Анатолий Тимофеевич Фоменко

Тайна Млечного пути

Предисловие редакции (№ 104, 1958 год)

Год назад редакция «Пионерской правды» предложила читателям газеты отправиться в фантастическое путешествие в Космос. В ответ мы получили много писем. Ребята присылали рисунки и описания конструкций своих межпланетных кораблей, рассказывали о трудностях, которые им пришлось преодолевать в космическом рейсе, о необычайных встречах с удивительными обитателями других планет.

В одном толстом пакете оказалась целая научно-фантастическая повесть в сто страниц. Написал её Толя Фоменко, ученик шестого класса школы № 3 города Магадана.

У Толи богатая фантазия, но не забывайте, что писал он повесть в 6-м классе и знаний у него не так уж много. Поэтому в повести есть заимствования из других книг, немало погрешностей, научных и технических ошибок. Мы не стали исправлять их и предлагаем это сделать вам. Припомните всё, что вы читали и слышали о межпланетных путешествиях, поройтесь в книжках, и присылайте в редакцию свои поправки и замечания.

В повести Толи Фоменко «Тайна Млечного пути» две части. Мы печатаем только первую часть в сокращённом виде.

Шлите свои поправки и замечания.

Предисловие редакции (№ 1, 1959 год)

2020-й год. Звездолёт «Космос» отправился в ту область Вселенной, откуда ещё никто не возвращался. Избежав страшной опасности — огромного притяжения встретившейся там звезды, — «Космос» сел на неведомую планету. Так начинается повесть Толи Фоменко «Тайна Млечного пути», первый отрывок которой мы напечатали в последнем номере нашей газеты за 1958 год. Повесть написал ваш сверстник — шестиклассник. Он не писатель и не учёный, поэтому в его повести немало погрешностей. Мы не стали редактировать повесть, а предлагаем это сделать вам. Для этого придётся вспомнить всё, что вы знаете о межпланетных путешествиях, почитать новые книга. Свои поправки и замечания присылайте в редакцию.

Шёл 2020-й год. Всё больше и больше вновь открытых планет и звёзд появлялось на карте Вселенной. Звездолёты во всех направлениях бороздили её. Неисследованная область пространства, лежащая за Млечным путём, будоражила умы астролётчиков и астрономов. Если какой-нибудь корабль и проходил через эту область, то на Землю он не возвращался. Принимались оттуда только обрывки сигналов, полных страха и ужаса.

Отлёт

8 марта 2020 года. Толпы народа стекались к стартодрому. В центре поля возвышался красавец корабль. Он представлял из себя огромный диск. Это было поистине колоссальное сооружение. В диаметре диск имел около трёхсот пятидесяти метров. Из-под кромки на ребре высовывались длинные массивные трубы. На плоскости диска укреплён прозрачный колпак из крепчайшего сплава. На нём — мощные прожекторы. В корму вмонтированы пять главных дюз. При помощи этих дюз корабль достигает огромной скорости. На борту красивая надпись: «Космос». Корабль сделан из лёгких огнеупорных плит.

На поле появились участники экспедиции. Впереди шёл человек большого роста с широкими плечами. Это был начальник экспедиции Половцев. За ним семенил маленький человек — ботаник Павел Петрович Черс. Следующими шли: зоолог Пётр Иванович Волков, молчаливый и задумчивый астроном Виктор Голубев, штурман Пискунов, акустик Тимофей Ромашкин, второй пилот Иван Херсонов, химик Борис Шевердин, геолог Олег Огнев и кинооператор Осип Железняков.

Участники экспедиции в последний раз попрощались с родными, друзьями и вошли в корабль. Народ отошёл от аппарата. Дверь его захлопнулась. Через несколько минут из килевых дюз вырвалось пламя. Диск приподнялся на огненных столбах. Цвет пламени изменился: из жёлтого он стал добела раскалённым. Мгновение — и из кормовых дюз вырвался столб грохочущего пламени. Корабль рванулся вверх и мгновенно исчез из виду.

В корабле

Через несколько минут Земля осталась далеко позади. Рёв за кормой постепенно стихал. Астролётчики расстегнули ремни и поднялись с мягких кресел. Экипаж состоял из опытных, стойких людей, и раньше участвовавших в космических полётах. Все разошлись по своим местам и стали к приборам.

…Полёт продолжался уже почти пять месяцев. Каждый день начинался и кончался однообразно. Впрочем, на корабле не существовало дня и ночи. Всё время горел свет. Ужинали и обедали по часам. Наконец «Космос» приблизился к Млечному пути. Здесь нужно было вести корабль с большой осторожностью. Пространство изобиловало метеоритами и астероидами. Были включены ультразвуковые прожекторы. На экране невидимый луч рисовал все встречные метеоры и астероиды. Корабль еле успевал увёртываться от них. Диск пролетал сквозь скопления космической пыли и газов, из-за которых иногда не было видно звёзд.

Половцев и Пискунов стояли на центральном посту управления.

— Посмотрите на левый экран, — обратился Половцев к штурману. — Видите блестящую точку?

— Вижу, — ответил Пискунов.

— Надо свернуть в сторону, а то метеор врежется в «Космос»! — Начальник экспедиции бросился к пульту управления.

По кораблю разнеслись звонки тревоги. Но вдруг пилот отшатнулся от экрана: за метеоритом тянулся огненный след.

— Что за чертовщина? — пробормотал Половцев и нажал кнопку.

Вся энергия была переключена на килевые дюзы. Толчок снизу предохранил корабль от прямого столкновения. Отливающий синевой метеор пронёсся, чуть не задев «Космос». Странный метеор блестел, как будто был обшит сталью.

— Звездолёт!!! — вскричал штурман.

— Не может быть! — отрицательно покачал головой пилот.

— Тысяча чертей! — рявкнул Волков (он вообще любил крепкие выражения). — Пролети эта штука немного ближе к нам, и от нас ничего бы не осталось.

Новая планета

«Космос» постепенно выходил из зоны метеоритов. Вдали сквозь туманность просвечивала огромная звезда. Ближе располагалась планета, размерами немного превосходящая Землю. «Космос» направился к ней. Жар усиливался, люди стали задыхаться. Неведомая звезда излучала огромное количество тепла. «Космос» влекло к ней со страшной силой. Половцев рванул рукоять синхрофазотронов. Диск увеличил скорость. Аппарат пронизала мелкая дрожь. Но курс корабля неумолимо искривлялся, грозя замкнуться эллипсом. Херсонов и остальные с волнением посмотрели на Половцева. Тот невозмутимо стоял у иллюминатора. Повернувшись к Херсонову, он сказал:

— Увеличим скорость.

— Больше нельзя, — послышался ответ.

Но пилот уже взялся за рукоять синхрофазотронов и повернул её на деление «Опасно». Скорость нарастала, но корабль всё ещё шёл по кривой. Половцев снова взялся за рукоять и передвинул её на деление «Очень опасно» (это означало, что аппараты от чрезмерного напряжения могут взорваться). Корабль на мгновение замер, встал на дыбы и ринулся вперёд со всё нарастающей скоростью. Диск теперь несся со скоростью, в два раза превосходящей нормальную. Людей толчком огромной силы швырнуло на пол. Аппараты вибрировали. Корабль трясло, как в лихорадке, но ядерные реакторы выдержали. На инфракрасных экранах было видно, что намеченная для посадки планета стремительно приближается. Курс постепенно выравнивался. К великой радости экипажа корабль преодолел огромное притяжение звезды. Половцев вытер с лица холодный пот и устало опустился в кресло.

