Врангель Данила

СВОБОДА НАВСЕГДА

ДАНИЛА ВРАНГЕЛЬ. СВОБОДА НАВСЕГДА

— Я никогда ничего не записываю, предварительно подумав.

— Да? А я думаю.

— А я нет. Нифига не думаю. И думать не собираюсь.

— И кто же тогда читает то, что ты пишешь?

— Да, знаешь, есть клиенты.

— Да ну?

— Президентские советники и канцелярия парламента.

— Врёшь. Да я к тебе привык. Какой парламент? Григорий, меньше пей на ночь.

— Вру, так вру. Но я не вру. Я советник по Высшей социологии. Слышал про такую?

Собеседник помолчал и спросил:

— Ты правда советник по Высшей социологии?

— Да в общем, правда. А чему ты удивляешься?

— Да я не удивляюсь. Я думаю, что ты уже и меня анализируешь своими критериями.

— Да, анализирую. Ну и что? Ты меня тоже анализируешь. Сразу определил, что я вру. Так я же на это не обижаюсь. Вся жизнь враньё, тебе это в голову не приходило?

— Да приходило. Но это, вроде, как шутка всегда звучит.

— Да сама идея шутки – уже враньё. Так?

Собеседник подумал и согласился:

— Да, ты прав.

— А если эту мысль продлить дальше, то получается любопытная метаморфоза. Если отбросить секс и пищу, то остаётся одно враньё, которое генерируется с единственной целью – обеспечить себе секс и пищу. Поезда и самолёты движутся с единственной целью – доставить объект №1, то есть член, к объекту №2, то есть вагине. А сами поезда и самолёты изобретены и сконструированы теми, кто мечтает объектом №1 попасть в объект №2, но в силу социальных отношений, не совсем, или вообще не может этого сделать. Не оспоришь?

— Да нет. Сублимацией эта штука называется.

— Да. Но там много нюансов. Наливай.

Выпили и молча принялись рассматривать танцующих девушек.

Григорий вскоре спросил:

— Трахнул бы вон ту, чёрненькую?

— Мда, —  ответил друг. —  И ещё как. Да молодая для меня, наверное.

— А не наоборот?

— Ну, может и наоборот. Но это с её стороны смотреть надо, а я привык со своей.

— Я тоже.

— Так тебе ещё и платят за это? —  продолжил тему собеседник Григория.

— За что?

— За консультации.

— Да. Но платят не за консультации, а за непроведение оных, мой друг Михаил.

Михаил молча уставился на Григория. Сказал:

— Ох, Гриша. Тебя послушать, так пойти и жениться.

— Да хоть верь, хоть не верь. Власть штука сложная. Я никому ничего не навязываю. Я просто существую в природе, и этого кое– кому достаточно, чтобы у меня была достаточная зарплата, вот так я и живу.

Подошла красотка в микро юбке. Спросила:

— Господа ничего не желают?

— Желают, — сказал Григорий. —  Мы желаем полюбоваться на вас.

— И всё?

— Неужели этого мало?

— Да нет, — зарделась красотка под профессиональным взглядом Григория. Спросила: — Вы курите?

— Нет, солнце. И вам не особо желаю. Возьмите. — Протянул ей пачку «Мо».

Красотка прикурила и втянула в себя дым. Сказала:

— Вы симпатичные парни, здесь вас раньше не было.

— Конечно не было, — сказал Григорий. — Мы только что освободились. Я и он, — указал на Михаила, — взяли «Банк оф Америка» по Интернету. Полтора миллиарда долларов. —  Взглянул в глаза красотке и добавил: — Пришлось всё отдать.

Та сглотнула и расширенными глазами стала смотреть на Мужчин.

— Полтора миллиарда? — прошептала.

— Больше. Полтора прошли по делу. Остальные лежат в оффшорах. Пока лежат.

— Выпьете? — предложил Михаил.

— Да, — согласилась красотка, поправив прическу чёрных, блестящих волос.

Михаил налил текилы и протянул даме. Григорий взял свою рюмку с коньяком. Произнёс:

— За ваше спокойствие. Это единственная ценность, что есть у человека. Поверьте мне на слово. Я очень рад, что у нас забрали эти чёртовы миллиарды. И Михаил тоже рад. Правда, Миша?

Тот кивнул и протянул свой бокал с вином.

