Кэтрин Манн

Попутчики

Пролог

Военный исправительный лагерь в Северной Каролине 17 лет назад

Трою Донавану обрили голову и отослали его в исправительную школу. Ему тогда было всего пятнадцать лет.

Может ли жизнь так поворачиваться задом? Еще как! В дальнейшем он не раз убеждался в этом.

Топчась на входе в казармы, Трой Донаван искал глазами свою вешалку. С дюжину коек были заняты парнями с такими же бритыми головами, как у него, — еще одна победа старого доброго папаши, избавившего сына от длинных волос. Кто еще посмеет поставить могущественного доктора Донавана в неловкое положение? Не говоря уже о том, чтобы сделать это достоянием общественности, как и случилось, когда сына знаменитого доктора уличили во взломе компьютерной системы министерства обороны.

В результате Троя доставили в тюрьму, вежливо именуемую частной военной школой, скрытой в холмах Северной Каролины. Именно к подобному соглашению пришел его собственный отец и судья в родном штате Виргиния. Противясь желанию высунуть кулак сквозь решетки, Трой крепче ухватился за свой костюм.

К черту все это! Трою совсем не по душе, чтобы от него избавлялись, как от чего-то постыдного. Если бы решение было предоставлено ему, он бы предпочел колонию для малолетних или даже тюрьму. Он согласился с решением судьи только ради матери. Школу ему предстояло оканчивать в этих стенах, но если его отметки будут на уровне, а сам Трой не влипнет ни в одну историю — до того, как ему исполнится двадцать один год, — он сможет вернуться к прежней жизни.

Теперь ему осталось только выживать здесь и надеяться — его мозги останутся при нем.

Койка за койкой, он подошел к последнему ряду, где на ножке кровати висела табличка «Донаван Т. Е.». Трой скинул вещевой мешок на пустую нижнюю койку. С верхней тут же свесилась нога в начищенном ботинке, и кто-то саркастически протянул:

— Значит, ты и есть Робин Хакер-Гуд? Добро пожаловать в ад!

Отлично!

— Спасибо. И не называй меня так.

Когда история о его «подвиге» появилась в прессе под заголовком «Робин Хакер-Гуд», Трой сразу возненавидел данное ему прозвище. В прессе также не обошлось без влияния отца, сделавшего все возможное, чтобы приуменьшить значимость коррупционного скандала с участием правительства. Ведь именно благодаря усилиям его сына-подростка об этом и стало известно.

— Что случится, если я буду звать тебя так, как хочу? — продолжал издеваться паренек сверху, на табличке которого значилось «Хьюз К.Т.» — Ты стащишь с моего счета деньги, гений?

Трой встал на цыпочки, чтобы убедиться — ему не придется спать под сатанинским отродьем. Отродье носило очки и читало «Уолл-стрит».

— Насколько я понимаю, ты не знаешь, с кем имеешь дело. — Хьюз резко перелистнул страницу и снова скрылся за газетой. — Неудачник! — презрительно бросил он.

Неудачник?

Ладно, спокойно. Трой знал: он просто гений — достаточно взглянуть на результаты его тестов. Правда, родителям было все равно. Его старший братец покуривал травку и бегал за девушками из группы поддержки. И его с треском выкинули уже из второго колледжа. Вот братец конченый неудачник, но их отец так не считал — подобные проблемы он легко решал с помощью денег.

Гораздо сложнее было скрыть, что его младший сын нелегальным способом выявил коррупцию в министерстве обороны, указав на связанных с этими контрактами двоих конгрессменов. В глазах отца Трой совершил непростительный проступок, поставив своих родителей в неудобное положение перед друзьями. Поэтому его сравнение с Робином Гудом было совсем неуместно.

Трой раскрыл вещевой мешок с униформой и нижним бельем, стараясь не смотреть в маленькое зеркало на бельевом ящике — иначе можно было ослепнуть от света, отраженного от его блестящей, наголо бритой головы.

Если бы только у него был компьютер! Психотерапевт, назначенный судом для оценки психического состояния Троя, выявил у подростка проблемы в общении с людьми. Виртуальный мир заменил ему реальный.

Этот последователь Фрейда был прав. И вот сейчас Трой оказался в битком набитом людьми кошмарном бараке. Это все равно что оказаться в аду…

У Троя не было возможности поискать в компьютере данные о малолетних преступниках, с которыми он очутился под одной крышей. Согласно решению судьи, ему разрешалось пользоваться Интернетом только под присмотром наставников и только в учебных целях.

Трой плюхнулся рядом со своим мешком. Нет, должен быть какой-нибудь выход, чтобы выбраться из этого места!

Нога сверху перестала качаться туда-сюда, и появилась рука, принадлежащая мистеру Уолл-стрит, — она сжимала игровой пульт.

Не совсем компьютер, но уже что-то электронное! Часть души Троя, которая не мыслила себя без электронных штучек, воспарила. Схватив приставку, он завалился на койку. Мистер Уолл-стрит-Хьюз обошелся без ехидного замечания, не обронив ни слова.

Трой решил: «Парень, может, не так уж и плох. И на этом спасибо».

На данный момент он был почти счастлив. Нет, не только потому, что в руке у него оказалась заветная электронная игрушка, а из-за соседства с человеком, который и в таком заведении мог позволить себе не следовать установленным правилам.

На секунду Трой даже позволил себе помечтать о том, что найдет здесь друга.

Глава 1

Хилари Райт нужно было срочно чем-нибудь себя занять во время полета из округа Колумбия в Чикаго. Ей не повезло — на креслах впереди нее оказались новобрачные, которые, очевидно, забыли, где находятся.

Она опустилась на свое место у окна и быстро надела наушники. Лицо обдало легким порывом прохладного воздуха из кондиционера. Вообще-то Хилари предпочла бы посмотреть кино, но тогда ей пришлось бы открыть глаза, а это было рискованно — неизвестно, что еще задумает парочка впереди нее.

Хилари просто-напросто хотела вернуться в Чикаго, чтобы наконец-то исправить самую ужасную ошибку и начать жить с чистого листа.

Звучащая в наушниках песня вводила в сон. Чтобы не уснуть, Хилари начала искать другую радиостанцию и остановилась на «Звуках музыки».

По проходу двигались другие пассажиры: семья с двумя детьми, затем несколько бизнесменов и женщин. Все они проходили мимо нее, к дешевым местам, на которых обычно летала и она сама. Но только не сегодня. Билеты на этот полет первым классом были приобретены ЦРУ — безумие, не меньше. Вплоть до этого месяца Хилари слышала о ЦРУ лишь в новостях, смотрела про агентов фильмы. Сейчас же ей предстояло помочь этой организации, чтобы обелить свое имя и не угодить в тюрьму.

До Хилари донесся стон новобрачной. Она поглубже уселась в кресле и крепче зажмурила глаза. Мало того что она нервничала перед своей первой поездкой в Чикаго, так еще это! Вообще-то Хилари всегда мечтала выбраться из своего маленького Вермонта и побывать где-нибудь еще. Поэтому работа в качестве организатора мероприятий в округе Колумбия поначалу казалась ей посланной Богом. Она начала встречаться с интересными людьми, о которых прежде только читала в новостях, — политиками, звездами кино, даже членами королевских семей.

И размах, с каким жил ее богатый бойфренд, ее поразил. Глупо, конечно, как она позволяла себе не замечать истинных целей, скрывающихся за филантропическими пожертвованиями Барри, отсутствия у него каких бы то ни было моральных устоев.

И вот теперь Хилари предстояло вытащить себя за волосы из болота, в котором она увязла, доверившись негодяю, который под видом благотворительности выуживал из богатых деньги, оседающие на его счете в швейцарском банке.

Покинув маленький городок, Хилари так и осталась доверчивой провинциалкой.

И вот сегодня ее глаза открылись.

Хилари открыла глаза и тут же пожалела об этом — в просвете между сиденьями мелькнула обнаженная кожа и розовый бюстгальтер.

Снова крепко зажмурившись, она постаралась забыться в повторяющемся мотиве мелодии, доносящейся из наушников.

«Расслабься, — сказала она себе. — Не накручивай себя. Надо как-нибудь прожить этот уик-энд».

Все, что ей предстояло сделать, — это опознать мошенника из банка, связанного с ее бывшим бойфрендом, через которого деньги переправлялись за границу, написать официальное заявление в Интерпол и вернуться наконец к своей работе.

После того как Хилари вновь удастся завоевать расположение своей начальницы, она вернется к организации вечеринок, с которых и начинала когда-то. Стоит только начать появляться статьям, освещающим ее вечеринки, в отделе светской хроники во всех больших газетах, как ее карьера стремительно пойдет вверх. А в это время ее экс-бойфренд будет коротать время в тюрьме, читая о ней в таблоидах и завидуя успеху бывшей подружки. Может, в журналах даже появятся ее фотографии, на которых она будет выглядеть чертовски соблазнительно — так, что при взгляде на нее Барри будет задыхаться в своей одиночной камере…

Подонок!

Хилари ущипнула себя за переносицу, борясь с подступающими слезами, но начать жалеть себя ей помешал легкий хлопок по плечу. Вытащив наушник, она подняла глаза и поочередно увидела элегантный темно-синий костюм, галстук от Хьюго Босса и на нем классическую застежку.

— Прошу прощения, мэм, но вы заняли мое место.

Голос у мужчины был низкий, приятный, без каких-либо раздражительных ноток, которых вполне можно было ожидать. Его лицо оказалось в тени, и Хилари могла видеть лишь достаточно длинные темно-каштановые волосы, доходившие ему до воротника.

И она заняла кресло этого мужчины?

Хилари моргнула и сделала вид, что старательно изучает свой билет, хотя прекрасно знала, какое у нее место. Просто ей хотелось сидеть у иллюминатора, а не возле прохода. Но, видимо, ничего не поделаешь…

— Прошу прощения. Вы правы.

— Знаете что? — Мужчина положил руку на спинку пустого сиденья. — Если вам нравится сидеть у иллюминатора, то и оставайтесь там. А я займу ваше место.

— Что вы! Не хочу злоупотреблять вашей любезностью, — поспешно отозвалась Хилари, и в ту же минуту до них долетел стон с ряда, где сидели новобрачные. Хилари стиснула зубы, стараясь не покраснеть.

— Не волнуйтесь, все в порядке, — успокоил ее мужчина.

Положив свой кейс на полку, он сел рядом.

Когда он повернулся к ней и свет упал на его лицо, Хилари беззвучно выдохнула. Ничего себе! Да ведь он красавчик! Черты лица, конечно, резковаты, но зеленые глаза, прикрытые длинными ресницами, так и притягивали взгляд. Если судить по морщинкам, которые появлялись на его лице, когда он улыбался, мужчине было уже за тридцать…

Хилари склонила голову и внимательнее всмотрелась в лицо попутчика. Странно, он показался ей знакомым, хотя она не могла вспомнить, где его видела. «Нет, наверное, мне показалось», — решила она, ведь запомнить всех, с кем ей довелось встретиться на устроенных ею вечеринках, было просто нереально.

Самолет начал выруливать на взлетную полосу, и Хилари услышала щелчок — мужчина пристегнул ремни.

— Вы не любите летать, верно? — вдруг спросил он.

— С чего вы это взяли?

Мужчина пожал плечами:

— Вы сели у иллюминатора, но не распахнули шторки. Самолет еще не взлетел, а вы уже слушаете радио. — Он бросил мимолетный взгляд вниз. — К тому же вы мертвой хваткой вцепились в подлокотник.

Хилари распахнула глаза: «Да уж, есть над чем подумать. Красавец к тому же наблюдателен».

Впрочем, мужчина сам подсказал ей выход. Уж лучше признаться в страхе перед полетом, чем посвящать незнакомца в подробности того, как она умудрилась испортить себе жизнь.

— Точно! Вы меня раскусили. — Хилари кивнула. В этот момент одно из кресел впереди опустилось, и им стало видно, как мужчина запускает руку за пояс женщины. Хилари понизила голос и добавила: — К тому же эта любовная парочка не помогает расслабиться.

Улыбка исчезла с лица мужчины. Он нахмурился:

— Я вызову стюардессу.

Он уже потянулся к кнопке, но Хилари удержала его за запястье. В ту самую секунду, как их руки соприкоснулись, между ними словно проскочила искра.

Прочистив горло, она сложила руки на груди.

— Не стоит. Кажется, стюардесса занята другими пассажирами. — Хилари понизила голос: — К тому же, как мне кажется, ей совсем не нравится, что мы разговариваем. Видели, как она на нас посмотрела?

Мужчина склонился ближе и произнес заговорщическим тоном:

— А как вы посмотрите на то, если я начну колотить по спинкам сидений этой парочки? Может, тогда они сообразят, что вовсе не невидимы, как им кажется?

Когда сосед оказался так близко от нее, Хилари вдруг перестала замечать то, что творилось впереди. Да и взгляд мужчины выдавал его явный к ней интерес.

Хилари почувствовала приятное волнение. Кажется, она совсем не возражает против своего спутника…

— Пусть живут, — произнес мужчина. — А мы займемся своими делами. Хотя, если честно, так недовольно стюардесса могла смотреть на них, а не на нас. Мне кажется, это было бы справедливо.

Но тон, каким были произнесены эти слова, заставлял усомниться в их искренности.

Хилари фыркнула:

— Вы циник?

— А вы собираетесь сообщить мне, будто верите в любовь? В ухаживания, цветы и прочие атрибуты?

Хилари оглядела его дорогой костюм, перевела взгляд на улыбающееся лицо с ямочками.

— Не сочтите за оскорбление, но лично мне не кажется, что так выглядит типичный семьянин.

Негромко рассмеявшись, мужчина положил руку на грудь.

— Почему вы обо мне такого мнения? Я задет до глубины души, — с наигранной печалью произнес он.

Хилари также рассмеялась, но ее смех замер, стоило ей почувствовать на себе его пристальный взгляд.

Мужчина указал на иллюминатор:

— Мы в воздухе. Можете открыть шторку и расслабиться.

Хилари недоуменно посмотрела на него, а затем вспомнила, как объяснил ее попутчик задернутую шторку. А уж после этого вспомнила, почему она была так напряжена. Ее бывший бойфренд… Чертов Барри! Но ничего, если ей удастся опознать его сообщника в Чикаго, то Барри скоро окажется за решеткой.

— Трой. — Мужчина протянул руку. — Меня зовут Трой. Я из Виргинии.

— Хилари, из округа Колумбия.

Хилари осторожно взяла его руку и пожала, надеясь, что в этот раз ей удастся избежать удара электричества, статического или какого бы ни было еще. Но нет! И в этот раз стоило их рукам соприкоснуться, как между ними опять пробежал разряд. Хилари явственно ощутила, как по ее телу прошло тепло. Впрочем, что плохого было в том, что ей кто-то понравился?

Именно бывшему парню Хилари была обязана тем, что стала осторожнее в общении с мужчинами. Барри сумел превратить девчонку с фермы в циничную женщину, не доверяющую никому. Вот и сейчас Хилари спрашивала себя: «Не скрывается ли за желанием этого мужчины безобидно пофлиртовать во время полета, чтобы скоротать время, что-нибудь еще?»

Пропади все пропадом! Что может быть криминального в том, чтобы поболтать с парнем во время полета? К тому же он, конечно сам того не желая, помог ей расслабиться, когда она думала о предстоящем благотворительном вечере, на котором ей предстояло опознать соучастника Барри. Этот соучастник был хитрый тип, ему до сих пор удавалось избежать внимания камер. В лицо его знали всего несколько человек, включая Хилари. В первый раз она столкнулась с ним в квартире Барри, когда решила зайти без приглашения. А второй раз — в офисе Барри.

Вспомнит ли он ее, когда увидит? Хилари тешила себя мыслью, что нет.

А теперь сосед как раз предлагал ей отвлечься от мыслей. Например, от того, стоит ли ей принять немного алкоголя, чтобы забыть о своем задании? Ведь Хилари еще ни разу в жизни не приняла ни капли!

— Так как, Трой? Не расскажете, зачем вы направляетесь в Чикаго?

Трой узнал Хилари Райт сразу, как только увидел ее в салоне самолета. Она выглядела в точности как на том фото, которое ему дали, включая веснушки на носу и выгоревшие на солнце пряди рыжих волос.

Но фотография не давала никакого намека на то, что скрывается ниже ее шеи. И это было досадным упущением, так как Хилари Райт оказалась длинноногой, с плавными изгибами фигуры, к тому же от нее веяло невинностью. Вообще-то Трой предпочитал другой тип женщин, но кто сказал, что нужно всегда следовать предписаниям?

Вот почему он оказался на борту самолета, которым летела Хилари, а не согласился с планом, предложенным сотрудниками ЦРУ, разработанным ими совместно с американским подразделением Интерпола. Чтобы застать Хилари врасплох и увидеть, как она себя поведет.

К счастью для Троя, место рядом с Хилари оказалось незанятым, что дало ему возможность оказаться с ней в непосредственной близости. Девушка ничего не заподозрила.

Она была, несомненно, очень мила — он едва сдержался, чтобы не поцеловать ее милый веснушчатый носик. И Трой оказался совсем не готов к исходящей от нее живительной энергии и ауре невинности.

Именно на этом рейсе в Чикаго он и ожидал встретить Хилари Райт. Хотя бы потому, что вечеринка в гадючнике, которая должна была состояться в эти выходные, была единственным местом, где ей надлежало быть.

Черт бы побрал тех, кто решил ввести в игру Хилари Райт! Он бы смог справиться с этим заданием один, но кому-то сверху, видите ли, понадобилось быть уверенным в том, что сама Хилари Райт не участвует в схеме по отмыванию денег.

Едва увидев ее, Трой сразу понял: девушка слишком наивна, чтобы быть заодно с негодяями, использующими мероприятие по сбору благотворительных средств для получения нелегальных доходов.

— Трой? Эй! — Хилари помахала рукой перед его лицом. Трой заметил, что ногти у нее были обгрызены. — Почему вы летите в Чикаго?

— Деловая поездка. Компьютеры, — не вдаваясь в подробности, сказал Трой. И этого достаточно. — А вы почему? — спросил он, зная ответ.

— На благотворительную вечеринку. Я организую подобные мероприятия, и… э-э-э… моя начальница решила отправить меня, чтобы проверить работу шеф-повара.

Да уж, Хилари Райт была никудышной лгуньей. Даже если бы он не знал цели ее поездки в Чикаго, сразу бы заподозрил — эта особа явно лжет.

— Шеф-повара? Из Чикаго? А сами вы работаете в округе Колумбия? Вы работаете на лоббистов?

— Нет, моя работа связана с организацией мероприятий по сбору благотворительных средств, а не для поддержки политических кампаний. Мы ничего не планируем организовывать в Чикаго. Просто заодно я сравниваю работу наших конкурентов. В общем, мне предстоит грандиозное задание, начиная с проверки и… — Хилари оборвала себя и улыбнулась: — Кажется, я чуть не вывалила на вас все подробности своей деятельности. Вряд ли вам это интересно…

— Короче говоря, ваша работа заключается в полировке нимбов вокруг голов богатых и знаменитых. — Трой слабо улыбнулся.

Хилари слегка поджала губы:

— Называйте как хотите. К счастью, я не нуждаюсь в вашем одобрении.

Трой едва удержался, чтобы не продолжить ее подкалывать, — глаза у Хилари так и засверкали от праведного возмущения, отчего она стала еще очаровательнее.

Подобную честность встретишь нечасто. Может, оттого, что это зачастую связано с некими проблемами?

Трой знал это слишком хорошо. Ему понадобилась вся его выдержка, когда он, пятнадцатилетний подросток, выслушивал решение судьи. Но надо признаться — пребывание в школе пошло ему на пользу. Неожиданно для самого себя Трой обзавелся друзьями и выработал для себя новые правила. Более того, он научился следовать этим правилам. Когда ему позволили вернуться к компьютерам, он сел за разработку игры, которая оказалась настолько успешной, что позволила ему заработать в несколько раз больше своего отца.

Так появилась на свет его компания.

Но за то, чтобы заниматься любимым делом, пришлось платить. Теперь каждый его шаг отслеживался, так как спецслужбы решили: однажды ощутив вкус собственной власти, парень захочет попробовать сделать это еще. Вообще-то они оказались правы… В двадцать один год Трою сделали предложение, от которого он не смог отказаться. Если ему еще когда-нибудь захочется сделать что-нибудь подобное, то его навыками охотно воспользуется американское отделение Интерпола.

Сначала ему пришлось непросто, когда он понял: ему давали лишь ограниченную свободу. Однако шло время, и к тридцати двум годам Трой научился придерживаться установленных правил — так же, как и получать некоторое удовольствие от собственного участия в борьбе с международной преступностью. К своей работе Трой относился серьезно, что и доказывал каждый раз, когда к нему обращались с новым заданием.

Спустя некоторое время к помощи Троя стали прибегать не только тогда, когда требовались его знания в области информационных и сетевых технологий. Его богатство служило ему пропуском в высшие круги общества. Когда Интерполу немедленно требовался человек, который имел туда доступ, обращались к таким, как Трой, свободным агентам. В большинстве же случаев его работа была закулисной и сводилась к тому, что он знал лучше всего, — к компьютерам. Работа, подобная той, которую ему предстояло выполнить сейчас, случалась редко — как правило, раз в год, — главным образом для того, чтобы не навлечь на Троя Донавана подозрения.

Подобная осторожность была как нельзя кстати, особенно сейчас, когда в операцию, проводимую совместно ЦРУ с Интерполом, так неосмотрительно, по мнению Троя, вовлекли Хилари Райт. Она ведь никого не сможет обмануть, а вот выдать себя — запросто!

Такое мнение у Троя сложилось сразу, как только он прочел ее дело. Неужели, кроме него, этого никто не заметил? И уж если Троя считают компьютерным гением, то почему не прислушиваются к нему? Вот и пришлось Трою срочно организовывать себе билет на этот рейс, чтобы подтвердить свои опасения. Трой поставил себе задачу приклеиться к Хилари на весь уик-энд, чтобы она, не дай бог, не провалила всю операцию.

Одно хорошо: находиться рядом с такой женщиной — одно удовольствие.

Впервые за последние несколько лет Трой перестал чувствовать ставшую уже привычной скуку. В Хилари Райт было нечто такое, что возбуждало его любопытство. Так что время полета он посвятит тому, чтобы догадаться, чем же его так заинтриговала эта девушка. Но как только Хилари выяснит его полное и печально известное имя, она от него отстранится. Скорее всего, девушка так никогда и не узнает истинной причины, сведшей их вместе. А уж на то, что она заведет роман с мужчиной, у которого такая репутация, рассчитывать и вовсе не приходится. Тем более тогда, когда она уже однажды так сильно обожглась…

Стюардесса наклонилась над ними:

— Не желаете ли какой-нибудь бесплатный напиток? Вино? Коктейль?

Улыбка на лице Хилари застыла. Простой вопрос согнал всю краску с ее оживленного лица, так как упоминание об алкоголе оживило болезненные воспоминания…

— Нет, спасибо.

Трой отрицательно покачал головой:

— Спасибо, тоже нет. — Он повернулся к Хилари: — Вы точно не хотите выпить бокал вина или что-нибудь еще? Алкоголь помогает забыть о страхе.

Хилари села очень прямо:

— Я не пью!

— Совсем?

Хилари боялась закончить как ее мать — в постоянных сменах одного реабилитационного центра на другой, пока ее отец продолжал надеяться, что вот сейчас-то новая программа обязательно поможет. Этого так и не случилось…

Дома Хилари ничего не светило. Ее единственной надеждой устроиться в жизни был округ Колумбия. Она не могла рисковать. Нет, никакого алкоголя! И никаких обаятельных мужчин!

— Никогда, — подтвердила Хилари. — Я не пью.

— Должно быть, за этим что-то скрывается, — пробормотал Трой, играя платиновыми запонками.

— Да, — коротко ответила Хилари, не желая признаваться самой себе: даже запах этого мужчины действовал на нее пьяняще.

— Но посвящать меня в подробности вы не собираетесь.

— Только не совершенно незнакомого мне человека. — Хилари научилась скрывать свои семейные тайны и делать вид, что живет в нормальной семье.

Искусство притворяться помогло ей и в работе по организации мероприятий для элиты округа Колумбия. Она, может, и выглядит как наивная провинциалка, но много чего повидала в жизни. Может быть, поэтому ей так легко в обществе Троя?

Для начала надо признаться — с того момента, как он сверкнул своей мальчишеской улыбкой, Хилари ожидала от него нечто иного. Но весь полет прошел в… разговорах. Они говорили о любимых актерах и еде. Им обоим нравится джаз, оба предпочитают триллеры. К удивлению Хилари, Трой оказался весьма начитан, знал Шекспира настолько, что мог его цитировать. И, как выяснилось, обладал тонким чувством юмора.

Когда Хилари вдруг умолкла, Трой наклонился к ней:

— Что-нибудь не так?

— Почему вы ко мне не пристаете? — неожиданно выпалила она.

Трой удивленно моргнул, а затем на его лице появилась медленная широкая улыбка, которая так начала нравиться Хилари.

— Вы этого хотите?

— Ну, вообще-то мне и так хорошо.

Хилари откинулась на спинку и стала ждать, когда его улыбка несколько угаснет. Раньше ей никогда не нравились длинноволосые мужчины с парой небольших шрамов на лице, выдававших, что они не прочь влипнуть в какую-нибудь историю. Хилари насчитала у него три шрама: один проходил через бровь, другой был едва заметен на подбородке, еще один, скрытый прядью волос, расположился на лбу.

Впрочем, можно вспомнить всегда безукоризненно одетого, прилизанного Барри, чья внешность, как позже узнала Хилари, скрывала его настоящую лживую сущность.

Трой заглянул Хилари в глаза:

— Я могу ошибаться, но, кажется, вашу жизнь не назовешь особенно веселой, верно?

У кого есть время на то, чтобы веселиться? Последние три года Хилари упорно работала, выстраивая новую жизнь, далекую от полного слухов маленького городка, в котором ее знали как дочь матери-пьяницы. Но Барри запятнал и репутацию самой Хилари, украв не что-нибудь, а деньги, выделенные в качестве грантов, которые должны были пойти на обучение. И пока она не докажет, что не имеет к этому никакого отношения, все будут ее подозревать. Ей необходимо восстановить доверие окружающих к себе! И прежде всего своей начальницы.

Хилари разгладила юбку:

— Почему бы вам сразу не назвать меня занудой?

— Вы не зануда, просто трудоголик. Я заметил, вы взяли с собой кучу документов, а не книги или журналы. И достаточно взглянуть на ваши красивые руки, правда с обгрызенными ногтями… Все это кричит о напряжении, в котором вы живете.

Да. Хилари пыталась совмещать работу и любовные отношения, но у нее, как ни жаль это признавать, ничего не вышло… Слишком занятая своей работой, Хилари не сразу заметила — Барри начал использовать ее с целью сблизиться с богатенькими клиентами.

— Что такого в том, что мне просто нравится моя работа? — пожала плечами Хилари. И чтобы сохранить эту работу, ей предстоит доказать — она не была заодно с Барри, ее просто использовали. Иначе ей грозит увольнение, после которого она может даже не мечтать о том, чтобы найти другую стоящую работу — ей просто не поверят. — А как насчет вас? — Хилари только сейчас осознала — Трой ей ничего толком не рассказал о своем занятии, в отличие от нее, а самолет уже шел на посадку.

Трой лишь мимолетно улыбнулся:

— А вот скажите, если бы вы летели этим рейсом не по работе, а, скажем, в отпуск и могли бы сесть на любой другой самолет, куда бы предпочли отправиться?

— За границу.

— За границу — понятие обширное, — заметил Трой, кидая взгляд в иллюминатор, за которым стремительно приближалась земля.

— Я бы просто закрыла глаза и выбрала любой рейс, только куда-нибудь подальше. — Далеко-далеко от этой вечеринки…

— Да, добрая старая идея побега. Понимаю. Когда я учился в пансионе, то строил самые разные планы, где буду жить и какие страны посещу в первую очередь. В общем, путешествия без границ.

Трой учился в закрытой школе? Любопытно. И совсем не похоже на школьные будни ее детства, когда до школы каждое утро детей довозил древний автобус с рваной обшивкой раздолбанных сидений.

