Морин Чайлд

Ненастоящая невеста

Глава 1

– Я думаю, нам надо пожениться.

Шон Кинг поперхнулся пивом. Бутылка холодного напитка упала на пол из тикового дерева. Он так сильно подавился, что слезы брызнули у него из глаз. Он смахнул слезу, чтобы посмотреть на женщину, которая так напугала его какими-то пятью словами.

Она была этого достойна.

Ее волосы были почти такими же черными, как и у него, глаза ее были более голубые, чем его, а кожа – приятного бронзового оттенка. Это говорило о том, что она проводит много времени на воздухе. Высокие скулы, красивые брови… от нее так и веяло уверенностью в себе. Когда она облизнула губы, внутри его что-то перевернулось.

На ней было легкое платье лимонного цвета, выгодно подчеркивающее ее красивую фигуру. На ногах – белые босоножки с красными цветочками.

Подняв глаза, он спросил:

– Пожениться? А может, нам для начала поужинать вместе?

Она сжала губы, посмотрела на бармена, словно хотела убедиться, что он их не слышит, потом сказала:

– Да, наверное, это звучит странно.

Странно – это еще мягко сказано.

– Но на это есть причины.

– Интересно знать какие, – сказал он и сделал еще один глоток пива.

Она раздраженно вздохнула и сказала:

– Вы – Шон Кинг. Вы здесь встречаетесь с Вольтером Стэнфордом.

– Быстро, однако, распространяются новости по маленькому островку, – сказал Шон заинтригованно.

– Да уж, особенно когда Вольтер Стэнфорд – твой дедушка.

– Дедушка? Так, значит, вы…

– Да, я Мелинда Стэнфорд, – сказала девушка и снова огляделась по сторонам.

Для внучки владельца острова она выглядела довольно странно.

– Слушай, а ты не против того, чтобы переместиться за один из этих столиков? Мне не хочется, чтобы нас услышали.

И он понимал почему. Делать предложение мужчине, которого впервые видишь, – довольно странный способ знакомства. Не дождавшись его ответа, Мелинда направилась к пустым столикам в конце зала.

Шон наблюдал за ней, раздумывая, идти ли за ней или нет. Несомненно, она была прекрасна, даже несмотря на ее странность. Она была подобна солнечному лучику, затерявшемуся в уголке уютного бара. Лет тридцать назад он, должно быть, считался рестораном высшего класса. Но годы шли, и никто особо не пытался поддерживать его статус. Сейчас деревянные полы были отмечены царапинами, под которыми виднелись слои старого лака. Стены нуждались в покраске, а окна были слишком маленькие. Хотя в этом ресторанчике была своя прелесть.

«Похоже на арт-деко», – подумал Шон.

Круглые зеркала с отделкой из мозаики, прямоугольные столики с изогнутыми ножками – все это напоминало модернистский шик 30-х годов. Интерьер был чудесный, но явно нуждался в ремонте. Будь это его ресторан, Шон бы снес основную стену, заменив ее стеклянной, чтобы открылся потрясающий вид на океан. Он бы сохранил стиль арт-деко, добавив к стеклянной стене цветные витражи и разместив ангелов над дверью.

«Вот что значит управление строительной компанией», – подумал Шон. Он всегда переделывал интерьеры в своей голове. Но это был не его бар, да к тому же его ждала прекрасная, но странная женщина. Ну раз уж он не сможет встретиться с Вольтером Стэнфордом, ему надо как-то убить время до следующего утра… Шон улыбнулся про себя и направился к девушке. Сев напротив нее, он вытянул ноги, слегка наклонил голову и вопросительно посмотрел на нее.

– Я слышала, вы здесь, чтобы приобрести землю на Норс-Шор?

– Так и есть, – ответил Шон, сделав глоток ледяного пива, и взглянул на этикетку.

Превосходное местное пиво. Когда он посоветовал своему двоюродному брату завезти это пиво в местный бар, в нем стало гораздо больше посетителей.

Уловив ее взгляд, он пожал плечами:

– Наверняка уже все знают о том, что Кинг ведет переговоры с твоим дедушкой.

– Да, – сказала Мелинда, скрестив руки на груди.

Она выглядела одновременно строго и сексуально.

– Лукас Кинг был здесь пару месяцев назад. Похоже, они ни о чем не договорились с дедушкой.

Горькая правда. Шон уже разговаривал с Вольтером, но им не удалось найти общий язык. Собственно, поэтому Шон и приехал на личную встречу с ним. Вольтер являлся владельцем маленького островка в Карибском море. Он руководил почти всем бизнесом на острове, всячески защищая его от иностранцев. Двоюродный брат Шона – Рико, владелец крупной сети отелей, – хотел расширить бизнес и построить на острове новый отель класса люкс. Шон с двумя братьями, Лукасом и Рейфом, собирались стать его партнерами. Но для начала нужно получить разрешение Вольтера. Они месяцами пытались договориться с ним, убедить его в том, что благодаря их отелю на остров будут съезжаться толпы туристов, появятся новые рабочие места. Со стариком уже встречались все братья – Рико, Лукас, Рейф. Пришла очередь Шона. Все надеялись на его обаяние, которое очень часто его выручало в тяжелых ситуациях. Он знал, как договариваться с людьми. Просто никому не раскрывал этот секрет.

– Я не Лукас, – сказал он уверенно, – у меня-то уж получится договориться с твоим дедушкой.

– Даже не думай. Он очень упрямый, – сказала Мелинда.

– Ты плохо знаешь семью Кинг, – сказал Шон, – это мы придумали слово «упрямство».

Она улыбнулась и подвинулась к нему. Через глубокое декольте летнего платья Шон смог рассмотреть ее полную грудь и краешек кружевного бюстгальтера. Он быстро отвел взгляд.

– Если ты действительно хочешь получить эту землю, есть только один способ.

Шон усмехнулся. Без сомнения, она прекрасна, но он вовсе не искал себе новую женщину, тем более жену. Ну уж нет, он добьется этого по-своему. Ему не нужна в этом помощь Мелинды Стэнфорд. Он снова усмехнулся и сказал:

– Жениться на тебе?

– Именно.

Он нахмурился:

– Кажется, ты не шутишь.

– Нет.

– Зачем тебе это надо?

– Видишь ли, дедуля мой спит и видит мою свадьбу и ждет не дождется внуков.

Шона передернуло. Многие его братья уже сочетались узами брака. Лукас – всего год назад. Ну уж нет, он точно на это не пойдет. Еще никто из его семьи не знает о его ужасном опыте. Этого больше не повторится.

– Что я могу сказать – удачи тебе в этом, – сказал он, вставая.

Мелинда поднялась и схватила его за руку, и в это мгновение через них словно проскользнул электрический заряд. Это сбило его с толку. Взглянув на нее, он понял, что она тоже удивлена, как и он. Этого невозможно было не заметить. Он возбуждался от любой мелочи. Черт, у него не было секса с девятнадцати лет!

Он все еще чувствовал напряжение, поэтому, чтобы избежать последствий, убрал ее руку.

– Ты хоть можешь меня выслушать? – спросила Мелинда.

Шон нахмурился и сел. Он сделал это не потому, что ему было интересно, что она скажет, а исключительно из соображений бизнеса.

– Я слушаю. Давай только быстрее.

– Хорошо. Тогда сразу к делу. Я хочу, чтобы ты женился на мне.

– Да, это я уже понял. Зачем?

– Это важно для меня.

– Интересно почему?

– Ты заинтересован в земле для отеля, я – в фиктивном браке.

– Фиктивном?

Мелинда громко рассмеялась, смех ее был звонкий и мелодичный. Она тряхнула головой, и ее темные шелковистые пряди легли ей на плечи, словно палантин.

– Ну конечно фиктивный! Неужели ты думаешь, что я буду делать предложение мужчине, которого вижу первый раз в жизни?

– Эй, вообще-то ты первая заговорила об этом.

– Хорошо, – кивнула она, и ее лицо снова стало серьезным. – Предлагаю сделку. Когда вы встретитесь с дедушкой, он предложит женитьбу.

– Откуда ты знаешь?

– Он уже пытался как минимум четыре раза.

– Но ведь он не предлагал это Лукасу или Рейфу.

– Только потому, что они уже женаты.

– Ах вот оно что!

– Так вот. Он предложит тебе землю лишь в том случае, если ты женишься на мне. Все, что я прошу, – чтобы ты согласился.

– И женился на тебе?

– Временно.

– Что в твоем понятии «временно»? – Шон не мог поверить, что спрашивает об этом. Он не хотел жену, ни временную, ни постоянную. Все, что он хотел, – купить землю.

Мелинда задумалась, приложив пальчик к подбородку.

– Я думаю, месяца два будет достаточно, – сказала она. – Дедушка верит, что даже фиктивный брак может перерасти в настоящее чувство, если ему дать время. Но я в это не верю.

– В этом я с тобой согласен, – сказал Шон, отсалютовав ей бутылкой пива.

– Мне кажется, если мы проживем два месяца, дедушка подумает, что мы пытались построить семью, но не вышло. Его, конечно, придется долго успокаивать, но зато мы получим что хотели.

– М-да… – Шон посмотрел на нее, удивляясь, как быстро обычный день превратился в странный. – Но почему же ты выбрала именно меня в качестве временного мужа?

Мелинда облокотилась на спинку стула и забарабанила пальцами по столу. Она могла выглядеть уверенно и непринужденно, но он видел – она нервничает.

– Я навела о тебе справки.

– Что?

– Не могу же я выходить замуж за первого встречного.

– Ну конечно.

– Ты хорошо учился в колледже, специализировался в компьютерных технологиях, закончил колледж и вместе с двумя братьями создал бизнес. И даже несмотря на то, что у тебя техническое образование, ты отлично зарекомендовал себя в продажах. – Она сделала глубокий вдох.

У него не было слов, он просто уставился на нее.

– Ты живешь в только что отремонтированной квартире на Сансет-Бич в Калифорнии, и ты любишь, как готовит печенье жена твоего брата.

Шон сделал глоток пива.

– Ты не был арестован, не был уличен в измене, ты верный, – продолжала она, все еще барабаня пальцами по столу. – Все бывшие любовницы хорошо отзываются о тебе, даже несмотря на то, что ты не смог сохранить отношения с ними.

– Прости?

– Самые долговременные отношения были у тебя в колледже. Они длились почти девять месяцев, правда, я так и не смогла узнать, чем они закончились…

«И никогда не узнаешь, – подумал Шон. – С меня хватит!»

Ему уже было плевать на ее красоту, она начинала его раздражать.

– Ну все. – Он придвинулcя к ней и, взглянув в ее прекрасные небесно-голубые глаза, сказал: – Я получу эту землю. И сделаю это по-своему. Я не собираюсь участвовать в твоих играх. Так что тренируйся на ком-нибудь другом.

– Подожди. – Ее взгляд был такой пронзительный, что он почувствовал, как решимость покидает его. – Я знаю, это плохая идея. Прости, если обидела тебя.

– Не обидела. Я просто не заинтересован.

Мелинда вдруг осознала, что нервничает. Она все испортила, но не хотела также, чтобы он отверг ее. Она сделала глубокий вдох и сказала:

– Только дай мне шанс, ладно?

Он подозрительно посмотрел на нее, но не встал с места. Хороший знак.

Боже, с чего же ей начать? Забавно, но она планировала это с тех пор, как только узнала, что Шон Кинг приедет на встречу с дедушкой. Поэтому все тщательно продумала. Тем не менее сейчас она мучительно раздумывала, как бы это все сказать помягче, чтобы не выглядеть полной дурой.

– Ну что ж, вернемся к нашему разговору. Если я выйду замуж, то получу весь дедушкин бизнес. После этого я смогу спокойно жить дальше. Не пойми меня неправильно. Я люблю своего дедушку. Он очень хороший. Но… – добавила она грустно, – он старомоден. Он думает, женщины созданы для того, чтобы выходить замуж и рожать детей. Он уже с ног сбился, все пытается найти мне мужа. Я просто подумала, что могу сама найти его.

– Ну ладно. Я понял. Мне все же очень любопытно, почему я?

– Потому что мы оба в этом заинтересованы, – сказала она оживленно. По крайней мере, он ее слушал. – Ты получаешь землю, я – бизнес. Потом мы подаем на развод.

Он нахмурился, по нему было видно, что он сомневается. Мелинда решила окончательно его убедить:

– Я могу тебе заплатить.

В его глазах вспыхнула ярость.

– Мне не нужны твои деньги.

Его реакция еще раз убедила ее в том, что она выбрала правильного человека. В мире было столько мужчин, готовых принять ее деньги. Но Шон Кинг так самодостаточен, так обеспечен, что его вряд ли интересовало ее наследство. К тому же это продемонстрировало его характер. Он был явно оскорблен тем, что она предлагает ему деньги.

– Вы с братом хотите построить отель на острове или нет?

– Да.

– Для этого вам нужна земля.

– Точно.

– Чтобы заполучить землю, тебе нужна моя помощь. Я знаю, ты не доверяешь мне, но тебе все же придется. Ты завтра утром с дедушкой встречаешься?

Шон кивнул.

– Здорово. Может, поужинаем сегодня и все обсудим? Может, мне удастся тебя убедить.

Он слегка улыбнулся, но Мелинда почувствовала, как мурашки бегут по ее телу. От Шона Кинга так и веяло обаянием.

«Это может плохо кончиться», – подумала она.

– Поужинать, говоришь? – Шон поставил бутылку на стол и кивнул. – Я никогда не упускаю возможности поужинать с красивой девушкой. Но предупреждаю: я не заинтересован в свадьбе.

– Я знаю. Именно поэтому ты мне так подходишь.

Он засмеялся и сказал:

– Никак не пойму, ты сумасшедшая или нет.

– Нет. Я просто упрямая.

– Красивая и упрямая, – прошептал он, – опасная штучка.

Ее бросило в жар от его слов, хотя она вовсе не собиралась в него влюбляться. Стараясь не обращать внимания на свои ощущения, она сказала:

– В городе есть маленький ресторанчик. Называется «Диегос». Встретимся там в семь.

– Учти, я соглашаюсь лишь на ужин, а не на свадьбу, – улыбнулся Шон. – «Диегос», в семь, договорились.

Шон встал и направился к выходу. Мелинда посмотрела ему вслед. Он был высокий, подтянутый, а в его движениях была какая-то особая грация, присущая лишь уверенным в себе людям. Шон Кинг превзошел все ее ожидания. Она лишь боялась, что он окажется ей не по зубам.

– Лукас, что ты знаешь о Мелинде Стэнфорд? – Шон разговаривал по мобильному телефону, любуясь на лодки, покачивающиеся на волнах в бухте.

– Она внучка Вольтера.

– Это я и без тебя знаю.

– Ну а что тебе еще нужно?

«Это не телефонный разговор», – подумал Шон.

– Ты встречался с ней, когда был на Тезоро?

– Мельком, – ответил Лукас, – но тогда вся моя поездка была недолгой. Вольтер так быстро отказался, что я даже не успел распаковать чемоданы, как он уже отправил меня назад.

– Да, – сказал Шон, задумчиво глядя на океан.

– А к чему ты это спросил? Возникли проблемы? Неужели твой шарм на него не действует?

– Мечтай, – засмеялся Шон, отворачиваясь от окна. – Я сказал тебе, что заполучу землю. Я всегда держу слово.

– Ну, удачи тебе со стариком. Кажется, у него иммунитет на обаятельных людей.

– Поживем – увидим.

* * *

Ресторан «Диегос» оказался довольно приятным местечком, которое любили как туристы, так и местные жители. Фирменным блюдом были морепродукты, их подавали на квадратных столиках, покрытых чрезвычайно красивыми скатертями. Повсюду горели свечи. Атмосфера в патио была более интимная, нежели в самом кафе, так как столиков было гораздо меньше, да и стояли они довольно далеко друг от друга. Из основного зала посетители могли наслаждаться чудесным видом на океан. Лунный свет отражался в воде.

Как только Мелинда вышла в патио, она ощутила легкое прикосновение морского ветерка. Погода на острове осенью была довольно капризной. Днем было очень жарко и солнечно, вечером – душно и влажно, а ночи были довольно холодными.

Потягивая холодное вино, Мелинда подумала – может, это вовсе не из-за погоды ей холодно. Она поймала себя на мысли, что волнуется перед встречей с Шоном.

«Перестань, – велела она себе, – это невозможно».

Она не хотела влюбляться в него, она не интересовалась мужчинами и не думала, что еще будет ими интересоваться когда-либо. Это исключительно деловое предложение, и было бы неплохо все свои эмоции держать при себе.

От волнения бабочки запорхали у нее в животе. Мелинда постукивала пальцами по ножке бокала, убеждая себя в том, что все делает правильно. Она здесь по делу – ей нужен муж. Сейчас ей нужно постараться убедить Шона Кинга в том, что он идеально подходит на эту роль.

«Главное – не давить на него», – подумала она.

Вдруг ей показалось, что кто-то на нее смотрит.

Она подняла глаза и увидела его. На нем были темные брюки, белая рубашка, которая открывала его шею, и черный пиджак. Он выглядел одновременно просто и сексуально.

Глава 2

– Какое романтичное место для деловой встречи, – усмехнулся он, присаживаясь.

Мелинда сделала глубокий вздох и нацепила дежурную улыбку. Сердце бешено колотилось в груди, ей ни в коем случае нельзя было ошибаться. Она во что бы то ни стало должна убедить Шона.

– Я выбрала его вовсе не из-за романтики. Оно просто очень тихое.

– Ты убила двух зайцев, – сказал он, кивнув официанту, который подошел к их столику, чтобы освежить вино.

Шон подождал, пока тот наполнит бокал, сделал небольшой глоток вина, положил руки на стол и взглянул на нее. Он был спокоен, невозможно было понять, о чем он думает. Мелинда не знала, хорошо это или плохо. Был только один способ узнать это.

– Мне правда очень жаль, что я ни с того ни с сего взвалила на тебя все это.

– Да, довольно странный способ выйти замуж, – пожал он плечами.

– Я понимаю. Просто хочу, чтобы ты вошел в мое положение. Дедушка чересчур заботится обо мне.

– Так заботится, что готов обменять тебя на бизнес? – усмехнулся он.

Мелинда фыркнула. Сама она могла говорить про своего дедушку все что угодно, но другим она этого не позволит.

– Он просто хочет быть уверен, что я в надежных руках.

Шон облокотился на спинку стула:

– Это было бы еще понятно, если бы ты была средневековой жеманной барышней.

«Не очень хорошее начало вечера», – подумала Мелинда, но потом решила не обращать внимания на любые его замечания. Он просто еще не понимает, вот и все.

– Да, он немного старомоден, – ответила она.

– Я думаю, более чем.

Она вздохнула и начала:

– Я выросла на Тезоро. Дедушка воспитывает меня с пяти лет. Мои родители погибли в авиакатастрофе.

Шон нахмурился и сделал глоток вина. Он все еще оставался невозмутим. Мелинда не имела ни малейшего понятия, что у него на уме. «Должно быть, он превосходный игрок в покер», – подумала она.

Она же, напротив, была никудышным игроком. Мелинда не умела блефовать, была открыта и честна. Подумав об этом, она поняла, что с дедушкой она не совсем честна. Мелинда, конечно, пыталась уговорить его прекратить эту свадебную лихорадку. Но, к сожалению, оказалась не в состоянии переубедить его. Несмотря на все это, она не могла без улыбки думать про Вольтера Стэнфорда. Дедушка был единственным по-настоящему родным человеком для нее, единственным, кто любил ее такой, какая она есть. Он хотел выдать ее замуж только потому, что хотел быть уверенным, что она будет любима и после его смерти.

Об этом Мелинда не хотела даже думать. Она не могла представить себе жизнь без него.

– И все-таки, – продолжила она, – он стареет и беспокоится о моем будущем. Я ему много раз говорила, что не пропаду, но он из того поколения, которое считает, что женщины существа слабые и о них надо заботиться. Я его единственный близкий человек, и он хочет защитить меня. – Она взглянула на Шона. – У тебя большая семья, и ты очень дорожишь своими братьями. Поэтому я обращаюсь к тебе. Для тебя семья, как и для меня, – не пустое слово.

– Понимаю, – кивнул он, – это единственное, что понятно для меня из всего нашего разговора. Дедушку твоего тоже можно понять. Я лишь никак не соображу, почему ты ему подыгрываешь?

Она одернула платье, стараясь прикрыть колени.

– Я люблю его и не хочу, чтобы он переживал.

– И?

Он был прав, у нее есть какие-то скрытые мотивы.

– Ну, как я уже говорила, свадьба гарантирует мне наследство.

– Ты думаешь, если выйдешь замуж за меня, тебе не придется волноваться, что я его промотаю?

– Именно, – сказала она, немного расслабившись.

Он оказался удивительно легким в общении человеком, стоило им немного отойти от темы разговора.

– Повторюсь, как долго будут длиться наши отношения?

– Около двух месяцев, – ответила Мелинда, радуясь, что они уже обсуждают детали. Она продумывала свой план уже пару недель, и, во всяком случае, по ее мнению, он должен был сработать. Шон все еще сидел напротив, и все же несмотря на то, что он еще не согласился, она была довольна, что он не ушел и не сказал «нет».

– Мне кажется, это достаточный срок, чтобы убедить дедушку, что мы пытались построить отношения, но так и не смогли.

– А ты не думаешь о том, что, когда мы разведемся, он снова будет тебя сватать?

– Думаю, – сказала она, прикусывая губу, словно предвидела этот вопрос. – На самом деле я просто устала от бесконечных мужчин, которые набиваются мне в мужья, чтобы только завоевать благосклонность моего дедули.

Он фыркнул. Легкий ветерок теребил его волосы, обнажая лоб. Он все еще ее слушал, поэтому она заторопилась:

– Если ты соглашаешься на мое предложение, как только я получаю наследство, а ты – землю, мы подаем на развод.

К ним снова подошел официант, так что Шону пришлось повременить с ответом. Мелинде не терпелось услышать, что же он скажет, поэтому ей показалось, что официант принимал заказ катастрофически долго. Наконец они снова остались одни.

– Что думаешь?

Все было просто. Он все еще думал, что ей нужно лечиться. Но что-то цепляло его. Шон положил руку на спинку стула и оценивающе взглянул на нее.

Теплая ночь, прохладное вино, красивая девушка, сидящая напротив. Идеальное сочетание. Его взгляд блуждал по ее телу, останавливаясь то на ее волнистых волосах, то на изумрудных сережках, то в области декольте, то на аккуратных ноготках. Она была, без сомнения, великолепна. Но в то же время довольно странная, возможно, сумасшедшая.

Хотя это вовсе не значит, что он не может рассматривать ее предложение, чем, собственно, он и занимался уже два часа. Ее дедушка за последние несколько месяцев отказывал всем из семьи Кинг, независимо от называемой ими суммы. Напрашивался вывод: либо ему просто не нужны деньги, либо он такой же сумасшедший, как и его внучка. Едва эта мысль пришла ему в голову, он отогнал ее. Он просто-напросто не мог быть идиотом, Вольтер был хитрым. Он прекрасно знал, что хочет, и не готов был соглашаться на меньшее. Как такое могло случиться с семьей Кинг? Они же привыкли получать все, что захотят. Шон улыбнулся при мысли о том, что они, скорее всего, стали бы хорошими партнерами с Вольтером.

– Что смешного?

– С чего ты взяла?

– Ты улыбаешься, – сказала Мелинда, – вот я и спрашиваю, чего смешного.

Она была обижена, и Шон понял – он не может обвинять ее в этом. Она, скорее всего, догадалась, что он втайне смеется над ней и ее предложением. Напрашивалась мысль: если это все так хорошо организовано, неужели он первый, кто получил подобное предложение?

– И многим вы уже предлагали нечто подобное? – спросил Шон, понизив голос. Хоть столиков на веранде было гораздо меньше, он все равно не хотел привлекать к себе внимание.

Она слегка нахмурилась:

– Ты первый.

– Почему я?

– Я уже тебе сказала. Я навела о тебе справки.

– Ага, и это единственная причина?

Она прикусила нижнюю губу – от нервов ли или по привычке. Потом взяла бокал и сделала большой глоток, перед тем как ответить:

– Я знала, что дедушка ведет переговоры с вашей семьей. Он держал меня в курсе, сказал, что ты стал партнером своего брата Лукаса. Потом я увидела твое фото, и ты показался мне… милым.

– Милым? – почти разозлился он. – Пожилые учительницы могут быть милыми. Или мороженое в жару. Но никак не семья Кинг.

– Да, – прошептала она, – я понимаю.

Его еще никогда в жизни не называли милым. Умным – да, красивым – да, иногда даже черствым, скрытным. Но чтобы милым – никогда! Интересно знать, какая его фотография создавала такое впечатление?

– Где ты видела фотографию?

– В одном из популярных журналов… – Мелинда покраснела от мысли, что он знает теперь, что она их читает. – Ты был с одним из твоих братьев на стадионе.

– С Лукасом, – вспомнив эту фотографию, сделанную во время отборочного матча, кивнул Шон. Если бы секретарь не показал ему этот снимок, он был бы, наверное, очень удивлен. Он не обращал внимания на папарацци, которые всегда так и норовили сделать фотографии семьи Кинг. Это была неотъемлемая часть его жизни. Кивнув, он сказал: – Да, мы каждый год играем.

– На той фотке ты смеешься и выглядишь очень дружелюбным.

