Яна Оливер

ГОРОД СКЕЛЕТОВ

Посвящается Мишель Роупер, которая научила меня воспринимать с юмором любые ситуации

Оба были одиноки,

На земле — она, он — в небе.

Он возлюбленную нежил

И ласкал улыбкой солнца…

Генри Уодсворт Лонгфелло «Песнь о Гайавате» [1]

Глава первая

Атланта, Джорджия.

2018 год.

В кофейне «Граунд Зиро» варили лучший горячий шоколад во всей Атланте, а возможно, и во всем мире. За него Райли Блэкторн была готова пройти огонь, воду и медные трубы.

— Конец света уже близко! — выкрикивал прохожим какой-то малахольный.

Он стоял у магазина, держа в руках картонную табличку, которая повторяла его слова. Вопреки классике жанра, он не походил на библейского пророка — бороды не было, черную рясу заменили брюки и красная рубашка.

— Вам стоит подготовиться к нему, юная мисс! — выпалил он и с жаром протянул Райли какую-то брошюрку.

Бумажка подозрительно походила на ту, что уже лежала в кармане девушки. Ту, что ей дала ангел Марта как раз перед тем, как Райли согласилась работать на стороне Рая, чтобы спасти жизнь своему парню.

— Конец света наступает! — снова завопил мужчина.

— Но ведь еще осталось время на чашечку горячего шоколада? — невозмутимо спросила Райли.

Пророк растерянно заморгал:

— Возможно, я не знаю…

— Вот и замечательно, — подытожила она. — Я просто ненавижу отправляться в Ад на голодный желудок.

Он озадаченно нахмурился. Ничего больше не сказав, Райли смяла брошюру в кармане и направилась в кофейню, а мужчина продолжил призывать окружающих готовиться к худшему.

В «Граунд Зиро» ничего не изменилось с тех пор, как она была тут в последний раз. В воздухе висел аромат жареных какао-бобов, похожий на терпкие духи, низко и монотонно гудела кофе-машина. Посетители стучали по клавишам своих ноутбуков и потягивали горячие напитки, болтая о том, о сем. Этот день был бы похож на все предыдущие, если бы не одно но…

Теперь все стало каким-то странным.

Даже выпить горячего шоколада оказалось уже не так просто, как раньше. Казалось бы, закажи, расплатись, забери напиток. Никакой суеты, никаких переживаний по поводу нашествия демонов или конца света.

Но только не сегодня.

Бариста пялился на нее так, что забыл, что делает, и чуть не ошпарил себе руку. Возможно, проблема была в том, что ее джинсовка смахивала на решето из-за многочисленных дыр от ожогов, а от рукава был оторван такой приличный кусок, что виднелась футболка. Или в том, что даже дважды вылитый на голову шампунь и кондиционер не смогли разгладить подпаленные волосы. Пусть парень скажет спасибо, что Райли хотя бы переодела джинсы — они были все в запекшейся крови. Не ее крови.

— Я видел тебя по телеку. Ты же одна из них, да? — дрожащим голосом спросил он и вытаращил глаза на пол-лица.

По телеку?Райли ничего не оставалось, как признаться:

— Да, я ловец демонов. Одна из немногих, переживших вчерашнюю бойню.

Парень чуть не выронил фарфоровую чашку на прилавок и расплескал немного бесценного напитка на блюдце.

— Взбитые сливки? — спросила Райли, серьезно нахмурившись. Несмотря на то что Армагеддон был уже близко, чашку горячего шоколада обязана венчать пушистая сливочная корона, иначе в чем тогда смысл? Бариста словно с неохотой добавил немного, не сводя глаз с Райли, из-за чего немного сливок пролилось мимо.

— Шоколадная стружка? — напомнила она.

— Ой, закончилась, — проговорил он.

Просто этот чувак слегка ненормальный. Ничего серьезного.

Но дело, кажется, было не только в нем. Другие посетители смотрели на нее, пока она шла к столику, переводя взгляд на висевший в зале телевизор и затем снова на Райли.

О, черт.

По Си-эн-эн показывали вчерашние события во всей красе: столбы пламени, вырывающиеся из купола здания, разбегающиеся демоны… А вот и она, подсвеченная огнем, стоит на коленях рядом со своим раненым парнем, плачет и сжимает его в объятиях. Тогда она думала, что он умирает.

Боже. Еще раз я этого не вынесу.

Блюдце в руках Райли заходило ходуном, расплескав еще немного шоколада. Непонятно, как ей вообще удалось пережить весь этот ужас, а теперь его безжалостно демонстрировали по телевизору во всех деталях.

Она остановилась у столика, и тут на весь экран высветилось фото Саймона, которое, наверное, сделали перед самым выпуском из школы: светлые волосы были коротко острижены, лицо казалось серьезным и непроницаемым. Таким он был почти всегда, пока они не оставались наедине: только тогда он оттаивал. Особенно если они целовались.

Райли закрыла глаза, вспоминая время, что они проводили вместе. Они разговаривали о самом сокровенном, и Саймон признался, как много она для него значит. А потом его попытался убить демон.

Райли скользнула за стол и глубоко вдохнула густой аромат горячего шоколада, пытаясь вытеснить неприятные воспоминания из головы. Но это ей не удалось, как и всегда. Словно издеваясь, ее подсознание услужливо изобразило Саймона лежащим на больничной койке, опутанного трубками, с лицом, белым, как простыня.

Он был так дорог ей. После смерти отца Саймон оставался единственным человеком, способным принести в ее жизнь покой и равновесие. Лишиться его теперь казалось немыслимым. И в Раю знали об этом. Райли ничего не оставалось, кроме как согласиться на все их условия. Даже на его жизнь в обмен на любую ее услугу. Большую услугу. Например, предотвратить Армагеддон.

«Ну почему я? — мысленно возмутилась Райли. — Почему не кто-то еще? Саймон, например?»

Он был так религиозен, неотступно следовал всем правилам. Просто идеальная кандидатура на роль спасителя мира. Они бы с легкостью договорились с ним после того, как он был ранен.

Но вместо этого они решили выбрать меня.

Шоколад уже совсем остыл, и Райли рассердилась, но все равно стала пить его мелкими глотками, стараясь не поднимать глаза от чашки, чтобы не видеть того, что творится на экране. Кто-то начал двигать стул по полу, чтобы усесться за столик, и Райли подскочила от неожиданного звука — она в любой момент была готова к тому, что в дверь ввалится орда демонов.

Чашка задрожала в ее руках. Райли подумала о том, что уже слишком долго разгуливает по краю пропасти. Ей столько пришлось вынести за последнее время. Казалось, еще немного — и она уже не выдержит.

Нужно найти папу любой ценой.

Это было ей по силам. Возможно. Одно из немногих дел, на котором она смогла бы полностью сосредоточиться. Вряд ли его тело осталось под обломками Часовни, особенно после всех ухищрений, на которые некромантам пришлось пойти, чтобы поднять его из могилы. Именно в этом и заключалась их работа: они оживляли тела умерших и продавали богатым людям в услужение. Сейчас они уже наверняка связались с кем-нибудь, чтобы подороже продать самого Мастера Пола Блэкторна, если еще не продали.

Каково это — умереть, но расхаживать по земле, будто ты еще жив?

Наверное, это очень странное ощущение, не говоря уже о том, что едва передвигаешь ноги. Помнил ли папа о том, как погиб? Или церемонию прощания и как его хоронили? По спине Райли зазмеился ледяной холодок. Волей или неволей ей нужно было включаться в игру.

Я найду его, верну в землю и покончу со всем этим кошмаром.

Райли снова подняла глаза к телевизору. Уже другой журналист вел репортаж с места недавних событий. Он рассказывал почти верно: в пригороде Атланты, в Часовне, в разгар собрания Гильдии местных ловцов произошло неожиданное нападение демонов, и дело приняло серьезный оборот.

— Очевидцы рассказывают, что в атаке участвовали по меньшей мере два вида порождений Ада, и вскоре ловцы были побеждены, — сообщал репортер.

Вообще-то три вида, но кому какая разница?

Райли нахмурилась. Ловцы не были побеждены. Во всяком случае, не полностью. Им удалось ликвидировать несколько тварей.

Она взяла в руки чашку и заметила, что руки все еще дрожат. Тремор не прекращался с прошлой ночи, и Райли ничего не могла с ним поделать. Она принялась потягивать шоколад мелкими глотками, чувствуя на себе взгляды окружающих. Она знала, что сейчас ее обсуждают. Кто-то сфотографировал ее на мобильник.

О боже.

На заднем плане репортер Си-эн-эн продолжал свой рассказ:

— Части ловцов удалось скрыться с места нападения, но они были немедленно атакованы демоном более высокого уровня.

«Демоном более высокого уровня» оказался не кто иной, как Геодемон, так называемый пятак, способный вызывать торнадо, землетрясения и так далее. И все это с целью заполучить одного из ловцов.

Меня.

Если бы не Ори, охотник-одиночка, пятак расправился бы с ней так же, как и с ее отцом.

— Некоторые очевидцы утверждают, что прошлой ночью видели ангелов, — тараторил репортер. — Мы попросили доктора Осборна, профессора теологии университета Санта-Барбары, просмотреть снятые очевидцами видео и прокомментировать их. Сейчас он у нас на связи.

На экране появился солидный седовласый мужчина.

— Как вы считаете, доктор, что за явление мы можем наблюдать на этих видео?

— Все, что мне удалось увидеть, — это яркий свет, окруживший ловцов демонов. Мои коллеги из Атланты рассказывают, что видели ангелов. Согласно Библии, мы знаем, что ангелы являлись Аврааму и Иакову, спускались в Содом и Гоморру. Здесь же они защищали ловцов от порождений Ада. Поэтому я могу утверждать, что данное событие имеет прямо-таки библейское значение.

Да что вы говорите.

Райли покопалась в сумке, выудила оттуда ручку и составила на салфетке следующий список:

Найти папу.

Разобраться с подделкой Святой воды.

Спасти мир.

Купить овощей.

Постирать.

Только потом она подумала, что если с третьим пунктом не сложится, то два следующих могут и не понадобиться.

Глава вторая

У Денвера Бека саднило горло, и он натужно кашлял, пытаясь избавиться от дыма в легких. Безуспешно. Неподалеку среди развалин Часовни работала бригада пожарных. Они тушили очаги пламени и разыскивали останки жертв среди обугленных обломков здания.

Прошлой ночью я должен был погибнуть.

Раньше это ничего бы не значило для него. Теперь все изменилось. Из бушующего огня он смог выбраться только потому, что боялся за Райли.

Справа от него, тяжело опираясь на трость, стоял мастер Ангус Стюарт. Его обычно румяное, пышущее здоровьем лицо побледнело и почти сливалось с седыми волосами. На фоне окровавленной повязки на голове оно казалось мертвенно-белым. Ловцы стояли рядом с одной из многочисленных воронок, испещрявших парковку рядом с Часовней. В воздухе висел тяжелый смрад горелого асфальта. Бек нагнулся и заглянул внутрь, в переплетение оплавленных проводов и погнутого металлолома. Из жерла воронки все еще поднималась тоненькая струйка дыма.

— Как может демон причинять такой ущерб?

— Чтобы появился такой провал в земле, Геодемону достаточно просто взмахнуть рукой. Эти отродья обладают особенными силами, управляющими погодой и землей, — пояснил Стюарт. Его своеобразный шотландский акцент сохранился, несмотря на долгое пребывание в Атланте.

Бек выпрямился, и рана на бедре — памятка от демона — заныла с новой силой. Повязка намокла, и на джинсах начало проступать кровавое пятно. Надо было выпить еще аспирина — температура продолжала подниматься, и Бек уже отчетливо стучал зубами. Симптомы были похожи на экзотический грипп с отметинами от огромных когтей в качестве бонуса.

Все действительно изменилось.

Конечно, Бек твердо знал: ангелы существуют! Он видел их своими глазами. Но в большинстве своем это были ангелы добра, те, что выполняли волю Бога на земле. А тех, других, высших ангелов с огненными мечами, ему никогда не приходилось видеть раньше. Вплоть до прошлой ночи.

Бек снова покачал головой, пытаясь примириться с увиденным. Это было что-то невообразимое. Высотой под три метра, в слепящих глаза сверкающих одеяниях, будто сотканных из чистого света, с огромными мерцающими крыльями, эти небесные создания размахивали пламенными мечами. Казалось, будто бушует летняя гроза, и воздух заполнял свежий запах озона, от которого захватывало дух.

— Никогда еще не слыхал, чтобы воины света заступались за ловцов, — шепнул Бек, помня о том, что поблизости ошиваются репортеры с телевидения. Теперь они буквально кишели повсюду, пытаясь раздобыть что-нибудь свеженькое о самом громком событии Атланты со времен Олимпийских игр. — Почему демоны объединились? Такое ощущение, будто завязывается война.

— Именно так. — Стюарт откашлялся. — Увидел ангелов и стал истым верующим?

Бек растерянно заморгал. Может такое быть?Он никогда серьезно не думал о Боге.

— Возможно, — признал он.

Стюарт хмыкнул:

— Теперь в городе найдется работенка для нас.

— Разве мастер Харпер не позаботится об этом? — спросил Бек.

Харпер был самым опытным ловцом во всей Атланте, да и к тому же наставником Райли. Бек понимал, что Харпер — очень непростой человек, но когда тот не пил, становился лучшим из ловцов.

— Не-е, только не с такими ребрами, как сейчас, — покачал головой Стюарт. — Мне придется взять все обязанности на себя. Итан погиб, и мне понадобится твоя помощь.

Итан, один из учеников Мастера, не выбрался из Часовни живым.

— А что с другим твоим учеником, Роллинсом? Где он?

— Ушел. Сказал, что больше не может выдержать такого. И я уважаю его выбор. — Стюарт призадумался и добавил: — Я очень рад, что юный Саймон выжил. Хорошая новость для Райли.

— Угу, — промычал Бек, не понимая, к чему ведет старый мастер.

— Они с Саймоном запали друг на друга, ты не знал? Они держались за руки и целовались перед собранием в Часовне. Думали, их никто не видит.

— Целовались? — Бек почувствовал какую-то странную тяжесть в груди. Наверное, из-за раны, нанесенной демоном, — у них бывал подобный удручающий эффект. В первую очередь для него Райли — дочь Пола, и никак иначе. Если он позволит себе относиться к ней по-другому, ничем хорошим это не закончится.

— Ба, да ты не знал? — с невинным видом протянул хитрый старик.

Бек ошарашенно покачал головой. Конечно, он знал, что Райли с Саймоном много времени проводят вместе — они оба учились у Харпера. Но он и не подозревал, что молодые люди успели настолько сблизиться. Райли всего семнадцать лет, теперь она осталась сиротой, и он, Бек, стал ответственным за ее жизнь. Может быть, кем-то вроде старшего брата, а может быть, даже больше.

— Да ты весь потемнел, парень, — подколол его Стюарт.

Бек напрягся. Ему не нравилось, что старый ловец с такой легкостью может препарировать его душу.

— Саймону действительно уже лучше, — с неохотой согласился он. — Но не об этом Райли сейчас должна думать. Придется поговорить с ним хорошенько, как только он поправится. Предупредить кое о чем.

Да, объяснить, что оторву к чертям его тупую блондинистую голову, если он зайдет слишком далеко.

Стюарт сочувственно улыбнулся ему:

— Позволь им самим разобраться, дружище. Ты же не можешь всю жизнь держать ее в золотой клетке.

А почему бы и нет?

Пол и сам хотел бы этого, будь он жив. Честно говоря, Бек не мог сомкнуть глаз, думая об опасностях, что грозят Райли. Разглядывая изрешеченную воронками землю и дымящиеся обломки здания, он вспоминал о том, что здесь произошло. Жестокую схватку и Райли среди бушующего пламени. Как легко он мог ее потерять. Мороз побежал у Бека по коже, его всего передернуло.

Стюарт положил свою тяжелую ладонь ему на плечо, пытаясь отвлечь от неприятных размышлений.

— Я знаю, что ты держался до последнего. Ты настоящий герой, я чертовски горжусь тобой.

Бек не мог смотреть ему в глаза. От похвалы стало только хуже.

Но шотландец не сдавался:

— Ты не сможешь тащить все это на своих плечах, какими бы широкими они ни были.

Он говорил прямо как Пол — и это было не случайно. Когда-то мастер Стюарт тренировал Пола, отца Райли, а тот в свою очередь взял в ученики Бека. Пол рассказывал, что Стюарты — одни из лучших ловцов в мире.

Этот ловец правда считает, что прошлой ночью Бек сделал все правильно?

Да он просто пытается меня успокоить.

Почувствовав, что пора менять тему разговора, Стюарт спросил:

— У тебя есть какие-нибудь предположения, кому могло понадобиться поднять Пола из могилы?

Вот еще одна более чем серьезная проблема. Отец Райли появился на собрании ловцов в Часовне через две недели после смерти, вызванный каким-то неизвестным некромантом. Теперь он представлял собой живой труп, не более чем ходячие деньги, — и это гарантировало, что он целым и невредимым выбрался из Часовни.

— Райли сделала все возможное, чтобы предотвратить это, — сокрушался Бек. — Она каждую ночь охраняла могилу отца и проверяла, на месте ли защитный магический круг. Но какой-то выродок дождался, пока ее там не будет, и все обтяпал. Это просто отвратительно.

— У нее нет предположений насчет того, кому это могло понадобиться? — поинтересовался Стюарт.

— У меня пока не было возможности переговорить с ней, — соврал Бек.

Они ночевали в фамильном склепе на Оклендском кладбище, под защитой магического круга. До самого рассвета он держал ее в своих объятиях. Она так переживала из-за Саймона и остальных, что плакала, пока не впала в беспамятство и наконец не заснула. В тот момент Беку казалось неважным, кому понадобилось тело Пола, он мог только крепче обнимать Райли и крепче прижимать ее к себе, вновь и вновь убеждаясь в том, что она здесь, с ним, в безопасности. Он возносил бесконечные немые хвалы Богу за то, что она жива. И никак не мог до конца разобраться в себе, не осознавал полностью, что к ней чувствует. Когда этим утром ему настала пора уходить, он долго смотрел на ее лицо со следами слез. У него не поднялась рука ее разбудить.

Стюарт смилостивился и решил сменить тон: невооруженным глазом было видно, что парень переживает больше, чем пытается показать.

— Мне кажется, что есть определенная связь между похищением Пола и нападением демонов, — задумчиво протянул он.

— Разве это возможно?

— А ты подумай как следует. Будь у него такая возможность, разве он не разобрался бы с обнаглевшим некромантом вместо того, чтобы тратить силы на какой-то слюнявый визит к старым коллегам?

— Не знаю, что и сказать. — Бек растерянно взъерошил свои светлые волосы. — Но скоро узнаю. Найду этого умельца, и мы придем с ним к пониманию: либо Пол будет в земле, либо он сам, все просто.

Стюарт посерьезнел.

— Будь осторожнее. У некромантов сильная вредоносная магия, и вряд ли они будут в восторге от того, что кто-то лезет в их дела.

Бек ничего не ответил. Неважно, что будет с ним, но к Полу Блэкторну вернется вечный покой, это решено. Он не смог спасти лучшего друга, но теперь мог сделать для него хотя бы это. Ради его дочери, раз уж ничто больше не в состоянии вселить мир в ее душу.

— Я слышал, что пятак приходил за Райли, — сказал мастер. — Интересно, зачем ему девочка.

Бек не знал. Геодемоны пятого уровня — одни из высших порождений Ада, они способны создавать смерчи и разломы в земле с такой же легкостью, как он дышит. Но одно Бек мог сказать точно: за Райли пришел тот же самый демон, что прикончил ее отца.

И еще одно было странно — похоже, в Преисподней слишком заинтересовались Райли. Все демоны обращались к ней по имени, что было исключением из правил.

Может, стоит рассказать Стюарту? Вдруг он способен объяснить, что происходит…

Но что, если это только добавит Райли лишних проблем? Пока Бек колебался, у мастера в кармане зазвонил телефон.

Он достал его, нахмурился и ответил.

Бек принялся разглядывать воронку в асфальте. Один из ловцов рассказывал, что своими глазами видел, как Геодемон швырнул Райли в эту яму. И он не понимал, как ей удалось оттуда выбраться. Потом все скрыл дым.

Почему пятак не стал убивать тебя, принцесса?

Существовало единственное объяснение, о котором он не хотел даже думать. Райли ни за что бы не стала продавать душу Дьяволу.

А что, если бы она так и погибла в этой воронке?

Он еще не успел осознать, насколько невыносимой стала бы потеря, как его отвлек Стюарт:

— Это звонил Харпер. Представители Гильдии должны встретиться с мэром в течение ближайших двух часов. Нам нужно ехать.

— Нам? — растерялся Бек. — И что, мне тоже?

— Ну да. А что, у тебя с этим какие-то проблемы?

Бек почувствовал явный вызов, но лишь покачал головой.

— А городские власти не могут подождать хотя бы до того момента, как мы похороним погибших?

Стюарт скептически хмыкнул:

— Конечно же нет. Когда у политиканов появляется возможность свалить вину на какого-нибудь несчастного козла отпущения, они не станут ждать никого.

Глава третья

Райли готовилась к тому, что рядом с ярмаркой Терминус будет сложно разыскать местечко для парковки. Но сегодня оказалось еще хуже, чем обычно, — ярмарка находилась недалеко от места вчерашней трагедии. Райли пришлось наматывать по округе целую вечность, пока наконец удалось приметить отъезжающий скутер. Он оставил за собой непроницаемое облако выхлопа, и Райли даже побоялась задеть один из прилавков, заруливая на свободное место. Тот был завален вязаными шапочками и шарфами с логотипами штата Джорджия. Владелец, пожилой негр, с явным беспокойством поглядывал на ее маневры. Но как только она выключила двигатель, он расслабился и одобрительно поднял вверх два больших пальца. Она ответила тем же.

Когда Атланта оказалась в печальном списке городов-банкротов, градостроители стали хвататься за любой, даже малейший шанс заработать деньги. Они распродали школы и муниципальные здания, обложили налогами и пошлинами табачную продукцию, алкоголь, медицину, домашнее образование — практически все. Как только городские парковки начали постепенно пустеть из-за баснословного подорожания бензина, местные власти превратили их в свободные места для сдачи под магазины и лавки. Каждый такой магазинчик существовал на территории, ограниченной белыми парковочными линиями, — подобно этому негру с вязаными шапочками. Некоторые особо успешные предприниматели арендовали сразу несколько парковочных мест, например музыкальный магазин «Пять метров» на Персиковой улице.

Сжимая в руке джинсовую сумку, Райли с трудом выкарабкалась из машины. Тело ломило так, будто вчера над ней хорошенько потрудилась шайка каратистов-садистов. Сегодня утром в душе Райли разглядела свое тело в зеркало и ужаснулась: из-за желто-коричневых пятен она казалась похожей на леопарда. Святая вода помогала только от ран, так что несколько дней придется мириться с такой экзотической раскраской. Повезло еще, что большую часть синяков можно скрыть под одеждой. Самую большую отметину — на левом бедре — ей оставил тот самый пятак, а удар о дверцу «вольво» хорошо закрепил результат.

Райли проковыляла в Парк Столетия Олимпийских игр и медленно двинулась по аллее, стараясь поменьше беспокоить свое отбитое бедро. Она еще помнила те времена, когда этот парк был настоящим парком с прохладными рощами, оазисом в центре города. Посреди него располагался фонтан с олимпийскими кольцами, где было так здорово играть, и повсюду продавалось мороженое и прочая вкуснятина. Единственное, что осталось неизменным в парке спустя годы, — это прохлада. Все торговцы переехали на территорию рынка, так что внутри Атланты вырос еще один городок. Ярмарка Терминус из сезонной стала круглогодичной.

Перед тем как войти на территорию рынка, Райли отошла в сторонку и замерла, предаваясь детским воспоминаниям. Она закрыла глаза и услышала голос мамы, будто та была здесь, рядом, и спорила с папой по поводу покупки очередной, на-этот-раз-действительно-последней книги по истории Гражданской войны.

— Родные мои, я скучаю, — шепнула она. Вот бы вы оказались рядом.После чего окунулась в торговый хаос.

Первоначально застройка рынка следовала определенному плану, но вскоре всевозможные палатки всех цветов радуги, от черного до огненно-красного, стали беспорядочно возникать тут и там. Одни выглядели совсем просто, другие же были обвешаны вывесками и флагами. На многих красовалась эмблема с молнией — это означало, что торговцы работают до полуночи.

Райли задержалась перед палаткой, где над огнем на вертеле жарилось какое-то неизвестное животное. Вертелом командовал мальчик, и было видно, что он крутит тяжелую конструкцию из последних сил — его мышцы натягивались, как струны. Вывеска у палатки гласила, что это жареная свинина, но тут не угадаешь. Иногда попадалась и козлятина. Что бы это ни было, пахло аппетитно. Желудок недовольно заурчал, напоминая Райли о том, что за весь день она подкрепилась только чашкой шоколада.

Потом.

Неподалеку какой-то мужчина продавал мебель — стулья, столы, полки… Некоторые из них были обшарпаннее, чем жалкие обломки (мебелью она назвать их не могла) из ее каморки.

— Райли?

Она обернулась на голос, который способна была узнать где угодно в любое время суток. И эту прекрасную фигуру тоже. Как всегда, в черной водолазке, джинсах и эффектном серо-стальном плаще — мистер Охотник собственной персоной. Она не могла отвести взгляда от его черных, как вороново крыло, волос и бездонных темных глаз. Так бы и съела. А самой прикольной в нем была манера поведения: «И пусть весь мир подождет».

Что я вообще сейчас творю?

Саймон в больнице, а она глазеет на других парней. Это уж слишком. Хотя, с другой стороны, за просмотр денег не берут… Она успокоила себя этой мыслью.

— Ори! — обрадовалась она. — А ты что тут делаешь?

— Все еще не нашел нормальный меч, — улыбнулся он.

Райли расплылась в ответной улыбке. Действительно, впервые она увидела его у оружейной лавки. С мечом в руках Ори казался красавцем-рыцарем, сошедшим со страниц романтической сказки.

Но и без меча в нем есть что-то рыцарское.

Он пытливо поглядел на нее:

— Как ты, после вчерашней бойни?

— Все о'кей, — автоматически ответила она.

Его иссиня-черные глаза потеплели.

— А если подумать? — мягко спросил он.

Она вся поникла.

— Подумать? Все ужасно. Погибло много наших, а кроме того, моего отца подняли из могилы.

Ори выглядел озадаченным.

— Кому это могло понадобиться?

— Понятия не имею. — Райли развела руками.

— Мне правда очень жаль. — Он подался к ней, и у нее по спине тут же пробежали мурашки. Райли не понимала, что с ней происходит, но ощущение было приятное. Ей необходима была чья-то поддержка, а участие Ори выглядело вполне искренним.

Она с трудом могла вспомнить все подробности вчерашней ночи. Но одно она помнила совершенно четко: Ори заслонил ее собой и заставил демона-пятака отступить. Не окажись его поблизости, Райли уже лежала бы рядом с родителями. Если быть точнее, рядом с одним из них.

Она смущенно поковыряла носком кроссовки землю.

— А я… успела… ну… поблагодарить тебя за то, что ты спас меня?

— Нет, но ты сделала это только что, — ответил он так легко и небрежно, будто каждый вечер вытаскивал девиц из огня.

— Не скромничай! — возмутилась она. — Если бы не ты, мне крышка. Я теперь твоя должница.

В его глазах запрыгали озорные искорки.

— Договорились.

— Если честно, я почти ничего не помню с того момента, как села в машину. Пришла в себя только на кладбище.

— Такое бывает. Если сознание сталкивается с чем-то чересчур страшным или тяжелым, у него срабатывает что-то вроде «аварийного выключения».

— Вот бы с ночными кошмарами было так же…

Ори вдруг накрыл своей ладонью ее руку. Райли почувствовала, как от него исходит приятное тепло. И это был не жест самоуверенного самца, а что-то гораздо более тонкое и деликатное.

— Ты отлично справилась вчера, — сказал он. — Еще ни один ловец-ученик не отваживался бросать вызов Геодемону.

— Я просто хотела, чтобы он перестал убивать невинных людей.

— Ты очень храбрая девушка.

Она почувствовала, что сейчас покраснеет, как помидор.

Он считает меня храброй. Как круто…

— Не переживай, в следующий раз я его точно прикончу, — сказал он уже своим обычным жестким тоном.

— Ты думаешь, что он снова придет за мной?

Ори уверенно кивнул:

— Никаких сомнений. Так что не смущайся, если теперь будешь часто со мной сталкиваться. — Он обезоруживающе улыбнулся. — Я буду выслеживать не тебя, а это адское отродье.

Она не смогла сдержать улыбки.

— А почему ты не поймал его вчера?

— Не хотел, чтобы ты пострадала, — объяснил он. — К тому же не хочу выделываться перед ловцами. Это моя работа и моя личная добыча.

— Знаю, ты их наверняка недолюбливаешь, но в Гильдии теперь не хватает людей. Тебе будут рады.

Он покачал головой:

— Я привык работать в одиночку.

Вполне предсказуемая фраза. Ведь Ори был охотником-одиночкой, фрилансером, или лансером, как они сами себя называют. Ловцы недолюбливали их за то, что им плевать на правила Гильдии. Элитные бойцы из Рима — за то, что те не желают присягать Ватикану. Каждый лансер — сам себе хозяин и полностью независим.

Скорее всего, Райли ожидает похожая судьба. В Гильдии ее все равно не принимают, так что придется идти своей дорогой.

— Как себя чувствует твой парень? — поинтересовался Ори.

Райли глупо моргнула.

— А как ты узнал, что мы с Саймоном встречаемся?

— Я видел, что вы пришли на собрание вместе. К тому же ни над кем из ловцов ты больше так не плакала, вот я и решил, что между вами что-то есть.

Она не стала возражать.

— Саймону уже лучше. Он выкарабкается.

При мыслях о нем у Райли в груди затрепетало что-то теплое и нежное.

Благодаря мне и моему ангелу.

Ори остановился у прилавка с книгами. На секунду призадумавшись, он взял в руки одну из них. Обложка гласила «Данте. Божественная комедия». Он небрежно пролистнул несколько страниц и помрачнел.

— Все не так. И девятый круг Ада совсем не такой детский парк развлечений.

Он захлопнул книжку и с отвращением бросил ее на прилавок.

— А ты раньше видел ангелов?

— Конечно. Много раз.

— Ага. — Получается, это просто ей не везло. За всю свою жизнь она видела только одного.

— Ты имеешь в виду тех, вчерашних, да? — уточнил Ори, не отвлекаясь от своих мрачных мыслей. Она кивнула, и тогда он продолжил: — А это были… — Он призадумался. — Воины света. Их не призывали уже очень давно.

Призывали?Какой-то армейский термин. Ори что, тоже служил в армии?

Ее загадочный спутник тем временем посмотрел куда-то вдаль и нахмурился, словно вспомнил о чем-то неприятном.

— Ладно, мне пора, — вдруг сказал он. — Я был очень рад тебя видеть.

Он будто решил сбежать от нее. Неужели она опять сморозила какую-нибудь глупость? Нет, ничего такого не вспоминалось.

— Спасибо тебе еще раз. Я этого не позабуду.

— Мне было приятно помочь тебе.

Она смотрела, как Ори стремительно уходит прочь и его плащ эффектно развевается позади. Девушки оборачивались и глядели ему вслед, — наверное, вот он, тот самый магнетизм. Слишком много вопросов у нее накопилось к этому рыцарю, но спрашивать было уже не у кого. К тому же она пообещала ему никому о нем не рассказывать. Учитывая, что вчера он был в самом пекле битвы, выглядело это подозрительно.

— Ладно, об этом мы подумаем потом, — сказала она себе. В первую и в десятую очередь надо позаботиться о папе, а потом уж она разберется с этим мистером Загадочность.

Райли направилась к ведьминскому магазину «Колокол, книга и метла». Найти его было очень просто — золотые и серебряные звезды шатра так и сияли на полуденном солнце. Эйден, к счастью, была на месте и разбирала мешочки с благовониями, одетая в наряд эпохи Возрождения со шнуровкой и пышными юбками. Погода стояла холодная, и ведьма накинула на плечи изумрудную накидку из толстой шерсти. В глаза бросалась ее яркая татуировка — цветной дракон, спускавшийся от нежных каштановых кудряшек на затылке прямо в глубины обширного декольте. Эйден казалась нимфой или царицей фей, случайно залетевшей сюда из сказочного леса.

— Эйден? — позвала ее Райли, встав на пороге.

Та подняла голову, буквально перескочила через прилавок и бросилась к ней, заключив в сокрушительные объятия. По таким объятиям можно было понять, что ее уже не ожидали увидеть в живых. Райли тоже крепко обняла ведьму.

— Богиня, я очень волновалась за тебя, — шепнула Эйден.

— Прости. Мобильник расплавился, и твой номер пропал. Я сейчас хожу с папиным телефоном.

— А моя визитка тоже пропала? — недовольно проворчала ведьма.

— Ой… извини. — Визитка действительно валялась где-то на самом дне сумки. — Мне даже в голову не пришло.

— Ничего, — смягчилась она. — Ты цела, и это самое главное.

— Папа исчез. Кто-то воскресил его прошлой ночью. Он пришел в Часовню и… — Ее плечи заходили ходуном.

Ведьма снова обняла ее. Райли намочила ее блузку слезами, смутилась и стала рыться в сумке в поисках салфетки.

— Пойдем. Тут недалеко один парень продает горячий сидр. Думаю, нам стоит выпить.

Шумно сморкаясь, Райли зашагала за подругой по лабиринту ярмарки. Шатер торговца сидром напомнил ей турецкий базар. Повсюду подушки, занавеси и красный шелк, переплетенный золотыми шнурами. В углу стояла курительница с благовониями и распространяла вокруг легкий аромат. Смуглый хозяин шатра — похоже, выходец с Ближнего Востока — вовсю кокетничал с ведьмой. Она улыбнулась ему, забрала напитки и провела Райли вглубь шатра. Они устроились на больших плюшевых подушках рядом с обогревателем. Сидр оказался замечательным на вкус, с первого глотка Райли почувствовала, как согревается. Не такой сладкий, как горячий шоколад, но по-своему приятный.

— Расскажи, что случилось с твоим отцом, — попросила Эйден.

Райли перехватила кружку поудобнее и помолчала некоторое время, согревая пальцы.

— Мне пришлось уйти на собрание Гильдии, а сторожить могилу остался какой-то новенький. У него была драконофобия, а некроманты как-то разузнали об этом и натравили на него магического дракона. Бедняга сломал защитный круг и убежал прочь. Служители кладбища только разводят руками.

— Скорее всего, это был Озимандиа. К тому же ты так дерзко с ним разговаривала, он наверняка захотел тебя проучить.

Райли взвыла от досады. Действительно, пару ночей назад, когда они с Эйден сторожили могилу папы, она перебрала домашнего ведьминского вина. Когда появился Озимандиа, столь похожий на героя из «Властелина колец», она не смогла не приколоться над ним. Чего ей было бояться под защитой магического круга?

А вот чего. Он забрал папу.

— Какая же я дура! — заныла Райли.

— Не буду спорить.

— Эй, ты в этом тоже участвовала. Твое вино слишком забористое.

— Слишком забористым был твой язык! — отрезала ведьма. — Так или иначе, но ближайший год твой отец проведет среди живых. Ничего не попишешь.

— Я не позволю этого!

— Не воображай, будто тебе удастся одержать верх в битве с настоящим некромантом, — нахмурилась Эйден. — Особенно если это сам Озимандиа. Я не шутила, когда говорила, что он действительно опасен. Придется смириться с этим. Ладно?

Нет не ладно!

Не желая дальше спорить, Райли замолчала и уткнулась в чашку. Подумав, что молчание означает согласие, Эйден принялась пить сидр.

— Ты не хочешь рассказать о том, что случилось в Часовне? — осторожно спросила она.

Райли затрясла головой. Кому охота рассказывать про то, как твоих знакомых и друзей рвут на части и едят еще живыми? И про то, что ты собиралась погибнуть такой же страшной смертью?

Эйден успокаивающе положила руку ей на плечо.

— Если тебе захочется, я всегда готова выслушать.

— Не знаю, настанет ли когда-нибудь такое время, — призналась Райли. — Это было просто ужасно.

— С Беком все нормально? — спросила подруга.

— Его сильно ранили, но он в порядке. А вот Саймон… — Райли стиснула зубы, стараясь не заплакать.

— Он выкарабкается? — спросила ведьма. Она не убирала своей руки с ее плеча, стараясь поддержать и ободрить.

Райли кивнула:

— Я… Угу. В больнице думали, что уже ничем не помочь, но тем не менее он жив.

Эйден нахмурилась, словно сомневаясь в услышанном.

— Ты мне больше ничего не хочешь сказать?

Райли не могла больше молчать. Кто-то должен был знать ее тайну.

— Ну, дело в том, что я заключила договор с ангелом и…

Эйден нахмурилась еще сильнее. Посмотрев вокруг и убедившись, что их не подслушивают, она наклонилась к ней.

— Договор? Что ты этим хочешь сказать?

Райли рассказала о своем соглашении с Раем.

— Моя богиня! — испуганно шепнула Эйден. — Ты уверена, что это был ангел?

Райли кивнула.

— И она сдержала свое слово. Саймону стало лучше.

— Если в Аду узнают, что у тебя договор с Раем… Дело может принять совсем плохой оборот, — предупредила ее Эйден.

Райли хмыкнула:

— Вряд ли хуже, чем было этой ночью. Тот пятак приходил за мной. Причем это тот самый, что убил папу, а до этого пытался расплющить меня книжным шкафом в библиотеке.

— А это произошло еще до того, как ты договорилась с Небесами, — словно сама себе пробормотала Эйден. — Богиня, да у тебя серьезные проблемы. Ты говорила Беку что-нибудь?

— Даже не собираюсь. Я сама со всем разберусь.

— Попросить его о помощи вовсе не значит продемонстрировать свою слабость.

— Ни за что, только не Бека! — отрезала Райли. — Это решено!

* * *

Они с Эйден дошли до ведьминского магазина.

— Через два ряда отсюда есть шатер, где торгуют Мертвецами, — сказала ведьма. — Там могут знать и о твоем отце.

— Но ты же сама запрещала мне связываться с некромантами.

Подруга с хитрым видом приподняла изогнутую бровь.

— Я прекрасно понимаю, что ты не послушаешься моих наставлений, так что уж лучше подсказать тебе верный путь.

— А если там ничего не знают?

— Тогда свяжись напрямую с теми некромантами, что приходили к тебе по ночам. Только не с Озимандиа. Не приближайся к нему, ты меня поняла?

— Поняла.

— Честно, или ты просто заговариваешь мне зубы? — не успокаивалась ведьма.

— Не знаю еще.

Эйден закатила глаза. Обнявшись с Райли на прощание, она вручила ей небольшой пакетик с какими-то травками.

— Заваривай себе чай с этим. Чайная ложка на чашку. Должно помочь. Приводит мысли в порядок и прогоняет кошмары. Думаю, тебе это будет полезно.

Райли заулыбалась:

— Спасибо! Спасибо тебе за все.

Ведьма ничего не сказала и, слегка шевельнув губами, начертила в воздухе между ними какой-то сложный знак.

— А это еще что такое?

— Где? Я просто отмахнулась от комара, — невозмутимо ответила та.

В январе? Какая же ты врунья.

Глава четвертая

В павильоне некромантов было тихо. Четверо Мертвецов стояли в ряд, глядя в пустоту. Их бледные лица словно были присыпаны серой пудрой. Райли слышала, что они никогда не хотят есть или спать, а просто стоят и ждут, пока им что-нибудь прикажут. Если обращаться с телом Мертвеца надлежащим образом, он может прослужить почти год.

Если бы только отец серьезно пострадал в битве с тем пятаком, он бы не понадобился некромантам. Но по воле злой судьбы он погиб от небольшого осколка стекла, которой демон направил ему прямо в сердце. Ее предупреждали, что на тело ее отца найдется много охотников: ловец в прислугах — огромная редкость.

Райли, склонив голову, разглядывала четыре печальные фигуры. Двое мужчин, двое женщин. Один паренек оказался приблизительно ее возраста. Он умер для того, чтобы теперь стоять в павильоне, пока толстосумы рядом с ним будут спорить, покупать его или нет.

Это просто отвратительно.

Рабство было официально отменено в 1865 году — эту дату папа-историк накрепко вбил в ее голову. Но с Мертвецами все обстояло по-другому. Согласно судебному постановлению, они не обладали гражданскими правами. В Конгрессе был издан билль, чтобы исправить эту щекотливую ситуацию, но в результате щедрых финансовых вливаний со стороны некромантов он так и завис в приемном комитете. А в это время людей продолжали воровать из могил и продавать тем, кто мог себе позволить такие траты.

Райли сделала глубокий вдох и шагнула в павильон. К ней тут же услужливо скользнул продавец.

— Добрый день. Чем могу помочь? — пропел он с таким видом, будто продавал дорогой сыр или дизайнерские сумки. Что угодно, но только не мертвых людей.

— Прошлой ночью моего отца подняли из могилы, и мне нужно узнать, кто это сделал.

— Заклинатель должен был оставить документы рядом с могилой, если это было легальное воскрешение.

— Оно было нелегальным, — сказала Райли. — Я никому не разрешала этого делать.

— Ага… — протянул парень, шагнул к прилавку и стал копаться в стопке визиток. Выбрав одну, она протянул ее Райли. — Свяжись с этим человеком. Это уполномоченный по делам некромантов во всей Атланте. Среди прочего он занимается жалобами, связанными с похищениями Мертвецов.

Эта визитка была ей знакома. Несколько таких лежало у магического круга, у могилы ее отца. Из всех некромантов, что ей доводилось встречать, Мортимер Александр был самым порядочным, самым учтивым и единственным, кто ни разу не использовал темного колдовства, чтобы убедить ее. Он говорил, что никогда не станет воскрешать человека без согласия его семьи. В таком случае он — единственная надежда Райли.

Она прочла адрес на карточке.

— Литл-Файв-Пойнтс?

Продавец хмыкнул:

— Некромантам там нравится. Они говорят, что чувствуют в том месте магический водоворот или что-то такое.

— Он правда там есть?

Парень пожал плечами.

— А если Морт не сможет помочь…

И он вручил ей еще одну карточку.

Детективное агентство «Пропал без вести»: вы теряете, мы находим.

— У них платные услуги? — неуверенно спросила она.

— Конечно. Здесь все стремятся заработать на смерти, — сострил парень.

Чтобы не съездить ему по лицу, Райли почти бегом кинулась прочь из треклятого павильона.

* * *

Ори следовал за девушкой по рынку начиная от олимпийских фонтанов. После их разговора Райли пошла в ведьминский магазин, где встретилась с какой-то подругой, судя по крепкости их объятий. Затем они вдвоем выпили сидра в турецкой палатке. А теперь она разговаривала с кем-то в павильоне некромантов. Хотя это было сложно не заметить, Ори твердо знал: ей очень тяжело и плохо. Что было неудивительно после всех событий — битвы в Часовне и пропажи отца.

— Ее жизнь была на волоске, — шепнул он сам себе. Когда вчера он понял, что происходит в Часовне, то едва успел спасти ее от демона. — Такого больше не должно повториться.

Теперь он будет следовать за ней, как тень. Появление пятака уже стало делом времени, Ори остается только быть готовым и ждать.

Слава богу, ее парень больше не мешается под рукой. Будет немного проще.

Он задумчиво почесал подбородок. Обычно демоны высшего уровня собирают человеческие души. Почему же пятак не стал предлагать ей продать душу в обмен на жизнь, как они часто делают? Столь ценную добычу он мог бы обменять на более высокое положение в их иерархии. По такому принципу жил весь Ад — добыча душ в бесконечных попытках приблизиться к самому повелителю Преисподней.

Райли снова куда-то шла. Ори проследил, как она села в машину и уехала. Никаких признаков появления Геодемона. Можно немного передохнуть.

* * *

План Райли незаметно проскользнуть в больницу, посидеть с Саймоном и уйти незамеченной оказался несбыточным. Когда-то ее отец говорил, что после каждой катастрофы наступает своеобразный таймаут. После того как потухнет пожар и рассеется дым, заберут всех погибших и раненых, семьям умерших потребуется время, чтобы осознать все произошедшее и смириться с этим. Быть может, рассмотреть ситуацию с новой точки зрения.

Так или иначе, Райли была одной из выживших, и теперь семья ее парня хотела узнать историю из «первых уст». Она еще не успела осознать, что происходит, а ее уже увели куда-то в соседнюю комнату и усадили напротив всего семейства Адлеров. Их было десять человек, и все они были высокими, худыми и светловолосыми.

— Она что, ловец демонов? — раздался чей-то неосторожный шепот.

Райли уже начала привыкать к этому. Это было неизбежно.

Родители Саймона неподвижно сидели на месте с бледными, изможденными лицами. Они выглядели еще хуже, чем этим утром. Остальные толпились вокруг них, исподтишка разглядывая Райли. У одной женщины спал на руках младенец. Между взрослыми Адлерами расхаживал двухгодовалый малыш и показывал всем свою мягкую собачку, такую же глазастую, как и он сам. Все обнимали и целовали его.

Мне бы тоже не помешали чьи-нибудь объятия.Эйден уже не было рядом.

Малыш тем временем остановился перед ней. Райли улыбнулась и потрепала его пушистые белые волосы.

— Он так похож на Саймона, — сказала она.

— Просто копия маленького Саймона, — поддержала ее молодая женщина. Это была Эми, одна из сестер. — Он ходил за мной по всему дому, как хвостик, просто с ума сводил. — Она держала руку на своем беременном животе.

— Сынок, иди сюда, — позвала одна из женщин. Тот направился к ней, размахивая собачкой и болтая о чем-то.

Миссис Адлер наконец заерзала на стуле. У нее было милое, доброе лицо.

— Когда Саймон начал рассказывать о ловце по имени Райли, я сперва подумала, что ты — мальчик. Ты выглядишь такой юной для ловца.

— Многие с вами согласятся, — отозвалась Райли.

— Мне очень жаль, что так случилось с твоим папой, — добавила женщина. — Ты, наверное, очень скучаешь.

Райли смогла только кивнуть и отпить воды из стакана, который непонятно откуда появился у нее в руках. Адлеры не набрасывались на нее с вопросами, и она была благодарна им за это.

Как я могу рассказать им, что все пошло кувырком?Что демоны вообще не должны были пройти за черту, нанесенную Святой водой. Что они объединились в армию.

Просто сделай это, и все.

— Ничто не предвещало нападения, — начала она.

Отец Саймона весь подался вперед и нахмурил брови.

— Мы встретились перед собранием. Он обновил защиту из Святой воды, как обычно, чтобы защититься от демонов, и мы вышли на улицу.

Это было пока все, что она могла им рассказать. Потом Саймон отвел ее на задворки здания, где они целовались и строили планы на будущее. Она не хотела, чтобы этот миг кончался, потому что снова была счастлива и чувствовала себя живой.

— Райли? — окликнул ее мистер Адлер.

— Ой, извините. — Она откашлялась, приводя мысли в порядок. — Затем началось собрание Гильдии. — Райли заколебалась. Ведь тогда она рассказала ловцам о том, что часть воды может быть поддельной. Адлерам совсем необязательно об этом знать. — Демоны вдруг появились непонятно откуда.

— Почему начался пожар? — спросил отец Саймона.

— Из-за Пиродемонов. Их было множество, и они бесновались повсюду. Вначале показались тройбаны и проломили защиту Святой воды…

— Тройбаны? — озадаченно переспросила Эми.

— Это… — Как же сложно объяснять элементарные вещи. А они уже стали неотъемлемой частью ее жизни. — Это так называемые демоны третьего уровня. Высота около полутора метров, с клыками и зубами. Они едят все на своем пути.

Вокруг послышались вздохи ужаса.

— Так вот кто ранил моего сына? — с дрожью в голосе спросил мистер Адлер.

Райли кивнула:

— Они пробрались через защиту, и одна из тварей оказалась между нами. Саймон крикнул, чтобы я бежала, и стал сражаться с ним. Если бы он не отвлек чудовище…

На его месте должна была быть я.

Но это было бы легче. Куда легче, чем увидеть, как эта тварь бросается на него, раздирая когтями и клыками, и как кровь Саймона алыми каплями разлетается в стороны.

Райли содрогнулась от воспоминаний и чуть не выронила стакан из рук.

— Потом мы вынесли Саймона наружу, и его забрали в госпиталь.

Но на этом дело не закончилось. Она не стала рассказывать семейству Адлеров об остальных, разорванных в клочья или сгоревших заживо. Мортон, Коллинс, Клейн… Как много погибло…

Мистер Адлер осторожно дотронулся до ее руки, отвлекая от грустных мыслей. Райли посмотрела ему в глаза. Лет через тридцать Саймон будет похож на него, будет красиво стареть, если только останется в живых.

— Это не твоя вина, — мягко успокоил он.

Хотела бы я в это верить.

— Врач Гильдии сказал, что кто-то успел обработать его раны Святой водой, поэтому у него нет заражения, — сказала миссис Адлер. — Хирурги просто зашили их, и, как нам говорят, ему уже становится лучше.

— Это все Святая вода. С учетом того, что все раны были нанесены адскими отродьями.

— А еще врачи не знают, как прокомментировать тот факт, что его мозг снова стал работать, — продолжала та. — Отец Гаррисон сказал, что это просто чудо.

Это точно.

Семейство Саймона занималось бы сейчас траурными приготовлениями, если бы Райли не пошла на соглашение с силами Рая.

— Он вел себя очень храбро. — Ее сердце сжалось, когда пришлось сказать это. — Не отступил ни на шаг.

— Похоже на нашего сына, — сказал мистер Адлер, с улыбкой глядя на жену. Его усталые глаза поблескивали от слез.

— Он замечательный парень, — добавила Райли и тут же смутилась. Уж они-то об этом точно знают.

— Ты ему очень нравишься, — отозвался его отец. — Он улыбается каждый раз, когда произносит твое имя.

Она промолчала. Если бы она попыталась еще что-нибудь сказать, то точно разрыдалась бы. И вряд ли смогла бы остановиться. Тут к ней снова подошел тот общительный малыш с собачкой. Пухлой ручкой он погладил ее по колену.

Тогда Райли наклонилась и взяла его на руки, чувствую его теплое дыхание у себя на плече. Слезы полились сами собой. А потом вся его семья стала обнимать и успокаивать ее. Все они говорили, что молятся за нее.

Словно она была одной из них.

* * *

На этот раз палата Саймона была уже не так заставлена больничным оборудованием. Аппарат для вентиляции легких увезли, тихо шипел кислородный баллон.

В светлых волосах Саймона виднелась запекшаяся кровь. Прекрасные голубые глаза были закрыты, и он дышал сам, глубоко и ровно, точно так же, как тогда, когда они спали на кладбище. Когда она плакала о папе, а Саймон ее успокаивал.

Позволили бы ему умереть, если бы я отказалась от соглашения?

Впрочем, это уже было не важно. Саймон жив, и это главное.

С кровати раздался слабый стон. Обе руки Саймона были полностью перебинтованы, и у Райли перед глазами встала душераздирающая картина, как он пытается отбиться от когтей демона.

Она осторожно сжала его ладонь в своих. Саймон тяжело открыл глаза.

— Ну, привет, — прошептала она. Он наконец смог сфокусировать ошарашенный взгляд на ее лице.

— Воды… — прохрипел он.

Райли кинулась к прикроватному столику, на котором стоял стакан со льдом. Воспоминания о маме в больнице были еще свежи, и она легко нащупала кнопки, поднимающие спинку кровати в сидячее положение. Усадив Саймона поудобнее, Райли аккуратно вложила ему в рот кусочек льда. Он стал сосать его, не сводя с нее воспаленных глаз. После трех кусочков Саймон наконец напился и отвел ложку рукой. Она поставила стакан на место.

— Райли… — прошептал он.

— Как ты меня напугал! Не делай так больше никогда, — сказала она, приглаживая торчавший локон на его голове. Тот никак не хотел лежать на месте: запекшаяся кровь не лучшее средство для укладки.

— Ты жива, — произнес он таким тоном, будто еще не до конца поверил в это.

— Благодаря тебе!

— Нет. — Он сморщился от боли, убрал свою руку из ее и попытался скинуть одеяло. Это оказалось нелегко из-за тугих повязок на руках.

На нем не было больничной рубашки, а только легкие штаны на шнурке. Райли с трудом подавила вопль ужаса: его грудь и живот представляли собой сплошное месиво, оклеенное мозаикой пластырей, бинтов и сеток. Было видно, что его сшивали чуть ли не по частям.

— Жутко чешется! — Он скривился и аккуратно поскреб у края своей «мозаики».

— Да неужели! — понимающе ухмыльнулась она. Райли ежедневно изводила по пол-литра увлажняющего лосьона на свое бедро, в котором когда-то застрял коготь демона, просто для того, чтобы не сойти с ума от постоянного зуда. — Но это означает, что раны заживают.

Смотреть на Саймона в таком состоянии казалось нестерпимой мукой. Эти отметины останутся у него на всю жизнь.

Прямо как у меня.

— Ты убила того демона, — сказал он, устало уронив руки на постель, будто попытка расчесать шрамы отняла у него последние силы. — Ты спасла мне жизнь.

— Мне просто не нравится, когда едят моего парня, — попыталась отшутиться она.

Саймон с отвращением поежился.

— Его зубы жгли, как огонь, — сказал он, стараясь не глядеть на нее. — Я думал, еще немного… — Он осекся.

Ты понимал, что еще немного, и оно загрызет тебя.

Всего несколько недель назад она один на один сражалась с таким же кровожадным тройбаном. Чудовище до сих пор снилось ей в кошмарах, она чувствовала, как оно сжимает клыки на ее плоти, ощущала его смрадное дыхание.

Райли осторожно сжала ладонь Саймона, готовясь к неприятным вопросам.

— Сколько?.. — шепнул он.

Все равно рано или поздно он обо всем узнает.

— На данный момент тринадцать, насколько нам известно. Но в развалинах еще наверняка остались люди. И еще четверо, которых никто не смог опознать.

— Кто?

— Саймон, я не…

— Кто?.. — непреклонно потребовал он, сверля ее взглядом.

Райли начала назвать имена, и он становился все мрачнее с каждым мгновением. Когда она назвала Итана, их близкого приятеля, Саймон сокрушенно закрыл глаза.

— Он был так счастлив еще вчера, — еле слышно прошептал он.

У Итана была достойная причина радоваться: они с невестой присматривали новое жилье, а шумную свадьбу решили назначить на лето.

Но теперь он был мертв.

— Кто еще? — выдавил Саймон.

Райли уже с трудом разбирала его слова.

— Это все. Оба мастера серьезно пострадали: у Стюарта — контузия, а у Харпера переломаны ребра.

Ответом ей была мертвая тишина. Плохой знак.

Она засуетилась вокруг Саймона, поправила подушки, предложила льда, который он молча взял. Спустя некоторое время Саймон тяжело вздохнул.

— Должно быть, я неправильно разлил Святую воду.

— Нет! Ты все сделал безупречно. Демоны не должны были сломать защиту.

Но они сделали это.

Теперь Саймон всю жизнь будет считать, что смерть ловцов на его совести, кто бы ни говорил, что он здесь совершенно ни при чем. Человек подобного склада всегда готов в первую очередь винить себя.

Снова молчание. Она держала его руку и не лезла с расспросами, понимая, что ему нужно все обдумать.

В конце концов он просто устало закрыл глаза, и Райли показалось, что он хочет остаться один. Осторожно поцеловав его в лоб, она прошептала ему на ухо:

— Ты поправишься, слышишь? Все будет хорошо.

Саймон ничего не ответил.

Стоя у двери, она оглянулась и увидела, как по его щеке скатывается одинокая слеза. Прямо как у нее самой.

Глава пятая

Будучи подростком, Бек частенько оказывался в кабинете школьного директора. Там его отчитывали за сквернословие, драки, издевательство над учителями и вандализм. То же самое продолжилось и в армии, но список пополнило пьянство. Сейчас, в свои двадцать два, он прекрасно представлял себе, каково это — приносить публичные извинения и в чем-то объясняться. Каково нести ответственность даже за то, чего не делал. И снова похожая ситуация, только декорации поменялись.

Пробираясь через галдящую толпу репортеров перед мэрией Атланты, он украдкой глянул на Стюарта. По выражению лица мастера он понял: тот думает о том же. На них свалят всю вину за то, что произошло в Часовне.

Вокруг, как оводы, продолжали виться телевизионщики, доставая своими идиотскими вопросами. Ловцы медленно продвигались к массивному зданию, в котором располагалась городская администрация. Бек пытался расчистить дорогу для Стюарта — он знал, что того серьезно беспокоит раненая нога. Честно говоря, Бек и сам был не в лучшем состоянии, но ему хотя бы помогал возраст.

Наверху лестницы они остановились, чтобы оглянуться. Перед ними открылся впечатляющий вид: главная улица была заставлена микроавтобусами с телевидения, со спутниковыми тарелками, воздетыми к небу, будто маргаритки-мутанты. Вдоль тротуара напротив полиция специально огородила зону для пешеходов и зевак. Повсюду торчали транспаранты разнообразных расцветок и содержания. «Готовьтесь к встрече со своим хозяином!» — алыми буквами вопил один. Кое-где можно было прочесть строки из Библии. Неподалеку кучковалась группа из организации «За права демонов» с пластиковыми рожками, бутафорскими трезубцами и подвязанными на бечевку хвостами из карнавального магазина. Они старались держаться вместе, скорее всего, чтобы их никто не побил.

— Что ты видишь? — философски спросил Стюарт.

— Сумасшедшую безмозглую толпу, — кисло отозвался Бек.

— Они не все сумасшедшие, сынок. Когда люди напуганы, они часто начинают творить глупости. Старайся не забывать об этом, скоро может пригодиться.

Бек промолчал. И так было ясно, что старый ловец прав. Когда ловцы защищали людей от демонов и выступали своеобразной живой прослойкой между ужасами Ада и наивными городскими обывателями, властей Атланты все устраивало. Теперь со стороны могло показаться, что ловцы серьезно уступают своим противникам, а это могло не на шутку напугать горожан.

Да это и меня самого не радует, черт побери.

Бек отвлекся на ослепительную огненную вспышку в толпе. Ветер трепал волосы ярко-рыжей девушки, стоявшей у репортерского микроавтобуса. С такого расстояния Бек смог разглядеть только брючный костюм шоколадного цвета, но он мог поклясться, что глаза у нее ярко-зеленые — под цвет шелковой блузки. Она стояла как огненный маяк посреди безликой, тусклой толпы.

За спиной Бека раздалось нервное покашливание.

К ним обратился солидный молодой человек в костюме.

— Господа? Будьте любезны следовать за мной. Совет уже ждет вас.

Стюарт отмахнулся от него, как от мухи.

— Положись на старого ирландца, и да будет проклят тот, кто первым скажет: «Хватит!»

— Что? — Молодой клерк ошарашенно уставился на него.

— Забудь, мальчик. Просто покажи нам дорогу, ладно?

— Слушаюсь, сэр.

Они прошли в здание, одну за другой миновали несколько массивных металлических дверей. Бек ломал голову, как они могли здесь уцелеть при нынешней дороговизне металла.

— Наверное, на них найдется немало охотников.

— Последние трое за свою охоту угодили на Демон Централ, — рассказал Стюарт. — Я слышал это от знакомых.

Они все шли и шли дальше. У Бека разболелась нога.

Ловцов провели в небольшое помещение с длинным столом с несколькими креслами для председателей и простыми стульями для остальных. Старый мастер осел на один из стульев и отер ладонью пот со лба.

— Все в порядке? — заволновался Бек.

— Ничего серьезного. Стаканчик виски — и я буду в норме, — отшутился старик. Он вдруг пригвоздил Бека взглядом. — Держи себя в руках, что бы ни творилось, ты меня понял?

Задачка была не из легких. Бек устал как собака, его мучила жуткая головная боль, а тело болело так, будто он всю ночь бесился и прыгал со сцены на рок-концерте. С демонами. «Сохраняй невозмутимость любой ценой!» — произнес вдруг голос в его голове. Это был Пол. Он всегда подсказывал ему, как быть.

В боковую дверь вошел Эзекиэль Монтгомери, мэр Атланты. За щеголявшим заметным пивным брюшком политиком следовали несколько членов Совета, пара ассистентов и двое полицейских. Последние встали по сторонам от длинного стола наготове, будто ожидались какие-то серьезные стычки.

— Ты посмотри, они пришли с подкреплением. Боятся, значит, — тихо пробормотал Бек и услышал одобрительный смешок своего компаньона.

— Здесь далеко не все, — заметил тот. — Не хватает председателя. Я не понимаю, почему больше никого нет.

Пока члены совета занимали места за столом, Бек примостился рядом с мастером и ритмично постукивал пальцами по коленке, пытаясь совладать с напряжением и привести мысли в порядок. Он провел рукой по волосам и понял, что они влажные. Ему было душно и ужасно хотелось скинуть куртку, но тогда все увидели бы мокрую от пота футболку, облепившую тело — его била лихорадка. Он успел переодеться перед собранием и долго возился с раненой ногой, пытаясь забинтовать ее потуже: не хотел запачкать кровью джинсы. Судя по тому, как та болела, повязка не поможет.

Боже, как мне паршиво.

Вся надежда на то, что через сутки ему должно стать легче. Нужно перетерпеть еще двадцать четыре часа.

— Кто из вас Харпер? — спросил мэр, не поднимая глаз от кипы бумаг.

Стюарт откашлялся.

— Он тяжело ранен. Я — мастер Ангус Стюарт, старший ловец. Я уполномочен говорить от имени Гильдии.

— А вы не могли бы говорить стоя? — перебил его мэр. — Так всем будет проще.

— Но не мне, — сказал шотландец, не двигаясь с места. — Объясни им почему, сынок.

Бек встал.

— Мастер Стюарт хочет сказать, что он тоже ранен и ему лучше сидеть.

Мэр нахмурился, но затем кивнул.

Бек стал разглядывать парня по правую руку от Монтгомери. Внешне он ничем не отличался от других ассистентов, но кое-что в нем настораживало. Подозрительный субъект старательно прятал от него глаза и при этом старался не сводить взгляда со своего начальника.

— А вы кто? — спросил мэр у Бека таким тоном, будто тот только что вломился среди ночи в его дом.

— Меня зовут Денвер Бек. Я ловец-подмастерье.

— Мистер Бук, — неуклюже начал мэр. — Мы выражаем глубокие соболезнования по поводу потерь в вашей Гильдии.

Все эти вежливые разговоры — просто формальность. Что ж, я справлюсь.

— Мое имя — Бек, — поправил он. — Спасибо.

Девушка через три стула от мэра тихонько прыснула и с серьезным видом уткнулась в документы. Это была мулатка с карамельной кожей и яркими глазами.

— Я хотел бы знать, что вы намереваетесь делать со всеми этими демонами, — продолжил Монтгомери.

Бек оглянулся на Стюарта, но тот лишь ободряюще махнул ему рукой: «Давай, продолжай!»

Почему я должен говорить за всех?

— Мастер Харпер обратился в общенациональную Гильдию, и они отправят нам нового мастера, чтобы можно было тренировать учеников.

— А как это решает имеющуюся проблему? — поинтересовалась смешливая мулатка.

— Никак, — честно признался Бек. — Мы решили пригласить других ловцов переехать в Атланту на время, пока все не уладится.

— А сколько вообще членов в Гильдии? — спросила она.

Бек украдкой оглянулся на Стюарта, и тот шепнул ему цифру.

— Пятьдесят шесть, — ответил Бек, чувствуя себя говорящей куклой. — Не все сейчас боеспособны. На данный момент могут работать только двадцать ловцов.

Бек ощущал себя абсолютно не в своей тарелке. Что он мог понять во всей этой политической возне? Ему даже не доводилось бывать на выборах.

— А как насчет охотников? Почему мы не можем попросить помощи у них? — вмешался лысоватый мужчина.

Стюарт решил нарушить молчание:

— Я уже говорил об этом с архиепископом сегодня утром. Позиция церкви однозначна: они считают, что мы в состоянии разобраться сами.

Загадочный ассистент мэра наклонился к нему и шепнул что-то на ухо. Тот покачал головой, но парень настойчиво прошептал то же самое, и Монтгомери кивнул.

— При всем уважении, я вынужден не согласиться с архиепископом, — сказал он. — Губернатор уже связался с Ватиканом, и они согласились выслать сюда своих охотников в ближайшее время. Думаю, нам стоит остановиться на таком плане действий.

Бек сжал челюсти и стал говорить медленнее, стараясь как можно аккуратнее подбирать слова:

— Я не сомневаюсь в том, что они — крутые ребята и отлично делают свое дело, вот только они совершенно не знают ни города, ни демонов, которые в нем обитают. Наши противники очень отличаются от тех, что водятся в Нью-Йорке, или Лос-Анджелесе, или даже Риме.

— Вы клоните к тому, что ваш опыт и знание города в этой ситуации важнее для успеха, чем силы и возможности Ватикана? — спросила мулатка.

Карамельная леди подбрасывала ему правильные вопросы, и он уже обожал ее за это.

— Именно так, мэм. Прошлой ночью нам устроили засаду, но этого больше не повторится.

— Если вчерашняя ночь была примером того, как ваши ловцы обычно работают, нам несдобровать, — не унимался мэр.

Один из членов совета кивнул:

— Поддерживаю. Нужно пригласить охотников из Ватикана. Они точно сделают свою работу.

— Но ловцы работают с местными демонами почти с момента основания города! — запротестовала мулатка. — Если в процесс вмешаются посторонние силы, дело только осложнится. Охотники никогда здесь не бывали, и они не несут ответственности ни перед кем, кроме Ватикана.

— Они возьмут все под контроль, — упирался Монтгомери. — Нам нужно как можно скорее решить эту проблему, и без дальнейшей огласки. В наш город собираются переехать представительства крупных компаний и развернуть здесь свою деятельность. Если мы не решим проблему с демонами, все рухнет и такой возможности больше не представится. — Он зашуршал бумажками. — Все произошло по вине Гильдии. У ловцов был шанс, но они не справились. Теперь нам нужны профессионалы, а не любители.

Это был удар ниже пояса. Лицо Стюарта стало пунцовым. Старый ловец открыл было рот, но ничего не сказал. На секунду Бек испугался, что беднягу хватит удар.

После краткого обмена мнениями было проведено голосование. Совет поддержал идею пригласить в Атланту охотников. Только один голос оказался против — мулатка держалась собственных принципов.

— Будет принята соответствующая резолюция. — Мэр стукнул молотком, обозначая конец заседания, и поднялся с места. — Отправляйтесь хоронить погибших, джентльмены. Считайте свою работу законченной.

Из-за его спины, гадко улыбаясь, выглянул давешний ассистент. Он выглядел так, будто только что одержал важнейшую победу в своей жизни.

Бек вышел из себя. Сжав кулаки, он шагнул вперед, но его тут же остановили полицейские, предупреждающе положив руки на кобуры с оружием.

— Не надо, сынок, — примирительно сказал Стюарт. — Брось. Они все равно не слушают.

* * *

С трудом протолкнувшись сквозь толпу, они сели в машину. Мастер достал из-за пазухи маленькую серебряную фляжку и сделал большой глоток. Затем предложил ее Беку. Виски обжег его воспаленное горло.

— Спасибо, — сказал он и вернул фляжку. Выруливая с обочины, он спросил: — Почему ты доверил все переговоры мне? Я же просто подмастерье.

Старый ловец глотнул еще виски и задумчиво почмокал губами.

— Подмастерье, который однажды станет мастером. Начинай потихоньку разбираться в ситуации. Проще она не станет, это уж точно.

— Но я не…

Совсем не такой, как ты считаешь.

Стюарт пронзительно посмотрел на него:

— Пол Блэкторн обучал только лучших! Ты же не будешь оскорблять его светлую память?

Мастер наступил ему на больную мозоль: ни под каким видом Бек не мог подумать, что его друг в чем-то мог просчитаться.

— Нет, сэр!

— Вот и славно. А для начала отвези меня домой. Я хочу поспать. Забери меня часиков в восемь вечера, нужно съездить к Харперу. Надо выбрать новое место для собраний и начать разбирать страховые бумаги, всю эту волокиту.

— Но если в Атланту прибудут охотники…

— То нужно еще скорее привести наши дела в порядок и быть во всеоружии.

Глава шестая

Оклендское кладбище было последним местом, в котором хотела бы оказаться Райли. Но вот она здесь, шагает по дорожке между могил. Кладбище располагалось к востоку от города и существовало здесь с начала XIX века. В Викторианскую эпоху было принято устраивать кладбища, похожие на парки, поэтому Окленд славился своими вековыми магнолиями, памятниками и старинными склепами.

Последнюю пару недель Райли проводила здесь каждую ночь — под защитой магического круга из Святой воды и свечей она стерегла могилу своего отца, не подпуская к ней некромантов. Нужно было только дождаться полнолуния, и все некромантские заклятия станут бессильны.

Но ей не удалось.

— Я не должна была уходить, — корила она сама себя, шагая вглубь кладбища. От ее лица в морозный воздух поднимались облачка пара.

Райли готова была поклясться, что ничто не заставило бы ее разрушить магический круг.

Она повернула налево и двинулась к семейному склепу. Луна висела в прозрачном и свежем ночном воздухе, как ледяной волшебный фонарь, ровным равнодушным светом заливая каменные надгробия. За каждым из них скрывался кто-то, кто жил в этом городе, шагал по его улицам, но теперь мог назвать своими лишь битые глиняные черепки в земле.

Давным-давно, когда у Блэкторнов были деньги — один из их рода в XIX веке был банкиром, — они построили этот фамильный склеп. Он был одним из самых красивых на кладбище. Кладка из красного камня, казалось, могла выстоять землетрясение или торнадо. Викторианские архитекторы как следует потрудились над сооружением — массивные бронзовые двери, стрельчатые окна из матового стекла и жутковатые горгульи на крыше.

Райли вспомнила прошлую ночь, то, как они ночевали здесь с Беком. Она заснула рядом с ним, чувствуя себя в безопасности. Он же вряд ли сомкнул глаза. От него пахло кровью, пожаром и праведным гневом. Теперь Денвер Бек представлял собой динамитную шашку на двух ногах — нужны была только искра. Райли надеялась, что ее самой не будет поблизости, когда он «сдетонирует».

Райли приостановилась у входа в склеп и посмотрела на горгулий. Их жутковатые львиные лица смотрели на нее с таким злобным выражением, будто она была незваным гостем. Они ей никогда не нравились.

В склепе уже не осталось свободного места, поэтому могилы родителей располагались у западной стены с видом на Капитолий. Борясь с нестерпимой болью, Райли опустилась на колени у развороченной могилы отца. Та выглядела так, будто из земли вылез гигантский крот и разбросал вокруг комья. Обломков гроба не было, — вероятно, их увезли служители кладбища.

Райли сделала глубокий вдох, так что в груди закололо от холодного воздуха, и закашлялась. Во рту еще сохранился привкус гари. Смаргивая слезы, она шепнула:

— Пап, прости. Я не хотела, чтобы так вышло.

Он должен был жить, воспитывать из нее ловца, смеяться ее шуткам и ездить с ней в пиццерию. Обзывать соней, когда она поздно встает. Просто быть рядом. Но осталась только глубокая дыра в земле, и такая же — у нее в сердце.

Райли помолчала, приводя в порядок воспоминания, как спутанную пряжу. Она не хотела забывать его голос, лицо, непослушные волосы. До тех пор пока она бережет эти воспоминания, папа будет рядом с ней.

Потом она заговорила с ним. Хотя тело похитили, быть может, его дух способен услышать ее. Не то чтобы они не были близки с мамой, но папа и сам был ловцом, поэтому Райли пересказала ему все события последних суток. Она знала, что не получит ответа, но ей становилось легче.

— Я видела, как погибают люди, — сказала она, поежившись. — Бек в порядке, но прилично помят. А Саймон… — Она всхлипнула. — Он выкарабкается, но только потому, что… В общем, потому.

Высоко в кронах деревьев вздохнул ветер, будто папа услышал ее и пытается поддержать. «Все будет хорошо», — раздался голос в ее голове.

В детстве она ему верила. Но не теперь.

Выговорившись, Райли поднялась на ноги, стряхнула землю с колен и пошла к колокольне, где располагалась дирекция кладбища. Она хотела встретиться с тем самым волонтером, который так подвел ее с отцом.

Пока Райли ждала, чтобы окончательно не заскучать, она решила позвонить своему лучшему другу. Вообще, у нее было не так уж много друзей, во всяком случае, таких, как Питер. Он ей был даже больше братом, чем другом. К сожалению, когда они разговаривали последний раз, они расстались на не самой приятной ноте.

— Да? — послышался в трубке неуверенный голос ее друга.

Райли совсем позабыла, что сейчас пользовалась мобильным отца и его номер был незнаком Питеру.

— Привет, Питер. Это я.

— Привет. Ты где?

— На кладбище.

— Все еще дежуришь у могилы?

Она и забыла, что Питер не знал. В последний раз они разговаривали утром, когда Райли была у Бека, еще до пожара в Часовне. Расстроенный тем, что Райли так бездумно рискует собой, Питер тогда сразу накинулся на нее с упреками, и у нее не было возможности рассказать ему о том, что случилось с телом отца.

— Нет, с этим покончено. — И Райли рассказала ему все.

— Вот блин. Ты проделала столько работы, а теперь… — Питер выругался в трубку. — Мне очень жаль, Райли.

— Да, дела ни к черту. Я сейчас пытаюсь найти его тело, но никто из некромантов ничего не говорит.

На том конце трубки повисла тишина.

— А как у тебя дела? — спросила Райли, пытаясь поддержать разговор.

— Да не очень. Мне сейчас неудобно говорить. И мне пора идти.

— А, ясно. Может быть, поговорим завтра.

— Да, давай. — И Питер отключился.

Был ли Питер расстроен тем, что Райли едва не умерла при пожаре в Часовне, или было что-то еще? Так или иначе, ей никак не выяснить это до тех пор, пока Питер не захочет сам рассказать, а на это, судя по всему, рассчитывать не приходится. Мысленно Райли пометила это как еще одну проблему, требующую решения.

Спустя пятнадцать минут — Райли постоянно поглядывала на часы — пришел волонтер-недотепа. Он оказался моложе, чем она думала, — около двадцати пяти лет, с массивными очками на носу. Толстое громоздкое пальто болталось на парне, как на вешалке. Он шел по дороге так, будто на него недавно напали и теперь ему везде мерещилась засада.

