Ольга Александровна Егер

Любви и магии все существа покорны

Глава 1. Сладкий рассвет

Солнце поднималось над горизонтом, прогоняя тьму ночи, отправляя кошмары в ад, откуда они к нам приходят, чтобы терзать. Город преображался. Оранжевые и розовые тона отражались от окон многоэтажных домов. Небо было безумно красивым, и я любовалась им.

— Как всегда? Утром бодрячок?

Я оглянулась на Вадика, заглянувшего в аппаратную. Улыбнулась ему, кивнула. Он скрылся в студии, включил микрофон, а я сделала погромче музыку, поднимающую настроение — легкую, словно пушинка, мягкую и воздушную, как белое облачко.

— Доброе утро, дорогие слушатели! В эфире "Цунами +" Вадим Курашенко. И вместе с нашим улыбчивым звукорежиссером, Диной Вербной, мы постараемся сделать начало вашего дня бодрым и позитивным! Оставайтесь с нами! — проговорил он, и снова заиграла музыка.

В приоткрытое окно влетела роза и, хлопнувшись на пол, попала прямо под пульт. Пришлось за ней лезть, чтобы достать.

— Опять гена с Игорем? — в студийке появилась еще одна ведущая волны и моя подруга Кристина. Она посмотрела на тайного воздыхателя и рассмеялась. — Ну ты прям приворожила их! Знаешь, что они говорят, будто у тебя колдовской взгляд?

— Ага! А Жанна тебя ведьмой называет! — рассмеялся Вадька, заглянув к нам попить чай, ведь сидеть в темной студии в одиночестве ему не нравилось.

— Правильно называет! — рассмеялась я, бросила взгляд в окно, подмигнув солнышку, и подумала, что теперь в жизни простой ведьмы по имени Дина Вербная обязательно все будет хорошо! А того, кто попытается испортить это самое "хорошо" ждут большие неприятности!

Вот вы, наверное, смеетесь. Считаете, что ведьм не бывает. Я как-то вообще не задумывалась о них, пока меня не укусил вампир. Ах, вы полагаете, что и вампиры существуют только в фильмах, снятых по книгам Энн Райс и Стефани Майер?! Снова ошибаетесь. Я своего встретила на вечеринке — встрече выпускников. Он подсел ко мне в кафе. Я еще тогда все удивлялась, что мог найти в серенькой, абсолютно не привлекательной девчонке шикарный иностранец? Оказывается, кровь нашел… А еще и проблемы. Ведь в ночь, когда этот паршивец вонзил клыки в мою шею, во мне проснулась самая настоящая ведьма и… дала ему по зубам током. Парень сбежал, чтобы вернуться через две недели и заявить о правах на мою жизнь. К сожалению, избавиться от назойливого вампира я не могла. Но пыталась. Мы с подругой-оборотнем уезжали в Прикарпатье, к моим родственникам. Там я не только выяснила, что мне непонятно по каким причинам досталась излишняя доза магии, так еще и бабушка хотела меня уничтожить. Мы спаслись. Не без помощи прародительницы моего рода — великой и первой карпатской ведьмы Гелесты. А потом, вернувшись домой, осмелилась принять вызов вампира и перестала от него бегать. Мы заключили договор, согласно которому он мог отобрать мою жизнь в честном поединке… Так вышло, что он проиграл. Я осталась жива. За сложнейший год смогла найти новых и верных друзей, с которыми мы объединились в "Клуб Изгнанников" (ведь каждый в свое время бежал от чего-то или кого-то и не был принят обществом), стала более сильной, обзавелась славным племянником-ведьмаком и даже попыталась найти свою крошечное счастье. Но скучными мои будни назвать до сих пор нельзя. Ведь магические глупости со мной продолжали случаться с завидной частотой. Дело в том, что когда все вокруг хорошо, начинаешь подозревать неладное — буквально ждешь подлости от судьбы. А когда сильно долго чего-то ждешь, а оно все не происходит, начинаешь чудить сам. Вот мы с Сашкой — другом-магом — как-то и чуданули. Точнее сначала мы просто хотели научиться телепортации. Толчком к этой гениальной идее послужило повышение цен на маршрутки, ну и, конечно, наша лень. Ведь телепортироваться это так классно! Вот ты просыпаешься обычно в пять, полшестого утра, чтобы собраться на работу, прийти в себя, и все равно опаздываешь. Начальница ругается, ты злишься (на себя, на будильник, на весь мир), день начинается со скандала и настроение испорчено до конца дня. А так, ты поспал почти до начала смены, щелкнул пальцами и оп! — ты уже на работе, бодренький, чаек попиваешь. Начальница пришла ругаться, а ты сидишь на месте, улыбаешься ей и говоришь: "Доброе утро, Жанна Сергеевна! Как спалось? А утро какое замечательное!" И ей ничего не остается, как прикусить губу и идти доставать кого-то другого, кто опоздал!

Сашкины аргументы мне очень понравились, и мы взялись за теорию. С ней все было просто: подумал, куда хочешь, хорошенько, в деталях представил себе это место и, сказав волшебную фразу, щелкнул пальцами — ты на месте. На практике оказалось сложнее. Или это у нас с Сашкой фантазия как-то слабо (или наоборот, сильно бурно) работает. Мы постоянно куда-то не туда попадали. Один раз в морг угодили, перепугались до такой степени, что заикались три дня, а Василий (мой квартирный дух) не знал, чем нас отпаивать. Второй раз проникли к наркоторговцам, нанюхались какой-то дряни и еще недельку гоняли глюков и Василия вместе с ними. Третий раз…

— Задумайся! — говорит Сашка. — Это должно быть место, где ты чаще всего бываешь!

— Я не хочу на работу! — буркнула я.

— Подумай о хорошем! — сказал он, закрыл глаза и мы вместе подумали. Но каждый представил явно что-то свое. Смотрю, а друг так погрузился в размышления и фантазии, что даже улыбается. Мне стало интересно, не женскую ли баню он себе вообразил! Из вредности пожелала оказаться там же, где и мой товарищ.

В итоге… Сидим мы в шкафу и слушаем, как кто-то самозабвенно занимается любовью.

— И часто ты бывал в этом шкафу? — заинтересовалась я, отпустив другу щелбан, и всерьез стала размышлять о светлых воспоминаниях, связывавших мага с предметом мебели, в котором мы прятались.

Как выяснилось, мой друг неоднократно сиживал в конкретно данном шкафу во времена буйного полового созревания. На одной из стенок даже обнаружилась нашкарябанная чем-то железным гордая надпись: "Здесь был Я!". Сие "Я" частенько захаживало к одной замужней даме. Кстати, после того как Саня попытался выглянуть из укрытия, оказалось, что нынче шкаф принадлежал уже другой хозяйке.

— Давай отсюда выбираться! Извращенец! — озарила меня гениальная идея, до того, как в мой нос попала шерсть от норковой шубки и я громко чихнула…

Дверки шкафа открылись.

Далее немая сцена. Две подозрительные личности, сидя в шкафу, косятся на здоровенного вспотевшего и, главное, голого мужика, у которого на физиономии проступают первые признаки жгучей ярости, грозящей незнакомцам полетами из окна и веселым катанием задницами по ступенькам. Женщина на заднем плане обозрения прикрывалась простыней и тоже таращилась на странных жителей шкафа. Вернуть челюсть на место она так и не смогла, впрочем, как и сказать что-то в свое оправдание!

Я подумывала уже врать, мол, мы — чернобыльская моль, жутко голодная, и решили полакомиться одежкой… И тут Саня с абсолютно непробиваемой, каменной мордашкой просто потянул двери на себя, нагло заявив:

— Вы нам мешаете! — и захлопнул дверь.

Рогатый муж собирался было оторвать хамовитой моли в нашем лице что-нибудь очень жизненно необходимое. Но когда снова раскрыл шкаф, там никого не было.

Мои пробы перенести нас куда-нибудь тоже провалились. Я то — натура романтичная, хотела на пляж, к морю… а оказались мы на отвесной скале. После благополучного возвращения мы с Сашкой зареклись телепортироваться (ну если только в крайних случаях). Римма вздохнула с облегчением…

Прошли весна, зима… Самой веселой была последняя. Выпало много снега, и мы втроем с моими неординарными друзьями погрузились в детство и сугробы! Отобрав у малявки-соседа сани, катались с ледяных гор, бросались снежками и даже играли в "Откопай мобильный" (это получилось чисто случайно, а игра продолжалась часа два, после чего вся компания пыталась оживить оледенелое устройство связи).

Однажды, пробираясь к работе, я внимательно смотрела под ноги, чтобы не упасть. Мягкий и пушистый снег превратился в жесткие ледяные глыбы. Дороги давно не чистили. Маленькие натоптанные тропки после дождя превратились в ледяной каток, и я боялась проехаться по нему своим многострадальным задом. И все-таки поскользнулась. Совершенно не желая поставить здоровенный синяк на мягкую точку приземления, взмахнула руками и… Когда я распахнула глаза, с ужасом и восторгом поняла, что вишу в воздухе. "Похоже, ведьмы все же летают!" — было первой мыслью, а потом я таки шмякнулась в холодную лужу и ударилась копчиком.

Глава 2. Две тени на горизонте

Потихоньку мы дожили до лета. На улице царила адская жара. Я шла к подруге на работу, злясь на своего парня. Вот сама не понимаю, почему с Артемом все так сложно! То он весь такой теплый и нежный, то морозится, будто вообще впервые меня видит. Сначала мне даже нравилась вся эта таинственность, вроде "я и мой суперагент", присутствующая в наших отношениях. Незаметно для всех Артем целовал меня, заставляя краснеть, а потом отворачивался и делал вид, что проходил мимо. Случалось, он пропадал на несколько дней, и весточки от него дождаться нельзя было. А потом внезапно присылал sms: "Хочу тебя увидеть". И ведь наивно считал, что я примчусь. Ну… действительно пару раз бросала все ради встречи с ним. Но сегодня из вредности заявила о занятости важными и неотложными делами. Устала я от этой секретности! Хочу нормальных человеческих отношений, ведь в моей жизни и так тайн предостаточно!

Отвратительное чувство обмана — просто бесило.

Такие жизнерадостные мысли роились в моей голове, когда я шла к подруге в детский центр. И мое боковое зрение уловило кое-что интересное. За гаражами двое здоровенных парней тайно обменивались чем-то с малолетками лет 12-13-ти.

— И что интересного у вас в пакетиках?

Могла ли ведьма в дурном настроении пройти мимо такой замечательной перспективы найти неприятности на свою волшебную и бесспорно привлекательную пятую точку? "Неприятности" уставились злобными глазищами на слишком смелую тетку.

— Дайте угадаю! Это у вас гербарий, собранный для урока биологии? — предположила я.

— Слышь, иди своей дорогой! — рявкнул один паренек, смерив меня презрительным взглядом.

— Так уж получилось, что вы на ней стоите, ребятки!

Мне очень грубым, но весьма живописным образом пообещали свидание темным вечером, с дальнейшим сопровождением моей скромной персоны в отдаленный уголок, чтобы познакомиться еще ближе. Точно тем же тоном я пояснила, что в провожатых не нуждаюсь, а поздним вечером сама, кого хочешь, так проводить могу!.. Но миленький вид обнаглевшей девахи юных продавцов дури совершенно не впечатлил. Хотя покрасневшие щеки парней выдавали похвальные рекомендации моему владению "исконно русским языком" — то есть, матерным. Я даже возгордилась своим даром. Что, зря выслушивала лекции по филологии в институте?!

Гоп-компания рассосалась с пятачка за гаражами, недовольным войском тараканов, которым показали тапочку. На прощание любезно пообещали не забыть обо мне и отомстить! В ответ я дала клятву ждать с нетерпением, готовиться всеми возможными способами к этому дню и даже пометить его красным в календаре.

В старом здании, где располагался молодежный центр по внеклассной работе, шум доносился, как всегда, только из одного кабинета — самого дальнего, отведенного во временное пользование моей подруге. Она как раз проводила занятие со своими обалдуями. Честной народ весело пил чай с печеньем, перебивая друг друга рассказами из школьной жизни. Римма, заметив меня, топчущуюся на пороге, пригласила присоединиться к чаепитию.

— Я вот интересуюсь! — заняв место рядом с подругой, затянула полушепотом я. — Ты знаешь, что творится в твоем районе?

— Знаю, — довольная вкусом своего любимого печенья проговорила Римма. — Знаю все, что происходит с каждым из них. Поэтому в семьях моих воспитанников все благополучно! Я частенько их навещаю!

Мгновенно предстала передо мной эта картина посещения. К примеру, брак чьих-то родителей может развалиться из-за регулярных измен отца. Мужчина не подозревая, что за ним следят, идет на свидание с любовницей. И только у них доходит дело до самого интересного (ну хотя бы до поцелуев), как изменник, наконец, замечает жуткого человекоподобного монстра — каким иногда может притворяться моя подруга. Мужчина по началу считает все галлюцинациями, плодом расшатанной психики. Но его ожидает сюрприз — фокусы с явлением глюка учащаются, как только он снова возвращается к любовнице.

Так моя подруга воспитывала в отцах своих подопечных условный рефлекс: "Не изменяй!". Насколько мне известно, неисправимых случаев было только два, да и господа испытуемые в результате пристают к медсестрам в поликлинике, рядом с которой мы часто проводим тренировки.

— Предлагаю устроить сегодня романтическую прогулку! — коварно подмигнула подруге я. — Романтика намечается в твоем районе!

— Сашке звонить? — поинтересовалась Римма.

— Звони, конечно. Но вот не знаю, будет ли ему о чем поговорить под луной с наркоманами!

— С кем? — поперхнулась чаем подруга и выпучила глаза на меня, чем сейчас очень напоминала вареного рака. А все ее воспитанники резко прекратили шуметь и повернулись к нам.

— Чего ты орешь? — почувствовав себя Карлсоном из мультика, я похлопала закашлявшуюся подругу по спине. — Ты же нам так всех маньяков распугаешь!

Вечер. Место романтического происшествия: посадка за детским центром творчества. Светит луна. Комары настойчиво пьют кровь. Взявшись за руки, на улицы вышли… маньяки. Среди всего этого живописного безобразия на свободу вырвались мы.

Я и Сашка старались не распугать подозреваемых. Но все равно смеялись друг над другом во время, мягко говоря, собственноручной коррекции наших физиономий. Больше всех веселилась Римма, наблюдая, как маг искусственно вытягивал нос на моем лице, а ведьма, то есть я, мстила волшебнику, стирая вообще ненужный дыхательный орган колдуну. В конце сеанса магической хирургии не только оборотень из нашей компании была счастливой обладательницей хвоста, клыков и длинных заостренных ушей, но и еще две, мягко говоря, отвратительные личности.

Сменив имидж на стиль "Восставшие из ада под Чернобылем", мы, стараясь не хохотать, отправились на поиски тех самых добропорядочных малолетних наркодилеров. А они как раз занималась своим черным делом, сбывая дурь.

— Нет. Только лаве сначала! — настаивал один из торговцев.

— Виталик Кусько! — прогремел непонятно откуда донесшийся голос, на весь район оповестивший, кто именно сейчас стоял среди кустов у заброшенной стройки. Парни замотали головами, но предателя так и не увидели. А подлый рычащий голос не унимался.

— Виталик Кусько! — озвученный парень взмолился, чтобы хоть адрес его сейчас на всеуслышание не назвали. А голос подленько гаркнул: — Ах ты ж, сволочь такая!

— Римма Сергеевна, вы что ли? — признал владелицу голоса парень, и на его зов тут же вышла молоденькая училка из детского центра.

— Ах ты ж, гаденыш такой! — распекала его, подойдя немного ближе, девушка. — Если б знала, что ты будешь моим детям продавать траву всякую, — она втянула воздух носом. — И не отнекивайся, я отсюда чую, что это дурь у тебя в кармане! Я б тебя ни за что пьяного из канализации, дебила такого, не вытаскивала! Сидел бы там, ароматами наслаждался!..

— Да иди ты к демонам! — осмелел пацан.

— Куда? — ехидно уточнила училка.

— К демонам! — посмеиваясь, вторил другу наркоман.

Вот тут-то эффектно из кустов выползли мы. Во всей красе! Описывать какое впечатление произвело явление адресатов на наркоманов не хватит, наверное, и листа. Самое смешное, что все покупатели разбежались. И судя по тому, как сверкали в темноте их пятки — к дури они больше не притронутся. А после Сашиного эффектного рыка и Римминого подмигивания желтыми нечеловеческими глазищами дилеры в попытке провалиться сквозь землю только обнялись, треснулись лбами и очень забавно запели фальцетом. "Демоны! Демоны!" И я больше не могла ни смотреть, ни слушать — расхохоталась, согнувшись пополам. На сим забавном моменте к нашей компании решили присоединиться две совершенно темные личности. Они вышли из тени соседних деревьев, устав быть посторонними свидетелями запугивания наркоманов. Попавшие на их лица блики от фонарей выдали потусторонность натур — глаза незнакомцев светились ярко красным!

Дилеры окончательно растерялись, заметив еще двух ненормальных, и намочили штаны. Мы же смолкли, уставившись на пришельцев.

— Успокойтесь! — обратился к проглотившим слезы наркоманам крепкий рыжеволосый парень флегматичного вида. — Они — не демоны!

Торговцы уже было расслабились, посчитав все удачным розыгрышем училки. Но масла в огонь подлила спутница незнакомца, маленькая, худенькая, такая же рыженькая, миловидная девочка. Она в их дуэте, судя по всему, была заводилой.

— А вот мы… — произнесла, улыбнувшись, девушка, и на лице ее проявились зверские уродливые черты.

Наркоманы больше не кричали. Молча описались и упали в обморок. А мы на нервной почве начали икать.

Позже, когда мы отпоили успокоительным Виталия Кусько и его товарища, то уселись за стол переговоров. Рыжеволосые действительно оказалась демонами, самыми настоящими! Они рассказали, что скитаются по свету уже очень долго и уже порядком устали бродить. Вот решили осесть в нашем городке. Девушку звали Лизой, а парня Марком. Отношения у них были более чем странные. К примеру, демон ел только с рук своей подруги, не разлучались они ни днем, ни, тем более, ночью. На вопрос встречаются ли они, новые знакомые неоднозначно промолчали. Как бы там ни было, но нам демоны пришлись по душе, и мы приняли их в свою скромную компанию. Правда, перед этим сходили к Судье и попросили у него официальное разрешение на пребывание на нашей территории двух особей демонической расы.

О Судье — это вообще отдельная тема разговора. Как выяснилось, великий змей, по логике, должен был спать до судного дня — когда численность зла перевалит за добрую половину, гнобя противника во всех его проявлениях. Но что-то его пробудило, и наверное, я! Точнее колебания неконтролируемой магии. В общем, Судья ложиться баиньки отказывался! Да и мы ему мешали. Сначала приперлись со своим "спасибо, дорогой товарищ", а потом пытались знакомиться и доставали всякими глупыми вопросами типа: "Вы появились раньше динозавров или вы их правнук?". Змей ничего не хотел слышать о доисторических рептилиях, из чего Римма заключила, что на "бедную змеюшку" кто-то большой таки наступил!..

Смирившись с нашим существованием, Судья (видимо, чтобы от нас отвязаться) назначил нас стражами города. И мы честно следили за передвижением магических существ по славному городу Донецку. Иногда помогали полиции (она же милиция). Кстати, Руслан (местный мент) стал классным осведомителем, а мы взамен на его информацию раскрывали некоторые особо трудные дела. Судья надеялся, что занял нас надолго, но мы стали бегать к нему по сущим пустякам и еще чаще, чем раньше.

Глава 3. Волшебные пузыри

На кухне трехкомнатной квартирки кипела работа над очередным кулинарным шедевром. Шеф-поваром была моя сестра, и я с замиранием сердца следила за тем, сколько соли она высыпает в вариво, гордо названное супом.

— Марин, а где твой драгоценный? — вопрос о супруге оставил на лице сестры странный отпечаток муки. Она тут же попыталась это скрыть. Меня такие перемены насторожили, но расспрашивать я побоялась. Сестра никогда ни в чем не признается, пока не станет совсем плохо — это у нас такая отличительная семейная черта — великомученичество.

— А где он может быть? На работе, конечно! — отвернулась младшая уже не Вербная, а Носова, пряча от меня лицо.

— У него какие-то проблемы? — все же не выдержала я, пытаясь как можно незаметнее вытащить из нее информацию.

— Да, есть кое-какие проблемы. Постоянные семинары, встречи с клиентами, — тут же ухватилась за предложенное мной оправдание сестра и начала развивать эту тему. — Так что я уже привыкла, что его не бывает дома.

То, как я закатываю глаза, в знак того, что не верю — Маринка не увидела, как и того, что откололо ее чадо. Митя скосил глазенки на кончик носа, а потом, высунув язык, поднатужился, и как дунул носом — к потолку поднялись мыльные пузырики. Дитятко тут же принялось хватать их своими крохотными рученками, веселиться. Самое интересное — пузырики лопались, падая на пол и превращались в хомячков или конфеты. У меня замерло сердце. Живность и сладкое я запихивала под мебельный уголок ногой, чтобы сестра ничего не увидела.

— Мариш? — сдерживая крик, протянула я, прихлопнув очередной пузырь и подтолкнув ногой хомяка под стол. — А тебе в магазин сходить не надо?

— Да, — обрадовалась было сестра, что я предлагаю свои услуги, но я подло оборвала ее на вдохе.

— Так сходи, а я с малым посижу! — подлая ухмылка на моей физиономии заставила сестру призадуматься.

— Ладно. Но, кажется, у меня денег не хватает, — протянула Маринка, снова отвернулась к плите, снимая с нее кашу для Митьки — суп она оставила в покое. Сынуля, услышав ключевое — "не хватает", тут же надул носом крупный пузырь, который лопнув, хлопнулся на стол пятью банкнотами по сто гривен. Я только успела дотянуться до них, как Маринка обернулась, с удивлением уставившись на деньги в моей руке.

— Это тебе! — нашлась я, и бумажки перекочевали к сестре.

— Спасибо! — улыбнулась она, и пошла собираться. — Тогда присмотри за Митькой, а я в магазин! Ты же еще немного побудешь? Я так хочу выкупаться! А то из-за Мишки не могу. К тому же, ты единственна, я рядом с кем он не хнычет! Пожалуйста!

Последнее она кричала уже из другой комнаты, накидывая на себя вещи. А мы с Митькой буравили друг друга взглядами. Причем этот смышленыш явно понимал мое недовольство, поэтому надул губы и изобразил "бе!".

За Маринкой захлопнулась дверь. Мы с маленьким ведьмаком остались одни. Вот! А бабушка говорила, что дар передается только по женской линии.

— Саня! — набрала номер друга я. — У нас проблемы! Мой драгоценный племянник надувает носом волшебные пузыри!

— Если ты не уследила за ним, и он съел мыло — это не наша, а твоя проблема! Не давай ему воды! — умничал маг.

— Саша. Ты не понял! — зарычала я в трубку. — Он надувает "волшебные пузыри", а не мыльные! Теперь дошло?

На том конце провода молчали. Переваривали информацию. Я добавила немного фактов.

— Он только что деньги выдул!

— Ого! — присвистнул маг. — А сколько?

— Гривень пятьсот…

— Слушай, — перехватила трубку алчная Римма. — А пусть надует еще, чтоб около трех штук получилось!

— Умная, блин! — фыркнула я. — Он мой племянник, а не банкомат!

Пока Маринка ходила по магазинам, мы устроили магический консилиум! Малой сидел между нами и переводил задумчивый взгляд с одного говорящего на другого.

— Если Маринка узнает, умом тронется! — схватилась за голову я.

— Не тронется! Мы его сейчас заколдуем. Поставим печать. На тебя же в свое время ставили! — успокоил маг, а ребенок разревелся.

— Все, все! — пришлось взять его на руки. — Никто тебе ничего не сделает! Но если пообещаешь фокусы показывать только при нас! Маме, папе, бабушкам и дедушкам, а также посторонним личностям — ни-ни! Понятно?

Митя перестал хнюпать носом и кивнул.

— Как думаешь, понял? — шепотом спросила Римма, заглядывая в лицо ребенка.

— Даже не знаю. Давай проверим, понимает ли он вообще, о чем мы! — предложил маг.

— Митенька, — выступила вперед оборотниха. — Тете Римме не хватает денежек на новые туфельки, где бы их достать?

Малой потянулся к бюсту подруги и извлек у нее из декольте, как заправский фокусник, шестьсот гривен!

— А ты сегодня щедрый, миллиардер! — буркнула я, оценив размах подарков.

Глянула на друга, а у мага между прочим уже глазки загорелись. Того гляди, сейчас попросит Митьку наколдовать ему новый ноутбук!

— Учти, все дары ровно в полночь превратятся в тыкву! — заявила я, Митька хихикнул, подыгрывая. А Римма с воплем: "Я успею! Магазин недалеко!" — вылетела из квартиры, покупать обновки на магические гроши.

Постепенно мы стали обучать моего племянника не только мелким фокусам (кстати, деньги действительно потом рассыпались либо мыльными пузырями, либо теми же хомяками), но и самозащите и бытовой магии. В игровом варианте, для лучшего усвоения. Малыш схватывал на лету, но иногда капризничал так, что его учителям приходилось не сладко. Не хочу даже упоминать о том, как в зоопарке лазили в клетку с тиграми, ловя мелкого телепортатора, вздумавшего поиграть с большой киской. Или пытались пробиться сквозь мощный щит, как придурки, напевая песенки и кривляясь, потому что стоило поднести к ребенку ложку манки, и она упиралась в невидимую преграду. А Митька при этом орал, как ненормальный, демонстрируя свое несогласие с рационом питания подрастающего поколения ведьмаков. Короче, намучились мы с ним жутко! Но хуже всего приходилось врачам! Митька использовал против них эмпатию. Если я могла чувствовать других людей, то племянник управлял эмоциями окружающих! Он брал тетю доктора за ручку и передавал все свои неприятные ощущения от ее осмотра, лекарств и прочего, чтобы она, так сказать, на собственной шкуре прочувствовала, как замечательно болеть! Я боялась того момента, когда у него начнут портиться зубы, и Маринка решит отвести его к стоматологу… Вот не завидую несчастному человеку в белом халате! Потому что анекдот: "Малыш, открой ротик! Пусть дядя заберет свой пальчик…" — грозил осуществиться в реальности.

Глава 4. Полеты и катастрофы

На дворе стояла замечательная погода. Мы с Артемом для прогулки выбрали самый скромный путь, на котором нам никто из знакомых повстречаться не должен был. Сели за столиком плавучего кафе на дальнем ставке и только расслабились, как средь бела дня подъехал патруль. Из старинного, еще военного, "бобика" вылез замученный Руслан. Не заметив меня, он прошел на кухню, где сидели бледные официантки, бухгалтер и хозяин. Компания долго шепталась, после чего полицейских отвели к пристани, где обычно тусуются каякеры.

— Тем, я на минуточку. Я быстро! — буркнула я, а парню в принципе сейчас было все равно. Он потягивал пивко из бокала и таращился на купающихся у противоположного берега девиц.

Я наискосок прошла через кусты, выглянула. Около станции толпились люди над накрытым скатертью трупом, лежащим на земле. Судя по всему, это был утопленник. Но что-то моему знакомому полицейскому не понравилось в и так далеко не привлекательной внешности мертвеца. Руслан побледнел, вытер проступивший на лбу пот и отошел в сторонку отдышаться. Его коллеги и эксперты кружили над телом, как мухи.

— Интересно! — брякнула я, не ожидая услышать комментарий со стороны.

— И не говори! — раздалось совсем близко.

Я ойкнула и отшатнулась, когда увидела, как тина на поверхности воды подымается, и из нее формируется лицо с глазами.

— Водяной? — поинтересовалась я.

— Позвольте представиться, — человекоподобное создание появилось по пояс, но из воды не вылезло, а подперло руками голову, облокотившись о каменный парапетик. — Водяной Зуля, местный Нептун! Но можете называть меня просто дядя Зеленый, Дина!

— Ой! А откуда вы меня знаете? — опешила я, а водяной растянул на серо-зеленой мордашке ухмылочку.

— Я всех знаю, кто в этом районе живет. Вас, между прочим, маленькой сюда часто привозили в коляске. А потом и сестру вашу тут катали поблизости. Она еще за жабами любила гоняться. Шумная особа в детстве была! Жуть просто. — Говорил дядя Зеленый. — Кстати, что-то давненько не видно ее.

— Не беспокойтесь! Эта шумная особа обзавелась своим собственным маленьким любителем погонять живность. А не скажите, что тут произошло? Утоп кто?

— Да, — раздосадовано махнул рукой водяной. — Здесь постоянно кто-то топится. Напьются, понимаешь ли, а потом в воду лезут. Но этого не топили. Этот — подкидыш!

— Как так? — удивилась я, начиная понимать, что таким образом кто-то заметал следы.

— Да завелись, понимаешь, какие-то паразиты. Уже четвертого ко мне скидывают! Устал я от них, разберись, а? Ты же ведьма, как-никак! — взмолился водяной.

— Помогу, чем смогу. — Вздохнула я. — А как давно его к вам скинули?

— Скинули вчера. Они обычно долго всплывают, но сил моих терпеть нету! Вот и выкинул его на берег. — Признался дядя Зеленый.

— Хм, значит, следы еще свежие должны быть. А не видел ли ты, дядя, этих подлецов?

— Помилуй, — выровнялся водяной, — увидел бы, сам притопил и ракам скормил!

— Плохо! Мне бы зацепочку какую, — вздохнула я, понимая, что сейчас придется колдовать под самым носом полицейских.

— Цепочку? — сказал водяной. — Сейчас будет!

И нырнул, а я не успела ему сказать, что мне не нужны никакие украшения. Водяной снова показался на поверхности двумя минутами позже и весело размахивал золотой плотной цепью.

— Вот она! С одного из этих гадов сорвалась, когда они труп скидывали! — радостно поведал мне дядя Зеленый.

Я брезгливо сунула улику в платочек.

— Спасибо! — не забыла поблагодарить я и попрощалась, двинувшись в сторону полицейских. Руслан, заметив меня, наконец, поздоровался.

— Привет! Что ты тут делаешь? — потянул меня за локоть совершенно измученный работой полицейский.

— Да успокойся ты! Четвертый?

Руслан кивнул. Он уже давно перестал задавать глупые вопросы: "Откуда ты знаешь?", "Где вы это нашли?", "Почему вы всегда там, где что-то случается?". О моей силе ему не было известно ничего, но любопытство его все равно мучило.

— И что скажешь, юный Шерлок? — издевательски поинтересовался он и сложил руки на груди, ожидая от меня разъяснений.

Я "отвела глаза" всем присутствующим, кроме Руслана, присела на корточки и стала ползать по местности, призывая духов земли. Я всего лишь попросила их указать мне на следы душегубов. И отпечатки засветились зеленым, уходя путанными тропками куда-то в кусты за здание станции. Пошерстив там немного, я нашла клочок от майки и отпечатки шин на асфальтной дороге — узкой, но все же используемой любителями задавить пару-тройку парковых пешеходов.

— У тебя нюх, как у собаки! — подметил Руслан, разглядывая отпечатки колес.

— И глаз, как у орла! — поддержала его комплимент я, сунув мужчине под нос найденный обрывок ткани.

— Давай поспорим, что мы найдем этих уродов к вечеру! — улыбнулась я Руслану, он же нахмурился.

— Я с тобой и твоими друзьями больше не спорю! И не смейте в это ввязываться! — сказал суровый полицейский, уже понимая, что сегодня ему придется работать внеурочно, чтобы мы не обскакали следствие. — Я не хочу вылавливать ваши трупы!

— Не волнуйся! Уж кого-кого, а нас вылавливать не придется! — и, наверное, я сильно расслабилась, потому что огонь озорства отразился в глазах голубым огнем, немало удивив и ошарашив Руслана.

— Скажи мне, кто ты! Я никому не раскрою твою тайну! — прорвало его.

— Ты действительно хочешь знать?

По его бледному лицу было совершенно ясно, что слышать он ничего не хочет, но глупец зачем-то кивнул.

— Русь, — ласково улыбнулась мужчине я и положила руку ему на плечо. — Ты только не бойся! Хорошо? Я просто ведьма. Ничего особенного. Ты можешь спать спокойно! Уж мы-то постараемся, чтобы наш район не беспокоили всякие мерзкие типы!

Руслан смотрел на меня несколько минут не моргая. Думал о чем-то, не знал, как воспринимать мои слова. А потом выдохнул, обтерся платочком и устало опустил плечи.

— Ведьма, так ведьма! — заключил он. — Пошли, выпьем! А то у меня уже нервы сдают!

Мы посидели немного за столиком втроем. Руслан смотрел то на меня, то на Артема, и в его взгляде читалось: "А он знает?". Я отрицательно качала головой, полицейский вздыхал и пил водку. После обеда все разошлись по своим местам: Артем ушел на смену, Руслан вернулся в управление, а я пошла к друзьям. Клуб ненормальных сидел за компьютерами, устраивая небольшой хаос в интернет-кафе.

— Чего это ты такая довольная? — присмотрелась ко мне Римма.

— Пахнет трупом! — потянул носом воздух Марк и отвлекся от экрана, внимательно меня рассматривая.

— И водорослями! — поддержала его Лиза, обнюхав меня с ног до головы, и склонилась, чуть ли не тычась носом в карман.

Я извлекла цепочку в платочке, и друзья воззрились на нее, как голодные дятлы на червя.

— Охота? — обрадовался Марк.

— Только предупреждаю! — начала я, чувствуя себя нянькой в детском саду. — Никого не убивать и не калечить.

Все обиделись.

— Ладно, калечить, только чуть-чуть! — Сдалась я, зная, что все равно без этого не обойдется. Компания ненормальных обрадовалась, воспрянула духом и быстро допила кофе.

За два часа до наступления темноты нам удалось выяснить, не только кому принадлежит украшение, но и чем занимается хозяин утерянного. Оказалось, что этот милый дядечка, по имени Николай, по кличке Косолапый, вместе со своими компаньонами содержит наркопритон и отмывает деньги, а еще запугивает честных граждан. А убитые им люди (два журналиста, один полицейский и последний — адвокат), насобирав достаточное количество компроматов, просто развлекались шантажом, за что и канули в городском ставке. Шантаж мы, конечно, не одобряли и наркотики не любили! Короче, мы взяли на себя миссию по устранению плохих ребят!

Вечером старт нашей акции "Поймай убийцу" начался с белой полоски, начерченной Сашкой на асфальте дороги при въезде в город. Мы выстроились прямо под вывеской "ДОНЕЦК".

— На счет три! — предупредил маг.

Римма скинула с себя вещи и стояла голой. Сашка на нее недовольно покосился и покраснел. Она только пожала плечами, мол, ей так удобнее будет перекидываться в зверя. Впрочем, ее тело на присутствующего в нашей команде мужчину, Марка, никакого эффекта не произвело. А вот Лиза как-то странно и глупо захихикала, стреляя глазками и жутко смутив таким поведением оборотниху. Я давилась смехом, наблюдая за друзьями.

— А ты думаешь на этом нас обогнать? — оценил стоящий рядом с магом мопед Марк.

— Ты не знаешь, на что этот красавец способен! — погладил сидение своего боевого "коня" Саня и взгромоздился на него верхом.

Марк только хмыкнул, считая, что в соревновании победит именно он. У него были причины для гордости — потому что у демонов есть очень интересная отличительная черта — способность к телепортации! И у них, в отличие от нас, это великолепно получалось!

— Один! — начал отсчет друг.

— Ребятки, — взмолилась я, перебив товарища, — Только не доведите никого до сердечного приступа! После последней выходки уже палат пустых не осталось!

Друзья облизнулись, и я поняла, что они все равно что-нибудь отчебучат.

— Два, — протянул Сашка и замер, оттягивая момент.

— Три! — рявкнул вместо него Марк и испарился.

Следом за ним растворилась в воздухе Лиза. Римма в один прыжок перекинулась в пантеру и помчалась на сумасшедшей скорости по дороге. Сашка, не спеша одел шлем, застегнул, улыбнулся и, махнув мне рукой, нажал на газ… Его след простыл за считанные секунды. Я поняла: заколдовал мопед! Я же просто поднялась в небо и полетела, прижимая руки к бокам, чтобы ускорить процесс. Словами вам не могу передать, как это классно — летать в ночном небе над городом! Такое ощущение свободы! Как истинная ведьма, я экспериментировала с метлами и швабрами — летать на них прикольно, но таскать с собой… Люди относятся очень странно, когда ты входишь в троллейбус с метлой под мышкой, потому что устала и решила уж несколько метров доехать как цивилизованный гражданин общества. Сашка советовал уменьшать метлу и носить с собой в кармане, но я так уже шесть штук потеряла, а Холодец три съел, считая зубочистками, и точил об них свои клыки. А когда потерянные метлы вместе с куртками попадали в стиральную машинку!.. Вода на заколдованные предметы, скажу я вам, весьма странно влияет!

Пролетев до самого центра, я полюбовалась, как мои друзья коллективно доводят до психоза бандитов, пытавшихся скрыться от догоняющей машину пантеры, настигающего их парня на мопеде (чудом обгонявшем мерс). Но когда в машине на заднем сидении материализовался странный рыжий парень, скалящийся во все зубы — водитель просто врезался в столб. Первый выпавший из авто угодил в лапы пантеры.

— Здравствуй, сладкий мой! — проговорила она к нему человеческим голосом, и лысый здоровый мужик резко дернулся, треснувшись головой о колесо. После чего отрубился, впав в беспамятство.

— Я так не играю! — обиделась кошка.

— А этот мой! — радовался Саня, выуживая за шиворот следующего кандидата в клиенты психиатрической клиники! Вот врачи обрадуются! Пора с них за новую клиентуру деньги брать!

Но мужик оказался не робкого десятка, достал пистолет и начал палить направо и налево. Даже в Марка попал. Лицо вылезшего из машины демона искривилось такой жуткой гримасой негодования, что я бы на месте бандита немедленно стала бы выкапывать себе миленькую спокойную ямочку… и неважно, что вокруг асфальт! Остальные его приятели лежали в отключке.

— Давайте скорее вяжите его! — крикнула сверху я, зависнув в воздухе. — Сейчас Руслан со своими бравыми ребятами подъедет!

Через квартал от нас уже выли сирены полицейских машин.

Воспользовавшись моментом, главный бандюган, Коля Косолапый, пальнувший в Марка, дернулся и помчался наутек, продолжая отстреливаться от нашей компании. Демон порычал и испарился. Лизка покачала головой.

— Каюк гангстеру! — пробормотала она. — Марк очень не любит огнестрельное оружие.

И тоже исчезла, наверное, чтобы понаблюдать за тем, как ее напарник будет мстить нерадивому мужичку, испортившему его вещи и настроение. Я последовала за ними, чтобы не допустить убийства. Мы все-таки обещали Судье, что демоны никого на нашей территории не будут расчленять, терзать и так далее.

Николай дал такую стометровку через дворы и заборы, надеясь сбежать от гоп-компании ненормальных в нашем лице, что уже радовался своему отчаянному побегу…

— Вон он! — сориентировала я Лизу и Марка, немного заблудившихся в хитросплетении проулков между домами. Тут эта сволочь, морда недобитая, подняла головешку, глянула на летающую ведьму и решила избавить мир от нечисти. Наставив на меня пистолет, он пальнул, а я как-то неловко взмахнула руками и полетела вниз, так и не сообразив, попал этот гаденыш в меня или нет… Но судя по звукам, Марк до него точно добрался. Я же снижалась, как подбитый самолет и верещала.

"Все! — подумала я. — Костей не соберу! Разобьюсь!"

Но столкновения с землей не произошло. Я продолжала жмуриться, не понимая, почему никак не упаду уже. И тут до меня дошло! Открыла глаза, сообразив, что тотального соприкосновения с асфальтом миновала, мало того, меня поймали! От спасителя пахло очень знакомыми духами…

— Привет! — пухлые губы растянулись в клыкастой улыбке.

— Нет! — завопила я и ударилась головой об его плечо.

— Не ори! Ты же не ранена! — цыкнул на меня он.

— Ты вернулся, — выдала я очередной вой и еще пару раз побила своим лбом его плечо. — Опять эти ночные драки, бессонницы, сломанные конечности! Не хочу! Я только жить нормально начала!

— Да замолчи ты! — сцедил сквозь зубы вампир. — Никаких драк не будет, обещаю. Я не за этим здесь!

Я замолчала и уставилась на него. Давно я не смотрела в эти карие глаза! Что-то в них изменилось. Парень продолжал держать меня на руках, стоя на крыше пятиэтажки. Я положила руки ему на плечи и, болтая ножками, поинтересовалась:

— А зачем?

Он покосился на мою фривольную позу и легко, не задумываясь, спрыгнул с крыши, мягко приземлившись на ноги. Я вцепилась в него крепко-крепко и старалась не орать. Голова закружилась, тошнота от такого передвижения подкатила к горлу.

— Есть причина! — заявил он, опуская меня на землю. — И…

Он отошел, окинул меня оценивающим взглядом прежде, чем уйти.

— Рад, что ты жива! — ошарашив меня этим высказыванием, вампир развернулся и гордо зашагал прочь, скрывшись в тени арки.

— Жива? — рядом раздался голос Лизы, напугавшей меня до потери пульса. Она еще не вышла из образа охотницы и сверкала в темноте красными глазищами. Я подавила инстинкт перекреститься. Демоны, как выяснилось, не очень любили, когда у них перед носом размахивают религиозными символами. — Я видела, как ты падала.

— А чего ж тогда не спасла? — насупилась я.

Лиза пожала плечами.

— Ты же ведьма! — сказала она и, приплясывая, двинулась вперед. А я стала размышлять, чтобы значило ее высказывание.

Перепуганные, покалеченные, уписавшиеся от страха бандиты сидели рядочком около машины и как на духу рассказывали дяденькам в полицейской форме о своей сложной, но богатой интересными подробностями жизни. Мы следили за этим интервью с соседней лавочки, сплевывая в пакетик лузгу от семечек. Руслан и его команда подозрительно косились на нас (а в особенности на одетую в одно легкое пальто среди лета Римму). В ответ на такие взгляды мы синхронно растягивали на глупеньких минах ухмылки и, как говорят в Одессе, "делали дядям из милиции ручкой".

— Ну что, воробьи? — подошел к нам Руслан.

"Воробьи", особенно двое, расплылись в гаденьких улыбочках, демонстрируя клыки, и сверкнули красными глазами.

— Русланчик, а почему "воробьи"? — спросила я, кокетливо сплевывая лушпайки.

— А потому что, как мы ни приедем, ваша компания сидит на ближайшей лавочке или заборе и семечки клюет! — выдал мент. — Сейчас подойдет мой начальник и будет задавать вопросы. Его смущает ваше постоянное мелькание на фоне.

Тут действительно подошел такой себе боров в погонах, выпятил нижнюю губу, сощурился и грубо поинтересовался:

— Кто такие?

— Прохожие, — хором брякнули мы, продолжая улыбаться.

Руся культурно помалкивал в сторонке, зная, каким будет продолжение (мы его напарников уже всех видели, и все спрашивали одно и тоже, а мы не старались разнообразить наши ответы). Дядька-начальник покосился на голые Риммины коленки. Сашка, с чувством собственника, положил на ноги подруги свои лапищи.

— Видели, что здесь произошло? — сплюнул в сторону он.

— Никак нет! — улыбнулись мы, снова хором продекламировав фразу, как заученную наизусть, будто в армии служили.

— А что вы тогда здесь делаете? — сощурился еще сильнее боров.

— Фонариками любуемся! — заявила Лиза, наивно хлопая ресничками. Дядя растаял.

— Да, нам очень нравятся мигалочки на ваших машинах! — поддержала ее Римма, и когда мы уходили, уволокла одну сигналку, сорвав прямо с крыши "бобика".

— И что ты с ней делать будешь? — спросил Сашка, увидев, что подруга тащит с собой домой.

— Лизе подарю! — сказала оборотниха и всучила демонице ворованную вещь. Та расплылась в глупой ухмылке, обняла сигналку, как родную, и мечтательно закатила глазки.

— Поставлю над кроватью! Вместо ночника! — сморозила Лиза, а Марк скривился, представив, каково ему под этим декораторским излишеством спать придется…

Глава 5. Демоны в кинотеатре

Моя смена выпала как раз после Артемовой, так что увидеться вечером нам не удалось. Зато клуб изгнанников собрался полным составом в развлекательном центре. Сначала мы обманули игровые автоматы, в волю наигрались в баскетбол, шарики и стрелялки. Потом спасали автомат с "Подводной одиссеей" от демонов, вошедших в кураж — Марк и Лиза оккупировали несчастную машину и чуть не оторвали у нее джойстики, когда проиграли миссию. Пока разгоряченные товарищи не устроили погром и не сожгли зал, мы решили вывести их и закрыть в каком-нибудь темном месте… К примеру, в кинотеатре. Однако выбор фильмов был невелик, и мы провели целых сорок минут около афиш с премьерами, играя в "камень, ножницы, бумага", вытягивая длинные и короткие спички, подбрасывая монетки, чтобы определить стоящий нашего внимания фильм. Потом нам это надоело. В спорах мы так и не пришли к единому выводу и опять уставились на список показов.

Марк долго и придирчиво изучал репертуар, выбирая между триллером и ужастиком. Мы топтались в стороне, бурча ему под ухо, что пока он выберет, вообще ни одного билета в кассе не останется.

Не выдержав, Римма вышла вперед, закрыла глаза и, встав перед доской объявлений, ткнула пальцем в первое попавшееся.

— Ужасы! — вздохнула она. — Наша жизнь и так напоминает сплошной ужас!

Но билеты мы купили. Заняли места, взяли попкорн, колу и обратили взоры на огромное белое полотно. Резня на экране веселила демонов, куда больше чем какая-нибудь романтичная комедия. Волей-неволей мы тоже смеялись и даже дико хохотали, когда в фильме появились два рогатых, страшных, клыкастых парнокопытных демона. Лица оригиналов, присутствующих в зале, вытянулись. Мы с Риммой просто сползли под кресла, когда выдуманных жутиков убивали крестами и святой водой, а наши демоны психовали и твердили, что не может такого быть! Сашка посоветовал им пожаловаться сценаристам! В шутку, конечно. Но демоны внезапно испарились из зала. Я взмолилась, чтобы они не пришибли голливудских авторов.

Пока Лиза и Марк разбирались с клеветниками, ужасы закончились и мы купили еще билеты, но теперь на мелодраму. Ее мы тоже испортили своим хохотом. Потому что в середине фильма позади нас образовались демоны, как-то не обратив внимания, что их места уже заняты. Чуть не раздавив зрителей, они выругались и пересели к нам поближе. После чего двадцать минут сидели с каменными лицами, пытаясь понять суть фильма. Когда же до Лизы дошло, что это романтическая история, она ухватила Марка за руку, прижалась к нему и, как полагается, стала пускать слезы, слюни и сопли в особо драматичных моментах. Мои нервы этого не выдержали. Я вышла в кафетерий, рядом с залом, чтобы отдышаться и попить. Заказала себе чай. Парень за стойкой заигрывающе улыбнулся, протянул мне заказ и плитку молочного шоколада.

— Это вам! — широкий жест я не восприняла и только раскрыла рот, чтобы ответить: "Ну не люблю я шоколад", как вместо меня это сделал кто-то другой!

— Она не любит шоколад! — прозвучал мягкий и в тоже время угрожающий голос рядом со мной.

У продавца вмиг испортилось настроение. Он опустил глаза, быстрым движением спрятал "подарок" под стойку и ушел в подсобку.

Моя кружка, подхваченная бледной, тонкой мужской рукой, проплыла у меня перед носом. Красавчик, ничего не спрашивая, двинулся с моим заказом к свободному столику. Потом повернулся и с безупречной улыбкой на лице пригласил меня составить ему компанию.

— Решила сходить в кино? — поинтересовался вампир, когда я усаживалась на высокую табуретку напротив него.

— Да. Проветриться. Нам было скучно сидеть дома. — Отпив несколько глотков под его пристальным взглядом, честно призналась я.

— Друзья, — задумчиво произнес он. — Интересно! У меня нет друзей среди…

Он не договорил, потому что я его перебила.

— Не мудрено, что их нет! С твоим-то характером и наклонностями маняка-убийцы! — язвительно прокомментировала я, и в меня тут же стрельнули холодным взглядом, призванным усовестить.

— Ты всегда такая…! — он тихо выругался по-французски, а я злорадно ухмыльнулась.

— Ты первый начал! Я не просила меня затягивать в темный угол и кусать! — буркнула я.

— Давай я все исправлю! — внезапно оживился он и придвинулся ближе.

— Шутишь или издеваешься? — у меня даже глаз дернулся.

— Давай будем друзьями! — он был серьезен, в глазах сияли тепло, нежность и какой-то игривый огонек — все говорило о том, что этот хам просто насмехается надо мной.

— Нет, ты просто прикалываешься, да? — мысль, что он задумал гадость, не покидала.

— Доверься мне! — красавчик-вампир протянул мне руку, предлагая ее принять. Я уставилась на его ладонь, потом перевела взгляд на парня.

— Уже доверялась, и что вышло? — открещивалась я от этой дружбы, предчувствуя беду.

— Убери с лица это глупое выражение! — приказал парень, злясь. Он-то считал, что любой без оглядки бросится в его объятия. А я не только сомневалась, стоит ли подобное делать, так еще и заставляла унижаться передо мной.

— А ты спрячь клыки! — злобно ответила на его выпад я.

— Если спрячу, будем дружить? — не успокаивался он, снова ухмыляясь.

— Я подумаю.

— Я подожду…

Чай допивала я под пристальным вниманием карих глаз. Он улыбался. Я не знала, как реагировать на внезапное и наивное желание бывшей Смерти записаться в мои друзья. Мне вспомнились дни, когда мы враждовали, но вампир все равно уделял внимание, выслушивал и решал мои проблемы, помогал с операцией и сделал еще много чего хорошего. Может, согласиться прямо сейчас? Но от этого шага меня спасли друзья. Фильм закончился, и моя странная четверка покинула зал. Они бы прошли мимо, если бы Марк не обратил ищущий демонический взор в нашу с вампиром сторону. Он уставился так на экс-убийцу, словно уже взывал к пламени ада, чтобы сжечь сидящего рядом со мной парня. Вампир тоже не сводил с демона глаз, восприняв его с той же агрессивностью.

— Пожалуй, я пойду! — во избежание стычки сверхъестественных парней я поднялась из-за стола, направляясь к друзьям.

Он только кивнул на прощание, но сверкающих очей так и не свел с демона.

— Что связывает тебя с Даниэлем Кураном? — продолжая глядеть на цель, коей являлся вампир, поинтересовался Марк, как только я поравнялась с компанией.

— Да вроде бы ничего, — пожала плечами я, надеясь, что меня просветят о враждебных отношениях вампиров и демонов без дополнительных вопросов.

Римма и Сашка тоже внимательно слушали, интересуясь, откуда наши знакомые настолько осведомлены о загадочной личности красавчика, преследовавшего меня в прошлом году.

— Хорошо, — вздохнул Марк. — Я бы посоветовал вообще тебе с ним не общаться, не встречаться и держаться как можно подальше! Если жить, конечно, хочешь!

Мы зашагали к лифту, слившись с общим потоком толпы. Тот, кого Марк назвал Кураном, продолжал сидеть за столиком кафетерия и следить за нашим передвижением.

— А что в нем такого? — подталкивала демона к разговору я. — Ну, странный немного…

— Дина! — повысил голос на меня Марк, и Лиза, зная его реакцию на некоторые вещи, пугливо ухватила парня за локоть. — Он же вампир! Причем не какой-нибудь, а чистокровный! Наследник древнего рода, создавший собственный клан! И этот клан достаточно силен, чтобы перед его членами преклонялись! — повествовал демон, а я запоминала информацию, чтобы потом проанализировать, когда останусь наедине с собой. — Он умеет манипулировать не только смертными, но и бессмертными! Знаешь, каким коварным был его план по подчинению старых упырей, властвовавших высшим миром?

Я слушала парня и не могла понять, то ли он боится Курана, то ли восхищается. Скорее оба чувства с давних пор неразлучны по отношению к противоречивой и опасной личности вампира.

— Куран собрал под своим крылом всех молодых вампиров, особенно выдающихся какими-то неординарными способностями, и тех, кому не по нраву было находиться в постоянном подчинении родителей. Он сумел обратить силу молодняка против отцов вампирского общества! Теперь его боятся как огня и мечтают уничтожить! Но пока ни у кого не получалось от него избавиться. — Глаза демона недобро сверкнули, словно он сам не раз пытался стереть с лица земли живучего вампира. — Его клан держится особняком и никого не впускает в свою общину. Они не прислушиваются к правилам старшинства, зато установили свои собственные порядки!

— Марк, — все же озвучила назревший вопрос я. — Ты восхищаешься им?

— Такой жестокости и мастерству подчинения душ могут позавидовать многие предводители демонов! — покосился на меня он, но сама мысль испытывать ко врагу хоть каплю уважения вызвала гнев в демоне.

Когда наша компания проводила меня до самого подъезда, то там обнаружился Артем. С розой в руках. Друзья этот факт едко прокомментировали и скрылись с глаз долой. А я домой так и не попала. Ну попала, но не к себе. Утром же пришлось объяснять маме, где была, оправдываться и прятать сверкающие глазки. Папа только погрозил пальцем, но закатывать трехчасовую лекцию о подобающем и неподобающем поведении не стал. Выспаться перед сменой мне никто не дал, а после нее прямо у ворот проходной меня поймал Леха.

— Привет, Динка! У меня к тебе дело на сто баксов! — подхватил меня под локоток старый знакомый и быстро потащил в сторону гаражей. Не успела я опомнится, как стояла перед микрофоном и непонимающе хлопала глазками. А на меня таращились с надеждой пятеро парней.

— Я не пела на людях! Только в душе! — отнекивалась я, а Леха уверял, что справлюсь, и грозился поставить душ ради меня прямо на сцене.

— Чего тебе стоит? Ты же на радио работаешь! У тебя же отменный слух! У тебя приятный голос!

— Спой, птичка! — подмигнул мне басист Валик. — Не стыдись!

Пользуясь моим заторможенным состоянием, ударник отсчитал ритм, и ребята заиграли, не забывая требовательно на меня таращиться. Я раскрыла рот и звуки полились сами собой. А спустя час я уже ловила кайф от собственного голоса, приплясывая с микрофоном. Леха, памятуя старинную поговорку "куй железо пока горячо", набрал номер менеджера любимого нами всеми байкерского бара и назначил встречу. Не позволяя мне опомниться, знакомый накормил меня пирожными, влил в меня коньяк и отвез на прослушивание, где я уже пьяненькая и не особо вменяемая смело исполнила простенькую песенку о воле, небесах и заведенном моторе, двухколесном друге и колесящем бесчисленные дороги рыцаре. Еще немногим позже я сидела на лавочке с друзьями и признавалась, сама не веря в случившееся:

— Я буду петь в пятницу вечером в "Веселом байкере".

Демоны сказали, что если там нечего громить, то они не пойдут. Римма с Сашкой уже имели планы на пятницу — уезжали знакомиться с бабушкой мага в деревню. Короче, поддержать меня в новом амплуа певицы никто не захотел. Артем только сказал, что я справлюсь, но он тоже не собирался менять ради меня свои планы. Я на него обиделась.

Глава 6. Клубная жизнь

В "Веселом байкере" кипела жизнь. Плясали на стойках стриптизерши. Официанты бегали по залу, проворно проскальзывая с подносами в руках мимо подгулявших посетителей. А я стояла за сценой и тряслась как осиновый лист, теребя несчастный микрофон и представляя в руках шею Лехи, уболтавшего меня выступить. До сих пор не могу поверить, что ребятам удалось меня втянуть в эту авантюру.

Мне казалось, что я голая и все на меня смотрят! Из вредности представила присутствующих нагими… Зря! Покраснела. Потом меня чуть не стошнило.

— Готова? — подначивал Леха, и я чуть не вцепилась в его горло, чтобы придушить как следует.

— Да иди ты к черту!… - махнула на него рукой я и тут же боковым зрением уловила появление в дверях фигуры в светлом костюме. — А впрочем, нечистый и сам явился. Лично! И, похоже, за мной! Если, конечно, в кой-то веки не решил выпить. И сомневаюсь, что его выбор падет на спиртное.

Друг проследил за моим взглядом и так и не понял, почему появление красавчика (даже по мужским меркам, если таковые вообще есть) вызвало пессимистичный настрой у меня.

— Ты его знаешь? — удивился тому, что с той стороны на нас тоже смотрели очень внимательно, Леха. — Постой, а это не тот ли чувак, что в прошлом году тебя отсюда на себе вынес?

Мой многозначительный и довольно ужасающий взгляд заставил гитариста прикусить если не язык, то губу.

Выступление мне казалось совершенно провальным!

— Пора! — дернул меня за рукав Леха, подпихивая к сцене.

Действительно, эм-си уже объявлял наш выход, мол: "Дамы и господа, любители пива и классной музыки, ваш слух сегодня попробуют усладить товарищи из группы "Кодекс "Зед". Вы слышали их уже несколько раз, так что принимайте! Сегодня в их коллективе пополнение. Знакомьтесь. Очаровательная и несравненная леди Дина!". Не совру, сказав, что голосовые связки тут же отказались со мной сотрудничать, когда я услышала такое. А стоило повернуть голову к большому светлому пятну на общем темном фоне, и стало казаться, что кроме вампира в зале вообще никого нет.

"Соберись! Тряпка! Пережить столько всего и нервничать из-за какого-то выступления!" — две мысленные пощечины — и мне полегчало. А когда зажмурилась и отдалась на волю зазвучавшей музыке — дело пошло само собой. В какой-то момент я настолько увлеклась, что открыла глаза, но даже свет прожектора, грозивший лишить своей яркостью зрения, не спас от внимательного созерцания моей персоны парнем в светлом костюме. Ну и ладно! Я перестала бояться окончательно. Даже исполнила пару сумасшедших телодвижений и чуть не рухнула со сцены. Как ни странно, нас приняли на "Ура!".

Тем не менее, поклонившись, с пьедестала я слиняла очень быстро. Мы ведь с парнями договаривались только на одну песню! А стоило оказаться в толпе, как рядом возник Он!

— Не дурно! — то ли похвалил, то ли пытался оскорбить вампир. — Выпьешь?

Я посмотрела на протянутый мне стакан и замотала головой! Что-то не тянет меня к спиртному в последнее время. Уж больно печальным кажется прошлый опыт!

Темные брови, подчеркивая сарказм, вздернулись к верху.

— Какие перемены! — произнес с насмешкой парень.

— Представь себе! — попыталась улыбнуться я, но скривилась в подобие оскала.

— Интересно, что в тебе еще изменилось? — очень близко оказался он, словно заигрывая, заглянул в глаза.

— На вкус крови намекаешь? — сощурилась я, принимая вызов и демонстрируя, что на меня его "горячие взгляды" совершенно не действуют! И смело сунула ему фигу-самокрутку под нос. — А такое видел?

— Осмелела! — расстроился и оскорбился парень. — Обнаглела, — чуть тише произнес он.

— А то! С тобой пообщаешься, еще не такому научишься! — обрадовалась я его мрачной физиономии.

— Такому я тебя не учил! — фыркнул парень, явно намекая на скрученную мною композицию.

— Ну, значит, кто-то другой поспособствовал! А что это ты вдруг решил приобщиться к рокерскому течению? Что-то не верится, чтобы тебе по вкусу пришлась тяжелая музыка!

— Не сказал бы, что мне нравится! — согласно кивнул вампир, оглядываясь по сторонам на крупных, мускулистых и волосатых мужиков, оценивающих его как какого-то интеллигента-зазнайку.

— Тогда зачем пришел? — настаивала я.

— Прогуляемся? — предложил красавчик.

— Может, лучше посидим здесь? — в ответ последовало другое предложение. Красавчик недовольно повел бровью, выбрал самое отдаленное и тихое место, ради того, чтобы спросить:

— Все еще считаешь, что хочу тебя убить?

Я просто одарила его очень красноречивым взглядом. Он хихикнул и похлопал ладонью по сидению возле себя. Так и быть я села рядом.

— Кстати, об этом. Почему ты не убила меня, когда у тебя был шанс? — задумался он.

— Разве ты еще не понял, что я не могу лишить кого-либо жизни? Забыл, как пытался надоумить меня прикончить того насильника?

— Отчего же, помню, — ухмыльнулся он воспоминаниям.

— А где тебя носило весь год? — перевела тему разговора я.

— Ездил домой, — его лицо изменилось: смешливость, самодовольство исчезло. Парень стал хмурым, словно "дом" граничило в его понимании с "обителью боли".

— И где он? — думаю, если бы я спросила, почему его так угнетает мысль о родине, он все равно ничего не ответил, поэтому просто попыталась говорить с ним на более поверхностные темы.

— Во Франции, — ответил он, и в глазах снова запрыгали "бесики". — Чем вызвано такое любопытство? Соскучилась?

Прежде чем ответить, я почувствовала, как от его косого взгляда мои щеки резко покраснели. Наверное, и впрямь скучала!

— Конечно, некому ведь было меня по парку гонять! Представляешь, как тосковала по сломанным рукам, вывихам и синякам! — иронично изобразив злость, я подметила, что парень снова разозлился. — Ты чего?

— Я уже сказал тебе, что не намерен отбирать твою жизнь!

Он рассердился. Отвел взгляд. А мне стало тоскливо и тяжело на сердце.

— Прости, — пробормотала я тихонечко, но он все равно услышал.

— Я вернулся потому, что мне нужно отдохнуть. Там готовится переворот. И многие недовольные ищут возможности меня убить. — Все же разъяснил парень.

— Злые дяденьки упыри точат на тебя клыки? — переспросила я, преобразовав его речь в попытке задеть за живое. И мне удалось, потому что он снова отвел взгляд. Скулы на его лице дернулись.

— Вроде того, — прошипел он.

— И ты прячешься в маленькой стране, куда ты теоретически не должен был бы ехать, да?

Он почему-то облегченно рассмеялся.

— Забыл, какая ты догадливая! — ему очень шла эта простая и в тоже время ослепительная улыбка. Я улыбнулась в ответ.

— Не смотри на меня так! — внезапно отстранился он, как когда-то от моих попыток к нему приставать.

— Прости. Просто я и раньше видела, как ты улыбаешься. Но вот так легко и искренне ты раньше никогда не улы…

Замечание пришлось оставить при себе, так как его оно взбесило. Стараясь больше не смотреть на парня, я встала и собралась уйти. Но его голос остановил меня уже на втором шаге. Внутри даже все содрогнулось, всего-то от коротенькой фразы:

— Ты куда? — как-то испуганно прозвучало за моей спиной. Обернувшись, я убедилась, что лицо его действительно исказилось легким непонятным страхом.

— Не хочешь потанцевать? — подмигнула я. Конечно, он не хотел. Но исключительно из принципа, чтобы не проиграть противной ведьме, встал из-за стола. Ребята, как назло, играли песню "Арии" — "Там высоко…" И песня эта была о смерти. Моя бывшая личная Смерть шла за мной, но больше не желала убить.

Мы не стали заходить в самую гущу толпы. Я взяла его за руку, заставляя, наверное, испытывать смешанные и непривычные чувства, потому что он нервно кусал губу. Положила его ладони себе на талию, а свои умостила на его плечах. Вампир смотрел на меня, я — на него. И он действительно нервничал. Я попыталась передать ему теплые эмоции, чтобы наш "отдыхающий" смог расслабиться.

— Не делай так! — прошипел он, сдерживая раздражение от моей попытки влиять на его волю.

— Извини, просто ты напряжен! Я хотела немного помочь! — смутилась я, опустив глаза. Чтобы избегать встречных взглядов, пришлось смотреть на собственные руки, но они сползли на его грудь. Я ждала, когда вампир развернется и уйдет, но он все еще обнимал меня. Мало того, он приблизился, его плечи опустились — вампиру, наконец, удалось расслабиться самостоятельно. Парень едва касался губами моего лба. Я боялась поднять глаза, но чувствовала — он смотрит, испытывающе смотрит на меня. Cтук сердца сливался с ритмом ударных. Мы двигались, переминаясь с ноги на ногу. Медленно вращались вокруг своей оси.

Он вел меня в танце. Аромат его духов укутывал. Признаюсь, впервые в жизни от одного единственного танца с парнем я готова была сойти с ума. В какой-то момент я даже перестала слышать музыку. Осмелилась и посмотрела на вампира. Карие глаза оказались космической Чёрной дырой, поедающей все на своем пути. И меня уже затягивало в темноту.

Подпевающая солисту толпа исчезла.

Свет стал немного темнее.

В моих мыслях больше не было Артема.

Единственное, что я слышала, — дыхание партнера и собственный стук сердца.

Единственное, что я видела, — атлетичную фигуру в светлой одежде, карие глаза, темные волосы и немного пухлые губы. От последних я больше не могла оторвать взгляд.

— Ты хочешь меня соблазнить? — шепотом осведомился Куран.

— Разве это возможно? — у меня и в мыслях не было ничего подобного. Но красиво очерченные губы расплылись в коварной ухмылке и внезапно оказались слишком близко, впиваясь в мои. Даже мысль не проскочила в пустой ведьминой голове о сопротивлении. Я поддалась порыву, попав во власть вампира. Было чем насладиться и потерять разум: мягкое, нежное тепло, сладкий и в тоже время освежающий аромат. А потом я почувствовала, как его острый клык вспарывает мой язык, пуская кровь. Злая ведьма пробудилась от чар и сейчас очень не добро косилась на вампира, все еще целовавшего ее.

Вот же подлец! Упырь! Воспользовался моментом!

Оттолкнуть его от себя было уже невозможно, и я принципиально пошла на необдуманный шаг — укусила его за губу. "Эротические игры" прекратились. Мы оба отпрянули в стороны.

— Ну и как фкюс? — прикрывая рот рукой, поинтересовалась я, начиная шепелявить — язык опухал.

Вампир прикоснулся к прокушенной губе — оказывается, в пылу страсти я перестаралась и прокусила ее до крови. Он скосил глаза на кровавые отпечатки на кончиках пальцев. Потом посмотрел на меня и рассмеялся.

— Горьковато, но сладко. Как десерт! Интересное сочетание! — спорю, задумал он что-то не хорошее! У меня возникло чувство дежавю.

— Дехустатор хреноф! — попыталась ругаться я, но из-за шепелявости получалось очень смешно, по крайней мере, вампир веселился, забыв про "ранение". — Раз уж ты временно живешь здесь, так не обязательно меня преследовать! Найди себе девушку какую-нибудь в конце концов!

После кровавой выходки общаться с ним больше не хотелось. Я развернулась и направилась к стойке. Там все те же друзья друзей услужливо подсунули бокал с ромом. Спиртное прижгло ранку на языке, но опухать от этого он так и не перестал. Вампир покинул приют байкеров, а я до поздней ночи успокаивала свое уязвленное самолюбие. Что-то не везет мне с парнями! Один частенько делает вид, что между нами ничего нет, а второй кусается и норовит соблазнить.

Когда в обед настала моя очередь принимать смену и бразды правления музыкальными волнами, говорить я едва могла. Поцелуй с вампиром — это еще не измена, скорее плата за необдуманный поступок!

Артем был на месте и как ни в чем ни бывало общался со Снежанной. Каждый раз, когда видела их вместе, мне становилось как-то не по себе. Кажется, они обсуждали меня, судя по косому взгляду ведущей. Артем же вместо того, чтобы поприветствовать меня как полагается соскучившемуся влюбленному, вел себя слишком прохладно. Меня сей факт просто взбесил, и я мысленно заставила две тяжелые пленки рухнуть прямо к его ногам. Что сподвигло парня хоть немного начать двигаться и отойти от бывшей девушки. Я прошла в аппаратную и демонстративно бросила сумку на столик. Мне вот еще ревности только не хватало после вчерашнего общения с вампирюгой!

— Привет! — поздоровалась и мгновенно ушла Снежанна.

Влюбленный звукорежиссер, наконец, оттаял и принялся вымаливать прощение: обнял сзади, поцеловал в шею и залепетал нежным голоском.

— Ну как вчера все прошло? — попытался меня поцеловать, а я от отпрыгнула, взвыв от боли.

— Самесятельно! — фыркнула я, и парень испуганно на меня уставился.

— Что с тобой?

— Ясык прикусила от войнения! — как можно членораздельнее проговорила я.

— Если б знал, что ты так волноваться будешь, поехал бы с тобой! — поздно спохватился Артем.

— Я шебе и хофорила! — простонала я, чуть ли не рыдая. Меня обняли и приласкали, но злиться на него из-за того, что он который раз подряд отказывается принимать участие в важных моментах моей жизни, не перестала!

Глава 7. Прогулка, коляска и когти

С появлением вампира на горизонте все пошло наперекосяк. Начнем с Маринки. Она явилась субботним утром, как раз, когда у меня намечался выходной, и я хотела провести его с Артемом. Из ее нервозного состояния и солидной сумки, я сделала вывод, что Антон наконец показал свое истинное лицо! Или просто сестра перестала быть слепой, продрала глазки и увидела и чужую помаду на вещах супруга, и его сообщения другим бабам прочла. В общем, объяснять она ничего не стала, поставила большую сумку в моей комнате, вручила мне Митьку и ушла на разборки с неверным! Пришлось отменить все планы и заняться воспитанием племянника. Однако после шести часов посягательств на хвост Холодца и попытки обслюнявить домового я вывела маленького ведьмака на прогулку — кот и Василий просто умоляли меня убрать от них мелкого, во избежание катастрофы или преступления…

Но даже на улице пельмень продолжал устраивать цирк. Митяй тащил в рот все подряд: камни, сигареты, фантики, руки и ноги (собственные). Я поставила вокруг его коляски "заслон", отталкивающий предметы, которые ребенок призывал к себе. Но как только он просек мой фокус, начал совать ботинки в колеса, чтобы остановить коляску.

— Так! — не на шутку рассердилась я. — Вот же своенравный ребенок! Ты понимаешь, что нельзя так делать!

Митя не обращал на меня внимания, сунув в рот игрушку и задумчиво ее слюнявя, уставился куда-то мимо совершенно не интересной тетки, которую он и так каждый день видит. Я обернулась, гадая, что же так завладело вниманием моего племянника. Повернулась, присмотрелась и чуть не потеряла остатки разума. Митька безошибочно отыскал вампира в толпе гуляющих по скверу. Тот любезничал, точнее обольщал эффектную рыжеволосую барышню. Она наивно хлопала длинными ресничками, делая вид, что смущается. А коварный упырь поглядывал на ее шею.

Пока Куран нас не заметил, я подумала, что лучшим местом для прогулки будет детская площадка, и попыталась убедить в этом маленького ведьмака. Но эта пакость мелкая шла в отказ, мотала головой и вообще утяжелила коляску, не позволяя мне ее сдвинуть с места.

— Ах так! — разозлилась на него я. Он тоже насупился, белые брови собрал в кучку, губы и щеки надул, еще и ручки сложил на груди.

— Знаешь что, друг любезный!.. — начала я.

Митяй, прекрасно зная, чем грозит ссора со мной, приготовил свой самый главный аргумент — слезы!

— Меня этим не проймешь! Вот вернемся домой, я тебя манку есть заставлю! — пригрозила я.

Племянник уже решил перейти к последнему убедительному оружию в борьбе против тетки и манки — крику. Только раскрыл рот, чтобы продемонстрировать "вой сирены"… Я предусмотрительно закрыла уши…

— Смотрю, многое изменилось! Такого я точно не ожидал! И от кого он? — насмешливый голос заставил нас с Митькой временно прекратить войну и посмотреть на дяденьку, вмешавшегося в нашу перепалку. Племянник потянул к нему руки, требуя внимания, и шаловливо ухмыльнулся.

— Не знаю, — вздохнула я, отвечая на вопрос вампира. — Может, от тебя?

— От поцелуев детей не бывает! — отмахнулся Куран, рассматривая маленького дебошира, с которым оказалось не по силам справиться ведьме.

— Жаль, — пожала плечами я. — А мог бы быть твой!

Куран онемел. Побледнел. Уставился на меня круглыми глазами. А я давилась смехом. Не думала, что его настолько пугает мысль об отцовстве, ну или об интиме. Хотя. С его наследственностью…

— Успокойся! — дернула за рукав шокированного вампира я. — Он не мой и не твой! Так что расслабься!

— Во всяком случае, — еще раз осмотрев ребенка, заговорил Куран. — Очень на тебя похож!

— Ты даже не представляешь насколько! — хихикнула я. А Митяй тут же предоставил дяденьке наглядный пример: ухватил вампира за ладошку, передал ему свои самые яркие, но достаточно хаотичные мысли в картинках. За изменениями на лице Курана было страшно наблюдать. Я даже боялась, что придется его откачивать.

— Он… — промямлил вампир.

— Пельмень! — угрожающе насупила брови я. — Убери руки! Дядя-вампир все понял! И не играй с ним!

Митька терпеть не мог запреты, поэтому надул губы и обижено откинулся в коляске, созерцая нависающий над ним потолок.

— Как? — не мог прийти в себя Куран.

— Ну, — я, наконец, смогла сдвинуть коляску с места и покатила ее к ближайшей понравившейся мне лавочке. Вампир не отставал, шагая рядом. — Приступ мой помнишь? Так вот, когда ты уехал, было гораздо хуже! В последний такой случай стало совсем плохо. Чуть не досталось друзьям. Был только один способ — перекинуть на кого-то часть моего дара. А тут как раз родился Митька, но, правда, недоношенным. И, когда меня разрывало на части, он умирал. Сашка с Риммой провели обряд, отдали ему часть меня. Так что мы вроде бы как не просто родственники. У него две мамы: одна родила его, а вторая отдала свою жизнь, чтобы он дышал. Я, вроде бы, тоже его мама.

Митька поднял руку, демонстрируя, что все слышит. Я провела пальцами по его пальчикам, и он выглянул из коляски, чтобы мне улыбнуться. Куран шел молча, но взгляд его был более чем красноречив — парень пребывал в шоке. Он смотрел на меня, как на живой труп.

— А ты что тут делал? — сменила тему я. — Ужинал или прислушался к моему совету?

— И то, и другое! — как-то смущенно перевел взгляд на моего племяшу Куран.

— Понятно! А почему именно в этом парке?

— Наверное, это привычка! — рассматривая колеса коляски, проговорил задумчивый вампир. — Шел к тебе, пока кое-что не вспомнил…

Куран резко остановился. Он перевел очень недовольный и злой взгляд с крошечной ручки, держащей его за штанину, на меня.

— Скажи ему, чтобы он это прекратил! — потребовал обозленный вампир.

— А что он делает? — ничего не поняла я.

— Сразу видно, это у вас семейное! — фыркнул Куран, и я поняла, что Митяй провернул фокус с подавлением воли, заставив дяденьку-вампира говорить правду.

— Митя, дяде не нравится, когда с ним так играют! Давай лучше походим! — вытащить ребенка из коляски оказалось гораздо проще, чем уговорить его передвигать ногами по земле. Митька хватался за мои руки, капризничал и отказывался топать. Куран наблюдал, он сложил руки на груди и без особого интереса следил за моими усилиями.

— Чего ты с ним возишься? Где его мать? — заинтересовался вампир, которому, видимо, очень хотелось поболтать со мной наедине. Например, так, как в клубе.

— Она решает судьбу своей семьи! — ответила я, все-таки заставив ребенка сделать несколько шагов. После чего пельмень споткнулся о собственные ноги, хлопнулся на колени, обиделся и вообще уселся на земле, сложив ручки на груди. — И я очень надеюсь, что ее супруг больше не будет причислен к нашей! Моя сестра достойна лучшего! Правда, Митюнь?

Подобные заявления в присутствии ребенка могут показаться несправедливыми. Но Митя, как творение не столько человеческое, сколько волшебное, прекрасно разбирался в людях, и папу своего видел насквозь… когда тот являлся домой. Сейчас же дитя заинтересовалось фигурой вампира. Митя перевел взгляд на Курана, сосредоточился, поднял тяжелую поп, и целенаправленно пошел к парню! Я от радости схватилась за телефон, чтобы запечатлеть это событие. Но вовремя опомнилась — камера сможет заснять и вампира, а как я потом объясню его появление на видео-хрониках нашей семьи?

Тем временем Митя дошел до мужчины, остановился, посмотрел на него снизу-вверх и протянул руки, демонстративно сжимая и разжимая кулачки.

— Он хочет, чтобы ты взял его на руки! — прокомментировала действия ребенка я.

Вампира перекосило, будто ему под нос сунули давленый чеснок. Перспектива иметь дело с детьми его совершенно не устраивала! Митя настаивал, и уже приготовился брать упертого мужчину штурмом: раскрыл рот, чтобы заорать. Первые две ноты "детской оперы" — и Митя занял почетное место на руках Курана. Малыш ехидно ухмыльнулся.

— Шантажист! — рассмеялась я, наблюдая, как племянник с интересом ощупывает лицо вампира. Митька задорно улыбнулся Курану, а тот, не зная, что последует дальше, тоже улыбнулся. Очень зря он решил поиграть в доброго дяденьку! Племянник сунул руку ему в рот, ощупывая клыки.

— Дина! — мольбой прозвучало мое имя. Пришлось вмешаться.

— Пельмень! — он уже привык, что когда к нему обращаются по прозвищу — собираются ругать. Поэтому замер, повернулся ко мне и насупился. — Дядя так и пальчик тебе откусить может!

Дальнейшая реакция ребенка привела вампира в ужас.

Митя какое-то время рассматривал меня и, сообразив, что сейчас его заставят ходить пешком, резко обхватил Курана за шею и уложил голову ему на плечо — мол, дядя хороший, он меня не отдаст!

— Что он делает? — испугался вампир.

— Задушить тебя хочет! — пошутила я, не зная, насколько это испугает мужчину, никогда не нянчившегося с детьми, тем более с маленькими неадекватными магами! Чтобы не доводить его до приступа бешенства, я объяснила: — Просто ты ему понравился почему-то.

Куран еще несколько минут стоял, не зная, как реагировать. Потом свыкся. Он перехватил ребенка удобнее, а Митька прижался, умастился и закрыл глаза. Впервые я видела, чтобы мой племянник вот так легко сам выбрал человека, требовал его внимания и, в конце концов, задремал в его руках. Представшая моему взору композиция была достойна кисти художника: вампир с ребенком. Ну просто "Мадонна с младенцем"! Лицо Курана приобрело человеческие черты, теплое выражение. Я и сама таяла, глядя на них. Как бы вампир не сопротивлялся, но думаю, из него получился бы хороший отец! Лучший, чем Антон!

Но уже через секунду в глазах Курана загорелся пожар злости. Он перенес Митьку на левую руку, крепко придерживая ребенка.

— Возьми его и встань за мной! — приказал он, уставившись куда-то в темноту впереди. Я, взяв ребенка, спряталась за Кураном, ожидая разворачивающихся с немыслимой скоростью событий. Дул сильный ветер, возвещая о пришествии чего-то плохого. Только сейчас, бросив неосторожный взгляд на спину вампира, я увидела кровавые полосы, красовавшиеся от плеч до поясницы. Чуть не вскрикнула…

Скалящаяся угроза появилась на аллее, освещенная слабым светом фонарей. Их было трое. Не вампиры и не люди. Скорее, демоны. Не такие, как те, с которыми часто вижусь я. Сверкающие в темноте глаза смотрели прямо на цель — Курана. А он, судя по принятой им стойке, готовился драться. По частым вспышкам на телах незнакомцев я поняла, что огненный дар чистокровного вампира плохо срабатывал на представителях другой расы.

— Митя, помнишь наши игры? — он тоже чувствовал опасность и начинал нервничать, цепляясь за рукав Курана. — Давай сыграем, представь, что ты в домике!

Ребенок кивнул, закрыл глаза, выпуская на свободу мощный щит, накрывший меня. Я в свою очередь втащила под защиту Курана, обхватив его за торс. Его ладонь легла поверх моей руки, но явно изначальной целью парня было отбросить меня в сторону. Только после первой попытки напасть на нас вампир понял, что его защищают. Демоны отступили, хватаясь за головы от мучительной боли при столкновении с электрическим щитом. Куран бросил на меня мимолетный взгляд и снова сосредоточился на врагах.

— Ты знаешь, что у тебя глаза светятся голубым? — спросил он.

— Нет. Не знаю! — буркнула я, прячась за его плечом. — Не отвлекайся!

— Слушай внимательно, — снова заговорил парень, следя за передвижением демонов, решивших нас окружить. — Сейчас ты вместе с ребенком очень быстро уйдешь, прикрывшись щитом, хорошо?

— Размечтался! — мне не верилось, что даже сильный чистокровный вампир сможет справиться с явно пришедшими за его головой врагами. — Я останусь! Мы с Митькой сможем тебя прикрыть!.. Ну, или посмотрим, как тебя убивать будут.

— Упертая женщина! — прорычал Куран. Резко отдернув мою руку и шагнув навстречу к демонам, он получил первый удар. Хорошо, что Митя, закрыв глаза, вцепился в мою шею и за волосами ничего не видел. Вампиру пришлось драться врукопашную. Пока он справлялся. Но я не могла видеть конкретные действия — все происходило на бешеной скорости. Перед глазами просто метался вихрь — шипящий, рычащий, иногда ругающийся по-французски.

Когда ты ничего не видишь, даже вмешаться не можешь — это так злит! Я пришла к выводу, что если Куран останется жив — лично прибью!

Через две минуты все снова замерло. Вампир, достаточно истерзанный, но живой, стоял ко мне спиной. Ему удалось разбросать врагов по сторонам. Но все равно он замер в ожидании следующей попытки прекратить его жизнь. А демоны и не заставили долго томиться в нетерпении — бросились и… Получили отличный разряд тока, превышающий 220 Вольт. Это их не остановило, однако заставило задуматься, а Курана — выругаться.

— Какого ты все еще здесь? — психовал он.