— Теперь понятно, почему ранее отправлявшиеся по этому маршруту корабли не возвращались на Землю. Их маломощные моторы не могли справиться с притяжением этого светила, — сказал Половцев, указывая на звезду. — Корабли притягивались к этому чудовищному солнцу и сгорали при приближении к нему.

«Космос» по крутой спирали врезался в атмосферу. Через некоторое время за иллюминаторами заклубились белые облака.

Корабль стремительно падал на планету.

Люди долго лежали в креслах, пока не оправились от потрясения, вызванного посадкой. С трудом, расстегнув ремни, все бросились к иллюминаторам. Перед глазами обрадованных астролётчиков открылась величественная картина. Корабль приземлился в мрачном девственном лесу. Густой стеной стояли гигантские плауны, достигавшие нескольких десятков метров высоты. С плаунами перемежались гигантские папоротники. Над ними возвышались стигмарии с плодами, похожими на бананы. Ствол расщеплялся на три ветви, на концах которых веером расходились длинные и тонкие, как иглы, листья. У основания листья были окрашены в коричневый цвет. Вправо от корабля виднелась группа растений, отдалённо напоминающих древних предков современных земных лиан.

Химик Шевердин помчался к своим приборам и колбам, трубкам и барометрам. Он долго возился в своём отсеке и, наконец, вернулся:

— Воздух годен для дыхания.

Черс радостно потирал руки. Из всех ботаников ему первому предстояло увидеть растения, напоминающие древние земные. За бортом звездолёта послышался скрежет. Огромная ящерица, до пяти метров длиной, скребла когтями борт корабля, но, убедившись, что этот странный диск несъедобен, с равнодушным видом покинула его. Железняков успел заснять ящерицу на плёнку.

— Неплохо было бы поместить её в холодильник, — заметил Ромашкин. — Разрешите, товарищ Половцев?

— Разрешаю.

Обрадованный акустик подошёл к своей ультразвуковой установке. Небольшой экран над пультом управления засветился мягким зелёным светом. На экране чётко был виден силуэт движущейся ящерицы. Ромашкин, поймав животное в крестик оптического прицела, покрутил колесико резкости и нажал кнопку. Движения ящерицы замедлились. Ультразвуковой луч сделал своё дело: животное замерло в нескольких шагах от корабля. Но, к удивлению акустика, зверь замер только после пятого нажатия кнопки, в то время как земные животные умирали уже после второго нажатия. Ромашкин нажал ещё одну кнопку. В борту корабля открылся зияющий проём. Рядом выдвинулась небольшая трубка. Послышался свист, и небольшая стрела с тросом на конце вонзилась в тело ящерицы. Заработала лебёдка, и туша медленно поползла к проёму. Наконец ящерица была в корабле. С лязгом закрылась герметическая дверь.

Астролётчики подошли к животному. Над тушей склонились зоолог и геолог. Они долго изучали ящерицу, недоуменно поглядывая друг на друга. Наконец они выпрямились, и геолог произнёс:

— На этой планете в состав организма животных входит значительное количество кремния.

Геолог обратился к Ромашкину:

— Теперь вам понятно, почему ящерица умерла не сразу? У неё чрезвычайно крепкий организм.

Животное было водворено в холодильную камеру. Потом все разошлись отдыхать. Ночью Голубев, проводя астрономические наблюдения, отметил, что планета имеет шесть спутников. Непривычно было видеть на небе сразу шесть или пять лун.

На следующее утро, проснувшись и закусив, все решили: нужно планете дать имя. Предоставили слово Черсу:

— Здесь мы встречаем представителей мезозойской эры (эра средней жизни). Поэтому я предлагаю назвать эту планету Мезозоей.

— Согласны, — ответили астролётчики.

— Итак, имя открытой нами планеты — Мезозоя, — сказал, вставая, Половцев. — Теперь приступим к работе.

И астролётчики принялись готовиться к экспедиции в глубь планеты.

В одном из дальних отсеков послышался скрежет. Небольшая машина с надписью «Стрела» на гусеницах выползла из отсека. Открылась дверца. В «Стрелу» стали вносить продукты, приборы и оружие. Сама машина представляла собой веретенообразный стальной корпус. На корме находились шестнадцать атомных дюз, на носу — круглое отверстие. Внизу вделаны три гусеницы, защищенные броневыми листами. Машина могла путешествовать под водой (для этого были предназначены специальные дюзы), по грунту, могла сверлить скалы при помощи ультразвуковой пушки, находящейся в носовой части.

Скафандров не взяли, поскольку воздух годен для дыхания. Половцев, Волков, Огнев, Шевердин и Черс вошли в «Стрелу», дверца за ними медленно закрылась. Машина по слипу бесшумно выползла из корабля и двинулась в лес. Путешественники прильнули к иллюминаторам. Перед ними проплывали огромные стволы лиан, хвощей и папоротников.

Вскоре лес расступился, и машина выкатилась на большую поляну. Трава до полутора метров высотой покрывала её зелёным ковром. На середине поляны находилась небольшая каменистая лужайка. Словно из-под земли, возник огромный костяной купол, усаженный, шипами.

— Ура-а-а! — рявкнул Волков.

Аппарат осторожно двигался за животным. Зверь представлял собой гигантскую черепаху, до трёх метров высоты. Вообще, животное вряд ли можно было назвать именем земной черепахи. Шипы с виду казались безобидными обрубками, которые не могли причинить никакого вреда. Голову, высовывающуюся из-под панциря, венчали семь щупалец, длиной до шести метров. Сзади волочился длинный хвост, вооружённый шипами, похожими на острые ножи. Животное, по-видимому, было травоядным. Щупальца захватывали пучки травы и отправляли их в пасть, вооружённую режущими роговыми пластинами. Защёлкали фотоаппараты. Черепаха мирно паслась, когда неожиданно из чащи леса показалось около пятнадцати животных, похожих на земных мамонтов ледникового периода. Черепаха заметила их и, издав резкий свист, спряталась под панцирем. Астролётчики разглядывали пришельцев.

Длинный хобот извивался между огромными клыками, торчавшими изо рта. На голове находились два рога. Самый крупный мамонт (вероятно, вожак стада) бросился на черепаху. Но тут страшный хвост черепахи пришёл в движение — нападающий был отброшен ударом огромной силы. Это послужило сигналом для остальных. Мамонты бросились на помощь предводителю. Разыгралась кровавая битва лесных великанов. Мерно вздымался и опускался смертоносный хвост черепахи. Слышался рёв мамонтов, шипение щупалец, скрежет клыков и рогов. Вдруг вожак тяжело отшатнулся от черепахи. Тяжёлые шипы хвоста вонзились в живот мамонта, ручьи крови потекли из раны. Из находящихся на корпусе панциря шипов выбросились длинные белые нити и коснулись тела мамонта. Он странно изогнулся, потом дёрнулся, цвет шерсти и кожи резко изменился: из бурого стал фиолетовым. Мамонт взметнул к небу длинный хобот, как бы грозя кому-то, и рухнул на траву. Остальные мамонты бросились в лес и скрылись из вида. Но и черепаха была мертва: удары клыков раздробили ей голову. Машина подъехала к мёртвым чудовищам. Зоолог и ботаник подошли к мамонту. Осматривая животное, Волков увидел, что через ухо мамонта тянулся глубокий разрез с обожжёнными краями. Такой же разрез, но меньшего размера, находился на боку животного. Зоолог не придал этому большого значения и не сказал об этом товарищам. Потом он повернулся к черепахе. Случайно он прошёл мимо свисавших белых нитей и решил взять одну из них.