Вот он, человек, который не смог уберечь ее отца. Вчера она с легкостью была готова бросить его на съедение демонам, и сегодня еще не передумала. Правда, она сама дважды чуть не разрушила круг, в последний момент раскусив уловки Озимандиа.

Парень остановился в паре метров перед крыльцом, на ступеньках которого она сидела. Его покрасневшее лицо казалось унылым и опустошенным. Видимо, совесть окончательно его заела. Они некоторое время молча смотрели друг на друга, не решаясь заговорить. При малейшем шорохе парень подскакивал и оглядывался. Прийти сюда ночью было для него настоящим подвигом.

Все оказалось тяжелее, чем Райли рассчитывала.

— Расскажи, что здесь случилось, — попросила она.

Он съежился.

— Я… сделал все, как положено.

О боже.

Она вела себя так же после того, что случилось в библиотеке. Когда Бек потребовал объяснений, она сказала ровно то же самое.

Волонтер продолжал топтаться, оборачиваться и подпрыгивать, и она смилостивилась и пригласила его сесть рядом. Он сделал это с таким усилием, будто ему было больно находиться в одном месте с ней.

— Как тебя зовут?

— Ричард.

— А меня — Райли, — сказала она, стараясь вести себя как можно вежливее. Это было настоящее мучение для них обоих. — Расскажи, как все было.

Он тяжело вздохнул и поправил кожаные перчатки.

— Я создал круг так же, как и всегда. Все шло своим чередом. Некроманты приходили и уходили и…

— Кто?

Он призадумался.

— Мортимер и тот парень, который одевается, как попугай. Ленни, кажется.

— А кто еще?

Он покачал головой.

— Я стал читать книгу. Поднялся ветер, я не обращал на него внимания. Иногда такое случается, и я знаю, что это проделки заклинателей. А потом земля перед магическим кругом засветилась, будто залитая лавой. Она была странной — красно-золотой.

— А что было потом?

— А потом оттуда вылетел он, прямо как ракета, — сказал Ричард, взмахнув руками.

— Он? Дракон, что ли?

— Да! Я боюсь их с самого детства. Родители даже подарили мне игрушечного дракончика, потому что он мило выглядел. А я думал, что он сожрет меня ночью, и прятал его за туалетом.

Райли ожидала, что волонтер попытается свалить вину на кого-нибудь другого, но этот парень оказался не таким.

— А ты никому из некромантов не рассказывал, что боишься драконов? — Может быть, это послужит ключом к разгадке.

— Нет, — обиделся Ричард. — Это не та вещь, о которой рассказывают всем прохожим на улице.

Он прав. Глупая мысль.

— А как он выглядел?

Бедняга закрыл лицо руками и стал тереть его с такой силой, что заскрипела щетина на подбородке.

— Огромный, больше пяти метров высотой. У него была зеркальная чешуя, которая меняла цвет, когда он двигался. Я мог четко разглядеть отражение свечей. Жуть.

— Значит, он не прилетел на кладбище, — сказала она, рассуждая сама с собой. Как сделал бы нормальный дракон.

— Нет. Он выскочил из-под земли. У него были ужасные когти, по метру длиной. Он не сводил с меня взгляд и рычал. У меня в голове раздался его голос — он сказал, чтобы я снял круг или он поджарит меня живьем.

— И ты послушался? — спросила Райли, изо всех сил пытаясь держать себя в руках.

— Нет! — воскликнул Ричард и затряс головой. — Я закрыл глаза и постарался не думать об этом проклятом чудовище.

— Как же тогда разрушился круг?

— Когда я не стал его слушать, он встал на дыбы и заревел. Надгробия вокруг заходили ходуном, крыша склепа обрушилась. Дракон поднял стену огня, и она двинулась прямо на меня.

Ричарда била мелкая дрожь, когда он говорил. Райли положила ладонь ему на плечо, и он немного успокоился.

Рядом со склепом не было никаких следов разрушений.

— Оптическая иллюзия, — поняла Райли.

Ричард сделал глубокий вдох и продолжил:

— Когда пламя дошло до круга, свечи закачались и стало так жарко, будто меня запекали в духовке. Я нырнул под одеяло и попытался не поддаваться, но, похоже, смахнул одну из свечей.

Круг был нарушен, и ничто не могло помешать некромантам воскресить ее отца.

— А как мой папа… — начала она, обхватив колени руками.

Ричард посмотрел на нее.

— Комья глины полетели в воздух, и раздался треск дерева, — наверное, это была крышка гроба. А потом твой отец просто шагнул на землю. Я попытался его остановить, но он только покачал головой и оттолкнул меня в сторону.

— Он ничего не сказал?

— Сказал, и это было просто ужасно. Он сам подошел к дракону, посмотрел ему в глаза и произнес: «Так и знал, что это будешь ты». — Ричард сглотнул. — Потом дракон схватил твоего отца и исчез.

— А некроманта ты не видел?

— Нет.

— И в воздухе не кружились листья? — Она вспомнила о любимой фишке Озимандиа.

— Нет.

Ричард уже больше не дрожал, будто рассказ помог ему избавиться от страха.

— Мне очень жаль, — сказал он. — Мне так стыдно. Если бы я не испугался…

Она могла обвинить его во всем или смириться с этим. Если бы она его возненавидела, это не помогло бы ей найти отца. Она не могла до конца искоренить в себе злость на него, но Ричарду вовсе не обязательно было об этом знать.

— Я все понимаю. Я почти повелась на трюк с «давай убьем котенка».

Встретив озадаченный взгляд, Райли пересказала хитрость Озимандиа: как он грозился зарезать котенка, если она не разрушит круг. А котенок оказался не живым, а очередным темным мороком.

— Ого. Я слышал о нем. Думаешь, это он забрал твоего отца?

— Возможно.

Они помолчали. Затем Ричард откашлялся и встал.

— Спасибо, что смогла выслушать меня. Я боялся, что ты будешь в бешенстве и не захочешь разговаривать.

— Ты сделал все, что мог.

Парень покачал головой:

— Все, что я сделал, это позволил украсть тело твоего отца. Я не заслуживаю благодарности.

Он побрел прочь. Райли провожала его взглядом до тех пор, пока он не скрылся за поворотом. Интересно, станет ли он охранять еще кого-нибудь или Пол Блэкторн был его последней попыткой.

Так и знал, что это будешь ты.

Папа знал, кто его воскресил. Был ли это Озимандиа?

— Не сходится, — пробормотала она. Озимандиа хотел наказать ее, чтобы именно она совершила ошибку, а он мог злорадствовать.

Где-то в недрах сумки запищал мобильник. Райли не хотелось брать трубку, но это могла быть Эми с новостями о Саймоне.

Но звонил Бек. Райли взвыла от досады.

— Ты на святой земле? — спросил он, не удосужившись сказать «привет».

— Да, — пробурчала она, хотя ей оставалось всего лишь зайти в ворота.

— Оставайся там. — Это не прозвучало как просьба.

— Знаешь, я рада, что у меня нет братьев.

— Почему? — Он был искренне озадачен.

— Если бы они были хоть каплю похожи на тебя, я бы сбежала из дому.

— Вперед. Только убедись, что бежишь в направлении Фарго, — тут же парировал он.

Черт тебя возьми, когда же ты отвяжешься?

Он проедал ей мозг с идеей «переедь к тете» с тех пор, как узнал, что у нее остались родственники в Северной Дакоте. Тот факт, что тетка ненавидела отца, да и саму Райли по умолчанию, Бека нисколько не смущал. Если Бек вбивал себе в голову какую-нибудь идею, то становился упрямым, как баран.

Попробуем сменить тему.

— Сегодня я сплю дома, в своей постели, — сказала она тоном, не терпящим возражений.

— Уверен, твои соседи будут счастливы выступить в качестве ночного барбекю.

— Что? — Он нес какую-то чушь.

— Ничто не остановит парочку Пиродемонов, если они решат позабавиться с твоим домом, так что пятак возьмет тебя еще тепленькой.

А об этом она действительно не подумала. Можно было бы считать это перестраховкой, но еще вчера никому бы и в голову не пришло, что демоны станут атаковать собрание Гильдии ловцов.

— Бек, я хочу побыть дома. Я устала, мне нужен душ, и у меня все болит.

Я должна быть там, где был папа.Может, так Райли станет легче переносить одиночество.

— Принцесса, я тебя услышал, но поверь, это не главные вещи в жизни.

Опять он читает ей нотации, будто сам уже разбирается в жизни.

— Спокойной ночи, Бек.

— Райли… — угрожающе начал он.

— Я прочла твои сообщения, — сказала она и выключила телефон.

И мне плевать на них.

* * *

Садясь в машину у кладбища, она никого не заметила, поэтому сильно напряглась, когда на дороге ее догнал лихой мотоциклист. Он следовал за ней до перекрестка, а затем вообще поехал рядом, у самой водительской двери.

Вот блин, это еще кто?

Мотоциклист приподнял забрало шлема, и Райли облегченно вздохнула. Ори! Он опустил стекло и сбавил скорость так, чтобы ехать позади. Она еще никогда не ездила с эскортом и успела заметить, что Ори сидел на байке как влитой. Стопроцентный «плохой парень». Из тех, о которых мечтаешь по ночам, но понимаешь, что все равно ничего не склеится.

Нарочно и придумать нельзя: ангелоподобный Саймон, который целует ее так, будто прикладывается к иконе, и загадочный Ори, пробуждающий в ней какие-то животные, первобытные инстинкты.

Райли затрясла головой.

Нельзя. Саймон — моя идеальная пара. Он — мой самый родной человек.

Даже папе он нравился. Райли подозревала, что вряд ли бы отец оценил этого красавца на мотоцикле.

Когда Райли припарковалась около дома, Ори остановился рядом.

— Надеюсь, что не напугал тебя, — сказал он, подходя к ней.

— Немного. Я не привыкла, чтобы за мной ездили парни.

— Не ожидал этого услышать, — вежливо удивился он.

Райли почувствовала, как к щекам прилила кровь. Хорошо, что парковка была плохо освещена и Ори ничего не увидел.

— Меня преследуют только демоны.

Сколько парней переварит такую шутку? Только ловцы, а их не так много.

— А, точно, — протянул Ори. — Но с этой проблемой я разберусь.

— Кстати, ты ничего с собой не носишь. Как ты убиваешь демонов без оружия и святой воды?

Он махнул рукой в сторону седельных сумок на мотоцикле.

— У меня там кое-что припрятано.

Но ты не таскаешь их с собой повсюду, как Бек.

— Так ты живешь здесь? — спросил он, очевидно вдруг пожелав сменить тему. Этим он грешил частенько.

Райли не стала перечить.

— Да, раньше это был отель. Теперь здесь сдают комнаты.

Ори изучил взглядом ее дом.

— У него есть крыша и четыре стены, а это все, что тебе нужно, да?

Нет. Не все. Раньше с этим местом было связано намного больше, чем просто жилье.

Ее провожатый снова ухитрился незаметно стать ближе.

— Просто, я не хотел тебя расстраивать, — мягко сказал он.

Она посмотрела ему в глаза и пожала плечами:

— Это не твоя вина. Все получилось так, как получилось.

— Все еще изменится, — сказал он и аккуратно убрал прядь волос у нее с лица. — Во всяком случае, я на это рассчитываю.

Ее щеки снова вспыхнули. Да что такое с этим парнем?

Спустя мгновение Ори уже выруливал с парковки. Получается, он не брал ее под круглосуточное наблюдение и не собирался торчать у нее под окнами.

Это даже к лучшему. А то ей придется бороться с искушением пригласить его внутрь.

* * *

Райли отперла входную дверь, и она жалобно заскрипела на петлях. Без папы все здесь стало не так. Его вещи по-прежнему висели в шкафу, в ванной валялась электробритва, на полках стояли книги, но его самого не было. Райли надеялась, что дом сможет стать ее убежищем, но он только усугубил одиночество и пустоту.

Кто-то пихнул ее под колено, и она подскочила от неожиданности. Соседский кот.

— Привет, Макс, дружище. — Она наклонилась, чтобы погладить его, и он громко замурлыкал, встав широкими передними лапами ей на кроссовки. Она чувствовала его когти через ткань, усами он щекотал ей ладонь.

Макс был мэйнкуном, огромный котище весом под 10 килограммов. Любимец соседки, миссис Литински, он считал, что квартира Райли — просто продолжение его дома.

— Прости, сегодня ко мне нельзя. — Обычно она с удовольствием пускала его, но ей нужно было быстро помыться и хорошенько выспаться, а Макс, очевидно, жаждал возни и общения.

Как следует почесав ему подбородок, она проскользнула в квартиру, оставив его за дверью. Из коридора раздался обиженный мяв, но Райли решила не поддаваться.

Она швырнула сумку на диван и рухнула следом. Все пространство освещала одна-единственная лампочка в гостиной. Поскольку первоначально это здание было отелем, квартира состояла из двух объединенных номеров. Из-за выцветших бежевых стен, драного ковра и разношерстной подержанной мебели обстановка выглядела более чем удручающе.

Зато все это — мое собственное до тех пор, пока я смогу платить ренту.

Райли рывком подняла себя с дивана, зевнула во весь рот и посмотрела на автоответчик на столе. Тот нетерпеливо моргал красной лампочкой. Ей нужно было чем-то себя побаловать перед тем, как разбираться с делами, и она вытащила стаканчик клубничного йогурта из холодильника.

Последний.

Она аккуратно записала йогурт в список покупок. Когда Райли увидела, что три предыдущих написаны отцом, ее сердце болезненно сжалось и в горле поднялся ком. Еще одно напоминание о том, что здесь жил ее любимый и близкий человек, которого больше нет.

Она опустилась на стул перед компьютером, нажала кнопку на автоответчике и, отправляя в рот йогурт, стала слушать сообщения. Первые пять были от Объединенной кредитной компании. Папа взял у них кредит, чтобы оплатить мамины больничные счета, те, что не могла покрыть страховка Гильдии. Теперь компания хотела вернуть свои деньги. Первое сообщение было достаточно вежливым, но тон менялся с каждым разом. В последнем сообщении в трубку кричали, что Райли должна вернуть им долг, а если не сделает этого, они эксгумируют ее отца. Сообщение оставили вчера утром.

— Вы опоздали, ребята, — сказала она, смакуя йогурт на языке. — Вас кто-то опередил.

На какое-то мгновение она почувствовала благодарность к тому некроманту, который «сделал» этих подхалимов.

Остальные звонки не заслуживали ее срочного внимания. Райли доела йогурт и зевнула.

Душ. В кровать. И спать. Только в такой последовательности.

Но заснуть ей не удавалось. В доме была слишком сильная слышимость, и хотя эти звуки были вполне привычными — шум воды наверху, плач младенца в квартире дальше по коридору, — все они будили ее.

— Ну, спасибо, верзила, — прорычала она, в который раз взбивая измятую подушку.

Именно Бек высказал идею о том, что демоны могут прийти за ней в любое время, и теперь она не могла справиться с напряжением и страхом. Даже крутой парень на мотоцикле не вселял в нее чувства безопасности. Вздохнув, Райли поднялась с постели и откинула занавеску. Луна отсвечивала от стекол машин на парковке. И ни следа Ори.

— Значит, наблюдать будешь, да? — Если он и правда следил за ней, то стал невидимкой.

Некоторое время поглядев в темноту, она проковыляла к постели и ничком рухнула на нее.

— Надо было впустить Макса.

Он бы свернулся в теплый клубок рядом и мурлыкал до тех пор, пока она не уснет.

В шкафу послышалась легкая возня, и Райли вспомнила, почему еще не стала брать на ночь кота — из-за своего временного соседа, маленького демона. Макс бы перевернул все вверх дном, лишь бы добраться до него. Снова послышалось шуршание.

— Я все слышу, — шепнула она.

Шорох резко прекратился, и раздался вздох.

Существует ряд вещей, которые обязан выполнять ловец демонов: ловить демонов, вести документированный учет, защищать мирных жителей и не позволять приспешникам Ада приносить в жизнь хаос.

Но жить с одним из них она не обязана.

Это был Клептодемон первого уровня, или Барахольщик, как его звали ловцы. Ростом всего в три дюйма и одетый как ниндзя. Он даже таскал с собой специальную сумку, прямо как вор-домушник. Коротышка не представлял опасности, только воровал блестящие вещи — монеты и ювелирные украшения. Иногда она находила подобное во всяких неожиданных местах вроде ящика для посуды. Даже если оно не принадлежало ей.

Райли как-то раз поймала его и продала скупщику, но он вернулся, прямо как те собаки, о которых пишут в газетах — сотни миль в поисках хозяина. Нет, он, конечно, не был ее домашним животным. Клептодемон, как и все остальные, был порождением Люцифера. Она даже не знала, был это «он» или «она», но, по ее стойкому убеждению, демоны женского пола выглядели симпатичнее.

Райли перевернулась на бок, снова взбила подушку и попыталась выключить свой воспаленный мозг. Вместо этого она услышала из шкафа тоненький голосок: демон болтал сам с собой. Наверное, пересчитывал свое добро.

Зато ты хотя бы пожаров не устраиваешь.

И с этой странной мыслью она провалилась в тяжелый, неспокойный сон.

Глава седьмая

Утро Райли выдалось хмурым: горло саднило так, будто его резали тупым ножом, и ее мутило, словно вчера она переборщила с ведьминским вином. Малейший шорох и скрип заставляли ее вспоминать о пожаре и мерзком хихиканье Пиродемонов. Она зависала где-то на границе между явью и сном, то просыпаясь, то мучаясь ужасными кошмарами с воплями и фонтанами крови.

— Надо было выпить чаю, который дала мне Эйден, — проворчала она с досадой.

А самое обидное было в том, что верзила, в принципе, оказался прав: если в Аду действительно желали ей смерти, демоны не пощадят никого вокруг, чтобы добраться до нее, и никакой загадочный Ори не поможет. Но открыто согласиться с Беком она все же не могла. Если он хотя бы раз поймет, что Райли прислушивается к его словам, то его навязчивые советы и ценные указания засыплют ее, как лавина.

Подперев тяжелую голову рукой, Райли сидела за кухонным столом и смотрела, как внутри микроволновки вертится любимая папина чашка с надписью «Привычки развивают тупость».

Еще сорок секунд, и у нее будет горячий шоколад.

Она чувствовала себя ужасно, частично из-за того, что не выспалась, но главным образом из-за того, какой сегодня был день. На календаре он был обведен маркером, и сверху значилась большая буква «П».

Этот день должен был стать днем папиного освобождения — наступало полнолуние. После этой ночи ни один некромант уже не мог охотиться на него.

— Да, и все классно вышло, не так ли? — подколола она сама себя и перевернула календарь на февраль, хотя он наступал только через день. Она была готова сделать что угодно, лишь бы не видеть это грустное «П».

Райли вернулась на свой наблюдательный пост за столом и продолжила медитировать на чашку в микроволновке. Треньканье мобильника вернуло ее к действительности, и девушка ответила, даже не взглянув на дисплей.

— Райли? — хрипло спросили в трубке.

— Доброе утро, Бек, — меланхолично ответила она, не сводя глаз с чашки. Тридцать секунд. Сначала горячий шоколад, затем овсянка. А потом, может, она расхрабрится и сделает себе тост.

— Я велел тебе оставаться на кладбище, но ты не послушала, — угрожающе продолжал он. — Я торчал на улице и стерег твой дом всю ночь, ты понимаешь?

— Ты, наверное, шутишь?

Ты сидел там, на морозе? И какой ты после этого идиот?

Вот почему Ори не было видно. Он не хотел, чтобы его заметил Бек.

— Ты что о себе вообще думаешь, девочка? — разозлился он.

— Сейчас я думаю, что мой горячий шоколад почти готов и я больше не хочу с тобой разговаривать, особенно если ты решил записаться в маньяки-преследователи.

Она повесила трубку, но он тут же перезвонил. Райли не стала отвечать.

— Как я еще поплачусь за это… — пробормотала она, но ей больше не хотелось думать ни о чем, кроме завтрака.

Динь!

— Как раз вовремя.

Смешивая горячий шоколад в чашке, она размышляла о том, что Бек, похоже, не собирается отступать ни на шаг. Он так и будет сидеть в засаде, ночь за ночью, как не знающий сна цербер. Если так будет продолжаться, он устанет и рано или поздно угодит в лапы к демону. К тому же, если он будет торчать у дома, Ори не сможет сделать свою работу.

— О боже, — проныла она. Почему все так сложно?

Сейчас ей нужно было убежище, чтобы тихо отсидеться, пока Ори не поймает этого пятака. У каждого ловца было укромное место на святой земле, просто на случай, если демоны решат развязать войну. Впервые услышав об этом от папы, Райли подумала, что идея слегка параноидальная. Но после нападения на Часовню такая перестраховка уже не казалась чрезмерной. Логово Бека, например, располагалось в церкви, и там были отопление и горячая вода — такие удобства не помешали бы и склепу Блэкторнов, их фамильному убежищу. Если Райли удастся найти свой угол, возможно, верзила отвяжется от нее…

— Пока он не вобьет себе в голову какую-нибудь новую навязчивую идею относительно моей безопасности.

Телефон снова запищал, но на экране высветился номер уже не Бека, а того, кого она так просто отшить не могла.

— Девочка? — сердито прозвучал голос шотландца.

— Мастер Стюарт.

Зачем он мне звонит?

— Я узнал, что ты доставляешь Беку серьезную головную боль. Давай все как следует проясним: после заката ты будешь находиться на святой земле, и так будет до тех пор, пока я не скажу тебе другого.

— Но почему не среди дня? — Пятак пришел за ней после полудня. Но с другой стороны, солнце уже могло садиться — в библиотеке было сложно наблюдать за временем суток.

— Чудовища сильнее ночью. Ты, наверное, думаешь, если продолжишь делать по-своему, я ничего не узнаю. Ты ошибаешься.

— Хорошо, сэр. Я буду на святой земле сегодня ночью.

— Я рад, что мы поняли друг друга. Хорошего тебе дня. — Стюарт повесил трубку.

Райли отшвырнула телефон так, будто он был раскаленным.

— Замечательно, верзила. Позвал большого дядю — молодец, — злобно проговорила она, покачав головой. — Ну ты и засранец!

В дверь резко постучали, но она и ухом не повела. Миссис Литински никогда не стучит так громко, а больше никого Райли не хотела видеть. По крайней мере, пока у нее оставался горячий шоколад.

— Мисс Блэкторн? — раздался голос. Она сразу его узнала — это был служащий из агентства по сбору платежей.

— Катись к черту, — пробормотала она, помешивая горячий шоколад. Почти все комки растворились, еще немного и…

— Мисс Блэкторн? Ваша машина на парковке, так что я знаю, что вы здесь!

По крайней мере, от этого идиота можно будет узнать что-нибудь по поводу пропажи папы.

Райли открыла дверь, не сняв с петли цепочку, но шустрый малый тут же просунул носок ботинка в щель, чтобы дверь уже нельзя было закрыть. Хлыщ был разодет в черный деловой костюм, белоснежную рубашку и серый галстук. В руке он сжимал блестящий кожаный дипломат. Его волосы были так щедро намазаны гелем, что прилипли к голове, и из-за этого он напоминал кукольного Кена, с которым Райли играла в детстве.

Он протянул визитку, и Райли взяла ее.

Арчибальд Лестер, арбитр по сбору платежей.

— Что вы хотите? — сдалась она. На столе остывал шоколад.

— Я думал, что это очевидно, — ответил хлыщ, приподняв одну бровь. Он вытянул из дипломата пачку документов в папке. Плохой знак. — Если вы просто скажете мне, где находится тело вашего отца и кто располагает денежными средствами от его продажи, мы сможем решить дело мирным путем.

Она словно очнулась от сна.

— Вы что, думаете, я продала собственного отца?

— Возможно, да. А возможно, нет. Не имеет никакого значения, кто совершил сделку, для нас главное — получить деньги и актив.

— Актив?

— Тело вашего отца.

У нее внутри все перевернулось.

— Ну уж нет. — Она попробовала закрыть дверь, но хлыщ не убирал ногу.

— Мисс Блэкторн, так вы дела не решите.

Райли разгневанно ткнула в него пальцем:

— Тогда почему бы вам не найти некроманта, укравшего моего отца, и не спросить его об этом… активе.

— Мы будем иметь дело только с вами. Вы не орудуете магией. Если вы откажетесь сотрудничать, я буду вынужден подать письменное прошение в полицию.

Райли противно захихикала, прежде чем поняла, что с ней происходит. Раньше у нее не водилось подобной привычки, но сейчас она не могла сдержать истерического смеха. После всего произошедшего этого недотепу еще волновали деньги.

Он потемнел лицом.

— Похоже, мисс Блэкторн, вы не воспринимаете всерьез наш разговор.

Ее смех оборвался так же резко, как начался.

— Позапрошлой ночью я смотрела, как людей рвут на части и жрут живьем. Вы думаете, меня волнуют ваши вонючие деньги?

— Должны волновать. У вас непогашенная задолженность.

— Нет, это чушь собачья. Мне семнадцать лет, я не несу материальной ответственности за долги своих родителей. И об этом должны знать в вашей банковской шарашке.

Он злобно глянул на нее.

— Ну что ж, тогда начнем играть по-взрослому. Мы конфискуем страховую выплату по смерти вашего отца.

Они что, готовы пойти даже на это?

— Делайте что хотите, мне плевать. — У нее правда больше не было сил переживать обо всем.

— Вы еще пожалеете! — взвизгнул он.

— Жалобная книга справа у выхода, — отрезала она и со всех сил захлопнула дверь спустя мгновение после того, как хлыщ убрал ногу.

* * *

Церковный секретарь пробормотал что-то вроде «временный морг» и отправил Райли в какой-то квартал в восточном пригороде.

Немного побродив, она нашла его — заброшенный музыкальный магазин с выцветшими на солнце постерами концертов многолетней давности. Теперь это был последний приют ловцов, погибших в бою с демонами. Ни один официальный городской морг не соглашался принять ловца, если смерть была демонического происхождения. Согласно странному суеверию, смерть от демона могла передаваться окружающим, как грипп или грибок ногтей. Но отцу Гаррисону все же удалось найти доброго человека, который позволил им использовать это место в качестве морга.

В центре зала в ряд стояло восемь сосновых гробов с закрытыми крышками. На каждом висела карточка с данными и именем погибшего. Эти восемь были только началом: не все тела удалось опознать, не всех еще извлекли из-под завалов Часовни. У изголовья гробов нес почетный караул ловец приблизительно папиных лет. Это была традиция — член Гильдии оставался с погибшими до самого момента похорон. Не так давно Саймон решил исполнить эту обязанность для ее отца. Райли не знала, как зовут этого мужчину, но он торжественно кивнул ей, и она поняла, что это кто-то из своих. Она ответила ему таким же кивком.

Отец Гаррисон был тут же. Он пытался успокоить плачущую пожилую женщину.

— Я не хотела, чтобы он этим занимался, — всхлипывала та. — Я говорила, что рано или поздно его убьют.

За ее спиной стоял пожилой мужчина, наверное муж, и бормотал какие-то успокаивающие слова, но все было тщетно. Женщина только зарыдала с новой силой. Когда они выходили из зала, Райли отошла в сторону и дала им пройти.

Отец Гаррисон подошел к ней. Это был мужчина лет тридцати, с каштановыми волосами и карими глазами. Сегодня он выглядел старше своих лет — тяжелые тени легли на его лицо.

— Родители Итана, — пояснил священник. — Он был их единственным сыном.

На глаза Райли навернулись слезы. Она стала яростно копаться по карманам в поисках платка. Священник терпеливо молчал до тех пор, пока она не взяла себя в руки. Похоже, он весь день занимался чем-то подобным.

— Я слышал о том, что твоего отца воскресили некроманты. Соболезную.

— Да, а я наивно думала, что у меня все схвачено. — Она высморкалась еще раз, смяла платок в кармане и устало оперлась о стену. — Вы слышали что-нибудь о проблемах со Святой водой?

Он кивнул:

— Мне звонил архиепископ и рассказал, что ты нашла расхождения в датах производства.

— Совершенно случайно. Я купила несколько бутылок на рынке и пошла с ними на собрание Гильдии той ночью, чтобы мы могли проверить их. Там выяснилось, что вода из некоторых бутылок не реагирует правильно.

— Проверить? Как? — спросил Гаррисон. Он тоже встал, опершись о стену.

— Я окунала в бутылки коготь демона. — Райли выудила из-под футболки все десять сантиметров эбонитово-черной смерти. Его предыдущий обладатель, Гастродемон третьего уровня, не по доброй воле оставил этот сувенир у нее в бедре. Бек сделал из него кулон, и теперь она носила его с какой-то упрямой гордостью.

Священник наклонился вперед и стал разглядывать коготь.

— Жуткая вещь!

— Абсолютно, — согласилась она и спрятала его под футболку. — Настоящая Святая вода начинала бурлить ключом, когда я окунала его в бутылку. Поддельная же никак не реагировала. А еще я обнаружила, что у поддельных бутылок легко стираются этикетки, если их намочить. Так можно быстро проверить всю воду.

Гаррисон устало провел ладонью по лицу.

— Слухи о том, что Святая вода не работает так, как раньше, ходят уже давно. Но я никогда бы не подумал, что ее стали подделывать.

— Тогда я проверила этикетки на бутылках, из которых Саймон поливал магический защитный круг. Они не смазались. — А теперь надо было сказать самое главное. — Но я не проверила то, что было внутри бутылок. Может быть, если бы я не поленилась, все ловцы остались бы в живых.

Она ждала от него осуждения и потупилась. Вместо этого священник глубоко вздохнул.

— Райли, это не имеет значения, — успокоил он ее. — Это не твоя вина. В Часовне было много демонов, не так ли?

Она подняла на него глаза.

— Они кишели повсюду. Было очень страшно.

— Святая вода теряет силу в случае присутствия концентрированного зла. Исключение составляет только вода, освященная самим Великим Отцом.

— Получается, если бы был один демон или два, они бы не смогли пробраться внутрь?

Священник кивнул:

— Даже если вода в этот раз оказалась поддельной, защитный круг в прошлый, позапрошлый и остальные разы создавался на том же самом месте. Возникает эффект накопления, который должен был сработать. Получается, либо вся вода была поддельной, либо демонов было слишком много.

— Ловцы в это не поверят. Они скорее скажут, что ошибся Саймон или что я сделала что-то не так.

— Или что твой отец впустил их внутрь.

Она вытаращила на него глаза.

— Он не мог этого сделать! Он пытался спасти меня, а не скормить всех нас демонам.

— Я знаю. — Гаррисон мягко взял ее за локоть. — Твой отец был благородным человеком, но это не помешает остальным сделать из него козла отпущения. Или из тебя. Райли, ты должна быть готова к этому.

— Так и выходит, — призналась она.

— Именно этого я и боялся.

На какую-то безумную секунду ей захотелось рассказать священнику о своем договоре с Раем. Потом она украдкой взглянула на незнакомого ловца, который нес вахту у гробов с погибшими, и поняла, что не может сейчас рисковать. В лучшем случае тот передаст это остальным, и над ней станут смеяться, назовут сумасшедшей. Харпер непременно воспользуется шансом вытурить ее из Гильдии.

Я не хочу, чтобы Саймон знал.

Он будет считать себя обязанным, а она не желала, чтобы их общение складывалось подобным образом. Как-нибудь она расскажет отцу Гаррисону о своем секрете, но не сегодня.

Спустя несколько минут Райли получила разрешение отсиживаться в логове Бека, в церкви. Теперь ей не придется торчать на кладбище холодными ночами. Одной проблемой меньше.

Но осталось множество других.

Она выудила из кармана список дел, который составила еще в кофейне. Пока ничего вычеркнуть было нельзя. Можно хотя бы попытаться купить продуктов.

Если Гаррисон не ошибался и концентрированное зло способно снимать эффект защиты Святой воды, то они с Саймоном не виновны в смерти своих друзей и знакомых по Гильдии. Это настоящее облегчение. Саймон должен знать, что ни в чем не виноват. Но ее всерьез заботило кое-что другое, о чем священник не сказал вслух.

Если сил Святой воды уже недостаточно, как мы будем сражаться с демонами?

Глава восьмая

Райли прекрасно знала, что сейчас она должна быть у Харпера, но успешность ее общения со своим мастером можно было оценить на «минус пять» по шкале от одного до десяти. И эти чувства были взаимны. Так что она спокойно пошла за покупками (хотя бы выполнила один пункт из списка), а затем отправилась в кофейню. Сейчас она смаковала шоколад из большой чашки и таращилась в пустоту. Если она делала над собой усилие, то рев пламени в голове утихал, но затем его сменяли людские вопли.

— Ку-ку? — раздался голос из бездны. — Райли-Райли, прием, говорит Земля.

Райли насупилась, уже готовясь отразить вторжение незваных собеседников. Это оказалась ее подружка-бариста Сими. Сегодня она была одета в мини такой длины, за которую надо сажать в тюрьму, черные чулки и кроваво-красную майку с надписью «Фрики рулят». На голове у нее творилась полная катастрофа — бирюзовые пряди перемежались с розовыми. Ей было все к лицу, поскольку ее предки были одновременно ирландцами, индейцами, ливанцами и китайцами. Сими никогда не объясняла, при каких обстоятельствах они все умудрились встретиться, чтобы получилась она, но это, возможно, и к лучшему.

Она с грохотом вытянула соседний стул и примостилась на нем, кинув на столик сумку — плюшевую летучую мышь с вампирскими клыками.

— Что ты здесь делаешь? Сегодня же не твоя смена, — пробурчала Райли.

— Ищу тебя, что же еще. Настало время для Сими-интервенции.

Райли взвыла. В прошлый раз Сими-интервенция произошла после того, как Алан ударил ее в челюсть. Именно Сими придумала, как замазать синяк так, чтобы одноклассники Райли ничего не заподозрили, но при этом сама она не стала похожа на зомби.

— Сегодня меня никто не бил, — процедила Райли. — Просто оставь меня в покое. Не видишь — я сижу, размышляю о том, о сем. Ладно?

— Нет, не ладно. Сейчас ты идешь со мной, — сказала Сими и спрыгнула со стула так стремительно, что двое посетителей по соседству испугались. Возможно, Сими пила слишком много кофе. — Сегодня я позабочусь о твоих фолликулярных отростках.

— Не надо трогать мои волосы, с ними все в порядке.

— Нет, они пересушены и к тому же обожжены. Им нужна помощь. Как и тебе. — Сими наклонилась к ней. — Ты же знаешь, что я права. И ты не хочешь, чтобы твой парень-ловец увидел тебя в таком состоянии.

— Уже увидел.

— Значит, сейчас молит Бога о том, чтобы ты больше не приходила в таком виде.

— Я не…

Главной проблемой в общении с Сими было ее неумение дослушивать до конца. Она всегда добивалась своего благодаря исключительной силе воле и упорству. Подружка вытолкала продолжающую блеять какие-то возражения Райли из кафе на улицу. Тогда Райли пошла на последнюю меру: обожгла подругу своим фирменным взглядом, которого боятся все ее знакомые. Не сработало. Сими, очевидно, обладала иммунитетом ко всем ее фокусам. Пришлось сдаться.

— Куда мы идем? — обреченно поинтересовалась жертва.

— Увидишь. — Звучало угрожающе.

Пока они шагали по улице, Сими болтала что-то о клубе, в котором была накануне вечером. Место под названием «Вампир-декадент».

— Дай угадаю, они носят искусственные клыки и все время жмутся по темным углам, — сказала Райли, вспомнив своего шепелявого одноклассника в вычурных рубашках с кружевами.

— Некоторые из них, но не все. Публика там разношерстная. Мне понравилось, как играла группа и… — Сими запнулась на полуслове и вцепилась ей в плечо. — Бог ты мой! Смотри, какой красавчик по диагонали справа!

Райли была в плохом настроении и совершенно не хотела смотреть, что там за субъект. Какой вообще во всем этом смысл? В ее мире существовало намного больше тем для беспокойства, чем какие-то парни.

— Блин, блин, он идет в нашу сторону! — суетилась Сими, пригладив свои розовые отростки. — Не могла бы ты инсценировать сердечный приступ или что-нибудь подобное, чтобы он остановился и поговорил со мной?

Райли хмуро покосилась на нее.

— Ты что, издеваешься? Ни за что.

— Ну ладно тебе! Ради меня, пожалуйста! Он такой клевый!

Райли наконец посмотрела на подходившего «красавчика» и прыснула. Это был Ори, как всегда, во всеоружии. Для демонов это представляло буквальную опасность. Сими с ума сойдет.

В этот самый момент ее подружка превратилась в статую с вытаращенными глазами. Ори остановился перед ними.

— Райли! — сказал он голосом, способным расплавить сталь.

— Ори! — улыбнулась она. Кажется, день налаживался. — Как дела?

Казалось, у Сими вот-вот глаза на лоб полезут.

— Так вы что, знакомы? — протянула она.

— Конечно. Мы познакомились на рынке, Ори искал там меч.

— Профессиональный риск. Когда борешься с драконами, часто приходится менять мечи. — Он проказливо покосился своими бездонными глазами в сторону Сими. Казалось, кокетство у него в крови.

— Боже, какой ты милашка, — прокудахтала ее подруга.

Райли мысленно схватилась за голову.

— Сими просто работает в кафе. Слишком много кофеина.

— А, тогда понятно, — вежливо ответил Ори. Он достойно выдерживал зарождающийся фанатизм Сими. — Приятно познакомиться.

— И ты правда дерешься с драконами? — не унималась та, поедая его взглядом.

— Как придется. Иногда еще вызволяю прекрасных дам из беды. — Он подмигнул Райли.

На секунду ей показалось, что Сими сейчас прыгнет на него. Он будто почувствовал «опасность» и поспешил откланяться.

— Мне уже пора. Рад был знакомству, Сими. Увидимся позже, Райли.

Взмахнув фалдами плаща, он удалился.

Бариста еще крепче вцепилась в Райли.

— Деточка, да ты скрывала его от меня! Ну-ка живо выкладывай все детали!

— Нет никаких деталей. Он приехал в Атланту по работе, и иногда мы сталкиваемся то там, то тут.

— Сталкиваетесь, значит? А он тебя уже поцеловал?

Чего?

— Сими! Я прошу тебя, не начинай. Я же встречаюсь с другим парнем. Ты что, считаешь меня легкомысленной?

— От поцелуя ничего не будет. Нет, конечно, с другой стороны, тебя разорвет от экстаза, но оно того стоит. Такие парни на дороге не валяются.

Сими была права. Ори был красавцем высшего класса. Но это означало только одно: они с ним на совершенно разных уровнях.

— Согласна, но он в Атланте ненадолго. Как только сделает свою работу, сразу уедет. А Саймон останется здесь.

Сими продолжала неумолимо тащить свою жертву в салон, как волк ягненка.

— Не будь дурой! Ты нравишься этому Ори. Иначе бы он не ошивался поблизости.

— Не пойду туда!

— Детка, ты зануда. Попробуй немного расслабиться и отжечь.

— Нет уж, отжигай сама, а мне дорог мой здравый смысл.

К счастью для нее, они вошли в салон, и разговор пришлось прекратить. У парикмахерши была еще более сумасшедшая прическа, чем у Сими. Райли неохотно села к ней в кресло, но после мытья головы, массажа и обработки кондиционером стала понемногу расслабляться. Женщина определенно знала, что делает: она ловко отрезала обожженные концы и придавала прическе форму.

— Ты перегреваешь утюжок для волос, — заметила она. — Я еще никогда не встречала настолько поврежденных волос.

В зеркало Райли видела, как ее подруга, ожесточенно жестикулируя, пытается привлечь к себе внимание. Парикмахерша между тем продолжала непринужденно болтать.

— А чем ты, кстати, занимаешься?

Пока Райли обдумывала, как увести разговор со скользкой темы, чтобы не пришлось объяснять, как она на самом деле испортила волосы. Сими схватила женщину под локоть и оттащила в сторону.

Через некоторое время она вернулась, совершенно смущенная.

— Прости, я не знала. Мы сделаем тебе самую лучшую прическу, и совершенно бесплатно.

— Но… — начала Райли.

— Нет. Я должна была тебя узнать — тебя показывали по телевизору. Не волнуйся, когда я закончу, выглядеть будешь сногсшибательно. Ты заслуживаешь этого за то, что для всех нас делаешь.

Полчаса спустя Райли вышла из салона уже без сожженных кончиков, но с волосами, которые, по словам стилистки, впечатляли.И они действительно это делали. Она смогла уболтать ее на щедрые чаевые, но Сими настояла на том, чтобы заплатить.

— Ну как, лучше? — спросила подружка, сияя от удовольствия. Она всегда так светилась, если удавалась ее задумка. Райли опять попробовала свой фирменный взгляд, но настроение было слишком хорошим, и ничего не вышло.

— Ага. — Следовало признать, что новая стрижка, сохранившая длину волос, выглядела потрясающе с этими локонами «лесенкой».

К тому же от волос больше не пахло гарью, а это само по себе уже казалось чудом. Спустя некоторое время девушки сидели на ступеньках и грелись на солнышке, как две солнечные батареи.

— Тебе нужно будет ее периодически подправлять, иначе станешь похожей на мочалку, — советовала Сими, возясь с губной помадой оттенка «Безымянный грех». — Сразу трое положили на тебя глаз, так что ты просто обязана все время хорошо выглядеть.

— Трое? — Математика Сими, похоже, подчинялась каким-то другим законам.

Сими с щелчком закрыла помаду и кинула ее в сумочку-мышь.

— Очаровательный синеглазый ловец-блондин, — сказала она, подняв один палец. У нее был маникюр темно-фиолетового оттенка, блестевший на солнце. — Накачанный здоровяк-ловец номер два, который покупает тебе милые открытки. — Она добавила второй палец и начала сгибать третий. — И тот потрясающий, где-ты-был-всю-мою-жизнь красавец с черными волосами и темными глазами…

— Ты читаешь слишком много любовных романов, — кисло ответила Райли.

— Ты даже не подозреваешь, насколько тебе повезло, — продолжала Сими. — Они же все классные. Что до меня, я бы остановилась на опасном брюнете. Он такой горячий.

— Ты бы остановилась. — Сими вообще любила крайности. — А я — нет, спасибо. Саймон — самый лучший вариант.

— Конечно. Ты каждый раз выбираешь что-нибудь надежное и безопасное. Но таких не бывает. Могла бы разок рискнуть и попробовать что-нибудь новенькое.

— Саймон подходит мне больше всех, — упиралась Райли. — Ори — нет.

Ей казалось, что она перегибает палку, даже просто обсуждая это.

— А как насчет Бека? — Сими изогнула бровь.

— Верзила? Ты сошла с ума? Это же будет «амур де труа»: я, он и его распухшее эго. Обречено на провал.

Сими засмеялась, но затем вдруг посерьезнела. Она взяла Райли за руку и сильно сжала ее.

— Знаешь, ты, конечно, делаешь потрясающе серьезные вещи, но я бы не хотела, чтобы ты забыла, кто ты есть на самом деле. — Она торжественно выпалила. — Со своей новой прической ты будешь надирать задницы всем демонам, но при этом выглядеть сногсшибательно. Таков стиль Райли Блэкторн!

У Райли в горле возник комок.

— Спасибо тебе огромное.

Они крепко обнялись, и Райли заметила, что у Сими в глазах стоят слезы.

— Я не хочу больше видеть тебя по телевизору, — отрезала ее подруга. — Если только ты не выиграешь «Оскар» или типа того.

— Но для ловцов демонов нет наград.

— Пока нет, — поправила ее Сими и взяла под руку. — А теперь расскажи мне о своем хорошеньком голубоглазом бойфренде…

* * *

Как и большинство зданий Атланты, дом мастера Харпера проживал свою вторую жизнь: до кризиса здесь располагалась автомастерская. Теперь эта одноэтажная постройка из бетона с высокими двустворчатыми воротами и остатками ремонтных боксов была приспособлена под жилье. Точнее говоря, Харпер кое-что переделал, но место так и осталось свалкой, провонявшей жжеными покрышками, машинным маслом и пометом демонов.

Райли не могла найти никаких положительных сторон в своем вынужденном общении с Харпером, как ни старалась. По какой-то неизвестной причине он ненавидел ее отца, к тому же часто напивался и демонстрировал свой гадкий характер. Он легко срывался на своих учеников и подчас давал волю кулакам, от которых оставались синяки. Райли не виделась с ним после происшествия в Часовне. В каком настроении он окажется сегодня? Если ей повезет, он уже напился и спит, тогда она сможет быстро смыться.

Но сегодня оказался не ее день: Харпер бодрствовал. Он примостился на кривом громыхающем офисном стуле в своем подобии офиса, и на столе рядом стояла не бутылка выпивки, а банка таблеток с красной наклейкой — это означало, что с ними нельзя совмещать спиртное. Кто бы мог подумать, что заставить Харпера отказаться от пьянства окажется так просто!

Старый ловец сидел на месте с обычной кислой миной, и, хотя в комнате было прохладно, лоб его был мокрым от пота. Жутковатый шрам, пересекающий его лицо от левой брови до угла рта, заметно воспалился и, наверное, причинял немало страданий. Райли постаралась держаться подальше — иногда Харпер был просто опасен.

Громко щебетал телевизор: по Си-эн-эн транслировали очередной репортаж на фоне дымящихся руин. Потом мимоходом показали жуткую вереницу из мертвых тел в черном целлофане, похожих на гигантские коконы.

Мастер угрюмо посмотрел на нее и выключил звук.

— Чего приперлась? — прорычал он.

— Я привезла вам поесть, — ответила Райли и с грохотом опустила на стол пакет с покупками.

Хотя ты этого не заслуживаешь, старый хрыч.

— Я не знала, чего вы хотите, поэтому взяла то, что нравится мне самой.

Она положила рядом с ним бумажный сверток из «Макдоналдса», и мастер покосился него так, будто это была бомба. Но запах еды все же сделал свое дело: Харпер открыл пакет и, покопавшись в нем, извлек чизбургер.

— Что-то не сходится, — сказал он невпопад с набитым ртом. — Демоны никогда не работают вместе.

Он скривился, разобрал сэндвич, выковырял из него маринованные огурцы и с отвращением кинул в мусорку.

— Каждый демон мечтает оказаться как можно ближе к Люциферу. Они подсиживают и исподтишка убивают друг друга — это распространенная практика.

Его недовольная физиономия понемногу разглаживалась.

— А ты не захватила ничего попить?

Она молча покопалась в сумке и передала ему бутылку холодной газировки. Харпер сделал два больших глотка и отставил ее в сторону, затем молча покончил с сэндвичем и принялся за картошку. Пока он ел, Райли потащила сумку с едой в маленькое подобие кухоньки, объединенной со спальней. Кровать была не застелена, и складывалось впечатление, будто ее хозяин частенько бился в судорогах, так все было скомкано и измято. Рядом на полу стояла большая стопка книг, все заголовки так или иначе были связаны с Адом или демонами. Райли никак не могла представить себе Харпера, спокойно читающего книги в постели.

Он пригвоздил ее к месту тяжелым взглядом и вдруг ухмыльнулся. Райли готова была поспорить: это связано с ее новой стрижкой.

— А ты уверена, что Святая вода для защитного круга была настоящей, а не поддельной? — спросил он.

Как осмелиться ответить ему? С другой стороны, почему бы и нет? Он все равно уже ее ненавидел, правда хуже не сделает.

— Я проверила только этикетки, а не саму воду. Но отец Гаррисон сказал, что это ничего бы не изменило. Слишком много собралось демонов, слишком концентрированным было зло. Магическая защита была не способна удержать его.

Райли уже приготовилась к тому, что мастер взорвется, но он только тяжело вздохнул.

— Священник прав. И как бы старательно Адлер ни разворачивал защитный круг, мы уже были обречены.

Адлер? Обычно старый самодур называл его исключительно святошей за искреннюю религиозность.

— Но это все равно не объясняет причину, по которой появился твой отец, — продолжал Харпер, сверля ее взглядом.

— Он сказал мне, что демоны атакуют. Пытался спасти меня. Всех нас.

Харпер отвел взгляд к телевизору.

— А что с Адлером?

— Он выкарабкается.

Мастер снова уставился на нее.

— Я говорил тебе держаться подальше от Геодемона! Какого черта ты меня не слушаешь?

— Это был тот самый, который убил моего отца.

— Мечтаешь отомстить? — Он презрительно оскалился. — Наверное, хотела подойти и представиться? — Он сердито покачал головой. — Тупая малолетняя дрянь.

Она уже не могла держать себя в руках.

— Он сказал, что не убьет больше никого, если я сдамся.

И без того воспаленные глаза Харпера налились кровью.

— И ты поверила этой проклятой твари? Боже, неужели ты действительно настолько глупа.

— Но оно того стоило, — сдалась Райли. — К тому же Саймон…

Харпер обессиленно откинулся на спинку стула, поморщившись от боли — сломанные ребра давали о себе знать.

— В следующий раз будешь не самодеятельностью заниматься, а слушать то, что я тебе говорю.

— Да, сэр. Что я буду делать до того, как вы поправитесь?

Он задумчиво потер заросший подбородок.

— Приезжай каждое утро. Если найдется работа по ловле первачей — займешься ею. Если нет, придумаю что-нибудь, чтобы держать тебя в безопасности.

Лучше в этом не сомневаться.

— Все, хватит с меня на сегодня, — сварливо сказал он и стал щелкать по старому телевизионному пульту. — Скройся с глаз.

Если бы все было так просто.

* * *

Во второй половине дня Бек шел по Демон Централ с туго набитой сумкой. Ему так хотелось работать, что аж руки чесались, и было плевать, сколько из пойманных демонов выживут к тому моменту, как он окажется у перекупщиков. Он убивал их без малейшего сомнения после того, что пережил в Часовне.

Бек отлично знал, что не должен расхаживать здесь один, но время истекало. Когда до Атланты доберутся охотники из Ватикана, они будут убивать любого демона, попавшегося им на пути. А если Бек хочет убраться отсюда до их приезда, нужно шевелиться. Сейчас или никогда.

С его гениальным планом «поймай столько, сколько сможешь» было две проблемы. Во-первых, он был не в лучшей физической форме — раненая нога еще болела. А во-вторых, куда-то пропали все демоны. Обычно на Демон Централ он всегда встречал парочку, иногда даже пятаков. Сейчас не было видно никого, кроме шелудивой кошки и пары облезлых голубей. Это казалось странным — значит, здесь давно не охотились тройбаны.

Демон Централ — так ловцы называли Файв-Пойнтс, район Атланты, который раньше никогда не затихал. Но после экономической депрессии здесь не прижилось даже казино. Со временем в асфальте появлялись многочисленные ямы, которые соединялись со старыми вентиляционными шахтами. У города не было денег, чтобы заделывать их, и район постепенно стал пристанищем тройбанов. Гастродемоны селились под асфальтом и пожирали все, что способны были заглотить, даже оптоволоконные кабели. Неважно — бродячая собака, дохлая крыса или ловец — тройбаны пожирали все с одинаково жадным равнодушием.

Бек отвлекся от философских мыслей и огляделся вокруг. Не стоило впадать в глубокую задумчивость в таком месте, а то угодишь в желудок к демону. Отвратительная вонь из переполненной мусорки заставила ловца сморщить нос. Чтобы не платить лишний налог за вывоз мусора, жители приносили отходы сюда, рискуя стать обедом очередного адского отродья. Единственный плюс заключался в том, что гниющий мусор становился отличной приманкой для Гастродемонов.

Но здесь никого не было. Бек слышал разрозненные сводки о появлении демонов еще где-то в городе, но это было похоже на сказки. Демоны известны определенной манерой поведения, и многие из историй с ней абсолютно не состыковывались. Это казалось странным.

Например, байка о том, как какой-то тройбан вломился в магазин одежды и изгрыз манекены, разные тряпки и все остальное. Да, они готовы съесть все что угодно, но не заглядывают в людные места быстренько перекусить.

Шагая мимо заброшенных домов по дороге, усыпанной обломками застывшего цемента, горелыми покрышками и мусором, Бек в который раз подумал о Райли. В последнее время он вспоминал о ней все чаще и чаще. Сегодня, если не считать неприятного утреннего звонка, он не видел ее и уже начинал волноваться. Несмотря ни на что, он очень любил с ней разговаривать.

А ведь ничего страшного не произойдет, если он позвонит ей? Проверит, как дела, может, нужна какая-нибудь помощь? Пол наверняка хотел бы, чтобы он заботился о ней.

Бек еще некоторое время поколебался, затем раскрыл мобильник и набрал ее номер. Может быть, он как-нибудь научится писать ей сообщения.

— Привет, девочка, как ты? — спросил он, как только Райли ответила.

— Все о'кей. Чего ты хотел? — Ее голос звучал нейтрально, будто она не собиралась с ним ссориться. Может быть, им удастся поддерживать такой тон общения?

— Завтра днем назначили похороны. Я хотел спросить, не могла бы ты подвезти меня на кладбище. Это на Саус-Вью.

— Хорошо, — ответила она.

— Подъезжай к половине второго.

— Ты знаешь дорогу к кладбищу?

— Ага. — Он был там в прошлом году на похоронах знакомого ловца.

Бек зажал трубку другим плечом, не спуская глаз с окружающей улицы. Если все выглядело так тихо и безобидно, это совсем не значило, что он может расслабляться. Именно в такие моменты тебя обычно застают врасплох и пронзают когтями.

— Как нога? Нормально заживает?

— Уже лучше. Что сегодня делала? — спросил он, стараясь не походить на инквизитора на допросе.

— Подруга затащила меня к парикмахеру, так что волосы теперь выглядят лучше. И я повидалась с Харпером, — сказала она. Раздался звук захлопнувшейся дверцы автомобиля. — Он такой же псих, но хотя бы перестал пить. Я приехала в Литл-Файв-Пойнтс, хочу переговорить с Мортимером. Вдруг у него есть какие-нибудь соображения по поводу пропажи отца.

Бек открыл было рот, чтобы возмутиться и сказать, что это плохая идея, но потом передумал. Райли необходимо было делать что-то полезное, чтобы не думать постоянно о Саймоне и других грустных вещах. К тому же в Литл-Файв-Пойнтс ее вряд ли поджидала серьезная опасность. Это была территория ведьм и некромантов, поэтому демоны туда не совались.

— Неплохой план, — ответил Бек. — Дай мне знать, если что-нибудь выяснишь.

На том конце трубки воцарилась тишина, будто Райли уже приготовилась к отповеди и теперь растерялась, не зная, что сказать.

— А… А где ты?

— Демон Централ. Пока негусто. — Он медленно повернулся вокруг своей оси. Чисто.

— С тобой кто-нибудь есть?

Он услышал в ее голосе явное беспокойство и неожиданно сам для себя улыбнулся от удовольствия.

— Не-а. Ничего со мной не случится.

— Бек… — Ее голос задрожал. — Ты еще не полностью пришел в себя после ранений. Нужно, чтобы кто-нибудь прикрывал тебя.

— Все в порядке, Райли. Здесь все равно никого нет. Я уже хотел сворачиваться, заглянуть в бар, может быть, сыграть партию в пул. Сто лет этого не делал.

С той поры, как погиб твой папка.

Ее облегченный вздох заставил его улыбнуться еще шире.

— Тяжело же тебе живется, верзила, — подколола она.

— Да, стерва-жизнь. Ты ночуешь сегодня на святой земле, не так ли?

— Кстати, зря ты натравил на меня Стюарта. Это было подло с твоей стороны. Жди реванша.

— Я весь к твоим услугам. Главное, чтобы ты была в безопасности.

Он еще раз проверил периметр. Ничего, кроме одинокой крысы, бегущей в паре метров от него. Не о чем волноваться. Кстати, Райли не ответила на его вопрос.

— Так ты будешь на кладбище или нет?

— Нет, не буду.

— Чертова девчонка, не заставляй меня снова звонить шотландцу!

— В этом нет необходимости. Я ночую в церкви Святой Бригитты, в твоем тайнике.

— Что? Ага. А почему ты мне сразу не сказала? — растерянно забрюзжал он.

— Потому что ты все равно найдешь повод придраться.

Застала врасплох.

— Ну ладно, тогда это просто замечательно, — протянул он, радуясь, что не нужно будет держать ночную вахту у ее дома. Прошлой ночью ему пришлось несладко — его еще сильно лихорадило от ран.

— Не буду спорить. А теперь сделай одолжение — уберись с Демон Централ! — приказала она. — И не смей возвращаться туда один, без прикрытия.

— Все в по…

— Если ты сейчас же не уйдешь оттуда, я сама позвоню Стюарту. Клянусь! — пригрозила она.

Он расплылся в улыбке. Райли — мастер переводить стрелки. И похоже, она действительно о нем волновалась.

— Слушаюсь, мэм. Передавай Морту привет от меня. — Бек выключил телефон прежде, чем она успела попрощаться. Больше всего он не любил прощания.

Он поудобнее перекинул сумку и пошел к машине.

— Почему же я сам не додумался оставить ее в церкви? — пробормотал он. Это же очевидно. И Стюарт не сразу до этого дошел. — Слишком много проблем. Мы с ними не справляемся, и это очень плохо.

Сейчас он был рад последовать просьбе Райли — несколько партий в пул и кружка ледяного пива казались отличной идеей.

Глава девятая

Литл-Файв-Пойнтс располагался на востоке города. Это был странноватый райончик, состоящий из лавок с наркотой, тату-салонов и магазинов с ретротряпьем. В отличие от своего пригородного тезки, он славился странноватыми жителями, любившими натуральную вегетарианскую еду, длинные дреды и прикиды — либо в стиле эмо, либо винтажные одеяния из натурального хлопка. Здесь говорили об аурах, археологических культурных слоях и качественной анаше. В общем, Райли здесь нравилось. Здесь царила доброжелательная атмосфера, будто положительная энергия так и струилась по улицам.

В этой части города, в отличие от остальной Атланты, приветствовалось передвижение на лошадях. Как будто содержать лошадь и конюшню было дешевым удовольствием. Конечно, у каждой хорошей, практичной идеи рано или поздно появляется гротескное воплощение. В случае с Литл-Файв-Пойнтс это произошло с конными экипажами. Здесь они стали символом статуса — чем богаче семья, тем больше и затейливее был ее экипаж. Существовала даже специальная телепередача, в которой показывали самые вычурные средства передвижения богачей и знаменитостей.

Судя по внешнему виду огромного экипажа впереди — обилие золота на белом, — его обладатели не были стеснены в средствах. Золото наверняка было сусальным, тратить настоящее на повозку было бы непростительным расточительством, но выглядело все равно сногсшибательно. К транспорту прилагался чопорный лакей в голубой вельветовой ливрее, коротких штанах с белыми чулками и пышной рубашке. У него даже были лаковые туфли с пряжками — все, как полагается.

Вот стыдоба-то.

В экипаж залезли две девушки, и лакей, усадив их на бордовые плюшевые сиденья, подал им сумки. Райли раздраженно принялась постукивать пальцами по рулю. Рядом находилось первое свободное место на парковке, которое ей удалось найти за более чем десять минут, обидно будет, если его займут.

Томясь в вынужденном ожидании, Райли бесцеремонно разглядывала пассажирок экипажа. Они оказались ее ровесницами, только одетыми не в секонд-хенде, и изобилие ярких пакетов у их ног говорило об удачном шопинге. Одна девушка демонстрировала другой очередную покупку — пару ярко-оранжевых босоножек на гигантских двенадцатисантиметровых каблуках. Райли не умела ходить на таких, но все равно почувствовала приступ зависти. Когда она последний раз покупала себе одежду и не переживала за каждый потраченный пенни?

Когда мама еще не заболела.

Попытки спасти маму от рака дорого им обошлись. Когда все деньги закончились, отец взял большой кредит, чтобы покрыть больничные счета. Для Райли это означало отсутствие новых вещей и обуви до тех пор, пока старые могут служить. Каждый пенни был на счету. Смерть папы, похоже, переложила ярмо кредита на нее.

Как же это было несправедливо.

Райли нахмурилась, и ее зависть как рукой сняло. Да, яркие тряпки и крутые туфли — это очень даже неплохо, только вот она бы не глядя обменяла все это на возможность увидеть маму и папу живыми. Экипаж двинулся со стоянки, холеная вороная лошадка зацокала вниз по улице, а жертвы моды продолжили священнодействовать, вынимая покупки из пакетов и показывая друг другу. Радуясь, что модное шоу закончилось, Райли припарковалась.

Неудивительно, что квартал заклинателей так отличался от других улиц города. Для начала на въезде стояли массивные бронзовые ворота, украшенные символом общества некромантов — зазубренной молнией, бьющей в гранитное надгробие, и надписью: Memento mori. Помни о смерти.

Райли глубоко задумалась — не над пессимистичной латинской пословицей, а над тем фактом, что металлические ворота еще на своем месте. Почему их до сих пор не украли? Декоративный металл давно стал диковинкой. Любой, даже самый занюханный кусок железа в других частях города был уже оторван и перепродан. Поддавшись любопытству, она коснулась ворот и завопила от боли, одернув руку. Они оказались раскаленными, словно их только что вынули из доменной печи. Райли испуганно поежилась: на пальцах не осталось ожога.

Волшебство.

Если бы кто-нибудь попытался сдвинуть ворота с места, то ощутил бы все пламя Ада на своей плоти. Магия заклинателей совершенно явно могла служить не только для того, чтобы поднимать тела из могил.

Квартал был вымощен брусчаткой, и по каменной кладке домов плетями вился плющ. Над дверьми по обеим сторонам улицы красовались печати с некромантской символикой. Немного поодаль справа виднелось кафе с запотевшими окнами и меню на входной двери. А еще дальше Райли заметила старую выцветшую вывеску: «Колокол, книга и метла». Вот где находился основной магазин, старший брат того шатра на ярмарке Терминус. Чем ближе к нему Райли подходила, тем лучше себя чувствовала, и мурашки от жутковатого некромантского волшебства понемногу проходили. Наверное, это было как-то связано с ведьмами.

Дальше улица сужалась и упиралась в каменную стену, увешанную металлическими почтовыми ящиками, которые аккуратно располагались друг над другом почти от самой земли и до самого верха. Некоторые камни в кладке торчали наружу, так что конструкция походила на стену для скалолазания. Выходит, обладатели верхних почтовых ящиков регулярно лезли наверх, чтобы забрать утренние газеты.

Почтальоны, наверное, балдеют от этого места.

Все ящики были разными. На том, что предназначался для ведьминского магазина, висела очаровательная переливающаяся фея с крошечной волшебной палочкой, а на соседнем сидела деревянная черно-белая кошка со светящимися желтыми глазами.

Райли потерла виски, пытаясь унять головную боль, и отпила воды из бутылки. В любое другое время она бы радовалась всей этой экзотике, но только не сейчас — не то было настроение. Цедя воду мелкими глотками, она разглядывала две небольшие улочки, уходящие вправо и влево от тупика. Какую выбрать? На карточке Морта не было никаких пояснений. Райли уже решила зайти в ведьминский магазин и спросить дорогу, как из левой улочки вышла женщина. Мертвец. Ее светлые серебристые волосы лежали красивыми локонами у подбородка, а одета она была в тунику цвета слоновой кости и легкие синие брюки. Женщина замешкалась, затем зацокала каблучками к почтовой стенке. Открыв ящик с символом ветряной мельницы, женщина забрала содержимое, но один журнал выскользнул из вороха бумаг и упал на мостовую. Райли наклонилась и подняла его: «Дайджест заклинателей». Пометка на обложке — для Мортимера Александра.

А вот и ты.

Женщина попыталась улыбнуться, когда Райли вручила ей журнал, но лицо не очень ее слушалось. В лучшем случае Мертвецы были блеклыми тенями живых людей. Некоторые особенности личности сохранялись, но радоваться они не умели.

И папа теперь такой же. Кошмар.

Выждав некоторое время, Райли пошла вслед за женщиной к светло-фиолетовой двери в конце улицы. Справа от нее висел символ Общества с зазубренной молнией и табличка: Мортимер Александр, адвокат заклинателей Атланты.

Собрав все свое мужество, Райли постучалась. Через пару мгновений дверь открылась, и на нее приветливо посмотрела женщина с серебристыми волосами.

— Да?

Боже, она не помнит, что мы только что встречались.

— Меня зовут Райли Блэкторн. Мне нужно поговорить с Мортимером по поводу своего отца, — сказала она и продемонстрировала визитку, прихваченную с ярмарки.

Женщина пригласила ее внутрь.

Теперь я должна постараться убедить его помочь.

Из-за внешности Морта — в высоту он казался таким же, как и в ширину, носил мягкую фетровую шляпу и свободный плащ — Райли всегда думала, что он не женат и живет с престарелой матушкой. Похоже, она сильно заблуждалась. Коридор был вымощен блестящей белой плиткой, у входа стояла элегантная керамическая подставка для зонтов с тремя обитателями и старинная деревянная вешалка. Шляпа и плащ Морта висели на ней.

— Сюда, — позвала ее женщина и совершенно бесшумно двинулась налево по коридору. У Райли бешено разыгралось воображение.

Она предвкушала зловещие амулеты, развешанные на стенах, необъятные дубовые сундуки, набитые древними манускриптами на пергаменте, и обязательно где-то должна была ошиваться черная кошка. А может быть, повезет, и Райли увидит настоящую волшебную палочку и высокую шляпу чародея.

Но ее ожидания не оправдались. Они вошли в круглую залу метров восьми в диаметре, с белыми стенами и деревянным сводчатым потолком с люками, похоже, открывающими потрясающий вид на небо. Где-то поблизости уютно журчала вода, но Райли не видела где.

В воздухе стоял запах древесного дыма. Не свежего, которым пахнет от костра или камина, а застарелого, едва различимого, будто уже въевшегося в стены дома.

А я бы смогла тут жить.

В центре зала, прямо под люками в потолке, стоял легкий стол для пикников из красного дерева и две скамьи. Справа располагались чернильница и старое перо, которое нужно самостоятельно заправлять чернилами перед тем, как писать, а слева — небольшая стопка книг, по которым можно было сказать, что Морт любит читать Льюиса, и какие-то старые латинские и французские издания.

Женщина прошла к потемневшей от времени стойке, плавно изгибавшейся вдоль противоположной стены зала, наполнила и поставила электрический чайник. Затем удалилась. Райли поняла намек и осталась на месте, постукивая пальцами по сумке. На полу у стола она заметила жутковатые бурые пятна и метки, сделанные мелом. Похоже было на кровь.

А он может быть серийным убийцей.

Все безобидные на вид люди потом оказываются маньяками.

Я становлюсь параноиком? Нет, только не сейчас.

— Райли?

Она подскочила и уставилась на него вытаращенными глазами, будто он только что прошел сквозь стену.

— Видела бы ты свое лицо. — Он расплылся в смущенной улыбке. Накрахмаленная белая рубашка и джинсы — Райли ожидала совсем не это. Он оказался намного более худым, чем она думала, — наверное, все дело в широком плаще.

Опять это волшебство!

Райли не восприняла шутки, но ей была нужна его помощь.

— Я рад видеть тебя живой и невредимой, — сказал он. — Когда я узнал о том, что случилось, я боялся, что ты погибла.

— Да, я уже думала о том же. — Чтобы сменить неприятную тему, Райли махнула рукой в сторону странной мебели. — Зачем тебе стол для пикников в доме?

— Его легче переставить, если мне нужно выполнить ритуал, — пояснил он. — Массивный стол требует много сил, а мои люди не настолько крепкие.

Люди?

— Ты имеешь в виду, Мертвецы?

Мортимер скривился:

— Я называю их Воскрешенными. Мертвец — это что-то оскорбительное.

— Прости. — Он пожал плечами, словно это был пустяк, но Райли знала: она задела за живое. — Я здесь, чтобы поговорить об отце. Его воскресили без моего разрешения.

— Слышал. В нашем кругу такие новости расходятся быстро.

— Тогда ты должен знать, кто его забрал.

Морт покачал головой и жестом пригласил ее сесть. Расположившись на скамье, Райли снова подскочила от неожиданности: в комнате раздалось легкое шипение. В следующее мгновение она почувствовала себя полной идиоткой — это закипел чайник.

Морт повозился у стойки и вернулся к столу, держа поднос с чашками, чайником и тарелкой, полной вкуснятины.

— Печеньку? — невинно спросил он, протянув ей тарелку.

Райли из вежливости взяла одно, подумав, все ли маньяки угощают своих жертв перед тем, как их замучить. Она аккуратно надкусила угощение. Ничего не произошло. Райли куснула смелее. Печенье оказалось замечательным: свежее, домашнее и ароматное.

— Как вкусно! — промычала она с набитым ртом.

— Их испекла Эмили. Она почти все время проводит на кухне, потому что очень стесняется. А сейчас она делает штрудель.

Мертвецы пекут ему булочки?

— Насчет папы… — промямлила она, надеясь извлечь из этого визита что-то помимо нового навязчивого образа, как мертвая женщина порхает по кухне в кружевном переднике.

Помолчав, Морт сел за стол напротив и разлил чай по чашкам.

— Я правда не знаю, кто поднял твоего отца. Все молчат, а это очень странно. Если бы мне удалось такое воскрешение, я бы хвалился перед своими друзьями и знакомыми.

Он задумчиво пригубил чай.

— А это мог быть Озимандиа? — спросила Райли.

Морт вздрогнул так, что чуть не расплескал на себя кипяток.

— Возможно.

— А зачем папа мог понадобиться мистеру Ужас-на-крыльях-ночи?

Морт едва заметно улыбнулся ее безрассудной непочтительности.

— Лорд Озимандиа не утруждает себя общением с нами, низшими заклинателями. Как правило, он обращается с нами, как с вредителями. Это раздражает.

Если обратить внимание на то, как Морт сжал в руке чашку, Озимандиа его более чем раздражал.

— Зачем заклинателю мог понадобиться мой отец? Все из-за того, что он может ловить демонов?

— Вряд ли. Но у мастеров-ловцов есть кое-какие знания, которые могут пригодиться заклинателю, желающему расширить свой кругозор.

— Что?

— Заклинателю может понадобиться опыт мастера-ловца, если он пожелает вызвать демона.

— Ого. Да ладно. Вы тоже можете вызывать демонов, ребята? Совсем рехнулись?

— Я этим не занимаюсь, — отрезал Морт безо всякого выражения. — Слишком безрассудно. Как правило, в итоге заклинатель становится рабом демона, которого сам вызвал.

Райли пожала плечами.

— А Озимандиа способен на такое?

— О нем ходят подобные слухи. — Морт протянул ей еще одно печенье, и на этот раз она с готовностью взяла его.

Овсяное. С корицей. Ням. Пусть даже его испекла мертвая леди.

— А как вы вообще это делаете?

Некромант как следует подумал, прежде чем ответить.

— Если ты только не обладаешь такой силой, как лорд Озимандиа, тебе потребуются определенные приготовления. Он сам может творить любое заклинание прямо на месте, но он сильно отличается от всех нас.

— А как вы обычно это делаете?

— Я собираю предметы, максимально близкие к ушедшему: его волосы, одежду, любимую книгу, то, на чем можно сконцентрироваться. Если таких вещей нет, все намного сложнее. Затем я совершаю ритуальный призыв и прошу ушедшего восстать, чтобы вернуться к живым.

— Просишь?

Морт выглядел разочарованным.

— Да, я прошу. Большинство просто приказывают, но для меня это слишком грубо: нарушает свободу воли.

Соблюдение человеческих прав, похоже, было главным для этого странного парня. Райли заинтригованно поглядела на него, опершись локтем о стол.

— Так ты поэтому совершаешь только легальные воскрешения?

— Совершенно верно. Горя достаточно уже потому, что твой близкий человек умер, а потом приходит какой-то разбойник и похищает его из собственной могилы. Как ты уже знаешь, потеря просто невыносимая.

Судя по всему, это было что-то личное.

— С тобой это тоже случилось?

Морт опустил глаза к чашке.

— Моей жене было всего двадцать пять, когда она умерла, и уже через неделю она служила горничной в богатом доме здесь, в Атланте. Иногда мне удавалось увидеть ее на улице. — Он прерывисто вздохнул. — Потом они уехали в Нью-Йорк, а я не смог последовать за ними.

— И владелец моего отца может сделать так же? — ужаснулась Райли.

— Закон не запрещает транспортировку Воскрешенных через границы штатов. По крайней мере, пока.

— Тебе удалось вернуть жену?

— Только после истечения года, — сказал он полным боли голосом. — Это уже была просто… оболочка.

Боже.

Достаточного того, что ты похоронил любимого человека, но видеть его в таком состоянии, будучи не в силах ничем помочь… страдание, оказывается, имеет такие ужасающие формы, о которых Райли и не подозревала.

— Поэтому я стал некромантом, — сказал он. — Насчет твоего отца: я отправлю дело о несанкционированном воскрешении в наше Общество. Ну и поспрашиваю людей, вдруг удастся что-нибудь выяснить.

— Если мне удастся вызволить его, ты сможешь вернуть его в землю?

— Нарушить заклятие? — Морт присвистнул. — Это нешуточное дело. У нас тут было… что-то типа кровной вражды между двумя заклинателями несколько лет назад. Они вмешивались в дела друг друга и наворотили такого…

— То есть все, что ты можешь, это задавать вопросы? — спросила она резче, чем сама ожидала.

— Это единственное, что я пока могу сделать. У твоего отца нет гражданских прав, — терпеливо объяснил Морт. — Когда придет пора вернуть его в могилу, нам даже понадобится помощь вызвавшего его некроманта, чтобы снять заклятие. Понимаешь? А если этот человек зол на тебя…

Он развел руками.

— Что будет, если отец не вернется в могилу спустя год?

— Тело начинает разлагаться, в то время как живое сознание заточено внутри. Такой пытки не пожелаешь никому.

Печенье в желудке Райли перевернулось.

— Ты хочешь сказать, что у меня очень большие проблемы?

— Нет, — вздохнув, возразил он. — Я хочу сказать, что выбор у тебя невелик, но не надо сдаваться. Если у купившего его человека есть хоть капля сострадания, он позволит тебе видеться с ним.

— Как будто он в тюрьме, — сказала она грустно. — А есть место, где их продают? Может, на ярмарке?

— Да, — отозвался он, задумчиво гоняя ломтик печенья по столу. — Я схожу на вандю и поищу его там.

— Куда?

— Вандю. Это аукцион по-французски. Следующий будет в ночь пятницы.

— Я пойду с тобой.

Он покачал головой:

— Тебе не будут рады.

— Плевать, — сказал она, отодвинув чашку. — Я должна быть там.

Морт озабоченно нахмурился:

— Мои коллеги не очень приветливые ребята. Вряд ли им понравится, если ты придешь и начнешь задавать странные вопросы.

— Но я хочу быть там, — упрямо повторила Райли. И попыталась применить волшебное слово: — Ну пожалуйста!

Морт закусил губу, но затем расслабился. Вздохнул:

— Ладно. Но я предупредил, что все может обернуться неприятностями.