Мы с Митькой его коварно проигнорировали. Ребенок крепко обхватил меня руками и ногами, так что я могла свободно передвигаться и вышла вперед, заслоняя собой вампира. Демоны зашипели и попробовали напасть на меня, но ведьме моего уровня достаточно хлопнуть в ладоши, чтобы таких существ отнесло ветром на несколько метров (тут все зависит от душевного состояния и сильных эмоций). Чтобы у них больше не возникало желания вцепиться в нас когтями, упаковала их в вакуумные мешки. Теперь они точно никуда не денутся!

— Что вам нужно здесь? — скрипя зубами, спросила я на правах стража. — Я предупреждаю! Вы нарушили правила пребывания на вверенной мне территории! Вы понесете наказание, если не покинете город в течение получаса!

— Кто ты? — прошипел один из демонов, не осознавая, что с ним сейчас могут сделать.

— Я - страж! Старший! Я решаю, кому здесь можно находиться, а кому стоит проваливать! — нервы были просто на пределе, думаю, глаза мои сейчас светились как у пустынников из фильма "Дюна". — Отвечайте немедленно. Что вам нужно?

— Мы — посланники! — зарядил демон. Видела я их послание на спине вампира. Если у них так почта работает, то мне искренне жаль все вампирское общество. Особенно во времена длительной переписки. А какие же у них тогда чаты?! Страшно представить!

Демон обратился к Курану, все еще настороженному, готовому дать отпор в любую секунду.

— Мсье Дорье передает вам "привет"! — забавлялся посланник. — Он знает, где вы, и вскоре навестит вас!

Только демоны, посчитав долг исполненным, хотели испариться, как… не смогли. Дернулись, рыпнулись, выругались. Но остались висеть в вакуумных коконах. И это их очень удивило! Они покосились на меня.

— Господа! А сейчас внимание! — когда хочу, я могу быть очень убедительной, и даже демонов запугать — раз плюнуть. — Кордон нашего города не переступит больше никто, включая вашего Дорье, Груье, Мурье и ижих с ним! И это не потому, что будут выставлены щиты!

На физиономиях демонов проявилось изумление. Им меня очень хотелось порвать на тряпочки, однако выпрыгнуть из вакуумных мешков не получалось.

— Вы знаете, что все должно прибывать в равновесии. Если не дай Бог еще хоть кто-то явится сюда с плохими намерениями, и весы силы пошатнутся, Судья приступит к своим обязанностям. А вы знаете, что это значит?

Они знали, поэтому выровнялись по стойке смирно при упоминании прозвища великого змея. А вот вампир скептически отнесся к моим словам, видимо, не имея ни малейшего понятия о том, кто такой Судья.

— Мы поняли, госпожа ведьма. — Поклонился самый разговорчивый из компании. — Мы больше не побеспокоим вас. Мы передали послание и уходим! А также мы поведаем нашему нанимателю, что Судья более не спит!

— Будьте так добры! — в тон ему ответила я, сняла заклятия, чтобы демоны смогли покинуть город.

Они поклонились и растворились в воздухе. Выждав еще несколько секунд, я наконец смогла вздохнуть с облегчением. Митька внимательно на меня смотрел, ожидая дальнейших действий.

— Все, пельмень, в коляску! — улыбнулась ему я, зная, что он чувствует содрогание силы в моем теле лучше, чем хотелось бы. Мы ведь были одним целым!

Ребенок так и быть согласился тихонько сидеть в своей цитадели на колесах, наблюдая, как я измываюсь над вампиром. Его одежда больше напоминала лохмотья. Не могу сказать, что он перестал выглядеть красивым, но комичным точно стал. Настороженность вампир по-прежнему сохранял. Я старалась не делать вблизи от него резких движений, чтобы не нервировать лишний раз. Его верхняя губа все еще дергалась, приоткрывая клыки.

— Так! — пытаясь рассмотреть раны на его теле, пробубнила я и протянула руки. Мне не доверяли и постоянно вертелись. Пока мне не пришла в голову гениальная идея — применить магию и заставить парня замереть. — Чем я могу тебе помочь?

— Ничем! — фыркнул вампир. — Если только не собираешься добровольно меня накормить!

И тут же покосился на Митьку. А это чудо в коляске весело хихикнуло, не подозревая, что сейчас говорят о нем.

— Нет, не собираюсь! — подавив желание сделать ему больнее, буркнула я, и аккуратно перекинула часть магии в ладони. Они привычно стали немного красными и прозрачными, словно к ним фонарик поднесли. Несколько круговых движений, и раны затянулись. — Отлично!

Я оценила содеянное, и в завершение мороком привела в порядок его одежду. Вампир снова приобрел приличный, соблазнительный вид.

— Вещи тебе все равно придется выкинуть, потому что это просто дымка. Но до дома или склепа своего дойти сможешь!

Куран рассмеялся. Я так и не поняла, что из сказанного вызвало у него такое веселье. Карие глаза, отсвечивающие в темноте красным, смущали внимательностью, и пришлось переключиться на что-нибудь, а желательно, на кого-нибудь! Например, на малого.

— А тебе отдельное спасибо! За то, что не вмешивался! — похвалила ребенка я.

— А он может как-то вмешиваться? — насмешливо поинтересовался вампир.

— Еще и как! — оживилась я, припомнив одно очень забавное событие, произошедшее во время встречи с двумя психами-демонами месяц назад. — Один раз нам с друзьями пришлось взять его с собой на прогулку, а демонам хватило ума и фантазии на нас напасть. Они, конечно, получили свое. А потом мы по традиции заключали договор. И представь себе, когда мы перешли к обсуждению серьезных вопросов типа: переступишь грань дозволенного — копыта поотшибаем, то на поле стояли два Микки Мауса, Чип с Дейлом и Поночка! А все потому, что пельменю моему захотелось посмотреть мультики!

— То есть он превратил вас в мультяшек? — уточнил Куран.

— Ты мультики вообще смотрел? — насупилась я, подозревая, что он ни разу не сидел перед телеком. — Ты многое пропустил!

Тут на себя обратил внимание Митя. Ему надоело безучастно сидеть в коляске, поэтому, протянув руки к вампиру, стал требовать взять его. Куран отрицательно замотал головой.

— Это плохая идея! — проговорил он. — Раны, конечно, затянулись. Но есть я все-равно хочу! И…

Договорить ему не дал дикий вой в исполнении моего племянника. А через секунду, шантажист в подгузниках уже сидел на руках вампира, слишком уж легко поддавшегося на требования ребенка. Я старалась не издеваться. Курану же пришлось нести моего племянника до самого дома. Причем ведьмак-недоросток спокойно дремал на плече голодного дяденьки-вампира, мужественно сносящего жуткое испытание. Самое интересное, что передавать ребенка мне Куран отказывался. Стоило только спросить: "Тебе не тяжело?", как парень изображал гордое и неприступное выражение на своей физиономии и ускорял шаг, чтобы подлая ведьма не отобрала у него дитя. Я тихонько посмеивалась и катила коляску, стараясь не отставать от вампира. Племянник сопел ему практически в самое ухо, и парень заметно потеплел. Даже румянец на щеках появился.

— Почему ты называешь его "пельмень"? — внезапно заинтересовался Куран, кивнув в сторону Митьки.

— "Племянник" очень созвучное другому слову "пельмень"! — пояснила я. — Это сленг такой!

— Странная ты! — выдавил вампир и перешел к другому насущному вопросу. — С чего тебе вдруг вздумалось меня защищать? Причем от сильнейших демонов, принадлежащих серьезному клану.

— Да? — искренне удивилась я. — А я и не знала.

На Курана было страшно взглянуть. Судя по всему, он очень хотел меня сейчас проучить за такую глупую беспечность.

— Погоди-ка! — взбунтовалась я, выскакивая вперед парня и преграждая путь коляской. Вампир цыкнул на меня, чтобы не будила своими воплями ребенка. Тут же посмотрел на малыша, убедившись в сладости сна прикорнувшего на его плече дитя.

— Ты ж сам предлагал друзьями быть! А когда это я своих в беде бросала?!

— А ты, значит, уже определилась? — черная бровь вскинулась от сарказма. — Я теперь друг?

Он смотрел на меня насмешливо и внимательно, а я не понимала, когда прозевала момент перевоплощения ледяной глыбы в приятного парня. Чувство нежности и щекотливой привязанности заставило меня накукситься.

— Еще нет! — было ему ответом. — Ты все еще противный, хитрый упырь, которому нельзя верить! Я все твои достоинства перечислила?

Куран удостоил меня только косым взглядом. А я отвернулась и продолжила вышагивать в сторону дома. Кстати, у подъезда меня ожидал неприятный сюрприз. Маринка вернулась со встречи. Разговор с (судя по всему) уже бывшим супругом прошел не слишком хорошо. Сестра нервничала, ломала руки, переступала с ноги на ногу и не решалась подняться в квартиру в таком состоянии. Мы с Кураном остановились синхронно в нескольких шагах от нее. Марина подняла глаза, внимательно осмотрев сначала меня, потом красивого мужчину, державшего ее сына на руках. Но внешность вампира впервые не произвела на слабый пол привычного ошеломляющего воздействия. Может потому, что сестра рассеянно размышляла о собственной судьбе.

— Прошло не очень, да? — подала голос я, и Марина тяжело вздохнула. Нервы ее сдали, и сестра разревелась. Я испугалась. Она ведь никогда себе не позволяла демонстрировать слабость на людях. Бросив коляску, я обняла сестру, поглаживая ее и передавая через жесты магию покоя. Она постепенно успокаивалась и вскоре смогла говорить.

— Не хочу возвращать все это! — заявила сестра. — Мы разводимся!

— Ну и замечательно! — мое одобрение тут же натолкнулось на обидное и пугающее препятствие.

— Он хочет забрать Митю! Точнее, этого хочет его мать. — С новой силой взвыла сестра, высвободившись из моих объятий. У меня нервно дернулся глаз. Я обернулась к вампиру, молчаливо вслушивающемуся в разговор. На бледном лице нервно дернулись мышцы.

— Прекрати реветь! — разозлилась я на сестру, очень злобно сверкнув глазами.

Она захлюпала носом, замерла, глядя на меня.

— У тебя глаза светятся! — промямлила она.

— Это от злости! — пояснила я.

Перестать злиться и прийти в себя мне помогла возложенная на плечо мужская рука. Я обернулась к вампиру, выдохнув горечь, вонзившуюся в сердце. Парень покачал головой.

— Спокойно! — тихо проговорил он.

— Я вас где-то уже видела! — отвлеклась сестра на Курана.

— Да, — не скрывая факта, подтвердил вампир, входя в роль обворожительного красавца, способного вскружить голову любой девушке. — Мы виделись однажды. На вашей свадьбе. Я приезжал повидаться с Диной.

Меня от его признания и от того, как он произнес мое имя, окатило волной тепла — что окончательно привело в чувства. Он продвинулся немного вперед.

— Не переживайте! Все обойдется! — заверил вампир, и на сестру проникновенные слова подействовали лучше моего колдовства. Она улыбнулась, проникаясь к нему доверием. Но когда Марина потянулась за сыном, вампир не сразу сообразил, что ребенка нужно отдать матери. Он уже явно считал его частью себя. Я хихикнула, толкнув парня локтем в бок.

— Отдай ей пельменя! — тихо шепнула я. Вампир недоверчиво покосился на меня. Но потом, вспомнив все-таки, кто он, решился передать дитя его законной родительнице. Однако только парень попытался оторвать от себя малявку, как Митька начал вопить и хныкать.

— О! — закатила глаза я, понимая, что придется вмешиваться. — Пельмень! Отпусти дядю!

Малой замотал головой и только сильнее вцепился в шею вампира, с опаской глядя на меня. Маринка не понимала, что происходит. Куран нервно сглотнул.

— Пельмень! — грозно позвала ребенка я. — Дядя еще придет к нам! Правда? И я, и племянник посмотрели на вампира. Он же, чувствуя себя загнанным в угол, кивнул. Заглянув в глаза дяденьки, Митька убедился — ему не врут, и разжал ручки, позволяя отдать себя маме. Но все равно поглядывал на Курана.

— Спасибо, — поблагодарила Марина и уже собралась скрыться за дверью подъезда, как сынулька подал голос.

— Вампир! — веско выдал малыш, взмахнув ручонкой и даже "Р" выговорил с первого раза.

Мы с Кураном потеряли дар речи, не успев поймать отвисшие челюсти.

— Повтори, что ты сказал! — уговаривала шокированная сестра.

Митя посмотрел на маму, надул губки, задумался, бросил взгляд на Курана. Тот напрягся и сделал шаг назад, наступив мне на ногу.

— Вампир! — повторил ребенок и улыбнулся своей еще не богатой на зубы ухмылкой дяденьке, от которого его только что оторвали.

— Я надеялась, что его первым словом будет "мама", — не позволив Курану сбежать, прокомментировала я.

— Это все твои сказки виноваты! — не зная, радоваться или расстраиваться первому слову сына, буркнула Маринка.

— Скажи спасибо, что он не матюкается! — едко выдала я в ответ на ее укор.

— Коляску занесешь! — в отместку приказала сестра, попрощалась с Кураном и поднялась в квартиру.

Я же повернулась к вампиру, с облегчением вздохнувшему.

— Что ты задумала? — поймав задумчивое выражение на моем лице, заинтересовался он.

— Да, так… — отмахнулась я. — Не обращай внимания! Все! Спать!

Я отвернулась, потянулась к коляске, чтобы ее собрать, но вампир опередил меня и демонстративно предоставил результат. Удивительно, что не сломал! Мужчины как-то слишком неумело обращаются с детскими вещами и техникой.

— Пока! — бросила на прощание я, волоча за собой коляску.

Дома все было спокойно. Маринка не стала ничего рассказывать родителям. Они все сидели в зале перед телевизором и смотрели какую-то передачу. Племянник, увидев меня на пороге, поднялся с пола. Явно посчитав, что одного потрясения маме мало, рванул ко мне на своих двух с веселым воплем: "Вампир!". Взрослые одновременно охнули, всхлипнули и зааплодировали — малыш, наконец, ходит!

— Да, я вампир и сейчас я тебя съем! — шутливо набросилась на ребенка я, подхватывая на руки.

В зале началось семейное обсуждение и веселье, ликование и прочее. Потом постепенно все стихло, родители укладывались спать, а мы втроем с сестрой и племянником лежали в моей комнате на кровати. Маринка переживала, но старалась не подавать вида. Митя, как истинный эмпат, чувствующий чужие эмоции, положил ладошку на лоб мамы и улыбнулся. Я поняла, что он навеял на нее покой. Сестра уснула, а мне пришлось петь колыбельную малому — с ним фокусы гипноза и прочего не проходят. Пока не расскажешь сказку или не споешь спать, не ляжет!

Сладкая парочка примостилась на моей постели, отрешившись от окружающего мира. Они спали, а я… шуршала по Марининым вещам в поисках ключа от квартиры.

— Что ты делаешь? — материализовался домовой, заставив меня нервничать.

— Ничего особенного.

— Куда ты собралась на ночь глядя? И почему от тебя опять упырским отродьем несет? — этот голос совести, очень некстати, решил промыть мне мозг.

— Вася! Отстань! — фыркнула я. — И вместо того, чтобы обижаться…

А он уже насупился.

— Присмотри за ними, пока меня не будет.

Холодец как раз исполнял свою роль, скрутившись калачиком под боком племянника, самодовольно мурчал. Кот только один глаз открыл, чтобы посмотреть на меня и получить похвалу. Но в этом коварном взгляде читалось: "Придешь, покормишь!".

Ключ наконец-то нашелся. Я выскользнула из квартиры, чуть не рухнула на ступеньках в подъезде. Опять какой-то дурак лампочку выкрутил! Вот поставлю волшебную ловушку, и подлец, питающий любовь к светящимся предметам, прочувствует на себе мою нелюбовь ходить в темноте!

Только выскочила на улицу, как чуть не поседела от ужаса. И причиной тому стал заставший врасплох голос.

— А говорила, что ничего не задумала! — вампир стоял у подъезда, дожидаясь меня. Он уже успел переодеться в свежее, чистое, не обагренное кровью. На схватившуюся за сердце побелевшую ведьму Куран смотрел с насмешкой.

— Фу! Чтоб тебя… — вампир за секунду оказался рядом, чтобы закрыть мне рот ладонью.

— Помнишь, что в прошлый раз было? — намекнул парень, и я кивнула.

Меня отпустили, переложили мою руку себе на локоть, ожидая от меня каких-то движений.

— И давно ты тут стоишь? — мне необходимо было что-то спросить, чтобы выудить саму себя из плена его глаз. А то уже голова кружиться начала.

— Не очень, — улыбнулся парень, но явно соврал. — Что у тебя на уме?

Так и быть, я приняла его поддержку и направила вампира к дороге.

— Есть одна идея. — Мы шли рука об руку, словно прогуливаясь, как старые друзья. — А с каких это пор ты помогаешь оскорбленным матерям?

— Кто сказал, что помогаю? — съязвил красавчик. — Просто мне скучно, а ты всегда умудряешься найти неприятности за считанные секунды. Подумал, что ты не позволишь мне провести эту ночь в тоске!

О, какие надежды на меня возложили. Вот только звучат они как-то эротично, как призыв к чему-то.

— Э… — развеселилась я, стараясь не комплексовать рядом с вампиром. — Так и не поняла. Ты сейчас пытался сказать, что тебе со мной весело или что будешь присматривать за мной?

Он закатил глаза и помотал головой — я как всегда перевернула все с ног на уши, по его мнению. На каверзный вопрос он так и не ответил, но бодро шагал, ведя меня к цели.

Мы очень миленько прогулялись по городу до бывшего семейного убежища моей сестры. В окнах четвертого этажа горел бледный свет, выдавая присутствие хозяина. А нам того было и надо!

В этом подъезде так же не хватало лампочек, и пока мы преодолели ступеньки наверх, Курану пришлось трижды ловить меня. Он постоянно шипел что-то невразумительное по поводу моей координации и тащил за руку, чуть ли не неся меня на себе. И вот, наконец, она — заветная дверь.

— Ты должна пригласить меня! — в самое ухо прошептал мне вампир, когда я повернула ключ в замке.

— А сам войти не можешь? — издевалась я, подчеркнув, что не все прочитанное мной о вампирах выдумка. Куран злобно на меня посмотрел. Глаза его блеснули красным в темноте, выдавая неистовую натуру нечеловека. Отшатнувшись, я переступила порог и дрожащим голосом поинтересовалась: — Тебе в письменном виде или как?

— Я не смогу войти в жилище человека без его приглашения! — прорычал он.

— То есть в мой дом ты тоже попасть не можешь? — новость меня обрадовала, но на лице вампира нервно дернулась скула. Неужто уже пытался?

— Проходите, милорд, и чувствуйте себя как дома! — за издевательский поклон и реверанс мне отвесили затрещину, дружескую.

Мы, не особо таясь, вломились в ныне холостяцкое жилище моего зятя. Он не ждал гостей, поскольку в его постели в данный момент уже гостила некая барышня. Не знаю, та ли это девица, на которую променяли мою сестру, или просто залетная пташка, но девушка перепугалась и раскраснелась одновременно при виде моего спутника, стоявшего позади. Антона же бывшая родственница, возникшая в двери его спальни, среди ночи напугала до чертиков. Мой товарищ своим внушающим грозным видом подсказывал, что сестра супруги не визит вежливости нанести решила. Отлепившись от голой девицы и прикрываясь одним только одеялом, зять рухнул плашмя на пол с кровати.

— Доброй ночи! — вежливо поздоровалась я. — Вижу, ты залечиваешь психологическую травму? Оригинальный способ! Надеюсь, потом не придется залечивать что-нибудь другое, вроде венерических болезней!

— Типун тебе на язык! — брякнул зять, поднимаясь с пола.

— Тебе того же и прямо с утра! — от всего сердца пожелала я, и Куран прокашлялся, напоминая о моей дурацкой привычке наделять слова силой.

— Прикрой свой голый зад и выйди к нам в зал, мы там подождем! — прикрыв дверь, мы с вампиром перешли в другую комнату.

Антон появился через три минуты, облагородив свой вид спортивными штанами. Куран стоял рядом со мной, голодным взглядом осматривая неаппетитные телеса бывшего супруга моей сестры.

— Чего ты хочешь? — злился зять. — Ключ верни!

— Поговорить хочу, и ты знаешь причину! — пояснила я.

— А это кто? — бросил взгляд на вампира Антон.

— Добрый фей! В очень плохом настроении. — Вместо Курана ответила я. Тот прикрыл глаза, к чему-то прислушиваясь.

— Ответь, только честно, зачем ты хочешь отобрать у Маринки сына? — присев в кресло, вальяжно в нем развалившись, поинтересовалась я.

— Он и мой сын! — возмутился парень.

— Да что ты говоришь! — его нахальство выводило меня из себя. Митя все-таки и мой тоже!

Вампир почему-то осмотрел меня, отвлекаясь от подслушивания за любовницей моего зятя. Наверное, я реально разбушевалась, потому что он напрягся.

— Где ты был, когда твой сын сделал первые шаги? В чьей постели ты валялся, когда его температурило и моя сестра ночь за ночью не находила себе места? Ты хотя бы знаешь, что твой сын произнес сегодня первое слово? Я поздравляю тебя с этим! Но ты не имеешь права называться его отцом по той причине, что тебе абсолютно не нужен этот ребенок. Если бы ты любил сына, то не стал бы слоняться по городу, врать жене и спать с другими бабами. Я понимаю, прошла любовь и все такое. Но зачем так поступать? Ты ни разу не взял ребенка на руки. Я не видела этого. Как только Марину привезли из больницы, я не видела тебя дома!

— Он мой, — как-то неуверенно проговорил Антон, смущаясь присутствия постороннего незнакомого мужчины.

— Он — наш! Он из Вербных! Он часть меня! — встала я, надвигаясь на него и скалясь. — И никто его не отберет у моей семьи. Завтра ты дашь адвокатам отбой! Поговоришь со своей матерью, убедишь ее в том, что Митя должен остаться с Мариной! Понятно?

— Нет! — возмутился парень. — С чего это я должен тебя слушаться?!

Куран не выдержал. Он вцепился в горло зятя, влепив труса в противоположную стену. Вампир зашипел в лицо испуганного парня, который уже понял, что сопротивляться нечеловеческой силе незнакомца бесполезно.

— Ты будешь слушаться ее! — зарычал Куран.

— Иначе мы придем к тебе в гости еще раз! — положив руку на плечо взбешенному вампиру, пообещала я. Мы сейчас оба сверкнули глазами. Он — красными, я — голубыми.

— Если ты не забудешь о ее сестре и ребенке, никто не найдет даже твоих костей! — для убедительности продолжил мою мысль Куран.

— Ты угрожаешь мне? — попытка Антона противостоять нам и казаться смелым потерпела крах. Он дрожал и уже срывался в слезы, краснея и истеря.

— Антон, поверь, он, — я кивнула на вампира. — Никогда не угрожает. Он просто предупреждает и обещает. А свои обещания всегда сдерживает! Поверь!

— Да кто ты такой?! — посчитав наш неестественный блеск в глазах обманом зрения, трепыхался в руках Курана зять. И вампир не на шутку разозлился. Он оскалился, рыча, как зверь, и продемонстрировал клыки. С перепуганного Антона слетели спортивки. Куран очень скептично окинул взором представшее на обозрение, съежившееся, и явно пытавшее спрятаться, "достоинство" парня.

— Таким разве можно ребенка сделать? — прокомментировал вампир, я чуть не подавилась смехом, тоже достаточно придирчиво оценив крошечный "ключик" тупоголового Буратино.

— Антон, слушай, а ты уверен, что Митя твой сын? Может, сделаем тест ДНК? — задумалась я. Что же лучше: обнять его и посочувствовать или отойти и посмеяться вместе с вампиром? Куран разжал руки и отошел в сторону, брезгливо вытирая пальцы о скатерть на столе.

Антон краснел и писался, не задумываясь о том, чтобы одеть штаны. Мне показалось мало позора. Так что подлая ведьма во мне подкинула идею отколоть один очень коварный фокус. Я сделала шаг к доведенному до белого коления парню, сопровождаемая шипением вампира. Куран был против моего приближения к писающему мальчику, поэтому дернул меня за локоть, подтягивая обратно к себе.

— Забудь о моей сестре и Мите! Иначе не сможешь ни на одну девку залезть! — взглядом я намекнула на сомнительное достоинство, и Антону тоже пришло в голову проверить наличие причиндала. Зять побледнел, челюсть его отвисла, но звуков никаких не последовало. Парень шире расставил ноги, присел на корточки, но! Жизненно важного органа нигде не было. Куран, продолжая тянуть меня за локоть на себя, нервно хихикнул.

— Что это? Что это? — без конца повторял зять, начиная двигаться разумом в сторону сумасшествия.

— Месть, друг мой, месть! — вампир уже волок меня прочь, пока я еще чего-нибудь не натворила. — Пора тебе выбирать позицию друг мой! Хотя…

Я снова покосилась на пустую впадину, на месте которой когда-то гордо красовалась его соломинка.

— Привыкай к пассивности! Приходи, я дам тебе пару номеров моих знакомых активных гомо-красавчиков! Пока, противный! — уже у самой двери бросила на прощание я.

Но потом вернулась и, просунув голову в дверь, крикнула:

— Все вернется на место, как только откажешься от сына!

— Я уже и забыл, на что ты способна! — загадочно улыбаясь, проговорил вампир час спустя, когда мы медленно шли в обратную сторону.

— Как думаешь, мы его напугали?

— Он глуп, — пожал плечами парень. — Может быть, придется навестить его еще раз.

Куран всерьез о чем-то задумался. А мне вспомнился его комментарий по поводу мужского достоинства, и в голову полезли такие неприличные мысли, что я покраснела, стараясь не опускать взгляд ниже кожаного пояса на бедрах парня. Куран покосился в мою сторону.

— Что? — подозревая меня в очередной заготовленной подлости, остановился он.

Мы как раз дошли до подъезда.

— Ничего, — смутилась я. — Ну, все! Спокойной ночи! Спасибо за помощь!

Распрощавшись, я развернулась к нему спиной и… это была серьезная ошибка. Вампир за долю секунды догнал меня, остановил и прижал к стене уже в подъезде. Выбрал для этого самый темный и чистый угол под лестницей.

— Я, знаешь ли, все еще голодный! — заявил он.

— И что? Не надо на меня глазами сверкать! Меня этим не проймешь! — фыркнула я, дернувшись в его руках.

— А как же благодарность за помощь? — намекнул он, сдерживая мои руки за спиной в крепком захвате.

— Даже не смей! — теперь я сверкала глазами, но вампир просто на сантиметр увеличил расстояние между нашими лицами, скорчил оскорбленную гримасу и внес последний аргумент:

— Знаешь, чем мне грозит голод после ранения?

Освободив одну руку, расстегнул рубашку и продемонстрировал заживленные мной шрамы на плече и шее, которые снова проявились, постепенно превращаясь обратно в кровоточащие полосы.

— Но я же… — возмутилась такой несправедливости я и чуть не разревелась — не могу смотреть на открытые раны.

— Есть одно правило, которого каждый должен придерживаться!

— Правильное питание? — ирония, сорвавшаяся с моих губ, его оскорбила, но вместо того, чтобы уйти, наоборот приблизился.

— Хорошо, — сдалась я, а парень игриво прижался, ловя мое дыхание губами.

— Уверена? — спросил он, сжав руки на моей талии и, коснулся поцелуем шеи. — Я же могу выпить лишнего!

— Помни про сигнализацию! Как только переступишь порог дозволенного, — голос почему-то звучал прерывисто, срывался, шептал. — Тебя ударит током!

Теплый воздух коснулся кожи. Он свидетельствовал об усмешке вампира. Парень еще какое-то время поиграл со мной, нежно поглаживая кожу, целуя, а потом пустил в ход клыки. От боли я сжала его плечо, цепляясь ногтями. Чуть не прокусила губу, стараясь не кричать. Он же только сильнее, крепче стиснул пальцы на моей талии, прижимаясь всем телом.

Чтобы насытится, но не выпить больше положенного, ему потребовалось около двух минут. Зато мне они показались просто вечностью.

— Советую залечить оставшийся след! — так же тихо проговорил вампир, глядя довольными и одурманенными глазами. Пока я не пришла в себя, он поцеловал меня в губы… по-взрослому. Я почувствовала вкус собственной крови. Нижняя губа заболела — все-таки прокусила от волнения.

— Не стоит растрачивать попусту твою бесценную кровь! — заявил Куран, аргументировав этим поцелуй и подхватив меня на руки, понес по ступенькам. У квартиры поставил и, коварно подмигнув, ушел. Гад!..

Глава 8. Внимание! Стриптиз!

Руслан сидел на лавочке у подъезда и, склонив буйну голову на одну руку, рассматривал носки своих ботинок. Я пройти мимо трагического "эпизода" не могла. У полицейского было такое выражение на лице, словно его выгоняют из органов пинками. Я даже испугалась, не по нашей ли вине…

— Что ты хмур, как день ненастный? — поинтересовалась я, присаживаясь рядышком.

На меня подняли полные тоски-печали глазища, осознавая, кто пред их взором возник, а потом убийственным голосом промычали:

— Завтра облава. Мы операцию проводим, — сморозил он, побоялся, что рассекретил информацию, но вовремя вспомнил, кто я, и открыл все карты. — В стрип-клубе. Бандитов ловить будем…

— Ну и классно! — хотела подбодрить его я. — Девочки, танцы, музыка! Чего тебе не хватает?

— Рите плохой сон приснился. Она уговаривает меня туда не идти! Говорит, меня там застрелят!

Я бы сказала ему что-нибудь типа: "Да забей ты на эти бабские бредни!"… Но, увы, сама была "бабой", и эти самые "бренди" чаще всего оживали в реальности очень не хорошими последствиями. Поэтому и сидела рядом с ним, такая же мрачная.

— Я с тобой пойду! — заявила хитрая ведьма.

— Чего? — опешил от такого поворота событий Руслан, тоже встал и, не задумываясь, побрел за мной. А я, собственно говоря, шла к нему домой, успокаивать Ритку.

— Чего слышал! — фыркнула ведьма в моем лице. — Ты случайно не знаешь, сколько сейчас стриптизерши зарабатывают?

Сколько бы ни бился головой об стол Руслан, как бы не отговаривал, но ничего у него не вышло! И вот, благодаря магии и силе гипноза, собираюсь я выйти на сцену. Из одежды на мне: трусы, лифчик и блестки! И я радуюсь, что маме не рассказала, куда пошла! Иначе из одежды были бы у меня синяки в форме трусиков-танго. Сразу запустив вперед себя немного волшебства-дурмана, я выставила на помост одну ножку. В зале оживились. Я вышла вся. Шквал аплодисментов. Может, действительно податься в экзотические танцовщицы?

Эх! Видел бы меня сейчас Артем! Кстати, интересно, он у меня вообще ревнивый? Надо как-нибудь проверить, а то столько уже вместе, и ни разу за ним подобного не замечала. Ведь девушке очень льстит, когда ее ревнуют! Но парня моего здесь не было. Руслан же и его команда оперативников сидели в разных углах зала, придирчиво наблюдая за двумя помпезными дядечками, окруженными толпой мордоворотов-охранников. Правда, телохранители в данный момент таращились на мои телеса, а наниматели о чем-то спорили и пытались незаметно передать друг дружке деньги в обмен на диск. А теперь внимание! Рядом с этой колоритной компанией занял столик некий скучающий тип в светлом костюме. Увидев его, я чуть не споткнулась, едва удержала равновесие на высоченных платформах и, продолжая изображать чувственную похоть, подошла к шесту. Повертелась вокруг него, стараясь не смотреть на вампира и не терять из виду каждого в зале. Внимательный взгляд, буравивший меня со стороны, просто дико раздражал. Я боялась пропустить момент, когда Руслан подаст сигнал…

Вот оно!

Но неожиданно в клуб наведался еще один бандит, явно соскучившийся по старым друзьям. Как я это определила? А просто — по крикам: "Ах, вы су… без меня все провернуть решили?!" Дальше последовала пальба. Пули летали как неприкаянные. Голые девки верещали и падали ниц, а меня просто сбили с ног, стащили со сцены и прижали к полу. Я вертелась, извивалась и пыталась высвободиться, чтобы видеть происходящее. Меня интересовало, где Руслан. Мент сидел под столом, что утешало. Его ребятки потихоньку подбирались к целям.

— Сдавайся, Боб! — выкрикнул Руся, вылезая из своего укрытия и наставляя пушку на мужчину средних лет с толстенной золотой цепью на шее. Полицейский свободной рукой извлек из заднего кармана штанов корочку с удостоверением, предъявляя ее на общее обозрение.

— Капитан милиции… — он запнулся, вспомнил о том, что давно уже называется иначе, на зарубежный манер, и только хотел исправить ошибку, как Боб достал пистолет, пальнул в первого, кто стоял около него, освобождая путь, а потом и прицелился в Руслана. Пуля уже летела, собираясь вгрызться в лоб моему хорошему знакомому. Я столкнула с себя тяжелый живой и рычащий "пресс", взгромоздившись сверху. Вскинула руку и послала всю энергию к убийственному крошечному куску металла. Пуля отлетела в сторону, отыскав приют не в горячем теле полицейского, а в холодной каменной стене. Капитан Шкваренко (такой фамилией наградили моего друга родители) испуганно моргнул, но быстро сообразил, кого нужно благодарить. Он повернулся ко мне, кивнул и… Тут прозвучал второй выстрел, отразить который я просто не успела. Пуля вгрызлась в левое плечо Руслана и прошла навылет. Друг грохнулся на пол, зажимая рану рукой. Бандитов за нападение и попытку убийства представителей власти повязали, ткнули мордами в грязный пол, пробубнили обвинения у них над головами, пару раз пнули (для верности), отобрали диск с компроматом на третьего, того, припозднившегося товарища, и стали выводить, параллельно грозя пальчиком хозяину подпольного стрип-клуба.

— Черт во… — хотела выругаться я, но мне закрыли рот ладонью.

Я опустила глаза вниз, только сейчас сообразив, на ком лежу.

— Когда ты научишься думать прежде, чем выдавать это вслух? — умерил мой пыл вампир и отнял руку от губ.

— О! Привет! — опомнилась я. — А чего ты тут делаешь? Скучно, что ли, было?

Ему не дали ответить, так как в самый неподходящий момент рядом с нами возник такой внушительный парень метра два — и все это только плечи! Был он в маске и защитном костюме.

— Вставай! Поедешь в кутузку с подружками! — объявило сие чудо, взбесив во мне, в принципе то, добрую ведьму.

— Да чтоб тебя…! — вампир снова закрыл мне рот рукой, еще и придержал, чтобы я не наделала глупостей, но сам при этом зарычал.

— Она своя! — на плечо хаму легла рука, отдергивая парня в сторону.

— Руся! Жив! — обрадовалась я, прекратив дергаться и елозить на вампире.

Капитан присел на корточки и, расстегнув рубашку, показал рану в плече.

— Все будет нормально! — заверил меня он, а потом посмотрел на незнакомца, которого я уже порядочно повозила по полу. — Он к тебе пристает?

— Нет! — улыбнулась я, сползла с Курана и поднялась на ноги.

— Вам стоит уйти сейчас, пока не понаехало начальство! — предупредил Руслан. — И спасибо тебе! Ты мой ангел-хранитель!

Я замотала головой, не соглашаясь с его сравнением.

— Я, Русечка, ведьма-вредитель!

Шутки-шутками, а вредителю, то есть мне, пришлось идти домой прохладным вечером в одних только блестках и туфельках на платформе, с коих я все время грозилась упасть и покалечиться. А рядом шел вампир, поглядывал на меня странно, и параллельно отпугивал одним только взглядом всех желающих приставать к девушке, укутанной в морок. В общем, меня провожали домой.

Я трижды споткнулась, четыре раза чихнула… И только после таких вот непрозрачных намеков мне на плечи свалился мужской пиджак. Укутавшись в него и постепенно согреваясь, я еще и вцепилась в вампира, опираясь на его локоть, чтобы упаси Боже, не рухнуть с неудобных туфель.

— И каким ветром тебя занесло в стрип-клуб? — поинтересовалась я, шмыгая носом и предчувствуя простуду. — В склепе не сиделось? Скучно, да?

— А ты, я смотрю, веселишься! — пробурчал Куран. — Решила сменить профессию?

— Ага! На радио платят мало.

— Из тебя плохая танцовщица получилась! — припечатал вампир, задев самые светлые чувства гордости за собственную персону. — Певица лучше!

— Зато жизнь другу спасла! — промямлила я в свое оправдание.

— Да, друзей у тебя прибавилось! — оценил Куран, сбавив темп и подстраиваясь под мои мелкие шажочки. Смотрел он куда-то вдаль, нахмурившись и практически не поворачиваясь ко мне. — Как ты познакомилась с демонами?

— Никак. Они сами к нам пришли. Показались забавными, и мы оставили их у себя. Приютили, так сказать. Они тоже от скуки маялись, как ты. — Пожала плечами я.

— Я бы на твоем месте был осторожнее с ними! — загадочно намекнул он, потом резко остановился, втянул носом воздух, поднял голову, посмотрел на небо, огляделся по сторонам и через секунду уже оказался под навесом Дворца Культуры, около которого мы шли, почти добравшись до моего дома. Когда меня окатило ледяной водой с неба, я поняла, почему вампирская наглая морда спряталась под крышей! В мгновение ока я из ведьмы превратилась в мокрую… стриптизершу. Прошаркала под ливнем, медленно, с гордостью, прямиком к Курану. Он стоял весь такой сухонький и чистенький, а я мокрая до нитки и злая. Мне пришла в голову идея, как превратить сухого вампира в мокрого без применения магии. Но только я сделала шаг, придвигаясь к нему, как парень попятился, заявив: "Я тебя обнимать не буду!"

— Но я же заболею! — взмолилась я, и для подтверждения этого факта чхнула так, что брызги разлетелись во все стороны, и даже на чопорного красавчика попали.

Он опустил недовольный взгляд на заляпанную чихами и каплями рубашку, потом злобно скосил глаза на меня.

— Могла бы и прикрыться!

— Мог бы и предупредить!

На этом диалог закончился, поскольку я жутко обиделась, отошла от него подальше, присела на корточки, чувствуя себя воробьем, как выражался Руслан (видимо правду говорил!), и попробовала согреться магией. Но грелись только руки, а остальное продолжало мокнуть, мерзнуть и продуваться со всех сторон пронизывающим ветерком.

— Чхииииииии… — выдала я в знак протеста нависшей надо мной болезни, но она не собиралась отступать.

Дождь, похоже, собирался быть затяжным.

Вампир молча подошел и встал передо мной. Я на него смотрела секунд пять, соображая, чего ему надо. Он протянул руку. Я скосила глаза на нее.

— Милостыню просишь или по ладони погадать? — поинтересовалась я.

— Как хочешь, — пожал плечами парень, разворачиваясь, чтобы отойти от меня на безопасное расстояние. Но я больше не могла сидеть, мокрая, прислонившись спиной к холодному камню. Поэтому подскочила и с садисткой, извращенной ухмылочкой прижалась к сухой теплой рубашке. Еще пару раз чхнула от радости.

— Не чихай на меня! — возмутился вампир, брезгливо отодвигаясь.

— А чхи… Чхала я на твои протесты! — заявила я, опять к нему прижимаясь. Вся его рубашка уже была мокрой и мною лично заслюнявленной. Ему пришлось смириться, так как я разжимать вцепившиеся в него пальцы не собиралась.

Постепенно мои зубы перестали стучать, а руки вампира оказались на моей пояснице.

— Ты горячая. — Сказал он задумчиво. — Это магия?

— Это простуда! — пробурчала я, утыкаясь носом в его грудь. — Что ты там говорил по поводу демонов?

— Тебе стоит быть настороже рядом с ними! Они не могут быть друзьями никому. На них вечная печать предательства! — просветил меня Куран.

— Можно поподробнее?

— Хорошо, — выдохнул он, как будто связался с жуткой дурехой, не понимающей элементарных вещей. — Никто не знает, когда появились демоны. Они были всегда. И как гласит одна легенда, служили Богу, пока однажды не предали его. С тех пор они бродят между мирами, идут в услужение любому, кто хорошо заплатит, и даст им возможность пролить кровь, но при этом они с легкостью предают нанимателей.

— А зачем им идти в услужение кому-то?

— Потому что у них нет свободы. Они духи в оковах, жаждущие кровопролития и хаоса. Только знающий их истинное имя может управлять ими и не опасаться предательства. Но узнать имена демонов очень и очень сложно!

— Вот как! — я задумалась.

Марк и Лиза, конечно, ребята не плохие, но от них действительно веет загадочным подвохом. А Холодец, прекрасно разбирающийся в душах гостей, старается по возможности избегать встречи с демонами, когда те приходят.

— А как становятся вампирами? — очередной вопрос убил Курана наповал. Он даже зашипел.

— Ведьма! — сцедил он, но все равно рассказал. — Такие, как я, рождаются от родителей, чистокровных вампиров. Мы все ведем свой род от детей Тавана, самого первого бессмертного. Остальные, низшая каста, обращены. Над ними проводится определенный обряд. Не каждый может стать вампиром. Только необходимые и чем-то выдающиеся личности.

— Да! Интересненько! Познавательно! А как?..

— Никаких вопросов больше! — прорычал он. — Иначе я вытолкну тебя обратно под дождь!

Туда мне не хотелось, так что я замолчала. Небо все проливало и проливало слезы. Дождь успокаивал и убаюкивал своим мерным шумом. А возможно, это у меня в голове уже шумело от температуры. Но кончилось тем, что вампиру пришлось меня нести на руках до дома.

Встать на следующий день я не смогла. Мама вызвала скорую. Температура у меня была около 39, 5. Короче, я оказалась на больничном. Артем звонил мне пару раз, сочувствовал, обещал принести фруктов, но, к моему сожалению, принес только цветы — а я их не ем! Меня навещали друзья, и им-то я похвасталась, как схлопотала простуду из-за того, что вообразила себя Мата-Хари. Римма и Лиза обиделись — я, видите ли, подлая и коварная не позвала их участвовать в ловле бандитов.

Еще посмотреть на сине-зеленую ведьму (меня в минуты слабости и болезни) приходил спасенный мною Руслан. Вот кто настоящий друг! Он принес мне целую связку бананов, пакет цитрусов и даже упаковку одноразовых платочков. Я в благодарность бросилась к нему обниматься, но он успел спрятаться за дверью, обозвав меня бациллой! Но разве я похожа на "бациллу"? Апчхи…

Вампир тоже проявил себя, приятно удивив. После легкой уборки в комнате, мы с Василием решили открыть окошко на проветривание и увидели на подоконнике с той стороны баночку меда. К ней была привязана скромная записка, гласившая: "Чтобы не болеть, нужно одеваться во что-нибудь теплее, чем блестки!"

Мне было предельно ясно, с чего вдруг такая забота. Ему скучно, а главная "карусель" слегла с температурой и не выходит из дому. И что же несчастному, скучающему вампиру делать? Только ждать, когда дежурный клоун придет в себя и по возможности ускорить процесс выздоровления.

— Не бери! Вдруг отравленный! — прокомментировал мою попытку открыть и попробовать мед домовой.

— Сомневаюсь! — прохрипела я, уже ткнув ложку в подарок. — Он бы меня еще в прошлом году прикончил. У него была такая возможность! Так что максимум, что он может сделать подлого, — испортить мою фигуру! Но медом она не портится. Это диетическое средство!

Домовой долго возмущался по поводу простых и даже в чем-то приятных способов изменения объема талии, за что получил ложкой и долго отмывался от меда.

В общем, так закончилась моя карьера стриптизерши, зато продолжилась ведьмовская.

Глава 9. Снять стресс и разбить машину

Мое выздоровление отметилось грандиозным скандалом. После того, как я обиженно намекнула, что мой парень мог бы меня и поприветствовать нормально, после того, как долго не видел, я услышала столько всего…

— Значит, ты подрабатываешь в стрип-клубе, — абсолютно спокойным таким тоном проговорил Артем, даже не поворачиваясь ко мне лицом. — И почему я узнаю об этом последним?

— Возможно потому, что я там не работаю, — сказала я, надеясь, что на этом неприятный разговор закончится. — А откуда такая информация?

— Откуда надо! — заявил парень, и я поняла, что после такого отношения к себе разговаривать с ним в принципе не хочу. Поэтому бросила сумку, развернулась и пошла в аппаратную, пообщаться с техниками.

После этого мы не общались целых три дня. На работе он кокетничал со Снежанной, что жутко меня бесило, а я позволяла себе принимать внимание операторов телевидения. И когда Артем появлялся в студии, вокруг меня сидели парни, и я уминала конфеты, принесенные ухажерами. Чаще всего посмотреть на меня приходил Игорь: чернявый, приятный парень, робеющий при одном только моем взгляде. Вел он себя немного по-детски, но и его ненавязчивых ухаживаний хватало, чтобы Артем кривился от ревности.

Я думала, что между нами все кончено. И проводя очередной вечер в компании друзей, поняла, как странно себя веду: отпуска жесткие шуточки, злюсь по любому поводу. В общем, Сашка вынужденно обратился к Василию с просьбой напоить меня успокоительным. Я же нашла для себя совершенно другое отвлекающее от дурных мыслей занятие — училась вождению папиной машины. Несколько раз он мне показывал, что к чему, а потом я просто обнаглела и стала угонять "Копейку" по ночам. Ну не спалось мне!

Время близилось к часу ночи. На дорогах почти никого не наблюдалось. И я могла спокойно рассекать по району, не боясь кого-нибудь задавить. Папина "копеечка" медленно ползла в горку мимо мрачных домов — многие жители нашего города уже мирно спали. Я мечтала о покое, но сдерживала себя от губительного позыва закрыть глаза и разреветься. Может быть, поэтому, оглядывалась по сторонам и, заметив светлый силуэт в дальнем проулке заброшенных домов, сначала посчитала галлюцинацией уставшего разума, чуть не проехала несколько метров вперед. Но потом вернулась. Нажав на тормоз, я чуть не вмазалась лбом в руль, замерла, несколько секунд соображала, что происходит. Во-первых, то был действительно Куран! А в столь поздний час и в заброшенном проулке он дрался. Во-вторых, бой был не равным. И что лично меня как стража смутило, так это количество нападавших на него вампиров.

Светлую фигуру, как коршуны, окружили пятнадцать достаточно крупных мужиков. Все они скалились длинными клыками и сверкали на хладнокровную, скучающую жертву красными глазами. Бедный мой любимый город вместе с его жителями даже не подозревал, что сейчас намечается серьезная вампирская потасовка.

Задумываться о том, кто — кого, не было даже и смысла. Я знала, что Куран очень сильный. Но все же волновалась за бывшего врага и возможного друга. Все таки численность врагов побольше: 15 на одного! Чувство справедливости бунтовало, требуя вылезти из машины и оказать посильную помощь вампиру. Но вот здравый смысл утверждал, что глупая ведьма может получить по мягкому месту острыми клыками! Я нашла выход из положения — буду колдовать не выходя из машины!

Вампиры с явной злостью на физиономиях бросились на спокойного Курана… Он одним только взглядом красных глаз обратил рядом стоящих врагов в прах. Те вспыхнули, как свечки, и истлели за считанные секунды. Однако косить глазами направо налево, знаете ли, не слишком удобно, и естественно, что враги пользовались этим, нападая, к примеру, со спины. Тут уже помогала я — сдувала их мощным потоком ветра. Но подлецы все равно вскакивали и с новой энергией набрасывались на Курана, терзая его когтями и зубами. Они не боялись смерти, жертвуя собой по чужой прихоти. А сомнений в том, что такая западня была специально приготовлена для чистокровного вампира, не возникало — думаю, мало кто осмелился бы выступить пусть даже группой против чистокровного. Как там звали того дядьку, передававшего вампиру приветы? Гурье? Дурье? Наверное, его рук дело!

Врагов стало еще на двоих меньше, но они все еще давили численностью. Троих немножко покалечила я, точнее сорвавшиеся с крыши кирпичи. Правда, я чуть Курана не пришибла одним летающим камнем. Чисто случайно! Он вроде бы не обратил внимания.

Самым отчаянным удалось вцепиться в парня. Они повисли на нем, как псы на медведе, вонзая клыки и когти в плоть, разрывая ткань одежды, орошая ее кровью. Запах вызвал ажиотаж среди уцелевших, и толпа с большим рвением атаковала.

Лицо Курана исказилось. Он поморщился, не издав ни единого звука. Не думаю, что ему было приятно чувствовать в своем плече чужие зубы, пьющие чистую кровь. Толпа упырей подступила еще, надеясь присосаться к рукам и ногам аристократа… Похоже, мой вампир выбивался из сил, и я решила немножечко помочь. Изобразив композицию из пяти пальцев — пистолетик (не подумайте дурного)! прицелилась, и тихо шепнув "Пли!", пульнула огнем во вражеских упырей. Моя магия не была такой сильной, как у Курана, и враги не превратились в обугленные кусочки бумаги, а наоборот — злобно оскалились и стали искать причину возгорания их спин. Меня нашли достаточно быстро. Четверо ринулись ко мне, облепив машину со всех сторон, раскачивая ее и разбивая стекла. Я представила, что скажет папа!.. И как посмотрит на меня мама!.. Когда увидят то, во что превратилась семейная четырехколесная любимица после поездки дочурки…

Жутко разозлившись, зажмурилась и даже не заметила, как выпустила на волю гнев, преобразовав его в ударную волну, способную смести на своем пути все. Слава Богу, не повезло только упырям!

Машину перестало трясти. Вокруг было подозрительно тихо, и я решилась открыть глаза. Ни одного упыря… кроме, конечно, Курана. Он почему-то вместо благодарной физиономии скорчил какое-то подобие нервного тика при виде меня. Я решила на него не смотреть. Струхнула с волос осколки и попыталась завести мотор. Однако "Копеечка", видимо, испугалась не на шутку, и двигаться с места сейчас подло не хотела. Куран внимательно смотрел на мои муки, скрестив руки на груди. Не исключено, что размышлял, как меня "вознаградить" за помощь. И награда была бы долгой и жестокой!

"Копейка" противно бурчала, пыхтела, но не заводилась.

— Отвернись! Это она из-за тебя не хочет ехать! Ты ее пугаешь! — адресовала я вампиру, поглаживая руль, и заговорила с машиной: — Сглазил тебя, маленькую, этот упырь проклятый! А его дружки стеклышки повыбивали! Но ничего, мы с тобой как-нибудь приведем себя в порядок!.. — И чуть тише произнесла уже для себя. — Главное, чтобы папа в ближайшие несколько дней тебя не видел, пока я не придумаю, как отремонтировать этот ужас!

— Могла бы и не вмешиваться! — раздался совсем рядом голос вампира.

— Прости, что помешала тебе развлекаться! — фыркнула я, кивнув на его истерзанные клыками упырей плечи. Куран выглядел очень потрепанным, но горделивого вида не терял.

— И чего же они от тебя хотели? — мой вопрос вызвал у вампира реакцию, которую я назвала бы гордостью.

— То же, чего всегда хотели простолюдины от королей, — усмехнулся парень. — Голову!

Настала неловкая тишина, в которой "Копейка" усиленно пыталась подать хоть какие-то признаки жизни. Боковым зрением я видела, что Куран никуда не делся, но как-то слишком тихо себя вел. Повернулась, а он еще нос морщит.

— Что? — с ужасом поинтересовалась я причиной такой перекошенности физиономии вампира.

— У тебя кровь на лбу! — сквозь зубы прошипел он.

— Тю! Чего ж стоишь? Слизывай давай! Чего добру пропадать-то! — мое издевательское предложение разозлило Курана больше, чем нападение упырей. В их компании он как-то спокойнее себя вел. А меня был готов сейчас загрызть. И это тот человек, который предлагал мне свою дружбу! Странные у него понятия о взаимоотношениях между друзьями.

Но пока я наслаждалась сменой мимики на его физиономии, он со сверхчеловеческой скоростью обошел машину и оказался внутри, рядом со мной. Я услышала только хлопок дверцы, и вот — он на соседнем сидении. Нервно сглотнув, я все же решила доиграть роль до конца: откинулась на спинку кресла, зажмурилась и ждала, когда меня соизволят испить. Ждала, ждала каких-то действий с его стороны, и ничегошеньки не произошло. Смотрю, а он сидит весь такой гордый и глядит куда-то вдаль. Обиделся!

— Ну? — прозвучал мой многозначительный и требовательный вопрос.

— Знаешь, — сдерживая пыл, заговорил вампир, — Ко мне так… — слова он подбирал с трудом, русского языка явно казалось ему мало, чтобы описать мое поведение. — Так беспардонно никто и никогда со мной не обращался!

— Да? — нахально и язвительно протянула я, изображая неправдоподобное удивление.

Куран боролся с желанием "пожать" мне горло. Кажется, он жалел о недавнем предложении. Мне же стало жаль его.

— Прости. Тебе будет приятнее, если я буду ползать перед тобой на коленях или, как эти, бросаться убивать? — я прекрасно знала, что будь хоть немного похожей на представителей его круга общения, он ни за что не вернулся бы, да еще и с просьбой дружить. Причем он то почти уговаривал меня в прошлый раз.

Его надутые и без того пухлые губы, да и вообще застывшее выражение обиды на лице, заставили меня рассмеяться.

— Ты прямо как маленький! — хихикнула я, взяв его за руку. Он сдержанно, но смущенно отреагировал на мой жест, покосившись на мои пальцы поверх его.

— Ты очень странная! — задумчиво произнес парень.

Я могла бы развить эту тему, сделав поправку на то, что скорее не странная, а совершенно ненормальная. К тому же еще и ведьма! Но не стала вдаваться в подробности своего психического состояния. Естественно, он подключился бы к разговору и добавил к моему списку еще несколько нелицеприятных качеств. Так что я решила, пока мало о себе знаю, лучше сплю.

Обидчивость отступила. Куран втянул носом воздух, поморщился и уставился на меня.

— У тебя все еще идет кровь!

— Стекло, наверное, попало, — я потянулась, чтобы стереть набежавшие капельки, но мою руку остановили. Куран придвинулся ближе, внимательно посмотрел на меня, давая понять, что принимает мое предложение по поводу слизывания крови. Я опустила руку и закрыла глаза. Он немного помедлил, а потом я почувствовала его приятный аромат, окутывающий меня и дурманящий. Куран очень нежно прикоснулся губами к моему лбу, собирая капельки. Он не кусался, даже не пошло облизывал — как-то очень трепетно касался меня, отчего по коже пробегали мурашки, тревожа чувства. На небольшой период времени я просто выпала из реальности. Забыла, что сижу в машине с разбитыми стеклами, что рядом вампир, что сейчас уже очень поздно, мы уничтожили кучу упырей, а завтра ожидается тяжелый день и починка "Копейки". Все это было таким второстепенным. Его рука игриво запуталась в моих волосах. Я жаждала его поцелуя, чувствуя, как во рту пересыхает от этого жгучего желания.

Вампир бесшумно отсел, с довольной гримасой, внимательно рассматривая мое затуманенное беспричинным счастьем выражение лица. Знал же, какой эффект производит на девушек. Я тоже сообразила, что со мной играли, покраснела и уставилась на руль.

— Спасибо, — рассеянно промямлила я, мысленно называя себя "тупоголовой идиоткой".

— За что? — ехидно улыбнулся парень. — Это я должен тебя благодарить: помогла, накормила…

Я просто вспыхнула негодованием.

— Ну, если ты отдохнул, может, прогуляешься перед сном! Мне лично домой пора! — обижено указала на дверь вампиру я, и он вышел из машины, но только ради того, чтобы обойти ее и попытаться вытащить меня.

— Выходи! — приказал он, придерживая дверь.

— Чего? — взбунтовалась ненормальная ведьма. — Я гулять не собираюсь! Я спать хочу!

— Не веди себя как маленькая, давай пересаживайся на пассажирское сидение! — упрекнул меня парень.

Я, конечно, жутко удивилась такому поведению, но еще больше своему собственному, потому что послушалась и пересела. Чистокровный вампир-аристократ за рулем старой раздолбанной "Копейки" — зрелище по круче картины Ильи Репина "Приплыли". Я боролась с желанием расхохотаться, когда он повернул ключ зажигания и… моя подлая машина отказалась его слушаться. Куран выругался, повернул ключ еще раз. "Копеечка" все же решила уступить упертому красавчику. Женщина, что тут сказать! Я же пялилась на вампира всю дорогу до дома. Машина еще несколько раз демонстрировала характер и глохла, подозреваю, просто из вредности, чтобы послушать изысканную ругань на французском. Куран косился на меня, но ничего не говорил.

Наконец показался мой двор. Копейка со всхлипом притормозила у подъезда и утихла окончательно.

— Спасибо! — покинув салон машины, повернулась к облокотившемуся об авто парню я. — И пока!

Его глаза внимательно меня осматривали, игриво поблескивая огоньками.

— Сладких снов! — пожелал он, будто на самом деле подразумевал: "Я явлюсь к тебе во сне!". Я была не против, но все зависело от содержания этого сновидения.

— Слушай! — в голову, вдруг, пришла странная мысль. Ему ведь еще неизвестно куда среди ночи возвращаться! — А как ты доберешься?

— Не переживай! — отмахнулся он, загадочно ухмыльнувшись. За короткое время, пока мы не виделись, он стал более похож на человеческого парня, чем на вампира. Ну, согласно моим сравнительным наблюдениям. За долю секунды он преодолел расстояние и возник рядом со мной, игриво нарушая мое личное пространство.

— А как же те? — нервничала в такой близости я и сглатывала слюну в помощь пересохшему горлу. — Если они тебя по дороге…

Его откровенно забавляла моя забота. Он подставил свое лицо ближе к моему, и заглянул в глаза.

— Я смогу за себя постоять! — заявил он, коварно улыбаясь и дернув за шнурок на моей куртке. — Но мне приятна твоя забота.

Действительно, он совершенно перестал вести себя как Смерть! Теперь он просто самоуверенный красавчик, который непонятно чего от меня хочет. Я отодвинулась, отступив назад. Он заметил это и сделал шаг вперед.

— А я о них волнуюсь! — заявила я, столкнувшись спиной со стеной. Куран уперся рукой чуть выше моей головы, нависая надо мной.

Нервничая еще сильнее, я продолжила фразу:

— Если они тебе повстречаются, ты же их в пыль сотрешь! Несчастные! — покачала головой я, и вампир рассмеялся, когда я вынырнула из-под его руки, избежав объятий.

— Возможно! — улыбнулся он, но все-таки четко знал, о ком именно я переживаю. — Дина, я же как-то жил до тебя! Или тебе нравится думать обо мне?

Он стоял рядом, красивый и надменный, с безупречной улыбкой. Меня влекло к нему, тянуло так сильно, будто он магнит, а я кусочек железа. Хотелось поцелуя, и я даже представляла, каково это. Фантазия и опыт прошлых глупых шуток, адресованных бывшему убийце, позволяли придумать картину сладкого и достаточно нежного поцелуя.

— Не приставай ко мне! — гордо вскинула голову я. — У меня есть парень!

— Кто к кому пристает? — огрызнулся он, подойдя ближе. — В прошлом году ты сама лезла целоваться. В этом…

Он замолчал. Я покраснела.

— Сладких снов! — коснувшись моей щеки, Куран довел меня до стыдливой краски.

Я не понимала себя. Опуская глаза в пол, смотрела на его руку, пробурчала что-то невнятное, вроде:

— И тебе.

После чего скрылась за дверью и, поднимаясь по ступенькам, уговаривала глупое сердце заткнуться!

— Девочки мои, я пошел на работу! — рано утром провозгласил папин голос.

Я натянула одеяло на голову. Дверь хлопнула и я спала бы так и дальше, если бы не… не вспомнила, что на улице, прямо под домом стоит папина любимица без стекла. Осознав собственную глупость, я сорвалась с места и помчалась следом за папой, успев по дороге обуться в тапки.

— Дина! — тяжело выдохнул он, стоя у машины.

"Все! Сейчас он доделает то, что не смогли вчера вампиры!" — подумалось мне. Я зажмурилась, готовясь услышать много интересного в адрес плохой дочери.

— Даже помыла! Если ты всегда будешь ее такой возвращать, тогда я позволю брать ее чаще! — слова были слишком радостными и не похожими на ругательства. Странно! Я распахнула глаза, и не верила увиденному. "Копейка" стояла как новенькая. Блестящая, целая и невредимая! Ну, что я могла сказать?

— Сюрприз! — глупо протянула я, косясь на прикрепленную к лобовому стеклу записку под дворником.

Пока папа осматривал свою любимицу, я достала послание.

"Прости, — было написано красивым ровным витиеватым почерком. — Я не мог тебя поцеловать! Ты кусаешься!"

Ничего себе приписочка! Вот же гад! Он у меня еще получит! Мне казалось, он в друзья набивается! А на самом деле!.. И кто из нас кусается!

Топнув ногой, я сжала в кулаке записку и, не слушая восторженные похвалы папы по поводу отличной работы мотора, карбюратора и прочего, поднялась обратно в комнату.

Глава 10. Французский сезон

Выходной — хорошо, но скучно, если тебе его не с кем провести. Мои драгоценные друзья сказали, что пока я не приведу нервы в порядок или не помирюсь с Артемом, то к ним не должна приближаться. Меня это обидело до глубины души — и друзья получили током по пяткам моей "обидой". Но на помощь явился вампир. Он тоже получил по заслугам, за всякие там приписочки! А потом мы пошли гулять вместе. Ведь бродить с красавцем-вампиром по улицам города очень забавно. Чего стоит только ловить на себе взгляды завидующих девушек и парней. Все они поражались нашей странной паре. Но в отличие от них, я бы не стала слишком близко подходить к Курану. Никогда не знаешь, когда ему взбредет в голову поиграть. Он даже ко мне прикасается только, если есть хочет, обманом выманивая по капельке крови. Каждый раз это происходит очень… возбуждающе.

— Может, в кино? — заметив виднеющиеся вдалеке вывески кинотеатра, остановила вампира я. Мне уже поднадоело шататься по аллеям, и ноги ныли, требуя передышки. Парень остановился, прочитал вывеску, и пожатием плеч дал понять, что ему в принципе — все равно!

— Что ты хочешь посмотреть? — несколько минут спустя, мы стояли перед кассой, размышляя, на какой фильм пойти.

— На твой выбор! Я просто хочу сидеть и не двигаться ближайшие несколько часов! — отмахнулась я, заметив кофейный автомат. И, бросив вампира в размышлениях, помчалась за кофе. Но даже стаканчик не успела подставить, как зазвонил могильник. Удивительно, что Артем вообще обо мне вспомнил!

— Привет! — донеслось из трубки.

— И вам не хворать, коллега! — ответила я, не обращая внимания на его сладенький тон.

— Дина, я готов забыть о нашей ссоре, — заявил он, словно я жду от него подачки и тоскую под окном с прялкой в руках. — Если ты покажешь мне свой сценический костюм!

— А композицию из пяти пальцев тебе не показать? — взбесилась я.

— Ну чего ты? — обиделся он и пошел на попятную. — Я соскучился. И освободился. Давай увидимся, поговорим. Помиримся…

Мне его подачек не требовалось. Я посмотрела на вампира у кассы. Он обернулся, бросив на меня настороженный взгляд. Какая девушка променяла бы общество шикарного парня на того, кто предпочел заниматься чем-угодно, лишь бы не находиться рядом с любимой? Коварная ухмылка на моем лице даже вампира заставила задуматься, и он иронично вскинул бровь, внимательно подслушивая мой телефонный разговор на расстоянии. Если Артем рассчитывал, что я как Сивка-Бурка примчусь на первый зов… Пусть продолжает мечтать и читать сказки!

— Рада за тебя! — вздохнула я, глядя на Курана, уже купившего билеты. Он встал передо мной, завладев всем вниманием. — Прости, но у меня другие планы. Я сейчас занята!

— И что ты делаешь? — допытывался Артем.

— Стриптиз танцую! Можешь приехать и проверить! — брякнула я и включила телефон на беззвучку. А звонки все шли и шли…

Куран дождался, пока я наиграюсь мобильником. Уверена, что он слышал каждое слово и, наверное, уже понял, что с ним в киношку я иду из вредности, ради того, чтобы кое-кому насолить. Мы стояли и смотрели друг на друга, не задавая вопросов. Хитрый взгляд вампира выдавал его подлые мыслишки. Мне показалось, что Куран хотел у меня о чем-то спросить. Я спрятала телефон в карман. Вампир снова молчаливо прокомментировал мой жест усмешкой и приподнятой бровью, мол: "Вот как ты решила! Что ж, если хочешь, то поиграем!"

— Идем? — мне хотелось поскорее закрыть тему неудачных отношений и забыть об Артеме с его причудами.

Вампир к счастью даже спрашивать ничего не стал. Как истинный джентльмен предложил опереться, подставив мне локоть, и мы поднялись в зал. Когда пустили титры, я поняла, почему Куран так хитро на меня поглядывал. Думаете, он выбрал романтичный фильм? Ну, почти. Мы сидели на местах "для поцелуев" и смотрели французские киноленты с титрами, читать которые я даже не успевала. Какая может быть романтика, когда рядом вампир, получающий огромное удовольствие от издевательств надо мной! Я нервно кусала губы, а парень сосредоточенно пялился в экран, делая вид, что поглощен сюжетными перипетиями. Ладно, чтобы не казаться совсем уж полной дурой, я тоже изобразила заинтересованность и поглащенность фильмом.

— Ну как? — издевательски поинтересовался Куран.

— Ничего, — с видом кинокритика кивнула я, а через секунду сдалась. — Ничего не понимаю! Совершенно!

Естественно, чистосердечное признание вызвало у вампира бурю эмоций — он от души хохотал. Я обиделась и отодвинулась от него. Пусть смеется, пока клыки на месте!

— Мог бы и перевести!

Он прервал сеанс истеричного смеха и перестал надо мной издеваться, так и быть — сжалился. Подсел ближе, положил руку для удобства на спинку моего кресла и стал шептать мне на ухо:

— Жан! Нас поймают! Нужно уходить, пока не приехали…

А уже через двадцать минут его рука незаметно сползла на мое плечо, придвигая меня ближе. Запах мужских духов требовательно манил к их хозяину, навевая фантазии и заставляя желать поцелуя. Мысли о собственном парне испарились, как будто Артема вообще не существует на планете Земля. Еще немного, и, возможно, вспомнить его лицо, не то, что имя, не смогла бы.

Как на зло, вампиру и в голову не приходило отодвинуться. Я была больше чем уверена, что он слышит бешеный стук моего сердца и специально надо мной подшучивает. Краем глаза заметила сладкую ухмылку на его лице. Он действительно упивался интимностью спровоцированной ситуации. Чтобы довести меня до нервного срыва, Куран стал выводить пальцем на моем плече узоры, иногда нежно касаясь голой шеи, чувствительных мест за ухом. Фильм я больше не смотрела. Эйфория от прикосновений, голоса, запаха росла с пугающей силой. Мне начинало казаться, что мой суфлер уже и сам не слушает, о чем говорят герои фильма. Он вообще отвернулся от экрана.

Я развернулась к нему лицом, взглянув в затуманенные карие глаза парня. Вампир продолжал говорить, потом смолк, и единственное, что осталось в поле моего зрения — его губы.

Спас ситуацию финал кино — свет включился. Я, как укушенная, вскочила на ноги, высвободившись из дурманящих пут вампира. Куран злорадствовал. Он откинулся в кресле, забросил ногу на ногу, заложил руки за голову и растянул на наглой физиономии сладчайшую ухмылку.

— Пора на воздух! — заключила нервная я и задумалась, как бы разогнать огромную очередь толкающихся людей. — Здесь душно!

— Ты думаешь? — веселился Куран, не двигаясь с места.

— О чем я думаю, тебе сейчас лучше не знать! — буркнула я, забыв о его великолепном слухе, потому что он тут же отреагировал и встал рядом, приобняв за талию. В моей голове снова образовалась каша из смешанных эмоций, картинок, которые проецировала фантазия в немыслимом количестве. Дыхание опять начало сбиваться, и думать я могла только об одном — как урвать поцелуй!

— Ты меня специально интригуешь? — прозвучало у самого уха. — Мне интересно, что творится в твоей миленькой головке, ведьма!

— Слышь, ты, упырь! — развернулась я, чтобы пресечь дальнейшие попытки моего соблазнения. — Оставь свои фокусы для жертв! Я больше в их число не вхожу!

— С чего ты это взяла? — не отступал он.

— А ты определись, чего ты хочешь! Либо мы враги, либо друзья!

— Даже не знаю, что выбрать! — задумался парень, и театрально прислонил палец к губам в размышлениях. — И то, и другое звучит соблазнительно и многообещающе!

Я только тяжело вздохнула. Спорить с ним становилось все сложнее и сложнее! Плюнув на это гиблое дело, я обошла наш ряд и выбралась в коридор, где меня настиг Куран. А я как раз уже начинала кипятиться от злости — в мое поле зрения попали две мои сладкие парочки, весело щебеча, выбиравшие фильм для просмотра.

— Вот же предатели! — фыркнула я, и прежде, чем нас заметили, набросила на себя и вампира невидимость. — Избавились от меня, чтобы устроить двойное свидание!

Карающий палец со срывающимся с него током уже возделся вверх, как его мигом опустил Куран, схватив меня за руку.

— Не сходи с ума! — резонно заметил он.

— Точно! — согласилась с ним я. — Зачем сходить с ума самой, когда можно свести кого-нибудь другого!

Вампир нервно хихикнул и пошел следом за мной на улицу, где я достала мобильник, скинула очередной звонок Артема и набрала номер знакомого полицейского.

— Алло! Русланчик, привет! Тебя больше никто убить не хочет, а то мне как-то скучно? — судя по грохоту после моих слов, знакомый рухнул со стула. — Алло?

— Ну что, довела? — скептически поинтересовался вампир.

— Обидно же! — поджала губы я, оглядываясь по сторонам в надежде сделать хоть кому-то что-то хорошее… или не хорошее.

В результате моих поисков мы пришли к ставку. А там нас встретил дядя Зеленый. Водяной развлекался тем, что тренировал лягушек, создавая из них настоящий хор. Я примостилась у парапета на древнем железном мосту, наблюдая за воспитанием певцов.

— Привет, Диночка! — подмигнул мне водяной. — Спасибо тебе за помощь!

— Да не за что! — отмахнулась я. — Дядя Зеленый, а вам больше ничем помочь не надо? Вас никто не обижает? Трупов больше не скидывают в воду? Мусор там всякий не бросают?

Он как-то задумался. Почесал серо-зеленую репу и ответил, дескать, спокойно все в подводном царстве. Я расстроилась окончательно, усевшись своим проблемным местом на железо и спустив ноги в воду.

— А что это ты такая расстроенная? — подплыл поближе водяной, позволив лягушкам сделать перерыв.

— Гадость некому сделать, вот она и скучает! — выдал вампир, и я стукнула его по ноге, за что меня просто смерили надменным, но каким-то жалеющим взглядом.

— А ты не расстраивайся! Расслабься! Вокруг все хорошо! Тепло, приятно! Посмотри, какие звезды светят! — успокаивал меня водяной, потом повернулся к лягушкам, постучал импровизированной палочкой дирижера по камню? и подопечные расселись по местам. — Ну-ка, большеротые, давайте повеселим гостей!

И лягушки заквакали. Что самое удивительное, знакомую до чертиков песню — мою любимую — Iron & Wine "Flightless bird". Замечательный медляк, обалденная музыка. Но слова… Главное, не переводить на русский, и тем более, на украинский. Они хороши, пока звучат в оригинале.

— Кхе, кхе, — прокашлялся вампир, намекая на что-то. Я повернулась к нему, а он стоял с протянутой рукой.

— Подаяния опять просишь? — поиздевалась я, подымаясь со своего насеста.

— Дура! — резонно заметил он.

— Прости, я сегодня злая! — приняв его жест, я положила ладони на плечи парня и позволила раскачивать меня из стороны в сторону под приятные, душевные ритмы. Незаметно весь мой негатив исчез. Я уже не злилась ни на друзей, бросивших меня ради перспективы побыть наедине двумя счастливыми влюбленными парами, ни на Артема с его заскоками и нерешительностью.

Глава 11. Наваждение

Тем же вечером у дома меня ждали злобненькие и покаявшиеся товарищи. Друзья сидели на лавочке у подъезда. Куран, унюхав их еще в начале улицы, распрощался со мной, заявив, что одной ненормальной знакомой в этом городе ему пока вполне достаточно, а завязывать дружеские отношения с еще четырьмя психами он пока не желает. Я не стала настаивать, помня, как отреагировал на его появление Марк.

— Привет, — поздоровалась я, встав перед друзьями.

— Прости, что мы так э… — начала Римма.

— Бросили, как только у меня начались проблемы с Артемом, потому что вам не хочется нянчиться с психованной ведьмой? — уточнила я, они виновато кивнули.

— Ты просто была невыносимой! — вступилась Лиза.

— Не спорю, — кивнула я, вспомнив, как неправильно построенной фразой довела по телефону до невроза капитана милиции.

— Но, ты нашла, с кем провести время, не так ли? — сощурил свои хищные глазищи Марк, чувствуя на мне запах вампира.

— А такие, как я, быстро находят себе приключения! — заявила я, не отрицая его обвинений.

— Я тебя предупреждал! — прорычал демон.

— Я взрослая девочка, и сама решу, с кем мне стоит общаться, а с кем нет! Успокойся! — рявкнула на него я.

Между нами тут же возник Сашка, чтобы не дай бог мы не подрались. Правда, сам рисковал получить по первое число.

— Эй! Хватит тут метать гром и молнии! Мы мириться пришли!

— А где белый флаг? — съязвила я.

— Можем только белые трусы предоставить, пойдет? — подколола Римма и начала расстегивать штаны.

— Не надо! — взревели мы одновременно.

— Моя девушка — эксгибиционистка! — покачал головой уставший от выходок оборотнихи маг и закрыл лицо руками.

— Терпи, — успокаивали мы его. — Сам выбирал!

Если с друзьями у нас все наладилось, то с Артемом…

— Ты долго на меня злиться будешь? — он ходил за мной по крошечному пространству студии, не собираясь покидать рабочее место, хотя смена его давно закончилась.

— Я не злюсь! Я планирую следующее выступление в стрип-баре! — повела плечом я, стряхивая его руку.

— Хорошо, Дина, я виноват. Прости. — Сказал он, унижаясь, ведь никогда ни перед кем не извинялся. Но меня этим было не пронять. По той простой причине, что кто-то уже разболтал по всему центру, что я, оказывается, стриптизерша! Мне об этом доложили воздыхатели. Кстати, а вот и один из них.

Игорь замер на пороге, не зная, можно ли пройти. С Артемом они смотрели друг на друга очень злобно, как два петуха в одном курятнике. Того и гляди, перья в разные стороны посыпятся.

Так как я молчала, больше обсуждать наши отношения, во всяком случае при посторонних, не имело смысла. Артем попрощался и ушел.

— Игорь? — обратилась я ко все еще сверлившему двери взглядом, оператору. — А ты, часом, не знаешь, кто эти сплетни распространяет?

— Снежанна рассказала техникам, а они… — пожал плечами парень.

— Понятно, — вздохнула я и взбодрилась, когда озвученная редактор вошла в помещение с пленкой для новостей.

— Привет, Снежка! Как дела? — улыбнулась ей я и подмигнула Игорю.

— Нормально, — снисходительно ответила девушка. — Пленка понадобится сразу же, так что выставь!

Несмотря на ее тон, я сделала свою работу и уселась в кресло, подготавливая фоны.

— Хочешь, прикол расскажу? — отвлекла от вычитки текста ведущую я, нажав на переговорник между студиями.

— Мне некогда! — заявила она.

— А я тебе все равно расскажу, заодно и Игорь послушает. — Не отстала я. — У нас в аппаратной призрак завелся! Ты же знаешь, что телецентр на месте бывших захоронений построили? Так вот здесь обитает какой-то любитель правды и искренности. Он вселяется в микрофон, наушники, и если человек, работающий с ним, днем говорил всякие глупости, сплетни распускал, врал, козни строил, то дух его по губам бьет током!

Снежанна закатила глаза. А зря не поверила. Первая волна у меня уже вся вышколенная ходит! В смысле, не у меня, а у справедливого полтергейста. В общем, он наградил ее своим вниманием уже две минуты спустя, когда ведущая собиралась отключаться для пленки. Она чуть не выругалась прямо в микрофон, отключила его и прижала руки к губам, уставившись на меня таким убийственным взглядом, от которого я… расхохоталась.

— Как ты это делаешь? — заинтересовался оператор.

— А это не я! — смеялась ведьма. — Это полтергейст!

Меня интересовало, откуда Снежанне стало известно о моих приключениях во спасение полицейского? Сама что ли там выступала? Или Артем рассказал? Они же до сих пор очень тесно общаются, насколько я заметила.

Во время смены больше интересного ничего не произошло. А дома меня встретила грустная до ужаса Маринка. Близился день развода, и сестра становилась все мрачнее и мрачнее. Митьке было плевать на то, что его родители расстаются — его бы только с котом и домовым не разлучали. Малой целыми днями гонял по квартире несчастных, и кончилось тем, что я однажды застала батальную сцену из почти эпического фильма "Покорение великана" — так примерно можно было назвать увиденное. Ребенок стоял посреди зала, уперев руки в бока, а домовой, оседлав кота, выставил вперед ложку с кашей, как держали в прошлом палицу рыцари на турнирах. Скомандовав Холодцу: "Помчали!" — Василий нацелился черпаком своего орудия в рот маленького ведьмака. Они "помчали" на него… Но сделать свое дело так и не смогли. Малыш просто выставил перед собой защиту. Ложка сломалась, а каша разлетелась по ковру.

— Какая прелесть, — выдала я. — Хорошо, что мама на работе! А чего это вы разгулялись при Маринке?

— Она в ванной! — отмахнулся Василий, потирая ушибленный бок.

И тут как раз за моей спиной появилась сестра. Магия исчезла, будто и не было. А каша… каша осталась. Прямо на ковре.

— Это, конечно, похвально, что ты его хочешь накормить, но представь, как будет ругаться мама! — осмотрела Маринка пятна на полу и счастливого Митьку, избежавшего встречи с кашей.

Пришлось убирать. Пока мы наводили порядок, сестра совсем уж расклеилась и разревелась, спрятавшись в моей комнате. Я предложила ей выйти на прогулку, успокоить нервишки, съесть по мороженому. Тут как раз явились оборотень и демоница, у которых настроение тоже не особо радужное было — в преддверии критических дней они становились просто невменяемыми и за считанные минуты, прямо с утра, умудрились довести своих парней до нервного тика. Вот и пришли теперь помучить меня. А мы стоим с Маринкой чернее тучи, и только Митька улыбается всем во все свои недоросшие зубки. Увидев наши кислые мины, девочки решили, что испортить еще и нам настроение не получится.

— И что же делать? — грустно так вопросила Римма.

— Привет, Дина! — раздался рядом голос соседа из третьего подъезда.

Валик (а это был он), парень особо ничем не выделяющийся из толпы других таких же, как он, обычных среднестатистических любителей погоняться за юбками. Он пытался что-то из себя строить всегда, сколько его помню: надевал самое модное, только стильное, яркое и пижонистое, красил волосы в темный черный цвет, и даже не удивлюсь, если он подводил глаза! С тех пор, как я стала ведьмой, сосед вспомнил, что я девушка! И иногда пытался то завести разговор, то пригласить куда-то. Но у меня лично вызывал чувство глубочайшего отторжения. Судя по вытянувшимся физиономиям подруг, они со мной были совершенно солидарны и, кажется, придумали, на ком можно сорвать свои ПМС.

— Привет! — кивнула я, мысленно посылая ему предупреждение: "Шел бы ты, пока штаны целы!"

Но он не собирался внимать моим посылам и остановился рядом с нами на свою беду.

— Дина, может, сходим в клуб? — ухмыльнулся он, пуская в ход свое "нарисованное очарование".

Я хотела уже послать его на словах более доходчиво. Но тут встряла Римма.

— А правда! Девочки, давайте сходит в клуб! Потанцуем! Раз уж нас такой шикарный парень приглашает! — и повернулась к Валику, стреляя в него глазками.

Он прикусил язык. Тут еще и Лиза подлила масла в огонь. Как всегда, с видом наивного такого ребенка она подпрыгнула, захлопала в ладоши с воплем: "Мы будем танцевать!" — после чего повисла на плече соседа, чмокнула его в щеку и сказала:

— Ты такой хороший!

— И щедрый! — ухмыльнулась коварная обротниха, пристраиваясь с другой стороны.

— Ну, раз мы все идем на дискотеку, то нам нужно оставить на кого-то малого! — решила я и посмотрела на сестру, которая вообще не понимала, откуда в моей компании взялись такие наглые девицы. Но, кстати, она тоже не растерялась.

— Ой, ну если у нас нашелся такой благородный и щедрый кавалер, то давай маму попросим с Митькой посидеть! — и, подражая девочкам, стрельнула самым своим страстным взглядом в парня.

Валик понял, что попал! А кто ему виноват?! Вот пусть теперь расплачивается, в прямом смысле слова…

Мы переоделись, навели марафет. Оставили малого маме с папой и ушли развлекаться. Валик действительно оплачивал все наши капризы: соки, спиртное, прочие глупости. Напились мы славно. Настолько славно, что утром было серым и просто гадким, о вечеринке не помнила многое. Зато твердо знала, что просто люблю Валика до беспамятства!!!

Маринку откачивала мама. Сестра лежала вся такая больная, но счастливая. Вчера ей попался некий молодой человек представительного типа. Как он затесался в толпу кайфующих, понятия не имею. Как и не представляю, что сестру привлекло к этому мужлану. Вот Валик — просто душка! Сюси-пусечка и муси-пусечка, зайчик и солнышко! Вот глаза бы повыколупывала тем, кто к нему клеился. А таких было просто море. Да хоть бы и Римма с Лизой. Тоже мне, выискались! У самих и так по парню имеется, так на Валика заглядываются. Нет! Я имею на него больше прав, чем все остальные! И как я раньше не замечала его? Вот же слепая дура, оказывается! Он такой красивый! Славный! Милый!

— Дин, ну хватит уже злиться! Я действительно соскучился! — нудил над ухом Артем, и так хотелось его послать куда-нибудь подальше.

