Олег Борисов

ДОЧЕНЬКА. ДЕСАНТ СВОИХ НЕ БРОСАЕТ

ЛИНИЯ ПЕРВАЯ[1]

ГЛАВА 1

13 августа.

Элегия-пять.

Под высоким стеклянным потолком в огромном зале гулко разносились голоса множества спешащих людей в униформе и разнообразных комбинезонах, которые сновали между многочисленными открытыми створами широких выходов, стойками регистрации и окнами разнообразных технических служб. Подтянутые и обрюзгшие, отдохнувшие и безмерно уставшие после тяжелых смен на различных вахтах разнокалиберных служб — все они куда-то торопились, приветствовали знакомых, ругались с восседавшими за отполированными металлическими стойками клерками, создавая веселую толчею в административном блоке планетарного батальона технического обеспечения Четвертого Имперского флота.

Яркие утренние солнечные лучи плясали на фигурах военных и штатских, прыгали по надраенным железкам и бликовали на плитах годами полируемого пола. Жаркие цветные солнечные зайчики от витражей суетились вокруг поникшей маленькой фигурки, сгорбившейся возле потертого летного мешка из серого латаного брезента.

Маленькая худенькая пятилетняя девочка сидела на широкой пластиковой скамье, протянувшейся под информационными щитами. С этой скамьи отлично было видно бесконечную череду регистрационных окон напротив. Обветренные шершавые ладошки обреченно сжимали широкий ремень лежащего на полу мешка, заполненного меньше чем на треть. Изредка девочка проводила рукой по гладко выбритой голове, пытаясь привыкнуть к новой для нее прическе. Огромные серые глаза, не поднимаясь на спешащих мимо взрослых, смотрели на носки облупленных ботинок с высоким голенищем.

Громкое объявление о прибытии очередного транспорта с широко раскинувшихся вокруг основной базы островных опорных пунктов перекрыло шум в зале. Люди вслушались в четко произносимые слова и засуетились: кто-то встречал, кто-то собирался лететь обратным рейсом.

Сквозь возобновившуюся кутерьму двигалась плотно сбитая ватага молодых мужчин, обгорелых на солнце до черноты, с широкими десантными баулами за плечами. Жилистые фигуры, разноцветный камуфляж, у многих куртки повязаны на поясе — не поймешь, то ли действительно безбашенные десантники возвращаются с отпуска на далеких пляжах, то ли служба космодромной поддержки торопится на смену.

От группы неожиданно отделился невысокий мужчина с еле заметными цепочками тонких шрамов на руках и, рассекая толпу, быстро подошел к одинокой маленькой фигурке. Скрипнула кожа крепких ботинок — мужчина в черных брюках и открытой камуфляжной майке присел на корточки рядом с девочкой.

— Привет, Ларали. Я смотрю, ты решила кардинально изменить внешний вид.

Серые глаза взметнулись в ответ испуганными птицами навстречу, задержались на лице и распахнулись в слабой улыбке.

— Здравствуйте, дядя Шранг.

Несколько месяцев ранее, 2 мая, на островах.

— Папа, смотри, я рака живого нашла!

— Осторожнее, Пчелка, они здесь дикие, тебя еще не знают! Как бы палец не ухватил!

— А я его не трогаю, я просто смотрю, как он от меня за камень прячется!

Девочка устроилась на коленках на огромном валуне и с интересом разглядывала в толще кристальночистой воды огромного рака, который упорно пытался пристроить разноцветный зад в широкой расщелине.

Высокий крепко сбитый мужчина присел рядом, потрепал дочку по светлым вихрам и внимательно всмотрелся в идущих по пустынному пляжу мужчин. Через пару минут морщины разгладились и он улыбнулся.

— Дочка, ты все спрашивала, какие глаза у убийцы. Сейчас увидишь.

Пчелка бросила взгляд на отца, потом перевела на медленно подходящих гостей.

— Крайний справа, что играет с волнами. Его зовут Шранг. Летал с нашим старым адмиралом. После сдачи торговым корпорациям астероидного пояса на Ханиле участвовал в бунте офицеров. За бунт провел шесть лет на каторге в Лунде, на рудных заводах. Потом начались стычки с корелянами в Приграничье, и каторжане пополнили штрафные батальоны. Участвовал в пяти штурмах Коллапса, гигантской базы звездолетов. На шестом горел во взятом на абордаж крейсере. Из нескольких тысяч штурмовиков осталось два или три человека. Он — один из них.

— Он — злой?

— Не думаю. После войны Шранг работает спасателем в нашем батальоне и успел пару раз вытащить твоего папу из больших неприятностей. Он мой хороший и надежный друг. Если тебе что-то будет надо, можешь смело просить его. О чем угодно.

Девочка выпрямилась и подала маленькую ладошку подошедшему мужчине.

— Здравствуйте, дядя Шранг.

Ларали моргнула пушистыми ресницами, прогоняя картинку из прошлого.

— Здравствуй, малышка. Как у тебя дела?

Девочка молча смотрела на мужчину, с лица которого медленно исчезала улыбка.

— Что случилось, Ларали?

— Папа погиб, дядя Шранг. Ремонтировал двигатель у малого штугера, и стенд двигатель не удержал.

Горячие слезы медленно текли по лицу девочки, огибая упрямо сжатый рот. Бывший штурмовик сел рядом на скамейку и, прижав к себе сгорбленное тельце, начал осторожно гладить бритую незагорелую голову, что-то тихо шепча. Не важно, что. Главное, чтобы принять на себя часть этого огромного горя, хоть немного облегчить ужас случившегося.

Когда девочка немного успокоилась, Шранг осторожно спросил:

— Папа говорил, что мама от вас ушла еще три года тому назад. С кем ты сейчас?

— Вчера приехал какой-то дядя из руководства. Он забирает меня в приют.

— Куда?!

— В приют. Он сказал, что мне не место на технической базе.

Мужчина исподлобья осмотрелся вокруг, развернул девочку к себе и тихо-тихо произнес:

— Я знаю, что такое приют для девочки с дальней приграничной планеты. Там тебе точно не место. Подумай, малышка. Может, останешься со мной? Я не смогу заменить твоего папу — он был замечательный человек, намного лучше меня. Но я смогу защитить тебя, позаботиться о тебе и подыскать более приличное место. Может, хороший колледж у соседей или частную школу.

Девочка попыталась вытереть текущие слезы и так же еле слышно ответила:

— Папа сказал, что вы его друг. Настоящий друг. И я могу просить вас о чем угодно… Пожалуйста, не отдавайте меня! Помогите мне, как вы помогли папе!

Шранг легко подхватил девочку на левую руку и размеренным шагом двинулся к одному из центральных окон. Ждущая его в отдалении группа веселых мужчин, заметив закаменевшее лицо товарища, прекратила шутить и быстро нагнала мужчину. Пара мгновений и они уже страховали его сзади и сбоку, готовые убить любого, устранить любую опасность для одного из своих, неожиданного попавшего в неосознанную пока беду. Молодые люди со спокойными лицами и холодными глазами, смеявшиеся всего лишь минуту тому назад.

— А я говорю, мест нет! И не надо мне тыкать вашими директивами, у меня своих полно! — Грузный темнокожий чиновник в отглаженном комбинезоне с широкой планкой наград на груди устало отмахнулся от ошалевшего мужчины, визгливо пытавшегося сунуть ему в лицо пачку мятых бумаг, пластиковых широких депеш и прочего бюрократического мусора. Взгляд чиновника упал на неслышно материализовавшуюся за спиной просителя группу мужчин, и он помрачнел. На плечо стоящего у стойки легла крепкая ладонь.

— Брат, ты с «внешних»?[2]

Вспотевший от препирательства инженер ошарашенно крутил головой, оглядываясь на стоящих рядом с ним крепких ребят, источающих непонятную угрозу.

— Да, я с шестнадцатой базы, мне срочно надо на станцию подскока, а этот старый пень не хочет…

— Брат, ты ошибся. Извини, но тебе не сюда.

Один из подошедших бросил взгляд на бумаги и продолжил:

— Официально ты будешь ходить между службами доставки неделю, до следующего крупного шатла. Неофициально — подойди ко второму окну справа, служба ремонта орбитальной группировки. Улыбнись девушкам и подари хорошую шоколадку из кафе — они тебя отправят вечерним рейсом с рембригадой. Доберешься быстрее и с комфортом. Технари никогда своих не бросают.

Инженер просветлел лицом, с улыбкой хлопнул по плечу собеседника и, подхватив видавший виды кейс, исчез с ворохом бумаг в толпе. Оставшиеся мужчины аккуратно блокировали подходы к освободившемуся окну.

Шранг усадил девочку на сияющий подоконник и подарил скупую улыбку человеку с наградами.

— Здравствуй, Тайри.

Темнокожий чиновник посмотрел на девочку, на бывшего штурмовика и обреченно кивнул в ответ.

— Как жена, сын? — продолжил молодой мужчина в камуфляже.

— Спасибо, все хорошо.

— Очень рад за вас, — та же скупая улыбка.

Тайри аккуратно сложил бумаги в стопку, сдвинул их на край безразмерного стола и внимательно всмотрелся в жесткие глаза собеседника.

— Может, к делу?

— Можно и к делу. Скажи, за что тебе дали «малую каракатицу»?

— Мы вытащили тогда взвод из «мешка» под Коллапсом. То, что оставалось от десантной группы поддержки.

— Правильно. Ты получил ранение, и тебя через три месяца перевели на спокойную работу, в тыл. Но флот свое слово сдержал. Флот — не бросает своих. Никогда. Или я не прав?

— По правилам сироту положено отправить на государственное обеспечение.

— Флот не бросает своих, Тайри. Или я что-то упустил?

— У девочки здесь никого нет, Шранг.

— Ошибаешься. У нее есть я. Готовь форму два ноля одиннадцать — «сопровождение членов семей погибших солдат». И впиши меня как командира эскорта.

— Эти бумаги не подпишут. И я не имею право оформлять такие документы на девочку.

— Ты мне должен, Тайри. Ты с ребятами вытащил десантников, а я с напарником прикрывал вас потом, когда вы удирали под огнем подошедших обезьян. И пока мой покойный напарник, чтобы ему спалось спокойно, поливал огнем все живое вокруг, я тушил и запускал ваш движок, что размолотили при обстреле. Ты мне должен.

— Не думал, что мы будем делить прошлое.

— Не думал, что вы бросите девочку на откуп ублюдкам из Внешнего Контроля. У нее был отец, отдавший флоту всего себя. У нее были красивые волосы и цветное платье. Сейчас у нее бритый затылок, мышиный комбез и предавший ее флот. Или я ошибаюсь?

Тайри размял бугрящуюся мышцами шею, одними губами вытолкнул что-то длинное и заковыристое, потом тронул сенсорную клавиатуру и стал быстро печатать.

— Шранг, тебя сожрут раньше, чем ты сможешь оформить на девочку бумаги. Представление на нее оформили за сутки, у нее личный куратор. Сейчас не война, твоей формой подотрется любой полицейский.

— Оформляй, это мои проблемы.

Темнокожий гигант через пару минут подхватил из печатающего устройства тисненный золотом пластик и отдал девочке, все время молча сидевшей на стойке и серьезно смотревшей на мужчин, решающих ее судьбу.

— Ларали, девочка. По правилам тебе нужно этот документ всегда держать с собой. За неделю вот этот мужчина должен или оформить твое удочерение, или тебя заберут люди, что приехали вчера за тобой. Боюсь, что документы опротестуют раньше и твоего друга ждут большие неприятности.

Девочка посмотрела на скамейку, рядом с которой лежал ее вещевой мешок, и сжалась. Шранг взглянул туда и спокойно обнял девочку. Та замерла испуганным мышонком:

— Ты обещал мне помочь!

— Малышка, я держу свое слово. Всегда. — Потом повернулся к друзьям: — Пропустите урода.

От скамьи к стоящей группе быстрым шагом спешил молодой человек двадцати — двадцати пяти лет, в модном легком костюме для тропиков, с папкой для бумаг в одной руке и блестящей бляхой в другой. Протиснувшись сквозь снующих пассажиров, представитель Внешнего Контроля оглядел стоявших напротив него, и тень легкой досады мелькнула на красивом лице, заботливо покрытом легким слоем крема от загара.

— Добрый день, господа. Очень рад, что девочка с вами. Я уже боялся, что она убежала на поле и мне придется искать.

Почерневшие от загара люди с холодным любопытством разглядывали чиновника. Тот всмотрелся в их лица и насторожился. Так смотрит стая чапперов,[3] выбирая, какой кусок оторвать от жертвы первым, а что оставить на закуску.

— Меня зовут Корри, офицер ВК.[4] Прошу передать мне девочку.

— Меня зовут Шранг. Согласно положению о льготах служащим флота, я сопровождаю Ларали Трост к колониальному судье, где будет решена ее дальнейшая судьба. К сожалению, офицер, ваш запрос на девочку с данного момента недействителен.

Молодой человек в костюме поперхнулся, изумленно взглянул на красивую бляху в своих руках и перевел взгляд на кусок пластика в руках девочки. Было видно, что он не понимает, что произошло в зале за полчаса его отсутствия.

— Боюсь, вы ошибаетесь. Мне приказано доставить девочку в приют на Гаршем, и я выполню полученный приказ.

— Попробуй. — Шранг медленно шагнул вбок, прикрывая собой малышку. — После получения приказа я нахожусь при исполнении. Любая попытка чинить мне препятствия будет расцениваться как нападение на офицера флота, и я имею право открыть огонь на поражение.

— Послушайте, я офицер ВК! Это я при исполнении! — Корри начал терять терпение, не понимая, почему эти странные люди без знаков различия мешают ему закончить столь простую работу, полученную им в качестве компенсации за потраченные выходные. Прилететь утром в забытую богом дыру, отдать запрос на бумаги и отправиться на пляж. После чего на следующий день вернуться с маленькой сиротой на рейсовом шатле на орбитальную базу и оттуда домой. Что за чертовщина творится здесь, в администрации батальона! Он шагнул вперед и замер на окрик:

— Стоять! Еще шаг и я вынужден буду реагировать!

Может быть, в другой ситуации амбициозный офицер Внешнего Контроля и послушал бы. По крайней мере, попытался бы привлечь к решению проблемы местную администрацию. Как-никак, но у него в папке лежали документы, требующие оказывать полное содействие. И никто из местных чиновников не захотел бы оказаться потом под прицелом недобрых взглядов проверяющих, присланных для разбора инцидента. Но теплое солнце, море и желание покрасоваться в глазах начавшей скапливаться толпы за спиной сыграло с ним дурную шутку. Так и не разобравшись, кто пытается отобрать у него девочку, Корри попытался сдвинуться вправо, поближе к стойке с замершим чиновником, прикрывая живот крепко прижатой папкой. Но расслабленно стоявший до этого противник неуловимо сократил расстояние и врубил кулак в челюсть с такой ненавистью, что потерявший сознание офицер ВК полетел обмякшим кулем в стоящих за ним людей. Зеваки судорожно выдохнули, события помчались галопом.

— Внимание в зале! Нападение на офицера флота при исполнении!

Вполоборота замершему за стойкой Тайри:

— Господин офицер, прошу уведомить комендатуру о случившемся. Траш, Костяк — ждете прибытия караула и сдаете нападавшего туда!

Двое мужчин скользящими движениями достали из баулов легкие многозарядные люгеры и замерли рядом с распростертым телом.

— Аурип — ты возглавляешь группу и возвращаетесь на базу. Доложишь майору, что я только что оформил отпуск для сопровождения. Через неделю представлю подробный рапорт о происшедшем.

Шранг развернулся к девочке.

— Пчелка. Можно мне так тебя называть?

Маленькая девочка в мешковатом на худом тельце комбинезоне внимательно посмотрела на замерших вокруг взрослых. Большая часть людей в толпе с одобрением смотрела на конвоиров, на быстро собиравшихся в походную группу коллег ее нового друга. Заступившегося за нее. Не побоявшегося блестящей бляхи, перед хозяином которой начинали лебезить важные мужчины и женщины с официальными лицами, заполнившими ее дни с момента гибели отца.

— Можно, дядя Шранг. Ты можешь звать меня, как звал папа.

— Хорошо, малышка. Тогда пойдем в предстартовый блок. Там офицерская гостиница, пообедаем и будем готовиться к полету. Вечером у нас вылет. В твоем мешке что-то нужное есть?

— Нет. Игрушки мне брать не разрешили, там только чужая форма. И она мне большая.

— Ну и оставим его. Как все плохое. В подарок этому идиоту, посмевшему напасть на нас.

Спасатель с рефлексами убийцы спустил девочку на пол. Подхватил в одну руку свой баул, другой крепко взял Ларали за руку, и они не торопясь пошли к дальнему выходу. Вслед за двинувшимися с шутками крепкими ребятами, которые походили то ли на десантников, то ли на техников службы поддержки: жилистые, загорелые, с одинаковой легкостью отпускающие комплименты проходящим мимо девушкам и рискующие жизнью при высадке черту в пасть или приеме горящих истребителей после боя.

Через пять минут вызванный комендантский патруль забрал не пришедшего в себя молодого человека в пижонском легком костюме, чтобы сдать его в лазарет и завести дело о нападении на офицера флота при исполнении. Что влечет за собой понижение в звании или дисциплинарный срок в штрафной роте. Как решит трибунал.

* * *

— Привет, бродяга. Слышал, ты уже сегодня отличился.

— Здравствуй, мастер. Да, пришлось спасать свою шкуру от обезумевшего безопасника. Раньше они нас с орбиты расстреливали, крича «ни шагу назад». Теперь уже в толпе кидаются.

— Ну-ну.

Седой коротышка хитро улыбнулся и пригубил дымящийся травяной чай из огромной кружки. Издали мастера наладки поточных двигателей можно было принять за сказочного гнома: маленький, кряжистый, косолапящий вперевалку по огромному ангару с зажатой под мышкой кипой железок. Но стоило ему устроиться на любимом кресле под атмосферной плоскостью стоящего на приколе шатла, как он превращался в седовласого орангутанга. Не вставая с потертого сиденья умудрялся поставить чайник, заварить чай, накормить гостя сушеными сластями. И все это с чередой шуток-прибауток, замечая маленькими глазками все, что происходит вокруг.

— Говоришь, стервец сам на тебя набросился? Вот незадача, теперь ему не видать отгулов месяц-другой, не меньше.

— Увы, завтра его руководство прискачет к высоким адмиралам с подношениями и мерзавца выпнут обратно без каких-либо последствий. Обычный служивый за такое идет под трибунал и потом с полгода горбатится в штрафных.

— Сам знаешь, нам с небожителями с одной миски не есть.

Шранг аккуратно капнул пару капель меда на печенье и с удовольствием отправил все в рот.

— Ну и черт с ним, недоумком. Девочка хоть как?

— Спит. Я ее устроил у ребят с крейсера. Они здесь уж месяц на переподготовке. Мы ей подобрали хороший комбинезон у каптерщика, подогнали, шапочку теплую нашли. После обеда уложил спать, пусть отдохнет. С парнями она как за каменной стеной, кого угодно порвут. Вечером на орбитальную, оттуда на Гаршем. Пообщаюсь с судьями, надо будет бумаги оформить.

— Вряд ли успеешь, это три дня пути, вас перехватят раньше.

— Поживем — увидим. А пока за ее игрушками зашел да на мастерские взглянул.

Мастер нахмурил брови.

— Не веришь, что стенд сам рухнул?

— Его старый Штольц пересобирал. Старик не дурак выпить, но стакан брал в руки лишь когда работа сделана. Я скорее поверю, что ваш комбриг взяток с контрабандистов не берет, чем в ошибку Штольца.

Старик долил гостю чай и кивнул головой.

— Твоя правда. Когда это случилось, воронья слетелось — не перечесть. Штольца давно хотят задвинуть, он паре молодых и скорых не дает мастерскую под ремонт штатских яхт приспособить. Как говорит — сначала флот, потом шабашки. Вот поводом и воспользовались. Стенд глянули и разобрали побыстрее. Сейчас даже имперская комиссия концов не найдет. Но я тебе вот что скажу. Видишь — кукуаны под крышей?

Шранг сунул в рот очередную печенюшку, прожевал и допил остывший чай.

— Да. Местные карликовые обезьяны. Любят фрукты, овощи, железки не трогают. Вреда никакого.

— Точно. А еще они чужаков не любят. Так вот, как только беда стряслась, я в тот ремонтный бокс помчался. И на входе меня кукуаны гнильем забросали. Чуешь?

Спасатель задумался на минуту, потом недобро улыбнулся.

— Трост наверняка хвостатых прикармливал, все не в одиночестве с железяками возиться. Обезьяны очень осторожны, но на привычную форму могли купиться. И когда посторонний в одежде техника в бокс заходил, сунулись к нему. Лицо разглядели и испугались.

— Ага. Подумали, что их специально напугали.

— Точно, потому тебя и засыпали мусором.

— Я первым туда успел после аварии. Как датчики заорали, так и рванул. Выходит…

— Выходит, что со стендом кто-то повозился. Скорее всего — ранним утром, как сигнализацию сняли. Все подготовили и отправили Троста ремонтировать двигатель. По всему получается, что у кого-то зуб на него.

Старик грустно пожал плечами.

— Я уж голову сломал. Кому нужен механик с заштатной базы?

— Не волнуйся, мастер. Я раскопаю. А еще раскопаю, кому понадобилась его дочь. Эти ребята еще крепко пожалеют, что убили моего друга.

Шранг попрощался с мастером и пошел к космодрому, провожаемый встревоженными криками миниатюрных обезьян, скачущих в возбуждении под крышей слабо освещенного ремонтного ангара.

* * *

— Чиа, ты полный болван. Абсолютный. Непревзойденный.

— Госп…

— Заткнись. А то я действительно серьезно рассержусь, и тогда твой зам получит шанс на повышение.

— Слушаюсь, г…

— Я сказал — заткнись… Провалить столь простое дело. Всего лишь надо было — взять из резерва офицера посмышленее и привезти девчонку в приют. Все документы были готовы. Люди на местах оказывали любую поддержку. Так ведь нет, твой протеже умудрился ввязаться в драку со спасателями, отправился в лазарет, а девчонку теперь мы сможем достать лишь по прилету в какой-либо крупный центр. Если я отправлю сейчас группу для силового решения проблемы, флотские нас просто загрызут.

— По моей информации, спасатель и девочка только что прибыли на орбитальную станцию и завтрашним чартером отправляются в столицу сектора — на Гаршем.

— Это — по моей информации. По моим каналам, которые я создаю уже какой год подряд, а ты даже воспользоваться толком не умеешь. Значит, так. Без решения колониального судьи никто ему удочерение не оформит. Поэтому арестовать его за нападение на офицера безопасности мы должны немедленно по прибытии на планету. Лучше — на шатле перед прибытием. На орбитальной базе соглядатаи пусть сильно не отсвечивают, адмиралу год до пенсии, и он любую заваруху расценивает как личное оскорбление. Не хватает еще у него под носом обгадиться. И для подстраховки наведайтесь к мамаше. Пусть подпишет бумаги о передаче девочки нам.

— Так она бросила ребенка несколько лет назад, какой смысл?

— Такой, что я не люблю оставлять опасные варианты без страховки. Пообещает ей этот солдафон денег, она на него отказ от родительских прав переоформит. А это очень существенная бумага при обращении в суд. Я уверен, что ты разберешься с проблемой до того, как прыткий спасатель объявится на Гаршеме. Но страховка не повредит.

4 августа.

Орбитальная база на орбите Элегии-пять.

— Господин адмирал, экс-лейтенант Шранг просит принять его.

— Пригласи.

Адмирал чувствовал себя старым. Очень старым. Слишком старым. Он начал воевать с пятнадцати лет и прекратил участвовать в активных схватках в пятьдесят. На его счету участие в высадках на огрызающиеся смертью планеты, командование разнообразным сбродом, экстренно набранным для штурма укреплений противника, разработка ряда гениальных операций, позволивших сэкономить миллионы жизней. И все это заканчивается здесь, на одной из удаленных технических баз Четвертого Имперского флота. Почетная отставка для человека, чьи взгляды слишком радикальны для современного политического окружения. Для человека, пролившего море крови нынешних союзников, приведенных к мирному договору мечом и огнем.

Адмирал ощущал навалившиеся на него годы. Воспоминания давили на старика, испортили характер и не сказались благотворно на отношении к окружающим. Но старый флотоводец крепился, мечтая о близкой пенсии, когда он сможет оставить опостылевшее хозяйство на очередного присланного неудачника. Пока же адмирал развлекался тем, что свежевал попавших к нему под горячую руку офицеров, проштрафившихся в окрестностях орбитального штаба или подчиненных отделах.

Старик поудобнее устроился в кресле, разглядывая замершего перед большим столом офицера. Мда, вид не очень. Комбинезон вместо парадной формы, на месте для наград лишь штатный личный жетон. Взгляд дремлющий, будто только что из бара с изрядной загрузкой. Может, в самом деле — принял со страху?

— Лейтенант. Безопасники хотят твой скальп. Орбитальный архив хочет твою тушку, чтобы втыкать в нее скрепки для бумаг. Командир бригады мечтает получить твои останки и сплясать на них что-нибудь зажигательное. Все вокруг мечтают попробовать тебя на зуб. С чего бы это?

Адмирал ткнул пальцем в слабо мерцающую голограмму.

— Атака офицера безопасности. Получение документов на девочку без каких-либо прав на это. Подлог, выходит. Оскорбление сотрудников безопасности делом, обвинение их работника в нарушении закона и сдача под трибунал. Отказ явиться к командиру бригады для объяснений. И так далее и тому подобное.

Кресло тяжело скрипнуло под наклонившемся вперед стариком.

— Лейтенант, ты что, считаешь себя самым борзым и хитрым в моем болоте? Думаешь, ты громче всех квакаешь? Интересно бы знать, по какому праву ты вообще заявился сюда, ко мне? Может быть, у тебя есть какие-нибудь тайные полномочия Его императорского величества? Нет? Тогда ты наверняка кавалер пары сотен орденов и медалей, что так любят вешать на себя дворцовые идиоты? Нет? Кстати, почему ты явился не по форме? Где китель и обязательная наградная планка? Или у тебя даже значка за выслугу лет нет?

— Прошу прощения, адмирал. В моем кителе я похоронил друга под Старым Таррусом. От него осталась лишь сгоревшая головешка, мне нечего было оставить ему на память. Потом был трибунал, и меня отправили в запас, выперев со службы. Согласно законам флота, я как экс-лейтенант имею право прибыть в штатском, без отобранных у меня наград.

Адмирал откинулся на вздохнувшую под крупным телом спинку и с интересом еще раз окинул взглядом стоящего перед ним спасателя. Наглец, чего еще сказать. Наглец.

— За что пошел под трибунал?

— Расстрелял побежавших с поля боя.

— И кто у тебя побежал?

— Тыловое обеспечение. Командир службы эвакуации, пара парамедиков, ни разу не высунувшихся в окопы, бухгалтер со сбитого шатла и два десятка безопасников. Запросил у обезьян перемирия на 15 минут, получил его. Вывел мерзавцев перед окопами и шлепнул. Лично. Потом с ребятами вернулись в окопы и сообщили противнику, что готовы продолжить.

— Замечательно. И благородный противник отправил вас домой за столь доблестный подвиг.

— Нет. Кореляне подтянули пару тяжелых батальонов и жгли нас неделю. Потом на эту группировку с орбиты наши пилоты высыпали кучу боеприпасов и десант забрал нас домой.

— Сколько вас осталось?

— Трое. Я, штраф-пилот со сгоревшего истребителя и парамедик, что дрался рядом с нами в окопах. Я мог ходить, остальных занесли. После чего — трибунал и разжалование.

Адмирал быстро просмотрел минимум информации в открытой части личного дела и вызвал закрытые блоки. Один, другой, третий. С каждой новой порцией информации он все больше хмурился.

Бунт против торговых корпораций. Уничтожение представителей торговых цехов, ни один из офицеров флота не погиб. Отказ продолжать драться с карательной экспедицией, как только в ее состав вошли офицеры нескольких флотов, заменив собой торговцев. Каторга. Штрафные роты. Штурмы астероидного пояса. Ранения. Штурмы Коллапса, потери до 99 процентов личного состава. Захват боевого крейсера врага, вывод его под батареи флота, вызов огня на себя. Снятие судимости. Запись добровольцем в ту же часть. Опять штурм. Участие в битве на Таррусе. Обвинение в превышении полномочий. Трибунал. Разжалование. Работа в службе спасения. Устные поощрения.

И злобная отметка службы безопасности: «параноидальная преданность флоту».

— И зачем ты пришел ко мне?

— Потому что я знаю, что адмирал Киссил не сдает своих. Никогда.

Старик долго сидел молча, смотря на панорамный экран с гроздьями пылающих звезд. Космос, в котором прошла почти вся его жизнь. Пустота, сожравшая тысячи его товарищей и ждущая, когда он вернется к ней. Один, старый и больной. Шагнет когда-нибудь с открытого люка маленькой шлюпки и откроет скафандр навстречу вечности. Старый, никому не нужный адмирал, в которого почему-то верит этот сумасшедший солдат, прошедший под его командованием через ад самых страшных мясорубок недавних конфликтов.

— Что тебе надо, экс-лейтенант?

— Чтобы вы подписали мне разрешение на эскорт девочки и продлили его на месяц. Она дочь офицера флота и после гибели отца имеет право на защиту флота. Это во-первых. И, во-вторых, прошу разрешить в вашем присутствии сделать один звонок на Гаршем.

— Судьи не решают дела об удочерении без личного присутствия просителя.

— Я знаю. Но мне надо позвонить.

— Ты что проснулась, малышка?

— Дядя Шранг, мне показалось, что ты потерялся.

— Что ты, я рядом, сходил к старому знакомому и вернулся. Спи, моя хорошая, завтра мы полетим на большую планету, посмотрим с тобой большой город. Спи, набирайся сил. У нас с тобой целый месяц каникул, имеем полное право отдохнуть.

ГЛАВА 2

15 августа.

Гаршем, пригороды столицы.

В этом кафе всегда подавали паршивый кофе. Слишком сладкий, слишком крепкий, слишком горячий, слишком дешевый. За него бессмысленно было расплачиваться золотой кредиткой, достаточно использовать городской стандартный пластик. И, как назло, все респектабельные люди с крупными деньгами какой месяц подряд играют в демократов и предпочитают завтракать именно в этом кафе, потеснив на время стандартную смесь клерков и младших офицеров многочисленных флотских представительств. Приходится тащиться сюда через весь город и стараться при этом не походить на завсегдатая.

Лощеная дама «ближе к тридцати» аккуратно размешала опротивевшую ей коричневую бурду и отметила краем глаза слабую брезгливую гримасу на лице собеседника. Похоже, господину адвокату место нравится не больше, чем ей. Как приятно устроить маленькую гадость этому напомаженному хлыщу. Проклятые слизняки, с безумными суммами за услуги в холодных глазах. С калькулятором вместо сердца. Две неудачные попытки свести знакомство с этой кодлой стоили ей времени, денег и порядочной доли самомнения. Мерзавцы с удовольствием пользуются телом, но не желают содержать любовницу, не говоря уже о брачном контракте. Горький опыт. Хорошая прививка на будущее от блеска дорогих костюмов, сверкающих золотом часов и полированных лимузинов из компании по прокату.

Несколько лет назад наивная дурочка выскочила замуж за подающего надежды офицера. Как ей тогда казалось — действительно подающего надежды. Она была настолько глупа, что даже согласилась родить ребенка. В знак великой любви. Как это обычно пишут в разделе светской хроники. К сожалению, офицер оказался посредственностью и даже не пожелал продолжить карьерный рост где-нибудь поближе к столице. К счастью, эта страница жизни давно в прошлом. За прошедшие дни наивная дурочка превратилась в расчетливую и знающую себе цену женщину без визуальных изъянов.

— Я позволю себе вернуться к нашей проблеме, мисс Трост.

— Айм, мистер Свитт, просто Айм.

— Хорошо, Айм, как вам будет угодно. Наша проблема находится в деликатной области. Я не хочу касаться ваших отношений с бывшим супругом. Тем более что формально развод после приезда сюда вы не оформили.

— Мне было не до этого. Это он настоял на рождении дочери. А потом перевелся в ту забытую богом дыру. И если раньше я хотя бы раз в неделю могла посещать приличные места, то на том захолустном космодроме негде было даже нанять лицензированную няню!

— Действительно? Видимо, ваш супруг мало уделял внимания семье, если не учитывал ваши интересы.

— Совершенно не учитывал. Как он заявил: «Лучше слушать крики кукуанов, чем пустую болтовню штабных хлыщей».

— Надо же…

— Совершенно приземленный человек. К сожалению, я это поняла слишком поздно.

— Ну это уже пройденный этап. У меня с собой документы, подтверждающие ваше свободное положение по факту его гибели. Единственная неприятность — ваша лицензия на проживание в столице сектора. Вы должны в течение недели найти работу в государственных службах. Либо выйти замуж за другого человека, с правом проживания. Столичные власти крайне жестоко карают за незаконную миграцию.

— Вы смеетесь? Где я найду холостого приличного человека за неделю?! Я не могу эту проблему решить уже несколько лет, а вы хотите, чтобы я решила столь деликатный вопрос за семь дней!

— Уважаемая Айм. Боюсь, служба исполнения приговоров не будет столь любезной к вам, как я. Они просто посадят вас на любой ближайший челнок до планет второго пояса, и вам придется начинать все сначала в захолустье. Потерять необременяющую работу в агентстве по соцопросам. Потерять пенсию как члену семьи военнослужащего. И тратить немалые средства на частную школу для девочки.

Женщина с раздражением сцепила тонкие ухоженные пальцы.

— Черт, я совсем забыла про это.

— Вот именно. А еще вы забыли, что моя компания любезно предлагает вам вариант решения проблемы. Очень изящный вариант.

— И?

Адвокат распахнул маленькую кожаную папку с презентабельным золотым тиснением и достал оттуда несколько листов.

— Если вы подпишете официальный отказ от родительских прав, девочку передадут в приют. Вы не будете нести никаких расходов и никакой ответственности. Это — раз. Подпишете бумаги с просьбой флоту принять участие в ее судьбе — получите пятилетнюю небольшую пенсию или всю сумму сразу. Это — два. В довершение — отказ от любых будущих претензий к властям — и я немедленно передам вам годовой вид на жительство. Это — три.

Уважаемый адвокат в костюме стоимостью в полугодовой заработок большинства сидящих в зале аккуратно разложил перед собеседницей три мелованных листа бумаги. Показал пальцем — где подписать. И завершил картину открытым чеком на предъявителя и блестящей карточкой, в которой уже были впечатаны личные данные Айм Трост.

Ярко подведенные губы презрительно скривились при виде записанной в чеке суммы. Паршивый флот, жмоты. Рука поднесла вид на жительство поближе к глазам. Все правильно, без ошибок. Целый год вольной жизни. Но в чем тогда подвох?

— Само собой, мы внакладе не останемся, — понимающе улыбнулся адвокат. — Нашу компанию периодически обвиняют в пренебрежении судьбам простых людей. Мы определим сироту в приют и заработаем на этом очки. Мы выставим флоту счет за оказанные услуги и получим неплохие деньги. Кроме того, мы поможем вам. Кто знает, может через полгода-год вы обратитесь к нам с просьбой помочь решить очередные семейные проблемы. Оформить развод или еще что. Обоюдная выгода.

И мужчина подал лакированный маркер в ответ на нетерпеливый жест. Три быстрых взмаха — и бумаги исчезли в маленькой папке.

17 августа.

Пассажирский чартер, рейс Элегия-пять — Гаршем.

— Кто выше всех прыгает?

— Десантник! — Девочка радостно смеется, подлетая к самому потолку.

— Кто смелее всех идет в атаку?

— Десантник! — Руки машут, как крылья.

— А когда десантник закопается в неприятности, кто ему поможет?

— Спасатель! Только спасатель вытащит смелого десантника!

— Точно, мой командир. И чтобы вытащить десантника с кучей оружия, мы с тобой должны быть сильными. Поэтому — зарядку закончить, умыться и приступить к завтраку.

Через пару минут девочка уже весело щебетала за столом, с удовольствием уплетая салат из свежих овощей. После вчерашнего визита к гидропонным инженерам в стан-камере лежали помидоры и огурцы, гроздь ягод в маленькой коробке и пара огромных листьев салата. Всего лишь надо прийти в гости к простым людям и поговорить. Это только наследственные старшие офицеры из богатых семей морщат нос и называют службу гидропоники кротами или навозными червями. А бывший солдат с удовольствием поможет наладить барахлящий температурный монитор, или перекидать брикеты с удобрениями. За это же время девочке покажут мохнатых прожорливых гусениц, из которых готовят питательную пасту. Или позволят включить на пару минут ионизированный душ и полить ростки. Или насыплют овощей от всего сердца.

Шел третий день полета, и девочка была счастлива. Пусть глупые мальчишки из колледжа важничают и задирают нос в большом обзорном зале. Подумаешь — они едут на каникулы и не хотят общаться с маленькой «дикаркой». Вот пусть и скучают у широкого экрана, среди занудливых взрослых, болтающих в мягких креслах о разных глупостях. Или бредут в лекторий смотреть очередную комедию, что повторяют несчетный раз по всем каналам. В отличие от них, Пчелке некогда скучать.

Полюбовавшись официальными тоскливыми развлечениями, девочка согласилась, что отдыхать надо активно. И отправилась вместе с дядей Шрангом в путешествие по огромному кораблю. Благо, статус спасателя позволял заглянуть в любые уголки.

Дублирующий навигационный комплекс? Пожалуйста. И ты увидишь, как хоровод звезд кружит вокруг нас. Ангар спасательных шлюпок? Почему бы нет. Можно примерить скафандр и узнать, как тушат страшные космические пожары, пожирающие блокированные отсеки. Хочешь побывать в невесомости? Пойдем в гости к пустотникам, что следят за наборами датчиков ближе к корме.

— Девочка с вами? Отлично, сэр, вы профессионал и знаете, что можно делать. Под вашу ответственность.

А вечером дядя Шранг рассказывал замечательные сказки. Про красивые леса, где водятся неведомые звери. Про огромные корабли, на которых летают сказочные принцессы. И храбрых принцев, спасающих бедняжек от коварных космических пиратов. А еще он рассказывал, каким добрым был ее папа и как ему хорошо на небесах, куда попадают все добрые люди.

— Мы с тобой обязательно наведаемся в Полуденный храм в Чарли-тауне. Старый капитан Чарли Баррэт основал маленький поселок на дальних окраинах столицы еще три сотни лет тому назад. Городок давно стал пригородом, но никто не трогает храм, построенный в честь кораблей, уходящих в дальнюю разведку. И нет лучше места, если ты хочешь помянуть ушедших. Там лучше всего успокоить сердце.

— И мой папа услышит меня там?

— Он тебя слышит везде. Но ему будет особенно приятно, если мы в старом храме поставим душистую свечу и помолимся о нем. Ты — дочь флота, ты не одинока. После прошедших тяжелых войн простые люди поняли главное — надо держаться друг за друга и стараться помочь. Не только словом, но и делом. Думаю, твой папа будет рад, что его дочь вырастет добрым и грамотным человеком. Будет рад, что ее сердце открыто навстречу другим людям.

— Я обязательно выучусь на инженера, как папа!

— Да, Пчелка. На инженера или другого специалиста. Мы с тобой вместе постараемся выбрать хорошую дорогу, и ты пройдешь ее с честью. Спи, малышка. Завтра мы пойдем в гости к отличным ребятам — такелажникам. Они работают в открытом космосе, восстанавливают обшивку после прыжков между планетами. Послушаем их сказки, угостим джемом к чаю.

— И почему только космонавты такие сластены…

— Никто этого не знает… Спи, моя девочка. Завтра нас ждут приключения. Вечером мы прилетаем на Гаршем.

18 августа.

Гаршем, один из кабинетов ВК.

— Сэр. Чартер совершит коррекционный суб-прыжок в приемный створ через два часа. Затем, после трехчасового маневрирования примет на борт таможню. Через пару часов по финишному коридору прибудут к орбитальному комплексу Гаршем-Периферия.

— Ваш план?

— Как только на борт прибудет таможня, мои люди блокируют спасателя и девочку в каюте. На орбитальном комплексе уже ждет усиленный наряд службы. Мужчину отправят к флотскому судье, девочку — в приют в пригородах. Оттуда через пару недель — вместе с группой новичков переведут в приморский пансионат для активного отдыха и восстановления после психической травмы, вызванной смертью отца.

— Отлично. Вы своей головой отвечаете за то, чтобы судья получил полный пакет документов. Учитывая послужной список мерзавца, его должны упрятать надолго.

— Так точно. При подлете к пансионату…

— Стоп! Это уже — детали. Меня они не интересуют. Меня интересует результат. Представите результат — я дам ход вашему повышению. Как и обещал. Идите, Чиа. Работайте.

* * *

— Шкип, можно вас побеспокоить?

Благообразный господин с осанкой лорда нехотя бросил взгляд на просителя и соорудил на лице подобие разрешения.

— Я проверил некоторые документы и обнаружил проблему. Проблему, которая может доставить вам неприятности.

Благообразный господин изобразил интерес. Хотя какой может быть интерес к дешевому пассажиру из эконом-класса? Две тысячи пассажиров при неполной загрузке и обязательно найдется хотя бы один идиот.

— Боюсь, что невнимательность моих коллег при оформлении документов может лишить вас премии.

Капитан корабля застыл на секунду, лицо попыталось угнаться за ворохом мыслей и раззявилось в неподобающем статусу крике:

— Что?!! Моя премия?!

— Да, сэр. Беда в том, что сопровождаемая мной девочка не имеет стандартной прививки колониального совета. Как только таможня вступит на борт для проверки документов, их штатная сканирующая программа выдаст предупреждение.

— Предупреждение?! Ах ты!..

— Вот именно. После чего — карантинный арест корабля, нас снимут с челнока. А вас лишат премии, господин капитан.

Благообразный господин вылетел из кресла, словно ему в зад вцепился осиный рой.

— Паршивец! И ты сообразил проверить документы только сейчас?! Да где была твоя башка раньше, до прибытия на борт!!!

Невысокий мужчина в видавшем виды комбинезоне замер перед изливающим на него ярость капитаном космического корабля. Тот прыгал вокруг посетителя в невообразимом танце, с трудом сдерживая желание пустить в ход кулаки. Пара штаб-офицеров застыла неслышными привидениями, стараясь нечаянным вздохом не обратить на себя внимание командира. Шутка ли, капитанская премия за полгода безаварийных полетов. За такое съедают сырым, без предварительной обработки.

Человек в комбинезоне дождался секунды, когда в потоке брани образовался хриплый вздох, и мягко произнес:

— Решение. Законное, надежное и гарантирующее успех.

Капитан судорожно прокашлялся и просипел:

— Излагай.

— Мне не больше вашего хочется получить нагоняй от моего адмирала. Нештатная ситуация — и вместо пригородных пляжей отправлюсь в карцер. Тонкость в том, что девочка привита армейскими комплектами. Это надежнее гражданских вакцин. Но — чиновникам все равно. Предлагаю: по выходе из прыжка уведомить карантинную службу. Их представители всегда в зоне прилета. Их бот снимет нас обоих до таможни. По документам — у вас будет чисто. По закону — мы не инфицированы и корабль не обязан проходить обработку. Никто даже не узнает про инцидент.

Растрепанный благообразный господин обрушился в свое кресло и перевел дух.

— А как карантинщики отнесутся к неправильно оформленным бумагам?

— Они сдадут нас в отстойник на Периферии либо рядом, во Внешний медицинский центр. Девочку посадят на карантин, проверят медкарту, и мы через пару дней тихо отправимся дальше.

Капитан отдышался и ткнул в одного из застывших офицеров.

— Немедленно подними бумаги. Проверь — сработает ли такой вариант. Если его идея столь хороша — немедленно согласуй передачу вояки с девочкой на карантинный челнок. До этого — посадите их в боксах обеспечения рядом с грузовыми шлюзами. Хватит по кораблю шататься. — Острый палец уставился на мужчину в комбинезоне. — Солдат, поверь, если с меня снимут хоть цент, если эта история будет иметь какие-либо последствия… Поверь, я тебя найду.

— Господин капитан! Обещаю, подобное не повторится! Разрешите исполнять, сэр!

* * *

После завершения войны высокопоставленные дипломаты смогли договориться об обоюдных уступках и долговременных мирных проектах. Так в технических центрах корелян появились центры подготовки человеческих инженеров. А на нескольких базах Имперского флота проходили стажировку различные специалисты древнего народа. Например, на Гаршем-Периферии работали медики и служба дальней связи. Качественно выполняя свои обязанности и одновременно служа прикрытием для небольшой группы шпионов, внимательно отслеживающих любые интересные события в человеческом секторе.

— Старший несущий запах! У нас нештатная ситуация!

Покрытая переливающимся фосфоресцирующим мехом фигура прервала сложный танец посреди гимнастического зала и повернула сияющие золотом глаза к зажегшемуся овалу коммуникатора.

— Доклад.

— Вторичный контакт по делу два-полста-дубликат покинул пределы проживания и с эскортным офицером прибыл в пределы Гаршема. В настоящий момент карантинная служба снимает их с рейсового челнока.

На экране возникло изображение широкого коридора, по которому в сопровождении сухой женщины в ярко-белом комбинезоне двигались две фигуры в легких скафандрах — большая и маленькая.

Корелянин просчитал возможные комбинации и отдал приказ:

— Договоритесь с карантином. Цель и сопровождающий должны пройти проверку и возможное лечение в боксах Внешнего медицинского центра. Подготовьте бригаду для внешнего сканирования. Уведомление мне за час до прибытия шлюпа в центр.

Дежурный офицер склонил отливающую всеми цветами радуги голову и отключился. Старший несущий запах продолжил медитативную тренировку. Можно быть уверенным — приказ выполнят четко и в срок. Пунктуальные кореляне всегда выполняли поставленные задачи. В отличие от других разумных рас, заполонивших галактику.

* * *

— Дядя Шранг, а зачем мы летим на этом кораблике?

— Потому что я забыл заполнить на тебя один важный документ. Представляешь? Твой дядя Шранг — раззява.

— И нас не пустят в большой город?

— Пустят. Мы лишь заглянем в больницу, там заполнят необходимые бумаги, и мы утром отправимся дальше. Мне кажется, мы даже выиграли. Нам не придется толкаться среди толпы прибывших. Полетим завтра в полупустом шатле, займем лучшие места у обзорных экранов.

— Мы с папой были в больнице полгода тому назад. Наш знакомый доктор крутил меня на смешном белом круге.

— Да, тогда проверяли твое здоровье на медицинском сканере.

— А потом я спала целый день в блестящей кабинке.

— Совершенно верно, Пчелка. Тебе поставили несколько прививок и дали отдохнуть. Какая замечательная у тебя память.

— Да, папа всегда обращался ко мне, если что-нибудь забывал или терял.

— Вот и молодец. Надеюсь, ты и мне будешь помогать. Тогда мы с тобой никогда не забудем захватить нужные документы.

Девочка важно кивнула головой и с интересом стала разглядывать в панелях обзора наплывающую панораму космической базы. Миниатюрный шлюп карантинной службы медленно приближался к озаренным причальными огнями дальним шлюзам. Выделенная для сопровождения дежурная смена шутила с пассажирами. Бюрократическая неувязка и вызов позволили нанести визит на орбитальную базу. После передачи спасателя и девочки останется пара часов свободного времени, которое с удовольствием потратят в недорогих местных барах.

Шранг тем временем прикидывал в уме, как быстро разберутся в ситуации молодые неулыбчивые люди, обитавшие на челноке в каюте напротив. И которые нервничали каждое утро, когда «объекты наблюдения» отправлялись в путешествие по огромному кораблю.

Ничего, при такой зарплате можно и понервничать…

* * *

— Господин Шранг, вы свободны.

Обнаженный мужчина кивнул равнодушно шелестящему голосу и спустился по освещенным ступенькам с широкого пластикового круга, замершего под оплетенным проводами яйцеобразным сканером. Одеваясь, спасатель краем глаза смотрел, как смешливая молодая девушка в салатного цвета костюме что-то объясняет сидящей под соседним сканером девочке, одновременно показывая что-то на графиках столпившимся рядом стажерам. Те высыпали на скан-стол кучу разноцветных игрушек, показывают девочке яркие картинки и с удовольствием выслушивают ее веселые ответы.

— Прошу прощения, господин офицер.

Аккуратно застегнув пояс, Шранг чуть развернулся и посмотрел в янтарные глаза.

— Доктор?

— Доктор Лаплард, с вашего позволения.

— Слушаю вас.

— Надеюсь, наше присутствие не вызывает у вас неприязнь. Я и мои коллеги работаем в этом медицинском центре и помогаем готовить новых специалистов для части пограничных миров.

— Я равнодушен к вам, доктор Лаплард. Война закончилась. Мы больше не убиваем друг друга.

— Я просто стараюсь сгладить возможный конфликт. Офицеры флота зачастую агрессивно относятся к нашему присутствию.

— Видимо, бывшие офицеры флота не подвержены излишней вспыльчивости. У моей спутницы все в порядке?

— О, да. Мы должны были провести тесты на общее самочувствие. В ее личном деле отметка о недавней личной трагедии. Но девочка чувствует себя хорошо, и через пару минут мы проводим вас в приготовленную каюту. Завтра утром вы сможете отправиться дальше.

— Отличная новость, доктор. Значит, у девочки все хорошо.

— Да. По нашим данным, у нее есть все необходимые прививки и нет каких-либо нарушений в развитии.

— Пока оформляют документы, мы должны находиться в медцентре. Можем мы принимать посетителей?

— Конечно.

— Спасибо.

Шранг слабо кивнул и двинулся к смеющейся компании. Сохраняя спокойное лицо, он тем временем усиленно анализировал завершившийся разговор.

«А доктор-то сплоховал. Видимо, недавно на контакте со спецами, не приучили еще рот держать на запоре. Кореляне — безумные формалисты. Получи они медицинскую карту и анализы от карантина, так бы и озвучили: по данным карантинной службы. Оговорка про их личные данные означает только одно — на мою девочку документы собрали их собственные агенты.

И слишком уж только что законченные игры с картинками напоминают психологические тесты. Выходит, кого-то до смерти интересовал не только мой старый друг, но и его дочь?»

— Ларали, платье будем завтра покупать?

— Нет, дядя Шранг. Я пока не хочу. Мы выберем платье потом, когда мне сделают красивую прическу.

— Прическу? Ну что же, тогда надевай комбинезон и пойдем отдыхать. Твои игрушки уже отнесли в нашу новую каюту.

19 августа.

Орбитальная станция Гаршем-Периферия.

— Сэр, старший наряда лейтенант Ар-семнадцать. Попрошу вас соблюдать спокойствие и ответить на ряд моих вопросов.

Черная лакированная человекообразная машина замерла рядом со столиком в кафе, где завтракал спасатель и его маленькая спутница. Четыре уверенных в себе человека застыли рядом со столиком, контролируя каждое движение сидящих. Шранг спокойно промокнул салфеткой губы, улыбнулся девочке и поднял глаза.

— Слушаю вас, господин полицейский.

— У нас запрос на ваш арест по подозрению в фальсификации документов, нападении на офицера службы Внешнего Контроля и незаконном конвоировании несовершеннолетнего. Вы можете что-либо сказать по этому поводу?

— Могу. Предоставленные службой ВК документы устарели. Будьте так добры, считайте в моем коммуникаторе официальный пакет, заверенный вчера вечером колониальным судьей.

Боевой робот включил сканер, получил от коммуникатора открытые частоты и загрузил необходимую информацию. Через мгновение он послал сигнал «отбой» группе захвата.

— Прошу прощения, сэр. Действительно, произошло досадное недоразумение. Полиция Гаршем-Периферии приносит вам свои искренние извинения.

— Не стоит, лейтенант. Я всегда рад оказать помощь тем, кто выполняет свой долг. Единственная просьба.

— Слушаю вас?

— Как я понимаю, пара вон тех джентльменов ждут моего ареста. Боюсь, вновь открывшаяся информация может вызвать их неадекватную реакцию. Очень не хочется устраивать тут потасовку и портить так хорошо начавшийся день.

— Не волнуйтесь, полиция не позволит нарушать порядок кому бы то ни было.

— Спасибо, офицер. Рад был общаться с вами. После войны многие специалисты вашей серии попали в службу спасения. Я рад отметить вашу всеобщую отличную подготовку и благодарю небо, что ваши братья прикрывают мне спину.

Робот осторожно пожал протянутую ладонь и чуть склонил играющую бликами полированную голову.

— Обоюдно, сэр. Я ознакомлен с вашим личным делом. Мне было бы крайне неприятно подвергать аресту человека, дравшегося вместе с нами на Коллапсе. Рад, что вы решили свои проблемы.

Старший наряда отдал честь и двинулся к застывшим у выхода офицерам службы ВК.

— Вот так, малышка. Живи честно, и беды минуют тебя. — Шранг поставил маленькую чашку с заказанным мороженым перед девочкой и улыбнулся. — А сейчас мы с тобой увидим бой быков.

— Как это — не подлежит аресту? — Чиа в ошеломлении переводил взгляд с металлического болвана перед ним на четырех крепких парней из группы захвата и обратно. — Как это — не подлежит?! Он напал на офицера при исполнении! Он захватил девочку и болтается между планетами, а вы его не можете арестовать?!

— Совершенно верно, сэр. У господина Шранга в настоящий момент официально оформленный месячный отпуск и разрешение сопровождать Ларали Трост на отдых на пляжи Гаршема. У господина Шранга заверенный официальный отказ бывшей матери и подписанные документы об удочерении. Госпожа Ларали Трост со вчерашнего вечера официально считается его дочерью. У полиции Гаршем-Периферия нет никаких вопросов к господину Шрангу. И я, как официальный представитель закона, не рекомендую офицерам ВК устраивать какие-либо инциденты на вверенном мне участке. Тем более с опорой на устаревшие и недействительные обвинения.

— Он напал на офицера при исполнении!

— Он защищал вверенного ему ребенка. Его действия оправданы командованием флота, и все обвинения сняты.

— Кем?!

— Адмирал Киссил лично подписал эти бумаги. Включая благодарность за проявленную выдержку и адекватное завершение инцидента в публичном месте без применения оружия. На мой запрос только что пришло подтверждение.

— Но удочерение?! Черт возьми, на Периферии нет колониальных судей!

— Совершенно верно, нет.

— Так как они сумели найти колониального судью и лично оформить удочерение?

— На Периферии нет представителей колониальных властей. А на Внешнем медицинском центре всегда есть как минимум один судья. Зачастую снятые карантинной службой путешественники желают судиться с властями. Для решения этих конфликтов центр имеет в своем штате представителей закона. По просьбе господина Шранга вчера судья побывал у них и проверил предоставленные документы. После официального отказа матери суд учел рекомендации флота и спасательной службы. Ларали Трост признана дочерью экс-лейтенанта.

Чиа судорожно пару раз глотнул ставшим горячим воздух, рефлекторно пытаясь нашарить что-то в кармане.

— Это — бред! Он — преступник и подлежит аресту! Если вы не понимаете отданные приказы, мне придется самому…

— Дядя Шранг, наверное, бык — это тот дядя в синем костюме, который пытался ударить робота-полицейского.

— Да, моя хорошая. Он явно хотел его забодать. Кстати, механическим разумным созданиям больше нравится, когда их называют — мех. Мех-полицейский, мех-спасатель. Если ты будешь их так называть, они будут к тебе более расположены.

— Хорошо. А продолжение боя быков будет?

— Вряд ли. Как видишь, самого рассерженного быка уводят, а его коллега чуть умнее и не пытается обидеть полицейских, выполняющих свой долг. Поэтому идет под конвоем сам и его не волокут в наручниках. Давай доедим наше вкусное мороженое и пойдем на посадку. Через полчаса мы с тобой полюбуемся видом города с высоты птичьего полета. А потом отправимся путешествовать.

— По большому городу?

— Да. По очень большому городу. Нас ждут теплое море, пляжи, отдых в зоопарке и многое другое.

— А еще мы поставим папе свечку в Полуденном храме.

— Обязательно.

* * *

— Господин полковник?

— Садись, Ройт.

Замершая на краешке кресла фигура демонстрировала усердие и внимание.

— Твой бывший командир сильно разочаровал меня. Через две недели он завершит назначенные судом общественные работы и мы отправим его в поле, куда-нибудь в жаркие джунгли. Усмирять аборигенов. Или заниматься еще чем-нибудь не менее интересным. Провалить столь простую операцию, ввязавшись в довершение в драку с полицией. Надеюсь, его опыт позволит тебе правильно распорядиться полученной должностью.

— Я оправдаю оказанное доверие.

— Разумеется. Тем более что я проанализировал совершенные им ошибки и хочу переориентировать усилия твоего отдела. Что ты нашел интересного при изучении дела?

— Господин Чиа не обратил внимание на годы, проведенные спасателем до бунта на Ханиле. Шранг поступил на службу в диверсионные подразделения и закончил с отличием школу внешних силовых акций. Его специально готовили для террористических и контртеррористических действий на любых коммуникациях. У него нестандартное мышление и умение комбинировать оперативно полученную информацию.

— Хм, неплохо. Что еще?

— Он был впереди нас все время. Использовал устоявшиеся стереотипы противника и задействовал накопленные богатые личные связи. Получил одобрение флота и закрыл инцидент в планетарном батальоне. Проинструктированный адвокат из небольшого агентства отлично сыграл перед матерью дочери и подписал все необходимые документы. Прибывшие на следующий день наши люди остались ни с чем. Вычислил лучший вариант для встречи с колониальным судьей.

— Да, этот прыткий малый ловко обвел нас вокруг пальца. Что собираешься предпринять?

— Необходимо разработать его детальный поведенческий и личностный портрет. Оставить только внешнее наблюдение силами мониторинга столицы. И готовить продуманную акцию с опорой на его уязвимые точки.

— Да. Тем более что одна из них нам известна — девочка. Ройт, я дам тебе в помощь хороших аналитиков и подключу неплохо поработавшую группу по тайным операциям. Задача остается старой — завершение проекта и уничтожение любых возможностей утечки информации. Единственное отличие — вместо одной цели у нас теперь их две. С учетом этого и работай. И постарайся не повторять ошибок вашего предшественника. Все, свободен.

ГЛАВА 3

23 августа.

Гаршем.

Для служебного пользования Отчет № 443-Гаршем-внешний-23/14:42:02.

В ходе анализа перемещений объектов не зафиксировано террористической активности. Объект-1 не контактировал с какими-либо неустановленными личностями. Активность объекта-2 не выходит за оценочные поведенческие рамки пятилетнего ребенка. Подключенные к анализу ситуации мониторинг-фильтры не выявили отклонений в прогнозе будущей ситуации. В настоящий момент…

Комментарий аналитика, работавшего с отчетом из 13 страниц:

— Идиоты. Мало того что заставляют следить за ребенком, так еще приходится читать отчеты болванов из центра внешнего мониторинга. Чертов канцелярский язык меня убьет…

Проставлена отметка «без изменений», и аналитик переключается на другое дело.

Для служебного пользования.

Отчет дежурной смены группы прикрытия внешних операций.

Вторичный контакт по делу два-полста-дубликат под наблюдением. Ситуация штатная, без изменений. Время реакции группы захвата на возможные экстраординарные события — 115 секунд.

Старший несущий запах потратил на обработку данного отчета 2 секунды. Основная и запасная группы быстрого реагирования продолжали тренироваться по утвержденному графику.

* * *

Маленький горячий огонек пляшет на тоненькой свечке, стоящей в ряду таких же на длинной полке, вырезанной из куска старой корабельной обшивки. Полумрак, редкие приглушенные голоса, сияние многочисленных огней, рассредоточенных по маленькому храму в пригородах. Родственники и друзья не забывали ушедших в дальний поиск. Из которого можно не вернуться, несмотря на надежные корабли, сплоченные экипажи и молитвы оставшихся.

— Папочка, мой хороший, я тебя очень люблю. Я знаю, что ты слышишь меня. Я каждый вечер говорю тебе спокойной ночи и утром стараюсь здороваться. Только ты прости меня, я сегодня забыла немножко. А потом, после завтрака вспомнила и поздоровалась. Еще я вчера чуть-чуть устала после зоопарка, но мы завтра еще раз туда пойдем. Там такие смешные ящерицы слева от входа. Они зубастые и ругаются между собой. И прыгают выше любого взрослого. Дядя Шранг говорит, что они очень умные и их нельзя держать дома — обязательно покусают. А еще я каталась на шолопере — это такой зверь, похожий на собаку из книжки. Он большой и с очень густой шерстью. На холодных планетах его разводят, чтобы из шерсти делать теплые вещи. И он очень любит сахар, я вчера его кормила. И завтра хочу еще раз сходить в зоопарк, мы посмотрели не все, там еще столько интересного!

— Эх, старик. Как же так… Почему ты не сказал, что возникли какие-то проблемы? Мы бы решили. Обязательно решили… Так тяжело терять настоящих друзей. В бою, при авариях. И тем более, когда нам бьют в спину… Твоя дочка — золото. Я сделаю все возможное и невозможное, чтобы у нее была счастливая жизнь. И обещаю, что найду тех, кто сделал ее сиротой. Обещаю, Трост…

Мужчина и девочка шли к залитому солнцем выходу из церкви, взявшись за руки. Шранг бросил взгляд на слабо пискнувший коммуникатор:

— Прямое наблюдение не выявлено. Инструментальное наблюдение не выявлено. Возможен контроль городской системой «Антитеррор». Место вашего проживания не досматривалось. Продолжаем работу согласно контракту. Частное агентство «Сплейт».

Мужчина помог надеть девочке белую панаму с широкими полями и показал на один из узких переулков, убегавший от запруженной транспортом улицы.

— Пойдем, перекусим. Я познакомлю тебя с человеком, командовавшим огромными кораблями, похожими на гигантские острова.

— Он плавал по морю?

— Нет, моя хорошая. Он летал между дикими планетами и возил целые народы. А еще в его маленьком ресторане готовят лучшие в Гаршеме блины с рыбой. Нам сегодня много путешествовать, нужно хорошо подкрепиться.

— Хорошо, дядя Шранг. Шагаем — с левой, с правой, с левой…

— С правой! И вприпрыжку — побежали!

Одна из многочисленных камер городского мониторинга зафиксировала смеющуюся пару, бегом двигающуюся к навесному переходу через оживленную улицу. Установленный пять дней тому назад фильтр поиска пополнил дело № 443-Гаршем-внешний-23. Поведение отслеживаемых объектов находилось в рамках поведенческих нормативов.

24 августа.

Элегия-пять.

— Ну куда же ты подевалась, безобразница? В какой тине ты зарыла свой панцирь?

По неглубокой протоке бродил старик. Невообразимо худой, с тяжелыми мешками под глазами. Костлявые конечности, выпирающие ребра, редкие волосинки на пропеченном солнцем черепе. Сплошное недоразумение. И лучший специалист по ремонту всего, что когда-либо выпускали человеческие заводы.

Сгорбленная фигура одной рукой опиралась на толстую палку и старательно ворошила другой густые водоросли в протоке. Прогретая жарким солнцем вода неспешно журчала по своим делам, свободно обегая испещренные старческими пятнами ноги.

— Ну где же ты? Ты же знаешь, что правильный черепаховый суп нельзя приготовить без черепахи. А мне обязательно надо сегодня отведать этого супа. Пару-другую тарелочек. Чтобы быть в форме. Чтобы завтра командир бригады не верещал на утренней планерке про мой внешний вид. Про запах. Про бездарно потраченные выходные. Можно подумать, я имею что-либо против его поездок с девочками на дальние пляжи. Вовсе нет, я даже рад. Молодые должны отдыхать, пока они это могут. Да, должны. Обидно другое. Как разбитый после прогулки шлюп ремонтировать, так это — Штольц. А вот как бутылочку после работы принять, так ты сразу же — старая пьянь.

Старик замер, оборвав бурчание на полуслове, всматриваясь в очередной клубок водорослей. Потом с победным вскриком выдернул из воды что-то, отдаленно напоминающее черепаху: маленькие ласты, шипастая голова и чешуйчатый широкий панцирь.

— Вот, вот мой черепаховый суп! Замечательно! Теперь домой, к сытному ужину.

Штольц кряхтя осторожно выбрался на заросший травой берег и заковылял к широкой поляне, выгоревшей проплешиной изогнувшейся среди изумрудно-зеленых зарослей. Рухнувший орбитальный спутник забрали уже полгода тому назад, но дикие джунгли не торопились занимать выгоревшее место. Видимо, местной природе пришлась не по нутру ссыпавшаяся с небес начинка военного назначения.

Старик вышел на край поляны и бросил пару зорких взглядов по сторонам. Не увидев чего-либо интересного, засеменил к потрепанному боту, вольно раскинувшему потертые камуфляжные плоскости посреди медленно зарастающей поляны. Не успел хозяин греющегося на солнце железа сделать очередной шаг, как навстречу ему из густой травы поднялась черная лоснящаяся морда, оскалившаяся загнутыми клыками.

— Чтоб тебя, треснутая переборка! — Штольц от неожиданности отшатнулся и со всего размаху приземлился на пятую точку. Палка полетела в одну сторону, черепаха — в другую.

Черный огромный волк вздыбил шерсть и с грозным рычанием медленно пошел на сидящего беспомощно человека. Зверь лишь отдаленно напоминал своего серого собрата с материнской планеты всего человечества, но первые поселенцы предпочли называть местных хищников привычным именем. Активно истребляемые волки давно покинули обжитые людьми острова, но сохранили жгучую ненависть к двуногим.

И теперь волк собирался убить врага, так кстати оказавшегося у него на пути.

Старик лихорадочно шарил худыми руками вокруг, пытаясь найти какое-нибудь оружие. Тяжелый лучевой пистолет лежал в кабине — кто будет таскать обременяющие тяжести по солнцепеку? Даже нож остался в бардачке. Ближайшие к базе острова давно считали безопасным курортом. И надо же — волк. Могучая тварь, готовая убить через пару секунд.

Волк сделал шаг-другой. Тяжелая разрывная пуля, выпущенная из импульсной винтовки, разнесла ему голову, закрутив тело и отшвырнув в строну.

Штольц замер и сидел без движения несколько минут. Переводя испуганный взгляд с тела убитого волка на пустые джунгли вокруг. Слабо зашуршала трава и рядом с сидящим остановилась переливающаяся серебристым мехом фигура. Подала ему поднятую из травы черепаху и медленно пошла к боту, сжимая в левой лапе длинноствольное ружье. Корелянин замер рядом с одной из плоскостей и что-то рассматривал в траве.

Старик кряхтя поднялся и поплелся к спасителю, прижимая к груди шевелящую ластами черепаху. Доковылял поближе и всмотрелся в вонючий комок грязи, валяющийся рядом с ботом.

— Они собрали фекалии самки волка и сбросили здесь. Самого волка бросили в море рядом с берегом час назад. Запах — лучший маяк. Ты должен был прийти с рыбалки и погибнуть от нападения дикого зверя. Волк пришел с моря. Убил. И никаких посторонних следов.

— Они?

— Алтаян и Мэйгуртис.

— Так это их бот промелькнул недавно?

— Да.

Старик медленно наливался желчью.

— Проклятые кандальники! Мало того что они каждую неделю верещат про мое пьянство, так теперь решили меня просто угробить! Ублюдки!

Штольц рывком распахнул защитный колпак. Черепаха полетела в корзину за сиденье, в кучу из мелких запчастей, грязной рубахи и пары пустых бутылок.

— Ну, мальчики, не на того напали. Сейчас я вызову сюда комендатуру, и мы составим акт. А потом я…

— Ты никого не вызовешь.

— Что?!

— Ты. Никого. Не вызовешь. Успокойся. Сейчас ты сядешь в свой аппарат. Отдохнешь. Соберешься с силами и полетишь домой. Там приготовишь ужин, покушаешь и ляжешь отдыхать.

Старик мрачно уставился на невозмутимого корелянина, застывшего серебристой статуей рядом с ним.

— Да? А завтра что — мне ждать падение стенда? Или еще чего похлеще?

— Нет. Мы страхуем тебя. Прикрыли сейчас. Прикроем завтра. Эти два молодых человека создают проблемы всем. Сегодня вечером мы эту проблему решим. Без комендатуры. Без шума и излишней огласки. Или ты хочешь лично нажать на курок?

Штольц медленно подошел к убитому волку, посмотрел на остатки головы и решительно мотнул головой.

— Нет. Нажимай сам, ты в этом мастер. А я поеду домой. Готовить суп и принять пару грамм на ночь. Вместо микстуры.

Корелянин оскалил морду в улыбке.

— Только если пару грамм, не больше. Господин командир будет завтра не в духе. Не надо его раздражать запахом. Лети домой, я тут приберу.

Старик не спеша забрался в кабину, закрыл колпак и неторопливо включил двигатель. Пожевал сухими губами, но передумал что-либо говорить на прощание. Отсалютовал остающемуся на земле и поднял машину в воздух. Через минуту гул двигателя затерялся в шелесте деревьев. Отливающая серебром фигура махнула страховавшему из джунглей напарнику и достала из поясной сумки плотно упакованный мешок. Через полчаса на поляне не осталось никаких следов происшедшего.

25 августа.

Гаршем.

— Дедушка Шабайя, можно еще блин?

— Конечно, моя маленькая! Выбирай — какой хочешь? Этот или вот этот, поджаренный?

Девочка с сомнением рассматривала два огромных блина, обильно политых остро пахнущим маслом.

— Можно мне чуть поменьше? Эти слишком большие.

— Вот, выбирай сама, тут найдешь на любой вкус.

Маленький круглый мужчина поставил перед девочкой огромный поднос, заставленный разнообразными тарелками с дымящимися блинами. Заботливо подвинул поближе и умчался за добавкой на кухню. Сидящий рядом с Ларали Шранг улыбнулся и покачал головой.

— В этом он весь. Готов ради друзей трудиться на кухне не покладая рук. И не отпустит тебя, пока ты не попробуешь сто блюд. Хотя бы по кусочку.

— Я все слышу! — донеслось с кухни.

— А вот со слухом проблемы, — вздохнул спасатель. — Раньше он слышал писк мыши в трюмных воздуховодах.

