Владимир Близнецов

Американ бог

Тёмный автомобиль остановился у ступеней стеклянного небоскрёба — офисного центра класса А. Водитель, обогнув хищную морду авто, элегантно распахнул дверцу перед Адамом Чизесом.

Тот не спеша выбрался из салона. Зрелый мужчина, чуть за шестьдесят, лощеный, в классическом светлом костюме, с тростью. Он вальяжно взошёл по ступеням, благодушно кивнул швейцару, открывшему дверь. Девочка-ресепши мило улыбнулась, охранник отступил, освобождая проход. Лифт поднял Чизеса на шестьдесят шестой этаж, в главный офис агентства «Веруй», принадлежавшего ему. Коридор и главный зал были почти пусты — обеденный перерыв. Только из-за двери кабинета Йохана Захарьи доносились голоса. Чизес не стал прислушиваться, скрылся в конференц-зале.

Йохан Захарья принимал клиента. Заказ был не самый сложный: прозрение, все тайны мира, блаженное спокойствие. Хоть стандартные пакеты не подходили, клиент готов был платить за индивидуальный подход. Он развалился в кресле напротив Йохана и увлечённо разглагольствовал. Захарья слушал в пол-уха — основной вектор мысли он уловил и теперь прикидывал варианты. В моду входит восточный колорит, поэтому оттенки буддизма обязательны. Можно дать намёк на синтоизм. Йохан внимательно оглядел молодого человека — искусственно затёртые джинсы, яркая блестящая футболка, тёмные очки, которые тот не снял даже в помещении. От взгляда не ускользнула и излишняя женственность жестикуляций. Да, основной темой станет учение о великом Дао, всеобщем Законе и Абсолюте. С ответом на главный вопрос жизни, вселенной и всего такого. Подобные типы Захарье не нравились, и, оставаясь внешне вежливым, он порой жёстко подшучивал над их заказами. Клиенты, правда, никогда не замечали тонких приколов Йохана.

— …и вот чтоб был я молодым. Ну, ты понимаешь, да? Чтоб там был не таким, как когда умру, а как щас, о'к?

Йохан автоматически кивнул, добавил в список требований ещё один пункт.

— Мистер Садорр, все ваши пожелания будут учтены. Подробный план и счёт придут на ваш адрес в течение недели.

— А ты мне нравишься, — молодой человек по-приятельски подмигнул. — Расскажу пацанам про твою конторку.

— Я польщён, — Захарья вяло растянул губы в улыбке.

Когда довольный клиент ушёл, покачивая бёдрами, Йохан вздохнул с облегчением. За несколько минут набросал схему философии и практики религии, скинул мейл креативщикам. Через час запланирована новая встреча, но в целом день не предвещал серьёзных трудностей. Йохан был из тех немногих менеджеров «Веруй», кто работал с VIP-клиентами по индивидуальным заказам. Львиная доля приходящих в агентство брали общие пакеты со слегка различающимися модификациями буддизма. Вариации по исламу популярностью не пользовались и вскоре были исключены из стандартов. А совсем бедная прослойка населения продолжали пользоваться архаичными вариациями на тему христианства.

Захарья пришёл в «Веруй» почти с самого основания. Молодой выпускник лингвистического университета со степенью бакалавра теологии — в прошлом безнадёжная профессия в материальном плане, — неожиданно оказался востребован. Его курс целиком заграбастали различные религиозные агентства, растущие как грибы. А всё потому, что массам надоели дряхлые учения. Переломный момент наступил, когда слова «новое» и «хорошее» стали синонимами. Это совсем не значит, что люди начали меньше верить в Бога и сверхъестественное. Наверное, даже наоборот. Темп жизни дошёл до предела, нервные заболевания стали встречаться не в пять, в пятьсот раз чаще, чем сердечнососудистые и онкологические вместе взятые. Кому-то надо было латать дыры в душах. И решение было найдено.

