Джад, нахмурившись, покачал головой: — А вот ты здорово повредила ногу.

Карла взглянула на распухшую щиколотку. Как хорошо, что можно ни о чем не беспокоиться. Как приятно холодное прикосновение его пальцев к горящей коже. Похоже, Джад прекрасно знал, что делать.

— А откуда тебе известно о Фредди? И как догадался, где меня искать? — полюбопытствовала Карла.

— Просто сложил два и два. Я понял, что ты сбилась с дороги. Поскольку наверху тебя найти так и не смогли, я решил, что ты спустилась вниз, а обратно выбраться не смогла. По личному опыту знаю, как это непросто. — Он заглянул ей в лицо. — Как бы там ни было, а у тебя обычное растяжение. Обошлось без перелома. Так что сиди смирно, пока я перебинтую.

Перебинтует? В полном удивлении, Карла следила, как Джад извлек из кармана моток бинта, намочил его в морской воде и принялся обматывать больное место. Где это он так наловчился? Однако об этом можно расспросить попозже. Сейчас интереснее другое.

— Но как ты здесь оказался? Где раздобыл лодку? Да и вообще, откуда ты узнал, что произошло?

Несколько минут он молча продолжал свое занятие, не торопясь удовлетворить ее любопытство. Карла следила за быстрыми, осторожными движениями его пальцев, пытаясь не выдать, как ласкают ее эти прикосновения.

— Собственно говоря, совершенно случайно. Вернулся раньше, чем рассчитывал, и решил присоединиться к вам. Я примерно представлял, куда вы направлялись. — Тут Джад улыбнулся: — Нечего сказать, попал в самый подходящий момент. Они там все с ума сходили. Ларри сказал, что Фредди и Бастер вернулись в целости и сохранности, а вот ты потерялась. Он как раз собирался на поиски, но я велел ему оставаться на месте. — На миг умолкнув, Джад разорвал край бинта на две полоски и закрепил повязку. — По морю дорога здесь короче, чем по суше. К тому же, по чистой случайности, за скалами оказалась рыбачья лодка. Я оставил рыбакам записку, что временно позаимствую ялик. Ну, а потом поплыл вокруг мыса… Остальное ты и сама знаешь.

Поведай Карле такую историю кто другой, она решила бы, что все выдумка. Но в устах Джада рассказ прозвучал вполне правдоподобно. В этом отразился весь Джад, словно созданный для критических ситуаций: не теряя головы, быстро принимать решения и действовать без промедления. Он уже во второй раз пришел ей на помощь!

— Спасибо тебе, — пробормотала Карла. А все-таки хорошо, что ее нашел именно он, а не Ларри.

Что за нелепые мысли! Она отвернулась, мучительно желая, чтобы Джад встал или хотя бы чуть отодвинулся, а не сидел так близко. Это как-то чересчур интимно. Перевязанная нога — и то выглядела символом опасной близости. Карлу не успокоила даже улыбка Джада, а тот еще игриво заметил:

— Это входит в перечень услуг нашей фирмы.

Каких еще услуг? Подавив искорки возбуждения, Карла решила, что настало время чуть охладить его пыл:

— Хвала небесам, что с Фредди все в порядке. Я едва с ума не сошла. Если бы с ним что-нибудь случилось, я бы себе ни за что не простила.

— Не слишком ли ты строга к себе? — нахмурился Джад. — Он и не подумал возвращаться, хотя слышал, как ты его звала. Вряд ли можно осуждать себя за чужое непослушание.

— Но ведь я за него отвечаю. Кто же виноват, как не я?

— Парню десять лет — не такой уж он беспомощный младенец. Я бы сказал, что ему пора отвечать за свои поступки. — Джад ненадолго замолк. — И к тому же… разреши мне тебя поправить: ты за него вовсе не отвечаешь, у тебя сегодня выходной. Скорее уж твоя коллега, миссис Остин, должна винить себе в происшедшем, а совсем не ты. Да тебе и ехать-то было необязательно.

— Но я же поехала! И тем самым взяла на себя ответственность.

— Ты неисправима, — засмеялся Джад и, наклонившись вперед, коснулся кончиками пальцев ее щеки.

Карла не знала, что делать. Она застыла, одновременно мечтая, чтобы он убрал руку и чтобы не убирал. К тому же до нее вдруг дошло, что они с Джадом совершенно одни на пустынном песчаном пляже. Мысль эта и испугала девушку, и подействовала на нее возбуждающе.

Джад властно приподнял двумя пальцами подбородок Карлы, пытливо заглядывая ей в глаза, точно желая получить ответ на какой-то вопрос. Потом вдруг улыбнулся:

— Я все гадаю, ты хоть понимаешь, где мы сейчас находимся?

О боже! Возбуждение Карлы усиливалось. Она прерывисто вздохнула и пролепетала пересохшими губами:

— На том самом пляже, где я чуть не утонула в прошлый раз.

В прошлый раз… Карла смущенно опустила голову, боясь даже взглянуть Джаду в лицо. Но он снова настойчиво поднял ее подбородок.

— По-моему, ты сделала это нарочно. А ну-ка, признавайся: ты специально оказалась здесь, чтобы мне пришлось мчаться тебе на выручку?

Карла невольно рассмеялась:

— А ты тут как тут. Может, это как раз ты все подстраиваешь, чтобы иметь возможность поиграть в героя?

— Думаешь, я на такое способен?

— Ну, меня бы это не удивило.

— Что ж, будь у меня возможность, я бы и впрямь проделывал это почаще. Знаешь, мне очень нравиться тебя спасать.

Он не сводил глаз с лица Карлы, и та почувствовала, как ее бросает в дрожь. Сейчас он меня поцелует. О нет. Только не это! Она задержала дыхание и выпалила:

— Знаешь, по-моему, нам пора назад!

— Ты и впрямь неисправима. — Джад улыбнулся и покачал головой, а пальцы его тем временем скользнули ниже, лаская шею Карлы. — Никуда ты не пойдешь. Сегодня дети прекрасно обойдутся без тебя. Если помнишь, там есть кому за ними присмотреть. Поэтому нравится тебе это или нет, но придется пока оставаться тут, со мной.

Он мягко, но решительно притянул Карлу к себе, так что она невольно положила руки ему на плечи. От прикосновения к влажной тенниске Джада ее неожиданно пронзило, точно электрическим разрядом. Она с тихим стоном закрыла глаза. Губы их соприкоснулись.

Целовался Джад точно так же, как делал все остальное, — сильно и страстно, без тени колебаний и сомнений. Карла приникла к нему, скользя руками по мускулистым плечам, шее, копне темных волос. Ее губы отвечали на поцелуи, она даже не пыталась сопротивляться. К чему бороться, если ее сжигает тот же огонь, что и Джада?

Он мягко опрокинул ее навзничь, а сам склонился, почти лег сверху. Карла выгнулась навстречу; мечтая утолить снедающую ее жажду. Снизу — горячий, нагретый солнцем песок, сверху — жаркое мускулистое тело. Она сгорала от страсти.

Руки Джада лихорадочно блуждали по ее телу. В считанные секунды он расстегнул блузку Карлы и рука его медленно скользнула за вырез лифчика. От ласкающего прикосновения пальцев к обнаженной коже Карлу бросило в дрожь. Какое-то мгновение Джад медлил, и все ее чувства взбунтовались от этого промедления, но затем он стянул бретельки, высвободил ее грудь и приник к ней губами.

Какое головокружительное наслаждение! Карла словно тонула в объятиях Джада. Никогда она не желала так ни одного мужчину!

Казалось, прошла целая вечность. Поцелуи. Ласки. Во всем мире не осталось ничего, кроме близости их тел. Карла гладила широкую грудь возлюбленного, мечтая, чтобы они оба могли отбросить самоконтроль и до конца отдаться страсти. Но в то же время радовалась, что он не пытается торопить события. Еще слишком рано. Лучше подождать.

Джад опомнился первым и заглянул ей в глаза:

— Знаешь, начинается прилив. Если мы еще ненадолго задержимся, то найдем здесь свой конец…

Карла посмотрела ему в лицо, и внезапно ее охватило чувство полнейшего, безграничного счастья, словно сердце согрелось яркими солнечными лучами. Случилось нечто удивительное и прекрасное: теперь и она, и мир никогда не станут прежними.

— Пора привести себя в порядок и вспомнить о благопристойности. — Джад запахнул на ней блузку. — Просто на случай, если поблизости окажется какой-нибудь остроглазый моряк. Никогда не знаешь, кого повстречаешь на морских просторах… Давай я отнесу тебя в лодку, потому что сама ты туда не доберешься, а потом без излишней спешки отправимся домой. — Он чмокнул ее в нос. — Ну, как тебе мой план?

Карла потянулась к нему и сполна возвратила поцелуй. Хотелось снова повалить Джада на песок, крепко обнять и никогда никуда не отпускать.

— Честно говоря, хуже не придумаешь. — Она подняла голову и покорно вздохнула: — Но все же ты прав. Пора возвращаться.

— Тогда идем. — Джад поднялся, отряхнул песок с джинсов, одним легким движением подхватил Карлу на руки и запечатлел легкий поцелуй у нее на губах. — Теперь посмотрим, как там наша лодка.

Добираться до моторки надо было вброд, а вода стремительно прибывала. Карла с хихиканьем цеплялась за шею идущего по отмели Джада. Ее смех оборвался визгом, когда он внезапно присел, так что оба они оказались по шею в воде.

— Лучше все сделать сразу, — засмеялся он. — Незачем мокнуть постепенно.

— Ну ты и садист! — Тряхнув мокрыми волосами, Карла поцеловала Джада в щеку.

Пока они добирались до камней, где был причален ялик, вода поднялась слишком высоко, чтобы туда можно было дойти вброд.

— Придется нам плыть. Или хотя бы мне. — Джад лег на воду. — Держись крепче и представь, что я дельфин или еще какая-нибудь морская тварь. — Он неторопливо поплыл, ровными гребками рассекая волны.

Дельфин! Карла опустила голову в уютную ложбинку между его плечами, наслаждаясь чувственными движениями пловца и прелестью возникшей между ней и Джадом близости. Все вокруг казалось новым, переменившимся, воздух словно наполнился неведомым, но прекрасным волшебством. Ах, если бы это никогда не кончалось!

