Врангель Данила

РЕНТАБЕЛЬНОСТЬ СЕКСА ВТРОЁМ

ДАНИЛА ВРАНГЕЛЬ. РЕНТАБЕЛЬНОСТЬ СЕКСА ВТРОЁМ

— Невозможность порождает безумие. Не всегда, но очень часто.

— Это не убедительно.

— Когда ты убедишься, то это будет уже не этот свет. Ни один безумный не осознаёт своего безумия. Ни один. Даже ты.

— Что ты сказал? Я сумасшедший?

— Пока нет. Пока. И верь мне. Кому–то надо верить. – Человек с лёгкой небритостью на лице наклонился к собеседнику. Добавил:

— Некоторые вещи о себе мы можем узнать только со стороны. Только оттуда.

— А ты? Ты пользуешься зеркалом? – спросил в ответ худой блондин с длинной косой из серебристых волос.

— Я дублируюсь. Второе моё Я выходит из тела и проверяет, всё ли в порядке с основным Я. Но ты незнаком с такой техникой.

— Короче. Идём на дело или не идём?

— Ты рвёшься всю жизнь провести в камере?

— По этой статье максимум двадцать лет.

— Для тебя это будет вся жизнь, поверь мне.

— Так что – отбой?

— Нет, мы ждём.

— Чего?

— Отмены невозможности. Иначе ты сойдёшь с ума. А меня это не устраивает. Да и тебя, думаю, тоже.

Блондин вскочил и стал ходить по кругу вдоль дубового стола, за которым сидел небритый. Тот молчал и смотрел на большие часы с маятником. Те стали отбивать двенадцать часов ночи. Зазвонил мобильный телефон. Небритый ответил:

— Да.

— 925 1610017. Смени трубу. – Отключились. Небритый взял другой мобильный телефон и набрал продиктованный номер. Ответили:

— Даю подтверждение. Она появилась. Через двадцать минут будет у тебя. – Телефон отключился. Небритый посмотрел на блондина и сказал:

— Невозможность уменьшается. Тебе фартит.

— Хватит издеваться. Появился новый проводник?

— Да. Скоро она будет здесь.

—  Она?

—  Да, она.

—  Женщина не в состоянии проделать такую работу. Я не верю.

—  Тогда сходи с ума. У нас были в руках шестнадцать миллиардов, из–за системного вируса мы их потеряли. Но они лежат где–то в пространственно–временном континууме. Они ждут нас. Пока их не найдёт сетевая полиция. А она, поверь мне, ох! как ищет! Нам нужно быть первыми в этом спринтерском забеге.

— Баба на старте – делу конец.

— Хватит! – резко оборвал небритый. – Это не баба! Это волшебная палочка, ведьма и Нефертити одновременно. Никогда больше не употребляй это слово – баба. А то я скажу, что ты мужик.

— Ладно, – ответил блондин. – Посмотрим на этого системника. В конце концов выбора у нас нет. Мы сами виноваты, что купили отмычку с вирусом.

— Не мы, а вы, – уточнил небритый.

— Да, не спорю – я. Хотя наличие вируса проверить невозможно при такой памяти и скорости процессора.

— В нашем деле на первом месте стоит фарт, – сказал небритый. – Фарт, фарт и фарт. Мы работаем только благодаря ему. И за это надо платить.

— Чем? Чем платить фарту? – уныло спросила серебристая косичка.

— Верой, надеждой, любовью, щедростью и отсутствием страха смерти, – перечислил небритый. И добавил: – Но только этого мало! Надо, чтобы всё было чисто как в программе. То есть – от души, от сердца – можно и так сказать. Если мы сильно захотим забрать эти миллиарды, то они плюнут на нас, на нашу жадность, и сами прыгнут на крошечный счёт какого нибудь пенсионера с чистой душой прожившего всю жизнь. Ты не веришь?

— Ты знаешь, я тебе всегда верю.

— И поэтому никакого оружия и никакого напора на тех, кто тоже охотится за этими красавцами. 16 000 000 000 – разве не красавцы?

— Красавцы.