Хилари склонила голову набок:

— В этом и заключается смысл отпуска — заняться чем-то отличным от того, чем вы занимаетесь почти весь год, отвлечься от ежедневной рутины. И ваше желание вполне объяснимо: выбраться на волю из стен закрытого учебного заведения.

— Да, конечно. — Улыбка Троя стала натянутой, но это длилось всего миг. — Между прочим, откуда вы сами? Чтобы у меня сложилось представление о вашей ежедневной рутине и чтобы я наиболее точно выбрал место, куда бы мы могли сбежать?

Он сказал «мы»?

Хилари рассмеялась:

— Теоретически, да?

— Почему теоретически? — пожал плечами Трой. — Я вполне серьезно.

— В самом деле? Ну, тогда прошу прощения. — И внезапно мысль о совместном отдыхе с этим притягательным мужчиной показалась Хилари весьма соблазнительной. — Я родилась в Вермонте. Это маленький город, о котором никто ничего не знает, кроме его жителей. Переезд в Вашингтон стал для меня шансом изменить свою жизнь. Ну а сейчас я еду в Чикаго.

— Кажется, вы не особенно этому рады, — заметил Трой.

Хилари чуть не вздрогнула от его проницательности. Кажется, они слишком сблизились. Не помешает снова немного увеличить между ними расстояние.

— Вы не забыли, я боюсь летать? И, — не удержалась Хилари, — если уж вы заговорили о совместном времяпрепровождении, разве вы не должны сначала спросить номер телефона?

— А вы бы мне его дали, если бы я спросил?

— Нет, — сказала Хилари, убежденная, что не лжет. — Да сейчас и не время и тем более не место, чтобы начать думать о свиданиях. Так что можете оставить свои попытки меня очаровать.

— А если мне ничего не нужно, кроме общения?

Хилари не удержалась от улыбки:

— Вы сами-то хоть верите в то, что говорите?

Трой откинулся на спинку кресла, в его глазах промелькнуло уважение.

— Ну ладно, ладно, вы правы. Мне хотелось спросить у вас номер телефона, тем более что я не женат. Сообщаю это на случай, если вы задавались этим вопросом. Но раз уж вы открыто дали понять, что мне ничего не светит, я постараюсь залечить свои сердечные раны и оправиться от оскорбления, нанесенного моему эго. Короче, хочу продолжить наслаждаться вашим обществом немного дольше.

Хорош, ничего не скажешь! Милый, забавный, уверенный в себе, и, как оказывается, язык хорошо подвешен.

— Вы часто это репетировали или просто хороший импровизатор? — поинтересовалась Хилари.

— Вы умная женщина, уверен, сами догадаетесь.

Черт возьми, Трой ей определенно нравился!

— С вами не соскучишься, — улыбнулась Хилари.

— Вы тоже очаровательны, — вернул комплимент Трой. — Приятно было провести полет с такой женщиной, как вы.

Хилари даже не заметила, как они приземлились. Она огляделась и, словно очнувшись от сна, поняла: времени прошло больше, чем она думала. Самолет остановился, и пассажиры один за другим вставали со своих мест.

Трой встал и достал ее простую черную сумку с полки.

— Ваша?

— Как вы узнали?

Он постучал по небольшому ярлычку с изображением небольшой коровы, прикрепленному к ручке.

— Вермонт. Самый большой процент коров на одного человека во всей стране.

— Вы совершенно правы. — Хилари также встала, остановившись с ним рядом.

Слишком близко… В проходе вдруг одновременно оказалась целая толпа пассажиров, прижавшая Хилари к его груди.

Ух ты! Оказывается, под его дорогим костюмом скрывалось хорошо тренированное тело — грудь у него была твердой, как скала. Дразнивший ее до этого момента запах Троя ударил ей в голову, обволакивая как покрывалом.

Трой как будто не заметил, в какой близости они оказались, никак не прокомментировав, когда их тела соприкоснулись.

— Что ж, приятного времяпрепровождения в Городе ветров, — только и сказал он.

Хилари прикусила нижнюю губу, противясь неожиданно вспыхнувшему желанию дернуть его за шелковый галстук.

В громкоговорителе раздался голос стюардессы:

— Пожалуйста, вернитесь на свои места. Возникла небольшая задержка, после чего вы сможете покинуть самолет.

Хилари так быстро проскользнула на свое место, что чуть не ударилась головой о верхнюю полку. Трой медленно опустился в кресло, а стюардесса тем временем открыла люк. В зияющем проходе стал виден подвезенный трап.

«Странно, — подумала Хилари, — с чем связана задержка?»

Она выглянула в иллюминатор. Самолет остановился возле терминала, а неподалеку, не далее чем в нескольких футах, стоял большой черный внедорожник. На одной из дверей была изображена какая-то официальная эмблема. Из машины вышли двое мужчин в черных костюмах и очках и стали подниматься по трапу в самолет.

Появившись в проеме двери, один из мужчин кивнул стюардессе:

— Благодарю, мэм. Мы недолго.

И пара направилась по проходу.

В животе у Хилари все перевернулось. Неужели возникла какая-то проблема? Да, она сказала Трою, что боится летать, и это было ложью, зато сейчас она испугалась по-настоящему. Сколько ей ждать, чтобы узнать: случилось что-нибудь или нет?

Когда мужчины остановились рядом, сердце у нее ухнуло куда-то вниз. Кажется, совсем скоро она узнает…

— Трой Донаван? — спросил один из мужчин.

«Трой Донаван?» — эхом повторила про себя Хилари и ощутила, как скрутило живот.

Кажется, ей знакомо это имя…

— Да, это я. А в чем дело, джентльмены?

Трой Донаван…

И в эту же секунду она вспомнила. Трой вовсе не являлся тем милым парнем, которым хотел ей показаться. И он не только работал с компьютерами. Его частые вечеринки пользовались бешеной популярностью, благодаря чему статьи о Донаване регулярно появлялись в отделе светской хроники.

— Мистер Донаван, пожалуйста, встаньте.

Трой кинул на Хилари извиняющийся взгляд и встал перед обступившими его мужчинами.

— Мы могли бы встретиться в аэропорту, как и все, — заметил он.

Мужчина постарше, который в этой паре, видимо, был главный, отрицательно покачал головой:

— Лучше так. Так быстрее, и нам не придется заставлять полковника Сальваторе ждать.

— Да, конечно. Мне бы тоже не хотелось доставлять неудобство полковнику.

Трой говорил спокойно, но Хилари заметила, как его руки сжались в кулаки.

Она обеспокоенно перевела взгляд с мужчин на Троя и обратно. Что происходит?

Мужчины достали черный кейс из итальянской кожи, принадлежавший Трою, и надели на его голову элегантную фетровую шляпу — именно в таком виде он не раз появлялся на фото в газетах. Если бы Хилари увидела на Трое эту шляпу раньше, она бы узнала его в тот же миг…

Семнадцать лет назад Трой Донаван взломал сервер министерства обороны, снискав сомнительную славу. В то время ей было десять лет, а он уже тогда стал знаковой фигурой. С тех пор каждая успешная хакерская атака так и называлась — «донаванской». Уже в то время он стал легендой, сумев обнаружить бреши в системе информационной безопасности и выявить коррупционные схемы. Он сунулся туда, куда до того момента имели доступ только власти. Причем сделал это незаконным способом, тем самым преступив несколько законов. Если бы на тот момент Трой Донаван был совершеннолетним, ему грозило бы пожизненное заключение.

Но он и так понес наказание — несколько лет провел в какой-то военной школе. Зато после основал свою собственную компанию и стал наживать миллионы. Трой Донаван жил на широкую ногу и вел совершенно разнузданный образ жизни.

Надо же! Она подпала под обаяние еще одного негодяя! Печальный опыт с Барри ее ничему не научил. Разочарованная, Хилари прикусила нижнюю губу. Вообще-то она направлялась в Чикаго, чтобы оставить прошлое в прошлом, а никак не для того, чтобы усложнить себе жизнь еще больше.

Трой протянул руку к своему кейсу, но мужчина помоложе сделал шаг назад. Тот, что постарше, вытащил… наручники.

Трой вопросительно поднял бровь:

— В этом действительно есть необходимость?

— Боюсь, что да. — Щелк, щелк. — Трой Донаван, вы арестованы.

Глава 2

Трой устроился поудобнее на заднем сиденье бронированного джипа, удалявшегося от аэропорта, и поднял руки, позвякивая наручниками:

— Без них нельзя было обойтись?

Пара, что встретила его в самолете, разместилась на переднем сиденье. Учитель Троя, бывший директор военной школы полковник Джон Сальваторе сидел рядом с ним и усмехался.

Как обычно, на нем был неизменный серый костюм и красный галстук — его вариация военной формы в мирной жизни, после того как он оставил службу в армии.

— Да, Трой, без них обойтись было нельзя — таково было требование дамочки, устраивающей вечеринку. Она решительно настроена устроить аукцион холостяков, о котором прочла в каком-то романе. Принимая во внимание твое богатое прошлое, ей показалось — наручники подстегнут интерес к мероприятию. И честно говоря, фотографии в газете улучшат твой имидж, а значит, пойдут и нам на пользу.

Как обычно — не забывают про собственные интересы. Что ж, таково их соглашение…

Ему исполнилось двадцать один год, когда подошел к концу срок его наказания. Тогда же Трой заключил сделку с полковником Сальваторе, который в то время был директором тренировочной школы-лагеря — и, как выяснилось, не только. Полковник вербовал свободных агентов для Интерпола. От Троя потребовались его знания и навыки в области компьютерных и сетевых технологий, а позднее и его вхожесть в высшие круги общества. Трой не был единственным, кого завербовали после окончания закрытой военной школы. Все эти молодые люди, как и он, принадлежали к привилегированному сословию, а потому не нуждались ни в каком прикрытии.

Трой покрутил запястьями, закованными в наручники:

— Вы могли бы и подождать, чтобы не напугать Хилари Райт. Я-то думал, вы хотите, чтобы она не нервничала.

И снова, словно Хилари сидела рядом, Трой отчетливо увидел полные испуга и понимания голубые глаза, когда она поняла, кто ее попутчик. А смех Хилари и теплая, искренняя улыбка словно навсегда запечатлелись в его памяти…

Сальваторе вздохнул и провел рукой по коротко стриженным волосам.

— Если бы ты сел в личный самолет, как и предполагалось, ничего этого не случилось бы. И перестань думать, какого мнения о тебе Хилари Райт. Уже в понедельник ты ее не увидишь. Совсем скоро ты снова будешь принадлежать самому себе. Если повезет, ты мне еще долго не понадобишься.

Мысли Троя вернулись к Хилари. Он снова увидит ее в этот уик-энд…

— Значит, аукцион холостяков, так? Надеюсь, та дамочка не ожидает, что я продефилирую по подиуму, словно модель?

— И когда это ты стал тревожиться по поводу собственной внешности? — прищурился полковник.

— И когда это вы стали прибегать к помощи таких невинных девочек, как Хилари? — не остался в долгу Трой, испытывая странное желание ее защитить.

Ну, по крайней мере, у него будет возможность объяснить Хилари то, что произошло в самолете. Он даже может сказать, что наручники — часть задуманного, но не может рассказать ей всего.

— Я думал, в ваши обязанности входит сотрудничество, так сказать, с оступившимися людьми.

— Моя работа — курировать людей, имеющих потенциал. И я занимался этим всю жизнь.

— Ага, курировать. В качестве надсмотрщика, — согласился Трой.

Сальваторе фыркнул:

— Да ладно, не ворчи.

Они уже были в центре города, полного небоскребов.

— Но может быть, вы все-таки снимете с меня эти штуки? — позвенел Трой наручниками.

Он терпеть не мог, когда его свободу ограничивали. И Сальваторе, черт его подери, знал об этом! Бросив неприязненный взгляд на железяки, Трой вдруг понял: их можно использовать совсем в других целях, например когда он снова окажется с Хилари. Для начала можно будет приковать ее к себе, ну а дальше…

— Ключ у хозяйки вечеринки.

Трой недоверчиво взглянул на Сальваторе:

— Вы шутите! Мне что же, еще несколько часов их на себе носить?

— Шучу? — удивился полковник. — Разве я обладаю чувством юмора?

— Действительно…

Трой положил руки на колени. Ну, раз так, ему ничего не остается делать, как любоваться городским пейзажем. Рано или поздно наручники с него снимут, и тогда он справится о Хилари. Пока же он связан с Сальваторе, который был весьма эксцентричен.

Полковник курировал группу свободных агентов, вращающихся в высшем обществе, и связывался с ними, когда в этом возникала необходимость. На взгляд Троя, такая опека со стороны полковника была излишней, тем более что вечеринка должна состояться в одном из роскошных отелей Чикаго. На нее приглашены все богатые и знаменитые, действо должно начаться сегодня вечером и растянуться на целый уик-энд. Целью этой вечеринки был сбор средств на благотворительность.

Трою неожиданно пришло в голову: Сальваторе был рядом не только ради него, но и ради Хилари тоже.

— Хочу спросить, полковник. Неужели так необходимо вовлекать в эту операцию Хилари? И как много ей известно?

Трой сам не знал, почему ему так любопытно, но чем больше он узнавал Хилари, тем больше хотелось о ней знать. Честно говоря, ему хотелось знать о ней все.

— Она должна указать нам человека, через которого ее бывший бойфренд отмывал деньги. Ну а мы заодно проверим, так ли уж она чиста и невинна, как кажется.

Трой задумался. Неужели он обманулся и она может быть связана с преступниками? Как бы то ни было, но ему чертовски сильно хотелось узнать, как Хилари выглядит без верхней одежды…

— Хотите ее проверить?

Полковник махнул рукой:

— Да, как я и сказал. Да и ты тот еще негодяй! Почему пересел с частного самолета на ее рейс? Не умно. Мне пришлось отменить ланч с послом, чтобы вовремя добраться. — Сальваторе вздохнул и покачал головой: — И как тебе только удалось оказаться в этом самолете?

— А то вы не догадываетесь! — усмехнулся Трой. — Или забыли, кто пробрался в школьную компьютерную сеть, чтобы взломать ваш банковский счет и послать цветы учителю латинского языка от вашего имени?

Из груди полковника вырвался хриплый смех.

— Насколько я помню, это вышло тебе боком. Мы втайне встречались, и я уже послал ей букет. Она быстро сообразила, кто это мог быть.

— Но мои цветы оказались лучше, — возразил Трой. — Помню, это были лилии.

— Я извлек урок. Надо бы тебе признать — у других ты тоже можешь чему-нибудь научиться. — Сальваторе и та учительница со временем поженились. Но их брак распался. Смех полковника утих, его лоб прорезала морщина. — Интернет — не твоя персональная игрушка.

Трой поднял закованные в наручники руки:

— Эти штуки навевают на меня не самые приятные воспоминания.

Сальваторе сузил глаза и пробормотал:

— Даже не знаю, почему с тобой цацкаюсь.

— Потому что знаете: я справлюсь с поставленной задачей, как и всегда. Я найду нашего таинственного сообщника либо сам, либо воспользуюсь системой безопасности отеля и позабочусь, чтобы в этот раз ему не удалось скрыться от камер наблюдения. Мы проследим за ним и прижмем к ногтю этого негодяя. — Трой мельком видел этого парня примерно месяц назад, незадолго до того, как взяли Барри Кертиса. Если бы им тогда удалось поймать обоих мужчин… — Но сейчас, как я полагаю, моя работа состоит еще и в том, чтобы уберечь Хилари Райт от возможных неприятностей.

— Только если ты не сделаешь посмешище из себя или из нее. Хотя бы раз в жизни постарайся не особенно светиться.

— Ладно, идет, — согласился Трой. — И еще одно…

— Ты сегодня как-то уж слишком шустр.

— Откройте мой кейс. Я принес для Джона копию «Альфа-королевства», четвертую версию. — Джон был единственным сыном Сальваторе. — У него целый месяц, чтобы попрактиковаться, до того как игра поступит в продажу.

— Взятку предлагаешь? — пробурчал Сальваторе, но все-таки потянулся к кейсу из итальянской кожи. — Или хочешь что-нибудь взамен?

— Просто подарок вашему сыну от моей компании. Просто так.

— Что взамен? — повторил Сальваторе.

— Мне не нравится, что вы втянули в это Хилари Райт. Она слишком неопытна и наивна для такой операции. Хочу, чтобы после сегодняшнего вечера ей разрешили отправиться обратно. Незачем задерживать ее на весь уик-энд.

Трой собирался встретиться с Хилари в Колумбии, а способ он найдет. Главное, чтобы за их встречей никто и ничто не стояло.

— Не так уж она и наивна, раз связалась с Барри Кертисом, — проворчал полковник, засовывая игру в свой черный кейс. — Вот в эти выходные мы и посмотрим, что она представляет собой на самом деле.

Трой снова спросил себя, почему его так необъяснимо сильно тянет к женщине, с которой он только что познакомился? Может, потому, что она показалась ему такой наивной?

— Ты в ней так уверен? — Кожаное сиденье заскрипело под весом тела Сальваторе.

В чем Трой был совершенно уверен, так это в том, что он не допустит, чтобы Хилари оказалась одна в компании мошенников.

— Я проведу этот вечер с ней и прослежу, чтобы она села на самолет завтра утром.

Сальваторе похлопал по кейсу:

— Но тебе лучше меня не разочаровывать, если хочешь, чтобы я замолвил за твоего брата доброе словечко.

Трой пристально взглянул на полковника. Вмешивать в их дела его брата даже для Сальваторе было слишком.

Брат Троя, Девон, был наркоманом. Он тратил деньги из вверенного ему фонда на кокаин, за что и был сослан в тюрьму.

— Делайте с ним все, что хотите, — делано спокойно произнес он.

— Что? Ненависть или просто братская конкуренция?

Полковник затронул старые раны, и Трой ощутил прилив гнева.

— Избавьте меня от этих железяк поскорее, если не хотите, чтобы я сбежал.

— Ты шутишь, Донаван, — не поверил полковник Сальваторе.

— С чего вы взяли? — Трой наградил его нетерпеливым взглядом, и как раз в этот момент джип остановился возле отеля.

Водитель открыл дверцу со стороны Троя.

— Ну что, повеселимся? — спросил Сальваторе, вылезая из автомобиля.

* * *

Стоя в лифте дорогого отеля, Хилари вытерла потные ладони о юбку своего простого черного платья без бретелек и длиной до пола — ее любимый фасон. Она купила его вместе с брелоком удачи, прикрепленным к ее сумочке. Но, кажется, брелок не помог. Она нервно подняла руку к распущенным волосам, удерживаемым простой заколкой.

Хилари не могла успокоиться с той самой секунды, как только узнала, что едет в Чикаго, но была твердо намерена добиться поставленной цели. Правда, встреча с Троем Донаваном несколько выбила ее из колеи. Хилари не могла поверить — в самолете она оказалась не только рядом с такой скандально известной личностью, но еще и флиртовала с ним!

Было время, когда Хилари, еще девочка, мечтала: однажды она остановится в шикарном пятизвездочном отеле, подобном этому, в каком-нибудь большом городе. Покончив со своими обязанностями на ферме, она пряталась в своей комнате, чтобы не попадаться на глаза пьяной матери, и по несколько часов проводила в Интернете, погружаясь в другой мир, в другую жизнь. Она воображала себя хозяйкой собственного дома. Хилари думала о самых разных кухнях, разучивала рецепты, составляла меню для вечеринок, которые сама бы и организовывала…

Ей все-таки удалось окончить колледж и получить диплом экономиста. Три года назад Хилари отправилась на собеседование в крупную компанию, набирающую организаторов мероприятий. Уже тогда у нее была мечта начать собственный бизнес.

Лифт остановился, двери бесшумно открылись. Хилари улыбкой поблагодарила приветствовавшую ее девушку и вышла в широкий холл, ведущий в сверкающий бальный зал.

Хилари охватило волнение. Этот уик-энд надо как-нибудь пережить! Она укажет на сообщника Барри и тем самым подтвердит свою непричастность к его грязным делишкам, вернет к себе доверие и обелит свое имя.

Поравнявшись с мужчиной в смокинге, чья работа заключалась в отваживании желающих бесплатно попасть на веселье, Хилари протянула ему приглашение. Ослепили вспышки камер. Перед ее глазами замелькали точки, но Хилари все равно узнала по крайней мере двух кинозвезд, знаменитого оперного певца и трех известных политиков. Даже с ее опытом по организации высококлассных развлекательных мероприятий сегодняшняя вечеринка показалась ей роскошной. Бальный зал был залит светом хрустальных люстр, пол застлан мягкими коврами, лепка на колоннах блестела позолотой.

В зале звучала живая музыка — правда, пока играли только арфа и скрипка, но, судя по всему, вскоре должен был собраться небольшой оркестр: на сцене было отведено место для струнного квартета, а в углу расположился большой рояль с установленным рядом с ним усилителем.

За право потанцевать нужно было заплатить двести долларов. Собранные деньги шли в фонд стипендии. Примерно таким же способом собирал деньги и Барри…

В горле у Хилари встал ком. Чтобы успокоиться, она нащупала небольшую серебряную корову на своей сумочке — ее талисман удачи и напоминание о том, откуда она родом и чего намерена добиться.

Бальный зал был полон — мужчины в смокингах и военной форме, женщины в длинных платьях и с драгоценностями, которых хватило бы не на один десяток благотворительных фондов.

Хилари нашла взглядом фигуру в сером костюме и красном галстуке: полковник Сальваторе, через которого она должна была держать связь.

Полковнику Сальваторе ее представил адвокат. Насколько Хилари поняла, полковник работал в международных органах. Сотрудники ЦРУ пообещали — он проследит за ее безопасностью в Чикаго.

«Всего лишь один уик-энд, — напомнила себе Хилари, — и я смогу вернуться к своей жизни».

Полковник также заметил ее. Остановившись рядом, он предложил ей руку:

— Мисс Райт, вы рано. Я бы спустился за вами, если бы знал, что вы уже здесь.

— Мне все равно было нечем заняться. К тому же я хочу, чтобы это все поскорее закончилось. — Хилари вложила ладонь в предложенную ей руку. — Думаю, вы меня понимаете.

— Конечно.

Полковник направился к тому месту, где стояли стулья и был размещен помост, ведущий к сцене. Хилари припомнила — здесь должен был состояться аукцион, на который приглашенная сюда со всего мира элита могла выставить дорогие предметы из своих коллекций.

Сальваторе подвел ее к месту, зарезервированному для него и его гостя, — в шестом ряду от сцены. Отсюда все было прекрасно видно. Работали два экрана, на одном из которых мелькали приглашенные на вечеринку гости, а на другом показалась матрона из чикагского высшего общества, ведущая аукцион.

Хилари устремила взгляд на экран, на котором отражались гости, надеясь увидеть среди них два знакомых лица, которых Барри называл своими помощниками.

Откуда тогда Хилари было знать, что он имел в виду? Да уж, не везло ей в жизни с мужчинами! Взять хотя бы отца. Вместо того чтобы как-то защитить своих дочерей от пьяной матери, он от зари до зари пропадал на полях. Чтобы не видеть мать, Хилари часто приходилось работать в поле вместе с ним…

Но у этого были и положительные стороны. Привычка трудиться с раннего детства очень пригодилась, когда Хилари повзрослела. Все-таки жизнь — не сказка, а тяжелые, трудовые будни.

Ведущая аукциона наклонилась к микрофону, шурша золотистым платьем из тафты:

— А теперь, дамы и господа, прежде чем мы перейдем к танцам, нам осталось провести еще один аукцион, который не указан в ваших программках. — Она взмахнула рукой с блеснувшими на ней кольцами. — Прошу вас взглянуть сюда.

Лицо Троя Донавана появилось на экране.

Хилари невольно вздрогнула и крепче сжала сумочку, так что серебряная коровка впилась ей в ладонь. Заметил ли полковник вдруг нахлынувшую на нее панику? Хилари кинула в его сторону быстрый взгляд, но полковник Сальваторе, как и все, смотрел на экран, сложив руки на груди.

Четкое лицо Троя исчезло с экрана, и перед Хилари вновь показалась знакомая уже сцена. Трой, с его причудливой шляпой, которая очень ему шла, и в наручниках, спускался по лестнице самолета. Трой, проконвоированный к черному джипу…

— Вы хотите узнать, какое отношение этот мужчина имеет к нам? — продолжила ведущая аукциона. — Наберитесь еще немного терпения и приготовьтесь увидеть наш последний лот.

Свет неожиданно погас, и бальный зал погрузился во тьму. Повсюду раздались выдохи и восклицания, кто-то из женщин взвизгнул.

На сцене появился круг света. В середине его стоял Трой Донаван. На нем, как и почти на всех присутствовавших здесь мужчинах, был смокинг. Руки, по-прежнему в наручниках, он держал перед собой.

Хилари впилась в него взглядом. Впрочем, как и все присутствующие. Трой был неотразим. В смокинге он выглядел просто убийственно для женской половины публики.

— Так вот… — продолжила ведущая. На ее лице заплясали разноцветные лучи, отразившиеся от больших бриллиантовых серег. — Трой Донаван предложил себя в качестве эскорта на весь уик-энд. Но ради удовольствия оказаться рядом с этим мужчиной придется заплатить. Все деньги, как известно, пойдут на благотворительные цели. Насколько вы знаете, Трой Донаван доказал, что он о-о-очень скверный мальчишка. — Женщина засмеялась низким, грудным смехом. — Поэтому считаю нелишним предупредить всех — ни в коем случае не допускайте его до своих компьютеров в целях вашей же собственной безопасности.

Все засмеялись. Все, кроме Хилари, которая сидела как громом пораженная. Выпустив сумочку из рук, она обеими руками вцепилась в свое сиденье так, что побелели костяшки пальцев. Неужели весь арест был спектаклем, специально предназначенным для показа на этой вечеринке? А она-то весь день думала, что он уже в камере! И, как ни странно, ей было его жаль…

Глупышка! Хилари вдруг ощутила гнев.

Трой просто не мог не догадываться о том, в каком состоянии она пребывала те последние минуты в самолете, когда на ее глазах разыгрывался целый спектакль! И он ничего ей не сказал! Даже не потрудился наклониться и прошептать на ухо: «Прости».

Да, сейчас она была рада видеть, что он на свободе, но простить ему такого неджентльменского поведения Хилари не могла. Проклятый Робин Хакер-Гуд! Так и не повзрослевший мальчишка, считающий, что жизнь — это игра.

Аукцион начался. И, Хилари в этом нисколько и не сомневалась, цена быстро стала заоблачной. Чуть ли не все женщины и даже несколько мужчин соревновались между собой за право заполучить Троя Донавана в личную собственность на пару дней. Постепенно, когда ставки перевалили за семьдесят тысяч долларов, число желающих стало таять. В конце концов упорная борьба продолжилась между тремя претендентами.

Одной из них была женщина в полупрозрачном серебристом платье с сапфировыми драгоценностями, которая явно перенесла пластическую операцию.

Второй была молодая девушка студенческого возраста, умолявшая своего отца продолжить торг.

Третья, женщина в простом черном платье, позволяла вести борьбу двум другим, но не давала забыть и о себе.

Молодая девушка с мольбой смотрела на своего отца, который в конце концов покачал головой. К тому моменту цена поднялась еще на десять тысяч. Деньги, которые очень бы помогли талантливым детям, не имеющим возможности продолжить обучение в высших учебных заведениях.

Надо же! Этот аукцион убивал сразу двух зайцев: служил благородным целям и развлекал публику.

Только не Хилари! Она, знавшая, как тяжело зарабатываются деньги, чувствовала себя неуютно, когда какие-то люди могли позволить выбросить кучу денег ради того, чтобы позабавиться. Почему бы просто не выписать чек и не добавить сумму, которая ушла на организацию этого мероприятия? Конечно, если бы такое случалось слишком часто, она сама бы осталась без работы…

Трой Донаван стоял на сцене с полунасмешливой улыбкой, которая так ему шла и которая так ее очаровала. Хилари не могла отвести от него взгляд. Наконец она перевела взгляд на женщину в черном платье. Хотя цена уже была заоблачной, та продолжала сохранять спокойствие. Что, если она выиграет?

«Впрочем, мне-то какое до этого дело?» — спохватилась Хилари. Ей совсем не важно, с кем проведет этот уик-энд Трой Донаван.

Аукцион выиграла женщина в черном платье, заплатив за удовольствие быть с Троем весь уик-энд кругленькую сумму — восемьдесят девять тысяч долларов! Всего-то… И, судя по расплывшейся по лицу Троя широкой улыбке, он был весьма этим доволен.

