Алексей Толкачев

Глупая пластмасска

На станции Синелужинск стоянка была всего несколько минут. Терять время не стоило. Ира предъявила проводнице билет и поспешила занять место в купе. Вскоре поезд тронулся. Осталось позади старое здание вокзала с облупившейся штукатуркой, и за окном замелькали редкие кусты, придорожные столбики и огни семафоров. Железная дорога волшебно пахла новыми надеждами и романтическими приключениями. В стуке колёс звучала песня о бесконечности путей, о реках и мостах, о сказочных лесах и больших городах, на мерцающий свет которых съезжаются их завтрашние покорители.

Счастливо улыбаясь, Ира смотрела в сгущавшиеся сумерки. Завтра! Уже завтра днём она будет в Москве, в городе своей мечты. По правде сказать, резвая мечта не желала ограничиваться только Москвой. «Париж! Лондон! Амстердам! Венеция!» — сладко шептала мечта. Вот только существуют ли в действительности эти места? Да, они живут в кино и книгах, но это свидетели ненадёжные. Если принимать их всерьёз, то придётся поверить и в Атлантиду, Среднеземье, Зазеркалье… «Попридержи коней, — сказала Ира своей мечте. — Для начала нам с тобой достаточно будет Москвы».

Весь багаж девушки состоял из небольшого рюкзачка. Этот первый визит в столицу будет недолгим — в рюкзачке лежал обратный билет на воскресный вечерний поезд. Ира не страдала наивностью и понимала, что так вот, с бухты-барахты, серьёзные дела не решаются. Да, у неё была в Москве зацепка в смысле возможной работы… На всякий случай девушка развязала рюкзак и достала бумажку с контактным телефоном. Слава богу, на месте. Вот был бы номер, если б она забыла её дома! Но вряд ли окажется, что к работе надо приступать немедленно. Просто это будет первое знакомство и как результат, хотелось надеяться, договорённость о трудоустройстве. Лучше всего бы, на самый ближайший период, чтобы где-нибудь через месяц можно было перебраться в столицу уже по-серьёзному. Сейчас-то у Иры ещё не закончилась сессия, её последняя сессия в Синелужинском лесотехническом колледже. А дальше, осенью, — диплом. Который вполне можно будет писать и в Москве. Разумеется, она не собиралась становиться ни техником-лесоводом, ни работницей деревообрабатывающего цеха, но раз уж проучилась весь срок, глупо было бы не получить диплом.

В купе вошла проводница, принесла чай.

— Газеты, журналы московские интересуют?

Ещё как интересовали! Посмотрев на предлагаемый ассортимент прессы, Ира выбрала журнал с программой передач на текущую неделю и хроникой столичной светской жизни. Это была её тема! Более всего Иру заинтересовала статья о Марии Татаркиной — известной московской бизнесвумен. Публикация была проиллюстрирована красивыми фотографиями: Мария за столом директора собственной туристической фирмы, Мария на тренажёре в фитнес-центре (тоже её собственном). На церемонии вручения премий за благотворительность. Эффектная внешность, элегантные костюмы. «Вот он, образец столичного успеха, — подумала девушка. — Что ж, когда-нибудь и я…»

На следующий день, в субботу, в середине дня поезд прибыл на Казанский вокзал города Москвы. Ира вышла на перрон, и её увлек бурный людской поток. Оказавшись на Комсомольской площади, девушка залюбовалась зданием вокзала с резной белокаменной отделкой на кирпичном фоне стен. Фасад украшали часы со знаками зодиака на циферблате. Центральную башню венчал шпиль с фигурой золотого дракона. «Красота! — восхитилась Ира. — Париж с Лондоном могут подождать. И драконы, оказывается, есть не только в Среднеземье». Она неторопливо пошла вдоль здания, с любопытством разглядывая всё, что попадалось на пути. Заметив в одном из киосков карту Москвы, немедленно купила её. Совершенно необходимая вещь! Отлично, даже схема метро есть.

Что ж, прибытие в столицу успешно состоялось. Пора приступать к деловой части визита. Надо звонить, договариваться о встрече. Наверняка звонок совершить можно где-то прямо здесь, на вокзале. Но прежде, пожалуй, следует перекусить. Рано утром в поезде Ира позавтракала прихваченными из дома бутербродами. Но с тех пор прошло уже немало времени, и голод давал о себе знать. Надо найти какое-нибудь кафе. Обогнув здание вокзала, она пошла вперёд и вскоре оказалась на Новой Басманной улице. Там ей и встретилось кафе, вполне симпатичное на вид, с открытой верандой.

Ира села за столик, официант принёс меню. И вскоре девушка уже наслаждалась пиццей с грибами, запивая её апельсиновым соком. За трапезой Ира оглядывала других посетителей заведения. В целом москвичи выглядели обыкновенно. Невыразительные, чем-то озабоченные лица, скромная одежда. Нет, это совсем не та жизнь, которую она видела в статье про Марию Татаркину. Вот разве что та девушка… Неподалёку сидела зеленоглазая блондинка, по всей видимости натуральная. Примерно Ирина ровесница. Одета она была в простое белое платье (тоже ничего особенного), но во всём её облике, в каждом движении сквозило какое-то волшебное изящество. Черты лица и фигура блондинки были безупречны. «Настоящая модельная внешность», — с завистью подумала Ира. Рядом с красавицей на спинке стула висел зонтик из прозрачного материала с белой перламутровой ручкой.