— Да, — сказал. — Я рад, что мы снова стали нищими. Деньги из банков Микронезии раньше, чем через пять лет не заберёшь. А к тому времени пройдёт пять жизней. Ну а вы, — обратился он к юной красавице, — как тут поживаете?

— В смысле? — робко спросила она.

— В смысле желаний. Вот мы с Григорием очень захотели денег. И наше желание, поскольку мы очень хотели, исполнилось. Но мы теперь этому почему–то не рады. А вы?

— Меня зовут Лора, — проговорила красотка и улыбнулась. Сказала: — Я не думаю, что на вашем месте так ругала бы деньги.

Допила текилу и посмотрела на Григория. Спросила:

— Вам не нужен программист?

— А зачем, — спросил Григорий. — И так вся жизнь программа. Зачем ещё что–то программировать. Вот мы с Мишей напрограммировали, а теперь потеряли смысл жизни. А вы?

— Что я?

— Вы его не потеряли?

— Чтобы что—то потерять, сначала надо это найти, — ответила красотка и закурила ещё одну «Мо».

— О! Юная принцесса имеет философский склад мышления, — подивился Григорий. Он с интересом стал смотреть на брюнетку.

Она спокойно выдержала его взгляд. Повторила:

— Так программисты нужны?

Григорий посмотрел на Михаила, тот взглянул на «программиста», она скользнула взглядом по Григорию, и тот сказал:

— Нужны. —  И откинулся в кресле, вцепившись в рюмку с коньяком. Добавил: —  Тематику программ буду давать я. Программа номер один: не пытайся нравиться нам. Прогони по своей оперативной памяти эту команду. Программа номер два: если блокируется программа номер один, то необходима подпрограмма для её восстановления. Доступно, малыш?

— Да. Я вас не подведу. Можете проверить на детекторе лжи.

— У меня детектор лжи давно вмонтирован в голове, — сказал Григорий. — Но хорошо, что ты о нём вспомнила, это позитивный момент. И ещё к тебе вопрос: Ты любишь деньги?

— Больше всего на свете.

— Вот тебя нам и не хватало. Искренней любви к ним мы уже давно не испытываем. Ты будешь восполнять эти наши чувства. А, собственно, как юную леди звать? Я – Григорий. Это – мой друг Михаил, специалист по нейролингвистическому анализу.

— Аврора, —  представилась красотка. Добавила: —  Это моё настоящее имя.

— Да мы видим, что настоящее, — сказал Михаил. Добавил: — Предлагаю тост за вас, Аврора. — И поднял своё вино. Выпили. Григорий внимательно глянул на девушку и спросил:

— Вы не против, если мы будем спать втроём?

— Нет, —  ответила красотка, посмотрела в глаза обоим, и улыбнулась.

— А мы против, — добавил Григорий. Более того. Солнце, забудь о сексе, пока мы будем разрабатывать ПРОГРАММУ.

Аврора сникла. Прошептала:

— Я в ваших глазах теперь шлюха. — Слёзы выступили у неё на глазах и она чуть не заплакала. Григорий успокоил её:

— Не расстраивайся, все женщины шлюхи. А если они не шлюхи, то они не женщины.

Михаил согласно кивнул головой и добавил:

— Рождённая рождать не может быть не шлюхой в силу инстинктов. Как рождённые убивать не могут не быть насильниками в каком–то смысле. Мы мужчины, ты – женщина, и этим всё сказано.

— Вы шутите и смеётесь надо мной, — сквозь слёзы прошептала Аврора.

— А ты хотела, чтобы мы сразу поволокли тебя в постель? — спросил Григорий.

— Да, — неожиданно для себя призналась Аврора. И добавила:

— Но я всё равно не шлюха. Я программист.

— Да я вижу, что ты программист. Иначе у нас с тобой этой беседы не было бы. Мы ждали тебя. И ты пришла. Другие нам не нужны, — ответил Григорий. Спросил:

— Теорию одиночного электрона знаешь?

Аврора молча кивнула головой. Григорий продолжил:

— Нам придётся прикинуться СПАМом и пустить этот электрон в нужную точку, в нужное время. Всё остальное он сделает за нас. Работать будешь ты. Наши с Михаилом лица хранятся во всех базах данных всех спецслужб мира. Ты уловила уровень?