А вот сама Хилари была безмерно этим разочарована.

Громко шурша золотистым платьем, к Трою приблизилась ведущая аукциона. Вытащив ключ, она сняла с него наручники, которые он небрежно затолкал в карман смокинга. Поцеловав ее руку, Трой взял микрофон.

— Леди и джентльмены, — услышала Хилари его глубокий спокойный голос, который так волновал ее, когда они летели вместе на самолете. — Я счастлив сегодня присутствовать здесь с вами и быть частью этого великолепного праздника, который был устроен в благотворительных целях.

Казалось, аудитория была им заворожена. Хилари скосила глаза в сторону полковника Сальваторе. Он был единственный, кто не подпал под обаяние Троя. Более того, на лице полковника появилось скептическое выражение.

— Насколько вы все знаете, — продолжал Трой, — я не очень люблю следовать правилам, поэтому сегодняшний вечер не станет исключением. — Он взмахнул рукой в сторону женщины, выигравшей аукцион: — Позвольте представить вам мою ассистентку, которая участвовала в аукционе от моего имени, а принимая во внимание уплаченную сумму, я позволю сохранить за собой право самому выбрать себе спутницу на весь уик-энд.

Со всех сторон послышались вздохи, шепот, невнятные бормотания.

Трой пожал плечами:

— Понимаю, я играл не совсем честно, но прошу учесть — я никого не заставлял принимать участие в этом аукционе. И, кроме того, я плачу крупную сумму за удовольствие выбрать себе спутницу.

Ведущая аукциона склонилась к микрофону:

— Надо добавить, это весьма щедрое пожертвование. — Она кивнула Трою: — Прошу вас, продолжайте.

— Благодарю, — кивнул Трой. — И я надеюсь, женщина, которую я выберу, окажет мне честь стать ее спутником, так как все мы здесь собрались с одной целью — выручить средства для благотворительного фонда.

Женщинам его предложение явно пришлось по душе. В зале послышались взволнованные восклицания. Держа микрофон в руках, Трой начал спускаться по лестнице упругим, размашистым шагом. Мужчины и женщины вокруг Хилари повскакивали со своих мест и начали говорить, перебивая друг друга, заглушая речь Троя. Он помедлил возле первого ряда, прошел второй, третий…

Хилари была уверена: почти каждая женщина в душе хотела, чтобы Трой выбрал ее. Луч света сопровождал Троя, высвечивая четкие черты его лица.

Дойдя до шестого ряда, Трой резко остановился возле полковника Сальваторе.

Спутник Хилари нахмурился. И Хилари было понятно почему. Ей велели держаться как можно незаметнее, а сейчас, благодаря Трою, она была на виду у всех. Впрочем, он мог и не догадываться — приведя за собой луч света, он нечаянно подставил Хилари.

Глядя ей прямо в глаза, Трой протянул руку и произнес:

— Вы!

Глава 3

Сердце Хилари ухнуло куда-то вниз, ее охватил гнев. Какую еще игру затеял этот несносный Трой Донаван? Что у него на уме?

Хилари чувствовала — взгляды всех присутствующих устремились на нее. Она подняла глаза и, к своему ужасу, увидела на экране собственное испуганное лицо.

Нисколько не смущаясь, Трой опустился перед ней на одно колено.

Хилари стиснула зубы, проклиная в душе эту дешевую театральность.

— Хилари, — раздался его голос, — подумай о тех детях, которым повезет получить стипендию и, возможно, высшее образование. Стань моей дамой на этот уик-энд!

Хилари уже вся кипела от гнева. С каким бы удовольствием она толкнула его на пол!

Трой обратил свое внимание на полковника:

— Надеюсь, я не оскорблю вас, украв вашу даму?

Полковник прочистил горло:

— Я тоже надеюсь, что вы должным образом позаботитесь о моей племяннице.

Племяннице? Ну да ладно, должен же был полковник что-нибудь сказать, верно? Но Трой-то каков! Тот еще фрукт!

Хилари почувствовала на своей спине руку, и в ту же секунду по ее телу пробежала дрожь. Она обернулась к полковнику и взглянула на него широко раскрытыми глазами.

На лице Сальваторе возникла улыбка, не коснувшаяся его светло-голубых глаз.

— Потанцуй с ним, Хилари.

Ну ладно. Наверное, лучше встать, а то взгляды всех собравшихся, наверное, уже прожгли в ней дырку. Придав лицу делано-спокойное выражение, Хилари взяла предложенную ей руку. В тот момент, когда их руки соприкоснулись, между ними снова пробежала искра, а сердце словно перевернулось у нее в груди. Хилари на миг крепко зажмурилась. Да что это с ней такое происходит? Ведь ей уже не шестнадцать!

И почему он так на нее действует? Вот стоило ей узнать, каким негодяем был Барри, она сразу почувствовала к нему отвращение. Только вот сейчас она почему-то с нетерпением ждет, когда окажется в объятиях Троя и они заскользят по паркету…

Пианист ударил по клавишам, и бальный зал наполнился звуками рояля. Певица в красном платье взяла микрофон и начала петь какую-то старую песню о любви низким и страстным голосом.

Трой прижал Хилари к себе и повел ее к центру пустого танцпола. Луч света следовал вместе с ними, и Хилари чувствовала, как начинают краснеть ее щеки. Трой приложил руку Хилари к своей груди и повел ее за собой в танце. Девушка чувствовала, как его с небрежной элегантностью перекинутый через плечо легкий шелковый белый шарф щекочет ей кожу. Да, Трой Донаван был отличным танцором…

— Есть ли какое-нибудь занятие, в котором вы бы не преуспели? — выпалила она.

— Почему-то мне кажется, это не комплимент.

— Не хочу показаться грубой, но я приехала сюда работать, а не развлекаться и играть в игры!

— Поверьте мне, это не игра. — Трой прижал ее ближе к себе.

Почувствовав его мускулистое тело, Хилари резко выдохнула. Да уж, по его фигуре не скажешь, что почти все свое время он проводит за столом. Крепкий, тренированный — настоящий атлет.

В горле у нее пересохло, пульс участился.

— Расслабься и танцуй, — негромко произнес Трой, его теплое дыхание коснулось ее уха. — И я обещаю не подпевать — мне медведь на ухо наступил.

— Спасибо хотя бы на этом. Правда, не могу обещать, что смогу расслабиться, — ответила Хилари.

Они почти синхронно скользили по паркету, едва соприкасаясь ногами.

— Почему? — вскинул бровь Трой.

— Почему? Да ты только что на весь зал, набитый гостями и репортерами, объявил, что заплатил почти девяносто тысяч! И это лишь за то, чтобы провести со мной уик-энд, хотя знаешь меня меньше суток. Мы познакомились с тобой только в самолете!

Трой продолжал вести ее в танце. Теперь, когда к ним присоединились и другие пары, скрывая Хилари от взглядов остальных, она вздохнула свободнее — чувствовать на себе взгляды всех присутствующих было не очень-то приятно.

— А ты не веришь в любовь с первого взгляда? — Трой коснулся губами ее волос, вдыхая ее запах.

Хилари споткнулась, слегка задев другую пару:

— Нет. Не верю. Верю в вожделение с первого взгляда, а в любовь — нет. И не смешиваю эти два понятия.

И, не удержавшись, пользуясь тем, что они были так близко, Хилари снова втянула в себя запах его одеколона. Покачнувшись, она справилась с желанием прижаться щекой к его щеке, чтобы ощутить шероховатость проступившей щетины.

Музыка заиграла медленнее, и Хилари прижалась щекой к его груди, всего на миг коснувшись шелкового шарфа.

— М-м-м, — одобрительно прогудел Трой. — Ты тоже понимаешь — тебя влечет ко мне.

Разве могло быть иначе? Впрочем, это еще не значит, что она готова с ним согласиться.

Трой провел костяшками пальцев по ее подбородку:

— Из всех находящихся здесь женщин мне захотелось провести время именно с тобой.

— Но как ты вообще узнал, что я здесь буду?

— Увидел тебя, когда стоял за кулисами. Моя ассистентка тоже была здесь. Все, что мне оставалось сделать, — это дать указания.

Хилари недоверчиво посмотрела на него:

— Но бальный зал немаленький, к тому же здесь полно людей.

— Даже если бы ты находилась на трибуне футбольного поля, я бы тебя все равно заметил, — убежденно произнес Трой, касаясь пальцами чувствительной кожи ее шеи. — Ладно, давай оставим эту тему и просто будем наслаждаться вечером. Если, конечно, ты не собираешься отказаться быть моей спутницей в течение всего этого уик-энда. Должен заметить, этим ты разочаруешь всех присутствующих.

Хилари настолько отдалась во власть прикосновений, что едва его слышала. Схватив Троя за запястье, она снова положила его руку себе на плечо. И только почувствовав теплую мужскую ладонь на своей обнаженной коже, Хилари тут же осознала ошибку.

— Думаю, в таком случае люди перестанут симпатизировать и тебе.

— Всем известно, я никогда не придавал значения тому, что обо мне подумают другие. — Пальцы Троя продолжали ласкать ее плечо. — А вот тебе небезразлично мнение окружающих, так как если ты не будешь следовать правилам, от этого пострадает твоя репутация устроителя мероприятий.

— Перестань! — прошипела Хилари. — Я не буду устраивать никаких сцен, а ты не откажешься платить, и мы оба это знаем. Давай лучше помолчим и, как ты и предложил, просто будем наслаждаться танцем?

А она тем временем воспользуется возникшей тишиной, чтобы подумать о своем следующем шаге. К тому же, танцуя с Троем, она сможет незаметно начать рассматривать гостей.

Трой тихо присвистнул:

— Моя мать не устает говорить: не очень-то вежливо затыкать людям рот.

Хилари метнула на него сердитый взгляд:

— Ты меня специально злишь, да?

— По крайней мере, тебе это небезразлично, — довольно кивнул Трой.

— Думай как хочешь. — Хилари раздраженно выдохнула. — Я просто хочу, чтобы твоя выходка не отвлекла меня от моей истинной цели здесь.

— Проверить, на что горазд этот шеф-повар?

— Именно!

В глазах Троя мелькнуло какое-то непонятное выражение, но его взгляд снова быстро прояснился.

— Только не забывай, ты проведешь со мной весь уик-энд.

Последние два часа Трой думал лишь о том, под каким предлогом ему можно увести Хилари из толпы. Они то танцевали, то угощались десертами, причем он всегда мог коснуться ее, когда ему того хотелось, но все-таки было бы замечательно, если бы они могли остаться только вдвоем! Тепло стройного, женственного тела Хилари и исходящий от нее запах кружили Трою голову, сводя с ума.

Все вышло как нельзя лучше. Первая часть плана с блеском выполнена. Достаточно было взглянуть на лицо полковника, который в течение всего вечера бросал в его сторону мрачные взгляды. Да, стоило выложить такую сумму ради того, чтобы лицезреть кислую физиономию Сальваторе. К тому же он тем самым помог Хилари, хотя та об этом и не догадывалась. Теперь она могла опознать человека, ради которого и находилась здесь, в то время как Трой мог защитить ее, если потребуется.

Трой подвел Хилари к столам с выпечкой, затем с напитками — сельтерская вода с лаймом для них обоих — и вышел с ней на освещенный балкон, где стояли пустые столы. С озера дул прохладный, влажный ветер. Трой выбрал стол рядом со стеной, чтобы не попасть под камеры и одновременно держать в поле зрения весь балкон и часть бального зала. Они будут сидеть здесь рядом, под покровом темноты, в то время как никто не сможет приблизиться к ним незамеченным, а Хилари будет искать нужного ей человека, не догадываясь — они оба служат одной цели. Инстинкт подсказывал ему — Хилари можно доверять, но он не мог сказать ей, что знаком с Сальваторе.

Через распахнутые французские окна донеслись звуки блюза. Стали слышны саксофон и пианино, а затем раздался и голос певицы. У всех приглашенных музыкантов, согласившихся принять участие в этой благотворительной акции, пожертвовав своими гонорарами, были мировые имена. Одного из них Трой знал — они вместе жили в тренировочном лагере. Как и Трой, музыкант тоже являлся свободным агентом. В общем, это место на короткое время стало средоточием денег и людей с самыми разными целями.

У Троя также была своя миссия.

Он сел рядом с Хилари. В кармане звякнули наручники, напомнившие ему о недавних сексуальных фантазиях. Отпив глоток, Трой позволил себе роскошь полюбоваться Хилари. Ничего не скажешь — фантастическая женщина! Привлечет к себе внимание в любом месте, где бы ни оказалась, даже в своем простом черном платье без бретелек и с заколкой, удерживающей волосы на одной стороне. И среди этой толпы женщин в платьях от известных кутюрье и с фамильными драгоценностями Хилари выделялась своей простотой и безыскусностью. Привлекательность объяснялась не туалетом, надетым на Хилари, она заключалась в ней самой.

И эта женщина притягивала его к себе как магнит.

Трой продолжал наблюдать за ней поверх бокала:

— Ты все еще на меня сердишься из-за аукциона?

Хилари медленно поставила бокал на блестящую металлическую поверхность и сосредоточенно покрутила кусочек лайма.

— Я немного расстроилась, что ты не сказал мне правду в самолете. Мне не нравится, когда мне лгут.

— Я не лгал, — негромко сказал Трой, четко произнося слова.

Хилари вскинула голову и прищурилась:

— Разве? Ты хочешь сказать, что просто не договаривал всей правды? — Хилари мило сморщила веснушчатый носик. — Для меня это все равно что ложь. — И она изогнула бровь в точности как полковник.

— Если бы я сказал тебе в самолете свое полное имя, вряд ли ты стала бы со мной разговаривать. — Трой подался вперед и взял ее прохладную руку, вдыхая исходящий от нее слабый аромат мяты. — Но даже если бы ты решила вступить со мной в беседу, получилась бы она такой непринужденной?

Хилари промолчала, но не стала вырывать свою руку.

— Ладно, ладно, — наконец сдалась она. — Но все равно это не отменяет того факта, что ты намеренно ввел меня в заблуждение!

— Я не спорю. — Трой мягко сжал ее руку. — Лишь сожалею, что не сказал тебе всей правды сразу. Но как только я увидел тебя в самолете, мне сразу захотелось познакомиться с тобой поближе. И мне хотелось, чтобы ты не сравнивала меня с тем образом, который мог у тебя сложиться из-за прессы.

— Хорошо, ты привел весьма убедительный аргумент.

— Вот и ладно, — с облегчением сказал Трой. — Тогда подумай над этим. Мы с тобой здесь на целый уик-энд, поэтому позволь мне загладить свою вину перед тобой — ты можешь видеться с шеф-поваром столько раз, сколько тебе потребуется.

— Спасибо.

В полутьме сверкнула его улыбка.

— Должен тебе сознаться кое в чем еще. Я очень рад, что встретил тебя здесь. Благодаря тебе этот уик-энд обещает быть интересным. — Трой перевел взгляд на ее рыжие волосы, любуясь прядями, которые в свете луны и фонарей казались золотистыми. Пальцы у него заныли от желания дотронуться до них. — И очень рад, что подобный аукцион состоялся — так я смогу посвятить все свое время только тебе и не вступать ни в какие глупые и пустые разговоры.

Хилари перевела взгляд на свою руку, утонувшую в его ладонях, и провела пальцем по его пальцам.

— Заигрываешь, значит?

— Да, жажду твоей компании, — просто сказал Трой.

— Не смешно, — сказала Хилари, но ее губы изогнулись в невольной улыбке.

— А мне и гордиться нечем. Да, у меня есть мозги, но способности — это подарок природы. Кому везет, кому нет. Как в лотерее. Главное, как я использую эти способности.

— И здравым смыслом не обделен к тому же, — одобрительно кивнула Хилари, подавшись к нему.

Трой наклонился еще ближе к ней. Теперь их разделяло всего несколько сантиметров. Он подождал, когда участится ее дыхание. Она встретила устремленный на себя взгляд и не отвела глаз. Ее ресницы дрогнули и опустились. Это было приглашение, которого он ждал…

Воспользовавшись полутьмой, Трой коснулся губами ее рта, пробуя на вкус мягкость и сочность полных губ, от которых исходил слабый запах лайма. Нащупав ее другую руку, он сжал их обе, словно таким образом заявляя на Хилари свои права.

А затем, обхватив девушку за плечи, Трой углубил поцелуй, понуждая ее открыть рот. Тихий стон Хилари наполнил его ощущением триумфа. Она не просто принимала ласки его языка, но и отвечала на них.

То, что происходило между ними, было чистой химией, и Трой просто жаждал продолжить опыт, который мог закончиться взрывом. Но он не в силах был оторваться от ее губ. Ему хотелось осыпать поцелуями все ее тело, найти самые чувствительные точки, может, в изгибе локтя, чуть ниже колен или за ухом…

В общем, предстоящий уик-энд обещал ему подарить максимальное удовольствие.

Хилари положила руку ему на грудь. Ухватившись за белый шелковый шарф Троя, притянула его ближе к себе.

Почувствовав силу ее страсти, Трой ощутил, как неистово забилось его сердце.

Им нужно было остановиться, пока они не забыли, где находятся. Усилием воли он заставил себя оторваться от Хилари. Она шумно выдохнула и открыла затуманенные глаза. Через несколько секунд она пришла в себя и быстро оглянулась.

При взгляде на Троя ее глаза расширились, а дрожащая рука накрыла рот.

— Это было… — прошептала она.

— Фантастично, — согласился Трой.

Хилари помедлила.

— Все-таки идея не очень хороша, — наконец проговорила она.

— Я ждал, что ты это скажешь. — Хорошо, что он видел ее реакцию, так что ее слова значили немного.

Упершись руками в стол, Хилари перевела дыхание.

— Ты должен понять. Я не разбираюсь в мужчинах. Более того, у меня талант выбирать непорядочных, не заслуживающих доверия мужчин. Поэтому то, что ты мне нравишься, является определенным сигналом тревоги.

— Я тебе нравлюсь, — уверенно сказал Трой и поправил ее съехавшую заколку. — Но должен вернуть тебе комплимент: у тебя тоже талант дать парню надежду и одновременно оглушить его своим заявлением.

— Прости, но это правда и, честно говоря… — Хилари нервно огляделась. — Сейчас самое неподходящее время думать о мужчинах.

У Троя возникла мысль: уж не ищет ли она возможности сбежать? Но он знал — Хилари этого не сделает из-за стоящей перед ней задачи. Словно в подтверждение его мысли Хилари снова оглянулась. Да, она не забыла, зачем здесь находится.

— Расскажи мне о тех недостойных мужчинах, которых ты выбираешь, — предложил он.

Хилари неожиданно поднялась:

— Не хочу выставить себя посмешищем.

Трой удержал ее за руку, по-прежнему ощущая на губах вкус их поцелуя:

— Пожалуйста, останься! Я вовсе не собирался над тобой смеяться. Что такого в том, что я хочу побольше о тебе узнать? Впрочем, если тебя ждут в другом месте…

Хилари прижала пальцы к вискам, словно пытаясь унять возникшую вдруг боль, перевела взгляд на бальный зал и отрицательно покачала головой.

— Нет, — неуверенно произнесла она. — Думаю, шеф-повар еще не освободился. Я подожду.

— Тогда побудь со мной! И, если хочешь, расскажи о тех неудачниках, с которыми ты встречалась.

Хилари медленно опустилась на стул.

— Ладно, если ты так этого хочешь. — Она подняла три пальца. — В старших классах я встречалась с тремя парнями. Потом выяснилось — один гулял одновременно и со мной, и с другой девушкой. Второй использовал меня, чтобы сблизиться с моей лучшей подругой. Третий любил добавлять в свои напитки водку и как-то бросил меня прямо посреди танца. Примерно по такому же образцу развивались мои встречи с противоположным полом и в колледже, а затем и позже, когда я все-таки несколько раз рискнула. В общем, внутри меня заложен какой-то магнит, который так и притягивает к себе всяких недоносков.

Хилари произнесла все эти слова ровным, бесстрастным голосом, словно ее не очень задевало то, что с ней произошло, но Трой знал — это наигранное. Он ощутил чувство вины оттого, что не может, не имеет права рассказать ей всего. Его нерегулярное сотрудничество с Интерполом базировалось на легенде о беспечном повесе, которой он должен был соответствовать. Но если Хилари когда-нибудь станет известна его истинная причина нахождения здесь, то тогда она, может быть, поймет — впервые в жизни кто-то проявил о ней заботу! Возможно, ей будет приятно…

— Ты думаешь, я недоносок? — мягко спросил Трой.

— Прости, конечно, но раз я тебя привлекаю, то скорее всего да, — с извиняющейся улыбкой сказала Хилари.

— А ты не можешь допустить, что все твои бывшие лягушки, которых ты целовала, были просто лягушками и ты еще просто не встретила своего принца?

До Троя долетел ее негромкий музыкальный смех.

— Кажется, ты перепутал сказки. Ты ведь не принц, ты Робин Гуд!

Трой поморщился:

— Не люблю, когда меня так называют.

— Ну, вообще-то этого парня любили. — Хилари накрутила прядь волос на палец. — Я говорю про тех, ради кого он грабил. Кому он помогал.

— Да, он занимался этим не ради славы, — кивнул Трой, чувствуя себя неуютно.

— В общем, тебе не нравится, когда тебя так называют, да? Может быть, потому, что ваши цели не совпадали? — проницательно заметила она.

— Осторожнее, — предупредил Трой. — Не забывай, я такой белый и пушистый только снаружи, а то и не заметишь, как подпадешь под чары негодяя.

— Да, точно. — Хилари немного отодвинулась. — Спасибо, что напомнил.

— Просто не хочу, чтобы ты обожглась.

— Ну, мне уже двадцать семь лет, и есть кое-какой опыт, — с легкой улыбкой сказала Хилари. — Думаю, чему-нибудь я все-таки научилась. Например, не давать себя в обиду.

— Означает ли это, что ты перестанешь быть колючей и просто проведешь со мной весь уик-энд?

Трою очень хотелось, чтобы Хилари отдалась во власть момента, не думая ни о прошлом, ни о будущем. Хотя, надо признаться, ему нравились их добродушные словесные дуэли — так гораздо интереснее и веселее. Черт, да он тоже подпадал под ее обаяние!

— Весь уик-энд? — изумилась Хилари. — А я думала, только сегодняшний вечер.

Трой хмыкнул и взял ее руку.

— Неплохо, — похвалил он и прижался губами к ее запястью.

Хилари произнесла что-то нечленораздельное и судорожно сглотнула. Вырвав свою руку, она вскочила:

— Просто хочу напомнить, я здесь по работе. И я не могу проводить с тобой все время.

— Конечно. Пока ты будешь занята делом, я погуляю где-нибудь поблизости. Даже могу предложить тебе свои услуги дегустатора — мои друзья считают, у меня неплохие задатки. — Обхватив Хилари за плечи, он так быстро притянул ее к себе, что она не успела запротестовать. — У меня слишком много денег, слишком много свободы и особенно нечем заняться. В общем, я в полном твоем распоряжении.

Трой повел Хилари обратно в бальный зал. Каким-то чудом им удалось дойти до холла незамеченными.

— Ну, что скажешь? — Лично Трою казалось, что раз они так идеально подошли друг другу на танцевальном паркете, то они так же идеально подойдут друг другу и во всем остальном.

Хилари взглянула на двух женщин, направлявшихся в туалетную комнату, у которых даже сумочки были инкрустированы драгоценностями.

— Я тебе быстро наскучу.

Трой остановился перед роскошным лифтом и нажал на кнопку вызова:

— Позволь мне это решать самому. И я правда могу оказаться тебе полезным — подумай над этим. Со мной у тебя появится больше шансов встретиться с нужными для твоей работы людьми.

Хилари прищурилась:

— У тебя на все готов ответ.

— Это тоже часть моего обаяния, — не задумываясь ответил Трой. — К тому же я не знаю людей, которые бы делали что-нибудь, не преследуя личной выгоды.

— Это-то и печально, — вздохнула Хилари.

Насколько мог судить Трой, в этот момент она была искренна. И именно данный факт почему-то сделал Хилари еще привлекательнее в его глазах. Трою отчаянно захотелось попасть в свой пентхаус и всю ночь напролет заниматься с Хилари любовью. Говорить ей снова и снова, что он еще не встречал женщины, похожей на нее. И доказывать это своими ласками. Подарить ей наслаждение, которого она еще никогда не испытывала…

Двери лифта открылись, представив их взору полковника Сальваторе. Он стоял один, в зеркалах отражалось его недовольное лицо. В руке у него Хилари увидела свою маленькую черную сумочку.

— Именно вас я и искал, — сказал полковник.

Глава 4

Стоя на высоких каблуках, Хилари молча смотрела на суровое лицо полковника. Но даже это не могло заставить ее отойти от Троя, с которым ей так не хотелось расставаться.

Вне всякого сомнения, она провела неоднозначный, но самый замечательный вечер в своей жизни! Трой не переставал ее удивлять. Как она и думала, он обладал сложным и противоречивым характером, раскрывавшимся постепенно, не сразу. Может, именно это и притягивало ее к нему?

Да и целовался он просто божественно…

Хилари заставила себя войти в лифт, стараясь придать лицу бесстрастное выражение. Протянув руку, она взяла сумочку и произнесла:

— Должно быть, забыла о ней во время аукциона. Спасибо.

Трой молча зашел в лифт следом. Хилари бросила в его сторону быстрый взгляд и по его лицу поняла — ему очень интересно узнать побольше про Сальваторе.

Хилари не знала, как ему все объяснить и при этом не ляпнуть лишнего.

— Трой, это мой друг, полковник…

— В этом нет необходимости, мисс Райт, — оборвал ее Сальваторе. — Мы с Троем прекрасно знаем друг друга.

Что-то в его голосе, интонация, которой она не понимала, вызвало в ее теле дрожь. Хилари перевела взгляд с одного мужчины на другого и потянулась к кнопке своего этажа, но Сальваторе покачал головой:

— Едем все вместе. Думаю, нам нужно поговорить.

Включая Троя?

Никто из них не произнес ни слова, пока лифт бесшумно скользил вверх. Хилари задумалась. Какие же отношения могли связывать полковника и Троя?

Неужели его пребывание здесь связано как-то с ее целью? Или он как-то связан с Барри? Признаться, она могла бы поклясться, что никогда не видела его в обществе своего экс-бойфренда, но что это дает?

В голове у нее воцарился хаос, вопросы возникали один за другим, в груди возникло чувство тревоги.

Ну почему с ней вечно что-то происходит? Всю свою жизнь Хилари была законопослушным гражданином. Она без устали работала, чтобы чего-нибудь добиться в жизни, но по неведомой причине ей всегда не везло…

Лифт с тихим звоном остановился. Двери открылись, показался коридор с потолком в форме купола. На стенах висели латунные бра, на полу стояли вазы со свежими цветами. В коридоре были две двери, за которыми, как догадалась Хилари, и размещались квартиры. Трой повернул налево и предложил им войти. Его апартаменты состояли из трех комнат и отличались роскошью убранства.

Окажись Хилари здесь в любое другое время, она наверняка бы восхитилась отполированной мебелью из темной древесины, обитой гобеленовой тканью, не говоря уже о захватывающих дух видах, открывавшихся из окон во всю стену на Город ветров. Хилари нравились большие города — жизнь в них кипела и бурлила, что так отличалось от сонного городка, в котором она родилась и выросла.

Нащупав свой талисман удачи — серебряную корову, — Хилари повернулась к мужчинам.

Полковник Сальваторе ходил по гостиной со сцепленными за спиной руками. Стук его тяжелых шагов заглушался толстыми коврами. Лениво прислонившись к бару, Трой поигрывал хрустальной палочкой для размешивания коктейлей.

Никто из них не произносил ни слова. Когда тишина стала давить на уши, Хилари не выдержала:

— Кто-нибудь объяснит мне, что происходит?

— Хорошо. — Сальваторе резко остановился. — Я был о вас лучшего мнения. Пока вы ворковали на балконе, наш объект успел смыться. Мне сообщили: он ускользнул из отеля, а сейчас, возможно, уже находится за пределами страны.

Ноги у Хилари подкосились. Чтобы не упасть, она ухватилась за изогнутую спинку дивана:

— Наш объект?..