– Немного лучше, чем милым, – сказал он. Без сомнения, с ним было довольно легко и в жизни, и в бизнесе, но еще ни один человек, а тем более женщина, не называл его милым. Он вовсе не был милым, ни капельки. И, пообщавшись с ним, люди это понимали.

– Дело в том, что ты выглядел как человек, с которым я могу поговорить на эту тему. Когда я узнала, что ты приезжаешь в Тезоро, я решила не терять времени даром.

– Решила наврать своему дедушке?

– Почему же! Мы же на самом деле поженимся, – быстро ответила она.

Казалось, Мелинда Стэнфорд играет по каким-то своим правилам. Шон восхищался людьми, которые добиваются своего, несмотря ни на что. Ему даже удалось взглянуть на себя с ее стороны. Он убедился, что он будет отличным временным мужем. Но он не мог понять, надо ему это или нет. Вскоре появился официант, так и не дав ему ответить, поэтому оба занялись едой.

Еда была изумительная, приятная атмосфера, а еще эта красивая девушка-загадка… Шон еще никогда не встречал девушки, которая не заполняет любую паузу бессмысленной болтовней. Он осознал, что ему с ней спокойно, словно они были уже партнерами.

Он понял, что он довольно долго думает, и решил наконец прервать тишину:

– Ты всю жизнь живешь здесь, да?

– С пяти лет, – ответила она, любуясь на парочку влюбленных, гулявших по побережью при свете луны. – Остров хоть и небольшой, но отель здесь довольно вместительный. Люди любят сюда приезжать, так как дедушка запретил проезжающим мимо туристическим лайнерам останавливаться здесь. Поэтому, как правило, люди приезжают довольно обеспеченные, предпочитающие спокойный отдых вдали от чужих глаз. Они тратят уйму денег в кафе и магазинах, поэтому люди могут безбедно существовать, даже когда заканчивается сезон.

– Я в курсе, – усмехнулся Шон, – мы тоже наводили справки.

– Тогда ты должен знать, что Тезоро – превосходное место для отеля, – сказала Мелинда, положив вилку с ножом на стол.

– Да.

И действительно, место было отличное. Именно о таком всегда мечтал Рико. Еще один его отель в Мексике был ультрасовременным, красивым, модным. На острове же он хотел сделать нечто особенное, элегантное, чтобы привлекать толпы туристов со всего мира. Поскольку семье Кинг принадлежала крупная строительная фирма, он был уверен, что это ему удастся. Шону уже не терпелось приступить к делу. Проект уже был составлен, корабли, загруженные материалами, готовы к отплытию. Все, что им нужно было, – это согласие старика.

– Острову это тоже пойдет на пользу. Двадцать лет назад дедушка открыл строительную фирму, которая сможет помочь вам.

– Ага. – Это он тоже уже разузнал. Без сомнения, они привезут своих рабочих, с которыми они уже долго сотрудничали и доверяли им. Но помощь местных им бы пригодилась – быстрее закончат работу, да и наладят отношения с местными жителями.

Все было бы просто идеально, если бы ему не пришлось еще для этого жениться.

Глаза Мелинды сияли, отражая пламя свечей, ее губы выглядели так соблазнительно, что ему захотелось попробовать их на вкус. Она снова прикусила губу, обнажая белые зубы. Шон понял, что его непреодолимо влечет к ней.

– Ты меня слушаешь?

– Что? – Он обрадовался тому, что она прервала его мысли. – Ах да, конечно. У твоего дедушки есть строительная компания. Прекрасно, это никогда лишним не будет.

Она нахмурилась и глубоко вздохнула:

– Я лишь говорю, что это хорошая и выгодная сделка. Ты получишь землю, построишь отель, дашь возможность местным жителям получить работу…

– А тебе достанется бизнес.

– Да, – кивнула она, допивая вино. – Ну, так что скажешь? Мы поженимся?

От этих слов у него пробежал холодок по коже, но он не обратил на это внимания. С первой женитьбой он нажил себе столько проблем, что точно знал – в этот раз все будет по-другому. В этот раз он будет отвечать за все. Он сам решит, когда это прекратится, уйдет первым, и его сердце точно не пострадает.

Кивнув, он протянул ей руку:

– Хорошо.

Она широко улыбнулась, и эта улыбка свела его с ума. Как и в первый раз после того, как их руки соприкоснулись, он почувствовал, словно электрический ток прошел через его тело. Шон очень надеялся, что ему все это только кажется. Но, черт возьми, он всем телом чувствовал притяжение между ними. Шон всеми силами попытался успокоиться и расслабиться, но это оказалось труднее, чем он думал.

Она убрала руку и произнесла:

– Есть еще одно условие.

– А их разве не достаточно? – усмехнулся Шон. – Я согласился на твое предложение. Что тебе еще нужно?

– Никакого секса.

Это заставило его задуматься. Он долго на нее смотрел – до тех пор, пока она не занервничала и не отвела взгляд. Это было совершенно ново для него. Он только и делал, что пытался избавиться от женщин, норовивших забраться к нему в постель. Он так увлекся мыслями о Мелинде, что даже отказал в знакомстве одной симпатичной блондинке в баре. Странно. Женщина хочет выйти замуж, но отказывается от близости. Что происходит? Он даже не думал, что между людьми может быть такое притяжение, он даже заметил огонек в ее глазах… И к сожалению, совсем не ошибался – он безумно желает эту женщину. Удивительно, как ей удалось столь быстро перевернуть с ног на голову его привычный мир.

– Какие-то проблемы?

– Отсутствие секса.

– Верно. – Она вздохнула и, посмотрев в его глаза, сказала: – Зачем все усложнять? Это же фиктивный брак. Почему мы должны тогда…

– Заниматься сексом, – закончил за нее он, удивленный уверенным тоном своего голоса.

– Это всего на пару месяцев, – ответила Мелинда, выглядевшая одновременно нетерпеливой и озадаченной. – Я уверена, это никак не навредит тебе.

– Думаю, я смогу с этим справиться, – ответил Шон, хотя понимал, что обманывает себя.

Он уже хотел ее и понимал – ему придется несладко, учитывая, что она постоянно будет рядом. Как он продержится целых два месяца? Может, ему позвонить Рико и узнать, не хочет ли тот строить отель где-нибудь в другом месте? Минуту спустя Шон отказался от этой мысли. Это должен быть именно Тезоро, а не какой-то другой остров. Он идеально подходил для них, его очень любили туристы. На острове был лишь один роскошный, хотя уже довольно старомодный отель. Многие хотели открыть здесь бизнес, но, так как остров был частным, приходилось все согласовывать с Вольтером Стэнфордом. А с ним непросто договориться. Да к тому же это просто рай для бизнесменов. Многие обеспеченные люди будут съезжаться сюда, чтобы отдыхать вдали от туристов и папарацци.

– И… – продолжила она, возвращая его с небес на землю.

– Еще какие-то условия? – усмехнулся он. – Хочешь затащить меня в темницу? Или же хочешь, чтобы я два месяца жил на хлебе и воде?

– Не говори чепухи!

– Это я-то? Нет, ну а как ты себе это представляешь: мы поженимся, будем жить вместе ради твоего деда, и в то же время нам даже нельзя подурачиться?

Она фыркнула и опустила голову. Он увидел, что ее тоже не радует эта перспектива. Интересно, как долго она продержится? Он улыбнулся от этой мысли.

– Ничего смешного, Шон…

– Это уж точно!

– Это очень маленький островок. У тебя не получится… вступить в связь на стороне так, чтобы об этом не стало известно. Тогда все закончится, так и не успев начаться.

Шон совсем не ожидал такого поворота событий. Однако он выпрямился, положил руки на стол и, наклонившись к Мелинде, произнес:

– Если я что-то пообещал – я всегда держу слово.

– Извини, я просто хотела прояснить некоторые детали.

Он откинулся на спинку стула и, выдавив улыбку, сказал:

– О’кей. Я все понял.

– Значит, договор все еще в силе?

Шон снова посмотрел в ее голубые глаза и пожалел, что влез во все это. Но, черт возьми, если бы у него был какой-то другой способ заполучить землю…

– Да. Все в силе.

Он не мог поверить, что согласился на такое, не мог поверить в то, что снова женится. И этот брак тоже будет не настоящим, как и первый. Его радовало лишь одно: для него эта свадьба не имеет никакого значения.

Глава 3

Вольтеру Стэнфорду было уже около семидесяти, он был высок, седовлас и выглядел гораздо моложе своих лет. Он стоял напротив стола в библиотеке и совершенно невозмутимо смотрел на Шона, а он, в свою очередь, отвечал ему тем же. Шон знал, как вести переговоры, знал также, что тот, кто первый заговорит, как правило, становится более уязвим. Поэтому он ждал, пока заговорит старик.

Номер Вольтера занимал половину верхнего этажа отеля, вторая принадлежала его внучке. Номер был старомодным, даже немного запущенным. Шон уже усомнился, действительно ли Вольтер так богат, как говорят? Он заметил пятна на полу, что свидетельствовало о том, что протекает крыша, судя по всему, ее не починили вовремя. Таких мелких недостатков было немало: царапины на паркете, отколотая лепнина, облупленная краска окон. Конечно, нельзя было из этого делать выводы. Возможно, Вольтер слишком занят либо не заинтересован в таких мелочах, как бытовой ремонт. Либо он просто использовал этот отель исключительно для работы, дабы не привлекать внимание к своей собственности. Шон улыбнулся про себя, но лицо его сохраняло непроницаемое выражение.

– Вы уже встретились с моей внучкой, – сказал Вольтер, присаживаясь в массивное кресло.

– Да, она довольно мила.

Они провели последние двадцать минут, болтая об острове. Мелинда отошла лишь пару минут назад, а Вольтер уже приступил к делу.

– Позволь мне быть откровенным, – начал старик, – ты хочешь построить отель на моей земле, а я – счастья моей внучки.

Шон сел напротив, закинув ногу на ногу, и приготовился прикинуться дурачком.

– А как это связано?

– Ты одинок, обеспечен, красив.

– Спасибо, – ответил он не без иронии в голосе.

– Кажется, я раскрыл все карты перед тобой. Как насчет тебя?

– Всегда сначала лучше знать, что тебе могут предложить.

– Отлично. Перейдем к делу. Я хочу, чтобы ты женился на моей внучке. Потом земля будет в твоем распоряжении.

Если бы Мелинда не предупредила его об этом вчера, он, вероятно, упал бы со стула. Но, даже несмотря на это, он был слегка удивлен. Поразительно: неужели в двадцать первом веке все еще сохранилась традиция выкупа женщин?

Вольтер ждал ответа, а Шон не спешил. В его голове вертелась куча мыслей, он взвешивал все за и против. Для него даже временный брак был серьезным шагом. Он не хотел этого, но, проведя бессонную ночь в мыслях о своем будущем, он так и не понял, чего же хочет на самом деле. Мелинда была уверена, что он согласится. К тому же Стэнфорды довольно упрямы, так что вполне подходили семье Кинг. Постучав по колену, он спросил:

– Как к этому отнесется Мелинда?

Дед нахмурился:

– Она поймет. Это хорошо для нее, семьи и острова.

Неожиданно все внутри Шона закипело от злости. Получается, не попроси Мелинда его сама об этой сделке, ее дедуля помимо ее воли выдал бы замуж! Своего рода вынужденная жертва ради семьи Стэнфорд. Хорошо для острова… Кто сейчас так поступает? Нахмурившись, Шон пытался прочитать мысли старика, но, видимо, он точно когда-то был неплохим игроком в покер – его взгляд был абсолютно нейтральным.

– Ну, – помолчав, произнес Вольтер, – что думаешь по этому поводу?

Шон многое мог ответить ему. Например, что его внучка достойна большего, нежели быть жертвой сделки. Черт возьми, он провел с ней всего пару часов, но ему этого хватило, чтобы кое-что понять. Зачем он ввязался во все это? Послал бы куда подальше эту семейку Стэнфорд с их островом. Дедуле стоило бы знать, что его внучка – роковая соблазнительница. От одного ее прикосновения мужчины сходят с ума. Но уже было слишком поздно что-то говорить.

– Договорились, – сказал он и увидел удивление в глазах старика.

Вероятно, до этого тот просто хорошо скрывал свои эмоции.

– Неужели? Так быстро? – ответил старик, откинувшись в кресле. – Надо признаться, я немного удивлен.

– Уже передумали? – улыбнулся Шон.

– Нисколько, – развел он руками, – просто думал, что вам понадобится время для размышления.

– Мелинда – красивая женщина, – сказал Шон, вспоминая ее голубые глаза.

– Она не только красивая. У нее богатый внутренний мир.

– Уверен, что это так, – ответил Шон, который уже успел подметить острый ум Мелинды. – Как только мы поженимся, у нас будет куча времени, чтобы узнать друг друга получше. Уверен, вы уже навели обо мне справки, – сказал он, вспоминая Мелинду.

– Да.

– Вы предложили – я согласился. Все счастливы.

Вольтер наблюдал за ним так, будто ждал, что он вот-вот передумает.

Шон выдавил из себя очередную улыбку. Старик пытался выдать свою внучку замуж за незнакомца, но, когда Шон согласился, засомневался. Но поезд ушел. Сделка заключена, теперь семья Кинг может начинать строительство.

Вставая с кресла, Шон протянул Вольтеру руку:

– Пойду сообщу невесте радостную новость, а потом позвоню братьям и скажу, что можем приступать к работам.

Вольтер тоже поднялся, пожал ему руку и произнес:

– Можете приступать к строительству на следующий день после свадьбы.

Шон удивленно поднял бровь:

– Вы мне не доверяете?

– Если бы я тебе не доверял, – мягко сказал старик, – я бы не женил тебя на своей внучке. Просто люблю, когда дела доводят до конца.

– Отлично, – кивнул Шон, – к полудню я пришлю к вам своих юристов, чтобы уладить все вопросы.

– А мой юрист подготовит контракт.

Их взгляды скрестились. Двое влиятельных мужчин, заключившие взаимовыгодную сделку, думали в тот момент об одном – о женщине, предмете этой сделки.

«Надеюсь, ты понимаешь, на что идешь. Вы с моей внучкой отлично поладите» – вот, наверное, о чем думает этот старик», – усмехнулся Шон. Ему вдруг стало совестно, что они обманывают старика, но потом, вспомнив, что это не его идея, успокоился.

Он улыбнулся:

– Я пойду все расскажу Мелинде.

– Ступай, ступай, – ответил Вольтер, махнув рукой. – Может, обсудим ваши планы на будущее за ужином? Скажем, часов в семь, здесь, в моем номере.

– Конечно, увидимся. Вы, наверное, уже до мелочей продумали свадьбу?

Вольтер кивнул:

– Да. К концу недели ты будешь уже женатым человеком.

Конец недели… Шона словно кипятком окатили. Но он уже принял решение и не намерен был отступать.

– Мелинда – сильная женщина с большим добрым сердцем. Помни это.

– Обязательно, – ответил он.

Следующий день был сущей катастрофой. Шон увидел собственное отражение в мониторе и обомлел. Он выглядел словно мертвец. Пожалуй, он больше не будет пить бренди со стариком. У того, казалось, по венам вместо крови тек алкоголь. Но старик очень хотел обмыть сделку. Шону пришлось выслушать уйму историй об острове и детстве Мелинды, запивая все это огромным количеством дорогого виски. Наконец он, в стельку пьяный, добрался до своего номера, где лежал еще какое-то время без сна, пока у него не перестала кружиться голова. Всю ночь ему снились кошмары: старик с бутылкой виски и Мелинда, бросающая один букет за другим.

«Даже не буду анализировать этот сон», – подумал Шон.

Все, что он хотел в тот момент, – чтобы его перестало мутить. Даже от легкого покашливания его голова взрывалась от боли. Тихонько постанывая, он потянулся за аспирином и вдруг увидел на экране лицо своего брата Рейфа.

– Шон… – Он нахмурился и сказал: – Черт возьми, ты выглядишь ужасно.

Из-за дурацкой видеосвязи ему не удалось скрыть свое похмелье. Первый раз в жизни он ненавидел современные технологии.

– Да, Рейф, спасибо, я тоже рад тебя видеть.

Его брат, прищурившись, спросил:

– Ты что, напился?

– Тонко подмечено, – сказал Шон, с трудом открывая пузырек с аспирином.

– Это трудно не заметить. У тебя темные круги под глазами, да и от света ты так щуришься, словно вампир.

Боже, ну почему брату приспичило звонить ему именно сейчас? Он так хотел задернуть шторы, но ему было трудно передвигаться.

– Что происходит, Шон? Ты заключил сделку?

– Сделку… ах да… сделку…

– Черт возьми, Шон! – заорал Рейф.

– Успокойся. Это долгая история.

Шон потер переносицу, хотя знал, что это ему не поможет, сунул в рот пару таблеток аспирина и запил их большим глотком воды.

Рейф пробормотал что-то про себя и сказал:

– Ладно, я спокоен. Говори, что случилось?

– Долго рассказывать, – сказал Шон, потирая глаза. – Я расскажу ее только один раз. Лукас в офисе?

– Звучит не очень. Но да, он здесь. – Рейф позвонил своей секретарше Мари и попросил пригласить к нему в кабинет Лукаса.

– Мари? У тебя новая секретарша? – спросил Шон.

– Да, – ответил брат. – Кейси настояла на том, чтобы я нанял себе помощника, чтобы возвращаться домой к ужину.

Возможно, это звучало как жалоба, но Шон знал, как обстоят дела на самом деле. Иногда Рейф бывал настоящей занозой в заднице, а вот жена у него была просто ангел. К слову сказать, она пекла самое вкусное печенье во Вселенной.

– Как Кейси? – спросил Шон.

– Прекрасно, – ответил Рейф, и улыбка озарила его лицо.

Поразительно, как женщина может изменить человека.

– Она просила передать тебе, что оставила для тебя немного шоколадно-фисташкового печенья с мятой.

Шона чуть не вырвало. В другое время он бы очень обрадовался такому сюрпризу. Но сейчас в животе творилось что-то неладное.

– Здорово, передай ей спасибо от меня.

Рейф нахмурился. В эту минуту вошел Лукас.

– Жуть, – сказал он, – выглядишь отвратительно.

– Вы что, сговорились? Как малыш?

– Дэнни – замечательно. Мне кажется, он сказал «папа» сегодня утром.

Так как его племяннику было всего три месяца, это было маловероятно. Но Лукас считал, что его сын – гений. Да и вообще кто он такой, чтобы судить?

– Давайте вернемся к делу. Ты тусовался с очередной блондинкой, в то время как должен был заниматься делами? – спросил Рейф.

– Блондинки же могут и подождать до тех пор, пока мы не получим землю, – добавил Лукас.

– Сейчас вообще абсолютно не время заводить романы, – прибавил Рейф.

– Ой, да перестань ты! Он имеет право делать все, что захочет. Он же взрослый мужчина, да и холостой к тому же. Я думал, Кейси тебя немного смягчила, – заступился за брата Лукас.

– Просто говорю что думаю, – огрызнулся Рейф.

Братья все больше повышали голос, в то время как голова Шона начинала потихоньку закипать. Он попытался сменить тему, но у него не вышло. Он знал, что его братья могут так спорить очень долго. Они могли переключаться то на Шона, то на проект, то вообще припоминать всякие истории из детства. Шон улыбнулся, несмотря на головную боль. Они были сводными братьями. Их отец, Бен Кинг, никогда не женился на женщинах, которые рожали ему детей. Зато каждый год собирал всех своих сыновей на ранчо в Калифорнии. За эти три месяца они становились настоящими друзьями, и эта дружба крепла день ото дня.

Улыбка исчезла с лица Шона, стоило ему подумать о родителях. Бен делал все, что было в его силах. Но его мать была не способна справляться с трудностями в жизни. Для нее расставание с Беном стало настоящей трагедией.

– Шон!

Он был рад, что его отвлекли от грустных мыслей. Взглянув на одинаковое выражение лиц братьев, он сказал:

– Не было никакой блондинки.

– Все равно в этом явно замешана женщина, – сказал Рейф.

– Она темноволосая.

Он вспомнил глубокие глаза Мелинды, ее прикосновение. Без сомнения, она – воплощение мечты любого мужчины. Рядом с ней даже самый сильный мужчина растает. Шон закрыл глаза, давая волю эмоциям. «О, это будут два долгих месяца», – подумал он. Ему будет очень тяжело держать себя в руках. Он знал ее каких-то двадцать четыре часа, а уже дико хотел. Плохой знак.

– Я знал, что без женщины не обойдется, – произнес Лукас.

– Пусть расскажет, – сказал Рейф.

– Я думал, мы собрались, чтобы обсудить наш проект, – заворчал Лукас, – я не хочу слушать о его похождениях.

Братья снова принялись спорить. Когда такое происходило в офисе, Шон обычно уходил или рылся в своем смартфоне. Здесь, к сожалению, это было невозможно. В комнате было очень светло, но, к счастью, Шон сидел спиной к окну. Он знал, что, если захочет, всегда может полюбоваться видом на бухту и лазурный океан. Но сейчас это его совершенно не интересовало. Слишком уж там было светло.

Номер отеля, в котором он остановился, казалось, был пятизвездочным пятьдесят лет назад. Единственной связью с настоящим были высокоскоростной Интернет и мини-бары. В остальном же у него складывалось впечатление, что он находится на съемках старого фильма. Тут не было ни плоских телевизоров, ни джакузи, да что уж там говорить, не было даже фена и кофемашины. Несмотря на это, тут было какое-то невидимое очарование, какое найдешь далеко не в каждой современной гостинице.

– О’кей, – наконец сказал Рейф, – я послушаю Шона, если ты закроешь рот.

Шон опять засмеялся, и снова у него заболела голова.

– Что там случилось? – спросил Рейф.

– Даже не знаю, с чего начать. – Он сам не верил в то, что произошло.

– Начинай с земли. Мы ее получили?

Шон сделал глубокий вздох и глотнул воды, в то время как его братья с нетерпением на него смотрели.

– Что молчишь?

– Есть две новости – хорошая и плохая, – вздохнул Шон.

– Замечательно, – ответил Рейф.

– Начинай с хорошей, – сказал Лукас, – легче будет перенести плохую.

– Ладно. Мы заключили сделку.

Рейф и Лукас с облегчением вздохнули:

– Что ж ты сразу не сказал?

– Я вчера говорил Розе, что земля будет наша. Они не смогут устоять перед обаянием Шона Кинга, – сказал Лукас.

– Хм… – Шон согласился бы еще пару дней назад, но после встречи с Мелиндой уже не был в этом уверен. Она сделала ему предложение не потому, что была поражена его умом и сексуальностью. И она вовсе не хочет с ним переспать.

– Давай выкладывай плохие новости, – вздохнул Рейф.

– Но что здесь плохого? Мы же заключили сделку. Теперь можем начинать строительство, и…

– Дай ему закончить, – сказал он, не сводя глаз с Шона.

Шон понял – ему не избежать этого разговора.

– Похоже, женюсь.

Его братья уставились на него. Потом посмотрели друг на друга.

– Женишься? – спросил Рейф.

– Тебе так понравилось? – спросил Лукас.

– Это та темноволосая женщина?

– Та самая. Это Мелинда Стэнфорд.

– Внучка Вольтера Стэнфорда. Так вот оно что…

Шон посмотрел на Лукаса и кивнул.

– Ты встретился с ней, влюбился и решил спустя двадцать четыре часа после знакомства сделать ей предложение?! – воскликнул Рейф.

Шон фыркнул:

– При чем здесь любовь?

– Ну а что тогда?

– Мы заключили взаимовыгодную сделку – Мелинда выходит замуж, а мы получаем землю.

– О нет! – сказал Рейф, его лицо исказилось, словно его ударили.

– Ничего себе, какая жертва, – начал Лукас.

Шон протер лицо, надеясь, что аспирин все-таки сработает.

– Все решено. Я заключил сделку. И я сдержу слово.

– Почему ты решил пойти на это?

– Я не видел другого способа получить землю.

– Ты с ума сошел.

– Нисколько, – ответил Шон, сдерживая раздражение. – Это временно. Через два месяца мы разведемся. А у нас все равно останется земля.

Лукас потряс головой, не зная, что ответить.

Хотя видно было: эта новость его развеселила.

А вот Рейф, напротив, был очень серьезен.

– Ты не можешь это сделать, Шон, – сказал он твердо. – Жениться после развода… не совсем…

– Что? Не совсем правильно?

– Единственное, что я хочу, – это чтобы твоя следующая свадьба была настоящей. И для тебя это имело какое-то значение.

Шон зло посмотрел на него, но все же удержался от комментария. Эта свадьба не имела ничего общего с предыдущей, он не хотел больше наступать на те же самые грабли. Единственная причина, по которой он согласился, – его семья. Только так они смогут получить то, чего хотят. Да и потом, он уже дал слово.

У его братьев были жены, которых они преданно любили. Им не понять его позицию. На самом деле его близкие толком не знали подробности свадьбы и развода Шона. Но это и к лучшему. Безусловно, как и все люди, семья Кинг совершала ошибки, они просто предпочитали об этом не распространяться. Это была его ошибка, он ее устранил. Сейчас ни к чему уже об этом говорить. Немного успокоившись, Шон сказал:

– Не считайте это свадьбой. Это обычная сделка.

– Довольно странный способ ведения бизнеса, – пробурчал Лукас.