— Слушай, отстань, а? — рявкнула я.

Смена уже заканчивалась, а этот гад пришел на час раньше, специально, чтобы поизображать докучливую муху. От моей просьбы его переклинило. А когда я собиралась уйти, даже осмелился выбежать за мной в коридор. Полез целоваться, прижав меня в ближайшем углу. За что получил по морде!

Ушла от него, выскочила на улицу, а там еще и этот — вампир. И чего он ко мне прицепился?

— Скучно тебе, значит? — зашипела я, когда он догнал меня на полдороги к, можно сказать, моей судьбе! Пульнула в него двумя молниями. Они его не слишком развеселили. Зато остановили.

Но, к сожалению, у подъезда Валика уже стояли соперницы и спорили, кто из них должен войти в двери первой. А для меня все и так было ясно: Я — я должна не только первой пойти, но и прийти к финишу, за призом!

Приз же распахнул двери мне, а поймать не сумел, так как две рычащие дуры все-таки поднялись на этаж следом за мной, просто пихнув меня в спину. Так что мы кучей-малой валялись на пороге, споря, кто из нас должен целовать Валика. И лично у меня не было сомнений, кто достоин его поцелуев! Я почти победила. Вот они — губы любимого, божественного…

Нет! Подлая Римма! Сунула мне свою пятку под нос. Она между прочим ножищами уже по лицу любимому протопталась.

— Отрубить ей ноги! — оказывается, Лиза была абсолютно со мной согласна, и даже постаралась осуществить сказанное, вцепившись зубами в… Она явно промахнулась — и вгрызлась в правую ягодицу сопернице.

Пока бывшие подруги занимались разборками между собой, я освободилась и целенаправленно ползла к нему — свету моему, жизни моей, радости моей….

Какая-то тварь не дала мне даже прикоснуться к возлюбленному. Меня за ногу потянули к двери, а там швырнули в чьи-то руки. Радовало то, что подруг тоже не оставили в доме моего будущего мужа! О да, я выйду за него замуж, даже не сомневайтесь! Я буду красить ему волосы, готовить, стирать, убирать, даже банки грабить, если ему вдруг денежек не хватит!..

— Правильно, Сашка! Выноси ее! — подбадривала я мага, вцепившегося в брыкающуюся оборотниху. В дверях торчал Марк, оттягивающий Лизу, ухватившуюся за зад Риммы мертвой хваткой.

— Все, меня можно отпустить! — заявила я тому, кто меня держал, но меня почему-то перекинули через плечо и потащили в обратную от любимого сторону. А я сопротивлялась! Я кричала: "Валечка, я вернусь, любимый!"

Вот какого эти трое приперлись? Если бы не они, я бы уже целовалась с Валечкой! Припадала к его сладким губам…

— Пусти! — зарычала я и укусила то, что пряталось под бежевыми штанами. Меня тут же и отпустили, стряхнув с плеча, как пылинку. Хряпнувшись на асфальт мимо лавочки, я больно ушибла причинное место моих бед. Вампир услышал много лестного в свой адрес, отчего темные глаза злобно сузились и сверкнули красным. "Стоп-сигнал, блин!" — подумалось мне. Он прикусил нижнюю губу и, совершенно разозлившись, крикнул на меня.

— Сядь!

Внутри все содрогнулось от этого приказа. Тело повиновалось само — село, прямо на землю, среди лузги от семечек, степенно подобрав под себя ноги, чтобы принять позу покорной гейши. А глаза внимательно следили за передвижением повелителя. Он встал напротив, не сводя с меня колючих холодных очей, сложил руки на груди и выжидательно замер.

Стоп! А с чего это вдруг я его слушаюсь? Хотела возмутиться, показать ему, кто из нас тут злая ведьма, но стоило только дернуться в сторону, как меня схватили!

— Убери руки! — на некоторых мужчин эта фраза действует очень странно. Например, на Курана. Вампир, наоборот, схватил меня за плечи, поставил прямо перед собой и заставил фокусироваться на его физиономии.

— На меня! Смотри на меня! — сквозь зубы рычал он. Каждый звук и интонация впитывались моим разумом с жадностью. — Вспомни, кто я! Вспомни, кто ты!

Я смотрела в карие глаза, чернеющие от раздражения, и видела свое отражение. А потом там появилась скромная девушка, которую покорил красавец-иностранец, поцеловал и… убил, пустив кровь. Получил по зубам током, исходящим от жертвы… Потом были другие картины. И в результате, — последняя наша прогулка, когда он танцевал со мной под пение жаб в парке.

У меня так заболела голова! Ноги подкосились. Я вздрогнула, чуть не упала… Меня подхватили…

Спустя полчаса я сидела на скамейке под чутким наблюдением моего похитителя. Рядом бесновалась Лиза. Они с Марком кружились на крохотном участке аллеи, как два бешеных волка, скалясь и рыча. Сначала меня это действие заворожило, а потом начало тошнить. Радовала только Римма. Она вела себя тише всех. Но скорее, за ее спокойствие нужно было благодарить Александра — парень не растерялся и наложил заклятие "окаменения". А вот с демоницей так не вышло. Она слишком быстро передвигалась, да и Марк запретил к ней прикасаться.

— Как чувствуешь себя? — вырвал из раздумий голос вампира.

— Вот не знаю, сказать тебе "спасибо" или стукнуть! — честно призналась я.

— Не понял, — зло прозвучало в ответ.

— Водички бы сейчас! — заныла я. — Так сушит, будто литр водки выпила! И голова раскалывается!

Мне на лоб тут же положили прохладную ладонь. Я готова была поклоняться и боготворить этого прекрасного во всех отношениях мужчину с одним крохотным недостатком — его вампирская сущность. Стало немного легче, а потом и умение думать снова вернулось в мою черепную коробку.

— Спасибо! — блаженно пролепетала я, и ладонь мгновенно отняли. Я насупилась, требуя вернуть холодную конечность на место! Куран посмотрел на по-детски надутые губы ведьмы и снова вернул мне на лоб свою ладонь.

— Как тебе это удалось? — удивился Сашка, возникнув рядом с Кураном. Тот, не отнимая руки от моей головы, повернулся к магу.

— Не мне! — пожал плечами парень. — Ей! Волю сильной ведьмы подчинить достаточно сложно. Во всяком случае, мне удалось только однажды, когда она еще не владела магией. Ей просто нужен был толчок. Видишь ли, наше знакомство было достаточно специфичным, чтобы укорениться в ее памяти.

Сашка иронично хмыкнул. А я стукнула кулачком Курана по коленке — слишком много болтает! Интересно, когда я пропустила момент знакомства парней уже перескочивших на "ты".

— А с ними можешь такое повторить? — задумался друг, но вампир отрицательно покачал головой.

— Вряд ли. К их прошлому я не имею ни малейшего отношения!

— Значит, нужно заставить этого придурка, чтобы он снял с них приворот! — догадалась я, опередив мага, только успевшего раскрыть рот.

— Уже придурка? — насмехался вампир. — А не так давно это звучало иначе: "Валечка, любимый, я вернусь!".

Он еще раз получил по коленке. Чтобы больше не связываться с ведьмой, отошел подальше, и тут я только заметила отпечаток слюнявых зубов на его заднице. Подавилась истерическим смешком и благоразумно наколдовала упырю морок на штаны. Он посмотрел на меня с невысказанной мыслью: "Да, это ты натворила! Пусть тебе совестно будет!" — во всяком случае, так было написано у него на лице. Но парень, наверное, забыл, что совести у меня давно уже не наблюдается.

— Итак, мстить! — гордо заявила я, попыталась встать… Впрочем, пришлось повременить с местью, потому как земля вращалась взбесившейся каруселью вокруг меня.

— Дай мне руку! — потребовала от вампира я, заметив сарказм в его глазах. Куран усмехнулся и позволил мне временно эксплуатировать его как опору. Крепко вцепившись в локоть парня, я смогла стоять более-менее ровно. — Все! Я оторву ему голову!

— Какой настрой! — обрадовался Куран.

— Ты, кстати, со мной пойдешь! — уставилась я на вампира, ведь не могла представить, как буду передвигаться в таком состоянии без его поддержки. Он не возражал, придержал меня, обхватив за талию. Правда, взгляд блестящих карих глаз, гордо глядящих на меня сверху вниз, был тут совершенно неуместным! Вечно он так — пытается на меня воздействовать своими чарами.

Он дотащил меня до подъезда Валика. Старушки-соседки уже повылезали из окон, обсуждая столпотворение под домом и крики на лестнице. Толпа, человек из десяти девиц, визжала разноголосьем. Во все стороны летели клочья нарядов, выдратые локоны. Мужики с четвертого и третьего этажей наблюдали за хаосом, отыскав в нем нечто среднее между женским реслингом и боями в грязи — короче, в кой-то веки отлепились от телевизоров и высыпали на балконы, радостно болея за блондинистых любимиц.

— У… — протянула я, и сильно сжала локоть вампира.

— Плохо? — спросил он, имея в виду мое здоровье.

— Очень плохо, — говорила совсем о другом я. — Придется применить невидимость. Ты же не против?

Куран только плечами пожал. И мы аккуратно пробрались сквозь толпу незамеченными. Правда, по ступеням идти было очень трудно — постоянно спотыкалась и пинала драчливых девиц. Вампир подхватил меня на руки и перенес через копошащийся и вопящий клубок. В двери Валькиной квартиры ломились чокнутые фурии, отталкивая друг дружку. Самое интересное, что заперто не было. Смело перешагнув порог, я пригласила вампира и захлопнула дверь, закрыв ее перед носом ошарашенных дур.

Валик возлежал на диване, вообразив себя арабским шейхом, по-видимому. И вокруг него крутились, мечтая услужить, полуобнаженные девицы. Одна кормила с ложечки вареньем, вторая делала массаж ступней, третья примеривалась помассировать другое место. Мы вовремя пришли!

— Ну, здравствуй, свет моих очей! — я скинула с нас невидимость. Валик обалдел от того, что в его логово проникли двое. Еще и таким наглым образом.

— Я же обещала, что вернусь! — ухмыльнулась я.

— Ты, ты ведьма! — промямлил он, подавившись вареньем.

— Нет, блин, — начинала сердиться я. — Тень отца Гамлета! Давай заканчивай со своими штучками! Иначе…

— Иначе что? — он слишком уж вольготно чувствовал себя в нашем присутствии. — Что ты мне сделаешь? Мне стоит щелкнуть пальцами, и ты снова будешь моей! Я могу сделать любую девушку…

Мой взгляд скользнул по комнате и быстро обнаружил ядро его уверенности — истерзанная временем книженция, в которой, если делать выводы по тому, что на обложке нарисованы растения и название на латыни, явно хранились секреты всяких зелий. Сашка когда-то такую вот показывал, только в электронном варианте. У мага вообще все книги и рецепты хранятся на жестком диске и еще в трех копиях на разных носителях. Естественно, мои ручки вцепились в эту книгу. Валик растерял всю уверенность, вскочил с места и, как визжащая баба, бросился ко мне. Но его остановил вампир, очень эффектно сверкнув глазами.

— Да я тебя! — прыгал на месте парень, но боялся ко мне приблизиться, а точнее не мог.

— Тебе так внимания не хватало, что в колдуны заделался? — огрызнулась я. И тут этот подлец дунул мне прямо в лицо какой-то пылью.

Я выпала из реальности…

— Валечка! Пусть эти бабы уйдут! — на лице любимого человека просияла довольная улыбка, а вот злобные карие глаза, направленные на меня, жутко раздражали и пугали. Еще и этот шум просто нервировал. Кто-то усиленно ломился в двери! Но больше всего меня бесили три девки, подползающие к ногам моего будущего мужа!

Я протянула к нему руки, хотела обнять, заодно и продемонстрировать курицам облезлым, что он только мой! Но до него быстрее дотянулся вампир, ухватив за горло и крепко сжав, так что у Валечки глазки пунцовым налились.

— Ах ты гад! — взревела я, бросаясь с кулаками на душегубца, однако у него и для меня был свой коварный план — подхватил меня свободной рукой за талию, прижал и поцеловал…

Голова кружилась. Все плыло. Шум хотелось прекратить как-нибудь особенно жестоко и сделать что-нибудь очень нехорошее его очагу. Единственное, что удерживало от резких движений и глупостей, — мягкий, сладкий поцелуй, которому я отдалась полностью, вторя губам, касавшимся моих.

Шум нарастал.

Я открыла глаза, встретившись взглядом с вампиром. Его глаза внимательно меня изучали, но губы продолжали свое движение.

В этот момент входная дверь вылетела, и в квартиру недоделанного колдуна влетели бешеные девицы. Увидев, что их идола душат, они взяли разгон, чтобы прищучить убийцу, но этого уже не позволила я. Легкое движение рукой — и толпа врезалась в прозрачную стену. Куран, наконец, прекратил меня целовать. А жаль…

— В себе? — поинтересовался он, все еще сжимая горло багровеющего Валика.

— Очень интересный способ снимать заклятия! — ухмыльнулась я, чувствуя легкость и невесомость. — В сказках вычитал?

— Просто подумал, что подействует! — спокойно заявил вампир.

— Ладненько, — я развернулась к колдуну, чтобы не комментировать неожиданные антимагические действия. — Есть два способа снять заклинание приворотное. Первый хороший, второй — не очень. Какой нравится тебе? Ты моргни один раз или два.

Но Валик только злобно таращился.

— Значит, первый: ты делаешь это добровольно. — Пояснила я. — Второй — мы просто тебя прикончим, и заклинание само собой исчезнет. Ну, или не исчезнет, но с твоей книгой я придумаю, чем таким опоить этих фурий, дабы изгнать твой мерзкий образ из их голов.

Конечно, он сделал правильный выбор. Куран отпустил любителя трав и зелий. И тот, отталкивая от себя ползающих девиц, заметался по комнате, собирая необходимое. Нарисовал пентаграмму, потребовал у меня книгу.

— Как ты можешь быть уверена, что он снимет заклинание, а не наложит новое? — справедливо подметил мой недочет вампир.

— А если он сделает что-то не так, то сразу же станет жабой! Или полным дураком! И насладиться своими умениями больше никогда не сможет! — пояснила я, конечно, блефовала, но на всякий случай приготовилась колдовать сама. — И заметь, я гарантирую тебе милое болото в случае провала. Тихое, спокойное. Только трупы да пиявки!

Валик сделал все чинно и по высшему разряду. Девицы перестали бесноваться. Попадали в обмороки. Я быстро вырвала у колдуна книгу из рук.

— Еще копии где-то есть? — на всякий случай спросила я, и он ткнул пальцем в верхний ящик компьютерного стола. Я и оттуда изъяла все ксерокопии книги.

— Пошли отсюда! — бодро позвала за собой вампира я.

Только мы ступили за порог квартиры, аккуратно пробираясь между дремлющими где ни попадя девицами, как в подъезд ворвались ребята из полиции. Руслан вообще мчался в одних штанах и тапочках. Видимо, выбежал из дому, чтобы лично поглядеть на беспредел, творящийся на его участке.

— Дина? — и естественно, среди всего этого разнообразия увидел меня.

— Привет! — улыбнулась я. — А мы тут в гости заходили, за книгой. Решили вот открыть клуб книголюбов. Ты сейчас что читаешь?

Капитан просто махнул на меня рукой и задался вопросом: "И что с ними со всеми делать? Они больны чем-то?"

— А полей их водичкой, они и оклемаются! — посоветовала я, просачиваясь между широкоплечими работничками в синих рубахах.

Глава 12. Знакомство с власть имущим

Прошла неделя. Маринка была в суде. И если бы не наши похождения с Кураном и моими друзьями по гостям поздним вечером, то Митьку оставили бы Антону. Но к счастью… мы заглянули в гости еще и к судье. Прав был Вини-Пух, напевая: "Кто ходит в гости по ночам…" Хотя, кажется, я уже совсем запуталась во времени суток.

Вампир, несмотря на то, что сумел очаровать Римму, всего раз его видевшую, и произвел положительное впечатление на Сашку, предпочитал держаться подальше от нашей дружной пятерки и общаться со мной наедине.

Я помирилась с Артемом. Как выяснилось, он из той категории мужчин, которые любят то, что им недоступно. После того, как ему пришлось за мной побегать и поуговаривать, он явился на работу с букетом цветов. Целовал мне руки, сказал, что был идиотом. Я согласилась с его самокритичностью, и все стало по-старому.

Потом я написала заявление на отпуск и собралась ехать на море. Но перед этим мне оставалось сделать нечто важное.

— Куда мы идем? — не понимал Куран, оглядываясь по сторонам и подозрительно косясь на небольшую пластмассовую коробочку в моих руках.

— В суд! Судить тебя сейчас будем! — гордо заявила я, направляясь к большому желтому зданию в центре города.

Я прошмыгнула, скрытая тенью от внимательных видеокамер, к потайной двери в стене, прикрытой кустом с обратной стороны строения. Вампир следовал за мной. Мы спустились в подвал, а там через еще один секретный лаз прошли в огромную каменную пещеру, вырытую под обителью богини правосудия. В полной темноте я с трудом нащупала припрятанный здесь с прошлых наших посещений этого места фонарик. Включила и позвала:

— О, мудрый Каа! — заорала на всю пещеру я. — Бандер-логи пришли потрепать тебе нервы!

Во мраке зажглись два хищных глаза. Послышалось шипение и треск.

— Ну здравствуй, Маугли! — прошипел из тьмы Судья в тон моему приветствию. Потом осмотрел моего компаньона и, чтобы его шокировать, выдвинулся на свет.

Куран отшатнулся и хотел меня за собой потянуть подальше от гигантской змеи, желательно в сторону выхода. Но я стояла ровно и двигаться с места не собиралась.

— Зачем потревожила? Привела мне ужин? — с садистским наслаждением прошипел хозяин пещеры. — Мило с твоей стороны!

И для прикола змей щелкнул хвостом-трещоткой в миллиметре от вампира. Тот тоже не собирался просто сдаваться, присел немного и зашипел.

— Прости, но его есть нельзя! — вмешалась в их игру я. — Мы к тебе по делу!

— Слушаю тебя, ведьма! — устало вздохнул Судья, ожидая списка моих вопросов.

— Понимаешь, я еду в отпуск. Присмотри за этим молодым человеком, а?

Куран собирался возмутиться, то ли по поводу "молодого", то ли "человека", то ли обиделся на "присмотри". Короче, разозлился и вообще от меня отошел в сторону.

— Зачем мне это? — змею тоже многое было по вкусу.

— "Присмотри" — это в смысле не ешь! — пришлось объяснять обоим. — Другими словами, я прошу у тебя, как у великого стража над всеми стражами официального дозволения на проживание данного субъекта на нашей территории. Что скажешь?

— Если он будет соблюдать правила, пусть остается! — как-то подозрительно быстро согласился Змей. — А почему ты лично его привела? Где остальные стражи?

— Ну… Они…

— Я понял! — рявкнул Судья. — Ты, надеюсь, не с пустыми руками?

— Ох да! — я стукнула себя по лбу, хлопнулась на колени и, театрально закатывая глаза проговорила: — Прими от меня жертву, о великий!

После чего бросила в темноту извлеченный из коробочки диск. Змей рассмеялся.

— Интересное? — спросил он, уходя в темноту.

— А то!

— Смешное?

— Как всегда, — пожала плечами я, подымаясь с холодного пола. — Спасибо. Больше не будем отнимать твое драгоценное время!

Но на выходе он все равно нас остановил.

— Эй! Ведьма, ты еще видишь знаки? — спросил Судья.

Со знаками вышла одна неприятная история. Я думала, что у меня галлюцинации по полной, когда смотрела на людей, видела у них на лбах светящиеся иероглифы. Что они означают, я так и не поняла. Поэтому и бегала к Судье с вопросами. Он ничего толком не объяснил, послал в архив к своему родственничку книжному червю. Но я туда так и не пошла — не сложились у нас отношения с мелкой кусючей гадостью. В итоге, Сашка просто напоил меня каким-то жутким эликсиром, снявшим странный магический эффект.

— Неа, больше нет! — покачала головой я. — А что?

— Ничего! — махнул хвостом змей и уполз, посмеиваясь.

Я, как дурочка, почувствовав подвох в его этом вопросе, уж слишком задумалась о знаках…

— Что ты ему дала? — выходя из здания, спросил Куран.

— Аудиокнигу, — вынырнув из размышлений, ответила я. — Он любит послушать юмористическое фэнтези. Вот только книги Ольги Громыко я ему перестала носить.

Куран не был в курсе, кто такая Громыко, но все равно спросил:

— Почему?

— Она очень классно и весело пишет, а Судья громко смеется. Когда я принесла ему "О бедном Кощее замолвите слово" в нашем городе случилось два оползня и легкое землетрясение.

— А кто он вообще такой? Помню, ты как-то им уже запугивала демонов. — Он больше не обижался на тот факт, что я его приволокла, как маленького мальчика к няньке.

— Судья — великий змей, которых полно на свете. Но чаще всего они спят. Точнее спят до тех пор, пока мир добрых и злых стихий находится в равновесии. Стоит чаше весов хоть немного сместиться, как змеи пробуждаются, чтобы свершить суд над человечеством, городами, жизнью. Они, по сути, разрушители. — Просвещала я вампира. — Этот проснулся в тот момент, когда проснулась я, как ведьма. Но не торопился крушить и ломать все вокруг. Он все-таки мудрое создание. Зато помог, когда я умирала. В итоге, мы договорились так: наша компания помогает в надзирательстве над присутствующими в городе силами магии, представителями разных рас и вмешивается когда нужно, чтобы Судья мог спокойно насладиться тишиной мира. Короче, мы — предшествующая инстанция. Вот когда мы не справимся, он как подымется из своего убежища, как тряхнет землю… И от города останется пшик. А кому это надо?

Куран больше не задавал вопросов и сам понял, чего так испугались демоны-посланники. Ведь стоит проснуться одному змею, и он по мере надобности разбудит остальных. Тогда мало не покажется никому! Начнутся катастрофы, бедствия, погибнут не только люди, но нелюди!

Оставив вампира на официальных условиях в городе, я поехала в отпуск. На море. Вместе с сестрой и Митькой. Среди великолепных пейзажей меня охватывала грусть и тоска. Тянуло скорее вернуться домой. Я набирала номер Артема, чтобы услышать его голос. Но разговоры наши были короткими. А парень мог вообще не реагировать на мои сообщения и не звонить несколько дней. Я кожей ощущала, что в мое отсутствие с ним происходит неладное.

Глава 13. Капитан и его бандиты

За последние три дня отпуска на море Митька дважды устраивал шторм, и мне пришлось много лестного выслушать от русалок. До этого я даже не подозревала, что они существуют. И даже не догадывалась, что они умеют так матюкаться. Племянник же грозил им маленьким кулачком и единственным словом, которое знал: "Вампир! Вампир!". Его пельмень выдавал с разной интонацией вместо "Привет!", "Пока!" и "У, злые тетки, я устрою вам бурю в стакане" (и ведь устраивал!). Благодаря Митьке, я частенько вспоминала о Куране. Даже скучала, размышляя, как он там. Ведь уехала и даже не попрощалась. Небось, тоскует в одиночестве. А если ему опять "приветы" из Франции передавали? Надеюсь, он еще жив!

Потом я поймала себя на том, что слишком много думаю о вампире, а должна была бы тосковать по Артему. Так как совести у меня нет и ее угрызений я не чувствовала, то просто зависла, как компьютер — когда две программы друг другу мешают и тормозят всю работу системы (О! Сашка наверное помянул, потому что это из его лексикона сравнительные обороты). Помучилась, плюнула на все и отправилась развлекаться. К тому же, местные отдыхающие парни были не против моего общества.

В последний день перед отъездом я долго стояла по щиколотку в воде на берегу. Здесь у моря все казалось бренным и незначимым. Шум прибоя, приятный мягкий ветер прогоняли мысли прочь. Я глядела на окрашенный цветами заката горизонт. Мне было спокойно и тяжело одновременно. Может, потому, что дома поджидали перемены? Я была готова их принять, потому что я — ведьма!

В городе было слишком тихо. Жарко. Безлюдно. Попав домой, я, честно говоря, обалдела, увидев развалившихся на кровати Холодца и Василия. Между ними стояла большая кружка, а эти двое потягивали через трубочки бражку!

— Ну вы вообще! — не выдержала я. — Вася, что ты с котом сделал? Он же раньше только молоко лакал!

— А теперь и бражку! — преспокойно почесав пузо, заявил домовой.

— Вижу! — фыркнула я. — Расслабились тут, пока нас не было!

— Не кипятись, хозяйка! Все будет "Мышь"! — отчеканил кот и потянулся.

— Да! Будет "Мышь"! — веселился Васька.

— Ну у вас и жаргон! — общаться с двумя алкоголиками было бессмысленно, я прикрыла дверь, бросив вещи на кровати и вышла в коридор, помочь Маринке с малым и сумками. Митька, только с него сняли сандалии, рванул ко мне в комнату и оттуда донеслись такие дикие вопли, что я поняла: отпуск для кота и домового окончился! Теперь их опять буду дергать за хвост, наряжать в платьишки от моих старых кукол и гонять по всей квартире.

Я приняла душ, привела себя в порядок. Потом примчались друзья, и мы вместе вели на кухне задушевные беседы по поводу и без. Но им хотелось побыть наедине со своими любимыми, и две мои сладкие парочки ближе к вечеру разбежались в разные стороны.

Пришли родители. Маринка сплавила на них малого и тоже умчалась на свидание. Помните, я говорила, что она познакомилась на дискотеке с каким-то хахалем? Так вот, звали его Витей. Ему стукнуло тридцать. Работал он в приличной фирме менеджером, и моя сестра запала ему в душу настолько, что мужчина был готов усыновить Митьку. В общем, после развода у Маринки жизни налаживалась.

А я опять осталась одна. И чувство безмятежного покоя исчезло. Виной тому моя несдержанность. От тоски руки сами потянулись к телефону и набрали заученный на память номер.

— Ты вернулась? — радостно прозвучал в трубке голос Артема, и я была готова простить ему недельное молчание за теплые интонации, которыми он меня одарил.

— Да! — сердце мгновенно растаяло и разлилось горячим маслом. — Я так скучала!

— Малыш, я тоже! — отозвался парень.

— Ну, тогда чего ты ждешь?

— Мы можем с тобой увидеться буквально на несколько минут! У меня смена через час. Я подъеду и наберу тебя.

Меня, конечно, расстроила перспектива увидеть парня практически "краем глаза". Но уже спустя полчаса я стояла в тени сквера, поджидая любимого. Он показался мне немного странным, чуть отдаленным. Вроде как со мной, и в то же время где-то далеко. Когда он меня поцеловал, я забыла о сомнениях.

— Как отдохнула? — только изредка отрываясь от моих губ, он задавал вопросы.

— Нормально. Почему ты ни разу не позвонил? — мне хотелось оказаться в другом месте, с ним наедине и забыть о глупостях, которые посещали мой разум, об изменах и прочем.

Артем отодвинулся, заглянул в мое лицо, слабо улыбнулся. Почему-то в этот момент он показался мне совсем некрасивым. Я тоже отдалилась, выскользнув из его объятий. Весь эффект поцелуев сошел на нет, оставив очень неприятный привкус на губах. Пришлось даже взгляд отвести.

— Были кое-какие дела, и потом, не хотел тебя тревожить в отпуске. Хотел, чтобы ты отдохнула нормально.

Ложь! Ее я чувствую за милю. Вдруг почувствовала себя грязной. Захотелось смыть его следы с себя.

— Понятно, — никакого желания искать правду. Подавленное состояние привело меня к желанию вернуться обратно домой. — Тебе пора уже. Скоро эфир начнется!

— Завтра увидимся! — поцеловал меня в щеку Артем и зашагал прочь.

Что я могу сказать? Глупо все как-то вышло. Нет. Точнее: я чувствовала себя полной дурой. Сердце больно ныло, щемило в груди — а этот симптом обычно предвещает только неприятности. И гадкое настроение не улучшилось даже после чая с лимоном. Прибывая в задумчивости, я уселась на окне, включила погромче музыку и впервые наслаждалась спокойной попсовой песенкой. Над крышами домов сверкали звезды. Воздух наполнился прохладой. Стоило только сомкнуть веки, попробовать заставить себя плыть по течению жизни и постараться принять все как есть — и ветер принес знакомый чарующий аромат мужских духов. Пусть меняется мир, исчезают и появляются звезды, меняется погода, но вампир всегда будет стоять на этом месте, облокотившись об угол соседнего дома, задрав голову вверх, чтобы лучше видеть, что происходит в окне моей квартиры. Я улыбнулась ему. Кожа покрылась мурашками, когда я получила в ответ подобное приветствие.

— Опять он здесь! Всю неделю ходит, под окнами стоит! Приручила, что ли? — раздалось рядом со мной ворчание домового.

— Каждый день? И что хотел? — слезла с подоконника я, быстро собираясь на улицу.

— Откуда мне знать? Он не спрашивал. Просто стоял истуканом и в окно таращился. — Вампир очень не нравился Васе. Хотя домового не поймешь. Он всегда чем-то недоволен. К тому же, я больше его не слушала. Схватила ракушку, которую привезла с моря, и помчалась к нему — вампиру.

Улыбающийся, излучающий тепло и какой-то призрачный свет — он стоял в ожидании меня. Карие глаза, немного длинные, почти до плеч непослушные волосы, крепкие широкие плечи, голова склонена на бок, руки в карманах — от созерцания этой картины на сердце стало светло. Вся грязь, принесенная Артемом, смылась.

— Привет! — моему голосу передалось трепетное тепло и нежность, которые я испытывала от этой встречи.

— Тебе идет загар! — даже в слабом освещении заметил он, скользнув взглядом по мне.

— А ты все такой же бледный! — съязвила я. — Ты часто приходил сюда, почему?

Он опустил ресницы, хмыкнул. Даже бровь дернулась. Я вдруг представила, каково ему находиться в нашем городе, в стране, где он практически никого не знает, кроме меня. Точнее знает, но общаться не хочет.

— Ты не сказала, когда возвращаешься, — ответил претензией вампир, даже не глядя на меня.

— То есть, хочешь сказать, что ты скучал по мне? — попытка подловить его могла бы пройти вполне удачно, но реакция, мягко говоря, последовала неожиданная.

Он повторно фыркнул, задрал голову и собрался уходить. Я подметила, что вампир как-то странно передвигается. Куда-то подевались легкость, плавность его движений.

— С тобой что-то не так! — догнала его я. Он упрямо шел к скверу, не обращая на меня внимания. — Что случилось?

Куран молчит и идет, не желая признаваться. Думал, я от него отстану? А не надо было тогда приходить! Я схватила его за руку, дернув на себя. Парень нервно стиснул зубы, закатил глаза и подавил тяжелый стон. Я перепугалась не на шутку.

— Да что с тобой?! — это прозвучало очень угрожающе, и Куран, обернувшись, заявил сквозь зубы: "Ничего!". Кто ему поверил? Лично я — нет!

— А ну стой!

Но подлый вампир остановился только возле самой дальней скамейки, укутанной пушистыми кустами. Он устало присел и опустил голову.

— Мне из тебя правду клещами вытаскивать? — разозлилась я, и тут меня осенило, что вместо клещей есть другой и очень действенный способ — магия! Осталось только почувствовать ее накопление на голосовых связках и пожелать: — Говори правду! Что с тобой?

Он был бы и рад порвать меня на ленточки за очередное надругательство над его волей, но честно признался: "Ранен". Сердце сжалось. Я прекрасно знала, что любые царапины, серьезные раны и нет заживают на вампирах лучше, чем на собаках! Уж если у него такой поганый вид, значит Курану действительно очень плохо.

— Показывай! — я без спросу бросилась к нему, выправляя рубашку из штанов, расстегивая пуговицы, чтобы увидеть то страшное ранение. Вампир впервые за вечер рассмеялся, перехватывая мои руки у своей груди.

— Дина, раны на спине. — Отчего-то веселясь, проговорил он, заглядывая мне в глаза и продолжая удерживать руки. Я смутилась.

— Ну, так бы сразу и сказал!

Я обошла его, встав за спиной. При этом он продолжал держать мою руку. Потом, видимо, опомнился и отпустил. Вампир быстро расстегнул пуговицы, чтобы я смогла приспустить рубашку с его плеч и рассмотреть воистину жуткие отпечатки когтей. В ранах даже трофей нашелся. Наверное, он-то и причинял большую боль вампиру.

— Вся спина исполосована! — вздохнула я, накрывая нас куполом невидимости и выпуская магического светлячка для подсветки. — Чьих лап дело?

Если так присмотреться, то тот, кто царапал, должен был хорошенько обхватить Курана, стоя прямо перед ним лицом. Что в адекватном состоянии вампир вряд ли допустил бы.

— Демона, — ответил парень.

— Скорее демоницы, — поправила я, и подозрительная тишина натолкнула на мысль, что я не просто права! — Я так понимаю, ты развлекался, как мог, пока меня не было! Что, более-менее приличных девушек в округе не нашел?

А потом, присмотревшись к краям ран, разозлилась еще больше и затрещину ему отпустила. Вампир вскочил на ноги, рыча, но сдерживаясь. Разгневанный, шипел несколько минут, ругался на французском, а потом обратил внимание на мою абсолютно невозмутимую физиономию.

— За что? — сжимая остатки воли в кулак, чтоб не убить ничтожную девку, прошипел он.

— Сядь, я сказала! — подавляя страх перед ним, приказала я, и голос почти не дрожал. Куран пребывал в замешательстве. С одной стороны ему хотелось расчленить наглую ведьму, позволившую себе отпустить главе влиятельного клана затрещину. С другой — понимал, что помощи искать негде и не от кого. Куран послушно сел.

— Это ревность? — вернул самообладание, а заодно и сарказм парень.

— Не говори глупостей! — фыркнула я и чуть не стукнула второй раз. — В какой момент ты понял, что она хочет тебя убить? Хотя, нет. Не говори! И так догадываюсь.

Послышался смешок, за что я нещадно и подло ткнула пальцем по ране, и вампир дернулся, зашипел, снова выразившись о моей без сомнения "доброй личности" изысканными французскими словечками. Пусть радуется, что я в школе английский учила, а не его родной язык! А то получил бы таких пилюлей, лечебных!

— Дурак! Сколько дней ты проходил вот так, а? — лично я подозревала, что три-четыре.

— Три, — выдал он и получил еще одну затрещину, но не попытался меня убить, а только громко выругался, обернулся, одарив уничтожающим холодным взглядом, и снова отвернулся.

— Слушай, я попробую вытащить эту гадость, а ты постарайся расслабиться! — и я придумала очень миленькую анестезию. — Держи. Прислони к уху и слушай!

В его широкую ладонь перекочевала та самая ракушка, которую я заколдовала, утащив с моря частичку прибоя. Он мог бы уже и не удивляться, услышав там не воображаемый, а самый настоящий шум моря и крики чаек!

— Закрой глаза! — он удивленно заморгал, но послушался. Я прислонила ладонь к его векам, даря запомнившуюся мне картинку пляжа и волнующегося моря, постоянно находящегося в движении, его слегка розоватых волн на закате. Куран улыбнулся. Потянул носом, наверное, чтобы вдохнуть соленый воздух. Однако пришлось дышать чем есть, так как прихватить с собой еще и это я не додумалась. Но внезапно вампир скривился и уже более серьезно заговорил:

— Ты виделась с кем-то. Недавно. С мужчиной. Отвратительный дешевый дезодорант. — Поморщился он, оскорбив запах моего парня.

— Не твое дело! — обсуждать Артема с Кураном желания не было. Почему-то вообще думать о своем парне не хотелось. Ведь мысли о нем вселяли в сердце отвращение, боль и тревогу. — Не отвлекайся!

На его когда-то красивую спину было страшно смотреть. Края ран воспалены — регенерация наталкивалась на какое-то препятствие. Исцарапала его барышня прилично — живого места нет, будто хлыстали шипастым кнутом.

— Удивительно, что у тебя температуры нет! — тяжелый вздох выдал новую информацию: температура была, и явно не маленькая. Тихо ругаясь про себя, я сжала зубы и попробовала проделать фокус, натренированный на племяннике и Римме. Представила, как все мое желание жить сгущается на руках, а те становятся едва прозрачными из-за слабого теплого красноватого свечения. Теперь главное удержать это состояние и, не касаясь, вытянуть коготь из одной раны. Я пришла к выводу, что выдернуть инородное тело нужно резко и быстро, поэтому с помощью магии просто дернула коготь на себя, призвав его как магнит. Куран шумно выдохнул — все же ему было больно.

— Прости, — испугалась я, — Больше не будет больно! Я постараюсь!

Нервничая, я даже губу прикусила и снова сосредоточилась на своих ладонях и его ранах. Не знаю, сколько прошло времени, но, кажется, много. Раны были почищены, залечены и затянулись. А шрамы, думаю, сойдут сами собой, когда вампир перекусит. У них это вроде правила: ранили — поешь! Когда они питаются чужой кровью, то даже самые смертельные ранения заживают и вампир выздоравливает.

Меня врачевательство вымотало настолько, что чувствовала себя как выжатый лимон. Руки болели, словно я гири подымала. А мой пациент вел себя слишком тихо. Я даже испугалась, как бы не навредила ему…

Обошла лавочку. Всмотрелась в безмятежное лицо и поняла, что он спит, прижав мою ракушку к уху. Не мудрено — три дня таких мучений!

Присев перед ним на корточки, я хотела отобрать у него ракушку. Но засмотрелась: ни одной морщинки на лице, глаза закрыты, губы расслаблены, несколько локонов игриво спадают лоб. И главное — его мимика в этот момент! Он был беспечен, нежен, красив. Он больше не напоминал каменное изваяние или ночного монстра, которому я задолжала свою душу. Нет! Скорее — шедевр неизвестного художника. В общем, будить спящего красавца я не стала. Просто сидела рядом и смотрела. Жалела, что не взяла телефон, чтобы хоть на него заснять эту очаровательную картину. Наверное, если бы умела рисовать, то Куран стал бы моим любимым персонажем и натурщиком (ну, если бы согласился!).

Неожиданно он сам открыл глаза. И в этих карих безднах яростно горели два смешанных чувства: испуг и злость.

— А ты такой милый, когда спишь! — наверное, этого не стоило говорить, потому что вампир тут же вскочил на ноги и умчался прочь не попрощавшись, даже спасибо не сказал. — Обидно и странно…

Остаток вечера я думала о загадочном поведении Курана. Много раз возвращаясь к тому моменту, когда он поднял на меня испуганные глаза. И старалась даже не представлять, чем сейчас занимается голодный вампир.

Это был не последний сюрприз! Утром, шагая на работу, я столкнулась с Русланом. У него, похоже, уже в привычку вошло сидеть под собственным домом на скамейке, изображая из себя печального и одинокого, приговоренного к смертной казни.

— Ну здравствуй, князь Гвидон! — нарушила его печальные мысли я, поглядывая на часы и прикидывая, сколько у меня есть времени, чтобы выслушать несчастного капитана. — Ритка опять что-то во сне подсмотрела?

— Привет, Дина! — кивнул он. — Нет. Все хуже.

— Руслан, признавайся!

— Не могу! Это секретная информация. — Замотал головой мужчина.

— Так! Я с тобой спорить и препираться не собираюсь. У меня просто нет на подобное времени! В восемь вечера жду тебя здесь же! Устроим шабаш!

— Чего? — обалдело захлопал короткими ресничками Руслан, не представляя, чего и ожидать от сборища ведьм. Он себе, бьюсь об заклад, вообразил в точности, как описывают книги: Лысая гора, козел в центре, и голозадые пляски… Я не стала его разочаровывать.

— И козла где-нибудь найди! Черного!

От такого вот замечания капитану стало совсем дурно. Слава Богу, ему не пришло в голову поинтересоваться зачем! Ведь сама не знала, как объяснить — ляпнула из вредности. Вот могла бы и хомячка или курицу попросить. Нет! Козла подавай!

Далее все было еще хуже! Во-первых, мне позвонил Леха и пригласил на день рождения. Я знала, что будут там байкеры, рокеры, ролевики и прочие, поэтому подумывала, как бы мне потом добраться до дома в адекватном состоянии. Идти туда одной плохо для организма. Обязательно нужно взять с собой человека, который будет за мной присматривать и вместо меня отказываться от спиртного. Я позвала Артема составить мне компанию. Он согласился, хоть и смущался, ведь совершенно никого не знал из шумной компании моего товарища музыканта. Во-вторых, до вечера я выслушивала все сплетни, собранные за десять дней моего отсутствия.

— По тебе Игорь соскучился, — поведала Кристина, переходя от одной новости к другой. — Заглядывал несколько раз, спрашивал, когда ты появишься. И когда слышал, что не скоро, такой печальный уходил! Он, наверное, даже в календаре отмечал дни до твоего возвращения!

Ну, может, и делал такое. Жаль мне его. Хороший ведь парень! И за что он мне нравится, Игорь никогда не приставал, ничего не требовал. Он просто приходил, садился на стульчик в уголке и любовался. Просто золото, а не ухажер! Сладенькое приносит, ненавязчивый, мягкий, простой парень без заскоков!

— А еще здесь был Гена, и тоже тобой интересовался! — выдала Кристя, а я чуть головой об пульт не ударилась. Коллега рассмеялась, увидев мою перекошенную мордашку.

— Лично я голосую за Игоря! Мне его кандидатура больше нравится! — рассмеялась девушка.

— Знаешь, я и так кое с кем встречаюсь, так что придется им обломаться!

Кристина придвинулась ближе, почуяв аромат веющей от меня сплетни, которую можно будет разнести по всему телецентру.

— И кто он?

Я только усмехнулась, не собираясь выдавать ей свою маленькую тайну.

— Ну и ладно! Когда-нибудь ты мне все равно расскажешь! — хмыкнула она. — Во всяком случае, я за тебя рада. А знаешь, у кого еще личное налаживается? У наших голубков — Темыча и Снежки! Да-да! Я недавно видела, как они шептались около студии.

У меня челюсть отвисла. Сердце заколотилось так сильно и больно, что захотелось заткнуть уши, лишь бы не слышать…

— А вечером они вместе домой пошли!

Все! Покой рухнул и разбился в мелкие щепки. Теперь понятно, почему он не звонил так долго, почему на сообщения не отвечал.

Вокруг действительно начали падать предметы: с полок полетели диски, разбиваясь коробками о пол. Пульт зашипел и отключился. Из аппаратной примчалась перепуганная Люда, полезла к рубильнику. Поняла, что его трогать бесполезно. Схватила пленку с классикой и помчалась спасать положение из другой студии. Кристина тоже завертелась, не зная, чем помочь. А у меня тряслись руки. Я задыхалась…

Аппаратуру наладили. Эфир потек привычной мягкой волной. Только моего равновесия никто не мог вернуть…

— Эй! Мужчина с козой! — Римма рассматривала Руслана, поджидавшего нас у подъезда вместе с черным рогатым на поводке.

— Привет! — нервно подергивая ремень, кивнул нам капитан.

— На выгулку? — поинтересовался Сашка, тоже осмотрев экзотического домашнего питомца.

Руслан неуверенно глянул на меня.

— Это я сказала его привести! — прошипела злая сегодня ведьма. — Мы на нем кататься будем! Оседлаем сейчас и кого-нибудь прокатим. Либо попросим забодать кого-то…

Последнее мне нравилось больше. И я даже знала, чью именно примечательную заднюю точку нужно "подровнять" двумя рогами!

Объяснять, что я шутила, не пришлось. Друзья только как-то уж слишком иронично покосились на меня, поняли, что я не в настроении, и решили не доставать. А спустя двадцать минут, укрывшись пологом тишины, мы все же прослушали повесть: "Почему полиции жить тоскливо…".

— Тот наркопритон, который вы разогнали, и те трое, которых мы поймали в стрип-клубе, ходили под одним человеком. Влиятельным. Коля Косолапый хотел передать диск с записью шантажа этой влиятельной личности. Я видел его, и еще двое моих коллег, плюс один знакомый адвокат. — Рассказывал Руслан, а черный козел флегматично уминал розы с палисадника бабули Наты, живущей на первом этаже. Она, собственно, была крайне возмущена наглым нападением на ее растения. Высунулась в окно и орала так, что слышали все соседи, да и улица. Все, кроме нас. Мы-то спрятались от посторонних ушей, и свои тоже оградили от ненужных звуков. А козла так вообще никакими бабами Натами запугать было нельзя!

— В общем, там тянуло на прилично за решеткой, с конфискацией имущества. Потому как к записи прилагались счета влиятельного лица и четкие указания на все махинации. А теперь пропадают люди. Бухгалтера, который сдал информацию в чужие руки, прикончили сразу же. Мы нашли ее тело на свалке за городом. Один из моих коллег несколько дней не появлялся на работе. Выяснилось, что он покончил жизнь самоубийством. Но я не верю. Это же бред! Как можно застрелить себя в затылок? А?

— Ну, если он был одаренным гимнастом, — выдал Марк, и все уставились на него, как на бесчувственную скотину. Демон тут же ретировался. — Тогда его точно убили!

Руслан скрипнул зубами. Он приближался к нервному срыву. Мы с Сашкой синхронно подумали, что неплохо бы нашего бравого капитана немного успокоить. И присев по бокам от него, положили ладони на его плечи. Обволакивающее, славное, нежное, мягкое, как покрывало, волшебство перетекло из пальцев, поглощаясь усталым организмом человека. Капитан успокоился, разжал кулаки.

— Начальство усиленно все скрывает. Делу не дают ход. Диск исчез из хранилища. А Рите звонят неизвестные и запугивают. Она уже третью ночь спит только под воздействием снотворных.

— Кто этот милый дядя? — спросила я, чувствуя, что узнаю имя гаденыша, и пойду его убивать!

— Политик. Депутат. Иван Брудный. Знаешь такого? — Выдал Руслан.

— Познакомимся! — заверила я.

Демоны и оборотень просияли такими кровожадными зловещими улыбками, что видел бы их сейчас персонаж нашего диалога, и сразу бы вызвал нотариуса, а заодно и сбегал бы в церковь исповедаться, место для могилки подыскал. В принципе, я непроизвольно повторила мимику друзей. Ведь думали мы об одном и том же!

— Русь, а шел бы ты домой! Выспаться тебе надо. Ритка, наверняка, ведь волнуется! — подтолкнул к дому капитана Сашка.

Мужчина после наших магических вливаний побрел к подъезду, как сонная муха, так и оставив козла в палисаднике соседки. Нам же этого рогатого монстра пришлось тащить с собой на операцию, названную "Операцией Пи". Почему "Пи"? Ну, можете представить себе, какие словечки зазвучат из уст депутата, когда мы явимся к нему среди ночи, в его повышенно охраняемое обиталище! А мы явимся, можете не сомневаться! Ведь узнать, где проживает Иван Брудный, компьютерному магу не составит труда.

Пока он занимался поисками, я поставила защиту на квартиру Руслана от пуль, грабителей, злобных мордоворотов и представителей всяких косметических фирм (Ритка жутко злоупотребляла женскими безделушками, не в силах отказать самой себе).

— Все! Нашел! — обрадовал предвкушающую компанию Сашка, выписывая адрес на листок. — Ну что? Сходим пожелаем Ивану Ивановичу доброй ночи, спокойных снов?

Демоны клыкасто усмехнулись, и наш клуб чокнутых повел сопротивляющегося козла за собой к самому дорогостоящему и элитному району города.

Глава 14. Кошмары ночные — совсем как живые…

Иван Иванович Брудный чувствовал себя вполне защищенным в своем трехэтажном шикарном особняке, напичканном видеокамерами. По двору бродили злые и голодные сторожевые псы. А следом за ними — ничем не отличающиеся телохранители. Иван Иванович считал, что ему дозволено если не все, то… В общем, верил, что за ограничения кого-то его святейшество, господин и повелитель человеческих судеб, Иван, покарает! Короче, с самомнением у дядьки все было в норме — слегка заоблочно!

Он уже представлял себя в кресле какого-нибудь столичного министра. Наверное, даже ощущал, как краденные из казны деньги отяжеляют карманы. В общем, сны его были очень радужными, почти вещими, но точно перспективными!

Рядом с полным, стареющим мужчиной, лелеющим Наполеоновские планы, спала скромная такая себе модель двадцати пяти лет от роду. И она в своих сновидениях купалась в роскоши, бродила по бесконечным лабиринтам торгового центра с неиссякаемой золотой картой, скупала самые дорогие и шикарные наряды, драгоценности, туфли, сумочки… Короче, блондинистый шопоголик мирно дремал, положив тонкую ручку на бедро мужа, где теоретически должен был находиться все тяжелеющий от краденых денег карман.

И вот во всей этой благостной тиши, совершенно не обращая внимания на многочисленных охранников, собак и прочих-прочих, на территорию пробрались пятеро совершенно ненормальных личностей, зачем-то приволокших с собой черного козла…

— Будьте добры, не тяните на себя одеяло! — совершенно не знакомый мужской голос, раздавшийся у самого уха, разбудил не только Ивана Ивановича, но и его супругу. Когда хозяин дома открыл глаза, то просто обомлел, увидев в своей постели развалившегося наглого мужика, к которому прижималась его молодая супруга. Та, в свою очередь, ошарашено глядела на незнакомца, но явно ему симпатизировала, так как ручонки свои с подтянутой мужской груди не убирала. Иван Иванович уже было заподозрил жену в неверности.

— Вы кто? — сцедил сквозь зубы рогатый муж, дабы уточнить фамилию, имя, отчество, которые следует написать на могиле посягнувшего на покой его семьи.

— Налоговая! — честно признался скалящийся рыжий нахал, стягивая на себя все одеяло. — Вы не заплатили налоги, так что спать спокойно у вас не получится! Мы вводим практику услуг на дому. Я отныне буду мешать вам отдыхать. Так что я у вас надолго! До тех пор, пока все не выплатите!

От такого у Ивана Ивановича просто челюсть отвисла! Это ж надо придумать! Он было хотел вытолкать подлеца из комнаты, отдать его на растерзание охране и собакам, но наглая морда просто перевернулась на другой бок, подмяла под себя пышный бюст жены, как подушку, и прикрыв глаза блаженно задремала. Политик таки пнул гада чуть пониже поясницы.

— Любезный! Вы мне мешаете! Еще один такой выпад, и скоро вас навестят господа из службы безопасности! — злобно зыркнул на хозяина дома незнакомец из налоговой, и тут распахнулись двери… В спальню ввалилась странная девица в солнцезащитных очках и верхом на черном козле.

— Что, Иван Иванович? — сузила хитрые глазищи она, спустив очки на кончик носа. — Деньги не платите в казну, людей запугиваете, махинации проворачиваете? Совесть потеряли? Так мы ее найдем!

Под кроватью что-то зашевелилось. Жена политика взвыла и тихо всхлипнула, но потом успокоилась — уж очень приятно ей было чувствовать себя подушкой в руках чокнутого незнакомца. Иван Иванович дернулся и схватился за сердце, когда с его стороны, откуда-то снизу стало подыматься клыкастое нечто, сверкая желтыми злыми глазами.

— Привет! — улыбнулось оно. — Я — совесть! Искали?

Брудной начал креститься и молиться, прося Господа прекратить этот воистину жуткий кошмарный сон. Но явно прочитавший его мысли нахал, ущипнул Ивана Ивановича за ляжку, доказывая, что происходящее также реально, как ночь за окном и деньги в шкатулке верхнего ящичка стола из красного дерева в дальнем углу комнаты. Взвыв от боли и злости, дяденька вскочил, метнулся к комоду, достал пистолет и наставил ствол на чокнутую компанию из налоговой.

— Всех перестреляю! — вопил он.

— Это вряд ли! — раздался голос, принадлежавший еще одному подозрительному парню, возникшему в дверях. Он что-то пробурчал, щелкнул пальцами и пистолет перелетел прямо к нему в ладонь. Иван Иванович чуть не потерял в этой суматохе собственную челюсть, а вместе с ней и достоинство едва не подмочил.

— Вы кто? — не переставал задавать глупых вопросов мужчина.

— Слушай, ну тебе же ясно все сказали! — подошла к нему Совесть и положила когтистую лапу на плечо. — Из органов мы! Ты давай завтра, прямо с утра, как умоешься, иди в милицию и честно там во всем признайся капитану Шкваренко. Только не забудь собрать кое-какие вещи, продукты, чтобы в тюрьме сидеть не холодно и не голодно было.

С Иваном Иванычем чуть не стался сердечный приступ. Он как-то опасно закатил глаза и решил завалиться на бок, а потом еще и прилечь на мягкий половой коврик. Но эти подлые и злые существа из "органов" подхватили Брудного, укладывая обратно в постель.

— Зачем же так нервничать! — приговаривала Совесть, склоняясь над ним и доводя несчастного до помутнения рассудка. — Завтра все закончится! Напишешь чистосердечное, и все станет на свои места.

— Нам пора! — напомнил странный парень, любитель щелкать пальцами, и положил пистолет на тумбочку.

Ночные гости засобирались, попрощались, даже наглец вылез из кровати и направился к двери. И только девчонка, въехавшая в спальню на козле, остановила коллег, взглядом намекая на животное.

— Ах да! — вспомнил о чем-то незнакомец, отбирающий оружие силой мысли. — Оставим, пожалуй, у вас нашего коллегу, Никодима Козлодоевича. Он проследит, чтобы вы не наделали глупостей! Смотрите, он у нас строгий!

— Да-да, — закивала Совесть. — Может и рогом в зад!

Иван Иванович непроизвольно ухватился за указанную часть тела, уже ощущая все прелести наказания. Представители непонятно каких структур кровожадно ухмыльнулись и вышли за дверь. Брудный полежал несколько минут, а потом вскочил и выглянул в коридор, но там никого не было. Жена вообще предпочла притвориться лунатиком, и с вытянутыми вперед руками прошаркала вниз, на кухню…

Утром же все охранники получили выволочку непонятно за что, ведь ни одна видеокамера так и не засекла неизвестных нарушителей спокойствия. А черный козел ходил за новым хозяином как привязанный и плотоядно косился на его зад. Но стоило Брудному только заикнуться о неблаговидных намерениях по поводу козлиных шашлыков, как Никодим Козлодоевич исчез из поля зрения, потерявшись в многочисленных комнатах и коридорах особняка.

Я думала, что после такого, Брудный либо попадет в клинику, либо… в другую — с врачами узкого профиля. Ну или таки прислушается и сходит в полицию. Но совесть он, видимо, потерял окончательно, так как вместо признания "подписал" приказ об уничтожении неосторожно упомянутого Риммой капитана Шкваренко и всей его семьи. Тем не менее, Ритке повезло. Во время покушения с ней была я. Мы гуляли вечером, и рядом притормозила машина с тонированными стеклами. Те, кто пытался нас украсть и надругаться, получили по липким ручищам. Правда, не учла я одного — магия против мужских кулаков совершенно бездейственна. Особенно в случаях, когда кулак попадает прямо в висок… Далее, как полагается, ко мне подкралась темнота и глухота и завладели всем моим телом на весьма продолжительное время, за которое нас с Риткой успели поймать, бросить на заднее сидение машины и вывезти за город, где на наши крики не должны были обращать внимания прохожие. Все это я поняла уже после попытки расплющить заплывшие глаза. А привел меня в чувство до боли знакомый рык… Звучал он над самым ухом, потому что производивший утробное рычание вампир придерживал мое вялое тело одной рукой, а второй лишал способности дышать бандитского вида мужика. При этом Куран еще и глазищами вращал в разные стороны, воспламеняя остальных членов группировки, пытавшихся к нему подступиться. Стоило чудо-парню отвлечься на пришедшую в себя ношу в моем лице, как бандиты, посланные надругаться, а потом и укокошить нас с Риткой, рванулись в атаку, но… с разгону налетели на выпущенный щит, отбросивший разбивших об него носы обалдуев на метр.

— Как ты? — прорычал Куран, искоса поглядывая на меня.

Я выровнялась. Обхватила его за плечи, чтобы позволить организму вернуться в тонус. Постояла так, прикрыв глаза и прогоняя головную боль.

— Можешь отпустить, — заверила его я, и когда крепкая рука соскользнула с моей талии, пошатнувшись, все же стала на ноги. Огляделась, Рита лежала на земле, забытая и не тронутая, но слишком уж бледная. Я даже испугалась, дернулась к ней, но вампир остановил.

— С ней все в порядке. Обморок. Никто не тронул! — пояснил он, продолжая удерживать горло бандита. Тот уже синел, даже не трепыхаясь, в стальной хватке.

— Не убивай! — оборвала на желании поразвлечься упыря я, и, выпустив кипящую внутри от злости магию, приказала мужикам подняться, выстроиться в шеренгу, выровняться по стойке смирно и выдать мне главаря. Послушные повелению Вселенской высшей силе, какими бы они ни были упертыми, бугаи повиновались, сами тому немало удивляясь.

— Что ты собираешься делать? — вампир выглядел немного скучающим, ведь подлая я прервала такое веселье, как расчленение живых тяжеловесов.

— Садись за руль! — было ему ответом. — Эй ты, главарь недобитый! Да! Лезь в багажник — почувствуй себя заложником!

Короче говоря, мы с Кураном спустя каких-то три часа подъехали к управлению, в котором служил наш дорогой друг капитан Шкваренко. И произвели там просто фурор среди служивых. Больше всего им понравилось выступление моих подопечных, по команде "Ать, два, левой, правой. Сели в уголок и написали признание" — исполнивших все синхронно и чинно, словно всю жизнь тренировались, занимаясь групповым плаванием. Правда слезы и маты, доносящиеся в мой адрес, прошли мимо ушей и внимания окружающих. Только меня такое не этичное поведение бесило, и пришлось мальчикам смолкнуть, переживая за целостность языков, на которых начали уже выступать типуны и язвы. А вот Куран, шествующий следом за мной с бледной и немощной ношей на руках поразил в первую очередь самого Руслана, выскочившего из кабинета нам на встречу. У него был синяк на пол физиономии, рассечена бровь, опухла губа и, в довершение ко всем бедам, полицейский придерживал перебинтованную руку. Понятное дело, что господин Брудный решил избавиться от него, но капитан чудом остался жив.

— Что?.. — бросился к вампиру мужчина.

Ритка пришла в себя, грустно посмотрела на любимого, сползла с рук Курана и повисла на шее капитана.

— Нормально с ней все! — буркнула я.

— На нас напали… — промямлила Рита.

Руслан устремил ко мне полный признания и обожания взгляд, наверное, и орденом бы наградил за спасение возлюбленной. Но мне медали вешать уже некуда!

— Что это? Тебя ранили? У тебя кровь на виске! Пойдем, отведу тебя к нашей медсестре.

Только сейчас я поняла, почему так сильно у меня болела голова! Оказывается, был разбит висок. Кровь уже запеклась. Пол лица опухло. Странно, что вампир даже внимания не обратил, когда свежие капли текли, и мне ничего не сказал. Этот факт меня очень удивил. Но Куран никак не отреагировал на мой провокационный вопросительный взгляд — только хмыкнул, дескать: "За кого ты меня принимаешь?".

— Русь, я сама как-нибудь справлюсь. Лучше вон оформи на постой гоп-компанию. — Я кивнула в сторону поникших, испуганных и молчаливых бандюг, сообразивших, что они конкретно попали и никакие силы мирские — деньги, власть, страх — им не помогут избавиться от меня. А я уж лично проследила, чтобы они честно во всем признались в письменном виде, настрочили краткую историю знакомства и работы с товарищем Брудным.

— Ну все, — как-то устало выдохнул Руслан, оглядываясь на пристроившегося позади меня у стены вампира. Куран, видимо, вызывал в нем противоречивые чувства благодарности и панического ужаса. — Остается только поймать этого гаденыша и посадить!

— Ну и проследить, чтобы языкастые пособники руки на себя не наложили в камерах! — подтвердил коллега капитана, стреляющий в меня совершенно непонятными и неприятными взглядами. — Или чтоб на них никто руки не наложил…

— Иван Иванович сейчас к вам лично явится! — заверила мужчин я, прикрыла глаза и выпустила душу на свободу. Она поднялась над телом, ужаснувшись бледному, помятому виду собственного вместилища. Скользнула мимо вампира, внимательно посмотревшего на замерший перед ним комок едва заметного света, словно он видел мою душу. Мне стало интересно, почувствует ли он меня, и я прикоснулась к нему, легонько притронулась к щеке. Куран удивился ощущению, бросил взгляд на мой смертный облик, но не решился тревожить. Так, немного поиграв, дух покинул кабинет и здание. Пронесся над улицами и домами, устремился к высокому зеркальному дому. Потянулся к душе рогатого животного…

Иван Иванович сидел в своем офисе, в кожаном мягком кресле и посматривал на мобильный телефон, подозрительно помалкивающий на гладкой поверхности стола. Он ждал важного звонка. Точнее отчета от своих ребят, которым было поручено очень важное дело — избавиться от мешающих планам "мух". К сожалению, одно из насекомых оказалось осой и выжило, когда ее пытались пристукнуть мухобойкой. Господин Брудный уже размышлял над всеми возможными средствами убиения неугодных ему, как в приемной раздался дикий визг молоденькой секретарши. А потом двери кабинета разлетелись в мелкие щепки и, попирая их копытами, на пороге появился сам Никодим Козлодоевич. Был он сердит, сверкал багровыми глазами и опасно тряс рогатой головой.

— Бе! — поздоровался гость, указывая рогами на Ивана Ивановича, уже вскочившего со своего кресла и взгромоздившегося на столе — будто там от разъяренного козла можно было спрятаться!

— Бе! — шагнул вперед Никодим Козлодоевич и более угрожающе повторил свое требование сдаваться и отправляться в управление: — Бе!

Брудный дотянулся до пистолета. Но рогатому было плевать и на оружие, и на пули, отскакивающие от него, и на высоту — он прекрасно прыгал, а еще лучше бодался…

— Сумасшествие! — выразил обуявшие его эмоции коллега Руслана, наблюдая из окна, как криминального авторитета давит более претенциозный рогатый монстр.

— Такого я еще не видел! — не скрывая усмешки поддержал полицейского вампир.

Все отделение высыпало во двор, любуясь работой Никодима Козлодоевича, гордо шествующего с рогами на гало! К сожалению, пули от него на самом деле не отскакивали, и героическое животное было ранено. Однако, после того, как Брудный подписал собственное признание во всех грехах, полицейские взяли опеку над козлом на себя и даже выделили ему уголок, признав в Никодиме талисман всего управления. Они залечили его боевые раны.

После этих фокусов Куран глядел на меня смущающим блестящим и пристальным взглядом.

— Я был прав! С тобой просто не соскучишься! — сделал комплимент он. — Если ты сама не найдешь неприятности, то они найдут тебя. А потом ты еще и перевернешь все с ног на голову и наивно заявишь, что так оно и было.

— Можешь не язвить сегодня? — обиделась я. — У меня голова болит, и вместо достойного ответа могу только маты выдать. А я сомневаюсь, что ты хочешь подобное выслушать!

У него испортилось настроение. Насладиться его обиженной физиономией я не успела — в глазах потемнело и я упала прямо на руки Курану.

Вампир тем вечером терпеливо нянчился с измотанной ведьмой, как с внезапно свалившимся наследством подозрительно потертого и поношенного вида: вроде, и выбросить жалко, и продавать бессмысленно. Короче, он позволил мне валяться на своих коленях, пока голова не перестала кружиться.

Мы расположились на скамейке в парке около ставка. Дядя Зеленый угомонил расквакавшихся лягушек, чтобы не мешали бедной мне отдыхать. Куран укрыл меня своим пиджаком, боясь, что я простужусь, заболею, и ему опять придется коротать неделю одному в мрачном склепе.

— Это ведь ты была там, когда колдовала? — спросил, нарушив тишину, он.

— Когда? В отделе? Ты меня видел?

— Не уверен, что видел. Скорее почувствовал. — Сказал парень и притронулся к щеке.

— Что это было за чувство?

Вампир задумался. Сбросил меня со своих колен и пропал в неизвестном направлении. Вернулся через минуту с бутоном розы в руках и провел им по моей щеке.

— Приятное ощущение! — поняла я его наглядную демонстрацию, и как только он сел, опять воспользовалась его ногами вместо подушки. — Слушай, объясни мне, почему ты все время одеваешь вещи пастельных тонов?

— Тебе не кажется, что вампир, разодетый как попугай, выглядел бы по меньшей мере странно? — съязвил он.

— Но почему, к примеру, не черный? — не отставала я.

— Тебя не устраивает мой внешний вид? — нахмурился парень.

— Очень даже устраивает! Просто интересно! — проигнорировала его самодовольный взгляд я. — Но когда ты был в черном, то выглядел очень даже…

— Сексуально?

— Загадочно!

— Влюбляешься? — склонился надо мной он.

— Еще чего! — фыркнула я и натянула его пиджак повыше, чтобы скрыть лицо. — У меня, между прочим, парень есть!

— Что ж ты не с ним? С этим счастливчиком, от которого несет дурным вкусом и дешевым дезодорантом!

— Не наезжай на моего парня! — чисто автоматически обиделась я, попыталась встать, но мир устроил такую круговерть, что мой вестибулярный аппарат напрочь отказался функционировать.

— Сейчас я бы мог тебя запросто убить! — задумался Куран, поймав меня и удерживая от очередного падения. — Слабая, практически беззащитная ведьма…

— Я сильная! — промычала я, крепко зажмурившись.

— Нет! Я сильнее! — слишком уж весело заявил он, и вместо того, чтобы привести свои угрозы в исполнение, понес меня домой. Странный вампир — нечего сказать!

Глава 15. От смеха к слезам

Маринка съехала от нас на квартиру к новому возлюбленному. Этого парня одобрили и мама, и папа. Но вот с малым мне расставаться было как-то грустно. Я уже привыкла, что все толкутся в моей комнате, гоняют Холодца и Ваську. Кстати, кот и домовой несмотря ни на что тоже горевали и пили… Много! Я даже подумывала, а не стоит ли поискать какую-нибудь лечебницу для шерстяных алкашей. Хотя в тайне от всех подумывала, как не запить самой. Ведь на фоне личных проблем остальные кажутся просто трагедиями. Спасали от губительных мыслей друзья. К примеру, Лизка с Риммой уговорили меня на очередной девичник. Под плеск шампанского и живую музыку, а также ароматную пиццу, вкуснейший торт и коробку моих любимых конфет убедили меня, что слухи об Артеме и Снежанне — глупости. Ведь сам парень их не подтвердил. Я его на горячем не застала, следовательно — не нужно принимать все близко к сердцу и страдать раньше времени. Артем действительно вел себя как обычно и пояснил "для особо одаренных", что с бывшей девушкой и раньше общался вполне по-дружески. На том я и успокоилась. К тому же, мой парень пообещал составить компанию на торжестве в честь дня рождения Лехи. Однако, уже за час до отъезда Артем позвонил и сказал, что планы изменились — ему, видите ли, срочно нужно встретиться с мамой. Я, естественно, расстроилась, но пропускать веселье не собиралась, и из вредности решилась еще и вечером покутить немного с друзьями.

Праздник удался на славу — о чем можно было судить по расплывшейся туши на моем лице. Я ехала домой, а люди косились на меня, явно воспринимая черные разводы на щеках, как свидетельство глубочайших страданий. На самом деле, меня заставили хохотать до боли в ребрах. Именинник и его друзья отличались особой живостью фантазии. Это проявилось в выборе подарков и их преподнесении: к примеру, торт выглядел, как блины, политые сгущенкой, и в нем торчали 25 свечей… 26-ю свечу подарили отдельно, так как предназначалась она не для украшения, и поджигать ее нельзя. Намекну, что свеча должна применяться была в медицинских целях. Леха, конечно, посмеялся, но странный подарок выкинул в кусты. Потом мы играли в фанты. И это превзошло все возможные ожидания. К примеру, я раньше думала, что дыхание "рот в рот" должно быть более приятным для жертвы. Но либо мой "спаситель" слишком старался, либо я отчаянно сопротивлялась (подозреваю, что для начала надо было нахлебаться воды и быть в бессознательном состоянии, а не абсолютно здоровой, как я в тот момент), но вдыхаемый в меня со всей силы воздух заставлял задыхаться и отбиваться. В общем, я почувствовала себя на месте воздушного шарика, который пытается надуть человек с добротными легкими…

Небольшая порция спиртного взбодрила организм, и я буквально летела на трамвайную остановку, глупо хихикая при воспоминании о всяческих шуточках, которые отпускались ролевиками и байкерами. К счастью, нужный мне транспорт как раз собирался двигаться с места, и я успела вскочить на ступеньку вагона. Двери захлопнулись… И я увидела Артема. Он тоже увидел меня. Он был не один — рядом сидела Снежанна.

Лица коллег потеряли приветливость. Их глаза в попытке избежать столкновения взглядов выискивали хоть что-то интересное в описании маршрута трамвая N 3. Я была девушкой воспитанной и, собрав чувства в кулак, подошла поздороваться.

— Привет.

Застуканные любовнички натянули улыбчивые маски. Артем старался выглядеть как можно повседневнее.

— Привет! Как день рождения?

— Замечательно. Народ не из цивильных, ролевики. С ними не соскучишься! — как можно бодрее отозвалась я, краем глаза поглядывая на упорно не замечающую меня Снежанну.

— А как твоя встреча с мамой? — мне вдруг вспомнилось, что разговаривая со мной по телефону и отказываясь составить компанию на дне рождения, он изумительно отмазался. "Мама" стрельнула глазами, ничего не сказала, но бьюсь об заклад, о многом подумала.

— Мама? — смутился уже бывший парень. — Нормально. Болеет. Хотел отвезти ее в больницу…

Мне было больно и противно смотреть на эту комедию, медленно превращающуюся в драму.

— Ладно. Увидимся. Пока. — Я выскочила на следующей же остановке. Руки тряслись, ноги несли вперед, срываясь на бег так, что я чуть не проскочила свой подъезд. Домой в таком состоянии было идти нельзя и я, вспомнив былое прошлое, поднялась на этаж выше к старинной подруге детства. Ларочка открыла дверь и, увидев мое лицо, все поняла без объяснений. Наскоро обувшись, она вышла со мной во двор, где мы уселись на скамейке и, лузгая семечки, болтали о парнях. Как выяснилось, у нее тоже не складывалось с личным. Ее парень вел себя не менее странным образом, чем мой бывший: наговорив девушке кучу глупостей про любовь, он все же ее бросил, отдав предпочтение не кому-нибудь, а двоюродной сестре Лариски. Две "покинутые клюшки" посмеялись над собой, вспомнили, как в детстве впервые влюбились в соседских мальчишек, обсудили, какими теперь стали наши первовлюбленности, и пришли к выводу, что мы все переживем!

Спокойная, но немного помятая, я пришла домой. Приняла ванну (с того дня, я слишком часто, чувствуя нестабильность настроения, закрывалась в ванной, стараясь прогнать дурные мысли ароматным паром), пообщалась с мамой и папой, провела по струнам гитары и увалилась на кровать, прижимая подушку, как спасательный круг. Сильная ведьма плакала, как обычная девчонка, долго, надрывно, прячась ото всех.

Мобильный пронзительно пищал, требуя обратить на себя внимание.

— Что? — как можно спокойнее спросила я у трубки.

— Мы уже в кафе, где ты? — бодрый голос Риммы нарывался на грубость.

— Я простудилась на этом проклятом дне рождения… — соврала я, и меня тут же ударило магическим импульсом, ведь врать своему шабашу не мог никто. — Голова болит. Я дома сегодня останусь. Позвоню, как приду в себя.

— Ты перепила, а не простудилась! — поставила диагноз подруга, подозревая что-то другое. — Мы сейчас купим чего-нибудь горючего и приедем тебя лечить!

Преданные друзья — это очень хорошо, но не в момент, когда не хочешь видеть ни одного человека на свете.

— Римма, прости, но я просто хочу поспать. Высплюсь и завтра буду как огурчик. Чесс слово! — пообещала я и услышала обиженный, удивленный голос подруги на другом конце провода:

— Ладно. Держись! — Она догадалась, что у моего желания выспаться совсем иные причины, но не стала доставать. Об этом, наверное, и Сашка уже размышлял, ведь отдачу от лжи почувствовали все трое.

Больше мне никто не мешал предаваться тяжким мукам и оплакивать свою нелегкую женскую судьбу. Но, видимо, подушке не хотелось пропитываться моими слезами…

Ко мне постучались! Встав с постели, шаркая тапочками по полу, я добрела до двери. Открыла — никого. Закрыла, собралась вернуться к своему "сопливому делу", но стук вновь раздался. Запоздалая догадка заставила ужаснуться. Стучали со двора, то есть в окно. Крадучись, я подошла к окну, резко распахнула шторы и увидела Курана. Тут меня осенило, что живу я на втором этаже, а вампир висит в воздухе. Перевесившись через подоконник, уверилась, что он просто стоит на крохотном парапете. Слава Богу, на улице никого не было и дурную выходку вампира никто не оценил.

— Чего тебе? — прозвучало мое стандартное приветствие на его появление.

— Мы же друзья, — заулыбался он. — Решил нанести визит вежливости.

— В пол одиннадцатого ночи? — если верить легендам, то это самое подходящее время для бодрствования упырей. Так что ничего необычного в явлении вампира народу в столь поздний час не было. Только у меня его навязчивость сейчас вызывала раздражение.

— Может, пригласишь меня? — намекнул Куран, на то, что без моего дозволения проникнуть в дом не может.

— Можешь присесть на подоконник, — снисходительно позволила я.

— Ты когда его в последний раз вытирала? — усомнился в моей хозяйственности вампир. Но уходить не собирался, продолжая стоять на парапете. Несколько минут мы пялились друг на друга, но в результате победил он. Знание о вампирах и прочем действовало на меня совершенно противоречивым образом: я распахнула окно шире, и с уст слетело здравомысленное: "Какого лешего делаю? — правда, потом я все-таки выдала. — Прошу!"

Вампир улыбнулся и перемахнул через подоконник, в миг оказавшись посреди моей комнаты, в то время как я ошарашено хлопала ресничками у окна, еще не сообразив, что произошло.

Куран ждал моих дальнейших действий. Я пожала плечами, тяжело вздохнула и поплелась к кровати. Он молчаливо наблюдал за моими медлительными движениями. Снова окинув его презрительным взглядом, я бросила унизительную фразу, ввергшую упыря в легкий ступор:

— Ботинки сними!

Он посмотрел на носки блестящей обуви. Понял, что стоит на ковре, но не догадался, что я то по нему хожу босиком чаще всего! В общем, нехотя он все же избавился от ботинок, небрежно оставив их там же, где стоял. После чего взгромоздился на краю моей кровати, умудряясь держать ровную осанку и горделиво вскинув голову. В легком отсвете луны его лицо казалось чарующе-привлекательным. Сумерки скрасили суровость. Я залюбовалась.

— Ты плакала? — следы подсохших слез не укрылись от острого зрения вампира, пришлось быстро выдумывать глупый ответ далекий от правды.

— Нет — бессовестно соврала я. — Соринка попала, в оба глаза… Такая большая…

— Не хочешь говорить, не надо! — не особо расстроился он, отвернувшись от меня и разглядывая обстановку моей комнаты.

— Зачем ты пришел? — гадкое ощущение, что моя бывшая Смерть за мной следил, закралось в душу и там скреблось как мышь.

Вампир позволил себе сесть поближе, и вроде бы как ненавязчиво пытался заигрывать. Оно и понятно. Красивый мужчина, от которого безумно хорошо и притягательно пахнет, находится на расстоянии поцелуя, — никакая другая на моем месте не устояла бы… А чокнутая на всю голову ведьма могла себе позволить нагрубить, вымотать красавцу нервы, — в общем, расслабиться как положено истеричкам.

— Говорю же, решил проведать друга, — с наивным выражением ангелочка на физиономии сказал вампир. — Зачем ты солгала?

— О! Начинается! Все-таки следил! — не выдержала я, надеясь, что он хотя бы не видел моей надрывной истерии. — Куран, вот скажи, тебе что, больше делать нечего?

Я насупилась, помышляя чем-нибудь в него швырнуть.

— Что за фамильярность? — Он заметил мое "упущение", но пока не придал этому должного внимания. — Тебе так нравится моя фамилия? — Тут вампир совершенно точно понял одну вещь. — Я же не говорил тебе! Друзья-демоны подсказали? Что еще они тебе поведали?

Вампир хищно осклабился и придвинулся ближе.

— Вот только не начинай! — я отсела подальше на всякий случай, если ему не понравится сказанное и, покопавшись в памяти, принялась перечислять: — Ну, рассказали, что ты из древнего рода, что все, кто с тобой связываются, умирают. Что ты у себя на родине периодически перевороты устраиваешь. Что тебя все ненавидят и боятся. А еще, что ты злобный, нудный, голодный вампир, подлый кровопийца, тиран и от тебя нужно держаться подальше!

Кажется, вкратце перечислила все. Но на всякий случай призадумалась, не упустила ли все эпитеты более-менее приличные из подобранных Марком. Честно говоря, я даже не догадывалась, что демоны могут так ругаться, когда мне в очередной раз описывали натуру упыря, требуя, чтобы я с ним порвала все связи. Хотя, учитывая многовековой жизненный опыт, они еще и не такие словечки знают! Надо как-нибудь поинтересоваться, несколько особо понравившиеся записать, а потом излить эту информацию на работе прямо в лицо Жанне. Может, так она скорее поймет, что ко мне подходить опасно.

У моего собеседника глаза округлились. Я подумала, что он разозлился из-за не лестного отзыва, а оказалось:

— А о том, что смертный, узнавший имя вампира, умирает, они тебе не рассказали? — пытался запугать меня Куран, я пожала плечами:

— Ну, знаю. Это мне еще до них рассказали.

Он был просто шокирован моим пофигизмом.

— Ладно, тебе можно! — сдался вампир, опустив плечи. — Учитывая наше совместное прошлое и то, что мы с тобой друг друга практически убили… Но ты же знаешь, кто я и что могу сделать! — снова осенила его гениальная мысль. — И ты пустила меня в свой дом? Не боишься?

Он подсел ближе, скорчил пугающую рожу — а ля "кровососущий упырь голодный 1 штука", — и выпустил клыки.

— Еще раз покажешь зубы в моем доме, и получишь подушкой по наглой морде! — смело отчеканила я, а вампир расхохотался, придя к выводу, что связался с лишенной рассудка. Я не оправдывала себя. Просто было безумно больно страдать в одиночестве, и с кем не хотелось делиться, так это с друзьями, и так натерпевшимися от меня всякого. Мне было за что себя казнить. К примеру, за глупость и наивность. Так что если бы он надумал меня укусить, я бы почти не сопротивлялась…

— Ты чокнутая! — радовался моему сдвинутому рассудку парень. — Водить дружбу с предателями-демонами, оборотнихой, пускать в дом собственного убийцу, вампира!

— Ты определись, кто ты! — остановила поток открытий я, злобно впившись в него взглядом. — Друг или убийца? Знаешь ли, это вещи исключающие!

— Как мы заговорили! — язвил он.

— Если тебе что-то не нравится, проваливай! — не выдержала я. Для полного счастья мне как раз только издевок вампира не хватало! Он перестал паясничать, внимательно всматриваясь в мое лицо.

— Прости! — неожиданно прозвучало сорвавшееся с его уст такое искреннее слово, что я чуть не потеряла остатки своего дырявого разума. — Таких, как ты, мне еще не доводилось видеть!

Вопреки установленному правилу (клыки он не показал), я все же швырнула в него подушкой, мстя за свою честь — честь очумевшей ведьмы.

— Я же не показывал зубы! — перестав ухмыляться, промямлил вампир, отнимая подушку от лица. Он был зол.

— Знаю. Ты своим хохотом родителей разбудишь! А как мне потом объяснить, откуда в моей комнате взялся мужчина среди ночи?!

"Явление мужского пола" ехидно улыбнулось, придвигаясь ближе, как змей к Еве в райском Саду. Наверное, был в курсе, что на свои апартаменты я давно поставила полог тишины. Происходящее за пределами спальни могло просочиться, а вот звуки из моей комнаты — нет.

— Ну, ты же девушка взрослая!..

Судя по тому, что эта наглая вампирская рожа все время ухмылялась и смеялась надо мной, его бессмертная жизнь удлинилась этак вечности на две, если такое возможно.

В коридоре послышалось шарканье. Маме не спалось, и она как раз намеревалась со мной пообщаться.

— В шкаф! Быстро! — рявкнула я, и краем глаза заметила, как у моего аристократа медленно отваливается челюсть.

— Ты с ума сошла? Дешевых фильмов насмотрелась? — он не просто отказывался прятаться, но даже отвергал саму идею.

На убеждение вампира оставалось всего несколько секунд. Я посмотрела на него так, как когда-то глядел он — с желанием убить. Куран понял, что шутки кончились, и либо он добровольно трамбуется в моем крохотном шкафу, либо я запихиваю его туда по частям! Видимо, еще и задумался: "Действительно, как же объяснить женщине, что такой мужчина как я делает в комнате ее дочери, особенно при том, что вошел я не через дверь…".

— Давай дуй в шкаф! — настаивала я. — Мою вменяемость обсудим позже, если тебя моль не съест!

Мама впервые в жизни возвестила о своем появлении стуком в дверь, чего в нашей квартире никогда не практиковалось. Наверное, моя печальная физиономия ее насторожила. Прежде чем открыть, я оглянулась — Курана не было. Выдохнув, открыла. Сонная мама, не обращая внимания на стоящие посреди ковра дорогие мужские ботинки из светло-коричневой кожи, прошагала до моей кровати и присела, призывая к тому же меня. По дороге я запинала обувь под стол. Меня обняли, как маленькую пятилетнюю девочку, поглаживая по головке.

— Вы поссорились с Артемом? — догадалась мама.

— Не то чтобы поссорились…

Я сразу вспомнила, как она совершенно точно предсказала конец наших отношений, когда Артем подарил мне белую розу. Стоило ей только увидеть меня на пороге с цветком, как она заявила: "О! Это к расставанию". И как в воду глядела. Может, в ней тоже спит дар, о котором она сама не догадывается. Надеюсь, спит он крепко, потому что ей незачем знать о втором мире, где есть вампиры, оборотни, маги, демоны и другие. Да и лучше не быть в курсе моих ночных приключениях, погонь за маньяками… Пусть думает, что все хорошо, что ее дочь самая заурядная личность. Хотя именно родители никогда не считали меня обычной!