Сальваторе резко повернулся и пригвоздил Троя к полу яростным взглядом:

— Ты что, ничего не рассказал ей о своей роли в операции? Черт возьми, Донаван, с чего это тебе взбрендило следовать правилам именно сейчас, когда в прошлом ты себя этим не очень-то утруждал? — Он со свистом выпустил воздух и снова повернулся к Хилари: — Трой Донаван прилетел в Чикаго с той же целью, что и вы, — помочь идентифицировать сообщника Барри Кертиса.

Значит, вот оно что…

Признаться, о чем-то подобном Хилари подумала, когда двери лифта распахнулись и полковник Сальваторе сказал, что ищет их обоих. Просто она не хотела в это верить, до последнего надеясь, что ошиблась. Выходит, надеялась она напрасно… Судя по всему, она по-прежнему притягивает к себе таких мужчин, с которыми лучше не связываться.

Трой с самого начала знал, зачем она приглашена на эту вечеринку, и не сказал ей ни слова! Он заставил ее поверить, что хочет провести с ней время. Для него все было игрой, он просто развлекался…

Хилари заставила себя сосредоточиться на словах Сальваторе.

— Насколько вы знаете, у этого парня просто талант избегать попадать в поле зрения камер наблюдения. Он словно нюхом чует, где они могут быть расположены. Но я все-таки хочу, чтобы вы просмотрели имеющиеся записи, а Трой постарается выжать из имеющихся данных все, что сможет.

Хилари подумала, что неверно поняла полковника.

— Вы хотите, чтобы мы оба просмотрели записи? — нахмурилась она.

Трой стукнул палочкой для размешивания коктейля о поверхность стойки.

— Да, полковник, я тоже прошу у вас разъяснения. Мне кажется или я что-то не так понял?

— Просто сделайте так, как я сказал, ладно? Утром надеюсь услышать от вас хорошие новости. — Сальваторе кивнул Хилари: — Ваш багаж уже здесь, мисс Райт, так что можете переодеться во что-нибудь более удобное.

Остаться с Троем наедине в его номере?!

Взгляд Хилари невольно устремился на двери, за которыми могли быть только спальни. Где тогда остановится полковник?

— Если нам удастся это сделать и найти нужного вам парня, значит ли это, что после этого мы будем свободны?

— После того, как я поговорю с Троем, — он найдет меня в номере напротив. Если вам повезет и вы сможете его опознать, Хилари, вы спокойно сможете вернуться обратно. Да, кстати, раз уж так случилось, можете покинуть отель вместе, чтобы у всех сложилось мнение, будто вы собираетесь провести этот уик-энд в каком-нибудь более укромном местечке, — хмыкнул полковник.

— Вы собираетесь отослать Хилари назад без какой-либо защиты? — вмешался Трой. — После того, как сделали ее своей приманкой?

Приманкой? Конечно, Трой преувеличивал…

— А ты не думаешь о том, что она и раньше была приманкой? У Хилари был только один выход — действовать с нами заодно. — Полковник кивнул им обоим и вышел.

Дверь за ним захлопнулась. Трой закрыл ее на все имеющиеся замки, и только тогда Хилари осознала, что осталась с ним наедине. Это вызвало у нее настоящий приступ клаустрофобии. Она резко повернулась и подошла к окну.

— Не могу поверить! Я опять оказалась идиоткой! — бросила она через плечо.

Трой приблизился к ней — руки спрятаны в карманах смокинга, лицо спокойное и даже бесстрастное.

Разумеется! В отличие от нее он все знал с самого начала.

— Хилари, я просто не мог иначе, — негромко произнес он. — И клянусь тебе, я не смеялся над тобой! Всего лишь хотел тебя обезопасить.

Хилари скрестила руки на груди:

— Хочешь убедить меня, что ты хороший парень? Мне пришлось согласиться на это, чтобы вернуться к своей прежней жизни. Я совершила ошибку — связалась с мужчиной, которому по глупости поверила. И почему я должна верить тебе? Ведь ты тоже связан с полковником Сальваторе!

— Считай, он мой друг и ему просто понадобилась моя помощь. Если не веришь мне, спроси у него.

Трой подошел еще ближе, так что Хилари почувствовала исходящее от него тепло.

— Как бы то ни было, ты мне лгал все это время… — Хилари ощутила горечь. И почему ее так сильно это задело? Она ведь познакомилась с ним только сегодня. — И все это время, начиная с нашей встречи в самолете, ты знал причину, по которой я здесь. Ты знал об этом, когда поцеловал меня… — Голос у нее дрогнул. — Ты выставил меня полной дурой! Думаешь, приятно это чувствовать?

Его зеленые, такие красивые глаза смотрели на нее искренне и серьезно.

— Я говорю правду, Хилари. Все это время я не потешался над тобой. Стоило мне увидеть тебя в самолете, как сразу понял — я не могу допустить, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

— И соблазнять меня ты тоже начал по этой причине? — При воспоминании о его поцелуе Хилари бросило в жар.

Трой склонился над ней:

— Я нахожу тебя привлекательной и хочу защитить. Почему одно обязательно должно исключать второе?

Хилари положила руку ему на грудь, чтобы оттолкнуть от себя, но, почувствовав дразнящее прикосновение шарфа, чуть не притянула Троя еще ближе к себе.

— Но и нельзя сказать, что одно дополняет другое, — возразила Хилари. — Речь идет скорее о морали.

Трой накрыл ее руку своими ладонями.

— Не могу сказать, что я негодяй, но и отнести себя к высокоморальным типам тоже не могу.

— Но тогда у меня еще меньше причин тебе верить, — прошептала Хилари, всматриваясь в его глаза, надеясь отыскать в них ключ к пониманию того, что движет Троем. — Ну хорошо, допустим… Но скажи, зачем тогда ты меня поцеловал?

— А если я просто этого хотел? И сейчас хочу. — Он взял ее руку, переплетя ее пальцы со своими. И снова между ними словно пробежала искра.

Да что это происходит? И неужели она снова готова связаться с мужчиной, который не до конца честен с ней?

Хилари поспешно выдернула свою руку.

— Нет, больше это не повторится! — срывающимся голосом воскликнула она и попятилась от Троя. — Не мог бы ты включить компьютер, пока я переоденусь? Нам дали работу. Мне бы хотелось поскорее все закончить и уехать отсюда.

Закрывшись в спальне, Хилари прислонилась спиной к толстой двери.

«Почему мне, — уныло думала она, — так не везет с мужчинами? И почему меня по-прежнему так влечет к Трою Донавану, которому доверять нельзя?»

Ее взгляд рассеянно блуждал по временному пристанищу. Обои с лилиями и кровать из красного дерева. В отличие от гостиной с ее стеклянными потолками, создававшими ощущение пространства, окна спальни были задернуты плотными занавесками, создавая атмосферу для идеального отдыха.

Наконец оторвавшись от двери, Хилари нашла свою сумку с вещами на старинной вешалке и положила ее на покрывало.

«Что же мне надеть?» — думала она, перебирая свои вещи.

Ее мысли невольно вернулись к Трою, ожидавшему ее за дверью. Что же надеть женщине, чтобы провести вечер с притягательным мужчиной, которого ей надо держать на расстоянии?

От этих мыслей ее отвлек телефонный звонок, раздавшийся из сумки. Взглянув на экран, Хилари увидела номер своей сестры Клаудии.

Клаудия жила в Вермонте с мужем и тремя детьми. Она работала учительницей да еще ухаживала за их матерью. Да, ее старшая сестра обладала сильным характером и не боялась никаких трудностей! Хилари восхищалась ею и тем, как Клаудия смогла устроить свою жизнь. И уж конечно Клаудия никогда бы не обманулась насчет Барри, как сама Хилари…

— Привет, Клаудия.

— Это все, что ты хочешь мне сказать? «Привет, Клаудия»? — отозвалась ее сестра с юмором, скрывающим тревогу. — Хилари Элизабет Райт, почему ты мне не перезвонила? Я набирала твой номер семь раз!

Удерживая телефон под подбородком и продолжая говорить, Хилари расстегнула молнию на боку своего вечернего платья.

— Стоило мне уехать куда-нибудь на один день, как ты уже за меня волнуешься? — мягко поддразнила она сестру.

— Да, и хочу, чтобы ты рассказала мне, как прошел этот день. И почему ты мне не сказала, что… — Хилари услышала, как Клаудия что-то отхлебнула. Должно быть, свою любимую диетическую колу.

— Что? — Хилари спустила платье и перешагнула через него.

— Что ты знаешь Троя Донавана, конечно! Троя Хакер-Гуда, этого богатого испорченного плейбоя!

Хилари, начавшая было натягивать на себя джинсы, так и замерла:

— О чем ты говоришь? Я его совсем не знаю…

— Да? Тогда у Донавана есть двойник, — заявила Клаудия. — В прессе появились ваши с ним фотографии.

Хилари простонала про себя.

Великолепно, просто великолепно… Впрочем, этого стоило ожидать.

— Я познакомилась с ним сегодня.

Неужели это было сегодня?

— Не пройдет! — засмеялась Клаудия. — Он выложил сотню тысяч баксов за то, чтобы провести с тобой уик-энд!

— Восемьдесят девять тысяч, — поправила сестру Хилари и потянулась к розовой блузке. — Я как-то забыла про репортеров, — пробормотала она.

— Восемьдесят девять тысяч? С ума сойти! А я не могу заставить своего мужа заплатить за вафлю от мороженого!

— Билли — отличный парень, и ты сходила по нему с ума со второго курса.

— Знаю и даже обожаю его за скупость, тем более что кое в чем ему просто нет равных, — промурлыкала Клаудия. — Просто сейчас я пытаюсь представить себя на твоем месте. Это же замечательно — не думать ни о кредите за дом, ни о пеленках… Так что давай выкладывай! Я хочу быть в курсе всего.

— Не думаю, что этому стоит придавать какое-то значение. — Хилари застегнула серебряную цепочку-поясок и поправила ее на талии. — Уверена, Трой просто страдает от скуки, а так как я сказала «нет», он воспринял это как вызов.

— Тогда продолжай бросать ему вызов. Может быть, он побалует тебя своим вниманием. Например, купит какую-нибудь драгоценность, — предположила Клаудия.

— Что это я от тебя слышу? — изумилась Хилари.

— Только не говори мне, будто Трой Донаван тебе не нравится, — нетерпеливо сказала Клаудия.

— Он мне не нравится, — сказала Хилари и упала на кровать, глядя на замысловатую лепнину на потолке. — Повторяю: я познакомилась с ним только сегодня. Прошло слишком мало времени, чтобы об этом судить.

— Счастливица… — Клаудия сделала глоток. — Потом будет что вспомнить.

— Конечно нет! — запротестовала Хилари, чувствуя, как ее щеки заливает румянец. — Ты хоть представляешь, о чем говоришь? Как я буду себя чувствовать, если пересплю с ним, когда он, можно сказать, меня купил? Я не какая-нибудь дешевка!

Правда, это заявление почему-то не помешало Хилари представить себя обнаженной на этой кровати вместе с Троем Донаваном…

— За восемьдесят девять тысяч? — скептически протянула Клаудия. — Если бы я не была замужем, то не возражала, чтобы меня «купили» за такие деньги. Но легла бы ты с ним в постель, если бы он просто предложил тебе провести с ним ночь?

— Нет. Ни за что! — поспешно сказала Хилари. Помедлив, она добавила уже менее уверенно: — Думаю, нет…

— Ну, сестренка, кажется, ты влипла, — сочувственно произнесла Клаудия. — Только постарайся в него не влюбиться, а то…

В дверь постучали.

— Он здесь, — быстро сказала Хилари. — Мне нужно идти.

— Ладно. Береги себя. Все-таки этот год выдался для тебя тяжелым.

— Для всех нас… Пока, люблю тебя.

Их отец скончался во сне от сердечного приступа, мать снова была в реабилитационном центре. Может быть, чтобы забыться, Хилари и вступила в отношения с Барри?

Она бросила телефон и открыла дверь. Теперь ей осталось только пережить ночь с Троем.

«Люблю тебя».

Эти слова продолжали звучать в ушах Троя, когда Хилари открыла дверь и вышла в гостиную. С кем она говорила по телефону?

Она выглядела необыкновенно сексуально и в своем костюме в самолете, и в черном платье без бретелек. А сейчас при виде Хилари, в обтягивающих джинсах и длинной розовой блузке, с тонкой серебряной цепочкой на бедрах, Трой просто потерял дар речи и несколько секунд молча смотрел на нее, не в силах оторвать взгляд. Затем он резко отвернулся и, чтобы чем-нибудь занять руки, которые так и чесались ее обнять, закатал рукава рубашки.

На кофейном столике стоял включенный лэптоп. Все, что осталось сделать, — это подключиться к защищенной сети безопасности и найти нужные записи.

Да, это очень похоже на полковника Сальваторе — вылить свое недовольство на других, раз он оставил Хилари здесь одну. Несомненно, в качестве своеобразной мести за поведение Троя на аукционе…

Так было уже не раз, начиная со школы. Например, когда Трой программным способом уменьшил время занятий, полковник просто добавил еще несколько уроков, что только разозлило одноклассников Троя.

Не отрываясь от клавиатуры, Трой произнес:

— Я заказал кофе и кое-чего поесть, если наши поиски затянутся.

— Есть я не хочу, но от кофе не откажусь. Ладно, давай приступим — я не хочу терять время. — Босая, она почти бесшумно приблизилась к нему, ступая по персидскому ковру.

— Я подсоединил лэптоп к широкоэкранному телевизору, чтобы не горбатиться над компом. К тому же так больше шансов увидеть все детали — в подробности я тебя посвящать не стану, чтобы сразу не утомить.

— Конечно, тем более что я не разбираюсь в твоих игрушках.

— Может, ты передумаешь насчет еды? Чтобы все настроить, мне нужно время. А ты пока соберись с силами — то, что нам предстоит сделать, не то же самое, что смотреть кино. Нам придется работать с изображениями от разных камер, как внутренних, так и наружных, под разными углами. Работа нудная, долгая.

Хилари ухватилась за спинку стула:

— Значит, то, что случилось с нами…

Трой бросил на нее мимолетный взгляд:

— Нет. Я не планировал тебя поцеловать — это вышло само собой, но все останется между нами. Не только тот, кого мы ищем, умеет избегать камер.

Хилари облегченно выдохнула и подошла к тележке с едой и напитками. Трой оторвался от работы и залюбовался ее длинными стройными ногами. Словно почувствовав на себе его взгляд, Хилари обернулась.

— Спасибо, — поблагодарила она.

— Не за что, — усмехнулся Трой и, не удержавшись, добавил: — Но думаю, что есть запись, где мы танцуем, прижимаясь друг к другу.

— Я хочу взглянуть. Включи телевизор! — Хилари налила кофе из серебряного кофейника и, взяв тонкую фарфоровую чашку, устроилась на старинном диванчике.

Сидя за лэптопом, Трой разделил экран на четыре части:

— Чтобы не тратить время, мы сразу посмотрим вид со всех камер, где людей не так много, а там, где народу больше, я выведу информацию на единый экран.

— Как может быть, что его почти никто не видел? — дуя на горячий кофе, спросила Хилари.

— Дело не в том, что его мало кто видел. Дело в том, что все боятся говорить. — Трой быстро пробежался по записям, сделанным в пустых холлах и пустых комнатах. — И тебе тоже надо бы бояться…

— А тебе?

— Я боюсь за тебя. Это считается?

Трой уменьшил скорость, когда на экране стали появляться кадры с людьми. Сначала это был обслуживающий персонал. Уборщицы, официанты, поставщики, флористы. Трой поколдовал над изображением, и теперь можно было рассмотреть даже штрихкод на упаковке из-под свечей.

Мельком взглянув на Хилари, он не заметил на ее лице ничего, кроме отразившегося на нем удовольствия, когда она сделала глоток кофе. По его телу прошла дрожь. Если уж она получает такое удовольствие от обычного кофе, то насколько же она чувственна в постели? О да, он бы хотел увидеть это выражение лица, занимаясь с ней любовью…

Трой усилием воли заставил себя повернуться к монитору над камином и вернуться к работе. Но, даже деля внимание между компьютером и телевизором, он помнил о Хилари, сидевшей от него на расстоянии вытянутой руки.

Почти беззвучно работали кондиционеры, создавая циркуляцию воздуха, приносившего аромат кофе вперемешку со слабым мятным запахом, исходившим от Хилари. Интересно, так пахнет ее шампунь или духи? Он легко мог представить себе ее в пенящейся ванне с мятными листьями вокруг нее…

— Трой? — вторгся в его мысли ее хрипловатый голос.

Трой машинально остановил запись:

— Что?

— Нет, ничего. Продолжай. — Хилари с легким звоном поставила чашку на блюдце. — Я просто подумала… Как ты познакомился с полковником Сальваторе? И пожалуйста, если можно, попробуй хотя бы раз ответить честно.

Ну что ж, если она хочет узнать, он мог удовлетворить ее любопытство. Общеизвестными фактами.

— Полковник был директором военной закрытой школы, куда я был направлен еще подростком. Позже он стал работать в… другом месте.

— Ты продолжаешь с ним сотрудничать?

— Да. — Трой помедлил. — Можно сказать, именно ему я обязан тем, как сложилась моя жизнь после школы. Так что иногда я оказываю ему ответные услуги.

Хилари встала и снова подошла к тележке с едой. Вернулась она уже с двумя чашками кофе, одну из которых поставила рядом с компьютером.

— И на что была похожа твоя жизнь в такой школе?

— На тюрьму. — Трой сделал большой глоток.

— А до того, как попал в ту школу?

— Скукотища. — Трой опустошил свою чашку и поставил ее на стол.

— И чтобы развеять скуку, ты влез в компьютерную систему министерства обороны? — Хилари села рядом, поставив чашку с кофе на колени.

— Ну, это бы только доказало, насколько я ограниченный человек.

— А ты не такой?

— А ты сама как думаешь?

На экране возникла картина аукциона. Трой продолжил колдовать, и на экране появились кадры с людьми, сидящими спиной, но их лица отражались в зеркалах, стекле и даже на хрустальной чаше для пунша.

Хилари подалась вперед:

— Я не очень хорошо разбираюсь в технике, но, учитывая твою славу, у тебя настоящий талант. Мне кажется, в обычных школьных заведениях тебе было не место.

— Родители отсылали меня учиться в лучшие закрытые школы, — из которых он раз за разом вылетал, — пока я не попал в военное училище.

— Но тебе было скучно и там?

Сознавала ли Хилари, что сама придвинулась еще ближе к нему?

— Ну, надо отдать должное учителям — они пытались наставить меня на путь истинный. Но кроме меня там был еще полный класс учеников. — Трой продолжил работать одной рукой, положив другую на спинку дивана. — Так что, можно сказать, я был предоставлен самому себе.

— Компьютеры, — кивнула Хилари. — Ты занимался один?

Да, один. Почти все время один…

— Зато я занимался тем, чем хотел, — пожал плечами Трой.

Хилари поставила чашку, нажала на клавишу «Остановить запись» и повернулась к нему.

— Разве тебе не было одиноко? — мягко спросила она.

— Ну, одному мне было проще. У меня не очень-то получалось ладить с людьми.

— И скорее всего, жизнь в одиночестве ничуть не улучшила твои коммуникативные навыки. Неужели твои родители этого не понимали?

Трой прочел сочувствие в устремленных на себя голубых глазах. Но он не нуждался в ее жалости! Трой неожиданно почувствовал досаду оттого, как легко Хилари удалось его разговорить, хотя обычно он о себе не распространялся.

— Да, мне есть кого благодарить за полученные социальные навыки, — кивнул Трой. — Братство.

— Братство? — невольно повторила за ним Хилари.

Трой потянулся к клавиатуре, снова включил запись и углубился в манипуляции с изображением — работа его всегда успокаивала.

— Я был отправлен в исправительную школу в качестве наказания, но там же я встретил и своих первых друзей. У нас было много общего. В школе я научился быть частью коллектива.

— Значит, все, кто там оказался, сталкивались с теми или иными проблемами?

— Ты имеешь в виду проблемы с законом? Да, были и такие. Включая меня.

— Я и не думала тебя осуждать, — поспешно произнесла Хилари.

Она наклонилась вперед, и Трой почувствовал на своей руке ее шелковистые волосы.

Почему она об этом заговорила? Зачем начала задавать личные вопросы? Но какова бы ни была причина ее расспросов, кажется, у него появился шанс вернуть ее доверие.

— Помимо тех, кто совершил то или иное преступление и был отправлен туда в качестве наказания, в школе находились и те, кто желал получить военное образование до службы в армии.

Трой, незаметно для Хилари, намотал на палец ее волосы. И сразу же почувствовал, как его охватило возбуждение. Невероятно, но Хилари Райт действовала на него так, как ни одна женщина!

— Кажется, я понимаю… — Хилари склонила голову набок. — В братство вошли такие же ребята, как и ты. Бунтари.

— Да. Вместе мы стали учиться следовать установленным правилам.

Хилари перевела взгляд на экран, на котором возник Трой во время аукциона холостяков.

— Признаться, ты не производишь впечатления человека, следующего правилам. Скорее ты из тех, кто их создает.

Трой хмыкнул:

— Видела бы ты меня в те времена! — Он вспомнил себя подростком: длинные волосы и отношение к жизни как к военным действиям.

— В этом компьютере есть какие-нибудь твои фотографии тех лет? — Хилари наклонилась, и Трой быстро отпустил ее волосы.

— Закрыты и запечатаны. Поверь, ты не найдешь ни одной моей школьной фотографии.

— Да?

Хилари умолкла.

Интересно, о чем она задумалась?

Трой снова застучал по клавиатуре.

Хилари неожиданно опустила голову ему на плечо, и он стиснул зубы, ощутив жаркую волну желания. В голове пронеслись образы: обняв Хилари, он опускает ее на диван, накрывает своим телом, прикасается к ее губам и…

— Трой, здесь есть моя фотография — я сижу на коленях Пасхального зайца.

Трой моргнул, собираясь с мыслями.

— А что такого?

— Фотография сделана, когда мне было тринадцать лет.

— А-а-а. — Теперь он понял. Кажется, Хилари решила оказать ему ответную любезность и поделиться с ним чем-нибудь из ее прошлого. Мило с ее стороны, конечно, но такие вещи его уже давно не занимают. — Мать заставила, да?

Хилари помрачнела.

— Ничего подобного. — Она снова остановила кадр и повернулась к нему: — Я была там, потому что хотела верить. В Пасхального зайца. В Санту. В Фею молочных зубов. В школе надо мной начали смеяться. Тогда я поняла — о некоторых вещах лучше молчать. В начальной школе, где я училась, не было братства.

Он коснулся ее волос и мягко сказал:

— Ты слишком добра к людям, Хилари, и скорее всего во вред себе.

— Комплименты не помогут уложить меня в свою постель, Трой, — предупредила Хилари.

Их губы разделяли какие-то миллиметры. Трой слегка потянул ее за волосы и взглянул в голубые глаза, в которых возникло настороженное выражение.

— Что, если я уложу тебя в твою?

Глава 5

Ощущение его руки, запутавшейся в ее волосах, прикосновение к коже его пальцев одновременно успокаивали и вызывали волнение. В эту минуту Хилари жалела, что не может просто поцеловать Троя, а потом — будь что будет!

— Я тебе уже сказала: целоваться мы не станем, — смогла произнести Хилари.

— Я тебя услышал. Просто хочу сказать: мне безумно нравится тебя целовать, но это не обязательно значит, что мы должны с тобой переспать. Хотя… признай, — в его голосе послышались хриплые нотки, — ты бы сама этого очень хотела.

— Мне бы очень хотелось съесть всю коробку шоколада, но это не значит, что я это сделаю.

— Что, никогда? — поддразнил ее Трой.

— Ну ладно, — сдалась Хилари. — Однажды я действительно съела всю коробку. Но с моей стороны это было не очень умно.

— Тогда почему мы не можем поцеловаться еще раз? Просто на всякий случай. Надо же удостовериться, что в том поцелуе на балконе не было ничего особенного…

Ничего особенного? Если бы!..

Может, стоит преподать ему урок? Например, самой поцеловать его и спокойно уйти? При мысли об этом Хилари охватило возбуждение. Не давая себе времени передумать, она провела пальцем по его лбу, коснулась брови, пересеченной шрамом.

Коснувшись его рта, она слегка ухватила зубами его нижнюю губу и нарочито медленно очертила языком рисунок губ. Зеленые глаза вспыхнули изумрудным пламенем желания, и веки Хилари закрылись сами собой, а неподвластная рассудку сила прижала ее к его телу.

Теперь им никто не может помешать, как тогда, на балконе, поэтому изменился и поцелуй. Хилари воспользовалась этим, проведя руками по широким плечам Троя, наслаждаясь игрой мышц, когда он притянул ее ближе к себе. Ее соски превратились в твердые бутончики, жаждавшие ощутить прикосновения его языка. Желание буквально затопило Хилари сильной, почти на грани с физической болью, волной. Потребность стать к Трою еще ближе была непреодолимой. Сесть бы ему на колени, обхватив своими ногами, и…

Почувствовав силу его желания, она задрожала всем телом. В горле у нее родилось мурлыканье, на которое Трой ответил хриплым восклицанием. Кажется, они были на одной волне…

Руки Троя оставили ее волосы, опустились по спине, обхватили за ягодицы. Одним резким движением он положил ее на спину и навис над ней. Ощутив вес его тела, Хилари удовлетворенно вздохнула. Как же это было чудесно — чувствовать Троя каждой клеточкой!

Обхватив ногами его поясницу и откинув голову назад, Хилари изогнула спину и приподнялась, подставляя лицо для поцелуев. Трой оторвался от ее губ и прижался губами к ее подбородку, а затем дорожкой из поцелуев поднялся по щеке до уха. Его горячее дыхание ласкало ей кожу. Откинув волосы назад, Хилари приподнялась на локтях, чтобы быть ближе к Трою и полнее ощутить его ласку, когда он покусывал зубами мочку ее уха. Чувствуя, словно ее куда-то уносит, она вытянула руку, пытаясь обрести контроль над собой. Пальцы нащупали поверхность стола, а еще через мгновение Хилари услышала звук разбивающейся посуды…

Трой замер и, бросив быстрый взгляд на стол, схватил компьютер, спасая его от разлившегося кофе. Хилари словно опомнилась. Что, черт возьми, она делает? Целуется фактически с незнакомцем! И не просто целуется… Лежит под ним, хотя хотела всего лишь поцеловать его и отстраниться, показав — Трой ее совсем не волнует.

Выдохнув, Хилари спустила ноги на пол, застланный толстым персидским ковром, и вскочила. Она перевела взгляд на экран, пытаясь сфокусировать взгляд. И кажется, вовремя, потому что в кадре вдруг мелькнуло золотое кольцо, которое показалось ей знакомым. Когда она вспомнила о стоящей перед ней задаче, голова снова обрела ясность.

— Трой, подожди-ка! — Хилари схватила его за плечо.

— Что такое?

— Ты не мог бы увеличить это место? — Она указала в верхний левый угол. Не отрываясь от места, куда она указывала, Трой сел и положил компьютер себе на колени. — Можно как-нибудь увидеть лицо мужчины с этим уродливым золотым кольцом?

— Конечно. — Он тряхнул головой, приводя взъерошенные волосы в порядок.

Которые она растрепала своими пальцами… Нет, ей срочно нужно обуздать свои вырвавшиеся из-под контроля чувства! Только почему так хочется пригладить его волосы?..

Чтобы не уступить искушению, Хилари сжала руки в кулаки и обратила все свое внимание на экран.

Картинка увеличилась, сохраняя четкость. Кадр за кадром, на экране появлялись виды с разных ракурсов, под разными углами и вдруг…

— Это он! — Она подошла ближе к телевизору, чтобы еще раз удостовериться. Но сомнений теперь не было. — Это тот, кого мы ищем!

Спустя два часа Трой, прислонясь к двери спальни Хилари, смотрел, как она укладывает свои вещи.

После того как Хилари опознала дружка Барри, они связались с Сальваторе. Трой, который мельком видел сообщника на парусной регате в Майами, согласился: это действительно был он. Получив нужную информацию, Сальваторе начал действовать. Оставалось только проверить базу данных, и, если им повезет, они смогут узнать его имя. Если все получится, то преступник совсем скоро окажется за решеткой.

Но пока этого не случилось, нужно было позаботиться о безопасности Хилари, благодаря которой могла накрыться преступная деятельность аферистов, занимающихся отмыванием крупных сумм денег. По этой причине Трой собирался не спускать с нее глаз.