Только в том случае, если мы не найдем папу.

* * *

Райли пыталась справиться с бушевавшими внутри нее эмоциями, шагая по узкой улочке к центральной аллее квартала. Неужели стоило верить в то, что после разговора с Мортом все пойдет на лад? Что папа дождется ее и сможет обрести вечный покой. Если его действительно удастся найти и заклинатель согласится снять колдовство, ей придется хоронить его заново. Еще раз.

О господи.

Шагая мимо стены с почтовыми ящиками, Райли обратила внимание на одного парня. Тот рисовал на стене какое-то граффити. На вид ему было лет тринадцать, широкий капюшон свалился с затылка, и видны были светлые волосы с контрастными черными полосками. Запах свежей краски щекотал ей нос, парень тем временем щедро малевал надпись широкими полосками, капли стекали вниз.

Райли подошла ближе, и хулиган подскочил от неожиданности, испуганно поглядев на нее. Он кинулся прочь и отшвырнул баллончик, тот покатился по брусчатке, стукнувшись о кроссовку Райли.

Она стояла и смотрела, как алая краска начинает постепенно выцветать, сначала становясь блекло-красной, затем розовой и наконец белой. Она сползала вниз кирпич за кирпичом, будто кто-то стирал ее шваброй для мытья окон. Затем она растрескалась и облетела мелкими кусочками пыли. И снова волшебство. Несмотря на кривизну и ошибки, Райли легко угадала, что было написано.

Некроманты ацтой!

— Нельзя не согласиться.

Глава десятая

— Дом, милый дом, — напевала Райли, стоя на пороге комнаты в подвале церкви Святой Бригитты. Комнатка оказалась не ахти, но Райли ничего особенного и не ожидала. Две ничем не примечательные деревянные койки одна над другой, стол, два стула и зеленая кушетка. Кроме того, здесь имелись маленький телевизор, мини-холодильник, микроволновка и разделочный кухонный столик с глубокой раковиной. В конце узкого коридора Райли увидела ванную. Если бы не беленые стены и распятие над дверью, можно было бы представить себе, что она в бункере.

Положив сумку на стол, Райли хорошенько заперла дверь и удалилась в тесную ванную — переодеться в любимую пижаму с веселыми пандами. На самом деле та выглядела абсолютно по-идиотски, но нравилась Райли, потому что ее купила мама. С ней были связаны теплые воспоминания.

Главное, чтобы Бек не увидел…

Но он и не увидит, если только не случится чего-нибудь из ряда вон выходящего и ему не придется прятаться здесь, в церкви. Но тогда пижама с пандами станет последней вещью, о которой стоило бы беспокоиться.

Как следует умывшись и почистив зубы, Райли аккуратно сложила верхнюю одежду на стуле. Волна горячего воздуха из вентиляции под потолком взъерошила ей волосы. Девушка сердито покосилась наверх.

— Душновато, — заметила она. Поиски термометра не увенчались успехом. Дело было плохо. Либо пронизывающий холод на кладбище, либо парилка здесь. Ей определенно не везло.

Еще раз проверив замок на двери, Райли пристроилась на нижней койке. Она оказалась неплохой. После долгой возни с подушкой в попытках придать ей идеальную форму Райли откинулась на спину и стала разглядывать спальный матрас над собой.

Отопление отключилось. Затем включилось. И снова выключилось.

Она старалась изо всех сил, но, похоже, в эту комнату сон проникнуть не мог. Проблема была даже не в жаре. В это время суток в голову Райли обычно приходили самые болезненные мысли, и от них было тяжелее всего избавиться. Она по очереди воскрешала у себя в сознании то мамин, то папин голос. Затем стала перебирать в мыслях старые фамильные истории.

Сдавшись, Райли села в постели, почти касаясь головой верхней койки. Она была уверена, что крепко проспит все ночь, поэтому не захватила с собой ничего почитать. Чтобы как-то отвлечься, она откопала мобильный телефон и стала просматривать сообщения. Брэнди, ее заклятая подруга из новой школы, интересовалась, придет ли она на занятия в пятницу. Райли проигнорировала этот вопрос. Три следующих были от Сими с приглашением на концерт «Косых кривоугольников» в феврале. Почему бы и нет. От Питера не пришло ничего. Давно надо было написать ему, только вот что? Сижу в церкви, чтобы не сожрали демоны?Как мило, но только не подойдет для человека, который всегда был готов ее поддержать.

Вместо этого Райли набрала его номер.

— Питер?

Проследовала долгая пауза. Похоже, позвонить ему было плохой идеей.

— Как дела, Райли? — Его голос казался усталым и грустным.

— Мне нужно было с кем-нибудь поговорить, — без обиняков выпалила она.

— А знаешь, мне тоже.

В конечном счете искренность сработала лучше всего. Райли завернулась в одеяло и откинулась на деревянную спинку кровати. Та недовольно заскрипела в ответ. Райли рассказала ему о своем новом убежище и о том, как здесь все выглядит.

— Мастер Стюарт велел мне ночью находиться на святой земле. Он думает, что за мной могут прийти демоны.

Вообще-то, это был один конкретный демон, но Питеру незачем об этом знать.

— Бек там, с тобой?

— Нет. В пул играет.

По крайней мере, хотелось бы, чтобы это было действительно так.

Молчание. Она решила переждать его, но пауза тянулась бесконечно. Райли не выдержала:

— Питер, слушай, если ты не хочешь разговаривать…

— Дело не в этом. Тут… кое-что произошло.

Она подскочила в постели, пораженная полным отсутствием выражения в его голосе.

— Что?

— Мама с отцом разводятся.

Ей потребовалось какое-то время, чтобы осознать эту новость.

— Вот блин, Питер. Мне так жаль. Я думала, они уже разобрались во всем после смерти Мэтта.

— Нет. Больше никогда не будет так, как раньше. Они пытались изображать благополучие, но в конце концов отец сломался. Он больше не мог терпеть мамин домашний фашизм.

Ее друг не преувеличил. После того как старший брат Питера погиб в автокатастрофе, мама превратилась в надзирателя, как они ее называли. Она контролировала все дела сына, будто он находился под наблюдением в колонии строгого режима.

— То же самое она творила и с папой, — признался Питер. — Если он опаздывал хотя бы на несколько минут, она слетала с катушек и начинала названивать ему.

— Но они вроде ходили на консультацию к психологу и все такое…

— Да, правда ходили. Не помогло, — печально подытожил он.

— И что теперь будет?

— Мама хочет уехать назад, в Иллинойс. Она решила, что Атланта слишком опасна для ее детей.

Только если ты напиваешься и водишь, как Мэтт.

Она услышала, как Питер застонал от бессилия на другом конце провода.

— Сегодня вечером они нам все сообщили. А потом спросили, с кем мы хотим остаться.

Если бы папа с мамой задали ей такой вопрос, что бы она решила? Кого ни выберешь, другой обязательно пострадает.

— А это действительно жестоко.

— Точно. Дэвид сказал, что останется с отцом. Я струсил и сказал, что подумаю. Мама была раздавлена, — наверное, она считала, что я по умолчанию последую за ней.

— А что с близнецами? — Она вспомнила о двух младших братьях Питера.

— Вампиры поедут с ней независимо ни от чего. Они еще слишком малы, чтобы жить отдельно от нее. — На том конце провода послышался вздох. — А что ты делаешь завтра?

— Нужно заехать к Харперу, затем я хочу проведать Саймона. Из больницы поеду на похороны.

— А что это за Саймон? Это его показывали по телевизору?

— Да. Он ловец-ученик. Мы… встречаемся.

— Круто.

— И в этот раз все идет, как надо.

— Ну что ж, пусть у тебя хоть что-то будет нормально.

Наступило еще более тяжелое молчание.

— Мне очень жаль, что у тебя все так получается.

— Мне тоже. Из-за многого. До связи, Райли.

Она выключила телефон.

— Не смей никуда переезжать, Питер Кинг, — шепнула она. — Саймон, конечно, потрясающий, но ты — мой лучший друг. Без тебя мне не справиться.

* * *

Ори стоял, опираясь на свой мотоцикл и скрестив руки на груди, и смотрел на церковь. В этот раз Райли не прогадала с убежищем: ни одно адское отродье не посмеет сунуться сюда, не заплатив высшую цену. Церковь была очень старой, и даже через улицу Ори чувствовал кожей веяние энергии Создателя, она пронизывала здесь каждую клеточку, каждый сантиметр поверхности. Он пропитывался ею, смаковал ее, как смакуют манящее дыхание весны после тяжелых, казавшихся бесконечными зимних холодов.

— Ну ты и фанатик, — раздался хриплый, резкий голос.

Ори не удалось скрыть своего неудовольствия: прекрасный момент был безнадежно испорчен.

— Сартаил! — едко сказал он. — Опять тут ошиваешься?

Ангел, стоявший рядом с ним, криво ухмыльнулся. Если ты не был Посвященным, Сартаил казался тебе бесцветным, ничем не примечательным мужчиной, все время сливающимся с окружением. А Посвященный видел другое: длинные темные волосы, необъятные, мощные крылья и меч, подвешенный за спиной так, что рукоятка находилась над плечами. Сейчас клинок дремал, но стоило вытянуть его из ножен, как он начинал пламенеть полуденным солнцем. И как всегда, в глазах ангела можно было заметить легкий налет безумия.

Наверное, многие видят его и в моих глазах.

— Мне здесь не нравится, — сказал Сартаил, пренебрежительно махнув рукой в сторону церкви.

— Ты уже об этом говорил… и не раз.

— Почему смертные так темны и невежественны? — Он презрительно покачал головой. — Им обязательно нужно сделать кучу из кирпичей и известки, чтобы концентрировать в ней свою веру.

Это был старый камень преткновения между ними, предмет бесконечных споров.

— Для них это осязаемое доказательство существования Создателя, — с жаром ответил Ори.

— Они сами главное осязаемое доказательство его существования. Как-то быстро они позабыли эту маленькую деталь.

— Когда ты не вечен, тебе легко отвлечься на самые разные вещи.

Сартаил искоса поглядел на него.

— Подобный грешок водится не только за смертными. У тебя есть задание, а ты торчишь здесь и пялишься, пуская слюни, на какую-то старую кучку камней.

— Я четко следую плану. — Ори задело непрошеное замечание.

— Ты уже разобрался с этим бродячим демоном? Что-то я не слыхал его предсмертных воплей, — продолжил Сартаил.

— Девушка жива, а она — главная приманка для этого демона.

— А, точно, дочка Блэкторна.

Ори не нравилось, когда Сартаил произносил ее имя, но он сдержал недовольную гримасу.

— Твое присутствие здесь как-нибудь оправдано?

Другой ангел повернулся к нему:

— Время идет, ты нужен в других местах. Прекрати уже развлекаться со смертными.

— Это Его слова?

— Официально — нет. Однако он спросит меня, как продвигаются твои дела, и я должен буду что-то ответить. Не могу поверить в то, что ты не можешь найти какого-то паршивого Геодемона.

— У меня складывается впечатление, что его прикрывают.

— И кто это может быть? — спросил Сартаил, придвинувшись к нему. В его глазах зажегся огонек.

— Не имею ни малейшего представления, — мстительно отрезал Ори. Они всегда враждовали друг с другом.

— Ага, понял. Ты просто придумываешь оправдания своим проволочкам. — Сартаил сухо кивнул головой. — Если честно, такой слабости я от тебя не ожидал.

Ори встал с ним нос к носу, кипя от злости.

— Тогда скажи сам, кто стоит за этим бродячим демоном?

— Это не мои проблемы. Ты знаешь, чего от тебя хотят, так просто сделай это. Если облажаешься — поплатишься за это.

— Совет принят, — ледяным тоном ответил Ори и отвернулся.

— И проигнорирован, я не сомневаюсь, — отозвался Сартаил. — В конце концов, это же не моя хорошенькая голова почти лежит на плахе. — Взмахнув рукой, он растаял в ночном воздухе.

— Нет, как всегда, — пробормотал Ори уже сам себе. — Но когда-нибудь она там окажется, а орудовать мечом буду я.

Глава одиннадцатая

Бек толкнул одну из обгорелых дверей, ведущих в «Армагеддон Лаунж». По своему обыкновению, он на секунду остановился и как следует огляделся. Старые привычки сложно изжить, особенно когда ты пережил злостную драку с ревнивым мужем в точно такой же бильярдной. Но, слава богу, не в этой.

«Армагеддон Лаунж» оставался для Бека нейтральной территорией, и он не собирался ничего менять. По этой самой причине здесь он никогда не цеплял девушек. Лишние неприятности ему ни к чему.

Интерьер тут оставлял желать лучшего даже по меркам города, обглоданного кризисом. По стенам висели бутафорские огни, противоположный конец зала был отделан помутневшими от времени зеркалами. Между ними в неверном свете огней сплетались фигуры, в основном женские и обнаженные. Воплощение чьей-то навязчивой идеи о конце света.

Меньше зеркал, больше шума и воплей. По крайней мере, так конец света представлял себе он, Бек.

Убедившись в том, что сегодня никто не ищет драки, он направился к барной стойке, предвкушая глоток холодного пива. Пару лет назад к этому времени суток он уже пропустил бы по меньшей мере шесть стаканов. Но его взгляды изменил Пол.

— Есть время пить, и есть время ловить демонов, — говорил ему наставник. — Перепутаешь — станешь добычей демона.

Когда Бек настаивал на том, что может делать и то и другое одновременно, но Пол разобрался с ним, задав всего один вопрос: «Неужели выпивка стоит того, чтобы за нее умереть?»

Ответ выходил простой: как бы Бек ни любил пиво, он предпочитал все же оставаться в живых. В ту самую ночь он перестал пить. Да, он мог себе позволить пропустить пару стаканчиков, но уже не так часто в этом нуждался. К тому же, неприятным открытием оказалось то, что алкоголь ничего не решает, а только на время заставляет тебя поверить в это.

Бармен Зак приветствовал его широкой улыбкой. Он был приземистым крепышом, и через коротко остриженные светлые волосы виднелась загорелая кожа на голове.

— Эй, Бекстер, как дела? — окликнул он.

— Спасибо, хорошо, — отозвался Бек, хотя это было не совсем правдой.

К тому моменту, как он сел за стойку, его уже поджидал холодный «Шайнер Бок». Он вздохнул, сделал большой глоток и снова вздохнул, на этот раз удовлетворенно.

— Хорошо! — выдохнул он и улыбнулся Заку. Чем меньше он пил, тем больше мог оценить вкус правильного пива.

— Сегодня у нас тихо, — заметил Зак, опершись о стойку. — Обычно в субботний вечер тут не протолкнешься. Думаю, это из-за того, что случилось в Часовне. Люди сильно напуганы.

Бек понимающе кивнул. В баре сидело не больше дюжины посетителей, и все это были завсегдатаи, которых он знал по имени. Но никого из ловцов не было — похоже, те торчали на улице в надежде кого-нибудь поймать.

И наверняка безуспешно.

— Тут Ленни недавно заходил, — добавил Зак. — Сказал, еще вернется.

Некромант Ленни. Один из тех заклинателей, что пытались заполучить Пола. Может быть, у него удастся что-нибудь выведать.

— Рассказывают, что у тебя здесь недавно показывался четвертак? — заметил Бек, с как можно более невинным видом пригубив пива.

Зак протирал высокий стакан для виски с содовой.

— Да, и ловцы. Кто-то из них сломал кий для пула и не хотел оплачивать. Босс взбесился. Весь день мне мозги промывал, какие вы все засранцы…

— И он был прав, — согласился Бек, потягивая пиво. — Но мы хотя бы демонов ловим.

Зак хмыкнул:

— Босс сказал, что с ловцами была девчонка. У вас теперь и такое разрешается?

— Угу, типа того. Времена меняются, — протянул Бек.

— Расскажи. — Зак понизил голос. — Как ты отошел после пожара в Часовне?

Бек повернулся к нему.

— Дышу вроде, — признался он. — Все же это лучше, чем ничего.

— Точно. Когда я узнал об этом, я стал молиться за вас, ребята.

— Спасибо тебе.

— Кажется, что дело в городе принимает серьезный оборот, — продолжил Зак. — Сегодня днем ко мне заходил старый знакомый. Так вот, он рассказал, что видел прямо на Персиковой улице пару демонов. Они раньше никогда не забирались так глубоко в жилые кварталы.

— А он сам — серьезный парень? — поинтересовался Бек.

— Дальше некуда. Он коп.

Вот черт. Неужели часть из этих сумасшедших баек может оказаться правдой?

Зак направился к парочке за другим концом стойки и наполнил им опустевшие стаканы. Девушка не представляла собой ничего особенного, но молодые люди не сводили глаз друг с друга.

Бек знал ее не понаслышке. Ее звали Луиза, они учились в одной школе в Сэдлерсвиле. Другие ребята с ними не связывались — с девятого класса Дэн и Лу всегда были вместе. Потом Луиза решила, что не стоит останавливаться на жалком неудачнике с матерью-алкоголичкой. Бек прекрасно помнил, каково это — когда тебя за человека не считают только из-за того, что натворили твои родственники. А Луиза так и не смогла остановиться, до сих пор меняя парней как перчатки.

Бек одернул сам себя за излишнюю сентиментальность: не стоило тратить время и силы на недостойные вещи. Прихватив пиво, он направился к одному из свободных бильярдных столов за баром. Выбрав кий, он оторвался от всех своих переживаний в игре. Шары один за одним, будто управляемые с пульта, послушно закатывались в лузы. Кий стал единым целым с его рукой и волей. Закончив партию, Бек снова достал шары. Так он привык делать с тринадцати лет.

Часть его переживаний была связана со Стюартом, который чересчур настаивал на том, чтобы Бек сам общался с прессой и городскими властями. Ирландец делал это якобы для того, чтобы к тому моменту, как стать мастером, Бек изучил все «ниточки», за которые стоит тянуть. Сам Бек прекрасно знал, что рано или поздно все ниточки превращаются в удавки. Второй причиной была та рыжеволосая крошка, которую он видел у здания администрации. Ничего удивительного, ведь она репортер и обязана была взять у него интервью. Она даже записала его мобильный, благодаря Стюарту. Бек пытался было ее отшить, но старый мастер сделал ему внушение, и пришлось смириться.

— Плохая это была идея, — пробормотал Бек сам себе.

Он знал, как ведет себя, когда с ним кокетничает хорошенькая девушка: может ляпнуть что-нибудь не то. Но здесь он не имел права на ошибку: его слова тут же окажутся в газете или, не дай бог, в Интернете. Лишнее движение языка — и мастером ему уже никогда не стать.

Двери бара открылись, и на пороге появился парень. Он был немного выше Бека, носил черные джинсы и водолазку. Длинный серый плащ придавал ему сходство с героем какого-то кинофильма. Иссиня-черные глаза смотрели с видом «даже не рискуй со мной связываться».

Ловец? Вряд ли — сумки у парня не было. Охотник-фрилансер? Уже теплее. Но в таком случае на нем должна была быть защита, а Бек не заметил ничего. На какое-то мгновение их взгляды встретились, и затем парень уверенно шагнул к барной стойке, где коротко перекинулся с Заком парой слов. Бармен поставил ему пиво.

Хотя здесь собирались в основном местные старожилы, иногда заглядывали и новички. Бек понял, что стал уж слишком подозрительным. Загадочный посетитель тем временем забрал пиво и устроился за угловым столиком. Бек вернулся к бильярду.

Следующим пришел Ленни. Единственным серьезным грехом этого заклинателя было то, что он одевался как сумасшедший негритянский сутенер с безлимитной кредиткой. Сегодня, например, он был одет в совершенно чудовищный пурпурный вельветовый пиджак, черные кожаные брюки и черную блестящую рубашку с рюшками и воланами. Здесь определенно требовалась помощь вменяемого костюмера.

— Сейчас я, пива возьму! — крикнул Беку щеголь.

Бек кивнул и стал собирать шары, поджидая его.

Когда тот подошел, Бек решил сразу прояснить все.

— Сегодня играем на деньги или на интерес?

— На интерес. По крайней мере, с тобой только так. — Ленни аккуратно повесил свой кошмарный пиджак на стул. На рубашке закачались многочисленные серебряные цепочки. Бек в недоумении покачал головой, но некромант проигнорировал его и стал выбирать кий. Примерившись, он потер его мелом и манерно шагнул вперед.

— Давай, разбивай, — уступил Бек. Все равно первый удар ничего не дает.

— А что это за новичок? — шепнул Ленни, кивнув головой в сторону киногероя в уголке.

Бек рассеянно пожал плечами:

— Не в курсе.

На самом деле он чувствовал на себе взгляд парня с того самого момента, как тот перешагнул порог.

— На местного не похож, — подумал Ленни вслух.

— Он совершенно точно не отсюда, — согласился Бек.

Некромант изогнулся, собираясь было сделать удар, но выпрямился с таким видом, будто ему не давала покоя одна и та же мысль.

— Я не имею никакого отношения к воскрешению Блэкторна, — сказал он, и Бек заметил капли пота над его бровью. — Я просто хотел, чтобы ты это знал.

— Если бы ты солгал, то уже познал бы мир боли во всей красе, — пробурчал Бек.

Некромант поспешно кивнул и разбил шары.

Расхаживая вокруг стола, прикидывая, откуда бить, Бек спросил:

— Есть идеи, кому это могло понадобиться?

Некромант попятился к зеркальной стене.

— Я сказал остальным не связываться с Блэкторном. Предупредил, что ты порвешь любого за это. Ведь кости некроманта ломаются так же, как кости обычного человека. Но я этого не говорил.

Бек с трудом сдержал улыбку. Слишком много времени он потратил, чтобы создать вокруг себя такой жуткий ореол.

— Получается, этому субъекту наплевать на то, что я с ним сделаю, — продолжил он.

— Получается так, — согласился Ленни.

Бек постарался не упустить еще один шар.

— А что с Мортимером?

Его собеседник рассмеялся и смущенно затряс головой.

— Морт — абсолютный идеалист. Он никогда не станет воскрешать человека без письменного соглашения семьи. Даже за тройную цену.

— А Кристиан? — Бек перебирал всех некромантов, посетивших могилу Пола за последние пару недель.

— Маловероятно. Слишком сильным было то заклинание, насколько мне довелось узнать. Кристиан еще слабоват для такого.

— Тогда кто?

Ленни поднял на него глаза, затем осмотрелся вокруг, опираясь на кий, и вернулся к игре.

— Мне известен только один подобный некромант. — Он сделал удар.

— А у этого выродка есть человеческое имя?

— Да, но я его вслух не произнесу.

— А зачем некроманту может понадобиться Блэкторн?

— Считается, что ваши мастера обладают тайными знаниями о демонах, архангелах и даже о самом Падшем. Это может пригодиться в случае, если ты хочешь вызвать кого-то из них.

Бек растерянно заморгал.

— А я думал, что вы способны только поднимать трупы.

Ленни печально посмотрел на него.

— Ловец, мы поднимаем тела из могил с помощью магии. Но эту магию можно использовать и для другого, хотя большинство из нас достаточно умны, чтобы держаться подальше от вещей действительно темных.

— Но не этот субъект.

Его компаньон покачал головой и поставил свой кий к стене.

— Еще пива?

— Да, с удовольствием.

Ленни пошел к бару. Он не все ему рассказал, но Бек узнал уже больше, чем ожидал.

— А ты не на шутку напуган, не так ли, дружок? — шепнул он.

И этот страх не имел никакого отношения к тяжелым кулакам Бека.

* * *

Они уже прикончили по три стакана пива и сыграли еще две партии в пул, когда в баре стало тихо. Бек стоял спиной к входу, но почувствовал движение холодного воздуха на коже, затем легкое покалывание в пальцах, а вскоре и характерное головокружение.

Да ладно.

Он отпил пива, чтобы убедиться в своей догадке, и был вознагражден потрясающим букетом вкуса: злаки, солод, хмель. Существовала единственная вещь, способная так усиливать ощущения человека.

В его любимую бильярдную только что вошел демон четвертого уровня.

Бек аккуратно отставил пиво, разглядывая зал через размытое отражение в зеркальной стене. Большинство посетителей замерли с отвисшими челюстями и вытаращенными глазами. Только парень за угловым столиком, тот, в геройских шмотках, вроде бы держался. Он сидел, откинувшись на стуле, скрестив руки за головой, словно ему вообще было плевать на окружающий мир.

Ну, что у нас тут?

В голове Бека раздался шепоток. Он огляделся и увидел источник шепота прямо в дверях. «Она» была разодета в микро-мини-юбку, едва прикрывавшую задницу, высокие сапоги до бедра, черное бюстье и шубку из искусственного красного меха. Кудрявые каштановые волосы, с трудом можно дать шестнадцать. Но это то, что внушил тебе демон.

Это был Мезмер, также известный как Гипнодемон, Суккуб, Инкуб и под множеством других имен. Существовало несколько разновидностей, но все они высасывали жизненную энергию человека и забирали его душу, если им представлялась хоть малейшая возможность. И все это время человек был готов благодарить их за каждую секунду пытки.

Бек не обладал иммунитетом к таким чарам, и в голову ударила тяжелая волна плотского желания. Она говорила с ним, обещая всяческие наслаждения в случае, если он позволит ей делать свое дело. Покалывание в пальцах стало усиливаться, в то время как суккуб плел свои чары, медленно гипнотизируя всех мужчин в зале. Три присутствующие женщины ничего не понимали и удивленно оглядывались вокруг. Одна из них даже толкнула своего парня в плечо, но он никак не отреагировал.

Это был хороший признак. Окажись демоница более опытной, она смогла бы загипнотизировать всех присутствующих. А эта, похоже, была молодой и рассчитывала получить как можно большее энергии, чтобы набраться сил.

Бек стал мурлыкать песню, чтобы отвлечься от монотонного шепота суккуба, звучавшего в голове. Это сработало, и головокружение немного отпустило, так что он смог присесть на корточки, якобы для того, чтобы завязать шнурок. Затем Бек ухитрился расстегнуть молнию в своей сумке, лежавшей под бильярдным столом. Все еще стоя лицом к зеркальной стене, он выпрямился, в одной руке сжимая Вавилонскую сферу, а в другой — сферу со Святой водой.

Когда он повернулся лицом к опасности, демоница тут же переключилась на него. Бек не мог заглянуть за иллюзорную завесу, но сомнений больше не было: это адское отродье. Бек стал напевать громче свою любимую песню кантри-певицы Керри Андервуд.

Если демонам вообще были доступны эмоции, похожие на человеческие, то суккуб сморщил нос с чем-то смахивающим на отвращение.

— Сопротивляешься, — сказала она.

— Это точно, — согласился Бек и из-за этого слегка отвлекся от песни. Демоница улучила момент, чтобы создать в его сознании такую картину, от которой бы смутилась бывалая проститутка.

— Ну уж нет! — сказал он и затряс головой, пытаясь скинуть морок, затем стал петь в полный голос. Песня была очень грустная, о потерянной любви, и цепляла его больше, чем соблазнительные картинки, нарисованные суккубом.

— Ловец! — предупреждающе сказала она и двинулась к нему. — Иди к нам…

Бек выждал до последнего и разбил фиолетовую сферу прямо у ее ног. Она разлетелась фонтаном ярких огоньков, в воздухе повис сильный аромат корицы. Сила, находившаяся в сфере, подействовала на суккуба, и чудовище приняло свой первоначальный облик. Знойный женский голос превратился в противный визг, туловище словно оплывало, одежда истлевала. Осталось коренастое маленькое обрюзгшее тельце, словно покрытое жидкой грязью. На Бека злобно глядели горящие адским пламенем глаза и длинный заостренный хвост бился об пол, как у разгневанной змеи.

Глупые блаженные лица посетителей исказились от ужаса.

— Боже мой, демон! — закричал один из мужчин, бросившись прочь.

— Верно подмечено, — ухмыльнулся Бек и поймал взгляд бармена: Зак ошарашенно тряс головой. Бек пожал плечами и переключился на демоницу. Та злобно глодала собственную лапу и сверлила его глазками.

— Ловец-молодец, — похвалил его Ленни.

— Спасибо, — довольно ответил Бек. — На эту и много сил не понадобилось.

У него не было с собой подходящего контейнера, да и сухого льда достать было неоткуда, но он как-нибудь исхитрится доставить чудовище к пожарному Джеку. А потом он получит деньги. Отлично сложилось: поиграл в пул, выпил пивка и еще четыреста баксов сами пришли в карман. Он все это время торчал на Демон Централ, когда куш можно было сорвать прямо здесь.

Суккуб издал непонятный звук и затем захохотал. Это было ненормально. Тварь должна была злиться, выкрикивать ругательства, предлагать выкуп за свободу. А она покатывалась со смеху и тыкала в него пальцем, словно что-то в нем увидела.

— Чего смешного? — разозлился он.

— Ой, ловец, — сказал Ленни, указывая в сторону входа.

Бек посмотрел в ту сторону и шепотом выругался. На пороге стояла высокая девушка с серебристыми волосами ежиком, вся затянутая в черную кожу. Помахивая зажатой в правой руке плеткой, она улыбалась так, будто выиграла в лотерею.

Вот почему первая сказала: «Иди к нам». Здесь было два демона: младшая, более слабая, училась, в то время как ее покровительница ждала снаружи и подстраховывала на случай проблем. И Бек оказался этой самой проблемой.

Демоница щелкнула плеткой и продемонстрировала ряд клыков, вызвав панику среди посетителей, которые на четвереньках отползли за стойку.

— Поиграем, ловец, — сказала она.

Ему оставалось только блефовать. Бек поднял над головой сферу со Святой водой.

— Назад, тварь. Сюда ты не пройдешь.

Раздался короткий громкий щелчок, и кончик плетки разбил шар в его руках. Бек выругался и полез в сумку за обломком трубы, которым он пользовался вместо биты.

— Ленни, — быстро произнес он, оценив ситуацию. — Выводи отсюда людей.

— Но я…

Бек покачал головой:

— Не пытайся. Она слишком опасна. Просто выбирайтесь отсюда.

— Если ты настаиваешь, — шепнул некромант и бросился к стойке. Затем он поманил за собой посетителей к аварийному выходу. Бек и сам хотел бы убраться отсюда вместе с ними, но не мог.

— Ты кто еще такая? — выкрикнул какой-то забулдыга и двинулся навстречу демону. Судя по тому, как он ковылял, сейчас в нем было больше алкоголя, чем крови. — Это наш бар, и мы не позволим какой-то страхолюдине…

Секунду спустя он, задыхаясь, рухнул на колени, не в силах даже закричать.

— Прекрати! — приказал Бек. Мезмер посмотрел на него. — Это наше дело. Остальные не стоят твоего времени.

Тварь шагнула в его сторону.

— Ловец, — начала она, оглядев его с головы до ног, принюхалась и улыбнулась. — Ты полное ничтожество.

— Нет, я тот еще фрукт. Я ловец-подмастерье. — Он сделал паузу для пущего эффекта. — И я был помощником Пола Блэкторна. Моя душа дорого ценится у старого Люцифера.

— Блэкторн? — взвыло отродье, и, словно в ответ, плетка по всей длине вспыхнула ярким пламенем.

Кажется, их фамилия обладает волшебной силой. Пьяница начал голосить, его дыхание, видимо, восстановилось, и двое собутыльников потащили его прочь из злосчастного бара.

Бек не сводил глаз с твари. Она приняла свою настоящую форму и оказалась одного роста с ним, с бледной кожей, алыми глазами, длинными когтями и гадким шипастым хвостом. И у нее были рога.

Вот блин.

Еще немного, и она дорастет до Архидьявола. Некоторым из них это удавалось: убивая соперников, продвигаться вверх по рангам Преисподней. Те, кому удавалось выжить, были злом во плоти. А то, что она так легко перед ним открылась, говорило только об одном — он висит на волоске.

— Убить тебя будет настоящим наслаждением, — сказало чудовище и облизнуло губы. — А забрать твою душу… бесценно.

Бек не умел обращаться с такими демонами, и в городе не осталось мастера, способного подстраховать его. К тому же никто не успеет. Бек проглотил свой страх, как он уже делал много раз.

— Ну что, ты так и будешь стоять посреди зала такой страхолюдиной, или мы потанцуем?

Тварь издала леденящий душу смех.

— Чувствую, я замечательно поразвлекусь с тобой, ловец. Интересно, кто дороже выкупит твою душу?

А потом ее шепот раздался у него в голове. Бек снова стал напевать, потом вопить во весь голос, но ничего не помогало. Он чувствовал, что демон копается в его голове, ищет слабые места. Взвешивает его потаенные страхи, запретные желания, розовые мечты, которым не суждено сбыться.

Она засмеялась, уже тише, зная, что нашла зацепку.

— Это будущее — реально. Онаможет быть с тобой, — промурлыкала тварь.

Бек чувствовал, как его воля раскалывается, ломается, как старый фарфор под потоком воды. Как было бы просто сдаться ей. Зачем быть героем? Он не должен всем этим людям ни капли своей крови. И его желание может сбыться. Онаостанется с ним навсегда.

— Нет, — прорычал он сквозь сжатые зубы. Если демоны подчинят его, то смогут использовать против Райли. Она доверится ему, даже если он обречет ее на вечное рабство или страшную смерть. В последней отчаянной попытке ослабить ментальную хватку демона Бек вонзил острие трубы себе в раненую ногу, чтобы растормошить одурманенный мозг. Хотя он завопил от боли, морок не отступал.

— Душу, ловец, — пропела демоница. — Пообещай мне свою душу, и твои мечты сбудутся. Она придет к тебе и станет твоей этой же ночью.

Бек знал, что не может ничего сделать. Он понимал, что с языка срываются слова, обрекающие его душу вечно гореть в аду. Слова, звучащие в то же время как приговор для Райли.

Боже, нет!

Раздался смех, но уже чей-то другой. Тварь испуганно шипела, все громче и громче, как кошка, загнанная стаей бешеных собак.

— Что за вмешательство! — взревела она. — Парень мой!

Бек, словно издалека, услышал незнакомый голос. Это был мужчина, и, похоже, очень, очень старый. Слов Бек не понимал, но демону, кажется, они были крайне неприятны. Путы на его сознании лопнули, как перетянутые резинки. Неведомая сила швырнула его на бильярдный стол, шары цветными мячиками разлетелись во все стороны. В голове пульсировала боль, будто по ней били отбойным молотком, по щекам солеными потоками текли слезы. Боль медленно отступала.

Когда он смог открыть глаза, то увидел над собой озабоченное лицо Ленни.

— Ты в порядке? — спросил он. Вокруг с напутанными, нахмуренными лицами толпились остальные.

— Не знаю, — пробормотал он. — А что случилось?

— Что-то их сильно напугало, и они удрали, — объяснил Ленни.

— Я слышал чей-то голос, очень странный. Вы слышали?

— Нет, — признался Ленни. — Главное, что ты в порядке. Я думал, тебе уже крышка.

Не ты один.

Бек на мгновение закрыл глаза и улыбнулся. Пусть даже он не понимает, что случилось, зато его душа принадлежит только ему и никому другому. Плохо, что в Аду теперь знают о его слабом месте: наверняка они будут давить на него при любой возможности.

* * *

Пока бармен и парень в клоунской одежде занимались раненым ловцом, Ори выскользнул из дверей вслед за демонами. В обычной ситуации он бы не стал вмешиваться, но старшая тварь заговорила о Райли Блэкторн. В таком случае это уже его дело. К тому же, если душа ловца окажется в путах Ада, это только усложнит Ори работу. Достаточно с него и других проблем.

Он легко обнаружил парочку — они стояли в облаке серы посреди парковки и ожесточенно спорили.

— Ты почти поймала ловца, — прорычала маленькая на косноязычном адском наречии, которое обычно используют младшие формы демонов после перевоплощения. Она так увлеклась, что превратилась не до конца и представляла собой кошмарное месиво из обнаженной плоти, рваной одежды, провисших грудей и длинных когтей. — Почему мы уходим?

Старшая подняла руку, заставляя ее замолкнуть, и принюхалась.

— Посвященный, — испуганно прошипела она.

Ори замер в нескольких метрах, не утруждаясь превращениями. Они прекрасно знали, кто он и что он способен выхватить меч еще до того, как кто-то из них решится двинуться.

Адская парочка повернулась к нему. Под кожей старшей волнами струилась сила. Суккубы крайне редко, доживали до такого состояния — Архидьяволы убивали их молодыми, чтобы не наживать конкурентов. Значит, эта была крайне свирепой.

— Я тебя почуяла, — проревела она.

— Удивительно, что вонь от серы тебе не мешает, — спокойно ответил Ори, рукой разгоняя клубы дыма.

— Ты вмешался, почему? — заныла маленькая. Это был совсем детеныш, иначе бы ловец не смог так легко вытеснить из своего сознания ее чары. К тому же глупый, поскольку осмелился напрямую обращаться к Посвященному.

Ори мило им улыбнулся, хотя все, чего он сейчас хотел, это покромсать их на части за такое непочтение.

— Кто навел вас на ловца? — спросил он.

— Почему ты знать хочешь? — взвизгнула младшая. Старшая рыкнула и ущипнула ее за ухо, так что та обиженно завизжала.

— Мы трудимся во имя победы сил Ада, — ответила старшая демоница, пытаясь исправить ситуацию, но было уже поздно.

Маленькая тварь подтвердила опасения Ори — кто-то специально занялся ловцом, чтобы через него добраться до Райли.

Ори пристально посмотрел в глаза старшей. Та вздрогнула под его взглядом и, не выдержав силы, сощурилась и опустила глаза.

— Держитесь подальше от дочери Блэкторна. Если вы попытаетесь ввести ее в искушение, я казню вас так, как вы, жалкие тараканы, того заслуживаете.

Старший суккуб зашипел и отступил назад, почувствовав его гнев. Маленький что-то запищал, но снова получил по уху от наставницы и был вынужден подчиниться. Парочка засеменила прочь, на ходу превращаясь в людей.

Ори смотрел им вслед, прикидывая, рискнут ли они вернуться за раненым ловцом. Они не решились, но, встретив на улице проходящего мимо молодого человека, занялись им. Старшая положила руку ему на грудь, прямо напротив сердца, и у несчастного тут же осоловели глаза.

Ори не собирался вмешиваться. У них была своя работа, у него — своя.

Девушка — моя.

Глава двенадцатая

Утром Райли разбудил звук церковных колоколов. Просыпаясь на новом месте, всегда чувствуешь себя немного выбитым из колеи, и колокола, созывающие верующих на утреннюю мессу, показались Райли плодом ее воображения. Она потерла глаза, зевнула и села в постели. Зевнула еще раз. Колокола продолжали бить, и они напомнили ей о Саймоне. Быстро сбегав в ванную, Райли закуталась в одеяла и набрала номер его сестры.

Пожалуйста, пусть ему станет лучше.

Она, как заведенная, повторяла эту своеобразную молитву перед тем, как уснуть, чередуя ее с просьбами найти папу и чтобы Питер не уезжал из Атланты. С каждым вечером список просьб становился все длиннее.

К счастью, новости были хорошие: Саймон поправлялся, но по-прежнему не хотел разговаривать. Через пару дней, возможно, его выпишут. Эми говорила, что это чудо. Она не ошибалась, но дело было еще и в том, что раны Саймона имели демоническое происхождение и их обрабатывали Святой водой, которую только что благословил отец Гаррисон. Под опекой ангела Марты и священника у Саймона не было никаких вариантов, кроме как поправляться.

Райли, широко улыбаясь, отключила телефон. Когда Саймон вернется домой, он непременно придет в себя. Его семья позаботится об этом, а если им не удастся, то этим займется его девушка.

Холодное утро приветствовало ее, когда она вышла из церкви. Припаркованные вдоль улицы машины за ночь покрылись толстым слоем серебристого инея. Подойдя к машине, Райли увидела прекрасную белую розу на ручке водительской двери. Она осторожно вынула цветок, опасаясь шипов, и вдохнула аромат. Он оказался потрясающим. Странно, что роза не замерзла на улице.

Наверное, не так давно она здесь находится.

Первым делом Райли подумала о Саймоне, но он все еще лежал в больнице. Бек был совершенно неромантичным парнем. Оставался только…

Ори? Но с чего ему дарить ей розу? Быстро оглядевшись и не обнаружив его, Райли решила не сворачивать себе мозги, а просто наслаждаться подарком.

Может быть, сегодня выдастся приятный денек без проблем.

Поскольку не было времени варить утреннюю кашу, Райли рискнула зарулить в ближайший фастфуд и купить то, что ее папа обычно называл «смертью в пакетике». Много жира и углеводов. Добравшись до дома Харпера, она уже чувствовала себя совершенно проснувшейся и бодрой. Поверх застарелых запахов автомастерской вился аромат кофе: старый мастер не поленился воспользоваться кофеваркой.

Собравшись с духом, Райли вошла в его кабинет. Харпер мог наорать на нее просто за то, что она дышит. Но сегодня он даже не удостоил ее лишним взглядом и, как ни странно, был совершенно трезв. Несмотря на все эти положительные признаки, она старалась по возможности сливаться с мебелью и не попадаться ему на глаза, пока убиралась, мыла посуду и выносила мусор. Это не имело никакого отношения к их непосредственному ремеслу, но считалось, что ученик должен ухаживать за наставником, каким бы засранцем тот ни был.

— Что-нибудь еще? — осторожно поинтересовалась она, желая как можно скорее ускользнуть из злополучного места.

Он заерзал на стуле так, словно для него не существовало ни одного удобного положения на свете.

— Отнеси эти канистры из-под Святой воды на парковку. Сегодня за ними должен приехать грузовик. — Он снова заерзал на стуле. — Пусть они отметят каждую. Приходится считать каждую копейку, пока я не могу работать.

— Мне оставить часть поддельных канистр для доказательств? — напомнила она. — Те, что я отобрала до этого, пропали в пожаре.

— Оставь штук пять. — Он нахмурился. — А почему святоша не обратил внимания, что номера не те, когда проводил инвентаризацию?

— Потому что там не было поддельных. Неверные даты освящения появились всего три недели назад.

Он с отвращением хмыкнул.

— Хотел бы я найти выродка, придумавшего всю эту схему. Бросил бы его тройбанам, чтобы сожрали живьем.

Райли вздрогнула: теперь она точно знала, как это выглядит. Харпер заметил ее реакцию, но, как ни странно, не стал подкалывать.

— На прилавке лежит заявление, — сказал он. — На Барахольщика. Ты же ловила их раньше, так?

Она кивнула. Демоны первого уровня разделялись на два подвида: Клептодемонов, собирающих яркие вещички, и Библиодемонов, портящих книжки и сквернословящих, как рэперы. Если бы она сама могла выбирать свою добычу, то остановилась бы на Клептодемонах — они были не слишком агрессивными, только слегка зацикленными.

— Когда поймаешь его, отнеси этому новому парню… Дэну, что ли, — приказал мастер. — И даже не думай приближаться к гомику, ты меня поняла?

К гомику. Наверное, он о пожарном Джеке. Похоже, у Харпера какой-то пунктик насчет гомосексуалистов.

— Я поняла. А где мне его найти?

Харпер ткнул пальцем в сторону прилавка:

— Его адрес лежит рядом с ордером.

Райли не стала заниматься бумажными делами и понесла канистры от Святой воды на парковку. Она решила перевязать их за ручки мотком бечевки, чтобы можно было перенести побольше за один раз. Курсируя между парковкой и домом Харпера, она заметила, что металлолома у него во дворе заметно поубавилось, — видимо, он перепродавал его, чтобы покрывать расходы. Получается, страховой фонд Гильдии не такой уж и щедрый и пособия не хватает.

Покончив с подсчетами, Райли стала ждать, опираясь на свою машину. У Харпера не будет лишних причин срываться на ученика — все сошлось. По крайней мере, эта причина уже исключена.

Райли услышала шум грузовика еще из соседнего квартала. Наконец огромная развалюха подъехала к ней и остановилась, тормоза натужно заскрипели. В кузове на специальных вешалках пылилось множество пластиковых канистр. Из кабины выскочили двое парней. Она передала одному из них заполненные бумаги.

— Ой, я видел тебя по телеку. Там, у Часовни, — сказал тот, что помладше, пока первый проверял документы. — Это было нечто!

— А что происходит с этими бутылками после того, как вы их собираете? — поинтересовалась она, пытаясь переключиться с главной темы своих ночных кошмаров.

К счастью, они заглотили наживку.

— С этими?

— Ага, — сказала она, махнув рукой на бутылки. Это был несложный вопрос.

— Они отправляются в переработку на завод, — настороженно ответил старший.

— А потом?

— Не знаю. Мы за это не отвечаем, — отрезал он, пересчитал деньги и вернул ей вместе с копией бумаг.

Она ткнула пальцем в листок.

— Подпишите, пожалуйста.

— Это не нужно. — Мусорщик уже хмурился.

— Пожалуйста! — невинно заныла она и захлопала глазками. — Мастер Харпер убьет меня, если что-то будет заполнено не так.

Мужчины переглянулись, и тот, что помоложе, нацарапал что-то на бумажке и вернул ей. Подпись было невозможно разобрать. Райли поблагодарила, но ей ничего не ответили. Они сели в машину, выехали с парковки и под визг тормозов скрылись в облаке выхлопов.

Укладывая бумажки в папку, Райли поняла, что ее смутило. Она посмотрела вслед удаляющейся машине. На ней не было никакого логотипа, никакой надписи. Все городские перевозчики носили на дверях официальный логотип Атланты: феникс, поднимающийся из пламени.

Кто в таком случае собирает все бутылки?

* * *

Беку никогда не нравились госпитали — ни военные, ни гражданские. Во время службы в армии ему пришлось провести некоторое время в одном из них, так что он прекрасно знал, как работает эта система. Там всегда стоял отвратительный, резкий запах и царила слишком стерильная атмосфера. Так что, расхаживая по больнице с визитами вежливости,как их называл Стюарт, он чувствовал себя не в своей тарелке. Ему казалось, что это обязанность священников, но тем не менее именно он разгуливал по больничным этажам, общаясь с ранеными ловцами и их семьями. Бек не понимал, почему Стюарт доверил ему эту обязанность, но не спорил, а просто выполнял приказ, как любой хороший солдат.

Он намеренно сделал Саймона последним пунктом в своем длинном списке. Он не только чувствовал угрызения совести из-за того, что позволил пострадать молодому ученику, но его еще и смущал тот факт, что Саймон встречается с Райли. Бек пока не разобрался в себе, как относится к этому. Он не испытывал никакой злобы по отношению к Адлеру, но что-то в нем было не так.

Хотя он еще не самый худший вариант.

Как, например, тот придурок Алан, с которым она встречалась пару лет назад. Бек понимал, что частично виноват в этом: когда он вернулся из армии, Райли запала на него, и все об этом знали. Все обошлось бы, не будь она дочерью Пола и к тому же сопливой пятнадцатилетней девчонкой. Ему тогда не нужны были лишние проблемы, и он грубо ее отшил. Тогда она тут же связалась с этим невменяемым выродком, который заставлял ее воровать для него. Все кончилось, как только тот рискнул поднять на нее руку.

Но ведь в этом все дело, не так ли?

Саймон будет хорошо обращаться с Райли. Он не станет бить ее или подговаривать воровать. Но тем не менее каждый раз, как Бек повторял себе это, у него в горле вставал ком. Неужели он ревновал? Он не испытывал к Райли подобных чувств. Или он заблуждался?

Он отбросил прочь ненужные мысли и вошел в палату Саймона. Парень не спал, а смотрел какие-то новости по телевизору. Бек поинтересовался, что транслировали — какое-то очередное ток-шоу о том, что случилось в Часовне. Теперь на экране периодически мелькали картины катастрофы.

Тебе не стоило бы это смотреть.

— Саймон! — окликнул он.

Тот приветствовал его слабым, равнодушным кивком.

— Как дела? — продолжил Бек, всеми силами стараясь сохранять милый, дружелюбный тон. В его представлении так вел бы себя священник.

Парень безучастно пожал плечами.

— Я слышал, раны быстро заживают?

Опять кивок. Такое ощущение, что Беку придется болтать за двоих.

— Я тут навещал остальных. У всех есть положительная динамика, хотя Бартону, возможно, понадобится повторная операция на ноге.

— Хорошо, — пробормотал Саймон, не поднимая на собеседника глаз.

Бек и не подозревал, что святоша мог оказаться таким упертым, но требовалось разболтать его любой ценой, или мысли просто раздавят его. Бек знал это по себе.

Он попробовал зайти с другой стороны:

— Ты видел ангелов?

Саймон заметно погрустнел.

— Нет, не видел.

— Это было круто! Я и раньше видел высших ангелов, но эти, похоже, были совсем серьезными ребятами. Они способны надрать задницу кому угодно.

— Джексон мне про них рассказал. Что у них были огненные мечи и вы чувствовали исходившую от них энергию.

— Видел бы ты демонов. Разбежались во все стороны.

Молчание.

Бек оперся о поручень больничной койки.

— Знаешь, после битвы всегда бывает тяжело. Ты отчасти не можешь поверить в то, что произошло, отчасти настолько напуган, что не можешь воспринимать событие как реальность. — Он пристально посмотрел на молодого ловца. — Я понимаю, что ты пытаешься разобраться со всем этим сам. Но учти, потребуется много времени.

Саймон сглотнул.

— Я думал, что умру.

— Я тоже чувствовал, что качусь куда-то в том же направлении.

Он наконец заглянул ему в глаза.

— Ты боялся?

— Конечно же, черт возьми.

— А я не должен был. Я же знал, что Господь со мной.

— Что не освобождает тебя от страха. Это первобытный инстинкт, — успокоил его Бек. — Тут нечего стыдиться.

— По телевизору говорят, что в городе кишат демоны.

— Есть немного. Они стали странно себя вести, но мы с этим скоро разберемся.

Саймон вдруг нахмурился.

— Почему Райли не приходит ко мне? — вдруг спросил он резким тоном.

Бек не ожидал подобного вопроса.

— Она помогает Харперу с делами. И пытается найти отца. Думаю, что она вот-вот придет.

— Это не оправдания. Она должна быть рядом.

О боже.

— Я передам, что ты спрашивал про нее.

Кажется, это его успокоило. Когда парень заговорил снова, его голос звучал намного тише:

— Они хотят повесить всю вину на меня.

— Никто никого не собирается обвинять, — возразил Бек. — Еще осталось слишком много вещей, в которых мы не разобрались.

Саймон искоса посмотрел на него.

— Например, как там оказался мастер Блэкторн.

— Я был поражен не меньше остальных. Это уж точно. Но мы рано или поздно все выясним.

Его собеседник снова нахмурился.

— Чего здесь выяснять? Либо Святая вода оказалась подделкой, либо кто-то нарушил магический круг и впустил демонов.

— Райли сказала, что вода была настоящей. И я ей верю. Сломать защиту круга не мог никто, тогда они должны были погибнуть.

— Только не в случае, если уже были мертвы.

Бек резко выпрямился. Он знал, что за этим должно будет последовать обвинение Пола в предательстве. Такого вынести он бы уже не смог.

— Я лучше пойду, — отрезал он.

— Счастливого пути, — поддержал его молодой ловец. Он закрыл глаза и откинулся на подушку с жестким, отстраненным видом.

Он думает, что Пол продал нас.Романтическое будущее между этими ребятами было обречено. Райли будет защищать отца во что бы то ни стало.

Девочка, ты их что, специально выбираешь?

Глава тринадцатая

Питер прыгнул в машину и с грохотом захлопнул дверцу, как только Райли подъехала к тротуару у «Граунд Зеро». Он был в своих заношенных джинсах и толстовке с забавным рисунком — парень, разбивающий кувалдой компьютер, — и подписью: «Начни перезагрузку».

Поставив сумку с ноутбуком на пол, Питер удивленно поглядел на нее.

— Что-то не так с твоими волосами.

— Пришлось подстричься. Они сильно обгорели.

— А мне нравится. Тебе идет. — Он вручил ей пластиковый стакан, закрытый крышкой. — Горячий шоколад со взбитыми сливками, — объявил он и смахнул с лица непослушную челку.

— Ты принес мне горячего шоколада? Да вы жжете, мистер Кинг.

— Согласен, а ты стала лучше следить за временем. Я и пары минут не прождал.

— Ты добирался на автобусе? — спросила Райли.

— Нет, меня подбросил Дэвид. Он тоже больше не мог находиться дома.

Неудивительно.

— А у меня заявка на поимку демона, — похвасталась она.

Питер повернулся и посмотрел на нее вытаращенными глазами.

— Какого?

— На маленького, Клептодемона первого уровня. Ты, наверное, подождешь в машине?

— С чего бы? Мне тоже интересно.

Питер раньше так себя не вел. Он никогда не шел на риск, опасаясь домашнего ареста, чтобы не провоцировать своего надзирателя. Похоже, с разводом родителей он решил отыграться и пуститься во все тяжкие.

Выруливая на перекресток, Райли с сомнением покосилась на друга.

— Ты в этом уверен?

— Абсолютно. Если только туда не припрется тот пятак.

— Не должен, по идее.

Только не в это время суток.

На следующем перекрестке в самом центре хаоса виднелась человеческая фигура в ярко-оранжевом жилете и белых перчатках. Поскольку большинство дорожных знаков было разворовано, власти ввели новую систему временных дорожных регулировщиков. За пять баксов в час каждый желающий мог торчать в центре перекрестка и стараться не угодить под колеса.

Поджидая своей очереди на поворот, Райли осторожно поинтересовалась:

— Дома ничего не наладилось?

Питер поник.

— Нет. Мама все еще обвиняет нас всех, а папа вообще ничего не говорит.

— И с кем ты решил жить?

— С отцом, конечно. Так будет лучше для всех. У него есть свои правила, и пусть некоторые из них тупы до крайности, но до мамы ему далеко.

— И что будет, если ты ей все скажешь?

Питер в ужасе покачал головой.

— Ядерная катастрофа. Думаю, она заставит всех нас заново пережить то горе, когда Мэтью погиб.

— Пит, ты говоришь какие-то жуткие вещи.

— Знаю, — пробормотал он. — Но с той поры, как родились близнецы, у нее совершенно снесло крышу.

Райли вспомнила тот день, когда Питер рассказал ей, что его мама беременна. В то время им было по тринадцать лет, и они гадливо морщились при мысли, что их родители способны заниматься чем-то вроде секса.

— Мне очень жаль вампиров. — Так он «любовно» называл своих младших братьев. — Они еще не могут понять, что происходит, и очень переживают.

Пара надоедливых трехлеток-прилипал. Неудивительно, что Питер готов был смыться из дома под любым предлогом. Будь это даже ловля Барахольщика.

— Я бы просто сказала ей правду и покончила со всем этим, Пит. От такого подвешенного состояния у тебя рано или поздно поедет крыша, гарантирую.

Он кивнул, но ничего не ответил.

Слава богу, мои родители любили друг друга до самой смерти.

Повинуясь отмашке регулировщика, Райли проехала перекресток и направилась на восток, в ювелирный магазин на Понси-Хайлендз. Глазастый Питер увидел вывеску раньше нее. Райли въехала на парковку перед старым, замшелым магазинчиком, в который, наверное, еще могли заходить ее бабушки и дедушки.

Девушка выключила двигатель, подхватила свою сумку и только тут заметила, что Питера, похоже, одолевают запоздалые сомнения.

— Это не опасно? — робко спросил он, глядя на нее вытаращенными глазами.

— Нет, что ты. Это тихие, незаметные создания. Мы называем их адскими домушниками. Они слегка помешаны на побрякушках, только и всего.

— Каких еще побрякушках? — удивился он.

— Чем больше блестят, тем лучше.

Он призадумался, взвешивая все «за» и «против».

— Ладно, хоть посмотрю, чем ты там занимаешься. Но если что, я уношу ноги.

По крайней мере, это было честно.

Когда они вылезали из машины, ей пришла эсэмэс. Сообщение было от Мортимера: аукцион-вандю назначили на сегодня, и ей требовалось освободиться к вечеру. Он также прислал время и адрес. Прежде чем она успела поблагодарить, пришла вторая эсэмэс: «Если решишь участвовать, не смей надевать джинсы!»

После заката Райли должна была находиться на святой земле. Хватит ли у нее духу рискнуть?

— Райли? — окликнул ее Питер. — Что-то не так?

— Нет, пытаюсь обдумать одну вещь.

А что, если пятак придет за ней прямо на это вандю? Потом она вспомнила, кто обычно собирается на такие мероприятия: безбашенные колдуны и заклинатели, воротившие магией ради развлечения и легкого заработка. Вряд ли какой-либо демон способен пойти на такой риск, если можно просто дождаться следующего вечера. К тому же Ори сможет прикрыть ее, если что. Она отправила Морту коротенькую эсэмэс, что приедет.

Питер тем временем стоял и разглядывал одну из витрин, полную сверкающей дорогой мелочевки.

— Как ты собираешься его ловить? — поинтересовался он.

Она порылась в сумке и молча продемонстрировала ему детскую кружку-непроливайку.

— Ты что, издеваешься? — опешил он. — Ты запихиваешь порождения Ада в кружечки с танцующими плюшевыми мишками?

Она выразительно посмотрела на него.

— Видишь блестки на донышке? Клептодемоны не могут устоять перед ними.

Он приподнял кружку, задумчиво разглядывая ее содержимое, и качнул головой в сторону бриллиантов на витрине.

— Ты уверена?

Зачем я вообще взяла с собой этого зануду?

Он вернул ей кружку.

— Родители не должны знать об этом. Никогда.

— Поняла.

Райли толкнула тяжелую входную дверь. Бумага была прислана мужчиной по имени Эйб Майерсон. В магазине работало двое, но Райли приглянулся строгий старик у витрины с часами. У него были такие солидные морщины, и он выглядел не меньше чем лет на восемьдесят, если не старше.

Сделав глубокий вдох и собравшись с духом, Райли натянула свою «я-профессионал-и-знаю-что-делаю» маску и подошла к прилавку.

— Мистер Майерсон? — спросила она.

Старый джентльмен кивнул.

— Я — Райли Блэкторн. Я здесь для того, чтобы разобраться с вашими пропажами.

Папа приучил ее не использовать фразу «ловец демонов» в общественных местах до тех пор, пока владелец не давал понять, что с посетителями все улажено. Старик, кажется, не понял, о чем она, и Райли протянула ему документы.

Мистер Майерсон взял их, поднес к самому носу и утвердительно кивнул. Потом он, нахмурившись, покосился на нее.

— Ага, значит, теперь они отправляют только молодняк! — Он улыбнулся. Затем переключился на Питера: — Вы тоже ловец, молодой человек?

— Нет, сэр. Я просто наблюдаю, если вы, конечно, не против.

— Не против. В нашем бизнесе эти вороватые карлики — привычное дело, но в этот раз попался какой-то замороченный. Он не обращает внимания на металл, а любит только камни чистой воды. Что-то, наверное, замкнуло в его черепушке, если вы понимаете, о чем я. — И он выразительно постучал себя по макушке.

Плохо дело.

Его будет сложнее поймать. Райли нужно было как-то взять ситуацию под контроль, особенно сейчас, когда за каждым ее движением с любопытством следил Питер.

— Давно он тут безобразничает? — спросила Райли, стараясь не падать духом раньше времени.

— Неделю.

— Вы не определили конкретного времени, когда он выходит на свою охоту?

— Абсолютно бессистемно. Он делает это, как только ему взбредет в голову.

Значит, придется обыскать каждый сантиметр магазина, вместо того чтобы просто устроить засаду. А ей еще нужно было успеть на похороны, и времени оставалось в обрез. Глубоко вздохнув, Райли огласила все предупреждения и меры предосторожности, связанные с ловлей демона в общественном месте. Мистер Майерсон не задавал никаких вопросов: похоже, ему приходилось проходить такие процедуры сотни раз. Он с готовностью подписал соглашение о том, что он ознакомлен с последствиями.

— Оставляю все вам, — сказал он. — Обращайтесь, если что-нибудь понадобится.

Он грузно уселся за стол, такой же старый, как и его обладатель, надел специальный увеличительный монокль и, склонившись над часами, принялся ковырять их крошечной отверткой.

Вперед, ловец демонов.

Райли отошла к входу и принялась внимательно осматривать зал. Этому учил ее папа еще в самые первые разы: следует ознакомиться с условиями и вычислить предполагаемые места тайников.

— Ты чего делаешь? — прошелестел Питер у нее над ухом.

— Пытаюсь прикинуть, где может спрятаться десятисантиметровый карликовый демон.

— Ну, я думаю, что везде, — протянул он. — Не уверен, что твоя фишка с блестками в кружке-непроливайке сработает.

И к сожалению, Пит был прав. Здание оказалось старинным, с множеством укромных уголков и щелей. Ее любимая приманка оказывалась бесполезной на фоне всего это великолепия в витринах, подсвеченных софитами. Она могла использовать тяжелую артиллерию: просто окропить все входы и выходы, включая окна, Святой водой, чтобы выкурить демона из тайника. Но проблема была в том, что он взбесится и разнесет все в магазине на кусочки. На ее совести уже числилась одна разгромленная библиотека, и Райли не хотелось бы, чтобы лист позора пополнил ювелирный магазин.

Что же делать?

Можно было позвонить Беку: он наверняка бы что-нибудь придумал, но тогда она будет выглядеть несамостоятельной малолеткой. Звонить Харперу — это вообще не вариант.

Пока она обдумывала тактику, Питер пристроился в кресле с ноутбуком и уже лазил по какому-то игровому сайту. Райли заглянула ему через плечо: тот разглядывал картинки с драконами. Одну из них он увеличил, чтобы разглядеть получше. На восемнадцатидюймовом экране картинка смотрелась внушительно.

Она оглянулась на ближайшую витрину. Проблема состояла в том, что все побрякушки были подобраны по размеру, и ни одна из них не бросалась в глаза. Решено. Ей нужен огромный камень.

Питер уже пристроил своего дракона на гору из золота и драгоценностей. Из ноздрей чудовища вырывались клубы дыма. Он выглядел жутким, но все равно не таким страшным, как тот, который похитил ее отца.

В голову Райли пришла сумасшедшая идея. Ни один ловец наверняка не пробовал ничего подобного, но выхода не было. Либо пытаться провернуть задумку, либо звонить Харперу и признаваться в том, что не справляется с работой.

Ну уж нет. Этого он мне не простит.

Райли с опаской поделилась своим предложением со старым ювелиром, и, к ее ужасу, он его одобрил.

— Это не повредит, — согласился он, направился к сейфу и извлек из него огромный изумруд. Он был обработан в стиле «маркиз» и весил два карата, что, впрочем, ничего не говорило Райли. Она сфотографировала камень на мобильник, отправила его по имейлу Питеру и объяснила, что нужно сделать. К счастью, он не стал говорить ей, что она рехнулась. Пока Пит был занят, ювелир вернул камень в сейф, предварительно убедившись в том, что внутри нет демона, и запер его.

Хоть в одном повезло: пока они готовили ловушку, посетителей не было. Ювелир выключил все электричество, включая подсветку витрин. Через окна магазина проникал слабый свет, но он не мешал плану Райли.

Питер поставил ноутбук на центральную витрину, нажал кнопку и фотография изумруда высветилась на весь экран. Он как-то поколдовал над ней, так что теперь изображение крутилось, мерцало и сияло, словно подсвеченное солнцем.

Если бы камни могли говорить, то этот изумруд сейчас вопил: «УКРАДИ МЕНЯ!»

— Думаешь, сработает? — шепнул Питер, когда они спрятались.

— Лучше, чем ничего, — ответила Райли.

Ювелир с помощником притихли у входа, заинтригованные их манипуляциями с компьютером. Их, похоже, действительно заинтересовала придуманная ребятами ловушка.

— Такого я еще не видел, — шепнул старик. — В наши дни пошли такие умные дети.

Главное, чтобы все сработало.

Время шло. Питер ткнул ее локтем.

— А если это случится, то когда?

Она неодобрительно покосилась на него.

— Терпение, чувак.

А потом она услышала его, этот узнаваемый топоток крошечных ног по стеклу. Спустя мгновение загипнотизированный барахольщик стоял перед экраном, бросив свой мешок. Демон был похож на своего сородича, жившего в квартире Райли, только не носил бандану на голове. У этого во все стороны потешно торчали огненно-рыжие клочки волос. В свете экрана Райли увидела, как его крошечные пальчики нервно сжимаются и разжимаются.

Все в порядке. Он весь твой. Главное, не двигайся.

Райли медленно кралась к нему, неслышно ступая на цыпочках. Если его спугнуть, то второй раз он на такую наживку не клюнет. Когда Барахольщик уже хотел прыгнуть на экран, она поймала его, бросила в чашку и накрыла ее ладонью.

— Крышку! — воскликнула она. Питер растерянно смотрел на нее круглыми глазами. — Пит! Мне нужна крышка! Сейчас же!

— Ой, прости, — опомнился он и поспешил к ней. В четыре руки они закрутили крышку на тюрьме демона. — Ух ты. Это же настоящий демон. Ну. То есть можно увидеть их фотки в Интернете, но этот…

Предмет их разговора вытянулся столбиком в своей темнице, указал на свой мешок и начал ныть, раздирая на себе одежду, будто оплакивал кого-то.

— Что он делает?

— Сходит с ума. Думает, что я заберу его вещи.

Райли поднесла кружку к лицу.

— Спокойно, я верну их тебе. Я не отберу, — успокоила она.

Мистер Майерсон развязал мешок, и его содержимое со звяканьем высыпалось на стеклянный прилавок.

— Вы только посмотрите, — восхищенно выдохнул Питер. Перед ними лежало не меньше дюжины бриллиантов и сапфиров, но ни одного изумруда. Они подобрали ему идеальную приманку.

Старый ювелир морщинистым пальцем отсортировал их добычу.

— Здесь все пропавшие камни. А остальные — это просто стекляшки. Кто знает, откуда они могли взяться, — сказал он, хитро улыбнувшись.

Райли собрала оставшиеся «сокровища» демона обратно в мешок, и они вдвоем с Питером вернули его владельцу. Барахольщик вцепился в мешок, как в родное дитя, и с облегчением вздохнул.

— Ого, да он и правда помешанный, — удивленно сказал Пит.

— Это точно. Сотри скорее фото изумруда. Он пока о нем забыл, но это ненадолго.

— Сделано, — сказал ее друг, нажав какую-то клавишу. Изображение изумруда сменилось фотографией грозы над Атлантой.

— Отличная работа, — похвалил старый ювелир, и его морщинистое лицо расплылось в довольной улыбке. — Замечательно было придумано.

Райли смущенно улыбнулась.

— Спасибо! — Она показала большой палец своему другу. — Кто знает, может быть, в будущем демонов будут ловить именно так.

— Высокие технологии — сила, — поддержал ее Питер.

Они покинули магазин с демоном в кружке-непроливайке, подписанными документами и двумя купонами на бесплатный обед в загородной кулинарии — комплиментом от мистера Майерсона. Он пообещал, что никому не расскажет о том, что Питер тоже участвовал в ловле.

— Ловец выиграл! — согласно обычаю, сказала Райли и почувствовала себя просто отлично.

Наконец-то все идет так, как и должно.

Глава четырнадцатая

В половину второго Райли подъехала к Беку, в Кэббэджтаун. Его аккуратный домик отличался от запущенных соседских лачуг. Оконные рамы и крыльцо были чисто выбелены, а сам дом окрашен в приятный светло-зеленый оттенок. Она представила себе, как Бек слой за слоем наносил краску, стоя на высокой стремянке.

И как он только время находит?Райли, например, до сих пор не разобралась со стиркой.

Бек сидел на крыльце в деревянном кресле-качалке, уже переодетый в официальный черный костюм. Судя по его лицу, он мечтал сейчас только об одном: чтобы ему выдали дробовик поувесистее и цель, которую он за мгновения превратит в решето.

Впервые Райли услышала о новом парне из Южной Джорджии за обеденным столом. Папа рассказывал им о самоуверенном шестнадцатилетнем юнце, сидевшем на его занятиях по истории, самоубийце, готовом на всех парах таранить головой бетонную стену. «Здравого смысла в нем, как в лемминге» — вот что говорил отец про Денвера Бека. Теперь ее отец погиб, а бывший хулиган самостоятельно возложил на себя миссию заботиться о ней любой ценой.

Его план был заранее обречен на провал.

Когда она припарковалась у дороги, Бек с заметным трудом поднялся с места. Вряд ли из-за полученных ран — их уже должна была заживить Святая вода. Дело, наверное, было совсем в другой боли — вечной и не проходящей. Такие же душевные раны были у нее. И наверняка у Саймона.

Бек залез в машину, положил между ними свою рабочую сумку и щелкнул ремнем безопасности, не утруждаясь на такие мелочи, как приветствия. Будто Райли была его личным шофером, обязанным катать его по городу.

Может быть, он просто не хочет оставаться один…

Но она не удержалась и все же задала свой вопрос:

— А почему ты попросил отвезти тебя на похороны?

— Мне не нужна лишняя штрафная квитанция. — Увидев ее озадаченное выражение лица, он пояснил: — После церемонии мы поедем в «После шести» на поминки. Не хочу, чтобы полицейские поймали меня на обратном пути.

Еще одна традиция ловцов — напиваться в дым после похорон. Существовало множество таких «традиций», о которых умалчивал «Справочник ловцов», и Райли пришла к выводу, что они придумали их сами. Все, что оправдывает пьянство, было у них в ходу.

— Давай я подброшу тебя домой после поминок, — предложила она, выруливая на Мемориал-драйв.

— Нет, я лучше пройдусь. Это не так далеко от дома.

— Тебя все равно могут забрать в полицию, — возразила она. — Я отвезу тебя.

Он обжег ее взглядом.

— Ты не поедешь с нами в бар. Это противозаконно.

— У них наверняка есть простая газировка. К тому же это логично — я была с ними, когда они погибали там, в Часовне, и я буду на их поминках.

Он полностью проигнорировал ее слова. Когда она приостановилась на перекрестке и посмотрела на него, ожидая, что он скажет, куда ехать, он сунул ей бумажку с адресом кладбища Саус-Вью. Молчание длилось невыносимо долго, и в конце концов Райли сдалась. Ей требовалось поговорить хоть с кем-то, а сейчас рядом был только Бек.

— Вчера ко мне заходил этот гад из агентства по сбору платежей. Он сказал, что поскольку они не могут изъять тело отца, то постараются отсудить деньги, положенные по страховой выплате.

Бек фыркнул:

— Не волнуйся, им не достанется ни гроша.

Тебе легко говорить.

Снова молчание. Она уже хотела включить радио, но музыка только создала бы ненужные преграды между ней и собеседником.

— Я сегодня поймала Барахольщика. В ювелирном магазине, — сказала Райли, пытаясь подобрать безопасную тему для разговора.

— Все прошло нормально?

— Отлично. — Она уже собиралась рассказать ему о придуманной компьютерной уловке, но передумала. Вряд ли бы ему понравилось, что Питер ездил с ней на работу.

Они проехали еще четыре перекрестка, прежде чем Бек разомкнул губы и спросил:

— Виделась с Саймоном сегодня?

— Нет. Планирую вечером к нему заехать.

— Хорошо. Он спрашивал про тебя. Ему потребуется немало времени, чтобы пережить все случившееся.

— Как и всем нам.

Райли услышала, как Бек одобрительно хмыкнул в ответ. Пора было уже переключаться на более позитивные темы.

— Морт помогает мне в поисках папы.

— Он не знает, кто его забрал? — поинтересовался Бек.

— Нет. И удивляется, что никто об этом не рассказывает. Я все же надеюсь, что это не Озимандиа.

— Ози… кто?

Райли втайне обрадовалась, что ей известны вещи, о которых верзила не имеет ни малейшего понятия.

— Озимандиа — старейший из некромантов Атланты. Эйден говорила, что он занимается темной магией.

Бек задумался.

— Наверное, об этом субъекте Ленни мне и рассказывал. Надо нанести ему визит вежливости.

— Он не такой, как Морт и остальные. Он — настоящее зло.

— Со злом я в состоянии справиться, — отрезал Бек таким тоном, будто проблема уже была решена.

— Я пойду с тобой.

— Даже не думай об этом, — огрызнулся он.

Почему мне всегда приходится с тобой бороться? Почему ты не позволяешь мне принимать собственные решения?

Словно чувствуя повисшее между ними напряжение, Бек достал свою рабочую сумку и стал в ней яростно рыться, изображая, что слишком занят для разговора. Нервная привычка. Райли знала, что у нее тоже есть что-то подобное.

Наконец он перестал ковыряться в сумке.

— Этой ночью в бильярдную приходили два Мезмера.

— Чего? — опешила она и едва не отвлеклась от дороги. — Ты поймал их?

— Нет, — признался он. — Я уже обезвредил первого, но до того, как я его схватил, появился второй. И он оказался… сильнее, чем я мог себе представить.

Она выехала на обочину и ударила по тормозам.

— Бек! Ты же в порядке, правда? — Он кивнул. — Как ты смог спастись?

Бек только пожал плечами.

— Я и сам не понимаю. Он применял ко мне нечто совсем невообразимое, а потом они оба остановились и просто убежали.

— Ты рассказал Стюарту? — спросила она, еще больше разволновавшись.

— Еще нет. Расскажу, когда все страсти улягутся.

Райли понимала, что за его равнодушием скрывается гораздо больше, чем он стремится показать. А что, если та тварь заполучила бы его душу? У Райли защемило в груди, ей стало дурно.

— Бек… — начала она дрожащим голосом.

— Не хочу об этом говорить, — перебил он. — Все обошлось, и я цел и невредим.

Но ты был на волоске от гибели.

* * *

Бек спланировал все свои действия с того момента, как похороны закончатся. Он выскочил из машины, как только она остановилась на парковке у паба. Очевидно, он пытался любой ценой избежать ссоры.

— Спасибо большое, девочка. Позвони мне, как только доберешься до церкви, чтобы я понимал, что ты уже в безопасности.

Он прекрасно знал это выражение на лице Райли: неприкрытый вызов и готовность бороться до последнего. Так что он не удивился, когда она молча заглушила двигатель, отстегнула ремень безопасности и вышла вслед за ним. Бек смотрел, как она направляется в сторону паба и ее волосы развеваются при каждом шаге.

Ты не должна там находиться.В этом нет ничего опасного, просто это только для мужчин.

— Мы нажремся, как свиньи, будем материться и рассказывать случаи из жизни! — крикнул он ей вслед. — Больше ничего интересного.

Райли помедлила перед вывеской «После шести. Паб и рыбный ресторан».

— Знаю. Папа мне рассказывал.

— Здесь не место для… девушки.

— Верно. Но это место для ловца, — отрезала она и оставила его стоять с придурковатым видом на пороге.

— Почему ты со мной все время споришь? — прорычал он в пустоту. У него не было вариантов, придется уступить девчонке. Вытаскивать ее за волосы на улицу было бы глупой затеей.