Когда они наконец доплыли до лодки, Джад, схватившись одной рукой за борт, а другой обнимая Карлу, приподнялся над водой и мощным рывком перевалился внутрь. В лодке он бережно опустил свою ношу на скамейку.

— Умница, отлично справилась. Как себя чувствует твоя щиколотка?

— Мокрой, — улыбнулась в ответ Карла. — Но, может, поэтому болит меньше. Наверное, морское купание хорошо подействовало.

Она устроилась на корме, наблюдая, как Джад отвязывает канат, включает двигатель и направляет ялик в открытое море. До чего же не похоже на прошлый раз! Ни напряженной борьбы со стихией, ни грома, ни молний. Ни гнева бушующих волн, ни разверзшихся небес. Они с Джадом вдвоем посреди залитого солнцем моря. Если прошлый раз отдавал огнем и серой, в этом чувствовался привкус земного рая!

Поудобнее устроив ногу, Карла скользнула взглядом по забинтованной щиколотке и с улыбкой посмотрела на своего спутника. Наконец-то настало время задать вопрос, который уже давно вертелся у нее на языке:

— А ты всегда таскаешь в кармане моток-другой бинта на случай, если на твоем пути встретится какая-нибудь девица с больной ногой?

— Нет, не всегда, — явно забавляясь, отозвался Джад. — Но именно сейчас решил, что это неплохая идея. Не так-то легко, знаешь ли, спуститься с утеса без специальной обуви. Так что на всякий случай я прихватил с собой аптечку. — Он многозначительно посмотрел на Карлу: — А ты подумала об аптечке?

Она потупилась и покаянно вздохнула:

— И как я только забыла! Почему ты всегда заставляешь меня чувствовать себя полной идиоткой? По сравнению с тобой я страшно некомпетентна. Сначала чуть не утонула во время шторма, потом свалилась на забытый богом и людьми пляж. Что и говорить — полностью безнадежный случай!

Джад протестующе покачал головой.

— У тебя нет опыта, только и всего. Ты же выросла в большом городе. А я всю жизнь живу здесь. Неудивительно, что тут тебе за мной не угнаться. Хотя, честно говоря, и я в свое время натворил немало глупостей.

Карла засмеялась:

— Что-то не верится.

— Чистая правда. Однажды проторчал на скалах целый день, пока кто-то не помог мне спуститься. На этом острове, как ты сама могла убедиться, попасть в беду легче легкого. Если тебя не доконают утесы, так затопит приливом. — Не отводя от нее пристального взгляда, он продолжал: — И вот что я еще скажу. Мне тоже доводилось попадать в переделки на море и еле-еле выпутываться из них. Но я научился, и ты тоже научишься, если поживешь здесь подольше.

Что-то ёкнуло внутри нее. Как здорово было бы остаться здесь на какое-то время! Тут так хорошо. Плюс изучить остров, открыть все его секреты, стать его частью. А главное — получше узнать Джада.

Поймав себя на подобных мечтаниях, Карла поспешно отвернулась, опасаясь нечаянно выдать их. Вдруг по выражению ее лица Джад догадается, какие дурацкие мысли ее обуревают.

— Так ты полагаешь, что толика практики, и я смогу сама выступать в роли спасателя, а не спасаемой?

Глаза их вновь встретились. Джад подарил ей долгий задумчивый взгляд:

— Полагаю, — наконец произнес он. — Из тебя вышел бы отличный спасатель.

Обратный путь показался ей слишком быстрым. Заметив Пита, помощника Ларри, поджидающего их на пристани, Карла сама устыдилась того, как уныло стало у нее на душе. Они вернулись в реальный мир, чудесная идиллия закончилась. И Карла ощутила себя великовозрастной дурочкой. Уж у Джада наверняка не возникло и тени подобных глупых, романтических бредней!

Хорошо хоть, что он не торопился избавиться от ее общества. В ответ на предложение Пита отвезти Карлу в замок, Джад возразил, что сделает это сам.

— Я отнесу тебя в твою комнату, — сказал он, бережно устраивая Карлу на переднем сиденье «лендровера», — и ты сможешь дать передышку ноге.

Он сел за руль и повел машину к замку. Карла понимала, что все это сплошное безумие, но могла сейчас думать только об одном: что же будет дальше?

Спустя двадцать минут Джад внес ее в комнату и уложил на кровать.

— Я скажу миссис Пайклс, что ты здесь, и попрошу принести ужин сюда. По крайней мере сегодня вечером тебе лучше никуда не выходить.

Он выпрямился и отступил назад, по лицу его пробежала тень. При виде трезвого, спокойного взгляда Карлу одолели дурные предчувствия. Джад явно сожалел о том, что между ними произошло. И собирался сказать, что все это было ошибкой. Но она не вынесет, просто не вынесет жестоких слов!

— Извинись перед миссис Пайклс от моего имени, — поспешно выпалила Карла. — Ужасно не хочется причинять ей неудобства, но боюсь, сейчас я не в состоянии сделать и шага.

Щиколотка и впрямь снова разболелась не на шутку. Можно было подумать, что испытываемое Карлой на острове счастье служило надежным обезболивающим.

— Незачем извиняться. Я уверен, миссис Пайклс возражать не будет.

Несколько мгновений он не сводил с лица Карлы непроницаемых серых глаз, а затем неторопливо скользнул взглядом по ее фигуре. У Карлы перехватило дыхание от страха, но Джад неожиданно улыбнулся:

— Думаю, пока повязку лучше не трогать, сменим попозже. — И вдруг нагнулся поцеловать ее.

Карла ожидала мимолетного прикосновения, но это был настоящий поцелуй. Глубокий, медленный — и очень возбуждающий. Ее охватило чувство невероятного облегчения. Все тревоги были лишь плодом ее же фантазии!

— Мне пора, но я зайду к тебе позднее, — пообещал Джад и вышел из комнаты.

Карла откинулась на подушки. Лицо ее медленно залилось розовой краской удовольствия.

— Кто там?

Заслышав стук в дверь, Карла вздрогнула от неожиданности и попыталась стряхнуть с себя остатки сна. После всех дневных треволнений ее одолела дрема. Повернувшись к двери, она крикнула:

— Заходи.

Наверное, это Джад. Приятно возбужденная этой мыслью Карла торопливо пригладила встрепанные после сна волосы. Но это оказался вовсе не Джад. В щелке двери маячила рыжая головенка.

— Можно войти, мисс? — с унылым видом осведомился Фредди.

— Конечно, входи, — улыбнулась Карла. — Что случилось? С тобой все в порядке?

— Да, мисс. Со мной-то все в порядке. — Он наполовину просунулся в дверь и застыл на пороге. Карле еще не доводилось видеть на детской мордашке такого озабоченного выражения. Мальчик глубоко вздохнул. — Я пришел попросить прощения. Ваша нога… и прочее. Ну, за все то, что случилось. Это я во всем виноват.

— Ох, Фредди, не болтай глупостей. Пустяки какие. В жизни всякое бывает. — Карле от души было жаль бедняжку.

— Нет, правда. Это моя вина. Мне нужно было послушаться, когда вы меня звали. Тогда бы вы не побежали за мной и не свалились с обрыва.

— Но я вовсе не падала с обрыва. Я просто оступилась, вот и все. А нога скоро пройдет. Честное слово, ничего серьезного.

— И вы не сердитесь?

— Конечно нет. Я только радуюсь, что с тобой ничего не случилось. Хотя ты заставил меня изрядно поволноваться.

— Но вы не сердитесь?

— Нет-нет, не сержусь.

— А на Бастера тоже? Джимми и другие ребята говорят, что это Бастер во всем виноват, и что мы не должны больше играть с ним и брать на прогулки. Но ведь это не так! Он же не знал, что я побегу за ним. Да и мистер Джад сказал, что Бастер никогда здесь не потеряется, потому что прекрасно знает остров и все дорожки. Он хороший пес. Правда. Он ни в чем не виноват…

Горячая речь оборвалась жалобным всхлипом.

— Иди сюда, Фредди. — Сама чуть не плача, Карла протянула к мальчику руки. — Не надо так расстраиваться. — Она обняла Фредди и успокаивающе погладила по голове, — Фредди, Фредди. Конечно, я вовсе не виню Бастера, он славный пес.

Фредди вцепился в Карлу, спрятав лицо у нее на груди, и разразился судорожными рыданиями. Подождав, пока мальчик немного успокоится, Карла ободряюще улыбнулась и поцеловала его.

— Ты и вправду любишь Бастера?

— Больше всех на свете! — Фредди снова всхлипнул и вытер мокрые щеки рукой. — Я не хотел, чтобы вы на него сердились, когда я сам во всем виноват.

— Повторяю, никто на него не сердится. Можешь снова с ним играть, сколько захочешь. Я уверена, что, если ты попросишь, мистер Джад разрешит тебе завтра опять с ним погулять.

— Миссис Пайклс позволила мне покормить его сегодня вечером. — Фредди наконец-то улыбнулся. — Он сам приносит свою миску в кухню, когда хочет есть. Она обещала показать мне, что ему дать.

— Тогда тебе лучше поторопиться. Бедняжка, наверное, уже проголодался.

— Обычно мистер Джад кормит его, но сегодня он уехал вместе с Ларри. — Совсем успокоившись, Фредди направился к двери, но на пороге задержался. — А вы не станете рассказывать мисс Джарвис о том, что случилось? Вдруг она рассердится? — пояснил мальчик.

— Уверена, что она все поймет правильно, так что не волнуйся.

Фредди вышел, в коридоре раздались звуки удаляющихся шагов. А Карла откинулась на подушки, ощущая внезапную тяжесть на душе. Итак, Джад уехал вместе с Ларри. Значит, он не зайдет к ней. Может, оно и к лучшему, после всего, что она сегодня себе навоображала. Пока Фредди не упомянул фамилию Энни, Карла начисто забыла о том, что у Джада уже есть девушка!

10

Джад вернулся домой уже за полночь. Отправившись прямиком в кухню, он обнаружил там миссис Пайклс, облаченную в теплый красно-зеленый клетчатый халат и готовящую себе неизменную чашечку какао на сон грядущий.

— Как там наша пострадавшая? — Джад устало плюхнулся на табуретку, вытягивая длинные ноги, обтянутые джинсами.