Тут-то и пригодилось образование Йохана. Он был одним из первых креативщиков «Веруй», участвовал в разработке стандартных пакетов. Затем его перевели в администраторы, и он летал по миру, заключал договоры по авторским правам со всеми сколько-нибудь значимыми церквями. По служебной лестнице Захарья взлетел, как шарик с гелием. Ходила стойкая легенда, что именно Йохану принадлежит идея так называемого «договора со Всевышним», а именно игра на тонких чувствах клиентов сентенцией «каждому воздастся по вере его». Человек приходил в «Веруй», говорил, чего хочет получить в загробной жизни, и, исходя из этого, агентством составлялся план, как провести жизнь текущую, чтоб достичь желаемого.

Сам Захарья, как ни странно, оставался атеистом. И, как подобает настоящему атеисту, верил в «сорок два», ибо веру в отсутствие бога считал ещё более глупой. А совсем не верить человек не способен.

Нью-Йорк за прозрачной стеной офиса поблёскивал солнечными зайчиками, многократно отражёнными от разнокалиберных офисных высоток. Плотный поток авто внизу двигался с черепашьей скоростью. Хорошо еще, что непроницаемые стены не пропускают выхлопные газы и звуки клаксонов. Деликатно постучав, в помещение вплыла секретарша. В её внешнем виде была какая-то необъяснимая смесь проститутки и строгой преподавательницы колледжа.

— Ваш чай, мистер Захарья. — Девушка, улыбаясь, поставила запотевший стакан перед Йоханом.

— Спасибо, Мария. Сообщите, как придёт клиент.

Девушка пообещала выполнить всенепременно и скрылась за дверью.

Захарья влез в сеть, растянув мягкий экран коммуникатора на коленях. Социальные сети были забиты приглашениями на мессы, служения водолею и прочим знакам зодиака, гуляния по случаю очередного священного праздника. Что поделать — тренд. Среди этой кучи как-то терялись новостные ленты, сообщения о музыкальных шоу и афиши кинофильмов. Какой-то малознакомый фрэнд хвастался только что полученной лицензией на религию. Просил отныне звать его Архипапой и за скромную плату уже начал набор учеников. Йохан с профессиональным интересом пролистал манифест Архипапы, подивился топорности работы креативщиков (не из агентства мистера Чизеса) и плюнул. Что там говорить, если отсутствует обязательный пункт про пророков и Мессию, что исключает дальнейшее развитие культа. Следовательно, максимум через год религия заглохнет. И кто, скажите на милость, за бесконечный джин-тоник на том свете будет сочинять по хокку в день, стоя на коленях? Тем не менее, двое «апостолов» в религию уже записались.

Агентство Чизеса потому и считалось лучшим, что каждый продукт был уникален и профессионально сделан — вплоть до запятой в священных текстах. Клиент, получивший на руки сертификат, становился главой первоклассной религии. А не такой убогой, как у этого несчастного Архипапы. Всё равно, что сравнивать лидера гаражной рок-группы и дирижёра в мьюзик-холле.

Захарья добавил пару новых фрэндов из недавних клиентов, придумал себе новый статус, — сменил шутку с логическим парадоксом на нечто философское. На всякий случай проверил почту, но, не считая одинокого спам-послания, новых мейлов не было. До следующего клиента оставалось минут десять, и Йохан открыл письмо. Привлёк профессионального теолога заголовок «Он грядёт!».

В письме говорилось:

«Братья и сёстры, матери и отцы, дочери и сыновья, к вам направлено сие послание в надежде найти понимание. Слушайте же! Он грядёт! Многоликий с разными именами: Мессия, последний пророк, спаситель второй, посланник нирваны — суть одна. И вспыхнут ярким пламенем лица его, и да скажет он: „Аз есмь! Уверуйте, и будет счастье ваше больше Вселенной“. Помогите праведному делу, что бы свет Истины зажёгся в миллионах сердцах: разошлите послание десяти несведущим, и да снизойдёт на вас благодать. Ослушавшимся же не будет места во Царствие его!»