— Стойте!!! — закричал Огнев. — Это электричес… — Но он не успел закончить.

Зоолог уже дотронулся до стрекальной нити и, вскрикнув, упал на землю.

— Сюда! Сюда! — закричал Черс, бросаясь к Волкову.

Быстро оттащив зоолога, он вместе с Огневым перенёс его на «Стрелу».

— Давайте сделаем ему искусственное дыхание, — предложил Половцев.

Огнев и Шевердин принялись спасать товарища. Наконец Волков открыл глаза.

— Животных уложили в холодильные камеры? Сфотографировали? — были его первые слова.

— Всё сделаем, — ответил Половцев.

Волков облегчённо вздохнул. Зоолога отнесли в госпитальный отсек. Ботаник стал за ним ухаживать. К вечеру зоолог окончательно оправился.

Ночью Половцеву не спалось. Он подошёл к иллюминатору и задумался. Сзади послышались шаги. Подошел Волков: ему тоже не спалось.

— Знаете, Валерий Павлович, — обратился зоолог к Половцеву, — я сегодня видел странную вещь! У мамонта оказались разрезанными ухо и бок. Но, по-моему, это сделано не зубом или рогом животного: края разрезов обожжены.

— Странно, — согласился Половцев. Несколько минут они стояли молча.

— Смотрите! — шепнул пилот зоологу.

В темноте леса блеснул луч света. Зоолог, который отлично видел ночью, заметил, что в темноте движется фигура, похожая на человека. Кто-то зажёг фонарь. Луч направился к мёртвым чудовищам, побродил немного около них и постепенно углубился в лес. Там вспыхнул второй луч, потом оба исчезли из вида. Поражённые астролётчики долго всматривались в темноту, пока перед глазами не поплыли цветные круги. Половцев потёр виски. Кто бы это мог быть? Ведь все астролётчики спали. Может быть, это какое-нибудь светящееся животное? Но зоолог утверждал, что явственно видел фигуру человека. В глубоком молчании Половцев и Волков разошлись по отсекам.

Утром решили разрядить электрические нити черепахи. К деревянной ручке привязали длинный стальной прут и на почтительном расстоянии поднесли его к стрекальным нитям. Раздался треск. Огромные искры, до метра длиной, проскакивали между прутом и нитями. Постепенно искры становились слабее и слабее, пока не исчезли совсем. Теперь можно было без опасения исследовать животное. У черепахи отрубили несколько щупалец и стрекальных нитей. Мамонт лишился клыков и хобота. Всё это поместили в холодильные камеры. После этой операции пустились в обратный путь.

Вспоминая события минувшей ночи, Половцев сказал:

— Разрешите напомнить вам одну весьма странную и необъяснимую трагедию, разыгравшуюся на Земле миллионы лет назад, ещё в мезозойской эре. Однажды наши археологи напали на настоящее кладбище мёртвых ящеров. И, странное дело, среди гигантских костей трицератопса был найден череп человека. Когда это открытие было опубликовано в газетах, весь мир взволновался. Сотни догадок и предположений высказывали учёные. Но только одно из них казалось близким к истине. Это — предположение академика Шатрова о том, что на одной из неизвестных планет существовала жизнь, которая по своему развитию была выше земной. Существа, похожие на человека, вероятно, обладали атомной энергией и благодаря этому побывали на Земле. Были они на нашей планете недолго, всего несколько лет, не больше, а потом улетели обратно. Может быть, мы разгадаем эту загадку! — с таинственным и задумчивым видом закончил Половцев.

Утром из-за деревьев показался «Космос». Около него ходили какие-то животные. Они грозно рычали и огромными хвостами били по обшивке корабля.

— Цератозавры! Чудовища не пропустят нас на корабль добровольно.

— Однако странно, почему оставшиеся на «Космосе» астролётчики не откроют по ним огонь? — заметил подошедший Шевердин.

Но, видно, цератозаврам надоело без толку бить хвостами по обшивке, и они с рёвом удалились. Машина подъехала к кораблю.

— Дверь открыта!!! — вскрикнул Шевердин. Путешественники выскочили из аппарата и, не думая об опасности, вбежали в «Космос».

В корабле никого не было…

Похищение

После отъезда товарищей оставшиеся на корабле астролётчики принялись за сооружение астрономической площадки. Надо было иметь дело с опасными веществами, поэтому работали в прочных свинцовых скафандрах. Из «Космоса» вывезли прозрачный пластмассовый колпак с находившимися в нём приборами и аппаратами. Вокруг колпака в грунт вбили металлические опоры, на которых висели оголённые провода, находившиеся под высоким электрическим напряжением. Принялись за самое главное — установку телефотоскопа. Потом взялись за нацепку второй очереди проводов. Этим занимался акустик Ромашкин. Он потребовал, чтобы на скафандрах не осталось ни одной металлической вещи, которая соприкасалась бы с телом. Были сняты и пистолеты, так как при прикосновении провода к стали ток мог убить человека.

Оглянувшись на чащу леса, Херсонов вздрогнул и сделал непроизвольный шаг. Ноги сами несли его в чащу. За Херсоновым, медленно ступая, пошли остальные астролётчики. В глубине леса вырисовывались фигуры странных животных, уставившихся на людей немигающими огромными глазами. «Животные обладают магнитным гипнозом», — была последняя мысль Херсонова. Он почувствовал, будто тысячи иголок вонзились в его тело. Словно змея обвилась вокруг скафандра и потащила пилота в лес. Он потерял сознание…

Ошеломлённые странным исчезновением своих товарищей, возвратившиеся путешественники долго не могли ничего предпринять. Наконец Шевердин предложил:

— Что, если осмотреть местность, прилегающую к кораблю, и поискать следы?

Они увидели недостроенную астрономическую площадку, оголённые провода и пистолеты. Вокруг площадки весь песок истоптан. Была видна цепочка следов, ведущая в лес. В зарослях папоротника увидели следы огромных животных. Между ног — след очень длинного хвоста.

— Всё понятно! Эти животные утащили наших товарищей! — с горечью воскликнул Огнев.

— Смогут ли скафандры противостоять зубам и клыкам животных? — спросил Черс у Половцева.

Тот пожал плечами:

— Надо отправляться на поиски. Шевердин останется.

Ухающая и пышущая жаром машина неслась с предельной скоростью.

— Боюсь, что мы опоздаем. Следы уже двухдневной давности, — заметил Волков.