— Надеюсь, уже спит, — с притворным негодованием закудахтала добросердечная экономка, подогревая молоко в маленькой кастрюльке. — Глупая девчонка надумала спуститься вниз, чтобы помочь накормить детей ужином. Хотя мы с Люси и миссис Остин убеждали ее, что сами прекрасно справимся. — Она налила молоко в чашку и энергично взболтала. — Усердие, прямо скажем лишнее, но она и впрямь любит ребятишек. Одно удовольствие смотреть, как они льнут к ней.

— Да, я тоже заметил. — Джад тепло улыбнулся ей и спросил: — А доктор Миллиган заходил взглянуть на ее ногу?

На всякий случай он позвонил врачу перед уходом, хотя подозревал, что в том нет особой необходимости. Но мнение специалиста никогда не помешает.

Миссис Пайклс опустилась в кресло по другую сторону стола.

— Да. Он дал ей обезболивающее, перевязал щиколотку и велел несколько дней поменьше двигаться. Да только стоило ему уйти, как негодница тут же приковыляла вниз помогать нам с приготовлением ужина. И слушать не хотела никаких уговоров, так что мне пришлось отыскать старую прогулочную трость Чарли, чтобы ей хоть чуть-чуть было легче ходить.

Джад улыбнулся, представив себе Карлу, ковыляющую по кухне с тростью покойного мужа миссис Пайклс.

— И когда она наконец угомонилась и отправилась в постель?

— Почти сразу, как уложили ребятишек. Да они все с ног валились. Наверное, она легла где-то часов около десяти.

Джад кивнул. Как он ни торопился, все же не успел вернуться домой пораньше. А жаль! Ему и впрямь хотелось вечером поговорить с Карлой. Сегодняшние события приняли столь странный оборот, что стоило бы прояснить некоторые вопросы. Ну да ладно, поговорить можно и завтра. Хотя надо будет вести себя крайне осторожно. Не дай бог ранить ее чувства!

Он заложил руки за голову и широко зевнул:

— Да, сдается мне, сегодня притомились не только мальчики. Я тоже здорово вымотался.

— Приготовить вам чашечку какао?

— Нет, спасибо, не надо. Я усну, как только доберусь до кровати. — Поднявшись, он ласково поцеловал экономку в щеку. — Спокойной ночи. До завтра.

Карла проснулась бодрой и с ясной головой — большой шаг вперед по сравнению с тем разбродом, что царил у нее в мыслях прошедшей ночью. Она битый час беспокойно ворочалась в постели, ощущая себя прескверно. Ей-то казалось, она попала в рай, а что на деле?

И как только она могла забыть об Энни? О чем только думала? Как бесчестно себя вела!

Лишь одно среди всех этих мучений утешало. Страдания должны были скоро пройти сами собой. Не может она «сохнуть» по человеку, способному предать такую славную девушку, как Энни. Джад этого не стоит. И упорно стараясь убедить себя в этом, Карла продолжала метаться в тщетном ожидании сна, пребывая в черном отчаянии.

Однако наутро на душе у нее стало полегче. В конце концов, сегодня ее последний день пребывания на острове. Уже вечером она уедет. А Джад… Джад пусть только попробует подступиться поближе — прогонит без всяких сожалений.

Даже щиколотка болела чуть меньше, хотя, идя по коридору к спальне мальчиков, — Берта уже уехала в Санта-Орвел — Карла и опиралась на услужливо предоставленную ей трость. Когда же, открыв дверь комнаты, она увидела улыбающиеся лица и услышала нестройный хор пожеланий доброго утра, то тут же почувствовала себя в тысячу раз лучше. Теперь она в своей стихии. К чему думать о негодяях, вроде Джада?

По счастью, когда они всей гурьбой спустились в кухню, Джада там не оказалось. Миссис Пайклс уже накрывала на стол.

— Миссис Пайклс, я же сказала, что сама все сделаю. Незачем меня опекать. Не такая уж я калека! — воскликнула Карла.

— Полно вам. Ешьте кукурузные хлопья и перестаньте жаловаться, юная леди. А ну-ка, кто хочет апельсиновый сок, поднимите руки. Я припасла свеженького в холодильнике.

Этим утром они собирались пойти в сад изучать породы деревьев. Каждый из мальчиков должен был собрать побольше различных листьев, а потом определить по справочнику, какому дереву они принадлежат. Карлу вполне устраивал подобный план. Миссис Пайклс отыскала ей скамеечку для ног, чтобы можно было расположиться со всеми удобствами.

Только Карла уселась, как услышала позади себя звук шагов по посыпанной гравием дорожке, и с упавшим сердцем обреченно обернулась, догадываясь, кто идет.

— Наконец-то я тебя отыскал! — Джад спешил к ней, явно не зная, что все в их отношениях коренным образом переменилось.

Хотя, может, и не все. Кое-что осталось неизменным. Например, Карле абсолютно не удалось совладать с эмоциями, нахлынувшими на нее при первом же взгляде на Джада. В сердце словно вонзили острый нож.

— Привет, — отозвалась она. Сохранять отрешенный вид стоило такого труда, что мышцы лица сводила судорога.

— Я рад, что ты одна. У меня личный разговор. — К ужасу Карлы, он уселся подле нее и обнял за плечи.

«Не утруждайся, — хотелось ей сказать. — Нам и говорить-то не о чем». Но не удалось выдавить из себя даже слабого писка.

— Как твоя нога? Говорят, к тебе заходил доктор Миллиган. Так что теперь ты упакована более профессионально. — И он улыбнулся, глядя ей в глаза.

Карле стало совсем плохо. Перед мысленным взором пронесся рой воспоминаний: как бережно перевязывал ее Джад вчера на пляже, как удивилась она, когда он достал бинт, как ласкало ее прикосновение его холодных пальцев. Вчера все кругом таило волшебство, теперь оно исчезло.

Карла отвела взгляд.

— Спасибо, сегодня уже лучше.

— Знаешь, я прошу прощения за вчерашний вечер. Я обещал зайти к тебе перед сном, но мне пришлось ехать забирать машину…

Он замялся, и тут Карлу осенило. Джад решил, будто она обиделась, что он не заглянул к ней и поэтому держится так отчужденно. Она взглянула на него, подбирая слова, чтобы объяснить, в чем дело, но не успела и слова промолвить, как Джад вновь заговорил:

— Я надеялся поспеть вовремя, но, когда мы вернулись, Ларри зазвал меня полюбоваться на младенца.

— У Ларри родился ребенок? — Карла невольно улыбнулась. — А я и понятия не имела. Он мне ничего не говорил.

— Назвали Бетани, и ей всего неделя от роду. Самый симпатичный младенец, какого только можно себе представить. Похожа на мать, и отец на нее не налюбуется.

— А у них есть еще дети?

— Нет, Бетани первая. Хотя, судя по общему восторгу, будет далеко не последней.

— Вот и хорошо, — засмеялась Карла. — По-моему, нет ничего приятнее, чем полный дом ребятишек.

— А ты сама из большой семьи?

— Нет. — Она покачала головой. — После меня мама не могла больше иметь детей. Но я знаю, если бы ни это, нас было бы трое или четверо.

— Я тоже был единственным ребенком. — Джад пристально вглядывался в ее лицо. — Но, как и ты, всегда мечтал о куче детей.

Что-то в его взгляде заставило Карлу потупиться. Разговор на столь личные темы казался ей сейчас неуместным. Родительские амбиции Джада ее нисколько не интересовали, а совпадение их взглядов только раздражало. И зачем она позволила втянуть себя в дурацкий разговор?

— Карла, — внезапно он накрыл ладонью ее руку, — мне надо тебе кое-что сказать. Ты должна это знать…

Карла резко вскинула голову, но тут ее внимание привлек Фредди, сломя голову мчащийся по дорожке.

— Глядите, что я нашел! Глядите, что я нашел, когда искал листья! — Он торжествующе сжимал что-то в кулаке.

Карлу раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, она была готова расцеловать мальчика за столь своевременное появление. С другой — была вовсе не уверена, что ей так уж хочется рассматривать его находку.

— Прежде чем показывать, — осторожно заметила она, — скажи, сколько у него ножек.

Джад рассмеялся и, к тайному облегчению девушки, отпустил ее руку.

— Лучше сначала дай посмотреть это мне, — предложил он. — Я не так привередлив по части ножек.

— Никаких ножек, — выпалил Фредди и разжал кулак. — Глядите! Это же именная табличка Бастера.

— Вот оно что. — Джад взял потемневшую медную пластинку. — Бастер потерял ее несколько месяцев назад. Я уже заказал новую. — Он наклонился и ласково взъерошил вихры мальчугана. — Если хочешь, можешь взять себе на память.

Глаза Фредди засияли от радости.

— Правда, можно? Правда?

Несмотря на всю досаду на Джада, Карла подумала, что тот не мог поступить лучше. Она улыбнулась Фредди:

— Кому-то крупно повезло. По-моему, надо поблагодарить мистера Джада.

— Спасибо. — Мальчик крепко-накрепко сжал в кулаке табличку. — Спасибо. Я сохраню ее навсегда.

Джад поднялся.

— Мне пора. Смотри, не потеряй. — Он повернулся к Карле и бережно погладил ее по щеке. — А ты не перенапрягай ногу. Поговорим позже, после ланча.

Джад ушел. А Карла принялась гадать, что случилось с ее языком, и почему она ни слова не могла выдавить в ответ.

Спустя несколько часов Карла со своими подопечными возвращалась в замок на ланч. Дети, размахивая сумками, умчались вперед. Опираясь на трость, Карла замыкала шествие. Она размышляла о Джаде и прикидывала, что же он так жаждет сообщить ей. Наверное, что-нибудь, касающееся Энни. Может, попытается отрицать свою связь с ее подругой? Или попросит сохранить в тайне его постыдное отклонение с пути истинного? Скорее всего, последнее.

Ну и ладно, ей все это абсолютно неинтересно! Противно будет слушать, если он станет нагло врать, но второе предположение гораздо оскорбительнее. Как будто она способна разболтать Энни о том, что между ними произошло! Нет, лучше держаться от него подальше — пусть напишет письмо, в конце концов. Им говорить не о чем!

Мальчишки уже скрылись в кухне, а Карле осталось сделать всего несколько шагов, как на дороге появилась открытая спортивная машина Хенриет. Карла обернулась. После неудачной попытки подговорить Карлу настроить Джаспера против Джада, они не виделись. Обдумав все хорошенько, Карла решила, что у подруги было временное помрачение рассудка, на которое не стоит обращать внимания. Поэтому, когда машина подъехала, она приветливо улыбнулась и шагнула вперед.