Он нашел ее у барной стойки. Она как раз заказывала пепси, и, как он и предполагал, бармен успел положить на нее глаз.

— А ты новенькая, — говорил парень, включив все свое обаяние.

— Угу, — рассеянно ответила Райли, положив пятерку на стойку. — А где ловцы?

— А, ты за ними пришла? Они наверху, на веранде, — сказал он, махнув рукой в сторону лестницы у входа. Затем он поставил ей стакан с газировкой и положил сдачу. Когда Бек подошел, Райли забрала пепси и пошла к лестнице с таким видом, будто его вообще не существовало.

— Эй, привет, — окликнул его бармен. — Я слышал про Часовню. Мне жаль.

— Да, нам пришлось там несладко, — сказал Бек. — Передай боссу нашу благодарность за цветы. Родные были растроганы.

— О'кей, передам. — Протирая стаканы, бармен проводил взглядом поднимавшуюся по лестнице Райли. — Горячая штучка.

— Даже не думай об этом, — проскрежетал Бек.

— Ой, прости. — Парень поднял руки, шутливо защищаясь. — Я и не думал, что ее уже застолбили.

Бек понял, что выглядит полным идиотом.

— Нет, это не твоя вина… Просто… Дело в том, что она ловец. Дочка Пола.

— Ой, а я подумал, что она просто с вами за компанию. Спасибо, что сразу все прояснил. — Он тут же переключился на рабочий лад. — Тебе как обычно?

— Ага. Сделай сразу целый кувшин и открой нам общий счет.

— О'кей.

* * *

На крыше «После шести» располагалась большая открытая веранда, и Райли поискала место поближе к уличному обогревателю, в конце длинного деревянного стола. На самом деле это были три стола, составленные в один, чтобы смогли разместиться все ловцы. Когда она пришла, все посмотрели ее сторону. Кто-то нахмурился, но, к ее удовольствию, не все.

— Эй, Райли, — позвал ее Джексон. Он пил кофе вместо пива, наверное, из-за незаживших ран.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила она.

— Не так уж плохо. Болит ужасно, но доктор сказал, что имплантация тканей не понадобится, так что я не жалуюсь.

— Это просто отличная новость.

— Аминь! А где Дэн?

— Я здесь! — откликнулся тот, подходя к ним. Он поставил свой кувшин и стакан с пивом рядом с Райли. Слащаво улыбнувшись в ее сторону, он запустил пробную шпильку: — Смотри у меня, не перепутай стаканы, слышишь?

Райли посмотрела на него испепеляющим взглядом, но он даже не заметил. Вся компания притихла, и только Бек с хлюпаньем отпил пиво.

— Боже, как же я это люблю! — Потом он оглянулся на молчащих мужчин. — Ребята, в чем дело?

МакГваер по-птичьи склонил голову набок. Это был неприятный субъект лет сорока, тощий, узкокостный, с жидкими волосами, достававшими до подбородка. Глубокие складки и морщины, казалось, превратили его землистое лицо в тоскливую маску вечного недовольства.

— Ученики всегда присутствовали на подобных мероприятиях. Как иначе они будут узнавать подробности своей профессии? — начал Бек.

— Но она же…

— Ловец, — вступился за нее Джексон.

— Только не в моем понятии, — отрезал МакГваер.

— Ты можешь скрипеть сколько угодно, но я собственными глазами видел, как она укокошила тройбана складным стулом, — заметил Джексон. — Если бы не она, то сегодня мы бы хоронили и Саймона, так что просто смирись.

— Черта с два. Сначала она, потом придет еще больше дилетантов. Скоро мы будем готовы принять всех желающих, — забрюзжал МакГваер.

— А я бы сказал, что чем больше, тем лучше — лишние руки сейчас бы нам пригодились, — сказал Бек.

МакГваер поднялся с места.

— При всем уважении к ушедшим, я не могу оставаться здесь вместе с ней.

Он поставил на место стакан с остатками пива и ушел. Его шаги загрохотали вниз по лестнице.

Райли печально покачала головой. Еще один враг. Будто ей было недостаточно.

Один из ловцов с энтузиазмом стукнул стаканом по столу.

— Скатертью дорожка! МакГваер такой зануда. — Он улыбнулся Райли во все тридцать два зуба. — Кстати, меня зовут Лекс Рейнольдс. Рад видеть вас здесь, мисс.

Она кивнула в ответ. У Рейнольдса была шикарная пышная борода и такие же волосы до плеч. Он смахивал на серфера — подтянутый, сильный, с ровным золотистым загаром. Наверняка он не был занудой и паинькой.

Парень встал и поднял свой стакан. Райли встала вместе с остальными.

— Покойтесь с миром, ребята, — проникновенно сказал Рейнольдс, и все сделали по глубокому глотку. — Держите для нас ворота Рая открытыми, и мы захватим вам пивка!

— Аминь! — воскликнули ловцы.

Все стали рассаживаться по местам, ножки стульев заскрипели по полу.

— А Коллинс был мне должен двадцатку, — начал Джексон. — Теперь я ее никогда не увижу.

— Двадцатку? А мне полтинник! — крикнул кто-то с другой стороны стола.

— Вы в пролете. — Бек улыбнулся. — Он точно сейчас смеется над вами.

— Мне его очень не хватает. С ним было весело, — заметил Рейнольдс. — Помните, как он ловил того четвертака в университете Джорджии, сразу после того, как стал подмастерьем?

— А я не знаю эту историю, — сказал один из ловцов, солидный мужчина с холеными завитыми усами.

— Ну, в общем, стало известно, что в университете объявился четвертак, который уписывал молодых студентов, что твои конфетки. Работу поручили Коллинсу. Он вычислил какую-то горячую особу, та пообещала ему незабываемую ночь, и он облил ее Святой водой с ног до головы.

Джексон подавил смешок. Очевидно, он знал эту байку.

— Дело в том, что он ошибся. — Рейнольдс улыбнулся. — Она оказалась полицейским, работавшим под прикрытием. Чуть не открутила ему яйца.

Райли хохотала вместе с остальными.

— Вполне смахивает на меня, — пошутил Бек.

Ловец по имени Томас рассказал о том, как Мортон поймал тройбана в морозильник в мясном магазине. Потом кто-то рассказал о том, как разыграли Стюарта, выпустив козла на Демон Централ. Только сейчас Райли поняла, что мастеров с ними не было.

Когда она спросила Бека, тот объяснил:

— Так ребята могут не бояться сказать лишнего и выпустить пар в непринужденной обстановке.

Райли откинулась на стуле, слушая истории ловцов. Это были не воспоминания о погибших, а почести для еще живых. Люди, окружавшие ее, были настоящими людьми с большой буквы, и она испытала чувство гордости, что принадлежит к их кругу. Вот почему папа занимался этим.Не ради того, чтобы побеждать демонов, не ради того, чтобы зарабатывать деньги. Просто ради того, чтобы быть настоящим человеком.

Но я такой никогда не стану.

Она была лишена самой элементарной вещи, которая составляла тем не менее огромную разницу. Между ними была пропасть. Поднимись она даже до мастера, ей никогда не быть своей в доску. Райли допила пепси и встала. Все взгляды обратились к ней.

— Ты же не уходишь? — спросил Джексон. — Ночь только началась.

— Мне нужно немного поспать, — призналась она, запоздало подумав о том, не выглядит ли она слишком слабой. Все же лучше, чем долго и путано объяснять, что ей нужно находиться на святой земле поле заката. Тогда она действительно выглядела бы трусихой.

— Спокойной ночи, мисс Райли, — сказал кто-то из толпы, она не заметила кто.

Она распрощалась в ответ и пошла к лестнице. Бек нагнал ее, чтобы проводить до машины.

— А я думал, что ты отвезешь меня домой, — пробурчал он.

— Я передумала.

— Рад это слышать. — Он поколебался некоторое время и смущенно добавил: — Ты не могла бы мне помочь завтра с одной вещью? Ты будешь днем дома?

— Помочь с чем?

— Да так, мелочи. Увидишь.

Ладно, побудь загадочным.

— О'кей, я буду дома.

— Отлично. Я привезу барбекю на обед.

— Замечательно.

Они подошли к машине, Райли достала ключи.

— Набери мне, когда доедешь до церкви.

— Почему ты это делаешь? — воскликнула она, резко повернувшись к нему.

— Что? — опешил он.

— Ты постоянно пилишь меня, как старый дед непутевую внучку.

— Ты просто не понимаешь. — Он растерянно провел рукой по волосам.

— Чего я не понимаю, Бек? Что твое детство не сложилось и ты не можешь изменить прошлого, поэтому решил контролировать каждый долбаный час моей жизни?

Он помрачнел.

— Да, если ты это так называешь. Я с детства был предоставлен самому себе. И я знаю, каково это.

— Если ты будешь продолжать в том же духе, то станешь таким же, как Харпер, противным стариком, который бьет людей и выходит из себя по любому поводу.

— Ты не понимаешь, — упрямо повторил он.

— Скажи мне, зачем ты стремишься стать таким. Назови хотя бы одну причину.

— Потому что… — Он в бессилии осел вниз, опершись о машину. — Потому что я не знаю, каким еще мне быть!

Наконец-то правда.Судя по выражению на его лице, Райли буквально вырвала ее клещами у него прямо из сердца.

Девушка встала рядом с ним, опираясь о кузов машины, и скрестила руки на груди.

— Пообещаешь, что перестанешь общаться со мной, как надсмотрщик?

Он посмотрел на нее сверху вниз.

— А ты позвонишь тетке?

Ну вот, опять двадцать пять.

— В Фарго не станет безопаснее. Если демоны захотят убить меня, то найдут в любом месте.

Бек вдруг положил руку ей на плечо.

— Пожалуйста, — попросил он.

Райли вытаращила на него глаза. Это слово он использовал крайне редко. Если он произносил его, это значило одно: он в отчаянии. Когда Бек понял, что она ничего не ответит, он разочарованно убрал руку.

— Просто я должен быть уверен, что о тебе есть кому позаботиться, если… что-то случится со мной.

Не сказав больше ни слова, он поплелся назад к пабу. В последний момент он оглянулся и посмотрел на нее. Она увидела на его лице искреннее, неприкрытое чувство.

Страх. За них обоих.

О чем ты промолчал? Что на самом деле случилось в бильярдной?

Глава пятнадцатая

Райли пришлось поискать Саймона — его перевели из палаты интенсивной терапии в обычную. Когда она шагала по коридору, то увидела, что от него вышел какой-то незнакомый мужчина. Это был не врач, и на секунду Райли подумала, что это священник, но на нем не оказалось круглого воротничка.

Значит, друг семьи.

Райли остановилась у двери палаты и попыталась собраться с мыслями. Все должно быть не так. Она должна была спешить к нему со всех ног, но теперь осознала: что-то пошло наперекосяк.

Я просто сгущаю краски. Он сильно напуган, но все наладится.

Она осторожно заглянула в палату и увидела, что Саймон лежит в ближайшей к двери кровати. Занавеска была задернута и отгораживала его от соседа, который смотрел по телевизору какую-то программу про футбол.

Держа в руках спутанные четки, ее парень смотрел в пустоту. Он был все такой же бледный, как в их прошлую встречу. Она подошла к его постели, тихонько поставила сумку на стул и стала ждать, пока он обратит на нее внимание. Посмотрев на нее, Саймон нахмурился, будто был ей совсем не рад.

— Где ты была? Почему не приходила раньше? — начал он отчитывать ее. — Я названивал тебе домой, и ты ни разу не ответила. Ты намеренно меня избегаешь?

Райли досчитала до десяти, чтобы не завестись самой. Ему просто очень тяжело. Ему нужно дать выход своим чувствам. Выговориться.

— Я больше не ночую дома, — терпеливо объяснила она. — Звони мне на мобильный. — Потом она опомнилась. — Я дам тебе новый номер. Тот телефон расплавился, и я пользуюсь папиным.

Саймон ни капли не смягчился.

— Почему ты не приехала сегодня утром?

— Я была занята. Помогала нашему мастеру, ловила Барахольщика, ездила на похороны и поминки. Поэтому у меня не было возможности сидеть дома, дожидаясь твоего звонка, Саймон.

— Поминки? — недоуменно переспросил он. — А как тытам оказалась?

Может быть, потому, что я тоже ловец?

— Только ты не начинай, — устало ответила она. — Я уже слышала возмущения МакГваера по поводу того, что я являюсь членом Гильдии. Мне не хотелось бы услышать то же самое от тебя.

Саймон отвел взгляд, но, похоже, извиняться не собирался.

— Слушай, я очень устала, поэтому, наверное, резковато разговариваю, — примирительно сказала она. — Давай попробуем начать разговор заново?

Он ничего не ответил, и Райли наклонилась и коснулась его руки. Саймон вздрогнул и отдернул ее.

— Да что с тобой такое? — не выдержала она.

— Я думал, что это очевидно, — ответил он, злобно сверля ее взглядом.

Нет, иначе я бы не спрашивала.

— Слушай, постарайся просто держаться. Скоро тебя выпустят отсюда. Ты сможешь вернуться в дело, и уже через пару недель у нас появится шанс выбраться в кино или еще куда-нибудь. Провести время вместе. Я бы так этого хотела…

Мне нужно, чтобы ты был сильным, хотя бы сейчас.

— Свидание? — воскликнул он и сжал четки так, что костяшки его пальцев побелели. — Как ты вообще можешь о таком думать? Как можешь вести себя как ни в чем не бывало?

Райли начала выходить из себя.

— Я знаю, что происходит, Саймон. И лучше, чем кто-либо другой, но…

— Я никогда не думал, что ты такая примитивная, — сказал он, глядя на нее так, словно впервые увидел. — Неужели все эти погибшие люди ничего не значат для тебя?

— А теперь послушай, — перебила она срывающимся от гнева голосом, стараясь, чтобы сосед по палате ничего не услышал. — Не надо кормить меня этими отповедями про «тебе все равно». Я не настолько толстокожая, Саймон.

Просто я пытаюсь наладить что-то хотя бы между нами.

— А мне так не показалось, — сказал он, махнув рукой в ее сторону, словно она для него ничего не значила. — Мы должны выяснить, что произошло в Часовне. Найти, кто нас предал.

Предал?

Райли пыталась держать себя в руках, чувствуя, что закипает с каждым мгновением.

— Саймон, никто нас не предавал. Ты знаешь это так же, как и я.

— Ой ли? — спросил он, и в его глазах загорелся странный огонек. — Идет битва за наши души, Райли. Все может оказаться не таким, каким кажется на первый взгляд. Никому нельзя верить до тех пор, пока точно не узнаешь, что произошло.

Райли сдалась. Она слишком устала, чтобы участвовать в подобных мыльных операх.

— Ты разберешься с этим. Мне пора.

Когда она поцеловала его в щеку, то почувствовала, как его скулы напряглись.

— Я тебя не оставлю, — сказала она грустно.

— А я не оставлю этого, пока не выясню правды.

* * *

Вместо того чтобы поспешить в укрытие церкви и там заснуть под монотонное жужжание вентиляции, Райли обошла вокруг здания и села на ступени у центрального входа. Уже стемнело, загорелись фонари, машины освещали фарами дорогу, и прохожие спешили по тротуарам по своим делам. Сейчас нападение Геодемона казалось Райли какой-то нереальной, надуманной угрозой. Гораздо больше ее волновал Саймон и то, что происходит между ними. Она чувствовала, что теряет его, и сердце разрывалось на части.

— Небеса не могут быть такими жестокими, — шепнула она в отчаянии.

Прохладный ветер заставил ее поежиться и плотнее запахнуть пальто. Она услышала легкие шаги по ступеням, а потом увидела его. Ори присел на ступени рядом. Сегодня вместо плаща на нем была черная кожаная косуха. Он молчал и не лез с расспросами, словно понимая, что творится у нее на душе. В конце концов Райли захотелось поговорить.

— А я и не заметила, что ты шел за мной от больницы. — Она подозрительно покосилась на него.

— Я неплохо делаю свою работу, — скупо объяснил он. — Что-то случилось, да?

— Гораздо хуже, что чего-то не случилось. — Она стала нервно теребить ремень сумки, потом осознала, что делает, и с отвращением отшвырнула его прочь. Дурацкая привычка. — Мой молодой человек стал странно себя вести. Я понимаю, тяжелые травмы и все такое, но…

— Но что? — спросил Ори.

— Саймон очень изменился. Раньше он был таким добрым и светлым, а теперь какой-то злой и подозрительный. Он срывается даже на меня, будто считает, что я виновата в том, что его ранили.

— А как ты сама считаешь?

Райли потерла лицо ладонями, пытаясь собраться с мыслями.

— Это вполне возможно. Что, если пятак привел с собой остальных демонов, чтобы было легче добраться до меня? Что, если все наши ребята погибли из-за меня?

Ори осторожно положил ей руку на плечо и слегка сжал его, подбадривая Райли.

— Если бы пятак хотел убить тебя, он бы просто дождался удобного момента. Ему вовсе не нужно было организовывать целое наступление на Часовню.

Райли посмотрела на него и увидела, что он правда ей сочувствует. Ей необходима была чья-то поддержка. Саймону, похоже, было плевать.

— Ты правда так считаешь?

Он уверенно кивнул:

— Демоны ведут себя совсем не так, как обычно. Что-то или кто-то заставляет их делать это.

— Люцифер?

— Нет. Это не его стиль. Властитель Ада в первую очередь предпочитает строгий порядок.

— А кто тогда… — начала Райли и осеклась. Она слишком устала, чтобы забивать себе голову подобными вещами. Пусть об этом позаботится Стюарт с остальными ловцами. У нее и так достаточно проблем — Саймон, папа… — Раньше я считала, что вера Саймона поможет ему пережить все это. Он действительно очень религиозный человек. Я думала, что мы будем проходить через испытания вместе, но он зациклился на одной идее и смотрит только в прошлое.

— А ты — в будущее?

Райли кивнула:

— Я всегда так делаю, если жизнь подбрасывает неприятные сюрпризы. Если я остановлюсь и начну все обдумывать, то вряд ли вообще смогу выдержать такую жизнь. Поэтому я просто продолжаю двигаться вперед, надеясь на лучшее. Но мои надежды, как правило, не оправдываются.

Ори вдруг обнял ее одной рукой и привлек к себе. Она обмякла и безвольно положила голову ему на плечо, чувствуя едва уловимый свежий, будто морозный аромат, исходивший от его кожи.

— Саймон должен самостоятельно принимать решения, — сказал он. — Если он окажется таким идиотом, что оттолкнет тебя, значит, он в самом деле тебя не достоин. Но пока не опускай руки.

— Я надеюсь, что он возьмется за ум и разберется со своими тараканами. Он правда мне очень нравится.

— Ну что ж, он счастливчик.

Осознав, что происходит, Райли отодвинулась. Ей было не по себе оттого, что они с Ори так легко и быстро сблизились. Она совсем ничего о нем не знала, и он наверняка планировал исчезнуть из ее жизни, как только поймает пятака.

— Тебе никогда не приходилось жалеть о том, что ты сделал? — пытливо спросила она, заглянув ему в глаза.

Ори задумчиво посмотрел перед собой, прежде чем ответить.

— Нет, — уверенно сказал он и покачал головой. — Такой роскоши я себе позволить не могу. — Он встал и грустно улыбнулся ей сверху вниз. — И ты, кстати, тоже, Райли Блэкторн.

* * *

Для Ори поиск демонов был плевым делом, особенно тех, что пожирали все на своем пути. Все, что ему нужно было сделать, — это замереть и как следует прислушаться, а затем пойти на рычание и неприятное чавканье. Он уже нашел пару больших, матерых чудовищ, но они ему были не нужны. Он бросил их разорванные, истекающие кровью тела в темной подворотне той улицы, что ловцы зовут Демон Централ.

Сейчас ему наконец удалось разыскать другого, помоложе. У него даже еще не сформировался второй ряд клыков. Он был пушистым и неуклюжим, так что выглядел почти безобидно, но через несколько месяцев должен был отощать, вытянуться и стать настоящей машиной для убийства.

Детеныш только что поймал себе крупную крысу и уже успел отгрызть ей голову. Но он не торопился бездумно заглатывать ее целиком, а ел не спеша.

Ори медленно подошел к нему и показался в своем настоящем виде — с крыльями, мечом и прочими атрибутами.

Тварь взвизгнула и отскочила назад, прижав добычу к груди. Его черная шерсть встала дыбом, так что он стал похож на дикобраза. Оглядевшись, демон понял, что бежать некуда.

— Раб Люцифера, — сказал Ори. — Ты знаешь, кто я.

Чудовище жалобно заскулило.

— И ты знаешь, чего я хочу.

Тот сжался в комок и задрожал. Гастродемоны, или тройбаны, как прозвали их ловцы, были не очень сообразительными существами. Все их сознание было направлено на одну цель — добыть как можно больше еды. Но у этого должно было хватить мозгов, чтобы понять: если он сообщит ему местонахождение другого демона, это гарантирует ему верную смерть. Особенно если это был Геодемон, способный убить мастера-ловца.

— Где бродячий демон Астаринг? — спросил Ори.

Морда демона скривилась от непосильной умственной работы, потом он осторожно протянул ему крысу. Может, удастся откупиться данью за свою жизнь?

Ори терпеливо вздохнул и покачал головой:

— Нет. Мне нужно не это.

Он угрожающе шагнул в его сторону. Демон съежился от ужаса.

— Скажи мне, жалкая ты тварь, — приказал он, вкладывая в слова частицу силы.

Существо тут же залопотало на адском наречии. Сначала оно пожаловалось на то, как плохо с ним обращаются остальные демоны, но в конце тирады мелькнуло и кое-что полезное.

— Спасибо. Ешь спокойно. — Ори отвернулся и пошел дальше по улице. Он знал, что демон тут же забился в ближайшую дыру.

Наконец-то ему удалось найти нить, ведущую к демону, убившему Блэкторна. Ори повернулся и пошел вниз по улице. Он уже знал, где искать злодея; совсем скоро он будет прямо под ним, в ближайшей дыре.

Спустя некоторое время Ори остановился посреди улицы, которую, судя по ее виду, должны были бомбить. Это не было делом его рук: его добыча только приближалась. Он уже чувствовал исходившую от твари силу.

— Ну же, покажись, выродок! — крикнул он.

Мгновение спустя он прыгнул, уходя от языков пламени, прорвавшихся из-под асфальта у его ног, подобно огромной газовой горелке. Ори успел перевернуться в воздухе, развернуть крылья и вытащить из-за спины меч. Пламя погасло, и в том месте, где он только что стоял, осталась дымящаяся воронка. Если бы реакция его подвела, он уже превратился бы в кучку обгорелых перышек.

— А ты неплох, — признал он. — Тогда прекрати вести себя как ребенок.

В воздухе загремел леденящий хохот, но демон не материализовался.

— Грядет война, Посвященный, — прорычал он. — Чью сторону выберешь ты?

И он исчез. Ори больше не чувствовал его присутствия. Он некоторое время парил в воздухе, оглядываясь, но ничего не обнаружил.

— Вот трус, — проворчал он.

Он спикировал вниз и сложил крылья, едва коснувшись ногами земли. Демоны постоянно говорили о войнах, они жаждали их всем существом, будто у них был хоть малейший шанс победить силы Небес.

Но этот не лгал. Похоже, действительно надвигалась война.

Глава шестнадцатая

Бек обычно не вставал так рано и теперь шел к ресторану, щурясь на свету. Сегодня в семь утра ему позвонила рыжеволосая репортерша и мило, но твердо дала понять, что не оставит его в покое. Они договорились, что этим же утром он даст ей интервью. Бек решил сдаться и уступить ее требованиям, чтобы поскорее избавиться от ненужных проблем.

Увидев его, сидевшая за столиком девушка радостно улыбнулась:

— Доброе утро, мистер Бек.

У нее был странный акцент, который он не мог идентифицировать. Что-то европейское, возможно, французское или итальянское.

— Мэм, — манерно сказал он, проскальзывая за столик. Он выбрился, сходил в душ и напялил самую приличную рабочую одежду, что у него была, но все равно чувствовал себя не в своей тарелке.

У него не было веских причин, по которым он должен разговаривать с этой леди, особенно после вчерашних поминок. Напиться так и не удалось, но организм совершенно очевидно мстил ему за вчерашнее разгильдяйство.

Репортерша изящно протянула ему наманикюренную ручку.

— Меня зовут Жюстина Армандо, — представилась она. — Я бы хотела поговорить с вами об Атланте и ее демонах.

Она пристально посмотрела на него бездонными зелеными глазами.

Он осторожно пожал ей руку и постарался расслабиться. Девочка была сногсшибательная, и она мило произносила слово «демоны», растягивая «е». Она больше походила на модель, а не репортершу и наверняка без зазрения совести пользовалась этим в рабочих интересах. Ее светло-оливковая кожа поблескивала в утреннем свете, а пряди волос казались огненными. Он призадумался, специально ли она села боком к окну. Еще он обратил внимание, что обручального кольца у нее на пальце нет.

Бек подождал, пока официантка нальет ему кофе, и усилием воли заставил себя подумать о деле.

— Что я могу для вас сделать, мэм?

— Жюстина, пожалуйста. Я еще не старая и не седая, — сказала она, сверкнув глазами.

— Хорошо, Жюстина. Что вы хотите знать?

— Я хочу написать историю о ловце демонов из Атланты. Мастер Стюарт сказал, что вы — один из лучших, поэтому я решила взять у вас интервью.

Глубоко копает.Бек сделал вид, что пьет кофе, чтобы немного выиграть время и понаблюдать за ее поведением. Обычно, если ты держишь паузу и не говоришь, собеседник начинает сам выкладывать информацию, чтобы нарушить молчание. Но репортерша оказалась профессионалом: она с невинным видом потягивала чай и ждала, пока он начнет.

— Для кого вы пишете? — кинул он пробный камень.

— Я — фрилансер. Продаю свои статьи в газеты по всему миру.

— Неплохая, верно, работенка.

— Есть свои плюсы, — уклончиво ответила она и щелкнула кнопкой на миниатюрном диктофоне. Ноутбук и солидная золотая ручка лежали здесь же. Она мило улыбнулась и указала на диктофон. — Ну что ж, начнем?

— Да, мэм.

Давай уже покончим с этим.Но общая атмосфера ему скорее даже нравилась.

— Я изучила вашу биографию, Денвер Бек, — сказала Жюстина. — Вы родились в Сэдлерсвиле, Джорджия. Затем переехали в Атланту. Служили в армии. Награждены медалями за отвагу на службе в Афганистане.

— Так точно, мэм. — Главное, держаться как можно дальше от темы.

— Почему вы решили стать ловцом?

— Благодаря Полу Блэкторну. Он дал мне будущее. — Бек понимал, что это звучит пафосно и слащаво, но так оно и было.

— Он погиб недавно, и вы были с ним, когда это случилось, — продолжила журналистка, несколько смягчив тон. — Я так понимаю, что впоследствии он был кем-то воскрешен и в ночь нападения демонов находился в Часовне.

— Да, мэм.

Она отложила ручку и умоляюще посмотрела на него.

— Мне нужно нечто большее, чем «так точно, мэм», мистер Бек.

— Просто Бек. Так меня зовут друзья.

— Ну что ж, простоБек…

Он уже хотел было поправить ее, но тут заметил, что ее губы слегка изогнулись в улыбке. Она пыталась его раззадорить.

— Значит, так? — спросил он.

— Именно. Почему бы вам не рассказать мне, что произошло тогда в Часовне, а я расскажу об этом всему миру.

— Я думаю, все уже и так в курсе.

— Но они не слышали вашейверсии, — сказала она, перегнувшись к нему через стол. — Я знаю, она интереснее других.

— С чего вы взяли? — Он нахмурился.

— Потому что пригляделась к вам как следует. Вы не такой, как остальные.

В этом она права. Он взял себе еще кофе и рассказал ей то, что помнил о нападении, опустив некоторые детали, которые ей было необязательно знать. Она, внимательно слушая, делала какие-то пометки. Только когда он закончил, она стала задавать вопросы.

— Как демоны смогли пробраться сквозь защиту Святой воды?

— Думаю, их просто было слишком много, и она не выдержала.

Как ни странно, ее такой ответ удовлетворил.

— А вы верите в Армагеддон, Бек?

— Несколько дней назад я сказал бы «нет», но после того, как увидел тех ангелов…

— Значит, они правда там были. — Глядя на его озадаченное лицо, она объяснила: — Их не видно на фото и видеопленке, только огромное кольцо света.

— Я был там, внутри. Это настоящие ангелы.

Жюстина, кажется, обдумывала что-то.

— Как вы считаете, охотники справятся с ситуацией в Атланте лучше вас?

— Не уверен, — осторожно сказал он, понимая, что потом придется ответить за каждое слово. — Мы лучше знаем город. К тому же, насколько мне известно, когда приезжают охотники, количество демонов увеличивается.

— Значит, вам только прибавится работы, — подытожила она.

Бек покачал головой:

— Нас списали со счетов. Мы отсталые провинциалы. У нас нет таких денег и оборудования.

— Но в определенных обстоятельствах вы способны убивать демонов?

Он кивнул.

— А в этих?

— Конечно же да.

Они не получили официального распоряжения из Национальной Гильдии, но ему было плевать. Со всеми тварями, начиная с Пиродемона, он играл в одну конкретную и бескомпромиссную игру. Если он мог поймать демона, прекрасно. Если тот сопротивлялся, то становился историей. Беку заплатят в любом случае.

— Через час у меня назначена встреча с мэром. Хочу послушать его точку зрения. Я свяжусь с вами, если у меня появятся еще вопросы.

Бек хмыкнул:

— Мэр только сказок вам нарассказывает.

Она засмеялась, продемонстрировав идеальные белые зубки.

— Я могу вас процитировать?

— Лучше не надо. — Он покачал головой. Дурной язык все же одержал над ним верх.

Девушка положила на стол визитку. Ее имя было написано затейливым курсивом, а внизу значился мобильный номер.

— Будем на связи, Бек. Я уверена, что у меня возникнут вопросы.

Он заглянул в ее зеленые глаза и подумал, что утро сложилось лучше, чем он ожидал.

— Договорились, Жюстина.

Когда она вышла из ресторана, он бросил визитку в карман и подозвал официантку, чтобы принесла еще кофе.

— А все далеко не так плохо.

* * *

Чтобы не думать о Саймоне и его гадком поведении, Райли зарылась в объемистую стопку квитанций, которая будто увеличивалась с каждой ночью. Оплата счетов казалась таким же бесконечным занятием, как походы в магазин и стирка. Благодаря Беку она могла оплатить квартиру и некоторые другие счета за месяц. В любом случае деньги должны были закончиться где-то через неделю. Из-за этого Райли то и дело поглядывала на папину рабочую сумку, стоявшую у двери. На ней виднелись следы когтей от прошлой неудачной охоты.

— Плавали. Знаем, — недовольно пробурчала Райли, через джинсы почесав огромные шрамы на ноге. Постаравшись сконцентрироваться на делах, она составила список долгов, распределив их по степени важности. Она уже почти разобралась с ними, как в дверь постучали. Был ровно полдень.

Она распахнула дверь, и Бек тут же сунул ей в руки большую упаковку с лейблом «Мама Зи», его любимого барбекю-кафе. У Райли в носу защекотало от пикантного запаха специй.

— Наш обед, как я и обещал, — сказал он.

— Ням-ням! — промурлыкала она. У нее уже потекли слюнки.

Накрывая на стол, она поджидала уже ставшего традиционным вопроса «Ты позвонила тете в Фарго?», но его не последовало, как и прочих отповедей. Вместо этого Бек молча бросил свою куртку на диван и направился в ванную, где помыл руки. Затем вернулся и принялся с деловитым видом распечатывать сэндвичи и раскладывать по тарелкам салат.

Затем озабоченно посмотрел на стопку квитанций.

— Как у тебя дела с деньгами?

Райли закатила глаза.

— Я оплатила мобильник, коммунальные услуги и квартплату. На следующей неделе надо покрыть еще несколько счетов, так что деньги скоро кончатся. Пит сказал, что знает хорошее место, где можно подороже загнать мои старые музыкальные диски.

Бек кивнул и вцепился в свой сэндвич так, будто ел первый раз за сутки.

А может быть, так оно и есть.

— Во сколько ты лег спать вчера? — поинтересовалась она.

— Где-то в час. Пришлось рано встать, у меня была назначена встреча с одной журналисткой.

— Как все прошло?

— Прошло и прошло, — скупо отозвался он.

Вместо того чтобы портить обед никому не нужными расспросами и разговорами, Райли замолчала и сконцентрировалась на своем сэндвиче, смакуя каждый кусочек. В «Маме Зи» делали восхитительное барбекю. Когда она уже дожевывала, пискнул мобильник — от кого-то пришло сообщение. Райли вытерла руки салфеткой и прочла его. Радостно улыбнулась.

— Ура! — воскликнула она. — Саймона отпустили домой. Ему больше необязательно лежать в больнице.

— Хорошие новости, — поддержал Бек. — Теперь он быстро придет в себя.

— Дома уж точно.

Ее гость понимающе вздохнул.

— Навещала его вчера вечером?

Она кивнула.

— Как все прошло?

— Прошло и прошло, — собезьянничала она, вспомнив об интервью.

— Не очень?

Райли покачала головой.

— Мне жаль. — Он вытер рот салфеткой и бросил ее на тарелку. — Надеюсь, было вкусно.

Ну вот, опять. Он просто хотел подкупить меня едой, я так и знала.

— Стюарт попросил меня заполнить бумаги для Национальной Гильдии. — Увидев ее замешательство, Бек продолжил: — Это насчет погибших ловцов. Специальная форма, по которой их семьи получат страховые выплаты.

— Ага. — Теперь понятно, почему он не хотел делать это в одиночку.

Райли убрала со стола и плюхнулась на свое место. Бек положил перед ней увесистую стопку светло-коричневых папок. На каждой прописными буквами было выведено имя.

— И сколько страниц надо заполнить в каждой? — обреченно поинтересовалась она.

— Только две. Остальное — это уже их работа.

Она изучила первую папку и поблагодарила Бога, что человек на документах был ей незнаком.

Форма оказалась незамысловатой: уведомление в Национальную Гильдию Ловцов Демонов с заявлением, что один из членов Гильдии покинул наш суетный мир, и запросом на передачу средств обозначенным лицам. Райли посмотрела на фотографию покойного, которая была сделана, когда он только вступил в Гильдию. Согласно документам, это произошло шесть лет назад. Нет, этого человека она не знала.

Бек открыл свою папку и тяжело вздохнул. Он был знаком со всеми погибшими ловцами — с кем-то из них вместе работал, а пить ему приходилось точно со всеми.

Она пробежала взглядом по бумаге. Расселу Броди было сорок три года, столько же, сколько и папе. Жена и двое детей. Райли сделала над собой усилие, взяла ручку и принялась заполнять документ, испытывая почти физическую боль. Его семье нужны были деньги, и кто-то обязан был это сделать. Она двигалась от строчки к строчке, заполняя графы с именем, адресом, номером страховки, датой рождения, рангом в Гильдии, порядковым номером и добралась до самого страшного места: причины смерти.

— Что мне написать в графу «Причина смерти»? — спросила она Бека.

— Демон, — отозвался тот. — Они приложат к папкам заключение следователя, так что от нас ничего не требуется.

— Демон, — повторила она, заполняя бланк. С ее точки зрения, это было слишком сухо и категорично.

Покончив с первой папкой, она взяла следующую. Этого ловца она тоже не знала. И двух следующих тоже. Он специально отобрал их для меня.Она хотела уже поблагодарить его, но догадалась, что он, скорее всего, поймет ее неправильно.

Закончив с пятой папкой, она отложила бумаги в сторону и потянулась. Бек все еще ковырялся со второй папкой и клевал над ней носом, как сказочный гном над книжкой. Он писал медленно, старательно выводя каждую буковку. Будто ему приходилось очень сильно напрягаться.

— Если ты будешь продолжать в том же духе, мне придется заполнить и твою половину, — недовольно заметила она.

— Я пишу так быстро, как могу, — огрызнулся он.

— Не делай из меня дуру.

Он поднял на нее полный злобы взгляд.

— У меня не получается, поняла? Но только попробуй сказать, что я тупой!

В самом деле, с чего бы мне так решить?

Бек бросил ручку на стол.

— Прости. Я очень устал. Плохой из меня собеседник сегодня.

Райли с трудом подавила в себе желание сказать, что он был таким всегда.

— И что за больная мозоль, на которую я наступила? — с опаской спросила она, желая уберечь себя в будущем.

Бек вздрогнул.

— Я плохо читаю и пишу. Со мной никто не занимался, по крайней мере дома. Учителя пытались, но у них не хватало терпения, да и я их не слушался.

— Но ты же слушался папу.

— Он знал, как нужно учить. Больше этого никто не понимал.

Она запоздало осознала, в чем дело.

— А Стюарт не знает об этом. Да?

— Нет. — Бек покачал головой. — Я не могу рассказать ему, иначе мне не быть мастером. Поэтому я пришел к тебе.

Он поставил на кон свое болезненное эго, смог довериться ей и понять, что она не будет над ним насмехаться? У Райли отлегло на душе.

— И поэтому ты не пишешь мне эсэмэски?

— Угу. — Бек уткнулся в бумаги перед собой. — Но я уже лучше, чем был. Армия меня немного исправила. Но мне пришлось трудновато.

— Но ты же ориентируешься в городе без проблем. Я сама видела.

— Я уже привык, — сказал он и посмотрел ей в глаза. — Мне не нужно читать указатели, чтобы понять, куда идти. А вот если нужно сделать что-то новое, то приходится намного труднее.

— Как с этими бумагами.

Он кивнул.

— Ты неплохо справляешься, — подбодрила его Райли. — Ты пишешь намного аккуратнее, чем многие парни, и правильно заполнил все графы.

— Я подсматривал, где пишешь ты, и делал так же.

Она не осмелилась его пожалеть: его бы это взбесило.

Райли развела руками.

— А мне повезло: оба родителя — преподаватели. Встроенный драйвер, можно сказать.

— А у меня… — Он замолчал, но Райли прекрасно знала, о чем его молчание.

О матери-алкоголичке, которой было плевать, кем ты вырастешь.

— А книги ты читаешь?

— Некоторые, для детей, — сказал он. — Я беру их в библиотеке, чтобы ребята не узнали, что я читаю…

И никто не будет над тобой смеяться.

— А как ты умудрился продраться через «Справочник ловцов»? — заинтригованно спросила она.

Он сильно смутился.

— А мне и не пришлось. Твой папа прочитал мне его.

А это значило, что все то время Пол Блэкторн проводил с ним не просто на работе или в баре.

Папа учил его читать и писать.

Она всегда любила отца, но теперь полюбила его еще больше.

— А как ты сдал экзамен на звание подмастерья?

— Я не жульничал, — надулся Бек.

— Ку-ку? — спросила она, постучав кулаком по столу. — Я что, говорила это?

Он пожал плечами.

— Я знал все ответы, просто я не мог прочесть вопросы. Так что Пол велел мне выучить их, по порядку.

Это сработало, потому что они обычно задавали тестовые вопросы по очереди.

— Я бы так не смогла, — призналась она.

— Что?

— Запомнить все вопросы. Это очень сложно. Может, ты не очень хорошо пишешь и читаешь, зато одарен в чем-то другом.

— Я в этом не уверен.

Зато я уверена.

Вот почему отец так с ним возился.

Теперь моя очередь.

Райли вдруг осенило:

— А у тебя есть компьютер?

Он кивнул.

— У моего приятеля, Питера, есть программа, которая может читать текст. Ты можешь слушать новости, опубликованные в Интернете, и другие штуки, и читать следом.

— Хорошая идея. Она дорогая?

— Вряд ли. Я спрошу у него. — Бек тут же напрягся. — И не буду говорить, зачем она мне нужна.

— Спасибо. — Он уткнулся в папку, но затем снова посмотрел на Райли. — Я правда тебе очень благодарен.

Следующей была папка Итана. Она взяла ее себе.

— Я могу заполнить ее, если хочешь, — предложил Бек.

Райли покачала головой, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. Она открыла папку и стала изучать ее содержимое, разглядывать фотографию Итана. Он был таким молодым. Если бы жизнь повернулась по-другому, Бек сейчас, наверное, заполнял бы папку Саймона. Или даже ее папку. Она пошла в ванную, вытерла лицо полотенцем и вернулась за стол.

Бек закончил еще одну папку.

— Осталось совсем немного, — сказал он. Райли точно знала: ему так же тяжело, как и ей.

Райли кивнула и продолжила писать. Уже заканчивая работу, она обратила внимание на еще один пункт, набранный мелким шрифтом. За именем лица, получающего выплату, стояла графа для подписи и адреса, чтобы чек можно было отправить напрямую.

— Бек?

— Да? — пробурчал он, кропотливо выводя очередную буковку.

— Почему меня не попросили расписаться за страховую выплату папы?

Он не поднимал на нее глаз, но прекратил писать.

— Бек?

Он аккуратно отложил ручку и откинулся на спинку стула. Его лицо было непроницаемо.

— Потому что расписался я.

— Почему?

— Потому что деньги приходят мне.

— Я не являюсь наследницей собственного отца? — возмущенно спросила она.

— Если бы Пол оставил деньги тебе, их бы отобрали кредиторы. А если они предназначены мне, они останутся с носом. Не волнуйся, пожарный Джек придумает, как обтяпать это дело по документам.

— А зачем? Это же твои деньги. Можешь купить на них новую машину. Никто и слова не скажет.

Его лицо исказилось от боли.

— Как ты только могла подумать, что…

— Я не хочу больше думать. Все вышло не так, как я хотела. Я мечтала о том, что получу лицензию, мы будем работать вместе с папой и…

Она рывком встала с места и уткнулась в большое окно, выходящее на парковку. Там человек тащился с сумками, полными покупок, а пудель на поводке мешался у него под ногами, стремясь описать каждое попавшееся по дороге колесо.

Бек встал у нее за спиной.

— Девочка, да мне ни копейки из этих денег не нужно. Они все твои. Твой папа хотел, чтобы я поступил так.

— Он не доверял мне.

— Он не доверял кредиторам. Не хотел позволить, чтобы у тебя ничего не осталось.

Бек робко взял ее за руку и притянул к себе. Она почувствовала, что он слегка дрожит.

— Я не дам тебе умереть с голоду, — шепнул он. — Я сделаю все, что в моих силах. Как только деньги поступят, мы откроем тебе банковский счет. Я поклялся на могиле твоего отца.

Папа доверял ему. Почему же я никак не могу?

Они постояли так несколько минут, просто глядя в окно и ни о чем не разговаривая. В конце концов Бек отошел и вернулся к столу с бумагами. Райли заставила себя сесть рядом и продолжить работу: нужно было закончить дело. Остаток времени они молчали.

Когда все документы были заполнены, Бек убрал папки в свою сумку, подхватил с дивана куртку и ушел, бормоча слова благодарности. Райли заперла за ним дверь, понимая, что должна была что-то сказать, но не зная, что именно.

Уже поздно вечером она увидела на столе под стопкой с квитанциями пухлый белый конверт, набитый двадцатидолларовыми купюрами. Она пересчитала их, разложив в стопки по сто. Всего стопок получилось десять.

Тысяча долларов.

Бек, наверное, сунул их сюда, когда она уходила в ванную. Райли уткнулась головой в стол. Ей хотелось умереть от стыда. Она подозревала его в том, что он может украсть деньги, и все это время этот конверт лежал здесь. Он не сказал ей ни слова поперек.

Она вспомнила, как они вдвоем молча стояли у окна. Как он надулся, стыдясь того, что плохо умеет читать и писать. Как ее отец не сомневался в том, что Бек способен поступить правильно.

Денвера Бека было тяжело любить и еще тяжелее было его понять. Но одно было ясно: его слово — золото.

Почему я не могу с этим примириться?

Глава семнадцатая

— Да что не так с этим местом? — проворчала Райли, выруливая к Оклендскому кладбищу. Затем она поехала по параллельной улице, выискивая место для парковки. — Почему я должна торчать здесь большую часть своей жизни?

Вселенная не давала ответов на вопросы, почему именно сегодня в ее школе организовали сюда экскурсию, и Райли просто ехала дальше. Она впервые должна была прийти на учебу после событий в Часовне и готовилась к тому, что одноклассники будут забрасывать ее вопросами, желая узнать, «как все было».

К сожалению, разговоры об этом не делали переживания легче и не избавляли от жутких воспоминаний, а ровно наоборот. Каждый раз кошмарные картины с готовностью возникали у Райли в голове и въедались еще глубже в ее память. Если бы ей удалось как-то держаться поодаль от всех любопытных, может, они переключились бы на что-нибудь другое?

Главное, чтобы оно не имело никакого отношения ко мне.

Трижды в год в школах устраивались обязательные экскурсии. Чтобы избежать столпотворения, назначали отдельный день для нескольких классов. Сегодня в Окленд должно было приехать не меньше двухсот учеников, и, поскольку школьная администрация больше не утруждала себя организацией трансфера и чего-либо подобного, свободных мест на парковке не было. Райли удалось пристроить в машину только в трех кварталах от кладбища. График с интервалом в полчаса для прибывающих школьников ничего не изменил, и у входа уже было настоящее столпотворение: ребята уныло, как хорошо одетые зомби, плелись на место сбора.

Наконец Райли удалось найти место для парковки в трех кварталах от кладбища. Подходя к кирпичным воротам, она увидела знакомое лицо.

— Питер? — пробормотала она. Ее лучший друг стоял у входа, безучастно провожая взглядом проходившие компании. Заметив ее, он посветлел и замахал ей рукой.

— Привет! — выпалил он. — А я уж боялся, что ты и это прогуляешь.

— Ни за что. Миссис Хагерти сегодня всех отмечает, а проблемы мне не нужны. — Он протянул ей пухлую папку. — Репринт исследований Святой воды, которые проводил твой папа. Это нечто.

— Согласна. Кажется, у меня есть одна зацепка. — Она забрала папку и рассказала Питу о неизвестном грузовике, собирающем по округе использованную тару из-под Святой воды. — Может быть, если проследить за ними, то удастся выяснить, кто крадет бутылки и сбывает контрафакт?

— Звучит как неплохой план, — кивнув, согласился Питер. — Дай знать, если тебе понадобится прикрытие.

Круто.

— Тогда договорились. — Они плечом к плечу шагнули через ворота. — А я почему-то думала, что ты будешь здесь завтра.

— Меня ведь перевели в твой класс. — Питер хитро покосился на нее и прыснул.

Райли остановилась в изумлении, какой-то парень сзади чуть не врезался в нее и смачно выругался.

— Извини, — пробормотала она и затем повернулась к своему другу. — Только не говори мне, что ты взломал…

Питер быстро прикрыл ей рот ладонью.

— Я как раз собирался сказать, как рад, что господа из школьной администрации решили наконец-то воссоединить нас! — Он убрал руку и невинно ей подмигнул. — Представляешь, я был просто в шоке.

В шоке. Это точно.

Питеру как-то удалось взломать базу данных учащихся и подделать документы на перевод. Если бы его поймали, то сослали бы в угрюмый Иллинойс вместе с взбалмошной матерью.

— Ты что, рехнулся?

— Ну конечно! Это оказалось совсем не так сложно, как я думал. Пришлось, правда, перевести еще пару-тройку человек, чтобы замести следы. Приходится быть осторожным.

— Ты перевел еще кого-то к нам в класс?

— Ага. — Он улыбнулся, совершенно довольный собой. — Глаза боятся, а руки делают!

— Но…

Кто-то встал на дороге и преградил им путь.

О господи.

Как будто решив, что в жизни Райли маловато проблем, судьба приготовилась подсунуть ей еще одну: на это раз ее одноклассника — любителя вампиров, странного парня с выкрашенными в угольно-черный цвет волосами и белой кожей. Сегодня он вырядился в черный сюртук и пышную кроваво-красную рубашку с декоративным шнурком. На его шее красовалась камея с каким-то зубастым портретом.

Да вы шутите надо мной.

— Ты жива. — Противно шепелявя, он нахмурил при виде Райли свои крашеные брови. Вставные клыки всерьез мешали ему разговаривать.

— Ага, вроде того. Есть какие-то возражения? — раздраженно спросила она. Ей не нравилась подобная бесцеремонность.

— Нас не остановить, — прошипел он. В этот раз полоумный даже слегка брызнул слюной через свои вставные челюсти.

Гадость какая.

— Ты не мог бы отойти?

Недовампир продолжал сверлить ее взглядом и демонстрировать пластиковые клыки. Покачав головой, Райли обошла его.

— Что это было? — озадаченно спросил Пит, когда они зашагали дальше по дороге.

— Это наш недовампир. Пьет красную газировку и говорит о себе во множественном числе, как император. В принципе безвреден. Просто не обращай на него внимания.

— Ну, это сложновато делать, — сказал ее друг, указав в сторону кладбища.

Теперь полоумный скакал между могил, пытаясь спрятаться за деревьями и высокими памятниками, со злобным видом поглядывая на них из-за каменных ангелов и обелисков.

— А что он против тебя имеет? — поинтересовался Питер.

— Он вбил себе в голову, что я охочусь на вампиров. Я сказала, что всего лишь ловлю демонов, но это не помогло. Бывают люди, которым просто необходимо изображать из себя жертву.

Питер задумчиво посмотрел на нее.

— Поправь меня, если я ошибусь, но у вампиров нет такой необходимости. Они никогда не станут изображать жертву.

— Попробуй ему сказать об этом.

— Кстати, а как его зовут?

Райли сердито пожала плечами.

— Я как-то не догадалась спросить.

Краем глаза она заметила, что их преследователь споткнулся о какое-то надгробие и совершил великолепное приземление прямо в грязь лицом, накладными зубами и прочими атрибутами.

За что мне все это?

* * *

Папа увлекался Гражданской войной 1861–1865 годов, а это подразумевало, что Райли пришлось побывать в старинной секции Оклендского кладбища столько раз, что она уже не могла сосчитать. Папа всегда находил новый предлог, чтобы сходить к могилам Конфедератов.

— Скоро все зацветет, — мечтательно сказала она. — Это так красиво.

Питер уставился в изумлении на ряды белых надгробий.

— Ого. Ты только посмотри.

— Ты что, никогда тут не был?

Он покачал головой.

— Очень впечатляет.

По крайней мере первые несколько раз.

Все эти годы слушая рассказы папы о Гражданской войне, Райли уже выучила все наизусть и могла процитировать списки погибших в каждой крупной битве. В этот раз она не стала искушать судьбу: аккуратные ряды белоснежного камня говорили сами за себя.

Питер, похоже, предпочитал мыслить в числовом эквиваленте.

— А сколько здесь могил? — Он вопросительно посмотрел на нее.

— Почти семь тысяч. Здесь похоронены солдаты и со Второй мировой.

— Ого. Я, конечно, знаю, что много погибло, но ты не осознаешь всего по-настоящему, пока не увидишь своими глазами. — И он оглядел открывшуюся перед ними картину.

Раздался пронзительный звук свистка: миссис Хагерти собирала класс. Все встали вокруг нее под старыми, разросшимися магнолиями.

— Начнем через пару минут, — объявила она и сунула ближайшему из ребят стопку бумаг. — Раздай это. Задание должно быть выполнено и сдано в конце занятия. — В толпе раздались недовольные голоса. — Я все понимаю, но радуйтесь, что хотя бы дождь не пошел. — Пока задание расходилось по рукам, миссис Хагерти оглянулась. — Райли, ты здесь?

Стоявшая с краю Райли удивилась, к чему это все, но помахала учительнице рукой.

— Хорошо, я рада, что ты с нами. Соболезную тебе, дорогая.

Райли смогла только кивнуть. Ей не нравилось, что теперь на нее все смотрят.

Миссис Хагерти переключилась на остальных.

— Сегодня утром мне сообщили, что у нас есть новенькие. Пожалуйста, подойдите и передайте мне ваши документы.

Питер расплылся в улыбке и с серьезным видом отправился к ней.

— Привет, Райли. — К ней подплыла Бренди. Сегодня роковая брюнетка оделась в черные джинсы, куртку и какой-то кошмарный розовый свитер. Ее свита приотстала: девочки отвлеклись на какое-то смешное сообщение в телефоне и теперь дружно хихикали.

— Бренди, — осторожно приветствовала ее Райли. Когда она только перевелась в их класс, эта противная девица сделала все, чтобы дать новенькой почувствовать себя «как дома». В ее представлении это означало спущенные колеса и измазанное помадой стекло автомобиля.

— А что это за новый парень? — спросила та.

— Это мой друг, Питер. Только сегодня перевелся.

— Похож на ботаника.

— Да, он умный. Но очень забавный. Дай ему шанс.

Только попробуй разинуть на него рот, и я разберусь с тобой так быстро, что ты даже не поймешь, что случилось.

Ее друг вернулся и протянул ей листок с заданием. Увидев, что Райли не одна, он вежливо улыбнулся:

— Привет, я — Питер.

— Это Бренди, — сказала Райли, ухитрившись вместить в одно слово и знакомство, и предупреждение:

— Ага, — сказал он с понимающим видом. — Ты та самая девушка, изуродовавшая Райли машину… дважды.

Бренди растерянно заморгала. Она, видимо, не привыкла к тому, что ботаны так смело разговаривают.

— Я просто решила немного над ней подшутить.

— Я люблю это делать, вот только шин ей не спускаю.

— Мы уже все уладили, — сказала Бренди и многозначительно поглядела на Райли.

До тех пор, пока тебе не взбредет в голову что-нибудь еще.

— Так, ребята, — позвала их учительница. — Займитесь заданиями, через час их нужно сдать. Вперед!

Питер посмотрел на Райли.

— А почему ты мне не рассказывала вот про эту статую льва? — сказал он и поманил ее к массивной мраморной скульптуре. Райли пошла за ним к металлической ограде, отделяющей Льва Атланты от всего остального мира.

Спустя несколько мгновений к ним подошла Бренди.

— Ребята, моя работа как раз по этой теме. Можно, я с вами?

Райли услышала, как Пит сдавленно захихикал.

— Конечно. Ты не против, Райли? — невинно поинтересовался он.

— Без проблем.

Люблю играть в экскурсовода.

Покопавшись в воспоминаниях, она вспомнила папины рассказы.

— Он называется Львом Атланты или Львом Конфедерации. Он охраняет могилы неизвестных солдат и был создан по образу статуи в Швейцарии. Умирающий лев — символ храбрости. Он лежит на флаге Конфедерации.

— Я почти чувствую его боль, — тихо сказал Питер. — Она будто сконцентрирована в воздухе.

— Здесь повсюду так, — сказала Райли.

— Не понимаю, почему весь этот металл до сих пор тут. — Бренди показала на ограду. — Почему его до сих пор не украли?

— Не знаю, — ответила Райли. Это был хороший вопрос.

Бренди глубоко вздохнула:

— Мне очень жаль, что все это случилось той ночью. Наверное, тебе очень тяжело.

Райли удивленно уставилась на нее. Она не ожидала, что эта девица способна переживать о чем-то, кроме самой себя.

— Я видела в газете твое фото с тем раненым симпатичным парнем, — пояснила она. — Он выкарабкается?

— Да, уже.

— Это здорово. — Она некоторое время помолчала. — А ребята из телешоу все равно приедут? То есть все эти происшествия с демонами их не спугнули?

Это уже больше похоже на правду.

Вот она, настоящая Бренди, которой нужно любой ценой добыть автограф любимого актера из «Земли демонов». А это могла сделать только Райли.

— Я ничего об этом не слышала.

Из-за событий в Часовне Райли совершенно позабыла о том, что к ним собиралась приехать съемочная группа популярного телесериала.

— Тогда, на всякий случай, ты не забудь: я хочу автограф Джесса Шторма. А еще было бы круто сделать фото.

— Если они правда приедут в наш город, я его раздобуду, — пообещала Райли.

Такова была цена мира между ними: автограф за то, чтобы держать на расстоянии Бренди и ее команду. Райли больше не нужна была вся эта возня с глупыми школьными приколами.

Кто-то окликнул ее по имени, и она вздрогнула. Голос был хорошо знаком, только вызывал не самые приятные воспоминания. Райли обернулась и замерла, не веря своим глазам.

— Алан? — назвала она подходившего к ним парня.

Питер нахмурился. Он знал всю историю про ее бывшего парня, и почему тот им стал: Алан ударил ее по лицу, когда она отказалась украсть для него компьютер.

Последний раз они виделись пару лет назад: Алан сильно вырос и стал шире в плечах. Было видно, что он, похоже, занимается футболом. Его взгляд остался таким же колючим, и с лица не сходила самодовольная ухмылка. Ничего не изменилось. Когда он подошел, скула Райли заболела так, будто он только что ее ударил. Она с трудом подавила в себе желание прикрыть ее рукой.

— Я надеялся увидеть тебя, — сказал он таким тоном, будто между ними не случилось ничего плохого. — Я слышал про твоего отца.

Ни намека на сочувствие. Это неудивительно, ведь после его выходки папа нанес его родителям «визит вежливости» и предупредил, что, если Алан приблизится к ней еще раз, он подаст в суд.

Вот и ты, выродок. Жаль, что папы больше нет рядом.

— Райли, — осторожно начал Питер. Она расслышала в его голосе нотки беспокойства. Похоже, он боялся, что она способна второй раз наступить на те же грабли и повестись на его лживую болтовню.

— Все в порядке. Пит, — успокоила она.

В абсолютном.

Теперь она знала все хитрости Алана.

— Что ты тут делаешь? — проговорила она, глядя на него.

— Осваиваюсь в новом классе. — Он кивнул головой в сторону миссис Хаггерти. — Меня переводят к вам. Документы должны оформить где-то за неделю.

Переводят к нам?

— О боже, — с ужасом промямлил Питер.

Ты что, перевел его к нам в класс?

Если Райли сказала бы что-нибудь, то подставила бы Питера, так что она намеренно решила накалить ситуацию. Она уперлась руками в бока и злобно уставилась на недоумка.

— Просто держись от меня подальше, понял? Скройся с глаз.

— Почему? Ты что, встречаешься с этим ботаником?

Райли положила руку Питеру на плечо прежде, чем тот успел открыть рот. Если он что-нибудь скажет, то, скорее всего, будет избит. У Алана была очень тяжелая рука, и это Райли знала не понаслышке.

— Нет. Я встречаюсь с другим, — спокойно ответила она, хотя ему, похоже, не был нужен ее ответ.

Она просто не хотела, чтобы у Питера появился новый враг.

— Давай оставим все в прошлом.

Он хитро ухмыльнулся:

— А ты стала намного симпатичнее. Прямо-таки горячая штучка. Я рад, что мы снова будем вместе.

— Даже не мечтай. — Райли отвернулась и пошла прочь, Питер двинулся за ней.

— Увидимся позже, детка! — крикнул Алан ей вслед.

Она отошла в другую сторону от топтавшейся кучки одноклассников, стараясь держаться подальше от него. Оглянувшись, она обнаружила, что тот болтает с Бренди. Райли достала мобильник и послала сообщение своей подружке-простофиле.

«Токсично. Не прикасайся, а то потом придется пожалеть».

Бренди посмотрела на свой телефон, прочла сообщение и продолжила говорить с ее бывшим.

— Не слушает. Что ж, это большая ошибка. — Она повернулась к Питеру и обожгла его своим фирменным смертельным взглядом. — Ты о чем вообще думал?

— Боже, я так виноват. Я увидел только фамилию и первую букву имени. Мне даже в голову не пришло, что это может быть он.

Райли хотела орать, визжать и биться в истерике. Но от этого не было бы толку. Если даже Питеру удастся перевести его в другой класс, Алан уже знал, где она учится и как ее найти. Он не перестанет ее преследовать.

— Все будет хорошо. Он просто хочет запугать меня, — сказала она, пытаясь успокоиться. Она убеждала себя, что два года назад ей показалось, будто Алан пытался выследить, куда они уезжают.

Питер исподлобья поглядывал на ее бывшего парня.

— Если честно, я не уловил подобного настроя, Райли. У меня сложилось впечатление, что он смотрит на тебя с характерным выражением «ты-еще-за-это-заплатишь». Может, стоит сказать Беку, пусть он разберется с ним?

— Что? — вспыхнула она. — Ни за что на свете! Я сама разберусь с Аланом.

— Так же, как в прошлый раз?

Питер был прав.

— Если дело примет серьезный оборот, я натравлю на него Бека.

— Ладно. Иногда требуется чье-то прикрытие, и это как раз тот самый случай.

— Больше никаких махинаций с переводом, ты меня понял?

— Клянусь.

— Если только ты не надумаешь отправить Алана куда-нибудь… в Алжир или типа того.

— Интересно, вдруг это и вправду возможно? — оживился Питер.

Бренди тем времени кокетливо улыбалась, щебеча с ее бывшим.

Надеюсь, у тебя оформлена хорошая страховка, детка.

* * *

Дом семьи Адлеров оказался большим, светлым и уютным: два этажа, покрытые нежного персикового цвета штукатуркой стены, пышные занавески у каждого окна и анютины глазки в горшках на ступеньках крыльца.

Райли уже в пятый раз поправила волосы и стряхнула невидимые пылинки с одежды. Хорошо еще, что черная джинсовая куртка, которую она нашла в глубине шкафа, оказалась ей по размеру. Пока синяя куртка, уже изрядно обгоревшая и перепачканная мочой демонов, не изорвалась окончательно, Райли даже и не думала о замене. Оказалось, на черном не так видна грязь.

Она уже познакомилась с родителями Саймона, но все равно сильно нервничала. Она в первый раз шла к нему домой и в первый раз после больницы виделась с Саймоном. Стало ли ему лучше сейчас, дома?

Он просто обязан был поправиться.

Райли начала вспоминать, каким Саймон был до пожара в Часовне, до своей страшной раны. Его теплую улыбку и нежные поцелуи. Сейчас она мечтала об этом больше всего на свете.

Ей открыла дверь миссис Адлер. Вопреки ожиданиям, она оказалась не в крахмальном переднике, а в тренировочных штанах и старой футболке с Бон Джови. Ее светлые волосы были собраны в хвост, на лбу блестели бисеринки пота. Райли умудрилась застать ее в разгар ежедневного комплекса упражнений.

— Пришла навестить светловолосого парня? — спросила миссис Адлер.

— Если можно.

— Конечно же! У него уже была пара гостей, но компания ему сейчас необходима. — Она пригласила Райли в дом.

Коридор был вымощен керамической плиткой миндального оттенка, по стенам висели семейные фотографии. Большой семье Адлеров для этого потребовалось все свободное место на стенах.

Райли проследовала за хозяйкой через гостиную в маленькую комнатку в глубине дома. Занавески тут были закрыты, так что комнатка походила на склеп. На стене висел огромный телевизор, напротив стояли кресла из тех, в которые хочется плюхнуться и больше не вставать. Саймон лежал на кожаном диване.

— К тебе гости, — сказала его мама. Она оставила Райли на пороге, а сама направилась по своим делам.

Райли проскользнула к дивану и села рядом со своим парнем, бросив сумку на пол. Саймон лежал, одетый в свободные спортивные штаны и футболку с длинным рукавом. Куда-то пропал деревянный крестик, который раньше всегда болтался у него на шее. Неужели потерялся в Часовне? Саймон сжимал в руках четки, прокручивая их туда-сюда, как шарики-антистресс.

— Райли. — Он произнес ее имя вообще безо всякого выражения. Никакой радости или злобы. Оно прозвучало абсолютно плоско.

— Как твои дела? — спросила она, пытаясь определить его нынешнее настроение. Если оно было таким же, как в прошлый раз, она уже ничего не могла поделать.

— Я дома. — Снова равнодушный тон, будто это для него ничего не значит.

Она попыталась пробиться сквозь стену между ними.

— У Харпера все в порядке. Такой же злобный, как и всегда. — Райли схватила его ладонь и сжала ее в своих. — Ну же, Саймон! Что творится у тебя в голове? Поговори со мной, пожалуйста.

Его бездонные синие глаза встретились с ее.

— Я сам не уверен, что понимаю, в чем дело.

— Не спится по ночам?

Он кивнул.

— Кошмары?

Саймон будто удивился, что она знает об этом.

— Я вижу демонов, кровь и пламя… — Он зажал одну горошину четок между пальцами. — Папа сказал, что все пройдет, просто нервная система таким образом пытается справиться со стрессом.

— Он прав. Как твои раны?

— Почти зажили. Доктора не знают, что сказать. Они никогда не видели подобного.

Неудивительно. Вряд ли ангелы дежурят в больничных палатах.

Саймон сжал ее ладонь, затем отпустил.

— Я знал, что умираю. Я чувствовал это. Я не боялся, мне просто было очень обидно, — прошептал он. — Обидно, что я не увижу тебя снова.

— Очень скоро ты встанешь на ноги, и мы поймаем этих демонов. Преподадим им урок.

Она ожидала запоздалой реакции в духе «Да, черт возьми, надерем им задницу», но никакого ответа не последовало. Вместо этого Саймон продолжил нервно перебирать четки, глядя своими синими глазами в пустоту.

— Ты спас меня, — продолжила она. — Вместо меня демон напал на тебя. Я никогда этого не забуду.

— Я все правильно сделал, — невпопад ответил он, нахмурив брови. — Демоны не должны были пересечь магическую защиту.

— Конечно же, ты сделал все правильно. Никто тебя и не винит.

Но он не слушал.

— Я вылил Святую воду сначала в одну сторону, затем в другую. Там не было пробелов. Демоны не должны были добраться до нас.

— Отец Гаррисон сказал, что их было слишком много и защита не выдержала.

— Нет! — воскликнул Саймон и яростно затряс головой. — Демоны не могут препятствовать силе Господа.

— Но ты сам мне рассказывал, что Святая вода поглощает зло. И если его слишком много, то…

— Когда я говорил тебе об этом? — смущенно спросил он.

— Когда мы были у лавки с водой на ярмарке.

— Нет, это невозможно. Если демоны могут противостоять божественной воле, то в чем вообще тогда смысл? — с жаром спросил он. — Мы делаем благое дело, а он так просто позволяет порвать нас на части?

Он вдруг сделал глубокий, прерывистый вдох, словно его со всей силой накрыли воспоминания. Райли прекрасно понимала, что сейчас происходит: он вспоминал, как когти демона рвут его на части, его зловонное дыхание перед самым лицом. Осознание того, что сейчас он умрет.

Когда Саймон задрожал, она попыталась обнять его и успокоить, но он отпихнул ее. После этого он перестал разговаривать и не смотрел ей в глаза. Не зная, как поступить, она поцеловала его в щеку и оставила лежать в темной комнате. Он должен был самостоятельно найти все нужные ответы.

Постарайся только остаться самим собой, когда со всем разберешься.

Глава восемнадцатая

Райли добралась до старого театра в Бакхеде быстрее, чем ожидала. Еще до наступления темноты она уже оказалась почти на месте и видела огни театрального крыльца. Она быстро нашла парковочное место неподалеку от здания и поставила машину рядом с «Мерседесом» с тонированными стеклами. Пытаясь собраться с духом, Райли посидела некоторое время в машине.

Что, если папа окажется здесь сегодня ночью? Сможет ли она выдержать такое испытание? Прощаться с безжизненным телом, лежащим в гробу — одно, а смотреть на него, расхаживающего по земле, — совсем другое. В Часовне он оказался способен ее узнать, но что, если сейчас он уже лишился всех воспоминаний? Что, если…

Она услышала громкое, неприятное бренчание: это звенели ключи, потому что ее руки заходили ходуном. Сердце стало выскакивать из груди, с каждым разом все труднее было делать вдох. Она почти ничего не видела.

Паническая атака.С Райли уже происходило подобное после смерти мамы, и она надеялась, что переросла свои страхи. Выходит, зря. Она заставила себя представить прыгающих на лужайке белых кроликов, море и солнечный пляж и не вспоминать о Саймоне, демонах и своем погибшем и воскрешенном отце. Потом стала петь самой себе какую-то ахинею, потому что не смогла вспомнить ни одной песни. Потихоньку приступ начал проходить. Пульс замедлился, и Райли смогла глубоко вздохнуть. Затем перестали дрожать руки.

— Давай больше так не будем, ладно? — промямлила она, словно пытаясь договориться с собственным телом. — От этого никакого толку.

Вылезая из машины, Райли на мгновение замешкалась. Рядом ли Ори сейчас? Приглядевшись, она заметила через улицу высокую фигуру, стоявшую, опираясь на черный блестящий мотоцикл. Скрестив руки на широкой груди, человек приветливо кивнул ей.

Мой собственный телохранитель. Вот это круто. Наверняка Бренди пригодился бы сейчас такой.

Однако это не освобождало Райли от похода на вандю. Осознав это, она двинулась к входу в здание театра. Морт уже поджидал ее там в некромантской мантии цвета темного шоколада, без своей любимой шляпы. Длинный подол мантии заканчивался как раз над носками его начищенных ботинок. Казалось, будто она была соткана с помощью магии. Морт в ней выглядел загадочным и опасным — похоже, именно такого эффекта он и добивался.

— Это может оказаться тяжелым испытанием для нас обоих, — предупредил он.

— Понимаю. А что, если папы здесь нет? — с опаской спросила она.

— Тогда я поспрашиваю у знакомых, вдруг ходят какие-нибудь слухи. Доверься мне.

Райли колебалась.

— Как это выглядит?

Если обстановка такая же, как в павильоне некромантов на ярмарке, она все перенесет.

Заклинатель на мгновение задумался.

— Это помесь модного дефиле, древнеримского рабовладельческого аукциона и театральной постановки.

— Ты не шутишь?

— Нет. Если ты покупатель, для тебя все выглядит как одна большая вечеринка. Если ты кого-то недавно потерял, вечеринка превращается в ад.

Райли тяжело вздохнула:

— А орды демонов-каннибалов там будут?

Морт слегка смутился, затем покачал головой.

— Тогда я смогу ее пережить.

* * *

Театр показался ей старым, даже древним. Крыльцо сверкало гирляндами и огнями. Вывеска у входа предупреждала, что театр закрыт на частное мероприятие. Частное — это, похоже, было ключевое слово. Будто перед одним из модных клубов в центре города, здесь находилась ковровая дорожка, огороженная красными канатами. Двое мужчин у входа смахивали на вышибал.

Какой-то даме в начале очереди не позволили войти. Она попробовала что-то возразить, и ее тут же увел прочь третий «вышибала» в черном костюме. Крепко схватив женщину за руку и сказав ей что-то, он повлек ее к парковке. Та испуганно раскрыла глаза, покачала головой и скрылась в темноте. Очевидно, ей не понравились слова охранника, произнесенные на ухо.

Райли вопросительно посмотрела на своего провожатого.

— Возможно, она ищет здесь того, кого любит, — объяснил Морт. — Управляющие чуют таких посетителей за версту.

— Но как? — изумилась Райли.

— Недорогая одежда и неуверенный вид. Она ощущала себя не в своей тарелке. — Он кивнул на галдящую очередь. — Они ведь искренне считают, что весь мир у их ног. В этом вся разница.

Райли посмотрела на свои черные брюки и истоптанные туфли. Это лучшее, что у нее было.

— Почему тогда должны впустить меня?

— Ты со мной, — пояснил он.

Вероятно, у некромантов не водилось привычки стоять в очередях. Во всяком случае, Морт зашагал напрямик к входу с таким видом, будто театр был его собственностью. Увидев его, вышибалы оживились, но третий мужчина в костюме поманил их, и они разочарованно поплелись назад. В очереди послышалось недовольное бормотание, но в открытую никто не осмелился возразить: вряд ли бы нашлись желающие получить удар магической бомбы.

— Добрый вечер, заклинатель, — вежливо поприветствовал тип в костюме и смерил взглядом Райли. — Твоя спутница…

— Ученица, — ответил Морт. — Мы здесь по делам Общества.

Все прошло гладко. Она ведь и в самом деле была ученицей — неважно, чьей. Мужчина удивленно приподнял бровь и выслушал чьи-то указания по миниатюрному наушнику. Когда он вновь повернулся к ним, то просто излучал нарочитую учтивость.

— Господин адвокат, вы всегда наш желанный гость.

— Благодарю.

Двое вышибал посторонились, давая им дорогу. Реальный мир от мира абсурда отделял только блестящий тяжелый занавес. Оказавшись внутри, Райли облегченно вздохнула и услышала, что Морт сделал то же самое.

Он сомневался, что меня пустят.

Она наконец осознала, как ее провожатый на самом деле рисковал. Совершенно очевидно, что сюда нельзя было приводить родственников Мертвецов.

— Спасибо, — поблагодарила она. Но казалось, он ее не услышал.

В фойе было немного народу, но создавалось впечатление, будто стоит толчея: каждый старался казаться больше и значительнее, чем являлся на самом деле. Будто эго каждого занимало дополнительное место. Безупречно одетые женщины в летах стояли у небольшого бара и болтали. В ярком освещении они сверкали, как состарившиеся феи: дело было в украшениях. Такое количество массивных бирюлек вряд ли смог носить неподготовленный человек.

Неподалеку расположились девушки в кричащих платьях, туфлях на шпильках и с замысловатыми прическами. Сжимая наманикюренными пальцами высокие бокалы с шампанским, они манерно смеялись высокими, неприятными голосами. Вряд ли у них на теле где-нибудь были шрамы от когтей демона. Едва ли они забивали себе голову тем, что на следующей неделе нечем будет платить за газ. Почему они легко порхали по жизни, а Райли должна была бороться за все? Почему она осталась сиротой, а они утопали в роскоши? Никто бы не осмелился похитить отца ни у одной из этих принцесс. Они наймут профессиональных часовых и вооруженную охрану.

Райли переборола свою злость — та не приносила никакой пользы. К тому же, пожелай она объяснить какой-нибудь из принцесс, каково это, когда твоего отца похищает некромант, она не встретила бы сочувствия. Они просто проживали абсолютно разные жизни, и никакое количество зависти и злобы не могло изменить сложившегося порядка вещей.

С другой стороны фойе толпились мужчины всех возрастов в разношерстной одежде. Райли расслышала фразы вроде «валовый регистровый тоннаж» и «франко-борт». К ее удивлению, парочка молодых людей из компании явно на нее загляделась.

— Сколько нужно иметь денег, чтобы оказаться здесь?

— Больше, чем мы с тобой увидим за всю свою жизнь.

Тузы.

Морт повлек ее за собой к блестящей лаком деревянной лестнице, ведущей на двухуровневый балкон с красной ковровой дорожкой, латунными поручнями и вычурными канделябрами.

Некромант слегка сжал ее локоть.

— Смотри не наломай сгоряча дров, иначе у нас будут очень большие неприятности.