Шабайя коротконогим колобком выкатился из распахнувшихся створок и высыпал на окованную железом стойку десяток разномастных тарелочек с разнообразными сластями. Убедившись, что новые блюда ставить больше некуда, пристроился на стуле рядом со стойкой и с улыбкой стал смотреть, как маленькая девочка сосредоточенно жует очередной блин.

— Старую поцарапали? — Шранг с любопытством поколупал ногтем крепкую сталь.

— Не поверишь — за месяц две стойки разломали в щепки. Пришлось ставить эту. Не люблю железо, но на гостей дерева не напасешься!

— Наемники у тебя так и квартируют?

— А где им еще отдыхать? У меня двери открыты для любого. Лишь бы только мебель не ломали.

Ларали с вздохом откинулась на невысокую спинку.

— Спасибо, дедушка Шабайя. Я сыта.

— Что ты все повторяешь «дедушка» да «дедушка»? — Толстяк удивленно выгнул бровь и посмотрел на друга. — С каких это пор я стал дедушкой?

— С тех самых, как завел внуков.

Владелец ресторана фыркнул.

— Я был официально женат семнадцать раз. Или восемнадцать? — Он быстро что-то прикинул в уме и махнул рукой. — Не важно. И внуков у меня может быть несколько десятков. Но для тебя, девочка, я дядя. Только дядя. Не пугай меня нежданно пришедшей старостью.

Девочка удивленно распахнула глаза.

— У вас было семнадцать жен? И где они сейчас?

— Последняя сейчас отдыхает наверху. Остальные остались на десятке планет, куда я перевозил поселенцев.

— На больших кораблях?

— Да, моя маленькая. На очень-очень больших кораблях. Просто огромных. Ты видела Гаршем-Периферию? Да? Молодец, ты у нас путешественница! Так вот, мой корабль мог бы спрятать в своих трюмах с десяток таких станций, не меньше.

— С десяток? — Шранг спрятал улыбку.

— Ну пару-тройку точно. Я был лучшим капитаном, способным доставить поселенцев на любой новый неосвоенный мир без проблем. Через астероидные поля, без гравитационных маяков. Пробираясь неслышной тенью мимо страшных пиратов!

Девочка слушала как завороженная.

Спасатель тихо тронул друга за плечо.

— У тебя старый коммуникатор за кухней все еще жив? Хорошо, я звякну в пару мест. И пожалуйста, не пугай мою дочь слишком сильно. Пусть пиратов будет поменьше.

— Нет, дядя Шранг! Я не боюсь пиратов! Пусть дядя Шабайя рассказывает, как было! И про принцессу тоже!

— Принцессу? Принцессу… А, да! Как сейчас помню — была у нас один раз принцесса. Правительница великого народа, пожелавшего уехать из сухих пустынь в прекрасные страны. Они тогда набрали с собой столько шагающих тракторов, что я вынужден был привязать часть снаружи корабля крепкими веревками. При подходе к планете часть оторвалась и сгорела в атмосфере. Эта принцесса потом два дня колотила меня, требуя вернуть деньги за испарившиеся железки. Как проснемся утром — так и колотит…

Через час гости распрощались с гостеприимным хозяином, никак не желавшим расставаться с ними. Спасатель нес большой пакет со сластями. Девочка украсила легкую курточку цветным значком переселенцев. Шабайя заставил поклясться, что в первые же каникулы они навестят его и будут гостить «полгода, не меньше». Через полчаса прохладные вагоны городского монорельса распахнули перед ними свои гостеприимные двери.

* * *

— К сожалению, я был вынужден настоять на личной встрече.

— Что-то чрезвычайное?

— Нет, все под контролем. Но есть ряд вопросов, которые не хочется доверять ненадежной связи.

— Слушаю вас.

— Я располагал официальной информацией, что адмирала отправят на пенсию в ближайшие дни. Данная фигура способна создать неожиданные проблемы в закрытии известного вам инцидента. К сожалению, адмирала до сих пор не сменили. Мало того, он активно вмешивается в дела Внешнего Контроля, создает осложнения в работе и всячески путается под ногами.

— Забудьте о нем. Новый командир прибудет на его место на следующей неделе. Вы получите лояльного человека, вам не придется жаловаться на неожиданные неприятности. Через неделю сможете действовать, как сочтете нужным, без оглядки на излишне ретивых служак.

— Спасибо. Второй вопрос. По нашим данным, кореляне отозвали часть своих инженеров из этого сектора. Множество программ по обмену опытом и совместной разработке ряда месторождений свернуты. Мои аналитики удивлены вашим запросом с требованием проанализировать данную ситуацию. ВК не видит необходимости концентрировать дополнительные ресурсы в этом направлении.

— Вам виднее. Если обезьяны уходят из сектора, мы легко займем освободившееся место. Присмотрите за ними, чтобы напоследок гадостей не устроили.

— Разумеется.

— Не забывайте. Я прикрываю вас, вы решаете мои проблемы. Занимаемое вами место — отличная гарантия качественной работы. Я не принимаю неудач, меня интересуют только положительные результаты. Положительные и достигнутые в срок.

Два часа спустя, в другом кабинете.

— Ройт, чем порадуете?

— Модель закончена, ждем результатов переезда мишеней, чтобы привязаться к местности.

— Хорошо. Эту проблему вы должны закрыть за месяц.

— Можно вопрос?

— Разумеется.

— По документам у нас остался контакт на месте инцидента. Почему мой отдел не занимается данной проблемой? Насколько я понимаю, мы должны решать задачу комплексно.

— На планете территорию зачищает местный резидент. Пусть работает, отчет будет на днях. Вам надо сосредоточиться на поставленных задачах.

— Контрразведка флота?

— Они не в курсе, как и имперская полиция. Постарайтесь их не будоражить. Адмирал на днях уходит на покой, мы сможем работать без его противодействия.

— Я понял.

— Вот и отлично. И постарайтесь запомнить, Ройт. Если что-либо всплывет, вы позавидуете бывшему начальнику. Мы с вами в джунгли не поедем. Нас закопают по-тихому, без некролога. Идите, работайте.

* * *

— Чай, кофе?

— Спасибо, мы только что пообедали.

Шранг посадил девочку на безразмерный бежевый диван и положил рядом с ней два десятка флотских каталогов. Глянцевая бумага, многомерные фотографии кораблей, новых баз, зарево далеких звезд. Ларали с интересом занялась изучением красочных картинок, а спасатель подсел к громоздкому столу.

— Господин Айв-графф, я хочу подать рапорт.

Сухощавый господин в идеально сидящем костюме осторожно почесал переносицу и с грустью осведомился:

— Увольняешься?

— Нет, надеюсь поработать еще лет двадцать.

— Тогда о чем рапорт?

— Я подумал над вашим предложением и решил попросить перевод на базы Клайт-два. Давно обжитая планета, несколько больших космопортов, орбитальные базы. Крупный промышленный центр, высокая потребность в спасателях.

Чиновник обрадовался, быстро вывел на обзорные экраны документы.

— Отлично, Шранг, просто отлично. Я рад, что ты принял решение выбираться из захолустья. Думаю, через три-четыре года возникнет желание переехать сюда, в центр. Или возглавить департамент на Клайт-два.

— Спасибо, господин Айв-графф. Но я хочу перевестись на штатную позицию.

— Но ты потеряешь в деньгах.

— Немного. Зато смогу получить свободный график. Отдежурил — и все оставшееся время можно посвятить дочери.

Заместитель начальника спасательной службы сектора понимающе кивнул.

— Да, руководящие работники не располагают достаточным свободным временем. Но — не будем торопиться. Может, мы сможем придумать что-нибудь. Как-никак, ты отлично зарекомендовал себя на старом месте. Ни одной аварии с летальными исходами за все время службы.

— И десяток нареканий за разбитую технику.

— Разумеется. Хороший руководитель всегда старается сберечь доступные ресурсы. Но мы не должны забывать девиз службы: «Спасение человека — главная задача». Поэтому я могу только приветствовать усиление любой из команд на планете второго пояса. Зная ваш характер, я просто уверен, что вы быстро подберете хороших специалистов или воспитаете их из новичков.

Ухоженные руки порхнули над виртуальными кнопками, и перед Шрангом засиял десяток вакансий с отметками о характере службы и особенностях корпоративных контрактов. Спасатель задумался на пару минут, потом показал на один из пунктов.

— Меня вполне устроит вот это.

— Отлично. Старший тревожной тройки. Я добавлю — с правом формирования команды. Стандартные подъемные для переезда и полная страховка для членов семьи. Уже знаете, где поселитесь?

— Да. Рядом с флотским Арланским колледжем. Мне рекомендовали местный женский факультет. Надеюсь, дочка получит там хорошее образование.

— Арланский? Интересно, кто был выпускником.

Через пару секунд список с комментариями возник над столом.

— Действительно, замечательное заведение. Пара вице-командоров, несколько адмиралов и множество героев флота. Второе место на планете и четырнадцатое в секторе.

Шранг показал на конец списка.

— И еще больше десятка специалистов в логистике, бизнесе и основателей собственных компаний. И все — женщины. Я звонил руководству факультета. Думаю, девочке там будет хорошо. Они принимают даже таких малышей, с ними работают прекрасно подготовленные специалисты. Ей должно понравиться. Тем более что большую часть времени мы будем проводить вместе.

— Я могу предложить свою рекомендацию. Не помешает?

— Буду признателен.

Перед уходом Айв-графф подарил девочке голографическую модель спасательного крейсера. Если нажать кнопку на подставке, крейсер открывал многочисленные шлюзы и вокруг него начинали роиться мошками разнообразные маленькие кораблики.

— Нравится?

— Да, дядя Шранг.

— Этот дяденька дарит такие подарки только важным господам, что заглядывают к нему в гости. Похоже, ты у меня очень важная персона.

— Просто я не мешала вам разговаривать. Сидела тихо-тихо, вот ему и понравилось.

Мужчина рассмеялся и ласково погладил девочку.

— Итак, завтра у нас поход в парк развлечений, потом мы заедем в детские ряды и посмотрим вещи в дорогу. Хороший чемодан, брюки и рубашки. К нашим будущим учителям лучше приходить красиво одетыми. А платья и наряды выберем через пару-тройку месяцев, когда волосы отрастут и ты определишься с прической. Согласна?

— Да. Только чемодан должен быть управляемый, с дистанционным пультом. Чтобы мог бежать за мной, как собака.

— Бежать за тобой? Хорошо, выберем бегающий чемодан. И поводок, чтобы не удрал за какой-нибудь ящерицей.

В деле № 443-Гаршем-внешний-23 появилась отметка о предстоящем переводе Объекта-1 на новое место работы. После получения отчета аналитический отдел начал привязку плана операции к местности.

25 августа.

Элегия-пять.

— Слушай, компаньон, у нас проблемы.

— С какой стати? — Молодой мужчина в рубашке безумной цветовой палитры взболтал остатки коктейля и допил одним долгим глотком. — Вот разберемся с мастерской, переберусь куда-нибудь похолоднее. Не думал, что придется сбегать с пляжей.

Мэйгуртис быстро приготовил себе еще выпивки и повернулся к мрачному крепышу в заляпанной чем-то майке.

— Выкладывай, что разнюхал.

— Идея не сработала. Видел бот старика и его самого на веранде. Сидит, хрыч, добычу разделывает.

— Волка?!

— Нет, черепаху. К ужину готовится.

Любитель разноцветных рубах задумался.

— Прокол. Мы же с тобой все сделали правильно. Приманку рядом с ботом сбросили. Зверя неглубоко скинули и проследили, как он выбрался на берег и в джунгли рванул. И старик в воде лазал далеко от бота. Не успевал удрать.

— Не успевал.

— Ладно, не скули. Придется сейчас подскочить туда и посмотреть на месте — что и как.

— А волк?

— Что — волк? Садиться не будем, оружие возьмем. Сканером сверху пройдемся, крупные объекты увидим. Мы — не старый пьянчуга. С нами не забалуешь. Но надо понять, что произошло на проклятом острове.

— Чей агрегат возьмем?

— Давай в гараже какой-нибудь из дежурных выберем. Вопросов не возникнет, и к нам привязать трудно будет. Прилетел патрульный бот и улетел. А кто там внутри — поди догадайся.

— Хорошо. Тогда через полчаса у гаража. Я за стволами.

— А я за коньяком. Надо будет дежурным глаза на время закрыть.

У двух лейтенантов технической поддержки была мечта. Замечательная мечта. Разросшийся рядом с военной базой городок насчитывал уже более семидесяти тысяч гражданских жителей. Бытовые службы, обеспечение бесперебойной работы космопорта, магазины, развлечения и многое другое. И почти у каждого был легкий летный транспорт, самый удобный для малоосвоенной планеты. Разнообразные боты, шлюпы, малые пинасы, грузовые пакеботы и тяжелые монстры типа «Гулливер-суборбитальный» грузоподъемностью до 150 тонн. И все они нуждались в ремонте, профилактике, еженедельном уходе и позволяли получать деньги буквально из воздуха и каждый день. Всего лишь надо было использовать часть свободных мощностей гаражей ремонтной службы бригады. Городские компании давно не справлялись с объемом заказов, и существующий рынок следовало поделить к обоюдной выгоде.

Уже собрали деньги, с которыми можно идти к руководству. Уже нашлись желающие работать сверхурочно за часть прибыли. Даже определились с типографией, где лихо выпускали любые виды рекламы. И все уперлось в старого алкоголика, не желающего участвовать в предприятии. И не желающего освободить место более молодым и хватким.

— Ресурсы флота необходимо использовать только для нужд флота! Мы отвечаем за боеспособность вверенных нам частей!

Чтоб он подавился, пенек замшелый. Кто же из руководства согласится принять мзду и закрыть глаза на доходный бизнес, когда среди исполнителей нет согласия. Того и гляди, вызовут проверяющих, и прощай с трудом выслуженная пенсия.

Именно поэтому Алтаян и Мэйгуртис внимательно выслушали неприметного человека, зашедшего на днях на огонек. И с радостью согласились помочь офицеру ВК в решении деликатной проблемы к взаимной выгоде. Несчастный случай на рыбалке, и останки упрямого старика похоронят в закрытом гробу. Высшее руководство пару раз слетает поохотиться на волков, и можно начинать зарабатывать легкие деньги.

Но не прошло и пары дней, как донельзя обеспокоенным лейтенантам пришлось лететь на стареньком патрульном боте на один из мелких островов, россыпью усеявших теплое море рядом с обжитым побережьем. Лететь, чтобы понять — почему их замечательный план с треском провалился.

Один из корелян приглушил звук на запищавшей глушилке.

— Стандартный сканер, без поддиапазонов поиска.

Напарник удрученно покачал мохнатой головой.

— Подумать только, и они называют нас безмозглыми обезьянами. А сами бездумно предсказуемы. Еще пару месяцев такой работы и я потеряю квалификацию.

Первый проверил настройки небольшого матового аппарата, лежащего на траве, и аккуратно выглянул в просвет среди листьев.

— Зависли. На ста двадцати. Ссаживаем?

— Рано. Они опустятся ниже, оттуда ничего не видно. Местность просканировали, бояться им нечего. Как будут ниже сотни — начинаем. В этом боте хорошие кресла, они будут живы.

Кореляне внимательно смотрели, как бот медленно опускается вниз.

— Не вижу ничего. Даже трава не примята. Где старик садился?

— Придется опуститься еще ниже. До десятки спустимся и посмотрим. Солнце еще не село, хотя на поляне уже сумрачно.

— Сканер дает чисто в радиусе трехсот метров. Похоже, волка на острове нет.

— Неужели дед сумел его чем-то отпугнуть?

— Кто…

Двигатель взвизгнул и выключился. С панели затарахтел сиплый голос программы мониторинга:

— Сбой в системе управления. Сбой в системе…

Четыре лихорадочные руки заметались по консоли.

— Мы падаем!

— Почему встал двигатель?!

— Турбина в норме!

— Тяга была в норме!

— Черт, мы падаем, мы ПАДАЕМ!!!

— Автопуск не проходит!

— Прокл…

Человек, упавший со ста метров, погибнет. Человек, сидящий в противоперегрузочном кресле стандартного патрульного бота, останется жив. Разве что переломает с десяток костей и заработает сотрясение мозга. Но может и отделаться легким испугом. Как повезет.

Лейтенантам не повезло.

Мэйгуртис с трудом разлепил залитые кровью глаза. В голове шумело, любимая цветная рубашка была испачкана кровью и рвотой. В горле саднило, и желудок порывался излить содержимое еще раз.

Послышался щелчок открываемого колпака, и в кабину ворвался свежий воздух.

— О, спасатели. Ребята, а вы быстро. Сколько же мы провалялись?

Фигура в серебристом костюме выключила попискивающую рацию, отстегнула ремни и выдернула сначала одну засипевшую от боли фигуру, потом другую. Алтаян что-то бессвязно бормотал, не приходя окончательно в сознание. Тем временем лидер гаражного бизнеса смог привести взболтанные мозги в порядок и вгляделся в спасителей.

Рядом с ними стояли двое корелян.

— Черт, а я думал — это костюм, — с грустью констатировал залитый кровью человек.

— Нет. Это — не костюм. И ты — не в том положении, чтобы ждать спасателей. Поэтому мы сейчас будем задавать вопросы, а ты — правдиво и подробно отвечать.

Ближайший из охотников на крупную добычу достал из маленького поясного кармашка ампульный пистолет и оскалился.

— Надеюсь, подарок наших докторов поможет тебе в этом нелегком труде. Приступим.

* * *

Неприметный человек с тоской смотрел на миниатюрную серую коробочку, лежащую на столе. С другой стороны безликой гостиничной мебели сидела его функциональная копия: неприметный господин среднего роста в малопонятной униформе без знаков различия. С двух метров не разобрать — то ли работяга из города, то ли служащий флота.

— Итак, господин офицер. Как вы только что услышали — у меня имеются показания двух балбесов, которых вы наняли, чтобы убить офицера. И только чудом ваша авантюра не погубила весьма уважаемого человека.

Резидент ВК безысходно засопел. Свой пистолет он оставил на кровати, когда пошел умываться. А нежданный гость пистолет держал на коленях и мог пустить в ход в любой момент.

— Подведем итоги. Мы настоятельно рекомендуем оставить в покое Штольца. Еще одна подобная выходка — и материалы уйдут наверх. Поверьте, ни вы, ни ваш босс не отмоетесь. Так и доложите руководству.

— И на кого мне кивать? Контрразведка? Полицейский спецотдел?

— Какая разница? Достаточно признать факт — Штольц работает на другое ведомство. И за каплю его крови мы оторвем вам голову.

Человек с пистолетом положил аудиоблок в карман и спокойно пошел к дверям.

— А что мне делать с балбесами?

— Сходите на похороны, возложите цветы на добрую память. Ваши неудачники упали на аварийном боте с большой высоты и сгорели на островах. То, что от них осталось, сейчас спасатели выковыривают из обломков.

Гость обернулся.

— Как коллега — коллеге. Будете шалить и вы упадете. Мне бы очень этого не хотелось. Здесь по душам и поговорить не с кем…

ГЛАВА 4

27 августа.

Клайт-два.

Птичий щебет и огромные бабочки, порхавшие над яркими цветами, усыпавшими невысокие кусты. Ухоженная лужайка и растения, заботливо выращенные во внутреннем дворике. Распахнутые нараспашку широкие окна и восторженный взгляд маленькой девочки, стоявшей на балконе. Отвлечься на мгновение, чтобы поздороваться с уходящими на работу соседями, и снова смотреть во все глаза. На сияющие радугой крылья, на сердитых птиц, скачущих по затянувшей верх двора сетке, и пытающихся клювом пробить себе дорогу вниз. На маленький фонтанчик, заполняющий чащу с незнакомыми рыбками, и веселый ручеек, бегущий по камушкам.

— Пчелка, твой чемодан опять удрал на кухню. Наверно, играет с солнечными зайчиками.

— Сейчас, дядя Шранг, я его верну! — И девочка быстро прибежала на кухню, где перламутрово-синий с оранжевой окантовкой чемодан пытался забодать ножку стола. — Правильно говорил продавец, что ты самый большой безобразник из всех! Ну-ка, пойдем! Пора вернуться на место.

Услышав голос хозяйки, лучший помощник путешественника бодро развернулся на маленьких колесиках и покатил следом за девочкой.

— Переодеваемся, моя хорошая. Пижаму вот в этот шкаф. Я только что принес из нашей прачечной твою отглаженную форму. Бабушка Клайм очень для нас постаралась. Надо не забыть захватить ей вкусных пирожных к чаю.

Ларали важно кивнула головой. Как они договорились — на этой неделе ей досталась роль распорядительного директора. Нужно запомнить все важные задания на день и не забыть проверить, как их выполнили.

— Ничего страшного, что мы въехали в нашу квартиру лишь поздно вечером. Вернемся из колледжа, познакомимся с соседями. И узнаем, кто ухаживает за этой красотой во дворе. Мне кажется, тебя с удовольствием позовут помогать. А пока — умываться, завтракать и на встречу с будущими учителями.

Через полчаса спасатель в отутюженном костюме и девочка в ладно сидящем темно-синем платье с жакетом уселись в миниатюрный электромобиль и выехали из домашнего гаража.

Шранг просмотрел несколько сотен вариантов съема квартиры и остановился на этом после длительного раздумья. Небольшой квартал, населенный преимущественно работниками различных технических подразделений. Стабильная коммуна, редко меняющая жителей. Любой новичок как на ладони. Стоящие блоками группы домов, со своими собственными коммунальными службами. Маленькая квартира, выходящая окнами во внутренний двор. Отлично налаженная служба охраны, пресекающая любые попытки незаконного проникновения. Возможность добраться до колледжа и космопорта по крупным городским магистралям, где сложно организовать неожиданное нападение. Взвесив все плюсы, Шранг не стал обращать внимание на достаточно высокую стоимость аренды. Тем более что через год проживания начинали действовать разнообразные скидки, существенно облегчающие финансовое бремя. Заранее созвонившись с собственниками квартала, спасатель представил рекомендации с места работы и получил вид на жительство.

Решив вопрос с крышей над головой, маленькая семья поехала определяться с будущим местом учебы.

— Добрый день. Мы приглашены на встречу с заместителем директора Арланского колледжа.

— Совершенно верно, господин Шранг. Заместитель директора ждет вас.

Тяжелые дубовые двери неслышно отворились. Вполне возможно, что настоящие дубовые двери, а не имитация под старину. Одно из лучших заведений планеты могло позволить себе тратить приличные деньги на поддержание имиджа.

Оробевшая девочка крепко держала спасателя за руку. Мало ли как отнесется к ней будущая учительница.

Вошедших встретила сухопарая женщина неопределенно зрелого возраста с короткой прической. Деловой костюм серого цвета, тонкая золотая цепочка на накрахмаленной рубашке. Идеальный порядок в просторном кабинете и бесконечная череда дипломов на одной из стен.

— Прошу вас, присаживайтесь, — годами отработанный жест в сторону пары мягких стульев рядом с длинным полированным столом.

— Спасибо, госпожа Эйллер.

— Вы меня знаете? — Заместитель директора позволила себе толику удивления.

— К сожалению, только заочно. Собирая рекомендательные письма, я встретился с разными разумными существами. Получил наилучшие отзывы о вас и директоре колледжа.

— Существа? Интересно, кто бы мог меня рекомендовать с их стороны.

— Например, третейский комплекс орбитальной базы дальней разведки ТК-Посейдон-7. Вы читали ряд лекций для этой генерации автономных систем двадцать лет тому назад.

Женщина задумалась на секунду.

— Действительно. Военное право и проблемы поведенческих стереотипов в условиях войны.

— После вашего визита было прекращено вооруженное противостояние на базе и механизированные системы вернулись к штатному функционированию.

Госпожа Эйллер чуть улыбнулась.

— Отлично. Раз вы так хорошо знаете меня, то я с чистым сердцем признаюсь, что также собрала о вас немного информации. Тем более что эта милая девочка привезла с собой внушительный пакет рекомендаций. Как от вашего руководства, так и от моих многочисленных знакомых.

— Вы член попечительского совета и ваш голос считается решающим при принятии решения о зачислении в колледж.

Женщина выключила светившийся голографический экран с выведенными документами и доброжелательно улыбнулась настороженно замершей девочке.

— Ларали, твой новый папа очень хочет, чтобы ты училась у нас. Но я бы хотела услышать твое мнение. Мнение достаточно взрослого человека, способного давать отчет своим желаниям и поступкам. Почему ты хочешь учиться у нас? Здесь очень сложная программа, зачастую дети не видят родителей неделями. В нашем городе есть еще несколько хороших школ, где маленькой девочке понравится намного больше.

Ларали осторожно потрогала растущий пушок на голове, потом смущенно сложила руки на коленях и тихо-тихо выдохнула:

— Потому что папе понравится, когда я стану лучшей ученицей на флоте.

Эйллер удивленно глянула на улыбнувшегося спасателя. Девочка заметила взгляд и решила пояснить.

— Моему папе, которому я поставила свечку в Полуденном храме. Он мне всегда говорил, что я должна буду хорошо учиться. Потому что у нас нет богатых бабушек и дедушек, готовых купить фабрику или планету. И мы должны заработать себе на жизнь честно. Вот и я хочу выучиться на инженера, как папа. Или на маму, чтобы у меня было много детишек и я знала, как их воспитывать. Или на шторм-координатора…[5] Я еще не решила, кем я буду. Наверное, я смогу поработать где нравится, а потом найти новое интересное место.

— Возможно. И всему этому ты хочешь научиться у нас?

— Да. Дядя Шранг показал мне несколько хороших школ. Рассказал о людях, которые их закончили. Мне понравилась ваша.

Заместитель директора кивнула и перевела взгляд на мужчину.

— У вас замечательная дочь. Мое руководство готово принять ее в группу, куда мы набираем малышей. Занятия начнутся через месяц. Весь сентябрь у младших учеников адаптация. Они собирают материалы для вступительной истории. Выбирают то, что им нравится, и изучают этот предмет. Потом, при общем знакомстве должны подробно рассказать о своей научной работе.

— Любой предмет? — заинтересовалась девочка.

— Да, любой.

— У нас красивый сад дома, с бабочками, цветами и рыбками. Можно рассказать про него?

— Разумеется. Но ты должна будешь узнать, как их зовут. Как их выращивают. И не бояться рассказать это другим детям.

— Я не боюсь. Я уже выходила в настоящий космос и совсем не боюсь рассказывать про рыбок.

Госпожа Эйллер со слабой печальной улыбкой всмотрелась в девочку и через пару мгновений задумчивости вернулась к беседе.

— Как я уже говорила, мое руководство готово зачислить девочку.

— Чем я не нравлюсь лично вам? — Мужчина внимательно смотрел на уставшую от ежедневной рутины женщину.

— Меня беспокоит ваша профессия. У нас были прецеденты, когда дети становились сиротами и мы пытались заменить им родителей.

— Именно поэтому мы с дочерью и выбрали Арланский колледж. Я подписал необходимые документы, и девочка не будет иметь финансовых проблем на ближайшее будущее. А если моя профессия выкинет фортель, то здесь Ларали получит новую семью, которая не бросит ее и даст возможность начать взрослую жизнь. Как ранее дали возможность десяткам будущих офицеров флота и просто хорошим людям. Нам не нужны патентованные преподаватели оторванных от жизни наук. Нам нужна семья. Требовательная, строгая и верная. Не бросающая своих дочерей на полпути.

Заместитель директора включила экран, сухими тонкими пальцами поколдовала над сенсорной панелью и достала из глубины стола микрочип.

— Как и вы, я навела справки. О вас и девочке. Эта личная беседа лишь подтвердила мое предварительное решение.

Женщина положила чип перед девочкой.

— Ларали. У тебя впереди месяц подготовки. Можешь заниматься по записанной здесь программе дома или приезжать сюда. Первые полгода тебя ждет пять дней занятий в неделю. Потом в дополнение к основной учебе у тебя будут недельные курсы, когда твой домашний сад будет скучать по тебе несколько дней подряд. Я надеюсь, тебе понравится в колледже. И ты действительно станешь красивой умной девушкой, которая выберет для себя дело по душе. Арланский колледж не оставляет своих детей сиротами, как бы ни сложилась судьба.

Эйллер проводила посетителей до дверей и пожала руку сначала девочке, потом спасателю.

— Мы оформим документы завтра к вечеру. Необходимые координаты я записала, можете обращаться с любыми вопросами. Через пару недель загляните еще, мы будем проводить для вашей группы ознакомительную экскурсию по колледжу. Рада была познакомиться с вами…

* * *

— Итак, Ройт?

— Мы закончили разработку операции. Надо признать, спасатель выбрал оптимальное для защиты место. Закрытый район, подъезды находятся под контролем городских служб. Любая активность будет отслежена. Любой силовой инцидент привлечет внимание полиции.

— Но вы нашли прореху в его обороне, не так ли?

— Совершенно верно. На въезде в пригороды идет строительство. Вялотекущее строительство с крупной техникой. Группа силовых акций подготовила все необходимое. Строительный робот уронит на электромобиль контейнер со сваями. Сбой в программе, помноженный на изношенность оборудования. Никакая система безопасности не успеет среагировать.

— Заключение аналитиков?

— Дают стопроцентную гарантию.

Человек в кресле задумался.

— Наш резидент тоже давал высокую гарантию. В итоге мы вынуждены его законсервировать и проводить операции прикрытия… Когда собираетесь проводить акцию?

— В ближайшее время. Цели еще не успели привыкнуть ко всем особенностям окружающего ландшафта. Через пару дней активность на стройке может их насторожить. Происшедшее не вызовет излишнего интереса полиции.

— Хорошо. Заканчивай с этой проблемой, и я подключу всю группу к другой задаче. Свободен.

Доклад в отдел группы прикрытия внешних операций от службы мониторинга.

— Согласно последнему анализу по делу два-полста-дубликат выявлены признаки подготовки физической акции в отношении объекта и его сопровождения. Успешность атаки оценивается в восемьдесят пять процентов. Вероятность успеха продолжает расти.

Пометка старшего несущего запах:

— Оставить лишь удаленное наблюдение, не препятствовать проведению атаки. Обезопасить наблюдателей от возможной тотальной проверки после проведения противником акции. Ликвидация объекта и его сопровождения не наносит вред интересам государства. После гибели объекта дело перевести в архив.

Кореляне не страдали сентиментальностью. И предпочитали решать возможные проблемы чужими руками.

28 августа.

Элегия-пять.

Старый инженер недовольно пнул попавшуюся под ноги железяку. Штольц был совершенно не в духе и не скрывал этого. Три дня тому назад его хотели убить. И лишь надежно работающее прикрытие чужих спасло инженеру жизнь. Сутки после случившегося он заливался спиртным, потом боролся с кошмарами. Сегодня Штольц пришел на работу кристально-трезвым и с огромным желанием свернуть кому-нибудь шею.

За полчаса старик распихал мелкие работы на попавшихся под руку техников и принялся за двигатели шатла, чей пилот умудрился протаранить причальные стойки при посадке. К обеду ремонт закончился, и корабль отправился на стенд мониторинга.

Покончив в своей каморке с нехитрым домашним обедом, инженер выбрался обратно в высокий ангар. Последний из техников махнул побыстрее рукой издалека и предусмотрительно испарился из вида. В отличие от старого мастера, молодые ребята предпочитали под любым предлогом покинуть расположение базы после полуденного зноя. Пляжи, молодые девушки, охота на дальних островах. Какой дурак будет сидеть среди железок в такую погоду? Вот придет сезон дождей, и никого силой на улицу не выгонишь.

Мастер лишь покачал головой и отправился к другому стенду, где уже стояли четыре огромных бокса с пометками геологического оборудования. Открыв створки, Штольц с интересом осмотрел содержимое, потом достал планшет с сопроводительными документами и углубился в чтение.

— Идиоты! И как я буду списывать расходные материалы? Метеоритные повреждения, взрыв кислородного резервуара, химическая авария. Интересно, по какой статье я смогу провести легированные стали и чешуйчатые бронеплиты? Господи, какие идиоты…

В раскрытых боксах лежали двигатели различных малотоннажных космических кораблей со следами ожесточенных боев. Выжженные куски металла, поврежденная проводка, развороченные детали. Работы на пару недель.

Старик выпустил пару мелких паукообразных роботов для анализа повреждения и устроился рядом с ремонтным пультом подбирать необходимое оборудование. Мастер не боялся, что не сможет отремонтировать умершее железо. База позволяла восстановить тяжелую крейсерную группу после тотального разгрома. В достатке было и ресурсов, и сложного технического оборудования. Штольца больше беспокоило, каким образом он сможет закопать использованные материалы в ворохе отчетов. Как-никак, земляне не воевали последние пять лет. А в пределах этой звездной системы — и того больше.

28 августа.

Гаршем.

— Мой мальчик! Рад видеть тебя во здравии!

— Господин адмирал.

— Полно, полно. К чему эта казенщина. Присаживайся.

Невысокий стройный красавец мужчина радушно пригласил за свой столик похожего на колобка молодого человека. Пара обращала на себя внимание разительностью контрастов: пожилой мужчина с профилем киноактера и тучный одутловатый молодой человек; заоблачно дорогой костюм безупречного покроя и мятая форменная рубашка с эмблемами тылового обеспечения; безукоризненность жестов и влажные вялые движения. За столом сидели руководитель департамента контрразведки и один из полевых агентов.

Господин Строкофф вальяжно раскинулся на удобном стуле и подождал, пока собеседник закончит выбор блюд. Глава агрессивно растущего и очень опасного ведомства с удовольствием разглядывал окружающий его мир. Первоначально дизайнера, предложившего оформить в свободном стиле столовую министерства, подняли на смех. Но после реализации проекта это место полюбили все работники без исключения. Небольшие фонтаны, пальмы, редко стоящие столики под пропускающим рассеянный солнечный свет стеклянным потолком. Скрытые в полу системы подавления любой шпионской аппаратуры. Большинство чиновников предпочитали обсуждать интересующие их сопутствующие вопросы именно здесь. Чем и пользовалась контрразведка. Именно это ведомство устанавливало системы контршпионажа и теперь активно писало все разговоры. Впрочем, господин директор никогда не жаловался на аппетит и давно привык жить под колпаком.

— Выбрал? Если задумался над десертом, то рекомендую крабовый торт. Это просто обворожительная фантазия нашего шеф-повара. Морепродуктов там ни капли, лишь одни взбитые сливки и фрукты. Но когда я впервые увидел этот шедевр, посчитал, что меня разыгрывают.

Молодой человек подозрительно взглянул на шефа, но вместо торта заказал лишь кофе. После чего достал из распахнувшегося микролифта тарелку супа и принялся за еду.

— Рад, что ты выкарабкался из последней передряги, Мойри. Врачи считали, что ты проваляешься в больнице дольше.

— Я старался, господин адмирал. Как ваша секретарша?

— Уволил. Так и не смогла выучить мою фамилию как следует.

— Печально. Видимо, вместо тренировки в произношении занималась другими делами.

— Да. Девочка не прошла до конца проверку. Теперь вместо нее бывший штаб-офицер. С отличными рекомендациями и прекрасной дикцией.

— Рад за вас. — Мойри закончил с первым и поменял блюда.

— Так вот, о врачах. Они не рекомендуют отправлять тебя в поле. Говорят, ты не до конца оправился. Я читал отчет о твоем здоровье и плакал.

Молодой оперативник поежился. Меньше всего ему хотелось, чтобы шеф плакал над его телом. Старик давно перестал прикидываться простачком — в министерстве не находилось больше идиотов, не принимающих его всерьез. А глупой шуткой над излишне древней фамилией легко можно было нажить себе непримиримого врага.

— Спасибо, господин адмирал. Я чувствую себя хорошо. Через пару недель смогу пройти тесты и вернуться к работе.

— Отлично. И чтобы ты восстановился как можно скорее и приятно провел время, я отправлю тебя на пляж. Отличное место. Солнце, до сезона дождей еще месяц. Девушки, острова, морской воздух.

— И что я должен буду искать там, в глубинах морей?

— Скорее всего — на побережье. Не забывая отдыхать, ты разберешься, почему наши заклятые друзья из Внешнего Контроля влезли в некую непонятную для меня историю. Тратят деньги, организуют аналитические группы и вообще ведут себя крайне подозрительно.

— Когда раскопаю?

— Доложишь мне. Никакой самодеятельности. Тем более если найдешь что-либо протухшее. Я буду рад щелкнуть этих задавак, пытающихся потеснить имперскую разведку и контрразведку с их завоеванных кровью позиций. Политический сыск должен знать свое место. Поэтому — заканчивай не спеша обед и в отдел обеспечения. Там ознакомишься с делом, получишь мелочь на дорожные расходы и вечером вылетишь с курьерским кораблем. Через сутки будешь на месте.

Молодой человек флегматично кивнул и отхлебнул прибывший кофе. За несколько лет службы под руководством старого манипулятора Мойри привык действовать быстро, выполнять приказы и не боялся сунуть голову в очередную авантюру. Поэтому и считался одним из лучших оперативников.

Ласково потрепав подчиненного по плечу, господин адмирал отбыл в личный кабинет. Чтобы еще раз просмотреть запись разговора, сделать необходимые отметки в новом интересном деле и окунуться в водоворот насущных проблем.

28 августа.

Орбитальная база на орбите Элегии-пять.

Адмирал Киссил выключил мерцающие голубые экраны, встал и оправил парадный китель с планками наград. Сегодня старый адмирал навсегда покидал ставший привычным кабинет. Он обвел взглядом блестящий стол, лишившиеся любимых картин стены и направился к выходу. Вещи уже должны быть на шатле. Осталось лишь пройти на борт и отбыть в столицу. За официальной почетной отставкой и заслуженной пенсией. Оставив гигантское неспокойное хозяйство на только что прибывшего чиновника. Гражданского. Сменившего на этом посту уставшего от жизни боевого офицера.

Адмирал шел по слабо освещенному пустому коридору и вспоминал, как он прибыл сюда сразу после завершения войны. Тогда эта военная база пахла гарью после недавних ожесточенных боев. В некоторых коридорах еще лежали раненые, а ремонтники в первую очередь занимались орбитальными лазерными установками и надсаживались, ремонтируя шлюзы истребительных палуб. В те дни никто не верил в окончание беспощадных боев и стремились любой ценой повысить обороноспособность разрушенных конструкций. Но дни шли за днями, хрупкий мир обрел черты стабильности, и адмирал неожиданно ощутил свою ненужность. Год-другой — и превратившаяся в глухую провинцию звездная система стала тяготить боевого офицера, который вынужден был приспосабливаться к мирной жизни, решать бытовые вопросы растущего хозяйства и ощущать гнет прожитых лет.

И вот после долгих лет мирной службы старый адмирал шагал к ожидающему его курьерскому шатлу, чтобы наведаться в генеральный штаб и повесить в шкаф форму с наградами, заслуженными в кровавых боях. Старый солдат, неинтересный вновь выстроенному миру интриг, предательства и продажи всего и всех.

— Господин адмирал, — ожил миниатюрный коммуникатор, — шатл пристыкован ко второму центральному терминалу. Ваш багаж уже на борту. Счастливого полета!

— Конец связи, — автоматически ответил адмирал и нахмурился. До огромного ангара рядом со вторым терминалом нужно было пройти достаточно большое расстояние. И меньше всего сейчас старику хотелось встречаться с наводнившими станцию людьми, что будут глазеть на отправленную на покой рухлядь. К счастью, за все время пути мимо прошли всего пара незнакомых человек, не обративших на него никакого внимания.

Адмирал зашел в ангар, где во время войны ремонтировали суборбитальные штурмовики, сделал несколько шагов и замер.

Под ярко горящими вереницами плафонов на бронированном полу выстроились строгие ряды одетых в парадную форму людей. Мужчины и женщины, офицеры и солдаты. Все те, кто воевал под руководством бесстрашного адмирала или просто слышал про его доблесть и мужество. Глаз выхватывал замерших людей, усыпавших боковые ремонтные галереи, несколько ярко горящих экранов, транслирующих замерших в рубках боевых кораблей офицеров. Под высоким потолком гулко разнесся голос дежурного по базе:

— Равняйсь! Смирно! Равнение на адмирала Четвертого Имперского флота!

Руки взметнулись к вискам, отдавая честь уходящему на покой воину. Прощаясь с тем, кто проливал кровь вместе с остающимися. Кто не забыл главный девиз флота — своих не бросать. Никогда.

Адмирал медленно шел по направлению к ярко светящемуся открытому шлюзу. Ощущая, как уходит накопленная за годы тяжесть в душе, как разворачивается спина, возвращается осанка уверенного в себе человека, готового шагнуть в ад любой битвы… Шагнуть самому и повести за собой других. Да, там, в улетающем шатле он опять станет старым человеком, утомленным и мечтающим об отдыхе. Но сейчас замершие вокруг него люди видели своего адмирала. Запоминали его уверенную походку и высоко поднятую голову. Адмирала Киссила, что дрался вместе с ними плечом к плечу до последних дней войны.

У самого шлюза адмирал остановился и развернулся. Отдал честь провожавшим его и одними губами шепнул:

— Прощайте. Спасибо.

Спустя мгновение он скрылся в переходе. Зашумели закрываемые двери. Под крышей разнеслось:

— Вольно. Разойтись.

Удобно устроившийся в кресле господин с брезгливой миной на лице переключил монитор. Новый комендант базы только месяц тому назад закончил престижное учебное заведение и был очень расстроен выпавшим местом работы. Тем более что встречал его лишь прибывший неделей раньше секретарь. И провожать через пару-тройку лет соберутся от силы лишь несколько прихлебателей.

— Позеры, — буркнул комендант и вывел информацию о планетарных пляжах. Раз уж судьба забросила в это захолустье, следовало изучить все достопримечательности.

29 августа.

Клайт-два, база спасателей.

— Дядя Шранг, а куда прячутся спасатели, если произойдет большой взрыв?

— Прячутся? Боюсь, им будет некогда прятаться. Им надо будет спасать других. Иначе — какие они спасатели?

— Ну а если им не надо никого спасать? Или уже всех спасли? Куда тогда им прятаться?

— Ну если спасатели одни, то им надо дождаться другую группу. Которая увезет их оттуда, где был большой взрыв. Пересидеть мы можем или тут — в капсуле, или тут — в жилом модуле. В каждом модуле на станции есть бокс со скафандрами. И если случится беда — ты успеешь переодеться на месте.

Девочка с интересом заглянула в выкрашенную оранжевой краской дверь.

— Но тут — пусто!

— Да. Потому что мы с тобой не на настоящей станции, а в учебном центре. И его заполнят всем необходимым через неделю. А пока пойдем, поищем господина Когута, моего начальника. Как ты помнишь, его помощник сказал искать его здесь, на утренней охоте.

— У него отпуск?

— Почему?

— Мой папа ходил на охоту, когда у него был отпуск.

— Нет, господин Когут — счастливый начальник. Он может охотиться на своих подчиненных во время работы. Выследит какого-нибудь бездельника и отправляет на грязные работы.

Девочка задумалась на секунду.

— Хорошая охота. Лучше заставить мыть пол, чем убить и съесть.

— Согласен. Кстати, прошу господина распорядительного директора запомнить, что нам надо купить все по хозяйству. Маленький моющий бытовой робот-пылесос и швабра ему в помощь — нам совсем не помешают.

— Директор запомнил.

Из-за аккуратно сложенных ящиков выглянул огромный темнокожий мужчина, бритый налысо. Удивленно взглянув на девочку, он повернулся к Шрангу.

— Я не помню, чтобы давал разрешение на посещение школьниками спас-базы.

— Добрый день, господин Когут. Я — Шранг. Старший тревожной тройки. Мои документы должны были доставить еще позавчера.

Когут нахмурился, потом морщины исчезли, и он лучезарно улыбнулся. Похоже, командир спасателей отличался веселым нравом.

— Точно, вспомнил! Извините, я редко сижу в кабинете. А это кто?

— Моя дочь, Ларали. Я хотел согласовать сегодня график работы на следующую неделю. Официально я начинаю с понедельника. Надо будет подобрать напарников и начать тренировки.

— Завтра. Начинайте завтра.

— Я не успел обустроиться. И пока не устроил дочь.

— Берите ее с собой. Здесь мы найдем, чем ее занять. Чем быстрее вы подберете людей и начнете работу — тем лучше. У меня сейчас страшный некомплект. Недавно запустили новый порт на той стороне планеты и новая служба переманила лучших. Пока местное руководство подняло ставки, я лишился половины состава. Начинайте завтра, я сейчас же выплачу подъемные.

Темнокожий гигант неожиданно приложил палец к губам и на цыпочках бесшумно скользнул куда-то за вереницу стоящих грузовых роботов. Через мгновение оттуда послышались крики, и что-то загрохотало.

— Поймал, — удовлетворенно отметила девочка.

Вскоре к ним вернулся Когут, подталкивающий перед собой белобрысого невысокого паренька в ярко-зеленом камуфляжном комбинезоне.

— Вот, все бойцы на заданиях, а мне подбросили пятнадцать лоботрясов. Будущие астронавигаторы. Проходят обязательную практику по выживанию и спасению экипажа. Вместо того чтобы заниматься — предпочитают зарыться на складе и играть в бурзу или спать. И мне приходится лично отлавливать их.

Шранг улыбнулся, оглядев переминающегося с ноги на ногу астронавигатора.

— Звездное небо знаешь?

— Конечно.

— А легкий скафандр одеть сумеешь?

Парень надменно нахмурился. Спасатель ткнул пальцем в небольшой ящик, стоящий рядом с последним грузовым роботом.

— Вот спас-бокс… Такой же монтируют на навигационной палубе. Надень скафандр. Не на время. Я хочу посмотреть — останешься ли ты жив, если твой легкий корабль поймает астероид на маневре и начнет терять атмосферу.

Молодой человек настороженно посмотрел на стоящих мужчин, потом на девочку, подбежавшую и распахнувшую дверь широкого ящика. Наконец неуверенно достал переливающийся золотистыми бликами скафандр и стал с ним возиться.

Через пятнадцать минут пыхтящий астронавигатор вернулся к спасателям. Когут глянул на часы и улыбнулся. Шранг достал платок и промокнул вспотевшее лицо молодого человека.

— Это правильно, что ты не закрыл блистер шлема. В этой модели нет внешних микрофонов, ты бы нас не услышал. А вот почему не включил систему автономного обеспечения — не понимаю. Смотри, как взмок.

Ларали подошла поближе, критически осмотрела преющего будущего навигатора и заботливо застегнула боковое крепление.

— Если не застегивать страховочный пояс, можно потерять штаны. В космосе нельзя терять штаны. Никому. Замерзнешь. Даже я это знаю.

Лицо астронавигатора стало пунцовым. Шранг махнул рукой — раздевайся. Потом повернулся к начальнику.

— Считаете, есть смысл выйти завтра?

Когут кивнул.

— Разумеется. И давай — на ты. У нас отношения в коллективе без показухи и чинопочитания. Сегодня среда. За два дня ты просмотришь дела. В субботу вся группа утром соберется на разбор полетов — познакомишься с ребятами. Подъедут трое стажеров. Может, сможешь кого-то пригласить со стороны. Столовая в центре отличная, голодными не оставим. И на базе дочка у тебя точно скучать не будет.

— Отлично, босс. Тогда мы завтра к десяти приедем. Можешь собрать заодно этих будущих покойников, я буду подбирать команду и заодно чуть их помуштрую в классах.

— Ты слышал? — Начальник отделения спасателей повернулся к парню, запутавшемуся в снимаемом скафандре. — Завтра в десять вся ваша команда должна быть в первом классе. Если кто-то вздумает заболеть или потеряться по дороге — я немедленно вышибу его обратно в школу навигаторов. И впишу в личное дело, что даже трехлетняя девочка знает больше о спасении собственной жизни, чем он.

— Я пятилетняя девочка.

— Ларали, чтобы догнать тебя, им не хватит и года. Боюсь, что сейчас они смогут состязаться лишь с трехлетним ребенком.

Девочка подошла к окончательно запутавшемуся молодому человеку, кивнула головой и нажала какую-то защелку на поясе. Раздался слабый щелчок, и скафандр мягко опал на пол.

— Да, дядя Когут. Им надо долго учиться.

Потом повернулась к окончательно смутившемуся астронавигатору.

— Ты не волнуйся. Я уже была в космосе и летала на настоящих военных кораблях. И в джунглях жила. Я думаю, ты тоже научишься. Правда-правда. Это не так трудно. Если хочешь, я тебе помогу. А ты меня научишь играть в бурзу.

Ларали развернулась и побежала к ожидавшему ее Шрангу.

— А на кого мы будем охотиться завтра, если всех посадим в классе? Это будет нечестно!

— Не волнуйся, Пчелка, мы что-нибудь придумаем.

Красный от стыда молодой человек посмотрел вслед уходящим и стал ожесточенно заталкивать несчастный скафандр обратно в ящик.

* * *

— Как ты думаешь, Ларали, какого цвета нам лучше подобрать робота?

— А он большой?

— Нет, роботы-уборщики обычно маленькие, похожие на чуть сдутый мяч. Наверно, в половину твоего очень самостоятельного чемодана.

Девочка посмотрела на проносящиеся мимо электрокара деревья и ответила:

— Пусть будет серебристый. Я видела такие большие серебристые машины в ремонтных боксах. Там были большие, а у нас будет маленький.

— Хорошо. Будет желание, сможешь его украсить голо-наклейками или просто написать маркером имя.

— Только его придется держать отдельно от чемодана. Боюсь, они подерутся за место в комнате.

— Чемодану выделим место в кладовке. И отправим спать. Как медведя. В спячку.

Девочка засмеялась, представив себе спящий чемодан. Наверное, он будет во сне забавно шевелить колесами и причмокивать.

— Хорошо, малышка, что у нас в планах?

— Сначала заедем в кондитерскую. Надо захватить вкусных пирожных бабушке Клайм. Потом зайдем домой переодеться и узнать у соседей, где лучший магазин с тысячей разных мелочей.

— Молодец, правильно. Туда съездим за роботом, и домой, готовить ужин. Что ты будешь?

Электромобиль свернул с широкой автострады на съезд и покатил по дороге к пригородному району. Деревья уступили место небольшим домам и витринам магазинов. Следом за спасателем с автострады свернула ярко-красная спортивная модель с открытым верхом. Молодая девушка придерживала норовящую улететь шляпку и смеялась в ответ на шутки водителя.

— Стоун, хватит, я сейчас лопну!

— Нет, серьезно, их сняли с корабля пьяными и вызвали отца. Видимо, надеялись, что он образумит сына с невесткой. Но папашу привезло такси в таком же состоянии. И этот уважаемый господин постоянно падал со стула и все повторял: «А кого же я отправил на отдых? Моему сыну завтра сдавать экзамен! И куда вы подевали мою жену? Это она летела этим рейсом!». Еле их угомонили и отправили домой.

— Ой, не могу! А мы удивлялись, почему сынок ловил профессора рано утром и шептался с ним. Видимо, сумел договориться о пересдаче… Притормози, Стоун, сейчас поворот.

— Смотри, новички. Я их не видел раньше. Кто это?

— А, это папаша с дочкой. Бывший вояка, побрил бедняжку налысо. Поселились в доме над прачечной. Девчушка уже ходила в магазин за кормом для рыб. У них там чудесный сад и рыбный прудик во дворе. Даже…

Трехэтажный строительный робот скрипнул и выставил парные манипуляторы над дорогой. Мгновение спустя огромных размеров металлический контейнер сорвался и рухнул вниз, с лязгом сминая проезжающий под ним электромобиль. Лопнули стенки контейнера и вокруг закувыркались тяжеленные кованые балки. Одна из них рухнула прямо перед экстренно тормозящим спортивным автомобилем. Робот постоял секунду-другую — и обрушился вслед за контейнером, коверкая груду металла и кроша под своей тяжестью ограждающий стройку забор.

Молодая девушка стояла рядом с развалившимся контейнером, врубившимся в дорожное покрытие. Шляпка валялась в машине, ветер трепал светлые волосы. Девушка плакала, не слыша, как ее попутчик вызывает службу спасения.

Какой смысл от службы спасения, когда некого спасать?

ГЛАВА 5

29 августа.

Клайт-два, пригороды Арлана.

Коммуникатор пискнул и выдал серию похабщины. Женщина спросонья попыталась нашарить верещащий прибор и чертыхнулась.

— Когда ты сменишь эту гадость? Сколько раз просила, подбирай что-нибудь приличное для звонка. Скоро внуков заведешь, а все не наиграешься.

Исполосованный шрамами мужчина буркнул что-то неразборчиво и ткнул в верещащую коробку пальцем. Та замолкла на полминуты и заорала снова.

— И кто же это у нас такой настырный?

Тренированный мужчина, покачиваясь спросонья, прошел на веранду, прихватив с собой надрывающуюся коробочку.

— Кому не спится, чтоб тебя?

— Здравствуй, Руберт.

Мужчина остолбенел на пару секунд, потом лицо скривилось в оскале.

— Черт тебя дери, бродяга! А я думал — все, тебя закопали.

— Почти. Мне бы встретиться, потолковать по старой памяти.

— Где и когда?

— Я на Арлане, в пригородах. Скажи, куда подкатиться.

Руберт быстро что-то прикинул и выдохнул:

— Помнишь, я тебе рассказывал про кабачок, где меня повязали? Строение давно снесли, но адрес не изменился. Подъезжай туда, я встречу через десять минут.

— Отлично. Буду там почти одновременно с тобой. Если можешь — возьми кого потолковее, за мной могут повесить хвост.

— Пары десятков хватит?

— Что ты, обойдемся двумя-тремя.

— Жду.

Мужчина выключил коммуникатор, потянулся и шагнул обратно в комнату.

— Детка, я на работу. Кредитка на кухне, постарайся не истратить все к вечеру. Меня не ищи, перезвоню сам.

И главный специалист по безопасности Синдиката отправился на встречу со старым другом.

* * *

— Это закрытая линия, Ройт?

— Да, господин полковник.

— Что стряслось, раз ты звонишь за полночь?

— Спасатели разобрали завалы. Объекты не повреждены.

Долгая тишина на линии.

— Не понял. Это как?

— Параноик купил где-то на черном рынке модель, собранную на основе бронекапсулы. После удара капсула треснула, но выдержала. Объекты не повреждены.

— И это ваши гарантированные сто процентов?!

— Никто не может просчитать психопата. Это невозможно, сэр.

— Да?! А нашу дальнейшую карьеру вы способны просчитать? Этот чертов солдат сейчас сорвется с катушек и помчится копать дерьмо, которое до сих пор мы так и не зарыли глубоко и надежно! И если вы не сумели его перехватить раньше, то не уверен в ваших дальнейших успехах!

— Мы разра…

— К черту ваши разработки! Поднимайте наших агентов, необходимо немедленно вычислить местонахождение объектов! Немедленно! Я выезжаю в офис, буду на месте через полчаса. Ищите их, ищите, Ройт!

— Понял, господин полковник.

— А идиотов аналитиков засадите за решение вопроса — откуда у нищего офицера нашлись финансы? Подобного рода машинки стоят очень прилично.

* * *

Четыре человека в черном страховали маленькую площадь на окраине курортного поселка, прикрывая Руберта, стоящего рядом с дорогим лимузином. Тихо гудя двигателем, на дороге из города показалось такси. Остановившись на краю площади, таксист опасливо высадил мужчину и маленькую девочку. Получив деньги, водитель развернул машину и скрылся в ночи.

Шранг спокойно пошел к одиноко стоящему мужчине. Бойцы прикрытия напряглись — спасатель не скрывая держал в правой руке тяжелый шпаллер, способный выстрелом разнести в клочья бронированную машину. За левую руку крепко держалась маленькая девочка с опухшим от слез лицом.

— Здравствуй, Руберт.

— Здравствуй, бродяга.

Экс-лейтенант повесил на пояс оружие и крепко поздоровался с человеком со шрамами на лице. Посмотрел вокруг и кивнул.

— Хорошие ребята, грамотно работают.

— Моя школа. Что стряслось?

— Мою дочку хотят убить. Я ради подстраховки взял у ребят с рынка усиленный «Карпо-микс». Думал — покатаюсь с месяц, потом верну.

— Хорошая игрушка. Бронекапсула, мощный каркас, системы регенерации. Движок слабоват, но зато, не заглянув под кожух, не различишь с обычным ширпотребом. Не каждое оружие такую машинку сковырнет.

— И сегодня на нас уронили несколько тонн железа. Так приложили, что бронестекло растрескалось. Спасатели достали нас меньше часа тому назад.

— Да, кто-то тебя не любит.

— Не любит. Узнать бы — кто?

— Чем помочь?

— Мне бы залечь до утра, там определюсь — что делать дальше. И утром чистую линию — сделать ряд звонков.

Руберт открыл дверь лимузина.

— Поехали, у нас рядом хорошее место. Тихо, спокойно. Безопасно.

— Нас будут искать. Очень старательно.

— Пусть ищут. Синдикат хорошо умеет прятать. А я не собираюсь отдавать кому-либо человека, спасшего мне не раз жизнь на каторге. Поехали.

Машина не спеша развернулась и покатила к выезду из поселка. Четыре человека в черном сели на подвижные байки и разделились — пара умчалась вперед, проверять дорогу. Другая пара пристроилась за машиной — страховать. Крупнейшая криминальная человеческая организация могла купить лучших бойцов для своей защиты.

30 августа.

Клайт-два, Арлан.

— Госпожа Эйллер?

На видеофоне заместителя директора Арланского колледжа появилось лицо уставшего человека.

— Доброе утро, господин Шранг. Как себя чувствуете?

— Спасибо, у нас все в порядке.

— Я видела утренние новости. Это чудо, что все обошлось.

— Да. Маленькое бронированное чудо позволит нам продолжить учебу у вас. К сожалению, мы подъедем только через месяц. Девочке надо отдохнуть после случившегося.

— Разумеется. Если необходимо, можете взять полугодовой или даже годовой отпуск. Малышка может начать учебу позже.

— Спасибо, госпожа Эйллер. Я пока подберу воспитателя, который подготовит ее к вступительным тестам.

— Нужна какая-либо помощь? У нас хорошие связи с бывшими выпускниками, можем выйти на любые службы.

— Нет необходимости, это всего лишь небольшой инцидент. Мы справимся сами. Спасибо за вашу заботу. Всех благ.

— Всех благ.

Видеофон погас. Женщина в строгом сером костюме бросила взгляд на открытый новостной канал и вздохнула. Пусть помогут тебе боги, спасатель. Тебе и маленькой девочке.

* * *

Старший несущий запах рассматривал застывших перед ним руководителей групп реагирования и аналитики. Вздыбленный мех наглядно демонстрировал, насколько руководство недовольно сложившейся ситуацией.

— Мы недооценили потенциального противника. Силы сопровождения располагают неучтенными ресурсами, эффективно прикрывают объект по делу два-полста-дубликат в пассивном режиме. Минимальный анализ ситуации дает неопределенность при развитии событий в активной фазе. Приказываю повысить приоритет данного дела до уровня актив-агрессия. Подготовить операции прикрытия на ремонтной базе. Готовьте перехват объектов при попытке покинуть Клайт-два. Я пока представлю доклад руководству о нештатной ситуации.

Подчиненные отсалютовали и вернулись на свои рабочие места, демонстрируя желание решить возникшую проблему со всем старанием.

* * *

— Дядя Шранг, а здесь тоже есть рыбки. Правда, они не такие.

— Да, Пчелка, ты сможешь здесь готовиться к урокам и изучать рыбок. Я тебя познакомлю с твоим воспитателем, он похож на настоящего медведя. Добродушного и вежливого. Будешь вместе с ним учиться по заданной в колледже программе. А я пока съезжу в строительную компанию, попрошу их навести порядок на стройке. Чтобы больше на нас ничего не падало.

— Ты надолго уедешь?

— На месяц, моя хорошая. В колледже я договорился, нас там подождут. Зато ты сможешь лучше подготовиться к своему докладу. Про рыбок. Или космос.

Ларали прижалась к Шрангу и затихла. Авария ее сильно напугала, и девочке совсем не хотелось расставаться со своим защитником.

У дверей осторожно кашлянули. Девочка обернулась и увидела мужчину, одетого в легкую майку и спортивные брюки. По габаритам он больше походил на противопехотного робота, с бугрящимися мышцами и тяжелой бронебойной челюстью. Вздохнув, девочка отпустила спасателя, слезла с его колен и подошла к застывшему боевику.

— Вы мой новый воспитатель?

— Воспитатель?.. Да, можно так сказать. Я буду с тобой играть и смотреть за тобой.

— Хорошо. — Девочка задумчиво разглядывала вереницу татуировок на руках мужчины. — А я знаю, на кого вы похожи.

— На кого? — насторожился тот.

— На десантника. Они такие же большие и любят себя украшать. Только у них картинки другие.

— Десантника? — Громила удивленно посмотрел на руки, потом слабо улыбнулся. — Десантника. Надо же. Ну что же, я всегда мечтал летать в космосе. Пусть будет десантник.

Шранг подошел к мужчине и пожал ему руку.

— Руберт рекомендовал вас как лучшего специалиста по защите малышей.

— Да, я прикрывал детей капо пару лет. Сейчас больше в запасе, тренирую молодежь.

— Шранг, отец девочки.

— Томми. Просто Томми.

— Очень приятно. Я оставлю общую программу занятий для девочки. К сожалению, ей нельзя покидать пределы здания до моего возвращения.

— Ей тут понравится. У нас под крышей целый городок. Есть бассейн, детская площадка. Хорошая видеотека и новые компьютеры. К сожалению, детей нет, все уже разъехались.

— Хорошо. Я вернусь через месяц. В любом случае я оставил Руберту необходимые указания на любое развитие событий.

Томми осторожно присел рядом с девочкой и постарался улыбнуться.

— Сейчас мы с тобой пойдем гулять и изучать наше королевство. Потом в детском уголке выберешь себе какую-нибудь игрушку. Многие дети любят спать вместе с игрушками. А затем — завтракать.

— Хорошо, дядя Томми. Я завтракала, но совсем чуть-чуть. У меня почему-то пока нет аппетита.

— Погуляем, и аппетит появится.

— Только я не смогу скушать такую же порцию, как у вас. Я пока не десантник.

Боевик поднялся смеясь.

— Да, мою отбивную тебе не осилить. Но ничего, мы тебе положим поменьше. Хотя добавку попросить никогда не поздно… Господин Шранг, все будет в порядке.

— Я надеюсь на вас.

— Вот только с учебой. Я не очень хорошо умею преподавать школьные предметы.

— Со школьным заданием дочка справится сама. А если попросит, можете научить ее чему-нибудь интересному.

Томми с сомнением посмотрел на девочку.

— Вы думаете, ей будут интересны железки?

— Ларали росла на военной базе, оружие для нее не в диковинку. Если ей будет интересно, можете научить пользоваться легким комплектом для самозащиты и показать пару-другую приемов.

Громила успокоился и кивнул. Пара приемов для выживания и легкий импульсный пистолет исключительно для самозащиты. Почему бы нет? Этому он научит с легкостью.

Шранг после прощания с девочкой зашел к своему старому товарищу. Глава службы безопасности Синдиката как раз закончил утреннюю планерку и собирался в зал на тренировку.

— Ну как тебе Томми?

— Впечатляет. Радует, что при всей своей подготовке он не озлобился к детям.

— Что ты, очень хороший парень. Поймал пару пуль в прошлом году, и мы вынуждены были его перевести с активного прикрытия в тыл. Здесь, в нашем закрытом имении от него не потребуется молниеносная реакция. И общение с девочкой позволит почувствовать себя снова при деле. Думаю, эти дни им обоим пойдут на пользу.

Спустившись в подвал, мужчины подошли к небольшому грузовику с эмблемой видеофонной компании.

— Дозвонился, куда хотел?

— Да. На работе получил месячный отпуск. Босс попросил лишь вернуться живым. Говорит — не дело спасателям гибнуть в авариях на городских улицах.

— Стоит покопаться во вчерашнем?

— Нет, бессмысленно. Все следы ведут туда, на ремонтную базу. Надо ехать и разбираться на месте. Я понадеялся, что, вывезя девочку, решу эту проблему. Как видишь — серьезно ошибся.

— Какое прикрытие необходимо?

— Твои люди доставят меня в пригород и этого достаточно. Дальше я пойду по своим каналам. То, что ты взял дочку к себе — самая большая помощь.

— Не волнуйся за нее. Даю слово, что с девочкой ничего не случится. Даже если ублюдки поставят город на уши, Синдикат прикроет ее.

— Спасибо, Руберт. Сам понимаешь, друзьям с флота я не могу ее оставить. Это просто сломает им жизнь. Они люди подневольные. Откажутся выполнять какой-нибудь паршивый приказ в отношении ребенка — и все, под трибунал.

— Поэтому я никогда и не рвался в армию. Не по мне, когда над тобой тысяча командиров и каждый хочет поиметь тебя во благо своих ближних.

К грузовику подошел водитель и приоткрыл дверь в раскрашенном кузове.

— Удачи тебе, наемник. Я верю, что ты выкарабкаешься. После каторжных рудных заводов на Лунде ты не имеешь права умереть.

Мужчины обнялись, и Шранг легко поднялся в кузов. Захлопнулись двери, и через пару минут грузовик бодро выкатил на улицу. Вскоре он затерялся среди другого транспорта, спешащего в город.

* * *

Старый мастер устроился за столиком маленького кафе. Штольц любил вечерами заглядывать именно сюда. Домашняя свежая выпечка. Достаточно далеко от космопорта, чтобы у стойки толпились желающие принять стопку-другую перед долгой дорогой. Почти камерное заведение.

У столика остановился молодой мужчина в видавшем виды комбинезоне.

— Разрешите?

Штольц бросил взгляд на заставленный поднос и вяло кивнул. Незнакомец устроился за широким столом и с удовольствием стал сгружать принесенные вкусности.

— Вы счастливый человек. В эти пирожные кладут слишком много местных ягод. У меня от них изжога. Каждый раз не могу удержаться, беру парочку. А потом вечером мучаюсь.

— Да? Не знаю, мне местная кухня пока нравится и вечерами не беспокоит.

Старик прожевал последний кусочек омлета и принялся за кофе.

— Как погода?

Незнакомец с невыразительным лицом улыбнулся и постучал пальцем по одному из карманов.

— Все тихо. Нас не слышат, и хвостов нет, я проверил.

— Замечательно. Рад, что вы согласились прийти.

— Это моя работа. Что-нибудь случилось?

— Я посмотрел последний контракт. Эта партия двигателей будет отремонтирована через три недели, до сезона дождей. Как раз до возвращения основных бездельников в боксы. Но я боюсь, что списать использованные материалы втихую не получится. Любая подобная заявка в будущем уже будет под колпаком безопасников.

— Мы работаем над этим. Скорее всего, к весне на орбите откроют центр переподготовки. Появятся битые машины, и мы легализуем необходимые материалы под этой вывеской.

— Возможно. Но я хочу завязать. Устал ждать, когда мне вышибут дверь и попросят с вещами на выход.

— Ваше право. Когда хотите уйти?

— Месяца через три. Закончу эту работу, подчищу хвосты. И на покой.

— Оплата на старый счет?

— Да, все как обычно. Кроме того, у меня на примете один грамотный парень из резерва орбитальной группировки. Вам лишь нужно помочь ему попасть сюда, в ремонтные блоки. Я одно время по мелочи менял у него начинку для полевых станций. Очень аккуратный и осторожный молодой человек.

— Хорошо. Дадите его координаты, мы посмотрим. Со своей стороны обещаем, что все время работы вы будете находиться под прикрытием. По возвращении домой — можем продлить контракт за небольшие деньги. Либо поможем оформить документы как бывшему агенту разведки. Таких пенсионеров предпочитают не беспокоить действующие спецслужбы.

— Я подумаю над вашим предложением. Надеюсь, что накопленных денег хватит оплатить подобную услугу.

— На это хватит половины вашего текущего контракта.

Штольц допил кофе и удовлетворенно кивнул.

— Договорились. Я вам перешлю данные на возможного сменщика с еженедельным отчетом. А вы мне — детали пенсионной страховки. Всего наилучшего.

Человек в комбинезоне лишь кивнул, с аппетитом поглощая очередное пирожное.

Старый мастер помахал рукой хозяину кафе у стойки, и не спеша вышел на улицу.

* * *

Шранг не стал менять внешность. В тех кварталах, куда он шел на встречу, не практиковали установку систем наблюдения. Полиция предпочитала здесь лишний раз не появляться. Местные могущественные кланы самостоятельно наводили порядок на улицах. Контрабандисты, торговцы запрещенным товаром, часть семей Синдиката — никто не любил поднимать шум и все старались держаться в рамках приличий. Парадокс — вы могли не бояться потерять кошелек или получить оплеуху от перепившего бузотера в самом опасном месте города. Если бы вы вздумали нарваться на неприятности — вам бы просто помогли исчезнуть навсегда с лица земли. Тихо и аккуратно.

Наемник свернул в узкий переулок и остановился перед перегородившим проход роботом. Двухметровая махина, не скрываясь, оскалилась в сторону выхода из переулка стволами пары тяжелых пулеметов.

— Добрый вечер, господин охранник. Мне назначена встреча с господином Майногой.

— Сканер справа от вас. Приложите руку, пожалуйста, — буркнула машина.

Шранг поднес ладонь к считывателю. Через секунду боевой робот качнулся влево, молча открывая проход. Мужчина не спеша прошел мимо и стал спускаться по лесенке в подвал. Тридцать истертых ступенек и перед ним открылась старая пошарпанная бронеплита, служащая дверью в подземный мир.

У входа замер мальчишка, разряженный в кричащие люминесцентные одежды. Подозрительно окинув взглядом гостя, пацан приглашающе махнул рукой и повел по слабо освещенному лабиринту между штабелями ящиков, колоннами, бетонными клетушками и вереницами закрытых и открытых дверей. Шранг признал, что без мерцающей в темноте одежды проводника легко можно было потерять в этом хаосе. Через полчаса блужданий маленький спутник открыл неприметную дверь и подождал, пока гость скроется за ней.

В комнате над низким потолком слабо горел миниатюрный плафон. Направленный свет вырывал из тьмы трех мужчин, замерших у широкого круглого стола. Наемник сел на единственный свободный стул и улыбнулся.

— Добрый вечер, Майнога. Добрый вечер, господа.

— Добрый вечер, каторжник. Несмотря на твои проблемы, ты пришел чистым. Удивительно, как ты сумел выпутаться, когда тебя уже ищут по всему городу.