Вдруг лес кончился, и машина, скрежеща гусеницами по камням, вылетела на поляну. На кусте белела бумажка. Половцев вышел из аппарата и взял её. На ней было написано: «Захвачены животными, обладающими магнитным гипнозом. Остерегайтесь!».

Через несколько минут услышали позывные Херсонова. Машина помчалась дальше. Вдали показалась огромная пещера, в которой скрылись гипнозвери. Машина остановилась у пещеры, взметнув гусеницами комья грунта. Начали готовиться к нападению. Откинулся небольшой металлический чехол, открывший блестящий колпак ультразвуковой пушки. Астролётчики, как говорят, вооружённые «до зубов», один за другим выходили из машины и цепочкой ползли к отверстию пещеры. Половцев заглянул в пещеру. На заваленном костями полу тускло блестели скафандры их товарищей. Вокруг столпились гипнозвери. Это были животные колоссальных размеров. На огромной голове восьмигранные глаза, до метра в диаметре, поблёскивали жутким блеском. Туловище оканчивалось длинным хвостом. Густая шерсть, жёлтая с чёрными полосами, свисая, закрывала ноги. Большие пасти, усаженные острыми загнутыми назад зубами, были полуоткрыты.

На них направили чёрные дула пистолетов. Послышался лязг предохранителей. По пещере прокатился грохот. Свистящие струи атомного пламени валили на камни окровавленных животных. В пещеру устремились астролётчики. К машине тащили спасённых.

Герметическая дверь «Стрелы» захлопнулась. Машина, дав задний ход, исчезла в зарослях астерохулона. Из пещеры валили густые клубы едкого дыма. То здесь, то там появлялись языки огня, жадно пожиравшего сухую подстилку. Гипнозвери в смятении понеслись в горы и скрылись за скалами.

После происшествия с гипнозверями спасённые астролётчики долго болели. Голубев, имевший специальность врача, отозвал в сторону Половцева и сказал:

— У Железнякова от ударов о камни произошли нарушения в черепной коробке. За последствия я не ручаюсь. Сейчас он поправится, но не выдержит взлётного толчка. Медицина пока бессильна против этого.

Дав окончательно отдохнуть своим товарищам, пилот и астролётчики стали готовиться к дальнейшей разведке планеты. По наблюдениям астронома, Мезозоя каждый год на семь месяцев так близко приближается к светилу, что на планете всё заливается ослепительным сиянием. Половцев заметно волновался. Кто может, поручиться, что во время наступления этих дней на планете не появятся новые, ещё более страшные существа!

Через некоторое время экспедиция была подготовлена. К «Стреле» присоединился ещё один аппарат — «Неизвестный», намного крупнее «Стрелы». Он был снабжен мощным буравом, при помощи которого машина могла без особых трудностей сверлить скалы даже на дне океана и проходить сквозь них, как иголка сквозь шарик из пластилина.

У основания бурава — небольшая выпуклость, сделанная из прозрачного, но вместе с тем прочного сплава, это кабина для наблюдателя. В машины, выведенные на грунт, один за другим входили люди, сгибавшиеся под тяжестью приборов и инструментов. Через несколько часов погрузка была закончена. Астролётчики буквально валились с ног от усталости.

На «Космосе» по приказу Половцева остался химик Шевердин. Прощаясь с ним, никто не подозревал, что видит его в последний раз. Несчастному не суждено было остаться в живых.

Земля

«Стрела» и «Неизвестный» постепенно выходили из зоны тропических лесов. Всё чаще и чаще встречались мрачные и голые скалы, лишённые всякой растительности. Выехали на каменистую, обрамлённую со всех сторон высочайшими скалами долину. Все замерли при виде странного вида, открывшегося путешественникам… Скалы были окрашены в ярко-голубой цвет. Высоко в небо вздымались два пика, состоявшие из чёрной породы с крупными жилами голубого камня. Волков вопросительно посмотрел на геолога.

— Осмотрим скалы? — спросил он.

— Сию минуту! — заторопился геолог, надевая скафандр.

Отворилась дверца, и Огнев соскользнул на грунт. Он быстро подошёл к скале и, отбив несколько кусков руды, спрятал их в ящичек для образцов. Вдруг из-за угрюмых облаков выглянуло солнце, и скалы озарились мертвенно холодным светом. Облака тоже засветились зеленовато-голубым огнём. Геолог вскрикнул и, закрыв рукой смотровую щель в шлеме, упал на камни. Волков, прикрывая глаза, выполз из «Неизвестного» и втащил геолога в машину. В это время скалы то и дело вспыхивали режущим глаза светом. Вдруг серая тень наползла на горы и закрыла солнце. Свечение прекратилось. Небо вновь покрылось волнующимися клубами облаков. Вдруг Половцев вскрикнул и вытянул руки вперед — он ничего не видел. С остальными было то же самое. Молчание нарушил зоолог.

— Гм! — буркнул он. — Сто чертей! На этой планете творится чёрт знает что, особенно у этих скал. Ну, Голубев, выручайте!

Ответа не последовало, так как и сам астроном также ничего не видел. Зоолог, спотыкаясь о различные предметы, поплёлся в другой отсек.

— Товарищи!!! — раздался радостный крик Голубева. — Я вижу! — заявил он. — Вероятно, слепота пройдёт через некоторое время у всех.

Это предположение оправдалось. Когда ко всем вернулась способность различать окружающие предметы, стали решать вопрос о происхождении странного света.

— Наверное, свет солнца, падая на скалы, отражается от них и ослепляет, — дал своё разъяснение Черс.

— Нет! — возразил Ромашкин. — В воздухе, окружающем скалы, содержится огромное количество тончайшей пыли и испарений. Когда сквозь облака пробивается солнце, газы и пыль начинают светиться.

— Надо скорее уходить от этих скал, — сказал Половцев. — Скорее, пока не выглянуло солнце!

Машины были уже далеко от скал, когда впереди показалась блестящая яркая точка. Увеличили скорость. Постепенно точка приняла вид звездолёта, очень похожего на земной. Он казался мёртвым. Ни одного огонька не было в открытых иллюминаторах. Ни одной живой души не виднелось вокруг. «Стрела» и «Неизвестный», тихо шелестя гусеницами, подъехали к звездолёту. Пять отлично вооружённых людей осторожно пошли к кораблю. Он имел примерно около 55 метров в высоту. Старые, обшарпанные бока говорили о длинном и опасном пути, проделанном звездолётом, прежде чем он попал на эту планету.

На борту было выведено название корабля — «ЗЕМЛЯ». Половцев вспомнил историю этого корабля, исчезнувшего так же таинственно, как и другие, проходившие через область Млечного пути.

— Товарищи! Перед нами корабль, название которого не забудет ни один астролётчик. Нам остаётся до конца разгадать тайну этого звездолёта. Зайдёмте внутрь.

Медленно поднимались астролётчики по вздрагивавшей под ногами лесенке. В корабле было тихо. На машинах, приборах и аппаратах лежал толстый слой пыли. Вот и центральный пост управления… Астролётчики опустились на колени при виде открывшегося зрелища. У открытых амбразур и выбитых иллюминаторов в самых различных позах лежали скелеты людей. Видимо, здесь шла борьба с какими-то животными. Вдруг суровую тишину распорол лязг выстрела. Зоолог, едва успев уклониться от второй пули, разбившей ему антенну на шлеме, бросился в аппаратную. Послышались возня, глухие удары, приглушённый стон.