Она поняла, к чему было такое предупреждение, когда они поднялись на второй ярус балкона. Здесь были только заклинатели. Расцветка их длинных, вычурных накидок варьировалась от белого до угольно-черного. Основную массу составляли мужчины, хотя в сторонке сидело несколько женщин. На одной из них была карминно-красная накидка, и она выделялась, как малиновка в стае серых голубей.

Какой-то некромант заметил Морта и двинулся к нему, чтобы поздороваться. Приветствие замерло на его губах, когда он увидел с ним Райли.

— Рад тебя видеть, Себастьян, — тепло сказал Морт и сам преодолел оставшееся между ними расстояние, намеренно не заметив реакции приятеля. — А это Райли Блэкторн.

— Ага… — Взгляд Себастьяна метался между Мортом и Райли, он замялся, не зная, что сказать. Он был заметно старше ее спутника, на голове поблескивала залысина.

Райли пустила в ход все свое обаяние.

— Рада знакомству, сэр.

Себастьян недовольно нахмурился и покачал головой.

— Друг мой, ты ходишь по лезвию ножа. — И он покосился на Морта.

— Райли обратилась в Общество за помощью. Как адвокат, я был обязан помочь ей.

— И притащить ее сюда? — возмутился тот. — Да ты с ума сошел?

— Ее отца нелегально воскресили, — спокойно объяснил Морт. — Я решил, что будет лучше, если мы разберемся со всем тихо, в своем кругу. Не стоит подбрасывать журналистам новую работу, ведь фамилия Блэкторн сейчас на слуху.

И без того бледный Себастьян побелел как бумага.

— Но онсегодня здесь! Ты лишился остатков рассудка? Старший не потерпит подобного нарушения.

Наверное, взмокший и побледневший некромант говорил об Озимандиа. В этот раз между ним и Райли уже не будет защитного круга.

Она почувствовала, как по спине побежали мурашки, вызванные потоком темного колдовства.

— Заклинатель Александр? — прозвучал низкий голос.

Морт обернулся и склонил голову.

— Лорд Озимандиа. Рад видеть вас.

Раздался сухой смешок.

— Я почему-то сомневаюсь.

Райли тяжело вздохнула. Она могла скрыться, а могла встретиться с чудовищем лицом к лицу. Если именно он забрал ее отца, она не собиралась позволить ему жить спокойно только потому, что он возглавляет шайку каких-то паршивых похитителей тел.

Райли повернулась к некроманту, терроризировавшему ее много ночей подряд во время вахты на могиле отца. Озимандиа был в своей традиционной черной мантии, не хватало только дубового посоха, как у злого волшебника из сказки. Нелепая татуировка на лбу слегка светилась, словно радиоактивная. Оказавшись так близко, Райли могла разглядеть в его зеленых глазах какие-то странные коричневые полоски.

Здесь, на виду у всех, он не рискнет ничего сделать.

Она стояла на краю пропасти. Пытаясь скрыть страх, Райли склонила голову в приветствии.

— Мисс Блэкторн, вы сегодня трезвы или собираетесь снова устроить мне шоу?

— Никакого ведьминского вина сегодня. Только настоящая я.

— И никаких ведьм на подмоге. Как неосмотрительно.

Морт осторожно прочистил горло, привлекая к себе внимание.

— Мой лорд, мисс Блэкторн разыскивает отца.

— Я слышал, он снова топчет эту землю.

— Это вы выдернули его из могилы, как и обещали? — не выдержала Райли.

Раздался коллективный вздох ужаса.

Ой-ой.

Озимандиа стоял прямо над ней, хотя она была готова поклясться: он не сделал ни одного движения.

— Как вульгарно и невежественно. — Его татуировка засветилась ярче. — Общество никогда не позволит тебе стать ученицей. А для той кучки отбросов в Гильдии ты отлично подходишь.

Да ты…

Как он смеет говорить такое о ловцах? Некроманты только и делали, что расхаживали в идиотских мантиях и крали покойников из могил. Но когда Райли раскрыла рот, чтобы достойно ответить, то почувствовала дрожащую руку Морта на своем локте.

— Думаю, пора занимать места. После вас, лорд Озимандиа.

Некромантский лорд всего-на-свете-и-бла-бла церемонно кивнул, но в его глазах она заметила искреннее презрение.

Как только я стану мастером, то преподам тебе урок хороших манер, выродок.

Они вошли в зрительный зал и двинулись к подиуму.

— Какое слово из фразы «не наломай дров» тебе не понятно? — еле слышно прорычал Мортимер.

— Я никому не позволю оскорблять ловцов, даже самому мистеру Ужас-на-крыльях-ночи.

— Иногда скромность сохраняет жизнь.

— Он ничего не сделает мне сейчас. Слишком много свидетелей.

— Они скажут, что ничего не видели.

— Ты скажешь другое.

Он выразительно посмотрел на нее.

— Мертвые не разговаривают.

Райли поняла, что он не шутит.

Когда они добрались до своих мест, Райли еще не успокоилась, но Морт уже не так вцеплялся ей в локоть. Они едва уселись в удобных, широких креслах, как перед ними словно из-под земли выросла официантка в очень короткой юбке и туфлях на высоченных каблуках. Райли подумала, как та ухитряется сновать на них по лестнице туда-сюда, не переломав ноги.

Девушка вручила Морту конверт. Бегло взглянув на него, заклинатель спрятал письмо в карман.

— Шампанское? Закуски? — спросила официантка заученно-веселым тоном.

— Нет, спасибо, — ответил Морт.

— А как по поводу вас? — обратилась она к Райли.

— Нет, спасибо.

Морт извлек десятидолларовую купюру и положил на поднос.

— Нам ничего не нужно. Большое спасибо.

— О'кей, благодарю! — Она поцокала прочь.

Райли огляделась. Никто не сел рядом с ними, и даже приятель Морта Себастьян держался подчеркнуто поодаль. Она не искала Озимандиа: гусиная кожа на шее подсказывала Райли, что он здесь.

Затем она услышала шаги и мягкий шелест ткани: кто-то устраивался в кресле прямо позади них. Это оказалась женщина в карминно-красной накидке. Ее темные волнистые волосы ниспадали на плечи и слегка касались веселых морщинок у глаз. Женщина была из таких, что точно умеют рассказать хорошую шутку и не испортить концовку.

Заклинательница слегка подалась вперед и положила ладони на плечи Морта.

— Я впечатлена. А что ты сделаешь на «бис»?

Морт заметно расслабился и повеселел.

— Пока не решил. — Он довольно улыбнулся и затем вспомнил, что они не одни. — Райли, это леди Торин, одна из старших заклинателей.

— Рада знакомству. Сочувствую вашей потере и надеюсь, что Морт вам поможет.

Райли пристально посмотрела на нее. Казалось, что женщина сказала это не ради того, чтобы проявить вежливость и пустить пыль в глаза. Интересно, что означали ее ладони на плечах Морта — флирт или какое-нибудь заклинательское благословление, поддержку и предостережение остальным, что она теперь на их с Райли стороне?

— Спасибо, — сказала Райли. Что бы ты ни замышляла.

— Дорогой Мортимер, будь осторожен. Ты повернул паруса в неизведанные воды и не знаешь, где подстерегают рифы и водовороты.

Леди Торин откинулась в кресле и непринужденно поправила свою шикарную мантию. Когда к ней порхнула официантка, она коротко заказала скотч.

— А сюда все некроманты приходят? — прошептала Райли своему провожатому.

— Не называй нас так! — взмолился Морт. — По крайней мере в ситуации, когда могут услышать остальные. Тебе вовсе не нужно испытывать на себе силу темной магии, поверь мне.

— Ладно, тогда представь себе, что я задала тот же вопрос, но со словом «заклинатели».

Морт покачал головой:

— Участие требуется только в том случае, если выставляешь Воскрешенного на торги.

— Получается, она… — Райли осеклась, понимая, что та самая она,возможно, все слышит.

— Может кого-то предложить. Леди Торин не любит все это так же, как и я.

— А как вы становитесь лордами и леди в этом вашем обществе?

— Звание присваивается соответственно магическим способностям.

Это Райли ничего не объяснило, но, наверное, звучало логично. Ловцы тоже не разбрасывались званиями. Они сидели в первом ряду, и Райли воспользовалось преимуществом, чтобы разглядеть, что творится внизу. Оказалось, там вовсе не зрительный зал — пространство больше походило на дорогой ночной клуб. На равном расстоянии друг от друга были расставлены столы, покрытые крахмальными белоснежными скатертями, в центре каждого красовалась запотевшая бутыль шампанского. Между столами сновал официант во фраке.

— Шампанское? — Когда Райли возмущенно уставилась на Морта, он выглядел пристыженным.

— Аукционеры отлично умеют выкачивать деньги из клиентов, — пояснил он. — Все аукционы тематические. Сегодня… готика. Прошлый раз был кошмарным — «Привет с Гавайев». Все было в кокосах и цветах, пир горой.

Райли застонала, сжав зубы.

Только не будь дурой, иначе тебя выгонят отсюда.

Верхний свет помигал несколько раз и погас. Шум толпы стих, словно они находились на каком-нибудь бродвейском мюзикле. Свет прожектора выхватил из темноты мужскую фигуру во фраке и цилиндре.

— Добрый вечер, леди и джентльмены, — начал он низким, звучным голосом, сопровождая свои слова такой же вымученной улыбкой, как и официантка. — Добро пожаловать на второй вандю в этом году. — Он прошелся по сцене. — Сегодня мы представим вам замечательную коллекцию. Наслаждайтесь и помните, что часть вырученных от продаж денег поступит в благотворительный фонд. А теперь, без дальнейших промедлений, начнем шоу! — И он махнул рукой в сторону сцены.

Свет прожектора померк, занавес стал подниматься. Воздух заполонили торжественные звуки органа, у Райли застучали зубы. Когда глаза немного привыкли к темноте, она разглядела полную луну, похожую на гигантское серебряное око. Затем понемногу показались остальные декорации: узловатый дуб с корявыми голыми ветвями и словно плывущие в глубоком тумане надгробия. Вдруг завыл волк, заставив Райли вздрогнуть от страха.

Морт тяжело вздохнул:

— Я заранее прошу у тебя прощения за то, что тебе придется увидеть.

Перед самым большим из надгробий туман рассеялся, и над полом показалась голова мужчины. Он медленно поднялся во весь рост. На вид ему было около сорока, как и ее отцу. В руке бедолага держал череп. Моргая на ярком свету, он растерянно молчал некоторое время и затем начал монолог скрежещущим, прерывистым голосом:

— Бедный Йорик…

Морт тихо застонал от ярости.

— Я знал его… когда-то… — произнес несчастный мертвец, морща лоб в попытках вспомнить слова. — Человек… бесконечного… э-э-э… остроумия. Ха! Ха!

Затем он высоко поднял череп в руках и напряженно посмотрел в зрительный зал. За первыми столами смеялись, и он не мог не слышать этого.

Ведущий подошел к нему.

— Леди и джентльмены, позвольте представить вам Герберта. Он работал аудитором в департаменте государственных сборов. Его главное достоинство — идеальное знание корпоративных налогов. Если вы не хотите связываться с дядей Сэмом из-за лишнего миллиона долларов, этот Воскрешенный — для вас. — Он сделал паузу и выкрикнул: — Есть ли стартовая цена?

— Десять тысяч! — крикнул кто-то.

— Одиннадцать.

Они правда хотят его купить.Райли понимала, что этот момент наступит, но видеть все своими глазами оказалось слишком. Когда ее желудок перекувырнулся, она попыталась сжать живот обеими руками и уткнулась лбом в колени.

— Туалет? — взмолилась она.

Морт указал направление, и она пустилась бегом по лестнице. Ей вслед раздавались объявления цены. Райли из последних сил толкнула дверь в женский туалет.

— Восемнадцать тысяч!

Желудок передумал бунтовать, она умылась ледяной водой и оставила лицо высыхать на воздухе. Разглядывая себя в зеркало, Райли ужаснулась собственным мыслям.

Как они могли продать ее отца? Получите в распоряжение собственного легендарного ловца демонов! Познайте секреты Преисподней!В каком качестве его будут выставлять: как историка — знатока Гражданской войны или репетитора для детей?

Последовала новая волна органной музыки и шум аплодисментов. Эти торги были закончены. Райли проковыляла на свое место, по дороге наступив Морту на носки ботинок и извинившись. Заключительная цена высвечивалась на надгробии в центре сцены: восемьдесят пять тысяч долларов.

Все стремятся заработать на смерти.Продавец мертвецов на ярмарке был прав.

— И кому все это достанется? — сжав зубы, процедила она. — Вам, ребята?

Морт покачал головой:

— Семья получит восемьдесят пять процентов, без налогов.

— Они согласились на это? Да как они смогли?

— Этого хотел сам Герберт, — раздался сзади ледяной голос леди Торин. — Он хотел позаботиться о жене и детях даже после смерти.

— Но для этого существует страховка, — возразила Райли.

— Да, но он решил принять дополнительные меры. Я жалею только об одном: что не удалось устроить частную продажу. Это не так унизительно.

— А что будет через год? Он кончит в мусорной яме?

Некромантша придвинулась так близко, что Райли почувствовала исходивший от нее запах виски. Но куда больше ее напугало легкое покалывание, вызванное магической силой.

— Мои люди не оказываются в мусорных ямах, мисс Блэкторн. С ними обращаются в соответствии с их прежним положением. И не смейте подозревать меня в равнодушии, вы поняли?

Райли растерянно кивнула.

— Простите. Я не…

— Вы, похоже, не думаете головой, иначе не рискнули бы сказать мне такое.

— А почему бы и нет? Я уже оскорбила Озимандиа, и мне нечего терять.

Да что с моим языком сегодня?

Она зажмурилась, готовясь к чему угодно. Может быть, теперь она всю жизнь проходит с меховым хвостом. Наверняка он будет отличаться по цвету от волос.

Вместо этого она услышала сухой смешок.

— Мортимер, а ты умеешь их выбирать.

Следующим Воскрешенным оказался парень ненамного старше Райли. Держа в руках бутафорский меч как швабру, он шатался по сцене, перевирая строки из Шекспира. Он ушел с аукциона за пять тысяч, в основном благодаря своим умениям садовника. Когда дело дошло до седьмого лота, Райли всерьез пожалела, что ей не исполнился двадцать один год. Без алкоголя это зрелище превращалось в пытку.

Затем было продано еще трое. Райли подскакивала на месте от нетерпения.

— Папа здесь? — спросила она. Морт покачал головой, и она нахмурилась. — Когда ты об этом узнал?

— Официантка показала мне список выставленных на торги.

— Тогда какого… — Она перевела дух и медленно сосчитала до пяти. — Зачем ты заставил меня смотреть все это?

— Ты должна осознать, против чего пытаешься пойти.

В данный момент на сцену вышла домохозяйка средних лет. Она перепугала Райли фальшивым исполнением партии из «Призрака оперы». Денег за нее предлагали немного. В конце бедняжка начала плакать.

Это ведь чья-то заботливая мамаша.

Слава богу, ведущий объявил перерыв.

— А что теперь? — обреченно спросила Райли, когда они сошли с балкона.

— А теперь настало время задавать вопросы.

Глава девятнадцатая

Заклинатели держались отдельно от денежных мешков: у них было собственное фойе, где официанты в смокингах развозили на серебряных тележках всевозможные напитки и подавали свежие сэндвичи.

Мортимер уверенно шагал через толпу, Райли хвостом плелась позади. Она чувствовала на себе недовольные взгляды. Ее легко было заметить — на ней единственной не было мантии.

К ним подошел Ленни.

— Мисс Райли. — Его, как обычно, кричащий, нелепый костюм скрывался под светло-серой мантией. Некромант весь раскраснелся, возможно, из-за коктейлей, пустые стаканы от которых он держал в обеих руках. — Как дела?

Ленни казался совершенно безобидным, поэтому она не собиралась с ним препираться. К тому же он был приятелем Бека.

— Не очень, Ленни. Пошло бы лучше, если бы я нашла отца.

— А, я слышал об этом. Мне жаль, девочка. У меня тогда стояло в очереди трое покупателей, и ты бы получила кучу денег. Я предупреждал, что все плохо обернется.

Предупреждал.

— Как думаешь, кто это мог быть?

Ленни сузил глаза, а потом громко объявил, что ему надо выпить еще. Райли смотрела ему в спину, пока он удалялся в сторону бара.

— Лучше позволь мне задавать вопросы, — посоветовал Морт.

Но Райли уже самостоятельно сделала кое-какие выводы.

— А ведь тот некромант должен быть очень силен. Это ведь не Ленни, верно?

— Верно. Чтобы создать такую иллюзию, как дракон, нужно подняться гораздо выше начального уровня.

— А на каком уровне ты сам по шкале от новичка до Темного Лорда?

Ее провожатый неожиданно смутился и ничего не сказал.

— Мортимер прошел уже три четвертых пути до вершины, — ответила за него леди Торин, подойдя к ним. Она держала в руках тарелку с ломтиками сыра и крекерами. — Конечно, он никогда этого не признает: любит выглядеть безобидно.

Морт благодарно кивнул и посмотрел ей в глаза чуть дольше, чем следовало. Между этими двумя определенно что-то происходило. Осознав, что позволил себе лишнего, Морт направился к другому заклинателю. Тот не успел смыться, поскольку руки его были заняты коктейлем и едой.

Райли переключилась на свою эффектную собеседницу.

— Как насчет вас? Насколько вы приблизились в своем мастерстве к тому, чтобы стать Темным Лордом?

Торин сдержала улыбку.

— Я прошла семь восьмых. Вот только в моем случае не Темным Лордом, а Темной Леди.

— А Озимандиа?

Торин посмотрела ей в глаза.

— Его уже нельзя оценить по этой шкале.

Ого.

— Как вы думаете, кто забрал папу?

— Кто-то уровня Мортимера или выше, — ответила леди. — В этом его ошибка. Он задает вопросы всем подряд, вместо того чтобы сконцентрироваться на мастерах уровня «тета» и выше.

— Но кто-нибудь из младших некромантов мог что-нибудь слышать.

— Никто не рискнет связываться с хищником, стоящим выше в пищевой цепи.

— Из-за уважения? — полюбопытствовала Райли.

— Из-за страха. — Торин с хрустом разломила крекер.

Райли и ее спутница успели поговорить еще с пятью заклинателями, прежде чем свет замигал: антракт заканчивался. Никаких результатов. К ним вернулся Морт, и по его лицу легко было угадать: он тоже ничего не узнал.

— Ты уже можешь возвращаться домой, — предложил он Райли. — Я сам порасспрашиваю остальных, но в основном все слишком напуганы, чтобы говорить.

— В любом случае большое тебе спасибо, — уныло сказала она.

Морт и Леди Торин начали тихо о чем-то переговариваться, а Райли поплелась вниз по лестнице. Настроение у нее было чернее мантии старшего некроманта.

Озимандиа стоял у выхода, словно поджидая ее. Вокруг больше никого не было. Райли пришлось пойти прямо к нему — обходных путей не оставалось.

Она остановилась перед ним и заглянула в его жутковатые разноцветные глаза.

— Если вы забрали папу, просто скажите мне. Я должна знать правду.

Злой волшебник внимательно посмотрел на нее.

— Прекрати впутывать в свое дело Мортимера. Он может пострадать из-за тебя. Ты этого добиваешься?

— Нет. Я хочу забрать то, что по праву принадлежит только мне.

Озимандиа приподнял серебристую бровь.

— И я тоже.

Он молча удалился прочь, только мантия слегка прошуршала по полу. Райли почувствовала, что покалывание на коже, вызванное его магической силой, потихоньку прекратилось.

Как это возможно?

Пройдя мимо вышибал, она толкнула дверь и оказалась на свежем ночном воздухе. Та самая женщина, которую не пустили внутрь, одиноко стояла на парковке. Комкая в руках мокрые от слез платки, она посмотрела на Райли полным боли взглядом. Может быть, это жена Герберта? Была ли она против его решения обеспечить будущее семьи и принести себя в жертву?

Райли подошла к машине, и вдруг ее мобильный запищал. Сообщение от Морта.

Подожди меня. Есть идея.

Она успела громко зевнуть и увидела Морта, спешащего к ней. Опасливо оглянувшись в сторону театра, он наклонился поближе.

— Я сомневался до последнего, стоит ли тебе говорить. Есть еще один способ найти твоего отца. Он рискованный, но попытка того стоит.

Райли вся подобралась. В ее душе забрезжил слабый лучик надежды.

— Продолжай.

— Существует одно заклинание, которым можно вызвать дух твоего отца. Если это удастся сделать, может быть, сам дух расскажет, кто забрал его и где он находится.

Наконец-то мы двинулись с мертвой точки.

— А ты можешь сделать это?

— Могу… — Он осекся. — Но не буду. Сделав это, я окажусь по другую сторону баррикад. Я и так уже перегибаю палку.

— Что тебе сделают?

Он оперся спиной о ее машину. Было заметно, что ему плевать, запачкается мантия или нет.

— В Обществе не принято просто выгонять провинившихся. Скорее всего, меня найдут мертвым. Точнее сказать, не меня, а большую кучу пепла. Здесь не детский сад, никто не станет предостерегающе шлепать линейкой по ладошкам.

— Ого.

С этим и правда не стоит шутить.

— А кто еще умеет делать такие штуки?

— Любой, имеющий дело с серьезной магией. — Он заглянул ей в глаза. — Например, ведьма. Но я тебе этого не говорил.

— Здорово. У меня как раз есть одна знакомая. — Она расплылась в довольной улыбке.

— Я так и знал. У всех ловцов есть.

— А что в таком случае мешает Обществу превратить мою подругу в кучу пепла?

— Несмотря на всю эту мишуру со стилем нью-эйдж, медитациями и благовониями, ведьмы действительно обладают серьезными силами. Последняя тяжелая война между нами закончилась ничьей, и никто не рискует повторять подобной ошибки. Но давнишняя вражда не утихла.

Райли обратила внимание на напряжение еще тогда, когда Озимандиа угрожал Эйден, а та, не моргнув глазом, отплатила той же монетой.

— Ладно, Морт, с этим я разберусь. — Вспомнив о предостережении Темного Лорда, она добавила: — Ты уже и так очень много для меня сделал.

— Просто будь осторожнее, — сказал он. — Кто бы ни похитил твоего отца, вряд ли ему понравится, что ты везде суешь свой нос. Особенно если дело связано с темной магией. Все может плохо обернуться. — Он оглянулся на театр. — А если это Озимандиа…

Больше ничего не сказав, Морт пошел назад. Дальше Райли придется действовать самой. Она отправила Эйден короткое сообщение по поводу своей экзотической просьбы. Сейчас оставалось ждать, что предложит ведьма.

Повернувшись к машине, Райли почувствовала, что уже не одна. Взвизгнув от ужаса, она запоздало увидела стоящего рядом Ори. Райли почувствовала себя идиоткой.

— Слушай, предупреждай в следующий раз, ладно? — взмолилась она.

У нее перед лицом возникла потрясающая белая роза.

— Сойдет за извинение? — спросил он.

Райли вытаращила глаза на цветок.

— И откуда только ты их берешь? Они же дорогущие.

Она знала это потому, что на годовщину смерти мамы купила такую ей на могилу, и это стоило ей двухнедельного отказа от горячего шоколада.

— У меня свои источники, — уклончиво ответил он.

Райли взяла розу и вдохнула ее нежный аромат. Такой же прекрасный, как и у предыдущей.

— Ну что, куда теперь? — поинтересовался он, опершись о машину. — Шопинг? А может быть, горячего шоколада?

Звучало заманчиво, но…

— Мне, наверное, пора возвращаться в церковь.

— Незачем запирать себя там. Я же с тобой.

— Ты со мной просто потому, что поджидаешь пятака.

— Частично. На самом деле мне нравится проводить с тобой время.

Этот парень знает, что нужно говорить девушкам.

— Спасибо. Жаль, но я слишком устала. Длинный выдался денек.

— Как пожелаешь. — Ори выпрямился. — Можно мне поехать с тобой?

— А как же твой байк?

— Я за ним вернусь.

— Не боишься, что его кто-нибудь угонит?

— Нет. Его никто не коснется.

Он выглядел совершенно уверенным, к тому же Райли была не против компании. Ори дождался, пока она отопрет дверь с пассажирской стороны, и проскользнул в машину. Осторожно, стараясь не помять лепестки, она положила розу между ними. Райли чувствовала себя немного виноватой, что принимает такие подарки — ведь она встречается с другим, — но цветок был слишком красив и одурманивающе пах. К тому же кому это могло навредить?

Выруливая на улицу, она повернулась к своему пассажиру и нахмурилась.

— Пристегни ремень.

— Я уверен, что ты аккуратно водишь, — ответил он.

— Неважно. Городу нужны деньги, поэтому копы оштрафуют тебя при первой возможности. И меня — за то, что позволила тебе сидеть не пристегнутым.

Проворчав что-то, Ори поковырялся с ремнем и пристегнулся.

— Ты не устаешь от того, что тебе приходится всюду следовать за мной? — спросила она, следя за дорогой.

— Нет, у тебя очень насыщенная и разнообразная жизнь. Сегодня у тебя были занятия на кладбище, потом ты поехала к раненому бойфренду, а после этого зависала с шайкой чопорных некромантов в старинном театре. Это не так уж и скучно.

— А ты и правда везде меня сопровождаешь. — Она бы испугалась, если бы не знала, что он охотится на пятака. — Я всегда считала, что они приходят только по ночам.

— Ночью они сильнее, но я не хочу оставлять ему лишних лазеек. — Он с любопытством повернулся к ней. — Ну и как там, в логове заклинателей?

Райли рассказала ему обо всех ужасах, что там видела. Как она боялась, что больше никогда не увидит папу. Слезы застилали ей глаза, и она ругалась про себя. Смаргивая их с ресниц, она почувствовала на плече тепло руки Ори. Он ничего не сказал, но ей вдруг стало легче. Саймон никогда такого не делал.

Да что такое с этим парнем? Почему я себя так странно ощущаю рядом с ним?

Когда Ори убрал Руку, Райли поймала себя на том, что ей было приятно его прикосновение. Он нахмурился, и в машине почему-то тут же стало холоднее.

— Я напал на след пятака вчера ночью, но мне не удалось его поймать.

— Что за след?

— Я заставил одного Гастродемона сказать мне, где тот прячется. Глупая тварь пыталась подкупить меня обгрызенной крысой. Жалкое зрелище. — Он вздохнул. — Но, к сожалению, кто-то предупредил пятака, и тот скрылся.

— Зачем это могло кому-нибудь понадобиться?

— У сил Ада так же, как и у Рая, есть свои осведомители.

— Я все еще остаюсь приманкой? — уныло спросила она.

— Боюсь, что да.

Глава двадцатая

Обычно Бек после рабочей ночи просыпался только к полудню, но два последних дня подряд ему приходилось вставать рано. Для него даже слишком рано. Он подавил зевок и прикрыл рот тыльной стороной ладони. Старый шотландец неодобрительно посмотрел на него. Повязка на голове Мастера сменилась аккуратным рядом неприметных пластырей поверх заживавшей раны. Сегодня он был одет в яркий килт. Это выглядело причудливо, но возможно, существовало определенное правило, в чем глава ловцов должен встречать охотников. Бек ограничился чистой парой джинсов, голубой рубашкой и кожаной курткой. Без привычной спортивной сумки он чувствовал себя голым, но Стюарт запретил ее брать.

Они стояли на крыльце городской администрации, откуда просматривалась вся улица. Дорога была свободна, но на тротуаре толпились зеваки, желавшие взглянуть на крутых парней из Ватикана. Бек вспомнил первый день после нападения на Часовню. Он видел уже знакомые лица под транспарантами. Какая-то группа настаивала на том, что Атланта была обречена на гибель из-за безбожников и геев. Новый зевок он уже оказался не в силах подавить.

— Поздно лег? — спросил Стюарт.

— Зато поймал Пиродемона возле станции Ленокс. Он там поджигал мусорки. — Бек пытался заставить тварь рассказать ему, где прячется тот пятак. Безуспешно. Тогда он отвез демона к пожарному Джеку и продал. Хотя бы вечер принес свои плоды.

Бек задумчиво посмотрел на транспаранты внизу.

— Интересно, а Джек знает, что он является причиной того, что нас вот-вот поглотит Ад?

Мастер показал рукой в сторону огромной надписи, окруженной нарисованными языками пламени: «Убейте всех демонов. Сделайте Америку безопасной для наших детей».

Он разочарованно покачал головой.

— А что случилось бы, если бы мы и правда убили всех демонов? — спросил Бек, хотя знал, что под началом у Люцифера бесчисленные орды. Об этом стоило подумать.

— Не станет демонов, не станет и равновесия, — серьезно ответил Мастер. — Расскажу тебе, как все это работает, когда будешь готов стать мастером.

— Тогда где-нибудь через год, — ответил Бек.

По меньшей мере.

Стюарт хитро посмотрел на него.

— Я бы сказал, немного раньше.

Бек не успел ничего спросить: вдалеке раздался вой сирен.

Стюарт хмыкнул:

— Это охотники. Они любят пускать пыль в глаза.

— И что будет?

— Перед камерами они будут сама дружелюбность. А за кулисами начнется грязная игра. Ватикан знает, как правильно дергать за ниточки и сталкивать людей лбами. Многовековая практика.

— Такое ощущение, что ты хорошо знаком с их системой.

— Это верно, сынок. Члены моей семьи ловят демонов на протяжении восьмисот лет. И причина этому — охотники.

Бек изумленно посмотрел на него:

— Что?

— Такие истории рассказывают за стаканчиком виски. — Стюарт нетерпеливо переступил с ноги на ногу. — Я бы хотел, чтобы ты при любой возможности выходил на работу вместе с Райли. Как бы я ни уважал мастера Харпера, мне не по душе его воспитательные методы.

— Он ни за что не позволит мне работать вместе с ней.

— Если она возьмет его в долю, он не будет очень против.

Бек усомнился в словах наставника, но решил не спорить сейчас. Если им удастся работать вместе, он сможет приглядывать за ней, чтобы она не пострадала.

— Да, хорошая идея, — сказал он, но по совершенно иной причине.

Сирены завывали все ближе и громче. Звук прекратился, как только из-за поворота на Митчел-стрит показались две полицейские машины с мигалками. Они будто возглавляли парад. За ними ехали четыре сверкающих автофургона, а затем белый лимузин. Фургоны были абсолютно идентичны, по сторонам у них красовался папский герб.

— Откуда они взяли эти тачки? — не выдержал Бек.

— Перевезли на самолете из Нью-Йорка. Деньги для них не проблема, не то что для нас.

Первый фургон остановился у крыльца, остальные ровно выстроились за ним. Защелкали вспышки фотоаппаратов, задние ряды зевак стали напирать на счастливцев впереди. Кто-то кричал. Двери первого фургона распахнулись, и вышли двое мужчин, по одному с каждой стороны. Оба были в черной военной форме, высоких шнурованных ботинках и со штурмовыми винтовками в руках. Они изучили местность и затем подозвали своих коллег. Из фургона показалось еще пять человек. Они держались настороже. Как только они заняли позиции, охотники из третьего фургона вышли по той же схеме, а затем охотники из четвертого.

— Неплохо, — признал впечатленный Бек. Эти ребята не выпендривались перед камерами, они действительно оценивали обстановку и были готовы встретить любую угрозу — неважно, демонического или человеческого происхождения. Команда оказалась смешанной: в ней бок о бок работали белые, негры, азиаты и латиносы. Но одно было несомненно: все они истые католики. Это было первое и главное требование Ватикана.

Только после того, как ребята убедились, что на улице безопасно, открылись двери второго фургона. Из него уверенно шагнул крупный мужчина, ростом выше Бека. Оливковая кожа, черные как вороново крыло волосы до подбородка и щегольская эспаньолка выдавали в нем жителя Средиземноморья. Мужчина был одет в черную водолазку с эполетами, штаны и тяжелые ботинки, как у морского пехотинца. Из оружия при нем был только пистолет у пояса, а на груди красовалась эмблема «Охотники Ватикана»: святой Георгий, повергающий змея.

— Это что, их предводитель? — поинтересовался Бек.

— Ага. Это Элиас Сальватор, капитан охотников, — ответил Стюарт. — Ему всего тридцать два, самый молодой лидер в истории.

Из фургона вышел еще один мужчина.

— А это лейтенант Мартин Амундсен, его заместитель и правая рука.

Бек внимательно разглядел лейтенанта. Тот был старше своего чересчур молодого начальника, грузнее и мускулистее.

— Ему не нравится капитан. Ни капельки.

— Откуда ты знаешь? — удивился Стюарт.

— Он смотрит на него не с уважением, а как-то по-другому.

Старый Мастер одобрительно кивнул:

— Амундсен надеялся на повышение и теперь крайне недоволен, что на его место назначили Сальватора. А что еще ты успел заметить?

— Они хорошо подготовлены. Но они на взводе, словно ожидали засады. Вряд ли это работа на камеру.

— Вовсе нет. Несколько лет назад в Париже на них напала пара Архидемонов, и пятеро из них погибли. Такого унижения они не смогли позабыть. К тому же они устали. И дело вовсе не в разнице часовых поясов: кажется, на них сильно надавили. Им это было не по нраву.

Ирландец не ошибался: Бек и сам заметил, как они держатся. Они все еще выглядели опасными, но до пика формы было далеко.

— Будь они ловцами, я бы посоветовал небольшой отпуск. Напиться как следует, подцепить девочку, отоспаться.

Стюарт засмеялся:

— Такого точно не произойдет, и причина прямо в этом лимузине.

Бек сначала даже не понял, о чем он. В это время один из охотников промаршировал к лимузину и распахнул дверцу. Из него вышел пожилой священник лет шестидесяти, с орлиным взглядом и волосами с проседью. На нем было длинное черное одеяние.

Среди охотников почувствовалось напряжение, когда к ним подошел черный священник.

— А они его недолюбливают, — заметил Бек.

— Он ничем не отличается от нашего отца Гаррисона. Это отец Розетти из Ватикана. Он здесь для того, чтобы следить, как охотники будут блюсти нравственность и дух Святой Церкви. Даже в Риме его считают излишне фанатичным.

Бек повернулся к шотландцу, ошеломленный его осведомленностью во внутренних делах Ватикана.

— Откуда вы все это знаете?

— У меня есть кое-какие контакты там и тут. Когда станешь мастером, сам поймешь. Откроются пути, о которых раньше не подозревал.

Капитан и лейтенант сфотографировались с мэром, губернатором и членами совета города. Чиновников распирало от гордости, что их покажут вместе с командой из Ватикана. Затем настал черед ловцов приветствовать людей, которые, возможно, превратят их родной город в арену боевых действий.

К удивлению Бека, главный охотник сам шагнул им навстречу, пройдя мимо смутившихся майора и губернатора. Он вежливо протянул старому ловцу руку для рукопожатия.

— Великий Мастер Стюарт! Это честь для меня. Я давно хотел познакомиться с вами.

— Капитан Сальватор, добро пожаловать в Атланту.

Великий Мастер?Такого титула Бек еще не слышал. Как-нибудь нужно будет спросить у Стюарта. Ему уже пора составлять список вопросов, которые он задаст наставнику после того, как все уляжется.

— Я слышал, что много лет назад вы встречались с отцом, — сказал Сальватор.

— Да, я прекрасно помню. Дело было в Генуе. Он убил Архидьявола, и в тот же день родился ты. Мы распили бутылку хорошего виски, чтобы отпраздновать это.

— Он очень тепло вспоминает о вас. — Лицо Элиаса стало торжественно-печальным. — Охотники соболезнуют вашей утрате.

— Большое спасибо. — Стюарт оглянулся на своего спутника и представил его: — А это Денвер Бек, один из наших лучших подмастерий. Он будет вашим помощником в Атланте. Бек знает все ее закоулки и демонов лучше, чем кто-либо еще.

Смущенный Бек пожал руку капитану и пробормотал слова приветствия. Черный священник недовольно скривился. Неужели из-за того, что Сальватор был слишком приветлив с ними? Отец Розетти между тем сказал какую-то фразу по-итальянски, и капитан замер, как собака в охотничьей стойке. Затем сказал ему что-то в ответ, и священник нахмурился.

— Прошу прощения, джентльмены, — извинился предводитель охотников и вернулся на подиум, где перед камерами снова пожал руку мэру.

— Граждане Атланты отныне могут спасть спокойно в своих постелях, зная, что их охраняют охотники Святой Церкви, — провозгласил Монтгомери.

Бек заскрипел зубами. Сотни лет граждане Атланты не задумывались о том, что могут спокойно спать ночами благодаря ловцам. Мэр продолжал гундосить приветственную речь, а Бек разглядывал лица зевак перед зданием. Ему была не чужда распространенная привычка: пытаться найти в толпе знакомое лицо. Он тут же заметил огненно-рыжие волосы. Жюстина помахала ему и улыбнулась. Он с трудом удержался, чтобы не махнуть в ответ.

Все закончилось так же внезапно, как и началось: охотники погрузились в свои шикарные машины, и кавалькада уехала прочь.

Стюарт не двинулся с места.

— Позволю себе маленький совет, сынок. Будь аккуратнее с охотниками. Они очень милые парни до тех пор, пока не заподозрят, что из них пытаются сделать дураков. Тогда они превращаются в чудовищ.

Бек кивнул.

— Что мне надо делать?

— Постарайся не дать им спалить город дотла. Это все, о чем я прошу.

На секунду Беку показалось, что старый мастер его подкалывает, но потом он увидел выражение его лица.

Боже мой, он говорит серьезно.

* * *

— Я уверен, что в ряде цивилизованных стран это расценивается как пытка, — проныл Питер. Он ссутулился на сиденье рядом с Райли и уныло наблюдал в окно машины, как по другую сторону улицы парни в униформе складывают тару из-под воды в кузов грузовика.

Райли пронзила его фирменным взглядом.

— Помнишь, чем кончились твои махинации с переводом в мой класс? — пригрозила она. — Ты мой должник.

— Знаю. Просто я думал, что все будет более захватывающим.

Райли сделала большой глоток газировки.

— Да, скукотища полная. Но я должна узнать, как работает вся эта система со Святой водой. Где-то нарушена цепь.

Последние два часа они разъезжали по всему городу за грузовиком с бутылками.

— А ты уверена, что парни, подделывающие Святую воду, не покупают новые бутылки? — предположил ее друг.

— Вряд ли, ведь они не могут подделать акцизную марку. Она изготавливается отдельно, и нигде ее не купишь.

Питер с сомнением поглядел на нее.

— Откуда ты это узнала?

— Я проверила информацию на сайте города.

Такой ответ Питу понравился: он уважительно кивнул. Все, что имело отношение к Интернету, заслуживало его безоговорочное доверие.

— А мы можем поесть после этого?

— Конечно. — Райли еще не проголодалась, но ее приятель, похоже, в день съедал столько же, сколько весит сам. Вероятно, он еще переживал пору бурного роста. Интересно, как его бедный папа справлялся с двумя подростками в доме.

Райли заскучала и стала копаться в мобильнике, пытаясь придумать себе занятие. Ни слова от Саймона. Она поставила громкость звонка на максимум, чтобы сразу ответить, если Саймон позвонит. Одна незадача: это помогло бы, если бы он хотя бы раз попытался.

— Он ни с кем не разговаривает, — проворчала она.

— Твой парень? — спросил Пит.

— Угу. Он замкнулся в себе.

— Может, ты просто не даешь ему времени собраться с мыслями и разобраться во всем? — принялся рассуждать он. — Ты ведь можешь быть крайне нетерпеливой.

Как бы грубо это ни прозвучало, ее друг был абсолютно прав: Райли хотела, чтобы все дела решались с той скоростью, на которую они не способны. Может, она слишком давила на Саймона? Он только недавно рассказывал ей, что еще никогда не переживал серьезных испытаний в жизни, а потом оказался в эпицентре катастрофы. Наверняка ему требовалось время, чтобы свыкнуться со всем этим. Но ведь его мама хочет, чтобы я с ним разговаривала.

Райли набрала короткую эсэмэску.

Думаю о тебе!

Если он ответит, Райли оставит его в покое на некоторое время. А если нет… Минуты шли, и ответом ей было красноречивое молчание.

Она застонала от досады: похоже, сегодня она снова имеет дело с молчаливым Саймоном. Но Райли не позволит ему вариться в собственном соку. Нужно было двигаться вперед, даже если он боялся. Такая неопределенность может длиться вечность.

— Так, нам пора. — Питер вздохнул с облегчением.

Когда грузовик с бутылками поехал по улицам, Райли последовала за ним, благоразумно держась на дистанции. Грохочущую махину, забитую пластиковой тарой, легко было заметить.

— Сколько они сделали остановок? — спросила она, глядя на дорогу.

— Четыре. Нет, пять, — ответил Пит, сверившись с пометками в блокноте.

— Он уже набит под завязку.

Получается, либо они сейчас поедут на завод, либо…

Но они не направились к заводу «Божественного продовольствия». Вместо этого грузовик подъехал к большому кирпичному складу на Ист-Пойнт.

— Что это было? — недоумевала Райли, свернув на боковую улочку. — Это ведь не завод по производству Святой воды, тот находится в Доравилле.

— Может быть, это переработочный центр? — предположил Пит и отстегнул ремень безопасности. — Пойду, разузнаю.

Она даже не успела возразить, как Питер уверенным шагом направился к входу в здание.

Это пустая трата времени. Даже мой отец не смог в этом разобраться, а он был гораздо умнее меня.

Ее мобильник пискнул. От Питера пришло сообщение: «На месте». Райли устало закатила глаза — по крайней мере, хотя бы кто-то из них развлекался. Пришло еще одно: «Иду внутрь».

«Нет!» — поспешно набрала она.

«Все будет в порядке. На связи».

Прошло пятнадцать бесконечных минут. Райли уже думала отправить ему еще одно сообщение, но побоялась сорвать его план, чего бы он там ни выдумал. С каждой минутой она волновалась все больше.

— Не надо было тащить его с собой. Если что-нибудь случится, его отец будет взбешен, и потом…

Любой возможный вариант развития событий оканчивался неизбежной ссылкой ее друга к маме-надзирателю в Иллинойс.

И тут Питер наконец вернулся, неторопливым шагом подошел к машине и скользнул внутрь. Судя по довольной ухмылке, ему удалось что-то разузнать.

Дождавшись, пока он закроет дверцу, Райли спустила на него собак:

— Ты что, рехнулся? Ты не должен был ходить туда один! Страшно подумать, что они могли с тобой сделать, если бы узнали…

— Рехнулся ли я? — перебил он с улыбкой. — И это мне говорит девушка, зарабатывающая на жизнь ловлей демонов в детские кружки-непроливайки?

— Речь сейчас не обо мне! — возразила она. — Ладно, проехали. Ты что-то узнал?

— Я сказал охраннику, что мне нужно сделать доклад в школе. Старался выглядеть кретином-ботаником, и он не увидел во мне никакой угрозы.

Райли ухмыльнулась. Действительно, Питу не нужно было прилагать много усилий, чтобы смахивать на ботаника.

— И что было дальше?

— Эта точка — единственное официальное место переработки бутылок для Святой воды в городе. Они собирают тару, снимают этикетки и акцизные марки, дезинфицируют и загружают в транспорт, который отвозит бутылки на завод «Божественного продовольствия». Там их наполняют водой, запечатывают и ставят новые этикетки и марки, прежде чем отправить к дистрибьюторам.

— Значит, воду заливают там? Как же вся эта система работает?

— Думаю, часть бутылок отвозится еще в одно место.

— Получается, мы напали на след? — с надеждой спросила она.

— Рано радоваться. Охранник сказал, что каждая приходящая и уходящая бутылка подвергается учету. Но если кому-нибудь удается тайком изъять часть бутылок до очистки, все, что остается сделать, — наполнить их водопроводной водой и налепить новую этикетку.

— И если номер на этикетке соответствует номеру партии на акцизной марке, то комар носа не подточит. — Затем Райли задумалась и разочарованно покачала головой. — В таком случае им приходится еще и подделывать документы, чтобы все данные сходились.

— Да, с этим проблема, — признал Пит. — Но если мы как-нибудь ухитримся организовать круглосуточное наблюдение, то точно прижмем их к стенке.

— А ты сможешь в нем участвовать?

Пит потер ладони в предвкушении и хрустнул костяшками пальцев.

— Высокие технологии правят миром. Я что-нибудь придумаю.

Похоже, ее приятель осваивал новые пути для самореализации.

— А ты просто умница, ты знал это?

— Сейчас я в первую очередь голодный умница.

— Я угощаю, ладно? — Он открыл было рот, чтобы возразить, но Райли тут же остановила его: — У меня есть деньги!

Затем она объяснила, сколько у нее теперь денег и как они ей достались.

— Бек оставил тебе штуку баксов? — присвистнул ошеломленный Пит. — А ты считаешь его болваном, потому что…

— Умоляю, не начинай.

Питер на пару секунд уткнулся в телефон.

— Недалеко отсюда вьетнамский ресторан. Хочу суп фо-бо.

— Это же обычная лапша, чувак.

Глава двадцать первая

Несмотря на официальное приглашение к охотникам в отеле «Вестин», они вдвоем со Стюартом, забытые, торчали в холле. Чем дольше Бек ждал, тем больше начинал беситься. Когда стало совершенно очевидно, что в ближайшее время никто не собирается приглашать их внутрь, Стюарт уговорил прошедшую горничную раздобыть им два стула, отсыпал ей щедрые чаевые и невозмутимо уселся у стены.

— Сэр… — начал Бек, кипя от злости.

Шотландец показал ему на место рядом с собой.

— Не позволяй им вывести тебя из себя, сынок. Это все делается умышленно. Дадим им еще пять минут и после этого уйдем. А затем я поговорю с архиепископом.

Они уже встали, чтобы уйти, как показался один из охотников и жестом позвал их за собой. Номер показался Беку огромным. Справа он успел заметить кухню, слева — ванную, а перед ним открывалась большая гостиная. Там стоял конференц-стол на шесть персон.

Нос Бека щекотнул аромат свежемолотого кофе, и он вспомнил, что сегодня как раз не успел как следует им насладиться. Рядом с кофеваркой стояло блюдо с пончиками. Похоже, охотники предпочитали глазированные, да еще и с карамельной крошкой.

За столом расположились трое: капитан Элиас Сальватор, лейтенант Амундсен и черный священник. Потрясающий вид на Атланту с высоты птичьего полета открывался из огромного окна за их спинами. Сжимая в руках штурмовую винтовку, за городом внизу следил один молодой охотник.

Бдительные ребята, ничего не скажешь.

Капитан Сальватор поднялся с места.

— Великий Мастер Стюарт, прошу прощения за то, что заставили вас ждать. — Судя по его тону, ему самому все это было не по душе.

— Ничего страшного, капитан, — покладисто ответил Стюарт и сел на стул рядом с ним. Священник искоса поглядел на них и снова уткнулся в бумаги своим неприятным, колючим взглядом.

— Джентльмены, это отец Розетти и мой заместитель, лейтенант Амундсен, — представил капитан своих коллег, не догадываясь о том, что Стюарт уже все рассказал Беку.

Амундсен кивнул, а священник подчеркнуто не обращал на них внимания. Это здорово задело Бека. Себя он считал мелкой сошкой, но мастер Стюарт заслуживал уважения. Шотландец проигнорировал вызывающее поведение церковника, сделав вид, что ничего не заметил. Скрепя сердце Бек сел рядом с ним и оказался по правую руку от священника.

— Я замещаю мастера Харпера, — начал Стюарт. — Мы здесь, чтобы помочь вам всеми способами, какими только сможем.

Не поднимая на них глаз, священник раскрыл пухлую папку, набитую документами.

— Мы начали собственное расследование происшествия в Часовне, — начал он с сильным акцентом. — Если быть точнее, какую роль в этой трагедии сыграли Пол Блэкторн и его дочь.

Стюарт нахмурился, но ничего не сказал.

— Расскажите, что произошло в ту ночь.

Мастер начал свой доклад, и Бек услышал нарастающее напряжение в его голосе. Отец Розетти не перебивал его и делал какие-то записи на листке бумаги.

— Что за некромант воскресил ее отца? — спросил Священник.

Шотландец посмотрел на Бека.

— Мы этого пока не знаем, — ответил он. — Заклинатели не желают ничего сообщать.

Тот снова сделал какие-то пометки у себя в бумагах. Бек обратил внимание на то, что все вопросы задавал сам Розетти, в то время как Сальватор и его лейтенант безучастно наблюдали за ходом дела. Это значило только одно: на самом деле именно священник руководил операцией, а не молодой капитан.

Интересно, что об этом думает сам Сальватор.

— Вы уверены в том, что Святая вода, использованная на встрече Гильдии в тот день, не была поддельной? — поинтересовался Розетти.

Стюарт на секунду замешкался, затем утвердительно кивнул.

— Абсолютно.

— А я не знал, что в Гильдию теперь принимают женщин, — едко заметил священник.

— Это недавнее нововведение, — обтекаемо ответил Стюарт.

— Что это за девушка?

— Я не понимаю, что именно вы хотите знать.

— Ей вообще можно доверять?

— Конечно. — Было видно, что он задет этим вопросом. — Гильдия начала собственное расследование, и я держу архиепископа в курсе дела. Потребуется некоторое время, но мы рассчитываем найти источник поддельной воды.

— Сейчас это не имеет значения, — пренебрежительно ответил священник.

— Напротив, это крайне важно. Люди должны быть уверены, что Святая вода, которую они приобретают, способна защитить их дома. Если они узнают об обратном, весь город охватит паника.

Священник отложил ручку.

— Чем больше я разбираюсь в проблеме, тем больше в центре всех событий я замечаю одно и то же лицо: Райли Блэкторн. Кстати, у вас нет никаких доказательств подделки Святой воды, кроме ее слов.

— Это не так, — встрял Бек. — Она проверяла бутылки. Вода из некоторых не вступала в реакцию.

Розетти посмотрел на него, затем зашуршал страницами документов.

— Да, и для этой проверки она воспользовалась когтем демона, символом Ада.

— Да, и что? Почему бы и нет? Коготь остался от тройбана, которого она поймала. Кстати, сама.

Священник удивленно приподнял брови.

— Вы ни за что не убедите меня в том, что юная девушка в одиночку смогла поймать порождение Ада.

Что здесь вообще происходит? Они говорят только о Райли, а не о том, как остановить демонов.

Оказалось, что Стюарт подумал то же самое.

— Так в чем состоит ваша настоящая цель, святой отец?

Тот снова отложил ручку.

— Мы приехали сюда для того, чтобы взять под контроль ситуацию в городе. Мы не можем позволить Люциферу устроить здесь свой плацдарм. Чтобы этого не произошло, мы обнаружим каждого, кто выступал на стороне нашего врага, задержим и допросим. К ним относится и дочь Блэкторна.

— Так, секунду… — вскипел Бек.

— Спокойно, сынок, — остановил его Стюарт. — Почему вы так в ней заинтересованы?

— Обычно в таких ситуациях появляется так называемый посредник, человек, которого Ад использует для осуществления своих планов. Чаще всего это молодой, впечатлительный человек. В нашем случае на эту роль более всего подходит Райли Блэкторн с учетом того, что она находилась в Часовне в ночь нападения.

— Она не имеет к этому никакого отношения, — отрезал Стюарт.

— В любом случае нам придется поговорить с ней на этот счет.

— Только если ее Мастер даст свое согласие, — решительно возразил Стюарт, пытаясь подвести черту в их споре.

— Согласие Мастера Харпера не имеет для нас никакого значения. Мы допросим ее, так или иначе, — сказал священник с каменным лицом.

— Исключительно с разрешения Харпера, — уперся Стюарт. — Мы не бросаем своих людей на растерзание волкам.

Священник заметно напрягся.

— Вы препятствуете нашему расследованию, мастер Стюарт. Я направлю официальную письменную жалобу мэру… и в Национальную Гильдию тоже.

— Вы, наверное, не поняли меня, святой отец. Мы пришли сюда, чтобы предложить вам свою помощь, а не одного из коллег в качестве козла отпущения.

— Ваш протест принят во внимание, — буркнул священник и сердито зашуршал бумагами. — Нам нечего больше обсуждать.

Более грубого прощания Бек не слышал в своей жизни.

— Обратите свое внимание, — продолжил Стюарт, и в его голосе появились резкие нотки, — если в городе и происходит какое-либо движение, то вовсе не обязательно полагать, что это козни Дьявола, как вам хотелось бы думать.

Священник посмотрел на него ледяным взглядом.

— Ничего другого я от ловца и не ожидал. Не стоит, мастер Стюарт, мы-то знаем, за счет чего вы существуете и чему на самом деле преданы. И происшествие в Часовне — еще одно тому подтверждение.

— Это ложь, и вы сами прекрасно знаете, — возразил Стюарт. — Мы не позволим вам стереть город с лица земли просто ради того, чтобы отчитаться перед боссом.

Его противник весь ощетинился.

— Это большой грех, Мастер Стюарт, говорить такое о Его Святейшестве.

— Главное, чтобы вы сами не забывали этого.

Скупо кивнув капитану, Стюарт встал, чтобы уйти. Бек последовал за ним. Амундсен застыл у двери. Мастер спокойно прошел мимо, а Бека задиристый охотник сильно толкнул, так что тот ударился о дверной косяк. Бек вспылил, уже готовый нанести удар, но его остановила трость Стюарта, которую тот успел всунуть между мужчинами.

— Отставить, сынок!

Выругавшись, Бек был вынужден отступить, проклиная себя за то, что не сохранил самообладания.

Стюарт в упор посмотрел на злорадствующего Амундсена.

— В другой раз, охотник. Но имей в виду, этот раз непременно наступит, и я с удовольствием натравлю на тебя этого парня.

Кипя от бешенства, Бек готов был ударить все, что подвернется в коридоре под руку. Он пытался успокоиться, но злоба не проходила. Между ловцами и охотниками назревал решающий кровавый поединок, и теперь Бек не сомневался: он полезет в самую гущу драки.

Пока они ждали лифт, шотландец позвонил мастеру Райли и сообщил последние новости.

— Да. Я полностью согласен. — Он, хмурясь, выключил телефон.

— Сэр… — начал Бек. — Что будет с Райли? Харпер ведь не выдаст ее?

— Нет, он не позволит им так легко сделать задуманное.

Звякнул подъехавший лифт.

— Поехали ко мне. Настала пора тебе узнать, что здесь творится на самом деле.

* * *

Дожидаясь, пока Мастер выйдет из машины, Бек разглядывал его жилище. Дом оказался затейливым, с тремя этажами, раскрашенными в разные оттенки синего, а впереди даже была пристроена башенка. Хозяин отвел Бека в гостиную, которая сразу тому понравилась. Все здесь дышало уютом — и большой камин, и милые вязаные покрывала на спинках кресел.

Встав у большого шкафа со стеклянными дверцами, Стюарт придирчиво осмотрел его содержимое: огромное собрание бутылок спиртного. Насколько Бек мог понять, в основном это был всевозможный скотч.

— У тебя есть любимый сорт? — спросил его Мастер, оглянувшись через плечо.

— Нет, сэр. Мне приходилось пробовать не так уж много виски.

Рука Стюарта зависла над одной из бутылок, затем двинулась к соседней.

— В таком случае, Аберло Абунад. Сейчас тебе вряд ли придется по вкусу торф.

— Морф? — Он опешил.

— Торф. Он придает виски легкий привкус дымка. Со временем ты научишься разбираться во всем этом.

Мастер щедро плеснул из бутылки в стакан для виски, затем налил себе из какой-то другой бутылки.

— Присядь-ка, — сказал он, передав ему стакан.

Бек уютно устроился в кресле у камина, мастер сел в такое же напротив. Опасливо прищурившись, Бек понюхал содержимое стакана. А ведь, кажется, совсем неплохо.

—  Sláinte mhatht! [2]— Мастер поднял свой стакан.

Хотя Бек не знал, что сказал его наставник, он улыбнулся и вместе с ним поднял свой бокал. Напиток понравился ему с первого глотка, а это значило только одно: он так дорог, что Бек вряд ли когда-либо сможет себе его позволить.

— Ну как, я угадал? — спросил Стюарт, сделав большой неторопливый глоток из своего стакана.

Бек кивнул:

— Очень приятная штука.

Мастер закинул левую ногу на маленькую оттоманку, сделал еще один глоток и удовлетворенно почмокал, смакуя виски. Очевидно, он не торопился сразу раскрывать все карты перед гостем, хотя и пригласил его сам. Бек понял, что ему следует начать самому.

— Пол рассказывал мне, что ваша семья ловит демонов с незапамятных времен.

— Мы не были самыми первыми, но точно были лучшими в своем деле. И Блэкторны тоже, пока не переехали в Америку и не увлеклись чрезмерно зарабатыванием денег. Хорошо, что Пол вернулся к истокам.

— На это, наверное, понадобилось немало усилий? — предположил Бек, надеясь услышать побольше о своем первом учителе.

— Полу суждено было продолжить традицию Блэкторнов, но у него имелось собственное мнение на этот счет. В далеком прошлом его род отправлял отпрысков мужского пола в Шотландию, чтобы мы их обучали.

— Он об этом никогда не упоминал. — Но следовало признать, что Пол не сказал ему очень многого. — А что это за прозвище — Великий Мастер? Я никогда раньше его не слышал.

— В Европе это что-то вроде титула. Он означает, что я принадлежу к более опытным мастерам.

И наверняка что-то намного большее.

— Когда я только приехал сюда, наши отношения с Харпером не заладились, — признался Стюарт. — Лет десять назад он сам едва сдерживал натиск шайки ловцов. Эти ублюдки устроили в Атланте рэкетирскую сеть, вымогали деньги у простых людей. Если ты не платил им, они могли напустить на твой дом, например, Пиродемона, чтобы тот спалил все дотла.

— Что? — Бек чуть не поперхнулся. — Это же бесчеловечно, черт возьми!

— Именно. — Стюарт печально кивнул. — Один из тех мастеров решил убить Харпера: вот откуда у него этот страшный шрам. Пока он поправлялся, Национальная Гильдия поручила мне занять его место и разобраться с этими подонками.

— Вот как он оказался старшим Мастером? Благодаря тому, что вы одолели всех остальных?

— Частично поэтому. Но надо признать, он был не очень рад, когда я появился в Атланте. Он считал, что ему дали слишком мало времени, чтобы самостоятельно уладить ситуацию.

— А что теперь?

— Мы постепенно научились мирно сосуществовать, — ответил шотландец с печальной улыбкой. — Я попытался завербовать Пола, когда только приехал, но он дал мне от ворот поворот. Но потом, лишившись работы, согласился меня выслушать.

Мастер медленно встал из кресла и наполнил свой стакан.

— Налить тебе еще?

— Пока нет, спасибо. — Похоже, ему ни за что не угнаться за Стюартом. Тот закупорил бутылку одним точным ударом ладони и вернулся к своему месту у камина.

— Давным-давно со всеми демонами разбиралась сама церковь. Священники успешно изгоняли их. Но потом некоторые начали охотиться на них просто забавы ради. Епископы стали поощрять подобное занятие — в трудные времена церкви могла понадобиться грубая сила, а ловля демонов давала хорошую подготовку.

Он прервался, чтобы отпить виски.

— Шли годы. Охотники стали известны как безжалостные головорезы, не щадящие никого на своем пути. И тут между одним из моих предков, Малкольмом Стюартом, и местным охотником произошел какой-то спор из-за земли. Тогда охотник решил донести на Малкольма и членов его семьи. Он обвинил их в связи с Дьяволом, и местный епископ поручил ему вершить божественное правосудие.

— Правосудие? Но как? — изумился Бек. Вряд ли дело имело отношение к религии: испокон веков шотландцы предпочитали решать споры с помощью клинка.

— Спустя некоторое время в дом Малкольма ворвалась шайка охотников и перебила всех до единого, не пощадив даже детей. Самого Малкольма они сожгли на костре, обвинив в колдовстве.

— Боже мой. — Бек похолодел, к его горлу подкатил ком.

— Так все и было. Но сын Малкольма, Эван, к счастью, в это время был в Эдинбурге. Поняв, что следующим на костер поведут его самого, он предложил гениальный по простоте план: велел всем уцелевшим родственникам поймать демонов и как можно скорее доставить их знакомым священникам.

— Хитро, — согласился Бек. — Стюарты не смогли бы ловить демонов, если бы работали на Люцифера.

Стюарт утвердительно кивнул:

— Все отлично сработало. Старый Эван оказался проницательным парнем. За каждого пойманного демона он платил кое-какие деньги. Слухи об этом быстро распространились в народе. Лучше уж получить плату за своего демона, чем позволить охотникам сравнять твой дом с землей.

Бек ухмыльнулся.

— Изящно исполнено.

— Именно. И так ловцы становились все популярнее с каждым днем. В нашей семье всегда были ловцы, даже несмотря на то, что некоторые стали протестантами.

Бек вспомнил начало истории.

— А что было с тем охотником, возглавлявшим рейд на дом Малкольма?

Хозяин дома осклабился в волчьей улыбке.

— Исчез спустя несколько дней. Позже его нашли в вересковых пустошах. Его приспешники с трудом собрали фрагменты того, что можно было похоронить.

— Справедливо, — признал Бек. Пытаясь осознать услышанное, он сделал глоток виски и задумался. Вряд ли Стюарт стал бы рассказывать ему все это, если бы из него не планировали сделать Мастера. В груди у него затеплилось доселе неизведанное чувство гордости.

— Вот почему охотники нас недолюбливают, — подытожил шотландец. — И за более чем восемь веков ничего не изменилось. Если быть точным, все стало даже хуже с тех пор, как они угодили под начало Ватикана.

У Бека зазвонил мобильник. Рассердившись, что им помешали, он выругался и ответил:

— Да?

— Это Жюстина, — произнес приятный голос.

Он не смог спрятать улыбки.

— Как продвигаются дела?

— Отлично, большое спасибо. Мы можем встретиться сегодня вечером?

Он посмотрел на Стюарта.

— Я сейчас немного занят.

— Я собираюсь закончить статью, но у меня осталось несколько вопросов.

Скрепя сердце он согласился на встречу. Радостно щебеча, Жюстина назначила время и место.

После того как Бек повесил трубку, шотландец пристально посмотрел на него.

— Еще виски?

— Да. Думаю, мне это не помешает.

Глава двадцать вторая

Райли открыл дверь один из младших братьев Саймона, но она не могла сказать точно, кто именно. У него были такие же светлые волосы и небесно-голубые глаза, как и у остальных Адлеров. Мальчик сказал, что хмырьопять сидит в своей берлоге и из-за него никто не может смотреть телевизор.

— Его навещал кто-нибудь из ловцов? — спросила она. Может, кому-нибудь другому удалось достучаться до него и вернуть к действительности.

— Пара человек. Ты как раз разминулась с одним парнем, но вряд ли он из ловцов.

— Кто это был? — полюбопытствовала Райли.

Мальчик пожал плечами.

— Не знаю, он и в госпитале к нему приходил. Он мне не нравится — после его визитов Саймон совсем замыкается в себе.

— Как он выглядит?

Тот опять пожал плечами. Может быть, это был МакГваер. Тот кого угодно заставит замкнуться в себе.

— Значит, Саймон все еще не пришел в себя?

Мальчик угрюмо покачал головой.

— Ну, пора всерьез взяться за него.

— Удачи, — буркнул его братец и скрылся на кухне, загремев холодильником.

Райли мимоходом взглянула на себя в зеркало. Она провозилась с прической и макияжем дольше обычного и надела самый милый свитер, что у нее был: светло-голубого цвета, выгодно подчеркивавший фигуру. На пороге комнаты она застыла в нерешительности.

Пожалуйста, пусть ему будет лучше.

Она была готова на все, лишь бы снова увидеть его солнечную улыбку и почувствовать, что между ними все так же хорошо, как и раньше.

Через отдернутые занавески в комнату проникал свет. Увидев Райли, ее парень сурово нахмурился. У него на коленях лежала Библия с бумажными закладками, на столе — четки, нетронутый сэндвич и банка газировки. Ярко-красный вязаный плед — наверное, работа мамы — окутывал ноги Саймона и спускался на пол пышной бахромой.

— Привет, Саймон! — как можно непринужденнее сказала Райли. — Я привезла вкусное печенье, надеюсь, тебе понравится.

Она положила сверток на диван рядом с ним. Тот даже не взглянул на угощение. В его глазах зажглись злобные огоньки.

— Что вообще происходит? — резко начал он. — Никто мне ничего не рассказывает. Я хочу знать, что предприняли в Гильдии.

И никаких «как твои дела, я соскучился». Райли смирилась и покорно начала выкладывать последние новости:

— Мы с Беком оформили документы на выплату страховки семьям погибших. Харпер понемногу поправляется. Он спрашивал, когда ты вернешься к работе. Да, и сегодня приехали охотники. В центре города невозможно было проехать из-за них.

Она тоже приехала туда из любопытства. Саймон не дал ей закончить.

— Я спрашивал не об этом, — грубо перебил он. — Я хочу знать, как демонам удалось разрушить защиту Святой воды и что по этому поводу предпринимает Гильдия.

Снова о том же.Она уже пыталась ему все объяснить, но он не послушал. Попробуем еще раз.

— Отец Гаррисон сказал, что их было слишком много и сила зла разрушила преграду. Такое случается.

— Мне он тоже это говорил, но я не купился.

Он не верит своему священнику?

— Ты же сам видел, они продолжали нападать до тех пор, пока защита не разрушилась.

— Я не видел этого. Я видел, как они стаей накинулись на нас. Как убивали и…

Его руки задрожали, и он посмотрел на Библию.

Райли прекрасно понимала, что он сейчас чувствует. Неужели у него тоже случались панические атаки? Их взгляды встретились. В глазах Саймона не осталось ничего от прежней нежности.

— Почему пятак пришел именно за тобой? — тихо спросил он.

К этому моменту Саймон уже был без сознания и не мог этого видеть. Кто тебе сказал, что он пришел за мной?

— Не знаю, — призналась она. — Это тот же самый демон, который убил моего папу и устроил погром в библиотеке. Может, у него какой-нибудь пунктик на Блэкторнах?

Последовала долгая неприятная пауза. Саймон нервно заерзал на месте, его щеки отчего-то залились краской. Он наклонился и поднял с пола небольшую бутылку воды, но пить из нее не стал. А затем заговорил голосом, полным желчи и подозрения:

— Люцифер послал за тобой своих приспешников. Что же ты натворила, Райли?

— Что? — опешив, выдохнула она. — Я ничего не делала.

Кроме того, что спасла твою жизнь.

— Ты лжешь. У обитателей Преисподней есть какие-то виды на тебя. С чего еще твоему отцу появляться в Часовне?

— Опомнись, что ты такое говоришь? Мой отец никогда не свяжется с демонами.

— Его воскресили при помощи темной магии. Этого ты не можешь отрицать. Некогда он занимался исследованиями Святой воды. Зачем? Может быть, он искал способы преодолеть ее силу и рассказал об этом своему повелителю? А тебе он объяснил, как это делается?

Райли в ужасе смотрела на него, пораженная, что от слов Саймона может исходить такой яд.

— Ты что, пытаешься обвинить моего отца в убийстве ловцов? Как у тебя вообще язык повернулся? — Она стала хватать ртом воздух. — Я даже не знаю, выбрался ли он из того пожара.

Саймон презрительно ухмыльнулся:

— Какое это имеет значение? Он мертв, или ты забыла?

Райли с укором посмотрела на него.

— Да что с тобой случилось? Ты раньше не был таким. Ты сочувствовал людям. А теперь ты просто… ожесточился.

— Теперь я вижу скрытую суть вещей. Например, твою. — Он перехватил бутылку поудобнее. — Если ты продала душу Дьяволу, просто признай это.

Продала свою душу?

Райли угрожающе показала на него пальцем:

— Знаешь что, я, конечно, могу простить тебе многое, но ты хоть понимаешь, что говоришь? Ты ведешь себя как параноик.

— Он предупреждал, что ты это скажешь.

— Кто с тобой разговаривал? МакГваер?

— Это неважно. Я никак не могу выбросить из головы те слова, что ты сказала перед собранием в Часовне.

— А что я сказала? — Она не помнила ничего, кроме поцелуев.

— Ты сказала, что все это часть твоего коварного плана. Сейчас я понимаю, что твои слова были правдой. Люцифер решил уничтожить ловцов изнутри, используя вас с твоим отцом как свое орудие.

В ту ночь она пошутила, и неудачно: у нее не было никаких других планов, кроме как закрутить роман с этим парнем. Теперь он топтал ее сердце, растирая его в мелкий порошок.

Райли забрала сверток с печеньем.

— Я лучше заберу это — мало ли, вдруг тебе приспичит изгонять из него демонов или еще чего. Когда надумаешь снова стать нормальным человеком, звони.

Он обреченно покачал головой.

— Этого человека больше нет. Я прозрел и теперь понимаю, что нам предстоит страшная битва. А ты продала свою душу Дьяволу или… — Он сделал прерывистый вдох. — Я должен знать правду.

Спустя мгновение он окатил ее водой из бутылки. Вне себя, Райли вскочила на ноги как ужаленная. С ее лица, груди и рук стекали потоки воды, которая слегка покалывала — и ей было хорошо знакомо это ощущение.

— Это же Святая вода!

Саймон только что проверил, не является ли его девушка демоном. На его лице отразилось огромное разочарование: он понял, что перешел черту, за которую не было возврата, но не желал признать свою ошибку.

— Нам не стоит больше видеться. Я не могу быть с той, кому не доверяю.

— Что?

Он бросает меня? Он не может этого сделать. Я же спасла ему жизнь.Может, стоит рассказать ему о договоре, который она заключила с Мартой? Он все равно не поверит ни единому слову.

— Оставь меня в покое, — приказал Саймон. — И больше не приходи сюда. Ты уже не та девушка, которую я любил.

У Райли хлынули слезы из глаз, и она даже не попыталась вытирать их — соленая вода смешалась со Святой водой на ее щеках. Выронив печенье на пол, она бросилась вон из дома.

Той злосчастной ночью демоны разрушили не только Часовню, но и ее будущее с любимым человеком.

* * *

Бек пил уже вторую чашку кофе, пытаясь перебить привкус скотча во рту. До встречи с Жюстиной оставался час, а он еще не задал старому Мастеру главный вопрос — вопрос, мучивший его после встречи с охотниками.

— Что имел в виду священник? Кто оберегает нам подобных?

Стюарт помолчал пару мгновений, затем кивнул сам себе, приняв какое-то непростое решение.

— Лучше будет, если ты узнаешь. — Он снова отхлебнул виски. — Опять история. Извини. — И он сделал еще один глоток, словно собираясь с духом перед тем, как сделать какое-то неприятное заявление. — Часть ангелов была недовольна тем, что Бог создал людей, они считали их конкурентами в борьбе за его божественную любовь. Люцифер и другие отказались преклонить колени перед жалкими смертными созданиями.

Бек кивнул, ожидая продолжения.

— Бог не мог позволить бросать себе вызов и изгнал Люцифера и всех Посвященных, выступивших против людей. Говорят, что их было не меньше трети. Может быть, сотня, а может быть, и миллион.

Бек присвистнул:

— Многовато выходит проклятых ангелов.

— Согласен. Так вот, Бог сказал Люциферу: «Если ты считаешь их недостойными, тогда испытай их ради меня, и мы отделим зерна от плевел. Найди тех, чья вера в меня непоколебима». И так Люцифер стал Искусителем. Обязанность Принца Тьмы — подвергать испытанию человеческую любовь к Богу. Чем-то смахивает на обвинителя в суде.

Бек тяжело вздохнул. Наверное, все дело в виски. Стюарт не мог искренне полагать, что Люцифер способен на честную игру.

— Но он же Дьявол, тот самый, воплощенное зло.

— Тут ты ошибаешься, — сказал Стюарт. — Имей в виду, что Дьявол существует, и да, он — зло, но все же Люцифер во власти Бога, так или иначе.

Бек уткнулся в чашку кофе, пытаясь переварить услышанное. Все было так запутано, что у него закружилась голова, хуже, чем от виски.

— Тогда что хотел сказать священник?

Снова последовало долгое молчание. Стюарт задумчиво разглядывал огонь.

— Что ж, ты теперь преемник Стюартов, и мы почти как семья. Но учти, даже Харпер не знает этого, и лучше не знать и всем остальным.

— Знать что? — спросил Бек, начиная уставать от недомолвок. Узнает он наконец правду или нет?

— В ту ночь нам бы не позволили погибнуть.

— Да ладно, — сухо возразил Бек.

— Все это — часть большой игры, сохраняющей равновесие во Вселенной. Ад совершает что-то, и Рай тут же отплачивает ему тем же. И так длится вечность. Главная задача — не перегнуть палку, иначе начнется война и всему наступит конец.

— Но…

Стюарт жестом заставил его замолчать.

— Никому не нужен конец света. Обе стороны понимают, что баланс будет безвозвратно нарушен. Некоторые Архангелы и некоторые из Падших ангелов жаждут схватки, и сейчас ситуация обострилась. Особенно в Аду.

Бек растерянно провел рукой по волосам.

— Я, конечно, уважаю вас и все прочее, но я никогда не поверю в то, что слуги Ада не пытались перебить нас всех.

Стюарт посмотрел на него мрачным, тяжелым взглядом.

— Как ты думаешь, где созвали ангелов, которые спасли нас в ту ночь?

Идиотский вопрос.

— Конечно же в Раю. Кому еще понадобится вызволять каких-то жалких людишек?

— Нет, сынок, — печально сказал Стюарт, и его голос понизился до шепота. — Тех воинов света отправил к нам сам Люцифер.

— Вы что, шутите?

— Нет. Клянусь тебе своим именем.

Старик говорит серьезно. Он действительно уверен в том, что из Ада пришли спасать наши задницы.

И тут Бека осенило.

Если это были ангелы Люцифера, то кто тогда натравил на нас демонов?

Глава двадцать третья

Ведомая каким-то внутренним автопилотом, Райли добралась до церкви. Припарковав машину, она выключила двигатель, шумно высморкалась и поглядела на себя в зеркало заднего вида. Тушь для глаз потекла, оставив черные потеки на щеках. Райли отпустила самой себе едкое замечание и стала приводить лицо в порядок с помощью бумажной салфетки. Хотя она не собиралась больше надевать этот злополучный голубой свитер — он только лишний раз будет напоминать ей о нем, — но все равно расстроилась, что следы макияжа могут не отстираться.

— Какая же я была дура!

Райли уже строила планы на их совместное будущее, представляла себе свадьбу и прикидывала, сколько у них будет детей. Вышло так, что она позволила себе влюбиться в параноика, способного поставить на ней жирную точку в виде душа из Святой воды.

— Лицемерный святоша. Как ты мог так поступить со мной? — всхлипнула она.