— Очень старательно ищут?

— Очень. Серьезные люди подняли на уши всех, до кого смогли дотянуться. Тебя спасло лишь то, что это люди государства, а чиновников здесь не любят. Но к утру деньги сделают свое дело и тебе на хвост сядет свора желающих подзаработать.

— Значит, я должен решить свою проблему сейчас.

— В прошлый раз мы расстались не в дружеских отношениях.

— Да. Ты как раз подумывал, как бы мне перерезать глотку. Но вот чудо — воюющим понадобилось свежее мясо, и меня с группой крепких ребят выдернули с каторги.

— Верно. Вы тогда лихо умотали в пасть к дьяволу. Я слышал, из всех каторжан в живых осталось лишь двое. Ты и еще один веселый доктор, что попал за решетку за излишнюю страсть к производству наркотиков.

— Может быть. Я не отслеживал судьбы коллег по штурмам. Состав менялся при каждой новой операции.

— Ладно. Прошлое — это прошлое. Зачем пришел?

— За кораблем. Маленьким хорошо вооруженным кораблем. Что-нибудь типа дальнобойной «Барракуды» из запасов глубинной разведки. Можно даже без официальных номеров. Через пару месяцев мне придется корабль сжечь на ближайшей звезде.

Мужчины переглянулись.

— Еще что?

— Хороший армейский рацион на пару месяцев. И новые надежные документы на мое имя. Чтобы выдержали проверку на планетах второго эшелона. Навещать столицу я не планирую.

— Неплохо. А блондинку в придачу, чтобы скрасить полет — не хочешь? За счет заведения?

— Спасибо, но это уже выше возможностей моего кредита.

— Кредита? — Майнога от души захохотал. — Какой кредит, каторжанин? Смотри.

И контрабандист выложил на стол тонкий лист коммуникатора.

— Мы выкупили данные о твоих счетах. За время войны ты получил несколько денежных поощрений. Потом почти ничего не тратил, пока служил спасателем. Плюс подъемные при переводе на новое место. Но вот беда, этих денег хватило лишь оплатить трехгодовой контракт на новое жилье. Плюс взнос на учебу девочке. И львиную часть ты потерял при оплате залога за разбитый «Карпо-микс». Ты пуст, бродяга. Если тебя сейчас прикопают на ближайшем пустыре, девочке через пару лет придется идти в сиротский приют. Ни у тебя, ни у нее за душой ничего нет.

— Совершенно верно. Всегда был высокого мнения о ваших возможностях по сбору информации.

— Итак, почему же тогда ты пришел ко мне? Я не подаю. Тем более доброму парню, оставившему ножевой шрам у меня на груди.

Шранг снова улыбнулся. Уверенно и без тени страха.

— Майнога. Ты серьезный человек. И очень нужен твоим друзьям. Тебя даже сумели выдернуть с каторги, где другие шустрые ребята отдали душу богу. У тебя отличные связи. Ты можешь достать любую информацию для нужд бизнеса. Точнее говоря — почти любую. Не так ли?

Контрабандист насупился.

— К чему клонишь?

— Помнишь, почему мы тогда так сильно повздорили? Если не боишься коллег, я могу открыть тайну.

— Можешь. Рядом со мной очень серьезные люди. У меня от них нет секретов.

— Транспорт. Утерянный транспорт такелажников. До бунта на Ханиле я наткнулся на него, когда заканчивал практику. И проверил его местоположение еще раз, после начала работы спасателем. Именно про этот самый транспорт ты так хотел узнать. Боялся, что я сдохну на каторге до того, как поделюсь тайной.

Один из сидящих за столом неторопливо побарабанил пальцами по столешнице и открыл рот.

— Это легенда. Легенда о спятивших такелажниках, решивших сорвать гигантский куш. И угнавших транспорт, набитый заводскими модулями для станций дальней разведки.

Шранг развел руками и кивнул:

— Легенда. Легенда о корабле, содержимое которого дорожает с каждым днем. После того как кореляне разгромили совместный завод рядом с Коллапсом, у человечества нет необходимого количества навигационных и управленческих модулей. Новый завод обещают запустить лишь через пять лет. Если сейчас на рынок выбросить содержимое корабля — можно озолотиться. Частника сожрут при первых слухах о находке. А серьезная организация способна очень неплохо подняться на этом транспорте.

— И ты видел корабль?

— У меня были коды доступа. Я ходил по трюмам.

— И можешь рассказать байку о координатах?

— Почему — байку? У меня есть доказательство. Со второй поездки я приволок чип абстрактных расчетов. Он лежит в банковской ячейке. Получив чип, вы проверите заводские маркеры и убедитесь, что речь идет именно об этом грузе.

Второй молча сидящий человек повернулся к Майноге. Тот лишь покачал головой.

— Этот джентльмен учился на террориста. Он выдержит любые пытки. Мы лишь потеряем время. Кроме того, я склонен верить ему. Парень неплохо зарекомендовал себя на Лунде и дрался как проклятый во время военной компании. Вопрос лишь в окончательной цене.

— Как я уже сказал, мне не осилить этот груз. Я предлагаю его вам. По сходной цене.

— Твое последнее слово?

— Корабль с провиантом и оружием. Я должен быть уверен в этом корабле на все сто. Чистые документы. И сто тысяч. Из которых восемьдесят на имя моей дочери, чтобы ей не пришлось потом гнить в приюте. И двадцать — мне. На оперативные расходы.

Компаньон Майноги достал свой планшет и быстро произвел расчеты.

— Согласно таможенным отчетам, груз на борту потянет на пятнадцать-шестнадцать миллионов на черном рынке. Или больше. Подготовленная «Барракуда» или ее аналог потянут на полмиллиона. Документы и отмытые наличные — еще на две-три сотни. Со всем беспокойством мы потеряем не больше миллиона. Заманчиво.

— Я бы сначала попытался вытряхнуть с него информацию, — не согласился другой. Шранг тут же ответил:

— Тогда я попрошу половину названной суммы и расходы на лечение за ваш счет.

— Половину? За что?

— Я потеряю темп. Мне надо решить домашние проблемы в ближайшие дни.

Контрабандисты задумались. Через несколько минут Майнога поднялся.

— У меня есть запасной «Стилет-Дозор». Это посущественней «Барракуды», к тому же он полностью готов к любым акциям и можно вылетать хоть сейчас. Полугодовой запас армейских сублиматов на борту, отличное бортовое и легкое вооружение. Документы будут готовы за три часа. Давай данные о банковской ячейке и устраивайся отдыхать. Надеюсь, сейф оформлен на предъявителя?

— Разумеется.

— Тогда покажи нам образец товара, и мы совершим сделку. Хотя странно, что ты так дешево отдаешь самую большую удачу твоей жизни.

— Если мою дочь убьют, деньги мне не понадобятся. Мстить я могу и с теми крохами, что у меня есть.

* * *

Полный молодой человек отер обильную испарину и вдохнул влажный морской воздух. Садящееся солнце заливало жаркими лучами широкий пляж, на котором с трудом можно было найти свободное место. Похоже, большая часть горожан и военных предпочитали проводить послеобеденное время здесь, а не в душных ангарах базы или в пропеченных солнцем квартирах. Рядом с Мойри остановилась женщина в легком халате, слабо скрывающем соблазнительные формы.

— Если не ошибаюсь, вы новичок?

— Да, мадам. Приехал на лечение после аварии на спутнике. Шеф, скрипя зубами, подписал заключение врачей, и на пару недель я могу забыть холод космоса.

— Две недели слишком мало для настоящего отдыха.

— Но достаточно для мимолетного романа.

Женщина засмеялась и протянула узкую загорелую ладонь.

— Интересная идея. Ситти.

— Мойри.

— Я живу рядом с вами. Меня считают ветреной девушкой, но я лишь предпочитаю отдыхать за счет командировочных. Если надумаете потратить время и деньги со мной — обращайтесь.

— А где предлагаете тратить?

— В городе и на дальних пляжах. Здесь у нас отдыхают только твердолобые упрямцы, которым лень отлететь на пару-тройку километров дальше. А если надумаете поохотиться — сведу с местными любителями стрельбы. На дальних островах еще можно найти волка.

Мойри почесал затылок и улыбнулся.

— Ну что же, Ситти. Предлагаю тогда завтра вечером отметить встречу и обсудить детали отдыха.

— Отлично. Я освобожусь к пяти и буду вас ждать вон в том кафе. Готовьтесь кутить, я люблю хорошо проводить время.

— Живем лишь раз, отпускные у меня пока есть, — беспечно пожал плечами оперативник.

— До завтра! — Женщина махнула на прощание рукой и побежала к веселой компании в центре пляжа, где ее уже с нетерпением звали.

Агент контрразведки проводил ее взглядом и снова взглянул на заходящее солнце. Элегия-пять, место расположения планетарного батальона технического обеспечения Четвертого Имперского флота. Эл-пять, как любили говорить местные. Можно заглянуть в кафе поужинать, и пора сообщить руководству, что он прибыл на место и начал работу.

* * *

Майнога негромко постучал и вошел в комнату, где спасатель прилег отдохнуть пару часов назад. Шранг сел на кушетке и растер усталое лицо.

— Образец проверен. Мы подтверждаем сделку. Представитель Синдиката входит в долю и проследит, чтобы средства поступили на указанный тобой счет через час. Корабль готов, документы доставят к отлету. Твой шаг. Координаты и коды доступа на корабль.

Шранг кивнул и взял в руки планшет. Через пару минут вернул с цепочками цифр и знаков.

— До того, как отключите основную защиту, не вздумайте подходить на крупных кораблях. Только легкие боты не больше десяти тонн. Иначе система защиты перейдет в режим паранойи и будет стрелять во все, что приблизится.

— Понятно. Пойдем, привяжем данные к нашей навигационной системе, и я помогу тебе собраться.

ГЛАВА 6

1 сентября.

Гаршем.

В центре наблюдения царило мрачное напряжение. Отчет за отчетом обрабатывались, и сухие выжимки отправлялись руководству.

— На данный момент объекты не найдены.

— Космопорты под контролем. Дана вводная на усиление террористической активности. Задействован параметрический поиск. При регистрации все пассажиры проверяются по генетической карте.

— Под особый контроль взяты все прибывающие на орбитальную станцию Элегия-пять. Проверяются транзитные пассажиры, командировочные с орбитальных группировок и астероидного пояса.

— Закончено удаление всех документов в рамках операции прикрытия в планетарном батальоне и на орбитальной базе.

— Последний неподтвержденный контакт выявлен в пригородах. Координаты… Прибывшей группе обнаружить объект не удалось.

Провинившийся Ройт сидел на самом краешке стула, готовый бежать и выполнять любой приказ начальства. Начальство с мрачным видом тем временем тасовало прорву отчетов на экране. Через какое-то время господин полковник вздохнул.

— Да, братец. Это мы сплоховали с самого начала. Надо было после первого же прокола выходить на юристов и начинать тяжбу. Крючкотворы закопали бы парня с девчонкой и обошлись в итоге дешевле, чем наша нынешняя лихорадочная деятельность. А вместо этого мы полезли на его поле. Начали партизанскую войну, для которой его готовили и натаскивали. Он сейчас как рыба в воде — будет искать, пытать, добираться до сути. А из нас боевики-экстремалы получаются никакие. И эти аналитические записки о «переходе объекта в глубокое подполье» — меня не успокаивают. Черта с два наемник будет сидеть тихо как мышка. Он понимает, что время работает против него и обязательно постарается добраться до цели любыми способами.

Ройт подумал — надо ли кивать головой на показательное самобичевание начальника и решил повременить с любыми проявлениями жизни. Так и остался сидеть истуканом.

— Ладно. Дело уже прошлое, отыграть назад не получится. Развернутая сеть может дать результат, а может и не дать. Поэтому — проработай данные по запасной группе на Элегии-пять и готовься к броску туда. Так или иначе — именно там наш бодрый мальчик даст о себе знать. А там или мы, или разведка свернет ему шею. Потом можно будет не спеша добыть девчонку.

— Дополнительные распоряжения будут?

— Зачем? Ничего, в сущности, не изменилось. Если мы не закроем проблему — закроют нас. Поэтому — выдвигайся, а я пока буду прикрывать нашу активность здесь от излишне любопытных носов.

* * *

Резидент корелян на Гаршем-Периферии закончил анализ собранной информации и перенацелил имеющиеся в наличии силы. Краткие приказы ушли получателям.

— Группе контроля — продолжить слежение за техническими терминалами портов на Клайт-два. Обращать внимание на группы мелких военных судов и различные курьерские службы.

— Группе захвата передислоцироваться на Арлан. В случае обнаружения объекта произвести силовой захват. При невозможности захвата — объект уничтожить.

— Работы по спасателю выделить в отдельное дело. Запросить штурмовую диверсионную группу для усиления резидентуры на Элегии-пять. Основную базу переместить с островов в окрестности ремонтной базы.

— Группе прикрытия подготовиться к возможному отражению атаки ВК. В силу утери данной службой контроля над ситуацией их резиденты могут попытаться уничтожить Штольца лично.

— Ждать контакт спасателя со Штольцем. Как только встреча состоится — уничтожить спасателя.

Старший несущий запах проанализировал расстановку сил на ближайшие сутки и удовлетворенно кивнул. Человек проиграет. Одиночка может удачно сделать один ход, другой. Но в целом партия останется за организацией. Никто не может воевать с отлаженной боевой машиной.

* * *

Одутловатый молодой мужчина осторожно размешал шипящие таблетки в стакане с водой. Надо сказать спасибо медикам. Дополнительные биоблоки в печени спасают от сильного похмелья и позволяют быстрее разрушать всю ту дрянь, что он влил в себя вчера на грандиозной попойке. Смешливая Ситти оказалась права — кутить здесь умели с размахом. Мойри вывел на планшет вчерашний счет и задумался. В принципе департамент не пострадает и от полугодового отпуска лучшего оперативного агента. Но как прикрыть подобные траты в глазах местных соглядатаев? Придется менять тактику. Мужчина набрал номер.

Экран видеофона показал перекошенную картинку — часть подушки и взлохмаченные волосы.

— Какого черта?

— Не поверишь, Ситти. Уже обед. И я проголодался после вчерашнего.

— Ох, не напоминай мне.

— Решила не ходить на работу? Ты же работаешь по субботам.

— Как только вчера в кафе подтянулись основные силы, я предусмотрительно послала шефу заявку на отгул. Тем более что вы потом с ним надирались за одним столом. Думаю, до понедельника меня никто не будет искать.

— Замечательные у вас тут правила.

Девушка лишь что-то буркнула в ответ.

— Послушай, я прочел вчерашний счет как балладу о нищем рыцаре. У меня есть предложение. Я смогу достойно поддержать твои запросы и наш обоюдный отдых. Но поить весь город мне не по карману.

— А подарки?

— Моя хорошая, достойный отдых включает в себя и подарки и прогулки на острова. Правда, если вы и на волков охотитесь с тем же размахом, то от охоты я воздержусь.

Ситти попыталась засмеяться, но тут же замолкла.

— Ты садист. Знаешь, как мне плохо, и смешишь. Хорошо, охоту обсудим потом. А сейчас я хочу спать!

— Я не только садист. Я очень вредный садист. Вредный и настойчивый. Я знал, что времени у меня будет мало, и вытряхнул из орбитальных эскулапов препараты для таких тяжелых утренних часов. Мы не можем тратить мой скудный отпуск на дневной сон. Говори, как тебя найти, и бодрый молодой человек тебя спасет.

— Надеюсь, мы не отравимся твоей химией. Дом напротив, с зеленой крышей. Квартира семь.

— Бегу. А после завтрака можно будет поискать небольшой кораблик.

— Ага. Вечером. Или завтра. Когда я соберусь с силами.

И девушка выключила видеофон.

Мойри улыбнулся и проверил данные, собранные запущенными в местные сети программами. Пробегая глазами итоговый отчет, удивленно поднял бровь. Надо же, кто-то на днях провел тотальную чистку, пытаясь убрать следы присутствия в городе нескольких групп людей. Интересно, надо будет в этом покопаться поподробнее. Оперативник сформировал дополнительные указания своим компьютерным агентам и стал собираться в гости. Образ простачка с орбиты следовало дополнить парой ярких штрихов. Хорошее прикрытие не помешает перед началом активных действий.

* * *

Шранг не стал парковать корабль в основных ангарах станции. Благо, «Стилет-Дозор» проектировали для различного рода тайных операций, и по внешнему виду дальнобойный разведчик не сильно отличался от разномастных шлюпов технической поддержки. Контрабандисты нанесли на обшивку кучу маловразумительной технической разметки, что-то перекрасили, что-то замазали. И начиненный смертоносной начинкой «Стилет» превратился в помятый жизнью рыдван, сотни которых болтаются в астероидном поясе или на задворках системы. В реальной жизни технический флот использовали для затыкания любой дыры в снабжении ближних и дальних станций. И предпочитали обслуживать подобные кораблики на смонтированных в удалении от станции коммуникационных фермах. Сюда Шранг и пристроил своего боевого коня, воткнув в один ряд с застывшими мелкими транспортами и парой кораблей связистов.

Передав на базу данные из новых документов, спасатель уведомил диспетчера о мелких поломках и отказался от доступа на базу. Двух-трехдневный ремонт, получение груза и путешествие назад, к одному из рудников. Сотни подобных кораблей каждую неделю. Пока различные службы трясут транзитных пассажиров базы, Шранг тем временем не спеша займется своими делами поблизости. Не попадая под чужой любопытный взгляд.

Убедившись, что на станции он никому не интересен, спасатель вывел на обшивку два десятка мелких ремонтных роботов, заставив их изображать неспешную бессмысленную работу. При этом один из крабообразных механизмов посадил на коммуникационный блок, куда обычно стыковались местные ремонтные службы. Через пару минут с корабля был получен доступ к технической информационной сети базы.

— Давайте, ребята, посмотрим ваши потроха. Помнится, последний раз я копался тут два года тому назад, когда меня посадили на неделю отдыхать после авантюры с горящими доками. Такелажников и ремонтников мы тогда спасли, но пришлось разнести пару складов в клочья при помощи взрывчатки. Иначе просто не успевали. Вот я и отдувался неделю в каюте за излишнее самоуправство.

Шранг с интересом выстраивал на окружающих его голографических экранах мерцающие потоки данных. Различные хитроумные программы анализировали сообщения ремонтных модулей, обращались в архивную память стоящих на отдыхе роботов и собирали маркеры перемещенных грузов.

— Да, пару дыр в системе безопасности не закроют никогда. Как закончили войну с мартышками, так на профилактику и запрет несанкционированного доступа просто плюнули. Болваны. Разве так можно?

Тем временем раскинутая по технической сети паутина добралась до нужных адресов и начала перекачивать информацию. Деятельность роботов, маршруты их движения, ремонтные операции на базе за прошедшие два месяца. Ничего такого, что могло бы проходить под грифом «секретно». И золотое дно для человека, разбирающегося в ловле крупной рыбы по кругам на поверхности воды. Миллионы мелких операций, включая доставку того или иного чемодана для пассажиров, побывавших на станции. Правда, сами пассажиры были скрыты под уникальными персональными кодами, и уж личные данные на них хранились за семью печатями. Но спасатель не волновался. Беда большинства орбитальных систем, что на поверхности эти же данные приходилось дублировать в ряде локальных систем: полицейское досье со штрафами за хулиганство отдыхающих, гостиницы и бары с выходом в кредитные массивы и тому подобное. Поэтому привязать неизвестных пока ему людей к собранным абстрактным уникальным кодам он легко сможет, спустившись с орбиты. А пока Шранг приступил к анализу пополняемых данных за интересующие его пару дней.

— Ну что же, Пчелка. Как ты говорила, папа перед гибелью успел съездить на охоту. Где-то на островах нашли целый выводок волков и несколько важных человек поехали туда охотиться. И взяли с собой ряд офицеров с базы, включая Троста. Вот и посмотрим, что это была за поездка.

Мужчина перетасовал изображения на экране и задумчиво стал разглядывать несколько отчетов, собранных в центре.

— Забавно. В день охоты с орбиты на этот остров спустил три бота. Содержимое — продукты, деликатесы и спиртное. В то же самое время группа отдыхающих на четырех ботах прибыла на остров. Вопрос — зачем тащить еду из космоса, когда ее можно было взять на базе? Ладно, пойдем дальше.

Движением пальца к открытым отчетам добавился еще один.

— А после охоты обратно вернулись те же три орбитальных бота, забитых под завязку. Что нам расскажет сканер технического терминала? Он считал партию чего-то и кучу хлама после пикника. Что у нас тут? Битое стекло, бытовой мусор, отходы, пакет испорченного фарша, детали от сломанного байка. Всего — ровно один контейнер. И битком забитые три бота, которые приволокли на орбиту — что?

Шранг запустил несколько программ поиска соответствия. Через мгновение система вывела графики с указанием подобных грузов.

— Не понял, — протянул спасатель. — Мы вернули наверх геологическое оборудование. И за последние пару лет через базу прокачали приличный объем подобного рода грузов. Но ведь база не занимается ремонтом таких машин. Я хорошо помню, что эта обязанность возложена на орбитальные заводы, расквартированные у Элегии-семь. Забавно. Непонятные регулярные грузы, малозаметные в общем потоке. И часть из них перебросили под прикрытием охоты.

Спасатель аккуратно скомпоновал полученные данные и задумался.

— По крайней мере, я знаю мои дальнейшие шаги. Сначала заглянем в город, пошарим по местным закромам. А потом пройдемся по рембазе. Тем более что маркеры показывают на один и тот же ремонтный бокс.

Закончив анализ, Шранг убрал робота с коммуникационного блока и стал готовиться к посадке на планету.

* * *

Пожилой мужчина в дорогом халате сидел в глубоком кресле и потягивал вино, наслаждаясь тихо звучащей классической музыкой. В отличие от большинства людей в его организации, капо Сацци получил хорошее образование и любил послушать после тяжелого трудового дня хорошую музыку. Тем более что в остальное время приходилось заниматься куда менее приятными делами: рэкетом, войной за территории и даже убийствами. К сожалению, Семье Сацци противостояли такие же грубые и жадные противники, с которыми договариваться получалось только с позиций силы.

Сидящий напротив Руберт десять минут тому назад закончил доклад о проводимых операциях и ждал разрешения отправиться по своим делам. Но капо медлил. Налил себе еще вина и внимательно посмотрел на главу службы безопасности.

— Ты не упомянул об операции прикрытия наемника, которого сейчас ищут по всему городу.

— Это мой друг. Частная операция.

— Согласен. Но я бы хотел знать — кто он. И почему его дочь сейчас живет в нашей Семье.

— Его зовут Шранг. Бывший военный. За бунт попал на каторгу, где мы провели вместе два года. Человек слова. Прикрывал мне спину долгое время. Я его должник.

— За его голову обещали большие деньги. Очень большие. Видимо, он сильно разозлил влиятельных людей. Может ли твоя помощь оказаться опасной для Семьи?

— Нет. Мы лишь укрываем его дочь. А сам Шранг исчез из города. О происходящем знают только мои люди, и информация не уйдет на сторону. Семья не помогает ему в решении личных проблем.

— Хорошо. Ты прекрасно работаешь, и мне нравится твой стиль. Раз ты считаешь, что твоя личная проблема не влияет на дела Семьи — так и будет. Единственное, постарайся обезопасить девочку от любых возможных инцидентов. Мне не нужны проблемы в будущем с твоим другом по каторге. И Семья будет в выигрыше, если приобретет расположение человека, который не забывает сделанного добра.

— Он вряд ли будет работать на Синдикат.

— И не надо. У нас полно легального бизнеса. Вплоть до того, что мы можем предложить ему хорошее место на орбите. Начальником службы спасения одной из наших компаний. И получим отличного профессионала, который будет страховать наших близких в путешествиях.

— Хорошо, я проверю еще раз, как обстоят дела с безопасностью девочки.

Капо кивнул головой и жестом отпустил Руберта. Настало время насладиться музыкой в одиночестве.

* * *

Штольц следил, как ловкие манипуляторы ремонтного робота приваривают одну из замененных бронеплит для кожуха двигателя. Пара минут — и место сварочного комплекта занял блок диагностики. Старик удовлетворенно кивнул. Желая побыстрее разделаться с последним контрактом, он не брал в рот ни капли спиртного, и теперь работа спорилась. Через полчаса закончит первый двигатель и займется вторым. Сегодня разберет, снимет все поврежденные детали, после чего задаст на ночь задачи автоматическим комплексам. Скорее всего, через пару дней и второй бокс можно будет опечатывать. Останутся пара раскуроченных железок, с которыми придется повозиться. Но в любом случае он закончит работу раньше, чем наметил. Отправит ящики на орбиту и начнет собираться на покой. Куда-нибудь в глушь. В домик со своим яблоневым садом. Или в маленькое бунгало на берегу ручья с форелью.

Старик придирчиво проверил качество сварочного шва и снова вернулся к мониторам, где выводилась информация об успешно завершаемых тестах. Хорошо, когда молодежь прожигает жизнь по выходным, тем спокойнее и безлюднее на базе. Можно не отвлекаясь работать.

* * *

— А зайцу будет больно? — Девочка с грустью смотрела на пушистого игрушечного зайца, размерами чуть меньше ее самой. Зайца только что заботливо устроили отдыхать на маленьком кресле.

— Конечно. Поэтому я предлагаю не обижать зайца. Давай лучше попробуем на этом резиновом чучеле. Его специально привезли сюда, чтобы учить таких малышей, как ты.

Девочка подошла к резиновому истукану, стоящему столбом в центре зала.

— Прости, чучело. Но дядя Томми говорит, что тебе это даже нравится. А зайца мне очень жалко.

Мужчина аккуратно положил на свою огромную ладонь маленькую коробочку с парой кнопок по краям.

— Смотри. Вот из этой дырочки вылетит болевой луч. Нажимаем сюда — и стоящему перед тобой не поздоровится. А если коробку приложить к телу — то любой враг ляжет и будет отдыхать пять минут. Или больше.

Ларали аккуратно взяла легкий шоковый разрядник и направила на чучело. Нажала кнопку, и в резинового человека воткнулась сверкнувшая молния.

— Правильно. А теперь давай я тебе покажу забавные фокусы, как можно спрятать эту коробочку и достать незаметно. Сама понимаешь, вредные дяденьки не любят, когда на них направляют такие коробочки.

Меньше всего на свете Томми хотел отправиться на пенсию. За свою жизнь он научился только убивать или отдавать жизнь за людей, которых защищал. И с трудом поднявшийся с больничной койки после ранения боевик был счастлив общаться со своей новой подопечной. Кому он нужен без молниеносной реакции и веры в свою неуязвимость? А здесь и сейчас он доказывал Семье свою необходимость, демонстрировал свой опыт и преданность. Именно поэтому громила терпеливо отвечал на любые вопросы любознательного ребенка и учил тому, что считал нужным.

Может ли пятилетняя девочка дать сдачи обученному убивать мужчине? Вряд ли. А если дать ей в руки малозаметное и надежное оружие? И научить им пользоваться? Тогда исход поединка становится неопределенным.

И Томми учил Ларали так, как когда-то учили его. Ведь если за девочкой придут, то это будут прекрасно обученные специалисты. С которыми тяжело справиться и взрослому человеку.

— Это очень забавная вещь. Большой батареи нет, сканеры на нее не реагируют. Не является оружием, поэтому даже полицейский не имеет права у тебя ее отобрать. Ну а если очень хочется, можно переделать во что-то безобидное. И приготовить сюрприз незнакомцу.

— А если я попаду сюда, что мне делать дальше? — Девочка разрядила шокер в пах манекену, и тот согнулся, имитируя движения человека.

— Тогда мы с тобой должны сделать вот так…

* * *

— Послушайте, господин Когут! Я вовсе не пытаюсь оказать на вас давление, но мое руководство…

— Плевать я хотел на ваше руководство! Тем более что ко мне оно не обращалось и вряд ли сунется! — Чернокожий гигант орал так, что дребезжали стекла в кабинете. Сидящий напротив него невысокий мужчина в модном костюме покрылся пятнами и пытался как-то уладить конфликт:

— Но мне, как инспектору, положено ответить на вопросы сверху, которые вызвал ваш последний отчет!

— Можете засунуть себе этот отчет в одно место и медитировать над ощущениями! Повторяю — по любым вопросам в отношении спас-службы обращайтесь к моему начальнику! А если еще раз меня вздумаете побеспокоить — я вас в ближайшей куче гравия закопаю! Чтобы следующий болван не отнимал мое драгоценное время!

— Но, позвольте, именно вы отправили в отпуск человека, который не проработал еще и дня! Это нарушение отчетности!

Когут замолк на секунду, потом выбрался из-за стола, схватил мужчину за шиворот, выдернул его из кресла и одним движением поднес к стене, где висел график дежурств спасателей.

— Ты, канцелярщина безмозглая, кому собираешься про отчетность рассказывать? Мне?! Сюда смотри, урод! Вот, вот сюда! Шесть недель отпуска! Любому спасателю! Любому, специально для тебя, тупорылого, повторяю! В любое время, хоть с момента подачи заявления о приеме на службу! И поэтому господин Шранг после перевода получил свой законный отпуск по личным обстоятельствам! Есть еще вопросы?

Висящий в паре сантиметров над полом господин что-то придушенно пискнул, и Когут удовлетворенно кивнул.

— А поэтому на любые вопросы о его местонахождении, причинах срочного отъезда и сроках возвращения я отвечать не буду. Только если сюда приедет старый знакомый — шеф местного отделения полиции. А не какой-то болван с мутными полномочиями. Понятно?

— Понятно, — просипел дрыгающий ногами субъект.

— Отлично. И если вам не нравится устав спас-службы, можете обращаться в законодательное собрание столицы, мы как раз находимся в его юрисдикции. Ну а теперь — не смею больше задерживать.

Когут открыл дверь, вышел на широкий пандус и пустил господина в модном костюме кувыркаться вниз, к выходу из ангара. Следом полетел чемоданчик.

Начальник отделения спас-службы обернулся на шорох за спиной. Из дверей класса торчало несколько голов с круглыми от удивления глазами.

— Что не так?

— Господин Когут, мы закончили главу об экстренной эвакуации.

— Отлично. Через пять минут проверю. Надеюсь, никого из вас не придется отправлять вон подобным способом.

Головы астронавигаторов испарились раньше, чем Когут успел вернуться к себе в кабинет.

— Надо же, отчет ему подавай о местонахождении спасателя. Жаль, пинка напоследок не отвесил. Быстрее бы выкатился с базы.

И, находясь в самом бодром расположении духа, гигант пошел проверять подготовку стажеров.

* * *

Офицер Внешнего Контроля паковал вещи. Комбинезон, пара легких костюмов, препараты для восстановления сил после серии прыжков на курьерском корабле. Ройт ненавидел подобного рода задания. Когда необходимо покидать обжитой кабинет и мчать сломя голову в очередную дыру, спасать чью-то карьеру. Проблема заключалась в том, что эта поездка должна была спасти и его карьеру тоже. Мечта занять место недальновидного начальника и уйти с позиции простого оперативника сыграла дурную шутку. Занятое место принесло с собой не только личный кабинет и хорошую прибавку к зарплате. Работа на новом месте могла закончиться не позорной отставкой, а мастерски подстроенной катастрофой. После которой и хоронить будет нечего.

С каждым днем этой гонки Ройт все больше ненавидел проклятого спасателя, не желающего угомониться раз и навсегда. Это в разведку, полицию или военные структуры можно было попасть с улицы. Во Внешний Контроль брали только по рекомендации. Здесь ценили только личную преданность и отбирали людей, которые поднимались командой благодаря бесконечным интригам и также командой обрушивались в бездну.

Служба, созданная при участии промышленников и политиков для контроля за набравшими во время войны силу военными, позволяла держать на привязи слишком рьяных служак. Подпитываемая мощными финансами, новая структура позволяла выстраивать карьеру многим отпрыскам уважаемых семейств. При этом молодым людям не приходилось рисковать жизнью на поле боя или при ликвидации технологических катастроф. Достаточно было получить место по протекции, подобрать штат, и можно начинать клановую войну. Войну против соседей по департаменту, против военных, против многочисленных тайных служб и прочих любителей пустить кровь ближнему.

Император и его приближенные ничего не имели против. Вместо того чтобы бороться с кодлой богатых тайных врагов, им дали возможность официально строить козни в рамках специальной организации. Под присмотром императора. Сначала во Внешний Контроль отправились самые шустрые, потом за набирающим престиж местом потянулись самые богатые. И последними в новую организацию добрались самые мудрые, решившие держать под контролем этот клубок змей.

Но как в любой тайной войне, кто-то должен был жертвовать собой, воплощая в жизнь чужие честолюбивые планы. И на место расходного материала находилось немало желающих. Высокая зарплата, отличная пенсия. Страх в глазах разного рода мелких чиновников, которых можно было прижать во время очередной проверки. И шанс вытащить свой лотерейный билет — добраться до уровня начальника отдела и попытаться поиграть в политику. Или предусмотрительно уйти на заслуженный отдых, передавая место очередному честолюбцу.

Ройт закрыл чемодан и скрипнул зубами. Да, это реальный шанс взобраться в пирамиде организации в заоблачную высь: к деньгам, поклонению и возможности обеспечить достойную жизнь себе и детям. И ради этого всего лишь надо домчать в вибрирующей скорлупе до захолустной планеты, найти там в джунглях озверевшего человека и успеть нажать на курок раньше, чем он. После чего — зачистить оставшиеся хвосты и сдать дело в архив.

Как бы ни было, молодой человек не собирался проигрывать. Проигрыш в этом деле означал крест не только на карьере. Проигрыш обещал превратиться в могильный крест. Отступать было некуда.

Офицер еще раз проверил записанные на коммуникатор документы, подхватил чемодан и пошел к выходу из комнаты. Корабль уже ждал. Оружие он получит по прилете на место.

* * *

— Ситти, ты девушка строгих нравов. Я также не ловелас какой-нибудь. Поэтому предлагаю согласовать наиболее удобное время для перевода наших дружеских отношений в более близкую сферу.

Девушка с усмешкой отпила вино из бокала и поплескала ногами в набегающей волне. Миниатюрный бот устроился в маленькой бухте. На крыле расположились разнообразные закуски и вереница разнокалиберных бутылок. Повешенный на хвост летательного аппарата микрозуммер распугал всех насекомых в округе. Заходящее солнце пекло уже не так сильно, и вечер можно было считать удавшимся.

— И насколько далеко ты хочешь зайти в этих отношениях?

— Мы люди взрослые, друг друга понимаем. Мне по должности положен один отпуск в год, не больше. И я всего лишь хочу этот отпуск проводить вместе с человеком, у которого зануда со спутников не вызывает неприязнь.

Ситти рассмеялась.

— Я помню, как ты вчера танцевал на барной стойке. Не слишком смело для зануды?

— Ну иногда так хочется отдохнуть от самого себя.

— Надеюсь, ты форсируешь события не из-за финансовой дыры в кармане. — Девушка подмигнула и ловко прыгнула в очередную набегающую волну. Мойри не рискнул оконфузиться и предпочел зайти в воду без эффектных прыжков. Через десять минут наплескавшаяся пара вернулась к боту.

Мужчина повозился в сумке и достал оттуда маленькую коробочку, отделанную бархатом.

— Как я уже говорил, для двух человек свой отпуск я смогу обставить как следует. Но целый город отблагодарить мне не по карману.

Мойри открыл коробку, и лучи заходящего солнца заиграли на граненых камнях.

— Ты мне нравишься, Ситти. И я лишь хочу, чтобы эти дни со мной рядом была такая красивая девушка, как ты. Я помню, как выгляжу в зеркале, и не претендую на какие-то глупости.

Девушка как зачарованная смотрела на играющее огнями ожерелье.

— Эй, парень! Я всего лишь девчонка с маленького городка на дальней планете! Я люблю повеселиться и с удовольствием провожу время с ребятами, способными оплатить хороший ужин. Но не более!

— А я всего лишь инженер с забытой всеми богами спутниковой группировки. И хочу провести эти две недели так, чтобы было что вспомнить потом холодными ночами. Я не зову тебя замуж и не прошу ждать меня весь год до следующего приезда. Я лишь предлагаю сегодня пойти на танцы в клуб и выбрать кавалером меня, а не какого-нибудь десантника с базы.

Девушка осторожно тронула пальцем один из камней и настороженно взглянула на Мойри.

— Взял в ломбарде на неделю?

— Вот еще. Это не алмазы, согласен. Но это астероидный пирит, долговечный минерал, который прекрасно подвергается огранке. Дом на эту вещь не купишь, но стоит она больше пары вечеров в дорогом ресторане. И это — мой подарок. Тебе.

Мойри умолчал, что в ожерелье вмонтирован маяк, а при подключении необходимой аппаратуры можно снимать удаленно разговоры в комнате, где находится украшение. Застегнув миниатюрный замочек, он подал девушке карманное зеркальце. Та попыталась разглядеть что-нибудь в маленьком отражении, потом засмеялась и чмокнула парня в нос.

— Не знаю, все ли у вас на спутниках такие дурные, но ты мне определенно нравишься. Не поверишь, мне вот уже два года никто не дарил подарков. Так, цветок-другой принесут и все. Я требую, просто требую немедленно вернуться в город. Сегодня наш выход в свет. И даю тебе слово, что сегодня все танцы — твои!

Мойри с ответной улыбкой помогал собирать разложенные деликатесы. Все же приятно, когда у тебя столь красивое прикрытие для основной работы.

* * *

— Спокойной ночи, дядя Томми!

— Спокойной ночи, Ларали. Если боишься, я включу дополнительный свет, кроме ночника.

— Нет, я не боюсь. И со мной мишка.

Девочка устроилась поудобнее на подушке и заботливо поправила одеяло на огромном плюшевом медведе, уложенном спать рядом с ней. Пушистому длинноухому зайцу вечером пообещали, что его возьмут завтра.

Томми тем временем закончил проверку сторожевых систем в коридоре и в стенах комнаты. После чего устроился в маленькой прихожей на широком диване. Рядом на столике предусмотрительный боевик положил пару тяжелых шпаллеров с запасными обоймами. Очередь в упор из такого оружия способна разорвать человека в бронежилете. Томми предпочитал всегда действовать наверняка.

Закрыв глаза, мужчина вслушался в еле слышное бормотание девочки:

— Дорогой папа, не волнуйся. У меня все хорошо. Я готовлюсь поступать в школу, учу разные умные предметы. Еще я играю и прошу прощения у резинового человека за то, что иногда ему попадает. А дядя Шранг скоро вернется. Вот только скажет строителям, что они болваны, и тут же вернется. Спокойной ночи, папа. Спокойной ночи, дядя Шранг.

2 сентября.

Элегия-пять, космопорт.

Воскресенье. Чуть больше двух часов ночи. Диспетчер космопорта краем глаза отмечает вереницу шатлов, заходящих с получасовым интервалом на посадку. Днем автопогрузчики растащат грузы, и в понедельник база продолжит работу на благо Четвертого флота. Диспетчер зевнул, чертыхнулся и вернулся к фильму, что смотрел на одном из дисплеев.

Пошарпанный корабль поколебал воздух надсадным гулом моторов и аккуратно примерился к посадочному кругу в дальнем конце космопорта. Это людям не нравится добираться в такую даль. А механизмам все равно. Куда программа посадки направила — туда и сядут.

«Стилет-Дозор» осел на выпущенные лапы и вывел двигатели на режим гашения. Минута-другая — и на поле вернулась тишина. Через полчаса на другую точку опустится следующий шатл, а пока космодром вернулся к прерванной дреме.

Шранг пробежал глазами по мониторам и улыбнулся. Подделка документов вскроется через месяц, при очередной проверке. Пока обратят внимание на несоответствие в документах, пока раскачаются и начнут шевелиться. В любом случае — все проблемы надо решить быстрее, чем за две недели. А пока корабль под видом орбитального шатла будет стоять тут. Небольшой груз, который он аккуратно получил на орбитальной станции, уже выгружается вниз. Через несколько часов погрузчики уволокут ящики на склад, и ты не увидишь ни одной живой души. Нет необходимости прятать корабль в джунглях или пытаться пристроить его в какой-нибудь неглубокой лагуне. Все проще. Пусть стоит на виду. С официальными документами в ожидании груза. Который якобы прибудет через двадцать пять дней.

Спасатель потянулся и встал из компенсаторного кресла. Вещи и оружие уже собраны. Как и легкий скутер. Пропуск на выезд из дальнего терминала в кармане комбинезона. Через десять минут Шранг покинул космопорт. И еще через двадцать растворился в городе, чтобы спрятаться в старой норе рядом со складами, которую оборудовал по старой привычке еще два года тому назад.

Бывший каторжанин готовился к финишному броску. Узнать правду, разработать ответный удар и уничтожить противника. Только так. Кровь за кровь. Смерть за смерть.

ГЛАВА 7

2 сентября.

Гаршем.

— Мне рекомендовали вас как лучшего частного специалиста по антитеррористической деятельности.

— Лестное признание. Может быть — слишком громкое, но все равно — лестное.

— Здесь — гонорар за нашу встречу. Если вас устроит — я бы хотел задействовать вас в одной операции. В качестве консультанта. Возможно, ваши рекомендации не будут использоваться, но мне необходима оценка со стороны существующей позиции и возможных действий противника.

Лысый бледный мужчина взял в руки лежащий перед ним чек и с интересом рассмотрел вписанные цифры.

— Вас рекомендовал мой старый знакомый. Когда я вышел в отставку, то не мог себе позволить даже свежий кефир по утрам. А его одолевали молодые идиоты, начитавшиеся статей по экологии и мечтавшие уничтожить пару заводов. Заводов, дающих работу родителям бунтарей. К обоюдной выгоде мы решили эту проблему. И я с удивлением осознал, что борьба с террористами или просто недовольными бунтарями может приносить неплохие деньги.

Чек перекочевал в карман пиджака.

— Можете называть меня Смит. Я сменил фамилию, когда открыл свой новый бизнес. Такая фамилия фактически была визитной карточкой моей профессии в древности. Что вас беспокоит?

— Вы сталкивались со спятившими бывшими агентами?

— Постоянно. Из вышедших в запас больше половины имеют проблемы с психикой. Профессиональная деформация. Теории заговоров, невозможность движением пальца снова посылать кого-то на смерть. Отсутствие крупных финансов для решения тех или иных бытовых проблем.

— Вы можете вычислить и помочь перехватить подобного рода агента?

— Да. Методики подготовки не сильно изменились за прошедшие годы. Если у вас есть информация на цель, ее можно будет перехватить.

— Отлично. Вот документы. Прошу обратить внимание на гриф «Без разглашения».

Мужчина тихо засмеялся, обнажив мелкие ровные зубы.

— Давно я не сталкивался с действующими агентами. Вы же должны понимать, что заработанное мной имя уже является гарантией от подобного рода глупостей.

— Возможно. Но мы предпочитаем подстраховаться и убрать болтуна. Если такой объявится.

— Хорошо. Будем считать — я понял ваш намек. На что именно я должен обратить внимание при первичном анализе? Какие цели вы преследуете?

— Нас интересует, где оптимальная точка перехвата объекта. Когда. Его реакция на наше присутствие и попытки противодействия.

— Ну что же, минут через двадцать я вам отвечу.

Полковник не спеша выпил кофе и стал ждать, когда его собеседник закончит просматривать материалы.

— Здесь не указано, какими финансами он обладает.

— По нашим данным — небольшими.

— Тогда он сменит внешность, вплоть до имитации другого пола, документы и пойдет с транзитом. Кроме того, при любой попытке задержания возможен прорыв. Подготовлен он неплохо и может попытаться захватить любой спускаемый аппарат. Но конечная цель у него — база. Здесь не указано — что его туда влечет, и я не могу дать окончательный анализ. Но рваться он будет именно туда. Остальное — различные варианты действий на местности.

— Знаете, ваш вопрос натолкнул меня на мысль. Почему мы пользуемся только ограниченными вариантами? Выстраиваем картину на основании того, что нам известно лишь в данный момент. Вы сказали — финансы. Давайте сыграем от того, что он нашел или занял крупную сумму денег. Как тогда он начнет действовать?

— Я проходил подобную подготовку и потом одно время учил бойцов диверсионных групп. Его задача — планета. Если средства позволяют — он купит корабль. Небольшой скоростной корабль. Приземлится где-то на островах. Отличное место. Огромное количество бухт. Присыпать чуть песком — вода затруднит опознание места посадки. Минимальные средства камуфляжа прикроют от активного сканирования со спутника. До города час-два полета на легком боте. Всегда можно незаметно вернуться обратно и передислоцировать корабль в другое место.

— Что позволит его обнаружить?

— Если проводилась картографическая обработка поверхности — то повторные снимки и анализ дадут шанс найти его базу.

Полковник задумался, потом аккуратно забрал планшет.

— Господин Смит. Я лишний раз убеждаюсь, что для поимки узкопрофильного специалиста надо привлекать такого же мастера. Ваш наработанный стиль мышления позволяет получать результат быстрее, чем это сделают все наши аналитики.

Специалист по тайным операциям вежливо улыбнулся.

— Кроме того, господин Смит, я позволил себе навести справки о вашей деятельности в последние годы. Как мне удалось узнать, вы живете очень неплохо, но вот получить надежный источник доходов не удается. Я хочу вам предложить сорвать куш.

— Интересно. Что вы имеете в виду?

— Я предлагаю вам принять участие в охоте. В охоте на этого человека. У вас будут молодые руки и ноги, готовые бежать в указанную вами точку. У вас будут средства и возможность получить содействие местных властей. Мне необходимо, чтобы вы помогли найти и ликвидировать преступника.

— У вас есть полномочия для этой операции?

— Разумеется. И я хочу сделать вам официальное предложение. Дорисуйте к полученной вами сумме два ноля — и вы поймете, насколько мы ценим ваши услуги.

Мужчина задумался. Он смотрел рассеянно на декоративную пальму, стоящую рядом со столиком, и что-то прикидывал в уме.

— Подумайте. С этими деньгами вы можете закончить побираться по различного рода сомнительным компаниям. И продолжить жизнь в свое удовольствие, не стесняя себя в средствах.

— Я еще не закончил анализ данных и не выдал запрошенные вами рекомендации.

— Если вы согласитесь — то немедленно полетите курьерским кораблем на место будущей схватки. Перед вылетом закончите анализ и дадите первоначальные рекомендации по поиску. Там уже разворачивается группа захвата, но мне нужны вы. Я хочу подстраховаться. Кроме обычных мер поиска и анализа — задействовать вас. Человека, способного мыслить так же, как этот проклятый психопат.

— Я обдумал ваше предложение. Мои условия будут несколько жестче, чем вы предлагаете.

— Слушаю?

— Вы добавите еще пятьдесят процентов к названной вами сумме. Вы можете пользоваться моими услугами только месяц. Не более. Если мы не достигнем результата за этот срок — я все равно выхожу из игры. Вы выплатите всю сумму сейчас на указанный мной счет. И я укажу вас в качестве нанимателя моим коллегам, работающим на Синдикат. Если со мной что-то случится — к вам придут с вопросами.

Настала очередь задуматься полковнику. Но он просчитал возможные варианты быстрее.

— Давайте номер счета. Я организую перевод денег за десять минут. Вы как раз успеете сделать необходимые звонки. Договорились?

Бледный мужчина вместо ответа молча протянул руку.

2 сентября.

Элегия-пять.

Шранг с интересом рассматривал лежащий перед ним микроробот для шпионажа. Контрабандисты определенно готовились к разному развитию событий и нашинковали свой корабль всевозможными устройствами. Большую часть из которых не стали снимать с проданной спасателю модели. И теперь мужчина изучал, как далеко шагнула наука за эти годы.

Два подобных аппарата уже успели обойти указанные им точки и подключили выносные сканеры к локальным сетям городских служб. Третий робот дремал перед спасателем, снаряжающим механического многолапого краба различными смертоносными игрушками. Изредка Шранг бросал взгляд на пару небольших экранов, на которых мелькали сообщения от запущенных на локальном компьютере программ.

Сымитировав удаленную полицейскую мониторинговую станцию, компьютер аккуратно запросил личные данные на ряд уникальных идентификаторов и теперь сопоставлял полученные ответы с накопленной базой. Чуть позже отослал ряд дополнительных программ, выставив им необходимый приоритет. Закончив работу, система пискнула и вывела итоговый отчет.

— Ну и умница. Теперь я знаю, чьи личные дела постарались удалить из архивов орбитальной базы. Давай посмотрим — кого подчистили тут, в городе.

Шранг просмотрел записи и улыбнулся.

— Забавно. Сплошь работники ВК и лица, причастные к их активной деятельности. Похоже, ребята решили замести следы. Интересно, кому из них заплатили за операцию прикрытия с липовым геологическим оборудованием? Ладно, по крайней мере, большую часть из вас я теперь знаю в лицо.

Руки тронули сенсорную клавиатуру.

— Теперь спрячем мои следы и проверим на всякий пожарный — не ищет ли кто-нибудь меня.

Компьютер помолчал с полминуты, потом вывел окно с рядами цифр.

— Как это — сходный поиск? Хочешь сказать, это не меня искали?

Спасатель с интересом занялся донастройкой поисковой программы. Через какое-то время он удовлетворенно откинулся на спинку стула.

— Надо же, а этот господин использует сходные методы поиска и обработки данных. Как бы не оказалось, что мы окончили одно и то же заведение. Только по голове ему били мало, плохо за собой прибрал. Давай посмотрим — куда ведут следы забывчивого господина.

Через полчаса возни Шранг сумел выделить из массы побочных запросов идентификатор заказчика и еще через десять минут привязал его к конкретному человеку.

— Вот что значит — плодотворно поработать ночью. Так, немного посплю и прогуляюсь в гости. Это будет полдень. При известной доле везения хозяин уйдет или обедать, или на пляж. Смогу проверить, что он хранит в номере. Если не повезет — поболтаю с ним самим.

Спасатель завершил работу маскирующих программ и выключил компьютер.

* * *

Мойри прислушался к ощущениям и попытался понять, что его разбудило. Судя по отзывам организма, можно было поспать еще пару часов после ночной вечеринки. Никаких посторонних звуков и запахов в комнате. Часы и непритязательный браслет на руке — на месте. Значит, замаскированное оружие никто не пытался незаметно снять. Все же работники контрразведки предпочитали при залегендированной работе обходиться без огромного пистолета под подушкой. И все же, что могло разбудить?

Оперативник приоткрыл один глаз, сфокусировал картинку и нахмурился. Так и есть. Посторонний визитер в кресле явно лишний. Незнакомец помахал рукой и улыбнулся.

— Сожалею, что застал вас дома. Мне казалось, отдыхающие в это время уже вовсю развлекаются в городе.

Мойри открыл второй глаз и постарался вспомнить, не видел ли где раньше столь нахального типа. Резкие черты лица, глубокие морщины, спокойный взгляд. Нет, тренированная память не находила соответствий.

— И что бы сделали, найдя комнату пустой?

— Попытался бы понять — кто вы. На работников ВК не походите. Для имперской разведки город слишком мелкий. И работаете неплохо, с выдумкой. По всему — либо какой-то из центральных отделов полиции, или контрразведка. Тем более что в последние годы нас готовить стали по сходным программам.

— Нас?

— Да. Группы антитеррор и пресечение враждебной активности.

Лежащий мужчина почесал за ухом и окончательно проснулся.

— Надо же. Можно сказать — коллега. И какими судьбами?

— По вашим следам. В следующий раз постарайтесь не оставлять таких явных зацепок в полицейском архиве. Вот — идентификатор, по которому я вас нашел. И могут найти другие. Я на всякий пожарный прибрал за вами.

— Какая забота, тронут. Чем придется расплачиваться?

Шранг лишь покачал головой.

— Разве что попрошу вас отправить отчет руководству по своим каналам.

Мойри сел на кровати, поудобнее пристроив под спину подушку. Заметив сочувственный взгляд, пожал плечами:

— Да, приходится отрабатывать хлеб в поте лица. Рестораны, ночные клубы, красивые девушки.

— Я много потерял. Надо было не за головорезами бегать по окраинам империи, а в шпионы записаться.

— Да, много потеряли. Но благодаря вашему визиту я кое-что понял. Похоже — вы именно то шило в заднице ВК, которое они теперь с таким остервенением ищут.

— Ищут? Я пока не заметил патрулей на улицах.

— Их департамент вбухал в поиски существенные деньги и старается вовсю. Вполне возможно, что на местности вы их просто опередили на пару дней. Но ребята наверстают.

— Возможно. Правда, при детальной проверке они сначала найдут вас. Тем более что вы им активно стараетесь в этом помочь. Специально подставляетесь?

Агент вздохнул.

— Нет. Не имею никакого желания очутиться на местном кладбище. Видимо, придется пересмотреть мою работу с местными архивами.

— В любом случае вам придется определиться завтра или послезавтра — с кем вы. Я собираюсь разворошить местное гнездо и задать ряд неприятных вопросов. Может быть, после моих бесед горячие головы возьмутся за оружие.

Мойри заинтересованно посмотрел на спокойно сидящего спасателя:

— Зря надеетесь. Я не буду вызывать сюда дивизию для наведения порядка. И прикрывать вам спину в случае перестрелки не стану.

— То есть — только общий контроль и доклад наверх?

— Совершенно верно. — Мойри сочувственно улыбнулся.

Шранг поднялся и пошел к выходу. У дверей обернулся.

— Меня устроит. Я покопаюсь в местном грязном белье и перезвоню вам, если что узнаю. Есть пара интересных зацепок. А сейчас должен откланяться.

— Будете выходить через переднюю дверь?

— Коллега, не надо принимать меня за болвана. Я уйду так же тихо и незаметно, как начал свой визит. Незачем показывать ваше фото во всех новостях с криками: «Ловите шпиона!»

Спасатель махнул на прощание рукой и неслышно вышел в коридор.

Мойри спустился с кровати, выглянул следом в пустой коридор и лишь покачал головой. Тщательно закрыв дверь, вернулся в комнату. Сон пропал, можно было завтракать и пытаться понять — где он прокололся.

3 сентября.

Ремонтная база Четвертого флота на Элегии-пять.

— Послушай, Штольц, с кем ты воюешь?

Старый мастер от неожиданности подскочил на крутящемся кресле рядом с пультом диагностики.

Утренние солнечные лучи уже раскрасили яркими красками ремонтную базу, запятнав светлыми бликами внутренности ангара. Два серых бокса стояли опечатанными на краю платформы, два других старик собирался закрыть.

Внизу, рядом с лесенкой на платформу, стоял Шранг. В камуфляжном комбинезоне, перетянутый ремнями для подвесного оборудования. Стоял и печально улыбался, глядя на рассердившегося старика.

— Чтоб тебя, лихорадка! Испугал меня до полусмерти. Что за глупости ты несешь?

— Я заглянул сегодня ночью на твое рабочее место. Ящики трогать не стал, не хотел нарушать твои милые замаскированные метки. Но зато с интересом полюбовался на логи выполненных работ у ремонтных роботов. Характерные движения. На которые так аккуратно ложатся данные со складских терминалов. Получается наглядная картинка.

Старик обреченно опустил руки на колени.

— Штольц, готов поспорить на ящик хорошего пива, что ты здесь ремонтировал двигатели для тяжелых истребителей или штурмовиков. И если мы посмотрим на два опечатанных бокса — там наверняка найдем оттестированное геологическое оборудование, способное тащить в бой или спасать из-под обстрела веселых ребят, нажимающих на гашетку. А в двух других боксах — поврежденные железки, за ремонт которых ты собираешься получить явно неплохие деньги. Я прав?

Старик молчал.

— Послушай, я тебя знаю, как появился на базе. Ты же нормальный мужик, зачем ты в это ввязался? Через пятнадцать минут планерка. Потом сюда придут молодые ребята, с мыслями об очередной проклятой рабочей неделе и желанием удрать побыстрее на пляж. Ты хочешь, чтобы я устроил для них шоу? После которого командир базы с треском вылетит на пенсию, а тебя отправят гнить в тюрьму? Зачем ты в это ввязался?

Штольц пожевал губами и еле слышно ответил:

— Мой отец еле сводил концы с концами на паршивую пенсию. Мой мастер, научивший меня всему, не дожил и до шестидесяти, отдав все силы и здоровье проклятому железу. И я не хочу повторить их путь. Не хочу.

— Ладно, твои игры с контрабандистами или еще кем — меня не интересуют. Пусть об этом болит голова у безопасников. Меня больше беспокоит другое. — Спасатель не торопясь поднялся на платформу и присел на ящик с инструментами. — Я хочу узнать другое. Скажи, почему ты помог убрать Троста?

— Ты это о чем? — удивился старик.

— Вспомни. Охота. Четыре бота уходят с базы. На одном важные чины, три других забиты фальшивыми грузами. С орбиты спускают три орбитальных бота с продуктами. На охоте ты делаешь замену, и груз уходит наверх. А остатки продуктов и настрелявшиеся вволю господа едут сюда, в город.

Штольц оскалился:

— Надо же, какой умный. И кто это тебе рассказал?

— Твои друзья.

— У меня нет друзей.

— Есть. Механизмы, роботы, системы погрузки. Все те милые железки, на ремонт которых ты отдал лучшие годы. Они и рассказали. Про маршруты, полученные грузы и маркеры людей, участвовавших в поездке. Но главное другое. Что произошло там, на охоте?

Старик задумался.

— Да ничего не было. Нашли кучу следов крупного волчьего выводка, но зверей обнаружить так и не удалось. Так умаялись за день беготни по джунглям, что даже не стали пировать на месте. Собрались и вернулись назад.

— И через пару дней после этого на Троста уронили штутер. Потому что отличный механик что-то увидел. Или заподозрил. Возможно, он не меньше меня удивился операции по перегрузке контейнеров из одного транспорта в другой.

— Не мог он ничего видеть! — взвился старый мастер. — Он как умотал с остальными за волками, так до вечера и не появлялся! Не держи меня за малолетнего придурка, грузы мы перебросили без лишних глаз. Ни Трост, ни кто-либо еще не появлялся рядом.

— То есть ты с подельниками прикрылся охотой и лихо провернул дельце. А потом кто-то решил, что моему другу лучше умереть.

Штольц еще больше сгорбился.

— Я непричастен к этому. И не думаю, что мои компаньоны замешаны.

— Тогда мы возвращаемся к первому вопросу — что случилось тогда, на охоте? Почему кто-то стал зачищать хвосты?

— Не знаю. Я всего лишь отремонтировал эти несчастные железки.

Спасатель поднялся и поправил ремни рюкзака.

— Возможно, что тебя и не поставили в известность. Но я очень хочу повидаться с твоими друзьями и задать им пару вопросов. Чтобы поставить точку в этой затянувшейся истории.

Старик устало буркнул в ответ:

— Они тебя найдут. Не волнуйся. Найдут.

— Конечно. Например — сейчас.

В стены ангара раскатисто ударил взрыв, замолотив мелкими осколками по железной стене.

Штольц удивленно глянул на спасателя.

— Наша встреча — лучшее место для перехвата. Поэтому я подстраховался. Чуть-чуть. И насыпал немного противопехотных мин рядом. Ведь тебя и груз должны прикрывать. Особенно — груз.

— Идиот! Зачем ты заминировал базу?! За это трибуналом не отделаешься!

Шранг рассмеялся.

— Старик, через полчаса у комбрига голова будет болеть о других проблемах, а не о паре взорвавшихся мин на территории базы.

За стеной громыхнуло еще раз, а потом ангар зашатался от целой серии взрывов, гремящих поблизости.

— Правило номер один. Наступающих надо остановить заградительным огнем. Заодно и разминируем окрестности.

В ответ на улыбку спасателя в углу полыхнуло, и кусок стены, в клубах дыма и пыли, рухнул внутрь. В проеме мелькнули серебристые фигуры. Шранг кувыркнулся через ограждение платформы, приземлился на корточки и прогрохотал в ответ выхваченным из-за спины тяжелым шпаллером. Из дыма донесся визг. Еще очередь по метнувшейся фигуре, и что-то сдетонировало в ответ. Взрывной волной разметало переднюю часть ангара. Старик умудрился вылететь с платформы и удачно миновал все торчащее рядом с платформой железо. Полет закончился на бетонном полу, удар о который выбил остатки воздуха из легких.

Спасатель быстроногой каракатицей оттащил Штольца в угол и всмотрелся ему в глаза. Взгляд мужчины был полон боли.

— Старик, как ты мог связаться с обезьянами? Как?

— Они платили. И у нас — мир.

— Ты старый дурак. За шашни с контрабандистами тебя ждала тюрьма или каторга. За корелян тебя просто шлепнут.

Шранг сменил обойму и скрылся за высокой станиной огромного станка. Мастер старался не шевелиться и судорожно пытался отдышаться. Пару мгновений спустя рядом с ним из дыма появилась серебристая фигура.

— Жив? — Слабый кивок в ответ. — Хорошо. Мы возьмем его. Скажешь — парень спятил, устроил тут бардак. Пока на базе очнутся, мы успеем закончить дело и убрать свои следы.

И боевик метнулся следом за исчезнувшим спасателем.

Штольц попытался сесть и застонал. Похоже, ребра с правой стороны не вынесли жесткую посадку.

— Идиоты. Они его возьмут. Скорее он вас возьмет за шкирку и отшлепает хорошенько. А потом сдерет шкуру и сделает коврик для ног. Черт, как больно…

* * *

Еще ночью Шранг подготовил несколько путей отхода. Резонно предполагая, что его попытаются перехватить во время или после беседы со стариком, он воспользовался богатым арсеналом и оставил множество неприятных сюрпризов для преследователей. Нырнув к дальней стене ангара, спасатель активировал одну из систем. Подвешенная под потолком коробка вцепилась в зал за спиной ультразвуковыми импульсами, выслеживая движущиеся объекты. Через пару мгновений между молчащими станками загремели взрывы. Несколько боевиков в ангаре, пытавшихся преследовать его, беспощадно уничтожались. Один успел сделать пару выстрелов, среагировав на активность сверху, но рухнул, нашпигованный свинцом. Беглец не скупился на взрывчатку и не жалел разлетающееся на куски оборудование.

Несколько направленных взрывов вышибли куски стены и разметали содержимое задней части ангара по траве. Следом за летящими осколками метнулась слабо видная в дыму фигура. Навстречу ей из леса заговорили автоматы. Всполохи рикошетов окрасили робота, суетливо запускающего навстречу джунглям вереницу мин. Еще пара мгновений и крабообразный механизм рванул в сторону, преследуемый двумя дымными следами микроракет. Громыхающие взрывы перекрыли стрекот пулемета, установленного на станине гибнущего робота. Мгновением позже серия разрывов накрыла группу корелян, страховавших проход к джунглям позади ангара. Не успела осесть земля, как спасатель уже скрылся среди посеченных осколками кустов. Через десяток секунд за ним следом из-за ангара устремились трое преследователей — все, что осталось от диверсионной группы корелян, отправленной на перехват.

— Он взял левее, к ручью!

— Засек след!

— Отсекай справа, вторая группа будет через четыре минуты!

Пара выстрелов из-за дерева и шквал огня в ответ. Разделившиеся боевики пытались загнать дичь, не жалея боеприпасы. Одиночка быстро передвигался, не забывая сдерживать преследователей одиночными выстрелами. Еще мгновение и Шранг скатился в овраг, по дну которого журчал мелкий ручей. Парой мгновений спустя следом полетели гранаты.

Не успели упасть на землю вздыбленные комья земли, как овраг прочертили очереди автоматов. Секундой позже боевики замерли, пытаясь определить местонахождение жертвы.

— На сенсорах — пусто!

— Труба, левее двадцать. Сток ливневой канализации. Сброс «шмелей».

— У меня последняя пара.

— Все равно.

Две микроракеты крутнулись в воздухе, заложили кривые виражи и метнулись в разверзнутый зев трубы, из которой в ручей стекала тонкая струйка воды. Миг тишины и из черной дыры пахнуло жаром. Где-то в глубине заворчало, и овраг второй раз основательно тряхнуло.

Один из корелян остался у края оврага, страховать. Пара настороженно спустилась вниз, поводя раскаленными дулами автоматов вокруг.

— Пускай анализатор. Должны остаться следы белка и оружия.

Две фигуры с заляпанным мехом осторожно присели по сторонам от надсадно дымящей дыры и запустили туда микроаппарат, сверкнувший в набирающих силу солнечных лучах стрекозоподобными крылышками. Одновременно с этим кусок земли на другой стороне оврага шевельнулся и в сторону застывших фигур полетел маленький металлический шарик. Ярко-красный взрыв заглушил короткую очередь, срезавшую стоящего на страже боевика на краю оврага. В едком дыму из-под маскировочной накидки выбрался окровавленный спасатель, не поскупившийся еще на пару очередей в остатки боевиков рядом с трубой.

Кашляя, Шранг с трудом прошел десяток шагов по ручью и без сил опустился в неглубокую воду. Достал из бокового кармана коробку и пристроил ее на грудь. Медицинский блок тонко заверещал и стал подбирать необходимый комплекс препаратов для немедленного поддержания сил. Спасатель тем временем с трудом ощупал себя и усмехнулся.

— Проклятые обезьяны. Как же вы привыкли полагаться на свои механизмы, датчики, системы наведения. Потому и проиграли, что разучились зубами глотки рвать… Так, что там у нас? Тяжелых повреждений нет. Кровотечений крупных нет. Кости целы. Очень неплохо для человека, которого только что глушили гранатами… Ладно, стимуляторы получили, сейчас чуть звон в голове пройдет, и старый боевой конь помчится отсюда подальше. Пока не подоспела следующая партия любителей стрельбы.

Мужчина кряхтя поднялся, придерживая вцепившийся в грудь приборчик, поправил на обгорелом плече лохмотья комбинезона и заковылял вниз по ручью, постепенно ускоряя шаг. Через полминуты он уже перешел на рваный бег, набирая скорость. Стимуляторы позволят продержаться время, необходимое для достижения запасной базы, которая находилась чуть дальше в джунглях. А там уже никто не сможет его поймать.

Штольц сидел, привалившись к огромному монтажному стенду, придерживая саднящий правый бок. По морщинистому лицу скатилась пара слезинок, оставивших тонкие дорожки на усыпанном пылью лице.

— Проклятый спасатель. Нет чтобы тебе сунуть свой нос через месяц-другой. Или лучше — приехал бы на следующий год. Я бы тогда потерялся на дальних окраинах. С новыми документами. С деньгами. Сидел бы на берегу ручья и ловил форель. Такую серебристую, юркую. А теперь… Я так был рад, когда ты забрал девочку и уехал отсюда…

Старик охнул и осторожно потянул из набедренного кармана маленький пистолет.

— Даже если мохнатые тебя и прихлопнули, мне от этого не легче. Вон какой тарарам подняли. Всю базу на уши поставили… Слышу, слышу как вы там надрываетесь. Сирены теперь орать будут до вечера, не иначе. Скоро комендатура прискачет. Начнут задавать вопросы. Потом их сменят ребята в костюмах. Потом придут доктора-вивисекторы, не умеющие улыбаться. А затем то, что останется от старика, закопают по-тихому. И никуда от этого не денешься. Вон стоят четыре голубчика на стенде. Разок знающий человек глянет, и все, можно выносить приговор.

Штольц прислушался к приближающемуся звуку сирен и вздохнул.

— Жаль, а я так хотел поймать форель. Хотя бы одну.

В засыпанном пылью и окутанном дымом полуобвалившемся ангаре сухо щелкнул выстрел.

* * *

Офицер Внешнего Контроля трясущейся рукой влил в себя голубую жидкость и снова склонился над унитазом. Ройта всего полчаса назад выгрузили из курьерского корабля. Бесконечная серия прыжков перетряхнула все нутро. Предусмотрительно голодавший перед полетом мужчина теперь выливал из себя остатки желчи и пытался удержать хоть каплю лекарств. В голове звенело, но мир постепенно возвращался в привычные рамки.

На столе требовательно заверещал коммуникатор. Ройт с трудом поднялся и ткнул в кнопку.

— С прибытием.

— Спасибо, шеф.

— У тебя десять минут на возвращение в строй. Успеешь?

— Пятнадцать и буду в форме.

— Хорошо. Наш бодрый молодой человек отметился на базе. Пока непонятно, с кем он там сцепился, но выдержал полномасштабное столкновение и заляпал кровью всю округу. Прибывших солдат обстреляли из джунглей, и затем бойцы упражнялись в пальбе по деревьям около часа. Теперь усиленные стрелковые цепи прочесывают округу. Мне пришлось расконсервировать резидента, и он в качестве нашего представителя отправился на базу. Нам необходимо получать всю свежую информацию из первых рук.

Искаженный образ полковника на экране что-то отметил у себя на столе и снова обратил взгляд на застывшего подчиненного.

— Твоя задача — город. Пару людей оставишь на орбите, с остальными спустишься вниз. На заваруху на базе обращай минимум внимания. Главное — найти мерзавца, как только он объявится в городе. Твои полномочия подтверждены, можешь задействовать любые программы мониторинга. Привлекай людей, согласных работать за деньги. Но постарайся не пересекаться с военными, они обязательно начнут совать палки в колеса.

Ройт кивнул.

— И последнее. Я сумел нанять одного из бывших учителей этой диверсионной сволочи. Мужик головастый. Пользуйся его знаниями на полную катушку. Сейчас переброшу тебе его заметки, которые он успел сделать до вылета. Завтра утром курьерский корабль доставит его на орбитальную базу. Старику неплохо заплатили, не стесняйся использовать эту ходячую энциклопедию по максимуму. И не забывай, что ты сейчас старший. А у кого самые большие полномочия — тот и отдает приказы.

Экран потух, и офицер с сомнением посмотрел на полупустой стакан на краю стола. Похоже, разговор с руководством подействовал лучше лекарства. Можно было идти умываться и готовиться к спуску на планету.

* * *

— Добрый вечер. Я представляю капо Сацци. Капо хочет узнать, зачем вы попросили о встрече с представителями Семьи.

Очень серьезный человек аккуратно положил на стол перед молодым человеком в черном костюме голограмму.

— Насколько я понимаю, эта девочка находится у вас. По моей просьбе уже встретились со всеми серьезными людьми в городе. Но ни личные контакты, ни большие деньги не помогли нам получить необходимую информацию. Вместе с тем мы проверили все возможные связи спасателя, что он успел завести за годы бурной молодости.