В остальном же смотреть вокруг было не на что. Люди как люди. Главным отличием от Синелужинска был, пожалуй, пульс жизни. Здесь он стучал в совершенно другом ритме. Все словно куда-то опаздывали. Даже ели посетители кафе слишком торопливо. А кто-то ещё и совмещал ланч с разговором по мобильному телефону или бегал пальцами по клавишам ноутбука. Да, в этом состояло ещё одно отличие от её родного города. Ноутбуков не было ни у кого из Ириных знакомых, а «Моторола» — только у Васьки Прокофьева, сына директора строительного рынка. Впрочем, в их городе и сама-то мобильная связь толком не работала.

Зеленоглазая красавица тоже разговаривала по телефону. Допив свой кофе и бросив на стол денежную купюру, она встала и, не прерывая разговора, покинула веранду. Тут и Ире принесли счёт. Она отсчитала указанную сумму. Интересно, сколько в Москве принято оставлять на чай? Ира оглянулась в задумчивости и вдруг заметила прозрачный зонт с белой ручкой. Он так и остался на спинке стула, где только что сидела блондинка. Она же ушла совсем недавно! Ещё можно догнать! Не допив сок, Ира вскочила, схватила зонт и побежала вслед за девушкой.

Куда она пошла, направо или налево? Налево! В сотне шагов впереди мелькало белое платье. Ира поспешила в ту сторону. Девушка же тем временем остановилась у светофора, дождалась зелёного света и стала переходить Новую Басманную. Когда Ира подбежала к переходу, блондинка была уже почти на той стороне. Ира закричала:

— Девушка! Вы забыли зонт!

И бросилась следом. Резко бибикнул клаксон, завизжали тормоза. В следующую секунду чья-то рука крепко ухватила Иру за талию, возвращая с проезжей части на тротуар.

— Куда же вы на красный!

Ира обернулась. Рядом стоял рослый крепкий мужчина. Он укоризненно покачал головой.

— Так ведь и под колёса угодить можно. Впопыхах Ира не обратила внимания, что зелёный сигнал светофора сменился красным. Её талию продолжала удерживать крепкая рука. В левой руке мужчины был мобильный телефон (они тут есть у всех!), правой он набирал на нём номер. А чья же рука в таком случае… Ира опустила взгляд, но руки на её талии не было. Тут же пропало и ощущение, что её кто-то держит.

Мужчина сделал шаг в сторону, кивнул Ире, словно извиняясь, и заговорил в трубку:

— Алло, Чука? Это Лоба. Ну что, ты на месте? Сейчас я подъеду.

Снова зажегся зелёный. По переходу обратно на эту сторону возвращалась зеленоглазая блондинка.

— Ты же чуть не попала под машину, Спящий свидетель! — воскликнула она, подойдя к Ире.

— Нет, свидетель, к счастью, не спал, — улыбнулась та, бросив взгляд на мужчину с телефоном. — Успел меня поймать.

— А ты что же… Бежала за мной от самого кафе, по сторонам не глядя, чтобы отдать зонтик?!

Ира кивнула.

— Вот это да! — восхитилась блондинка. — Не часто такое встретишь. Тебя как зовут, добрая душа?

— Ирина.

— А меня Цветослава. Ну что ж, спасибо тебе большое.

— Да ладно, ерунда. Каждый бы так поступил.

— Каждый? Это в Москве-то? — Цветослава посмотрела на девушку с весёлым изумлением. — Дай-ка угадаю. Ты, наверно, тут недавно?

— Только что с вокзала.

— Вот оно что. В институт поступать будешь?

— Нет, в институте я уж отучилась. В своём городе.

— Ясно. Значит, просто Москву посмотреть приехала? Или счастья попытать?

— В общем, да, счастья попытать.

— Ну раз так, вот тебе на счастье талисман. Цветослава достала из сумочки пластмассовую брошку в виде серебристого велосипедика.

— Ну что ты, не стоит! — смутилась Ира.

— Бери, бери! Это просто маленький сувенир. Принесёт удачу, защитит от неприятностей. Должна же я тебя как-то отблагодарить.

— Ну, спасибо, — ответила Ира, прикалывая брошь себе на кофточку. — Удача мне не помешает. Слушай, а ты не знаешь, где тут можно позвонить по телефону?

— Мм… Наверно, у метро.

— А где метро?

— А прямо по этой улице, вон туда. Станция «Красные ворота».

Действительно, возле входа в метро стояли телефонные будки. Зайдя в одну из них, Ира развязала рюкзак, чтобы достать бумажку с нужным телефоном, и… не нашла её. Что за дела? Где же она? Ира стала копать ся в рюкзаке, проверила все внутренние карманы, залезла в косметичку — бумажки нигде не было. Вот тебе и раз!