– Странный, не странный… Какая разница, мы же получили что хотели, – ответил Шон. Он старался думать преимущественно об этом: он делает это ради семьи, ради их будущего. Эта сделка открывала перед ними хорошие перспективы – благодаря ей их семейная строительная компания может занять еще более высокую позицию на рынке. Игра стоит свеч.

– Вольтер подпишет все бумаги перед свадьбой.

– Это когда? – поинтересовался Рейф.

– К концу недели, – ответил Шон и сглотнул. У него было чувство, что его схватили за горло. Удивительно, как он согласился на это. Но отступать уже поздно.

– Через неделю? – уставился на него Лукас.

– Скажи нам точное время. Мы приедем, – сказал Рейф.

– Нет, – твердо сказал Шон.

– Что значит – нет? – начал Лукас, глядя на Рейфа.

– Конечно, мы приедем, идиот ты эдакий, – сказал Рейф, – мы не позволим тебе сделать это одному.

– Черт возьми, Рейф! Не относись к этому как к настоящей свадьбе. Это не более чем бизнес.

– Я просто считаю, мы должны там присутствовать, – ответил Лукас. – Мы просто хотим тебя поддержать. Всегда так было и будет.

Шон улыбнулся, гордясь своей крепкой семьей. Но даже несмотря на это, он не хотел, чтобы его братья присутствовали на этой свадьбе. В этом просто нет смысла. Да и потом, послушай он их или, хуже того, Кейси или Розу, ему бы пришлось видеть их виноватые лица, ведь ему приходится идти на такие жертвы ради семьи.

– Все это здорово, но мне было бы проще, если бы вы не присутствовали.

– Разве Стэнфорд не рассчитывает увидеть всю нашу семью?

«Черт возьми. Я совсем об этом не подумал», – промелькнуло в голове у Шона.

– Возможно, но я скажу ему, что вы просто не смогли приехать в такой короткий срок.

– И он конечно же поверит, – прошептал Рейф.

– Послушайте, – уставшим голосом сказал Шон. – Я займусь всем сам. Единственное, что от вас требуется, – сообщить Рико, что мы добились согласия. Я съезжу на местную строительную компанию, посмотрю, что у них есть и что нам надо будет завести на остров.

– Мое судно отходит в море в ближайшее время. Мы можем погрузить большинство нашего оборудования, чтобы приступить к работе как можно раньше.

– Звучит неплохо, – усмехнулся Лукас. – Рико будет вне себя от радости. Он, кстати, попросил нас построить на острове дом для него. Похоже, он собирается сделать Тезоро своей резиденцией.

Шон поднял руку:

– Я договаривался только насчет отеля. По поводу дома пусть сам договаривается.

– Слушай, скажи честно: что теперь ты готов продать? Душу?

– Забавно, – отозвался Шон и улыбнулся про себя. Он всегда будет их любить такими, какие они есть. Но в этот раз он точно не хочет, чтобы они были на свадьбе, встречались с Мелиндой, девушкой, с которой их связывают лишь два месяца…

Он заключил сделку и сделает все от него зависящее. Единственный вопрос: где найти гостей на свадьбу?

Глава 4

– Прости, что ты собираешься делать?

– Я выхожу замуж, – сказала Мелинда.

Она ожидала подобной реакции на свои слова и, честно говоря, уже знала, что будет отвечать в этом случае.

После встречи Шона с ее дедушкой она провела всего каких-то пять минут со своим будущим мужем. Он сказал лишь, что все улажено и что он собирается поужинать с ее дедушкой. Затем он сказал, что позвонит ей сегодня. Чего он, кстати сказать, не сделал.

Мелинда бросила взгляд на улицу. Еще утро. Впереди – куча времени. Почему же тогда она так нервничает, словно спортсмен перед Олимпиадой? Всю прошлую ночь она провела на балконе своего номера, глядя на океан. Шелестела листва, легкий ветерок доносил до нее аромат жасмина. Но Мелинда все равно не могла успокоиться. И она знала почему. Шон Кинг был очень обаятельный. Даже слишком. Ни один мужчина после Стива (с которым у нее, впрочем, как-то сразу не сложилось) не производил на нее такого впечатления. Но она не может думать о нем в этом смысле. Ей нужно во что бы то ни стало выиграть борьбу за независимость.

И вот она сидит на кухне в доме своей лучшей подруги и успокаивает себя тем, что все будет хорошо. Мелинда словно неслась вниз на американских горках. Но ее дедуля счастлив. Шон… она не могла понять, что он чувствует. Нет, все уже решено.

– Не могу в это поверить, – сказала лучшая подруга Мелинды Кэти Кларк, качая головой. – А не ты ли с пеной у рта доказывала, что твой дедушка старомоден и не имеет права сватать тебя?

– Я знаю, но…

– И, если меня не обманывает память, что, если он снова попытается тебя выдать замуж, ты уйдешь в монастырь?

– Да, но…

– А еще ты клялась, что не можешь выйти замуж, так как ты влюблена в… Стивена?

Мелинда услышала сомнение в голосе подруги и нахмурилась. Кэти никогда не любила Стивена, и Мелинда никак не могла понять почему. Но сейчас это было не важно.

Кэти сурово смотрела на нее, кормя своего малыша молоком из бутылочки.

– Так что это за таинственный незнакомец, из-за которого ты решила поменять свою точку зрения?

– В этот раз все совершенно по-другому. Не дедушка все это устроил, а я.

Ее подруга сверкнула карими глазами и покачала головой:

– Что ж, в таком случае это еще хуже.

Мелинда засмеялась и взяла на руки двухгодовалую дочку Кэти. Она усадила девочку на колени, убрала шелковистые волосы с ее лобика и сказала:

– Это как раз-таки имеет большое значение, Кэт. Я выхожу замуж, получаю дедушкино наследство и развожусь.

– Абсолютно то же самое.

– Не-а, – отозвалась Мелинда, поцеловала Даниэлу в головку и умиленно посмотрела на нее, когда та радостно захлопала в ладошки. Потом она взглянула на подругу, которая пристально смотрела на нее. – Что такое?

– Брак, хоть и фиктивный, – серьезный шаг. Даже тот развод, которого ты хочешь, может оказаться куда болезненнее, чем ты думаешь. Ты уверена в том, что делаешь?

– Конечно, – ответила Мелинда. – В этом случае не может быть и речи о боли или каких бы то ни было неприятных эмоциях по поводу развода. Мы оба получаем то, что хотим: я – наследство, мой муж – землю. Я уже все обдумала, взвесила все за и против. Мне кажется, это правильное решение.

– Ты собираешься выходить замуж за незнакомца! Действительно, правильное решение.

– Он не незнакомец. Я навела справки.

– Вот оно что. Тогда прости, – сказала Кэти, закончив кормить сына. Она прижала своего шестимесячного малыша к груди, по-прежнему пристально глядя на Мелинду: – Твой дедушка не стал продавать себя, так ты сама выставила себя на продажу.

– Да, и назначила приличную цену, – хихикнула Мелинда. – Что ты так беспокоишься? Я выйду замуж, получу наследство, разведусь и снова стану радоваться жизни.

– Ну-ну.

– Шон уже согласился, даже при условии, что между нами не может быть никакой близости.

– Лучше и не придумаешь, – прошептала Кэти.

– Забавно, но Шон сказал то же самое. – Мелинда погладила кудряшки Даниэлы.

– Шон? Кто этот счастливый жених?

Мелинда помедлила и сказала:

– Шон Кинг.

– Шон Кинг? Тот самый Шон Кинг, по которому сходят с ума все женщины, который красуется на обложках всех журналов? Тот красавчик с темными волосами, голубыми глазами и отличной задницей?

Мелинда, смеясь, закрыла ушки маленькой Даниэлы:

– Кэти!

– Не могу в это поверить!

Она усадила сынишку в креслице рядом с кухонным столом, потом встала, чтобы сделать себе еще кофе. Она наполнила обе кружки, затем поставила кофейник на плиту, вернулась на свое место и взглянула на Мелинду:

– Ты знаешь, как я тебя люблю. Но мне кажется, ты крупно попала, подруга.

– Кэт, все будет круто, – ответила Мелинда, хотя где-то в глубине ее души зародились сомнения.

Реакция Кэти была с самого начала предсказуема. Они с мужем любили друг друга до беспамятства. Понятное дело, ей не очень-то понравилась идея о фиктивном браке.

– Шон Кинг может заполучить любую девушку в мире, – сказала Кэти. – Да даже мы в нашей глуши знаем о нем!

– Да, но…

– Он богат, великолепен и высокомерен. Такие мужчины, как он…

– Ну конечно, ты же много таких знаешь, – оборвала ее Мелинда.

– Мне и так все ясно. Не обязательно быть знакомыми со многими.

– Грустно, но это правда, – прищурилась Мелинда.

Кэти взяла чашку кофе и сделала небольшой глоток.

– Я лишь говорю, что ты можешь столкнуться с трудностями, на которые не рассчитывала.

Даниэла заерзала на коленках Мелинды, и та отпустила ее на пол. Малышка сразу же принялась возиться со своей игрушечной плитой в другом конце комнаты.

Кэти и Мелинда дружили уже пятнадцать лет с тех пор, когда родители Кэти приехали работать на остров. На Тезоро Кэти познакомилась со своим будущим мужем. Мелинда все это время во всем ее поддерживала и даже стала крестной обоих ее детей. Их шумный дом был всегда открыт для нее. Обстановка была отличной от той, к которой она привыкла. Она всю жизнь жила в роскошном спокойном отеле. А в семье Кэти всегда было весело, суетно, но при этом очень уютно. Чувствовалось, что в доме царит любовь и гармония. Было даже время, когда Мелинда тоже мечтала о такой жизни, о таком домике. С любящим мужем и детишками. Но после разрыва со Стивеном эта мечта рассеялась. Сейчас все, что ей было нужно, – независимость. Она мечтала жить своей жизнью, а не под постоянной опекой любящего дедушки.

– Я знаю, что делаю.

Кэти поймала ее взгляд:

– Надеюсь. Когда свадьба?

– В следующую субботу, – хихикнула Мелинда. – И ты, кстати, подружка невесты.

– В субботу?! – изумленно спросила Кэти. – Я ведь не успею за неделю сбросить лишние килограммы!

Улыбаясь, Мелинда еще долго выслушивала рассуждения подруги по поводу шопинга, маникюра и о том, с кем ей оставить своих малышей.

Она знала – подруга в любом случае будет на ее стороне. Но после их разговора Мелинда уже не была так уверена в правильности своего решения.

Следующие два дня пролетели как минута. Ну или, по крайней мере, Шону так показалось. Он не видел Мелинду, да и, собственно, с какой стати ему с ней видеться? Это же всего лишь бизнес. Она лишь будет одета в этот день прекраснее, чем обычно. Чтобы как-то отвлечься от предстоящей свадьбы, Шон два дня болтался по острову, успел даже посетить строительную фирму Стэнфорда. Это было небольшое предприятие, но сотрудники были довольно квалифицированные, да и остров они знали превосходно. Шон был приятно удивлен этим. Он был уверен: братьям они тоже понравятся. Вдобавок ко всему сотрудничество с местной компанией хорошо скажется на репутации семьи Кинг. На острове не было взлетно – посадочной полосы, а Шон знал – братья наверняка захотят построить небольшой аэропорт для частных авиалиний. Если Вольтер не будет против. В настоящее время попасть на остров можно было, лишь добравшись самолетом сначала до Сент-Томаса, а потом лодкой непосредственно до самого острова. Безусловно, в распоряжении семьи Кинг были высокоскоростные катера, но строительство аэропорта значительно облегчило им жизнь. Да и богатым клиентам было бы удобнее прилетать в отель на своих самолетах.

Шон бродил по местным магазинчиками сувениров, которые так и ждали своих покупателей. Оно и понятно: туризм был чуть ли не единственным источником дохода жителей острова. Магазинчики были покрашены в разные нежные цвета – голубой, желтый, розовый и зеленый. Окна поблескивали на солнышке, а двери были гостеприимно распахнуты. Для человека, который привык жить в шумной Калифорнии, это место было настоящим райским уголком. Шон улыбнулся при мысли об этом. Он, наверное, даже не поверил в то, что такие места существуют, если бы не жена Лукаса. Однажды он без приглашения явился на обед, за что она заставила его смотреть с ней старый фильм, в котором местом действия явилось прелестнейшее местечко, утопающее в зелени, где-то в Шотландии.

Несколько минут Шон просто стоял, впитывая все это – людей, краски, природу, спокойствие. Потом он представил себе остров с кучей туристов и круизных лайнеров. Ему стало противно от этой мысли. Шум и вспышки камер. Теперь он понимал, почему Вольтер так яростно охраняет этот остров.

«Ну уж нет, – подумал Шон. – Пусть уж все остается так, как есть – спокойствие и девственная природа».

В отличие от других Карибских островов здесь был свой комфортный микроклимат и, что, несомненно, явится большим плюсом для гостей, отсутствовали насекомые. Шон бродил по улочкам, вглядываясь в витрины магазинов, фотографировал и тут же отправлял снимки братьям. Конечно, Лукас и Рейф уже были здесь, когда пытались договориться с Вольтером, но они не успели осмотреться. А вот Рико жил здесь пару лет и теперь решил вернуться. Долгое время Шон никак не мог понять, что Рико нашел в этом месте. Но теперь он ощутил – у этого острова была какая-то особая энергетика, завораживающая попавшего сюда человека. Это было невозможно описать словами. Но тут Шон спустился с небес на землю – мысли о свадьбе снова начали лезть в голову. Он волновался, хотя в этот раз и преследовал свои интересы.

Двое веселых ребятишек обогнали его, и он улыбнулся, поняв, что не о чем беспокоиться. До него доносились звуки моторок, хозяин одного из магазинчиков звал детей домой…

«Вот и хорошо, – подумал Шон. – А то бы я вообще потерял связь с реальностью».

Проходя мимо ювелирной лавки, он на минутку остановился, чтобы полюбоваться сережками, кольцами и ожерельями, щедро украшенными различными драгоценными камнями. Он вдруг заметил украшение из топаза, похожее он видел на Мелинде, когда они ужинали после заключения сделки.

– Ну какая же свадьба без кольца, – сказал он вслух.

Фиктивный брак или нет, нужно, во всяком случае, хотя бы замаскировать его под настоящий.

Шон зашел в магазинчик, в нем было так тихо, что его собственные шаги казались ему оглушительно громкими. Помещение было довольно небольшое, но, несмотря на это, ассортимент его удивил. Шон был восхищен обилием цветов и удачным расположением украшений – все выглядело безупречно. Недолго думая, он направился к витрине, в которой красовались украшения из бирюзы.

Седовласый старик вышел к нему навстречу:

– Вы, должно быть, Шон Кинг.

Шон открыл рот от изумления:

– Ничего себе… У вас тут не скроешься.

Старик хихикнул:

– Что вы хотите – остров у нас маленький. Тем более новость о предстоящей свадьбе Мелинды Стэнфорд – для нас целое событие.

– Понимаю.

Несмотря на отсутствие папарацци, от слухов никуда не денешься. И Шон не мог винить этих людей – все знали Мелинду, знали их семью. Конечно, они будут интересоваться ее личной жизнью, тем более свадьбой.

Он протянул старику руку:

– Приятно познакомиться.

– Взаимно, мистер Кинг. Я Джеймс Нобль, добро пожаловать в мой магазин.

– У вас есть очень много красивых вещиц, – отметил Шон. – И раз уж вы знаете о свадьбе, можете предложить мне кольцо?

У старичка засияли глаза. Расплывшись в улыбке, он произнес:

– С огромным удовольствием. Что именно вы бы хотели?

– Ну, мне очень нравятся те необычные серые топазы. – Ему показалось, они очень подходят Мелинде. Он чуть слышно добавил: – Хотя ей, по-моему, все к лицу.

Она величественна и элегантна, подобно тому старинному роскошному отелю, в котором жила. Когда она шла навстречу – его сводил с ума изгиб ее бедер, когда улыбалась – он хотел расцеловать ее. Она уже занимала слишком большую часть его мыслей, что начинало действовать ему на нервы.

– Вы правы, – ответил старичок. – Эта разновидность топаза встречается лишь у нас на острове. И только в моем магазине вы сможете его приобрести.

– Тезорский топаз? – удивился Шон и, словно Джеймс Бонд, достал украшение и взглянул на него под лупой.

– Да, он добывается здесь, на острове. Предположительно, он формируется тысячелетиями благодаря вулканической активности. Наверное, на нашем острове у вулканов уникальный химический состав.

Шон улыбнулся:

– Звучит так, словно вы говорили это уже тысячу раз.

– Довольно часто, – кивнул старик. – Но, честно говоря, людям интересен больше готовый продукт, нежели процесс его добычи.

– Камень превосходный, и работа ведь тоже безупречная, – отметил Шон, рассматривая изящное кольцо, инкрустированное топазами и золотом. Оно было настолько прекрасно, что походило на кружево.

– Да, – сказал Джеймс. – Это работа нашего местного мастера. Ее украшения – настоящие произведения искусства, которые всегда пользуются большой популярностью.

– Несложно догадаться, – ответил Шон, вглядываясь в кольцо.

Украшение было маленькое и аккуратное, но, как ему казалось, оно будет идеально смотреться на ее узких длинных пальцах. Конечно, у него есть шанс ошибиться с размером, но она могла в любое время прийти в магазин и подогнать его.

– Я беру это.

Джеймс улыбнулся и одобрительно кивнул:

– Я лишь положу его в подарочную коробку.

– Было бы чудесно. – Шон достал из кошелька кредитную карту. – Должен сказать, я удивлен. Такие украшения можно продавать по более высокой цене.

Джеймс пожал плечами и вынул салфетку для полировки.

– Мы живем на маленьком острове – у нас не так много покупателей.

Шон положил руки на стеклянный прилавок и спросил у старика, наблюдая за его реакцией:

– А как вы смотрите на привлечение сюда туристов?

– Я знаю, что вы собрались строить здесь отель, если вы, конечно, об этом, – прищурившись, ответил Джеймс.

Шон усмехнулся:

– Да, удивительно быстро тут расходятся слухи.

– И не говорите. Вы скоро убедитесь сами, что на Тезоро невозможно ничего ни от кого скрыть.

– Хорошо. Ну так что вы думаете по этому поводу?

– Я отношусь к этому с осторожностью, но в целом положительно. Я всегда был согласен с Вольтером в отношении туристических лайнеров. Мне неприятна мысль, что Тезоро будет кишеть туристами. Другое дело – отель класса люкс. Чувствуете разницу?

– Конечно, меньше людей – меньше вреда природе.

– Безусловно, остров больше не будет таким, как прежде, – сказал Джеймс, упаковывая кольцо в коробочку из бархата цвета слоновой кости, – но все же эти изменения скорее в лучшую сторону.

– Я думаю, вы будете довольны, – сказал Шон.

– Надеюсь, – ответил старик. – Как и на то, что Мелинде понравится кольцо.

– Хотелось бы верить, – сказал Шон, забирая коробочку. – Думаю, мы с вами еще увидимся.

– Конечно. Я буду на свадьбе.

Хмыкнув, Шон направился к двери.

– Наверное, весь остров придет на свадьбу?

– А как же!

Шон вышел на улицу. Ну конечно, остров настолько маленький, что все жители считают себя одной семьей. Ему этого не понять. В Калифорнии так много людей, так много… шума, что за ним человек мог едва услышать себя. Шону всегда это нравилось, ну, или, по крайней мере, он так думал. В Сансет-Бич, где он жил, он не знал своих соседей, ограничиваясь лишь формальными приветствиями. Большинство времени он проводил с братьями. Однажды ему захотелось большего. Каких-то особенных «теплых отношений», которых так упорно ищут все люди. Но он очень сильно обжегся и теперь предпочитал скрываться за различными масками. Он осознавал – на острове он так долго не протянет, и ему было не по себе от этого. Кольцо казалось ему такой тяжелой ношей, словно это был якорь. Он снова представил себе Мелинду. Он не мог не думать о ней, ее улыбке, глазах, ее целеустремленности, желании победить любой ценой. Он осознавал – ему не сладко придется эту пару месяцев. Он уже хотел ее. Притворяться, что она его жена, и невозможность даже дотронуться до нее… это начинало сводить его с ума.

Он сделал глубокий вздох и постарался убедить себя, что все это не имеет значения. Он справится.

Семья Кинг всегда справлялась. Через пару месяцев он снова будет свободным человеком. А неотразимая Мелинда Стэнфорд – лишь воспоминанием.

Глава 5

Зрители аплодировали.

Мелинда их не замечала. Вместо этого она пристально взглянула в глаза своего мужа, который смотрел на нее с вынужденной улыбкой. В одной руке он держал ее руку, другой – обнимал за талию. Они были так близко, что она чувствовала биение его сердца. Заиграла музыка, томный голос Эллы Фицджералд создавал интимную атмосферу. Глаза Мелинды наполнились слезами. Она не могла поверить в то, что наконец-то вышла замуж.

– Фиктивные невесты не плачут, – прошептал Шон.

– Я знаю, – ответила она, пряча слезы. – Просто это…

– Странно? – Его холодный тон вернул ее с небес на землю.

– Да. – Она боковым зрением видела людей вокруг, но не могла различить лиц.

– Понимаю, зато твой дедушка выглядит счастливым.

Мелинда повернула голову, чтобы взглянуть на Вольтера, который стоял неподалеку и с восхищением наблюдал за ними.

– Похоже что да, – ответила она, и тут ее осенило: она сделала дедушку счастливым, обманув его. Мелинда на мгновение представила его лицо через два месяца, когда она скажет ему про развод. Мысль об этом расстроила ее, и она закрыла глаза, чтобы прогнать ее.

– Уже жалеешь?

Сначала она хотела солгать ему, но, немного подумав, ответила:

– Немного, а ты?

– Тоже немного.

Он прижал ее к себе еще крепче. Теперь она чувствовала не только стук сердца, но и еще твердое доказательство его желания. Она посмотрела на него. Он пожал плечами и ответил с улыбкой:

– Что поделать, мои сожаления более эгоистичны.

«Никакого секса».

Ощутив его сильное влечение, Мелинда почувствовала, что возбуждена. Все случилось как-то спонтанно, инстинктивно. Ее охватила страсть. Даже если он и заметил ее реакцию, то сделал вид, как будто ничего не случилось. Пока играла песня, Мелинда вдруг вспомнила церемонию около стэнфордского отеля. Она шла вдоль по узкому ряду, усыпанному цветами, под руку со своим счастливым дедушкой, не спуская глаз с Шона. На нем был серый костюм, белая рубашка и бордовый галстук. По мере ее приближения у него загорелись глаза. Это взволновало ее. А кого бы не взволновало? Шон Кинг (теперь ее муж!) был восхитительным, она видела, что нравится ему, и это придавало ей уверенности.

Мужчина, которого она любила, погиб в автокатастрофе. Она не хотела думать об этом. Сегодня ее день, и он должен быть полон любви и счастья.

– Ты чего такая хмурая? – спросил Шон, наклонившись к ней. – Гости решат, что я тебя чем-то расстроил.

– Что? – спросила она, взглянув в его лазурно-голубые глаза.

– Улыбнись, Мелинда. Ты выиграла, получила все, что хотела.

– Не все, – мягко сказала она, кружась в такт музыке.

– Чего же ты еще хочешь?

Его ладони соскользнули с ее талии чуть ниже, все внутри Мелинды затрепетало. Она совсем этого не ожидала от себя. Или не хотела ожидать.

– Ничего, – ответила она, не желая рассказывать своему мужу о Стивене.

– Ну хорошо, в таком случае улыбнись, а то все будут недоумевать, почему же ты вышла за меня.

Мелинда посмотрела на кольцо на своей левой руке.

– Мне очень нравится кольцо.

– Я рад. Я увидел его в ювелирной лавочке на острове. У тебя есть похожие серьги.

– Это тезорский топаз.

– Да, – сказал он, продолжая кружить ее в танце, крепко прижимая к себе, – я подумал, оно тебе очень подойдет.

– Оно прекрасно, – улыбнулась Мелинда.

– Я правда очень рад, что тебе понравилось.

Музыка стихла. Мелинда поймала игривый взгляд Шона и подумала, что ее сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Он улыбнулся. Толпа ликовала, аплодировала, но они были поглощены друг другом.

– Горько! – закричал кто-то.

Минуту спустя толпа подхватила это, и все начали кричать так громко, что, казалось, сотрясались стены стэнфордского отеля.

– Мы не обязаны это делать, – тихо шепнула она ему.

– Мы должны. Ты же хочешь, чтобы все выглядело по-настоящему?

– Да, но мы же уже целовались в конце церемонии.

– Это был не настоящий поцелуй, – ответил он и, приблизившись к ее лицу, произнес: – Если мы хотим, чтобы все выглядело естественно, нам придется это сделать.

Мелинда закрыла глаза и отдалась эмоциям. Это был всего лишь поцелуй, но она чувствовала, как все ее тело дрожит от удовольствия. От поцелуя у нее кружилась голова, она ничего не замечала вокруг. Да и как тут заметить, если она чувствовала, как напряжена каждая клеточка ее тела, ощущала, как соприкасаются их языки.

Ей было уже без разницы, влюблена она или нет, хотела она целовать своего мужа или нет. Все ее мысли были устремлены в одном направлении – она удивлялась, как ее тело реагирует на этого мужчину. Она еще ни разу в жизни не испытывала ничего подобного. Он так крепко сжимал ее, что она даже боялась упасть в обморок, хотя ее это совершенно не волновало. Она была слишком занята, чтобы думать об этом. Как это произошло? Она едва знала его. Это был не Стивен.