— Сюда, скорее! — раздался голос Волкова.

Астролётчики вбежали в аппаратную. На полу лежал полуголый человек, на нём верхом сидел Волков. Человек, глухо застонал.

— Кто вы? — спросил у него Черс.

Человек, видимо, силился что-то сказать, но вместо слов у него из груди вырвались хриплые звуки. Волков еле смог разобрать: «Есть! Хлеба! Воды!» Огнев и Черс побежали к машинам и принесли целую груду провизии. Неизвестный, как волк, набросился на еду. Насытившись, он опять попробовал заговорить, но уже более внятно, чем в первый раз.

— Что случилось у вас на корабле? — спросил Волков.

— Осьминоги! — прошептал человек.

— Объясните подробнее! — сказал Херсонов.

— Мы возвращались на Землю с важнейшими материалами об изученных планетах и звёздах. Чтобы сократить путь в пространстве, мы направили «Землю» через эту неисследованную область. Нас было шестеро: пилот Мелюзгин, акустик Яичкин, штурман Глухарев, второй пилот Очковиков, я — ботаник Горошков — и наш метеоролог Жмарина. Это была единственная женщина в экипаже. Мы были притянуты светилом и были вынуждены приземлиться на этой планете. Сначала я и мои товарищи не теряли надежды возвратиться на Землю, но потом, по подсчётам пилота и акустика, стало ясно, что наши бетатроны не смогут выдержать страшного напряжения, необходимого для преодоления притяжения светила. Тогда мы решили послать сигнал бедствия. Надеялись, что с Земли пришлют звездолёт с более мощными моторами и снимут нас с этой планеты. Тут стали происходить странные явления. С каждым днём солнце на небе становилось всё ярче и ярче. Всё вокруг заливалось ослепительным: светом. Период этих дней, по подсчётам Очковикова, должен был длиться около шести-семи месяцев. Природа замирала, животные и птицы исчезали, травы и злаки выгорали дотла. Часто вспыхивали пожары. Работы пришлось прекратить.

Однажды на наш корабль напали страшные животные. Во время нападения всё вокруг заливалось ослепительным светом. Слышался лязг и свист. То здесь, то там возникали огромные силуэты чудовищ. Они очень походили на осьминогов. Из-под купола, покрытого шерстью, свисали щупальца. Их было восемь. Лязг издавали челюсти и клешни, похожие на клешни краба. Загрохотали выстрелы. Это стреляли из портативного пулемёта Мелюзгин и Глухарев. Они выпускали ленту за лентой. Жмарина бросилась ко мне, но, не успев сделать и пяти шагов, упала на пол. Перед моими глазами поплыли красные круги, и я, теряя сознание, видел падавших людей.

Через несколько часов я очнулся. Вспомнив вчерашнюю трагедию, я почувствовал, что у меня по спине побежали мурашки. С трудом я поднялся и неверными шагами вышел из отсека, в котором пролежал всё это время. На центральном посту управления я увидел картину, которую не смогу забыть. Вы видели эту картину.

Помещение, где я находился, было сделано из плит с прослойками бетона. Сюда мы прятались, чтобы оградить себя от убийственных излучений. Излучение, от которого умерли мои товарищи, задерживалось бетоном, и только благодаря этому я остался жив. Началась моя скитальческая и полная опасностей жизнь. Продуктов, оставшихся на корабле, хватило на четыре года. Часть из них испортилась. Пришлось питаться растениями и мясом животных, которых мне удавалось убить. Во время наступления ослепительных дней я забирался в спасительную комнату, предварительно набрав побольше растений и мяса. Так прошло десять лет. Однажды я услышал шорох шагов и осторожно выглянул в аппаратную. Там была группа людей. Да! Да! Людей. Услышав шорох, один из них оглянулся и мгновенно скрылся за дверью. За ним бесшумно, как привидения, скользнули остальные. Я бросился к иллюминатору и увидел быстро удалявшиеся фигуры. Их было четверо. Тускло блестевшие скафандры или что-то похожее на скафандры исчезли в темноте.

У зоолога перехватило дух. Он переглянулся с Половцевым. Остальные были озадачены не меньше Волкова и пилота.

— Я долго не мог прийти в себя от изумления. Потом я решил, что неплохо было бы ещё раз повидать их, но они больше не появлялись. Сегодня я услышал шаги. Мне почудилось, что это какие-нибудь звери, забравшиеся на корабль, и поэтому выстрелил два раза. Надеюсь, вы простите мне этот проступок?

— Конечно! Конечно! — горячо заговорили астролётчики.

Вдруг Волков так стукнул Половцева в бок железной перчаткой, что у пилота захватило дух. Удивлённо посмотрев на зоолога, тот увидел, что Волков косит глазами в сторону иллюминатора. Половцев посмотрел туда и вздрогнул: прямо на него в упор пристально смотрели глаза… человека в шлеме странной конструкции. Человек, смотрящий в окно, не подозревал, что его увидели. Выбрав момент. Половцев стрелой метнулся к двери. За ним бросились остальные. Половцев, Пискунов и Волков навалились на незнакомца. Но он далеко отшвырнул всех одним движением руки и на столбах пламени исчез в облаках.

…В сейфе корабля астролётчики обнаружили пожелтевшие бумаги, киноплёнки, различные эскизы, наброски, сделанные карандашом, фотографии и всевозможные свёртки. Огнев наугад взял одну из фотографий. Вдруг он вскрикнул от удивления. На фотографии был запёчатлён… звездолёт, но какой!!! Нет! Огнев не мог ошибиться! На жёлтой фотографии, покрытой чёрными пятнами, с потрёпанными краями, был изображён звездолёт, который встретился «Космосу» еще во время полёта к Мезозое. Три веретенообразных цилиндра соединялись между собой толстыми соединениями (трубами, в которых, вероятно, были проложены пути сообщения). На концах цилиндров находились дюзовые кольца, из которых вырывались столбы пламени. На самом большом «веретене» геолог насчитал около тридцати двух вытянутых дюз, и это только с видимой стороны. Чуть выше была, выведена какая-то неразборчивая надпись. Хотя её и невозможно было прочитать, было ясно, что это не земной язык. Больше Огнев ничего не мог рассмотреть. Геолог поспешно подозвал Пискунова и показал ему фотографию. Штурман только свистнул и почесал затылок, что означало крайнее недоумение. Не говоря ни слова, Пискунов положил фотографию обратно в сейф и, взвалив, его себе на спину, направился к машинам.

Половцев и зоолог никак не могли найти ответы на мучившие их вопросы. Откуда мог взяться необыкновенный звездолет, встреченный «Космосом» в полёте? А снимок звездолета в сейфе «Земли»? И люди, побывавшие на «Земле» ещё до прихода астролетчиков? И, наконец, откуда взялся человек, которого пилот, зоолог и штурман чуть было не поймали? Что всё это означает? Волков тоже всё время строил догадки и предположения, но оба приходили к одному и тому же выводу: «Это чужая жизнь. Этот странный звездолёт был, на Мезозое, и вполне возможно, что он и сейчас находится на ней»!