Зазвенел звонок входной двери. Небритый глянул в монитор, сказал в микрофон: «Войдите!», – и открыл входную дверь. Проговорил:

— Вот и Нефертити. Будем надеяться, что с ней нет неподалёку Эхнатона.

— А кто это?

— В своё время работал богом.

*******

— Это раз. Но есть и два. Я не даю никакой гарантии, но в случае выигрыша 25% мои.

— Так это же!.. – поднялась серебряная косичка.

— Сядь, – мягко сказал небритый. – Мадам, мы согласны.

— Зато в случае неудачи, я с вас не возьму ничего, кроме компенсации за потерянную энергию

— А сколько это? – спросил блондин.

— Десять миллионов евро.

— Мы согласны и на это – сказал небритый. – Мне известно о вашей работе в Неваде и Монте Карло. Я знаю, что ваш труд даётся вам тяжело. Мне известно, что вас вычисляют тысячи сетевых полицейских, а в игорные дома вам вход закрыт. Деньги любят вас, и я догадываюсь почему.

— За моё презрение к ним.

— Вот именно.

— Где будет происходить подключение к сети? – спросила сероглазая блондинка с гипнотическим взглядом удава. Одета она была в какой–то серый балахон, но фигура порой прорисовывалась нестандартной красотой форм.

— Там, где скажете вы, – ответил небритый.

— Какова скорость процессора отмычки?

— Двести гигов.

— Это хорошая скорость. Вирус не обнаружили?

— Нет.

— Где отмычка?

Небритый вытащил из ящика небольшой ноутбук и положил на стол. Дама открыла компьютер и включила его. Быстро просмотрела возможности системы. Затем извлекла из кармана плоский мобильный телефон и через ИК–порт подключила его к ноутбуку. Набрала на телефоне определенную комбинацию и стала смотреть на экран. Косичка и небритый смотрели туда же. На экране медленно ползла фиолетовая линия, и появился текст: «Санитарная служба НЕФЕРТИТИ».

— Сделайте кофе, – попросила дама. Косичка быстро приготовил напиток и поставил его перед системным профессионалом. Та отхлебнула и продолжала смотреть на экран. Прошло десять минут. Ничего не происходило. Фиолетовая полоса сбросилась и поползла снова. Системник продолжал пить кофе. Небритый молчал. Блондин вытащил калькулятор и стал что–то подсчитывать. Наконец на экране появились цифровые часы, и пошел обратный отсчёт времени. При появлении нуля экран пыхнул алым цветом и на нём появилось лицо Билла Гейтса. Оно было испугано и перекошено от страха. Внезапно Билл заорал через встроенные динамики:

— Мама! Они меня поймали! Ма–а–а–ма!!!

Затем Гейтс превратился в Монику Левински с хитрой улыбкой на губах. Моника сказала:

— Здесь Билл, да не тот. Я ухожу. – И экран погас. Затем вновь засветился голубым цветом и контрольной заставкой в виде связки отмычек.

— Всё, – сказала Нефертити и закурила. – Вирус ликвидирован. Он вброшен в базу данных сетевой полиции. Это мой подарок им. – Посмотрела небритому в глаза. Добавила: – Там ей будет веселей.

— Кому? – ошалело спросил небритый.

— Монике. Билл Клинтон курирует сетевую полицию. Он будет рад увидеть Монику. Ну, я так думаю.

Косичка недоверчиво спросила:

— Вируса больше нет? И это при помощи телефона?

— При помощи моего суперкомпьютера, с которым говорил мой телефон, – ответила блондинка и в упор посмотрела на косичку.

Тот слегка стушевался. Сказал:

— Да, я понял. Но у вас должна быть сильная криптозащита.

— Она есть. Ещё вопросы?

— Да нет. Вообще–то есть. А где Эхнатон?

— На том свете.

— Теперь всё ясно.

— Если всё ясно, то будем приступать к работе. Какое у вас соединение с сетью?

Ответил небритый:

— Четырёхточечный радиопорт. Частота 3,6 гигагерца. Общая длина 90 километров. Контроль перехвата.

— Это устраивает. Работать будем здесь. Работать будем втроём. Вы не против секса втроём?

— А при чём здесь секс? – напряженно спросила серебристая косичка.