Вспомнив о нем, она сразу отстранилась от Шона, удивленно взглянув на него. Она увидела, что он тоже несколько шокирован. Это не могло не радовать.

– Вот это настоящий поцелуй! – громче всех закричал ее дедушка.

Шон опустил ее на землю, обнял за талию и прижал к себе. Все его движения были естественны – и жесты, и улыбка, но она слышала, как бешено стучит его сердце. Вероятно, он тоже не ожидал такого. Что бы это значило? Они уже договорились, что не будут спать вместе. Не подумает ли он, что после такого поцелуя она согласится на нечто большее?

Не передумает ли она?

Нет, это исключено.

По телу побежали мурашки. Шон погладил ладонью ее руку, и она улыбнулась ему. Он прав: взялись играть эти роли – надо играть их как следует.

– Мы хотели бы поблагодарить всех, кто пришел сегодня, – сказал Шон низким и красивым голосом. – Для Мелинды и Вольтера это очень важно.

Толпа загудела. Снова раздались звуки музыки, и Вольтер подошел к ним.

– Хорошая речь, – одобрительно кивнул он Шону и повернулся к Мелинде: – Ты вся в мать – такая же красивая.

Ее глаза наполнились слезами, она обняла своего дедушку, вдыхая знакомый аромат табака и мяты. Это была его идея, но она не могла его обвинять. Он просто пытался сделать ее жизнь как можно лучше. Мелинда лишь надеялась, что он спокойно примет известие об их разводе.

– Я люблю тебя, – сказала она, чувствуя, как он целует ее в затылок.

– И я тебя. А сейчас, молодые, пора бы вам уже и повеселиться. – Он обнял ее напоследок и направился к друзьям, которые ждали его в конце зала.

– Да, твой дедушка – это что-то, – прошептал Шон.

Мелинда уже было хотела защищать Вольтера, но потом поняла, что в этом нет необходимости. Шон, должно быть, увидел ее воинственный настрой и усмехнулся:

– Без обид. Просто восхищаюсь людьми, которые уходят, когда посчитают нужным, даже не дождавшись ответа.

Несмотря на внутренние противоречия, она улыбнулась:

– Ну конечно, ты будешь им восхищаться. Ты сам такой же, как он.

– Это комплимент или оскорбление?

– И то и другое.

– Думаю, я смогу с этим жить, – мягко ответил Шон и повел ее прочь с танцпола.

Она взяла его под руку, и они вышли на улицу. Легкий ветерок окутал их, и Мелинда первый раз за день смогла спокойно вздохнуть. Иногда так приятно побыть в тишине. Она оглянулась и, увидев, как танцуют и смеются гости, почувствовала себя одиноко на собственной же свадьбе.

– Ну вот, ты снова за свое…

– Что?

Он взял ее за подбородок:

– Тратишь время на сожаления.

– Это не сожаление.

– Тогда что это?

Мелинда сделала глубокий вздох, отстранилась и подошла к краю балкона. Ярко светила луна, запах жасмина дурманил ее…

– Я просто думала, что, когда буду выходить замуж…

– Ты будешь влюблена?

– Да.

– Понятное дело, – ответил Шон, опираясь на перила. – Ну, у тебя все впереди.

– Нет, это не мое, – покачала она головой. – Я не стремлюсь к любви и романтике, так что никаких свадеб больше.

– Забавно, я тоже так когда-то сказал.

Она удивленно посмотрела на него:

– Ты был женат?

Шон нахмурился и пожалел, что сказал это вслух. Он совершенно не хотел припоминать тот злосчастный день. Черт возьми, он никогда об этом не упоминал, кто его за язык тянул? Что это? Оговорка по Фрейду? Началось, он уже занимается самоанализом. Дожили.

Тем временем его новоиспеченная жена ждала объяснений. А он не собирался ей ничего говорить. Но это, в свою очередь, еще больше распалило бы ее любопытство, и она всячески начала бы стараться разгадать его секрет. Женщины, пока не добьются своего, не отстанут. Может быть, он сможет рассказать ей лишь небольшой отрывок этой истории, и она успокоится?

– Не совсем.

– Значит, ты разведен.

– Больше нет, – улыбаясь, сказал он, – сейчас я уже женат.

– Да уж, женат, – язвительно ответила она.

Шон повернулся и взглянул на океан. Теплый ветерок тормошил его волосы.

– Что-то ты не особо счастлива, что наша сделка состоялась.

– Все сложно.

– А по мне – вовсе не сложно, – сказал он, притягивая ее к себе.

Она была так красива. Он думал, что, когда они окажутся в церкви, он захочет сбежать, увидев ее. Но он, напротив, застыл как вкопанный, не в силах оторвать от нее взгляд. Черные волнистые волосы, струящееся шелковое платье, подчеркивающее красоту ее тела, полная грудь и красивейшие глаза… Все это как будто было сделано нарочно, чтобы соблазнить его, заставить снова влюбиться. Ее близость, прикосновение рук, губ открыли для него новый мир не изведанных ранее чувств. Да и обстановка, к слову, способствовала этому.

Она собралась с духом и сказала:

– Что касается этого поцелуя…

Да, он как раз думал о нем в эту минуту. О поцелуе и его последствиях. Черт возьми, он никогда прежде так быстро не возбуждался. От одного лишь прикосновения ее тела он буквально возгорался желанием. Это означало, что эти два долгих месяца воздержания дадутся ему куда более сложно, чем он ожидал. Это разозлило его, но он нисколько не жалел об их поцелуе. Хуже того, он хотел еще.

– По-моему, довольно хороший поцелуй, – сказал он, повернулся к ней и бросил на нее оценивающий взгляд.

Ее кожа была особенно красива при лунном свете, а платье подчеркивало все достоинства ее фигуры и переливалось миллионами огоньков. Создавалось впечатление, что она вся светится. Она была восхитительна. Все, что ему сейчас хотелось, – схватить ее, прижать к себе и целовать до потери сознания. А Шон не привык себя сдерживать. Хотя все внутри его говорило, что он больше не должен прикасаться к ней. Этот запрет еще больше подогревал его желание. Ему хотелось ласкать ее, вызвать у нее стон наслаждения. Он не мог ни о чем больше думать. Будь его воля, он затащил бы свою невесту в номер, и они бы предались сладостной любви. Он бы положил ее на первую же плоскую поверхность, задрал подол ее платья, затем вошел в нее, продолжая смотреть ей в глаза. Он бы чувствовал, как ее ноги обхватывают его бедра, пропуская его все глубже, возводя его к вершинам блаженства. Он упивался бы ее стонами. После того как она достигнет оргазма, он бы последовал за ней. Потом, немного отдохнув, они начали бы с самого начала…

– Больше этого не повторится, – сказала она, прерывая его фантазии.

Он переминался с ноги на ногу, чтобы как-то уменьшить напряжение, – не помогло, потряс головой, надеясь вытряхнуть образы, поглотившие его мысли.

– А почему бы и нет? Поцелуи – это еще не секс.

– Не в твоем случае.

Он усмехнулся, хотя напряжение его все возрастало.

– Ты мне льстишь.

– Это не комплимент.

– Кого ты обманываешь, – сказал он, прижав ее к перилам.

Она отвела взгляд. Он не хотел, чтобы что-то причиняло ей дискомфорт. Наоборот, Шон больше всего хотел, чтобы в ней тоже проснулось желание, и она стала бы такой же чувственной и нежной, как во время поцелуя.

– Это всего лишь поцелуй, Мелинда. Если, конечно, ты не захочешь большего, – сказал он мягко.

– Я не хочу, – тут же ответила она, посмотрев на него, – я не могу.

– Значит, не будем. Если мы не можем позволить себе большего, почему бы нам просто не допустить эту маленькую слабость?

Она прикусила губу, по ней было видно, что она мучается сомнениями.

– Может, он не был так хорош, как нам показалось, – сказал он, проводя кончиками пальцев по ее подбородку. – Может, мы просто не ожидали такого. Может, нам нужно еще раз попробовать, чтобы понять.

– Я так не думаю.

– А мне кажется, это хорошая идея, – сказал он, глядя на нее голодным взглядом. – Ты не думай.

Он наклонился и снова поцеловал ее. В этот раз он был еще более страстным, он еще больше захотел почувствовать ее, попробовать на вкус. Он был уже почти не в силах себя сдерживать. Ее кожа, такая теплая и нежная, манила его. Ее сладкое дыхание, вкус ее язычка – все это все больше возбуждало его. Он не мог остановиться, хотя знал, что должен.

Этого не было в их договоре. Да и потом, такого не случалось с ним раньше. Если он хотел женщину, он, как правило, тотчас же получал ее. Но это был не их случай, и, черт возьми, он не знал, что с этим делать. В то время как его тело находилось во власти страсти, его разум вопил об осторожности. Он дал слово. Он сдержит его во что бы то ни стало, думал Шон, наслаждаясь поцелуем. Но в настоящий момент он не мог остановиться. Он прижал ее еще крепче, чувствовал ее грудь, слышал бешеный ритм ее сердца. Он знал, она испытывает то же самое, что и он. Поэтому он позволил себе отдаться чувствам. Он расстегнул молнию ее платья, а услышав сквозь поцелуй ее стон, немного приспустил его, оголяя грудь. Затем оторвался от ее губ, прильнул сначала к одному розовому упругому соску, потом к другому. Она вздрогнула и тихонько простонала:

– Шон!

Он напрягся, его член уже болел от нетерпения, но он не перестал ласкать ее. Шон не хотел, чтобы это заканчивалось. Он восхищался вкусом ее сосков, и, покусывая их, он чувствовал, что она дрожит. Мелинда обвила руками его плечи. Одной рукой он ласкал одну грудь, в то время как его язык скользил по другой. Он не мог насытиться ею. Но тело его уже было готово к вершине блаженства. Лунный свет, приглушенная музыка, доносившаяся из зала, – все это было им сейчас безразлично. Шон чувствовал, как энергия переходит от нее к нему и наоборот. Он знал, что причина ее дрожи вовсе не прохладный ветерок, а он, его прикосновения. Она теребила его волосы, пока он ласкал ее грудь. Малейшее ее прикосновение пронзало его тело миллионами разрядов. Он не хотел ни одну женщину так, как хотел Мелинду Стэнфорд… то есть теперь уже… Кинг. Мысль об этом вернула его с небес на землю. Она была его женой. И, вопреки их договору, он собирался заняться с ней любовью здесь, на балконе. Простонав, он с трудом сдержался (чем, к слову, всегда гордился) и вовремя вышел из нее. Шон выпрямился и застегнул молнию ее платья. Потом он обнял ее и постарался как-то успокоиться.

– Шон?

Он посмотрел в ее глаза, немного смущенные, но чертовски сексуальные. Ему так захотелось послать куда подальше чувство собственного достоинства и овладеть ею. Но он не станет этого делать. Во всяком случае, не сейчас. Для начала надо, чтобы Мелинда расторгла их соглашение. Она держалась за его плечи, словно боялась упасть. Он прекрасно понимал ее, так как сам еле держался на ногах, и это было довольно заметно. Черт возьми, его еще никто так не возбуждал, как она.

– Шон, это было…

– Мелинда, – сказал он, – еще пара таких минут, и…

– О! – вздрогнув, сказала она. – Не могу поверить, что мы только что…

– Да, – с печальной улыбкой произнес он. – Трудный был день.

Она немного разочарованно улыбнулась:

– Я не должна была… Не могу поверить, что позволила тебе…

Шон немного отодвинулся и обхватил ладонями ее лицо:

– Мелинда, все хорошо, в этом нет ничего страшного. – «Лжец, лжец!» – завопил его разум, но он не обратил на него внимания. – Мы же женаты, верно? Мы поцеловались, и… Не вини себя только, хорошо?

– Шон, ты должен кое-что знать.

Он с опаской посмотрел на нее, а она продолжила:

– Я была помолвлена. Мой жених, Стивен Хардести, погиб в автокатастрофе год назад.

Ее глаза были полны сожаления, боли и чувства вины. Минуту назад она была охвачена страстью, но сейчас от прежних эмоций не осталось и следа.

– Стивен?

Она грустно кивнула и отвела взгляд.

– Он умер, и я…

– Что? – Он повернул ее к себе. – Ты хотела, чтобы кто-то помог тебе забыться?

– Что?

– Ну а что я здесь делаю тогда?

– Перестань, – ответила она, подавив свое горе, чтобы доказать ему, что у нее тоже есть характер. – Ты все прекрасно знаешь. Мы заключили сделку.

– Да ладно! – язвительно посмотрел он на нее. – Сделка сделкой, но минуту назад ты почему-то не вспоминала про Стивена.

– Ты… – начала она и вдруг замолчала. Ей захотелось дать ему повод для ревности.

– Ты говорила, что тебе не нужна никакая романтика. Почему? – Шон настаивал, повышая голос и забывая про гостей за дверью. – После смерти Стивена ты решила жить, прячась от всех? Решила похоронить свое сердце вместе с ним?

– Ты не понимаешь. – Искорка злости сверкнула в ее глазах.

– О, я понимаю гораздо больше, чем ты думаешь.

Видно было, что он изо всех сил пытается сдержать злость. Он фыркнул, ему была противна вся эта ситуация. Мелинда наблюдала за ним. Складывалось такое впечатление, что Шону знакомы ее чувства.

– Дело тут вовсе не в сделке. Я, черт возьми, оказывается, замещаю «великого Стивена».

– Не говори о нем так.

– Так и есть. Чувствую себя его дублером.

Она убрала прядь с лица и посмотрела на него:

– Нет, ты не его дублер. Стивена я любила.

Его словно кипятком окатили. Зачем он вообще в это ввязался? Единственное, о чем он думал в тот момент, – бизнес, покупка земли. Он безумно хотел, чтобы семья Кинг снова заняла лидирующие позиции на рынке. Если бы он знал тогда, что она скорбит по другому мужчине, – он ни за что бы не пошел на это. Он даже не смог бы прикоснуться к ней.

– Не понимаю, почему ты так расстроился, – пробормотала Мелинда, обхватив себя за плечи, словно ей было холодно.

– Я просто не люблю, когда мне врут или что-то недоговаривают. Или манипулируют мной. Называй это как хочешь.

– Я не манипулировала тобой. Мы заключили сделку, и частью этой сделки был пункт об отсутствии секса. Не успели мы договориться, как ты уже начинаешь лапать мою грудь, пытаясь затащить меня в постель. Так кто из нас манипулирует?

Ну, с этим уж он был точно не согласен. Он никогда не заставлял женщин спать с ним. И никогда бы не стал этого делать. А сейчас перед ним стоит его «жена» и с ангельским видом убеждает его в обратном. Что он теперь должен чувствовать? Вину?

– Ты не права, дорогая, – шепнул он и провел кончиками пальцев по ее руке, наблюдая за ее реакцией.

Она вздрогнула.

– Ты можешь убеждать себя в чем угодно, но давай не будем друг друга обманывать. Не было никакой манипуляции. Тебе просто нравятся мои прикосновения. Более того, ты все еще хочешь их.

– Нет.

– Да что ты говоришь, – сказал Шон, еле сдерживая свою ярость, – минуту назад ты была другого мнения. Ты стонала от наслаждения, от моих прикосновений, ласк… и…

– Прекрати.

Шон покачал головой:

– И не подумаю. Тебе нравится себя обманывать? Да пожалуйста! Но мы оба знаем, что подожди мы еще чуть-чуть – и ты бы напрочь забыла о нашем договоре. Надеюсь, ты не забыла, что это я все прекратил. А я уже был близок к тому, чтобы…

– Забудь. – Она вспыхнула.

Даже в лунном свете было видно, как Мелинда покраснела. Что это? Стыд? Смущение? Сожаление? Непонятно.

– Ты можешь сколько угодно прикидываться, что тебе совершенно не нужна романтика и все в этом роде. Но твое тело говорит об обратном – оно живое, голодное и полное страсти. Так же как и мое.

– Ты не прав.

– Нет, я тут ни при чем. Ты сначала признайся себе в том, чего ты действительно хочешь.

Они оба молчали, и веселые звуки музыки, доносившиеся из зала, стали немного раздражать их. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Мелинда произнесла:

– Я не думаю, что смогу вернуться на вечеринку. Я поднимусь к себе в номер.

– Прекрасно. – Шон подошел к краю балкона и посмотрел на ночной океан.

– А ты что будешь делать?

Он повернулся, взглянул на нее и, к своему ужасу, обнаружил, что часть его очень хочет сейчас ее успокоить. Она выглядела несколько… потерянно. Но он засунул свои хорошие манеры куда подальше и резко ответил:

– Пойду выпью что-нибудь.

– Я имею в виду… – Мелинда остановилась и, сделав глубокий вздох, продолжила: – Наш договор все еще в силе или нет? Ты поднимешься в номер?

В их распоряжении были апартаменты. Быть с ней все это время и не иметь возможности даже коснуться ее? Сначала Шон решил расторгнуть договор. Однако он был зол, но не глуп. И он всегда сдерживал свои слова. Даже когда ему было очень тяжело.

– Поднимусь, – довольно зло сказал он и добавил: – Не беспокойся, Мелинда. Все будет так, как мы договорились. Я идеально сыграю роль твоего мужа. Так, как бы это сделал Стивен.

Глава 6

– Неужели он на самом деле это сказал? – спросила Кэти и, сделав глоток чая, потянулась за печеньем.

Мелинда разломала печенье на кусочки, потом кусочки превратила в крошки и лишь потом ответила. Прошло уже два дня после свадьбы. С тех пор они с Шоном почти не разговаривали, за исключением «привет – пока». Она была несчастна, подавлена и расстроена. Она все еще помнила его взгляд во время их последнего разговора. Одновременно яростный и страстный. Самое худшее, она все еще хотела его.

– Именно. Он сказал, что будет таким, каким должен был бы быть Стивен. Он был в бешенстве.

– Да уж.

Мелинда посмотрела на подругу и спросила:

– А ты на чьей стороне?

– На твоей, глупышка, – сказала Кэти, потрепав ее по руке. – Просто его тоже можно понять.

– Я вот не могу, – сердито сказала Мелинда.

– Конечно, можешь. Ты солгала ему.

– На самом деле это трудно назвать ложью.

– Ты не рассказала ему про Стивена.

– Он и не должен о нем знать. – Фыркнув, она окинула взглядом бухту. По берегу носились ребятишки, хохотали и бросали хлеб чайкам. Жизнь на острове продолжалась.

– А мне кажется, он имел право знать это. Согласись, любому было бы неприятно, тем более Кингу.

– Шон то же самое сказал. Но он не может заменить Стивена. Никто не может.

Кэти тяжело вздохнула, но Мелинда проигнорировала это. Она никак не могла понять, почему же Кэти так не нравился Стивен, подруга никогда не говорила об этом. Но сейчас это уже не важно. Стивен умер, а она замужем за другим.

– Ты мне кое-что не рассказала.

– Что?

– О сексе на балконе. Тебе понравилось?

– Было хорошо.

– Хорошо?

– Ну ладно, было просто великолепно!

– То-то же, – удовлетворенно сказала Кэти.

– Да уж… Почему же это произошло именно с ним?

– Милая… – Голос Кэти становился все более нетерпеливым. – Ты же живой человек. Всякое может случиться.

Мелинда покачала головой и снова взглянула на воду. Нет, ей нельзя влюбляться в Шона. Это бы означало, что она отпустила Стивена, хотя обещала, что будет любить его вечно. Не могла же она вот так просто забыть его. И не важно, что она чувствовала по отношению к Шону. Через два месяца он исчезнет из ее жизни. Все, что она могла сейчас дать своему жениху, – это верность. Ведь теперь она его жена.

– Передай дедушке, что я привезу его любимую клубнику к следующим выходным.

– Обязательно, Салли, – улыбнулась Мелинда девушке за прилавком.

Рано утром на рынке почти не было продавцов. Мелинда знала почти всех. Купив продуктов, она направилась к машине. Она взглянула на небо, затянутое тучками, а потом посмотрела на океан. Яхты, рыбацкие лодочки, чайки, снующие по берегу в поисках пищи…

– Райское место, – прошептала она с грустью в голосе. Сердце ныло.

Ей всегда нравилось рано просыпаться. Но одно дело – спать и рано просыпаться, а вот бессонница – совсем другое. С тех пор как они поженились, она толком не могла спать. Мелинда взглянула на колечко на левой руке. Она совсем не ожидала, что фиктивный брак окажется для нее таким тяжелым. Она ходила как во сне, надев на себя маску счастливой невесты. А на душе кошки скребли. Шон был молчалив и холоден. Лучше бы он орал на нее. Во всяком случае, она бы не чувствовала себя такой одинокой.

Мелинда вдруг вспомнила день свадьбы. После разговора с Шоном на балконе она направилась в апартаменты, приняла душ, надела ночную сорочку, легла в постель и… ждала. Это унизительно, но она действительно надеялась, что Шон придет. Мелинда думала, после того, что они пережили на балконе (даже несмотря на то, что все это закончилось плохо), он не удержится и появится в номере. Таким образом, именно он бы нарушил обещание, а она бы получила его, сохранив при этом иллюзию того, что она его не хочет. На самом деле она лгала себе. Она страстно хотела его. Мелинда совсем не ожидала такого от себя. После смерти Стивена никто еще так не волновал ее. Она коснулась рукой своих губ, словно пыталась вспомнить их поцелуй. Ей безумно хотелось разобраться в своих чувствах. Она любила Стивена, а Шона – нисколечко. Так почему же, стоило ей подумать о нем, внутри ее что-то переворачивалось? Как же ей прожить еще два месяца? Не нужно было этого делать. Мысль о том, что она предала Стивена, ранила ее.

После свадьбы Шон спал на маленьком диванчике. Было видно, что ему неудобно.

– Интересно, кого он наказывает, меня или себя? – пробормотала Мелинда. Она совсем не так представляла себе медовый месяц.

Знакомый голос заставил ее вздрогнуть. Она оглянулась и увидела Шона. Загорелый, спокойный и такой сексуальный. На нем была футболка с логотипом строительной компании семьи Кинг, светлые джинсы и рабочие ботинки. Слегка растрепанные ветром волосы касались его лба. Он снял очки и посмотрел на нее, взгляд у него был мягкий, но довольно уставший.

– Ты какая-то очень задумчивая, – сказал Шон.

Она тихо порадовалась тому, что он не может с такой же легкостью читать ее мысли.

– Ничего особенного.

– Угу. – Шон посмотрел на океан, кругом не было ни души. Обернувшись, он сказал: – Ты сама с собой разговаривала, а это не очень хороший знак.

Ну вот… Мелинда начала судорожно припоминать, не наговорила ли она чего-нибудь лишнего. От его присутствия мысли в голове путались, в горле пересохло. Они не перемолвились ни словом за эту неделю, что он тут делает? Почему она так нервничает? Нет, она точно не сможет так прожить два месяца.

Он взял у нее сумку и заглянул внутрь:

– Фрукты? В отеле закончились?

– Нет, – сказала она, пытаясь забрать у него сумку, – я просто люблю, когда дома есть свежие фрукты. Глупо вызывать официанта, если хочешь апельсин.

– Разумно, – ответил он, взял ее за руку и повел к машине. – Знаешь, мой брат Рейф тоже когда-то жил в отелях. На протяжении многих лет он пользовался их услугами – до тех пор, пока он не женился на Кейси. Они живут в маленьком домике на пляже.

Она семенила за ним.

– Звучит мило… Шон…

– Да, но он все же не может забыть то время, поэтому он построил еще один этаж, на котором живет прислуга, потом пристроил еще и огромную гостиную.

– Шон…

– На самом деле именно так он познакомился с Кейси. Мы переделывали ее кухню. Рейфу очень понравилась Кейси, а если ему что-то нравится – он не отступит. Хорошее качество. Она делает наивкуснейшее печенье. Надо будет попросить ее как-нибудь отправить нам немного…

Мелинда не знала, куда они идут, зачем они идут, поэтому уперлась каблуками в землю, пока Шон наконец не остановился и не посмотрел на нее.

– Меня не надо подвозить домой. Моя машина припаркована тут.

– Да, я знаю. Проезжая мимо, я увидел твою машину и тебя. Оставь ее. Отправим потом кого-нибудь из отеля, чтобы ее забрали.

Они с ним не общались целую неделю, а сейчас он практически ее похищает. Она оглянулась на стоявших рядом зевак. Кажется, по острову скоро пойдут слухи об этом. Наверное, они умилялись при виде этой влюбленной парочки, хотя Мелинда понятия не имела, что происходит.

– Что ты делаешь, Шон? – Она шла рядом с ним, пытаясь не думать о его горячей руке, обжигавшей ее спину. – Куда мы едем?

Он открыл дверцу красной машины, помог ей сесть, кинул сумку с продуктами на заднее сиденье и сказал:

– Мы можем поехать в отель, и ты мне проведешь экскурсию по территории.

Она нахмурилась:

– Ты же ее уже, кажется, видел.

– Лишь мельком, – бросил он и сел за руль.

Мелинда посмотрела на него. Видимо, ей придется делать вид, что этого молчания между ними не было. Но она не могла так. Мелинда хотела знать, что заставило его поменять свое холодное отношение к ней.

– Шон, что происходит?