Раньше она чувствовала его заботу и внимание и никогда в нем не сомневалась. Как мало ему потребовалось для того, чтобы отбросить все свои чувства прочь, будто для него она ничего не значила.

Она вошла в комнату и медленно села за стол, уставившись в пустоту. Нужно было как-то жить дальше. Как только Ори разберется с пятаком, ей не понадобится все время торчать в церкви, но вряд ли многое изменится. Ей уже не найти парня, понимающего дело всей ее жизни: чем и ради чего она занимается. Бек, как оказалось, не солгал: за право спасать мир от зла ловцам следовало платить огромную цену. Для Райли, похоже, расплата уже началась.

В центре стола в стакане стояло две розы: первую она нашла на дверце машины, а вторую Ори подарил ей прошлым вечером. Райли потянулась к цветам и вдохнула их нежный аромат. Он еще оставался свежим, приятным и будто успокаивал ее.

Она закрыла глаза и попыталась вспомнить, каким милым был Саймон до своей травмы. Это не составило никакого труда, но причинило ей ужасную боль.

Неожиданно загорелся экран мобильника. Если это был мистер Святой Угодник и он собирался извиниться, то ему несдобровать…

Это оказался Бек.

— Да, чего еще? — прорычала она в трубку.

— Мне только что звонил Саймон. Похоже, у него совсем крыша поехала: говорит, что ты перешла на сторону Ада. Что у вас вообще там творится?

О нет, только не это.Как же ей не хотелось, чтобы Бек узнал об их с Саймоном разрыве.

Тот даже не стал дожидаться ее ответа.

— В общем, слушай сюда, девочка моя. Я уже и так тащу на себе слишком много, и ваши розовые сопли мне совершенно ни к чему.

Розовые сопли?

— Спасибо огромное за поддержку.

— Я не собираюсь сражаться с тараканами в башке у твоего ненормального парня. Держись от него подальше, поняла?

Интересно, и как я это буду делать? Мы учимся у одного Мастера.

И, словно чтобы добить ее, Бек вставил свою любимую фразу:

— Подумай, может быть, настало время позвонить тетушке?

Райли выключила мобильник и швырнула его подальше. К счастью, Бек не рискнул перезванивать.

* * *

Она удалилась в ванную и рыдала там так горько, будто стояла над гробом Саймона, а не просто с ним разошлась. Затем ее начали одолевать дурацкие, навязчивые подозрения, назойливые и утомительные, как кошмарные сны.

Может быть, я сама во всем виновата?Возможно, стоило повести себя по-другому и тогда…

— Прекрати! — отчаянно крикнула она своему отражению в зеркале. — Ты ни в чем не виновата. Ты же сделала все правильно и спасла ему жизнь.

И все равно потеряла его навсегда.

Райли с трудом добралась до постели и рухнула в нее, шмыгая опухшим носом. Страшные слова Саймона разъедали ее сердце, как кислота. Как он мог так быстро отвернуться от нее?

Тут зазвонил мобильник и, вибрируя, пополз по столу, врезавшись в стакан с цветами. Она не стала отвечать. Спустя несколько минут телефон запищал снова. Райли отвернулась к стене, понимая, что сейчас не способна ни с кем разговаривать, потому что тут же расплачется. Пришло сообщение. Затем еще одно.

Вдруг произошло что-нибудь важное? Вдруг что-нибудь стряслось с Беком?

Это оказался Пит. Он написал ей: «Срочно позвони мне! Мне необходимо с кем-нибудь поговорить!»

Выглядело серьезно, поэтому она сдалась и набрала его номер.

— Питер? Что случилось?

— Подожди.

Раздались шаги и скрип двери.

— Так, я вышел. — Он разговаривал хрипло, будто только что плакал, как и она.

Питер раньше никогда так себя не вел, и Райли не на шутку испугалась.

— Что такое? — снова спросила она.

— Я наконец решился и сказал маме, что не поеду с ней и вампирами в Иллинойс.

Райли вжалась в кровать, предчувствуя недоброе.

— Она окончательно дошла до ручки. Сначала у нее случилась истерика. Потом она обвинила папу в том, что он промыл нам с Дэвидом мозги. Они чуть не подрались. Здесь творился полный ад.

— Да, жуть.

— Точно. Знаешь, я уже сомневаюсь: может быть, не стоило так поступать? Надо было ехать с ней и…

Похоже, он действительно запутался.

— А как ты сам считаешь, где твое место? — спросила она.

Он надолго задумался.

— С папой. Все намного спокойнее, когда мы вместе.

— Тогда ты принял верное решение. Мама должна самостоятельно разобраться со своими фобиями, и ты, к сожалению, ничем не можешь ей помочь.

— То же самое сказал папа. Он хочет, чтобы я остался, и говорит, что мне уже настала пора учиться на собственных ошибках.

— Если у нас с тобой действительно есть хоть что-то общее, гарантирую: они будут просто выдающиеся.

Он тяжело вздохнул.

— Вообще-то здесь надо было сказать, что все будет хорошо.

— Извини, сейчас я на это не способна. Только не с Саймоном… — На этот раз они оба вздохнули одновременно. — Мы сегодня расстались.

— Но ведь между вами все казалось таким безоблачным…

— Так и было, пока он не сошел с ума. — И Райли рассказала ему все подробности, включая обвинение в сотрудничестве с Дьяволом.

— Ого, — только и вымолвил Питер. — Слушай, может, нам что-нибудь в воду подмешивают? Сначала мама свихнулась, теперь твой парень…

— Иногда кажется, что мы с тобой — единственные адекватные люди.

— А я всегда так считал, — поддержал он. — Не волнуйся, настанет день, и ты встретишь по-настоящему классного парня.

У нее в голове возник образ Ори, но она тут же от него отмахнулась. Две розы, пусть даже такие прекрасные, не способны залечить ее разбитое сердце.

— Держись там, хорошо? — подбодрила она друга. — Когда твоя мама побудет у родных, ей наверняка станет легче. Ей помогут, и может быть, все наладится.

— Папа надеется на это. Позвони мне утром, ладно? За мамой приедет дядя, и я буду помогать собирать вещи. Нужно как-то отвлечься от чувства вины, которое она стремится во мне культивировать.

— Позвоню. Не сомневайся, ты сделал все правильно.

— Тогда почему мне так плохо? — прошептал он.

* * *

Открыв входную дверь в «Армагеддон Лаунж», Бек привычно оценил взглядом обстановку и прошел к бару. Лучше разговаривать с журналисткой на своей территории. В качестве знака перемирия он с грохотом поставил на стойку подарок: пятилитровую канистру Святой воды.

— Это то, что я думаю? — поинтересовался Зак, вытирая руки полотенцем.

— Ага. Нарисуй ею черту перед входной дверью, и никакая дрянь сюда не пройдет. Если понадобится, я могу принести еще.

Бек не любил лишних расходов, но ему не хотелось, чтобы его выжили из любимого бара. Только не теперь.

Зак кивнул, принимая подарок.

— Ну что, «Шайнер Бок»?

— Газировки, — ответил Бек и, заметив, что собеседник удивленно приподнял бровь, пояснил: — Напился виски и не хочу заливать его пивом.

— Если ты станешь трезвенником, наш бар разорится.

— Ха-ха! — Поджидая напиток, Бек вальяжно оперся о барную стойку. — А что твой босс говорил насчет той ночи?

— Ругался, как сапожник. Хотел запретить вход для ловцов.

— Я не виноват, что вас решили навестить адские отродья. Может быть, стоит подумать о смене названия, как считаешь?

— Я уже ему говорил. А вот это очень кстати. — Зак постучал по канистре. — Поможет его успокоить.

Бек расплатился и сел за стол. Его манили незанятые столы для бильярда, но он держал себя в руках. Парочка завсегдатаев приветливо кивнула ему из глубины зала, и он ответил кивком. Кажется, никто не держит на него зла. А вот что произошло с ним самим во время нападения четвертаков, Бек еще не до конца разобрался. Следовало бы поговорить об этом со Стюартом, когда уляжется вся кутерьма с охотниками. Может быть, удастся поймать этих тварей.

Он сидел и с задумчивым видом потягивал ледяную газировку. Конечно, он безмерно уважал шотландца, но заявление о том, что из Ада пришли спасать их жизни, звучало слишком смело даже для него. Стюарт заметил, что развязка всей истории наступит еще нескоро. Это означало, что у него нет никаких догадок по поводу того, кто натравил на них демонов.

Это должен быть Ад, и никак иначе. Наверное, старик ударился головой сильнее, чем мы думали.

По крайней мере, хотя бы закончилась любовная тягомотина между Райли и Саймоном. Если бы Беку удалось уговорить девушку съездить к тетке, может, в ее отсутствие Саймон разобрался бы со своей дурной головой. Бек даже не надеялся, что они помирятся, — Блэкторны не прощали оскорблений.

Он помнил, каково это, — однажды его так же бросила Луиза, а теперь он взял и повел себя холодно с Райли, хотя она переживала нечто похожее.

Прости, девочка.

Если бы он мог уговорить ее хотя бы ненадолго съездить к тете, может быть, Саймон и разобрался бы с бардаком в своей голове. Хотя это вовсе не значит, что после всего произошедшего Райли вернется к нему: уж если ты однажды отшил Блэкторна, считай, это навсегда. Саймону так повезло, а он умудрился потерять, возможно, лучшую девушку, которую встретил за всю свою убогую жизнь.

— Вот же идиот, — сжав зубы, пробурчал Бек. — Я бы никогда такого не сделал.

Будто у тебя когда-нибудь была возможность, чувак.

Двери в бар распахнулись, и его мысли о Райли улетучились сами собой.

— Ну ничего себе, — пробормотал он и расплылся в улыбке, будто кот, увидевший сметану.

Жюстина обвела взглядом зал, заметила Бека и улыбнулась, как ему показалось, вполне искренне. Все пожирали ее глазами, пока она уверенно шагала к его столику. И это было неудивительно: узкие джинсы подчеркивали ее длинные ноги, а тонкий кремовый свитер обтягивал аппетитную грудь. Образ довершали высокие черные сапоги и длинный кожаный черный плащ, призывно распахивающийся при каждом ее шаге.

Просто пальчики оближешь.

Он поднялся ей навстречу.

— Жюстина.

— Добрый вечер, Бек, — сказала она.

Вспомнив о хороших манерах, он помог девушке снять плащ, по пути оценив ее «задний вид», и остался весьма доволен. Повесив плащ на спинку стула, Жюстина проскользнула на место.

Бек понял, что надо бы угостить даму.

— Чего бы вам хотелось?

— Что-нибудь фруктовое, — попросила она. — С алкоголем.

Он не совсем представлял, что это может быть, но тем не менее поплелся к стойке.

— А что это за красотка? — шепотом спросил Зак, чтобы она не услышала.

— Знакомая журналистка.

— Как славно, — протянул он, поколдовал с напитками и, водрузив ломтик апельсина на край высокого бокала, подал ему. Бек расплатился, угрюмо отметив про себя, что чем больше в коктейле фруктов, тем дороже он стоит.

Когда он вернулся, Жюстина одарила его улыбкой, способной сбить с ног любого среднестатистического мужчину.

— Спасибо. — Она пригубила напиток, одобрительно кивнула и положила на стол блокнот, ручку и диктофон. Эти пыточные средства быстро вернули Бека к реальности.

— Что еще вы желаете знать?

— Я поговорила с другими ловцами. Правда ли, что вы оставались в Часовне дольше остальных и пытались спасти людей?

Бек почувствовал неприятное покалывание мурашек на лопатках.

— Я бы так не сказал.

Не стоит пытаться выглядеть лучше, чем ты есть на самом деле.

— Я просто делал то, что должен был делать.

— Вас можно назвать героем.

Он нахмурился.

— Нет. Не нужно, — возразил он грубее, чем сам ожидал. — Я знаю, как ведут себя настоящие герои. Я прошел с ними войну и точно знаю: я не такой.

Жюстина примирительно склонила голову.

— Хорошо, я не стану называть вас так в своей статье.

— Спасибо. — Он расслабился. — Прошу прощения, просто это не совсем приятная для меня тема.

— Я все понимаю. — Она отпила коктейль. — Как вы думаете, почему демоны ведут себя таким странным образом?

— Может быть, Люцифер решил найти наше слабое место. Он периодически пытается это сделать.

Это предположение казалось ему более вероятным, чем странные рассуждения Стюарта о равновесии между Раем и Адом.

— Вы уже встретились с охотниками. Можете описать свои впечатления?

Бек снова напрягся, почувствовав подвох.

— Они настоящие профессионалы, — обтекаемо ответил он.

— И это все? — надавила она и улыбнулась, почувствовав, что Бек смутился.

— Угу.

— Они обладают поистине впечатляющим послужным списком.

— И оставляют горы трупов на своем пути, — выпалил он и прикусил язык.

— А можно мне вас процитировать? — поинтересовалась она, занеся ручку над блокнотом.

Деваться уже было некуда, и Бек словно нырнул в ледяную прорубь:

— Давайте.

Жюстина задумчиво потянула напиток через соломинку. Бек почувствовал, что уже неприкрыто разглядывает ее губы и начинает переходить все границы.

А почему бы и не спросить?

— Я не могу понять, что у вас за акцент. Откуда вы?

— Родилась в Италии, жила в Ирландии, Франции и затем в Америке. Пришлось объездить весь мир. Мои ирландские друзья говорят, что я похожа на американку, а американские — что я еще сама не определилась, на кого мне быть похожей. — Она обворожительно улыбнулась. — А вы?

— Просто парень из Джорджии. Приходилось бывать на Ближнем Востоке, и все.

— Зато вы хотя бы знаете, кто вы такой. — Она заглянула в блокнот и продолжила: — Дочь мастера Блэкторна стала ловцом. Как относятся остальные к тому, что в Гильдию пришла девушка?

Так себе.Бек сам служил в армии вместе с женщинами и знал, что они могут постоять за себя не хуже мужчин. Он не видел ничего предосудительного в том, что девушка захотела стать ловцом. Проблема была только в том, что это Райли.

— Вполне нормально, — солгал он.

Жюстина изучающе посмотрела на него.

— Вы серьезно подумали, прежде чем ответить.

— Она еще совсем молода, и мне бы не хотелось, чтобы она пострадала. — Тут он не солгал.

— Вы что… — И журналистка многозначительно подняла бровь.

Да ты проныра, девочка.

— Нет, между нами исключено что-либо, кроме дружбы. Она еще совсем молодая.

— Значит, вы любите женщин… постарше? — вкрадчиво спросила она.

За столом воцарилась едва уловимая атмосфера флирта, и Бек с трудом поверил сам себе. Видимо, он зря так недооценил себя в самом начале.

— Я люблю женщин, которые знают, что делают.

Жюстина погладила стакан таким движением, что у Бека помутилось в голове.

— Вы сейчас проглядите во мне дырку, — заметила она, улыбнувшись одними уголками рта.

— Я просто любуюсь видом, — ответил он.

— Я тоже. И обычно я такого не говорю.

Он с огромным усилием вернул свои мысли в деловое русло.

— Не могли бы вы рассказать мне, что планируют охотники? — Когда она опешила, он слегка поднажал: — Ну же, ведь я отвечал на все ваши вопросы.

— Это верно, — признала она и выключила диктофон. Встретив ее взгляд, Бек понимающе кивнул. Такое не следовало записывать. — Они решили исследовать наиболее обжитые демонами районы.

— Тогда это будет Демон Централ. Там кишат Гастродемоны.

— А где это находится?

— Место называется Файв-Пойнтс. Там множество дыр в асфальте и заброшенных домов. Можно устраивать норы, тройбанам это нравится. — Он наклонился ближе к Жюстине, отодвинув в сторону свой стакан. — А что они планируют делать потом?

— Узнав типы местных демонов и места их расположения, они зачистят территорию.

— А если поблизости будут мирные жители?

Она пожала плечами.

— Конечно, они попытаются минимизировать потери, но иногда это просто невозможно.

— А что это за отец Розетти? — спросил Бек. — Все римские священники такие зануды?

Она подняла рыжую бровь.

— Раньше отец Розетти был экзорцистом в Ватикане. И нет, остальные священники не настолько ревностно относятся к своим обязанностям. Все выглядит как-то странно: он никогда раньше не выезжал с охотниками, а оставался в Риме.

— Как он в таком случае оказался в Атланте? — удивился Бек.

— Я задавала тот же вопрос, но мне ничего не ответили.

Двери в бар распахнулись, и вошли четверо парней. Они легко переступили черту, проведенную Святой водой: значит, не демоны. Судя по тому, как эти ребята шумно передвигались, они уже сильно напились. Бек озабоченно нахмурился: парни были не местные и не знали, что связываться с ним не стоит. Это могло плохо кончиться — ведь с ним сидела самая красивая девушка в баре. Во всяком случае, для них четверых.

Он переглянулся с Жюстиной.

— Думаю, нам пора!

Она безропотно собрала вещи и последовала за ним. Кто-то из пришедших парней окликнул ее, когда они уже шли к дверям.

— Детка, куда же ты уходишь? Брось, иди сюда. Я куплю тебе пива.

Жюстина не оглянулась, и они с Беком вышли на улицу. Подойдя к машине, Бек зашвырнул свою сумку на заднее сиденье.

— Нам пришлось ретироваться, я прошу прощения за такую спешку, — сказал он, не сводя глаз с дверей бара. Квартет вел себя тихо: похоже, желание накачаться спиртным пересилило поиск приключений.

— Ничего, я уже привыкла, — успокоила его Жюстина и провела пальцем по термонаклейкам на кузове машины. — А что они значат?

— Ловец получает такую каждый раз, как поймает тройбана.

Она пересчитала их.

— Ого, впечатляет. В Аду должны вас ненавидеть.

Бек хохотнул:

— Есть за что. Вас куда-нибудь подвезти?

Жюстина повернулась к нему, так что Бек почувствовал аромат ее духов — что-то нежно-цветочное. И тут девушка подалась вперед и поцеловала его. У него кровь закипела в жилах: он уже предвкушал, к чему это может привести.

А почему бы и нет?Все последние дни он только и делал, что кудахтал над Райли и работал как вол, чтобы привезти ей денег. И в ответ ему причинили только боль.

Я же могу хоть немного отдохнуть!

— Мне кажется, — начала Жюстина, запустив пальцы в его волосы, — мы могли бы побеседовать о чем-нибудь еще, помимо… демонов.

Бека не надо было уговаривать: он крепко обнял ее и прижал к себе. На ощупь она оказалась еще приятнее, чем на вид.

— Я согласен, если подробности нашей беседыне войдут в интервью.

— Ни в коем случае, — промурлыкала она, заглянув ему в глаза.

Глава двадцать четвертая

Если мама твоего бывшего будит тебя звонком в семь утра, это плохой знак. Даже будучи совершенно разбитой, Райли не смогла отказать миссис Адлер, когда та попросила ее встретиться после утренней мессы. Вместо того чтобы просто обойти церковь кругом и перехватить ее после службы, Райли усложнила себе задачу и перенесла встречу в «Граунд Зиро». Ей хотелось нормально поесть, к тому же глупо было бы, стоя на крыльце церкви, рассказывать миссис Адлер о том, что ее сын стал религиозным фанатиком.

Заказав рогалик с семгой и плавленым сыром, Райли забилась за стол и позавтракала безо всякого энтузиазма. Еда теперь казалась ей безвкусной, как опилки, она даже не рискнула заказать свой любимый горячий шоколад: сейчас он напомнил бы ей о Саймоне. Например, тот вечер, когда он предложил ей встречаться. Райли закрыла глаза и попыталась избавиться от воспоминаний, но безуспешно: в голове так и звучал его голос. На мгновение она даже почувствовала его прикосновение на своей руке. Как же хорошо, когда о тебе заботятся.

— Райли?

Оказывается, миссис Адлер уже стояла рядом с ней. Эффектное фиолетовое платье с пиджаком и шляпкой в тон не могли отвлечь внимания от черных кругов вокруг ее усталых печальных голубых глаз.

— Извини, я опоздала. — Миссис Адлер села напротив и положила сумочку на стул. — Говорила с отцом Гаррисоном после мессы.

На Райли всем весом обрушилась волна вчерашней боли и переживаний. Закусив губу, она с трудом держала себя в руках, чтобы не вскочить с места и не закричать во все горло. Боль казалась невыносимой.

Как ты могла позволить ему сделать такое? Почему не убедила его в том, что он не прав? Что совершил ошибку?

Почувствовав пощипывание в уголках глаз, Райли сердито смахнула слезы тыльной стороной ладони.

— Почему он так себя ведет? — произнесла она срывающимся голосом. — Он был таким добрым и милым. Все его так любили.

И я полюбила его за это.

— А теперь он…

— Не в себе, — договорила за нее миссис Адлер и опустила глаза. — Отец Гаррисон подыскивает нам психотерапевта, специалиста по посттравматическим расстройствам. Может, все же удастся помочь Саймону выбраться из этого.

В ее голосе едва теплился последний лучик надежды.

— Вы же не верите в то, что он поправится, — сказала Райли, не в состоянии сдержать себя.

Женщина поджала губы и стала рыться в сумочке, затем выудила оттуда платок и промокнула глаза.

— Саймон всегда отличался от остальных детей. Он относился с такой серьезностью абсолютно ко всему… А встретив тебя, он… — Она вздохнула, пытаясь подобрать нужное слово.

— Засветился изнутри? — подсказала Райли.

— Точно, — согласилась она с грустной улыбкой. — Он стал больше улыбаться и даже за ужином болтал о тебе. Раньше он никогда не рассказывал нам о своих девушках. Мы поняли, что ты — именно та, что ему нужна.

— Уже нет, — сказала Райли, чувствуя, что к горлу снова подкатывает ком. — Теперь он считает, что я в сговоре с Дьяволом и выступаю на стороне Ада. — Боясь, что вот-вот заплачет, она потерла опухший нос. — Я надеялась, что со временем он обдумает все и поправится, но ему стало только хуже.

Миссис Адлер потянулась через стол и накрыла руку Райли своей ладонью, как это сделал ее сын тем вечером, после чего Райли и Саймон начали встречаться. Кожа женщины была ледяной даже после чашки с горячим кофе.

— Мы не знали, что между вами творится, вплоть до этой ночи. Он нам ничего не рассказывал. Потом к нам приехали какие-то люди. Один из них был в сутане, и я подумала, что их прислал отец Гаррисон. — Миссис Адлер убрала руку. — Оказалось, они из Рима, и Саймон позвонил им сам. Он рассказал им, что… вы с отцом виноваты в смерти всех ловцов той ночью в Часовне.

— Он натравил на меня ватиканских охотников? — взорвалась Райли. В их сторону стали оборачиваться посетители. Она заговорила тише, но ее голос дрожал от гнева. — Как он мог так поступить со мной? Что с ним случилось?

С глазами, полными слез, миссис Адлер беспомощно покачала головой.

Не надо орать на маму своего чокнутого парня. Она здесь ни при чем.

Медленно, как можно медленнее Райли досчитала до десяти. Только удостоверившись в том, что сможет говорить спокойно, она продолжила:

— Мой отец не имеет никакого отношения к тому, что защита из Святой воды не выдержала. И я тоже. Просто там собралось слишком много демонов. Точка.

— Я-то знаю, — согласилась миссис Адлер. — Но мой сын просто зациклился на этой идее. Ему нужно было обвинить в этом кого угодно, только не Бога.

Это звучало логично.

— А охотники поверили ему? — спросила Райли.

Пожалуйста, скажи, что они посчитали его чокнутым.

— Не уверена. Я подумала, тебе следует об этом знать.

Райли бубнила слова благодарности, а ее подсознание тем временем вопило: он вызвал охотников! Это были ужасные новости, как для нее, так и для всей Гильдии. Только когда миссис Адлер встала со своего места, застегнув сумочку, Райли смогла переключиться на другие мысли.

Женщина посмотрела на нее полными горя глазами.

— Райли, мне так жаль! — Она тяжело вздохнула. — Прошу тебя, молись за Саймона, чтобы он снова поверил в правду и стал самим собой.

Райли смотрела, как она удаляется из кафе неуверенными, нервными шагами совершенно измученного человека.

Но я ведь молилась за него. Тогда все и пошло наперекосяк.

* * *

Когда Бек очнулся и пришел в себя, Жюстина уже успела сходить в душ. Ему понадобилось некоторое время, чтобы понять, где он находится: в номере отеля «Вестин».

Этой ночью ему не удалось поспать, но его это не смущало, как и то, что, когда они не занимались друг другом, журналистка расспрашивала его об Атланте, скупщиках демонов и всем прочем. Некоторые девушки любили задавать подобные вопросы. Это означало лишь одно: их интересовало не только то, что у него в штанах.

Выкатившись из кровати, он встал и воспользовался туалетом: к счастью, санузел в номере был раздельный. Бек подошел к раковине, умылся и осмотрел себя в зеркале. Заметив следы на шее, он озорно ухмыльнулся: да, эта девочка — горячая штучка.

Бек стал одеваться и уже затягивал шнурки, когда из душа, завернувшись в пушистое банное полотенце, выплыла Жюстина с еще мокрыми спутанными волосами. Она тут же порхнула к нему, взяла за подбородок и подарила поцелуй с привкусом зубной пасты. Бек обхватил ее за талию.

— Что, уже уходишь? — спросила она укоризненно.

— Вынужден. Обещал встретиться с мастером Стюартом.

— Мы увидимся вечером? — шепнула она, переводя дыхание после следующего поцелуя.

Он был готов мчаться к ней по первому зову, но признавать этого пока не хотел. Болезненное чувство собственного достоинства.

— Может быть.

— Получается, первым делом демоны, а девушки потом? — поддразнила она и по-кошачьи растянулась на кровати рядом с ним.

— Да, нет…

Не знаю, черт возьми.

Бек снова ее поцеловал и, собрав в кулак всю свою волю, поднялся с кровати. Прихватив со стула куртку, он направился к двери.

— Бек?

Он обернулся к ней. Жюстина свернулась уютным клубочком на одеяле, и он с трудом держал себя в руках.

— Если будешь говорить с Элиасом Сальватором, не упоминай обо мне.

— Почему это? — с любопытством спросил он.

— Мы были любовниками, — просто ответила она. — Он жутко ревнив, и если что-нибудь узнает, дело может кончиться плохо.

Я переспал с женщиной главного охотника?

С одной стороны, Бек злорадствовал, а с другой — предчувствовал угрозу. Сам того не подозревая, он совершил именно то, от чего его предостерегал Стюарт: выставил охотника на демонов идиотом.

* * *

Студенты волной хлынули из бывшего помещения «Старбакса», окликая друг друга и на ходу запрыгивая в свои машины.

— Я уже отвык не бежать со всех ног домой, чтобы не злить надзирателя, — заметил Пит, когда они с Райли шли к парковке после занятий.

— Привыкнешь. — Райли отперла дверь машины и закинула сумку на сиденье.

— Я позвонил в городскую администрацию, чтобы выяснить, кто собирает пустые бутылки, на случай если на переработочном заводе мне соврали.

— Ну и как? — поинтересовалась Райли.

Питер оперся спиной о машину.

— Меня грубо отшили. Тетка-секретарь заявила, что не может сообщать мне подобную информацию — это угроза саботажа.

— А кому может понадобиться срывать доставку пустых бутылок? — изумилась она.

— Я тоже удивился, но она не потрудилась дать никаких объяснений.

— Вот черт, — проворчала Райли.

— Не волнуйся, мы что-нибудь придумаем. Ведь я уже не сижу за семью замками, так что смогу чем-нибудь помочь.

Райли насмешливо посмотрела на друга.

— Наверное, странно себя ощущаешь без цепи на шее?

— Слабо сказано. Меня будто вытащили из пожизненного заключения. Теперь хожу и боюсь, как бы не передумали.

— Не бойся.

Главное, чтобы ты сам не передумал.

— Кстати, что делаешь сегодня вечером?

— Дом теперь превратили в зону отчуждения. Мне, наверное, придется идти в библиотеку, чтобы спокойно сделать уроки. А ты?

— Никакой домашки. Сегодня исключительно магия, — сказала Райли. — Моя подруга-ведьма согласилась вызвать дух папы, чтобы спросить, кто его похитил.

— Ого! Можно мне с тобой? — Питер будто засветился от удовольствия.

— Может быть страшновато, — предупредила Райли.

— Я люблю страшилки. Ну же, не ломайся! Мне необходимо развеяться.

— Я не уверена, Пит. Вдруг что-нибудь пойдет не так… — Ей не хотелось быть эгоисткой, но она призналась себе, что сейчас боится ехать одна. Тем не менее стоило популярно объяснить другу, на что он соглашается. — Ты же понимаешь, что когда я говорю «страшновато», я правда именно это имею в виду?

Питер заколебался, затем выудил из кармана мобильник.

— Надо сказать папе, где я. У нас с ним такой уговор. Как поздно мы вернемся и куда поедем?

А что, кстати, скажет Эйден, если она притащит его с собой?

Райли окончательно сдалась.

— На Литл-Файв-Пойнтс. — Она взглянула на часы. — Думаю, к восьми мы уже вернемся.

— Подбросишь меня домой? — Она кивнула, и Пит отошел в сторонку, чтобы набрать папе. Пока он объяснял ему суть дела, не упоминая о том, что они едут к настоящей ведьме, Райли решила проверить телефон. На уроке она слышала, что пришло сообщение, но не стала читать: миссис Хагерти принципиально не двигалась в ногу со временем.

Это был Ори.

«Давай встретимся в девять на ярмарке?»

Ее пальцы сами собой набрали «Давай», прежде чем она успела осознать, что происходит. Райли крепко задумалась.

Довольный Питер подошел к ней и показал большой палец.

— Мне дали добро, — объявил он. — Папа сказал, главное, чтобы нас не арестовали, а то я поеду в Иллинойс спать в одной кровати с близнецами.

— Звучит как серьезная угроза, — прыснула Райли.

— Хуже. Вампиры иногда писаются в кровать по ночам.

Глава двадцать пятая

Райли уже готова была пуститься в пространные объяснения, но Эйден только многозначительно подняла бровь, когда она познакомила их с Питером.

— Клевый феникс, — сказал ее друг, не сводя глаз с замысловатой татуировки, изгибающейся от затылка ведьмы прямо к ее декольте. В отличие от Саймона, он позволил себе опустить глаза ниже.

Феникс?

— Ой, а где тот дракон, что у тебя был? — удивилась Райли.

— Я поменяла их, — ответила Эйден. Она смотрела на Пита так, будто пыталась разглядеть его душу. — Это несложно, если знать заклинание. — Она повернулась к Райли: — Ты уверена, что хочешь вызвать его?

— Вполне. Я могу узнать ответ на свой вопрос. К тому же, если и это не сработает, у меня просто не остается вариантов.

— Ну что ж, будь по-твоему. — И ведьма повела их за собой через «Книгу, колокол и метлу», мимо магических кристаллов, сфер для ловцов и прочих метафизических штучек. В воздухе стоял густой аромат благовоний. Невозможно было различить, какое из них пахло сильнее или приятнее, так что получалась сплошная какофония запахов. В одной из задних комнат Эйден вручила им коробку свечей и прочую колдовскую атрибутику. Питу доверили нести меч, и он раздулся от гордости.

— Он что, настоящий? — спросил он, сжимая ножны в руках.

— Никакие другие мне не подходят, — откуда-то из шкафа ответила Эйден. Затем она выудила оттуда бархатную мантию пурпурного цвета и, перекинув ее через руку, пошла к черному ходу. Они вышли из здания и оказались во внутреннем дворике. Ведьма щелкнула выключателем, и загорелось уличное освещение.

— Вы знакомы с Мортимером Александром? — поинтересовалась Райли. — Он живет дальше по улице. Адвокат Общества заклинателей.

— Я много слышала о нем, — сдержанно ответила Эйден. — Заклинатели и ведьмы не общаются.

— Из-за магической войны?

Эйден внимательно посмотрела на нее.

— Где ты об этом услышала?

— Мне рассказал Морт. Он говорил, что между вами давняя вражда.

— Это правда. Некоторые некроманты — неплохие ребята, но их руководство иногда перегибает палку. Да и наше тоже.

Питер, шлявшийся до этого по двору, остановился как вкопанный, видимо зачарованный магическим кругом камней. Их было двадцать, выгоревших и обветренных добела. Внутри круга диаметром около десяти метров стоял каменный алтарь. Рядом с ним виднелись следы костра.

— Все так необычно выглядит, — сказал он. — Будто мы на съемках фантастического фильма или что-нибудь в этом духе.

Пока Эйден готовилась к ритуалу, Райли воспользовалась моментом, чтобы как следует разглядеть двор. В жилом доме слева окна были заложены кирпичом, а крыша казалась слишком отвесной, чтобы кто-нибудь рискнул забраться туда и сверху подглядеть, что происходит во дворе у ведьм. В домах напротив и справа окна были: конечно, не полная изоляция, но все же лучше, чем ничего. Двор окружала сплошная стена из двухметровых бетонных блоков, покрытых фресками.

Райли подошла поближе, чтобы разглядеть их. Вначале ей показалось, что там изображен обычный лесной пейзаж, но потом она заметила фигуры.

— Феи! — воскликнула она. — Тут их тьма!

Там были высокие красавицы на скакунах с развевающимися серебряными гривами. Крошечные эльфы выглядывали из-за древесной листвы и шляпок лесных грибов. У некоторых в руках были мечи, а у других — кубки, наполненные золотистым цветочным нектаром.

Отовсюду за ней, казалось, наблюдали крошечные личики, ни одно не походило на другое. Изображение лесной опушки плавно сменяла заболоченная поляна. Райли и там разглядела спрятавшихся среди трав и цветов фей. Они сильно отличались от обитателей леса.

Питер подошел и вместе с Райли стал разглядывать роспись на стене.

— Разве они не прекрасны?

— Ты что, правда думаешь, что они существуют? — удивился он.

— Они существуют, — ответила за нее Эйден, ставя кубок на алтарь.

— Ты их видела? — спросила Райли.

— Конечно, — ответила ведьма таким тоном, будто ее спросили, видела ли она когда-нибудь грузовик.

— Это ведь просто плод нашего воображения!

Эйден насмешливо приподняла бровь.

— И демоны тоже?

— Ой. — Возможно, в этом мире существовало еще множество явлений, о которых Райли и не подозревала. — А они прикольные? Ну, я имею в виду, такие же, как Оберон и Титания?

Пьеса «Сон в летнюю ночь» была ее любимым произведением Шекспира именно из-за прелестных фей. Остальные творения великого барда нравились ей гораздо меньше: слишком перегружены персонажами.

Эйден ничего не отвечала до тех пор, пока в импровизированной жаровне не затрепетали языки пламени.

— Феи очень похожи на нас. Они могут быть высокомерными и злопамятными или добрыми и милыми, если повезет. Все дело в том, что ты никогда не знаешь заранее — всегда уже слишком поздно.

— А мы сегодня увидим кого-нибудь из них? — с надеждой спросил Пит.

— Маловероятно. Если бы мы были за городом, тогда да.

— А кто нарисовал эти фрески? — спросила Райли, коснувшись пальцами расписанной стены. Казалось, еще мгновение — и прекрасная картинка оживет.

— Я и еще пара ведьм из моего круга.

—  Твоегокруга?

— Я — высшая жрица, — пояснила Эйден.

Почему ты никогда об этом не говорила?

— И что здесь произойдет? — полюбопытствовал Питер, когда они подошли к Эйден в центр круга.

— Я сконцентрирую в круге магическую силу и призову дух Пола Блэкторна.

— Наверное, это будет не так уж проблематично?

— Дело может принять любой оборот, — ответила ведьма.

Питер призадумался.

— Объясни, пожалуйста.

Эйден между тем продолжала готовиться к ритуалу. Она поставила на землю зеленую свечу, в трех метрах от нее — желтую.

— Это будет зависеть от того, каким типом магической энергии я воспользуюсь.

— Получается, мы можем пострадать?

— Да, но если не выходить за пределы круга, все должно быть в порядке.

— Должно быть? — Пит нахмурился. — Если бы ты была на моем месте, то осталась бы здесь или ушла?

— Зависит от того, насколько ты храбр. — Эйден встала и отряхнула ладони. — Если ты можешь справиться со страхом, то остаться было бы интересно. Если же нет — жди внутри дома. Он защищен магией, так что там бояться нечего.

— Защищен, значит, — недовольно пробормотал он сам себе.

— Пит, ты вовсе не обязан оставаться здесь, — повернулась к нему Райли.

Он задумчиво сморщил лоб.

— Как раз обязан. Я в игре.

— Тогда давайте начнем, — подытожила Эйден. — Для начала я обращусь к четырем элементам и зажгу специальные свечи, символизирующие каждый из них. — Она поправила две тонкие белые свечи на алтаре. — Затем я зажгу еще две, представляющие Бога и Богиню.

— И там же мы должны будем совершить жертвоприношение? — неловко пошутил Питер.

— Будешь добровольцем? — Ведьма искоса поглядела на него.

Питер испуганно замолчал. Она оглянулась на дом и нахмурилась, будто забыла что-то важное.

— Не могли бы вы погасить уличное освещение? Выключатель прямо у двери.

Райли сбегала в дом. Когда она возвращалась, ее поразило запоздалое раскаяние: она своими руками затащила сюда лучшего друга. Что будет, если что-то пойдет не так? Если Пит пострадает?

— Все будет в порядке, — шепнула она сама себе, вступая на круг. — И никак иначе.

Эйден накинула на плечи мантию, и ее рыжие волосы красиво рассыпались по плечам. Райли увидела на голове ведьмы изящную диадему из серебра в виде переплетенной лозы с маленькими листочками. Словно королева из древних легенд времен короля Артура, колдунья вынула меч из ножен уверенным, привычным движением и подняла его к небесам. Тонкая золотая инкрустация на краю клинка заблестела в свете огня.

Ведьма повернулась и слегка прикоснулась кончиком меча к фитилю желтой свечи.

— Взываю к стихии Воздуха и прошу оградить нас от любого вреда.

Фитиль вдруг ожил, разгоревшись маленьким язычком пламени, и Райли удивленно заморгала. Очевидно, Эйден даже не собиралась доставать спички, да она и не смогла бы с тяжелым мечом в руках.

Как это ей удалось?

Пит изумленно поднял брови и беззвучно прошептал: «Клево!» Может быть, она не ошиблась, приведя его с собой? Он не выглядел таким счастливым уже очень давно.

Ведьма тем временем встала лицом на юг и потянулась к красной свече.

— Взываю к элементу Огня. Прошу защитить нас и согревать в нашем путешествии.

Вспыхнула и эта свеча.

Когда Эйден закончила ритуал с двумя другими свечами, ребята ощутили на себе воздействие какой-то неведомой энергии, будто их окутало силовым полем. Райли уже испытывала нечто подобное, когда создавала магическую защиту на могиле отца.

Ведьма аккуратно положила меч на алтарь и зажгла две белых свечи с помощью спичек, обратившись к богам. Если бы Саймон все это видел, то уже наверняка слетел бы с катушек от страха.

Воздев руки к небу, Эйден попросила божества даровать им защиту и мудрость. Затем жестом подозвала Питера и Райли к себе.

Встав у алтаря, Райли оглянулась на окно в доме напротив. Там, положив локти на подоконник, за их приготовлениями наблюдала пожилая седовласая леди.

— Ей нравится смотреть, — шепнула Эйден.

— Она что, тоже ведьма?

— Нет. Наверное, просто интересуется, что мы здесь затеваем.

Зная Эйден, можно было не сомневаться, что та не замышляет ничего дурного: слишком серьезно она относилась к своему призванию.

— Сейчас я начну призывать духа. Нужно, чтобы ты представила себе папу. Желательно обращаться к счастливым воспоминаниям: так больше шансов на успех.

Райли уже знала, о чем она будет думать, — о последнем моменте, который они провели вместе. Закрыв глаза, она вспомнила тот вечер, когда они вдвоем болтали после собрания Гильдии: планировали вместе посмотреть кино и заказать пиццу. Несмотря на невыносимую боль утраты, Райли представила себе добрую улыбку папы, его голос, попыталась воссоздать то ощущение покоя, когда он был рядом. И поняла, как ужасно по нему скучает.

Эйден едва слышно стала напевать что-то. В воздухе распространился легкий аромат курений и сухих трав.

Затем пространство между ними словно дрогнуло, и Райли почувствовала на коже знакомое прохладное покалывание.

— Просим дух Пола Блэкторна явиться нам! — воскликнула Эйден. — Прийти к его единственной дочери и позволить ей убедиться, что он в безопасности.

Покалывание усилилось, став почти болезненным. Райли с трудом заставила себя держать глаза открытыми. Круг камней замерцал мягким белым свечением. Пит раскрыл рот и зачарованно наблюдал за происходящим.

— Райли? — раздался голос. Он прошелестел едва слышно, словно несомый ветром.

— Пап? — откликнулась она.

Словно из ниоткуда, к ним в круг камней шагнул Пол Блэкторн. Он был одет не в тот официальный костюм, в котором его хоронили, а в старую футболку с символикой Университета Джорджии, потертые джинсы и толстовку.

— Добро пожаловать, Пол Блэкторн, — торжественно сказала Эйден. — По вам очень скучали.

Он коротко кивнул и грустно посмотрел карими глазами на Райли. Она задрожала.

— Я тоже скучаю, тыковка, — сказал он хрипло.

— Пап, я хочу вернуть тебя. Я должна знать, кто это с тобой сделал!

Он покачал головой:

— Еще не время.

— Нас обвиняют в том, что мы разрушили защиту и пустили демонов в Часовню. В город приехали охотники. Ты должен открыть им глаза.

— Не сейчас, — снова возразил он.

Райли начала терять самообладание.

— Но пап! Хотя бы намекни! Тут уже творится полный беспредел!

Он промолчал.

— Вы можете сказать нам хоть что-нибудь? — Эйден решила прийти ей на помощь.

Пол посмотрел на нее и быстро перевел взгляд на дочь.

— Райли, я очень тебя люблю. Ты сильнее, чем сама думаешь. Прости меня за то, что случилось, и за то, что еще произойдет. Я во всем виноват.

И тут фигура Пола Блэкторна стала растворяться в воздухе.

— Подожди! Нет, не уходи! — воскликнула Райли.

После всего этого ты просто можешь взять и бросить меня здесь?

Эйден снова запела заклинание, и призрак папы обрел очертания. Воздух рядом с ним словно закипел, а затем появился вихрь из красно-золотых сполохов. Из центра этого вихря навстречу к ним шагнуло нечто и встало прямо за спиной Пола.

Это был огромный, покрытый мерцающими зеркальными чешуйками дракон, возвышавшийся над землей более чем на шесть метров. Тот самый, что напугал волонтера на кладбище.

— Бог ты мой, — выдохнула Эйден и вцепилась одной рукой в Райли, другой — в Питера. — Не дергайтесь. Не разрушайте защитный круг!

Раздался пронзительный визг, и затем неподалеку захлопнулось окно. Будто какая-то несчастная преграда из стекла и дерева могла остановить этого невообразимого монстра.

— Ты можешь заставить его уйти? — испуганно прошептала Райли.

Эйден не ответила, но тихонько начала бормотать что-то. Райли только смогла разобрать слово «защита».

Чудовище разинуло страшную клыкастую пасть и рассерженно дохнуло вверх языком пламени, распавшимся на мириады разноцветных огней.

— Пре-кра-ти… ведь-ма… — проревело оно.

Эйден послушалась и стала пристально смотреть на него.

— Что тебе нужно, дракон? — спросила она.

Тот посмотрел на Райли светящимися глазами.

— Дочь Блэкторна! Не подведи нас.

— Кто ты? — спросила Райли. — Зачем тебе папа?

Дракон положил огромную когтистую лапу на плечо ее отца.

— Чтобы защитить от тех, кто хочет использовать его знания ради поживы.

— Я люблю тебя, тыковка, — сказал папа. — Скоро увидимся!

С оглушительным грохотом, от которого задрожала земля и сработала сигнализация машин на близлежащих улицах, видение исчезло.

— Это было немного чересчур даже для меня, — с облегчением пробормотала Эйден и ослабила хватку.

— Вот черт! — воскликнула Райли, вне себя от досады. — Нам не удалось узнать вообще ничего!

Снова неудача, будто ее кто-то проклял.

Затем ее сразила паническая атака. Райли не могла ничего поделать: легкие будто сжало невидимыми тисками, начались судороги, и все, что она видела, это небольшой участок двора, на котором исчез ее отец в компании с огнедышащим чудовищем.

Ее друзья начали испуганно перешептываться о чем-то, но она не могла разобрать слов. Вокруг стала расстилаться вязкая, непроницаемая тьма. Райли не могла набрать воздух в парализованные легкие и обессилено рухнула на колени. Следующий вдох отозвался ударом кинжала в груди.

— Райли? — Кажется, это был Пит. Она почувствовала прикосновение его теплой руки. Пальцы заметно дрожали. — Помнишь нашу первую встречу? Ты еще попросила у меня карандаш. Помнишь, какой?

Зачем он спрашивает об этой чепухе? Папа погиб, и его похитила эта непонятная тварь, и мне придется останавливать Армагеддон, и…

— Ну же, Райли, ты не можешь не помнить этого! Это так просто, ты сама потом подшучивала надо мной, — не унимался Питер. Она наконец поняла, что ее приятель пытается с помощью приятных воспоминаний облегчить приступ.

— Карандаш с Горлумом, — с трудом выдавила она и подняла на него взгляд.

Питер грустно улыбнулся:

— Ага! И ты сказала, что парень с карандашами из «Властелина колец» просто обречен стать твоим лучшим другом на всю жизнь.

Стараясь делать неглубокие вдохи, она улыбнулась ему в ответ.

— Мне так страшно, Питер. Мне еще никогда не было так страшно.

— Мне тоже, — сказал он и обнял ее.

Несмотря ни на что, она еще не лишилась всего, что любила. У нее еще оставались друзья, которые поддерживали и порой оставались единственной силой, заставлявшей ее двигаться дальше по жизни. Приступ начал понемногу отступать.

— Ты же сама предупреждала, что будет страшно, — засмеялся Питер.

И не соврала.

Только когда Райли смогла вдохнуть полной грудью, он выпустил ее.

— Спасибо тебе.

Он кивнул, но благоразумно промолчал. Эйден облегченно вздохнула и подошла ближе к тому месту, где стоял дракон. Замерев там, она долго размышляла о чем-то.

— Эй, Эйден? — окликнул ее Пит.

— Минутку. — Она повела носом, словно принюхиваясь. — Мой вердикт: это не некромант.

— Как? Это невозможно, — выпалила Райли, поднявшись на ноги.

Ведьма с озадаченным видом повернулась к ребятам.

— Да, это не то, чего мы ожидали. Я чувствую другую, первозданную силу. После некромантских заклинаний остается особая, узнаваемая аура. А с подобным я никогда не сталкивалась раньше.

— И это значит?.. — протянула Райли.

— А это значит, что в нашей партии появился новый неизвестный игрок. Не забывай, о чем сказал дракон: твоего отца похитили для его же безопасности, чтобы уберечь.

— Но от чего?

— От кого, — автоматически поправил Пит и, поймав ее фирменный испепеляющий взгляд, пожал плечами, словно извиняясь.

— Мой первый кандидат — Озимандиа, — ответила ведьма. — Боюсь даже подумать, кто обладает большей силой, чем старший заклинатель.

Райли не знала, что и думать.

— Не хочу выглядеть занудой, — встрял Питер. — Но ты уверена, что это действительно был твой папа?

— Абсолютно, — отрезала Райли. — Он назвал меня «тыковка». Хотя я ненавижу это прозвище, папа считает, что звучит очень мило.

Эйден оставалась серьезно-задумчивой. Нахмурив брови, она посмотрела на ребят.

— Ну и какую информацию вы можете вынести из того, что здесь произошло?

— Что драконы чертовски страшные твари, даже если разговаривают, как люди? — сострил Питер.

Эйден перестала хмуриться.

— Еще немного, и ты начнешь мне нравиться, Питер Кинг.

Тот засветился от удовольствия.

—  Не подведи нас, — задумчиво повторила Райли. — Что бы мне ни предстояло, мне нельзя ударить в грязь лицом.

Они с ведьмой переглянулись, и Райли покачала головой: она ни за что не станет рассказывать Питу о своем договоре с силами Рая. Достаточно ему собственных проблем, а о грядущем Армагеддоне знать пока совсем необязательно.

Вся компания молчала, пока Эйден снимала защитное заклинание. Ребята помогли ей собрать колдовской инвентарь и отнести в магазин. Разложив вещи по местам, они прошли в переднюю часть дома. Эйден отперла парадную дверь, и они растерянно остановились у входа, переминаясь с ноги на ногу. Сказать было нечего.

Пит принюхался.

— Ой, еда. Я отойду на минутку. — Не дождавшись, пока ему что-то ответят, он почти бегом бросился к кафе в конце улицы.

— Он каждый раз объедается так, будто последний раз в своей жизни, — проговорила Райли.

— Он хороший друг, — заметила Эйден. — Стоило бы рассказать ему, что происходит. До конца.Ему суждено сыграть во всем этом немалую роль.

Райли вытаращила на нее глаза.

— Это что, пророчество?

— Я просто знаю, как в жизни бывает. — Ведьма посмотрела в другой конец улицы, туда, где поворот вел к дому Морта. — Неплохо было бы сегодня же посоветоваться с заклинателем.

Ее слова прозвучали не как предложение, а как настойчивый совет.

— Он что, догадывается о том, что здесь произошло?

— И да, и нет. Он точно почувствовал эту неизвестную первозданную магию. Интересно, что он о ней думает.

* * *

Женщина с серебристыми волосами, не задав никаких вопросов, проводила Райли к Морту. Тот сидел в круглом зале, пропахшем ароматным древесным дымом, окруженный объемистыми стопками книг, как детской крепостью. Рядом стояла тарелка с аппетитно нарезанным штруделем. Увидев Райли, Морт поднялся ей навстречу из-за стола.

— Что это вообще было, черт возьми? — спросил он.

Да, этот вечер выдавался более чем необычным. Райли уже не в состоянии была держать себя в руках и истерически засмеялась. А что еще ей оставалось делать? С трудом успокоившись, она посмотрела на терпеливо ждавшего хозяина.

— Я не знаю. И моя подруга-ведьма — тоже.

Морт снова уселся за стол и задумчиво пощелкал пальцами, пытаясь сконцентрироваться.

— Я сразу почувствовал ее. Это старинная магия, настолько древняя, что для нее даже нет названия. Можешь рассказать мне, что случилось?

Райли уселась за стол напротив него.

— Ну, у нас был дракон, — с ходу начала она и уже потом рассказала все остальное. Морт слушал ее, не перебивая. — У меня уже больше не осталось способов найти папу, — опечаленно подытожила она.

Морт кивнул:

— Озимандиа назначил награду тому, кто найдет твоего отца. Никто так и не откликнулся.

— Все хотят заполучить папу, — горько сказала Райли.

— Да, в этом все и дело. И кстати, нам вкатила иск одна кредитная компания. Общество заклинателей обвиняется в том, что оно незаконно удерживает у себя ценный актив, а именно Пола Блэкторна. Ты определенно должна им немало денег.

Райли взвыла от досады:

— Они просто так не отстанут.

— Я запустил особое заклинание, так называемое магическое приглашение. Если по какой-либо причине некромант потеряет контроль над духом твоего отца, он сможет прийти ко мне. Тогда мы выясним, кто поднял его из могилы и попытаемся убедить негодяя снять заклятие.

Райли внимательно посмотрела на Морта.

— Ты хочешь сказать, что папа может сбежать от него?

— Иногда такое случается, но в нашем случае я не особо на это рассчитываю. Наш похититель, скорее всего, обладает огромной силой.

А если это был не некромант…

Райли удрученно опустила голову. Только сейчас она заметила, что у нее неприлично грязные ногти: похоже, во время панической атаки она скребла руками землю.

— Что, если мы никогда его не найдем? — пробормотала она.

— Тогда остается только надеяться на то, что по истечении года его отпустят с миром и позволят упокоиться в собственной могиле.

Это был не тот ответ, который она так жаждала услышать. Ей хотелось, чтобы некромант-похититель страдал и мучился так же, как и она сейчас. Поблагодарив Морта за помощь, Райли побрела прочь из зала, и уже на пороге услышала, как за ее спиной заклинатель начал вполголоса читать что-то и шелестеть страницами. Несмотря ни на что, он, похоже, не собирался сдаваться.

Так же поступлю и я.

* * *

Друзья поджидали ее у входа в ведьминский магазин. Питер вручил ей еще теплый бумажный сверток.

— Вот, держи. Тебе нужно есть: если похудеешь еще хоть немного, придется работать манекенщицей.

— Спасибо, — пробормотала она и развернула подношение. Внутри оказался сэндвич с индейкой и огромное шоколадное печенье. Ням-ням.— Спасибо! — повторила она с гораздо большим энтузиазмом.

Эйден погладила ее по плечу.

— Что сказал твой друг-заклинатель?

— Он тоже не представляет, кто бы это мог быть.

— Ясно. Думаю, лучше тебе не забывать о том, что сказал папа: ты намного сильнее, чем сама думаешь. Духи не лгут.

Ее подруга умышленно не повторила еще одну немаловажную фразу, которую произнес дух папы.

Скоро увидимся.

Поскольку было совершенно очевидно, что Райли не под силу вызволить его из лап похитителя, это подразумевало только одно…

Шоколадное печенье у меня в руках может оказаться последним, что я съем за свою жизнь.

Глава двадцать шестая

Разумная половинка сознания Райли говорила, что пора бы уже вернуться под защиту церковных стен, но ей надоело прятаться. Рано или поздно чаша терпения любого человека переполняется, а у Райли это произошло уже очень давно. Если Ори не ошибался, то таким способом она выманит пятака из логова, и тогда ее защитник сможет наконец выполнить свою работу.

И я наконец буду свободна.

Кто-то позвал ее по имени. Райли оглянулась и увидела, как он приближается к ней легкой походкой. Сегодня Ори надел свой любимый серый плащ, а шикарные волосы стянул в небрежный хвост. При этом от макушки до кончиков ногтей он оставался совершенством. Казалось, кто-то специально создавал его исключительно для того, чтобы разбивать сердца. Саймон был красавцем, бесспорно, но Ори выводил это понятие на качественно новый уровень.

Даже просто произнеся про себя имя бывшего парня, Райли поежилась от боли, понимая, что это Саймон должен встречать ее здесь, гулять с ней, смеяться и просто быть рядом. Но он не станет.

Она дождалась, пока Ори подойдет, и пробормотала слова приветствия, пытаясь выглядеть жизнерадостной. Он молча внимательно посмотрел на нее, словно пытаясь заглянуть под маску.

— Похоже, вы неплохо погудели там, на Литл-Файв-Пойнтс. Я почувствовал что-то очень шумное и волшебное и даже на секунду спохватился, что это мог быть пятак. Чего вы там натворили?

— Моя подруга-ведьма вызывала дух моего папы. Мы пытались выяснить, кто его похитил. — Она поежилась. — Безуспешно. Он так ничего и не сказал.

— Мне очень жаль. — Ори попытался поддержать ее. — Я знаю, ты очень по нему скучаешь.

— Я никогда не смогу себя простить. Я ведь поклялась, что буду хранить его вечный покой, и не сдержала слова. Затем сказала, что разыщу его, и снова села в лужу.

— Если уж на то пошло, мы все сплоховали, — угрюмо признался он. — Пятак спрятался и непонятно зачем тянет время.

— Получается, ему действительно кто-то помогает? — удивилась Райли.

— Порождения Ада способны объединяться и даже образовывать союзы. Архидьяволы заключают соглашения с более слабыми демонами, чтобы подпитываться их силой и быстрее собирать души. Пятак мог присягнуть одному из таких, и теперь он укрывает его в обмен на душу твоего отца.

— Ясно. А в «Справочнике ловцов» даже не упоминается обо всей этой кухне с дележкой человеческих душ.

— У меня такое ощущение, что на твои хрупкие плечи легло что-то еще, помимо поисков папы. Что тебя гложет?

Ладно уж, выложу все как есть.

— Я рассталась с парнем. — Повинуясь какому-то неуправляемому порыву, она в подробностях рассказала ему всю историю, не умолчав даже о позорном душе из Святой воды.

Ори злобно сверкнул глазами.

— Пол никогда бы не согласился делать то, что навредит его друзьям. Он совсем не такой. И ты тоже.

Райли почувствовала тепло в груди. Неужели во всей этой неразберихе еще оставались люди, способные верить в ее папу?

— Спасибо. Для меня это очень много значит… — начала она и потеряла дар речи от удивления, потому что Ори вдруг остановился и, заключив ее лицо в свои ладони, нежно поцеловал в лоб. От легкого, как крылья бабочки, невинного прикосновения его губ ее сердце бешено застучало и закипела кровь в венах.

— Я убью этого гадкого демона, и тебе больше никогда не придется бояться, — сказал он, серьезно глядя на нее темными, как безлунная ночь, глазами. Райли смутило, что сейчас его лицо было в каких-то сантиметрах от нее.

— Ты сделаешь это ради меня? — прошелестела она, не пытаясь высвободиться.

— Ради тебя и твоего отца, — ответил он и опустил руки. Райли еще не успела прийти в себя, как услышала, что ее кто-то зовет. Этот голос она хотела слышать меньше всего.

— Только не это… Что он вообще тут делает?

С недовольной миной на лице, от другого конца ярмарки к ним топал Денвер Бек. Судя по всему, Райли грозили серьезные неприятности.

— Он взбесится, если узнает, кто ты такой. Он никогда этого не поймет, — с неохотой призналась она.

— Придется ему как-нибудь пережить эту проблему, — спокойно сказал Ори. — Я не оставлю тебя одну.

Райли застонала, как от зубной боли. Затем тяжело вздохнула и стала ждать, пока ее непрошеный опекун подойдет.

— Бек.

Только не устраивай сцен, прошу тебя.

Эта немая мольба осталась без внимания.

— Ты что вообще себе позволяешь, девочка? — с места в карьер начал он. — Солнце уже садится. Почему ты не в церкви?

Он вдруг остановился как громом пораженный, и Райли увидела, что костяшки его пальцев побелели. Злобно посмотрев на Райли, Бек переключился на ее спутника.

— Секундочку, мне знакомо это лицо. Это тебя я видел вечером в «Армагеддон Лаунж».

Ори что, зависает в бильярдной?Казалось, ему не очень подходят подобные места.

— Я тебя тоже помню, — невозмутимо ответил тот. — Ты играл в пул с заклинателем. И специально давал ему выиграть.

Бек взвился:

— Да кто ты вообще такой? И зачем ошиваешься вокруг Райли?

— Бек! — с упреком воскликнула она. Это уже переходило все границы.

Словно заявляя свои права, Ори придвинулся ближе к ней и успокаивающе коснулся ее руки.

— Я задал вопрос, — процедил Бек.

— Для начала меня зовут Ори, и сейчас у меня свидание с этой юной леди. А почему это должно как-то тебя касаться?

СВИДАНИЕ?

Бек глупо моргнул несколько раз, затем злобно сузил глаза.

— Я тот, с кем тебе придется иметь дело, если ты вообще собираешься приблизиться к ней.

— А ты не предупреждала, что у тебя есть такой старший братец. — Ори посмотрел на нее и едва заметно подмигнул. Райли с трудом сдержалась, чтобы не прыснуть.

— Слушай ты, Казанова, — прорычал Бек. — Не знаю, что ты там замышляешь, но советую держаться от нее подальше.

— Эй! — Райли встала между ними и помахала ладонью перед лицом Бека. — Вообще-то, я не стеклянная. И если мне хочется с кем-то встретиться, я это сделаю. И обойдусь без твоих советов!

Он обжег ее взглядом.

— Можно подумать, ты хоть что-то в этом понимаешь. Твой первый парень был драчливым уголовником, а последний оказался истеричным фанатиком.

— А к кому по этой шкале относишься ты? — невинно поинтересовался Ори.

Райли задохнулась от ужаса.

Бек слегка приподнял плечи, готовый ринуться в драку.

— Ты не сказал, кем работаешь.

Похоже, Ори уже истощил запас терпения.

— Я охотник на демонов. Фрилансер.

Райли удивилась, что он решил раскрыть карты.

— Тогда все понятно. — Бек ухмыльнулся. — Имей в виду: лансеров тут не любят. Таким, как ты, стоило бы стать ловцами и вступить в Гильдию, зарабатывать деньги честным путем.

— Ты что-то слишком самоуверен для человека, который поддался чарам Мезмера и готов был отдать ему свою бессмертную душу.

Бек побелел как мел.

— Слушай сюда, твою…

— Значит, он тебе не рассказывал? — невозмутимо перебил его Ори. — Ну конечно же. Мне бы тоже было стыдно.

Райли сжалась от ужаса и отвращения.

— Хватит, ребята, — сказала она и потянула своего спутника за локоть.

— Райли… — Голос Бека уже походил на рычание.

Она снова встала между ними, хотя, судя по уровню тестостерона в воздухе, это было просто опасно.

— Бек, мне все равно, что ты там считаешь, так что лучше оставь меня в покое. Я могу сама принимать решения.

— Тогда не приходи ко мне жевать сопли, когда все опять покатится к чертовой матери, — огрызнулся он.

— Вот и договорились.

Она повернулась к нему и пошла прочь, увлекая за собой Ори. Бек выругался им вслед на смеси из английского и адского наречия.

— Какой колоритный товарищ. Как думаешь, он смотрит нам вслед? — шепнул Ори.

— Сто процентов.

Ори обхватил ее за талию и притянул к себе с такой силой, что они стукнулись бедрами.

— Отлично. Надеюсь, налюбуется всласть.

— Ты просто чудовище! — с восторгом выпалила она, улыбаясь ему снизу вверх.

— Ты даже не представляешь насколько, — почему-то слегка печально ответил он.

* * *

Когда напряжение от неожиданной встречи немного улетучилось, Райли поняла, что ужасно устала, — день выдался долгим и совершенно бесплодным. Самая лучшая его часть сейчас шагала рядом в ногу с ней. Райли действительно чувствовала себя лучше, когда Ори был рядом. С ним было почти так же спокойно, как с Саймоном.

Она еще сама не осознала, что это означает и как так получилось, поэтому решила не ломать голову.

Ори вдруг замедлил шаг, затем остановился и огляделся.

— Бек что, пошел за нами?

Он покачал головой.

— Тогда пятак?

Неужели он заявится за мной сюда? С другой стороны, почему бы и нет?Демону все равно, где нападать — на улице или посреди ярмарочной площади.

— Нет. — Ори сердито пробормотал еще что-то неразборчивое и зашагал, почти переходя на бег и увлекая Райли за собой.

Чего он мог так испугаться?

Когда они уже подходили к парковке, кто-то толкнул Райли в спину. У нее на мгновение закружилась голова и померкло перед глазами, левую руку пронзила резкая боль. Райли оглянулась, но никого не увидела.

— Ай! — вскрикнула она и затрясла рукой. На ней не осталось никаких следов, хотя, судя по ощущениям, на коже должен был распухнуть рубец, как от удара.

Ори выругался на адском наречии.

— Все в порядке, — успокоила она, потирая пострадавшую руку. Заболело еще сильнее.

— Дай мне взглянуть. — Он взял ее за руку, и боль тут же прошла.

— Ого, как ты это… — Райли восхищенно подняла на него глаза и обмерла.

От Ори исходило мягкое белое свечение. Она могла бы решить, что бредит или сходит с ума, но два огромных пушистых крыла за его спиной не оставляли ей никаких шансов. Пока Райли любовалась им, восхищенно разинув рот, мимо, мурлыкая себе под нос, прошла женщина с тележкой, полной покупок. Она совершенно не обращала внимания на то, что спутник Райли сиял, как прекрасная звезда на небе.

Я что, держу за руку ангела? А также испытываю странные чувства по отношению к небесному созданию?

— Ори, ты…

Он лишь досадливо поморщился и покачал головой, не забывая глядеть по сторонам.

— Давай лучше не здесь. — Он щелкнул пальцами, и мир вокруг переменился.

* * *

Райли лежала на лужайке, в мягкой траве. Подул легкий бриз, и зеленые былинки защекотали ее кожу, а крошечные колокольчики закивали ей синими головками. Вдалеке она заметила какое-то движение — по зеленому ковру не спеша передвигались пушистые мохнатые облачка на четырех ногах.

— Овцы? — изумленно спросила она у самой себя.

Время от времени какая-нибудь из них с философским видом поднимала белую голову, делала несколько шагов вперед и снова принималась грызть траву. Райли никогда раньше не видела овец, только на картинках. И такого лазоревого неба, и полевых цветов.

— Откуда же это все?..

И тут Райли ощутила знакомый свежий аромат арбуза. Она оглянулась.

Под сенью гигантского векового дуба, привольно откинувшись назад, сидел ангел Ори и смотрел на нее. Он снова спрятал свои крылья. Рядом, на траве, был расстелен синий плед, на котором стояла объемистая корзина для пикника и фарфоровое блюдо с крупными ломтями свежего сочного арбуза. Крупные черные семечки точками усыпали его алую мякоть, поблескивающую сахаром.

— Я подумал, что нам лучше поговорить наедине, — объяснил Ори, виновато глядя на нее.

Все казалось одновременно таким неправдоподобно прекрасным и таким настоящим.

— Где мы? Как мы сюда попали?

— Прими это как маленький подарок от меня. — Он поманил ее к себе.

Пикник с ангелом?..

В ее голове что-то щелкнуло, и эйфория уступила место сомнениям.

— Ты же не собираешься заключать со мной очередной договор на спасение мира или что-нибудь такое?

— Что ты, нет. — Он лучисто заулыбался.

— А как я могу убедиться в том, что ты не какой-нибудь демон, пудрящий мне мозги?

— Никак, — просто ответил он. — Придется поверить мне на слово. — Он снова ласково улыбнулся и приглашающе указал рукой на плед. — Иди сюда. Арбуз получился отличный.

Недоумевая и брюзжа про себя, Райли поплелась к нему. Усевшись на самый краешек пледа и непреклонно скрестив руки на груди, она сердито покосилась на своего спутника.

— А почему ты до этого не раскрывал своей… ангельской сущности?

— Не выдавалось подходящего момента. А сегодня один из Посвященных решил поразвлекаться и заставить меня раскрыться прямо посреди рыночной площади. — В его голосе послышался рокот далекого грома — судя по всему, шутки своего знакомого он не оценил.

— Ты имеешь в виду того, кто ударил меня? Это что, тоже был ангел?

Ори кивнул и подвинул ей блюдо с арбузом.

— Попробуй. Он такой, как ты любишь.

Затем он заглянул в корзинку и извлек оттуда бутылку красного вина и пару невесомых хрустальных бокалов. На секунду призадумался, и за вином проследовала тарелка с ломтиками мягкого сыра, бархатистыми персиками и крупным виноградом.

— Как ты это делаешь? — не выдержала Райли.

Ори смущенно улыбнулся.

— Посвященные тоже способны создавать всякие пустяки. — Он говорил об этом так, словно это было сущей ерундой.

Райли огляделась, зачарованная безмятежным пейзажем, и вдохнула свежий пьянящий воздух.

— Ори, это не пустяки. Это просто потрясающе!

Наконец Райли сдалась и решила просто наслаждаться моментом. А что еще ей оставалось делать — сидеть одной в церкви и плакать от тоски? Наверное, во всем был виноват арбуз — слишком соблазнительным казался запах.

Ори поил ее вином и кормил ломтиками арбуза. Райли закатывала глаза от удовольствия, и они оба смеялись, когда сок брызгал во все стороны и стекал по ее подбородку. Вкус был невероятным, лучшим из всего, что доводилось пробовать Райли.

— Почему, когда ты рядом, все по-другому? — спросила она мечтательно. — Это все из-за того, что ты — такой?..

— Ага. — Сейчас Ори казался мягким и кротким, а не настороженным и собранным, каким обычно бывал.

— Так ты что, что-то вроде моего ангела-хранителя?

Это было бы просто воплощением мечты идиотки.

— Нет, к сожалению.

— Эх. — Она серьезно расстроилась. — Но ты же спас меня от пятака?

— Твое время еще не настало, — тихо сказал он.

Значит, Ори знал, когда оно настанет.

Об этом Райли не хотела спрашивать.

— А в чем состоят твои обязанности как ангела?

— Не считая того, чтобы дарить тебе розы?

— Да, есть ли еще что-то помимо этого?

— Я разрешаю проблемы. Исправляю трудные ситуации.

— Например? — И она выжидательно посмотрела на него.

— Например, разыскиваю Геодемона, убившего твоего папу. Это бродячий, никому не подконтрольный демон. Он должен быть наказан.

— И ты всегда занимаешься подобными вещами? — Райли надкусила ломтик арбуза.

— Я ведь представился тебе как охотник на демонов. — Ори нахмурился. — Я не солгал.

— Угу, просто очень много недоговорил. Не считая такого пустячка, что у тебя за спиной растут крылья.

— Я боялся тебя испугать, — прошептал он.

— И часто ты зависаешь в барах и бильярдных? — усмехнулась она.

— Не очень. Хорошо, что в ту ночь я был в «Армагеддон Лаунж», иначе Мезмер сцапал бы душу твоего друга.

Райли остолбенела.

— Неужели все было так плохо?

— Да. Он уже готов был сломаться, поэтому я решил немного помочь ему.

Она облегченно вздохнула.

— Я даже не знаю, как он переживает все это. Бек ничего мне не стал рассказывать. Гордыня и все такое.

Ее собеседник кивнул:

— Он сам себе хозяин. Гордыня и все такое.

Райли посмотрела на Ори, задумчиво склонив голову набок.

— Почему ты его спас?

— Он дорог тебе, это автоматически делает его дорогим и для меня.

Она сконфуженно открыла рот, готовясь возразить, но передумала. Ори видел все насквозь, и спорить было бесполезно.

— Да, Бек мне нравится, особенно когда не пытается строить из себя брутального самца.

— Понимаю. — Ори подкинул виноградинку и поймал ее ртом. — К тому же хватит с тебя горя и потерь.

— Папа, — вздохнула Райли. — Ты знаешь, кто его похитил?

— Нет. Очень не хочется тебя разочаровывать, но Посвященные не всеведущи.

— Конечно. Тогда бы все стало слишком просто.

Ори обнял ее за плечи и притянул к себе. Сначала она смутилась, но потом прижалась к нему, уютно свернувшись калачиком. Ее охватило неведомое прежде состояние покоя. Неудачный опыт с Аланом свидетельствовал о том, что не стоит кидаться забывать несчастную любовь в объятиях другого — это плохая идея. Но забываться в объятиях ангела? Можно ли вообще включать такое в ее личный список плохих идей?

— Нет, — вдруг сказал Ори. Он осторожно приподнял ее подбородок касанием пальца и заглянул ей в глаза. И прежде чем она успела осознать, что происходит, нежно коснулся ее губ своими. Ощущение оказалось фантастическим. Каждая клеточка в теле Райли дрогнула, словно порождая электрические вспышки, кожа запылала, а кровь в жилах превратилась в поток раскаленной лавы. Она не испытывала такого даже с Саймоном. Ори поцеловал ее еще раз, на этот раз более уверенно. Ее душа запела, и она ощутила изнутри странное, еще неизведанное тепло, будто у нее в груди расцветал огненный цветок. Это было желание.

Райли выскользнула из его объятий, почувствовав, что теряет самообладание. Голова шла кругом.

— Кажется, я переборщила с вином. — Она использовала первое пришедшее в голову оправдание. Ори великодушно не заметил ее маленькую ложь. Этот темноглазый негодяй, казалось, совершенно не смутился. Он снова сел, откинувшись на ствол дерева, так что его волосы черной блестящей волной рассыпались по плечам.

Подбери слюни, девочка.

— Зачем ты это делаешь? Я имею в виду — проводишь время со мной? Ты же мог просто быть рядом, а я никогда бы об этом не узнала.

— Когда я с тобой, я снова чувствую, что живу.

Райли насмешливо фыркнула:

— Ты же ангел! Ты зависаешь с Богом и другими райскими созданиями. А я — это просто… я.

— Ты — Райли Анора Блэкторн, — торжественно произнес он. — Ты заслуживаешь гораздо большего, чем сама думаешь.

Ее вредное подсознание тут же услужливо подсунуло одно из болезненных воспоминаний: Саймона, который предпочитал держаться за четки, а не за нее. И еще вечно брюзжащего Бека. Что они подумают, когда узнают о ее шашнях с настоящим ангелом?

Райли ощутила легкое прикосновение на своем плече.

— Пока им не стоит знать правду.

— Слушай, ну это уже ни в какие ворота не лезет, — шутливо возмутилась она. — Ты все это время мог читать мои мысли!

— Только если они связаны с сильными эмоциями.

Ори прильнул к ней, легонько касаясь губами ее виска.

— Еще один поцелуй, — попросил он, — и я отпущу тебя домой.

Она не заставила себя долго упрашивать. Когда они наконец смогли оторваться друг от друга, Райли услышала биение собственного сердца.

Это просто нечто.

— Нечто? — переспросил он и весь расцвел.

Опять прочитал ее мысли.

— Прекрати сейчас же! — надулась она.

— Ты привыкнешь.

— Только если смогу делать так же.

— А вдруг это возможно? Давай попробуем.

Ори снова привлек ее к себе. От него исходило тепло, похожее на прикосновение солнечных лучей к обнаженной коже в летний полдень. Сначала Райли ничего не заметила, а потом что-то мелькнуло в ее голове, легкое, как взмах крыльев ангела.

Привет, Райли.

Она отскочила в сторону и изумленно посмотрела на него.

— Я тебя услышала!

Он кивнул с довольным видом.

— Если смертный может слышать мысли ангела, это означает, что они созданы друг для друга.

Созданы друг для друга?

Он прижался к ней лбом. И она услышала его голос, будто он произносил слова вслух.

Ради тебя я паду, Райли Блэкторн.

Они растворились в поцелуе. Райли почувствовала, что цветок в ее груди разворачивает свои лепестки, повинуясь исходящему от ангела солнечному теплу. Какие-то захватывающие, запретные картины стали мелькать в ее воображении.

— Спокойной ночи, Райли, — прошептал он.

Она стояла на парковке, у своей машины, сжимая ключи в кулачке. Ори нигде не было, но Райли еще ощущала его поцелуи, его прикосновения на коже и это необычное тепло в груди. Потом все постепенно начало слабеть. Остался лишь едва различимый привкус арбуза во рту.

Словно все это был сладкий сон, и только.

* * *

Бек чувствовал себя полным идиотом. Он уже битый час сидел в машине и прокручивал одну и ту же песню Керри Андервуд, пока она не засела у него в печенках. Уже одиннадцать часов вечера, а девчонка Пола еще не вернулась в церковь.