«Стрела» и «Неизвестный», быстро продвигались на восток. Через некоторое время командир корабля вошёл в отсек и громко сказал: «Море!» Астролётчики бросились к иллюминаторам. Перед самым носом машины плескалось море. После мрачных доисторических лесов было особенно приятно взглянуть на ласкающую глаз воду. Вдруг в герметически закрытую кабину проник нарастающий рёв и скрежет. Астролётчики переглянулись. Поверхность моря была гладкой, как стекло. Но шум приближался. На горизонте показалась тёмная точка. Она с непостижимой быстротой росла. Через несколько мгновений стало ясно, что эта точка представляла собой аппарат, построенный руками разумных, существ. Он походил на веретено. Два ослепительно белых кипящих буруна, покрытые клокочущей пеной, разбегались от носа аппарата. Неизвестная машина, словно гигантский нож, вспарывала тихую поверхность воды. За кормой то и дело вырастал столб голубоватого пламени. Со страшным рёвом и грохотом аппарат, не снижая скорости, вылетел на берег и, промчавшись мимо стоявших за валунами машин, врезался в лес. Половцев круто развернул «Неизвестный» и повёл его за исчезнувшим в лесу кораблём. В нескольких метрах от «Неизвестного» шла «Стрела». По обеим сторонам от машин тянулись мрачные, обугленные деревья. Всё было испепелено, в буквальном смысле этого слова. Машины шли около полутора часов.

Вдруг астролётчики подались вперёд. На выжженной дотла поляне среди обломков деревьев они увидели загадочный звездолёт, который они встретили ещё во время полёта. «Неизвестный», взвизгнув гусеницами, остановился.

«Квелл»

Минут пятнадцать астролётчики рассматривали звездолёт. Он имел точно такие же очертания; как и на фотографии, найденной в секретном сейфе на «Земле». На самом большом цилиндре была начертана непонятная надпись. Звездолёт был окрашен в ярко-белый цвет.

— Приготовиться к выходу! — раздался громкий голос Половцева. — Надеть скафандры! Проверить оружие и кислородные приборы.

Астролётчики с пистолетами в руках медленно и осторожно двинулись к кораблю. Вдруг они остановились как вкопанные. Из звездолёта навстречу шли люди неизвестной планеты. Их было шестеро. Астролётчики с тревогой рассматривали неизвестных людей. Они были среднего роста. Их громадные головы расширены кверху. Рог клювообразной формы, вместо носа — треугольная ямка. Особенно поразили астролётчиков глаза, которые, казалось, излучали какой-то особенный свет, пронизывающий до костей. Посередине группы стоял видимо, начальник звездолёта.

Люди были похожи на средневековых рыцарей, закованных в латы. На плечах находились коробочки странного вида, с прорезями у основания. Чуть ниже вмонтированы два прожекторных фонаря. Грудь охвачена листами из металла, отливающего свинцовым блеском. На листах болталась коробка с тремя вделанными в неё трубками. Руки незнакомцев лежали на массивных пистолетах. Бёдра и ноги защищали металлические листы. Самым странным предметом во всей одежде были две трубы, отходившие от бёдер. Волков наклонился к Половцеву и пробормотал: «А трубы похожи на дюзы!» Пилот в знак согласия только кивнул головой. Наконец тот, кого приняли за начальника, разжал губы. Тут только астролётчики заметили, что голова человека тоже была в шлеме, сделанном из прозрачного материала. Послышался чистый голос. Звуки речи были отрывисты и кратки. Речь была произнесена на незнакомом языке. Конечно, никто из астролётчиков ничего не понял. Человек повторил своё обращение. Половцев ответил: «Мы люди с Земли! Земля!»

Человек ничего не сказал, но повернулся и сделал астролётчикам знак рукой, чтобы они шли к кораблю. Астролётчики посовещались и решили побывать на корабле. Они медленно поднялись по лесенке в звездолёт. Но тут их втолкнули в камеру и закрыли за ними дверь. Астролётчики от неожиданности несколько минут стояли неподвижно. Черс, опомнившись, толкнул дверь, но она была заперта. Волков, недолго думая, вынул пистолет и направил его на дверь, но пилот выбил оружие у него из рук: «Оружие мы сможем пустить в ход в любой момент. Не надо осложнять положение».

Прошло несколько часов. Внезапно дверь растворилась, и в камеру вошел один из незнакомцев. Он молча показал рукой на открытый выход и повёл астролётчиков путаными коридорами, в глубь корабля. Вдруг тесные стены расступились, и астролётчики вошли в светлый отсек. Посреди него стоял длинный стол, за которым сидело восемь человек. Все встали. Половцев протянул командиру руку. Тот, недоумевая, взял её, но что делать дальше, видимо, не знал. Пилот крепко пожал её. Широкое лицо командира расплылось в улыбке. Из этого нилот сделал вывод, что на незнакомой планете не было обычая здороваться за руку. Командир обвел рукой отсек и сказал: «Квелл!» Астролётчики поняли, что корабль, на который они попали, называется «Квелл». Подошли к одной из развешанных по стенам звёздных карт. Половцев стал искать солнечную систему, в которой находилась наша Земля. Он не нашёл её на карте и подошёл к другой. Наконец он заметил знакомое расположение звёзд и отыскал солнечную систему. Каково же было его удивление, когда он увидел, что Земля была обведена карандашом. Он показал пальцем, на кружочек. Незнакомцы заволновались. Они вскочили с мест, и, стали разглядывать этот кусок карты с величайшим вниманием. Они оживлённо переговаривались между, собой, тыча пальцами в кружочек.

Астролётчиков проводили в отсек. Они сняли скафандры и легли спать. И никто не видел, что из отверстия в потолке повалили клубы какого-то газа и окончательно усыпили астролётчиков. Теперь перенесёмся в отсек, где собрались незнакомцы, и предположим, что мы знаем их язык. Послушаем, о чём они говорят. Все восемь сидели за длинным столом и оживлённо переговаривались между собой. Мы забыли представить их читателю: Лек, Рек, Жлик, Мил, Дап, Кер, Клиж и Рас. Первыми заговорили Лек и Рек:

— Давайте увезём их на Эккию. Ведь они даже не проснутся.

Все молчали. Клиж отрицательно покачал головой:

— Я решительно против. Мы пригласили их на «Квелл» не для того, чтобы продемонстрировать перед ними наше превосходство. Зачем увозить их к себе?

Пристыжённые Лек и Рек молчали. Клиж продолжал:

— Мы ничего плохого им не сделаем. Наоборот. Мы покажем им наши приборы, дадим чертежи наших машин и аппаратов. Они выучат наш язык. И наконец, мы предложим им на корабле новой конструкции посетить нашу планету — Эккию. Я думаю, что все будут согласны с таким решением?

— Все! — последовал дружный ответ.

Тут заговорил Мил:

— Пожалуй, надо разбудить людей с Земли. Эй, Кер! Выпусти газ!