– Ничего, – ответил он и завел мотор.

Мелинда положила свою руку на него. Он заглушил мотор и посмотрел на нее. Очки скрывали его глаза, поэтому она не могла понять, о чем он думает.

– Я решил просто забыть все.

– Забыть все?

– Послушай, мы немного вышли из-под контроля на свадьбе. Этого не должно было произойти. Я просто хочу все это забыть, чтобы нам обоим было проще жить эти два месяца. Начать все заново, узнать друг друга получше.

Мелинда с облегчением вздохнула.

– Уф, – сказала она, – это хорошо. А я-то подумала, ты уже решил аннулировать наш договор.

Он снял очки и оскорбленно посмотрел на нее.

– Если бы ты знала меня лучше, ты бы знала – я никогда не сдаюсь и всегда держу слово.

– Хорошо, – сказала она и увидела, как он смягчился. Ее муж был очень темпераментным – легко вспыхивал, но так же легко и остывал.

– Ну так что, мир? – спросил он, протянув ей руку.

Ее маленькая ручка утонула в его мужественной руке. Это прикосновение вызвало электрический разряд, который прошел через все ее тело. Она старалась просто проигнорировать это и сказала:

– Мир.

– Прекрасно! – Он надел очки, повернулся и сказал: – Пристегните ремни.

Потом завел мотор и, помахав зевакам, погнал, оставляя за собой клубы дыма.

Морской ветер освежал их, развевая волосы Мелинды. Ей даже пришлось собрать их в хвост, чтобы они не лезли в глаза. Она подставила ветру лицо, наслаждаясь запахами соли и цветущих виноградников. Они мчались вдоль долины, усыпанной разноцветными цветами. Вдоль берега расстилались фермерские владения, их сменяли древние деревья и водопады. Это был ее дом, она знала тут абсолютно все. После их разговора словно груз свалился с ее плеч, и она снова (впервые после свадьбы) почувствовала себя счастливой и спокойной. Мелинда посмотрела на мужа. Определенно, Шон Кинг и в профиль выглядел великолепно.

– Что ты делал всю неделю? – спросила она, а потом подумала, что это довольно странный вопрос, учитывая, что они всю неделю жили вместе.

– Чаще всего я сидел в номере в отеле. Когда начнется строительство, я найду себе постоянное помещение, а пока поработаю там.

Они завернули за угол, и перед ними открылся изумительный вид на океан.

– Как же здесь красиво, – сказал он.

– Да, – согласилась она и взглянула на него, – но ты же вырос в Калифорнии, насколько я помню. Там же тоже океан.

– Я живу на Сансет-Бич, а мои братья – на Лонг-Бич.

– Там красиво?

Он задумался. Ему всегда нравилось это место – бесконечные пляжи, спокойная, размеренная жизнь. До тех пор пока он не приехал сюда, ему всегда казалось, что вид из окна его дома в Калифорнии не надоест ему никогда.

– Да, – ответил он. – Всегда думал, что это самое лучшее и красивое место на земле. – Он хмыкнул и добавил: – Ты же знаешь, моя квартира располагается в бывшей водяной башне, которая выше, чем все близлежащие здания, что позволяет мне видеть на много миль вперед. Это совершенно другие ощущения, нежели здесь.

Мелинда улыбнулась.

– Но здесь океан какой-то особенный. Цвет не то голубой, не то зеленый. Бушующие волны, чистейшая вода. Должен признаться, что ваш океан куда красивее, чем наш.

– Приятно слышать.

– Есть только один минус – отсутствие тайской еды.

– Что правда, то правда. Зато тут есть много чего другого.

Но Шона привлекал не столько остров, сколько сама Мелинда. Она была очаровательна, когда она была рядом с ним, все внутри него переворачивалось. Может, конечно, это не очень хороший знак, но он не мог с собой ничего поделать. Он вцепился в руль, отгоняя от себя мысли о ней. У них не было никакого будущего, так что лучше забыть все, что было между ними. Он прекрасно это понимал. Но тело его в последнее время находилось в постоянном напряжении.

– Ты разговаривал со своими братьями после свадьбы? – прервала она его мысли, за что он был ей очень благодарен.

Он понял, к чему она клонит. Ей интересно, говорил ли он им о том, что было между ними. Об их поцелуе, неудавшейся брачной ночи, о том, что они после этого толком не разговаривали. Да уж… От одной лишь этой мысли ему было противно. Рейф и Лукас очень расстроились, когда его первый брак не удался, так что сейчас последнее, что он хотел, – говорить им о своих проблемах.

Вчера ночью его осенило. Он толком не спал с момента их свадьбы. На таком неудобном диване просто невозможно было спать – маленький, узкий, у Шона даже ноги свисали с него. Поэтому для раздумий было предостаточно времени. Его прошлая свадьба была сущим кошмаром. Его бывшая жена лгала ему, использовала его и в конце концов бросила. Поэтому он не верил во всю эту чушь типа любви и счастливых отношений.

Мелинда, к счастью, не испытала ничего подобного. Она выросла в райском местечке, где живут радостные, благодушные люди, где самые чудесные закаты, самые красивые и благоухающие цветы. Конечно, она будет верить в людей и в любовь. Стивен не успел разочаровать ее, причинить ей боль. Она еще не поняла, что любви не существует на самом деле. Разве что в книгах. Вместо этого Мелинда предпочитала скрываться от реальности за своими мечтами и воспоминаниями о Стивене. Он понял, что он должен открыть ей глаза, помочь ей вновь почувствовать себя живым человеком. А как он это сделал бы, если они даже не разговаривали? Поэтому он решил перебороть свою гордость и привлечь свой шарм. Ни одна женщина не могла еще устоять перед его очарованием. Когда Мелинда откроется ему, он убедит ее в том, что страсть более реальна и честна, нежели любовь.

– Я говорил с ними, – наконец сказал он, осознав вдруг, что она ждет его ответа.

– Хм… – буркнула она и отвернулась.

По ее напряжению ему нетрудно было догадаться, о чем она думает.

– Но я ни слова не сказал им о нас.

– Правда? – Она с надеждой посмотрела на него. – Почему?

– По-моему, в этом нет необходимости. Они в Калифорнии, мы тут. Все, что происходит между нами, – наше личное дело. Расслабься, Мелинда. Сегодня прекрасный день, мы на пляже.

– Хорошо, – мягко сказала она.

Он взглянул на нее. Она расслабилась, напряжение ушло.

«Замечательно. Мой метод начинает работать», – подумал он.

Шон был уверен – ему без труда удастся заполучить Мелинду Стэнфорд. Он позволит ей соблазнить себя, и они будут наслаждаться своим браком.

Через несколько минут они уже находились на месте будущего гостиничного комплекса.

– Давай строить отель! – сказал он.

Она улыбнулась ему, и в душе у него стало как-то тепло. Он не хотел думать об этом, игнорируя свои ощущения и чувства. Они вышли из машины. Шон поразился красоте Мелинды – на ней были белые брюки в обтяжку, желтая маечка и персиковые сандалии. Он взял ее за руку, и снова электрический ток прошел через его тело. Он проигнорировал это: в конце концов, это ему на руку – будет проще соблазнить ее.

Будет именно так, как он задумал. И никак иначе.

Глава 7

«Прекрасное место для роскошного отеля», – подумал Шон, оглядевшись. Берег имел форму полумесяца, идеальный длинный пляж, чистейшая голубая вода. Он вообразил себе эти маленькие домики, которые его брат Рико хотел раскидать по всему берегу. Райский уголок для молодоженов!

Он надеялся, что их будущим гостям-молодоженам повезет с медовым месяцем больше, чем ему. От взгляда на жену боль снова пронзила его сердце. Он старался держать себя в руках. Хотя это было не просто. Женщины еще никогда не отказывали ему. До Мелинды единственная женщина, с которой у него были проблемы, – его бывшая жена. По всей видимости, все дело в браке. «Скорее всего, это карма. За то, что я никогда не подпускал к себе по-настоящему близко еще ни одну женщину», – подумал он. Поэтому, наверное, ему так не везет. Он отогнал от себя грустные мысли и посмотрел на природу. Земля, которую они приобрели, и впрямь была идеальна – баньяны, цветущие виноградники, которые украшали скалы… Солнце ярко освещало эту благословенную землю, и ему стало веселее. Он вдохнул насыщенный морской воздух. Шон ясно мог себе представить отель – яркий, современный, идеально вписывающийся в тропическую природу.

– Потрясающий вид, – сказала Мелинда.

Он взглянул на девственный белый песок, переходящий в голубой океан. Волны бились о берег, и создавалось впечатление, что этот звук – сердцебиение мира.

– Мне кажется, на Тезоро нет некрасивых мест, – задумчиво улыбнулся он, – хотя, я думаю, это – одно из красивейших мест острова.

– Да, я согласна с этим. Дедушка собирался построить тут большой дом для них с бабушкой… – Голос ее дрогнул, и она отвернулась. – Но она погибла вместе с моими родителями.

Шон нахмурился и подумал о том, сколько же всего пришлось пережить бедному старику. Неудивительно, что он так дорожит этим местом.

«Райский уголок», – подумал он, смотря на это место уже другими глазами.

Он на некоторое время задумался о том, как тяжело Вольтеру Стэнфорду было остаться одному с пятилетней девочкой на руках. Вероятно, это было очень непросто. Но надо отдать ему должное, – он прекрасно справился с воспитанием Мелинды.

– Я уверена, ему понравится ваш отель.

– Надеюсь. – Шон сжал ее руку в своей, притягивая ее поближе к себе.

– Когда начнутся работы?

– Я недавно как раз разговаривал об этом с рабочими из местной строительной компании.

– Понятно, – прервала она его, – должно быть, ты уже успел познакомиться с Томином.

Шон засмеялся:

– Да, забавный парень. Ты знаешь, что он наследный принц Тезоро?

Мелинда хихикнула:

– С таким же успехом он мог бы быть принцем не только Тезоро, но и Тобаго, да еще и королем Гавайев в придачу.

– А по совместительству еще и плотником, – засмеялся Шон.

– Да уж, слишком он талантливый.

– Ага, – ответил он, прижимая ее все ближе и ближе к стволу дерева. – К слову, откуда такая неприязнь?

Глаза ее вдруг стали грустными и испуганными.

– Он не рассказал тебе о том, что случилось недалеко отсюда?

– Рассказал, – насмешливо ответил он. – Я даже подумал, надо установить мемориальную доску.

– Мемориальную доску?

– Ну да. Я бы написал: «Здесь, на этом месте, Мелинда Стэнфорд застряла нагишом в ветках баньяна».

– Очень смешно, – огрызнулась Мелинда. – Мне было четырнадцать.

– Ну-ну, а я думал, ты была старше.

– Шон! – Она попыталась вырваться из его объятий, но он только крепче сжал ее.

Мелинда сдерживалась изо всех сил, ее безумно влекло к нему.

– Нельзя судить человека. Каждый волен думать что хочет.

Она пристально посмотрела в его глаза и сказала:

– Я так не считаю.

– Да ладно тебе. Ты разве не видишь? Мы отлично ладим – никаких надежд, никаких обязательств.

«Да уж, это, конечно, ложь, – подумал он. – С другой стороны, она первая солгала. Она даже не сказала мне про мужчину, которого любила до того, как вступить в брак. Пусть даже и временный. Поэтому будет разумным показать ей, что я в ней не особо-то уже заинтересован».

Мелинда, стараясь как-то уменьшить напряжение, возникшее между ними, сказала:

– А вообще-то я совсем не была тогда голой. На мне, к счастью, было белье. Когда мы с Кэти лазали по деревьям, прилив унес наши вещи в океан. Поэтому Кэти пришлось позвать на помощь Томина.

Воображение Шона разыгралось не на шутку. Он представил Мелинду в розовом кружевном белье, сидящую на дереве и улыбающуюся ему. Мурашки побежали по коже.

– Баньян, говоришь… – Лукаво улыбнувшись, он кивнул на дерево позади них.

– О чем ты думаешь?

– Лучше тебе не знать.

– Да, ты прав. – Она очень хотела сменить тему. – Что тебе еще рассказал Томин?

– Много чего. Но ты не переживай, больше всего он болтал про местную строительную компанию, все расхваливал, какие они профессиональные и замечательные.

– Он прав. Хотя, наверное, он все же кое-что не упомянул – компания состоит из него и пяти его сыновей.

– Этого он не говорил. Что ж, теперь я еще больше уважаю его. Он уверен в своей семье. Я прекрасно его понимаю. Для семьи Кинг семья – превыше всего.

Мелинда облокотилась на ствол.

– Я всегда мечтала о большой семье. Порой грустно быть единственным ребенком.

Он приблизился к ней и прошептал:

– Да, я тоже.

– Что?

Он нахмурился. Кто его за язык тянул? Он еще никому этого не говорил. Что ж, придется ей все рассказать.

– Мы с братьями не родные. У нас разные матери.

Она удивленно посмотрела на него.

«Да уж, странно звучит», – подумал Шон.

Но такова реальность. Хотя ему самому иногда было трудно в это поверить.

– Мой отец был довольно ветреным. У него было много женщин, но ни на одной он не хотел жениться. Тем не менее это не помешало ему родить пятерых сыновей.

– И ни одной дочери?

– Нет. – Он встал, поднял камушек и кинул его в воду. Наблюдая за всплеском, он сказал: – Во всяком случае, мы об этом не знаем. Хотя недавно у моих двоюродных сестер родились дочки.

– У тебя много двоюродных сестер?

– Куда ни пойди в Калифорнии, везде наткнешься на своих родственников.

– Здорово, наверное, – мечтательно произнесла она.

– Да уж. Везде за тобой следят, не скроешься от них. Только тсс! Если они это узнают – непременно обидятся и не простят мне этого.

– Могила!

– Спасибо. – Он пристально посмотрел на нее.

– Что ты делаешь?

– Пытаюсь представить тебя застрявшей в ветвях баньяна.

Мелинда хихикнула:

– Это случилось на другом конце острова. Шон…

– Я хочу увидеть это собственными глазами, – сказал он, прижав ее к себе.

– Шон, пусти.

Ему нравилось чувствовать ее тело. Он посмотрел в ее глаза – в них была насмешка, и его это задело. Но он переборол себя.

– Я уже сказал тебе, что должен это увидеть.

– Ты с ума сошел?

– Просто любопытно. – Он посадил ее на ветку.

– Ты точно спятил.

– Да нет, просто так мне будет проще представить тебя.

– Отлично. Теперь сними меня отсюда.

– Я еще не закончил. – Он положил руки на ее колени.

Она вздрогнула. Между ними опять пролетела искра. Он взглянул на нее, чтобы понять, чувствует ли она это или нет. Она была напряжена. Хороший знак. Значит, она не настолько хладнокровна. Притворяется.

– Насмотрелся?

– Нет еще.

– Шон…

– Ты нервничаешь?

Она сделала глубокий вздох:

– Конечно нет.

– Врунья! – улыбнулся он, но увидел, что его слова ранили ее.

– Помоги мне слезть.

Она была прекрасна, словно лесная нимфа. Он взял ее за талию и осторожно поставил на землю. Но он не отпустил ее, наслаждаясь ее близостью, дыханием, взглядом. Она была такой хрупкой, уязвимой. Черт, он совсем не хотел, чтобы такие мысли лезли в голову. Он вовсе не должен заботиться о ней. Как можно одновременно соблазнять и заботиться? Но он был настроен решительно – во что бы то ни стало соблазнить ее.

Несколько недель спустя Мелинда увидела Шона с Томином за работой. Она не верила своим глазам. Шон Кинг был одним из богатейших людей в мире. Его семья знаменита, у них было много влиятельных друзей. И вот этот человек стоял в простой майке и ботинках и работал наряду с местными рабочими, словно они были одной командой. Она видела, что он ведет себя естественно, не играет. Таким он был на самом деле – искренним, простым, работящим. Она на минуту попыталась представить Стивена на месте Шона, но не могла. Стивен любил говорить о возвышенном, любил строить планы. Он часто мечтал о том, как они поженятся, получат ее наследство и будут жить и радоваться, путешествуя по миру. Ей это никогда не нравилось. Она не хотела никуда уезжать. Тезоро – ее дом. И всегда им будет. Но Стивен не был счастлив на острове. Странно, но она только сейчас это поняла. Мелинда старалась отогнать от себя подобные мысли. Стивен был любовью всей ее жизни. Она была подавлена, когда он умер. Она до сих пор по нему скучает. И плевать на то, что они не во всем были единодушны.

– Мы не можем пока начать выравнивание, – сказал Шон. – Только к началу следующей недели мы сможем начать составлять план заложения фундамента.

Было очень жарко, дул сильный ветер. Волосы Шона взъерошились, и Мелинда еле сдерживалась, чтобы не поправить их. Она пыталась успокоиться, убеждала себя, что ни один мужчина не сможет заменить Стивена, но тело ее совсем не слушалось.

– Мы можем пригласить еще строительные компании с других островов, если понадобится.

– Понадобится, – ответил Шон, – у нас очень много работы. Когда закончим с отелем, будем строить дом для моего двоюродного брата.

– Это хорошие новости, – обрадовался Томин. – Что будем делать с деревьями? Хотите, чтобы мы срубили все?

Сердце у Мелинды от этих слов сжалось. Она, конечно, знала, что для строительства им придется срубить кое-какие деревья, но не хотела об этом думать. Они были такие древние, такие потрясающие. И вообще, идея уничтожения таких старых деревьев казалась ей кощунственной.

«Стивен бы посмеялся надо мной», – подумала Мелинда.

Он всегда дразнил ее, что, мол, она больно много раздумывает над незначительными вещами. Она прикусила губу. Она всегда ненавидела, когда он так делал.

– Не думаю.

Мелинда была удивлена его ответом. Он посмотрел прямо на нее и сказал:

– Жалко губить такую красоту.

– Это точно. Но изменение плана в соответствии с этим пожеланием влетит вам в копеечку.

– Да, но иногда, чтобы получилось что-то стоящее, нужно приложить немало усилий.

Мелинда покраснела. Что он имеет в виду? Последние несколько дней он был очень внимателен по отношению к ней. Они катались по острову, Мелинда показывала ему красивые места. Он безумно понравился Кэти и ее семье, играл с ее дедушкой в шахматы. Шон Кинг нравился всем на острове.

Но с Мелиндой он был как-то по-особенному обаятелен и нежен. Он все время касался ее руки, обнимал, поправлял волосы. А теперь еще и это. Он сохранит милые ей баньяны. Для нее. Взглянув в его глаза, она поняла, что баньяны ассоциируются у него с ней. Когда он посадил ее на дерево… От этой мысли все внутри ее перевернулось. На самом деле она и не знала, что думать о нем. Сначала он был весь такой деловой, а теперь… Она его совсем не узнавала. Она много чего про него узнала, но к этому она точно не была готова. Мелинда и не думала, что Шон обладает такими качествами, как доброта, щедрость. Они встретились взглядом, и тут Мелинда поняла: она окончательно пропала.

Шон отвернулся и сказал Томину:

– Давай обсудим, как нам доставить на остров крупную технику. Завтра мои братья смогут предоставить нам грузовое судно. Если что-то еще нужно – я могу это устроить.

– Дайте-ка подумать, – потирая руки, сказал Томин.

– Нам нужно как минимум две погрузочные машины, – сказал Шон Рейфу днем во время видеоконференции.

– У них тут есть бульдозер и вилочный подъемник. Но я думаю, лишние машины нам не помешают.

– Я понял. – Рейф записал все в свой ежедневник. – Мы пригласим рабочих, предложим им жилье, питание. Плюс, естественно, плату за работу. Я думаю, с такими условиями нам будет довольно просто набрать группу добровольцев. Мы все о работе да о работе. Как ты там?

– Неплохо. – Шон был вполне доволен своим офисом, но мысли его были все в отеле Стэнфорда – он постоянно думал о Мелинде.

– Я вижу. – На лице брата заиграла саркастическая улыбка. – Я тебе говорил не жениться на этой женщине.

Шону стало не по себе, когда Рейф назвал Мелинду «эта женщина». Все внутри его закипело, но ему ничего не оставалось, кроме как сдержать свои эмоции.

– Мне от этих твоих «я тебе говорил» легче не становится. Спасибо, утешил.

Рейф глубоко вздохнул и постучал ручкой по столу. Все это было так знакомо, что Шону даже на минуту показалось, что он находится в их офисе на Лонг-Бич. Если бы он сейчас был дома, все было бы значительно проще – рядом не было бы Мелинды, которая сводила его с ума.

– Я слышал все последние новости от Гаррета.

Шон вскочил и закричал:

– Да что это такое? Стоит одному что-то сказать, так об этом уже знает вся семья! – Он говорил с Гарретом всего день назад, а тот уже успел все рассказать Рейфу. «Тоже мне эксперт по безопасности», – подумал Шон.

У Гаррета и его брата Гриффина была своя компания. Они отвечали за безопасность всяких капризных звезд, знаменитостей и даже королевских особ. Но он не ожидал, что Гаррет его так подставит.

– Успокойся, я звонил ему по другому вопросу – по поводу серии краж на одном из складских помещений.

– Что? А почему я не в курсе? Если я на острове, это еще не значит, что я перестал быть партнером.

– Не неси чепуху. У тебя и так полно дел.

– Спасибо, что все решили за меня. Давай выкладывай, что там случилось.

– Я тебе уже сказал. Кто-то пробрался и украл кое-что из нашего склада.

– Хм… Что ты имеешь в виду под словом «кое-что»?

– Мы потеряли оборудование на сумму около ста пятидесяти тысяч долларов.

– Черт возьми, тебе нужно было мне рассказать.

– А что бы это изменило? Ты знаешь, кто это сделал?

– Нет, но я должен знать, что происходит у нас в компании. – Шон был вне себя. Семья и семейный бизнес, который они построили с братьями из ничего, – это единственное, что было в его жизни. Его раздражало, что братья не ввели его в курс дела.

– Да, да, извини, что не стали прерывать твой медовый месяц. С сегодняшнего дня будем тебе все докладывать в мельчайших подробностях.

– Хорошо.

– А сейчас вернемся к Гаррету. Говорят, он был знаком с бывшим женихом твоей жены.

Шон знал, что Рейф заведет об этом разговор. Все члены семьи Кинг любили совать нос не в свое дело.

– Да, я любопытный. Но мне хочется узнать про этого парня. Кем он был, чем занимался? Мелинда так рассказывает о нем, словно он был чем-то средним между матерью Терезой и супергероем.

– Тебя это раздражает?

– Определенно. – Шон хотел как-то выбить Стивена из головы Мелинды. Для этого ему нужно было знать о нем как можно больше.

– Знаешь, я не хотел тебе этого говорить. Но мы поспорили с Лукасом на тысячу долларов, что ты долго не продержишься в этом идиотском браке.

– Надеюсь, ты выиграешь. Это будет несложно.

– В отличие от твоего брата я не дурак. Я знаю, ты всегда сдерживаешь свое слово. Это качество у тебя от отца.

– Спасибо, конечно. – Шон был не очень доволен этим сравнением, но одно приятно: хоть кто-то из братьев в него верил. – Можешь передать Лукасу, что, пока не пройдут два месяца, я никуда отсюда не уеду.

– Обязательно передам, – усмехнулся Рейф. – Он не поверит, но это уже его проблемы. Может, теперь расскажешь, что там у тебя случилось?

– Мне не нужен священник, – раздраженно сказал Шон.

– Не обижайся. Я просто хотел помочь.

– Ты ничем не сможешь мне помочь. – Единственное, что могло помочь его состоянию, – как можно скорее затащить Мелинду в постель.

– Шон!

– Что? Чего кричишь? – Он удивленно уставился на брата.

– Ты завис. Будь добр, скажи, о чем ты думал.

– Нет. Ты же не рассказываешь нам, что происходит между вами с Кейси.

– Отмазался. Ну ладно, тогда вернемся к делу. Ты мне все сказал?

– Так, значит, грузовое судно отправится завтра?

– Оно придет в Тезоро к середине следующей недели. Все остальное будет у тебя уже сегодня днем.

– Спасибо.

– Ну, тогда давай. Созвонимся через пару дней. Да, еще кое-что… Шон, если тебе что-то понадобиться – знай, мы…

– Я ценю это. И обязательно дам вам знать, если что.

Ему было радостно осознавать, что они не оставят его в трудной ситуации.

Он выключил ноутбук, развернулся на стуле и посмотрел в окно. Океан, теплый ветерок, солнце. Шону сразу же захотелось прогуляться. Но ему нужно было дождаться, когда привезут его вещи. Как только их доставили, он сразу же покинул офис.

Глава 8

День был великолепный – как раз для того, чтобы провести его на пляже.

Мелинда заплела волосы в косичку, чтобы они ей не мешали. На ней был топ ярко-красного цвета, белые шорты и кеды. Она вышла на солнце и посмотрела вдаль – кругом был океан, только слева виднелся остров. На горизонте появились грозовые тучи – скорее всего, будет шторм. Но только не сейчас. Погода стояла шикарная, припекало солнце и дул легкий ветерок.

Она посмотрела на Шона, стоявшего у штурвала. Он выглядел так, словно всю жизнь только и делал, что ходил под парусом. Его взгляд был устремлен вдаль.

«Интересно, есть ли что-то такое, чего он не умеет», – подумала Мелинда.