Но Хенриет смерила ее ледяным взглядом.

— Дрянь! — злобно прошипела она и нажала на газ.

В полном остолбенении Карла смотрела, как машина скрывается в клубах пыли. Что, во имя всего святого, произошло? Ее снова оскорбили! Вслед за обидой в душе зародились неясные подозрения. Наверное, она слишком идеализировала Хенриет — скорее всего, та и впрямь нарочно старалась очернить Джада в ее глазах.

До чая оставался еще добрый час, ребята пошли в конюшню, а Карла поспешила наверх, к Джасперу. Она обещала зайти попрощаться с ним перед отъездом. Времени оставалось совсем мало. Ларри сказал, что моторка будет ожидать их в половину шестого, так что другого шанса может и не представиться.

Карла даже припасла прощальный подарок — бутылку его любимого портвейна. Она красиво завернула подарок в тонкую бумагу, уложила в изящную коробку и теперь крепко сжимала в руках, направляясь к комнате Джаспера.

Сегодня утром Карла уже навещала старика и поразилась тому, как хорошо он выглядел. Теперь он куда более походил на того Джаспера, которого она помнила все эти два года. Больной сидел на кровати, легко и непринужденно поддерживая беседу. Казалось, выздоровление не за горами, и настроение Карлы существенно улучшилось.

Она громко постучалась.

— Войдите! — Определенно, этот голос не мог принадлежать больному, прикованному к постели!

Поворачивая ручку, Карла так и расплылась в улыбке:

— Добрый день. Это я. — И застыла на пороге, едва не выронив бутылку: в кресле у кровати сидел Джад.

Все как в первый раз. На мгновение ее сковал ужас. Ведь его «лендровер» отъехал от дома десять минут назад — она сама видела! Ну почему этот несносный тип всегда оказывается тут как тут, стоит ей принять решение сторониться его? А она так старалась! И днем, когда убирала посуду после завтрака, и позже, когда дети играли в саду. Ей всякий раз удавалось заметить Джада еще издали и потихоньку сбежать или спрятаться за дерево. Конечно, смешно и глупо так себя вести, а что поделаешь? Сама мысль о разговоре с ним приводила Карлу в смятение.

И вот теперь он здесь. Хорошо, по крайней мере, что они не наедине.

— Как приятно видеть тебя. Заходи и садись. — Голос Джада звучал обыденно, но Карла поняла, что от него не укрылась ее странная реакция. Приветственная улыбка сменилась выражением любопытства.

Торопливо кивнув ему, Карла поспешила к Джасперу. Она нежно расцеловала больного в обе щеки, села рядом и положила бутылку вина на тумбочку. «Я здесь ради твоего дяди, так что, будь добр, держись от меня подальше», — пыталась она внушить Джаду всем своим поведением.

Как и утром, Джаспер был в отличной форме. Он принялся весело болтать, засыпав девушку вопросами об ее подопечных.

— Хотелось бы посмотреть на ребят, — заметил он. — Но, пожалуй, отложим это до другого раза, когда я начну вставать. Комната больного — неподходящее место для шалунов.

— Вам бы они понравились, голову даю на отсечение. Они такие славные. И вы наверняка уже скоро сможете вставать. Говорю же, сегодня вы выглядите просто замечательно!

— Я и чувствую себя замечательно. — Он наклонился к ней с заговорщической ухмылкой: — Только между нами: не будь здесь Джада, уж я бы выбрался поразмять старые кости.

— Еще слишком рано, дядя, — вмешался Джад. До сих пор он сидел молча, предоставив разговаривать Карле и Джасперу. — Я знаю, что тебе уже лучше, но ты слишком ослаб за время болезни. Не стоит торопиться. Вот и Карла того же мнения. Правда же?

Карла прекрасно поняла, что это был тактический ход, призванный заставить ее обернуться в его сторону. С тех пор как села подле Джаспера, она ни разу не посмотрела на его племянника. Карла покосилась на Джада и невольно залилась ярким румянцем, встретив его выразительный взгляд.

— Думаю, ты абсолютно прав, — пролепетала она. Сердце гулко забилось от острого сожаления, что нельзя изменить своему благому, но так мучительно давшемуся решению. Ведь ни один другой мужчина не вызывал у нее и десятой доли таких сильных эмоций!

В смятении Карла резко повернулась к Джасперу.

— Конечно, обидно, что приходится ждать, но вам никак нельзя торопиться, а то прогресс выздоровления только затянется.

Старик вздохнул и с покорной улыбкой откинулся на подушки.

— Я так и знал, что останусь в меньшинстве. Ладно, будь по-вашему.

Скоро Карле пришло время уходить. Она пожала Джасперу руку.

— Боюсь, мне пора вас покинуть. Мальчики вот-вот вернутся с занятий верховой ездой, и мне нужно присутствовать на прощальном чае, устроенном миссис Пайклс. — Она поднялась. — Я скоро приеду еще. Наверное, через пару дней. Ненадолго, просто чтобы убедиться, что вы идете на поправку.

Всей кожей ощущая взгляд Джада, хотя и не осмеливаясь поднять на него глаза, она направилась к двери и поспешно выскользнула из комнаты. Но не успела пройти и пяти шагов, как услышала позади скрип двери.

— Карла! Можно тебя на пару слов?

Сделав над собой усилие, она остановилась и с деланной улыбкой обернулась к Джаду.

— Конечно.

Он шагнул к ней и внезапно ухмыльнулся:

— Я все время вылавливаю тебя в этом коридоре. Но ты сама виновата: зачем вечно торопишься уйти? Ладно, не бойся. Я не задержу тебя надолго, тебе ведь нужно спешить к детям.

Карла кивнула, стараясь подавить растущее беспокойство. Взглянув на Джада, она немедленно поняла, как верно решение всячески избегать его и не оставаться с ним наедине. С глазу на глаз, лицом к лицу устоять перед ним было слишком трудно. Благие намерения бледнели и меркли. Достаточно одного взгляда, одного прикосновения, одного поцелуя — и она выкинет из головы все свои клятвы. Уже одна его улыбка почти заставила ее позабыть все на свете.

Джад внимательно смотрел на нее.

— С самого утра я пытаюсь тебя поймать… — Он запнулся, и непонятное выражение мелькнуло в его глазах. Тень подозрения? Но он тут же безоблачно улыбнулся: — К сожалению, безуспешно.

— Правда? — притворно удивилась Карла.

— Я хотел присоединиться к вам за чаем, но тут на меня свалилась неотложное дело. — Джад огорченно покачал головой. — Однако постараюсь вернуться и застать тебя перед отъездом. — Он шагнул вперед и погладил ее по щеке. — Когда вы уезжаете?

Если бы ни этот жест, возможно, Карла и сказала бы ему правду. Но мимолетная ласка так возбудила ее, что она испугалась. С трудом переведя дыхание, Карла пролепетала:

— Моторка заберет нас около шести.

— Ладно, тогда я постараюсь вас проводить. — Джад отступил на шаг, давая ей возможность пройти. — Ну, беги. Надеюсь, тебе и мальчикам понравится угощение. Хотя буду очень признателен, если ты попросишь их оставить пару лепешек и на мою долю.

Карла выдавила слабое подобие улыбки.

— Конечно. — Она повернулась и с облегчением сбежала по лестнице.

Да что же с ней творится? Она сама себя не узнает. Сначала прячется за деревьями, словно дикарь, теперь вот докатилась до откровенной лжи.

Как и предполагалось, моторка отчалила от берега ровно в половине шестого. Сидя на корме среди своих подопечных, Карла старательно пыталась разделить их восторги по поводу поездки. Конечно, хорошо, что дети развлеклись, но на душе было тяжело. Когда не привык лгать, любое воспоминание о низком проступке, — что камень на сердце. Даже замечательное чаепитие, устроенное миссис Пайклс, не смогло развеять ее уныния. Сдобные лепешки казались безвкусными, словно бумажные салфетки.

Но ведь она всего лишь старалась найти наилучший выход из положения! И когда моторка отошла от берега, а Джад так и не появился, Карла отчаянно пыталась убедить себя, что страшно рада. Но, если это так, откуда же щемящая пустота в сердце?

11

Джад ехал вниз по склону, направляясь к причалу, как вдруг заметил, что моторка отходит от берега. Джад чертыхнулся. Как он мог так задержаться? Однако быстрый взгляд на часы убедил его, что он ничуть не опоздал и сейчас еще только без двадцати шесть. Либо Ларри поторопился с отъездом, либо Карла что-то напутала.

Хотя возможен и третий вариант. Она нарочно сообщила ему неверное время.

Он вырулил на обочину и остановился, глядя, как моторка отплывает все дальше от острова. Почему-то третий вариант казался все более и более правдоподобным. Все одно к одному. Ее странное поведение сегодняшним днем. Растущие подозрения, что она намеренно избегает встреч с ним.

Джад пытался уверить себя, что ему просто кажется, но тщетно. И теперь получил очередное подтверждение своим догадкам. Девчонка обвела его вокруг пальца.

Ну и ладно. Намек понят. Джад развернул машину и решительно покатил по направлению к замку. Если ей так хочется, то и пожалуйста. Хотя было бы неплохо, если бы она все же не сочла за труд объяснить свое поведение.

— Всегда вот так. — Он покосился в зеркало на Бастера, развалившегося на заднем сиденье. — Никогда нельзя заранее сказать, как пойдут дела.

Разумнее всего раз и навсегда забыть об этой девице. Уже через несколько недель она уедет в Лондон и исчезнет из его жизни. Оно и к лучшему. Незачем придавать ей такое значение. И все же интересно, что кроется за столь неожиданной переменой? Может, виной всему его намерение поговорить с Карлой?

Забудь! — скомандовал себе Джад. Не хочет слушать, ну так пусть не слушает! Возвращаясь в замок, он решительно настроился думать о другом.

— Давай-ка, Бастер, пойдем и проверим, не осталось ли лепешек на нашу долю?

— С возвращением! Как ты себя чувствуешь? Как твоя бедная нога?

Энни с гурьбой ребятишек радостно приветствовала Карлу и ее группу у ворот центра. Как только подруги остались наедине, Энни схватила Карлу за руку.

— Знаешь, ты словно с войны воротилась.

Та рассмеялась:

— Теперь уже куда лучше. Почти не болит.