С лёгким шипением бесцветный газ медленно стал уходить в отверстия. Астролётчики один за другим стали просыпаться. Все чувствовали себя превосходно, как будто проспали несколько суток. Скоро пришёл «учитель на тонких ножках», — так назвал Волков квелловца, который собрался учить их своему языку. Учитель был в самом деле на тонких ножках, и, когда он ходил, было удивительно, как они у него не сломаются. Начался «урок». Квелловец указывал рукой на разные предметы и называл их. Мы избавим читателя от длиннейшего и скучнейшего описания урока, за который астролётчики вызубрили названия нескольких предметов и глаголов. Всё шло, как по маслу. «Учитель» был доволен.

Утром урок повторился снова. Волков оказался самым прилежным учеником. Да и вообще, новый язык не отличался трудным произношением и слова запоминались почти моментально. Пока квелловец занимался с астролётчиками, в главном отсеке квелловцы передавали на родную планету сообщение о прибытии землян. Скоро в отсек к астролётчикам зашел Рек. Он сделал красноречивый знак рукой и повёл их в общий отсек.

Да, мы совсем забыли сообщить о пище. Пища была странная, но это вполне понятно. Подали голубоватое масло в высоких квадратных тарелках. Масло высасывали через тонкие трубочки. Это было довольно нудное занятие. Отдохнув, астролётчики вместе с Клижем и Леком пошли по кораблю, который поражал на каждом шагу своим совершенством. Сначала решили зайти в машинное отделение. Астролётчики были поражены мощью техники, так далеко шагнувшей за 70 миллионов лет. (Мы не сообщили читателю о причинах, почему упомянули число — 70 миллионов. Просим запастись терпением и послушать дальнейшее повествование, в котором раскроется тайна 70). Множество пультов и аппаратов, хитроумные сплетения газопроводных труб, рукоятки; кнопки — всё это двигалось, свистело, кругом мигали красные и зелёные лампочки, по одному движению руки квелловца поднимались и опускались тяжёлые заслоны, сделанные из неизвестного астролётчикам металла. Как зачарованные, смотрели путешественники на эти приборы. На стене висели чертежи звездолёта, сделанные на металле. Наряду с известными аппаратами в корабле находились приборы, назначение которых астролётчики, как ни ломали голову, не могли понять. Больше всего их интересовало горючее. Половцев повернулся к Жлику и знаками дал ему понять, что их интересует горючее, на котором работают реакторы «Квелла». Тот подумал, как бы взвешивая, можно ли открыть им тайну изготовления горючего, и сделал знак, который обозначал, чтобы астролётчики следовали за ним. Вошли в обширную камеру, где вместо стен были огромные баки с горючим. Жлик подошёл к одному из баков и произвёл какие-то приготовления. Потом он подозвал гостей.

В стенку бака были вделаны трубки из прозрачного сплава, напоминавшие водомерное стекло в стенке парового котла. Трубки медленно заполнялись жидкостью. Астролётчики увидели, что горючее имеет голубоватый цвет с чёрными разводами. Жлик повернул рукоятку, и жидкость стала медленно втягиваться в бак. Черс спросил, из какого минерала изготовляется горючее. Жлик порылся в сумке, висевшей у него через плечо, и вытащил из неё обломок какого-то камня. Это было не что иное, как обломок скалы, которая ослепляла лётчиков. Половцев повернулся к Волкову и сказал:

— Будьте добры, достаньте мне тот камень от скалы.

Зоолог вытащил из сумки камень. Жлик еле сдержал радостный крик и принялся жадно осматривать камень, как будто это было драгоценнейшее сокровище. Он бросился к пульту и поднял тревогу. В отделение ворвались квелловцы. Лица были встревожены.

Жлик начал им что-то объяснять. Он приплясывал на месте от возбуждения и, захлёбываясь, говорил, говорил, говорил. Когда Жлик закончил, камера содрогнулась от оглушительных криков. Выяснилось, что из этого камня готовят горючее, но камень почти не встречается в природе.

— Тысячи лет мы и наши предки искали залежи этого камня, но находили его в ничтожных количествах. За последние пять лет мы нашли только 2 килограмма. Скажите, где вы отыскали камень, велики ли его залежи и далеко ли они находятся? — спросил Жлик.

Половцев рассказал, и снова последовал бурный порыв радости. Квелловцы решили поехать к скалам и запастись этим минералом. Половцев мимоходом спросил у Кера, как называется камень, который возбудил такой интерес со стороны квелловцев.

— Эрн! — крикнул им на ходу Кер.

На «Квелле» развилась лихорадочная деятельность. Из звездолёта то и дело, выскакивали квелловцы, неся к планетоходу различные приборы, катушки с кабелями, большие батареи. Через несколько часов планетоход отправился в путь.

Аппарат с большой скоростью шёл по следу «Стрелы» и «Неизвестного». Впереди расстилалась равнина, покрытая лесом. К вечеру показались скалы. К счастью, солнце было закрыто тяжёлой пеленой облаков, и поэтому путешественникам не грозила опасность ослепнуть. Люди принялись за работу. Когда скала была взорвана, пустили в ход зубчатый конвейер. Он начал захватывать камни и сгружать их в камеру. Чтобы никому не было обидно, добытые общим трудом камни разделили пополам. Скоро аппарат был у «Квелла».

Все дни астролётчики проводили на «Квелле». Они не теряли времени даром: изучали машины, аппаратуру, язык. Однажды вечером астролётчики и квелловцы собрались в главном отсеке. Черс как бы невзначай спросил у Мила:

— Вам незнакома эта фотография? — И протянул фотографию черепа человека, придавленного скелетом гигантского ящера.

Это было всё, что осталось от катастрофы, происшедшей на Земле 70 миллионов лет назад. Эти останки были найдены палеонтологами в мезозойских отложениях. Теперь читателю должно быть понятно, почему астролётчикам в голову пришла цифра 70. Если эти люди ещё 70 миллионов лет назад уже знали, как пользоваться атомной энергией, то ничего не было удивительного, что астролётчики увидели на «Квелле» технику, куда более совершенную, чем на Земле. Путешественники таили предположение, что предки квелловцев побывали на Земле в то время когда на нашей планете царила мезозойская эра, и что земляне нашли череп человека с Эккии. Если Мил признает снимок, значит — это предположение верно. Между тем Мил посмотрел фотографию и, вернув её астролётчикам, отрицательно покачал головой. Но в это время со стула поднялся Жлик и, едва взглянув на снимок, вскричал:

— Да это череп человека, который прибыл на Землю с нашей родной планеты! Это случилось 20 секаров тому назад.

— Или 70 миллионов лет по-нашему, — вставил Железняков.

— Расскажите, пожалуйста, об этом путешествии.

Клиж хмуро усмехнулся.

— В том-то и дело, что мы сами не очень знаем эту историю. Она была в своё время записана со слов оставшихся в живых путешественников, но эти архивы не дошли до нашего времени. Расскажем кратко. 20 секаров назад наши предки так же, как и мы, искали камень эрн. Наши корабли бороздили Вселенную по всем направлениям. Уже не одна планета была обыскана вдоль и поперёк. Но всё же, несмотря на старания наших людей, камня находили всё меньше и меньше. Однажды один из звездолётов попал на вашу Землю. (Квелловец с трудом выговаривал это название). Решили поискать здесь ценный камень. В то время планета была заселена страшными чудовищами. Один из изыскателей поплатился жизнью. К сожалению, на Земле тогда нашли всего около 7 килограммов эрна. Вот и вся история.