Она радовалась возможности получше рассмотреть его. Он стоял к ней спиной, поэтому не мог видеть ее восхищенного взгляда. Ему не нужно знать о том, что ей становится все труднее и труднее справляться со своими эмоциями и сдерживать свою страсть. Она любовалась его широкой спиной, узкими бедрами и длинными ногами. На ногах его не было никакой обуви – и непонятно почему Мелинду это очень возбудило. Сердце ее бешено заколотилось, ей стало трудно дышать.

Эти две недели были чудесными. После их разговора они все время проводили вместе. Он смешил ее, советовался с ней по поводу строительства… Все это придавало ей уверенности в себе – она чувствовала себя нужной.

Он развлекал ее рассказами о своей семье, сам внимательно слушал ее. Она чувствовала себя виноватой перед Стивеном: она не испытывала ничего подобного с ним. Стивен был довольно поверхностным человеком. Она не могла поверить, что ей в голову лезут такие мысли, но, если быть честной, это прилагательное как нельзя кстати характеризовало Стивена. Они никогда не затрагивали серьезные темы, никогда не говорили о будущем.

Шон повернулся, посмотрел на нее и улыбнулся. Мелинда снова почувствовала непреодолимое влечение к нему, но она уже не могла это игнорировать. Да и не хотела. Ей нравилось проводить с ним время, Мелинда теряла голову от его прикосновений. Она уже так привыкла, что он рядом. Вдруг она вспомнила, что это счастливое время через две недели закончится, и боль пронзила ее сердце.

– О чем задумалась? – спросил он.

– Да так, ни о чем, – солгала она.

– Это хорошо. Сегодня слишком хороший день, чтобы тратить его на всякие размышления. Подойди ко мне.

Мелинда отогнала плохие мысли прочь, взяла себя в руки и направилась к нему.

Она знала эту яхту как свои пять пальцев. Она почти все детство провела тут. Ее дедушка обожал рассекать волны на этой яхте. Поэтому у нее был мощный двигатель и корпус судна был обтекаемым, благодаря чему яхта могла легко и быстро передвигаться по волнам.

– Великолепная яхта! – отметил Шон.

– Дедушка всегда брал меня кататься на ней, когда я была еще совсем маленькой. И я это просто обожала!

– Неудивительно, – сказал он, глядя на океан.

Шон с уважением относился ко всему, что делал. Мелинде очень нравилось в нем это умение сконцентрироваться на настоящем. Особенно когда это касалось ее.

– К сожалению, сейчас уже почти не делают такие яхты. Все переходят на стеклопластик, – сказал он, поглаживая деревянный руль. – У моего брата Декера компания, которая занимается строительством роскошных яхт вроде этой. Ему бы понравилась эта крошка. Она такая… сексуальная.

«О да, она чертовски», – подумала Мелинда, хотя мысли ее были вовсе не о яхте.

Они отошли подальше от берега, остановились и бросили якорь. Воцарилась тишина.

Слышно было лишь пение птиц, доносившееся с берега, и шум воды.

– У тебя неплохо получается управлять яхтой. Ты говорил, что сейчас живешь недалеко от пляжа. А вырос ты тоже недалеко от моря?

– Нет, я вырос в Вегасе, – фыркнул Шон. – Моя мать работала танцовщицей в «Тропикана шоу», когда они с отцом познакомились. Для меня это не город для жизни – нестерпимая жара, неоновые огни, отчаявшиеся люди.

Мелинда присела на стул рядом с ним. Волны едва покачивали судно, она не могла сконцентрироваться на том, что он говорит. Она еле сдерживала себя, хотя ей так хотелось дать волю чувствам.

– Забавно, но я никогда не думала, что Лас-Вегас может быть чьим-то домом.

– Так и есть. Я не считаю его своим домом, я просто жил там до шестнадцати лет, – сказал он и отвернулся.

– До шестнадцати?

– Мне пришлось. Я жил там до того, как поступил в колледж и…

– Что? – Мелинда ждала, пока Шон закончит, но по нему было видно, что он не хочет ей чего-то рассказывать.

Наконец, сделав глубокий вздох, он сказал:

– Почему тебе я могу сказать такие вещи, какие не говорил еще никому?

– Может быть, потому, что с незнакомыми проще общаться?

– Мы же не чужие, Мелинда.

– Наверное, – ответила она, отмечая про себя, что Шона она за такой короткий промежуток времени узнала гораздо лучше, чем Стивена. Хотя и обещала любить его вечно. – Порой мы можем знать человека всю жизнь, но так по-настоящему и не узнать его. – С Шоном она испытывала нечто невероятное – их словно магнитом притягивало друг к другу. И, о боже, дальше ей становилось все труднее и труднее с этим бороться. – Может, все дело в моей дружелюбности?

Он пристально посмотрел на нее.

– У тебя потрясающе красивое лицо. Да, наверное, поэтому. Или же дело в том, что я люблю симпатичных людей.

– Не думаю, что ты можешь хоть кого-то любить, – захохотала Мелинда.

– Ты ошибаешься, детка.

В его словах было столько боли, что она бессознательно подошла к нему и положила руку ему на плечо. Она видела – его что-то беспокоит.

– Шон, в чем дело?

Он посмотрел на нее, взял ее за руку и произнес:

– Не обращай на меня внимания.

Она почувствовала, как он водит большим пальцем по ее ладони. Вдруг он остановился и спросил:

– Что это? – указывая на красное пятнышко.

– Обыкновенный ожог.

– Как ты умудрилась обжечься?

– Если я тебе скажу, что обожглась во время паяния, ты поверишь мне?

– Это не совсем то, что я ожидал услышать.

От его прикосновений мысли в голове путались, а по коже бежали мурашки.

– Так что же ты паяла?

Мелинда убрала руку от греха подальше. Единственное, что ее останавливало от того, чтобы броситься ему на шею, – мысли о Стивене. Все ее тело было напряжено, но, не обращая на это внимания, она сказала:

– Не только у тебя могут быть секреты.

– Допустим. Но я тебе уже рассказал парочку. Так что дело за тобой. Мне интересно, как ты поранилась.

Его глаза снова заблестели, она видела, что он хочет ее. Мелинда не могла этому не радоваться. Но в то же время она чувствовала это сильнейшее притяжение между ними, которое начинало ее настораживать. Как можно хотеть человека и одновременно не хотеть его хотеть? Вопрос века.

– Когда мы вернемся назад в отель, – сказала она, на всякий случай делая шаг назад, – я тебе покажу.

– Покажешь? – Он подошел к ней поближе. – Нет ничего лучше этой чудесной игры «Покажи и назови».

– Готова с этим поспорить, – прошептала она, и он, должно быть, слышал это, потому что на его лице появилась довольная улыбка.

Боже, она окончательно пропала.

А Шон не отрывал от нее глаз, как будто ему нравилось смотреть на то, как она нервничает. Но вместо того чтобы давить на нее, он отошел.

Мелинде захотелось плакать от своего бессилия. Неужели она не может справиться со своим телом?

– Что ж, отличное место для пикника, – сказал он.

– Пикника? Мы же вроде поехали просто покататься?

– Так неинтересно. Я думал, что неплохо бы поесть и искупаться.

– У меня нет купальника.

– А он и ни к чему.

Она смотрела на него, сердце бешено колотилось.

Купаться голышом с Шоном Кингом? Это будет большой ошибкой. Она и так уже держится из последних сил. Стоило ей представить обнаженного и мокрого Шона, у нее закружилась голова. Она не может этого сделать. Все так сложно: он ее муж, но временный, они женаты, но это тоже временно. Так секс невозможен или же все-таки?..

– У меня для тебя сюрприз, – позвал он ее с палубы.

– Что это?

Он высунул из-за угла голову и интригующе сказал:

– А ты сама посмотри.

– Ну ладно. Я попозже приду.

Она подумала, что так будет безопаснее. Нужно держать дистанцию. Хотя ей некуда деваться. Мелинда всегда думала, что эта яхта довольно большая. Сейчас же у нее складывалось впечатление, что она находится в шлюпке. Он посмотрел на нее и усмехнулся, как будто знал, о чем она думает. Если она останется, это будет значить, что она действительно боится его.

– Хорошо, – дразня, сказал он, открывая корзину, набитую всякими вкусностями от шеф-повара. – Если бы ты спустилась, то смогла бы попробовать чудесное печенье, которое нам испекла Кейси.

«Хм, та самая Кейси, королева печенья», – подумала Мелинда.

Она подошла к перилам и посмотрела вниз. Шон как раз собирался съесть печенье размером с кулак. Печенье было густо покрыто сахарной пудрой и шоколадом.

– Так нечестно.

– Я знаю, – сказал он, откусывая кусочек, и закрыл глаза от удовольствия. – Она передала мое самое любимое печенье… Господи, храни Кейси Кинг!

У Мелинды пересохло во рту. Но не от печенья. Она была больше чем уверена, что оно самое обыкновенное. Но, видя, как он радуется, ей захотелось обмазать его шоколадом и откусить кусочек. Ужас… О чем она только думает?

– Оно просто тает во рту, – откусывая еще кусочек, сказал он. – Кейси говорила, что это мексиканское свадебное печенье. Она лишь немного усовершенствовала рецепт – сделала печенье больше и посыпала темным шоколадом.

– Звучит потрясающе, – сказала она, направляясь к лестнице.

– А на вкус – еще лучше, – заверил он ее, глядя в глаза.

Мелинда не могла остановиться. Она, сама того не ведая, поняла, что она слишком близко подошла к мужчине, который сводил ее с ума.

– Поделишься?

– Всем, чем пожелаешь, – ответил он, протягивая ей коробку.

Под пристальным вниманием Шона Мелинда откусила кусочек и ощутила удивительный вкус шоколада.

– Вот видишь, я же говорил, что у Кейси получается самое волшебное печенье, – довольно улыбнулся он.

– Надо было жениться на ней. – Мелинда уже начинала выходить из себя, когда Шон упоминал о великолепной Кейси Кинг. – Хотя, надо признать, печенье у нее действительно вкусное.

– Рейфу бы это вряд ли понравилось, – ответил он и положил коробку на голубую кожаную скамейку. – Да и, к слову сказать, у меня уже есть жена.

Шон подошел ближе. Его страсть передалась ей, хотя Мелинде и без этого было уже довольно жарко.

Обстановка накалилась до предела. Мелинда держала себя в руках всю неделю, старалась думать о Стивене, но все оказалось бесполезно. Шон полностью завладел ее мыслями, чувствами и желаниями. Глубоко внутри она осознавала, что уже не хочет сопротивляться и бороться с собой. Она просто хотела жить, чувствовать, радоваться настоящему моменту, хотела скинуть все накопившееся напряжение.

Мелинда видела, что Шон чувствует все то же самое, и готова уже была сдаться и броситься к нему в объятия. У нее пересохло во рту. Казалось, что печенье сделано из опилок. Он взял печенье у нее и кинул его в воду.

– Эй!

– Дай рыбкам полакомиться. Кстати, о лакомстве… – сказал он и обхватил ее руками.

– Шон… – сделала она последнюю попытку избежать близости с ним.

– Мысли прочь, – глядя ей в глаза, прошептал он.

– Хорошая идея, – ответила она, решив наконец пустить все на самотек.

Она вся дрожала, и он притянул ее к себе. Он был так близко, ей стало нечем дышать, и было ощущение, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Она поняла, что бесполезно бороться со своими чувствами. Мелинда хотела быть с Шоном, чувствовать его. Всего. Без остатка. Когда его губы коснулись ее губ, она окончательно потеряла рассудок. Она обвила руками его шею и наслаждалась его близостью. Его руки скользили по ее спине, потом она почувствовала, что он расстегивает ее бюстгальтер. Шон сдернул с нее кофточку и начал ласкать ее грудь. Мелинду переполняли эмоции, она стонала от удовольствия.

– Ты такая красивая, – шептал ей на ушко Шон.

Она схватила его за край футболки и пробормотала:

– Сними ее.

Он быстро стянул с себя футболку, и Мелинда поразилась красоте его тела. Оно было загорелое, красивое и спортивное. Их губы снова слились в страстном поцелуе. Шон одной рукой продолжал ласкать ее грудь, а другой – расстегивал пуговичку на шортах. Потом его рука соскользнула с груди и, минуя живот, направилась к ложбинке между ног.

Она так долго этого ждала, так долго этого хотела, что сейчас ей казалось, что все ее чувства обострились. Вместо того чтобы ласкать ее клитор и довести ее до оргазма, он вошел в нее сначала одним пальцем, потом несколькими, словно исследуя ее тело. Она полностью отдалась своим ощущениям. Ей казалось, мир вокруг перестал существовать.

– Давай, Мелинда, – сказал томно Шон, – я так хочу видеть это…

– Шон… – Она видела только его, чувствовала, наслаждалась его близостью.

– Давай, детка, давай… – Он скользил языком сначала по ее шее, потом по груди.

Она дрожала, она чувствовала, что внутри ее все закипает. С каждым мгновением приближающейся кульминации она двигалась все быстрее, подстраиваясь под ритм его тела. Он ласкал ее клитор, она чувствовала близкое наступление оргазма. Наконец она закричала от удовольствия. Эмоции переполняли ее, сердце бешено колотилось, она ощутила невероятное блаженство.

Шон поднял ее на руки и положил на кожаную лавку. Она наблюдала, как он скидывает с себя оставшуюся одежду. Шон оказался прекраснее, чем она думала. Мелинда хотела почувствовать его без остатка. Она быстро избавилась от шортиков и кружевных трусиков.

– Божественна! – шептал Шон, доставая из портмоне презерватив.

– Войди в меня. Я хочу почувствовать тебя… Ты нужен мне…

– Я знаю. Как же я хочу тебя!

Он заслонил ее своим телом, ее ноги обхватили его спину. Она стонала, пуская его все глубже и глубже. Он двигался то медленно, то быстро, заставляя ее томиться от ожидания.

– Я хочу, чтоб ты кончил! Немедленно!

– Почти, – задыхаясь от страсти, простонал он.

Мелинда гладила его грудь, ласкала его соски.

Его дыхание стремительно учащалось. Она чувствовала, как его член увеличивается. Они двигались все быстрее и быстрее, пока наслаждение не пронзило их, унося на вершину блаженства.

– Мелинда, я только и думал об этом все это время. Я так хотел тебя…

– Я тоже, – призналась она.

Шон закрыл глаза, расслабляясь. Мелинда только что испытала такой потрясающий оргазм, но она хотела большего, хотела, чтобы это продолжалось как можно дольше. Хотела вновь ощутить на себе тяжесть его тела, запах его кожи, нежность его прикосновений. Еще никогда в жизни она не испытывала ничего подобного!

Она вновь услышала шум океана, пение птиц и нежное прикосновение морского ветерка. День был прекрасным. Хотя впереди все самое интересное.

Глава 9

Мелинда обвила его шею руками. Шон, наблюдая за ее блаженным лицом, был больше не в состоянии сдерживать свою страсть. Он быстро вошел в нее, чувствуя, как наслаждение охватывает его. В ее глазах было столько страсти и любви, и Шон впервые в жизни почувствовал, как в душе его зародилось какое-то неведомое ранее чувство. Он старался не думать об этом, успокаивая себя только тем, что это всего лишь страсть. Ее ноги были у него на спине, он входил все глубже и глубже.

Мелинда, оказывается, все время только этого и хотела. Наконец она ощутила, как прошлое отпустило ее, и она снова почувствовала себя живой. Их тела двигались в унисон, Мелинда подстраивалась под его ритм, доставляя ему необычайное удовольствие. Она откинула голову и прошептала:

– Шон, мне так хорошо!

Он ласкал ее соски, она стонала, начиная двигаться быстрее.

– Возьми меня, Мелинда! – кричал он. – Всего без остатка!

– Да, да!

Он почувствовал пульсацию внутри ее, она выкрикивала его имя, и это было лучшее, что он слышал в жизни. Наконец волна наслаждения захватила их. Минуту спустя они лежали обнявшись, стараясь восстановить дыхание. Шон гладил Мелинду по спине, у него бешено колотилось сердце, еще ни с одной женщиной он не испытывал ничего подобного. Ему казалось, он полностью потерял рассудок. Он знал – ему нужно что-то сказать, чтобы прервать молчание.

– В прошлой жизни я, наверное, был мерзавцем, – наконец сказал он.

– Что? – Она подняла голову и смущенно посмотрела на него.

Он пожал плечами.

– Только так могу объяснить тот факт, что лежу на такой неудобной скамейке, – улыбнулся Шон.

Мелинда сначала уставилась на него, а потом расхохоталась.

– Чего ты смеешься?

– Извини, извини. – Она покачала головой и сказала: – Первый раз я увидела тебя спящим на диванчике в нашем номере. Конечно, в тот день мне было немного грустно, но…

– Но?

– Ты так смешно выглядел: ноги не умещались и торчали из-под одеяла, – улыбаясь, сказала она.

«Она смотрела на меня, пока я спал. Это хороший знак». Шон хотел, чтобы она думала только о нем, хотел, чтобы она забыла Стивена. Похоже, у него это получилось.

– Наверное, я жалко смотрелся на этой скамейке, если ее вообще можно так назвать. – Он приподнялся, хотя ему было немного грустно отпускать Мелинду. – А знаешь, что на самом деле смешно? – Он поднял ее, она не сводила с него глаз.

– Шон…

Он поднес ее к краю яхты.

– Насколько я помню, мы хотели искупаться.

– Да ладно тебе, забудь.

Мелинда обернулась, посмотрела на кристально чистую воду, потом снова на Шона.

– Ты не посмеешь!

– Еще как посмею!

– Ты сумасшедший, – засмеялась она, – поставь меня на ноги!

Не обращая внимания на ее отчаянные попытки вырваться, он бросил ее в воду.

– Ты покойник, Шон! – крикнула она, когда вынырнула.

Он прыгнул вслед за ней. Вода была чистой и прохладной. Он открыл глаза под водой, чтобы полюбоваться потрясающим телом Мелинды.

– Нахал! – кричала она, обливая его водой.

Он подплыл к ней, крепко прижал к себе и нежно поцеловал. Отпустив ее, он посмотрел в ее глаза и прошептал:

– Что может быть лучше, чем простой секс? Секс в воде!

Прикусив нижнюю губу, она прошептала:

– Докажи!

Шон усмехнулся:

– Мне нравится твой скептицизм.

Они подплыли поближе к берегу, чтобы можно было достать до дна. Но кристально чистая вода все еще ласкала грудь Мелинды. Шон гладил ее влажное тело, потом его рука коснулась ее клитора. Мелинда вплотную прижалась к нему, закрыла глаза, и, когда он вошел в нее, блаженная улыбка заиграла у нее на лице. Его сердце почти выпрыгивало из груди от вида довольной Мелинды. Она выкрикнула его имя, он закрыл ей рот поцелуями, словно хотел проглотить все слова, которые она пыталась ему сказать.

«Да, – подумал он, до того как отключить свой мозг, – я попался в свои же сети».

– Ты здесь обожглась? – спросил Шон час спустя, когда они оказались перед ее роскошным номером в отеле.

– А ты что, тайный поджигатель? – Мелинда улыбнулась и покачала головой.

Удивительно, она никогда еще не чувствовала себя такой одновременно уставшей и счастливой. Вспоминая все, что произошло в этот день, Мелинда невольно начинала улыбаться.

– Нет, не поджигатель.

Мелинда открыла дверь электронным ключом, и они очутились в ее кабинете. Она никого не пускала сюда прежде. Шон был первым. Даже Стивен не был тут. Да он как-то и не изъявлял особого желания прийти сюда. Нахмурившись, она подумала, что Стивен никогда не интересовался, чем она занимается или над чем работает.

Интересно, и почему это у нее вдруг возникло столько отрицательных эмоций по отношению к Стивену? Мелинда почувствовала себя виноватой. Она отогнала эти мысли от себя, зашла в комнату, включила свет и пропустила Шона.

Он остановился как вкопанный в середине комнаты, восхищенно глядя по сторонам. На столах в различных мисочках и коробочках лежали драгоценные камни, металлы и готовые изделия.

– Что это?

– Я ювелир, – сказала она, закрыла дверь и направилась к шкафу, где у нее хранились готовые украшения.

Шон пошел за ней. Мелинда достала из шкафа бархатную подставку, на которой лежали ее последние дизайнерские творения, которые она сделала прямо здесь, в этом номере.

– В основном я работаю с золотом и серебром, – пояснила она, когда Шон взял в руки кольцо и булавку в форме бабочки.

Он добрался до ожерелья, искусно выполненного из тончайших золотых нитей и украшенного каплями топаза.

– Я теперь, кажется, знаю, что подарить Кейси на день рождения. Поразительно красиво, – сказал он, глядя на нее.

– Спасибо. – Мелинда увидела, что он искренне восхищается ее работой, и на душе у нее стало радостно. Она взяла серьги и сказала: – А вот эти скоро отправятся в город, в ювелирную лавку, где я их продаю.

– Продаешь? – Шон остановился, взял ее левую руку и посмотрел на кольцо, которое он ей подарил на свадьбу. – Получается, я подарил тебе украшение, которое ты сама и сделала?

– Да. Но я очень этому рада. Значит, оно тебе понравилось.

– Верно. Кольцо очень красивое.

– Должна признать, у тебя хороший вкус, – улыбнулась она.

– Я тоже так думаю. – Он выпустил ее руку. – Мелинда, ты делаешь восхитительные украшения. Но ты слишком дешево продаешь свои работы. Ты настоящий мастер, знаток своего дела, дизайнер. Ты должна прославиться. Продавай свои работы Тиффани или еще куда-нибудь.

Мелинда засмеялась. Впервые она по-настоящему гордилась своей работой. Кроме лучшей подруги, никто особо не восхищался ее творениями. Конечно, ей нравились ее украшения, они всегда очень хорошо продавались, но Мелинде было особенно приятно услышать комплименты от Шона.

Поставив подносы обратно в стеклянный шкаф, она сказала:

– Это одна из причин, почему я так хотела получить наследство. Я хочу попробовать открыть настоящий магазин тут, на острове. Найти парочку иностранных туристов, которые заинтересуются моей работой, и – известность обеспечена.

– Не понимаю, почему ты хочешь продавать свои работы только в одном магазине. Ты же можешь продавать их в отеле твоего дедушки в сувенирном магазине.

– Дедушка не очень одобряет мою работу, – вздохнула она грустно.

– Понятно.

– Он старомоден. Он считает, что женщина должна сидеть дома и воспитывать детей. Хотя в его оправдание могу сказать, что он также волновался, что мои украшения не будут пользоваться спросом, и я расстроюсь.

– Уверен, этого не случится. Твои работы просто великолепны! – прошептал Шон.

– Я ненавижу повторять слово «спасибо», но…

– Теперь, когда мы поженились и ты получишь наследство, – сменил он тему, – что планируешь делать? Покинешь остров и переберешься в мегаполис, чтобы посвящать своей работе все свободное время?

– Нет. Я не хочу уезжать. Это мой дом. Да и потом, это единственное место в мире, где можно достать тезорский топаз.

– Получается, наследство тебе нужно, чтобы реализовать свою мечту и делать то, что тебе хочется?

– Точно.

– Тогда мы не зря поженились. Это того стоило.

– Да. – Что-то внутри ее перевернулось, когда он направился к ней.

Подойдя к ней, он взял ее руку и, указывая на ожог, сказал:

– Дай я поцелую, и все пройдет.

В его глазах она видела уже нечто большее, чем страсть. Она подумала, что им не нужно больше заниматься любовью. Тело ее немного успокоилось, и она чувствовала себя счастливой. Хотя в глубине души она все еще его хотела, и внезапно ей стало страшно, что это чувство не пройдет со временем. Через пару недель они разведутся. Она получит наследство, откроет бизнес и станет независимой. Так почему же ей от этой мысли становится одиноко?

Шон обнял ее за талию и крепко прижал к себе. Она решила не думать о будущем, а жить сегодняшним днем.

* * *

Обед с дедушкой проходил хорошо.

Конечно, Шону приходилось периодически отрывать взгляд от Мелинды, чтобы хоть как-то сконцентрироваться на том, что говорил Вольтер. Но по довольной улыбке старика он понял, что тот понимает его чувства.

Жалко, что он не знает, что происходит между ними на самом деле. Не знает, что этот брак – фиктивный.

Видно было, что старик рад за внучку, а Шону было немного стыдно, что они ему лгут. Он старался об этом не думать, убеждая себя в том, что, раз он уже ввязался во все это, назад пути нет.

Он бросил быстрый взгляд на Мелинду и почувствовал, как внизу живота потеплело. Он сразу же вспомнил тот прекрасный день, когда они занимались любовью в океане. Вокруг ни души – только они и природа. Ему сразу же захотелось перекинуть ее через плечо и потащить к ближайшей кровати.

– Что вы думаете о лодке? – внезапно спросил Вольтер.

– Она прекрасна. Я уже и не припомню, когда в последний раз так хорошо проводил время на воде, – сказал он, делая глоток кофе.

Мелинда покраснела. При свете свечей она выглядела потрясающе. Шон улыбнулся, видя ее смущение.

– Очень рад. Я теперь редко на ней выхожу в море. Так что теперь она в вашем распоряжении.

– Спасибо. Она как раз мне скоро понадобится.

– В любое время, – ответил Вольтер.

Мелинда сделала большой глоток вина. Улыбаясь, Шон сказал:

– На днях я разговаривал с братьями. Грузовое судно будет здесь уже на следующей неделе. Так что скоро мы приступим к строительству.