— Хорошо, но все же не стоит тебе слишком перегружать ногу. Сядь и отдохни. К тому же я просто сгораю от нетерпения услышать, как вы провели время.

Лучше тебе этого не знать, виновато подумала Карла. С тех пор как она покинула замок, Джад ни на секунду не покидал ее мыслей. Словно решил навеки поселиться у нее в голове.

Надо с этим покончить, да поскорее. Нечего и думать о нем. Все прошло. Совсем. Единственное, о чем стоит задуматься: как она могла так подло предать Энни! Бедняжка ничем не заслужила подобного коварства со стороны подруги, тем более что и с возлюбленным ей не повезло.

Карла с трудом доковыляла до кухни и села за стол. Глядя в бесхитростные глаза Энни, она возносила небесам безмолвную мольбу: только бы та ничего не узнала. Жестокая правда разобьет ей сердце.

После всех треволнений вернуться к повседневным обязанностям было подлинным облегчением. Карла усиленно загружала себя работой. Вот в чем ее истинное призвание, вот что вносит в ее жизнь радость и свет. Что по сравнению с этим Джад? Мимолетное увлечение, блажь, чепуха. Надо просто выждать — и он сам улетучится из памяти.

Но, увы, пока об этом оставалось только мечтать. Темноволосый племянник Джаспера, его лицо, его улыбка постоянно стояли у нее перед глазами, наполняя беспомощным чувством утраты. Она была бессильна бороться с собой. А тут еще неожиданное откровение Энни.

Вскоре после возвращения с острова Карла поинтересовалась, что побудило начальницу неожиданно предложить ей свободный день.

— Джад, — пояснила та с недоуменным видом. — Позвонил мне ни свет ни заря, сказал, что ты всю ночь не спала из-за Фредди и ужасно измучилась. — Она нахмурилась: — По-моему, ты и сама могла мне это рассказать.

— Но я прекрасно себя чувствовала и ни в каком выходном не нуждалась. — Хотя Карле и случалось уставать, но стоило лишь вспомнить, что она нужна Фредди и другим детям, как в ней тут же неизвестно откуда появлялась дополнительная энергии. — И вообще это не дело Джада! — возмущенно докончила она.

Наверное, Джад прослышал о проблемах Фредди от Джаспера, но откуда он узнал, что мальчугану снился кошмар именно в ту ночь? Неужели шпионил за ней? Какая наглость! А может, это был просто предлог, чтобы позвонить Энни?

Просто он любит вмешиваться в чужие дела! И нечего обманывать саму себя, надеяться, что за этим стоит нечто большее. И без того забыть его будет непросто!

Карла еще дважды навещала Джаспера, и с каждым разом тот выглядел все лучше и лучше. Но Джад ни разу не появился поблизости. Похоже, наконец-то понял, как себя вести. И хорошо, решила Карла, теперь хоть можно было вздохнуть свободно.

Лишь одна черная туча теперь маячила на ее горизонте. Бедный маленький Фредди. Радостный ребенок, что беззаботно веселился на Пенторре, исчез. После возвращения в центр мальчик сделался еще более замкнутым и неуправляемым, чем раньше.

— Что случилось? — как-то спросила у него Карла, хотя сама догадывалась, в чем дело. Но все же у нее болезненно сжалось сердце, когда тот поднял печальные глаза и спросил:

— Как ты думаешь, а Джад может привезти Бастера к нам в гости?

Она крепко обняла мальчика и постаралась утешить:

— Думаю, может. Мы попросим Энни.

Со слов Энни, она знала, что Джад собирается в ближайшие дни наведаться в центр. Карла радовалась за Фредди — он будет так счастлив увидеть пса! Но сама пребывала в панике. Больше всего ее огорчила собственная реакция на известие — мгновенное возбуждение, стеснение в груди — словом, ни капли равнодушия, которое она так старалась себе внушить.

Безнадежно, думала она. Как только я его увижу, все тут же пойдет насмарку. Но кто предупрежден, тот вооружен. Надо просто не попадаться ему на глаза. Энни говорила, что он появится во время перерыва, когда дети играют на площадке. Так что она спокойно уединится в своей комнате и напишет пару-другую писем.

Согласно своим благим намерениям, на следующий день, едва заслышав шум «лендровера» у ворот, Карла торопливо взбежала по лестнице и притаилась у открытого окна своей спальни, напряженно прислушиваясь к шуму и смеху, вызванному приходом гостя. Громче всех раздавался голос Фредди, восторженно выкликавший: «Бастер! Бастер!». Но выглянуть Карла не осмелилась. Честно говоря, она себе не доверяла. Как бы все ее самообладание не улетучилось при первом же взгляде на Джада!

Карла уселась за письменный стол, достала ручку и тетрадь. Самое время заняться письмами — авось, отвлечется!

Дети, видимо, убежали играть в другую часть сада, потому что под окнами стало тише. Карла рассеянно написала несколько строчек, пытаясь собраться с мыслями. И только ей начало казаться, что она одержала над собой победу, раздался скрип двери.

Карла подскочила как ужаленная.

— Что ты здесь забыл? Уйди, сделай милость!

Не обращая внимания на столь нерадушный прием, Джад закрыл дверь и остановился посреди комнаты.

— Прошу прощения за беспокойство. Но мне нужно сказать тебе кое-что. Это не займет много времени.

Он присел на край кровати.

— А где Энни? Она знает, что ты здесь? — выпалила Карла первое, что пришло на ум. Выйдет очень неловко, если Энни сейчас заглянет к ней.

Джад недоуменно нахмурился:

— Да, я говорил ей, что хочу встретиться с тобой. Это она посоветовала поискать тебя здесь.

Господи, что она должна была подумать? Карла в очередной раз ощутила мучительное чувство вины.

— Хорошо. Говори побыстрее и уходи.

— Я не задержусь дольше необходимого, — отрывисто произнес он. — Это сугубо деловой визит. Можешь не бояться, ничего личного.

— Ладно, ты меня успокаиваешь. — Она постаралась ответить таким же холодным и безразличным тоном, как и он. Но сердце на миг сжалось от боли.

— Мне не хотелось причинять тебе лишнее беспокойство. К тому же сейчас это уже неважно. Но ради собственного душевного спокойствия я просто обязан рассказать тебе… Наверное, надо было сделать это раньше, прежде чем мы… — Джад запнулся, и Карла прекрасно поняла, что он намекает на эпизод на пляже. — Но как бы там ни было, скажу теперь.

Карла внимала в полном недоумении. О чем это он? Если это насчет Энни, так может не трудиться. Меж тем Джад продолжил:

— Это касается моих чувств к тебе.

В сердце Карлы забилась отчаянная надежда. На долю секунды самые невероятные вещи вдруг показались возможными. Но она тотчас опомнилась. Боже, какой несчастной сделало ее трезвое осознание ситуации. Словно желая наказать себя, она произнесла с напускным спокойствием:

— Что ж, значит, много времени у тебя не уйдет.

Несколько мгновений он молча смотрел на нее, затем вздохнул:

— Во-первых, я должен принести извинения.

— Извинения?

— Ну да. Раньше я плохо думал о тебе и не старался этого скрывать. Теперь-то я понимаю, как заблуждался. Я обходился с тобой очень несправедливо. Ты вовсе не та корыстная особа, за которую я тебя принимал.

Подобное заявление казалось настолько неожиданным, что Карла не сразу поняла, что именно эти слова так давно мечтала услышать. Но ее снедал страх, что долгожданные слова всего лишь насмешка, и вот-вот, как раньше, она увидит презрительный взгляд.

— Поэтому ты и разрешил мне в одиночку навещать Джаспера. Наконец-то понял, что я не собираюсь облапошить его? А я думала, у тебя просто не нашлось лишнего времени.

— Нет. Я изменил свое мнение.

— Что тебя на это подвигло? — В ней вновь взыграло прежнее негодование. — Хотя мне больше хочется знать, почему ты так плохо думал обо мне вначале.

Джад поглядел ей в глаза и покачал головой.

— Думается, нет необходимости это выяснять.

— Ты так считаешь? Извини, но я другого мнения. У меня создалось впечатление, будто ты был уверен, что точно знаешь обо мне что-то плохое. Это верно?

Джад ответил не сразу, на лице его отразилась внутренняя борьба.

— Может и так, — ответил он наконец, видимо придя к какому-то решению. — Но боюсь, не могу ничего добавить.

— Ну уж нет! Я требую объяснений!

Он вновь покачал головой.

— Я не могу дать их.

Карла разозлилась не на шутку. Она сердито вздернула подбородок.

— Знаешь, ты действуешь мне на нервы. Причем постоянно. Сначала приписываешь мне всевозможные гадости. Теперь делаешь вид, будто извиняешься, но заявляешь, что у тебя были причины для плохого мнения… Это не извинения, а новые завуалированные оскорбления! — Карла на мгновение замолкла, задохнувшись от возмущения. — Ты просто обязан объясниться!

— Почему ты такая упрямая? — осведомился Джад. — Разве мало того, что я полностью признал свои ошибки?

— Нет. Этого недостаточно. Я хочу знать причину. Почему ты стараешься скрыть ее?

— Потому что тебе будет неприятно ее услышать.

— Тебя удерживает только это? — Она уставилась на него в полном удивлении. — Но я настаиваю. И не вздумай увиливать!

Джад вздохнул с неприкрытым раздражением, всем видом показывая, как ему неохота уступать.

— Ладно, сама напросилась. — Он посмотрел ей прямо в глаза. — Николас сказал мне, что ты вымогательница.

Это заявление прозвучало словно пощечина.

— Неправда! — ужаснулась Карла. — Николас не мог так сказать!

— Я предупреждал, что тебе не понравится объяснение. — Джад вновь тяжело вздохнул: — Как только ты приехала к нам погостить, он сообщил мне об этом в недвусмысленных выражениях. Сказал, ты падка на деньги и вечно выпрашиваешь у него подарки, подбиваешь на шикарные развлечения. Но он, мол, любит тебя и отчаянно боится потерять. Поэтому попросил меня ссудить ему денег.

Карлу словно окатили ледяной водой.

— Это ложь! — воскликнула она, не в состоянии подобрать нужных слов.

— Потом, когда вы расстались, Николас объяснил, что наконец опомнился и отделался от тебя. Но по твоей милости совсем на мели, так что ему опять нужны деньги.

— Не могу поверить! Как он мог? — Карлу била дрожь. — Я никогда так себя не вела! Никогда ничего не просила! А он… он вечно занимал у всех знакомых.