Она вышла из телефонной будки, присела на ближайшую лавочку и стала проверять содержимое рюкзака более тщательно. Чудес ведь не бывает. Бумажка исчезнуть не могла, должна быть где-то здесь… Но поиск не дал результатов. Напрашивался неизбежный ужасный вывод: бумажка с телефоном осталась в купе поезда. Ведь она вынимала её там… Вот ведь дурёха!

Так. Спокойно! Без паники. Значит, телефон потерян. Ладно. Но ведь в её распоряжении ещё полтора дня в Москве. Можно попытаться найти нужного человека как-то по-другому. Как? Надо подумать. Остыть, включить голову…

Холодный рассудок сказал: первое, что нужно сделать, — заселиться в гостиницу. Изначально Ира не планировала заниматься этим вопросом сразу по приезде. Она думала сначала совершить свою деловую встречу и там заодно спросить, где можно остановиться на ночлег так, чтоб вышло подешевле. Девушка догадывалась, что понятия «подешевле» и «московская гостиница» — это практически антонимы. Известно было, что нередко таким, как сама Ира, приезжим работодатели предоставляют на первое время возможность пожить на съёмной квартире — вроде общежития, по нескольку девушек в одной комнате. Это был бы хороший вариант. Но теперь ничего не поделаешь, надо искать гостиницу. Ясно, что не в центре. Где-нибудь на окраине, там должно быть дешевле. Ира развернула карту Москвы. Но вскоре со вздохом сложила её и вернула в рюкзак. Ну как тут можно что-то понять? Это же просто бескрайний какой-то город. Он и за МКАДом не кончается. Какой-то Зеленоград, какое-то Митино… Туда, что ли, ехать? А как? Ме тро там нет. Или «дешёвая» окраина начинается где-то поближе? Спросить бы у кого-нибудь.

Вокруг, по московскому обыкновению, все куда-то спешили. На краю тротуара Ира заметила паренька в кожаных штанах, жилетке и красной бандане. Тот возился с мотоциклом — черной «Хондой». Ира подошла к нему.

— Привет! Извини, ты не знаешь, где можно найти гостиницу подешевле?

Паренёк хмуро посмотрел на нее.

— Чё не местная?

— Нет.

— Подешевле — это не здесь, — подумав, ответил байкер.

— Я понимаю. А где?

— Дык это… В Бутово!

— В Бутово? А можешь показать, как туда на метро добраться?

Девушка полезла в рюкзак за картой, но парень махнул рукой.

— Не! Насчет метро я не в курсе.

Потом покосился на брошь у девушки на груди и вдруг хлопнул по мотоциклетному сиденью:

— Садись. Довезу.

— Правда?

— А чё? Мне самому туда.

Недолго думая, Ира забралась на сиденье позади байкера. Прежде чем тронуться, тот достал из кармана плоскую бутылку виски и сделал хороший глоток. Это не очень понравилось девушке, но, с другой стороны, ей было не привыкать. В родном Синелужинске парни, бывало, тоже катали её на мотоциклах. И дело при этом без бутылки, как правило, не обходилось. Только в ход шла местная дешёвая водка, а не виски. И байки были попроще — раздолбанные «Уралы». Да и сами парни, шпа на синелужинская, были куда страшнее, чем этот молодой человек с забавным лицом, похожий одновременно и на Бивиса, и на Баттхеда.

Он гнал свою «Хонду» очень резво, лихо разгоняясь на прямых участках и ловко протискиваясь между рядами автомобилей, застрявших в пробках. Однако оказалось, что московские пробки — это нечто! В результате путь до Бутова занял у них почти час. В конце Варшавского шоссе, уже перед самым МКАДом, Ира заметила трехэтажный дом с вывеской «Кемпинг-мотель».

— Останови здесь, пожалуйста! — крикнула она. Парень затормозил.

— Знаешь это место?

— Не-а.

Парень сплюнул и полез в карман за бутылкой.

— Ой, а можешь подождать минутку? Я забегу, спрошу, есть ли у них номера и почём.

— Чё почём, хоккей с мячом, — проворчал байкер, глядя вслед девушке.

Через несколько минут Ира вернулась.

— Вроде годится, — сказала она. — Я, наверно, здесь остановлюсь. Спасибо тебе огромное! Как тебя зовут?

— Пуля.

— А меня Ира. Ну, спасибо ещё раз! Пока.

— Бывай, — промямлил Пуля. Немного посидел в задумчивости, потом глотнул ещё виски, завёл мотор и умчался в сторону МКАДа.

Номер в мотеле был не так уж дёшев, зато превзошёл все ожидания Иры. В нём оказался собственный санузел с душевой кабиной. А в уютной крошечной комнате, помимо кровати, столика и стула, имелся ещё и телевизор! Девушка тут же включила его. Зазвучало привычное бормотание про лучшую защиту от кариеса, про напиток из порошка (просто добавь воды!), про безупречные от природы йогурты и про колготки, верность которым предлагалось хранить от Парижа до Находки.

Ира разделась и пошла в душ. Он освежил её, придал энергии.