– Прекрасно. Многие жители Тезоро ждут этого с нетерпением.

– А вы, Вольтер? Что вы думаете по этому поводу?

Старик глубоко вздохнул и задумался. Потом, улыбаясь, сказал:

– Я тоже этого жду. Перемены – вещь хорошая. Помогают оставаться молодым и не терять интерес к жизни.

– Ты навсегда останешься молодым, дедушка, – сказала Мелинда и сжала руку старика.

– Ты только посмотри на нее. – Он подмигнул Шону. – Всегда находит нужные слова. – Он поцеловал ее руку. И, заметив шрам, сказал: – Ты опять была неосторожна, Корасон?

– Корасон? – спросил Шон. – По-моему, так называется ваша яхта.

– Верно. Это означает «сердце» по-испански. А Мелинда – мое сердце. И когда она бывает неосторожна, то беспокоит меня.

– Меня тоже, – сказал Шон.

– Она показала тебе свою мастерскую?

– Да, она делает просто невероятные вещи.

– Соглашусь, это хорошее хобби.

Несмотря на то что Вольтер безумно любил свою внучку, он не понимал ни ее, ни ее увлечений. Мелинде было обидно, что он воспринимает любимое дело всей ее жизни как хобби.

– Ах да. Пока я не забыл, хочу сказать тебе, Шон, что подыскал для твоих рабочих отель неподалеку. Он, конечно, небольшой, но я уверен, что им будет в нем комфортно.

– Я ценю это, – ответил Шон. – Мелинда сказала, вы хотели на этом месте построить дом.

– Хотел, – ответил он и, откинувшись в кресле, сделал глоток кофе. – Но когда я потерял жену и родителей Мелинды, я решил остаться жить в отеле. Мужчине, который воспитывает ребенка, безусловно нужна помощь. Мелинда росла тут как принцесса. Все ее любили и заботились о ней, – сказал он, улыбаясь.

– Это видно.

Вольтер гордо посмотрел на Шона:

– Я рад, что ты это замечаешь.

«Он, кажется, все понимает», – подумал Шон.

Его начало настораживать то, что он, желая соблазнить Мелинду, сам же и попал в свою ловушку. Шон подумал, что ему нужно срочно что-то делать, иначе им обоим будет несладко, когда настанет время разводиться.

– Ой, хватит уже про меня всякие истории рассказывать, – сказала Мелинда и встала, – я пошла наверх, а вы, двое, ведите себя хорошо.

– Ты выглядишь усталой. Наверное, перегрелась, – сказал дедушка.

Она незаметно подмигнула Шону:

– Да, скорее всего, перегрелась.

Шон посмотрел ей вслед, а Вольтер сказал:

– Она красавица, правда?

– Еще какая. Кстати, Вольтер, она же не знает, что у вас проблемы с отелем?

Старик постучал пальцами по столу, бросил на Шона долгий взгляд и, наконец, сказал:

– А вы умный, Шон. Как вы догадались?

– Всего лишь внимание к деталям – облупленная краска, старенькие шторы, в баре недостаточно персонала, а в ресторане подают только ланч и обед. Такого рода мелочи указывают на то, что в бизнесе не все гладко.

– Ты прав, – печально сказал он, кивая. – Но хочу ответить на предыдущий вопрос: нет, Мелинда не знает. И я надеюсь, это останется между нами.

Шон этого не понимал. Слишком уж много в этой семье секретов: Мелинда не говорила деду про сделку, он не говорит, что у него проблемы с деньгами. В семье Кинг, напротив, нельзя было ни от кого ничего скрыть. Единственное, что ему удалось утаить от братьев, – свою первую свадьбу. И вдруг его осенило: почему он так не хотел говорить им об этом? Боялся, что они его не поймут? Боялся унижения? Ведь это довольно глупо – что-то скрывать от семьи. Тем более его семьи.

– Я, наверное, лезу не в свое дело, – начал Шон, – но, по-моему, врать ей тоже не самое лучшее решение.

– Скоро нам не придется ей врать. Вы купите у нас землю, и я смогу сделать ремонт в отеле. Так что она даже ни о чем не догадается. Не могу же я позволить вашей семье отобрать у нас всех клиентов, – с хитрой улыбкой сказал старик.

– Я думал, вы собираетесь уходить на пенсию.

Шон был очень удивлен, что Вольтер хочет конкурировать с семьей Кинг в борьбе за клиентов.

– На пенсию? – удивленно спросил старик. – Нет уж, на пенсию уходят только старики. Да и потом, что я буду делать целыми днями? Мелинда скоро получит мой бизнес, я займусь ремонтом отеля – и все будут счастливы.

Шон делал вид, что слушал Вольтера, на самом же деле он мысленно был наверху с Мелиндой. Последние пару недель они прекрасно проводили время вместе. А сегодняшний день был просто… удивительно прекрасным. Но у их брака был срок годности, и он уже стремительно подходил к концу. Шон теперь уже не мог представить, что он будет делать, когда все это закончится, ему ведь все равно придется проводить на этом острове много времени из-за строительства. При встрече им лишь придется ограничиваться улыбкой. Интересно, сможет ли он скрывать от нее, что он все еще ее хочет? Она начинала нравиться ему не только как женщина, но и как личность. А это совсем не входило в его планы. Он был чужим на этом острове. Вся его жизнь была в Калифорнии. Он знал, что этот крошечный остров никогда не сможет стать его домом. И точно знал, что Мелинда – не женщина всей его жизни. Но все же…

С каждым днем все становилось только сложнее и запутаннее. Его братья были правы, что ему не надо было ввязываться во все это. Потому что сейчас, будучи уже в этой игре, он не был уверен, хочет ли он выходить из нее.

Глава 10

Лифт вез Шона в пентхаус. Мысли в голове путались, но он знал, что единственное, чего он больше всего хочет сейчас, – это увидеть Мелинду. Проводить с ней как можно больше времени. Ему так захотелось, наконец, поспать в кровати с Мелиндой, а не на этом крошечном диванчике. Сегодня был очень напряженный и насыщенный день, и он должен был очень вымотаться. Напротив, с Мелиндой он чувствовал себя живым и полным сил. Будь он умен – он бы стал избегать встреч с ней. Он же безумно хотел прикоснуться к ней, обнять ее.

Открыв дверь, он услышал ее плач. Его охватила паника. Сердце бешено колотилось у него в груди от этой печальной картины: Мелинда сидит в темноте на полу, прижав ноги к груди, смотрит на фотографию и плачет. Все внутри его сжалось, ему сразу же захотелось ее утешить. Ее слезы причиняли ему острую боль. В считаные доли секунды Шон превратился из красавца ловеласа в любящего защитника, готового найти и растерзать того, кто причинил ей боль.

Он забежал в комнату, опустился на одно колено перед ней и сказал:

– Мелинда, что случилось?

Она покачала головой, слезы продолжали капать из ее красивых глаз. Он обхватил ладонями ее лицо и спросил:

– Скажи мне, что случилось.

– Я не должна этого говорить, – сказала она, захлебываясь слезами, – я не хотела, чтобы это случилось, но я это сделала, а сейчас…

– О чем ты говоришь?

Шон посмотрел на фотографию, которую она крепко сжала в руке. С нее на него смотрел улыбающийся красивый мужчина, и Шон понял, в чем дело. Это, без сомнения, был Стивен.

Раздраженный тем, что он не может никак повлиять на ситуацию, он прошептал сквозь зубы:

– Перестань же ты себя уже мучить, Мелинда!

– Как я могу перестать… – В ее голосе было столько печали, что Шон не мог этого выносить. – Мы собирались пожениться, я его любила, а сегодня я…

– Мелинда!

– Нет, – покачала она головой, злясь на себя, – я предала его. Дело тут даже не в сексе, а в том, что мне это понравилось.

Он снова захотел во что бы то ни стало успокоить ее. Шон уже жалел, что причинил ей столько боли, ведь это он втянул ее во все это. Чувство вины – не самое приятное чувство. А оно ему было известно не понаслышке. Но сейчас речь шла не о нем, а о ней. Если бы он только знал, как он будет сожалеть…

– Все в порядке, Мелинда. Ты же живой человек, в конце концов, – мягко сказал он.

– Ты не понимаешь, – грустно сказала она.

– Ошибаешься, я тебя прекрасно понимаю. Мне хорошо известно, что такое чувство вины, – сказал он, обнимая ее.

Мелинда сначала сопротивлялась, но потом все-таки прижалась к нему.

– Оно постепенно разрушает тебя, Мелинда. Разве тебе это надо?

Она посмотрела на него и прошептала:

– Расскажи мне.

Сперва он не хотел этого делать, но потом понял – ему самому нужно высказаться. Про это никто не знал, кроме его отца.

– Ты помнишь, я говорил про то, что до шестнадцати лет жил в Лас-Вегасе?

Она кивнула.

– Так вот, в этом возрасте я уже был достаточно силен и крепок, чтобы побить своего мерзавца отчима. Бывало, он обижал маму, она его выставляла за дверь, но потом прощала, и все начиналось заново. А я никак не мог на это повлиять. – Он напрягся, картины прошлого всплыли у него в памяти.

Мелинда взяла его за руку, а он крепче обнял ее.

Как же он мечтал тогда побыстрее вырасти, чтобы хоть как-то заступиться за мать, защитить ее. И наконец этот день настал.

– Он ударил ее в день моего рождения, когда мне исполнилось шестнадцать. И я ответил ему. Он был удивлен не менее меня. До сих пор помню его глаза, наполненные яростью и страхом. Но, как большинству подонков, ему совершенно не нравилось, когда его били. Он умел лишь сам распускать руки. Эрик, мой отчим, лежал и пялился на меня так, словно у меня было две головы. Я был так горд собой, ожидал, что мама тоже будет гордиться мной.

– Что же случилось?

– Она опустилась на колени перед Эриком и крикнула мне, чтобы я убирался.

– Что?!

– Эрик отмахнулся от нее и, пошатываясь, направился к двери. Мама пошла за ним. А перед тем как уйти, сказала, что больше не хочет меня видеть.

– Она была не права, – сказала Мелинда и посмотрела на Шона.

В ее глазах было столько сочувствия, столько понимания. Шон это очень ценил.

– Это уже не важно, – ответил он, хотя ему все равно было очень больно вспоминать об этом. Даже сейчас, спустя много лет, он помнил выражение лица матери. Но никак не мог понять, что оно означало? Омерзение? Ненависть? Ярость? Он помнил синяки на ее лице, которые проступали даже сквозь макияж. Но, даже несмотря на это, она продолжала защищать этого ублюдка. – Она говорила мне: «Он меня любит, заботится обо мне. Ты не имеешь права. Ты как твой отец – сам не живешь и другим не даешь».

– Куда же ты поехал?

– Я позвонил отцу, он послал за мной самолет, и я стал жить у него.

– Слава богу, что у тебя такой хороший отец.

– Еще никто не говорил этого про Бена Кинга, – хихикнул Шон.

– Я это говорю. Твоя мать совершила ошибку.

– Возможно, но из-за того, что я сделал, я не смог больше ее видеть. А спустя несколько лет она умерла.

– Неужели Эрик…

– Нет. Погибла в автокатастрофе.

– Мне жаль, Шон. Но ты не должен чувствовать себя виноватым. Ты все сделал правильно.

Он увидел в ее глазах столько участия, что внутри его все перевернулось. Даже его братья не беспокоились за него так, как Мелинда. От этого на душе стало тепло, он чувствовал, что он потихоньку отпускает прошлое. Шон наконец-то ощутил себя свободным.

– А ты не волнуйся по поводу сегодняшнего дня. Нет ничего страшного в том, что ты наслаждаешься жизнью. – Он поцеловал ее в ладошку. – Правда. Поверь мне. Это только навредит тебе.

Мелинда взглянула на фотографию, которую все еще держала в руках. Шон был уверен в том, что ненавидит Стивена Хардести. И ни за что не позволит ей похоронить себя заживо из-за этого парня.

Он взял у нее фото и сказал:

– Стивена больше нет.

– Я знаю.

– Ты хочешь навсегда остаться несчастной?

– Нет.

– Тогда отпусти его. Будь со мной. – Он взял ее за подбородок и взглянул в ее заплаканные глаза. – Возможно, мы встретились, чтобы я как-то помог тебе забыться или утешиться. Я не причиню тебе боли, мне ничего не нужно от тебя. Мы оба это знаем, – сказал он, вытирая слезы с ее лица. – Наверное, тебе хочется побыть одной, я скоро уйду.

Возможно, ему не нужно было этого говорить. Мелинда нужна была ему больше, чем воздух. Но он также знал, что они не смогут быть вместе.

– Нет, мне было хорошо с тобой. Я пришла, сходила в душ и ждала, пока ты придешь, но вдруг увидела фотографию, и на меня обрушились все эти эмоции и воспоминания. Он умер, а я тут, с тобой. А расстроилась я оттого, что мне нравится быть с тобой. Неужели все это и вправду не имеет никакого значения?

– Ты неправильно поняла.

Шон убрал волосы с лица и обнял ее. Внутри его стало тепло от этого прикосновения. Это была не страсть, а нечто более глубокое и серьезное. Он не мог описать это чувство, да и не был уверен, надо ли это вообще делать.

– Тяжелый день, да?

– Ага. Ты устала?

– Нет, – покачав головой, сказала она.

– Рад слышать это, – улыбнулся он.

Когда он целовал ее, она таяла. Он прав, ей нужно научиться жить без чувства вины. Сейчас Мелинда чувствовала себя живой. Он касался губами ее губ, тела… Он доводил ее до исступления, лаская ее грудь. Все внутри ее напряглось, она жаждала оргазма, но он и не думал заканчивать. Шон продолжал мучить ее, она смотрела в потолок, с каждым разом удивляясь все больше и больше, как ему удавалось доставить ей такое удовольствие. Она не испытывала раньше ничего подобного.

Его руки исследовали каждый изгиб ее тела, губы отмечали поцелуем каждый сантиметр. Он двигался все ниже и ниже, потом немного приподнял ее бедра и придвинул к себе.

– Шон?

– Расслабься и получай удовольствие, – сказал он, касаясь губами ее клитора.

Она застонала, ей безумно нравилось ощущать прикосновение его языка. Он ласкал ее до тех пор, пока она не задрожала, выкрикивая его имя. Он быстро вошел в нее, и второй оргазм был еще ярче первого. Она обхватила ногами его спину и впускала его все глубже и глубже. Она посмотрела в его голубые глаза и там увидела осколки прежней боли и огоньки надежды. Их губы слились в страстном поцелуе.

Она почувствовала себя свободной и счастливой. Он смотрел на нее и улыбался.

«У него это получилось», – подумала Мелинда.

Он вернул ее к жизни, открыл ее сердце и разбудил ее тело. Их тела двигались в унисон все быстрее и быстрее. Она выкрикивала его имя все громче, пока волна наслаждения не охватила их обоих. Мелинда подумала, что Шон ей нравится гораздо больше, чем она предполагала. Но это точно не была любовь. Ей хотелось в это верить. В противном случае ее сердце снова будет разбито.

Два дня спустя Шон стоял в своем кабинете и смотрел в окно. Он не мог сконцентрироваться на работе, думал только о Мелинде и обо всей сложившейся ситуации, которая начинала выходить из-под контроля. Он планировал соблазнить ее, но в его планы уж точно не входило влюбляться в нее. Забавно, но когда-то давно он предупреждал своего брата Лукаса, что не стоит использовать Розу Клэнси, чтобы отомстить ее брату Дэйву, иначе это обернется против него. И так оно и вышло. Хотя потом все сложилось очень даже хорошо – они поженились и стали родителями очаровательного малыша.

«Другим-то мы можем советовать», – злился на себя Шон. Он думал, что прекрасно справится с этим, а сейчас чувствовал себя героем чертовой мыльной оперы.

Жениться по расчету на женщине, которая все еще любит своего покойного жениха… Абсурд! Тем не менее Шон чувствовал, что он все больше и больше запутывается в своих чувствах. Что это? Страсть? Любовь? От одной лишь этой мысли ему стало не по себе. Он больше не хотел испытывать боль, ему хватило первой свадьбы.

«Нет, это точно не любовь. Возможно, это симпатия», – подумал он.

Ему было ужасно неприятно признавать тот факт, что его братья были правы. Ему не стоило ввязываться в эту авантюру со свадьбой. С самого начала это была не лучшая идея. Дальше – хуже. Шон начинал испытывать к Мелинде если не любовь, то определенно какие-то теплые чувства. Он планировал уехать на какое-то время с острова, пока длится строительство. Но сейчас уже сомневался. Более того, ему даже не хотелось об этом думать. За две недели он успел привыкнуть к острову. Еще совсем недавно все это было ему незнакомо, он чувствовал себя чужим здесь. Он скучал по Лонг-Бич с его шумными улицами, толпами народа и мексиканскому ресторанчику на углу.

Но сейчас, глядя на кристально чистую воду, белоснежные пляжи и отсутствие машин, он проникался красотой этого места. С каждым днем он начинал все сильнее привязываться к этому острову… и к Мелинде. Хотя понимал, что не должен этого делать, ведь через пару недель ему предстоит уезжать. У него было столько вопросов, на которые он пытался найти ответы. Но тщетно – рождались только новые вопросы.

Зазвонил телефон. На экране высветилось имя – Гаррет. Шон улыбнулся.

– Шон, у меня для тебя кое-какие новости.

– Слушаю. Что такое?

– Я тут узнал, что Стивен Хардести был придурком.

От упоминания этого имени Шону стало неприятно.

– Неудивительно. Ты бы видел его фотографию. Человек с таким огромным количеством зубов не может быть славным малым.

– Это уж точно, – фыркнул Гаррет, – но вернемся к делу. Этот человек был мошенником. Он, пуская в ход все свое обаяние, соблазнял и обманывал богатых женщин, а потом исчезал. Несколько европейских полицейских отделений не прочь с ним поговорить.

– Интересно, особенно если учесть факт, что он мертв.

– Когда я сообщил им о его смерти, они были расстроены.

Он вспомнил, как Мелинда убивалась по этому человеку, коря себя, что она его предала.

– Так он вор, да?

– Да. Причем любопытно, что о его смерти стало известно сразу после того, как его уличили в растрате имущества.

– Растрате? – Шона как будто кипятком облили. – Чьих средств?

– Вольтера Стэнфорда.

Шон от ярости сжал телефон, и неудивительно, что треснул пластиковый корпус. Он уже понял, что этот Стивен украл все наследство Мелинды. Но неужели он ограбил еще и бедного старика? Неужели это из-за него у Вольтера большие проблемы с деньгами?

– Ты уверен?

– Да, этому даже есть доказательства.

– Это хорошо.

Шон сомневался, говорить ли обо всем этом Мелинде, но уж Вольтеру-то он точно собирался сказать. И хорошо, что тому есть доказательства.

– Видимо, этот мерзавец отделался малой кровью. Мелинда думает, что он погиб, и наверняка даже ни о чем не догадывается.

– Да уж.

Гаррет был так же расстроен, как и Шон.

– Спасибо, Гаррет, я ценю это.

– Не за что, брат. Звони, если что-то понадобится.

Повесив трубку, Шон обдумывал всю свалившуюся на него информацию. Получается, что, если бы Мелинде не стало известно о его смерти, она бы узнала, что он предал и обманул ее. Но все сложилось иначе, и она так и не узнала, что ее возлюбленный жених, из-за которого она терзалась чувством вины, – мошенник.

Стивен Хардести не достоин ни одной слезинки Мелинды. Шон швырнул телефон на стол и, подойдя к окну, распахнул его настежь. Морской воздух заполнил комнату. Шон не понимал, что ему теперь делать со свалившейся на него информацией. Сказать ли Мелинде? Если она верит ему – это разобьет ей сердце. Если нет – она подумает, что он хочет уничтожить память о Стивене.

Шон был уверен, что есть только один человек, который должен знать правду. Он вышел из кабинета, захлопнув за собой дверь.

Глава 11

Первый раз Вольтер Стэнфорд выглядел старым.

Шон, пытаясь подавить вспышки гнева, смотрел на старика, который сидел прямо перед ним. Вольтер уставился на свои руки так, словно обвинял их в беспомощности. Он покачал головой, тяжело вздохнул и с нотками сожаления в голосе сказал:

– Я знал о мошенничестве Стивена. Он пробыл здесь чуть больше года. И за это время он успел создать себе уютное гнездышко за мой счет.

– Так вот почему ваши финансовые дела идут сейчас так плохо…

– Не только поэтому. Я сделал несколько сомнительных инвестиций, из-за которых мне пришлось открыть остров для туристов. Поэтому Стивен виноват в этом лишь отчасти. Он, наверное, почуял, что я собирался упечь его за решетку, потому что некоторое время спустя я узнал, что его убили, когда он ехал в бухту.

– И вы не сказали об этом Мелинде…

– Я никогда не посвящаю Мелинду в свои дела. И она не в курсе предательства Стивена. Я думаю, ей лучше не знать.

– Почему? Черт возьми, Вольтер! Мелинда умная и взрослая женщина, с ней не нужно обращаться как с ребенком, – начал выходить из себя Шон.

– Ты думаешь, я этого не знаю? – начал сердиться старик. – Думаешь, мне приятно видеть, как она убивается по этому подонку? – прошептал он, вставая с кресла.

– В таком случае зачем вы это делаете? Почему не хотите ей обо всем рассказать?

– Она будет страдать из-за предательства этого сукиного сына.

– А если я ей скажу о том, что он никогда на самом деле не любил ее и был с ней только из-за денег, вы думаете, ей будет от этого легче?

– Я не могу однозначно ответить на этот вопрос! – вспылил Вольтер. – Если я не скажу ей – она будет мучиться, а если скажу – это разобьет ей сердце. Как бы вы поступили, будь вы на моем месте?

Шон прекрасно понимал чувства Вольтера. После звонка Гаррета он очень долго думал об этом.

Но, вспоминая Мелинду, которая оплакивала этого мошенника, он приходил в бешенство. С другой стороны, он не мог спорить со стариком, который пытался защитить свою семью. Неужели Шон сам не делал того же, чтобы защитить когда-то свою мать?

– Ты бы мог сказать ей об этом, глядя в глаза? – спросил Вольтер.

Он хотел ответить «нет», но, подумав, понял, что не смог бы этого сделать. Шон не хотел причинять ей боль.

– Нет.

Два дня спустя должны были приехать братья Шона, чтобы проверить, как идут дела со строительством. А заодно и познакомиться с Мелиндой. Она заметно нервничала.

– Расслабься, – сказал Шон, когда они ждали их на пристани, – тебе они понравятся.

– Они ведь знают о нашей сделке?

– Да, они в курсе. Но, поверь, они не придают этому большого значения. Ты им точно понравишься.

– Расскажи мне еще что-нибудь о них.

Шон улыбнулся и обнял ее:

– Рейф женат на Кейси.

– О да! Королева печенья!

– Точно. А Роза – жена Лукаса.

– Помню, помню. Она очень вкусно готовит.

Мелинда столько всего уже знала о его братьях и их женах. Судя по рассказам, у Мелинды складывалось впечатление, что они успешны, прекрасны и… счастливы в браке.

– А я женился на актрисе, – сказал Шон, целуя ее в затылок.

Он сказал это так, словно они действительно были по-настоящему женаты. Мелинда замечталась, а что, если бы они на самом деле бы поженились…

Она взглянула на этого красавчика. Развевающиеся волосы, белоснежная и очаровательная улыбка… Не мужчина, а мечта. И вдруг, как гром среди ясного неба, ее осенило – она любит Шона Кинга!

Мелинда уж было подумала, что сейчас ее опять будет душить чувство вины, но – нет. Неужели она наконец-то отпустила Стивена? Неужели она влюбилась в человека, с которым ей скоро придется расстаться?

– Эй, ты в порядке? – спросил Шон, снимая очки. – Ты как-то побледнела.

«Неудивительно», – подумала она и, натянув улыбку, сказала:

– Нет, я в порядке. Просто нервничаю немного.

– Нервничаешь? – Он обнял ее и поцеловал. – Не бойся, все будет хорошо, вот увидишь! Покажем им отель, потом пойдем в ресторан, посидим там немного, и они уедут.

– Ага, обратно в Калифорнию, – сказала она, думая о том, что скоро и Шон уедет домой. А она останется здесь, на Тезоро. Одна.

– А вот и они!

Мелинда увидела приближающийся корабль.

* * *

– Я тебя умоляю, – сказала Кейси, – моя кухня была идеальна! Я заплатила тебе, чтобы ты ее немножко модернизировал. А ты что сделал? – Не дожидаясь ответа, она повернулась к Мелинде и сказала: – Стоило нам только пожениться, как он решил переделать весь дом! Даже сломал одну стену!

– Зато стало просторнее, – усмехнулся Рейф.

– Я же тебе говорил, что все будет хорошо, – прошептал Шон Мелинде.

– А еще у нас появился домашний кинотеатр, – похвастался Рейф.

– О нет! Только не говори, что теперь нам придется смотреть твою любимую фантастику на большом экране!

– Не мою любимую, а его, – сказал Лукас, указывая на новорожденного сына.

Мелинда наблюдала за ними, сидя за столом. Семья Кинг оказалась такой шумной, так что разговор не прекращался ни на секунду. Она завидовала их дружной семье, в которой царила гармония, любовь и счастье. Ей очень понравились Кейси и Роза. Она не была готова к такому радушному приему.