— Где тебя носит? — прорычал он в пустоту. — Только попробуй мне…

Он заскрежетал зубами, пытаясь не представлять себе, чем его маленькая девочка и этот хлыщ могли заниматься наедине.

С одной стороны, Бек считал, что поступает правильно, а с другой — ощущал себя шизофреником с синдромом гиперопеки. Что ни говори, Райли уже не ребенок, как бы он ни старался считать ее такой. И он понимал, что солгал насчет ее парней. Не все они были выродками: пара из них обращалась с Райли вполне достойно. Но в глубине души он не мог избавиться от чувства, что с этим красавчиком Ори что-то не так.

Пока Бек торчал в засаде у дома Райли, у него было достаточно времени, чтобы разобраться в себе. Когда дело касалось дочери Пола, он начинал слетать с катушек. Он безумно ревновал. Бесполезно было это отрицать. Когда он увидел, что этот плейбой обнимает ее, он готов был разорвать его на клочки.

Пора бы взять себя в руки. Ничем хорошим это не кончится.

Увидев подъезжающую к парковке Райли, Бек облегченно вздохнул. У девушки было какое-то странное лицо, и она совершенно не глядела по сторонам, полностью замкнувшись в себе. Ему удалось проследить за ней до самой двери церкви.

По крайней мере, теперь он знал, что девчонка в безопасности. И одна.

Он завел мотор и посидел какое-то время, приводя мысли в порядок. Поразмыслив как следует, он решил поехать в Вестин. Может быть, Жюстина знает что-нибудь про этого Ори. Кроме того, она обладала особой магией, той самой, что позволяла Беку хоть ненадолго забыть о той, что никогда уже не будет с ним.

* * *

Ори встретился со своим заклятым другом на кладбище, у покинутой могилы Пола Блэкторна. Хотя землю аккуратно засыпали, она осела и растрескалась, создавая удручающее впечатление. Ори даже не пытался скрываться и встал прямо перед Сартаилом, сложив крылья и готовясь к битве.

— Что ты устроил? — закричал он, сжав кулаки. — Зачем раскрыл меня? Ты едва не разрушил все!

Сартаил холодно наблюдал за его вспышкой ярости.

— Ты сам знаешь зачем.

Ори нетерпеливо взмахнул крыльями.

— Этот демон придет за ней, и я убью его! Я никому не позволю ей навредить.

Сартаил смерил его тяжелым взглядом.

— Я уже слышал эту песню. Но Он недоволен тем, как продвигаются твои дела. Если это не заставит тебя принять меры, ты просто глуп.

— Я все Ему объясню…

— В этом нет необходимости. Настала пора воспользоваться твоими особыми способностями.

Ори внимательно посмотрел на собеседника, не веря своим ушам.

— Это Его приказ?

— Ты подвергаешь сомнению Его волю? — Сартаил поднялся в воздух, взмахнув крыльями. По земле закружился вихрь из опавших листьев. — Если ты провалишься, за дело возьмусь я. И, клянусь, последствия тебе не понравятся.

Глава двадцать седьмая

Стараясь не обращать внимания на бубнящий телевизор, Райли приводила в порядок записи. Ей было не очень приятно возвращаться в дом к своему мастеру, но, похоже, он решил изменить свои драконовские методы воспитания. Синяки ей больше не грозили, по крайней мере пока Харпер не оправится от ран.

— Сделала? — поинтересовался он, выключив звук на телевизоре.

— Да. С учетом выручки за пойманных демонов, пособия из Гильдии и денег за сданный металлолом, в течение следующих трех недель вы должны получить тысячу двести восемьдесят семь долларов наличными. — Она повернулась к нему, заскрипев старым офисным стулом. — Этого хватит?

Харпер удовлетворенно кивнул:

— Даже больше, чем я рассчитывал. На следующей неделе я планирую организовать вылазку для вас со святошей. А пока работай вместе с Беком.

Ловить демонов бок о бок с верзилой?Раньше идея показалась бы ей замечательной, но после ссоры на ярмарке Райли даже не знала, захочет ли он вообще с ней разговаривать.

— Хорошо, — уныло ответила она. Другого ответа от нее и не ожидалось.

Входная дверь распахнулась, и Райли невольно вздрогнула и затаила дыхание. Вдруг это охотники? Что ее мастер будет делать, если Ватикан придет за ней в открытую?

— Доброе утро, мастер Харпер, — бесцветным голосом сказал Саймон. Очевидно, он не собирался вообще обращать на нее внимания.

— Святоша. Как дела? — откликнулся мастер.

— Получше.

— Саймон, — сказала Райли. Только после этого он посмотрел на нее пустым взглядом.

— Райли. — Он произнес ее имя так холодно, что она буквально почувствовала, как ей за шиворот вывалили пригоршню снега.

Очередная трагедия. Будто нам мало проблем.

Она вышла из-за стола, освободив место для Саймона. Он был таким бледным, что его светлые блондинистые волосы почти сливались с кожей, и при каждом шаге он хватался за живот, будто боялся, что от неосторожного движения кишки могут вывалиться наружу.

Даже то, что он мог самостоятельно передвигаться, уже было чудом. В Раю действительно выполняли данные обещания — жаль только, что не отвечали за последствия.

— Ты уверен, что уже можешь приступать к работе? — обеспокоенно спросил Харпер, вставая с кресла.

— Да, кое-что уже могу делать. Я подумал, что могу помочь с документами.

— Дай ему заполнять отчеты, — бросил Харпер и удалился в ванную.

Райли придвинула Саймону стопку бумаг.

— Я еще даже не приступала, так что дерзай.

Он кивнул, подхватил со стола первый попавшийся карандаш и углубился в чтение формуляров. Дождавшись, когда дверь в ванную захлопнется, Райли нагнулась перед Саймоном, так, чтобы их глаза оказались на одном уровне.

— Ты натравил на меня охотников, — сказала она, стараясь, чтобы голос не выдавал ее эмоций.

Саймон пригвоздил ее к месту испепеляющим взглядом и безо всякого выражения произнес:

— Если ты невиновна, то тебе нечего бояться.

— Как ты мог так поступить? Я думала, между нами было что-то серьезное.

— Было, до тех пор, пока ты не показала свое истинное лицо.

— Я совершенно не изменилась, — возразила Райли. — Это ты вбил себе в голову, что я стала другой.

— Не пытайся меня переубеждать, — огрызнулся он. — Теперь я знаю, кто ты и на кого работаешь.

— Позволь спросить, откуда? — съязвила она. — Разглядел дьявольское клеймо на моем лбу или что?

— Я просто знаю правду, — уклончиво ответил он. — И знаешь, такие мысли не у меня одного. Он рассказал мне про…

Харпер вышел из ванной, и Райли вскочила на ноги.

— Сэр, если вам больше не нужна моя помощь… — начала Райли, пытаясь убраться как можно дальше от грубого чудовища, сидевшего за столом. И на сей раз это был не Харпер.

Похоже, он все понял и решил смилостивиться над ней.

— Только не выключай телефон. Если будут вызовы, потребуется твое участие.

Выходя за дверь, Райли услышала, как они переговариваются за ее спиной. Саймон наверняка не станет терять время попусту и расскажет Харперу о ее сговоре с Дьяволом.

И он, конечно же, поверит каждому его слову.

* * *

Чтобы как-то убить время, оставшееся до занятий, Райли заскочила домой. Расслабленно повалившись на кровать, она разглядывала потолок. Затем нашла листок с планом дел и вычеркнула один пункт: покупки. Самое главное так и осталось не сделанным и висело над ней, подобно дамоклову мечу.

Хотя шумный сосед сверху решил устроить уборку и в его квартире бился в конвульсиях пылесос, Райли все равно радовалась тому, что лежит в собственной постели. А звуки домашних хлопот только успокаивали ее. Райли попыталась оценить собственное состояние: было очевидно, что она еще не пришла в себя после расставания с Саймоном. А его злобное, агрессивное поведение только растормошило ее измученное сердце. Саймон искренне полагал, что она встала на сторону зла. Может, он пострадал сильнее, чем кажется, и поврежден мозг? А ангелы не смогли исцелить его полностью?

Но Райли все равно знала: эта потеря никогда не будет забыта и навсегда останется в ее сердце. Рана заживет, но оставит после себя глубокий шрам. У нее уже есть такой от Алана, и еще один, чуть меньше, от Бека. Теперь Саймон.

Деловитое копошение наверху прекратилось, и наступила сонная тишина. Райли расслабленно прикрыла глаза и вдруг на долю секунды — она была готова поклясться чем угодно — почувствовала легкий привкус арбуза во рту. Она заулыбалась, вспомнив о пикнике, и словно заново ощутила нежное прикосновение ангельских крыльев к своей душе. Он убаюкивал ее.

Неожиданный стук в дверь вывел Райли из развратного сна с участием одного ее знакомого парня, умевшего читать мысли и светиться, как звезда. В этом сне было много физической активности, но совсем не было одежды.

— Ну ничего себе, — пробормотала она и стала обмахивать руками покрасневшее лицо. Хорошо еще, что она уснула дома. Такого она от себя никак не ожидала: подобный сон в церкви можно было смело относить к смертному греху.

В дверь снова нетерпеливо постучали.

— Мисс Блэкторн? — раздался женский голос с каким-то экзотическим акцентом.

Райли расслабилась. Среди охотников на демонов женщин не было. Может быть, они передумали ее допрашивать?

Ага, конечно. А еще с этого самого момента ты начнешь выигрывать в лотерею каждый день.

Она с трудом вытянула себя из постели и осторожно открыла дверь, не снимая металлической цепочки. Ее гостья была чуть выше ростом, около метра семидесяти пяти, и представляла собой мечту любого мужчины: точеный носик, идеально выгнутые брови и пышные рыжие волосы, лежавшие на плечах в живописном беспорядке. Судя по тому, как на ней сидел зеленый твидовый костюм, его шили на заказ: воротничок лежал идеально и брюки заканчивались как раз там, где нужно: над высокими черными каблуками. Тон маникюра сочетался с оттенком волос. И что еще хуже, глаза казались ярко-зелеными совсем не от цветных линз. В общем, Райли эта фифа сразу не понравилась.

Подобное неприятие всегда возникает, если собеседница выглядит лучше, чем ты. Райли с досадой посмотрела на свои драные выцветшие джинсы и заношенную футболку, разъеденную до дыр мочой демонов.

— Мисс Блэкторн? — уточнила девушка. К ее чести следовало заметить, она не покривилась, увидев более чем своеобразную домашнюю одежду Райли.

— Если вы из кредитного агентства, то вы зря приехали. Папа давно исчез, и я не имею ни малейшего понятия, кто его похитил.

— Я не стала бы работать ни на какое агентство, — примирительно сказала модница и холеной наманикюренной ручкой протянула ей визитку. Райли тут же почувствовала легкий аромат цветочного парфюма. — Жюстина Армандо.

Райли разглядывала карточку. Независимый журналист.

— Я не разговариваю с прессой, — на автомате выпалила она. Первым делом молодым ловцам вбивали в голову золотое правило: ни при каких обстоятельствах не общайся с репортерами.

— Я знаю, но Бек сказал, что у вас не будет никаких проблем.

Совсем не похоже на пессимистичного верзилу.

— Я в этом сомневаюсь.

— Я уже взяла у него интервью. — Она слегка запнулась. — Очень подробное.

В ее устах слова «подробное интервью» будто обретали особый смысл, намекая на что-то совершенно противоположное.

Райли смерила ее взглядом, вновь оценивая красивую упаковку.

— Использовали его слабое место, да?

Мисс Армандо понимающе улыбнулась.

Черт тебя дери, Бек. Ты что, спишь с этой журналисткой? Ладно тебе, Бек. Это же так… неправильно.

— Мне показалось, что было бы здорово взять у вас интервью о том, как, должно быть, нелегко работается в мужском коллективе, — объяснила она. — Узнать вашу точку зрения на вещи.

Даже если бы Райли действительно захотелось рассказать ей о том, как вся эта ситуация выглядит в ее глазах, Харпер бы ее просто прибил. Такие проблемы ей были не нужны.

— Мне очень жаль, но я никак не могу вам помочь. Только с официального разрешения моего мастера. — И она захлопнула дверь перед носом красотки, прежде чем та успела возразить.

Журналистка снова постучала в дверь, обращаясь к ней по имени, но Райли ничего не желала слушать. Она рухнула в постель и свернулась калачиком, пытаясь не думать о том, что Бек с этой девицей занимались тем же, чем они с ангелом в ее неприличном сне. Райли даже постучала ладонью по лбу, пытаясь избавиться от наваждения, но стало только хуже. В ее мозгу возникла совершенно реалистичная картинка.

— Фууу! — скривилась она. — Бла-бла-бла…

Если между ними действительно что-то было, существовала, к сожалению, только одна причина, по которой подобная девушка могла обратить внимание на такого деревенщину, как Бек. Рыжая цыпа собиралась сделать на нем карьеру.

— Да стоит только взглянуть на нее. Она совершенно не его тип.

Не то чтобы Райли твердо знала, какой именно тип подходит Беку, но подозревала, что это должна быть фанатка кантри-музыки, зависающая в местах, подобных «Армагеддон Лаунж», чтобы пропустить партию в пул. Это совершенно не вязалось с Мисс Бюст Четвертого Размера.

Райли с трудом уснула. Спустя несколько минут — или ей так показалось — в дверь требовательно постучали. Сердито нахмурившись, Райли села в кровати. Такое ощущение, что над ее дверью загорелась вывеска «Она наконец-то решила поспать. Скорее навестите ее!».

— Если это опять рыжая цыпа…

Но это оказалась компания серьезных парней в военной форме с оружием. На их куртках красовался герб: какой-то чувак на коне пронзает копьем дракона. Позади стоял угрюмый священник в черном, совсем не похожий на отца Гаррисона.

Предательство Саймона принесло свои первые плоды.

— Мисс Блэкторн? — обратился к ней высокий блондин нордического типа. Судя по глазам, шутить с ним не следовало. — Мы охотники на демонов, приехали сюда со специальной миссией из Ватикана.

Сюда— это к ней на порог или в Атланту? Хорошо бы второй вариант.

— Я имею право разговаривать с вами только в присутствии своего мастера. — Кажется, сегодня она упоминает о нем слишком часто.

— На нас подобные ограничения не распространяются, — отмахнулся опасный тип.

— А на меня — да.

— Мы обладаем особыми полномочиями и могли бы просто арестовать вас для допроса. — В его голосе зазвучал металл. — И если понадобится, мы можем ими воспользоваться.

Как же это все некстати.

— Это из-за Саймона Адлера? Что он обо мне наговорил?

Священник кивнул и разомкнул тонкие сухие губы:

— У мистера Адлера определенные подозрения на ваш счет.

Он шагнул к ней, видимо, надеясь, что сможет переубедить ее.

— А он говорил о том, что мы встречались?

— Он что-то упоминал о том, что вы понуждали его к свиданиям.

— Понуждала? — вспыхнула она. В их отношениях инициатором всегда был Саймон, и никак иначе.

— Мисс Блэкторн, нам надо хорошенько во всем разобраться, — продолжал настаивать священник. — Впустите нас, пожалуйста.

— Не знаю, что еще наплел вам Саймон, но я не разрушала магической защиты. И мой отец тоже. Кстати, если вы не в курсе, его похитили из собственной могилы. Я не имею ни малейшего понятия, почему демоны напали на Часовню, а через час у меня начинаются уроки в школе, — выпалила она. — Вот все, что я могу вам сказать до тех пор, пока вы не договоритесь с моим мастером.

— Все намного серьезнее, чем вам кажется. Вас обвинили в сотрудничестве с Люцифером.

— Наглая ложь. Хорошего вам дня, джентльмены.

Райли уже хотела откланяться, но блондин вдруг перехватил дверную цепочку. Небольшое усилие — и она бы вырвалась с мясом, и тогда они войдут внутрь.

Не на шутку испугавшись, Райли метнулась к столу и схватила мобильный.

— Оставайтесь за порогом, или я звоню в полицию, — пригрозила она, размахивая телефоном, как оружием.

— Ты пускаешь нас внутрь или покупаешь новую дверь, — угрожающе процедил блондин.

Ей оставалось только позвонить Харперу в расчете на то, что охотников он ненавидел еще больше, чем ее саму. Пока в трубке раздавались гудки, Райли напряженно прислушивалась к бурному спору между священником и нордическим типом на непонятном языке.

Когда мастер ответил, она выпалила все в одном предложении.

— Что мне делать? — Она на всякий случай скрестила пальцы за спиной, там, где охотники не могли увидеть.

Пожалуйста, не заставляй меня говорить с ними.

— Дай сюда священника, — коротко приказал Харпер.

Райли через приоткрытую дверь сунула трубку отцу Розетти. Они обменялись парой фраз, и телефон вернулся к ней.

— Сэр? — спросила она, закусив губу.

— Ты не будешь говорить с ними без моего присутствия. Если они посмеют тебя арестовать, позвони, и мы решим проблему по-плохому, — сказал Харпер. — И не думай, что тебе все сойдет с рук. Если ты перешла на сторону Ада, я придушу тебя своими руками.

Трубка умолкла.

Чудненько.

Священник коротко сказал что-то, и нордический парень отступил.

— В конце концов тебе придется говорить с нами. — Он холодно улыбнулся Райли.

— Гильдия меня не выдаст, — дерзко выпалила она, уставившись на него пылающими глазами.

— Выдаст еще как, стоит нам найти доказательство твоей измены. Они сами откажутся от тебя, лишь бы не опорочить своего доброго имени. Тебе стоило бы быть более благоразумной. Охотники не Господь Бог, наше милосердие имеет пределы.

— Я ничего не делала, — уперлась Райли. — Оставьте меня в покое.

Она захлопнула дверь и обессилено сползла на пол, чувствуя, как внутри все переворачивается от пережитого страха.

За стеной затихали тяжелые шаги мужских ног в грубых военных ботинках.

Всем нужен козел отпущения, и им рискую стать я. В следующий раз мне уже не отделаться от этих ребят.

Глава двадцать восьмая

Большой голубой шатер на окраине ярмарки Терминус казался не совсем подходящим местом для проведения собрания, но Джексон настаивал на том, что больше никто в городе не предоставит им площади.

— И я их ни в чем не виню, — сказал он, втискиваясь в складной стул рядом с Райли. С руки ловца еще не сняли бинты, но он уже пытался ею шевелить.

— Мне устанавливать защиту из Святой воды? — поинтересовалась Райли. Раньше это была обязанность Саймона, но теперь он не взялся бы за нее ни под каким видом.

— Этим уже занимаются другие.

Райли поняла почему.

— Вы больше не доверяете мне, — горько сказала она. Обида оказалась больнее, чем она думала.

— Если бы решал я, то позволил бы тебе заниматься защитой. Но Стюарт поручил это опытным подмастерьям, чтобы в случае проблем тебя не могли ни в чем обвинить.

— Теперь все будут так ко мне относиться? Мне больше никто не верит?

— Я честно не знаю, — ответил Джексон.

— В тот вечер мы делали все правильно, — настаивала Райли.

— Не сомневаюсь. Но иногда правду принять намного сложнее, чем любую ложь.

Джексон хотя бы пытался успокоить ее, а другие ловцы провожали хмурыми взглядами, бормоча ей вслед «Блэкторн», будто это было ругательство. Паршивые засранцы.Как они только могли подумать о том, что она продаст их демонам? А папа всего лишь пытался их защитить. Из-за этого она переживала еще больше.

Когда Джексон отошел, Райли украдкой посмотрела на Харпера. Мастер и словом не обмолвился с ней о вчерашнем, будто к его ученикам регулярно заглядывали охотники из Ватикана. Это означало только одно: он поверил, что у них были основания искать ее. И Саймон, с угрюмым лицом сидевший рядом, тоже. Когда его кто-то окликнул, он едва заметно кивнул, полностью погруженный в теорию заговоров в своей голове.

Почему все так плохо?

Она услышала, что кто-то произносит имя Бека, и спустя мгновение он сам вошел в шатер, бледный, будто не спал несколько ночей подряд. Райли готова была поспорить, что не из-за ловли демонов. Самодовольная улыбочка на его лице говорила совсем о другом.

Он сел рядом с ней, опустив рабочую сумку на землю.

— Привет, Райли.

Райли ощутила едва уловимый аромат цветочного парфюма, исходивший от его одежды, и тут же завелась:

— Ну, как дела у твоей цыпы-репортера?

Бек обескураженно посмотрел на нее:

— О чем ты?

Она презрительно фыркнула:

— О журналистке с рыжими волосами. Ты раньше никогда не позволял себе такого, а сейчас пахнешь, как баба. — Когда он возмущенно открыл рот, она взмахом руки заставила его молчать. — Сегодня она приезжала ко мне, так что я отлично запомнила запах духов.

— Ты с ней говорила? — Бек не на шутку забеспокоился.

— А должна была?

— Ни за что. Ты же знаешь — все только с согласия Харпера или Стюарта.

Ого, а наша цыпа настоящий профессионал.

— Знаешь что, ты очень любишь давать мне советы, так что позволь и мне разок. Эта фифа играет тобой. Вчера она соврала: сказала, что ты сам разрешил ей взять у меня интервью.

— Это ее работа, — попытался оправдаться он, но, судя по глазам, сам расстроился больше Райли. — Я думал, ты знаешь подобные вещи.

— Зато я знаю много всего другого. Это точно не твой типаж.

— Ты что, намекаешь на то, что она слишком хороша для меня? — резко спросил он.

— Нет. Я говорю только о том, что она уже успела всем соврать.

Он болезненно скривился. Райли знала, каков будет следующий удар, и приготовилась парировать.

— Ты звонила в Фарго?

— Не-а. Я полностью посвятила себя уничтожению Гильдии и растлению Саймона. Работа плохой девочкой подразумевает полную занятость, знаешь ли.

Бек не удержался и прыснул, затем кивнул в сторону святоши, сидевшего в противоположном конце палатки.

— Тебе не стоит больше с ним зависать — видишь, как он переменился. Наверное, скоро продвинется по работе. Правда, было заранее понятно, что вряд ли ваши отношения проживут долго.

Ай, это было больно.

Хотя Райли поняла, что пора прекращать их бессмысленную пикировку, она не могла противостоять соблазну как следует пнуть этого воображалу.

— Кстати, мне больше не понадобится прятаться в церкви, — заявила она. — Ори будет меня охранять. Он поймает этого бродячего пятака, вот увидишь.

Бек изобразил на лице гадкую гримасу.

— Чушь собачья. Ты сама понимаешь, что такие красавчики не могут разбираться в демонах. Все просто показуха.

Райли наклонилась к бывшему другу своего отца, готовая нанести решающий удар.

— Это Ори спас меня той ночью в Часовне.

— Что? — вспыхнул Бек.

— Ты все слышал. — Она сделала эффектную паузу. — Он был рядом, когда я оказалась в опасности. А где был ты?

Бек только открыл рот, задохнувшись от возмущения.

Джексон призвал всех к тишине. Ловцы расселись по местам, а Бек продолжал сверлить ее взглядом.

— Прошу всех соблюдать порядок. — И Джексон помахал руками, привлекая к себе внимание. — Молоток председателя сгорел в пожаре, так что придется обойтись без него. Меня попросили временно исполнять обязанности президента, пока мы не изберем нового. Никто не против?

Со всех сторон послышалось одобрительное бормотание.

— Замечательно. Тогда, во-первых. Причард все еще в госпитале. Через пару дней его обещали выписать, и ловить он больше не сможет. Радоваться нечему, но он хотя бы выжил.

— Благодарение богу за это, — воскликнул кто-то из присутствующих. Кажется, это был Реммерс — единственный после Джексона афроамериканец в их Гильдии.

— Поддерживаю, — крикнул еще кто-то.

— Часть похорон будет проводиться вне города, и мне нужны добровольцы для помощи. — Мужчины поднимали руки, и Джексон записывал их имена. — Спасибо, ребята. Мастер Стюарт, вы можете сказать что-нибудь насчет охотников?

Шотландец поднялся с места и встал, тяжело опираясь на трость.

— Как мы и предполагали, они решили все делать по-своему. Я советую всем не переходить им дорогу. Они убьют несколько демонов и уберутся отсюда, если нам повезет.

— А если нет? — поинтересовался Джексон.

— Тогда дело примет дурной оборот. Нам не нужны пострадавшие, так что постарайтесь им не перечить. Просто выдержите паузу. Наше время еще не настало.

— Вы что, считаете, что мы должны позволить им делать все, что заблагорассудится? — воскликнул кто-то.

На лице шотландца показалась коварная улыбка.

— Вовсе нет. Если у вас будут проблемы с кем-нибудь из них, обратитесь ко мне или Беку. Мы с удовольствием с ними разберемся.

— Архиепископ ничего не сообщил по поводу Святой воды?

— Пока нет. Он проверяет все по своим источникам, но на данный момент городские власти утверждают, что никаких проблем с водой нет.

Райли прикусила язык. Не стоит сейчас говорить о том, что она пыталась раскопать что-то сама. По крайней мере, до тех пор, пока она не раскроет всю аферу, и тогда с удовольствием все им объяснит.

— Мастер Харпер, вы не хотите ничего добавить? — спросил Джексон.

У Райли бешено заколотилось сердце.

Вдруг он расскажет им насчет охотников? Вдруг потребует исключить меня из Гильдии?

Старый ловец покачал головой:

— Не сейчас.

Что?

У него была замечательная возможность разрушить ее карьеру, а он ею не воспользовался.

Что он замышляет?

— Тогда продолжим, — сказал Джексон. — Такое ощущение, что в нашем городе развелось больше репортеров, чем демонов. Будьте осторожны с тем, что говорите. Мы не можем позволить себе ошибку.

— Лучше скажи об этом верзиле, — крикнул кто-то. Райли не узнала голоса.

Бек неловко заерзал на стуле.

— Я знаю, как с ними справляться.

— Мы уже поняли, — съязвил кто-то. Раздался дружный гогот, и ловцы обменялись неприличными жестами.

Даже они знают, что ты с ней спишь.

Джексон зашелестел бумагами.

— Национальная Гильдия объявила, что нам требуется помощь других ловцов, хотя бы на короткое время. Они так же попытаются найти нам мастера. Но потребуется немало времени.

— А что насчет ребят из телесериала? Они все равно приедут? — спросил Рейнольдс.

— Мне не сообщали ничего обратного.

Это были хорошие новости. Хотя Райли не была фанаткой этого сериала, она надеялась раздобыть автографы актеров из «Земли Демонов». Они помогут задобрить Бренди с подружками и исключить возможность новых проблем вроде «поглумимся над машиной Райли, спустим ей шины и измажем стекло губной помадой».

— Давайте поговорим о том, что случилось той самойночью, — сказал Джексон, предоставляя каждому желающему возможность высказаться.

Ловцы разделились на три группы: первые считали, что действие Святой воды было нейтрализовано превосходящими силами зла, вторые — что вода оказалась поддельной и не сработала. Ну а третьи в свою очередь предположили самое неприятное: кто-тоспециально пропустил демонов внутрь.

— Райли? — Временный председатель обращался к ней. — Не могла бы ты рассказать нам, что тебе сказал отец?

Она встала, напряженно переминаясь с ноги на ногу. Ей было неуютно под пытливыми взглядами окружающих.

— Он сказал, что мне нужно бежать, что ониуже идут. Что ихслишком много.

— И он был внутри защитного круга? — уточнил Джексон.

— Да. Он появился прямо за моей спиной.

Поднялся галдеж. Она растерянно села.

— Я же говорил, что это он! — завопил МакГваер.

Харпер поднялся со своего места, прижимая рукой ноющие ребра.

— А я видел совсем другое. Когда Блэкторн говорил со своей дочерью, защита была на месте, и там и оставалась до тех пор, пока демоны не проломили ее.

Харпер не винит ее отца? Кажется, у нее галлюцинации.

— А что ты думаешь насчет разрушения защитного круга? — поинтересовался Шотландец.

— То же, что и ты, — слишком много зла сконцентрировалось в одном месте и пробило его, — ответил ее мастер и спокойно опустился на место.

Саймон как ужаленный вскочил со своего стула. Все взгляды поднялись к нему.

— Да как вы можете… — Захлебнувшись от возмущения, он жадно, с присвистом вдохнул воздух. — Как вы можете полагать, что священная субстанция Господа может быть уничтожена?

— Не уничтожена. Нейтрализована. Это большая разница, — терпеливо пояснил Стюарт.

— Но не для меня, — огрызнулся Саймон. — Либо вы верите в то, что у Рая есть силы победить любое зло, либо вы допускаете, что Люцифер может взять верх. Здесь нет полумер.

Наступила угрожающая тишина. После того что пережил Саймон, никто не осмеливался ему перечить.

И тут заговорил Харпер:

— Никто и не сомневается в том, что Рай может надрать Аду задницу. Мы только допускаем, что в ту ночь Святая вода выполнила свое предназначение, просто демонов было слишком много.

— Я отказываюсь это принимать, — заявил Саймон и злобно посмотрел на Райли, прежде чем опуститься на стул. — В ту ночь демонам помогли, и других объяснений я не вижу.

Вне себя, Райли вскочила на ноги, готовясь высказать ему все, что она думает, и как он ошибается насчет ее отца и ее самой. Какую боль Саймон причинил ей своим недоверием, и что теперь ее душевная агония будет длиться вечно.

— Ты хочешь что-то сказать, девочка? — спросил ее Стюарт.

От злости ее начало заметно колотить, и Райли возненавидела себя за такую слабость.

— Папа любил Гильдию и свою работу, — начала она. — Он ничего не сделал бы во вред тебе, Саймон, или кому-либо еще.

— Но если это не он, — вкрадчиво начал МакГваер, — то как насчет тебя? Это ты разрушила защитный круг?

Она повернулась к своему обвинителю:

— Чтобы меня сожрал демон? Я что, правда кажусь такой тупой?

— Может быть, они пообещали отпустить тебя? В Аду умеют делать соблазнительные предложения.

— Это вы по собственному опыту знаете? — отшила она.

— Райли, он подмастерье, а ты… — осторожно начал Бек.

— Знаю! Я только, мать его, жалкая ученица, — распалилась она еще больше. — Я уже устала от того, что меня во всем обвиняют. Устала от вранья, идиотских шуточек и прочей грязи. Я просто должна…

Уйти.

Слово повисло на кончике ее языка. Стоит сказать его, и все будет перечеркнуто одним махом. Больше никакого унижения. Никто не станет тыкать в нее пальцем. Она снова сможет стать просто Райли Блэкторн, выпускницей школы и любительницей горячего шоколада, а не каким-то недоделанным ловцом.

Как это было бы просто — послать их к черту и уйти.Она до крови закусила губу. Если я так сделаю, то проиграю. Следующей девушке придется уже вдвое хуже.

Райли подавила свой гнев.

— Я не сдамся, — сказал она, сверля глазами МакГваера. — Я из семьи потомственных ловцов. Блэкторны не отступают.

— Так его, сеструха! — воскликнул Реммерс.

Она опустошенно села на место, сцепив руки на коленях, чтобы не было видно, как сильно они трясутся. Каждая мышца ныла от напряжения, и каждый удар сердца отдавался дикой головной болью.

Харпер снова встал.

— Если мы устроим грызню между собой, то уже не сможем победить демонов, — просто сказал он и покосился на МакГваера. — И предупреждаю всех. Если кто-то и выгонит девчонку Блэкторна из Гильдии, это буду я, и никто другой. Это понятно?

В толпе раздалось смущенное бормотание: перечить ему никто не хотел.

— Отлично, тогда идем дальше. — Джексон заметно обрадовался, что разборки позади. — Может кто-нибудь предложить церковь, в которой нам было бы удобно проводить собрания?

— Так Часовня и была церковью, — забрюзжал кто-то. — Все равно это нас не спасло.

— Она уже не была священной, — поправил Стюарт неизвестного скептика. — В ней много лет не проводилось служб.

— Можно встречаться на кладбище, — выпалил Бек.

Райли взвыла.

Вы что, сговорились?

— Стоит поразмыслить, — сказал Джексон. — Давайте назначим следующее собрание на вечер пятницы. В восемь часов проведем выборы и попробуем вернуться к нормальной работе.

— Встречаемся здесь? — спросил Реммерс.

— Конечно, — согласился Джексон. — Будем мыслить позитивно: здесь хотя бы арендная плата небольшая.

Райли выждала момент, когда Бек начал оживленно спорить о чем-то с мастером Стюартом, и сбежала. Ей было немного стыдно, но сейчас попросту не хватало храбрости откровенно говорить с ним. Да и хватало ли вообще когда-нибудь?

Уже шагнув за порог, она услышала, как Харпер окликнул ее.

— Сэр? — Она повернулась к нему.

Выйдя из шатра, он протянул ей какую-то бумагу.

— Привези мне чего-нибудь перекусить. Нам нужно поговорить, сегодня же вечером.

— Но мне же велели находиться на святой земле после захода солнца.

— Я надолго тебя не задержу.

Тем более за мной присмотрит Ори.

— Почему вы не стали говорить им про…

— Вечером, — сердито одернул он. — Не перегибай палку, малолетка.

Райли смущенно замолчала и не стала упорствовать. Шагая к машине, она изучила листок: просто список продуктов и хозяйственных покупок. Совершенно ничего срочного. Это означало только одно: мастер хотел поговорить с ней насчет охотников.

Сложив бумажку и сунув ее в карман, Райли остервенело стала тереть виски, раскалывающиеся с того самого момента, как она спустила на Бека собак.

Это чувство вины.

Невыносимое ощущение навалилось на нее; как пудовый груз. Она повела себя как гадкая избалованная девчонка. Даже хуже, чем Саймон, и самое страшное было в том, что она прекрасно понимала, как теперь чувствует себя Бек.

Зачем я так поступила с ним? Неужели стоило так на него срываться?

А честный ответ ее ужасно раздражал: все дело в цыпе-журналистке. Жюстина Армандо превратила ее в ревнивое чудовище. Но это была не обычная примитивная ревность, Райли подсознательно понимала, что от рыжей вертихвостки действительно исходит опасность. Бек всегда был простым, искренним и даже прямолинейным. Он никогда никого не подводил. А эта фифа пускала пыль в глаза. От нее исходил запах легких денег и наживы. И еще она была слишком аппетитной. Неудивительно, что Бек клюнул.

Она сделает тебе очень больно, парень.

Несмотря на внешнюю брутальность и самоуверенность, внутри Бек оставался совершенно бесхитростным. Жюстина знала его слабое место и бессовестно пользовалась положением. Когда она получит все, что хотела, и выбросит его прочь, как использованный носовой платок, он не выдержит — только не с его опытом отношений на одну ночь. Ему уже не оправиться от подобного. Райли это прекрасно понимала, и, как бы он ни раздражал ее своей навязчивой заботой, она не хотела, чтобы он так страдал.

Он не заслуживает такого.

Глава двадцать девятая

Головная боль не проходила, и Райли решила побаловать себя и выпить немного горячего шоколада. Вскоре она оказалась на месте — вездесущий аромат кофе в «Граунд Зиро» окутал ее коконом. Народу было больше, чем обычно, и у некоторых посетителей висели бэйджики с именами — в городе начался съезд работников деревообрабатывающей промышленности.

Из-за ее любимого столика как раз ушла пара, и Райли поспешно заняла место, бросив на стул свою куртку. Пристроившись в очереди за двумя пожилыми мужчинами, обсуждавшими шлифовальные машинки, она огляделась. Из-за прилавка ей улыбнулась Сими. На ее апельсиново-оранжевых волосах посверкивали черные кончики.

— Ничего себе, — сказала Райли. — Твою прическу, наверное, видно из космоса.

— На это я и рассчитывала, — довольно сказала бариста. — Тебе как обычно?

Райли кивнула. Сими никогда не жалела взбитых сливок и шоколадной крошки. Пусть напиток и напоминал ей о Саймоне, отказаться от него она не могла.

— А где твой бойфренд, блондин с потрясающими синими глазами? — спросила она. — Такой горячий парень.

— Саймон остался в прошлом.

— Плохо дело. А тот ловец?

После нашего разговора на собрании?

— Там же.

Сими серьезно посмотрела на нее.

— Ты меняешь их, как я — фильтры в кофе-машине. Лучше сбавить обороты, детка.

Вспомнив об Ори, Райли с трудом спрятала улыбку.

Сими поставила на прилавок полную чашку горячего шоколада и пробила чек. Райли уже автоматически положила сдачу в банку с чаевыми: это гарантировало бесплатную добавку шоколада, если она ей понадобится.

С трудом лавируя между толпящимися людьми, она постаралась не разлить напиток по пути и в итоге примостилась за свой стол. Поджидая, пока шоколад остынет, Райли съела немного сливок на верху чашки.

Сейчас мне это необходимо.

Едва слышный на фоне шума и болтовни, из сумки пискнул мобильник. Покопавшись некоторое время, Райли выудила его и просмотрела новое сообщение. Ори.

«Я очень скучаю. Мы увидимся?»

Даже не подумав, она тут же написала: «Да».

В самом деле, чем это может повредить? Может быть, он устроит еще один ангельский пикник и, в отличие от Марты, не станет грузить ее спасением мира и прочими подобными вещами. Когда Райли стала перечитывать сообщение, текст медленно исчез на ее глазах, словно его никогда и не было.

Как он это делает?Наверняка какая-нибудь ангельская фишка. Она даже не думала о том, есть ли у Ори мобильник: с такими способностями, как у него, легче легкого отправить сообщение, не пользуясь телефоном, а после стереть его.

Отложив мобильник в сторону, Райли сделала глоток горячего шоколада. Взбитые сливки оставили пышные белые усы на ее верхней губе, и она тут же вспомнила милый семейный обычай: они с папой частенько по вечерам сбегали из дома сюда и сидели за столом: она — с чашкой шоколада, он — с кофе. Всегда только в фарфоровой чашке — пластиковых стаканчиков папа не признавал. Отпивая горячий напиток, она представляла себе взлохмаченные русые волосы отца, смешинки в уголках глаз, милую улыбку. Это кафе было его любимым местом, и Райли ни за что не стала бы никому его показывать, даже Ори.

Она закрыла глаза, уносясь в мыслях далеко от суеты и шума. Она практически слышала, как папа размешивает кофе в чашке, чувствовала свежий запах его одеколона. Как он рассказывает о том, как прошел день, говорит, что скучает по маме, что угодно, неважно. Она чувствовала его согревающее присутствие. До тех пор пока она будет способна удержать этот момент в своей памяти, он будет жить в ее сердце, даже сейчас, когда какой-то выродок украл его, чтобы сделать деньги.

Свободная лавка напротив заскрипела, и кто-то окликнул ее по имени. Райли распахнула глаза, всей душой желая поверить в чудо.

Но это был Бек.

Быстро оглянувшись вокруг, она поняла, что выбора нет — все остальные места были заняты.

Он снял кепку с бейсбольным логотипом «Атланта Брэйвз» и растерянно провел рукой по волосам, пытаясь хоть как-то привести их в порядок. Они порядочно отросли, и ему это очень шло. На секунду в его глазах мелькнуло что-то почти человеческое, но он тут же потупился, словно понимая, что показал больше эмоций, чем считал нужным.

— Я знал, что найду тебя здесь. — И он кивнул в ее сторону. — А ты хорошо выглядишь. Мне нравится твоя новая стрижка.

Райли никак не ожидала от него комплиментов, и ее щеки тут же залились краской. Она всего лишь накрасила глаза, и больше ничего.

— Спасибо тебе.

— Ты для него стараешься, да? — вдруг мрачно спросил он.

Райли прекрасно понимала, кого Бек имеет в виду, но решила прикинуться дурочкой.

— Для Харпера? Ну уж нет.

Встретив недоумевающий взгляд Бека, она пояснила:

— Сейчас допью шоколад и поеду к нему. Он сказал, что нужно поговорить.

— О чем это?

Райли мысленно подбросила монетку и решила выложить ему все начистоту. Скрепя сердце она поведала о предательстве Саймона, его звонке охотникам и о том, что они уже приезжали к ней днем.

— Вот ублюдок, — пробурчал Бек, покачав головой. — Во всем слушайся Харпера. Он не даст тебя в обиду.

— Хорошо, что хотя бы ты ему доверяешь. Потому что я — нет.

— Я хочу переговорить с Саймоном, — сказал Бек. В его голосе послышались жесткие нотки. — Ему следовало бы знать, что он полный придурок.

— Не мечи бисер перед свиньями. Это бесполезно.

Приоткрыв пластиковую крышку на стакане, Бек размешал содержимое палочкой. Он взял себе черный кофе.

— Эта муть стоит тут в два раза дороже, чем в автомате. Я не понимаю, какой в этом смысл?

Ты и не поймешь.

— Бек, зачем ты пришел?

— Ты сбежала с собрания, а я хотел с тобой поговорить.

Звучало вполне искренне, но она уже не знала, чему верить. Он то сдувал с нее пылинки и оставлял деньги на жизнь, то вел себя так, будто она клиническая идиотка, нуждающаяся в сиделке.

Сейчас ты должен быть зол. Почему ты не орешь на меня?С этим она справляться умела. Но сейчас Бек выглядел расстроенным, даже подавленным.

— Не волнуйся за меня, — успокоила она. — Все будет хорошо.

— Тогда ты определенно сильнее меня, — пробормотал он. — Я места себе не нахожу, так скучаю по Полу.

Его неожиданная искренность застала ее врасплох. Райли почувствовала предательское пощипывание в глазах, к горлу подкатил ком. Она постаралась незаметно сморгнуть слезы.

— Просыпаясь каждое утро, я все еще надеюсь, что папа ждет на кухне, — призналась она. — Он всегда готовил мне завтрак. Наверное, это был один из многих способов показать, как он меня любит.

Вздох Бека был скорее похож на всхлип.

— Мне так не хватает его на работе. Мне нравилось ловить с ним демонов, он был такой клевый. И никогда на меня не ругался. Ну, точнее, только один раз.

— А что ты натворил? — с любопытством спросила она.

— Показал полицейскому неприличный жест. — Он небрежно пожал плечами. — Пол проклинал меня и сказал, что мне точно грозят проблемы с законом.

— А то!

Бек смерил ее взглядом.

— Ты недалеко от меня ушла. Слишком много боли ты мне причиняешь, девочка.

Опять он начал. Едва она успела заглянуть под его броню, он тут же нанес удар.

— Эй? — с нажимом окликнул он.

— Меня вообще-то зовут Райли, — окрысилась она. — Выучи мое имя наконец и используй его в разговоре!

У Бека затрепетали ноздри, и это означало, что он с трудом держит себя в руках. Верзила никому не позволял грубо с собой разговаривать.

— Я тут поспрашивал. Похоже, никто не знает никакого Ори.

— Ори — лансер. — А еще ангел. — И точка.

— Слишком все гладко. — Бек озабоченно нахмурил лоб. — Парни готовы сказать что угодно. Лишь бы переспать.

— Он совсем не такой.

Бек перегнулся через стол и заглянул ей прямо в глаза.

— Райли, пойми наконец! Мы всетакие. Когда мы видим хорошенькую девочку, у нас в голове только одна конкретная мысль. Нужно лишь нажимать правильные кнопки, чтобы получить нужный результат — доступ к телу.

— И у вас с цыпой так же?

Он посмотрел на нее испепеляющим взглядом.

Райли почувствовала, что краснеет.

— Она поматросит и бросит, неужели ты не чувствуешь?

— А что, этот Ори на такое не способен?

— Нет.

— Тогда он еще один святоша, черт возьми, — проворчал Бек и разочарованно откинулся на спинку скамьи.

Устав от перепалок, Райли встала из-за столика и прошла к прилавку.

— Добавить? — К ней подошла Сими.

— Давай. — За этот вечер она же успела устать от Бека.

Передавая ей чашку с напитком, Сими кивнула в сторону их столика.

— А ты ему очень нравишься.

— Беку? Да ни за что.

С чего это ей взбрела в голову такая мысль?

— Меня не проведешь. Это видно хотя бы по тому, как он пожирает тебя взглядом.

— Если ты права, почему он ведет себя, как идиот? — не выдержала Райли.

— Некоторые люди не умеют по-другому.

Но Райли не хотела в это верить. Поэтому, вернувшись к столу, она совершенно не удивилась, что Бек начал нудеть как ни в чем ни бывало.

— Тебе надо быть аккуратнее. Этот парень может оказаться Мезмером. Они — хитрые твари.

Райли покачала головой:

— Ори не демон. Он дрался с пятаком, Бек.

— И что? Более слабый демон отступит перед порождением Ада высшего уровня.

— Бек! Он сидел на крыльце церкви вместе со мной. Он не может быть демоном. — Кажется, она начинала понимать, в чем дело. — Ты просто бесишься, потому что тот Мезмер не смогу окрутить его так же, как тебя.

Бек помрачнел:

— Да, ты права. И я хотел бы знать, почему ему это не удалось. А до тех пор, пока я не узнаю, ты его больше не увидишь. Начиная с этого момента.

— Ты просто пытаешься задирать меня, как ребенка, чтобы выглядеть крутым и значительным. Этот номер не пройдет.

Он побагровел от злости.

— Либо ты звонишь тетке, либо это сделаю я сам.

— У тебя нет номера.

Бек торжествующе ухмыльнулся. Плохой знак. Потом он ткнул пальцем на ее мобильник, так и лежавший на столе.

— Уже есть.

Райли посмотрела на него, разинув рот от изумления. Он рылся в ее телефоне, пока она отходила к бару.

— Как ты мог? — прорычала Райли, изо всех сил стараясь не орать на все кафе. На них уже оглядывались другие посетители.

— Я поклялся Полу уберечь тебя от любой опасности, — отрезал он. — А если это подразумевает увезти тебя из города, чтобы тебя не трахнул какой-то слащавый неудачник, то ничего не поделаешь.

Пораженная неподдельной ненавистью в его голосе, Райли встала и на автомате вышла из-за стола. Это была какая-то новая сторона Бека, прежде неизвестная. И она отталкивала ее. Забрав мобильник, Райли побрела прочь из кафе. Уже подходя к машине, она услышала свое имя, но только добавила шагу. Ей хотелось бежать прочь, как можно дальше от этого жестокого, циничного человека.

Бек поравнялся с ней. Она даже не стала смотреть ему в лицо, понадеявшись, что он успокоится и отстанет сам.

— Подожди! — крикнул он, схватив ее за руку.

Райли рывком высвободилась и пошла дальше.

Только отпирая машину, она поняла, что верзила все еще здесь. У нее так тряслись руки, что она не могла попасть ключом в замочную скважину. Окончательно раздавленная и опустошенная, она встала, опираясь спиной о кузов машины.

И увидела встревоженные глаза Ори, поджидавшего на другой стороне парковки у своего мотоцикла. Наверное, он пытался понять, стоит ли обращаться с этим распоясавшимся ловцом как с реальной угрозой. Райли покачала головой, и он кивнул, печально глядя на нее.

Не заметив, что за ним внимательно наблюдают, Бек переминался в метре от нее.

— Пожалуйста, выслушай меня. — Он почти умолял.

— Зачем ты это делаешь? Ты пугаешь меня, Бек.

Он вздрогнул так, будто Райли плюнула ему в лицо.

— Мы могли бы замечательно дружить, если бы ты не строил из себя такого засранца.

Он весь поник.

— Я не знаю, почему я так делаю. Происходит что-то непонятное.

Она выжидательно посмотрела на него, понимая, что все гораздо сложнее. Бек поднял на нее полные боли глаза.

— Райли, я не переживу еще одну потерю. Ты — это все, что осталось в моей жизни.

Опять эта обезоруживающая честность. Сейчас он не просто снимал броню, он открывал ей свое сердце.

— Не Ори здесь главный злодей, Бек, — устало сказала она.

Бек открыл рот, собираясь возразить, но затем покачал головой, словно сдаваясь.

— Да, может быть, и так. Но это совершенно не означает, что он не может причинить тебе боль.

— Это мой выбор, — горько ответила она. — Так же, как и Жюстина — твой.

— Понимаю, — уступил он и собрался уходить, но затем вдруг резко обернулся к ней: — Мне правда жаль, что у нас ничего не получается.

Что??!

— Бек, мне…

— Хватит. Давай все так и оставим. Я прошу тебя только об одном: будь осторожна.

И он побрел прочь, как побитый пес. Не осталось больше задиры, способного вывести из себя кого угодно, и воображалы, заставлявшего окружающих плясать под свою дудку. Все это время под всей подобной шелухой жил какой-то совершенно другой, незнакомый ей человек.

* * *

Поздно вечером Бек шагал по Демон Централ, разыскивая охотников. Он уже успел переговорить со своим старым приятелем, ветераном Айком, который жил тут поблизости. Тот рассказал, что команда охотников патрулирует окрестности. То и дело раздавались выстрелы: видимо, ватиканские ребята устали бесцельно слоняться по улице и начали целенаправленно сокращать популяцию демонов в этом районе.

Оставаясь начеку, Бек углублялся в лабиринт улиц. Он никак не мог сконцентрироваться на работе: слишком серьезный разговор произошел у них с Райли сегодня. Слишком много жестоких слов было сказано.

Что бы он ни делал, как бы ни старался, она только отдалялась от него. Бек прекрасно понимал, что нельзя было так давить на нее, но не смог держать себя в руках. Он уже не жил — он существовал в вечном страхе, что может потерять ее навсегда из-за какого-то демона. Или… кого-нибудь еще.

— Вот дрянь! — выругался он в сердцах. Приходилось вмешиваться в ее жизнь, другого пути не было. У него были и собственные проблемы — например Элиас Сальватор. Если Беку повезло, то парень еще не знает, с кем спит его очаровательная бывшая пассия. А если нет, остается рассчитывать лишь на то, что сегодня у охотников человеческие жертвы не запланированы.

Бек уже придумал, как должен выглядеть заголовок некролога: «Молодой ловец-подмастерье трагически погиб на Демон Централ». Ватикан, конечно, принесет официальные соболезнования…

Ну уж нет, это слишком.

Он шагал дальше по Броуд-стрит и наконец увидел их. В центре улицы Бек насчитал шесть силуэтов в униформе, увешанных дорогим оружием. Наверняка где-то поблизости отсиживалось прикрытие. Судя по количеству неподвижных пушистых тел, лежавших на асфальте, у ребят кипела работа. Обычно тройбан не обращал внимания даже на огнестрельное ранение в голову, но у охотников были особые пули со Святой водой внутри. Сейчас на земле валялось и истекало кровью полторы тысячи долларов, и никому из ловцов не суждено получить эти деньги.

— Что за проклятая расточительность, — досадливо проворчал он.

Бек думал, что на него тут же накинутся с претензиями, но вместо этого один из охотников поманил его за собой в ближайший переулок. Там, возле одного из навороченных автофургонов, стоял Сальватор и обсуждал со своим помощником карту, расстеленную на походном столике.

— Добрый вечер, — с подчеркнутой вежливостью сказал Бек. Капитан приветливо кивнул ему, а его подчиненный только обжег взглядом исподлобья.

— Ты что здесь ошиваешься? — прорычал он.

Бек невозмутимо поставил рабочую сумку рядом со столом.

— Давно мечтал посмотреть, как работают крутые ребята.

Амундсен раскрыл рот, вероятно намереваясь отправить Бека по всем известному адресу, но капитан остановил его:

— Лейтенант, все в порядке. Пожалуйста, проверьте, как там Чавес и Римский.

Судя по гримасе, Амундсен имел другие планы, но подчинился и, сжимая в руке винтовку, удалился на соседнюю улицу.

Бек махнул рукой в сторону мертвых демонов.

— Знаете, если бы вы не убивали этих тварей… — начал он, пытаясь снять напряжение от натянутой встречи.

Сальватор аккуратно сложил карту.

— Если мы не станем их убивать, они вернутся и продолжат жрать мирных жителей.

— Я думал, что у вас там все схвачено. Мне рассказывали о монахах и беспрестанных молитвах. Что вроде бы демоны от этого исчезают.

— Да, исчезают, — согласился Сальватор и пристально посмотрел в глаза Беку. — А потом появляются в родных краях и начинают убивать с новой силой. У Ада запущен какой-то невиданный конвейер по вторичной переработке.

Бек сначала не понял, шутит парень или нет.

— Это прикол такой, да?

Капитан печально покачал головой.

— Только когда мы их убиваем, они не появляются снова.

— Все равно не сходится, — настаивал Бек на своем. — Охотники веками убивали демонов, но нам всегда находилась работа. Может, Люцифер и мертвым, и живым подопечным находит применение?

Капитан на мгновение задумался.

— А это была бы подстава, не так ли?

Бек одобрительно ухмыльнулся.

А может быть, этот парень не так уж и плох, как говорят?

— Почему вы здесь, мистер Бек? Вряд ли ради того, чтобы смотреть, как мы работаем.

Началось.

— Из-за Райли Блэкторн. Я узнал, что один из наших учеников позвонил вам и наплел какую-то ерунду о том, что она вместе с отцом работает на стороне Дьявола. Это ложь.

— Ничего другого я от вас и не ожидал, — ответил Сальватор. — Никто не стал бы обвинять своего учителя или его единственную дочь.

Бек нахмурился и заговорил, взвешивая каждое слово.

— Ели бы они переметнулись на сторону Ада, то я сдал бы их не моргнув и глазом. После того как столько моих друзей погибли мучительной смертью, я не позволю пустить дело на самотек.

Сальватор кивнул. В отдалении раздался выстрел и низкий, печальный рев.

— И еще один из них обратился в прах… — пробормотал Бек себе под нос.

— Вы уверены, что Блэкторнам можно доверять? — осторожно спросил Сальватор.

Бек кивнул:

— Пол был честен и неподкупен. Его дочь такая же.

— Великий Мастер Стюарт сказал то же самое. Но если не Райли выступает проводником демонической силы в этом городе, то кто тогда?

— Не знаю. Демоны полностью поменяли тактику. Они стали хитрее и изворотливее. В последнее время они вообще странно себя ведут.

— Это уже не первый случай, — начал Сальватор. — В тысяча девятьсот девяносто третьем году в Москве…

И тут земля задрожала под их ногами. Затем все замерло на мгновение, и землетрясение началось с новой силой. Автосигнализации принялись завывать в ночное небо, как электронные волки.

— Это пятак, — сказал Бек, и его сердце сжалось. Схватив рабочую сумку, он огляделся. Вокруг раздавались крики, и со всех сторон к капитану сбегались его охотники.

Сальватор заглянул в открытую дверь фургона.

— Откуда поступает сигнал, Корсини?

Смуглый мужчина с какими-то мудреными приспособлениями в руках высунулся к нему навстречу.

— С юго-востока, пара километров отсюда.

Пара километров.Это же рядом с домом Харпера.

Бек повернулся на пятках и пустился бегом. Капитан кричал ему вслед что-то, но он продолжал бежать изо всех сил, будто от этого зависели его жизнь и смерть.

На самом деле так оно и было.

Глава тридцатая

Убедившись в том, что у дома Харпера ее не поджидают охотники, Райли вздохнула с облегчением. Мастер сидел в кабинете с закрытыми глазами, телевизор не работал. Это было что-то новенькое.

Райли поставила сумку с покупками на стол.

— Я нашла суп, который вы любите.

Молчание. Она подумала, что это намек, разобрала покупки и унесла их на кухню. Когда она вернулась обратно в офис, Харпер сидел с открытыми глазами и смотрел в пустоту. Она думала, что он насмешливо покосится в ее сторону, но он не двинулся. Это уже выглядело страшно. Что, если он решил отказать ей в обучении после клеветы Саймона? У нее не было возможности доказать свою невиновность.

И тут Харпер сказал совсем неожиданную вещь.

— Со святошей серьезные проблемы, — угрюмо начал он. — Конечно. Я и тебя не могу отпустить на расстояние плевка, но с человеком, который связался с охотниками, я работать не собираюсь.

По какой-то непонятной причине Райли захотелось оправдать своего бывшего парня.

— Саймон сейчас очень запутался, и он…

— Не пытайся его защищать! — вскричал Харпер. Его голос эхом отозвался от потолка. — Он продал тебя не моргнув глазом и позвонил охотникам, не посоветовавшись ни с кем. Что этот щенок о себе возомнил?

— В том-то и дело, что ничего.

Он хмыкнул.

— Его кризис веры — настоящая заноза в заднице.

— Для меня — тоже.

Он снова хмыкнул.

— Я серьезно поговорю с ним завтра утром. И потом мы как можно скорее поедем на работу. Попытаемся поймать тройбана и разобраться, способен ли святоша нормально ловить демонов. Не хочу его терять.

— Вы что, собираетесь отправить Саймона на тройбана после того, что он пережил? — ужаснулась Райли.

— Рано или поздно ему придется перешагнуть через себя, или с работой придется завязать. Все предельно просто. — Харпер покосился на нее. — Имей в виду, ты — следующая.

Райли представила себе, как будет ловить тройбана. Отважится ли она иметь дело с этими кровожадными чудовищами.

— Я уже сталкивался с таким, — вдруг признался Харпер. — До тех пор пока святоша не разберется с Богом в собственной голове, он будет сомневаться во всех и вся.

— Пусть делает что хочет, лишь бы не обвинял папу.

— Блэкторн действительно знал, что произойдет, иначе он бы не стал предупреждать тебя.

Райли нахмурилась и уперлась руками в бока.

— Ну конечно, и поэтому он решил предупредить меня за пять секунд до того, как вся Часовня превратится в мясорубку! Если он действительно собирался всех вас погубить, то сначала убедился бы в том, что я уже выбралась из здания.

Харпер поник. Он не стал соглашаться с ней в открытую, но было очевидно, что ему достаточно этого аргумента.

— Я поговорил с этим Розетти сразу после того, как они убрались из твоего дома. Они не отступятся и продолжат копать, чтобы оклеветать тебя или Пола. Если ты продала душу Дьяволу, то вся наша гильдия обречена, ты понимаешь это?

Райли вздрогнула от ужаса. Хотя многие ловцы Гильдии ей не нравились, она не хотела бы, чтобы они лишились работы и их дети пухли от голода. К тому же весь город останется без защиты.

— Я все поняла.

Харпер тяжело вздохнул:

— У Стюарта своя точка зрения на происходящее. Я ни черта не понимаю во всей этой мудреной мистической мишуре, но он определенно знает, о чем говорит. Мы посоветуемся и попробуем придумать, как можно уладить проблему. Главное, чтобы охотники убрались отсюда как можно быстрее.

Они никогда раньше не разговаривали так откровенно. Поскольку Харпер был готов выслушать ее, Райли решила воспользоваться моментом и рассказать ему о своих безуспешных попытках раскрыть аферу со Святой водой. Быть может, старик скажет что-то дельное?

— Я пыталась разобраться с подделкой Святой воды. — Он угрюмо покосился в ее сторону, но его глаза не налились кровью от злобы, как обычно. Ободренная этим, Райли рассказала ему все о неизвестном грузовике без логотипов и о водителях, не желающих давать объяснения. — Я съездила на перерабатывающий завод, — продолжила она, благоразумно умолчав о помощи Питера. — Бутылки очищают от этикеток и наклеек, затем моют. Потом отправляют на завод Святой воды. И видимо, где-то на этом промежутке часть бутылок крадется мошенниками.

Харпер нахмурился еще больше, и Райли приготовилась к расправе. Но ее не последовало.

— А ты можешь быть права, — согласился он. — Раньше городская администрация отправляла за бутылками собственный грузовик, и мне приходилось ждать, пока от них придет чек. Теперь же они заключили договор с дистрибьюторами, которые расплачиваются на месте.

— И когда это случилось?

— Около трех недель назад.

— Даты освящения тоже перестали совпадать где-то три недели назад.

Она твердо знала это, потому что часами сидела с документами, которые ее заставлял вести Харпер. Когда учетные таблицы заполняли предыдущие ученики, никаких проблем с датами не возникало.

— Получается, если мне требуется получить пустые бутылки с акцизной маркой, — начала она, — то мне нужно просто договориться с властями, что я буду сама собирать их, часть отсортировывать, подмазывать кое-что в документах, и никто даже не узнает о том, что часть бутылок пропала. Эти бутылки я смогу наполнять водой из-под крана и продавать их как настоящие.

Харпер смерил ее тяжелым взглядом.

— Да у тебя криминальный талант, девочка.

С этим она спорить не стала.

— Нужно поговорить с дистрибьютором и установить, не отсутствует ли какое-либо количество бутылок.

— Все не так просто. Дистрибьютор может быть абсолютно законопослушен, но кто-то крадет у них тару или получает их бутылки в другом месте. Может быть, даже покупает новые.

— Но откуда они возьмут акцизную марку?

— Нет никаких причин не предполагать, что в администрации кто-то приторговывает ими.

Райли даже не думала о подобном.

— И у кого еще криминальный талант? — выпалила она и затем испугалась, что перегнула палку. Но Харпер и бровью не повел. — Я уверена, что продавцы Святой воды тоже завязаны с этим.

— Надо попытаться разобраться с этой ситуацией. Слишком многое это решает для нас, — заметил Харпер. — Я поговорю со Стюартом и…

Земля слегка дрогнула под их ногами. Райли подумала, что ей показалось, но затем увидела лицо Харпера, вцепившегося руками в подлокотники так, что побелели костяшки пальцев.

У нее перехватило дыхание.

Боже мой, только не здесь и не сейчас.

Земля снова заходила ходуном, жалобно зазвенели тарелки в мойке. Чтобы не упасть, Райли вцепилась в стол, а тем временем вокруг падали и опрокидывались вещи.

— Вот тварь. — Харпер вскочил на ноги. — Он не посмеет…

Порыв ветра чудовищной силы ударил в фасад дома, разбив стекла в окнах.

— Ложись! — взревел Харпер. Спустя мгновение входная дверь разлетелась в щепки.

Райли едва успела коснуться пола, как все вокруг усыпали мелкие древесные щепки, острые, как иглы. Потом раздался смех. Низкий, леденящий душу и, вне всякого сомнения, демонический.

Геодемон пришел за своей жертвой.

Где же Ори?

Пол под их ногами двигался волнами, билось стекло, и осыпалась штукатурка с начинавших трескаться стен. Бетонная пыль окутала их удушливым серым туманом.

— Подпол! — завопил Харпер, схватил ее за руку и потащил прочь из рушащегося офиса.

Новая волна землетрясения опрокинула их навзничь, как тряпичных кукол. Терпя боль в незаживших ребрах, Харпер поднялся на четвереньки. Над их головами заскрипела арматура, начал поддаваться потолок.

— Помоги мне! — крикнул он, цепляясь за что-то руками. В клубах пыли и мусора Райли увидела, что мастер пытается оторвать кусок фанеры от пола. Повернувшись спиной к бушующему ветру, Райли вцепилась в фанерную половицу и изо всех сил попыталась согнуть ее. Оторвать ее было невозможно, поэтому они общими усилиями просто сдвинули ее в сторону.

Скривившись от боли, Харпер затолкал Райли в смотровую яму, видимо оставшуюся с тех времен, когда здание было автомастерской. Там воняло машинным маслом и старыми покрышками.

— Прикрывай голову! — крикнул он. Над их головами здание из последних сил вздыхало и корчилось. Словно в агонии, бетонные блоки наезжали друг на друга, трескалась арматура, обломки падали на землю.

Райли протянула к Харперу руки, чтобы он спустился вниз, в укрытие, но он упрямо покачал головой.

— Пережди здесь!

Схватив рабочую сумку, мастер пробрался через обломки к дыре в стене здания.

Что он творит? Демон разорвет его на клочки.

К ним на помощь придут ловцы или, на крайний случай, охотники. Он не должен выходить один на один с пятаком.

Но Харпер велел отсиживаться в подполе. Это она и должна делать исходя из своих обязанностей. Райли его ненавидела и не забывала, как он обращался с ней и ее отцом. Она сохранила в памяти каждое оскорбление и каждый синяк, оставленный им.

Но как ни крути, он мой учитель.

Закричав от злобы и безысходности, она выбралась из ямы и побежала к нему на помощь. Когда она оказалась на улице, ветер неожиданно прекратился и воцарилась такая жуткая тишина, что Райли услышала стук собственного сердца.

На парковке в десяти метрах от нее над Харпером во весь свой огромный рост навис Геодемон. Под угольно-черной кожей бугрились мышцы, пальцы огромных когтистых рук хищно изгибались. На неохватной бычьей шее сидела почти человеческая голова, увенчанная парой острых, жутких рогов. Но страшнее всего были глаза, горевшие искристым адским пламенем. Такое же пламя клубилось у него и ниже живота, вместо ног.

Мастер Харпер защищал рукой пострадавшие ребра, и его вспотевшее лицо было покрыто толстым слоем темной пыли, как у шахтера.

Это был тот самый демон, который напал на них в Часовне и убил отца Райли. Желание отомстить завладело всем ее существом.

Демон посмотрел на нее своими жуткими горящими глазами.

— Дочь Блэкторна, — проревел он.

Харпер вздрогнул и обернулся к ней.

— Сейчас же вернись назад!

Райли упрямо покачала головой и встала рядом с ним. Этот демон убил ее отца, и она не собиралась прятаться от него.

Не задавая никаких вопросов, она сунула руку в сумку на плече у мастера и достала две сферы приземления. Когда она передала одну из них Харперу, он угрюмо покосился на нее, затем коротко кивнул. Его шрам побледнел.

— Ты знаешь, что надо делать? — проскрипел он.

— Да.

Ее страх стал настолько ощутимым и реальным, что, наверное, проступал сквозь клетки кожи, как вода из подтекающего крана.

Харпер мотнул головой, чтобы она отошла вправо. Сделав несколько шагов, она увидела, что демон, мерзко хихикая, с интересом наблюдает за их манипуляциями.

Где же ангел? Где Бек и эти хваленые охотники? Почему нас только двое?

— Давай! — крикнул Харпер, но опоздал на долю секунды. Волна ветра, сильная и беспощадная, как удар отбойного молотка, опрокинула Райли навзничь. Катаясь по земле, она обхватила сферу руками, чтобы та не разбилась. Дождь и град секли ее тело, как плети, вихрь хаотично менял направление, так что невозможно было что-либо делать.

Неподалеку она разглядела Харпера, ухитрившегося подняться на ноги. Он не собирался ждать ее, а кинул свою сферу в старую ржавую ограду. Она была металлической, так что энергия сферы передалась демону, стоявшему в эпицентре вихря и дождя.

В небесах грянула молния и ударила в землю прямо перед ногами Райли. Она завизжала и отскочила в сторону, усыпанная пылью и грязью. Затем швырнула свою сферу в ту же ограду, но справа от демона.

Ветер вдруг резко изменил направление и ударил Райли в спину, заставив больно стукнуться о землю, и повлек ее прямо в лапы демона. Валяясь на животе, Райли, как кошка, всеми четырьмя конечностями цеплялась за гравий. Он больно впивался в ладони и колени. И тут она увидела, что пятак протянул к ней руку. Зловеще блеснули огромные когти, каждый размером с нож. Один такой коготь пронзит ее, как бабочку на шпильке, перед тем как демон разорвет ее на куски.

— Сдохни, выродок! — воскликнул Харпер и швырнул в монстра другую сферу. Она сверкнула ослепительным золотом и разорвалась прямо под ногами демона. Тот взвыл и стал биться в агонии. Райли больше не волокло к нему, она смогла подняться на ноги. Но передышка была недолгой.

Под демоном разрасталось пятно из чистого золота, вбиравшее в себя его силу. Сопротивляясь, он поднимался выше в воздух, и затем, взвыв от боли, он ухитрился открыть в земле огромный разлом. Когда в него рухнуло золотое пятно, демон с трудом закрыл его и запечатал спасительную магию в недрах земли.

Ничего не вышло.

Пылая злобой, демон повернулся к мастеру:

— Сейчас ты умрешь, ловец.

Он взревел и направил на него ветер такой силы, что Харпера бросило оземь и било и волокло с десяток метров в сторону дома. Когда ветер стих, он больше не двигался.

Вдалеке раздался вой сирены. Полиция уже не успеет, да и что они сделают с этим чудовищем? Не было ни охотников, ни ангела, ни Бека. Папа не ошибся: совсем скоро они будут вместе. Ну что ж, по крайней мере, она сделала все, что могла.

Стоя на месте, демон обжег ее взглядом своих адских глаз.

— Дочь Блэкторна, — позвал он. — Пришло твое время.

Райли взяла трясущимися руками две сферы со Святой водой. Они были как дробины для слона, но все же лучше, чем ничего.

Я ни за что не умру, так и не узнав, почему.

— Это из-за Армагеддона? — спросила она.

Демон ответил таким жутким ревом, что Райли совершенно обессилела от страха. Ее тело отказывалось слушаться, и она безвольно упала на колени. Сферы выпали на землю из ее обмякших рук и раскололись. Но стремление знать правду было необоримо.

— Почему? — воскликнула она с глупым, самоубийственным упрямством. — Скажи мне, почему?

— Ты стоишь на пути, — прорычал он.

Райли из последних сил подняла голову, чтобы посмотреть в глаза своей смерти. Демон приближался к ней. Она почувствовала исходивший от него жар преисподней и тошнотворную вонь серы.

— Мне уже давно пора вмешаться, — раздался голос из пустоты.

Ори?

Ангел стоял в паре метров от нее, покрытый сверкающей серебряной броней, его пушистые крылья трепетали в воздухе. С жутковатым утробным смехом, говорившим больше о жажде крови, чем о святом желании спасать мир, он достал меч из ножен на поясе. Тот осветился белым пламенем, слегка потрескивая в темноте, как раскаленные угли.

— О боже мой, — прошептала Райли.

Она вскочила на ноги и попятилась в сторону Харпера, наблюдая, как ангел и демон пошли навстречу друг другу. Ее мастер был жив и дышал. Несмотря на ужасную ситуацию, Райли радостно улыбнулась: выходит, упрямый старый черт был таким же живучим, как она сама.

* * *

Демон взвился в воздух, набирая силу. Зависнув в центре вихря, он вызывающе засмеялся:

— Ты бросаешь мне вызов, Посвященный? Ведь твои кости ломаются так же легко, как и у любого смертного.

— Твои тоже, адское отродье.

Тот оскалился в ответ, демонстрируя ряд длинных клыков.

— Когда настанет конец света, мы уничтожим всех вас.

Ори досадливо вздохнул. Эти ребята никогда не изменятся: беспричинные злоба и месть застилали им глаза. Непонятно, как Люцифер вообще мог сосуществовать с ними.

— Ты нарушил Вечный договор. Ты знаешь, каким будет наказание, Астаринг.

Услышав свое настоящее имя, демон выплюнул в воздух столб пламени.

— Я станцую на твоем мертвом теле, Посвященный, а потом разберусь с девчонкой Блэкторна.

— Не сегодня. — Ори поднял меч. — И никогда.

С оглушительным криком, который, наверное, услышали на Небесах, он ринулся в атаку.

Ему навстречу бросился ревущий вихрь, но ангел извернулся в воздухе и ударил демона в левое плечо. Тот взвыл от боли и попытался схватить противника руками. Ему удалось достать одним из когтей кончик крыла и разорвать сухожилие. Во все стороны полетели белоснежные перья.

За мгновение перед тем, как демон достанет его другой рукой, Ори отклонился. Тот тут же попытался пригвоздить его к земле порывом ветра. В другое время Ори выдержал бы, но его раненое крыло не справлялось с таким резким потоком. Пока он отвлекся, пытаясь сохранить высоту, демон обрушил на него ливень с градом, чтобы его крылья намокли. Ангел упал на мокрый асфальт и едва успел увернуться от огромной ноги демона — тот, похоже, хотел растоптать его.

Любой Посвященный с легкостью мог разобраться с подобным любителем плохой погоды, но этот был слишком хитер и силен.

— Кто тебе помогает? — выпалил Ори в гневе. — Назови своего демиурга!

— Обещаю, что сделаю это перед тем, как ты сдохнешь, — прорычал демон.

Небо словно раскололось на две половинки, и электрический разряд ударил прямо в меч Ори. Ангел слегка отстранился, но не бросил оружие, а, напротив, стал собирать всю энергию шторма, ливня и молнии вокруг себя. И затем ринулся на демона в полную ангельскую мощь. Тот не ожидал подобного поворота, и Ори навалился на него, пронзая ему грудь мечом. Из огромной раны на землю выпало черное, дымящееся сердце, похожее на сгусток раскаленной смолы. Словно не веря тому, что происходит, демон посмотрел на противника изумленными глазами.

— Пощады… — прохрипел он. — Любое твое желание…

— Смерть — вот пощада для тебя, — ответил ангел.

Он выдернул меч из пламенеющей груди своего врага и рухнул на колени прямо перед ним. Умирающий демон прошептал что-то, пытаясь собрать остатки силы.

Над демоном возник вихрь. Испуская последний вопль, чудовище вызвало силовую волну, которая пронеслась над разрушенной парковкой, как каток. Ори закричал что-то предупреждающее, но было уже поздно.

* * *

Райли пришла в себя и поняла, что лежит у кого-то на руках. Нежный голос убаюкивал ее, повторяя, что все теперь будет хорошо и с демоном покончено. Она заморгала, пытаясь бороться с мешаниной цветных пятен перед глазами. Не помогало. Все кружилось вокруг, она была как в тумане.

— Постарайся не двигаться, пожалуйста, — сказал Ори и легонько провел пальцем сначала над одной ее бровью, затем над другой. Она почувствовала знакомое покалывание, поморгала, и мир вокруг приобрел четкие очертания. Потом ангел взял ее ладони в свои и сделал с ними то же самое. Мелкий гравий начал осыпаться с ее заживающей кожи. Раны затягивались.

— Это действительно крутая фишка. — Она посмотрела ему в глаза и попыталась улыбнуться.

— Поправляйся.

И тут она увидела, в каком он состоянии.

— Черт, тебе же больно! — Из его крыла хлестала кровь: все перья вымокли в искристо-голубой жидкости. Райли с трудом села, пытаясь обнять его.

— Не волнуйся. Сейчас заживет, — шепнул он.

И тут на ее глазах волокна мышц на крыле стали стягиваться сами собой, перья принялись прирастать на место, кровь понемногу останавливалась.

— Ничего себе, — выпалила Райли, потому что никак иначе она не могла охарактеризовать происходящее. Она повернулась к тому месту, где упал умирающий демон. Там осталась только дымящаяся дыра в асфальте. — Пожалуйста, скажи, что он мертв.

— Обратился в прах, как я тебе и обещал. — Ори замолчал, словно прислушиваясь к тому, что Райли не могла услышать. — Мне пора уходить. Пусть все думают, что демона убил твой мастер. Ты понимаешь, что я имею в виду?

— Зачем мне лгать?

— Для твоего же блага. Им лучше не знать, что я вмешался.

— Я тебя больше не увижу?

Он внимательно и грустно посмотрел на нее.

— Приходи сегодня на кладбище, когда сможешь. Я буду ждать.

— А как же…

Ори покачал головой и коснулся ее лба, погружая в ласковое белое сияние забытья.