— А я сразу тебе сказала, что он не то, что тебе надо. Что он натворил?

— Ничего. Просто я… Мам, а что мне надо? Как понять, что это мой человек? — рассказывать всю глупую историю о бывше-нынешней девушке, случайной встрече и, что я полная дура, совершенно не замечая, позволила себя обмануть, я не стала. Поэтому и перевела разговор в другое русло.

— Огонечек мой! Очень просто. Вот когда ты встретишь парня, и он не уйдет, даже если все будет плохо; если он будет рядом несмотря ни на что; если будет терпеть твои слезы, истерики, будет поддерживать, помогать, заботиться… Это твое! Разве Артем всегда был рядом?

Ну… Его в моменты проблем днем с огнем не сыскать! Когда болела мама, рядом, помнится, оказывался совершенно другой, и не человек! Я покосилась на шкаф.

— Ты права. Всегда! Иди спать, мамулечка. Все будет хорошо. — Поцеловав ее на прощание, я закрыла за ней дверь и, упала обратно на кровать.

Как в фильме ужасов, дверь шкафа со скрипом раскрылась. Вампир все еще сидел среди моих вещей, спуская затекшие ноги на пол. Его физиономия не выражала особой радости от общения с молью.

— Знаешь, с момента нашей встречи для меня многое в новинку. Например, первый и единственный смертный, осмелившийся приказывать мне, жив. Я впервые прячусь в чьем-то шкафу, как любовник, застуканный врасплох явлением мужа из командировки… — поражался он произошедшему, выбираясь из укрытия и усаживаясь рядом со мной.

Я потянулась к магнитоле, стоявшей на столике. Достала диск с плаксивыми песнями. Через секунду зазвучал приятный голос Джейсона Уокера, размышлявшего, почему взлетая, он снова падает вниз? Я могла дать ответ на его вопрос. А он и не хотел его слышать, так что пропел: "Я, закрывая облака, остаюсь на земле… "

— Если хочешь, — поддержала разговор с вампиром я, — можем попробовать спрятать тебя в холодильнике. Но боюсь, целиком ты туда не влезешь… — шутка была бы более веселой, если бы не флегматичная тональность голоса.

Надо признать, что пока мы спорили и пытались друг друга достать, я все силы тратила на то, чтобы хоть как-то задеть вампира, и при этом не думала об измене Артема. Швырнула подушкой в Курана. Он поймал ее и пустил обратно. Стало весело, но как говорится в одной старинной пословице: "Промовка про вовка" — на экране мобильного засветилось имя предателя. Куран молча отобрал у меня трубку, с нездоровым энтузиазмом рассматривая ее, будто крови хотел напиться из аппарата. Потом перевел взгляд на мою жалкую рожицу. Я уже всхлипывала.

— Куран? — промямлила я сквозь подступающие слезы. — Ты жилетки носишь?

— Нет, — мой вопрос сбил его с толку, и я воспользовалась замешательством: вцепилась руками в рубашку парня, уткнулась лицом в его плечо и надрывно зарыдала. По идее, он должен был оттолкнуть меня, заявить, что я слюнявая идиотка, не достойная такого сильного врага, как он, и тем более такого друга. Но вместо этого, недавний убийца, кровожадный упырь, искуситель, и маньяк в одном лице, превратился в терпеливого друга. В результате, к первому часу ночи я обнаружила себя лежащей на кровати в объятиях вампира, бессовестно заливая его пиджак и рубашку горючими слезами. Это уже второй по счету пиджак, испорченный мною. А учитывая, что модник одевался в бутиках Франции, Италии и Англии, я с ним не расплачусь.

— Значит, слезы из-за того… — он говорил тихим, успокаивающим голосом, пытаясь подобрать эпитет не режущий мой слух, — запах которого я учуял на тебе в нашу последнюю встречу?

Вытирая распухший нос любезно предоставленным платком, я согласно закивала.

— И что он сделал, что довел тебя до такого состояния? Убил кого-то у тебя на глазах? Или сам попытался тебя убить?

— Это только ты можешь! — фыркнула я. — Просто во мне дело. Понимаешь, я чувствую себя дурой. Не понимаю, зачем вообще держалась за него…

— Он бросил тебя! — быстро догадался Куран, а я опять разревелась от жалости к самой себе и уткнулась в его грудь, смыкая уже измятую рубашку.

— Все было хорошо… — бубнила я с его груди. — Потом мы не виделись, когда я на море ездила. Кристина рассказала, что видела их вместе. Я поговорила с ним. Он успокоил меня, мол, друзья они и все. А потом я увидела их со Снежанной вместе. Когда он соврал, что встречался с мамой! На самом деле он был с ней! Какая же я дура!!!..

— Ты и сейчас дура. — Успокоил беспристрастный вампир. — Потому что позволила какому-то дебилу довести себя до такого состояния.

— Хватит меня обзывать! — взбунтовалась я. — Ты тоже дебил, потому что из-за тебя я в свое время наревелась еще хуже!

Вампир молчал. Я подняла голову и встретилась взглядом с внимательными карими глазами, отсвечивающими в темноте алыми бликами.

— Хочешь, я убью его? — ненавязчиво предложил он.

— Ты что, псих? Нельзя! Он же меня бросил, а не тебя! А я его убивать не собираюсь! — Куран пока не понимал моей логики.

— Все равно придется его убить! — вздохнул вампир, прикрыл глаза и откинулся на подушку. — Из-за него пострадал мой любимый пиджак!

— Куран, имей совесть! — Бросив презрительный взгляд на наглого упыря, я снова вернулась в прежнее положение, прижимаясь к его груди. Он не возражал.

— Твоя мама мудрый человек! — прошептал парень, припомнив подслушанный разговор.

— Да. Она чувствует, когда мне плохо… — созналась я. — Но я не смогла бы показать ей, как мне хреново на самом деле. Пусть считает, что я сильная, что мне все легко дается. Хочу, чтобы она видела меня счастливой. И вообще, ни родным, ни посторонним я свои слезы не привыкла показывать!

— Да? В какую группу ты отнесла меня, хотелось бы знать. — Основательный вопрос впервые загнал меня в тупик. Смутившись, я и сама не знала, почему сорвалась в его присутствии и почему до сих пор не оттолкнула, а с удовольствием упиваюсь обществом. Наконец, я отсела, сконфуженно опустив глаза. Он заложил руки за голову, злорадно улыбаясь тому, что подловил меня.

— Не знаю. Ты сам говорил, что ты друг…

— Но другим своим друзьям ты ничего не сказала и встретиться с ними отказалась. — Снова указал на изъян в моей логике он.

— Слушай, чего ты от меня хочешь? — разозлилась я. — Тебя никто не просил являться среди ночи, стучаться в окно и напрашиваться в гости!

Он и сам задумался о своем присутствии в моей комнате, но чтобы я не заметила его проигрыша, перевел тему разговора.

— Что собираешься дальше делать с этим, как его?.. — заговорил лукавый вампир, уставившись в потолок.

— Нужно отомстить. — Промямлила я, толком еще не зная, как этого добиться.

— Другое дело! Согласен помочь! Я прекрасно владею любым видом оружия и… — оживился Куран.

— Стоп! В моем мире так не делают! — охладила пыл вампира я, искоренив сразу все фантазии о физической расправе. — Я хочу, чтобы он почувствовал себя так же, как сейчас я. Чтобы понял, что значит предательство.

— Похоже, я чего-то недопонимаю. Объясни! — уставился на меня Куран.

— Лучший способ нанести удар по психике бывшего молодого человека, появиться в обществе другого парня, красивого, стильного, и все такое! Понимаешь?

Он осмотрел меня так, словно на мне уже была надета смирительная рубашка, а рукавички завязаны бантиком.

— Чисто женская логика! — раздосадовано фыркнул вампир. — И как же это его заденет?

— Еще как заденет! Представь, ты морочишь голову девушке и знаешь, что она тебя реально любит! — "принц тьмы" задумался, представляя себе эту картину. Ну, ему было легко, даже воображение включать не надо. — При этом встречаешься с еще одной девушкой. Отшиваешь первую, как бы она не клялась тебе в любви. Ты холоден и непреклонен, ну или просто морозишься. А на следующий день видишь ее улыбающейся, как ни в чем не бывало, в обнимку с другим мужчиной круче тебя! Что ты почувствуешь?

— Что меня обманули… — печально заметил вампир. — И разозлюсь, а потом…

— Оставь кровожадность для других! Суть понял?

— Ты действительно клялась ему в любви? — неожиданно спросил Куран.

— Я теоретически сказала! — отмахнулась я, но весь мой пыл как рукой сняло. Ссутулившись, я снова села рядом с ним, обхватив колени и пряча лицо. Боль вернулась. Сейчас, конечно, произошедшее казалось самой настоящей глупостью, и мое поведение было просто идиотским, но от этого никуда не денешься!

— Мне не хватало внимания, и он дал мне его… Но это всего лишь маска. Просто маска.

— Ты спала с ним? — еще один безумный вопрос, который уничтожал только что затянувшуюся корочкой кровоточащую рану.

— Это не твое дело! — огрызнулась я, и снова заплакала, уже без надрывных стонов, просто слезы катились из глаз, и все.

— Почему ты опять ревешь? — не понимал вампир.

— Я знаю, что все это было обманом, что, в принципе, благополучно кончилось, что он не мое, что это не любовь… Но все равно, очень больно. — Голос хрипел. Наверное, все лицо опухло, глаза были красными. Я порадовалась тому, что мы сидим в темноте и красавец француз не сможет видеть меня.

— Куран?

— Да? — раздался задумчивый голос.

— А ты в темноте хорошо видишь?

— Как ты при свете…

Я чуть не разревелась еще больше.

— Что такое? — привстал он, пытаясь отобрать руки от моего лица, и посмотреть в мои заплаканные, превратившиеся в лепешки, глаза.

— Ничего. Я сейчас приду.

Вскочив с места, я мухой метнулась в ванную. Холодная вода остудила распухшее красное лицо. Смотреть на себя такую в зеркале было жутко. Все сосуды в глазах полопались, нос приобрел форму картошки. Ужас!

Умывшись еще разок, удостоверившись, что уже не похожа на голодного зомби, только что покинувшего свою могилу, я вдруг остановилась у двери в собственную комнату, не решаясь войти. Тихо, ни шороха — магия работает. А вдруг его уже нет? Надоело слушать мои завывания, и он ушел искать жертву…

Выдохнув, я все же вошла и немало удивилась, обнаружив вампира там, где его оставила. Он лежал на кровати, закинув руки за голову и о чем-то размышлял, пялясь в потолок. Пиджак висел на спинке стула.

Когда я подошла, Куран перевел взгляд на меня. В нем что-то изменилось. Никакой нахальности, язвительности и высокомерия. Даже холодность куда-то подевалась. Пока он следил за мной, я улеглась рядом, положив голову ему на плечо. Как ни странно, его рука приятно приобняла меня.

— Даниэль? — обращение по имени его обескуражило еще больше, чем фамильярность.

— Я спрошу: "Чего ты хочешь?" — он даже заглянул мне в глаза.

— Ну, ты согласишься побыть моим лже-парнем?

— Что за детский лепет? Как ты себе это представляешь? — возмутился он.

— Значит, согласен?

— Я не соглашался. Я подумаю. И хватить прижиматься ко мне! Объясни толком, чего ты хочешь! — злился он, явно собираясь линять отсюда, пока его не втянули в беду.

— Ну, ты просто один раз приедешь за мной на работу. Вроде, как парень, забирающий свою девушку после трудного дня на свидание, и все.

Согласна, идея глупейшая. На такой идиотизм способны только подростки. Но мне жутко хотелось уесть Артема, показав ему, что мной интересуются мужчины более презентабельные и я не нуждаюсь в его внимании! Что он мне вообще не нужен, никак не задел моих чувств, потому что я — расчетливая, и у меня есть другой!

— За что мне это? — схватился за голову вампир. — Почему именно я?

— Куран, прекрати изображать из себя непонятно что! Где я по-твоему за вечер найду себе красавца-мужчину с хорошим вкусом? — я с усилием разжала его руки. Вампир глядел на меня как затравленная собачонка.

— За комплимент спасибо. — Немного успокоился он. — Но ты разве не помнишь, что говорили твои друзья-демоны?

— И что? Кусать ты меня уже кусал, кровь мою пил, теперь валяешься у меня на кровати, и недавно я спасла тебя от толпы твоих же соратников. Кстати, ты сам назвался моим другом, так что теперь расхлебывай! — все мои замечания довели вампира до приступа бешенства. Теперь он был готов рвать и метать, или расплакаться — сам не решил пока.

— Да, я полный идиот! — вздыхал Куран, снова обратив взгляд к потолку, потом резко встал и направился к окну, чтобы сбежать. Но не тут-то было! Я перехватила его пиджак быстрее, чем он о нем вспомнил.

— Отдай! — приказал вампир.

— Ты согласен? Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — запричитала я, прижимая к груди его вещь.

— Ты еще об этом пожалеешь, — угрожающе проговорил Куран.

— То есть ты согласен? — на всякий случай переспросила я.

— Да, — он все же отобрал пиджак, одеваясь.

Я смотрела на него, и поняла, что пока еще не могу отказаться от его присутствия здесь. Не сейчас и не сегодня.

— Куран? Останешься еще ненадолго?

Он посмотрел на меня, подумав о чем-то, не приносящем радости. Его плечи опустились. Вампир вытащил руку из пиджака, снова бросил его на стул и сел.

Я была довольна как никогда. Умостившись на постели, я похлопала по покрывалу возле себя, призывая вампира лечь рядом.

— О Господи! — воздев глаза к небу-потолку, он покачал головой и лег, скрестив руки на груди, чтобы мне не вздумалось приставать к нему. Но мне еще как вздумалось!

— Обними меня! — я потянула его за рукав, положив его руку себе на плечо.

— Ты слишком многого от меня требуешь! Что, если я перестану быть таким благородным и покажу тебе, какими бывают настоящие вампиры? — злобно пригрозил он.

— Я и так помню!

Куран, не слушая меня, прижал к себе, подобравшись к месту, куда укусил в прошлый раз. Его дыхание, касающееся кожи, пробудило былые воспоминания, сердце заколотилось быстрее, но сопротивляться я не стала. Мне нравилось то, что он так близко.

— Ты не отбиваешься, — раздосадовано пробурчал вампир, и его тело расслабилось.

— Смысл? Чего теперь боятся? Если хочешь, можешь, конечно, меня убить… — Куран оскалился, как любой другой хищник, а потом посмотрел на меня и тяжело вздохнул, а я продолжила издеваться: — Но кто тогда будет запихивать тебя в шкаф, докучать с глупыми просьбами и портить твои вещи?

— Резонные причины оставить тебя в живых! — рассмеялся вампир, откинувшись на подушку.

— А еще, я тебя забавляю! — улыбнулась я, довольная тем, что он со мной.

— Дина, почему ты попросила меня остаться? — всерьез задумался вампир, но по ехидной ухмылке легко было догадаться, что ответ он знает.

— Ты все время анализируешь! У тебя голова от этого не болит?

Куран пожал плечами.

— Мне так спокойнее… — ответила я.

— Наедине с кровожадным вампиром ей спокойнее. — Передразнил он. — Я же могу выпить тебя до последней капли, и твои родители утром найдут только холодный труп, вместо любимой дочери. Тебе все еще спокойно со мной?

Красочное описание утра действительно меня напугало. Во рту пересохло, мурашки пробежали по коже, стало холодно.

— Правильно, бойся меня! — пронзительно глубоким голосом проговорил он, прижимая меня к себе, выпуская клыки у моей шеи.

Страх отпустил, как только я вспомнила, что все-таки ведьма, а не смертная. Закрыв глаза, я несколько секунд сосредотачивалась, потом мысленно пожелала: "Чтоб тебя парализовало, дурак!" И действительно, когда я посмотрела на него, Куран не мог пошевелиться, только сердито на меня таращился. Я сняла заклинание, и обозленный вампир вскочил с кровати.

— Чертова ведьма! — бесновался он, обуваясь.

— Куран, ну подожди! — пришлось схватить его за руку, чтобы он не сбежал раньше, чем я извинюсь.

Обиженный аристократ готов уже был объявить очередные сборы инквизиторов по мою душу. Он возмущено бубнил себе под нос ругательства на французском. Пришлось повиснуть у него на шее мешком, — этого вампир точно не смог бы игнорировать.

— Куран, ну прости меня! Я не хотела. Ты напугал меня!

— Я тебе не игрушка! И не простой смертный, которым можно манипулировать! — он резко скинул меня с себя, обернувшись, и показал, каким может быть: сверкающие в темноте красные глаза, острые зубы, искаженное злобой лицо. — Теперь понимаешь? Я могу, не моргнув, убить тебя и всю твою семью, а ты играешь со мной, разговариваешь, как с обычным человеком! Так не должно быть!

В порыве негодования он бросился на меня, вжав в матрас. Меня всю колотило от страха, знания того, что как только упырь расправится со мной, настанет очередь родителей. Я как можно сильнее обхватила руками его за шею, прижимая к себе. В надежде при удобном случае парализовать его молнией или током. Он же вместо того, чтобы впиться мне в шею, уперся головой в одеяло, тяжело дыша, придерживая меня одной рукой за талию. Нервный срыв, до которого довела его я, постепенно отпускал вампира.

— Тише! Тише! Не злись. Я защищалась. Не пугай меня больше. — Поглаживая его по голове, шептала я, пока парень успокаивался.

— Что же ты творишь, Дина? — надрывающимся голосом выдал он, будто готов был расплакаться, а внутри меня все переворачивалось от этих интонаций и я все сильнее прижимала его к себе. Нужно признаться, что я не хотела его отпускать.

— Ты хотя бы понимаешь, во что ты вмешалась? — он стоял на коленях, приподняв и все еще сжимая меня в объятиях.

— Даниэль Куран, успокойся! — Несмотря на всю свою сверхъестественность, он казался сейчас ранимым, поэтому я позволила себе на него прикрикнуть. Хотя мне захотелось защитить его от себя, от него и окружающего мира. Спасти этого несчастного вампира! Я говорила тихо, утешая, пытаясь вселить надежду и покой, поглаживая его, как меня мама, и через это прикосновение посылала в его тело свою энергию. — Я знаю, кто ты, и знаю, кто я…ну почти, знаю. Здесь еще разобраться надо. Но тебя бояться не хочу, иначе нет смысла в дружбе!

Он посмотрел на меня, как обреченный на судей перед казнью.

— Ложись, я обещаю, что больше ничего не сделаю. В смысле, если обнимешь меня, я не буду тебя зачаровывать… — Он все еще не соглашался, тогда я пояснила: — Мне легче перенести боль, пока ты здесь.

Обещание быть пай-девочкой, вампира никак не зацепило. Он сидел на коленях у кровати, и с тоской на меня смотрел. Эта ночь была тяжелой не только для меня, Куран был измотан. Посидел на коврике, подумал. Успокоился и без возражений, вернулся в постель, обнял, и долго молчал. Я нежно поглаживала его руку, пытаясь передать все свои лучшие чувства ему, чтобы он больше не грустил, не злился.

В начале пятого я открыла глаза. Солнце только собиралось подниматься. Куран, обувался, сидя на краю постели.

— Уходишь? — я понимала, что нужно его отпустить, но не слишком-то хотелось позволять ему уйти.

— Нужно о многом подумать. — Он встал, накинул помятый пиджак и уже у окна обернулся. — Спи.

— Послушай, — приподнялась я. — Ты, если не хочешь, забудь о моей просьбе. Про ту глупость с местью, бывшим парнем. Я не могу требовать. Спасибо, что побыл со мной. Ты очень великодушный вампир! Прощай!

Какое-то время он просто смотрел на меня, а потом выпрыгнул из распахнутого окна. Я осталась одна и поняла, что боли от предательства больше нет. Зато есть покой и тишина. Прикрыла глаза и стала слушать, как просыпается город, начинают свою работу шахты и заводы, проезжают мимо дома маршрутки, автобусы. Родные и привычные звуки усыпили меня.

Глава 16. Почти удачное свидание

Проснулась я без каких-либо признаков тоски-печали. Куран унес их с собой, излечив меня. Но пробудившаяся раньше времени совесть терзала сердце: вчера я сделала несчастным одного вампира. Рядом с ним мне было хорошо и спокойно, я чувствовала поддержку, несмотря на его желание казаться хладнокровной скотиной. Как бы он не притворялся, а Куран на самом деле вовсе не мерзавец. Зато я — истеричная ведьма.

Вот ведь удивительно! Как странно судьба раскладывает карты: сначала сделала нас убийцей и жертвой, потом преданными врагами, теперь требовательными друзьями…

В своих размышлениях о вампире я быстро собралась, совершенно не реагируя на неодобрительные и грубые реплики домового, преследовавшего меня по всей квартире. Он что-то там бурчал, типа: "Впустила беду в дом!", "С кровососами спит!" — Василий заткнулся после первого и очень меткого броска тапкой. К тому же, Холодец проявил любовь ко мне, как к хозяйке, и очередную попытку домового отчитать меня пресек очень интересным и неожиданным способом — просто лег на духа квартиры, придавив его своим весом.

— Спасибо! — улыбнулась я коту.

— Колбаску принесешь! — ответил на это Холодец.

На работу я пришла если не цветущая, то, по крайней мере, улыбающаяся. В голове то и дело прокручивались картинки вчерашнего вечера: я и вампир ссоримся и бросаемся несчастной подушкой, Куран со всей доступной ему нежностью пытается меня утешить и в результате — обнимает мирно дремлющую у него на плече. Но потом я вспомнила, каким он уходил от меня и натолкнулась на печальную мысль, что больше его не увижу… Не нужно было его доводить! Разве он захочет и дальше общаться с неадекватной ведьмой, которая вымотала ему нервы?! Сомневаюсь. Раньше вампир общался с людьми уравновешенными, покладистыми, исполнительными, этичными, уважающими его древний род. Короче, с отъявленными трусами. А тут я — обезбашенная, крикливая, вредная, ехидная; запихнула его в шкаф, грозила утрамбовать в холодильник, обслюнявила его одежду, вывела из себя, в общем, издевалась как могла.

Такие неприятные думы отвлекали меня от переживаний. Ведь в эфире звучал голос Снежанны, а в студии напротив маячило ее лицо. Лицо бывше-нынешней девушки моего бывшего парня. Жуткое определение! Но именно так можно все объяснить. Всегда ненавидела мыльные оперы, а теперь, похоже, стала частью одной из них!..

— Привет, красавица! — в моей аппаратной возник Игорь, человек во всех отношениях странный и чересчур оптимистичный — все надеялся завязать со мной какие-то отношения. — Может, сходим сегодня в кино? Я приглашаю!

— Да ты зарплату получил! — съехидничала я. Игорь немного смутился. Мужчины вообще не любят, когда женщины ведут счет их деньгам или касаются этой темы. Добытчики!

— Пойдешь? — сверкая блестящими глазами, повторил вопрос он.

Улыбаясь ему в ответ такой же милой улыбкой, я беззастенчиво ответила:

— Нет! — и тут же изменилась в лице, а этот горе-ухажер упал передо мной на колени.

От испуга я поджала ноги, чуть не укатившись от такого резкого движения вместе с креслом. Едва подавила рефлекс ударить по неокрепшей психике парня волшебным кулаком, ну или просто по лбу треснуть, в надежде, что тараканы в его мозгу разбегутся.

— А я тебе даже шоколад принес! — с видом дворовой печальной собачонки произнес он, протягивая мне плитку молочного.

И почему мне все время пытаются сунуть эту гадость?

— Диски не дам! Начальство ругается! — отрезала я.

— Я не за дисками! — настаивал он. — Пойдем в кино?

Терпеть не могу таких мужиков! Вместо того чтобы показать силу, уверенность, хитрость, этот, как тряпка, умоляет, глазки, как девица, строит. Фу! Но так как всю трепетную сцену видела Снежанна, я задумалась: она же обязательно в деталях опишет произошедшее Артему. И тут-то я решилась.

— Хорошо! — сузив глазки, я змеей прошипела. Знал бы он меня лучше — насторожился и взял свое предложение обратно!

Он глубоко ошибался, если считал, что я всецело посвящу вечер ему, буду преданно глядеть ему в рот, выслушивая глупости, и позволю себя лапать! Я решила пойти на свидание не одна!.. Как говорилось в одном фильме: "С кузнецом!" — в роли коего выступили мои ненормальные друзья. Узнав, что мы идем на фильм ужасов (Игорь явно посчитал, что это лучший вариант: темнота, жуткие картинки на экране и девушка, испуганно прижимающаяся к его плечу!) я оповестила товарищей. Чокнутая компашка из мага, оборотня и парочки демонов не могла пропустить такое событие… Нет-нет! Премьера нового блокбастера их совершенно не заботила. А вот возможность поиздеваться над новым ухажером ведьмы — это поистине интересное времяпровождение! Физиономия Игоря перекосилась, когда он пришел меня встречать после работы и увидел ехидные оскалы моих драгоценных друзей, посматривающих на него аки маньяки на еще свежий труп. Парень отчаянно делал вид, что ничего странного не происходит, что не на него, жадно облизываясь, таращатся подозрительные типы, которых его девушка назвала "лучшими друзьями".

Это была просто фантастика… на экране! А в зале, благодаря моим товарищам — самый настоящий ужас! Игорь периодически клал мне руку на плечо. Зная, как я могу отреагировать, Сашка отвлекался от компьютера (с которым так и не расстался даже в темноте зала) и дергал меня, делясь каким-нибудь комментарием. Игорь хмурился, надувал губы, как маленький ребенок, но молчал. Я злорадно хихикала. Римма таскала у моего ухажера попкорн, когда тот отворачивался. Демоны бесстыдно ржали во весь голос, пугая присутствующих в кинотеатре, когда кому-то на экране отрезали ногу или руку, очень не лестно об этом отзываясь и вовлекая меня в обсуждение. Удивляюсь, как нашу шумную компанию не выгнали из зала вообще! Наверное, побоялись светящихся глазищ трех хищников.

Я все ждала, когда у Игоря лопнет терпение и его осенит, что этот поход в кино — чистой воды ошибка. Он подозрительно долго держался… Во время "провожаний" парень нервно кусал губы, как девчонка, намереваясь заговорить о чем-то ну очень серьезном! Видно было, что у него какие-то планы на этот вечер касательно меня. Но, разрушая его мечты, следом за нами шли друзья. После многозначительной и гнетущей тишины они вдруг решили обсудить трагически-смешную смерть главного героя фильма. Обсуждалось все это в таких красках, что смелой фантазии ребят позавидовали бы короли-ужасов! Игорь же трижды просил извинения и бегал в ближайшие кусты, откуда доносились весьма живописные звуки. Мы впятером давились смехом и ожидали его возвращения, чтобы продолжить критиковать недостаточное количество крови, плохо изготовленные части тел, разлетающиеся в разные стороны, и ненатуральность кишок. Я замечала краем глаза, как все бледнее становится физиономия ухажера, приобретая нежные зеленые оттенки. И в какой-то момент начала его жалеть. Но друзей уже нельзя было остановить — они вошли в кураж.

За весельем я не сразу заметила парня, стоящего у подъезда. Персонажа былого романа увидели и ребята, примолкшие и не знающие, как сейчас лучше себя повести. А он подошел, игнорируя Игоря, глядя только мне в глаза. Видимо, злило его, что я пошла на свидание так скоро.

— Поговорим? — кивнул в сторону Артем.

Мы отошли, чтобы нас не подслушивали. Хотя я знала, что женщину-кошку и демонов такое мелкое расстояние, даже как два километра, не смутит!

— Чего тебе? — не выдержала я, стараясь напустить на себя как можно более правдоподобную маску хладнокровности. В его глазах снова разгорелся пожар интереса ко мне.

— Ты, наверное, и так все понимаешь, — заговорил он, опустив голову. Артем взял мою руку в свою, поглаживая пальцы. Мне же хотелось одернуть ее, отойти подальше — мерзко и гадко было от его прикосновений. Я смотрела на него, пытаясь определить его истинные чувства. Да, может быть, ему действительно тяжело было вести разговор, но искренности я так и не увидела.

— Нам нужно расстаться, — театрально изображая героя-любовника, выдал Артем.

— И это все, что ты хотел? — мой ледяной голос его задел настолько, что парень подумал, будто ослышался. Он даже проморгался, чтобы убедиться, я ли перед ним стою. Но ни зрение, ни слух его не обманывали. Артем явно ожидал слез и истерики, признаний в любви. Но перед ним стояла совершенно холодная, безэмоциональная ведьма. — Я согласна!

— Ты теперь с этим? — спросил бывший, кивнув в сторону Игоря, опасливо топчущегося возле моих друзей.

— Тебя это так волнует? — сощурилась я, но сжалилась. — Нет. Не с ним.

— Дина, — меня передернуло, когда он произнес мое имя. Внутри все взрывалось от ярости. Хотелось разрыдаться, и я уже чувствовала, как комок слез подкатывает к горлу. Друзья мигом уловили изменения в моем настроении и перестали запугивать Игоря, обратив внимательные взоры ко мне. Марк с Лизой, не особо скрывая свои нечеловеческие сущности, злобно сверкнули глазами на Артема.

— Дина, если у тебя кто-то появится, я хочу узнать об этом первым! — заявил бывший парень.

У меня челюсть отвисла. Зачем? Почему он так хочет контролировать мою жизнь после всего, что произошло?

Он, будто читая мои мысли, добил меня ответом на не озвученное:

— Ты же мне все-таки не чужая!

Переспали несколько раз, и я уже родной стала?! Так значит? И сколько у него таких "родных" по городу бродит?

— Зачем? — не понимала я, свирепея с каждой секундой. Мне стоило огромных титанических усилий держать себя в руках!

— Я волнуюсь за тебя! — наивно пояснил он.

— Другими словами, ты просто хочешь узнать, будет ли он лучше тебя? — еще чуть-чуть, и я сорвалась бы. — Ты узнаешь об этом! Поверь!

Мне хватило сил только сдержанно попрощаться. Но Артему показалось мало слов, и он поцеловал меня неожиданно. Так больно мне не было даже, когда Куран сломал мне руку, пил мою кровь и пытался убить. Наверное, я мазохиста, потому что мне до смерти хотелось увидеть вампира сейчас. Казалось, что только он способен успокоить, затушить эту муку. В конце концов, я бы позволила ему растерзать этого нахала, возомнившего о себе непонятно что!

Он попрощался и ушел. А я чувствовала, что вот-вот разревусь.

— Вы встречаетесь? — догадливость Игоря просто добила. Слезы высохли, зато зачесались руки.

— Нет. — Отрезала я. — Если ты не против, попрощаемся. Я прошу прощения за неудачное свидание. Но у нас с друзьями другие планы были.

Общаться еще и с ним ни желания, ни сил не осталось. Мне хотелось только одного — что-нибудь разломать. Игорь, почувствовав жуткую энергетику, быстро исчез из поля зрения.

Мы остались одни. Друзья глядели на меня молча, ожидая хоть чего-то: истерики, криков, пары-тройки молний, матов…

— Эй, клуб извращенцев, может, выпьем? — не слишком уверенно предложила я, но залихватски свистнула и подмигнула, аки истинная сумасшедшая ведьма — дайте только метлу в руки, и я взлечу, громко смеясь над домами.

Друзья переглянулись и так же, как и я, ухмыльнулись. Они не могли отказаться. Сашка поставил только одно условие: никаких заклятий нараспев! Я помнила, чем закончились наши последние "шабаши", и пообещала вести себя прилично. Чертей, по крайней мере, в этот раз мы не вызывали — сами пришли составить компанию. И такой шумной, а еще очень пьяной толпой мы навестили господина Брудного в его камере, попугали для профилактики. Действительно летали на метлах наперегонки. Сашка убеждал рогатых, что он — Гарри Поттер, а те по доброте душевной обещали ему соответствующий шрам, но почему-то не на лбу…

Черти отправились по своим делам, а мы вломились ко мне домой. Родителей все равно не было. Зато домовой был! И пришел в тихий ужас, когда увидел двух демонов, оборотня, ведьму и мага, притащивших с собой шесть бутылок вина, коньяк и что-то еще (плохо помню что именно, но кажется, мартини… если все-таки не водка). Оказывается, даже небольшая доза спиртного действует на демонов очень странным образом. Мне пришлось весь сознательный вечер носиться по квартире за ними, уговаривать не топить соседей сверху и не поджигать тех, кто снизу. А потом еще несколько часов объяснять, почему вышеперечисленное нельзя делать! Еще спустя некоторое время, на лицах обоих демонов появилось странное выражение, по которому я поняла, что эта парочка придумала новую забаву. Не прошло и двух минут, как в драгоценном ноутбуке Александра произошло загадочное замыкание. Маг вопил, рыдал и даже бился головой об пол, не желая мириться с гибелью самого дорогого, пусть и не живого существа на свете. Добрая оборотниха смотрела на муки любимого одурманенным взором алкоголика, после чего предложила похоронить упокоившийся предмет…

Два часа ночи, и я, как дура, произношу речь над могилой павшего смертью храбрых компьютера. С двух сторон стояли друзья и знакомые покойного, а ближайший родственник — хозяин — горевал и бросался вслед за упокоенным. Его дважды оттягивали наглые руки убийц (я-то знала, кто на самом деле виновен в гибели ноута!). Сашка тоже толкнул прощальную речь.

— Ты был мне другом, даже родственником….

— И девушкой по совместительству! — тихо буркнула в сторону Римма.

— Твой интерфейс больше не загорится! Ты никогда больше не пропоешь свое: "Та-та та-да-та-та" — Пропел мелодию заставки виндоуса Сашка.

Я давилась смехом, едва держась на ногах и периодически объединяя силы с Лизой, тоже едва сдерживающую истерическое "хрю".

— Эти руки больше не коснутся твоей клавы, — всхлипнул маг. — Ах клава, клава!

А рядом стоящая Римма снова отпустила комментарий в сторону:

— Может, перекрыть ему доступ к телу — и обо мне так сокрушаться будет?

Я думала, что мои щеки треснут и разогнуться от смеха просто не смогу. Лиза еще пыталась состроить из покрасневшего перекошенного лица маску серьезности, но выходило очень плохо. Ее траур больше напоминал стыд. Только Марк стоял совершено серьезный.

— Прощай, мой верный друг! Я буду помнить тебя! — на этом вопле демон не выдержал и прервал надгробную речь мага.

— А теперь помянем! — внес конструктивное предложение Марк, не обращая внимания на наши с Лизой всхлипы за его спиной.

— У тебя так хорошо получается речи толкать! — похвалила Римма парня. — Просто древнегреческий философ…

Мы с Лизой опять согнулись пополам от смеха, а Марк с абсолютно непроницаемым лицом, по которому сложно было определить, смешно демону или нет, повернулся и заявил:

— Может, еще кого-нибудь похороним?

И стал оглядываться по сторонам, выискивая жертву. Вот тут стало не смешно! Демон кровожадно покосился на нас.

— Шучу! Идем поминать! — преобразился на глазах Марк, смеясь над нашими хмурыми минами. Мы переглянулись, оценили степень воздействия на нашу неокрепшую психику демонических шуточек и тоже прыснули весельем. А дальше… были поминки. Но что именно происходило на них — не помню. Будто события эти мой кот слезал своим язычком из памяти.

Проснулась я в полном одиночестве… Хотя нет. Не одна. Наглая, злобная, мохнатая морда презрительно смотрела на меня, когда я открыла глаза. И это был вовсе не кот. Тот, подлец, просто сидел рядом и ухмылялся — не съели его вчера, значит! Ну, это уже лучше.

— Как ты себя ведешь? — принялся воспитывать меня домовой. — Устроила тут шабаш! В следующий раз подыщите себе гору какую-нибудь по далече от города! А то мне на собрании сегодня пришлось объясняться перед всеми!

— Не ори! — единственное, что смогла противопоставить его упреку я. — У меня голова раскалывается!

— Как она может раскалываться, если у тебя ее просто нет! — прикрикнул на меня Вася.

Я вскочила с кровати и помчалась к зеркалу — голова была: бледная, опухшая, но присутствовала на плечах.

— Уйди, ирод! — я снова плюхнулась на постель и перевернулась на другой бок, надеясь, что от меня отстанут. Но не тут-то было. Домовой не унимался, добавляя своим возгласом головной боли. Повезло родителям и другим нормальным людям, что не слышат, не видят домовых.

— Вставай! Пробка, тебе скоро на работу!

— Хуже будильника, ей богу! — промычала я, и тут свои "пять копеек" вставил рыжий монстр.

— Есть! Дай!

— Вымогатель! Мышь поймай! — ответила я котяре.

— Нету! — промурлыкал он и почесал к аквариуму, переставленному мамой в мою комнату. Шантажист деловито залез на его крышку, и, продемонстрировав когти, сунул лапу к заметавшимся рыбкам, устроив несчастным стресс.

— Все! Встаю! — поддалась я. — Вот заведу пираний, и попробуй сходить на рыбалку!

— Собаку. Тоже. Грозила! — прокомментировал ехидный кот, припомнив последнюю мою угрозу.

На кухне тем временем уже хозяйничал домовой. Чайник кипел, кофе бал насыпан в кружку. Бутерброд дожидался на столе.

— Почему у всех люди как люди, а мне ведьма психонутая досталась! — бурчал Василий, наливая кипяток.

— Значит, в прошлой жизни совершил какой-то грех! — не упуская возможности поиздеваться, автоматически поддела несчастного я.

— Я и в прошлом домовым был! Пробка!

— Василий! — на распев произнесла я так ненавистное ему прозвище. Он повернулся, сверкая зелеными глазищами. Я же чинно улыбнулась и нежно так произнесла: — Спасибо, что возишься с этой глупой совершенно никчемной ведьмой!

Его просто перекосило от такой любезности. Зато кофе я пила в идеальной тишине. Домовой, прибывающий в шоке, молчал и думал о чем-то своем, а кот блаженно поедал корм и пил молоко. В такой идиллии я смотрела новости на предмет необычных происшествий: не засветилась ли моя веселая компания алкашей где не следует! Ни один дом в Донецке не пострадал, а вот парочка испуганных до смерти предпринимателей нечистых на руку была. Этих отправили в психиатрическую, для профилактики.

В общем, после веселой ночки за пультом я сидела сонная, бледная и мечтала о мягкой подушке. Ни о чем и ни о ком я не думала — спиртное выжгло все мысли. Зато те, о ком я и вспоминать даже не хотела, приперлись сами. Первым явился Игорь. Был он как в сказке мрачен и ненастен. Я окинула его безразличным взором и примостила голову на пульте. Он прошел в аппаратную, сел рядом и уставился на меня, словно на мне не то что цветы выросли, а целые клумбы конопли!

— Ты встречаешься с Артемом? — выдавил парень.

— Неа! Я не больная! — ответила я, а сама подумала: "Но непродолжительное время была такой тупой!"

— Я рад! — просиял он, забыв о том, что видел, как Артем полез меня целовать.

— Чему? — буркнула я, не разделяя этого энтузиазма.

— Значит, ты свободна. — Заключил парень, становясь все счастливее, и мне моментально захотелось испортить ему великолепное настроение. — Надо было раньше спросить. Прости.

— Игорь, я пока ничего не хочу! Никаких отношений! И если желаешь со мной и дальше общаться, забудь о том, что ты там себе нафантазировал! — устало промямлила я, чувствуя себя всадником без головы.

— Пока… забуду. — Согласился парень, но продолжение у этой фразы ощущалось. Потом он протянул мне пакетик растворимого кофе. За что я была ему благодарна и чуть не расцеловала, но вовремя одумалась.

К обеду я постепенно приходила в себя. Правда, мысли совершенно отказались лезть в мою черепную коробку, пока оттуда не выветрится дух спиртного.

Ближе к завершению смены в комнате собралось немало народа. Пришла щебетушка Кристина, размахивала руками и весело рассказывала о новом увлечении. Игорь долго это выдержать не мог и сбежал. Я с облегчением вздохнула, не особо вслушиваясь в трели подруги и старательно избегая томных взглядов Ника, заскочившего пересмотреть график.

— Ты что-то не слишком хорошо выглядишь. Какая-то усталая, — наконец подметила коллега.

— Видела б ты меня несколько часов назад! — с сарказмом оценила свое состояние я. — То еще зрелище было!

— О! — воодушевилась редактор. — Бессонная ночь?

— Скорее неутомимый парень! — вмешался Ник.

— Это же был не Игорь? — с ужасом переспросила Кристина, хватаясь за сердце.

Я взорвалась диким смехом. Да Игоря я к своему телу и на метр не подпущу! Эта территория закрытая, огороженная и увешена всякими предупреждающими значками типа: "Не лезь. Убьет!".

— Не! Ты что! — выдохнула я. — Это скорее была оргия. Мы впятером и много спиртного. К утру выяснилось, что не мы его, а оно нас!

Кристина тоже рассмеялась, прослушав мою трактовку вчерашнего веселья. В дверях нарисовался бывший парень. Артем недовольно покосился на мою сияющую мину, потом на Кристину, восседавшую на подоконнике, на Ника, крутившегося вокруг нас.

— Привет! — поздоровался он, бросив сумку на стол, и обратился ко мне, видимо, недоумевая о причине такого прекрасного настроения брошенной им девушки. — Вижу, у тебя все хорошо. Рад за тебя!

Как ни странно, никаких чувств к нему не проявилось — пустота да и только. Даже сердце не екнуло, когда я на него смотрела. Ничегошеньки!

Я еще шире улыбнулась, радея своим собственным доводам. Излечилась окончательно! Хорошо! То, что нас не убивает, — делает сильнее! Кстати, если с этой же точки зрения рассматривать Курана, то он просто мое лекарство, эликсир вечности и тренажер! Ведь не убил же, натренировал, поддержал. Интересно, увижу ли я его.

— Все просто великолепно! — подтвердила я, смеясь над собственными мыслями.

— Пора тебе, Динка, заводить парня! — выдала умную мысль подруга, не обратив внимания на хмыкающих ребят.

— Заводить? — перебила ее я. — Как Сусанин, в лес?

— В другое место! — огрызнулась девушка. — Вот какие тебе нравятся? Хочешь, попробую кого-нибудь тебе подобрать из своих знакомых!

Последние мифические знакомые имелись в виду бывшие парни. Я поежилась, и чтобы добить подругу, стала описывать идеал, который найти в реальности невозможно.

— Темные волосы, карие глаза, стройный, высокий, смелый, немного циничный, с тонким чувством юмора, уважающий даже своих врагов! Нет, не все! Со вкусом к еде, женщинам и в одежде. Достаточно обеспеченный… И чтоб я, взглянув на него, не раздумывая, могла пожертвовать собственной жизнью! — злорадно произносила я все качества выдуманного принца, и ни одно, к великому сожалению Артема, не подходило ему. Судя по задумчивому выражению его лица, первые несколько пунктов списка он пытался примерить на себя. А потом понял, что над ним просто издеваются. Я сияла от злорадства!

— Ну, внешне очень на вот того похоже! Может, с ним и стоит поговорить? — удивленно рассматривая кого-то в окне, прощебетала Кристина.

Вот тут-то сердце мое забилось сильнее, соскакивая с ритма! На дрожащих ногах я поднялась с кресла, чтобы подойти и рассмотреть заинтересовавший моих коллег субъект. А ведь Артем тоже с интересом припал к окну.

Там, на улице, у ворот стоял безумно красивый парень в светлом костюме (ну не любит он другие цвета почему-то). Гордый, строгий и немного скучающий. Явно в голове его проигрывался один и тот же вопрос: "Что я здесь делаю?". Его взгляд совершенно четко, как радар, отыскал нужное окно. Карие глаза, преодолевая взглядом расстояние, глядели на меня. Я робко подняла руку и слабым движением махнула. Парень, едва заметно, склонил голову, показывая, что он меня заметил. Наше безмолвное приветствие не оказалось тайной для коллег. Они все повернулись ко мне, как инквизиторы, требуя признания в совершенных грехах. Я выдавила из себя кривую усмешку.

— Это за тобой? — недоверчиво, с притворной усмешкой произнесла Кристина, оценивая мою светящуюся физиономию. — Когда только успела такого красавца захомутать? А главное где?

— Ну, главное — подходящее время выбрать! — поправила я.

— Познакомь, а? — потребовала девушка, прекрасно осознавая силу своей красоты против моей блеклости.

— Прости, но ты не в его вкусе! — немного обидно прозвучали мои слова для нее, но спорить она не стала, не догадываясь, что "вкус" имелся в виду в прямом смысле слова, то есть "на зуб".

— Ладно. Я ушла! Пока. — Буквально выпорхнув из студии, я помчалась к нему — тому, кого страстно желала увидеть. Артем выскочил за мной следом.

— Постой! — потребовал парень. На его лице нервно дергались мышцы, он был очень недоволен тем, что его так быстро забыли. Я смотрела на него, не переставая улыбаться, — глупо конечно, но иначе не получалось, меня неописуемо радовала мысль о встрече с вампиром. А это еще больше бесило ревнивца.

— Ты обещала, что как только у тебя появится кто-нибудь, ты познакомишь нас и скажешь мне. — Настаивал он. — Или это просто попытка забыть меня?

— Тёма! Не слишком большого ли ты о себе мнения?! — на удивление ласково проговорила я. Во мне даже проснулось необъяснимое сочувствие к бывшему. — Поверь. Его тебе не затмить! Мне нечего забывать из проведенного с тобой времени. В нем просто не было ничего такого. Пусти меня! Мне нужно к нему!

Артем, совершенно ошарашенный, не понимал, почему я стремлюсь уйти от него. Он явно считал меня двуличной, а мне на это было наплевать — на улице ждал Куран. Не знаю почему, но он решил доказать свою дружбу и пойти на жертву ради меня. Порхая как бабочка, я вылетела во двор, выскользнула из проходной и оказалась возле него.

Вот оно — спасение. Вампир, отнявший всю мою нормальность, теперь единственный спасательный круг в море бедствий. Куран серьезный, каким он часто бывал, пока не начинал со мной о чем-то спорить, протянул мне лилию.

— Мог не стараться! — и все же, я приняла цветок из его рук. — Почему именно лилия?

— Потому что роза для меня — банально! — другого от чистокровного аристократа вампирского общества и ожидать не стоило.

Он предложил взять его под руку, и мы гордо зашагали по улице под взглядами моих коллег. Месть удалась.

Мы шли по аллее. Солнце сияло… Солнце! Я покосилась на вампира, удивляясь его цветущему виду в дневное время суток, и обнаружила пробел в своих познаниях о кровопийцах. Он же не обращал внимания на мои косые взгляды.

— Чем займемся? — нарушил тишину Куран.

— Не знаю. А ты располагаешь временем?

— Ну, у нас же чисто теоретически свидание…

— А что ты делаешь обычно? — Глупый вопрос, я сама же на него ответила, представив обычный день вампира — кровь он, конечно, пьет!

Куран, тем не менее, задумался.

— Не знаю, — ответ меня шокировал, а дальнейшее признание просто повергло в шок. — Я на свиданиях не был очень, очень давно! Лет 30–37.

Моя челюсть медленно отвалилась.

Я резко остановилась, и ему пришлось возвращаться за мной.

— Не верю! — вырвалось у меня.

— Чему не веришь? Что мне больше пятидесяти или, что свиданий не было? — развеселился Куран.

— Свиданий. — Уставилась на него я. — Почему?

Парень скривился.

— Дина, девушками я, как правило, питаюсь. — Выдал он, подхватив меня под руку, и повел к машине.

Я сглотнула слюну, в горле пересохло от воспоминания нашей первой встречи. Похоже, буду помнить ее до конца своих дней. Куран, заметив мое смущение, напустил на себя торжественную мрачность и продолжил:

— Ты должна это знать как никто другой. К тому же, в основном я специально отталкиваю от себя. В моей жизни не должно быть смертных любовниц…

— А бессмертных? — развивала тему я.

— Тем более! — скривился вампир. — Они все надменные. И скучные! — презрительно хмыкнул аристократ.

— Понятно. Тогда покажи мне, чем ты занимаешься днем? Я уже поняла, что не спишь и на солнце не воспламеняешься.

Мое предложение Курана удивило так же, как меня несколько секунд назад его признание. Карие глаза отыскали что-то интересное на моем лице, некоторое время рассматривали, а потом парень сдался.

— Что ж… — Он пожал плечами и любезно открыл передо мной дверь своей машины, я плюхнулась на сидение.

Мы ехали к краю города, где в основном находились дачные поселки и частные дома. Я с интересом все рассматривала, чтобы запомнить путь на случай, если моему кровожадному другу что-нибудь нехорошее стукнет в голову, например, голод. Куран иногда поглядывал на меня, но ничего не говорил. В конце концов мы остановились у маленького ухоженного домика, огороженного высоким серым забором, по которому вился дикий плющ. Оставив машину на улице, хозяин предложил мне пройти.

— Ты хочешь показать мне свой склеп? — ехидно поинтересовалась я, но Куран не рассмеялся.

— Конечно, если хочешь, могу там даже закрыть! — абсолютная серьезность его выражения отбила не только любопытство, но и желание посетить обитель вампира. Насколько я могла заметить, этот упырь лишен нормального чувства юмора.

А он продолжал стоять, распахнув дверь, и глядел на меня. Посомневавшись, я все же переступила порог, медленно и осторожно двигаясь вперед. Коридор оказался сдельным с кухней. Здесь не было ничего лишнего, все стояло на своих местах. Никакой грязной посуды, везде порядок, ни пылиночки. Даже как-то обидно стало. Каждая девушка, посещая пристанище холостяка, мечтая стать для парня незаменимой, начинает с уборки его дома и готовки пищи. Так и мужчина чувствует себя защищенным от бытовых проблем, и девушка проявляет заботу, а место жительства становится для парочки убежищем, в которое стремятся попасть оба. Мне здесь делать было совершенно нечего! Можно, конечно, самой здесь все разгромить, потом заново убрать, но боюсь остаться непонятой…

Куран продолжал стоять позади, облокотившись спиной о входную дверь, и следил за моим робким передвижением по кухне.

— Не ожидала? — спросил он.

— Нет, — призналась я. — А если открыть холодильник, что я там увижу? Кровь? Расчлененные трупы?

Куран хмыкнул и позволил мне сунуть любопытный нос даже в холодильник. Как и полагается, там хранились самые обычные человеческие продукты: бананы, яблоки, котлеты, салат, сыр, что-то неизвестное в кастрюльке и даже варенье нашлось.

— Довольна? — вампир почему-то был не в духе. Хотя это понятно, гость, лазающий по холодильнику, хуже таракана в тарелке.

Парень разулся и прошел в зал. Скинув ветровку, вампир уселся на диван, взял в руки книгу и, коварно меня игнорируя, погрузился в чтение, тем самым неосторожно предоставив ведьму самой себе. Я же кружила по дому, рассматривая все и вся.

Комната была просто заставлена шкафами с книгами. Не понятно, как они вообще здесь вмещались, площадь же маленькая! Попадались на полках философия, проза, поэзия, психология, нашлось несколько книг по медицине, химии. Все это на разных языках, и только по обложке можно было определить, о чем написано внутри. Я побродила, рассматривая библиотеку, потом, наконец, обратила внимание на мирно читающего вампира и уселась рядом с ним, чтобы изматывать его своими пристальными взглядами.

— И так ты проводишь целый день? Читаешь?

— Да, — кивнул он, не отрываясь от книги.

— А кто следит за порядком?

— Приходит женщина, занимается уборкой, я ей плачу. — Объяснил он.

На этом разговор прекратился. Некоторое время я просто сидела, наблюдая, как вампир глазеет на печатный текст. Затем мне стало жутко скучно. К тому же, последствия вчерашнего недосыпа склоняли ко сну.

— Почитай мне вслух! — попросила я, удобнее умащиваясь на мягком диване.

— Здесь все на французском, ты не поймешь. — Отрезал вампир, бросив на меня подозрительный взгляд.

— А ты читай медленно, с расстановкой. Я буду слушать. Вдруг во мне откроется дар полиглота? — Навязчивость гостьи его раздражала, но Куран только улыбнулся и принялся вслух декламировать прозу. Думал, что таким образом уест меня… Ха! Его голос приятно и витиевато выговаривал все эти картавые и рычащие звуки, как причудливую песенку или французский лирический рэп. Мои глаза закрылись на третьей минуте.

Когда проснулась, вампир сидел напротив в кресле, в сумерках, пристально меня рассматривая. Его глаза светились красным в темноте комнаты. Я чуть не вскрикнула, увидев его таким спросонья.

— Прости, — пробурчала я, вставая с дивана.

За окном было темно. Где-то лаяли собаки. Куран сидел в полумраке, сверкая глазами, как филин, — милое свидание, не правда ли?

— Смотрю, книга тебе очень понравилась, — съязвил какой-то уж слишком холодный вампир.

— Не то слово! Как-нибудь почитаешь мне еще, если у меня будет бессонница. — Прикрывая зевоту рукой, поиздевалась я. — Что теперь будем делать?

— Ну, если ты выспалась. Можем поесть. — На последнем он, конечно же, сделал многозначительную театральную паузу, чтобы я почувствовала себя главным блюдом сегодняшнего вечера. И у него хорошо это получилось.

— Как мне лучше себя подать? С маринадом? — издевательство задело Курана, он резко включил свет. Я зажмурилась.

— Можно и в собственном соку. — Не остался в долгу парень. — Пошли. Что ты любишь? Могу приготовить рагу…

— Я не ослышалась? Ты готовишь? Может, ты сейчас еще и съешь что-нибудь обычное, человеческое?

Этот вампир был просто кладезем неожиданностей.

— Дина, я питаюсь как все нормальные люди. Просто иногда мне нужно немного крови, и все. — Он заглянул в холодильник, раздумывая, что приготовить.

— И никаких гробов? Совсем никаких? — несколько обижено прозвучал мой вопрос, я начинала разочаровываться.

Куран не выдержал, засмеялся, глядя на мое по-детски нахмуренное лицо. Схватил за руку и потащил за собой в дальнюю комнату. Дверь распахнулась, меня протолкнули вперед, так что я рухнула на мягкую перину застеленной кровати. Куран стоял у стены и жадно на меня смотрел. Я огляделась по сторонам. Это была его спальня. Все занавешено плотными голубыми шторами, большая полуторная кровать стояла под окном, занимая основное пространство комнаты. Перед ней стоял шкаф с зеркалом во весь рост. Могу представить, чем он перед таким зеркалом да на такой кровати занимается!..

— Заметь! Ты единственная, кто видит это все… — на что-то намекнул он, что тут же было сведено мной в шутку:

— Живой? — продолжила я.

— Ты не исправима. В тебе нет никакой романтики! — опечалился Куран, покачав головой.

— А какая во мне должна быть романтика, если ты сам сказал, что мы друзья! — оживилась я. Может, не поздно все исправить? Но я его, видимо, совсем не интересовала как девушка.

— Идем, есть. — Не стал пререкаться дальше вампир, и повел меня обратно на кухню.

Готовил он действительно собственноручно. Причем не полуфабрикаты, а свежие продукты, умудряясь не испачкаться. Он тушил и обжаривал кусочки мяса, нарезал салат и готовил еще что-то, к чему мне прикасаться категорически запретили, позволив лишь нарезать огурцы, и то под присмотром. Не дав доделать работу, выхватил два оставшихся и нашинковал с такой скоростью, будто он не вампир, а комбайн. Потом меня выпроводили мыть руки, а когда я вернулась, стол был накрыт, и в его центре горели свечи.

— Красиво, — прокомментировала я.

— Раз уж у нас якобы свидание, то вечер должен был бы выглядеть так. — Куран открыл бутылку красного вина.

— Я после вчерашнего не пью! — плюхнулась на стул я.

Он удивленно вскинул бровь, мол, неужели за голову взялась? Пришлось его разочаровать, пояснив, чтобы не думал обо мне слишком хорошо:

— Вчера было не совсем удачное свидание, а потом просто демоническая попойка, и еще эти похороны…

— Мне казалось, что ты девушка приличная, не считая дурацкой привычки бесить вампиров и вызывать нечисть всякую. — Ехидно проговорил он, открыв во мне еще одну отличительную черту. — А что во время празднования кого-то убили? — вампира интересовало только одно.

— Ага, ноутбук. — Хихикнула я, разочаровав парня.

Приготовленное Кураном оказалось настоящим шедевром. Такой вкуснятины я еще никогда не ела. Он заставил меня рассказать обо всех подробностях вчерашних гульбищ. И я веселила его рассказом, в паузах запихивая в рот кусочки обжаренного мяса.

Было уже около половины десятого, когда он отвез меня домой.

— Что будешь делать? — спросил вампир, посмотрев на окна моей квартиры.

— Не знаю. Я уже выспалась, поела…

— Пойдешь к друзьям? — его искренне интересовало мое свободное время, а я поняла, что к друзьям сегодня не хочу.

— Я и так с другом, — на мое замечание Куран только печально улыбнулся.

— Хочешь еще побродить где-нибудь?

Не дожидаясь ответа, он завел мотор, и машина двинулась с места. Мы болтались по городу, слушали музыку на бульваре, а потом решились посидеть в кафе. Заняв самый дальний столик, мы рассматривали посетителей. Шикарная блондинка бросала в сторону моего спутника многозначительные томные взгляды, что послужило очередной темой для шутки.

— Хочешь ее съесть? — поинтересовалась я у Курана.

— А ты против? — улыбнулся вампир.

— Тогда, я съела бы вон того парня, — указала я на крупного, накачанного мачо, жгучего такого брюнета. Он тут же обратил свое внимание на меня, подмигивая и явно решив, что если в такой, как я, рядом сидящий со мной красавец нашел что-то этакое, то игра стоит свеч. Вот только вампиру не понравилось. Курана перекосило. Увидев его недовольную физиономию, мачо испуганно отвернулся, а вампир еще немного посверлил злобным взглядом его спину.

— Ты не можешь никого съесть! Ты не вампир. — Упрекнул меня Куран.

— Зато я ведьма! Чокнутая ведьма!

Вампир рассмеялся, скользнул взглядом по залу и вдруг скривился. Он повернулся лицом к двери, настороженно чего-то ожидая. И тут в кафе вошла парочка, которую я сегодня увидеть никак не ожидала.

— А вот его я съел бы с огромным удовольствием, жестоко и особо кроваво! — вампир подался немного вперед при виде улыбающегося во все зубы Артема. Тот двигался к нам, не подозревая, что идет прямиком в пасть голодному льву. За ним, виляя бедрами, шла Снежанна. Особой радости от встречи со мной на ее лице не было.

— Привет! — притворно ухмылялся бывший, а Снежанна с интересом рассматривала Курана. — Вы не против, если мы к вам присоединимся?

Артем уселся за наш столик, не дожидаясь разрешения. Неприязнь вампира четко прорисовывалась на его лице. Он облокотился о спинку моего стула, слегка отодвинувшись подальше от навязавших свое общество людей.

— Ты познакомишь нас со своим парнем? — не унимался Артем, и я поняла, что случайная встреча оказалась спланированной. Они явно шли мимо, увидели нас в окне и решили не упускать случая. Настроение испортилось настолько, что захотелось бежать отсюда.

— Даниэль, — внезапно услышала я сбоку и уставилась на подмигнувшего мне вампира. Протянутую ему руку он проигнорировал. А я вцепилась в колено Курана ногтями. Он бросил на меня насмешливо-удивленный взгляд и положил ладонь поверх моей на своей ноге под столом.

— Очень приятно. Артем. Это Снежанна. Мы коллеги Дины. — Представился бывший, и заодно познакомил незнакомца со своей девушкой.

— Даниэль? Значит, не здешний? Откуда, если не секрет? — внимание к моему спутнику бесило в первую очередь меня. Пальцы Курана мягко погладили мою, сжимающую его колено, руку.

— Устроил себе каникулы. Я живу во Франции. — Отчеканил вампир, и глаза Снежанны заблестели, как у блондинки при виде дорогущего украшения.

— А у тебя совсем нет акцента. — Заметил Артем.

Я не могла понять, что изменилось. Раньше Куран бы хладнокровно отыграл свою роль, не выдав ни одной тайны. А тут вдруг его понесло на откровенность: имя назвал, сидит весь такой с видом "А я такой голодный…", напряжен. Что он задумал?

— Я знаю многие языки и для удобства общения стараюсь говорить без акцента. — Все же он был выше всех похвал, сдерживал эмоции, и в принципе вел себя мило. Но тут мой бывший ляпнул такое, отчего вампир мог бы запросто перегрызть ему глотку. Точнее последнее захотелось сделать мне.

— Дэн, — вот это меня и убило наповал. — Так как вы познакомились с нашей Диной? Вы давно вместе?

Называть Курана не просто по имени, а идиотски сократив его! Да кто он такой?! Да вампир старше и выше его по статусу и развитию, а этот назвал его "Дэн", как какого-то рэпера!

От переизбытка чувств, я сильнее сжала колено спутника. Куран удивленно на меня посмотрел, но ничего не сказал. Даже улыбнулся и погладил мое плечо, приобнимая и придвигая к себе, словно не он вампир, а я — притом жутко голодный и не управляемый.

— Мы познакомились чуть больше года назад. — Отвечал вампир и, повернувшись ко мне, шепнул: — Как ты вообще могла с ним встречаться? Меня один его запах бесит!

— Отвлекись на что-нибудь другое! — Я боялась, как бы "ароматный факт" не заставил удлиниться клыки друга, поэтому предложила. — Нюхай меня, если тебе от этого станет легче!

Куран рассмеялся, закапываясь носом в мои волосы.

— Хорошо, — согласно прошептал он, касаясь губами моей шеи. — Я тебе не говорил, что от тебя сладко пахнет? Завораживающе! Возбуждает!

— Надеюсь, не аппетит! — не смогла удержаться я.

— Смотря какой! — ответили мне, и мурашки пробежали по коже. Все начало медленно расплываться перед глазами, унося прочь реальность.

— Не увлекайся! — шепнула я.

Тут наш интимный разговор прервали. Моим коллегам надоело наблюдать за сценой близости вампира и ведьмы.

— Дина, может ты расскажешь историю вашего знакомства? — обратилась ко мне Снежанна, заметив, что ее парень впал в ступор.

— Я? — немного отвлеклась от продолжавшего смущать меня вампира и задумалась. — Ну, мы познакомились на встрече выпускников. Даниэль зашел в тоже кафе, пригласил меня на чашечку горячего шоколада… — Вспомнилось мне. Куран не останавливался, играя моими эмоциями, едва касаясь кожи губами и, меня окатывало теплыми волнами фантазий, далеких от приличных. Он это прекрасно понимал, слышал, как изменился мой голос — стал дрожать, и понизился почти до шепота.

— Очень сексуально, — подначивал вампир, целуя меня за ухом. Поглощенная его играми, я уже задумалась, а не передумал ли он насчет дружбы и, даже слабо понадеялась, что вполне нравлюсь ему как особь женского пола.

— Но ты же не любишь шоколад! — попытался подловить Артем, раздражаясь моей отрешенностью. Я уже зарумянилась, от разжигающих пожар в душе прикосновений, и напрочь забыла, где я, с кем и о чем говорю. Легко ли участвовать в разговоре, когда красивый мужчина шепчет тебе на ушко комплименты и пробуждает неприличные желания?

— Как раз тогда я это и узнал… — улыбнулся вампир, отвечая на вопрос вместо меня, и снова зарылся лицом в мои волосы. Артема заметно бесила откровенная демонстрация страсти — и только из-за этого, я неблагоразумно позволяла Курану развлекаться и дальше, хотя уже начала опасаться за сохранность собственной шеи.

Артем отсел от своей девушки, сложив руки на столе, придвинулся ближе к вампиру, будто хотел одернуть его от меня.

— Сколько вы уже вместе? — не унимался бывший ревнивец.

Вот мы и перешли к самому щепетильному вопросу: кто раньше начал предавать?

Куран ответил, как мне показалось, не задумываясь. Он отвлекся от заигрываний и позволил мне перевести дыхание. А передышка была очень кстати! Мне казалось, что я не сдержусь и мигом научусь телепортироваться, к примеру, до хорошо запомнившейся мне кровати в задрапированной синим комнате!

— Через неделю после знакомства. Не смог ее забыть. — Вампир больше не улыбался. Сухо отвечал на вопросы, не отводя взгляда от Артема.

— Да? — не выдержал бывший. — А ты знал, что у нее в это время был еще кто-то?

— Ты о себе? — Сверкнул глазами Куран. Уголок его губ дернулся вверх в надменной кривобокой ухмылке. Он заметил, как перекосило Снежанну. — Знаешь, девушки иногда так поступают. Я уезжал, и позволил ей развлекаться, как она пожелает. В итоге, сравнила, и выбрала лучшее.

Челюсть в этот момент отвисла не только у меня. Вампир наслаждался ступором конкурента. Лицо Артема вытянулось. Оказывается, его обманули и не один раз! А он ведь так хотел быть крутым! Но сейчас только зеленел от злости.

Обстановка накалялась.

— Она призналась, что любит меня… — как-то глупо, по-детски произнес Артем, то ли пытаясь похвастаться, то ли вывести вампира из себя. Причем, лгал ведь безбожно! Не признавалась я ему в любви!

— Врала, — ответил спокойный вампир.

— Но… — почему-то Артем не мог успокоиться, а Курану надоело отвечать на вопросы смертного. Он поднялся, подхватывая и меня.

— Как видишь, она все еще со мной. И так и останется! Простите, но мы вас покинем.

Он потащил меня к выходу. А, выскочив на улицу, сгреб меня в объятия и еще несколько секунд жадно дышал в мои волосы. Потом отпустил, глубоко втянул в себя прохладный весенний воздух, и задрал голову к звездному небу.

— Ты врала, когда говорила, что не признавалась ему в любви? — спросил Куран, не оборачиваясь.

— Нет. Он выдумал это! — оправдывалась я.

— Да понял я, — вздохнул парень, и снова потянул прохладный ночной воздух носом.

— Полегчало? — поинтересовалась я.

— Вроде бы. Как же я хотел его уби..! — не договорил вампир, я итак все поняла, но тут из кафе вышла наша парочка, и чтобы отвлечь расслабившегося Курана, и еще больше разозлить бывшего, я пошла на отчаянный шаг — поцеловала вампира.

Ничего непонимающий Куран, уставился на меня выпученными от ужаса глазами. Опасался, что опять прокушу ему губу. Все же, он закрыл глаза, и положил руки мне на талию, очень правдоподобно подыгрывая. Его губы сладко, нежно, а потом жадно целовали и целовали. Я позабыла, что на нас смотрят.

Возмущаясь увиденным, Артем и Снежанна ушли. А я с трудом заставила себя сделать шаг назад, высвобождаясь из рук вампира.

— Это был очень опрометчивый поступок! — упрекнул он, переводя дыхание. В его глазах блестели звезды, хоть он на них и не смотрел. Эти отблески были теплыми и загадочными, заставляющими удерживать взгляд только на них.

— Зато моя месть удалась! Ты еще скажи, что тебе не понравилось! — уперлась я, шутливо ткнув ему в плечо пальцем.

— Больше ты меня в такую авантюру не втянешь! — пообещал Куран, погладив меня по щеке, отчего я почувствовала себя податливым пластилином в руках скульптора. — Мне стоило огромных усилий, сдержаться и не напасть на него при людях!

— Мне самой этого хотелось, когда он назвал тебя "Дэн"! — Перекривилась я, подражая голосу Артема. Вампир на меня странно посмотрел, заулыбался.

— Так вот почему ты схватила меня за ногу! — осенило его.

— Нет, это я в порыве страсти! — брякнула я, и Куран мгновенно обхватил меня за талию, прижимая к себе. Горячее дыхание на моей шее, пронеслось волной, соскальзывая под блузу, затуманивая рассудок.

— А мне именно так и показалась. У тебя был такой сексуальный голос!

К его удовольствию, я покраснела как помидор, до самых кончиков ушей. Он рассмеялся, отпустив меня. Конечно, догадался о моих чувствах. Тут только слепой не заметит красных пятен на моей физиономии.

— Я понимаю, почему ты так злился на меня. — Смотреть на него я постеснялась, поэтому двинулась в сторону машины, опустив голову. — Я больше не буду называть тебя по фамилии. Отныне только "ваше сиятельство"!

Вампир покачал головой.

— Лучше по-старому. Идем, я проведу тебя!

Но наша ночь на этом не закончилась! Мне было приятно думать, что ему хочется еще немного побыть со мной. Поэтому мы сидели в его машине, припаркованной у моего дома. Опустили сидения и в положении полулежа, болтали на самые разные темы. И нам было уютно наедине.

— Скажи, только честно, такого за всю твою о-очень долгую жизнь не было? — мне очень хотелось верить, что ему понравилось проведенное со мной время.

Он ехидно ухмыльнулся, бросил на меня косой взгляд и снова уставился в потолок, заложив руки за голову.

— На комплимент нарываешься?

— Конечно, нарываюсь! — не сдалась я, оправдав его ожидания.

— Хорошо, — повернулся он, и под напором его взгляда я уже была готова отдаться в его объятия. — Каюсь. Было действительно своеобразно.

— Что значит "своеобразно"? — незаметно для себя, я как-то оказалась в интригующем положении, дергая Курана за ворот пиджака, чуть ли не усевшись на вампире верхом. Он слегка приподнялся и замер в нескольких миллиметрах от моего лица. Не знаю, к чему бы это привело, если не вмешательство луны, которая пустила лучик сквозь окно в машину. Он скользнул по лицу вампира и я заметила нечто новое — шрам начинающийся от виска и спускающийся к шее. Как же раньше я этого не видела? Может, просто, только сейчас способна рассмотреть все его недостатки во внешности, потому что… Почему?

Он дрогнул, когда мои пальцы коснулись его давней раны. Поморщился, хотел отвернуться. Но мое желание узнать о прошлом нового друга было слишком велико. Конечно, рассказывать он ничего не стал бы, и я позволила себе выудить информацию с помощью магии. Как всегда, переусердствовав в этом, я сделала хуже — извлекла его боль из того укромного места, куда он спрятал ее ото всех.

Я видела снег. Он покрыл незнакомую улицу пушистым плотным ковром. У входа в большой шикарный, но сейчас мрачный, дом столпились люди. Их глаза в темноте отсвечивали красным, будто тлеющие угольки в камине. Те, кто скалится, готовятся напасть на одного единственного человека — мужчину, гордого, красивого, заслоняющего собой вход в жилище. Его каштановые волосы немного завиваются, карие глаза с таким же как, и у собравшихся, но более благородным, красным отсветом устремлены на врага. Поза слегка расслаблена, однако, от этого мужчина кажется опаснее. Против него занял место более статный хищник. Достаточно похожий на хозяина дома, вот только глаза его разного цвета: один блестит красным, другой — синим. И удивительно все это тем, что оба противника — родные братья. Я знаю это, потому что чувствую, как их кровь говорит. Мужчины ненавидят друг друга.

— Что привело тебя Поль? — интересуется хозяин дома у предводителя непрошеных гостей.

— Ты знаешь, Жульен! — отвечает ему брат, занимая позицию зверя, готовящегося напасть: слегка склоняется к земле, выставляет вперед левую руку с длинными заточенными ногтями.

— Прости, но ты не получишь ни мою жену, ни детей! — спокойно отвечает мужчина, готовый к тому, чтобы отдать свою жизнь за оставшихся в стенах дома.

Начинается схватка, в которой так или иначе, все равно проигравшим окажется Жульен Куран — тот, кто защищал дом. Обращенные вампиры вспыхивают под его взглядом и разлетаются пеплом на ветру. Но их слишком много, а особое внимание нужно уделить одному — брату! Вот, кто поистине страшный враг.

И вдруг впереди молодого чистокровного вампира выскакивает его сын — точная копия отца.

— Уходите! — рычит мальчишка лет десяти на вид.

— Даниэль, иди в дом! Ты нужен там! — отец кладет руку на плечо ребенка, надеясь переубедить его, но он слишком уперт и остается, чтобы сражаться вместе с родителем. Неравная драка оказывается смертельной для Жульена — Поль вырвал его сердце, на глазах у сына, а потом метнулся к порогу. Ему нужны были Сюзи и Кати — мать и дочь. Даниэль побежал за ним, но дядя слишком быстро передвигался, напоминая жуткий вихрь.

Сюзи Куран в тот вечер сделала все, чтобы спасти своих детей. Она лично попыталась убить брата своего мужа, но погибла сама. Дети слышали ее крики, покидая дом через черный ход. Они бежали по снегу, держась за руки. А потом… Потом Даниэль боролся за свою жизнь и за жизнь сестры с существом намного сильнее его. И конечно, проиграл. Поль усмехнулся, махнул рукой один раз, и кровь хлынула из рассекающей тело на части жуткой раны.

Визг Кати — самой родной, любимой, подаренной судьбой, той, которая являлась смыслом существования… Боль во всем теле, словно меня разрезали пополам. Мир, окрашенный красным — цветом крови… Нет. Самой кровью. Она везде…

Сердце стучит так шумно, ускоряется и замирает. Снег под хрупким изувеченным телом маленькой девочки, с остановившимся взглядом, пропитывается кровью. И подо мной тоже он багровый. А я лежу и ничего не могу сделать, потому что умираю… Только слышу шаги, уходящего убийцы. Только вижу, как тело самого родного, близкого и единственного, предназначенного только мне, любимого существа превращается в пепел… Обещаю выжить вопреки всем и всему! Клянусь выжить и отомстить!..

Из этого кошмара меня вытащил сердитый голос Курана, приказывающий прекратить магическую практику и не сметь задыхаться! Я распахнула глаза — дымка чужого прошлого постепенно таяла, как снег на лице лежащего в крови ребенка. Вся мокрая, в слезах, я никак не могла понять, что делаю на земле рядом с машиной. Около меня, присев на корточки, сидел испуганный не на шутку вампир. Он держал меня за талию, крепко — боясь выпустить из рук. Наконец, рассмотрев мужчину, я перестала бояться и просто бросилась к нему на шею, продолжая всхлипывать.

— Зачем тебе это нужно было? — зазвучал его сердитый голос у моего уха.

— Это все так… Так больно… Никто не помог! Их считали предателями, поэтому позволили всему произойти. Сволочи! — шок не позволял говорить или нормально двигаться. Слезы не прекращались, лились, и я только сильнее хваталась за Курана. Он поднял меня на руки, вернул в машину, уложил на заднем сидении. Я оказалась на его груди, в очередной раз, заливая слезами дорогую рубашку.

— Столько боли, ненависти, злости, и… одиночество! — я говорила, хрипя в тишине сорванным голосом. — И ты никому это не доверял. Никому. Всегда сам. Всегда один. Господи! Куран, как ты пережил это?

— Не знаю. — Ответил он, задумчиво поглаживая мое плечо. — Может благодаря тому, что хотел отомстить. Я заставил себя выжить. Бродил сначала по окрестностям и уничтожал все живое, что мне только попадалось. Потом путешествовал, чтобы не попасться ему на глаза, до того, как стану сильнее и смогу дать отпор.

Вампир рассказывал о прошлом. Я же позволила себе, сунуть руку под его рубашку и гладила волнистый шрам на его груди, почти коснувшийся сердца. Подумать только: совсем немного и этого кареглазого красавца не было бы здесь. Я всхлипнула. Куран прижал меня к себе крепче. Он не останавливал меня, когда я своевольно трогала его шрамы, не отказывался от моих прикосновений. А меня успокаивала возможность почувствовать его кожей — знать, что он жив.

— Я видел очень многое, был везде.

И я знаю, что это так. Вижу: Африка, Америка, Лондон в Великобритании, какие-то острова. Люди встречались ему совсем не добрые, каждый из них внес лепту в создание холодного, сильного образа Даниэля Курана, стойкого и отважного, хитрого тирана. Жизнь научила его притворяться, люди — ненавидеть и стремиться к мести.

— Потом я вернулся на родину, завел необходимые связи, вернул поместье, — для этого ему и его приспешникам пришлось убить не одного собрата по крови. — Встретился с ним, и он сделал вид, что прошлого не было.

— Даниэль, — я не хотела, чтобы он и дальше мучил себя. — Закрой глаза!

Он хотел возразить, заявить, что не потерпит никакой магии и вообще отлупит одну вредную ведьму, которая сует нос не в свои дела. Но посмотрел на меня и покорился. Я сделала еще одну глупость — вытащила из его груди и этот тяжкий груз (не весь, но часть), склонившись к шраму, поцеловала, всасывая боль вместе с воздухом. Потом вернулась в прежнее положение, умастившись удобнее на его плече. Он не шевелился, не говорил. Тем не менее, его руки крепче сжались, сильнее обнимая меня.

— Теперь все будет хорошо! — заверила его я. — Тебе больше не нужно быть одному, Даниэль!

Он заставил меня повернуться и посмотреть себе в глаза. Слишком много противоречащих друг другу эмоций сменялись и смешивались в блестящих карих очах. Мне не хотелось мучить его еще больше — и над нашими головами, прямо под потолком, засверкали волшебные фейерверки.

— Дина! — прошептал он, и в его голосе что-то изменилось, будто струна дрожала. — Это действительно самый необычный день в моей жизни.

Он уперся носом и губами в мои волосы, и тихо дышал.

Так мы просидели еще долго, почти до рассвета. Тревоги больше не посещали нас. На восходящее солнце мы смотрели вместе, я не отпускала его руку.

— Спасибо! — поцеловав его в щеку, я отодвинулась, собираясь вернуться домой. Но он не хотел меня отпускать. — Увидимся сегодня!

Куран разжал пальцы, позволяя мне уйти. Но мотор машины завелся только, когда я поднялась на свой этаж…

Глава 17. Какими бывают вампиры

Самые сладкие сны за долгое время: мягкость поцелуев, тепло объятий вампира и… губы Курана раскрываются, чтобы произнести что-то важное, к примеру…

"Жрать! Жрать! ДАЙ!"…

Я даже подскочила на постели, вся в холодном поту. А на прикроватном столике сидел Холодец и затягивал свое: "Кота не кормят! Изверги! Жрать дай! Колбасы честным котам!"

— Сволочь! — не хватило моего ангельского самоконтроля. — Иди мышей ловить!

— Нет у нас мышей! — принялся умываться пушистый террорист.

— В подвал сходи! — предложила я и, поднялась, чтобы одеться.

— Там грязно! Мау! Сама! Мау! Иди!

— Я тебя сейчас, как пошлю!.. — летающий тапок только сбил светильник, но в кота не попал, так как эта образина успела слинять быстрее, чем я сняла домашнюю туфлю.

— Мазила! — тут уже в нашу утреннюю перебранку влез домовой.

— И тебе не хворать! — огрызнулась я, а Василий нет — чтобы промолчать, начал высказывать мне, какая я плохая, бессовестная, и вообще отвратительная личность, с которой ему приходится жить под одной крышей и дальше, согласно стандартной речи квартирного духа.

— Опять с вампиром шлялась! Уже весь дом об этом гудит! Его машина стояла у подъезда долго! А вы сидели в ней! И что вы там делали?

— Кусались! — зло процедила я и, мило ему улыбнулась. — То он меня, то я его!

Даже закатывала глазки, демонстрируя, как мне понравилось — на этот раз тапки, и другие вещи, включая предметы меблировки летели в меня. Из чего я сделала вывод: родители уже на работе, раз мои монстры бушуют, никого не стесняясь. Пока меня не прибил местный волосатый "глас совести", я спряталась в ванной. Хотела поплескаться в теплой водичке, да чуть не утонула. Потянулась за мылом и перед глазами поплыли такие кораблики, звездочки и русалочки, что меня просто выкинуло из мира реального в нереальный без спроса и подготовки. Короче, поймала я галлюцинацию, мол, посещаю пещеру Судьи, и он меня так хвостом манит, зовет: "Приди, страж!".

Я вынырнула, отплевалась. Порадовалась, что могу дышать.

— Вася! — заорала я, призывая домового в помощь. Ведь первой идеей было — пожаловаться Сашке на бесконтрольность подлых глюков. Но друг опередил меня. И квартирная душа приволокла мобильник, едва ли не уронив его в воду.

— Алло? Ты не представляешь… — мы синхронно вопили в трубку, так что разговор не вязался.

— Ты первая! — предоставил мне право поведать обо всем друг.

— Я видела нашего змея!

— Аналогично, Уотсон! — выдохнул маг. — Мы тут… э… короче, очень не вовремя… Тоже его видели.

— Оу… — судя по его путанным и ломаным объяснениям, друзья, в отличие от меня вовсе не ванную принимали. — Думаешь, надо к нему заглянуть?

— Да! И срочно. Иначе, он не стал бы нас вызывать таким вот образом.

Через двадцать минут мы втроем собрались нашим маленьким Клубом Изгнанников, и пошли в гости. Пробрались через тайный ход в здание городского суда, спустились в пещеру, и обалдели. В обители змея уже гостили дети. Точнее подростки: парень лет шестнадцати и девчонка — пятнадцати. Сидели они в очень неудобной позе прямо на каменном полу, отмораживая себе проблемные точки приземления. А в том, что они именно проблемные никто не сомневался — по какой же еще причине двоих горемычных занесло к Судье. А тот, кстати, явно не рассчитывал на роль няньки.

— Бандар-логи! — сквозь шипение услышали мы, и кровожадный тон, произнесенного им слова, нам очень не понравился.

— Звал? — робко шагнула вперед я.

— Что должны делать стражи? — Судья злился, шипел, щелкал хвостом. А его маленькие гости с интересом за всем наблюдали.

— Следить за ростом магического населения, отслеживать волнения силы и уравновешивать весы Зла и Добра, дабы великий Сдуья не поднялся, чтобы вершить суд… — Отчеканил, как на духу Сашка.

— А почему… Сссссссс… Сии представители магического народа разгуливают свободно и безнаказанно проникают в святая святых?

Дети посмотрели на нас, мы на них, потом опять уставились на змея.

— Кхе, кхе, — прорезался голос у оборотнихи. — То бишь, они влезли в твой дом, а ты нас, как полицейских вызвал, засвидетельствовать и конвоировать злоумышленников?

— Вот оно, общение с Русланом! — выдохнул Саня.