В комнате телевизор встретил её бодрым хитом «Oops! I Did It Again». Немного поглядев на певицу — тоненькую девочку, танцевавшую в красном латексном комбинезоне в декорациях космической станции, — Ира вновь взялась за рюкзак. Высыпала всё содержимое на кровать и ещё раз, уже без особой надежды, тщательно осмотрела. Бумажки с телефоном не было.

Что ж, пора составить план действий. Итак, что мы имеем? Известен род занятий нужного человека и его имя. Увы, только имя, без фамилии. Ира понимала, что в справочную обращаться смешно. В таком большом городе таких людей — многие тысячи. Телефон… Кажется, первые цифры номера были: 248. А дальше… Дальше память молчала. Но ведь по первым трём цифрам, вероятно, можно примерно определить район! Уже что-то. Можно будет как минимум побродить по этому району, посмотреть, какие там есть организации. Будет встречаться что-то соответствующего профиля — заходить, спрашивать, не здесь ли работает такой-то? Может, и повезёт… Ира потрогала серебристую брошь на груди, подаренную ей «на удачу». Давай, милая, помогай! На тебя вся надежда.

Девушка взглянула на часы. Уже шесть с лишним. Ехать сейчас снова в центр? Это, небось, ещё час времени займёт. А смысл? В субботу после семи вряд ли кто-то ещё будет на работе. Спрашивать будет не у кого. Да и вообще, почему именно в центр? Может, эти цифры телефона относятся к какой-нибудь противоположной окраине города. Нет, сейчас имеющееся время наиболее правильно будет употребить как раз на вычисление райо на. Где же искать эту информацию? В Интернете, конечно. Вот этим и займёмся. Ира оделась, выключила телевизор, с экрана которого певица Шер интересовалась: «Do you believe in love after love?» — и вышла из номера.

Дама, дежурившая за стойкой приёма гостей, сообщила, что в мотеле, конечно, имеется компьютер, подключенный к Сети, но только один, в кабинете директора. И клиентам пользоваться им, увы, не разрешается.

— А не подскажете, где тут поблизости можно найти Интернет?

— Даже и не знаю, — растерялась дама. — Может быть, на почте? Это тут не очень далеко, по Варшавке, по правой стороне. Только вот не уверена, не закрыта ли она уже.

— Спасибо, — ответила Ира. — Попробую найти.

— Попробуйте. Прогуляетесь заодно. Места тут у нас живописные. Битцевский лес рядом. Сегодня-то вам туда ходить не надо, — спохватилась женщина. — В лесу, знаете, вечерами всякое бывает. А вот если днём гулять пойдёте — там очень красиво.

Ира двинулась по правой стороне Варшавского шоссе. Да, район на вид довольно приятный, зелёный. Но вот в плане того, что интересовало Иру, — увы, не радовал. Жилые дома, продуктовые магазины — не те места, где дадут попользоваться Интернетом. Пройдя мимо станции метро «Улица Академика Янгеля» («отлично, отсюда завтра и поедем»), девушка нашла обещанное почтовое отделение. Оно было закрыто.

Слева жужжала магистраль. В сторону центра пронёсся джип, из окон которого на всю улицу гремело:

«Я мог бы стать рекой,

Быть тёмною водой,

Вечно молодой…»

Ира перешла на другую сторону улицы. Там, у киоска с напитками, стояла молодая черноволосая женщина, покупала воду. Дождавшись, пока та расплатится, Ира обратилась к ней:

— Извините, пожалуйста, вы не знаете, где тут поблизости можно найти выход в Интернет?

Женщина обернулась. Она была довольно красива. Восточные черты лица, высокие скулы и роскошные чёрные волосы до плеч.

— Поблизости вряд ли, — ответила она. — Вам лучше в центр ехать. Там полно интернет-кафе.

— Ракита! Ты что там застряла?

Невдалеке стояла ещё одна женщина, очень похожая на эту, у киоска. «Сёстры, наверно», — подумала Ира.

— Иду!

С этой стороны вдоль улицы тянулся огромный зелёный массив. Очевидно, тот самый лесопарк, о котором говорила сотрудница гостиницы. Подойдя к его воротам, черноволосые женщины прошли через них и скрылись из виду.

«Смотри-ка, — удивилась Ира, — а эти сёстры не боятся гулять в лесу по вечерам».

Пожалуй, пора возвращаться в гостиницу. Интернет не найден — ладно, не беда. Завтра с утра на метро — и в центр, в какое-нибудь интернет-кафе. Ира зашагала в сторону мотеля. Внезапно впереди, в нескольких шагах от неё, из открытого люка на тротуаре выбралась серая собака, подбежала к ограде лесопарка и исчезла в кустах. Какая-то странная собака: с крупной головой, острой мордой и очень длинным, почти голым хвостом. В ту же минуту из люка показалась голова человека. Он тоже выглядел необычно, словно его нарисовал какой-нибудь японский аниматор. На маленьком бледном лице светились яркие, непропорцио нально большие глаза. Он сложил губы трубочкой и тонко, протяжно засвистел. Услышав свист, собака выскочила из кустов, вернулась к люку и скользнула вниз.