— Да, знаю, — в очередной раз вздохнул Джад и на секунду закрыл глаза. — Познакомившись с тобой поближе, я понял, что он лгал, и во всех его россказнях не было ни слова правды. Прости, что я вообще ему поверил, но он все же мой кузен. Мы никогда не были особо близки, но я считал, что должен относиться к нему лояльно. У меня не было оснований не доверять ему.

Карла с трудом удерживала себя в руках. Теперь понятно, почему Хенриет пробовала подкупить ее. Братец и ей наплел небылиц в том же духе. И вдруг ее охватил настоящий ужас.

— А Джаспер тоже наслышан? — пролепетала она.

— Вряд ли, — сумрачно отозвался Джад. — Николас не хотел, чтобы дядя узнал про его мотовство. Боялся, что тогда его вычеркнут из завещания.

Он встал и шагнул к Карле.

— Нет, с просьбами о помощи он всегда обращался ко мне. И никогда не возвращал долгов. Незадолго до твоего появления я сказал, что не буду больше давать ему денег, и действительно несколько раз отказал. — Он нежно погладил Карлу по щеке. — Теперь-то я понимаю, зачем ему понадобилось выставлять тебя корыстной особой. Просто чтобы вызвать сочувствие к его бедственному положению. Николас прекрасно знал, что это мое слабое место.

От его прикосновения кровь Карлы быстрее побежала по жилам.

— Почему? — робко спросила она, заглядывая Джаду в лицо.

Тот сухо усмехнулся.

— Со мной тоже случилось нечто подобное. — Его пальцы бережно скользили по нежной шее. — Видишь ли, у меня был роман. Мне только-только стукнуло двадцать. Она была постарше, и я от нее с ума сходил. Она бросила меня, как только выкачала все до последнего пенни. К счастью, крупных сумм у меня тогда не водилось. — Джад пожал плечами. — Это был урок на всю жизнь. Я стал осторожен, возможно, даже чересчур подозрителен. — Он ласково взял Карлу за руку, притягивая к себе. — И мне безумно жаль, что за мой негативный жизненный опыт пришлось рассчитываться тебе. Уж тебя в корыстолюбии никто не обвинит.

— Кроме Николаса.

— Забудь о Николасе! Любой мужчина, способный оболгать такую девушку, как ты, не заслуживает даже упоминания. — Джад приподнял ее лицо за подбородок и заглянул ей в глаза. — И я ничуть не виню, если ты нелестно думаешь обо всех, кто ему поверил.

Слабо улыбнувшись, Карла медленно покачала головой.

— Мне жаль, что ты ему поверил, но я понимаю почему. Твой кузен просто виртуоз среди лжецов. Посмотри хоть на меня. Я в жизни не поверила бы, что он на такое способен. Да уж, он нас обоих обвел вокруг пальца.

— Так ты прощаешь меня? — Джад сжал руку Карлы, серые глаза напряженно впились в ее лицо.

Видно было, что для него это крайне важно. Карлу омыла волна теплых чувств.

— Да, — тихо отозвалась она. — Да, прощаю.

Джад улыбнулся — впервые за этот вечер. Но улыбка была полна раскаяния.

— Слава богу! — Он привлек Карлу к себе, пряча лицо в ее волосах, и крепко обнял за талию, словно не желая больше никогда отпускать.

Она замерла, прислушиваясь к его дыханию, чувствуя, как рушатся последние оковы на ее сердце. Как и тогда, на пляже, она ощущала полнейшее, безграничное счастье. Я люблю его, думала она, прижимаясь щекой к его широкой груди. Я и вправду его люблю!

Джад легонько поцеловал ее волосы и чуть отодвинулся, нежно заглядывая в глаза.

— Если бы ты знала это несколько дней назад, — мягко спросил он, — то не стала бы врать насчет времени отправления моторки?

Карлу словно грубо выдернули из прекрасного сна. Она похолодела. В очередной раз она полностью забыла про Энни!

Внутренне похолодев, Карла шагнула назад, высвобождаясь из объятий Джада. Это слишком жестоко! Она вот-вот заплачет. Ответ дался ей нелегко:

— Прости за эту ложь. Я просто струсила. Мне не хватило смелости поговорить с тобой, заглянуть тебе в глаза… Но то, что произошло между нами… было ошибкой. Не знаю, что со мной случилось. Я вовсе не та девушка… — Она хотела добавить: «которая способна отбить чужого друга», но ей не представилось такой возможности.

Джад резко прервал ее:

— Прекрасно. Я услышал достаточно. — Смуглое лицо внезапно стало замкнутым и суровым. — Извини, я, разумеется, уважаю твои чувства. — Он сухо кивнул. — Пока. Как-нибудь встретимся. — И вышел, захлопнув за собой дверь.

Карла чуть не побежала за ним. На глаза навернулись слезы. Как она могла позволить ему уйти? Особенно теперь. И таким образом!

Но это было необходимо. Конец всем недомолвкам и ошибкам. Можно не бояться предать Энни. Можно жить спокойно.

Карла отвернулась, закрыв глаза и бессильно глотая слезы. Да, теперь она будет жить спокойно, но как, во имя всего святого, она сможет жить без Джада?

— Входи. Выпей бокал вина и расслабься на несколько минут. Не знаю, как ты, а я сегодня совсем вымоталась.

Дети уже отправились спать, а Карла и Энни вдвоем обосновались в кухню. Энни достала бутылку шардонэ и поставила на стол два бокала.

Честно говоря, Карла с большей охотой отправилась бы в постель. С тех пор как Джад так ушел из ее комнаты, а заодно и из жизни, она с каждой минутой чувствовала себя все хуже и хуже. Сердце словно превратилось в острый осколок льда.

— Ты права, день действительно был бесконечным. — Карла изобразила на лице гримасу, которую пыталась выдать за беззаботную улыбку. — Но по крайней мере один из нас не желал бы ничего лучшего. В жизни не видела такой счастливой мордашки, как у Фредди, когда я сегодня зашла пожелать ему спокойной ночи. Он без умолку трещал о Бастере.

— Да, я тоже заметила, как он переменился. Он сходит с ума по этому псу. — Энни замолкла и бросила на подругу испытующий взгляд. — А ты довольно долго разговаривала с Джадом.

Карла едва не поперхнулась вином. И зачем только она упомянула Бастера? Хотя по виду Энни было ясно, что та в любом случае перевела бы разговор на Джада. Должно быть, он сегодня занимал мысли обеих.

— Да так, ничего важного. Не знаю, зачем ему это понадобилось. — Она надеялась, что смогла придать своему голосу достаточно убедительности и беззаботности, хотя в глубине души гнездилось ужасное подозрение, что по ее жалкому тону любой поймет: она что-то скрывает.

— Между тобой и Джадом что-то есть? — не сводя пристального взгляда с лица подруги, осведомилась Энни.

— Конечно нет. С чего ты взяла?

— Мне уже давно так кажется. С самого первого раза, когда ты вернулась с Пенторры.

— Боже, ты совсем ненормальная! — Карла нервно отпила глоток вина, мечтая провалиться сквозь землю. — Ничего подобного. Ничего, честное слово!

Энни смерила ее долгим взглядом.

— Извини, но я тебе не верю. Если хочешь знать, это тот самый случай, когда усиленное отрицание говорит само за себя. — И, к полному изумлению Карлы, расплылась в улыбке. — Ну же, скажи мне правду. Между вами что-то происходит, да ведь?

Господи, чему она улыбается? Совсем сбитая с толку, Карла растерянно заморгала. Любая другая на месте Энни реагировала бы совсем иначе. Например, недолго думая, взяла да и придушила бы ее. Карла решительно не знала, что отвечать.

— Вот было бы здорово. Джад — необыкновенный человек. Если начистоту, одно время я им очень увлеклась… Но мы совсем разные люди и всегда оставались только друзьями.

Карла внезапно осознала, что пялится на Энни, словно у той выросло две головы. Я вот-вот проснусь и пойму, что все это только сон, подумала она.

— Просто друзьями? — дрожащим голосом переспросила она.

— Конечно. А ты что думала? — Энни внезапно расхохоталась: — Ага, ясно! Это ты ненормальная, а не я. Конечно же, мы с ним просто друзья!

Карла с трудом удержалась, чтобы не ущипнуть себя. Неужели это наяву? Внутри ее все пело.

— Но он ведь постоянно звонил тебе, приезжал. А как насчет свидания в «Партридж-инн»?

— Все совершенно невинно. Совсем не то что ты подумала. Хотя я понимаю, всякий ошибся бы. Но мы встречались исключительно по делу… О боже… — Энни с виноватым видом зажала себе рот рукой. — Зачем я это сказала? Это ведь тайна.

— Какая тайна? — Теперь уж Карле хотелось знать все до конца. — Давай же! — настаивала она. — Я не проболтаюсь! Расскажи!

— Ну ладно, только обещай, что никому не скажешь. Джад не хочет, чтобы кто-нибудь узнал о его связи с центром. Вот мы и вели себя так таинственно, чтобы сохранить секрет. — Энни на секунду умолкла. — На самом деле детский центр организован Джадом. Это целиком его детище: он и создал его, и поддерживает материально.

— Джад? — Карла даже рот раскрыла от удивления. Неужели Энни решила подшутить над ней?

По-видимому, нет. Энни вполне серьезно продолжила:

— Он участвует во всех делах центра. Я подбираю ребятишек, провожу подготовительную работу, но самыми важными вопросами занимается Джад. Он организует учебные курсы, поездки и все в том же роде. И, разумеется, осуществляет финансирование. Он очень щедр, сама видишь. Никогда не экономит по мелочам. У нас ни в чем нехватки нет.

Карла вздохнула:

— Поразительно! Мне и в голову не приходило. — Она вдруг припомнила, как однажды Джаспер говорил что-то насчет участия Джада в делах центра. А она не поверила, да и Джад все решительно отрицал. Тогда ей казалось немыслимым, чтобы его интересовали подобные вещи. Как же она ошибалась! — Тут ее словно громом поразило. — Ничего не понимаю. Я и не предполагала, что Джад настолько богат.

— Почти никто не знает, но на самом деле это так. Он и сам нажил неплохое состояние, а потом его родители трагически погибли, оставив миллионы ему в наследство. Но он не сорит деньгами и не старается выглядеть богачом. У него нет ни шикарной машины, ни дорогих костюмов. Такой образ жизни не в его стиле. Он куда более счастлив, когда использует свои деньги на благо других.