Захарья хмыкнул: неумно кто-то развлекается. Йохан посмотрел выходные данные мейла. Письмо отправлено анонимной рассылкой всему офису. Йохан мысленно зааплодировал неизвестному шутнику. Найти бы этого типа и содрать с него выпивку, за плагиат. Ибо описание пришествия один в один было содрано у Захарьи: все эти пламенеющие лица Мессии, пространное описание вселенского счастья. С его лёгкой руки подобное «предсказание» было включено во все стандартные пакеты, да и VIP-персоны получали лишь чуть изменённую версию. Ибо элегантное сочетание священно-пафосной структуры с откровенно бредовым содержанием давало первоклассный эффект. Хотя Захарья честно признавался, что спёр этот приём из искусства, где им пользуются все: от производителей боевиков категории «Б» до утончённых творцов арт-хауса.

В углу дисплея всплыло окно ICQ — Мария сообщала о клиенте и почему-то добавляла заговорщицкие рожицы смайлов. Едва Йохан успел написать ответное сообщение, как дверь открылась и на пороге появился толстый мужчина средних лет. Захарья не успел рассмотреть его получше, потому как следом зашёл сам Адам Чизес. На лице было написано благодушное спокойствие: он, не здороваясь, прошёл к стулу у стены. Клиент подошёл к столу широкими шагами, протянул руку.

— Давид Прушим.

— Йохан Захарья, очень рад. — Захарья пожал потную ладонь.

Лицо человека показалось знакомым.

— Присаживайтесь, — Йохан бросил короткий взгляд на мистера Чизеса, но тот, казалось, вовсе не интересовался происходящим. — Я вас слушаю.

Прушим вытер руки о брюки и заговорил:

— Нужно, чтобы вы составили мне религию. Хотя меня вполне устраивают «Демократичные Боги» президента Херодуса, но жена считает, что нужно обзавестись собственной, как во всех приличных семьях.

Йохан улыбнулся и заговорщицки произнёс:

— Тогда вы пришли по адресу. Херодусу религию разрабатывало наше агентство.

— Да вы что? — глаза Прушима вспыхнули и он, тихо произнес. — А можно мне примерно такую же?

— Можно, — подтвердил Захарья, разворачивая экран коммуникатора. — Итак, пишем: частная собственность, божественная защита от злых сил, демократическая небесная страна… что-то еще?

Прушим замялся.

— Ну… ещё я бы хотел взять интервью у бога… знаете ли, профессиональный интерес.

И тут Захарья вспомнил, где видел этого толстяка, Прушим — глава TV-холдинга «Карифа», владелец тридцати с лишним каналов. Да это просто VIP-VIP-клиент! Понятно, почему сам Чизес пришёл проследить за работой. Хотя мог и не волноваться: толстячок снобизмом и капризностью не отличается, вполне нормальны мужик, без закидонов.

— Интервью с богом… с каким?

Прушим стушевался.

— А какие бывают, кроме Иисуса?

— Какие угодно, — твёрдо заявил Йохан.

Глава TV-холдинга немного поёрзал в кресле и сказал:

— Ну, пусть тогда будет с Иисусом… и Александром Македонским.

На лице Захарьи не дрогнул ни один мускул. Клиент всегда прав, раз считает Македонского богом, то Македонский никуда от этого не денется.

— Хорошо, — протянул Йохан. — Записал. Буду откровенен, заказ не простой. Усложняется он еще и тем, что вы имеете довольно слабое представление о мировых религиях, — Чизес в углу кашлянул, но Захарья не удостоил его взглядом. Давид Прушим потупился. — Еще одна сложность — придумать нечто вроде «Демократичных богов» президента, при этом не нарушив его эксклюзивных прав.