— Какой интересный у вас пёс! — сказала Ира. — Что это за порода?

— Рэт… — буркнул человек неуверенно, — рэтвейлер.

И исчез в люке.

В гостинице Ира зашла в буфет, перекусила кофе с булочкой и вернулась в номер. Включила телевизор. По экрану бежали финальные титры сериала «Элен и ребята». Затем, после выпуска рекламы, началось «Беверли-Хиллз, 90210». От нечего делать Ира посмотрела всю серию. Затем пошла передача о новостях культуры. Сообщалось, что Лукас активно работает над очередной частью «Звёздных войн» — «Эпизод 2 — Атака клонов», в Минске проходит фестиваль славянской культуры, а в московском «Манеже» в июле откроется выставка какого-то Алира Кумара. А вот последовавший затем рекламный блок преподнёс Ире кое-что полезное.

«Тиградком» — крупнейшая телекоммуникационная компания в Москве! Высококачественная телефонная связь по выделенным линиям, скоростная передача факсов, передовые технологии обмена цифровыми данными. Стать нашим абонентом просто — звоните или приезжайте в наш офис на Первой Брестской улице».

На экране появились адрес и телефон офиса.

«Вот туда я завтра с утра и поеду! — решила Ира. — Там однозначно должен быть выход в Интернет».

Потом Рики Мартин спел про «Livin' la Vida Loca», и девушка выключила телевизор. Завтра непростой день, надо выспаться. Начинавшийся следом «Крутой Уокер, правосудие по-техасски» её не интересовал.

…На следующее утро, выписавшись из мотеля, Ира совершила свою первую в жизни поездку на метро. Путь от «Академика Янгеля» до «Чеховской» занял минут сорок. В переходе с «Чеховской» на «Тверскую» стоял юноша, державший в руках картонку с надписью:

«Дипломы, удостоверения, справки.

Любые документы».

Ире стало любопытно. Она остановилась возле юноши и поинтересовалась:

— Извини, а что это значит?

— Что? — не понял молодой человек.

— Ну, это вот — дипломы, удостоверения. Это в каком смысле?

— Без всякого смысла, — ответил юноша. — Просто продаются.

— Дипломы продаются?

— Ну да.

— А чьи?

— Ты что, с Луны свалилась?

— Почти.

— Оно и видно… Ничьи дипломы. Кто заплатит за документ, на имя того он и будет выписан.

— А, ясно. Фальшивые.

— Почему фальшивые. Настоящие. С занесением в реестры, не придерёшься.

— Как же это делается?

— Это не моя забота, — махнул рукой юноша. — Я только продаю. И заказы принимаю.

— А каких заведений дипломы можно купить?

— Любых.

— А СЛК можно?

— АЗЛК? Это ж вроде завод?

— Да нет, СЛК. Синелужинский лесотехнический колледж.

— Конечно.

— Чудеса! — покачала головой девушка. — А много платят тебе за эту работу?

— Да нет, — вздохнул парень. — Платят маловато. Но я тут просто подрабатываю слегка. Я сам-то, понимаешь, тоже студент. В Московском авиационном учусь. А здесь график работы удобный — когда можешь, тогда и торгуешь.

— Слушай, а ты знаешь такую фирму, по связи… «Тигроком»?

— «Тиградком», — поправил студент. — Ну да, есть такая.

— У них вроде офис должен быть на Первой Брестской. Это на «Белорусской» надо выходить?

— Все правильно.

— Ну спасибо, пока.

— Синелужинский колледж! — хмыкнул продавец дипломов вслед уходящей девушке. И пропел себе под нос: «В синих лужицах небо кружится…»

Он и в самом деле не знал, как изготавливаются продаваемые им документы, неотличимые от подлинных. И как данные заносятся в реестры организаций. Не задумывался он и о том, почему его не трогает милиция. Наниматель, кавказец по имени Аран, обещал ему, что всё будет ОК, и проблем действительно не возникало. Так что в целом студент условиями работы был доволен. Доволен был и Аран Кумар. Рядовой сотрудник «Шась-принт», он понимал, что барыжить человскими документами — это, конечно, мелковатый масштаб для бизнеса, но, как говорят те же челы, курочка по зёрнышку клюёт.

Пройдя через стеклянные двери офиса «Тиград-ком» и оказавшись в холле, Ира слегка растерялась. В разные стороны вели коридоры с табличками: «Сер висная поддержка», «Переговорные», «Продажа компьютеров и комплектующих», «Пейджеры»… Куда идти? Вокруг царила ставшая уже привычной московская суета — клиенты входили, выходили, осаждали вопросами дежурного администратора… Ира направилась туда, где было написано: «Абонентская служба». И оказалась в зале с многочисленными столиками, за которыми менеджеры-консультанты беседовали с клиентами. Все они были заняты. Пройдя через зал, девушка попала в коридор, в конце которого обнаружилась ещё одна стеклянная дверь. В маленькой комнате за нею дежурили трое в синей униформе. Точнее, дежурили двое. Третий спал, положив голову на компьютерную клавиатуру. Увидев Иру, один из охранников, рыжеволосый детина с карими глазами, подошёл к двери и строго посмотрел на девушку. В этот момент, вынырнув из какого-то внутреннего помещения, за спиной охранника появился худой моложавый мужчина. Он хлопнул рыжего по спине. Тот посторонился. Мужчина вышел из дверей навстречу Ире.