Аврора кивнула. Спросила:

— Сколько?

Григорий ответил:

— Мы планируем двадцать миллиардов на первом этапе. На втором эта цифра должна увеличиться на порядок. Но эти деньги придётся раскидать на, минимум, десять тысяч счетов.

— Сколько я буду иметь, если всё провалится, —  уточнила Аврора.

— Не больше жизни, — ответил Михаил. — Или она у тебя столь прекрасна? Подумай хорошо, стоит ли это дерьмо жалости. Ходить по улицам и смотреть на архитектурные памятники ворам всего мира. Жить прислугой и сдохнуть прислугой. А? Тебя это устраивает? Подумай.

— Я уже подумала. Мне двадцать один год, а впереди дорога на кладбище, заросшая членами. Я вас не подведу.

— Мы рады, — ответил Григорий. — Жизнь прекрасна, когда она в опасности. И лишь только тогда. Всё остальное – пустая болтовня. Нам плевать на утерянные полтора миллиарда. Мы возьмём всё.

Он пододвинулся вплотную к Авроре и уставился в её серые глаза. Проговорил:

— Малыш, но ты не должна подвести нас. Я тебя протестировал. Ты не хочешь жить. Так, как живёшь сейчас. Ведь верно?

Та кивнула.

— Тебе не нужен секс, пока ты рабыня, верно?

Та кивнула.

— И свобода для тебя дороже жизни в клетке, верно?

Та кивнула.

— Ты наш человек. К нам просто так не подходят. Ты подошла. Я не скажу, что ты божий посланник. Я атеист. Это просто детерминируемая в прошлом встреча людей, которые давно искали друг друга. Как и все остальные, ищущие неведомо чего. Но мы знали, кто нам нужен. Такие встречи суждены не всем. Тебе повезло. И нам повезло. В одинаковой мере. Ты любишь восход солнца, или закат?

— Восход, — прошептала Аврора.

— И мы тоже предпочитаем восход. Ты – наша путеводная звезда. Во тьме ночи бытия. Восход солнца мы встретим втроем. Или вообще не встретим. Ты согласна?

— Да, — прошептала Аврора. — Я согласна, я вам верю, и я не боюсь смерти.

— Я это вижу, — ответил Григорий.

— Я боюсь пустоты.

— Я это вижу, — сказал Григорий.

— Я боюсь одиночества.

— Я это вижу, — ответил Григорий.

— Я боюсь быть женщиной.

— А вот этого не бойся. Ты с нами и мы объявляем войну всему человечеству. Мы трое – против всех. Как тебе это?

— Я с вами.

— Кто, если не мы? Кто, если не мы, сделает то, что хочет душа каждого, рождённого свободным, хотя таких и немного. Людей нет. Есть пустоголовое болото и копающиеся там черви, пожирающие корм, кинутый им с седьмого неба. Мы собираемся взять штурмом это небо. Ты меня понимаешь?

Аврора кивнула. Григорий приблизился к ней ещё ближе. Тихо проговорил прямо ей в глаза:

— Любовь! Любовь вершит чудеса. Любовь к свободе. И отрицание себя. Ты меня понимаешь?

— Меня давно уже нет.

— Молодец, нас тоже давно уже нет. Так что стены нам не страшны. Мы свободно проходим сквозь них. И теперь ты с нами. Как тебе это? – он кивнул на операционную систему

— Тысяча терафлопсов. Это даже не стена.

— Я рад, что ты это понимаешь. Пускай свой электрон.

— Я только что его пустила.

— Да, я уже вижу. Ты работаешь чисто. Я почти не заметил.

— Мы выскочим из сети через пару тысяч терабайт. Всё, выскочили.

Григорий огляделся. Бара не было. Они стояли на бетонной дороге посреди бескрайней пустыни. На горизонте громоздились вершины небоскрёбов. Из-за них всходило солнце, кидая огненные лучи свободы на белую дорогу посреди пустыни.

— Ну что, Михаил. Как видишь, мы нашли мессию.

— Да, Григорий. Напрасно нас выпустили.

Аврора, улыбаясь, смотрела на обоих. Григорий подошел к ней и взял её за руку. Михаил взял за другую.

И они медленно, втроем двинулись к Солнцу.

Content

Врангель Данила СВОБОДА НАВСЕГДА