И Трой должен был признаться себе — он с большим удовольствием готов провести время в компании Хилари.

Глядя на соблазнительные изгибы, Трой вспоминал те секунды, когда это тело было прижато к нему. Он просто не сможет жить, если не сделает Хилари своей! Вопрос заключался лишь в одном: когда это произойдет?

Хорошо, что они так неожиданно быстро решили задачу, ради которой здесь и находились. Теперь ему предстояло убедить Хилари в том, что ей не обязательно возвращаться домой прямо сейчас.

— Что случилось, Трой? Разве ты не рад? Сообщник опознан. — Хилари закрыла свою сумку. — Красть он больше не сможет. Мы восстановили справедливость.

— Ты торопишь события, — возразил он. — Этот парень пока еще на свободе. И не стоит забывать, что он умен. — Трой оторвался от косяка и вошел в ее спальню. — И если ему станет известно, кому он обязан охотой за ним… Нет, я пока повременю с поздравлениями.

— Со мной все будет в порядке, — уверенно заявила Хилари.

Хотел бы и Трой быть в этом так же уверен, как она!

— Сколько раз ты принимала участие в таких операциях? Я бы посоветовал тебе не возвращаться домой сразу, а поехать со мной. Я знаю место, где тебя трудно будет найти. Там можно и отдохнуть, пока все не закончится.

— Может быть, есть такие женщины, которые были бы счастливы принять твое приглашение, но я к ним не принадлежу. И я еду домой. Моя единственная причина приезда в Чикаго заключалась в опознании сообщника Барри. Я свою задачу выполнила и теперь хочу вернуться к любимой работе.

Хилари подняла сумку. Может, стоит помочь ей? Но Трой не знал, как Хилари на это отреагирует. Вдруг решит, что он хочет поступить по-своему?

Поэтому Трой сел возле окна:

— Тебе нельзя возвращаться домой. По крайней мере, не прямо сейчас. Я тебе настойчиво советую залечь куда-нибудь на дно, пока этого парня не поймают.

— Неизвестно, когда это произойдет. — Хилари бросила сумку и села на нее. — Я не могу просто исчезнуть на неопределенное время.

— Полковник сказал, это займет неделю, от силы две. Ты можешь взять отпуск по личным обстоятельствам. Скажи, что у тебя мать заболела.

— Мать заболела? — Хилари скрестила ноги в лодыжках. — Смотрю, ты мастер выдумывать.

— Скажи что хочешь, просто позволь мне тебе помочь.

— Нет, спасибо! Свой отпуск я предпочитаю провести без тебя.

— Ты не хочешь до конца выяснить, существует ли между нами притяжение?

Ресницы Хилари дрогнули и на миг прикрыли глаза.

— Ну и что из того, что нас влечет друг к другу?..

— Как что? Мы оба находим друг друга физически привлекательными. Это ведь замечательно!

— Я в этом не так уверена.

— Может, все-таки ты согласишься провести в моем обществе хотя бы неделю в целях предосторожности, а?

— В обществе такого неотразимого мужчины, как ты?

На лице Троя появилась усмешка.

— Значит, ты находишь меня неотразимым?

Хилари вскочила и схватила сумку:

— Забудь!

Трой подошел к ней, преграждая путь:

— Прости. Я просто не хочу тебя отпускать. Скажи, тебе от меня что-нибудь нужно?

— Честность. И почему ты продолжаешь настаивать, когда я все уже решила? Работу мы закончили, а я не ребенок, могу и сама за себя постоять.

— Черт возьми, Хилари!.. — Трой не знал, что еще пустить в ход, чтобы убедить ее поехать с ним. Вряд ли он сумеет добиться своего, если снова начнет ее целовать… — Почему ты не хочешь понять, что я волнуюсь? И если тебе нужна честность… Я хочу заниматься с тобой любовью…

Хилари нерешительно переступила с ноги на ногу. Трой это заметил и продолжил с еще большей настойчивостью:

— Проведи со мной еще неделю, ладно? Так ты не только обезопасишь себя, но и сможешь вернуться к своей прежней жизни, не испытывая сожалений. Думаю, недели тебе хватит на то, чтобы забыть меня.

— Почему ты так уверен, что я не смогу забыть тебя сразу же?

— Я поверю тебе, если ты, глядя мне в глаза, скажешь, что не испытываешь ко мне никакого влечения. И не лги, потому что я помню, как ты меня целовала!

Хилари вздохнула:

— Да, признаю, между нами что-то происходит.

— Что-то? Настоящая химическая реакция! Но нам обоим ясно — это ненадолго. Именно поэтому я предлагаю побыть в обществе друг друга. После чего мы расстанемся и вернемся к своей привычной жизни.

— Я не могу, Трой, извини. — Хилари попятилась, таща за собой сумку на колесиках. — Я возвращаюсь в Вашингтон к своей привычной, скучной жизни прямо сейчас.

И она гордо прошла мимо Троя к двери.

На улице шел дождь, отчего раннее влажное утро показалось слишком промозглым. Когда у Хилари прямо из-под носа четыре раза перехватили такси, она села на сумку и почувствовала подступившие к глазам слезы досады.

— Нужна машина?

Хилари чуть не свалилась с сумки.

— Полковник Сальваторе? — Она восстановила равновесие, проклиная про себя туфли на высоких каблуках, которые надела специально ради Троя. — Да, хочу поймать такси, чтобы добраться до аэропорта.

Как и всегда, полковник был в сером костюме и красном галстуке. Коротко стриженная голова Сальваторе почему-то напомнила ей Троя, который на всех своих фотографиях в газетах и журналах был в шляпе.

— Тогда позвольте мне вас подбросить и помочь вам с обратным билетом — все-таки я вам обязан.

Отказываться было глупо.

— Благодарю вас, с удовольствием.

Водитель уже открывал дверцы темного внедорожника с тонированными стеклами. Хилари устроилась на заднем сиденье, и они с полковником в молчании проделали весь путь до международного аэропорта Чикаго. Сальваторе что-то печатал на своем планшете. Хилари ничего не оставалось делать, как уставиться в окно, провожая взглядом промокший город. Кто знает, когда она еще раз сюда приедет, да и приедет ли вообще?

Изредка она бросала взгляд на полковника, бывшего, как она теперь знала, когда-то директором закрытой военной школы, выпускником которой являлся Трой. Он также упомянул об услугах, которые ему оказывал. Интересно, связывало их что-нибудь еще? Она познакомилась с полковником Сальваторе, когда работала с местными властями. Впрочем, ладно. Теперь это уже не важно. Теперь можно забыть о Барри и просто продолжать жить.

Кажется…

Когда Хилари поняла, что машина не собирается заезжать в аэропорт, она повернулась к Сальваторе.

— Полковник?.. — недоуменно спросила она.

Сальваторе только поднял руку, не отрывая взгляда от планшета.

— Сэр, — настойчиво обратилась она к нему. — Куда вы меня везете?

Сальваторе спрятал планшет в чехол:

— К стоянке частных самолетов. Я лечу на таком.

— Но мне надо в Вашингтон! Вполне подойдет и обычный рейс. Я сделала, что вы меня просили. Теперь я хочу домой!

— Трой полетит с вами, поскольку уверен: вас нельзя оставлять одну, пока мы не доведем все до конца.

Хилари невольно ощутила вспышку радости прежде, чем сказала себе: ей все равно, увидится она с Троем еще раз или нет.

Вскоре Хилари увидела ряд частных самолетов.

— Трой на одном из этих самолетов, так? Он в своем самолете или в вашем?

— Неплохо, — похвалил ее полковник. — Трой быстро соображает, поэтому ему будет приятно общество неглупого человека. — Он кивнул в сторону выстроившихся самолетов, окутанных легким утренним туманом. — Это мой самолет. Самолет Троя ближе всех к нам.

— Вы ожидаете, что я просто сяду к нему в самолет? Мне даже не нужно проходить регистрацию или что-нибудь еще?

— Я уже все согласовал с пилотом. — Впервые за все время полковник улыбнулся. — Да ладно, Хилари, признайте — вам очень хочется задержаться в его компании. Так почему бы вам не отправиться с ним куда-нибудь на недельку?

Хилари замерла. Неужели ее желания написаны на ее лице?

— Вы в этом так уверены? — как можно спокойнее спросила она.

— Как в самом себе, — произнес полковник так буднично, словно они обсуждали завтрак. — Я неплохо разбираюсь в людях и считаю, что научился предугадывать их действия. Просто сделайте это ради Троя.

— Если вас не затруднит, не объясните мне подробнее? — язвительно спросила она.

— Пожалуйста. Для всех нас будет выгодно, если вы с ним на время исчезнете. Человек, за которым мы охотимся, очень зол и опасен. Есть вероятность, что он постарается найти тех, кто повинен в его проблемах, и отомстить. Если Трой последует за вами, то не исключено, он тоже может пострадать. Вы понимаете, что я имею в виду?

По спине Хилари пробежал холодок, когда она осознала реальность нависшей над ней угрозы. Она-то думала, что просто справится с задачей и вернется к своей размеренной жизни! Но нет…

— И если бы Трой не предложил такой вариант, как вы собирались меня обезопасить?

— Я рассчитывал, что нам удастся сразу задержать этого типа. Но он ускользнул. Однако, увидев вас вместе с Троем, я решил: под его защитой мне можно о вас не беспокоиться. Мисс Райт, пожалуйста, подумайте и о Трое, — неожиданно мягко попросил ее полковник.

И Хилари взошла на борт самолета, на который указал ей полковник.

Нахлобучив шляпу на голову, Трой вышел из лимузина в ту самую минуту, когда полковник скрылся за люком своего самолета.

Взяв с сиденья кейс, он трусцой добежал до лестницы под легким дождичком. Теперь ему осталось только сообщить пилоту их новое место назначения — Вашингтон.

Самолет Троя был небольшим передвижным офисом и имел все, что было необходимо ему для работы и отдыха.

Зайдя в салон, Трой замер.

Хилари. Здесь! В его самолете?

Она сидела за его столом, на ее коленях лежал планшет. Вышедшее из-за облаков солнце заиграло в ее волосах, придавая им янтарное сияние.

«Янтарное сияние? Да что это со мной?» — пронеслось у него в мозгу.

До встречи с Хилари он никогда бы не подумал, что может быть поэтом.

Хилари подняла голову:

— Да, я решила принять твое приглашение, но не слишком обольщайся — просто мне в самом деле стоит подумать о своей безопасности. И имей в виду, я от этого вовсе не в восторге.

Трой поставил кейс на диванчик, обшитый белой кожей, и сдернул шляпу с головы.

— Можешь мне поверить, я совсем не собирался сделать что-нибудь такое, что бы тебе совсем не понравилось.

— Вот и хорошо, — кивнула Хилари и начала печатать.

Трой удержался от желания предложить ей какую-нибудь из имеющихся на борту технических новинок.

— Чем занимаешься, если не секрет? — вместо этого спросил он.

— Отправляю почту, чтобы предупредить об изменившихся планах.

— Понятно…

Хилари подняла голову:

— Так же, как и то, что я здесь ради безопасности, а не ради секса?

Искры в ее глазах снова разожгли в нем огонь.

— Яснее некуда.

— Хорошо. Ну и куда мы отправляемся?

— В Монте-Карло.

— В Монте-Карло?! — От ее уверенности не осталось и следа. — А как же мой паспорт? — Его изъ яли у нее, чтобы она не могла сбежать из страны.

— Ждет тебя в Вашингтоне — мы остановимся там, чтобы ты могла его забрать. Заодно и подзаправимся. — Трой вытащил телефон и отправил сообщение своей ассистентке и Сальваторе, чтобы тот отдал нужные распоряжения.

— Допустим, — оправилась от изумления Хилари. — А как быть с моей одеждой? У меня всего несколько вещей.

— Я об этом позаботился. — Трой отправил еще одно сообщение своей ассистентке и положил телефон.

— Ты так уверен в себе? Признаться, я совсем не в восторге, что настолько предсказуема.

— Хилари, ты самая непредсказуемая женщина, какая встречалась на моем пути!

— А почему Монте-Карло?

— А почему нет? — Трой надел на нее шляпу и потянул к себе на диван.

— Все-таки, почему Монте-Карло? — повторила Хилари.

Потому что так он мог себя подстраховать, а Конрад Хьюз прекрасно поймет, как женщина способна влиять на способность мужчины трезво мыслить.

— Там у меня друг, который нам поможет. Была когда-нибудь в Монте-Карло?

— Однажды я была в Атлантик-Сити… — Хилари стащила с себя его шляпу и бросила ему на колени.

— Тогда готовься к чудесам, которых ты еще не видела.

Глава 6

Монте-Карло превзошел все ожидания Хилари.

Они приземлились на частной полосе рядом с портом Монако, где их уже ждал лимузин. После волнующей поездки вдоль средиземноморского побережья машина остановилась у отеля, расположенного в скалах, с видом на бухту, полную морских яхт. Покрытое бежевой штукатуркой новое здание было построено в древнеримском стиле с колоннами и арками и украшено подсвеченными скульптурами.

Трой прошел мимо стойки регистрации не останавливаясь. Хилари уже начала привыкать к тому, что Трой не следовал общепринятым правилам, поэтому она последовала за ним, не задавая никаких вопросов.

На первом этаже располагалось казино, наполненное звуками игральных автоматов, звонков, музыкой, смехом и плеском фонтана. Высокие каблуки ее туфель стучали по выложенному мраморными плитами полу, когда они проходили мимо отдыхающих. Со всех сторон звучала разноязычная речь, совсем как на некоторых вечеринках, которые Хилари устраивала в ставшем родным для нее Вашингтоне. Правда, на них она никогда не притягивала к себе столько взоров, как здесь. Люди шептались и указывали в их сторону, узнавая Троя Донавана.

Он снял свою знаковую шляпу и обратился к ней:

— Может, испытаем фортуну? Твой выбор. Карты, рулетка, автоматы?

Хилари уже и забыла про свою усталость. Еще бы — Монте-Карло входил в десятку мест, в которых она хотела побывать! И действительность не шла ни в какое сравнение со сценами из фильмов. Здесь царила непередаваемая атмосфера. Нет, она и мечтать не могла, что когда-нибудь окажется в таком месте да еще под руку с таким неотразимым мужчиной, как Трой Донаван!

— Я неподходяще одета для игры, — кивнула Хилари на свои джинсы.

— Не думай об этом, — предложил Трой.

— Да? Ну ладно. Может, мне повезет с автоматами.

— Как скажешь. — И Трой повел ее к ряду автоматов, возле которых стояли высокие барные стулья.

Протянув руку, Трой помог ей сесть на один из них, и почти сразу возле них возникла улыбающаяся женщина в униформе.

— Добрый день, мистер Донаван, — приветствовала она Троя с сильным акцентом и протянула ему кожаный мешочек. — Мистер Хьюз передает вам свой привет.

— Благодарю, мадемуазель. — Трой открыл мешочек, и Хилари увидела в нем жетоны, фишки, ключи-карточки и наличные.

Взяв в руки полную горсть жетонов, он протянул их Хилари.

— Одного будет достаточно, спасибо. Я правда устала и хочу освежиться.

Взяв один жетон, она вставила его в отверстие автомата, нажала на кнопку и стала ждать результата, всем своим существом ощущая присутствие Троя, стоявшего у нее за спиной.

Она проиграла, но ее это не расстроило. Одна лишь мысль о том, где она и с кем, возбуждала Хилари не меньше, чем джекпот.

Хилари повернула голову и улыбнулась Трою. Он стоял так близко к ней, что она могла видеть пересекавший его бровь шрам. Могла видеть его губы, которые, если быть честной, ей снова хотелось ощутить на своих губах…

При этой мысли пульс у нее участился, а дыхание стало частым и прерывистым. Трой не мог этого не заметить. Хилари словно окаменела, уже подсознательно ожидая его поцелуя, но он просто улыбнулся и отступил на шаг, протягивая руку, чтобы помочь ей спуститься со стула.

Хилари не желала признаться себе, что разочарована. Она взяла его руку и через силу улыбнулась.

Тепло его руки по пути к стеклянному лифту мешало ей думать о чем-нибудь еще, кроме Троя и тех чувств, которые он в ней вызывал. Хилари всегда считала себя практичной, шаг за шагом строя свою жизнь. Но сейчас противное здравому смыслу желание быть с Троем поколебало ее уверенность в себе.

А так ли уж хорошо она себя знает? И как ей сейчас себя вести? И вообще — что ей от него нужно?

Ответ пришел к Хилари неожиданно и был так же ясен, как безупречно чистое стекло лифта, создавшее впечатление, что они поднимаются по воздуху. Она жаждала узнать больше о нем и о его жизни и — к чему обманывать саму себя? — переспать с ним. И за то время, что они проведут вместе, получить от Троя все, что только можно, насытиться им. А затем, вернувшись домой, вспоминать об этом без каких-либо сожалений и не предаваться несбыточным мечтам.

* * *

Дверцы лифта открылись. Положив ладонь ей на спину, Трой повел Хилари в роскошно обставленный номер размером с квартиру, с балконом, выходившим на гавань. В отличие от темной тяжелой мебели в чикагском отеле высокие потолки и белая с голубизной мебель создавали ощущение легкости и пространства. Пока коридорный разгружал их сумки, Хилари стояла возле окна и любовалась сверкающей в свете фонарей и луны гладью воды.

Когда они остались одни, Трой подошел к ней:

— Не хочешь чего-нибудь выпить, прежде чем мы спустимся вниз поужинать?

— Прошлой ночью я совсем не спала и, — не удержалась она от того, чтобы его не подколоть, — в отличие от тебя, не вздремнула в самолете. Все, что мне нужно, — это сон. Если не возражаешь, я бы хотела отдохнуть. Но выпить не откажусь.

— Без вопросов. — Трой положил шляпу на диван и подошел к бару. — Что будешь?

— Газированную воду, если можно. Спасибо.

Трой налил газировку в хрустальный стакан и бросил в него два кубика льда.

— Уже не в первый раз ты отказываешься от алкоголя, — заметил он.

— Я тебе уже говорила. — Хилари взяла стакан из его рук, замечая уже знакомое ощущение прикосновения его пальцев. — Я не употребляю алкоголь.

— Мы уже достаточно долго знаем друг друга… Ты можешь сказать мне — почему? — Он покачал свой стакан, гремя кусочками льда.

— Моя мать алкоголичка.

— Мне жаль, — мягко сказал Трой. — Извини за вопрос.

— Ты же не хотел меня задеть, — пожала плечами Хилари.

Трой коснулся ее плеча, отбрасывая на спину ее хвостик:

— А мне все равно жаль, что тебе пришлось через это пройти.

— Зато благодаря этому я многое узнала о притворстве. — Хилари отпила глоток и перевела взгляд на гавань, продолжавшую жить своей жизнью. — Мне это очень помогло в моей профессии.

— Да, любопытный способ превращать лимоны в лимонад.

Но Хилари расхотелось об этом говорить. И уж тем более не в таком волшебном месте…

— А как насчет тебя? — сменила она тему разговора.

— Что насчет меня? — уклончиво ответил Трой.

— Твое детство. Расскажи мне о нем.

— Мои родители были весьма озабочены производимым на людей впечатлением. Они всегда были готовы замять наши ошибки.

— Ваши ошибки?

— Мои и моего старшего брата.

— У тебя есть брат? Я не помню, чтобы…

— Ага! — Трой легонько щелкнул ее по носу. — Ты читала обо мне в Интернете!

— Разумеется, читала. И я не знала, что у тебя есть брат.

— Информацию в Интернете легко не только вписать, но и стереть.

Хилари вздрогнула:

— Ты стер своего брата из своей биографии?

— Ради его собственной безопасности. — Трой уставился на стакан в своей руке, а затем залпом выпил его содержимое.

— Что ты хочешь сказать? Чем занимается твой брат?

— Сейчас он в тюрьме. — Трой вернулся к бару и достал бутылку дорогого виски. — Если другие заключенные узнают о его происхождении и что у него есть деньги… — Он не стал заканчивать фразу.

Глядя на льющуюся в стакан янтарную жидкость — настоящее жидкое золото! — она спросила:

— А за что он попал в тюрьму?

— Наркотики, — коротко ответил Трой и покрутил стакан.

— Твои родители старались это замять?

— Периодически они посылали его в реабилитационные центры и отправлялись в Европу, Азию или Австралию. Но брат выходил оттуда сразу, как только они покидали Штаты.

— Ты винишь их?

— Я виню его. — Трой поставил бокал рядом с открытой бутылкой. — Он был волен сделать свой выбор, как и я. И он сделал его.

— Но наркотики… — Хилари покачала головой.

Она видела, какие последствия имело пристрастие к наркотикам одного из членов семьи. Ей очень захотелось обнять Троя, положить голову ему на плечо и сказать: она понимает, как непросто ему было.

— Да, мой брат наркоман. В тюрьме он прошел курс лечения. — Трой взглянул на Хилари, и в глазах его была мука. — Это неправильно — надеяться, что он там останется… Я просто боюсь, если он выйдет… Наверное, нам с тобой лучше не иметь детей, — с кривой усмешкой сказал Трой. — Неизвестно, какие гены передадутся по наследству. Хотя с внешностью и способностями у них будет все в порядке. — Трой отошел, а Хилари поняла — он пошутил, чтобы придать легкость их разговору, неожиданно приобретшему слишком драматичный характер. — В общем, не повезло нам с генами.

— Перестань! — мягко сказала Хилари, догадавшись о его намерениях. — Это не сработает.

— Что не сработает?

— Испугать меня столь шокирующими высказываниями.

Трой сузил глаза и по-кошачьи мягким шагом снова приблизился к ней:

— Ты хочешь проверить, какие у нас будут дети? Хилари поставила стакан.

— Ты просто невыносим, — пожурила она.

— А ты невыносимо сексуальна. — Трой прижал ее к себе. — Ну ладно, если не хочешь от меня детей, то давай предохраняться.

Хилари провела большим пальцем по его губам, и одного этого простого жеста оказалось достаточно, чтобы она возбудилась.

— Лучшая защита — это воздержание.

— И убийца удовольствия. — Трой на миг ухватил губами чувствительную подушечку ее пальца и отступил назад. — Тогда я спущусь вниз, чтобы ты могла отдохнуть. Если голодна, позвони в обслуживание номеров и закажи что-нибудь. А потом, если хочешь, прими ванну. И бог свидетель, я получу удовольствие, хотя бы мысленно представив тебя в ней…

После этих слов Трой захватил бутылку виски и вышел.

«Бессонная ночь мне обеспечена, ведь Хилари будет спать всего в нескольких метрах от меня», — невесело размышлял Трой.

Он и не думал лукавить с самим собой: ему хотелось заняться с ней любовью, пусть даже это произойдет не сегодня. Но сначала нужно удостовериться — их местопребывание никому не известно, а вот затем можно будет подумать о чем-нибудь более приятном. Например, с каким удовольствием он соблазнит Хилари и насладится каждым проведенным с нею моментом…

А теперь нужно зайти к Конраду. Карточка-ключ к его личным апартаментам, которых у друга было семь, лежала в кожаном мешочке. Одно жилище, его любимое, находилось в этом отеле. Именно здесь Конрад предпочитал обретаться после того, как разошелся с женой.

Двери лифта открылись, и Трой увидел своего друга. Разумеется, владелец этого отеля и казино знал о его перемещениях.

— Привет, брат! — Конрад взмахнул рукой, приглашая его войти. В другой руке у него был стакан с бренди. — Добро пожаловать в мой небольшой рай.

Друг Троя по исправительной военной школе провел его в чисто мужской уголок — с массивной кожаной мебелью и огромным плоским телевизором. Как и все в отеле, обстановка здесь была наивысшего качества, но лишена показной роскоши, как, впрочем, и каких-либо следов женского присутствия.

Похоже, друг избавился от всех женских вещей после того, как расстался с женой…

Трой поднял бутылку:

— Как насчет выпивки?

— Не возражаю. Но почему ты один? Признаться, я хотел познакомиться с твоей дамой.

— Она переодевается после поездки. — Мелькавшие картинки обнаженной Хилари, принимавшей ванну, пьянили куда больше первоклассного виски. — Я воспользовался этим шансом, чтобы пообщаться с тобой наедине, узнать новости.

Их связывало многое, начиная с основанного ими в школе братства.

Конрад был в шаге от исправительной колонии, когда они встретились в закрытой военной школе. За какое преступление? За манипулирование ценами акций на фондовой бирже и пускание ко дну целых компаний. Суд и пресса его бы съели, если бы не выяснилось — каждая компания, подвергшаяся его атаке, имела за границей полулегальный бизнес с привлечением детского труда.

После этого отношение к Конраду в корне изменилось, но суд не мог закрыть глаза на нарушение закона, поэтому он оказался в той же школе, что и Трой. Чтобы там научиться бороться за правое дело законными способами. Чем изредка парни и занимались…

Они дружили уже семнадцать лет. Трой доверял Конраду как самому себе. И сейчас ему как раз была необходима помощь друга.

Когда-то тощий и гибкий, Конрад возмужал. Глядя на его фигуру профессионального атлета, как-то не верилось, что за такой внешностью скрывается острый ум. Женщины сходили по Конраду с ума, тогда как его сердце было отдано только одной… И расставание с ней отразилось на его характере. Он часто был мрачен и язвил. Под глазами залегли темные круги, а на подносе стоял почти не тронутый ужин.

Трой расположился в кресле напротив своего друга.

— Мне нужно на время укрыть Хилари — на неделю или немного больше.

— Дело как-то связано с Сальваторе или это твоя личная просьба?

Конрад был одним из немногих людей, которому Трой мог доверить все.

— Началось с Сальваторе, закончилось последним.

— Ясно, — пожал плечами Конрад. — Без проблем.

Одна проблема все-таки была, но только в последнее время Трой начал придавать этому значение. Это те способы, с помощью которых Конрад решал свои проблемы.

— Не посвятишь меня, как ты собираешься все устроить?

— Сомневаешься? — Конрад покачал головой. — Ты ранил меня в самое сердце.

— Хочу поучиться у мастера.

— Льстишь моему самолюбию? — хмыкнул Конрад. — Ну ладно, принимается. Тем более что дело касается женщины. — Он нажал на пульт, и на экране появился Трой с Хилари возле игрального автомата. — Если ты просишь меня о такой услуге, не воспользовавшись личным входом, то тогда эта сценка была предназначена специально для прессы.

— Разумеется. — Конечно, как Конрад и предположил, парадный вход был специально предназначен для того, чтобы их видели вместе. — Ну что же, поблагодари за меня свою службу безопасности.

— Обязательно. — Конрад выключил экран. — Где бы ты ни находился, в следующие несколько дней — спасибо современным технологиям! — весь мир будет считать, что ты в казино со своей новой подружкой спускаешь свои деньги.

— Заранее спасибо. — Трой слегка поморщился, услышав от Конрада про «новую подружку». Почему-то Хилари уже сейчас значила для него гораздо больше.

— Да, и не забудь прислать мне фотографии своего самолета.

— Считай, они уже у тебя. Ну ладно, теперь можно поговорить и о тебе. Как твои дела?

— Нормально.

— Да? Только вот видок у тебя… Ты когда в последний раз спал и нормально питался?

— Нянька мне уже давно не нужна.

— Я это заметил. Так, немного тревожусь, после того как вы с Джейн разбежались.

Даже имя этой женщины вызвало у Конрада проклятие.

Разрыв с ней стал сюрпризом для всех, кто знал эту пару. И до сих пор оба они хранили молчание о причине развода. Как ни странно, но об этом молчала даже пресса.

О том, что Конрад мог изменять Джейн, Трой и не думал. Оба были без ума друг от друга, но уж слишком разные по характеру. А звонки посреди ночи от полковника, возможно, только усугубляли положение…

Конрад, крутивший между ладонями стакан, наконец произнес:

— Джейн получила приглашение работать в Штатах и уехала.

— Она ведь медсестра?

— Сиделка. В настоящий момент моя альтруистка жена заботится об умирающем старике, имея на своем счете миллионы. К которым она не притронется. — Он сильнее сжал стакан. — Так сильно она меня ненавидит! Только не позволяй моим неприятностям испортить твою личную жизнь. Не все же отношения заканчиваются ничем. — Конрад запустил в камин стакан, который разлетелся на мелкие кусочки.