– Ух ты, – сказала Кейси, поднимая левую руку Мелинды, – потрясающее кольцо! – Она подмигнула Шону. – Где ты его купил? Кажется, нам с Розой срочно нужно пройтись по магазинам.

– Определенно, – сказал он, обнимая Мелинду. – Моя талантливая жена его сделала.

– Она сделала себе обручальное кольцо? – удивленно спросила Роза.

– О, я смотрю, кто-то решил сэкономить, – хихикнул Рейф.

– Очень смешно, – ответил Шон, – нет. Я его купил в городе в ювелирной лавке, а потом оказалось, что Мелинда сама придумала дизайн, а потом и воплотила его.

– Чудесно! А у тебя есть еще такие? – спросила Роза.

– Конечно есть, – радостно ответила Мелинда. – В отеле как раз находится моя мастерская.

– Как здорово! Я надеюсь, мы, как члены семьи, можем в любое время прийти туда и поглазеть на бриллиантики? – оживленно спросила Кейси.

– Конечно. Можем хоть сейчас пойти, если хотите.

– Ты еще спрашиваешь, – сказала Роза, забирая сына из рук отца.

– А зачем туда идет мой сын, можно поинтересоваться? – смеясь, спросил Лукас.

– Я думаю, ему уже пора учиться делать покупки, – сказала Роза, целуя мужа.

Кейси поцеловала Рейфа. Мелинда уже стояла в дверях, как Шон подошел к ней и нежно поцеловал ее в щечку. Она немного смутилась, но ей было очень приятно. Он сделал это так легко и непринужденно, как и его братья целовали своих жен.

– Ну, – спросил Рейф, когда женщины ушли, – что происходит?

– Я не понимаю, что ты имеешь в виду, – ответил Шон.

– Да ладно, все ты понимаешь, – делая глоток пива, сказал Лукас.

– Ты нам говорил, что вся эта свадьба – лишь часть сделки. А сейчас мы видим, что ты весь светишься в компании своей новой жены.

– И… – начал Шон, не зная, что ответить.

– Это совершенно не похоже на фиктивный брак.

– Я делаю это исключительно для работы, – буркнул Шон.

Они с Мелиндой заключили сделку, и он не отступит от своего обещания ни при каких условиях. Кроме того, он уже был женат и знал, что это такое. Возможно, в этот раз все сложилось так гладко только потому, что они знали – скоро все закончится. Никакого давления, никаких обещаний.

– Это бизнес и ничего более, – повторил он.

– Ага, – хмыкнул Лукас, – я вижу.

– Я не просил тебя высказываться по этому поводу, – огрызнулся Шон.

– Не обращай на него внимания, – успокаивал его Рейф. – Скажи мне, что происходит. Я вижу, ваш брак перерос в нечто большее, чем просто расчет.

Шон сделал глубокий вздох. Не было причин, чтобы не рассказать братьям о своих переживаниях. С одной стороны, он считал, что нехорошо говорить им обо всем, что происходит между ним и Мелиндой. С другой стороны, он знал, что всегда может рассчитывать на свою семью. А вдруг после душевного разговора ему удастся, наконец, разобраться в своих чувствах?

– Ладно, ситуация действительно вышла из-под контроля. Я не готов бросить ее, хотя и должен, – сказал Шон, сдирая этикетку с банки пива.

– Ты попал, брат! Сдавайся, – сказал Лукас, хлопая его по плечу.

– Нет, вы меня не понимаете, я не создан для семейной жизни. Я уже был женат однажды и понял – это не мое.

– Что? – одновременно спросили Лукас и Рейф. – О чем это ты?

– Я уже был женат. Просто не говорил вам.

– Почему?

– Потому что я чувствовал себя полным идиотом. Зачем мне говорить вам, что я позволил женщине… – Шон замолчал и опустил голову.

– Продолжай, – настаивал Рейф.

– Ее звали Трейси. Мы познакомились на первом курсе в колледже. Потом встречались какое-то время и расстались. Спустя восемь месяцев после этого она пришла ко мне и сказала, что беременна. Говорила, что не хотела меня беспокоить, но была очень напугана, поэтому и пришла.

– Черт возьми, – пробормотал Рейф.

– Да уж. Я не хотел поступать так, как поступал наш отец. Поэтому и женился.

– И?

– Малышу не было и двух недель, как Трейси сказала, что я не его отец. Она ошиблась. И ушла. С тех пор ни ее, ни ребенка я не видел.

– Дело дрянь.

– Тебе нужно было нам сказать, – спокойно сказал Рейф.

Шон покачал головой:

– Ни одному мужчине не нравится выставлять себя дураком.

– Ты был бы дураком лишь в том случае, если бы не извлек урока из этого, – продолжил Рейф.

– Из этой ситуации извлек только одно – брак не для меня.

– Какой же ты идиот!

– Эй!

– Заткнись, Лукас, – сказал Рейф, не сводя глаз с Шона. – Урок заключался в том, чтобы научиться доверять себе и своему сердцу. Ты не хотел жениться на Трейси – и бросил ее.

– Да, но…

– Никаких но. Ты не испытывал к ней ничего, кроме чувства долга. Видно, что у тебя действительно есть какие-то чувства к Мелинде, а ты при этом еще собираешься ее бросить… Если ты это сделаешь, то будешь самым глупым человеком на земле.

Шон внимательно слушал своего брата. Ему не хотелось признаваться себе в том, что Рейф прав. Долгие годы вся эта история с первой женитьбой терзала и злила его. И только сейчас он понял, что уже ничего не чувствует. Неужели причиной тому Мелинда? Она овладела его сердцем. И он не знал, что ему делать дальше.

Кейси и Роза накупили целую кучу украшений: серьги, кольца, браслеты и цепочки. В мастерской они чуть не передрались между собой, споря, кому что достанется. Это очень развеселило Мелинду. Она была счастлива от того, что они оценили ее работу. Раньше у нее никогда не было возможности посмотреть, как люди реагируют на ее украшения. Она знала, что ее работы хорошо продаются в магазине Джеймса, но сейчас она собственными глазами убедилась в том, что на самом деле делает отличные вещи. Украшения были настолько хороши, что Кейси и Роза скупили почти всю коллекцию.

– Ты очень талантливая, – сказала Кейси, разглядывая браслет, украшенный тезорским топазом.

– Это точно, – подтвердила Роза, – я знаю женщин у нас в Калифорнии, которые были бы готовы отдать целое состояние за твои украшения.

В Калифорнии, где дом Шона. Далеко от Тезоро и Мелинды. Боль пронзила ее сердце. Она была настолько невыносимой, что Мелинда даже потерла кулаком грудь, но это не помогло. Господи, когда ситуация успела выйти из-под контроля? Она позволила себе открыться ему, хотеть его и любить. Теперь уже не было пути назад. Она впустила Шона в свое сердце, как когда-то она впустила и Стивена. Стивен… Она лишь на секунду задумалась о человеке, которому она обещала вечную любовь. Удивительно, как быстро она вернулась к жизни после его смерти. Чувство вины снова начало душить ее, но Мелинда не могла больше продолжать обманывать себя. Она любила Шона гораздо больше, чем Стивена. Она даже не знала, что способна на такое чувство. Шон был прав – жизнь продолжается.

Но что Шон подумает, если узнает, что она влюбилась в него и нарушила условия их договора? Будет ли он смеяться над ней? Уедет ли в Калифорнию? Запаникует?

– Ты любишь его, да?

– Кого? – Мелинда вздрогнула и посмотрела на Кейси.

– Шона. Ты влюбилась в него.

Мелинда выдавила из себя смех и, убирая украшения, сказала:

– Что за чушь!

– Она абсолютно права, – поддержала ее Роза. – На твоем лице все написано, дорогуша.

Мелинда в растерянности переводила взгляд то на одну, то на другую.

– Я не должна влюбляться в него. Вы же знаете… про нашу сделку.

– Да, Лукас и Рейф сказали нам.

– Но условия этой сделки ведь изменились, да? – спросила Кейси, качая на руках Дэнни.

Мелинда, конечно, могла соврать, но это ей не очень хорошо удавалось. К тому же она видела – нет никаких причин, чтобы лгать этим женщинам. Они легко бы раскусили ее.

– Изменились. Во всяком случае, для меня.

– Послушай, – спокойно сказала Кейси. – Мужчины из семьи Кинг, конечно, не подарок. Но поверь, они стоят того.

– Согласна, – сказала Роза.

– Да, но вы же сами приняли решение, бороться за них или нет. К тому же завоевать сердце Шона не очень-то и просто.

– Я всегда замечала в нем эту некоторую отчужденность. Какой же он все-таки хороший, – улыбаясь, сказала Роза.

– Я понимаю, о чем ты говоришь. С одной стороны, он всегда весел и остроумен, а с другой – всегда какой-то задумчивый, – подхватила Кейси.

Мелинда внимательно слушала и думала о том, что ей рассказывал о своей жизни Шон. О матери, которая не ценила его. О том, как он чувствовал себя никому не нужным и потерянным. Неудивительно, что в его глазах отражалась боль и одиночество. Но это не значит…

– Мелинда, ты нужна ему, – как будто прочитала ее мысли Кейси. – Ты любишь его, а ему это сейчас просто необходимо.

– К тому же, – добавила Роза, – мы, жены наших мужчин Кинг, должны держаться вместе.

– Аминь, – засмеялась Кейси. – Я, конечно, безумно люблю Рейфа, но мужчины из этой семейки – самые упрямые и важные люди на планете.

– Но хоть они и упрямые, с ними можно договориться. И поверь, нет лучшего мужа, чем один из семьи Кинг.

– Вам не обязательно убеждать меня. Я и сама уже в этом убедилась. Но у нас другая ситуация. Мы женились по расчету.

– Ты же сама недавно сказала, что все меняется, – напомнила ей Кейси.

Должна ли она пойти против правил? Простит ли она себе, если все же упустит его?

Глава 12

Спустя несколько дней семьи Кинг уехали. На смену им прибыло грузовое судно со всеми необходимыми материалами для строительства. Рабочие должны были прилететь в течение недели. Время бежало так стремительно, что у Мелинды уже начала кружиться голова. Если она не убедит Шона остаться – он скоро уедет.

Она наблюдала за ним во время работы. Как только прибыли строители, тут же закипела работа. Томин с сыновьями наметили фундамент будущего отеля. Теперь Мелинда могла представить, каким огромным он будет. Чтобы как-то отвлечься от грустных мыслей, она спросила Шона:

– О чем вы сегодня с утра с Рейфом спорили?

– Что? – Он остановился и посмотрел на нее.

– Я видела, как вы о чем-то спорили, перед тем как они уехали.

– Ни о чем, просто мой брат, как обычно, сует нос не в свои дела.

– У тебя замечательная семья. Здорово работать вместе с людьми, которые заботятся о тебе и любят тебя.

– Не скажи, – хмыкнул он.

Она заметила, что с тех пор, как уехала его семья, он изменился.

– Что происходит, Шон? Ты какой-то напряженный.

– Все в порядке. Просто задумался.

– О чем?

– О многом. Сейчас, например, о моем назойливом братце.

– Что же он тебе такого сказал? – улыбнулась Мелинда.

– О, что он мне только не говорил! Как давать советы – он первый. А сам хоть бы раз прислушался к моим словам!

– Не хочешь мне рассказать об этом?

– Это вопрос? – раздраженно засмеялся он. – Мне теперь надо тебе все рассказывать?

– Я просто спросила, – обиженно ответила она.

Шон посмотрел на нее, как бы раздумывая, говорить ей или нет. Она не могла прочитать его мысли.

– Я не люблю секреты.

– И я.

– Да, – прошептал он, – это мы еще посмотрим.

Он рассказал ей о своей первой свадьбе. Мелинде было жаль, что с ним так поступили. Она чувствовала боль в его голосе.

– Мне очень жаль, – сказала она, когда он закончил.

Шон нагнулся, взял камушек с земли и швырнул его в кусты. После этого он подошел к ней. Взгляд его был тревожным и печальным. Мелинда обняла его, но он напрягся сначала еще больше, и это ранило ее. Но потом он расслабился, прижал ее к себе и положил подбородок на ее голову.

– Мне жаль, что она так поступила с тобой.

– Это было давно.

– Не могу поверить, что ты не смог распознать ее ложь.

– Она очень умело это скрывала.

– Не могу с тобой поспорить. К счастью, мне еще никогда не приходилось сталкиваться с такими людьми.

– Ох, Мелинда, Мелинда, если бы ты только знала…

– Что?

– Ничего. Не обращай внимания.

По нему было видно, что он еле сдерживался, чтобы не проболтаться ей.

– Нет уж. – Она взяла его за руку. – Если хочешь что-то мне сказать – говори.

– В этом нет необходимости.

– О чем это ты?

Он сделал шаг назад и засунул руки в карманы.

– Мелинда, я не в настроении. Давай не сейчас.

– Нет, – ответила она, – говори, я же вижу, что что-то гложет тебя весь день.

Он, немного подумав, ответил:

– Ну ладно. Ты сказала, что предпочитаешь знать правду, какой бы она ни была?

– Да. – В ее голове начали вертеться тревожные мысли, но она отогнала их.

– Сама напросилась. Тебе уже приходилось сталкиваться со лжецами, как и мне. Ты просто этого не заметила. Твой возлюбленный жених Стивен оказался мошенником и обокрал твоего дедушку.

– Что? – Она была настолько шокирована, что еле удержалась на ногах.

– Да. Стивен обокрал таким образом многих богатых женщин.

– Ты лжешь, – прошептала она. Ей было тяжело дышать, холод сжал ее сердце.

– Я не лгу. Я узнал об этом несколько дней назад, просто не говорил тебе.

– Как? Почему?

– Я попросил моего двоюродного брата навести справки по поводу Стивена.

Шон пожалел, что послушал Рейфа, который посоветовал ему все ей рассказать. Он говорил, что, узнав правду, Мелинда может изменить свое мнение об их фиктивном браке и задуматься о том, что ей не стоит упускать его, Шона. Ему было невыносимо сейчас смотреть на то, как она мучается. Да и потом, почему она должна была хотеть остаться с человеком, который разрушил ее спокойную жизнь? Рейф, конечно, предлагал ему несколько другой план: сначала сказать ей о Стивене, а потом – признаться в любви. Но Шон не знал, что ему делать. Только что он разрушил то, во что девушка, которую он любил, верила все это время.

– Это ложь! Стивен не мог так поступить с дедушкой!

– Черт возьми, Мелинда! Смотри правде в глаза! Он был лжецом и мошенником. Стивен обокрал твоего дедушку и планировал сделать то же самое с тобой! Между прочим, его должны были арестовать в тот самый день, когда он умер.

Одна-единственная слезинка покатилась по щеке. Она не смахнула ее.

– Дедушка знает?

– Да.

– Он никогда не говорил…

– Он не хотел причинять тебе боль.

– Так, значит, он тоже мне лгал?

– Чтобы защитить тебя… – прошептал он, жалея, что не может вернуть свои слова назад.

Но что сделано – то сделано. Скоро приедут строители, Мелинда получит наследство… А Шону еще очень долгое время придется жить с этим чувством.

– Не надо было тебе говорить, – злясь на себя, сказал он.

– Ты расстроен?

– Да.

– Потому что я выгляжу беззащитной?

– Ну да.

– Я не ребенок, Шон, и я не виновата, что вы с дедушкой не понимаете этого. Я в состоянии выслушать правду, какой бы горькой она ни была. – Она подошла к нему вплотную, ткнула пальцем в грудь и сказала: – Сегодня я узнала от тебя, что все мне лгут: дедушка, Стивен, ты…

– Не надо сравнивать нас с этим сукиным сыном, который обокрал тебя. Мы же…

– Только лгали мне, – закончила она. – Не важно, что он сделал. Господи, Шон! Разве ты не понимаешь? И как меня только угораздило влюбиться в тебя!

– Что? – Он сначала не поверил своим ушам. Неужели она действительно это сказала? В его душе затеплился огонек надежды, но минуту спустя погас.

– Ну или, по крайней мере, влюбилась в прежнего Шона. Ты мне солгал. Почему я теперь должна верить всему тому, что ты говорил?

– Потому что я никогда не лгал тебе! – Он схватил ее за плечи.

Он не сводил с нее глаз. В них отражались боль и ярость. Лукас прав. Ему нужно было всеми силами удержать женщину, которую он любил, но сейчас он совершенно не знал, что ему делать.

– Я больше никому не позволю себя обманывать. Все кончено, Шон. Мы оба получили все, что хотели. А теперь – прощай!

– Мелинда… – Боль пронзила его сердце.

– Не хочу с тобой разговаривать. Отвези меня назад в отель. – Она повернулась и пошла к машине.

Шон съехал из их номера, как только они приехали в отель. Мелинда даже не попрощалась с ним. Она бы не смогла этого вынести, поэтому решила пойти к дедушке, на которого сердилась гораздо меньше, чем на Шона. Она отчасти понимала, почему он так поступил. Она навсегда останется для него ребенком. Но Шон… Почему он ей сразу не сказал? Она имеет право знать, что человек, которого она так сильно любила, был совсем не тем, за кого себя выдавал.

Сейчас она стояла на могиле Стивена. Она пришла попрощаться, хотя в этом уже не было необходимости. Он был уже в прошлом. Мелинда и так потратила слишком много времени на человека, который этого не заслуживал.

– Я не злюсь на тебя, Стивен, – начала она. – Я больше злюсь на себя. Я так спешила любить и быть любимой, что придумала себе наши идеальные отношения. Ты видишь, я совсем не чувствовала по отношению к тебе того, что чувствую по отношению к Шону. Так что мы оба лгали. Ты не любил меня по-настоящему. И как оказалось, я тоже тебя не любила. – Теперь Мелинда знала, что такое любовь. – Я решила напоследок навестить тебя. Я уезжаю в Калифорнию. Я должна найти Шона и сказать ему, что я его люблю. Скажу ему, что тогда я просто разозлилась, но я никогда не переставала его любить. А еще я скажу, что хочу, чтобы он вернулся на Тезоро. Чтобы жить здесь счастливо, со мной. – После этих слов она развернулась и пошла прочь, не оглядываясь.

Перед ее отъездом в Калифорнию ей нужно было доделать кое-какие украшения для ювелирного магазина Джеймса. Она всеми силами старалась сконцентрироваться на работе и не думать о Шоне, но это было сложно.

– О, а это совсем не вовремя, – прошептала она, когда кто-то постучался в дверь.

Она нехотя оторвалась от работы, подошла к двери и увидела перед собой невысокого мужчину в элегантном костюме.

– Мелинда Кинг? – улыбаясь, спросил он.

– Да.

– Прекрасно. – Он вошел и направился к полупустой витрине, где лежало несколько украшений из той же коллекции, которую почти полностью раскупили Роза и Кейси. – Это восхитительно! Эти украшения даже лучше тех, что я видел в городе.

– Но кто вы?

– О, прошу прощения. – Он подошел к ней и протянул визитку, на которой было написано: «Фонтенот Файн джевелз». – Меня зовут Доминик Фонтенот, и я уверен, что с моей помощью вы станете очень богатой женщиной.

– Что? – Мелинда в растерянности смотрела то на него, то на визитку.

– Я говорил с вашим мужем, Шоном Кингом. Он рекомендовал мне приехать на остров, чтобы лично взглянуть на ваши работы. Честно говоря, я обычно не выезжаю так далеко в поисках новых мастеров. Но должен признаться, совершенно не жалею, что приехал. У вас талант, и я хочу сделать вам деловое предложение. Я уверен, вы далеко пойдете. Вот, например, эта подвеска, – сказал он, указывая на цепочку, которую Мелинда сделала для Кейси, – может стоить около двадцати тысяч долларов.

– Двадцать… что?

– Ваш муж так хвалил ваши работы, сразу видно, что он вас очень любит.

«Скорее, любил», – с грустью подумала Мелинда.

Шон, скорее всего, договорился об этой встрече перед тем, как уехал. Он верил в нее, в ее талант. От этой мысли ее сердце сжалось от боли. Он нашел способ, как воплотить ее мечты. Какой же она была дурой!

– Когда вы последний раз разговаривали с моим мужем?

– Около часа назад.

– Что? Где? Где вы его видели?

Мужчина удивленно посмотрел на нее:

– Как где – в его кабинете недалеко отсюда. А сейчас давайте вернемся к делу.

Так он все это время был здесь? Он не уезжал с острова? Он не бросил ее? Сердце бешено заколотилось, печаль сменилась радостью. Она с трудом могла дышать. Мелинда улыбнулась, а потом расхохоталась.

– Миссис Кинг? О, как же хорошо это звучит. Миссис Кинг, – все еще смеясь, сказала она.

– Мы вроде говорили о работе, – осторожно сказал ее гость.

– Простите, но это подождет. Я очень хочу обсудить с вами все детали, но сначала я должна поговорить с мужем. Я скоро вернусь! – Она обняла мужчину и выбежала из мастерской.

– Иди поговори с ней.

– Знаешь что, Рейф. Я уже однажды послушал твоего совета. Я поговорю с ней, когда придет время, – сказал Шон в трубку.

– Ты всегда был таким упрямым, – пробормотал Рейф.

– Как и ты.

Шон повесил трубку. Ему казалось, что он уехал от Мелинды три года назад, хотя на самом деле прошло всего три дня. Отель, куда должны были приехать строители, находился в пяти шагах от отеля Стэнфорда. А Шону казалось, что он на луне. Он безумно хотел увидеть Мелинду. Он скучал по ней. Она полностью завладела его сердцем, мыслями и душой. Без нее мир казался ему серым и скучным.

– Мистер Фонтенот сказал мне, что ты здесь.

От знакомого голоса мурашки побежали по телу Шона. Боже, как он хотел услышать ее голос! Он повернулся и увидел Мелинду. Она была прекрасна. Шон вновь почувствовал себя счастливым. На самом деле он надеялся, что она придет после разговора с Домиником.

– Ты не уехал.

– Конечно нет.

– Почему же тогда не дал мне знать об этом?

– Я хотел, чтобы ты немного остыла.

– Сколько ты еще здесь пробудешь?

– Не думаю, что долго. Если бы ты не пришла, я сам бы пришел к тебе сегодня вечером.

– А я собиралась уезжать в конце недели на Лонг-Бич, чтобы встретиться с тобой, – улыбаясь, сказала она.

– Правда?

– Да. Я думала, ты бросил меня.

Шон подошел к ней и, глядя ей в глаза, сказал:

– Мелинда, я люблю тебя. Я никогда тебя не брошу.

– Правда? – радостно спросила она.

– Конечно!

– Но ты же скучаешь по дому.

– Мой дом здесь, с тобой, – сказал он и обнял ее.

– Я так люблю тебя, Шон.

Он еще никогда не чувствовал себя таким счастливым.

– Я так по тебе скучал! Это были самые долгие три дня в моей жизни!

– Ты был тут все это время? Рядом со мной?

– Да, – ответил он, страстно целуя ее в шею, щеки, губы, – и поверь, это был ад.

– Я так рада. Я тоже очень сильно по тебе скучала, Шон. Мне очень жаль, что я была так груба с тобой. Я просто разозлилась на то, что ты хотел скрыть от меня правду, хоть и «для моего же блага».

– Я не хотел говорить тебе только по одной причине – я не хотел быть тем, кто причинит тебе боль.

– Я понимаю. Но давай договоримся – больше никаких секретов!

– Хорошо. – Он хитро улыбнулся. – Давай расставим все точки над «i»: я люблю тебя больше жизни и хочу немного продлить наш временный брак.

– Насколько ты хочешь его продлить? – лукаво спросила она.

– Думаю, навсегда.

– И все? – поддразнила она его.

– Навсегда и на два месяца, – ответил он, снимая с себя футболку, – такой ответ вас устраивает, мисс?

– Вполне. И раз уж мы решили теперь говорить друг другу только правду, ты должен знать, что я еще никого не любила в своей жизни так, как тебя. Поэтому я ни за что на свете не отпущу тебя.

– Кстати, я должен кое-что тебе показать.

Он подошел к столу, взял несколько чертежей и протянул ей.

– Что это?

Она взглянула в его глаза, внутри ее потеплело.

– Наш новый дом. Хватит нам уже жить в отеле. Роза немного научила меня готовить. А на случай, если никто из нас не захочет заморачиваться с готовкой, мы всегда можем нанять повара.

– Дом?

– Да. Я хочу построить его недалеко от той бухты, где мы в первый раз занялись любовью. – Указывая на одну сторону здания, он сказал: – Вот эта просторная и светлая комната – твой кабинет.

– Шон…

Она закрыла рот рукой и прошептала:

– Неужели ты сделал это для меня?

– Для нас.

– А как же Калифорния? Я думала, что ты захочешь туда вернуться.

– Я же уже сказал тебе, – улыбнулся он, – Тезоро теперь мой дом.

Слезы катились по ее лицу, но по ее улыбке он понял, как она счастлива.

– Я так сильно люблю тебя! Этот дом, мастерская… все это так прекрасно.

– Прекрасным этот дом будет, только если ты будешь его хозяйкой. А без тебя он будет пустым.

Она взяла его за руки, на душе у нее было так светло и радостно, что ей хотелось летать.

– Шон, я самая богатая, потому что у меня есть ты.

Он взял ее на руки и понес к кровати. Мелинда поняла, что наконец-то обрела свое счастье.

Content

Морин Чайлд
Ненастоящая невеста

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12