Молодой человек спокойно взглянул на фотографию и снова поднял глаза на собеседника.

— Я уверен, что девочка не покинула планету. И уверен, что сейчас ее защищают очень серьезные люди. Вполне возможно, что этим занимается ваша Семья. Либо другая семья, входящая в Синдикат. Как-никак спасатель несколько лет провел на каторге в окружении ваших людей.

Мужчина пригубил вино и улыбнулся.

— Я не прошу отдать мне девочку сейчас. Но я прошу дать мне координаты, куда я мог бы позвонить. Если ситуация изменится кардинально. Например, погибнет человек, которому вы что-то пообещали. В этом случае я хочу иметь возможность сделать серьезное предложение.

Молодой человек аккуратно поправил лацканы пиджака и слабо кивнул.

— Мы принимаем ваше предложение. Вы сможете воспользоваться тем же номером, по которому договаривались о встрече. Взаимовыгодные контакты на таком высоком уровне — это очень серьезно. Можете быть уверены, что Семья выслушает ваши новости и рассмотрит интересный для нее контракт.

Собеседники поклонились друг другу, и очень серьезный человек остался допивать вино в одиночестве. Какая прелесть — деловые встречи в дорогих ресторанах. Под маской благопристойности можно спрятать любую грязь.

* * *

— Доклад по делу два-полста-дубликат-выделенный. Штурмовая группа уничтожена. Группа прикрытия объект не обнаружила. Эвакуация базы на планете подготовлена. Информация о предыдущих операциях в человеческих архивах уничтожена. Ждем дальнейших указаний.

Старший несущий запах анализировал поступающую информацию и выбирал наиболее оптимальные варианты выхода из кризисной ситуации. Через несколько мгновений он сформировал новый список приказов.

— Эвакуировать базу. Расконсервировать пару резервных агентов из числа местного населения, сориентировать на возможные активные действия.

— Дубль-резиденту передать информацию о текущей активности спасателя офицерам ВК. В связи с провалом нашей оперативной группы использовать данную организацию как основной инструмент уничтожения цели.

— Аналитикам оценить вероятность появления объекта в городе. Согласно первоначальной оценке ситуации спасатель должен уйти из джунглей. Только в городе он способен не опасаться прямых боевых действий с нашей стороны.

— Ликвидировать транзитные компании, начать операции прикрытия.

* * *

— Дядя Томми, я уже покормила рыбок. И закончила домашнее задание. Пойдем купаться. Ты вчера обещал научить меня сидеть глубоко в бассейне и играть в лягушек-невидимок!

— Обязательно. Ты будешь самым маленьким и ловким лягушонком в округе. Бери полотенце и пойдем.

Мужчина бросил взгляд на мониторы, показывающие пустые коридоры и шагнул вперед, придерживая тяжелый пистолет на бедре. Девочка важно шла следом за ним, держа под мышкой свернутое огромное махровое полотенце. Через несколько минут пара вышла в маленький зал, в центре которого сияло под разноцветными лампами зеркало воды.

Напарник Томми приветственно махнул рукой и занял позицию в углу. Последние пару дней Семья усилила безопасность, выстроив дополнительное кольцо безопасности внутри здания и усилив патрули снаружи поселка.

Томми улыбнулся девочке, отметив про себя маленький веер, висящий у нее на левой руке. Специалисты переделали шокер под безобидную безделушку, и девочка теперь привыкала носить смертоносную вещь всегда с собой.

— Ну, мой лягушонок. Давай посмотрим, насколько ты хорошо плаваешь…

ГЛАВА 8

3 сентября.

Элегия-пять.

Саперы закончили работу в полуразвалившемся ангаре и уступили место толпе экспертов, скрупулезно собирающих многочисленные следы недавно завершившейся битвы. Другая крупная группа работала поблизости в лесу, пытаясь найти что-либо в выжженном дотла овраге. В стороне хмуро переговаривались офицеры, примчавшиеся на звук громыхавших взрывов и успевшие ответить огнем на кратковременный обстрел из зеленых зарослей.

— Старика жалко. Хороший был мастер.

— Да, только Слим говорит, старик сам застрелился. Его не тронула ни одна из воюющих сторон.

— С чего бы старику стреляться?

— А ты стенд видел? В ремонтных боксах стоят двигатели со следами повреждений. Когда это в последнее время на базу привозили разбитую военную технику?

— Ага, да еще еще с эмблемами геологического управления.

— Вот и выходит, что Штольц не только орбитальные спутники чинил.

— Мутное дело. И со стрельбой этой непонятно. Пока мы тут толпились, нас можно было всех положить парой залпов. А так лишь дурной Тротти заряд поймал.

— Это он все в атаку рвался. Вот ему бок и поджарили, чтобы не суетился.

— Так и зеленому новобранцу понятно, что боевики прикрывали эвакуацию. Вон, в овраге живого места не осталось. Как погрузку окончили, так все напалмом и залили на память.

— А может, подчищали чего. Рядом с ангаром тоже химикатами все залито. Явно следы заметали.

— Ничего, эксперты раскопают. Ангар спалить не сумели, а там взрывами все станки разворотило. Не думаю, что кто-то просто так технику громил, слишком профессионально все сделано.

— Что и странно. Кто-то профессионально закладывает вагон взрывчатки в ангаре вперемешку со шрапнелью. Кто-то профессионально отсекает нас огнем от точки эвакуации. Кто-то профессионально устраивает локальную полномасштабную войну под самым нашим носом. И потом так же профессионально исчезает. Посчитав нас недостойными внимания. Что будет, когда этот кто-то возьмется за нас всерьез?

Мужчины помолчали. Потом один из офицеров в перемазанной форме грустно вздохнул.

— Хорошо неделя начинается. Весело. Теперь — на усиление. В бесконечные патрули, бронежилеты по жаре таскать, никаких пляжей.

Собеседники засмеялись.

— Да, в сбруе не получится девочек кадрить. Если только из пролетающего на бреющем флайера комплименты рассыпать.

— И обещать, что ты всех спасешь, как только дождешься группу поддержки.

— О, а вот и Слим, наш всезнающий Слим.

К замолчавшей группе быстро подбежал высокий худой офицер с дальнобойным разрядником на плече.

— Так, парни, снимаемся. Комендатура берет на себя оцепление. Нас — в резерв. Сейчас подгонят транспорт, и вернемся на базу. Там уже готовят списки на патрулирование. Несколько ботов уже вовсю крутятся над джунглями, но пока все тихо.

— А что здесь?

— Непонятно. Похоже, контрабандисты умудрились с кем-то договориться наверху, и старик для этой веселой компании занимался ремонтом. Движки точно не наши.

— Старый дурак.

— Ну если бы неизвестные боевики не устроили здесь дебош, ему бы все сошло с рук.

— И надолго это?

— Я тут порыскал, поразнюхивал. Похоже, мы влипли надолго. Базу закрывают пока. Все грузы остаются в порту, усиленные наряды на местах и в городе. Ждут контрразведку.

— Тогда все, отдых закончился. Эти живодеры с нас не слезут, пока последнюю каплю крови не сцедят.

— Не дрейфь, боевых офицеров никому не сжевать.

— Ну кто боевой, а кто так, за выслугой лет затесался.

К собирающимся вместе офицерам лихо подкатила пара легких бронированных десантных машин. Из них высыпала группа хорошо вооруженных солдат под командой бравых старшин. Зазвучали команды, и бойцы комендатуры легкой рысью побежали занимать указанные места в оцеплении. Поучаствовавшие в утреннем столкновении офицеры не спеша грузились в освободившуюся технику. Начинался первый день длинной суматошной недели.

* * *

Мойри подошел к надрывающемуся видеофону и нажал кнопку ответа. На экране появилось встревоженное лицо подруги.

— Ты слышал? На базе произошел бой, взорвали ремонтный ангар. Попытались захватить в плен подоспевших на место офицеров!

— Я только что из ресторана, где завтракал. Действительно, слухи ходят странные.

— У меня все соседи полезли в закрома, достали, кто чем богат. Городской совет хочет провести мобилизацию в помощь армии. Будут патрулировать улицы и выставят пикеты на окраине города.

— Думаешь, так серьезно? По мне, кто-то из молодежи просто хотел разжиться ценными вещами на базе, да напоролись на патруль.

— Да? А эти взрывы? Гремело так, что слышали даже в поселке за дальним пляжем. Нет, думаю, там что-то явно посерьезнее глупой кражи.

Оперативник вздохнул.

— Может быть. Боюсь, если все в самом деле серьезно, меня могут отозвать раньше, чем закончится отпуск.

Девушка задумалась на секунду, но тут же задорно улыбнулась.

— Нет, сейчас нагонят толпу проверяющих и заставят всех приезжих ходить на допросы. Представляешь? Утром ты час общаешься с мерзкими людьми в штатском, потом пару-тройку часов рассказываешь про эти мучения в ближайшем кабачке, а затем весь вечер со мной. Космопорт закрыт. И я надеюсь, что это надолго.

Мойри улыбнулся.

— Ну тогда я за нас спокоен.

— Конечно. И вместо запрещенных полетов на острова мы вынуждены будем найти себе развлечение в городе. Я подумаю, как нам скрасить время. Все, до вечера, а то тут целая очередь из желающих позвонить.

Ситти послала воздушный поцелуй и отключилась. Мужчина устроился на разобранной постели и вернулся к просмотру отчетов, полученных на коммуникатор из программ слежения.

Судя по всему, уже с полуночи кто-то задействовал на полную городские службы слежения, собирая информацию обо всех новичках, появившихся в городе и окрестностях. Часть систем пыталась найти вчерашнего утреннего визитера. Его цифровая модель отметилась в группе видеомониторинга, полицейских сводках немедленного розыска и еще паре десятков служб, отвечающих за благополучие города. Мойри лишь сочувственно вздохнул. Похоже, заваривший кашу прыткий мужчина вляпался в крупные неприятности.

Сам контрразведчик еще не мог похвастаться крупными успехами. Пока удалось лишь раскопать повышенный интерес высокопоставленных офицеров Внешнего Контроля к семье Троста. Включая их активность после странной смерти офицера и нынешний поиск спасателя. К сожалению, выяснить подробности сейчас будет намного сложнее. Особенно учитывая появившиеся патрули на улицах и желание горожан с оружием в руках пострелять по кому-нибудь в джунглях.

* * *

Шранг осторожно потрогал залитое восстанавливающей пеной плечо. Под блестящей янтарной корочкой неудержимо чесалось, но спасатель терпел. Еще пару часов и регенерирующая повязка растворится, замещаясь новой кожей на месте обожженной поверхности. Беспощадная война дала хороший толчок экстремальной и полевой медицине. После щедрых финансовых вливаний в науку боевые подразделения получили отлично зарекомендовавшие себя на поле боя препараты и новые технологии, спасающие жизнь солдат. Теперь обнаженный спасатель залечивал внешние повреждения и щедро накачивал организм препаратами.

Шранг обследовал все закоулки города, как только устроился работать на Элегию-пять. Побывал в канализационной системе города, проверил несколько заброшенных складов на окраинах. Подкопив денег, обустроил пару конспиративных лежбищ в противоположных концах. Сегодня он отлеживался в одном из них.

На столе лежало разнообразное оборудование и оружие. В ящике у стены ждали своего часа комплекты новой одежды. Со стены тихо бубнила пластиковая коробка, мельтеша картинками местных новостей. Соскучившиеся по событиям операторы щедро демонстрировали череду уходящих в небо ботов и тяжелых шатлов, мелькающие над джунглями тени боевых машин, вооруженные патрули на улицах. И возбужденных горожан, увешанных оружием с ног до головы. В такой обстановке только самоубийца инопланетянин рискнул бы сунуться в город. Теперь даже кошка в полночь будет под прицелом недоброжелательных глаз, готовых отдать приказ нажать на курок.

Шранг поменял кассету с препаратами в медицинском блоке и лег на жесткую кровать. Полученная информация подтверждала первоначальную гипотезу. Трост поехал на охоту и был свидетелем какой-то оплошности корелян. Либо просто задумался над странной операцией переброски техники с одних грузовых ботов на другие. После чего стал задавать неосторожные вопросы или был замечен рядом с местом погрузки. И практичные обезьяны решили его убрать. Вместе с ребенком, которому отец мог что-то сболтнуть.

Схватка у ангара должна была поставить базу на уши. Все-таки он неплохо там пошумел. Не поскупился ни на взрывчатку, ни на трупы. И хотя у инопланетян наверняка была группа прикрытия, спасатель надеялся, что им не удалось замести все следы. В любом случае необходимо было аккуратно убираться из города и выходить на связь с бывшим руководством. Доклад живого свидетеля мог дать полезную информацию следствию. А там, глядишь, удастся привязать контрабандные грузы к вполне реальным мохнатым лапам.

Мужчина закрыл глаза, собираясь поспать. Надо отдохнуть до завтрашнего утра. Завтра шумиха чуть утихнет, спадет общее напряжение. И Шранг наведается к молодому пухлому человеку, который любит понежиться в постели после тяжелых ночных трудов. Пусть враги думают, что это его контакт, пусть попытаются прижать хвост агенту контрразведки. Вполне возможно, что засоня оттянет на себя часть активных сил противника. Для одиночки даже один временно выбывший из игры вражеский солдат — серьезное подспорье.

Вскоре к бормотанию новостного канала добавилось тихое ровное дыхание. Бывший каторжник набирался сил перед следующим этапом схватки.

* * *

Резидент ВК закончил обед и раздумывал, где бы передохнуть перед очередным совещанием с командованием ремонтной базы. Громогласная потасовка, устроенная у одного из ремонтных ангаров, взбудоражила офицеров. Упитанный командир бригады вспомнил про свои погоны и доблестно раскручивал маховик поисковой машины. Господину комбригу совершенно не хотелось отчитываться с пустыми руками перед вышестоящим командованием. Тем более что в раскуроченном ангаре нашли незаконно ввезенную технику, и кому-то предстояло поплатиться за такую халатность как минимум погонами.

Мягко завибрировал коммуникатор. Резидент настороженно глянул на экран. Доклад руководству он уже сделал, и следующий сеанс назначили на вечер. Нежданный вызов мог сулить неприятности. На экране показалось знакомое лицо. Ничем не выделяющийся из толпы человек, убравший двух незадачливых идиотов несколько дней тому назад.

— Добрый день, коллега.

Резидент поморщился, но все же решил ответить:

— И вам. Добрый.

— Как я уже говорил, здесь даже поговорить не с кем.

— Поговорить о чем?

— О той потасовке, что сегодня утром разбудила весь город.

Резидент насторожился. Хотя вряд ли представитель неизвестной службы стал бы в такое время говорить о рыбалке.

— Вы что-то выяснили?

— Да. Несмотря на все наши старания, ваш подопечный убрал нашего мастера.

— Старик застрелился сам.

— Важен результат. Рано утром Штольц был жив. А теперь он — мертв.

— О каком это подопечном вы говорите? — спохватился представитель ВК.

— Том самом, чье лицо забило все системы наблюдения в городе. О спасателе, за которым вы гоняетесь по всей округе.

— Предположим, мы действительно кого-то разыскиваем.

— Предположим, я что-то знаю.

Мужчина бросил взгляд вокруг, не подслушивает ли кто за соседними столиками, и осторожно осведомился:

— И что вы хотите за ваши знания?

— Мы потеряли ценные кадры. Мы хотим поквитаться. Что вы собираетесь делать, если найдете объект?

— Нам не нужны пленные.

— Тогда наши цели совпадают. Мои люди прочесали окрестности. В джунглях его нет. Ищите в городе.

— В городе его не видели.

— Но он там. Если мы вычислим его местоположение, я немедленно дам знать. И можете быть уверены — он не будет пытаться уйти на острова. Разве что попытается убраться из города на космодром.

Резидент задумался, потом кивнул.

— Отлично. Я скоординирую наши поиски. Звоните, если что-либо узнаете.

Экран коммуникатора погас. Чуть позже в развернутый в городе штаб ВК ушел краткий отчет о возможном местоположении беглеца.

* * *

С лучами заходящего солнца ажиотаж в городе немного спал. Отсутствие новых событий вернуло обывателей в привычное состояние расслабленности. О происшедшем напоминали лишь многочисленные стволы, прислоненные к барным стойкам рядом с воинственными хозяевами, да зудящие над окраинами города низко проходящие патрульные боты.

Ближе к ночи военные выпустили на улицы усиленные патрули и поставили пару легких бронемашин на площадях. Молодые водители сидели рядом с горячими железными коробками и балагурили с многочисленными гуляющими. Больше всех поднятая шумиха порадовала ребятишек, играющих весь день в бандитов и полицейских. Рассерженные матери с трудом загоняли расшалившихся малышей по домам.

В номере гостиницы над кипой отчетов засел Ройт. Офицер ВК с серьезными полномочиями бросал мрачные взгляды на многочисленные установленные экраны, которые выводили раз за разом бесполезные доклады. Многочисленные спутники обшаривали заливы на бесконечной веренице островов. Задействованные системы мониторинга пытались обнаружить возможное место посадки корабля спасателя. После доклада резидента город постарались взять под еще более плотный контроль. Вся информация о вновь прибывших была перепроверена не по одному разу. Полицейские системы отслеживали данные с каждой видеокамеры. Но нигде пока не найдено никаких следов беглеца.

Космопорт фактически закрыт. Грузовые рейсы заморожены до официального разрешения контрразведки. Узкий ручеек пассажиров досматривается под микроскопом, каждого перепроверяют по несколько раз. Служба безопасности успела перетряхнуть орбитальную базу и не нашла ничего криминального. Все операции с документами переведены в режим ожидания, запрещено удалять какую-либо информацию. На ремонтной базе вовсю корпят криминалисты, окруженные двойным кольцом военных. Высшие офицеры ждут первоначальное заключение о причинах инцидента.

Ройт спустился с кровати и начал спарринг с несуществующим противником. Ожесточенно нанес одну серию ударов, другую. Пах, печень, пропустить вправо от себя и добить по шее. Или еще лучше — завершающий по основанию черепа. Пленные сегодня не нужны. К сожалению, реальный противник пока затаился и никак не удается нащупать его местоположение. Две группы бойцов расположены рядом, наготове. Еще одна группа из местных любителей острых ощущений может присоединиться по первому звонку. Все готово к силовой акции. Нет лишь главного актера, ради которого собраны такие силы.

Закончив схватку, взмокший мужчина устало прошел в душ. Завтра с раннего утра на планету прибудут люди из контрразведки. Время уходит. Скоро станет намного сложнее решить существующую проблему. Но бездушные программы выводят одно и то же сообщение: «объект не обнаружен». И тянущееся как резина время медленно высасывает силы из копящего ярость офицера. «Объект пока не обнаружен».

4 сентября.

Элегия-пять.

В семь часов утра Ройта поднял зуммер видеофона. В слабом мерцающем мареве на офицера смотрел усталый лысый человек, с синюшным бледным лицом как у покойника.

— Доброе утро, господин офицер. Меня зовут мистер Смит.

— Доброе утро, мистер Смит. Меня предупреждали о вашем прилете.

— Я пока останусь здесь, на орбите. Возраст уже не тот, чтобы прыгать как ошалевшему между планетами. Медики хотят засунуть меня в свой бокс на часик-другой.

Ройт постарался не подать вида. Вот тебе и лучший специалист-террорист. Сам офицер пришел в себя после полета на курьерском корабле намного быстрее.

— Поправляйтесь. Но будьте на связи, мало ли что.

— Зацепки есть?

— Пока нет. Проверили все архивы, задействованы системы поиска. Объект не обнаружен. Хотя есть донесение, что он спрятался в городе и будет пытаться прорваться к космодрому.

Оживший покойник почесал затылок.

— Вы используете полицейские системы мониторинга?

— Да.

— Приоритетные программы анализировали?

— Не понимаю, о чем вы?

Мужчина вздохнул.

— Вы прямо как дети. Если профессионал сумел пробраться в систему департамента полиции, он первым делом запускает специальную программу поиска. Поиска самого себя. С высоким приоритетом. Теперь любое обнаружение злоумышленника будет перехвачено его же программой. И другие аналитические подсистемы просто не получат каких-либо данных. Программа может заменить изображение либо исказить его. Благодаря высокому приоритету программы-вредителя наш беглец сможет спокойно расхаживать по улицам, пока не столкнется с вами нос к носу.

— Я подключу наших специалистов и запрошу помощь полиции.

— Запросите. Если они не знают, как бороться с подобным, пусть просто поднимут свои архивы. О подобных инцидентах уже не раз сообщали по службам рассылки. Им достаточно лишь найти подобные документы и действовать по инструкции.

Ройт сделал пометку в коммуникаторе.

— Займемся немедленно.

— Давайте. Как мне кажется, вы уже успели сто раз ему прокричать в ухо о начатых поисках.

Десять минут спустя инженер полицейского управления подтвердил наличие нескольких посторонних замаскированных программ, установленных злоумышленником. Еще через несколько мгновений системы мониторинга взорвались докладами.

«Обнаружены данные о перемещениях объекта за последние сутки. Наиболее часто посещаемые места. Внешний вид при последнем контакте с системой наблюдения. Прогноз местоположения».

Ройт просмотрел последний отчет и набрал номер.

— Вы были правы. Он действительно спрятался от нас при помощи программы. Мы обнаружили квартал, где он обычно устраивался на ночевку. Я высылаю людей.

— У них есть камера?

— Да, сигнал с их мониторов будет выведен на меня и оттранслирован на ваш коммуникатор. Если будут какие-либо рекомендации, сообщайте мне, я переориентирую людей.

— Рекомендация пока одна. Учитывая, что он так щедро использует взрывчатку, пусть штурмовые группы будут максимально осторожны. Парню терять нечего.

— Мы пошлем вперед несколько роботов. Надеюсь, с вашей помощью мы возьмем его.

* * *

Камера показывала длинный неосвещенный коридор, по которому настороженно пробирался небольшой робот, увешанный датчиками.

— Мы на месте, вторая группа блокировала квартал с другой стороны. Они спускают своего наблюдателя в подземные коммуникации.

— Не торопитесь. Объект не появлялся на улице со вчерашнего утра. Постарайтесь его не спугнуть. Полиции отдан приказ не вмешиваться. Группа наемников находится в двух кварталах за вами.

Осунувшийся Ройт настороженно всматривался в транслируемые изображения. Бойцы групп захвата рассредоточились на позициях и медленно продвигались вперед, пытаясь найти замаскировавшегося одиночку. В некоторых окнах в соседних домах уже появились любопытные лица. Как бы горожане не попытались поучаствовать в начинающемся представлении.

Краткий доклад старшего группы:

— Обнаружен ряд следов, ведущих к подвалу под трехэтажным зданием. Выдвигаемся туда.

— Обязательно оставьте несколько бойцов в оцеплении, это может быть отвлекающий след.

— Сделано.

Ройт потянулся за бутылкой с водой и замер, услышав доклад системы полицейского мониторинга.

— Опознание объекта. Местоположение — вход в гостиницу «Венеция». Подтверждена оплата его кредитной картой в такси.

Офицер увеличил изображение, полученное с камеры, и застонал. Нет сомнения — спасатель умудрился удрать из своего тайного убежища до того, как замкнули кольцо. А подтверждение кредитной системы говорило само за себя — только хозяин карточки мог провести платеж. И беглец сейчас входил в ту же самую гостиницу, где был развернут штаб поисков.

Ликвидаторам ушел немедленный приказ:

— Бросайте все, мигом сюда. Объект только что вошел в «Венецию». Наемников я переориентирую, они пока на всякий пожарный займут ваши позиции.

— Мы не успеем вывести роботов.

— Некогда, его надо перехватить как можно быстрее.

Люди в черных комбинезонах чертиками метнулись к ждущим машинам. Наблюдающий за операцией мистер Смит тихо хмыкнул. Поведение беглеца не вписывалось в рамки разумного. Лучшему специалисту по борьбе с терроризмом стало интересно.

Бам, бам, бам… Дверь вибрировала под тяжелыми ударами. Шранг занес руку еще раз, но Мойри открыл дверь и с неодобрением посмотрел на быстро вошедшего спасателя.

— Чем обязан?

— Ранняя птичка принесла вам в клювике новые погоны.

— Как это понимать?

— Можете докладывать наверх. Наши добрые мохнатые соседи использовали рембазу для своих нужд. Кореляне поставляли под видом геологического оборудования свою покореженную технику, здесь один или несколько мастеров ее восстанавливали и отправляли назад.

Контрразведчик ошарашенно сел на ближний стул.

— Кореляне? Не шутите?

— Ну если считать десяток убитых мартышек вчера утром шуткой…

— Так это вы раздолбали базу?

— Я всего лишь отбивался в ангаре от превосходящих сил противника. Там должно быть все просто усыпано шерстью.

— Не знаю. Я ничего подобного пока не слышал.

— Ну надо быть расторопнее. Кстати, я тут вам гостинцы принес.

Офицер подозрительно взглянул на тяжелую большую сумку, которую спасатель небрежно поставил на кровать.

— И что там?

— Гранаты. Тяжелый шпаллер и легкий импульсник с запасными обоймами.

— Вот оно как. — Мойри покрутил небольшой браслет на руке. — Мы так не договаривались.

Шранг улыбнулся.

— Не надо в меня стрелять. Заряды вам еще понадобятся. Я обещал заглянуть с новостями — я сдержал данное слово. А сейчас вынужден откланяться. Мне кажется, что за мной следом примчится толпа желающих пообщаться поближе. А раз вы сами сказали, что не горите желанием прикрыть мне спину, то и я оставлю вас одного без капли сострадания.

Спасатель спокойно шагнул к балкону, нажимая миниатюрную кнопку на коробочке, зажатой в левом кулаке. Микропередатчик передал сигнал одному из замаскированных роботов, все еще подключенных к коммуникационным сетям. Короткий оттранслированный приказ — и «спящая» ранее программа подбрасывает в аналитические модули активных мониторинговых систем новую вводную. Лицо разыскиваемого человека размножается на все существующие объекты в городе. Система замирает на секунду и взрывается сотнями сообщений. Теперь каждый из попавших в зрение камеры распознается как опасный преступник и ближайшему полицейскому отправляется сообщение о немедленном задержании.

Обеспечив развлечение департаменту правопорядка на ближайшие несколько часов, Шранг ловко зацепился за водосток и съехал со второго этажа прямо к решетке ливневого стока. Пара движений с решеткой — и его фигура исчезла под землей на глазах редких удивленных прохожих. Решетка встала на место. Еще через минуту к дому подлетели машины, битком набитые вооруженными людьми.

Ройт стоял на площадке второго этажа и торопил боевиков:

— Быстрее, он скрылся в номере двадцать три! Группу снаружи, контролировать окна! По паре — в концы коридора, вдруг он начнет пробиваться сквозь стены в другие номера! Троих вниз, отсекать от подвала! Несколько снайперов на крыши соседних домов! Шевелитесь, он наш!

Тем временем в номере грохотала переворачиваемая мебель. Мойри готовился к возможному штурму. Забаррикадировав дверь шкафом и столом, он перевернул кровать в углу и подпер ее креслом. В этом импровизированном укрытии лихорадочно зарядил оружие, проверил запалы гранат и включил коммуникатор. На экранчике возникло озабоченное лицо полицейского офицера. Не дав ему открыть рот, Мойри закричал:

— Немедленно представителей полиции к гостинице «Венеция»! Я офицер контрразведки, личный код сто два-дип-ноль одиннадцать! На меня совершено нападение группой неизвестных с тяжелым вооружением! Прошу оказать помощь! Отправляю свои идентификаторы!

Лихорадочные нажатия клавиш на коммуникаторе и прекращение связи. Оперативнику некогда объяснять полиции, что творится в его комнате.

Дверь попытались высадить чем-то тяжелым. Баррикада содрогнулась, но выстояла. Мойри немедленно отправил щедрую очередь в пока закрытый проем. Шкаф украсился дырами, в коридоре грохнул разорвавшийся заряд. С той стороны тут же ответили из нескольких стволов. В воздух полетели щепки от мебели и пыль от разлетающихся на куски стен. Зазвенело бьющееся стекло. Пухлый молодой мужчина в пижаме успел отправить маленькое текстовое сообщение на известный ему адрес в военной комендатуре и швырнул первую гранату в разбитые двери. Веселье началось.

* * *

Шранг быстро пробежал очередной участок ливневой канализации и замер. Позади глухо грохотало. Похоже, любитель пижамы в цветочек разошелся вовсю. Спасатель улыбнулся. В заботливо приготовленной сумке хватит оружия на десяток-другой минут бесконечной пальбы по всему живому. Если контрразведчик не дурак, он успеет связаться с военными или полицией. Тогда ребятам из ВК не поздоровится. Выскочек из политического сыска никто не любит. Лишь бы одинокого бойца не подстрелили.

Спасатель сверился с картой на дисплее и поспешил дальше. Через два поворота будет лаз наверх, и он сможет выбраться в маленький садик в неприметном дворике. Рядом стоит заботливо припаркованный скутер. Пора уносить ноги. Пока полиция не разгребла завалы и устроила настоящую охоту на него.

На усыпанной стеклом улице жались к стенам фигуры в черном. На пару домов дальше по обеим сторонам улицы собирались рассерженные вооруженные горожане, напряженно наблюдающие за происходящим. Боевики тем временем выпустили пару зарядов из гранатомета по разбитым окнам, но после гулких разрывов в ответ на улицу прилетела граната, подтверждающая серьезность намерений заблокированного владельца номера. Из пострадавших комнат валил дым, но открытого огня пока не было. Обе стороны взяли секундную передышку.

Неожиданно над замершей улицей раздался громкий голос. Мойри сумел включить коммуникатор на полную мощность и пытался использовать его как мегафон.

— Говорит офицер контрразведки! Прошу помощи! Атакован неизвестными лицами! Повторяю, прошу помощи! Имею информацию чрезвычайного характера! Прошу помощи!

Штурмующая группа снова открыла огонь сквозь растерзанные двери, добавив к разнокалиберной смерти несколько гранат. После грохота разрывов несколько человек попытались ворваться внутрь, но оглушенный офицер встретил их из двух стволов. Импульсная винтовка проделала ровную строчку дыр на одном из атакующих. Раскалившийся шпаллер при этом парой выстрелов превратил фигуру в черном в разлетевшиеся мелкие клочки и вырвал бок еще одному неудачнику. Коридор окрасился вспышками разрывов. Секунда — и в ответ в искуроченный и затянутый дымом коридор полетела одна граната, другая. Третья отправилась в окно — для острастки. Визг осколков, падающая с потолка штукатурка и вновь мгновения тишины, наполненные едким дымом и начинающим набирать силу пожаром.

На улице гулко бухнул выстрел.

— Эй, мальчики, положите оружие и замрите на месте!

Горожане перегородили улицу парой машин и ощерились разномастными стволами. Боевики группы захвата замерли. Первая группа воевала в многострадальной гостинице, вторая контролировала ситуацию на улице. Но теперь к воюющим неожиданно подключилась третья сторона. Большинство живущих в городе умели пользоваться оружием и горели желанием поквитаться с неизвестными, обижающими офицера. Возможно, потом окажется, что офицер в самом деле преступник, но сейчас ситуация выглядела непонятно. Пальба, взрывы, пожар и ни одного полицейского. Только фигуры в черном, лихорадочно меняющие позиции и пытающиеся укрыться от новой угрозы.

— Шеф, горожане готовы открыть огонь. Мы не можем вас прикрыть с улицы!

— Черт с ними, не стреляйте по местным. Но смотрите за окнами, если кто попытается сигануть — валите мерзавца. Мы идем еще раз на штурм!

— Принято!

Как будто услышав эти слова, Мойри отправил в коридор еще одну партию гранат. Где-то заскрипели балки, и с одной стороны коридора просел потолок. Посыпались куски дерева, пластика, загудел набирающий силу огонь. Сильно поредевшая первая группа захвата огрызнулась огнем, но не успела двинуться к дымящемуся номеру, как надрываясь двигателями с неба на улицу рухнул тяжелый шатл, украшенный звериными штандартами десанта. Над улицей загремел хорошо поставленный голос:

— Никому не двигаться! Это Имперский флот! При любой атаке открываю огонь на поражение!

На борту шатла распахнулся люк, и оттуда сжатой пружиной метнулся раскладной мостик, вломившийся в дымящееся окно. Секундой позже по раскрывшемуся шаткому полотну забухали фигуры в тяжелой амуниции, врываясь в затянутый сполохами огня номер. Пара фигур проскочила остатки баррикады и метнулась в коридор. От лестницы щелкнул выстрел, и тут же десантники зашелестели тяжелыми ротационными пулеметами в ответ. Разряды плазмы смешали остатки коридора в кучу. Лестница с безумным стрелком осыпалась вниз. Тем временем другой десантник уже тащил по мостику мужчину в окровавленной пижаме.

Над домом надсаживали двигатели еще несколько военных судов. Прибывший флот железной рукой наводил порядок. Потеха закончилась.

* * *

Разнокалиберная публика собралась у пропускного пункта на окраине космического порта. Техники, несколько пилотов, военные и гражданские. Все с интересом обступили пару умников, захвативших с собой из дому голографические коммуникаторы с настройкой на городские новости. Ошалевшие от счастья операторы снимали группы десантников, зачищающих территорию. Редкая цепь закованных в броню солдат отсекла торжествующих горожан от места сражения. Часть бойцов контролировала обезоруженных людей в черном, другая часть помогала пожарникам тушить вовсю разошедшийся пожар. В дымных облаках барражировали несколько военных кораблей.

— Во дают! Представляешь, сначала они на базу напали, атеперь попытались офицера из гостиницы выкурить!

— Так он и кричал: «У меня сведения чрезвычайной важности!». Видимо, действительно, что-то очень важное разнюхал, раз полгорода из-за него раздолбали.

— Да ладно, полгорода. Всего лишь гостиницу. Пожар потушат и через месяц все залатают.

— Ага. И будет наша «Венеция» называться «Возрожденная из пепла»!

Мужчины засмеялись. Похоже, поимка боевиков завершит неприятный инцидент, потревоживший спокойную жизнь на планете.

Шранг поздоровался с парой знакомых и пошел вместе со всеми к турникету. Спасатель не стал менять свой внешний облик. Вряд ли система безопасности пришла в себя после его диверсии. А незнакомый человек легко мог насторожить охрану. Воспользовавшись своими настоящими документами, он прошел на поле и не спеша отправился к медленно катящемуся заправщику. Устроившись на подножке, можно доехать до дальних стоянок. Там — ждущий его корабль. Даже если после сегодняшней кутерьмы его смогут просчитать, он успеет подняться с планеты и потягаться в скорости с суборбитальными перехватчиками. Пора было заканчивать операцию и возвращаться домой.

ГЛАВА 9

5 сентября.

Элегия-пять.

Коротко стриженный седой мужчина в форме с галереей наградных планок аккуратно размешал сахар в большой чашке и поставил ее на край стола. Сидящий в кресле Мойри благодарно кивнул и осторожно взял горячий кофе.

Вчерашняя потасовка оставила о себе на память несколько неопасных осколочных ранений, легкую контузию и обожженные руки. Осматривавший его доктор только руками развел и посетовал на невероятную везучесть оперативника. Сейчас Мойри с трудом удерживал чашку забинтованными руками и старался не качать сильно головой. Иначе содержимое головы смешивалось и приходилось тратить какое-то время на наведение порядка.

— Я не буду вас задерживать. Сначала передам личную благодарность господина Строкоффа. Он не меньше меня потрясен результативностью и оперативностью вашей работы. Вы получите повышение по службе и месячный отпуск недалеко от столицы. И можете поверить, что никто не будет прерывать его автоматной стрельбой.

— Спасибо. Хотя я всего лишь прикрывал отход этого безумца, раскопавшего всю эту авантюру.

— Прикрывали по своей воле?

— Нет. Парень хладнокровно подставил меня, а сам удрал.

— Ну значит, с головой у вас все в порядке. А что до вашего невольного компаньона, то другого от него трудно было бы ожидать. Как-никак, готовили его именно для точечных акций, не предусматривающих войну с вражескими отрядами. Регулярные силы всегда смогут уничтожить одиночку. Как только обнаружат его.

— Что известно по этому делу?

Господин в форме сел в кресло и радостно улыбнулся.

— Не поверите, история просто анекдотическая. Как ни старались кореляне спрятать следы, но у них физически не было времени сделать все хорошо. Кроме того, в ангаре в результате взрывов так качественно размазало пару бойцов, что мы насобирали целый контейнер биологических материалов после пожара и рукотворных химических дождей.

Мойри смотрел, как его собеседник наливает кофе уже себе.

— Штольца жаль. Отличный был мастер. Хотя мы тут раскопали, что старик пару раз пытался предложить свои услуги руководству базы для ремонта орбитальных кораблей и прочего. Но болван комбриг не захотел делиться хорошим специалистом. И не дал возможности ему заработать официально. Тогда на мастера вышли кореляне, которые и организовали все с присущей им пунктуальностью и старательностью.

Мужчина ополовинил чашку и откинулся в кресле.

— Раз в пару месяцев на базу привозили оборудование. На маркировки никто особенно не смотрел. По вечерам в пустом ангаре старик ремонтировал железо и отправлял готовую продукцию назад. После пары комбинаций с перегрузкой на различных складах ящики отбывали в неизвестном направлении. Все участники стригут купоны, и никому нет дела до непрофильных грузов на орбитальной станции. Если документы оформлены правильно, все остальное за вас сделают механизмы.

— А потом что-то пошло не так.

— Да. Потом они решили переслать крупную партию, на следы которой по непонятным причинам наткнулся спасатель. Похоже, ребята из Внешнего Контроля были в доле. Иначе я пока не могу объяснить, с чего бы это они так взъелись на парня. Ну пристрелил он десяток-другой обалдуев из их команды во время войны. Но это когда еще было. В любом случае, бывший штурмовик устроил тут форменное безобразие. Вышел на старика и сцепился с его группой прикрытия. Потом добрался до вас и втравил во все это группу перехвата от контролеров. И напоследок испарился из города, будто его и не было.

— Он нам интересен?

— Нет. То есть мы снимем с него показания, когда он всплывет в официальном мире. Вернется на работу — заглянет к нам на пару бесед. И пусть живет себе дальше. У нас к нему никаких претензий.

— А кто будет выступать в качестве свидетеля?

— Свидетеля чего?

— Свидетеля диверсионной деятельности корелян на ремонтной базе.

— А не было никакой деятельности, Мойри. Не было.

Мужчина в форме налил себе еще кофе.

— Сегодня вечером официальные власти вызовут для беседы посла корелян. И сделают ему внушение. Думаю, мы сможем выторговать для себя что-то интересное из замятого скандала. А разжигать параноидальные отношения с соседями — никто не заинтересован.

— Спустим все на тормозах?

— Почему? Непосредственный исполнитель застрелился. Диверсионная вражеская группа почти полностью уничтожена. Кстати, судя по докладам системы мониторинга, их остатки удрали на небольшом судне вчера вечером. Участвовавшие во всем этом ребята из ВК крепко получат по носу и поумерят свой пыл. Мы доложили об успешной операции наверх и сделали себе неплохую рекламу в окружении императора.

— А если кореляне посмеются нам в лицо? Ведь кроме размазанных по стенам останков у нас ничего нет.

— Это они так думают. А старина Штольц всех обманул. Только смерть перехитрить не сумел.

Мужчина улыбнулся еще раз.

— Представляете, старик никому не верил. И ходил через месяц в банк, проверять свой счет. И там, в закрытой каморке, заполнял документы, которые потом складывал в сейфовую ячейку. У мастера оказалась фотографическая память. Полное описание маркировки двигателей, номера контрактов, данные по сопроводительным документам. После его смерти содержимое ячейки банк переслал нам. В коробке мы нашли многое из того, что до нас успели почистить в архивах. Кроме того, спасатель сбросил вчера на один из старых военных адресов собранные им данные. Контрразведка проследила большую часть контрактов, и мы знаем фигуры в конце цепочки. Некоторых из них уже взяли наши коллеги и провели беседы. Не думаю, что кореляне смогут отвертеться. Тем более что обсуждение конфликта будет проходить на неформальном уровне.

— Жаль старика.

— Он понимал, что за такие игры по головке не погладят. Но страх перед нищей пенсией сгубил мастера.

Мойри осторожно поставил пустую чашку на стол.

— Что с городом?

— Получит компенсацию. Случившееся повесим на неудачников из Контроля, пусть отдуваются. Фонды им позволяют. К сожалению, их старшего в каталажку запрятать не удалось. У него полномочий больше, чем у нас с вами вместе взятых. Парня отправили пока наверх, на станцию. Пусть остынет. Заодно мы за ним присматриваем, может, что интересное всплывет. Да, кстати, можете записать на свой счет восемь человек. Вы неплохо повоевали.

Оперативник болезненно сморщился.

— Шучу, шучу. Знаю, что вы не любитель делать зарубки на прикладе. Все, идите отдыхать. Сейчас эскулапы проверят ваше самочувствие, и летите домой. Сначала на станцию, затем на чартере в первом классе. Не придется распутывать кишки после прыжков на курьерских кораблях.

— Спасибо, сэр. Я рад, что это дело закрыто.

Мойри аккуратно встал, попрощался с хозяином кабинета и пошел отдыхать. Мужчина с иконостасом наград подошел к широкому окну, откуда открывался чудесный вид на территорию ремонтной базы. Похоже, через пару недель здесь появится новый начальник. Молодой, деятельный и без столь неприятной истории в послужном списке. Боевиков ВК по-тихому вывезут из города и отправят в какую-нибудь далекую тюрьму. Участвовавших в схватках офицеров и полицейских наградят за отлично проведенные операции по поимке опасных преступников. Через полгода-год на Элегии-пять о происшедшем будут вспоминать лишь вечерами в барах, хвалясь количеством захваченных пленных.

Высокопоставленный чин покачал головой. На его памяти это была первая операция, которую удалось выполнить так быстро и без потерь со своей стороны. Определенно, боги благоволят этому пухлому молодому человеку.

* * *

Гладко выбритый лысый мужчина в дорогом костюме отодвинул стул и присел рядом с одиноко обедающим офицером ВК. Улыбнулся в ответ на мрачный взгляд и жестом подозвал официанта. Сделав заказ, положил на край стола миниатюрный коммуникатор и нажал пару кнопок.

— Думаю, содержимое нашей беседы ни к чему знать посторонним. Не так ли, мистер Ройт?

Собеседник аккуратно положил столовые приборы и оперся подбородком на сомкнутые руки.

— А вы сильно рискуете, мистер Смит.

— Это чем?

— Тем, что общаетесь со мной. На меня утром повесили столько обвинений, что хватит на десяток расстрелов.

Смит беспечно махнул рукой.

— Глупости. Люди в нашем бизнесе постоянно вынуждены отбиваться от кипы обвинений, глупых приговоров и прочего мусора. Меня интересует другое. Вы закрыли дело или нет?

Ройт вернулся к прерванной трапезе.

— Нет.

— Тогда у меня для вас новость. К вечеру сюда подъедет милый молодой человек, что так бодро кидался утром гранатами. И должен объявиться наш неуловимый друг. Если мы сыграем в ловле на живца, то сможем закрыть эту проблему.

Офицер задумался, вслепую перемешивая остывший суп.

— Что предлагаете?

— Спасателю не дадут просто так улететь. Бюрократам нужно снять с него показания и закрыть дело. Парень чист перед законом, но бывшего штурмовика обязательно убедительно попросят заглянуть на станцию. Далее. Любой человек, находящийся в бегах, смотрит новости. Мы сбросим заметочку о герое утреннего побоища местным информационным акулам. Будьте уверены, они растиражируют это в своих бедных событиями новостях. Мы не раз увидим захватывающие картины активной стрельбы и комментарии доморощенных специалистов. Потом — приглашение на встречу двух бойцов невидимого фронта. Сказать пару слов благодарности за утренние развлечения. И — ликвидация.

— С какой стати контрразведчику убирать наш объект?

— А с какой стати мы должны указывать настоящее место встречи?

— То есть это мы пошлем приглашение?

— Именно. После допроса неуловимый беглец получит наше сообщение. И пойдет навстречу смерти. Подберите не бросающееся в глаза место. Какую-нибудь каюту, где сейчас нет хозяев. А уж я позабочусь, чтобы сообщение нашло адресата. И чтобы потом труп не повесили на нас.

Ройт отставил тарелку и усмехнулся.

— У меня есть такое место. И алиби у нас будет железное. Организуйте встречу и закончим с этой проблемой. Раз и навсегда.

* * *

Молодая женщина с грустью смотрела на лежащее на столе украшение. После вчерашних событий хозяин маленькой компании дал работникам отпуск до конца недели, и теперь Ситти не знала, чем себя занять. Забавный нескладный молодой человек, так трогательно пытавшийся ухаживать за ней, оказался суперагентом и умудрился разнести в клочья приютившую его гостиницу. Стоит только поднять глаза, чтобы увидеть почерневший остов, который сейчас неспешно разбирают рабочие. В ее доме заменили кучу окон, разбитых взрывами. Счастье, что ее не было дома, и все происходящее она видела только в новостях. Хотя слухи уже разошлись по городу, и ей даже пришлось отключить видеофон, дабы не отвечать на дурацкие вопросы:

— А ты действительно с ним встречалась? И ничего такого не заметила? Говорят, у него в трусах спрятан мини-пулемет. Не нащупала? Как же так?

Придурки. Откуда ей было знать, что Мойри вовсе не один из инженеров с орбитальных спутников, что приезжают провести под жарким солнцем несколько летних недель. Как бы ни было, Ситти не собиралась жалеть о проведенном вместе времени. Это были действительно чудесные часы.

Женщина вздохнула и аккуратно убрала украшение в покрытую бархатом коробочку. Пусть полежит в шкафу, в дальнем углу. Эту красивую вещь можно будет надеть через пару месяцев — не раньше чем улягутся досужие разговоры. Вернувшись к окну, она с грустью стала смотреть, как неторопливые крепкие мужчины в ярких строительных жилетах осторожно пытаются обвалить очередной кусок обгоревшей стены.

* * *

Бортовой компьютер начал отсчет.

— До старта пятнадцать секунд. Локальное время пятнадцать двадцать две.

Шранг поудобнее устроился и с удивлением отметил у себя слабое волнение перед полетом. Казалось бы, сколько уж налетал на разнообразных судах. И как только не доводилось стартовать и приземляться. Но сегодня нарастающий рокот двигателей будил какие-то забытые воспоминания, заставляя сердце биться чуть быстрее, чем обычно.

— Стартовая готовность, точка принятия решения.

Автоматика штатно вела процедуру отрыва от земли. Звучали команды, мигали экраны, спешили блоки информации, сменяя друг друга. Вскоре в почерневших экранах внешнего обзора зажглись звезды. Слабо защелкали гироскопы, бортовая навигационная система предупредила о завершении коррекции орбиты и уступила место основному управляющему модулю.

— До включения искусственной гравитации минута. Замечаний по системам корабля нет.

Спасатель глянул на один из экранов, куда выводилась информация из небольшого трюма. Груз на месте, без подвижек. Отлично. Зависнуть на дальних фермах, как в прошлый раз. Отдать груз, прихваченный для маскировки из космопорта. И через пару часов можно, не торопясь, отчаливать. Осталось дождаться включения гравитации и можно идти готовить кофе. А пока стоило насладиться видом медленно вырастающей в обзорных экранах станции, сияющей мириадами огней в черноте космоса.

— Внешний запрос, капитан, — женским голосом мелодично отозвалась коммуникационная программа. — Вывожу на центральный дисплей.

Спасатель с интересом посмотрел на милую девушку, царящую над гигантским пультом дальней связи.

— Господин Шранг?

Мужчина задумчиво разглядывал симпатичную воздушную челку — единственное минимальное отклонение от жестких норм внешнего вида служащих флота.

— Прошу прощения, господин Шранг. Представитель контрразведки, капитан Валлез, ждет вас через полчаса у себя в кабинете. Бот за вами сейчас прибудет.

В обзорном экране появилась точка и быстро стала приближаться. Вскоре она распалась на посыльный бот с маркировкой флота и два легких истребителя сопровождения, ушедших чуть подальше и занявших там стратегически выгодные позиции для возможной атаки. Пока отстыкуешься, пока попытаешься набрать скорость — успеют растерзать несколько раз. Спасатель улыбнулся.

— Передайте, пожалуйста, что я буду через пару минут. Для встречи все же лучше надеть что-то поприличнее старого комбинезона.

— Передам. И флот благодарит вас за доставленные грузы.

— Всегда рад помочь флоту. — Шранг кивнул выключившемуся экрану и еще раз посмотрел на стыкующийся бот.

— Внимание системе. Я покидаю борт. Если в течение двадцати четырех часов я не вернусь, включить режим «паранойя» и уведомить службу безопасности базы о данном режиме. После чего отстыковаться и на максимальной скорости достигнуть центра ближайшей к нам звезды. На какие-либо дополнительные команды после включения режима не реагировать. На возможные атаки любых средств не реагировать. В случае невозможности выполнить поставленный приказ — самоуничтожиться.

— Приказ понят. Принят к исполнению.

— И ладушки. А я пойду, надену что-нибудь поприличнее. Неизвестно, что ждет. То ли награда, то ли плаха.

* * *

Священник быстро дочитал молитву, и микроэкскаватор принялся за дело. Бурая земля вперемешку с комьями травы полетела на дешевый гроб, опущенный в узкую яму, вырытую на окраине старого кладбища. Еще чуть-чуть и свежий могильный холмик украсит дощечка с небрежно оттрафареченными краской буквами: «Старший мастер Штольц. Погиб при исполнении».

В официальных документах появится отметка о захоронении. Сослуживцы поднимут пару бокалов в баре, молодые и шустрые начнут делить освободившуюся должность. Жизнь пойдет своим чередом. После сезона дождей краска с доски почти вся облезет, и мало кто сможет найти насыпанный экскаватором холмик.

Разобранные двигатели и остатки стенда уже погрузили в очередной шатл и отправили на орбиту. Оттуда вещественные доказательства перевезут в один из огромных складов специальных служб, разбросанных по всем обжитым человечеством землям. Туда же тихо будет переправлено тело погибшего старика. Только пара людей в штатском знают, что сегодня похоронили пустой гроб. Ни к чему военным с ремонтной базы подобные знания.

Криминалисты закончили работу, унеся с собой все найденное в ангаре и джунглях. Комендатура пригнала с гауптвахты десяток неудачников, и те восстановили разрушенный периметр базы. О случившемся напоминал лишь полуразобранный остов ангара и посеченные осколками деревья. Новые зеленые побеги скроют место боя за пару месяцев. И тогда же на месте прокопченных развалин возникнет новый блестящий корпус. Жизнь пойдет своим чередом.

Дело закрыто.

* * *

Шранг не поленился надеть модный темно-синий костюм «с искрой». Придирчивый осмотр корабля позволил найти множество неплохих вещей, оставленных предыдущим хозяином. Включая и приличный гардероб с микропортным, способным подогнать любой из полуфабрикатов по фигуре. Сидящий напротив человек в форме с одобрением разглядывал спасателя.

— Капитан Валлез. Заканчиваю расследование этого дела.

— Очень приятно.

— Как вижу, спасатели неплохо зарабатывают на службе.

— Присоединяйтесь, у нас постоянно полно вакансий.

— Увы, — вздохнул офицер. — Я боюсь космоса. А вы по большей части именно в пустоте и работаете. Ладно, давайте вернемся к делу.

Валлез нажал пару кнопок, и перед Шрангом распахнулся широкий экран.

— Вот ваши донесения. Здесь отмечены грузы, которые мы теперь отслеживаем. Вот здесь — ваши комментарии. Хотите что-либо добавить?

— Нет. Вы показали всю собранную мной информацию. Обработанную кем-то и структурированную. Есть даже несколько чужих блоков.

— Совершенно верно. Это — черновая модель всех операций корелян за последние два года на базе и орбите. Часть информации мы получили из записной книжки Штольца.

— Он вел записи?

— Да. Мастер страховался на случай убийства.

Шранг нахмурился.

— Насколько знаю, семьи у него не было.

— Да. Старика уже похоронили. Командира бригады за проявленную безалаберность отправят в отставку на днях. Дело закрыто.

Спасатель настороженно взглянул на контрразведчика.

— И?

— Все. Вот несколько бумаг, прошу прочитать и подписать. Это — ваш рапорт о происшедшем. Это — документ о неразглашении. Здесь — страховка за выполненную боевую операцию и отметка о вашем возвращении в запас. Мы считаем, что вы участвовали в боевой операции и оказали неоценимую помощь государству. Кстати, вот пара новых контактных номеров, куда вы можете при случае позвонить или переслать что-либо интересное.

Шранг взял документы и внимательно стал их читать.

— Как мы понимаем, в ближайшие пару дней волна уляжется, и вы можете спокойно работать и наслаждаться жизнью. Вы были опасны, пока не разворошили весь муравейник. Но сейчас нет смысла сводить с вами счеты. Все закончилось.

Спасатель взял со стола маркер и аккуратно поставил подписи в отмеченных местах. Валлез встал и протянул руку.

— Желаю вам хорошо отдохнуть и благодарю за службу.

Мужчины обменялись рукопожатием, и Шранг отправился на выход.

— Запомнили новые контактные адреса?

— Да.

— Если надумаете вернуться на службу — вы знаете, куда позвонить.

— Спасибо, господин капитан. Я буду счастлив, если мне не придется их когда-либо вспоминать.

* * *

Шранг устроился за чашкой горячего чая в небольшом кафе на одной из технических палуб. Рядом сидели возбужденные люди, обсуждающие предстоящий боксерский поединок между департаментом орбитального ремонта и такелажной группой прибывающего шатла. Недавний фаворит такелажников повредил руку, и теперь его команда выставляла «темную лошадку». Кипящие от возбуждения ценители бокса готовы были устроить свой собственный поединок прямо здесь, отстаивая свое мнение о предстоящей схватке.

Спасатель задумчиво перечитал пришедшее на коммуникатор сообщение, допил чай и пошел к выходу. После беседы с контрразведкой он заглянул в шлюз и забрал небольшой пакет, привезенный с корабля. Теперь настал черед навести визит.

Мелодичный звонок потревожил тишину скудно обставленного номера.

— Входите, — отозвался микрофон на панели, и дверь плавно скользнула в сторону. Человек в легкой защитной газовой маске плавно вошел в номер, смещаясь из дверного проема вправо. На середину комнаты полетел маленький шарик, превратившийся в ослепляющую вспышку нестерпимо яркого белого света. Мужчина в маске аккуратно проверил пустую душевую, шкаф, потом присел на стол рядом с ожесточенно трущим глаза лысым человеком.

— Черт, могли бы хоть предупредить, что собираетесь превратить меня в слепого идиота!

— В следующий раз так и поступлю. — Голос из-под маски звучал глухо и невнятно. — Вы не похожи на бодрого толстяка, воевавшего утром с половиной города.

— Конечно. Ваш друг где-то на базе. Но я предпочел его не беспокоить.

— Но настояли на встрече от его имени. Как и тот милый молодой человек, который сейчас пытается незаметно выбраться из-за липовой стенной перегородки.

Вылезающий из укрытия Ройт замер, сжимая направленный в спину спасателю пистолет.

— Вы как, проморгались?

— Да, спасибо. Кстати, Шранг, можете снять глупую маску, никто не собирается вас травить.

— Разумеется. Вы просто хотите меня убить. Кстати, прошу отметить, что у меня нет с собой пистолета или ножа.

Офицер ВК окончательно выбрался из своего убежища и усмехнулся, держа оружие направленным на противника.

— Знаете, господин спасатель, вы доставили мне массу неудобств. Не ожидал, что на эту последнюю встречу вы придете без оружия.

Шранг слабо пожал плечами, продолжая с интересом разглядывать сидящего перед собой бледного мужчину, промокающего огромным носовым платком слезящиеся красные глаза.

— Да, господин из политического сыска. Не могли бы вы мне перед завершением моего жизненного пути все же рассказать, чем я так насолил?

— Я похож на идиота? Чтобы потом эту запись крутили по всем каналам?

— Полно вам. Каюта экранирована. После моей смерти вы перетряхнете тело и ни один микрожучок или записывающее устройство не минует ваш внимательный взгляд. Меня просто гложет любопытство.

— Мне жаль, но вы умрете в неведении.

— Мы умрем. Я вас поправлю. Мы. Мне одному умирать грустно.

И спасатель показал зажатый в левой руке черный цилиндр. Господин в кресле хрюкнул.

— Ну, Шранг, неплохо. Сенсорная граната. Таймер взвели?

— Разумеется. Если присмотритесь, то заметите маркировку здесь, по краю. Усиленный заряд. Стены каюты вывернет пузырями. А нас троих просто испарит. Мгновенный конец.

Ройт замер, напряженно всматриваясь то в гранату, то в компаньона.

— Он не врет?

— Увы, нет. Только непонятно, как он умудрился протащить это на борт. Я видел, что после прибытия его несколько раз досматривали на выходе из шлюза.

— Я сдал все в карантинной зоне, — пожал плечами Шранг. — А потом получил обратно, предъявив письменное разрешение контрразведки.

— И что мы будем делать? — занервничал офицер ВК.

— Ничего. Пообщаемся и разойдемся. Если нажмете на курок, я разожму руки, и заряд рванет. Если до гранаты дотронется чужак — заряд рванет. Резкое движение при падении тела — и будет большой бум. Поэтому я предлагаю спокойно сесть и поговорить. Но если нет желания разговаривать — то я пойду. Мне не интересно тратить время с вами. Тем более что в ближайшее время вам все равно придется открыть рот. Но уже в кампании других людей, которые плевать хотели на вашу службу и ваши погоны. Император очень не любит, когда прикормленные им господа пытаются работать на инопланетян.

Ройт недобро оскалился:

— Я понимаю, что мой босс с удовольствием открестится и от меня и от провалившихся бойцов. И моя карьера закончилась сегодня утром. Но я все же посчитаюсь с тобой, ублюдок. Если моя жизнь не стоит и ломаного гроша, то почему ты должен спокойно выйти отсюда и радоваться жизни? И вполне возможно, что у тебя в руках муляж.

Офицер направил пистолет в затылок сидящему мужчине и нажал на курок. Раздался слабый щелчок. Ройт удивленно посмотрел на оружие и нажал на курок еще раз.

Сидящий в кресле Смит вдохнул и сжал в ладони материализовавшуюся тонкую трубку. Коротко треснул разряд, и тело офицера отбросило к перегородке.

— Добавьте еще разок, для верности, — попросил Шранг. Смит выстрелил из шокового парализатора еще раз.

Спасатель спокойно пересел в свободное кресло и с интересом посмотрел на слабо дергающееся тело на полу.

— Как вас сейчас называют?

— Смит. Мистер Смит.

— Ага. Я вспомнил вас. Вы читали правила выживания для параллельного потока.

— Да. А я вот так и не смог вспомнить ваше лицо.

— Нас было много. Курсанты, стажеры и просто набранные в частях молодые люди. Но я хорошо помню язык жестов и то, как вы разыгрывали целые диалоги при помощи простейшего платка.

— Отлично, боец. Приятно, когда ученик пользуется полученными знаниями.

Смит встал, перевернул затихшего офицера и надел на руки и ноги тонкие наручники. Потом подобрал с пола разряженный пистолет и положил его на стол.

— Маску снимать не будете?

— Воздержусь. Мне не совсем понятно происходящее.

— Все очень просто. Вы раскопали нелегальные операции инопланетян. Но взять на чем-либо этого молодчика мы не могли. Он прикрылся приказами сверху и не собирался открывать рот. А сейчас господин Ройт арестован за попытку убийства, теперь его руководство ничем не сможет помочь. И мы выжмем из резвого господина все до капли.

— А как вы затесались в эту компанию?

— Господин Строкофф разузнал, что высшие чины ВК ищут специалиста по борьбе с террористами. И мне предложили тряхнуть стариной.

— Эти идиоты наняли вас в качестве консультанта? — Спасатель захохотал.

— И зря вы так смеетесь! Я был отличным консультантом. Благодаря мне они все же сумели сесть вам на хвост. Правда, несколько раз вы даже меня ставили в тупик.

Шранг лишь махнул рукой.

— Это же надо, нанять бывшего преподавателя диверсионной школы! Придурки окончательно помешались на желании купить всех и вся.

— Увы, эти люди действительно помешаны на желании править миром при помощи тайных операций. При этом не обладают даже крупицей необходимых знаний. — Смит помассировал глаза и вздохнул. — Ну что собираетесь предпринять?

— Отправлюсь домой. Адрес мой у вашей службы наверняка есть. Если узнаете что интересное, пошлите сообщение. Я не до конца уяснил некоторые моменты.

— Не обещаю, но постараюсь. На корабль?

— Сначала поужинаю нормально. А то устал от сублиматов. Пресные из них обеды получаются.

— Удачи вам, человек в неснимаемой маске, — усмехнулся контрразведчик и достал коммуникатор. — Так, где тут у меня телефон господина Валлеза. Порадую его пойманной добычей.

* * *

— У вас свободно? — Шранг остановился рядом с плотным мужчиной с погонами капитана дальнего поиска.

— Я жду друзей.

— Простите, офицер, но я бы хотел сказать вам пару слов перед дальней дорогой.

Офицер с интересом посмотрел на спокойного мужчину в дорогом костюме.

— Ну если только на пару слов.

— Спасибо.

Шранг сел рядом и достал из кармана тонкий лист пластика.

— Таскал с собой и не ожидал, что пригодится. Смотрите. Вот список людей, участвовавших в охоте на волков. Вот — вы. А вот — мой друг. Офицер Трост. Отличный механик и замечательный отец. Во время охоты пара контрабандистов перебросила грузы, воспользовавшись вашими шатлами.

— Меня уже допрашивали. — Офицер нахмурился.

— Да. Но меня беспокоит кое-что другое. Не было ли во время охоты каких-либо инцидентов? Я до сих пор на несколько вопросов не смог найти ответы.

— Кто вы?

— Я не следователь и не человек из контрразведки. Трост был моим другом. И я удочерил его малышку после гибели отца. Я должен знать, что произошло месяц тому назад в джунглях.

Капитан задумался на несколько мгновений, потом пожал плечами.

— Не думаю, что это кому-то навредит. Это была неудачная охота. Мы прилетели большой компанией. Несколько офицеров с базы и толпа каких-то чинуш. Больше всего выделялся молодой парень, сынок какого-то крупного босса. Он дерзил всю дорогу и изображал из себя супермена. Когда мы обшарили точку высадки, нашли только следы. Волки ушли на другую сторону острова. Один из чиновников оказался неплохим охотником и предложил сворачиваться. Следы были старые, и хищники наверняка уже убрались куда подальше. В том месте дельта реки и безумное количество мелких островков с узкими протоками. Но парень наорал на него и потребовал немедленно идти искать зверье. Ему просто не сиделось на месте. После перепалки мы разбились на несколько групп и разошлись. Я с парой друзей прошелся по ближним зарослям и вернулся. Трост с кем-то протопал почти весь остров, но также вернулся ни с чем. Чуть позже подтянулись и остальные.

— Когда все собрались?

— Не знаю. Мне надо было на базу, и я предложил разделиться. Мы с Тростом и еще парой ребят предупредили остальных и вернулись назад. Вторая группа прилетела через два часа. Неудавшаяся охота отбила желание даже устраивать пикник. Коробки с едой и спиртным даже не открывали.

— Все вернулись?

— Нет. Тот самый охотник из чужой компании отправился сразу на орбиту. Остальные прилетели на базу и устроили грандиозную попойку для своих. На следующее утро улетели.

Шранг задумался.

— Вы говорите, охотник вернулся назад?

— Да, вместе с тремя ботами, что спустили для нас с орбиты. В начале охоты корабли заставили всю поляну, мы с трудом их приткнули на том пятачке.

— А не покажете в этом списке человека, про которого вы говорите?

Офицер глянул и ткнул пальцем.

— Вот этот. Мне он понравился. Молчаливый и спокойный. Хотя и явно важная шишка. И ружье у него было из суперсовременных — «Мобстер-Профи». Кстати, по пути на остров Трост помог ему отрегулировать оптику.

Спасатель убрал список и подал руку.

— Спасибо, капитан. Вы мне очень помогли.

— А контрабандистов нашли?

— Да. Сейчас заканчивают шерстить их схроны. Удачного вам полета.

Офицер улыбнулся:

— Спешите на уходящий чартер?

— Нет, у меня свой маленький корабль. Загружусь депешами и поскачу дальше.

— Удачи.

Шранг попрощался и не торопясь пошел в сторону шлюзов, о чем-то напряженно раздумывая. Офицер посмотрел ему вслед и вздохнул:

— А неплохо платят ребятам из курьерской службы. Хотя даже ради такого костюма я не хотел бы собирать свои рассыпанные мозги после серии дальних прыжков.

* * *

Полковник Внешнего Контроля мрачно смотрел на искаженное помехами изображение.

— Здравствуй.

— Ты обещал меня больше не беспокоить.

— Ситуация изменилась. Мои болваны не сумели справиться с простейшей работой.

— А я здесь при чем?

— Ты мне должен. Закрой мою проблему, и я навсегда закрою твое дело. Закрою и удалю все документы о твоих прошлых проделках.

— Обещаешь?

— Даю слово. Ты знаешь, я всегда держу данное слово.

Собеседник задумался на секунду, потом кивнул.

— Что надо?

— От вас должен стартовать «Стилет-Дозор». Вот его данные. Я не хочу, чтобы он добрался до места назначения.

Искореженное изображение мигнуло раз-другой, потом чуть прояснилось.

— Сделаю. Эти модели позволяют временно отключать системы безопасности по приказу штаба флота. Оставлю подарок от твоего имени.

— Не надо имен. Просто сделай свою работу. Как только я узнаю о решении моей проблемы, тут же уберу все твои следы в наших компьютерах.

* * *

Маленький остроносый корабль вынырнул из подпространства и, слабо вращаясь вокруг своей оси, повис в черноте космоса. Пару мгновений ожившие навигационные системы разглядывали изменившуюся после прыжка картину звездного неба, потом подали сигнал к коррекции орбиты. До орбиты Клайт-два остался один коррекционный прыжок и пара часов маневров.

Чудовищная серия взрывов разметала скорлупу корабля по окружающему пространству. Последним сдетонировал двигатель, сжигая рассыпавшиеся вокруг ошметки в яркой вспышке. Парой секунд спустя только оплавленные обломки разлетались во все стороны от места гибели «Стилет-Дозора».

ЛИНИЯ ВТОРАЯ

ГЛАВА 10

6 сентября.

Имперская резиденция.

Зал официальных приемов. Тяжелые золотые драпировки и сияние мириадов ламп на помпезных люстрах. Вылизанный мраморный пол, пускающий солнечные зайчики, и вереницы кривоногих монументальных диванов у стен. Выглядящий древней мумией министр иностранных дел Империи и подчеркнуто вежливый молодой посол корелянской Республики. Человек в строгом черном костюме и гуманоид, прикрывший мех легким полотном, положенным по этикету и скрывающим под своими многочисленными складками черты фигуры.

Министр приглашающим жестом указал на небольшой столик, где уже дымился горячий чай в широких чашках и высилась пирамида фруктов в перламутровой вазе.

— Господин посол. Вот меморандум о дальнейшем развитии торговых отношений. Это — для любопытной прессы. А вот документ, который мой император просил передать вам до того, как мы начнем беседу.

Корелянин с поклоном принял бумаги и вчитался в ровные строки. Через пять минут он положил оба документа на стол и молча поднял сияющие в тон стенам золотые глаза.

— Император в курсе затруднений, с которыми столкнулась Республика. Ваши реваншисты не могут простить существующему правительству прекращенную войну. Крупные группы военных и политиков мечтают обнажить мечи и продолжить бессмысленную бойню. Мало того, эти безумцы финансируют группировку повстанцев, до сих пор не желающих сложить оружие. Вашим военным пришлось даже отозвать почти всех специалистов, проходивших обучение на наших территориях. По донесениям нашей разведки, в последние дни сложилось хрупкое равновесие. Такое ощущение, что даже минимальная помощь способна решить исход схватки. И на многострадальных землях воцарится мир. Либо кровопролитная война перекинется на наши планетарные системы.

Корелянин молчал.

— Мой Император удивлен, почему вы не обратитесь за помощью к нам? Ведь приход к власти агрессивно настроенной части общества чреват новой войной. Прежняя уже унесла миллионы жизней с обеих сторон. И еще миллионы за прошедшие годы так и не сумели вернуться на довоенный уровень. Разрушенные города, выжженные земли. Мы не больше вас хотим повторения случившегося.

— Мы закончили войну.

— Да. Наши правительства подписали документы, объявляющие мир. По итогам войны пропаганда позволила людям раструбить об отпоре оккупантам. А вам объявить себя хранителями границ от безумных агрессоров. Думаю, реально добрососедские отношения установятся лет через сорок, когда сменится поколение.

Посол Республики чуть заметно пожал покатыми плечами. Старик продолжил:

— И все же. Мы не понимаем, почему вы не обратились к нам за помощью? Дошло до того, что под видом контрабандистов ваша разведка ремонтировала на наших военных базах поврежденную технику. Что мешало попросить нас об этом по дипломатическим каналам?

— Вы не хуже меня представляете, какой резонанс вызвало бы разглашение подобного рода соглашений. Правительство рухнет, если станет известно о подобного рода контактах с бывшими врагами.

Министр иностранных дел достал еще один документ.

— Здесь вы правы. Прямая военная помощь приведет к чудовищному политическому кризису. Но мы не можем сидеть сложа руки и ждать, когда путчисты расстреляют ваше руководство. Прошу посмотреть вот эти бумаги. Это — договор о дружбе и взаимопомощи против любой другой нападающей стороны. С перечнем будущих совместных опорных военных пунктов и проведении общей политики по интересующим нас вопросам в галактическом совете.

Корелянин осторожно принял папку, как гранату с выдернутой чекой. Человек взял чашку.

— Вы понимаете, что подобного рода договор будет опубликован. Лет через пять. И потенциальный нарушитель рискует получить против себя объединенный фронт, собранный из всех разумных существ, населяющих обитаемые миры. Это — гарантия. Гарантия, что оказав корелянам поддержку, мы не вырастим армию-поработителя.

Посол настороженно всмотрелся в министра, пригубившего чай.

— Очень серьезное предложение. Чем вы готовы подкрепить его?

— Склады. Склады с оружием.

— Без маркировки?