— Ссссс… Сейчас же займитесссссссссссссь ими! — грозно щелкнул хвостом Судья и оскалил клыки.

— Что нам с ними делать? — задумался маг.

— Казнить? — ляпнула, не подумав Римка, и малявки перепугано уставились на змея.

— Восссспитывать! — развеселился тот, и спрятался в темноте.

Римка без вопросов, подошла к магу, и стала снимать с него пояс. Парень удивленно вскинув брови, следя за ее движениями, пока не надумал спросить:

— Ты чего?

— Ну, воспитывать буду! — пожала плечами Римма и один раз для убедительности хлестнула ремнем себя по руке. Сморщилась, а детвора завопила.

— Не сссссздесссссь! — донеслось из темноты.

— Встали, и пошли за нами! — командирским тоном выдала подруга.

Александр, судя по пасам руками, поставил то ли маячки, то ли сетки-ловушки на дебоширов. Они же брели за суровой теткой Риммой наверх.

— Как вас звать? — спросил маг у конвоируемых, когда мы оказались на улице.

Римма оглядывалась по сторонам, прикидывая, куда бы нам податься, чтоб никто не заметил, как мы по очереди малолеток лупить будем. И кивнула в сторону неплохой беседки, которую вполне можно скрыть от посторонних взглядов. Миссия по маскировке легла на мои плечи.

— Даша, — пролепетала девочка, шаря испуганными глазками по округе.

— Дима, — мальчишка был более смелым. — А вы, бандар-логи?

— Мы — стражи! — хихикнула я.

— А почему Он вас так назвал? — заинтересовалась, немного осмелев Даша.

— Он нас еще не так называет… — хмыкнула Римма. — Вот, когда Дина чуть не разгромила пол здания над пещерой, Судья сказал, что она пи…

Сашка покосился на девушку, и она не стала до конца произносить совершенно нелестное словечко, приводящее меня по сей день в смущение!

— В общем, пессимисткой он ее назвал! — исправилась подруга.

Дети с уважением поглядели на меня. Я даже загордилась. Но потом опять вспомнила то слово и покраснела, стыдливо опустив голову.

— Так, — прошелся по беседке Сашка. — Нам велено вас наказать…

Мальчик и девочка приготовились драпать от воспитателей. Но Римма поймала шустрого парнишку за ворот и встряхнула пару раз, как не выбитый коврик от пыли.

— Но наказывать мы вас не будем, потому что не знаем за что толком! — продолжил Сашка.

— Мы прочитали в одной книге, что зуб исполинского змея, перетертый с кровью орла и соком столетника, — признался сорванец, — может излечить любого.

— Вот как! — вскинул бровь маг. — И как вы проникли в берлогу Судьи?

— Поколдовали немного! — ответил парнишка.

— И судя по тому, что шепелявость нашего старшего товарища усилилась, то преуспели в том, зачем пришли! — буркнула Римма.

— Кстати, и как вам удалось его обездвижить! Ведь он бы не стал сидеть смирно и дожидаться, пока вы поиграете в юных стоматологов! — вслух размышлял Сашка, прикручивая в голове самые несложные приемы начального уровня магии, ведь детки не должны были обладать силами большими, чем простенькие фокусы…

— А вот как! — выпалила Дарья и, нас парализовало так, что даже моргнуть сложно оказалось. А двое детей стартонули с места и дали такой кросс с препятствиями… В общем, догнать мы их не смогли бы, даже если бы очень постарались. К тому же, очухались мы лишь к позднему вечеру. Я из-за этих малолеток на смену опоздала и мучилась жуткими головными болями! Пока друзья занимались поиском стыривших зуб Судьи ребятишек, я честно старалась выдержать мучительную ночную смену! А тут еще и, как на зло, ухажера принесло — Игоря!

Плейлист играл в эфире, а мы с оператором сидели на подоконнике, попивая горячий чай. Хоть парень и обиделся немного за мое хладнокровное отношение, все равно приходил, словно ему около меня помазано чем-то.

— По центру ходят слухи, что у тебя есть парень. Какой-то иностранец. — Заговорил он.

— Ну и что, — пожала плечами я, вернувшись в мыслях в объятия вампира, когда Куран обнимал меня на заднем сидении своей машины и мы встречали рассвет. Наверное, я даже покраснела. — Он… В общем, тяжело объяснить.

— Мне все равно! — Заявил Игорь. — Я хочу, чтобы мы были с тобой…

— Зачем тебе это нужно? — не могла понять я, прервав его в самый разгар признания.

— Ты мне нравишься! — признался парень. — Я хочу тебя…

Я отодвинулась от него — слишком уж он разоткровенничался, авось и к конкретным действиям перейдет.

— Притормози! — Прошипела я. — Возможно, тебя это обидит, но я пока не хочу ничего такого! Уж прости! — постаралась охладить его пыл, однако, не слишком преуспела.

— Я ничего от тебя не требую! — сказал он. — Я буду ждать.

Выдав все это, он развернулся и ушел. А я едва сдержалась, чтобы не ляпнуть: "Долго ж ждать тебе придется!".

Оставшись одна с полусонным техником в соседней комнате, я старалась не поддаваться теплой дреме, атаковавшей меня с новой силой. Чтобы избавиться от навязчивых мыслей о мягкой подушке, которая пахнет моим шампунем, об одеяле, раскрыла книгу и принялась усиленно вдумываться в события романа про вампиров, удивляясь тому, как красиво выдумана любовь человеческой девушки и более сильного существа… Короче говоря, я все-таки уснула.

Ближе к 3-м часам, меня разбудила Зинаида Ивановна.

— Иди, я дальше сама справлюсь! — работать с ней было одно удовольствие. Не раз она отпаивала меня своими хитрыми рецептами травяного чая, когда я приходила на работу с температурой под 40. Вот и сейчас проявляла заботу, отпуская меня домой.

Поблагодарив ее, я покинула аппаратную. Вышла во тьму ночи, вдохнула прохладу и еле передвигая, раненные новыми туфлями ноги побрела по аллее, задаваясь вопросом, кто меня просил, совать в эти изобретения инквизиторов свои конечности?! Пятки и пальцы я растерла до крови.

Вокруг было пустынно и тихо. Я ковыляла, прихрамывая, и смотрела на носки проклятых туфель. Мысли были заняты сюжетом интересной, но так и не прочтенной до конца, истории. И вдруг, я поняла, что за мной кто-то идет. Обернулась и не успела даже среагировать, когда увидела позади себя незнакомца, с занесенной надо мной рукой, в которой он сжимал пахнущий какой-то дранью платок. Его запястье крепко держал и выворачивал вампир, прижав меня к себе. Куран, непонятно откуда взявшийся, зашипел на незнакомца, оскалился, пугая всем своим видом.

— Прочь! — приказал он, и маньяк (а я даже не сомневаюсь, что это был он!) сбежал. До меня постепенно начинало доходить, что произошло: озабоченный дяденька хотел поразвлечься, припас для случайной жертвы, желательно женского пола, платочек с хлористым, думал, даст девушке понюхать мерзостного лекарства, та потеряет сознание, а он спокойненько оттащит ее в кусты и там… Но приперся какой-то человек, явно нелюдь, при ближайшем рассмотрении, и все испортил.

— В порядке? — спросил Куран, всматриваясь в мое перекошенное лицо, потом просто подхватил на руки и понес к дому.

Хорошо иметь такого друга!

— Я могу и своими двумя пойти! — для приличия заявила я.

— Не уверен! — сказал парень, будто знал, что я растерла ноги туфлями. Хотя, если он за мной следил, то по моей походке без труда догадался!

— Как ты здесь оказался? — мне хотелось говорить с ним, а он почему-то выглядел очень грустным.

— Не спалось! — сказал вампир.

— Мне бы так! — промямлила я, пристроив голову на его плече. — Всю смену мигренью мучилась, а потом глаза так закрывались, что я уснула!

Вампир только хмыкнул. Он принес меня прямо к двери квартиры. Бережно поставил на пол и, облокотившись о стену, наблюдал, как я вожусь с замком. Потом его терпение лопнуло, Куран отобрал у меня ключи и быстро открыл дверь.

— Может, зайдешь? — мне почему-то казалось, что он не просто так пересек полгорода поздней ночью.

— А как же родители? — улыбнулся вампир.

— Они, наверное, спят! — пожала плечами я. — А если что, есть твой любимый шкаф!

Парень рассмеялся. Поддавшись уговорам, прошел, снял обувь. Мы прокрались в мою комнату, стараясь никого не разбудить. Я схватила сменные вещи, и переоделась в ванной, оставив вампира одного в моей спальне. Когда вернулась, Куран стоял у окна, рассматривая перекресток. Я села на кровати.

— О чем хотел поговорить? — осмелилась спросить и он, наконец, обернулся.

— С чего ты взяла?

— Куран, ты, что хочешь, чтобы я поверила в твою бессонницу? — возмутилась я.

— Мне действительно не спалось, — пожал плечами он.

— Ладно, захочешь, расскажешь. Иди ко мне. — Мне хотелось повторения той странной ночи, когда после свидания, мы сидели в машине и он обнимал меня. А вот вампиру идея не понравилась, он сопротивлялся, как благовоспитанная барышня в первую брачную ночь. Но я ж его не собиралась соблазнять… Хотя…

— Я тебе что, медведь плюшевый? — Он скрестил руки на груди в знак того, что даже шевелиться не подумает со своего места.

— Ты же знал, что попрошу. Или ты хочешь, чтобы я тебя уговаривала? — мне казалось, что ничего дурного я не требую.

— Интересно посмотреть, как же у тебя это получится, — злорадствовал вампир, но тем не менее, перешел поближе, присев на край постели. Я бесцеремонно залезла к нему на колени и, несмотря на сопротивление, обняла.

— Ты всех к себе в кровать тащишь? — за этот вопрос он получил подзатыльник.

— Идиот!

Я разозлилась, сползла обратно, и уткнулась лицом в подушку, не желая иметь с ним ничего общего. Значит, вчера он мне глупости всякие на ухо шептал, а сегодня делает из меня какую-то озабоченную! Он ухмыльнулся. Я хотела швырнуть в него подушкой, но ее предусмотрительно и быстро отняли.

— Верни! — потребовала я, стараясь не смотреть в глаза вампиру.

Он покачал головой.

— Ну и ладно! — обидевшись, я отвернулась от него и свернулась калачиком на кровати. Куран передвинулся с края поближе, поднял мою голову, подсунул подушку, и прежде чем успел отсесть, был схвачен за руку.

— Тебе нравится меня обижать?

Его глаза внимательно рассматривали меня, словно пытаясь рассказать то, о чем помалкивает хозяин.

— Нет. Просто хочу, чтобы ты поняла, насколько нам опасно общаться. — Шепотом ответил он.

— Вот как? И чего же ты тогда ходишь за мной?

Вампир надул губы и замолчал.

— Дина, — от того, как он произносил мое имя, внутри все сжималось. И этот подлец пользовался этим! Он усмехнулся и вместо того, чтобы ответить на мой вопрос, умостился на боку, прижимая меня спиной к себе, и задал свой вопрос:

— Дина, подумай, что будет, если?.. — Его голос запнулся. Парень потянул носом запах моих волос и, обжигая горячим дыханием шею, тихо и угрожающе сказал: — Можешь не думать, я уже этого хочу…

Я попыталась повернуться, но меня крепко сжали, заставляя лежать ровно и не дергаться.

— Сейчас я хочу, вонзиться тебе в шею и пить кровь пока… — очень кратко, но живописно поведал о своих эмоциях парень.

Он резко оттолкнул меня, и сев на краю, стал подозрительно сосредоточенно рассматривать собственные руки. Нормальному человеку после такого признания, хватило бы ума, если не вытолкать упыря из своего дома, то хотя бы убежать. А я… Мой страх прошел также быстро, как и появился, в течение одной секунды. Я смотрела на спину, опустившего плечи парня, пытавшегося скрыть от меня свою истинную сущность, спрятать ее подальше в душе, чтобы она не мешала ему общаться со мной. В последнее время во мне поселилось странное желание оберегать его, и я положила руку ему на плечо. Куран брезгливо стряхнул ее.

— Понимаешь, чем это грозит? — закрыв лицо ладонями, он жутко злился и не только на меня, но и на себя тоже.

— Даниэль, если тебе будет легче, можешь… — это был мой способ отблагодарить его, за все, что он сделал, за все разы, когда спасал мне жизнь, когда помог и маме, и сестре. Огорошенный вампир развернулся, не веря своим ушам, и смотрел на меня так, будто я предлагаю ему что-то непристойное, и постарался отодвинуться.

— Не смей! — разозлился еще сильнее Куран.

— Раньше тебе мое разрешение вообще не нужно было! — обиделся поздний ужин на своего едока. — Просто я подумала, если все будет добровольно… И если ты помнишь, когда-то давно, я уже говорила, что моя жизнь — твоя… И в прошлый раз, ты остановился…

Он изумленно уставился на меня, прокручивая в памяти прошлое, а потом схватил за руки, притягивая ближе.

— Только нежнее, хорошо? — единственное, что могла попросить я.

Прерывисто дыша, Куран обнял меня, укладывая обратно в постель. Его дыхание чувствовалось на коже, щекоча нервы и возбуждая. Я ждала, когда это произойдет, но вместо укуса ощутила поцелуй: один, второй… Прижимая меня к себе, он не переставал целовать мою шею. Несмотря на легкий страх, мне было тепло и приятно. Сердце ускорило такт. Пальцы запутались в волосах парня. Я все ждала, когда же он укусит, но этого не происходило еще долго, словно вампир вовсе не съесть меня хотел… Куран нежно, целовал мои плечи, шею, подбородок, щеки. К губам так и не прикоснулся, хотя я уже сама мысленно желала переступить черту "дружбы". Да и была ли она между нами? Надеялась, что в своем стремлении, он так заиграется, что сам забудет обо всем.

Может быть, виновата особая притягательность вампиров, может близость, его сила, или то, как он со мной сейчас бережно обращался, но я совсем разомлела, и, наверное, даже начала постанывать. Куран улыбнулся. А в мою голову закралась неприятная мысль: что если, он так со всеми, когда ест?

К уколу ревности, добавилась легкая ноющая боль. Она дала понять, что его клыки прокусили кожу. Тихий стон, пришлось подавить, уткнувшись в плечо вампира.

Это длилось не долго, несколько минут. Потом все закончилось. Я обмякла в его руках, не могла двигаться и просто смотрела на него, чувствуя себя выжатой. Куран не спешил меня отпускать, заглянул в глаза, поглаживая по щеке и, поцеловал в губы (момент выбрал самый подходящий — когда я не могла ему ответить!).

— Ты все еще считаешь, что со мной безопасно? — прошептал он, удовлетворенный произошедшим.

Не в силах ничего сказать, я кивнула. Голова кружилась, шея болела. Куран ласково поглаживал приоткрытое растянутой майкой плечо, мои волосы. Впервые глядя на меня с такой нежностью, какой меня еще никто не награждал. Он снова поцеловал меня в губы, мягким, почти не ощутимым поцелуем.

— Спи, — его губы коснулись моей щеки.

— Ты останешься? — хриплым, далеким, чужим голосом спросила я, ужасаясь этого звука.

— Да. Спи. — Шептал, лаская, он. — Сегодня останусь. Но завтра… Я возвращаюсь, Дина.

— Ты за этим пришел? Попрощаться?

Мне стало жутко обидно!

— Прости, — проговорил Куран.

Я расстроилась настолько, что нашла в себе силы перевернуться на другой бок, чтобы не смотреть на вампира. Но, так как он обещал не уходить, то остался и обнял меня, поглаживая мои волосы.

— Не говори, что будешь скучать! — с сарказмом произнес парень.

— Не говорю… — промычала я, рассматривая уголок одеяла.

— Я не слышу восторга! — то ли пытался взбодрить, то ли поиздеваться Куран. — Злой, надменный вампир покидает твой город, а ты как в воду опущенная. Или я слишком много выпил? Вроде бы старался следить, чтобы не отнять лишнего. — Его голос снова изменился, приобретя оттенки грусти. — Дина? Тебе нечего мне сказать?

— Та книга у тебя с собой? — уснуть было тяжело, сердце сходило с ума от тревоги, да и говорить что-то на прощание не хотелось.

— Нет. Но если хочешь, я прочитаю тебе по памяти. — Предложил Куран, укрыл меня одеялом, прижал к себе, и тихо зашептал по-французски отрывки из книги. Я ничего не понимала, но голос его был таким мягким и обволакивающим, что я расслабилась и уснула. Снились мне кошмары. Я бродила в темноте, по заполненной людьми улице. Вглядывалась в спины и затылки. Липкий ужас не покидал. Всепоглощающее одиночество доводило до истерики. Пробежав несколько метров и, не сдвинувшись с мертвой точки, я поняла, кого ищу в толпе теней. Но его не было! Здесь точно его не было. Самое ужасное, что я понимала — не смогу его найти…

Солнце застало меня пялящейся бездумным взглядом в раскрытое окно. Рядом бурчал о моей безнравственности домовой. Холодец противно орал о том, что голоден. Мама стучалась в комнату. Папа бегал по квартире и донимал маму, вопросами о местонахождении его носков. Я только натянула одеяло на голову.

Потом ватные ноги донесли мое бренное тело до ванны, где я несколько часов провалялась, парясь и приходя в себя. Дома на тот момент уже никого не было. Выходной был только моим, и начала я его с плотного завтрака, после чего снова упала спать. Ближе к вечеру объявились дорогие друзья. Сашка нашел воришек, и предлагал навестить их. И я собралась! Встала, решив, что в моем состоянии не плохо бы немного размяться и ни о чем не думать!

Глава 18. Детские забавы или Мучения для взрослых

Солнце опускалось за горизонт, а мы опять стояли, как три истукана на… детской площадке и тихо ненавидели голубей. Все началось с того, что Сашка вычислил адрес детишек-воришек. Славные ребятки оказались братом и сестрой. Не родными. Сводными. Отличались мерзким характером и недюжинной магической силой. Последнее мы испытывали на себе вот уже третий час, помышляя о жуткой мести!

— Медитируем? — с интересом всматриваясь в наши лица, прямо из воздуха материализовался демон. — Не буду мешать!

Мы не сговариваясь, синхронно замычали. Марк повернулся, ухмыльнулся и присел на лавочку, наслаждаясь нашей сконфуженной компанией балванчиков. Потому что именно балванами, мы себя и чувствовали. Первая встреча нас так ничему и не научила! Вот знали же, что эти двое подлецов могут нас парализовать.

— Чего это с ними? — появилась рядом Лиза, помахала ручкой перед нашими выпученными глазками.

— Медитируют! — авторитетно заявил Марк.

— Да? — не поверила девушка. — Это очень полезно!

Потом ее глаза подозрительно сузились, и, улыбнувшись, Лиза исчезла. Чтобы вернуться спустя минуту с косметичкой в руках. Пользуясь тем, что мы не можем дать ей сдачи, это подлое создание сделало из нас клоунов.

— А им идет! — оценил старания подруги демон, и тут действие обездвиживающего заклинания закончилось. Римка ухватила Лизу за руку и злобно зашипела сквозь клыки.

— Я тебя сейчас так раскрашу!

— Ой! — пискнула демоница и испарилась.

— Похоже, она не хочет, чтобы ее раскрашивали! — флегматично прокомментировал Марк, не подозревая, что его уже избрали "демоном отпущения". Однако мстить ему за выходки Лизы оказалось жутко скучно!

— Ну, так не интересно! — возмущалась Римма, нарисовав на физии друга маску клоуна. Весельчак получился, мягко говоря, адский и зловещий. — Хоть бы посопротивлялся, для приличия!..

Марк шел с красными кругами от помады на щеках и нарисованной улыбкой до ушей по улице, гордо вскинув голову. От него (да и от нас тоже) люди шарахались в стороны. Благодаря усилиям Лизы из нас получилась очень пестрая компания — готические шуты, рыскающие по городу в поисках кого бы рассмешить… до смерти!

— И чего будем с ними делать? — злилась Римма.

— Если найдем! — поправила я.

— Пусть молятся, чтоб не нашли! — прошипел Сашка и стянул с бедер кожаный пояс. По сему стало понятно, что воспитывать на этот раз малолеток будем серьезно!

Сашкины маячки, поставленные еще в первую встречу на сорванцах-недоучках, и в дальнейшем помогали нам отыскать несносную парочку. Но на сей раз мы обнаружили их, крадущимися в поликлинику поздней ночью.

— Ну все! Пощады не будет! — сказала Римма хлопнув по столбу поясом.

Я не выдержала и расхохоталась. Три клоуна покосились на меня. Смыть макияж мы так и не удосужились. Хотя, когда оборотниха пыталась стереть платком хоть частично шедевр демонического визажиста со своего лица, выяснилось, что Лиза пользовалась ну очень стойкой косметикой!

— Простите! Просто угрозы от клоунов… — перевела дух я.

— На себя посмотри! — фыркнул Марк.

— Кстати, напомните мне, придумать месть для нашей драгоценной подруги! — попросила я, и даже демон кивнул — ему же пришлось отдуваться за нее!

Веселенькой компанией шутов-садистов мы прокрались в клинику. Пустили усыпляющий туман. Сашка еще похвастался, приговаривая, дескать "я лучший анестезиолог в мире!". Его пнули, и посоветовали "меньше лясы точить!". Далее, взяв след, как ищейки, клоуны пошли на второй этаж. Там остановились у одной из палат, наблюдая за бодрствующей детворой, которой магическое снотворное никак не помешало творить свои пакости. Они сгруппировались над мирно сопящей старушкой и, влив ей в рот какую-то гадость, замерли в ожидании чуда. Но ничего не происходило.

— Балбесы! — фыркнул Сашка. — Такие ингредиенты испортили!

Дети испугались. Дернулись и тут же решили поприветствовать нас дикими воплями и магическими трюками. Едва не уписавшись от страха, ребятки швырнули в нас таким мощным щитом, что чуть не разнесли его мощью пол отделения. Я очень вовремя выставила перед нами собственный щит. Толку от него было мало — он разрушился, столкнувшись с чужой магией, но зато мы остались стоять на месте… а не стекали по противоположной стенке в коридоре кровавыми кляксами.

— Вы это, умерьте пыл! — выдохнула Римма, почувствовав отдачу от колдовства.

Несмотря на запальчивость и силу молодежи умудренные опытом ведьма и маг смогли пройти в палату. Сашка отпустил Димке подзатыльник в воспитательных целях. Потом осмотрел лежащую на койке пожилую женщину и спросил у детворы:

— Бабушка ваша?

Димка и Дашка оскалились.

— Да чего вы рычите! Дурачье! — не выдержала оборотниха и отпустила еще два воспитательных подзатыльника. — Лучше отвечайте, как есть, без утайки!

— Советую, ничего не скрывать! — сказал Марк, очень внимательно присматриваясь к спящей женщине. — Вы только что влили в нее отраву, которая без должного заклинания не подействует! Она умрет через десять минут!

Мы все раззявили рты и вытаращились на демона, а он флегматично пожал плечами.

— Марк! — обратился к нему Сашка, на которого тяжелым хнычущим и злобным грузом повис Димка. Дашка ревела и кричала, рухнув на кровать около бабушки, так что другу пришлось перекрикивать все эти вопли, чтобы объяснить демону: — Телепортируйся ко мне домой. Возьми ноутбук!..

И не успел договорить, как Марка и след простыл. Саня прикусил губу…

— Что? — дернула его за рукав я.

— Я забыл его предупредить! — пробормотал маг.

Через три секунды в палате снова материализовался демон: злой, истрепанный, в оборванной одежде, но с ноутбуком в руках. Он так посмотрел на Сашку, что Римма невольно перекрестилась сама и парня своего перекрестила. Марк поежился.

— Прости! Я забыл предупредить, что поставил защиту… — Пожал плечами друг.

— А ее уже и нет! — фыркнул демон, вручив магу компьютер, и стал приводить себя в порядок.

— Ладно! Потом переставлю! — махнул беззаботно рукой Саня.

Мне же стало интересно. Выходит друг не особо доверяет нашим товарищам из потустороннего мира! Может и самой стоит поставить какую-нибудь защиту?

Сашка, пока я размышляла, сел прямо на пол, не отыскав удобного стула, и принялся шарить в компьютере. Димка, мигом пришел в себя и пристроился позади мага, заглядывая ему через плечо. Бабушка уже стала подавать признаки жизни… то есть смерти. Закашлялась. Задергалась в конвульсиях. Посинела. Дашку пришлось отдирать от койки старушки. Тут, как нельзя, кстати, пригодилась наша Лиза. Она видимо, наблюдала за всем с дистанции, а теперь решила вмешаться. Подхватила девчонку на руки и оттащила в угол, прикрывая ей рот ладошкой. Дарья проливала слезы, молча глядя на гибель родного человека.

— Ну вредители! — бурчал маг. — Сиротами могли остаться, если бы мы не появились!

— А вы поможете? — большими слезящимися глазами уставилась на доброго дядю волшебника Дашка, оттянув руку демоницы.

— Посмотрим! — выдавил друг, включил комп и потребовал от мальчишки: — Как называлось то, где вы нашли рецепт!

Димка описал книгу, рецепт и даже пересказал, где конкретно им удалось откопать сей раритет. Саня, как обладатель, самой большой библиотеки по колдовству в электронном виде, быстро застучал пальцами по клавиатуре, забивая в поисковик необходимый запрос. Ну и поколдовал для облегчения задачи.

— Есть! — вскочил он, еще раз пробежал глазами по тексту и потребовал, чтобы мы все встали кругом около больничной койки. Дети тоже присоединились. Демоны с неохотой влились в коллектив колдунов. Сашка закрыл глаза. Все взялись за руки. Друг что-то прошептал и далее наши мысли слились в одну — Сашкину! Губы сами проговаривали необходимые слова на латыни. Скажу вам — не приятно чувствовать себя марионеткой в чьих-то руках, но для благого дела мы все терпели…

Прошло прилично времени прежде, чем заклинание подействовало. Мы отпустили руки только, чтобы поймать мага, падающего в обморок. Римка ухватила его за рубашку в миллиметре от пола, встряхнула, треснула по щекам и поставила на ноги около окна, сунув его зеленую физиономию в приоткрытую форточку.

— Что ж ты у меня такой слабый? Ты мужик или кто? — бубнила оборотниха, приводя в сознание любимого.

— Я маг! — промычали ей в ответ, и друг, распахнув окно, перегнулся через подоконник. Вот так, бедненький, израсходовал весь свой скудный запас силы!

Мы внимательно смотрели на бабушку малявок. Она, кажется, вернулась в мир живых. Порозовела и равномерно задышала.

— Спасибо! — обрадовались дети, и бросились к магу-чудотворцу, намереваясь его облобызать.

— "Спасибо" не отделаетесь! — рыкнула на них Римма.

Дашка и Димка попятились.

— Вы почему не дочитали до конца весь магический ритуал? — решила поиграть в суровую тетку и я.

— Так там же дальше одни карябки были! — в свое оправдание выдала Дашка, за что получила затрещину от пришедшего в чувства Сашки.

— Так! С завтрашнего дня я берусь за ваше образование! Клянитесь, не убегать, не лениться, и честно учиться!

— Да! А то сила есть, а ум с орешек! — вставила свои пять копеек Лиза.

Дети на нее обиделись, но ровно на три секунды, потому что, стоило демонице сверкнуть красными бликами глаз, как малявки раздумали сердиться на тетю из ада!

— И латыни учиться придется? — вздохнула Дашка, представляя, какие веселые будни ей предстоят.

Сашка только гаденько усмехнулся и на меня тоже посмотрел с ехидцей. Ясное дело — меня он тоже намеревался учить уму-разуму…

Глава 19. Ученики и последствия

— Их родители погибли, — рассказывал по дороге Сашка, когда мы разодетые и со связкой фруктов в руках шли знакомиться со спасенной нами бабушкой проблемных подростков. — Подозреваю, что тогда наши малолетки и получили силу. В общем, из родственников у них только бабушка, она же опекун. В ней я магии не чувствовал, но колебания какие-то слабые были.

— Чего-то я волнуюсь, — передернула плечами Римма.

— Не бойся! Она тебя не съест! — заверил Марк, которого просто тащили силой.

Демоны вообще-то в благих делах редко соглашались участвовать. Вот пакость какую сделать, разбить что-то или запугать кого-то — об этом и просить не стоило, они сами исполняли и без малейшего напоминания или намека. Но недавно, мы с Александром устроили воспитательные работы. Сказали мол, если вы уж часть нашего клуба, то ответственность делим поровну, — то бишь обязали их принимать непосредственное участие в обучении магов-недоростков. Правда, основная роль демонов заключалась в том, что все заклинания и боевые приемы друзья сносили на себе. Дашка еще как-то стеснительно бросала магические пульсы в Марка и Лизу, а Димка, после того, как демоны его отлупили за вмешательство в их личную жизнь (доставал всякими нехорошими вопросами, а потом еще и подсмотреть пытался), дрался и колдовал в полную силу!

— Я не боюсь, — насупилась подруга.

Мы остановились около невысокого забора, ограждающего территорию, прилегающую к частному дому. Не успел Сашка дотянуться до звонка и нажать кнопку, как калитка открылась. Димка встретил нас улыбкой до ушей.

— Привет! Проходите! — широким жестом пригласил дорогих гостей мальчишка. Он отошел в сторону, пропуская нас вперед. Демоны шли последними, и вот на них-то Димка сосредоточил все свое внимание. Марк и Лиза подозрительно замерли на пороге, недоверчиво поглядывая на подростка. А на ехидной физиономии того все шире и шире растягивалась ухмылка.

— Тебе это не поможет! — сквозь зубы выдал демон и растаял в воздухе. Его примеру вторила и Лиза. Оба они появились уже с другой стороны забора, только напротив ворот. После чего Марк ухватил мальчишку за ухо и пару раз встряхнул так, что я боялась, как бы важный орган не отпал!

— А что произошло? — совершенно синхронно заинтересовались мы с Риммой, и Сашка указал нам на лутки двери. Посмотрели — обнаружили какие-то корявые значки, вырезанные на каменной поверхности. Но так, как мы с подругой никогда не задавались целью изучить мертвые языки, то стали донимать друга-мага, уж точно, общавшегося когда-то с трупчиками (сам же рассказывал, как его глюки посещали!).

— И?

— Это символы подчинения. — Пояснил Александр. — Наш маленький волшебник хотел подчинить себе волю демонов, поэтому постарался к нашему приходу, и выучил мифологию. Даже некоторые руны освоил. За что ставлю ему оценку "отлично". По теории! А вот за практику — "два"!

Слова маг подкрепил подзатыльником. Димка надулся от обиды и шмыгнул в дом.

— Какой алчный ребенок, оказывается! — прокомментировала Римма. — Надеюсь, до параграфа о жизни оборотней вы не дошли…

И по минутной заминке с ответом подруга поняла, что вполне скоро может ожидать нападок от подрастающего поколения волшебников. Теперь Сашка получил подзатыльник.

— Интересно, на ком они наведение порчи пробовали! — вздохнула я, и вся честная компания, как-то нездорово покосилась на меня, скалясь и хихикая.

— Что?! — хотела возмутиться я и споткнулась об ступеньку на пороге.

Марк вовремя меня поймал, а то я собиралась минут десять попритворяться визжащим и причитающим ковриком.

— Да оно само пройдет! — заверил меня предатель-маг, и чуть тише, в сторону, отпустил уточнение. — Через недельку или месяц… Может, через три…

— Ну, гад такой! — разозлилась я и пообещала, со своей порчей переехать прямо в квартиру нашего великого учителя, чтобы портить ему жизнь. Сашка тут же поклялся следующее занятие посвятить снятию наговоров, заговоров, приворотов, отворотов и прочих забавных штук, которые они на меня напустили. Прежде чем я, узнав весь перечень магических манипуляций, проведенных надо мной без моего ведома, пришибла друга нас позвал Димка.

Бабушка детей оказалась очень милой женщиной. Я бы сказала, доброй и душевной. А еще она была слепой, зато чувствительной к малейшим колебаниям воздуха. По-крайней мере, нас она сразу учуяла, стоило только войти в комнату. Причем Антонина Григорьевна, сидевшая в кресле, резко замерла и белыми глазами уставилась на нашу компанию. Марк и Лиза с трудом подавили желание зашипеть. Бабушка перекрестилась. Мне почудилось, что она видит нас, да еще и насквозь!

— Вы присматривали за моими внуками, пока я была в больнице? — стараясь не выказать, парализующего страха, проговорила она.

— Вроде того, — улыбнулся Сашка, и тут внимание женщины переключилось с демонов на мага, а потом и на меня. И именно на мне ее слепые глаза остановились. Антонина Григорьевна склонила голову на бок, протянула вперед руку, словно пыталась что-то пощупать… Надеюсь, не меня!

— Подойди, детка! — позвала старушка.

— Ба, а к кому ты обращаешься? — на всякий случай, уточнила Дашка, заинтересованная странным поведением родственницы.

— К ней! — кивнула на меня та.

Я сглотнула, возникший в горле ком. Мое общение со страшим поколением как-то совершенно не ладилось. В прошлый раз, к примеру, меня собирались убить. Чего ждать сейчас… Сейчас готовилась я к худшему, присаживаясь на табуретку рядом! А бабуля склонилась ко мне, больно ухватила за локоть и притянула ближе, чтобы прошамкать в самое ухо:

— Берегись!

Демоны и оборотень, с их великолепным, нечеловеческим слухом, напряглись. Сашка тоже заинтересовался, но по большей части из-за того, что все так насторожились.

— Они хотят отобрать твой свет! Они хотят сами им воспользоваться! — не унималась, нагоняя жути, Антонина Григорьевна. — Будь осторожна!

— Ты че, за свет не заплатила? — совершенно бессовестно влезла в тайный разговор Римма.

Ее вопрос и бабулины расплывчатые намеки сбили меня с толку настолько, что я всерьез задумалась над тем, когда ходила оплачивать счета за электричество и коммунальные услуги. Углубившись в подсчеты, так и просидела до вечера. Эта непонятно откуда взявшаяся задолженность повисла надо мной дамокловым мечом! В общем, так все знакомство с родственницей наших подопечных для меня и прошло — как в тумане!

Стемнело и мы шли по не асфальтированной дороге. Римма и Лиза, пользуясь ночным зрением, обходили колдобины, ухабы и ямы. А я постоянно спотыкалась, потому что была не только невнимательной и подслеповатой, но еще и витала в собственных мыслях.

— Кажется, она двинулась рассудком! — заключила оборотниха, оглядев меня с ног до головы.

— Она всегда была такой! Ты только заметила? — тоже осмотрел меня Сашка, а демоны ехидно посмеивались. Я не стала на них обижаться.

— Да я не о Дине! — буркнула Римма, и я наивно посчитала, что она собирается за меня вступиться. — То, что Дина — чокнутая ведьма, я итак давно знаю. С момента первой нашей встречи!

— Кто бы говорил! — фыркнула я. — Не хватало еще, чтобы чокнутые оборотни с замашками эксгибиционистов, судили о моей вменяемости!

— Девочки! Вы чего? — влез между нами Сашка.

Мы с подругой оскалились, и на этом ссору прекратили. Однако, Римма все же решила пояснить о чем, точнее, о ком завела разговор.

— Я о бабке! Вы заметили, как она отреагировала на Марка с Лизой?

Все призадумались. Сашка опустил на кончик носа очки, потер переносицу — видимо, ему так лучше соображалось.

— Ну, не знаю. — Сказал он. — Скорее всего, у нее пробивался какой-то дар. И так как до магического вмешательства она страдала от слепоты, то, вполне возможно, что теперь высшие силы компенсировали ей недостаток в зрении.

— Наша бабушка теперь ясновидящая! — обрадовались раньше времени, шагающие с нами подростки.

— Это не так круто, как вы думаете! — умерил их пыл маг. — Понимаете, чаще всего им открываются совершенно неприятные картинки будущего или прошлого. Так уж устроены люди. В хорошее они почти не верят, разглядеть его не могут, да и оценить. А вот мерзость всякую… В общем, ей будут сниться кошмары. Вещие кошмары. Так что запаситесь-ка вы успокоительным и проведите с ней подготовительную работу. Попробуйте совершенно ненавязчиво объяснить, что она не сходит с ума… Это просто… Просто…

— Побочный эффект вашего колдовства! — сухо констатировал Марк.

— А давайте наколдуем Марку адекватное чувство юмора! — внезапно остановилась Римма, и мы втроем вместе с Лизой уставились на демона, прикидывая, каким он должен стать после магического вливания!

— Запросто! — ляпнул Димка и, что-то пробормотав, щелкнул пальцами.

На физиономию Марка было страшно смотреть. Его губы ожили. Они самовольно стали растягиваться в подобии ухмылки… гадкой такой, пугающей ухмылки. А потом демон тридцать минут ругался матом, угрожал нам всякими изуверствами и при этом хохотал, как укуренный.

— И мне с ним еще существовать! — горько вздохнула Лиза.

Димка заслужил еще один подзатыльник — дружественный и качественный, исполненный одновременно четырьмя взрослыми.

— Ладно! — примирительно выдохнула оборотниха, подводя итог нашему сегодняшнему походу в гости. — Значит, на свет появился еще один ясновидящий!

Помолчала и выдала еще один факт:

— И к Динке скоро придут и отрубят свет!

Тем не менее, никто так и не пришел! Что заставило задуматься о двух вещах: либо Антонина Григорьевна говорила о чем-то другом, либо она действительно свихнулась! Хотя, найденная мною в кармане джинсов тайная записка, которая оказалась неведомо каким образом в моей одежде сразу после знакомства с бабушкой детворы, натолкнула на другие мыслишки… Что было в записке? Два странных знака и подпись: "Вселенная всегда отзывается на клич нуждающихся". Чтобы понять содержание пришлось сходить к Судье, а потом и к Яге заглянуть.

Глава 20. На могилке старый череп чинно гнил…

Эксперимент с чувством юмора для демона кончился весьма плачевно для самого Димки. Марк хохотал даже ночью во сне, чем довел Лизу до истерики. И она, дабы вернуть все на круги своя, жутко злая, материализовалась прямо в доме подростков, напугав их до заикания. Демоница очень настоятельно порекомендовала снять заклинание с ее друга в срочном порядке, пока у кого-то кости еще целы. В общем, Марк снова стал привычным хмурым, злобным и флегматичным типом уже к утру. Только использовать его в качестве наглядного пособия по магии никто не прекратил.

— И долго мне еще так сидеть? — задавался вопросом Марк, тоскливо разглядывая пол.

Димка уже полтора часа трудился над тем, чтобы поработить волю демона и заставить его пошевелить хоть рукой, ну хоть пальцем на руке. И все бес толку. Чтобы облегчить задачу юному магу парень пошевелил пальцами, скрутив очень неприличный жест.

— Ты чему ребенка учишь! — прикрикнула на него Римма.

Мы готовили жаркое и параллельно наблюдали за очередным мастер-классом по магии. Был выходной. И весь наш ненормальный Клуб Изгнанников собрался в квартире Сашки. В наши планы входило сытно поужинать и сесть за просмотр всех сезонов "Баффи — истребительница вампиров". Почему именно этот сериал? Не знаю. Не задумывалась. Но теперь понимаю, что моя драгоценная подруга (а выбор фильма принадлежал ей), после того, как я рассказала о Куране — конечно вкратце, без лишних подробностей — просто решила надо мной поиздеваться.

— Слушай, уже поздно, а Дашки все нет. Куда она запропастилась? — я даже в окно выглянула, но девчонка не собиралась появляться на горизонте.

— А у нее сегодня свидание! — вздохнул Димка. — С ее этим, с ночным психом!

— С кем? — уставились на него мы, мигом вообразив себе какого-нибудь маньяка.

— Да с этим, с вампиром… — отвлекся мальчик от издевательств над демоном.

— С кем, с кем? — мой нездоровый интерес к носферату тут же был прокомментирован гаденьким хихиканьем Риммы. Я пнула ее в бок. Да, признаюсь, я скучала по Курану. И несколько раз чуть, позорно не решилась поколдовать, чтобы хоть краем глаза взглянуть на него. Но потом подумала и пришла к выводу, что раз уж он уехал и не подал ни одной весточки до сих пор, то я ему совершенно не интересна!

— Ой! Не так! — стукнул себя по лбу Димка. — С этим она ходит — с готом! Или сатанистом. Я в них не разбираюсь!

Как-то слишком легко он это произнес, в то время, как у нас всех, что готы, что сатанисты вызвали совершенно неприятные чувства. Нет. Я не говорю, что они плохие. Каждый имеет право на собственное видение мира, но я старалась избегать всего мрачного! Мне ведь даже вампир попался какой-то нестандартный!

Димка призадумался, и побледнел.

— Бабушка утром рассказывала сон о кладбище… — синеющими губами промямлил парнишка.

— А где у нас тусуются готы? — задумался Сашка.

— На дискотеках? — наивно предположила подруга.

— В склепах! — припечатал готовый к выходу Марк, и направился в коридор, обуваться.

— Романтичненько! — закатила глаза Лиза, и заулыбалась, как сумасшедшая.

— Действительно, — хмыкнула Римка, подхватив меня под руку. — А почему бы нам не прогуляться на кладбище?! Устроим себе экскурсию! Познавательную! Таблички на могилках почитаем…

— Ага! — поддержала ее я. — Буквы вспомним.

— Стоять! — рявкнул Саня. — Может, сначала, узнаем на каком именно кладбище Дарья?

Пришлось немного подождать, пока Сашка поколдует над картой города, чтобы определить место нахождения нашей девочки. Выбор был не большой. У нас имелось всего три кладбища, и Дашкин ухажер отдал предпочтение самому далекому и старому.

Достаточно шумная и большая компания неформалов обнаружилась весьма быстро. Да и как тут пройти мимо костра и верещащей, привязанной к одному из памятников девчонки, которую, судя по всему, собирались принести в жертву!

— Дим, — обратилась к пацаненку я, наблюдая за происходящим из-за старого склепа. — Знаешь, какая разница между сатанистами и готами?

— Нет, — буркнул он.

— Оно и видно! — фыркнула Римма и начала раздеваться.

Сашка вовремя закрыл глаза мальчишке, уже готовому оценить по достоинству стройную фигуру оборотнихи.

— Мы приносим тебе в жертву девственную кровь… — говорил главарь этой шайки, направляя нож к горлу вопящей Дашки.

— Ну, если он ее не убьет, то я лично позабочусь о ее воспитании и расскажу, чем готы от сатанистов отличаются! — рычала подруга, превращаясь в пантеру.

— Дин, — дернул меня за рукав Марк, и я знала, о чем он хочет спросить. Так, что, когда я кивнула, демоны гаденько ухмыльнулись. А это не предвещало ничего хорошего любителям тусоваться на кладбищах.

Дашку успели резануть по шее. Но только слегка. Кровь стекла в чашу. Главарь шайки затянул мольбу на латыни, обращаясь к демонам ада. Все призывал прийти, явиться… Они и явились. Во всей красе. Оба. Да так напугали сатанистов, что они все разбежались. Ну, почти все. Основную часть до самых ворот проводила пантера. А двое остались. Они оказались настоящими некромантами! Точнее — недоучками. Их знаний хватило, чтобы потрепать нервы демонам и нам с Сашкой. А заключалось это в том, что…

Под деревом бесновались зомби и усиленно пытались вскарабкаться по стволу до ближайшей ветки. Я искренне радовалась тому, что дуб нам попался высокий и крепкий. Жаль, что единственный на всем кладбище. Сидели мы на нем уже два часа. И Римма от нечего делать пересказывала "Баффи" — серию за серией. Марк, который не особо хотел смотреть с нами сериал, сейчас всерьез размышлял о трагической судьбе своего побратима Молоха, побежденного в одной из частей истории. Лиза же оплакивала трагическую любовь вампира Костыля к главной героине, напомню, истребительнице нечисти.

— Жалко упыря! — всхлипывала демоница, стараясь не обращать внимания на настырных трупов, клацающих зубами около ее ног.

Один очень подгнивший товарищ смог таки подтянуться и повиснуть на ветке рядом с Сашкой. Маг, побледнев до цвета молока, стукнул ожившего зомби ногой и, тот плюхнулся обратно на землю, оставив другу на память свои руки. Александр подполз к "подарочку" и брезгливо разогнул пальчики конечностей.

— Даш, и где ж твой жених? — подкалывала я, мрачнеющую девочку.

— Не знаю, — ревела она.

— Слышь, а то не он? Вон тот, темненький с такой очаровательной дыркой на щеке, из которой червячок выглядывает? — описание оборотнихи усугубило наше незавидное положение. Сашку стошнило. А судя по звукам, Дашка тоже оценила способность подруги портить настроение. Лично я сдержалась. Сама не знаю как.

— Слушай, Дашка, а че, нормальных парней уже нет? Обязательно тусоваться с неформалами? — задумалась Римма, сидевшая чуть ли не на самой верхушке.

— Он был весь такой загадочный, — всхлипнула девочка.

— Ага. Мужик, который красит глаза тенями и губы женской помадой. Очень загадочно! — фыркнул Марк.

— Хочешь, я открою тебе его тайну?! — не унималась злая Римма. Ее безумно раздражал запах, исходящий от ароматненьких трупов. — Мужики, которые делают макияж, называются…

— Трансвиститами! — выпалили маг, демон и братец девочки.

— Нет! Он не такой! Он — принц ночи! — подвывала упертая Дашка.

— Принц ночи, у нас Марк! Демон все-таки! — наградила его званием я, а парень выпятил грудь и чуть не ухнул из-за этого вниз. — Кстати, дорогой друг, не расскажите ли, почему сидите с нами здесь на дереве аки воробей?

Марк скосил на меня красные глаза.

— Мне не нравятся ожившие трупы! — профырчал парень.

— Странно! — заключила Римма. — Вроде бы демоны, а общества трупов гнушаются!

— Я тебя сейчас туда спущу! Хочешь? — язвительно поинтересовался Марк.

— Не! Я к ним не хочу! — совершенно спокойно ответили ему сверху.

— Вот и я не хочу! — буркнул он.

— До того, как вы стали решать, кто кого вниз скинет на съедение, я хотела узнать у наших дорогих демонов, почему они сидят с нами на дереве, а не воспользуются телепортацией?

Возникла тишина, которую нарушало жуткое мычание, сопение и хруст костей.

Одно мгновение и демонов, как ветром сдуло…

— Вообще, я надеялась, что они нас с собой возьмут! — вздохнула я, но неблагодарные товарищи, даже не подумали возвращаться.

— И че теперь делать будем? — вздохнула Римма.

— Есть идея! — осенило меня, и я постаралась отделить свою душу от тела. Она поднялась над мрачным недремлющим кладбищем и полетела в город. Кружила, кружила в поисках того, кому я уже однажды давала свою кровь…

Он сидел на диване, какой-то грустный и пил коньяк. Это была не первая бутылка! Видать случилось чего у нашего старого знакомого. Кстати, он меня сразу заметил. Скосил свои разноцветные глаза на слабое призрачное сияние, порассматривал, убеждаясь в том, кто перед ним и, наконец, заговорил:

— Чего тебе, ведьма? — голос выдавал смертельную усталость и тоску.

— Помощь твоя нужна!

— Ладно! Хоть какое-то развлечение! — подумал хорошенько мужчина и поднялся. — Веди!

Два с половиной часа спустя на неупокоенное кладбище ступила нога некроманта. А потом и вторая нога ступила. А разноцветные глазья так и забегали, осматривая округу. Губы его растянулись в ухмылке. И летящей походкой он направился по центральной аллее к месту сбора всякой нечисти. Константин поправил крупный амулет на шее, присел на корточки и притронулся к земле, шепча что-то. Зомби хотели было броситься к нему, но тут некромант поднялся и повелительным тоном проговорил:

— А-ну все баиньки! По местам! По могилам разбрелись и цыть! Спать! Немедленно! Из могил — ни-ни!

Зомби послушались и, собрав свои запчасти, разбрелись по кладбищу. Мы робко слезли с дуба.

— Рассказывай! Как вас угораздило? — скрестил руки на груди Константин, вперив в меня взгляд своих цветных очей.

— Ну. Влипнуть в неприятности — плевое дело! — хмыкнула я. — Ты лучше расскажи, почему такой грустный? Тебя что девушка бросила?

Константин поник и… расплакался! А следом за ним разревелась Дашка. И остаток вечера мы провели, успокаивая двух истеричных товарищей, не везучих в любви.

Глава 21. Когда нечисти скучно — страдают менты

Руслан шел домой с работы. Он сетовал на переменчивость погоды, ведь еще утром было вполне тепло, а вот к вечеру…

Осень становилась все холоднее и холоднее. Чувствовалось наступление зимы. Она буквально атаковала наш город. Мужчина размышлял над всем этим и, вдруг, остановился прямо посреди дороги, приметив хулиганов, копающихся в палисаднике под окнами его соседки. Они что-то то ли закапывали, то ли выкапывали. И Руслан очень надеялся, что именно "что-то", а не "кого-то".

"Ну, гады, совсем оборзели! — думал полицейский, на всякий случай, нащупывая табельное оружие. — Нашли, где дела творить! Прямо под домом! Под моим домом!"

— Стоять! — рявкнул он, вытаскивая пистолет.

Подозрительные личности дернулись, стукнулись лбами и застыли на месте, подымая руки вверх. Только сейчас, в слабых сумерках, подойдя немного ближе, Руслан распознал в хулиганах вполне знакомых и, в принципе, не особо буйных местных сумасшедших — то есть нас!

— Что вы делаете? — устало поинтересовался он, запихивая оружие обратно в кабуру.

— Ццц! — цыкнула на него Лиза, тыкая пальцем в земляную ямку. — Мы только ее приспали!

— Кого? — не понял Руслан и на свою беду подошел еще на несколько шагов к нам, чтобы разглядеть вульгарного вида корень, очень напоминающий пышную голую тетку. — Что это?

Друг перекрестился. Демоны зашипели и очень громко! На их фырчание отозвалось сонное создание. И как завопило!.. Мы все закрыли уши, быстро прикапывая крикливый корень, и подкидывая земельку носками сапогов.

— Это мандрагора! — пояснил Саня, когда ямка превратилась в бугорчик. — Вредное существо, но полезное в некоторых рецептах!

— А нормальную еду вы уже все — не употребляете? — с опаской осмотрел могилку живого корня полицейский.

— Да не для кулинарных рецептов! — пояснил Сашка, а мы с девчонками расхохотались, вообразив себе "живой салат" из мандрагоры! Точнее орущий салат! Ведь его ж и порезать надо. А как это сделать, когда это создание орет все время?

— Хм, — удивился Руслан. — А зачем она вам, где вы ее нашли и почему зарываете именно в палисаднике моей соседки?

— Сколько вопросов! Вот сразу видно, кто ты по профессии! — вздохнул маг. — Мы нашли ее на кладбище!

— А что вы там делали? — не унимался полицейский.

— Выслеживали двух некромантов. Но это не столь важно! — махнул рукой Сашка.

— Важнее то, что нам скучно! — встряла в разговор я, и испытывающе-моляще уставилась на Руслана. Его нервы сдали быстрее, чем ожидалось. Он сразу понял, чего от него хотят, и попытался позорно сбежать. Но я его поймала. За штанину. Вцепилась, как клещ и повисла на ноге мужчины, причитая о том, что нам срочно необходимо поиграть в детективов, и он просто обязан дать нам какое-нибудь дело на растерзание.

— Нет! — гордо отказывался от нашей сомнительной помощи Руслан. — Во-первых, разглашать улики запрещено! Во-вторых, вы дела слишком быстро раскрываете!

— А ты дай, какое-нибудь трехлетней давности! — предложила Римма, подумывая, а не вцепиться ли в другую ногу полицейского, но нашла более интересное занятие.

— Мы клянемся, что будем долго над ним думать! Чтоб удовольствие растянуть! — божилась я. — Русь, ну нам скучно!

Пока я конючила и ползала на коленках перед полицейским, а друзья похихикивали, Римка под шумок выудила у полицейского пистолет из кабуры и, воспользовавшись занятостью мужчины — он усиленно от меня отмахивался — оборотниха целилась в кого ни попадя, балуясь огнестрельной игрушкой. И тут… Бабах! Она случайно шмальнула прямо в Марка.

Повисла тишина. Руслан перестал выдергивать ногу из моих клешней и уставился на парня. Демон недовольно скосил глаза на дырку в своей груди. Из раны потекла кровь. Парень еще удивленно так поколупал дыру в груди, оценивая меткость. А подруга чертовски метко попала, в самое сердце! Руслан, не дожидаясь дальнейших событий, обомлел! Потом безвольно хлопнулся в обморок, даже не увидев, как рана на Марке волшебным образом затянулась. Демон стер кровь платком и укоризненно покачал головой. Побледневший Сашка, отобрал у подруги оружие, чтоб она нечаянно не стрельнула в не таких живучих, как демоны, людей!

— Купидон недобитый! — пробурчал он, обтирая с рукояти отпечатки оборотнихи.

— Уже добитый, — прозвучало в ответ после звучного щелчка — Марк позволил себе отпустить Римме затрещину.

— Я случайно! — Покаялась она, и попросила у демона прощения.

— Русланчик! Приди в себя! — приговаривала я над обморочным полицейским, бережно теребя его за рубаху. Он приоткрыл глаза, посмотрел на Сашку с пистолетом в руках, потом на Римму и Марка (который по логике должен был быть мертвым), и опять впал в беспамятство.

— Знаешь, ему скоро придется заказывать комнатку в местном отеле для психов! — заключила рядом Лиза, рассматривая несчастного, доведенного нами до нервного срыва капитана.

— Типун тебе на язык! — не подумав, буркнула я, и через секунду услышала возмущенный рев. — Ой, прости! Я не специально! Чтоб типун исчез! Чтоб исчез!

Лиза покраснела и хотела меня придушить, но Руслан вовремя и мужественно пришел в себя! Он тыкал пальцем в Марка и приговаривал, не веря сам себе: "Ты жив?! Ты жив?!".

— Не совсем! — поправил его демон и помог подняться с земли. — К нам не применимо это понятие. Мы не люди!

То, что он и Лиза не относятся к человеческой расе, Руслан итак понял, но побоялся поинтересоваться, кто же наши друзья на самом деле. В общем, тем вечером, мы так ничего и не добились от полицейского. Однако он пообещал что-нибудь придумать для нашего развлечения, ведь мы тонко намекнули ему, что сами устроим веселый хаос в районе, если нам уж совсем нечем будет заняться!

И буквально на следующий день наш дорогой и многоуважаемый капитан порадовал нашу компанию спецзаданием. Ему нужно было внедрить своего человека в одну злостную банду, с целью раскрытия подпольного притона с дамами легкого поведения. Угадайте, кто вызвался на роль подобной леди? Нет, не я! Римма! Сашка долго ругался, но повлиять на упертую подругу не мог! Да и зачем? Ведь уже через неделю после того, как оборотниху внедрили в ряды продажных женщин, она сколотила приличное состояние и перевоспитала, как минимум двадцать неверных мужиков! Только ее сутенеры никак не могли сообразить чего это все клиенты уходят от девицы вспотевшие и перепуганные. Она же ухмылялась и пересчитывала деньги, выглядывая из комнатки и заявляла: "Вільна каса!".

Александр мучился от того, что не видел любимую неделями. Он тихо завидовал Марку, который свою Лизу не пустил на сомнительное мероприятие (хоть она и рвалась туда, как ломовая лошадь!).

Когда нам все-таки позволили участвовать в захвате притона, Сашка оторвался по полной на сутенерах! Ох, он их и запугивал! Даже демоны уважительно отнеслись к проявлениям ревности! Прежде, чем группа захвата получила дозволение штурмовать здание, маг сделал из него "фургончик ужасов". И когда-то внушающие страх бандиты выбежали навстречу полицейским с широко раскрытыми объятиями, падая перед ними на колени и моля о пощаде, помощи и вызове личного психоаналитика! Только один товарищ хулиганской внешности вышел совершенно спокойно. Улыбнулся и попросил водички. Вместе с ним вышла и наша подруга. Странный субъект заинтересовал не только Сашку, и мы решили к нему присмотреться. В ходе общения, выяснилось, что он затесался в компанию сутенеров и, был не просто засланным казачком, то есть полицейским под прикрытием, а еще и…

— Оборотень в погонах! — ухахатывались мы с Сашкой, рассматривая нового знакомого.

Его звали Сергеем. Крепкий такой малый, бывший мастер спорта по кик-боксингу, физиономией очень походил на бандюгу. Нам, в принципе, сразу стало понятно, почему на важное задание отправили именно его. Но мы все равно не могли успокоиться, и ржали, до боли в мышцах.

— Да, оборотень! Да, в погонах! — возмущался нашей реакцией Серега. — И нет в этом ничего смешного!

— Угу! — и мы дружно впали в истерику.

У Сашки даже ревность прошла! Подумайте, какие мысли и фантазии посещали голову моего друга, когда он узнал, что его любимая, изображая из себя проститутку, проводила время с подобным ей — с оборотнем!.. Александр очень злился на подругу и даже засветил один раз в глаз менту. Тот не остался в долгу… В общем, так между ними и установились дружеские отношения. Что тут скажешь — старинная славянская традиция — вдарить по физиям и по рукам.

— Я не могу понять, как так получилось, что мы раньше не встретились! — задумался Сергей.

Мы сидели в кафе и поедали пиццу, мороженое и прочее-прочее, что заказала Римма. Она могла себе позволить угостить нашу честную дружную компанию. Лиза ей завидовала и поклялась, что на следующее задание пойдет обязательно, несмотря на кое-чьи запреты! Даже с Руслана клятву взяла! А тот был готов пообещать что угодно, лишь бы ненормальные представители "тонкого мира" оставили его в покое. Короче, мы дали ему недельную передышку, и переключились на более стойкого — на Серегу! Он же поведал нам очень интересные новости.

— Вы в курсе, что в вашем районе завелся маньяк какой-то подозрительный?

Мы мигом оживились и придвинулись ближе, с жадностью вслушиваясь в каждое слово опера. Он даже немного смутился такого не здорового энтузиазма.

— Кто-то убивает людей. Тихо, аккуратно. Не оставляя следов. — Говорил он. — Да и жертвы все с темным прошлым. Как правило, это люди, за которыми в очень узких кругах закрепилась слава киллеров. Но попадались нам и жертвы-иностранцы. Уже около пяти насчитали. Одного нашли в сквере, другого около телецентра, третьего не далеко от Интернет-клуба на Кольце, четвертого в городском парке…

— И все около твоего дома, работы и вообще там, где ты ходишь! — подметила Римма, и почему-то друзья уставились на меня, будто это я — маньяк!

— У меня алиби! — на всякий случай заверила я. — А вы мои свидетели!

— А, действительно, странно, почему это маньяк передвигается по нашему району и мочит людей, за твоей спиной? — не мог понять Сашка. Мне стало очень страшно.

— Может, снова поставим поисковую сеть? — предложила я. Сердце ёкнуло и сжалось в груди, а внизу живота появилось такое противное ноющее чувство, предсказывающее беду, что стало совсем уж не по себе.

Следующие дни. Мы внимательно следили за обстановкой в районе. Число жертв загадочного и неуловимого маньяка увеличивалось с каждым днем. А потом все стихло. Ни одного трупа за целых три месяца. то ли он готовил что-то грандиозное, то ли завязал с убийствами. Но правильным казался первый вариант, и нарастающий липкий страх подтверждал догадку.

Глава 22. За твоей спиной

С каждым рассветом становилось все хуже. Затишье меня просто пугало и выводило из себя. Некроманты-сатанисты не появлялись, и прятались, гады, очень искусно. Наш клуб часто собирался по вечерам, чтобы просто деградировать перед телеком. Иногда мы играли в карты с домовым. Он постоянно выигрывал. Паршивец обогатился на 20 долларов, 107 гривен, два амулета и три неиспользованных желания. Зачем ему все это добро — оставалось для нас загадкой.

В общем, скука снова стала нашей напарницей, но Руслана мы оградили от собственных нападок — наш дорогой друг ждал рождения на свет первенца! Свою же малявку я выгуливала в общей компании, наблюдая, как Сашка измывается над малолетними волшебниками.

— А зачем вам ребенок? — заинтересовался Димка, увидев Митю.

Племянник надул губы, спрятанные под шарфиком. Моя мама — его бабушка, замотала так, что мне пришлось вести на улицу не маленького мальчика, а большой такой сверток с ногами и глазами.

— Вы что будете его в жертву приносить? — ужаснулась Дарья.

— Но-но! — приструнила их я. — Попрошу при пельмене быть осторожными со словами!

— Если не хотите остаток дня чувствовать себя Микки Маусами! — поддакнула Римма.

— Нет, мы сегодня смотрели мультики про Багза Банни! — поправила ее я. — И мне как-то не хочется наблюдать Луни-Тюнз в реале!

— Ладно, оставьте Митю в покое! — влез Сашка. — Тренироваться!

Мы скрылись от посторонних в том месте парка, где я обычно отстаивала свою жизнь от нападок одного вампира. Маг построил учеников, как армейский старшина, и начал сыпать приказами: "На изготовку!", "В позицию!", "Пас!", "Шаг!", "Заклинание!", "Назад!", "Заново!". Его авторитет и всю серьезность подрывали мы, веселящиеся в сторонке с пельменем. Митька решил поиграть в прятки и телепортировался из моих рук за ближайшее дерево, а оттуда в самые разные части небольшого участка, где мы развлекались. Четверо взрослых носились по площадке около старого театра, реагируя на каждый призрачный детский смешок. Но пельмень был просто неуловим.

— Лови его! — крикнула Лиза, заметив ребенка на крыше.

Мы с Риммой обомлели. Сашка перестал издеваться над подростками и отдал новый приказ: "Поймать и обезвредить!".

— И отлупить! — дополнил его указания Марк.

Митька это услышал и понял, что он не хочет попадаться взрослым! Ремнем по заднице его еще никто не бил. Папа один раз крикнул на него и треснул ладошкой по мягкому месту, так пельмень потом такие выкрутасы устроил! Вопил, как морская сирена, и не унимался несколько часов. Папа потом пил успокоительное, и зарекся заниматься воспитательным процессом! Сейчас маленький маг погрозил демону кулачком и опять исчез.

— Он там!

— Он тут!

— Да, где ж этот чертов ребенок?!

— Не ругайся!

Такие крики доносились из разных уголков этой части сквера.

Через час даже демоны запыхались и вспотели, а Митька все хихикал где-то поблизости, но не попадался на глаза. Короче, мы на него обиделись. Уселись на лавочке, ожидая, когда ему надоест дурачиться.

— Он всегда такой? — спрашивала Дашка, все еще надеясь поймать моего племянника. Она оглядывалась по сторонам, и готовилась сорваться с места в любой момент.

Марк тоже как-то подозрительно заозирался. Принюхался. Прислушался. Лиза с интересом его рассматривала и стала подражать другу.

— Дина, с каких пор за тобой по пятам ходят вампиры? — не выдержал демон.

У меня глаза на лоб полезли. А потом я и сама заметила прячущуюся за деревом фигуру. Митька передумал играть и тут же оказался рядом со мной на скамейке, всматриваясь в тень упыря. Наверное, мы сейчас оба надеялись увидеть Курана.

— Можешь не стараться, мы тебя заметили! — внесла свою лепту Римма, проорав на всю улицу вампиру о разоблачении.

Он, посчитав дальнейшее притворство глупым, все же вышел из укрытия и направился к нам. Парень был красив, невысок, светловолос. Больше всего меня поразили яркие, фиалкового цвета, глаза. Мите дядя понравился, но ребенок расстроился. Я тоже. Мы ожидали кого-то другого.

— Кто послал тебя следить? — потребовал ответа Марк.

— Стоп. С чего ты взял, что он за нами следит? — скорые выводы демона натолкнули меня на нехорошие мысли.

— За тобой, а не за нами, — поправил демон, и у Риммы с Сашей отвисли челюсти. — Он наблюдает, но не подходит близко. Ты что не замечала?

Сашка с Риммой перевели взгляд с Марка на меня. Они тоже оказались слепыми и невнимательными. Удивление Лизы выдавало и ее не осведомленность. Выходит, демон был единственным, кто заприметил шпиона. Дашка и Димка воспринимали происходящее, как забавную игру, и крутили головами, переводя взгляды с нас на вампира.

— Это правда? — с глупым вопросом обратилась я к носферату.

— Да. Мне говорили, что вы обнаружите мое присутствие рано или поздно. Но, признаюсь, думал, что случится это раньше. — Проговорил он, разочарованно и ехидно.

— Это кто тебе такое сказал? — заинтересовалась я, чувствуя, как во мне от его пренебрежения нарастает желание устроить скромный скандальчик, сломать пару лавочек об чью-то спину и вызвать небольшой ураган. Митька ощущая примерно тоже самое, надул губы.

— Глава Куран.

Это имя перевернуло все мое мироздание. Теплая улица показалась промозглой. Все пошатнулось. Сердце остановилось. Я даже не отреагировала на смешки подруги, толкающей меня локтем в бок.

— И это он приказал тебе следить за ней, ведь так? — снова вмешался Марк.

— Обалдеть! — радовалась непонятно чему Римма.

— И где он сам? — сцепив зубы, поинтересовалась я. Если отъезд был глупой шуткой, то следовало бы накостылять по одной наглой аристократической вампирьей морде!

— Уехал, — сказал шпион.

— Что еще он тебе велел делать? — раздраженно потребовала я, и друзья удивленно уставились на меня, пытаясь понять, с чего это ведьма распсиховалась.

— Я не обязан давать тебе отчет, ведьма! — Выдал парень.

— Ах так?! — угрожающе слетело с моих губ и меня понесло… Электричество скопившееся на кончиках пальцев сорвалось и полетело небольшими сгустками, как из пулемета, под ноги вампиру. Он подскочил раз, второй, третий…

— Она хочет его убить? — тихонько поинтересовался Димка у Сашки.

— Нет, скорее, научить танцевать чечетку! — съехидничал довольный Марк.

— А кто такой этот глава Куран? — уцепилась за новое имя Дарья, а я, услышав фамилию, опустила руки. Митька стал рядом, ухватив меня за пальцы, и заглянул в глаза, интересуясь, прошел ли у меня приступ истерики.

— Динин ухажер. Прошлогодний. — Встряла Римма, добавив свой комментарий.

— Клево! — подпрыгнула девочка. — Ты встречалась с вампиром!

После чего надулась от обиды и выдала:

— Мне, значит, весь мозг промыли о том, что с неформалами нельзя водиться, а она с кровопийцами встречалась!

— Нет! — отмахнулась я, поймав на себе взгляды окружающих. Причем демоны и вампир смотрели на меня так, словно обвиняли в чем-то жутко непристойном. Мне даже стало совестно. — Между нами ничего не было! Мы просто дружили. То есть общались. И никто тебе не запрещает общаться с неформалами. Ты парней нормальных выбирай, тех, которые тебя убить не захотят на ближайшем кладбище!

Митька для большей убедительности, и просто, чтобы поддержать меня, стащил с физиономии шарф и показал девчонке язык.

— Ах ты, пакость мелкая! — топнула ногой Дашка и уже в следующую секунду обросла ушами Багза Банни…

— А мы предупреждали! — поучительно выдала Римка, сдерживая смех.

Девчонка прикусила язык. Димка, переживая за сестру, попытался расколдовать ее. Размахивал руками, читал какие-то напевы на латыни. Но — бесполезно. Природную магию Вербных никто не в силах развеять, кроме самих Вербных. А Митька пока не собирался облегчать жизнь юным волшебникам. Пельмень ехидненько ухмылялся и вертелся на месте, придерживая меня за руку.

Вампир наблюдал за всем с каменной миной. Я, наконец, вспомнила о нем и повернулась.

— Ладно! Делай, что велено и не лезь к нам!.. Черт с тобой! — махнула рукой я, и все покосились на меня с ужасом в глазах. Я вовремя опомнилась и заорала погромче, чтоб все тени парка смогли меня услышать: — Заказ отменяю!

Друзья выдохнули. Даже демоны чуть не перекрестились. Они, конечно, были из той же адской братии, но разгул, который устраивали черти, пугал их до дрожи в коленках.

Митька дернул меня за руку, намекая, что уже замерз и хочет домой. Вампира мы проигнорировали и пошли ко мне, снимать заклинание с Дашки, пить чай и опять убивать время перед телеком.

Глава 23. Телохранитель

Из-за двух ухажеров ходить на работу становилось просто невыносимо. Пока мы смеялись с Кристиной в студийной, все было хорошо. Но потом являлась эта тень отца Гамлета, то есть Игорь. Печально на меня глядел, садился в уголок и так сверлил взглядом, что хотелось поставить между нами ширму. Я просто отворачивалась. А он начинал шумно сопеть. Мне казалось, что позади меня сидит огромный ежик, и сразу становилось страшно оборачиваться.

— Чего тебе надо? — не выдержала я.

— Мне пора новости читать! — слиняла Кристина, учуяв назревающую беседу по душам. Она не ушла далеко. Остановилась за дверью, которую предусмотрительно прикрыл Игорь.

— Дина, — он встал на одно колено и взял меня за руку.

Я схватилась другой рукой за сердце!

— Не смей! — завопила я.

— Дина, я не прошу от тебя много, просто будь моей… — начал парень.

И тут очень вовремя в студийную зашел мой бывший. Артем посмотрел на композицию "Домогательство коллеги на рабочем месте", скривился и поинтересовался:

— Что за слюни? — бросив сумку на стол, он вперил взгляд в Игоря.

Ухажер смутился, а я впервые обрадовалась появлению того, кто разбил мое сердце.

— Я позже зайду! — поднялся с колен парень и быстро удалился восвояси.

— Как хорошо, что ты пришел! — улыбнулась Артему я, но он почему-то не разделял моей радости. — Кресло твое! Пока!

Я очень быстро освободила "музыкальный трон" и помчалась домой, пока меня не захотел навестить еще кто-то. Но Гена, словно ждал своей очереди, и поймал меня на улице у самой проходной.

— Ну что ж за день то такой! — бубнила я, пытаясь просочиться между оператором и углом небольшого желтого здания.

— Я хотел с тобой поговорить! — сурово нахмурив брови, предупредил мужчина.

— Не могу! Меня племянник ждет! — попыталась отмазаться я, и поняла, что это бесполезно. Поэтому пошла на хитрость — банально подпалила штанину Гены. — У тебя джинсы дымятся!

Он, естественно отвлекся, а я прошмыгнула в проходную, поставила подпись в блокноте и буквально побежала домой. Там меня ожидал оскорбленный в лучших чувствах Митяй! Мама с папой уже двадцать минут ходили вокруг малого, и сказки читали, и песни пели, и "самолетики-паровозики-пароходики" показывали, крутя ложкой перед носом внука. Но он стойко отказывался питаться манкой!

— Ну как идет взятие Бастилии? — сбросив куртку на стул, я пристроилась рядом, наблюдая за мучениями родителей. Маринки, как всегда, не было. Они с Витей наслаждались молодостью и свободой, пока мы нянчили упертого маленького ведьмака.

— Не берется! — с досадой признался генерал-папа, отзывая ложку с линии атаки и признавая свое поражение.

— Не расстраивайся, — похлопала его по плечу я. — Ну не любит он манку. Тут ничего не поделаешь.

— Вот ты точно такой же была, когда тебя кормить пытались. Кроме борща, пюре и гречки ничего не ела! — вздохнула мама. — А у Маринки аппетит отменный был. Что не дашь, все съест и носом не воротит! Митька, почему-то весь в тебя пошел, а не в мать родную.

Мы с пельменем синхронно ухмыльнулись. В нашей схожести нет ничего удивительного!

— Давайте, я его покормлю! — предложила свои услуги я, отставила тарелку с манкой и разогрела малому борщ. Ели мы пополам, быстро и со вкусом. Мама с папой только любовались, пристроившись у стенки. Правда, уже через три минуты, папа и себе тарелку поставил — не выдержал. Я смогла заставить племянника поесть, но минус заключался в том, что Митька, проявлял самостоятельность! В результате маме пришлось мыть его и переодевать, а заодно чистить стол, стул и даже пол. Пельмень орудовал ложкой сам, но делал это так, будто рыл лопатой в тарелке яму! И, естественно, все вокруг было в земле, то есть в борще.

— Алло? — подняла я трубку, пока мама мыла Митю.

Мне звонили ребята. Они собирались поиграть в поиски некромантов, и так как я оставалась нянчиться с племянником, то меня избавили от погони. Друзья сомневались, что пробудившиеся трупы и злобные сатанисты благотворно повлияют на неокрепшую психику ребенка. Я с ними была полностью согласна!

— Если что — звякнем на мобильный. Расскажем, как все прошло! — прощаясь отчитался Саня и положил трубку.

Не успела я отойти от телефона, как позвонила Лариска — соседка сверху, и мы договорились прогуляться. Раз уж у нас намечалась почти женская компания, то я пригласила Риту. В общем, мы втроем, не считая пельменя, выбрались на улицу.

Пошел первый снег. Такой красивый и пушистый. Митька ловил его языком и, пришлось натянуть ему шарфик по самый нос! За что ребенок на меня обиделся. Нахмурил бровки.

— Терпи, — погрозила ему пальчиком я. — Итак, как чувствует себя наша будущая мама?

Ритка смотрела на пельменя с нездоровым интересом и очень влюбленными глазами.

— Мне страшно! — честно призналась она.

— Тю, а чего боятся? — не понимала Лариска и, тут Рита вдалась в такие подробности, что мне пришлось закрыть уши Митьке и тихо мечтать о наушниках для себя самой! Описание о том, как это больно, что делают врачи до, после и вовремя родов отбивало малейшее желание когда-нибудь осмелиться и завести ребенка.

Я все зеленела и зеленела на глазах.

Когда Ритка прекратила нас стращать, Лариска забыла о своих жалобах на проблемы в любви. Мне же очень захотелось отлучиться в кусты.

— Вы приглядите за Митей, я сейчас! — бросила девчонкам я и помчалась по скользкому льду, к ближайшим высоким, но голым зарослям, покрытым пушистым снегом. Шмыгнула за них, промчалась еще несколько метров и только там, за деревцем остановилась. Признаюсь, в тот момент, я была занята мыслями о том, что не хочу выходить когда-либо замуж и вообще иметь какие-то отношения с мужчинами. Наверное, после лекции о родах, я ушла бы в монастырь и сторонилась парней. А тот мужской индивид, который налетел на меня в отдалении от аллей, вообще чуть не довел до заикания. Мою истерию можно было бы списать на нервозность после услышанных новостей, но… Случилось весьма странное событие: я почувствовала пульс сети, которую мы с Сашкой все-таки поставили. Когда незнакомец, достав ритуальный нож, пошел на меня, я поняла, что на ловца и зверь бежит. Только ловец немного струсил, пульнув несколькими зарядами и, заметив в лице зверюги-маньяка совершенный пофигизм к магическим замашкам, попятился назад, не зная, что делать: орать "Помогите" или еще раз попробовать ударить молнией?

— Ой, — вырвалось у меня.

Орать было бессмысленно. Перенервничав, я стала швырять в маньяка всем подряд из своего небольшого волшебного запаса. А ему хоть бы хны — от товарища заклинания и энергетические комки рикошетили в разные стороны, будто его прикрывал какой-то щит. Единственным выходом из ситуации я видела один — улетный. То есть собиралась банально подняться в воздух и улететь. Однако незнакомец успел схватить меня за ногу, и так дернул, что я рухнула вниз, еще и стукнулась позвоночником об ствол дерева. От боли чуть сознание не потеряла. Убийца воспользовался ситуацией и подошел ко мне, одной рукой сжал мне горло, другой приготовился сунуть лезвие ножа мне в грудь по самую рукоять.

— Куда она делась? — вышли на мои поиски подруги.

Они приближались к тому месту, где меня готовились убить. Но, чтобы увидеть происходящее, девчонкам надо было бы пройти сквозь кусты, спрыгнуть в углубление за ними и, прокатившись на заднице по горочке, наткнуться на мой хладный труп, коим я совершенно не желала становиться!

Тут объявился вампир, приставленный ко мне надзирателем. Главное, вовремя. Не правда ли? Смотрел со стороны, как меня колошматят и — на тебе — вспомнил, что не на прогулку вышел, а по делу. Он зашипел, вывернул за спину руку маньяку и легким движением скрутил мужчине шею. Потом сорвал с его трупа побрякушку и бросил мне. Я поймала. Посмотрела. Амулет. Странный. Понять для чего он предназначен без Сашкиной помощи было очень сложно. Ну плохой я ученик! Дашка с Димкой и то быстрее выучили латынь.

У меня зазвонил мобильник, и я хриплым голосом ответила: "Да!".

— Привет! Это я, — откликнулся Саня, а я внимательно следила, как мой охранник в кожаных перчатках, передвигает тело в более неприметный угол и прикрывает наскоро сломанными ветками в небольшом овражке, и землей притрушивает, мусором всяким, снегом. — Мы нашли некромантов…

— Хорошо, — промямлила я.

— Но они опять сбежали.

— Плохо.

— Марка немного повредили. С ним все нормально. Хоть он и очень злой. Я почувствовал колебания сети. У тебя все в порядке?

— Уже да. — Ответила я, поймав недовольный взгляд вампира.

— Ладно. Завтра обо всем поговорим! Давай! — и друг отключился, а я с трудом поднялась на ноги.

Как на зло, времени поговорить с защитником у меня не оказалось, сквозь облезлые ветки кустарника к нам пролез Митька, а следом за ним и девочки. Увидев меня рядом с незнакомым красавцем, подруги замерли на верху горки, раззявив рты.

— Добрый вечер! — опомнилась Лариса.

Я радовалась тому, что охранник просто блистал красотой, и никому из девчонок и в голову не пришло перевести любопытные взгляды с парня на плохо прикрытый труп!

— Мы думали, ты по другому поводу отлучалась, — глупо хихикая проговорила Рита, шаркнув ножкой.

— Правильно думали. Вот выскочила, а тут он! — пробурчала я, оттягивая от вампира племянника, с интересом его рассматривающего.

— Вы знакомы? — вопрос Ларисы вызвал бурю эмоций и получил сразу два противоположных ответа. Я сказала: "Да". А он — "Нет!".

— Давайте сменим место. А то здесь как-то не уютно, что ли. — Предложила я, и даже вампир согласился с моим мнением.

Избежать женского допроса ему не удалось. Как только мы вышли на аллею, подруги всерьез ухватились за новую жертву. Лариска, понятное дело, в своих корыстных целях, а Ритка, просто из поддержания компании. Только мы с Митькой брели молча, и ехидно посматривали на каменнолицего упыря. Не моргнув и глазом, парень соврал о своем имени. Сказал, что его зовут Каем. Еще сочинил на ходу историю о холостяцкой жизни, отсутствии интереса к женщинам и о поводе своего пребывания в нашем городе. Все услышанное стоило делить надвое. Имя не настоящее, так как вампиры открывают истинное только при желании кого-то убить. Одиночество и красота парня были призваны натолкнуть девушек на мысль о нетрадиционной ориентации, чтобы они раз и навсегда отстали от него со своими непрозрачными намеками (это я о Лариске). Ну, а причину появления в Донецке, он рассказал сам немногим позже.

— Глава Куран просил присматривать за тобой, ведьма, — рычал и злился Кай. — В это понятие входило не просто следить, а защищать. И как бы мне не нравилось новое назначение, я буду исполнять приказ. Хоть и не понимаю, зачем ты понадобилась главе!

Высказался он, прощаясь с нами у подъезда. Свою пламенную речь о том, как рада нашему вынужденному сотрудничеству я отложила, ведь Митька сумел выразиться гораздо четче:

— Бе! — выдал ребенок и показал дядьке язык, после чего мы гордо ушли домой.

На следующий день Клуб ненормальных собрался на консилиум, выдумывать план действий по захвату и обезвреживанию некромантов. Как специалиста по конкретному разряду колдунов вызвали Константина. Он, все еще пребывая в депрессивном состоянии из-за трагедии на личном фронте, поведал, как лучше всего защищаться и, где искать наших врагов. Также мы узнали верный способ лишить проблемных ребят их дара. Пока друзья не растеряли боевой пыл, я подсунула магам амулетик, снятый с мертвеца. Они скептически оглядели предмет, поколупали его ногтями и вынесли вердикт:

— Защитный. Но не поглощающий. — Сказал Александр.

— Нет! Лучше чем "экранирующий" не выразишься. Он отталкивает любое колдовство. Но не нацелен на конкретного мага, а работает щитом в принципе, то есть от всех сразу. — Дополнил его Константин. — Зачем он тебе?

— Да мне-то он и не нужен. Я его нашла. — Ляпнула я, и Сашка почувствовал ложь. Поэтому уставился на меня, взглядом требуя выкладывать все, как есть. Но потом оглянулся на демонов и Римму, спорящих о том, что лучше взять на вылазку: веревку или увесистую резиновую дубину полицейского (кстати, временно взятую в пользование у Руслана).

— Пойдем, — парни вытащили меня на лестничный пролет, где мы, кстати, встретили и нашего оборотня в погонах. Сереге не сиделось на работе вечером, и он заглянул в гости. А тут мы как раз стоим.

— Привет! Чего делаете? — поздоровался со всеми опер.

— Хорошо, что пришел! — меня осенила одна догадка, развеять которую или подтвердить мог только он. — Слушай, помнишь, ты рассказывал нам о маньяке? А как были убиты его жертвы?

— По-разному, — пожал плечами оборотень. — Но чисто. Ни следов. Ни отпечатков пальцев.

— А у них было хоть что-нибудь общее?

— Что за нездоровый интерес? — ухмыльнулся Сергей. — Ну, не припомню…

— Вот такого не при ком не находили? — я повертела у него перед носом амулетом.

Мужчина скосил глаза на безделушку. Задумался. Нахмурился и покосился на меня. Сейчас все трое представителей сильного пола таращились на единственную ведьму в их компании.

— Откуда? — задал давно назревший у Сашки и Константина вопрос Серега.

— Короче, вчера спряталась я в кустиках, отошла подальше, чтобы высказать природе большое спасибо за весь женский род и за те муки, которые нам приходится переносить…

Мужчины откровенно ничего не поняли из моей витиеватой фразы, пришлось ее укоротить, и более лаконично пояснить:

— Тошнило меня! Тошнило после рассказа Риты о том, как это чудно рожать!