Некоторое время все молчали.

— Мы прибыли на эту планету почти в одно время, — продолжал Клиж. — Мы, кажется, встретились ещё в полёте. Не так ли? Потом мы следили за вами. Вероятно, кто-нибудь из вас заметил ночью луч фонаря около чудовищ после битвы на лесной поляне?

Пилот и зоолог переглянулись.

— Дальше мы встретились на «Земле». Кто-то из вас пытался поймать меня, но это не удалось, так как у меня была под рукой техника. Мы забыли вам показать скафандры новой конструкции, при помощи которых я ускользнул от вас. Идёмте, я сейчас покажу.

Астролётчики встали и один за другим вышли, в длинный коридор. Клиж провёл их в воздушную камеру, где в нишах висели странные, на первый взгляд, скафандры. Астролётчики осматривали их со всех сторон, мяли в руках податливый материал, из которого были сделаны рукава и нагрудник. Мы уже описывали внешний вид скафандров. Добавим, что трубы, которые видели астролётчики на бёдрах квелловцев, были самыми настоящими дюзами, при помощи которых люди, надевшие скафандры, могли передвигаться по воздуху с очень большой скоростью (до 300 метров в секунду). Астролётчики облачились в скафандры и нашли их очень удобными. В сопровождении Река и Кера долго носились в воздухе, проделывая фигуры высшего пилотажа, которым позавидовал бы сам Нестеров. Управление скафандрами было чрезвычайно легко и не представляло никаких трудностей. На «Квелл» вернулись очень уставшими. Снова собрались в главном отсеке. Жлик предложил астролётчикам, как только они смогут по чертежам построить звездолёт новой конструкции, прилететь на Эккию. Или, вернее, лучше будет, если сначала квелловцы прилетят на Землю, а оттуда уже, вместе, полетят на Эккию. Предложение было принято единогласно.

Утро. Центральный пост управления. Экипажи «Квелла» и «Космоса» выстроились друг против друга. Астролётчики возвращались на «Космос». Хотя они были на «Квелле» всего несколько недель, но за это время успели крепко подружиться с квелловцами. Наступила торжественная минута. Из машинного отделения выехал планетоход, подаренный квелловцами землянам. Из камеры, где хранилось горючее, на транспортёре выползли два резервных бака с горючим. Оба резервуара были погружены в планетоход. Жлик подошёл к Половцеву:

— Соблюдайте огромную осторожность. Малейший толчок — и…

Пилот понимающе кивнул:

— Понятно. Все будет в порядке.

Астролётчики крепко пожали руки квелловцам и пошли к машинам. В воздухе прогремел прощальный салют. Аппараты с планетоходом на буксире стали медленно отходить от «Квелла».

Возвращение

Через четыре дня аппараты оказались у «Космоса». Радость возвращения была заглушена чувством жгучей тревоги за своего товарища… Что случилось с Шевердиным? Почему он не открывает слип для машин? Оставался единственный выход: проникнуть в корабль через открытый иллюминатор, в который мог пролезть человек. Несколько раз просвистела, тонкая петля асбестового каната, пока не обвилась вокруг рожка, находившегося над самым иллюминатором. Горошков, Черс и Волков быстро вскарабкались по канату и один за другим исчезли в корабле.

Трос астролетчиков оказались на центральном посту управления. Шевердина не было.

Волков осмотрел почти весь корабль. Оставался госпитальный отсек. Взгляд зоолога остановился на неподвижном теле. Волков бросился к химику. Тот был мёртв… В руке он сжимал холодную сталь пистолета.

Внизу послышался топот многих ног. Через несколько минут в отсек ворвались астролётчики, но, увидев неподвижного Шевердина, остановились как вкопанные.

…Восьмое марта 2020 года. Астролётчики в последний раз взглянули в иллюминаторы, прощаясь с планетой, взявшей у них одну человеческую жизнь. Затем все уселись в кресла и зашнуровали ремни. Половцев нажал кнопку синхрофазотронов. Мелкая дрожь пронизала корабль. Ровный гул стоял за кормой. Внезапно он перешёл в грохот. «Космос» рванулся ввысь. Страшная тяжесть спёрла дыхание. В голове тяжело стучала кровь. Невозможно было пошевелить рукой. Казалось, что тело было отлито из свинца. Прошло три минуты, и автоматы выключили моторы. Наступила тишина. Астролётчики почувствовали лёгкость. Быстро расшнуровали ремни. Вдруг раздался крик Голубева. Все обернулись назад. Астроном стоял, склонившись над неподвижным телом кинооператора, тот был мёртв. Глаза были широко открыты, пальцы судорожно сжаты. Навсегда застывший взгляд устремился в иллюминатор, где мирно поблёскивали звёзды. Оправдалось предположение Голубева: организм Железнякова не выдержал взлётного толчка.

— Похороним его в бесконечности, — произнёс Половцев, еле сдерживая рыдания.

Из соседнего отсека вынесли два продолговатых цилиндра с прозрачными стенками. В них положили завёрнутые в полотнища тела химика и кинооператора. Крышки плотно закрыли и изнутри выкачали воздух. Астролётчики надели скафандры и, открыв дверь корабля, столкнули тела в темноту. Могилой им теперь будет пустота.

Земля должна была появиться через два месяца. Кончились продукты. Пришлось пользоваться неприкосновенным запасом. Его хватило на пятьдесят дней. Пробовали есть мясо убитых на Мезозое животных. Хотя оно было грубо и отвратительно, приходилось довольствоваться, и этим. Астролётчики походили на живые скелеты. Они еле передвигали ноги. Наконец вдали показалась солнечная система.

Половцев и Херсонов внимательно вглядывались в передние экраны. Надо было посадить корабль прямо на стартодром! В звездном небе показался огромный искусственный спутник Земли. Со спутника сообщили о местонахождении стартодрома в настоящее время. Половцев стал тормозить корабль. И скоро астролётчики ступили на родную Землю.

…Однажды ночью в квартире Половцева зазвонил телефон. Его срочно вызывали в космический радиоцентр. На улице ждала машина. Освещая фарами пустынные улицы, она понеслась к космоцентру. Пилот взбежал по лестнице и вошёл в большую комнату. Здесь он увидел весь экипаж «Космоса». Черс указал ему рукой на стул рядом с аппаратурой. Пилот сел и надел наушники. В эфире слышался свист, бульканье, обрывки донесений, зашифрованные сообщения. Наконец он смог уловить слабое выстукивание. Незнакомые слова носились в эфире. Пилот напряжённо вслушивался. Какой-то радист упорно передавал одно и то же сообщение. Вдруг мозг пилота пронзила мысль: «Это же Эккия!» Радист на своём языке передавал: «Земля! Земля! Земля! Я Квелл! Я Квелл! Слышите ли вы меня? Слышите ли вы меня? Ждите нас! Ждите нас! Готовьтесь к встрече! Земля! Земля!»

Половцев поднял голову. По его щекам текли слёзы радости.

Content

Анатолий Тимофеевич Фоменко
Тайна Млечного пути

Отлёт

В корабле

Новая планета

Похищение

Земля

«Квелл»

Возвращение