— Почему же. С маркировкой. Вашей маркировкой. У нас на границе одного сектора находятся семь крупных орбитальных баз. Куда мы доставили большую часть из захваченного во время войны оружия. Вашего оружия.

— Которое согласно мирному договору вы должны были уничтожить.

— Увы, у нас столько срочных дел по восстановлению разрушенного хозяйства, что до этих мертвых железок просто не дошли руки. Нам они бесполезны. Но могут заинтересовать вас.

Корелянин аккуратно закрыл папку и положил ее себе на колени.

— Семь баз.

— Да. После блистательного рейда наших адмиралов мы захватили немало трофеев. По вашей классификации, из собранного нами можно полностью укомплектовать два флота. Добровольцев у вас хватает, а вот с новой техникой проблемы.

— Два флота?

— Совершенно верно. Авианосец с группой штурмовиков. Два легких крейсера. Около четырехсот разномастных истребителей. Два десятка кораблей сопровождения. И более миллиона единиц стрелкового оружия. Включая системы поддержки огня, радиоэлектронной борьбы, эвакуационные боксы и медицинское снаряжение. Плюс полномасштабная ремонтная база с запасами материалов. Такое пополнение позволит сломать хребет вашим мятежникам.

— Это — очень серьезное предложение.

— Совершенно верно. Постарайтесь донести важность сказанного мной. Империя протягивает вам руку помощи. Как только вы подпишете договор, мы укажем место, где вас будут ждать перечисленные мной объекты. Группы сопровождения оставят технику в нейтральной зоне и исчезнут до появления ваших представителей. Никто не сможет официально привязать подарок судьбы к вашим соседям, которых вы так доблестно громили. А потом, когда смута уляжется, можно будет подумать, в какой именно форме сообщить о подписанном договоре.

Корелянин встал, не выпуская папку из худых лап.

— Я немедленно сообщу моему руководству о сделанных вами предложениях. Прошу вас быть готовым принять меня сегодня еще раз. Через пару часов я смогу передать ответ Республики.

Человек поставил чашку с остывшим чаем на блюдце и поднялся.

— Империя в моем лице будет ждать ваш ответ. К папке приложен микрочип с данными о передаваемых ресурсах. Надеюсь, детальная информация поможет скорейшему принятию решения.

Через три часа полномочный посол корелянской Республики подписал договор о дружбе и взаимопомощи.

7 сентября.

Клайт-два. Арлан.

Капо Сацци раздраженно разглядывал лицо человека в видеофоне. Капо терпеть не мог, когда кто-либо заставлял его выполнять чужие просьбы. К сожалению, собеседник оказался чрезвычайно настойчив. И сумел предоставить отличные рекомендации других криминальных лидеров, с которыми приходилось считаться. Мафиози смял накрахмаленную салфетку:

— Вы настояли на встрече. Нам пришлось потратить немалую сумму, чтобы организовать этот защищенный канал.

— Я все компенсирую.

— Разумеется. Итак, что заставило столь уважаемого человека искать встречи со мной?

— Девочка. Которую вы держите у себя за семью запорами.

— Это дочь нашего друга.

— Полно вам. Один из ваших людей по старой памяти приютил на время приемную дочь моего врага. Скорее всего, даже денег за это не взял. Но вдумайтесь — нужно ли сохранять верность мертвым?

— Вы хотите сказать, что…

— Да. — Собеседник самодовольно улыбнулся. — Мы всегда доводим дела до конца. Эта раздражающая нас неприятность ликвидирована. Как и обещал, я хочу вернуться к моему предложению. Назовите сумму, и мой представитель выплатит ее в обмен на товар. Кроме того, в будущем вы сможете рассчитывать на мою поддержку в решении каких-либо серьезных дел. Недвижимость, банковское управление, лоббирование интересов Семьи в близких к правительству структурах. Я говорю о долгосрочном сотрудничестве.

Капо задумался. Синдикат давно наладил тесные связи с богатыми и уважаемыми людьми в высших эшелонах власти. Но приобрести свой собственный контакт, не зависящий от других кланов… Звучало заманчиво.

— Мы должны будем проверить вашу информацию. Бывает, люди возвращаются с того света, несмотря на все старания.

— Не волнуйтесь. Он не вернется.

— Мои люди свяжутся с вами.

— Я предлагаю решить вопрос сегодня или завтра. Не вижу необходимости тянуть время.

Глава семейства поморщился. Опять выгодный заказчик пытается навязывать свою волю.

— На проверку потребуется время.

— Согласен. И все же. Для меня и моих коллег окончательное решение этой проблемы чрезвычайно важно. Как насчет встречи завтра, в субботу? Не забывайте, ваша помощь будет нами соответственно оценена.

Капо помолчал, посмотрел, как личный повар сервирует стол, и решился.

— За срочность вам придется доплатить. Мы увеличим цену за товар. Это — во-первых. Передачу я назначаю на пять утра воскресенья. Мой представитель свяжется с вами и назовет координаты. Это — во-вторых. А в следующем месяце мы с вами встретимся на благотворительном балу у губернатора. Там можно будет обсудить ряд будущих совместных проектов.

— Хорошо. Жду звонка от вашего человека. Всех благ.

Повар закончил раскладывать салфетки и замер у края стола. Хозяину дома настала пора просмотреть лежащее на поданном серебряном подносе меню и выбрать блюда на сегодня. Потратив на эту серьезную задачу около трех минут, глава Семьи отпустил повара и задумался над другой проблемой. Стоило ли затребовать за девочку очень большой выкуп, воспользовавшись сложившейся ситуацией? Или лучше продемонстрировать благожелательное расположение к потенциальному компаньону и потом вернуть упущенную выгоду на более крупных операциях? В любом случае необходимо перевезти товар в более надежное место.

Капо сделал знак застывшей за спиной охране.

— Найдите мне Руберта.

Главу безопасности нашли за пару минут. Не успели перед капо поставить тарелку с супом, как Руберт появился на экране видеофона.

— Мальчик мой. Твой друг скончался. Можешь принять мои соболезнования.

Человек со шрамами задумался на секунду.

— Это абсолютно точно?

— Мы уточняем это. Судя по источнику информации — да, это свершившийся факт.

— Жаль. Семья могла бы использовать его знания себе на благо.

Капо вдохнул горячий пар над тарелкой и улыбнулся.

— Найдем другого специалиста. А ты пока скажи, чтобы собрали вещи девочки. Я пришлю Ларри с ребятами. Они заберут малышку и перевезут ее поближе ко мне. На девочку уже есть заказ.

Лицо Руберта застыло.

— Девочка не замешана в каких-либо делах. Она еще совсем кроха.

Капо молча приступил к обеду. Через минуту тишины глава безопасности невыразительным голосом продолжил:

— Если это надо Семье…

— Да, это надо Семье.

— Хорошо. Я буду ждать Ларри. Игрушки собирать?

— Нет. Только одежду.

— Будет сделано, капо.

— Давай, сынок. Ты у меня отличный профессионал. Не разрешай глупым чувствам мешать работе.

* * *

Над заляпанной палубой грузового ангара разносились громкие голоса. Группа рабочих готовила склад к скорому приему контейнеров с грузами. Майнога проверил, как заканчивается работа в одном из углов, и поспешил к другой группе, окружившей заклинивший на подъемнике ящик. В закрепленной на голове гарнитуре связи пискнул сигнал.

— Привет, брат. Ты все еще надеешься выкупить у спасателя корабль после операции?

— Да, хотелось бы. Какая ему разница, кто сотрет все следы — ближайшая звезда или я.

— Увы, не получится. Парень сгорел вместе с железом.

Контрабандист пошел медленнее.

— Когда?

— Сегодня утром. Был сигнал с его корабельного маяка о выходе в границах нашей системы, потом обрыв связи. Мы перенацелили спутник из дальней группировки и получили картину взрыва.

— Дурной каторжанин. Его все же переиграли. Насколько все серьезно?

— Подтверждена детонация главной двигательной установки.

— Жаль. Значит, придется мне искать другое судно.

Собеседник лишь хмыкнул:

— Думаю, подберешь еще лучше. Как там дела с грузом?

— Поисковая группа уже на корабле такелажников. Защита снята, выставили охранение. Начали перегрузку. Я сейчас на орбите, готовлю склады для приема первой партии модулей. Потом мы взорвем рынок новым товаром.

— Хорошо. Если что понадобится, звони.

— Понял, брат. До встречи на выходных.

Закончив разговор, Майнога состроил пару гримас и буркнул себе под нос:

— Жаль, хороший был корабль. Для своего отпуска держал. Как же это кандальника угораздило?

Вздохнув, он поспешил дальше, выбросив отвлекающие мысли из головы.

* * *

Секретарь в военной форме положил перед начальником контрразведки планшет со списком встреч на следующий день. Всесильный босс быстро пробежал глазами и поморщился.

— Вот этого на следующую неделю, а этого — вычеркнуть. Свяжешься и извинишься. Я приболел и буду на лечении ближайшие две недели. Будет настаивать, возьмешь список официальных отказов и подберешь что-нибудь оттуда. В общем, ты знаешь.

— Да, шеф. Человек не должен остаться недоволен отказом.

— Вот именно. Мы хорошие добрые люди и любим общаться со всей этой кодлой чиновников. Теперь по текущим делам.

Адмирал что-то глянул на повернутом к нему экране и продолжил размышлять вслух.

— Ребята из ВК все же убрали спасателя. Удар в спину полностью в их стиле, но я пока их не понял. Зачем продолжать охоту, когда главная тайна уже стала достоянием гласности? Зачем мстить человеку, который выведен в запас и не представляет больше угрозу? Хотя нелогичные действия вполне в стиле этих любителей.

Старик побарабанил пальцами и начал диктовать.

— Так, приказ на Элегию-пять. Пусть раскручивают этого Ройта по полной. Парень должен что-то знать. А раз он что-то знает, я тоже хочу иметь об этом представление. Из взрыва корабля надо выжать максимум. Пусть хорошенько подергают за все ниточки. У Валлеза достаточно полномочий, чтобы раскрутить дело до конца. Если кто-то из местных начнет бухтеть, я сделаю моего посланника временным комендантом базы. Но мне нужен результат. Пусть использует Смита, аналитиков, свору присланных агентов. Может ввести военное положение, если припрет. Но я должен знать, почему по закрытому делу продолжают плодить трупы.

Секретарь быстро пометил что-то у себя в блокноте.

— Все. Я уезжаю на ужин к губернатору. Буду доступен по закрытому каналу. Отправляй приказ и заканчивай с распорядком встреч на ту неделю.

Подтянутый молодой человек сдержанно кивнул и бесшумно покинул кабинет.

* * *

— Подожди здесь, малышка. Ко мне пришли.

Коренастый мужчина погладил девочку по чуть отросшим светлым волосам, легко поднялся с колен и, широко ступая, направился к появившимся в гимнастическом зале мужчинам. Шагнувший ему навстречу Руберт пожал протянутую руку.

— Привет, парни, — Томми поздоровался с такими же крепкими мужчинами в костюмах, спокойно оглядывающими пустое помещение.

— Отдыхаешь?

— Заканчиваем играть. Через десять минут ужин.

— Капо решил перевезти девочку к себе. Мы передаем ее Ларри.

Томми удивленно взглянул на мрачного главу безопасности, потом перевел взгляд на любимца капо Сацци.

— У нас здесь никаких проблем. По периметру усилена охрана, внутри все под контролем. Я постоянно с оружием. — Боевик показал на мощный плазменный пистолет, висящий на поясе.

— Парень, это приказ. Ребята заберут ребенка, а ты завтра заглянешь ко мне, и мы подберем тебе очередное задание.

Громила насупился.

— Босс, я не обсуждаю приказы. Но девочка привязалась ко мне. Может, я смогу пригодиться? Хотя бы первые дни?

Из-за спины Руберта шагнул Ларри — гибкий мужчина с аккуратной ухоженной бородкой.

— Томми, шеф уже выбрал для нее новую охрану. Мы забираем девочку, и у нас достаточно людей, чтобы все было выполнено быстро и без проблем.

Здоровяк не спеша положил руку на кобуру и недобро улыбнулся.

— Конечно. Вы так хорошо подготовлены, что мне всадили пяток зарядов в спину, пока твои ребята ворон считали.

В воздухе повисла напряженная тишина.

— Руберт, позвони капо. Скажи, что еще один человек никак не помешает. Ну не будет Ларри за ней ухаживать. Не будет ей сказки на ночь читать. А я первое время смогу помочь ей адаптироваться, будет знакомое лицо рядом. Это же на благо общего дела, Руберт.

Начальник безопасности вздохнул:

— Томми, шеф уже сказал…

— Да, да, я знаю. Но все-таки позвони капо. Он же умный мужик. И это не просто моя прихоть, я хочу как лучше.

— Томми…

Боевик лишь махнул левой рукой, не убирая правую с кобуры, повернулся и двинулся к девочке.

— Ларали! Мы поедем в гости, собирайся!

Руберт покачал головой и еле слышно выругался.

Потом снял с пояса небольшой тупорылый пистолет и выстрелил в затылок идущему мужчине. Тело убитого подломилось, попыталось шагнуть еще раз и рухнуло на пол, заливая его кровью.

— Черт, как знал. Ну почему Сацци не согласился забрать их обоих.

Ларри улыбнулся, осторожно обогнул замершего с оружием мужчину и медленно пошел вперед.

— Не волнуйся, капо всегда знает, что нам надо. Томми слишком привязался к ребенку после травмы. Даже хорошо, что так все закончилось. Вдруг бы он сорвался позже? Неизвестно еще, каких неприятностей в будущем мы избежали.

Потрясенная девочка смотрела на лежащего рядом с ней убитого мужчину, и ее глаза медленно наполнялись слезами.

— Дядя Томми! — Ларали бросилась к распростертому телу и вцепилась в его спину. — Дядя Томми! Вставай!

— Осторожнее, Ларри, рядом с ней пистолет! — забеспокоился один из боевиков.

— Помню, — отмахнулся любимец капо, медленно подходящий к плачущей девочке. — Эй, ты, вставай. Нам пора ехать.

Ларали повернула залитое слезами лицо:

— За что вы его! Он мой друг! Он никого не обижал!

— Заткнись и делай, что я говорю! — Ларри начал сердиться. Вечная морока с этими детьми. Взрослому разок приложишь рукояткой пистолета — и он понимает всю серьезность положения. — Пошли, я не хочу опоздать из-за тебя на ужин.

Мужчина схватил девочку за левую руку и потянул на себя. Ларали завизжала и стала брыкаться. Ларри окончательно рассвирепел и дернул сильнее.

Нескладная фигурка в маленьком комбинезоне правой рукой обхватила белый веер, свисающий на тонкой цепочке с запястья, и ткнула мужчине в пах. Раздался оглушительный щелчок. Ларри сипло охнул и согнулся. Девочка тут же ткнула его веером в глаз. Хлопнуло второй раз, и в воздухе отчетливо запахло паленым.

— Черт, это же шокер!

Боевики рванулись вперед. Один подбежал к девочке и ударил ее ногой в грудь, потом последовал удар в лицо. Секундой спустя замаскированное оружие полетело в сторону. Пара бойцов склонилась над завывающим раненым. Сзади запоздало закричал начальник безопасности:

— Осторожнее, костоломы! Она нужна капо целой и невредимой!

Не отвечая, двое мужчин схватили девочку за руки и поволокли по полу к выходу. Та кричала, в ужасе пытаясь вырваться и разбрасывая вокруг капли крови из разбитого рта:

— Папочка! Папочка! Они забирают меня! Папочка, не дай им меня забрать! Где же ты!

Маленькие ножки отчаянно колотили по полу зала. Одна из туфелек слетела и закувыркалась к стене.

— Папочка, миленький, ну где же ты! Они забирают меня! Папочка!

Мужчины вытащили надрывно кричащего ребенка в коридор. Следом прошла пара, осторожно несущая скулящего Ларри.

Руберт постоял в пустом зале, с искаженной гримасой, потом подошел к лежащему в луже крови телу и в бешенстве пнул его.

— Есть кто нибудь?! — заорал украшенный шрамами мужчина, в бешенстве повернувшись к двери, открытой на другой стороне зала. — Я спрашиваю, есть кто живой?! Оторвите свою задницу и наведите тут порядок! Немедленно!

* * *

Пожилой мужчина настороженно рассматривал информационное уведомление из налоговой службы, проигрывающее бодрую мелодию на экране его информ-блока. Зашел на кухню ресторана буквально на минуту из переполненного зала — и на тебе. Подарок от налоговой службы. Видимо, придумали очередной закон, по которому хотят перехватить у него еще сотню-другую в этом месяце. И оформление выбрали под стать. А то люди от их писем уже шарахаются, как от чумы.

Шабайя вздохнул и открыл письмо. Прочитал сообщение, удивленно посмотрел вокруг и стал читать заново, медленно повторяя про себя каждое слово.

— Налоговый вычет… Полученное наследство… Причина перечисления… Сумма…

Закончив читать, старик слепо нашарил стоящий рядом стул и без сил опустился на него.

— Как же так? Ну как же так?..

Один из работающих поваров заметил неладное и забеспокоился:

— Эй, хозяин, вам плохо?

Немедленно налили стакан воды и подали побледневшему хозяину ресторана. Тот с трудом отпил глоток и заплакал.

— Горе-то какое. А как же малышка?

— Что случилось, хозяин?

Шабайя смахнул бегущие слезы, сглотнул комок и ответил:

— У меня друг погиб. Мой лучший друг. С которым мы этот ресторан вместе строили. Он тогда только с войны вернулся, работу искал. Я все предлагал ему остаться, из него бы вышел отличный компаньон. Так ведь нет, не захотел. Уехал. Говорил, что слишком многих убил. Хочет постараться спасти хоть одного человека, чтобы не так тяжело было умирать. И вот — погиб.

Старик ткнул пальцем в открытое на экране письмо.

— Вон, власти подтвердили. Вскрыли завещание. Мне полагается небольшая сумма на развитие ресторана. За вычетом налогов и прочего… Прочего… А кто мне вернет друга?! Кто?! И кто вернет девочке отца?..

Повара подали еще один стакан, накапав туда остро пахнущих лекарств. Не дай бог, прихватит сердце у старого человека и все, ищи другую работу. А где сейчас найдешь хорошее место и доброжелательного хозяина?

Шабайя выпил лекарство и поманил одного из стоящих рядом.

— Я сейчас прилягу. Что-то прихватило. А ты, будь добр, посмотри вот здесь данные на моего друга и его дочь. Постарайся узнать, где она сейчас. Я завтра как встану хочу в муниципалитет съездить. Не дело девочке одной оставаться. Может, сумею подать прошение на удочерение. И просто надо будет к ней поехать. Хоть кто-то из знакомых будет рядом. Так что ты поищи все про нее. Если надо звонить — вон аппарат стоит, пользуйся.

И старик с трудом побрел в свою комнату, опираясь на плечи работников.

* * *

Группа мужчин не спеша спустилась в узкий коридор, протянувшийся в подвале двухэтажного особняка. Один из охранников предупредительно открыл дверь. В полупустой комнате вытянулись трое мужчин, настороженно глядя на вошедших.

Капо Сацци с интересом посмотрел на маленькую девочку, сжавшуюся в комочек в углу. По разбитому и залитому кровью лицу бежали редкие слезы.

— Почему не умыли?

— Не дается. Настоящий звереныш.

— Да? Ну ладно. А руки почему не связаны?

Боевики замялись.

— Нехорошо. Если лично не досмотришь — обязательно что-нибудь упустят, — вздохнул мужчина. — Руки связать и следить за ней в оба. Головой отвечаете. Заказчику девочка нужна живой.

Босс развернулся и направился к выходу.

— Да, что там с Ларри? Что это за блеяние про травмы?

— Он лично решил забрать ребенка и не обратил внимание на замаскированный шокер. Теперь в больнице.

— Так серьезно?

— Она сожгла ему пах и выжгла левый глаз. Врачи говорят про инвалидность.

— Ладно, пусть поправляется. Я подумаю, куда его потом пристроить.

Капо не спеша поднялся на маленькую площадку перед лифтом и стал ждать кабину.

— Надо же, такая маленькая и злобная. Жаль, что я ее уже продал. Вырастили бы отличного убийцу. Ну ничего, запросим компенсацию с заказчика.

Тихо прозвонил колокольчик приехавшего лифта, и мужчины поднялись на поверхность. В коридоре осталась лишь пара скучающих охранников.

* * *

Домашний видеофон недовольно загудел и замигал светодиодом вызова.

Черноволосый подросток недовольно покосился в его сторону и закричал в глубину дома:

— Пап! Там тебя!

— А что не возьмешь? — отозвался мужской голос.

— Я кино смотрю!

Через минуту к зудящему аппарату подошел Когут. Мужчина оторвался от мелкого домашнего ремонта и сейчас старался не тряхнуть ненароком домашнюю майку, усыпанную пластиковой стружкой.

— Да?

Экран показал довольное улыбающееся лицо.

— Добрый вечер, господин начальник спасательной службы. К сожалению, я вынужден связаться с вами сейчас, беспокоя в личное время.

Когут насупился. Эту рожу он хорошо помнил. Именно данный малоприятный господин вылетел не так давно с базы спасателей. И потом собирал рассыпавшиеся бумаги у входа и грозил карами ему лично. Улыбка мелкого клерка не сулила ничего хорошего.

— Господин Когут, должен поставить вас в известность. Я получил официальный отчет службы наблюдения, а также уведомление флота о гибели корабля, на котором находился ваш отпускник. Этот самостоятельный джентльмен взорвался вчера утром на окраинах нашей системы. Документы о вновь открывшейся вакансии я отправлю на ваш служебный адрес в ближайшее время. И отчет руководству, в котором задам вопросы про ваш более чем странный стиль руководства. Что позволяет государственным служащим заниматься непонятными делами и погибать при сомнительных обстоятельствах. Кроме того…

Командир спасателей не стал слушать и выключил видеофон. Не обращая больше внимание на сыплющийся на ковер мусор, прошел к оккупировавшему угол комнаты коммуникационному центру. Сел на стул и парой движений включил несколько мониторов. Запросил отчеты по Клайт-два и окрестностям. Потом получил отчеты по событиям с периферии. Выделил несколько пунктов и запросил подробности.

Сын за спиной убавил звук. К сожалению, он уже знал, что происходит за стенами этого дома, когда отец так горбится и молча орудует манипулятором.

— Парень, ты же обещал, что справишься и вернешься. Что я теперь скажу ребятам? Что наш новый коллега взорвался во время отпуска?

Когут помолчал, потом набрал один из номеров.

— Энту, прости, что беспокою так поздно. Нет, на службе в целом все нормально. Но есть одна проблема. Помнишь новенького? Да, который срочно ушел в отпуск, даже не успел с вами встретиться. У меня лежит доклад службы мониторинга. Парень мотался по делам на бывшее место службы; при возвращении его корабль взорвался. Вот координаты. Согласно докладу, сдетонировал основной двигатель, там сейчас только радиоактивное облако. Группу досмотра туда пошлют через месяц, не раньше. Но я помню, ты любишь послушать разговоры орбитальщиков, и у тебя были доступы на разные спутники. Потряси знакомых, может сам что найдешь. Я хочу знать — что на самом деле случилось. Почему наш с тобой коллега взорвался по пути домой. Я должен понимать, что буду говорить его маленькой дочери, когда приду к ним домой с этой новостью.

— Сделаю, босс. Не волнуйся, раскопаю все возможное.

Когут выключил аппаратуру и молча пошел на кухню. Взял там бутылку с плотно закрытой пробкой, высокий бокал и прошел на веранду, где сидел больше часа, медленно цедя спиртное и рассматривая мигающий огнями ночной город.

ГЛАВА 11

8 сентября. Суббота.

Периферия звездной системы Клайт.

Богатый кислородом воздух беспощадно высушил губы. Задубевшие от слабого обогрева пальцы с трудом пытались соединить необходимые провода. Но человек не сдавался. Он упорно копался в маломощном маяке, превратившемся от взрыва в труху. Используя остатки навигационного пульта, ему удалось на честном слове собрать электронику, но антенна оставляла желать лучшего. Сложные кристаллы для кодирования и посылки сигнала уцелели в своих амортизационных ложах лишь частично. И теперь замерзающий в скафандре человек пытается послать сигнал в направлении обитаемых миров. Меняет настройку частот, последовательность сигналов и пытается снова и снова дать знать живым о своем местоположении. Призрачная надежда на спасение тает с каждым часом. Но он не привык сдаваться и пытается использовать последний шанс. Мизерный шанс.

* * *

Когут выключил виброзвонок на браслете, бесшумно поднялся, стараясь не разбудить жену. Аккуратно прикрыл дверь спальни и прошел к своему оборудованному месту. Включил аппаратуру, подтвердил входящий звонок.

— Босс, это Энту. Я пообщался с ребятами, для нас один из спутников дальней разведки перенацелили на место аварии. Говорят, есть какие-то странные помехи в некоторых диапазонах. Помехи плавающие. Это либо наведенный сигнал с места аварии, либо что-то еще.

— Больше ничего не нашли?

— Нет. Подтвердили, что сдетонировал основной движок. Там должны остаться капли расплавленной обшивки, не больше. Но этот странный сигнал засекли еще с пары спутников.

— Что это может быть?

— Может, капсула с данными? Хорошо экранированная капсула?

Когут задумался. Было видно на экране, как возбужденный Энту не может найти себе места.

— Босс, помнишь про второй бокс на орбите?

— Ты о чем?

— Я о тех идиотах, что пытались на челноке пробраться на военную базу флота. Очень уж им хотелось сфотографироваться на память рядом с линкором.

— Да, помню. Челнок конфисковали и поставили на прикол в этом боксе, а парней вместе с родителями уже месяц трясут безопасники.

— Вот именно. Это же песня, а не челнок. Форсированный движок, системы стабилизации. Широкий шлюз для приема крупных скафандров. И сегодня суббота.

— В субботу второй бокс закрыт. Никого из гражданских и орбитальщиков.

— Точно. Надо всего лишь взять двух спасателей и прыгнуть на челноке к месту аварии. С разгоном и прыжком мы будем на точке через четыре часа. Запеленгуем эту капсулу, возьмем в радиационный контейнер — и назад. Восемь часов на все. Я уже даже переговорил с ребятами из маршрутного. Нам дадут свободные коридоры туда и обратно. Все пройдет аккуратно и без лишнего шума.

— У нас никто не умеет хорошо управлять таким аппаратом. Это тебе не по орбите ходить. Надо будет добраться на край системы и вернуться штатно обратно.

Энту приуныл. Командир говорил правду — в команде не было хороших навигаторов. Последний специалист по дальней разведке перебрался в другой отдел за большими деньгами. Когут почесал затылок и спросил:

— А с кем ты собирался скакать подобно чапперу на кладке?

— С Домиником, конечно.

— Он согласен?

— Я еще не звонил. Но ты же его знаешь.

Когут решился.

— Звони. Навигатора я найду. В полетном листе укажем тренировку стажера в условиях близких к реальным. Жду вас во втором боксе через час.

Энту радостно закивал и отключился. Командир спасателей набрал еще один номер.

На экране появилось недовольное заспанное лицо.

— Да?

— Девушка, мне нужен Эсмеральд-Экспартус-младший.

— В три часа ночи? Он спит.

— Буди.

— С какой стати, сегодня суббота, и он не на учебе!

Когут не ответил, но в его взгляде было что-то такое, что подружка навигатора тут же замолкла и стала тормошить лежащее рядом тело.

— Эс, тут тебя какой-то мужик спрашивает.

На экране головы поменялись, и на командира спасателей взглянул молодой человек со спутанными волосами.

— Да?

— В вашей группе тебя называют лучшим навигатором. Хочешь это подтвердить?

Парень растер уши и взглянул уже более осмысленными глазами.

— Я готов.

— У меня нештатная ситуация. Нужен навигатор для прыжка к точке аварии и эвакуации оттуда оборудования. С тобой пойдут двое моих людей. Возьмешься?

— А допуск? Я пока лишь стажер.

— Имею полное право задействовать тебя в этом случае. Решай сам.

— Вылет?

— Через час. Если согласен, тебя подберут через двадцать минут прямо от дома.

Парень кивнул.

— Хорошо, я одеваюсь и буду ждать машину.

— Не передумаешь? Все же это реальный вылет спас-службы к черту в зубы. Подумай хорошенько, Эсмеральд-Экспартус-младший.

Навигатор нахмурился.

— Пожалуйста, скажите ребятам, что меня проще называть Эс-Экс. Я не виноват, что мама с папой выбрали такое имя.

Когут улыбнулся.

— Принято, Эс-Экс. Машина со старшим группы будет у тебя через восемнадцать минут. Я передаю им адрес.

Парень кивнул и отключился.

* * *

Человек в скафандре с трудом сменил очередной кислородный баллон. Счастье, что после взрыва уцелела часть отсека с неприкосновенным запасом. Кислорода должно было хватить еще на пару суток. А вот с элементами питания просто беда. Единственный приличный комплект он использовал для еле живого маяка. А то, что осталось, с трудом поддерживало допустимый минимум в системе жизнеобеспечения скафандра.

Сразу после прыжка от Элегии-пять пилот-одиночка перебрался в надежно укрытый в носовом трюме шлюп. Надел скафандр и занялся проверкой миниатюрного кораблика. Человек решил отправить верно послуживший «Стилет-Дозор» на звезду и добраться до конечной точки на шлюпе, еще не взятом под контроль спецслужбами. В перегрузочном кресле его и застала катастрофа.

Первая серия взрывов выбросила шлюп вместе с куском ангара прочь от корабля. Не выдержав удара, основной двигатель испарился в ядерном смерче, разметавшем остатки «Стилет-Дозора», разрушившем большую часть шлюпа и отшвырнувшем его остатки далеко в сторону. Расплавившиеся под неистовым напором стихии остатки ангара приняли на себя основной удар, сохранив жизнь человеку. Но вместо надежного спасательного средства от него остались лишь жалкие обломки.

И вот уже вторые сутки человек упорно пытался собрать из развороченных кусков подобие работающего маяка. Пытался подавать сигналы о помощи и боролся с накатывающей усталостью, болью и медленно приближающейся смертью. Заставлял себя промерзшими до костей руками переключать самодельный тумблер, подавая очередную серию импульсов на то, что можно было назвать антенной только в воспаленном воображении. Этот человек не мог сдаться. Его ждали дома.

В затухающем сознании начали мелькать тени. Смутные образы прошлого. Вот вербовщик, стоящий среди каторжан и убеждающий их в блестящих перспективах наемных солдат. Вот первая атака, которую накрыли залпом тяжелой артиллерии, и то, что осталось от тела твоего соседа по окопу, залепило кровавой кашей глаза. А сейчас тебя посетила тень корелянина, с которым вы когда-то сцепились в узком коридоре и душили друг друга. Мгновением позже затуманенный взгляд узнал крейсер, у которого сумели неожиданным штурмом захватить рубку управления и вытянули под основные орудия флота. Остатки десанта кореляне не успели добить. Люди вызвали огонь на себя, и застывшую громаду расстреляли в упор. Остатки десанта вместе с корелянами в тот день уничтожали свои.

Далекие звезды закрыла еще одна тень. Но замерзающий человек ее не смог узнать. Что-то новое, черное и бесформенное, протянувшее к нему свои лапы. Железные лапы, тисками схватившие его руки и волокущие куда-то в ад. В беспросветный ад…

* * *

На длинном столе, заваленном разнообразным оборудованием, запищал вызов системы дальней связи. Задремавший было командир спасателей черной молнией метнулся к аппарату.

— Босс, это мы. Эс-Экс вывел нас точно на точку с первого раза. Не поверишь, но мы сняли нашего парня с остатков шлюпа. Буквально с какого-то обломка.

— Как он?! — От неожиданной новости у Когута перехватило горло.

— Плох. Сдохла электрика, и он еле дышит. Кислород был, а вот с электробатареями — труба. Я засунул его в реанимационную камеру, и мы готовимся прыгать назад.

— Что с кораблем?

— Судя по сканерам — остался только этот крупный кусок. Все остальное — в мелкую пыль.

— Возвращайтесь, я подниму людей.

— Босс, я тут что-то задумался. Может мы сначала выслушаем парня? Он может знать о причинах аварии больше нас. Выдерни дока, нашего старого дока с его хитрым чемоданчиком. Пусть откачает нашего снеговика, и потом уже будем решать, кого поднимать по тревоге.

Когут огляделся по сторонам, отметил взглядом необходимое оборудование и кивнул.

— Хорошо. Док будет. Возвращайтесь. И поаккуратнее, без экстрима.

Закончив связь с ушедшим в спасательную операцию шлюпом, мужчина включил систему на поиск нужного абонента и стал расчищать место рядом с одним из стеллажей. Через пять минут блуждания по различным мобильным операторам система поиска радостно заявила о найденном абоненте. После пары гудков экран залили яркие утренние лучи.

— Это кому не спится в такую рань?

— Утро доброе, док. С трудом тебя нашел. Ты с каждым разом маскируешь свой номер все лучше. Скоро отшельника не смогут найти не только родственники, но и друзья.

— О, старый знакомый. Не можешь удержаться, чтобы не побеспокоить пенсионера.

— Увы, лучшие из лучших не смогут отдохнуть и на пенсии.

Маленький старичок в белой панаме тихо засмеялся.

— Подлиза, вечно ты меня в краску вгоняешь.

— Док, ты где сейчас?

— Собрался на рыбалку. Постарался уехать подальше от любимой больницы. А то ведь они тоже ни свет ни заря звонили, будили старика.

— Где именно сейчас ловится твоя рыба?

— На луже, что по недоразумению называют Арланским большим прудом.

— Значит, это полчаса лету от меня.

Старик замолчал, спокойно разглядывая мужчину, раскладывающего различные приспособления рядом с опустевшим стеллажом. Потом аккуратно снял панаму и пригладил волосы.

— Сколько?

— Один. Как минимум — обморожение. Возможно — радиационное поражение. Твой комплект оборудования и препараты ребята поднимут прямо сюда.

— Поднимут?

— Да. Второй бокс на орбите. Я пришлю к тебе кого-нибудь из команды, скажи лишь — куда.

— Я никогда не мог сказать тебе «нет». Интересно, почему?

— Потому что потом, когда все кончится, мы с тобой зайдем к нему в гости. И его маленькая дочка скажет нам спасибо.

Старик вздохнул и вернул панаму на место.

— Большая монорельсовая станция рядом с поселком Питлоут. Там еще маркет новый построили не так давно. Я буду рядом с ним, на стоянке. Надеюсь, мой старый флайер твои сорвиголовы не забыли.

— Принято, док. Жду.

* * *

Мокрый от пота навигатор с трудом снимал скафандр. Зашедший в комнату Когут помог ему справиться с застежками.

— Я знаю этот скафандр, сэр. Я готовился к зачету…

— Спокойно, Эс-Экс. После прыжков всегда дезориентация и проблемы с мелкой моторикой. Ты молодец. Я и не мог мечтать, что вы привезете мне живого спасателя.

— Он молодец, сэр. Из остатков проводов и разбитой антенны собрал подобие маяка. Как мы на место попали, я сразу сумел его засечь. А потом ребята выдернули его с обломков. Страшное зрелище, оплавленный кусок и неподвижный скафандр на нем.

Чернокожий гигант крепко взял за плечи молодого парня.

— Сейчас в горячий душ. Потом вместе с ребятами в медблок. Там вас уже ждут. Сутки отдыха. О произошедшем — никому. Я не хочу, чтобы тебя потом тупоголовые чинуши терзали глупыми вопросами. В личном деле ты получишь необходимые отметки о проведенной операции. И я с удовольствием дам тебе отличную характеристику.

Парень замялся.

— Спасибо. Правда, я не ради этого летал.

— Я знаю. Именно поэтому и говорю — ты молодец. И в любое время можешь заглянуть к нам в гости. Своих друзей мы всегда встречаем с радостью.

Когут еще раз похлопал парня по плечу и подтолкнул к клубящейся паром душевой. Из соседней комнаты высунулась мокрая голова Энту.

— А нам по пять капель нальют? Для профилактики?

— Ты же сказал, что вы чистые, дозу не хватанули.

— Ну мало ли.

— Сейчас к медикам втроем отправитесь. Если даже не нальют, Доминик добудет.

Энту расслабленно засмеялся. Похоже, напряжение закончившегося удачно полета начало спадать.

— Да, он точно добудет.

— За Эс-Экс присмотрите, чтобы его там не загрызли люди в халатах. А то им дай волю новенького на зуб попробовать.

— Мировой парень, прикроем. А как там наш путешественник?

— Док колдует. Оживляет потихоньку. Все, я туда, а вы не заставляйте медицину слишком долго ждать.

Когут махнул рукой на прощание и вышел. Пройдя пару слабо освещенных коридоров пустой базы, он попал во вспомогательные помещения рядом со вторым орбитальным боксом. Спасательная служба использовала эту часть базы совместно с карантинной службой в качестве запасной базы для различных операций на орбите.

Сейчас в полупустом помещении несколько ламп заливали ярким светом металлический стеллаж, на котором сидел, сгорбившись, обнаженный человек. К его рукам и ногам тянулись бесконечные трубки, к груди крепились попискивающие медблоки, похожие больше на небольших паучков на тонких ножках. Над багровой спиной склонился старичок, одетый в светло-зеленый комбинезон. Рядом с ним застыл многолапым осьминогом микрохирургический робот. Командир спасателей подошел поближе и с облегчением увидел, как Шранг медленно повернул к нему изможденное лицо. Несмотря на пережитое, глаза спасателя смотрели осмысленно и спокойно.

— Спасибо, шеф. Вы меня выдернули вовремя.

— Нормально. Ты же знаешь, мы своих не бросаем. Чудо, что ты смог собрать маяк.

— Я старался. Очень хотел вернуться.

Когут посмотрел на старика.

— Как там дела, док?

— Ну за это время проводка частично приварилась к его спине вместе с внутренней частью скафандра. Но я это уже все снял, и сейчас будем накладывать лечебную повязку. Потом еще раз пройдемся по рукам, которые местами прилично пострадали. И напоследок я подготовлю пару десятков коктейлей. По завершении программы поедем в больницу, откуда через месяц твой боец выйдет целым и невредимым.

— Камень с души спал. Спасибо, док. Ты меня снова выручил.

Чернокожий гигант подтащил небольшой стул и с облегчением уселся. Шранг осторожно повел плечами и скривился. Чувствовалось, что ему больно шевелиться. Озабоченный док заворчал на пациента, и тот замер, глядя на сидящего рядом мужчину.

— У вас здесь связь есть? Не привязанная лично к тебе?

— Да. Вон там в ящиках должны лежать запасные коммуникаторы с общим выходом на общегородскую сеть. Мы их брали для случаев, когда нас в усиление ставили. Сейчас принесу.

Получив маленькую коробочку, Шранг закрыл пальцем горошину камеры и позвонил по нужному ему номеру.

— Руберт?

Долгая тишина в ответ. Потом тусклый голос не спеша ответил.

— Здравствуй, бродяга. Не ждал. Тебя списали очень серьезные люди.

— Это их проблемы. Как моя дочь?

— Тебя похоронили, бродяга.

Шранг напрягся.

— И что теперь?

— Твою дочку забрал капо.

— Скажи ему, чтобы не дурил. Я заеду за ней. В ближайшее время.

— Извини, парень. Но это уже другой контракт.

Спасатель помолчал пару секунд и ответил. Спокойным голосом, в котором погасли живые человеческие нотки.

— Руберт. Ты же понимаешь, что я это так не оставлю.

— Извини, бродяга. Тебя списали. Я тебе уже ничем не могу помочь. И если ты придешь сюда, то я вынужден буду взять в руки оружие.

Руберт отключился.

Шранг помолчал, потом спросил через плечо у замершего доктора:

— Док, вы где служили во время войны?

— Третья десантная бригада. Хирургия.

— Тогда вы меня поймете. Мне необходим шестой комплект и стимуляторы.

Старик зашипел, как рассерженная кошка:

— Вы сдурели. После лучевого удара, обморожения и общего стресса — получить ударную дозу дряни. Мне придется вас отправить в реанимацию.

— Док, здесь рядом медицинский блок. Через полчаса я достану там сам все, что необходимо. Не хочу калечить молодых сестричек, которые попытаются мне помешать.

Старый доктор в великоватом для него зеленом комбинезоне обошел заляпанный кровью металлический стеллаж и внимательно посмотрел в помертвевшие глаза пациента. Потом повернулся к командиру спасателей.

— Это точно твой человек?

— Да.

— Если ты дашь добро, я выполню его просьбу. Он пропрыгает двое суток как бодрый козлик, потом отдаст богу душу. От названных препаратов и с такими травмами — он не жилец.

Когут встал рядом со Шрангом, всматриваясь в лицо человека, собирающегося умереть в ближайшее время.

— Что стряслось?

— Я оставил дочь на попечение бывшего друга. По приказу сверху он отдал ее своему хозяину. И скоро мою девочку убьют. Я должен успеть вернуть ее до этого момента.

— Чем я могу тебе помочь?

— Не говорите никому, что я уже вернулся. Мне нужен запас по времени.

— Полиция, спецслужбы?

— Они не успеют, даже если вмешаются. Да и не захотят. Я буду действовать другими методами. С этими людьми действуют только законы истребления. Они по-иному не понимают.

— Люди нужны?

Шранг слабо улыбнулся.

— Извини, шеф. Но спасатели не умеют убивать не раздумывая. Я знаю, где найти нужных людей. Мне всего лишь нужен этот коммуникатор, доступ в город и маленький неприметный флайер.

Когут повернулся к доктору.

— Сделайте, что он просит. А я пока обеспечу нас транспортом вниз.

Старик покачал головой и горько усмехнулся:

— Я так хотел забыть, каково это — накачивать десант стимуляторами. А потом пытаться спасти жизнь тем обрубкам, которых удалось дотащить обратно с места высадки.

Доктор распахнул безразмерную сумку и молча стал доставать оттуда необходимые препараты.

* * *

Пятнадцать лет тому назад на всеобщем совете Синдиката был выбран третейский судья. Самый жестокий, самый беспощадный. Способный вынести смертный приговор собственному сыну. И следящий за установленными правилами, не позволяя разнокалиберным Семьям передраться между собой. Имя господина Стафта предпочитали не произносить вслух. Но самый затрапезный уголовник знал, что это за человек и какой властью он обладает.

В это раннее утро господин Стафт собирался на прогулку с любимой собакой. Это была давняя традиция. Выйти утром из дому. Пройтись пешком по паре улиц, поздороваться с прохожими. Купить свежую выпечку на углу. Покормить уток на пруду. И вернуться обратно домой, в охраняемую крепость. Хотя во время прогулки только окончательно свихнувшийся бедолага мог бы попытаться напасть на этого благообразного господина.

У выхода из дома хозяина перехватила секретарша — молодая девочка с испуганными глазами.

— Прошу прощения, но этот абонент крайне настойчив.

Взглянув на часы, Стафт взял пластинку коммуникатора.

— Да?

— Капо Стафт, хочу уведомить вас, что Семья Сацци нарушила данное мне слово.

— И что теперь?

— И теперь я собираюсь начать войну. И убью всех членов Семьи Сацци, кто по своей глупости пока еще жив.

Капо с интересом разглядывал изможденное лицо человека, говорящего с такой уверенностью.

— Если они нарушили данное слово — это только их проблемы.

— Вот именно. Я лишь прошу вас не вмешиваться в эту войну, которая является личной и никак не касается остальных членов Синдиката.

— Парень, у тебя с головой не в порядке. Мы сами будем решать, во что нам вмешиваться, а во что — нет.

— После недавней войны у многих проблемы с головой. Я лишь хочу повторить — если Синдикат влезет в мою личную вендетту, я никого не пожалею. Меня зовут Шранг. Я резал глотки корелянам и не оставил в живых никого из тех, до кого смог дотянуться. Сейчас Сацци подняли руку на мою дочь. Хотя обещали охранять девочку любой ценой. Они списали меня со счетов и нарушили данное мне слово. Эти люди сильно ошиблись. Я не умею прощать и останавливаться. И я пойду до конца.

Стафт посмотрел на погасшее окошко и поманил пальцем секретаря.

— Я буду кормить уток через двадцать минут на моем обычном месте. К этому времени ты найдешь мне все про этого Шранга. Я хочу знать, в какую неприятность вляпалась одна из семей Синдиката.

* * *

Осунувшийся человек зашел в переулок и, не обращая внимания на нацеленные на него пулеметные стволы, приложил руку к считывателю. Боевой робот шагнул назад и угрожающе загудел:

— Ваш визит не запланирован. Прошу покинуть территорию!

Шранг поднес лицо поближе к микрофону, пристроенному над сенсорной пластинкой, и четко произнес:

— Найдите Майногу. К нему клиент. Очень важный клиент.

Робот не сводил нацеленного оружия со спокойно стоящего человека. Через несколько долгих минут от считывателя донесся удивленный голос:

— Надо же, какие гости. Хорошо, тебя сейчас встретят.

Боевой механизм потоптался на месте и освободил проход. Спасатель шагнул к знакомой лестнице в подвал.

В этот раз идти пришлось буквально пару минут. Мальчишка в люминесцентных одеждах провел спасателя в большую ярко освещенную комнату, уставленную мягкой мебелью. У дверей Шранга встретил Майнога, улыбающийся и определенно довольный жизнью.

— Рад тебя видеть, каторжанин. Похоже, тебя просто невозможно убить. Хотя из последней переделки ты вылез помятым. На тебе лица нет.

— Мелочи.

— Что принес в этот раз?

— Информацию. Завтра утром Семья Сацци перестанет существовать.

Поперхнувшийся воздухом контрабандист присел на ближайшее кресло и задумался.

— Информация достоверная?

— Абсолютно. Потому что этим буду заниматься я сам.

— Забавно. — Майнога с интересом разглядывал собеседника. — Это серьезное заявление и серьезная информация.

— Подумай, кому ты можешь это перепродать. И вспомни, сколько раз тебе насолили эти ребята. Я слышал, вы уже несколько раз грызлись за жирные куски в космопорту.

Контрабандист хитро оскалился.

— Похоже, ты знаешь про реальное положение дел в городе больше, чем я. С другой стороны, я готов использовать эту информацию в своих целях. Вопрос лишь в том, что ты хочешь взамен?

— Коды доступа к техническим коридорам на орбиту. Мне надо будет поднять пару легких кораблей туда. А также максимально детальный план пригородного поселка Сацци.

Майнога взъерошил себе волосы и ткнул пальцем в грудь собеседнику:

— Интересно, и откуда ты это узнаешь?

— Я же бывший военный. Мало ли у меня друзей осталось?

Контрабандист выбрался из кресла и стал расхаживать по комнате.

— Заманчиво. Черт возьми, как заманчиво. Я тебя знаю и не считаю твою угрозу пустым сотрясением воздуха. Заплатить такие крошки за возможность подмять под себя целый район. Осесть на портовых перевозках. И остаться при этом совершенно чистым и непричастным к грандиозной заварухе.

Измерив комнату из конца в конец еще раз, он замер перед застывшим спасателем.

— Значит, ты получил все это от военных. Коды доступа, данные по патрулированию орбиты на сегодня и все, что мы нароем по лежбищу Сацци. Так?

— Так. И вы совершенно ни при чем.

— Куда ты потом?

— В «Люфт».

— Через десять минут я отдам тебе чип с данными, и мои люди незаметно подбросят до места. Отдыхай пока.

Контрабандист показал на заставленную спиртным барную стойку в углу и большую коробку, доверху забитую фруктами. После чего исчез из комнаты.

* * *

— Сэр, это закрытая линия.

— Я в курсе. Абонент на связи?

— Да. Соединяю.

В коммуникаторе что-то мгновение пошипело, и на дисплее появилась маленькая картинка, отражающая теряющийся вдали кабинет. Изображение мигнуло раз-другой — камера пыталась сфокусироваться на сидящем в кресле человеке. Через мгновение Шранг увидел пожилого господина в дорогом костюме, который с интересом рассматривал вызвавшего его по засекреченной линии человека.

— Добрый день, господин Строкофф.

— Добрый. Господин Шранг, если не ошибаюсь?

— Совершенно верно.

— Наслышан про вас. И удивлен. Мне доложили, что после визита одного господина ваш корабль взорвался при подходе к Клайт-два.

— Чуть раньше. После прыжка в систему.

— Ну что же, могу поздравить вас с чудом. Вы живы.

— Да. И очень сердит. Вы знаете, что мою дочь перепродали?

— Нет. Мне не докладывают о таких происшествиях.

— Я так не думаю. Вы глава контрразведки. На девочку развернута охота, в которую влезли высокопоставленные люди. И вдруг — вы не в курсе? Может, вы не знаете, почему пятилетнего ребенка хотят убить?

Глава силового ведомства промолчал.

— Что же, тогда я вам расскажу. Все началось на охоте, где Гайт-младший повздорил с господином Луми. И пристрелил бедолагу. Тело погибшего потом пропустили через утилизатор отходов и получившийся фарш отправили на орбиту. Там грузовой робот распознал пакет как отходы и отправил на сжигание. Местный офицер Трост настраивал оружие для Луми. Видимо, его посчитали слишком любопытным. Или его заметили рядом с местом, где произошло убийство. И моего друга убрали. После чего позвонили ребятам из ВК и попросили дочистить хвосты. Понимая под этим убийство маленькой девочки, которая могла слышать нечаянно оброненную отцом фразу. Чтобы избежать лишних вопросов, ее готовили к вывозу в приют. А там уже — очередной несчастный случай. Когда на кону стоит свобода очень богатого человека, в выборе средств не стесняются.

Строкофф улыбнулся.

— В вас умер прекрасный аналитик. В действительности Трост ничего не видел. И вряд ли что-то подозревал. Он лишь помог отрегулировать ружье Луми. Но психованный сынишка Гайта решил подстраховаться. После неудачного покушения на тебя мы прижали Ройта. Парень заговорил, и теперь мы имеем всю картину происшедшего.

— Ага. И через годик-другой можете заглянуть в гости к семье Гайт и поторговать дисками с компроматом.

Адмирал развел руками — такая работа, ничего личного. Шранг поднес коммуникатор поближе.

— Выходит, ты сдал мою дочь. Сдал и умыл руки. Тебе важнее получить короткий поводок на финансиста, чем спасти чью-то жизнь. Это флот не бросает своих. А спецслужбы сдают с легкостью. И вся эта безумная вакханалия, смерть множества людей, попытка моего убийства и возможная смерть моей дочери в ближайшие часы — всего лишь возможность управлять в дальнейшем очередным продажным политиком? А то, что вы раскопали с моей помощью — ляжет под сукно.

— Что ты хочешь? Мы не можем воевать с гражданскими. Если твою дочь кто-то захватил в плен, то обращайся в полицию.

Шранг улыбнулся.

— Твоя контора научила меня и других отверженных всему. Всему. Как убивать. Как собирать и анализировать информацию. Как устраивать теракты и защищать свои города от диверсионных групп противника. Я умею минировать автомобили и могу выбить из дальнобойного плазменника мозги зазевавшемуся адмиралу. Не наводит на определенные мысли?

Строкофф перестал улыбаться.

— Ты это к чему?

— Ваши шашни с политиками меня не интересуют. Но эти игры задели мою семью. Если мою дочь убьют, ты до конца жизни будешь обливаться потом, садясь в машину. И молиться, чтобы она не рванула при включении. А окна в своем доме сделаешь толще метра и завесишь непрозрачными шторами. Потому что девочку я тебе не прощу. И даже если меня найдут и шлепнут, я оставлю достаточно денег наемникам, чтобы они закончили это дело. Чушь, что нельзя бороться с государством. Государство — это чиновники. Чиновники любят жизнь и семью. И очень не любят, когда их хоронят в закрытых гробах. По твоему приказу меня обучили воевать с государством и побеждать. Я усвоил науку. У тебя есть все шансы сидеть под бронированным колпаком до конца жизни.

— Это — одна сторона дела. Какая альтернатива?

— Я должен спасти дочь. Отдай мне фонды ребятишек из ВК. Вы же наверняка заморозили их счета после заварухи на ремонтной базе. Не всего Контроля, а хотя бы их группы ликвидаторов. Там должно быть достаточно. С этими неучтенными деньгами на номерных счетах я найму нужных людей, закуплю технику. И зачищу за тобой все то дерьмо, что ты до сих пор не решаешься тронуть наманикюренным пальцем.

— Выглядит как нарушение закона.

— Не моя головная боль. Твоя служба меня создала. Тебе и расплачиваться. За то, что я до сих пор воюю в бесконечных ночных кошмарах. За девочку, у которой убили отца. За пролитую кровь, которой оплатили чужие амбиции.

— Я должен подумать.

— Вот данные моего коммуникатора. Я жду пять минут. Если через эти пять минут я не получу деньги, можешь переводить меня из разряда нейтральных опасных людей в личные враги. И будь уверен: до самой смерти ты не рискнешь сесть в машину или открыть окно. И несмотря на все старания твоих обученных ищеек — умрешь от взрыва или выстрела снайпера. Я это тебе обещаю.

Шранг внимательно вгляделся в молчащего адмирала и выключил коммуникатор.

Через четыре минуты спасатель получил краткое письмо.

«Коды доступа к номерным счетам — … Общая сумма чуть меньше двухсот тысяч. В приложении данные на полковника Внешнего Контроля, руководившего охотой на тебя. И ряд перехваченных разговоров с Гайтом.

После прочтения письмо уничтожь. Если меня как-либо пристегнут к этой авантюре — про снайпера придется задуматься тебе».

Шранг улыбнулся. Старый махинатор всегда знает, как использовать ситуацию себе на пользу. Осталось проверить счета и можно начинать подготовку к атаке.

ГЛАВА 12

8 сентября. Суббота.

Арлан.

На окраине Арлана был район, куда не забредали чужие. Где полиция курсировала только в усиленных нарядах и где человек с оружием был привычнее, чем спешащая в школу мелюзга. Здесь, в веренице унифицированных жилых блоков, жили наемники. Разномастный народ, ввязывающийся в любые оплаченные авантюры. Люди, ценящие крепкое плечо товарища и настороженно воспринимающие любые попытки подчинить законам буйную вольницу.

Городской совет несколько раз пытался взять под контроль опасных соседей. Но нашлись влиятельные люди, заинтересованные в подобного рода работниках. И не нашлось желающих участвовать в возможных боях с бывшими солдатами, привыкшими убивать. Район огородили многочисленными системами мониторинга, усилили расположенные рядом полицейские участки. Наемники, со своей стороны, старались не мозолить глаза законопослушным жителям и решали все проблемы коллегиально, не вынося сор за рамки незримо прочерченной границы.

Ранним субботним вечером в двери бара «Люфт» вошел мужчина. Один из самых популярных баров был забит под завязку. Под высоким ярко освещенным потолком в клубах табачного дыма перемещались многочисленные посетители, сжимая полные стаканы или бутылки. Народ настроился хорошо провести вечер и посмотреть на широких экранах очередную игру местного чемпионата по регби. Если учесть агрессивность местных вышибал и строгость хозяина бара, в целом вечер обещал пройти спокойно.

Незнакомец не спеша двигался к стойке, лавируя между многочисленными столиками и огибая высокие колонны, облицованные деревом. После войны в моду снова вошли деревянные панели, демонстрирующие состоятельность заведения. Подойдя к отполированной многочисленными руками стойке, мужчина аккуратно снял куртку, обнажив изуродованное ожогами тело. Достал из ножен широкий десантный нож и с размаху вонзил его в столб, вызвав этим неодобрительный взгляд бармена. Стоящие рядом люди замолчали и стали с интересом разглядывать человека, рискнувшего своей жизнью в «Люфте». Минутой позже стоящие чуть дальше обратили внимание на какое-то интересное действие, начинающееся у стойки бара, и постарались подойти поближе. Скоро рядом с полуобнаженным мужчиной сгрудилась молчаливая толпа. Двинувшиеся было вперед вышибалы замерли, поймав жест бармена, протиравшего огромные пивные кружки. Посетитель повернулся к толпе:

— Я объявляю найм. Согласно кодексу наемника. Многие из вас меня знают. Я или воевал с кем-то вместе при последних штурмах мартышек. Или спасал вас из лагерей перед окончанием войны, когда начались зачистки пленных. Кому-то помог остаться в живых, когда носил форму спасателя. Сегодня я пришел к вам и говорю: мне нужна сотня лучших бойцов. Сто человек, готовых рискнуть вместе со мной и взять матушку-удачу за вымя.

— Сколько? — донеслось из задних рядов.

— Тысяча империалов. За сутки работы. Это в два раза больше самой высокой ставки. И мне нужны лучшие.

Толпа выдохнула. За полновесный старый империал надо было горбатиться месяц на заводе. Если повезет — заработаешь два. В криминальном мире за вооруженное нападение можно было выручить до десяти империалов. Наемники подписывали месячный контракт на тысячу. Но за такой контракт надо было совершить какое-нибудь чудо. А здесь предлагали ту же сумму за сутки работы.

— В чем подвох? — зашевелились вокруг спокойно стоящего человека. Битые жизнью наемники спрашивали друг друга, срочно искали знающих, перепроверяли полученные слухи. Через несколько минут из загомонившей толпы выбрался невысокий мужичок с вереницей ножей на перевязи.

— Шранг, деньги хорошие, никто не спорит. И ребята тебя поддержат, если дело стоящее. Но все же о чем речь? И что за условия?

Спасатель всмотрелся в говорящего, задумался на секунду, что-то вспоминая, потом улыбнулся.

— Здравствуй, Папаша Бо. Последний раз я тебя видел, когда ты с ребятами на Коллапсе «языка» приволок. Рад, что ты в порядке.

Мужичок приосанился, но повторил вопрос:

— Все же что ты требуешь за такие деньги?

— Мою пятилетнюю дочь захватили. И я собираюсь ее вернуть. Если она жива — я буду милосерден. Если с ней что-то случилось — убью всех, до кого успею дотянуться. Сотня, что пойдет со мной, станет слушать меня беспрекословно. Не задавая глупых вопросов. И выполняя приказы в тот момент, как слово успеет сорваться с моих губ. Это будут лучшие солдаты, которых когда-либо видела эта планета. Готовых вместе со мной сунуть голову в пасть к дьяволу.

— Оружие?

— Новейшее. Тяжелое вооружение, средства подавления, усиленные экзоскелеты. Лучшее, что придумал человек за время войны. И по тысяче империалов на брата в солидных банках, не задающих вопросы. Как думаешь, неплохо за работу, где в тебя будут отчаянно стрелять и пытаться убить любыми доступными способами?

Народ загудел громче. Обычно предложенный контракт обсуждали пару дней, разбирая возможные тонкости и взвешивая риски. Но сейчас перед наемниками стоял один из своих, с кем они на прошлой войне пролили немало крови. И просил помочь, платя за это очень хорошие деньги. Мужчины все громче обменивались мнениями, прикидывая — смогут ли принять это предложение.

Бармен аккуратно поставил очередную кружку в ряд с другим сверкающим великолепием, убрал полотенце и не спеша выбрался из-за стойки. Подошел к Шрангу и осторожно обнял его, стараясь не задеть свежие раны.

— Бродяга. Ты нас с братом вытащил с паршивого пассажирского корабля, куда загнали несколько тысяч пленных. Когда обезьяны дали деру, они подпалили нас со всех сторон. И я помню, как вы с группой десанта и парой штурмовых ботов прорубились сквозь раскаленные стенки и вывели всех, кто еще был жив. Поэтому предлагаю налить по два пальца за счет заведения и бери меня старшим наводчиком. Как понимаю, вам обязательно понадобится хорошее прикрытие с воздуха. Правильно мыслю?

Спасатель похлопал кряжистого бармена по налитому силой плечу и кивнул.

— Правильно понимаешь. По два пальца — и место наводчика твое.

— Ну тогда я наливаю. А деньги отдам жене покойного брата, светлая ему память, пьянчуге. И могилку поправлю. Так что — примем на грудь и пойдем работать.

Мужчины выпили налитый в стаканы янтарный напиток и со стуком поставили их на стойку. Зал взревел, требуя выбрать из нескольких сотен бойцов лучших. Шранг держал данное слово — он знал, где можно найти людей, умеющих убивать.

* * *

Это в первые годы после запуска орбитальных комплексов от желающих там работать отбоя не было. Но годы прошли, новизна уступила место рутине, оставив при этом высокую сложность работы и дорогую цену за любую ошибку. Зачем горбатиться в черноте космоса или в принудительно вентилируемых офисах на орбите, когда можно получать чуть меньшие деньги на планете, под ярким солнышком и свежим ветром? Дошло до того, что в выходные орбитальным компаниям приходилось выплачивать двойные и тройные ставки. Невиданное дело для послевоенных миров. Однако люди устали от риска и хотели вдоволь насладиться простыми радостями жизни.

Те, кто остался работать, тасовались в бесконечной веренице служб. И если при открытии порта приходящие суда разглядывали как диковинку, то сейчас лишь ворчали. Звездолет дальней разведки? Дополнительная работа карантинщикам. Тяжелый чартер? Головная боль для буксиров — попробуй развернуть такую махину и завести в доки. Пришел редкий гость — миграционный транспорт с десятью тысячами переселенцев на борту? Его вообще лучше держать на дальних подступах. Сбежит кто — ищи потом по всей планете.

Среди «долгожителей» на орбите руководство выделило тех, кто не спеша тянул лямку. Не горел желанием показать себя, но исправно исполнял приказы. В меру отлынивал от работы и не употреблял спиртное. Из этой инертной массы набирали дежурные смены в доки, в бесконечную вереницу складов и сменный обслуживающий персонал на разросшиеся базы. Вот и сегодня бравая команда диспетчеров коротала время, присматривая за дальними доками, облепленными вспомогательными ангарами. До пересменки оставалось еще шесть часов, люди старались разогнать ночную скуку.

Старший смены только что выпил очередную безразмерную чашку кофе и раздумывал, не пойти ли за следующей. Из пучины размышлений его вырвал голос помощника:

— Слим, посмотри на идиотов. Два шатла и бот сопровождения подходят с нижней границы. Прислали пакет с просьбой выделить им грузовых роботов. Что бы им в пятницу не подсуетиться?

— Обычное дело. Тянули до конца недели, хотели в понедельник потребовать доплату за срочность. А как прижали, пришлось в выходные вкалывать. Что у них с допусками?

— Нормально. Встанут на прикол у шестого ангара. Будут бижутерию перегружать.

— Далековато что-то они сдвинулись, проскочат.

— Видимо, молодых пилотов посадили. Пока еще освоятся в наших лабиринтах.

— Как бы они нам не воткнулись куда сдуру. Прощай тогда спокойная смена. — Слим забеспокоился и подключился к внешнему каналу. — Эй, на баржах! Вы проскочили шестой ангар. Пройдите до конца, сделаете крюк и вернетесь. Не хватает еще, чтобы на торможении вас занесло на склады.

— Принято, шеф, — проскрипел в ответ динамик, и шатлы не спеша поплыли дальше, вдоль вереницы сверкающих на солнце ангаров. Бот тем временем развернулся и завис рядом с диспетчерской. Мгновением позже на маневренной машине распахнулись бортовые бойницы и в лицо ошарашенным диспетчерам уставились медленно вращающиеся выносные крупнокалиберные турели. Тут же по всем каналам пошли помехи.

Один из дисплеев проморгался от серой пелены и вывел скрытое черной маской лицо.

— Диспетчерская. Каналы блокированы. Связи не будет до утра. Попрошу вас не изображать героев. Если кто не понял — похоронят с почестями.

От бота отделились несколько фигур, волочащих за собой длинные коробки. Неизвестные ловко зацепились за шлюзовые камеры и стали доставать из контейнеров ярко-оранжевые брикеты. Пара минут — и непонятные коробочки украсили все выходы из висящей над складами диспетчерской, прошлись цепочками по бортам пары эвакуационных модулей и внаглую расположились в дюзах пристыкованного шатла карантинной службы.

Черная фигура полюбовалась на ошарашенные лица диспетчеров и добавила:

— Надеюсь, вы знаете, что происходит после взрыва пластиковой взрывчатки? Сожалею, но придется вам посидеть под заминированным замком. Утром пришлют саперов, и они вас добудут. А пока — можете поспать. Ночь все-таки.

Экран, как и все остальные, подернулся серой мутью. Старший смены аккуратно поставил чашку на стол и вперевалочку пошел к спас-шкафу. Остальные диспетчеры настороженно смотрели, как он достает скафандр.

— Слим, ты это чего? Ясно же сказали — все заминировано. Собрался нас всех взорвать?

Мужчина натянул нижнюю часть переливающегося яркими цветами костюма и улыбнулся.

— Вот еще. Но я лучше попотею в этой шкуре, чем сдохну от разгерметизации. Вдруг какой из детонаторов от вибрации шарахнет. Или еще что. Так что — здоровее буду.

Слим отошел в сторону, чтобы не затоптали, и продолжил одеваться. Потом поудобнее устроился в своем кресле и достал из ящика старый бинокль. Сейчас, когда вся электроника была выведена из строя при помощи оборудования налетчиков, надежда осталась лишь на старую добрую оптику. Надо ведь будет писать отчет и отвечать на бесконечные вопросы следователей утром, когда все закончится.

Шатлы аккуратно пристроили рядом с предпоследним ангаром. Распахнули бортовые шлюзы и протянули погрузочные рукава в глубь ровных рядов контейнеров. Мигая огнями маневровых двигателей, туда же устремились несколько групп людей.

— Шранг, груз обнаружили.

— Второй, проверьте блокираторы в конце зала. Подключите считыватель. Лучше их взломать без насилия, сэкономим полчаса.

— Есть, вижу.

— Возьмите запасной канал до пилотов, они помогут с бортовым вычислителем.

— Принято, работаем.

Несколько людей зависли рядом в центре открытого ангара. Невысокая фигура жестами дублировала приказы.

— Согласно кодам, вон там — боеприпасы. Чуть выше — системы электронной борьбы. Позади нас я видел пару контейнеров с плазменниками. А прямо перед нами должны быть легкие экзоскелеты и тяжелая штурмовая броня.

В канал вклинился командир второй группы.

— Блокираторы сняты.

— Отлично. Группам занять места по плану захвата. Вскрываем боксы и начинаем погрузку.

Люди, облепившие муравьями контейнеры, зашевелились и стали распахивать двери. Через пару мгновений по погрузочным рукавам потянулись ящики.

Висящий рядом со Шрангом боец присвистнул. Под лучами ярких фонарей его глазам предстала во всей красе вереница бронированных чудовищ — ШУБ-4М, ласково называемая десантниками «шубейка». Штурмовая унифицированная броня четвертого поколения, модифицированная. Защищающий своего хозяина пластинчатый экзоскелет, позволяющий навесить на себя тяжелое вооружение. Кореляне так и не смогли найти надежной защиты от беспощадных десантников в подобном оснащении.

— Неплохо! И откуда нам счастье привалило?

— После расформирования две штурмовые бригады отправили в резерв основную массу оружия. Часть грузов подвесили здесь. В случае заварухи полиция и ополчение легко могут спустить с орбиты эти коробочки и вцепиться железными зубами в глотку кому угодно.

— Придется им чуть-чуть поделиться. Нам эти железные зубки нужнее.

— На всех хватит. Как удачно я недавно данные по грузоперевозкам скопировал. Чего только не найдешь в обезличенных номерных контейнерах.

Шранг аккуратно развернулся и поднялся повыше. Погрузка была в самом разгаре. Еще двадцать минут — и наемники могут сворачиваться и готовиться к удару по планете. Нужно успеть все закончить до того, как полиция выйдет из ночной дремоты.

9 сентября. Воскресенье.

Огромный мужчина в яркой рубашке и отглаженном пиджаке нерешительно остановился рядом с дверью, пару раз вздохнул и осторожно постучал. Подождал минуту и постучал еще раз. Дверь приоткрылась, и боевик увидел направленный ему в живот пистолет. Капо Сацци не любил, когда его будили ночью.

— Телефоном не мог воспользоваться? Громыхал так, что жену разбудил.

Гангстер замялся, потом развел руками.

— Телефоны не работают, капо. И вот только это по всем каналам…

Босс раздраженно схватил поданный коммуникатор, на экране которого четко было видно усталое осунувшееся лицо мужчины, одетого в военную форму без знаков различия.

— Меня зовут Шранг. Семья Сацци нарушила данное мне слово и захватила в плен мою пятилетнюю дочь. Я обещаю сохранить жизнь человеку или группе людей, которые вернут мне ее целой и невредимой. Всех остальных я убью без сожаления. Если с головы моей дочери упадет хотя бы волос — вы проклянете день, когда появились на свет. Я обещаю… Меня зовут Шранг. Семья…

Капо выключил экран и мрачно взглянул на застывшего рядом громилу.

— Что в поселке?

— Мы усилили охрану, ребята открыли арсенал. Руберт вооружает всех, кто свободен. Связи с городом нет, телеканалы не работают, телефоны не отвечают. Везде помехи.

— Этот психопат решил нас напугать. Даже если он наберет шайку отморозков, мы его сожжем еще на подходах. Тем более что Руберт отлично знает его повадки. Что с девочкой?

Мужчина в пиджаке помедлил с ответом.

— Лифт в подвал отключили. Мы докричались до охраны, отвечают, что будут держать оборону. Утром дождутся вашего приказа и впустят в подвал. И больше не отзываются.

Капо Сацци злобно оскалился:

— Крысы! Трусливые крысы! Решили пересидеть, пока заваруха не закончится! А потом будут утверждать, что защищали из последних сил интересы Семьи. Ладно, с ними позже разберусь. Давай к выходу. Я оденусь, а ты подбери мне что-нибудь небольшое, но мощное. Вдруг вы доставите мне удовольствие и приволочете этого мерзавца живым. Я с удовольствием прострелю ему башку. Тем более что Синдикат отказался участвовать в нашей личной войне. Придется все делать самим.

В ответ на его слова где-то на окраине поселка гулко ахнуло, и дом содрогнулся. Втянувший в плечи голову боевик шумно выдохнул, кивнул шефу и быстро побежал к выходу. Одетый в атласный халат капо тряхнул головой, выходя из ступора, и метнулся обратно в комнату. Меньше чем через минуту он выскочил обратно в коридор, застегивая на ходу брюки и натягивая рукава рубашки. Аккомпанируя его быстрым движениям, с другой стороны поселка донесся еще один громогласный взрыв. Неизвестные приступили к штурму.