— Это просто образ. Ну?

— Нет, не против, – ответил небритый. – Ради этого счёта я готов на всё.

— Это вдохновляет, – сказала Нефертити. – Мне не важны деньги, мне важен процесс, который поманит их к нам. Вам знакомо интегрирование посредством энцефалограммы?

— Да, – неуверенно ответил небритый. – Я слышал про это.

— Слышал – уже хорошо. – Системная королева вытащила из коробки три обруча из белого металла и пластика. Два протянула напарникам. Сказала, не сводя глаз с заказчиков:

— Придётся одеть это на голову и обязательно отключить видео и аудиозапись помещения, если она ведется.

— Она не ведется, – ответил небритый, неуверенно держа обруч, который имел крошечную антенну.

— Не ведется? Вот и хорошо. И ещё. Я очень надеюсь на вашу индикацию перехвата радиопорта.

— Там всё в порядке! – хором ответили небритый и блондин.

— Я верю. В противном случае сидеть будем вместе. Теперь вот что. Вы будете делать то, что скажу вам я. Думать, анализировать и пытаться что–то понять не надо. Вы должны верить мне, иначе всё провалится. Устраивает?

— Да, – ответил небритый.

— Нет, – ответила косичка. – А если что–то пойдёт не так? А если появится Эхнатон?

Нефертити снисходительно посмотрела на компьютерного вора. Ответила:

— Эхнатону здесь делать нечего. Он лежит в необнаруженной пирамиде в Египте и ему там хорошо. Эхнатона не будет. И вообще, вас не клинит? О чём вы говорите? Подумайте сами.

— Всё в порядке, – сказал небритый. – У моего коллеги такая необычная манера выяснять интересующие его детали общения.

— У меня больше вопросов нет, –  сказал блондин.

— Есть у меня, – сказал небритый. – Вы с охраной?

— Естественно.

— Там не может быть барабана?

— Это исключено. Со мной такое не проходит. Я праправнучка Алистера Кроули, в конце концов.

— Всё, теперь я спокоен.

— Спокойны должны быть все. Все должны быть спокойны. Вы спокойны? – спросила она косичку.

— Абсолютно, – ответил тот.

— Не верю, – ответила Нефертити и вытащила таблетку розового цвета. – Это транквилизатор. Достаточно сильный, на основе кокаина. Придётся принять.

— Я не наркоман! – почти закричал блондин.

— Я тоже, – сказала Нефертити и проглотила таблетку. Добавила:

— Но для работы это надо сделать. – Она протянула таблетки небритому и косичке. Те испуганно смотрели на неведомое зелье. — Принимайте, если хотите чтобы деньги пришли к вам.

— Пей, – сказал небритый блондину и кинул таблетку в рот. Было видно, что он жег мосты. Блондин медленно проглотил транквилизатор.

— Это препарат лонгированного действия, – сказала Нефертити. – Первые двадцать минут он не действует. За это время нам надо подготовиться к работе. Вот контракт на мои 25%. Подпишите и поставьте отпечаток пальца.

Небритый и косичка проделали процедуру. Нефертити сосканировала документ и отправила через телефон в свой компьютер.

— Ну, в основном всё, – сказала. – Теперь дайте мне последние координаты Малыша. Я вашему счёту даю имя – Малыш. Теперь только так его и зовите.

— Малыш так Малыш, – сказала косичка.

Нефертити сделала несколько манипуляций на своём телефоне и попросила всех надеть обручи на голову. На экране отмычки побежали ряды цифр, вскоре слившихся в сплошную линию Нефертити пару минут смотрела на экран и включила порт соединения с Интернетом.

— Всё, господа, – сказала коллегам. – Наши души в сети. Там же бродит и Малыш. Мы будем его звать. Он любит хорошую компанию и не пропустит возможности повеселиться. Если вы не подведёте.

— Как? – спросила косичка.

— Хмурыми и невесёлыми мордами. Вот так. Гулять, так гулять. Верно, небритый?

— Это я умею, – ответил тот.

— Какой новый номер счёта мы придумаем для Малыша? А? Какой? – вопрошала Нефертити. – Ладно, я уже придумала. Сладкая парочка 69 дублированная 16 раз. Я думаю, ему понравится.