— Может, если это так сложно, то я ещё подумаю?.. Переговорю с женой…

— Ну, что вы, — подал голос старик Чизес. — Мистер Захарья — прекрасный специалист, он что-нибудь придумает.

А Йохан уже придумывал и прикидывал. Он отбросил явную чушь вроде божественной коровы или алкогольных постов по четвергам — незачем прикалываться над важным клиентом.

— Разрабатываем по схеме «люкс-плюс»?

Самая дорогая категория. Прушим, не задумываясь, кивнул.

— О'к. Тогда будет написана эксклюзивная священная книга, разработана атрибутика и иерархия. Даже мифологию создадим. Кто будет главой церкви: вы, ваша жена?

— Ну… наверное, жена. Ей приятно будет.

— Хорошо, — Захарья быстро начеркал что-то на листе, передал Прушиму. — Ознакомьтесь.

Толстяк поднёс планшет к глазам, прочитал:

— Светлая мать, благобожница, святоокая дева, богосвятая…

— Это варианты именования главы церкви, покажите жене, пусть выберет. По вашему заказу будет работать наша лучшая группа. Мистер Чизес не даст соврать.

Адам Чизес с улыбкой склонил голову. Прушим радостно улыбнулся.

— Спасибо! — горячо поблагодарил он, — Не зря мне вас рекомендовали. Жду, очень жду вестей.

Все трое встали, Давид Прушим вышел из кабинета вместе с главой «Веруй». Йохан тут же упал в кресло, закинул ноги на стол. Угодить такой большой шишке — это дорогого стоит! Теперь наверняка Чизес возьмёт его в совет директоров.

Адам Чизес вернулся через несколько минут.

— Поздравляю, Йохан, — с порога начал он. — Вы были на высоте.

Говорил он, как всегда, в полголоса, но очень чётко.

— Соответственно, назначаю вас куратором этого проекта. В подчинение забирайте хоть весь отдел креативщиков. Благодаря мистеру Прушиму у нас открываются большие возможности на поле TV-рекламы. Компанию будем начинать через две недели с моего интервью в шоу Эндрю Фёстколда с бонусной трансляцией в сети. Надеюсь, вы успеете к этому времени выдать лицензию мистеру Пришиму.

Захарья заверил его, что успеет даже быстрее. Чизес благодушно кивнул, собрался было уходить, но у выхода обернулся и спросил:

— Кстати, предсказание о Мессии планируете делать по классическому образцу?

Йохан сделал удивлённый взгляд.

— Да, по классическому. Но если надо придумать новое, то…

— Нет-нет, делайте как обычно. — Прервал Чизес и, насвистывая, скрылся за дверью.

Религия была готова через неделю. Чизес освободил Захарью от приёма клиентов, и Йохан корпел над гибким экраном сутки напролёт. Пантеон составляли шесть богов во главе с Иисусом и Александром Македонским, остальные были созданы скрещиванием верований индейцев и вавилонских мифов. Богослужения должны были превосходить пышностью русское православие, а главное — проводить их можно было прямо на рабочем месте.

За всей этой работой времени на странствия по сети почти не оставалось. А когда наконец Захарья нашёл минутку для Интернета, то удивлённо присвистнул. Мейл, полученный неделю назад, успел широко расползтись по сети. Вся «стена» Йохана в социальной сети была заспамлена этим «предсказанием». Шутка просочилась даже в новостные ленты. Захарья завистливо подумывал, в чём же секрет успеха розыгрыша. Надо бы взять на вооружение.

Давид Прушим заходил в офис ещё три раза, восторгался по поводу наработок, говорил, что и жене всё очень нравится. Хвастался, что в ТВ-холдинге половина персонала изъявила желание вступить в его церковь. В последний раз он, довольный, унёс с собой сертификат на религию, распечатанный текст Святой книги и сине-зелёное церковное облачение Святоокой божественной матери для жены.

Еще через семь дней весь офис собрался в главном зале шестьдесят шестого этажа. Выступление Адама Чизеса породило в «Веруй» нечто вроде корпоративного вечера.