* * *

Наемники забили оба шатла под завязку. Шесть десантных ботов, навесные ракетные комплекты, выносные тяжелые артсистемы с элеваторной подачей разнообразных зарядов. Большая часть надела на себя экзоброню, подвесив роторные плазменные пулеметы и гаус-гаубицы. Остальные разобрали бронежилеты и различное стрелковое вооружение. Покидая орбиту, они оставили после себя с десяток юрких спутников, обеспечивающих атакующим электронное прикрытие. Орбитальные полицейские частоты забил мусор. И лишь на аварийных каналах транслировались непрерывно слова извинений за аварию на центральной станции мобильной связи. На подходящие суда были отправлены сообщения о возможных поломках на принимающих доках и просьба уйти на запасные орбиты и ждать дальнейших сообщений.

В центре управления орбитальной обстановкой дежурная смена проклинала электриков со спутников мобильной группировки. Судя по всему, именно эти идиоты сумели в два часа ночи нарушить отлаженное функционирование электронных систем. Чертыхаясь, операторы пытались бороться с помехами, а ремонтные группы отставляли недопитый кофе и торопились к мобильным ботам. Через полчаса вытянувшаяся цепочка станций и орбитальный порт представляли собой разворошенный муравейник. Но, несмотря на все усилия, связи не было ни с большей частью раскинувшегося на сотни километров хозяйства, ни с землей.

Зайдя с севера на цель, первый шатл выпустил на высоте в пять километров десяток электронных «ос», взявших объект в кольцо. Системы электронной борьбы обрушили всю свою мощь на лежащие под ними дома. В отличие от прошедшей войны, никто не пытался сбить маневрирующие механизмы или попытаться пробиться сквозь поставленные помехи. Одновременно с выполнением основной задачи система непрерывно транслировала на поселок короткое записанное сообщение на все официальные телевизионные и информационные каналы. При этом начатая атака не затрагивала пригороды Арлана, расположенные всего в паре километров к востоку.

Второй шатл опустился до четырехсот метров и выпустил первую ракету, уничтожив небольшой мостик через ручей. Прошел по периметру, высаживая три бота с десантом, и разворотил следующей ракетой дорогу, уходящую на юг. Второй шатл контролировал другую сторону окруженного поселка. Работающие на полную мощность сканирующие системы выдавали на дисплеи четкую картинку наемников, которые успели нырнуть во тьму. Операция началась.

По широкой улице разбегались одетые в черное люди. Глава безопасности отдавал короткие приказы, размещая боевиков по позициям. Со стороны взорванного моста послышалась стрельба, секундой позже оттуда донеслась серия раскатистых взрывов. Руберт еще раз оглядел рассыпавшихся бойцов и жестом послал нескольких из них в ближайшие дома. Из-за отсутствия радиосвязи приходилось отдавать приказы по цепочке.

Над головой малозаметными тенями мелькнули штурмовые боты, потом откуда-то с окраины ракеты расчертили небо тонкими линиями, и улицы залил нестерпимый яркий свет. Руберт инстинктивно пригнулся, закрывая рукавом глаза. Через пару мгновений хлопнуло еще раз. Из-за кустов послышалась ругань: большая часть обороняющихся на время ослепла. Мгновением позже с окраины поселка послышался звук, похожий на треск разрываемого полотна. Секунда-другая, и донесся раскатистый грохот разрывов.

— Что за чертовщина? — Руберт метнулся к углу дома и осторожно выглянул. Стоящий с краю дом пылал, рассыпая яркие огненные искры вокруг. Из тьмы протянулась быстрая вереница ярких огней, сопровождаемая неприятным звуком. Следующий дом вспучился от взрывов и разлетелся ошметками пламени.

— Боже, они нас расстреливают из армейских пушек!

С другой стороны поселка зависший на небольшой высоте шатл подтвердил отсутствие маленьких живых объектов в ближайших строениях и выпустил штурмовые ракеты по указанной площади. Земля содрогнулась, и неглубокий ручей засыпало обломками домов, машин и деревьев. Шатл сместился в сторону, а между домов замелькали огромные фигуры, стреляющие по любой попавшейся на глаза мишени.

— Первый, квадрат пять — детей нет.

— Зачищайте.

— Вторая группа, на нас вывели пару гранатометчиков.

— Потери?

— Один ранен. Враг уничтожен.

— Сейчас будет бот. Осторожнее справа, там сканер дает данные о детях.

— Поняли. Закрепляемся, ждем подмогу.

— Через минуту подойдет десятый с легкой группой поддержки.

Шатл сместился в сторону, качнув людей, замерших рядом с голографическим дисплеем.

— Третья, квадрат семь — закончили. Видим противника, укрываются в домах.

— Они будут прикрываться малышами. Всем — будьте осторожны, противник оправился от временного ослепления. У них отмечено тяжелое вооружение.

— Первый, полное сканирование завершено.

— Карту.

Дисплей вывел контуры домов и расцветил их точками — ярко-зелеными маленькими и большими красными. Наемники светились желтыми огнями, стягивая кольцо окружения от пылающих окраин к центру.

Шранг ткнул пальцем в один из домов.

— Смотрите. Укрепленный подвал, внизу похоже на охрану и один малыш. Группы противника здесь и здесь. Всего — семь зданий, где отмечены дети. Карту — десанту. Шатлам — накрыть эту улицу целиком. Предупредите вторую — их пытаются обойти слева. Пусть сажают бот вот тут, иначе собьют.

Спасатель посмотрел на перемещение бойцов и позвал Папашу Бо.

— Я с резервной группой в центральное здание. Там скапливаются основные силы, и я почти уверен, что моя дочь в подвале. Другим отрядам — пусть блокируют оставшиеся шесть зданий и пытаются пробиться к детям. Ребятам придется действовать максимально осторожно. Остальные дома — ровняйте с землей.

Невысокий мужчина в легком бронежилете важно кивнул и поправил головной микрофон.

Бойцам ушли новые приказы. Тяжелогудящие шатлы выпустили очередную партию ракет по отмеченным целям. Схватка приближалась к завершению.

* * *

Легкий полицейский электромобиль взобрался на пригорок и замер. Старший наряда жарко зачастил в микрофон рации:

— Черт, да здесь идет настоящий бой! Весь поселок в огне, дома просто пылают! И стрельба, отчетливо слышу стрельбу!

Напарник ткнул сидящего за рулем полицейского и показал пальцем чуть в сторону.

— Центр, центр, отмечаю как минимум один воздушный объект, ведущий обстрел поселка! Судя по вспышкам — что-то крупнокалиберное!

— Продолжайте наблюдение, высылаем подмогу, — отозвалась рация.

Старший пошарил в бардачке и чертыхнулся:

— Эх, бинокль дома забыл. Подъедем поближе?

— Ты что, самоубийца?! Я не полезу туда, где люди Синдиката выясняют отношения. Моя воля — я бы развернулся и убрался обратно как можно быстрее.

В поселке громыхнуло, и над пылающими окраинами взметнулся ярко светящий в ночи клуб огня.

— Думаю, ты прав. Отъедем мы чуть назад. И посмотрим вон оттуда, из-за кустов…

Руберт привалился к изрешеченной осколками стене и с трудом дышал, зажимая широкую рану на боку. Нападающие превосходили его людей во всем. Тяжелобронированные фигуры не брали даже гранатометы. А у большинства боевиков в основном были лишь легкие пулеметы и автоматы. Пару тяжелых роторных плазменников держали в доме капо, огрызающиеся огнем точки накрыли снайперскими ракетными выстрелами. После чего обрушили на центральный дом несколько шрапнельных зарядов. Судя по ожесточенной стрельбе, основные действия переместились именно туда.

Глава безопасности Семьи Сацци не сомневался, что все происходящее связано с маленькой девочкой, запертой в подвале. Никто из бандитов и контрабандистов не додумался бы устроить подобное. Прекрасно спланированная и блестяще осуществляемая армейская операция. Тяжелое вооружение, способное сровнять отлично подготовленную армию с землей. И бойцы, не жалеющие никого на своем пути.

Окно треснуло, и в комнату влетела граната. Через секунду яркая болезненная вспышка резанула по глазам. Мгновением позже вылетела дверь и внутрь кубарем вкатилась огромная фигура. Громыхнул выстрел, Руберт медленно сполз по стене, дымя развороченной грудью. Наемник осторожно заглянул в комнату и дернулся назад. Навстречу ему прогремело несколько пистолетных выстрелов. Метнувшись вперед, солдат ударом выбил оружие из рук женщины и отшвырнул ее к стене.

— Первый, я в точке два. Проверил объекты, девочки здесь нет. Повторяю, согласно данным опознания, девочки здесь нет. Только чужие дети и пара женщин.

— Принял, зачищайте.

— Выполняю.

Мужчина поднял пулемет, поколебался секунду, но потом нажал на курок. Плазменные разряды разметали всех, кто находился в комнате. Бросив напоследок гранату, наемник побежал прочь из дома. За спиной гулко хлопнуло, и яркое пламя лизнуло внутренности дома. Выскочив на улицу, бронированная фигура дала еще одну длинную очередь из плазменного пулемета и двинулась прочь от запылавшего строения.

Трое мужчин настороженно прислушивались к происходящему наверху. Один из охранников посадил маленькую связанную девочку перед собой и прижал пистолет к ее хрупкому тельцу. Периодически наверху глухо ухало, и с потолка сыпались кусочки штукатурки. Лампочка погасла еще в начале боя; теперь тьму разрезали лучи пары фонарей, пристроенных в углах комнаты.

— Анти, как думаешь, он сдержит слово? — жарко зашептал второй охранник. — Мы же с нее пылинки сдуваем!

— Заткнись, идиот! Может, все еще образуется.

— Сам идиот! Не слышишь, что наверху творится?

Где-то сверху гулко задребезжали разрывы, и чуть позже донесся протяжный скрип.

— Господи, да они нас решили заживо погрести! Слышишь, это же дом валится!

— Нам же лучше! Подвал забетонирован как надо, через день-другой нас спасатели достанут. Лишь бы эти не нашли.

В ответ пол подпрыгнул, и за дверью по коридору прогремело. Секундой позже взвыли роторы пулеметов и вдоль стен загрохотали взрывы. Двое охранников рядом с лифтовой площадкой не успели даже толком ответить, как для них все закончилось. От близких разрывов дверь в комнату тряхнуло, но замок пока держался.

— Не стреляйте! Не стреляйте! Девочка у нас! С ней все в порядке! — заорали охранники.

Тяжелый удар вышиб укрепленные створки, и в проем ворвались трое бойцов, страшные в своих покрытых пылью и кровью бронированных костюмах. От вращающихся раскалившихся стволов поднимался дым.

— Не трогай девочку! — разнесся искаженный микрофоном голос. — Оружие на пол и на выход!

— Вы обещали! Мы видели это по телевизору!

— Я сдержу обещание. — Одна из фигур шагнула вперед. — Оружие на пол и можете выходить. Вас никто не тронет. Жизнь за жизнь, как договаривались.

Охранники осторожно положили все оружие на пол и отступили к стене, не рискуя протискиваться между застывшими в проходе фигурами. Зашипела пневматика, и огромная голова роботоподобной фигуры откинулась наверх. Перепуганная девочка увидела знакомое лицо, слабо освещенное моргающим светом миниатюрных дисплеев.

— Пчелка, я пришел за тобой, моя хорошая!

Ларали тихонько заскулила, морща заклеенный пластырем рот. Из-за спины Шранга скользнул боец в легкой амуниции и присел рядом с ребенком. Быстрым движением он перерезал веревки и осторожно снял пластырь. Спасатель присел рядом.

— Девочка моя, этот дядя возьмет тебя на руки и понесет рядом со мной. У меня слишком горячий костюм снаружи, я тебя просто обожгу. Пойдем, пора возвращаться домой.

Шранг успокаивающе улыбнулся, встал и вернул шлем на место. Потом развернулся и сказал, обращаясь к замершим охранникам:

— Знаете, вам лучше пока посидеть здесь. Чтобы ненароком не зацепило на улице. Через час сможете подняться. И постарайтесь забыть все, что видели. Вы знаете законы Синдиката. Болтливых у вас не любят.

Наемник с прижавшейся к нему девочкой пошел к выходу. Три закованные в броню фигуры страховали его от любых неожиданностей.

— Борт, это группа прорыва. Объект у нас, повторяю — объект у нас. Будем у бота через две минуты.

— Отлично, какие потери?

— Первого зацепило. Двое убитых и один контужен.

— Поднимайтесь, ждем.

— Прикройте огнем.

— Разумеется.

Шатлы подобрались поближе к центру и заработали из всех стволов в полную силу. Рассредоточенные внизу наемники вторили гремящим с небес монстрам. Все пространство вокруг центрального разрушенного дома превратилось в море огня.

Скоро в рубку зашел освободившийся от брони Шранг. Он прижимал к залитому кровью телу маленькую девочку, вцепившуюся в него изо всех сил. Двое наемников помогли ему сесть на невысокий стул, аккуратно разрезали край посеченной майки и стали колдовать над поврежденным боком и повторно обожженной спиной.

Папаша Бо встал рядом и осторожно похлопал спасателя по плечу.

— Где ты попался?

— Ребята выскочили на мерзавца с плазменником. Одного я успел оттолкнуть, а второй получил пол-обоймы в упор. И меня вот зацепило.

— Ладно, сейчас подлатаем, до больницы дотянешь.

— Хорошо. Давай сворачиваться. Прикрывай с шатлов отход, всех наверх. Потом — подъем до пятисот и сбросьте остатки боезапаса на то, что осталось. Только центральный дом не трогайте, я обещал им жизнь.

— Там и трогать нечего. А в остальном — сейчас сделаем.

Один из шатлов опустился еще ниже; из распахнутых пандусов вниз полетели тросы. Наемники продолжали обстреливать молчащие пылающие руины вокруг и споро поднимались наверх. Часть заняла места в подошедших ботах, и через пару минут нападавшие вернулись на свои места в поднимающихся металлических громадах. Потеряв пять человек, наемники полностью выполнили поставленную перед ними задачу.

Хлопнули створки ракетных шахт, и на пожираемый огнем пятачок земли пошли остатки ракет. Разрывы смешали пылающие руины и превратили остатки поселка в один сплошной пожар. Скрючившиеся в своей машине полицейские услышали рев уходящих на форсаже кораблей, и в воскресное утро вернулась звенящая тишина.

* * *

Перебинтованный Шранг отдавал последние приказы.

— Мой флайер сбросите вот здесь, у залива. Тем временем вас ждут на орбите. Транспорт и легкий корвет. Экипажей нет. Все оружие в транспорт и вместе с шатлами — на звезду. Никто не успеет перехватить. Сами прыгаете вот в эту точку. Здесь назначена встреча с кораблем контрабандистов. Встреча оплачена. Перегружаетесь и уничтожаете корвет. И уже на новом корабле — в тихое место, откуда сможете при необходимости вернуться сюда или осядете где понравится. Деньги переведены на ваши счета. Вот все необходимые координаты.

Несколько человек окружили еле сидящего спасателя и маленькую девочку, испуганно разглядывающую здоровых улыбающихся мужчин. Папаша Бо хотел было ее погладить, но, увидев, как она сжалась, опустил руку.

— Бедная девочка, досталось же тебе. Ничего, все закончилось. Шранг, может с нами? Ты как-то плохо выглядишь.

— Нет. Меня уже ждут, там помогут.

— Ну тебе виднее. Хорошо, пойдем, поможем тебе погрузиться. А за нас не волнуйся, все нормально. И кораблики спалим и на край света ускачем — ни одна собака не отыщет. А потом — с чистыми документами и деньжатами найдем, где устроиться. Может, кто и вернется. А может, и там работу подыщем.

— Системы подавления с орбиты снять не забудьте.

— А как же. Как только прыгнем — автоматика отправит их вниз и подорвет. Остатки сгорят в атмосфере. Не беспокойся, ты выбрал лучших, мы не ошибаемся. Никаких следов не оставим.

Шранг пожал протянутую руку и с трудом поднялся.

— Спасибо вам, парни. Я это не забуду.

— Расслабься, бродяга. Мы всего лишь сделали нашу работу.

— Я знаю. И все равно — спасибо.

* * *

Маленький старенький флайер тянул к стоящей на окраине города базе спасателей. Еле живой мужчина с трудом одной рукой управлял верткой машиной, ведя ее над самыми домами, придерживая другой рукой прижавшуюся к нему девочку. Ларали плакала — молча, беззвучно. Шранг время от времени гладил покрытую короткими волосами голову и снова прижимал девочку к себе.

Вот мелькнули огни ограды и, тихо звеня двигателем, машина притерлась к входу в открытый ангар. К распахнувшемуся колпаку флайера побежали люди. Первым рядом с устало склонившей голову фигурой оказался Когут.

— Шранг, ты как? Живой? Живой! Доминик, носилки сюда, мигом! Энту, предупреди дока, мы сейчас будем!

Спасатели засуетились, доставая обгорелого, перебинтованного человека. Подкатили высокие носилки, громыхнувшие колесиками на стыке плит. Шранга переложили на них. К нему на ноги взобралась маленькая девочка, вцепившаяся в комбинезон спасателя.

Раненый взял за руку Когута и потянул к себе.

— Шеф, спасибо тебе. Только не забудь, ребята меня только полчаса как довезли домой с погибшего корабля. Чтобы у вас проблем не было.

— Молчи, отпускник! Не дурные, все оформим как надо. А ты держись, сейчас док тобой займется. Он тут сестричек уже отобрал, самых красивых. И препаратов натащил гору. Так что — держись! Тем более что дочка с тобой, ты обязан остаться живым для нее!

Шранг улыбнулся и прикрыл глаза. Люди бегом везли носилки к ярко освещенному столу в центре ангара, окруженному медицинской аппаратурой и суетящимися людьми в зеленых хирургических костюмах.

Под высокими сводами громко разносился плач маленькой девочки, сжимающей безвольную руку спасателя:

— Папочка Шранг, не умирай, не умирай, мой хороший! Я тебя так ждала, не оставляй меня! Ты же обещал, что не оставишь меня!

— Ничего, моя хорошая. Все будет хорошо. Тебе в школу скоро, тебя учительница ждет. И робота домой мы так и не купили. А как же без робота порядок наводить? Нехорошо. Надо будет купить. Купить. Робота…

— Папочка, не умирай!

Яркий свет ламп, тонкий писк системы-диагноста и быстрый голос доктора:

— Интубируем и готовьте растворы. Ассистент, ловите вены, давление падает. Девочке — укол успокоительного. Шевелимся, не спим! Быстро!

Яркий свет ламп и звенящая тишина в ушах. Прерванный вздох и лицо старого адмирала перед глазами.

— Ты прав, экс-лейтенант. Флот своих не бросает…

ГЛАВА 13

Год спустя.

Стройная маленькая фигурка в ярком золотистом платье аккуратно поправила цветы на невысокой могиле. На гранитной стеле — улыбающийся мужчина в военной форме. Девочка закончила свою работу и присела на аккуратную скамеечку, вкопанную рядом.

— Папочка, здравствуй. Прости, на прошлой неделе я не смогла тебя навестить. Был день рождения у Мари и ее брата. Я пообещала обязательно к ним приехать. Вот и задержалась. Ты помнишь, я тебе рассказывала про Мари? Когда я пришла в класс, она все задиралась. И однажды попыталась меня ударить. А я дала сдачи, как меня учил дядя Томми. Потом меня вызывали к директору, и он просил больше никому так не отвечать в колледже. Я пообещала. Но ребята после того случая меня не трогали ни разу, честное слово. И с Мари я подружилась, как только она вернулась из больницы. Она боялась, что я буду задаваться и дразнить ее за курносый нос. Вот смешная, у нее нормальный нос, зря она так!

Девочка улыбнулась и поправила растрепавшиеся от ветра волосы.

— Робот-уборщик все же добрался до чемодана. Умудрился его разбудить, и они вместе набедокурили на кухне. Столкнули со стола вазу с цветами и растащили листочки по всем углам. Я потом весь вечер за ними прибирала.

Тонкая ладошка погладила рельефную фотографию.

— Прости, пожалуйста, что тебя перевезли сюда. Я сильно по тебе скучаю. А здесь мы можем видеться хоть каждый день. Ведь приехать в Полуденный храм и поставить свечку я смогу лишь на каникулах. Зато цветы я тебе какие красивые посадила! Надеюсь, они тебе понравятся.

Девочка вздохнула и помахала на прощание рукой.

— Ладно, до свидания. Я постараюсь в конце месяца еще к тебе заехать. Обязательно. Извини, мне уже пора. А то папа Шранг будет волноваться. Он знаешь у нас с тобой какой строгий! Я иногда даже думаю, что лучше бы ему взять побольше ночных дежурств. А иногда думаю, что это здорово, когда каждый вечер он меня забирает из колледжа, и мы вместе едем домой. Он уже совсем выздоровел и снова смеется, когда мы ходим гулять в парк.

На посыпанной мелкой гранитной крошкой тропинке послышались шаги.

— Ларали!

— Папа, я здесь! — отозвалась девочка. К могиле подошел подтянутый мужчина в форменном кителе спасателя.

— Я уже поговорила, мы можем ехать.

— Хорошо. У Доминика сегодня день рождения, нас на базе ждет вся команда.

— Здорово! Чур, я первая успею к флайеру! — И хрупкая фигурка вихрем помчалась вниз по дорожке.

Мужчина постоял минуту рядом с цветами, потом отдал честь фотографии и вздохнул.

— Спокойных тебе снов, Трост. Мы заглянем через месяц, не скучай. Мне пора. А то наша с тобой малышка умудрится улететь на именины без меня.

Шранг развернулся и пошел следом за мелькающим вдалеке золотистым платьем.

Вслед за своей доченькой.

* * *

Выдержка из статьи в «Вестнике Гаршема»:

«… Прошло уже больше полугода с момента трагической гибели известного финансиста Гайта. Неизвестный снайпер устроил стрельбу во время празднования дня рождения приглашенного отставного полковника Внешнего Контроля, господина N… Празднование проходило на личной яхте семьи Гайт. Когда судно швартовалось в одном из промежуточных пунктов прогулки, прозвучало три выстрела. Были убиты господин Гайт, его сын и именинник. Супруга господина Гайта в испуге спрыгнула с яхты и сломала ногу. Как считают наши аналитики…

В настоящее время полиция не смогла найти какие-либо улики, способные помочь в раскрытии этого дела…»

ЛИНИЯ ТРЕТЬЯ, ПОСЛЕДНЯЯ

ГЛАВА 14

13 мая, вторник.

Один из приграничных миров в корелянской Республике.

По узкой улице бежал тучный молодой человек. Разодранная и испачканная зелеными соками растений рубашка лоскутами развивалась за спиной. Хлебнувшие грязи туфли хлюпали в такт паническим гигантским скачкам. Воздух со свистом вырывался из пересохшего горла. Человек мчался, тратя последние силы, в надежде спасти свою жизнь.

Обычно щедрая на солнечные дни погода небольшой планеты сегодня обиделась на обильно расплодившихся корелян, заселивших все уголки гостеприимного зеленого мира. И, наперекор обещаниям синоптиков, мелкий холодный дождик не пожелал растаять в небе уходящими облаками. Угрюмые тучи скрыли обещанный яркий закат и вылили на крошечный город потоки воды, запрудив мутными ручьями заботливо выложенные мозаичными плитами мостовые.

Человек не пытался постучаться в закрытые от непогоды двери. Наоборот, он молился, чтобы чей-нибудь настороженный взгляд не заметил чужака, чтобы из распахнувшихся окон не понеслись вслед крики, помогающие отставшей далеко погоне найти свою добычу. Местным разумным обезьянам все едино — шпион ты или представитель торговой миссии, прибывшей с дружественным визитом на планету. Для них ты — человек. Враг. По досадному недоразумению выпущенный за пределы припортового гетто.

Мужчина замер под широким деревом, стоящим на перекрестке. В разные стороны разбегались подсвеченные мерцающими фонарями улицы, густо заставленные будто игрушечными двухэтажными домиками. Каждое строение могло похвастать одним или двумя крупными деревьями, раскинувшими ярко-зеленые кроны над покрытыми черепицей крышами. На крепких ветвях в хорошую погоду устраивали многочисленные пикники и посиделки. Обретенный многие тысячелетия тому назад разум не мешал мохнатому населению жить в полном единении с природой.

Человек прислушался к монотонному шуму разыгравшегося дождя и перевел дух. Тишина вокруг. Ни души. Одна надежда, что дождевые струи смыли запахи разгоряченного бегом тела и позволили обмануть преследователей. Осталось пройти буквально пару кварталов — и беглец будет в безопасности.

Снайпер сделал слабый выдох, поймал удар своего сердца и медленно нажал на курок. Мягкая безоболочечная пуля разогналась под действием магнитов по длинному стволу и со слабым хлопком стремительно понеслась к цели. В широком окуляре оптической системы наведения было видно, как голова пришельца взорвалась, окрасив бурыми пятнами кору дерева.

— Цель поражена.

— Контакты? — просипел каплевидный передатчик, закрепленный на краю длинной ушной раковины.

— Ответ отрицательный. Цель ни с кем не вступала в контакт. Цель выдвигалась к границам нейтральной зоны.

— Подтверждаю выполнение задачи. Начинайте эвакуацию.

Мохнатая фигура парой неторопливых движений превратила дальнобойную винтовку в скромного вида чемоданчик, развернулась и растворилась в непрекращающемся дожде. Тучный молодой человек так и остался лежать под большим деревом, растущим на перекрестке в двух кварталах от складов космического порта. Мертвый представитель торговой миссии, выполнявший тайное задание по приказу секретной службы.

16 мая, пятница.

Арлан.

Крепкий мужчина в потертом комбинезоне заглянул в распахнутую дверь.

— Босс, я исчезаю.

Чернокожий гигант отчаянно замотал головой, прося жестами задержаться на пару мгновений, внимательно слушая при этом что-то в миниатюрной коробочке, прижатой к уху. Шранг улыбнулся, бесшумно прошел в кабинет. Кося краем глаза на обреченно кивающего начальника, спасатель не спеша налил себе кофе из маленького автомата и устроился на широком диване, оккупировавшем все пространство под окном.

— Да, да, я все понял. Да, дорогая, я даже записал все твои рекомендации и немедленно… Ты слышишь меня? Я говорю — немедленно поеду в Майтимол и куплю все, что ты заказала… Да, и я тебя целую. Да. Да…

Когут раздраженно швырнул маленький черный коммуникатор на стол и потянулся.

— Не поверишь, надеру сыну уши, как только вернусь домой. Единственный был номер, свободный от ее внимания, он и тот разболтал.

— Поедешь за мясом для ужина?

— Если бы. Приезжает двоюродная тетя с детьми. Дома будет полный кавардак. И меня, как самого свободного — отправили за подарками.

— А месяц тому назад?

Начальник отряда спасателей лишь болезненно поморщился:

— Это был троюродный дядя по материнской линии. Или по отцовской? Черт, уже не важно. Как только устанавливается хорошая погода, к нам бесконечной вереницей начинают приезжать родственники.

Шранг допил кофе, улыбнулся и посмотрел на красиво начерченный график за спиной своего руководителя.

— Слушай, можешь не бросать столь выразительные взгляды. Я прекрасно помню, что у тебя сегодня последний рабочий день и ты на две недели исчезаешь в отпуск. Но прежде чем ты замаскируешься в непроходимых дебрях в каком-нибудь парке нашего города, прошу обдумать мою просьбу. Может, вы с дочкой заедете к нам вечером? В ближайшие десять дней я успею несколько раз погибнуть под бесконечным обстрелом вопросов и гнетом историй про успехи в учебе, борьбе с лишним весом и здоровье очередной собаки. Как, спасешь старого друга?

— Не обещаю. Мы с Ларали отправляемся на озера. Я обещал ей устроить путешествие как минимум на неделю. У них каникулы перед июньскими семинарами. И она очень надеется провести это время со мной.

Когут страдальчески закатил глаза, и Шранг рассмеялся.

— Повторю еще раз — не обещаю. Если сумеем найти время перед поездкой или после — дам знать. Все, я поехал. Надо успеть прибрать дома к завтрашнему возвращению дочки.

— Хорошо. Не теряйся. Большинство ребят в отпусках, нас теперь прикрывают соседи с орбитальной станции. Мы этот месяц в резерве, и никто не должен испортить тебе отпуск. Но все равно будь на связи.

Спасатель пожал протянутую руку, сунул опустевшую чашку в приемник моющего автомата и шагнул за порог.

— Да, не забудь получить новое обмундирование, как вернешься! — крикнул вслед ему Когут. — А то скоро будешь походить на резервиста, вышедшего из окружения…

Не получив никакого ответа, мужчина мрачно покрутил коробочку коммуникатора и с вздохом засунул ее в ящик стола. Свой весенний отпуск он уже отгулял и теперь мог лишь завидовать счастью подчиненных.

* * *

Ярко-красный электромобиль бодро взобрался на крутой склон и остановился перед высокими коваными воротами. Усыпанная усиками разнообразных сканеров круглая камера беспокойно зависла миниатюрной миной перед лобовым стеклом, повращала окулярами пару секунд и уплыла в сторону. Ворота величественно распахнулись, открывая проезд по дорожке, усыпанной мелкой каменной крошкой. Пуская веселые солнечные зайчики, электромобильчик прокатил под шелестящими на ветру листьями пальм и замер рядом с широкой мраморной лестницей.

Шранг легко взошел по молочно-белым ступеням и раскланялся с мрачным швейцаром. Одетый в парадную форму громила больше походил на головореза из старых фильмов про космических пиратов. Но свое дело он знал отлично и вежливо проводил гостя в кабинет хозяина.

Завидев спасателя, владелец дома искренне обрадовался:

— О, нежданный гость! Рад тебя видеть, каторжанин! Присаживайся, сейчас начнем дегустацию вин!

— Спасибо, Майнога. Если только чуть-чуть. Мне еще потом на встречу.

— Отложи. Запихай эту встречу так далеко, чтобы смог найти только в понедельник, и присоединяйся ко мне. Не поверишь, такая тоска! Я уже третью серию редких вин пью в одиночестве. Мои ребята предпочитают чего попроще и покрепче.

— А ты вынужден держать марку?

— Увы. Положение обязывает.

— Готов спасти тебя только на один стаканчик. Не больше. К сожалению, мой следующий контакт не позволит отложить встречу. И будет очень недоволен, если я вздумаю опоздать.

Контрабандист вздохнул, поболтал необычно пахнущим вином в широком бокале и, не глядя, бросил бокал с содержимым в широкую мусорную корзину.

— Ну, раз по стаканчику, давай тогда по-нашему, по-простому. Тарманского. По чуть-чуть. Со специями. Сам знаешь, страшная вещь, после нее любой напиток сутки кажется безвкусной преснятиной.

— Не можешь забыть каторжные развлечения?

— Возможно. А может, просто хочу вспомнить старые добрые времена, когда не нужно было общаться согласно этикету, посещать балы, официальные мероприятия. И когда отвечал лишь за себя, а не за многомиллионный бизнес, высасывающий из тебя последние соки.

Майнога открыл заставленный бутылками зеркальный шкаф, позвенел стеклом и достал откуда-то из дальнего угла пятилитровую стальную флягу, мятую и поцарапанную. Поставил на край стола пару стаканов и щедро плеснул остро пахнущий напиток. Не скупясь зацепил острием широкого ножа крупинки пряностей, этим же лезвием взболтал вино в обоих стаканах. Один подал спасателю, другой взял сам и устроился напротив гостя в широком кожаном кресле.

После пары минут молчания Шранг с интересом посмотрел сквозь огромное окно на раскинувшийся рядом с домом сад.

— Похоже, твои дела идут в гору.

— Да, я с братьями неплохо устроился после того транспорта такелажников.

— Озолотились?

— Не совсем. Сумели продать лишь десять процентов груза. Потом пришло правительство и наложило на оставшиеся комплекты свою грубую лапу.

— Отобрали?

— Нет. Заставили продать по старой довоенной цене. Правда, мы сумели выторговать себе кучу уступок. Даже добились смягчения режима для нескольких уважаемых людей в лагерях. Теперь поставляем туда свежие продукты, одежду, книги. Перепадает всем заключенным, но никто не забывает, благодаря кому у них сейчас праздник.

— Рад за тебя. Но дом с участком стоит дороже реализованных десяти процентов.

— Да, ты прав. Кроме ряда уступок, мы легализовали бизнес. И теперь я уважаемый человек, владелец небольшой официально зарегистрированной флотилии и сотен складов. На меня работают почти сто тысяч человек отсюда и до другого конца галактики. Торговые фирмы, заводы, корпорации, рудники и плантации. И даже не упомню, что еще.

Хозяин отхлебнул половину стакана, выдохнул и подпер рукой голову. Шранг осторожно попробовал крепкий напиток и понимающие кивнул:

— И бесплатное приложение ко всему сказанному — скука. Всепоглощающая скука.

— В самую точку. Я теперь могу скупить всю планету. Могу организовать поставку любого товара из любой точки галактики. И не знаю, чем себя занять.

— А бросить все и отправиться путешествовать?

— Увы. Как старший среди братьев, я не могу пока оставить хозяйство. Разве что через пару лет. Вот и приходится тратить свободное время на редкие вина, зарегламентированную охоту или еще какие глупости. Я даже пару раз слетал на новом корабле с официальными визитами в столицу.

— Корабле?

— Да! — Майнога оживился. — Честное благородное, власти надавили на вояк, и мне подарили новый корабль. Точная копия «Стилет-Дозора», который взорвали вместе с тобой в прошлый раз. Только двигатель чуть помощнее. Правда, я держу его на приколе. Не уверен, что мои специалисты нашли всю дрянь, которой нафаршировали железку шустрые ребята из спецслужб. Вот и пылится, бедолага. Продать жалко, а использовать — боязно.

Бывший контрабандист допил бокал и с интересом посмотрел на смакующего вино гостя.

— Как я понимаю, ты не просто так приехал. Что-то стряслось?

Шранг покатал напиток во рту и молча кивнул.

— Готовишь очередную войну?

— Нет. С меня хватит.

— Тогда зачем тебе я?

Спасатель допил свою порцию и скупо улыбнулся:

— Затем, что сейчас ты обладаешь практически любой информацией из обитаемых миров. Сомневаюсь, что даже разведка знает больше тебя.

Майнога весело осклабился:

— Да, сегодня я знаю больше тебя, это так. После нашей последней встречи я существенно расширил агентурную сеть, и теперь меня не поймать впросак. Что хочешь узнать? И на что будем меняться? Сам понимаешь, деньги меня сейчас уже не интересуют.

Шранг задумался, потом пожал плечами:

— Ну я могу лишь потом рассказать, что разузнаю.

Хозяин дома почесал покрытую ровным загаром грудь и кивнул:

— Ладно, рассказывай о проблеме. Даже если ты прогонишь вечернюю скуку — я буду рад.

— На меня вышли люди из контрразведки. Попросили встретиться. Намекнули, что разговор будет идти про давно закрытое дело с гибелью одного чиновника на Элегии-пять.

— Это когда потом устроили охоту на твою приемную дочь и разворошили корелянский клоповник?

— Да.

— Помню, громкое было дело. Подпалили военную базу, разгромили пару зданий в городе. А в довершение всего — ты вырезал подчистую одну из Семей Синдиката. В наших кварталах не осталось желающих перейти тебе дорогу.

Шранг мрачно поставил пустой стакан на стол.

— Вот именно. Полтора года тому назад в этом деле поставили точку. Я вернул свою дочь, и мы теперь живем тихо и мирно. Никого не трогаем. И назначенная встреча меня сильно беспокоит. Что могло случиться, что кто-то решил достать скелеты из шкафа?

Майнога небрежно оттолкнулся ногой и докатился на кресле к другому концу стола. Там парой движений зажег несколько голографических дисплеев, поиграл мерцающими отблесками документов и застыл, вчитываясь в видимый только ему текст. Закончив, также не торопясь выключил оборудование и вернулся назад.

— Ты правильно сделал, что пришел ко мне. Возможно, даже твои смелые ребята в штатском не обладают всей информацией.

— Значит, действительно что-то стряслось.

— Я бы не сказал, что стряслось. Давай назовем это — вновь напомнившей о себе проблемой. Ты в курсе, что произошло у мохнатых соседей за этот год? Конспективно, так сказать.

— Правительство республики обнаружило в дальних секторах неиспользованное вооружение и корабли. После чего усилило регулярные части и раздолбило войска мятежников. И торжественно объявило о завершении гражданской войны.

— Да, буквально на днях.

— Как я понимаю, у нас теперь крепкий мир.

Одетый в цветной халат бизнесмен хитро усмехнулся:

— Конечно. Крепкий мир. Скрепленный поставками того самого «неожиданно найденного» оружия. Но лично тебя касается другая сторона блестящей победы республиканского правительства.

— Какая?

— Как только войска республики получили подкрепление, мятежники закупили кучу оружия у всех, кто готов был тайно продать любое железо за звонкие монеты. Два месяца обезьяны рвали друг другу глотки вблизи центральной системы. А потом случилось неожиданное. Мятежники не перечислили очередную сумму по контракту. И поставки оружия для них заморозили.

— Они решили надуть своих контрагентов? Рискованно.

— Нет. Как узнали мои люди, деньги у воюющих были. Проблема в том, что эти счета оказались заблокированы. И эту проблему выявили уже после того, как пообещали оплатить поставки.

— Отлично. Кто-то очень недобро пошутил.

— Да. Очень недобро. В результате этой шутки мятежники проиграли несколько крупных сражений и заперлись в одной из систем, откуда их выковыривали больше полугода. Но сейчас операция закончена и остатки «врагов республики» сложили оружие.

Шранг встал, подошел к окну и молча смотрел, как лучи заходящего солнца красят высокие деревья в саду. Потом повернулся к получающему удовольствие от беседы хозяину:

— Значит, блокада денег и мертвый чиновник как-то связаны.

— Да. Мне известно, что кто-то из наших бизнесменов неплохо вложился в чужую военную машину. И вся эта заваруха, угробившая миллионы жизней, щедро оплачивалась с нашей стороны в том числе. Кто-то хотел чужими руками загрести жар. Очередной крупный финансовый подарок положили в нейтральные банки. И кто-то лично должен был передать коды доступа.

— Но что-то пошло не так.

— Скорее посланник просчитал, что его самого захотят убрать. Война закончилась, и серьезные ребята начали аккуратно подчищать хвосты. Я не знаю точно, но готов поставить крупную сумму на то, что убитый господин Луми передал необходимую информацию соседям и подстраховался перед возвращением домой. Если бы он добрался к любимой супруге под крылышко, то послал бы команду снять блокаду со счетов. Но когда тебя перемололи в фарш — трудно отдать необходимый приказ.

— Тем временем мятежники активно потратили все свободные деньги на войну. После чего оказались с голой задницей. И с сотнями тысяч на закрытых счетах, до которых не дотянуться.

— Думаю, с миллионами. Размах финансирования был соответствующий. Так что — с миллионами на заблокированных счетах. На которые можно построить с десяток домов, подобных моему. С садами, рукотворными морями и прочими радостями.

— И теперь кто-то хочет вернуть эти деньги назад.

— Возможно. Скорее всего, где-то всплыла забытая записная книжка. Или удачно оброненная фраза. Может быть, серьезные люди пожелали проверить, не припрятал ли кто бумажку с кодами доступа. Но эту часть истории тебе смогут рассказать лишь люди с каменным сердцем и широкими полномочиями, которые, как я понимаю, назначили тебе сегодня встречу.

Спасатель лишь покачал головой:

— Проклятое дело. Как огромный кочан прокисшей капусты — срываешь лист, а под ним такой же. И с каждым снятым листом воняет все сильнее.

— Это точно. И твоя задача — убедить теперь разведку и финансистов, что мертвый чиновник не передал твоему другу никакой информации, потому что за такие деньги не просто убивают. За такие огромные деньги убивают очень медленно…

* * *

Кто-то из мудрых философов с сарказмом отметил общее сходство военных у любой разумной расы галактики. Доблестные солдаты могут отличаться друг от друга по количеству клыков, перьев, густоте шерстяного покрова или длине хвоста. Но любой военный обожает парады и с радостью в них участвует. Особенно если это парад в честь победителя. И с высоты гостевой трибуны легко перепутать идеальные ряды республиканских солдат с гвардией человеческой Империи или войсками любой из многочисленных Федераций, обильно рассыпанных рядом с двумя гигантскими государствами.

Пока на центральной площади столицы чествовали отличившихся пехотинцев, в огромном зале дорогого отеля поздравляли элиту космического флота: начиная от бесстрашных молодых офицеров и заканчивая мудрыми осторожными адмиралами. Последний штурм оплота мятежников получился на редкость кровавым, но по его завершении на земли Республики пришел долгожданный мир. Несколько десятков бежавших вражеских солдат выловят полицейские. Тайно сочувствующие вздохнут и сменят свои политические убеждения на разрешенные властями. И через десять-двадцать лет лишь ветераны будут вспоминать выигранную войну, звеня потемневшими от времени медалями.

Группа молодых офицеров заняла стратегически выгодную позицию у края одного из многочисленных столов. На белоснежной скатерти возвышалась гора охлаждаемых бутылок с вином. Рядом на бесчисленных блюдах источали божественные запахи многочисленные закуски.

Аккуратно закрепленные на шерсти многочисленные аксельбанты и подвески сияли золотом под огнями огромных люстр. Пара офицеров с гордостью демонстрировали фланирующим мимо дамам свои шрамы, беззлобно подтрунивая над остальными. Больше всех в дружеской пикировке доставалось штабному офицеру, за проведенную компанию ни разу не покинувшему мостик флагманского линкора.

— Шта, готов подсказать тебе адрес хорошего сказочника. Он придумает для тебя пару историй про штурм базы мятежников и абордаж их крейсера. Будет с чем вернуться домой.

— Да, а если ты попросишь, мы с радостью подпалим тебе бок! Скажешь, что это был залп вражеских батарей!

— Точно, они стреляли в тебя упор.

— Нет, не в тебя, не в тебя! — азартно перебивали друг друга боевые офицеры. — Это был выстрел в твоего адмирала! Но ты, как истинный воин, закрыл грудью своего господина. И потом в лазарете гордо отказался от награды, пожелав остаться неизвестным героем!

Молодой офицер с погонами адъютанта лишь смущенно улыбался и беззлобно смеялся над шутками друзей. Кому-то выпало прорываться с боем к базе повстанцев, кому-то пришлось смотреть на гигантских штабных экранах, как горят на взрывающихся кораблях сослуживцы. Кто-то отдавал приказы, кто-то их выполнял ценой жизни. Таковы законы войны.

На сцене, установленной у одной из стен зала, началась суета, и большинство гостей потянулись в ту сторону. Приближалось главное событие вечера — награждение героев. Прихватив пару бутылок, компания стала пробираться поближе к центру предстоящих событий.

За следующие два часа штабной офицер сорвал голос, возбужденно выкрикивая похвалы в адрес победителей. Увешанные наградами адмиралы вызывали к себе на сцену очередных счастливчиков, четко зачитывали в микрофон описание подвига и вручали ордена, именное оружие и внеочередные звания. Зал то и дело взрывался аплодисментами и радостным ревом встречал спускающихся вниз офицеров. Операторы центральных каналов соревновались между собой за возможность сделать порхающими мини-камерами лучший снимок или видеопанораму.

Адъютанту не досталось ни ордена, ни медали. Ему вполне хватило устной благодарности командующего войсками, полученной всем штабом по завершении военной операции. Но больше официальных благодарностей сердце штабного офицера грел прощальный взгляд лорда Тоги. Именно для него и четырех тысяч преданных повстанцев адъютант организовал коридор отхода за сутки до завершающей битвы. Именно незаметное бегство своего лорда прикрывали оставшиеся на основной базе смертники, дорого продавшие свою жизнь. И только потомок великого и древнего рода мог продолжить борьбу с новым правительством, посмевшим заключить мир с людьми. Кто знает, может через пять или десять лет лорд Тоги вернется обратно, собрав новую армию и горя желанием отомстить за нанесенные обиды. Тогда неприметный офицер положит свои погоны к его ногам и попросит место в первых рядах штурмовых отрядов. Чтобы заработать свои настоящие награды.

* * *

Аккуратно проскользнув между занятыми столиками, спасатель протиснулся к ожидающему его молодому тучному человеку. Устроившись поудобнее на легком пластиковом стуле, Шранг кивнул контрразведчику и жестом позвал официанта.

— Минеральной воды и грейпфрут с сахаром.

Мойри осторожно повел носом и усмехнулся:

— Тарманское? Неплохое начало выходных.

— Да, теперь неделю буду жевать пресное сено вместо приличной еды.

— Готовитесь снова на каторгу?

— Вам виднее.

Офицер помрачнел в ответ на резкую шутку и с грустью стал смотреть на веселящихся рядом молодых девушек, громко обсуждающих планы на выходные. Шранг получил свой заказ, выпил пару стаканов шипучей минералки и с удовольствием отправил в рот четвертинку фрукта, усыпанного сахаром:

— Итак, у вас проблемы.

Контрразведчик оторвался от созерцания соседок и отодвинул пустую кофейную чашку в сторону:

— Позволю себе исправить сказанное. Не у меня проблемы. У нас обоих проблемы. Большие проблемы. — И мужчина положил рядом с блюдцем миниатюрный глушитель разговоров. Шум зала резко снизился до слаборазличимого гула. Теперь сидящие за столиком могли разговаривать спокойно, не опасаясь посторонних любопытных ушей. Спасатель закончил со следующей четвертинкой и кивнул:

— Хорошо. У нас проблемы. И какие именно у нас проблемы?

— Что вы знаете про погибшего на той охоте чиновника?

— Господина Луми?

— Да.

— Только общие факты. Занимал немаленький пост в торговом представительстве. Неоднократно выезжал в сопредельные государства. Считался исполнительным функционером. Без каких-либо ярких особенностей.

— Это точно, в своем департаменте он не блистал.

— Возможно, оказывал какие-то тайные услуги корелянам.

Мойри бросил мрачный взгляд и вздохнул.

— Увы, это теперь известный факт, а не догадка. Господин Луми в самом деле был посредником между неизвестными нам пока бизнесменами и консервативными кругами корелянского общества. Которые совместно и организовали вооруженный мятеж после окончания войны.

— И которые убили руками чиновников молодого Гайта?

— Да. Серьезные люди посчитали, что кое-кто слишком много знает. И может рассказать много лишнего, если наше ведомство пригласит в гости. Лет на двадцать. В комфортную камеру где-нибудь на промороженной планете.

— Итак, богатенькие шишки убили своего посредника. Но при чем здесь я?

Молодой мужчина достал широкий платок и промокнул лоб.

— Никак не могу привыкнуть к местной духоте.

— Сбрось десяток-другой килограммов, и станет легче. Вопрос остается в силе — при чем здесь я или моя семья?

— Вы слышали что-либо про «флот обреченных»?

Спасатель покачал головой и занялся остатками фрукта, давая возможность собеседнику развить мысль.

— Вы штурмовали Коллапс. И должны помнить, какая страшная мясорубка там была. Кореляне не могли удержать орбитальные заводы и сборочные цеха. Но бились до последнего, контратаковали многократно. И лишь потеряв три флота рядом с проклятой планетой, отошли на другие позиции и запросили мир. Не задумывались, чем был вызван такой накал схваток?

— Они потеряли ремонтные базы флота. И либо вернули бы их назад, либо оказались с разбитыми кораблями.

— Это — официальная версия.

— А неофициальная?

Мойри достал маленький тонкий планшет, положил его на стол и стал демонстрировать грубо начерченные схемы:

— Первоначальная идея: кореляне отступают, мы захватываем Коллапс, и нам устраивают «мешок». Но идея не сработала, и враг был вынужден перейти ко второму плану. Вот он: выбить наши войска с захваченных позиций и использовать заводы для битвы на изматывание. Через полгода или год кто-то не сможет подвозить ресурсы и вынужден будет сдаться первым.

— Глупость. После захвата плацдарма мы смогли отразить все их атаки с огромным уроном для атакующих.

— Вот именно. После чего война закончилась. Регулярные части перемололи, ополченцы не могли сдержать два наших флота, готовых ударить по их столице.

— Как можно было отдавать Коллапс, не имея возможности надежно нас запереть в созданном «мешке»?

— За две недели до начала операции кореляне закончили формирование своего ударного флота, который должны были перебросить к фронту в последний момент.

Шранг скептически улыбнулся:

— Один флот? Против всей нашей группировки?

— Совершенно верно. Данная информация до сих пор считается абсолютной тайной. Флот готовили вне пределов Республики. И должны были передать под командование корелян только после оплаты. Корабли вывели на орбиту рядом с нейтральным красным карликом и передали коды доступа доверенному лицу.

— Который их потерял?

— Нет. Этот уважаемый господин плохо переносил прыжки между звездными системами. А так как его очень торопили, то гонец решил рискнуть. Заказчик получил в итоге мертвое тело и стоящий на приколе флот, не желающий подпускать к себе кого-либо.

— Почему производитель не послал другого представителя?

— Потому что первый гонец сменил коды доступа. И теперь на границе между нами и Республикой висит небольшая зубастая группировка, чья автоматика готова спалить любой корабль, решившийся подойти поближе. Последствия ты знаешь. Кореляне вынуждены были пойти на штурм без поддержки флота, в который вложили почти все свободные ресурсы. Многократные штурмы Коллапса. Разгром и капитуляция.

Спасатель закончил есть грейпфрут, сполоснул рот водой и пожал плечами:

— И что же за чудовищный флот подготовили нейтральные страны по просьбе обезьян?

На планшете появилась очередная картинка. Шранг внимательно рассмотрел изображения судов и развел руками:

— Я не понимаю и половину из показанного. Шесть легких крейсеров, авиаматка с истребителями прикрытия. Мелкие суда сопровождения. А вот это что такое?

— Это — корень наших проблем. Четыре корабля класса «Агрегатор». Их остовы собирали еще две сотни лет тому назад, во времена конфликта у двойных звезд. Потом незаконченные каркасы перебросили к танталам. Те использовали монстров вместо складов. Кореляне с большим трудом сумели выкупить прообразы будущих кораблей. И вложили в каждый из них несколько состояний.

— Каковы характеристики?

— Больше километра в длину каждый из «Агрегаторов». Может нести до пятидесяти истребителей прикрытия и по двадцать орбитальных штурмовиков. Склады, ремонтные мастерские. Комбинированная броня, способная выдержать пару попаданий ядерных боеприпасов. Сотни ракетных и плазменных установок. Из тяжелого калибра — до десяти субимпульсных орудий.

— До десяти? На наших флагманах стоит по одному!

— Вот именно. А на этих чудовищах — по десятку. Пять или шесть реакторов, навигационные системы последнего поколения. И по четыре модуля псевдоинтеллекта в рубке управления. Полная автономность. Любой из кораблей можно отправлять драться в одиночку с целым флотом. Живые создания нужны лишь для управления истребителями и кораблями прикрытия. Системы атаки и защиты полностью автономны. Один единственный капитан может отдавать общие приказы, а машинный разум воплотит его фантазии в жизнь.

Шранг взял планшет в руки, еще раз внимательно рассмотрел изображение и вернул владельцу.

— Да, кто-то постарался создать страшные игрушки. Один такой корабль мы бы смогли расколотить. Но четыре — уже перебор.

— Теперь ты понимаешь, на что рассчитывали кореляне, когда отдавали нам Коллапс почти без боя. Неделя позиционных боев и удар в тыл накопленной группировкой. Нас бы размазали по системе.

— Но сейчас автоматика держит их на привязи?

— Да. Почти семь лет «Агрегаторы» и корабли сопровождения кружат вокруг красного карлика. В тропосферу звезды опущены станции заправки, исправно поставляющие энергию на суда. Защитные системы сбивают всех, кто пытается приблизиться. Вот примерная схема, как сейчас обстоят дела.

Новое изображение показало схематично звезду, кружащий рядом флот и цифры возможно безопасных орбит в стороне от боевых кораблей.

— Непонятно, почему ты назвал их «флотом обреченных».

— Так их назвали сами кореляне. После того как недовольные итогами войны подняли мятеж, лорд Тоги объявил, что получит доступ к этим судам. И сможет переписать историю в «правильном направлении». После чего флот переименовали. Но сам понимаешь, что это название и сам факт существования такой ударной группировки известен в очень узких кругах.

— Может, нам стоит прихлопнуть их до того, как мятежники приберут их к рукам?

— Мы не можем. Если мы соберем все наши корабли, то после разгрома «Агрегаторов» целыми останется едва ли десятая часть объединенного флота. Никто не хочет приносить такие жертвы.

— А кореляне?

— Что — кореляне. И официальное правительство и повстанцы несколько раз пытались взять их под контроль. Заканчивалось одинаково — корабли смельчаков сжигались. Один раз лорд Тоги прислал даже небольшой флот из крейсера, пары легких эсминцев и мелочи сопровождения. Так автоматы не поленились снять пару монстров со стационарной орбиты и размололи в пыль все суда, что заглянули в гости. Теперь — данная система закрыта для любых посещений и нашпигована спутниками наблюдения.

Шранг допил минералку и настороженно взглянул на контрразведчика:

— Теперь я знаю про флот. Но пока не знаю, как он может быть связан с моей семьей.

— Я работал под прикрытием у соседей. Мне подобрали двойника. Нам пересадили на время однородный набор потовых желез, провели коррекцию запаха и отправили в составе торговой миссии. Пока двойник водил за нос коллег из корелянской безопасности, я собирал информацию в городе. Иногда менялись местами. В ночь перед вылетом его убили.

— Мои соболезнования.

— Это наша работа. Но собранные данные парень успел сбросить до того, как ему сели на хвост. Так вот, мятежники получили информацию, что наши снабжавшие их деньгами финансисты выкупили где-то на черном рынке записи погибшего курьера. И эти данные должен был передать полтора года назад господин Луми.

— Которого пристрелили после встречи с заказчиками.

— Да. Который нанес визит в Республику. И по пути домой заглянул на охоту. Где молодой Гайт по просьбе папы разыграл ссору и пристрелил чиновника.

— Почему?

— Потому что Луми передал всю необходимую информацию. И заказчик посчитал, что свидетеля можно убрать. Только вот незадача — часть данных оказались искажены. И никто пока не может подобрать правильную комбинацию для восстановления. Биоматричные системы записей отлично умеют хранить тайну и не любят варварского обращения и попыток взлома.

— Ты не договариваешь. Информация у заказчика, хоть и зашифрована погибшим. Как тут замешан я?

— Дело в том, что данные Луми переписал с личного коммуникатора. Коммуникатор потом нашли после смерти в его личных вещах. А модуля памяти там не было. Раньше считалось, что модуль был разрушен. Однако недавно кто-то сумел докопаться до закрытых архивов и выяснил, что никто не видел маленькую тонкую пластинку с ценными записями. И теперь буквально на днях эта информация стала известна корелянам.

Шранг откинулся на стуле и задумался.

— Выходит, безделушка лежит где-то на Элегии-пять.

— Да. И Трост мог ее получить. Перед охотой или на самой охоте.

— Ларали мне ничего такого не рассказывала.

— Отец мог и не говорить ей про такое. После вашего отъезда мы на всякий случай перетряхнули дом и ничего не нашли. Но теперь я боюсь, что Трост мог спрятать модуль на своем рабочем месте.

— Маловероятно. С чего бы Луми делиться с ним ценной информацией?

— Луми мог использовать его втемную. Сунуть незаметно модуль в карман и потом, после охоты, попросить обратно. Вот только покойник не сумел потребовать свое имущество обратно.

— И теперь контрразведка хочет, чтобы…?

— Чтобы ты слетал к старым друзьям в бригаду. Провел несколько дней под теплым солнышком. И заодно заглянул все же в ангар, где работал твой друг. Или по сторонам посмотришь, под кустики заглянешь. Мало ли, может и догадаешься, где лежит бесценная пластинка.

— То есть вы не нашли и хотите, чтобы я влез в шкуру убитого друга и вынул черта из табакерки?

— Да.

— Откуда такая уверенность?

Мойри убрал планшет и спокойно посмотрел в мрачные глаза спасателя.

— Потому что четыре «Агрегатора» способны перемолоть весь наш флот в труху… И если мятежники найдут коды доступа, они зальют кровью и Республику, и наши планеты.

Шранг активировал микропульт в центре стола, расплатился картой за ужин и наклонился поближе к контрразведчику.

— Ответ неправильный. Я не пойду ловить шпионов и убийц ради четырех кораблей, способных спалить к чертям столицу и пригороды. И я не стану дергать за хвост очередного тигра, желающего занять республиканский трон и объявить себя новым правителем обезьян.

— Но я вижу по твоим глазам, что ты поедешь на Элегию. Почему?

— Кто убил Гайта и полковника ВК, пытавшегося похоронить мою семью в кратчайшие сроки?

Контрразведчик удивился:

— Странный вопрос. Официально — стрелок не найден. Неофициально — сам понимаешь, кого я должен подозревать в первую очередь.

— Ошибаешься. Потому что я — не стрелял. Кто-то воспользовался ситуацией и подчистил хвосты. Окончательно. Нет больше Луми. Нет старшего Гайта, который наверняка был с ним в сговоре. Все ниточки обрублены. У вас нет доступа к настоящим кукловодам, финансировавшим эту войну. И мной прикрылись как наиболее подходящей кандидатурой на три снайперских выстрела.

— Очень неожиданное заявление.

— А теперь подумай, что они сделают с моей дочерью, которая могла что-то видеть или слышать. Даже не подозревая, насколько это опасно для нее.

Шранг встал и бросил напоследок:

— Я должен поставить точку в этом вонючем деле. Мы замечательно прожили эти полтора года. И я не собираюсь позволить кому-либо обидеть мою дочь. Если для этого понадобится перетряхнуть всю рембазу — я там камня на камне не оставлю.

Мойри лишь развел руками:

— Я не обещаю, что модуль там. Но все же ненулевая вероятность существует. Попробуй его найти. Это в твоих интересах.

Спасатель взмахнул на прощание рукой и вышел из кафе.

* * *

Видеофон медленно наращивал громкость проигрываемой мелодии. Классическая музыка все громче звучала в огромном зале. Лежащий на безразмерной кровати Майнога чертыхнулся:

— Надо будет сменить мелодию на что-то привычное. Эти скрипки меня усыпляют. Того и гляди, пропущу какой-нибудь важный звонок.

Экран зажегся, и контрабандист помахал изображению рукой:

— Рад, что тебя не посадили в очередной раз. Все в порядке?

— Да. Мило побеседовал.

— Не заглянешь на днях, рассказать новости?

— Обязательно. Но хочу сначала задать встречный вопрос. Тебе действительно не нужен пока новый корабль?

Майнога рассмеялся:

— Хочешь и его взорвать? На тебя целого флота не напасешься… Согласен. С одним условием. Если ты сумеешь найти коды доступа к многомиллионной мечте о личном море и замке, купишь мне другое быстрое судно. Без лишней начинки. А это можешь взрывать. По рукам?

— По рукам. Вот данные моего коммуникатора. Сбрось коды доступа и адрес парковки. Я постараюсь уже завтра вылететь.

— Хоть сейчас. Машинка на ходу и заправлена. Удачи тебе, кандальник. И постарайся в этот раз вернуться домой без приключений.

ГЛАВА 15

17 мая, суббота.

Арлан.

На постели ровной стопкой лежали личные вещи. В центре кровати топорщил открытую крышку маленький чемодан. Шранг положил рядом с отобранными вещами шпаллер с парой запасных обойм и с подозрением взглянул на девочку, заботливо укладывающую любимого маленького плюшевого зайца в рюкзак.

— Ларали, не подскажешь, куда это ты собралась?

— С тобой, папочка. Мы полетим в гости, на Элегию-пять.

— Не помню, чтобы я собирался взять тебя с собой.

— Ты собирался поехать со мной на озера. Но тебя попросили отдохнуть в другом месте. Будет здорово, если мы отдохнем там вместе.

Спасатель присел на кровать и задумчиво посмотрел в серьезные глаза девочки, оторвавшейся на мгновение от сборов.

— А с госпожой Эйллер на неделю остаться не хочешь?

— Я уже жила неделю в колледже. И через две недели мне нужно будет готовиться там к экзаменам.

— То есть — не хочешь.

— В колледже хорошо. Но ты обещал, что мы отдохнем вместе.

Шранг распахнул руки, и дочь с улыбкой прыгнула к нему на колени. Прижалась и тихо-тихо спросила:

— Там будет страшно?

— Нет, моя хорошая. Там не должно быть страшно. Ты же помнишь — это военная база. Чужих туда не пускают. После последней заварушки пришел новый командир, он навел образцовый порядок.

Девочка вздохнула и посмотрела на свой рюкзак. Мужчина погладил ее по голове:

— Но даже если что-то случится, я буду рядом. Знаешь, ты права. Я обещал тебе провести неделю вместе, и мы проведем ее вместе. У нас будет свой корабль. Мы сходим в гости к старым знакомым. Слетаем на острова и половим гигантских раков. Почему бы нет?

— А зайца можно взять? Мне его еще папа Трост подарил.

— Можно. Только вещи из рюкзака — долой. И зови свой слишком любопытный чемодан. Если нужно собираться в поездку, давай сделаем это как следует.

— А рюкзак?

— В него положим термос с чаем, твой коммуникатор и пару игрушек. Вещи пусть чемодан везет. Зря мы ему угол в кладовке отдали?

Девочка соскочила с колен и побежала из комнаты.

— Да, палатку и ящик с походными инструментами нести не надо! Это мы возьмем на месте. Флот не обеднеет, если мы на пару дней позаимствуем необходимое у ребят со склада.

Спасатель прислушался к шуму из кладовки и улыбнулся.

— Думаю, мне будет спокойнее, если моя девочка будет рядом. А не одна под прицелом неизвестного снайпера.

* * *

Грузный корелянин с многочисленными пятнами ожогов остановился рядом с командирским креслом:

— Мой лорд. Поступило донесение от разведки.

Кресло легко развернулось, и на адъютанта уставились воспаленные усталые глаза лорда Тоги. Худое изможденное тело и железная воля, сцементировавшая разношерстные отряды мятежников в одну мощную силу.

Старик слабо шевельнул пальцами и вытянувшийся в струнку офицер начал доклад:

— Наш контакт в столице противника подтвердил — курьер не пересылал коммуникатор на место жительства. Данные должны остаться или на Элегии-пять, или уже находятся у бывшего офицера флота, господина Шранга.

— Где он сейчас?

— Готовится к вылету на Элегию-пять. Финансовый посредник готов перехватить его на Клайт-два, до посадки в рейсовый чартер.

— Глупо. Привлечь внимание безопасности и засветить своих людей. Но отговаривать — бессмысленно. Наш богатый друг мечтает наложить лапу на эту информацию. Получив коды доступа, он сможет продать их нам очень-очень дорого.

— Какой будет приказ?

— Прогноз аналитиков по этому офицеру?

— Экс-лейтенант. Прошел диверсионную подготовку. После окончания конфликта ушел в запас. Аналитики считают, что он нашел модуль памяти и воспользовался частью средств, замороженных на банковских счетах для личной войны. По крайней мере, он сумел купить у невыявленных источников боевой корабль дальней разведки, а потом оплатил работу крупной группы наемников.

— Зачем он снова летит на Элегию-пять?

— Аналитики считают, что экс-лейтенант не успел запомнить всю информацию и оставил модуль где-то на базе. Сейчас он хочет его забрать и перепродать спецслужбам.

— И хочет это сделать лично.

— Так точно.

— Недоверчивый ублюдок… Хотя на его месте я бы тоже не доверял никому. Когда на кону стоят миллионы и флот в придачу — есть смысл быть сверхосторожным…

Лорд Тоги задумался. Холодный отсвет навигационных экранов с командирского мостика превратил старика в синюю мумию.

— Приказ. Готовность по флоту номер два. Начало похода через четыре часа. Мы обойдем скопление войск противника и прибудем к Элегии-пять одновременно с целью. Захватим врага и вернем утерянное.

Офицер отсалютовал и покинул мостик, оставив своего командира в одиночестве. Спустя пару минут по кораблю разнеслись сигналы, оторвавшие экипаж от рутинных дел. Мятежная флотилия стала готовиться к броску на вражескую территорию.

* * *

Разноцветное такси выгрузило спасателя и его дочь у главного входа в космопорт. Вокруг бурлила толпа. Вереницы людей входили и выходили через огромные двери. Кто-то искал потерявшихся родных, кто-то пытался пробиться сквозь непрекращающийся поток встречающих. Шум, гам, неразбериха. Шранг посмотрел по сторонам и улыбнулся. Отличная обстановка, чтобы затеряться. Крепко взяв девочку за руку, он подхватил свой чемоданчик и вклинился между спешащими людьми. Громко пискнув, следом устремился перламутрово-синий чемодан Ларали, ярко выделявшийся своими оранжевыми окантовками.

Пробравшись в глубь зала, спасатель выключил автоматику чемодана и набросил сверху тонкое покрывало. Глянул по сторонам и выделил в толпе отца многочисленного семейства, безуспешно пытающегося навести порядок. Шагнув к нему, Шранг указал на гигантское табло:

— Извините, вы не знаете, а чартер до Гаршема останавливается у астероидного пояса или идет сразу к планете?

Мужчина в ответ лишь развел руками, стараясь не потерять из виду маленького шустрого сынишку. Экс-лейтенант кивнул, незаметно сунул тонкую карточку мужчине в карман и вернулся к Ларали.

— Нам — вот туда, к тем воротам. Ты вперед, я за тобой.

Подхватив освободившейся рукой замерший чемодан, Шранг двинулся следом за дочерью, ловко лавирующей между спешащими пассажирами.

Лежащий в чужом кармане публичный идентификатор личности продолжал посылать сигналы, позволяя запеленговать перемещение нового хозяина. На первом же пункте контроля карточку отберут и деактивируют. Купить что-либо без личной отметки истинного хозяина невозможно. Дешевый и надежный способ временно пустить ищеек по ложному следу.

Ларали важно приложила черный с золотым тиснением пропуск к считывателю, открывая неприметную дверь в одном из многочисленных закоулков зала. Шранг бросил взгляд на надпись «только для технического персонала» и проследовал в прохладный длинный коридор. Спасатель заранее позаботился, чтобы у него и у дочери были пропуски в техническую зону космического порта. На всякий пожарный.

Девочка подошла к лифту на нижние ярусы, посмотрела на замерших рядом в ожидании работников порта и вежливо поздоровалась:

— Здравствуйте, дяденьки мехи.

Как по команде черные головы синхронно повернулись к маленькой фигурке, потом посмотрели на подошедшего мужчину.

— Доброе утро бойцам флота, — поздоровался Шранг.

— Простите, мы вас не знаем, — вежливо отозвался один из роботов, не сводя оптических глаз с человека.

Спасатель поставил чемодан и достал свой пропуск. Секунда на считывание и обработку данных, и робот отсалютовал:

— Группа ремонта номер пять космопорта Арлан приветствует боевого офицера и его дочь.

— Какими ветрами вас занесло в наши края?

— Адмиралтейство уменьшает группировку войск на границе. Многие из нас могут вернуться домой, к мирной жизни.

Ларали прижалась к отцу, с интересом разглядывая огромные черные полированные фигуры.

— Видишь, Пчелка, эти разумные машины стоят очень дорого. Их создавали как сложные комплексы, способные заменить человека в опасных зонах. К сожалению, до сих пор производство не восстановили. Когда началась война, большую часть мехов отправили на фронт. Пара таких ребят прикрывала мне спину во время штурмов Коллапса.

— Совершенно верно, офицер. Вы вытащили на себе то, что осталось от Ар-два ноля-полсотни-пять.

— Да, старина Боб. Мы называли его именно так. Хороший был парень.

— Его восстановили. Он сейчас продолжает службу на фрегате «Торнадо».

— Неужели? Отличная новость, обязательно постараюсь с ним связаться!

Люди и роботы зашли в подошедший грузовой лифт. Один из роботов приподнял безразмерный ящик с инструментами, погремел там железками и достал большое зеленое яблоко. Ларали с радостью взяла подарок, добыла голографическую наклейку в одном из многочисленных кармашков и протянула в ответ. Секундой позже ярко-зеленый кролик весело зашевелил ушами на металлическом боку робота.

— Куда-то торопитесь, офицер?

— Бывший офицер, мех. Уже — бывший.

— Извините, бывших офицеров не бывает.

Шранг засмеялся. Было видно, что общение со стальными махинами ему в радость.

— Хорошо, пусть будет просто — офицер. Офицер хочет незамеченным добраться до своего корабля. «Стилет-Дозор», ангар двести семь.

— За вами гонятся?

— Нет. Но очень не хочется давать повод некоторым глупцам испортить мне начало отпуска.

Старший ремонтной команды шагнул в распахнувшиеся двери и показал на вереницу транспортных тележек, вытянувшихся вдоль стены подземного коридора:

— Ваши допуски позволяют перемещаться по техническим зонам. Могу предложить доехать внутри системы доставки продуктов питания. Мы добавим еще ящик со сладостями вашей дочери. Вы доберетесь за полчаса с комфортом.

Мужчина с девочкой погрузили чемоданы в выстланное мягкой тканью брюхо тележки и забрались следом. На свободное место один из роботов поставил небольшую коробку с яркой рекламой разнообразных конфет.

— Ребята, если будет желание, загляните в спас-службу. Нам нужны надежные товарищи, способные прикрыть спину в любой ситуации.

— Спасибо, офицер. Мы уже заключили контракт на ближайшие два года. Но передадим ваше предложение другим мехам. Возможно, что в ближайшие месяцы кто-то из наших братьев заглянет к вам.

— Будем ждать. Удачи вам.

— Счастливого полета.

Робот аккуратно прикрыл крышку, и тележка не спеша покатила вдоль по коридору, направляясь к указанному ангару.

* * *

Компания «Барказов и К» арендовала целый этаж в единственном небоскребе Арлана. Городские власти не видели смысла в строительстве гигантских зданий. Ведь это не столица с ее безумной скученностью. Бери любую свободную площадь, город поможет построить удобные подъездные пути. И развивай бизнес, не испытывая проблем со свободным местом. Так что единственный сорокаэтажный небоскреб скорее дань моде, не более того.