Зашелестела клавиатурой отмычки. Подняла голову. Сказала:

— Всё. Загон готов. Коньяк есть?

— Что? – не понял небритый.

— Коньяк или хорошая водка.

— Есть текила, – неуверенно сказала косичка. Но мы во время работы не пьём.

— Тащи, брат, текилу и бокалы. Ты не работаешь. Работаю я.

— А… Стоит ли так быстро отмечать победу? – спросил небритый.

— Мы ничего не будем отмечать. Мы будем пить. Ты что, – перешла на ТЫ, – не понял? Мы будем просто пить. Вопросы есть?

— Нет, – быстро ответил небритый и взял бокал с текилой, которую уже разлил блондин.

— Ну, за нашего Малыша! – сказала Нефертити и выпила на одном дыхании весь бокал. Медленно взяла лимон. Выпили и коллеги. Оба молчали, помня об обещании не задавать вопросов. Вопрос задала Нефертити.

— Как вас зовут?

— Я Данила, – сказал небритый.

— Я Тайфун, – ответил блондин.

— А я Маргарита! Ха–ха–ха–ха–ха–х а–ха–ха! – захохотала системная охотница. – И вы, правда, поверили, что я вас не развожу? Алистер Кроули был ой! какой мастер на такие дела. А во мне его хитрые гены. Ха–ха–ха–ха–ха–ха–ха–ха!

Данила и Тайфун мрачно глядели на Маргариту.

— Поверили, – выдавил из себя Данила.

— И правильно, – резко прекратила смех Марго. – Наливай ещё.

Выпили снова.

— А почему вы вдвоём? – спросила Марго. – Вы что, голубые?

— Кхм…–  ответил Данила. – Нет, мы не голубые, но один в поле не воин, а трое это уже пресс–конференция.

— Логично, – сказала Маргарита. – Возможно вы не голубые. Хотя, когда двое мужчин достаточно долго находятся наедине, то они становятся голубыми.

— Бред, – сказал Данила.

— Может и бред, – согласилась Марго.

Тайфун спросил:

— А ты, Марго, не лесби?

— Ха–ха–ха–ха–ха–ха–ха–ха! Да ты, милый, можешь, если хочешь, это проверить.

Тайфун застывшим взглядом смотрел на новоявленную порнозвезду.

— Наливай, – сказала Маргарита, закурив сигарету. Спросила:

— Как вам я?

— В каком смысле? – спросил Данила.

— Как женщина.

— Класс!

— Это круто! Мне нравится, – одобрила комплимент сетевая красотка.

— Мне тоже, – ответил Данила. – А тебе? – посмотрел на Тайфуна.

Косичка ответила:

— И мне. Я тоже не голубой.

— Ха! – сказала Марго. – Мы все натуралы! Надо же, какое роковое совпадение! А вам не мало меня одной?

— Нет, – вежливо ответил Данила. – Ты красавица и нам, кроме тебя, здесь не нужен никто.

— Кроме Малыша, – напомнила Марго.

— Кхм… Да, естественно.

— Послушай, Данила, а ты любишь музыку? – спросила Марго, уставившись наивным взглядом в глаза системного вора.

— Музыку? Люблю. И Тайфун любит.

— И, наверное, Малыш, – добавил Тайфун.

— Это очень хорошо, что мы все четверо любим музыку. А она у нас есть? – спросила королева виртуальных сетей.

— Да, – ответил небритый Данила и нажал кнопку.

В воздухе зазвучала репродукция «Би Джис». Римейк заорал на всю комнату:

— Лююююююю… Блююююююю… Вау… Вау…

И погнали в скач септаккорды, нонаккорды под органным пунктом и перкуссией перемешанных обертонов убивая сознание, оставляя чувства и только чувства.

Марго вскочила и горящими глазами стала смотреть на неголубых. Потом стала делать, вначале почти незаметно, а потом всё сильнее и сильнее, движения в такт обезумевшему «Би Джис». Балахон, этот тряпичный мешок, не давал ей воли. Она одним движением скинула его.