Он потянулся за бутылкой.

— Тебе надо завязывать с выпивкой, — сочувственно произнес Трой.

— Знаю. Да. — Конрад медленно отставил бутылку. — Может, тогда карты, а?

— Вот уж нет. Тем более не на свежую голову, — отказался Трой.

По правде говоря, теперь, когда вопрос разрешился, ему не терпелось поскорее вернуться к Хилари. Но не мог же он оставить Конрада одного в таком состоянии!

— Даже после того, как я собираюсь оказать тебе такую услугу?

— Может, тогда сыграем в «Альфа-королевство»? — предложил Трой.

— Вот уж нет, и тем более не на свежую голову, — моментально сказал Конрад. Он снова включил телевизор. — А что, если мы…

Со стороны двери раздался какой-то звук, и мужчины разом вскочили на ноги. На пороге стояла Хилари с кожаным мешочком в одной руке и универсальным ключом-карточкой в другой.

— «Альфа-королевство»? — спросила она, подняв брови. — Как десятилетние мальчишки?

В глазах Конрада появился оценивающий блеск.

— Значит, вы и есть Хилари Райт во плоти, — медленно произнес он. — Ахиллесова пята моего друга.

Глава 7

Хилари стояла на пороге двери в форме арки, ведшей в комнату, которая не могла быть не чем иным, как мужской берлогой.

Приняв ванну и поужинав, она переоделась в желтое шелковое платье и отправилась на поиски Троя.

Охрана, стоявшая возле ее двери снаружи, сообщила Хилари — кожаный мешочек является золотым пропуском во все места в казино и отеле, а телохранитель привел ее сюда.

Да уж, любая женщина умерла бы от восторга, оказавшись в обществе таких непохожих, но таких чертовски привлекательных мужчин!

— Конрад Хьюз, — представился высокий темноволосый красавец, протягивая ей подрагивавшую руку. — Лучший друг вот этого товарища, короля «Альфа-королевства».

Трой положил руку ему на плечо:

— Не слушай его, он просто не вполне трезв.

Выходит, ей не следует верить тому, что он назвал ее ахиллесовой пятой Троя?

Конрад неожиданно рассмеялся:

— Что касается десятилетних мальчишек… Разве вы не знали, что любой взрослый мужчина в душе навсегда остается мальчишкой?

— Да, наверное, вы правы. Что ж, прошу прощения, я не хотела мешать вам. Я, пожалуй, пойду.

Трой ухватил ее за локоть:

— Подожди! Я с тобой. Все, что мне было нужно сделать, я закончил. Верно, Конрад?

Его друг кивнул:

— Конечно, можешь на меня положиться. Чувствуйте себя как дома, — вежливо сказал он Хилари. — Был рад встрече.

Хилари очутилась в лифте раньше — при этом ее телохранитель куда-то делся, — чем осознала, что произошло.

— Мне кажется, и тебе, и твоему другу лучше проспаться, а не забавляться играми, — заметила она.

— Я не пьян. Только не от двух порций виски. — Трой прижался губами к ее лбу. — Если не веришь, могу на тебя дыхнуть.

Его губы были в такой опасной близости… Подняв голову, она заглянула в его не затуманенные алкоголем глаза. Трой не лгал. Он действительно контролировал себя.

— Почему? — пожала она плечами. — Кто я такая, чтобы контролировать, пьян ты или нет?

— Хилари, я бы ни за что не объявился в нашем номере пьяным, тем более помня о твоей матери, — тихо произнес Трой, чем тронул ее сердце.

К счастью, лифт остановился. Хилари улыбнулась ему и поспешно вышла.

— К тому же, если бы я ввалился пьяным, это резко уменьшило бы мои шансы.

— Шансы на что?

— На ночь с тобой. — Трой подошел к ней сзади и провел пальцем по ее спине. — Брось, Хилари. Признай, ты хочешь меня!

«Да», — молча ответила Хилари, чувствуя, как ее тело начинает гореть словно в огне от одного его прикосновения.

— Я не в том настроении, чтобы говорить на эту тему, — солгала она, но не отодвинулась от Троя и не сбросила гладившую ее руку.

«Да, как же быстро я привыкаю к нему», — печально заметила она про себя.

— Я могу попробовать тебе его поднять, — вкрадчиво предложил Трой.

«Нет, с этим пора кончать!» — приказала себе Хилари.

Она повернулась к нему, уперев руки в бока:

— Ты серьезно до сих пор играешь в игры?

— Я ведь разработчик программного обеспечения. Да.

— Мне казалось — только видеоигр.

— А разве я это говорил?

Хилари нахмурилась:

— Почему у меня такое чувство, будто ты играешь со мной?

— Может быть, потому, что я хотел бы с тобой поиграть всю ночь? — Его руки легли ей на плечи. — Но завтра утром мы покидаем Монте-Карло, поэтому тебе в самом деле лучше поспать.

— Но мы ведь только что сюда приехали… — растерялась Хилари. — Я думала, мы останемся здесь, испытаем удачу…

— Мы приехали сюда не за развлечениями, а в целях твоей безопасности. — Беззаботная маска слетела с его лица. — Завтра утром мы покинем казино через личный вход Конрада, тогда как все будут считать, что мы здесь.

— И куда мы отправимся?

— Ко мне домой.

К нему домой? Хилари старалась поспеть за стремительно изменявшимися планами.

— Разве ты не говорил, что живешь в Виргинии? Неужели ты опять лгал?

— Я родом из Виргинии. Да, там расположен офис моей компании, но у меня есть еще один дом. Я иногда уезжаю туда, чтобы спокойно заняться творческим трудом или просто отдохнуть.

Ну вот, все подтвердилось! Чем дольше она знала Троя, тем больше убеждалась — ей о нем ничего не известно. Наверное, потому, что она еще не заглянула ему в душу. Что, если Трой играл роль беззаботного холостяка-плейбоя только на публику?

— И где же находится этот дом? Кому еще, кроме нас, будет известно наше местонахождение? А вдруг нам что-нибудь срочно понадобится или кто-то из нас будет кому-нибудь нужен?

— Умница, — кивнул Трой. Он провел большим пальцем по ее подбородку, и Хилари ощутила приятное покалывание. — Как ты относишься к полковнику Сальваторе? Насколько ты ему доверяешь?

— Ну, пока у меня не было повода в нем сомневаться.

— Вот и хорошо. — С большой неохотой Трой убрал руки. — Тогда мы остановимся в Лионе и посвятим его в наши дела.

— Но куда все-таки мы едем?

Трой направился в свою комнату, не пригласив Хилари с собой.

— Коста-Рика. Но до отъезда туда у меня для тебя сюрприз.

Ужин во Франции…

Хилари не верилось, что все это происходит с ней. Надо же! Трой запомнил ее желание поговорить с шеф-поваром в Чикаго и предоставил ей шанс сделать это не где-нибудь, а в Лионе — городе, в котором творили свои кулинарные шедевры несколько известных на весь мир шеф-поваров.

Хилари и не ожидала, что они задержатся здесь надолго. Но Трой дал ей свою шляпу и очки, а сам поменял свою фирменную шляпу на бейсболку, и они превратились в обычных туристов.

После раннего ужина на закате дня он предложил ей прогуляться в ботанический сад в городском парке «Золотая голова». Хилари была восхищена его великолепием и разнообразием растений, начиная от тропических цветов и заканчивая столетними камелиями.

Пахло в саду просто божественно.

«Да, будет что вспомнить, — думала Хилари, бродя по дорожкам с Троем Донаваном. — Почти что свидание…»

Она наклонилась, чтобы вдохнуть аромат камелии.

— Почему ты это сделал?

— «Сделал» что? — Палец Троя ласкал внутреннюю сторону ее запястья.

— Не делай вид, будто не понимаешь, о чем я спрашиваю. — Хилари бросила на него взгляд из-под ресниц. — Почему взломал компьютерную систему министерства обороны?

— Я ведь тебе уже говорил. — Губы Троя переместились ближе к ее губам. — Мне было скучно.

— Я на это не куплюсь!

— Ну, тогда ты и скажи мне, почему я это сделал? — Трой поймал ее взгляд и удержал его.

Хилари несколько мгновений изучала его лицо.

— Ты готов согласиться с моим самым диким предположением, лишь бы не пришлось честно отвечать на этот вопрос? Чтобы сохранить между нами стену?

— А ты хочешь, чтобы между нами не оставалось никаких преград? Полное и безоговорочное доверие? — Трой неожиданно разжал руки и отступил на шаг. — Ладно, если ты так хочешь знать… — Стянув с головы бейсболку, он провел пальцами по волосам и снова ее напялил. — Хотя способ, которым я этого достиг, и был незаконным, многие почему-то уверены: я совершил чуть ли не благородный поступок. Ну конечно, я ведь разоблачил коррупцию. Хотя на самом деле я был просто испорченный подросток. Родители не обращали на меня внимания.

— Так ты сделал это, чтобы привлечь к себе их внимание? — медленно спросила Хилари, почему-то представив себе дерзкого подростка, в глубине души страдающего от нехватки любви и внимания.

Трой взял Хилари за руку и отвел ее в сторону, чтобы не мешать пожилой паре фотографировать цветы.

— Ну, можно сказать и так. Хотя не забывай, мне было не пять лет, а пятнадцать.

— Именно потому, что тебе было пятнадцать, я могу тебя понять, — мягко сказала Хилари. — Не мальчик, но еще и не взрослый.

— И в этом мне повезло, — кивнул Трой. — Иначе я бы угодил за решетку, а не в закрытую школу.

Хилари внимательно посмотрела на него, припоминая его рассказ про братство.

— Да, тебе повезло. Так как в той школе ты обрел то, чего был лишен на свободе. Семью.

— Да.

Хилари на секунду задумалась.

— Владелец казино? Он тоже состоял в том братстве?

— А ты как думаешь? — вопросом на вопрос ответил Трой.

— А за что туда угодил он?

Трой заколебался на мгновение, а затем пожал плечами.

— В общем-то об этом все знают, — пробормотал он. — Не помнишь колебания на фондовом рынке семнадцать лет назад?

Глаза Хилари расширились.

— Ты не шутишь? — Ей было тогда всего десять лет, но она знала об этом из уроков экономики. — Это что, его рук дело?! — Хилари опустилась на скамейку.

— Да. Конрад как-то попросил у своего отца денег, чтобы поиграть на фондовой бирже, и его отец, шутки ради, дал их. Когда же Конрад сумел выгодно вложить средства, его отец сначала решил, что сыну просто повезло. Затем Конрад постепенно начал богатеть, и он доверил ему часть своих средств. — Трой сел рядом с Хилари, прижавшись к ней теплым бедром. — Однажды сильно подвыпившие друзья отца чуть не изнасиловали его сестру. Конраду стало об этом известно, и он…

— Разорил их, — догадалась Хилари.

Трой взял руку Хилари в свою.

— Да, — кивнул Трой. — Затем он нечаянно наткнулся на одну из компаний, использовавшую за рубежом детский труд. Вот тогда Конрад решил заняться этим делом всерьез и стал целенаправленно искать подобные фирмы.

— У вас с ним много общего, — заметила Хилари. — И для тебя, и для Конрада все началось с личных мотивов.

— Только не спеши приклеивать к нам ярлык героев, — снова предупредил ее Трой. — Все-таки мы преступили закон. Если бы нас не поймали, когда мы были подростками, неизвестно, чем для нас все еще могло кончиться.

— Трой, а не связан ли как-нибудь твой поступок с твоим братом?

Трой тут же опустил глаза.

Хилари взяла его пальцами за подбородок и мягко заставила поднять голову. Все так же избегая смотреть ей в глаза, Трой глухо произнес:

— Девона вытурили из колледжа. Он пошел в армию, но через некоторое время его арестовали и отправили в тюрьму. — Трой поднял руку. — Нет, я не защищаю Девона. Он ступил на неправильный путь. Но там с наркотиками было связано еще несколько человек, однако двоих отмазали, потому что их отцы были генералами.

Сердце Хилари дрогнуло. Как мог, Трой пытался защитить своего старшего брата, восстановить справедливость.

— Когда мне удалось проникнуть в систему, я толком и не знал, что хочу найти, но продолжал искать.

— И нашел, — кивнула Хилари. — Своим поступком ты наделал столько шуму…

— Знаешь, какая ирония во всем этом? Отец все-таки воспользовался своими связями, и мне не пришлось отбывать наказание в тюрьме. — Трой поднялся. — Ладно, нам пора ехать в аэропорт.

Трой должен быть удовлетворен тем, как прошла встреча с Сальваторе. Свою задачу он выполнил: за Хилари можно было не волноваться. Для всего мира Трой и Хилари находились в Монте-Карло, и только полковник и Конрад знали, куда они направляются.

В Коста-Рику они должны прибыть к рассвету.

Хилари задремала в спальном отсеке.

Трой посидел перед компьютером, а затем открыл дверь в отсек, где спала Хилари. Она лежала свернувшись калачиком, укрывшись шерстяным пледом. Ее рыжие волосы рассыпались по белоснежной наволочке. Троя так и тянуло лечь рядом и прижаться к ней, обняв руками за талию, втянуть исходящий от нее запах шампуня и лежать так до тех пор, пока она не проснется и не попадет в его объятия. А если повезет — то и сама поощрит его на более откровенные ласки…

Его тело с готовностью отозвалось на мечты. Да, он желал Хилари с той секунды, как увидел ее в самолете! Но сначала ему надо навести порядок в мыслях, обрести над собой контроль.

Увы, Трой не мог ничего обещать, кроме быстротечного романа, тогда как Хилари заслуживала большего. И она была единственной женщиной, с которой он мог говорить о том, о чем молчал до сих пор. Он инстинктивно чувствовал: ей можно во всем доверять и при этом оставаться самим собой. Подобную роскошь Трой позволял себе далеко не всегда и далеко не с каждым.

Глава 8

Жилище Троя в Коста-Рике оказалось совсем не таким, каким ожидала увидеть его Хилари.

Она вышла из «лендровера» и сразу оказалась в центре тропического леса, отдаленного от цивилизации. Дом Троя стоял прямо в этих джунглях. Расположенный на скале, он соседствовал с водопадом, впадающим в лагуну.

Неизвестно почему, но Хилари ожидала увидеть нечто вроде огромного плантаторского дома с колоннами рядом с белоснежными пляжами. Однако то, что предстало перед ней, лишь укрепило ее догадку: настоящий Трой Донаван совсем другой, а не тот, кем хотел казаться.

Место, выбранное им для жилья, можно было охарактеризовать как отшельническое: любые вечеринки показались бы здесь глупыми и неуместными. И, насколько могла судить Хилари, Трой ревниво оберегал свой покой, так как их не встретила даже прислуга. Трой сам выгрузил багаж из машины, а Хилари пришлось тащить свою сумку на колесиках. После их отъезда из Франции Хилари нашла, что и Трой изменился: не один раз и не два она ловила на себе его странный, изучающий взгляд. Словно он обнаружил какую-то загадку и сосредоточенно решал ее в уме.

Впрочем, то же самое делала и она, пытаясь понять: чем же Трой так сильно влечет ее к себе?

Трой обернулся:

— Лифт или лестница?

— Лестница, — не задумываясь ответила Хилари. — Хочу поскорее все как следует рассмотреть.

Поднимаясь по извилистой деревянной лестнице, она глубоко вдыхала экзотический запах тропического леса, смешанный с соленым океанским ветром. От водопада, скрытого легким утренним туманом, веяло прохладой.

Наконец Хилари сделала последний шаг и оказалась возле террасы, опоясывающей дом по всему периметру.

Трой набрал код на двери, приложил ладонь к панели, и дверь открылась. Хилари перешагнула через порог и оказалась в просторном помещении, полном плетеных пальмовых диванчиков и шезлонгов с подушками. Благодаря окнам со всех сторон и высокому потолку казалось, будто внутреннего пространства нет, так органично дом вписывался в окружающую природу.

И здесь царили покой и уют.

Трой слегка ударил по небольшой панели на внутренней стене, и зажегся свет.

— В доме хватает спален, выбирай любую, — сказал он.

На потолке закружились вентиляторы, дом наполнился звуками негромкой музыки.

— В этом доме почти все автоматизировано? — полюбопытствовала Хилари.

— Не могу без современных технологий, — усмехнулся Трой. — Интернет, спутниковая связь и так далее.

— Понятно, — кивнула Хилари.

Не говоря уже о том, что это было удобно и очень-очень дорого.

Она огляделась. В доме царил порядок. Их никто не встретил, но на кухонном столе стояла корзинка, полная свежих фруктов. Да и за растениями, похоже, ухаживали.

— Ты не держишь здесь прислугу?

— Не на постоянной основе. — Трой поставил их багаж возле диванчика. — Но имею приходящих слуг. Они приходят, чтобы проветрить дом, вытереть пыль, полить цветы, ну и так далее. Перед моим приездом заполняют холодильник. Я предпочитаю быть здесь совершенно один.

— И тем не менее привез сюда меня, — медленно сказала Хилари.

— Да, — кивнул Трой. — Теперь ясно, как я к тебе отношусь?

Это заявление застало Хилари врасплох, поэтому она предпочла отшутиться:

— Значит, так ты завоевываешь женское сердце?

— Думай, как пожелаешь. Сама и решай, верить мне или нет.

Да, это для Хилари самое сложное. Доверие.

Она заставила себя встретиться с ним взглядом и чуть не утонула в зеленых глазах.

— Где ты предпочитаешь поплавать? В бассейне или в лагуне?

Хилари сняла платье. Неплохо было бы принять душ, но раз уж они собрались пойти на водопад, можно будет просто захватить с собой шампунь.

Ее сумка стояла возле постели, но открытые двери шкафа из тика демонстрировали ряды и полки самой разной одежды, причем ее размера.

Стоило признать: Трой действительно обо всем позаботился, как и говорил. В ней пробудилось любопытство. Интересно, что же там накупили?

Хилари подошла к шкафу и стала изучать содержимое полок. Платья, джинсы, шорты, блузки и почти с полдюжины купальников в комплекте с саронгами.

Бикини или целиковый купальник? Об этом Хилари даже не задумывалась. Разумеется, целиковый! Она вытащила простой черный купальник, надела его и решила позвонить сестре. Однако на полпути к телефону рука у нее замерла. Во сколько ей обойдется звонок из Коста-Рики? И, что было более важно, не сведет ли она все усилия Троя по их безопасности на нет, если вдруг этот звонок можно будет отследить? Наверное, лучше сначала спросить у него.

Обернув вокруг себя черный саронг, она просунула голову в дверь:

— Трой? Могу я позвонить домой? Я хотела позвонить сестре, еще когда мы были во Франции, но забыла.

А все потому, что чересчур увлеклась мыслями о Трое, позволив мечтам увлечь себя во время их прогулки по парку.

— Можешь позвонить по телефону возле кровати, — раздался его голос откуда-то из кухонного уголка. — Эта линия защищена.

— Спасибо, я быстро.

— Говори столько, сколько хочешь. — До Хилари донесся стук открываемых и закрываемых шкафов. — Единственное правило в этом доме гласит: здесь нет никаких правил.

Хилари снова скрылась в своей спальне, стараясь не думать о том, как буднично прозвучал этот диалог. Словно они давно жили вместе. Совсем как обычная пара.

Правда, она знать не знает, что значит жить как обычная пара, так как ей фатально не везет с мужчинами.

Опустившись на край бамбуковой кровати, Хилари по памяти набрала номер своей сестры.

— Да, здравствуйте, — нерешительно произнесла Клаудия, возможно, потому, что номер телефона не определился.

— Это я, Клаудия.

— Хилари? Ты? — Вся настороженность сразу исчезла из ее голоса. — Как я рада тебя услышать! Как Монте-Карло? Уже выиграла состояние? Да, должна сказать, ты фантастически выглядишь на тех фотографиях. — Хилари чуть не рассмеялась, услышав знакомый звук, когда ее сестра пригубила свой любимый напиток. — Я сохраняю все, что только могу найти в Интернете, а остальное ты расскажешь, когда вернешься. Ну и заодно мы сможем сделать целый альбом, посвященный твоему пребыванию там.

Хилари не могла рассказать Клаудии, что она уже в другой стране, поэтому просто произнесла:

— Спасибо. Я с удовольствием посмотрю все, что ты сумеешь найти. Правда, не знаю, когда смогу приехать.

— Когда мы уже обе на старости лет осядем в креслах-качалках, — усмехнулась Клаудия.

— Постараюсь приехать пораньше, — засмеялась Хилари, чувствуя себя несколько виноватой. Она действительно уже не раз обещала навестить Клаудию, но, увы, ей приходилось откладывать поездку. И почему так получалось? Ее сестра была замечательным человеком, как и ее муж. Хилари любила всю их семью, для нее она была образцовой. Но, может быть, она потому и избегала этих поездок? Ведь вид счастливой семьи напоминал ей о собственной неустроенной личной жизни… — Ладно, я просто хотела позвонить и сказать, что люблю вас всех.

— А как насчет того парня? По-моему, он послан тебе небесами, чтобы ты напрочь забыла Барри, этого ублюдка!

— Ты права. И мы как раз собираемся с ним поплавать.

— Правда? — воодушевилась Клаудия. — Надеюсь, ты наденешь какое-нибудь сексуальное бикини, чтобы он не смог отвести от тебя глаз? Должен же кто-нибудь понять, какая ты замечательная!

Хилари бросила взгляд на свой сплошной черный купальник.

— Да, разумеется, — пробормотала она.

— Вот и хорошо! — удовлетворенно произнесла Клаудия. — Не забудь строить ему глазки, флиртовать. В общем, просто получай удовольствие от жизни. Ладно, люблю тебя, но мне надо бежать приводить в порядок гостевую комнату.

— К вам кто-то приехал?

— Ну… да. Хилари, мне правда надо бежать, — заторопилась Клаудия. — А то мои сейчас передерутся из-за того, кому достанется последняя коробка мармелада. Целую, пока!

Все еще прижимая трубку к уху, Хилари перевела взгляд на видневшуюся в открытом шкафу стопку купальников. Спустя секунду она решительно положила трубку и пересекла комнату. Не давая себе времени передумать, она сняла с себя черный купальник и выхватила из стопки голубое бикини — откровенное, сексуальное, которое она бы сама ни за что себе не купила.

Будь этот купальник единственный, она бы его ни за что не надела только из принципа. Но ей был предоставлен выбор, и поэтому Хилари последовала совету сестры. Купальник сел на нее просто прекрасно. Сверху девушка накинула парео такого же голубого цвета — шелковая полупрозрачная ткань соблазнительно обрисовала изгибы ее фигуры, почти прилипнув к телу. Поднявшись на цыпочки, она потянулась к полке выше, чтобы взять пляжное полотенце, но не дотянулась, и черно-белое хлопковое полотенце упало к ее ногам.

Хилари нагнулась и тут кое-что заметила. Не сразу поверив своим глазам, она моргнула, но рисунок коровы на полотенце никуда не пропал. Это никак не могло быть случайностью. Должно быть, от взгляда Троя не укрылся ярлычок с изображением коровы на ее багажной сумке, как и серебряная корова-талисман на ее вечерней сумочке.

Хилари вздохнула, снова вспоминая слова Клаудии. В самом деле, почему бы ей не попытаться просто приятно провести время в обществе потрясающего мужчины? В конце концов, когда ей еще представится такой шанс? Надо просто постараться не дать Трою Донавану украсть ее сердце, вот и все. То, что она пробудет здесь всего неделю, играет ей только на руку.

Взяв полотенце в руки, Хилари вышла из своей спальни, преисполненная решимости провести незабываемую неделю в Коста-Рике.

Ассистентка Троя явно заслужила хороший бонус.

Трой неторопливо оглядел Хилари с головы до ног. Та выглядела просто сногсшибательно! У любого нормального мужчины при взгляде на нее родились бы вполне предсказуемые мысли и желания. Голубая, почти прозрачная накидка поверх купальника покачивалась в такт шагам, лаская ее кожу… Трой просто жаждал очутиться на ее месте.

Он велел своей ассистентке приобрести одежду на любой случай. Особая просьба была только одна — найти аксессуары с изображением коровы. Так, небольшой знак внимания. Чтобы Хилари знала — он думал именно о ней. Даже если его просьба и позабавила его ассистентку, женщина оказалась достаточно умна, чтобы никак это не прокомментировать. Впрочем, он неплохо платил ей как за выполненную работу, так и за молчание.

Трой прочистил горло:

— Все нашла, что тебе нужно?

— Даже больше того. — Хилари подняла полотенце с коровами. — Спасибо, мне оно очень понравилось.

— Я передам твою благодарность своей ассистентке — это она проделала всю работу.

— Но мысль, скорее всего, подал ей ты — вряд ли она сама догадалась бы, что я… питаю слабость к коровам.

— Ну, кое о чем я намекнул, — признал Трой. — Рад, что тебе понравилось. — Ему не терпелось увидеть ее реакцию, когда он преподнесет ей еще несколько сюрпризов.

Хилари подошла к нему, и с каждым ее шагом Трой чувствовал, как понемногу сходит с ума.

— Как ты думаешь, могу я вымыть волосы в лагуне?

Трой просто был не в силах держать руки при себе.

— Делай, что твоей душе угодно, — отрывисто произнес он, обхватывая ее рукой за талию.

— Правда? Рада это слышать. — Вспомнив про советы сестры пофлиртовать, Хилари тряхнула головой и взглянула на Троя из-под опущенных ресниц.

Трой нахлобучил ей на голову панаму, а сам надел соломенную шляпу. Обхватив ее одной рукой за плечи, в другую он взял сумку с едой и еще несколько полотенец.

Покинув дом, они вышли на террасу, и Хилари замерла от восхищения перед открывшимся перед ней видом.

— Это просто фантастика! — восхищенно произнесла Хилари, подходя к бассейну и опускаясь на колени. — Я видела достаточно бассейнов, но могу с уверенностью сказать — здесь просто роскошно! — Она опустила пальцы в прозрачную воду.

— Рад, что тебе нравится. — Обхватив Хилари рукой за талию, он повел ее по извилистой лестнице, ведущей к лагуне. — Внутренний двор выполнен по дизайну архитектора, сводного брата моего партнера по бизнесу.

— У тебя есть партнер по бизнесу?

— Да. Моя компания была основана на его деньги.

— Вот как? — удивилась Хилари. — А я думала, ты из богатой семьи. В прессе говорилось, что… — Она оборвала себя.

— …что отец купил для меня компанию, — спокойно продолжил за нее Трой.

Хилари внимательно взглянула на него.

— Это не так, верно? Расскажи мне! — попросила она.

— Ну… Если бы мой школьный друг не вложился в будущую компанию, ее могло бы и не быть. Так что на самом деле я не могу сказать, что компания — целиком мое собственное детище.

— Думаю, твой друг не прогадал, став твоим инвестором, — заметила Хилари.

— Да, сейчас грех жаловаться. — Трой сорвал голубой цветок с дерева и воткнул ей за ухо.

Хилари улыбнулась и коснулась цветка.

— И как зовут архитектора, который все это создал? — спросила она, возвращаясь к прежней теме их беседы.

— Джонах Лэндис.

Хилари чуть не споткнулась.

— Из семьи Лэндис? — Ее брови взлетели вверх. — Сводный брат? Реншоу? Да уж, ну и связи у тебя!

Лэндис-Реншоу — богатые и влиятельные люди. И архитектор из этой семьи понял желание Троя защитить свою личную жизнь.

Когда они подошли к укрытой со всех сторон лагуне, Трой замедлил шаг. Поставив сумку на покрытую мхом скальную поверхность и положив на нее сверху свою шляпу, он скинул сандалии. Стянув рубашку через голову, так и замер с ней в руках.

Хилари стояла возле края бухты в голубом бикини. У Троя перехватило дыхание. С улыбкой опытной обольстительницы она зашла в воду, держа в одной руке флакон шампуня…

Узкие плавки резко стали ему малы. Нужно было действовать немедленно, чтобы Хилари не заметила его состояния. Трой взобрался на ближнюю скалу и прыгнул. Разрезая воду руками, он все ближе и ближе подплывал к Хилари. Ее бикини сливалось с цветом воды, и Трою начало казаться, что на ней вообще ничего нет.

Троя обдало жаром. Да, он хотел ее соблазнить, но при этом не теряя контроля над собой.

Прямо сейчас о контроле можно было только мечтать.

Вынырнув рядом с ней, он взял шампунь из ее рук.