Все три физиономии скривились.

— Вот и я о том же! — буркнула я. — Так вот. Только нагнулся к земле, как на меня выскочил мужик с ножом. Славно потрепал. Васька меня весь вечер своими вонючими мазям выхаживал, чтобы синяки снять и опухлости. В общем, этот кулончик на нем был.

— И ты его… — сузил глазки Серега.

— С ума сошел? — отмахнулась я, и очень надеялась удачно соврать, поэтому бросила мимолетный взгляд на мага. У него постепенно отвисала челюсть.

— Я ведьма-пацифистка! Мне удалось сорвать с его шеи амулет и слинять по добру, по здорову.

— Да? — не поверил опер. — А где он на тебя напал? Не в вашем ли сквере? Около Дворца культуры? А то мы там совершенно недавно труп нашли… То есть не труп, а кости. Тело сожгли. Кстати, — он протянул мне пуговицу с моего пальто, в котором я осмеливалась выходить исключительно в сквер и во двор из-за его старости. — Не ты ли улику потеряла?

— Это не я! Честно! У Сашки спроси, он у меня, как детектор лжи. — Попятилась я.

— Эй! Мы что на допросе? — вступился друг. — Сергей, если бы даже это и было делом рук Динки, ты что посадил бы ее?

— Представляю, во что превратилась бы тюрьма за сутки! — хихикнул Константин.

Парни покосились на него, потом на меня.

— Конечно нет! Мы должны друг друга поддерживать и защищать! — сдался опер, но тут же угрожающе так предупредил. — Если влезаешь в подобное, более тщательно скрывай свое присутствие, чтобы у таких как я, не было шансов придраться к тебе. Иначе, это может плачевно для тебя закончиться!

— И для тюрьмы, а также суда… Ох, они и наплачутся… — Не унимался Константин.

— Ладно. Проходи. Там как раз твоя помощь не помешает. — Сашка впустил его в квартиру, а мы остались на лестнице.

Парни покосились на меня.

— Да я знаю, кто убил! — призналась я. — И есть у меня подозрение, что все те, жертвы якобы маньяка, сами были маньяками! А еще у них была цель…

— Такая с зелеными глазами, среднего роста, по имени Дина?! — закончил вместо меня Константин. — Но на них тоже нашлась управа. Твой вампир?

— Не совсем! Скорее его заместитель. — Вздохнула я.

— Погоди! — влез Сашка. — Ты тоже видел его?

Константин ухмыльнулся.

— Виделись однажды. Такой представительный парень! — и повернулся ко мне. — Как ты его тогда назвала? "Мой персональный убийца"?

Я покраснела.

— Ребята! Давайте по делу!

Меня обсмеяли. После издевательств над беззащитной ведьмой, ребята все-таки переключили свое едкое внимание на другую персону — двух. То есть мы, дружно взявшись за руки, вприпрыжку отправились на кладбище любоваться полной луной. А она была просто великолепной и в ее слабых лучах мы славно сразились с некромантами, не желавшими делить с нами одну территорию. Но они в очередной раз загнали нас на дерево. Самым стойким, естественно, оказался Константин. Зомби его не трогали, и он решил показать недоучкам мастер-класс. Щелчок пальцами, после сложной схемы неуловимых жестов, и толпа пахнущих ребят разворачивается к двум ошарашенным, растерянным парням в черных одеяниях. Им на манипуляции требовалось гораздо больше времени, так что зомби набросились на нерасторопных некромантов, цепляясь в них дряхлыми пальцами. У тех не выдержали нервы, и они банально сбежали. Но почему-то ни один из моих друзей не подумал слезать с дерева бросаться вдогонку.

— Слезайте! — крикнул Константин.

— Нет! — синхронно замотали головами мы. — Сначала их убери!

— А чем они вам не нравятся? — ухмыльнулся некромант. — Вот умрете и точно такими же станете!

— Фу! — высказались мы, а некоторые и более живописно выразились, перегибаясь через ветку.

— Пусть меня сожгут после смерти! — изъявила посмертное желание я.

— И меня! — поддержал Сашка.

— Мой пепел соберите в ту же баночку, пожалуйста! — согласилась Римма. — А то вот такие придут на кладбище и в могиле полежать спокойно не дадут! Пляши под их дудку!

— Кстати, — потер ладоши Константин. — Поклонникам Майкла Джексона посвящается!

И сделав какие-то три жеста, выдав всего одну фразу, встал спиной к выстроившимся в несколько рядов трупам. Ухмыльнулся. И запел! Совсем как мертвый король поп-музыки! Он танцевал, а усопшие повторяли за ним движения.

— О, ужас! — раздался всхлип с ветки надо мной.

Кажется, Римме стало плохо.

— А ниче так танцуют! — весело и неуместно оптимистично прозвучало голосом Лизы.

— Да, только синхрона не хватает! — как всегда флегматично прокомментировал Марк.

Димке и Дашке зрелище понравилось. Они еще и подпевали. Я закрыла глаза и постаралась убедить себя, что я — воробышек! Но сидеть на дереве, не видеть, зато слышать хруст и прочие неприятные звуки — отвратительно!

Короче, я взмолилась о скорейшем финале жуткого концерта. Со своего места я увидела вампира. Парень стоял вдалеке около одного из свежих крестов и, судя по движению губ, выразился: "Психи!". После чего отшатнулся, когда из земли начал вылезать еще одни любитель танцев.

Глава 24. Прочь из моей жизни!

Наконец Маринка и Витя решили связать себя узами брака. Теперь официального и нормального! Но сначала новоиспеченный жених хотел познакомить будущую супругу со своими родителями. Так что, готовясь к их приходу, мы с сестрой творили кулинарные шедевры. Точнее Маринка творила, как всегда, а я искренне пыталась исправить ситуацию. Может я была ведьмой, но устраивать шабаш на кухне мне никогда не приходило в голову! Зато сестрица моя сейчас колдовала над сате и усиленно пыталась тушить мясные рулеты. На печи все парилось, варилось, кипятилось. Митька большими круглыми глазами следил за потугами своей маменьки. Она посолила рулеты один раз, второй раз, на третий ребенок просто силой мысли передвинул соль подальше.

— Марин, да не нервничай так! — постаралась успокоить сестру я.

— Я не хочу, чтобы все было как в прошлый раз! — остановилась она и всплеснула руками. — Боюсь, что они окажутся такими же, как…

— Маринка, ты им понравишься! — заверила ее я, взяла за плечи и попробовала влить в нее немного уверенности. — С Витей у вас получится прожить долго и счастливо! Я верю в это! И ты поверь!

Она посмотрела на меня так, словно я открыла ей великую и жутко страшную тайну. Разревелась и бросилась обниматься, попутно зацепив бедром печь. Та колыхнулась, сдвинула крышку, и она хлопнулась на кастрюли, сбрасывая их прямо на ноги Маринке. Мы с Митькой сработали четко, одновременно вскинули руки, заставляя непослушную посуду и ее содержимое зависнуть в воздухе. Впервые сестра стала свидетельницей колдовства. Она обернулась. Взглядом проследила за тем, как продукты медленно и послушно возвращаются на свои места. Повисла тишина…

Маринка не собиралась падать в обморок или причитать о галлюцинациях. Нет! Она поняла, кто это сделал!

— Ты! Это… это… ты… — срываясь на истерические высокие нотки завопила сестра. Вместо того чтобы поблагодарить, она обвинила меня во всех смертных грехах. — Ты! А я все думала, как вазы не разбиваются! Это ты его научила! Ты! Ты учишь его… Что это? Болезнь какая-то?

— Марин, это не болезнь. Это дар. Понимаешь? — я присела рядом с племянником и стала рассказывать. — Видишь ли. В нашей семье всегда были ведьмы. Я при рождении получила всю силу предков умерших, и даже живущих. Бабушка с ее карпатскими подругами запечатали мой дар. Чуть больше полтора года назад печать спала. Колдовство вышло наружу. Сначала было даже весело. А потом. Бабушка пыталась меня убить, и выяснилось, что магия должна разорвать меня на части. Я умирала. Дважды. В последний раз, когда я была при смерти, меня спасли. Друзья отделили часть силы и отдали тому, кто умирал в тот момент.

Я посмотрела на Митьку, он на Маринку. Она раскрыла рот, но не издала ни звука.

— Нравится тебе это или нет, но он часть меня! В нем моя сила. Он такой же, как я.

Сестра все еще молчала, а я подумала, что неплохо бы добить ее информацией и выдала:

— И тем, что Митька остался с тобой, а Антон отстал раз и навсегда, ты мне обязана! Если бы я не навестила его поздним вечером и не запугала до заикания и недержания, вряд ли он бы отдал тебе сына!

— Вон отсюда! — указала на дверь Маринка.

Митя разревелся.

— Но…

Спорить или что-то доказывать было бесполезно.

— Что у вас происходит? — заглянул на кухню Витя, услышав рев ребенка.

— Ничего. Все нормально! — мне стало так обидно, что я и сама не хотела оставаться. По лицу сестры легко считывались ненависть, злость и страх, которые она испытывала ко мне. И не важно, сколько хорошего я сделала. Просто я — ведьма, а значит, выбиваюсь из привычного и понятного. А все подобное — опасно. Так думали охотники на ведьм во времена инквизиции. Так решила моя родная сестра, выгоняя меня из своего дома.

— Вы поссорились? — догадался Виктор.

Он провожал меня до двери, встревоженный семейным скандалом.

— Не обращай внимания! — махнула рукой я.

— Дин, — он ухватил меня за запястье и посмотрел в глаза, чтобы сказать: — Все будет хорошо! Вы обязательно помиритесь!

Я обняла его на прощание.

— Не знаю. Она очень зла. Но я рада, что у них есть ты! Береги их, пожалуйста!

Взрослый, серьезный мужчина чуть не пустил слезу. Он закрыл за мной дверь и я ушла. Кипящая внутри от несправедливости истерика рвалась наружу. Слезы подкатывали к глазам. Я брела по оледеневшей улице и чувствовала себя не просто одинокой, а лишенной части души. Я все думала о том, что сначала уехал Куран, теперь мне не позволят видеться с Митькой…

— Что между тобой и главой? — появился на моем пути Кай, обрывая цепочку лишений, которую я прикручивала в голове.

Судя по звериному красному блеску в его глазах, он был готов разорвать меня, как "нано-Тузик нано-грелку"! Но давайте не будем забывать, что в наше время даже грелка может быть оснащена дополнительными функциями, и даже зубами!

— Хочешь драку? — облизнулась я, намереваясь снять стресс с помощью нахального вампира. — Ну, попробуй!

Я швырнула в него пульсами, но они срекошетили в землю. Кай вытащил амулет, снятый с одной из собственных жертв.

— Трус! — сцедила я, что очень не понравилось вампиру. Он перешел к серьезным действиям. Не успела я моргнуть, как охранник, превратился в охотника и вцепился мне в глотку. Я прикрыла глаза и показала ему все, чему научилась у его драгоценного хозяина. Парень получил по колену, свалился на землю, но тут же вскочил и хотел напасть. Я не могла использовать магию в атаках, поэтому сама закрылась щитом. Напоровшись на невидимый купол, кровопийца зашипел. Парень хорошенько приложился лбом об неосязаемую стену.

— Почему он хочет, чтобы я, личный хранитель, палач нашего клана, защищал тебя — ничтожную ведьму?

— Э, как задело это твое самолюбие, а? — сплюнула я. — Не пробовал эго уменьшить?!

Он зашипел. Со скоростью молнии, бросился ко мне. Только на этот раз ему удалось добраться до моего горла, даже несмотря на всю мою защиту. Он отыскал брешь в куполе, разорвал его руками и прошел сквозь. Не могу описать, какую дикую боль доставляет подобное варварское обращение с магией! Разрушенный щит умирал, и моя сила колебалась под напором боли, причиненной от атаки вампира. А он встал позади меня, сжимая рукой мою шею и не позволяя дышать.

— Я знаю миллионы способов убить человека! Как хочешь умереть ты? — пафосно спросил он, и я ему ответила, что самым легким и быстрым — сделала это банально плюнув упырю в лицо!

— А твой хозяин не обидится? — ненавязчиво поинтересовалась я, стараясь выкрутиться из его цепких рук.

Вампир задумался. Видимо, Куран и по этому поводу что-то предусмотрительно сказал, потому что хватка Кая ослабла. Он отпустил меня. Но моя гордость была задета! Настроение окончательно испорчено и растоптано, и врожденная вредность требовала мести!

— Черти тебя возьми! — самое лучшее решение, принятое с учетом того, что отлупить вампира я физически не могу, да и магически тоже.

Тени деревьев резко приобрели четкие формы. Стали выпуклыми и уже секундой спустя шокированного кровопийцу подхватили под руки вызванные мною рогатые. Парень еще не знал, с кем связался. Он вырвался, вцепился в одного черта, и свернул ему шею. Тот хлопнулся на снег замертво. Хотя… Если учесть, что копытные не относятся к живым существам, то умереть он не мог. Черт сел. Его голова как-то неправильно свисала набок.

Я прикрыла рот ладонью, сдерживая тошноту.

— Ты че, гад, делаешь? — возмущался оскорбленный поведением вампира черт.

И тут выскочил мелкий красноглазый волосатый шибзик, уже хорошо мне известный, и как завопит на всю улицу.

— Старшина! Феню обидели!

На поднятый боевой клич явился мой старый знакомый. Щелкнул хвостом, и злобно сверкая глазенками на Кая, стал задумчиво расчесывать бороденку.

— Думаешь, это приятно, шутник? — прогундосил черт со свернутой шеей. — Старшина, давай его накажем! Можно я лично займусь?

Вампир зашипел.

— О! Сын Тавана! — хихикнули в толпе чертей, и один особо пухлый подскочил к упырю, округлил грудь и, кокетливо виляя хвостом, завертелся перед парнем, приговаривая сладеньким голоском:

— Испей моей кровушки. О, принц ночи! Сделай меня своей вечной невестой!

Кай перекрестился.

— Ты смотри! Верующий! — ехидно прокомментировал старшина, и повернулся ко мне. — Где ты их находишь только? И куда дела прошлого?

— Уехал он! — махнула рукой я.

Старшина присмотрелся ко мне и, заметив грусть, как-то мягко поинтересовался:

— Случилось чего?

— Нет. Пройдет! — махнула рукой я, благодарно ему улыбнувшись. — Вы лучше, его воспитайте, а то он меня достал уже!

Главный черт ухмыльнулся.

— Эт запросто! — щелкнул хвостом и, вампира уволокли. — Не забудь…

— В церковь сходить! — перебила его я. — Помню! Вот прямо сейчас туда и схожу! Яге привет от меня передай! Скажи, загляну к ней скоро!

Черти исчезли вместе с вампиром. А я зашла в церковь помолилась и очень попросила ниспослать мне покой. Он пришел на зов быстро и бесшумно, как делал это всегда. Посмотрел в мои глаза, обнял и терпеливо ждал, пока я вдоволь наревусь у него на плече…

— Все будет хорошо! — говорил Михаил, поглаживая меня по спине. Я верила ему.

Глава 25. Новогодние приготовления

Шли дни. Маринка заходила в гости лишь тогда, когда я была на смене. Она ничего не рассказала папе с мамой, но и не простила меня. С Митькой сестра тоже не позволяла видеться. Я же старалась держаться, и не впадать в депрессию.

Кай, после общения с чертями, притих. Порой я замечала его тень где-нибудь в тридцати шагах от себя. Он просто излучал недовольство и желание меня пристукнуть вопреки приказу защищать. А я специально его бесила, ведь больше было некого.

Как-то он поймал меня после работы. Точнее, когда я намеревалась оттянуться по полной в компании друзей. Мы все вместе хотели посетить любимый нами бар "Веселый байкер".

— Ты никуда сегодня не пойдешь! — заявил он, скаля клыки.

— Да? — ухмыльнулась я ему в ответ. — Смотри!

И гордо зашагала, к поджидающим меня друзьям. Дашку и Димку, мы очень не хотели с собой брать, но малявки заявили, что если мы их не поведем и не научим взрослым фишкам, то они сами всему научатся где-нибудь в подворотне с наркоманами и прочими. Сашка с Риммой ужаснулись, а Лиза с Марком пообещали пришибить. В общем, пришлось тащиться вместе с учениками. Ну, и терпеть злобное шипение вампира за своей спиной.

В баре играли мои друзья — Леха и его команда. Естественно, увидев меня, позвали на сцену. Я посопротивлялась для приличия, а потом выпила немного коньяка для разогрева связок и встала перед микрофоном. Отсюда мне хорошо было видно, как Димка пытается стащить у Саньки бокал с пивом, как тот отпускает малому затрещину, даже не поворачиваясь и не отвлекаясь от сладкого поцелуя Риммы. А еще я видела, как находчивый ребенок, усилием мысли крадет соломинку и аккуратно опускает в бокал мага, отпивает глоток, второй… И получает подзатыльник уже от Марка. Дашка просто смеялась и вела себя вполне прилично, не считая ее нездорового интереса к парню за стойкой. Наблюдая за друзьями, в самый неподходящий момент, стоя на сцене, я увидела их — троих очень разных мужчин, которых объединяла одна единственная безделушка. У каждого из незнакомцев, пришедших по мою, кстати, душу, на груди болтался знакомый кулон. Они сидели, стратегически выбрав места — по центру, слева, справа — отрезая выходы из помещения. Они не пили. Они внимательно следили. Они ждали. У них на лицах было написано, что им хочется со мной сделать. И делать они это собирались долго, мучительно и кроваво.

— Спасибо! Приятного вечера! — закончила я выступление и, несмотря на просьбы друзей постоять у микрофона еще, слезла вниз. Один из троицы тут же оказался рядом, чтобы вцепиться в мой локоть и так очень навязчиво потребовал:

— Потанцуем?

— Она не танцует! — ответил ему вместо меня вампир-охранник.

Убийца недовольно покосился на него, сразу распознав в блондине опасного противника. Я же в этот момент почувствовала себя переходящим знаменем, которое перекочевало из одних рук в другие. Друзья заметно напряглись. Дяденька отстал от нас. Временно. Вернулся на свое место, но глазами так и пожирал.

— Что это было? — прошипела в самое ухо Римма.

Я посмотрела на Кая. У него на лице дрогнули мышцы, выказывая все недовольство по поводу моего недавнего отказа подчиняться его приказам. Короче, таким бессловесным способом он дал понять, что я несколько секунд назад познакомилась с причиной, по которой мне лучше было остаться сегодня дома.

— Пожалуй, нам пора подышать свежим воздухом. — Решила я и широко улыбнулась.

Димка сделал вид, что его это не касается. Дашка тоже не горела желанием выходить из теплого помещения на заснеженную улицу, и расставаться с предметом обожания. Оба были вытащены за уши! Мы прошли несколько метров, попетляли улочками и, наконец, отыскали более-менее подходящее для драки место. Остановились, обернулись… а трое охотников за головами замерли клином, прикидывая, справятся ли с такой скромной разношерстной толпой.

— Нам нужна она! — ткнул в меня пальцем главарь этого трио, мужчина со шрамом на пол физиономии.

— А психиатр вам не нужен?! — влезла Римма, сверкнув кошачьими глазами.

— Тогда мы убьем вас всех! — самонадеянно заявил второй охотник.

— Хм, попробуй! — оскалилась Лиза, выпуская на волю свою демоническую сущность.

Димка с Дашкой без спроса бросили магическую волну в мужчин и, она, получив отторжение амулетов, покатилась обратно, сбив нас с ног.

— Помощники хреновы! — рычала оборотниха, выскакивая из одежды и превращаясь на ходу в пантеру.

Дальше началось черти что! Во-первых, Римме удалось повалить на снег одного из охотников и хорошенько помять, то есть покусать. Она собиралась отгрызть ему руку, когда второй мужик стрельнул в подругу из пистолета. У пантеры пошла кровь, а взбешенный таким поворотом событий Сашка, несмотря ни на какие там антимагические амулеты впечатал вредителя в стену соседнего дома. По стене пошла трещина. Во-вторых, Кай очень быстро убил главаря незадачливой банды на глазах малолеток, совершенно обалдевших от такого зрелища. В-третьих, в окошко высунулась бабушка и заорала, что сейчас милицию вызовет! Лиза поймала охотника, отлипшего от стены, за ворот, встряхнула его и… он, пырнул ее отравленным ножом. Демоница скривилась и на секунду стала бледно-желтого цвета. Марк никогда и никому не прощал обид, а тем более нанесенных его единственной и любимой женщине. Когда он поймал двух охотников и исчез вместе с ними, я старалась даже не представлять, куда мститель занесет их и, что с ними сделает.

Сашка сидел над голой Риммой, прикрывая рану руками, и что-то шептал, чтобы остановить кровотечение. Потом стянул с себя пальто, подхватил девушку на руки и обернулся к нам.

— Стирайте следы! — выкрикнул он.

— Ты куда? — спохватилась я, чувствуя за собой вину.

— Перенесу ее к себе, — выдал маг, собираясь телепортироваться. Это был как раз тот самый "особый случай", о котором мы давно договаривались, обучаясь перемещению в пространстве.

— Давай ко мне! — предложила я, зная, что дома никого нет. — Там Васька. Он сможет помочь!

Пока друг телепортировался, на свой страх и риск ко мне домой, я выжгла запачканный кровью подруги след. Поддержала все зеленеющую Лизу, и приказала Каю взять малявок. Он что-то там шипел по поводу: "Раскомандовалась ведьма, проклятая!" — и получил совершенно закономерный тычок под зад сапогом от меня. Мы сгруппировались очень вовремя! За мгновение до появления полицейских Марк материализовался рядом, подхватив с другой стороны демоницу, и уставился на меня.

— Сейчас я попробую всех нас телепортировать к себе, направляй меня, хорошо? — попросила я.

Демон кивнул. Взял меня за руку, внимательно всматриваясь в мое лицо.

— И еще одно. Чуть не забыла. — Я провернулась к Каю. — Я приглашаю тебя!

Пусть это опрометчивое решение, но сейчас без помощи вампира мы не доберемся все вместе до нужного места. Я отрешилась от звуков нарастающей паники, шума сирен и людских криков. Вспомнила свой дом, любимую комнату, кровать… И… Раз — и мы чуть не раздавили Холодца, свалившись всей толпой непонятно откуда. Кот отделался только отдавленным хвостом. Римму уже обхаживал Василий. Подруга морщилась от запаха примочек и мазей, но выглядела вполне живой и здоровой (судя по проклятиям, сыпавшимся в адрес доморощенного лекаря). Лизу положили рядом с ней. Детей опустили на мягкий коврик около свалки игрушек, оставленных в память о Митьке.

— Чем они ее пырнули? — задумалась я, осматривая демоницу.

— Яд. Он предназначался тебе. Убивает быстро. Человека. С демоном сложнее. Ее вторая сущность успешно борется с отравой! — выдал Марк, придерживая на руках девушку.

Василий мигом сгонял на кухню и приготовил целительный отвар.

— Не знаю, подействует ли на демона… — Сказал он, протягивая кружку.

— Подействует! Я только наполовину демон! — ответила сама Лиза, подтянулась и припала губами к кружке. А пока она пила, я поколдовала над ней, заживляя рану. Все затянулось. Девушка выглядела сонной и уставшей. Марк телепортировал ее домой. Я вернулась к Римме. Сашка сидел над ней встревоженный и потерянный.

— Прости! — положила руку ему на плечо я. — Это из-за меня.

— Да! Это твоя вина! Они охотятся за тобой. Ты знала это. Я просил никуда не ходить. Ты же из вредности пошла! Чокнутая ведьма! — выдал молчавший Кай, очень зло сцедив слова сквозь зубы. — Теперь смотри, как гибнут твои друзья.

Мое ведьмино терпение не выдержало такого издевательства. Я протянула руку, призывая амулет сорваться с шеи парня и перелететь ко мне в ладонь. И когда это произошло, подожгла на парне ботинки, в которых он топтал мой ковер, между прочим. Потом толкнула его пульсом. Он зашипел.

— Ты знал, что они придут за ней? — встал рядом со мной маг. — Почему тогда не предупредил нас? Мы бы смогли защитить ее!

Кай ничего на это не ответил. Гордо вскинул голову. После того, как притушил собственные ботинки.

— Ты не справляешься с работой охранника, если не можешь предвидеть таких вещей, как сегодняшняя! — холодно высказался Сашка. — Или ты специально позволил им напасть?

Я рассердилась.

— Да! — ответил Кай. — Возможно, было бы лучше, если бы ее не стало! Ты сам об этом не думал?

Сашка долго молчал, а я почувствовала, как возвращается то неприятное ноющее чувство, когда бабушка сказала, что меня следует убить. Но рука друга мягко и тепло легла на плечо.

— Думаю, мы можем справиться и без помощи вампира! Не так ли? — улыбнулся маг.

— Гони его в шею! — поддержала Римма.

Я усмехнулась. Посмотрела на Кая и сказала:

— Тебе отказано в гостеприимстве! Прочь! — и махнула рукой. Вампира вынесло из квартиры через распахнутую дверь. Я обернулась. Римка прикрываясь одеялом, смотрела на меня.

— Не бери в голову! Он просто не знает тебя так, как мы. Вот и говорит глупости!

— Угу, — вздохнула я, села около подруги, обняла ее.

— Эй! Не так сильно! — пискнула она.

Я вспомнила ране и, наложив на нее руки — занялась исцелением. Уже час спустя Римма чувствовала себя великолепно, порылась в моем гардеробе, отыскав вещи по размеру — то есть, достала мой спортивный костюм, напялила на себя, еще и возмущалась, что штаны коротковаты. А потом пошла на кухню, отпаивать успокоительным детей. Мы с Сашкой остались одни.

— Ты… — затянула я.

— Да, думал. — Тут же догадался маг, стоящий у окна. — Еще когда возник вопрос, как продолжить твою жизнь и спасти от разрывающей магии. Дина, — он повернулся ко мне лицом. — Ты не только мой друг, которого я не хочу терять, но и та, кому дарована особая сила. Понимаешь? А Бог не стал бы тебе давать такой подарок, если бы не хотел, чтобы ты сделала что-то полезное для этого мира! Оглянись! Ты встретила Римму и привела ее ко мне. Мы счастливы, потому что ты нас соединила! Потом ты отдала часть себя Митьке. Помогла сестре. И, наверное, этому вампиру, Курану, тоже чем-то помогла. Иначе, он не стал бы присылать сюда своего помощника, чтобы защищал тебя. Согласен, телохранитель он отвратительный и болтливый. Но мы это переживем!

Наверное, он хотел еще что-то сказать, однако не смог. А легко ли говорить, когда на твоей шее висит рыдающая ведьма?

— Эй! Я ревную, между прочим! — раздалось от двери и на шее мага, через секунду, стало одним пятидесяти шести килограммовым грузом больше.

С того дня Кай ненавидел меня еще больше. Друзья от меня не отходили ни на шаг. Берегли и охраняли. Мы сами справились с атакой наших старых знакомых некромантов. Им надоело отсиживаться в убежище, и ждать, когда мы постучимся в двери. Так что товарищи решились сами напасть. Мы их запугали, но заигрались и как-то упустили момент, когда их непосредственно надо было ловить. Короче говоря, они опять удрали.

Мое душевное равновесие ближе к 31-му декабря становилось более шатким. Я стала часто реветь по ночам. Мне дико не хватало Митьки. Он даже снился мне несколько раз. И во мраке сна тянул свои маленькие ручки, призывая прийти. Утром, после такого, как правило, звонил Виктор и приглашал в гости. Я отказывалась.

29-го декабря мы поняли, что некроманты придумали новый хитрый план — разгромить нас поодиночке. Ранним утром они напали на Сашку, возвращавшегося с работы. Сильно ему не навредили, но имели наглость, требовать, чтоб он проваливал из города, иначе они поймают его драгоценную кошку. В обед, того же дня, два трупа с посланием от этой парочки наведались к Римме на работу, и переполошили детей. Нам с Сашкой пришлось околдовывать всю группу, чтобы вырезать из детской памяти встречу с гостями, от которых пахло кладбищем. Вечером, мы не досчитались демонов — некроманты нашли способ их призвать, наверняка, чтобы натравить их на нас же. Но нужно знать Марка с Лизой. Они, конечно, явились, а потом разгромили скромную хибарку некромантов, не оставив и камня на камне!

30-е декабря показалось нам истинным кошмаром. День начался с того, что мы плелись не выспавшиеся по улице. Почему не выспавшиеся? Да кое-кто постарался и отослал в дом каждому из нас по сюрпризу. Будьте осторожны, когда открываете подарочную коробку, оставленную на вашем пороге! В ней может быть мертвая, но очень болтливая голова! И не всем попались такие любезные подарочки, как Римке с Сашкой! Их болтун хотя бы читал милые, но жестокие, стихи о членовредительстве. А наши с демонами головешки только и умели, что матюкаться! Марк выслушав сообщение, сыграл своим подарком в футбол. Мне же пришлось метаться по квартире, и искать затычку, чтоб заткнуть пасть голове, покрывающей трехэтажными слоями матов не только меня, но и Василия, Холодца и даже тараканов, случайно выглянувших, из своих укрытий! Благо, что мы с домовым эту дрянь в моей комнате открыли, где есть магическая изоляция, а то пришлось бы везти родителей в ближайший дурдом!

— Им каюк! — рычала Римма, волоча за собой здоровенный деревянный крест.

— Зачем это тебе? — спросила Лиза, и очень зря! Потому что Римма описала все манипуляции, которые проделает, попадись ей в руки некроманты-вредители.

— Тебе бы проктологом-садистом работать! — выдал Марк.

Римма снова красочно выругалась.

Мы тащились в местный парк не просто так! Головы передали нам послание, что некроманты очень жаждут встречи с нами именно здесь. На втором городском ставке. Там, где были владения водяного — дядюшки Зеленого. В этот день, должно было решиться, кто кого: мы их выживем из города или они нас из ума.

— Кай! — рявкнула я, зная, что этот бесполезный упырь все равно плетется за нами следом. — Ты не мог бы не так громко шипеть, а то это раздражает!

— Дура! — донеслось из-за дерева. — Вы на смерть идете!

— Ну так и радуйся! — Фыркнула я. — Избавишься от ненавистной ведьмы!

— Валил бы уже на родину! — пробурчала Римма, бороздя крестом снег.

— Дура! — снова донеслось уже из-за другого дерева.

Прежде, чем оборотниха успела возмутиться вслух, Лиза ей подмигнула и растаяла в воздухе. Мы услышали красивые французские ругательства и хлопок. Вампир появился на дорожке весь в снегу, с отпечатком ноги на пальто сзади, чуть пониже поясницы. Лиза снова материализовалась около Марка.

— С первым снегом, твою мать! — поздравила Кая Римма, и крикнула: — Валяй дурака! То есть упыря!

Короче, пока мы дошли до назначенного места, успели отвести душу и примять, точнее укатать, вампиром снег почти по всей дороге до ставка. Сбежать он не мог. Демоны — те еще спринтеры!

Некроманты стояли на небольшом мостике, ожидая нас. Римма уже несла крест высоко над головой, как знамя правды! Мы все остановились на почтительном расстоянии от врагов.

— Чего вам, придурки? — начала подруга, поставив крест на землю.

— Нам нужна ваша смерть! — выпалил один из парней.

— Да ну! — хихикнула я. — А нам, ваша полная капитуляция!

— А вот вам! — они синхронно показали нам среднюю такую "капитуляцию", почему-то расположенную между указательным и безымянным пальцами руки.

— По-моему, они очень плохо учились в школе и не поняли твоего высказывания! — выдал Кай.

— Ну все! — зарычала Римма. — Сейчас, я лично капитулирую их до ближайшего мусорника!

Всего-то за час парк превратился в поле брани. Из-подо льда повыныривали трупы, которых дядя Зеленый усиленно пытался затолкать обратно. Римма, частично перевоплотившись, размахивала крестом так умело, что расшибла как минимум шесть мертвяков, растерявших от знакомства с девушкой головы, руки и ноги.

— Вот это я понимаю! Сногсшибательная девушка! — хихикал Марк, бросив взгляд на подругу, только что снесшую верхнюю часть тела зомби. От него на снегу остались стоять только ноги.

— А я… эх… еще и головосносительная, и… эх… даже костедробительная девушка! — заявила Римма, отмахиваясь от очередных подгнивших противников.

Демоны развлекались по-своему, стряхивая с себя зомби и попутно пытаясь добраться до их кукловодов. Мы с Сашкой колдовали, а Кай, в кой-то веки, отгонял от нас нежить.

У нас был свой хорошо продуманный план. Дело в том, что в канун Нового года сила распределялась заново. Возможно, уже первого января, если бы некроманты принесли серьезную жертву (учтите, что на ее роль они выбрали нас), то возымели бы не абы какие возможности. Об этом нам рассказал Константин. Кстати, некромант сейчас находился на другом берегу водоема, и тоже читал заклинание. По сторонам стояли и дети — Дашка и Димка, и тоже исполняли свои роли. Мы замыкали круг. Сашка и я пристроились у обрывчиков, подняв руки к небу и, просили Вселенную отобрать дар у тех, кто использует его во вред, нарушая законы природы. И все было бы хорошо, ведь судя по недовольным крикам, демоны добрались до некромантов, и вытащили их в центр озера — чего нам и требовалось, дабы снять с них бремя силы, с которой они сами не знали, что делать!

Обряд подходил к концу. И тут в мою ногу вцепился труп, настойчиво зазывая заглянуть к ним в гости — на дно! Горе-телохранитель впервые испугался. Метнулся ко мне, поймал и придержал. Признаюсь, и самой было дико страшно! Кай сапогом раздробил кости цепкой конечности. Я, не потеряв концентрации, дочитала свой текст и… почувствовала, что лечу в воду с мертвым баластом на ноге — труп умудрился ухватиться за меня другой рукой. Он был тяжелым и сползал в воду, и я вместе с ним. Вампир ухватил меня за ворот и очень неудачно — потому что смог только стянуть с меня пальто. Я ушла под воду, глядя в его совершенно ошарашенные, испуганные фиалковые глаза. Наверное, мысль у него в голове была только одна: "Глава меня убьет!". Я же думала о том, что не могу выбраться, что одежда слишком тяжелая, а плаваю я плохо. И что очень-очень холодно!

"Помогите!" — уже ничего не значило и выходило из меня пузырьками бесценного воздуха. Я тонула в ледяной воде. Дядя Зеленый пришел на помощь, оторвал от меня поникшего мертвяка, но уже было слишком поздно — я потеряла сознание и захлебнулась…

Было жутко холодно, когда я пришла в себя. Надо мной стояла бледная Маринка. Рядом, в снегу, сидели друзья. Сестра придерживала Митьку, рвущегося к мокрой, синей ведьме обниматься. Кай с признаками угрызений совести стоял, нервно подравнивая зубами ногти на правой руке. Наличие перчатки на конечности, его совершенно при этом не смущало!

— Кхе… ккккккккаккккккккк? — несмотря на чечетку, отбиваемую моими зубами, вопрос разобрал только Сашка.

— Митя! — пояснил друг. — Они появились в самый последний момент. Ты уже захлебнулась. Дядя Зеленый поднял тебя на поверхность, а Митя оживил. Хорошо, что есть еще один ведьмак, правда?

— Да! Вы с ним те еще! — выдала Римма.

— Ага! Кого угодно с того света достанете! — согласился Константин.

— А гдееееее… ддддддд…

— Те двое обезврежены, сударыня! — улыбнулся некромант.

— Да! Мы подмочили их репутацию! — подтвердили дети. — То есть макнули в тоже болото, в котором они тебя утопить хотели.

— Я попрошу! — возмутился дядя Зеленый, выглядывая из покрытого сломанными льдинами ставка.

— Простите! — смутились подростки.

Сашка незаметно окутал меня коконом из теплой магии. Я перестала стучать зубами. Сестра с виноватым видом присела рядом на корточки.

— Дин, прости меня! — заговорила она. — Я испугалась!

— Да я так и поняла! — махнула рукой я. — Все боятся того, чего не понимают! Не бери в голову.

— Прости! — разревелась Маринка и бросилась обниматься. Митька терпеливо ждал своей очереди в сторонке. Но не дождался и просто втиснулся между нами. Довольный собой, утрамбовался у меня на коленях.

— Мне и до сих пор страшно! — говорила сестра. — После всего, что я видела. А вдруг и он однажды, как ты сегодня…

— Перестань! — буркнула я, и, не подумав, ляпнула. — Знаешь, в каких переделках я побывала?! Да меня раз двадцать убить хотели. Трижды умирала и…

Сашка, Римма, Лиза и остальные неодобрительно на меня посмотрели. Я прикусила язык.

— Короче, Марусь, не реви! Все будет хорошо! И, в конце концов, иметь в семье ведьму и ведьмака классно!

— Ага! — хмыкнула Римма. — Никогда не знаешь, что обнаружишь в холодильнике: борщ или оборотное зелье!

— Это ты сейчас на что намекаешь? — возмутился маг. — Я не виноват, что ты со своим супернюхом не смогла отличить одно от другого!

— А всю эту мерзость обязательно в нашем холодильнике хранить? Ты б еще туда сушеные крылья летучих мышей сунул! — не унималась подруга, и по Сашкиному смущенному молчанию, мы поняли, что он как раз собирался нечто подобное отправить вместе с продуктами в морозилку.

— Почему же, сразу крылья… Это уже прошлый век! — шаркнул ножкой парень. — Да и где ж их среди зимы найти!..

Римма подавилась следующим высказыванием.

— Ребята! Давайте жить дружно! — сыграл роль кота Леопольда Константин, и повернулся к недавней утопленнице, улыбаясь мне душевно и искренне. — Хорошо, что ты жива, ведьма!

— Ведьма — это хорошо! — в итоге заключила Римма. — И ведьмак тоже! Только не проси малого делать деньги! — предупредила она.

— А что он такое умеет? — покосилась на сына сестра, заподозрив в нем фальшивомонетчика.

— Да! Но они исчезают или превращаются в хомячков! Я на такую живность уже один раз себе туфли купила! — вздохнула подруга.

В подтверждение, Митька надул носом волшебный пузырь, который поднялся прямо перед глазами Маринки, лопнул, упал ей на руку деньгами и превратился в хомяка.

— И что мне с ним делать теперь? — задалась вопросом сестра.

— Неси домой! Назови Жориком! — предложила я.

Мы рассмеялись.

— А как вы здесь оказались? — окончательно пришла в себя я, пытаясь разобраться в ситуации.

— Ну… — замялась Маринка. — Митя тосковал по тебе. Мне даже иногда кажется, что он тебя любит больше, чем меня…

Ребенок пересел поближе к маме и крепко обнял ее за шею.

— Вышли на прогулку. Катались около дома, а потом я поняла, что коляской не управляю. И его вытащить из нее не смогла. Так испугалась! — рассказывала сестра. — Он целенаправленно сюда ехал. Я же не могла его оставить. Вот и шла следом. А потом мы оказались здесь. Смотрю, а ты на земле лежишь мокрая, и не дышишь… Я подумала… Подумала…

— Ну, в принципе, правильно подумала, — брякнул Константин, и в качестве извинения, рассеяно улыбнулся Маринке.

— В общем. Я боялась, что потеряю тебя. Пусть ты и не выносимая, приставучая, и врала мне, и мы дрались постоянно, но я люблю тебя! И ты всегда будешь моей сестрой — ведьма ты или еще кто-то!

Я пустила слезу счастья и обняла Маринку. Римка и Лиза рыдали в голос, приговаривая, что с нами и сериалов мыльных смотреть не надо!

Так все и наладилось. Ну, почти все…

— Снова новый парень? — уже без былого энтузиазма поинтересовалась Кристина. Мы обе рассматривали маячившую около проходной мужскую фигуру в строгом синем пальто. Блондин у ворот проходной не вписывался в местный пейзаж также, как и его хозяин, полгода назад. Незаметно прокравшийся в аппаратную Артем, присоединился к нашему наблюдению.

— А куда подевался старый? — раздалось ироничное над моим правым ухом.

В последнее время бывший парень изо всех сил старался смутить меня своим присутствием, якобы не нарочно прикасался, заботливо пытался поправить мою прическу и все в таком духе. На меня ничего из списка соблазнений не действовало! И его это бесило.

— Наверное, поссорились и разбежались! — продолжал строить догадки Артем. — Или он бросил тебя?

— А ты был бы и рад! — фыркнула я и зевнула. — Нет. Просто уехал, и оставил, так сказать, заместителя.

— Твой француз, Даниэль кажется, опять уехал? — обрадовался бывший.

— Да! — вздохнула я, отлипнув от окна. — И сие голубоглазое чудо приставлено ко мне, чтобы другие мужчины не липли!

— Или чтобы ты ни к кому не приставала? — рассмеялась Кристина.

— Может быть! — подмигнула ей я и медленно двинулась к выходу. Сегодня был праздник. Вечером мы с друзьями собирались устроить маленький шабаш у Сашки дома. Я собиралась выспаться после смены перед торжественным гульбищем. Но судя по тому, что Кай вышел из тени, значит, меня ожидают очередные нападения.

— С Новым годом вас! — махнула друзьям я. — Пойду к своему принцу, пока моя голова не превратилась в тыкву… Пока!

Кристина тяжело вздохнула. Она откровенно завидовала количеству и качеству моих ухажеров. А чему завидовать? Вся эта красота — опасна и смертельна! А нормального парня у меня как не было, так и нет.

— Что случилось? — не переставая зевать, поинтересовалась я у телохранителя, встретившись с ним лицом к лицу на улице.

— Откуда смертному известно имя главы? — взялся за старое вампир.

— Он сам его назвал при знакомстве. — Объяснение вызвало нездоровый ажиотаж довершить начатое хозяином и в голубых глазах загорелось красное пламя.

— Глава планировал его убить? — последовал вполне ожидаемый вопрос.

— Я не знаю, что стукнуло в голову твоему хозяину, когда он так легко выдал о себе некоторые данные, — пояснила я.

Артем все еще стоял у окна и сверлил нас взглядом. Я отвернулась, пытаясь убедить Кая не посещать квартиру бывшего парня с намерением его загрызть.

— Но, скажем так, убивать он его не стал. Мы договорились, что он его не тронет!

Знаю, телохранитель хотел возразить: "Я такого обещания не давал!", поэтому, опережая дальнейшие высказывания, потребовала:

— Клянись, что и ты его не тронешь! Иначе мне придется безвылазно торчать на работе, пока не найдут нового звукорежиссера! А я не хочу ночевать в студии!

— Ладно, — сдался вампир. — Какие между тобой и главой отношения?

— Начинается! — взвыла я, устав от его вопросов, зацикленных на повелителе, и медленно пошла к дому. — Никаких! Мне посчастливилось иметь его в качестве врага. Потом мы стали друзьями. Счастлив?

Он виновато насупился и спокойно шел следом.

— Почему все считают, что вы…

— Тогда было так нужно! Мы с Кураном пошутили. — Пояснила я для особо одаренных. — Развлекались мы таким образом. И хватит об этом. Все! Баста! Закрыли тему раз и навсегда. Теперь признавайся, кто на нас сегодня должен напасть?

— Не знаю, — пожал плечами вампир, а у меня чуть челюсть не отвалилась.

— Как не знаешь? А зачем же пришел? Конвоировать меня до дома?

— Я хотел извиниться! — покаялся телохранитель, что было ему абсолютно не свойственно! Мало того. Чтобы меня добить он, лучший убийца клана, кокетливо и стыдливо опустил глазки.

— Что-что? — глупо прозвучало с моей стороны.

— За то, что я сказал, что лучше бы ты умерла… — недовольный тем, что приходится объясняться, он снова приобрел суровость в лице. — Я перегнул палку. Я прошу прощения.

Кай вытянулся по струнке, и уставился на меня, с ужасом обнаружив на физиономии ведьмы гаденькую ухмылочку. Он уже трижды пожалел, что извинился и раздумывал, чем бы меня снова обидеть, потому что подозревал…

— Ты, оказывается, можешь быть очень миленьким! — подхватив вампира под руку, я уже волокла его в сторону своего дома. — Добро пожаловать в Клуб Изгнанников! С этого дня ты принят!

— Я не… — воспротивиться вступлению в наши ряды невозможно, когда тебя тащит за шкирку ведьма.

— Ты не осознаешь, какое счастье тебе привалило!

Он осознал это ровно через два часа, тринадцать минут и восемь бутылок вина. О том, сколько в него попытались влить водки, я боюсь даже вспоминать. Но Новый год удался на славу! Шабаш из Сашкиной квартиры медленно перекочевал в мою. К утру мы выслушали семьдесят три песни о мышах в исполнении Холодца и Василия. А потом решили устроить охоту на Деда Мороза. Им стал Кай…

Короче, 1-го… Нет! Второго января гость из Франции ощутил, что такое засуха в Бодунах, возненавидел весь род людской, а еще одну конкретную ведьму в кровати, которой проснулся. Но не подумайте чего! Рядом дрыхли еще и демоны, маг и оборотниха. Просто спать больше негде было, а на полу валяться никто не хотел.

Несчастный вампир потерял счет дням, и забыл, кто он. Подошел к зеркалу, увидел в нем совершенно незнакомого ему мужика с седой бородой до пуза и усами, в красном женском халате и пушистых, белых тапочках. Как и когда он облачился во все это, парень не помнил. Мы тоже… Хотя загадочная ухмылка Марка говорила о том, что уж он то точно в курсе событий!

А еще тем же утром, я нашла на полу иголку с черной ниткой. Это могло значить только одно — установленная магическая сигнализация демонстрирует, что кто-то пришел с очень кровавыми мыслями в мой дом…

Глава 26. Чувства обостряются с приходом весны

На меня нападали раз в месяц. И это стало традицией. Кай всегда был рядом, защищал, спасал, не подпускал никого. Но после Нового года и Рождества, всерьез боялся ко мне подходить и называл "ходячим недоразумением"! Ведь я постоянно затягивала его на адские или вполне человеческие вечеринки, которые мой охранник именовал просто "шабаши". Непомерное веселье противоречило его скучным жизненным устоям, как и принятие спиртного. Вот он и старался держаться от меня на расстоянии.

День за днем сложились в месяц, а они в следующий, и так вскоре настала весна.

Я вышла из здания телецентра. Вдохнула славный аромат распускающихся первых цветов. Обожаю весну! Она совершенно по-особенному пахнет! Свободой, надеждой, верой в лучшее!

Спустившись по ступенькам, чуть не упала. Подлетела, в миллиметре от земли, огляделась — никто ли не заметил? — и усмехнувшись, снова стала на ноги.

Очередная ночная смена, не придавала сил. Только вытягивала их. Так, что моя невнимательность вполне объяснима.

Признаюсь, плелась я домой сонная. Мечтала поспать нормально, а не упираясь лбом в микшерный пульт. Позади послышались шаги. Обычно, Кай не позволял себе такого шума. Он всегда передвигался очень тихо. Или это у меня просто слух обострился от усталости?

— Кай, если тебе не трудно, выйди из тени. Сегодня это раздражает! — бурчала я себе под нос, зевая на ходу.

Телохранитель появился из темноты, обогнал меня и остановился, преграждая путь. Я подняла голову, чтобы посмотреть на него и спросить, чего ему понадобилось… Но сказать ничего не смогла. Онемела. Ведь передо мной стоял никто иной, как сам Даниэль Куран — мой убийца, мой друг и по совместительству глава очень непростого и сильного клана вампиров. Он был такой серьезный и холодный, как когда-то давно, когда пытался меня прикончить. Я не двигалась с места, глядя на него.

— Привет. — Нарушил тишину он, улыбнувшись краешком губ.

— Ты? — я не верила собственным глазам, поэтому и спросила.

— Не ожидала. — Понял он и скрестил руки на груди. — Как встречать будешь? Кол в сердце или обнимешь?

— Это моя привилегия ехидничать! — надула губы я, и пока он думал, как реагировать, прижалась, уткнувшись лицом в его плечо, вдыхая запах знакомых духов и убеждаясь, что все происходит наяву.

— Значит, так теперь встречают упырей? — насмешливо проговорил он у самого моего уха и крепко обнял.

— Я не ожидала, что ты вернешься…

— А я разве не говорил, что собирался? Значит забыл.

За забывчивость он тут же поплатился. Я треснула его сумкой со всей силы, и быстро зашагала к дороге.

— Придурок! — злилась я.

— Начало мне понравилось больше. — Комментировал вампир, догоняя и ловя взбесившуюся ведьму. — Что тебя укусило?

— Ты! — я пыталась от него сбежать. Он снова встал передо мной, схватил за запястья, чтоб я не подумала бить его сумкой.

— Чего ты взбесилась? — не понимал Куран.

— Думала, ты… навсегда уехал… — Сквозь зубы пояснила я, уставившись на замок его куртки.

— То есть, ты не рада меня видеть и мне уйти. — Он резко отпустил меня, развернулся, и прежде, чем я успела его остановить, исчез.

Я осталась стоять абсолютно растерянная, испуганная и одинокая посреди пустой темной улицы. Закрыв лицо руками, уже собиралась разреветься. Я, конечно, была на него сердита за то, что соврал. И все же так счастлива видеть. И что теперь? Сама же заставила его уйти.

— Вот дура! Идиотка! — упрекала себя я.

— Абсолютно с тобой согласен! — прозвучал его насмешливый голос.

Я опустила руки. Вампир вернулся. Хмурый. Но теперь в его глазах было немного больше тепла.

— Ну и шутки у тебя! — в попытке снова ударить его, я попала в плен объятий. Меня крепко сжали.

— Ведьма! — Он шумно втянул носом воздух. — Пахнешь, как и прежде сладко. Если бы не запах другого вампира, двух демонов и твоей подружки-кошки!

— Оставь моих друзей в покое! — как-то сразу полегчало от его тепла, даже ночь перестала быть темной, теперь в ней были и другие краски, кроме черного.

— Хорошо. Но вампира предупрежу, чтобы слишком близко не подходил. — Ерничал он.

— А зачем ты его вообще ко мне приставил? — спросила я.

— Помнишь, я предупреждал, что водится со мной опасно? — он заставил меня смотреть ему в лицо. — Это не только потому, что я — вампир. А потому, что я — влиятельный вампир! У меня много врагов. После того, как ты защищала меня, они подумали, что мы…

— Пара? — помогла ему сформулировать мысль я.

— Да, — улыбнулся он. — И решили тебя убить. Я попросил Кая приехать и присмотреть за тобой. Хоть ты и ведьма, но все-таки мой друг!

Последняя фраза меня немного обидела.

— Ну, что? Проводить тебя? — отвлекся Куран.

— Да, — согласилась я, но отпускать его не хотела, поэтому вышагивала рядом, и когда он обнимал меня за талию, крепко держала его за ворот куртки. А вампир не сопротивлялся. Куран лишь накрыл мой кулачок на своей груди ладонью.

Стоя около дверей, я пересиливала себя, чтобы снова не броситься его обнимать, а он будто специально стоял ближе, чем обычно и внимательно меня изучал.

— Куран… — попросить его зайти, я не решалась.

— Да, я останусь. — Догадался он, но меня это только сильнее растревожило.

Родители спали под шумящим телевизором и не слышали, как мы вошли. По привычке я оставила Даниэля в комнате, и сбежала переодеваться в ванную. Сонная мама вышла мне навстречу уже в коридоре, застукав меня около двери в спальню.

— Отработала? — зевая, спросила она.

— Да, мамулечка. Завтра поговорим. У меня выходной. — Я поцеловала ее в щеку и шмыгнула к себе.

Боялась, что вот войду, а его нет. Но Куран был там. Он сидел на постели. Его куртка висела на спинке стула. Увидев меня, парень лег, оставив место для меня рядом с собой. Я умостилась, прижимаясь к нему, чувствуя, будто что-то внутри разрывается на куски, но не от боли или тоски.

— Что ты?.. — Он прижал палец к моим губам, и я встревоженно уставилась на него, надеясь, что меня поцелуют. Но оказывается, мама проходила мимо комнаты, и на секунду задержалась у двери. Парень явно забыл о магической защите, установленной на моей комнате. Я отняла его руку, и напомнила о куполе тишины, укрывающем мою спальню от подслушивающих.

— Так что ты делал? — спросила я. — Вернуться домой было приятно?

— Нет. Не приятно. Ты себе представляешь, каково это находиться в месте, где все желают тебе смерти? — Я рассматривала черты, по которым соскучилась, и лишь частично вслушивалась в то, что он говорил.

— Так зачем ездил?

— Нужно было кое-что узнать.

Несознательно я коснулась его щеки, нежно поглаживая. Куран замер.

— Дина, — заговорил он. — В прошлый раз мы с моей вампирской жаждой справились, а что ты будешь делать, если проснется другая?

— Какая? — не сразу поняла я.

— Что ты будешь делать, — парень уткнулся носом в мою шею, — если я захочу тебя, как мужчина? Мы ведь совершенно одни с тобой.

Легкий поцелуй встревожил итак пугливое сердце. Признаться ему, что я не против, что скучала и мечтаю вовсе не о дружбе, было страшно и стыдно. Услышать отказ — еще хуже. Я подумала: "Зачем прерывать наши хорошие, теплые отношения вампира и ведьмы?" — и снова примерила ироничную маску.

— Я могу отодвинуться, если тебя это смущает! — выдала я.

Вампир придвинул меня к себе, не позволяя оттолкнуть.

— Не смущает! А вот тебя должно! — он опять уткнулся лицом в мои волосы, практически полностью подтянув меня к себе.

Чтобы не уступать хитрому вампиру, я закинула ему на бедро ногу. Куран улыбнулся. Его горячая рука скользнула на мое бедро.

— Не знала, что вампиры могут быть такими… теплыми… — сморозила я.

— Мы можем все! — продолжал веселиться он. — А теперь спи!

— Уснешь тут! — хмыкнула я, и Куран отодвинулся, отвернувшись к окну лицом. Он казался еще красивее, чем раньше, более притягательным. Возможно, я просто очень по нему тосковала.

— Я скучала… — признание вылетело само, стоило мне положить голову ему на грудь.

— Плохо… — тяжело вздохнул Куран.

— Как по другу! — уточнила я.

— Уже лучше… — не слишком правдоподобно прозвучало в ответ.

Он положил руку мне на плечо. Повернулся лицом. Поймал мой взгляд. Мягко провел кончиками пальцев по моей щеке. Улыбнулся.

— Спи! Дина! — проговорил Куран.

— Ты не уйдешь?

— Спи! — повторил вампир, и я все-таки поддалась его уговорам. Но несколько раз за ночь просыпалась, чтобы посмотреть на него. Куран встречал мой перепуганный взгляд, целовал в лоб, успокаивая. Он считал, что мне приснился плохой сон. А я не говорила ничего, чтобы его не расстраивать. Достаточно было и того, что этот парень снова рядом.

Утром, понятное дело, вампира в моей постели не было! Я тяжело вздохнула, потянулась. Села на кровати, опустила ноги в тапочки и поплелась в ванную. Почистила зубы, умылась, выглянула в коридор. Крикнула папе, чтобы поставил чайник и только сейчас заметила, сидящего за столом Курана. Причем это показалось мне более фантастичным, чем его вчерашнее появление. Ведь вампир пил кофе в компании моего папы. Я так и замерла с отвисшей челюстью посреди коридора. О ужас! В смысле, ужас — это то, что папа подсунул ему лично приготовленный кофе! Он же не умеет его варить! И судя по тому, что Куран улыбался, — папин шедевр он еще не оценил.

— Доброе утро! — поприветствовал родитель, кивая на вампира. — Не узнаешь? Звонит в дверь, а я такой встаю, открываю. Он стоит, смотрит на меня так смущенно…

"Еще бы! — подумала я. — Ты ж в одних семейных трусах пошел дверь открывать!"

— Говорит: "Здравствуйте! Я друг Дины, Данило из Франции!" — продолжал папа.

— Не Данило, а… — хотела поправить его я, но поняла, что не стоит этого делать. Куран только посмеивался.

— Я его сразу вспомнил! — говорил отец. — Мы же на Марининой свадьбе виделись!

Он похлопал вампира по плечу, и тот расплескал из поднесенной ко рту кружки, половину черной жижи с комочками.

— А ты, что не рада видеть друга? — удивился моей заторможенности папа. — Человек сразу с самолета к тебе приехал, повидаться. А ты…

Тут Куран все же вознамерился отпить глоток кофе. Я изобразила удивление и радость, подобающие случаю, и бросилась обнимать вампира, шепнув ему на ухо: "Не пей — козленком станешь!". Даниэль чуть не поперхнулся — не хотелось парню в рогатую скотину превращаться. Надеюсь, он не подумал, что я собираюсь опять колдовать над ним.

— Вот и хорошо! — оценил мои актерские способности папа. — Пойду, мать разбужу!

— Ага, — отодвинулась от парня я. — И штаны одень!

Отец опомнился, сконфуженно осмотрел свой прикид, но тут же заявил, что он в собственной квартире имеет полное право хоть голым ходить.

— Ходи. — Согласилась я. — Только двери никому не открывай!

Он ушел будить маму, которую с первой попытки и фразы "Солнышко, просыпайся", поднять просто не реально. Я же выхватила кружку из рук вампира и вылила ее содержимое в рукомойник. После чего сварила нормальный кофе и поставила перед Кураном.

— Мне, казалось, ты ушел! — Тихо проговорила я, не понимая, чего это вампиру вздумалось знакомиться с моими родителями.

— Я собирался, — честно ответил он, и растянул на физиономии ехидную ухмылку. — Но ты во сне просила меня остаться.

Я покраснела.

— Ты даже не подозреваешь, во что ввязался! — успела предупредить его я до того, как на кухню заглянула мама.

Ну как заглянула?.. Просто прошаркала к нам, привлеченная запахом кофе, и с видом очень не выспавшегося жителя востока, потянулась к кружке Курана. Выхватила ее из рук вампира и села на стул. Только после третьего глотка, она осознала, что в комнате есть кто-то еще!

— А почему мне никто не сказал, что у нас гости? — обиделась мама, и закуталась в халат.

— Я ж тебе три минуты назад сказал! — напомнил папа. — Это Данило из Франции!

Я подавила желание удариться лбом об стол, когда в очередной раз услышала трактовку вампирского имени. Куран сцедил смешок в кулак. Он стойко вытерпел допросы родителей. Позже даже сказал, что, это было хорошей практикой в изысканной лжи.

Только его оставило в покое старшее поколение Вербных, как Маринка привела мелкое поколение, которое, увидев вампира вопило от счастья тридцать минут, доведя Курана до нервного тика. Парень уже пожалел о своем решении остаться утром у меня, и мечтал спрятаться хоть в шкафу. Но это он только притворялся — я точно знала! Потому что еще часом позже, дорогой гость нянчился с моим племянником и готов был порвать на мелкие кусочки любого, кто обидит ребенка или помешает их играм. Митька сиял от счастья.

Однако, не все так радостно отреагировали на возвращение Курана. Римка и Сашка приняли его вполне спокойно, а вот демоны заметно напряглись. Они словно ожидали чего-то от вампира. Он тоже вел себя странно в их присутствии: чаще, чем обычно, обнимал меня, заботился, за руку держал. Вот к примеру. Стоим вечером. Общаемся. Все смеются. А он занял место напротив меня и так внимательно смотрит, гипнотизируя. Потом подтягивает к себе за руку и, набросив мне на плечи свою куртку, говорит: "Не хочу, чтоб ты заболела!" — и обнимает. При всех! Когда это он себе такое позволял? Да, чтоб он меня обнял и без долгих скандалов, препирательств, истерик, я не знаю, что должно было бы случиться!.. Нет, у меня конечно был вариант. И я таки спросила его:

— Куран, ты случайно около стройки не гулял?

Он одарил меня пристальным, изучающим, серьезным взглядом.

— Нет. А что? — ответил Даниэль, задав встречный вопрос.

— Да так… — фыркнула я, и задумалась, где его могли по голове приложить тяжеленьким. Уж простите, но иначе объяснить подозрительно теплое и нежное поведение вампира я не могла. Поэтому первое время от такого внимания, смущалась, краснела. Но постепенно начала привыкать. Я уж даже подумала, что стоит не расставаться с друзьями ни днем, ни ночью — авось вампир так воодушевится их примером, что поцеловать меня решится. Но то были всего лишь мечты.

Глава 27. Всем хорошо, а мне — не очень…

Мы справили свадьбу Маринки и Виктора. На зятя я нарадоваться не могла. Классный мужик! Племянника обожал, сестру любил несмотря ни на что, родителям помогал, да и обо мне пытался заботиться (я, как личность вредная и чрезмерно самостоятельная, не давалась!). После свадьбы молодая семья уехала на несколько недель в отпуск.

Только отшумел один праздник, как приблизился второй. Римма и Саша решили не отставать от моей сестры и тоже расписаться. В отличие от Маринки и Вити, друзья не стали устраивать пышное мероприятие, а захотели просто и скромно поставить печати в паспортах. Как назло в назначенный день бракосочетания я, исполняющая роль дружки, с утра выходила на смену. Делать макияж пришлось на работе. За моим преображением наблюдал бывший парень.

— И куда намылилась? — заинтересовался Артем, присев рядом со мной за стол в углу студийной.

— Если, скажу, на свидание, что будешь делать? — огрызнулась я и наивно захлопала ресничками.

— Неужели твой француз вернулся? — заинтересовался он.

— Слушай, Тём, ну чего ты все время лезешь в мою личную жизнь? Неужели жалеешь, что мы расстались? Я вот — нет!

Он посмотрел на меня, внезапно схватил и хотел поцеловать. Но я отодвинулась. Тут в студийную заглянула Снежанна, застав компрометирующую сцену общения между недавними бывшими любовниками.

— Привет! — вырвалась из объятий парня я, улыбаясь коллеге-редактору, пошла к двери, прихватив сумку. — Пока! Удачи вам!

Судя по нахмуренным бровям девушки, Артема ждала взбучка и приступ ревности, грозящий парню походом в травматологию.

По собственному скромному мнению, выглядела я великолепно! И надеялась, что вампир, с которым мы должны были встретиться после работы, чтобы вместе заехать за Риммой и отвезти ее в загс, не поскупится на комплименты. Однако, раньше него мою красоту оценили два пьяных оператора. Игорь и Гена, видимо, со вчерашнего дня изливали друг другу души и подливали алкоголь в стаканы. Были они весьма потрепанными, опухшими, но жутко осмелевшими.

Меня поймали при выходе из проходной и заставили отвечать на глупые вопросы.

— Дина! — решительно начал Гена, пошатываясь и, с трудом удерживающий равновесие. — Нам не нравится, что ты с нами играешь…

— Я ни с кем не играю! — по слогам, для особо одаренных, произнесла я, задумываясь о том, как этих товарищей еще не уволили за пьянку в рабочее время. — Вы хотели свидания? Мы с каждым из вас там побывали. Но! В моей жизни есть особенные люди, ужиться рядом с которыми вам не светит! Так что переставайте дурачиться, причитать и оглянитесь по сторонам. Вон сколько девушек вокруг!

— Мы хотим тебя, — они вдруг стали на меня надвигаться, будто хотели зажать с двух сторон и…

— Э! Мальчики! — выставила вперед руки я, зная, что могу только одним движением привести их в чувство, устроив электрошок (главное, остатки мозгов парням не спалить). — Я не подписывалась на любовь втроем!

— Нас не интересуют другие! — заявил Игорь. — Мы выбрали тебя! А ты выбери одного из нас!

— Так! — решительно выступила вперед я, злясь все больше. — Во-первых, ничего никому из вас я не обещала! Клятв под луной не давала, и ходила с вами на прогулку только из-за того, что мне нужно было выбросить кое-кого из головы. А сейчас, вы уж простите, но я не одна.

— А с кем? — разозлился Гена.

— Со мной! — вмешался Куран и, приобнял меня за плечи. Я спиной почувствовала его тепло и успокоилась.

— Опять он? Кто он? — потребовал отчета Гена. Игорь просто рассматривал незнакомца сквозь пьяный туман.

— Тебе этого лучше не знать! — улыбнулась я.

— Что он может тебе такого дать? — не понимал оператор.

— А кто сказал, что мне от него что-то нужно?

Рука вампира, обхватившая меня за плечи, потянула назад. Мы ушли. По дороге к машине мне пришлось выслушать лекцию о том, как себя нужно вести с мужчинами, чтобы они не приставали.

— Да-да, — кивала я. — Возвращаемся к вопросу о ношении паранджи!

Он остановился, внимательно и сурово осмотрел меня, а потом сел в машину, заявив: "Бесполезно! Их будут приманивать твои глаза!". Я посчитала это комплиментом, и тоже села в авто.

Римка по пути в загс сначала причитала: "А если он не придет?". Потом поразмыслила немного и пришла к выводу: "Не придет, — найду и загрызу!". "Горе, жениху!" — смеялся Куран и говорил, что сам-то собирается на всю жизнь (а она у него долгая) остаться холостяком. Меня это почему-то задело. И далее вампир, не понимая, чего я обиделась, допытывался и донимал вопросом: "Ты чего?".

Сашка был на месте. Он снял очки и стал очень красивым. Наша невеста посмотрела на него всего раз и все ее страхи исчезли. Под венец она пошла, словно зачарованная, смиренно выслушала речь распорядительницы, и поставила свою корябочку в бланке. Друзья обменялись кольцами, и мы отправились праздновать в дом Даниэля. Да! Он позволил устроить шабаш в его съемных владениях. Мы, клубом изгнанников, а также с приглашенными Русланом, Ритой и Серегой, чудили в небольшом, закрытом от посторонних взглядов высоким забором, дворе у частного дома на окраине города. Здесь не гасли волшебные фейерверки, поддерживаемые колдовством. Здесь росли, распускались самые разные цветы, которых никто никогда не видел, и не увидит, кроме нас, конечно. Под ноги невесте сыпались лепестки роз. В общем, Сашка проявил себя истинным романтиком.

В какой-то момент мне стало грустно и не уютно. Возможно, меня просто грызла зависть. Ведь так хотелось того, что есть у друзей — маленького счастья для двоих. Вспомнились мамины слова о "моем" мужчине, который несмотря ни на что будет рядом. И подумалось: а ведь уже который год подряд в самых тяжелых ситуациях меня не оставляют друзья и один несносный вампир. Усмехнулась. Оглянулась, но не смогла отыскать его среди веселящихся. Он ушел в дом.

Парень обнаружился в своей спальне. Куран лежал на кровати и смотрел в потолок. Заметив меня, приоткрывшую дверь, отвлекся от этого глубокомысленного занятия, чтобы сказать:

— Можешь войти!

— Тебе надоел шум? — я остановилась у края постели.

Вампир провел рукой по покрывалу, рядом с собой, предлагая мне лечь. Я умастилась возле него. Впервые, кстати, стесняясь находиться с ним наедине в одной комнате. Он приподнялся, подпер голову рукой, а другой убрал локон с моего лица. Потом о чем-то поразмышлял и, навис надо мной, целуя в шею, спускаясь губами к ложбинке между грудей.

— Даниэль? Что ты делаешь? — на всякий случай уточнила я.

— Ты против? Мы одни. Твоим друзьям сейчас не до нас. Так что…

Он не насмехался! А соблазнял. И женская натура подло дрожала, подвергаясь напору его шарма, уступая ему. Не дожидаясь ответа, просто уловив стук сердца, вампир улыбнулся и поцеловал меня.

Но через три счастливые, умопомрачительные минуты все кончилось.

Меня отбросили в сторону. Да так, что я свалилась с кровати на пол в щель около стены. Я еле сдержала слезы от обиды. Встала и…

Поняла, что происходит что-то совершенно непонятное.

В комнате был Марк. В истинном облике демона он пытался обойти вампира, чтобы… Поймать меня! Куран встал на его пути, разбил какой-то пузырек и сквозь ковер, на котором топтался бывший друг, проступила здоровенная круговая пентаграмма. Она светилась, прожигая ткань. Демон не мог из нее выйти, но втащил к себе в ловушку Даниэля. Я бросилась к нему на помощь, испугалась, хотела уже ударить по Марку, несмотря на то, что он мой друг (пусть и бывший) всей мощью, скопившейся магии. Но тут появился второй предатель — Лиза. Этого можно было ожидать, ведь демоны всегда ходили вместе.

— Прости, — говорила Лиза, сжимая мое горло.

Я чувствовала, как она целиться в место между лопатками, чтобы всего одним ударом вырвать мое сердце. Но в голосе демоницы слышалась дрожь неуверенности. Она плакала.

— Я надеялась, что этого не произойдет. Я должна… убить…

Куран зарычал, дернулся и Марк оцарапал его.

— Ты знаешь, что мы не за тобой пришли! Поздно ее спасать! Должен был раньше подумать! — рычал ему демон. — Если бы ты не вернулся, она была бы цела! Можешь винить себя в ее смерти!

Но, кто сказал, что я собираюсь умирать?!

К нашей компании уже и новобрачные присоединились. Судя по отсутствию удивления на физиономиях товарищей, они знали о предательстве и просто ждали, когда это произойдет. Думаю даже готовились. Ведь пентаграмма на полу и зелье-активатор, дело рук вовсе не вампира, а мага.

— Прости меня! — приговаривала Лиза. — Мы должны. Если бы ты не была так важна для него… Мне жаль, Дина!

— Не тяни время! — рявкнул на нее Марк.

— Прости. Мы просто рабы клятв, которых не давали! — прошептала она и…

Я поняла, что у меня есть только один выход — призвать на помощь тех, кто подарил мне силу. И пока демоница решалась на убийство лучшей подруги в моем лице, я мысленно покинула тело, понеслась душой в небо. Высоко-высоко. К звездам…

— Нареченная Лирде Достфамула! Нареченный Марейном Хартастас Курсф Унклус — слушайте меня! — голос не принадлежал мне — скорее Вселенной, той самой, которая вселила в мое тело магию. — Я взламываю печати. Я снимаю с вас обязательства перед домами сынов Тавана, бдящими тьму! Убирайтесь прочь! Отныне вы свободны от своего клейма!

Демоны замерли. Куран застыл с отвисшей челюстью, таращась на меня, как на явившегося из небытия призрака. Сашка где-то рядом проделывал хитрые манипуляции, пасы руками, и смог таки втащить в круг пентаграммы Лизу, выбросив за предел ловушки Даниэля.

— Спасибо! — улыбнулась демоница. — Я знала, что ты увидишь печати!

Они исчезли… Я же упала в обморок, потому как призывать голос Вселенной не так и просто. Представьте себе, каково человеку, сунувшему пальцы в розетку. Вот примерно тоже самое происходило со мной. А Сашка с Риммой применили, как водится в таких случаях, наиболее действенный способ оборвать связь с матерью Вселенной — банально треснули по голове…

Свежий холодный ветер, успокаивающий, оживляющий и такой добрый, принял мое общество с радостью. Он трепал мои волосы, играл с платьем. Я сидела на пороге вампирского дома и приходила в себя после случившегося.

— Ты знал, что они нападут? — поинтересовалась я у притаившегося за моей спиной жениха.

— Мне Даниэль сказал. Хотя он до сих пор не знает, кто сделал заказ. — Признался Саня, присаживаясь рядом. — А у меня и раньше не было к ним доверия.

— Я помню, ты защиту от них в собственной квартире ставил!

— Да. Когда он рассказал мне, что их прислали сюда не просто так, а по твою душу, я переживал только об одном — не хватке имен. — Рассказывал друг. — Все подготовил, уже думал, позвать на помощь Константина. Но он там чем-то занят — со своей новой девушкой возится.

— Ага, достает ее, как может! — ухмыльнулась я, припомнив, как встретила некроманта в парке с блондинкой, которая собиралась ему физиономию расцарапать за то, что ходит за ней по пятам. — Странные у него проявления любви: брать девушку измором и выводить из душевного равновесия!

— Да, — поддержал меня друг. — В общем, он дал мне несколько советов, помог немного подготовиться и предложил запечатать демонов. Кстати, нам очень помогли трюки Димки и Дашки. Они как-то смогли растормошить демонов, проявить в них эмоции. Поэтому Лиза и Марк не смогли тебя сразу убить — терзались совестью. Но вот, что мне интересно: откуда ты знала их имена?

— Я не полная идиотка! — даже не поворачиваясь к нему, ответила я. — Во-первых, когда-то давно я тоже ставила нечто вроде защиты на собственную квартиру — три иголки с разными нитками. Так вот, когда приходили вы, и даже Куран, все было нормально. А после новогодней ночи, я нашла на полу черную, самую серьезную, нить. Она указывала на то, что кто-то собирается причинить серьезный вред, если не моим родным, то мне. А кто у нас попадал под подозрение, учитывая, что ты или Римма после твоих магических манипуляций не можете мне навредить? Только Кай и демоны. Кай, впрочем, тоже был вычеркнут из списка, так как он игрался в телохранителя. Во-вторых, Куран, когда только их увидел, начал недвузначно подсказывать, мол, остерегайся. Еще и ты сам сказал, что нужно внимательнее присмотреться к демонам. У меня зрение не очень, а вот Антонины Григорьевны! Не забывай, что она ясновидящая! Когда мы первый раз пришли в гости, помнишь, она немного испугалась, увидев Марка и Лизу. Так вот она и рассмотрела печати на наших… э друзьях. Дашка мне в карман тогда записку сунула, когда мы уходили. — Я достала измятый клочок бумаги из "потайного карманчика" (то есть лифа), и протянула Сане. — Как видишь, там есть и подсказка, к кому за помощью обращаться и имена. Сама я понять толком ничего не смогла, так что сходила к Судье. Он мне давно обещал пояснить некоторые вещи. И одну до сих пор хранит в тайне.

— Какую? — заинтересовался Сашка.

— Я видела твой знак, и такой же, но с небольшим отличием есть у Риммы. А это значит, что вы созданы друг для друга.

Парень смущенно улыбнулся и опустил глаза.

— Отличие объясняет ваши совершенно разные характеры. Теперь эти знаки одинаковы! А еще Судья видел мой знак, но не хочет рассказывать: ни как он выглядит, ни что означает. Хитрый змей, короче!

— Кхе, кхе, — прокашлялся позади нас вампир.

— Ну, я схожу, проверю, что делает моя жена! — тут же подскочил маг.

— Она оккупировала мою ванную! — буркнул Куран, пропуская в дом парня.

Сашка ушел, оставив нас одних.

— Как ты? — спросил Даинэль, занимая место рядом со мной.

— Нормально! — пожала плечами я.

В голове немного шумело. Внутри было как-то пусто и тихо, словно ураган перевернул мое существо, пару раз встряхнул и так и оставил вверх-ногами.

— Знаешь, я немного испугался, — признался он.

— За меня? — я никак не могла отважиться и посмотреть ему в лицо. Поэтому глядела вперед, лишь боковым зрением, наблюдая за вампиром.

— Да. Сначала, когда она тебя поймала, а потом, когда твои глаза засветились белым! — говорил Куран. — К синему свету я уже привык. Знаю, что в такие моменты ты колдуешь или готова выпустить магию на свободу. Но белый!..

— Это была не совсем я… Мне посоветовали, в случае чего, обращаться к тем, кто над нами.

— Послушай, — как-то сконфужено проронил он, немного помолчав. — То, что там произошло до… Прости, что пришлось тебя обмануть. Я не имел права играть с твоими чувствами ко мне. Но ты же сама понимаешь, что между нами ничего не может быть.

Если его смущали мои белые глаза, то сейчас они должны были стать красными — от злости и обиды, и просто напугать его до чертиков.

— Конечно, понимаю! — вскочила я. — Нет у меня к тебе никаких чувств! Совершенно. Это всего лишь была мимолетная слабость!

— Нет? — как-то ехидно переспросил он, и гаденько ухмыльнулся. — Что-то ты слишком часто "слабеешь" в моем присутствии.

— Да кому ты нужен?! — гордо ответила злая ведьма, помышляя сделать из одного вампира-искусителя шашлык. — Я могу "слабеть" с кем угодно и когда угодно! Ты просто под руку попался!

— Да? — прошипел он. — И как часто ты себе позволяла "слабеть"?

— Да постоянно! — рявкнула я и стала загибать пальцы. — С Гошей, с Каем, с… Ай! Не важно!

Наши взгляды, наконец, встретились. Мы синхронно скрипнули зубами, и я направилась к воротам.

— Ты куда? — прокричали мои друзья, увидев из окна, как я покидаю гостеприимный дом.

— Слабеть! — услышала пояснение, отпущенное Кураном. — Дура!

— Чтоб тебя черти взяли, ловелас хренов! — из вредности ляпнула я и совершенно не пожалела о брошенной фразе. Позади уже похрюкивали и посмеивались новые гости, заглянувшие на огонек к вампиру. Цоколи копыта, а хозяин дома "радостно" кричал: "Психованная ведьма, когда ты научишься за языком следить?!"

Глава 28. "Ну, возьмите меня!.."

После того случая, я не находила себе места и бесилась, доставая при этом окружающих и доводя до нервного тика всех, кто только осмеливался задать глупейший вопрос: "Дин, ты чего?". Мама с папой старались сбежать из дома, как только я приходила с работы. Василий, я знала, стал подмешивать мне в чай (начиная прямо с утра) корни валерьяны. Надеялся, успокоить! Ха! Три раза "Ха!". На меня это совершено не действовало. Я зевала и злилась еще больше от того, что мне спать хотелось, а злость мешала здоровому сну!

Свое ужасное настроение мне требовалось срочно на ком-то сорвать. А так как на близких и ни в чем не повинных это делать нельзя, то стоило поискать кого-нибудь более достойного. Вот я и обратилась к Руслану. Точнее, он был занят, чтобы указать мне перстом на бандитов, которым можно спокойно и безнаказанно трепать нервы. Но!

Друг сидел на совещании. Меня туда не пускали, естественно. Я для приличия подождала десять минут, пятнадцать. Потом смотрю, капитан идет с толстяком каким-то по коридору, и сворачивает к кабинету. Я к ним, а Руся так мне подмигивает — знаки подает, мол "не сейчас!". И снова спрятался.

Я не говорила, что с недавних пор у меня появилась аллергия на закрытые двери? Так вот она возникла в этот самый момент. В кабинет я все равно вошла… правда через стену! Толстяк и Руслан выронили ручки и замерли, широко раскрыв рты.

— Здрасьте! — буркнуло привидение в моем лице, подойдя поближе, и провело пальцами по второму подбородку незнакомца. — Челюсть подымите! Я не стоматолог. Мне не обязательно показывать все ваши пломбы! Кстати, одну пора менять!..

И уселась на стул. Руслан побледнел. Перевел взгляд с меня на толстячка. А тот схватился за сердце, потом за табельное оружие.

— Кто?.. — сцедил он.

— Дед Пихто! А что не похожа? — я даже позволила рассмотреть себя в профиль и анфас. Но видимо, не убедила.

— Богдан Валерьянович, спокойно… — постарался приблизиться к нему Руся и отобрать пистолет, дрожащий в руках начальника (судя по количеству звездочек на погонах).

— Действительно! Зачем нервничать! — оскалилась я, и решила размять ноги. Поднялась, хотела уже сказать, зачем пришла, но этот нервный тип, с перепугу, пальнул в меня. Хорошо, что у меня реакция отменная, когда я зла! Взмах руки и пуля — в стене. А дядя грузным охающим мешком осел на стул. В комнату тут же ворвались, привлеченные звуком коллеги-полицейские.

— Что у вас тут? — потребовал ответа Русин компаньон, а потом бросил на меня взгляд, поежился и вытолкал всех из кабинета. Сам тоже предпочел остаться по ту сторону двери. Очень разумно с его стороны!

— Кто? Как? Что? — пыхтел толстячок.

Руслан суетился около него, отобрал оружие, и стал размахивать перед красной физиономией начальника папками. А тот, ослабил галстук и закатил глаза. Я открыла окно.

— Да перестаньте вы так остро на все реагировать! — постаралась успокоить его я.

Он перекрестился.

— Дина! Ты не могла, как-то по-человечески себя вести что ли? — укорял меня Руслан, прекрасно зная, что орать на меня бесполезно.

— Я не могу по-человечески! Я — ведьма!

Начальник перекрестился еще раз и нательный крест поцеловал. Даже мне под нос его сунул.

— Я его целовать не буду! — заявила ведьма в ответ на этот жест.

— Ага! Нечисть! — обрадовался дядя, уверенный, что нашел управу на мерзкое явление.

— Нет! Просто вы его уже обслюнявили и потом покрыли! — фыркнула я.

— Дина! — приструнил меня Руслан. — Говори, зачем пришла!

Я снова села, и наивно захлопала глазками.

— Придумай мне занятие! — потребовала ведьма, совсем обнаглевшая от тоски. — Давай я на допрос схожу, и признание из кого-нибудь выбью, а?

— Нет! — отказался полицейский. — Они тебя увидят, и признаются даже в подготовке Апокалипсиса!

— А чего во мне не так? — обиделась я.

Руслан открыл ящик стола, достал оттуда маленькое зеркальце и сунул мне в руки. Я посмотрела. Глаза сверкали призрачным и зловещим зеленым светом. Выражение имели весьма кровожадное. В общем, очень мило… было бы, если б не так страшно!

— Простите! — вздохнула я, возвращая зеркало. — Я уже три дня сама не своя!

— А когда "своя", как себя ведешь? — заинтересовался постепенно приходящий в себя Богдан Валерьянович.

— Да почти такая же! — пожал плечами Руслан. — Только глазами так не сверкает! — и снова повернулся ко мне. — Излагай по существу: что случилось, чего хочешь, чем помочь! И давай, дуй отсюда! У нас тут облава намечается!

— А можно я поучаствую? — обрадовалась я, но мужчины как-то неодобрительно отнеслись к моему энтузиазму помочь родной милиции, то есть полиции, и потребовали начать с пересказа проблем. Ну я и поведала, мол так и так — вампиры всякие жить мешают, демоны покушались, предали, а теперь я ищу самореализации своих сверхспособностей.

Богдан Валерьянович долго молчал.

— Хорошо! — сказал он. — В облаву тебя не пущу. Но можешь пойти под прикрытием на одно дело. Ты девица видная! Охмуришь одного мафиози, поможешь накапать на него компромат! Мы на тебя камеру привесим и микрофон. А то, за этим подлецом долго охотимся, да все улики на него странным образом исчезают либо портятся.