Карлу обуяло новое беспокойство. Она еле могла спокойно усидеть на месте.

— Раз так, то уж совсем непонятно, почему он так старался вынудить дядю оставить наследство ему одному.

— Кто это тебе сказал? Без сомнения, Хенриет?

Карла молча кивнула, и Энни сердито тряхнула головой.

— Когда Джаспер изменил завещание, они с Николасом совсем рехнулись. Вели себя просто бесчестно, любыми способами пытались вынудить старика передумать. А теперь распространяют слухи, будто во всем виноват Джад. Кстати, они и понятия не имеют о его состоянии. Эти две семейные ветви никогда особо не ладили и мало знают друг о друге. Думаю, Николас с Хенриет полагают, что у Джада каких-нибудь жалких пара сотен. — Энни улыбнулась: — Джада никогда не заботило наследство Джаспера, но он очень любит Пенторру. Это он сделал ее такой, какая она сейчас. И Джаспер совершенно прав, что изменил завещание. Если бы кузены управляли имением сообща, ничего хорошего не вышло бы. И к тому же Николас вовсе не лишен наследства. Ему перепадет круглая сумма… Уж Джад позаботится об этом.

Она замолкла и пригубила вина, явно забавляясь ошарашенным видом подруги.

— Ну вот, теперь ты это знаешь. А кстати, есть еще кое-что интересное для тебя… Центр в Санта-Орвеле не единственный проект Джада. Он собирается открыть еще один такой же в следующем году. Так что я вовсе не шутила, говоря, что он необыкновенный.

— Уж это точно.

У Карлы голова шла кругом. Так вот каков человек, которого она полюбила! В жизни она не испытывала подобного восторга. И в тоже время такого ужаса.

Энни внимательно наблюдала за ней.

— Так что перестань уверять, будто он тебе безразличен. Уж я-то знаю. И прекрасно вижу, какие взгляды он на тебя бросает. Бьюсь об заклад, он тоже тобой увлечен.

— Уже нет.

При воспоминании о заключительных моментах последней встречи с Джадом сердце девушки отчаянно забилось. Холодный, замкнутый вид Джада. Гневные слова.

— Ох, Энни, боюсь, я все испортила. Что же мне теперь делать?..

— Поезжай к нему, — посоветовала подруга, когда Карла рассказала печальную повесть. — Поговори с ним. Объясни, почему так поступила.

Собственно, Карла уже и сама пришла к аналогичному решению. Без сомнений, едва Джад узнает, что она думала, будто у него роман с Энни, как тотчас все поймет и простит ее. Ситуация не так уж трагична, как кажется на первый взгляд…

Сначала Карла хотела позвонить, но потом передумала. Лучше сделать ему сюрприз. Снедаемая нетерпеливым желанием увидеть любимого, девушка спешила по широкой дороге под нежаркими еще лучами утреннего солнца. То-то Джад удивится, узнав, что за нелепицы выдумала она на его счет…

— Карла!

Она обернулась на приветственный возглас. Ларри догонял ее на своем старом грузовичке.

— Привет! — улыбнулась Карла в ответ.

Ларри высунулся в окошко.

— Залезай, я подвезу тебя. — Тут ему на ум, по-видимому, пришла одна мысль: — А не Джада ли ты ищешь?

Она кивнула, и Ларри покачал головой.

— Боюсь, ты зря потратила время. Джад уехал. Не знаю, куда и когда вернется обратно.

12

Это все она виновата! Кто же, как не она и ее распроклятая глупость! Подумать только, так обойтись с Джадом! И что же теперь делать? Ах, если бы можно было обратить время вспять…

Ей давно следовало понять, что Джад не из тех, кто изменяет своей девушке, да тем более — с ее подругой. Карла не находила себе никаких оправданий. Если бы только она доверилась Джаду, поделилась с ним своими сомнениями! Если бы, если бы… От запоздалых сожалений бедняжка буквально сходила с ума. А главное — все это было совершенно бесполезно. Уже ничего не исправить.

— Как ты думаешь, насколько Джад уехал? — вернувшись в центр, спросила она Энни. — Ну, обычно он пропадает надолго?

— Да нет, у Джада полно дел в поместье. Вот увидишь, через пару дней вернется.

Но тут в голову Карле пришла новая ужасная мысль:

— А он не надумал устроить себе отпуск? — Если так, его не будет еще недели две.

— Не думаю. — Энни чуть-чуть помолчала. — Хотя он давно не был в отпуске и, помнится, поговаривал что-то насчет того, чтобы сделать передышку и махнуть во Францию. — Увидев, как помертвело лицо Карлы, Энни ласково сжала руку подруги. — Но он бы ни за что не уехал, никого не предупредив. Особенно учитывая, что Джаспер болен. Так что, ради бога, перестань убиваться.

Однако следовать сему благому совету было не так-то просто. А что, если Энни ошибается? Джад, конечно, любил дядю, но Джасперу в последнее время стало гораздо лучше, а в наш век так легко поддерживать связь друг с другом.

Сердце Карлы ежеминутно замирало от ужаса. У нее в запасе лишь две недели. Вдруг ко времени возвращения Джада ей уже придется уехать? Ну да, разумеется, так и будет. И она никогда больше его не увидит. От одной этой мысли Карла вся цепенела.

На четвертый день подобных терзаний выяснилось, что сбываются ее самые худшие страхи. С утренней почтой Энни получила открытку. От Джада, отправленную из Булони, что во Франции!

Карла твердо решила после обеда съездить к Джасперу, хотя после прибытия открытки на душе у нее сделалось прескверно. Хотелось запереться в спальне, никуда не выходить и никого не видеть.

Не впадай в уныние, велела она себе. Еще не все потеряно. Быть может, Джад поехал во Францию всего на день-другой. Во всяком случае, в открытке никакой нужной ей информации не содержалось. «Отличная погода, отличная еда, отличное вино!» — вот и все, понимай, как хочешь.

Полчаса в обществе Джаспера подействовали на Карлу точно глоток живительного воздуха. Настроение ее улучшилось. Старик сейчас чувствовал себя почти совсем хорошо, а выглядел — так и вовсе здоровым. Но даже он понятия не имел, когда ждать племянника.

— Звонит-то он каждый день, — сообщил Джаспер. — Но ты ведь знаешь Джада… Он почти не говорит о себе, все больше меня расспрашивает: как дела, кто заходил, что у нас происходит и так далее. Ума не приложу, с чего ему вдруг вздумалось уехать во Францию, но он говорит, что скоро вернется.

Однако что значит «скоро»? Через день, через два? На следующей неделе? Поцеловав старика на прощание, Карла вышла в коридор, изо всех сил стараясь обуздать неуемную фантазию и не ждать ежесекундно, что вот-вот Джад шагнет ей навстречу из какой-нибудь двери или материализуется у подножия лестницы, а не то застанет ее врасплох, выскочив из гостиной, когда она будет проходить мимо.

Разумеется, ничего подобного не случилось. Не было его и на причале. И, когда Карла входила в ворота замка, он не выехал туда, как это случилось однажды, наверное сто лет назад. У Джада ведь всегда была привычка вырастать словно из-под земли — привычка, порой пугавшая Карлу до полусмерти. Но именно теперь, когда Карла так мечтала о его появлении, Джад находился в сотнях миль от нее, по другую сторону Ла-Манша.

Так вот, значит, какова любовь. Эта боль, этот страх, эта надежда. Ты то паришь в облаках на крыльях неземного восторга, то надаешь на землю, объятая паническим ужасом. Однако Карла чувствовала, что дороги назад нет.

Печально вздохнув, она зашагала к пристани, чтобы успеть на паром. Надо думать о чем-нибудь другом. Например, о детях и чем бы таким интересным заняться с ними по приезде в центр.

Старая уловка не подвела. Спустившись с холма и направляясь к пристани вдоль ряда белых аккуратных домиков, Карла уже сосредоточенно обдумывала рецепт ирисок из патоки. Она неосмотрительно пообещала воспитанникам приготовить их именно сегодня.

Паром уже ждал. Карла скользнула по нему рассеянным взглядом. А сгущенного молока-то она купить забыла! Они как раз вчера прикончили последнюю банку. Не замечая ничего вокруг, она зашагала по причалу. Так, что еще? Масло, сахар… этого добра в центре вдоволь. И патоки тоже хоть залейся.

До парома оставалось буквально два шага, мысли Карлы текли своим чередом. Возьму большую толстостенную кастрюлю, которую Энни держит в ящике под раковиной… И где же я видела шумовку? Противней в духовке целых два — за глаза хватит…

Почувствовав вдруг на себе чей-то пристальный взгляд, она сбилась с мысли и, нахмурившись, огляделась по сторонам. В каких-то четырех ярдах от нее стоял Джад. Карла на мгновение зажмурилась. Это и впрямь он, или фантазия все-таки сыграла с ней дурную шутку? Может, все-таки обман зрения? Но тут «обман зрения» шагнул навстречу пораженной Карле — и все сомнения разом рассеялись.

— Прости, — тихо сказал Джад. — Кажется, я опять тебя напугал. У тебя снова такое лицо, будто ты видишь призрак.

Нет, не призрак. Самое чудесное зрелище на земле! Карлу омыла волна любви и радости, но с губ сорвалось только:

— Ой, а я думала, ты во Франции. Утром Энни получила твою открытку.

— Знаю. Она мне уже сказала, когда я заехал в центр, чтобы отдать книги, которые купил в поездке.

— А-а-а, ясно…

Сердце Карлы сжалось от разочарования. Она-то на миг подумала, он заехал в центр, чтобы повидаться с ней.

— Я наводил справки насчет возможности устраивать там для ребят походы на пони. Хотелось бы включить их в нашу программу на следующий год. — Он улыбнулся: — Насколько я понял, Энни уже проболталась, так что нет смысла хранить тайну.

— Да.

Карла изобразила ответную улыбку. Не так ей виделась эта встреча. В ее мечтах — а сколько Карла предавалась им за последние несколько дней! — едва завидев Джада, она опрометью бежала к нему, бросалась на шею и, смеясь и плача, объясняла, как же ошиблась. А Джад… Джад нежно прижимал ее к себе и целовал.