— Вы что-то ищете?

— Да… Я ищу, где тут можно в Интернет зайти.

— Это вы немного заблудились. Вам нужно интернет-кафе. Пойдёмте, провожу.

…Не зря Ира надеялась на Интернет! Нужные сведения нашлись довольно быстро. Она набрала в поисковике: «Узнать район по номеру телефона», пощёлкала мышкой по результатам поиска и в конце концов попала на справочник расположения АТС Москвы. А в нём обнаружилась именно та информация, что требовалась, — соответствие районов первым трём цифрам номера. И девушка узнала, что телефоны, начинающиеся на 248, относятся к Хамовническому району Центрального административного округа. Изучив карту, она обнаружила, что район этот находится не так уж далеко от того места, где она была сейчас. Начинаясь от Смоленского бульвара, он тянулся дальше к юго-западу, огибаемый петлёй реки Москвы. «И район-то небольшой, — обрадовалась девушка. — Его весь пешком обойти можно!»

Ира покинула офис «Тиградкома» и, сверяясь с картой, пустилась в путь.

По карте то казалось, что до Смоленского бульвара рукой подать. Свою ошибку Ира осознала, прошагав по городу минут двадцать. К тому же, перепутав названия улиц, она вместо Большой Грузинской пошла по Грузинскому Валу, сделав таким образом ненужный крюк к западу. Ёлки-палки, надо ж было ехать на метро! Но не возвращаться же теперь обратно. Выйдя по Пресненскому Валу на Красную Пресню, она заметила киоск с надписью «Справочная». Может быть… Чем чёрт не шутит? Может, попробовать всё же спросить? В масштабах целого города искать человека по имени и профессии бесполезно. А если только по Хамовническому району? Попытка не пытка. Ира подошла к киоску. Но тот, как назло, оказался закрыт.

— Интересуетесь информацией, девушка?

Неподалёку стояла чёрная сапожная будка. На её пороге сидел старичок с лицом, сморщенным, как печёное яблоко. Поблескивая очками, он с любопытством смотрел на Иру.

— Вообще-то да — ответила девушка.

— А вы попробуйте спросить у старого Мехраба, — прищурился старичок. — Он много чего знает. Правда его услуги не бесплатны.

— Мехраба? А как его найти?

— Он перед вами, — улыбнулся сапожник. — Итак, что вас интересует?

— Мне нужно найти человека. Он работает в Хамовническом районе. Я знаю только его имя и чем он занимается. Есть шансы?

— Тоже мне, проблема!

Приподняв очки, старичок весело посмотрел на Иру. Но вдруг по его лицу пробежала тень. Он опустил глаза, прокашлялся. А потом сказал:

— Симпатичная у вас брошечка. Позвольте полюбопытствовать, где вы её купили?

— Это подарок, — ответила Ира.

— Подарок — Мехраб пожевал губами, — подарок… Подарки — это замечательно. Приятно получать, приятно дарить. Тут, кстати, рядом есть прекрасный магазин подарков. Рекомендую зайти, там отличный выбор. Это сейчас вам надо повернуть налево и по этой улице…

— Нет-нет, — перебила его девушка, — магазин мне не надо. Я человека ищу. Вы говорите, это не проблема?

— Не проблема, — кивнул старик, — для специалиста по поиску. А старый Мехраб что? Мехраб не по этой части. Его дело — вон башмаки тачать. И старому Мехрабу надо работать.

Старик схватил деревянную болванку и сосредоточенно застучал по ней молоточком. Ира повернулась и пошла прочь.

— Вон они, ваши специалисты! Как раз подъехали. На ловца и зверь бежит!

Девушка обернулась. Сапожник указывал на остановившийся перед светофором минивэн с параболической антенной на крыше, раскрашенный в цвета НТВ.

«Вздорный старикан, — со злостью подумала Ира, — поиздеваться решил над провинциальной дурочкой. Работать ему, видите ли, надо! Языком ему хочется чесать, а не работать. Теперь ещё к журналистам посылает! Можно подумать, журналисты всё знают».

Настроение у неё испортилось.

— Ну что стоим, Тамир? Чего ждём? — донесся ворчливый голос из кабины минивэна. — Зелёный уже давно.

Фургончик журналистов умчался вперёд.

Красная Пресня вывела Иру к монументальному дворцу сталинской высотки с остроконечными шпилями. Напротив оказалось метро «Баррикадная». Всё, хватить терять время на пешие прогулки! Девушка вошла на станцию и уже минут через пятнадцать вновь вышла в город на «Смоленской». С этой точки и началось исследование Хамовнического района. Оказалось, что здесь находится Арбат. Но, как показывала карта, он шёл в совершенно другом направлении и к Хамов-ническому району не относился, так что от прогулки по этой легендарной улице пришлось отказаться. Ира вышла на Смоленский бульвар. Здесь возвышался ещё один дворец — здание Министерства иностранных дел, очень похожее на ту высотку, что она видела на «Баррикадной». Для начала девушка решила пройти по бульвару, вперёд до самой реки, до Крымской набережной, а затем свернуть налево, немного пройти по набережной и далее возвращаться снова к северу параллельными улицами. Так и петлять по району, пока он не будет прочёсан весь.