Владелец компании, господин Барказов, взирал на залитые солнцем дороги, по которым неторопливо катили электромобили. За спиной в дорогом кресле замер сын Андрэ — гордость и надежда семьи. Цепкий и решительный молодой человек, способный при случае переступить и через папу Смэла. Если понадобится. Отец вернулся на свое место и вздохнул:

— Ты был прав. Нанятые детективы умудрились все испортить.

— Устроили стрельбу в порту?

— Нет. Они перепутали клиента. Приняли за него совершенно другого человека, который с семьей собирался улететь в отпуск.

— У них же был сканер!

— На нем и прокололись. Спасатель сунул свой идентификатор в карман отпускникам и исчез вместе с дочкой. А детективы решили, что цели так ловко замаскировались. На стойке отлета дошло до драки. Теперь эти лоботрясы отдыхают в участке.

— К нам их могут привязать?

— Вряд ли. Нанимали через подставных лиц, оплатили работу из закрытых фондов. Плохо, что мы обозначили свой интерес к вполне конкретным фигурам на доске. Люди из безопасности могут насторожиться.

Младший из Барказовых стал размышлять вслух:

— Нам придется задействовать другую мобильную группу. Спасатель доберется до Элегии-пять. Чартер в пути не перехватить. Надо посылать людей сразу на место.

— Предлагаешь использовать людей из Внешнего Контроля?

— Ни в коем случае! ВК сейчас под колпаком и зализывает раны, нанесенные последней чисткой. Нет, нам нужны настоящие головорезы. Бесстрашные, дерзкие, готовые любой ценой выполнить поставленную задачу. У нас в базе была пара контактов на такой случай.

— Хорошо, сейчас придет Виари, он свяжется с ними.

Широкие двери распахнулись, и пожилой секретарь вкатил поднос, сервированный к полуденному чаепитию.

— А вот и он. — Смэл Барказов проинструктировал почтительно замершего секретаря, после чего поставил чашку на заботливо подстеленную салфетку. Виари закрыл за собой двери, и отец с сыном продолжили беседу наедине.

Личный секретарь господина Барказова работал в этой должности уже больше сорока лет. Выполнил немало щекотливых поручений, многое повидал. Но сохранял беззаветную преданность своему господину, прекрасно понимая, что в случае оплошности или предательства старика достанут из-под земли.

Виари подключился к защищенной от внешнего вмешательства базе данных и быстро нашел нужную информацию. Услугами одной из команд пользовались раньше. Хозяин решил задействовать проверенных людей. Чтобы при случае похоронить наемников вместе с ненужными воспоминаниями.

Прочитав краткое описание, Виари набрал один из указанных номеров. Звонок активизировал длинную цепочку посредников. Десятью минутами позже по той же сложной цепочке вернулся ответ. Секретаря ждали через два часа в условленном месте.

* * *

Бортовой компьютер закончил общение с навигационными комплексами на орбите и в порту, получил необходимые разрешения и начал отсчет до старта. Шранг слушал краем уха привычные доклады, а сам тем временем смотрел на дочь, устроившуюся в кресле второго пилота. Девочка с интересом разглядывала мигание огней на приборной панели, бегущие цифры в голографических экранах и была горда оказанным ей доверием.

Обычно пассажиры во время старта отдыхали в своих каютах. Лежали в противоперегрузочных капсулах на маленьких кораблях или на компенсаторных кроватях в судах побольше. Слушали музыку или смотрели фильмы, стараясь отвлечься от извечного страха перед возможной катастрофой. И пусть корабли теперь падали неизмеримо реже, но древний страх перед полетами заставлял искать возможность отвлечься. Переключиться с неприятных мыслей на что-то, не связанное с полетами. И так до момента, когда в динамиках прозвучит уверенный голос капитана: «Мы на орбите, разрешено свободное перемещение по кораблю».

Но Ларали не считала, что ей стоит в одиночестве успокаивать испуганного плюшевого зайца. Поэтому с помощью отца она надела настоящий скафандр, взобралась в кресло и помогла отцу застегнуть необходимые компенсаторные ремни. И теперь с восторгом разглядывала медленно уходящие вниз причальные башни космического порта, исчезающие громады застывших на поле кораблей и наливающееся темнотой небо.

— До включения искусственной гравитации минута. Замечаний по системам корабля нет, — отчеканил компьютер, и управляющий модуль вывел на середину экрана полетное задание.

В отличие от крупных чартеров, небольшие корабли не тратили ресурсы на гравикомпенсацию мостика и жилых помещений. Это огромные монстры могли себе позволить дополнительную защиту экипажа и пассажиров. Военные суда предпочитали монтировать прекрасно оснащенные компенсаторные кресла прямо на мостике, позволяющие переносить тяжесть прыжка на боевых постах. Чем дальше прыжок — тем тяжелее реакция организма на него, тем хуже себя ощущает человек по возвращении к звездам из небытия.

К сожалению, Шранг не мог потратить двое или трое суток на череду мелких прыжков, как практиковали пассажирские суда. Он собирался выйти в разгонный коридор, потом совершить единственный прыжок до Элегии-пять и там, в течение нескольких часов, медленно добираться до орбитальной станции. Спасатель надеялся, что за это время девочка сможет восстановиться.

— Ну что, моя хорошая? Будем готовиться к большому путешествию?

— Да! И можно я скомандую?

— Конечно. Ты будет громко считать, подсказывая нашему компьютеру. И на цифре «ноль» надо успеть вдохнуть побольше воздуха и громко-громко ее выкрикнуть. А то навигатор зазевается и собьется со счета.

— Не собьется. У нас хороший корабль. И ты хороший капитан.

— А ты отличный помощник капитана. И я предлагаю моему помощнику покрепче держаться за ручки кресла — мы начинаем разгон. Согласна?

— Да, капитан. Полетели!

* * *

Ничем не примечательный офис в центре города редко принимал гостей. Но каждый посетитель после соответствующей проверки мог воспользоваться максимально защищенными каналами связи, принадлежащими контрразведке. Если имел необходимые полномочия, разумеется.

Сидящий в кресле молодой человек такие полномочия имел. Поэтому он терпеливо ждал, когда ответит нужный ему абонент. А чтобы не терять зря времени, пытался повторить рецепт спасателя — обильно посыпал сахаром разрезанный грейпфрут. Осторожно отправил дольку в рот, прожевал и судорожно стал искать поблизости стакан с водой. Таким его и увидел появившийся на экране видеофона начальник департамента контрразведки.

— Решил отравиться? — не поздоровавшись заботливо осведомился адмирал.

Мойри лишь помотал головой, набирая в чашку воду из автомата. Через минуту он отдышался и вернулся обратно в кресло.

— Что это был за эксперимент?

— Шранг слопал такую штуку целиком. Я не осилил и восьмую часть.

— Местный грейпфрут? Фантастическая вещь. Одновременно горький, кислый, вяжет во рту и прочищает мозги страшнее нашатырного спирта. Парень что употреблял перед ужином?

— Судя по запаху — какое-то из тарманских вин.

— Ну тогда простительно. Отличный способ вернуть вкусовые рецепторы на место. Итак, как прошла беседа?

— Неплохо. Спасатель остался себе на уме, но согласился проверить ремонтную базу. Чем черт не шутит, может, что и найдет.

Господин Строкофф скептически улыбнулся. Чтобы одиночка нашел микроскопический предмет, ради которого профессионалы обшарили по нескольку раз все закоулки?

— Ладно, пусть попробует. Меня больше интересует, как на его отлет отреагировали наши друзья.

— Была попытка перехватить нашу наживку в порту. Но Шранг обвел их вокруг пальца и исчез. К сожалению, мы не смогли пока вычислить, кто именно нанимал частных детективов.

— Главное — результат. Эти недобитые предатели зашевелились. Они понимают, что как только информация о счетах окажется у нас, мы распутаем весь клубок и вычислим всех. Всех до единого, кто финансировал вражеские войска во время войны. Это — измена. Император пока молчит, но он не прочь получить от нас достоверную информацию. И тогда многим, очень многим не поздоровится. Его величество у нас в достаточной мере злопамятен. И не упустит случая посчитаться за подобные удары в спину.

Мойри неуютно поежился. Да, верховный главнокомандующий и опора цивилизации обладал отличной памятью и беспощадно расправлялся со всеми, кто пытался подкопаться под его трон. Почему-то оперативному агенту совсем не хотелось подниматься в такие высоты политики.

— Неплохо сработал, — похвалил подчиненного адмирал. — Но даже если мы расшевелили местных болванов — этого мало. Нам надо, чтобы они засуетились и засветили свои контакты в столице. Думаю, мы сможем по своим каналам слить информацию о модуле памяти. Пусть считают, что он у спасателя. Это заставит их попрыгать на раскаленной сковородке. Понимая, что у них всего пара дней в запасе, многие начнут суетиться и наделают ошибок.

— С ним дочь, шеф, — напомнил Мойри. — Они полетели вместе.

— Неплохо. Это придаст правдоподобия общей картине.

Оперативник промолчал. Но собеседник тут же уловил волну недоброжелательности:

— И не надо смотреть на меня, как на монстра. Я считаю, что вместе с папой девочка будет в большей безопасности, чем одна в колледже.

— Он всего лишь человек. А вы собираетесь натравить на него зверье.

— Именно поэтому ты после нашего разговора сделаешь глубокий вздох, потом выдох — и окажешься на орбитальной станции рядом с Элегией-пять.

Молодой человек страдальчески скривился:

— Опять курьерским судном? Кстати, я потерял Шранга в порту и не знаю, где он сейчас.

— Отвечаю по порядку. Да, ты опять полетишь с курьером. Да, тебя опять будет выворачивать после срочного прыжка. Дело молодое. И сразу дам ответ на второй вопрос. Ты — потерял. А я — нет. Наш головорез вместе с девочкой сейчас начал разгон и будет в системе Элегии через пару часов. Потом какое-то время на маневрирование. Ну и отдых перед спуском вниз. Скорее всего, в город они отправятся или завтра вечером, или в понедельник утром. Ты должен успеть примчаться на место до их прилета. На базе тебя уже ждут две группы. Одна будет страховать на орбите. Другую возьмешь с собой вниз. Твоя задача — оперативное прикрытие и блокирование возможных атак противника. Постарайся захватить как можно больше пленных. Нам надо будет выяснить, кто стоит за их спинами.

— Полномочия?

— Максимально широкие. База наполовину законсервирована, большую часть персонала перебросили на Элегию-семь, к ремонтным заводам и шахтам. Поэтому часть помещений сможете использовать для своих нужд. Обе группы прибыли на место сегодня утром и ждут тебя. Оформлены как очередная смена для орбитальной группировки. Комар носа не подточит. Зато любые неожиданные визитеры будут как на ладони.

— Общий план?

— Тормознешь боевиков на орбите. Карантин или еще что — на твое усмотрение. Дай возможность спасателю два-три дня покопаться на базе. Заодно подготовишь захват. Потом — пеленаешь чужих агентов и давишь из них соки. Я должен получить имена. Хотя бы начало цепочки. Если мы не найдем предателей — нас публично повесят.

Мойри аккуратно опустил остатки фрукта в корзину для мусора, ссыпал туда же сахар. Закончив уборку, посмотрел в глаза старому адмиралу:

— Что, настолько все плохо?

— Скажем так — неприятно. Его величеству доложили про бегство лорда Тоги. Одновременно с этим всплывает информация о модуле памяти. Как ты думаешь, приятно сидеть на огромной бочке с порохом и ждать, когда четыре огромных «Агрегатора» прилетят к тебе в гости и вышибут мозги? Не думаю, что корелянские мятежники наведаются к нам с просьбой зачислить их в штат.

— Мне кажется, что информация утеряна. Больше года прошло — и никаких следов.

— Возможно. Но в этом случае я успокоюсь только после четвертования местных затаившихся гаденышей и облезлого лорда в придачу. Только после этого можно закрыть дело. А пока — машина тебя уже ждет внизу. Космопорт, ангар номер семь. Надеюсь, что грейпфрут не выскочит обратно.

Полюбовавшись кислой улыбкой агента, адмирал с коротким смешком отключился. Мойри пробормотал себе что-то под нос, потом встал и пошел к выходу, чтобы домчать на машине до технического терминала. Там на микроплатформе докатить до очередного курьерского корабля. И молиться, чтобы проглоченная кислятина в самом деле не выбралась наружу.

* * *

В дорогом ресторане гуляла свадьба. Любой прохожий на улице мог оценить размах торжеств: десятки дорогих машин у входа, висящие над зданием воздушные шары с пожеланиями удачи молодоженам, толпы гостей, создающие непрерывный водоворот у входа. Скромно одетый старик с трудом протиснулся через толпу и проскользнул в маленький зал, где его уже ждали. Устроившись за неброско сервированным столом в отдельном кабинете, господин Виари не удержался и спросил молчаливого молодого мужчину напротив:

— За два часа вы успели организовать свадьбу?

— Зачем? Она — настоящая. Просто — отличное прикрытие для частной беседы. Очень трудно отследить всех гостей. Но на случай возможных вопросов — вот вам лотерейный билет. Вы в курсе, что на свадьбах стали разыгрывать дорогие призы?

— Да, слышал об этом.

— Билет вы прикупили сегодня утром у бизнесцентра, пришли сюда попытать счастья. К сожалению, ничего не выиграли.

Старик слабо улыбнулся:

— Как всегда. Ничего не выиграл.

Наемник налил себе вина и вопросительно взглянул на гостя. Секретарь аккуратно убрал билет в карман пиджака, скрестил руки и начал говорить, скупо роняя слова:

— Некоторое время назад вы выполняли для нас работу, используя для прикрытия данные на бывшего военного. Именно этот мужчина теперь ваша мишень. Цель отправилась на Элегию-пять. Ваша задача — перехватить цель на планете и получить информацию о местонахождении одного мелкогабаритного предмета. Предмет доставить заказчику.

— Прикрытие?

— Прибудете на место под видом кинематографистов. В кофрах для оборудования сможете доставить необходимое оружие. При желании — можете разнести в клочья и орбитальную базу, и город на планете. Количество бойцов — на ваш выбор. Стиль проведения операции — на ваш выбор. Сумму за контракт вам уже назвали.

Молчаливый мужчина глотнул вина и решился спросить:

— Почему выбрали нас? У вас под боком целый квартал, набитый наемниками.

— Потому что вы занимаетесь такими задачами уже не одно десятилетие. А местные бывшие военные хороши при атаке на укрепленный район корелян. И ничего не смыслят в тайных операциях.

— Что за предмет должны доставить?

— Модуль памяти для коммуникатора. Содержит зашифрованные данные. Постарайтесь не поддаться соблазну прочитать или тем более скопировать эти записи.

— Я знаю, кого вы представляете. И не собираюсь получить неприятности в будущем. Описание объекта важно лишь для понимания сложности поставленной задачи.

— Вот и хорошо. Офицер взял с собой в поездку малолетнюю дочь. Если он заупрямится и не захочет отдать товар — надавите на девочку.

Наемник лишь слабо махнул рукой — сам знаю, зачем повторять прописные истины.

— Где детали предстоящей операции?

— Диск с полным описанием в здании напротив. Перед входом в библиотеку камера хранения багажа. Правая крайняя ячейка сверху, номер сто два. Вот ключ.

Старик положил на стол маленькую карточку.

— На диске также указан счет, на который перечислен аванс. У вас — не больше трех суток. Постарайтесь успеть.

Карточка перекочевала в карман наемника.

— Последний вопрос. Вы уверены, что модуль у объекта?

— Да. Мы считаем, что он воспользовался этими данными некоторое время назад. Теперь снова поехал, чтобы прочесть оставшиеся записи. Возможно, он попытается продать нашу собственность. Мы не можем этого допустить.

— Если модуль у него, мы выполним заказ.

— Уложитесь к назначенному времени — получите дополнительную премию.

— Сколько?

— Всю сумму контракта.

Мужчина налил себе еще вина, задумчиво полюбовался насыщенным цветом напитка.

— Я лично прослежу, чтобы никто не прикасался к заказанному товару. Через десять минут мы прочтем ваши данные и через час начнем операцию.

— Удачи. Возвращайтесь с победой и получайте заработанное вознаграждение.

Старик резко поклонился и выбрался из-за стола. Не успел он выйти из зала, как наемник передал карточку-ключ одному из напарников и отдал по кодированному каналу ряд приказов. Отлично подготовленная группа начала охоту на очередную жертву.

ГЛАВА 16

19 мая, понедельник.

Элегия-пять.

Солнце еще не начало припекать, а в кафе уже заняли последний свободный столик. Сидящий в уголочке контрразведчик не мог решить, с чем это связано: с близостью одного из пропускных пунктов ремонтной базы или общим нежеланием местных проводить утренние часы на рабочих местах. Сначала Мойри склонялся ко второму варианту: военных с раннего утра собрали на планерку, но горожане предпочли позавтракать на свежем воздухе. Многие прихватили родственников и с удовольствием дегустировали разнообразные кулинарные чудеса, подаваемые в цепочке миниатюрных кафе и ресторанов. Но как только часы пробили девять, из ворот базы потянулась шеренга комбинезонов и рубашек с погонами. Отдав долг отцам-командирам, состав базы устремился на завтрак. Еще через час солнце окончательно проснулось, и оперативный агент признал свое поражение: все взрослое население города проводило время в блаженном безделье, не делая различий между полом, возрастом и принадлежностью к гражданской или военной касте. Только после одиннадцати эта разношерстная публика разбредется по офисам и рабочим местам, чтобы за пять часов решить накопленные за день проблемы и с чувством выполненного долга снова вернуться под зонтики. Провинциальный патриархальный уклад.

Агент допил коктейль и бросил взгляд на микрокоммуникатор, пускающий зайчики полированным экраном. Новых сообщений от группы наблюдения не поступало. Нужно было решить, чем занять следующие несколько часов.

Спасатель с дочкой пристыковались к орбитальной базе вчера вечером. Контрразведчика к этому времени успели привести в чувство после тяжелого прыжка на курьерском корабле. Мойри провел пару совещаний с приданными группами быстрого реагирования, изображающими военных тыловиков, скучающих перед назначением на дальние спутники. Одна группа вместе с прибывшим руководителем ранним утром спустилась вниз, другая осталась страховать на орбите.

Шранг, не иначе как в насмешку, выбрал для проживания многострадальную гостиницу «Венеция». Ту самую «Венецию», от которой остались обгоревшие стены в их последнюю встречу на планете. Оперативник не решился появляться в том районе и выделил пару бойцов наблюдать за происходящим со стороны. Сам перебрался поближе к военной базе. Еще пару агентов с соответствующими бумагами отправил в ангары, заниматься перегрузкой оборудования для очередного шатла. Остальные бойцы рассредоточились по трем ближайшим гостиницам. Сезон отпусков еще не начался, и свободных мест было предостаточно.

Главные события Мойри ожидал завтра или послезавтра. Должны появиться наемники противника. Спасатель за сутки обживется на месте и подумает, где можно поискать эфемерный модуль памяти. Орбитальная группа присмотрится к временно задержанным на орбитальной станции пассажирам и вычленит потенциальные цели. Отдыхающие пока оперативники вечером проверят, нет ли наблюдения за опекаемым папочкой и его дочерью. И завтра с утра проводят снова на базу, где они будут в безопасности. Затем — возврат на орбиту, концентрация сил и задержание выявленных боевиков. Рутина.

Мойри потянулся и зевнул до скрипа в челюсти. Необходимо было как-то убить свободное время, а кроме отдыха на пляже, ничего в голову не приходило. Спасателю проще. Он опустил свой «Стилет-Дозор» сразу на ремонтную базу. Согласно легенде, у корабля вышли из строя навигационные системы. Какой-то ненужный брак даже погрузили в трюмы. И теперь корабль числился негодным хламом на ближайшую неделю, пока в выгруженных в ближайший ангар ящиках не торопясь будут ковыряться местные мастера. Реактор выведен на холостой ход, системы жизнедеятельности функционируют в минимальном объеме. Понятно, почему Шранг с девочкой предпочли перебраться с железной коробки в комфортабельный гостиничный номер. Тем более что всю поездку оплачивает контрразведка. Погуляет экс-лейтенант с дочкой по базе, попьет чаю со старыми знакомыми, нанесет пару необязательных визитов к новому руководству, заглянет для проформы в неоднократно проверенные контрразведкой ангары. И может отправляться на острова: охотиться или рыбачить. Или на пляж: играть с волнами и загорать на солнышке. Отличный отпуск.

Оперативник еще раз глянул на молчащий коммуникатор и решил прогуляться по улице: посмотреть еще раз на уже многократно пройденные пути отхода, возможные зоны обстрела снайперами и уточнить маршруты сопровождения агентами, отдыхающими сейчас в кондиционируемых номерах. Кому — отпуск, а кому зарплату приходится отрабатывать как положено, без сачкования.

* * *

Наполовину законсервированная орбитальная станция представляла собой жутковатое зрелище: пустынные длинные коридоры с редко горящими плафонами, сиротливо стоящие одинокие шлюпы в гигантских ангарах, изредка на треть заполняемая центральная столовая.

Поближе к центральным жилым отсекам разместилась разношерстная группа «киношников». В одном из ангаров они свалили груду оборудования, довели до бешенства старшего дежурного офицера своими порхающими по всей базе камерами и теперь упорно добивались разрешения спуститься на поверхность планеты. Напирая на заранее согласованные сроки, финансовые потери от простоя и необходимость отснять большое количество материала на островах. Но, несмотря на все старания, группу из сорока человек притормозили на орбите, вместе с парой некстати расхворавшихся дежурных в причальной группе. Во избежание возникновения вспышки острой респираторной инфекции, все находящие на базе попали под жесткий карантин и должны были просидеть неделю, с вожделением разглядывая залитые солнцем пляжи, неспешно проплывающие внизу под безумной комбинацией причалов, доков и ремонтных ангаров орбитального комплекса.

Молодая девушка в вызывающе облегающем комбинезоне отпустила порцию комплиментов бредущим мимо вахтенным офицерам и походкой модели отправилась к своей каюте, где ее шумно ждала компания кутящих коллег. Несостоявшаяся «звезда» с крепкой мускулатурой щедро улыбнулась заинтересованно разглядывающим ее мужчинам и скрылась в каюте.

Развалившийся на ближайшем диване коротко стриженный молодой парень мельком глянул на сияющие рядом вереницы голографических микродисплеев и небрежно кивнул: боец пришел «чистым», без «жучков». Старший группы, седовласый крепыш, приподнял одну бровь, бросив взгляд на разом посерьезневшую девушку:

— Какие новости?

— Все тухло. Заперли нас аккуратно. Больных обнаружили вчера. Карантин ввели сегодня с утра, перед прилетом. Кроме нас с десяток транзитных офицеров и техники, не покидающие базу месяцами.

— Цель?

— Успела уйти вниз до введения карантина. Удалось раскопать адрес гостиницы, где они остановились. О перемещениях информации нет.

— Насколько хорошо орбитальная база прикрыта от возможного захвата?

— На расстоянии подскока несколько военных судов. За час они доберутся сюда и разделают нас под орех. Поэтому саму базу толком не охраняют. Во главе — штатский, который на ножах со службой безопасности. Но все равно военных на борту больше двух сотен. При силовой акции потеряем до трети своих.

Седовласый задумался на пару минут, потом озвучил принятое решение:

— Раз нас заперли, сидеть смысла нет. База будет лишь обузой. Поэтому — захват трех шатлов и спуск. Первая группа — проверить гостиницу. Вторая — захват судна в порту. Нам нужна хорошая посудина для быстрого отхода. Третья группа — захват цели. На ремонтной базе заказчик нам предоставил контакт. Как только цель появится у замаскированного в ангарах тайника — нам дадут знать. Атака, захват товара, отход.

— Если цель не пойдет сегодня за товаром?

— Тогда мы вытряхнем из объекта охоты нужную информацию. Препараты и оборудование у нас с собой. На всю операцию — час. Быстрота и агрессивный натиск — шанс уложиться в минимальные потери и выполнить поставленную задачу. Я сейчас распределю вас по группам, и начинаем проработку предварительного плана атаки. Через полчаса — свяжемся с нашим информатором и определим подходящее время.

Наемники молча кивнули. В команду набрали лучших специалистов по тайным операциям, готовых за деньги слетать в ад и привезти в зоопарк десяток демонов. Если у зоопарка хватит средств оплатить подобный заказ.

Несколько бойцов продолжили изображать шумную вечеринку, остальные стали насыщать деталями план дерзкой операции.

* * *

Крейсер скорректировал траекторию полета после выполненного прыжка и дождался появления судов сопровождения. Легкая авиаматка, два грузовых транспорта, эскортный эсминец и судно технической поддержки. Все, что осталось от недавно еще грозного флота мятежников. Но потрепанные в боях корабли представляли собой реальную боевую единицу, с прекрасно обученными и обстрелянными экипажами. Учитывая все это, лорд Тоги не без основания считал, что справится с легкой авианосной группой или сможет разгромить любую орбитальную группировку в человеческом захолустье.

План предстоящей кампании не отличался сложностью. Захват прекрасно подготовленным десантом станции, болтающейся над планетой, и пленение бывшего военного, носителя бесценной информации. Если враг уже успел скрыться на планете — немедленная атака городишка и жалкой пародии на военную базу. Отлично подготовленные настоящие воины сумеют под прикрытием огня с орбиты добыть победу и вернуть ключ к утраченному величию. Двенадцать часов на все. И столь же молниеносное исчезновение. Пока крупные силы противника раскачаются, лорд с верными солдатами уже будет на пути к красному карлику, к спящему «флоту обреченных».

Активировав системы маскировки, корабли начали разгон. Через три часа незамеченные тени должны будут нанести первый удар по вражеской базе.

* * *

За прошедшие полтора года мастер наладки поточных двигателей стал еще меньше, кряжистей и добавил седины волосам. Кроме того, у господина Граффова несколько испортился характер, и старик все больше времени предпочитал проводить в одиночестве. Старожилы покидали базу, не продлевая контракты, или переводились на другие объекты. Молодежь предпочитала больше времени тратить на отдых, чем на возню с железками. Старый мастер все чаще задумывался, не подать ли рапорт о завершении службы. Единственное, что удерживало — это неопределенность в будущих занятиях. Господин Граффов не мог придумать, как он сможет убивать свободное время при выходе на пенсию.

Но сегодня мастера было не узнать. Этим утром старина Топт, как его называли друзья, принимал дорогих гостей.[6] На любимом месте в углу ангара царило оживление, на столе были разложены разнообразные сладости, кипел огромный пузатый чайник, и хозяин радушно угощал лично приготовленным пирогом с ягодами.

Ларали доела очередной кусок, салфеткой аккуратно вытерла рот и взяла огромную разноцветную кружку с дымящимся чаем. Потом с благодарностью посмотрела на мастера, угнездившегося в потертом кресле:

— А вы тоже дедушка?

— Да, моя девочка. Я уже дедушка. Правда, дети и внуки мои сгинули во время прошлой войны. Теперь доживаю отпущенное мне время в одиночестве.

— У меня есть еще один знакомый дедушка. Дедушка Шабайя. Он раньше был капитаном огромных кораблей, возил колонистов. Теперь у него ресторан на Гаршеме. И он тоже очень любит меня угощать разными вкусностями.

— Приезжай с папой ко мне почаще в гости. Поверь, у меня найдутся не только пироги.

— А вы будете держать свой ресторан?

Топт рассмеялся:

— Что ты, я в этом ничего не понимаю. Да и не люблю я с людьми общаться постоянно. Мне больше нравятся роботы и корабли.

— Можно открыть мастерскую для роботов. У нас в городе их с каждым днем все больше. Мы даже говорили с ними перед отлетом. Наверное, им тоже нужны больницы и рестораны.

— Мастерская? Интересная мысль. Я подумаю, Ларали.

Девочка кивнула, отпила пару глотков ароматного чая и поставила кружку на стол:

— Можно я пойду, поиграю?

Старик суетливо закрутил головой:

— Вот старый пень, не догадался! Где же ты будешь играть, тут ведь и игрушек никаких нет!

Удобно устроившийся на ящике с инструментами спасатель засмеялся:

— Куклы у нас дома, а здесь Пчелка предпочитает играть с пультом управления робота или навигатором шатла.

— Навигатор? Слушай, малышка, тогда могу тебе предложить кабину транспортного бота. Вот он, стоит за станками. Вход открыт, по коридору сразу налево. Кабина застеклена, мы тебя сможем видеть.

Шранг глянул в указанном направлении и чуть нахмурился:

— Она ничего не запустит ненароком?

— Не бойся, там все обесточено. Даже шлюзы. Только индикаторная подсветка. Ларали, можешь нажимать любые кнопки, это безопасно.

— Спасибо, дедушка Топт, я полетаю немножко и вернусь! — Девочка весело спорхнула со стула и умчалась к полуразобранному небольшому кораблю. Звонко простучали туфли по рифленой железной лестнице, и вскоре она уже махала рукой сквозь остекление кабины пилотов.

— Да, отличный пилот из нее вырастет, — улыбнулся мастер.

— Месяц тому назад она хотела быть палеонтологом. У них как раз был цикл изучения древней истории обитаемых миров. Вчера при посадке на базе уверяла меня, что станет штурманом или пилотом. Думаю, после общения с тобой решит изучать двигатели и лечить израненные войной души роботов.

— А что, роботопсихология — очень перспективное направление.

— Согласен. Но пусть девочка немного подрастет. Лет через пять можно будет говорить про что-то серьезное.

Новый кусок пирога перекочевал в тарелку спасателя.

— Хватит, Топт, а то я лопну.

— Сначала посмотри на себя в зеркало. Осунулся, жалкая тень своего прошлого. Сильно на работе выматываешься?

— Нет. Минимум дежурных смен, отличные ребята в команде. Последние пару месяцев больше провожу в классах, чем на орбите. Обучаю пополнение и контактирую с соседями. Власти вложили неплохие деньги в несколько новых групп спасателей. Война закончилась, планеты второго пояса активно строятся. Работы полно. Новые орбитальные базы, заводы, энергетические станции. Боюсь, что через годик-другой мне предложат возглавить какой-нибудь департамент и заниматься инспекцией новых объектов.

Шранг откусил кусочек пирога и одобрительно показал большой палец:

— А ты времени зря не терял. Делаешь кулинарные успехи… Как сам?

Мастер задумчиво почесал затылок, налил себе еще чаю и вздохнул:

— Знаешь, как-то бестолково теперь время проходит. Троста больше нет. Ты — уехал. Уж насколько нелюдим был Штольц, но и с ним мы хоть парой слов перебрасывались. А теперь — чувствую себя совершенно одиноким. С молодыми мне неинтересно. Из стариков я остался один, остальные уже разъехались. Работы для меня все меньше. Бывает, целый день сижу здесь, читаю газеты или просто смотрю в открытые двери ангара. Дошло до того, что стал отзываться на прозвище «Гном».

— Не могу поверить. Раньше за такое ты давал в рожу.

— Это было раньше, Шранг, — вздохнул старик. — А теперь никто и не вспомнит, что означает Топт. И как горит земля после штурмовки звеном крепких ребят. Я превратился из местной достопримечательности в пыльный хлам, который новый хозяин никак не сподобится выбросить.

Спасатель неодобрительно погрозил пальцем:

— Топт, это ты зря. Рано себя хоронишь. Предлагаю тебе подумать, чем хочешь заняться для души, и перебирайся к нам. Хочешь — можем вместе вернуться, корабль под боком. Или отдельно, как белый человек, на чартере с комфортом к нам прилетай. С жильем и работой я помогу. Или будешь на пенсии развлекаться. Познакомлю с фантастическим доктором. Бывший военный хирург. Старше тебя лет на тридцать, а умудряется оперировать, рыбачить и охотиться.

Мастер лишь улыбнулся, принимаясь отрезать очередной кусок огромного пирога.

— Насчет пенсии не знаю. А за предложение — спасибо. Я подумаю. Твоя дочка сказала дельную мысль — открыть мастерскую по ремонту роботов. Обдумаю на досуге… Еще кусочек?

— Спасибо, хватит. Мы пообедали недавно.

— Где вы это успели?

— Мы с утра на базе. Пять минут общался с новым командиром, изображая взаимопонимание и соблюдая необходимый политес. Хотя по глазам видно, что парень прекрасно помнит, из-за кого вышибли на пенсию прошлого комбрига. Потом наведались к знакомым в центральных казармах. Думаю, у Ларали в карманах сейчас с полсотни неучтенных конфет. Затем вместе с каптерщиками пообедали и потихоньку к тебе.

Топт засмеялся, всматриваясь в играющую в рубке транспортного бота девочку:

— Да, надо будет запустить потом уборщика — собрать фантики.

— И ты хочешь, чтобы мы съели весь пирог, которым можно накормить полбазы?

Поболтав опустевшим чайником, спасатель прогулялся к расположенной рядом стойке с фильтрованной водой и наполнил пузатого монстра еще раз. Вернувшись, поставил его на плиту и снова устроился на ящике. Старик задумчиво погонял кривозубой вилкой крошки в своей тарелке и посмотрел на Шранга:

— Ты ведь не просто так сюда прилетел?

— Увы, ты прав. Видишь ли, очень серьезные ребята считают, что наш друг Трост мог получить в наследство маленькую безделушку, за которую теперь готовы убить.

— А ты как думаешь?

— Странно все это. Я хорошо помню Троста. Он все ценные вещи держал либо дома в прикроватной тумбочке, либо в маленьком сейфе на работе. Никогда ничего не прятал под станками и тем более в лесу. Если бы он получил на хранение что-либо, то поступил бы как обычно.

— И тогда опасную вещь нашли бы еще в первую неделю после его смерти.

— Вот именно. Я и приехал по большей части для проформы. Чтобы не портить отношения с людьми, лишенными юмора. Загляну к нему домой завтра, зайду в ремонтный ангар. Посмотрю на проклятый стенд, помяну старого друга.

— Ангар перетрясли пару раз до винтика. Даже несколько станков вывезли, поставили взамен новые. Вряд ли ты там что-то найдешь.

— И не собираюсь. Мне надо подумать, как выпутаться из этой истории окончательно. Не хватало еще, чтобы недобитые придурки опять охотились на мою дочь.

Под высокими сводами ангара четко разнесся механический голос:

— До запуска системы стыковки осталось пять минут. Определите цель стыковки.

Старик подскочил на своем кресле от неожиданности:

— Что такое?!

Улыбнувшись, спасатель поднес к губам браслет-коммуникатор:

— Ларали, будь добра, выключи бортовые системы корабля. Если ты запустишь двигатели в закрытом пространстве, нас с дедушкой Топтом поджарит. А сорвавшийся со стенда бот разрушит кучу станков. И будем мы выплачивать за них штрафы до конца своих дней.

Шранг взглянул на потрясенного мастера и лишь развел руками:

— Я боюсь, моя дочь в конце концов станет пиратом, научится угонять любые корабли и будет лихо удирать от полицейских и сил быстрого реагирования. А ты говорил — все обесточено. Пойду, посмотрю, что она там успела запустить, и заманю назад твоим замечательным пирогом.

* * *

Очередь плазменного пулемета проделала неровные дымящиеся дыры в стене каюты. Вовремя нырнувший в ответвление коридора офицер дал короткую неприцельную очередь в ответ из легкого шпаллера. Скрипящая вентиляция пыталась всосать клубы дыма, поднимающиеся от опаленных стен. Наемник, перекрывающий проход к ангарам, щедро отмерил еще одну длинную очередь и сменил позицию.

— Рубка! Рубка! — надрывался офицер, пытаясь пробиться через забившие каналы помехи. — Рубка! Я у второго ангара, путь закрыт! Отхожу назад!

Скользнув в лабиринт узких коридорчиков, мужчина в комбинезоне с эмблемами флота пробрался подальше от огрызающегося огнем перекрестка. На другом конце простреливаемого широкого коридора залегли несколько человек. Выпустив тонкие усики видеонаблюдения, они следили из-за угла за обстановкой при помощи портативного переносного видеокомплекса.

— Что там? — бросил старший группы вернувшемуся бойцу.

— Долбят, не жалея боеприпасов. Хорошо, что на повторный штурм не идут.

— Мало их. Да и первую атаку они провалили.

— Явно не ожидали, что на базе есть еще кто-то с оружием.

— Что делаем дальше?

— Основные каналы связи нам забили, перешли на резерв. Через пару минут ретрансляторы будут везде. Основная задача — не дать прорваться из ангаров, где мы их запечатали. Пусть пытаются уйти на шатлах.

— Перехватим?

— Да. Четыре истребителя уже ждут в засаде. Наземную базу предупредили. Ни туда, ни на космопорт им не пробиться. Время играет на нас.

План захвата орбитальной базы затрещал по швам через пять минут с начала операции. Оказалось, что в центре управления находилась группа прекрасно вооруженных людей, огрызнувшаяся огнем на ворвавшихся чужаков с оружием. Потеряв троих, наемники вынуждены были отойти ближе к ангарам, где из ящиков с фальшивым кинооборудованием они достали необходимое для атаки снаряжение.

Из нежилых отсеков подтянулись несколько мелких групп контрразведчиков, щедро делясь оружием со всеми встречными офицерами и техниками. Ближе к ангарам произошло несколько суматошных схваток, в которых стороны потеряли еще несколько человек и определились с позициями. Теперь пощипанная группа наемников закрепилась на подходах к ангарам, где четверка их специалистов спешно готовила к вылету два небольших шатла. Остальные развернули тяжелое вооружение и стреляли в ответ на любое движение в коридорах.

Работники базы спешно собирали инструмент и готовили несколько роботов для предстоящего ремонта. Судя по всему, следовало ожидать грандиозный пожар в занятых противником отсеках. Вооруженные офицеры и бойцы контрразведки предпочитали не атаковать, не имея явного численного перевеса. Одновременно с вялотекущей перестрелкой обе стороны старательно глушили всевозможные сигналы вокруг, мешая радиообмену и не давая взять под окончательный контроль оборудование станции: шлюзы, ремонтных роботов и каналы управления системами жизнеобеспечения.

Один из безопасников глянул на экран гибкого коммуникатора на рукаве и скривился:

— Мы пробросили пару микронаблюдателей в их район. Противник готовится к запуску ракет для прикрытия отхода! Всем командам — провести упредительный залп, повторяю — провести упредительный залп! Рубка, как у вас с контролем за шлюзами в ангарах и коридорами?

Сквозь помехи донесся ответ:

— Шлюзы за ними, коридоры мы готовы заблокировать.

— Даю отсчет на минуту. По завершении отсчета — отсечь противника по всему периметру. Опускайте противопожарные щиты и перекрывайте коридоры. Затем — подорвите аварийные люки в ангарах, нужно сбросить атмосферу и уменьшить возможный пожар!

— Атакующие почти все в легких скафандрах, разгерметизация им мало помешает!

— Не важно, надо уменьшить последствия нашей атаки для станции!

— Принял, отсчет пошел.

Офицер кивнул паре бойцов, и те быстро привели в боевую готовность десяток маленьких ракет, заботливо выложенных из распакованных ящиков. Включив головки наведения, оператор записал маршрут и наметил точки атаки, оттранслировав информацию с работающего комплекса наблюдения. Поставил таймер и жестами показал, что лучше укрыться.

— У противника готовность меньше двух минут, — отозвался коммуникатор.

— Успеваем. У нас осталось десять секунд.

Кто-то из офицеров выстрелом выжег заблокированный замок в ближайшей каюте, и большая часть защитников базы укрылась там. Рядом с подготовленными к старту ракетами остался лишь оператор и командир группы в легком бронекостюме. Пискнул отсчитавший время таймер, и маленькие вытянутые тела выплеснули злые языки огня, рванувшись вперед. Мгновение спустя наемник открыл ураганный огонь по приближающимся вдоль коридора ракетам. Очередь задела какой-то из зарядов, и коридор содрогнулся от тяжелого взрыва, вспучившего переборки. Но девять оставшихся хвостатых смертей проскочили сквозь заряды плазмы и устремились к намеченным целям.

Первая громыхнула на перекрестке, сметая засевшего там пулеметчика. Еще пара взорвались чуть дальше по коридору, явно среагировав на что-то, не отмеченное разведкой базы. Остальные ворвались во второй ангар, метнулись в разные углы под хаотичным огнем наемников и взорвались, щедро осыпая осколками все открытое пространство. Пара посланцев сумела прорваться вплотную к ответным подаркам, что готовил противник. Близкие взрывы не вызвали детонацию, но разрушили корпуса крупных ракет и уничтожили операторов, готовивших запуск.

Другие группы контрразведки также отправили своих миниатюрных реактивных птиц в полет. Одну группу ракет обороняющиеся рядом с первым ангаром сумели уничтожить почти полностью на подлете, но еще пять мини-ракет пробрались по одному из коридоров, крутя бешеные спирали под плотным огнем сгруппировавшихся здесь пулеметчиков. Одновременный взрыв превратил вход в первый ангар в решето. Вторя гулким раскатам из стен коридоров вырвались противопожарные щиты, отсекая дорогу пожару. Затаившиеся у края базы истребители заметили, как вспучилась обшивка станции и стены первого и второго ангаров выбросили в космос широкие плиты аварийной эвакуации. Искрящееся облако воздуха выпорхнуло из разгерметизировавшихся отсеков и рассеялось в черноте космоса.

Получившие превентивный удар наемники срочно перегруппировывали силы. Учитывая понесенные потери, командир на ходу изменил постановку задачи, разделив своих бойцов на две группы. Первая — атакует цель, укрывшуюся на ремонтной базе, и находит товар. Вторая — прорывается на окраину космопорта и захватывает крупный скоростной шатл для последующего отхода. Быстро погрузив тела погибших на борт одного из судов, оставшиеся двадцать восемь наемников распахнули створки шлюзов и выпустили в открытый космос два небольших управляемых робота, очертаниями напоминающих акул с шипастыми мордами. Вслед за системами электронного подавления плавно выдвинулись два небольших грузовых шатла. Предусмотрительная служба безопасности успела снять все серьезное противометеоритное вооружение с кораблей, и наемники успели только за время боя разблокировать легкие лазерные турели, способные лишь пощипать действительно серьезного противника. Но время поджимало; ничего не оставалось, как пытаться прорваться с тем, что было под руками. Общую задачу никто не отменял, и солдаты удачи устремились вниз, к планете. Вслед кораблям, уходящим по безопасной траектории, прогремели взрывы, разрушившие оба ангара и повредившие оставшиеся корабли.

К старшему офицеру, замершему перед искаженным помехами экраном общего управления на посту управления базой, подошел один из лейтенантов:

— Командир базы просит предоставить развернутый отчет, господин майор.

— Проклятая штатская крыса! Как только миновала опасность, начал копать против нас. Отчет ему подавай!

— Прошу прощения. Но он пока командир базы.

— Передайте командиру базы, — офицер желчно выделил официальную должность гражданского чиновника, спрятавшегося где-то в глубинах станции, — что в настоящий момент мы продолжаем бой и возможно повторное нападение противника, угнавшего пару наших кораблей. Мы ждем поддержки флота и рекомендуем командиру базы принять меры по защите жизни.

— Какие? — удивился лейтенант, прекрасно понимающий реальное положение дел в данный момент.

— Ну пусть защитится от разгерметизации. В случае повторной атаки мы можем потерять атмосферу во всех отсеках.

— Понял, — отсалютовал молодой человек и вернулся на свое место.

Оставленные рядом с ангарами системы электронной борьбы продолжали забивать помехами электронные сети орбитальной станции, нарушая ее штатную работу. Кроме того, наемникам явно предоставили полную информацию о работающих артиллерийских системах и зонах обстрела. На частично законсервированной станции существовало несколько безопасных участков, обращенных к планете, где можно было не опасаться попасть под выстрел и спокойно уйти вниз, к сияющим под солнцем облакам. Старший офицер ничего не мог поделать с удирающими наемниками. Ракетные посты нижней полусферы уже демонтированы. Пара легких орудий по бокам станции способна попытаться зацепить беглецов лишь на очень дальних дистанциях, да и то лишь в случае невероятного везения. Две работоспособные платформы с более серьезным оружием контролируют верхнюю полусферу и бесполезны в сложившейся ситуации. База никак не могла ударить по набиравшим ход кораблям. База не могла. А четыре затаившихся истребителя были готовы и ждали приказ.

— Что у нас на планете?

— Старший контрразведки поднял вторую группу по тревоге и готов прикрыть ремонтную базу. Там также объявлена боевая тревога. Полиция предупреждена.

— Он подтвердил задачу?

— Да. Подавление сопротивления противника. Захват пленных, насколько это возможно. Разрешено применять любые средства.

— Отлично, дайте канал к четверке.

— Канал активирован.

На загоревшемся экране появилось лицо командира четверки истребителей.

— «Стрелец», разрешаю атаку. Задача — принудить противника к сдаче. В случае сопротивления — уничтожить. Попытаться захватить пленных. В случае реальной угрозы прорыва — уничтожить.

— Принял, выполняю.

Крепко сбитая девушка, еще утром изображавшая «звезду экрана», протиснулась в рубку первого шатла, круто уходящего от станции вниз, ближе к планете.

— Стрэп, все чисто. Братья-бобики сели за лазерники, остальные просят не трясти при посадке. А то кофе расплескают.

Седовласый командир наемников только дернул щекой в ответ:

— Передай этим зубоскалам, что вместо кофе их снизу встретят перцовыми подарками. Будем садиться под огнем. Счастье, что нужные нам ангары и намеченный корабль стоят на отшибе от основных зданий.

Девушка лишь пожала плечами: не все ли равно, как прорываться. За обещанное вознаграждение можно идти на штурм с голыми руками. А при том количестве смертельных игрушек, что сейчас лежат в трюме, — надо быть полным идиотом, чтобы провалить задание.

— Глушилки в хвост, начинаем разгон и выход на коридор посадки.

Руки привычно активировали необходимые программы на панели управления, оператор систем электронного подавления повел своих шипастых красавцев в тыл набирающим скорость кораблям. Но не успели они занять указанную позицию, как превратились в куски раскаленного газа, забарабанив мелкими осколками по обшивке кораблей. В рубках обоих шатлов ожил динамик, транслирующий сухой голос по открытому каналу:

— Внимание, вы нарушили закон Империи, атаковав военную базу Четвертого флота и совершив нападение на офицеров и служащих флота. Согласно положению по борьбе с терроризмом и пиратством, я получил приказ на ваше уничтожение. Немедленно сложите оружие и переведите корабли в дрейф или будете уничтожены. Повторяю — немедленно сложите оружие и переведите корабли в дрейф.

— Что за черт?!

В ворохе помех прорезался еще один голос:

— Ей, залетные, ваша цель под прикрытием на ремонтной базе. Вам туда не прорваться. Прекращайте бесполезное сопротивление, или сожжем к чертям.

Из-за сплетений антенн показались две пары истребителей, аккуратно направившиеся к уходящим от базы шатлам.

Второй транспорт попытался с набором скорости уйти вправо, засверкав вспышками слабомощных лазерных турелей. Но боевые корабли вчетвером прошлись из тяжелого вооружения от носа до кормы, и вспыхнувшую внутренними разрывами тушу транспорта медленно закрутило, снося в сторону. Остатки наемников на первом корабле предпочли не умирать. Тонкие стволы лазерных установок вернулись на штатную позицию — вдоль корпуса, и корабль прекратил разгон. Военная авантюра компании «Барказов и К» закончилась.

* * *

— Мой лорд, люди дерутся между собой.

— У них — мятеж?

— Нет. По докладам службы перехвата, группа неизвестных военных пыталась захватить нашу цель.

— Успешно?

— Полный провал. По данным перехвата, наша цель находится на планете. У орбитальной станции четыре истребителя блокировали два транспортных судна. Станция имеет следы внутренних повреждений.

Лидер мятежников на мгновение задумался, потом довольно оскалился:

— Люди облегчили нам задачу. Нет необходимости обшаривать эту консервную банку. Приказ — истребители уничтожить, станцию вывести из строя. Мне не нужен удар в спину. Месторасположение цели установили?

— Ремонтная военная база.

— Не утерпел, экс-лейтенант. Побежал к ангарам, где спрятал наши коды. Отправить штурмующую группу на захват цели. Отсечь город от базы. Подавить активное сопротивление на военной базе с орбиты и группой штурмовиков. Высадить десант. Данные на обе цели — каждому десантнику. Остальных можно уничтожить, если будут мешаться под ногами.

Эсминец и два транспорта отделились от группы корелянских кораблей и пошли к планете. Рядом пристроились четыре звена штурмовиков и два звена истребителей. Два десятка истребителей устремились по направлению к орбитальной станции, куда продолжал движение крейсер, авиаматка и судно технической поддержки. Лорд Тоги собирался нанести свой излюбленный удар — неожиданный, сокрушающий и дающий победу с минимальными потерями.

На посту управления орбитальной базой взревели сирены тревоги. Тут же забубнили взволнованные голоса операторов:

— Ракетная атака с верхней полусферы, на сто шесть градусов! Четыре тяжелые ракеты типа «Тайфун» и от двадцати до тридцати типа «Москит»! Помехи по всему направлению атаки, возможен налет!

Старший офицер тут же развернулся к открытому окну связи с истребителями:

— «Стрелец», цель уничтожить. Выйти на внешние курсы, приготовиться к встрече неизвестного противника. Мы под ракетной атакой!

Остроносые машины без промедления обрушили удар на лежащий в дрейфе шатл. Разорвав его обшивку в клочья, пары истребителей бросили умершие корабли и резво помчались к противоположным сторонам станции. На землю и на дальнюю спутниковую группировку пошли закодированные доклады: «Атакован неизвестным противником».

Замершие на верхней части две боевые платформы проигнорировали по приказу операторов мелкие цели и сосредоточили огонь на подлетающих «Тайфунах», выпуская очереди из плазменных орудий и выбрасывая ворох небольших противоракет. Пятерка «Москитов» взорвалась на подходе к базе, разрушая стремительно набирающие скорость противоракеты. На пару мгновений на экранах слежения воцарился хаос разрывов, всплески помех и отсветы от многочисленных крупных обломков. Когда радарные системы разобрались в происходящем, операторы доложили:

— До десятка «Москитов» и три «Тайфуна»!

Плазменные орудия сосредоточились на одной из тяжелых ракет и подорвали ее на подлете к станции. Но пара других сумели донести свою смертоносную начинку без потерь. Первый взрыв разметал вытянутый хвост станции, с мелкими складами, антеннами дальней связи и внешними причальными рукавами, рассыпав по окружающему пространству куски железа, смятые конструкции и беззвучно пылающие остатки роботов и заправочных боксов. Второй взрыв смял верх станции, прогремев огненным ураганом по внутренним коридорам. Мелкие «Москиты» пропятнали взрывами внешний обод, норовя порвать в клочья любые вытянутые наружу строения.

Сквозь несмолкающий рев сирен по коридорам разносился механический голос системы спасения:

— Всему персоналу! Немедленно надеть скафандры и занять свои боевые посты! До полной разгерметизации осталось тридцать секунд!

Вслед за ракетами в мути помех радары сумели нащупать подлетающие истребители. Четверка «Стрельцов» получила новую вводную:

— Внимание, видим легкие истребители по азимуту сто шесть количеством более десятка. Возможен подход тяжелых кораблей противника. База не сможет поддержать вас эффективным огнем, повторяю, база не сможет поддержать вас огнем!

Одна пара человеческих истребителей затаилась рядом с базой, скрываясь от радаров противника в путанице конструкций. Другая рванула вбок, пытаясь отвлечь на себя часть вражеских судов. В открывшихся бойницах заворочались не демонтированные до сих пор зенитные турели. Орбитальная станция собиралась подороже продать свою жизнь.

Операторы выводили на общий экран полученную информацию, отмечая перемещения уже заметных вражеских судов. По запасным каналам связи на Элегию-семь ушло сообщение, тут же переданное в генеральную ставку.

«Атакованы авианосной группой корелян. Орбитальная станция утратила боевые возможности на 90 %. Истребители прикрытия начинают бой. Отмечаем высадку десанта на планету. Просим помощи».

ГЛАВА 17

19 мая, понедельник.

Элегия-пять.

Над широким полем ремонтной бригады разносился заунывный вой. В многочисленные ворота базы бежали со всех сторон вернувшиеся в город после обеда военные. Поднятые по тревоге дежурные расчеты молча искали приближающиеся цели и повторяли страшные слова, прозвучавшие по системе оповещения:

— Мы атакованы корелянской авианосной группой. Орбитальная база выведена из боя. На подходе несколько вражеских судов. Ожидается десант и воздушная атака.

Гремя форсированно двигателями, подальше от города расходились легкие патрульные боты, собираясь при первой возможности вцепиться во вражеские суда. Стартовала и прошла над ангарами, поднимаясь в высоту, пара истребителей. Зашевелились многочисленные стволы зенитных комплексов, откинулись крышки с ракетных желобов. Оставив дымный след, в зенит умчалась первая ракета-корректировщик. Не успела она достичь заданной высоты, как разлетелась на куски. Вслед за пылающими обломками с небес обрушились верткие истребители, прикрывая завывающие от натуги штурмовики противника. Кореляне начали атаку.

Одно звено вражеских кораблей вцепилось в поднимающуюся пару истребителей, другое звено рассыпалось над базой, контролируя возможную атаку снаружи. Штурмовики выпустили первую партию ракет и разошлись в стороны, образовывая «звезду» для атаки центральных наземных строений. Пара вражеских машин пронеслась на бреющем над дорогой, разделяющей ремонтную бригаду и стоящие рядом городские дома, обильно высыпав бомбы. Огненные взрывы разметали легкие строения, дав начало веренице пожаров. Сквозь грохот взрывов на базе глухо рокотали зенитки и шипя взмывали ответные ракеты. Небо над базой украсили многочисленные разрывы.

При первых звуках сирены Шранг сорвался с места и метнулся к открытым дверям ангара. Замер, осматриваясь. Потом рванул обратно.

— Десант, Топт. Истребители, штурмовики и как минимум пара крупных судов. Через пять минут они начнут высадку.

Старый мастер ткнул пальцем в дальний угол ангара:

— Там запасной выход. Можно попытаться уйти за рембоксы и оттуда — в джунгли.

— Не успеваем, до корабля нам точно не добежать.

Земля содрогнулась от первых разрывов, заставив задребезжать посуду на столике.

— Ларали, бежим к тому выходу, там посмотрим!

— У меня здесь оружия нет! — мотнул головой Топт. — Только дома или надо к арсеналу пробиваться!

— Ладно, у меня легкий шпаллер и пара обойм. Но если десантники нас заметят — не отобьемся.

Мужчина с девочкой побежали в дальний угол ангара, лавируя между высоких станков и подныривая под натянутыми многочисленными кабелями. Старый мастер не спеша спустился с любимого кресла и также неторопливо пошел к центральному входу. Там он остановился, глядя на столбы черного дыма, поднимающиеся над горящими строениями в центре базы. Из гущи разрывов еще летели редкие ответные ракеты и мелькали вспышки зениток, огрызавшихся на кружащие вокруг вражеские штурмовики. На поле чадили несколько сбитых машин, но это была уже агония. Из медленно дрейфующих в стороне транспортов горохом сыпались закованные в броню фигурки, мчались к земле и уже над самой поверхностью запускали портативные реактивные парашюты, гася скорость падения. Несколько фигурок рядом с городом кувыркнулись в воздухе и рухнули на землю.

— Валите их, гадов, не зевайте, ребята! — обрадовался старик. Судя по всему, кто-то в городе не растерялся и активно включился в боевые действия. Но на самой базе от высадившегося десанта уже рябило в глазах. Оставив центральную часть без внимания, десантники стягивали кольцо окружения рядом с ремонтными ангарами, пресекая любую возможность побега.

Топт вздохнул и упрямо набычился, глядя на подбежавшие к нему фигуры.

— Научили мы вас голышом не бегать, — язвительно усмехнулся мастер в сторону шагнувшего к нему десантника.

— Где экс-лейтенант? — шелестя динамиком, спросил закованный в броню боец.

Старик пожал плечами:

— С утра был здесь, потом ушел. Где он сейчас — не знаю.

Следуя жесту старшего, часть группы побежала окружать ангар, другая рванула внутрь. Сам командир замер рядом со сгорбившимся стариком.

* * *

Ближняя к ремонтной базе окраина города пылала. Взрывы раскидали легкие столики ресторанчиков и кафе, убив многих посетителей, из глупого любопытства задержавшихся на улице. Оставшиеся в живых оттащили раненых в незатронутые бомбардировкой районы и лихорадочно вооружались, ожидая вторжения.

Собравший свою группу Мойри оценил обстановку и отказался от попытки прорыва к спасателю. Судя по плотности высадки, кореляне решили отправить на захват не меньше полутора тысяч бойцов. И сколько еще осталось в отошедших чуть в сторону транспортных судах — неизвестно. Максимум, чем он мог помочь — это попытаться оттянуть на себя как можно больше врагов. Заставить десант отвлечься на несколько целей. И оперативники рассыпались между горящими домами, открыв огонь по десантирующимся с транспортов вражеским бойцам. Сделав несколько выстрелов, меняли позицию. Прятались от снующих над головами вражеских истребителей и продолжали искать в прицел очередную фигурку, несущуюся к земле.

Рядом с тонкой щелью неприкрытой двери замерли двое. Мужчина сжимал легкий шпаллер и всматривался в многочисленные фигуры врагов, окружающих ангары. Девочка испуганно застыла рядом с отцом. Впервые она видела отчаяние на его лице. Впервые человек, внушавший ей уверенность каждым своим жестом, не знал, что делать. Экс-лейтенант мог бы попытаться прорваться сквозь стремительно растущие вражеские цепи в одиночку. Но сделать что-либо подобное вместе с маленьким ребенком — самоубийство.

— Пчелка, мы попались. На улицу не выйти, до джунглей не добежать. Скоро солдаты будут здесь. Давай думать, где прятаться. Хотя с их носами они таракана найдут, не то что нас с тобой. И как назло, все оружие или на корабле, или в старой моей землянке в четырех километрах отсюда рядом с ручьем!

Ларали посмотрела вокруг и осторожно потеребила отца за рукав:

— Папа, давай вернемся на корабль.

— Как? Они уже на поле сотнями, а нам до «Стилета» не меньше десяти минут бежать.

— А мы не пойдем по полю.

Шранг в отчаянии рванул давящий ворот рубашки и замер:

— Не по полю? А как?

— Меня папа Трост наказывал, если я каталась по ремонтным трубам.

— Трубам? Ну-ка, поподробнее, моя хорошая.

— Большие детали возят на погрузчике. А мелкие можно отправлять по трубам. Вон стоят капсулы. Кладешь в нее груз, потом вон в тот желоб и нажимаешь кнопку. Капсула приезжает в большой цех, который под взлетной полосой. Правда, я там не гуляла, я сразу в другую капсулу садилась и назад. Едут они не быстро, я даже себе синяки не набивала.

Спасатель пригнувшись метнулся к потертым металлическим полутораметровым капсулам, напоминающим гигантские медицинские пилюли-переростки. Широкий пластиковый люк, с миниатюрной задвижкой. И выделяющийся на стене пенал с кнопками «отправить»/«получить».

— Девочка моя, быстро сюда! Если ты права, мы успеем удрать. Надо же, про литейный цех под взлетной полосой я знаю, а про эту систему — слышу впервые. Забирайся и поехали!

Крепкие руки аккуратно положили капсулу в бетонированный желоб, помогли забраться девочке внутрь. Потом в оставшееся место втиснулся спасатель, нажав длинным подобранным прутом необходимую кнопку. Пластиковая крышка захлопнулась, капсула медленно стала набирать скорость. Миг-другой — и лишь легкий шум доносился из темного зева туннеля, уходящего под острым углом в пол.

Двумя минутами позже задние двери ангара распахнулись от сильного удара, и внутрь ворвалась группа закованных в броню корелян. Вскоре к ним присоединились бойцы, прочесавшие ангар. Покружившись рядом с дверью, один из бойцов просеменил к затихшему желобу и прислушался. Потом повел носом и вынес вердикт:

— Они сбежали через эту штуку. Чуть больше минуты назад.

Стоящий у входа командир группы повернулся к замершему старику и раздраженно бросил:

— Ты лгал, они не ушли давно. Они ушли только сейчас.

Застыв на мгновение, десантник решил не убивать мастера. Какая доблесть убивать безоружного дряхлого человека?

— Группа семнадцать — центру. Дайте карту подземных коммуникаций. Объекты две минуты тому назад скрылись в какой-то транспортной системе и двинулись к центру базы.

Секундная заминка и один из транспортов сдвинулся ближе, зависнув над ангарами. Еще пара секунд и пришел ответ:

— Объекты выделены. Прибудут в центральный подземный ангар через семь секунд.

— Блокада?

— Ответ отрицательный. Глубина залегания большая, мы скорее уничтожим их вместе с транспортной системой.

— Дайте общую карту и точки входа. Мы начинаем преследование.

— Внимание десанту, объекты обнаружены. Даю координаты и карту зоны действий.

Высадившиеся десантники прекратили прочесывание других объектов и побежали к взлетной полосе в центре базы. Зависшие над полем штурмовики несколькими ударами разрушили нитки трубопроводов, идущие к остальным объектам. Мышеловка захлопнулась. Тысяча десантников легко справится с двумя беглецами, шагнувшими из прибывшей капсулы в недра огромного ремонтного цеха, забитого дремлющим оборудованием.

* * *

Крейсер не стал подходить к разрушенной орбитальной станции. С одной стороны, застывшая на геостационарной орбите груда железа занимала выгодную позицию над раскинувшимся внизу городом. Встать рядом — и можно комфортно контролировать развитие ситуации. С другой стороны, лорд Тоги не рискнул подставить флагман его маленького флота под удар какого-нибудь безумного смертника. Сканирование подтвердило, что на висящем на орбите рассыпающемся кошмаре авангардиста еще остались живые люди. Они оттянулись внутрь коридоров, отгородившись остатками противопожарных щитов от разрушенных боевых постов, разгромленных внешних ангаров и вывернутых наизнанку престижных когда-то кают с видами на открытый космос. Но даже сейчас потрепанные воины самой агрессивной расы галактики наверняка пытались собрать какое-нибудь оружие, способное вырваться из груды обломков и ужалить противника. Так что пусть лучше сидят в одиночестве, а свой флот лорд поставит на прикол подальше.

Четверка человеческих истребителей сумела дорого продать свою жизнь. Оторвавшаяся далеко от станции пара оттянула на себя первую корелянскую десятку и успела повредить одну из быстрых машин. После чего первого человеческого пилота удалось сжечь. Второй на безумных виражах умчался прочь. Аналитики сообщили, что на остатках топлива он сумел выбрать правильное направление и теперь дрейфовал за границами радаров по направлению к дальним ретрансляционным спутникам. Завтра его наверняка подберут по сигналу маяка.

Вторая пара вывалилась из-за хитросплетений станции, как чертик из табакерки, и резво атаковала второй десяток. Несколько раз обреченные пилоты сумели вытянуть клубок схватки под огонь безжалостных зенитных батарей, обильно усыпавших боковины станции. Когда бесстрашную пару уничтожили, кореляне потеряли шесть истребителей и вынуждены были принять оставшиеся четыре для длительного ремонта на авиаматку. Взбешенный адмирал приказал расстрелять отчаянно сопротивляющуюся станцию со средней дистанции из крупного калибра. Не пожалел ни ракет, ни энергии для плазменных ускорителей. Закончив экзекуцию, крейсер с остальными кораблями вышел на новую безопасную позицию и замер в ожидании сведений от десанта.

На поверхности планеты дела развивались неплохо. С допустимыми потерями удалось подавить сопротивление на военной базе. Десантники загнали остатки военных в горящие руины на месте центральных казарм и не давали высунуть оттуда и носа.

Город отсекли от базы стремительно проведенной бомбардировкой. И хотя со стороны горящих зданий постоянно шел беспокоящий огонь, в целом горожане предпочли окапываться среди уцелевших кварталов, не пытаясь атаковать противника в лоб. Разве что несколько неудачников рискнули на легких ботах подойти поближе со стороны островов и пощипать барражировавшее над ангарами звено штурмовиков. Но внимательная четверка истребителей вколотила в джунгли возомнивших себя героями. Остальные крупные корабли либо сбили в начале штурма, либо отогнали к островам. На данный момент небо полностью принадлежало корелянам.

Быстрое прочесывание позволило обнаружить следы добычи. И сейчас десятки десантников спускались в огромный подземный ангар, совмещающий в себе как складские помещения, так и небольшой литейный цех. Оставалось ждать, когда придет сигнал о поимке экс-лейтенанта и можно будет сворачивать успешно проведенную операцию до подхода действительно опасных сил противника.

* * *

В силу чрезвычайной ситуации министр иностранных дел не стал тратить время на официальный вызов посла Республики, а по-плебейски воспользовался видеофоном. Ошарашенный подобным звонком посол в некотором смятении поприветствовал мрачного как штормовое облако старика в парадном мундире.

— Мой Император хочет знать, какого черта ваши войска атаковали Элегию-пять?

— Прошу прощения, но в силу заключенного договора между нашими странами — это невозможно.

— Тогда как вы объясните это?

Сбоку от министра возникло голографическое изображение, кусками показывающее ожесточенный бой. У посла скривилась морда, будто неожиданно заболели зубы.

— Лорд Тоги!

— То есть?

— Мы не обнаружили его тело на месте завершения операции по уничтожению мятежников. Было предположение, что лорд с небольшим отрядом сумел скрыться. Аналитики посчитали худший вариант — лорд скрылся в составе малой авианосной группы.

— И теперь ваш худший вариант убивает наших граждан.

— Мы готовы предоставить любую необходимую помощь, включая военную.

Старик в сияющем золоте мундире погасил изображение горящей базы и выпрямился в кресле с высокой спинкой.

— Империя самостоятельно справится с этой проблемой. Но можете быть уверены, что после случившегося мы досконально изучим все причины случившегося. А в качестве помощи вам следовало плотнее закрыть мышеловку, когда вы зажали мятежников на их последней базе.

Посол покаянно склонил голову, прокручивая в голове нецензурные варианты ответов на столь резкую отповедь. Экран видеофона погас, и корелянин тут же вызвал своих помощников. Необходимо было подготовить срочное донесение в метрополию, включая накопленные данные и первоначальный анализ информации. Республике жизненно было необходимо закрыть границы рядом с проблемным сектором. Если люди успеют ударить по адмиралу, ему останется лишь бежать к родным звездам, где его следовало бы встретить надлежащим образом. Остатки мятежа следовало выжечь каленым железом раз и навсегда.

В недавно развернутом новом штабе планетарной системы Элегия рядом с седьмой планетой бурлил водоворот из военных и гражданских специалистов. Неожиданное нападение группы мятежников произвело эффект разорвавшейся бомбы. Слишком свежа еще память о недавно закончившейся войне.

На ретрансляционные и дальние спутники ушли предупреждения. Всем экипажам малых кораблей в системе отправили срочные уведомления о случившемся и рекомендации по новым безопасным курсам. Люди стремились минимизировать возможные потери. Кто его знает, куда рванут корсары от Элегии-пять в ближайшие часы.

Спешно грузили боеприпасы на четыре легких крейсера, недавно закончивших ремонт на местных заводах. Ворох эсминцев и судов сопровождения уже вывели на дальнюю орбиту и формировали из них походный ордер. До старта спешно сколачиваемой эскадры оставалось всего шесть часов. Еще через два часа человеческие корабли должны были блокировать временно захваченную противником планету и нанести ответный удар. Штаб был готов пожертвовать половиной собранного флота для окончательного уничтожения непокорного адмирала.

Несмотря на высокий риск распрощаться с жизнью, в добровольцах недостатка не было. Очень многие горели желанием поквитаться за пролитую раньше кровь. Да, официально с корелянской Республикой война закончилась. Тем более ценна была возможность накрутить мартышкам хвосты. Тем, от кого отвернулись и свои и чужие. Тем, кто решился побеспокоить победоносно завершивший войну Четвертый флот, грозу и гордость приграничного района.

* * *

В огромных свободных пространствах глохли любые звуки. Лампы аварийного освещения почти не разгоняли тяжелую осязаемую тьму, в которой прятались гигантские застывшие станки и механизмы. Рядом с одной из громад спасатель спешно переодевал дочь в легкий защитный костюм, добытый из аварийного шкафа.

— Как ты думаешь, что мы должны сделать, Пчелка?

— Спрятаться. А потом тихо, как мышки, пробежать на свой корабль.

— Правильно. Спрятаться и прокрасться на корабль. Но наши недруги умеют хорошо нюхать, слышать и видеть в темноте. Поэтому что мы сделаем?

Ларали задумалась, потом пожала плечами:

— Не знаю.

— Мы с тобой наденем костюм и сменим запах. Потом включим свет, чтобы отлично видеть самим. И запустим систему тушения пожара, чтобы помешать аппаратуре десанта искать нас по теплу.

— А еще можно позвать роботов на помощь.

— Молодец, — похвалил Шранг дочку, натягивая другой костюм на себя. — Правда, старых друзей класса Ар здесь нет, но много полуразумной автоматики. А у меня на коммуникаторе полно забавных программ, которыми мы пользовались во время битвы на Коллапсе. Поэтому — я тебя пристрою вот там, а сам подготовлю несколько неприятных сюрпризов нашим гостям. Идет?

— Идет. А потом — на корабль?

— Разумеется. Наш «Стилет» помечен как поврежденная куча железа и тихо спит, не возбуждая к себе интерес. Мы обязательно вернемся на него и удерем с планеты. Обязательно.

Спасатель застегнул отливающий всеми оттенками оранжевого цвета костюм, сгреб в охапку девочку и быстрее ветра промчался по веренице металлических мостиков, лесенок и переходов. Добравшись до пульта локального управления, он усадил Ларали в щель между двумя монументальными колоннами и начал колдовать над ожившей сенсорной клавиатурой.

— Освещение — активировать, интенсивность — на максимум. Ларали, включи светофильтры костюма, незачем глазки портить! Пожарную тревогу — сюда… Длительность — до отдельного приказа отмены. Пусть заливает углекислотой и прочей дрянью, собьем датчики со следа… Идентификаторы костюмов — считали. Забьем в систему безопасности. А вот теперь подарок от штурмовиков — комплекс программ для атаки любого чужого объекта. Все автоматы мы захватить не успеем, но хотя бы часть перепрограммируем. В нарушение законов Империи о создании боевых механизмов без приказа командования. Простите, господа министры, недосуг циркуляры выполнять.