— Богдан Валерьянович, вы серьезно? — встрепенулся Руслан и с опаской посмотрел на меня, после чего чуть шепотом заговорил. — Она же его… В общем, боюсь, нам некого брать в итоге будет!

Брови начальника вздернулись. Он явно вспомнил не столь давний момент нашего знакомства, и понял, кому только что дал одобрение на мелкое хулиганство.

— А она нам пообещает! — постарался убедить самого себя Богдан Валерьянович.

Я тут же изобразила "крест на пузе" и клятву индейца, вскинув одну руку и якобы вырвав себе зуб. Полицейские рассмеялись. Меня отпустили домой, но стоило выйти в коридор, как я услышала робкое перешептывание мужчин в кабинете.

— И много таких на твоем участке? — заинтересовался начальник.

— Трое, — пересчитал на пальцах Руслан.

— Ну ты молодец! — похвалил его главный. — Иметь дело с такими личностями, и так уверенно, спокойно!.. На повышение пойдешь!

Эх, знал бы он каких нервов стоило Руслану общение с нашей компанией!.. Но пусть это останется для него тайной. Руся ведь заслужил повышение.

Я отправлялась на задание поздним вечером довольная и веселая! Чувствовала себя главной героиней любимого сериала "Ее вали Никита"! Красивая и соблазнительная просочилась в закрытый клуб, такой, — для особых, избранных, vip персон. А что тут сложного для ведьмы, способной запудрить мозг охране при входе? Мне попасть внутрь не составило никаких проблем.

В первом зале дамы и господа банально напивались до чертиков (кстати, они здесь тоже присутствовали), курили всякую гадость и нюхали "волшебные" порошки. А вот в соседнем, — обитал важный для меня персонаж. Он развлекался игрой в покер на деньги.

Мужчина был красив. Я даже немного расстроилась. Пакостить злодею приятнее, если у него не такая привлекательная внешность. Этот же, подлец, крепкий, темноволосый, с хитрыми глазами, со вкусом одетый — вполне в моем вкусе! Я немного залюбовалась. Подумала о том, что стоило бы пустить в ход приворотное колдовство, но оно не понадобилось. Мирослав Мацык (так звали мафиози) обратил на меня внимание и без магии. Он отвлекся от карт, скользнул скучающим взглядом по залу и остановился, уже более заинтересованный, на мне. Я, как приличная, и вроде бы не слишком доступная леди, отвернулась. Его взгляд ощущался даже спиной. Уже спустя минуту, охранник господина Мацыка подошел ко мне и так культурно намекнул:

— Пошли! Мой хозяин хочет тебя!

— Хозяин? — не будем забывать, что мое отвратительное настроение никуда не делось, и яд на языке продолжал собираться. — А ты у него кто? Дворовой бобик или хомяк на доверии? Свечку держать будешь?

— Чего? — оскорбился он, и я поняла, что сделала не совсем верное сравнение, ведь мужчина был скромный такой шкаф 2:3 метра. Он распахнул… верхние дверцы, чтобы ответить, но тут…

— Николай! — появился хозяин этого болтливого предмета мебели.

Он широко улыбался и глядел на меня так, словно я лисица в западне. Себя Мирослав, конечно же, считал охотником. Мужчина присел рядом за стойку бара и щелкнул пальцами. По едва уловимому сигналу перед ним поставили стакан с коньяком.

— Я вас раньше не видел здесь! — начал разговор он.

— Я себя тоже здесь раньше не видела! — хмыкнула я.

Он рассмеялся.

— Так что же вас сюда привело: "белая дорожка", веселье, поиски мимолетной любви?

— Тоска смертная! — пояснила я.

— Тогда позвольте ее развеять! Что будете пить? Я угощаю. — Широким жестом предложил Мирослав, решив искоренить мою печаль спиртным.

— Виски! — гордо выдала я, и ему понравился мой совершенно мужской выбор напитка.

Никогда не пила такого, но из вредности, да еще и на халяву, решила попробовать!

— Мирослав! — протянул мне руку мафиози.

Я чуть не ляпнула: "Знаю!". Но вовремя опомнилась.

— Диана!

Он поцеловал мою руку, и оставил держать в своей.

— Красивое имя! — похвалил выбор моих родителей Мирослав. — Так звали богиню охоты! Вы любите охотиться?

— Не знаю. Не доводилось, — соврала я.

— А я — очень! — и бросил на меня многозначительный взгляд.

— Когда вы так говорите, я чувствую себя дичью! — я попыталась вырвать руку, но он крепче ее сжал и усмехнулся.

— Давайте на "ты"! — предложил мафиози, еще раз поцеловав мои пальцы. — Диана, не составишь мне компанию? Присоединишься к нам за столом?

— Я не играю в азартные игры! — снова соврала я.

— Тебе не надо играть! Будешь приманивать ко мне удачу! — обаятельно улыбался он. — Ведь богиня охоты должна водить дружбу с Фортуной!

— Я могу просто посидеть рядом! — ответила я и все-таки пошла вместе с ним к покерному столу.

Игра была в разгаре. Мирослав выиграл уже приличную сумму денег и вынудил одного нервного вспотевшего мужика переписать на него права собственности на какой-то завод. Камера и микрофон, висевшие на мне все это время, скрупулезно записывали и фиксировали происходящее. Включая и тот момент, когда Николай, охранник Мирослава, одним ударом кулака в живот, пояснил, насколько серьезны намерения его хозяина по поводу азартных должников. Сам Мацык пытался всячески отвлечь мое внимание от такого неприятного события и, нашептывал на ушко сладкие и романтичные слова. Столько комплиментов я за всю жизнь не слышала! Короче, я пьянела, наслаждаясь отменным виски, и краснела от лести. Но кое-кто решил подпортить мне настроение. И вышеуказанная персона без спроса уселась в свободное кресло, вперив взгляд карих глаз в нас с Мирославом. Мафиози повернулся к незнакомцу, осмотрел его также презрительно и выдал:

— За этот стол без особого приглашения не садятся!

За спиной наглого парня встал верный Николай. Но, похоже, человека хмурый тип позади совершенно не смущал.

— Я хочу сыграть! — заявил не прошенный гость.

Мирослав, наверное, разглядел в нем что-то, поэтому согласился. Ведь других желающих было не так и много.

— На что? У нас достаточно высокие ставки! — азарт в мафиози просто загорался ярким костром, собирающимся перерасти в неистовый пожар.

Кареглазый бросил очень красноречивый взгляд на меня.

— Она! — выдал парень.

Мирослав просто обалдел от такого поворота событий. Я тоже не могла подобрать цензурных слов, чтобы описать свои эмоции.

— Вы знакомы? — повернулся ко мне Мацык.

— Нет! Я его совершенно не знаю! — покачала головой я, и заметила, как перекосило вампира. Мирослав тоже обратил внимание на недовольную физиономию оскорбленного парня и не особо поверил в мою ложь. Но, видимо, рассудил, что он таки круче неизвестного игрока, и приз все равно достанется ему.

— Здесь много других девушек, почему вас заинтересовала именно эта? — спросил вдруг Мирослав.

В принципе, закономерный вопрос. Мне тоже было любопытно. Но подлый вампир не собирался отвечать.

— Играем? — настаивал Куран.

— Не хочешь сначала представиться?

Он не хотел. Выдал пафосную фразу, типа: "Зовите меня Инкогнито!". Я гаденько хихикнула — быстро придумала пару-тройку более достойных, но не печатных имен для него — и продолжила упиваться виски. Мужчины болтали, а меня воспринимали, как Николая — то есть считали мебелью. Хорошо, хоть ценной. Я б даже сказала, раритетной.

Карточная дуэль затянулась на несколько часов. Соперники не уступали друг другу. Я все ждала, чем же дело закончится, а виски закончилось быстрее… К тому же, Куран просто банально проиграл! Признаюсь, я расстроилась. Он — разозлился.

— Вот и все! — встал из-за стола Мирослав и потянул меня за локоть. — Не знаю, что ты хотел этим доказать и кому, но девушка, Диана, — он еще раз осмотрел свой приз и убрал с моего лба, выбившийся локон обратно в прическу, — уйдет со мной! Богиня! — и поцеловал мне руку.

Зря отвлекся. Потому что, в следующий момент вампира за столом уже не было. Он стоял рядом с нами и выкручивал ту самую руку мафиози, которая только что одарила меня нежным, ласковым прикосновением. А потом Мирослава вжали в стену. Из пиджака мужчины выпали карты.

— Это была не честная игра! — заявил Куран. — Она уходит со мной!

— Смирись с проигрышем! — сцепив зубы выдавил из себя мафиози, и тут за честь хозяина вступился шкаф, то есть Николай. Но в попытке отлупить вампира был побит сам и отброшен на карточный стол, который сломался под его весом. Мирослав несколько иначе посмотрел на противника, он дотянулся до спрятанного где-то под пиджаком пистолета и… Куран треснул мужчину об стену головой прежде, чем тот успел что-то сделать. Мафиози сполз на пол без сознания. Вампир обернулся ко мне.

— И чего ты этим добился?

— Иди сюда! — приказал Куран.

— А это видел? — прибывая на пике алкогольного веселья, я ему фигу скрутила… не с первой попытки, конечно. За это время Куран сам успел подойти ко мне и, схватив самокрутку, опустил руку, дернул меня на себя. Я впечаталась ему в грудь, а вампир полез целоваться. Получил по морде! Сжал мои руки за спиной и опять поцеловал. Я обмякла и даже не заметила появления в закрытом клубе полицейских, роняющих всех на пол или прижимающих к стенам и столам. В этом хаосе нас никто не трогал. Все занимались собственными делами, и до двух целующихся никому не было дела. Точнее было, но Руслан отдал четкое приказание не подходить к чокнутой ведьме во избежание лишнего травматизма!

— Снова мимолетная слабость? — отвлекся Куран, довольный и веселый.

По его губам скользнула улыбка.

— Снова ждем нападения демонов? — уточнила я, все еще пребывая в легком помутнении от его поцелуев.

— Нет! Никаких демонов! — сказал он, и хотел снова поцеловать.

Но Руслан, наконец, уловил паузу в нашем страстном общении и влез с претензией.

— Дина! Я же просил! — провыл мент, ткнув пальцем в поверженного Мирослава.

— Русечка, это не я! Честно! Это все он! — и подло свалила вину на вампира, предоставив ему возможность отдуваться за сорванную миссию.

— Так зачем ты его притащила? — ругался на потеху окружающим капитан.

Его начальник стоял рядом и молча наблюдал.

— Я его не тащила! — пробурчала я. — Он сам пришел!

Вампир не выпускал меня из объятий, продолжая прижимать к себе, отчего мое общение с другими мужчинами сводилось к робким выглядываниям из-за плеча Курана.

— Кстати, а как вы прошли через охранников? — решилась перевести тему я. Ведь интересно же, как они потом будут оправдываться, что без ордера вломились на частную собственность.

— Каких охранников? — удивился полицейский. — Ах этих! Ну, их кто-то уложил спать. Прямо в коридоре, и мы совершенно спокойно заглянули на огонек. Ты не знаешь, кто бы мог их "приспать"?

И все покосились на вампира. Он только хмыкнул и подтолкнул меня к выходу.

— Мы, пожалуй, пойдем! — сказал Куран.

— Эй! Аппаратуру сдайте! — потребовал Руслан.

Вампир сам снял с меня камеру и микрофон. Сделал это быстро и легко, не позволив к нам кому бы то ни было приблизиться.

— А он кто? — услышала я заинтересованный голос Богдана Валерьяновича.

— Не знаю, и знать не хочу! — выдал Руслан. — Но если он может справиться с нашей истеричной ведьмой, то…

— Кто здесь истеричная? — мигом возмутилась я.

— Я сказал "наша личная"! Тебе послышалось! — отмазался капитан.

— Не волнуйся! — влез в нашу перепалку Куран. — Я уже увожу ее!

Обрадовав этим друга, вампир повел меня к выходу, придерживая за талию.

— Слушай, а почему ты проиграл? Мне просто не верится, что такое возможно! — спросила я вампира, когда мы покидали клуб.

— На тебя засмотрелся, — честно признался он, и выдал. — Никогда не видел, чтобы женщина сама осилила бутылку виски, и при этом осталась трезвой!

А я то рассчитывала на комплимент… Поэтому обиделась, хотела его треснуть, но он подхватил меня на руки и унес. На грешную землю меня поставили практически за чертой города, в доме за высоким серым забором, да и то — непосредственно у кровати в спальне.

Глава 29. Здравствуй, Франция!

Следующие две недели были для меня самыми счастливыми за всю жизнь! Ледышка Куран наконец растаял, и, признаться, оказался очень даже горячим! Из-за него я выпала из привычных будней: не мешала молодоженам и даже не доставала Руслана. Судья вообще забыл о моем существовании, и, с перепугу, вызвал лично. Тогда я поняла, чем занимались друзья, когда коварный змей впервые воспользовался нашими разумами, чтобы познакомить с малявками. Потом он еще долго смеялся, когда узнал, где я и с кем я пропала. Смутил своими комментариями и отпустил обратно к вампиру. Дальнейшие несколько дней нам с Даниэлем совершенно не хотелось выходить из его дома, и пускать в наше личное пространство кого-то. Редким исключением был мой пельмень, за которым мы присматривали. Куран питал нежные чувства к Митьке и нянчился с ним, как с родным.

Как-то, рано утром, вампир озадачил меня предложением… не руки и сердца (жаль, конечно! Но мы над этим поработаем!). А прокатиться на его родину, во Францию. Вот такой был повод часа три поспорить о том, стоит ли отправляться в незнакомую, лично мне, страну. Куран сумел убедить меня поехать. А я его — взять с нами за компанию моих друзей Сашку и Римму. Тут-то вампир задумался, хорошее ли решение принял и выстоит ли Франция под напором нашей троицы! Я из принципа сказала, что с места не сдвинусь, без товарищей. Даниэль сдался.

Наверное, мы слишком всех замучили. Такой вывод я сделала из того, как быстро и рьяно для нас старались окружающие, чтобы оформить визы! Ведь за дело взялись сразу и Руслан, и его начальник, и даже знакомые моего вампира. В общем, необходимые документы были готовы за считанные дни — так вот от нашего клуба изгнанников спешили избавиться. Наверное, Украина вздохнула свободно, когда самолет поднялся в воздух.

— Ты задумчивый!

Вампир сидел рядом слишком напряженный, словно пытался что-то просчитать в уме. Я взяла его за руку, надеясь вывести парня из этого мрачного состояния. Карие глаза, в ответ на мое прикосновение, выдали истинные чувства хозяина, на миг блеснув крохотными частичками волнения. Но тут же спрятали их за теплыми искорками. Я нахмурилась.

— Даже не думай меня обманывать! — хорошо его зная, я с легкостью могла предсказать дальнейшие действия. Согласно логике парня, сейчас он должен был ухмыльнуться и притвориться, что…

— Вот не надо!

Та самая, ожидаемая, улыбка уже расползалась по его лицу. Но после моего замечания чуть пухлые губы недовольно скривились.

— Ты волнуешься о чем-то!

Он отвернулся от меня, чтобы я не смогла прочесть по его мимике переживания.

— Куран! Посмотри на меня!

Мне банально хотелось, почувствовать его объятия. Вот он и повернулся. И специально подставил лицо ближе, чтобы мне еще и поцеловать его захотелось! Я нервно прикусила губу. А он рассмеялся.

— Дай угадаю! — все-таки обнял меня вампир и ухватил за подбородок. — Собираешь сказать мне: "Все будет хорошо!". Видишь, я тоже хорошо тебя знаю!

Даниэль поцеловал меня.

— Вы ведете себя так, как будто вы молодожены, а не мы! — заявили позади.

— Отвянь! — было ответом.

Римма рассмеялась. Лицо Курана снова стало серьезным.

— Обещай мне, что будешь слушаться меня, когда мы прилетим! — попросил он.

Я плохо слышала его слова, потому что была не в силах отвести взгляд от губ. Не подумав, согласно кивнула.

— Хорошо! — утвердительно заявила я. И меня за отличное поведение наградили дополнительным умопомрачительным поцелуем.

С сидений позади раздался очередной ехидный смешок — Римма очень сомневалась в праведности моей клятвы! И не зря!..

Как только самолет приземлился во Франции и мы шагнули на землю, я почувствовала грядущую беду. А когда увидела, что нас ожидает целая толпа хмурых вампиров, вдруг подумала, что устрою беду кое-кому еще. Он же как-то сразу превратился в камень — в подлый, холодный могильный камень. Разговаривать с ним было бесполезно, эмоций он никаких не выражал. Преобразился при виде своих подчиненных и играл в молчанку до самого дома. Я с печалью смотрела в окно на мелькающие дома, понятия не имея, куда нас завезут. Римма толкала в плечо и взглядом интересовалась о случившемся, но ответом ей было злобное фырканье. А в особняке, который находился в пригороде Парижа, меня просто проигнорировали, передав в руки Кая. Тут-то я и сообразила, что одну наивную ведьму в очередной раз обманули!

— Что это значит? — разозлилась я и постаралась поговорить с лживым вампирюгой по душам, в смысле мой плевок был первым!

— Идите с Каем! Он вам все покажет и расскажет! — холодно и отстранено выдал Куран, после чего ушел в сопровождении свиты, улаживать какие-то несомненно важные вопросы в своем кабинете. Ох, каким сильным было желание плюнуть ему еще и в спину!..

Итак, Каю опять поручили за мной присматривать, чему он был так рад, что прыгал бы по коридору, если бы не стена, об которую он начал биться головой. Я, конечно, преувеличиваю, но по бурчанию вампира "За что мне это? Почему я?" — становилось понятно, как благодарен он своему хозяину за нашу очередную встречу.

Он вел нас по коридорам и оглядывался по сторонам на встречных недовольных вампиров.

— Toi non digne il! (Ты не достойна его!) — раздался рядом голос белокурой, безумно красивой, но слишком уж злобно на меня смотревшей девицы. Она вела себя, как королева Франции рядом с плебейкой из Украины, что меня просто взбесило!

Кай видимо хорошо ее знал, потому что устало перевел взгляд на девушку, и очень нежно приказал: "Non blesse la! Il non amnistie celui-ci!" (Не трогай ее. Ему это не понравится!)

Она скривилась, отмахнулась от него и обижено зашагала прочь, бросив напоследок еще какую-то гадость. Парень смотрел ей вслед ровно две секунды, и от меня не укрылся тот факт, что обычно злобный вампир, специально едва коснулся края юбки девушки.

— Кто она? — подозрение, что эта милая барышня говорила обо мне, заставило вцепиться в локоть провожатого. Кай, зная о моей чудесной привычке выуживать заинтересовавшую меня информацию любыми способами, в очередной раз пожалел о том, что его назначили моей нянькой.

— Ну… — замялся вампир, мечтая раствориться в воздухе. — Ее зовут Элен.

— Она тебе нравится! — хихикнули мы с Риммой, и упырь чуть не размазал нас по стенам!

— Нет! Она личный человек главы! — выпалил он со злости.

— Что значит "личный человек"? — Я уже представила какими должны быть веселенькими обои с изображением расплющенного на них вампира. Двоих вампиров!

Кай попятился.

— Скажем так, — проговорил парень, сцепив зубы. — Она утоляет его голод. Довольна? Может сначала поселим вас, а потом ты будешь доставать меня расспросами?

А мне больше не хотелось ничего спрашивать! Я итак много узнала! Римма с Сашкой обступили меня с двух сторон, придерживая под руки, и быстренько оттащили от Кая подальше, волоча по коридору вперед.

— Саш! — протянула я, скрипя зубами и цепляясь носками туфлей за ковер. — Мы кое-что не учли! Надо бы придумать что-то с переводом. Я во французском просто дуб!

— Поверь мне, тебе все-равно не понравится то, что она сказала! Даже если ты и выучишь французский! — невозмутимо заявил друг.

— Зато сможет достойно ответить! — хихикнула Римма, подруга, которая всегда была на моей стороне.

— Так что прибавить словарь сленга и ругательных выражений тоже не забудь! — подтолкнула мага я.

— Думаю, нам пригодится! — развеселилась Римма.

Кай обернулся, услышав наш разговор. Злобно посмотрел, а мы прикинулись как минимум туристами на прогулке в лесу. Насвистывая и мотая головами во все стороны, коварно улыбались вопрошающему взгляду вампира. Он заподозрил подвох, но не стал ничего спрашивать и напрашиваться на неприятности. Благоразумно с его стороны!

Через час наш клуб собрался в комнате мага и оборотнихи, чтобы поколдовать и составить план мести. Сашка тут же достал из мешочка мел и нарисовал на полу пентаграмму. Потом походил вокруг нее, пока мы с Риммой обсуждали одну клыкастую сволочь, и всерьез озадачился.

— Я ему еще устрою! — грозилась я, уплетая виноград.

— Не думала, что он так коварен! — следила за мужем оборотниха.

— Да сволочь он! "Личный человек", видите ли, у него есть! — передразнила я Кая. — "Утоляет его голод"! Да зуб даю, — подумала и уточнила чей, — Его зуб! Не голод утоляет, точнее не только его! Чтоб у него клыки заболели! Ай!..

Я схватилась за собственные зубы, внезапно пронзенные болью.

— Вот! — глубокомысленно заметил Сашка и приложил ладонь к моим губам, снимая неприятные ощущения, но как-то долго и плохо у него получалось. — Рикошет! Я только что заметил! Что-то в этом доме сбивает прицел магии! Так что с желаниями, проклятиями и прочим будь аккуратнее!

— Блин! Зачем мы только сюда приехали? — бурчала я.

— Да расслабься! — улыбнулся друг. — Побудем пару дней, прогуляемся по Парижу, зайдем в музеи, приобщимся к местной культуре…

Его обнадеживающие слова разбил вдребезги Куран, вломившись в мою комнату. Сразу после магического вливания французского словаря в мой мозг, я валялась на кровати вверх ногами и массировала льдом виски — черепная коробка от информации просто ломилась!

— Из дома без меня или Кая ни на шаг! — рявкнул он, и был послан далеко, на долго и главное — без бутербродов, компаса и карты!

— Я завтра же еду домой! — объявила я.

— Никуда ты не поедешь! — встал в позу "Да, я злой и кровожадный тиран! А еще собственник, каких мало!". — Ты даже из этой комнаты не выйдешь!

Вышел за дверь и посчитал, что запереть меня — вполне достаточно!

— А и правда, зачем облегчать тебе жизнь! — весело прокричала я, прикинула свои возможности в магии, с учетом искажающих погрешностей, осуществила свое скромное желание (пришлось обратить его на себя, так как магия здесь работала, так сказать "от противного", и противным в данный момент была Я!). Через секунду обрадовала парня: — Поздравляю! Теперь у тебя есть личное привидение!

После чего стала такой же плотности, как призрак и прошла сквозь стену. Вампир скрипнул зубами, а я направилась к друзьям. Тем вечером весь особняк просмотрел оперу "Фантомас разбушевался" в нашем с друзьями исполнении. Потому что трое ненормальных гостей из Украины носились сквозь стены, мебель и горланили песни. Иногда просто ловили кого-то в коридоре, прижимали в углу и интересовались: "Деньги или жизнь?!". Сначала нас грозились придушить, съесть или пустить нам кровь, но потом от нас просто откупались. Короче, на обратные билеты мы насобирали достаточно денег, после чего решили добить самого главного вампира и забрались к нему в кабинет. Поймать он нас не мог, отлупить тоже, так что сидел смирно и выслушивал много интересного в свой адрес — а у нас накопилось много откровений. Куран пообещал расправиться с нашим клубом извращенцев как только мы опять воплотимся.

Глава 30. Тайны вампирского двора

— Да ты на себя посмотри, гамбургер недоеденный! — с такой фразы началось моё утро в доме Курана. Шли третьи сутки нашего пребывания во Франции, за которые мы с друзьями успели превратить до селе обычный, скромных габаритов, особняк клана злобных и сильных вампиров в приют для умалишённых и помешанных вампиров. Причем пока мы не приехали диагноз упырям ставить было некому и незачем. А потом их драгоценный глава стал задумываться, не заиметь ли собственного штатного психиатра! Потому что мы всех достали настолько, что вампирки и вампирюги не желали с нами даже связываться. Им не так давно хватило ума зажать нас в коридоре и попробовать надкусить. Не знали, несчастные, на кого нарвались… Ох, не знали, что у меня бабушка была стоматологом, а Римма так вообще мечтала поступить на курсы зубодеров. Вот как раз и решила надергать себе учебных пособий…

Сколько было криков и визгов!..

"Да мы самого Судью до нервного шипения довели!" — заявила Римма, после фразы: "Разойдись, а то жабо порву, всю селяви на парфюмы работать будете!".

Однако, сердешные, не послушались. Попытались напасть. Получили в зубы. А потом, в разгар, веселья явился Кай, рыкнул на собратьев так, что они разбежались по своим комнатам, как тараканы и очень голодным до крови взглядом уставился на нас. Телохранитель здесь был вторым по статусу носферату, которого боялись и уважали одновременно. После самого Курана, конечно. Клыкастая нянька просто покричал на нас в коридоре для приличия, чтоб все слышали, насколько он разгневан. Мы сделали вид, мол пристыжены, но в действительности угрызений совести не испытывали.

Так вот, вернемся к тому чудесному утру, которое придало мне бодрости и усилило желание поточить свои и Риммины когти об одну наглую вампирскую физиономию.

Я встала… Ладно. После очередного скромного шабаша, состоявшегося в комнате Сашки и Риммы, я сползла с кровати, расплющила опухшие веки и ощущая себя Вием, побрела в ванную. Умылась. Стала больше похожа на ведьму. Решила устроить набег на холодильник. Спустилась в кухню. После серьезного скандала за общим столом нам приказали питаться в своих комнатах, и мы выбирались из укрытий только для варварских вылазок в поисках еды. Вот я и решила первой сгонять, разведать обстановку, схватить чего-нибудь вкусненького и поделиться с друзьями. Но везение на меня явно за что-то обиделось. Потому что у холодильника я встретилась с этой блондинистой куклой — Элен. Она, естественно, увидев меня, не смогла промолчать. Назвала нехорошим словом, я ей ответила почти тем же, только заковыристее. И наша склока уже завязалась настолько, что вполне могла перерасти в парикмахерский поединок с рихтовкой причесок под ноль!

— Ты не стоишь его! — выдала девица. — Он выкинет тебя уже завтра!

— О да! — пробурчала я. — Да это он меня не стоит! А я бы на твоем месте о собственной участи задумалась, донорский пакетик крови на ножках! Обо мне не беспокойся!

Дальше это милое создание устроило извержение нецензурных слов, кратко и емко описывающих мои скудные умственные способности, но весьма внушительные эротические наклонности. Чес слово, чуть не покраснела!

Вампирки, которых я достала за трое суток своими выходками, получали удовольствие от созерцания сцены боя между двумя живыми игрушками своего господина, и тихо давились смехом чуть в сторонке.

— Что здесь происходит? — влез между нами Кай, испортив все развлечение зрителям. — Элен! Я же просил тебя!

— Но она!.. — хотела возразить девушка, и прикусила губу, как только парень насупил брови. — Ты будешь защищать ее? — обиделась она и повела себя, как капризный маленький ребенок. — Почему ты на ее стороне?

— Потому что Он приказал! — пояснил Кай, словно извинялся перед Элен. Рядом с ней, в ее присутствии, он вел себя иначе. Поблажливо к ней относился, мягко, ухаживал. Причем самое интересное, что она всего этого не замечала!

— Иди к себе! — тихо, не повышая голоса, приказал вампир.

Девчонка развернулась и пробурчав еще несколько ругательств умчалась к себе в комнату. Я ехидничала ровно две секунды, пока не встретилась со злющими голубыми глазами, во взгляде которых четко пропечаталась мысль: "А куда я положил свой лобзик для распиливания мерзких ведьм???".

— На меня твои фокусы не действуют! — нахмурилась я, и снова полезла в холодильник. — Кстати, не присоединишься к нам?

Вампир шумно вздохнул. Подумал, что уж лучше внедриться в стан врага, и контролировать все оттуда, чем получать за наши шалости постфактум. Он достал поднос, на который мы водрузили продукты. Подхватил его и понес. Я шла рядом.

— У меня к тебе есть вопрос! — начала я, а вампир скривился. — Обещай, что честно ответишь!

— Не могу тебе этого обещать, так как догадываюсь, о чем ты хочешь спросить! — прорычал Кай.

Мы остановились в коридоре. Потому что вампир невольно обратил внимание на некую персону, остановившуюся у двери дальней комнаты. Он — то есть Куран — постучал. И открыла ему Элен. Несколько секунд Даниэль смотрел на нее молча и грозно. Девушка потупила взгляд и впустила своего господина. Дверь закрылась. Кай стал хмурым, опустил голову и зашагал к лестнице, желая поскорее уйти. От него буквально исходил ощутимый ледяной гнев. Мне тоже было неприятно. Наверное, от нашей ауры цветы вяли.

В общем, мы возникли в дверях с видом только что выбравшихся из сточной ямы щенков: злые, голодные и грязные (в эмоциональном смысле). Римма с Сашей даже с кровати упали, когда увидели нас. Мы прошли, поставили поднос на постель, и плюхнулись рядом с ним, все еще находясь в прострации после увиденного.

— Она тебе нравится?.. — брякнула я, и вампир посмотрел на меня такими глазами, словно в моих руках дымящийся пистолет, а в его груди дыра, из которой льется кровь. Мне стало стыдно. — Ты спокойно можешь говорить здесь! Мы изолировали комнату от посторонних ушей! И не смотри на меня так! Между прочим она сейчас с тем, кого я…

И запнулась. Собственным пистолетом, я только что выстрелила в себя.

Мы синхронно вздохнули.

— Что уже за трагедия случилась? — прикрываясь одеялом спросил Сашка.

Римма никогда не смущалась своей наготы. Зато ее вид смущал Кая. Вампир прокашлялся и отвернулся. Подруга не сразу сообразила, что нужно бы одеться.

— А что? — возмутилась она. — У нас между прочим медовый месяц!

— Уж простите! — швырнула в нее рубашкой я.

Друг оделся быстро, и жену свою заставил прикрыться. Мы вчетвером уселись, вокруг подноса с едой.

— Нам стоит выпить успокоительного! — пришла к выводу я, потянулась к сумке мага, в которой хранились отвары лечебных трав и очень уж необходимые редкие эликсиры.

— Я не буду! — сразу же отказался Кай.

— Будешь! Тебя уже никто не спрашивает. — Ответила я, накапав в стакан ему и себе волшебной жидкости. — Давай! А то у тебя такой вид, будто ты труп оживший!

— А каким мне быть, если из-за тебя Он стал чаще… — вампир замолчал и выпучил глаза. — Пьет! Ссорится с тобой, а пьет — ее!

— Я смотрю, ее это совсем не расстраивает! — вспылила я и Сашка вовремя влез в грядущую потасовку.

— Эй! Пожалуй, вам стоит повысить дозу успокоительного! — выдал друг и лично докапал каждому из нас в чашки. Я потом еще добавила пару капель в стакан вампира, рассудив, что на него, как на существо отдаленно напоминающее человека, обычные пятнадцать-двадцать капель не подействуют.

Мы выпили. Я подождала десять минут и задала еще один, мучивший меня вопрос.

— А почему тебя к нам приставили в качестве няньки? Куран, что боится за наше здоровье?

— Скорее, за здоровье окружающих! — хмыкнула Римма, и вампир ее поддержал.

— Ладно, — пробурчала я. — Зачем мы ему здесь? Мне вот не верится, что он не поделился своими планами с тобой!

Я уставилась на телохранителя. Он сцепил зубы, выпучил глаза. Римма с Сашкой переводили взгляд с него на меня, после чего друг обратил внимание на тот пузырек, из которого я добавляла "успокоительное" вампиру.

— Эликсир правды! — заключил парень.

Я растянула на физиономии наивную ухмылочку и захлопала ресничками.

— Хитра подруга! — констатировала оборотниха и похлопала меня по плечу.

Кай понял, что его обвели вокруг пальца, и собирался обидеться, а потом и вовсе кое-кого покусать.

— Но-но! — остановила его я. — Давай признавайся!

— Ты же знаешь, что я не могу! — опустил голову он.

— Ой! Можно подумать, Он не знал, на какие подвиги я способна, когда приставил тебя к нам. — Напомнила я, отпила еще глоток из чашки и потребовала от Кая разгласить правду о коварном замысле его господина. — Не стесняйся! Рассказывай!

— Дина! — взвыл вампир.

— Да чего ты так нервничаешь, — подсела к нему ближе я, и положила голову парню на плечо. Он с опаской на меня покосился.

— Отодвинься от меня! — потребовал вампир. — Ему не понравится, если на тебе останется мой запах!

— Ему еще больше не понравится, когда я устрою апокалипсис в его доме. А я это сделаю, если не узнаю правду! — пообещала вампиру. — Так, что пока я добрая рассказывай все, как есть!

— Ладно. — Выдохнул парень, и мы навострили уши. Причем у Риммы получалось лучше всех — она ими даже пошевелила.

— Он привез тебя сюда и не позволяет выходить из дома, потому что… Твоя персона заинтересовала его врагов. А все потому, что ты так в него вцепилась. — Кай помолчал, флегматично покосился на остатки напитка в своей чашке (успокоительное и эликсир действовали превосходно, я только надеялась, чтобы побочных эффектов не было, а то намешала), позволив мне немного покричать по поводу того, кто в кого "вцепился". А потом выдал следующее:

— Видишь ли, обычно, вампиры не связываются с людьми. Они предпочитают себе подобных. К тому же, у чистокровок от рождения есть пара. Вторая половинка. У нашего главы она тоже была. Но…

— Кати умерла. У него на глазах. — Растеряла пыл я, вспомнив, каково ему было тогда потерять всех: отца, мать, сестру. — Причем она была не только его невестой, но и сестрой.

— Откуда ты знаешь? — в один голос поинтересовались друзья.

— Да так! Влезла один раз не в свое дело! — вздохнула я и отпила глоток успокоительного, подумав: "Или лучше сказать — влезла в чужую голову, поколупалась там и узнала, что не следует ворошить прошлое".

— Только один раз? — поставил под сомнение мою способность совать нос куда не следует Кай. Сашка и Римма почему-то перешли на его сторону.

— Эй! — обиделась я.

— Ладно, — махнул рукой вампир и продолжил рассказывать нам об особенностях сезона спаривания у носферату. — В общем, когда он вернулся во Францию, после всего случившегося, собрал вокруг себя тех, кому не нравилось находиться под колпаком родительского гнета. Это были в основном молодые вампиры, которым хотелось перемен. Старшим, как бы не хотелось, уничтожить наш молодой клан, но против крови они не смогли пойти. Чистокровок не так много. И женщин порой больше, чем мужчин. Курана хотят убить. Убить его — значит лишить нас лидера, подавить бунтарей. Но так думает, только один вампир — месье Поль Дорье.

— Его дядя! — выдала я следующее откровение для друзей, которые снова очень заинтересовались моей осведомленностью о семье Курана, но рассудив, что мы с ним какое-то время играли в любовь, не стали ничего спрашивать. Кай тоже промолчал.

— Он, знаешь, очень опасен. И как мне, кажется, давно не дружит с головой! — поведал о натуре вышеуказанного телохранитель. — Так на чем я остановился? Ах да. В виду того, что у нас слишком много женщин, то мужчины, чистокровки, влиятельные, ценятся весьма дорого. И большинство из старых вампиров считает, что Курана проще женить на какой-нибудь наследнице, и контролировать. Так что наш глава стал…

— Первым парнем на деревне! — влезла Римма.

— За ним внимательно следили. Дочерей других кланов регулярно приводят для знакомства. Но до этого момента он умудрялся корректно отказываться. Потом уехал.

— А я в этом всем… — не выдержала долгой прелюдии я.

— Дина! — рявкнул на меня Кай. — Он не должен был оставлять тебя в живых и тем более заводить с тобой какие-либо отношения. Потому что ты не просто человек, а ведьма! Подумай, что было бы, если бы ты, к примеру, забеременела от него! Какой ребенок родился бы?

— Ну ты загнул! — покраснела я. — Так далеко я не заглядывала. И вообще все, что между нами произошло чистой воды ошибка. К тому же, у него ко мне ничего нет! Он меня обманул!

— Уверена? — прищурился коварный вампир. — В отличие от тебя наши враги не просто просчитывают возможности и вероятности, но и сразу же действуют, меняя будущее в свою пользу. Так уж вышло, что иногда у представителей нашей расы, может проявляться какой-то дар. Но! Таких одаренных отслеживают и убивают, чтобы ни какой клан не смог воспользоваться услугами особенного. Было только одно исключение. Патриция. Она оракул, и не относится ни к какому клану вообще. Тем не менее, к ней регулярно обращаются за советом.

Повисла такая мрачная и давящая тишина, что я невольно передернула плечами, услышав скрип за дверью. Сашка и Римма, уловив мой страх, придвинулись ближе.

— Пока ты была на Украине, все складывалось замечательно. Но каким-то образом о тебе узнали. Тогда ты была просто девчонкой-ведьмой, с которой он водил знакомство, но как-только вы переспали, ты стала лакомым куском… — пояснил в итоге Кай. — Не знаю, чем он думал, когда вез тебя сюда. Потому что лично я считаю, что на родине у тебя было больше шансов остаться в живых.

— Прошу прощения, за бестактный вопрос, — деловито начал Сашка. — Но вы предохранялись?

Я проглотила язык. Вампир и маг уставились на меня, прожигая взглядами насквозь. И только Римка хихикала.

Паника во мне росла с каждой минутой, подсказывая, что не за горами тот счастливый день, когда я узнаю, зачем на самом деле проклятый упырь приволок меня в свой дом. И была совершенно права. Клыкастые неприятности возникли на пороге моей комнаты вечером. Швырнули дорогущее элегантное платье на постель, потребовали нарядиться, сделать скромный макияж и…

— А депиляцию тебе в ноздрях тебе не сделать? — со злости рявкнула я, а он зарычал на меня, и схватил за руки, больно встряхнув.

— Ты спустишься вниз! И будешь вести себя достойно! Никаких выходок! — настаивал Куран. Он чем-то напоминал мне главаря мафии сейчас. И вел себя со мной, будто я наложница.

Сперва я разозлилась и чуть в сердцах не бросила очередное проклятье, забыв, что оно подействует не на него, а на меня из-за дурацкого рикошета. Но тут меня осенила гениальная идея! Если он хочет, чтобы я спустилась, то я спущусь, еще и как — с фейерверком, красной дорожкой и свалкой пораженных вампиров.

— Хорошо, господин! — покорно поклонилась "рабыня", задержав колючие, уже светящиеся синевой глаза на лице главы клана.

— И не надо так на меня смотреть! — рыкнул вампир, подозревая, что над его величественной персоной нависла жуткая месть!

Я вообще отвернулась. Он хлопнул дверью и ушел. Платье валялось на кровати. Оно удостоилось моего презрительного взгляда. Прикинув, чего б с ним такого сделать, я вооружилась ножницами и совсем небольшой порцией магии. Почувствовала себя Золушкой, которая собирается на бал! Злой Золушкой, мечтающей вмазать принцу промеж глаз половником либо хрустальной туфелькой!

Спустя час мои муки творчества смогли оценить друзья. И Кай. У всех троих челюсти отвисли, когда они увидели во что я из вредности превратила элегантное платье, принесенное Кураном: декольте глубже некуда, плечи оголены, разрез на юбке от бедра по самые пятки. Макияж — отдельная история.

— Я бы не сделала лучше! — похвалила мои способности Римма, саечкой заставив челюсть мага вернуться с пола на законное место.

— Ты в этом из комнаты не выйдешь! — Кай захлопнул дверь, побледнев до цвета поганки. Он собирался защищать выход собственным телом. Наверное, представил выражение на лице главы, когда приведет меня такую в столовую. Ха!

— Еще как пойду! — уверенно заявила я, а вампир прижался спиной к двери и взвыл. Потрясения для охранника только начинались. — Если ты меня не приведешь, Он разозлится.

— А когда он тебя такой увидит, не разозлится? — взревел Кай.

Римма и Сашка уже давились смехом, сидя на кровати, в ожидании развязки затеянной мною комедии.

— Вот не понимаю, почему ты так нервничаешь! Я готова к выходу? Готова! Даже без опоздания собралась! Платье, которое он мне приказал одеть, одела? Как видишь на мне! И из-за чего весь сыр-бор?

Кай просто сполз по двери на пол, хватаясь за голову, и как сумасшедший, стал причитать, подвывать и бормотать что-то то ли на немецком, то ли на каком-то другом языке. Еще и раскачивался при этом.

— Ну, что я такого сделал? — расслышала среди воя я.

— Успокойся! Так и скажешь, что это моя идея. — Попыталась успокоить нервного вампира я. — Он же сам прекрасно знает о моем характере! А тебя приставил, потому что больше никто меня не выдержит. Так что с тебя спросу мало. Не нервничай! Он знал, что так будет еще, когда платье принес. Поверь! Уж я-то постаралась ему намекнуть!..

Несчастный телохранитель мечтал о том, как бы закопаться поглубже где-нибудь в ближайшем палисаднике. Да так, чтоб его никто не нашел.

Пришлось всей честной компанией совать ему под нос успокоительное. С дуру вампир тяпнул неслабую дозу, и поплелся следом за нами в столовую, молясь Всевышнему о спасении души, ну или на худой случай, чтоб ниспослал ему быструю и безболезненную смерть.

За длинным, широким столом собрались все вампиры, живущие в этом доме. Увидев меня Куран, сидевший во главе, клацнул зубами и явно потерял аппетит… к обычной еде, зато клыки вонзить в чью-нибудь тонкую шейку очень даже хотел. Кай грустными такими глазами смотрел на него, мысленно прося прощения. Я с довольной физиономией уселась рядом со злобным вампиром, потерявшим дар речи. Остальные таращились, но перешептываться боялись. В гробовой тишине зацокали вилки и ложки, после того, как Куран подал знак, что можно приступать к ужину. Я тоже сигнализировала друзьям, намекая на начало моего выступления. Ненавязчиво поинтересовавшись смотрел ли кто-нибудь новости, объявила, мол слышала, как диктор обещал нападение летающих тарелок… Впрочем, сразу после моих слов столовые приборы поднялись в воздух и начали наворачивать круги по залу, и входя в пике, заставляли присутствующих пригибаться. Потом я вспомнила эпизод из "Вечера на хуторе близ Диканьки"… За неимением вареников, накормила вампиров мяском. Они сопротивлялись и шипели. Терпение их добиралось до красной отметки. И чем больше они скалились и рычали, тем шире мы улыбались.

— Я больше не могу это терпеть! — не выдержала Элен, и ее поддержали вампирки.

— Глава! — потребовали они от Курана действий и он грюкнул по столу рукой так, что даже мне страшно стало.

Шум утих. Тарелки приземлились на стол, расплескивая остатки еды. Все уставились на чистокровку, сидевшего, как статуя. Сердитая статуя.

Даниэль поднялся. Рыкнул на меня и потребовал:

— Встань, я хочу представить тебя, как свою будущую жену! — шепотом очень требовательно произнес Куран.

— Представь, представь у тебя фантазия хорошая! — ехидно посоветовала я, медленно поднимаясь из-за стола. Но как только до меня дошел смысл его слов, я тут же рухнула обратно на стул, чуть не расплескав вино на белоснежную рубашку сидевшего рядом вампира. Заставить меня подняться еще раз не смог бы никто! Кай воздел глаза к потолку, снова ведя диалог с Господом о скорой и безболезненной кончине. Куран естественно уставился на меня с неописуемой злобой в глазах. Я не знала, как мне реагировать: радоваться, что любимый сделал предложение или разбить об его голову кувшин, за то, как он это сделал?

Но вставать уже не нужно было, да и речь толкать тоже. Вампиры — народ с идеальным слухом. Они итак прекрасно все слышали, поэтому многие уже не в тайне мечтали меня убить. И только Кай бессильно стукнул себя по лбу ладошкой, закрывая лицо руками.

— Диана станет моей женой! Проявляйте почтение к ней! — говорил Даниэль таким тоном, что сразу становилось понятно: не прислушаешься, и утром не проснешься!

Зубы многих вампиров скрипнули так явно и синхронно, что мне почудилось, будто армия ребят с напильниками усиленно приступила к заточке. Аж мурашки пробежали по коже.

Ужин не задался. А после него, Куран вытащил меня из зала и, подхватив под локоть, повел куда-то. Позади шел Кай, как верный телохранитель, явно опасаясь за здоровье своего хозяина после брошенной фразы во время трапезы.

— Ах ты сволочь! Лживый урод! Какого ты?.. — хотела высказаться я, но, опережая все расспросы, Даниэль полез целоваться и быстро закрыл мне рот. Поднял на руки и, не переставая целовать (чтоб я не вздумала болтать), понес к себе в комнату. Кай только раскрывал перед нами двери.

Оказавшись в его спальне, я уже и забыла, что собиралась скандалить. Укрыла нас пологом тишины и… вампир, наконец, отлип от меня.

— Поставила "купол", чтобы никто не подслушивал? — ехидно поинтересовался он. — Умная девочка! Теперь спрашивай!

— Ну, спасибо! — обиделась я, понимая, что и тут он нашел легкий способ манипуляции. — Что это был за спектакль?

— Не веришь, что я хочу на тебе жениться? — слишком уж притворно удивился Куран, скалясь во все зубы.

— Не верю! — выпалила я, хоть и было больно это признавать.

— Хорошо, — перестал улыбаться вампир, подмял подушку и удобнее примостился на кровати. — Кай уже рассказал тебе о ситуации? Знаю, рассказал. По моим подсчетам, ты должна была выбить из него информацию еще вчера.

— Ты расчетливый упырь! — фыркнула я и пнула его ногой, но он посчитал это комплиментом.

— Он не способен охватить все происходящее в целом. Но многое понимает правильно. А вот, как это вижу я: твое присутствие здесь заставит моих врагов шевелиться. Мне уже порядком надоели эти игры и нападения исподтишка. Узнав, что рядом со мной ведьма, которую я хочу сделать своей женой, вопреки законам, они быстро отреагируют! Напасть на клан, в котором состоят их дети, дети влиятельных домов (а их здесь много, почти от каждой семьи по человеку) — не посмеют. Вампиров на самом деле не так много, как кажется. Родители не подымут руку на своих отпрысков. А те отдадут за меня жизнь, потому что я их предводитель. Они боятся и обожают меня! До этого мне удавалось держать другие дома в страхе, уважать нас. Благодаря тебе я стану единственным, кому будут подчиняться местные кланы! — Цинично говорила эта красивая сволочь.

— Просто наполеоновские планы! — констатировала я. — Разделяй и властвуй — так ведь? А по клыкам не получишь?

Он только хмыкнул.

— Будет небольшая война. Но потом…

— Классика жанра! Предсказуемые мужчины. Желание подраться и власть над миром… — расстроилась я.

— Мне не нужен мир! Достаточно Франции. — Пожал плечами он. — А объединенные под моим контролем кланы будут внушать страх другим.

— Мировое господство! — заключила я.

— Называй это так. — Отмахнулся Куран. — Но если ты подыграешь мне, то останешься жива, цела и невредима. И, может быть, я отпущу тебя домой. — Выдал он, как истинный киднепер, добавив. — Снова увидишь родителей, сестру и племянника.

За племянника я попыталась расцарапать ему лицо. Рычала, пиналась, кусалась и… в результате оказалась вжатой в матрас. Вампир навис сверху и замер, загадочно улыбаясь.

— Может повторим то, что происходило в съемном доме? — подал мне еще один повод, чтобы вмазать ему коленом по ребрам он. — Несколько минут назад мне казалось, что ты не против.

— Пусти меня, сволочь! — ток пошел сквозь пальцы, и пусть меня тоже огрело не слабым количеством вольт, я смогла вырваться. Ушла хлопнув дверью, и спряталась в своей комнате.

Глава 31. Слезы Элен

Дня три меня не слышали и не видели. Потому что все скандалы с Кураном происходили в моей комнате. Я разбила об его спину две вазы и кружку. Он пригрозил приносить мне еду в железных мисках для собак. Я пообещала, что железо тоже будет смято об его тело. Зачем он приходил понятия не имею, так как в результате ссор мы выяснили только две вещи: я — психованная истеричка, а он — страдающий манией величия кровосос, по которому кол плачет! Кстати, "рыдающий кол" я таки выстругала из отломанной от кресла ножки. И положила его на видное место, чтобы продемонстрировать свои серьезные намерения.

— Я прошу тебя, не зли Его! — Кай в очередной раз проводил воспитательное мероприятие, после того, как Куран покинул мою мрачную обитель. Вампир странно покосился на кол в моих руках, который я затачивала. — Не спорь с ним! Ну пусть осуществит задуманное. Притворись, что любишь его и все такое. И все быстро закончится…

— А чего это ты меня так уговариваешь? — я слушала его в пол уха, пытаясь сообразить откуда столько внимания и участия от вампира, который когда-то сомневался стоит ли меня спасать и защищать.

Он замолчал. Поджал губы. Не хотел говорить, но видимо, больше поделиться накипевшим ему было не с кем. Вот Кай и выдал:

— Ты с ним ссоришься, и он идет к ней, пить! — прорычал вампир.

Сначала я хотела махнуть рукой и сказать "Подумаешь!", однако прикинула сколько раз Куран ходил за дозой крови к своей кукле. У вас голова кружится, когда сдаете совсем немного крови? А если из вас в течении трех дней будут ее целенаправленно выкачивать???

— Да, — понял о моих размышлениях охранник и устало опустил голову на руки. — Все это время она не поднимается с кровати. Дина, она так обессилила… Боюсь, Элен не скоро оправится. Меня она не слушает, и готова отдать ему всю кровь, не заботясь о том, что умрет при этом.

— Ты так любишь ее?

Кай стал мрачнее, чем был. На его лице появилось такое жуткое болезненное выражение, что я трижды пожалела о сказанном.

— Любишь, — констатировала я.

— Я не имею на это прав. — Сухо выдавил из себя он, а потом признался. — Сначала я думал, что подожду, когда она надоест ему и порошу отдать мне. Потерплю, пока она будет принадлежать другому.

Я взяла его за руку. Могу представить себе, как разрывалось его сердце, когда он видел их вместе и боялся, что однажды девушка умрет.

— Но она не смотрит на тебя. Я заметила. Точнее доверяет, но предпочитает его, — поняла я. От этого откровения легче не стало ни мне, ни Каю.

Не долго думая, я поднялась со своего места, бросила кол и пошла к двери. Вампир только удивленно уставился мне во след, не понимая, куда это я с таким воинственным настроением намылилась.

— Ты куда? — озвучил он, догнав меня уже в коридоре.

— Хочу поговорить с ней! — гордо заявила я, прошагала по лестнице и остановилась около двери. Кай не решался войти, а мне того и не надо было. Оставив его снаружи, я шагнула через порог. В скромной комнатенке, где все подбиралось с нездоровой любовью к синим оттенкам, стояла достаточно большая кровать с балдахином. Элен лежала, развернувшись лицом к двери. Она ждала Его — Курана. Но я то знала, что ему плевать на преданную девчонку, как и на меня — новую игрушку.

Увидев посетителя, Элен попробовала приподняться и послать меня ко всем чертям. Однако, силенок ей не хватило. Выглядела она жутко. Наверное, больные после серьезных операций и то блещут румянцем, по сравнению с ней.

— Уйди! — прохрипела девушка.

Проигнорировав ее приказ, наглая ведьма в моем лице, уселась на край постели.

— Я пришла с миром! — заверила ее я.

— Зачем? — задавалась вопросом она.

— Хотела поговорить… — соврала, конечно, потому что в мои планы входило поколупаться в ее душе. Я хотела помочь единственному вампиру, который представлял для меня ценность в данный момент. И сейчас он стоял за дверью.

— Понимаешь, о тебе кое-кто волнуется, — начала я, и заметила, как приободрилась Элен. — Это не тот, о ком ты думаешь! Он точно не придет! — расстроила ее я.

— Ты говоришь о Кае? — догадалась она, и ее лицо приобрело надменные черты с толикой брезгливости.

— Не стоит так к нему относиться! Поверь! — обиделась за него я. — Курану ты не нужна. Ему плевать на тебя, а…

— А на тебя, значит, нет? — разозлилась девушка.

Я слышала, как вампир за дверью скребет ногтями по стенке, сожалея, что пустил меня к любимой.

— И на меня.

— Тогда почему ты здесь и собираешься стать его женой? — задала вопрос в лоб Элен.

— Потому что дура. Наивная дура, которая верит в сказки. — Вздохнула я, понимая, что Кай со мной уж точно в данном вопросе согласен. Дурой он меня считал с первой нашей встречи.

— Я люблю его! — заявила девушка.

— За что? Он причиняет тебе боль. Ты для него представляешь ценность, как еда. Останется ли твоя любовь прежней, на пороге смерти, когда он выпьет тебя до дна? — вспылила я, и мысленно молила Бога, удержать Кая в коридоре. А то за такие вольности в словах, он меня потом придушит несмотря ни на какие приказы своего драгоценного хозяина.

— Да! — говорила она. — Он спас меня. Он ни за что и никогда не причинит мне боль. Я буду с ним даже несмотря на то, что он женится на тебе!

Я вот не понимала ее упертости. И очень сомневалась, что Куран спас девчонку, которая не представляла для него ровно никакой ценности. Питаться этот подлец мог и без наличия "персонального человека". Чего ему стоит зайти в какой-нибудь ночной клуб, бросить один единственный взгляд на девушку, чтобы ее привлекла его красота и позволила впиться в шею страстным поцелуем… Подозреваю, причина появления Элен в этом кубле вампиров — Кай. Я дотронулась до ее руки и проделала фокус, некогда опробованный на Куране — залезла в прошлое.

Судьба не давала поблажек Элен. Ее родители умерли, когда девочке исполнилось 9 лет. Ее отдали в приемную семью, а там пришлось встретиться лицом к лицу с истинным пороком. Отец и мать не особо интересовались обучением и здоровьем ребенка, важным считали "физическое воспитание". Какое-то время Элен принимала все за чистую монету, извращения для нее были — нормой. Пока она не поговорила со школьным психологом, а потом и с приемными родителями. После того, как девочку жестоко избили, оставаться в тюрьме, под названием "семья" она не хотела, и сбежала. Бродила долго по улицам, зарабатывала на пропитание как могла.

Однажды, поздним вечером Элен стояла у входа в ночной клуб. Ее уже трижды прогоняли оттуда вышибалы. Говорили, что работы для нее нет. И вот она стояла на другой стороне улицы, и увидела, как из здания вышли четверо мужчин. Образ одного из них впечатался в память, поработив все мысли, клеймом отражаясь в сердце. Она глядела на недосягаемого красавца, говорящего со старшим мужчиной, не замечая ни внимательного взгляда блондина, ни того, что вышла на проезжую часть и на нее несется машина…

Визг тормозов…

Адская боль, затуманивающая, вытесняющая рассудок.

И образ Курана перед глазами.

Я была ею. Я чувствовала запах крови и духов. И то был вовсе не аромат знакомой мне туалетной воды. Нет! И руки, которые подымали мое-ее тело не были руками Курана.

Очнувшись в постели синей комнаты я смогла сквозь дымку рассеянного зрения и призрак Даниэля, различить совсем иное лицо, которое с тревогой и затаенной радостью всматривалось в лежащую покалеченную девушку.

Слезы текли и по моим щекам и по щекам Элен, которой пришлось заново вспомнить ужас близкой смерти.

— Больше тебя не будет тяготить это, — с хрипом вырывалось у меня.

Сдержать боль, перешедшую ко мне от нее, казалось не возможным. Она большим камнем опустилась на сердце. Но зато девушка медленно засыпала, погружаясь в спокойный, здоровый сон, без кошмаров. Завтра ей будет легче без прошлого.

А я чувствовала, пробуждение мира. Все его эмоции стягиваются ко мне, как к сточной яме, куда следует сбросить ненужное. Страдание, злость, сдерживаемая искренней любовью — чувства, ярким комком света пульсировали за дверью. Мне было страшно выйти к Каю, и тяжело. Как только поднялась с кровати, поняла, что не могу самостоятельно передвигаться. До выхода я просто ползла.

— Лови меня! — брякнула я, падая в руки вампира.

Он подхватил меня и испуганно рассматривал явные изменения на моей физиономии.

— С ней уже завтра все будет в порядке! — пообещала я.

Его эмоции и воспоминания обрушились на меня непереносимой тяжестью. Я просто задыхалась заново возвращаясь в виденное секундой назад через призму восприятия Элен, только теперь с точки зрения Кая. Сознание просто сдалось на милость чужой боли.

Долгие годы одиночества. А потом вдруг, проснулся утром и понял, что пусто. Думал, хочу есть. Кровь не дала привычного насыщения. Разобрался с одним из предателей — не принесло покоя. И вот мы вместе с главой едем на встречу с вражеским кланом. Мне всегда было интересно наблюдать, как Даниэль ведет переговоры, как легко и ловко манипулирует людьми, как виртуозно и незаметно переступает грань от милой беседы до откровенного шантажа, апеллируя такими фактами, что враги только и удивлялись, откуда он добыл информацию!

Одного никак не мог понять, зачем ему мы, как охранники? Ведь он — чистокровный! Я сотни раз видел его способности — сжигать одним только взглядом других вампиров. Такой дар не каждому чистокровному дан. Куран мог бы обойтись и своими силами. Возможно, он нарочно прикрывается нами и притворяется, что слаб. Хитрец! С таким предводителем не скучно. Наверное, поэтому я до сих пор с ним. С того самого памятного дня в Дании, когда он предложил пойти за ним и присоединиться к только зарождающемуся клану молодых вампиров. Они все были привилегированными. На меня смотрели с высока, пока один раз Куран не приказал мне устроить показательное мероприятие при всех. Если до этого ему удавалось удерживать их подле себя сладкими речами, то после моего выступления и падения одного из самых сильных представителей, чистокровки, от моей руки, нас обоих стали бояться. До этого, они не понимали, как глава мог доверить свою безопасность обращенному вампиру. Одно убийство на глазах толпы — и больше никто не желал оспорить мои способности, место в этом доме и силу. Я стал правой рукой Даниэля!

После запугивания главы клана Муне, мы вышли на улицу, собирались ехать домой. Я привычно бросил взгляд на машину, потом скользнул в сторону и увидел Ее… Хрупкая, испуганная, одинокая — она стояла на той стороне улицы. Смотрела на нас большими голубыми глазами. Они выделялись на истощенном худом лице.

Моя пустота потянулась к ней. Мне так хотелось защитить ее!

Девчонка сделала несколько шагов, вышла на дорогу. Глупая! Она не смотрела по сторонам. А машина, визжа тормозами, уже целилась…

— Даниэль! — шепот сорвался рыком.

Хозяин прощался с Муне и нарушать их разговор нам запрещалось.

— Дай приказ!

Он повернулся, посмотрел на смертную…

— Кай! — я услышал уже, доносящееся дозволение мне в спину.

Я сорвался с места раньше, чем он успел сказать. Поймал ее тело, уже отскочившее от капота машины. Ногой остановил авто, смяв железо.

Я прижимал хрупкое раненое создание к себе и впервые ощущал себя цельным.

Куран тогда подошел ко мне, посмотрел на мою ношу, скривился. Ему никогда не нравились смертные. Он всегда и во всем искал выгоду.

— Бесполезна.

— Она пригодится! — зачем я только сказал это???

— Хорошо. Потом объяснишь! — и намекнул на ошалело протирающего глаза водителя.

Мне пришлось убить двух свидетелей того события, чтобы скрыть следы существования вампиров и унести Элен с собой. Я бы пошел и на более серьезные жертвы ради нее…

— Ты принес ее сюда. — Хрипела я, наблюдая за танцем потолка и стен, когда вампир нес меня к друзьям. — Ты приводил врачей. Ты присматривал, мыл ее, кормил, ухаживал. Сидел в темноте ночи в ее комнате в дальнем кресле, в углу, потому что никто не должен прикасаться к собственности хозяина. А ты ведь сам отдал ее ему! Почему?

— Потому что я не нужен ей! — пояснил Кай. — Что ты делаешь? Ты колдуешь? Я сейчас чувствую, как из меня уходит…

— Боль? Одиночество? — уточнила я. — Кажется, у меня приступ! Чувствую себя губкой, впитывающей всю мерзость этого дома. Такого уже давно не было. Это все из-за вашего чертового рикошета!.. Я чувствую голод, жажду, боль, ненависть… О! Они ненавидят меня и презирают так сильно! Они очень хотят меня убить!

— Он не допустит этого, — тут же утешил Кай.

Я вцепилась в его плечо… зубами. Голод вампиров до моей крови ощущался так явно, что я даже чувствовала привкус… Нет. Во рту действительно скопилась кровь — из носа пошла и стекла на губы.

— Столько грязи! Не могу больше! Скорее отнеси меня к Сашке! Пусть придумает что-то и перекроет канал. Один раз он уже блокировал меня.

— Дина? — не на шутку встревожился охранник, когда я на мгновение потеряла сознание.

Он донес меня до комнаты друзей и остановился, смущенно отведя глаза.

— Они слегка заняты, — пояснил он, прислушиваясь к эмоциям страсти с той стороны двери. Я действовала не только как приемник, но и проводник. И пока вампир держал меня на руках, чувствовал легкую отдачу эмпатии. За дверью просто пылали страсть, сладкий жар истомы… Но времени на этикет не было. Я постучалась.

— Служба доставки! — прогорланила я, заглушая крики чужих мыслей в собственной опухающей от шума голове. — Примите посылку.

Через секунду Римма, замотанная в простыню, показалась на пороге. Увидев меня, стерла с лица улыбку и пропустила Кая внутрь. Он сгрузил вялую ведьму на кровать. Сашка, почуяв неладное, бросился ко мне.

— Чернокнижник! Открывай ноутбук! Мне помощь нужна! — потребовала я, стараясь не выпадать из реальности.

— Что с тобой? — не понимал он, и пришлось продемонстрировать — я схватила его за руку, как проводник, передавая все чувства и бедлам, творящийся во мне. Маг не смог устоять на ногах и хлопнулся на пол. Кай и Римма испугались.

— Немедленно! В ванную! — приказал парень.

Обротниха промчалась мимо вампира, не обращая внимания, что потеряла по дороге свою простыню. Кай сунул меня под душ, а Сашка принялся бормотать то ли молитву, то ли заклинание. Обращался непосредственно к воде. Просил забрать у меня лишнее. Смыть с меня, грешной, чужие следы.

— Ааааа, — собственный крик я не слышала. Жгучие эмоции обитателей дома сводили с ума. Они становились все громче и громче.

— Он перешел все границы! — говорил кто-то наверху. Женщина, кажется.

— Пора прислушаться к мсье Дорье. Пора покончить с ним. — Говорил кто-то другой.

— Но ведь чистокровного вампира убить не так просто, — вставил свое веское слово более благоразумный мужчина.

— Я знаю, один способ. Мне рассказали…

Секрет остался секретом, потому что голуби на крыше ходили по плитке, как слоны своим топотом заглушали диалог заговорщиков, как и мысли, слова прочих обитателей. Звуки и эмоции смешивались в безумный гул. Сашка усиленно пытался вырвать меня из лап сумасшествия.

— Этого мало! — заключил друг. — Не помогает. Нужно погрузить ее полностью в воду.

— Не далеко отсюда есть озеро. — Робко предложил помощь Кай. Он боялся, что Куран накажет его, лишит прав, причинит боль Элен, за нарушение приказа — глава ведь четко дал понять, что меня нельзя выпускать за пределы дома.

Глава 32. Заплыв в омуте боли

Я трижды теряла сознание на заднем сидении машины, которая везла меня куда-то далеко. Грязь вампирского дома не покидала, шлейфом тянулась следом. Просто стала не такой заметной на фоне, приходящих мыслей из соседних резиденций, мелькающих за окнами. Каждой клеткой своего тела я чувствовала всех живущих в маленьком городе. Чужие сознания врывались в мое, потрошили его, выселяли меня из моего же разума…

— Дина, — по очереди звали друзья, трясли за плечи, но не получали ответов, кроме душераздирающих криков.

— У нее кровь из глаз идет, — заметил Кай. Он больше не переживал из-за Курана и того, как тот отреагирует. Вампир сейчас боялся, что я умру. Боялись и оборотень с магом. Их мысли полнились паникой и надеждой. Я же воспринимала смерть, как раньше во время прошлых диких приступов — как покой и лучшее лекарство от любой болезни.

— Скорее! — умолял Сашка.

— Держись! — просила Римма, обнимая меня.

— Ей хуже! Зона охвата эмоций ширится. — Пояснил Каю маг. — Стерпеть мысли и чувства целого города, она еще сможет. Но двух, а то и трех… Если мы не поторопимся, то…

— Не смей даже…

— Все будет хорошо! — не завершенный протест-угрозу подруги перебил Сашка. Знал бы он, что я уже слышу и второй город, что Париж поселился в моей голове, и я различаю его жителей: Одетт, балерину, подвернувшую ногу на кануне важного выступления; Себастьяна — изменившего своей невесте с двумя девицами сразу; Люси, решившую сменить пол; старика Бертрана, умирающего на больничной койке; убийц в тюремных камерах. И многих, многих других обитателей Парижа: счастливых, печальных, расстроенных, рождающихся и прощающихся с миром, больных, здоровых, покалеченных…

— Бросай в воду! — кричал Александр. — Потеряла сознание. Может случиться так, что…

Все исчезло под водой…

И я тоже…

Ничто. Тишина. Пустота.

Вода. Мрак.

Слабый свет доносится откуда-то сверху.

Мне здесь грустно. Мне не нравится быть в темноте. Хотя здесь уютно. Вот оно — начало всего: тьма глубин. Только стук сердца и тишина.

Первое из чувств — любопытство — заставило подняться к блестящей над головой поверхности. Там кто-то говорил. Не один. Трое. Они переживали. Мне было интересно из-за чего так волнуются незнакомцы. Что их расстроило?

Действительно трое, стояли на берегу. Два парня и девушка. На меня смотрели встревоженно и испуганно. Один парень мне понравился. Красивый! Светлые волосы, безумно яркие глаза, глядящие на меня с трепетным волнением. Я даже улыбнулась.

— Похоже ты ей понравился! — констатировала темноволосая девушка.

Хищная — она меня пугала. Но было в ней что-то знакомое, теплое и родное. Нет, все-таки она мне тоже понравилась.

— Дина! Слава богу! — вздохнул, сидевший на траве, ссутулившийся парень. Не особо симпатичный, но приятный. Он снял с носа тонкие очки и протер их дрожащими руками. Потом снова посмотрел на меня и его лицо изменилось — опять проявилось беспокойство. Я поняла, что такая тревога связана не со мной, а с тем, что находилось позади.

— Дина?! — злой голос. Мне было страшно оборачиваться. Трое незнакомцев тоже вздрогнули.

Повернулась. Их тоже было трое. Но говорил, похоже, тот, кто стоял впереди всех. Темноволосый, с холодными злыми глазами. Мне стало так страшно, что я отплыла поближе к тому светловолосому парню.

— Дина?! — брюнет обиделся. Он перевел взгляд на ребят, стоявшую у кромки воды. — Что здесь происходит? Саша?

Парень в очках опустил глаза.

— Кай? — прорычал брюнет, обращаясь к блондину. Тот виновато вздохнул.

— Дина, иди ко мне! — не добившись ответа, парень потребовал приблизиться к нему.

Страх перед ним сковывал. Я не двигалась. Даже головой замотала, показывая, что не подойду. Сначала он разозлился, а потом его глаза прищурились, изучая меня, и расширились от удивления.

— Она не понимает… — Сказал он. — Не помнит…

Потом шагнул вперед, и более мягко попросил, протягивая руки.

— Иди ко мне! Я не обижу тебя.

Я почему-то поверила ему. Неизвестная сила притягивала к этому хмурому человеку. Он казался таким уязвимым и… одиноким? Мне хотелось как-то помочь ему. Подплыла, но не стала выходить из воды, сомневаясь. Тогда он сам вошел в озеро. Снял с плеч пальто и накинул на меня. Прижал к своей груди…

И почему мне хотелось помочь ему? Чем бы я смогла? Ведь стоило услышать стук его сердца и я сама почувствовала себя уязвимой и защищенной одновременно. Я не жалела о своем решении. С ним было хорошо. До того, как он обнял меня, я и не подозревала, что продрогла от холода.

— Возвращаемся! — сказал мужчина, обнимающий меня. — Кай! А с тобой мы еще поговорим!

Мне не понравился его тон, и он понял это. Поэтому посмотрел на меня с нежностью, пообещав, что всего лишь поговорит с блондином и ничего более. В его карих глазах отражалась только я, и мне так это нравилось!

— Кто ты? — собственный голос был таким непривычным, словно не моим. — Мне хорошо с тобой!

Он подхватил меня на руки и вынес из воды.

— Домой! — приказал мужчина и его беспрекословно послушались.

За окном мелькали дома, деревья. Позади ехала вторая машина с троицей, которая так обо мне волновалась. Меня прижимал к себе мой незнакомец, не пожелавший назвать своего имени. Он ждал, когда я сама вспомню. Нежно прикасался ко мне, бережно, будто боялся, что я рассыплюсь. Смешной! Я положила голову ему на плечо, а ладошку на грудь, чтобы чувствовать, как под ней бьется его теплое сердце. Оно было таким удивительным: сильным, но более медленным, чем мое. Взгляд скользнул по шее, к подбородку и его губам. Манящим губам. Теплая ладонь незнакомца легла на мою щеку, поворачивая и наклоняя голову, чтобы удобнее было поцеловать. Отпустил и улыбнулся. Даже карие, темные глаза улыбались, искрясь весельем.

— Дина! — шепотом проговорил мое имя он, и снова поцеловал.

Когда машина остановилась, меня вынесли на руках во двор большого дома. Мой незнакомец прижимал меня к себе, словно я драгоценность.

— Если она ничего и не помнит, то ей это нравится! — сказала девушка, которую я видела у озера. Я улыбнулась и ей. — Она кайфует от этого неведения! Что ты сделал с моей подругой?

— Ничего! — зарычал незнакомец, сердитый на что-то. — Это вас не касается!

В окне второго этажа мелькнула тень. Потом из-за гардины выглянула красивая и очень грустная блондинка…

И все встало на свои места.

— Элен! — сорвалось с губ имя той, которая наблюдала за нами. Той, которая принадлежала моему незнакомцу… Нет! Моему вампиру, Курану. Хотя и тут нужно внести поправку. Он не мой! Он — предатель. Лжец, собирающийся использовать меня и мою силу, чтобы править опасными существами, живущими во Франции, чтобы получить безграничную власть над себеподобными и теми, кто слабее.

— Куран! Бессердечная скотина! Отпусти меня немедленно!

— Вспомнила! — понял он.

Исцарапать его наглую физиономию не вышло — сознание бросило меня на произвол судьбы…

Очнулась я в его комнате. На диване. Надо мной сидел он, и вытирал мои мокрые, пахнущие шампунью, волосы мягким полотенцем.

— Куран! Убери от меня клешни!

— Очнулась! — заключил он, бросил полотенце мне на лицо. — Тогда не буду мешать! Сама приводи себя в порядок.

Попыталась поднять руку — не получилось. Было так больно! Казалось, что какой-то извращенец устроил мне иглотерапию и воткнул миллионы тонких острых железяк в каждую мышцу. Длинные иглы вибрировали и мешали сосредоточиться на движении. Услышав мой стон, вампир ухмыльнулся. Снова сел рядом и довел дело до конца — вытер меня. Расчесал. Я только злобно сверлила его взглядом.

— Где Кай?

— Твой верный сторожевой пес здесь, — злобно процедил Куран, кивнув в сторону, где у окна стоял понурый охранник. — С каких пор ты так ему доверяешь? Между вами произошло что-то, о чем я не знаю?

И уставился на блондина, испуганно замотавшего головой.

— Не говори, что ревнуешь! — фыркнула я.

— Не забывай, что ты моя жена! А я не прощаю измен! — выпалил он и скрипнул зубами.

— Я тебе не жена! — злость подняла меня на ноги, скрасив боль в теле.

— Скоро станешь ею! — рявкнул Куран.

— Выкуси! — и показала ему фигу. Вампир клацнул зубами, чуть не откусив мне руку.

Между нами влез Кай.

— Даниэль, — проговорил он, тоном попрошайки на улице.

Послышался скрип зубов, но Куран все же кивнул. Охранник подхватил меня на руки и понес в мою комнату. По дороге, естественно, отчитывал.

— Зачем ты так с ним? — шептал у самого уха Кай.

— А как с ним иначе?

— Дина! Ты понимаешь, как он волновался за тебя? Он приехал, увидел нас в машине с тобой, истекающей кровью, понял, что случилась беда, и приказал разворачиваться. Мы только успели тебя в воду бросить, Сашка прочитал молитву, и Куран подоспел. Я ни разу не видел его взбешенным до такой степени, до какой его доводишь ты! Хоть представляешь, сколько раз ему приходилось разбираться с остальными из-за тебя. Они убеждены, что ты делаешь его слабым.

— Как это, интересно, я могу делать его слабым? — хотела съязвить я.

— Все его действия кричат о том, как он дорожит тобой. Думаешь, он бы полез в воду за кем-то другим? Он бы не захотел портить обувь!

— Кай! Не надо! Ты не убедишь меня. Я нужна ему до тех пор, пока это выгодно! Ты сам знаешь, что люди его не интересуют. Кроме тех, кто чем-то полезен. Сейчас, я полезна.

И мы замолчали. Потому что это правда!

Глава 33. Отпустите меня в… домой отпустите, а?

В своей комнате у меня появилось время подумать в одиночестве. Пока в дверях не возникли друзья. Они прошли ко мне, лежащей на кровати и присели, рассматривая мое лицо.

— Привет, — растерянно улыбнулся Сашка. — Я твой друг. Александр.

Я чуть не рассмеялась. Сохранила спокойствие и перевела взгляд на Римку, а та выдала:

— А я Анджелина Джоли, твоя лучшая подруга!

— А губы куда делись? Сдулись? — и дернула ее за нижнюю губу, чтоб не раскатывала.

— О! Пришла в себя! — развеселилась подруга и влезла на кровать с ногами, вытащив из-под меня подушку. — А Куран знает?

— Поверь, он первым узнал! — гаденько ухмыльнулась я.

— Опять поссорились? — вздохнул Сашка.

— А когда он тебя на руках из машины выносил, ты аж сияла! — поддела Римма и получила по физиономии другой подушкой.

Сашка втиснулся между нами, не позволив распотрошить пух. Обнял обеих, и мы уснули втроем на одной постели.

Во сне все случившееся подверглось обработке подсознания. А оно любезно выдвинуло на первый план прочувствованный во время эмоционального сумасшествия заговор неких вампиров, живущих в этом доме. Я не знала, что они конкретно хотят сделать, но помнила, их готовность, и уверенность в безнаказанности. Мало того — убийство Курана казалось им самым правильным поступком. Просто торжеством справедливости. Голоса заговорщиков сейчас обрывистым эхом всплывали в памяти, составляя примерную картину.

Минут двадцать я жалела, что у меня нет ромашки, на которой можно погадать. Потом жадным взглядом окинула шевелюру сопящей рядом подруги, подумывая, что без ромашек и волосы… Хотя, Римма потом меня на мелких Диночек разорвет. Полежала еще несколько минут, размышляя.

"Стоит или не стоит идти и делиться информацией с Кураном?" — вопрос мучивший меня и не дающий спокойно отдыхать. С одной стороны он — гад! С другой, я не смогла убить его, когда была такая возможность и сейчас, кроме трех оплеух и двух фингалов, ничего хуже сделать не осмелюсь. Вряд ли, буду рада услышать (и не дай Бог, увидеть!), что он умер…

Я собрала остатки сил и сползла с кровати. Выбралась в коридор. Отдышалась после такого сумасшедшего, титанического труда. Поднялась по лестнице на следующий этаж. Чувствовала себя улиткой, которая тащит большой тяжелый домик за плечами. Надеясь, хоть к утру добраться до цели, все-таки преодолела расстояние до комнаты Курана быстрее, чем ожидала. Но тут же разочаровалась… Стоит признаться, что мне очень хотелось его увидеть, а не просто поделиться важным наблюдением. А вампиру сейчас было не до меня. Он развлекался, судя по стонам, доносившимся из-за приоткрытой двери. Стонала вампирка, покачивающаяся у него на коленях. Сто процентов, они оба знали, что я стою в коридоре. Потому что девушка не только громче и эротичнее стала проявлять страсть, но еще и заговорила.

— Глава… м… зачем вам эта ведьма? М… — спросила она. — Она не сможет вас удовлетворить так, как мы… Вы ведь не забудете о нас после свадьбы?

Я чуть не поперхнулась от злости.

— Посмотрим, — проговорил он, сжимая ее грудь. — Сегодня ведь не забыл…

— Сволочь! — утвердилась я, и развернулась в другую сторону. Было бы у меня больше сил, сейчас бы стены ходуном ходили, я бы разрушила этот чертов дом…

Сделала шесть шагов, придерживаясь за стену, и тут-то меня подхватили на руки.

— За чем приходила? — спросил Куран, возвращая меня к своей комнате. Он откровенно веселился. Вампирша в его покоях, как раз одевалась. Посмотрела на меня так, словно мечтала сделать из ведьмы фарш. Услышала от своего обожаемого главы "Вон!", и ушла, плотно закрыв за собой дверь.

— Не хмурь бровь и не надувай так губы! Ты похожа на маленького ребенка! — заявил Куран, усадив меня на диван. Я сдвинулась к самому краю, брезгливо косясь на то место, где он только что развлекался.

— Мне кажется или ты действительно собираешься расплакаться? — злорадно поинтересовался он.

— Верни паспорта! Я не хочу больше здесь оставаться!

— Тебя так расстроило то, что ты увидела? — рассмеялся Куран и придвинулся ближе. Я хотела выговориться, но не могла и слова проронить. Взгляд пробежался по его расстегнутой рубашке и… Рука как-то сама потянулась, чтобы провести по гладкой мужской груди там, где когда-то был жуткий шрам.

— Где?.. — сорвалось у меня.

— Странно, не правда ли? — он тоже оценил чистую кожу. — После того, что ты сделала на нашем первом свидании, он постепенно исчез. Когда мы были наедине, не замечала?

Он перехватил мою руку.

— Так за чем ты пришла? Хотела меня увидеть?

Я вырвалась.

— Когда я стала слышать… В общем, здесь есть предатели. Трое. Две женщины и мужчина. Они общались с твоим дядей и он посоветовал, как лучше тебя убить. Я не знаю, как именно. Не смогла дослушать до конца. Так что будь осторожен. — Договорив, встала. Сделала три шага к выходу, и мне перекрыли путь. Куран не мог держать свои грязные рученьки, чтобы не лапать меня, вот и сгреб в объятия.

— Волнуешься за меня? — спросил он.

— Нет! Пусти меня! Я иду спать!

Он и не подумал разжимать пальцы.

— Ревнуешь! — утвердился Даниэль.

— Нет! Ни капельки!

— Да! — приговаривал он, поднимая меня.

— Нет! — протестовала я. Вампир ухмылялся.

— А я ревную! — заявил он. — Думаешь, мне приятно видеть, что ты больше доверяешь не мне, а моему слуге, Каю?!

— Слуга? Не друг? — процедила я, упираясь ему в грудь руками, когда он начал склоняться к моим губам. — Пусти меня, сволочь! Иди, лапай своих вампирш!!! А меня оставь в покое! Скотина! Видеть тебя не хочу!

— Ах так! — разозлился он и резко отпустил меня. Я хлопнулась на пол, больно ударившись копчиком. Согнулась пополам у его ног, корчась от боли.

— Ты сама попросила! А теперь извини, пойду "лапать своих вампирш"! — выдал Куран и за этим проклятым эгоистом клыкастым захлопнулась дверь.

Не могу поверить, что он оставил меня одну, лежащую на полу! Зачем я только связалась с вампиром? Чтоб ему… Нет! Лучше не проклинать, а то опять все ко мне вернется. Итак, уже хуже некуда.

Я обливалась злыми, горючими слезами и жалела сама себя, когда услышала:

— Прости меня, — сказал он, склоняясь надо мной, чтобы снова поднять на руки. Вернул на диван, сходил к себе в комнату, взял чистую рубашку, снял с меня вещи, переодел в свежие — мои ведь после катаний по полу немного порвались и пропитались потом и слезами. Я молча сидела. Плакала. А он опустился у моих ног и положив голову мне на колени заговорил полушепотом.

— Прости! Я не хотел делать тебе больно. Просто… Ты первая начала. Не дала ничего объяснить, сразу в истерику, скандалы, ссоры. Потом еще и Кай. Ты будто приручила его! Он все время тебя защищает, и даже от меня… — Прислонил мои руки к своему лицу, продолжая каяться. — Дина! Ты с ума меня сводишь. Почему ты не можешь хоть немного побыть влюбленной девушкой? Почему тебе обязательно нужно притворяться психованной ведьмой???

— Ненавижу тебя! — стиснув зубы просипела я.

Он замер. Отсел. И больше ко мне не прикасался. Отошел к окну. Долго смотрел куда-то вдаль. Потом повернулся, предупредил, что собирается приблизиться и прикоснуться. Даже разрешения на это попросил. Взял на руки и отнес в мою комнату. Друзей там уже не было. Они ушли к себе.

Куран уложил меня на подушку. Накрыл одеялом. Достал платок из кармана. Намочил его в ванной и вернулся, чтобы обтереть мое опухшее от слез лицо. Поглаживал и целовал к лоб, висок, щеку, плечо, пока я с видом аутиста, таращилась на стену. Он просидел со мной до самого утра. А проснулась я совершенно одна…

Глава 34. Пьянки, гулянки и Эйфелева башня

После разговора по душам, я довольно быстро пришла в себя. И решила выйти… Открыла дверь. А там меня ждал сюрприз — его звали Жак. Хмурое, неразговорчивое создание отказывалось выпускать меня из комнаты. С помощью пяти прицельно попавших в мягкое место молний, мне удалось выяснить, что Куран…

— Сволочь! Урод! Скотина! — озвучила наблюдение я, замораживая и размораживая недовольного вампира-няньку. Он пытался до меня добраться… Минут семь-восемь пытался. Делал всего по шажочку в моем направлении каждые три минуты. Римма и Сашка наблюдали за тихим помешательством ведьмы и страданиями ни в чем не повинного вампира.