Шоу Эндрю Фёстколда славилось скандальностью и серьёзностью одновременно. Фёстколд легко мог со знанием дела дискутировать с политиками и политологами или вести низкосортные семейные разборки со звёздами. Прушим в один из последних визитов по секрету сообщил Захарье, что Фёстколд первым вызвался вступить в религию его жены.

Десятки дисплеев в офисном зале показывали одну и ту же студию, Эндрю появился на экране аккуратно постриженный, со вкусом одетый и в неизменных очках. Было общеизвестно, что со зрением у Эндрю проблем нет, но он упрямо надевал очки на каждый эфир, справедливо полагая, что выглядит в них умнее.

— Гостем нашей сегодняшней программы является Адам Чизес, основатель самой известной сети религиозных агентств «Веруй»! Здравствуйте!

Переключилась ведущая камера, на экране возник Чизес, сидящий за столом напротив. Он кивнул.

— Хочу отметить, что услугами агентства мистера Чизеса воспользовались многие не последние люди в нашей стране. Даже «Демократичные боги» президента Херодуса были разработаны в «Веруй». Мистер Чизес, в чём с вашей точки зрения секрет успеха?

Чизес мечтательно улыбнулся.

— Наверное, в том, что я люблю свою работу. Да, не смотрите на меня так. Большинство богатых людей любят свой труд, иначе как бы они смогли сколотить состояние? У меня работа тяжёлая, порой нудная, но в конечном итоге дарит людям счастье! А это стоит того, чтобы пахать изо дня в день. К тому же я не один, у нас прекрасная команда специалистов.

— Да-да, — прервал его Фёстколд. — Хочу сообщить телезрителям, что я и сам являюсь членом Церкви, спроектированной мистером Чизесом.

Захарья поморщился, замечание Фёстколда ему не понравилось. Интервью шло своим чередом, на стандартные вопросы следовали банальные ответы. Потом начались небольшие провокации, Эндрю вёл беседу согласно нужному ему сценарию. После очередного такого вопроса Чизес даже повысил голос:

— Только ханжа, дурак и безбожник может считать личные религии болезнью общества. Это не болезнь, это — дар! Появляется возможность осуществить мечту, а как можно объявлять болезнью мечту? Пусть даже и сбывается она не в этой жизни. Кто-то уверует благодаря мне, и будет счастье его больше вселенной.

В студии повисла пауза. Да и в офисе «Веруй» разом прервались разговоры, все уставились в дисплеи. Захарья подумал, что почудилось.

— Э-э-э… — растеряно выдал Фёстколд. — Что вы сказали?

— Я говорю, уверуйте, и будет счастье ваше больше Вселенной.

Камера держала в объективе Чизеса и Фёстколда вместе, поэтому было видно, как Эндрю поперхнулся, ошалело уставился на Чизеса, а тот в ответ вежливо улыбнулся.

Чей-то женский голос за спиной Йохана выдохнул: «Он!» Обернувшись, Захарья увидел Марию. По толпе служащих пронёсся шёпот.

— Прорчество! «И да вспыхнут ярким пламенем лица его»! Смотрите — лица!

И увидел Захарья, что в зале горят десятки дисплеев, и со всех смотрит Адам Чизес. И тут половина менеджеров «Веруй» рухнула на колени, кто-то начал водить пальцами вокруг лица — Захарья вспомнил, что эти «священные» знаки придумал он, — многие молились кому попало.

Никто даже не вспомнил, что «предсказание» целиком написал Захарья. А Чизес продолжал спокойно сидеть в студии и невинно смотреть то в камеру, то на Фёстколда. Американский Мессия, старый хрыч! И что теперь со всем этим делать?! «Сорок два», приди и спаси!

© Copyright Близнецов Владимир (vip-petrarka()mail.ru), 31/05/2012.

Content

Владимир Близнецов
Американ бог