Глава тридцать первая

Кто-то звал ее по имени. Голос был отчаянный, почти истеричный.

— Ори? — расслабленно пробормотала она.

Затем открыла глаза и поняла, что ангел уже улетел. И, судя по выражению на лице парня, державшего ее в руках, меньше всего он хотел слышать это самое имя.

— Бек, — пробурчала она. Тот немного успокоился.

— Слава богу! — сказал он. — Когда произошло землетрясение, я испугался, что тебе крышка.

Даже не надейся, парень.

— Что с Харпером?

— Орет и матерится, как сумасшедший. Значит, будет жить. — Бек оглянулся вокруг с неподдельным ужасом и виновато произнес: — Здесь, наверное, творился сущий ад. Прости, что я не успел вовремя.

Райли сглотнула и выругалась про себя. Такое ощущение, что ее пытались накормить грязью.

— Водички? — прохрипела она.

Он засуетился, устроил ее полулежа на своей сумке и достал бутылку воды. Потом Райли с жадностью стала пить прохладную жидкость, пока он придерживал ее рукой. Сжав бутылку ладонями, она попыталась сесть сама.

— Эй, полегче, — обеспокоился Бек.

Она кивнула, но все равно сделала по-своему. Ладони еще слегка покалывало, и она разглядела одну из них. Все ясно: молодая кожа еще была нежно-розовой, но никаких следов от ран и ожогов не осталось.

Никто и не сомневался. Ангелы лучшие.

Она сделала еще один маленький глоток, стараясь промочить саднящее горло.

— Харпер решил сам с ним разобраться, — сказала она. — Он велел мне отсиживаться в подвале.

— Но ты не послушалась, не так ли?

Она покачала головой:

— Я обязана была ему помочь.

Бек обреченно вздохнул:

— Ну что ж, главное, что ты жива и с этим чудовищем покончено. Жаль только, что это был не я.

Она поняла, что дело было не только в том, что победить пятака мечтает каждый ловец. Бек хотел отомстить за ее отца.

— Если бы ты был рядом, то так же уделал бы его, я не сомневаюсь.

Он благодарно кивнул, оценив ее великодушный жест.

Рядом с ней присела девушка в униформе, такая худая и костлявая, что, без сомнения, в ней можно было признать заядлую курильщицу.

— Приляг, пожалуйста, на секунду, я проверю твое состояние.

Райли повиновалась, хотя прекрасно знала, что никаких переломов нет. Она терпеливо отвечала на вопросы врача, пока та полностью не убедилась в том, что Райли не пострадала.

— Я бы советовала тебе сходить в госпиталь на обследование, просто на всякий случай.

Райли упрямо покачала головой:

— Все нормально.

— Тебе лучше знать, — уклончиво ответила девушка, собрала свой чемоданчик и удалилась.

Райли облегченно вздохнула и снова села. Бек стоял у развалин дома, переговариваясь с Джексоном и парой других старших ловцов. Среди еще дымящихся обломков мелькала яркая форма пожарных, на парковке ошивались полицейские.

Она оглянулась на дымящуюся воронку в асфальте — все, что осталось от пятака. Ори обещал разобраться с ним и сдержал свое слово. Но почему он заставил ждать себя так долго?

Она услышала, как Харпер хрипло крикнул что-то нецензурное, и непонятно почему улыбнулась сама себе. Повернувшись на голос, она увидела своего мастера, сидевшего на земле, приложив в голове пакетик со льдом. Он злобно косился на врача, хлопотавшего вокруг.

Ах ты вредный старый стервятник!

И тем не менее, когда наставали тяжелые времена, он готов был пожертвовать жизнью ради нее.

Райли с трудом поднялась на ноги. Голова закружилась, и она замерла на месте, пытаясь восстановить равновесие. Затем пошла к Харперу через засыпанную обломками парковку.

Он посмотрел на нее налитыми кровью глазами.

— Малявка, — прохрипел он.

— Мастер Харпер.

Врач так же безуспешно попыталась убедить его сходить на обследование в госпиталь. Когда девушка наконец сдалась и отступила, они остались наедине. Харпер смерил ее недоверчивым взглядом.

— Куда делся демон? — спросил он так тихо, что его никто не мог услышать, кроме нее.

Она присела на колени рядом с ним.

— Мертв. И убили его вы.

Пожалуйста, только не спрашивайте как.

Он помрачнел.

— Что-то я не припоминаю, как это сделал.

— Вы могли бросить меня ему на растерзание. Но не сделали этого. Почему?

— Я хочу спросить то же самое.

Она слишком устала, чтобы подбирать слова.

— Вы — мой учитель. Я не могла позволить этой дряни убить вас, да и любого другого ловца, будь он даже полным засранцем.

Харпер посмотрел на нее как-то странно и вдруг расплылся в хищной улыбке.

— А ты зубастая девочка и, как ни крути, моя ученица. Не хочу, чтобы поговаривали, будто Харпер не может защитить даже своих подопечных.

По крайней мере это честно.

Он повернулся к остаткам своего жилища, и улыбка испарилась. Райли проследила за его взглядом. От дома осталась только одна стена, перед которой возвышались груды покореженного метала и искрошенных бетонных блоков. Кое-где поднимался дым. На ветру разлетались какие-то бумажки, и одинокий офисный стул беспомощно вздымал ноги к небу, как перевернутая черепаха.

— Черт возьми, а я ведь любил это место, — горько пробормотал Харпер.

Неужели кто-то способен привязаться к этому старому, вонючему гаражу?

Словно прочтя ее мысли, Харпер пояснил:

— Мой отец был автослесарем. Я все время торчал рядом с ним и смотрел, как он чинит машины. У него были золотые руки.

— Это место напоминает вам о нем? — заинтригованно спросила Райли.

— Ага.

— Он работал ловцом?

Кивок.

— Он погиб, сражаясь с Архидьяволом. Мне было шестнадцать. — Харпер проглотил комок в горле и тяжело откашлялся. Когда он посмотрел на нее, в его глазах не осталось ни следа от злобного, вредного старика. — Поэтому я решил, что тоже стану ловцом.

Оказывается, он страдал совершенно так же, как она сама. Никогда бы не догадалась.

— Райли? — позвал Бек.

В кои-то веки она была рада его бесцеремонному вмешательству — слишком уж непривычно было вот так откровенно разговаривать с Харпером. Ей почему-то не хотелось, чтобы этот пакостник разрушил очарование момента каким-нибудь циничным замечанием.

Райли поднялась на ноги и зашаталась. Бек успел подхватить ее под локоть. Они оба повернулись на шум приближающихся машин, и на парковку один за другим въехали четыре сверкающих автофургона.

— А ребята явно не торопились, — процедил Бек.

Тут из машины вылез молодой мужчина. Судя по поведению и манере отдавать короткие рубленые приказы, он был самым главным. Когда командир охотников зашагал в их сторону, Райли повернулась к Беку.

— Кто это? — шепнула она.

— Элиас Сальватор. Их капитан.

— Его не было, когда они пытались арестовать меня в собственном доме.

— Просто будь аккуратнее с тем, что ему говоришь, детка.

Это было очевидно. Хорошо еще, что черный священник не притащился с ними.

— В следующий раз потрудитесь сказать, куда направляетесь, — прорычал Сальватор, хмурясь на Бека. — Мы были бы здесь гораздо раньше.

Потом он повернулся к Райли.

— Вы в порядке? — Заручившись утвердительным кивком, он продолжил: — Что здесь произошло?

— Это был Геодемон, тот самый, — ответил за всех Харпер, строго глядя на молодого капитана снизу вверх.

— Пойман?

— Уничтожен, — отрезал Харпер и переглянулся с Райли. Что бы здесь ни произошло, охотники были по другую сторону баррикад, и им не следовало этого знать.

Капитан поманил двух своих солдат:

— Проверьте кратер.

Он снова обратился к мастеру:

— Его сопровождали другие демоны?

Харпер покачал головой:

— Нет, его одного было более чем достаточно.

— Примите мое искреннее восхищение, мастер Харпер. — Сальватор уважительно склонил голову. — Этих тварей очень сложно убить.

Старый стервятник закашлялся.

— Да, я уже оценил.

Сальватор вернулся к своим людям. Они встали над еще дымящейся воронкой и стали оживленно что-то обсуждать. Судя по бурной жестикуляции и быстроте речи, это был итальянский.

Харпер досадливо отшвырнул пакетик со льдом и протянул Райли руку.

— Помоги мне подняться, малявка.

Они с Беком вместе поставили его на ноги. Харпер покачнулся, сделал несколько неверных шагов, но все же устоял. К ним подошел Джексон, и мужчины стали перешептываться о чем-то. Харпер указал рукой на какой-то засыпанный обломок на земле, и один из ловцов начал раскапывать его.

— А где же твой раскрасавчик? — подколол Бек. — Почему он тебя не спасал?

Он хотел разузнать все, но Райли не собиралась заглатывать наживку.

— Черт с тобой, — пробормотала она, покосившись на верзилу, и улыбнулась собственным мыслям. Ей было все равно, пусть воображает себе, что хочет.

Ее беспокоило только одно: Ори исчез вместе с демоном, и его больше не было рядом.

* * *

Бек добрался до дома Стюарта только в одиннадцать часов. Харпер наотрез отказался оставлять свой металлолом без присмотра, поэтому они долго возились в развалинах и, погрузив весь скарб в машину одного из ловцов, отвезли его в гараж к Беку. Еще часть вещей Харпера увезли на склад. Хорошо хоть, что уцелели его документы и записи, но вот из личных вещей не осталось почти ничего.

Изможденный, Бек рухнул в кресло, которое приметил в свой первый визит.

— Скотча? — поинтересовался Стюарт.

— Только капельку. — Ему совершенно не хотелось напиваться. Пора было разобраться в своей голове. Когда он увидел, что Райли лежит на земле, он на мгновение поверил, что она мертва. И, всем своим убогим существом моля о чуде Всевышнего, в которого раньше никогда не верил, он сжал ее недвижное тело в объятиях. Когда его заросшей щеки коснулось ее слабое дыхание, он чуть не разрыдался.

— Сынок?

Бек очнулся от своих невеселых мыслей.

На столе перед ним уже стоял невысокий стакан с порцией золотисто-медового скотча. Бек сделал большой глоток.

— Что-то ты не очень выглядишь, — обеспокоился Стюарт, присев на соседнее кресло. — Ты уверен, что все действительно в порядке?

Бек покачал головой. Он не хотел говорить об этом.

— Где Харпер?

— Наверху, спит.

— А вот и нет, — пробурчал тот из-за их спин, после чего подошел к камину и устроился в кресле. Судя по тому, как он двигался, раны страшно болели.

— Хочешь выпить чего-нибудь? — спросил Стюарт. Бек понял, что он не стал предлагать ему алкоголь.

Тот покопался в кармане и с угрюмым видом извлек пачку таблеток.

— Воды.

Бек отправился на кухню и нашел стаканы в одном из настенных шкафов. Затем все снова расположились перед камином и молча уткнулись в свои бокалы. Никому не хотелось обсуждать то, что произошло этим вечером.

Но вариантов не было.

— Как вы убили пятака? — начал Бек.

Мастер покачал головой.

— Я не убивал. Последнее, что я помню, это как катился по парковке, словно запущенный шар для боулинга. Пятак все еще бушевал и хотел заняться Райли. В этот момент я отключился.

— Но как тогда?..

— Райли знает, как обращаться с Геодемонами? — удивился Стюарт.

Его собеседники одновременно покачали головами.

— В таком случае, джентльмены, перед нами загадка.

Они удрученно помолчали еще некоторое время.

Хотя это было непросто, Бек понимал, что настала пора говорить начистоту.

— Думаю, я знаю, кто мог убить демона.

Мастера пристально посмотрели на него.

— В город приехал лансер по имени Ори. Он постоянно ошивается рядом с Райли, словно приклеенный. Она рассказала, что в ночь в Часовне он буквально вызволил ее из лап демона. Так что, вполне возможно, что это Ори разобрался с ним сегодня.

— Почему она сама не рассказала об этом? — удивился Харпер.

Бек пожал плечами:

— Это какой-то опасный типчик. Я уверен, что он замышляет гораздо большее, чем просто убивать демонов, охотящихся на Райли.

— А это означает, что твое мнение на его счет может быть крайне предвзятым, — усмехнулся Стюарт.

— Да, возможно, — уступил Бек.

Ну же, скажи им. Пусть это навсегда перечеркнет мое будущее как мастера, но правда должна восторжествовать.

— Этот Ори был в «Армагеддон Лаунж» в ту ночь, когда произошло нападение Мезмеров. Они пришли вдвоем и работали, как команда. Старшему удалось меня прищучить. Я был уже на волоске, как вдруг они заверещали и бросились вон, будто им подожгли хвосты.

Стюарт помрачнел, и Бек понял почему.

— Моя душа все еще принадлежит мне. Но этот парень, Ори, получается, просто спокойно сидел там и наблюдал за происходящим. Его совершенно не смущало, что меня готовы были препарировать живьем.

— Почему ты не говорил об этом раньше? — рассердился шотландец.

— У нас было много других проблем. К тому же немного стыдно признавать, что сдался какому-то четвертаку. Вот такая неприятная правда.

Мастер сделал большой глоток виски и затем обжег его взглядом.

— В следующий раз ты должен сразу же рассказать обо всем мне, ты понял? — прорычал он.

— Да, сэр.

— А те отродья знали, что он лансер? — спросил Харпер.

— Вряд ли, — предположил Бек. — Они вообще вели себя так, будто не видели его.

— Пара четвертаков, а он даже не поглядел в их сторону? Как-то подозрительно, — стал рассуждать Харпер. — Фрилансерам всегда нужны деньги.

— И сегодня то же самое. Если он убил того пятака, то должен был остаться на месте, чтобы дождаться огласки или награды, — продолжил Бек.

И чтобы выставить меня идиотом перед Райли.

Стюарт выглядел крайне озабоченным.

— Слушай, сынок, отодвинь уже свои эмоции в сторону и постарайся трезво оценить свое отношение к этому парню. Что ты чувствуешь?

Бек попытался последовать совету, но это оказалось очень нелегко. Слишком близко этот хлыщ подобрался к его девочке.

— Он какой-то слишком положительный. Но каждый раз, когда я его вижу, у меня волоски на затылке встают дыбом. Что-то в нем не так, и это не имеет никакого отношения к его с Райли шашням.

— Может быть, он четвертак? И поэтому его проигнорировали Мезмеры? — пробормотал Харпер.

— Вряд ли. Райли рассказывала, что он был с ней в церкви. Так что он не демон.

Стюарт выпрямился в своем кресле, как громом пораженный.

— Райли сегодня ночует в церкви?

— Нет. Она вернулась домой, ведь пятак уже убит.

— Немедленно позвони ей и вызови сюда.

— Но…

— Просто делай, что я сказал, — отрезал Стюарт непривычно жестким тоном.

Бек набрал ее номер и заметил, как встревоженно переглянулись Мастера.

— Ангус, ты что там себе воображаешь? — удивленно протянул Харпер.

Стюарт покачал головой. Похоже, не хотел обсуждать это в присутствии Бека.

Звонок переключился на автоответчик. Ее домашний телефон тоже не отвечал.

— Не берет трубку.

— Разыщи ее и приведи сюда.

— Мне нужно будет объяснить ей причину.

— Не нужно, — резко оборвал его Стюарт. — Она будет торчать здесь до тех пор, пока мы не разберемся с этим Ори.

— Да что творится, сэр? — не выдержал Бек. — Почему вы так волнуетесь?

— Обычная стариковская паранойя. Давай поезжай, сынок.

Поставив стакан с виски на стол, Бек направился к выходу. За его спиной старые ловцы начали шепотом переговариваться: Стюарт рассказывал Харперу о причине своего беспокойства. Хорошо, что Бек не мог разобрать слов: он сам не хотел этого знать.

Глава тридцать вторая

Ори был верен своему слову и стоял, опираясь спиной о кладбищенскую ограду, скрестив руки на груди. Он выглядел точно так же, как в день их знакомства: черные волосы собраны в небрежный хвост, кожаная куртка, как у «плохого мальчика». Никакого намека на пушистые белые крылья, ни малейшего признака того, что этот парень повинуется приказаниям из Рая. Просто какой-то загадочный красавчик ошивается у кладбища.

И поджидает меня.

Как глупо это ни выглядело, но, сделав Питу звонок и предупредив его о том, что с ней все в порядке, на случай, если он увидит новости по телевизору, Райли отправилась в душ, а потом битый час провела перед зеркалом. Затем она влезла в свои любимые джинсы и самую симпатичную рубашку, пытаясь соврать самой себе, что всегда так делает.

Выходя из машины, она провела пальцем по губам, вспоминая поцелуи Ори и ту бурю эмоций, которую они вызывали. Вот это было по-настоящему. Получается, Сими была права. Иногда стоит отпускать себя, даже если твой соблазнитель — ангел.

Подходя к воротам, она посмотрела на Ори, и его лучезарная улыбка затмила весь мир вокруг. Она видела только его, и ему сейчас посвящала лучшую из своих улыбок.

— Райли! — выдохнул он и переплел ее пальцы со своими. Хотя он был без перчаток, от его рук исходило, как всегда, ласковое солнечное тепло. На мгновение она, казалось, увидела окружавшее его сияние.

— Я не знала, будешь ли ты здесь, — выпалила она и тут же пожалела о своих словах. Ей не хотелось, чтобы он понимал, насколько сильно был ей необходим. — В смысле, у тебя же есть другие дела теперь, когда пятак мертв.

— Мое главное дело сейчас — это ты. — Словно чувствуя ее душевный порыв, он крепко обнял ее и прижал к себе. Райли уткнулась головой ему в грудь.

Они неспешно зашагали по дороге, шурша опавшими листьями. Когда они миновали пустой домик охраны, сильный порыв ветра растрепал ее волосы. Ори замер и оглянулся на ворота, нахмурив брови.

— Что такое? — Она тоже обернулась.

Его лицо на мгновение помрачнело, затем разгладилось.

— Пустяки. Просто кое-кто пытается учить меня, как мне нужно делать свою работу.

— Я и не подозревала, что у ангелов такие отношения между собой.

— Тебе еще предстоит многому удивляться.

Ори слегка сжал ее ладонь, и они двинулись дальше. Райли чувствовала его внутреннее напряжение. Когда она только приехала, он выглядел абсолютно счастливым и безмятежным, но сейчас переменился.

— Я даже не знаю, как тебя благодарить, — начала она, пытаясь отвлечь его. — Мне больше не о чем беспокоиться, и я чувствую себя немного не в своей тарелке.

— Наслаждайся свободой, ты ведь заслужила ее, — убедительно сказал Ори.

— Это была потрясающая битва. Но лучше бы тебя не ранили, — ответила она.

— Неотъемлемая часть моей работы, — уклончиво заметил он, глубоко задумавшись, будто какая-то навязчивая мысль грызла его изнутри. — Слушай, я виноват. Я всегда должен был быть рядом, а тут… Я чувствую себя препаршиво. Ничего не мог поделать. Меня… не пускали к тебе. Прости.

Он замолчал, словно почувствовав, что сказал что-то лишнее. Райли почувствовала жутковатое покалывание в груди, как будто она сидела в вагонетке американских горок, готовящейся сорваться вниз. Существовал единственный способ быть ближе к нему — задавать конкретные вопросы. Она поразмыслила и решила начать с самых безобидных.

— А чем ангелы занимаются в течение дня?

Он отвлекся от своих невеселых мыслей и посмотрел на нее.

— Посвященным поручают самые разнообразные занятия, — начал он. — Вот, например, на этом кладбище есть ангел, который следит за тем, чтобы все шло своим чередом и поддерживает порядок. В большинстве старинных мест есть ответственный ангел-хранитель.

— Ты сейчас говоришь о Марте? — с любопытством спросила Райли.

— Я знаю ее под другим именем. Но да, ты права. Как думаешь, почему все это до сих пор на месте? — И он указал в сторону массивных кованых оград. — Она следит за тем, чтобы их не украли.

— Тогда все понятно. — Райли с надеждой посмотрела на него снизу вверх. — Марта сказала, что мне предречено остановить Армагеддон. Ты не знаешь, как это должно будет произойти?

— Если бы я знал и хотел тебе сказать, то все равно не смог бы. — Он скорчил печальную гримасу.

— Какой сюрприз, — пробормотала она. — А Марта не сказала мне, что мой бойфренд сойдет с ума и предаст меня.

— Неужели, зная заранее, что вы разойдетесь, ты бы дала ему погибнуть? — строго спросил он.

— Нет, конечно… — ответила она. — У Саймона большая любящая семья, он им нужен. А я… как-нибудь переживу то, что он со мной сделал.

Через пару-тройку веков.

— Раньше, я обещаю тебе, — сказал ангел. Из его хвоста выбился непокорный темный локон и красиво упал на лоб. У Райли замерло сердце.

Просто с ума сойти. И он здесь, рядом со мной.

Пусть даже это был короткий миг, она не променяла бы его ни на что в жизни. Осознав, что он может прочитать ее мысли, она быстро сменила тему.

— На что похож Рай?

Ори улыбнулся и коснулся пальцем ее губ.

— Кажется, это уже допрос? — Он нежно погладил ее по щеке и затем притянул к себе. Когда их губы соприкоснулись, вся вселенная Райли будто сжалась в их объятиях, а потом вспыхнула, как сверхновая звезда. Он медленно, словно делая невообразимое усилие, отстранился, не сводя с нее взгляда. Райли готова была поклясться, что на миг увидела в его глазах всю вечность космоса, залитую победным светом этой сверхновой.

— Зачем ты это делаешь? — прошелестела она, с трудом стоя на ногах.

— Целую тебя? — Немного опешив, он легким движением убрал волосы с ее лица. — Потому что не могу и не хочу сопротивляться твоему притяжению. Потому что ты такая потрясающая…

Потрясающая?

Она отстранилась, как бы тяжело это ни было.

— Почему ты надулась? Тебе не нравится, что я это делаю? — поддразнил он.

— Нет, просто…

— Глубоко внутри ты считаешь, что недостойна счастливой любви.

— Нет! Просто у меня был слишком печальный опыт.

— Но почему ты считаешь, что я буду таким же? — Он резко похолодел. — Я всегда был с тобой честен, несмотря ни на что.

— Может быть, потому, что ты не торопился рассказывать о себе?

— Получается, если бы я долго и нудно объяснял тебе принципы космоса, как ангелы способны наблюдать рождение галактик, как я своими глазами видел, как все здесь начиналось, — вот тогда бы ты мне поверила?

Райли покачала головой:

— Тогда бы я точно подумала, что ты лжешь.

— Вот именно! Поэтому просто прими как данность, что я хочу быть с тобой. Поверь в то, что только с тобой я обретаю истинный Рай.

— Как-то сложно верить в такие космические вещи.

— Понимаю…

Они остановились у фамильного склепа Блэкторнов. Чувствуя какое-то внутреннее напряжение, Райли спросила:

— Куда мы пойдем сегодня? Еще один пикник?

Было бы круто.

— Сегодня мы будем здесь. — Он взмахнул рукой, и двери в склеп открылись сами собой: когда ты ангел, то можешь забыть о таких пустяках, как ключи. Встав на пороге, Райли задохнулась от восторга. Помещение заливал свет несметного количества свечей, словно они находились в гигантском соборе. Пляшущие огоньки поблескивали в цветных витражах, рассыпаясь на мерцающие алые, бирюзовые и золотые блики.

Ори молча прошел внутрь, в нишу у дальней стены склепа. Что-то между ними пошло не так, и Райли это удивляло: ведь он — светлое создание Рая, не единожды спасший ее жизнь, проливавший за нее кровь. Когда ты не можешь доверять даже ангелу, наверное, у тебя серьезные проблемы с головой.

Он пристально посмотрел на нее своими бездонными глазами.

— Если честно, я жалею о том, что ты узнала, кто я на самом деле. Потому что теперь я чувствую какое-то отчуждение.

— Это не так.

Она лгала. Этот парень видел Бога своими глазами, преклонял колени перед его троном и все в этом духе. Она читала подобную романтическую чушь в детстве: наивная девочка встречает чудесного бессмертного парня, влюбляется в него, но у них ничего не клеится до тех пор, пока они не спасают друг друга от ужасной судьбы и в слезах раскаяния не заключают друг друга в объятия. В книжках их ждал бы неминуемый хеппи-энд, но в реальности это было невозможно. Она еще ни разу не видела настоящего хеппи-энда за всю свою жизнь.

Отвернувшись, раздираемая внутренними противоречиями, Райли прикрыла тяжелые бронзовые двери, стараясь непонятно зачем тянуть время. За ее спиной раздался тяжелый вздох и затем легкий шелест. Она обернулась на звук и восхищенно вскрикнула.

Сняв кожаную куртку и футболку, Ори стоял у стены, обнажив свой мускулистый торс. За его спиной виднелась пара белоснежных крыльев. Он не мог расправить их целиком, потому что в склепе не было столько места, но даже так они выглядели впечатляюще. Райли не увидела никаких следов полученного в битве шрама на его крыле.

Райли зачарованно подошла к нему и погладила сверкающие в свете свечей перья. На ощупь они оказались шелковыми.

Осторожно обернув ее крылом, ангел потянул Райли на пол, так, чтобы ее голова легла ему на плечо. Снаружи в ночи завывал ветер, швыряя пригоршни опавших листьев в стены и окна, а она слушала, как в унисон бьются их сердца.

— Я бы хотел лежать так вечно… — вдруг сказал он.

— Но это невозможно, — закончила она за него.

Ори взял ее за подбородок и заглянул ей в самую душу.

— А вдруг это возможно?

Ей захотелось, чтобы он целовал ее, целовал безостановочно, и весь остальной мир не имел никакого значения. Когда он легонько коснулся ее губ, Райли почувствовала себя так, слово это было прикосновение божественного крыла. Второй поцелуй оказался более уверенным. Внутри у Райли взревело пламя. Она почувствовала его прикосновения на шее и мягкое касание уха, когда он склонился и поцеловал ее в щеку. Райли чувствовала, что тает, как мороженое на солнце.

— Какие у тебя теплые крылья.

Ори понял это по-своему и снял с нее куртку. Перед ним она чувствовала себя абсолютно обнаженной, открытой с таких сторон, о которых даже не подозревала. Пламя уже заполняло все ее существо.

Ори взял ее за руку и приложил к своей груди. Райли почувствовала, как бешено колотится его сердце.

— У меня от тебя дыхание захватывает, — шепнул он. — Целую вечность до тебя я думал, что никогда не испытаю подобного…

Они снова поцеловались, и Райли поняла, что сама подается к нему всем телом, сжимает его в объятиях. Испугавшись самой себя, она отстранилась и покачала головой.

— Это какое-то… помутнение. Такое возможно только в фантастических книжках.

— Ты уверена? — И он завернул ее в свои шелковые крылья.

— Но ангелы не могут, ведь они не…

— Конечно же, мы можем, — жарко прошептал он ей на ухо.

Повинуясь какому-то внутреннему инстинкту, Райли запустила пальцы в его пышные волосы и растрепала их. Пламя в ее груди грозило превратиться в неконтролируемый пожар. Не отдавая себе отчета в том, откуда она знает, что делать, Райли подалась вперед и слегка прикусила его ухо. Он тихо застонал от удовольствия и прижался к ней. В следующее мгновение она ощутила прикосновение его языка у себя во рту.

Она почувствовала, как его руки замерли на ее груди. Взявшись за верхнюю пуговицу рубашки, Ори пытливо посмотрел на девушку, ожидая реакции. Поскольку она не воспротивилась, пуговица расстегнулась. Он медленно стал расстегивать остальные, опускаясь все ниже, затем провел рукой снизу вверх по ее животу и слегка сдвинул лямку лифчика. Она одобрительно замурлыкала. Его пальцы проскользнули под лифчик и коснулись ее обнаженной кожи. Райли показалось, что сейчас она потеряет сознание от удовольствия.

Это был не Саймон и не ребята в школе. Это было нечто совершенно другое, настоящее.

Черт, слишком быстро!

Ругаясь про себя, Райли высвободилась из его объятий и отодвинулась. Нужно было как следует обдумать все происходящее, на трезвую голову.

— Не знаю, действительно ли я… готова к такому, — проговорила она. Даже будь он смертным, это стало бы серьезнейшим шагом в ее жизни. Что ему мешало когда-нибудь устать от нее? Ведь она не единственная девушка, которая нравилась ему за все эти века.

— Это уже неважно. Ведь сейчас я только с тобой, — успокаивающе проговорил он. — Я был обязан тебя защищать и давно мечтал о том, как буду держать тебя в своих объятиях.

Он каким-то образом рассеял ее внутренние страхи. Было бы так легко позволить ему сделать с ней это. Прямо как в том сне.

Он нежным движением разгладил ее спутавшиеся волосы.

— Решать только тебе.

Ори снова смог прочесть ее мысли. И он был абсолютно прав.

— Но я никогда…

— Я знаю.

Он что, знает, что я еще девственница? А что он не знает, в таком случае?

— Как заслужить твое доверие? — ответил он с такой горечью, что у нее заныло сердце. Затем поцеловал ее в лоб. — Сколько же незаслуженных несчастий выпало на твою долю.

Райли калачиком свернулась под сенью его крыла и наслаждалась ощущением его легкого, как бриз, дыхания на своей коже. Она слышала, как громко бьются их сердца.

— Чего бы ты сама хотела? — вдруг спросил он.

Райли балансировала на краю бездны. Ей было уже семнадцать, и детство постепенно и неминуемо оставалось позади. Он будет с ней, если она того пожелает, но что будет потом?

— Тебе решать, каким станет наше будущее, Райли. Я полностью отдаю себя тебе — и тело, и душу.

Она вздрогнула. Ори придвинулся к ней и поцеловал ее совершенно по-человечески, так просто и в то же время невыносимо нежно, будто они уже давно встречались.

— Скажи мне, чего ты хочешь, — повторил он, уткнувшись в ее спутанные волосы.

Она словно прозрела. Все сомнения испарились, как дым.

— Тебя! — сказала она и произнесла еще раз, словно пробуя фразу на вкус: — Я хочу тебя.

— Тогда я — твой, Райли Анора Блэкторн, а ты станешь моей.

Ори окутал ее крыльями и прижал к себе. Райли подалась ему навстречу, чувствуя, как пожар разгорается у нее внутри. Они растворились в объятиях друг друга.

Люби меня. Люби меня всю вечность.

Ничто другое не имело значения.

* * *

Райли проснулась, укрытая уютным теплым крылом. Она подвинулась к Ори, и он слегка шевельнулся, заглядывая ей в глаза.

— Ты какая-то задумчивая, — прошептал он.

— Ага.

Чувствовала ли она себя по-другому? Вовсе нет. За исключением того, что она теперь постоянно ощущала жар собственной крови, ничего не переменилось. Подруги рассказывали ей о своем первом опыте, но он не имел ничего общего с тем, что произошло между ними с Ори. Никаких заминок, и никаких сомнений. Казалось, он был создан для любви, и он хотел быть с ней.

— Я хочу, чтобы это никогда не кончалось, — шепнула она и провела пальцем по его идеально очерченным губам. Потом вздохнула. — Но никогда — это очень долго, а я еще даже не закончила школу.

Ори прыснул и лукаво посмотрел на нее.

— Не волнуйся по пустякам, мое отважное сияние.

Ну и ну. Он еще тогда запомнил, что означает ее имя.

Она прижалась к нему, наслаждаясь соприкосновением обнаженных тел. Пол был устелен чем-то пушистым и приятным на ощупь. Опять эти ангельские фишки.

Ори склонился над ней, покрывая легкими поцелуями ее лоб, глаза, нос.

— Скоро рассветет. Давай не будем тратить ночь на простую болтовню?

— А что с нами будет? Ну, утром?

Вместо ответа он поцеловал ее так, что у нее перехватило дыхание.

Глава тридцать третья

Придя в себя, Райли поняла, что лежит на полу склепа, полностью одетая. Ни пушистой подстилки, ни разноцветных свечей, ни ангела. На долю секунды она испугалась, что это был сон.

Ну нет, настолько прекрасных снов не бывает.

А потом она увидела розу.

В этот раз кроваво-красная, она лежала перед ней на полу. Райли взяла ее в руки и вдохнула потрясающий — такой же, как и сам Ори, — аромат. Немного помедлив, она села. Где он? Ее начали тут же раздирать сомнения. Она хотела, чтобы он был рядом, обнимал ее и подтверждал то, что она сделала все правильно.

Сколько продлится это блаженство?

Что, если в Раю узнают обо всем этом?

Она накинула куртку и посмотрела на себя в карманное зеркальце. Удивительно, но макияж не поплыл. Она привела волосы в порядок и зачем-то подкрасила губы. Затем попыталась вспомнить о том, как все произошло, но это невозможно было прокрутить даже в самых смелых воспоминаниях. Все получилось не так, как она себе представляла: никакой боли и никаких страхов по поводу беременности. Ори сказал, что с ним это попросту невозможно. И тем не менее какой-то надоедливый червячок продолжал грызть ее изнутри. Она не могла понять, что ее смущает. Затем бросила эту затею и пошла на улицу.

Ее любимый стоял недалеко от склепа, сложив крылья за спиной. Райли уже знала, что они выступают барометром его настроения, и сейчас что-то точно было не так.

— Ори? — окликнула она.

Он повернулся к ней, и она застыла как вкопанная. На его лице было такое неописуемое страдание, что ей самой захотелось плакать. Он молча поманил ее к себе, и, когда она спросила, что стряслось, он коснулся пальцем ее губ, заставляя замолчать.

— Давай полюбуемся рассветом, — сказал он и переплел ее пальцы со своими.

Он стояли лицом на восток. Солнце только показалось из-за горизонта. Перья на крыльях ангела засверкали так, будто сами впитывали свет.

— Всегда любил рассвет, — сказал он, будто готовясь к чему-то. — Напоминает мне о Рае.

И его тело пронзила страшная судорога.

— Ори, да что с тобой такое? — воскликнула она.

Он повернулся к ней и сжал обе ее ладони в своих. Выражение его лица стало еще горше.

— Ненаглядная моя Райли. Настала пора принимать трудное решение. Этот выбор станет самым тяжелым в твоей жизни, и я прошу прощения за то, что ты вынуждена делать его из-за меня.

— О чем ты говоришь? — Ей стало жутко.

Он помолчал.

— Мне нужно, чтобы ты обещала целиком и полностью стать моей. Тогда я смогу быть рядом с тобой всю твою жизнь.

На мгновение ей показалось, что снова произошло землетрясение, но нет — это земля уходила у нее из-под ног.

— Я уже сделал свой выбор, когда едва только осознал, что хочу быть с тобой, — объяснил он. — Теперь мое будущее в твоих руках. Это было очень нелегкое решение. Ведь каждый ангел, который полюбил смертную женщину, будет жестоко наказан.

— Наказан? Но за что? Разве Бог не есть любовь? — оторопела она. — Разве он не хочет, чтобы мы были вместе?

— Существуют нерушимые правила, заложенные с начала времен. — Он опустил руки. — Твою душу выставили на кон, как это у нас называется. Это произошло в тот самый миг, когда ты заключила договор с Раем. В Аду тут же начали интересоваться тобой.

— Глупость какая-то. — Она попятилась от него. — Демоны всегда знали мое имя, а ты говоришь, что вся Преисподняя объявила на меня охоту после того, как я заключила договор с Раем?

— Не вся. Только лучшие ее представители.

Райли сделала несколько шагов в сторону склепа. Она не находила себе места от тревоги. После ночи, полной любви, после тех слов, что они сказали друг другу, он подвергает ее такому испытанию?

Она повернулась к нему:

— И что за решение я должна принять?

Ори тяжело вздохнул:

— Послушай. Главное сокровище смертного — это его душа. А твоя вообще бесценна. Ты очень сильная, Райли. Поэтому тебе лучше обещать свою душу мне, и никому другому. Тогда мы сможем вступить в вечный союз. И только тогда ты будешь в полной безопасности.

Тебе что, нужна моя душа?

— Да, — ответил он, прочитав ее мысли. — Только это может решить проблему.

Он стоял в паре метров от нее, спрятав крылья, и походил на обычного парня, просто очень красивого. И абсолютно безобидного, если не знать, что скрывается за его личиной.

Райли заколебалась, в ее голове на разные лады голоса выкрикивали всевозможные вопросы. И самый главный был: Зачем этому ангелу нужна моя душа? Ведь Марта ни о чем подобном не говорила.

— Это совсем другое дело, — возразил Ори.

— В этом нет никакого смысла. Ты говоришь, что приспешники Ада объявили на меня охоту, но ведь пятак пытался убить меня еще до того, как я заключила договор с Раем.

— Ему не была нужна твоя душа, Райли. Он просто хотел убить тебя, так же как и твоего отца.

— Зачем?

Ори сделал шаг ей навстречу и протянул к ней руку.

— Прошу тебя, доверься мне. Единственное, чего я хочу, — чтобы ты не страдала.

Он казался таким искренним, но Райли почему-то попятилась от него.

— Я и так доверилась тебе, ты что, забыл? Я занималась с тобой любовью!

Она уже отдала ему кое-что немаловажное — свою девственность. Такое можно было сделать только раз в жизни. Неужели сама она значила для него так мало, что и это казалось ему пустяком?

У нее внутри что-то оборвалось. Она еще не понимала, что происходит, но у нее в груди словно тлели раскаленные уголья. Она и раньше испытывала что-то подобное. Тогда, когда Алан поднял на нее руку.

— И что случится, если я обещаю свою душу тебе?

— Это означает, что мы навеки связаны друг с другом.

— Какой-то расплывчатый ответ, — протянула она. — Ты просто мастер подобных вещей. Скажи, у вас там раздают такие таланты вместе с крыльями?

Ори вздрогнул, как от удара.

— Поверь, так будет лучше нам обоим. Ведь я — единственный, кто не причинил тебе боль.

— Еще не вечер, — сказала она, поразившись собственной язвительности. Откуда в ней брались такие черты? Может быть, из-за того, что все парни, в которых она влюблялась, лгали ей?

Ори стал нервно расхаживать туда-сюда перед склепом. Судя по всему, он тоже сильно переживал.

— Райли! Я убил этого пятака только ради тебя. Я спас твою жизнь гораздо больше раз, чем ты даже можешь себе представить. Что еще я должен сделать, чтобы заслужить твое доверие?

Райли начинала впадать в бешенство. Почувствовав на своих глазах слезы, она со злобой и досадой вытерла их тыльной стороной ладони.

— Говори правду. Сколько смертных у тебя было до меня? Я первая? Десятая, тысячная? Или тебе просто захотелось попробовать чего-нибудь новенького?

— Это для твоего же блага, — уперся он. — Ты даже не представляешь, какую опасность представляют для тебя и Рай, и Ад.

— Значит, у Бога я тоже не на хорошем счету? — огрызнулась она. — А если и так, то почему я должна останавливать конец света? Ребята, вам надо как-то подправить свою рабочую легенду.

— Райли, если ты отвергнешь меня, за тобой придут другие, и все будет намного страшнее, чем ты думаешь. Я прошу тебя, сделай, как я говорю, — взмолился он. — Я — твоя последняя надежда.

— Никому не получить моей души до тех пор, пока я не решу отдать ее сама. — Она непреклонно скрестила руки на груди.

— Эх, Райли, — горько пробормотал он. — Существует бесчисленное количество способов обмануть тебя и заставить отказаться от своей души. А на первый взгляд все будет выглядеть благородно.

— Ты лжешь! Почему я должна тебе верить?

Он взметнул крылья над головой, дрожа от возмущения.

— Очнись, упрямая девчонка! — вскричал он, сжав кулаки. Райли съежилась, так страшна была сила исходившего от него гнева. — Я — твой последний шанс! Не отказывайся от меня!

— Ого, милочка. Тебе удалось вывести его из себя, — произнес приятный баритон. — Такое с ним бывает крайне редко. Теперь держись.

Райли подскочила от неожиданности и в свете восходящего солнца заметила у одного из памятников статную фигуру. Незнакомец был одет в черную футболку и черные же свободные брюки, ниспадавшие мягкими складками. В его длинных, слегка касающихся воротника волосах цвета воронова крыла поблескивали серебряные нити седины, и при этом невозможно было определить его возраст. Казалось, взгляд его непроницаемых, цвета бездонного неба синих глаз невозможно было спокойно выдержать.

Ори вздрогнул и склонил голову.

— Милорд, я не ожидал, что вы появитесь здесь.

Милорд?

Пришелец мелодично рассмеялся.

— Конечно же, не ожидал. Никто из вас не ожидает.

Он снова смерил Райли своим необычным взглядом. Она никогда не думала, что глаза могут быть такими.

— Кто ты? — завороженно шепнула она.

— Его босс. — Он небрежно кивнул в сторону Ори.

Райли стояла как в тумане. Пришелец никак не вязался с образом того Бога, который она годами взращивала и формировала в своей голове.

Он выпрямился в полный рост и с легким вызовом посмотрел на нее. Казалось, он развлекается.

— А ты раскинь мозгами, дочь Блэкторна. Ты же у нас неглупая девочка.

Дочь Блэкторна.Обычно так ее называли демоны. Хотя, может быть, в Раю она тоже проходила под таким наименованием. Сейчас они стояли на святой земле, так что синеглазый пришелец никак не мог быть порождением Ада. Ори назвал его «милорд», а это подразумевает, что он как минимум Архангел.

— Вот умница. Уже теплее, — похвалил ее загадочный «милорд».

Отлично.Этот парень еще и мысли читает, как и Ори.

— Давай, я дам тебе одну подсказку, — смилостивился он. В пространстве началось какое-то движение, и за его спиной вырисовался портал. В нем, казалось, кипел воздух, вдалеке виднелись алые потоки раскаленной лавы. Что-то показалось на пороге портала, подскакивая и хихикая, черно-белое и круглое, напоминавшее футбольный мяч-переросток. Только у него были короткие когтистые ручки и ножки и рога на макушке. Едва коснувшись лапой кладбищенской земли, создание противно заверещало и исчезло в клубах черного дыма. Нос Райли обжег противный, хорошо знакомый запах: сера.

Парень с изможденным видом закатил свои бездонные глаза.

— Какие же они все-таки тупые.

— Боже мой… Ты — это ОН?

— Ну наконец-то. Люцифер, — представился он. — Просто удивительно, с каким завидным упорством многие люди употребляют неприятное слово на «С». Или, что еще хуже, на «Д». — Он разочарованно покачал головой. — А я вовсе не такой. Я — Хранитель Света, Принц Тьмы, Повелитель Падших и Великий Антагонист. И больше никаких прозвищ.

Вот дерьмо!

— Очень распространенная реакция, — невозмутимо заметил он.

— Ты не можешь быть тут! — воспротивилась Райли. — Это же святая земля. Вы все издеваетесь надо мной!

— Святая земля губительна только для порождений Ада. Но никак не для воинов света. Любой Падший может находиться здесь с такой же легкостью, как и ты, милое дитя.

В Гильдии опять забыли сказать ей немаловажную мелочь.

Люцифер вразвалочку подошел к Ори, смеряя его тяжелым взглядом.

— Ну что, как дела, Ори?

— Милорд, я действую в соответствии с вашими поручениями, — пробормотал тот, опустив глаза. — Мне просто нужно чуть больше времени, прошу вас.

— Поручениями? — хмыкнул он. — А можешь мне напомнить, в чем они состояли?

Ори смущенно сглотнул.

— Я должен был уничтожить бродячего демона. Эту миссию я выполнил.

— Ну и?

— А еще я должен был любым способом завладеть душой этой девушки.

Уголья в груди у Райли перевернулись. Ори лгал ей с самого момента знакомства.

— Насчет второго поручения, — начал Люцифер. — Я вижу, ты не справляешься. Потерял хватку? — Когда Ори не ответил, он подошел к нему вплотную. — Или есть какая-то другая причина? Ну-ка, ну-ка, постой. У тебя появилось слабое место.

Райли не сводила взгляда с ангела, предавшего ее любовь. Он опустил крылья, и они стали не белоснежными, а цвета пепла.

— Ты врал мне! — вдруг закричала она, чувствуя, что вот-вот зарыдает. — Ты говорил, что любишь меня!

Райли чувствовала, как внутри нее разгорается огонь, пожирающий ее внутренности и медленно подбирающийся к сердцу.

— Я говорил, что я забочусь о тебе, и это не было ложью. — Ори шагнул к ней.

— Конечно! Попробуй придумать что-нибудь другое, — всхлипнула она. — Ты просто пытаешься сравняться с ним.

— Помимо того, что он самый высокомерный из моих приближенных, — безжалостно начал Люцифер, — Ори известен своим потрясающим талантом вызывать любовь у смертных. Он может соблазнить любого — мужчину, женщину. Ему абсолютно без разницы. Для него все на одно лицо.

— Милорд, молю вас… — начал Ори, словно не хотел, чтобы Райли знала о том, каков он на самом деле.

— Я вижу, в этот раз для тебя все по-другому, — издевательски заметил Люцифер. — Но она все равно остается в группе риска, и теперь тебе придется любой ценой завершать начатое.

Райли в ужасе затрясла головой.

— Никаких игр с душами. Вообще больше никаких договоров и обещаний.

— А в этом он тебе не солгал, — заметил Люцифер. — Твоя душа действительно стоит на кону. Можешь благодарить за это Рай. Мы хотя бы можем гарантировать тебе безопасность. Если ты не обещаешь Ори свою бессмертную душу, на нее тут же найдутся другие охотники, которые не побрезгуют никакими способами.

— Но ты же можешь приказать им оставить меня в покое, разве нет?

— В принципе могу, но свобода воли является свойством не только смертных. И демоны, и Падшие могут принимать свои собственные решения. Как, например, наш славный Ори. — Он хлопнул его по плечу, и ангел, разбивший ей сердце, недовольно скривился. — Но к этой интересной теме мы вернемся через минуту.

— А почему такие вещи происходят только со мной? — не выдержала Райли.

Люцифер посмотрел на нее страшным взглядом.

— Не стоит считать, что ты — пуп земли, дочка Блэкторна. На кону нечто большее, чем твоя душонка.

— А знаете что, мне вообще плевать. Я пыталась сделать как лучше, и тем не менее все покатилось к…

— Черту? — улыбнулся Люцифер. — Ну, такое случается.

— Это будет семейная традиция, — вкрадчивым тоном сказал Ори.

Люцифер обжег его недовольным взглядом.

— Аккуратнее, мой безрассудный меченосец.

— Это ты о чем? Что за традиция? — разозлилась Райли.

— Как ты думаешь, почему твой отец умудрился жить так долго? — спросил Ори. — Простая удача? — Он ухмыльнулся с таким видом, что ее замутило от ужаса.

— Папа был замечательным ловцом, — возразила она. — Одним из лучших.

— Да, он был силен, но не был неуязвим. Когда Архидьявол собрался вырвать сердце из его груди, Пол Блэкторн взмолился о пощаде. И я не смог устоять, услышав такую трогательную просьбу.

— Ты опять лжешь! Он убил того Архидьявола. И так он стал мастером.

— Да, убил, но уже после того, как мы с ним договорились, — сказал Ори. — С того самого дня ни один демон не в силах был причинить ему вред. Он должен был оставаться в живых до тех пор, пока ты не станешь мастером.

Опять сплошная ложь. Вот что делали эти чудовища: они переворачивали все с ног на голову и запутывали так, что ты уже был не в состоянии отличить свет от тьмы.

Люцифер поднял с земли сухой лист и стал разглядывать его так, будто видел впервые.

— Твой папа боялся, что ты останешься сиротой, — просто объяснил он. — Поэтому он совершил благородный поступок, который стоил ему души.

Он согрел сухой лист теплом своего дыхания, и тот на глазах начал оживать и зеленеть. Затем сдул его с ладони, и он тут же умер вновь, рассыпавшись в мелкую пыль.

Ори хотел что-то сказать, но Люцифер жестом остановил его.

Райли начала понимать, что в их словах присутствовало здравое зерно. После того как папа победил Архидьявола, он сильно изменился. Стал тише и задумчивее. И полностью лишился страха смерти.

— Теперь ты все поняла, — подытожил Принц Тьмы.

Да. Ее отец, самый близкий и любимый человек на свете, продал свою душу дьяволу ради счастья своего единственного ребенка.

— Я сделаю для тебя все, — начал убеждать ее Ори. — Ты можешь больше ничего не бояться. Ты будешь счастлива…

Как будто я теперь смогу тебе поверить.

— А что насчет тебя? — резко перебила она. — Я получу что-то взамен?

Ори потупился, и вместо него ответил Люцифер:

— Если он не получит твою душу, то лишится своей силы. Статус и сила — это решающие факторы в Аду, впрочем, как и в Раю. За свою ошибку он жестоко пострадает.

Она будет лучшим ловцом. Никто не сможет превзойти ее. Наверное, она даже не заметит, что лишилась души. Но оставалась одна проблема.

— А если это такой замечательный, выгодный обмен, то почему мой отец сейчас мертв?

Люцифер равнодушно пожал плечами:

— Дерьмо случается, знаешь ли.

Собрав в кулак остатки воли, Райли поправила лямку сумки на плече, готовясь сделать самый безрассудный поступок в своей жизни. Это выглядело жалко на фоне тех живых воплощений зла, что стояли сейчас перед ней, но больше не оставалось вариантов.

— Ну что ж, я в ваших играх не участвую. Вам удалось окрутить меня один раз, но этого больше не повторится. Я ухожу.

Преодолевая дрожь в коленях, она повернулась спиной к двум падшим ангелам.

Я сошла с ума.

Сколько шагов она успеет сделать, прежде чем ее убьют? Пять? Десять? Или они решат поглумиться и дать ей поверить, что она ушла на безопасное расстояние, а потом разорвут на клочки? А может, натравят на нее выводок демонов, чтобы они сожрали ее живьем?

— Райли, не уходи! — взмолился Ори. — Ты должна быть только моей! Если тобой завладеет кто-нибудь из этих…

— Хватит! — прорычал Люцифер.

И тут раздался ужасный, душераздирающий вопль. Когда Райли оглянулась через плечо, то увидела, что Люцифер стоит в одиночестве, опираясь спиной о постамент статуи, и скалит зубы в своей страшной, безумной улыбке. Ори нигде не было видно. Она огляделась по сторонам, затем снова посмотрела на постамент, и подняла глаза выше. Раскинув крылья за спиной, полуобнаженный каменный ангел гневно вздымал руки к небу.

Это был Ори, закованный в светлый мрамор.

Люцифер деликатно откашлялся, напоминая о своем присутствии.

— Я дал ему только один приказ. Уничтожить бродячего демона.

— Но он говорил о двух поручениях.

— Да. Он предпочел довериться своему врагу, потому что тот сказал слова, которые Ори страстно хотел услышать.

Ее как громом поразило.

— Ори сам захотел соблазнить меня? Он захотел получить мою душу? — прошептала она, зная ответ.

— Нет. — Люцифер призадумался. — Ори даже не подумал о том, что его используют. Он ослеп от собственных желаний и теперь платит страшную цену. Как и ты.

— Это ты подговорил против меня Саймона?

— Нет, это проделки того, другого. Но ссора с парнем толкнула тебя в объятия к Ори, а это не так уж вредило моему плану.

Фрагменты паззла один за другим складывались в картинку. Ее водили на веревочке, как овцу, а она даже не подозревала об этом.

— Ты что, и ангелов вводишь в искушение?

— Это моя работа, — гордо заявил он, и тут же принял задумчивый вид, прикидывая что-то. — Слушай, если ты согласишься встать на нашу сторону, я могу дать тебе серьезные гарантии. Обещаю, не пожалеешь.

— Я не отдам тебе свою душу. Как бы ты ни исхитрялся, она вне ставок.

Он пожал плечами, впрочем, не очень разочарованно.

— Сейчас ты гораздо ценнее в роли свободного актива, хотя это подразумевает намного больший риск. — Люцифер выразительно посмотрел на статую. — Если ты хочешь, чтобы дорогие тебе люди не пострадали, ты сама предложишь мне договор. Стоит мне выпустить Ори на волю, вряд ли он станет вспоминать о тебе с нежностью. Только не после такого позора. Он — воплощение гордыни, одного из семи смертных грехов, а ты так повредила его репутации. — Люцифер скорчил невинную рожицу. — Интересно, с кого он начнет? Может, с ботаника Питера? Нет, лучше с этого надоедливого верзилы, который без толку поминает мое имя. Ну знаешь, тот, фанат кантри.

Бек.

— Я даже могу подсластить пилюлю, — продолжил он. — Сделай то, чего я хочу, и я исполню любое твое желание. И кстати, я не могу воскрешать людей, так что об этом даже не мечтай.

Снова они заговорили о папе и его великой жертве.

— Кто поднял его из могилы? Озимандиа?

Он насмешливо фыркнул:

— Тот клоун, возомнивший себя профессионалом? Ему такое и не снилось. Он переоценил свои силы и теперь выступает скорее рабом, чем хозяином.

— А кто тогда?..

— Ну я конечно же. — Он улыбнулся. — Кто еще может быть драконом?

Разгадка все это время была у нее перед самым носом. Даже у охотников из Ватикана был герб, символизировавший вечную борьбу добра со злом.

— Зачем ты это сделал?

— Чтобы держать его подальше от грязных лап тех, кто захочет использовать его знания против нас.

— Где он…

Люцифер нетерпеливо помахал рукой.

— Так что, мы договорились?

Она сломалась.

— Чего ты хочешь?

— Просто выполни небольшое задание, когда придет время, — ответил Люцифер и тут же показал свой истинный характер. — Только попробуй меня подвести, — процедил он и ткнул пальцем в мраморную фигуру, — и я выпушу на волю ангела мести. Его гнев некогда сметал целые города с лица земли.

Мои друзья. Атланта.Вот какова она, настоящая цена. Теперь речь идет уже не только о ней или ее отце.

— Нет — насчет души. И да — насчет договора.

Люцифер сверкнул своими бездонными глазами.

— Чудненько. Не волнуйся, наше соглашение просто нейтрализует договор, который ты заключила с силами добра. Ты даже дольше останешься жить.

И спустя мгновение Принц Тьмы растворился в ослепляющей вспышке света, которую сопроводил чересчур эффектный гром.

Райли изможденно повалилась на постамент статуи. Мучаясь от невыносимой боли в сердце, она с головы до ног оглядела прекрасную статую и задержала взгляд на искаженном гневом лице. Ангел, предавший ее. Она готова была провалиться сквозь землю, но все равно продолжала отчасти верить словам Ори, что он лишь хотел уберечь ее. Как теперь разобраться в том, где правда, а где ложь? И почему посланцы Рая не предупредили ее об опасности?

Райли уже зашла чересчур далеко, чтобы останавливаться. Уже было слишком поздно — она отдалась Падшему и заключила договор лично с Люцифером. Чем больше она размышляла о случившемся, тем больше осознавала, что так или иначе ее ждало поражение, и она была бы вынуждена стать должницей Дьявола. Он предусмотрел все.

Харпер не ошибся. Она угодила в ловушку.

Как и мой отец.

Глава тридцать четвертая

Райли сидела в кресле-качалке на крыльце Бека. Его не было дома, но огромное количество пропущенных звонков на ее мобильном можно было воспринимать как знак, что верзила ее обыскался. Пачка однотипных сообщений была посвящена одной и той же теме: держаться подальше от Ори и срочно приехать к Стюарту.

— Уже поздно…

Она не слышала, чтобы ее телефон звонил прошлой ночью. Наверняка ангел сделал так, чтобы ее никто не мог достать, пока он не покончит с ней. Бек ответил с первого же звонка хриплым, заспанным голосом.

— Райли? Я названивал тебе всю ночь. Где ты была?

— На кладбище. Я ночевала в склепе.

— Тебя там не было. Я все проверил.

Опять ангельские фишки.

— Сейчас это уже неважно, — спокойно сказала она. — Я у тебя дома, на крыльце. — Она сморгнула слезы, прежде чем выдать последнюю фразу. Она далась ей нелегко. — Бек, мне нужна твоя помощь. Тут кое-что произошло.

Он начал суетливо расспрашивать, что стряслось, но она отказывалась отвечать. Они ни за что не станет обсуждать подобное по телефону. Бек продиктовал ей пароль от сигнализации и сказал, где лежит запасной ключ.

— Я буду так скоро, как смогу, — сказал он и повесил трубку.

Выключив сигнализацию, Райли зависла на пороге. Если все произойдет так, как она предполагала, это последний раз, когда она находится в этом доме.

Утреннее солнце заливало радостными лучами деревянный пол. В доме стоял запах цыпленка-гриль: Бек ленился и предпочитал заказывать готовую еду на дом. Райли забралась на диван, свернулась клубком и накрылась вязаным пледом, несмотря на то, что у нее фактически был жар. От пледа пахло одеколоном хозяина: свежий хвойный аромат. Она прижала плед к лицу. Из всех людей, к которым можно обратиться за помощью, Райли выбрала Денвера Бека, а ведь ему такая новость причинит настоящие страдания. Она уже устала бояться, и адреналиновый шок уступил место ноющей боли в животе. Больше ничего не будет, как раньше. Она совершила страшную ошибку, и теперь ей придется разыскивать способ, как жить дальше с таким грузом на душе.

Все это время Бек пытался уберечь ее.

— Он же предупреждал меня. Почему я не послушала?

Потому что именно Ори сказал ей те самые, нужные слова.

Райли заскрипела зубами от досады. Не стоило спихивать все на его суперспособности. Она так нуждалась в чьей-то любви, ей так хотелось, чтобы ее понимали и не корили за каждое принятое решение, что она сама ринулась в опутанную шелковыми перьями ловушку, как в омут с головой. Она могла обвинять во всем ангела — ведь Ори совсем не был невинной жертвой, — но соврала бы самой себе. Она поступила так же, когда Бек вернулся из армии и даже не посмотрел в ее сторону: кинулась к первому попавшемуся парню в попытке забыться. В тот раз у нее остался синяк после выходки Алана. Теперь…

Зачем я вообще это делаю? Я клиническая идиотка?

Почему ей было так важно, чтобы кто-то любил ее и проявлял заботу? Она не могла пожаловаться на холодные отношения в семье. Она прекрасно знала, как о ней пеклись родные и близкие. И тем не менее ждала подобного от первого встречного.

Райли поправила плед, снова почувствовав свежий аромат одеколона. Дело было в том, что существовала еще одна причина, толкнувшая ее в объятия Ори, и не было никакого смысла это отрицать.

Я ревновала.

С того самого момента, как рыжая журналистка появилась на пороге ее дома, любое упоминание о ней заставляло Райли буквально зеленеть от злости. И почти все ее решения несли на себе отпечаток этого разрушительного чувства. Саймон нанес ей глубокую рану, а Жюстина подсыпала туда соли.

Теперь моя жизнь — одна сплошная боль, и мне некого в этом винить, кроме себя.

Она услышала, как на улице хлопнула дверь машины, и затем на крыльце раздались торопливые шаги. Сердце болезненно сжалось — она понимала, что сейчас произойдет. В несколько шагов Бек преодолел расстояние от входной двери до дивана. Опустившись на колени перед ней, он встревожено заглянул ей в глаза.

— Что случилось? Ты заболела? Позвонить Кармеле?

— Нет.

Скоро он будет меня ненавидеть.

— Райли! Скажи, что случилось. Ты бледная как смерть.

Он прикоснулся к ее щеке. Этот нетипичный для него заботливый, нежный жест совершенно выбил ее из колеи. Она сломалась.

Слезы хлынули из ее глаз, и она сжалась сиротливым комком в углу дивана. Он обнял ее и прижал к себе, но от этого стало только хуже. Ори лишил ее множества бесценных вещей, и одной из них была дружба с Беком.

Верзила зашептал ей на ухо всякую утешительную чушь, приговаривая, что все будет хорошо.

Нет, ты еще не знаешь о том, что все будет только хуже.

Наконец она выплакалась и отстранилась от Бека. Он продолжал сидеть рядом, взволнованно глядя ей в лицо. Райли заметила у себя в руке пучок бумажных платков и совершенно не понимала, как они могли там оказаться. Она вытерла слезы, высморкалась и откашлялась.

— Ори…

Бек окаменел.

— Этот выродок? Он обидел тебя, детка? — Когда она ничего не ответила, он продолжил: — Он что, вынудил тебя… — Он осекся, и его взгляд стал страшен.

Райли покачала головой и горько рассмеялась.

— Нет. Он ни к чему меня не принуждал. Я сама все сделала.

Лихорадочный вздох подтвердил, что она была права. Бек будет ненавидеть ее до конца жизни.

— Боже мой, — растерянно пробормотал он. — Ты сама позволила ему… Зачем ты это сделала? Я же говорил, что он того не стоит.

Она боялась смотреть ему в глаза.

— Он сказал, что я особенная и много для него значу. Сказал, что любит меня. — Произнося эти слова сейчас, она понимала, какой была идиоткой. — Он сказал…

— Что всегда искал такую, как ты, и всегда мечтал быть с тобой. Мы все говорим одно и то же, детка.

А мы всегда вам верим.

— Черт побери! — завопил он, рывком поднявшись на ноги. Она испугалась и вжалась в угол дивана. — Почему он? Почему не… тот, кто действительно тебя любит?

Такой, как ты, например?

Райли никогда не верила в то, что Бек может испытывать к ней подобные чувства, но сейчас, глядя в его искаженное от горя лицо, она понимала, что ошиблась. Все равно было слишком поздно.

— Какого черта ты тут делаешь? Ты залетела? — резко спросил он.

А почему бы и нет? Ори ничто не мешало солгать и по этому поводу.

— Дело не в этом.

Бек рухнул в кресло напротив, будто больше не мог устоять на ногах.

— Тогда почему ты пришла ко мне?

— Я совершила ужасную ошибку, я понимаю это. Но это еще не самая страшная новость. Мне нужна твоя поддержка, потому что Ори… не человек. Он ангел.

— Ангелы не трахают смертных девчонок, — отрезал он. — Тебе опять солгали, детка.

Она поморщилась от грубых выражений и ненависти, едва скрываемой за ними.

— Он показал мне крылья.

Бек хмыкнул:

— Готов поспорить, это не все, что он тебе показал. — И тут он озабоченно нахмурился. — А зачем ты могла понадобиться ангелу…

Райли уже спрашивала себя десятки раз, но теперь она точно знала правильный ответ.

— Потому что я — дочь Пола Блэкторна. Потому что Ори захотел получить мою душу.

И у него был бы полный набор.

— Ангелам не нужны души. Только порождения Ада прокручивают подобные…

Она четко увидела тот момент, когда его осенило.

— Боже мой. Он — Падший?

— Да.

— Как ты могла быть такой дурой?

Она потеряла терпение.

— Я совершила ошибку, ясно? Я доверилась ему. Ты делаешь то же самое, если считаешь, что цыпа говорит тебе только правду.

Он побагровел от злости.

— Оставь Жюстину в покое.

— Задай себе один вопрос: зачем ты ей нужен. Потому что ты хорош в постели или из-за чего-нибудь другого? Ты уверен, что ей не нужна твоя душа?

Взревев, Бек вскочил и подхватил с пола сумку.

— Я не собираюсь слушать глупую девицу, которая отдается демонам! — заорал он. — Я всегда думал, что ты не такая, как все, что ты — особенная! Каким же я был придурком!

Он бросился вон из дома. Спустя мгновение взревел двигатель машины. Зная, что это последний раз, когда она видит Бека, Райли подошла к окну. Ей нужно было уезжать в Фарго, убираться прочь из Атланты. Оставлять Бека, Гильдию, всех своих друзей и подруг.

Машина рванула с места, подняв фонтаны мелкого гравия. Было видно, что Бек рулит и разговаривает по мобильному, указывая в сторону дома. Наверное, докладывал Стюарту, как она села в лужу.

Вот и наступала главная расплата за ее страшную ошибку. У нее отберут лицензию. Узнав, что она общалась с Падшим, они ни за что не позволят ей оставаться в Гильдии. А Бек будет ненавидеть ее до конца своих дней. Это было хуже всего.

Будь ты проклят, Ори. Ты разрушил всю мою жизнь. А я сама позволила тебе это сделать.

* * *

Чтобы привести себя в чувство, Райли пошла в ванную и умылась холодной водой. Что бы она ни делала, ей казалось, что она горит изнутри, словно в ее груди лежали раскаленные угли. Этот жар заполнял каждую клеточку ее тела. Это из-за близости с Падшим? Неужели это никогда не прекратится?

Она уставилась на свое отражение в зеркале. Ее лоб усыпали бисеринки пота, и кожа раскраснелась, несмотря на то что она только что умылась холодной водой.

Боже мой, я постарела.

Будто одна ночь с Ори стоила ей нескольких лет жизни. Под глазами у нее выступили темные круги, кожа стала матово-полупрозрачной, что придавало ей нездоровый вид. Райли выдернула седой волос из виска. Ей было всего семнадцать. Когда она успела поседеть? Она бросила волос в раковину и с отвращением смыла водой.

Раздался громкий шорох, и Райли подняла голову. Возня повторилась: кто-то пытался постучать в окно. Это точно не Ори. Он бы просто шагнул из пустоты, схватил ее, как безвольную куклу, и утащил куда-нибудь в глушь, где мог бы поиздеваться над ней от души. Например, к себе в Ад, кишащий идиотскими мячеподобными демонами.

Кто-то снова заскребся в окно, уже более настойчиво. Раздался знакомый тоненький голосок.

Райли откинула занавеску и удивленно уставилась в окно. Это был Барахольщик из ее дома. Он прыгал как заведенный на подоконнике за стеклом и, взмахивая ручонками, пищал что-то нечленораздельное.

— Ты что здесь делаешь?

Он снова взвизгнул.

— Тише, тише. Что ты хочешь сказать?

— Охотники на демонов! — завопил он.

— Где?!

— Здесь! — Он заметался, рискуя выпасть за окно. — Они идут за тобой!

Боже мой.

Райли пулей выскочила из ванной, схватила сумку и кинулась на улицу. Спустя несколько секунд она уже мчалась по дорогам, до предела выжимая педаль газа. Притормозив на перекрестке перед тем, как вырулить на другую улицу, она увидела в зеркало заднего вида, как к дому Бека подъехал черный фургон. За ним еще один. Двери раскрылись, и люди в темной униформе окружили дом, готовясь к штурму.

Как они узнали про Ори? Как узнали, что я у Бека дома?

И очевидный ответ поразил ее, как будто на голову рухнул кирпич. Бек звонил не мастеру Стюарту. Он решил натравить на нее охотников. Неужели все из-за того, что она выбрала Ори?

У Райли так затряслись руки, что она с трудом могла вести машину. К ее горлу подкатил комок, но она титаническим усилием заставила себя не заплакать. Да, он говорил, что всегда будет о ней заботиться, что будет хранить память ее отца. Но как только в дело вступало болезненное мужское эго, Бек ничем не отличался от остальных и готов был на что угодно, чтобы отомстить.

Ее телефон зазвонил. Это был он. Она попыталась проигнорировать звонок, но ярость взяла верх.

— Райли? — сказал Бек, как только она ответила. — Я…

— Ты продал меня, бесчувственный мужлан! — завопила она. — Ты ничем не лучше Саймона или этого проклятого ангела! Я должна была понимать, что рано или поздно ты меня подставишь.

— Да о чем ты…

Райли нажала кнопку отбоя, затем вообще выключила мобильник и зашвырнула его поглубже в сумку. Охотники легко могли выследить ее по сигналу телефона. Страшно подумать, какими еще технологиями они располагают.

У нее начались судороги, так что пришлось остановиться на заброшенной парковке. Она уткнулась головой в руль, пережидая приступ. В этот раз ее легкие не парализовало, они не отказывались работать и втягивать необходимый воздух. Кажется, ненависть придавала ей сил. Она больше никому не позволит причинить себе боль. Никогда.

Где можно спрятаться? Дома? Нет, там наверняка установлена слежка. К мастерам она обратиться не могла — это только создало бы лишние проблемы для Гильдии. То же самое с Эйден. Питер вряд ли мог ей помочь после недавних событий в семье. Пожарный Джек? Вот это уже вероятнее.

Нет, все равно этого недостаточно, чтобы залечь на дно.

Оставался только один вариант. Но она не знала, захочет ли он взять на себя такой риск.

Глава тридцать пятая

За несколько минут она добралась до Литл-Файв-Пойнтс. Гораздо больше времени понадобилось, чтобы найти место, где можно было оставить машину. В итоге она нашла укромный закуток на задворках продуктового магазина в стороне от оживленной улицы. Может быть, так она потянет время, если охотникам удалось договориться о сотрудничестве с местной полицией.

Ты не становишься параноиком?

— Ну конечно. — Она просто придумывает, что все решили достать ее. За исключением пятака, которого убил Ори. Да и вообще, убил ли он его на самом деле?

Все, во что она верила, рассыпалось, как карточный домик. Она полагала, что Саймон — идеальный парень и их ждет безоблачное будущее. Эти отношения поглотили огонь и Святая вода. Бек обещал всегда быть с ней и солгал. Единственное, что она знала точно, — что ее отец погиб и что ее первым любовником стал Падший. Все остальное представляло собой лабиринты в королевстве кривых зеркал.

Райли почти бегом пустилась по улице, минуя кафе, ведьминский магазин и лавки, и повернула в тупичок, где располагался дом Мортимера. Она затравленно оборачивалась через каждые пару шагов. Постучав в дверь, она нервно принялась теребить ремешок сумки.

Что, если он не захочет меня видеть?Больше ей было некуда идти.

Дверь медленно открылась. Райли ожидала увидеть прислугу, но это был Морт собственной персоной.

— Привет, Райли. — И он улыбнулся ей неподдельной улыбкой. — Хорошо, что ты пришла. — И тут он нахмурился. — Все в порядке?

— Я… — Она испуганно оглянулась. В любой момент сюда могли ворваться вооруженные мужчины в форме. — У меня серьезные неприятности. Меня разыскивают охотники на демонов.

Морт удивленно поднял брови, и на секунду Райли испугалась, что он захлопнет дверь у нее перед носом. Но он пригласил ее внутрь.

— Тогда лучше проходи поскорее. — Он запер за ней дверь. — Так что стряслось?

Она не могла рассказать ему всего, но постаралась изложить суть дела предельно сжато. Он должен был знать, кому помогает и чем рискует из-за этого. Получилась какая-то параноидальная белиберда.

— Мою душу пытался украсть падший ангел, я в долгу перед Раем и перед Адом одновременно, а охотники из Ватикана хотят арестовать меня за то, что я в сговоре с Люцифером, так что мне нужно место, где отсидеться, пока я не придумаю, как все уладить…

— И это все? — Он расплылся в улыбке.

Райли вытаращила на него глаза. Кажется, он издевался.

— И что замышляют охотники? — поинтересовался он.

— Сейчас они окружили дом Бека. Они могут прийти и сюда тоже.

— Бесполезно, спокойно заметил он. — Они тебя не найдут, даже если обыщут весь дом. У магии есть свои преимущества.

— У тебя могут быть проблемы из-за меня, — слабо запротестовала она.

— Не сомневаюсь. Где ты бросила машину? — Она рассказала. — Дай мне ключи, я переставлю ее.

Решив, что она должна ему довериться, Райли отдала Морту ключи и сказала, как выглядит машина.

Морт махнул в сторону круглой комнаты.

— Служанка принесет тебе чего-нибудь поесть. Думаю, это не помешает.

— Спасибо тебе огромное. Мне правда было больше некуда идти, — призналась она.

— Я не очень часто изображаю из себя хорошего парня. Довольно забавно, кстати.

Только если тебя не арестуют охотники.

Морт открыл входную дверь и оглянулся на Райли.

— Он говорил, что ты придешь.

Прежде чем она успела понять, кого он имел в виду, заклинатель скрылся с глаз.

Райли побрела в круглую комнату. Каждый шаг отзывался такой болью в ее теле, будто она шла пешком долгие километры. Ароматный дымок привычно пощекотал ее нос. Она устало швырнула сумку на скамью и тяжело вздохнула. В ответ раздался какой-то странный звук, легкий, будто шелест сухих листьев. Она вспомнила о мороках, которыми Озимандиа пугал ее на кладбище. Неужели Морт тоже продал ее?

А потом она увидела, как из кресла в темном углу ей навстречу поднялась человеческая фигура, тощее пугало в костюме и красном галстуке. Он сделал несколько тихих шагов и вышел на освещенную солнцем часть комнаты. Непокорная каштановая прядь, как обычно, свисала на дорогое ей лицо.

— Тыковка? — позвал он.

— Папа? — завопила она, едва не теряя сознание. Затем бросилась обнимать его с такой силой, что чуть не сбила с ног. Уткнувшись в него носом, она почувствовала аромат кедровой коры и апельсинов.

— Моя милая девочка, — прошептал он и погладил ее по голове. — Как я скучал.

Заливая сладкими слезами радости его пиджак, она дала обет самой себе.

Они не заберут его в Ад. Я клянусь. Даже если мне придется сойти туда вместо него.

Благодарности

На этом свете есть много невидимых волшебников, которые способны сотворить настоящее чудо и дать жизнь книге, которую вы держите в руках. Вот некоторые из них.

Я должна выразить свое восхищение Дженнифер Вейс (моему редактору) и ее помощнице Молли Трейвер. Они сделали для меня все, что только было возможно. Мне также посчастливилось работать с чудесной Мередит Бернстейн, моим литературным агентом. Она всегда меня поддерживает, и от нее в любой момент можно ждать звонка с вопросом: «Ну как продвигаются дела?»

Отдельной благодарности заслуживают дружественные мне авторы и критики: Нанетт Литлстоун, Двейн Херндон, Аарти Найар и Харольд Болл. Мои подопытные читатели (которые продирались через по-настоящему грязный черновой текст и делали это с невероятным проворством) отличились абсолютным бесстрашием, и поэтому я передаю слова благодарности и объятия Жан-Мари Уорду, Мишель Роупер, Кейт Рован и моему дорогому супругу Харольду. Уильям Маклеод придал Мастеру Ангусу Стюарту легкий шотландский акцент, а прекрасный город Атланта и Оуклендское кладбище стали отличной декорацией для приключений Райли. Без поддержки всех этих людей моя жизнь была бы непреходящим сумасшествием, и совсем не в хорошем смысле слова.

Примечания

1

Перевод И. Бунина.

2

Будем здоровы! (гэльский).

Content

Яна Оливер
ГОРОД СКЕЛЕТОВ

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвертая

Глава двадцать пятая

Глава двадцать шестая

Глава двадцать седьмая

Глава двадцать восьмая

Глава двадцать девятая

Глава тридцатая

Глава тридцать первая

Глава тридцать вторая

Глава тридцать третья

Глава тридцать четвертая

Глава тридцать пятая

Благодарности

Примечания