Смоленский бульвар поражал своими масштабами. Таких широких улиц Ире ещё не приходилось видеть. И выглядело здесь всё как-то парадно. Дома — и особняки прошлого века, и более современные — смотрелись солидно и торжественно, словно явились сюда в этот воскресный день в своих лучших костюмах, специально чтобы показать себя горожанам. Реклама, реклама, реклама… Она была тут везде: на щитах, на троллейбусных остановках, на бортах маршрутных такси и на гигант ских электронных табло с меняющимися картинками. Организации, что встречались по пути, тоже все были под стать общей помпезности обстановки. Банки, салоны красоты, магазины парфюмерии и косметики с названиями на французский манер, компьютеры и оргтехника. Караоке-бар, бильярд, кальян. И снова банки, банки, банки. А вот из той области, что интересовала Иру, не встретилось ровным счетом ничего. Добравшись в конце концов до набережной, поглядев на пилоны и цепи Крымского моста, девушка пошла вдоль реки. На противоположной стороне парк Горького сверкал железной паутиной американских горок.

В обратном направлении Ира пошла по улице Льва Толстого. Здесь уже не наблюдалось никакой парадности. Старые дома не скрывали своей ветхости, а рядом возводились новые. Над стройплощадками торчали скучные башенные краны. Реклама здесь тоже была попроще — стены домов и водосточные трубы оклеены разноцветными бумажками: «Продаются щенки ризеншнауцера», «Печати, штампы, визитки», «Курсы американского английского», «Лекторий Политехнического музея», «Право на жизнь», серия семинаров проф. Л.М. Серебрянца», «Сдаётся трёхкомнатная квартира в этом доме, телефон»… Номер телефона начинался на 248, что обнадежило Иру. Поиск шёл в нужном месте! Вот только нужных организаций по-прежнему не встречалось. Дойдя до памятника Толстому, девушка направилась вдоль чугунной ограды сквера Девичьего поля, блестевшей свежей чёрной краской, и вышла на Плющиху. По ней Ира собиралась вернуться к центру.

На Плющихе девушке встретилось нечто такое, что заставило её сбавить шаг и остановиться. Такую машину она видела только в кино! Это был длинный бордовый «Линкольн», новенький и блестящий. В салоне сидели двое, и выглядели они не менее шикарно, чем сам автомобиль. Элегантная дама лет сорока в открытом летнем платье, с роскошной копной густых светлых волос. И мужчина, тоже весьма примечательной наружности. Благородные жёсткие черты лица, ярко-рыжие волосы и аккуратно подстриженная рыцарская бородка. Он был похож на героя голливудского боевика. Что-то в облике мужчины показалось Ире знакомым… Да не охранник ли это из «Тиградкома»? Тот, рыжий, что смотрел на нее через стеклянную дверь такими же вот строгими карими глазами. Но нет, у того охранника бороды, кажется, не было. Заметив, что стал объектом внимания, мужчина направил на Иру недовольный взгляд, взялся за ручку двери автомобиля и стал её открывать. Вспыхнув от смущения, девушка поспешила удалиться. Что это я в самом деле! Веду себя как в зоопарке. Вот ведь действительно глупая, любопытная провинциалка! Ира нырнула в коротенький переулок, в конце которого торчали башенки храма Воздвижения Креста Господня на Чистом Вражке. Улица Плющиха осталась у неё за спиной. Рыжий мужчина выбрался из машины.

— Ты куда?

— Мне это не понравилось, Кара. Она что, следила за нами?

— Следила? — улыбнулась женщина. — По-твоему, так следят? Стоят возле машины и таращатся в упор?

— Не говори, что ты не заметила на ней магическую брошь!

— Послушай, Богдан. Я понимаю, что ты стоишь на пороге очень большого и очень опасного… проекта. И осторожность не может быть лишней. Но всё-таки осторожность не должна превращаться в паранойю. Магическая брошь! Я тебя умоляю! Да это просто какая-то пустяковая финтифлюшка из Зелёного Дома. Дешёвый талисманчик против неприятностей, чтоб экзамен не провалить или чтобы кавалер не сбежал.

…Долго блуждала Ира в тот день по Хамовникам, то спускаясь к излучине реки, то вновь возвращаясь к центру. Район-то на самом деле оказался огромным, и смешались в нём знаки самых разных эпох: старинные особняки Остоженки и Пречистенки и сталинская застройка Комсомольского проспекта, храм Христа Спасителя и «Лужники», превращённые в гигантский вещевой рынок. Прочесать весь район, пройдя по всем его улицам и переулкам, оказалось нереальной задачей. И, увы, цель поисков так и не была достигнута. Интересующие Иру организации встречались, и многие из них работали, но разыскиваемого человека среди их сотрудников не было. День клонился к вечеру, времени до отхода поезда оставалось всё меньше. В конце концов поиски пришлось прекратить. Надо ведь ещё до вокзала добраться, не заблудившись по дороге. Ира нашла по карте ближайшую станцию метро и направилась в её сторону. На душе было тоскливо. Голодная и смертельно усталая, девушка уныло брела по пыльному асфальту, на котором местами ещё лежал последний тополиный пух, свалявшийся в грязные кучки.