— Как смотришь на то, если я тебе помогу?

— Положительно. — Хилари повернулась и нырнула. Голубой цветок выпал из волос и остался на поверхности. Хилари снова вынырнула, убирая с лица мокрые волосы.

Выдавив шампунь на ладонь, Трой размахнулся и кинул флакон на берег. Не сводя глаз с ее лица, он стал наносить шампунь ей на голову, чувствуя, как каждое прикосновение затрагивает в нем какую-то тайную струну.

— Как дела у твоей сестры?

— Как обычно, занята. Еще бы! У Клаудии на плечах муж, дети и хозяйство. Они живут в старом фермерском доме родителей. — Хилари со вздохом удовлетворения отдалась во власть ласковых мужских рук. — А где живут твои родители?

— Честно? Не знаю и не хочу знать. Мне все равно. — Трой сосредоточенно продолжал намыливать ей волосы.

Хилари склонила голову набок:

— Извини, если задела какую-то рану.

— Эта рана существует только в твоей голове. Я, как и ты, покинул родительский дом. — Трой встал рядом, напротив солнца, так что его лицо оказалось в тени, и Хилари ничего не могла по нему прочесть. Трой продолжал наносить шампунь ей на волосы, массируя кожу головы.

— Но я поддерживаю связь с матерью.

— Рад за тебя.

— Прости, что затронула эту тему, — мягко сказала Хилари, но, не удержавшись, добавила: — А мне тебя жаль.

— Не стоит меня жалеть. — Трой провел мыльной рукой по ее плечам, рукам. Его возбуждение росло, как и желание стянуть с Хилари купальник и исследовать ее тело сантиметр за сантиметром. — Мои родители прекрасно себе поживают, находя утешение в друзьях, раз оба их сына не принесли им ничего, кроме огромного разочарования.

— Ты богат. Являешься владельцем успешной компании. Ты сам построил свою жизнь. — Хилари сделала попытку повернуться к нему, но Трой остановил ее и развернул к себе спиной. — Они должны гордиться таким сыном.

Голос Хилари пресекся, но говорить и думать о чем-нибудь, кроме Троя, когда он стоял так близко к ней и она чувствовала его руки на своем теле, было просто невозможно.

— Чем бы ни занимался в жизни, я делаю это исключительно в эгоистичных целях, — сказал Трой, вдыхая ставший уже знакомым мятный запах ее волос. — Но по сравнению с Девоном я, конечно, предпочтительнее для родителей.

— Почему он вообще начал принимать наркотики? — с искренним недоумением спросила Хилари.

— Кто знает? — пожал плечами Трой. — В чужую голову не залезешь. К тому же взрослый человек должен нести ответственность за свои поступки.

— Взрослый человек — да, — согласилась Хилари. — Но я имею в виду — когда вы оба были детьми…

Трой и в обычном состоянии не очень-то любил говорить на тему своей семьи, и уж тем более не сейчас, когда его мысли были заняты совсем другим…

Он взял ее за плечо и повернул лицом к себе.

— Что бы нас ни подтолкнуло совершить те поступки, и я и мой брат были достаточно взрослыми, чтобы знать, что хорошо, а что плохо, поэтому нам и нести ответственность.

— А ты был близок с братом? — Хилари взяла его за запястье и слегка сжала руку.

— Периоды ненависти друг к другу сменялись у нас моментами истинной дружбы. Бывало, Девон тайком клал мне в школьную сумку кое-какие «сувениры» — из-за одного того сувенира меня чуть не выгнали из школы. — При воспоминании об этом на губах Троя показалась улыбка, но быстро пропала. — Когда он был в реабилитационном центре, я его навещал. Туда попадали не просто так — обычно употреблению наркотиков что-нибудь способствовало, какие-нибудь проблемы в семье, например физическое насилие или депрессия. Мой брат подсел на наркотики, потому что скучал.

— Но ведь ваша семья была благополучна, вы не были бедны. Если вы не голодали и не бедствовали, вам, должно быть, не хватало чего-нибудь другого. Может, внимания со стороны родителей?

Нет, нужно срочно менять тему, которая могла завести совсем не туда, куда ему хотелось…

Не дождавшись ответа от Троя, Хилари продолжила:

— Если не хочешь мне говорить — не надо. — Она помолчала. — Но мне кажется, каковы бы ни были проблемы в вашей семье, у вас должно было быть что-нибудь хорошее, какие-то светлые моменты. И хотя в прошлом ты совершил противозаконный поступок, сейчас-то живешь в соответствии с законом. Я уверена, ты хороший человек.

Как ни хотелось Трою сменить тему, он был готов потратить на этот разговор еще несколько минут, чтобы не обижать Хилари.

— У нас была няня, — начал он. — Мы даже называли ее мамой.

— Вот видишь! — оживилась Хилари.

— У нее был характер — впрочем, так и должно быть, потому что любая другая няня с нами так долго не продержалась бы. И она была прекрасным психологом — знала, что можно ожидать. Но когда мы вели себя как надо, няня никогда не скупилась на похвалы.

— И как она вас хвалила?

— Ходила с нами на бейсбол, на озеро, помогала нам строить дома на деревьях. Она даже подарила нам пару щенят, чтобы вбить в обоих чувство ответственности, научив нас заботиться о других.

— Каких щенят?

Хилари подвинулась к нему ближе, и Трой почувствовал ее грудь. Что ж, если подобный разговор сблизит их еще больше, то он готов продолжить их беседу.

— Игрушечных, разумеется, — расплылся он в широкой усмешке. — Шучу. Но она пыталась нас научить: главное в человеке не его внешность или статус, а внутренние качества. — Заговорив о своей няне, Трой вдруг понял, как много она ему дала. Он не думал об этом, когда был моложе. — В общем, я выбрал себе помесь бульдога с дворняжкой, а Девон — немецкую овчарку.

Хилари медленно кивнула:

— Понятно. — Улыбка сбежала с ее лица. — Ты говорил, что до военной школы учился в пансионах. А что случилось с собаками? За ними смотрела ваша няня?

Трой на секунду отвел глаза:

— Когда мне было восемь, а Девону десять лет, они ее уволили.

— Потому что настало время идти в школу?

— Потому что они услышали, как мы с братом называем ее мамой. — Трой закрыл глаза и услышал выдох Хилари. — Она взяла собак с собой.

— Сама взяла? Или… или ваши родители настояли на этом?

Трой через силу улыбнулся:

— Ты ведь сказала, чтобы я вспомнил только что-то хорошее, верно? Поэтому давай не будем о грустном, ладно?

Хилари кивнула и опустила глаза. Когда она подняла голову, в них сверкала решимость. Она встала рядом с ним и положила руки ему на грудь. От неожиданности Трой громко выдохнул. Его руки сами собой легли ей на плечи.

— Что ты скажешь, если я попробую добавить в копилку твоих хороших воспоминаний еще парочку?

Глава 9

Сердце у Хилари билось где-то в горле. Она инстинктивно чувствовала — этими подробностями своего детства Трой ни с кем не делился. Ее и так тянуло к нему, а сейчас противиться еще более сильному притяжению было и вовсе невозможно. Поэтому просто развлечься и получить удовольствие, как советовала Клаудия, не получится.

И возможно, она обманывала саму себя? Вряд ли ей удастся сохранить сердце в неприкосновенности, если она позволит себе завести с Троем непродолжительный роман. Ведь прошло всего несколько дней после их знакомства, а он уже полностью заполнил ее мысли! Как же совместить желание стать ему близкой и при этом избежать сердечных ран?

Трой обхватил ладонями ее шею, заставляя посмотреть на себя. В его потемневшем взгляде Хилари прочла все, что хотела знать.

— Ты хочешь меня соблазнить? — спросил Трой, и в его голосе слышались хриплые нотки.

— А тебя можно соблазнить? — Ладони Хилари на его груди совершали медленные вращательные движения.

— Тебе? Без проблем.

Трой приблизился к Хилари и уверенно поцеловал.

По ее жилам словно пробежал электрический ток. И, кажется, не только по ее. Подчиняясь давлению губ Троя, она открыла рот, впуская в себя его язык.

Трой ощутил вкус утреннего кофе. Он примешивался к вкусу самой Хилари и дурманил Трою голову. Когда же она обхватила руками его шею и прижалась к нему всеми своими изгибами, округлостями и впадинами, он едва не застонал.

Слившись с Троем в одно целое, Хилари уже не могла оторваться от него. Все внутренние барьеры, пока еще удерживающие ее в этом мире, рухнули. Будущее перестало существовать. Остался только миг, и она была намерена получить от него все.

Вокруг них плескались волны, и каждая новая ласка Троя возбуждала в ней новый водоворот. Под натиском нахлынувших на нее чувств Хилари поскользнулась на мокром камне и чуть не упала, но Трой удержал ее от падения. Его руки обхватили ее под ягодицами и сжали их, посылая по телу новую волну удовольствия. Хилари, поддерживаемая руками Троя, оторвалась от дна, скрестив ноги за его спиной.

Солнце озаряло их светом, и в его лучах вокруг ее головы словно образовался золотистый ореол.

«Фея, настоящая фея», — мелькнуло в голове у Троя, когда он сделал шаг вперед по направлению к берегу.

Хилари окунулась в воду, и на поверхности воды появились пузырьки и остатки пены от шампуня. Он продолжил идти, чувствуя, как с приближением к берегу уплывают остатки его самоконтроля.

Рука Троя переместилась ей на спину, и Хилари откинула голову назад, бесстыдно предлагая ему поласкать свою грудь. Трой тут же воспользовался этим предложением, нежно лаская ее сквозь намокшую и облепившую грудь ткань, заставляя вскипать ее кровь.

Но Хилари хотелось большего. Убрав руки с его плеч, она развязала тесемки.

Трой улыбнулся, его дыхание опалило ей грудь. Когда лифчик оказался в море, никто из них не придал этому значения. От ощущения брызг на коже, а может, от близости к Трою соски ее затвердели. Из горла вырвался глухой стон, когда Трой жадно втянул в себя один твердый бутончик, затем другой. Его горячий, влажный язык, нежное покусывание доводили ее до исступления.

Все эти несколько дней, что они были знакомы, все к этому и шло. И в эту секунду Хилари твердо знала одно: какие бы разочарования ни ждали ее в будущем, она никогда не простит себе, если сегодня, сейчас, в это прекрасное утро в тропическом раю она не поддастся своему желанию.

Ухватившись за плечи Троя, Хилари выпрямилась и опустила ноги на скальное дно. Тесно прижавшись к нему, она спросила прерывающимся голосом:

— У тебя нет здесь презерватива? Потому что скоро мы об этом забудем…

— Дома, — выдохнул Трой в ее полуоткрытые губы. — Проклятье! Когда эти чертовы штуки нужны, их нет…

— Тогда нам нужно вернуться домой. Идем!

Трой взял Хилари на руки и начал подниматься с ней по извилистой лестнице к бассейну. С каждым шагом он думал лишь о том, как бы не лишиться самоконтроля, пока они не дойдут до дома. Ощущение ее прижатого к себе обнаженного тела сводило его с ума. Останавливало его только одно: презервативы находились дома. Трой не мог подвергнуть Хилари такому риску, раз взялся за ее защиту.

Черт возьми, почему он не подумал взять парочку с собой на пляж?

Впрочем, если уж откровенно, то он просто никак не ожидал, что все так обернется. Он планировал поплавать вместе с Хилари, показать ей свой второй дом, может, даже произвести впечатление. Глупец! Это он был потрясен и глубоко растроган тем, как к его рассказу о брате и щенках.

Хилари не переставала удивлять его с самого начала их встречи. Единственное, что в ней было предсказуемо, — это ее непредсказуемость.

Наконец, когда ему уже начало казаться, что лестница стала гораздо длиннее, чем прежде, он дошел до бассейна и опустил Хилари на широкий шезлонг, стоящий в тени.

Хилари потянулась к его лицу.

— Я не могу ждать! — жарко прошептала она. — Пожалуйста, скажи, что ты скоро вернешься!

— Они здесь. — Трой потянулся к столику рядом с шезлонгом.

Хилари облегченно вздохнула и протянула ногу. Едва задевая его кончиками пальцев, она стала водить ступней по его ноге, возбуждая их обоих.

Трой не стал говорить ей, что прошлой ночью ему даже пришлось принять холодный душ.

— Должен признаться, я совсем ни в чем не уверен, когда дело касается тебя. Ты не перестаешь меня удивлять. Но на всякий случай я все-таки распихал презервативы по всему дому.

— И забыл положить хотя бы один в корзинку с едой, когда мы пошли в лагуну, — с мягким укором заметила Хилари.

— Каюсь, — кивнул Трой. — Но с тобой я ни в чем не уверен. Ты просто не перестаешь меня удивлять.

— Я не перестаю тебя удивлять? — Она слегка дернула его за волосы. — Забавно. Потому что то же самое я думаю о тебе.

— У тебя есть возражения?

— Только одно, — подавшись к нему, прошептала Хилари. — Мне кажется, ты слишком много болтаешь, тогда как твоему рту можно найти другое применение. Например, зубами разорвать упаковку презерватива.

Трой просунул колено между ее ног, и Хилари застонала.

— Мне нравятся женщины, которые знают, чего они хотят, — одобрительно произнес Трой. — Я весь в твоем распоряжении.

Семнадцать лет назад Трой сказал себе, что у него нет семьи. Что единственными родными людьми для него были ребята из их братства в закрытой военной школе. Но сейчас, сжимая Хилари в руках, ему начало казаться — никого ближе этой женщины у него не было и нет.

Хилари и Трой нежились в горячем джакузи. Вокруг плавали листья мяты, наполняя своим запахом теплый ночной вечер.

Ей казалось, за прошедшие три дня она занималась любовью больше, чем за всю свою предыдущую жизнь.

Ну ладно, может, и не совсем так, но уж точно она никогда не была так пресыщена. Трой оказался восхитительным любовником и, что особенно покоряло Хилари, ставил ее удовольствие превыше своего. В ее жизни еще не было такого мужчины, который бы стремился не только брать, но и дать. Устроившись на его груди, она позволила струям воды массировать свои ноющие мышцы.

Откинув голову назад, Хилари взглянула на ставшее для нее таким знакомым лицо:

— Спасибо за полотенце с коровками.

— Ты ведь меня уже благодарила, — удивился Трой.

— И за теплые тапочки в виде коровы.

— Не хочу, чтобы ты мерзла. — Его руки легли ей под грудь, легким массажем прошлись по ребрам, опустились на живот, нагоняя сон и одновременно возбуждая ее, хотя сил после его ласк у Хилари совсем не осталось.

— И кофе в кружке с изображением коровы кажется гораздо вкуснее. — Она изогнулась, чтобы поцеловать его в плечо — то самое место, которое ранее куснула чуть сильнее, чем было нужно. И Хилари была в этом не виновата — Трой буквально сводил ее с ума. — Правда, надо признаться, что зубная щетка с коровой — это уже немного чересчур, хотя я и посмеялась.

— Если мне удалось тебя рассмешить, значит, я достиг своей цели. — Руки Троя переместились на ее бедра. — Не хочешь черно-белое бриллиантовое ожерелье в дополнение к твоей коллекции коровок?

— Нет, спасибо, это уже чересчур.

Но именно это качество Троя — попирание всех границ — и было так притягательно. Хилари даже представить себе не могла, как сможет вернуться к своей прежней и, как она сейчас понимала, скучной жизни. Но так всегда бывает со сказками — в реальном мире чудеса всегда недолговечны.

— Ты хочешь сказать, мне нужно его вернуть?

О чем это он? Не мог же Трой в самом деле купить ей бриллиантовое ожерелье с коровьим мотивом?

— Ты ведь не… — нерешительно начала она.

— Да! — кивнул он. — Только придется немного подождать. — Ладони Троя скользнули к ее ногам, снова бросая ее в жар.

Ее колени раздвинулись словно сами собой. Кажется, ее сказка обещает продолжиться еще немного дольше…

Трой закинул ноги на стол и взглянул на усовершенствованный видеотелефон, который сразу бы заткнул конкурентов за пояс. Так стоит его выпускать или нет? Трой еще не решил: иногда было лучше отдаться течению событий, не нарушая его хода. Можно было и повременить с выходом этого телефона.

Даже не определившись окончательно, Трой все равно был доволен — ничто на свете не доставляло ему такого удовольствия, как высокотехнологичные игрушки. И здесь, в этой берлоге, были собраны кучи моделей, как старых, так и новых.

Трой набрал номер. На экране возник член их бывшего школьного братства. На нем был слегка помятый смокинг, который он надевал на состоявшийся прошлым вечером концерт.

— Моцарт, спасибо, что откликнулся.

— Как обычно. — Малкольм Дуглас кинул в рот таблетку, запил ее водой и отставил полупустой стакан. Приятель Троя прошел длинный путь после окончания закрытой военной школы, но так и не избавился от проблем с желудком. — Считай, через час управлюсь.

Трою понадобилось прибегнуть к его помощи, так как легенда, будто они с Хилари еще в отеле в Монте-Карло, могла скоро раскрыться. Сальваторе его обнадежил: им удалось напасть на след преступника, но на то, чтобы поймать его, требовалось время.

Но Трой не мог просто сидеть и ждать, когда это произойдет. Он предпочитал всегда иметь план про запас. Поэтому он уже загрузил фотографии в онлайн-журналы, на которых они с Хилари ужинают при свечах. Склеив эти фотографии с теми, на которых он изображен с Малкольмом, сделанными в прошлом месяце, Трой надеялся увести след прессы и публики в сторону Нью-Йорка.

— Да, поздравляю с выступлением, — сказал Трой. — Не где-нибудь, а в Карнеги-холле.

— Ну, по сравнению с тем, что происходит сейчас у тебя, это мелочь. — Как обычно, Малкольм отмахнулся от похвалы. — А твоя новая девушка — обалденная красотка.

— Ты же видел ее только на фотографии! — удивился Трой.

— Да нет же! — И Малкольм указал куда-то за спину Троя.

Трой скинул ноги на пол и крутанулся в кресле. Так и есть. Хилари в халатике стояла позади него. Глаза у нее были широко раскрыты.

— Ты болтаешь с Малкольмом Дугласом? — благоговейно спросила она.

Неожиданно обуявшая его ревность была так же мгновенна, как и иррациональна. «Хотя нет, — нехотя признал Трой, — в том, что Хилари поклонница Малкольма, нет ничего необычного».

Гораздо непривычнее было то, что ему вдруг страстно захотелось спрятать ее от своего друга.

Сумев оторвать взгляд от Хилари, Трой повернулся к экрану и бросил:

— Ладно, мне пора, приятель. Еще раз спасибо за помощь. За мной должок.

— О, обязательно, даже не сомневайся!

Экран потемнел.

Хилари сделала еще несколько шагов и склонила голову набок. Ее рыжие волосы были все еще растрепаны после секса и сна.

— Да уж, — произнесла она, — твои бывшие друзья из братства высоко взлетели. Один — владелец элитного казино, а теперь еще и этот. — Она кивнула на потухший экран. — Сколько вас всего?

— Ну, не так уж много. — Трой откинулся в кресле. — Точно меньше, чем форм для печенья.

— Можешь мне поверить: никому и никогда и в голову не придет сравнивать вас с формами для печенья, — заметила Хилари. Она подняла руку, с которой свисало платиновое ожерелье с черно-белой бриллиантовой коровой-талисманом. — А уж таких, как ты, точно больше нет!

Трой ухватил ее за запястье и потянул к себе на колени.

— Это возбуждает меня больше, чем что бы то ни было.

— Может, мне перестать говорить такие вещи? — Хилари поудобнее устроилась на его коленях.

— Даже не думай! Хотя я не отказался бы от энергетического напитка.

— Который я тебе с радостью принесу, если ты мне кое-что пообещаешь.

— Что именно?

— Я передумала. Просто не смогу расстаться с этим ожерельем. Но с этого момента прошу тебя ставить меня в известность, если ты собираешься купить мне что-нибудь экстравагантное, договорились?

— Справедливо, должен заметить.

Взяв ожерелье и убрав ее волосы за спину, Трой надел украшение на шею Хилари. А потом поцеловал в шею. Хилари повернулась, и их лица оказались совсем близко.

— О чем ты думаешь? — спросила она, глядя ему в глаза.

— Я бы предпочел об этом умолчать, — с кривоватой улыбкой ответил он.

— Почему?

— Не хочу тебя расстраивать. — Трой поставил ее на пол и встал, заметив плюшевые морды коров, выглядывавшие из-под ее халата.

— Не верю. — Хилари дернула его за край рубашки, притягивая к себе. — Иначе бы ты сказал «ни о чем». Или: «Да вот, думаю, какую следующую дурацкую шляпу я себе куплю».

— Ты находишь мои шляпы дурацкими? — вскинулся Трой.

— Отвечай сначала ты!

— А, ну ладно! Просто думал о тебе и твоем бывшем дружке. Ты, случайно, его еще не любишь?

Хилари села в кресло.

— Теперь мне ясно: понимаю, я его вообще не любила, — медленно произнесла она, глядя Трою в глаза. — Скорее была увлечена им, сильно увлечена… — Ее лицо исказила гримаса. — И это помешало мне увидеть, кто он на самом деле. — Она пожала плечами. — К тому же у меня «талант» выбирать не тех парней. Рано или поздно это выяснялось. Арест Барри только ускорил процесс.

Трой вздохнул с облегчением. Правда, было непонятно, почему ему так важно было услышать, что Хилари не любит Барри.

Она слегка нахмурилась:

— Ты что, ревнуешь?

— С чего ты взяла? — попробовал увернуться от ответа Трой. — Я знаю-то тебя всего несколько дней.

— А ты хочешь убедить меня, что это не ревность?

Но Трой знал — его голос звучит неубедительно.

Потому что, несмотря на их короткое знакомство, он вдруг понял, что не хочет отпускать Хилари. Нет, пока он не готов расстаться с Хилари. Готова ли она это услышать? Пусть она и не любила Барри, но совершенно очевидно, что еще не оправилась от его удара.

Нужно дать ей еще немного времени…

Трой наклонился к ней:

— Если ты так хочешь знать правду: я не столько ревную, сколько готов оторвать этому мерзавцу голову за то, что он так с тобой обошелся!

На губах у Хилари показалась слабая улыбка.

— Если хочешь знать, я нисколько не возражаю. И чтобы между нами не осталось неясности — я думаю, твои шляпы так же сексуальны, как и ты сам.

Глава 10

Кажется, ее время в тропическом раю заканчивалось.

Хилари лежала на надувном матрасе, вокруг негромко плескалась вода. Трой плыл рядом. Подводные лампочки высвечивали его фигуру, мощно скользящую в водяной толще, сверху, на безоблачном небе, сияли звезды.

Они прожили здесь уже пять дней и проводили все свое время либо у бассейна, либо в лагуне. Несколько раз они предприняли пеший поход в лес — вряд ли ей еще когда-нибудь выпадет шанс заняться любовью в тропическом лесу. Кроме физической близости их уже начали связывать дружеские узы. Они узнали о предпочтениях и вкусах друг друга.

Все выглядело так, словно у них серьезные отношения.

К счастью для Хилари, в эту идиллию то и дело вмешивались реалии настоящей жизни, не позволяющие ей слишком увлечься Троем. Ежедневно звонил Сальваторе и сообщал, на каком этапе поисков они находятся. Последняя его новость была такая: сообщник Барри скрылся в Бельгии, но они не теряли следа и в скором времени надеялись его поймать. Клаудия по телефону сообщала: благодаря регулярно появляющимся в Интернете фотографиям ни у кого не было сомнений — Трой с Хилари путешествуют по миру.

Трой вынырнул возле нее.

— Привет, куколка! — Подняв ее руку, он поцеловал каждый пальчик в отдельности. — Чувствую, когда мы отсюда выберемся, вода из нас так и будет сочиться.

— Это плохо?

— Разве я сказал, что это плохо? — Трой оперся на матрас локтями. — Просто хочу удостовериться — ты не возражаешь, что мы не в постели?

Как же он был внимателен, как романтичен! И как Хилари хотелось верить — это что-нибудь да значит! Ей стоило труда спускать себя с небес на землю, чтобы напомнить: жизнь в Вашингтоне будет совсем не похожа на эти райские каникулы.

— Провести ночь в хижине в лесу было очень романтично, — сказала она, играя его влажными волосами. — И у меня просто слов нет, как прекрасно наблюдать за восходом солнца с террасы. Прошедшие пять дней — лучший отпуск, который у меня был. Как тебе только удалось скрыть это место от прессы?

— Что ты хочешь этим сказать? — Трой чертил пальцем круги по ее обнаженному телу.

— Если ты никого сюда не привозил, то где ты встречался со всеми теми женщинами, о которых писали в таблоидах?

— Ты ревнуешь?

Еще как!

— Просто мне любопытно, — солгала Хилари.

— Женщины в таблоидах? — поднял брови Трой. — Все ложь. До тебя я был девственником.

Хилари фыркнула:

— Ну да, конечно.

— Серьезно. До тебя я жил как монах.

Хилари брызнула ему водой в лицо:

— Наглая ложь!

— Ты меня обижаешь. — Трой удержал Хилари за руку, не давая ей брызнуть себе в лицо еще раз, и серьезно посмотрел на нее. — Или ты хочешь, чтобы я посвятил тебя во все детали своих прошлых романчиков? Потому что это действительно были только мимолетные романчики. Никаких серьезных отношений.

В горле Хилари встал комок.

— Значит, вот что между нами происходит? — стараясь говорить небрежно, спросила она. — Еще один… роман?

— Который случился совершенно некстати, если хочешь знать.

— Значит, у нас роман некстати? — выдавила из себя Хилари.

— А что, если бы я сказал: это не роман? — Трой вперил в нее взгляд. — Едва я тебя увидел, то понял, что должен тебя получить.

Почему-то было приятно слышать в его голосе собственнические нотки.

— Звучит так, словно я какой-то приз.

— О да, сладкий приз…

Трой обхватил ее руками и стащил с матраса в воду. Под водой он отпустил ее, но руки Хилари обвились вокруг его шеи. Через несколько мгновений они всплыли на поверхность.

— Ты хочешь, чтобы я был серьезен? — И он ухватил ее за ягодицы. — Пожалуйста. Только у меня есть опасение — ты сбежишь, когда узнаешь, о чем я на самом деле думаю.

Хилари была заинтригована. Что же такое он хотел ей сказать?

Сказочная неделя подходила к концу, и она пыталась убедить себя, что готова к этому, но почему-то ей было жаль расставаться с Троем. И, если говорить честно, с беззаботной жизнью в Коста-Рике.

— Тогда не говори мне ничего, — растянув губы в улыбке, предложила Хилари.

Странно, ей показалось или в его глазах действительно мелькнуло разочарование?

— Как скажешь. — Он снова сверкнул улыбкой. — Что ж, тогда вернемся к нашему несвоевременному роману.

Удерживая Хилари одной рукой, Трой подгреб к краю бассейна и прижал ее к стене, стоя на дне. Его губы прижались к ее шее в самом чувствительном месте, затем переместились чуть ниже уха. Хилари глубоко вздохнула. По ее телу прошла дрожь возбуждения.

Трой прижался к ней грудью, и от исходящего от его тела тепла ей стало жарко. Она провела руками по его плечам, по спине, коснулась рук, удерживающих ее так крепко и так нежно. Подхватив ее на руки, он зашагал к полукружию лестницы, целуя ее на каждом шагу. Не выпуская Хилари из своих объятий, Трой поднялся с ней по лестнице.

Они прошли через гостиную с шезлонгом, на котором вчера занимались любовью. Мимо кухонной стойки, на которой был утолен их чувственный голод после завтрака. И дальше по холлу — в спальню Троя.

Отогнув полог москитной сетки, он положил Хилари на кровать.

— Вся эта неделя была похожа на сказку, — вздохнула она.

— Ты любишь сказки?

— На что ты намекаешь?

Трой подошел к шкафу, вытащил свой смокинг и встряхнул его. В одном из карманов раздался звон. Трой протянул смокинг ей, и Хилари вытащила из кармана…

— Наручники? — изумилась Хилари. — Это твои обычные аксессуары? — Но в ее мозгу уже возникли чувственные образы, как она могла бы их применить. Конечно, игры с такими штуками требовали доверия к партнеру… Неужели она настолько доверяла Трою? Мысль была пугающей, поэтому Хилари ее пока просто отбросила.