Мужчина проверил, как обстоят дела у девочки, включил свои светофильтры, и прозрачный пластик шлема тут же потемнел. В огромном цеху загудели включающиеся лампы, выхватывающие ослепительными столбами света лежащие под ними металлические громады. Наборы команд активировали все механизмы зала, заставляя те проводить диагностику, проверять степени свободного движения и наполняя воздух гулом и скрежетом. Смертоносная начинка коммуникатора бешеным напором врывалась в полуразумные управляющие комплексы. Переработанный комплект программ диверсионных роботов незримой чумой распространился по залу, порабощая незащищенный компьютерный интеллект станков и ремонтных роботов, превращая их в машины убийства. Получив последнюю команду, из многочисленных труб повалили клубы углекислоты, затуманивающие все вокруг. Из сотен распылителей под потолком помчались потоки воды. Задействованная система пожаротушения создала в зале сплошную завесу невидимости, смешав все в хаос теней и движущихся привидений.

— Девочка моя, запомни главное — костюм снимать нельзя. Он — наше спасение. Если мы потеряем костюмы — нас убьют наши же роботы. Поняла?

Испуганный кивок в ответ.

— Не волнуйся, мы с тобой начинаем играть в прятки. Как только я остановлюсь — ты приседаешь. Я начинаю идти — ты следом. Все время держишь меня за руку. Потерялась — замри на месте, я тебя сам найду. Ни звука, как бы ни было страшно. Мы с тобой — две неслышные невидимки. Нам надо пройти на ту сторону и подняться к вентиляционным шахтам. Оттуда мы доберемся до корабля. Если не будем мешкать — через час будем на месте. Ну что, играем?

Девочка осторожно улыбнулась и кивнула еще раз.

— Вот отлично. И не надо бояться. Это им не в маленьком ангаре нас ловить. Здесь мы на равных. И посмотрим, кто больнее кусается.

Убрав коммуникатор, Шранг сжал в правой руке шпаллер и подал левую дочери. Смертельные прятки начались.

* * *

К застывшему высохшей мумией лорду Тоги неслышно приблизился ординарец.

— Мой адмирал, мы получаем картинку с передовых групп десанта, начинающих поиск цели в подземном ангаре. К сожалению, качество изображения очень плохое. Судя по всему, цель устроила поджог на нижнем уровне, и сработали системы пожаротушения.

— Не важно. Оставьте треть для контроля центральной части базы, треть на периметре и остальных — на захват. Шесть сотен бойцов будет достаточно для успешного и быстрого завершения миссии.

Офицер кивнул и покинул возвышение палубы с креслом командующего в центре. На вереницу обзорных экранов пошла трансляция с планеты. Лорд удивленно нахмурил кустистые брови. Камеры показывали бушующий ливень, где потоки воды пробивали себе дорогу сквозь плотные клубы густого дыма. Контрастные до боли в глазах пятна света, мельтешение черно-белых теней, размазанное изображение с каждой камеры. В буйстве неожиданно меняющихся фрагментов реального мира то появлялись двигающиеся куски механизмов, то все вновь скрывала пелена дыма, пара и падающих с верхних ярусов потоков воды. Работающие на пределе системы поиска транслировали на шлемы десантников чехарду ложных целей и не могли выделить четкий сигнал исчезнувшего противника.

Понаблюдав за происходящим несколько минут, лорд подключился напрямую к каналу связи с десантом.

— Старшим группы, доклад по обстановке. Немедленно.

В легком хрипе помех пошли донесения:

— Центр, объект не наблюдаем. Системы мониторинга не справляются с отсевом ложных целей. Наблюдаем активированное оборудование по всем ярусам ангара. Датчики движения дают постоянные срабатывания. Система пожаротушения понизила зону визуального обнаружения меньше допустимой.

Лорд Тоги раздраженно бросил:

— Группам — отключить электронные системы поиска, блокировать пути отхода. Начать прочесывание, ориентироваться визуально. Помните — ваша задача — захват, а не уничтожение. Старшим — гарантировать надежность прикрытия проверенной территории. При недостатке ресурсов — запрос, я выделю дополнительные группы из резерва.

Цепочка кратких подтверждений, и адмирал снова замер, наблюдая, как группы десантников тщательно проверяют все закоулки, спускаясь все ниже и ниже по бесконечным легким металлическим лестницам. Уже верхняя треть ангара проверена; на каждом крупном перекрестке застыла фигура в броне, наблюдающая вокруг. Как бы ни был хитер экс-лейтенант, но скоро его найдут и схватят. Сотни десантников спускаются все ниже.

Изображение на одной из камер дернулось и показало длинный металлический мостик, тянущийся внизу от одной подземной стены к другой. В причудливо клубящемся паре мелькнула оранжевая фигура. Человек ловко уложил огромный баллон на настил мостика и длинным монтажным ключом одним ударом сбил запорный вентиль. Зафонтанировавший баллон рванул как ракета вдоль вереницы перил, подпрыгивая на мелких стыках. Миг — и набравшая скорость импровизированная «торпеда» врубилась в аккуратно расставленные бочки со смазочными материалами и баллоны с газом. Камера, как зачарованная, проследила путь обезумевшего баллона и метнулась обратно. Но экс-лейтенант уже скрылся в спасательном тумане, затянувшем нижние ярусы наиболее плотно. Не успели зазвучать голоса командиров групп, как в груде осыпающихся бочек и баллонов раскатисто рвануло раз-другой и под сияющий ослепительным светом потолок метнулся огромный столб огня, с легкостью сминающий ажурные конструкции и сжигающий оказавшихся на пути десантников. Откуда-то сверху с лязгом обрушился кусок яруса, увлекая следом мешанину исковерканного железа. В веренице заметавшихся картинок погасло одно из изображений. Каналы связи забили крики боли и ругань.

Бронированные фигуры помчались вниз, стремясь отрезать обнаружившего себя спасателя. Рядом с одним из пролетов мигнула дуга сварочного аппарата, короткий вскрик, перекрывший общий гвалт и вниз полетели две половинки десантника. Не успел напряженно наблюдающий за погоней лорд Тоги буркнуть себе под нос комментарий про неудачника, как в ангаре воцарился хаос. Затаившиеся до этого момента программы восприняли взрыв как сигнал к действию и активизировали порабощенные компьютерные системы.

По многочисленным ярусам из решетчатого металла разнеслись звуки заработавших в полную силу сервомоторов, шипение пневматики, замелькали периодические вспышки лазеров. Опасное для всего живого производство показало свой истинный нрав, атаковав не ожидавших такого подвоха корелян. Крики гибнущих перемежались с беспорядочной стрельбой и отблесками взрывов гранат. Десант отвечал огнем на неожиданную атаку ожившего оборудования, уничтожая все вокруг себя.

Изображения на транслирующих камерах метались, не давая сосредоточиться на происходящем. Вот манипулятор подцепил тонкий рельс и насадил на него ближайшую закованную в броню фигуру. Напарник погибшего тут же очередью разнес блок навигации, расплавив очередью сияющие в ярком свете оптические элементы. И тут же голову стрелка срубил крутнувшийся блок точечной сварки, яркой энергетической дугой вносящий свою долю в творящийся хаос.

Другая камера успела показать ноги, с безумной скоростью считающие ступеньки, потом облако дыма, сквозь который вывернулось что-то длинное, опутанное проводами, рывок изображения — тень падающего штамповочного молота превратилась в серую пелену утерянного сигнала.

Командиры групп пытались руководить подчиненными, собирая их для организованной обороны. Никто уже не смотрел вниз, где малозаметная в клубах дыма фигура подготовила к подрыву еще несколько штабелей заботливо накопленных расходных материалов. Новые взрывы прогремели в момент, когда кореляне начали выстраивать какое-то подобие обороны, отстрелявшись от ближайших механизмов. Огромные бочки с горючим взмывали во все стороны, чудовищными бомбами детонируя о любое препятствие. Вниз посыпались плиты навесного пола, остатки мостиков и станки, обрывающие искрящие кабели. Центр ангара тонул во вспышках взрывов, с душераздирающим скрипом рушился и тащил вниз живую и мертвую материю, смешивая все в одно целое. В довершение всего система пожаротушения исчерпала запасы воды и газа, и разлившееся горючее запылало безумными багровыми языками.

Кто-то на мостике крейсера надрывался в микрофон:

— Немедленно обесточить ангар, немедленно! Уничтожайте кабели, электропроводку и блоки управления!

Оставшиеся в живых десантники обрушили шквал огня на все, что хоть как-то напоминало электрооборудование. В быстро наполняющемся дымом зале загремели хлопки коротких замыканий. Кто-то из более сообразительных послал несколько управляемых микроракет в угол ангара, где высились огромные ящики с заботливо нарисованными красными молниями на высоких дверях. В беспощадном ярком свете вспухли уродливые цветки разрывов, тяжелые двери искореженными бабочками порхнули прочь. Многочисленные лампы и прожекторы беспомощно мигнули и разом погасли. На частично обрушившееся поле битвы упала непроглядная тьма, в которой кровавыми отблесками засияло пятно огромного пожара.

Застывший рядом с лордом ординарец старался не дышать. Офицер прекрасно помнил, как беспощаден его командир в припадке гнева. А сейчас лорда Тоги переполняла бурлящая ярость.

С мигающих экранов и от дежурных офицеров на мостике сыпались доклады.

— Потери личного состава — двести восемьдесят два бойца. Из них семь командиров групп.

— Цель захвата утеряна и не опознается.

— Предварительное сканирование выявило наличие систем резервного питания у большинства сопутствующих и ремонтных комплексов. По данным аналитиков, именно данные компьютеризированные системы наиболее опасны, так как оснащены манипуляторами с большой свободой действий.

— После отсекающей бомбардировки разрушена часть забора по периметру базы. У мест обрушения в развалинах сосредоточились вражеские снайперы. Мы несем потери.

Сгорбленная фигура стремительно распрямилась, и шипящий голос адмирала разом заставил умолкнуть остальных:

— Штурмовики, доклад по боеприпасам!

— На один заход, мой лорд!

— Немедленно обработать окраину города, подавить места скопления снайперов! Затем — вернуть штурмовики на авиаматку для дозаправки. Первой десятке истребителей — последующий контроль города. Второй десятке — в режиме «хаотичная паутина» обеспечить безопасность от атак ботов и прочей мелочи, что крутится над островами.

— Принято, выполняем.

— Десанту. Перебросить половину состава от центра базы в ангар. Из резерва — выделить еще три сотни. Задача — перегруппироваться и медленно прочесать оставшиеся закоулки. Любое оборудование уничтожать на подходе. Свести потери к минимуму. Лимит на завершение поиска — два часа. Первый транспорт — на два километра к северу. Обеспечить беспокоящий огонь по разбитым казармам противника. Не давайте им перегруппироваться и пытаться атаковать десант. Второй транспорт — над ангаром. Обеспечить дополнительное сканирование.

Лорд повернул перекошенную гневом морду к ординарцу:

— Я с удовольствием лично пообщаюсь с нашими аналитиками после завершения операции. Где воевала цель раньше?

Ординатор прошептал пару слов в микрофон, дождался ответа и отрапортовал:

— Основные районы боевых действий — Коллапс.

— Вот именно. Коллапс. Орбитальные и планетарные заводы, забитые оборудованием. Наши аналитики забыли, что там вытворяли штурмовые бригады голокожих ублюдков. А я отлично помню, как потерял там дивизию в нескончаемых боях!

Адмирал откинулся на высокую спинку и прошипел, медленно пытаясь успокоиться:

— О, да! Я напомню моим аналитикам, что значит выполнять свою работу как следует…

Серые тени штурмовиков мелькнули над дорогой, и горящие дома накрыла очередная серия разрывов. Следуя полученному приказу, на несчастный город высыпали все, что еще оставалось в запасе у быстрых машин. Предназначенные для уничтожения бронированных целей ракеты и бомбы разметали остатки гостиниц и ресторанов, оставив после себя глубокие воронки. Гудя двигателями, вражеские корабли быстро уходили вверх, уступив место мелькающим силуэтам истребителей.

Дымящийся лист фанеры слабо зашевелился и из-под мелких обломков медленно выбрался окровавленный Мойри. Потряс головой, усыпанной пылью и битой бетонной крошкой, оторвал свисающий клочьями рукав рубашки и осторожно вытер лицо. Проверил работу гарнитуры связи и удивился — техника справилась с падениями и ударами.

— Команде, это первый. Всем — отход с позиций в город. Повторяю, отходим. Противник наверняка сейчас выдвинет усиленные группы поближе и легко подавит остатки сопротивления. Раненым — обозначить себя, мы подберем.

Контрразведчик устало вздохнул. Команда не выполнила поставленную задачу и не смогла обезопасить спасателя и девочку от нападения. Хотя кто знал, что придется воевать не с группой наемников, а с целой вражеской армией.

* * *

Один из штабных офицеров громким докладом привлек внимание командира:

— Видим цель! Сканер подтверждает присутствие легкого стрелкового оружия на средних ярусах, азимут триста пять!

Часть десантников аккуратно продвигалась ближе к стенам ангара, оставив за спиной разгорающийся пожар. Бронированные фигуры расстреливали все попадающиеся навстречу механизмы, оптические системы распознавания и кабели. В паре мест роботизированные комплексы попытались затаиться и атаковать неожиданно, но бойцы были настороже и не дали застать себя врасплох. В полной тьме ориентироваться помогали вновь включенные радары и системы ночного видения.

Услышав доклад, командиры групп тут же переориентировали направление движения. Цепи нападающих медленно двигались через завалы разрушенного железа. Сверху по широким лестницам в темноту устремлялись все новые десантники, растекаясь по уже проверенным мостикам и проходам. На навигационных картах сияла маленькая точка, стремительно смещающаяся вдоль одной из стен.

— Есть визуальный контакт, обе цели замечены! Опознаем оружие как легкий шпаллер!

На паре экранов среди зеленоватых теней мелькнуло изображение человеческой фигуры, делающей какие-то махающие движения. Тут же картинка раскрасилась вспышками выстрелов и секундой позже — возбужденными голосами десанта.

— Оружие на шоковом режиме не достает цель! Необходимо сократить расстояние!

— Противник укрылся в гуще механизмов, начинаем окружение! Подтверждаем — механизмы на резервном питании, требуется уничтожить их до атаки!

— Цель что-то кидает в нас! Кидает!

— Гранаты! Гр… Ответ отрицательный! Это не гранаты! Это —… Он кидается огнетушителями! Вот бол…

Человек чуть высунулся из-за широкой станины, на которой покоился огромный станок, и сделал несколько прицельных выстрелов из своего оружия. Отлично работающая система визуализации в спасательном костюме позволяла ориентироваться в кромешной тьме. Каждый выстрел — в цель. Каждый пораженный огнетушитель — импровизированный заряд с толстыми металлическими стенками, удерживающими под сильным давлением порошковую смесь. Дающий отличные большие осколки, сметающие все вокруг, и временную «дымовую» завесу.

Сквозь грохот разрывов и вопли гибнущих пробился краткий доклад с транспорта:

— Контакт утерян! Повторяю, контакт утерян!

Вновь сгорбившийся лорд лишь покачал головой:

— Обойму вынул. Но — мы хотя бы знаем, где он. Крыса загнана в угол. Будем надеяться, что проклятых огнетушителей у него осталось немного. Великие боги, как у них получается использовать обычную бытовую и ремонтную технику в качестве смертоносного оружия? Кто бы мог подумать, что дешевый огнетушитель способен убить отлично подготовленного солдата в защитной броне так же эффективно, как тяжелая граната?!

Еще полчаса стрельбы по пытающимся атаковать манипуляторам и многочисленным механизмам, и осторожно продвигающиеся группы десанта подошли вплотную к месту, где пропал неуловимый спасатель. Возбуждение от предстоящей победы сменилось удивлением и растерянностью. На мостике крейсера штабные офицеры лихорадочно анализировали данные сканирования, искали неучтенные пути отхода. Одна минута, другая, и пошли новые вводные:

— Внимание, предполагаем прорыв целей в системы вентиляции. Выдвинуть поисковые группы, отслеживать наличие растяжек и прочих примитивных элементов минирования. Группам на поверхности — усилить наблюдение. Группам с тридцатой и выше — продолжить зачистку ангара и закрепление на позициях. Проверить еще раз — не укрылся ли противник где-то среди оборудования.

Лорд Тоги задумчиво разглядывал многоуровневую панораму базы.

— Куда же ты рвешься, человек? С твоим агрессивным мышлением, умением принимать и вести бой. Куда? К центральным казармам? Пытаешься получить серьезное оружие и прикрыться остатками солдат? Возможно. Мы не сможем тогда атаковать всей мощью… Жаль, что твои новые костюмы так хорошо экранируют от сканирования. И не найдешь тебя легко в этом лабиринте труб. Ну ничего. На поверхности деваться тебе некуда. А в вентиляции мы загоним тебя в угол очень быстро. Недолго осталось…

* * *

Вытянутый силуэт «Стилет-Дозора» не выделялся среди трех других грузовых кораблей, поставленных на длительный ремонт рядом с высокими ангарами. Выключенные системы жизнеобеспечения, работающий на холостом режиме реактор. Консервная банка, не представляющая собой интерес мелькающим над базой истребителям и замершим транспортам. Вот только кто сказал, что спящий военный корабль не может прийти в боевое положение за несколько секунд? Недаром эта модель дальних разведчиков с таким успехом какой год подряд сходит с многочисленных стапелей по всей человеческой империи.

— Мой лорд, у ремонтных боксов корабль активировал щиты! Подтверждаем рост мощности силовой установки, отмечено активное сканирование боевых систем!

Адмирал от неожиданности подскочил на кресле и заверещал, подобно базарному торговцу:

— Идиоты, цель прорвалась на свой корабль! Немедленно истребители сюда, ударить по двигательным отсекам, не-мед-лен-но!

Но пробравшийся на борт «Стилета» бывший штурмовик не сделал ни одной ошибки. Растущую мощь просыпающегося двигателя он грамотно распределил между легкой силовой защитой, укрывшей корабль от слабого оружия десантников и транспортов, а остальные ресурсы отдал четырем роторным плазменным зенитным комплексам, хищно высунувшимся по бортам. Яркие вспышки раскрасили крутящиеся стволы, и командиры транспортов стали срочно уходить в стороны от злобно ревущих всполохов огня. Пара вертких истребителей разлетелась в воздухе на куски, заставив остальных атакующих применять противозенитные маневры. Но не имеющие серьезного численного превосходства корелянские пилоты не смогли выполнить поставленную задачу. Зенитки сожгли еще три вражеские машины и отогнали остальные за пределы базы, не дав возможности нанести прицельный массированный удар. Способные справиться со «Стилетом» штурмовики в это время только-только достигли палубы авиаматки. Человек сумел выиграть еще один раунд в неравной борьбе.

Шранг проверил, насколько надежно пристегнута дочь, и подмигнул:

— Что же, Пчелка, нам придется сильно расстроить руководство базы.

— Почему?

— Потому что наша корма смотрит в сторону от центральных казарм вдоль посадочной полосы и на поле полно врагов. Придется нарушить правила взлета. За это нас наверняка накажут и лишат летной лицензии, но деваться некуда.

— А у меня нет этой лицензии!

— Отлично. Значит, пожертвуем моей, а потом ты сдашь экзамены и будешь меня катать. Согласна?

— Конечно.

Спасатель ввел несколько команд и подтвердил отданные приказы в ответ на недоуменную тираду стартовой системы. Приняв безусловный императив командира корабля, компьютерные системы изменили штатную процедуру взлета с планеты.

Крышки, закрывающие разгонные орбитальные дюзы, поднялись в крейсерское положение, и на разбегающихся по полю десантников взглянула слепящая смерть. Громыхнув плазменным ветром, «Стилет-Дозор» приподнялся на несколько метров на штатных антигравах и ударил позади себя струей испепеляющего жара. Чудовищная вспышка стартующего на разгонных дюзах корабля залила нестерпимым светом все вокруг, спекая в стекловидную массу взлетно-посадочную полосу и испаряя все, что попалось на пути рукотворного солнца. Корабль, окутанный сияющими защитными полями, устремился вверх, уходя в сторону от дымящего города. Бортовые зенитки укусили подвернувшийся под руку истребитель и прошлись от души по ближайшему удирающему транспорту. Тот смрадно зачадил и начал медленно заваливаться на борт.

Убрав отлично поработавшее оружие обратно под бронированные люки, Шранг продолжил разгон, стремясь как можно быстрее оторваться от ошарашенного противника. На месте старта с ремонтной базы осталось огромное пятно выжженной земли и несколько пылающих ангаров. В трех километрах от города, в джунглях дымил рухнувший транспорт. Второй в это время спешно высаживал на обгорелое поле остатки десанта, чтобы собрать выживших и начать эвакуацию. Подошедший с высотной позиции эсминец прикрывал то, что осталось от наземного атакующего корпуса мятежников.

Отметив траекторию поднимающегося противника, корелянский крейсер устремился наперехват. В возможном столкновении перевес в силе оставался за лордом и его любимым флагманом. Но человеческий остроносый корабль отличался отличной маневренностью и скоростью, имея все шансы на обгон неповоротливого крейсера. Видя, что «Стилет-Дозор» рвется прочь от планеты, разрушая чрезвычайной нагрузкой силовую установку, лорд Тоги отправил наперехват все имеющиеся у него легкие ракеты. Остановить, любым способом остановить беглеца!

Накрытый чередой взрывов, дальний разведчик потерял силовую защиту. Борта покрыли рубцы и ожоги близких разрывов. Но задымившийся корабль, не останавливаясь, бросил всю энергию на формирование канала прыжка и исчез под всполохи разрядов с радаров настигающего его крейсера. Вражеское судно ощутимо качнуло.

Сидящий на своем кресле как помятый гриф, лорд Тоги лишь судорожно пару раз дернул кадыком и захлопнул пасть. Человек сумел обмануть его, потомственного военного аристократа, обвел вокруг носа четыре тысячи лучших бойцов, вооруженных по последнему слову техники. И унес с собой тайну, ради которой за двое суток погибли многие.

На боевом мостике застыла могильная тишина, прерываемая лишь слабыми статическими помехами и приглушенными докладами с транспорта, загружающего погибших и раненых.

В тягостном молчании протекли несколько минут. Неожиданно всплыл экран с застывшим на нем командиром отдела аналитики.

— Мой лорд. У нас две хорошие новости. Первая — мы получили конечную точку прыжка. Она в системе «флота обреченных». Вторая — человек посмел совершить прыжок рядом с планетой, в зоне повышенной гравитации. Мы убеждены, что он разрушил основной двигатель. И сейчас может лишь плестись на маневровых или суборбитальных. Мы готовы оказать помощь навигаторам в расчете оптимальной точки выхода.

Вождь мятежников медленно выдохнул и засмеялся-закашлял:

— Вот, вот что бывает с тем, кто не умеет смотреть на полшага вперед. Он выиграл одну схватку и проиграл сражение в целом. Немедленно произведите расчет и передайте данные остальным кораблям. Флагман с судном технической поддержки уходит на дальнюю орбиту и совершает прыжок за беглецом. Авиаматка ждет, когда закончится эвакуация, принимает истребители и вместе с транспортом под прикрытием эсминца — повторяет наш маневр. Пора закончить эту полосу невезения. В нашей системе, рядом со ждущим нас флотом, мы получим поддержку богов и победим!

ГЛАВА 18

19 мая, вечер понедельника.

Система красного карлика, рядом с «флотом обреченных».

Вдоль слабо освещенного пульта управления путешествовала вереница капель крови, гонимая током воздуха от одной вентиляционной решетки до другой. Часть красных шариков разбрелась в разных направлениях под потолком, не желая прилипать к поверхностям разнообразного оборудования.

Развернув кресла навстречу друг другу, окровавленный Шранг с грустью смотрел на бледную девочку, с трудом сдерживающую очередной позыв к рвоте. При выходе из прыжка основной двигатель не выдержал заданного режима и «взбрыкнул» от души, выдрав закрепленного ремнями мужчину из кресла и приложив об обзорный экран. Пока спасатель переводил покалеченный корабль в аварийный дрейф, пока колдовал над Ларали, очень тяжело перенесшей прыжок, пока занимался своим разбитым носом — прошло полчаса. И только после этого удалось детально осмотреться.

«Стилет-Дозор» завис недалеко от красного карлика. Как показывала полуживая навигационная система — где-то на границе зоны, контролируемой автоматическими программами «флота обреченных». Просчитанный заранее один из вариантов бегства удалось ювелирно выполнить, и теперь экс-лейтенант Четвертого Имперского флота собирался приступить к выполнению своего плана: отправить в скрытном режиме маленький спасательный шлюп с девочкой подальше от поврежденного судна, а самому завлечь преследователей поближе под орудия настороженно замерших гигантов.

Каким образом можно отвлечь корелянских мятежников от обитаемых миров и не дать им убить еще тысячи и тысячи? Только предоставив жирную живую приманку, способную поводить их подольше за нос и желающую подороже продать свою жизнь. Жаль, что накрывший маленький кораблик ракетный залп повредил большую часть систем и существенно ограничил маневренность. Неприятно, но терпимо отсутствие силы тяжести и гибель большей части электроники. Намного неприятнее читать доклады о работоспособности единственной уцелевшей зенитной точки и прогноз жизнеспособности оставшихся маневренных двигателей.

Тем более важно успеть отправить дочку подальше от места последней схватки. Корабли флота должны появиться в системе максимум через сутки. Они получат сигнал о помощи и подберут Ларали, что с грустью смотрела на отца, колдовавшего над еле живым пультом. Маленькая девочка чувствовала, как незримо приближается момент расставания, как невысказанная грусть окутывает мостик горьким покрывалом.

Пискнул монитор дальнего обнаружения, и на границе действия радаров появились две отметки вражеских судов. Флагман мятежников и судно сопровождения продолжили охоту за беглецами.

* * *

Командованию Четвертым Имперским флотом поступили срочные донесения:

— Мятежники проводят экстренную эвакуацию с Элегии-пять и совершают передислокацию в систему красного карлика с координатами… Флот сдерживания от Элегии-семь начал движение не в полном составе. Два легких крейсера и суда поддержки будут рядом с атакованной планетой через час. Два других крейсера заканчивают погрузку и ждут приказ о приоритетных целях. Спутниковая группировка слежения за «флотом обреченных» засекла финиш одиночного человеческого корабля и подтвердила появление флагмана лорда Тоги. Четвертый флот полностью готов к броску навстречу противнику. Капитаны кораблей ждут приказ командования.

После всестороннего анализа полученной информации военные корабли получили указания на предстоящую битву:

— Вывести флот на позицию для прыжка. Сигналом для начала операции будет подтверждение о группировке всех вражеских судов в одной точке. Немедленно, по прибытии на новые позиции — запуск тяжелых ракет на позиции ожидания рядом с противником. Цель — не дать возможности покинуть систему красного карлика, пресечь попытку побега. Легким крейсерам с Элегии-семь закончить погрузку боеприпасов и совершить прыжок в пределах одного часа. Боевая задача — развернуть ретрансляционные станции и вести разведку и мониторинг ситуации. От боя уклониться и ждать прибытия основных сил.

Люди горели желанием поквитаться за неожиданное нападение. Но собирались сделать это так, чтобы никто из посмевших атаковать не вернулся домой. Сегодня Четвертый флот завершит то, что не смогли сделать войска Республики.

* * *

— Папочка, ты хочешь меня прогнать?

— Нет, Ларали. Я хочу тебя спасти. Как видишь, мы убежали с Элегии. Но не смогли избавиться от преследователей. Через несколько часов они доберутся до корабля, и ты не успеешь скрыться.

Маленькие слезинки каплями росы замерли на пушистых ресницах.

— Но я не хочу улетать без тебя!

— Придется, моя хорошая. Спасательный бот оснащен хорошей камуфлирующей системой. Ты успеешь проскочить на нем мимо корелян и улетишь далеко-далеко. Где тебя завтра или послезавтра найдут наши десантники. А я поиграю в догонялки с мартышками, что никак не могут жить в мире с соседями.

Девочка тихо плакала, прижимая к груди любимого плюшевого зайца. Стиснутая в руках девочки игрушка плохо перенесла полет — часть ниток порвалась, в разные стороны торчали клочки мягкой набивки, одна из лап еле держалась. Ларали молча протянула пострадавшего зверя отцу:

— Я не хочу его забирать с собой. Я хочу, чтобы он остался с тобой, чтобы он защитил тебя.

Шранг закончил программировать навигатор спасательного бота и бережно взял ушастого:

— Хорошо, моя девочка. Я его посажу рядом со мной, и он будет подсказывать, как нам хитрее обмануть чужие истребители.

— Папа Трост подарил его мне, а я дарю его тебе. Когда ты вернешься, мы его зашьем, и он снова будет кататься на нашем домашнем роботе.

— Обязательно, — кивнул Шранг, внимательно рассматривающий что-то в потрохах игрушки. Брови мужчины сошлись на переносице, и он аккуратно стал доставать это «что-то» из торчащих клочьев. Потом одной рукой засунул зайца за компенсаторный ремень, держа в другой тонкую черную пластинку со слабозаметными зелеными линиями на поверхности.

— Ларали, ты говоришь, твой любимец был всегда рядом?

— Да, это моя любимая игрушка.

— Значит, твой папа нашел в кармане эту вещь, услышал про смерть чиновника и спрятал от греха подальше в твоего зайца.

Девочка смахнула слезы и сердито посмотрела на непонятную пластинку:

— Что это за гадость?

— Это — модуль памяти. Из-за которого и начались наши неприятности.

— Давай выбросим его, и все станет хорошо!

Спасатель аккуратно вставил пластинку в разъем считывателя и покачал головой:

— Нельзя, моя хорошая. Если эта вещь попадет в мохнатые лапы, спятившие военные смогут командовать огромными кораблями. И тогда очень многие хорошие люди погибнут в очередной войне. Поэтому — в оставшиеся десять минут мы посмотрим, что здесь записано. А потом я отправлю тебя как можно дальше… Один плюс — теперь мне есть чем гарантированно приковать их внимание к нашему кораблю. Теперь они точно полезут за мной в пасть к дьяволу.

На слабо светящемся обзорном экране появилось небольшое окно с вереницами символов. Шранг вздохнул:

— Как и думал — закодировано. Автоматика распознает стандартный личный код, но фраза для раскодирования нам неизвестна.

— Что за фраза?

— Не знаю. Это может быть набор цифр, слово или еще что-либо.

Девочка задумалась. Потом осторожно спросила:

— А это может быть песня?

— Песня? Какая песня?

— Папа Трост смеялся, когда приехал с охоты. Он говорил, что там был толстый дяденька, который шутил и пел песню про диких крокодильчиков.

Увеличив изображение кодированных данных, Шранг задумался.

— Про крокодильчиков. Это не та ли глупая песня, как туристы ходили за свежей росой, а из зеленой травы на них нападали маленькие зубастые бестии?

— Да. Только дяденька напевал лишь припев, говорил, ему он очень нравился.

— Интересно. Даже очень интересно. Психолог говорил, что те дни навсегда отпечатались у тебя в памяти. Стресс, горечь утраты… Давай попробуем твоих крокодильчиков.

Программа управления системами жизнеобеспечения порылась в электронной библиотеке, посетовала на утерю большей части ресурсов, но все же нашла необходимое и вывела на экран текст песни. Шранг выделил слова припева и задал системе декодирования алгоритм работы.

— Ладно, моя хорошая. Давай собираться. Повезет мне или нет с расшифровкой, а тебя пора отправлять. Иначе кореляне заметят старт бота и отправят корабли наперехват.

Спасатель осторожно подлетел к девочке и погладил лицо, еще хранившее следы недавних слез. Ларали крепко обхватила его за шею и жарко зашептала:

— Папочка, оставь меня, пожалуйста! Я же знаю, что ты снова будешь драться и уже не вернешься! Я не хочу оставаться одна, пожалуйста! Мне так страшно!

Шранг осторожно-осторожно прижал к себе снова заплакавшую дочь и постарался улыбнуться:

— Все будет хорошо, вот увидишь. Завтра тебя найдут наши ребята, а через пару дней и я вернусь. Обману хвостастых и вернусь.

За спиной пискнули динамики, и сухой голос отрапортовал:

— Декодирование закончено. Восстановление данных — сто процентов.

Шранг удивленно повернулся к экрану, на котором светились цепочки номерных счетов и горели выделенные прежним хозяином слова: «коды доступа на крупнотоннажный груз».

Одновременно с этим на навигационном экране появились новые отметки. Флот мятежников собирал все свои корабли в одном месте для последнего броска.

* * *

На мостике мятежного крейсера суетились озабоченные офицеры, проверяя полученные доклады и выводя краткие итоговые данные на общий экран. Старый лорд настороженно наблюдал за происходящим, просчитывая что-то в уме. Наконец он оторвался от размышлений и начал командовать:

— Две группы истребителей и пару ботов с десантом — готовность номер один. Подходим на треть и начинаем операцию по захвату. Эсминец — в арьергард, контролировать заднюю полусферу. Наша задача — сделать все максимально быстро и не вызвать срабатывание защитных программ «флота обреченных». Любая заминка — и его корабли могут атаковать.

Лорд Тоги болезненно поморщился:

— По всем каналам на судно беглеца — предложение о сдаче. Гарантия жизни и возможность вернуться домой. В обмен на коды доступа.

— Аналитики готовы разработать обращение.

— К черту аналитиков. Он — солдат. Его ничем не проймешь. Поэтому — сделка должна быть четкой, простой и без словоблудства. Захочет — согласится. Не захочет — мы его не сможем переубедить. Тот, кто решился умереть, с легкостью пожертвует всем, что у него есть. Тем более — дочерью. Она не продолжатель рода и не представляет для него ценности.

Старый адмирал насупленно посмотрел, как его приказы превращаются в наборы команд, как начинают движение его корабли. Остатки когда-то могучего флота.

— Ничего, человек. Мы вырвем у тебя то, что по праву принадлежит моему народу. А потом я разбужу гигантов и вернусь домой. Чтобы набрать новую армию. Чтобы закончить остановленную продажными политиками войну. Наша победа неотвратима…

— Мой лорд! Мы засекли точки выхода неизвестных судов!

— Это те два балбеса, что час как болтаются на окраине системы?

— Нет. Фиксируем прибытие двух флотов над плоскостью эклиптики. Вывожу координаты.

— Ускорить движение, десанту с истребительным прикрытием — вперед!

На экране зажглись многочисленные отметки различных кораблей, векторы направлений и данные о скорости. Трехмерное изображение ожило, расцвеченное сферами контроля и красными отметками возможных маршрутов атаки.

— Первый флот опознан как Республиканский. Занимает позицию наблюдения. Второй флот — Четвертый Имперский, выходит на траекторию сближения. Многочисленные пуски тяжелых ракет!

— Оставшиеся истребители — на прикрытие в дальнюю сферу! Зенитные комплексы — к бою!

Старик оживился. Он снова возвращался в привычную ему атмосферу схватки, принятия быстрых безошибочных решений и риска.

— Тяжелые ракеты? Не удивлюсь, если они зависнут на подходе и будут сторожить нас, не давая сбежать. Глупцы! Им надо атаковать всеми силами, не давать мне возможность получить командование над «флотом обреченных», а они медлят. Боятся потерять корабли, подойдя слишком близко к красному карлику. Хотя чего скрывать. Как только несколько крупных судов окажутся рядом с беглецом, «Агрегаторы» немедленно атакуют. И постараются поджарить пятки всем, кто еще не успеет удрать из системы.

Как будто услышав его слова, на мостик поступил очередной доклад:

— «Флот обреченных» начал движение. Построение — «лотос», суда сопровождения во втором эшелоне. До огневого контакта с целью нашего захвата — полчаса. Огневой контакт с нашими кораблями — сорок шесть минут.

— До атаки нашим десантом?!

— Двадцать минут, люфт — три минуты.

— Десанту и прикрытию — немедленно ускориться! Мы должны захватить коды до того, как цель сожгут!

Набирающие скорость корабли помчались навстречу друг другу. Огромная смертоносная карусель закружилась в гонке на выживание.

* * *

— Мы опоздали, малышка, — вздохнул спасатель. — Полчаса или даже час тому назад у тебя был шанс ускользнуть. Но сейчас стартовать бессмысленно — тебя обязательно заметят и бот уничтожат.

— И мы не можем убежать? — удивилась девочка.

— Не можем. Мы сейчас и от черепахи не убежим. А через пятнадцать минут к нам постучат в дверь вооруженные мартышки.

— Пап, они не мартышки. Они — кореляне.

— Согласен. Но нам от этого не веселее.

Ларали посмотрела на яркие мерцающие отметки приближающегося «флота обреченных» и спросила:

— А если на карточке есть пропуск, может, мы позвоним им? Этим большим кораблям? И они нас пропустят?

Шранг прикрыл на секунду глаза, просчитывая варианты, и слабо улыбнулся.

— Если мы хорошенько попросим — пропустят. Других вариантов нет. Сидеть здесь — нас поймают летящие сзади. Бежать в сторону — сожгут корабли армады. Остается лишь проверить — правильные коды нам достались или все это — обман. Другого варианта я не вижу. Летим?

— Летим. Только можно — не слишком быстро, а то меня стошнит.

— Хорошо. Не слишком быстро. На раз-два. — И спасатель запустил оставшиеся работающие двигатели, начиная разгон навстречу «Агрегаторам», выходящим на позицию для атаки. Одновременно с этим он активировал программу запроса авторизации, посылая сигнал на всех известных ему диапазонах частот. Покалеченный «Стилет-Дозор» двинулся навстречу неизвестности.

— Одиночный корабль начал ускорение! — доложил командующему Четвертым флотом один из офицеров на бронированном мостике.

— Он связался с «обреченными»?

— Нет. «Агрегаторы» продолжают идти навстречу ему в боевом порядке. По всем признакам, «Стилет» выманивает преследователей под огонь батарей «обреченных». До начала столкновения — десять минут.

— Понятно. Эту скорлупку вместе с приближающимися истребителями сожгут за пару минут. Потом доберутся до остальных судов мятежников.

Командующий взглянул на нарисованные ситуационные модели и вынес решение:

— Артиллеристам и силам прикрытия — следить за противником. В случае попытки начать прыжок — атака ракетами. Они не должны удрать. Пусть их же оружие и уничтожит своих создателей. Навигаторам — рассчитать координаты прыжка для флота. Готовность — номер один. Как только ситуация станет очевидной — уходим. Двум крейсерам с ретрансляторами — оставаться в резерве. Задача — убедиться в уничтожении лорда Тоги и затем — возврат на базу.

Суда флота сбросили скорость и разошлись в стороны, готовясь к прыжку домой. Четыре чудовищных корабля разберутся с заигравшимися мятежниками, как делали это уже не раз, уничтожая любопытных. Как только это случится, люди покинут поле битвы, не потеряв ни одного человека. Не считая уже списанного одиночку на разбитом суденышке, несущегося навстречу смерти.

На флагмане Республиканского флота царило возбуждение. Находясь достаточно далеко от разворачивающейся картины боя, ничем не рискующие кореляне могли безопасно наблюдать за окончанием карьеры мятежного лорда. Накопленных людьми сил хватило бы для решающей победы. Но вмешательство управляемого автоматами «флота обреченных» превращало предстоящую битву в банальное побоище. Боги окончательно отвернулись от лорда Тоги, решив злобно пошутить напоследок. Пасть от испепеляющего оружия кораблей, за которыми он так долго охотился. Незавидная судьба.

* * *

Кресла зафиксированы рядом с пультом управления в режиме разгона. Полулежащие фигуры застыли, напряженно всматриваясь в растущие на дисплее отметки приближающихся гигантов. В звенящей тишине неожиданно прервалась мелодия идентификации и прозвучал механический голос:

— Ваш сигнал зафиксирован. Введите код доступа и опознания! Повторяю, введите код доступа и опознания!

Шранг мгновенным нажатием на кнопку отправил цепочку цифр, считанную с карты памяти. Механический голос тут же отозвался снова:

— Коды получены, введите подтверждение.

Спасатель удивленно взглянул на краткие строчки, прочитанные не один раз:

— Какое подтверждение?! Здесь ничего нет!

Но голос одного из «Агрегаторов» не унимался:

— Введите подтверждение! Ваши коды неполные, необходимо подтверждение!

Шранг в ярости ударил кулаком по подлокотникам кресла:

— Чертовая железка, где же я тебе возьму эти коды?! У нас больше ничего нет!

Напрягшаяся девочка теребила пряжку широкого ремня.

— Пап, а кто построил эти корабли?

— Кореляне, моя хорошая, по их просьбе построили!

— Они же обезьянки, они любят делать вот так. Я в мультике видела!

И Ларали выбила ладошками задорную дробь на пульте, завершая ее звонким хлопком.

Механический голос замолк на секунду, потом отозвался, чуть сменив тональность:

— Подтверждение принято. Прошу личные данные о последнем контакте для персональной идентификации! Прошу…

Шранг мягко взял ладонь дочери и приложил к маленькой пластинке. Мигнул огонек сканера — и корабль отослал приближающейся армаде данные о девочке. Зажглись огоньки датчиков боевого сканирования — корабль брали на прицел. Спасатель лишь обреченно покачал головой — до начала атаки оставались считанные секунды.

— Введенные коды приняты, адмирал идентифицирован. Ждем подтверждения о второй персоне.

— Что?! — Шранг попытался осознать полученный ответ, сипло выдохнул и повернулся к дочери: — Ларали, назови меня как старшего помощника адмирала! Давай, моя хорошая.

Девочка невозмутимо поправила взлохмаченную прическу и четко произнесла:

— Корабль, это мой старший помощник, мой папа. Вам надо слушаться его.

— Идентификация.

Ладонь мужчины — сканер — передача сигнала. Секундная задержка и ответ:

— Подтвержден старший помощник адмирала. Задачи?

Спасатель вытер мокрый лоб и начал сыпать скороговоркой команд:

— Обеспечить боевое прикрытие кораблю. Немедленный приказ всем судам в системе — сбросить скорость и лечь в дрейф. Группе истребителей вернуться на свою базу. При любой попытке преследования — цели уничтожить.

— Принято.

— Обозначить коридор и точку приема. Адмиралу и его сопровождению нужна медицинская помощь.

— Принято. Представляем данные на коридор. Принимающее вас судно — номер три. Начинаем расконсервацию медицинского блока. Выделяем корабли сопровождения.

Мужчина устало откинулся в кресле, наблюдая, как появляются на экране данные оптимальной траектории сближения.

— Ларали, моя маленькая умница. Похоже, мы сумели с ними договориться. Невероятно — подброшенный Тросту чип памяти, глупая песня и барабанная дробь ладонями по столешнице. Цепь несуразных фактов, собранных тобой воедино, — и мы живы.

* * *

Флагман мятежников гасил набранную скорость, ложась в дрейф. Застывший в своем кресле старый лорд с ужасом смотрел, как громады «Агрегаторов» окружают песчинку человеческого корабля. Экстренно развернувшиеся истребители уходили на форсаже обратно, к авиаматке, подгоняя неповоротливые боты с десантом. Один-единственный бывший солдат сумел первым добраться к желанной цели, поставив крест на амбициозных планах великого адмирала. Монстры уничтожения признали в нем своего хозяина. Лорд Тоги пытался осознать случившееся, но происшедшее не укладывалось в голове. Наконец он слабо шевельнул лапой, подзывая ординарца:

— Мой парадный китель на мостик. И начинайте трансляцию запроса на контакт. Может, мы сможем договориться.

Получив недвусмысленный приказ, корабли Четвертого флота замерли в дрейфе. Кардинально изменившаяся ситуация требовала выработки нового решения. Мятежный флот собрался в компактную группу и замер под присмотром двух «Агрегаторов». Остальные корабли «флота обреченных» отошли ближе к красному карлику и также застыли без движения. Судя по всему, экс-лейтенант сумел использовать найденную информацию и теперь скрылся на одной из громад. Оставалось лишь ждать его решения — что будет дальше. Чем закончится противостояние огромных монстров, созданных для убийства. Командующий флотом ждал ответа на постоянно посылаемый вызов. Рано или поздно человек должен будет ответить.

Республиканский флот попытался приблизиться поближе к месту неожиданно завершившейся погони, но замер, получив злобный окрик с флагмана «обреченных». Замерев в дрейфе, подобно другим участникам событий, кореляне ждали завершения приостановленного действия. Новый хозяин должен будет принять решение — что он сделает с преследовавшими его мятежниками. И как он распорядится полученным наследством.

* * *

Слабый свет создает приятный полумрак. На двух огромных медицинских столах спят мужчина и маленькая девочка. Потрепанный корабль занял свое место в одном из гигантских ангаров «Агрегатора», а маленький адмирал и его старший помощник добрались на пассажирской капсуле через несколько пыльных коридоров к медицинскому блоку. Общий осмотр, легкая поддерживающая терапия, и теперь хозяева огромных кораблей отдыхают, приходя в себя после тяжелого пути. Спят, прикрытые надежной броней и настороженно следящими вокруг электронными системами, работающими в параноидальном режиме. Никто не сможет потревожить покой адмирала. Управляющий псевдоинтеллект вооруженных до зубов монстров обрел смысл существования. И теперь бдительно присматривает за лежащими в дрейфе судами по всей системе. Повелитель находится под надежной защитой.

Шранг проснулся первым. Аккуратно спустил ноги на теплый пол, прогулялся в душ. Потом подобрал из предложенных вариантов нейтральный набор одежды: легкую серую майку и классические черные брюки. Полюбовался на расположенный сзади клапан для хвоста, но предпочел промолчать. Как-никак корабли готовили для работы хвостатого персонала. Затем присел в сторонке и запросил информацию по внутренним системам «Агрегатора». Через полчаса сформировал первый набор приказов: расконсервировать пару жилых модулей, подготовить завтрак. И стал дожидаться, когда проснется его дочь, мирно посапывающая рядом.

— Пап, а апельсинового сока у них нет? — Ларали с удовольствием уплетала горячую яичницу, запивая ее каким-то терпким напитком.

— Извини, кореляне не выращивают апельсины. Они любят другие фрукты и овощи. А сублимированные продукты доставляли на склад именно хвостатые господа, а не наши каптерщики. Поэтому пару дней мы попробуем их кухню, а потом вернемся домой.

— А что будет с кораблем?

— С кораблями, ты хотела сказать? Даже не знаю. Пока не знаю. Они слушаются тебя, я лишь твой помощник. Надо будет хорошенько подумать, что с ними делать.

Девочка задумалась на секунду.

— Я придумаю, папа. Мне жалко выбрасывать такие хорошие корабли или отдавать их глупым военным, которые хотят убивать друг друга.

— Только мы вдвоем не справимся с управлением. Как бы ни были хороши автоматические полуразумные системы, но экипаж все равно — лучше.

— Да? А сколько надо людей?

— Не знаю. Спроси сама.

Маленькая ручка почесала затылок, потом девочка сообразила:

— Корабль, у меня есть вопрос.

— Да, мой адмирал, — отозвался механический голос.

— Сколько надо людей для управления кораблями?

— Прошу уточнить — является ли критичным использование людей в качестве членов экипажа или можно использовать любые разумные расы?

— Можно любые. Сколько надо матросов и капитанов?

— Минимальное количество для всех кораблей флота, включая четыре основные боевые единицы — девять тысяч сто двадцать пять матросов и офицеров. Вывожу список специальностей.

Рядом с одной из стен зажегся голографический экран, на котором выросли бесконечные ряды строк.

— А управлять могут только кореляне?

— Ответ отрицательный, мой адмирал. Системы управления унифицированы под любую разумную расу в ближайших секторах.

— Я поняла, — ответила девочка. И добавила: — Очень вкусный завтрак, спасибо.

— Вы можете заказать любой десерт, он будет готов через тридцать секунд.

— Ой, я уже объелась, мне хватит. — Ларали замотала головой. Потом посмотрела на отца, с интересом разглядывавшего список специальностей. — Я хочу поговорить с другими.

— С кем, Пчелка? — не понял Шранг.

— С теми, кто в нас стрелял.

— И что ты им хочешь сказать?

— Я знаю, что сделаю с моими кораблями. Я полечу на них путешествовать. И возьму с собой всех желающих. Кто согласится дружить и не будет больше в меня стрелять. Вот только закончу через четыре года общие курсы, а потом мне можно заниматься. — Девочка на секунду задумалась. — Факультативно. И друзей с собой возьму из колледжа. И новых друзей наберу в Республике. И в других мирах.

Спасатель задумчиво посмотрел в серьезные глаза дочери и помассировал затылок. Потом коротко кивнул:

— Почему бы нет? Почему я должен бояться, что моя дочь не сможет поступить разумно? Иногда маленькие дети говорят истины, для осознания которых взрослым надо потратить столетия. Из-за войны многие программы исследования окружающих миров свернуты. «Флот обреченных» будет отличным подспорьем в этом случае. Мне нравится твоя идея.

Ларали радостно отбила барабанную дробь по столешнице и сгребла тарелки в кучу.

— Корабль, мне нужно поговорить с другими кораблями.

— Мы получаем запрос от трех группировок одновременно, мой адмирал.

— Можно включить их все сразу?

— Да.

— И чтобы они видели друг друга?

— Совершенно верно. Адмирал, я готов начать конференц-связь.

Девочка лишь кивнула головой.

* * *

Застывший в парадном мундире лорд Тоги озадаченно рассматривал возникшее перед ним изображение. Слева — боевая рубка Четвертого Имперского флота. Застывшие офицеры, блеск погон и золотого шитья. Справа — мостик флагмана Республиканского флота. Знакомые морды, злобно буравящие взглядами старого адмирала. И на широком центральном экране — маленькая девочка в большой для нее рубашке без погон. Стол, заставленный грязными тарелками. Сидящий сбоку мужчина в серой майке, с интересом наблюдающий за происходящим. И драный плюшевый заяц рядом с девочкой: с клочьями мягкой набивки, торчащими из разошедшихся швов и вывернутой неестественно лапой.

— Это ты в нас стрелял? — хмуро поинтересовалась девочка.

— С кем имею честь? — холодно ответил адмирал, выдержав для приличия необходимую паузу.

Не успела девочка ответить, как где-то за ее спиной родился чеканный механический голос, заставивший лорда Тоги сгорбиться в своем кресле.

— Вы разговариваете с адмиралом флота номер двести восемнадцать, проект Ардакус-центральный. Настоящее кодовое обозначение — «флот обреченных». Полномочия адмирала подтверждены в полном объеме. Согласно заложенному при строительстве абсолютному императиву, госпожа Ларали Трост с момента принятия полномочий является единственным и бессменным адмиралом указанного флота.

Вздох удивления прошелестел по рубкам боевых кораблей, и вновь вернулась тишина.

— Так это ты в нас стрелял? — снова спросила девочка.

Лорд Тоги устало развел лапами — кто же еще?

Ларали взяла в руки потрепанного зайца и насупилась:

— Я думала, мы не воюем больше. Я думала, мы дружим и вы не убиваете моих друзей. А ты прислал солдат, и они исподтишка убили моего папу Троста. А потом ты прилетел и разбомбил нашу ремонтную базу. И сжег город, где мне всегда бесплатно давали вкусное мороженое. А теперь нацепил на себя эти блестящие побрякушки и думаешь, что ты сильный и храбрый. А ты всего лишь старая глупая обезьяна. У которой ничего нет.

Взбешенный адмирал подскочил к экрану и закричал надтреснутым голосом:

— Я — потомственный военный! Я ни разу не проиграл ни одной битвы! И не собираюсь выслушивать дерзости от малолетнего ребенка!

Девочка погладила зайца и спокойно посмотрела на вздыбившего шерсть корелянина:

— Ну и что? Я тебя все равно не боюсь. И у тебя ничего нет. У тебя нет кораблей. У тебя нет новых солдат. А еще я читала в книжке, что у тебя скоро не будет и старых солдат. Часть из них мы с папой оставили умирать на Элегии. А другая часть тебя скоро бросит. В книжке сказано, что ваши солдаты служат идее. И если командир не может ее воплотить в жизнь — его выгоняют и выбирают себе нового. Ты искал «флот обреченных» и хотел стать его командиром? Ты опоздал. Я теперь — командир. И я не хочу приглашать тебя к себе домой, чтобы отмечать какой-нибудь праздник.

— Мне нечего делать в доме врага! — попытался снова взорваться старик, но ярость и злоба медленно исчезали, замещаясь тоской и ощущением катастрофы. — Я никогда не переступлю порог твоего дома!

— И не надо. Мне не придется тебя прогонять. А еще — ты обидел моего зайца, из-за тебя он весь рваный. — Девочка с грустью потеребила обвисшие уши и мстительно добавила: — Этого я тебе никогда не прощу.

Сбитый с толку адмирал удивленно посмотрел на потрепанную игрушку и неуверенно буркнул:

— Его можно починить.

— Конечно, — согласилась девочка. — Мой папа его зашьет. Мы его постираем, и он будет как новый. А потом я сделаю его талисманом моего флота.

Молчащие люди и кореляне с интересом разглядывали многострадальную плюшевую игрушку. Талисман — это серьезно. Очень серьезно. И вполне возможно, что через несколько лет эмблему боевого зайца будут узнавать в любых портах обитаемых миров. Тем более когда изображение ушастого талисмана украсит борта четырех «Агрегаторов» — самых мощных на сегодняшний день кораблей.

Выпрямив задеревеневшую спину, лорд вернулся на свое место и надменно вздернул покрытый седой шерстью подбородок:

— Мы не подчинимся самозванке. Мы — принимаем бой.

На мостиках Четвертого и Республиканского флотов наметилось оживление. Сидящий до этого молча Шранг спокойно ответил адмиралу:

— Вы не можете, лорд Тоги.

— С какой стати?

— Потому что по флоту отдан другой приказ.

Старческие лапы замахали перед мордой, будто отгоняя наваждение.

— Я не отдавал какой-либо приказ!

— При чем тут вы? — удивился спасатель. — Адмирал Трост отдала иной приказ. Рубка, повторите отданный адмиралом приказ.

В динамиках загремел голос, наполненный жесткими интонациями:

— По флоту адмиралом сформирован следующий приказ: вернуться в режим пассивной безопасности; обеспечить через четыре года прием первых членов экипажа; подготовить жилые модули для курсантов и их командиров. Ближайшая задача — провести учения и повысить уровень экипажей до боеспособного. Общая задача — начать изучение неосвоенных миров и продолжить программу развития ареалов обитания разумных рас, входящих в галактическую коалицию.

Шранг с трудом подавил удивленный возглас. Все же мощь псевдоинтеллекта корабля потрясала. Из одной маленькой фразы девочки сформулировать четкую программу действий! Дабы взять краткую передышку, спасатель задал вопрос:

— Адмирал Трост, вы подтверждаете данную формулировку?

— Да. — Ларали кивнула и улыбнулась. — А через четыре года я приглашу матросов и офицеров, кто захочет служить на моих кораблях. И будущих друзей со всех планет. И мы полетим путешествовать.

— Приказ принят к исполнению, — отчеканил механический голос. Шранг повернулся к застывшим на своих местах офицерам.

— Господа, вы слышали приказ адмирала. Мятежный флот должен сложить оружие и вернуться на свою базу в Республике. Те, кто сочтет нужным и не будет преследоваться по закону, смогут через четыре года подать рапорт о зачислении на службу. Адмирал Трост готова принять тех, кто своим трудом и честным исполнением долга принесет пользу родине. Вне зависимости от расы и густоты меха. «Агрегаторы» будут служить миру, защищая наших детей в далеких поисках новых неизведанных планет и выступая гарантом безопасности при встречах с новыми народами.

Затем спасатель взглянул на потерянно скрючившегося в своем кресле адмирала.

— Лорд Тоги. Война закончилась. Миллионы отдали свои жизни, чтобы богатые ублюдки заработали на чужой смерти новые состояния. С этим — покончено. Мы с дочерью больше не собираемся воевать. И сделаем все возможное, чтобы установившийся мир был долгим и по возможности — счастливым.

Старик лишь замотал головой:

— Я не буду подчиняться ребенку! Никогда!

— Значит, вы нарушите данное слово. Вы нарушите присягу. Согласно законам Республики, все присутствующие на мятежных кораблях после завершения войны поклялись найти «флот обреченных» и встать под его знамена. Вы его нашли. Вот ваш адмирал. Адмирал отдал приказ, которому вы или должны подчиниться, или покинуть службу с позором. Таков закон. Ваш закон. Которому вы присягнули.

Лорд обхватил лапами голову и еле слышно завыл:

— Великие боги, как можно было отдать мой флот в детские руки?! Как можно было так меня опозорить!

Стоящий рядом ординарец осторожно тронул раскачивающегося в отчаянии командира:

— Мой лорд! Человек сказал правду. Мы дали присягу на верность этому флоту. Ради него мы ушли на прорыв и сражались все эти дни. Флот признал маленького адмирала. Мы должны подчиниться.

— Никогда! Я лучше умру, но я не склоню голову перед ней!

Спасатель спокойно встал, посмотрел на разом подобравшихся офицеров на всех кораблях и негромко заметил:

— Это — ваш выбор, лорд Тоги. Как старший помощник адмирала Троста, я подтверждаю ваше право солдата на почетную смерть. Если вы не желаете исполнять свой долг, вы можете завершить службу на мостике корабля. Как велят традиции. Остальным офицерам надлежит довести до всего личного состава отданный приказ: сложить оружие и вернуться на основную базу в пределах Республики. Желающие продолжить службу в составе флота адмирала Троста должны представить рапорты через четыре года. Кроме того, ваши дети могут подать заявки на службу курсантами на наших кораблях. Но предупреждаю сразу, отбирать будущих курсантов будут на конкурсной основе, без каких-либо любимчиков.

Выдержав небольшую паузу, Шранг добавил:

— Мы отводим «Агрегаторы» на старые позиции. Остальные корабли могут продолжить движение вне пределов охранной зоны, которую мы укажем в ближайшие десять минут. Если какое-либо из судов вздумает устраивать поединок с соседями — мы устроим ему показательную порку и раскатаем на атомы отсюда и до ближайшей столицы. С командованием Четвертого флота мы свяжемся через два часа и договоримся о транспортном шатле. Не хочется появляться во главе армады в обитаемых мирах и поднимать панику.

Девочка с серьезными глазами и ее отец сдержанно поклонились, и экраны погасли.

В полной тишине старый лорд медленно выбрался из капитанского кресла, посмотрел на застывших рядом офицеров и криво усмехнулся:

— Я сам воспитал вас. Я сам требовал от каждого из вас беспрекословно выполнять свой долг и служить родине. И теперь я столкнулся с тем, что не могу следовать намеченному пути. Это выше моих сил. Служить человеческому детенышу даже ради светлой будущей мечты. Ради наших детей, что полетят к звездам на лучших кораблях и найдут новые земли для всех желающих. Я слишком долго воевал с гладкокожими, чтобы смириться и склонить голову… Слишком долго…

Адмирал медленно подошел к широкому пульту, провел по нему лапой и глухо бросил через плечо ординарцу:

— Шпаллер.

Получив оружие, лорд Тоги оправил мундир, посмотрел на панораму звезд в навигационных системах и сморщил нос:

— Надо же, экс-лейтенант разрешает мне принять почетную смерть. Надеюсь только об одном, что твоя удача спасет «флот обреченных» в будущем и будет подспорьем новому адмиралу. И его непутевому зайцу.

Старик проверил заряд и поднес ствол к виску.

ЭПИЛОГ

Конец сентября.

Арлан.

Маленькая рука направила плюшевого зайца в обход огромной пылевой туманности, намереваясь достичь ближайшего звездного скопления. Заяц не возражал, воинственно топорща тщательно заштопанные уши.

— Капитан, вы успешно закончили полет и можете начать разгрузку доставленных грузов. Объявляю вам благодарность и повышаю в звании до…

Девочка задумалась. Существующий табель о рангах она представляла весьма смутно. Матросы, офицеры нижнего звена. И где-то в поднебесье — адмиралы флота. А кто же на средних ступеньках? Решив, что сейчас это не столь важно, Ларали надела на любимца тонкую цепочку с переливающимися бусинками и закончила:

— Назначаю вас старшим капитаном вновь обнаруженного сектора! Жду вечером в гости, на торжественное чаепитие.

Устроив игрушку на широкой книжной полке, выключила сенсорную карту галактики, и плоская поверхность превратилась в обычный широкий стол, куда тут же перекочевала куча ярких чипов из библиотеки — «Астронавигация», «Курсы посадки в сложных метеорологических условиях», «Экстренная медицина» и многое, многое другое. Несмотря на ворчание отца, любимая дочь заказала в библиотеке копии огромного количества специализированных изданий и теперь иногда открывала то одно, то другое — посмотреть интересные картинки и почитать сноски к особо запоминающимся изображениям.

После возвращения из отпуска спасателю пришлось больше месяца объясняться в различных высоких кабинетах. Писать отчеты, ругаться с чиновниками и доказывать свою правоту. Неожиданную помощь оказали представители корелянской Республики. Сразу после возвращения остатков мятежников домой правительство отправило официальную ноту с извинениями. Сопроводив ее завуалированным ультиматумом на тему «флота обреченных», столь неожиданно получившего юного командира. Кореляне очень жестко заметили, что любые попытки задействовать флот для «местных» нужд будут расцениваться как нарушение договора о дружбе. Как результат, правительство по приказу императора объявило долгосрочный конкурс на вакантные места в будущих экспедициях. И на январской сессии галактического совета ожидались жаркие баталии в обсуждении будущих квот для различных государств, входящих в Союз. Просчитав варианты, совет Республики сумел получить выгоду и в другой сфере. Мятежных офицеров и матросов осудили на небольшие сроки и предоставили возможность любым желающим подать рапорты о зачислении на службу к адмиралу Тросту. На сегодняшний день больше двух тысяч заявок уже лежали в банке данных. Кроме того, уже ходили слухи о сотнях будущих курсантов, на обучение которых выделили существенные средства. Соседи собирались воспользоваться добрым приглашением молодого адмирала и дать возможность своим представителям занять подобающее место в новом перспективном проекте. Ларали совершенно не возражала по этому поводу, чем вызвала раздражение у множества высокопоставленных господ. Но на их бурчание девочке было наплевать.

Шранг договорился с руководством колледжа, и теперь многие местные управленцы подняли старые связи с другими учебными заведениями и согласовывали программы обучения для желающих попытать счастья. Четыре года промелькнут незаметно, а конкуренция на ограниченное количество мест будет жесточайшей. И отбирать станут тех, кто действительно любит космос и обладает необходимыми знаниями для того, чтобы продолжить учебу и пополнить ряды мечтающих дотянуться до далеких звезд.

В довершение ко всему, экс-лейтенант выдержал финальную битву на финансовом фронте. Представив контрразведке запрошенную информацию об источниках поступления денег на тайные счета, Шранг заплатил необходимые налоги и перевел деньги на свой счет и счет Ларали. Почти месяц налоговая служба пыталась отобрать неожиданно легализованное состояние. Но спасатель пробил через службу безопасности личную встречу с императором, после которой все вопросы были закрыты. А бывший офицер флота получил официальное высочайшее разрешение участвовать в финансировании будущей экспедиции, закупать необходимое оборудование и оплачивать именные стипендии для действительно выдающихся учеников различных учебных заведений. Попрощавшись с друзьями из службы спасения, Шранг вышел в отставку и посвятил появившееся свободное время новому проекту. Адмирал Трост озвучила свою мечту и получила отличные корабли для ее реализации. А отец, разделивший мечту дочери, теперь прилагал все усилия, чтобы наполнить корабли обученными экипажами, учеными, дипломатами и курсантами. Не забывая при этом присматривать за успехами Ларали в учебе.

— Пчелка, как твои дела? Мне кажется, или ты снова отправила зайца в далекое путешествие? — донесся голос из кухни, где Шранг заканчивал колдовать над ужином.

— Папочка, я уже поставила зайца на место и сейчас читаю домашнее задание!

— Это хорошо. У тебя еще пятнадцать минут. Потом ужинаем и на вечернюю прогулку. Когут звал сегодня покататься на лодке. Они провожают двоюродную тетю с детьми.

— Я буду готова! Я уже почти закончила!

Девочка достала плоский чип памяти и включила трехмерный куб навигатора.

— Вот так всегда, только я хочу придумать, какую должность надо будет дать папе, как он меня отвлекает. Заяц — наш талисман. А что такое старший помощник адмирала? Не звучит. Надо будет спросить у дяди Когута, кто по должности подчиняется адмиралу.

Ожившие голограммы распахнулись вокруг стола, показывая разноцветные изображения городов и сел. Ларали с интересом вчиталась в заголовки.

— Ой, это же история основания крупных поселений у нас и корелян! Мне про это дедушка Шабайя рассказывал. Отлично, надо посмотреть, что он выдумал, а что было на самом деле…

В широкое окно смотрели яркие сияющие звезды, ждущие будущих исследователей и первопроходцев. Где-то на западе еле теплилась точка красного карлика, вокруг которого в ожидании взросления своего адмирала терпеливо кружил флот. Адмирала, мечтающего собрать как можно больше друзей и отправиться в гости к далеким звездам.

А на кухне закончил сервировать стол бывший военный, бывший штурмовик и бывший спасатель. Немного уставший за суматошный день отец сидел за столом и ждал маленькую девочку, чтобы с ней поужинать и пойти в гости к друзьям. А потом вернуться домой, взявшись за руки и рассказывая ей сказки. Уложить ее спать и пожелать спокойных снов своему адмиралу. Своей любимой доченьке.

Май — сентябрь 2008.

ПРИЛОЖЕНИЕ

Классификатор кораблей Империи и Республики.

В настоящий момент времени существует пять официальных классификаторов космических кораблей и более десятка неофициальных. Но в повседневной речи используется упрощенное разделение любых видов судов на военные и гражданские. Где для обозначения военных судов используют оставшуюся с древних времен классификацию морских судов, а гражданские суда обычно различают по коммерческому предназначению.

Военные суда:

Миноносец — класс сторожевых кораблей и кораблей сопровождения. Основное вооружение — ракетное. Иногда дополняли минными установками. В связи с ростом тяжелого вооружения данный класс кораблей почти исчез, уступив место эсминцам, взявшим на себя часть их функций.

Эсминец — многоцелевые суда, применяемые для сопровождения конвоев, борьбы с мелкими и средними кораблями противника. В зависимости от проекта специализируются на ракетном или лазерном/плазменном вооружении.

Корвет — судно дальнего сопровождения, с усиленным ракетным и плазменным вооружением. Является логическим развитием эсминцев, модернизированным под выполнение боевых задач в дальнем космосе. Огневая мощь частично принесена в жертву скорости и дальности полета.

Фрегат — проект с усиленным артиллерийским вооружением, предшественник крейсеров. К корелянскому конфликту исчезли из большинства флотов, не сумев противостоять мощи нового поколения крейсеров.

Крейсер — крупный многоцелевой корабль, ориентированный на выполнение самостоятельных боевых задач вне основного флота. Зачастую применялись для глубинных рейдов на коммуникациях противника. Составляли основу любого военного флота, поддерживая любые операции по штурму укреплений противника и поддержке высадки на планету.

Линкор — тяжелые бронированные суда, оснащенные мощным вооружением для уничтожения крупных орбитальных или планетарных объектов. Основной задачей линкоров в последних конфликтах являлась борьба с крупными флотами противника и поддержка своих войск в десантных операциях. Из-за высокой стоимости и сложности в постройке корабли подобного класса строились в малом объеме.

Авианесущие корабли — разнообразные виды судов, выполняющих основную задачу — доставку легкой истребительной и штурмовой группировки на место предстоящего сражения. Крупные корабли, объединяющие в себе ангары для техники и развитые ремонтные службы, получили имя «авиаматка».

Десантные корабли — данный тип судов не имел четких характеристик. Зачастую под десантные суда переоборудовали грузовые корабли, оснащая их несколькими зенитными точками.

Тяжелые линкоры (дестройеры) — из-за быстрой модернизации вооружений данный класс судов прекратили строить. Стоимости перевооружения уже созданных колоссов была непомерной для любой из галактических рас. Достройка «Агрегаторов» являлась редким исключением из правил. Дестройеры объединяли в себе многочисленное тяжелое вооружение, ангары для истребителей поддержки и разнообразное ракетное вооружение. Фактически данный класс судов представлял собой подвижные орбитальные базы, способные стать основой любого укрепленного орбитального района. В отличие от классических проектов дейстройеров, создатели «Агрегаторов» сумели установить мощные двигательные установки, позволив своим творениям состязаться в скорости с подвижными крейсерами. Стоимость проекта до настоящего момента неизвестна.

Гражданские суда:

Легкий класс: флайеры, боты.

Средний класс: шатлы разнообразных конфигураций, звездолеты разведки.

Тяжелый класс: чартеры (пассажирские крупнотоннажные корабли), миграционные корабли (рассчитанные на одновременную перевозку тысяч переселенцев и их грузы).

В силу разнообразия трактовок и отсутствие общепринятой классификации атмосферные суда наиболее часто называют флайерами, а суборбитальные и орбитальные — ботами. Остальные корабли различают за счет указания функциональной нагрузки: шатл грузовой, шатл пассажирский, шатл геологической разведки и так далее.

Примечания

1

Линия — принятое в среде специальных служб жаргонное обозначение операции прикрытия, скрывающей за разрозненными фактами и фальсификациями истинный смысл происходящего. В сложных операциях может использоваться несколько линий одновременно.

2

Жаргонное выражение, описывающее орбитальные спутники на внешних орбитах; спутники зачастую используются для хранения ремонтных материалов и запасов флота, иногда такие базы организуются на малых астероидах.

3

Хищные ящеры, до метра в высоту, охотятся стаей, отличаются высокой социальной организацией.

4

Внешний Контроль.

5

Шторм-координатор — офицер, решающий задачи ведения тотальной войны в условиях неожиданно развивающихся боевых конфликтов.

6

Топт — название старого суборбитального штурмовика, использовавшегося во времена приграничных конфликтов с танталами. Отличался высокой надежностью, ремонтопригодностью и зарекомендовал себя в боях как безотказная машина. Прозвище получил за характерный звук, издаваемый на бреющем полете.

Content

Олег Борисов
ДОЧЕНЬКА. ДЕСАНТ СВОИХ НЕ БРОСАЕТ

ЛИНИЯ ПЕРВАЯ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ЛИНИЯ ВТОРАЯ

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ЛИНИЯ ТРЕТЬЯ, ПОСЛЕДНЯЯ

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ЭПИЛОГ

ПРИЛОЖЕНИЕ

Примечания