— Тебе не кажется, что ты повторяешься? — флегматично проронила Римма.

— А я прекрасно его понимаю, — брякнул Сашка и мы обе воззрились на него. Я от злости и негодования, забыла о Жаке. Он таки подкрался ко мне и… хлопнулся на пол лицом вниз. Силы я полностью восстановила и теперь спокойно могла любого вампира одной левой победить! Обошла его, пнула.

— Где твой хозяин сейчас? — спросила я.

Наверное, мой вид изголодавшегося маньяка его смутил, потому что парень ответил, мол мсье Курану сейчас не до меня. Он решает важные дела, и не хочет видеть психованную ведьму.

— Эта ведьма, — вступилась за меня подруга. — Его жена!

— Будущая! — внесла поправку я, и отправилась навестить дражайшего супруга.

Чтоб вы знали: уничтожить нервную систему чистокровного вампира — что два пальца об асфальт… если вы — ведьма с Украины.

Например, можно ворваться в кабинет, прямо посреди серьезного собрания. Порывом ветра, принесенного с собой, сдуть со стола бумаги и разметать их по помещению. Влезть на стол, прошагать прямо к вампиру (главное делать это эротично и пафосно, постреливая глазками в цель, сидящую в кресле). Лишив его подопечных слуха на некоторое время (тут я дала слабинку — не стала опускать имидж главы ниже плинтуса), начала приветственную фразу с: "Куран, мать твою так и эдак! Чтоб тебя за ногу! Верни мне Кая! Немедленно! А то я етить твою растуды…" И закончить все это, мило улыбнувшись: "Дохляк ты чахоточный! Кол тебе в… Нет, не в сердце! А пониже и с другой стороны!".

Его физиономия при этом вытянулась. Цокнул клыками, стиснув челюсти. Поднялся с кресла и грюкнул кулаком об стол. Выдал не менее пламенную речь: "Ах ты ведьма (тра-та-та), чтоб я тебя (тра-та-та) не видел! Пошла отсюда, пока я с тобой (тра-та-та) не сделал".

— А у тебя "тра-та-та" не выросло! — презрительно хмыкнула я, и сложила руки на груди.

Вампиры только хлопали глазками, переводя взгляды с господина на его психованную невесту и, наверняка, делали ставки, кто из нас переживет медовый месяц.

— Верни мне Кая! — сцедила я. — Иначе ближайшие три дня покажутся тебе адом на земле! И молись, чтобы твой дом остался целым! Лжец!

Когда я вышла за дверь и чары рассеялись, вампир три раза выдохнул и пригрозил своим подопечным: "Я придумал новое наказание для вас! Все, кто будет замечен в предательстве или просто подозреваем, отправлю к ней!".

Час спустя у моей двери появился Кай. Злой. На правах товарища, отпустил мне подзатыльник. Двадцать минут орал, распинался, чтобы объяснить мне, какая я дура. А я смотрела на него с глупейшей улыбкой на физиономии, еще и обниматься полезла. Несколько секунд меня потискали, а потом брезгливо отодвинули, пробубнив: "Не прижимайся ко мне! Иначе он прикончит меня!".

Возвращение моего охранника не умерило желания разнести дом вампира по кирпичикам. Бесчинства продолжились. Однако, устраивать мелкий переполох в громадном особняке, доставать его невозмутимых обитателей и совершать частые набеги на холодильник и погреб, нашей компании быстро надоело. Поведение Курана бесило до невозможности! Неудивительно, что очередная подлость назрела мгновенно, и направлена была на вышеуказанную персону. Собравшись в комнате Сашки и Риммы, мы наскоро придумали план "мсти жестокой и безжалостной", а час спустя осуществили мелкую атаку на винный погреб. Но взять его штурмом не получилось. По той простой причине, что хранитель этого очаровательного места, сдался, свыкнувшись с нашим алкоголизмом и, перестал вешать замок на дверь.

— Жаль, — протянула Римма осматривая доброжелательно предоставленный нам погреб на разграбление. — Даже как-то не интересно!

Подруга надула губы, повертела в руках замок, прицепила его обратно на железную сетку. Сашка не особо расстроился по этому поводу. Его внимание привлек скромный камешек размером двадцать на тридцать см. Булыжник валялся в самом центре помещения, заключенный в пентаграмму, притрушенную пылью. И как мы его раньше не заметили? Пьяные были!

Маг сдул мусор, оглядел предмет и рассмеялся.

— Вот он — рикошет! Сейчас мы с ним поработаем.

Потянул к камню ручонки и получил по ним током.

— У него такой же характер дурной, как и у тебя! — заключил друг, злобно зыркнув на меня.

Подруга взяла и толкнула меня к камню. Наверное, ведьма ему понравилась больше мага, потому что ко мне камень отнесся более спокойно — никаких искр.

— А ты ему по душе! — заключил друг.

— Естественно, хозяйка, как никак! — вставила свои пять копеек Римма.

— Никак! — буркнула я, подымаясь с колен и потирая ушибленное место.

— Дин, измени один символ справа от камня, вот этот. — Указал маг и нарисовал рядом в пыли значок. Я сделала то, что он просил, и вылезла из круга пентаграммы.

— И че теперь?

— Попробуй колдовать, как обычно это делаешь! — усмехнулся Сашка.

Я ему тут же усы отрастила. Он недовольно скосил глаза на нос и дернул губой.

— А тебе идет! — похвалила мои труды Римма и поцеловала мужа. Сашка не стал расстраиваться из-за растительности на физиономии.

— Теперь рикошетить будет постороннюю магию, а нас это не затронет! Идем отдыхать? — и набрав несколько бутылок, повел нас обратно в комнату. Продолжение было банальным — мы доходили до кондиции.

— Дина! — этичный стук в дверь и голос с той стороны, огласили появление Кая. — Дина, глава Куран хочет с тобой поговорить!

— А нет меня! — крикнула я и мы втроем глупо захихикали. Ну не было у меня настроения видеть эту наглую лживую вампирью морду! А как бы ему насолить еще? Когда возникают такие вопросы, идей появляется раздолье просто!

— Кстати, Александр, вот вы, как специалист в магии, — нарочито серьезно заговорила я, и друг изобразил из себя магистра волшебных наук. — Вы не хотите ли телепортироваться куда-нибудь в более веселое место?

— Да! — поддержала Римма, у которой уже голова болталась как у тряпичной куклы. Она усиленно пыталась держать ее ровно, но получалось все-равно смешно.

Сашка сосредоточился.

— Ну, уважаемый шабаш… Нужно представить себе место и… — протянул он, и его перебил настойчивый голос "совести", доносившийся из-за двери голосом ответственного за наши шалости вампира.

— Дина! Открой, иначе я сломаю дверь! — пригрозил Кай.

— А ломай! — расщедрилась я, и потащила друзей к распахнутому окну. Мы влезли на подоконник, с опаской поглядывая вниз.

— Новая игра! — предложила, шатаясь Римка. — Кто добежит отсюда до ворот, тот…

— Молодец! — предположила я.

Дверь с грохотом вылетела. Сверху на поверженной части интерьера стояла моя нянька, прикидывая по нашим хитрым и пьяным минам, о чем задумались три пьяные птички на подоконнике третьего этажа.

— Пипец, — выдали синхронно мы с подругой.

— Ну, так что? — вмешался наш маг прежде, чем вампир сообразил, что мы собираемся делать, и еще не увидел магический заслон, выставленный другом.

— А до земли не так и далеко! — примерилась Римма.

— Всего-то третий этаж! — согласилась я.

— Тю! — ей-то сигануть отсюда — раз плюнуть, а нам с Сашкой…

— На счет три! — предложил маг.

— Один, — начала я.

— Два, — подхватил Сашка.

— Ик! — выдала Римма и, приняв жуткий крик вампирского негодования за сигнал к действия, прыгнули с подоконника. Ни ушибов, ни сломанных ног или рук, и главное — клумба под окном цела! Все потому, что пьяных ведьм, магов и оборотней — магия хранит! Выскочив на мощеную тропинку, мы взяли побежали с низкого старта. Мчались на перегонки, перепрыгивая и обманывая распахивающих для нас объятия охранников. Это чем-то напоминало американский футбол, но в нашем случае никто не пострадал после тач-дауна. Оказавшись за воротами, мы сцепили руки, подмигивая спешащим к нам вампирам.

— А теперь повторим подвиг Элли из Канзаса — стукнем дважды каблуками! — нафантазировала Римма, а я просто осуществила сказанное ею, и мы исчезли под восхищенный вздох публики.

Только человек с богатой фантазией может вообразить на что способны трое… очень пьяных представителя нечисти из Украины, предоставленные сами себе в самом центре Парижа! Ведь мы, как дилетанты-туристы отправились, с помощью телепортации, именно туда. Но, напомню, что мы были слегка подшофе, так что прицельность наша страдала — переместились мы прямиком в подвалы Лувра. Часик развлекались с населявшими его шедеврами разнообразного искусства. А потом задумались о том, как бы выбраться из этих катакомб. Идея посетила гениальная, причем всех и одновременно. Мы припомнили один замечательный французский мистический фильм добравшийся до нашей страны в переводе — "Призрак Лувра" — и смоделировали парочку особо устрашающих сцен.

Охранники и другие работники разбегались в разные стороны от оживших мумий и пантеры, появившейся вообще непонятно откуда. По тому, куда мчались люди, мы нашли выход. А выглянув на свободу, то есть на улицу, примерили на себя невидимость. Стырили килограмм мороженого, расселись около фонтана на Марсовом поле и уничтожили краденое. Потом часть событий выпала из памяти… Из моей точно. Некоторые проблески указывают на то, что наша троица, уже абсолютно не скрываясь, подкрадывалась к святая-святых Франции — Эйфелевой башне. Осквернить ее своим присутствием нам не дали. Мы рассекретились раньше времени. То есть совершенно тупо забыли о маскировке.

Когда мы стояли уже у подхода к архитектурному памятнику, подкатила черная машина. Из нее, помнится, вышел сначала Кай (злой до безобразия), а следом за ним — мой ночной кошмар… Выглядел он, конечно, привлекательно даже вне себя от ярости.

Как прошла наша встреча не помню. Но то, как меня тащили на плече и грубо ругались — в сознание врезалось!.. Как и повтор моего личного достижения — укус за ягодицу с обслюнявливанием дорогих штанов.

Проснулась я в широкой постели и явно не в своей комнате. Слабость и головная боль свидетельствовали об удачном времяпровождении. Теперь можно спокойно возвращаться домой, с чистой совестью — все, что могли во Франции натворить — сделали!

Из-за деликатного стука в дверь (это точно Кай пришел), я почувствовала себя колоколом в церкви и теперь ярко представляла, как не легка работа несчастного звукового инструмента.

— Да, — прохрипел мой голос.

Бесшумно приотворилась дверь, и мой охранник вошел. В руках он предусмотрительно нес стакан с молоком. Не то, что я хотела бы сейчас выпить, но когда нечем похмелиться и молоко за пиво сойдет.

— Как себя чувствуешь, беглянка? — даже тихий и вкрадчивый голос вампира резанул по ушам.

— Ты сильно зол? — судя по какому-то странному свету, исходящему от него, он вовсе не злился. Я на всякий случай извинилась. — Прости.

— Я очень зол! — он даже нахмурился, но не убедил, потому что его так и тянуло рассмеяться. — Просил же тебя вести себя прилично и не выводить его из себя.

— А я себя очень плохо вела, да?

— Напомню, — вампир специально заговорил более громко, чтобы поиздеваться. — Как шесть бутылок самого крепкого вина вытащили из погреба и все это выпили, помнишь?

Так вот почему меня так развезло быстро!

Я кивнула, отпив глоточек молочка.

— А как из окна выпрыгнули?

Ну, это тоже в памяти отложилось. Я даже заулыбалась, когда вернулись ощущения сумасшедшего и абсолютно беззаботного веселья.

— Благо, я догадался, где вы можете быть. Легко понять, куда занесет пьяную ведьму ни разу не пользовавшуюся телепортацией…

— Да, туристы блин! — пожурила себя я. Это ж надо быть такими предсказуемыми! Ай как… ни капельки не стыдно!

— Мы поймали вас уже у подхода к Эйфелевой башне. — Продолжал вампир, пытаясь наверное, меня устыдить. Но пока проявления совести так и не увидел. — Дай угадаю, что именно вы хотели сделать, забравшись на самый верх — плюнуть?

— Согласна. — Кивнула я. — Мечта идиотов! А чего ты ожидал?

— Господи! — проныл он.

Мы переглянулись и рассмеялись. Все-таки вампир обращающийся к Богу — зрелище редкое.

— Куран был так зол! Я удивляюсь, как он тебя прямо там на части не разорвал. — Поделился переживаниями парень.

Раз жива — значит, не сильно и психовал! — заключила я. Не в том настроении был! Или придумал наказание похуже! Вот теперь стоит бояться. Хотя… Чего боятся ведьме?

— А дальше, что было?

Мой телохранитель как-то подозрительно замолчал и покраснел. Я поняла, что это не конец истории. И она очень содержательная, раз уж на самого крутого вампира клана произвела такое впечатление!

— Что я еще сделала? — вкрадчиво поинтересовалась я.

— Скрутила жест из пяти пальцев на просьбу сесть в машину, и сказала, что плевать хотела на Него с Эйфелевой башни…

— А что? Я могла! — похвалила себя, поставив зачет за выходку. Постепенно воспоминания становились более четкими, например, взбешенное красивое лицо мужчины.

— А потом… — огорошил продолжением вампир, стыдливо опустив глаза.

— Еще что-то было? — мне становилось все интереснее слушать новые подробности повести о подвигах ведьмы в Париже. Я попыталась сесть. Но тело ныло и отказывалось слушаться.

— Да, — выдохнул парень. — Плюнула…

— С башни?

— В лицо! — внес последний мазок в картине моего алкогольного прошлого Кай.

— Да, — протянула я. — Удивительно, что он не порвал меня как Тузик грелку! Очень удивительно!

И тут перед глазами снова всплыло красивое, бледное и злое лицо Курана, вытирающегося платком. Кажется, именно тогда его терпение окончательно и лопнуло. Меня схватили, чтобы избежать дальнейших споров и скандалов, запихнули в машину, и крепко держали, закрыв рот ладошкой до самого дома. На зло врагам, помнится, я даже в таком состоянии производила много шума. Маты, крики и живописные частушки — далеко не весь список прослушанного Кураном в машине. И никакая ладошка ему не помогла. Самое интересное, что друзья, сидевшие в том же авто, задорно подпевали. А Он… он поступил как настоящий мужчина, которому жутко надоел весь этот цирк — нашел самое простое и действенное решение, способ, заставивший меня молчать — поцеловал. От моих губ он отлип, как только машина въехала во двор особняка. Затем меня бесцеремонно вытащили, перекинули через плечо и понесли. Да не просто перенесли через порог, а притащили в спальню. Когда я начала возмущаться, Куран сунул меня под холодный душ. Кажется, тогда он узнал, что на самом деле его зовут "Упырь дохлый!", и еще о нескольких непечатных вторых именах, не вместившихся в паспорт и свидетельство о рождении. Вместо пощечины психонутая на всю голову ведьма получила очередной страстный поцелуй… Дальше мозг мой превратился в суп. Я таяла и млела, вспоминая, как падали вещи на пол и крепкие, настойчивые руки ласкали тело. Дальнейшее "общение" переместилось в постель.

Я покраснела.

Кай просто следил за меняющимися на моем лице чувствами, и не понимал ничего. Но о многом догадывался! Я уходила в астрал, как говорится, при одной только мысли о том, что происходило этой ночью, пока не докопалась до одного существенно испоганившего настроение момента — подлого и болезненного укуса!

— Вот же тварь! — выпалила я, собираясь подняться с кровати, отыскать кровососа и вырвать ему клыки без анестезии.

Кай мгновенно вскочил на ноги, при первом же позывном истерики, и стал подальше. А я так и рухнула обессиленная обратно, задумавшись о том, сколько же эта скотина из меня кровушки ведьминой выпила?! Как раз вовремя явилась причина моего недомогания. Под обжигающим взглядом, абсолютно спокойно снял пиджак, бросив его на спинку кресла. И направился ко мне. Я настолько озверела, что принесенный Каем стакан молока после прицела швырнула в главу клана. Куран, ожидавший от меня подобного, с легкостью уклонился, перешел на сверхскорость (чтобы я больше не смогла ничем в него запустить), и оказался на кровати, вжимая меня в матрас.

— Скотина! — прямо в лицо получил оскорбление вампир, и со злости, перетянул мои руки, сжав их повыше над головой.

— Я думал у тебя более богатый словарный запас! — спокойно ответил мерзавец и, не поворачиваясь, отдал приказ слуге. — Кай! Никого ко мне не впускать и меня не беспокоить! Я хочу отдохнуть!

— Думаешь, у тебя это получится? — озвучила мысли Кая я.

Куран не удостоил меня ответа. Лежал на мне сверху и буравил взглядом.

— Кстати, тем двум алкоголикам, пусть принесут бутылку самого крепкого вина. Того, которое им вчера так приглянулось. Обед и ужин тоже им в комнату принесите. Не хочу, чтобы они бродили по дому! — продолжил Куран. — Теперь свободен!

Кая как ветром сдуло. Мы остались одни, и я не собиралась быть паинькой.

— Пообещай, что будешь вести себя тихо! — проговорил он, явно получая удовольствие от сложившейся ситуации.

— И не мечтай!

— Тогда я снова тебя укушу! — пригрозил парень, вдруг резко обмяк, подмял меня под себя, как ребенок плюшевую игрушку, когда собирается спать, и вздохнул. — Я слишком устал, Дина, чтобы терпеть твои фокусы и оскорбления! Можешь хоть раз отнестись ко мне с пониманием?

То, как говорил, как выглядел в этот момент, доказывало, что он действительно измотан. Теплое женское сердце сжалось от боли и сожаления, а вот ведьмина злость еще кипела!

— Ты кусал меня без разрешения! — уже более спокойно, но сквозь зубы, проговорила я.

— Хорошо, в следующий раз поинтересуюсь твоим мнением. Хотя мне показалось, что ты была совсем не против! — коварно улыбнулся он. — Даже хотела продолжения!

Он склонился к моей шее и нежно коснулся губами следов вчерашней страсти.

— Я не знал другого способа, чтобы заставить тебя остаться. Чтобы ты не сбежала от меня…

Куран отпустил меня, перекатился на бок, откинулся на подушках и уставился в потолок.

— Я вчера себе места не находил, когда узнал, что вы исчезли. Кай был просто в шоке! Ты даже не догадываешься, какая опасность тебя подстерегала! А я мог и не успеть вовремя. Если бы до тебя добрались другие, из совета, или кто-нибудь похуже! Вряд ли я смог бы защитить тебя!

— Ты действительно переживал? — никакой злости, просто трепет перед этим мужчиной, способным очаровать кого-угодно, но остановившим свой выбор на мне — я не хотела больше злиться на него.

— Знаешь, — задумавшись, проговорил он. — Иногда, так хочется увидеть тебя слабой и беззащитной… как этой ночью, когда ты спала рядом, и держала меня за руку.

Он сладко улыбнулся, а я жутко смутилась. Куран повернулся.

— Что тебе снилось?

— Не помню, — ответ его расстроил. Но я сжалилась над измотанным мужчиной. Придвинулась, положила голову ему на плечо, и позволила себе поразмыслить вслух. — Наверное, ты. Мокрый. Под потоками воды!

Куран рассмеялся, сгреб меня в охапку и поцеловал, прижимая к себе.

— Ты сильно изменился, когда мы приехали сюда. — Вот, что по-настоящему меня бесило и я высказалась. — Стал холодным, чужим. Ты действительно хочешь, воспользоваться мной? Или…

— Перестань! — огрызнулся он. — Давай притворимся, что мы в съемном доме, там, в Украине. Побудь немного нежной и любящей, а?!

— Хорошо, — слишком быстро сдалась я.

— Дина? — позвал он, и я промычала, что слышу. — Почему ты не зовешь меня по имени?

— Даниэль, — исправила упущение я.

— Молодец! — рассмеялся он. — Ты такая податливая! — не мог нарадоваться вампир. — Мне стоит чаще тебя кусать!

За такую наглость он получил по лицу подушкой, но, как и раньше, меня за своевольность наказали самым приятным и необычным способом — объятиями и поцелуями. Несмотря на то, что было около 11 часов дня, мы оба уснули, позволив себе хоть на некоторое время прекратить войну и притвориться обычными людьми — простыми влюбленными, без сверхспособностей, клыков и прочего.

Глава 35. Адская помолвка

Куран заметно нервничал. Ждал, пока я облачусь в короткое черное платье, и таращился в окно. Вот когда он такой слишком уж спокойный — значит, дело плохо. Нам предстоял сложный день. Сначала — встреча с Патрицией — вампирским оракулом. Потом — совет главарей разных кланов, утверждающий или нет мою кандидатуру в жены одному из самых завидных женихов Франции. Ощущение, что меня скорее убьют, чем выдадут замуж — не оставляло ни на секунду.

— А почему все вампиры поселились во Франции? — чтобы немного отвлечь Даниэля я задавала первые, приходящие в голову вопросы.

На мгновение подействовало — он улыбнулся.

— В вашем городе тоже живет небольшой, но весьма сильный клан. Просто они тщательно скрываются. Не любят постороннего внимания. Я наведывался к ним, когда приезжал в первый раз, и во второй, чтобы предупредить…

— О чем?

Он не захотел отвечать, и быстро перевел тему на персону оракула.

— Не бойся ее, — поучал Куран. — Ничего не скрывай. Будь собой.

— Она на твоей стороне?

— Нет! Патриция сама по себе. За все время, сколько я ее знаю, она ни разу не приняла ничью сторону.

Он повернулся, чтобы оценить мой наряд. Довольно сверкнул глазами, и обнял, целуя в губы.

— Пойдем, — сказал Даниэль. — Иначе еще несколько минут, и я порву это платье!

Внизу ожидали напряженные и готовые чуть ли не к боевым действиям вампиры. Куран настоял, чтобы мы принимали гостей, а не шли в здание совета. "Здесь легче будет дать отпор!" — говорил он, но не позволил нам с Сашкой вмешиваться и выставлять магические барьеры.

Ощущение беды наросло. Мне все время казалось, что по дому бродит сквозняк — я мерзла и передергивала плечами. Даниэль сжал мою руку.

— Потерпи! — попросил он, и входные двери распахнулись впуская в дом девочку лет одиннадцати, с игривой улыбкой, большими глазами и кудряшками, какими хвастаются в витринах фарфоровые куклы. Она сходу прыгнула на руки вампиру. Тот рассмеялся.

— Отдых пошел тебе на пользу. Ты повеселел! — оценила Курана гостья. Я почувствовала легкий укол ревности и девочка тут же повернулась.

— Вот она, наша невеста! — оказалась на полу она и подошла ко мне, покружила вокруг, прежде, чем выдать: — Не ревнуй! Хотя, когда ты злишься, очень на него похожа! Я — Патриция!

Девочка протянула мне руку, и я не подозревая об опасности, собиралась пожать ее пальчики. Доморощенный оракул ухватил меня за запястье, подтянул мои пальцы к своему рту и пропечатал их острыми зубками. Она пила кровь и внимательно следила за моей реакцией.

— О! — рассмеялась Патриция, отпустив мою руку. — Ты не прогадал, дорогой друг! Она мне нравится! Ты не против, если мы с Диной немного посплетничаем?

Куран согласился и, не спрашивая моего разрешения, девчонка утащила меня в другую комнату, где нервно попивали чай друзья.

— Кошка! — с веселым кличем бросилась к Римме Патриция. Она чем-то напоминала мне племянника. Эта мысль так расстроила! Я ведь уже давно его не видела и скучала. Оборотниха рухнула со стула, на котором сидела.

— А превратись, ну пожалуйста! — законючил мелкий оракул.

Подруга перевела на меня изумленный взгляд.

— Знакомьтесь, это Патриция! — выдохнула я.

За следующие два часа, я, как ни странно, расслабилась. Мы не вели никаких серьезных разговоров. Просто смеялись. Патриция каталась на спине пантеры, а Сашка показывал фейерверки. Когда Кай возник в дверях, с мрачной физиономией, смеху настал конец. Я поняла, что пришел момент страшного суда.

— Все будет хорошо! — обнадежила Патриция, взяв меня за руку.

— Это ты сейчас, как провидица говоришь? — уточнила я, но она только загадочно улыбнулась. Мне ее ухмылка ой-как не понравилась.

Сашка с Риммой пристроились рядом. Тем не менее, к вампирам, я пошла одна.

— Вдохни и выдохни! — посоветовала оракул, и я послушалась. Проделала дыхательные упражнения, немного пришла в себя и уставилась на Кая.

— Не бойся! Я буду рядом! — сказал он. — Даниэль не отдаст тебя!

Ух! Как же его слова усугубили ситуацию!..

В большом зале, где мы обычно ели, собрались сливки вампирского общества. Причем, по моему скромному мнению, сливки были испорчены и даже с бактериями. Эти самые бактерии злыми, красными глазами выискивали на мне, если не цветы, то грибы, и удивлялись их отсутствию. Я чуть не послала всех к чертям… Потом одумалась и решила, звать рогатых в крайнем случае, как армию спасения. Хотя, если честно, не знала придут ли.

Куран, видимо, уже с кем-то успел поскандалить. Он усадил меня в кресле рядом с собой, но так, чтобы спинка его массивного кресла прикрывала меня. Кай встал позади. Скрипнула дверь и непрошеная черная гостья, виляя хвостом проскользнула в зал. Даниэль чуть не поперхнулся от злости. Римма легла у моих ног и принялась буравить голодным взглядом присутствующих. Патриция рассмеялась. Она присела в высокое кресло, во главе стола, и проходя мимо, успела погладить пантеру.

— Начинайте! — махнула рукой девочка.

Высокий мужчина с крючковатым большим носом поднялся со своего места. Он не был красив, словно нарочно развеивал миф о том, что все вампиры, как на подбор красавчики.

— До нас дошли слухи, что молодой глава клана Куран, привез из своего путешествия, смертную невесту! — дядька зыркнул на меня.

Римма демонстративно раскрыла пасть, показывая какие у нее большие зубы, и что в пасти вполне может поместится человеческая… нет — вампирская рука, по самый локоть.

— И мы теперь все можем убедиться, что это не слухи!

— Можете! — весело кивнула оракул. — Человек! Лично проверила.

— Мы не допустим подобного попирательства наших правил! — не останавливался мужчина, и другие внимательно слушали, соглашаясь с ним. — Почему смертная должна быть именно женой? Оставьте ее любовницей.

Куран нахмурился.

— Нет! — сказал он.

— Нам нужны чистокровные наследники! — настаивал выступающий. — Женитесь на Жюстин Муне, чтобы продолжить род и передать древнюю фамилию приемнику. Развлекайтесь со смертной, сколько вам нравится…

— Пока ее смерть не разлучит вас, — хихикнул кто-то из толпы кровопийц.

Все повеселились, кроме меня, Курана и Кая. Римма вообще рыкнула на болтуна, испортив ему настроение.

— Так выиграют все!

— Да! — подвязался еще один мужчина с красными глазами. — Но напомним! Расовых смешений мы не допустим!

Как же мне было противно. Вот так, святое, личное, чистое и светлое запятнать! Меня будто помоями окатили.

— Погодите, — вставила свое веское слово Патриция. — Мсье Куран имеет полное право на семейное счастье! Его пара погибла. И это чудо, что ему удалось найти вторую половину, пусть и человека! Их связь крепка! Я видела их знаки! Они подобны и составляют единое целое!

По залу прокатился возмущенный и удивленный шепот. Я раскрыла рот. Неужели она говорила о тех самых знаках, которыми я некогда донимала Судью? Патриция, заметив мое замешательство, подмигнула мне.

— Вы уверены? — вампиры не верили и подвергали сомнению слова оракула, что ей совершенно не понравилось.

— Я видела их! — она со злости хлопнула ладошками по столу, как маленькая эгоистичная девчонка. — Но не просите их показать! Вмешательство в планы Судьбы принесет только горе нашему обществу! — заявила оракул. — Они — уравновешивают весы сил. Это все, что вам нужно знать. Этот союз не нарушит мира.

— Хорошо, — сдался первый выступавший. — Но мы настаиваем на продолжении рода Куран с чистокровной представительницей другого клана!

— Я не поняла, — прорычала рядом Римма, не выдержав притворства домашним питомцем. — Они хотят, чтобы он сперму сдал?

Кай подавился. Вампиры уставились на нас с подругой.

— Мяу! — в свое оправдание сказала пантера.

Я поняла, что сейчас будет серьезнейший скандал. Но дальнейшее битье бокалов по поводу наличия на совете оборотня отложилось. Ведь появился более интересный повод и подал его вампир, до этого помалкивающий и стрелявший в меня многозначительными взглядами. Он решил влезть в разговор. Этот мужчина напоминал мне кого-то…

— Значит, со смертной в качестве полноправной хозяйки клана вы смиритесь только потому, что наш многоуважаемый оракул поведала о мифической связи судьбы? — с неизменной улыбкой на лице проговорил вампир, и повисла гробовая тишина.

— Не забывайтесь, Поль! — рявкнула маленькая девочка.

Мне от тона ее голоса стало дурно. А вот некоему Полю было до лампочки, как к нему только что обратились. Он вертел в руках какую-то тонкую железку и ухмылялся. Перевел взгляд на меня, и я почувствовала, как прирастаю к стулу.

Мрачный свет ламп отразился в его глазах, и они сверкнули: один глаз красным, другой — синим…

— Простите миледи! — извинился он, ни капли не сожалея. — Но, что мы имеем в итоге? Мсье Куран женится на этой очаровательной смертной, вопреки законам общества и его клан получит привилегии в лице достаточно сильной ведьмы, которая станет еще сильнее после церемонии бракосочетания!

— Как ведьмы? — поднялся ропот.

Куран напрягся. Впрочем, он ожидал такого поворота. Но еще больше ему хотелось расправиться с тем вампиром — со своим дядей! Ведь это был именно он! Поль Дорье! И я разделяла желания своего жениха.

— Да! Ведьмы! Господа, и я могу это подтвердить! — заявил он во всеуслышание, после чего метнул металлическую пластинку в… Даниэля. Я рефлекторно вытянула руку, отражая удар. Пластинка со свистом вонзилась в стену.

— Этого нельзя допустить! Взять ее! — выкрикнул кто-то, быстро сориентировавшись в ситуации, и ко мне бросились человек пять. Прежде чем они успели добраться до меня, Кай вместе с креслом оттолкнул меня ближе к выходу. Римма совершила бешеный скачок, сиганув шестерке-упырю на плечи, и придавив весом к полу, после чего рухнула большим черным, рычащим тараном на грудь другого, повалив его и норовя разорвать горло. Она стояла на нем сверху, пуская слюни из скалящейся пасти на перекошенную от злости и удивления физиономию крепыша. Кай без зазрения совести убил еще двоих. Я впервые увидела, как это делается — никаких колов, топоров и прочего — просто вырвать сердце голыми руками и раздавить ногой. Мне стало дурно. Куран поднял меня с кресла, задвинув себе за спину, а я думала, что хочу упасть в обморок… И тут что-то холодное прикоснулось к моему лбу.

— Тише! — проговорил знакомый голос.

Сашка не смог оставаться в стороне. Как и готовые ко всему подопечные Курана, влетевшие в зал при первом же позывном опасности. Они выстроились в шипящую линию, встав против главарей, и прикрывая своим телом доступ до предводителя. Насколько я поняла, то сейчас в противоборство вступали отцы и дети. Первые, заметив решимость вторых, пошли на попятную, уступая отпрыскам.

— Вы понимаете, что это равносильно объявлению войны? — спросил мужчина, взявший первым слово на совете. — Мы были о вас лучшего мнения, мсье Куран!

— Сын предателей! Чего от него можно ожидать? — сплюнул себе под ноги Поль Дорье.

— Не забывайтесь, дядя! — прошипел Даниэль. — Вы из той же семьи!

— Я отчистил свое честное имя! — скалился родственник.

— Тем что сменили фамилию, благополучно женившись на предложенной невесте из высшего общества? Как предлагаете, это сделать мне? — не лез за словом в карман мой жених. — Кстати, не напомните ли, как она умерла, и куда делся весь ее клан? Мне, как и всем, очень хочется узнать, каким странным образом с лица земли исчез клан Дорье!

Воцарилась гробовая тишина.

— Я повторю еще раз! — вскинул голову и улыбнулся Куран. — Моей женой станет только одна женщина! Хотите вы этого или нет! Она ведьма! И вам придется смирится с этим!

— Но тогда вам придется отдать вашего наследника нам, если такой появится, — не унимался добрый дядюшка.

— Дай я ему вырву зубы! — попросила я Даниэля, не в силах сдерживать ненависть к тому, кто убил мою семью… то есть семью Курана. Мой вампир незаметно для всех, но очень крепко сжал мою руку, жестом моля угомониться и потерпеть.

— Нет! И поговорим о наследниках, раз уж об этом зашла речь! — Куран повернулся к лысому невысокому мужчине, сейчас испуганно глядящему на свое белокурое чадо, защищающее не отца, а главу другого клана. — Мсье Муне, не ваш ли подвиг с человеческой женщиной шесть лет назад мне пришлось скрывать?

Лысый реально испугался и уставился на Курана огромными глазами.

— Это клеве… — Хотел отрицать он, но это было бессмысленно. Дверь распахнулась и в зал, где итак атмосфера просто искрила от напряжения, ввели маленького мальчика, лет шести. В слабом освещении его глаза сверкнули алым светом, выдавая в нем часть вампирской сути. Элита носферату ахнула.

— Прошу знакомьтесь, это Николя, член нашего клана! Смышленый малыш, весь в отца! — цинично и холодно прокомментировал Даниэль. Муне умолк раз и навсегда, явно проглотив язык. Ну или прикусил его…

Мальчика увели через другую дверь, чтобы не травмировать психику подрастающего поколения.

— Мсье Сюпри и вы, мой дорогой дядя, я слышал, вы не забросили свою научную деятельность! Похвально. Но знаете, что меня тревожит, — он ухмыльнулся, заметив, как напряглись вампиры, ожидая компромата, и Куран достал еще один козырь из рукава. — В Украине есть один мирный, но очень сильный клан. Я говорил с его главой, Карлом, сегодня утром. Он был просто убит горем. Двух его дочерей, приемных, смертных дочерей, украли. Девочки, насколько мне известно, обладали особыми талантами редкими для людей! Одна видела насквозь то, что спрятано в душах, как смертных, так и бессмертных. Вторая — была ее проводником и замечательным поисковиком!

— Увлекательно! — хмыкнул Поль, нарушив выступление Даниэля. — Вы сватаете их нам? Что вы предлагаете, племянник?! Хотите ввести смертных возлюбленных в моду? Я не против. Назовите мне адрес и я съезжу, посмотрю на девушек.

— Нет, дядя, — прорычал Куран, стараясь удерживать на лице улыбку. — Вам не стоит далеко ездить. А девушек, думаю, вы уже прекрасно рассмотрели! Они ведь у вас, не так ли?

— Поль! — воскликнула оракул, и рядом с ней встали четверо мужчин, наверное, ответственных за порядок в обществе вампиров. Может быть она и не принимала ничью сторону в спорах, но очень внимательно следила за порядком и соблюдением свода правил. А судя по всему то, на что намекал Даниэль выходило за рамки. Патриция всерьез рассердилась. — Это правда?

— Мы немедленно отправимся с проверкой! — сказал высокий худой мужчина в черных кожаных перчатках, и одетый по последней траурной моде — весь в черном. Только черепушка лысая. Ему для полного завершения угрожающего образа оставалось косу в руки взять.

Дорье ухмыльнулся, и я поняла, что никакая проверка не найдет украденных девушек.

— Я законопослушный гражданин, мсье Дознователь! — уверял мужчина. — Патриция, вы и господа каратели, можете посетить мой дом в любое время суток!

— В твоем доме их нет! — покачала головой Патриция, заглянув в будущее и уже узнав результат посещения гостеприимного особняка Дорье.

— Но мы разберемся с этим. — Пообещал названный Дознавателем.

— Устроили посиделки и меня не позвали! — раздался мужской голос от дверей. — Обидно же!

Все обернулись. На пороге стоял высокий, почти двухметровый, красавец с немного безумным раскосым взглядом. У него были слишком длинные, вьющиеся волосы. Он сплел их в косу и повязал маленькую синюю ленту на кисточке. Еще в глаза бросились его мозолистые большие руки. Гость внушал уважение и страх одновременно. При виде этого не человека, толпа вампиров покорно опустила головы. А незнакомец прошагал ко мне, и взял мою руку в свои, ледяные ладони. Ухмыльнулся. Потянул носом мой запах. После чего, не переставая придерживать меня за руку, развернулся к свободному креслу и, протащив меня к нему, как манекен (причем упирающийся, и старательно цепляющийся за Курана), уселся, забросив ноги на стол. Я, чувствуя себя полной идиоткой, стояла рядом с громадным дяденькой, поглаживающим мое запястье, словно дорогой песец воротника. Римка попробовала на гостя рыкнуть. Но он весело ей подмигнул, щелкнул по носу, сказав: "Не шали!". Пантера смолкла и присела рядом с моими ногами.

— Отец, — склонилась Патриция перед ним в поклоне, и встала по другую руку от незнакомца.

— Итак, слышал, здесь намечается торжество! — улыбнулся новый гость, вертя головой в разные стороны. Осмотрел нас с Патрицией, потом скользнул взглядом по рядам упырей.

— Даниэль Куран собирается взять в жены ведьму! — со злостью, но не подымая головы, проронил Муне.

— Хочет, пусть берет! — хмыкнул, в принципе, молодой мужчина — явно король этой психушки!

— Но!.. — возмутился кто-то еще. — Она же ведьма!

— Эта что ли? — как-то совершенно несерьезно переспросил незнакомец и игриво мне подмигнул. — Красивая!

Посмотрел на Курана. Насупил брови и грозно так обратился:

— Поди сюда, Даниэль!

Тот мрачный (видимо, удивленный — он не ожидал появления странного человека) прошагал к повелителю, склонив голову. Он позволил себе встать ко врагам спиной. Я поняла, что опасаться нападения в присутствии загадочного гостя — бессмысленно. Вампиры слегка расслабились. Но по лицам я прочитала самые разные эмоции. Муне и дядя Даниэля ожидали, когда мужчина отдаст меня им на растерзание. Хотя полной уверенности в подобном поступке господина с длинной косой у них не было. А вот Куран надеялся на удачное завершение устроенной заварушки, но тоже боялся, что повелитель оправдает ожидания противников.

Незнакомец сверлил взглядом парня долгих несколько минут. При этом растирая большим пальцем мою руку. Это так нервировало! И он, будто почувствовав мое раздражение, оглянулся через плечо, подмигнул, прижал ладонью мои пальцы к своему плечу и вернулся к рассматриванию Курана.

— Твоей пары нет на свете уже достаточно давно! — проговорил мужчина.

Лицо стоявшего перед ним Даниэля побледнело. Он стиснул зубы, чтобы сдержать гнев и боль, накатившие при одном только упоминании того жуткого дня, когда погибла его семья.

— Но эта девушка подарена тебе судьбой! Я даю свое разрешение на этот брак! Все слышали?

В зале молчали, не веря собственным ушам. Даниэль так и не расслабился, хоть и получил благословение кого-то очень важного.

— Тот, кто посмеет влезть в дела молодой семьи, будет наказан! — продолжал незнакомец. — Счастье этих двоих неприкосновенно!

Он встал, грозно насупил брови. Стрельнул взглядом в толпу и отвернулся, чтобы чмокнуть меня в лоб, а потом мягко, и как-то незаметно передал Курану.

— На свадьбе буду присутствовать лично! Все! У меня дела! — сказал, подмигнув нам, странный дядька, одарил отеческим поцелуем Патрицию и ушел…

Серьезная мина на физиономии Курана продержалась до тех пор, пока за нами не закрылась дверь его спальни. Потом он был готов танцевать. Прыгал вокруг меня, подхватил, покружил, отнес к кровати — так сказать, праздновать помолвку.

— У меня есть два вопроса! Кто такой дознователь? — донимала его я, уже после "празднования".

— Нечто вроде детектива или ищейки. В общем, полицейский у вампиров. Правда в последнее время им скучно было. Раньше эксперименты с людьми проводились очень часто и не только с людьми. На свет появились жуткие смеси демонов-вампиров и прочих. Существа получались на редкость живучие и сильные. Из-за них мы чуть не погибли, как вид, и людей едва не убили в двух городах. Монстров удалось поймать и убить. Дознователи расследовали все дела. Они же взяли под стражу виновных и судили, также наказали. С тех пор прошло много времени и желающие проводить опыты над людьми и другими расами ушли в подполье. Дознователи откровенно скучали. Но после поданной мною информации им будет, чем заняться!

Он лежал, подперев голову рукой, и игриво очерчивал контуры моего тела, скрытые под тонким одеялом.

— То-то я думаю, чего у этого лысого так глаза заблестели! Работы прибавилось! Хорошо с этим разобрались. Второй вопрос: кто это был?

— Таван — отец всех вампиров, — пояснил Куран, и опять полез целоваться.

— Погоди! Как такое может быть? — оттолкнула его я. — Разве он еще жив?

— Как видишь, — улыбался он. — Таван не просто жив, а еще и проявил к нам интерес. Он уже триста лет не вмешивался в дела своих детей. Перевороты и прочее происходят обычно без его участия. Он только иногда может заглянуть, наказать кого следует, чтоб не забывали кого бояться и, снова исчезает. Заметь! Есть серьезная проблема — опыты моего дядюшки, и его друзей. Но, Таван заинтересовался тобой! То есть нами!

— Во-от! И мне это не нравится! — пробубнила я, чувствуя, что зря он так радуется — завтра ж плакать будет.

Куран тут же нахмурился. Эйфория прошла. Женишок протрезвел от мимолетного счастья и задумался.

— Это "бзззз" — не спроста! — процитировала я Винни, известного мультавторитета.

Глава 35. Свадьба и ее последствия

Как должна пройти церемония бракосочетания я узнала после трех пинков — Куран сдался и рассказал только под пытками. Ничего приятного и романтичного, поверьте! Мало того, что в такой важный для каждой девушки день родных, близких и друзей мне заменят на толпу вампиров, жаждущих порвать невесту на ленточки, так еще и в процессе ритуала, мне предстояло выпить кровь собственного жениха, сцеженную в кубок. Мерзость!

— Тебе же не литр моей крови выпить надо! — успокаивал Даниэль. — К тому же и пить ты ее не будешь.

— Да! Мы все продумали! — влез Сашка.

— Славно, не правда ли? Они все продумали! — скривилась я. — Делитесь уж!

— Смотри, — маг протянул мне маленький прозрачный шарик. — Представь, что это конфета. Долгоиграющая. Только глотать и жевать ее нельзя. Когда надо будет пить, проведешь языком по полоске шарика — он откроется, вбирая в себя… э… жидкость. Сделаешь вид, что проглотила, а сама нёбом придавишь шарик, и он закроется.

— Славно! Я буду похожа на хомячка! — оценила я, повертев шедевр изобретательности в руках.

— Хомячок — страшный зверь! — хихикнула подруга, дернув подол моей длинной юбки.

Я огрызнулась, подошла к зеркалу. Сначала оценила свой внешний вид. Платье белое с серебряной плотной лентой-поясом под грудью. Длинное, красивое. На шее медальон с большим прозрачным камнем (понятия не имею каким, но на солнце пускает такие классные лучики!). Волосы собраны в аккуратную, скромную прическу. В общем, я была под стать жениху — красивому и наряженному в светлый костюм, отливающий серебром.

Так сказать, для пробы, сунула в рот этот дурацкий шарик, надула щеку.

— Вот! Теперь я невеста с флюсом! — пробурчала я, недовольная тем, что придется с этой дранью ходить, пока гости не разойдутся. Ведь раньше сплюнуть шарик я не смогу.

Римма расхохоталась и ткнула пальцем в мой "флюс". Я подавилась… Шарик слишком легко опустился в желудок.

— Ой! — пискнула подруга.

— Плохая была идея! — констатировал Саня, поднося мне стакан с водой. — Садись на стул! Будем в стоматологов играться!

— Чего? — взвыла я.

— Не боись! Бормашинки у меня нет! — подколол он.

Поставил мне что-то вроде сетки на зубы, но действовала она по аналогии с шариком — то есть в определенный момент она стягивалась и закрывалась, собрав кровь.

— После финала обряда, придется помолчать! — сказал Саня.

— Главное, чтобы она клятву дала! А потом уже говорить не обязательно, — выдал Даниэль, как-то цинично и жестоко. Мне это не понравилось. Я снова вспомнила, что все это игра.

— Улыбнись мне! — попросил Куран, подкравшись сзади, и поцеловал в место укуса.

— Отпечаток твоих зубов на моей шее уже в клеймо превращается! — фыркнула я.

— И хорошо! — ухмыльнулся он, еще раз одарив поцелуем след. — Зато никто кроме меня не посмеет к тебе притронутся. Ни один вампир.

— Да, вампир не посмеет, — зачем-то обратила на это внимание я, и мы начали игру в стрелялки-гляделки.

— Не ссорьтесь! Вы еще не поженились, а уже семейный скандал устраиваете! — попыталась примирить нас Римма.

— Эй! Влюбленные на выход! — в комнату, где мы все собирались, заглянула Патриция.

В зале было мрачно. Горели свечи. В воздухе витал аромат ночной фиалки. Стены, кресла украсили гирляндами из лилий, красный роз и еще каких-то экзотических растений. Причем во всем прослеживалась закономерность — чередование красного и белого. Гости, словно черные вороны, косились, замерев по обе стороны прохода к импровизированному алтарю. Мы шли по маленькому "коридору" между сверкающими красными глазами вампирами к Тавану, восседающему в кресле-троне. Он оказал нам честь и решил лично провести церемонию. Оракул сидела на подлокотнике рядом со своим отцом, и весело болтала ножками.

Когда мы встали перед прародителем вампиров, Таван поднялся и начал торжественную речь. Я не слушала, смотрела на Курана и думала о том, почему я не должна пить его кровь: он не хочет, чтобы я действительно стала его частью, женой, или есть какая-то другая причина? И другой причины, кроме той, что я не нужна ему, не видела. От этого становилось больно, грустно и одиноко.

— Я буду спрашивать, а ты говори "клянусь"! — одернул меня Таван, заметив, что я витаю в мыслях.

Кивнула, и дальше все звучало примерно так:

— Клянешься ли ты слушаться во всем своего мужа?

— Клянусь!

— Идти за ним, куда бы не вела его Судьба?

— Клянусь!

— Любить, почитать…

После десятого замечания, чуть не ляпнула, изобразив грузинский акцент: "Эй! Обижаешь, родной, мамой клянусь!". В общем, чем ближе становился самый неприятный момент, тем больше меня охватывала истерика.

Даниэль надел мне на палец семейную реликвию — перстень с камнем, на котором была выгравирована перевернутая королевская лилия. Я вспомнила, что на первом лже-свидании, он подарил мне именно лилия, заявив: "Роза для меня — слишком банально!". А вот теперь, на такой же не настоящей свадьбе подарил кольцо с тем же, вечным, цветком.

Патриция протянула маленький корявый ножик Курану. Он принял его, примерился порезать руку. Патриция уже подставила кубок, чтобы насобирать крови. Но в глазах Даниэля сверкнула хитрая искра, и жених решил немного изменить традицию — сделал рану на языке, после чего, ловким движением, подтянул меня к себе и поцеловал.

— Позер! — довольный, протянул Таван, и, соглашаясь с ним, Патриция задорно рассмеялась.

Гости аплодировали, а я расстроилась, ведь насладиться поцелуем не смогла — старалась не упустить ни одной капли мимо сетки, потом поддела ее языком, она сложилась в шарик.

Дальше мы принимали поздравления. Я сосредоточенно думала о том, как бы не забыть про эту штуковину во рту и не проглотить ее, как прошлую. Куран держался рядом и, когда вампиры пытались заговорить со мной — отвечал вместо меня. Но его периодически отвлекали и отзывали в сторону. Поль Дорье сверлил меня жадным взглядом, от которого хотелось либо зарыться где-нибудь самой, либо зарыть его! Элен среди гостей не наблюдалось.

— Я подумал, что ей будет неприятно присутствовать здесь, — пояснил Кай, догадавшись, кого я выискиваю взглядом.

Я нахмурилась. Он тут же сообразил причину моего недовольства и пояснил.

— Подсыпал ей снотворного. Согласен, что это жестоко с моей стороны, но…

Я вздохнула, и погладила его по руке, сожалея о том, как ему пришлось обойтись с любимой. Кай грустно улыбнулся.

Сашка с Риммой решили немного взбодрить нас. Но выбрали не подходящую тему.

— Ты выглядишь так, будто набрала в рот воды… — смеялась надо мной подруга.

— Му гу-гу-гу ы-гы! — ответила я в свою защиту, чем еще больше развеселила товарищей.

И тут кто-то провел пальцами мне по ребрам, заставив подпрыгнуть от испуга и чудом не проглотить этот чертов шарик. Я обернулась, чтобы рассмотреть, кому это пришло в голову проделать глупый школьный фокус на мне! Оказалось — Тавану! Вот высокий и старый, а шутки детские. Он стоял и улыбался, а я на него глупо таращилась, ожидая, когда ж догадается что-то спросить.

— Могу я украсть один танец замужней дамы? — выдал он и протянул руку.

Римка с Сашкой рассмеялись и безжалостно вытолкали меня в центр зала. Играла музыка, а я искала взглядом своего вампира, надеясь, что он придет мне на выручку. Но эта сволочь была занята и не обращала внимания на мое отсутствие. Несмотря на огромный рост, Таван достаточно легко и элегантно умудрился склониться ко мне, обхватить за талию, водрузить себе на ноги и закружить. Как на зло, звучала достаточно ритмичная мелодия и мой партнер несколько раз устраивал мне "прыжки", слегка подбрасывая. Я стиснула зубы. Последний такой скачок и я поняла, что шарика во рту больше нет! Он решил составить компанию своему пустому коллеге, который еще не растворился в моем желудке…

Я запаниковала. Было страшно представить, что случится, когда магия перестанет действовать и, кровь растворится в организме! Ведь Сашкина магия долго не действует без удерживающих амулетов. А на мне никаких подобных штук нет! Блин!

Воззрилась на Курана, мысленно умоляя простить и придумать, как нам быть дальше. Он несколько секунд соображал, чего я от него хочу, и когда все понял, глаза его округлились. Даниэль посмотрел на меня очень странно: с сожалением и, кажется, смирением.

— Не переживай ты так! — раздался над ухом голос Тавана. — Завтра вампиром ты не станешь! И после завтра тоже. Покажи мне лучше фокус, деточка!

Я, конечно, не блещу умом, но рядом с этим мужчиной мозг работал в заторможенном режиме. Какой фокус??? Перебрала все варианты, анализируя, чего он от меня хочет, и банально поставила полог тишины. Таван ухмыльнулся.

— Молодец. — Похвалил меня отец вампиров. — Наверное, твой супруг тебе не захотел рассказывать, но стать такой, как он, ты сможешь только прибывая на грани жизни и смерти. Хотя есть один фактор, из-за которого для тебя стать частью нашей семьи будет проще… Но я тебе не расскажу!

И заливисто рассмеялся. Мне захотелось стукнуть его.

— Сегодня не расскажу. Потом секретом поделюсь! Если за хочешь! — подмигнул Таван, и я поняла, что отправляться в добровольную ссылку на ближайшие триста лет он не собирается, а планирует навещать образовавшуюся семью раз в… Во сколько лет, месяцев, недель? Он что к нам переедет?

— И не надо так бледнеть! Неужели так расстроилась из-за того, что выпила его кровь? Не любишь его? — вампир нахмурился.

— Люблю! — выпалила я, и поняла, что не могу соврать. Хочу, но не могу! И если он спросит, зачем мы придумали этот глупый ход с шариком — расскажу весь план Курана. Поэтому решила развить тему о чувствах. — Боюсь, что он не любит…

— Ха! — рассмеялся Таван. — Пойдем, и я лично у него спрошу! Поверь, ни один из вампиров не может мне солгать! В них течет моя кровь!.. — И чуть тише добавил: — В тебе тоже!

— Не нужно! — спохватилась я, ведь до дрожи в коленках боялась услышать ответ.

— Не трусь! — откровенно издевался партнер. — Любит. Иначе не стал бы так отстаивать свое право жениться на тебе и сделать ведьму полноправной хозяйкой в своем доме. А не просто любовницей. Да еще и запугивал оппонентов!.. Он вообще славный малый. Амбициозный. Планы у него очень даже…

— Глобальные, — хмыкнула я, только сейчас сообразив, что не нужно лгать, ведь Таван итак знает о замысле Курана. — Вы…

— Почему не вмешиваюсь? — уточнил он, бросив взгляд на Даниэля. — А зачем? Давно пора что-то изменить. Учитывая его прошлое, семью, которая его растила, а теперь еще и тебя — думаю, он будет неплохим правителем! Если выживет…

— А если будут жертвы? Переворот все-таки.

— Что я могу сказать… — изобразил задумчивость мужчина. — Взрослые дети — взрослые игры. В определенный момент родителям нужно просто отойти в сторону и не мешать.

— Интересная политика! — пробурчала я.

— Кхе, кхе! — Куран, наконец, решил прервать наш танец, переросший в диалог.

— Прости, малыш! — немного смущенно проговорил Таван. — Я увлекся и чуть не увел у тебя супругу. Хотя, она вряд ли убежит к кому-то другому! Вы ведь связаны на веки узами крови. И где бы не находились — будете друг друга чувствовать.

Даниэль нервно сглотнул и, покосился на меня. Озвученную Таваном информацию он явно не собирался мне раскрывать. Вот как! Он не желал настолько крепкой связи со мной! Поэтому сейчас так злобно и таращится на болтуна — ведь дед выдал его.

— Надеюсь, ты готова к брачной ночи! — поддел отец вампиров, передав меня в руки мужа… Его издевка вызвала не стыд или смущение, а страх. И он усилился, когда мы с Даниэлем вернулись в свою комнату.

Перед тем, как закрыть дверь, Куран обменялся многозначительными взглядами с Каем. Происходящее все сильнее беспокоило и настораживало. Я робко переступала с ноги на ногу рядом с ним и не знала, чего ожидать дальше. Он позвал меня за собой в спальню. Достал пеньюар из шкафа и протянул мне.

— И чей он? — рассердилась я, осматривая кружева.

— Твой! Я выбирал, — пояснил он.

Злиться и ревновать я передумала. Переоделась. Мы залезли в кровать. Я обновила и усилила полог тишины — так на всякий случай, чтоб мы никому не мешали.

— Прости, что так получилось. Я старалась. Просто он… — почему-то хотелось оправдаться.

— Успокойся! — Даниэль придвинулся, подтянул меня к себе и поцеловал. — Дина, помнишь, ты дала клятву на церемонии, что будешь меня слушаться?

— Угу.

Меня снова поцеловали. Его рука огладила прозрачную ткань на моем бедре.

— Я хочу, чтобы ты не выходила из этой комнаты, чтобы ни случилось! Ты должна будешь оставаться здесь, и не важно, что ты услышишь или увидишь! Ты сделаешь это для меня? — просил он.

— Хорошо, — согласилась я.

— А теперь, — горько усмехнулся Даниэль, стянув подол пеньюара…

Глава 37. Медовый ужас

До рассвета оставалось часа два. Мы лежали, крепко прижимаясь друг к другу. Молчали. Сон игнорировал нашу уже не уютную комнату, потому что страх пришел в гости и затаился в темноте. Мое сердце сходило с ума. Билось сильно, громко, отдаваясь сводящим с ума гулом в ушах. Дико хотелось разреветься.

Даниэль поцеловал меня в макушку, и нежно погладил по плечу.

Тишина угнетала. Мне, казалось, что мы приговоренные к казни и ожидаем часа, когда в двери постучит стражник и отведет нас к палачу.

Когда раздался стук в дверь, я невольно содрогнулась.

— Тише! — шепнул Куран, сжав меня в объятиях.

— Глава! Это Жак. Прошу прощения, но есть дело, требующее вашего личного присутствия! Дознаватели нашли лабораторию! — прокричали из другой комнаты.

— Сними полог, — попросил Даниэль.

Я замотала головой, вцепилась в его рубашку (мы уже давно успели одеться, подгоняемые предчувствием беды). Разревелась, ощущая, что вот-вот его потеряю.

— Не надо! Не иди! Пожалуйста, Даниэль! Умоляю! Не ходи туда! — я сорвалась в истерику. Рыдала и отказывалась отпускать его.

Он поцеловал меня и сказал:

— Помни! Ты обещала мне, оставаться здесь! Ни шагу отсюда!

Потом разжал мои пальцы и ушел. Я смотрела ему в спину и понимала — это все, конец! Мерзкое ледяное чувство убеждало меня в том, что любимый переступил порог не другой комнаты, а иного мира. Мира мертвых. Это довело меня до нервного срыва. Пять минут я ревела, кусая подушку, которую держала в руках. Все-таки сорвалась с места и прошлась до двери, но так и не осмелилась нарушить клятву. Споткнулась об какой-то черный камень на полу. Выругалась. Пока шла обратно к кровати разбила мизинец на левой ноге об другой булыжник. Чтобы не думать о происходящем в другом помещении поломала голову над тем, какой дурак принес камни в спальню? Причем еще и расставил их в форме звезды… Когда мой взгляд остановился на смутно знакомом украшении из металла, с ярким камнем внутри, привешенном над кроватью, поняла — Сашка! Он этот амулет сделал для усиления силы заклинаний, причем силу для безделушки выкачивал из меня еще в дни власти надо мной приступов. Колдовал здесь?! Небось, еще и пентаграмму под ковром нарисовал!..

Откинула угол мягкого ковра и действительно увидела, начерченную мелом картинку. Если мне не изменяла память, то это был защитный круг. Выходит, маг хотел спасти, защитить. От чего?.. Интересно, а Куран знал о том, что Сашка тут натворил?

— Даниэль? — пискнула я, и решилась — потянула ручку двери на себя.

Собственная магия сыграла со мной злую шутку. Установив полог тишины, я совершенно забыла его снять, когда стучался Жак. А с перепугу, еще и усилила. Не произвольно, и с обратным перекрытием. Творившееся в другой комнате я не могла слышать, а, увидев этот ужас, чуть не потеряла сознание: мебель сломана, всюду кровь, пепел. И самое страшное — Куран прибитый к стене. Один огромный, тонкий железный кол торчал из его головы, а второй — из груди. Его все еще придерживали двое — Жак и Мати. Сели, вампирша, жутко меня ненавидевшая, держала в руках последний кол, прицеливаясь, куда бы его вонзить в итак уже мертвого… моего… мужа… Я должна была бы покончить с ними, отомстить, но… Почувствовала дикую боль от укола иглы, угодившей на целый сантиметр в мышцу предплечья. Потеряла сознание, взглянув на изувеченное лицо любимого…

Сквозь тьму в мой маленький личный ад пробирались чужие голоса.

— Как думаешь, твой племянник успел сделать свое дело или он так и не научился обращаться с женщинами? — говорил Сюпри, наверное. Мне сложно было определить кому принадлежат голоса.

— Действительно, Поль, иди и доверши то, что он начал! Покажи, девчонке, какие настоящий мужчины! — это второй экспериментатор.

— Да! Нечего церемониться со смертными! Мы можем сделать это так: либо шприц, либо ты сам! Что предпочтешь?

— А у него шприц подымется?

— Подымется! — заявил Поль. — Но развлекаться с безвольной куклой — скучно! Я хочу, чтобы она сопротивлялась. Давно не приручал диких кошек! Думаю, племянник и не заинтересовался бы другой. Все-таки мы из одной семьи, и оба питаем слабость к темпераментным девушкам.

— Хорошо. Защитные амулеты мы уже поставили. Спасибо одному магу, расстарался. Ведь не хватало еще, чтобы она из-за твоих домогательств разрушила десятилетия наших опытов!

— Кстати, что насчет тех двоих? Все еще спят?

— Да! Фактически кома. Но странная. Признаков жизни минимум. Причем первая — еще понятно, почему впала сон, а вторая, наверное…

— Слишком сильная связь! Близнецы все-таки, — заключил Поль, криво усмехаясь. Кому, как не ему было это знать! Ведь он лично умертвил своего близнеца — Жульена. От собственной гибели после этого его спасли лишь собственные эксперименты. Ведь господин Дорье уже давно был не просто вампиром, а смесью… Адской смесью.

— Жидкость ввести не успели. Да и в таком состоянии их организмы не примут ее.

— При диагностике у одной обнаружили эмбрион. Срок маленький. Даже не знаю, что делать — вырезать его или просто убить, предварительно изъяв яйцеклетки? А?

— Завтра об этом подумаем! — заключил Поль.

Я открыла глаза. Маленькая, фактически тюремная камера с большим прозрачным стеклом во всю стену стала моим временным и возможно последним приютом. Совершенно ясно, что меня отсюда не выпустят. Их планы, судя по всему, заключались в изнасиловании и использовании меня, в качестве суррогатной матери для маленького монстра, которым меня наградит лично Поль Дорье. Также, как и двух несчастных девушек в других камерах. Меня тошнило от одной мысли о том, что должно произойти, ведь совсем скоро он явится сюда. Хотела подготовиться к этому визиту и…

Первая попытка выставить магический барьер, перекрывающий двери, вытащил силы настолько, что я упала на пол. Руки дрожали. Из меня словно высасывали магию, а вместе с ней и жизнь. Стоило напрячься, пустить хотя бы ток в пальцы, как те печально известные амулеты, о которых довелось подслушать — втягивали в себя не только разряд, но и лишнее. Очень быстро я почувствовала себя больной. Меня охватил озноб. Суставы ломило. Но я остервенело колдовала. Разве можно сдаться, когда на кону твоя жизнь? Нет! Я собиралась вырваться отсюда и разрушить все к чертовой матери за то, что они убили его, моего вампира… Ведь Курана больше нет…

Стиснула зубы, вытерла слезы и снова поднялась, напрягая каждую клетку своего тела, вытягивая магию из самой души…

В какой-то момент пришлось смириться и опустить руки — мне стало тяжело дышать. Казалось, что грудную клетку стиснули колючей проволокой, и каждый вдох уколами отзывался в легких. Я упала на пол. Глядела в потолок и думала о том, что все кончено… И тут ОНИ ворвались в мой разум…

Это напоминало бред. Сплошной кошмар. Души маленьких измученных монстров — смесей человека, демона, вампира и еще чего-то, терзали мой мозг. Все они показывали мне картинки из своей жизни здесь: кого-то отобрали у матери, предварительно убив ее на глазах ребенка, либо заставили его лично лишить жизни человека, друга, животное, родного, а потом посадили в камеру, и требовали делать мерзкие вещи. Других вырастили прямо тут, из пробирки, пичкали разными препаратами, проверяли способности, заражали жуткими человеческими болезнями, выясняя, как они подействуют на организм существ. И каждый раз, при неудачном эксперименте избивали почти до полусмерти, а то и просто убивали.

Они выли. Они кричали. Они проклинали. Они не понимали, зачем их сделали и заставили страдать. Зачем их постоянно подвергают извращениям и операциям, истязают и не выпускают на свободу? Ни один из этих странных, незнакомых мне узников не хотел жить. Они и меня уговаривали умереть. Утверждали, что нет ничего легче, проще и приятнее смерти… Я едва не поверила…

Неуловимое колебание воздуха, слабое, но ощущаемое, вырвало меня из безумия в кошмар реальности. Распахнула глаза и увидела его — Поля. Он ухмылялся, заранее расстегивая пояс на штанах — готовился к игре. Шел ко мне, а я, собрав силы в кулак, и игнорируя предательскую дрожь, наплевав на озноб и температуру, отползала, вжимаясь в стену. Хотелось забиться в угол, быть подальше от него.

— Тоскуешь о моем племяннике? — издевательски проговорил мужчина. — Забудь! Он мертв! Скажи, каким он был с тобой: мягким, нежным или напористым? Потому что я буду жестоким! Ты не сможешь забыть того, что я с тобой сделаю. Ты никогда не смоешь это с себя…

Я оскалила зубы, как это делала Римма в облике пантеры. Я не собиралась сдаваться! А его только распаляло мое упрямство. Вампир без усилий схватил меня, ударив головой об стену. Разорвал одежду.

Пинки, укусы, удары коленями в живот, в пах — его не останавливали. Я выталкивала из себя магию, я звала ее прийти… я звала на помощь! Я даже Михаила звала. Но никто не приходил. А голос Вселенной звучал пока слишком тихо во мне — но магия прорывалась. Ток, слабый, просачивался сквозь пальцы, сквозь стиснутые зубы, когда я вонзала их в его кожу. Поль только улыбался, ему нравилось совмещать свое наслаждение с чужой болью. Он превращал мою ночную рубашку, нижнее белье в лоскутки тряпок. Несколько раз очень сильно ударил, усмирив…

— Нет! Нет! Будь ты проклят! — крики были бесполезны — никто не пришел бы спасти меня. Но я кричала, потому что больше ничего не могла сделать.

— Я проклят от рождения, сладкая! — сказал Поль, разжимая мои колени, чтобы воспользоваться слабым телом жертвы.

— Нет! Даниэль! Пожалуйста! — знала, что бессмысленно, но я хотела к своему Курану, где бы он ни был — прижаться, спастись, забыть этот ужас!

И мой крик-зов высвободил безграничную силу. Магия взбунтовалась. Магия взорвалась. Она толчком отбросила вампира, ударив его об стену спиной так, что послышался хруст костей, а в штукатурке осталась вмятина, от которой еще и трещина пошла.

Я победила! Я села, чувствуя, что больше не смогу остановить бушующий во мне поток. Обратного пути к нормальной жизни нет! Вселенная снова решила сделать меня кувшином и наполнить. Как всегда слишком старалась, и магия уже начинала литься через края.

Никакие ограничители, амулеты и прочее не были больше помехой. Я поняла, что смогу разрушить здесь все. И я хочу этого. Все заключенные хотят этого!!! Мы хотим этого!!!

— Чтоб тебя черти взяли, и… в… и… — скромное пожелание показалось вампиру бредом сумасшедшей ведьмы. Он ухмыльнулся, еще не замечая, присоединившихся к нашей компании теней. Они передвигались быстро, смеялись, пока не воплотились прямо перед шокированным упырем. Да! Черти услышат зов в любом уголке земли. Им плевать на кордоны.

Рогатый народец обступил Поля Дорье. Гости схватили его и исчезли, все, кроме одного — задержавшегося на мгновение. Старый знакомый, старшина, посмотрел на хохочущую ведьму, скривился, покачал головой, понимая, что помогать бесполезно — слишком поздно — щелкнул хвостом, и растворился в воздухе.

А в камере бушевала и веселилась ведьма! Хохотала и хохотала, так громко, что затряслись стены. Охрана торопилась к камере. Но никому не суждено было коснуться узницы… Никому!

Плотный пульсирующий кокон рос и рос, отделяя ведьму от внешнего мира с его ужасами, несправедливостью.

Узники ликовали! Они ощущали скорую гибель… Смерть переступила порог лаборатории и весело рассмеявшись, взмахнула косой…

Когда тебя рвет на части магия Вселенной — это невыносимо больно.

Когда отступает боль и, проходит сумасшествие, душа теряется в памяти пережитого. И я заблудилась в лабиринтах не только собственного прошлого, но чужого. Самыми тихими мне показались две души. Человеческие. Они были почти такими же, как и я. С толикой магии. Но отличались тем, что одиночество их не страшило. Ведь они поддерживали друг друга. Обе тосковали, и продолжали надеяться. Одна хранила в голове облик светловолосого парня. Он улыбался только ей. Она очень реалистично воскрешала в сознании его тепло, нежные прикосновения, чувство защищенности… И разбуженные чужими мыслями, ко мне являлись плоды собственной фантазии — Куран приходил. Я плакала, просила его не исчезать. Он смеялся надо мной и умирал, оставляя совсем одну…

Потом снова появлялись другие отрывки прошлого: смутно знакомый мужчина с разноцветными глазами. Кажется, я знала его! Но не могла вспомнить. Он все время подшучивал над светловолосой девушкой, которую просто раздражало его присутствие. Но она скучала по нему, и по маме, которую давно не видела. Она хотела домой…

Я тоже. Ведь меня ждали мама и папа. А еще Маринка и Митька!

Снова стало безумно одиноко…

Я не могла вернуться. Больше не могла…

Я растянула свой кокон и на соседние камеры к спящим в них мертвым сном девушкам. Надеюсь, хоть за ними придут! А я уж постараюсь уберечь их… Если не сойду с ума окончательно…

Время замедлилось. Исчезло. Грань между бредом и реальностью совсем стерлась, как и ощущения. Отвращение, ужас, страх, боль, тоска, ненависть, жажда, голод — коктейль, который пришлось пить до дна. Души молили подарить им быструю смерть, легкую. И разубедить их оказалось невозможно.

Я запела колыбельную. Ее слышали все, кто терзался в камерах. Слышали и умирали. Умирали с улыбкой. Умирали с тяжелым вздохом. Просто умирали…

В соседних камерах мне подпевали еще два голоса…

Экспериментаторы метались по комнате наблюдения и не знали, как остановить разрушительную силу, рвущуюся из сумасшедшей ведьмы. Они высылали демонов и вампиров расправиться с подопытной. Но не смогли даже шагнуть за порог камеры — растворялись и рассеивались под натиском магии. Тогда злые гении растерялись. Они впервые паниковали. А ведьме было смешно! Трем ведьмам было смешно…

В моем черном мире появлялся Михаил. Гладил меня по голове, целовал в лоб и просил остановить разрушение.

— Не могу, — отвечала я, чувствуя, как от его прохладной руки на мгновение становится легче и кровь, текущая из глаз и ушей уже не кажется такой горячей. — Я не знаю, как.

— Бедная моя девочка, — приговаривал ангел, крепко обнимая. — Ты совсем запуталась.

— Я потерялась, Михаил. Я не знаю, как остановиться. — Слезы лились ручьями, смешиваясь с холодным потом, с кровью. — Я убила тридцать ни в чем не повинных существ… Я плохая, да? Убей меня, пожалуйста. Я все равно не смогу стать такой, как была! Помоги мне!..

Он отказался лишать меня жизни…

Глава 38. Прощай, сумасшедший мир!

Когда Михаил исчез, я осталась одна. В пустоте и темноте. Нет. Не совсем одна. Где-то поблизости находились два благодарных призрака. Я просила их уйти, и не подвергать себя опасности. Ведь для меня все было кончено — за моей спиной уже раскрывалась черная воронка, втягивающая все живое, словно пылесос. Две светлые тени протягивали руки и звали вернуться в реальность. Но я сомневалась, что мне все еще есть куда возвращаться — тело ведь, наверняка, уже стало непригодным. Магия его изрядно потрепала. К тому же, выносить адскую боль, ощущать, как рвутся сосуды, как сердце захлебывается кровью, лопаются барабанные перепонки — совсем не привлекательная перспектива для возвращения в мир живых.

— Прочь! Уходите! — выкрикнула я, и вытолкнула призраков из своей пустой бесконечности, предпочтя умереть в одиночестве.

Но когда мне оставалось сделать шаг к воронке, поглощающей тьму, позади прорезался свет. В нем стоял Даниэль. Он больше не насмехался. Впрочем, я не просила его остаться. Просто хотела проститься.

— Дина! — позвал любимый мертвец. — Что ты делаешь?

Я улыбнулась ему.

— Умираю… — честно ответила я призраку, уже давно смирившись с участью.

— Перестань! Немедленно! — потребовал он.

— Не хочу, не могу. Не отговаривай меня. Я скоро приду к тебе…

— Куда это? — не понял он.

— В смерти вместе…

— Идиотка! — рявкнул призрак вампира.

— Ты каким придурком при жизни был, таким и остался! Кровосос хренов! — выругалась я.

— Кончай фигней страдать! — не унимался беспокойник.

— Сделай ты что-нибудь со своей ведьмой! Мы не можем в камеру попасть! Здесь щит стоит такой, что все в пепел превращается! — прокричал кто-то знакомым голосом, и Куран не на шутку разозлился.

— Дина, идиотка, я жив! — он грюкнул кулаком об стекло, прикрытое моей магией и опалил руку до кости. Он зарычал от боли, и я испугалась. От страха причинить ему вред вся магия рассыпалась на осколки, впуская вампира в камеру.

— Вот же дура! — Он все ругался, но мне было наплевать на его слова. Даниэль — живой! Он набросил мне на плечи чей-то плащ, поднял на руки и быстро зашагал прочь, потому что здание рушилось.

— Кай, теперь только вперед.

Все тряслось, сыпалось. Вампиры, вставшие на нашу дорогу, рассыпались в прах от одного взгляда Курана. Вместе с нами к выходу торопились трое: двое мужчин, несущих на руках светловолосых очень похожих девушек и женщина. За моими соседками все-таки пришли. Я глупо улыбнулась. Мужчин я уже видела. Блондин был отцом еще не рожденного малыша одной из девушек. А в брюнете, который раздражал и одновременно притягивал ее сестру, я с удивлением узнала Константина. Он нес близняшку, прижимая к груди, как самое ценное и дорогое на свете.

Стараясь оставаться в сознании, я попыталась поднять голову и посмотреть на своего вампира, который не бросил меня!

— Даниэль, — единственное, что я могла сказать.

— Я же просил не выходить из комнаты! — рычал он. — Неужели было так тяжело выполнить всего одну просьбу?

Куран бубнил и бубнил, пока мы не оказались на улице. Потом все остановились, чтобы посмотреть, как рушится двухэтажное здание и уходит под землю вместе с уликами жуткого преступления не только обращенного против человечества, но и других весьма сильных рас.

— Спасибо! — обратился к Курану блондин.

— Это ей надо сказать спасибо! — улыбнулся Константин, кивнув на меня. — Накрыла девочек щитом, разрушила лабораторию…

"И убила многих…" — подумала я, глядя на разруху. Вдруг вспомнила, что мне уже предрекали стать причиной гибели многих. Дальше я упала в бездну темноты…

Все замерло: время, я, мир. Тело не слушалось приказов, да и желания шевелиться не было. Я сгорела. Кай и Сашка лично выхаживали меня. Хотя маг сам был прилично измотан. Оказывается, при нападении на Курана Мари промахнулась. В голову попала, а сердце не задела. Это вампира и спасло. Ему удалось выжить. Когда меня увезли, в комнате появились охранники. Предателей они не схватили, потому что, падая в обморок я все-таки осуществила желание испепелить убийц Даниэля. Они присоединились к своим пятерым товарищам, уже развеянным самим Кураном. И пепла в комнате стало больше…

Кай вытащил стальные гвозди из хозяина и отдал приказ искать людей, — чтобы восстановиться Даниэлю понадобилось много крови. Сначала ему вливали кровь принесенную из госпиталя. Когда он смог питаться сам, пришла Элен. Глупая девчонка чуть не лишилась жизни. Голод вампира заглушил в нем сострадание и совесть, если они вообще у него были. Сашка и Кай смогли оторвать от него Элен с большим трудом, и маг добровольно пожертвовал собственной жизненной силой. Так до конца и не очухавшись, парни отправились на поиски лаборатории. Тут, по словам, Кая, начались серьезные проблемы. Даже от взгляда оракула это место было защищено чем-то (маг, сотрудничавший с Полем погиб под завалом или раньше). На помощь пришел Таван. Когда Куран собрал совет кланов, устроил скандал, требуя всех, кто что-то знает, сознаться немедленно, либо быть войне. И в этот момент явился прародитель. Клан Даниэля уже пошел в атаку, грозясь покончить с главами других семей. Таван прошел вперед и деловито прокашлялся, поглядывая на противоборствующих, злых, напуганных и просто психованных. Хитро улыбнулся, похлопал Курана по плечу и вывел его из зала.

— Ты оглох? — поинтересовался у него дед, пристально всматриваясь в глаза парня. Тот зарычал, намеревался высказаться, но Таван продолжил издеваться, хоть и подал подсказку. — Слушай, что кровь говорит!

И ушел. Куран, как ищейка ездил по городу, прислушиваясь к ощущениям. Кровь заговорила с ним только в соседнем пригороде Парижа, в маленьком местечке, где лаборатория скрывалась под двумя этажами какого-то завода (хорошо, хоть не химического!). Они с ребятами ворвались, захватили здание. Всех смертных вывели. Производство остановили. Спустились вниз. Обнаружили трупы в клетках-камерах. Подрались с охранниками. Многих распылили. Столкнулись в одной из центральных рубок с двумя уцелевшими экспериментаторами. Поля Дорье, к великому сожалению Курана, нигде не было, словно он сквозь землю провалился. Пока разбирались, подоспели еще трое мстителей: оскорбленный муж, мать и Константин. Они собирались забрать своих близняшек домой. В общем, отдав под стражу вредителей-медиков и, объединив силы, толпа бросилась шерстить камеры, пока потолок не рухнул. Дальше — они просто бежали со своими ношами на поверхность.

— Она быстро идет на поправку! — констатировал доктор, осмотрев мое тело. — Впрочем, у вас… — Он осекся и испуганно посмотрел на Кая, притаившегося около кресла. — То есть у таких, как вы, это нормальное явление!

— Она не такая, как мы, — пробурчал вампир, потянув мой запах носом.

— Да? — удивился доктор. — А кажется, что…

Он снял очки с носа и протер их, что выдавало крайнюю степень возбуждения — смесь острого желания исследовать и страх перед неизвестными, опасными существами, которые при одном только намеке на просьбу поколупаться в моем организме, расправятся со смертным врачом.

— Внутреннее кровотечение остановлено, легкие работают нормально. — Констатировал он. — Сердце восстанавливается. Но при первых же признаках проблем — звоните мне.

Он задумался, посветил мне в глаза фонариком и спросил:

— Психиатра вызывали?

— Да, — соврал Кай, ведь ко мне приходил только Сашка и пытался залезть в мой мозг. Увидел там пустоту, но все равно обнадежил друзей, заявив, что мой пофигизм пройдет сам, просто на это потребуется много времени.

Я лежала обездвиженная уже неделю. Куран ни разу не заглянул ко мне. Я понимала, что теперь бесполезна для него, ведь его план удался. Он сам рассказал мне об этом, все-таки посетив комнату, после долгих дней тишины и, когда Кай перестал караулить у моей постели.

Остановился в двух шагах от кровати, не собираясь подходить ближе. Словно опасался чего-то.

— Мне жаль, что с тобой так все получилось, — сказал он ледяным голосом. — Я знал, что они будут охотиться. Я все тщательно спланировал. Все шло, как надо. Твой друг установил защиту в моей спальне, чтобы никто не смог до тебя добраться. Но ты ослушалась меня. Понимаешь, что произошедшее с тобой — это полностью твоя вина?

Я не хотела говорить.

Выждав несколько минут, он продолжил.

— Во всяком случае, благодаря тебе я расчистил путь. Спасибо. После того, как все узнали о твоей разрушительной силе, главы других семей сами пришли ко мне просить об объединении. Я возвращаю твой паспорт. Если захочешь уехать, Кай закажет билеты, отвезет. Он сделает все, о чем попросишь. Но теперь мы закрыли свои долги друг перед другом.

Он положил мои документы на столик у кровати и покинул комнату…

За окном мелькали дома, площади, архитектурные памятники. Кай специально вез нас по улицам Парижа, чтобы мы смогли насладиться красотой этого города. Римма и Саша еще пытались шутить, болтали, фотографировались — надо ведь было о чем-то врать родителям по возвращении. Я оставалась глухой и немой ко всему.

— Он попрощался с тобой? — спросил Кай с переднего сидения автомобиля, не выпуская из виду молодоженов, кривляющихся перед камерой на фоне огромного фонтана на Марсовом поле.

Мое молчание он правильно понял.

— Он волновался о тебе!.. — хотел скрасить мое мнение о Куране друг. — Ты злишься на него?

Злилась ли я? Нет! Переживала ли из-за того, что он меня не любит, и просто использовал? Нет! Мне было все равно. Я ничего не чувствовала. На долгие месяцы я впала в глубокий и тяжелый сон, где меня навещал только ангел по имени Михаил…

Content

Ольга Александровна Егер
Любви и магии все существа покорны

Глава 1. Сладкий рассвет

Глава 2. Две тени на горизонте

Глава 3. Волшебные пузыри

Глава 4. Полеты и катастрофы

Глава 5. Демоны в кинотеатре

Глава 6. Клубная жизнь

Глава 7. Прогулка, коляска и когти

Глава 8. Внимание! Стриптиз!

Глава 9. Снять стресс и разбить машину

Глава 10. Французский сезон

Глава 11. Наваждение

Глава 12. Знакомство с власть имущим

Глава 13. Капитан и его бандиты

Глава 14. Кошмары ночные — совсем как живые…

Глава 15. От смеха к слезам

Глава 16. Почти удачное свидание

Глава 17. Какими бывают вампиры

Глава 18. Детские забавы или Мучения для взрослых

Глава 19. Ученики и последствия

Глава 20. На могилке старый череп чинно гнил…

Глава 21. Когда нечисти скучно — страдают менты

Глава 22. За твоей спиной

Глава 23. Телохранитель

Глава 24. Прочь из моей жизни!

Глава 25. Новогодние приготовления

Глава 26. Чувства обостряются с приходом весны

Глава 27. Всем хорошо, а мне — не очень…

Глава 28. "Ну, возьмите меня!.."

Глава 29. Здравствуй, Франция!

Глава 30. Тайны вампирского двора

Глава 31. Слезы Элен

Глава 32. Заплыв в омуте боли

Глава 33. Отпустите меня в… домой отпустите, а?

Глава 34. Пьянки, гулянки и Эйфелева башня

Глава 35. Адская помолвка

Глава 35. Свадьба и ее последствия

Глава 37. Медовый ужас

Глава 38. Прощай, сумасшедший мир!