— Они с аукциона, если помнишь. Я положил наручники в карман и забыл про них, но ты напомнила. — Трой закрыл шкаф.

— Да, ловко ты вывернулся на аукционе.

Трой подошел к кровати и накрыл Хилари своим телом:

— Ну, пришлось постараться ради себя любимого. И ради безопасности…

— А разве…

— Сальваторе вряд ли применил бы все средства твоей безопасности. — Он переплел свои пальцы с ее. — Аукцион предоставлял мне возможность обеспечить ее надлежащим образом.

Напоминание о безопасности заставило Хилари вспомнить, почему она здесь. По ее телу пробежал холодок.

— Возможность за восемьдесят девять тысяч? — пошутила Хилари, пытаясь избавиться от неприятных ощущений.

В глазах Троя разгорался жаркий огонь. Он обжигал и опалял. Хилари изогнулась, наслаждаясь своей властью над ним. Но и она была бессильна перед желанием, которое он в ней возбуждал.

— Наше влечение было мгновенным и обоюдным, — прошептала она.

Трой кивнул:

— Когда начался аукцион, я был чертовски счастлив увидеть тебя. Я так возбудился, что мне пришлось держать руки перед собой, — с кривой усмешкой сказал он.

Хилари мягко засмеялась:

— А я-то думала, это из-за наручников.

— Ну, из-за них тоже. — Трой сжал руку Хилари, наручники негромко звякнули. — И уже тогда я думал, какое применение я им найду, когда мы будем вместе…

— Да? — Голос у Хилари пресекся. Ее окатила волна жара. — И как же ты хочешь их применить?

— Ну, не хотелось бы шокировать провинциальную девушку…

Хилари взяла наручники из его рук и покачала ими перед его лицом, глядя Трою прямо в глаза:

— Даже если эта провинциальная девушка желает быть шокированной?..

Солнце показалось из-за горизонта. Хилари приподняла голову и снова положила ее на грудь Троя. Наручники лежали на подушке рядом, и в памяти всплыли события прошедшей ночи…

Она поцеловала Троя в подбородок.

— Нет, ты точно не монах, — прошептала она.

— Рад слышать. — Пальцы Троя лениво чертили круги на ее спине. — Ты еще не посмотрела под подушку?

Хилари взглянула на него, подняв брови. Она засунула руку под подушку и нащупала что-то металлическое.

— Колокольчик для коровы? — ошеломленно спросила она и засмеялась.

— С таким колокольчиком все в мире кажется милее, — серьезно сказал Трой, но в глазах его светились лукавые искорки.

— Не могу поверить. Где ты это достал?

Хилари легла на спину, переводя взгляд с колокольчика на Троя.

— Ты сама сказала, чтобы я не покупал тебе экстравагантных подарков. — Трой перекатился на бок. — Так что мне пришлось думать над тем, как выходить из положения.

— Очень-очень мило с твоей стороны, правда! — Она приподнялась и чмокнула его в нос. — Могу честно сказать: никто еще не дарил мне ничего подобного.

— Да, кстати, а поблагодарить ты меня не желаешь?

Хилари провела пальцами по его груди.

— Спасибо, Трой, — сказала она и замолчала.

— Что, и все?

Хилари прижалась к его губам:

— Так лучше?

Он удовлетворенно вздохнул:

— Гораздо лучше.

Глава 11

Трой стоял на террасе, прижав к уху мобильный телефон и пытаясь заглушить гомон обезьян и пение птиц.

— Спасибо, что позвонили, полковник. Рад, что все закончилось, — медленно произнес он, пытаясь привыкнуть к мысли — время для них с Хилари истекло.

— Когда вы с Хилари возвращаетесь? Сегодня?

— Нет, наверное, не сегодня. Скоро. — Когда он сумеет найти в себе силы и сказать Хилари, что все в порядке и теперь ей ничего не угрожает.

— Донаван, с Хилари снимаются все подозрения, ты меня понял?

— Я понял. Скажу ей сегодня вечером.

Как ни старался Трой не выдать голосом, какое впечатление произвела на него новость, но, должно быть, это ему плохо удалось.

— Донаван, только без глупостей, ладно? — И полковник отключился.

Трой положил телефон на перила.

Вот и все. С другой стороны, что ему мешает вернуться с Хилари в Штаты и начать встречаться с ней, как сделал бы на его месте обычный молодой человек? Вот только Трой не мог считать себя обычным молодым человеком.

Он услышал почти бесшумные шаги Хилари позади себя за несколько секунд до того, как почувствовал ее руки на своих плечах. Она привычно прижалась к нему.

— Что, хорошие новости?

— Можно и так сказать. — Он взглянул в сторону лагуны, где они с Хилари впервые занимались любовью. Как же ему было хорошо с ней эти пять дней! Трой подавил вздох. Он все скажет Хилари после ланча. — Так, скучные рабочие будни, — солгал он.

Хилари встала перед ним. На ней был саронг с цветочным мотивом, перевязанный под грудью, в волосах за ухом вставлен цветок. Кожа ее приобрела золотистый загар под жарким солнцем, и сама она была такой раскрепощенной…

Хилари провела пальцами по его лбу, разглаживая морщины:

— Странно, если все в порядке, то почему ты хмуришься?

— Разве? — Трой улыбнулся, пытаясь встряхнуться.

Что-то он сам на себя не похож. Где тот лихой парень, которому все нипочем?

Хилари взяла в руки концы шнурков на его шортах и стала с ними играть:

— Предлагаю сегодня подняться на крышу. Мне кажется, это единственное место, где мы пока еще не занимались любовью.

Трой сразу увидел перед своими глазами водопад, легкий туман от влажного воздуха, простор и посреди этого великолепия природы обнаженную Хилари…

У него перехватило дух. Нет, он не может расстаться с ней просто так! Не прямо сейчас.

— Ты когда-нибудь думала о том, чтобы завести детей?

Вопрос застал ее врасплох. Хилари вскинула на него широко раскрывшиеся глаза.

— Ты хочешь сказать, что один из презервативов мог…

— Нет, нет! — перебил он ее, хотя мысль о том, что у них с Хилари может быть ребенок, совсем не испугала его.

— Любопытно узнать, а что скрывается за этим вопросом? — Она обвила его руками за талию. — Ты, случайно, не предлагаешь мне встречаться, когда мы отсюда уедем?

— А что, если даже так? Что же касается моего вопроса… Я ведь не спросил, не хочешь ли ты детей от меня? Мне просто захотелось узнать. Ведь люди, если начинают встречаться, обсуждают планы на будущее, и дети нередко входят в эти планы.

— Как скажешь, — медленно произнесла Хилари, в ее голосе сквозила осторожность. — Да, иногда я думаю об этом.

— И?.. — поторопил ее Трой.

— Если честно, это приводит меня в ужас. Я ведь ничего не знаю о детях. К тому же наши гены… Что, если наши дети… — Хилари осеклась и стукнула его в грудь. — Почему ты спрашиваешь? Давай лучше определимся, что будем есть на ужин — стейк или пиццу?

— Я думал об усыновлении, — будто не слыша ее, сказал Трой.

Хилари замерла:

— Правда? Из опасений, связанных с генетикой, о которых ты мне уже рассказывал?

— Частично. Иногда, — продолжил Трой, глядя куда-то вдаль, — я даже подумываю о том, чтобы взять какого-нибудь проблемного ребенка, каким когда-то был сам, чтобы наставить его на верный путь.

— Ты бы правда это сделал? — Хилари прижалась к нему. — Взял бы проблемного ребенка?

Трой кивнул.

— А если бы у меня были родные дети и они во что-нибудь вляпались, я бы никогда не избавился от них, как наши родители.

На глаза Хилари невольно навернулись слезы.

— О, Трой…

Но почему же он до сих пор не говорит ей о том, что они вскоре уедут отсюда? Почему медлит? Может, ему невыносима сама мысль, что Хилари не захочет встречаться с ним, когда они покинут это идиллическое место?

— Если честно, я боюсь момента, когда начну верить каждому твоему слову, — призналась Хилари.

— Боишься, это сделает тебя уязвимой? — Даже мысль о том, что кто-то может причинить Хилари боль, чуть не заставила Троя крепко прижать ее к себе и сказать, что рядом с ним ей нечего бояться.

Хилари неуверенно улыбнулась, но не ответила.

— Помнишь, я спрашивала тебя про счастливые моменты твоего детства? — вместо этого спросила она. — Хочешь узнать, какие были у меня? Когда отец брал нас с собой на трактор и говорил нам, что мы его маленькие принцессы, трактор — наш экипаж, а он — его возница. Да, здорово было так притворяться…

— Если ты так любила ферму, почему не осталась?

Улыбка сбежала с ее лица.

— Потому что остальное было ложью. — Хилари обхватила себя руками, не сознавая, что таким образом словно отгораживается от Троя.

— Он вас защищал, как мог.

Хилари медленно покачала головой:

— Нет, не думаю. Скорее так он защищал нашу мать, потому что любил ее. Он любил ее и боялся, что она просто его оставит. — Хилари подняла руку. — Стоп, кажется, я тоже говорю не то. Я ведь сказала: счастливые моменты. В общем, я уехала, но это не значит, что я не навещаю сестру с ее семьей — они до сих пор живут на нашей ферме. Отца нет. А мать живет в квартире, когда не проходит курс лечения в реабилитационном центре.

Трой притянул ее к себе.

— Да, у тебя тоже есть свои раны, — мягко сказал он. — Но ты можешь верить мне, Хилари, я…

Его прервал звонок мобильного телефона. Трой даже не сделал попытки его взять.

— Почему не отвечаешь? А что, если это что-нибудь важное?

Трой вздохнул и взял трубку. Его ассистентка.

— Что? — рявкнул он не сдержавшись. — И лучше пусть это будет важным.

— Да. Звонила сестра Хилари — что-то случилось с их матерью.

Оказавшись в своей комнате, Хилари набрала номер сестры. Этот звонок на террасе подоспел как нельзя кстати — разговор о детях привел ее в страшное смущение. Почему Трой об этом заговорил? Она еще не привыкла к тому, что влюблена в него. А тут еще дети и его желание усыновить ребенка, нуждающегося в помощи.

От мыслей о Трое Хилари отвлек голос ее племянницы:

— Тетя Хилари? Тетя Хилари, бабушка переезжает жить к нам!

От шока Хилари онемела. Клаудия всегда жалела их мать, но не могла же она пойти на такой шаг? А о детях она подумала?

— Позови маму к телефону, милая?

— Ладушки. Люблю тебя, тетя Хилари!

Хилари крепче сжала трубку в руке:

— Я тоже тебя люблю, милая. Жду тебя в Вашингтоне, когда у папы с мамой будет отпуск.

В трубке раздался голос сестры:

— Хилари?

— Что происходит? — возмутилась Хилари. — Ты пригласила нашу мать жить к себе? Ты в своем уме?! А о детях ты хотя бы подумала? Забыла, как это было, когда мы были маленькими?

— Хилари, спокойно, — вмешалась Клаудия в ее монолог. — Мне нужно тебе кое-что сказать. Это важно.

Что-то в голосе сестры заставило ее замереть:

— Что еще случилось?

— В реабилитационном центре у нее выявили опухоль в печени. — Голос у Клаудии дрогнул. — У нее рак, Хилари, в последней стадии. Врачи сказали, ей осталось самое большее пара месяцев.

Хилари потрясенно молчала, пытаясь вобрать в себя новость. Всю свою жизнь она думала о том, каково жить с матерью-алкоголичкой, и еще ни разу не думала о том, как будет жить вообще без нее.

— Я возвращаюсь в Вермонт, — услышала Хилари свой голос словно издалека.

— Хилари, может, пока она здесь со мной…

— Я возвращаюсь, — повторила Хилари, пытаясь заглушить внутренний голос, который шептал ей: «Ты бежишь не столько к матери, сколько от Троя. Потому что тебе вдруг стало страшно оттого, что твоя любовь ему не нужна».

Трой стоял в дверях спальни Хилари, наблюдая за ее сборами.

— Что-то неприятное? — негромко спросил он.

Хилари кивнула и положила полотенце с коровами поверх всех вещей.

— У моей матери рак печени. Ей осталось совсем немного. Мне нужно вернуться домой.

— О боже, Хилари! — выдохнул Трой. Он оторвался от двери и подошел к ней. — Мне жаль. Я могу чем-нибудь помочь?

Она медленно покачала головой:

— Хотя… Как ты думаешь, моей семье ничего не будет угрожать, если я туда поеду?

Вот оно! Он ведь до сих пор не сказал Хилари, что преступник пойман.

Трой взял ее руки в свои:

— Об этом можешь не беспокоиться. Все в порядке.

— Ты хочешь сказать, тот тип, который был на записи, пойман?

— Да, его взяли. Тебе больше нечего опасаться.

Хилари облегченно выдохнула:

— Вовремя. Подожди-ка! — Она вдруг нахмурилась. — А когда ты об этом узнал? Ах да, звонок! — вспомнила она. — Почему ты не сказал мне сегодня утром?

На лице у Троя дернулся мускул, но он промолчал, не в силах выдавить из себя ни слова.

В глазах у Хилари медленно проступало понимание.

— Ты знал об этом еще до сегодняшнего дня, — медленно проговорила она.

Трой коротко кивнул.

Хилари пронзила боль:

— Но почему ты мне не сказал? Почему?

— Я собирался рассказать тебе сегодня, но позже. Мне просто хотелось, чтобы наша сказка здесь продлилась еще немного.

— Утаив от меня правду, ты все равно что солгал мне, — с горечью произнесла Хилари. — И уже не в первый раз.

Трой потянулся к ней, но Хилари увернулась.

— Позволь мне объяснить. Пожалуйста…

— Да, объясни мне! Я хочу знать, почему тебе так сложно быть честным со мной?

В самом деле, почему?

Трой не мог найти слов.

Хилари медленно кивнула:

— Прости, Трой, но у нас, кажется, ничего не выйдет. Я не могу тебе доверять. — Она сняла подаренное им ожерелье и положила его на тумбочку. — Пожалуйста, отвези меня в Вермонт. Спасибо и прощай.

Глава 12

Закрыв взятую напрокат машину, Хилари зашагала к дому своего детства. О Трое она старалась не думать. Он предложил к ее услугам самолет, а затем, как Хилари и просила, исчез из ее жизни.

Старый фермерский дом почти не изменился. Клаудия оставила все, как Хилари помнила, даже черные ставни. Разве что в саду теперь росло больше цветов да во дворе были разбросаны детские игрушки.

Как ни старалась Хилари, ее мысли упорно возвращались к Трою. Неужели она снова ошиблась? Неужели ее «талант» доверять не тем мужчинам по-прежнему работает? Сердце у нее ныло.

И, черт бы его побрал, с ним все было гораздо серьезнее, чем со всеми мужчинами до него! Только после встречи с Троем она поняла это отчетливо. И теперь, кажется, ей до конца жизни предстоит вспоминать их ужин во Франции и эти семь восхитительных и незабываемых дней в Коста-Рике. И кто еще подарит ей колокольчик для коровы и ожерелье с коровкой-талисманом?

На глаза у нее навернулись слезы, но Хилари сердито смахнула их рукой.

Скрипнула входная дверь, и на пороге появилась Клаудия. Сестры крепко обнялись, радуясь встрече.

— Добро пожаловать домой, сестренка! — приветствовала ее Клаудия.

Они вошли в тихий дом.

— А где дети? Где муж?

— Уже спят, но с нетерпением ждут встречи с тобой завтра. А вот где твой Робин Хакер-Гуд, а? — подмигнула Клаудия.

Хилари слабо улыбнулась:

— Может, отложим этот разговор? Все-таки я приехала сюда с другой целью. Прости меня, что именно тебе выпадает заботиться о родителях, — с сожалением проговорила Хилари.

— Брось. — Клаудия сжала руку Хилари в своей, поднимаясь по лестнице. — Ты живешь своей жизнью. Именно так и должны жить взрослые.

Клаудия вела Хилари через весь дом, к задней гостевой комнате.

— Мама хотела тебя встретить, но она принимает слишком много обезболивающих. — Ее сестра кивнула на дверь, мимо которой они шли. — Она уснула час назад.

— Увижусь с ней завтра утром. Думаю, нам всем не помешает здоровый ночной сон. — Хилари остановилась в дверях традиционно большой кухни с неизменным дубовым столом в центре и шестью стуль ями. — И я все равно чувствую себя перед тобой виноватой, — сказала она. — Как будто я свалила на тебя всю ответственность и сбежала.

Клаудия взяла со стола банку диетической колы, отвинтила крышку и подала Хилари.

— Я же сказала: перестань говорить ерунду! — снова отмахнулась Клаудия, беря банку для себя.

Хилари чувствовала себя слишком уставшей, чтобы спорить.

— Странно… Выходит, мать вернулась, чтобы умереть в этом доме… — Она сделала глоток. — Она ведь всегда проклинала это место. Считала, начала пить только потому, что здесь больше нечем заняться.

— Это был всего лишь предлог.

Хилари кивнула и оглядела кухню:

— У тебя мило.

— Да. — Клаудия улыбнулась без ложной скромности.

Да, Хилари заслужила укор: столько времени не приезжать к родной сестре! А все из-за невеселых воспоминаний, связанных с матерью.

— Ты самая замечательная сестра на свете!

Взгляд Хилари остановился на детских картинках на холодильнике, на настенных часах в форме коровы… Что сразу напомнило ей о Трое.

— У Троя есть дом в Коста-Рике, — вырвалось у нее. — Там потрясающе. Дело не столько в роскоши или всяких электронных гаджетах, а в атмосфере.

— Извини, милая, — перебила ее Клаудия. — Ты сравниваешь Коста-Рику с Вермонтом? Нет, я, конечно, считаю, что лучше Вермонта нет ничего на свете!

Хилари криво улыбнулась. Но что, если ее мысли упрямо возвращались к Трою и проведенной с ним неделе в сказочном месте? Благодаря Трою она не только узнала, что значит любить, но и познала чувственный восторг. И все-таки странно, что она сравнила эти два столь непохожих места.

Ей неожиданно пришло в голову, что за внешним лоском Троя скрывался совсем другой человек — простой, доступный. Тогда как она, сбежав из дома, польстилась на внешний блеск, связанный с ее профессией, и упустила из виду — не все золото, что блестит.

Может быть, с этим заблуждением и были связаны неудачи ее последних романов?

Если так, то и Троя она судила лишь поверхностно. Хилари поставила банку на стол.

— Да, верно, — медленно произнесла она. — Дело не во внешней красоте. Любят не за что-то, а потому что не любить не могут.

У Клаудии глаза полезли на лоб.

— Ты о чем, дорогая?

— Пресса представила Троя пресыщенным прожигателем жизни. — Она вспомнила свое первое впечатление, увидев его в самолете. — И Трой старается этому амплуа соответствовать. Но за этим блестящим фасадом скрывается совсем другой человек. Удивительный… — И боль, сжавшая сердце, подтвердила ее смутные страхи: вычеркнуть его из своей жизни будет ох как непросто.

— Да ты влюбилась! — заявила Клаудия.

У Хилари опустились плечи.

— По уши, — тихо призналась она.

— Тогда почему он не с тобой?

Какой простой вопрос… Почему же он не с ней? В висках у нее застучало. Да ведь она сама высказала пожелание больше не видеть Троя, а он только его выполнил!

Хилари задумалась.

Да, Трой не был с ней полностью откровенен, но ведь они знают друг друга совсем недолго! Нужно время, чтобы между ними возникло абсолютное доверие.

Сердце у нее сжалось. Будет ли у нее шанс сказать Трою, что она поторопилась? Она совсем не хочет с ним расставаться! На самом деле она хочет совсем другого.

Совместного будущего.

* * *

Трой стиснул зубы и ударил в воображаемую мишень.

— Ну, полковник, за вами должок! — процедил он и закрыл глаза.

Прошло меньше двух недель с того момента, как мужчины вернулись в Чикаго — и вот, пожалуйста! Полковник Сальваторе снова вышел с ним на связь и сказал, что им надо встретиться, чтобы кое-что обсудить. И не где-нибудь, а в Вашингтоне.

Трой еще сильнее стиснул зубы, чтобы не простонать.

Чуть меньше двух недель прошло с того дня, как он по требованию Хилари оставил ее, — время, показавшееся ему без нее вечностью. Трой никого не хотел видеть, ничего решать, а просто скрыться от людей, спрятаться и постараться все забыть… Для этой цели как нельзя лучше подходила его берлога в Коста-Рике, за исключением одного но. Хилари. Как он сможет там жить, если все в доме и вокруг него будет напоминать ему о той счастливой неделе, что они провели вместе? Он и сейчас чуть на стенку не лезет, думая о ней. Там он просто сойдет с ума.

— Приветствую! — услышал Трой голос полковника. Он оглянулся и глубже засунул руки в карманы смокинга.

Оркестр в ресторане, где должна была состояться встреча, посвященная сбору благотворительных средств, заиграл джаз.

— Зачем я вам понадобился? — не скрывая своего недовольства, буркнул Трой. — Насколько я помню, наше соглашение предусматривает, что вы будете связываться со мной не чаще пары раз в год.

— Просто побудь здесь пару часов, ладно? — усмехнулся полковник. — И я обещаю… — он поднял руку, — обещаю, что в следующий раз ты услышишь меня через шесть месяцев.

— Вы ведь нагло лжете! — заявил Трой.

Сальваторе демонстративно поправил свой красный галстук и объявил:

— Ложь — черта, недостойная приличного человека.

Трой уже хотел съязвить, но так и замер с открытым ртом, заметив в углу комнаты Хилари.

Хилари?! Здесь?

Он моргнул, уверенный — она ему просто привиделась.

Но это действительно была Хилари. В простом черном платье, для него она была красивее любой присутствовавшей здесь женщины. Его пальцы машинально нащупали бриллиантовую коровку — он носил ее ожерелье повсюду, не в силах расстаться с этой деталью, напоминающей о днях, проведенных вместе в Коста-Рике.

Краем глаза Трой поймал самодовольное выражение, появившееся на лице полковника. Он резко повернулся к нему.

— Черт возьми! — вырвалось у него. — Это вы подстроили?! — Его взгляд снова устремился в сторону Хилари. Она была воплощением элегантности. Затем его словно осенило. — Но откуда вы узнали, что мы, что я…

Полковник вздохнул и покачал головой.

— Ты ведь гений, Трой, — неожиданно мягко сказал он, в его голосе прозвучали чуть ли не отеческие нотки. — Вот и подумай. — Он похлопал его по плечу и отошел.

Трой стоял, не в силах сдвинуться с места. Его ноги словно приросли к полу. В голове царил полный хаос. Понадобилось несколько минут, прежде чем он обрел способность ясно мыслить. Неужели Хилари связалась с полковником, чтобы увидеться с ним? Он ведь отключился от всего мира, оставшись в пределах досягаемости только для Сальваторе. Но почему?.. Зачем он вдруг понадобился Хилари?

В следующую секунду он уже едва дышал. Хилари наконец заметила его и без колебаний направилась к нему.

Трой не успел ничего сказать. Хилари достала наручники и пристегнула его к себе.

Надо признаться, ее всю трясло, пока она шла к Трою. Сердце гулко стучало в груди. Хилари до сих пор не могла поверить, что связалась с полковником Сальваторе, чтобы он помог ей решить проблему личного характера. Но самое удивительное — полковник без колебаний согласился ей помочь! Он сказал, куда и когда ей следует прийти, скрыв все детали.

От Сальваторе Хилари также узнала, что Интерпол уже не раз прибегал к помощи Троя. Сначала Хилари была потрясена этой новостью, но, подумав, решила: удивляться тут нечему — такие мозги, как у Троя, ни одно правительство упустить не может. Тогда же полковник сделал ей совершенно неожиданное предложение: устроиться работать в Интерпол в качестве внештатного сотрудника. Хилари всерьез собиралась об этом подумать, но для начала нужно было поговорить с Троем.

Идея с наручниками, которые Хилари теперь постоянно носила с собой, пусть даже сознавая глупость этого поступка, возникла у нее спонтанно. Она огляделась, думая, где они могли бы побыть наедине, но зал был набит людьми. Оставалось одно место.

— Идем! — сказала она, ведя Троя за собой. Он последовал за ней молча, не задавая никаких вопросов.

В женском туалете, на их счастье, никого не оказалось. Недолго думая Хилари закрыла дверь изнутри и повернулась к Трою. Дыхание у нее перехватило. Все три речи, которые она специально заготовила для этого случая, тут же вылетели у нее из головы. Она могла лишь молча смотреть на него.

Неожиданно Трой пришел ей на помощь.

— Ты умеешь произвести впечатление, — произнес он, поднимая их руки.

Хрипотца в его голосе придала Хилари уверенности. Она обрела голос:

— Это для подстраховки. Чтобы на этот раз никто не смог сбежать.

В глазах Троя появились озорные искорки.

— Хороший ход, — кивнул он. — Как твоя мать?

Хилари понадобилось несколько секунд, чтобы осознать вопрос. Признаться, в этот момент она совсем о ней забыла.

— Мы поговорили, — медленно произнесла она. — С чистого листа теперь ничего не начнешь — для этого слишком поздно, но мы хотя бы попытаемся стать друзьями. Трой, я пришла сюда не для того, чтобы говорить о своей матери. — Она набрала воздуха в легкие: — Я хочу сказать тебе, что…

Трой стремительно прижал палец к ее губам:

— Прости, но можно сначала я?

На губах Хилари появилась слабая улыбка.

— Конечно.

— Для начала. Это твое. — Трой вытащил из кармана ожерелье.

— Да, думаю, вряд ли найдется другая женщина, которая оценила бы такой подарок, — принимая ожерелье из его рук, кивнула Хилари.

— Тем более такое ожерелье изготовлено специально для одной женщины. — Трой застегнул его на ее шее.

От прикосновения его теплых пальцев по ее телу побежали мурашки.

— Что делает его в моих глазах бесценным, — прошептала Хилари.

Трой взял ее руки в свои:

— Прости меня, Хилари, что не был до конца откровенен.

— Я ведь здесь? Это и есть мой ответ, — мягко сказала она. — К тому же я тоже должна попросить у тебя прощения. За то, что сразу сбежала. Но я…

— Понимаю. — Трой поцеловал ее руки. — Тебя столько раз подводили… Ты решила, я такой же, как твои прежние мужчины. Знаю: понадобится время, чтобы ты научилась мне полностью доверять, но обещаю, что постараюсь тебя не подводить. — В горле у него встал комок. — Ты мне нужна.

Хилари прислонилась лбом к его лбу:

— Ты мне тоже.

Так они стояли, прижавшись друг к другу, переполненные счастьем.

— Да, чуть не забыл, — неожиданно сказал Трой. — Мне ведь нужно тебе еще кое в чем признаться. Это касается полковника Сальваторе. Я…

— Время от времени ты сотрудничаешь с Интерполом. Я знаю.

Трой отстранился от нее. Его брови полезли вверх.

— Отку… А, так, значит, полковник тебе сам об этом сказал?

— Да. Когда я попросила его помочь мне тебя найти.

— Я ведь не мог сказать тебе сразу, что…

Хилари мягко приложила палец к его губам:

— Не надо мне ничего объяснять. Я прекрасно понимаю, ты не можешь говорить об этом направо и налево. К тому же, — на ее губах появилась лукавая улыбка, — полковник предложил мне подумать о подобного рода работе. Так что, если я соглашусь, придется тебе вводить меня в курс дела.

Трой широко открыл глаза. Хилари улыбнулась, довольная произведенным эффектом.

Наконец он пришел в себя от удивления и рассмеялся.

— Я люблю тебя! — прошептал он, обнимая ее и прижимая к себе. — Ты даже представить себе не можешь, как я тебя люблю, Хилари! Надеюсь, ты согласишься с предложением полковника. И учти: не знаю, чего мне это будет стоить, но придется тебе работать со мной, потому что иначе я с ума сойду от беспокойства.

— Ох, Трой, — прошептала Хилари, чувствуя, как любовь переполняет сердце. — По-другому и быть не может. Куда ты — туда и я. Я ведь люблю тебя. Ты мой.

— Да. — Трой прижался к ее губам. — И ты тоже моя. И я постараюсь стать для тебя самым лучшим. Правда, для этого может понадобиться время.

— И сколько времени?

— Вся жизнь…

Content

Кэтрин Манн
Попутчики

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12