Нет горше неудачи, чем та, в которой виноват ты сам. Ну как можно было потерять такой важный телефон?! Получилось, что она просто выбросила на ветер деньги на билеты до Москвы и обратно. Сумма весьма ощутимая для её бюджета. Одновременно и проклиная, и жалея себя, девушка заплакала. Она шла, опустив глаза, глядя только себе под ноги, и, сворачивая за угол, налетела на встречного прохожего.

— Извините, — всхлипнула Ира.

— Ну что вы, это я виноват.

Прохожий, высокий поджарый брюнет, внимательно посмотрел на девушку.

— Вы плачете? С вами что-то случилось?

— Да нет, ничего. Просто… Я специально приехала в Москву. Издалека. Чтобы встретиться здесь с одним человеком. И потеряла его телефон!

— А что вам известно об этом человеке?

— Только его имя и профессия.

— Да, — покачал головой брюнет, — по этим данным разыскивать кого-то в Москве — это всё равно что считать чёрные дыры в созвездии Плачущего Дельфина.

— Красивые слова, — вздохнула Ира, — вы, наверно, поэт?

— Увы, лишён этого дара, — развёл руками мужчина. — Но поэзию действительно люблю. Поэтому позволяю себе иногда ловить чужие стихи.

— Ловить стихи? Как это?

— А вот так, — прохожий заговорщицки подмигнул, — среди челов… Среди людей много поэтов. Встречаются и совершенно замечательные. Что интересно, многие из них неизвестны. Кто-то не публикуется, а иные свои стихи даже друзьям не показывают. Просто сочиняют сами для себя. Ну а я эти стихи умею слышать.

— Значит, вы не поэт, а просто обыкновенный волшебник? — улыбнулась Ира сквозь слёзы.

— Да, вот это уже ближе к истине. Хотите, поймаю что-нибудь специально для вас?

— Хочу.

Чёрные глаза мужчины потускнели, и лицо его на несколько мгновений застыло. А потом вновь ожило, и он прочитал:

— А в Москве тополиный снег

Заметает июньские улицы.

Я брожу по ним, как во сне.

Фонари в переулках сутулятся,

Словно им, как и мне, тоска

Тяжким грузом легла на плечи.

Затихает моя Москва. Вечер…

«Моя Москва… — думала Ира, стоя на платформе в ожидании поезда. — Нет, не моя». Она вдруг ясно почувствовала, что не станет уже возвращаться в этот город, такой бессмысленно огромный и непонятный. И, как верно гласит поговорка, не верящий слезам. Да и кому здесь нужна Ира из Синелужинска? Думала покорить столицу своей красотой… Наивная! Сколько таких вот простушек слетается мотыльками на московские огни лишь для того, чтобы сгореть в них. А сколько в Москве своих красавиц. Да ещё каких! Взять хотя бы Цветославу или ту даму в бордовом «Линкольне».

В купе Ира достала из рюкзачка журнал, но, едва раскрыв, бросила на стол. Ей неприятно было читать про Марию Татаркину и её светские успехи в Москве. Этот город хотелось забыть. Нет никакой Москвы. Как нет Атлантиды и Зазеркалья.

Железная дорога пахла будничной гарью и мазутом, древней азиатской тоской, вымершими сёлами, полями, на которых ничего не растёт, дымом покосившихся труб. Завтра… Завтра родной Синелужинск встретит её, и первым, что она увидит, будет серое здание вокзала с облупившейся штукатуркой.

В Синелужинске моросил мелкий холодный дождик. Вдоль перрона бродила стая облезлых бездомных собак. Ира вдруг вспомнила про серебристую брошку в виде велосипедика, что по-прежнему была у нее на груди.

— Ни капельки-то ты мне не помогла — вздохнула девушка, — глупая пластмасска!

Разозлившись, она отцепила брошку и бросила её на асфальт. В купе на столе остался лежать журнал. Между страниц которого застряла так и не найденная Ирой бумажка — вырезка из местной газеты с объявлением:

«Профессиональный фотохудожник (собственная студия, современная техника) ищет девушек 18–25 лет для работы в модельном бизнесе.

Полный цикл имиджевой фотографии в различных видах, образах, ракурсах. Подготовка «бука» (портфолио модели). Фотосессии в стилях бьюти, фэшн, артню. Создание индивидуальных образов. Содействие в заключении контрактов с лучшими модельными агентствами, как российскими, так и зарубежными.

Москва, Алик».

И телефон. Но фамилии своей Александр Юшлаков, фотограф, подыскивавший девушек для Вивисектора, в рекламе не сообщал…

Content

Алексей Толкачев
Глупая пластмасска