Но то в мечтах. Наяву же она стояла как вкопанная, а Джад держался отчужденно и напряженно. Не протянул к ней руку, не коснулся плеча, как раньше…

— И как поездка, прошла успешно? — спросила Карла, чтобы хоть что-то сказать.

— В одном отношении, да. Я узнал все, что хотел. Думаю, уже к следующей Пасхе сможем устроить первую экскурсию.

— Чудесно. Звучит заманчиво.

— Но в другом отношении, нет. — Джад немного помолчал, разглядывая лицо Карлы, а потом досадливо поморщился: — Мне совершенно не удалось выбросить тебя из головы.

Что?! Не ослышалась ли она? Карла почувствовала, как сердце пропустило один удар. Не находя слов, она безмолвно уставилась на Джада. Тот не сводил с нее глаз.

— Это правда… что ты думала, будто у нас с Энни роман?

Он протянул руку и бережно коснулся щеки Карлы. Она кивнула. Джад снова помолчал, прежде чем сказать:

— Ты поэтому прогнала меня?

— Да. — Едва дыша, она подняла голову и заглянула ему в лицо.

Несколько бесконечно долгих мгновений Джад смотрел на нее, а потом привлек к себе и заключил в объятия.

— Благодарение небесам, — пробормотал он, наконец нагибаясь, чтобы поцеловать обретенную возлюбленную.

Время остановилось. Все кругом замерло. Карла словно таяла в кольце крепких рук Джада, на губах горели его жаркие поцелуи, в глазах стояли непролитые слезы. А в ушах эхом звучали, повторяясь вновь и вновь точно отголоски, рожденные ее сердцем, слова: «Благодарение небесам!», «Благодарение небесам!»

Молодые люди долго стояли обнявшись. Карла охотно провела бы так всю жизнь. Но вдруг что-то в море, за плечом Джада, привлекло ее внимание. Она нахмурилась и сощурила глаза, вглядываясь вдаль.

— О нет! Что я наделала! — вскрикнув, она вырвалась из рук Джада. Паром, о существовании которого она напрочь забыла, уже отошел от причала и направился в Санта-Орвел.

— Что такое? — Джад проследил направление ее взгляда, а потом улыбнулся: — Не волнуйся. Пустяки. Пусть себе плывет.

— Но я не могу! Мне необходимо вернуться! Энни будет меня ждать. Придется тебе одолжить мне одну из ваших моторок!

— Ни за что. Ты остаешься здесь. — Карла запротестовала было, но Джад предостерегающе приложил палец к ее губам. — Во-первых, Энни дала мне строжайшие указания, чтобы до завтра ты не смела и близко к центру подходить. А во-вторых, нам с тобой надо еще кое-что обсудить.

— Но…

— Никаких «но». Ты отправляешься со мной. — Он взял ее за руку. — Я знаю одно славное местечко, где нам никто не помешает.

— Но, Джад, я…

— Ах да, еще одно. Энни велела тебе передать, что сама отлично справится с ирисками из патоки. — Он усмехнулся, глядя на растерянное лицо девушки. — Ну что, теперь твоя душенька довольна? Идем?

Карла не смогла сдержать смех.

— Ладно. А куда ты меня ведешь?

— Секрет. Но не тревожься, когда мы попадем на место, ты его узнаешь.

И с этими словами он повел счастливую Карлу за собой обратно к дороге.

Едва они очутились на частном причале Пенторры, Карла получила ответ на свой вопрос.

— А ты уверен, что это хорошая идея? — состроила она притворно-испуганную гримасу, когда Джад помогал ей садиться в лодку. — Я хочу сказать, нам ведь ни к чему самим напрашиваться на неприятности. А вдруг мы попадем в бурю или оба разом вывихнем лодыжки?

— Никаких вывихов, — пообещал он. — Хотя насчет остального я не так уверен. — Тут Джад лукаво посмотрел на Карлу. — Помнится, у нас там осталось одно неоконченное дельце…

— Неужели? — Тая от блаженства, Карла ласково потрепала его по голове. — И о каком же это неоконченном дельце ты говоришь?

— По-моему, ты все прекрасно понимаешь. — Рука Джада скользнула по ее груди. Карла вздрогнула от острого, неодолимого желания. — Но перед этим я хочу сделать кое-что еще. — Не успела она спросить, что же именно, он закрыл ей рот новым поцелуем. — Не любопытничай. Скоро все узнаешь.

До Чаячьей бухты оставалось меньше десяти минут хода, когда Джад вдруг остановил моторку.

— Что случилось? — удивленно вскинула глаза Карла. — У нас кончилось горючее?

— Нет, — покачал головой Джад, но прежде чем продолжить, минуту сидел молча, словно собираясь с духом. — Сначала, я хочу задать тебе один вопрос, а уже потом плыть дальше. — Он подался вперед, взяв Карлу за руки и устремив ей в глаза пламенный взор. — Наверное, ты думаешь, что я сошел с ума, но сейчас я и впрямь как безумный. Просто не могу больше ждать… Карла, ты выйдешь за меня замуж?

— Замуж? — Она растерянно заморгала.

Джад всегда умел застать ее врасплох, но на сей раз превзошел самого себя!

— Скажи, выйдешь? Понимаешь, я не могу жить без тебя.

Карла безмолвно глядела на него, вновь переживая тот миг, когда ей казалось, будто Джад навсегда выбросил ее из своей жизни. Тогда она испытывала то же самое: не хотела, не могла жить без него. И с тех пор ничего не изменилось.

Склонившись вперед, она нежно поцеловала любимого.

— А я без тебя. Да, Джад, я выйду за тебя замуж.

Оставшиеся минуты путешествия оба молчали. Слова им были не нужны. Взгляды оказались куда красноречивее любых слов. Но, когда, причалив и привязав лодку, влюбленные рука об руку побрели по мелководью к берегу, Джад внезапно остановился и сказал:

— Знаешь, я не сторонник затяжных помолвок.

Карла улыбнулась. Раз уж Джад сам заговорил об этом, нет смысла скрывать, что она целиком и полностью с ним согласна.

— Я тоже.

— Предлагаю сентябрь. — Притянув к себе Карлу, Джад припал к ее устам и начал потихоньку расстегивать блузку. — В начале сентября. Ну как?

Значит, всего через несколько недель. Карла затуманенным взором глядела в лицо Джаду, а руки словно сами собой вытаскивали тенниску из-под ремня его джинсов.

— По-моему, звучит чудесно.

— Вот и славно. — Он подхватил ее на руки, пронес оставшиеся до берега несколько шагов и бережно опустил на влажный песок, растянувшись затем рядом. — А вот и наше второе дело… — Блузка полетела в сторону.

— Да что ты говоришь? — Карла в свою очередь стянула с Джада тенниску и отшвырнула к блузке. Проворные пальчики шаловливо коснулись волосков на мощной груди. — И что же это за дело? — с притворной наивностью поинтересовалась плутовка.

Джад успел уже расстегнуть молнию у нее на юбке и теперь стягивал податливую ткань вниз по стройным бедрам.

— Если память мне не изменяет, в прошлый раз мы оба сошлись на том, что хотели бы иметь большую семью. — Глаза его не отрывались от глаз Карлы. Смятая юбка легла на груду одежды. В следующий миг та же участь постигла лифчик Карлы. — И я считаю, лучше начать как можно скорее.

Карла улыбнулась:

— Вот забавно. Я тоже так думаю.

Он склонился, покрывая поцелуями обнаженную грудь Карлы.

— Двое или трое. А может, четверо. Что скажешь? Два мальчика, две девочки — здорово, правда?

Карла негромко рассмеялась:

— Я сейчас знаю только одно: какой же я буду счастливой, когда стану твоей женой.

— Конечно, будешь, — заверил ее Джад. — Даже не сомневайся.

А волны плескались у самых их ног.

Стоя у открытого окна, Джад глядел вниз, на террасу, наслаждаясь одной из самых прекрасных картин, какие только видел в своей жизни. Исполнились все его мечты. Во всем мире не нашлось бы человека счастливее его.

Ласковые лучи апрельского солнца играли в волосах Карлы, сидящей за чайным столиком рядом с Джаспером. Фредди возился с Бастером в саду. Джад подумал: если возможен рай на земле — то вот он.

Просто чудо, как замечательно все совпало: свадьба с Карлой, полное исцеление Джаспера. А потом молодожены решили усыновить Фредди. Мальчуган словно переродился. Счастливый, спокойный, окруженный всеобщей любовью, он уже четыре месяца не видел ни одного кошмара.

Даже в мелочах, и то везение не оставляло их. Николас твердо решил обосноваться на новом месте, а перед Рождеством Хенриет надумала присоединиться к брату. Тот осел в Бразилии, и месяц назад удивил родственников, объявив о женитьбе на богатой наследнице из Рио-де-Жанейро. Вспомнив об этом, Джад снова улыбнулся, от души желая кузену счастья.

Карла все еще не замечала мужа, любующегося на нее из окна. Не проходило дня, чтобы он не возносил пылкие слова благодарности небесам за тот день, когда впервые отважился заглянуть себе в сердце и признать свои истинные чувства. Признать, что любит Карлу.

Это произошло на пароме, когда Джад возвращался на Пенторру после скоропалительного, продиктованного отчаянием бегства во Францию. Он сидел у борта, наблюдая, как вырастает из волн его любимый остров, и внезапно с болью в сердце осознал, что больше всего хочет, чтобы Карла стала частью этого мира. Частью его, Джада, жизни. Без нее ничто не могло обрести в его глазах былого очарования. Без нее даже Пенторру была ему не мила.

Боже, как он ждал ее в тот день на причале! Как молился, чтобы слова Энни оказались правдой. А вдруг Карла не любит его? А потом она оказалась рядом — и он чуть не умер от страха. Теперь эти воспоминания вызывали на губах Джада улыбку нежности и любви. Карла спасла его в тот день.

В этот миг молодая женщина подняла голову и взглянула в окно. Джад заранее знал, что так и будет. Их словно связывали невидимые нити. Прошли те времена, когда ему удавалось застать Карлу врасплох.

— Иди к нам! — позвала она, бессознательным жестом кладя руку на округлившийся живот, — прибавление семейства ожидали через несколько месяцев.

Джад чувствовал, как сердце его переполняется безграничной любовью.

— Иду!

Помедлив миг, чтобы еще раз окинуть взглядом любимую, он заспешил вниз по лестнице.

Content

Хелен Кинг
Две капли в море

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12