— Лююююююю… Блююююююю… – надрывался певец, весь опутанный обертонами и синкопами.

Партнёры впились взглядами в фигуру Маргариты сваяную богами, не иначе.

А она закричала во весь голос, попадая в ритм песни:

— Люблюююююююю!!!

На Маргарите был лишь один фиговый листочек, евро за пятьсот. И всё. На плече мерцала татуировка паука. Она стала двигаться в ритм песни, совершая невероятные телодвижения. Махнула рукой, приглашая партнёров. Данила неуверенно встал, но потом взял себя в руки, скинул футболку, остался в одних джинсах, босиком, заорал: «Люююблююю!!!» и принялся дёргаться вместе с Марго, как клоун на верёвочке. Верёвочка достала и Тайфуна.

Мгновение – и Маргарита переплелась телом с Данилой.

— Трахни меня, небритый! Трахни меня сейчас! – прошептала она ему на ухо. – Покажи, какой ты неголубой. Покажи мне, какой силы твой огонь! Зажги меня, и я буду гореть для тебя. Зажги меня!!!

…Тело Маргариты завибрировало, и она со стоном стала оргазмировать, вцепившись руками в Данилу и Тайфуна, оставляя кровавые следы от своих ногтей. Это подействовало на неголубых. Они одновременно эякулировали в Марго, вопящую обращения к Малышу

*******

Все трое сидели в гигантском бассейне.

— Я не помню, когда у меня был такой оргазм, – сказал Данила.

— Я тоже, – пробормотал Тайфун, норовя лечь набок и уснуть. В бассейне не получалось.

Маргарита остановившемся взглядом смотрела на Данилу. Спросила полушепотом:

— Почему так быстро? Ты специально довёл меня до оргазма! Нельзя быстро, надо медленно.

— Господи, – пробормотал Тайфун. – Два часа. Куда уж медленней.

— Кофе? – спросил у ведьмы небритый системный вор, еле шевеля языком.

— Да, – ответила Маргарита. – Где вы дели съёмники энцефалограмм?

— Да вон они, валяются на ковре. Ты же первая, как всё кончилось, сняла и кинула.

Троица укуталась в халаты и села вокруг дубового стола. Марго закурила сигарету. Некоторая неловкость некоторое время прыгала между неголубыми, но вскоре исчезла.

— Собрали съёмники? – спросил Данила.

— Да какая разница, это прибамбас. Могли и не надевать, – пробормотала Марго куря сигарету и вся уйдя в себя. – Сколько вы мне должны? Если не ошибаюсь, десять миллионов? – Нефертити невозмутимо смотрела на Данилу и Тайфуна.

Данила холодно ответил:

— Да. Если Малыш не явился.

— Рано закончили. Боюсь, он опоздал. Но если он явился, вы отдадите мне четыре миллиарда. Врангель, улавливаешь разницу?

— Я спокоен к чужим заработкам, – твёрдо ответил Данила. – Мы с Тайфуном не жадные.

Повисла зловещая послеоргийная тишина. Марго молча курила и смотрела на напарников. Те на неё. Сигарета потухла.

— Ладно. Я не бог. Но и не дьявол. Констатируем факт, – проговорила она и пробежала пальцами по клавиатуре отмычки.

Высветилось:

СЧЕТ № 69696969696969696969696969696969

ДЕБЕТ: 16 000 000 000

— Твою мать… – прошептал Тайфун. – Всё сработало!

— Надо быстро избавиться от евро и купить любые ликвидные акции, – устало сказала Маргарита. Было видно, что она потеряла интерес к событиям. Добавила:

— Я рада, что сумела помочь вам. Впрочем, мы всё сделали вместе. Возможно, Малыш голубой и пришел к вам лично. Поэтому вместо четырёх я возьму два миллиарда. Это будет справедливо.

— Как угодно, – сказал Данила.

— Кинь их на мой счёт, вот он.

За окном поднимался рассвет. Июльское утро открывало новый день. Что было этой ночью? Да ничего особенного.

Маргарита одела свой балахон и лёгкой походкой покинула комнату.

Content

Врангель Данила РЕНТАБЕЛЬНОСТЬ СЕКСА ВТРОЁМ